Владимир Сазанов

ИГРЫ НАСЛЕДНИКОВ

ГЛАВА 1

Ла Абель Гнец

Я остановился у толстой дубовой двери и с нежностью провел по ее поверхности кончиками пальцев. Дом. Мой дом. Небольшой, но уютный особнячок на Кленовой улице, в самом центре летней имперской столицы, терпеливо дожидался своего хозяина, попавшего в объятья любящих родственников. Почти два месяца пришлось мне провести в родительском поместье, радуя взявшую длительный отпуск маму своим неожиданным возмужанием. Марианна выполнила уговор, сохранив в тайне ряд подробностей нашего с ней противостояния, но и самых очевидных из произошедших со мной изменений оказалось более чем достаточно, чтобы родители остались очень довольны. Дружба с Денова, приобретенные социальные навыки, сданный квалификационный экзамен на вторую ступень по магии — все это сделало маму невероятно счастливой. Даже отец разразился какой-то проникновенной речью, когда лично вручал мне документы на владение особняком.

В общем, вынужденное летнее заключение прошло одновременно и лучше и хуже, чем я предполагал изначально. Лучше, потому что теперь родители поверили в мою относительную самостоятельность и не так сильно контролировали каждый шаг. А хуже — из-за постоянного присутствия мамы, интересующейся, во сколько я проснулся, что кушал и какую книгу читал. Хорошо еще, что в документальный архив мне удалось наведаться до начала этого кошмара — во время суеты, связанной с подготовкой к свадьбе Марианны. Но сейчас ужасы пребывания в семейном «гнецде» остались позади. Я снова оказался в Солиано.

— Добро пожаловать домой, господин Абель! — восторженно взвизгнули мне прямо в лицо, стоило лишь повернуть ключ в замке и открыть дверь. — Проходите же скорее!

— Здравствуй, Мика, — улыбнулся я рыжей горничной. — Давно у дверей стоишь?

— Совсем чуть-чуть. Как только в окно вас увидела. Я так рада, что вы приехали! Ну, заходите же, не стойте за порогом! — Девушка приплясывала на месте от нетерпения. Ее рука потянулась было к моему саквояжу, но тут же отдернулась, словно горничная внезапно вспомнила о приличиях.

— Захожу, захожу. — Я шагнул через порог и обнял Мику. И тут же выпустил обратно. — Мне тебя очень не хватало. Твоих пирожков — тоже.

— Спасибо. — Горничная порозовела и зачем-то спрятала за спину все же отнятый у меня саквояж.

— Да не за что. Чистая правда ведь.

— Ну, по вам не скажешь. — Ее взгляд остановился на том месте, где у меня должна была быть талия.

— Все так плохо? — Я тоже опустил глаза, изучая свой недавно вновь образовавшийся животик.

— Да нет… Вам даже идет. — Мика заулыбалась еще сильнее, чем раньше. — Но на голодающего вы точно не похожи.

— Все Иви со своими вишневыми пирогами, — вздохнув, попытался оправдаться я. — Она постоянно кормила меня с рук, так что отказаться не было никакой возможности. Вот и располнел немного. Ее пироги оказались сильнее каждодневных тренировок. Хотя Сильвии не объяснишь. Кстати, где она? И Рикка?

— Наверху. Перед зеркалом крутятся. А меня выгнали, хотя я правду сказала. Вот и пусть сидят там одни. — Девушка повернула голову в сторону ведущей на второй этаж лестницы и показала язык.

— Перед зеркалом? — уточнил я, не очень понимая, о чем говорила Мика.

— Ага. Они сегодня полдня по магазинам ходили — наряды себе выбирали к вашему приезду. Без меня, между прочим. Вернулись час назад и сразу принялись нижнее белье мерить, как будто при покупке этим не занимались. Еще и выгнали. А я всего-то сказала, что Сильвии красные кружева не идут. Зачем на правду-то обижаться? Вот вы, господин Абель, как думаете: пойдет ей красное белье или лучше белое?

— Рыжая! — Донесшееся со стороны лестницы рычание капрала вполне могло сделать честь какому-нибудь хищнику.

— Что сразу «рыжая»?! — Мика возмущенно повернулась к появившимся наверху Рикке и Сильвии и уперла руки в бока, по-прежнему сжимая в одной из них мой саквояж. — Пусть господин Абель определит, кто из нас прав!

— Он и определит. Но как-нибудь без тебя. — Девушки начали спускаться.

— Так нечестно, — надулась Мика. Затем она повернулась ко мне, и ее глаза загорелись. — Господин Абель, почему они решают за вас, кто может участвовать в просмотре, а кто нет? Давайте устроим демонстрацию сейчас. Чтобы сразу стало ясно, кому идет красное белье, а кому белое. И Рикку тоже можно будет оценить.

— Рыжая! — На этот раз обсуждаемые девушки рявкнули хором.

— Знаешь, Мика, давай все же перенесем столь важную демонстрацию на более позднее время, — осторожно высказался я, пытаясь погасить конфликт до того, как он перейдет в неуправляемую стадию. — Кстати, если ты будешь продолжать так размахивать моим саквояжем, то ручки могут не выдержать.

— Ой. Извините, — пискнула резко покрасневшая горничная. — Я сейчас же отнесу его в вашу комнату. — Она чуть ли не бегом устремилась к лестнице.

Останавливать ее никто не стал.

— С прибытием, господин Абель. — Рикка, одетая, как обычно, в строгий костюм горничной, поприветствовала меня низким поклоном.

— Привет! — Куда более импульсивная Сильвия заключила меня в объятья. — Я так по тебе соскучилась! Мы все соскучились.

Я обнял ее в ответ. Потом чуть отстранился, отвоевывая немного свободы, и поманил к себе Рикку. Девушка вздохнула и чуть покачала головой, выражая таким образом свое мнение о чрезмерно откровенном проявлении эмоций, но присоединилась к нам, обхватив одной рукой меня, а второй — Сильвию. И секунд пять мы простояли вот так — прижавшись друг к другу…

— Я, пожалуй, тоже присоединюсь к всеобщей радости, — донесшийся из-за спины голос вернул меня в реальный мир, — несмотря на то, что ты, шеф, только что лишил меня возможности понаблюдать шикарнейший стриптиз. Надо было соглашаться на предложение рыжей.

— Штефан? — Отпустив девушек, я повернулся к другу. — Ты-то что здесь делаешь?

— Как обычно, — он пожал плечами, — тружусь на благо твоей горничной. Думаешь, эти две девицы, — он кивком головы указал на мое окружение, — сами таскали по городу многочисленные пакеты с покупками?

— Понятно. — Я не смог сдержать улыбки. — Ну, раз ты все равно здесь, то нам надо будет кое-что обсудить. Но сначала — отдых. Откровенно говоря, мне совсем не хочется заниматься делами, когда мы только встретились.

Риккарда Сонано, горничная

Рикка злилась сама на себя. Это же надо было допустить сразу столько ошибок! Причем непременно в день возвращения господина. Да, он прибыл без предупреждения и на три дня раньше, чем его ожидали. И что? В обязанности хороших горничных входит умение быть всегда готовыми к внезапному изменению планов их нанимателя. Так что прислуга господина Абеля явно в число хороших не входила. И виновата была именно Рикка. Ну в самом деле, не рыжую же обвинять в непредусмотрительности? Она хотя бы встретила Гнеца и приняла у него саквояж. Пусть и вела себя подобно щенку, дождавшемуся возвращения хозяина, а не как положено образцовой служанке. Сама Рикка и того не смогла сделать. Встретить господина опоздала, нормально накормить его с дороги тоже не смогла. Единственное, что у нее получилось выставить на стол сразу, — холодные закуски. Хорошо хоть продуктовая кладовая не пустовала — догадались пополнить заранее. Но все равно, заставлять Гнеца ждать почти час, прежде чем на столе появится горячее, — перебор. Еще и присутствие Штефана в гостиной в полном одиночестве пришлось совсем некстати. А если господин Абель решит, что его горничные считают нормальным приводить в дом мужчин во время отсутствия хозяина? К тому же оставляя их без присмотра. Конечно, Гнец дружен с Цвангом, но все же… Поступок самой Риккарды сложившиеся между мужчинами отношения никак не извиняют.

— Нервничаешь? — поинтересовалась Мика, хватая ломтик ветчины и отправляя его в рот.

— С чего ты взяла? — спокойно отозвалась Рикка, быстро, но аккуратно раскладывая нарезанное мясо на тарелке.

— Обычно ножом медленнее орудуют. И не держат его обратным хватом. Неудобно же, — пробубнила рыжая, тщательно пережевывая украденную ветчину.

— Лучше бы делом занялась, вместо того чтобы комментировать, — огрызнулась Рикка. — Господин Абель горячего ждет, а ты тут его мясо таскаешь.

— Думаешь, если я начну ходить вокруг плиты со страшным выражением лица, то еда испугается и станет вкуснее? Вряд ли. Такое только на ветчину действует. — Мика хихикнула. Потом глянула на подругу и уняла свое веселье. — Господин, между прочим, отнюдь не голоден. Большинство закусок съел Штефан. И нарезанное тобой мясо тоже он поглотит. Так что я у него таскаю, а не у Абеля.

Рикка закатила глаза. Спорить с рыжей было так же бесполезно, как и пытаться воспитать из нее правильную горничную. Но некая доля правды в ее словах все же была — Штефан, пользуясь расположением Абеля, настолько обнаглел, что напрочь игнорировал правила общения с высокородными. Рикка вздохнула. Изменить Цванга — задача не по ее силам.

— Ну что ты то рычишь, то вздыхаешь, — рыжая зачерпнула ложкой кипящего варева из кастрюли и принялась дуть на него, — иди уже туда. Покрутись вокруг Абеля, соку ему налей, за плечом постой. Я сама со всем справлюсь. Не первый раз готовлю.

Рикка посмотрела на напарницу и снова вздохнула. Мика права, от них двоих на кухне пользы не намного больше, чем от одной рыжей. Девушка отмыла руки, сняла фартук, поправила одежду.

— Хочешь, письма ему принеси, если совсем без дела сидеть не можешь, — сказала ей в спину рыжая.

— Скажешь тоже, — Рикка фыркнула. — Письма с утра, после завтрака подают, а не во время отдыха и беседы.

— Можешь своими словами написанное передать — все равно ты их читала. Или доложись по поводу недавно нанятых людей.

— Я за людей не отвечаю. Это работа Штефана. Вот он пусть и отчитывается.

— Да? А чего ты тогда с ним спорила до хрипоты о каждом человеке?

— А нечего разбрасываться деньгами господина, назначая столь высокие зарплаты! И вообще, чего ты хочешь — со мной спорить или чтобы я с кухни ушла? — Рикка повернулась к Мике, уставившись мрачным взглядом той промеж лопаток.

— Иди, иди, — Мика, не оборачиваясь, помахала поднятой над плечом ложкой, — я просто так, от доброты душевной, непрошеными советами разбрасываюсь.

— Ладно, — Рикка в очередной раз вздохнула, — я пошла. Если будет нужна помощь — зови.

— Мгм, — только и сказала Мика, пережевывая очередной кусок ветчины.

Ла Абель Гнец

Совместных посиделок сразу не получилось. К тому времени, как я принял душ и переоделся в свежую одежду, обе горничных уже скрылись на кухне, мотивируя такое поведение жизненной необходимостью каждого Ла в качественном питании. И как, скажите на милость, мне в таких условиях поддерживать нормальную форму? Особенно учитывая, что Гнецы вообще склонны к полноте.

— По твоей сестре этого не скажешь. Да и по матери с отцом — тоже, — прокомментировала мой крик души Сильвия.

— Ты еще деда вспомни, — проворчал я. — И сестра, и отец занимаются боевыми искусствами не менее двух часов ежедневно. Не считая той мелочи, что ни у кого не хватает наглости закармливать их подобным образом. А упоминать мать вообще нечестно. Она сменила фамилию на Гнец только после свадьбы, когда решила отказаться от прошлой семьи и войти в род отца.

— Так тебя тоже никто не заставляет есть все, что подают на стол. — Сильвия пожала обнаженными плечами. Видеть ее одетой в платье вместо привычной военной формы было несколько странно. Тем более в такое — с открытыми плечами и разрезом юбки до середины бедра. Честно говоря, раньше я не представлял, что Сильвия может быть настолько женственной.

— Да, здесь нет Ивейны, требующей отдать дань ее искусству готовки. Зато есть Штефан, который всегда рад избавить меня от излишков еды.

— Ты это брось, шеф. Рыжая готовит в таких объемах, что я лопну раньше, чем все съем, — проворчал мой друг. — Да и Сонано убьет только за попытку оставить тебя голодным.

— Неужели все настолько плохо? — Я улыбнулся, искренне наслаждаясь возможностью слушать привычное бурчание Штефана.

— Наоборот, — он нанизал на вилку ломтик сыра, — как раз сейчас все очень хорошо. Стоило тебе появиться, и я сразу получил долгожданный обед, обещаниями которого две девицы кормили меня с самого утра. К тому же теперь мне не придется больше общаться с Соколом.

— Вам часто приходилось встречаться? — сразу насторожился я.

— Умеренно. Два раза за лето. Что не мешает мне искренне радоваться возможности отложить третью встречу на неопределенный срок. Невелико удовольствие постоянно размышлять о том, не сболтнул ли я чего-нибудь лишнего.

— Если тебя утешит, то мои ощущения во время последней встречи с Гнешеком были точно такими же.

— Ни капли не утешит, шеф. Но готов тебе посочувствовать. У меня вообще сложилось впечатление, что Сокол забавляется, наблюдая, как тщательно я выбираю выражения при разговоре с ним.

— В общем, ты рад, что можешь избавиться от неприятной работы, — улыбнулся я.

— Что-то вроде того. Тебе не привыкать играть на публику, — Штефан покрутил в руках вилку, — а отдыхать от лицемерия будешь дома. Здесь лишних глаз и ушей уже нет.

— Если бы… Сестра в очередной раз устроила мне маленькую гадость, попросив выделить комнату для Криса. Он ведь теперь член нашей семьи и не должен продолжать жить с сестрой. Разумеется, можно было бы снять ему отдельный дом, но мы ведь друзья… В общем, Мари попросила меня о маленьком одолжении во время общего ужина в присутствии родителей и прочих родственников, так что отказа никто бы не понял.

— Красиво она тебя поддела. Но ты же вроде писал, что у вас теперь мир и прочая идиллия во взаимоотношениях… Уже все? Счастливое время закончилось?

— Так это и есть идиллия. Или ты думал, что моя сестра сразу возьмет и откажется от мелких шпилек в мой адрес?

— Гм, — Штефан поднес к губам пустую вилку, — я, видимо, слишком привык к тому, что тебе все удается.

— Неужели Ла Марианна действительно любит так поступать? — спросила молча слушавшая нас Сильвия. — Мне она всегда представлялась иной. Сильной, волевой, сдержанной.

— Ты встречалась с ней только на службе. А я в основном — во внерабочее время. Можешь мне поверить, в обычной жизни Мари совсем не похожа на того лорд-командора, которого ты привыкла видеть.

— А какая она? — Капрал чуть подалась вперед.

Покинувшая кухню Рикка осторожно присела на край дивана, словно опасаясь помешать моим откровениям.

— Вредная. — Я улыбнулся, глядя на изумленное выражение лица Сильвии. — Вредная и ехидная. Жутко любящая соревноваться с мужчинами. И всегда высмеивающая проигравших.

— А победителей?

— А победителей в последнее время — все меньше и меньше. И, как правило, это те люди, которые и не собираются с нею бороться. Отец, например.

— А вы, господин Абель? Вы победитель или проигравший? — подала голос Рикка.

— Я? Скорее всего, вечный проигравший. Или вообще женщина. Судя по тому, что она не особенно горит желанием выяснять, кто из нас сильнее.

— А может быть так, что в результате последних ваших действий она снова захочет состязаться? — развила свою мысль горничная.

— Все возможно, — я пожал плечами, — но маловероятно. Марианна не станет воевать со мной. Мелкие шпильки не в счет.

— Хорошо. — Девушка чуть склонила голову набок, задумавшись о чем-то своем.

— Рикка, будь добра, забудь на полдня обо всех этих сложностях. Завтра, все завтра.

— Но, господин Абель, нельзя же отложить совсем все дела… — Горничная встрепенулась. — Накопилось множество корреспонденции для вас. Некоторые письма очень срочные.

— Я готов рассмотреть срочные письма, если ты пообещаешь, что после этого наконец успокоишься и присоединишься к нам на правах собеседницы, а не горничной-секретарши.

— Как скажете, господин Абель, — Рикка склонила голову, — но я не претендовала на роль вашего секретаря — всего лишь разбирала доставленные письма.

— Да? А разве это называется как-то иначе?

— Возможно… — Рикка, кажется, смутилась. — Прошу простить меня за допущенную вольность. Но, к сожалению, настоящий секретарь у вас отсутствует, вот я и взяла на себя смелость…

— Я благодарен тебе, — перебил я девушку. — Если хочешь, могу официально назначить тебя секретарем, с повышением оклада.

— Что вы, господин Абель, — запротестовала она, — мне вовсе не нужно никакое повышение. Служить вам и так является прямой обязанностью горничной.

— Судя по всему, ни про какие срочные письма мы сегодня уже не услышим, — громким шепотом поведал Штефан улыбнувшейся Сильвии.

— Благодарю вас за оказанную честь, господин Абель. — Прекрасно все слышавшая Рикка встала и согнула спину в поклоне. — Позволено ли мне будет озвучить свое мнение по поводу полученной корреспонденции?

— Позволено, — я вздохнул. — Только сядь, ради Совершенства, и перестань кланяться.

— Мы, конечно, получили много направленных на ваше имя посланий, но в основном — обычные приглашения на различные мероприятия или иные попытки не очень знатных аристократов напомнить о себе. Я выделила несколько важных писем, о которых вы бы наверняка хотели узнать сразу: от Генриха Мойла, Белинды Фосс и Мелисанды Факаш. Господин Мойл прислал отчет о вашей доле с продаж и просьбу еще поучаствовать в его бизнесе. Госпожа Фосс намекает на некое предложение, которое она готова сделать, но я не в курсе того, насколько оно может быть вам интересно. Лу Мелисанда прислала приглашение на ее свадьбу с Ло Гнешеком и просьбу навестить ее заранее, до даты бракосочетания.

— Мелли все-таки выходит замуж? Когда?

— Свадьба назначена на середину октября.

— Понятно. Я обязательно прочту все, что показалось тебе важным.

— Еще одно, господин Абель. Письмо от Кристины Денова.

— Да? И что она пишет?

Крис сильно обиделась из-за неудавшейся свадьбы. Настолько сильно, что отказалась разговаривать со мной и проигнорировала попытки объясниться. Последний раз мы виделись в начале июля на свадьбе Кристофера и Марианны. Никакого желания идти на примирение она тогда не выказывала. Интересно, что изменилось за прошедшие полтора месяца?

— Она хотела бы увидеться с вами. По возможности сразу после вашего приезда.

— Ну, я в общем-то не против. Как-никак, нам еще три года учиться в одной группе. Не вижу смысла во вражде. Обязательно посещу ее — завтра или послезавтра.

— Если мне будет позволено высказать свое мнение, господин…

— Да, Рикка, — вздохнул я, — тебе всегда позволено высказывать свое мнение.

— Госпожа Кристина обязательно узнает, когда именно вы прибыли. Откладывание визита на послезавтра обидит ее. Если вы не хотите таким образом показать свое отношение к ней…

— Не хочу. Хорошо, я навещу ее сегодня. Благо далеко ехать не нужно.

Ли Кристина Денова

Сердце девушки быстро стучало в груди, порождая нервную дрожь в пальцах. Или наоборот, дрожь в пальцах заставляла сердце так колотиться? Он пришел. Он все-таки пришел. Не стал изображать обиду или отвечать на письмо письмом.

— Здравствуй, Абель, — сказала она ему.

— Здравствуй, Крис. — Гнец улыбнулся своей обычной чуть рассеянной улыбкой. — Извини, что так поздно. Я только в обед прилетел в Солиано. Пока попал домой, пока поел и передохнул с дороги…

— Ты мог бы и не спешить так. Я вполне подождала бы до завтра. — Кристина очень постаралась сохранить внешнее спокойствие, хотя ее сердце забилось еще сильнее, так и норовя выпрыгнуть из груди.

— Зачем ждать, если у меня все равно было свободное время? — пожал плечами Абель. — Ты хотела поговорить о чем-то конкретном или решила пригласить в гости просто так?

— О конкретном. — Кристина набрала в грудь воздуха, словно перед прыжком в воду. — Я хотела извиниться перед тобой за свое детское поведение.

— А?.. — Абель, похоже, не понял, о чем она говорила.

— Я имею в виду отказ разговаривать с тобой. — Кристина отвела глаза и продолжила, глядя в сторону: — Я тогда очень сильно обиделась. Так сильно, что даже не подумала о том, что сама виновата в сложившейся ситуации. Ты сможешь простить меня, Абель? Пусть не сейчас, пусть когда-нибудь… Ты сможешь перестать обижаться?

— Да я и сейчас не обижаюсь на тебя, Крис. Просто вот так получилось…

— Действительно не обижаешься? — Кристина повернулась и уставилась прямо в глаза Гнецу. — Ты так говоришь не только для того, чтобы утешить меня?

— Действительно не обижаюсь.

— Тогда давай попробуем начать все сначала. Как в прошлый раз, только без ошибок. Я повзрослела и кое-чему научилась за лето, Абель.

Гнец молчал, разглядывая девушку. Кристина тоже молчала, ожидая его ответа.

— Ты уверена, что хочешь именно этого? — наконец произнес юноша.

— Да.

— Хорошо, давай попробуем. — Абель улыбнулся. — Мне будет приятно вновь иметь возможность танцевать с тобой.

— Я рада. — Кристина улыбнулась ему в ответ. — Может, присядем? Ты ведь не собираешься покидать меня прямо сейчас?

— Конечно нет.

Они устроились в гостиной. Душа девушки ликовала — мама оказалась полностью права, когда давала свои советы. Абель явно все еще обижался. Это чувствовалось хотя бы по тому, сколько он думал перед тем, как дать ответ. Но стоило ей признать свою вину, и Гнец не смог отказать. Что значит капелька гордости по сравнению с возможностью быть рядом с ним?

— Знаешь, Абель, а я попросила Криса пожить вместе со мной. Мы хоть и ругались постоянно, но без него дом кажется пустым. Брат всегда защищал меня. В том числе от пустоты и скуки. Ты ведь не обидишься?

— За что?

— За то, что я лишила тебя постоянного общества брата.

— Нет, не обижусь. — Абель широко улыбнулся, словно подбадривая ее.

— Хорошо. — Кристина забралась с ногами в кресло. — Мы снова будем ходить к тебе в гости, а ты — к нам. Как раньше.

Да, как раньше. И для этого Кристине нужен был брат. Брат, который заранее расскажет ей о любых совместных с Гнецем планах. И который потянет ее за собой на любую вечеринку или праздник. Кристофер станет ниточкой, связывающей двух будущих супругов. В конце концов, он должен ей за то, что построил свое счастье на руинах ее несостоявшегося брака. Жаль, но если хочется, чтобы все было «как раньше», то приходится планировать, как добиться желаемого. Ну ничего, голова на плечах у нее имеется, да и мама никогда не откажется помочь советом.

Камилла Денова потерла разболевшиеся виски. Четыреста километров, отделявших поместье их семьи от летней столицы империи, представляли значительное расстояние для ее умения пользоваться Зовом. Возможно, будь Камилла более сильным магом, все обстояло бы иначе, но женщина выбрала стезю финансиста, а не чародея. Зов являлся одним из немногих заклинаний, которые она сочла достаточно полезными и стоящими затрат времени на их изучение и совершенствование. Итогом ее усилий стала возможность общаться с дочерью на дистанции в несколько сотен километров. Хороший результат, между прочим. Но хороший — еще не замечательный. А будь она магом — смогла бы делать то же самое без способствующего концентрации эликсира. И не терпела бы побочное действие последнего, выражающееся в легкой головной боли.

Впрочем, было бы о чем жалеть… Получи она в свое время классическое чародейское образование вместо бухгалтерского, и, скорее всего, размышляла бы сейчас о сложностях построения армейской карьеры, а не о том, как выгодно выдать замуж младшую дочь.

Подбор подходящих супругов для детей (а также нежелание мужа в нем участвовать) был для Камиллы больной темой. Она очень хотела видеть сначала своих детей, а теперь — внуков и правнуков, среди самых высокородных. Ее старшие, Пауль и Виолетта, родились Ла благодаря удачному замужеству матери. У них не предвиделось проблем с поиском достаточно чистокровных партнеров по браку. А значит, и срочного родительского вмешательства не требовалось. И пусть кое-кто из старомодных сторонников ранних союзов считает незамужнюю двадцатишестилетнюю Виолу старой девой — высокородная Ла может позволить себе еще пять-десять лет свободной жизни, пока не найдется достойный ее партнер. С Паулем еще проще — очередь из претенденток на место жены наследника семьи Денова, а возможно, и всего Дома Крылатого Меча, тянется до самых дальних границ империи. А вот с младшими детьми было сложнее. Носителей титула Ла всех возрастов насчитывалось менее двух сотен, а значит, выбирать приходилось из Ли. Список которых тоже отнюдь не бесконечен.

Камилла грустно улыбнулась, вспомнив, как она радовалась предстоящей свадьбе Кристины. Впрочем, женщина совсем не сердилась на супруга за то, что тот внезапно решил женить сына, вместо того чтобы выдать замуж дочь. Это уберегло Кристофера от излишне близких отношений с Ло Дэвиц. К тому же Камилле было приятно осознавать, что ее влияние на мужа находится на достаточно высоком уровне. Рональд может сколько угодно изображать из себя неприступную скалу, но она-то знает, что причиной женитьбы Криса стали женские слезы, а не некая неопределенная «политическая необходимость».

Для полноты материнского счастья Камилле оставалось лишь подыскать подходящую партию младшей дочери. Но ту угораздило влюбиться. И не в абы кого, а в Абеля Гнеца. Будь политическая ситуация другой, женщина только одобрила бы выбор дочери, но сейчас… Два брака между их семьями создадут слишком прочный союз. Случись это, и Рональду придется поддерживать детей Александро Гнеца как близких родственников, вместо того чтобы бороться с ними за право владычествовать над Домом. Нет, на такое Денова точно не пойдут. А значит, свадьба Кристины с Абелем невозможна. Вот только дочь не хочет понимать этого. Камилла пыталась повлиять на нее, используя родительский авторитет, — бесполезно. Пришлось дать малышке несколько советов, за которые женщине было стыдно перед самой собой. Она даже рекомендовала поступиться собственной гордостью, принеся извинения в том, в чем Кристина никак не была виновата. Но, что было хуже всего, дочь последовала полученному совету.

Шансов отговорить девочку практически не осталось. Но мать не желала дочери несчастной любви. Оставался один-единственный способ — продемонстрировать Кристине отрицательные стороны ее избранника. В том, что такие стороны у Гнеца имеются, Камилла не сомневалась — каждому высокородному есть, что скрывать. Осталось только их найти. А значит, пришла пора нанести визит Ревану — главному специалисту семьи Денова по раскрытию тайн. Не к мужу же, в самом деле, идти с такой просьбой…

ГЛАВА 2

Ли Кристофер Денова

Воздушный корабль заметно качнулся, когда маг деактивировал заклятия, удерживающие судно в воздухе. «Прибыли», — подумал Кристофер. Люди вокруг задвигались, вставая, переговариваясь друг с другом, разминая затекшие за многочасовой перелет мышцы. Юноша остался сидеть, не желая толкаться в нешироком проходе, подобно простолюдину. После четырех часов, проведенных в кресле, лишняя пара минут уже ничего не значила.

Медовый месяц закончился. Марианна отправилась к своему легиону — проверять, не слишком ли расслабились подчиненные за время ее отсутствия. А Крис снова вернулся в летнюю столицу империи — продолжать обучение. Теперь он сможет увидеться с женой не раньше зимних каникул. Жаль. С даты их свадьбы прошло совсем немного времени, но юноша успел привыкнуть к постоянному присутствию супруги. К ее насмешливо-лукавому взгляду, нежным и одновременно сильным рукам. К теплому дыханию на своем плече по утрам. Неожиданное счастье стоило месяца, проведенного в постоянном страхе. Месяца, который прошел между тем днем, когда Абель о чем-то договорился с отцом, и датой, когда Кристофер повел Марианну под венец.

Большая часть пассажиров уже покинула нижнюю палубу корабля, так что юноша встал и не спеша направился к выходу. Все же интересно, чем Абель расплатился с отцом? И не слишком ли велика была цена? Ведь рано или поздно нужно будет отдать долг другу. Кристофер, конечно, бастард, а не благородный Денова, но это не повод забывать о законах чести. Он поднялся на верхнюю палубу и, пройдя по ней, ступил на трап. Окинул ленивым взглядом поле, прекрасно зная, что никто его не ждет. И неожиданно увидел Абеля, стоящего прямо у нижнего конца трапа. Гнец улыбнулся и помахал Крису рукой.

— Здравствуй! — Сбежавший вниз юноша обнял друга.

— Здравствуй! — весело ответил тот.

— Честно говоря, не ожидал, что меня кто-нибудь будет встречать.

— Да у меня просто было свободное время, вот и решил повидать тебя. А то попадешь сейчас в цепкие ручки Кристины, и пока она все свои мысли и переживания не обсудит — не выпустит.

— Сестра такая — ей палец в рот не клади, — засмеялся Кристофер. — Надеюсь, ты не обижаешься, что я решил жить у нее?

— Ни капли. — Абель помотал головой. — Думаю, мы найдем способ увидеться. Как-никак в одной группе учимся.

— Это точно, — согласился Крис. — Кстати, об учебе в одной группе. Вы ведь помирились с Кристиной?

— Вроде того. Она даже предложила начать все сначала. Правда, мне до конца не понятно, какое именно «все» она имела в виду.

— Прекрасно. Знаешь, я пытался ей объяснить, что ты отказался от свадьбы из-за меня, но она не слушала. Надеюсь, сейчас у меня получится лучше.

— Не надо. Любое упоминание о произошедшем может потревожить ее воспоминания. Лучше постарайся не напоминать ей о том времени. Переводи разговор на другие темы. Мне не хочется, чтобы Кристина вновь перестала разговаривать со мной. Или с тобой, если уж на то пошло.

— Да, ты прав. — Кристофер кивнул. — Как-то я сам не подумал.

— А что мы тут стоим? — спохватился Абель. — Пойдем. Там карета дожидается.

— Ага. И наверняка в ней сидит одна из твоих горничных.

— Хорошо еще не таскается за мной по всему воздушному порту, — посетовал Гнец. — Я же не способен постоять за себя самостоятельно. Приходится терпеть присутствие телохранительниц.

— Да я и не думал смеяться. — Крис грустно улыбнулся. — Сейчас мне бы и самому не помешала пара телохранителей. Особенно таких симпатичных, как у тебя. Но где их взять? Людям отца я больше не доверяю. Просить у твоей семьи? Так я не хочу выглядеть в глазах новых родственников слабаком и трусом.

— Возможно, я смогу тебе помочь. Хотя обещать ничего не буду.

— Не надо просить за меня, Абель, — Кристофер вздохнул, — сам как-нибудь справлюсь.

— Просить? Я и не собирался. Просто постараюсь подыскать пару надежных бывших военных. Возможно, не особенно симпатичных, но умеющих обращаться с оружием. Платить им сможешь?

— Конечно, смогу. — Юноша повеселел. — Да и вообще я собирался осмотреться и начать зарабатывать собственные деньги.

— Тогда желаю тебе успеха, — поддержат его Гнец.

Ла Абель Гнец

— Зайдешь в гости? — спросил Крис, когда карета начала замедлять ход.

— Нет, — покачал головой я, — надо еще несколько мест посетить. А твоя сестра не оценит, если такой гость исчезнет, пробыв всего лишь полчаса. Лучше вообще не говори ей, что видел меня сегодня, — пусть не расстраивается.

— Хорошо, не скажу. Но и ты не забывай, что мы тебя ждем в гости.

— Разумеется. Не завтра, так послезавтра обязательно приеду.

Мы распрощались. Карета тронулась дальше, как только Кристофер покинул ее. Я мысленно поставил галочку напротив очередного дела из длинного списка. Мой друг частенько откровенничал со своей сестрой и мог сболтнуть чего-нибудь лишнего. После нашего сегодняшнего разговора можно было хотя бы надеяться, что он постарается поменьше говорить на определенные темы. При некотором везении мне удастся поддерживать свой прежний образ в глазах общественности еще хотя бы несколько месяцев. Если повезет, то за это время нам с Кристиной удастся вернуться к прежним отношениям, и она не станет ни с кем делиться лишней информацией о моей скромной персоне.

А вообще, я уже так сильно не опасался раскрытия правды о своих талантах, как год назад. У меня был собственный источник дохода, дом, верные люди. И некоторая самостоятельность. Родственникам больше не удастся так легко заставить меня поступать согласно их желаниям. Однако отказываться от возможности приобрести еще некоторое преимущество в нашем противостоянии я не собирался. Да и угроза со стороны «весовщиков» никуда не делась.

Для выживания в таких условиях требовалась вся помощь, которую получится собрать. Сокол обещал информационную поддержку, а возможно, и не только ее, но этого было мало. Да и зависеть от него мне не хотелось. Так что я рассматривал сразу несколько вариантов сотрудничества с разными людьми. Например, с Белиндой Фосс, которая могла помочь как с поиском разнообразных специалистов, так и с обретением торговых связей. Некоторую пользу я собирался получить и от дружбы с Крисом. Большую часть прошлого года, пока я занимался магией и старался решить возникающие проблемы, он проводил на вечеринках, обзаводясь знакомствами, полезными и не очень. Если Штефан сможет подыскать подходящих людей на роль телохранителей, можно будет убить сразу двух зайцев — обеспечить товарищу дополнительную защиту и собрать еще немного информации об аристократах Солиано. «Весовщики» рано или поздно узнают, кто именно виновен в исчезновении предназначенного им груза.

Что будет после — непонятно. Есть шанс, что они оставят меня в покое, учитывая, чей я сын, но наверняка ничего утверждать нельзя. Вот на случай негативного варианта развития событий и требовались разнообразные связи. Умение отбить нефизическую атаку с неизвестного заранее направления грозило стать жизненной необходимостью.

— Мы приехали, господин Абель, — вырвал меня из размышлений голос Мики.

— А? Спасибо, — поблагодарил я девушку.

Стоило покинуть карету, как моему взгляду открылась идиллическая картина — одно- и двухэтажные небольшие домики, стоящие посреди аккуратно подстриженных лужаек и окруженные низенькими декоративными заборчиками. Свободного пространства вокруг зданий было столько, что мне была видна не только Клубничная улица, на которой мы стояли, но и соседняя Черничная и следующая за ней, название которой осталось неизвестным. Своеобразный райский уголок для тех, кто не имел возможности или желания поселиться в центре летней столицы.

Я приоткрыл окрашенную в белый цвет резную калиточку, высотой едва-едва дотягивающую до моего пояса, и пошел по выложенной плиткой дорожке к дому. Сзади цокала каблучками Мика. Дойдя до дверей, потянул пару раз за свисающий слева от них красный шнур дверного звонка. Ждать пришлось недолго — не прошло и минуты, как мне открыли.

— Здравствуйте, господин Гнец. — Седой слуга с испещренным морщинами лицом склонился в приветствии. — Прошу вас, проходите.

— Здравствуйте. — Я видел старика первый раз в жизни и понятия не имел, как именно стоит к нему обращаться. — Мне бы хотелось увидеться с Мелисандой.

— Разумеется, господин. Позвольте проводить вас в гостиную. Госпожа уже предупреждена о госте и сейчас спустится.

Я шагнул через порог, думая о том, что мысль взять сегодня с собой Мику оказалась крайне своевременной. Ибо окажись на месте рыжей Риккарда, она могла принять предупредительность здешних слуг слишком близко к сердцу. После чего начала бы обмениваться опытом и пытаться подражать. Ее стремление стать идеальной служанкой иногда принимало странные формы.

Лу Мелисанда Факаш, старшая наставница

Мелли спустилась в гостиную сразу, как только узнала о прибытии гостя. Она даже не стала тратить время на переодевание. Конечно, с точки зрения общественной морали выходить к мужчине одетой в один лишь халат (с нижним бельем под ним, разумеется) считается неприличным, но и ожидающий женщину Абель, и Ингви, в доме которого они находились, относились к подобным поступкам гораздо проще. К тому же халат был непрозрачен, запахивался до самого горла, и его полы опускались ниже колен. Так что Мелисанда не находила в своем поступке ничего достойного осуждения.

— Привет, Абель! — Ей хотелось с визгом броситься навстречу и повиснуть на шее юноши, выражая таким образом восторг от его возвращения, но, представив, как это будет выглядеть со стороны, удержалась.

— Привет, Мелли. — Гнец встал ей навстречу.

— Сиди-сиди, — замахала на него руками Мелисанда, — я сама сейчас устроюсь рядом. У меня столько всего случилось за лето — весь день рассказывать могу и не закончу. Ты ведь не собираешься меня вскоре покинуть?

— Нет. Я надолго. Даже Мику планировал отпустить, если мои планы не войдут в противоречие с твоими.

— Конечно, не войдут. Мне безумно приятно, что ты появился так рано. Значит, тебя интересуют не только деловые переговоры с Ингви, до возвращения которого еще часов шесть. Если он не задержится. Отпускай свою горничную, чтобы нас никто не отвлекал после того, как принесут напитки и я начну болтать без умолку.

Мелли запрыгнула в кресло и замурлыкала от удовольствия: Абель приехал! Зиона и Ингви были прекрасной компанией, не дававшей ей грустить или скучать, но некоторые вещи обсуждать с ними не имело никакого смысла. Мелисанда и не пыталась. Хотя очень хотела. Но ее успехи, достижения, радость от познания новых горизонтов мира магии мог оценить только такой же сумасшедший, как и она сама. Например, Абель Гнец. К тому же юноша был ее близким другом. И потому Мелли готова была танцевать от счастья, радуясь его визиту.

— Все, теперь я полностью в твоем распоряжении. — Вернувшийся Абель опустился в кресло напротив женщины.

— Надеюсь, ты получил приглашение на мою свадьбу? — тут же спросила Мелисанда. — Если что, вопрос риторический. Я его лично в руки Риккарде отдавала, так что наверняка ты узнал о письме, как только появился дома. Если не раньше.

— Ну, в общем, да. Ты, видимо, хорошо ее попросила.

— И не думала даже. Рикка и без моей просьбы ни за что не позволила бы скрыть от тебя столь важную информацию, так что за судьбу письма я не беспокоилась. Несмотря на то что мы с твоей горничной не очень ладим. Точнее, она меня за что-то не любит.

— Гм, никогда не замечал между вами каких-то трений.

— Абель, прости меня за откровенность, но ты много чего не замечал. Впрочем, можешь забыть, о чем я говорила, — мы с Риккой не ссорились и ссориться не собираемся.

— Приятно слышать.

— Да ладно. Нашли тоже, что обсуждать, — мои взаимоотношения с твоей горничной… Давай я лучше достижениями похвастаюсь. Меня две недели назад повысили до старшего наставника. Представляешь? Обычно для этого нужно проработать не меньше десяти лет. Исключение делается только для людей, «обладающих глубокими познаниями в области, преподаваемой курсантам». Никогда даже не думала, что такое могут сказать про меня. А они сказали. Ректор Калас был председателем комиссии! А потом сам поздравлял и вручал значок старшего наставника! Теперь я буду еще и лекции читать. У вашей группы — тоже. Вот тогда поспорим! — Мелли потерла руки.

— Эмм… — Абель, кажется, растерялся. — На мой взгляд, спорить на лекциях с наставником — не самая лучшая идея.

— А после них — можно? Значит, на лекциях ты будешь со мной соглашаться, а потом кричать, что я не права.

— Так хотя бы твой авторитет наставника не пострадает. К тому же я никогда не кричал — это твоя прерогатива.

— Ну ладно, — Мелисанда смутилась при упоминании о своей несдержанности, — во имя авторитета, будем спорить только после лекций. Или перед ними. Но ты не задирай нос, у меня тоже найдется, чем тебя удивить.

— Чем же?

— Например, сейчас я почти закончила дорабатывать твой следящий амулет. Еще немного, и можно будет передавать готовые заклятия артефактору. Я смогла сгладить поступающее на сетчатку глаза изображение, и теперь его появление так не шокирует. С поворотом картинки разобралась — теперь наклон получается не более пяти градусов. Добавила усиленную светочувствительность. Само заклятие осталось таким же незаметным — часть чар я перенесла на другой конец связующей нити, и они теперь крутятся вокруг головы использующего артефакт человека. И все в течение двух месяцев, между делом. Впечатляет?

— Ага, — произнес Гнец. Восторга в его голосе не слышалось.

— Эй, ты чего? — Мелисанда растерялась. — Абель, ты что — обиделся? За то, что я так переработала твое заклятие?

— Да нет… — Юноша покачал головой.

— Тогда в чем дело? — Женщину вдруг осенило. — Это из-за Ингви, да? Ты не хотел, чтобы твоей разработкой пользовалась Служба безопасности Солиано?

— В общем, да. Но ты тут совсем ни при чем. Мои желания — всего лишь мои желания.

Гнец вроде бы выглядел как обычно, но Мелли интуитивно чувствовала, что юноша расстроился. Она вдруг испугалась того, что Абель уйдет. Исчезнет из ее жизни. Не сейчас, а через неделю, месяц, год, но обязательно исчезнет. Сначала начнет скрывать свои настоящие эмоции под маской вежливости. Потом станет реже заглядывать в гости. И в конце концов будет только учтиво здороваться, случайно встречая на каком-нибудь до жути официальном мероприятии.

— Абель, послушай меня, пожалуйста. — Мелисанда села в кресле ровнее и посмотрела другу прямо в глаза. — Я прекрасно понимаю, что и у тебя, и у Ингви есть множество секретов. Многими из которых вы не собираетесь делиться друг с другом. У каждого свои интересы и цели. Мне, наверное, стоило бы выбрать одного из вас, чтобы избежать недопонимания. Но я не хочу. Ты мой друг, а он — будущий муж. И то и другое значит слишком много, чтобы можно было вот так легко отказаться. Поэтому я попробую сохранить вас обоих. Ты понимаешь меня, Абель?

— Вполне. — Юноша кивнул.

— Тогда будь уверен, что, разговаривая со мной, ты разговариваешь именно со мной. Если ты попросишь передать что-нибудь Ингви, то я передам, но это будет вполне обычная реакция в ответ на вполне обычную просьбу. Я не буду наушничать или добывать информацию. Ни для тебя, ни для него. Можешь говорить и оставаться уверенным, что никому твои слова пересказываться не будут. Я сохраню любую тайну так же, как и раньше, — Мелли буквально выдохнула эту тираду.

— Уверена? — Абель чуть улыбнулся.

— Нет. Ингви иногда бывает слишком проницательным. — Мелисанда вздохнула. — Но я очень сильно постараюсь.

— Надеюсь, ты не обидишься, если я не стану посвящать тебя в некоторые свои планы? — спросил Гнец.

— Ты вправе хранить от меня какие угодно тайны. Я только надеюсь, что мы по-прежнему останемся друзьями и наша обоюдная скрытность не зайдет слишком далеко.

— Будем надеяться вместе.

— Ага. — Глядя на повеселевшего Абеля, Мелисанда почувствовала, что ее опасения отступают. — Кстати, Ингви мне сказал, что ты не будешь против, если я доработаю следящий амулет. Он что, соврал?

— Полагаю, нет. Просто ты не привыкла общаться с высшей аристократией, вот и попалась на обычную уловку.

— Какую? — Мелисанда нахмурилась.

— Говорить ту правду, которую люди хотят услышать. Я ведь действительно не против того, чтобы ты доработала мой амулет. Меня смущает, что он получит широкое распространение так рано. Кроме того, изначально планировалось на нем еще и денег заработать.

— Знаешь, Абель, мне, наверное, стоит подробнее обсудить этот вопрос с Ингви. Формально он, может, и не солгал, но по сути — обманул. Я не хочу всю жизнь искать в его словах второй смысл.

— Не успел я приехать — и уже стал причиной вашего конфликта…

— Ты, как настоящий друг, своевременно указал мне на недостатки будущего супруга. Не беспокойся, я не собираюсь устраивать скандал или втягивать тебя в наши разборки. Сами поговорим.

— Спасибо. А то мне с твоим будущим мужем еще дела иметь…

— Я постараюсь ничего не испортить. Хочу, чтобы вы подружились, и мне никогда не пришлось бы выбирать, кого поддержать в первую очередь. Но… — Мелисанда нахмурилась. — В этой истории с амулетом Ингви был не прав. Я отдам тебе все свои расчеты и помогу договориться с ним о цене за использование артефактов. Кстати, хочу долю с продаж — не зря же столько мучилась.

— Коммерсантка, — хмыкнул Абель.

— Да, — самодовольно улыбнулась Мелли, — с вами и не такому научишься.

Ла Абель Гнец

— А я тебе говорю, что вот здесь надо не так делать! Твои идеи гениальны, Абель, но в плане практической реализации оставляют желать лучшего. Что будет, если концентрация мага нарушится?

— Да ничего страшного. Максимум будет небольшой перерасход энергии и свечение в области наложенного заклятия.

— Вспышка будет, а не свечение! Причем такая вспышка, что можно и глаза повредить! Как с тобой сложно… Ты меня специально доводишь, да? Ну почему я пообещала не ругаться неприличными словами?

Мы с Мелли сидели, склонившись над столом, и разбирали очередную мою задумку. Когда начавший проявляться в наших отношениях ледок был сломан, все вернулось на круги своя. То есть я достал первичный проект очередного заклятия, а Мелисанда попыталась рассказать, почему оно не будет работать. Надо заметить, критиковать она не умела абсолютно. Никогда. Уже через несколько минут обсуждения Мелли начала размахивать руками и сетовать на слабость моей теоретической базы. А к концу часа споров добрую треть ее речи составляли нецензурные слова и выражения. Именно тогда, во время перерыва на распитие чая, я и заставил ее дать обещание сегодня больше не ругаться. Или хотя бы делать это более культурно.

Мелли вдруг замолчала. Я поднял голову от разложенных на столе бумаг и посмотрел на нее. Затем проследил направление ошарашенного взгляда подруги и обнаружил сидящего на подлокотнике моего кресла Сокола.

— Вот решил проверить, сколько вам понадобится времени, чтобы меня заметить, — в ответ на мой невысказанный вопрос произнес Гнешек.

— Могла бы и предупредить, — упрекнул я Диану.

— Зачем? — удивилась моя субличность. — Он не представляет ни малейшей угрозы.

— Такие люди, как Гнешек, всегда представляют угрозу. Сокол умеет делать далекоидущие выводы из увиденного. Так что мне хотелось бы знать о его приближении заранее.

— Учту. — Диана замолчала.

— И долго вы так сидите? — поинтересовался я у хозяина дома.

— Почти четыре минуты. Впрочем, учитывая повышенную температуру ваших споров, это еще недолго. Собственно, если кто-то захочет моего участия в беседе, то имейте в виду, что я дома. В противном случае, не буду вам мешать и удалюсь в кабинет.

Я глянул на разложенные по столу листы с расчетами. До получения картины, устраивающей одновременно и меня и Мелли, оставалось совсем чуть-чуть. Какие-нибудь два-три часа. Может, немного больше. Но дела все же были первичны.

— Пожалуй, нам стоит прерваться, — предложил я. — Мелли, ты подождешь, пока мы обсудим пару вопросов?

Женщина кивнула.

— Не убирай, пожалуйста, ничего. Думаю, мы еще вернемся сегодня к нашему спору.

— Хорошо.

— Знаете, я с удовольствием осмотрел бы ваш кабинет, — повернулся я к Соколу. — Удовлетворите мое любопытство, господин Ингви?

— Просто Ингви, — поправил он. — Если вы, конечно, позволите мне называть вас Абелем.

— Думаю, что позволю.

Мы перешли из гостиной в кабинет. Ничего особенного — комната как комната. Книжные шкафы, письменный стол и сейф высотой в мой рост — классика. Гнешек запер дверь на ключ, после чего активировал наложенные на помещение заклятия. Единственное окно тут же затянуло темной пленкой. Однако сразу же включившийся светильник компенсировал этот недостаток. Браслет на моем левом запястье полыхнул зеленым, сообщая об отражении какого-то заклятия. Впрочем, судя по цвету вспышки, никакого вреда жизни или здоровью его магия в себе не несла.

— Привычка, — извиняющимся тоном произнес Сокол, — дома ни одного серьезного разговора без защиты не веду.

— Вполне вас понимаю. Сам подумывал об усилении мер безопасности, но, к сожалению, не имею среди помощников артефактора.

— Могу одолжить парочку, — предложил Гнешек.

— Благодарю, но не стоит, — покачал головой я. Доверие к Соколу было еще не настолько велико, чтобы предоставлять его специалистам доступ к защите моего дома.

— Если передумаете — только попросите. — Он слегка улыбнулся, прекрасно понимая причину отказа. — Кстати, об артефактах и артефакторах. Занимаясь следственными мероприятиями по делу о покушениях на Кристофера Денова, мои люди совершенно случайно вышли на мастера, изготавливающего амулеты по вашему заказу. Надеюсь, вы не будете против, если я тоже немного попользуюсь этим изобретением?

— Боюсь, что от меня теперь мало что зависит. Мелисанда, похоже, твердо намерена продавать упомянутые изделия вашей службе. Она уже потребовала взять ее в долю и даже торговалась относительно процентов.

— М-да… — Сокол провел рукой по голове, взъерошив светлые волосы.

— Вы же сами хотели женщину, которая встряхнет вашу жизнь, — не удержавшись, поддел его я.

— Хотел, — не стал спорить Гнешек. — Надо будет отправить ее к Ли Каласу торговаться насчет цены. Будет интересно понаблюдать за их спором. Но давайте отложим обсуждение артефактного бизнеса на потом. Сейчас, если позволите, я бы хотел перейти к делу.

— Конечно.

— Самое главное — на данный момент никто не проявляет заметного интереса ни к известной нам партии контрабандных товаров, ни к каналам ее возможного сбыта. К Абелю Гнецу или Штефану Цвангу — тоже. Разумеется, за исключением значительного количества молодых женщин, озабоченных проблемой выгодного замужества. Впрочем, господин Цванг не интересует даже их.

Я поморщился. Постоянно крутящиеся вокруг девушки успели стать моей головной болью еще в прошлом учебном году. И, судя по всему, в текущем их количество уменьшаться не собиралось.

— Не знаю, как долго продлится столь благостная ситуация, — продолжал тем временем Сокол, — но полагаю, что еще минимум несколько месяцев. Я достаточно хорошо встряхнул любителей контрабанды, заставив многих из них забиться в самую дальнюю щель и стать на время крайне законопослушными гражданами. В качестве официальной причины творившейся у нас здесь суеты был назван поиск убийц императорских боевиков. Полагаю, мне даже поверили. Кстати, не раскроете имена хотя бы парочки столь выдающихся личностей?

Я отрицательно покачал головой.

— Жаль. Но вернемся к делу. Встряхнули контрабандистов. Нескольких даже посадили. Посадили бы и больше, но облавы и поиск мелких правонарушений — не мой профиль, да и сильной паники создавать не хотелось. Ваши протеже тоже задергались, даром что живут в другом городе и в Солиано почти не работают. Вы бы их хоть предупредили, что ли. Кстати, праздный вопрос: не знаете, почему господин Цванг называет их близнецами? Я видел эту чернокожую парочку — они ни капли не похожи друг на друга. Прозвища в криминальной среде у них тоже совсем другие.

— По словам Штефана — из-за того, что он их постоянно путает. А так как разумный взрослый человек, к которым мой друг себя относит, может перепутать только очень похожих людей, остается единственный возможный вывод: Арнольд и Габриель — близнецы.

— Кажется, я недооценил оригинальность мышления господина Цванга, — задумчиво пробормотал Гнешек. — Да. Так вот. Кроме розыскных мероприятий, я провел несколько мелких операций для отвода глаз. Позволил всплыть информации о старой переписке между некоторыми аристократами Домов Весов и Крылатого Меча. Нанял группу спецназа у генерала Крига для охраны одного из складов. Склад формально принадлежит торговцу из «весовщиков», контракт на значительную сумму подписали задним числом. Если наш противник перепугается не слишком сильно и все же примется за поиск информации, то он обязательно задумается над тем, что же охраняли столь сильные бойцы на обычном складе в так интересующий всех промежуток времени. Кстати, чисто теоретически, учитывая количество нанятых головорезов Крига, они вполне способны были противостоять императорскому спецназу.

— А генерал не захочет предъявить нам претензии за втягивание его людей в столь некрасивую ситуацию?

— Ни в коем случае. Он вполне понимает, что за такие деньги профессионалы не могут просто просидеть на одном месте. А раз понимает и заключил контракт, значит, согласился на участие в интриге.

— Есть еще что-то, что я должен знать?

— Возможно. Я поучаствовал в спорах о «выкупе» за бездарные действия императорских боевиков, понаблюдал за активностью служб безопасности Летнего и Осеннего дворцов и сделал кое-какие выводы. Заказчик оружия — однозначно не император. Но при этом интересующий нас человек или группа людей стоит достаточно высоко, чтобы отдавать приказы с самого верха и иметь возможность скрывать свои следы. В самом худшем варианте против нас действует официальный наследник, но такая вероятность не превышает тридцати пяти процентов. Я изложил для вас свои размышления на бумаге — почитаете на досуге.

— Обязательно.

— С моей стороны пока все. — Гнешек сложил ладони домиком и уставился на меня поверх них. — А теперь позвольте поинтересоваться вашими планами, Абель.

— Мои планы не отличаются разнообразием, — мрачно сказал я. — Буду действовать по обстановке. Скажите, Ингви, вы можете легализовать запрещенное оружие, не прокричав о таком редком событии на всю империю?

— Теоретически да. Практически — не знаю. Можно ничего громко не объявлять, прикрывшись расследованием. Но оружие должно быть занесено в общий реестр. Так что тишина продлится лишь до тех пор, пока кто-то любопытный, вдумчивый или просто исполнительный не перечитает его. Предсказывать, когда именно это произойдет, я не возьмусь.

— Понятно. Значит, отложим легализацию на более поздний срок. Хотя я попросил бы вас к ней подготовиться заранее.

— Договорились.

— Еще хотелось бы получить информацию по тем сотрудникам службы безопасности Летнего дворца, которые, на ваш взгляд, могут быть вовлечены в наше противостояние. И подскажите адрес склада, о котором вы упоминали, и имя его владельца.

— Собираетесь снова ловить на живца? — Гнешек вздернул брови. — Не думаю, что такая тактика сработает. После случившегося «весовщикам» проще забыть о потерянном грузе и организовать движение всех последующих поставок в обход Солиано.

— Меня такой вариант развития событий более чем устроит.

— И вы не хотите найти виновного в утечке технологий Дома?

— Предоставлю совершение подвига вам. Сам я предпочел бы спокойно доучиться.

— Понимаю вашу точку зрения.

В комнате царил полумрак. Единственный светильник, стоящий на полу рядом с дверью, горел слабо. Впрочем, находящийся в помещении низенький полный человек читать не собирался, так что имеющегося освещения ему вполне хватало. Давид Риттершанц, официальный наследник императора, обходил начертанную на полу магическую фигуру по периметру, раскладывая в отмеченных местах одноразовые артефакты. Наклоняться было тяжело — объемистый живот мешал гнуться в пояснице. Положив на пол последнюю металлическую табличку с вложенным в нее заклятием, мужчина выпрямился. Постоял немного, тяжело дыша и думая о том, что пришла пора снова проходить оздоровляющие процедуры у целителей. Давид поморщился, представив, как очередной лекарь начнет твердить ему о непозволительно изношенном для пятидесятилетнего Ла теле и необходимости здорового образа жизни. Он не хотел вести здоровый образ жизни. Торговля, интриги и борьба за власть и без того съедали слишком много времени. Наследник императора не желал тратить оставшееся на какие-то дурацкие тренировки, предпочитая им дорогое вино, вкусную еду и иногда женщин.

Мысль о женщинах породила новую волну недовольства, заставив вспомнить о проблемах с сестрами. Мало ему было одной Тамары, нацелившейся после смерти отца на роль теневой правительницы империи, так теперь еще и о Лидии приходится думать. Девчонка незаметно выросла, достигнув двадцатилетнего рубежа, и тоже задумалась о сторонниках. Давид был бы совершенно не против, вербуй она их на территории Весеннего дворца, где традиционно сильна Тамара, так ведь нет: младшая сестра искала подходящих людей в Зимнем и Осеннем дворцах, лишая официального наследника возможных союзников. Стерва. А некоторые еще удивляются, почему отец женился, только когда его возраст перевалил за сотню лет, да и после появлялся в спальне матери лишь для того, чтобы поучаствовать в зачатии очередного отпрыска…

Давид постарался выбросить из головы неприятные мысли и активировал начертанное на полу заклятие. Сложная магическая структура начала действовать. Теперь оставалось только дождаться ответа. Чары являлись более могущественным аналогом Зова — они не спрашивали направления, не обязывали лично знать адресата и могли дотянуться до самого дальнего уголка империи. Однако даже они имели недостаток — человек, с которым устанавливалась связь, должен был построить точно такое же заклятие. Кроме того, в переговорах столь высокого уровня требовалось соблюдать секретность. В итоге заклятие, используемое Давидом, было разделено на шесть частей, каждую из которых создавал отдельный чародей и вкладывал ее в артефакт. Вдобавок самому наследнику, практически не знакомому с искусством магии, пришлось потратить более сотни рабочих часов на изучение способа активации чар при помощи собственных сил. В общем, сложностей хватало. Но зато такой подход позволял обеспечить конфиденциальность.

— Приветствую вас, Владыка, — неожиданно прозвучавший голос заполнил собой комнату. Давид поморщился — титул, которым он так гордился, в устах этого человека звучал пусто и нелепо.

— Приветствую, — отозвался наследник. — Сообщаю, что отправленный вами товар получен в целости и сохранности. Свою часть договоренности я тоже выполнил. Результаты вы сможете наблюдать не позднее следующей недели.

— Рад слышать. — Несмотря на то, что заклятие обеспечивало исключительно мысленную связь, Давид четко слышал легкое эхо, порождаемое акустикой комнаты и голосом собеседника. — Но вы ведь хотели обсудить что-то еще, не так ли?

— Да. Мне недостаточно одних драконьих посохов. Нужны яйца феникса. Хотя бы два. Но я готов оплатить и четыре.

— Вы просите слишком много. — Собеседник явно не был в восторге от запросов Владыки.

— Возможно, — не стал спорить Давид, — но я готов платить. Итак?

— У меня просто нет того, что вам нужно. Получить даже одно неучтенное яйцо крайне сложно. Не говоря уже о двух и более.

— Разве не вы контролируете их производство? Неужели так сложно признать феникса бракованным?

— Сложно. Даже бракованный феникс подлежит учету. К тому же после того, как пропал переданный вам груз, мне пришлось принять кое-какие меры для обеспечения собственной безопасности. А действия подобного рода отнюдь не увеличивают возможности для проведения махинаций.

— Тем не менее могу ли я получить яйца фениксов? — Давиду не понравилось, какое направление норовил принять разговор. Напоминания о неудаче, закончившейся смертью Руфуса, злили его, как ничто другое.

— Можете. Через год или полтора. Именно столько понадобится, чтобы получить нигде не зарегистрированных големов. И вам придется увеличить цену.

— Хорошо. — Возможное увеличение цены наследника не обрадовало, но возражать он не стал. — Свяжитесь со мной, как только появится хотя бы одно яйцо для продажи.

— Обязательно.

ГЛАВА 3

Штефан Цванг, курсант

— Ну, ты готов? — жизнерадостно спросил Абель.

— Готов, — проворчал Штефан. — Вот только не пойму, зачем надо было поднимать меня в шесть утра.

— Затем, что встреча у нас назначена на восемь, а Рикке еще иллюзорный облик на твою небритую физиономию накладывать.

— Что за манера назначать деловые переговоры на такую рань, — тяжело вздохнул Цванг. — Все-таки зря ты, шеф, в летнюю столицу приехал. Теперь мне опять предстоит не высыпаться. Знаешь, как хорошо было в твое отсутствие? Каждый день выходной, восемь часов сна минимум, никакой сумасшедшей беготни. Из плохого — только нещадно эксплуатирующая меня Сонано.

— А ты постоянно пытался поесть за чужой счет, — огрызнулась Рикка.

— Не за чужой, а за счет работодателя, — возразил Штефан. — И вообще, Абель, твоя прислуга ужасно распустилась за время отсутствия хозяина. Вон даже возражать что-то пытается, хотя раньше только фыркала и смотрела уничижительно.

— Кончай препираться. Обувайся давай и выходи, — отказался поддержать товарища Гнец.

— Уже, — вздохнул курсант, натягивая черные замшевые сапоги. — Куда, кстати, едем и зачем?

— Склад смотреть. — Абель покинул квартиру первым. — Если он нас устроит, то арендуем на значительный период.

— Так. А позавчера мы чем занимались? — Штефан пропустил Рикку вперед и вышел следом за ней. — Или тот склад тебе уже разонравился?

— Не разонравился. Вдобавок я уже заплатил за него деньги. Но он — приманка для «весовщиков». Сокол уже обеспечил их интерес к тому помещению, а мы добавим. Завезем ящики, наймем неплохую охрану и понаставим заклятий. Если наши противники не забросили свои розыскные мероприятия, то они обязательно засветятся.

— Угу. Только судя по данному тобой описанию, нам потребуются люди и деньги. Причем чем больше, тем лучше. — Штефан догнал Абеля и пошел рядом с ним.

— В данном конкретном случае нам потребуется только Сокол. Он, конечно, сделает это не бесплатно, но скидку «по дружбе» предоставит значительную.

— Ладно, понял. А еще один склад нам зачем? Или ты собираешься приманками всю летнюю столицу утыкать?

— Нет. Второй склад нужен для вполне обыденных целей. Мне не нравится, где ты хранишь груз.

— А что не так? Тихое, неприметное место.

— Вот именно. Тихое. — Абель бросил быстрый взгляд на Штефана. — Сейчас, когда служба безопасности Солиано перестала трясти криминальный мир, воры и контрабандисты снова начнут активно искать, где можно подзаработать. Стоит активизироваться каким-нибудь идиотам вроде нас с тобой, и ящики с оружием без какого-либо шума в очередной раз сменят хозяев.

— Полагаешь, на легальном складе товару будет лучше?

— Да. Можно вполне официально нанять охрану и установить хорошую сигнализацию. Это никого не удивит и не привлечет лишнего внимания. К тому же склад располагается в оживленном районе и довольно недалеко от одного из стационарных постов сил правопорядка. В таких условиях налетом его брать никто не рискнет. Даже императорский спецназ. Весь товар легализован и является моей собственностью. Небольшой налог за него в казну Каласов я оплатил. Так что никаких проблем с законом не предвидится. Сплошные преимущества.

— Хорошо. А тебя совсем не волнует интерес, который твоя сестра, папа или кто там еще может проявить к арендованному помещению? Не говоря уже о том, что хозяин склада наверняка поинтересуется, какие именно грузы будут там храниться.

— Не поинтересуется. — Абель качнул головой. — Я ведь не просто к первому попавшемуся человеку обратился. Селина по моей просьбе копался в течение трех ночей в голове владельца первого склада и в качестве приятного дополнения выудил оттуда некоторую информацию по коллегам и конкурентам.

— Ого, а я еще жаловался, что мне спать не дают. — Они дошагали до кареты, и Штефан открыл перед Абелем дверцу. — Беру свои слова обратно, шеф.

— Рано радуешься. У меня и на тебя планы имеются, — вернул друга с небес на землю Гнец.

Ла Абель Гнец

До склада мы добрались без происшествий. Да и какие могут случиться происшествия со спокойно едущими в карете людьми? По крайней мере, если у этой кареты нормальные рессоры и она не рассыпается на ходу. Впрочем, в настолько изношенных экипажах мне ездить не доводилось, хотя я и был осведомлен об их существовании. На место мы прибыли задолго до назначенного времени, но владелец помещения уже был там, расхаживая взад-вперед перед воротами.

— Здравствуйте, уважаемый Трист, — вежливо поприветствовал его я, покидая экипаж.

— Здравствуйте, здравствуете, уважаемые. — Мужчина пошел нам навстречу, широко раскинув руки, словно собираясь заключить в объятья.

— Простите, что так рано.

— Ничего-ничего, я только рад. — Он резко опустил руки, хватая меня за правую кисть и тряся ее в приветственном рукопожатии. — По прихоти судьбы мне приходится работать ночами, и ваш визит позволит пораньше отойти ко сну. Проходите внутрь, осматривайтесь. Я готов все показать и рассказать. — Трист выпустил мою конечность и вцепился в Штефана.

— Да, да, разумеется. Сейчас все осмотрим. За тем и приехали. — Мой друг высвободил руку, напустил на лицо сосредоточенное выражение и поспешил скрыться внутри помещения, оставив общительного владельца склада на нас с Риккой.

— Знаете, вам ужасно повезло. Предыдущие арендаторы оставили после себя прекрасную действующую систему сигнализации, — Трист снова повернулся ко мне, — так что можно сэкономить не только на устанавливающих защиту магах, но и на наполнении чар силой. Еще месяц или даже два зарядка не потребуется. А я при сделке возьму с вас только двадцать процентов от реальной стоимости такой магии.

— Прекрасное предложение, — вежливо улыбнулся я. — Полагаю, полное описание сигнальной системы и страховка при ее неправильном срабатывании входят в озвученную стоимость?

— Эмм… Боюсь, что нет, — сбавил обороты владелец склада. — Видите ли, я не являюсь лицензированным в области защиты магом и не могу выдать таких бумаг.

— В таком случае система не может быть признана действующей. Сколько вам понадобится времени, чтобы избавиться от нее?

— Вы знаете, я бы хотел сдать склад в аренду как можно скорее. Сигнализация действительно рабочая. Любой маг способен это подтвердить. — Поняв, что выдать недостаток помещения за его достоинство не удастся, Трист погрустнел.

— Боюсь, меня не интересуют подтверждения «любого мага». Но если моего компаньона устроит то, что он увидит, то я готов снять склад сразу и избавиться от чар своими силами. Разумеется, при условии, что вы вычтете соответствующую сумму из полагающейся арендной платы.

— Мы можем обсудить снижение оплаты в первые несколько месяцев. — Он снова попытался получить хотя бы немного дополнительной прибыли, рассрочив платеж.

— Не имеет смысла. Я предполагал оплатить аренду сразу на полгода. Если сойдемся в цене.

— Сойдемся, обязательно сойдемся, — уверил меня опять вернувший себе хорошее настроение Трист.

Мы еще пообщались некоторое время, ожидая, пока Штефан закончит осмотр и сможет выдать свое заключение. Владелец склада, видимо почуяв наживу, расспрашивал меня о бизнесе и рынках сбыта. Я давал ему один ответ за другим, где-то скрытничая, где-то отделываясь общими словами и чувствуя, что влез не в свое дело. Играть торговца оказалось гораздо сложнее, чем виделось вначале. По-хорошему, стоило бы использовать мозг заранее и отправить вместо себя Майю. Уж она бы смогла не только достоверно изобразить из себя деловую женщину, но и позволить мне решать вопрос о деньгах, не вызвав при этом ни малейших подозрений. К сожалению, я еще не привык поручать большинство задач подчиненным и отправлялся делать дело сам, несмотря на отсутствие необходимых навыков. Положение спас вовремя вернувшийся Штефан.

— Сойдет, — вынес свой вердикт он, с грустью рассматривая сапоги, ставшие от пыли серыми. — Грязно, внутренние перегородки мешаются, освещения никакого, но стены и фундамент надежные. После небольшой реконструкции пользоваться можно.

— Какой реконструкции? Зачем реконструкции? — всполошился Трист.

— Простой. Все эти ваши деревянные стенки, делящие помещение на части, — явно временная конструкция. Их надо убрать. Еще придется усилить крышу — слишком хлипкая.

— Там хорошая крыша. В прошлом году только чинили, — продолжал полупричитать-полууговаривать нас хозяин склада.

— Дорого? — поинтересовался я у Штефана, стараясь не обращать внимания на стоны не желающего терять деньги человека.

— Мелочь, — ответил мой друг.

— Уважаемый, — повернулся я к Тристу, — мое предложение таково: мы чиним и укрепляем за свой счет крышу, а вы не спрашиваете нас, куда подевались некоторые из внутренних перегородок.

— Мм… Тут, конечно, зависит от качества ремонта… — сразу принялся тот прикидывать степень выгоды.

— Ремонт будет качественным. Мы даже пустим вас на него посмотреть.

— Вы такие требовательные, такие требовательные, — вздохнул Трист, — но на что только не пойдешь, чтобы арендатор остался доволен… Давайте уже обсудим цену.

Риккарда Сонано, горничная

Условия аренды помещения были обговорены. Раскланивающийся и потирающий руки владелец склада получил свои деньги. Можно было уезжать. Рикка придержала дверь кареты для забирающихся внутрь мужчин и запрыгнула следом за ними. Шепнула вознице через небольшое окошко адрес, по которому их требовалось отвезти, и повернулась к господину.

— Ну как? — мрачно поинтересовался Абель. — Я хоть чуть-чуть был похож на торговца?

— Был, был, — покивал Штефан, — особенно когда спорил по поводу крыши.

— Несомненно, были, — поддержала Цванга Рикка. — Вы вели себя как настоящий аристократ.

Гнец зажмурился и тихонько застонал.

— Надо было действительно отправить вместо себя Майю, — наконец открыв глаза, пробормотал он.

— Вы меня не так поняли, господин, — постаралась исправиться Рикка. — Большинство аристократов Дома Весов так или иначе связаны с торговлей. Но они ведут себя как деловые люди, а не базарные купчишки вроде этого Триста. Вот и вы были похожи на такого аристократа.

— Да? — переспросил Абель. — Ну, буду надеяться. Хотя в следующий раз все равно отправлю на такие переговоры Майю. Даже если она и потеряет лишний десяток золотых — ничего страшного. Невелика цена за удачный обман.

— Думаешь отказаться от склада? — подал голос Штефан.

— Нет. — Гнец отрицательно покачал головой. — Ничего страшного не произошло. Трист занимается честным бизнесом (небольшой обман не в счет), никому не наушничает, с преступным миром или службами безопасности не связан. Кроме того, он не особенно любопытен и абсолютно не интересуется, что именно и в каких количествах хранят в снятых помещениях его арендаторы.

— Откуда ты все это узнал?

— Селина. Он читал разум Триста, перед тем как я начал вести переговоры.

— Когда успел? Ты говоришь уже о втором человеке, в мозгах которого копался наш психо. Только не говори мне, что торгаши не имели никакой защиты разума.

— Один имел. Но очень слабую. Все что он скрывал — мелкие торговые секреты. В таких ситуациях не обращаются за серьезными ментальными бастионами к психо четвертой ступени — пользуются чем попроще. А Селина как раз специализируется на взломе защит. Так что никаких проблем не было. Мы проникали в дома к владельцам складов, пока они спали, капали для надежности немного снотворного в нос и работали. Потом даже внушения не приходилось делать.

— Где-то я такой трюк уже видел… — Штефан поскреб щетину на подбородке. — Рикка посоветовала?

— Да, — просто ответил Абель.

— Я так и подумал. Ох, чую, загонишь ты меня, — вздохнул Цванг. — Только вторую неделю в городе, а уже как развернулся!

— Не загоню. Самое срочное я уже закончил. Причем не прибегая к твоей помощи, — успокоил его Гнец. — Просто хотелось успеть как можно больше до начала занятий.

— Успел? А то уже завтра вечером бал для курсантов, а послезавтра — лекции.

— Можно сказать, успел. Все равно, пока крышу на складе не укрепят, возиться с охранными заклятиями нет никакого смысла. К тому же надо подумать, где брать необходимую для их работы энергию. В отсутствие стационарного накопителя и управляющих всей системой чар каждое заклятие надо подпитывать отдельно. А к ним стороннего человека не допустишь. Кстати, Рикка, возможно ли будет взять часть энергии из накопителя особняка?

— Если только в экстренном случае, господин Абель, — ответила девушка. — Пока вы отсутствовали, мы специально не пользовались большинством бытовых заклятий в доме. К тому же я пересмотрела график, по которому к нам приходят маги из городской службы пополнять энергию в накопителе. Майские затраты удалось восполнить только за два месяца. К сожалению, излишки, которые могут быть потрачены на сторону, по-прежнему минимальны. А с учетом потерь при передаче такой подход совершенно неэффективен.

— М-да. — Абель поморщился. — Тогда придется ограничиться буквально четырьмя-пятью заклятиями и регулярно ездить поддерживать их самостоятельно.

— Если позволите, то у меня есть несколько мыслей, — осторожно попробовала внести предложение Рикка.

— Я слушаю. — Гнец заинтересованно посмотрел на нее.

— Среди нанятых Штефаном людей есть один начинающий маг. Если его включить в охрану, то он мог бы заряжать заклятия своей силой. Доступ к управлению чарами ему давать не стоит, но если я или вы будем посещать склад время от времени, то позволять этому человеку наполнять энергией защитные чары под нашим присмотром не опасно.

— Интересная мысль. — Абель повернулся к Штефану. — Что скажешь?

— Не вижу никаких проблем, — пожал плечами Цванг. — Особой степени доверия при таких ограничениях все равно не требуется. Если пожелаешь, то могу даже еще одного «чародея» нанять. Вообще, он довольно бесполезен, но для предложенной Риккой работы подходит идеально.

— Нанимай, — тут же согласился Гнец. — Можно будет половину внешнего наблюдения составить из отдельных простых заклятий и отдать под контроль твоим парням.

— Еще можно сделать два комплекта артефактов для внутренней защиты, — снова позволила себе внести предложение Рикка. — Держать один из них дома, постепенно заполняя излишками энергии. Тогда посещать склад надо будет еще реже.

— Да ты в последнее время — просто неиссякаемый источник ценных идей! — похвалил ее Абель. — Сможешь сама составить хотя бы предварительный план защитной сети?

— Да, господин.

— Великолепно! Рикка, ты просто прелесть!

Девушка поклонилась в ответ, сохраняя серьезное выражение лица, но сердце от такого откровенного признания ее полезности забилось чаще.

Ла Абель Гнец

Закончив со всеми делами на сегодня, мы отправили Штефана досыпать и вернулись домой, собираясь заняться тем же самым. Несмотря на то что прошедшей ночью нам не пришлось проникать в чьи-либо дома, провести достаточно времени в кровати все равно не удалось. Забота о месте хранения доставшегося мне по воле судьбы вооружения была не самой сильной головной болью. Других задач тоже хватало. Но прямо сейчас я собирался ненадолго забыть о них и попытаться посмотреть хотя бы одно сновидение.

— Сейчас мы с Микой позаботимся о горячем обеде. Вы спуститесь после душа в столовую или принести прямо в комнату? — поинтересовалась Рикка, подавая мне домашние тапочки.

— Наверное, ни то ни другое. Поем, когда проснусь, — отказался я. — А сейчас просто поднимусь наверх и упаду на кровать. Составишь мне компанию? Или предпочтешь оказаться в своей комнате, чтобы тебе не мешали выспаться?

— В своей. Чтобы не мешать спать вам. — Девушка чуть улыбнулась. — Займусь планом защиты склада.

— Мне кажется или всю последнюю неделю ты отдыхала не больше меня?

— Слуги и не должны прохлаждаться, пока их господин работает.

— Понятно. — Я быстро шагнул вперед и подхватил горничную на руки. — Хочу напомнить, кто именно из нас двоих аристократ, способный обходиться без сна вдвое больше времени. Как минимум вдвое. Мне не хочется, чтобы ты начала валиться с ног от усталости. Так что сейчас мы идем спать.

— Хорошо, Абель. Я пойду, куда ты скажешь. Только отпусти, пожалуйста. — Рикка обхватила меня одной рукой за шею и задрыгала ногами, пытаясь заставить вернуть ей вертикальное положение. — Здесь же не твоя комната. Нас могут увидеть. Как я смогу смотреть в глаза людям, став причиной такого урона вашей чести?

— О, Совершенство… — Я со вздохом поставил ее на ноги. — Кто, кроме Сильвии и Мики, может нас здесь увидеть?

— Их вполне достаточно. — Рикка принялась расправлять юбку. — Думаете, им безразличны ваши честь и достоинство? Это не так. Просто они, подобно мне, следуют вашим желаниям.

— Если ты следуешь моим желаниям, то я желаю, чтобы моя горничная отправилась спать, вместо того чтобы фанатично выполнять работу, которую вполне можно отложить на день-два.

— Как скажете. Мне отправляться спать или отправляться спать с вами?

— Иди одна. Будет лучше, если ты отдохнешь. — Я потянулся и поцеловал ее в кончик носа.

— Хорошо. Сейчас отправлюсь. Только принесу в твою комнату холодные закуски. Вдруг все же захочешь перекусить после душа.

— Ладно, договорились. Но смотри, не задерживайся.

Я поднялся к себе. Стянул одежду, отправив ее в корзину, стоящую в ванной комнате, — сегодня было достаточно жарко, чтобы за прошедшие полдня мои вещи пропитались потом насквозь. Как такое выносят простолюдины, многие из которых вынуждены работать с утра и до позднего вечера в помещениях, не оснащенных охлаждающими воздух заклятиями, я представлял с трудом. К счастью, принадлежность к аристократии и наличие достаточного количества денежных средств позволяли избежать подобных мучений — температура воздуха в особняке благодаря магии поддерживалась вполне комфортная.

Смыв с себя пот и грязь, я выбрался из-под душа и, замотавшись в полотенце, прошел обратно в спальню. Оставленная мною на десять минут комната уже не пустовала — на кровати полусидела-полулежала, вытянув длинные загорелые ноги, Сильвия, одетая в короткий домашний халат.

— Меня Рикка попросила присмотреть, чтобы ты не лег голодным. — Улыбающаяся женщина кивком головы указала на поднос с едой, оставленный на столе.

— Надеюсь, у меня есть право голоса в этом вопросе?

— Разумеется. — Сильвия кивнула. — Кто, в конце концов, в доме хозяин?

— Иногда мне кажется, что Рикка. — Я устроился на кровати рядом с женщиной и притянул ее к себе. — Особенно когда она в очередной раз организует перестановку мебели в какой-нибудь комнате. Приезжаю после летних каникул, а в доме на прежних местах только стены остались. Ну и моя комната с библиотекой.

— Еще кухня, — с улыбкой произнесла Сильвия, устраивая свою голову на моей груди. — Тебе не понравились перестановки? Рикка очень старалась. Она хочет, чтобы в твоем доме все было идеально.

— Знаю. Она заботится обо мне гораздо сильнее, чем я сам. Ее желание всегда поступать правильно порой немного утомляет. Мне бы хотелось, чтобы она была чуть менее служанкой и чуть более подругой.

— А по-моему, она счастлива, что является твоей горничной. Позволь ей быть такой, какой она хочет. Подругой могу быть я. Все равно служанка из меня никакая.

— Это уж точно. Не могу представить тебя стоящей у плиты в передничке.

— Ну, если такова твоя фантазия… — Женщина засмеялась, перекатившись с меня на подушку. — Давай ложись нормально, а то так никогда не заснешь. Несмотря на то, что собирался.

Я послушно покрутился, занимая положение вдоль кровати, и попутно сбросил полотенце. Сильвия накрыла меня одеялом и сама забралась под него.

— Ты спи, спи, — шепнула при этом она. — Я просто так рядом полежу.

Марианна положила на стол перед собой темно-синюю папку и расстегнула металлическую застежку. Наконец-то она достаточно разобралась со своими прямыми обязанностями, чтобы иметь возможность посвятить немного времени семейным делам. Например, почитать первые доклады от агентов в Солиано о том, как именно проводят время ее брат и муж. Она ведь не обещала Абелю, что прекратит вести за ним наблюдение. Да и отец к своему старшему сыну интереса не утратил.

Женщина просмотрела письма одно за другим. Пустышки. Как она и подозревала. Наблюдатели, конечно, не отслеживали все перемещения объектов, но те, что удавалось… Брат проводил большую часть времени дома, изредка прогуливаясь по городу или нанося кому-нибудь визит. Муж таскался по клубам и салонам, что тоже было вполне ожидаемо. В одном из докладов промелькнула пара фраз о том, что Кристофер интересовался возможностями самостоятельно заработать, но помочь ему не смогли. Еще бы. Наверняка он как мальчишка ожидал готового рецепта, а собеседники только пожимали плечами в ответ на идиотски прямой вопрос.

Молодой Денова был так по-детски наивен, что, находясь рядом с ним, Марианна невольно ощущала себя извращенкой. Заниматься сексом с ребенком, пусть даже и выглядящим как взрослый, было, с ее точки зрения, противоестественно. К сожалению, и имперский закон, и аристократическое сообщество имели на этот счет совершенно иное мнение, ориентируясь в вопросах допустимости любовных связей исключительно на количество фактически прожитых лет. Мари никогда не была особой поборницей морали, скорее наоборот. Да и к идее брака по расчету всегда относилась с пониманием. Но всему же есть предел! Зато теперь она знала точно — дети ее не возбуждают. Вне зависимости от приложенных ими стараний.

Она решила, что еще припомнит Абелю свое замужество. Несмотря на то, что брат был в своем праве. Ибо умение симулировать оргазм — совсем не то, что Марианна хотела получить от первого брака.

В неплотно закрытую дверь постучали. И сразу, не дожидаясь ответа, в комнату просунулась голова Унцо Веермаха.

— Молчун прибыл, — доложил рыцарь.

— Пусть заходит. — Марианна вернула последний читаемый доклад обратно в папку и отложила ту на край стола. — Здравствуй, Себастьян, — приветствовала она плотно сложенного мужчину среднего возраста.

— Добрый вечер, лорд-командор. — Гость прошел в комнату и уселся на специально оставленный для него стул. — Честно говоря, не ожидал приглашения от столь именитой особы.

— Какая там именитость, — махнула рукой женщина, — мой лорд-командорский чин недалеко ушел от твоего лорд-капитанского.

— Как посмотреть, — пожал плечами Себастьян. — Я, например, судя по всему, уже достиг потолка своей карьеры. В то время как ваше нынешнее звание не более чем очередная ступень на пути вверх. Да и фамилии, которые мы носим, намекают на кое-какую разницу в положении. Я давно разучился игнорировать подобные факты. Так что уж извините, но за приглашением на чашку чая от истинно высокородной мне видится что-то иное.

— Ну допустим. Но это ведь не повод петь мне дифирамбы.

— Одно ваше существование уже само по себе является таким поводом, — улыбнулся мужчина, — но если вам не нравится, то я не рискну расстраивать высокородную.

— Не знала, что ты такой любитель говорить комплименты. — Марианна вернула ему улыбку. — Но может быть, мы поговорим о деле?

— Как пожелаете. Однако у меня есть одно замечание.

— Какое?

— Не хочу показаться наглецом, но должен сообщить, что ни от командора Грига, ни от генерала Фалька мне никаких уведомлений о новом задании не поступало. А вашим подчиненным я не являюсь и, соответственно, не имею права исполнять поступившие от вас приказы. Несмотря на все уважение.

— Я не собираюсь тебе приказывать. Хочу всего лишь попросить о добровольной помощи. Хорошо оплачиваемой помощи.

— Тогда тем более вам стоит обратиться к генералу, — пожал плечами Себастьян, — я ведь нахожусь у него на службе.

— Насколько мне известно, иногда и у тебя бывает отпуск. — Марианна прищурилась.

— Бывает, — согласился мужчина, — но до него еще не меньше месяца.

— Ничего. Я не спешу. Для меня гораздо более важно то, что о порученной тебе работе будет знать как можно меньше людей. Ты понимаешь, что я хочу сказать, Молчун?

Мужчина кивнул.

— Мне бы хотелось услышать подробности, — осторожно произнес он.

— Мой младший брат сейчас учится в Высшей Воинской Академии Солиано. Второй курс. Так получилось, что за прошедший год он сильно поднаторел в искусстве интриги. Слишком сильно, на мой взгляд. Я хочу знать, действительно ли это его успехи или брат только пользуется информацией и выводами, которые ему преподносит директор службы безопасности летней столицы.

— Вы знаете, Ла Марианна, интриги высокородных и игры безопасников — не мой профиль. Но даже я слышал об Охотничьем Соколе Солиано. Да и привлекать внимание вашего отца, следя за его сыном, мне совсем не с руки.

— Отца я беру на себя. Он не предъявит никаких претензий. Конфронтация с Соколом тоже не входит в мои планы. Если его сотрудники вычислят тебя и попросят покинуть летнюю столицу, то будет вполне разумно подчиниться их требованиям. Воевать ни с кем не нужно. Я всего лишь хочу знать, насколько хорош мой брат. Своеобразный тест на способности.

— Звучит неплохо. Только почему бы вам не обратиться к тем, кто занимается подобным всю жизнь? Я ведь все-таки военный, а не безопасник. Могу что-то упустить или сделать неправильно.

— Ответ на твой вопрос элементарен: Сокол. Ему наверняка известно гораздо больше специалистов нужного профиля, чем мне. Причем на каждого из них у него заведена толстая папочка. Какой смысл нанимать человека, который окажется под наблюдением, едва въехав в город?

— Вряд ли директор службы безопасности Солиано знает в лицо всех шпионов империи, — возразил Себастьян.

— А ему и не нужны все. Достаточно знать лучших. В любом случае, я не в состоянии выяснить, на кого есть досье в его шкафу, а на кого нет.

— Действительно.

— Ты возьмешься за работу?

— Мне позволено будет нанять помощников?

— Да. Но за их молчание будешь отвечать лично.

— Приемлемо. Я возьмусь за работу. Но начну не раньше чем через пару месяцев, и только если сойдемся в цене. — Себастьян откинулся на спинку стула. — Впрочем, я слышал, что вы довольно щедрая женщина. — Он позволил себе улыбнуться.

ГЛАВА 4

Риккарда Сонано, горничная

Короткая толстая стрелка приблизилась к двухчасовой отметке на циферблате, активировав тем самым оставленное Риккой заклятие. Мелодичный перезвон колокольчиков наполнил комнату, заставив девушку оторваться от расстеленного на столе плана здания и поднять голову. Она завершила действие чар и, оставшись в тишине, помассировала себе виски. Усталость никуда не делась несмотря на то, что вчера сразу по прибытии горничная отправилась в постель и, следуя пожеланию Абеля, проспала двенадцать часов подряд. Видимо, действительно слишком перенапряглась. Господин, как всегда, оказался прав, а она едва не подвела его, слишком увлекшись следованием формальным правилам в ущерб реальной пользе. Девушка клятвенно заверила саму себя, что обязательно поспит еще, как только у нее будет готов первый вариант системы безопасности для арендованного склада. Но пока мысли об отдыхе были преждевременны — требовалось отвлечься от проекта и помочь Мике накрыть на стол. А заодно проследить, чтобы Абель не остался без обеда, как вчера.

Рикка уже почти дошла до кухни, когда ее ноздрей коснулся пока еще не очень заметный, но вполне ощутимый запах гари. Горничная ускорила шаг, поминая про себя всяких криворуких поварих. Теперь еще придется в срочном порядке проветривать столовую. А если Абель решит спуститься к обеду пораньше? Девушка ворвалась на кухню, пылая праведным гневом, и уже открыла рот для гневной тирады — да так и замерла, уставившись в спину стоящей у плиты Сильвии, одетой в типичный костюм прислуги.

— Привет, Рикка, — поздоровалась, не оборачиваясь, капрал. — Кажется, мы сегодня еще не виделись.

— Добрый день, — буркнула в ответ горничная. — Скажи на милость, что ты тут жжешь? И где взяла этот наряд? По-моему, он тебе несколько маловат. — Это Рикка еще преуменьшила. Одежда была как минимум на пару размеров меньше, чем требовалось. В итоге она стягивала ребра Сильвии не хуже корсета, завязки от передничка сплетались в узелок где-то посередине спины и, свешиваясь, с трудом достигали кончиками до крестца, а юбка едва-едва прикрывала ягодицы.

— У Мики одолжила, — отозвалась женщина.

— Ага, — донесся из дальнего угла кухни радостный голос рыжей горничной. — Правда, ей идет?

— Сомневаюсь, что нечто, с таким трудом натянутое на фигуру, может идти, — скептически произнесла Рикка. — Вы лучше скажите, зачем было наряжаться во что-то подобное?

— Абель сказал, что не представляет меня в переднике у плиты. Вот и захотелось ему продемонстрировать, — отозвалась Сильвия. — К тому же, говорят, мужчинам нравятся женщины, одетые в костюмы горничных или целительниц.

— Вымысел, — фыркнула Рикка. — Наряд горничной ничем не отличается от любого другого. Той же военной формы, например.

— Судя по твоему успеху у Абеля, отличается, — мягко возразила новоявленная повариха.

— А судя по успеху Мики — ни капли.

— Вранье! — возмутилась рыжая. — Господин Абель сам говорил, что я ему нужна.

— Мы имели в виду другой успех, — отмахнулась от нее Рикка.

— Возможно, это из-за ее волос, — предположила Сильвия, — их оттенок не сочетается с цветовой гаммой униформы. Рыжий вообще плохо смотрится рядом с черным и белым. Но я-то брюнетка.

— Ага. Точно. Все дело в цвете, — саркастически заметила Рикка.

— Вы так считаете? — Мика ухватила пальцами прядь волос и стала внимательно ее рассматривать. — Думаете, если я перекрашусь в черный, то господин Абель пригласит меня к себе?

— Все может быть, — усмехнулась Сильвия. — Будут у него в любовницах исключительно брюнетки. Пусть одна из них и крашеная. Только тебе-то зачем это надо?

— Интересно. — Рыжая выпустила свои волосы. — А то все с ним были, а я — нет.

— Из-за простого «интересно» будешь волосы перекрашивать? — весело спросила капрал. — А вдруг причина в чем-нибудь другом?

— Не, не буду, — приняла решение Микаэла. — Я себе такой нравлюсь. Если господин захочет, то и рыжую позовет, а не захочет — ничего страшного. Все равно каждому понятно, что он меня любит.

— Я, видимо, не каждая… — пробормотала Рикка.

— Ты просто не туда смотришь. — Мика показала ей язык. — Погляди хоть раз, как он мои пирожки ест, — сразу все поймешь. Настоящую любовь не спрячешь. А у вас так — постельные утехи.

Ла Абель Гнец

Первый раз с момента прибытия в Солиано мне удалось по-настоящему выспаться. Работы еще хватало, но вся она была не особенно срочной. Так что я провалялся в постели до обеда, просто размышляя и набрасывая в уме план дальнейших действий, не утруждая себя особой его детализацией. Слишком многое зависело от других людей, и в связи с этим тщательное обдумывание подробностей не имело какого-либо смысла.

Нарушила ленивое течение моих мыслей Рикка, пришедшая сообщить о наступлении времени обеда. Пришлось вставать, идти в душ, одеваться. Впрочем, стоило сказать горничной спасибо за то, что не дала бесполезно растратить все сегодняшнее время. Холодная вода заставила меня взбодриться, и к столу я вышел свежим и готовым к активным действиям.

— Добрый день, — приветствовали меня девушки.

— Добрый день. О?! — Я заметил новый наряд Сильвии.

— Нравится? — поинтересовалась она, поворачиваясь боком и демонстрируя мне обнаженное бедро.

— Очень.

— Тогда мне стоит заказать себе такой наряд, — лукаво улыбнулась женщина.

— Гм. — Мне отчего-то вспомнилась Аврелия. — Может, лучше подобрать что-нибудь менее откровенное? Иначе в твоем присутствии будет достаточно сложно работать.

— Ты научился говорить комплименты, — засмеялась Сильвия. — Я подумаю над твоим предложением. А пока садись есть. Обед давным-давно готов и до сих пор не остыл только благодаря магии.

— Как скажешь. — Мы заняли свои места за столом. — С тобой что-то случилось? — поинтересовался я, глядя, как осторожно моя наставница по боевым искусствам берет столовые приборы. Она довольно странно держала руки, стараясь не сгибать их в локтях и двигая в основном запястьями.

— Все нормально. — Сильвия снова улыбнулась мне. — Просто костюм немного маловат.

— Извини. — До меня вдруг дошло, что виной столь короткой юбки и сильно натянувшейся на груди ткани был вовсе не специальный покрой наряда. — Но зачем ты тогда его надела?

— Просто кое-кто вчера говорил, что меня трудно представить на кухне в костюме горничной. Вот я и решила попробовать. И то и другое. Готовить, оказывается, вовсе не так сложно, как мне казалось раньше.

— Ты еще и готовила? — удивился я.

— Да. Получилось вполне съедобно.

— Мм… Что именно из этого — твоих рук дело? — Я осмотрел стоящие на столе блюда.

— Ничего. Думаешь, Рикка могла позволить подать тебе что-то из моей стряпни?

— Господин Абель должен получать только лучшую пищу. Эксперименты с его обедом недопустимы, — тихо, но вполне различимо проворчала себе под нос упомянутая горничная, не отрывая взгляда от собственной тарелки.

— Все понял, — кивнул я Сильвии. — Я смогу попробовать приготовленное не раньше чем тебе удастся угодить такой придирчивой ценительнице кулинарии, как Рикка. Желаю успеха в этом деле. В конце концов, у тебя много свободного времени для самосовершенствования.

— Честно говоря, предпочла бы совершенствоваться в чем-нибудь другом, — ответила женщина, — как и иметь поменьше свободного времени.

— А зачем тогда ты взялась готовить?

— Просто нечем было заняться, — Сильвия попробовала пожать плечами, но из-за платья ей это не особенно удалось. — Я ведь единственная бездельница среди нас — утренние тренировки не в счет. Но раз уж никакого более подходящего занятия для меня нет… — Окончание ее фразы повисло в воздухе.

— Прости. Я даже не подумал, что ты можешь тяготиться отдыхом.

— Семь выходных в неделю хороши только первые пару месяцев. Потом становится слишком скучно. К сожалению, работы по моему основному профилю не предвидится, вот я и взялась за готовку. Возможно, со временем Рикка меня и до уборки допустит, — попыталась пошутить Сильвия.

— Еще раз прости. Мне следовало подумать об этом раньше. — Я чувствовал себя виноватым. — Знаешь что? Думаю, мы сможем найти тебе занятие. И даже не одно. Нужно дать несколько уроков боя Селине и его жене. Штефана пока оставим в покое — он слишком занят. Но когда освободится, то включим в список учеников и его. Я хочу, чтобы мои люди могли постоять за себя.

— Спасибо за такую заботу обо мне, но то, о чем ты просишь, — нереально, Абель. Сам ведь прекрасно понимаешь, что нормального воина за пару лет не воспитать. Тем более если предоставленный материал такого низкого качества. Ладно еще Штефан, но Майя и Селина просто не предназначены для сражений. Один мастер боя запросто разделается со всеми тремя, даже после некоторого пройденного ими обучения. Ты ведь не выбираешь легких противников…

— От тебя не требуется подтянуть их до первой ступени в рекордные сроки. Нужно лишь дать им азы самообороны. Солиано — спокойный город, но, как мы уже имели возможность убедиться, мелкие криминальные элементы или просто хулиганы есть и здесь. Можно дать поручение Рикке отправиться куда-то в ночное время и не беспокоиться при этом о ее безопасности. Но в отношении Майи я уже себе такого позволить не могу. Нужно, чтобы она могла защитить себя хотя бы от случайного недоброжелателя.

— Преподать несколько приемов — не проблема. Стандартную программу обучения новобранцев я проводила не раз и не два. Доработаю немного под конкретных учеников, и начнем. Обещаю, что через полгода Майя будет обижать хулиганов, а не наоборот. При должном старании с ее стороны, разумеется.

— Только Майя? — ехидно уточнил я.

— А кто еще? — делано удивилась Сильвия. — Селина и сейчас распугивает потенциальных преступников одним своим видом. Два метра роста и бандитское выражение лица защищают твоего психо лучше боевого мастерства. А такой болтун, как Штефан, и без драки может добиться чего угодно. Не удивлюсь, если после его встречи с хулиганами половина из них окажется у тебя на службе, а вторая скинется, чтобы обеспечить зарплату своим более удачливым товарищам.

— Но обучать их ты все же возьмешься?

— Разумеется. Разве я могу тебе отказать?

— Значит, договорились. Кстати: возможно, ты, совершенно случайно, умеешь управлять экипажем?

— Нет. А что?

— Просто попытка обойтись без найма очередного работника. У меня в планах на ближайшее время стоит покупка собственной кареты. Чтобы не терять времени на ожидание наемного экипажа. Не всегда ведь Рикка заказывает транспорт заранее.

— О! — Глаза Сильвии загорелись. — Я обязательно научусь. Кучер ведь не будет жить в этом доме. И кому-то все равно придется управлять каретой, если ты захочешь выехать ночью.

— Рад, что тебе понравились мои предложения. Надеюсь, теперь ты не будешь скучать.

— Не буду. К тому же Мика пообещала научить меня печь свои фирменные пирожки, а Рикка разрешила участвовать в подготовке тебя к вечернему балу.

— О, Совершенство… — простонал я. Как будто одной наряжавшей меня горничной было мало. Теперь они будут измываться надо мной в четыре руки.

— Вдвоем мы быстрее закончим, и ты будешь меньше мучиться, — словно прочитав мои мысли, весело отметила Сильвия.

Сильвия Стэн, мастер боевых искусств

Обед закончился. Абель ушел наверх, оставив девушек один на один с заставленным посудой столом. Первой стала собирать грязные тарелки Рикка. Сильвия тут же присоединилась к ней.

Женщина пребывала в прекрасном настроении — наконец-то у нее начали появляться настоящие обязанности! Нет, она не мечтала трудиться с раннего утра до позднего вечера и уж тем более не боялась, как Рикка, оказаться бесполезной, но праздно смотреть, как окружающие занимаются делами, было тяжело. Помощь горничным в домашних заботах стала неплохой альтернативой безделью, но и только. Привычная работа инструктором — совсем другое дело. Сильвия представила, как она будет гонять Штефана, и ее лицо расплылось в широкой улыбке.

— Какую-то гадость задумала? — с любопытством поинтересовалась Мика, открывая кран с горячей водой. — Поделишься?

— Почему сразу «гадость»? — Женщина попыталась придать лицу более серьезное выражение.

— А у тебя улыбка — как у нашего сержанта, — ехидно сообщила рыжая.

Сильвия не выдержала и рассмеялась.

— Ну и что? Расскажешь? Хотя — кому? Если Рикке, то можно на ушко. — Девушка повернула голову, выставив на обозрение свое розовое, чуть подрагивающее ухо.

— Да ничего особенного я не задумала. Просто представила, как буду Штефана гонять.

— Штефана не надо, — вступилась за Цванга рыжая. — Штефан хороший. Смешной.

— Смешной, — фыркнула Рикка, ставя на кухонный стол очередную, на этот раз последнюю, горку посуды. — Лучше бы он был посерьезнее.

— И ничуть не лучше, — возразила Мика. — То, что ты не понимаешь его шуток, вовсе не значит, будто они не смешные.

— Все я прекрасно понимаю. Просто на меня не производят впечатления зубоскальство и примитивный юмор.

— А господину Абелю его юмор нравится.

— Господин — истинный высокородный и потому может позволить себе быть снисходительным к ошибкам простолюдинов. Но репутация слуг сказывается на репутации хозяев. Штефан своими выходками вредит Абелю. И вам стоило бы, подобно мне, озаботиться воспитанием Цванга, вместо того чтобы смеяться над его «шутками».

— Ты не права, — встряла в разговор Сильвия, — у Штефана прекрасно развито чувство меры, и он вполне способен его использовать.

— Только почему-то не использует.

— Мне кажется или ты предъявляешь к нему более высокие требования, чем ко всем остальным? С чего бы такое внимание?

— Может, потому, что он, в отличие от некоторых, не безнадежен.

— Ух ты! — не удержалась Мика. — Конец света близок! Рикка хорошо отозвалась о Штефане. Влюбилась, наверное.

— Я просто принимаю во внимание, что нам с ним вместе еще не один год работать, — вздернула нос Риккарда. — А ваши домыслы здесь совершенно ни при чем. — Девушка развернулась и направилась к выходу. Уже в дверях она остановилась и, обернувшись через плечо, добавила: — Кстати, господину Абелю уже пора собираться, если он хочет до начала вечернего бала нанести визит Денова, как планировал. И если ты, Сильвия, собираешься помочь, то вам придется отложить обсуждение моего отношения к Штефану на потом.

— На потом так на потом, — согласилась улыбающаяся Сильвия. — Смотреть на выражение безграничного терпения, появляющееся на лице Абеля, когда ты его причесываешь, гораздо забавнее. А обсудить вас со Штефаном мы еще успеем.

Мика ехидно захихикала.

Ла Абель Гнец

Бал для курсантов, традиционно предваряющий первый день занятий в академии, только начинался — музыка играла достаточно негромко, не мешая желающим вести разговоры, а маги-иллюзионисты еще не продемонстрировали ни одного спецэффекта. Держащаяся за мою руку Кристина привстала на цыпочки и окинула взглядом окружающее пространство.

— Кажется, оторвались, — с удовольствием констатировала она. — Криса нигде не видно.

— Так мы ради этого перешли на противоположную сторону зала? — удивился я. — Если да, то могли бы и не стараться. Майкл и Вероника достаточно его отвлекли своим рассказом о порядках в легионах генерала Шерезова.

— Ненадолго. Прошло бы минут десять, и он из вежливости постарался бы втянуть нас в разговор. А я хотела побыть с тобой наедине. Пусть даже и среди толпы. Как думаешь, не зря мы приехали сюда в такую рань? Это ведь урон для нашего статуса — прибывать первыми.

— Что-то не похожи мы на первых. Или собравшиеся здесь две-три сотни человек не в счет? — улыбнулся я.

— Ты прекрасно понял, что я имела в виду. — Девушка поудобнее перехватила мою руку. — Большинство из присутствующих только что поступили в академию и впервые оказались на подобном мероприятии. Провинциалы, не привыкшие к столичной жизни. Посмотри хотя бы вон на ту парочку простолюдинов. — Кристина кивком головы указала на двоих юношей, восторженно вертящих головами. — А мы приехали в одно время с ними — словно на одну ступеньку встали.

— Почему ты решила, что они простолюдины? — Я постарался сменить тему.

— По поведению. — Девушка фыркнула. — Оглянись вокруг. Происходящее внове не только для них, но аристократы хотя бы не так явственно проявляют свое невежество.

— Некоторые места в академии выглядят достаточно впечатляюще, так что аристократы могут точно так же вертеть головами. Думаю, что год назад я сам не сильно от них отличался.

— Вовсе нет! — горячо возразила Кристина, возмущенная моим предположением. — Ты никогда не был похож на простолюдина! Твое любопытство и рассеянность были истинно аристократическими! Не смей сравнивать себя с какими-то первокурсниками, не способными даже сдерживать эмоции!

— Хорошо-хорошо, — поспешно согласился я. — Не горячись. Пойдем лучше потанцуем.

— Пойдем, — согласилась она, остывая так же быстро, как и вспыхнула.

Кристина позволила мне увлечь ее в центр зала и закружить в быстром танце. Она сильно изменилась за прошедший год и сейчас была гораздо больше похожа на женщину, чем при первой нашей встрече. А может, это я изменился, заменив книжный опыт некоторой частью реального и начав замечать мелочи, которым раньше не придавал значения. Впрочем, желания жениться такая ее трансформация мне не прибавила, и девушка, несмотря на внешнюю привлекательность, интересовала скорее как подруга, нежели невеста.

Мы протанцевали почти два часа, остановившись, лишь когда музыканты сменили темп, переключившись на более медленные композиции. Это стало отличным поводом покинуть зону для танцев и поискать кого-нибудь из наших общих знакомых. Задача оказалась не из самых простых — количество присутствующих на празднике за прошедшее время выросло в несколько раз, и все они упорно отказывались оставаться на своих местах, постоянно перемещаясь. Мы потратили минут пятнадцать на медленное лавирование в толпе, прежде чем обнаружили интересующую нас компанию. Кристофер с Вероникой что-то горячо друг другу доказывали, а собравшиеся вокруг них человек двадцать в основном слушали, вставляя изредка какие-нибудь замечания.

Я пожелал всем доброго вечера. В ответ прозвучало шесть или семь приветствий. Остальные попросту не заметили нашего появления, увлеченные обсуждением чего-то крайне важного, с их точки зрения.

— О чем спор? — поинтересовался я у Сэма, не принимавшего участия в диспуте.

— Мог бы и у меня спросить, — хмыкнула держащаяся за мою левую руку девушка. — Судя по тому, что я слышу, речь идет о каких-то командирских талантах. А учитывая слишком красное лицо моего брата, — скорее всего, обсуждаются командирские таланты кого-то из Денова.

— Ну, в общем, Крис права, — покивал Фосс. — Началось все с обсуждения тактики ведения боя малыми группами в условиях джунглей, а сейчас выясняют, кто на вашем курсе был бы самым подходящим кандидатом на должность командира такой группы. Изначально обсуждали Лерана и Мигеля, но Кристофер упорно не желал признавать их превосходство, и теперь спорят, кто из троих лучший.

— Вот видишь, все как обычно, Абель, — снова встряла моя спутница, — сейчас они еще немного поспорят, пока не придут к выводу о том, что Кристофер имеет самый высокий титул и лучше всех владеет боевыми искусствами. Возможно, назначат пару дружеских поединков или если зайдут совсем далеко, то дуэль, и успокоятся. Ничего особенного. Минут через десять закончат.

— Ну, раз ты так уверена… — не нашел что возразить я.

— Абсолютно уверена. В отличие от тебя, проведшего большую часть прошлого года дома, я наблюдала подобные споры минимум раз в месяц. Они словно по одному сценарию проходят. Лучше давай найдем кого-нибудь из обслуги — я пить хочу.

Мы отошли в сторону, не желая становиться невольными участниками спора. Распитие безалкогольных напитков показалось нам гораздо более приятной альтернативой. Впрочем, Кристина оказалась полностью права в своей оценке времени — через восемь с половиной минут большая компания распалась на несколько мелких, которые тут же принялись что-то горячо обсуждать, а освободившийся Кристофер закрутил головой, явно пытаясь кого-то обнаружить. Я помахал ему рукой. Друг заметил мой жест и зашагал в нашу сторону.

— Абель, ты не представляешь, что мне только что заявили! — возмущенно выпалил Крис еще с расстояния в несколько шагов. — Эти люди считают, будто Мигель Санвекс лучше подходит на роль командира группы, чем я. Ладно еще Леран, у нас достаточно близкие оценки по основным дисциплинам, но Мигель!

Я вместо ответа протянул другу нетронутый бокал с соком. Крис принял его и принялся жадно пить — длительные споры всегда способствовали жажде.

— Кажется, вы говорили не о руководстве группой, а о руководстве группой в джунглях. — Кристина решила вставить слово, воспользовавшись вынужденным молчанием брата. — Ты не думаешь, что тут есть небольшая разница?

— Не думаю, — буркнул осушивший бокал Кристофер.

— А зря. — Девушка со вздохом закатила глаза. — Мигель, знаешь ли, южанин. И наверняка знает о местности и правилах поведения на ней гораздо больше твоего.

— Ну и что? Это знание не делает его хорошим лидером, — упрямо возразил ее брат. — Но в любом случае мы скоро выясним на практике, кто из нас лучший.

— Поедете в джунгли? — насмешливо поинтересовалась Кристина.

— Нет. В академии есть специальный полигон, позволяющий воссоздавать различные условия местности.

— Есть. Но доступ к нему дают только курсантам последнего года обучения или наставникам. Так что вы пролетаете, братец.

— А вот и не пролетаем. — Кристофер улыбнулся. — На полигон нас не пустят, но знающие технологию его работы маги помогут нам создать его аналог. Только более безопасный.

— Ты действительно в это веришь? — не удержался от риторического вопроса я.

— Там есть ряд ограничений. Временный полигон будет сильно зависеть от погодных условий, и даже в лучшем случае маги смогут гарантировать не более шести часов стабильной работы. Площадь еще значительно меньше будет. Но нам-то надо устроить небольшое состязание, а не полноценное недельное испытание!

— Ну если так, — пожал я плечами. На первый взгляд затея выглядела глупой, но меня бегать по полигону никто не звал, так что… — Вы хотя бы договорились, кто будет платить магам и прочим работникам?

— Ты не поверишь, Абель, но — да. Сначала все участники и зрители понемногу. А потом двое проигравших возместят половину общих затрат.

— Ты так уверен в себе? — язвительно спросила Кристина. — Или денег слишком много?

— Уверен, — твердо сказал Кристофер. — Я не проиграю.

Реван ненадолго остановился у подножия лестницы, осматриваясь, а потом быстрым шагом поднялся по ступеням на второй этаж и свернул в нужный ему проход. Бредовость текущей ситуации заставила мужчину поморщиться: слыханное ли дело — начальник службы безопасности Денова должен прятаться, находясь в самом сердце семьи — доме ее главы. Но текущая ситуация была такова, что приходилось избегать слуг, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Затеянная Рональдом ревизия состояния дел в службе безопасности достаточно говорила о недовольстве последнего работой Ревана. В таких обстоятельствах раздражать главу не стоило.

Рональд посчитал покушения на Кристофера вызовом лично ему. И принял неспособность собственной разведки найти заказчиков слишком близко к сердцу. Он потребовал дополнительной проверки всех операций, курируемых службой безопасности. Более того, Рональд не доверил проведение проверки одному только Ревану, как бывало ранее, а настоял на параллельной работе последнего с одним из подающих надежды помощников. К несчастью, при таком пристальном контроле подсунуть недовольному главе семьи подретушированную информацию не получится, а значит, придется признать недостаточно эффективную работу своего ведомства.

Вдобавок изрядно портил настроение тот факт, что все исполнители, провалившие одну за другой целых три попытки убийства молодого Денова, до сих пор были живы. И избавиться от них, не привлекая внимания, не представлялось возможным. Флинн с напарницей подались в бега. Им, правда, хватило ума оставить после себя два умеренно обгорелых тела, достаточно сильно похожих на «оригиналы», что позволило объявить парочку погибшими во время попытки перехвата злоумышленников. А вот Аксель Рошенг подаваться в бега не стал — то ли от большого ума, то ли наоборот. Его закономерно обвинили во всех грехах и наказали переводом во вспомогательный персонал. Сейчас он трудился по десять часов в день под личным контролем Рональда, только и ждущего его ошибки. Ирония судьбы заключалась в том, что своим пристальным вниманием глава семьи спас Акселю жизнь — в ином случае начальник службы безопасности обязательно бы избавился от столь опасного свидетеля.

В общем, все шло к тому, что рано или поздно Ревана попросят уйти в отставку. Слишком уж рьяно взялся «подающий надежды» помощник за поиск недостатков в работе своего руководителя. Старательный. Впрочем, именно благодаря этому качеству он так высоко и поднялся. Многого ему, конечно, не найти, но последняя история с Кристофером была не единственной, когда Реван ставил интересы семьи выше интересов ее главы. Ну что же, значит, придется сделать это еще раз. Если Рональд не в состоянии смирить свои личные амбиции, то его место займет кто-то другой…

Начальник службы безопасности Денова остановился перед массивной дубовой дверью и громко постучал.

— Войдите, — едва слышно донеслось из-за нее.

— Доброго вам вечера, Ли Камилла, — вежливо поздоровался мужчина, перешагивая порог.

— И вам доброго вечера, Реван. Какие-то новости? Или вы просто решили нанести мне визит вежливости?

— И да и нет, Ли Камилла. Новости есть, но они не особенно утешительные, так что можете считать мое появление визитом вежливости.

— Присаживайтесь. Я готова вас слушать. Приказать слугам подать что-либо?

— Благодарю, не надо. Более того, я бы попросил сохранить мой визит в тайне.

— Вы кого-то опасаетесь в моем доме? — Женщина нахмурилась.

— Не то чтобы опасаюсь… Просто не хочу давать вашему мужу повод обвинить меня еще в чем-нибудь. Он до сих пор не может простить мне неудачи с поиском организаторов покушений на Кристофера.

— Я прекрасно понимаю его, Реван. Однако я так же понимаю, что вы не всемогущи, и не собираюсь винить вас в неудаче. Кристофер жив, и мне этого достаточно.

— Я благодарен вам за доверие и приложу все усилия, чтобы найти злоумышленников. — Мужчина поклонился. — Но сейчас мне хотелось бы поговорить о другом.

— Внимаю. — Камилла присела на небольшой пуфик и сложила руки на коленях.

— Возможно, вы знаете, что ваш муж устроил большую ревизию в моем ведомстве. Его обеспокоенность понятна и совершенно разумна. Но из-за нее мои люди не могут работать по ряду направлений. Наблюдение за Гнецем — одно из них. С точки зрения Рональда, любое наше внимание к Абелю может ухудшить отношения с семьей главнокомандующего.

— Полагаете, мне стоит поговорить с мужем? Или у вас есть другое предложение?

— Другое. — Реван кивнул. — Но оно, как бы мягче сказать, звучит несколько неприятно.

— Говорите.

— Я прошу вас узнать, кто из работающих в Солиано людей отчитывается напрямую вашему мужу. Имея информацию о них, можно спланировать работу остальных так, чтобы слежка за Гнецем осталась незамеченной.

— А заодно спрятать кое-какие недочеты в своей работе. Так ведь, Реван? — Женщина внимательно посмотрела в глаза начальнику службы безопасности. — В общем, я не против, но с условием, что это никак не повлияет на интенсивность поисков заказчиков покушения.

— Ни в коей мере, Ли Камилла.

— Тогда перейдем к технической стороне. Как именно, по-вашему, мне удастся добыть нужную информацию? Я ведь не шпионка. А Рональд достаточно ревностно относится к защите своего кабинета.

ГЛАВА 5

Ла Абель Гнец

— Абель, к тебе гость.

Моя рука чуть дрогнула, и прочерчиваемая в металле линия искривилась.

— Проклятье! — Я отбросил очередную испорченную иглу на край стола, в кучку других таких же.

— Извини, что помешала. — Сильвия подошла ближе.

— Не забивай себе голову. Предыдущие шесть мне удалось испортить абсолютно самостоятельно.

— Такая сложная работа? — сочувственно произнесла она.

— Совсем нет. По крайней мере, с точки зрения практикующего мастера-артефактора. К сожалению, ее нельзя поручить постороннему человеку.

В сказанном мной была лишь половина правды. Вторая же заключалась в том, что я оказался излишне самоуверенным. До этого дня мне казалось, что обучение артефакторов по специальному курсу в отдельных учебных заведениях — не более чем дань традиции. Изменить структуру заклятия так, чтобы она подходила для внедрения в материальный предмет, мог практически любой маг, достигший второй ступени. А сам процесс внедрения чар был очень похож на обычную привязку к поверхности. Вот я и решил, что раз уж могу закрепить заклятие на стене или подносе, а тем более свернуть его внутри бокала, то и с созданием простейшего артефакта справлюсь — надо лишь пролистать учебник по основам артефактостроения. На деле все оказалось гораздо сложнее. Еще до внедрения чар в будущий артефакт его следовало покрыть определенным узором. Вот тут я и застопорился — медицинские иглы, обычно используемые для забора крови, оказались крайне неудобными для обработки. Требовалось не только учитывать их отнюдь не плоскую поверхность, вносящую искажения в рисунок, но и наносить царапины строго определенной глубины, чтобы в металле оставался четкий след, одновременно с этим не достающий до внутренней полости. Непростая задача для человека, ранее ничем подобным не занимавшегося.

— Кто хоть пришел? — поинтересовался я, убирая инструменты в верхний ящик стола.

— Кристофер Денова.

— Без сестры? — Визит моего друга в одиночку был весьма странен.

— Без, — кивнула женщина, — и похоже, он чем-то озабочен.

— Надеюсь, причина озабоченности достаточно безобидна, а не как полгода назад, — невесело ухмыльнулся я.

Вместо ответа Сильвия неопределенно пожала плечами.

По дороге к гостиной я постарался загнать поглубже мысли о своих неудачных экспериментах с иглами и придать лицу веселое выражение. Ожидающий меня Кристофер сидел в кресле, закинув ногу на ногу и нервно барабаня пальцами по подлокотнику. Он вскочил, стоило нам войти.

— Абель, мне срочно нужна помощь, — выпалил Денова, прежде чем я успел поздороваться.

— Эмм… — Подобный напор всегда сбивал меня с толку, заставляя теряться. — А в чем, собственно, проблема?

— Сильвия, прошу вас, не уходите! — Крис внезапно переключился на собиравшуюся оставить нас женщину. И тут же снова повернулся ко мне. — Абель, я нуждаюсь в помощи твоего инструктора.

— В моей? — удивилась моя наставница.

— А можно по порядку? — попробовал добиться ясности я.

— Да. Сейчас. — Кристофер вздохнул, успокаиваясь. — Дело в том, что вчера мы с несколькими курсантами поспорили о том, кто на нашем курсе лучше всего подошел бы на роль командира небольшой группы.

— Помню. Вы даже хотели создать ради этого временный иллюзорный полигон.

— В этом-то все и дело. — Денова поморщился. — Нанять магов, способных создать нужные нам иллюзии, оказалось несложно. Но они требуют от нас детального описания будущей территории со всеми препятствиями и опасностями. А никто его предоставить не в состоянии. Я подумал… Сильвия, вы ведь работали инструктором в армии. У вас наверняка есть опыт создания сложной полосы препятствий.

— Некоторый — есть, — осторожно согласилась женщина, — но я никогда не занималась на иллюзорных полигонах. Такое практикуется только в некоторых военных академиях. Для обучения рядовых бойцов используются совсем другие методы — подешевле.

— Главное, что у вас есть опыт. А с остальным мы поможем. Несколько человек могут рассказать о типичных опасностях джунглей, а маги согласны принять участие в обсуждении того, что они смогут создать, а что нет. Не хватает только инструктора с опытом. В академии мы получили отказ. По их мнению, задуманный нами временный полигон ничему не учит. А на настоящий нас не пустят по соображениям безопасности. Сильвия, прошу вас, окажите мне помощь. Ваша работа будет оплачена по высшей ставке — все как положено.

Женщина бросила на меня вопросительный взгляд. Я слегка пожал плечами, предоставляя ей возможность решать самой.

— Ли Кристофер, вы ведь понимаете, что у меня есть и другие обязанности? — Сильвия начала с риторического вопроса.

— Разумеется, — кивнул мой друг.

— Тогда я готова взяться за предлагаемую работу, если вас устроит мое присутствие в течение часа или двух в день. Должна предупредить, что при таком темпе организовать все менее чем за неделю просто не получится.

— Все нормально. Мы можем подождать. — Крис ее ответу явно обрадовался.

— В таком случае договорились. Я буду в вашем распоряжении завтра после обеда.

— Мм… А сегодня? — с надеждой спросил Денова.

— Только если господин Абель во мне не нуждается, — твердо произнесла Сильвия.

Крис обратил ко мне умоляющий взгляд.

— Постараюсь поужинать самостоятельно, — сдерживая слишком широкую улыбку, разрешил я. — В крайнем случае, попрошу Рикку покормить меня с ложечки. Думаю, она будет счастлива.

Ли Кристофер Денова

Крис стоял в холле, ожидая, пока женщина закончит собираться. Он был очень доволен собой. За неполный день ему удалось не только разыскать работающих в академии магов-иллюзионистов и договориться с ними об участии в проекте, но и выйти на знатоков особенностей южного региона империи, а также арендовать подходящего размера участок земли на окраине Солиано. Причем аренда обошлась крайне дешево, что было немаловажно, учитывая далеко не стопроцентную уверенность в победе. Если бы не стечение обстоятельств, то он вообще не стал бы ввязываться в этот спор.

Неожиданно обретенная самостоятельность выбила Криса из колеи. Учитывая недавно вскрывшиеся обстоятельства его рождения, а также женитьбу на Марианне Гнец, рассчитывать на продолжение финансирования со стороны своей официальной семьи было глупо. Не менее глупо было надеяться на то, что новые родственники станут давать ему золото лишь за красивые глаза. Отец, а Крис никак не мог привыкнуть называть Рональда Денова иначе, преподнес в качестве подарка на свадьбу небольшое владение, дающее регулярный доход, но оно, как и все прочие свадебные дары, предназначалось обоим молодоженам, и юноша посчитал разумным предложение Мари посадить туда своего управляющего. В итоге юному Денова остались лишь небольшие средства на личные расходы. И оплачиваемая учеба в академии, разумеется.

Немудрено, что он тут же захотел приобрести еще какой-нибудь источник наличности. Но все попытки начать собственное дело окончились ничем, не успев даже начаться. Судя по словам имеющих опыт людей, для заработка денег требовались идея и начальный капитал. Капитал, пусть и очень маленький, Кристофер смог бы достать, а вот идеи у него так ни одной и не появилось, несмотря на долгие ночные размышления. Еще некоторые люди говорили о полезности связей, но как именно те надо использовать, никто не объяснил. Поэтому измученный постоянными думами и двухнедельной бессонницей Крис решил заработать денег единственным известным ему способом — военной карьерой. Но чтобы стать блестящим офицером, заключить выгодный служебный контракт и быстро дослужиться до чина капитана, недостаточно было просто закончить академию. Требовалось стать одним из лучших на курсе.

Именно поэтому молодой Денова и ввязался во вчерашний спор. Он мог игнорировать Майкла, пока тот расписывал достоинства Лерана, — его слова хотя бы были чистой правдой. Но когда Вероника высказала предположение, что Мигель может справиться не хуже, и некоторые ее поддержали… Крис просто не мог позволить какому-то южанину, имеющему средний балл по большинству предметов, занять свое место в списке лучших. Оставалось только победить. Выиграть у двух человек, один из которых прекрасно знаком с особенностями местности, на которой им придется состязаться, а второй обладает выдающимися лидерскими качествами.

Вариант проигрыша Кристофером даже не рассматривался. Юноша лишь мимолетом подумал, что в случае неудачи он лишится всех наличных денег и некоторого количества костюмов, распродажей которых придется возмещать нехватку золота, и принялся планировать свою стратегию — на этот раз все было всерьез. Одной бессонной ночи, проведенной в раздумьях, ему хватило, чтобы придумать честный способ увеличить свои шансы в предстоящем состязании. Способ был прост: пока остальные отдыхают после бала и обсуждают шансы на победу, надо организовать полигон. Ведь необязательно искать преимущества для себя, можно увеличить количество трудностей для остальных. В таких обстоятельствах упор будет сделан на попытки продержаться дольше всех, а не на успешное достижение финиша. И Криса это вполне устраивало.

— Я готова, Ли Кристофер. — Сильвия закончила обувать сапоги и выпрямилась.

— Тогда — прошу вас. — Юноша распахнул перед женщиной дверь.

Ла Абель Гнец

Проводив Кристофера и Сильвию, я поспешил вернуться к работе. Сложности процесса превращения медицинских игл в маленькие артефакты сейчас занимали меня гораздо больше, чем идеи друга относительно полигона для состязания. Весь этот спор можно было решить гораздо проще. Впрочем, у всех свои увлечения. Полагаю, мое желание заниматься магией вместо военной карьеры тоже показалось бы странным многим членам Дома Крылатого Меча.

Достав инструменты и поудобнее расположившись за столом, я при помощи заклятия закрепил иглу в воздухе примерно на уровне глаз и осторожно принялся наносить на нее узор. Может, на этот раз мне повезет, и работа завершится удачей — некоторый опыт при порче предыдущих изделий все же был приобретен. Миллиметр за миллиметром будущий артефакт покрывался необходимым рисунком. Наконец я закончил. Критически осмотрел творение своих рук и наложил на него тестирующее заклятие. Сразу в трех местах узора вспыхнули белые искры, показывая точки утечки энергии. Я отложил очередную негодную иглу на край стола. С такими нарушениями структуры вложенная в артефакт энергия утечет за несколько минут, сделав чары полностью бесполезными. Все-таки артефактор из меня никакой. Если из оставшихся двенадцати игл не удастся зачаровать ни одной, то придется отказаться от первоначального плана. Ну или поискать альтернативные варианты его воплощения в жизнь.

Благодаря Соколу у меня имелся немалый список сотрудников Службы безопасности Летнего дворца. Все эти люди, несмотря на специфичность своей работы, вовсе не вели постоянную скрытую войну и не передвигались по городу, исключительно укрывшись маскирующими чарами. То же самое касалось и самого дворца. Магическая защитная система императорской резиденции, естественно, работала, и работала хорошо. Но она была предназначена отнюдь не для тотальной маскировки. Если уж на то пошло, то и для обычной маскировки она не была предназначена. Вот для обнаружения посторонних заклятий и их уничтожения — это да. Но я, кажется, нашел способ обойти хотя бы одну линию обороны. Магия крови. Устаревшая, энергоемкая и неэффективная в девяноста восьми процентах случаев. Оставалось выяснить, попадает ли моя ситуация в оставшиеся два процента. Если добыть несколько капель крови, то специальное заклятие поиска сможет обнаружить их первоначального владельца, наводясь на него, как на маяк. Вся прелесть в том, что никаких чар на цели поиска нет и, следовательно, защита дворца не сможет их разрушить. Проверка моей теории в домашних условиях прошла успешно. Для того чтобы опробовать ее в реальном деле, не хватало сущей мелочи — крови дворцового служащего. Вот над инструментом для незаметного извлечения этой жизненно важной субстанции я сейчас и работал.

Два достаточно простых заклятия должны были дать нужный эффект. Одно вызывало онемение нервных окончаний на расстоянии двух или трех миллиметров от вводимой в тело иглы, а второе представляло собой примитивный воздушный насос, позволяющий получить несколько капель крови за доли секунды. Соединить чары в одну схему удалось без особых проблем. Разработать узор для артефакта — тоже. Штефан достал мне два десятка медицинских игл, из которых я собирался успешно зачаровать хотя бы штуки четыре. Но реальность в очередной раз внесла коррективы в мои планы.

Хотя материала еще было предостаточно, он очень быстро превращался в бесполезный мусор. Такими темпами уже завтра работать будет просто не с чем. Однако бросать попытки получить требующееся мне изделие прямо сейчас все равно не стоило. Поэтому я снова взялся за инструменты и принялся выцарапывать нужный рисунок. Один виток, второй, третий… Чьи-то руки поставили на край стола поднос с едой, на мгновение оттянув мое внимание на себя. В результате одну из линий чуть повело, но, кажется, некритично. Раздраженно выдохнув, я постарался сильнее сосредоточиться на работе. И только закончив узор, взглянул в сторону. Принесшая мне в комнату ужин Мика никуда не ушла, завороженно глядя на зависшую в воздухе иглу.

— Красиво, — тихонько сказала она. — Вы часто так рисуете?

— Первый раз. И нет там ничего красивого. — Испорченный предмет не вызывал у меня никакого восхищения.

— Зря вы так. — Мика покачала головой. — Может, если тренироваться чаще, и лучше получится, но она все равно красивая. Ой! — вдруг спохватилась девушка. — Я же вам ужин принесла.

— Спасибо. — При виде ее смущения на мое лицо против воли выползла улыбка. — Обязательно поем. Только попозже. И раз уж тебе понравился узор, то я нарисую один специально для тебя. Только не на игле и через несколько дней. Договорились?

— Да! — Восторженная Мика подпрыгнула. — Спасибо!

— А сейчас позволь мне вернуться к работе.

— Конечно. — Она поспешно выскочила из комнаты и закрыла за собой дверь.

Незапланированный минутный перерыв закончился, и я снова повернулся к столу. На это раз тестирующее заклятие зажгло на поверхности иглы всего две белых точки. Странно, но там, где находилась искривленная линия, энергия проходила нормально. Подтянув к себе начерченный на листке бумаги артефактный узор, я начал его пристально изучать, ища расхождения с тем, что был на металле. И нашел. Царапины на игле шли плавными витками, а схема требовала наличия угловатости в нескольких местах. В начале работы это показалось мне неважным. Видимо, ошибочно.

— Все-таки надо нанять на работу артефактора, — проворчал я себе под нос.

— И еще — опытного целителя, — откликнулась на мое ворчание Диана. — И специалиста по охранным системам. И управляющего финансами, мага широкого профиля, кучера, мастеров слежки и… Кого там еще не хватает?

— Могла бы дать совет, вместо того чтобы язвить.

— Научись все делать сам. Очень хороший совет.

— Только абсолютно нереализуемый, — вздохнул я. — Как насчет разделения обязанностей?

— Какого именно?

— Например, я начну учиться на целителя, а ты освоишь управление финансами.

— Отличная идея, — саркастически заметила Диана. Она прекрасно понимала, что я пошутил, но захотела высказаться. — Может, нам еще управление глазами разделить? Ты смотришь левым, а я правым. Ведь косоглазие — небольшой изъян для столь высокородной особы…

— А вот это уже точно перебор. Да и не получится. Ты лучше помоги мне с нанесением рисунка.

— Я мастер боя, а не ювелир, — отказалась Диана. — Умение нанести точный удар сильно отличается от искусства царапания по металлу. Придется тебе самому.

— Самому так самому, — вздохнул я и протянул руку за следующей иглой. До полуночи еще можно было обработать штук семь-восемь.

Микаэла Верат, горничная

Девушка некоторое время ворочалась на кровати, а потом открыла глаза, уставившись в темноту комнаты. Впрочем, проникающего через окна лунного света ей было достаточно, чтобы различать окружающие предметы. Несколько секунд Мика лежала, уставившись, не мигая, на край висящей на стене картины, а потом сильно зажмурилась и, подтянув колени к животу, попыталась заснуть снова. Живот предательски заурчал. Девушка попыталась отгородиться от издаваемого звука натянутой на голову подушкой, но это не помогло. С горестным стоном Мика сползла с кровати и начала превращение. Одеваться ужасно не хотелось, а в звероформе она не чувствовала себя голой. Да и красться в таком виде было гораздо удобнее, несмотря на значительно увеличившиеся габариты.

Выйдя в коридор, горничная отправилась в сторону кухни. Там кто-то звякал посудой. Тихонько, но вполне различимо для обостренного слуха оборотня. Мысль о том, что она не одна страдает по ночам от чувства голода, привела девушку в гораздо более благостное состояние духа — в компании и за едой охотиться приятнее. И не только за едой… Беззвучно хихикнув, рыжая тихонько спустилась по лестнице, таясь, подобралась к двери и заглянула на кухню, стараясь оставаться в тени.

— Чего крадешься? — спросила стоящая к ней спиной Сильвия, аккуратно перекладывающая муку из чаши весов на стол.

— Опять заметила, — разочарованно вздохнула Мика, превращаясь обратно в человека. — Ты только не поворачивайся, а то я не одета.

— Хорошо, не буду. — Сильвия закончила с мукой и принялась изучать какой-то листок бумаги. — Но если ты собираешься есть, сидя у меня за спиной, то лучше надень хотя бы передничек. Или рискуешь быть рассмотренной.

— А что ты делаешь? — Природное любопытство девушки не позволяло ей просто так взять и уйти. Пусть даже и с добытой едой.

— Вишневый пирог.

— А почему ночью?

— Чтобы Рикка не мешала мне кормить им Абеля. Все-таки я не настолько плохо готовлю, чтобы он отравился.

— Ух ты! — восхитилась Мика. — Если надо кормить господина Абеля, да еще и нарушать запрет Рикки, то я участвую. Сейчас, только передник завяжу. А почему вишневый? С мясом было бы лучше.

— Потому что его вторая мама Ивейна готовит вишневый. И кормит его с рук. А она, знаешь ли, довольно молодая.

— И что? — не поняла девушка.

Сильвия промолчала. Потом вздохнула. И снова замолчала.

— А? — непонимающе уточнила горничная.

— Я ревную, — вздохнула наставница по боевым искусствам. — Он говорил про вишневые пироги, которые она готовит, с таким счастливым выражением лица… А Ло Ивейна и правда молода. И привлекательна.

— Да ладно, привлекательна, — отмахнулась Мика. — Вот пироги — это серьезно! Только надо делать совсем не так, как ты собиралась. Убери этот список. И подвинься. Мы обязательно приготовим лучше, чем она!

Лорд-капитан Эбенезер Фрост нервно расхаживал по своему не до конца обставленному кабинету. Как и ожидалось, «старики», привыкшие к однообразной и размеренной работе, вовсе не горели желанием подчиняться новому молодому и энергичному начальнику. Они придумывали различные отговорки и сложности, только чтобы все оставалось так, как раньше. Но Фроста такой подход не устраивал. Ему были нужны достижения. Причем вполне конкретные достижения.

Владыка обеспечил Эбенезеру новое звание и назначение на должность главы Службы безопасности Летнего дворца, но и то и другое было не наградой за уже проделанную работу, а авансом за ту, которая предстоит. Наследник императора не сказал этого вслух, но разумный человек способен получать информацию и из непроизнесенного. Ла Риттершанцу был нужен груз, похищенный у него кем-то из Солиано. Или хотя бы информация о людях, выступивших против самого Владыки. И добыть эту информацию должен Фрост. В случае успеха аванс превратится в честно заслуженную награду, а при неудаче стремительный взлет сменится не менее стремительным падением, и новоиспеченный лорд-капитан будет до конца жизни служить в каком-нибудь дальнем гарнизоне на границе с одной из примитивных соседних стран. Посему Эбенезер готов был землю рыть, разыскивая неизвестный, но крайне важный груз. Вот только подчиненные его благородного стремления не разделяли.

— Лорд-капитан Фрост, к вам прибыл капитан Грим, — сообщила заглянувшая в кабинет секретарша.

— Пусть заходит. — Глава Службы безопасности Летнего дворца быстрым шагом обошел стол и буквально рухнул в кресло.

— Доброго дня, лорд-капитан. — Вошедший следом за секретаршей первый заместитель Грим, седой плотный мужчина, склонил голову, приветствуя своего начальника.

— Доброго дня, Грим, — ворчливо отозвался Эбенезер. — Вы так быстро выполнили мое последнее поручение? Или опять хотите доложить о непредвиденных сложностях?

— Я выполнил выше поручение, лорд-капитан.

— Прекрасно. — Голос Фроста потеплел. Сделанная работа вместо отговорок стала для него приятной неожиданностью.

— Но одновременно мне хотелось бы доложить и о сложностях. Пусть даже и вполне предвиденных.

— Что там опять случилось?

— Вопросы, задаваемые нашими людьми, заставили насторожиться некоторых хозяев криминального мира летней столицы. А если что-то почуяли они, то и Сокол не останется в неведении надолго.

— Капитан Грим, вы в который раз приписываете Охотничьему Соколу Солиано едва ли не сверхъестественные способности. А он все-таки не провидец и не волшебник из сказок, способный менять реальность силой мысли. Глава службы безопасности академии — обычный человек, и чем раньше вы признаетесь себе в этом, тем лучше.

— Вы просто не понимаете, лорд-капитан…

— Я все понимаю, капитан Грим, — прервал подчиненного Фрост. — Мне прекрасно известно, что большинство служащих считает меня мальчишкой, слишком молодым для столь ответственного поста. Но позвольте напомнить, что я проработал в службах безопасности почти пятнадцать лет, и все время — в качестве активного агента. Более того, совсем недавно моя группа скрытно действовала в летней столице, и Сокол, перед которым вы так преклоняетесь, так и не узнал о нашем присутствии.

— Мы не можем знать наверняка, — мрачно пробормотал Грим.

— Повторю еще раз. Вы переоцениваете службу безопасности академии и ее начальника. Сокол сделал себе репутацию десять лет назад и с тех пор пользуется ею для запугивания вам подобных. Я собираюсь изменить такое положение дел. При мне служба безопасности Летнего дворца будет работать в городе, а не только в стенах императорской резиденции. Если для этого понадобится сменить половину личного состава, то так тому и быть. Вам все понятно, капитан Грим?

— Да, лорд-капитан.

— Тогда можете быть свободны.

ГЛАВА 6

Риккарда Сонано, горничная

Девушка сидела за маленьким столиком, явно рассчитанным на одного человека, но окруженным почему-то аж четырьмя стульями, и медленно потягивала светлое пиво из пузатой керамической кружки. Только вкус напитка и компания вольготно расположившейся на соседнем стуле Сильвии примиряли Рикку с необходимостью находиться в столь низкопробном заведении. По какой-то неизвестной причине любое место, где имелась стойка и торговали спиртными напитками, в Солиано непременно называли баром. Хотя, по мнению девушки, это была обычная пивная для малообеспеченных граждан — тесная, задымленная, наполненная запахами алкоголя и пота, а главное — крайне дешевая. Низкие цены не являлись недостатком сами по себе, но именно они, как правило, определяли присутствующий контингент.

Горничная Гнеца тихонько вздохнула и сделала большой глоток, маскируя им свое небольшое проявление эмоций. Она никак не могла понять, что за сила заставляла успешных и прилично зарабатывающих людей выбирать для вечернего отдыха подобные заведения. Причем явно не в первый раз. С ее точки зрения, дворцовые работники, как и прочие слуги высокородных господ, должны перенимать от своих хозяев лучшие черты, а не стремиться на самое дно городской жизни при первом же удобном случае. Однако для наблюдаемых Риккой мужчин дешевизна расположенного на окраине «бара» и свобода царивших в нем нравов оказалась привлекательнее высокой культуры, властвовавшей в центре летней столицы. И зачем только господину понадобилась кровь подобных людей? С такой любовью к низшим удовольствиям они попросту не могли занимать хоть сколько-нибудь значимое положение в Службе безопасности Летнего дворца. Уборщики и прочий обслуживающий персонал — и то лучше подошли бы Абелю. Доступ к помещениям у них, может, и такой же, но зато кровь чище.

— Ты что-то говорила про Штефана? — рассеянно уточнила Рикка у Сильвии, желая отвлечься от навязчивых мыслей о моральном облике окружающих.

— Ага, — кивнула инструктор по боевым искусствам. — Что-то. Последние минут пять не прерываясь.

— Извини, я отвлеклась. — Девушка постаралась вложить в свой голос хоть чуточку раскаяния.

— Повторять не буду, — безапелляционно заявила Сильвия. — Но если в двух словах, то я им впечатлена. Денова пригласил твоего приятеля поучаствовать в создании полигона, и Штефан один детально расписал столько вариантов ловушек, сколько мы до его появления не создали и вчетвером. Я даже решила, что постараюсь никогда с ним не ссориться. В том числе по мелочам.

— Цванг никогда не любил оказываться с противником лицом к лицу. Отсюда и все его трюки. — Рикка снова отвернулась от подруги и поглядела в зал.

Входная дверь открылась, впустив очередную посетительницу питейного заведения. Оказавшись внутри, та на несколько секунд замерла, обводя взглядом помещение и, видимо, пытаясь отыскать знакомые лица, скрытые полумраком и табачным дымом. Затем улыбнулась кому-то и двинулась к стойке, обходя шумную компанию. Рикка залпом допила оставшуюся четверть кружки и поднялась.

— Я возьму еще пива, — бросила она Сильвии.

В подобном предупреждении не было никакой нужды, но играть всегда надо настолько хорошо, насколько возможно. Столь нехитрую истину Рикка усвоила задолго до того, как Майя, двигающаяся сейчас от входа, стала повторять ее на каждой репетиции предстоящей операции.

Жена Селины отклонилась чуть в сторону от своего пути, стараясь держаться на расстоянии от размахивающего руками человека, неожиданно налетела на стул, резко отступила в другую сторону и, не удержавшись на ногах, начала падать. Один из сидевших рядом людей среагировал быстрее прочих, подхватив женщину и не дав ей коснуться пола. Та повисла на своем «спасителе», лепеча что-то, неразличимое в таком шуме. Головы присутствующих на несколько мгновений повернулись в сторону парочки, и Рикка небрежным жестом воткнула иглу в основание шеи человека, мимо которого проходила. Она замедлила свой шаг, делая вид, что ее тоже привлекла сцена падения, и предоставляя артефакту необходимые для забора достаточного количества крови две секунды, а потом вновь ускорила шаг, продолжая свой путь к барной стойке.

Достигнув пункта назначения и потребовав налить ей еще пива, Риккарда повернулась к бармену боком, посмотрев в зал. Майя уже стояла на ногах, но отпускать мужчину не спешила, продолжая о чем-то с ним разговаривать. Роль недалекой искательницы приключений давалась жене Селины прекрасно. Немудрено, учитывая ее низкое происхождение.

Рикка одернула сама себя, не успев развить мысль, — негоже было думать подобным образом о женщине, с которой служишь одному господину. К тому же Майя никоим образом не была виновна в мерзком настроении горничной. Виновен был Абель — вернее, его отношение к своим служанкам. Девушка восхищалась Гнецем — его умом, силой, хитростью, но иногда тот вел себя как мальчишка, не имеющий ни капли жизненного опыта и отказывающийся его приобретать. Он всерьез считал приемлемым устроить охоту на сотрудников Службы безопасности Летнего дворца поздним вечером, накануне церемонии бракосочетания Ло Гнешека и Лу Факаш. С его точки зрения, двенадцати остававшихся до начала свадьбы часов было вполне достаточно и на проведение операции по добыче крови, и на сон, и на приведение себя в подобающий вид. А если бы что-то пошло не так? Если бы Рикка не успела создать пять иллюзорных личин за выделенные два часа? Если бы с наложенными в спешке заклятиями что-то случилось? Если бы люди, на которых охотились девушки, оказались менее пьяными или хотя бы более внимательными? Если бы… Да сколько их, этих «если», вносящих коррективы в любой план? Конечно, Абель побеспокоился о прикрытии на случай непредвиденных обстоятельств, но времени на различные маневры все равно оставалось слишком мало. И тем не менее переносить операцию на другой день юноша не захотел. Рикка видела только одну причину такого поведения — Гнец был абсолютно уверен в способностях своих слуг. Подобное отношение с его стороны льстило и одновременно пугало, заставляя девушку нервничать.

Однако внешне ее эмоции почти никак не проявлялись. Забрав с невозмутимым выражением лица выставленные перед ней на стойку две кружки с пивом, Рикка отправилась обратно за свой столик, игнорируя удаляющуюся от своего «спасителя» Майю. Девушка надеялась, что довольно неплохой, по меркам этого жалкого заведения, вкус напитка и болтовня Сильвии помогут ей окончательно взять себя в руки и спокойно переждать еще пятнадцать — двадцать минут до того момента, когда придет время отправляться домой.

Ла Абель Гнец

Я стоял, укрытый от внимания случайных прохожих углом здания и заклинанием «хамелеона», и наблюдал за дверями бара «Три ручья». Вернее, наблюдала Диана, а сам я прокручивал в голове варианты дальнейшего развития событий и строил планы на отдаленное будущее. Не очень интересное занятие, если быть откровенным, но мне надо было чем-то занять мозг. Пялиться целый час на пустынную улицу казалось гораздо менее привлекательной альтернативой.

Час. Девушки находились внутри уже целый час — минут на десять больше расчетного времени. Отклонение вполне допустимое, но заставляющее меня нервничать. Тем более что сегодняшней операцией руководил Штефан, как имеющий больший опыт в подобных делах, а я лишь обеспечивал прикрытие и наблюдал за окрестностями. В связи с чем не имел ни малейшего представления о состоянии дел на текущий момент. Наверное, стоило послушать Рикку и перенести охоту за кровью дворцовых служащих на другой день. Но у меня был свой резон — сейчас, накануне свадьбы, внимание Сокола должно быть приковано к предстоящей церемонии и съезжавшимся с разных концов империи гостям. А я все еще хотел иметь от него несколько секретов, несмотря на нашу прогрессирующую «дружбу».

Из бара вышли Мика с Майей и направились в противоположную от меня сторону. Тревожного сигнала они не подали, а значит, все было в порядке, и оставалось только дождаться появления остальных. Неожиданностей не предвиделось, и маячить практически на виду больше не было смысла, так что я отошел поглубже в переулок. Накопившееся напряжение начало потихоньку отпускать. Несколько минут спустя мое наблюдающее заклятие запечатлело остальную часть нашей группы, покидающую питейное заведение. Можно было уходить.

Я избавился от чар «хамелеона», прошел переулком на соседнюю улицу, затем еще одним — и оказался в небольшом пустынном дворике, где стоял наш экипаж. Такие вот скрытые от посторонних глаз проходы, дворики, скверы и аллейки составляли изрядную часть летней столицы — они не контрастировали с блеском широких улиц и проспектов, а скорее дополняли их, даруя тишину и спокойствие после шума обычной дневной активности большого города.

Мика открыла передо мной дверь кареты и подала руку, помогая забраться. Я ухватился за ее ладонь и запрыгнул внутрь, минуя ступеньки. Уселся и выжидающе посмотрел на Майю. Женщина извлекла откуда-то из рукава и протянула мне покрытую чуть светящимися багровыми линиями медицинскую иглу, с обеих сторон которой свешивались удерживаемые магией капли крови. Приняв из ее рук артефакт, я осторожно убрал его в специально изготовленный футляр. Переливать кровь в иной сосуд не имело смысла. Теоретически иглу можно было бы использовать снова, но, учитывая качество ее обработки, шанс повторного срабатывания оценивался всего лишь как один к двум — то есть совершенно не стоящий риска.

Вскоре к нам присоединились Рикка с Сильвией, и в карете, рассчитанной на четырех пусть и привыкших к комфорту пассажиров, сразу стало тесно. Штефан, как наиболее разумный из всех, устроился на козлах, исполняя роль возницы.

— Рикка, проверь, пожалуйста, местонахождение доноров, — попросил я.

Моя горничная, несколько дней назад закончившая изучение чар поиска по крови, создала заклинание. Остальные прижались к стенкам, чтобы не мешать ей. Капля крови, повинуясь вызванной девушкой магии, оторвалась от иглы, сократив запас хранимой там жидкости сразу на четверть, и повисла в воздухе. Багровый свет тонких линий, составляющих узор заклятия, заставил окружающие нас тени изогнуться причудливым образом. И почти сразу исчез вместе с впитавшейся в ладонь чародейки чужой кровью. Рикка замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Мы с ней уже практиковались определять местонахождение друг друга подобным способом, хотя и всего несколько раз.

— Я чувствую его, — нарушила недолгое молчание девушка. — Не очень хорошо, но чувствую. Только с точным местоположением проблема — без карты совсем не понятно, где именно он находится.

— Хорошо, — кивнул я, досадуя на себя за оставленную дома карту. Впрочем, в карете все равно не было места, чтобы развернуть ее. — Продолжай удерживать чары. Попрактикуйся сегодня и завтра. Половину полученной крови трать свободно. Меня интересует, насколько точно ты сможешь определять цель на большом расстоянии, и действительно ли чары крови будут действовать, несмотря на защиту дворца.

Последнее было особенно важно. Моя теория пока оставалась всего лишь теорией. Вот если она подтвердится, тогда можно начинать охоту на более важных служащих Летнего дворца, а если нет… Ну что же, тогда останется всего лишь списать в расход время, потраченное на подготовку и многочисленные эксперименты. Я уже ошибался ранее, и еще один провал не сделает текущую ситуацию заметно хуже.

Мы добрались до дома и разбрелись по комнатам, не задержавшись даже на ужин. Штефан, тоже приглашенный на свадьбу, в этот раз ночевал у меня, чтобы не терять времени, — стрелки показывали уже четыре часа утра, а церемония бракосочетания Мелли и Сокола должна была начаться в полдень. И опаздывать никому из нас не стоило.

Штефан Цванг, курсант

Утро началось слишком рано — часов в восемь. Если бы не приобретенный в армии опыт, то связанная с регулярными недосыпами служба Гнецу грозила стать настоящим испытанием. Впрочем, сегодня пробуждение оказалось очень даже терпимым. Еще бы час сна, и его можно было бы назвать приятным.

— Господин Цванг изволит встать сейчас? — поинтересовалась потыкавшая его пальцем в щеку Рикка. — Или мне передать господину Абелю, что вы отказываетесь от завтрака?

— Мм… — Произнести что-то более осмысленное Штефану не удалось.

— Простите, я не расслышала. Отказываетесь от завтрака?

— Встаю. Сейчас. — Цванг сел на кровати и посмотрел на невозмутимое лицо Рикки.

Кажется, она все-таки издевалась. Впрочем, у Штефана всегда было чем ответить на насмешку. Он встал, скидывая одеяло и демонстрируя полное отсутствие нижнего белья, сладко и не спеша потянулся и, нагло усмехнувшись прямо в ставшее похожим на мраморную маску лицо горничной, отправился в душ.

Сознание пробуждалось куда медленнее тела, и потому курсант понял свою ошибку, только оказавшись в общем коридоре, который ему необходимо было миновать по дороге к ванной комнате. Дом Гнеца, в отличие от маленькой квартирки самого Штефана, был полон девиц, и вряд ли все из них оценили бы подобную шутку. Цванг рванулся вперед, преодолев десяток метров за какие-то доли секунды, и, влетев в комнату для омовений, захлопнул за собой дверь. Обошлось…

Однако он рано радовался — последующие два часа предоставили Рикке превосходную возможность отыграться. Сначала девушка превратила завтрак в импровизированный урок этикета, а потом принялась всячески критиковать манеру Штефана одеваться. К моменту прибытия экипажа Цванг успел обзавестись накладными кружевными манжетами и воротником вкупе с многочисленными инструкциями о том, как не опозорить своим поведением господина. К счастью, время было на его стороне — задерживать их с Абелем сверх необходимого Рикка ни в коем случае не собиралась.

— Сочувствую, — пробормотал Штефан, обращаясь к шефу, когда фигурка провожавшей их горничной скрылась за поворотом, — не каждый такое выдержит.

— Она ради праздника старалась, — чуть улыбнулся Гнец, — обычно все не настолько страшно.

— Ну да? Как будто я первый раз видел твой выход из дома. — Цванг расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и принялся сдирать пристегнутый кружевной воротничок. — К демонам ваши рюши. Если Сокол решил позабавиться за мой счет, то пусть терпит типичный внешний вид простолюдина.

— Позабавиться? — Абель удивленно посмотрел на друга.

— Хорошо, допустим, не позабавиться, а реализовать какую-нибудь хитрую комбинацию. Мне не легче. — Штефан вздохнул. — Во всяком случае, это единственная разумная причина моего присутствия на его свадьбе.

— Вообще-то тебя приглашала Мелли.

— Брось, Абель. Мы с ней, конечно, неплохо знакомы, но до близкой дружбы нам еще далеко. С тем же успехом она могла пригласить кого-нибудь из преподавательского состава академии. Так что без ее будущего мужа здесь точно не обошлось.

Гнец несколько секунд обдумывал сказанное.

— В данном случае это скорее твоя мнительность, — наконец сказал он. — Сокол — интриган, но зачем ему устраивать какую-либо провокацию, портя собственную свадьбу? Да еще и обостряя отношения со мной?

— Он вполне мог прислать приглашение, только чтобы посмотреть, как я буду дергаться и искать скрытый смысл в его поступках.

— Ты его излишне демонизируешь.

— А ты — недооцениваешь.

— Вот уж вряд ли. — Гнец улыбнулся.

Они замолчали. Штефан подумал о том, что даже если Абель прав, то лишняя осторожность никому еще не мешала. Все, что требовалось, — отнестись к предстоящему событию как к работе, а не празднеству. Никаких спиртных напитков, никакого флирта с женщинами и двусмысленностей в разговорах, все время держаться в компании и не покидать мест общего сбора больше чем на пару минут. А отдохнуть можно будет и позже — после возвращения домой.

Ла Абель Гнец

Церемония бракосочетания Сокола и Мелисанды сильно отличалась от торжественной свадьбы моей сестры и Кристофера. Возможно, потому что заключаемый сегодня союз не имел такого влияния на будущее Дома Крылатого Меча и всей империи. Или потому, что Гнешек являлся достаточно влиятельной личностью и мог позволить себе некоторую экстравагантность. Собирающиеся в храме Совершенства люди довольно громко переговаривались, смеялись и, похоже, не обращали никакого внимания на отсутствующих виновников торжества. Ингви и Мелли явились с опозданием минут на десять, но никто из гостей даже не вздумал обидеться или возмутиться по этому поводу. Включая служителя храма, который хотя бы из-за своей должности обязан являться ревнителем традиций.

В империи не существует культов различных богов, как в некоторых слаборазвитых государствах. Вместо них в жителях нашей страны сильна вера в Совершенство — абсолют, состоящий из чувств, мыслей и умений всех живших когда-либо существ. Наш «бог» не статичен, и то, что было всеобъемлющим сегодня, не обязательно останется таким же завтра. Каждый человек, изменяя существующее или создавая что-то новое, развивает и Совершенство. Но абсолюту нет дела до добра и зла, правильного и неправильного — он впитывает все. И потому, чтобы избежать хотя бы малой части ошибок, люди придумали правила и ограничения. Служители Совершенства — летописцы империи и ревнители традиций. Они фиксируют все значимые события людских жизней — рождения, свадьбы, смерти, обретение и потерю родственников. А еще они стараются формулировать законы мироздания на основе своих наблюдений, создавая новые традиции — неписаные законы, необходимые для существования общества. По крайней мере, так их работа должна выглядеть в идеале. И потому спокойное, почти равнодушное отношение служителя к поступку Сокола показалось мне ненормальным.

Впрочем, дальнейшие события развивались не менее странно. Принимающий свадебную клятву у новобрачных служитель Совершенства произнес краткую речь, выслушал согласие Зионы на брак Ингви и Мелисанды и их обещания блюсти семейные традиции, после чего провозгласил пару семьей. Гости стали покидать храм. Церемония, аналогичная той, на которой моя сестра, выходящая замуж за Криса, три часа стояла на возвышении в центре храма, слушая тексты из Книги Жизни и Памяти, уложилась минут в двадцать.

Однако это было лишь начало. Выслушивание супругами поздравлений и вручение им даров от гостей, обычные для свадеб имперских граждан, Гнешек также решил пропустить, предложив передать подарки в руки обслуживающего персонала и рассаживаться по каретам. Судя по его краткой речи, обращенной к присутствующим, нас ожидало празднество с танцами, распитием спиртных напитков и новыми знакомствами. В общем, типичная вечеринка, только приуроченная к некоторому событию и оттого чуть более пышная.

Сокол использовал для приема гостей торжественные залы академии. Приглашенных оказалось около двух сотен, но, даже собравшись вместе в не очень большом первом зале, они не создавали впечатление толпы — двигались с достоинством и не производили много шума. Я почти сразу отыскал парочку Денова, не желая оставаться единственным юношей в окружении людей, среди которых не было ни одного моложе тридцати — даже группка замеченных мной однокурсниц Мелисанды, приехавших поздравить подругу, смотрелась вполне зрело. Кристофер выглядел смятенным, видимо, из-за происходивших на каждом шагу нарушений протокола. Его сестра держалась более уверенно. Она улыбнулась в ответ на приветствие и, поколебавшись, взяла меня под руку — жест несколько фривольный для торжественного мероприятия, но вполне допустимый для неформального собрания, на которое оно все более походило.

— Здесь так странно, — прошептала мне Крис, — я никак не пойму, как именно себя вести.

— Наверное, как-то так, — я кивком головы указал девушке на троих человек, затеявших дружескую перебранку в нескольких шагах от нас. — Возможно, Сокол просто решил не устраивать строго официальную церемонию.

— Но это же свадьба! Как она может быть не официальной?

Я лишь пожал плечами. Принять происходящее мне было гораздо проще, чем ей. Прошлый год принес столько неожиданностей, демонстрируя различия между реальной жизнью и ее описаниями в книгах, что еще одно отступление от канонов просто уже не могло шокировать.

— А вот и вы! — К нам быстрым шагом приближался Гнешек, вцепившийся пальцами в рукав какого-то крупного мужчины лет сорока и таща его за собой, словно на буксире. — И почему молодежь так любит стоять у колонн? — риторически вопросил он.

— Поздравляю со свадьбой, — вежливо отозвался я. Фраза была не совсем к месту, но сказать нечто осмысленное в ответ на беспредметную болтовню Сокола само по себе являлось достижением.

— Пустяки, — отмахнулся Ингви. — Подобные церемонии ценят в основном женщины и служители Совершенства. Остальным они малоинтересны.

Кристофер насупился — он явно был не согласен с мнением Гнешека, но спорить не рискнул.

— Впрочем, не будем об этом. — Сокол махнул рукой, выпустив рукав своего спутника. Тот не преминул воспользоваться неожиданной свободой и принялся расправлять смятую одежду. — Я тут забочусь о том, чтобы мои гости не скучали. Так что знакомьтесь. Ли Антон Криг, генерал. Ла Абель Гнец, курсант второго года обучения.

Спутник Гнешека слегка поклонился. Я ответил ему тем же.

— Вы тут пообщайтесь, пока я развлекаю остальных гостей. — Сокол ухватил Кристофера и Штефана под локти и потянул куда-то. — Пойдемте, Ли Кристина. Нас уже ждут.

Крис бросила растерянный взгляд сначала на меня, потом на генерала. Затем на спину удаляющегося Гнешека, уводящего с собой ее брата.

— Увидимся позже, Абель, — пробормотала она и, тряхнув головой, отправилась догонять остальных.

— Как вам праздник? — вежливо поинтересовался генерал, когда мы остались одни. Если так, конечно, можно выразиться о людях, находящихся посреди толпы.

— Неожиданно, — честно ответил я.

— Это главная отличительная черта любого события, устраиваемого Ингви. — Мужчина улыбнулся. — Если какой-то из его планов кажется тривиальным, можно быть уверенным — ты что-то упустил.

— Вы наблюдали много подобных событий? — Я не надеялся получить какую-то особую информацию, просто поддерживал разговор.

— Достаточно. Мы с ним знакомы лет десять. Подобные взаимоотношения хорошо тренируют внимательность. Чуть-чуть расслабишься — и обнаружишь, что тебе только что вручили ядовитую змею. Хорошая была шутка. — Криг снова улыбнулся.

— Ингви вручал вам ядовитую змею?

— Не мне. И если уж на то пошло, то змея была абсолютно безопасна — ей вырвали зубы. Но получатель подарка этого не знал.

— Впечатляет. — Мне было несложно представить крайне опасного и довольно разнообразного в своих поступках Сокола шутящим подобным образом. — Вам действительно приходится быть крайне внимательным.

— Ну все не настолько плохо. Это был единичный случай. И не называй меня на «вы». Зачем такой официоз среди равных? Обращения на «ты» вполне достаточно. Или по имени — Антон.

— Если ты так предпочитаешь… Вот только насчет нашего равенства меня обуревают сомнения. Все-таки генерал и курсант второго года обучения — не одно и то же. Даже если не принимать во внимание разницу в возрасте, — поддержал я начатый генералом обмен любезностями.

— Думаю, твой титул компенсирует эту маленькую разницу, — не захотел уступать Криг.

— Я вижу, вы прекрасно поладили. — Рядом с нами снова возник Гнешек. — Даже жаль прерывать беседу столь удачно встретившихся людей. Но я обещал познакомить Да Абеля еще кое с кем. К тому же тебя, Антон, хотел видеть Ли Калас. Нашему любимому ректору больше не с кем предаваться воспоминаниям о том, как они с твоим дедом геройствовали в молодости. Пойдемте, Ла Абель. Я должен нести груз необходимости заботиться о своих гостях.

— Нанял бы распорядителя торжеств, — хмыкнул Криг, но Сокол уже тащил меня куда-то.

А потом мне невольно вспомнились первые месяцы пребывания в Солиано и знакомство с высшим светом. Гнешек оставил меня ненадолго с парой пожилых дам, но вскоре уже снова потянул в сторону, на этот раз к даме не пожилой и одинокой. Затем были двое похожих друг на друга мужчин — кажется, отец и сын. Сокол куда-то пропал, но общую ситуацию его отсутствие не изменило — различные люди подходили, знакомились, обменивались со мной несколькими ничего не значащими фразами и отходили снова, сменяясь другими. Только часа два или три спустя мне удалось вырваться из круговерти улыбок, вежливых голосов и внимательных взглядов. Первым делом я добрался до столика с напитками и большим глотком опустошил один из высоких бокалов, сразу же взяв в руку второй — терпкий сладковатый сок неплохо утолял жажду, но, к сожалению, ненадолго.

— Надеюсь, вам все нравится, Абель? — Ко мне подошла Зиона, сводная жена Мелисанды.

— Да, благодарю вас, все просто замечательно. — На самом деле я так не считал, но хамить не собирался.

— Приятно слышать. А я принесла вам воды. — Она протянула мне бокал, наполненный прозрачной жидкостью.

— Спасибо, но у меня уже есть сок.

— Не спорьте с женщиной, Абель. Не зря же я ходила, пытаясь сделать вам приятное. — Ее пальчики нежно, но уверенно вынули из моей руки бокал с соком, оставив вместо него точно такой же, полный воды.

— Еще раз спасибо, — поблагодарил я, делая большой глоток.

— Не за что, — легко улыбнулась она.

— Ага. Нашелся! — радостно сообщила появившаяся словно ниоткуда Мелисанда. Похоже, она уже начала перенимать у своего мужа дурные привычки. — Я так и знала, что тебя надо искать у столов. Но допустила ошибку, начав с обхода еды, а не напитков.

— Только что сюда подошел! — возмутился я.

— То есть мне надо было двигаться быстрее, чтобы застать тебя рядом с едой? Так и знала.

— Есть я еще даже не начинал. Твой муж, похоже, решил перезнакомить меня со всеми присутствующими за раз и организовал эстафету под лозунгом «Передай Абеля следующему».

— О… Ну я буду немного мягче Ингви. Пойдем, нас ждет прекрасная компания. Зи, ты с нами?

— Нет, — покачала головой Зиона, — мне еще надо отнести воды ректору.

— Тогда мы пошли. — Мелли повисла на моей руке и потянула за собой. — Кстати, Абель, удовлетвори мое любопытство. Расскажи, что ты подарил нам на свадьбу? А то ни одна коробка или коробочка в той горе, которую собрали слуги, не подписана.

— Понятия не имею, — честно ответил я.

— Это как? — Мелисанда остановилась.

— Я хотел подарить вам свою долю прав на следящий артефакт, чтобы ты сама торговалась за него с Ингви, но Рикка заверила меня, что это крайне неподходящий подарок на свадьбу. Так что она сама нашла приличествующий случаю, упаковала его и перевязана красной лентой. Что лежит в той коробке, я понятия не имею. Но это мой подарок на свадьбу. А права на артефакт бери просто так, раз уж подходящего события не нашлось.

— Спасибо, Абель. Это шикарный подарок. Особенно для «просто так». Ух, я с Ингви и поторгуюсь! — Она довольно заулыбалась. — А Рикке передай от меня большое спасибо. Не забудь. И не стой на месте, нас ждут.

Глава службы безопасности семьи Денова сидел в своем кабинете и неотрывно смотрел на лежащий перед ним доклад. Четыре строчки на большом белом листе. Всего четыре строчки, а сколько смысла — тайного и явного… В далеком маленьком городке кто-то закрыл небольшой банковский счет, сняв с него все деньги. Это мог быть кто угодно, если бы не одно «но»: пароль от счета знал только его владелец — тихий и аккуратный пожилой человек по имени Флинн.

Реван потер глаза, поморщился в раздражении и потянулся к кружке с горьковатым, но удивительно бодрящим настоем, составленным его личным целителем. Последнее время главному безопаснику Денова удавалось поспать отнюдь не каждую ночь. Рональд закончил затеянную им ревизию, но облегчения это не принесло. Жаждущий карьерного роста и чрезмерно поощряемый главой семьи помощник Ревана получил неофициальный чин его первого заместителя и почти полностью вышел из-под контроля своего непосредственного начальника. Многие сотрудники были переведены на другие должности. Глава службы безопасности семьи Денова больше не контролировал свое ведомство целиком и полностью. Давным-давно ставшая привычной власть уплывала из его рук, и это раздражало.

А теперь еще и лежащий на столе доклад словно специально добавлял проблем. Реван никак не мог понять причины, по которой Флинн решил обнаружить свое местоположение. Что это: очередная ошибка стареющего человека, уверенного в том, что о его сбережениях никому не известно, или какая-то хитрая провокация с его стороны? В любом случае требовалось отправить в далекий городок нескольких людей, чтобы они проверили след. Людей надежных, способных избавиться от бывшего коллеги чисто и без вопросов. Но как раз с такими сотрудниками и были проблемы — в нынешнее время любой мог оказаться более преданным главе семьи, чем своему начальнику.

Нет, нужные подчиненные, естественно, наличествовали — Рональд, несмотря на все свое обаяние, попросту не мог обеспечить стопроцентную личную преданность ему каждого служащего. Но, как назло, почти все они были заняты в какой-либо операции. Реван подумал о том, что буквально несколько дней назад направил троих доверенных людей в помощь тем, кто трудился в Солиано, и в очередной раз досадливо поморщился.

На данном этапе Абель Гнец интересовал его постольку-поскольку. Юношу явно опекали как агенты его семьи, так и подручные Сокола, и трудозатраты на его разработку попросту не оправдывались. Это не считая того факта, что семья Денова своим излишним вниманием к юноше могла ухудшить отношения с такой влиятельной фигурой, как Ли Редфорд Калас, — ректор Высшей Воинской Академии Солиано очень трепетно относился к безопасности своих курсантов. К сожалению, особого выбора у Ревана не было — Ли Камилла поставляла ему крайне ценную информацию о планах своего мужа, и требовалось оказать ей ответную услугу. А если удастся накопать какую-нибудь достаточно достоверную гадость о молодом Гнеце, то, возможно, удастся выжать из женщины и еще что-нибудь. Но, так или иначе, за несколько месяцев она предоставит достаточно сведений, чтобы глава службы безопасности семьи снова смог стать хозяином положения. В общем и целом перспективы для Ревана рисовались вполне радужные — падение заканчивалось, начинался подъем.

Вот только осталось решить вопрос: кого же послать за Флинном?

ГЛАВА 7

Ла Абель Гнец

Я с трудом оторвал голову от подушки. Череп словно ватой набили. Глаза открылись с трудом и тут же постарались закрыться вновь, оставив мне лишь узкую щель для обзора. Ощущения были не то чтобы болезненные, но не из приятных. Кажется, нечто подобное я испытывал в далеком детстве, когда простудился. Только этого мне сейчас не хватало…

— На вот, выпей. — В поле зрения показались руки Сильвии, державшие синюю чашку, украшенную золотистым узором.

Я попробовал взять ее, но неожиданно промахнулся. Женщина присела рядом и сама поднесла напиток к моим губам. На вкус он сильно напоминал чай, только оставлял после себя горчащее послевкусие.

— Что со мной?.. — прохрипел я, опрокинувшись обратно на подушку.

— Ничего особенного, — беззаботно отозвалась Сильвия, — просто кое-кто вчера напился как свинья — еле на ногах держался.

— Напился?..

Я постарался вспомнить вчерашний вечер. И не смог. Все было как в тумане. Меня прошиб холодный пот, заставив сразу распахнуть глаза. Свадьба. Вчера была свадьба Мелисанды. Мы праздновали. Сначала в залах академии, потом небольшой компанией дома у Гнешека, а потом… Потом — ничего. Провал. Я был абсолютно уверен, что мое текущее состояние не могло быть следствием работы психо. Тогда что? Наркотики? Сокол что-то сделал со мной, а после напичкал какой-то наркотической дрянью? Почему-то вспомнился рассказ Антона Крита о ядовитой змее, преподнесенной кому-то в виде подарка.

Так. Спокойно. Я отключил лишние эмоции и принялся анализировать ситуацию. Первая мысль была о том, что Соколу совсем не с руки так откровенно подставляться. Вторая — о том, что никто, кроме меня, похоже, не паникует. Никто, кроме меня. Никто…

— Диана, что вчера с нами было?

— Ты напился. — Возможно, мне показалось, но в ее голосе сквозило раздражение. И обида?

— А нельзя ли немного подробнее?

— Пожалуйста. Напился. Отказывался отправляться домой, когда Штефан тебе предлагал. Ходил, шатаясь влево-вправо. Находясь дома, вообще передвигался, исключительно держась за стену. Но контроль над телом так и не отдал. Хотя я могла улучшить координацию движений или вообще вывести часть алкоголя из крови.

— Прости. — Я почувствовал себя виноватым перед своей самой первой подругой. — Прости, Диана.

Она вздохнула. Без слов. Но я понял, что на меня больше не сердятся.

Значит, не наркотики. Значит, все-таки напился. Но откуда тогда провалы в памяти? Или так и должно быть? Вроде бы у алкоголиков наблюдаются иногда кратковременные помутнения рассудка. Возможно, со мной происходит что-то подобное. Но тогда долговременная память пострадать не должна — Диана ведь помнила вчерашний вечер, хотя по большому счету у нас с ней один мозг на двоих. Я прикрыл глаза и постарался поднять свои воспоминания из более глубоких слоев разума на поверхность. И практически сразу вздохнул с облегчением — моя память была в полном порядке.

Однако минуту спустя я уже не был уверен, что это такое уж благо. Вытворяемое мною вчера являлось по меньшей мере предосудительным. И что хуже всего — у моих выходок были свидетели. Хорошо еще, что окончательная стадия опьянения наступила, когда мы уже были на личной территории Сокола. Но мой позор все равно видело слишком много людей. И самое главное, непонятно, почему алкоголь так сильно подействовал, ведь за весь день я суммарно выпил всего лишь бутылку, ну, может, полторы, некрепкого вина…

— Эй, Абель, с тобой все в порядке? — Сильвия с озабоченным видом потрогала мой лоб.

— Все хорошо. — Я кисло улыбнулся. — Просто вспомнил вчерашний вечер.

— Сильно начудил? — Беспокойство ушло из ее глаз, сменившись насмешливостью.

— Сильно. Но давай не будем об этом.

— Ладно. Тебе помочь встать или сам справишься?

— Сам. — Выпитое лекарство уже начало действовать, прояснив голову. К тому же мне не хотелось демонстрировать Сильвии свою слабость.

Добраться до ванной комнаты на прямых ногах удалось с трудом. Но с каждым шагом идти становилось все легче, и из душа я вышел уже вполне оправившимся от «болезни». Туман из головы до конца не выветрился, но думать уже не мешал. Рикка предложила подать еду прямо в комнату, но я отказался и спустился в столовую. Завтрак прошел в молчании, лишь изредка нарушаемом чьими-то репликами. Девушки старательно делали вид, что ничего особенного не произошло. Мне тоже было как-то не до разговоров. Голову заполняли мысли о том, как лучше всего извиниться перед свидетелями моих выходок и не стоит ли дополнить словесные извинения подарками. А после завтрака объявился Штефан.

Мой друг выглядел как живой пример того, что больше всех вчера досталось отнюдь не мне. Огромные синяки под не открывающимися до конца глазами, тонкая линия поджатых губ и легкая однодневная щетина, местами пробивающаяся на его помятом лице. Дополняли картину запачканный чем-то воротник и расстегнутый левый манжет.

— Доброе утро, шеф, — мрачно побормотало зовущееся Штефаном существо, падая в кресло напротив меня.

— Доброе утро, — ответил я ничуть не более радостно.

К нам подошла Рикка, смерила Штефана презрительным взглядом, всунула ему в руки кружку с чем-то зеленоватым — то ли чаем, то ли целебным настоем — и тут же отошла в сторону. Мы некоторое время молчали. Мой друг — поглощая содержимое кружки и морщась после каждого большого глотка, я — просто так.

— Я гляжу, ты себя вполне прилично чувствуешь, шеф, — наконец произнес Штефан, закончив пить.

— Разве что физически. Морально я достаточно разбит. Ничего удивительного, учитывая мои вчерашние выходки.

— Насколько я помню — а вечер, до того момента, как доставил тебя домой, я помню прекрасно — ничего такого особенного ты не вытворял. Если не считать закидывания Сокола в бассейн, разумеется.

— Чья это вообще была идея? — простонал я, закрывая глаза рукой.

— Кажется, Мелисанды. Она что-то там рассказывала про традиции насильственного купания в фонтане.

— О, Совершенство… — Я оторвал руку от лица и сразу наткнулся на заинтересованные взгляды Сильвии и выглядывающей с кухни Мики.

— Но больше ничего особого ты не выкинул, — продолжал разглагольствовать Штефан. — Всякие мелочи, вроде распития вина на брудершафт с Мелисандой и поцелуев в щечку с ней же, я в расчет не беру. Спор с Кристофером о том, кто из вас лучше крутит сальто, — тоже.

— Ты бы заткнулся, — мрачно посоветовал я другу.

— А? Ладно. — В тихом усталом голосе Штефана не было и следа эмоций. Его измученное выражение лица осталось таким же, как раньше.

— Ты зачем вообще приехал в такую рань?

— Вопрос есть. Только предварительно надо, чтобы ты кое на что посмотрел. В состоянии выбраться из дома, шеф?

— В состоянии. — Убраться подальше от девушек, которые наверняка тотчас же примутся обсуждать мои вчерашние промахи, о которых «любезно» поведал им Штефан, казалось замечательной идеей.

— Тогда одевайся.

Штефан Цванг, курсант

Утро, если можно называть утром период светлого времени суток, наступивший после двух часов ночного сна, оказалось на редкость мерзким. Похмелье буквально взрывало голову, и если бы не выходка близнецов, решивших откровенно кинуть Штефана на деньги, он так и продолжал бы обниматься с подушкой. Но ситуация сложилась так, что с постели пришлось подняться. Надежда на то, что все случившееся — не более чем глупая шутка, растаяла как дым, когда он выяснил, что застать близнецов по их обычному адресу не удастся — мерзавцы испарились, прихватив свои вещи и оставив только мебель. Перебрав все возможные варианты спасти положение, Цванг тяжело вздохнул и отправился к своему шефу — или Абель выдаст одну из своих гениальных идей, или с потерей значительной суммы денег придется смириться.

Карета остановилась в грязном узком переулке. Впрочем, покинувшие ее Штефан и Абель на грязь внимания не обратили, сразу направившись к неприметной узкой двери в торце одного из домов. Цванг некоторое время возился с ключами, открывая один за другим четыре врезных замка. Закончив, он толкнул дверь и посторонился, предлагая Гнецу войти. Абель перешагнул порог и создал заклятие света. Разлившееся вокруг неяркое сияние сделало видимой только небольшую часть пустующего помещения — этот не совсем легальный склад не использовался ими с начала сентября.

— Ну и что ты хотел мне показать? — поинтересовался Абель.

— Сюда. — Штефан пошел вглубь. Его шеф двинулся следом вместе со своим светильником. — Вот. — Цванг остановился, указывая на стоящую в углу человекоподобную фигуру, составленную из крупных каменных блоков и дополненную прикрепленными к ее рукам огромными стальными щитами.

— Голем? — слегка удивился Гнец. — Модель «Защитник», если я не ошибаюсь. Или «Хранитель»? Откуда он у тебя?

— Ну если в двух словах, то дело было так. — Штефан на мгновение замолчал. — Я, видимо, был не совсем трезв, когда мы покинули вчерашнее празднество, поэтому, доставив тебя домой, отправился к близнецам продолжать возлияния. Продолжили мы настолько хорошо, что эти два крысеныша продали мне вот эту махину. А потом исчезли, прежде чем я протрезвел и явился к ним выпускать кишки.

— Много заплатил?

— Шестьсот золотых.

— Шестьсот? Да у него только стоимость производства должна быть раз в пять выше.

— Угу.

— Значит, дефектный, — сделал абсолютно очевидный вывод Абель. — Осталось только понять, какого рода дефект.

— Я знаю какого, — кисло произнес Штефан. — У него нарушена координация движений.

— Нарушена координация движений?

— Ага. В середине ночи мне казалось очень смешным иметь голема, который двигается как пьяный, едва не падает и сталкивается с окружающими объектами.

— Вследствие чего годится только на утилизацию. От меня ты чего хочешь?

— Честно говоря, я надеялся, что он может тебе пригодиться.

— Пригодиться? Голем-охранник, который старается держаться поближе к оберегаемому объекту, но при этом шатается, частенько не может остановиться и размахивает во все стороны парой огромных щитов? Я не самоубийца. Это если не считать того факта, что мне вообще не нужен телохранитель подобного размера.

— Вообще-то я имел в виду твою смекалку, шеф. Он достаточно дешев, а ты всегда мог придумать какую-нибудь оригинальную идею. Его ведь можно как-нибудь использовать. Не по основному предназначению. — Штефан вполне понимал логику близнецов, понадеявшихся, что со временем он остынет и найдет способ сбыть неликвидный товар, но в этот раз они зашли слишком далеко.

— Не по основному? — Абель задумчиво смотрел на голема. — Шестьсот золотых?

— Ага. — Очередное напоминание об уплывшей из его карманов сумме денег заставило Штефана скривиться.

— Хорошо. Я куплю его. Но с двумя условиями.

— Какими? — Цванг несколько повеселел — перед ним забрезжил свет надежды.

— Во-первых, когда ты все-таки поймаешь близнецов и стрясешь часть своих денег обратно в качестве скидки, то вернешь полученное от них золото мне. Как основному покупателю.

— Не вопрос. — Подобное требование Штефан даже не счел за условие.

— Во-вторых, на мой нынешний склад доставишь его сам. Я возиться с этой тушей не намерен и под случайный удар попасть не хочу.

— Договорились. — Перспектива активировать голема, чтобы он сначала самостоятельно погрузился в дилижанс, а потом выгрузился из него, Штефана, конечно, не радовала, но требование было справедливым.

— И если это все, что ты хотел мне показать, то закрывай склад и поехали отсюда. Я хочу провести сегодняшний день дома в тишине и покос.

— Поддерживаю.

Ла Абель Гнец

Я вернулся домой в одиночестве. Штефан отказался от моего гостеприимства, отправившись досыпать к себе. Мне же требовалось определиться с формой принесения извинений и нанести несколько визитов. По возможности уже сегодня.

— Господин Абель, к вам приезжал курьер от господина Гнешека. — Ожидающая в прихожей Рикка приняла из моих рук плащ. — Он оставил вам посылку: Я позволила себе поднять ее в вашу комнату.

— Спасибо. И прекрати обращаться ко мне на «вы».

— Извини. Я подумала, что ты в плохом расположении духа и сегодня неподходящий день для фамильярности.

— Это не фамильярность, а нормальная форма общения между близкими людьми, — раздраженно проворчал я, досадуя, что девушка никак не желает понимать таких простых вещей. — Но ты в чем-то права. Сегодня действительно неподходящий день. Для всего. Я слишком раздражен. Попытайся не обижаться на меня.

— Как скажете, господин Абель. Еще к вам приехала госпожа Кристина. Она ожидает в библиотеке.

— Давно?

— Уже почти час.

— Ладно. Значит, будут импровизированные извинения. — Я натянул на лицо дежурную улыбку и направился в сторону библиотеки.

В помещении царила тишина. Кристина сидела, забравшись с ногами в кресло, и читала толстенное «Руководство по обработке камней и металлов», в последнее время постоянно лежавшее на столе. Книга предназначалась для начинающих артефакторов, но девушке, похоже, понравилась — учитывая, как далеко она забралась. Моего появления увлекшаяся Крис не заметила.

— Добрый день. Извини, что заставил тебя ждать. — Я присел на подлокотник кресла и заглянул в книгу. — Интересуешься?

— А? — Она резко вскинулась, застигнутая врасплох. — Да. Интересная книга. Можно я возьму ее почитать?

— Забирай совсем. В качестве подарка и извинений за мое вчерашнее поведение. — Книга была достаточно распространенной, и я всегда мог купить себе еще одну.

— Извинений? — удивилась девушка. — Если ты о поцелуях, то мы оба виноваты. — Она лукаво улыбнулась.

— Если оба, тогда я забираю свои извинения обратно. Но не книгу. — Судя по всему, Кристина совсем не обижалась на меня. Неужели мое поведение вписывалось в ее представления о вечеринке?

— Спасибо. — Девушка закрыла том и положила его на краешек стола. — У Мелли получилась очень веселая свадьба. Но я хочу, чтобы наше бракосочетание прошло в соответствии с традициями. Пьянку можно и потом устроить.

— Разумеется, — полностью согласился я с ее последним утверждением.

— Замечательно! — Кристина подпрыгнула на месте и захлопала в ладоши от удовольствия.

— Всегда пожалуйста. — Приятно было видеть, какое удовольствие может доставить девушке банальное согласие с ее мнением. — Я готов радовать тебя каждый день.

— Правда? Тогда пойдем погуляем, пока на улице сухо и не зарядили очередные дожди. Я устала сидеть в четырех стенах.

— Как скажешь. Мы можем отправиться хоть прямо сейчас. Я ведь даже не переодевался: как услышал о твоем присутствии — сразу сюда. — Никуда идти мне не хотелось, но достойного повода отказать в голову никак не приходило. — Только мы двое? Или позовем кого-то еще?

— Кого? Крис пропадает на своем полигоне — он просто помешался на нем. Марта, как обычно, что-то учит, собираясь стать образцовым офицером, хотя с таким подходом она раньше превратится в академика. Мелли наверняка продолжает праздновать свою свадьбу. А остальные… Меня раздражает их фальшивое дружелюбие.

— Сэм Фосс? Его дружелюбие вроде бы не фальшивое.

— Сэм? Ну да, его — нет, — признала Кристина. — Но все равно пойдем вдвоем.

— Как пожелаешь.

Риккарда Сонано, горничная

Девушка проводила господина взглядом и решила вернуться в свою комнату. Ее услуги вряд ли понадобятся в ближайшее время — Кристина Денова отвлечет Абеля надолго. К тому же в случае чего на первом этаже крутится Мика. А у самой Риккарды полным-полно работы, не связанной с прислуживанием хозяину и его гостье.

Последняя теория Гнеца подтвердилась — заклятие поиска по крови позволяло обнаруживать доноров на территории дворца. Однако мощная охранная магия, с которой донор регулярно контактировал, искажала или полностью глушила сигнал, в итоге он то пропадал, то снова появлялся в совершенно ином месте. Единственное, что Рикка могла сказать о его местоположении, так это то, что дворец сотрудник службы безопасности не покидал. Вряд ли такая точность устроит Абеля. Но с этим девушка ничего не могла поделать. Гнец, благодаря своим умениям психо, мог не только держать в памяти карту города, но и приблизительно определять точку, в которой находится его цель, ориентируясь только по вектору направления и громкости эха чужого сердцебиения. Рикка подобными способностями не обладала.

Зато она знала того, кто обладал, — Селина как психо не сильно уступал ее господину. Кроме того, здоровяк использовал несколько различных заклятий для работы с чужим сознанием, а значит, владел хотя бы минимальными познаниями в магии. Пусть на обучение его новому заклятию уйдет две или даже три недели, а не несколько часов, как у самой Рикки, но затея того стоила. Особенно учитывая, что именно привез посланник Сокола.

Будучи назначена секретарем, пусть и неофициально, девушка попросту не могла не проверить содержимое посылки. Планы, планы и еще раз планы. Комнаты, переходы, бытовые помещения и внутренние дворики. Внятные пометки стояли далеко не на всех листах, но Рикке хватило минуты понять, что она видит перед собой: чертежи различных частей дворца. В общем, неудивительно, учитывая последние действия Абеля. Однако девушка никак не ожидала, что Гнец зайдет так далеко и так быстро.

Горничная считала, что узнала своего господина достаточно хорошо, чтобы понимать, в каком направлении он сделает свой следующий шаг, и этот шаг ей совсем не нравился. Абель имел изощренный ум и ряд прочих достоинств, но для операции подобного уровня ему точно не хватало опыта. Если уж на то пошло, нужного опыта не хватало никому из его слуг. Кроме разве что Штефана. Но в случае с Цвангом обширный опыт компенсировался здравым смыслом и богатой фантазией относительно того, что с ним станет в случае провала. Уговорить его будет сложно. Но сделать это придется. Если Абель действительно собрался проводить какую-то операцию, требующую проникновения во дворец, то полагаться только на его таланты нельзя. Необходимо тщательно изучить территорию на подступах к императорской резиденции, продумать несколько планов на случай различных непредвиденных ситуаций. А самое главное — успеть обучить Селину и передать ему обязанности по слежке за дворцовыми служащими. Сама Рикка должна во время предстоящей авантюры находиться как можно ближе к господину, чтобы прикрыть его от возможной опасности.

— Знаешь, если бы я не был уверен в твоей гениальности, то непременно причислил бы к сумасшедшим, — задумчиво произнес Ли Калас, глядя на вольготно расположившегося на стуле Сокола. — Твоя очередная идея, как обычно, рождает в моей голове множество вопросов. Но один из них превосходит все остальные по важности. Какого демона ты предоставил Гнецу планы Летнего дворца?

— Как обычно, ответ очень прост. — Гнешек закинул ногу на ногу. — Я хочу его контролировать. Абель тратит значительное количество времени на обеспечение собственной безопасности и подготовку превентивного удара по слугам императорской семьи. Передав в его руки планы дворца, можно быть уверенным, что юноша сосредоточится на проникновении внутрь здания. Мои специалисты, кстати, немножко подретушировали эти планы, так что количество маршрутов, которыми может воспользоваться Гнец, сильно сократилось.

— Ингви, дворец — это не какой-нибудь магазин или увеселительное заведение. Там превосходная система охраны, и в службе безопасности работают отнюдь не идиоты. Что мы будем делать, если человека Гнеца схватят? К тому же мальчишка может возомнить себя героем и отправиться туда самостоятельно. У него же нет ни единого шанса остаться незамеченным!

— Во-первых, мною предприняты кое-какие меры. Благодаря новому начальнику службы безопасности Летнего дворца и устроенным им кадровым перестановкам количество моих агентов на подконтрольной ему территории несколько увеличилось. Даже если Гнец допустит ошибку, мои люди не позволят ей стать фатальной. А во-вторых, я не думаю, что Абель ошибется.

— Не слишком ли ты высокого мнения о юноше? Мы все-таки говорим о его противостоянии с профессионалами, имеющими многолетний опыт.

— Вам известно мое мнение об опыте тамошних так называемых профессионалов. Да, они получили хорошее обучение, но одновременно полностью лишились инициативы и остались ужасающе предсказуемыми.

— У юного Гнеца нет даже такого обучения. Он всего лишь курсант, пусть и необычайно умный и предусмотрительный.

— Вы так уверены? — Гнешек загадочно улыбнулся.

— Так… — Ректор откинулся на спинку кресла. — Что я пропустил?

— Ничего. Эту часть своих умозаключений я еще не озвучивал.

— В таком случае сейчас — самое время.

— Абель владеет боевыми искусствами на значительно более высоком уровне, чем демонстрирует. Мои наблюдения за ним в течение прошлого года позволили это установить достаточно точно. Открытым оставался лишь вопрос о том, насколько он силен в действительности. Я очень внимательно изучил все связанное с недавним побоищем в предместьях Солиано и оставшимися после него телами. И в итоге пришел к следующему заключению: или мы имеем дело с группой спецназа, подконтрольной Гнецу и способной появляться в городе и покидать его абсолютно незаметно для моих людей, или никакого спецназа нет и Абель сделал все сам.

— Невозможно. — Калас нахмурился.

— Возможно. Только необходимо владеть пятой ступенью боевых искусств.

— Вот поэтому я и говорю — невозможно.

— Полагаете, его высокая образованность, нестандартный способ мышления, владение магией на уровне третьей-четвертой ступени и боевыми искусствами на уровне второй-третьей ступени для девятнадцатилетнего юноши более вероятны? — Гнешек вздернул бровь. — Все, что я предлагаю, — пойти на шаг дальше и признать, что доступная ему ступень владения боевыми искусствами — не вторая, а, скажем, пятая. Вполне достоверное предположение, учитывая некоторые его детские трудности.

— Ты полагаешь, что проект «Двуединый» мог оказаться удачным? — Ректор нахмурился.

— Проект в целом — нет. Что совсем не мешает нам иметь один успешный результат части проекта.

— Ты полностью уверен в своем предположении?

— Нет. Но я оцениваю его вероятность процентов этак в восемьдесят. И переданные Гнецу планы дворца позволят мне в ближайшие месяцы уточнить свою оценку.

— Получается, Александро затеял руками своего сына маленькую войну с семьей императора, заодно втянув в нее нас. Изящно.

— Боюсь разочаровывать вас, но Александро здесь, скорее всего, ни при чем. Анализируя его поступки, можно с большой долей вероятности предположить, что ему неизвестно о способностях сына.

— Думаю, ты ошибся в своем анализе. Невозможно растить собственного сына и оставаться в неведении относительно его способностей.

— Неужели? — Сокол расплылся в широкой улыбке. — Поговорим о ваших детях? Например, вам известно, что Брюс играет на виолончели?

— Брюс? Играет?

— Последние семь лет.

— Ну хорошо. Допустим, я что-то упустил. Но скорее потому, что ты выбрал неудачный пример. Мои дети — взрослые люди, вовсе не обязанные докладывать отцу о каждом своем увлечении.

— Прекрасно. — Сокол не переставал улыбаться. — Тогда возьмем внуков. Или лучше правнуков. С кем и где завтра танцует ваша любимица Аманда? Между прочим, она вам говорила.

Некоторое время Ли Калас смотрел в пустоту перед собой, словно пытаясь что-то вспомнить.

— Ладно. Если ты хотел меня пристыдить, то своей цели добился, — наконец произнес он. — В оправдание могу только сказать, что я достаточно занятой человек.

— Полагаю, что главнокомандующий занят не меньше вашего.

— Допустим. Но он ведь не один. У него есть жены, дети, слуги. И что, никто из них не заметил талантов Абеля?

— Многие люди не придают значения вещам, с которыми сталкиваются изо дня в день. На самом деле я не исключаю возможности, что Александро осведомлен о способностях сына, но склоняюсь к тому, что Абель действует полностью самостоятельно. Хотя никто не мешает главнокомандующему просто оставаться в стороне, наблюдая, как учится плавать его брошенный в воду сын. Подобный подход вполне в духе Александро.

— И что у тебя запланировано для главы Гнецев при таком раскладе?

— Ничего особенного. Вне зависимости от информированности главнокомандующего Абель может стать прекрасным главой Дома. Но для этого юноше необходимо быть самостоятельным игроком, а не чьей-то марионеткой. Я познакомил Гнеца с достаточным количеством влиятельных людей на своей свадьбе. Теперь его ход.

— А если ему откажут в помощи?

— Значит, он плохо просил, — пожал плечами Сокол. — Вот Мойла он просил хорошо. Не зря же тот регулярно пополняет счет Абеля. Мои знакомые, конечно, более крепкие орешки, чем Генрих, но я достаточно прозрачно намекнул им о своем мнении относительно Гнеца.

— Да-да. Антон жаловался на твои прозрачные намеки.

— Антону лучше взглянуть в зеркало. Непонятно, зачем ему понадобилось присваивать мне авторство той глупой шутки со змеей, которую он выкинул со своим дедом?

— Возможно, в качестве ответа на одну из твоих выходок. Мне, например, совсем не кажется смешной идея добавления алкоголя абсолютно во все подаваемые напитки. Равно как и необходимость просить Зиону принести воды каждый раз, когда меня начинала одолевать жажда.

— Зато каждый прекрасно понял, когда именно ему пришла пора покидать гостеприимных хозяев, чтобы не выставить себя на посмешите. А поступи я иначе, празднование затянулось бы до утра.

Ли Калас молча покачал головой.

ГЛАВА 8

Ла Абель Гнец

Я поймал сносимый ветром в сторону шнурок дверного звонка и подергал за него. Вот кто мешал владельцам дома заменить эту достаточно неудобную, хотя и симпатичную веревочку обычной магической печатью, реагирующей на прикосновение? Или как-нибудь защитить ее от ветра, если уж им понравилось именно такое дизайнерское решение? И почему сам Сэмюель не сделал этого? В конце концов, он проживал здесь уже четвертый год. Конечно, здание не являлось его собственностью — семья Фоссов, подобно большинству аристократов, не имела недвижимости в летней столице и просто арендовала соответствующий их статусу дом на время учебы Сэма, — но уж заменить звонок без согласия хозяев вполне можно было.

— Прошу вас, Ла Абель. Входите. — Открывший мне слуга склонился в поклоне. — Позвольте принять вашу одежду. Господину сейчас будет доложено о вашем визите.

Мужчина еще что-то говорил, но я особенно не прислушивался, уже успев привыкнуть к его многословной манере разговора, — сегодняшний мой визит к Фоссу был далеко не первым и даже не десятым. Пройдя привычным путем к гостиной, я на мгновение задержался в дверях, разглядывая сидящую в одном из кресел женщину, которую совсем не ожидал увидеть. Ну, по крайней мере, сегодня не ожидал. Одетая в изумрудного цвета платье, она буквально тонула в море оттенков зеленого, заполнявших комнату.

— Добрый день, Ла Абель. — Женщина поймала мой взгляд, и ее губ коснулась мимолетная улыбка. — Рада убедиться, что вид пожилой дамы по-прежнему не вызывает у вас отвращения.

— Здравствуйте, Белинда. — Я подошел поближе к занавешенному шторами окну и опустился в свободное кресло напротив «тети» Сэма. — Вид пожилых людей действительно не вызывает во мне отвращения. Но какое это имеет отношение к даме, которой еще так далеко до старости?

— Взрослеете. — На этот раз улыбка продержалась на ее губах чуть дольше. — В прошлом году вы расточали комплименты не столь непринужденно.

Я лишь пожал плечами. Несмотря на взятые в последнее время уроки и явный прогресс в области социализации, словесные перепалки и игра малопонятными намеками все так же давались мне с большим трудом. Точнее, почти никак не давались.

— Составьте мне компанию, Абель. — Белинда отложила в сторону книгу, которую до этого держала в руках. — Мы успеем поболтать, пока Сэм выберет подходящий костюм и оденется. Он отправился наверх всего пару минут назад. Надеюсь, вы его простите за вынужденное ожидание. Все-таки это в первую очередь моя вина — я не предупредила мальчика о своем визите.

— Ничего страшного. Я всегда стараюсь иметь небольшой запас свободного времени, так что опоздать мы не должны. — Во всяком случае, я надеялся на это. Ибо в противном случае Кристофер на меня сильно обидится — он слишком долго готовился к сегодняшнему соревнованию, чтобы легко простить мне пренебрежение столь важным для него событием. Да и Кристина наверняка поддержит брата в праведном негодовании. — Давно прибыли?

— Несколько часов назад. Пришлось лететь ночью. Иногда у рейсовых кораблей ужасно неудобный график.

— Сочувствую. Надеюсь, я не мешаю вашему отдыху?

— Ни в коей мере. Валяться на кровати и предаваться страданиям мне уже надоело. К тому же болтание языком вряд ли можно считать утомительным.

— Рад, что вы сохраняете бодрость духа. Но неужели совсем не нашлось подходящего рейса? Ведь бывают внеочередные полеты, да и курьерские корабли никто не отменял. Можно было прибыть несколькими днями позже, но зато с большим комфортом. Сомневаюсь, что Сэм расстроился бы из-за перенесенного визита, — он очень трепетно относится к вашему здоровью.

— Знаю-знаю. Сэмюель — очень милый и заботливый мальчик. Только из-за этого я и готова терпеть неудобства вроде ночного перелета. Видите ли, Абель, завтра в Солиано прибудет отец Сэма, и юноше желательно предстать перед родителем в облике взрослого и ответственного курсанта, а не малолетнего прожигателя жизни. И кому, как не мне, заботиться об его имидже?

— На прожигателя жизни Сэм совсем не похож. Но помощь такой мудрой советницы никому не будет лишней. — Немного лести в моей ситуации не помешает. Я никак не рассчитывал на сегодняшнюю встречу с Белиндой и уж тем более — на скорое прибытие Вильяма Фосса, но раз уж ситуация складывалась именно так, то некоторые планы можно было и пересмотреть.

— Вы сегодня хвалите меня уже не первый раз. — Мимолетная улыбка вновь осветила лицо Белинды. И тут же снова исчезла, словно женщина совсем не могла радоваться дольше пары мгновений. — Хотите что-то спросить?

— Скорее попросить. — Откладывать серьезный разговор не было никакого смысла. Особенно теперь, когда все так удачно складывалось. — У меня есть деловое предложение к Вильяму Фоссу. Я бы хотел, чтобы вы попросили его выслушать меня.

— Всего лишь? А почему вы сами не хотите обратиться к нему? Он точно не откажет во встрече кому-то столь высокородному. Или, если по каким-то причинам не желаете сами, то с такой просьбой мог бы обратиться Сэмюель. Поверьте, Ла Абель, Сэм не откажет вам, если его попросить. И конечно, ему не откажет Вильям. Он любит своего младшего сына гораздо сильнее, чем меня.

— Охотно верю. Но и я и Сэм очень молоды. Есть возможность, что его отец не воспримет всерьез идею, высказанную кем-то настолько юным. Вы — совсем другое дело. Вряд ли Вильям Фосс проигнорирует совет умудренной жизнью женщины. — «А заодно — столь близкой к нему». Но последнее не стоило произносить вслух.

— Я польщена. — Белинда прекрасно поняла мой намек. — Думаю, я смогу убедить его всерьез отнестись к предложению близкого друга Сэма.

— Рад это слышать. — Тон, которым она говорила, не оставлял сомнений — в ее словах тоже содержался какой-то намек. Я его не понял, но пообещал самому себе проанализировать на досуге каждое слово Белинды.

— Расскажите, в чем суть вашего предложения? Надо же мне что-то поведать Вильяму.

— Разумеется. Мы с моим деловым партнером Генрихом Мойлом хотим создать маленькую транспортную компанию. Но нам не хватает третьего партнера. Такого, как Фосс. Компания Генриха специализируется на производстве воздушных кораблей и их обслуживании. Он способен дать будущей фирме надежную и недорогую материальную базу. Вильям, как известный торговец зерном, мог бы обеспечить нас выгодными заказами на перевозки и помочь с составлением маршрутов, логистикой. А заодно предоставил бы информацию по конкурентам — он ведь знает их сильные и слабые стороны. Ну а я буду играть роль связующего звена между двумя уважаемыми бизнесменами. Кроме того, именно я сформирую начальный капитал — из своих собственных средств. Так что при неудаче Вильям ничего не потеряет, а в случае успеха он сможет вложить дополнительные деньги и увеличить свою долю в новой фирме. Это не считая низких расценок на перевозки.

(Идея создать такую компанию пришла мне в голову еще летом. Я не надеялся получить от нее большой выгоды — цель была совершенно иная. Неизвестно, где и когда люди императора выйдут на наш след и какова будет их реакция. Наличие собственного транспорта с лояльной командой давало прекрасную возможность для маневра. Не говоря уже о банальных перевозках незадекларированных грузов. А уж если содержание такого транспорта будет оплачиваться не только из моего кошелька, то просто великолепно. Вдобавок официально зарегистрированная фирма избавляла меня от многих вопросов, вроде того, зачем мне понадобился собственный воздушный корабль.)

— Звучит интересно. Думаю, что смогу оказать помощь, описав вашу затею в радужных тонах. Может быть, вы еще что-то хотите? Я всегда готова оказать помощь.

— Нет. Благодарю. Вы и так делаете для меня очень много.

— Ну-ну. Не преувеличивайте, Ла Абель. Разве я могу не помочь другу Сэма в чем-то столь малом? Не стесняйтесь обращаться ко мне в любое время. Поверьте, мои скромные услуги не будут ничего вам стоить.

Ли Кристина Денова

Кристина скучала. Она уже многократно успела пожалеть, что отправилась после занятий вместе с братом на его идиотский полигон, а не домой, как Абель или Марта. Да, сегодня тот самый день, когда Крис будет сражаться с остальными за звание лучшего командира второго курса, но кто мешал ей прибыть непосредственно к началу действия? Нет, ей понадобилось продемонстрировать брату свою поддержку. И вот она уже больше двух часов сидит в одиночестве посреди наспех сооруженной открытой трибуны и, глядя на хмурое небо, надеется, что дождь все-таки не пойдет. Эти олухи потратили столько денег на организацию полигона, даже зрительские места устроили, арендовав разборные трибуны у академии, а оплатить погодному ведомству услуги по разгону туч не догадались. Лучшие командиры курса, демоны их побери!

Сам полигон, разворачиваемый в данный момент магами-иллюзионистами, тоже впечатления не производил. Тридцать квадратных километров земной поверхности, покрытой серым маревом, — ничего зрелищного. Чародеи, несмотря на их количество и высокую квалификацию, попросту не могли постоянно удерживать настолько большую интерактивную иллюзию. Поэтому поле усеивали лишь заготовки для заклятий, наполненные минимумом энергии. Предполагалось оживлять отдельные части полигона — куски размером в квадратный километр — при вхождении в них одной из соревнующихся групп.

В общем, смотреть было совершенно не на что. И поговорить не с кем. Брат что-то обсуждал то со своей командой, то с противниками. Судьи были заняты не меньше. А зрители только начинали прибывать — первые группки, общим количеством человек двадцать, располагались на трибунах вдали от нее.

— Позволено ли мне будет узнать, что заставило прелестную девушку скучать в одиночестве? — На Кристину упала чья-то тень.

— А? — Девушка вскинула голову и наткнулась на смеющийся взгляд брата. — Пауль? Что ты здесь делаешь?

— Прилетел. — Мужчина уселся рядом с Кристиной. — Не мог же я пропустить столь знаменательное событие. — Он махнул рукой в сторону полигона.

— И ты оставил все дела? — удивилась девушка. Старшие члены семьи нечасто могли выкроить в своем расписании несколько часов для присутствия на важном для нее или Кристофера событии. А уж о том, чтобы посетить ради этого другой город, и речи не могло быть. По крайней мере, так ей раньше казалось.

— Ну не то чтобы оставил… Перенес. Решил совместить приятное с полезным. — Пауль широко улыбнулся. — Мне все равно надо было наведаться в Солиано, так почему бы не тогда, когда Крис участвует в состязании?

— Он будет рад.

— Надеюсь.

— Дашь ему пару советов перед началом?

— Не-а. Это было бы нечестно по отношению к остальным. К тому же я не собирался показываться Крису на глаза до окончания соревнования.

— Почему?

— Ты же его знаешь. Если сказать, что я сижу на трибуне, он обязательно станет пытаться прыгнуть выше головы. Это у нас семейное.

— Семейное проклятие… — проворчала Кристина.

— Считаешь гордость проклятием?

— Если гордость не сопряжена с умением мыслить, то именно проклятием она и является.

— Нам, парням, гордость порой важнее разума. — Пауль засмеялся. — Но тебе, сестренка, не грозит быть проклятой. Ты всегда была слишком рассудительной для своего возраста.

Кристина, фыркнув, отвернулась, показывая брату свое отношение к их так называемой гордости. И почти сразу увидела Абеля, идущего вдоль нижнего ряда кресел в сопровождении Сэма и Марты. Привстав, девушка помахала им рукой, привлекая внимание. Гнец тоже поднял в ответ руку, показывая, что заметил ее.

— Твои друзья сейчас будут здесь, — отметил очевидное брат.

— Друзья и любимый, — поправила его Кристина. Политика политикой, но она все еще надеялась на брак с Абелем и не собиралась позволять членам своей семьи игнорировать ее чувства.

— Как скажешь, — миролюбиво согласился Пауль. Он явно не собирался спорить с сестрой. Особенно учитывая тот факт, что окончательное решение в выборе супруга все равно принимал отец.

Девушка лишь вздохнула, в очередной раз позавидовав простолюдинам. Вроде бы низшее сословие, а от скольких проблем они избавлены в своей жизни… Не будь она аристократкой, просто переспала бы с Абелем, и уже на следующее утро их семьи сами тащили бы своих детей в храм Совершенства заключать брачный союз.

Гнец наконец поднялся к ним и, обменявшись с Паулем вежливыми приветствиями, сел с другой стороны от девушки. Кристина представила брату остальных своих друзей. И, едва покончив с формальностями, развернулась к Абелю, обвив его руку своей и поцеловав в щеку.

— Я так соскучилась по тебе, любимый, — проворковала она.

— Я тоже соскучился. — Юноша улыбнулся ей. В другой раз таких слов было бы достаточно, но не сейчас, и Крис незаметно ущипнула своего кавалера за руку, требовательно смотря ему в глаза. Тот недоуменно моргнул пару раз, но затем в его взгляде мелькнуло понимание. — Прекрасно выглядишь, дорогая.

Девушка с трудом поборола желание с торжеством посмотреть на брата. Вместо этого она старательно сделала вид, что подобное обращение со стороны юноши для нее давно в порядке вещей. Кристина была абсолютно уверена, что Пауль не упустит ничего и доложит отцу о каждой мелочи. К счастью, дрессировка Абеля уже принесла свои плоды, и за результаты наблюдения девушка могла не беспокоиться. Во всяком случае, не беспокоиться слишком сильно — ее любимый всегда мог ляпнуть какую-нибудь глупость, и поделать с ним ничего было нельзя.

Ла Абель Гнец

Я осматривал выделенную под полигон местность, парящие над ней огромные заклятия для передачи изображения, высокий судейский помост, трибуны с сиденьями на тысячу человек, если не больше, и думал о том, что чего-то недопонимаю. Возможно, мне стоило раньше поинтересоваться у вовлеченных в подготовку сегодняшнего события Штефана или Сильвии, на что оно будет похоже. Или спросить у самого Криса, какой именно подготовкой они занимались целых два месяца. Но в любом случае, то, что я видел, больше походило на неплохо организованный турнир, чем на банальное выяснение троими курсантами второго года обучения, кто из них круче. Неудивительно, что наследник семьи Денова решил посетить подобное мероприятие.

— Абель, ты почему так внимательно смотришь на поле? — прервал ход моих мыслей Фосс. — Увидел что-то новое?

— Да, — пробормотал я в ответ. — Много нового. Трибуны, например. — Признаваться в том, что для меня все здесь внове, не хотелось.

— А что не так с трибунами? — удивился Сэм.

— Они большие. Зачем было тащить сюда и собирать такие большие трибуны? На них можно половину учащихся академии разместить. А я сильно сомневаюсь, что каждому второму курсанту интересно состязание наших товарищей.

— Не каждому второму, но многим, — ответила за Фосса Кристина. — Состязающиеся ведь из разных групп. У каждого свои болельщики, поддержка. С нашего курса человек двести выказали желание прийти. Первокурсников много — для них это изрядное событие. Со старших курсов тоже не один десяток человек заинтересовался. К тому же мало кто приходит в одиночку: в основном с братьями, сестрами, друзьями, родителями. Некоторые сразу по десять — пятнадцать билетов покупали.

— Билетов? — слегка удивившись, переспросил я.

— Ну да. — Кристина кивнула. — Когда Крис захотел поставить трибуны, чтобы обеспечить зрителей сидячими местами, я предложила ему продавать билеты, чтобы хоть как-то возместить расходы. Между прочим, за символическую плату в один золотой. Только близкие друзья находятся здесь бесплатно.

— Гм, а я золотой отдал, — пробормотал Пауль Денова.

— И что, на все эти места вы продали билеты?

— Почти. Восемьсот с лишним человек оплатили свое пребывание здесь. Плюс бесплатные места для нас. Так что с трибунами все в порядке, Абель.

Я был поражен. Почти тысяча зрителей. Крису придется очень постараться. Ибо одно дело — проиграть в небольшом частном споре и совсем другое — под пристальными взглядами множества людей.

— Брат, кстати, очень рад зрителям, — словно угадав мои мысли, произнесла Кристина.

— Он так уверен в победе?

— Он так нервничает из-за того, что лично приглашал судей. Считает, что его успехи могут быть поставлены под сомнение. А зрители вроде как беспристрастны. Наивный.

До начала состязания мы еще успели обсудить не только самого Криса, но и его соперников, а заодно пройтись по достоинствам и недостаткам судей. Старший Денова болтал ничуть не меньше прочих участников разговора, несмотря на тот факт, что ни с кем из обсуждаемых, кроме самого Кристофера, он знаком не был. Мне тоже не удалось отмолчаться — нежелание участвовать в беседе могло быть воспринято Денова как пренебрежение. Да еще и Кристина льнула ко мне гораздо больше обычного и неоднократно намекала на необходимость высказывания очередного комплимента. Физически намекала. Несмотря на свой хрупкий вид, девушка была довольно сильна, так что уже сегодня можно будет полюбоваться на целый ряд синяков, украсивших мою левую руку. Потому, когда судьи объявили о начале состязания, я испытал сильное чувство облегчения.

Три группы по шесть человек вышли на стартовые позиции. Позиции выбирались жеребьевкой, как и состав каждой команды. Поскольку состязались курсанты в первую очередь в командирских навыках, то им положены были подчиненные. Отобранные из бывших военнослужащих. «Для большей реалистичности», по словам Кристины.

В небо взмыла маленькая ракета и взорвалась красно-сиреневой вспышкой — сигнал к началу. Первый человек ступил на территорию созданного магией полигона. Иллюзии ожили, превращая пару километров невзрачного серого марева в настоящие джунгли. Это было красиво, вот только созданная магией растительность полностью скрыла от нас людей, ради наблюдения за которыми мы здесь собрались. Впрочем, секунды три спустя напротив трибун возникли три огромных окна с видом на участников состязания. Жаль только, звук не передавался.

Мигель, стоявший перед своей группой, протянул руку, пытаясь отодвинуть в сторону свисающую прямо перед ним и мешающую обзору лиану. Я собрался улыбнуться, заметив этот вполне естественный жест, но не успел — у него получилось. Он отодвинул в сторону иллюзорную лиану! Явление, созданное из специфической игры света и не имеющее никакой материальной основы! Невероятно! Как?! Как магам удалось создать все это?! Я буквально прикипел взглядом к передаваемому изображению, пытаясь не упустить ни малейшей детали. Хотя само соревнование меня сейчас интересовало лишь постольку-поскольку.

Группа Криса тронулась с места первой. Впередиидущий высокий мужчина в камуфляже потревожил стебли какого-то торчащего из земли растения, откинул в сторону подвернувшуюся под ноги сухую ветку, но потом он неосторожно повернулся, и его локоть погрузился внутрь древесного ствола без какого-либо сопротивления. Я медленно выдохнул, наконец поняв суть происходящего. Виденное нами действительно было типичной нематериальной иллюзией. А ее изменения зависели от отвечающих за происходящее на полигоне магов. Чародеи пристально наблюдали за продвижением находящихся внутри иллюзии людей и в нужный момент подправляли тот или иной участок огромного динамического заклятия. Но то, с какой легкостью и естественностью происходило изменение ландшафта, заставило меня замереть в восхищении. Нам демонстрировали настоящее Искусство.

Сколько разнообразных веточек, лиан, торчащих из земли стеблей в видимой зоне вокруг каждой группы? А сколько в джунглях размером с квадратный километр? Какое количество элементов заклятия каждый маг должен контролировать постоянно и каким образом он находит нужные по мере продвижения участников соревнования? Это было нечто невероятное! Я уже жалел, что совсем не интересовался подготовкой сегодняшнего мероприятия. А теперь придется ждать окончания, прежде чем удастся поговорить с кем-нибудь из иллюзионистов и напроситься хотя бы на парочку персональных лекций.

Ли Кристофер Денова

Не прошло и десяти минут с момента входа в искусственные джунгли, как отряд понес первые потери. Воин номер три, идущий впереди и чуть правее Криса, вдруг остановился и выругался — вокруг его правой ноги обвилась иллюзорная змея, мерцающая красным светом. Денова едва сдержал рвущееся наружу ругательство. Он сознательно выбрал медленный темп передвижения, надеясь перекрыть потери очков из-за отставания по времени сохранением «жизней» своих подчиненных. И первое же происшествие заставило поставить под сомнение избранную тактику. А ведь их группа преодолела едва ли пятьсот метров! С учетом того, что путь от старта до финиша должен составить от семи до десяти километров — проблема. Причем большая.

Кристофер с минуту обдумывал свои дальнейшие действия, но потом только махнул рукой — продолжаем движение. Следующие полкилометра принесли гораздо больше сюрпризов: ловчие ямы с кольями на дне, лианы-убийцы и даже нападение пантеры. Составители препятствий явно постарались — настоящие джунгли вряд ли могли похвастаться хотя бы десятой частью такой смертоносности. Причем каждая ловушка была выполнена с потрясающей достоверностью — даже стоя на самом краю «ямы» и точно зная, что перед ним абсолютно ровная поверхность, Крис отчетливо видел трехметровой глубины провал с расположенными на дне заточенными колышками. У него даже возникла мысль проверить ногой твердость почвы, но юноша отогнал ее — не хватало еще активировать ловушку и выбыть из состязания по такой глупой причине.

Отряд упорно продвигался вперед, тщательно обшаривая взглядами каждый метр пространства перед собой. Медленно, ужасающе медленно. Кристофер уже много раз успел пожалеть, что недостаточно подготовился к преодолению подобной местности. В частности, не включил в снаряжение шесты для прощупывания дороги. Пришлось бы меньше бояться наступить на какую-нибудь придуманную изобретательным Штефаном пакость. Добыть подходящие по длине палки прямо на месте не представлялось возможным по понятным причинам. Приходилось просто смотреть внимательнее, частенько останавливаясь из-за этого и теряя драгоценные минуты.

Второе неприятное событие стало для них всех полной неожиданностью. Крупный алый цветок при приближении человека вдруг выбросил в воздух большое облако пыльцы. Или еще чего-то такого, что должен выбрасывать цветок. Впередиидущий отпрыгнул назад, но поздно — его рука, живот и часть груди окрасились в желтый цвет. То есть он не был «мертв», но передвигаться дальше самостоятельно не мог, и будет считаться уцелевшим, только если остальные доставят его к финишу.

— Проклятье! — На этот раз Крис не сдержался. Носилки он не догадался прихватить с собой тоже. — Номер второй, сможешь его нести?

— Попробую. — Воин номер два был примерно одних габаритов с «пострадавшим».

Пройдена была только треть пути, а боеспособной осталась только половина отряда. Крис решил окончательно наплевать на время — он больше не мог позволить себе терять людей. Отныне они не шли — тащились. Следующие пять километров группа преодолевала три часа. «Раненого» передавали с рук на руки. Денова сам не побрезговал протащить «боевого товарища» на закорках в течение довольно длительного времени. Тот был не так уж тяжел, но необходимость идти сзади всех и потеря контроля над ситуацией изрядно помотали Кристоферу нервы.

До финиша оставалось не больше километра, когда джунгли внезапно расступились. Юноша немного удивленно уставился на очередную преграду, гадая, чем именно та обернется для них. Отряд вышел к самой настоящей реке. Метров тридцати в самом широком месте, водяной поток медленно катил свои мутные воды с запада на восток. На обоих берегах, в лучших традициях полигона, дремали, зарывшись в грязь по самые ноздри, несколько крокодилов. С какого бока подступиться к этой проблеме Крис, даже не представлял. То, что река являлась всего лишь иллюзией, было очевидно. А значит, им ничего не стоило пробежать по ее поверхности. Вот только вряд ли все настолько просто. Какая-то имитация водного потока должна быть. Что-то, замедляющее скорость их передвижения и позволяющее крокодилам подобраться к жертвам. Скорее всего, какое-нибудь заклятие, уплотняющее воздух над «рекой». Или что-то подобное. В любом случае им потребуется ступить на «воду», чтобы узнать это.

— Будем прорываться двумя группами. — Крис окинул взглядом свою команду, убеждаясь, что его тихий голос слышен каждому. — Я понесу раненого. Меня он не так сильно замедлит, как вас. Мы будем форсировать поток вон там, напротив куска пляжа без крокодилов. Вы втроем дадите мне небольшую фору по времени, чтобы получить возможность понять, как именно устроено препятствие, и заодно позволите животным освободить эту часть берега. Крокодилы наверняка поступят так же, как в обычной жизни, — устремятся к нам. Вот тут вы и пойдете на прорыв. Все ясно?

Четыре согласных кивка. И никаких вопросов. Денова еще раз окинул взглядом свою команду и развернулся к «реке». «Раненый» вскарабкался ему на спину, занимая место рюкзака с разными мелочами, отданными в руки прочих членов группы. Он крепко обхватил Криса руками и ногами, стараясь зацепиться как можно лучше. Товарищи по команде обмотали их ремнями. Юноша хотел было сказать, что это лишнее, но передумал. Он лишь попрыгал на месте, привыкая к грузу, и тихонько поморщился. Все-таки быстро передвигаться, неся на спине человека, чей вес превышает твой собственный, проблематично даже для мастера боевых искусств уровня Кристофера. Впрочем, на один рывок сил должно хватить.

Денова сделал шаг, другой, третий. Затем побежал. Живой груз ощутимо давил на плечи, но ноги этого практически не замечали. Стимулируемые потоком внутренней энергии, они двигались все быстрее и быстрее. Крокодилы только начали шевелиться, отрывая головы от песка и поворачивая их в сторону двигающегося человека, когда Кристофер достиг берега и прыгнул. Мощный толчок обеими ногами, сопровождаемый направленным выбросом энергии, — и два тела взвились в воздух.

Они пролетели метров десять, прежде чем рухнули на поверхность «реки» и с громким плеском ушли под воду. Такого юноша попросту не ожидал. Он невольно вдохнул воды, закашлялся, вдохнул еще больше, бешено заработал конечностями, неосознанно продолжая подпитывать их энергией. И когда его ноги коснулись твердой поверхности, Денова попросту побежал по дну, проламываясь сквозь сопротивление воды. Вынырнув на поверхность «реки», Крис даже не сразу это осознал, продолжая все так же хаотично молотить руками и пытаясь то ли откашляться, то ли не вдохнуть еще больше жидкости. Он добрался до берега, дважды упав на мелководье и, в третий раз, уже на песке пляжа, но не остановился на этом, а диким зигзагом, на четвереньках, сотрясаемый кашлем, устремился в сторону джунглей. И лишь вломившись сквозь иллюзорный куст в заросли, остановился. Заходящегося в спазматическом кашле «раненого», не отвалившегося где-то по дороге только благодаря ремням, стошнило прямо на голову юноше. Но молодому Денова в этот момент было все равно.

Отправиться дальше они смогли только двадцать минут спустя. Мрачный Крис высматривал ловушки с каким-то тихим остервенением. Денова все еще собирался победить, чтобы хоть частично компенсировать тот позор, который ему вскоре придется испытать. Проклятье, ну кто бы мог подумать, что под иллюзией реки скрывается наполненный водой ров! И когда только его успели вырыть? Ведь он буквально позавчера посещал полигон, и ничего подобного тут и в помине не было. Наверняка в последний день сделали. И благодаря этой несложной уловке почти тысяча человек наблюдала, как Кристофер Денова дергается в страхе, неуклюже размахивает руками, прыгает по берегу, а вдобавок ко всему на него еще и тошнит простолюдина. Просто замечательно!

С такими тяжелыми мыслями юноша и вышел к концу маршрута.

— …И наконец — набравший четыреста шестьдесят восемь очков Кристофер Денова, которого я и объявляю победителем сегодняшнего состязания! — усиленный заклятием голос судьи гремел над притихшими трибунами. — Поздравляйте победителя!

С трибун хлынули люди. Кто-то кричал прямо оттуда, но большинство явно хотело высказаться, оказавшись поближе к юношам.

— Поздравляю. — Леран, искренне улыбаясь, поклонился Крису. — Ты был великолепен. Хотя если бы я не попался в ту ловушку, то точно составил бы тебе конкуренцию. Как минимум по очкам. Повторим, когда у меня будут деньги на еще один проигрыш?

— Возможно, — буркнул Крис. Он хотел ответить жестче, но вовремя одумался. Однокурсник не виноват, что сохранил приличный вид, в то время как сам Денова больше походил на мокрую курицу, чем на высокородного.

— Я тоже поздравляю, — добавил стоящий рядом с ними обоими Мигель. Изрядно перепачканный в грязи, он, похоже, не расстраивался ни по поводу своего внешнего вида, ни по поводу проигрыша. — Хотя должен заметить, что в настоящих джунглях опасностей на порядок меньше.

— Наша главная опасность только приближается, — хмыкнул в ответ Леран, указывая глазами на болельщиков. — Как бы не затоптали…

При взгляде на приближающуюся толпу опасение посетило и Кристофера, но он быстро взял себя в руки, постаравшись придать лицу как можно более беззаботное выражение. Людская масса нахлынула на юношей подобно волне, но не снесла их, а неожиданно замерла в нескольких метрах от них, выкрикивая поздравления множеством голосов. Денова несколько растерялся, не очень хорошо понимая, что ему делать дальше. Спасла положение Кристина, прорвавшая стену человеческих тел и с визгом повисшая на шее брата.

— Поздравляю, поздравляю, поздравляю! — проорала она ему прямо в ухо. — Ты лучший! А как ты переплыл реку! Я и не знала, что в воде можно двигаться с такой скоростью!

— Мгм… Спасибо. — Крис осторожно обнял ее в ответ. Напоминание о реке не особенно порадовало юношу, но искренняя радость сестры доставляла удовольствие.

— А можно мне тоже поучаствовать? — донеслось откуда-то из-за висящей на брате Кристины.

— Конечно, можно! — Девушка разжала руки, выпуская шею Кристофера из захвата.

— Пауль?! — Молодой Денова удивленно уставился на неизвестно откуда взявшегося здесь старшего брата.

— Ага. — Тот шагнул вперед и заключил юношу в объятья. — Поздравляю, герой, — шепнул Пауль. — Так и будешь стоять столбом? Обними меня.

— Я… — Крис медленно поднял руки, осторожно коснулся ладонями спины брата и тут же отдернулся. — Не могу. — Он зажмурил глаза.

— Почему? — тихо и как-то ласково шепнул ему на ухо Пауль, по-прежнему прижимающий юношу к себе. — Почему, братишка?

— Я бастард, — еле шевеля губами, выдавил из себя Крис. — Я хотел оклеветать тебя. Ты должен презирать меня.

— Подумаешь, хотел. — Старший брат слегка отстранился, но только для того, чтобы заглянуть в глаза младшему. — Ты даже не представляешь, сколько глупостей за свои тридцать лет хотел совершить я. Но нас определяют не желания, а поступки. И ни одного постыдного поступка ты не совершил. Скорее, наоборот. Так что обними меня. А откровениями будем делиться не здесь, где так много любопытных ушей. Не все можно произносить в толпе. Даже шепотом.

Крис секунду смотрел на брата, прежде чем рвануться к этому истинно благородному человеку. Он стиснул его в объятьях и уткнулся головой в плечо, едва сдерживая подступающие слезы.

— Спину сломаешь… — тихонько просипел Пауль, взъерошивая правой рукой мокрые волосы Кристофера.

Вильям приоткрыл дверь ногой и протиснулся в кабинет шефа.

— Вот. — Он шлепнул на стол перед Соколом стопку папок более метра высотой и принялся разминать затекшие кисти рук.

— Что это? — выглянул из-за стопки Гнешек.

— Личные дела преподавателей академии, которые вы просили меня собрать не далее как позавчера.

— Да? Только вот я не припомню, что просил притаскивать их в мой кабинет. Здесь и так места мало.

Вильям застонал.

— Ладно, пусть лежат, — смилостивился над помощником Гнешек. — Спихни их вон в тот угол. Просмотрю, когда дойдут руки. У тебя все?

— Нет. Есть две темы для разговора. — Вильям принялся перекладывать папки.

— Слушаю.

— У нас на входе всего один охранник. На дублирующем посту тоже никого. Что-то намечается?

— Да нет вроде бы. Но наши так называемые охранники все равно целыми днями только узор на потолке изучают. Так что одного бездельника я отправил купить цветов для моих жен, а второго — за нормальным кофе. Тот суррогат, который вы поглощаете с утра до вечера, мне изрядно надоел.

— Понятно. Тогда вторая тема. — Вильям закончил с папками и опустился на единственный свободный стул. — Денова. Похоже, их крайне интересует Абель Гнец. Настолько, что они опять решили задействовать свою агентуру. Осторожно, гораздо осторожнее, чем в прошлом году, но на данный момент сомнений у меня не осталось — это точно Денова. Кроме того, они задают слишком много вопросов. И слишком многим. В такой ситуации есть маленький шанс, что рано или поздно они пересекутся с агентами службы безопасности Летнего дворца.

— Значит, обычных намеков они не понимают… — пробормотал уставившийся в одну точку Сокол. — Ну что же. Будем намекать так, чтобы поняли. — Он побарабанил пальцами по столу. — Каков, говоришь, их шанс пересечься со слугами дворца?

— Небольшой. Я бы даже сказал, очень маленький. Но такую возможность исключать не стоит.

— Небольшой — это плохо. Надо постараться — и сделать его большим. Но прежде следует привить обеим сторонам понимание того, что они столкнулись с конкурентами, а не с возможными союзниками. Будь добр, принеси мне все, что у тебя есть на людей Денова. Кого и как использовать в Летнем дворце, я себе уже примерно представляю.

— Хорошо. — Вильям встал.

— Заодно попроси, пожалуйста, того бездельника на входе принести мне печенья.

— Эмм… Разумно ли будет оставить пост совсем без охраны?

— Неразумно, — согласился Сокол. — Но я как раз пытаюсь определить, насколько был прав, отправляя на переподготовку одних только магов, отвечающих за охранные системы.

ГЛАВА 9

Ла Абель Гнец

Я сделал очередные два шага в сторону. Проклятый дождь, из-за которого я вынужден был потихоньку смещаться вдоль стены, вместо того чтобы спокойно ожидать нужного времени, стоя на одном месте, шел уже вторые сутки — типичная погода для середины декабря. Что, впрочем, меня ни в коей мере не утешало. Необходимость сидеть по полчаса где-нибудь в тени, укрываясь заклятием «хамелеона», и так никогда не входила в список моих любимых занятий, что уж говорить про ту же самую необходимость, но усложненную постоянным медленным передвижением с места на место. А все потому, что остановись я хотя бы на несколько минут, и оставшийся после моего ухода пятачок сухого пространства сможет насторожить случайного наблюдателя.

Но самое неприятное, что я же и виноват в возникшей проблеме. Сначала уговорил одного из иллюзионистов академии дать мне несколько уроков. Затем, убедившись, что понимаю не больше половины его объяснений, пристал к Мелли с просьбой подтянуть меня в магической теории. И, как следствие, затянул с изучением планов дворца до зимы, вместе с началом которой пришли почти непрерывные дожди. Вот и топчусь сейчас взад-вперед на пятиметровом пятачке, старясь не высовываться из тени, отбрасываемой дворцовой стеной, и выжидая подходящего момента для дальнейшего продвижения.

Хотя грех жаловаться — пройти сквозь внешние защитные слои оказалось значительно проще, чем представлялось вначале. Дом Весов имел собственный небольшой воздушный порт, который мало того что примыкал к дворцовому комплексу, так еще и использовал складские помещения последнего для хранения самых разных товаров. Планировка в принципе вполне разумная, с учетом того, что Летний дворец — не просто дом для отдыха конкретной семьи, а база Дома торговцев в одной из четырех имперских столиц. Однако у такой планировки есть и отрицательные стороны. А именно — невозможность перекрыть проходы, которыми доставляются грузы, стабильными охранными заклятиями. Вместо этого различные чары опутывали внешние стены порта и складов, а заодно усеивали практически всю поверхность земли метров за двадцать до этих стен. Единственное исключение составляли круглосуточно освещаемые и находящиеся под постоянным наблюдением дорожки. Вполне естественно, что время от времени столь большую и сложную охранную паутину что-то тревожило: пролетающая птица, оступившийся работник, просто струи дождя, вбиваемые в землю мощным потоком ветра. Раздражителей хватало. Потому умная система игнорировала некоторые из них. Я две недели крутился вокруг дворца, наблюдая, прежде чем рискнул воспользоваться полученными знаниями и перебрался через стену на территорию воздушного порта. Успешно. К сожалению, заклятия, покрывающие землю на подступах к складам, несколько различались, так что пришлось сделать еще несколько вылазок. Сегодня была моя шестая попытка проникновения во дворец, и на этот раз я все же добрался до помещений.

Мое тело, контролируемое Дианой, проскользнуло внутрь широкого коридора на расстоянии какой-то пары метров от охранника. Его легкий доспех, может, и являлся неплохой защитой, но входящий в комплект и носимый в обязательном порядке шлем значительно сужал сектор обзора. К тому же скучающий страж явно не собирался поднимать голову вверх, где мы и проползли, цепляясь за потолок при помощи специальных чар — к счастью, охранная система складов не была настроена реагировать на любые проявления магии. Благодаря заблокированному мною датчику движения спящее заклятие наблюдения так и не проснулось, и несколько минут спустя я уже стоял посреди складского комплекса. Коридоры, коридоры и еще раз коридоры. Некоторые даже тянутся по диагонали с этажа на этаж, позволяя миновать лестницы. Все для удобства перемещения грузов и запутывания вероятного противника. Ну и куда дальше?

Нет, план дворца я помнил прекрасно. Вот только сейчас мне предстояло выбрать одно из пяти мест, намеченных для дальнейшего проникновения. И выбрать с умом, так как нынешней ночью шастать туда-сюда, проводя наблюдения и ставя эксперименты, не удастся. Как минимум потому, что для попадания на склад потребовалось почти два часа и столько же нужно зарезервировать на дорогу обратно.

Приняв решение, я двинулся к верхним этажам — поближе к действительно интересным целям. За последние полгода мы с Дианой довольно неплохо освоили совместные действия, так что она управляла телом, двигавшимся короткими перебежками из тени в тень, а я выискивал взглядом нити магии. Впрочем, мог бы особенно не стараться, обойдясь обычным колдовским зрением: несколько наблюдательных заклятий — вот и все, что нам попалось по дороге. Если не считать людей, конечно. Несмотря на ночное время, складские рабочие упорно трудились, перенося мешки, ящики и коробки всевозможных размеров. Мы заметили человек двадцать только за время движения по запутанным коридорам, и еще почти столько же, пока я разбирался с трехслойным сигнальным барьером, условно отделяющим действительно дворцовые склады от остальных.

Еще двести метров запутанных проходов, один лестничный пролет — и мы в жилой части. Как-то слишком легко. Именно мысль о странной легкости проникновения и заставила меня крайне осторожно выглянуть из своего окутанного тенями коридора в соседний, буквально залитый светом. Типичная дворцовая обстановка: ниши, портьеры, ковровая дорожка. Есть где спрятаться. На первый взгляд. А вот на второй… На дальней стене расположился какой-то плохо различимый узор, очень похожий на «глаз», некую разновидность заклятия наблюдения. А сам коридор пересекало около полутора десятков сигнальных нитей, протянутых на разной высоте и под разными углами. Узоры чар, к которым крепились нити, были простенькими, так что физическое тело почти наверняка минует их, не заставляя срабатывать. А вот мало-мальски приличное заклятие вызовет обрыв просто при своем приближении. Из-за банальной утечки силы. Сама по себе такая сигнализация практически бесполезна, но вот в сочетании с «глазом» она становилась серьезным препятствием. Отключить наблюдение дистанционно, не затронув хотя бы одну нить, практически невозможно. Проблема.

Я осторожно убрался обратно. Вроде бы небольшую часть моей головы, да еще и замаскированную «хамелеоном», не должны были заметить. Попробовать пройти в другом месте?

— Не получится, — прервал мои размышления голос Дианы. — Даже если удастся чуть продвинуться, то рано или поздно мы натолкнемся на такой же коридор. Это ведь не секретный путь к покоям императора. Обычный контролируемый проход.

— Я что, уже начал говорить вслух? — Крайне неприятное открытие.

— Нет. Но ты раза три посмотрел в обратном направлении, так что проследить ход твоих мыслей не составило труда. Если не можешь справиться с тем, что обнаружил, то нам лучше отступить, а не бродить по дворцу в поисках легкой дороги.

Я вздохнул, внутренне соглашаясь с подругой. Подавил желание снова выглянуть в освещенный проход и принялся лихорадочно размышлять. Теоретически можно было укрыть себя иллюзией и подобраться поближе к сигнальным линиям… Но только теоретически. Чары наблюдения воспринимают изображение совсем не так, как человеческие глаза, и обычную иллюзию различают на раз, «видя» ее как некий мутный образ, пронизанный слабыми световыми бликами. Да и нарисовать точное изображение коридора мне не под силу — я все-таки не художник. Подползти, маскируясь «хамелеоном», тоже не вариант. Все-таки не заметить на стене или полу горб размером с человека — довольно проблематично. Оставался последний вариант — работать дистанционно.

Представьте, что из вашей руки вытягивается тонкая извивающаяся нить. Она колеблется в воздухе, покачиваясь под слабым дуновением ветерка. И надо попасть кончиком этой нити в участок стены размером два на два сантиметра. Еще необходимо учесть, что цель плохо различима из-за того, что коридор слишком ярко освещен, да еще и находится на той же стене, вдоль которой вы смотрите. Нетривиальная задачка. Но мне удалось ее выполнить. Дважды. Я дотянулся до края одной из сигнальных нитей, усилил крепление к стене, затем ее саму, а потом и место стыка с другой стеной. Затем повторил операцию еще с одной. На все про все ушло больше двух часов. Трижды за прошедшее время Диана прерывала мою работу, заставляя прятаться. Один раз мне, кажется, получилось различить далекое эхо чьих-то шагов, а вот какие причины были у остальных двух, даже не понял.

Наблюдающее заклятие я отключать не стал, зациклив вместо этого один из его контуров и заставив передавать последнее полученное изображение. Все-таки конструкция чар для меня новая, вдруг изображение не запоминается, а передается какому-нибудь специальному охраннику? Пусть уж лучше он и дальше на пустой коридор любуется. Потратил я почти четверть запаса сил. В основном потому, что попал точно в цель только с пятой попытки: метание не предназначенного для атаки заклятия в четко определенное место другого — достаточно сложное занятие.

В процессе меня осенило, почему все преграды проходятся с такой относительной легкостью. Проектировщикам защитной системы просто не было нужды возводить чудовищные бастионы, перекрывая все возможные направления движения. Те ловушки, с которыми мне пришлось столкнуться, были ориентированы на отлов специалистов среднего уровня и замедление прочих. Результат налицо — полночи прошло, а я все еще в районе подсобных помещений. Такими темпами даже до гостевых покоев ни в какие разумные сроки не добраться, не говоря уж про императорские.

Однако отступать еще было рано. У меня имелся в запасе почти час времени, и стоило потратить его с пользой. Осмотрев ближайшие проходы и не найдя никакой почвы для возможной диверсии, я направился к лестнице. На отключение сигнального заклятия при выходе с этажа много времени не требовалось — минут пять. Но мне и их не дали. Кто-то спускался сверху, так что пришлось отступить немного назад, укрывшись за углом. Любопытство пересилило осторожность, заставив меня выглянуть и смотреть, как в поле зрения появляются сначала ноги идущего, затем пояс, руки. Я спрятался, прежде чем смог разглядеть лицо, но увиденного оказалось более чем достаточно. Капитанские нашивки на рукаве, а над ними знак — весы на фоне щита и венчающая их золотая корона. Глава службы безопасности дворца.

— Абель, отдай контроль над телом, демоны тебя забери, — прошипела Диана. — Он идет в нашу сторону.

Я быстро отстранился от управления телом. Что происходит? Меня заметили? Или он просто решил проверить какой-то подозрительный сигнал? Да нет… Чушь! Глава службы безопасности таким не занимается. Сюда бы просто послали кого-нибудь из охраны. В крайнем случае вместе с магом. Но что тогда он здесь забыл?

Диана успела проскочить коридор и завернуть за следующий угол меньше чем за секунду. А я в очередной раз порадовался, что она умеет передвигаться быстро и одновременно бесшумно, потому что совмещение «плаща тишины» с «хамелеоном» мне упорно не давалось. Второй коридор промелькнул перед глазами так же быстро, как и первый, а третий уже был нашей целью. Вернее, не он, а одна из двух ниш в стене, завешенных тяжелыми портьерами. Мы буквально влетели в нишу, и я едва успел вовремя перехватить управление собственным телом, отшатываясь назад — по поверхности стены расползлась сигнальная паутина. Чуть не вляпался.

— Абель, ты торчишь наружу, — невозмутимо прокомментировала Диана. — А те люди приближаются.

— Люди? — Вопрос возник в моем сознании абсолютно непроизвольно.

— Их там двое, — пояснила подруга. — Не стой столбом.

Я шагнул в нишу, старательно пытаясь не коснуться поверхности стены. Теперь оставалось надеяться, что меня не заметят. Все же портьера могла колыхнуться, несмотря на толщину ткани и, как следствие, не такой уж маленький вес. Да и сапоги из-под нее торчали. Перекрашенные благодаря «хамелеону» в цвет стены, но все же… Один внимательный взгляд — и меня заметят. Из дворца придется прорываться с боем. А это уже само по себе катастрофа.

Негромкие голоса приблизились и, не задержавшись, проследовали мимо. Подождав, пока они удалятся еще немного, я попробовал чуть сдвинуть толстую ткань и взглянуть вслед удаляющимся людям. Один из двоих шел полуобернувшись, внимательно слушая, что говорил второй. Его профиль в точности соответствовал виденному мной на портрете, показанном Соколом. Никаких сомнений. Это был Эбенезер Фрост.

Штефан Цванг, курсант

Очередной патруль отошел достаточно далеко, чтобы ночная темнота и пелена дождя полностью скрыла их от глаз Штефана. Даже свет фонаря, который нес один из стражей порядка, перестал быть различим. Жаль. Наблюдать за движущимся огоньком было гораздо приятнее, чем просто сидеть в полной темноте и мокнуть. Ну почему шефа в последнее время тянет на приключения исключительно по ночам и в плохую погоду? Причем на такие приключения, где без подстраховки совсем никак. Чтобы курсант Цванг просто не смог в это время сидеть дома и потягивать вино из высокого бокала. Или хотя бы спать и видеть десятый сон.

Ветер усилился и сменил направление, норовя забросить хоть несколько капель под край нависающего над глазами капюшона. Штефан рефлекторно вытер лицо ладонью, только еще больше намокнув, и поморщился. Пришла пора перебираться на другой край крыши. И почему в Солиано такая мода на двускатные крыши? Нет бы делать их плоскими, как поступают в некоторых других городах… Курсант встал на четвереньки и стал карабкаться по мокрой черепице. Достигнув верха, он перелез через конек и принялся спускаться.

Кусок черепицы качнулся под ступней, уходя куда-то в сторону. Штефан попытался зацепиться руками, но пальцы соскользнули с мокрой керамики, не сумев найти опору. Курсант скатился вниз. Ноги ударились о желоб для стока воды и преодолели его, не остановив, а лишь замедлив падение. Однако этого хватило. Цванг успел ухватиться за сток руками, повиснув на нем.

Проклятье! Чтобы он еще хоть раз в жизни забрался на что-то выше одноэтажного дома! Выровняв дыхание, Штефан перехватился поудобнее и начал подтягиваться. Пальцы скользили. Внезапно в проулок проник свет фонаря.

— Кто здесь? — вопросил чей-то громкий голос.

Какого демона? Предыдущий патруль убрался всего несколько минут назад! Сейчас здесь не должно быть ни одного придурка, размахивающего светильником и имеющего право задавать неудобные вопросы.

— Да брось, никого там нет, — послышался еще один голос.

— Я совершенно точно слышал какой-то шум.

Излишне бдительный страж порядка зашел в проулок. Стало светлее. Штефан поджал ноги. Больше он ничего не мог сделать, опасаясь сорваться. Что-то коснулось его руки. Цванг едва не заорал, но вовремя захлопнул распахнувшийся было рот.

— Замри, — шепнул сверху такой знакомый голос.

Патрульный внизу еще немного потоптался, покрутив головой и фонарем. Но в голосе поторапливающего его напарника прибавилось раздражения, и инициативный служащий ушел. Свет погас. Облегченно вздохнув, Штефан снова попытался подтянуться. Выходило плохо — руки ослабели и дрожали. Да и стекающая по желобу вода мешала ухватиться получше.

— Ну что ты болтаешься? Лезь давай, — раздраженно прошипел голос, и в воротник Цванга вцепилась крепкая женская ручка.

Совместный рывок, и верхняя половина тела курсанта оказалась на крыше. Он еще немного поизвивался, подтягивая ноги, и блаженно растянулся на твердой ребристой поверхности. Передохнув секунд пять, Штефан все-таки приподнял голову, решив встать. И не удержался от понимающего хмыканья — находящиеся прямо перед его глазами руки буквально сливались с узором черепицы.

— Какого демона ты тут вытворял? — гневно вопросила нависающая над ним Рикка. Видимо, она решила, что Цванг достаточно отошел от пережитого, чтобы воспринимать ее речь.

— На водостоке висел. — Ничего умнее в голову Штефана так вот сразу не пришло.

— Это я заметила. — Голос девушки буквально сочился ядом. — Меня больше интересует, зачем тебя туда понесло? Ты что, напиться успел, что на ногах не стоишь? Хороша поддержка! Если бы из-за тебя патруль поднял переполох и сорвал план господина, знаешь, что я бы с тобой сделала?

— Не, не знаю. — Огрызаться в ответ курсанту что-то не хотелось. — Но, кстати… Разве ты не должна находиться в совсем другом месте? Чтобы великий план Абеля не сорвался.

— Я заметила патруль, который слишком сильно выбивался из графика. Шедший, между прочим, в сторону единственного разгильдяя в нашей команде. Вот и решила проверить. А сейчас возвращаюсь на место. — Рикка повернулась к Цвангу спиной.

— Понятно.

— И если в следующий раз ты захочешь, чтобы я оставила тебя болтаться на высоте нескольких метров над землей в одиночестве, — говори сразу, — бросила девушка не оборачиваясь.

Штефан некоторое время смотрел на ее удаляющуюся спину. Потом пожал плечами. Потом сплюнул и хлопнул себя ладонью по лбу.

— Я, кажется, слишком умным стал, — пробормотал он. — Еще немного с шефом пообщаюсь — и буду еще умнее. А заодно точно так же, как он, разучусь понимать очевидное.

Ла Абель Гнец

Подождав, пока глава службы безопасности дворца вместе с сопровождающим скроются за поворотом, я выбрался из ниши. Вот он — мой шанс получить от сегодняшней вылазки хоть что-то. Все равно за оставшееся время даже на другой этаж проникнуть не удастся. Достав из нагрудного кармана две зачарованные иглы для забора крови, я двинулся следом за мужчинами.

По пути, правда, пришлось немного задержаться, отменяя действие своих заклятий и возвращая сигнальную систему злополучного ярко освещенного коридора в первоначальное состояние. Вроде всего минуту потратил, а Фроста со спутником едва не потерял. Хорошо еще, что форменные сапоги у сотрудников службы безопасности — с набойками на каблуках, а полы в складском комплексе преимущественно бетонные. Не знаю, что этим двоим понадобилось на складах, но именно туда они и направились. К счастью, недалеко, а то преследователь из меня, честно говоря, никакой. Но на такой короткой дистанции мне удалось, оставаясь незамеченным, спокойно проследить их до какой-то невзрачной двери, за которой безопасники и скрылись.

Две минуты я наблюдал за дверью из-за поворота, а потом рискнул приблизиться. Некоторые из расположенных здесь помещений занимали значительные площади и имели несколько выходов. Не хотелось бы потерять преследуемых только потому, что они захотели таким экзотическим способом срезать путь. Сделав несколько быстрых скользящих шагов, я приложил ухо к двери… И тут она начала открываться.

— Потолок! — только и успел выпалить я, отдавая власть над телом Диане.

Какое-то непонятное движение, толчок ногами. Перед глазами мелькнули цементные швы, скрепляющие каменную кладку. Мгновение — и я уже смотрю на выходящего из дверей человека сверху вниз, держась за потолок руками и ногами. Везет мне сегодня — заклятия «липучки» я так и не деактивировал. Хотя и подумывал сделать это в целях экономии энергии.

— Может, ты все же оставишь управление мне, а сам просто будешь говорить, куда двигаться? — проворчала Диана. — А то попадемся ведь рано или поздно.

— Хорошо. — Следовало признать, ее предложение было более чем здравым.

Вышедший из помещения человек оказался сопровождающим Фроста. Он встал возле двери и, заложив руки за спину, уставился на противоположную стену, явно нацеливаясь на ожидание. Мы переползли по потолку, чтобы оказаться у него прямо над головой, и тоже замерли. Медленно потянулись минуты.

Наконец дверь снова открылась, выпуская главу службы безопасности дворца. На самом деле Фрост отсутствовал недолго — не более четверти часа. Но мне уже пора было возвращаться, и потому я начал нервничать.

— Бездари, — презрительно бросил Эбенезер, ни к кому конкретно не обращаясь. — Пока считали угрозы бандитов пустыми, еще держались, а стоило столкнуться с первой кровью, начали трястись от страха. Какого демона, спрашивается, они принесли труп сюда? Почему не в городской морг? — Последние вопросы, судя по всему, были риторическими.

Труп? Столкновения? Я был заинтригован. Хотя и об основном деле тоже не забывал — брошенные иглы вонзились безопаснику в основание шеи.

— Возможно, они хотели предоставить вам как можно большую полноту принятия решений, — попытался вставить слово сопровождающий Фроста. На начальника он старался не смотреть. — Вдруг вы захотели бы сохранить в секрете факт смерти одного из сотрудников.

— Кретины. Прямо не служба безопасности Летнего дворца, а мелкая банда. Какая, к демонам, секретность, если семь сотрудников низшего ранга уже в курсе дела? Интеллектуалы проклятые. Мне что, надо сменить весь состав службы безопасности, чтобы люди начали думать про общее дело, а не подсиживание друг друга?

Фрост поднял руку и потер то место на шее, из которого всего две секунды назад еще торчали мои иглы. Он что-то почувствовал? Не может быть! Паралич нервных окончаний и онемение тканей в пространстве размером в кубический сантиметр достаточно незаметно. А у Эбенезера всего вторая ступень боевых искусств — ему до постоянного контроля тела еще расти и расти. Глава службы безопасности покрутил головой, то ли разминая шею, то ли рассматривая коридор под разными углами. Я внутренне сжался. Очень хотелось зажмурить глаза, но перехватывать ради этого контроль над телом — самоубийство.

— К демонам, — наконец пробурчал Фрост. — Пошли отсюда. Я хочу провести остаток ночи в постели. Доклад мне подготовите к двенадцати.

И они ушли. Даже ни разу не оглянувшись. Так что Диана совершенно зря так быстро отползала по потолку в прямо противоположном направлении.

— На выход, — мысленно произнес я.

— Угу, — проворчала Диана. — Да прекрати ты цепляться за тело!

Меня колотила нервная дрожь. Я буквально трясся, осознав, как близок был к провалу. И эта дрожь заставляла рефлекторно перехватывать контроль. Пришлось заблокировать часть эмоций.

К демонам! Не хочу ничего знать ни о каком мертвом сотруднике. Не хочу ничего знать о проблемах в ведомстве Фроста. Я совершил сегодня столько ошибок, что только чудом ухожу в тишине. Мне повезло тогда в нише не коснуться стены, повезло, что никто из двоих мужчин так и не взглянул вверх. И только сейчас меня озарило: заклятие наблюдения в том коридоре! Оно покажет Фроста, возвращающегося со склада, но не покажет — идущего туда. Конечно, таких заклятий во дворце множество, и, скорее всего, никто не обратит внимания на мелкое несоответствие, но если вдруг… Рикка была полностью права. Не с моим опытом соваться в столь защищенные места. Придется подумать, где, кроме дворца, я смогу в случае нужды нанести удар императорской семье. Хорошо подумать.

И не забыть принести девушке извинения за то, что был излишне самоуверенным и игнорировал ее предупреждения.

Микаэла Верат, горничная

Дождь, моросивший почти всю ночь, закончился. Не спешащее показываться из-за края горизонта солнце окрасило блестящие от воды крыши домов в желтые и красные тона. Металлические флюгеры блестели так сильно, словно сами являлись источниками радостного утреннего сияния. Девушка скинула туфли, оставив их в карете, закатала штанины до колен и выпрыгнула босыми ногами прямо в середину лужи, подняв целый фонтан брызг. И закружилась на месте, тихонько смеясь от счастья. Холодная вода бодрила даже лучше свежего ветра.

Микаэла решила размяться, пробежавшись по дворам. Она слишком засиделась за целую ночь ожидания. И вообще, скучать таким прекрасным утром — преступление! Девушка была абсолютно уверена, что заметит господина Абеля до того, как он доберется до кареты. А значит, ничего страшного в ее пятиминутной отлучке не будет.

Рыжая закружилась по двору, то перепрыгивая лужи, то пробегая прямо по ним. Она выскочила в соседний двор, перепрыгнула низенький полутораметровый заборчик, закрутив в воздухе сальто, фыркнула на забавно зашипевшую на нее кошку и снова понеслась дальше. Круг по соседним дворам девушка завершила минуты за четыре. Затем повторила забег по маршруту. На этот раз — на скорость. И наконец, счастливо улыбаясь, пошла по этому пути снова. Теперь уже не спеша и внимательно поглядывая по сторонам — господин Абель ведь не хотел, чтобы они привлекали внимание, а значит, надо позаботиться о свидетельствах ее присутствия. Например, утащить с собой ту кошку.

Девушка шла неспешно, выплеснув накопившуюся нервную энергию, и вдыхала полной грудью утреннюю свежесть. Вдруг что-то заставило ее остановиться. Мика принюхалась. Запах. Человеческий запах. Не свежий, но и не особенно старый. А самое главное, этот запах был ей чем-то знаком. Она явно встречала его, причем не очень давно. Вот только никак не могла вспомнить где. Рыжая нахмурилась. Кто-то, с кем она уже сталкивалась, но не была хорошо знакома, находился довольно недалеко от нее этой ночью. Подозрительно. Девушка несколько секунд обдумывала идею о превращении, но отказалась от нее. Такого скрытного человека после дождя и в звероформе будет сложно выследить, а ей надо господина встречать.

Настроение упало. Оно еще не совсем испортилось, но былой радости уже не было. Впрочем, Мика не умела долго грустить. Она вернулась в карету и до самого появления Абеля подкидывала и ловила монетку, гадая, говорить ему о своих подозрениях или не спешить.

Гнец появился вместе с Риккой. И тот и другая выглядели настолько мрачно, что Мика сразу поняла — говорить она ни о чем не будет. По крайней мере, пока не почует след того человека еще раз.

— Здравствуй, отец. — Пауль Денова перешагнул порог кабинета.

— Здравствуй, сын. — Рональд позволил себе легкую приветственную улыбку. Он оглядел наследника с головы до ног и остановил взгляд на запыленных сапогах последнего. — Прямо с дороги?

— Да. Решил сначала рассказать тебе новости, а потом уже отправляться отдыхать. Я хотел устроить себе завтра выходной. Ты ведь не против?

— Нет. Ты достаточно много работаешь в последнее время. Так что заслужил. — Рональд гордился своим наследником и его последними достижениями, но пост главы семьи требовал сдерживаться в проявлении эмоций.

— Ну и хорошо. Я только что из Солиано. Сегодня мне удалось не только увидеться с Соколом, но и побеседовать.

— Только не говори мне, что Гнешек раньше отказывал тебе в разговоре.

— Он не отказывал. Но, например, вчера мне удалось лишь узнать его мнение о погоде и растущих ценах на цветы, прежде чем Ли Калас срочно захотел со мной увидеться.

— Долго они тебя так гоняли?

— Три дня. Вернее — два, так как сегодня разговор уже был более серьезным.

— Считай это признанием. Старик Калас хотел знать, можно ли с тобой иметь дело. Причем с тобой именно как с наследником Денова, а не моим представителем. Ты ведь понимаешь разницу?

— Понимаю, разумеется. Вот только я до сих пор не уверен, что они приняли положительное решение. Уж больно разговор получился неконкретный. Одни намеки. У Сокола вообще странная манера вести беседу. — Пауль на мгновение замолчал, подбирая подходящие слова. — Словно один обычный горожанин разговаривает с другим. Он может неожиданно поинтересоваться ценами на фрукты или похвастаться подаренной сотрудниками чашкой. Странный — вот лучшее описание этого человека.

— Именно так. — Рональд кивнул. — С ним мало кто может долго общаться. За исключением старика Каласа. Но собрания совета Дома он, на моей памяти, в балаган не превращал еще ни разу. Так о чем вы с ним говорили?

— В первую очередь — о недоразумениях между нашими людьми и местными. У меня сложилось впечатление, что Сокол никак не замешан в возникновении конфликта, но само противостояние его вполне устраивает. Во всяком случае, помогать нам он отказался. Вернее, не так. Он отказался помогать нам с примирением. Зато намекнул, что если у нас есть лишние люди, то он готов предложить несколько вариантов.

— То есть Сокол знает про наши трения с Реваном.

— Или так, или он тонко намекает, что наша активность вокруг Гнеца ему слишком надоела.

— Ладно. Пока оставим как есть. Конфликт с преступными элементами Солиано, в который ввязался Реван, для семьи несмертелен. Или, если на то пошло, то с агентами Гнецев, которые под преступную группировку маскируются.

— Считаешь, что если это люди Ревана, то они не важны для семьи?

— Я считаю, что сохранение четверти разведывательной сети для семьи важнее, чем один или два оперативника, которые могут погибнуть в этом мелком конфликте. Ревана пока рано убирать, сын. Еще пару месяцев.

— Как скажешь, отец.

— Ладно, оставим пока эту тему. Поговорим о чем-нибудь другом. Например, о молодом Гнеце. Что можешь сказать?

— На днях я с ним не встречался. Так что мое мнение не изменилось со времени прошлого визита в летнюю столицу. Умен, но рассеян. Если бы не отношение к нему Кристины, то я бы до сих пор не воспринимал его всерьез. Что-то в нем есть, раз сестренка так старается. Но что именно, мне не понятно.

— Думаешь, это не детская влюбленность?

— Длящаяся уже второй год? Вряд ли. Сестренке, конечно, только шестнадцать, но она не настолько глупа, чтобы так стараться ради бездарной личности.

— А что насчет истории с Кристофером?

— Я все же полагаю, что информацию Абелю предоставил Сокол. Не зря он так печется о его безопасности. Думаю, Калас имеет гораздо больше связей с Гнецами, чем нам известно.

— Недостаточно хорошо, сын. Хотя и не плохо. Ты вполне прилично разбираешься в людях и причинах их поступков, но вот с молодым Гнецем у тебя промашка вышла. А такие, как он, самые опасные.

— Что я упустил, отец?

— Все. Ты посмотрел на глуповатое выражение его лица и сразу забыл, как он вел переговоры, сидя в этом самом кабинете. Абель — цепкий мальчик, а то, что он умеет изображать простачка, делает его только опаснее.

— Я приму это к сведению.

— Прими. Тебе надо быстро развиваться, сын. Еще год назад я был абсолютно уверен, что следующим главнокомандующим будешь ты. Но сейчас ситуация изменилась. Наследник Александро вовсе не так прост, как казалось. Кроме того, ему благоволит Сокол. За трон главы Дома все же придется побороться.

— Все настолько усложнилось?

— Да. Настолько. Я даже рассматривал вариант их брака с Кристиной.

— Зачем?

— Упрочнить наши связи с Гнецами еще больше. Пообещать Абелю помощь в продвижении его на пост главнокомандующего после твоей отставки. Такое чередование главенства над Домом меня вполне бы устроило. Пусть это и не абсолютная победа, о которой так мечтали многие поколения нашей семьи.

ГЛАВА 10

Ла Абель Гнец

Я дочитал очередную страницу до конца и принялся за следующую. Стоило отдать Штефану должное — он провел серьезную работу, собирая и систематизируя информацию, пусть даже и общедоступную. Список организаций и проектов, принадлежащих императорскому роду, с подозрительными или просто интересными фактами о них получился достаточно длинным. Ничего удивительного: богатейший торговый род просто не мог ограничиться владением всего лишь несколькими предприятиями, вне зависимости от размеров и прибыльности последних. Тщательное изучение этого списка становилось для меня приоритетным действием на ближайшие дни. После неудачного проникновения во дворец требовалось подобрать новую цель. Должен же я иметь на руках хоть какой-то козырь к тому моменту, когда окружающим станет известно, кто именно прибрал к рукам запрещенное оружие…

Сзади тихонько подошла Сильвия и принялась массировать мне виски. Я еще не устал и не нуждался в подобном расслаблении, но ее забота была приятна.

— Не расстраивайся, — шепнула она, — у всех случаются неудачи.

— Знаю. Но меня злит не само отсутствие успеха, а моя излишняя самоуверенность. Из всех принятых решений единственно верным был перенос операции с пятницы на субботу. Хоть в академию с утра отправляться не пришлось.

— Зато теперь ты знаешь, в чем была твоя ошибка, и учтешь ее в следующий раз. Так опыт и приобретается.

Я ничего не ответил. Мы застыли на некоторое время: я сосредоточенно читал, пытаясь додумать ненаписанное, она обнимала ладонями мою голову. А потом кто-то забарабанил в дверь, разрушив хрупкую прелесть нашего молчаливого единения.

— Открыто! — Моя наставница по боевым искусствам с легким вздохом убрала руки и отошла назад, усевшись на краешек кровати.

— Добрый день, шеф. — Вошедший в комнату Штефан выглядел удивительно бодрым. — Я к тебе по личному делу.

— Мне уйти? — спросила Сильвия, не спеша, однако, вставать.

— Если только шеф стесняется, — съехидничал Цванг.

— Не стесняюсь, — проворчал я. — Что там у тебя личного? Опять напился и полтысячи золотых спустил?

— На этот раз все гораздо хуже. Я пришел просить у тебя руки Рикки.

Сильвия присвистнула.

— В смысле? — непонимающе переспросил я.

— В смысле — жениться на ней хочу.

— А ко мне почему пришел? В конце концов, ты ведь собираешься на ней жениться. Вот у нее и проси руки. Я здесь при чем?

— Ты как будто ее первый день знаешь… — делано удивился Штефан. — Как думаешь, к кому она меня отправит, стоит только заикнуться о свадьбе? Если не догадываешься, то могу пояснить: к своему господину, без разрешения которого она даже спать вовремя не ложится. Я всего лишь решил сократить работу ногами и начать сразу с тебя, сэкономив немного времени.

— Эмм… — Доводы моего друга были логичными, но это не делало их менее смущающими. Я не считал себя вправе давать или не давать какие-то разрешения, тем более настолько сильно влияющие на личную жизнь других людей. — И все-таки. Это же ее выбор. Пусть и принимает решение сама.

— То есть я могу передать ей, что ты возражений не имеешь, правильно? — Штефан смотрел выжидающе.

— Да!

— Вот и прекрасно. Переходим к следующему пункту. Я человек не ревнивый, но предпочитаю, чтобы жена проводила ночи в моей постели, а не в чьей-то еще. По этому поводу, шеф, у тебя возражения будут?

— Мм… — Я вдруг понял, что еще немного — и Рикка перестанет со мной спать. Обидно. С другой стороны, мой друг был в своем праве. Да и альтернатива у меня есть. Я оглянулся на Сильвию. Приятная альтернатива. — Знаешь, Штефан, ты извини, если я повторяюсь, но решение об этом опять-таки принимает она. Я не могу заставить ее быть тебе верной. Могу только пообещать, что не буду пытаться соблазнять твою жену.

— Сойдет для начала. А сейчас — если ты, шеф, не против — пойду обрадую девушку.

— Наверное, мне стоит нанести кому-нибудь дружеский визит. Прямо сейчас, — пробормотал я, как только дверь за Штефаном закрылась. Возможно, это было проявление малодушия, но ждать появления Рикки и сопутствующего ему града вопросов совсем не хотелось. — Сильвия, ты со мной?

— Нет. Я не хочу пропустить такое событие. — В ее глазах плясали озорные огоньки. — Но тебя прикрою. Даже рыжую предупрежу, чтобы ты лишние минуты на сборы не тратил.

— Спасибо, — пробормотал я, направляясь к шкафу с одеждой.

Риккарда Сонано, горничная

Горничная задумчиво вертела в руках непромокаемый плащ с меховым подбоем, мучительно пытаясь решить, как же с ним поступить. До конца не отчищенное пятно на рукаве и два небольших шва на левом боку делали одежду полностью непригодной для использования ее таким высокородным аристократом, как Ла Абель. Это с одной стороны. А с другой — плащ прекрасно подходил для ночных вылазок, и — выброси она его, такой поступок может быть расценен как излишне вольное распоряжение имуществом господина — стоила качественная работа портного недешево. Но не следовало забывать и о том, что Гнец иногда доставал верхнюю одежду самостоятельно и мог, в благородной рассеянности, надеть поврежденную и починенную вещь, отправляясь к кому-нибудь в гости.

— Гм. Я и не предполагал, что у тебя есть фетишистские наклонности. И ладно бы ты нижнее белье так к себе прижимала, но плащ…

— Чего тебе надо? — Отвечать на очередное идиотское замечание заглянувшего в гардеробную Цванга девушка не собиралась.

— Пришел поискать у тебя немного сочувствия. Так надоело вставать ни свет ни заря и готовить себе завтрак самостоятельно, что у меня родился великолепный план, как избежать столь жестоких страданий. Я решил переехать к вам. Но для этого мне нужна твоя помощь.

— Опущу вопрос о том, зачем ты вообще здесь нужен. И задам только два других. — Рикка повернулась к Штефану. — С чего ты решил, что я буду тебе помогать? И что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Тебе не кажется, что твой второй вопрос намекает на бессмысленность первого? Так что позволь его проигнорировать. Что же касательно остального, то от тебя требуется самая малость. Сказать «да» в ответ на мое предложение.

— Что за предложение? И какое отношение к нему имеют завтраки и переезд в дом господина Абеля?

— Завтраки имеют самое прямое отношение. По моим наблюдениям, в этом доме женщины кормят мужчин, а значит, стоит только переселиться, и я смогу навсегда забыть о пережаренной яичнице собственного приготовления. А что до предложения, то оно достаточно простое. Выходи за меня замуж.

— Что?! — потрясенно выдохнула Рикка. Ее маска невозмутимости разлетелась на кусочки.

— Видишь ли, мне подумалось, что родственные отношения с кем-нибудь из жильцов — лучший способ застолбить за собой одну из гостевых комнат. Абель отпадает, так как он мой шеф, а я против сексуальных связей с начальством. Да и ориентация не позволяет. Сильвия меня пугает. С рыжей нельзя спорить, так как она заведует кухней, и именно от ее расположения зависит качество питания. А что же это за семья, в которой муж всегда соглашается с женой? Остаешься только ты.

— Ты с ума сошел? — За время длинной тирады Штефана девушка успела немного успокоиться и постаралась взять себя в руки.

— Нет. Если бы сошел с ума, то прекратил бы смеяться и начал говорить исключительно серьезно. А так как я в своем уме и собираюсь фактически отдать себя в рабство женщине, перемежающей одно доброе слово в мой адрес тремя злыми, то немного мандражирую. Но без всяких шуток: ты выйдешь за меня замуж? Крайне желательно сейчас сказать «да», а не «что», как в прошлый раз.

— Нет, ты все-таки сошел с ума. Штефан, ты вообще представляешь, о чем просишь? — Такого Рикка от Цванга никак не ожидала. Нет, его чувство юмора, пусть и не всегда своевременное, и острый ум привлекали девушку, но выходить за него замуж… Да у нее же обязательств — на двух человек хватит!

— Представляю. Не вчера родился.

— Я предана своему господину.

— Я тоже. Причем он у нас один на двоих.

— Ну так иди к нему и спрашивай, что он думает о твоем предложении!

— Только что оттуда. Он считает, что решение должна принимать ты, но в принципе не против нашей свадьбы.

— Да? — Рикка прищурилась. — А ты знаешь, что я с ним сплю? — Может, хоть такое откровение заставит этого разгильдяя отнестись к своим собственным словам серьезнее.

— Ага. — Штефан кивнул. — Но он обещал больше к тебе не приставать. Если ты выберешь меня, разумеется.

— Он мог просто тебя неправильно понять или проявить минутную слабость. — Рикка уже и сама понимала, что просто ищет отговорки, боясь принимать решение.

— Мог. Но я знаю шефа. Он хороший человек, и пояснить ему, что именно имелось в виду — не проблема. Так что на твой выбор его возможное недопонимание влиять не должно. Абель терпеть не может, когда кто-то пытается ущемлять его свободу, и сам поступать подобным образом тоже не станет.

— Все равно. Я не знаю, что мне придется делать в будущем. Так что соглашусь на замужество только при одном условии — ты не интересуешься теми мужчинами, которые у меня будут. Со своей стороны могу пообещать не интересоваться твоими женщинами. — Рикка постаралась, чтобы ее улыбка получилась как можно более циничной.

— Лучше пообещай не интересоваться объемом выпитого. Это поактуальнее будет. А то шеф столько времени мне на сон оставляет, что сил на женщин не остается. Уже почти полгода один сплю.

— Полгода? С лета? — Рикка прищурилась. — Я ее знаю?

— Вот. Я еще и не сказал ничего, а уже вопросы посыпались. Так что обещай лучше про выпивку. Может, хоть выполнишь.

— Ты не ответил.

— Клятвенно обещаю выдать тебе все подробности сразу после свадьбы.

— Да что ты пристал с этой свадьбой!? — взорвалась Рикка. — Я обещание служить господину давала! Знаешь, что для меня это значит?!

— Знаю, — тихо и очень серьезно ответил Штефан. — Я твое секретное личное дело читал и семьей интересовался. Тогда, еще три года назад. Без всякой задней мысли. Просто чтобы знать, с кем работаю. — Он взял оцепеневшую девушку за руку и притянул к себе. — Поверь мне, я много чего о тебе знаю. И предложение делаю не просто так.

В голове Рикки словно что-то щелкнуло. Лицо Штефана вдруг стало двоиться и расплываться — на глаза девушки навернулись слезы. Она попыталась ответить, но непослушные губы только пробормотали что-то неразборчивое.

— А? — переспросил Цванг. — Что ты сказала?

— Да! — рявкнула Риккарда. — Я сказала «да»! Демоны тебя побери, тупой бесчувственный мужлан!

Разрыдавшаяся девушка прижалась к груди Штефана, пряча от него мокрые глаза. Она не видела слегка недоуменного выражения на лице мужчины, только чувствовала, как его сильные руки прижимают ее к себе.

Ла Абель Гнец

Мы с Микой покинули дом в спешке. Наемную карету вызывать не стали, опасаясь потратить на ожидание слишком много времени. Личной тоже решили не пользоваться, чтобы шумом не привлекать внимания Рикки. И только потом мне вспомнилось, что ни я сам, ни моя рыжая телохранительница управлять транспортным средством не умеем. В общем, классический пример того, как проходит незапланированное бегство. Пусть даже это всего лишь бегство от собственной горничной.

Отойдя на значительное расстояние и свернув на соседнюю улицу, я наконец почувствовал себя в относительной безопасности и задумался, куда, собственно, направляюсь. Наносить сегодня визит Денова не хотелось — мы и так видимся с ними каждый день в академии. К тому же в последнее время меня стала излишне утомлять Кристина, уделяющая слишком много времени разговорам о замужестве. Я даже начал подозревать ее в намеренном искажении некоторой информации. Особенно после того, как Кристофер принялся широко улыбаться в ответ на каждую попытку дружески приветствовать его сестру популярным среди аристократической молодежи образом. К сожалению, девушка была моим основным источником знаний о современном неформальном этикете. Другого «учителя» взять неоткуда. Не Сокола же просить о знакомстве с нужным человеком. Хотя… А почему бы и нет? Я тщательнее обдумал последнюю мысль и неожиданно принял решение. Едем к Мелли.

— Господин Абель. — Мика неуверенно коснулась моей руки.

— Да? — Я переключил свое внимание на горничную.

— Запах. — Она не смотрела на меня, крутя головой по сторонам. — Я почуяла запах. Он слабый и смешивается с другими, но это точно тот самый запах.

— И?..

— Я чувствовала чей-то запах дважды. Первый раз — где-то недалеко от нашего дома, но я не помню точно где. А второй — во дворах, рядом со стоянкой кареты. Когда вы вчера в то самое место лазили. Третий — сейчас.

Меня прошиб холодный пот. Кто-то следил за мной. Следил в то время, когда я пытался проникнуть во дворец. Многого он увидеть не мог, но и немногого вполне достаточно, чтобы его начальство сделало соответствующие выводы. Доложиться за минувшие полдня неизвестный шпион наверняка успел, и наша судьба теперь зависела от двух факторов — как много он видел и на кого работает. Я активизировал свой следящий артефакт, добавил к нему мощное наблюдающее заклятие, и принялся осматривать окрестности, не прекращая размышлять над услышанным.

Судя по словам Мики, неизвестный крутился вокруг нас не первый день. То есть его присутствие не являлось следствием моей вчерашней неуклюжести. Уже плюс. Первый и, к сожалению, последний. Вряд ли этот человек работает на Сокола — раньше агентов Гнешека Мика не замечала, а повода подозревать их в резком ухудшении качества работы у меня не было. Кто у нас еще страдает любопытством? Да кто угодно, начиная от моей семьи и заканчивая какой-нибудь строящей далеко идущие планы девицей, нанявшей частного сыщика для выяснения моих привычек и дневного расписания. А что, вполне себе версия. Пожалуй, самая желанная из всех и потому маловероятная. Также не стоит сбрасывать со счетов службу безопасности дворца. Ведь далеко не все сторожевые заклятия активируют тревожные сирены. Меня могли засечь еще при первой попытке перебраться через стену воздушного порта Дома Весов, и теперь мягко ведут, пытаясь разобраться, чего мне от них надо и как реагировать на такого странного разведчика.

Вопросы, вопросы… И все без ответов. Ни одной сносной идеи в голову не шло. Заклятия тоже не показывали ничего подозрительного.

— Значит, так, — обратился я к Мике. — Ведем себя как обычно. Делаем вид, что ничего не заметили. При первой же возможности попытаемся захватить наблюдателя и выяснить, кто он такой и что ему надо.

— Поняла, — кивнула девушка.

— А теперь ищем карету и едем к Мелисанде.

Карету мы искали долго. Вернее — не искали, а шли к месту стоянки. Обычно незанятые экипажи ожидают клиентов или на специальных подворьях, или на небольших площадях, которых в городе достаточное количество. Вот только живу я в богатом районе, где таких площадей нет. Здешние обитатели вызывают транспорт либо при помощи Зова, либо специальным заклятием, специфическим для каждого отдельного города и гильдии извозчиков. Зовом я пользоваться не мог, а заклятия не знал — оно было частью обслуживающих систем дома и никогда меня особо не интересовало. Вот и пришлось шагать по лужам. Хорошо еще дождя не было.

Хотя насчет дождя я поспешил — он успел начаться, прежде чем мы доехали до скромного поместья Гнешека. И не только начаться, но и превратиться в мощный ливень. В итоге, стоя в прихожей дома Сокола, уже избавившись от верхней одежды и вытирая волосы поданным слугой полотенцем, я с грустью смотрел на намокшие почти до колен брюки.

— Позвольте предложить вам халат, Абель. И вашей спутнице — тоже. А пока мы будем пить чай, одежду просушат и приведут в порядок. — Из-за широкой спины держащего еще одно полотенце слуги показалась Зиона — первая жена хозяина дома. Она знала, что Мика — моя служанка, но по сложившимся здесь правилам относилась к ней почти как к равной.

— Если вы считаете уместным принимать нас в подобном виде, то я не стану отказываться. Мика, думаю, тоже. — Мне понравилось предложение, хотя в каком-нибудь другом месте оно могло показаться не совсем приличным.

— У нас встречают подобным образом всех друзей семьи, — приветливо отозвалась женщина.

— Гм. — Интересное замечание с ее стороны. — Польщен. Правда, я так и не понял, когда успел стать другом семьи. Поясните?

— Конечно. Вы близкий друг Мелли. Скажу даже больше. Вы ее единственный друг, если не считать меня и нашего с ней мужа. Ингви тоже вас ценит. Не уверена, что такое отношение можно назвать дружбой, но оно далеко от безразличия. Можете считать это уважением. Или интересом. Как больше нравится. — Она замолчала и склонила голову набок, с улыбкой наблюдая за моей реакцией.

— Пока я насчитал одну женщину, с которой действительно дружу, и одного мужчину, с которым ни при каких обстоятельствах не захотел бы ссориться.

— Осталась еще одна женщина, не так ли? — Зиона улыбнулась чуть шире. — Со мной все просто. Мы с Мелисандой имеем очень схожие взгляды. В том числе и на то, каких именно людей нам хочется видеть рядом с собой. Вот и получается, что нас с вами от дружбы, ну или как минимум — добрых приятельских отношений, отделяет лишь недостаток совместно проведенного времени.

— Эмм… Благодарю. — Больше мне сказать было нечего. Не возражать же ей, в самом деле.

— О, у нас сейчас будет прекрасная возможность проверить мое предположение. Мелли не будет еще часа два, Ингви — тоже. Остаюсь только я. Надеюсь, вы не бросите меня в одиночестве и не сбежите под дождь?

— Ни в коем случае, — поспешил заверить ее я. Конечно, ехали мы к Мелисанде, но общество первой жены Сокола привлекало гораздо больше начинающейся за окном грозы.

— Тогда пойдемте, я покажу, где вы можете переодеться. — Женщина поманила нас за собой. — И прошу, не смотрите на меня как на шпиона.

— Даже не думал. — Мы пошли за ней.

— Разве? Значит, ваша скованность имеет другие причины? Расскажете? Знаете, я работаю секретарем Ли Каласа, являюсь женой Ингви и вожу знакомства с множеством аристократов. Поверьте, я умею хранить чужие тайны.

— Простите, если я невольно обижу вас своим высказыванием, но такое умение ничего не значит, если оно не дополнено соответствующим желанием.

— Считайте, что у меня есть желание. — Женщина на ходу повернула голову, бросив на меня странный взгляд, который я затруднился охарактеризовать каким-то определенным образом. — Во всяком случае, желание подружиться с вами. Не выдавайте мне важных тайн, а мелкие я сохраню не хуже Мелисанды. Даже лучше, учитывая, насколько разнится наш опыт в подобных делах.

— Гм. Разделяете позицию Мелли в этом вопросе? — Звучало вполне правдоподобно. Вряд ли Сокола настолько интересовали всякие мелочи, чтобы он позволил себе превращать собственную жену в шпиона, рискуя ее репутацией.

— Скорее, она — мою. Все же я вышла замуж раньше.

— Тогда, может быть, вы сможете мне помочь в одном щекотливом деле? — В мою голову пришла интересная мысль.

— А именно?

— Видите ли, я плохо разбираюсь в тонкостях общения. И от меня частенько ускользает второй смысл многих фраз. Не поделитесь ли вы со мной опытом? На что нужно обращать внимание сначала, а на что потом?

— Вы мне льстите, считая знатоком психологии и великой интриганкой. Но чем смогу — помогу.

Прекрасно. Я неожиданно обзавелся еще одной крайне полезной учительницей — секретарь Ли Каласа просто обязана была разбираться как в формальной, так и неформальной речи. Кроме того, что гораздо более важно, я получил возможность продемонстрировать Соколу свое глубокое доверие, не выдавая при этом ничего важного. Хороший встречный шаг после того, как он мне фактически подарил планы дворца и помог свести целый ряд полезных знакомств.

Лу Мелисанда Факаш, старшая наставница

Оказавшись дома, Мелли с силой захлопнула за собой дверь и не сдержала облегченного полувздоха-полустона. Проклятая гроза! Мало того что струи дождя хлестали с огромной силой, так и норовя вбить бедную женщину в землю, так еще и ветер постоянно менял направление, словно специально задавшись целью свалить ее с ног.

— Безумная погода, — пожаловалась в пространство Мелисанда, стаскивая с себя насквозь промокший плащ и отбрасывая его в угол. Следом за ним полетел такой же мокрый свитер. — И когда только эта зима закончится?

— Госпожа Мелисанда, не могли бы вы не разбрасывать вещи? Я всегда готов принять их. Даже если на минуту запаздываю к дверям. — Вышедший в прихожую широкоплечий седой слуга укоризненно покачал головой.

— Ой, прости, Рейнольд. — Мелисанда покраснела. — Никак не привыкну к тому, что кто-то прибирает одежду за меня. Я сейчас. — Она шагнула к плащу, но мужчина оказался быстрее.

— Не стоит вам делать работу слуг, госпожа. Иначе получится, что мы зря получаем за нее деньги. К тому же в доме гость, который может неправильно понять ваше желание быть самостоятельной.

— Гость? — Мелли скривилась. — А я так мечтала о ванной…

— Господин Гнец беседует с госпожой Зионой уже почти два часа и не выказывает никаких признаков недовольства. Думаю, он согласится подождать еще, если вы посетите ванную комнату для того, чтобы помыться, а не временно переселитесь в нее, как обычно любят поступать женщины.

— Старый ворчун. — Мелли показала слуге язык. — Передай Абелю и Зионе, что я сейчас спущусь. Только волосы выжму.

Она стрелой пронеслась по дому, оставляя за собой мокрые следы. Скинула одежду в большую корзину, стоявшую в ванной комнате. Намотала на волосы сухое полотенце. Потянулась было к халату, но, поколебавшись немного, махнула рукой и залезла под душ. В конце концов, она женщина и не может выйти к гостю в таком виде. Абель просто обязан понять ее.

Спустя полчаса Мелисанда все-таки спустилась в гостиную, кутаясь в теплый халат. Хотя, судя по увиденному, могла и не торопиться — Абель с Зионой обсуждали цены на зерно в текущем сезоне и их зависимость от стоимости перевозки. Как ни странно, тема, похоже, была интересна обоим.

— Развлекаетесь тут без меня? — Мелли забралась с ногами в свободное кресло.

— Что-то вроде того, — отозвалась Зиона. — Обсуждаем с Абелем ценовую политику Дома Золотого Колоса.

— Везет же некоторым. А меня этот эксплуататор, прикидывающийся любящим мужем, сегодня совсем загонял. Подарил утром букет цветов, усыпляя бдительность, а затем попросил о помощи. Я, дура, и согласилась.

Зиона засмеялась, явно поняв, о какой помощи шла речь. Абель лишь недоуменно моргнул пару раз.

— Тебе смешно, — укоризненно проворчала Мелли, — а я целый день по городу моталась. Несмотря на выходной. — Она повернулась к другу. — Представляешь, Абель, мой муж решил совместить подготовку к празднованию Нового года с экзаменом своих сотрудников, отправленных ко мне на курсы повышения квалификации. Они то в городской арсенал пытались проникнуть, то трибуну, с которой Ли Калас выступать будет, укрепляли, то группам стражей, следящим за порядком, связь перекрывали. А я, как их наставница, должна была повсюду за своими «учениками» мотаться. И ладно бы только это — но нет, Ингви прислал еще человек двадцать магов наблюдать за нашими действиями. Так эти наблюдатели меня вопросами просто замучили.

— Ну-ну, не страдай, — попыталась утешить ее Зиона. — Обычный внеурочный рабочий день. Могло ведь быть и хуже.

— Куда уж хуже? Он разве что с фейерверками нас возиться не заставил — алхимикам доверил.

— Считай произошедшее платой за возможность нормально встретить Новый год. Если Ингви проведет все подготовительные мероприятия сейчас, то на все время праздников службой безопасности академии будет командовать Вильям, а не наш муж.

— Главное, чтобы ему самому не захотелось найти какое-нибудь занятие подальше от нас и поближе к академии. — Мелли уже совсем не обижалась, но и сдаваться просто так, признавая возможную правоту Ингви, не собиралась. — К тому же ты, Зиона, еще не все знаешь. Ему мало той работы, что я уже делаю. Он хочет заставить меня спроектировать целую систему наблюдения на основании того амулета, который придумал Абель. Кстати, — женщина снова перевела взгляд на Гнеца, — ты просто обязан мне помочь.

— С проектированием секретной линии безопасности? — Юноша вздернул бровь.

— Ага, — кивнула Мелисанда. — Ингви уже согласился. К тому же мне все равно бы потребовался консультант. Надо оценить эффективность использования обученных психо вместо обычных наблюдателей.

— Считай, что уже оценил. — Гнец хмыкнул. — Абсолютно неэффективно. Психо до третьей ступени никаких преимуществ в использовании моего заклятия не имеют. Да и с более квалифицированными ситуация особенно лучше не станет, учитывая объемы информации, которыми вы собираетесь оперировать. К тому же если хочешь знать мое мнение, ничего хорошего из вашей затеи не выйдет.

— Почему?

— Модифицированные мной заклятия наблюдения трудно обнаружить, но они вовсе не невидимы. Любой лазутчик сначала понаблюдает за охраняемой территорией, а только потом постарается на нее проникнуть. Так что он наверняка обнаружит чары и проскользнет между двумя срабатываниями.

— Вот! — Мелли подняла вверх указательный палец. — Вот для этого ты мне и нужен — показывать уязвимые места будущей системы наблюдения. Ну, Абель… Ну помоги бедной девушке… — заканючила она.

— Исключительно консультациями. Редкими, — отрезал Гнец. — Ты моя подруга, но тратить много времени на практически бессмысленный проект я не хочу.

— А если я уговорю мужа пустить тебя на те курсы, которые веду для его сотрудников? — Мелисанда очень хорошо знала, чем можно зацепить Абеля. И, видя, как он заколебался, поспешила добить: — Кстати, на моих лекциях слушатели еще и опытом делятся. Практическим.

— Ладно, — вздохнул Гнец. Было видно, что он не очень рад, но отказаться не в силах. — Я помогу. Но хочу получить полную копию проекта, пусть даже неудачного.

— Договорились! — Мелли захлопала в ладоши. — Абель, ты просто прелесть.

Давид Риттершанц задумчиво смотрел на лежащее перед ним письмо, игнорируя остальные бумаги. Он никак не мог понять, что же хотел донести до него Фрост. А может, он зря ломает себе голову и эта бумага всего лишь промежуточный отчет о проделанной работе? Да нет, Эбенезер слишком умен, чтобы совершить подобный глупый поступок. Он получил капитанский чин не за красивые глаза и вовсе не благодаря протекции, как считают некоторые. Должность — да. Такие должности просто так не раздают. А вот чин — личная заслуга Фроста, пусть даже он сам считает иначе. Так что банальным отчетом внеочередное письмо быть не может. Новый начальник Службы безопасности Летнего дворца пытался что-то донести до Давида. Что-то такое, что нельзя ни доверить бумаге, ни передать с курьером.

Наследник императора достал из верхнего ящика стола флакон с прозрачной жидкостью и аккуратно отмерил двадцать капель в свой полупустой бокал с вином. Посмотрел на рубиновую жидкость, совсем недавно бывшую прекрасным напитком, и, заранее поморщившись, выпил. Окружающий мир вдруг стал болезненно резким — легкий сквознячок противно зашипел, струясь по-над полом тонкими струйками, а шелковый халат неприятно облепил тело. Несколько секунд, и ощущения вернулись в норму. Давид осторожно открыл предусмотрительно зажмуренные глаза и с облегчением выдохнул — закончилось. Он жутко не любил приготовленный специально для него стимулятор, но тот дарил то, чего временами наследнику не хватало больше всего — почти четыре часа кристально ясного сознания.

Письмо снова оказалось в его руках. Давид прочел послание от начала до конца еще дважды, разбивая большое сообщение на маленькие фактики. И все-таки понял, что хотел донести до своего покровителя Фрост. Противодействие. Эбенезеру мешали в проведении самого главного расследования. И мешал не кто-то там, а семья Денова. Фрост поместил в текст достаточно намеков, и наследник императора был уверен, что все понял правильно. Да, такие новости действительно опасно доверять бумаге. Давид бросил еще один взгляд на письмо. Вернее, на его последнюю фразу: «Уверяю Вас в полной моей преданности и жалею лишь о невозможности собственными глазами созерцать Ваше величие». Протеже хотел личной встречи со своим покровителем.

Давид встал из-за стола и прошелся от стены до стены. Оказавшись около двери, он приоткрыл ее и бросил в пространство, зная, что преданный секретарь не упустит ни единого слова: «Запланируй посещение Солиано сразу после новогоднего праздника. Скажем, на третье число». И снова принялся бродить по комнате, погрузившись в мысли.

Денова. Неприятно, но вполне ожидаемо. Не так уж много в Доме Меча семей, обладающих нужными кадрами. Захватить склад, заниматься сбытом краденого, прикидываясь обычными преступниками, избавиться от Руфуса. Все это само по себе непросто. Но провернуть столь длительную и сложную операцию, не попавшись Соколу, невероятно сложно. На такое способна только крупная бригада специалистов высшей квалификации. Семья Денова вполне подходила по всем условиям. Вот только почему они не объявили во всеуслышание о захваченном запрещенном оружии? Ведь такой шанс сместить действующего главнокомандующего выпадает нечасто. Или им не хватает доказательств? Опасаются, что пока у них нет ничего, кроме подозрений, хитроумный Гнец сможет обернуть себе на пользу даже такую находку? Или просто имеют какие-то свои планы?

Сейчас Давиду предстояло решить важный вопрос: стоит ли ссориться с Денова или окончательно смириться с потерей и спустить дело на тормозах. Интересно, сколько у них уже произошло столкновений с Фростом? Наследник вдруг остановился, сбившись с шага. Столкновений? А зачем Денова мешают Эбенезеру? Они ведь попросту могут объявить себя героями, обнародовав основную причину трений. Да и найти вывезенный ими из Солиано товар уже невозможно. Вот оно! Запрещенное оружие все еще в летней столице!

Мужчина развернулся в сторону двери, намереваясь отдать приказ перенести визит на послезавтра, но вовремя одумался. Оружие Фрост еще не нашел, иначе бы сумел вставить в письмо необходимый намек, а метания наследника престола в преддверии праздников могут вызвать нежелательный интерес. Отец слишком ослаб, уже стоя одной ногой в могиле, и Давиду пришлось взвалить на себя необходимость присутствия на целом ряде мероприятий. Своего рода рекламная кампания. Да к демонам! Он бы посетил и вдвое больше бессмысленных сборищ, если бы такое самопожертвование помогло отцу протянуть еще год. Всего года наследнику бы хватило, чтобы подготовиться и дать достойный отпор старшей сестре. Но ничего. Если Фрост все-таки найдет яйца феникса, то этот год может и не понадобиться.

ГЛАВА 11

Ла Абель Гнец

Воздушный корабль взлетел. Вызванный его подъемом ветер разбросал комья мокрого снега далеко за пределы посадочной площадки. Оставалось порадоваться собственной предусмотрительности, заставившей меня отойти заранее. Настроение было паршивым. Шпион, замеченный было Микой, как сквозь землю провалился. Две недели я пытался обнаружить его: сравнивал изображения, полученные моим артефактом, оставлял на используемых маршрутах небольшие следящие чары. Позавчера даже рыжую рискнул отпустить на «охоту». И ничего. Я вел себя как обычно — учился в академии, помогал Мелли с ее проектом, изучал искусство иллюзиониста, копался в собранных Штефаном данных, строя планы, — а внутреннее напряжение все нарастало.

Думал немного развеяться, проводив Денова до воздушного порта, но не тут-то было: Кристина почти всю дорогу жаловалась, что мы с Кристофером ее игнорируем. Хотя в общем-то девушка была права — я в последнее время посещал их не чаще раза в неделю, а Крис увлекся очередным турниром. Шоу, в которое мои однокурсники превратили свое состязание, неожиданно обрело популярность. Оно и само по себе стало самой обсуждаемой новостью ноября-декабря, а уж после того, как Денова при всех передал Мигелю слова своего старшего брата о том, что в его легионе будут рады всем трем участникам, разговоров стало еще больше. Казалось бы, ну что тут такого? Выпускники лучшей в империи военной академии просто не могут остаться без работы. К тому же у каждого на руках будет экзаменационный лист с оценками по различным предметам и характеристиками от преподавателей. Но нет, слова Пауля Денова вызвали ажиотаж и пробудили во многих желание поучаствовать в таком же соревновании. Крис радовался и организовывал новый полигон, расчерчивая попутно турнирную таблицу.

Бросив последний взгляд на едва различимую точку улетающего воздушного корабля, я отправился в обратный путь. Честно говоря, Кристоферу я немного завидовал: он так радовался встрече с моей родней, как я — прощанию с ними же. Вот почему мне не удалось нормально поладить с Мари за почти двадцать лет, а у него получилось в первые же месяцы совместной жизни? Парадокс. Для меня же единственным исключением из правил являлась Иви, но мы с ней были родственниками только формально — никаких кровных уз. Она жена моего отца, и этим все сказано.

Дома я оказался неожиданно быстро: только сел в карету, а мгновение спустя Мика уже трогала меня за руку, сообщая о прибытии. В голове была тяжесть, а сама горничная чуть двоилась в глазах.

— Мы приехали, господин Абель, — ласково повторила девушка.

— Я что, заснул?

— Да. У вас было такое спокойное лицо, что я не стала вас будить.

— Спасибо.

Покинув карету, я зашагал к дому. На крыльце Рикка прощалась с какими-то мужчинами, но я на них особого внимания не обратил, все еще пребывая в заторможенном состоянии. Вот ведь ситуация. И недосыпом вроде бы не страдал. А стоило только расслабиться, и сразу отключился. Видимо, всему виной напряжение последних дней, сыгравшее со мной злую шутку. Мужчины прошли мимо, вежливо поклонившись. Я кивнул в ответ, заметив на их плащах эмблему Энергетической компании Солиано.

Очень немногие владельцы домов имеют в штате обслуги достаточно магов, чтобы снабжать энергией все заклинания комфорта, которые давно воспринимаются как нечто обыденное. Да и не требуется это по большому счету: в наше время сделана ставка на разделение труда. Чары накладывает специалист, другой специалист, рангом пониже, осматривает их раз в несколько месяцев и подправляет что-нибудь в случае нужды. А энергией заклятие подзаряжают сотрудники вот таких энергетических компаний. Большинство этих людей никогда не поднимутся выше первой ступени магического искусства. Впрочем, первой ступени, вкупе с углубленным курсом по передаче энергии, им вполне достаточно для качественного выполнения своих обязанностей. А больше с наемного работника ни один разумный человек и не потребует.

— С возвращением вас, господин Абель. — Рикка посторонилась, пропуская меня.

— Я снова господин? Это потому, что дверь на улицу открыта, или из-за твоей скорой свадьбы?

— Нас могут услышать сотрудники энергетической компании. А я должна блюсти ваше достоинство хотя бы при посторонних.

— С полусотни метров? Думаешь, у них слух, как у Мики?

— Все может быть. — Горничная неопределенно пожала плечами.

— Что-то заметила? — Я резко насторожился.

— Ничего такого, — покачала головой Рикка. — Просто рассматриваю все возможности.

— А-а-а… Тогда ладно. Точно ничего необычного не было?

— Нет. Все как всегда. Пополнили энергию накопителя и ушли. Проверку подвального помещения после них я еще не делала, но полагаю, что никаких сюрпризов они не оставили — работы велись в моем присутствии.

— Понял. Только давай я сам помещения проверю.

— Как скажете. — По ее лицу сложно было судить, но, кажется, девушка обиделась.

— Это не недоверие к тебе, Рикка, — попытался объяснить я. — Просто мне нужно успокоить нервы.

— Я могу сопровождать вас? — Едва заметная складочка между ее бровями разгладилась.

— Конечно.

Мы спустились в подвал. По традиции у жилища аристократа должен быть хотя бы один подземный этаж. Мой дом этой традиции соответствовал. Полтора десятка пустующих помещений и всего два используемых. Одно — в качестве кладовой для продуктов, другое — как место хранения накопителя. Хотя «место хранения» не совсем верно отражает положение вещей. Сомневаюсь, что спаянные гранями друзы хрусталя, занимающие почти восемь кубических метров, можно извлечь, не разбирая стен. Хрусталь — самый дешевый материал для накопителя, но его требуется очень много.

Я промучился две минуты, прежде чем сумел достаточно расслабиться для переключения своего зрения в нужный режим. Фон, создаваемый накопителем, всегда интриговал меня. Привыкший видеть «нити» магических энергий, сплетающиеся в «ткань» очередного заклятия, я и здесь подсознательно искал их. Мне казалось, что этот фон похож на природный водоем — где-то там, в глубине, есть течения, слои с разной температурой, но из-за прозрачности воды мы их не замечаем. Не замечаем, смотря глазами. Но ведь кроме зрения у нас есть и другие чувства… Я пробовал разные способы, подходя с разных ракурсов, в очередной раз увлекшись старой загадкой, и вдруг увидел нити, подобные используемым в обычных чарах. Они были едва заметны, но их яркость была все же выше, чем у обычного излучения, вызванного естественными для любого накопителя потерями энергии. Смена угла обзора не помогла — чары были едва заметны.

Интересно, что это? Никто не размещает долговременные заклятия в такой близости от источника магических возмущений вроде принадлежащей мне хрустальной конструкции. Работоспособность чар будет нарушена фоновым излучением, и даже дублирование основных линий не поможет. Именно поэтому все управляющие заклятия находились в другом помещении, а непосредственно к накопителю лишь подходил укрепленный канал, тянущий из него энергию. Да и тот был размещен внутри гранитной прокладки в стене, дающей хоть и минимальную, но защиту.

Так ничего и не высмотрев, я решил пойти на радикальные меры и заблокировал передачу энергии — уж пятнадцать минут без постоянной подпитки расположенные в доме чары могли выдержать. Минуты через три фон магического излучения начал снижаться. А в течение следующих пяти минут я наблюдал удивительную картину: неизвестное заклятие медленно смещалось все ближе и ближе к хрустальной глыбе. Постепенно испускаемое накопителем излучение уменьшилось до четверти от рабочего состояния и на этом остановилось. Теперь заклятие было вполне различимо, но сказать хоть что-то о его функциях я по-прежнему затруднялся. Понаблюдал еще минуту и разблокировал накопитель обратно. Чары поползли подальше от хрусталя. Они словно качались на волне неструктурированной энергии, подзаряжаясь таким образом, а заодно и продлевая срок своего существования. Это не считая маскировки. В очередной раз мне продемонстрировали трюк, который во всех учебниках числился как невозможный. Разрушил я заклятие с некоторым сожалением. Очень хотелось бы понять принцип его работы, но безопасность была важнее.

Странно, но ничего, кроме облегчения, я не испытывал. Подсунутое заклятие могло быть создано только кем-то работающим на Службу безопасности дворца. Моя семья не имела в своем арсенале ничего подобного, Сокол бы сработал тоньше, а Денова, как, впрочем, и прочие любопытные, никогда не решились бы на столь откровенно враждебные действия. А значит, началось. Первый удар был нанесен не там и не так, как предполагалось, но это не главное. Зато теперь я могу ударить в ответ, не думая о том, что мои поспешные действия могут сделать ситуацию хуже.

Риккарда Сонано, горничная

Рикка настороженно наблюдала за действиями господина. Абель словно обнаружил что-то и тщательно изучал свою находку, хотя сама девушка ничего не видела — магическое зрение позволяло разглядеть только излучаемый накопителем фон и мощный канал для откачки энергии. Повозившись с чем-то невидимым минут десять, Гнец наконец обратил свое внимание на горничную.

— Я обезвредил заклятие неизвестного назначения, маскировавшееся в магическом фоне. Оно явно было способно к перемещению, так что желательно проверить весь дом на предмет подобных сюрпризов.

— Насколько велики его возможности маскировки? — задала уточняющий вопрос Рикка, прикидывая план работ на ближайшее время.

— Понятия не имею. — Абель поморщился. — Никогда ни с чем подобным не сталкивался.

— Оно может маскироваться рядом с другими заклятиями? — Девушке нужны были детали.

— Не знаю. — Гнец задумался. — Давай будем считать, что может. Надо проверить все чары в доме.

— Я не смогу выполнить такую работу. — Рикка сожалеюще покачала головой. Она уже не боялась вслух признавать перед господином свое несовершенство. — Вернее, не смогу в разумные сроки. У меня нет вашей чувствительности, поэтому придется блокировать накопитель, чтобы изучать ослабленные заклятия. Подзаряжать их придется самостоятельно. Причем по всему дому. На работу потребуется две-три недели. С отключенными накопителем и частью защитных систем мы станем слишком уязвимы. Я имею в виду не прямую атаку, а диверсионные операции.

— Если мы займемся проверкой вдвоем, то сроки значительно уменьшатся.

— Все равно слишком долго. Кроме того, до Нового года всего три дня. Если вы запретесь дома, пропустив не только официальные торжества, но и все организуемые аристократами приемы, как перед праздником, так и после него, то это будет не очень хорошо.

— Тогда так. Связываешься со Штефаном при помощи Зова и просишь его прямо сегодня достать качественные стимуляторы. У него есть знакомые алхимики, так что справится. В крайнем случае, если совсем не будет успевать, пусть попросит чего-нибудь у Макмайера. Завтра с утра бросаем все свои дела, блокируем накопитель и занимаемся полной проверкой дома с перерывами только на еду и сон. В три дня должны уложиться.

— А если нет? — Рикка понимала необходимость предлагаемого Абелем мероприятия, но насиловать таким образом организм господина казалось ей кощунственным.

— Тогда закончим за четвертый. Или ты закончишь, а я отправлюсь отбывать повинность на какой-нибудь бал.

— Как скажете. — Девушка поджала губы.

— Чем ты опять недовольна?

— Сложившейся ситуацией. Возможно, вам стоит приказать Штефану отыскать еще одного мага? Люди, для которых верность — не пустой звук, все еще существуют.

— Ага. Только они обычно уже кому-нибудь служат. И вдобавок проживают на значительном расстоянии от Солиано. — Гнец устало вздохнул. — Я еще не готов отправить твоего будущего мужа путешествовать по стране в поисках перспективных кадров. Будем обходиться теми, что есть.

— Как пожелает мой господин. Я свяжусь со Штефаном и проведу сегодня всю необходимую подготовку. А вам лучше лечь спать пораньше — лишняя бессонная ночь не пойдет на пользу здоровью.

— Хорошо. Только надо успеть сделать еще одно небольшое дело. Или два, если повезет. И не смотри на меня так. Клятвенно обещаю не крутиться по городу до полуночи.

Рикка вздохнула. Эх, если бы ее укоризненный взгляд действительно мог заставить господина хоть иногда заботиться о себе…

Ла Абель Гнец

Не прошло и часа после прощания с Риккой, как я уже дергал за веревочку звонка, стоя на пороге дома Фосса. И почему у меня все время такое ощущение, что потяни чуть сильнее — и этот шнурок обязательно останется в руке?

— Абель? — удивился хозяин дома, открывая дверь. — Не ожидал тебя сегодня увидеть. — Он отступил назад, делая приглашающий взмах рукой.

— Я тоже, честно говоря, к тебе не собирался. А потом проводил Денова до воздушного порта, и захотелось что-то развеяться. Куда всех слуг дел, что приходится самому открывать?

— Да никуда. Можешь убедиться. — Сэм взял из моих рук плащ и передал его подошедшему мужчине в ливрее. — Просто крутился в холле, когда ты позвонил. Можно было, конечно, поизображать важного господина, но мне было лень, и я решил встретить гостя.

— Понятно. А что у тебя с планами на вечер? Идешь куда-нибудь?

— Нет. Я же не Гнец, мне приглашения на каждый день не присылают.

— Мне, допустим, тоже не присылают.

— Ну да. Тебя приглашают лично.

— Издержки титула, — пожал я плечами. Сэм был прав. — У меня есть приглашения сразу на три праздничные вечеринки. На сегодняшнее число, разумеется. Вот только идти в одиночестве совсем не хочется. Составишь мне компанию? — На самом деле у меня не было никакого желания вести многозначительные разговоры со своими сверстниками или кружить в танце очередную малознакомую девицу, но в качестве причины визита предложение подходило идеально.

— Конечно да. Только мне нужно подобрать подходящий костюм. — Фосс хоть и не был таким модником, как Денова, но тоже придавал внешнему виду большое значение.

— Времени до начала еще достаточно. Успеешь. Но, если хочешь, можешь прямо сейчас отправляться подбирать себе рубашку одного тона с перчатками и запонки, сочетающиеся с пряжками на сапогах. Я вполне могу поболтать с твоей тетушкой. Если она не слишком устала и мое общество ей не в тягость.

— Скажешь тоже… У нее не так много собеседников, и она радуется каждому твоему визиту. Располагайся в гостиной, развлекай тетушку. Я спущусь, как только закончу.

Сэм убежал вприпрыжку, явно радуясь возможности выхода в свет. И что он в этом такого находит? Лично мне формальная пышность вечеринок, с обязательными танцами и одинаковыми разговорами, надоела еще в прошлом учебном году. Впрочем, у всех свои увлечения. Я не спеша прошел в гостиную, уселся в зеленое кресло и приготовился ждать.

— Добрый день, Ла Абель, — раздался из-за моей спины голосок Белинды. — Сэмюель сказал, что вы хотели меня видеть.

— Добрый день, — отозвался я. — Сегодня в вашем доме меня словно караулят. Только пожелаю с кем-нибудь переброситься парой слов, как этот кто-то тут как тут. И да, я хотел вас видеть. Не сидеть же мне в одиночестве, пока Сэм подбирает себе подходящий наряд.

— Стоило ли тогда приглашать моего мальчика на один из так не любимых вами вечеров, да еще и сразу спроваживать с глаз долой, пусть и под благовидным предлогом?

— Настолько очевидно?

— Когда вы поступаете нетипично — да. Итак, вы хотели поговорить со мной наедине? Я правильно понимаю?

— Правильно.

— Тогда я вас слушаю. — Белинда обошла меня и опустилась в кресло напротив. — Хотя в следующий раз можете просто попросить Сэмюеля оставить нас. Он взрослый мальчик и понимает необходимость приватных разговоров.

— Боюсь, это не тот случай.

— Даже так? Вдвойне интересно. Говорите же.

— Меня интересует литература по проклятиям, основанным на магии крови, — выдал я.

— Зачем вам такая опасная магия, Ла Абель? — Белинда и так не блистала излишней веселостью, а сейчас, собравшись и резко посерьезнев, казалась ледяной статуей, по прихоти Совершенства обретшей возможность говорить. — И почему вы считаете, что у меня есть то, что вы хотите получить?

— У вас сильная воля. Вы не та женщина, которая готова безропотно склонить голову, услышав, что болезнь неизлечима, а проклятие невозможно снять. Или хотите сказать, что совсем не интересовались вопросом? Смирились сразу и безоговорочно? Не искали книг, описывающих законы проклятий, не пытались связаться со знатоками?

— Допустим, вы правы. Кое-какие книги все же пылятся на полках моей домашней библиотеки. Хотя в академии, где вы учитесь, их наверняка не меньше.

— Разве что несколько пыльных томов в архивах для преподавателей. В академии не преподают устаревшие знания. — Еще можно было поискать в библиотеке семьи или Дома, но прямо сейчас я не имел к ним доступа, поэтому приходилось обращаться к Белинде.

— Пусть так. Но вы все же не ответили на мой первый вопрос. Зачем вам такие знания?

— У меня возникли трения с некоторыми людьми из Дома Весов. Хочу приготовить им пару неприятных сюрпризов. — Главные слова сказаны. Теперь, если ненависть женщины все еще сильна, она обязательно поддержит меня. И не только книгами.

— Вы не назвали их торговцами, Ла Абель, — медленно проговорила Белинда. — Значит, ваши трения не имеют отношения к деньгам напрямую. Политика?

— Скорее, личные разногласия.

— Не боитесь начать вендетту?

— Если честно, мне наплевать. Я войну не начинал. — Спорное заявление, особенно если вспомнить, кто именно и чей склад грабил. — В любом случае, у них была возможность отступить.

— Прекрасно. — Хищный оскал исказил лицо женщины. — Вы получите книги по проклятиям и магии крови. В моей личной библиотеке нет ни одного редкого тома, но зато ее доставят в летнюю столицу дня за три-четыре. Я переезжаю к моему дорогому мальчику Сэмюелю — повод достаточный для того, чтобы перетащить ворох пыльных фолиантов из одного города в другой. Что-то для настоящих мастеров достать не так просто, но тоже возможно. Правда, для этого мне понадобится хотя бы несколько недель.

— Благодарю. — Я не ожидал такой оперативности. И тем более не надеялся получить в свои руки хотя бы одну редкую книгу. Возможность наложить не особенно вредоносное, но трудно отслеживаемое проклятие была максимумом, на который я рассчитывал. Похоже, Белинда действительно сильно ненавидит Дом Весов, раз она удовлетворилась заявлением о принадлежности моих противников к нему, совсем не поинтересовавшись фамилиями.

— Возможно, это мне придется благодарить вас, Ла Абель. Сделайте одолжение, ударьте по ним так, чтобы вся империя содрогнулась.

— Простите меня, Белинда, но обещать не могу. Не в моих интересах предавать текущее противостояние огласке.

— Пусть так. И хотя я желала бы им громких смертей, но и тихие меня вполне устроят.

Сильвия Стэн, мастер боевых искусств

— Стоять! — Женщина перехватила Штефана в коридоре второго этажа. — Вот ты мне и объяснишь, что именно случилось. Рикка не показывается из подвала, Абель буркнул что-то невнятное, перед тем как исчезнуть, Мика только глазами хлопает. Какого демона?

— Я только с улицы. Ничего конкретного сам не знаю, — поспешил откреститься Цванг. Потом посмотрел в глаза женщины, перевел взгляд на пальцы, цепко держащие его за локоть, и со вздохом добавил: — Но если образно и в общих чертах, то могу обрисовать ситуацию.

— Давай образно.

— Если представить, что удача имеет человеческие очертания, то считай, что она повернулась к нам спиной. Или тем, что немного пониже спины. «Весовщики» начали действовать, хотя что именно они сотворили — я не в курсе. Война еще не началась, но пограничные стычки уже происходят. Так понятно?

— Более-менее. Какие планы?

— Какие без указаний шефа могут быть планы? — Цванг развел руками. — Выжить.

— Демоны тебя забери, Штефан, ты можешь давать не такие обтекаемые ответы?

— Нет.

— Ладно… — процедила Сильвия. — Тогда спрошу напрямую. У нас будет война в стиле «кто кого перехитрит» или дело может дойти до вооруженных столкновений, как в прошлый раз?

— Может. Хотя шансы я угадывать не возьмусь.

— Какую позицию в этой войне займет Сокол?

— Я никогда не буду даже пытаться предсказать его действия. И тебе подобными глупостями заниматься не советую, — очень серьезно произнес Штефан. — Он вроде бы за Абеля, но в чем конкретно выразится оказываемая им помощь — не ясно.

— То есть если я наберу отряд из свободных наемников или отставных военных, то проблем это создать не должно? В смысле — то, что в этом отряде наверняка окажется пара шпионов Сокола? Я не обладаю умением думать на несколько ходов вперед, как ты или Абель, но уверена: боевой отряд нам бы очень пригодился в случае драки. Прости за откровенность, но тех ребят, которые охраняют склад Абеля, я как боевую силу даже не рассматриваю. Это профессионалы могут позволить себе быть индивидуалистами, а такие середнячки должны думать о кооперации. Их же в бой можно только по одному выпускать, иначе они друг друга покалечат.

— Стоп. — Штефан выставил вперед ладони. — Я сейчас не буду обсуждать с тобой боевые качества нанятых мною людей. Меня больше интересует другой вопрос. Где ты собираешься набрать наемников, о которых упомянула? Речь ведь идет не об устоявшейся группе, которая заключит с нами стандартный контракт по оказанию услуг? Мы говорим о полноценном найме на работу?

— Да. Я тут завела несколько знакомств. Организовывать придуманные Денова соревнования оказалось очень полезно — там такие разные люди участвуют. Вот я и сошлась с некоторыми из них поближе. — Сильвия усмехнулась. — Кое-что мужчины обсуждают только с другими мужчинами, которые способны обменяться с ними крепкими ударами и выдуть кружку пива одним глотком. Кое-чем, обычно хранимым в секрете, хвастаются перед миловидными женщинами. А уж если миловидная женщина способна свернуть вам челюсть и допивает пиво первой, то тут уж и говорить не о чем.

— Что-то не припомню я там мужиков, которых ты так красочно описываешь. Каждый второй — аристократ, каждый первый — сноб…

— Аристократы тоже иногда пьют пиво. Ты просто не умеешь с ними разговаривать.

— Возможно, — согласился Цванг. — Хотя и не замечал, что ты говоришь как-то иначе.

— Если в твоем присутствии я произношу одни и те же слова, то это не значит, что другие мне неизвестны. — Взгляд Сильвии отяжелел. — Знаешь, сколько всего можно найти в библиотеке? Этикет и история Домов, учебники по экономике и последнее издание анекдотов для высшего света. Тебе подсказать, сколько может прочитать сидящая взаперти скучающая женщина за один день? А сколько — обдумать за бессонную ночь?

— Не ожидал, — как-то растерянно выдавил Штефан. — Тебе так нравится читать?

— Нравится, — кивнула Сильвия. — Но дело даже не в этом. Не хочу молчать, когда мужчина, которого я люблю, общается со своими друзьями. Мне надо понимать, о чем они говорят. Надо научиться высказывать свое мнение достойно, чтобы они не смотрели как на ничего не соображающую служанку, влезшую в разговор господ. Я даже купила за свои деньги несколько книг по магии, чтобы хоть чуть-чуть разбираться в интересах Абеля.

— Знаешь что? — вдруг прервал ее Штефан. — Пойдем в библиотеку. Обсудим наемников, набросаем план по деньгам. Заодно прикинем, что можно выжать из общения с твоими новыми знакомыми из аристократов. Кстати, а подтянуть навыки работы в команде нанятым мною парням можешь?

— За последнее могу и по морде съездить, — беззлобно пообещала женщина. — Я по основному профилю — армейский инструктор, если ты забыл.

— Прекрасно, просто прекрасно, — потер руки Цванг. — Я уже знаю, кто в скором времени будет выполнять вместо меня обязанности главного специалиста по кадрам.

Кристофер бодро шагал по широкому коридору, спеша на встречу с женой. Юноше подвернулся удачный рейс, и он оказался в расположении легиона, которым командовала Марианна, на день раньше, чем планировал. Крис заглянул сначала в штаб, но там ему сообщили, что лорд-командор закончила дела еще час назад и отправилась домой. Обрадованный новостью, он устремился следом — все-таки встретиться в неформальной обстановке было гораздо приятнее.

Денова распахнул дверь покоев жены, не утруждая себя стуком, ворвался внутрь и застыл, пройдя всего несколько шагов. Счастливая улыбка медленно сползала с его лица. Представшее перед ним зрелище потрясло юношу до глубины души: Марианна раскинулась на кровати, одетая лишь в легкий халатик на голое тело, а на широком подоконнике сидел мужчина, облаченный в одни только штаны, и недоуменно смотрел на Криса. Немая сцена продлилась всего несколько секунд, но юноше их хватило, чтобы опознать в негодяе адъютанта своей жены.

— Вызываю тебя на дуэль, подлец. До смерти, — с трудом выдавил белеющий от бешенства Кристофер.

— Знаешь, малыш, я бы не советовала тебе этого делать, — насмешливо бросила Марианна, садясь на кровати и закидывая ногу на ногу. — Унцо еще официально не сдал экзамены на третью ступень, но у него значительный боевой опыт. Шанс, что похоронят именно тебя, — велик. И кто будет тогда меня утешать?

Денова засипел — обуревавшие его чувства не давали мыслям оформиться в достойные слова.

— Ты что-то сказал? — с издевкой переспросила Мари. — Впрочем, не важно. Лучше подумай, что будет, если победишь. Как будешь объяснять причины, побудившие тебя бросить вызов подчиненному твоей жены? Скажешь правду? Полагаю, представители высшего света будут смеяться не один год, лишь услышав твое имя. Хороший анекдот получится: «Кристофер Денова. — Ха-ха-ха!» — женщина засмеялась.

Юноша чувствовал, что его смешали с грязью, но как ответить — не знал. Любые слова окажутся недостаточно хлесткими для нее. Кроме того, он понимал, что попытка отомстить физически сделает ситуацию только хуже — Мари как мастер боя превосходила его на голову.

— Ну что ты замолчал? Пытаешься привыкнуть к увиденному? Ты проходи, садись. Я ведь не злодейка — не погоню мужа из дома. Пусть он и приехал без предупреждения.

— Я требую аннулировать наш брак, — выдавил из себя Кристофер.

— Да я бы с удовольствием, малыш. Но в имперской канцелярии начнут интересоваться причинами — мы ведь и года не женаты. Да и папочка твой против будет — он так старался, примиряя наши семьи. И Абель старался. Ты ведь хороший мальчик? Не захочешь расстраивать своего папочку и моего братца?

Крис заскрежетал зубами.

— Ну не расстраивайся, малыш. Будь послушным мальчиком — и все станет почти как раньше. Хорошего щеночка хозяйка всегда в свою постель пустит. Только плохие на коврике у двери ночуют.

Денова с глухим рычанием выскочил из комнаты, не в силах больше терпеть подобные издевательства. Огромными скачками он понесся в сторону посадочных площадок, намереваясь убраться из этого места как можно скорее.

Два часа спустя одетый по всей форме Унцо Веермах заглянул в кабинет своей начальницы.

— Лорд-командор, воздушный корабль, в который сел ваш муж, отбыл.

— Спасибо, Унцо, — рассеянно отозвалась Марианна, не отрывая взгляда от бумаг.

Адъютант кивнул и исчез за дверью.

— Мало того, что щенок, так еще и беззубый — даже укусить напоследок не постарался… — пробормотала женщина.

ГЛАВА 12

Ла Абель Гнец

— Ты не подашь мне вон то печенье? — попросил Сокол, указывая пальцем.

— Конечно. — Я передвинул одну из вазочек на его половину стола.

Мы сидели дома у Гнешека в его кабинете и непринужденно болтали. Точнее, Ингви непринужденно болтал, а я только делал вид, будто участвую в разговоре наравне с ним, и надеялся, что мои реплики достаточно легкомысленны и соответствуют моменту. У меня никак не получаюсь чувствовать себя действительно расслабленным, отыскивая второй и третий смысл в каждой фразе собеседника.

Мы все-таки провели с Риккой полную проверку дома на нежелательные магические сюрпризы, уложившись в запланированные три дня. Спали два раза, часа по четыре. Закончили только в восемь утра первого января. К сожалению, отдохнуть после этого не удалось — еще до обеда меня подняли, нарядили и отправили полусонного на большой прием, слушать очередную речь Ли Каласа о том, что в наступившем году нам будет ничуть не хуже, чем в прошедшем. Оттуда я попал на следующий прием, поменьше, где и проторчал почти до полуночи. Второе число оказалось ничуть не лучше первого — пришлось посетить еще пару вечеринок, поддавшись на уговоры сначала Фосса, а затем — Верица. После этого даже Рикка согласилась, что долг высокородного Ла перед аристократическим обществом выполнен полностью и мне можно остаться дома отсыпаться. Из-за всей этой круговерти в гости к Соколу я попал только четвертого числа, за что и поплатился — Ингви был дома совсем один и, пользуясь отсутствием жен, втянул меня в долгую светскую беседу с глазу на глаз. Хотя, вынужден признать, рассказывал он интересно, и если бы не необходимость напряженно следить за словами, от общения с ним можно было бы получать истинное удовольствие.

— Кстати, о печенье, — сделал я очередную попытку перевести разговор на более интересующую меня тему. — Насколько мы продвинулись в вопросе регистрации запрещенного оружия?

— Ну, если о печенье, тогда да. Это кстати, — как-то неопределенно выразился Гнешек и расплылся в широкой улыбке. Затем он сделал большой глоток вина и тут же захрустел взятым из вазочки крекером. — А что до вопроса, то он никак не продвигается. Потому как уже все зарегистрировано.

— О! — Я поразился оперативности работы. Все-таки в преддверии праздника Ингви был достаточно занят, чтобы заниматься еще и моими проблемами.

— Ага. — Сокол кинул в рот еще одно печенье. Как он умудрялся получать удовольствие от сочетания вина десятилетней выдержки и дешевых крекеров, было выше моего понимания. — Организовать нужные мероприятия оказалось достаточно просто — Ли Калас попросил помочь своего сына, а я немного поиграл на нервах Антона Крига. В итоге два генерала обменялись кое-каким вооружением, требующим учета в канцелярии Дома, и, как следствие, множество клерков оказались завалены работой прямо перед Новым годом.

— Эмм… А зачем были нужны такие меры? — Я поразился тому, сколько людей оказались вовлечены в решение моего вопроса: перевозка тщательно охраняемых грузов, прием их на склады, связанная со всем этим бумажная работа, наконец. — Ведь запрещенное оружие заносится в отдельный список начальником канцелярии. Он не спутает его ни с каким другим.

— А его и не надо путать. У нашей операции совсем другая цель. Ты в курсе, что сплетники сделали достоянием общественности куда больше секретов, чем самые лучшие шпионы? Но после наших действий все канцелярские работники оказались заняты делом, пытаясь успеть разгрести бумажные завалы перед праздниками, а тот самый начальник поторапливал подчиненных и принуждал их задерживаться на работе, вместо того чтобы, лениво потягивая чай из чашки, обсуждать со своим заместителем странное движение запрещенного оружия.

— Признаю свою ошибку. И постараюсь больше не лезть с попытками учить вас работать.

— Зачем же так сразу. Я совсем не против советов с твоей стороны.

— Тогда не буду зарекаться. Но можно не совет, а вопрос?

— Конечно.

— Подобная операция наверняка обошлась вам недешево…

— Ни копейки не стоила, — перебил меня Гнешек.

— А если мерить не деньгами?

— Тоже. Я никогда не беру с друзей платы, оказывая им разнообразные мелкие услуги. Они мне отвечают тем же. Мы не привыкли считаться в подобных вопросах. Именно по этой причине вся операция с бумажной волокитой ничего мне не стоила. И именно по этой причине она ничего не будет стоить тебе. — Сокол очень спокойно смотрел мне прямо в глаза.

— Благодарю, — медленно произнес я. Впервые вместо намеков прозвучало конкретное предложение. Пользуясь современным сленгом, Ингви приглашал меня вступить в клуб. Он обещал помощь, в меру собственных сил, — в обмен на такую же, но уже в меру сил моих. Вот только равноценен ли обмен?

— Обращайся, если что понадобится. — Гнешек вновь обратил свое внимание на бокал.

— Обязательно. Только ответьте еще на один вопрос. — Раз уж наша беседа повернулась такой стороной, то мне требовалось расставить все точки над «i». — Сомневаюсь, что вам и вашим друзьям может быть много пользы от курсанта. Или от офицера в чине не выше капитана, которым я собираюсь стать лет десять спустя. Значит, надеетесь на большее. Так чего именно вы от меня хотите? Генеральского чина, главенства над собственной семьей? Или мне сразу начинать примеряться к трону главнокомандующего?

— Можешь примеряться к трону, — лукаво блеснул глазами Ингви. — Но вообще я никаких требований выдвигать не буду. Ты юноша перспективный и сам возьмешь то, что захочешь.

— А если не захочу?

— Тогда и мои услуги не понадобятся. В мире все взаимосвязано.

— Я понял. Можете обращаться ко мне за помощью в любое время. — Надо быть идиотом, чтобы отказываться от таких условий. Впрочем, все сказанное отнюдь не значило, что теперь можно не следить за словами — своими и чужими. С Сокола вполне станется незаметно подтолкнуть высокородного курсанта в нужную ему сторону. — И раз уж мы заговорили об услугах, то, возможно, вам удастся оказать мне еще одну. Я решил озаботиться формированием личной службы безопасности. Хочу нанять несколько специалистов по слежке и всему, что к ней прилагается. У вас ведь наверняка есть список подходящих людей. Из тех, что не попали в Службу безопасности Академии из-за недостаточно высокой квалификации или по иным причинам, не связанным с лояльностью работодателю.

— Боюсь вас разочаровать, но такого списка у меня нет. — Сокол развел руками, едва не выплеснув вино на ковер. — Вернее — есть, но в нем числятся так называемые резервисты. Люди, которых мы привлекаем время от времени для решения различных задач. Рекомендовать же вам кого-нибудь из оставшихся я попросту не рискну. Они могут хорошо справляться с банальными задачами, вроде слежки за типичным горожанином, но на что-то серьезнее их умений не хватит.

— Жаль. Я, если честно, надеялся на хоть какой-то результат.

— Увы. Могу только предложить составить список объектов слежки и передать его мне.

— Спасибо, но меня все же больше интересует создание собственной службы. Где вообще находят подобных сотрудников?

— Кто где. Я, например, вербую людей, уже являющихся профессионалами в какой-либо области, не обязательно связанной со шпионажем, а потом занимаюсь обучением. Разнообразные курсы в моем ведомстве — дело обычное. Хотя попасть на них не по собственной инициативе считается дурным предзнаменованием. — Сокол усмехнулся. — Ваше семейство занимается обучением будущих сотрудников службы безопасности с нуля. Денова — тоже. Правда, последние явно перегибают палку с патриотическим воспитанием. К тому же они все никак не определятся с точным определением понятия чести, блюсти которую их наставники требуют в обязательном порядке. В результате иногда встречаются такие образчики «честных» шпионов, что только диву даешься.

— А еще? Какая-нибудь начальная школа разведки?

— Была одна такая. Лет триста назад. Создавалась под патронажем главы Дома Меча и просуществовала менее года. Представители всех семей, входящих в Дом, тогда очень рьяно заинтересовались будущими шпионами и принялись собирать информацию обо всех сразу. Другие Дома тоже не остались в неведении, хотя к ним сведений все же поменьше попало — секретность как-никак. Руководство вновь открытой школы не стало тянуть до первого выпуска, чтобы посмотреть на работу самых известных разведчиков империи, и заведение закрыли. Сейчас преподают лишь небольшое количество дисциплин, нацеленных на противостояние чужим шпионам и диверсантам.

— Меня контрразведчики в команде вполне устроят. Где их готовят?

— Да в любой воинской академии. Даже у нас преподают соответствующие дисциплины, начиная с третьего курса. Правда, более половины из них факультативны. К тому же не пользуются особой популярностью — некоторые лекции даже не читаются из-за отсутствия слушателей. Но в какой-нибудь не столь престижной академии, где учащиеся больше ориентированы на работу в органах правопорядка, а не службу в армии, можно подыскать нужных людей. Однако их все равно придется обучать — опыт у выпускников практически отсутствует.

— Вы совсем недавно говорили, что постоянно организуете курсы для своих сотрудников… — аккуратно намекнул я.

— Говорил. Но в одной группе моих и ваших служащих обучать все же не стоит. Давайте я выделю нужных вам преподавателей, а вы, в свою очередь, обеспечите обучение моих людей. По рукам?

— По рукам, — кисло отозвался я. Наивно было надеяться, что Сокол возьмется натаскивать моих людей просто так. — Осталось только подходящих инструкторов найти.

— С этим проблем возникнуть не должно. Я всегда готов организовать значительные группы слушателей, если лекции им будете читать вы или господин Цванг.

— Гм… У меня с преподавательскими талантами — не очень. Это скорее к Мелли. — Скользкую тему требовалось срочно сменить, пока Гнешек не загнал меня в угол и не выбил обещание. — Кстати, вы ведь еще два часа назад утверждали, что они с Зионой скоро должны прийти.

— Было дело, — не стал отпираться Ингви. — Они пару дней назад выяснили, что их нынешние наряды не совсем соответствуют современной моде, и сегодня отправились заказывать себе новые. Клятвенно пообещав, что к обеду вернутся. Так что рано или поздно появятся. Надо только запастись терпением.

— Ага. Они уточняли, к обеду которого дня вернутся? — За последние полтора года я достаточно общался с женщинами и понимал, что выбор нарядов может затянуться на неопределенное время.

— Кажется, нет. — Сокол улыбнулся. Он понимал ситуацию не хуже меня.

— Тогда я, пожалуй, не стану ждать. Вот допью эту чашку чая и отправлюсь домой.

Риккарда Сонано, горничная

Рикка как раз заканчивала протирать пыль с освобожденных под новые книги полок, когда дверь в библиотеку открылась, и появившаяся на пороге Сильвия, окинув взглядом обозримое пространство, спросила:

— Штефана не видела?

— Видела, — отозвалась Риккарда. — Утром. После чего он убежал выполнять поручения господина. Раньше вечера не появится.

— Жаль. — Сильвия поморщилась. — Ну да ничего. Пусть вечером, но я ему выскажу все, что думаю о такой организации охраны.

— Ты о чем?

— О складе, на котором Абель хранит еще не распроданные ящики с оружием. Не знаю, что вы там накрутили с магической системой безопасности, но обычная — никуда не годна. Такое ощущение, что Штефан попросту завел десяток человек в помещение, поручил охранять ящики и со спокойной совестью отправился дальше по своим делам. Нет, ну что это за приказ: «В случае чего, поднять тревогу и дальше действовать по обстоятельствам»? Да у нас в легионе за подобное мигом бы сержантских нашивок лишили. Или капральских, если уж на то пошло.

— Учитывая непонятность ситуации, вполне нормальный приказ, — попробовала оправдать Штефана Рикка.

— Для тебя — да. А для тех довольно простых парней, которые там дежурят, — нет. В общем, я приехала лишь затем, чтобы усилить охрану двумя нанятыми мной воинами, а в результате потратила полдня на отработку маневров. Хоть вбила в эти тупые головы некоторое понимание ситуации. — Сильвия вздохнула. — Заодно заставила их голема поближе к входу перетащить.

— А голема зачем? Господин Абель же говорил, что он дефектный.

— Как — зачем? Пусть пользу приносит. Все равно он там без толку пылится. А так хотя бы заставит немного задержаться тех, кто полезет через ворота. Заодно отвлечет часть огня на себя. Противник ведь не в курсе, что голем не действующий. Основы тактики — использовать то, что оказалось под рукой.

— Разумное решение.

— Кстати, что это ты делаешь? — Сильвия наконец заметила произошедшие в библиотеке изменения. — Перестановкой решила заняться? Мало поручений, которыми тебя завалил Абель?

— Это не перестановка. Господину прислали много новых книг по магии. Надо рассортировать их по группам, составить список и разместить на полках. Поручений немало, но это одно из них.

— Книги по магии? Так много? — Сильвия заинтересованно посмотрела на стопки фолиантов, занявших стол и пол вокруг него. — В них хоть оглавления есть?

— Почти во всех.

— Тогда давай я тебе помогу. Сама все рассортирую и расставлю на полках.

— Мм… Ты уверена, что справишься?

— Если не справлюсь, позову тебя. Много времени в любом случае не потеряешь.

— Тогда занимайся. Спасибо за поддержку. — Рикка собрала заранее сложенную в стопку упаковочную бумагу и направилась к выходу. Работы у нее и впрямь было много.

Ла Абель Гнец

— Обедать не буду, — заявил я прямо с порога открывшей было рот Рикке. — Сокол и так вынудил меня выпить восемь чашек чая, подкармливая при этом печеньем и прочими сладостями.

— Я всего лишь хотела сказать, что вас ожидает гостья, — невозмутимо произнесла горничная, дождавшись конца моей последней фразы. — Она сидит в гостиной уже полтора часа. Ее предупреждали, что время вашего возвращения неизвестно, но высокородная все равно решила дождаться.

— Да? Ну тогда извини. Хотя обедать все равно не буду. Даже вместе с гостьей.

Я направился в гостиную, гадая, кто бы это мог быть. Из всех девушек, способных нанести мне визит, в городе оставалась одна только Мелисанда, но она наверняка сейчас обсуждала с Зионой очередной наряд в одном из модных магазинов.

— Должна заметить, что ждала вас гораздо дольше получаса, Ла Абель. Хотя я все равно рада, что вы решили снизойти до бедной провинциалки. — Сидящая в кресле девушка томно вздохнула, прижав руки к пышной груди, призывно выглядывавшей из декольте.

— Аврелия?! — Я замер в дверях. — Никак не ожидал тебя здесь увидеть. Ты вроде бы заключила длительный контракт с армией?

— Всего лишь на год. Совсем вы не следите за судьбой своей бывшей официальной любовницы. — Она надула губы, изображая обиду. — Зря я, едва оказавшись в заслуженном отпуске, сразу поспешила сюда, только чтобы увидеть вас.

— Ну не то чтобы совсем не слежу, — отчего-то смутился я, — просто слишком занят был, вот и не вдавался в подробности.

— Раз вы так говорите, то это наверняка правда. — Девушка довольно улыбнулась. — У меня просто не остается иного выбора, кроме как простить вам отсутствие внимания к моей персоне. Разве может какая-то провинциалка лелеять надежду оказаться для высокородного Ла важнее его дел… — Она горестно вздохнула. Горестно и так глубоко, что ее грудь едва не выскочила из выреза платья.

— Разумеется, правда. — Я постарался взять себя в руки и задавить инстинктивные порывы тела. — Вот только не верится, что ты взяла отпуск только из желания встретиться со мной.

Аврелия всегда мастерски пользовалась дарованными ей природой достоинствами, заставляя окружающих мужчин думать только об одном, но сдаваться было рано. Это в прошлом году в моей крови текла отрава возбуждающего зелья. Сейчас же все было иначе — хотя тело и реагировало на красавицу, но разум не потерял способности мыслить.

— Вы, как всегда, проницательны, Ла Абель. — Девушка перестала соблазнительно изгибаться и села в кресле ровнее. — Вообще-то отпуск мне предоставили по просьбе матери, обратившейся напрямую к генералу Флобер. У нас, понимаете ли, традиция встречать Новый год всей семьей. Носителей фамилии Томбсмит немного — человек тридцать. И раз в году эти люди собираются вместе, чтобы посплетничать.

— Хорошая семейная традиция.

— Кому как. Говоря про «посплетничать», я вовсе не шутила. Мужчин из этих тридцати человек — всего четверо. В общем, я выдержала четыре дня всеобщего интереса к моей личной жизни, а потом позорно сбежала, оставив поле боя за родственницами. Мне срочно потребовалась мужская компания, и, по счастливой случайности, лучший из всех мужчин проводил новогодние праздники не с родственниками, а в одиночестве в Солиано.

— Да? И кто он?

— Ла Абель, вы временами бываете так недогадливы… — Аврелия вновь вздохнула, старательно демонстрируя большую часть своей груди.

— Бывает. Хотя я мыслю значительно быстрее и лучше, если меня не дразнить столь откровенными нарядами. — И ведь я знал, что она всего лишь играет, но бороться с самим собой подобное абстрактное знание ничуть не помогало.

— Хотите завернуть слабую женщину в плащ, чтобы сконцентрироваться на том, что она говорит? Таких завуалированных признаний мне еще никто не делал. — Она несколько секунд задумчиво смотрела вверх, а потом решительно тряхнула головой. — Я согласна. Несите плащ. Вы ведь не будете против, если под ним я избавлюсь от лишней одежды? Этого платья, например. Все равно вам ничего не будет видно.

— Не стоит… — медленно, с трудом разжимая стиснутые зубы, проговорил я. Неожиданно ворвавшийся в мой разум образ полуобнаженной Аврелии напрочь вытеснил оттуда все обитавшие там до этого мысли. — И прошу тебя — прекрати. Иначе я сбегу из собственного дома.

— Как пожелаете, Ла Абель. — Девушка потупила глаза. — Но могу ли я хотя бы надеяться на каплю вашего внимания в будущем?

— Ты можешь надеяться на хорошую компанию до ужина и во время него. И то только, если перестанешь меня провоцировать.

— А после ужина? — невинно спросила она.

— Обсудим, когда это время настанет. Мы договорились?

— На что только не пойдет женщина, чтобы добиться внимания интересующего ее мужчины, — вздохнула Аврелия, одергивая юбку и улыбаясь уже совсем иначе. — О чем будем разговаривать? Поведаете о достижениях в учебе?

— Вряд ли тебе будет интересно. Как одна из лучших курсанток последнего выпуска, ты должна помнить все подобные достижения наизусть. Лучше расскажи о своей службе.

— Нечего особенно рассказывать. Охраняем серебряные рудники. Скука смертная. Горы. Пыль. Сидим на одном месте. Время от времени бродим по кривым тропкам, называя это патрулированием. В среднем раз в месяц помогаем ловить забредшую не туда козу, чтобы побыстрее выдворить ее хозяина с закрытой территории. Вообще-то, по правилам, мы должны козу застрелить, как злостного нарушителя, а владельца животного выгнать из нашего района пинками, как нарушителя не особо злостного, но так никто не поступает. Горцы вполне безобидны, пока никто не покушается на их имущество. С ними вполне можно вести дела. Например, менять стрелы, которых на складах легиона до неприличия много, на самогон. За время службы я набрала изрядный опыт в области мелкой бытовой коррупции.

— Ты охраняешь те самые рудники Дома Весов? — Этот вопрос волновал меня гораздо больше, чем то, зачем Аврелии мог понадобиться самогон.

— Да, — кивнула девушка.

— А как же боевые действия? Насколько я слышал, они продолжались почти до конца лета.

— Какие там боевые действия. Наверняка вся эта история и началась-то с того, что какой-нибудь умник, соблюдая инструкцию, застрелил очередную незнакомую с положением о секретности козу. А ее хозяин, скорбя о любимом животном, объявил вендетту всему легиону и зарезал ночью другого умника, не справившегося с природными позывами и решившего полюбоваться красотами пейзажа с края обрыва. И пошло-поехало. В конце концов в одной из деревень совсем не осталось мужчин. Мстить стало некому, свободных женщин и коз разобрали соседние племена горцев. Ну а мое начальство объявило о победе и полном прекращении боевых действий.

— Занятно.

— Кому как. На мой взгляд, те же серые будни, только разбавленные новостями об очередном убийстве. Даже особого желания мстить не возникает. Местных жаль ничуть не меньше, чем наших солдат. Что они видели в своих горах, не имея особой возможности выбраться даже до ближайшего города? Кстати, о городе! — Погрустневшая было Аврелия встрепенулась. — Где-то раз в два месяца нам удается выбраться в Кахитан — вполне приличный городок. Одни его бани чего стоят! Да и вообще с развлечениями там гораздо лучше, чем можно было предположить.

— Кахитан? — удивился я. Название города мне было неизвестно. Что довольно странно, учитывая количество внимания, уделенного серебряным рудникам. Их разработкой заведовала императорская семья, и мы со Штефаном внимательно изучили все общедоступные сведения об этом предприятии. — А разве легион базируется не в Летендере?

— В Летендере расположена только охрана складов. И штаб. Еще там основное представительство торговцев из Дома Весов, в которое и стекается добытое серебро. Все. Даже бригады быстрого реагирования раскиданы по окрестным горам. А Кахитан — маленький городок километрах в ста от Летендера, если считать по карте, а не зигзагообразными тропами, которыми нам обычно приходится двигаться. Туда регулярно мотается изрядная часть офицерского состава — отдыхать подальше от начальства. Попутно мы еще охраняем какие-то тяжелогруженые подводы, идущие в Кахитан с окрестных гор. Не знаю, что там можно перевозить в таком количестве. Скорее всего, кто-то из капитанов зарабатывает дополнительно, сотрудничая с контрабандистами. Но тем грех жаловаться — грузы охраняются очень хорошо. Хотя виной этому скорее всеобщее желание попасть на отдых в нормальное место, чем что-либо еще.

— Понятно. Здесь, в Солиано, значительно веселее. Хотя я бы с тобой поменялся местами, лишь бы избавиться от приглашений, сыплющихся на меня как из рога изобилия. Но и не таких раздражающих событий хватает. Взять хотя бы соревнование, устроенное Денова.

— О, я вся внимание. Рассказывайте, Ла Абель.

Сильвия Стэн, мастер боевых искусств

— Сильвия, ужин почти готов, — позвала женщину заглянувшая в библиотеку Рикка. — Оставь работу и отправляйся приводить себя в порядок. Не стоит заставлять господина Абеля и его гостью ждать.

— Да. Сейчас. — Женщина оторвалась от длинного списка. — Жаль, не закончила. Хотя тут возни на час осталось. До ночи точно успею.

— Спасибо за помощь, — еще раз поблагодарила Рикка. — Не думала, что эта работа отнимет у тебя столько времени.

— Она бы и не отняла. Но я нашла интересный справочник и периодически с ним сверялась, чтобы лучше понять, куда отнести ту или иную книгу. Кстати, что такое правило Соваллиса? А то отсылки к нему встречаются, а самого правила нигде нет.

— Неудивительно. Правило Соваллиса — одно из основополагающих в современной магической теории. Оно встречается только в учебниках для начинающих. В нем говорится, что магические нити энергетических каналов, из которых состоит фигура заклятия, не должны пересекаться. Грубо говоря, если нарисованная фигура заклятия кажется тебе плоской, то в жизни она такой быть не должна. Это, кстати, одна из проблем современной артефакторики — гравировать трехмерные узоры еще никто не научился.

— И как решают проблему?

— Делают объемные узорные украшения вроде серег или витых колечек и браслетов. Чередуют материалы, пробивая каналы в камне и заливая их металлом. Наверняка есть еще какие-то ухищрения, но я почти ничего не знаю о создании артефактов. А почему ты вдруг заинтересовалась? Решила изучать магию?

— Наверное. Я еще сама точно не знаю. Возможность самостоятельно применять чары ночного зрения привлекает довольно сильно, но не уверена, что у меня хватит терпения и таланта на что-то более серьезное. Думала, определюсь, чего хочу, листая книги, но здесь только проклятия или магия крови. Начинать с чего-то подобного я точно не планировала.

— Наверное, тебе стоит обратиться за советом к господину Абелю. Он будет только рад такому стремлению и наверняка поможет с покупкой подходящих книг. Еще можно попросить его достать тебе пропуск в библиотеку академии. Получится или нет — неизвестно, но там очень много литературы из той, что тебя заинтересует.

— Я даже не задумывалась о таком. — Сильвия немного растерялась. — С другой стороны, кто мешает мне просто спросить?

— Вот за ужином и спросишь. А сейчас тебе стоит пойти в ванную комнату. Иначе ты рискуешь на него опоздать.

К тому моменту, когда Мика закончила накрывать на стол, Сильвия, естественно, не опоздала — ведь Рикка не была бы Риккой, не приди она с предупреждением немного заранее. А вот с вопросом не сложилось. Абель был не один — рядом с ним сидела девица с лицом и телом, достойными общеимперского конкурса красоты.

— Знакомьтесь, дамы, — произнес Гнец. — Моя наставница по боевым искусствам Сильвия Стэн. Выпускница нашей академии Ло Аврелия Томбсмит.

— Очень рада знакомству. — Ехидно улыбаясь, Сильвия протянула ладонь для рукопожатия — маленькая месть холеной аристократке, наверняка привыкшей дистанцироваться от простолюдинов. Впрочем, судя по тому, как Гнец ее представил, «выпускница» смогла добиться от него не больше прочих охотниц за высокородным мужем, что тоже грело женщине душу.

— Взаимно. — Ответная улыбка была не менее ехидной, а рукопожатие — крепким.

— Надеюсь, вам здесь все пришлось по вкусу? — Подобный интерес должна была проявлять хозяйка дома, а отнюдь не наемная работница, но кто обвинит инструктора по боевым искусствам в доскональном знании этикета?

— Разве может быть иначе в доме, имеющем такого хозяина, — отбила выпад гостья.

— Тогда, раз все собрались, прошу к столу. — Сильвия чувствовала, что ее начинает заносить, но ничего не могла с собой поделать. Аристократка была не просто бесстыдно красива. Она настойчиво соблазняла Абеля на глазах у всех, старательно принимая позы, непозволительные в приличном обществе. И вот этого наставница по боевым искусствам прощать сопернице не собиралась.

— Уже идем. Ла Абель, вы ведь проводите меня к столу? — Вставая, Аврелия обвила руку Гнеца своей и, взглянув прямо в глаза Сильвии, подмигнула.

Себастьян Лестерин по прозвищу Молчун сидел у чердачного окошка, смотрел на видимую ему часть невзрачного серого здания и размышлял о том, не пора ли сворачивать операцию. С одной стороны, его люди уже собрали довольно много данных — достаточно, чтобы составить подробный отчет. А с другой — лично ему было совершенно непонятно, какие же из имеющихся данных можно сделать выводы. И хотя формально работа сделана, Молчун подозревал, что его нанимательница может остаться недовольной результатами. Деньги она, разумеется, выплатит полностью, но собственная репутация волновала Себастьяна никак не меньше золота. Руководствуясь последним соображением, он и собрал свою команду вокруг склада, принадлежащего Гнецу. Изначально планировалось скрытное проникновение на объект с целью узнать, что именно там хранится, но наблюдение за окрестностями здания в течение недели заставило Молчуна пересмотреть свое решение. Остановила его не система сигнализации и не охрана — диверсанту со стажем встречались и более сложные схемы защиты, — а начавшаяся вокруг склада суета.

Первым был объявившийся перед Новым годом типчик. Скрытно работать он умел из рук вон плохо и быстро исчез. Но через три дня появились другие. Эти прятались гораздо лучше, хотя тоже не задержались. А сегодня приезжала наставница Гнеца по боевым искусствам. Усилила охрану, потренировала действия на случай отражения атаки, извлекла откуда-то из глубин склада голема, расположив его прямо напротив входа, и отбыла в обратном направлении. В таких обстоятельствах даже идиоту стало бы ясно — что-то ожидается со дня на день. Вот и размышлял Себастьян, стоит ли риск возможности получить действительно ценную информацию.

— Молчун, у меня чужой, — послышался прямо в голове голос Карла. — Прошел по девятому проходу в сторону Лайона. Секунд через пять покажется.

— Действуем как обычно. Себя не демаскируем, наблюдаем. Больше никого не заметили? — Одним из преимуществ команды магов была возможность на небольших расстояниях обращаться Зовом сразу ко всей группе.

— Нет.

— Никого.

— Ни души.

— Никого не вижу, — с некоторым запозданием пробормотал Лайон. — Карл, ты со временем не ошибся?

— Вроде нет. Сейчас сменю позицию и посмотрю: может, он посреди прохода застрял. — Три секунды тишины. — Проклятье! Здесь еще один.

Себастьян молча стал пробираться к противоположному концу чердака, откуда была возможность видеть позицию Лайона. Незваные гости определенно представляли большую опасность, чем никуда не собирающаяся уходить стена склада.

— Кажется, засек какое-то движение. Сейчас… — Зов Лайона прервался.

Проклятье! Молчун рванулся вперед, уже не опасаясь демаскировать себя перед обитателями дома, на чердаке которого находился. Вот и окно. Себастьян подпрыгнул, цепляясь за стропила, подтянулся, забираясь на них. А затем зацепился ногами и свесился головой вниз, осторожно выглядывая наружу. Он видел достаточно мертвецов, считавших позицию сбоку или снизу от окна достаточно защищенной от бронебойных стрел, и не собирался облегчать задачу вероятному вражескому снайперу.

Лайона видно не было. Но рядом с небольшим закутком, выбранным подчиненным Себастьяна в качестве укрытия, находился человек, абсолютно точно не принадлежащий к их отряду.

— Карл, второй — на тебе.

Разбив окно, Молчун метнул вниз алхимическую световую гранату. Плевать на маскировку. Дело сделано, а терять людей всего лишь в надежде на получение дополнительной информации Себастьян не собирался. Толстостенная стеклянная сфера ударилась о камни мостовой, тонкая перегородка, делившая ее содержимое на две части, раскололась, и смешавшиеся реагенты породили яркую вспышку. А пальцы лорд-капитана уже сплетались между собой, создавая знак за знаком — Молчун не был мастером магии и в стрессовых ситуациях, когда голова была занята анализом окружающей обстановки, использовал жесты в качестве помощи при сотворении заклятий. Неизвестный попытался убраться с открытого пространства, но, ослепленный и дезориентированный, не сумел сразу определить нужное направление, и Себастьян накрыл его сетью молний. И, не дожидаясь, пока попавшее под электрический удар тело перестанет дергаться, выпрыгнул в разбитое окно.

— Мой готов, — доложился Карл. — Вырублен, но живой.

— Принял. — Молчун пробежал мимо поверженного врага.

Лайон лежал, скорчившись, рядом со своим закутком. При приближении лорд-капитана он чуть шевельнулся и застонал — видимо, тоже был поражен кратковременным шоковым ударом вроде того, которым его командир разделался со своим противником. Себастьян облегченно вздохнул: никто не умер, а значит, вендетты между ним и хозяевами неизвестных не будет. Заводить себе врагов среди граждан империи диверсант со стажем не собирался. Ему хватало их наличия в дальнем и ближнем зарубежье.

— Всем. Лайон жив. Противников не добивать. Мы уходим. — И, помолчав, добавил: — Сворачиваем операцию.

ГЛАВА 13

Ла Абель Гнец

— Ваша карета подана, Ло Аврелия, — сообщила вошедшая в гостиную Рикка.

— Благодарю, — кивнула горничной девушка. — Жаль, но мне пора ехать, Ла Абель. Надеюсь, вы навестите меня в ближайшие дни, как обещали?

— Обязательно.

— Тогда не буду вам больше сегодня докучать. Конечно, если вы абсолютно уверены, что не хотите предложить мне остаться на ночь…

— Абсолютно уверен. — Я изобразил легкую улыбку. Очень надеюсь, что она вышла небрежной, как мне и хотелось, а не вымученной, как запросто могло быть на самом деле. — Пойдем, провожу тебя до кареты.

— О, не утруждайте себя. Я вполне способна пройти такое небольшое расстояние самостоятельно. К тому же стоит вам покинуть дом, и ваша надсмотрщица по боевым искусствам может заподозрить меня в похищении высокородного Ла с целью надругательства.

— Ты хотела сказать «наставница»?

— Да-да. Именно «наставница». Видимо, оговорилась. — Лицо Аврелии приняло задумчивое выражение. — Или нет…

— Надеюсь, у тебя нет к ней никаких претензий? — немного обеспокоился я. За ужином женщины устроили настоящую баталию, большая часть которой оказалась недоступна моему пониманию. Я уже достаточно хорошо разбирался в словесных играх, чтобы распознать укрытые за дружелюбными улыбками язвительные замечания, но суть женской пикировки так и осталась для меня тайной за семью печатями.

— Какие могут быть претензии? — удивилась Аврелия. — Скорее я должна быть ей благодарна за избавление от конкуренток. К тому же ссориться с мастером боевых искусств может быть опасно. Знаете, Ла Абель, как я не люблю дуэли! Бывает, выиграешь какую-нибудь схватку, а зрители потом обсуждают, как ты выглядела в запыленной одежде и со следами пота на лице. А уж проигрывать, да еще и в вашем присутствии, для меня совсем непозволительно. Вы ведь понимаете, Ла Абель?

— Понимаю, — кивнул я, хотя на самом деле не видел никакого смысла в этих женских страхах. Ну, увидели ее когда-то взмокшей или растрепанной, и что с того? Та же Сильвия потеет во время каждой тренировки, оставаясь при этом такой же привлекательной, как и в любое другое время.

От разговора нас отвлекло вежливое покашливание Рикки.

— Ах да, — спохватилась Аврелия, — меня же ждут… До завтра, Ла Абель.

— До свидания, — не поддался на ее уловку я.

Девушка выпорхнула из комнаты, уведя за собой Рикку и оставив меня в одиночестве. Какое-то время еще слышался ее голос, просящий горничную подать то одно, то другое, но затем он затих. Хлопнула дверь. Спустя минуту за моей спиной послышались шаги. Они приблизились и замерли совсем рядом.

— Абель… — как-то неуверенно начала Сильвия, не спеша проходить дальше и показываться мне на глаза. — Я бы хотела извиниться за произошедшее во время ужина. Понимаю, что вела себя непозволительно нагло…

— Забудь. — Я оглянулся через плечо, чтобы видеть лицо женщины. — Подумаешь, поцапались немного. Аврелия всегда норовит сказать что-нибудь эдакое, вывести окружающих из себя. Мне, например, редко когда понятна хотя бы половина ее намеков. Зато подобные разговоры — отличный способ тренировать самообладание.

— Ты так говоришь… — Сильвия замялась. — Может, это было незаметно, но я почти оскорбляла твою гостью. К тому же вела себя, словно хозяйка вечера.

— Она не в обиде — я уточнял. А с ролью хозяйки ты прекрасно справилась. Точно лучше меня. Может, попробуешь еще раз? Как раз семейство Гнешека на следующей неделе должно заглянуть. — Я уже предвкушал, как кто-то, кроме меня, будет суетиться вокруг гостей и интересоваться, все ли им понравилось. Все же визит Сокола мной рассматривался как полуофициальный, и ударить в грязь лицом совсем не хотелось. А Сильвия сегодня справилась с демонстрацией заботы о визитерше просто великолепно. Ничуть не хуже моей сестры. Если, конечно, не считать небольших трений между нею и Аврелией, но последнее вполне естественно — Ло Томбсмит при желании могла достать кого угодно.

— Я? — женщина растерялась. — Но это, скорее, работа Рикки…

— Не уверен. Тебе больше придется развлекать гостей, чем заботиться об их физическом комфорте — это совсем иная работа. К тому же, оказывается, Рикка с Мелисандой недолюбливают друг друга, а я не хочу, чтобы кто-нибудь из них чувствовал себя неловко. В конце концов, вы можете взяться за работу вдвоем.

— Я попробую, — осторожно произнесла Сильвия.

— Вот и прекрасно.

Браслет на моей руке тихо пискнул. Еще один гость? Они что, сговорились? Вроде бы в связи с новогодними праздниками курсанты должны были разъехаться из Солиано по домам, а не спешить в летнюю столицу, чтобы нанести мне визит.

— Господин Абель, к вам Ли Кристофер Денова, — объявила Рикка, пропуская в гостиную идущего за ней юношу.

Ли Кристофер Денова

— Здравствуй, Крис. — Абель встал навстречу другу. — Совсем не ожидал твоего визита. Думал, ты сейчас гостишь у Марианны.

— Добрый вечер, Абель. Извини, что так поздно. — При упоминании имени жены левое веко Кристофера непроизвольно дернулось. — У нас с Мари вышла некоторая размолвка, и я решил вместо отдыха заняться делами.

— Делами? — Гнец растерянно захлопал глазами, совсем как год назад.

— Да, — кивнул Денова. — Ты меня извини, но я зашел совсем ненадолго и только для того, чтобы изложить свою просьбу.

— Поднимемся ко мне? — спросил Абель.

— Не обязательно. Секретов семьи или Дома я разглашать не собираюсь, а обычным распространением сплетен твои слуги не увлекаются. — На самом деле Крис стыдился выступать в роли просителя, да еще и при свидетелях. Но он уже решил, что будет тренировать силу воли и умение держать лицо при посторонних, и собирался начать не откладывая.

— Хорошо, давай поговорим тут. Может, все-таки присядешь?

— Если только ненадолго. — Крис опустился в ближайшее кресло. — Я хотел попросить у тебя денег в долг. Пять тысяч. Но согласен и на четыре. Или… — Денова заставил себя остановиться — фраза про готовность принять любую сумму прозвучала бы слишком жалко. Не стоило унижаться сверх необходимого. Если Абель не имеет нужного количества золота, он сам назовет сумму, которую может дать. — Я готов выплатить проценты по займу.

— Не надо о процентах, — попросил Гнец, — мы все-таки друзья. На какой срок тебе нужны деньги?

— Месяцев шесть-семь. Возможно, меньше, но гарантированно вернуть долг смогу только через семь месяцев — где-то в июле.

— А могу я узнать, зачем тебе такая сумма? Это ведь не секрет?

— Нет. Хочу организовать настоящий турнир, а не просто соревнование для нескольких десятков групп курсантов, как планировал сначала. Поэтапный, с отборочными турами, рейтингами и прочим. С участниками из разных городов, достойными призами и, естественно, большим количеством зрителей. Что-то вроде общеимперского состязания по боевым искусствам, только для молодежи, и демонстрироваться будет не столько искусство сражения, сколько умение оценивать окружающую обстановку и отдавать нужные приказы — лидерские качества, в общем.

— Эмм… — Абель был поражен грандиозностью задачи. — Не обижайся, Крис, но ты уверен, что действительно сможешь организовать настолько сложное мероприятие? Пять тысяч — не такие уж большие деньги, их точно не хватит.

— Смогу, — твердо заявил Кристофер. — Я отдаю себе отчет, что для организации чего-то подобного нужен специфический опыт. Потому и нанял двух специалистов по организации турниров из Дома Бубенцов. Достаточно высокооплачиваемых и имеющих опыт работы в нужной области. Они будут решать большинство практических вопросов и указывать мне на подводные камни. А насчет денег… Я уже занял у сестер и брата, прежде чем прийти к тебе. Даже оценил весь свой гардероб и немногие личные драгоценности, чтобы продать их или заложить в случае нехватки средств. Узнал расценки на кредиты, предлагаемые разными ростовщиками, хотя надеюсь избежать необходимости брать у них взаймы, если ты сможешь ссудить мне названную сумму. Кроме того, отборочные состязания отстоят от финальной части турнира на достаточный срок, чтобы я успел воспользоваться еще и золотом, вырученным за продажу билетов на зрительские места. Да и взносы за право участвовать в турнире пойдут в дело практически сразу.

— И многие, по твоему мнению, будут платить? — скептически поинтересовался Абель.

— Боюсь, что слишком многие. На самом деле, я надеюсь таким образом не столько заработать, сколько отсеять тех, кто не питает надежды ни на победу, ни на достойное выступление. Если будет избыток состязающихся — мы можем не справиться. К тому же избыток неудачных демонстраций во время отборочных туров уменьшит интерес публики. А минимальное количество участников соберется хотя бы благодаря призам.

— Дорогие?

— Дело не в их стоимости. — Крис устало улыбнулся, справедливо гордясь собой. — Просто мы будем составлять рейтинг участников и рассылать его всем генералам империи. А три победителя турнира получат возможность сразу заключить контракт с армией моего отца. С возможностью отсрочки до окончания учебного заведения, разумеется. Да просто попав в первую сотню, уже можно надеяться на более выгодное предложение службы, чем обычно. От такого не только простолюдины, а даже аристократы с их связями не отказываются. Тем более что участие в турнире могут принять курсанты всех воинских школ империи.

— И давно ты все это задумал?

— Превратить состязание между курсантами нашей академии в большой турнир? Дней пять назад. Но не волнуйся, Абель, предварительный план с расчетом денежных средств уже готов. Специалисты из Дома Бубенцов его смотрели, внесли кое-какие поправки и решили, что с вероятностью процентов девяносто мы в расчетные суммы уложимся. У меня было много времени на размышления и планирование, пока я мотался на воздушных кораблях из одной точки империи в другую. — Крис вздохнул. — Если тебя беспокоит моя способность отдать долг, то могу предоставить дополнительные гарантии. На тот случай, если я окажусь еще более наивным, чем обычно, и спущу все деньги, включая заработанные при проведении отборочных туров. Отец, по словам Пауля, тоже готов дать мне денег. И хотя я очень не хочу идти к нему, но в крайнем случае, чтобы отдать тебе долг, я наплюю на свою гордость и попрошу у него золота.

— Это не обязательно, — поморщился Абель, — думаю, мы всегда сможем договориться и без таких жертв. Я дам тебе семь тысяч. Больше, к сожалению, не могу.

— Спасибо… — выдавил из себя Крис. Сумма была значительно выше той, на которую он надеялся. Юноша сглотнул внезапно подкативший к горлу комок и постарался удержать наворачивающиеся на глаза слезы. Сначала родственники, теперь Абель. Все они ссуживали ему значительные средства, не желая при этом нажиться и не прося никаких гарантий возврата вложенных денег.

— Да не за что. Я могу помочь еще чем-нибудь, кроме золота? Например, договориться с Ли Каласом об использовании его иллюзионистов для создания полноценного полигона.

— Не надо. Я уже обсуждал этот вопрос с одним из магов. Если проводить соревнования так, как планируется — отборочные туры в апреле, а финал турнира во второй половине июня, — то никаких проблем с привлечением иллюзионистов возникнуть не должно. Больше всего чародеи заняты именно в мае и первой половине июня, когда курсанты сдают экзамены. В остальное время подрабатывать на стороне никто им особо не мешает.

— Уверен? Все-таки участие в подготовке турнира — не просто подработка. А если Ли Калас вдруг займет своих иллюзионистов работой с утра до вечера? Тут лучше подстраховаться.

— Спасибо за подсказку. Но на этот раз я должен сделать все сам, Абель. Без твоей помощи. — Кристофер посмотрел другу в глаза. — Я хочу понять, чего стою на самом деле. Достоин ли уважения окружающих или одних только насмешек. Этот турнир — мой шанс. Я тоже борюсь за свой главный приз. Хотя и не как участник состязаний.

Ла Абель Гнец

Некоторое время я просто стоял и смотрел на закрывшуюся за Кристофером дверь. В голове крутилась одна-единственная мысль: «Что это было?» Нет, то, что первопричиной внезапной деловой активности моего друга являлась либо сама Мари, либо еще какой-нибудь общительный представитель моей родни, было очевидно. Но вот что именно они могли сказать или сделать, чтобы добиться столь впечатляющего эффекта? Помнится, когда на кону стояла жизнь Криса, количество посещавших его голову идей было значительно меньше.

Проклятье! Денова настолько меня поразил, что я пообещал ему почти все оставшиеся на банковском счете деньги! Как бы самому не пришлось к ростовщикам идти, учитывая расходы на только что открывшуюся транспортную компанию и непонятную ситуацию со слежкой. Ну да ладно. Переживу как-нибудь. Все-таки я чувствовал себя немного виноватым перед Крисом за то, что уговорил его жениться практически вслепую. Мог ведь поведать о том, какая Мари на самом деле язва, но не стал — предоставил ему возможность самому узнавать на практике все милые особенности характера супруги. Теперь вот откупаюсь золотом от собственной совести. Ну и пусть. Еще заработаю. Дела Мойла идут все лучше и лучше, а он, слава Совершенству, никогда не забывал своевременно переводить на мой банковский счет положенные проценты.

В общем, потом решу, где брать деньги, — когда они действительно понадобятся. О Кристофере и неожиданных изменениях в его характере тоже подумаю попозже. Начало турнира еще не скоро — успею определиться, чем можно помочь Денова, не затронув его гордости. Сейчас же стоило обдумать куда более важный вопрос — как использовать то, что мне поведала Аврелия?

Прогулявшись до библиотеки, я обзавелся толстым географическим атласом империи. Раскрыл его на нужной закладке и принялся изучать. Судя по всему, маленький городок в предгорьях, отмеченный белым кружком без подписи, и был Кахитаном. Конечно, в отсутствие названия об этом сложно было судить наверняка, но только один из внесенных в атлас населенных пунктов более-менее соответствовал данному девушкой описанию. По-хорошему, мне стоило приобрести нормальную карту региона, но где ее взять в такое время? Буду сегодня исходить из предположения, что не ошибся, идентифицируя городок, а завтра прямо с утра отправлюсь в магазин.

Я еще раз внимательно изучил нарисованную местность, пытаясь понять, по каким причинам «весовщики» могли отправлять грузы именно в Кахитан. В то, что легионеры занимаются сопровождением контрабанды, мне просто не верилось. Флобер не настолько глупа, чтобы заниматься чем-то подобным в непосредственной близости от охраняемых ею же серебряных рудников императорской семьи. А значит, генерал действует в полном соответствии с пожеланиями своих нанимателей. Осталось понять, что же в таком случае сопровождают ее легионеры.

Вряд ли серебро, как предполагала Белинда. Это попросту глупо — изымать часть добычи рудников и отвозить ее в Кахитан: слишком заметно. Гораздо проще снимать «излишки» после прибытия руды на склады Летендера. Значит, возят что-то другое. Вот только что? Никаких границ, даже внутренних, в непосредственной близости от гор нет, так что контрабанда обычных товаров ради экономии на пошлинах и сборах тоже отпадает. Наркотики или иные запрещенные к продаже предметы и вещества? Возможно, но крайне сомнительно. Семья Риттершанц слишком богата и влиятельна, чтобы рисковать, связываясь с чем-то подобным. Император считается гарантом порядка и спокойствия в стране, и столь вопиющее нарушение законов может и до смены династии довести. Теоретически. Но в любом случае неприятности светят немалые. Глупо так рисковать, имея огромные возможности относительно честного увеличения своих денежных запасов. Так что этот вариант тоже отбрасываем. Получается, груз должен быть чем-то производимым или добываемым в этих же горах. Что там производят горцы? По словам Аврелии, исключительно коз и самогон. Ни то ни другое особой ценности не представляет. Остается добыча. Описав круг, я вернулся к тому же, с чего начал, — серебру.

В принципе предположение о вывозе драгоценного металла вполне логично. Настолько логично, что многие разумные люди, имеющие доступ к соответствующей информации, давно сделали такой вывод. И даже успели им поделиться с другими интересующимися — мной, Штефаном и Совершенство знает кем еще. Так чем их вывод не устраивает меня? Может, своей очевидностью? Императорская семья, практически не скрываясь, нарушает экономическое законодательство страны. Но если подумать, а кто будет предъявлять претензии? Комиссия по налогам? Так по бумагам в Летендерском представительстве наверняка все в порядке, а Кахитан вообще никакого отношения к рудникам не имеет. Конкуренты? Смешно. По меркам крупных семейств, утаенное императором невелико. Серьезный удар таким разоблачением не нанести, зря только силы растрачивать. Иные недоброжелатели? Да кому это надо? Риттершанцы потеряют крошечную часть своих доходов, а разоблачитель нарвется на ответный выпад одного из сильнейших семейств. Никто особо не выиграет от раскрытия тайны, так что можно чрезмерно не таиться.

Все правильно, все логично. Только странный выбор пути для вывоза руды не дает мне окончательно поверить в общепризнанную версию. Аврелия говорила про тяжелогруженые повозки. Каким образом настолько большое количество серебра незаметно изымается на рудниках? А кстати, насколько большое? Надо было уточнить у Аврелии, как часто она посещает Кахитан. Ладно, попробую предположить самостоятельно. Допустим, караван проходит не реже раза в месяц — девушка служит всего полгода, но говорит о нем как о чем-то привычном. Если бы за это время прошло всего два-три рейса, она бы отзывалась о нем иначе. Около двух десятков повозок — об этом Аврелия тоже упоминала.

Я попробовал сделать примерный расчет на бумаге и с удивлением воззрился на полученные цифры. Достал из ящика стола имеющуюся документацию и отыскал в ней официальные данные о добыче по рудникам. Сравнил. Если я не ошибся, определяя конечное количество полученного серебра, то содержимого повозок хватало на еще один небольшой рудник. С учетом их прохода раз в месяц. А если чаще? Аврелия ведь говорила, что повозки идут неизвестно откуда. Получается, император обманул всех, позволив окружающим увидеть факт утаивания части серебра, но не ее истинный объем.

Кажется, теперь я знал, где можно нанести удар по моим противникам. Осталось только уточнить несколько спорных моментов и произвести разведку. Обязательно надо навестить Аврелию, как обещал. Возможно, даже составить ей компанию, когда она отправится обратно в расположение легиона. Благо свободное время позволяет.

Ло Аврелия Томбсмит

Удобно расположившись на сиденье кареты, Аврелия с улыбкой вспоминала нанесенный визит. Благо было что вспомнить. Одна только наставница по боевым искусствам, умеющая играть словами лучше некоторых аристократок, чего стоила… Конечно, сейчас эту простолюдинку с высокородной не спутать, но пара лет занятий у хорошего преподавателя этикета вполне способны исправить ситуацию. Сделать ей, что ли, такой подарок? Наверное, не стоит, а то Абель подумает невесть что. Он ведь явно спит с этой женщиной, иначе она не вела бы себя столь вызывающе.

Теперь стало понятнее и отношение Гнеца к самой Аврелии: высокородный Ла просто не желает связываться с аристократками. Тело молодого человека совсем не против небольшой интрижки с приглянувшейся женщиной, а мозг подсказывает, что спать можно и со служанками, которые обходятся гораздо дешевле. Разумный подход, учитывая количество увивающихся вокруг него «охотниц за мужем», не желающих понимать, что Ло — совсем не пара сыну главнокомандующего. Впрочем, сама Аврелия от своих притязаний отказываться не собиралась. Ей ведь нужен не муж, а всего лишь покровитель, способный вовремя замолвить словечко перед нужными людьми. Мачо обладать талантами — нужно, чтобы их заметили. А то ведь можно грызть землю от усердия и, дослужившись до звания капитана, отправиться оборонять важный стратегический объект в какое-нибудь захолустье, где даже такой дыры, как Кахитан, поблизости не наблюдается. Нет, Аврелии совершенно точно нужен был покровитель — она достаточно насмотрелась на коз и «слегка нетрезвых» сослуживцев, отпускавших сомнительные комплименты ее красоте. Гнец на роль такого покровителя подходил идеально. Постель же в их случае должна была стать приятным, но вовсе не необходимым дополнением. Жизненный опыт упорно твердил Аврелии, что женщины, с которыми мужчина спал, задерживаются в памяти последнего на куда больший срок, нежели все остальные.

Жаль только, что с Абелем стандартный способ упорно не хотел срабатывать. Но на такой случай у девушки был запасной план: раз Гнецу недостаточно красивой и раскрепощенной женщины, придется продемонстрировать ум и, по возможности, некоторую бытовую полезность. Например, снабжая его новостями. Надо попытаться вспомнить подробности о контрабандистах, которые не успели всплыть в сегодняшнем разговоре. Юноше наверняка будет интересна любая мелочь, не зря же он так часто возвращался к этой теме, хотя и старательно пытался скрыть свой интерес. Судя по всему, Флобер возомнила себя слишком умной, решив не делиться с главнокомандующим положенными процентами, и в ближайшее время генерала будет ожидать неприятный сюрприз. Так бывает, когда подчиненных не предупреждают о том, что некую информацию стоит держать в тайне. Аврелия ведь не сотрудник службы безопасности, а обычный офицер и не обязана сама догадываться о степени секретности попавших в ее руки сведений. То, что кое-кто из ее сокурсников после окончания академии выбрал стезю рыцаря плаща и кинжала, да еще и саму девушку с собой приглашал, вовсе ничего не значит.

Вспомнив о сокурсниках, Аврелия решила, что надо бы навестить Тори. Все равно Абель, несмотря на обещание нанести визит, раньше чем через пару дней не появится, так что сейчас самое время посетить старую знакомую. И прихватить с собой какой-нибудь подарок, поценнее обычных безделушек. Все-таки именно благодаря своевременному письму приятельницы Аврелия покинула дом и поспешила в летнюю столицу. Иначе до сих пор выслушивала бы жалобы пожилых родственниц на свое поведение и отбивалась от назойливых попыток сосватать ей очередного кавалера, у которого из достоинств лишь личный счет в банке и не самая короткая родословная.

Но Тори, бывшая в курсе некоторых планов Аврелии и имеющая возможность получать самую разную информацию благодаря стажировке в Службе безопасности Солиано, написала, что Гнец проводит каникулы в летней столице. Чем и спасла девушку от продолжения общения с родней. Ибо попытки обзавестись таким покровителем однозначно важнее выслушивания «мудрых» замечаний пожилых представительниц рода Томбсмит. Нет, подарок для Тори совершенно точно должен быть не из дешевых.

Давид наполнил вином очередной бокал. Вернее, половину бокала, потому что бутылка не вовремя решила показать дно. Эта была уже третьей, а желанное опьянение все никак не хотело приходить. Так же, как и сон. В какой-нибудь другой день мужчина воспользовался бы снотворным, но изготавливаемое его личным целителем лекарство плохо взаимодействовало с алкоголем, превращая утреннее похмелье в нечто ужасное. Притом что в обычном случае похмелья не наблюдалось вообще. Наследник императора подозревал, что эскулап подобным образом пытается заставить его вести здоровый образ жизни, но менять прекрасно зарекомендовавшего себя сотрудника не собирался.

Да и не в снотворном было дело. Просто неожиданно произошло слишком много событий, требовавших его пристального внимания. Тамара каким-то образом умудрилась протолкнуть свою кандидатуру в качестве представителя императора на некоторых обязательных мероприятиях. В итоге для простолюдинов это выглядело так, будто старшие дети правителя пользуются примерно равным доверием и, соответственно, обладают равными долями власти. Аристократы не столь наивны, но кое-каких сторонников своей эскападой старшая сестра вполне способна приобрести.

По-хорошему, Давиду сейчас стоило бы наносить визиты, нейтрализуя последствия действий Тамары или хотя бы выражая озабоченность ими, а он уже второй день сидит в Солиано и ждет от Фроста уточнения сведений. Эбенезер умудрился, преодолев сопротивление агентов Денова, выйти на два склада, где теоретически могут до сих пор храниться яйца феникса. Вот только наследнику императора не нравилось слово «теоретически» — он хотел большей точности.

— Владыка. — Входная дверь приоткрылась, впуская секретаря. — Вы просили сообщить, как поступят новые известия.

— Да. Что там? — Давид залпом допил вино.

— Прошу прощения, Владыка. — Секретарь низко поклонился. — Возможно, ничего важного, но из города явился сотрудник службы безопасности, который счел позволительным разбудить господина Фроста. Я решил предупредить вас об этом заранее, пока вы не легли спать.

— Хорошо. — Давид подавил раздражение. — Ты правильно поступил. Вели расчистить дорогу от любопытных — я сам навещу Эбенезера, пока он принимает доклад.

Пять минут спустя успевший привести одежду в порядок Владыка шагал пустыми коридорами, дворца. Его охранники сработали как всегда безупречно, не мозоля глаза и не позволяя это делать другим. Еще пять минут, и Давид без стука распахнул дверь отведенных Фросту покоев, по-хозяйски шагнув через порог. Он не боялся застать хозяина в неподобающем виде — самой первой комнатой, так же как и в апартаментах самого наследника, являлся кабинет.

— Владыка. — Привставший со стула Эбенезер поклонился. Стоявший перед ним навытяжку служащий поспешил последовать примеру своего начальника.

— Без церемоний, — прервал его Давид. — Что стало известно нового?

— Гарантий никаких по-прежнему нет, но по косвенным признакам один из проверяемых складов — именно тот, что нам нужен. Во всяком случае, на нем хранят нечто действительно серьезное. Настолько серьезное, что сегодня днем, усиливая охрану помещения, в нее включили не только людей, но и голема. Это не считая сложной магической охранной системы, о которой я упоминал ранее.

— И что из упомянутого тобой настолько важно, чтобы докладывать посреди ночи? — перебил лорд-капитана наследник.

— Дело в том, что полчаса назад произошло боевое столкновение между моими сотрудниками и неизвестными наблюдателями, обнаружившимися в окрестностях склада. Теперь охрана объекта извещена о нашем присутствии.

— То есть твои бездари вместо добычи ценной информации спровоцировали драку с Денова, — констатировал Давид.

— Это были не Денова. Они отступили в противоположном от склада направлении, к тому же избегая обычных охранников. Основываясь на их профессиональной маскировке, применении магических или алхимических спецсредств, явном желании избежать кровопролития и отказе от захвата моих людей, я предполагаю, что мы столкнулись с людьми Сокола. Очень уж похоже на их манеру действия.

— Сокол? — Наследник императора на мгновение задумался. Ситуация была двойственной. С одной стороны, наличие на месте подчиненных Гнешека подтверждало выводы, сделанные ранее Фростом. А с другой — главный безопасник Каласа своего не упустит. Еще несколько часов, и все передвижения вокруг склада будут находиться под его полным контролем. И тогда о таком необходимом сейчас оружии можно будет забыть. — Эбенезер, ты должен захватить все имеющиеся в том месте ящики и коробки и доставить их во дворец. Так быстро, как только возможно. Время пошло.

— Владыка, вы хотите спровоцировать войну с семьей Денова? — потрясенно вопросил Фрост.

— А ты чем с ними в последние месяцы занимаешься? — холодно поинтересовался Давид. — Обмениваешься поздравительными открытками, передавая их в карманах мертвых сотрудников? Мы уже воюем, если ты не понял. Но пока им нечего нам предъявить, дальше мелких провокаций дело не зайдет.

— Но если наши люди возьмут их склад штурмом?

— Мне учить тебя работать, Эбенезер? Забыл, что служишь не в пограничном легионе? Ты говорил, что Денова лишь арендуют склад, да и сам арендатор — выдуманный. Дай владельцу помещения взятку, пригрози, получи у него бумагу, по которой он признает себя нашим должником и разрешает забирать товары с его складов. А потом пойди, ткни этим листком в морду самого главного охранника и выгреби все подчистую. Можешь прихватить с собой дворцовых гвардейцев, чтобы избежать боя.

— Как прикажете, Владыка. — Фрост поклонился. — Но Денова наверняка предъявят претензии по поводу наших действий.

— И пусть. Извинишься, сославшись на канцелярскую ошибку, показательно накажешь нерадивых и вернешь Денова все, что изъял. Если это, конечно, числится в их бумагах. Можешь даже еще сверху денег докинуть — в качестве компенсации.

— Но… — Фрост не понимал.

— Единственное, что меня там интересует, ни по каким документам проходить не будет, — снизошел до пояснения Давид. — И требовать возвращения именно этих предметов Денова просто не рискнут. По крайней мере, вслух. А сейчас бери своих людей и отправляйся. Пока тебя не опередил Сокол.

ГЛАВА 14

Ла Абель Гнец

— А-а-а! — Я проснулся оттого, что внезапно заработавшее заклятие скрутило мое предплечье, вызвав мышечный спазм. И продолжало терзать его раз за разом, заставляя левую руку содрогаться в судорогах.

— Где?! — Сильвию буквально выбросило из кровати, и она застыла рядом со мной в боевой стойке.

— Нигде, — простонал я, обрывая действие заклятия. — У нас все спокойно. Тревога на складе.

— И поэтому ты так кричал?

— Да. — Я принял сидячее положение и потянулся за рубашкой. — Поставил там три независимые сигнальные системы — думал, хоть одна сработает. А они почему-то сработали все вместе. У меня принимающее заклятие настроено передавать в руку спазматический импульс. Вот и скрутило от тройной дозы — я, идиот, прием не синхронизировал.

— А-а-а… — Женщина чуть расслабилась.

— Ты не стой. Одевайся. — Я наконец достаточно проснулся и отошел от шока, чтобы начать критично воспринимать ситуацию. — И буди Рикку со Штефаном! На наш склад кто-то вломился, а там запрещенное оружие!

Сильвия оценила ситуацию гораздо быстрее меня и выскочила за дверь, ухватив лишь свою рубашку со стула. Я принялся лихорадочно одеваться: запрыгнул в штаны, кое-как натянул носки и устремился к лестнице на первый этаж, пытаясь на ходу просунуть руки в рукава легкого свитера. К моменту появления остальных я уже запустил магический движитель экипажа — оставалось только открыть ворота. С этой задачей прекрасно справилась Рикка, воспользовавшись какими-то телекинетическими чарами, и мы на приличной скорости выкатили на улицу, абсолютно не беспокоясь о том, что подумают соседи.

Наша гонка проходила в полной тишине, если не считать стука колес по мостовой и сосредоточенного сопения Мики рядом с моим ухом. Я ругал себя последними словами за то, что так грубо прервал работу сигнализирующего заклятия. Отсек бы только часть, отвечающую за воздействие на мышцы, — имел бы сейчас хоть какую-нибудь информацию, кроме самого факта тревоги. На мое счастье, склад располагался не так уж далеко, да и Штефан гнал по пустынным ночным улицам с довольно приличной скоростью, так что долго заниматься самоедством не пришлось.

Выпрыгнув из кареты первым, я с удивлением осмотрел ничуть не изменившуюся местность. Никаких следов боя, тишина и покой. Только у приоткрытой двери топтались двое охранников. Пока я крутил головой, к ним присоединился начальник ночной смены.

— Что здесь произошло?

— Представители Дома Весов, господин. — Старший охранник поклонился. — Много и с оружием. Они предъявили бумагу, что хозяин склада разрешает им забирать все товары. Я пытался возражать, говорил, что эти вещи ему не принадлежат, но нас не слушали. Простите, господин, но их было слишком много. Я только и смог, что подать сигнал тревоги, как нас учили.

— Текст бумаги запомнил? — влез в разговор Штефан.

— Я даже записать хотел, чтобы точно не ошибиться, но их главный увидел это и отдал мне копию. Вот. — Мужчина извлек из-под плаща и протянул мне сложенный пополам лист бумаги. — Парни пытались проследить за этой оравой, но у них были экипажи, а у нас — нет. Мы можем только направление указать.

— Правильно поступили. Расслабься пока, — посоветовал охраннику Штефан. И, повернувшись ко мне, бегло просматривающему бумагу, поинтересовался: — Что там, Абель?

— Разрешение от хозяина нашего склада изъять за долги все содержимое его помещений.

— И как он может давать подобные разрешения в отношении арендованной у него недвижимости?

— Никак. Но подпись его. Хотя я не понимаю, зачем он это сделал.

У меня глаза на лоб лезли от увиденного и услышанного. «Весовщики» сработали невероятно нагло, в открытую умыкнув мое имущество. Да еще и прикрываясь подобной ничего не значащей бумажкой. На что они вообще рассчитывали? Что я не подам жалобу? Или они думали вернуть обратно только часть товара, отговорившись потерями при перевозке либо выставив неугодных подручных ворами? Так за все, что по бумагам числилось на этом складе, теперь отвечают они, вне зависимости от фактического наличия или отсутствия. Стоп! Числящееся по бумагам… Вряд ли мои противники затеяли все это ради каких-нибудь шоковых копий или защитных амулетов. Наверняка их интересовали только яйца феникса и драконьи посохи, которые в стандартных документах не фигурируют из соображений секретности. Реестр запрещенного оружия — документ исключительно для членов нашего дома, да и то не всех. Высокопоставленные «весовщики», наверное, могут получить информацию из него, но не законным путем и не по первому требованию. Они могли попросту быть не в курсе изменений, внесенных в него на последней неделе.

Что это мне дает? Да ничего. Можно обратиться с жалобой во дворец и получить оружие обратно. Вот только обвинить «весовщиков» не получится. Они заявят, что еще не приняли груз на свои склады и даже не подозревали о присутствии в нем запрещенного оружия. Еще и обвинят меня в провокации. Дескать, зарегистрировал склад на несуществующего человека и подсунул честным собирателям долгов такой компромат. А могут вообще от всего отказаться: не видели, не слышали и даже не подозревали. К психо их не потащишь — рядовые исполнители наверняка ничего не знают, а их руководители обвинят меня в попытке выведать секреты императорской семьи. Моя же собственная память закрыта от сканирования сторонними специалистами. В любом случае виноватым оказываюсь я. Если не как провокатор, то как не сумевший сохранить стратегическое вооружение Дома Меча. И промолчать нельзя: посохи и яйца феникса уже приняты мной на хранение. Проклятье, как не вовремя мы с Соколом оформили официальную регистрацию оружия!

— Можно попытаться их догнать, — задумчиво проронила Сильвия. — Они уехали всего пятнадцать минут назад, так что шанс есть. У нас здесь достаточно ударных сил, чтобы остановить их и связать боем. А Штефан тем временем может смотаться к Соколу за подкреплением.

— Не пойдет, — отрезал я. — Если это действительно «весовщики», то они или уже во дворце, или на подъезде к нему.

Созданное мной заклятие поиска померцало немного и погасло — помещенный в футляр одного из посохов маяк не отвечал. Чего и следовало ожидать, собственно. Я подошел к стене одного из окрестных складов и, отковырнув с ее поверхности небольшую каменную плитку, обратился к спрятанным под той чарам. Картинки происходящего на окружающей склад местности в течение последнего часа, полученные заранее размещенным здесь заклятием, стали поступать в мой мозг. Разбираться в этой мешанине моментальных снимков, запечатленных в разное время с разных ракурсов, было невероятно сложно. Но психо моего уровня мог справиться и не с такой задачей.

Я изучил полученные изображения и довольно улыбнулся, опознав нескольких человек. Это действительно были «весовщики». Причем пробы крови доброй половины из них все еще хранились во внутреннем кармане моего плаща. Новое заклятие поиска, теперь уже основанное на магии крови и ориентированное на определенного человека, а не на заглушенный чужой магией маяк… Ничего. Неужели «весовщики» накрыли маскирующим пологом всех участвовавших в операции? Попробовать на крови другого? Неожиданно сигнал появился — в моей груди словно забилось чужое маленькое сердце. И тут же снова пропал. Чтобы возобновиться секунд через пять. Судя по всему, цель заклятия просто проходила через охранные системы дворца. Я попытался прикинуть направление и расстояние до объекта. Получалось, что он действительно находился где-то на территории дворцового комплекса. На дальней ее части. Дальней?

— Штефан, отвези-ка меня вон туда. — Я махнул рукой, указывая куда-то вдаль по проходящей вдоль складов улице.

— Сейчас. — Цванг полез на козлы, не став задавать лишних вопросов.

Триангуляция. Я не мог точно определить местонахождение «весовщика», определяя расстояние до него только по силе пульсации внутри моей груди. Но направление при помощи заклятия чувствовалось очень четко, а карта Солиано прочно сидела в моем разуме, и потому для получения нужной информации требовалось лишь сравнить ощущения, полученные в трех точках пространства, отстоящих друг от друга на какую-нибудь пару сотен метров.

Когда мы вернулись обратно к складу, мои губы невольно растягивались в счастливой улыбке. Обнаруженный заклятием человек находился не просто на территории дворцового комплекса — он был в порту. Похоже, налетчики собирались быстренько вывезти захваченное из летней столицы. Тем проще будет поймать их с поличным. Если я заставлю их предъявить находящийся на борту корабля груз и в нем обнаружится запрещенное оружие, то сомнений в вине «весовщиков» не будет ни у кого. В данном случае в качестве свидетелей сгодятся и сотрудники охраны дворца. Их память при расследовании такого преступления никто потрошить не запретит.

— Штефан, — тихонько, чтобы не услышали наши складские охранники, скомандовал я, — сейчас подбросишь меня с девушками поближе к дворцу и направляйся прямо к Соколу. Изложишь ему в двух словах сложившуюся ситуацию. До наступления утра я хочу иметь санкции на остановку и обыск любого покидающего Солиано воздушного корабля. Даже если он принадлежит императорской семье.

Штефан Цванг, курсант

Штефан забарабанил кулаком в дверь дома. Немного избыточной наглости — прекрасный способ бороться с чувством страха. Курсант ощущал себя кроликом, требующим аудиенции у удава, но останавливаться не собирался.

— Доброй ночи, господин Цванг. — Открывший дверь пожилой привратник согнул спину в неглубоком поклоне. — Проходите, пожалуйста. Господин Гнешек готов вас принять. Или вы хотели бы видеть кого-то из хозяек?

— Не в столь позднее время, — предельно серьезно произнес Штефан, проглотив так и просившуюся на язык колкость. Он не был дураком и потому даже не собирался подтрунивать над седеющим человеком с острыми глазами, знающим его фамилию. — Меня вполне устроит встреча с господином Гнешеком.

Его провели в столовую, где полностью одетый Сокол задумчиво цедил черный как смоль кофе из большой чашки.

— Уже на работу в такую рань? — поинтересовался Штефан.

— Вроде того, — кивнул Гнешек. — Иногда люди, не умеющие хранить ценные грузы, заставляют меня вставать раньше обычного. Вы что-то хотели лично для себя, господин Цванг, или вас послал Ла Абель?

— Абель. Ему срочно требуется разрешение на остановку и досмотр любых кораблей, покидающих город.

— Даже так? — Сокол чуть наклонил голову, рассматривая курсанта прищуренными глазами. — То есть вы предлагаете мне бросить пить кофе и нестись со всей возможной скоростью к Ли Каласу? Будить его посреди ночи и требовать подписать приказ, который может втянуть нас в небольшую войну с Домом Весов? И все это без серьезного на то основания?

— А есть иные варианты? — осторожно вопросом на вопрос ответил Штефан.

— Есть. — Глава Службы безопасности Солиано дотянулся до лежащей на соседнем стуле папки и извлек из нее практически чистый лист. Подержал его пару секунд в руке и положил на стол перед собой. В самом низу листа располагались личные печать и подпись Ли Редфорда Каласа. — Как знал, что он мне пригодится. Вы присаживайтесь, господин Цванг. Вместе подумаем, что именно нужно написать.

Штефан осторожно присел на краешек выдвинутого для него слугой стула и, не моргая, уставился на дающий огромные полномочия документ.

— Не смотрите вы так, господин Цванг, — чуть насмешливо порекомендовал Гнешек. — Когда Ла Абель станет главнокомандующим, в вашем личном сейфе наверняка будет пылиться полудюжина таких же, только с его подписью. И вам, как и мне, придется отчитываться за каждый израсходованный листок. Оказанное доверие ведь вовсе не значит, что им можно злоупотреблять. Итак, что будем писать?

— Понятия не имею, — пожал плечами немного расслабившийся курсант. Судя по всему, Сокол держал ситуацию под контролем, и если он не собирался спешить, значит, на то были причины. Самому Штефану оставалось только подыгрывать Гнешеку и надеяться, что он не опоздает с помощью шефу. — Я, несмотря на знание законов, не силен в канцелярских формулировках. Что нужно Абелю, уже сказал. Могу только добавить: эта бумага требуется срочно.

— Не волнуйтесь, господин Цванг. Некоторое время мы уже сэкономили, решив не тревожить Ли Каласа. — Сокол обмакнул поданное слугой перо в чернильницу и принялся аккуратно выводить первые знаки. — С курьером тоже проблем не предвидится: я доставлю документ лично. Заодно погляжу на ситуацию вблизи. Думаю, полчаса, которые потребуются моим людям, чтобы организовать нам с вами соответствующий кортеж, — вполне допустимая задержка. Все равно ни один воздушный корабль не рискнет взлететь до рассвета.

— А если рискнет?

— Тогда его задержат как потенциального контрабандиста и посадят за городом, — пожал плечами Гнешек. — Или собьют при отказе приземлиться. Ночью опознавательные знаки видны очень плохо. Даже если их подсвечивать при помощи заклятий света.

Штефан только вытаращил глаза, представив последствия атаки судна, принадлежащего императорской семье.

— Не смотрите так, господин Цванг, — не поднимая головы, произнес Сокол. — Зимой над Солиано сильный ветер и облака низко ходят: ни один здравомыслящий человек в это время года, да еще и ночью, без нужды летать не будет. А сбить воздушный корабль чужого Дома с запрещенным оружием на борту — моя прямая обязанность как советника Дома Крылатого Меча по вопросам безопасности.

— Я понял.

— Расслабьтесь, господин Цванг. Давайте поговорим на отвлеченные темы. Все равно нам еще полчаса здесь сидеть, а распоряжение я почти дописал. Кстати, хотите кофе? Чай? Печенье? Могу даже предложить холодный завтрак.

— Нет, спасибо. Лучше расскажите, как вы так быстро узнали о возникших сложностях. Следили?

— Возможно, это покажется странным, но не следил. Вы с господином Абелем вообще слишком много внимания уделяете проблеме визуального наблюдения. Разумные специалисты по безопасности действуют тоньше. Хотя раз уж мы союзники, то я готов поделиться рабочим секретом. В обмен на небольшое откровение с вашей стороны.

— И что вы хотите узнать? — Курсант снова напрягся.

— Сущую мелочь. Как ваши компаньоны протащили в город голема, которого вы у них приобрели? Мне казалось, что незаметно доставить такой габаритный груз по контрабандным каналам невозможно.

— По контрабандным — нет, а на обычной грузовой подводе — вполне. — Штефан прикинул, что операция все равно была разовой, и ее разоблачение никоим образом ни ему, ни близнецам не повредит, и решил раскрыться. Тем более что информация о том, как именно Сокол узнал о налете на склад, могла оказаться крайне полезной. — Голема ввезли вместе со строительным камнем. Растратили большую часть магической энергии, чтобы он стал не таким заметным, и спрятали под гранитными плитами, поставляемыми для стройки какого-то дома. А потом просто изъяли его. Они, кстати, изрядно матерились, жалуясь на то, как тяжело его затаскивать в фургон, пользуясь только ломами и прочими примитивными средствами.

— Понимаю их жалобы. — Сокол сочувственно покивал головой. — Все-таки десять тонн…

— Тринадцать, — скривился Штефан, тоже успевший приобрести подобный опыт, пусть и с использованием более приспособленного для этой цели инвентаря. — Но не будем о грустном. Вы обещали рассказать, как узнали о налете на склад.

— Сканирующие сторожевые заклятия. С небольшим дополнением. В качестве дополнения выступает крохотный магический датчик, который понимает, когда его сканируют. И в случае, если этого не происходит, — отправляет сигнал. Понимаете ли, господин Цванг, нормальному магу не составляет никакого труда обмануть наши сторожевые чары. Или вообще заблокировать их работу. На то и расчет. Похищая вещи Ла Абеля, специалист просто обязан укрыть их экранирующим заклятием, если не имеет много времени на поиск различных маяков. И когда сокрытый таким образом груз будут вывозить по любой из окрестных улиц, хоть один из наших маяков, но сработает.

— Хитро придумано.

— В этом и заключается половина работы моих служащих, — пожал плечами Сокол. — Придумывать различные хитрости.

Ла Абель Гнец

Я лежал, укрывшись в тени, отбрасываемой стеной воздушного порта, и ждал подходящего момента для пересечения почти пятисот метров открытого пространства, контролируемого блуждающими заклятиями и бдительными сторожами. Последнее, видимо, было связано с прибытием ценного груза, потому как несколько недель назад, во время моих прошлых вылазок, охранники были куда более апатичными.

Время поджимало, рассвет должен был начаться с минуты на минуту, а единственное, с чем я не имел сложностей, — определение нужного мне судна. Воздушный порт при дворце был довольно невелик и не предназначался для приема кого попало, а потому сейчас на его территории находилось только три корабля. Два из них — типичные грузовики, массивные, с широкими бортами и большими трюмами — были мне неинтересны. А вот третий — длинный, богато украшенный пассажирский корабль с прорезанными в бортах иллюминаторами — очень даже. В первую очередь тем, что он явно готовился взлететь вскоре после рассвета, и занимались его подготовкой к старту люди в форме Службы безопасности дворца. Впрочем, большинство из них уже закончило работы и покинуло порт. Осталось лишь несколько человек на борту. Но они не должны были стать непреодолимым препятствием.

Чеканящий шаг черноусый вояка миновал воображаемую линию, протянувшуюся от меня до корабля, и стал отдаляться, направляясь в сторону дворца. Теперь извилистый путь, огибающий охранников и сторожевые чары, был чист. Пришло время Дианы. Мы бросились бежать: быстро, тихо, ужасно петляя и выделывая по пути различные акробатические трюки. Ускорение. Рывок. Полторы сотни метров остаются позади в считаные секунды. Уход по дуге влево, огибая таящиеся в земле чары. Еще рывок, на этот раз метров на тридцать. Длинный прыжок для преодоления сразу двух сигнальных линий. Еще рывок. Бег зигзагом, общей протяженностью метров сорок, но приближающий нас к цели всего на десять. Удар влево, поднимающий поток воздуха, отвлекающий начавшего было оборачиваться охранника. Снова рывок. Прыжок, бег, прыжок. Вновь удар в пустоту для отвлечения внимания. Последний рывок. Мы лежим, надежно укрытые от любопытных взглядов «хамелеоном» и густой тенью корабля, и смотрим, как последний из попавшихся на нашем пути сторожей крутит головой, пытаясь понять, что же привлекло его внимание.

Покрутил и, пожав плечами, двинулся дальше. Ну какие, в самом деле, враги могут обнаружиться ранним утром посреди принадлежащего лично императору воздушного порта в двух шагах от дворца?

Я выждал еще несколько минут и, окутав руки и ноги заклятием «липучки», полез по борту корабля. Вернее, Диана полезла. У самого верха мы замерли, прислушиваясь к дыханию находящегося на верхней палубе человека. Не знаю, что слушала моя подруга, но лично я, кроме одного долгого задушевного зевка, ничего так и не различил. Однако в нужный момент мы перемахнули через борт, проскочили метров семь открытого пространства и нырнули в ведущий на среднюю палубу люк за спиной так и не повернувшегося часового. Даже приготовленные мной для отвлечения внимания чары не понадобились.

Тихонько спустившись по лестнице, я осторожно осмотрелся. Никого, только заклятия, наложенные на прикрепленные к стенам стеклянные шары, заливали обширное помещение бледным светом. Откуда-то с нижней палубы доносились голоса: два мужских и один женский. Я сотворил заклятие поиска. Ничего. Маяк в футляре с драконьим посохом по-прежнему не отзывался. Нормально. Сканирующее заклятие. Эти чары прекрасно работали, будучи направлены вверх, вниз и даже в стороны бортов и кормы. А вот где-то ближе к носу корабля располагалось нечто, их блокирующее. Туда я и направился.

По пути мне попались лишь запирающиеся двери по обеим сторонам неширокого коридора, отгораживающие то ли каюты для прислуги, то ли секции с ценным грузом. Воздушный корабль не похож на морской в плане безопасности различных отсеков. Нос летающего судна защищен сильнее бортов, и неприятностей на его долю обычно выпадает меньше. Тем более если это средняя палуба, дополнительно прикрытая от ударов судьбы как сверху, так и снизу. Поэтому здесь размещаются те ценные люди и вещи, которым не нашлось места на корме, где по традиции расположены каюты самых важных пассажиров.

Нужная дверь, как водится, оказалась самой последней, располагаясь в конце упирающегося в нее коридора. Она закрывалась на целых три замка, но не это было главное — обвивая запоры, медленно вращалась обычная магическая печать-оттиск. Эти чары не несли в себе каких-либо защитных функций и могли быть легко сняты, но требовали изрядного времени на достаточно точное их воспроизведение. Минут десять в лучшем случае, а скорее всего — от двадцати до получаса. Позволить себе тратить столько времени, находясь посреди освещенного коридора внутри готового к взлету чужого корабля, я просто не мог.

Тихо, но очень зло выругавшись, окинул внимательным взглядом дверь и окружающую ее стену в надежде, что меня посетит какая-нибудь гениальная идея. Как ни странно, но именно так и случилось. Корабли ведь строят из дерева, и внутренние перегородки в них, играющие роль стен, — тоже. Я снял «хамелеона», окутал себя «плащом тишины» и достал из спрятанных в рукаве ножен кинжал.

— Диана, мне нужен проход. Надо вырезать весь этот кусок стены.

Усиленный внутренней энергией клинок вгрызся в дерево лучше пилы — доски рассекались одна за другой. Минута, и вся правая сторона стоящей передо мной «стены», а также ее верх были отделены от остальной конструкции корабля.

— Хватит, — остановил я подругу.

Взялся за края досок и потянул на себя. С легким скрипом те поддались. Между отогнутой мной перегородкой, в центре которой все так же располагалась запертая и опечатанная дверь, и боковой стеной коридора образовалась щель. Не очень большая, но все же достаточная, чтобы протиснуться в нее при небольшом усилии. Я создал пару магических распорок, мешающих доскам вернуться в первоначальное положение, снял плащ, чтобы он не мешался, и кое-как пролез внутрь. Оцарапав в процессе щеку и порвав свитер.

— Все-таки не зря я уговорила тебя похудеть, — констатировала Диана.

— Она уговорила… — мрачно хмыкнул я, но в дальнейшие пререкания решил не вступать.

Снова заклинание поиска. На этот раз метка откликнулась. Я двинулся на сигнал и вскоре отыскал нужные мне ящики среди остальных. Яйца феникса тоже были тут. Похоже, у «весовщиков» не было времени ковыряться в моем барахле. Сами виноваты. Счастливо выдохнув, я полез обратно. Как водится, плохо усвоив прошлый урок и порвав свитер еще в паре мест. Хорошо хоть лицо еще сильнее не поранил.

Оказавшись снаружи, я постарался вернуть стене первоначальный вид и скрыть следы своего присутствия. Несколько заклятий вполне прилично соединили края разрубленных досок — ничуть не хуже мощного алхимического клея. А чары иллюзии скрыли как сами повреждения, так и их следы. Конечно, через два-три дня вложенная энергия иссякнет, и моя маленькая хитрость будет раскрыта, но спустя столько времени все это будет уже не важно.

Выбраться из корабля оказалось не сложнее, чем проникнуть внутрь, и вскоре я вновь укрывался в тени под его днищем. Пересечь поле и добраться до внешней стены было гораздо проблематичнее, особенно учитывая занимающийся рассвет, но, по счастью, повторный бег с препятствиями мной не планировался. С начала операции прошло немногим более трех часов, так что теоретически Штефан уже должен был прибыть от Ли Каласа с нужной мне бумагой и ждать снаружи вместе с девушками. Конечно, могло произойти какое-нибудь непредвиденное событие, задержавшее его, но узнать об этом я не мог, а слишком тянуть с героическим появлением моих вооруженных сил было чревато. В любой момент мог прийти главный пассажир и скомандовать вылет.

Понадеявшись на то, что Штефан все же успел, я использовал очередную свою разработку: в небо взмыла сигнальная ракета, слепленная из заклятий «фейерверка», доступного даже начинающим магам, и «черного света». В небе над воздушным портом распустился цветок слабого бледно-зеленого мерцания, невидимого обычным глазом. Насладиться его красотой могли только те, кто, подобно ожидающей Рикке, не снял чары «ночного зрения», несмотря на восходящее солнце.

Моя команда, состоявшая из девушек и наемников Сильвии, долго себя ждать не заставила, появившись у ворот менее чем через десять минут после подачи сигнала. Вот только возглавлял ее не Штефан, как я предполагал, а Сокол собственной персоной. Впрочем, делу это пошло только на пользу. Охрана задержала их максимум секунд на двадцать. Выслушав короткую речь Гнешека и поглазев на бумагу в его руках, большая ее часть бросила патрулирование и потянулась кто во дворец, явно за начальством, кто следом за возглавляемыми Ингви людьми, словно собираясь оберегать от них территорию порта.

До корабля, под которым я прятался, вся эта толпа добралась довольно быстро. И тут слуги императора решили проявить героизм: они собрались вшестером на сходнях и встали грудью на защиту имущества работодателя. Сокол в ответ на такое поведение с их стороны лишь что-то проворчал и остановился у трапа, сложив на груди руки и глядя в сторону ворот. Наемники охватили его и дворцовых охранников полукругом, давая мне отличную возможность незаметно влиться в отряд.

Я метнулся к своим, сбрасывая на ходу заклятие «хамелеона». Трое воинов ощутимо вздрогнули, заметив краем глаза резкое движение, но ничем более меня не выдали, предупрежденные о возможности подобного развития событий. Рикка тут же оказалась рядом, сдирая с моих плеч грязный плащ и набрасывая на них свежий.

— Вот, протрите лицо. — Она сунула в мои руки влажное полотенце. — Извините, что оно холодное.

— Ничего. Переживу.

Я попытался привести себя в порядок, насколько это было возможно в таких условиях. К счастью, рваный свитер удалось скрыть, запахнувшись в плащ, а ссадина на щеке была не такой уж большой, как мне показалось вначале. В общем, к тому времени, когда со стороны дворца показалась внушительная процессия, я уже выглядел вполне прилично.

— Приветствую вас на своей земле, Ло Гнешек, — властно обратился к Соколу идущий впереди остальных немолодой пухлый мужчина. — Чем обязан такому наглому вторжению?

— И вам доброго утра, Ла Риттершанц, — вежливо улыбаясь, поприветствовал его Ингви. — Вот только вы не к тому человеку обращаетесь с вопросами. Я лишь скромный сопровождающий, следящий за тем, чтобы изложенная на бумаге воля Ли Каласа исполнялась неукоснительно. Претензии же к вам имеет Ла Абель Гнец, находящийся вон там. — Сокол качнул головой в мою сторону.

Пришлось скинуть с головы капюшон и выйти вперед, шагнув между расступившимися наемниками. Наследник императора отвлекся от Гнешека и принялся сверлить взглядом меня. Я ответил ему безмятежной улыбкой наивного мальчика.

— И что это значит, Ла Гнец? — вдоволь насмотревшись в мои серые глаза, спросил Риттершанц.

— Мне бы хотелось спросить то же самое у вас. Ваши служащие посреди ночи вломились на мой склад, вынесли хранящиеся там запасы оружия и оставили на память вот это. — Я протянул ему немного помявшуюся копию разрешения о конфискации товаров. — Мне подумалось, что подобное завуалированное приглашение выглядит довольно странно, но все же решил прийти.

Наследник некоторое время изучал бумагу, хмурясь все сильнее.

— Так все дело в моих людях, слишком рьяно борющихся с должниками? — наконец произнес он. — Я готов лично принести вам извинения за их чрезмерное усердие. Не беспокойтесь, Ла Абель, с этим вопросом разберутся так быстро, как только возможно. Уже сегодня все изъятое вооружение вернется на ваши склады. В том же случае, если чего-то будет не хватать, просто составьте список — я компенсирую вам недостачу по рыночной цене и в двойном размере. Никаких подтверждающих документов не требуется — человеку с вашей фамилией можно верить на слово. — Если я правильно понял, то мне только что предложили продать запрещенное оружие по неопределенной, но не слишком завышенной цене.

— Простите великодушно, Ла Риттершанц, но некоторая часть моих оружейных запасов довольно редка и не встречается в свободной продаже. Поэтому мне бы хотелось вернуть ее как можно скорее. Например, сейчас. — Продажей секретного оружия Дома я заниматься не собирался.

— Как пожелаете, Ла Абель. — Наследник императора пожал плечами. — Тогда я распоряжусь провести ваших людей на склады, где хранятся недавно доставленные и еще не рассортированные грузы. С поиском и переноской соответствующих ящиков и прочей тары мои люди вам помогут. А сейчас простите, но мне нужно лететь — слишком много дел в зимней столице.

— Понимаю вашу спешку, но нам хотелось бы досмотреть корабль. Есть сведения, что интересующая меня часть груза находится на его борту. — Я специально так построил фразу. Пусть подергается. Поищет маяки, помучает своих безопасников подозрениями.

— Ла Абель, я уже и так пошел вам навстречу. Не злоупотребляйте моим терпением. Если вам так хочется, могу дать слово, что никаких посторонних грузов на корабле нет. А сейчас мне надо лететь. Вы понимаете?

— Что вам надо лететь — понимаю. Зато не понимаю другого — почему от действий ваших людей из нас двоих должен страдать именно я? Вы проведете нас на корабль или нам пройти самостоятельно?

Риттершанц бросил быстрый взгляд на Сокола, но тот безучастно стоял в стороне, глядя в небо и лениво обмахиваясь распоряжением Ли Каласа. Как будто на дворе жаркий июль, а не январь месяц.

— Хорошо, я устрою вам экскурсию по кораблю, — раздраженно бросил наследник императора. — Только оставьте своих людей здесь. На палубах совсем недавно убирали, а у ваших бойцов сапоги в грязи.

— Разумеется. Пойдем только мы с Ингви. — Я намеренно назвал Сокола по имени, намекая Риттершанцу на доверительные отношения, сложившиеся между мной и Гнешеком. А то последний слишком уж вошел в роль обычного блюстителя порядка и дистанцировался от идущих разборок. — Ну и еще пара человек — ящики таскать.

— Пойдемте. А ваши люди пусть все же подождут, пока им принесут сменную обувь. — Кажется, нам с Гнешеком настойчиво предлагали пообщаться на некотором удалении от чужих ушей.

— Договорились. Ведите, Ла Риттершанц.

Наследник императора поднялся на борт. Мы с Соколом двинулись следом. Юлить наш высокородный проводник больше не пытался, сразу направившись к нужному запаснику. Тому самому. Стена которого, к моему изрядному удовольствию, выглядела абсолютно нетронутой.

— Здесь. — Он остановился у запертой двери. — В этой комнате все ваше вооружение, Ла Абель. — Риттершанц сделал особое ударение на слове «все». — Через пару минут подойдут мой ключник и наложивший печать маг. Надеюсь, на этот раз вы поверите слову Ла, и мы обойдемся без унизительной проверки ящиков и демонстрации их содержимого членам моей и вашей свит.

— Не в моих правилах верить торговцам на слово. — Я не намеревался хамить, но и проявлять излишнюю вежливость к человеку, который хотел меня убить, тоже не собирался. Наше противостояние отнюдь не было окончено, и сейчас требовалось продемонстрировать, чего ему может стоить следующая попытка доставить мне неприятности. — Хотя иногда и делаю исключения для своих деловых партнеров. Как правило, для тех, партнерские отношения с которыми приносят значительную выгоду.

Риттершанц бросил быстрый взгляд на Сокола.

— Ли Калас готов поддержать законные претензии Ла Гнеца, с которым он находится в хороших отношениях, но своих выдвигать не намерен, — витиевато выразился Гнешек.

— У вас уже есть конкретное предложение, Ла Абель? — Наследник императора снова смотрел на меня. — Или я должен сделать собственное?

— Не стоит утруждаться. Есть. Предлагаю вам передать мне и моим наследникам в полное владение часть гористой местности в Вельской области. По протяженности… — Я сделал вид, что задумался. — Скажем, от Летендера и до Кахитана. Взамен моя семья будет выплачивать вам некий аналог арендной платы, в случае отказа от которой вы получите право требовать земли обратно. Плату установим, основываясь на ежегодной статистике по выработке располагающихся на этой территории рудников. За вычетом расходов на охрану и прочее содержание, разумеется.

Формально при таких выплатах моя выгода была совсем неочевидна. Право собирать налоги в гористой местности запросто могло стать статьей расходов, а не доходов. Право сдавать свои земли в аренду также не могло принести много денег, особенно учитывая величину населения вышеупомянутых городков. А вот неформально — совсем другое дело. Неучтенный серебряный рудник должен был с легкостью покрыть недостачу в средствах, если она возникнет. Что было более чем вероятно, учитывая мой опыт управления и необходимость в реорганизации практически всех имеющихся в той местности служб. Начиная от бригад правопорядка и заканчивая какими-нибудь командами геологоразведки.

— Мм… Ла Абель, вы ведь понимаете, что я просто не могу подписать подобный документ? — осторожно высказался явно выбитый из колеи наследник императора. Ему-то было прекрасно известно, что именно я прошу.

— Почему? Разве упомянутая местность не принадлежит вашей семье? Разве вы не уполномочены вести дела семьи?

— Это так. Но глава все еще мой отец, и он должен будет подтвердить подписанные мной договоры.

— Я думаю, вы сумеете его убедить. Но если сомневаетесь, то я согласен принять бумагу, подтверждающую, что в случае препятствий, чинимых уважаемым императором, вы просто компенсируете мне потери доходов от региона иным способом. Из личных активов. Все потери. — Я сделал особое ударение на слове «все».

— Вы меня уговорили, Ла Абель. — Риттершанц вполне отчетливо скрипнул зубами. — Но можем мы хотя бы отложить подписание бумаг? Сбор упомянутых вами данных, обсуждение спорных моментов — все это требует немало времени. А меня действительно ждут в зимней столице.

— Все статистические данные есть у меня дома и могут быть доставлены в течение часа. Что же до спорных моментов, то спешка — отличный повод для их быстрого разрешения. Обещаю не пользоваться моментом и не требовать ничего сверх уже запрошенного. Если вы также преодолеете обычную для представителя вашего Дома тягу к торговле, то сможете вылететь уже сегодня.

Наследник императора некоторое время буравил меня взглядом, но затем сдался.

— Пройдемте в мой кабинет, — сказал он.

Риккарда Сонано, горничная

Господин Абель вместе с Ло Гнешеком скрылись за дверью кабинета Ла Риттершанца. Рикке, как и всем прочим, предложили разместиться в одной из комнат отдыха, но она настояла на том, что будет ожидать Гнеца в приемной наследника императора, как и положено личной горничной господина. Штефан, получивший прозрачный намек в виде придавившего пальцы его левой ноги каблучка, увязался следом. У самого Цванга уважительной причины находиться в приемной не было, но пары оброненных Абелем слов оказалось достаточно, чтобы никто не стал чинить препятствий.

Чем курсант и воспользовался в полной мере. Сначала он пытался разговорить охранников, затем секретаря. После провала обеих попыток Штефан принялся нудить: он то жаловался на жизнь, то рассказывал сам себе анекдоты про невезучих торговцев или туповатую службу безопасности. Даже Рикке, давно знакомой со своим будущим мужем, было сложно выносить его монотонный тихий голос, перебирающий одну за другой различные возможности протоптаться по чужим мозолям. Дошло до того, что один из охранников принялся сверлить Цванга злобным взглядом, а остальные глядели куда угодно, только не на него. Впрочем, надо отдать этим людям должное — бдительности они не потеряли и ни одного слова так и не проронили. Рикка не выдержала первой. Она встала и подошла к столу секретаря, провожаемая парой внимательных взглядов.

— Извините, — с виноватой улыбкой попросила она, — у вас не найдется чая? Или чего-нибудь другого попить? Мы уже несколько часов не были дома. И не обижайтесь, пожалуйста, на Штефана — он просто слишком устал.

— Сейчас принесу. — Секретарь поджал губы, но отказывать не стал. Скорее всего потому, что никак не мог определиться со статусом присутствующих. — Подождите немного.

— Спасибо, — сердечно поблагодарила его Рикка.

Мужчина действительно вышел, а не достал сервиз из какого-нибудь шкафчика. То ли не держал чашки и горячий чайничек на рабочем месте, то ли, что более вероятно, счел просительницу недостойной посуды, подаваемой обычно высокородным. Вернулся он минут через пять с подносом, на котором стояли две чашки и тарелка с бутербродами.

— Возьмите, — обратился он к Рикке, — это вам и вашему другу.

— Благодарю вас. — Девушке даже не пришлось изображать искренность — бутерброды оказались как нельзя кстати. — Вы так добры. — Она подалась вперед и накрыла руку мужчины своей. — Могу я оказать ответную любезность, пригласив вас сегодня поужинать где-нибудь в городе? Ведь слуги двух высокородных господ могут поговорить не только о делах своих хозяев. — Вторая ладонь Рикки присоединилась к первой, ненавязчиво удерживающей запястье секретаря.

— Простите, но сегодня вечером я занят. Как и любым другим вечером. — Мужчина уверенно высвободил руку из нежного захвата. — Пейте свой чай.

Рикка вернулась на свое место, не забыв прихватить поднос. Охранники провожали неудачливую соблазнительницу насмешливыми взглядами. Но вскоре они вновь переключились на Цванга, так и не прекратившего попытки поделиться своим мерзким настроением с окружающими. Оставшаяся без пристального внимания девушка пару раз шевельнула кистью, убирая наполненную кровью секретаря иглу в рукав. В целом она была довольна проделанной работой и жалела лишь о том, что не может пнуть Штефана и заставить прекратить устроенное им представление, необходимость в котором уже отпала. Играть следовало до конца.

— Ты хочешь сказать, что вот это — отчет? — Марианна постучала пальцем по толстой пачке бумаги.

— Да. — Молчун кивнул. — Если бы меня просили оценить обороноспособность города или предоставить список вражеских офицеров, он бы уместился на паре листов. А в случае с вашим заданием я просто не знаю, что писать. Мои выводы изложены на последней странице и много места не занимают. Но насколько они верны? Я не мастер интриг и не знаток психологии. Поэтому попросту подробно описал все свои наблюдения. Причем именно так, как видел. И ребят заставил описать. А специалисты пусть разбираются.

— М-да. А в двух словах можешь? Что лично ты думаешь о моем брате?

— Давать характеристику такому родовитому человеку может быть опасно. Но я, пожалуй, рискну. — Молчун потер подбородок. — Он не марионетка. Хотя насколько увяз в чужих интригах, судить не возьмусь. Ваш брат наведывается в гости к Соколу и ездит по ночам во дворец. Или не в сам дворец, а куда-то рядом, но это практически одно и то же.

— Как-то неопределенно… — нахмурилась Марианна.

— Знаю. Но следить приходилось со значительного расстояния. В этом Солиано вечно идет дождь, отлично смывающий эликсир, который скрывает запахи. Одного из моих ребят и так пару раз чуть было не обнаружили. С учетом того, заметьте, что мы эту гадость уже лить на себя начали, а не намазывать, как положено. У служанки вашего брата отличный нюх. Другая, кстати, тоже не промах. Вторая ступень по магии в ее личном деле — стопроцентно фальсификация. У нее третья как минимум.

— Откуда такой вывод?

— Набу им сюрприз один оставлял. Есть у него хитрое заклятие, которое способно жить рядом с накопителем долгое время и снабжать установившего его мага довольно точными данными о централизованной системе чар, завязанных на этот накопитель.

— Какую интересную магию знают твои люди… — пробормотала Мари.

— Если предложите, он вам ее продаст, — отмахнулся Себастьян. — Только чтобы заклятием правильно пользоваться, нужны талант и много-много лет практики, иначе оно выгорает не хуже любого другого. Правда, есть у этих чар еще одно достоинство — в энергетическом поле накопителя их просто невозможно заметить. Единственный способ даже не обнаружить, а просто узнать о существовании заклятия, это засечь посторонний сигнал во время сеанса связи. Сонано разрушила чары менее чем через полчаса после их установки.

— Ты уверен, что это сделала она?

— Мы следили за домом не один день. В то время в поместье находились Риккарда, оборотень и ваш брат. Выбирайте наиболее подходящего кандидата.

Мари могла бы сказать, что такой трюк теоретически способен провернуть Абель, всегда предпочитавший тратить большую часть своего свободного времени на чтение книг. В том числе и руководств по магии. Но она промолчала, просто добавив еще один факт в копилку своих знаний о брате.

— Давай вернемся к мальчику, — попросила она. — Так ты полагаешь, что он не может быть марионеткой?

— Нет. Слишком разнообразные у него контакты. Плюс мои ощущения, которые к делу не пришьешь. Но убедил меня один факт. В последний день мы все же схлестнулись с кем-то и решили отступить, чтобы не искать неприятностей. Отступить-то отступили, но несколько следящих заклятий снять не успели, так что смогли напоследок получить немного дополнительной информации, хоть и обрывочной. Большая группа людей запугала охрану склада, где ваш брат что-то хранил, и забрала весь груз. Так вот. Абель появился менее чем через полчаса. Сам. Ночью. Потратил на оценку обстановки несколько минут и куда-то умчался. На следующий день груз вернули.

— Впечатляет… — только и пробормотала Мари.

— Один маленький фактик вдогонку. И на тех людях, что забирали груз, и на тех, что его возвращали, была одинаковая форма — служащих Летнего дворца.

Марианна застыла.

ГЛАВА 15

Ла Абель Гнец

Мой стол вновь оказался погребенным под бумажными завалами. Правда, на этот раз вместо расчетов нового заклятия на нем громоздились стопками различные списки: от перечней прошлогодних выпускников воинских академий до реестров оснащенности расквартированных в Вельских горах армейских подразделений. Сам я сидел с карандашом в руках над одной из бумаг и мучительно пытался решить, где взять нескольких хороших управляющих. Совсем недавно мы со Штефаном уже прорабатывали этот вопрос, подыскивая директора для созданной мной транспортной компании, так что пара человек на примете имелась. Но их было недостаточно. Требовалось найти хотя бы полдюжины. И с куда более значительным опытом работы. Все-таки управление областью — не шутка…

Риттершанца я тогда все-таки дожал, получив все необходимые бумаги до его отлета. Вернее, все бумаги, которые можно было от него получить. Окончательное оформление прав владения на часть Вельской области грозило растянуться на месяц или даже больше — не кусок пустыря ведь передавался, а огромная местность с несколькими поселениями. Одно переоформление арендных договоров чего стоило… Вдобавок перед передачей документов в руки клерков Комиссии по земельным владениям требовалось получить согласие императора. Хотя на этот счет я не беспокоился. Старший Риттершанц мог отказаться визировать наше соглашение, но такое решение не избавит их семью от необходимости заключать со мной альтернативную сделку и к тому же создаст его наследнику определенную репутацию. После такого подпись Давида долгое время будет рассматриваться исключительно как его личная, не имеющая никакой силы в делах семьи.

В общем, несмотря на вызванную естественным бюрократизмом отсрочку, земли уже были моими. Регламент вывода людей Риттершанцев и передачи ими дел за прошедшие три дня законники уже подготовили. Оставалось только дождаться очередного визита Давида в Солиано, внести в документ мелкие правки и поставить подписи. После этого можно было расслабиться и наслаждаться приобретением, складывая серебро в защищенное хранилище. Если бы не одно «но». Передо мной в полный рост встала проблема кадров. То, что их будет не хватать, было очевидно уже сейчас. Риттершанцы наверняка вывезут весь квалифицированный персонал, а часть оставшихся людей подговорят саботировать работы или заниматься воровством. Благо и для того и для другого найдется море возможностей, учитывая воцарившуюся после смены владельца неразбериху. Единственный шанс императорской семьи получить земли обратно — не дать мне собрать к концу года обещанную арендную выплату. А потому они будут мешать, как только могут. При плохой организации работ даже доходов от неучтенного рудника может не хватить для покрытия недостачи. Так что квалифицированные кадры были необходимы как воздух. И в первую очередь — управляющие, охрана и собственная служба безопасности.

Тщательно оценив масштабы проблемы, я все-таки переборол себя и решился привлечь ресурсы семьи. В ближайшее время мне предстояло несколько непростых разговоров: с отцом, матерью и, возможно, Марианной. С остальными общаться не хотелось. Дедушки, бабушки и прочие родственники в мою жизнь обычно не лезли, относились умеренно безразлично, и я отвечал им тем же. Однако сомнительно, что они продолжат меня игнорировать после такого радикального изменения ситуации: совершеннолетний владелец земель — совсем не то же самое, что скорбный разумом мальчик. Дорогие родственники не преминут воспользоваться своим старшинством и попытаться прибрать к рукам свалившиеся как снег на голову запасы серебра — не оставлять же их, в самом деле, в руках ничего не смыслящего в жизни ребенка! Такое отношение являлось одним из факторов, грозивших серьезно осложнить вышеупомянутые разговоры. Помощь семьи была необходима, но ее объем должен покрывать не больше четверти требующихся ресурсов. В противном случае более опытные из Гнецев не упустят возможности показать наивному мальчику, как именно стоит распоряжаться столь ценным приобретением — рудниками. Во избежание этого мне срочно требовались свои люди. Или хотя бы условно свои.

Надо будет обратиться к Соколу. Проклятье, я даже готов лекции его сотрудникам читать, если он выделит мне несколько человек для помощи в организации службы безопасности!

— Господин Абель, — отвлек меня от раздумий голос Рикки.

— Да? — рассеянно произнес я, не спеша полностью переключать на нее внимание.

— Курьер из дворца принес приглашение. Ла Давид Риттершанц предлагает посетить его в шесть часов вечера.

— Сегодня?

— Да.

— Вот же… — Я с трудом сдержал готовое сорваться с губ ругательство и в раздражении бросил список управляющих поверх прочих бумаг. — У меня на вечер было запланировано посещение Аврелии. Она сегодня улетает.

— Курьер уже отбыл. — Рикка помолчала немного и добавила: — Если хотите, я свяжусь с секретариатом Ла Риттершанца и передам просьбу перенести визит на завтра.

— Наследник императора будет очень рад узнать, что у меня есть дела поважнее отбирания у него серебряных рудников, — проворчал я. — Давай не будем злить его сверх необходимого. Если проигрыш, пусть даже и стоивший ему столь дорого, он еще может воспринять нормально, то на пренебрежительное отношение обидится наверняка. Я имею в виду — серьезно обидится.

— Как пожелаете, господин Абель. Отправить госпоже Аврелии сообщение, что вы не сможете ее посетить?

— Не надо. Который час? — Я бросил взгляд за окно, пытаясь определить время по положению солнца. Безрезультатно — весь небосвод покрывали тучи.

— Почти два.

— Тогда я навещу Аврелию сейчас. А во дворец поеду прямо от нее.

— Я буду сопровождать вас. Вместо Мики. И если позволите дать вам совет, то было бы неплохо взять с собой Штефана.

— Зачем?

— На всякий случай. Все-таки Ла Риттершанц настроен по отношению к вам несколько недружелюбно. Может произойти какое-нибудь недоразумение.

— Ты считаешь, что во дворце или по дороге на меня могут напасть? — Я удивленно поднял брови.

— Нет. До такого Ла Риттершанц не опустится. Но попытаться спровоцировать вас или ваше окружение на какие-нибудь неподобающие действия его люди вполне могут. В том числе и по собственной инициативе. Будет лучше, если в такой момент рядом с вами окажемся мы с Цвангом, а не Мика.

— Разумно, — вздохнул я, признавая ее правоту. — Свяжись со Штефаном и предупреди, что он будет нужен мне к шести часам. И сама собирайся. К Аврелии вместе поедем.

Ло Аврелия Томбсмит

Гнец оказался верен себе, посетив ее в последний день пребывания в летней столице. Считающая Абеля более чем разумным, Аврелия терялась в догадках, пытаясь постичь логику его визитов. С одной стороны, юноша явно получал удовольствие, проводя время в ее компании, а с другой — никогда не спешил навестить свою поклонницу. Имей она дело с мужчиной в годах, Аврелия решила бы, что тот слишком занят работой и просто не имеет возможности тратить свое время на женщин, пусть и обворожительных. Но Гнец пока еще учился в академии, а не занимался с утра до вечера делами семьи, и потому подобный вариант казался девушке крайне маловероятным. Скорее всего, Абель просто опасался сорваться и оказаться в ее постели. Эта мысль хоть и не имела под собой серьезного основания, грела душу.

— Ла Абель, вы все же снизошли до бедной провинциалки! Признаться, я уже отчаялась заполучить вас в гости до моего отлета. — Аврелия дала знак служанке принять у визитеров верхнюю одежду.

— Ну что вы, — чуть виновато улыбнулся Гнец, — я не склонен нарушать данные обещания. Просто неожиданно навалилось множество дел.

— Понимаю. За делами так сложно найти минутку для отдыха. Но раз уж вы здесь, то я вам помогу. — Девушка шагнула поближе и продолжила шепотом: — Просто расслабьтесь и ни о чем не думайте.

— Нет. — Абель поспешно отступил. — Не надо. Я вовсе не собирался расслабляться.

— Как? — Аврелия старательно изобразила удивление пополам с возмущением. — Неужели я не могу заставить вас чувствовать себя расслабленно в моем доме? Неужели вы видите во мне врага, а не самую преданную поклонницу, готовую заключить вас в жаркие объятья?

— Жаркие объятья — вижу, — с кислым выражением лица пробормотал Гнец, — а хотелось бы иметь возможность просто поговорить.

— Разве я могу отказать вам в такой малости? Проходите же, не стойте в прихожей. Сейчас принесут напитки. Вы поведаете мне о делах, что вас задержали, а я расскажу, как страдала, оставшись в одиночестве.

— Мм… Кстати, о делах… — пробормотал Абель, следуя за Аврелией в гостиную. — У меня есть небольшая просьба.

— Все что угодно, Ла Абель, — с придыханием ответила девушка, бросая через плечо пылкий взгляд.

— Видишь ли, я сейчас веду переговоры с семьей Риттершанцев по поводу передачи серебряных рудников в горах Вельской области в мое владение. С большой долей уверенности можно утверждать, что переговоры завершатся успешно, и уже весной земля, на которой расквартирован ваш легион, будет принадлежать мне. — Абель подождал, пока хозяйка дома сядет, и только потом сам опустился в кресло, постаравшись отгородиться от нее столиком.

Аврелия едва удержалась, чтобы не присвистнуть. Неудивительно, что юноша посетил ее только сейчас — он действительно был занят. Никаких слухов, связанных с визитом в Солиано главнокомандующего или других известных носителей фамилии Гнец, до девушки не доходило. Да и четыре дня назад в доме Абеля она не заметила признаков присутствия каких-либо родственников. Получается, ему доверили самостоятельно провести переговоры с представителем императора? Да еще и от собственного имени? Как он там сказал? «Мое владение»? Акции юноши в глазах Аврелии взлетели до небес.

— Неужели я буду служить в такой близости от вас? — Девушка восторженно округлила глаза и захлопала ресницами. — Обещаю все выходные проводить только в вашей новой резиденции. Вы ведь не прогоните меня?

— Не прогоню, — на удивление спокойно ответил Гнец. — Вот только я собирался доучиться, прежде чем переезжать из Солиано. Во владениях буду появляться нечасто. Сомневаюсь, что ваши выходные совпадут со временем моих визитов.

— Не волнуйтесь, Ла Абель. Уж я постараюсь, чтобы совпали, — многозначительно произнесла Аврелия.

— Неужели получить выходной в вашем легионе настолько просто? — удивился Абель. — Ты ведь в охране рудника работаешь? Разве вам не приходится дожидаться смены, прежде чем отправляться на отдых?

— Приходится. Но смена редко задерживается. К тому же я всегда могу попросить перевести меня в патрули. Там вопрос с внеочередным освобождением от службы решается гораздо проще.

— Я бы попросил тебя этого не делать.

— Как пожелаете. — Аврелия была сама покорность. — Но, если мне будет позволено задать вопрос, почему?

— Дело в том, — осторожно начал Гнец, — что императорская семья не особенно рада нашей сделке. Я опасаюсь, что рабочих будут подговаривать на совершение саботажа или еще какие-нибудь действия, мешающие полноценной работе рудников. Мне хотелось бы знать, кто будет разговаривать с горняками и о чем. Ты ведь со своими подчиненными не в отдельном лагере? Вы контактируете с рабочими?

— Контактируем. — Аврелия задумалась. Высказанная Абелем просьба могла иметь для нее серьезные последствия. С одной стороны, девушка очень хотела обрести покровителя, а с другой — она достаточно ценила собственную репутацию. Следовало тщательно взвесить, что она сможет сообщить Гнецу, не нарушая положения о секретности.

— Я не прошу разглашать информацию, которую ты поклялась хранить в тайне, — словно угадав ее мысли, произнес Абель. — Но ведь обычные разговоры горняков тайной не являются? К тому же если после окончания текущего контракта ты решишь поступить ко мне на службу, никто не найдет ничего предосудительного в использовании полученных ранее сведений для борьбы с саботажниками. При условии их неразглашения, разумеется.

— Мм… — Аврелия едва не замурлыкала от удовольствия. Таких ценных предложений ей давно не делали. — Мой контракт с генералом Флобер действителен до конца июня. Вы уверены, что дождетесь, Ла Абель? Или мне стоит готовиться к досрочному разрыву и выплате неустойки?

— Не надо. Я подожду до конца июня.

Ла Абель Гнец

Договориться с Аврелией оказалось неожиданно легко. Хотя я так и не понял, было ли это связано с ее непреходящим желанием затащить меня в постель или девушка преследовала иную цель. Впрочем, даже если так, расстраиваться я не собирался — нечасто удается убить двух зайцев одним выстрелом. У меня же получилось не только своевременно обзавестись наблюдателем во враждебном лагере, но и подобрать первого офицера для будущей службы безопасности. Пусть у Аврелии не так уж много опыта реального командования, но она неплохо освоилась в горах, в которых предстоит действовать, и имеет наработанные связи с местным населением. Следовало также учесть ее высокие оценки и то, что она, одна из немногих, посещала факультативные предметы, необходимые будущим безопасникам. В общем, не факт, что я оказался бы в выигрыше, заполучив вместо нее бывалого рыцаря.

Да и так ли уж нужны эти самые бывалые? Настоящие боевые действия в Вельской области не ведутся, а для командования группами быстрого реагирования хватит тех офицеров, которых предоставит семья. Мне же требовалось набрать верных. Которых проще было найти среди вчерашних курсантов, еще не успевших обрасти серьезными долгами и связями. А уж если заключать контракты с простолюдинами вместо аристократов, то можно практически не волноваться о семейных связях и обязательствах, гарантированно имеющихся у высокородных рыцарей.

К тому же благодаря Кристоферу и проводимому им турниру уже в апреле мне выдастся прекрасная возможность оценить уровень подготовки представителей самых разных воинских академий. Потом останется только поинтересоваться их оценками для полноты картины, и можно нанимать. При некотором везении ядро моей службы безопасности будет сформировано еще в мае, до окончания учебного года.

Вот так, радуясь найденному решению хотя бы одной из мучивших меня проблем, я и явился на встречу с наследником императора.

— Доброго вам вечера, Ла Абель, — приветствовал меня Риттершанц. — Я смотрю, вы полностью уверены в итогах сегодняшнего вечера. Во всяком случае, бессонницей по этому поводу не страдали.

— Не вижу причин для волнений. Если такой влиятельный человек, как вы, дает обещание, он просто не может его не сдержать. — Это был не совсем комплимент. Но Давид, похоже, принял мою улыбку за признак легкомысленного отношения к переговорам, и я решил поддержать в нем это убеждение.

— Ваша уверенность в деловых партнерах похвальна. Надеюсь, она останется неизменной и после того, как вы меня покинете.

— Какие-то проблемы? — Его слова заставили меня насторожиться.

— Нет, что вы, никаких проблем. Просто рабочие моменты. Регламент по передаче дел вашим людям написан крайне оптимистичным человеком. К тому же недостаточно разбирающимся в тонкостях работы крупных компаний.

— Законник, состоящий в штате Летнего дворца, принимал участие в составлении этого документа, — напомнил я.

— Знаю. — Риттершанц кивнул. — Но его работа — следить за точностью формулировок и соблюдением законодательства. Вряд ли он хорошо представлял себе, сколько людей вовлечено в рабочий процесс и как составленный регламент будет выполняться на практике. Поэтому я позволил себе внести в документ некоторые изменения. Они в основном касаются сроков и не должны вызвать серьезных протестов с вашей стороны.

— Вы позволите мне ознакомиться с ними?

— Конечно. — Он передал мне внушительную стопку бумаги. — Здесь еще наш договор о передаче вам прав на часть Вельской области. Мой отец был не совсем доволен имеющимся соглашением и настаивал на внесении в него ряда мелких дополнений. Я подожду, пока вы все прочтете, чтобы мы могли обсудить его пожелания.

В течение следующих четырех часов мы торговались. Все было вполне ожидаемо — отойдя от шока и вернув себе ясность мысли, наследник постарался надуть меня хотя бы в мелочах. Одни пункты договора я отстоял, демонстрируя твердость духа и умение спорить, с изменением других согласился, показывая, что не желаю конфликтовать по пустякам. Сделал вид, что не заметил небольшой игры слов, грозившей лишить меня еще некоторого количества денег. Но главной цели, кажется, добился — создал себе в глазах Давида образ достаточно жесткого, но не особенно искушенного в вопросах торговли человека. Будет лучше, если Риттершанц сосредоточится на попытках лишить меня заработанного золота и думать забудет о возможности силового давления. Возможностей и для того и для другого у наследника императора предостаточно, а я предпочел бы терять деньги, а не друзей.

— Раз уж мы достигли согласия, то, может, отметим сделку, пока мой секретарь готовит окончательный вариант договора для подписания? — подвел черту Давид. — Вина?

— Не откажусь. — Я решил, что вряд ли меня станут травить или подсовывать какой-то наркотик.

— Элерийское. Мое любимое. — Давид принес бокалы и заранее открытую бутылку вина, взяв их со стоящего в углу столика. — Надеюсь, вы оцените его по достоинству.

— Я не великий ценитель вин, но постараюсь.

— Оно на самом деле великолепно. — Риттершанц налил красную жидкость в бокалы и поставил один из них передо мной. — Думаю, наслаждаясь таким вином, вы не станете сильно обижаться на меня за то, что я вынужден упомянуть еще об одном дополнении к нашей сделке.

— Что на этот раз? — Я отхлебнул из бокала, старательно демонстрируя внешнее спокойствие.

— Видите ли, Ла Абель… Такие обширные земли никогда не передаются просто так. Нас бы не поняли ни семьи Домов Весов и Крылатого Меча, ни прочие аристократы. Поэтому мы с отцом решили найти подходящий повод. А чтобы вы не считали поиск такого повода попыткой давления, мы решили сделать его как можно более выгодным для вас.

— И что же это за повод?

— Свадьба, Ла Абель. Я от имени всей императорской семьи предлагаю вам в жены свою сестру Ла Лидию Риттершанц. Земли, договор о передаче которых мы сейчас подпишем, будут считаться приданым с нашей стороны. Ваши родственники и некоторые другие представители Дома Крылатого Меча уже в курсе и возражений иметь не будут.

— А если возражения есть у меня?

— Откуда, Ла Абель? — Давид вздернул брови, демонстрируя удивление. — Невесты у вас нет. Подходящей по статусу кандидатки на ее роль — тоже. Разве что вас чем-то не устраивает моя сестра… Но это маловероятно. Она привлекательна, умна и прекрасно воспитана. Некоторые злопыхатели, правда, утверждают, что она слишком свободолюбива и грезит о власти. Вот только стоит ли обращать внимание на их высказывания?

Я проглотил оставшееся во рту вино и расслабил пальцы, слишком сильно стиснувшие ножку бокала. Риттершанц откровенно издевался надо мной, лишь внешне оставаясь в рамках приличий.

Наследник императора явно ждал моего отказа. Сейчас, по прошествии трех суток со времени инцидента с налетом на склад, когда запрещенное оружие спокойно лежало в подвале моего дома, мне нечего было ему предъявить в качестве претензии. Кроме обязательств по подписанному договору. Но их Риттершанц и не нарушал. Он только заставил общество рассматривать переданные мне земли как приданое. Откажись я от свадьбы — и императорская семья потребует возврата владений. И что самое мерзкое, их требования сочтут справедливыми все, включая моих родственников. Конечно, можно отказаться, ссылаясь на закон. Вот только что делать потом? Когда моя же семья начнет давить, справедливо опасаясь за свою репутацию, а различные компании откажутся принимать серебро с рудников Вельской области?

Предложение было из тех, от которых нельзя отказаться. Интересно, какое же количество серебра добывается в тайне от всех, если император готов практически насильно вручить мне свою дочь, лишь бы сохранить некоторый контроль над месторождением? Мысль о том, что Лидия Риттершанц будет заниматься чем-то еще, кроме шпионажа и отстаивания интересов своей семьи, даже не приходила в мою голову.

Лу Мелисанда Факаш, старшая наставница

— Ла Абель Гнец, — объявил слуга, вводя гостя в столовую.

— Привет, Абель. — Мелли помахала юноше рукой с зажатой в ней вилкой. — А мы как раз ужинаем. Присоединяйся. — Женщина указала на стоящий рядом с ней стул.

— Благодарю. — Юноша прошел к предложенному сиденью. — Приятного вам аппетита. И простите, что побеспокоил в такое время.

— Ничего страшного. — Ингви отложил нож с вилкой и потянулся за салфеткой. — У нас всегда найдется лишняя порция.

— Мой муж прав. Поужинаешь с нами? — Зиона ни на миг не забывала про обязанности хозяйки дома.

— Нет, спасибо. Разве что чаю выпью. — Гнец благодарно кивнул слуге, подавшему влажное полотенце для вытирания рук. — Позже. Вместе со всеми.

— Выглядишь уставшим. — Зиона, следуя примеру Ингви, тоже опустила столовые приборы. — Много работы? Или что-то случилось?

— Случилось, — мрачно произнес Абель. — Я женюсь.

— Опять? — невольно вырвалось у. Мелисанды. Но, поняв, что именно она ляпнула, девушка поспешила исправиться: — Извини. Я имела в виду, на ком?

— На Лидии Риттершанц.

— Однако, — проронил молчавший до этого Ингви. — Не ожидал. По чьей инициативе?

— Императора. Или его наследника. — Абель чуть пожал плечами. — Во всяком случае, предложение жениться мне передал именно Давид.

— Похоже, Риттершанц высоко тебя оценил. Родственные связи — неплохой способ превратить нынешнего противника в будущего союзника. Или хотя бы в нейтрала.

— Возможно. Хотя вряд ли. Мне больше верится в сильное желание императора сохранить рудники за своей семьей. Предложение заключить брак в данном случае — идеальный вариант. Откажусь — и буду вынужден вернуть им права на землю. Соглашусь — дам отличный повод засылать шпионов и саботажников под видом родственной поддержки. Эта Лидия ведь наверняка приедет с целой толпой обслуги, которую я не смогу просто взять и уволить.

— Мне кажется, ты не прав, Абель, — встряла в разговор мужчин Зиона. — Шпионов у Риттершанцев хватает и без Ла Лидии, имеющей пусть крайне малый, но отнюдь не иллюзорный шанс занять когда-нибудь императорский престол. Скорее всего, они действительно хотят чего-то добиться этой свадьбой.

— А чего? — подала голос Мелли, заинтригованная неожиданным поворотом разговора.

— Могу сделать еще одно предположение, раз первое вам не понравилось, — вновь подал голос Ингви. — Наследование через брак. Союз с Ла Лидией не позволит Абелю взять вторую жену. При равном статусе супругов не поможет даже письменное разрешение — их семья будет считаться идеальной и завершенной. Первый ребенок должен будет принять фамилию матери и войти в ее род. По крайней мере, если до того момента Давид и Тамара не обзаведутся хотя бы тройкой наследников — закон о сохранении правящей линии крови еще ведь никто не отменял. И если Лидия не станет рожать второй раз, то после смерти Абеля земли отойдут обратно Риттершанцам.

— Это если она или ребенок переживут меня, — мрачно произнес Гнец.

— Планируешь избавиться? — равнодушно поинтересовался Ингви.

Мелисанда охнула.

— Нет. Дополняю описанную вами картину. — Абель откинулся на спинку стула. — У меня впереди добрая сотня лет жизни в браке. Что может помешать обзавестись за такой срок двумя детьми?

— Отсутствие любви между супругами? — с невинным выражением лица предположила Зиона.

Абель скривился.

— Зи, как тебе не стыдно! — возмутилась Мелисанда. — Ему и так несладко.

— Я всего лишь хотела сказать, что людям присуще откладывать исполнение неприятных обязанностей на более поздний срок, — невозмутимо пояснила Зиона. — Сначала они думают, что у них в запасе целый век. Потом надеются успеть за девяносто лет, восемьдесят. И в конце концов обнаруживают, что безнадежно опоздали.

— Обязательно приму к сведению. — Судя по выражению лица, свалившееся на него откровение Абель не оценил. — Однако мне хотелось обсудить вовсе не количество моих будущих детей.

— А что? — опять влезла с вопросом Мелли.

— Дружескую поддержку, которую мне когда-то обещал твой муж. — Абель посмотрел на Ингви. — Она скоро понадобится, учитывая некоторое недопонимание между мной и моими родственниками, которое наверняка возникнет, когда я сообщу, что не собираюсь исполнять их приказы. Ваше предложение все еще в силе?

— Разумеется. — Ингви спокойно встретил взгляд Абеля. — Я не отказываюсь от дружбы из-за подобных мелочей. Но лучше продолжить обсуждение в моем кабинете. Ужинать я уже закончил, а выпить чая мы можем и после разговора.

— Согласен. Чай действительно подождет.

Мужчины ушли. Оставшиеся без них женщины молчали, думая каждая о своем.

— Кристина расстроится, — задумчиво произнесла Мелли. — Она ведь любит Абеля.

— Детская влюбленность, — рассеянно отозвалась Зиона, не спеша окончательно выныривать из своих раздумий. — Пройдет, как только она встретит следующего мужчину.

— Ты так думаешь? — оживилась Мелисанда. — Может, ее с кем-нибудь познакомить.

— Как вариант. — Первая жена пожала плечами. — У тебя полная академия кандидатов. На четыре курса — более тысячи юношей.

— Не годится. Она еще в том году жаловалась, что всем нужен исключительно ее титул. Знакомить, так сразу с Ли.

— А вот это проблема. Во всей академии кроме пары Денова только два Ли. И ни один из них твоей Кристине не подойдет. Разве что в следующем году кто-нибудь поступит.

— Слушай, а что мы уперлись в этих курсантов? — Мелли начала увлекаться новой идеей. — Это ведь Солиано. Сам император со своими придворными проводят здесь летние месяцы. Неужели среди них не найдется ни одного подходящего?

— Может, и найдется. — Зиона наконец переключила все внимание на подругу. — Вот только как ты собираешься его искать? Тебя, в отличие от Ли Кристины, во дворец вряд ли пригласят.

— Ну ладно. Не будем про дворец. Все равно в городе есть молодые высокородные и помимо курсантов. Внук ректора, например. Как там его зовут? Валиант?

— Мелли, не увлекайся, — попробовала притормозить разошедшуюся девушку Зиона.

— Да ладно тебе. Мы ведь их только познакомим. А что дальше будет — не наша забота. Ты ведь поможешь, Зи? Зи?.. Ну пожалуйста!

Наследник императора пребывал в бешенстве. Его деловой партнер из Дома Меча смог ответить на приглашение к переговорам только через два дня после отправки ему сигнала. Все это время Давид вынужденно провел во дворце, не удаляясь от комнаты связи более чем на сотню метров. Иначе обладающее мощной защитой от подслушивания заклятие разрушилось бы в соответствии с требованиями безопасности. Подготовка же нового требовала значительного времени. Риттершанц понимал это, но все равно чувствовал себя заключенным, вынужденным существовать в пределах нескольких комнат, и подобное невольное сравнение приводило его в бешенство.

— Приветствую вас, Владыка, — голос собеседника, как всегда, звучал тихо и равнодушно. И, как всегда бывало при упоминании не окончательно принадлежащего ему императорского титула, Давиду чудилась в таком обращении издевка.

— Приветствую… — процедил наследник, стараясь унять бушующие в душе эмоции, могущие сильно осложнить переговоры.

— Что заставило вас провести внеочередной сеанс связи?

— Проблемы. Меня сильно прижали два члена вашего Дома. Те самые, которые в прошлом году выкрали предоставленное вами оружие. На этот раз они разыграли великолепное представление, обставив меня по всем пунктам. Чтобы избежать скандала, я вынужден был передать полные права на владение значительной частью гор Вельской области. Надеюсь, вам не надо объяснять, что это значит? И каких усилий мне стоило убедить отца подписать соглашение?

— Представляю. Как я понимаю, вы хотите получить от меня некую помощь? Вот только мне не до конца ясно, какую именно.

— Для начала мне бы хотелось получить ответ на вопрос, откуда упомянутые мной люди узнали об оружии.

— Сложный вопрос. Но если вы все-таки раскроете их имена, то это облегчит проведение расследования.

— А я разве не упоминал? — делано удивился Давид. — Ингви Гнешек и Абель Гнец. Слышали о таких? — Голос Риттершанца был полон яда.

— Вы абсолютно уверены, что имели дело именно с Абелем? Тихим и рассеянным юношей? Не с кем-то еще, решившим прикрыться громким именем?

— Абсолютно уверен. Я, знаете ли, уточнял. И целая служба безопасности подтвердила, что это именно он. Кстати, на рассеянного юношу он походил не очень. Особенно когда выбивал из меня очередную подпись.

— Странно. — Собеседник немного помолчал. — Я обещаю разобраться в ситуации. Но сильно сомневаюсь, что вас действительно шантажировал Абель. Больше похоже на очередную интригу Сокола.

— Это больше похоже на целенаправленный слив информации! — не выдержал Давид. — В крайнем случае, на ее тотальную утечку. Причем по вине вашей стороны. Если не по вашей лично. Мне наплевать, кто виноват в моих потерях: Гнешек или кто-то другой. Я хочу получить компенсацию!

— Хорошо, я готов обсудить с вами варианты возмещения. — Голос мужчины был так же холоден, как и раньше.

— Во-первых, я нуждаюсь в яйце феникса. Хотя бы в одном. Полагаю, отданных мной владений хватит, чтобы расплатиться за него, — не смог удержаться от шпильки Давид.

— Вы получите яйцо. Одно. Ближе к концу весны. Большего обещать не могу. И так есть вероятность, что эта поставка станет последней.

— Мне хватит и одного. Также я хочу помощи в сохранении хотя бы части прибыли с бывших нашими владений.

— Какой именно помощи?

— Нынешние охранники региона прекрасно справлялись со своей задачей. Будет неплохо, если к подаркам, преподносимым новой семье родственниками жениха, присоединится еще и Дом. Совет ведь может принять решение поддержать наследника главнокомандующего? Например, оплатой генералу Флобер контракта на охрану рудников?

— Думаю, это вполне в моих силах.

— Тогда давайте обсудим и прочие мои пожелания. Они очень скромны по сравнению с первыми двумя, так что, думаю, у вас снова не найдется возражений.

ГЛАВА 16

Ли Кристина Денова

— Отнеси в мою комнату, — буркнула Кристина, сбросив увесистую дорожную сумку в руки подбежавшему слуге. — И скажи, где сейчас мой брат?

— В библиотеке, госпожа Кристина, — отозвался согнувшийся в поклоне мужчина. — Работает.

— Работает? — вздернула бровь девушка. — Заболел, наверное. Ладно, пойду посмотрю на это чудо.

Слуга поклонился еще раз, но Кристина уже забыла о его существовании. Ей нужен был брат. Как один из немногих людей, способных улучшить основательно испорченное родственниками настроение. Какого демона она вообще поехала домой на зимние каникулы? Стоило тратить семь выходных на непрекращающиеся скандалы? А во всем отец виноват! Поставил невыполнимые условия и еще называет это «пошел на уступки»! И мать туда же: «Забудь Гнеца, забудь Гнеца!»

— Крис, ты просто обязан мне помочь! — рявкнула девушка, врываясь в библиотеку. Хотя какая там библиотека: полупустые стеллажи вдоль стен с учебниками и привезенными из дома романами да большой стол, в данный момент заваленный бумагами.

— Чем? — Изучавший какой-то чертеж Кристофер даже головы не поднял. Хотя не виделся с сестрой больше недели.

— Не знаю, — потерянно вздохнула девушка, как-то разом растерявшая свою злость. Она подтянула к столу еще один стул и уселась напротив брата. — Как думаешь, Абель согласится ради меня сменить фамилию?

— Вряд ли, — рассеянно ответил Кристофер, не спеша отрываться от чертежа, — он, в отличие от меня, не сумасшедший. А зачем тебе это надо?

— Все из-за политики. — Кристина скривилась. — Нам, видите ли, невыгодно дальнейшее сближение с Гнецами. Но отец, в виде исключения и из любви к дочери, готов дать согласие на брак, если Абель сменит фамилию.

— И ты тут же начала строить планы, как заставить Гнеца отказаться от семьи?

— Ну не то чтобы начала… — пробормотала девушка. — Но если у тебя есть идеи…

— Допустим, у меня есть идея. Даже, предположим, она сработает. И что потом? Кем станет Абель, отказавшись от своей родни? Приживалой, существующим за твой счет? Чужаком, получившим фамилию Денова по прихоти нашего отца? Очень мило. — Кристофер оторвался от бумаг и поднял голову. На Кристину уставились его покрасневшие от недосыпа, лихорадочно блестящие глаза. Голос юноши стал злым. — Хочешь превратить его в игрушку, полностью зависящую от твоих прихотей? А что будешь делать, когда он тебе надоест? Отправишь спать на коврик? Вот только незадача: Абель может и не согласиться. Что тогда?

— Эй, Крис, ты чего? — оторопело спросила девушка. — Я же ничего такого не говорила!

— Да? Не говорила? А как еще мне стоит понимать твои вопросы?

— Крис… — тихонько произнесла ошарашенная таким напором девушка. — Ну ты чего?

— Извини. — Юноша взял себя в руки и с усилием провел ладонями по лицу. — Это от переутомления. Устал, вот и кидаюсь на всех подряд.

— Тогда, может, приляжешь? — осторожно предложила Кристина.

— Нет. — Кристофер отрицательно покачал головой. — Работы много.

— Тогда не буду тебе мешать. — Девушка соскользнула со стула и попятилась от брата.

— У Абеля спроси, — неожиданно буркнул Кристофер, отводя глаза. — Напрямую. Вдруг согласится.

— Спасибо, — пискнула Кристина, выскакивая за дверь.

Оказавшись в коридоре, девушка судорожно выдохнула. Стоило признать, неожиданно резкая отповедь брата ее изрядно напугала. С чего он так завелся? Хотя актуальнее было бы спросить: когда он остынет? Оставаться в одном доме с настолько раздраженным Крисом девушке не хотелось. Может, воспользоваться последним советом и действительно посетить Абеля? Или все же сначала принять душ и отдохнуть с дороги?

Ла Абель Гнец

— К вам гостья, господин Абель, — предупредила заглянувшая в библиотеку Риккарда.

— Угу, — отозвался я, давая понять, что не пропустил информацию мимо ушей.

Видеть никого не хотелось. Визитеры отнимали время, которое я мог бы потратить с куда большей пользой. Например, на поиск решения хотя бы одной из своих проблем. Желательно самой главной. Предстоящая свадьба, мягко говоря, не радовала. А если быть уж совсем откровенным — пугала. В мои планы никогда не входило длительное сосуществование бок о бок с незнакомой женщиной. Да еще к тому же враждебно настроенной. Но вместо того чтобы планировать меры по защите, я должен принимать гостей. Хорошо еще, что меня, кроме друзей и хороших знакомых, никто не навещает. А то бы совсем до ручки дошел, пытаясь уделить каждому немного времени.

— Добрый день, Абель. — Кристина опустилась на стул напротив меня и, подперев щечку ладонью, попробовала заглянуть в глаза.

— Здравствуй, Крис. Отдохнула дома? — Я попытался улыбнуться. Вроде получилось.

— Лучше не спрашивай. — Она поморщилась. — Только и ругались. Думала, хоть в Солиано отдохну, а там Крис раздраженный какой-то. Разве что не кидается.

— Настолько плохо? — удивился я.

— Ага. Сидит, уткнувшись красными глазами в какие-то чертежи, и рычит. Я когда тебя за столом с бумагами увидела, чуть не остановилась — так похоже.

— Извини.

— Да не за что, — девушка отмахнулась, — ты же не Крис. Хотя, судя по внешнему виду, недалеко от него ушел. Тоже недосыпаешь?

— Немного, — признался я.

— Так я и поверила в твое «немного». — Кристина хмыкнула. — От «немного» таких усталых глаз не бывает. Почему ты даже в выходные не можешь выспаться? Опять какое-то заклятие изобретаешь? Или бессонница замучила? Случайно с родственниками, как я, не поругался?

— Еще не поругался. Но, видимо, уже скоро. — Новая улыбка вышла кривоватой.

— Что-то серьезное? — участливо спросила Крис.

— Да. Я женюсь.

Девушка побледнела. Отвела взгляд, уставившись куда-то в груду моих записок. Она просидела так, наверное, минуту, прежде чем тихо спросить:

— Крис знал?

— Вряд ли. Мне самому только вчера сообщили.

— Понятно. — Кристина вновь взглянула на меня. — Кто она?

— Лидия Риттершанц.

— Без шансов… — как-то непонятно пробормотала девушка. — Политика, да?

— Угу, — буркнул я. — Политика. Или бизнес. Как посмотреть.

— Ясно. — Она натужно улыбнулась. — Следовало предполагать. Рано или поздно что-то такое должно было случиться. Ведь твой отец заинтересован в полезных связях не меньше, чем мой. Дочь императора в женах — не какая-то там Ли. Тем более из враждебной семьи.

— Я предпочел бы тебя дочери императора.

— Спасибо, Абель. Жаль только, что решаешь не ты. И не я. — Кристина закусила губу и шмыгнула носом.

— Крис?

— Ничего. Останемся друзьями. — Она снова шмыгнула носом. Отвернулась, пряча слезинки. — Мы ведь хорошо дружили.

— Крис…

— Не надо, Абель. Ничего уже не изменить. Пришло время вспомнить, что громкий титул — не только права, но и обязанности. Будем их исполнять.

Я промолчал.

— Я пойду, — тихонько произнесла Крис. — Не провожай, пожалуйста. Мне надо побыть одной. Увидимся послезавтра. На занятиях.

Она ушла. А я остался. Сидел и смотрел на закрывшуюся за ней дверь, пытаясь понять, каким образом мое желание быть свободным могло довести до вот этого. Почему я избегаю свадьбы с симпатичной лично мне девушкой, но женюсь на незнакомке? Рудники? Плевать на рудники. Они важны только как символ. Возможность утереть нос Давиду и показать, что со мной лучше не связываться. Показал? Судя по всему, да. Вот только кто кому? Пока получается, что он мне. Интересно, что будет, если я откажусь жениться прямо в храме Совершенства посреди церемонии бракосочетания? Меня родственники сами убьют или уступят это право императору?

— Господин Абель…

— Ну что там опять? — буквально простонал я, глядя на стоящую в дверном проеме Рикку.

— Гости, господин Абель, — спокойно уточнила горничная. — Ваша сестра. С сопровождением. Она сказала, что подождет вас в гостиной.

— Иду.

Интересно, какие демоны принесли сюда Марианну? Или ей опять предоставили почетную обязанность уведомить меня о скорой свадьбе? Быстро же решаются вопросы, когда разговор заходит о родстве с императорской фамилией.

Гостиная встретила меня тишиной. Мари развалилась в кресле, вытянув ноги, и с отрешенным видом рассматривала собственные тапочки. Сопровождающие ее мужчины расположились на диванчике. И если адъютанта сестры я видел не в первый раз, то его сосед мне был незнаком. Охрана?

— Долгих лет, Абель, — лениво помахала рукой сестра, оторвавшись от своего увлекательного занятия. — Что-то ты хмурый какой-то? Не рад меня видеть? Или это как-то связано с Зовом, который я получила от отца час назад? Не знаю почему, но твоя мрачная физиономия и созываемое папой общее собрание семьи кажутся мне связанными друг с другом.

— Ничего не знаю. Меня на «общее» собрание не пригласили.

— Зато ты можешь предположить, стоят твои неприятности собрания или нет. Рассказывай, что случилось. Все равно ведь узнаю.

— Свадьба случилась. — Скрывать очевидное было глупо. — Вернее, случится. Моя.

— О, мальчик таки решил жениться. — Марианна расплылась в широкой улыбке. — Она хотя бы красивая? Впрочем, о чем я. Избранница моего брата просто не может быть серой мышкой.

— Злорадствуешь?

— А ты думал, сочувствовать буду? Зря. Сам решил, что уже взрослый, — сам и расхлебывай. Доигрался с большими дядями в политику? — В последнем вопросе уже не было ни капли веселости.

— На приданое повелся, — мрачно бросил я.

— Неужели? Большое, наверное.

— Среднее. Учитывая размер арендной платы.

— Ты согласился арендовать приданое собственной невесты? — Мари вздернула брови. — Талант. Редкий талант, я бы сказала.

— Формально его передают мне в полное владение. Но в случае невыплаты арендной платы я обязуюсь вернуть все права прежним владельцам. Так что, в общем, ты недалека от истины.

— М-да. — Сестра некоторое время изучала мое лицо. — Ну хотя бы в долги сильно не залезешь. Большая плата?

— Сорок процентов от средней выработки за последние пять лет.

— Выработки чего?

— Серебра, естественно. На рудниках Вельской области ничего, кроме серебра, не добывают.

— Так. Я правильно поняла — ты арендуешь серебряный рудник? За сорок процентов от его выработки?

— Нет. Я получаю во владения часть гор Вельской области со всем, что там находится. Включая населенные пункты и серебряные рудники. Выплачивая предыдущим хозяевам сорок процентов от официальной выработки. — Я выделил слово «официальной».

Марианна молча смотрела на меня. Кто-то из сидящих на диване мужчин тихонько закашлялся.

— Что?

— Да вот думаю, кто кого надул и насколько. Вельские рудники ведь во владении Дома Весов. Я не ошибаюсь? Напомни, чей род у нас настолько щедр?

— Риттершанцы.

— Чувствую, семейное собрание будет очень интересным… — пробормотала Мари. — Знаешь, мне кажется, что мать была не так уж не права, желая удержать тебя дома.

— А ты не думала о том, что все происходящее может быть следствием такого ее желания?

— Все может быть… — задумчиво пробормотала сестра. Но тут же встряхнулась. — Впрочем, не будем о грустном. Я же тебе подарок привезла! Запоздавший, правда, судя по последним откровениям, но все равно пригодится.

— Что за подарок? — с подозрением уточнил я. От Мари можно было ждать чего угодно.

— А вот. — Она махнула рукой в сторону сидящих на диване мужчин. — Знакомься. Себастьян Лестерин. Диверсант. Профессионал высшей пробы. Он благородно согласился приглядывать за тобой, не мозоля глаза местным наблюдателям.

— Понял. — Я внимательно посмотрел на представленного мне соглядатая, тщательно запоминая мельчайшие нюансы его внешности. — Все, кроме одного. Подарок-то где?

— На. — Мари выложила на стол стопку исписанной бумаги. — Себастьян — не мой подчиненный. Он служащий генерала Фалька и не имеет никакого отношения к нашей семье. Договор о его найме оформлен на тебя, так что больше он ни на кого работать не будет — можешь унять свою паранойю. Кроме того, плачу ему я. По-моему, прекрасный подарок. Хочешь что-то возразить?

— Да нет. Только уточнить, что я не просил тебя делать столь широкий жест.

— Абель, — Мари вздохнула, — ты опасаешься не тех людей. Я твоя сестра, и мне не безразлична судьба моего младшего брата. Себастьян в любом случае будет заниматься своим делом, обеспечивая безопасность одного излишне активного мальчишки. Но если подпишешь договор, то сможешь согласовывать с ним свои планы и надеяться, что он не выдернет тебя из женских объятий в самый неподходящий момент. Кстати, Себастьян обладает множеством талантов и готов предоставить их в распоряжение своего нанимателя — там, в конце договора, подколот список дополнительных услуг с расценками. Правда, уже не за мой счет.

— Впечатляет. — Я взглянул на упомянутый список и, увидев расценки, едва смог удержаться от более экспрессивного выражения своего мнения.

— Я не одиночка, — подал голос сидящий на диване мужчина, — расценки указаны за всю группу.

— И много у вас подчиненных?

— Пятеро.

Я поделил увиденные цифры на шесть и получил вполне приемлемые результаты. Хотя следовало заметить, что с таким уровнем оплаты ни сам Себастьян Лестерин, ни его подчиненные страдать от нехватки средств в обозримом будущем явно не собирались. Впрочем, цена меня взволновала не сильно. Особенно после того, как я обнаружил среди прочих услугу под названием «Передача опыта». Полдюжины инструкторов, не понаслышке знакомых с диверсионной работой, — это действительно шикарный подарок.

— Вам приходилось работать в горах? — уточнил я на всякий случай.

— Да. — Лестерин был лаконичен.

— Прекрасно. Скорее всего, я вас найму. Только прочитаю предварительно договор.

— Читай, — снова подала голос Мари, — только сейчас. Мне еще Себастьяна из города вывозить.

— Зачем? — удивился я.

— Для конспирации. Ему тут еще работать. Так зачем привлекать внимание?

— Думаешь, наблюдатели различных семей проигнорируют твоих сопровождающих?

— Не думаю. Ты слышал о такой вещи, как иллюзорное изменение внешности? Сейчас ты подпишешь договор, Себастьян вновь натянет личину, предназначенную для любопытных, и мы поедем в воздушный порт.

— А сканеры иллюзий? Как вы пройдете мимо них?

— Деньги, Абель, решают множество вопросов. — Мари улыбнулась.

— Ага. Ты подкупаешь служащего воздушного порта, и в течение дня каждая собака будет знать, что Марианна Гнец провозила что-то или кого-то под покровом иллюзии.

— Если мало заплатить, то да. Но, допустим, ты прав. Как это поможет опознать Себастьяна?

Я задумался.

— Никак, — прервала мои размышления Мари. — Учись, конспиратор мелкий, пока твоя сестра готова давать уроки.

— Поучусь, — кивнул я, признавая ее правоту. — Кстати, ты ведь к отцу летишь? На личном корабле?

— На служебном. Но к отцу.

— Подвезешь? А то я хотел переброситься с ним парой слов до общего собрания. Заодно и вам ждать не придется — договор могу в полете почитать.

Мари зажмурила левый глаз и принялась изучать меня открытым правым. Длилась пантомима недолго — приняв решение, сестра широко улыбнулась:

— Подвезу, конечно. Иди собирайся.

Ла Марианна Гнец

Мари полулежала на кровати в своей каюте и наблюдала из-под полуприкрытых век за расположившимся в кресле братом. Абель читал договор, изредка морща лоб, когда встречался с очередной сложной формулировкой. Он не так уж и изменился за полтора года, прошедшие со времени его первого визита в Солиано: те же повадки, жесты, то же задумчивое выражение лица. Но Марианна уже воспринимала его иначе. Забавно, но раньше ей бы и в голову не пришло искать скрытый смысл в банальной просьбе младшего братишки. Теперь же…

Он ведь мог добраться и с обычным курьером. Потеряв лишний час или два и с меньшим комфортом, но мог. Причем упорно сражающийся за свою самостоятельность мальчик, которым брат казался в последнее время, наверняка так бы и поступил. Но Абель предпочел навестить отца непосредственно перед общим собранием семьи и в компании сестры. Хочет намекнуть папе, что действует не в одиночку? Возможно.

Женщина улыбнулась. Пусть намекает. Ей совершенно не жалко. Совершенство, да она напьется на радостях, если Абель докажет отцу, что способен обойтись без опеки! Ее изрядно замучила необходимость быть надеждой и опорой семьи. Но, к сожалению, иных кандидатов не предвиделось: супруги главнокомандующего были слишком заняты на службе и не стремились уходить в длительный отпуск ради прибавления в семействе.

— Что во мне такого веселого? — поинтересовался Абель, откладывая в сторону дочитанный договор.

— Веселого? — удивилась Мари.

— Да. Ты смотришь на меня и улыбаешься. Так что во мне веселого?

— Ах, это… Просто вдруг подумала, что тебе обязательно понадобится охрана для рудников. Дашь любимой сестричке возможность заработать? Хоть маленький контрактик. — Она часто-часто захлопала ресницами, пытаясь придать своему лицу умильное выражение. Женщина прекрасно понимала, что вопросы об охране будет решать совсем не Абель. Так же как и то, куда пойдет нераспределенная прибыль с рудников. Но почему бы и не подколоть братца? В конце концов, он ей должен за Кристофера Денова. Много должен.

— К отцу с этим вопросом, — буркнул Абель. — Нанимать людей кого-то из семьи я готов только за его счет.

— А за свой кого нанимать будешь? — продолжала забавляться Марианна.

— Скорее всего, обращусь к генералу Кригу. В принципе, ценник у Антона примерно такой же, как у прочих. Зато люди с подходящим опытом есть. Вдобавок он обещал дать некоторую скидку.

— Антон, да? — Мари все еще широко улыбалась, но желание веселиться уже пропало. — А когда ты уточнял у него цены? Вдруг информация устарела?

— Вчера.

— Понятно. А о свадьбе когда узнал? Если не секрет, конечно.

— Тоже вчера.

— Быстрый ты.

— Приходится, — проворчал Абель.

Мари лишь криво улыбнулась, лихорадочно пытаясь втиснуть новые сведения в уже составленную ею картину происходящего. Посмеялась, называется… А брат, оказывается, тоже смеяться умеет. Молча, но оттого не менее ядовито. Ему не нужна предложенная семьей охрана рудников. Потому как Антон имеет людей с подходящим опытом и готов предоставить их в распоряжение Абеля. Недорого. И быстро, учитывая время, за которое один перспективный курсант и один предприимчивый генерал смогли достигнуть соглашения.

Надо будет срочно изучить данные по доходности серебряных рудников. Внимательно изучить. А то уже не верится, что Абель просто так согласился отдавать по сорок процентов выработки. Одно дело, если его обвели вокруг пальца ушлые торговцы из императорской семьи. Родство с Риттершанцами и приобретаемые вместе с ним связи могут компенсировать семье некоторую потерю денег. Но что, если никакого обмана нет? А есть, например, взаимовыгодный договор, в результате которого после «арендных» выплат Абелю останется что-нибудь на собственные «карманные» расходы. Скажем, чистой прибыли процентов десять от выработки. Марианна представила размах семейных баталий, которые начнутся, если выяснится что-то подобное, и в очередной раз покосилась на брата. Тот сидел, прикрыв глаза, и с рассеянной улыбкой думал о чем-то своем.

Ла Абель Гнец

Маленький семейный воздушный порт возле нашего поместья был практически пуст. Корабль Марианны приземлился на второй посадочной площадке. Прекрасно. Отсюда ближе всего до дома. Учитывая, что на всем поле, кроме судна Мари, торчал только «Несгибаемый Воин» — личный корабль деда по отцовской линии, у меня имелся приличный шанс завершить дела и исчезнуть до прибытия матери. Нет, я, разумеется, подготовил речь на случай нашей встречи, но очень хотелось бы обойтись сегодня без экстремальных переговоров.

— Не стой столбом. — Мари толкнула меня локтем. — Экипаж уже подан.

Я проследил за ее взглядом и действительно увидел карету, стоящую практически у самого борта. Видимо, за время моего отсутствия в поместье появился новый кучер. Никто из прежних не стал бы так бравировать своим мастерством. Хотя надо было признать, что подвести экипаж так близко к еще садящемуся кораблю — высший пилотаж.

К чести новенького стоило отметить, что на обратном пути он не гнал и не лихачил, похоже, решив, что одной демонстрации его способностей вполне достаточно. Нас быстро, но аккуратно доставили к главному входу, где встречающие слуги помогли выбраться наружу. Я помахал Мари ручкой и отправился напрямую к отцовскому кабинету.

— Добрый день, господин Абель. — Отто, бессменный секретарь главнокомандующего, приветствовал меня, как всегда, первым.

— Добрый. Он занят? — Я кивнул на дверь кабинета.

— Как обычно, господин Абель. — Мужчина позволил себе небольшую улыбку. — Но я сейчас доложу о вашем прибытии. Как только господин Александро освободится, вас сразу известят.

— Не стоит утруждать слуг. Просто передайте, что я жду в приемной.

Отто изобразил нечто среднее между полупоклоном и кивком и исчез за дверью. Я уселся на один из стульев для посетителей и откинулся на спинку. Было интересно — отец найдет время для разговора сразу или решит помариновать меня в приемной, демонстрируя, кто в Доме хозяин?

— Прошу, господин Абель. Командующий примет вас. — Секретарь вернулся меньше чем через две минуты. Своего рода рекорд. По крайней мере, для меня.

— Спасибо, Отто. — Я прошел в кабинет. — Здравствуй, папа.

— Добрый день, Абель. Не ожидал тебя сегодня здесь увидеть. Присаживайся. — Он повел рукой в сторону стоящих вдоль стены стульев.

Я подхватил один из них и подтянул поближе к столу. Уселся и молча стал изучать отца. Строгое волевое лицо, седые виски и все понимающий чуть усталый взгляд. Лик главнокомандующего — человека, всегда готового принять сложное решение и взвалить на себя груз ответственности. Как водится, игнорируя мнение окружающих.

— Ты что-то хотел, сын? — Он заговорил первым.

— Ничего особенного. — Побольше безмятежности в голос. — Услышал случайно, что у вас тут общее собрание семьи, и подумал: «Вдруг мою свадьбу обсуждают?» А мимо как раз Мари пролетала. Вот и решил, пользуясь случаем, заскочить в гости и высказать свое мнение о событии.

— И каково же оно?

— В целом положительное. Жениться я согласен. Приданое меня устраивает.

— Приятно слышать. Но неужели ты решил проделать столь долгий путь только ради нескольких слов?

— Ну да. Я бы и в письме написал, но почта в последнее время как-то плохо работает. Например, приглашение на общее собрание семьи до меня так и не дошло. В общем, надежды на почтовую службу нет, магия Зова мне недоступна, вот и выкручиваюсь, как могу. Письмо с предложением Лидии Риттершанц выйти за меня замуж — через ее брата передал. А домой решил сам слетать: Марианна — женщина занятая, могла и забыть вручить тебе записку.

— Ясно. — Отец был невозмутим. — Извини, сын, мне следовало раньше позаботиться о том, чтобы ты не испытывал проблем со связью. Недоглядел. Я распоряжусь, чтобы рядом с тобой постоянно находилось несколько надежных курьеров. Теперь твои письма всегда будут гарантированно доставляться адресату.

— Спасибо за заботу. — М-да, нашел с кем в словесные игры играть. Получается, я только что сам попросил у отца дополнительных шпионов, чтобы они могли перлюстрировать мои письма. Пора сворачивать разговор, пока папа еще за что-нибудь не зацепился. — Кстати, о письмах. Ингви Гнешек просил при случае тебе передать. — Я достал из внутреннего кармана конверт.

— А почему он просил тебя?

— Не знаю. Тоже, наверное, почте не доверяет.

— Не унизительно выполнять работу курьера?

— Денег он мне за доставку не предлагал, так что работой я это не считаю. Просто услуга человеку, с которым мы находимся в дружеских отношениях.

— Дружеские отношения с главой службы безопасности чужого рода могут быть опасными. Не все люди, делающие дорогие подарки, хотят тебе добра. Некоторые просто ищут свою выгоду. Подумай над этим, сын.

— Думал уже.

— И к какому выводу пришел?

— К тому, что из людей, делающих дорогие подарки в поисках своей выгоды, и людей, не делающих подарки, но также ищущих выгоду, я предпочту первых.

— Разумный вывод. Но взрослый человек должен еще и уметь соотносить ценность полученных даров с ответной благодарностью.

— Будем надеяться, что я уже взрослый человек.

— Уверен? Что ты мне можешь рассказать о яйцах феникса и драконьих посохах, которые якобы приняты тобой на хранение?

— Только то, что написано в официальных документах. Они приняты мной на хранение.

— Да? И тебя совершенно не волнует тот факт, что для этого требуется соблюсти определенные условия?

— Все условия соблюдены. Я — Ла из Дома Крылатого Меча, а значит, имею право на личное владение подобными вещами и могу не ждать получения генеральского звания. Что же до необходимых мер безопасности, то мой дом в Солиано отвечает всем требованиям.

— Включая пропускной режим?

— Разумеется. Я же не в гостиной их храню. А в подвал никому постороннему хода нет.

— Откуда у тебя подобное оружие?

— Нашел. — Я с простодушной улыбкой развел руками. — Понимаю, в такое трудно поверить, но все было именно так. В мае прошлого года в предместьях Солиано случился большой пожар. У Гнешека в то время было много работы, вот я и предложил ему своих людей для помощи в разборе завалов. Тогда мои подчиненные и обнаружили брошенное строение с запасами оружия. Хозяин находки остался неизвестен, и Ингви помог мне оформить ее в собственность. Единственное, о чем он попросил, — не спешить с заявлением об обнаружении незарегистрированных экземпляров запрещенного оружия, чтобы не мешать проводимому расследованию. Вполне разумное требование.

— И часто ты предлагаешь Гнешеку помощь?

— Нет.

— Но в тот раз все-таки предложил?

— Да.

— А почему?

— Честно говоря, не помню уже. Давно дело было.

— Ты все же попробуй как-нибудь вспомнить. Это может оказаться важным. Для тебя в первую очередь.

— Хорошо, — не стал упираться я. Хотя и совершенно не понял, на какую именно мысль пытался натолкнуть меня отец.

— Тогда продолжим разговор после общего собрания.

— Разве что при помощи почты. Я не собирался оставаться. В академии занятия послезавтра начинаются.

— Мне казалось, ты хотел попасть на собрание семьи.

— Не хотел. Что мне там делать? Сидеть в уголке и тихонько шептаться с Иви? Или слушать разглагольствования прабабушки Риты, также имеющей исключительно совещательное право голоса? Спасибо, не надо. Лучше высплюсь перед занятиями.

— Как пожелаешь. Поговорим утром.

— Боюсь, что утром тоже не получится. Я собираюсь уехать в ближайшее время.

— В ночь?

— Какая ночь? Только восьмой час вечера. А темно — потому что зима. Я взрослый человек. Доеду спокойно до Верхонска и сяду там на ближайший рейс до Солиано. Курьерское сообщение с летней столицей всегда было стабильным.

— Извини, Абель, но я не могу такого допустить. Мой сын не должен маяться в гражданском воздушном порту, ожидая ближайшего курьерского корабля, словно какой-то простолюдин. Если тебе так хочется уехать именно сегодня, то я велю подготовить мой личный транспорт. Иди поужинай, пообщайся с родственниками. Как только корабль будет готов к отлету — тебя позовут.

— Спасибо. — Впервые за долгие месяцы во мне шевельнулось что-то вроде благодарности к этому человеку. И, повинуясь некоему чувству, я добавил: — Папа.

Главнокомандующий неспешно расхаживал по кабинету и размышлял о странном визите Абеля. Стыдно признаваться, но Александро оказался не готов к прошедшему разговору. Не готов смотреть в глаза сыну. Он ожидал увидеть в них обиду, злость, даже ледяную уверенность в собственных силах. Но совсем не то, что увидел на самом деле. Безмятежность. Спокойную, расслабленную безмятежность, которую старший Гнец наблюдал в глазах своего предполагаемого наследника на протяжении всех последних лет. Это могло означать только одно: большая часть отчетов, полученных от наблюдающих за мальчиком людей, не стоит бумаги, на которой они написаны. Не было никакого внезапного возмужания после переезда Абеля в летнюю столицу. Юноша вырос задолго до того, как покинул родной дом, а он, Александро, так и не заметил. Предпочел положиться на мнение Радомиры, трясущейся над сыном. Радомиры и прочих родственниц, ни одна из которых не была сильна в чтении людских душ.

Он проглядел. А вот Гнешек — нет. И сразу вцепился. Что нужно от Абеля этому хитрецу, заслуживающему называться Змеей, но почему-то прикидывающемуся Соколом? Окопался у себя в Солиано, подлец, и сидит, надежно защищенный громкой фамилией Каласов. Копит сведения о курсантах академии, знакомится с ними, компромат собирает. А они — будущая элита Дома. Не зря старичок Редфорд предпочитает кабинет ректора точно такому же кабинету владыки провинции. Не зря поколения Каласов добивались, чтобы их офицерская школа по праву считалась лучшей в империи. Проклятье, да больше половины нынешних генералов — выпускники этого заведения! Каласы всегда занимали одну из первых позиций в Доме, но предпочитали не лезть в чужие дела, а развивать то, чем и так владели.

Что же изменилось теперь? Почему Гнешек, ручная гадюка Каласа, решил вдруг поиграть с Гнецем? Непонятно. Ладно бы он захотел устроить свадьбу Абеля с одной из многочисленных внучек Редфорда. Но бракосочетание с дочерью императора… Какой от нее прок Соколу? Или подобный союз нужен все-таки не Гнешеку, а Риттершанцам? Точнее, официальному наследнику, который надеется на активную поддержку со стороны Дома Меча…

— Александро! — Дверь распахнулась от мощного удара, и в кабинет ворвалась Радомира. — Какого демона здесь происходит?! Что за секретность с семейным собранием?! Почему я узнаю, что в поместье был Абель, но улетел на твоем корабле, даже не повидавшись со мной?!

— Спокойнее, Рада. — Гнец имел дело с взрывным характером жены не первый год и прекрасно знал, как реагировать в подобных ситуациях. — Не стоит ломать дверь. Лучше присядь и позволь мне ответить на твои вопросы.

— Постою, — отрезала женщина.

— Как хочешь. — Александро не собирался ее уговаривать. — Семья собирается, чтобы обсудить предстоящую свадьбу нашего сына. Император предлагает ему в жены свою младшую дочь. Отсюда и секретность. Сама понимаешь, что такие подробности с курьерами лучше не передавать.

— Император хочет породниться с нами? — Удивление быстро свело на нет всю злость Радомиры. — По собственному желанию? Или это какая-то твоя интрига принесла плоды?

— Предполагаю, что все-таки интрига. Вот только не уверен, что именно моя. Слишком много игроков в последнее время объявилось. К тому же Абель сейчас больше подвержен влиянию Сокола, чем кого-либо из нашей семьи. По крайней мере, именно такое впечатление сложилось у меня после разговора с мальчиком.

— И куда ты его направил?

— В Солиано. Только не я направил, а он сам пожелал вернуться. Причем как можно скорее.

— Александро? — Женщина сощурила глаза. — Может, я чего-то не понимаю? Ты только что фактически заявил, что Гнешек манипулирует нашим сыном. Но при этом сам предоставил Абелю корабль, чтобы он отправился прямиком в лапы этой твари?

— А что мне стоило сделать? Запереть его в поместье? Против воли?

— Да! Если надо — запереть! Но не отдавать нашего сына какому-то интригану!

— Сколько предполагаешь держать его под замком? До свадьбы? Дольше? От общения с женой тоже оградишь?

— При чем здесь его общение с женой?!

— Абель потратил полдня на то, чтобы добраться сюда. И почти сразу засобирался обратно. Не пожелав остаться до утра. Достаточно демонстративно, не находишь? Да, я дал ему транспорт. Но только потому, что изначально он хотел отправляться обычным гражданским рейсом из Верхонска.

Радомира поморщилась.

— Ты слишком привыкла действовать прямолинейно, Рада. Боюсь, что такой способ уже не подходит для взаимоотношений с нашим сыном. Запри его дома — и он ухватится за первую же возможность выбраться. Все, что ты ему запретишь, жена постарается разрешить. Или ты думаешь, что Лидия Риттершанц — наивная идиотка, которую совсем не интересует влияние на одного из вероятных наследников Дома Меча? Прежде чем ответишь, советую подумать о том факте, что свел их наверняка тот же Сокол. — Александро сцепил руки за спиной и прошелся по кабинету туда-сюда. — Впрочем, мне все равно не удалось бы удерживать его дольше пары дней без плачевных последствий. На вот, почитай. — Гнец подцепил со стола сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его жене. — Привет от Гнешека.

Женщина взяла письмо и некоторое время молча читала. Чем дольше ее взгляд скользил по строчкам, тем сильнее хмурились брови.

— Он что, угрожает нам? — гневно вопросила она, добравшись до конца послания.

— Ради Совершенства, Рада, какие угрозы? Гнешек что, похож на сумасшедшего? Считай его послание предупреждением. Очень вежливым предупреждением, между прочим.

— Вежливым? Да он откровенно заявляет, что младший Калас готов выделить ему вплоть до легиона на боевую операцию. Это не угроза, по-твоему?

— Нет. Ну подумай сама, Рада. Сокол действует в точном соответствии с законом. Абель — курсант академии. Обучение оплачено на два с половиной года вперед. А значит, все это время Гнешек просто обязан заботиться о безопасности мальчика. В соответствии с правилами Дома. Вот он и уведомляет нас, какие ресурсы готов привлечь ради такой заботы. Угрожать можно в куда более лаконичной форме. Или вообще обойтись без угроз. Просто дождаться момента, когда ты решишь все-таки запереть Абеля, и задать в совете невинный вопрос о том, на каком основании мы похищаем его подопечных и не собираются ли Гнецы распространить подобную практику на другие рода?

— Тогда какая цель у его послания?

— Показать, что он действует не в одиночку, я думаю. Намекнуть на всестороннюю поддержку Каласов. И заодно уверить Абеля в его безопасности. Сын лично привез мне письмо, так что с содержанием он наверняка знаком.

— И что мы будем делать? Ты ведь не собираешься позволить Гнешеку играть с нашим мальчиком?

— Не собираюсь. Но нужно тщательно продумать последствия.

ГЛАВА 17

Ла Абель Гнец

Утро последнего дня зимних каникул наступило для меня неожиданно поздно: солнце успело подняться достаточно высоко, освещая большую часть комнаты, да и внутренний хронометр подсказывал, что уже десятый час. Однако Сильвия, обычно прилежно исполнявшая роль запасного будильника, продолжала мирно дремать на моем плече, вместо того чтобы ругаться из-за пропущенной тренировки. Я чуть шевельнулся, пытаясь устроиться поудобнее, и женщина тут же распахнула глаза.

— Спи, — шепнул я ей, уже жалея о своем неосторожном движении.

— Я уже несколько часов не сплю, — отозвалась она, сладко потягиваясь. — Просто лежу. Привычный режим дает о себе знать.

— Да? А почему меня не разбудила? Я думал, что уж ты-то ни за что не дашь мне пропустить утреннюю тренировку.

— Здоровый сон важнее ежедневных упражнений.

— Все-все… Понял и проникся. Но раз уж мы проснулись, давай вставать. — Я постарался увести разговор с неудобной темы.

— Вставай, — с улыбкой согласилась она, не спеша убирать голову с моей руки.

Пришлось освобождаться самостоятельно. А затем еще и первым выбираться из постели, тем самым лишая себя возможности понаблюдать стриптиз наоборот в исполнении Сильвии. Жалко, конечно, но я не собирался дожидаться, пока ее игривое настроение пройдет и мне закатят очередную лекцию о пользе здорового сна.

Как ни странно, но ни сразу после душа, ни во время общего завтрака про необходимость отдыха мне напоминать не стали. Рикка даже воздержалась от осуждающих взглядов, встретив мое появление за столом искренней улыбкой. Я с удовольствием улыбнулся в ответ — успешность вчерашних переговоров с отцом делала меня нерационально счастливым. Конечно, это еще не конец, но первый раунд выигран с большим отрывом. И второй тоже останется за мной, если я хоть что-то понимаю в наших внутрисемейных отношениях. Браслет на запястье тихо пискнул.

— Сам открою. — Я жестом остановил собирающуюся встать Рикку и не торопясь промокнул губы салфеткой. Несколько лишних секунд перед закрытой дверью пойдут гостям только на пользу.

Второй раунд начался. Хотя поздновато что-то. По моим расчетам, ломиться в дверь должны были начать уже с раннего утра. С другой стороны, неизвестно, насколько затянулось вчерашнее собрание. Вполне возможно, что именно любовь родственников к пространным речам дала мне возможность выспаться. Счастливо улыбаясь, я распахнул входную дверь.

— Здравствуй, мама!

— Щека-а-асти-и-ик! — На меня напрыгнули, стиснули в объятьях и принялись тереться облепленной мокрыми волосами щекой.

— Иви, отпусти, — простонал я, тщетно пытаясь освободить из захвата хотя бы одну руку.

— Я так счастлива! — радостно взвизгнула она, внезапно даруя мне свободу и делая маленький шажок назад. — Раньше ты никогда не называл меня мамой!

— Обознался, — проворчал я, пытаясь утереть лицо рукавом рубашки. Безрезультатно — рукав тоже был мокрым. — Ты который час под дождем без защитных чар гуляешь?

— Минут двадцать. — Иви одним элегантным движением головы закинула мокрые волосы за спину, предварительно хлестнув их кончиками меня по лицу. — Но ты не пытайся увильнуть. Какое «обознался»? Рада — красивая женщина, но она же почти вдвое меня старше. В приличном обществе тебе за такой «комплимент» все лицо расцарапают.

— Извини. Может, в дом пройдете? — Я наконец рассмотрел людей за ее спиной. Трое крепко сбитых мужчин и не уступающая им по комплекции женщина. — Ты, кстати, зачем приехала?

— Меня Александро послал. Чтобы я попросила тебя пожить ближайшие несколько месяцев дома. Поехали, Абель? — Ивейна мягко улыбнулась.

Меня прошиб холодный пот. Второй раунд переговоров вышел совсем не таким, как я предполагал. Если продолжать скрывать способности Дианы, то Иви скрутит меня, прежде чем горничные покинут гостиную. Здоровяки, стоящие за ее спиной, требовались моей второй маме разве что для солидности. Ну и чемоданы таскать.

— Кстати о чемоданах, — подала голос Диана. — Тебе не кажется, что их как-то многовато для группы захвата? Если тебя будут похищать, то часть явно придется бросить.

Я представил, что будет со всеми этими вещами, если Рикка успеет включить защиту дома, прежде чем мы покинем двор, и не удержался от улыбки. Кажется, меня банально пытаются развести.

— Мы и так дома. У меня. Зачем куда-то ехать?

— Ну нет так нет, — пожала плечами Иви. — Я и не надеялась. — Она все же прошла в дом. Ее сопровождающие, подхватив вещи, устремились следом. — Александро так и сказал, что ты упрешься. Меня хоть пожить пустишь? Не будешь заставлять свою вторую маму ютиться в гостинице?

— Пущу, разумеется. Ты надолго?

— До твоей свадьбы как минимум, Абель. Мне Александро трехмесячный отпуск от работы дал. По семейным обстоятельствам.

— Контролировать будешь?

— Приглядывать, — поправила меня Ивейна. — Чтобы ты не совершил какую-нибудь опасную глупость. Вроде прилюдного сравнения своей будущей жены с ее мамой. Не волнуйся, мешать тебе пить с сокурсниками я не собираюсь.

— Что-то берут меня сомнения. Особенно когда я вспоминаю жалобы Мари.

— А ты не сомневайся. Если будешь действительно пить, а не надираться, как последний алкоголик, слова дурного от меня не услышишь.

— И где же пролегает граница между этими понятиями?

— Где? — Иви прищурилась. — Пока ты встаешь на тренировку вовремя — все в порядке. А если вместо нормального пробуждения натягиваешь на голову подушку, брыкаешься и просишь тебя добить, как это делают некоторые девицы, то в жизни пора что-то менять.

Я невольно улыбнулся, представив Марианну в описанной ситуации.

— Абель, будь добр, укажи мальчикам, в какую комнату нести мои вещи. А заодно — где они будут жить.

— Гм… Иви, я всегда рад тебя видеть. Но не припомню, чтобы просил еще о четверке надзирателей.

— Какие надзиратели, Абель? Это моя личная обслуга.

— Ага, точно. Как я сразу не догадался. Ты вдруг разучилась одеваться самостоятельно, стала бояться еды, приготовленной моими горничными, и перестала доверять магазинным службам доставки?

— Ничего из перечисленного. Просто не хочу усложнять жизнь твоей прислуге. К тому же мы ведь в столице, а я представительница влиятельного семейства. Мне нельзя без сопровождения. Прочие аристократы не поймут.

— Меня же понимают.

— Кто тебе сказал? И вообще. Не будь занудой, Абель. Тебе жалко пары комнат?

— Не жалко, — сдался я. — Рикка, будь добра, рассели наших гостей.

— Как прикажете, господин Абель, — отозвалась горничная. — Прошу вас, госпожа Ивейна.

Нежеланные визитеры отправились на второй этаж, а я поспешил в библиотеку. Требовалось срочно убрать разнообразные компрометирующие документы как можно дальше от любопытных глаз. А то в последнее время я расслабился, стал оставлять бумаги в столе и на книжных полках. Надо бы перетащить часть в собственную комнату, а все остальное — в подвал к запрещенному оружию. Будет у меня личный архив.

Времени на работу я потратил неожиданно много. Разбор только скопившихся в библиотеке бумаг затянулся часа на два. Да и стопки получились впечатляющие: штуки четыре — и все мне по пояс. Даже не думал, что накопил такое количество ценной документации. Немного поколебавшись, я решил не заниматься работой носильщика в одиночку и позвал Мику.

Риккарда Сонано, горничная

Девушка закончила накладывать заклятия на дверь и скептически осмотрела результаты своих трудов. Сигнальные чары, шоковые, укрепляющие. И вдобавок два щита, прекрасно видимые обычным зрением. Остается надеяться, что этого хватит, дабы привезенная госпожой Гнец «обслуга» умерила свое любопытство и не пыталась проникнуть в подвал. Рикке очень не хотелось прибирать потом останки ловкачей, вскрывших запертую на три замка дверь и попавших под огненный щит, преграждавший путь вниз.

Со стороны холла послышались приближающиеся шаги — кто-то шел по направлению к подвалу. «Не стоило поминать спящего дракона», — подумала девушка, поворачиваясь к нежданному гостю. Из-за угла показался один из подручных госпожи Гнец.

— Риккарда Сонано, полагаю? — поинтересовался мужчина, останавливаясь в нескольких шагах от горничной.

— Вы правильно полагаете, — прохладно отозвалась Рикка.

— Меня зовут Арчибальд Залецкий, — представился гость. — Я отвечаю за безопасность госпожи Ивейны. Мне необходимо получить ключи от подвала.

— Обратитесь с этим вопросом к господину Абелю.

— Простите, но, насколько мне известно, ключи находятся у вас.

— Это так. Но без распоряжения господина Абеля я вам их не дам.

— Вы меня, видимо, не поняли. Я отвечаю за безопасность госпожи Ивейны. И доступ в подвал мне необходим для изучения защитной системы дома.

— Если вы хотите что-то узнать об охранных чарах особняка, обратитесь к господину Абелю. В противном случае продолжайте заниматься безопасностью Ло Ивейны, а заботу о защите помещений оставьте мне.

— И все-таки я хотел бы попасть в подвал, — прямо гнул свою линию Арчибальд.

— В третий раз повторяю. Вам там совершенно нечего делать. — Рикка тоже сдаваться не собиралась.

— Но у меня совершенно однозначный приказ.

— Меня не волнуют ваши приказы. Ключей вы не получите.

— Вы понимаете, что тем самым мешаете нашей работе? — продолжал напирать мужчина. — Госпожа Ивейна этого не одобрит.

— Что именно не одобрит госпожа Ивейна? — Из-за поворота показался Абель с большой кипой бумаг в руках. За ним следовала еще одна бумажная колонна, из-под которой виднелись ноги Мики.

— Ла Абель, — мужчина поклонился, — ваша горничная отказывается впустить меня в подвал несмотря на то, что я имею распоряжение Ло Ивейны проверить защитную сеть дома.

— Моя горничная абсолютно права. Вам нечего делать в подвале. Более того: все, что вам надо знать о защитной сети дома — она работает, и работает так, как надо. Так что будьте добры, не мешайте девушкам.

— Со всем уважением, Ла Абель, должен заметить, что у меня есть приказ. И я продолжу его выполнять. Если вы хотите его отменить, обратитесь, пожалуйста, к Ло Ивейне.

Рикка едва не задохнулась от подобной наглости. Какой-то слуга смел открыто заявлять, что не собирается считаться с мнением ее господина в его же собственном доме! Горничная воззрилась на Абеля в ожидании приказа проучить хама, но Гнец и бровью не повел, словно ничего такого в сказанном не было.

— Обязательно обращусь. А пока — всего доброго. — Он вежливо улыбнулся и посторонился, освобождая проход.

Мужчина понял правильно и, изобразив нечто среднее между неглубоким поклоном и обычным кивком, направился в сторону холла. Рикка проводила взглядом его удаляющуюся спину. Как было бы просто, имей она право вогнать ублюдку клинок меж ребер… Но, к сожалению, придется выбрать какой-нибудь более гуманный способ мести. Служанка высокородного должна заботиться не только о своей личной репутации, так что выходить за рамки приличий не стоит.

— Господин Абель, можно мне сломать ему ноги? — тихонько произнесла все так же прячущаяся за горой бумаг Мика.

— Не сейчас, — тоже тихо ответил Гнец.

— Вы собираетесь высказывать претензии госпоже Ивейне? — решила уточнить планы господина Рикка.

— Собираюсь, — рассеянно пробормотал он, явно размышляя о чем-то своем. — Сегодня же.

— Тогда, может быть, вы позволите нам преподать наглецу небольшой урок? Обещаю, что после этого претензии если и возникнут, то совсем не к нам. — Идея подходящей мести уже формировалась в сознании горничной.

— Он тебя обидел? — Абель отвлекся от мыслей и внимательно взглянул на девушку.

— Да, — твердо ответила Рикка. Этот Залецкий действительно обидел лично ее, позволив себе относиться к Гнецу подобным образом.

— Ты хочешь потребовать сатисфакции самостоятельно или это сделать мне?

— Благодарю вас за предложение, господин Абель, но мы с Микой вдвоем управимся. Я только прошу вас немного повременить с предъявлением претензий. Скажем, до ужина. Или пока ситуация подходящая не подвернется. — Девушка позволила себе слегка улыбнуться.

— Хорошо. — Гнец улыбнулся в ответ.

— А теперь позвольте помочь вам. — Рикка аккуратно взяла стопку бумаг из рук Абеля.

— Помогай, — согласился тот. — А я пойду за следующей партией. В библиотеке еще несколько стопок ждут своей очереди.

— Всего несколько стопок? Не беспокойтесь, они нас с Микой надолго не задержат. Ведь именно из такой работы и состоят будни служанок.

Абель закатил глаза, демонстрируя, что он думает о ее мнении. Но завуалированную просьбу не позорить горничных перед своей родственницей, видимо, понял, потому как удалился без единого возражения.

— Что будем делать? — нетерпеливо поинтересовалась рыжая.

— Закончим работу, — задумчиво отозвалась Рикка, уже составляющая в голове план предстоящего мероприятия.

С переноской документов они управились быстро. Подготовка «театра боевых действий» тоже не отняла много времени. Но затем потянулись минуты томительного ожидания. Залецкий оказался даже более въедливым и скрупулезным, чем показалось вначале. Он очень медленно обходил первый этаж, надолго застывая у каждой магической конструкции, показавшейся ему хоть немного подозрительной. Когда мужчина наконец-то миновал все светильники, пылесборники, охлаждающие и согревающие чары и подобрался к устроенной девушками ловушке, Рикка готова была танцевать от радости. Три часа. Подумать только, этот педант заставил их бездельничать в течение трех часов, хотя вполне мог бы пройти тот же самый маршрут минут за тридцать — сорок. Впрочем, девушка не собиралась мелочиться и включать упущенное рабочее время в уже готовый к предъявлению счет.

Мужчина остановился у двери, ведущей в ванную комнату. Внимательно осмотрел стену слева от нее, затем справа. Бросил мимолетный взгляд на недавно прикрепленную к дверной ручке самодельную табличку «Только для женщин». Насмешливо скривился. И снова принялся изучать стену с двух сторон от двери. В тех местах, где располагались невидимые обычным взглядом энергетические линии. Встроенное в стену коридора наблюдательное заклятие, при помощи которого Рикка следила за мужчиной, не позволяло ей видеть магический узор, но девушка и без этого прекрасно знала, что привлекло внимание Залецкого. Линий-каналов было слишком много. Раз в пять больше, чем могло потребоваться для обычной ванной комнаты. Зато для промежуточного контрольного центра — в самый раз. Ну и для того, чтобы заманить внутрь одного не в меру любопытного и хамоватого мага, тоже должно подойти. Или Рикка совсем не разбирается в людях. Арчибальд бросил еще один взгляд на табличку и постучал по двери костяшками пальцев. Надо же: а он, оказывается, способен на проявления вежливости! Жаль только — не тогда, когда надо. Не дождавшись ответа, мужчина приоткрыл дверь и, проскользнув внутрь, вернул ее в исходное состояние.

Рикка оживила еще несколько наблюдательных заклятий, расположенных в разных уголках дома, и, убедившись, что прочие гости находятся достаточно далеко от места основных событий, послала Зов рыжей.

Ближайшая к ванной комнате дверь распахнулась, и в коридор шагнул ангел (или демон?) мести. Огромная, самую малость не достающая кончиками подрагивающих ушей до потолка, получеловечья-полуволчья обнаженная фигура с закинутым на плечо белым полотенцем направилась в купальню.

Залецкий, излишне увлекшийся распутыванием сложного переплетения энергетических линий, отреагировал слишком медленно для забравшегося в женскую комнату мужчины. К тому моменту, когда он обернулся на звук захлопывающейся двери, Мика уже была рядом. Взгляд резко расширившихся серых глаз мага встретился с взглядом желтых глаз наклонившегося к нему оборотня. Монстр втянул ноздрями воздух и оскалился, демонстрируя крупные острые зубы. Арчибальд распахнул рот, набирая в легкие воздуха, но крикнуть так и не успел: широко улыбающаяся Мика впечатала свою правую нижнюю лапу мужчине между ног. Залецкий закатил глаза и рухнул как подкошенный.

Чудовище не спеша уменьшилось в размерах, превратившись в миниатюрную рыжую девушку. Она обернула себя полотенцем, прикрывая наготу, и, удовлетворенно окинув взглядом лежащее тело, громко завизжала.

Рикка погасила изображение, передаваемое заклятием, и направилась к выходу. Кто-то ведь должен был оказать первую помощь пострадавшему — оставлять наглеца калекой в планы горничной не входило.

Ла Абель Гнец

Документы, скопившиеся на личном рабочем столе, я разобрал гораздо быстрее. Но самостоятельно отнести их в архив мне опять не дали — стоило только открыть дверь комнаты, как стоящая прямо за ней Рикка с вежливой улыбкой забрала бумаги из моих рук и, укоризненно покачав головой, удалилась. Так что я плюнул на попытки занять себя работой, развалился в кресле и принялся обдумывать нетипичное поведение слуг Ивейны.

То, что меня подталкивали к неким действиям, было очевидно. Вопрос таился в другом: к каким именно действиям и чего дорогие родственники хотели этим добиться? Проверить мою реакцию на слегка завуалированное хамство? Посмотреть, достаточно ли я уравновешен? Оценить решительность? Эмоциональную стабильность? Или семья таким странным образом проверяет мое умение находить компромиссы? Ведь не зря же Залецкий предлагал решать вопрос о его поведении с Иви.

Женский визг пробился даже сквозь звукоизоляцию комнаты, заставив забыть про все мои логические построения. Я рванулся на помощь, еще не до конца осознавая, что происходит. Кресло отлетело к стене, толстая дубовая дверь распахнулась от толчка рукой, не смея меня задерживать. Более не блокируемый шумопоглощающим заклятием вопль буквально ввинтился в уши. Так дико визжать на одной высокой ноте могла только Мика — голосовые связки обычного человека на подобное просто не способны. Убью! Убью того гада, который заставил мою подругу так кричать! И плевать, что это наверняка очередная проверка! Стены ведущего к холлу коридора промелькнули мимо за считаные секунды. Выскочив на лестничную площадку, я ухватился руками за перила и прыгнул через них, сокращая путь на первый этаж. Приземление. Пол с чудовищной силой ударил в пятки. Боль прокатилась по всему телу, достав то темени. В глазах на миг потемнело, и я вдруг оказался стоящим на четвереньках. Демоны! А со стороны этот трюк всегда казался таким несложным!

— Идиот! — вопила Диана. — Убиться решил?! Отдай тело!

— Сам… — с трудом сформулировал я.

Неизвестно откуда взявшееся чувство, что нас провоцируют, не давало мне полностью перейти в боевой режим, передав управление телом подруге. Втянув воздух сквозь плотно сжатые зубы, я взял низкий старт. Перед глазами промелькнуло что-то белое, сразу исчезнув в боковом коридоре.

— Ивейна, — куда более спокойно, чем мгновением раньше, прокомментировала Диана.

Я бежал. Ноги горели, спину простреливало болью, но я бежал. Секунды три. Пока передо мной не возникла Иви, стоявшая в дверном проеме ванной комнаты. Я едва не налетел на нее, но успел притормозить и всего лишь стукнулся о косяк. В который тут же и вцепился, чтобы не упасть.

— Что здесь происходит? — как-то растерянно произнесла моя вторая мама, переводя недоуменный взгляд с чего-то внутри комнаты на меня и обратно.

Я рискнул отпустить стену и, сделав шаг влево, посмотрел поверх ее плеча. Посреди помещения стояла Мика, прижимавшая к груди большое белое полотенце, и смотрела на нас расширившимися глазами. В шаге от ее голых ног лежал кто-то из «гостей».

— Я мыться пришла, — тихонько произнесла девушка, втягивая голову в плечи. — А тут он. А я голая. А он повернулся и на меня смотрит. Я испугалась и закричала.

— Да? — несколько скептически переспросила Иви. — А почему Арчи лежит?

— Он меня напугал. — Мика потупилась. — Очень напугал. И я его, кажется, стукнула. — Она зашаркала пальчиками правой ноги по полу.

Я прикрыл глаза, едва подавив стон. Идиот. Рикка же упоминала о сатисфакции… Да и, случись бой, Мика скорее бы рычала, чем визжала, как перепуганная девица. Хорошо еще удержался и не «познакомил» Ивейну с Дианой. Успел подумать о возможности провокации. Правы девушки — мне явно не хватает сна. Физически почти не устал, а мозги не работают. Так и куда более серьезных ошибок наделать недолго. Ладно, разберемся с текущей ситуацией, поужинаю — и спать. Все равно Иви не даст сегодня чем-нибудь полезным заняться. Я сделал шаг назад, отходя от двери в ванную, и едва не упал — больную ногу повело в сторону.

— Абель! — Рядом непонятно откуда объявилась Сильвия, подныривая под свободную руку и обхватывая меня за пояс. — Тебе плохо?

— Да нет. Ноги только ушиб немного, когда забег устраивал. Послужишь мне подпоркой несколько минут?

— Конечно. — Сильвия улыбнулась, но глаза выдавали ее беспокойство.

Мы отошли к стене. Я оперся на нее и, слушая вполуха Ивейну, выяснявшую у Мики подробности происшествия, постарался понять, насколько сильна полученная мной травма. Пошевелил пальцами вытянутой ноги. Неприятно, но не смертельно. Что же там такое можно было отбить? А ведь Мари такой трюк без использования внутренней энергии проворачивала. Нет, больше я без Дианы со второго этажа прыгать не буду…

В коридоре потихоньку становилось людно. Собрались подчиненные Ивейны, подошла Рикка. Последняя порывалась начать оказывать мне первую помощь, но я отправил ее спасать зашибленного Микой: рука у девушки тяжелая — могла и сломать ему что-нибудь. Иви наконец оставила горничную в покое и подошла к нам с Сильвией.

— Абель, твоя прислуга явно перестаралась, — крайне недовольно заявила она. — Я все понимаю, но калечить каждого, на кого натыкаешься в неположенном месте, — перебор. Претензии можно высказать и в другой форме.

— Целитель способен справиться с нанесенной травмой? — поинтересовался в ответ я, изучая прикрепленную к ручке двери табличку «Только для женщин».

— Если мы не будем тянуть с его вызовом, то да. Но дело не в этом.

— Твой подчиненный умеет читать? — перебил я.

— Что за вопросы, Абель? — Иви нахмурилась.

— Да вот интересно, что именно твой человек делал в женской купальне? — Я подцепил табличку и передал ее своей второй маме. — Раз уж мы установили, что он грамотный и, соответственно, точно знал, куда именно лезет, то мне на ум приходит только одна мысль.

— Я поручала ему проверить охранную систему дома, — еще сильнее нахмурилась Иви.

— А я говорил ему, чтобы он оставил охранные системы дома в покое. Но если ты уверяешь, что в женскую ванную его погнало исключительно желание нарушить мое прямое указание, а не какие-нибудь извращенные мысли, то это в корне меняет дело. Тоже твой приказ?

— Как ты мог такое подумать, Абель? — возмутилась Ивейна.

— Тогда чей?

— Понятия не имею. С чего ты вообще решил, что кто-то мог отдать подобное распоряжение?

— Если никто такого распоряжения не отдавал, значит, твой человек действовал по собственной инициативе. — Я, как всегда, по-доброму улыбнулся своей второй маме. — И мы приходим к тому, что кто-то приставил к тебе в качестве сопровождения человека, плевать хотевшего на мнение хозяев дома, в котором ты будешь находиться. Блестящая работа службы персонала. Кто там у нас сейчас ею руководит? Все еще бабушка Клара? — Взгляд Иви на мгновение скользнул в сторону, прежде чем вернуться ко мне. Кажется, я угадал виновника текущей проблемы. — Обязательно выскажу ей свое мнение при встрече.

— По-моему, ты преувеличиваешь проблему, Абель. Вина бедного Арчи вполне может оказаться надуманной.

— Ты так считаешь? Хорошо. Давай вызовем психо и за пару дней получим ответы на мои вопросы. Если я не прав, то принесу господину Залецкому публичные извинения. Но в противном случае публичные извинения принесет кто-то другой.

Ивейна вздохнула:

— Абель, ну зачем нам психо? Давай не будем выносить мелкие семейные неурядицы наружу.

— Давай, — согласился я. — Пусть твои сопровождающие собирают вещи, и чтобы я их в своем доме больше не видел. Им подобных — тоже.

— Хорошо, — покорно согласилась Иви. — Я обзаведусь другими сопровождающими.

— Правильно. В Солиано прекрасные службы подбора персонала. Нанять здесь слуг не проблема. Ты только сообщи Рикке, в какое время хочешь провести собеседование с будущими работницами, а об остальном она позаботится.

Сильвия Стэн, мастер боевых искусств

Сильвия рухнула на постель, да так и осталась лежать, свесив с края ноги и раскинув руки в стороны. Нервное напряжение, в котором она пребывала последний час, резко ушло, забрав с собой изрядный запас сил. Воительница называется. Дура влюбленная! Понапридумывала себе невесть чего, а потом тряслась от страха на ровном месте. Зеленой курсантке должно быть понятно, что мастер уровня Абеля не мог получить травму, совершая банальный прыжок. А если хромает и шипит сквозь зубы, значит, играет на публику — соглядатаев полдома собралось. И ведь он сказал, что все в порядке. Нет, не поверила. Пока целитель не пришел, так и суетилась, словно наседка вокруг цыпленка-несмышленыша. Стыдно-то как!

Тихий стук отвлек ее от самобичевания. Сильвия замерла. Затем резко, рывком, села. Заставила отхлынуть от лица лишнюю кровь. Вроде не перестаралась. Ну да лучше выглядеть слегка бледной, чем полыхать красными, как помидор, щеками. Прошлась до двери. Открыла.

— Я могу войти? — поинтересовалась стоящая в коридоре Ивейна Гнец.

— Конечно, госпожа. — Сильвия посторонилась, впуская гостью в комнату.

— Не называй меня госпожой. — Миниатюрная блондинка шагнула через порог и сразу направилась к единственному креслу. — Я не твоя нанимательница. И не люблю излишнее преклонение. Просто Ивейна. Ло Ивейна, если тебе так уж важны титулы. Договорились?

— Договорились… Ивейна. — Сильвия не хотела перечить гостье, которой, кроме всего прочего, искренне восхищалась.

— Да ты не стой. Присаживайся. — Блондинка мягко улыбнулась. — Это ведь я у тебя в гостях, а не наоборот.

— Конечно. Простите. — Робеющая Сильвия опустилась на краешек кровати. — Вам что-то от меня надо?

— Поговорить. — Улыбка исчезла с лица женщины, сменившись задумчивостью. — О твоих отношениях с Абелем.

— А почему со мной? Почему не с ним?

— После сегодняшнего недоразумения? Боюсь, Абель не станет меня слушать. Или, что еще хуже, поступит наперекор, вопреки доводам логики. К нему я подойду дня через три — когда он остынет. А сейчас давай поговорим с тобой. Как две взрослые женщины. Идет?

Сильвия кивнула.

— Ты ведь в курсе, что Абель через два месяца женится? — задала риторический вопрос Ивейна. — И не на ком-нибудь, а на представительнице семьи Риттершанц? Осознаешь, что это значит? Для тебя.

— Не совсем, — осторожно отозвалась Сильвия.

— Это значит, что дочь императора не станет терпеть любовницу своего мужа. Тем более любовницу-простолюдинку. Высокородные дамы иногда травят своих служанок только за знаки внимания, оказанные тем бедняжкам мужьями этих дам. Что уж говорить о ночи, проведенной в одной постели!

— Но ведь Абель еще не женат… — потерянно пробормотала Сильвия.

— Дата бракосочетания уже назначена. Он считается женихом Лидии Риттершанц. И спать с другой женщиной — означает испытывать терпение невесты на прочность. Она может захотеть избавиться от «соперницы» хотя бы ради того, чтобы избежать сравнения. Но дело даже не в этом.

— А в чем?

— В том, как ты вела себя сегодня. Повтори подобное с женатым мужчиной, которому не являешься близкой родственницей, и болтливые языки сразу запишут тебя в его любовницы. В вашем случае это равнозначно смертному приговору. Для тебя. Возможно, отсроченному, но тем не менее неотвратимому.

— Я поняла.

— Будет гораздо лучше, если ты перестанешь не только спать с Абелем, но и принимать оказываемые им знаки внимания. — Ивейна встала. — Я знаю, что такое любовь, Сильвия, но попробуй прислушаться к голосу разума. Не играй с судьбой. Она не на твоей стороне.

— Да, Ло Ивейна, — покорно пробормотала Сильвия.

Блондинка слегка поморщилась, но ничего не сказала. Смерила свою собеседницу взглядом, пожала плечами и удалилась, раздраженно покачивая хвостом белых волос.

Оставшись одна, Сильвия снова растянулась на кровати. Вот и кончилась сказка о любви высокородного и простолюдинки. Она знала, что рано или поздно этот момент настанет, но всячески гнала от себя подобные мысли. Но ничего, нашлись добрые люди — напомнили. Хорошо еще словами, а не кинжалом по горлу или ядом в стакане с водой. Абель скоро женится, и им пришло время расстаться. Все разумно. Все правильно. Но Совершенство, как же больно! Женщина подтянула к себе подушку и зарыдала, уткнувшись в нее.

Лидия Риттершанц мерила шагами малую императорскую приемную. Она понимала, что ведет себя неподобающе, но отсутствие свидетелей и кипящие в душе чувства не давали девушке остановиться. В конце концов, стоит ли скромно сидеть у стеночки, если ты то и дело разглаживаешь ткань юбки или постукиваешь каблучком по полу… Лучше уж ходить — нервная энергия быстрее расходуется.

— Госпожа Лидия. — Одна из дверей приоткрылась, и вернувшийся секретарь прошествовал на свое место. — Боюсь, император не сможет вас сегодня принять. И завтра тоже. Если хотите, можете записаться на послезавтра.

— Благодарю, не стоит, — холодно бросила девушка. — Если я захочу встретиться с отцом послезавтра, то послезавтра и подойду.

Секретарь промолчал, не желая провоцировать высокородную особу. Впрочем, дочь императора и не собиралась срывать собственную злость на слуге. Он, по сути, ни в чем не был виноват — просто исполнял свои обязанности. В частности, ограждал императора от нежелательных посетителей. Кто же мог знать, что Владыка решит внести в их число свою младшую дочь?

Лидия некоторое время постояла на месте, прикидывая, не поспешила ли она, отказываясь от предложения записаться на аудиенцию, но, подумав, решила, что поступила правильно. Никуда старикашка не денется. Сам пригласит на разговор. Не через два дня, так через четыре. Или через шесть. Как только решит, что она остыла и готова к «конструктивному диалогу».

Какой, к демонам, может быть диалог, когда тебя выдают замуж, словно породистую кобылу! Одно дело быть аристократкой, помнящей о долге перед семьей и вступающей в брак по расчету, и совсем другое — животным в дорогих одеяниях, чье мнение не интересует даже родного отца. Где знакомство с женихом, неофициальные визиты, совместные прогулки, символические подарки с обеих сторон? Риторический вопрос о согласии, наконец? Старый ублюдок даже не потрудился сообщить ей обо всем лично! Слугу с письмом прислал. На скандал нарваться не захотел. Целители ведь рекомендовали Владыке избегать негативных эмоций в связи с его ослабленным состоянием. Да старику уже за полторы сотни лет перевалило! Столько даже императоры не живут! Ему в семейный склеп давно пора, а он все за свою жизнь цепляется да чужие портит…

Лидия раздраженно одернула юбку, совершенно в этом не нуждающуюся, и устремилась к выходу. Двери перед ней услужливо распахнулись, придерживаемые руками высоких и мускулистых гвардейцев. Девушка благодарно кивнула и тут же поняла, что зря, — старались не для нее. В малую приемную входил ее брат Давид.

— Здравствуй, сестра. — Мужчина развел руки в стороны, словно собираясь обнять родственницу. — Получила аудиенцию?

— Нет. Боюсь, сегодня отец не принимает. — Девушка растянула губы в фальшивой улыбке. Брата она, мягко говоря, недолюбливала.

— Тогда тебе не повезло. Но для меня у него всегда найдется время. Так что, если хочешь, могу что-нибудь передать. Мы все равно собирались обсуждать твою предстоящую свадьбу.

— Так вот оно что… Избавиться от меня решил. — Лидия зло сузила глаза. На нее внезапно снизошло понимание того, кто же виновен в текущей ситуации.

— Избавиться? — недоуменно вздернул брови Давид. — Нет, что ты! Не стоит обвинять меня в чем-то подобном. Избавляются при помощи яда или несчастного случая, а я всего лишь даю тебе возможность получить власть, о которой ты мечтала. Заодно сменишь рабочую площадку с Зимнего дворца на шикарный особняк близ Вельских гор и поместье главы Дома Крылатого Меча…

— И перестану путаться у тебя под ногами, — продолжила за брата Лидия.

— И это тоже, — легко согласился Давид. — Не люблю, знаешь ли, терять сторонников. Кстати, у меня есть шикарное предложение об обмене. Ты передашь своих дворцовых людей мне, а я обеспечу тебя адекватной заменой в стане Гнеца.

Девушка только фыркнула в ответ на столь нелепое предложение.

— Ну и зря, — пожал плечами мужчина. — Я же от всей души. Тебе ведь надо будет как-то отвоевывать свое место под солнцем.

— Сама справлюсь.

— А вдруг не справишься? Супруг твой имеет все шансы стать следующим главнокомандующим. Вот только Риттершанцев почему-то недолюбливает. — Давид усмехнулся.

— Надеешься полюбоваться на мои унижения? — снова прищурилась Лидия, которую посетило нехорошее подозрение.

— Да в принципе не откажусь. — Мужчина продолжал усмехаться. — В качестве компенсации за доставленные неудобства. Но если ты вдруг после гипотетических унижений сумеешь получить на Гнеца хоть какое-то влияние — обращайся. Думаю, мы сумеем найти общий язык. Ты получишь лишний кусочек свободы. А я, так уж и быть, удовольствуюсь властью.

Дальше Лидия слушать не стала. Высокомерно вздернула подбородок и покинула помещение, не утруждая себя прощанием.

Подумать только: ее хотели сделать не просто гарантом добрых отношений между двумя Домами, а превратить в шпионку, выведывающую тайны мужа. Причем для кого — Давида и его никак не желающего подыхать папаши! Не выйдет. Она сумела остаться относительно независимой во дворце, сумеет и в чужом Доме.

ГЛАВА 18

Ла Абель Гнец

Первый учебный день после зимних каникул прошел довольно скомканно. Никаких практических занятий. Лекции, лекции и еще раз лекции. Впрочем, и тех могло не быть. Курсантов больше интересовал пересказ свежих новостей, чем речи наставников. Последние тоже особо не усердствовали, явно привыкнув за годы работы к подобному послепраздничному отношению.

Наиболее общительные из сокурсников попытались втянуть в бессмысленное обсуждение светских новостей и меня, но тут вмешалась Кристина. Она аккуратно перевела тему на организуемый Кристофером турнир, в итоге утащив добрый десяток юных аристократов слушать рекламное выступление своего брата. Девушка словно чувствовала, что мне нужнее всего, хотя за день мы не обменялись и десятком фраз. Расставание после занятий у нас вышло таким же немногословным: двойное тихое «Пока» и прощальное помахивание руками.

Штефан исчез сразу после ухода Денова, озадаченный очередным моим поручением. Я бы тоже не отказался сбежать в неизвестном направлении, но ответственность не позволяла. Ответственность и назначенная через полчаса встреча в чайной неподалеку от академии. Рыжая телохранительница ждала меня там же, где и обычно, — на скамейке недалеко от входа в лекторий. Вот только на этот раз она была не одна — рядом с ней, вольготно раскинув руки и вытянув ноги, сидела Иви. Моя вторая мама что-то рассказывала, заставляя оборотня хихикать, прикрывая ладошкой рот.

— Доброго дня, дамы, — нейтрально поздоровался я, подходя к ним.

— Доброго дня, Абель, — отозвалась Ивейна, одним плавным движением поднимаясь на ноги. — Долгие у вас лекции. Мы с Микой заскучать успели.

— Нормальные лекции. Лично тебе скучать здесь было вовсе не обязательно.

— Ай, мне все равно делать нечего, — отмахнулась Ивейна, — вот и решила составить компанию твоей телохранительнице: оказать ей моральную поддержку, проявить заботу.

— О Сильвии ты вчера уже позаботилась, — мрачно проронил я. На утренней тренировке у меня состоялся неприятный разговор с наставницей по боевым искусствам. О необходимости отказа от излишне близких отношений.

— Позаботилась, — не стала возражать Иви. — Хотя, по-хорошему, ты должен был сказать ей все это самостоятельно.

— Так, может, стоило подойти сначала ко мне?

— Ты бы стал слушать? После вчерашнего? — Ивейна фыркнула.

— Считаешь, что я не способен прислушаться к разумным доводам?

— Ты стал слишком предвзято относиться к родственникам. Ко мне в том числе. Я еще понимаю, почему ты выгнал беднягу Арчи, но остальная прислуга в чем провинилась? В том, что была отобрана матерью Александро?

— Именно в этом.

— Вот потому я и разговаривала с Сильвией. У нее было гораздо больше шансов меня понять. — Ивейна вздохнула. — Я знаю, что такое любовь, Абель. И не имею ничего против вашей связи. Спите друг с другом на здоровье. Ты можешь хоть каждую ночь к ней шастать. Но не раньше, чем научишься делать это незаметно для окружающих.

Молчание. Мы просто стояли и смотрели в глаза друг другу. Иви очень четко обозначила свою позицию. До сих пор моя вторая мама была единственным членом семьи, кроме слуг, который никогда не принуждал меня поступать так, как ему хочется. Она просила, убеждала, но ни разу не пыталась заставить. До вчерашнего дня. Жаль, но теперь придется относиться к ней так же, как к остальным родственникам.

— Отец давно научился? — устало спросил я.

Иви растерянно моргнула, не сразу поняв суть вопроса, а затем ее глаза сузились. Мика сделала небольшой шажок, подбираясь поближе. Секунда, другая, и Ивейна с тихим вздохом отвела взгляд.

— Зря ты так, Абель. Мы не враги. Не надо пытаться уязвить меня побольнее.

Я пожал плечами.

— Ему не нужны служанки. — Моя вторая мама криво улыбнулась. — Работа отнимает свободное время с куда большей эффективностью. Но если тебя интересуют отцовские таланты, то ты можешь оценить его умение скрывать своих любовниц по отсутствию колов с насаженными на них головами на территории поместья. Уж Радомира бы точно не спустила посторонним девицам попыток соблазнения ее мужа.

— Ну раз ты так говоришь… Будем считать твою версию правильной до появления доказательств обратного. А сейчас извини, нам с Микой надо идти.

— Ой, а я пойду с вами. Дома так скучно… — К Ивейне быстро возвращалось хорошее настроение.

— У меня деловая встреча.

— Ну и что? Телохранительницу же ты на нее берешь. Значит, и меня можно. Я в ваши мужские разговоры лезть не буду. Посижу рядом, помолчу многозначительно. Ты же не хочешь, чтобы я нарезала круги вокруг места вашего сбора и всячески привлекала внимание своим поведением? Знаешь, сколько всего может натворить одна скучающая женщина?

Оставалось только согласиться. Судя по всему, Ивейна серьезно настроилась не выпускать меня из поля зрения до самой свадьбы. Ну и пусть. Я ведь тоже могу наблюдать за ней. Присмотрюсь, постараюсь понять, какое поведение моя родня считает допустимым, а какое нет. Заодно вспомню об осторожности, а то слишком расслабился в последнее время. Влезать в серьезный разговор и портить мне репутацию Иви не станет, а в остальном пусть творит что хочет. Никакой тайны из предстоящих переговоров я делать не собирался.

Переговоры. Какое громкое слово. А на деле встретили мы Сэма Фосса и Майкла Верица и пошли пить чай в расположенное неподалеку тихое заведение. В этот раз Кристины со мной не было, и последние светские новости империи все-таки пришлось выслушивать. Впрочем, я был не самым пострадавшим: судя по отрешенной физиономии Фосса, он уже успел выучить их наизусть. Дамы, в отличие от нас с Сэмом, монологом Майкла заинтересовались, а Ивейна вообще затеяла с Верицем обсуждение, что же имела в виду Виктория Томбсмит, назвав Амалию Рокенграф «блондинкой уходящего года». Успокоились они только к концу второго чайника, переключившись на менее животрепещущие темы, наподобие престижности службы в разных родах войск.

— Кстати, Майкл, — как можно небрежнее обронил я, встревая в их разговор, — ты еще не заключил офицерский контракт? Знаешь, где будешь служить?

— Знаю, — кивнул он. — Хотя контракт еще не подписывал. Я ведь пока только курсант.

— До конца учебы вам всего пять месяцев осталось. Любой, видевший твои оценки, может с уверенностью сказать, что последние экзамены станут простой формальностью. — Я ему, конечно, немного польстил, но не сильно. Успешно проучившийся три с половиной года курсант должен очень постараться, чтобы завалить выпускные испытания.

— Я не настолько знаменит, чтобы генералы переманивали меня друг у друга, — улыбнулся Вериц. — Так что придется следовать регламенту и ждать лета.

— А если я предложу вам заключить контракт сейчас? — Я повернулся к Фоссу. — Надеюсь ты, Сэм, никому еще ничего не обещал?

— Нет еще, — отозвался тот.

— Что за контракт? С кем? — заинтересовался Майкл. Судя по всему, он не горел желанием устраиваться на службу по протекции родственников. Или с деньгами на обещанном ему месте не густо?

— Со мной. Это не армия, а скорее личная служба безопасности. Но работать придется командиром небольшой группы в горах. Патрулирование местности или охрана важных объектов.

— Вроде неплохо, — дипломатично отозвался Майкл, — но родители мечтают о моем карьерном росте, а в армии с этим попроще.

— Смотря в чьей армии, — небрежно бросила замолчавшая было Ивейна. — Опыта и в горах набраться можно, если вы не планируете связать свою жизнь со службой в морском или воздушном флотах. А при представлении офицера к очередному званию рекомендация Ла Гнеца стоит никак не меньше, чем выданная одним из генералов.

— Иви, — поморщился я. — Спасибо тебе за комментарий, но мы сами разберемся.

— Уже умолкаю. — Моя вторая мама прижала к губам кончики пальцев.

Я покачал головой и снова повернулся к Майклу:

— Особого карьерного роста предложить не могу, только трехгодичный контракт, зарплату чуть выше среднего и обучение у более опытных офицеров.

Вериц задумался. Мое предложение было не то чтобы очень щедрым, но вполне приличным. Хотя бы за счет обещанных наставников.

— Лично я согласен, — нарушил воцарившуюся тишину Фосс. — Где ставить подпись?

— Здесь. — Я полез в саквояж и достал оттуда два экземпляра договора. Один отдал Сэму, а второй протянул Майклу. — Ознакомься хотя бы.

— Хорошо. — Он принял бумаги из моих рук. — Я дам свой ответ завтра.

Ло Ивейна Гнец

Женщина с умилением наблюдала за тем, как Абель ведет «деловые переговоры» со своими приятелями. Все-таки поразительная штука — время. Для разных людей оно течет по-разному. Иви как была десять лет назад юной девушкой, так ею и осталась. Разве что опыта немного поднабралась. А вот щекастик из маленького серьезного мальчика превратился во взрослого серьезного юношу. Самостоятельного. Иногда слишком.

Заставил свою вторую маму бросить подчиненных и на три месяца превратиться в наседку, кружащую вокруг цыпленка. Впрочем, для того мамы и существуют. Опекать детей: своих собственных и мужа. Вот и опекает, наслаждаясь процессом, словно полноценным отпуском. Хотя жаль, конечно, что с собственными так и не задалось…

На лицо женщины набежала тень. Но лишь для того, чтобы тут же исчезнуть, сменившись чуть грустной улыбкой. Никто не заметил. Только девочка-оборотень сверкнула глазами. И тут же отвернулась, продолжая следить за Абелем. Хорошая она. Внимательная. Знатно бедолагу Арчи уделала. Тоже боевой маг выискался… Так расслабился, что даже не попытался защититься. Прав Александро, регулярно повторяя: «Мало у меня людей, которым можно доверить самостоятельное проведение операции. Одни военные в подчинении».

Как замечательно на первый взгляд выглядела идея тетушки Клары подсунуть Абелю нагловатого и не подчиняющегося ему слугу. Юноша потребует убрать нахала из своего дома, и все будут довольны. Щекастик почувствует себя победителем и увидит готовность семьи идти ему навстречу. Расслабится и перестанет ожидать подвоха, позволив самой Ивейне спокойно общаться с прислугой. А что в итоге? Только усилившаяся подозрительность. Абель и так на нее волчонком смотрел, когда она по прибытии предложила ему в шутку домой отправиться, а нынче — так совсем…

Обиделся. Язвить начал. Не постеснялся на больном потоптаться. Вылитая Марианна, если ее допечь. Интересно, эти качества у всех детей Александро должны проявиться или только у тех, которые от Радомиры? Глупый вопрос. Тем более глупый, что ответ на него не получится узнать еще очень долго. Потому как преданный капитан спецназа, имеющий в подчинении добрую сотню элитных головорезов, пока нужен главнокомандующему гораздо больше практически неспособной сражаться беременной женщины. Жена, к сожалению, должна не только радовать глаза мужа своим внешним видом, а желудок — вкусной пищей, но и оберегать их общее семейное счастье, отправляя врагов на встречу с Совершенством.

Мальчики договорились. Стали отодвигать от себя пустые чашки. Ивейна тоже отодвинула. Вместе с блюдцем, на котором покоилось недоеденное пирожное.

— Куда теперь пойдем? — пристала она к Абелю. — Еще на одну встречу? Или просто гулять? Покажешь мне достопримечательности?

— Потом как-нибудь. Я домой.

— Домой так домой, — покладисто согласилась женщина. Хочет дуться — пусть дуется. А она будет молчать о наверняка поджидающей его гостье. Сам виноват. Сюрприз будет.

Ла Абель Гнец

Дом. Место, где я могу запереться в своей комнате, и даже Иви не станет меня там преследовать. Необходимо срочно доработать договор. И придумать какую-нибудь завлекательную речь. Потому как реакция Майкла мне совершенно не понравилась. Он наверняка согласится. Посоветуется с семьей, подумает, но согласится. А вот что скажут другие? Зарплату, что ли, поднять? А если денег не хватит? Сумма немаленькая. Попытаться красочно расписать достоинства работы на меня? Проклятье: я маг, а не рекламный агент, выступления — не мой профиль!

Я придержал дверь, пропуская Ивейну вперед, за что удостоился от нее кивка головой и милой улыбки, без которой прекрасно бы обошелся. Зайдя следом, принялся стаскивать с себя сапоги, не дожидаясь, пока до меня доберется Рикка и начнет в очередной раз предлагать свои услуги.

— Абель, мой мальчик! — Радостный голос заставил меня замереть с сапогом в руке.

— Здравствуй, мама. — Я поднял голову.

— Я так за тебя волновалась!

Сильные руки схватили за плечи и вздернули вверх, заставив встать на ноги. Счастливо улыбающаяся мать чмокнула меня в лоб и сдавила в объятьях. Сапог куда-то исчез, прежде чем она закончила это делать.

— Пойдем, малыш, ты расскажешь маме, что тут у тебя происходит.

Она выпустила мои плечи, но лишь затем, чтобы ухватить за руку и потащить в сторону гостиной.

— Твоя прислуга ужасно неинформированная. Конечно, это правильно — не стоит доверять секреты слугам, но мне было не у кого узнать даже, когда ты вернешься.

— Давно меня ждешь? — Легкая рассеянная улыбка сама заняла место на моем лице. Старые привычки давали о себе знать.

— Час. Может, чуть больше. Не ожидала, что ты задержишься после сегодняшних лекций.

— Извини. Мне никто не сказал, что ты прилетаешь. — Я сделал себе мысленную пометку припомнить Иви еще и это.

— Все в секретность играют, — недовольно проворчала мать, усаживая меня на диван и устраиваясь рядом. — Хорошо еще, что Александро внял голосу разума и больше не запрещает мне с тобой видеться. Я перенесу штаб из центрального расположения легиона в подразделение поменьше, но зато поближе к летней столице и буду навещать тебя каждое воскресенье.

— Это не помешает твоей работе?

— Совсем немного, малыш. — Она выпустила мою руку, но только для того, чтобы взъерошить мне волосы. — К тому же это ненадолго. Летом ты отправишься в Летендер, и я переберусь поближе к Вельским горам. Там у меня в пределах часового перелета крупное подразделение располагается. Было бы гораздо удобнее, если бы охрану рудников полностью поручили моим легионам, но твой отец решил пока оставить там воинов Флобер. Он хочет выбить у Совета золото на их найм. Вроде как свадебный подарок наследнику главнокомандующего от всего Дома. Но ты не расстраивайся — я все равно буду к тебе регулярно прилетать.

— В Летендере нет воздушного порта, мам. Только речной. И тот за городской чертой. — Я внутренне очень порадовался сему факту.

— Зато есть посадочная площадка на территории резиденции нынешнего управителя от Дома Весов. Мы уже ведем переговоры о ее покупке. Поскольку проживание дочери императора в менее богатом доме, нежели у какого-то бывшего управителя, не в интересах семьи Риттершанц, нам пойдут навстречу. Управляющего делами я тебе уже нашла. Прислугу в новое поместье подберу в ближайшее время. Видишь, мама все дела бросила, только чтобы ее мальчик ни в чем не нуждался. — Она снова поцеловала меня в лоб.

— Спасибо, — как можно более вежливо произнес я. — Но ты не думала, что я мог уже найти подходящих людей и заключить с ними контракты?

— Ты кого-то нанял? — удивилась мама. — Ничего страшного. Разорвешь с ними договоры, и все. Неустойку мы выплатим.

— А если я не хочу этого делать? Не забывай, мы говорим об управляющем моими делами.

— Абель, у тебя совершенно нет опыта в подборе сотрудников. Найти достойного специалиста непросто. Так что доверь это профессионалам и не спорь с мамой.

— И кто у нас в семье профессионал? Не бабушка Клара, случаем? Если обещанный управляющий хоть чуть-чуть походит на сопровождение Ивейны, то он мне и даром не нужен. К тому же у меня есть знакомые, которые могут порекомендовать действительно достойного управляющего. — Последнее было наглой ложью, но отпор требовалось дать сейчас, пока меня не загнали в угол.

— Если ты имеешь в виду Ингви Гнешека, то тем более следует отказаться от услуг как предложенных им людей, так и его самого.

— Позволь мне самому решать, чьими услугами пользоваться, а чьими нет.

— Ты еще слишком молод, Абель. И недостаточно разбираешься в людях. Поэтому оставь матери право решать, с кем тебе стоит дружить, а с кем нет.

— До сих пор я сам выбирал, с кем дружить. Судя по тому, как семья радуется предстоящей свадьбе, выбирал успешно. Так что дальше буду поступать так же.

— Нет, Абель! — повысила голос мать. — Я не собираюсь смотреть, как тобой манипулируют! Пока не научишься отличать достойных людей от недостойных, выбирать друзей самостоятельно не будешь!

— И как ты предлагаешь определять достойных? — Спокойствие. Она всегда легко заводилась, и никто, кроме отца, не рисковал говорить ей «нет» напрямую. Провоцировать ее сейчас на агрессию не было никакой нужды.

— Учись! — Вспышка гнева миновала. Мать начала успокаиваться. — Как только наши мнения начнут совпадать, сможешь поступать самостоятельно.

— Ты не учла, что мы как минимум разного пола, — ровным голосом произнес я, — не говоря уже о возрасте. Мои взгляды на дружбу начнут полностью совпадать с твоими не раньше, чем я стану взрослой женщиной и добьюсь звания генерала. До тех пор позволь мне руководствоваться имеющимися. И больше не будем обсуждать это — отец вряд ли обрадуется новому конфликту. А конфликт будет. Гарантирую.

— Новые знакомые хорошо настроили тебя против родной матери, малыш, — с горечью произнесла она. — С каких пор ты перестал доверять мне?

— С тех самых, когда ты перестала интересоваться моим мнением, проявляя свою заботу.

— Я всегда интересовалась твоим мнением, малыш. Но ты еще недостаточно вырос, чтобы принимать правильные решения самостоятельно.

— Восемнадцать мне исполнилось почти два года назад, — ненавязчиво напомнил я. — Да и женить кое-кого еще в прошлом году пытались. А неправильные решения и на девятом десятке принимать можно. Бабушка Клара служит отличным примером, несмотря на право голоса в семейном совете.

— Что там за история с Кларой, что ты ее уже второй раз упоминаешь? — Разговор о допустимости дружбы мать, похоже, решила не продолжать. Ну и то счастье.

— У Ивейны спроси. Ее люди, в конце концов.

— Обязательно спрошу. Давай не будем больше спорить. Поговорим о чем-нибудь приятном. Мне ведь улетать через час.

— Хочешь, расскажу, как провел первый учебный день в новом полугодии?

— Хочу, — улыбнулась мама.

Она действительно задержалась всего лишь на час, покинув нас сразу после обеда. Я, как примерный сын, проводил ее до кареты, после чего, довольный своей маленькой победой, вернулся в столовую. Стакан с недопитым соком снова занял место в моей руке.

— Радуешься, что избавился от родной матери? — насмешливо поинтересовалась Иви.

— Скорее, предвкушаю их маленький междусобойчик с бабушкой Кларой, — не стал скрывать я причину своего довольства. — Интересно, кто после него займется подбором моей будущей прислуги?

— Они же и займутся. Поругаются немного и продолжат действовать так, как договорились на семейном собрании: тетушка Клара будет искать людей, а Радомира — выбирать из них тех, которые ее устраивают.

— Хочешь сказать, что последнее слово при найме служащих остается за мамой? И отец с этим согласился?

— Ну да. Только попросил Раду не увлекаться.

Я подумал о том, что совершенно зря пропустил семейное собрание. И решил уточнить еще один вопрос:

— Про персонал все понятно. А кто будет заведовать распределением доходов, уже решили?

— Да. Всем займется дядя Альберто. Но ты можешь не волноваться: оплата содержания твоей новой резиденции и обслуги должна производиться в первую очередь.

— Понятно.

Рановато обрадовался. Думал, раз отец не стал требовать передачи оружия на склады и детального отчета о связях с императорским родом, значит, семья признает мою самостоятельность. Размечтался. Как я был для них скорбным на голову маленьким мальчиком, так им и остался. Ничего не изменится, пока игра будет вестись по их правилам. А раз так, то сыграем по моим.

Сильвия Стэн, мастер боевых искусств

Завернутая в полотенце Сильвия возвращалась из ванной. Хорошая физическая нагрузка и следующий за ней контрастный душ — отличный способ избавиться от лишних мыслей. Но мысли, пусть и не особо разумные, оказались упорными, возвращаясь раз за разом, стоило только немного расслабиться. Женщина тряхнула головой, пытаясь вернуть восхитительное состояние отрешенности, и потянула на себя ручку двери.

Комната — ее комната — не пустовала. На подоконнике, свесив одну ногу и болтая ею в воздухе, сидел Абель Гнец.

— Мм, Абель… — растерянно промычала Сильвия. — Что ты здесь делаешь?

— Тебя жду. Я видел, как ты заходила в ванную, и предположил, что лучше посидеть некоторое время здесь, чем ломиться туда.

— Мы ведь обсуждали все это утром, — укоризненно вздохнула женщина. — Ты сам согласился с тем, что нам стоит придерживаться отношений «служанка — господин».

— Я помню, — Абель кивнул, — и уважаю твой выбор. Но тем не менее хочу попросить кое о чем.

— Ты прекрасно знаешь, что я выполню любое твое желание. — Сильвия наконец отлипла от двери и прошла к кровати, которую предпочитала использовать вместо стула.

— Моя просьба несколько необычна, — глядя куда-то в окно, произнес Гнец. — И грозит тебе опасностью. Немалой. Мне бы хотелось, чтобы ты тщательно все обдумала, прежде чем принимать окончательное решение.

— Слушаю. — Она сосредоточилась, готовясь запоминать каждое слово.

— Я прошу тебя выйти за меня замуж.

Тишина. Долгая тишина.

— Абель, ты сумасшедший!

— Это давно известный факт. Раздвоение личности, паранойя…

— Отсутствие инстинкта самосохранения! Ты представляешь, что произойдет, когда ты откажешься жениться на дочери императора?!

— Представляю. Но я не собираюсь отказываться. Все договоренности с Давидом останутся в силе.

— Но… — Сильвия впала в легкий ступор. — В семье из двух Ла ведь не может быть других супругов. Разве не так?

— Нет. Я не зря потратил сейчас три часа на чтение Имперского Кодекса бракосочетания, который в срочном порядке добыл Штефан. Семья из двух Ла считается завершенной, и более никто в нее войти не может. Но если я сперва вступлю в брак с тобой, то никто не вправе запретить мне после взять в жены еще и Ла Лидию. Другое дело, что в таком случае ее титул признается неполноценным. То есть она останется Ла, но переместится на ступеньку ниже меня на социальной лестнице.

— Ты думаешь, дочь императора пойдет на такое?

— Нет. Но я и не жажду заполучить ее в жены. А поскольку отказ последует с их стороны, то о возврате записанных на меня земель никто и не заикнется.

— Риттершанцы такого не простят… — тихо произнесла Сильвия. В горле у нее пересохло.

— Формально я их ничем не оскорбляю. Так что публично делать гадости они остерегутся. А что до всего остального, то после потери части Вельских гор они и так бы не отстали. Ни Давид, ни его отец.

— А твоя собственная семья?

— Судя по текущему раскладу, ничего не изменится.

— Дом Меча? Аристократы? — Голос женщины стал едва слышен. — Тебя же подвергнут остракизму за женитьбу на простолюдинке…

— Пусть попробуют. Сегодня Сэм Фосс подписал со мной трехгодичный контракт. Завтра то же самое сделает Майкл Вериц. За две недели я соберу от пятнадцати до тридцати представителей аристократических семейств. Думаешь, их родня сразу бросится объявлять меня отверженным, наплевав на карьеру собственных детей? Или предложат отпрыскам разорвать свой самый первый контракт, изрядно попортив тем самым едва начатый послужной список? Вряд ли. Сначала главы семей возьмут паузу, чтобы обдумать ситуацию.

— Пауза может что-то решить?

— Надеюсь, что да. Я собираюсь предложить Риттершанцам, точнее — старшей дочери императора, Тамаре, заняться реализацией добываемого на моих землях серебра. Она, по данным Ингви, находится в состоянии холодной войны с Давидом и может согласиться. Добавим к торговым отношениям с императорской семьей поддержку Сокола и его знакомых — и мало кто рискнет официально объявлять о негативном отношении к нам. Во всяком случае, из тех, чье мнение имеет реальное значение. А на остальных плевать.

— Ты точно сумасшедший.

— Я знаю, — криво улыбнулся Абель. — Но ты все-таки подумай над моим предложением.

— Мне незачем думать, — тихо произнесла женщина, подходя ближе и заглядывая в глаза юноше. Сказка об аристократе и простолюдинке продолжалась. Пусть и грозила стать гораздо более мрачной, чем раньше. — Разве можно отказать человеку, который тебя так любит?

Гнец моргнул, потом еще раз. Отвел глаза.

— Я не знаю, — со вздохом произнес он. — Мне хорошо с тобой и плохо без тебя. Но любовь это или что-то иное — я не знаю…

— Я знаю, — перебила его Сильвия, внутренне усмехнувшись. Надо же, собрался бросить ради нее вызов всем имперским устоям — и еще сомневается! — И потому говорю: «Да!»

В дверь требовательно постучали. Виола Маркстем раздраженно грохнула почти пустым стаканом по столешнице и пошла открывать. Если бородатый сумасшедший с женским именем, которого она только что выпроводила, решил по какой-то причине вернуться, то у него имелись все шансы узнать о себе много нового. Раздражение собственной беспомощностью грозило выплеснуться из женщины в любой момент, приобретя какую-нибудь неприглядную форму.

— Какого демона?! — зло рявкнула Виола, широко распахивая дверь. И осеклась. — Мари?

— Оригинальное приветствие, — хмыкнула стоявшая по ту сторону порога Марианна Гнец. — Раньше ты, помнится, повежливее была. Нервишки шалят?

— Есть немного, — скривилась психо. — Проходи. — Она посторонилась. — Давно не виделись.

— Полгода, — отрешенно бросила Марианна. — Семь месяцев, если быть совсем точной.

Она перешагнула через порог и, не задерживаясь в прихожей, направилась в комнату. Сопровождающий лорд-командора седой мужчина двинулся следом. Виола заперла дверь и, тяжело вздохнув, пошла к гостям. Ничего хорошего от внезапного визита подруги она не ждала.

— Сок, вино, коньяк? — Несмотря на мандраж, Маркстем старалась показать себя радушной хозяйкой. — Сегодня у меня даже свежий лимон есть.

— Потом, — отмахнулась Марианна. — Сначала дела.

— Ну, раз ты настаиваешь… — обреченно вздохнула Виола, присаживаясь на диванчик для посетителей. — Слушаю.

— Тут такое дело… — Лорд-командор потерла переносицу. — Я внезапно осознала, что недостаточно хорошо знакома со своим младшим братиком. Вот и взялась ликвидировать пробелы в знании. И ты способна мне помочь, припомнив свои наблюдения, сделанные за прошлый год.

— Мари, я ведь уже пересказала все, что могла…

— Вот именно, — покивала головой Гнец, — что могла. Полагаю, работающий на Абеля психо, которого ты выпроводила прямо перед нашим приходом, именно поэтому и наведывается сюда каждый месяц. Присматривает, чтобы ты не сболтнула ничего лишнего.

Виола закусила губу. Ситуация становилась все хуже и хуже. Отказа не примет Марианна, а в случае откровений недоволен будет Абель. То есть проблемы ей обеспечены в любом случае.

— Ну-ну. Не смотри на меня так. Тебе не идет образ загнанной в угол морской свинки. Успокойся. Пыток сегодня не будет. Более того, я позаботилась, чтобы мой братик тоже не имел к тебе претензий.

— Да? — против воли заинтересовалась Виола. — Как?

— Очень просто. Я уговорила мастера Мирдина потратить один из своих законных выходных и составить мне сегодня компанию. Вы сейчас войдете в совместный транс — ты покажешь ему все, что я хочу знать, а потом заснешь. И проснувшись, совсем не вспомнишь о нашем визите.

— Мастер Мирдин? — Виола в удивлении уставилась на ничем не примечательного седого человека, оказавшегося одним из сильнейших психо империи. — Вы уверены, что следы постороннего вмешательства нельзя будет обнаружить?

— Следов постороннего вмешательства не будет, — негромко произнес седовласый. — Вы все сделаете сами. Я лишь буду направлять и подсказывать, находясь внутри вашего сознания. Мы создадим довольно аккуратную самоблокировку части памяти. Чтобы обнаружить подобное, нужен специалист получше этого Селины. Дело не в силе или опыте, а в образовании, которого ему явно не хватает.

— Раз вы так говорите… — протянула Маркстем. Она все еще опасалась, но не верить словам одного из лучших психо было попросту глупо.

— Именно так. А сейчас ложитесь на диван и расслабьтесь. Марианна, я бы попросил не мешать нам.

— Да-да. — Мари поднялась на ноги. — Убираюсь на кухню. Только коньячок с собой захвачу.

ГЛАВА 19

Ла Абель Гнец

Я вскрыл доставленное отцовским курьером письмо и погрузился в чтение восторженных эпитетов, посвященных грядущему событию: свадьба, благословенный союз двух Ла, мост между великими семьями Гнецев и Риттершанцев. Ага. А еще тема для обсуждений номер один на протяжении последних двух с половиной месяцев. Повышенное внимание общества к моей личной жизни раздражало не меньше еженедельных визитов матушки. Она, как и обещала, перевела свой штаб поближе к Солиано и наведывалась теперь каждое воскресенье, задерживаясь с обеда и до самого вечера. Иви, обычно старающаяся не выпускать меня из поля зрения, в эти дни устраивала себе «законный выходной», отправляясь под видом полноценной тренировки разносить арендованный полигон.

Мама тем временем выпытывала у меня мельчайшие подробности обо всем произошедшем со времени ее последнего визита и делилась, в своей неповторимой безапелляционной манере, успехами на ниве подбора персонала. После этого мы немного ругались — я не надеялся выиграть спор, но был просто обязан выразить недовольство поведением родственников. Затем мирились. Болтали немного о всяких мелочах, и мама отбывала. До следующих выходных.

А я возвращался к своим заботам. Вел переговоры с будущими офицерами, развлекал по мере возможности Ивейну и учился. За дополнительную плату можно было договориться о персональных занятиях с любым наставником академии. Более того, они с удовольствием шли навстречу ищущим знания, помогая подбирать наиболее удобный для курсанта график занятий. Так что мое желание окончить второй год обучения досрочно — где-нибудь в апреле — выглядело вполне выполнимым. Особенно на фоне уже сданных экзаменов по первой помощи, тактике и политической географии. Я мог бы с легкостью закрыть еще и теорию с практикой магии, но не хотел терять возможность регулярно видеться с Мелисандой. В общем, несмотря на присутствие Иви, дела шли.

Письмо я дочитал. И едва удержался от язвительной улыбки. Надо же, мне прислали официальное приглашение на мою собственную свадьбу! На этот раз дядюшка Теодор, занимавшийся ее подготовкой, переплюнул сам себя в строгом следовании церемониалу: «Если Вы соблаговолите прибыть для участия в данном событии, то достойный Вашего происхождения корабль будет ожидать в центральном порту Солиано на посадочной площадке номер двадцать семь к семнадцати часам вечера тридцатого марта». А если не соблаговолю? Начнут без меня? Зачем я вообще понадобился вечером тридцатого марта, если сама церемония будет проходить второго апреля? Репетировать?

— Что пишут? — с интересом спросила Ивейна, нарезавшая круги вокруг моего кресла.

— Обещают завтра прислать воздушный корабль. Считают, что мне жизненно необходимо прибыть за три дня до начала мероприятия. А учеба и подождать может.

— Я тоже считаю, что учеба может подождать. Ты и так в нее с головой ушел.

— Зато с пользой. Раньше сдам экзамены — раньше смогу посмотреть на свои новые владения. Не полагаться же во всем на управляющего, которого в глаза не видел?

— Не паникуй. Тетя Клара неопытного бы не наняла.

— Я не об опыте его беспокоюсь. — В ответ на мои слова Иви поморщилась. — И не паникую, а проявляю разумную осторожность. А вот что касательно тебя… Не надоело кружить? Может, сядешь в кресло, успокоишься?

— Чтобы помять юбку и выглядеть на свадьбе твоих друзей неуклюжей деревенщиной? Ну уж нет. Не дождешься.

— Эту груду складочек и оборочек можно помять, всего лишь сев? — лениво удивился я. — Сколько сэкономила на услугах портного? Наверное, астрономическую сумму.

— Язва. — Ивейна показала мне язык. — Вы с Мари все-таки очень похожи.

— Избавь меня от подобных сравнений.

— А вот не надо было иронизировать насчет платья. Лучше бы комплимент сделал.

— В другой раз.

— Ах ты, мелкий негодник, — позабыв о своем желании беречь юбку, Иви перевесилась через спинку кресла и вцепилась пальчиками в мои щеки, — я тебе покажу, как над женщинами насмехаться!

Теперь пришлось терпеть еще и ее попытки сделать меня похожим на хомячка. Спасение пришло в лице Рикки со Штефаном, покинувших наконец свои комнаты и вышедших к нам в гостиную. Следовало признать, выглядели они превосходно. Полностью белый костюм Штефана шел ему не меньше, чем Рикке платье того же цвета.

— Госпожа Ивейна, если вы поцарапаете господина Абеля, то его внешний вид вызовет недоумение у служителей храма Совершенства, — невозмутимо проронила поправляющая перчатку горничная, уже немного привыкшая к выходкам моей второй мамы.

— Я аккуратно! — возмутилась Ивейна, но щеки мои выпустила. — И вообще, мастер моего уровня наносит повреждения только умышленно. Случайности исключены.

— То есть все эти годы ты царапала меня преднамеренно? — Я вывернул шею, пытаясь заглянуть в лицо все еще висящей на спинке кресла женщине.

— Ага, — не стала отпираться она.

— Зачем?

— Затем, — веско отрубила Ивейна. После чего, сжалившись, решила-таки пояснить, добавив медовым голоском: — Все девушки — немного хищницы, Абель. И любят метить свою добычу. Мужчинам расцарапывают спину, а мальчикам — щеки. — Она засмеялась.

— О Совершенство, не хочу больше ничего слышать. — Я поднялся на ноги, старательно игнорируя понимающую ухмылку Штефана. — Поедем лучше в храм. Пока его служители не решили, что им надоело ждать, и не направились нам навстречу.

— Простите за задержку, господин Абель. — Рикка потупила глаза.

— Прекрати. Я не собирался никого укорять. Сегодня ваша свадьба, и если кто имеет право задерживать остальных, так это невеста.

— Вот так с самого первого дня и начинается дискриминация мужчины в семье… — проронил Штефан, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Если мы опоздаем по твоей вине, то дискриминация продолжится. Причем сразу на площади у храма, — с угрозой в голосе объявила будущему супругу Рикка.

— Идем-идем, — сразу засуетился Штефан. — Прошу вас, госпожа Ивейна, Абель.

Ло Ивейна Гнец

Ивейна с ласковой улыбкой смотрела на стоящих у алтаря мужчину и женщину. Похожая на ледышку Риккарда и вечно улыбающийся Штефан — хорошая парочка, преданная своему господину. Неудивительно, что Абель считает их своими друзьями. Ей бы самой побольше таких людей в ближнее окружение.

— Подарок не забыл? — шепнула она на ухо стоящему рядом юноше.

— Нет, — недовольно буркнул в ответ Абель. — Хотя дурацкая традиция — делать подарки в храме, чтобы потом отвезти их обратно домой.

— Вечно ты всем недоволен.

Юноша только пожал плечами. Женщина отстранилась, снова вернувшись к созерцанию церемонии. Служитель как раз перешел от речей о важности семьи к брачным клятвам. Скоро, через каких-нибудь четыре дня, пройдет еще одна похожая церемония, только с участием Абеля. Малыш начнет осваиваться в семейной жизни, а сама Ивейна вернется на службу.

Хороший все же вышел отпуск. Никакой беготни, никаких официальных приемов и деловых встреч. Посиделки в разнообразных заведениях с курсантами академии Солиано не в счет. Даже подлизаться никто не пытался. Разве что количество полученных ею примитивных комплиментов перевалило все мыслимые пределы. Видимо, сочетание женской красоты, умения сражаться и статуса жены главнокомандующего замыкало что-то в мозгах будущих офицеров. Впрочем, внимание девятнадцатилетних мальчиков ей только льстило.

Тем временем церемония подошла к концу. Рикка и Штефан расписались в книге регистрации браков и, будучи объявлены мужем и женой, отошли от алтаря. Немногие приглашенные на свадьбу друзья и знакомые потянулись к виновникам торжества, произнося поздравления и вручая подарки. Ивейна осуждающе покачала головой, удивляясь хаотичности и неорганизованности мероприятия.

Из гомонящей кучки народа, столпившейся вокруг новоиспеченных супругов, вынырнул Абель и приглашающе махнул рукой. Женщина закатила глаза, но с места сдвинулась. Ей несложно поработать пару минут локтями, а мальчику будет приятно, если она поучаствует в общей «радости». Понадеявшись, что деньги за платье отданы не зря и оно все-таки не пострадает, Ивейна ввинтилась между парой курсантов, отодвинула в сторону чернокожего приятеля Штефана и, обойдя рыжую телохранительницу, оказалась у цели. По счастью, толпа оказалась не такой уж и толпой — никто не только не наступил ей на подол, но даже за рукава не цеплялся.

— Счастья вам! — громко и совершенно искренне провозгласила женщина, перебивая примерно такие же возгласы, раздающиеся слева и справа от нее. И, потянувшись поближе к Рикке, добавила: — А также удачи пережить эту суматоху.

— Спасибо. — Девушка улыбнулась.

Стандартные слова поздравления, стандартные ответы. Ивейна наконец освободила свои руки от подарка, вручив Риккарде коробку с двумя парами отличных кинжалов. Та, впрочем, тут же перекочевала к Мике, исполнявшей роль хранительницы даров. Посчитав свою задачу выполненной, Иви выбралась обратно и, вздохнув с облегчением, огляделась в поисках Абеля.

Юноша обнаружился возле алтаря, где он в компании Сильвии что-то обсуждал со служителем храма. Опять мальчика любопытство мучит. Ивейна не спеша зашагала к ним. Служитель тем временем открыл книгу, демонстрируя содержимое. Абель кивнул, и над его открытой ладонью соткался из зеленых искр знак семьи Гнецев, так хорошо известный его второй маме. Мгновение — и его большой палец коснулся страницы, оставляя на ней личную печать.

— Стой! — Ивейна рванулась вперед.

— Стою, — невозмутимо отозвался юноша, разворачиваясь к ней лицом и, словно невзначай перекрывая дорогу к держащей перо Сильвии.

— Не смей этого делать!

Ивейна быстро сдвинулась в сторону, обходя мальчишку, но тот, отшатнувшись от резкого движения, снова оказался на ее пути. Да еще и начал падать, зацепившись за алтарь и перегородив проход. Женщина буквально распласталась вдоль пола, проскальзывая под ним. Не успела — приземлившийся юноша прищемил своим телом подол ее платья, сбивая движение и притормаживая на долю секунды. Мгновение, но этого им хватило, и, когда Ивейна освободилась, Сильвия уже закончила ставить роспись.

— Идиоты! — рявкнула готовая впасть в бешенство женщина. — Что вы творите?!

— Женимся, — спокойно ответил лежащий на полу Абель.

— Вы не можете этого допустить! — Ивейна повернулась к служителю храма.

— Почему? — удивился тот, нисколько не обескураженный разыгравшейся перед ним сценой. — Я лично обращался к храмовым записям и делал запросы в имперскую канцелярию — никаких препятствий для брачного союза находящихся здесь молодых людей обнаружено не было.

— Мезальянс… — буквально прошипела ему в лицо Иви.

— Так вы ревнительница традиций?! — Лицо служителя просветлело. — Очень похвально. Но закон не запрещает мезальянсы. Да и сами традиции постепенно меняются со временем. Возможно, сейчас именно такой случай.

— Этот брак затрагивает интересы семей Гнецев и Риттершанцев!

— Да? Первый раз слышу. Но в любом случае, ваше заявление ничего не меняет. Брак заключен. Запись в книге сделана.

— Ее можно вымарать. Или вообще вырвать страницу.

— Все листы пронумерованы, — пожал плечами служитель. — Да к тому же у меня прекрасная память.

— Иви, ты зря стараешься, — подал голос поднявшийся с пола и отряхивающийся Абель. — Вопрос уже решен. Так что прекращай ругань и пойдем отсюда.

— Прекращать ругань? — Ивейна снова начала заводиться. — Проклятье! Да вы хоть понимаете, что творите?!

— Понимаем. Мы — понимаем.

— Ничего вы не понимаете!

— Именно мы? А может, это ты ничего не понимаешь? Ты — привыкшая поступать, как сказал отец, и черпающая знание о происходящем из его откровений. — Добродушный щекастик куда-то исчез, явив вместо себя другого человека — исполненного уверенности и ледяного спокойствия. — Что ты знаешь о моих договоренностях с Давидом Риттершанцем? О происхождении обещанного приданого невесты? Да ничего. Но зато утверждаешь, что ничего не понимаем мы. Тебе самой это не кажется глупым?

— А идея вступить в мезальянс накануне свадьбы с дочерью императора, значит, умна?

— Вполне. Но я не собираюсь это обсуждать. По крайней мере, здесь и сейчас.

— Ты хоть понимаешь, что Сильвия смертна?

— Так же, как и ты. Или отец. Или любой другой представитель любой семьи, рискнувший устроить покушение на мою жену.

— Ал… Абель, это безумие! — Ивейна ошеломленно смотрела в серые глаза юноши. Видя в них отражение глаз совсем другого Гнеца.

— Если нормальным считается слепое следование приказам и отказ от собственного мнения, то я выбираю безумие. А сейчас, будь добра, отойди в сторону. Ты загораживаешь проход.

— Но как же свадьба?

— Я от своих обещаний отказываться не собираюсь. Свадьба состоится. Если император не решит вдруг, что больше не хочет выдавать за меня одну из своих дочерей. Теперь ты уступишь нам дорогу?

Ивейна шагнула в сторону. Мысли в ее голове неслись вприпрыжку, не давая определить единственно верную. Что она точно знала — попытку силового давления на служителя Совершенства семья не одобрит. А другого способа признать только что состоявшийся брак несуществующим женщина не знала. Требовалось связаться с Александро и посвятить его в подробности происходящего.

Извинившись перед храмовником за излишнюю горячность и дав тем самым Абелю и компании приличную фору, она вышла на улицу. Кареты все еще стояли на площади, не спеша трогаться. Ожидали ее? Или не ее? В самом низу лестницы вольготно расположился, обнимая за талии двух женщин, человек, с которым Ивейне категорически не рекомендовали даже разговаривать, — Ингви Гнешек.

Она постояла немного наверху и, не найдя приемлемого варианта отступления, стала спускаться навстречу обласканному женским вниманием блондину в потертом свитере. Не показывать же, что признанный мастер боевых искусств боится обычного безопасника.

— Здравствуйте, Ло Ивейна, — приветствовал ее приближение мужчина. — Вы позволите одному скромному человеку оказать маленькую услугу такой привлекательной и известной женщине, как вы?

— Доброго дня, Ло Гнешек. — Она обратилась к нему подчеркнуто вежливо, по фамилии. — Какую услугу вы имеете в виду?

— Я слышал, что Абель категорически отказался селить в своем доме чужую прислугу, и подумал о ваших возможных проблемах со связью на значительные расстояния. Если это действительно так, то вы можете воспользоваться услугами магов, которых мы попросили приехать с нами.

— Благодарю за заботу. Но я предпочту обратиться к одному из наших доверенных магов. — Ивейне очень хотелось спросить, не держат ли ее за идиотку, но она сдержалась.

— Почему меня все время в чем-то подозревают? — задал риторический вопрос Гнешек. — Как вы могли вообще подумать, что я рискну подсунуть вам шпиона? Нет, нет и еще раз нет. Именно ваших доверенных магов мои люди и пригласили. Включая тех двоих, которые по документам числятся как не обладающие особыми способностями. И одного, которого вообще не должно быть в городе. Так что нет никакого смысла бить ноги. Если, конечно, где-то не скрывается еще один особо доверенный маг, о котором я пока ничего не знаю.

— Зачем вам все это? — решилась спросить в лоб Иви, абсолютно не надеясь на ответ.

— Исключительно из желания оказать услугу вам и моему другу Абелю. Он ведь наверняка расстроится, если вместо посещения празднества по случаю его свадьбы вы станете мотаться по городу в поисках мага, способного создать Зов достаточной дальности.

— Я имела в виду все это. — Она выделила голосом слово «все». — Игры с Абелем.

— Никаких игр, — с совершенно серьезным выражением лица ответил блондин. — Я всего лишь проявляю заботу о юноше, который может стать следующим главнокомандующим.

— Это теперь так называется?

— А как еще? Представьте себе на секунду, что существуют другие способы проявления заботы, кроме диктата воли. Я, например, предпочитаю откликаться на просьбы. Да, знаю, банально, но мне нравится. Может, и вам подойдет. Подумайте на досуге. Но сейчас идите лучше к вашим магам. А то засидятся без внимания, тоже начнут искать коварные замыслы в простом приглашении посетить площадь перед храмом Совершенства.

Ла Абель Гнец

Задний двор моего дома сегодня был наполнен людьми. Они оккупировали и небольшой садик, на деревьях и кустах которого уже появились первые листочки, и тренировочную площадку, временно превращенную в танцевальную. Количество гостей несколько увеличилось. Приехали Зиона с Мелисандой, Селина с Майей и прочие, отсутствовавшие на церемонии в храме по соображениям безопасности. Точнее — ради того, чтобы моя вторая мама оставалась такой же расслабленной, какой была на протяжении последнего месяца.

Мы с Сильвией устроились вдвоем на небольшой скамеечке и наблюдали за танцем виновников сегодняшнего торжества. Они кружились по всей площадке, похожие на двух диковинных белых бабочек в своих легких плащах, наброшенных на плечи в связи с относительной прохладой ранней весны. Только браслеты, украшавшие их левые запястья, горели красным светом, внося диссонанс в прекрасный образ.

М-да. Не очень разумно я подошел к подготовке подарков. Мог ведь подумать немного головой и заменить добрых две трети рубинов на бриллианты, куда больше гармонирующие не только со свадебными нарядами, но и с той одеждой, которую Рикка обычно носит. А так — красота есть, функциональность тоже, а сочетание с прочими предметами гардероба — никакое. Боюсь, что если бы не полезные свойства, то мои друзья носили бы их исключительно недолго и только из вежливости.

Впрочем, судя по тому, что браслеты оказались единственным подношением новобрачным, которое те сразу же распаковали и надели на руки, — подарок удался. Я не зря потратил столько усилий на его создание. И не важно, что всю черновую работу проделал наемный мастер-артефактор, сэкономивший мне кучу времени. Сплав старых заклинаний магии крови, современных чар и знаний психо позволил появиться на свет тому, что я назвал обручальными браслетами. Их носители в буквальном смысле чувствовали друг друга, ощущая эхо наиболее сильных эмоций и определяя, в каком направлении и на каком расстоянии находится супруг. Вдобавок я встроил в каждый артефакт маяк, простенькую сигнальную систему и стимулирующие чары, срабатывающие автоматически при потере сознания. Последние оказалось крайне сложно настроить так, чтобы они не реагировали на обычный процесс сна. Получилось не до конца, и я добавил возможность отключения всех свойств вместе или по отдельности. Времени на оптимизацию, как водится, не оставалось, и вместо первоначально задуманных колец вышли довольно дорогие серебряные браслеты, буквально усеянные мелкими рубинами. Хорошо еще мастер привык работать с ювелирными украшениями и по собственной инициативе добавил в изделие драгоценных камней, не имеющих никакой функциональной, а только эстетическую ценность, превратив его в предмет искусства. Напрочь не сочетающийся со свадебными нарядами…

Размышления о качестве подарков прервало мое собственное наручное украшение, сигнализирующее о появлении новых гостей. Глядя на продолжающую танцевать пару, я с удовольствием отметил, что не зря предоставил сегодня Рикке выходной и еще утром в принудительном порядке отобрал у нее контрольный браслет, передав его на хранение Микаэле.

— Кажется, нас решили навестить, — шепнул я Сильвии. — Пойду пообщаюсь. Пока не вернусь, держись рядом с Микой. Она проинструктирована на случай возможных неприятностей.

— С тобой точно ничего не случится? — встревоженно спросила жена.

— Убивать не будут. А чтобы меня захватить, надо очень сильно постараться.

Сильвия нервно улыбнулась:

— Не задерживайся там. Возвращайся поскорее.

Успокаивающе погладив ее по руке, я поднялся и пошел встречать гостей. Группа одетых в черные мундиры людей во главе с отцом ожидала меня, стоя напротив входной двери. Настоящие военные, выдержке которых можно позавидовать. Я бы на их месте уже отправил кого-нибудь на задний двор, откуда явственно доносились звуки музыки и человеческие голоса.

— Здравствуй, папа. Господа. Пройдете в дом?

— Пройдем, — ответил за всех отец.

— Тогда прошу. — Я распахнул перед ними дверь. — Гостиная или библиотека? В первой легко разместятся все присутствующие, во второй хорошая звукоизоляция и прочая защита от любопытных.

— Библиотека.

Значит, я угадал, и восьмерых сопровождающих отец захватил с собой не для того, чтобы они давали ему советы в разговоре. С другой стороны, вязать меня еще не начали, так что шанс на мирный исход переговоров оставался. Мы прошли в библиотеку и расположились в креслах возле письменного стола. Только он и я — отряд сопровождения остался за дверью. Отец закинул ногу на ногу и сложил руки на колене.

— Итак, сын, — начал он, глядя мне в глаза, — я допускаю, что ты имел веские причины поступить так, как поступил. И сейчас хочу о них услышать.

— Хорошо. — Я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — Во-первых, мне не слишком понятно, как управлять женщинами. Тем более имеющими более высокий социальный статус. А давать возможность Ла Лидии крутить собой я не намерен. Во-вторых, мне нравится Сильвия.

— И поэтому ты хочешь отказаться от свадьбы и родства с императорской семьей? — Отец дернул щекой, демонстрируя свое неудовольствие.

— Отказаться? Ни в коем случае. Я всего лишь демонстрирую, кто будет главным в нашей семье. А отказывается пусть император или Ла Лидия, если их что-то не устраивает.

— Считаешь себя настолько могущественным, чтобы диктовать условия главе государства?

— Считаю себя достаточно независимым, чтобы не жениться по первому его слову.

— Мальчишка! — Отец как-то умудрился рявкнуть, не повышая голоса. — Играешь в свои дурацкие игры, в то время как семья взяла на себя целый ряд обязательств, связанных с твоей свадьбой.

— А я просил? — Мой голос был полной противоположностью отцовского — спокойный и холодный. — Земли Риттершанцы отдают без вашей помощи. О свадьбе с Ла Лидией я разговаривал лично с Давидом. Какое мне дело до обязательств, которые вы сами взвалили на себя, да еще и не ставя меня в известность?

— Все это делалось ради твоего будущего.

— Какая удобная позиция. Можно делать какие угодно глупости, а попав в неудобное положение, обвинить Абеля. Так как все делалось ради его будущего. Я готов отвечать только за те обязательства, которые взял на себя сам.

— Не припоминаю, чтобы во время нашей последней встречи ты возражал против свадьбы.

— Против свадьбы я и сейчас не возражаю. А вот против всего остального…

— Более поздних претензий от тебя тоже не поступало.

— Я должен сообщать лично о каждой мелочи? Неужели семья перестала поставлять тебе информацию? Ты не знаешь, что я не в восторге от попыток Ивейны ограничить мой круг общения? Не в курсе того, каких людей подбирает бабушка Клара и что они творят в моем доме? Ни разу не слышал о том, как я каждую неделю пытаюсь донести до матери, что не нуждаюсь в нанятых ею людях? Про дядю Теодора, так и не выславшего мне регламент свадьбы, даже и упоминать не стоит — слишком мелко.

— Насколько мне известно, регламент тебе высылался.

— Ты имеешь в виду инструкцию с аналогичным названием, в которой расписано, где я должен находиться в каждый момент времени? Она — да, высылалась. А настоящий регламент свадьбы — нет, несмотря на мою просьбу. Зато я получил прекрасное письмо от дяди Теодора, в котором говорится, что полный регламент слишком длинный и сложный, так что мне не стоит забивать им голову. Тебе это письмецо подарить на память?

— Не надо. — Мне показалось или отец действительно скрипнул зубами? — Я все услышал. Но хочу напомнить, что ты пока еще часть семьи. И за каждый твой поступок придется отвечать в том числе и семье.

— Я всегда готов отвечать за свои поступки. Но именно за свои. Если у Давида или императора будут вопросы по поводу моей женитьбы — добро пожаловать. Насчет данных вами в обход меня обещаний — разбирайтесь сами.

— Ты понимаешь, что это значит, сын? Если нам не удастся договориться с императором, то я буду вынужден изгнать тебя из семьи. Ради сохранения лица.

— Да пожалуйста. Я бы прокричал что-то вроде: «Й-е-е-х-у-у! Наконец-то они все от меня отстанут!» — но подобное выражение эмоций не соответствует моменту. — Я сумел сохранить голос таким же равнодушно-холодным, как и раньше. На самом деле именно сейчас лишение фамилии меня категорически не устраивало, так как я небезосновательно полагал, что Соколу наследник Гнецев значительно нужнее простого курсанта Абеля. Пусть даже и невероятно перспективного.

— Мне кажется, ты не осознаешь серьезности ситуации.

— А мне кажется, что ты упорно отказываешь своему сыну в праве считаться разумным. Все я осознаю.

— Да? Даже то, что тебе в одиночку придется противостоять Риттершанцам, желающим отомстить за оскорбление одной из них?

— У меня есть несколько вариантов решения своих проблем. Но для начала озвучу самый простой. Сразу после изгнания я смиренно попрошу императора принять меня в семью. Как думаешь, ему пригодится безродный Ла, владеющий рудниками Вельской области? Так что, пап, ты уж постарайся замять нынешний скандальчик. Потеря и рудников и наследника, тем более такая громкая, не пойдет на пользу семейной репутации.

— Мы обсудим вопрос твоей принадлежности к фамилии Гнец позже. После переговоров с императором.

— Как скажешь. Я не спешу. Но у меня есть еще одно замечание. Знаю, что наши родственники не привыкли докладывать тебе о своих действиях, а ты, как добрый глава семьи, не устраиваешь за ними тотальной слежки, но все же… Если хоть один носитель фамилии Гнец примет участие в подготовке покушения на мою жену, то я сделаю все от меня зависящее, чтобы сегодняшняя выходка показалась вам детской шалостью.

— Я услышал тебя, Абель.

Сильвия Гнец

Время тянулось ужасающе медленно. Как обычно бывало во время сидения в засаде или перед атакой. И то, что на этот раз она находилась во дворе особняка, расположенного посреди самого безопасного района летней столицы, ничего не меняло. Нападение могло последовать в любой момент.

— Скучаешь? — К сидящей в одиночестве Сильвии подошла старшая из супруг Сокола.

— Вроде того, — не стала вдаваться в подробности жена Абеля.

— Могу я присесть?

— Конечно.

— Не беспокойся, он вернется сразу, как только сможет. — Женщина опустилась на лавку рядом с Сильвией.

— А?

— Лицо у тебя достаточно невозмутимое, но читать эмоции можно не только по нему.

— Язык тела?

— Банальная наблюдательность. — Зиона улыбнулась. — Ты словно приросла к этому месту. И постоянно косишься в сторону дома. Волнуешься ведь?

— Волнуюсь, — призналась Сильвия.

— Если хочешь, могу поделиться собственным способом борьбы со страхами.

— Хочу.

— Найди себе дело. Чем бы ни занимался сейчас твой муж, его работа от женских переживаний легче не станет. Так подумай, чем ему можно помочь.

— И чем?

— Ну откуда же я знаю… Это ведь твоя задача — найти себе полезную работу. Займись, например, гостями. Ты хозяйка дома — привыкай к новому статусу.

— Спасибо. — Сильвия по-новому посмотрела на заполненный гостями двор и неожиданно зацепилась взглядом за одинокую блондинку в белом платье. — Кажется, я уже подыскала себе подходящее занятие.

— Вот и прекрасно. Ну, не буду мешать. — Зиона поднялась на ноги.

Сильвия встала следом за ней. Только пошла в совершенно другую сторону: не к танцевальной площадке, а поближе к дому. Туда, где сидела Ивейна Гнец.

— Что-то хочешь сказать? — Блондинка повернула голову в сторону приближающейся женщины.

— Да. — Сильвия кивнула. — Я хотела поблагодарить вас за заботу. И сказать, что, несмотря на уважение, испытываемое к вам и главнокомандующему Александро, собираюсь сражаться за Абеля до последнего.

— Глупышка. — Ивейна грустно улыбнулась. — Вроде взрослая, а все еще такая наивная. Тебя надо обязательно с Марианной познакомить — пусть посмеется. Думаешь, тебя на дуэли вызывать будут?

— Нет. Скорее всего, меня постараются убить или опорочить при помощи какого-нибудь грязного трюка. Но я сумею постоять за себя не только с помощью кулаков.

Ивейна глубоко вздохнула:

— На мой взгляд, вы с Абелем — всего лишь пара наивных детей, имеющих слишком радужные представления об аристократическом обществе. Но тем не менее — удачи. Если тебя убьют — обязательно положу шикарный букет цветов на могилу.

Гнешек вошел в кабинет ректора легкой танцующей походкой, сжимая в одной руке бутылку, а в другой — хрустальный фужер. Сделав пару па, он достиг своего любимого стула и, неуклюже плюхнувшись на него, принялся наполнять бокал — из бутылки полилась темно-красная жидкость.

— Напиваешься на работе? — Редфорд Калас приподнял бровь.

— Мне уже можно. Женщин своих на праздник отправил, указания подчиненным раздал, за отлетом главнокомандующего понаблюдал. Будете? — Ингви вопросительно взглянул на своего нанимателя, приподняв бутылку.

— Нет уж, спасибо.

— А зря. Прекрасный виноградной сок.

— Ты лучше расскажи, как там ситуация с молодым Гнецем, «алкоголик». — Калас улыбнулся.

— Прекрасно. Наглости Абелю точно не занимать — у меня столько никогда не было. Если переживет ближайший год, то главнокомандующего можно менять, и не дожидаясь ухода Александро в отставку. Хотя опыта ему пока еще недостает. Кто же договаривается со служителями Совершенства о подготовке тайного бракосочетания за какие-нибудь три дня до самого события? Если бы глава нашего храма не был так ленив, прекрасный план Гнеца мог и сорваться.

— Томас? Ленив? По-моему, ты к нему несправедлив.

— А как еще называть его поведение? Большинство людей на подобных должностях самостоятельно отслеживают политическую ситуацию, а он постоянно бегает ко мне за инструкциями.

— Я бы назвал это прикормленностью.

— Попрошу без инсинуаций, — делано возмутился Сокол. — Томас Гордон — свободный и независимый человек. Только ленивый.

— Не будем спорить о терминологии. — Калас усмехнулся.

— Вы правы. Не будем. Ленивый Томас Гордон внял доброму совету и не стал тянуть время, попросив своих подчиненных пойти навстречу Абелю. Так что теперь тот — женатый человек. Переговоры с Александро прошли успешно, поэтому юноша еще и не вдовец. Его супруга тоже пока замужем.

— Полагаешь, император не откажется от союза с Гнецами? Несмотря на дерзкий поступок молодого человека?

— Фамилия нашего правителя Риттершанц, а не Денова. Выгода для них превыше абстрактной чести. Отказ Лидии выходить замуж автоматически оставляет их семью без Вельских копей. Дом Весов — в первую очередь дом торговцев, и большинство из них удивится такому легкомысленному отношению к деньгам. И если император может наплевать на их удивление, то Давид — нет. Он из кожи вон вылезет, чтобы только свадьба состоялась. Полагаю, нашему главнокомандующему даже извиняться особо не придется — произнесет публичную речь, осуждая поступок своего наследника, и этим ограничится.

— В итоге Гнецы получат союз с Риттершанцами при крайне негативном отношении последних. Забавно, не находишь?

— Нахожу. Но что еще забавнее, Давиду придется пойти на конфликт, если он хочет занять трон. Хотя бы для видимости. Его обставили, изящно унизили и лишили некоторого дохода — за такое полагается мстить. Но формально Гнецы — союзники, и мстить им надо очень аккуратно, чтобы они не догадались. А члены Дома Весов, наоборот, догадались. Щекотливая ситуация. Особенно с учетом того, что ему надо наращивать силы, а не растрачивать их в противостоянии с нашим Домом.

— Ему проще дать Александро или Абелю еще один кусок земли в «аренду» и попросить тех сфальсифицировать собственное поражение.

— Да вы стратег, господин ректор! — Сокол отвесил шутовской поклон. — Но вообще, следует признать, Абель выбрал идеальный момент для своей первой свадьбы.

Мужчины дружно засмеялись.

ГЛАВА 20

Ла Марианна Гнец

Женщина вышла из спальни, позевывая на ходу. Ее муж сидел на том же самом месте, что и накануне вечером. И судя по тому, что открытая на середине книга была совсем не той, которую она видела в его руках в последний раз, спать юноша не ложился. Хотя Мари и приглашала. Ну как приглашала: намекнула, что двуспальная кровать достаточно широка и для нетребовательного мужчины может найтись немного места — на краешке. Не пошел. Дуется.

— Доброе утро. — Женщина уселась напротив мужа.

— Угу, — отозвался тот, не отрываясь от чтения.

— Неужели книга настолько интереснее молодой жены? — поддела его Мари.

— Угу.

Судя по немного изменившемуся тону, вопрос он расслышал и понял. Просто решил попытаться задеть ее. Но взрослая женщина лишь хмыкнула в ответ на детский выпад.

— Не спал? — Она резко сменила тему.

— Нет.

— Почему?

— Здесь всего одна спальня. А делить с тобой постель ниже моего достоинства.

— Диван вроде никто на ночь не убирал. — Марианна чуть качнула головой, указывая на упомянутый предмет мебели.

— Здесь снует слишком много слуг. Не собираюсь давать им повод считать меня изгнанным из постели супруги.

— Беспокоишься о своем моральном облике?

— Хотя бы один из нас должен о нем беспокоиться.

Марианна снова хмыкнула. Растет мальчик. Уже огрызается, а всего три месяца назад только глазками хлопал и зубками скрипел.

— Лучше бы побеспокоился об облике физическом. Мешки под глазами не красят будущую элиту вооруженных сил империи.

— У меня нет мешков под глазами.

— Ты уверен? — ласково спросила Мари. — В зеркало давно смотрелся?

— Вечером, — хмуро буркнул Крис. — Но убеждаться в твоей неправоте не побегу. Я достаточно спал вчера перед вылетом, чтобы бессонная ночь не могла сказаться на моем внешнем виде.

— Ты спишь днем? — Женщина приподняла правую бровь. — А почему не ночью? Может, мне тоже стоит начинать беспокоиться о твоем моральном облике?

— Не приписывай мне своих слабостей. Я всего лишь заранее предположил, что здесь будет только одна спальня. — Кристофер наконец оторвал взгляд от книги и посмотрел на жену. — Ты хочешь от меня чего-то конкретного или просто больше не над кем насмехаться?

— Не над кем, — широко улыбаясь, согласилась Марианна. — Насмехаться над слугами — моветон, над гостями — наглость, а родственники все заняты подготовкой к свадьбе. Остаешься только ты.

Кристофер некоторое время смотрел на жену, а потом снова уткнулся в книгу.

— Тогда можешь продолжать. — Он перелистнул страницу. — Надеюсь, тебя не сильно расстроит мое молчание? Я не желаю с тобой разговаривать.

— А если расстроит сильно?

Муж не ответил. Марианна выждала секунд десять и, бесшумно привстав со стула, потянулась вперед. Плечи Криса едва уловимо напряглись. Женщина, усмехнувшись, продолжила движение. Коснувшись кончиками пальцев корешка книги, она потянула его вниз. Какое-то мгновение юноша сопротивлялся, а потом уступил, отпустив томик и подняв голову. Их взгляды встретились.

— Ты очень милый, когда дуешься, малыш, — очень ласково произнесла Марианна. — Но это не то качество, которое я ценю в мужчинах.

— Мне все равно… — с явным трудом расцепив стиснутые зубы, выдавил Крис.

— А зря. — Мари отстранилась от него. — Впрочем, я не собираюсь тебя принуждать к чему-либо. Ну разве что убрать со стола свои книги в преддверии завтрака… Да и после еды не советую к ним возвращаться — до свадебной церемонии всего часа три осталось.

Ла Абель Гнец

Две с лишним сотни аристократов стояли под сводами храма и с выражением безграничного терпения на лицах слушали стенания служителя Совершенства. Сам выступающий мог сколько угодно считать это вдохновенной речью о необходимости блюсти семейные традиции, но я его призывы следовать тысяче и одному правилу, большинство из которых потеряли актуальность задолго до моего рождения, воспринимал исключительно как жалобы на развращенность современной молодежи. Видимо, бедолаге давно не удавалось найти подходящих слушателей, и сейчас он наверстывал упущенное, цитируя отрывки из разных кодексов и священных писаний, перемежая их вставками собственного сочинения. Высшая аристократия, обладавшая значительно большими выносливостью и терпением, нежели простолюдины, слушала его бред уже второй час. И мне, стоящему в двух шагах от алтаря и практически зажатому между женами, нынешней и будущей, приходилось слушать тоже. Несмотря на постоянно растущее желание заткнуть велеречивого служителя.

Сегодняшний день вообще был богат на людей, вызывающих у меня подобные чувства. Начиная с дядюшки Теодора, благодаря которому я напоминал черно-белого петуха, будучи облачен вместо нормального костюма в нечто донельзя модное, состоящее из расклешенных брюк с вставками на бедрах и вороха кружев, по недоразумению носящего название рубашки. И заканчивая бабушкой Марго, почему-то решившей, что Сильвию должны наряжать в специально выделенном помещении, находящемся в противоположном крыле, рядом с гардеробной. Пришлось объяснять ей, что моя жена не только станет готовиться к свадьбе в соседней комнате, но и помогать ей в этом будут исключительно нанятые нами в Солиано девушки.

Служитель наконец-то охрип и каркающим голосом подвел свою речь к концу, перейдя к требованию произнести брачные клятвы. Я мысленно поблагодарил судьбу за то, что никто не додумался предоставить словоохотливому дедушке графин с водой, и почти счастливым голосом выдал заученный заранее текст. Следом за мной наступила очередь Сильвии. Она пообещала принять новую жену как родную сестру и прочую традиционную чушь, придуманную и облаченную в изящные формулировки лет пятьсот назад. После чего передала слово дочери императора. Та, надо отдать ей должное, выступила гораздо лучше нас. Ее клятва звучала настолько восторженно-торжественно, словно девушка всю свою жизнь только и делала, что ждала нашего с ней бракосочетания.

Я невольно скосил глаза влево, разглядывая Лидию. Она выглядела нереально одухотворенной, произнося: «Клянусь беречь честь своего мужа до последнего вздоха!» — вздернув при этом свой носик.

Еще две минуты ритуальных обещаний, и удовлетворенный служитель Совершенства оставил нас в покое, передав эстафету родственникам и прочим приглашенным. Началось паломничество: к нам по очереди приближались знакомые и не очень люди, произносили несколько слов поздравлений, вручали подарки и вновь отходили. Аристократические семейства нашли оригинальный способ выразить свое отношение ко мне, прислав на свадьбу в качестве своих представителей вторых и третьих по старшинству детей, а также сестер, племянников и прочих близких родственников, не являющихся, однако, наследниками первой или второй очереди. Единственное исключение составляла Мари, но она присутствовала скорее в качестве моей сестры. Что родня тщательно постаралась подчеркнуть, поручив Ивейне преподносить дары от имени семьи.

Моя вторая мама то ли обижалась на меня, то ли стеснялась своего официального статуса, но обычной для нее веселой улыбки я сегодня не увидел. Она несколько минут с сосредоточенным выражением лица перечисляла доставшиеся нам от носителей фамилии Гнец подарки, вручила шкатулку с подтверждающими все эти обещания документами, после чего поспешила покинуть нас и затеряться среди гостей. Примерно так же поступил родич Лидии. За ним пошли аристократы поскромнее — способные уложить свои поздравительные речи в минуту или около того. Некоторые, как Мари с Крисом, даже обходились без рекламы своих подарков, за что я был им особенно благодарен.

Наконец поток желающих нам всяческих благ иссяк, и церемониймейстер пригласил гостей перебраться из храма в более подходящее для празднования место. Мгновенно набежавшая толпа слуг развела присутствующих по каретам. И только тогда, оказавшись в отдельном закрытом экипаже, я позволил себе немного расслабить застывшие в широкой радостной улыбке губы и рассмотреть мою новую жену.

Лидия Риттершанц походила на собственный официальный портрет не больше, чем я на свой. То есть при внимательном рассмотрении нечто общее, несомненно, прослеживалось, но не более того. Причем живая женщина имела сходство с качественно выполненной скульптурой куда большее, нежели творение придворного художника. Правильный овал лица, прямой нос, высокий чистый лоб, аккуратные изгибы густых черных бровей — она полностью соответствовала имперским стандартам красоты. Не будя при этом в душе ни единого чувства. Слишком идеальная, слишком холодная.

Видимо, я чрезмерно долго смотрел на нее, потому что одна из бровей женщины приподнялась вверх в немом вопросе. Пришлось отрицательно качнуть головой и отвести глаза в сторону. Впрочем, любоваться в закрытой карете было не на что, и мы продолжали время от времени встречаться взглядами. Заговорить никто из нас до самого конца поездки так и не решился.

Ло Ивейна Гнец

Ивейна ужасно не любила официальные мероприятия, хотя как жена главнокомандующего и представитель семьи Гнецев была вынуждена регулярно на них присутствовать. Разнообразные двусмысленности, паузы, намеки и недоговоренности ужасно ее нервировали. Она всегда была в первую очередь воином и, несмотря на удачное замужество, так и не смогла органично вписаться в постоянно интригующее высшее общество. Женщина опасалась выдать важную информацию или сказать нечто, что могло быть расценено как обещание от имени семьи, а потому, находясь в официальном статусе, старательно избегала разговоров на серьезные темы. Вот и сейчас, обменявшись едва ли десятком фраз с представителем императорской фамилии, Ивейна сбежала, воспользовавшись выдуманным предлогом.

Побродив немного по территории и успешно ускользнув еще от трех человек, стремящихся побеседовать с ней, жена главнокомандующего все-таки разыскала ту, которая могла оградить ее от чужого внимания одним своим присутствием. Или хотя бы прикрыть в словесной баталии, не дав сболтнуть лишнего.

— Здравствуйте, Мари, Кристофер.

— Доброго дня, Ло Ивейна.

— Здравствуй, Иви. От кого прячешься?

— От всех, — грустно призналась женщина. — Ты меня спасешь?

— Разве я могу отказать своей второй маме? — Марианна подтянула поближе к себе Кристофера, за локоть которого держалась, и, прижавшись грудью к его руке, промурлыкала мужу на ухо: — Дорогой, ты ведь принесешь двум изнывающим от жажды женщинам по коктейлю? Кажется, их где-то здесь подавали. Только мне лимонный, а Иви предпочитает вкус вишни. И смотри не перепутай.

Юноша на мгновение прикрыл глаза. Желваки заиграли на его скулах.

— Если вам надо побеседовать с глазу на глаз, то стоило сказать об этом напрямую, а не играться, как обычно… — процедил он. — Пойду поищу Кристину. Коктейли можете спросить у слуг. Прошу простить меня, Ло Ивейна. — Он коротко поклонился.

— Кажется, я видела вашу сестру у фонтана, — решила подсказать юноше Ивейна, чувствуя, что подошла не совсем вовремя. — С молодым человеком из Каласов… имени его, к сожалению, не помню.

— Валиант. Его зовут Валиант Калас. Благодарю за подсказку. — Юноша еще раз поклонился ей, прежде чем уйти в указанном направлении.

— Так ли уж обязательно доводить парня своими издевками? — спросила Иви, с трудом удерживая готовый сорваться с губ тяжелый вздох. — Он ведь твой муж, в конце концов. А ты все силой характера меряешься.

— Это у тебя муж. — Марианна смотрела в сторону общающихся с кем-то из гостей молодоженов. — У императорской дочки. У моего бывшего капрала. А у меня — домашняя зверушка, по недоразумению принявшая человеческий облик. Вот и приходится обучать правильному отношению к хозяйке.

— Судя по его поведению, с обучением у тебя не заладилось.

— Почему же. Все в пределах нормы.

— Норма — это заставить его злиться? Не боишься, что однажды ему надоест терпеть твои выходки? Денова всегда были гордыми.

— Гордость у него есть. Силы духа не хватает. — Марианна помолчала. — Я не собираюсь терпеть рядом с собой малыша, который думает, что благодаря супружеству он получил право совать нос в мои дела. Его место — у двери на коврике. Если он поймет и смирится со своим положением, то я, так и быть, не стану натягивать поводок слишком сильно. Даже разрешу ему завести несколько покладистых девочек для развлечений, если он не будет этим слишком бравировать. Видишь, какая я добрая.

— А если он сам на тебя поводок наденет?

— Очень мило, что ты так веришь в моего мужа, но вынуждена заметить — на подобный подвиг он точно не способен. Сильных мужчин вообще почти не осталось. Последнего императорская дочка заняла. Если бы не запрет на бракосочетания между ближайшими родственниками, я бы точно ей войну объявила.

— Не понимаю. — Ивейна покачала головой. — Как можно подобным образом относиться к собственному супругу?

— А я не понимаю, как можно боготворить человека, который тебя практически игнорирует, — пожала плечами Мари. — То, что у нас разные взгляды на мужчин и институт брака, — совсем не новость. Будем обсуждать мужей дальше или переключимся на менее конфликтную тему?

— Извини, я не хотела так сильно лезть в твою личную жизнь.

— Никаких проблем.

Они замолчали. Мари не отводила взгляда от молодоженов, загадочно улыбаясь. Ивейна же изучала свою родственницу-подругу, пытаясь понять, чем вызвано ее хорошее настроение.

— Мне кажется или тебя что-то веселит?

— Скорее радует. — Мари повернулась к собеседнице. — Кого ты там видишь? — Она махнула рукой в сторону молодоженов.

— Абеля? — осторожно уточнила женщина, пытаясь поймать мысль подруги. — Лидию Риттершанц?

— Наследника, Иви. Ты видишь наследника главнокомандующего. Того, кто через несколько лет будет указывать нашим генералам, что и как делать. — Марианна улыбнулась еще шире. — Вместо меня.

— Ты преувеличиваешь. Женитьба на дочери императора не поставит его выше тебя в глазах высокородных. Особенно в свете последней выходки. Ему еще повезло, что Александро сумел погасить конфликт с родом Риттершанцев.

— Неужели? А может, наоборот, папе повезло, что Абель устроил эту свадьбу? Да еще таким образом — объявив на всю империю, что не собирается оставаться на вторых ролях.

— Он не настолько хитер.

— Или ты не настолько хорошо его знаешь.

— Что за чушь? — Ивейна могла понять желание Мари поиграть с различными предположениями, но это уже перебор. — Абель едва не спровоцировал конфликт с императорским родом. Подставил под удар всю нашу семью. Фактически оскорбил свою невесту. Полагаешь, он сделал все это ради свадьбы?

— Ты, конечно, не думаешь о том, что действия отца и императора тоже можно просчитать?

— Ну да. И как я раньше не догадалась? — язвительно заметила Ивейна. — Курсант-второкурсник, манипулирующий лидерами империи, — это же так естественно и очевидно. Мои действия он тоже просчитал? Или просто не подумал о том, что я могла убить его любимую прямо в храме Совершенства сразу после заключения их брака?

— Так почему не убила? — равнодушно поинтересовалась Мари.

Ивейна осеклась.

— Не была уверена в правильности поступка. Но если бы Александро отдал приказ…

— Если бы Александро отдал приказ, то у тебя были бы проблемы. Возможно, со смертельным исходом. Хотя последнее маловероятно — все-таки Абель тебя любит.

— Ты о чем? — непонимающе нахмурилась Иви.

— Сильвия служила у меня. Кроме того, я крайне внимательно изучила ее личное дело, прежде чем направить к Абелю в качестве инструктора. Она вполне в состоянии продержаться против тебя несколько секунд.

— Это бы ее не спасло.

— Опасное заблуждение. Сколько людей находилось вместе с вами в храме? А сколько снаружи, у ожидавшего окончания церемонии Гнешека? Ты недооцениваешь моего братишку, Иви. Скорее всего, он все просчитал. Еще и козырь в рукаве припас. Тебе, например, известно, насколько Абель силен как маг?

— Летом ему присвоили вторую ступень. Это не так? Третья?

— Не знаю. — Мари усмехнулась.

Ивейна закатила глаза. Ну а чего еще можно было ожидать от этой язвы? Только поддразниваний. Бросила несколько фраз, лисица, а Иви надумала себе невесть что.

— Не знаю, — повторила Марианна, вдоволь насмотревшись на лицо подруги. — Но могу предположить. Я обратилась к архивариусу, чтобы уточнить, какими именно книгами интересовался Абель. — Она вновь замолчала.

— И какими же? — подтолкнула ее Ивейна. — Кстати, разве архивариус отслеживает, кто что берет из библиотеки?

— Из обычной — нет. Только из закрытых секций или архива.

— И что заинтересовало Абеля?

— Трактаты по магии, разумеется. Причем первый запрос он сделал тринадцать лет назад. Ему тогда было семь.

— В семь лет?! — Ивейна пораженно уставилась на Марианну. — Хочешь сказать, он уже тогда разбирался в чарах настолько, чтобы читать труды из закрытых секций?

— Не кричи. Мы все-таки на официальном мероприятии.

— Извини, — стушевалась женщина.

— Так вот. Полагаю, в трактатах он тогда не разобрался. Вернул назад. Чтобы запросить часть из них тремя годами позже. Количество интересующих его редких книг постепенно возрастало. А в четырнадцать Абель перестал пользоваться литературой закрытых секций.

— Но его интерес к магии не пропал.

— Да. Хочешь узнать, какие труды он брал последними?

— Не тяни! — Ивейна едва удержалась от стимуляции подруги ударом кулачка в бок.

— По маскировочным чарам систем наблюдения. Я далеко не профан в магии, но описанных принципов совмещения заклятий так и не поняла.

— Ничего себе. Но почему он остановился?

— С чего ты решила, будто он остановился? Я думаю, он просто перестал беспокоить архивариуса и ставить того в известность о своих интересах. В конце концов, общие принципы сигнальных и маскирующих чар на протяжении последнего века практически не менялись.

Женщины синхронно повернули головы и посмотрели в сторону молодоженов, принимающих очередные поздравления.

Ла Абель Гнец

Все когда-нибудь заканчивается. Закончилось и «празднество», на котором нам пришлось в буквальном смысле отработать более двенадцати часов. Желающие продолжать веселье гости могли заниматься этим хоть до утра, но для всех остальных, включая и нас с Лидией и Сильвией, полночь была тем рубежом, после которого никто не рискнул бы упрекнуть в излишне раннем уходе. Мы добрались до отведенных нам покоев и, поскидывав обувь, буквально рухнули в кресла. Блаженный покой и тишина. Все звуки остались там, снаружи, вместе с гостями и слугами.

— Абель, вы позволите задать вопрос, который мучает меня уже который день?

— Задавайте, — буркнул я, неожиданно осознавая, что слишком рано обрадовался. Теперь Лидия всегда будет где-то рядом, и о расслаблении можно забыть. Ну хоть с кресла подняться не требует — и то счастье.

— Ваша первая свадьба. — Она сделала небольшую паузу, переведя взгляд с меня на Сильвию и обратно. — Это был союз двух любящих сердец, готовых противостоять всему миру? Или вами двигал холодный расчет?

— Вы считаете, что мы не способны соединить одно с другим? — как можно более небрежно проронил я. Пришло время показать все, чему меня научили пикировки с Аврелией. Никто не сможет безнаказанно насмехаться над нами. — Считайте, что нами двигал холодный расчет двух любящих сердец, готовых противостоять всему миру. Вас это задевает? Хотите присоединиться?

— Хочу, — неожиданно согласилась Лидия. — Но меня немного смущает мой нынешний социальный статус. Вернее, причины его внезапного изменения. Признайтесь, вам не нравится все наше семейство или вы ненавидите персонально меня?

— Лично против вас я ничего не имею. Как можно ненавидеть женщину, которая ничего мне не сделала? Я даже ваш портрет всего несколько месяцев назад увидел, а вас саму — лишь сегодня.

— Значит, ваш выпад направлен не на меня? Тогда на кого? И почему?

— Вы разве не знаете?

— Представьте себе, меня не сочли нужным просветить.

Я задумался. Могло ли так быть, что моя новая жена обладала в семье таким же количеством прав, каким обладал до недавнего времени я? Или она играет со мной, используя общеизвестную информацию? В любом случае скрывать факт нашего с Давидом противостояния было бессмысленно: она могла в любой момент узнать о нем от отца или брата.

— На свадьбе настаивала ваша семья. В лице Давида. Я подозреваю, что он счел заключенную со мной сделку о передаче в аренду части гор Вельской области недостаточно выгодной. Какие конкретно преимущества он надеялся получить, добившись нашего брака, — мне неизвестно. Но полагаю, вы в любом случае будете блюсти интересы своей семьи.

— Почему вы так считаете?

— А разве мое предположение неверно? Если бы вас лично не интересовал контроль над переданными мне рудниками или то, что было обещано в обмен на этот контроль, вы бы не согласились на нашу свадьбу. Благо я постарался предоставить вам идеальный повод для отказа.

— Так вы старались ради меня?.. — саркастически пробормотала Лидия.

— Ради себя. Но кто вам мешал воспользоваться ситуацией?

— То есть вы хотите сказать, что лично вам этот брак абсолютно не нужен, видеть меня в качестве жены вы совершенно не желаете и согласились только из-за давления Давида?

— Именно так.

Она задумалась. Я же воспользовался моментом, чтобы вновь прикрыть глаза и насладиться возможностью просто сидеть, вытянув ноги.

— Позвольте еще один вопрос, Абель, — снова привлекла мое внимание Лидия.

— Да.

— Какие у вас планы в отношении меня?

— Не знаю, — честно развел руками я. — Полагаю, совсем отстранить вас от ведения дел в Вельской области у меня не получится. Так что предлагаю сделку. Вашим людям будет позволено участвовать в торговых операциях, а они взамен разрешат моим аудиторам контролировать их рабочий процесс.

— И все? — Кажется, она удивилась. — Никаких жестких ограничений? Мне можно будет заниматься бизнесом?

— Вне моего круга интересов. Или под контролем проверяющих, — поспешил напомнить я, тщетно пытаясь понять причину ее странной реакции.

— Гм. — Она прищурилась. — А вы случайно не собираетесь сделать моему брату еще какую-нибудь гадость? Отобрав оставшуюся часть Вельской области, например?

— А там есть что-то ценное? — удивился я. И, глядя в ее довольно блеснувшие глаза, с запозданием понял, что именно ляпнул. — Нет-нет. Я не собираюсь связываться с Давидом. Мне хватило прошлого раза. Это я так спросил — на всякий случай.

— Понятно. — Лидия улыбнулась. И впервые за весь день я увидел, как на ее лице появляются настоящие эмоции, делая эту совершенную красавицу по-настоящему живой. И сразу же пожалел. Даже Мари никогда не улыбалась так — словно змея, прячущая ядовитые клыки за растянутыми в стороны губами. — Тогда давайте расставим точки над «i». Я готова быть вашей верной и преданной женой, Абель. Зарабатывать для вас золото и не спрашивать, куда вы его тратите. Не шпионить за вами ни для отца, ни для Давида, ни для кого-либо еще. Полагаю, вам такие обещания покажутся странными, и вы вряд ли станете мне доверять. По крайней мере, вначале.

— Вы совершенно правы, — кивнул я.

— Думаю, рано или поздно мы придем к взаимному доверию, но позвольте мне немного ускорить процесс. Я хочу крови Давида… — имя своего брата Лидия практически прошипела. — Пусть она и выражается в золотом эквиваленте. Ударь его так больно, как только сможешь. Отними еще кусок земель, часть торговых операций, лиши его союзников. Пусть этот ублюдок никогда не сможет занять трон. Сделай это, и я выполню любое твое желание, муж мой. Если ты захочешь, я откажусь от своей фамилии, и наши дети будут только Гнецами. Все дети. Включая первенца.

Я ошарашенно молчал.

— Обдумай мое предложение. И извини, если я оказалась слишком напористой. — Она вновь улыбнулась, на этот раз вполне по-человечески. — А теперь предлагаю закончить сегодняшний день, как и полагается молодоженам, — в одной постели. Надеюсь, вы не планировали групповой секс?

— Что вы, что вы — конечно же, нет, — поспешила возразить Сильвия. — Здесь две спальни. Я буду ночевать во второй.

— Тогда проводите меня в нашу спальню, Абель. Серьезные разговоры так утомляют…

Лидия встала. Я, едва успев прийти в себя от такого давления, поднялся следом. Дочь императора тут же тяжело оперлась на меня, едва ли не повиснув всем телом. Пришлось подхватить ее на руки.

— Будь со мной осторожен, — шепнула женщина мне на ухо. — Как приличная девушка, я еще девственна.

Едва не выругавшись после такого признания, я открыл дверь в комнату ногой и так же ногой закрыл ее за нами. Аккуратно опустив Лидию на широкую двуспальную кровать, прильнул к ее губам. Одновременно лихорадочно соображая, как именно снимается тот ворох одежд, в которые закутали мою новоиспеченную жену.

— Крючки корсета — на спине, — с тяжелым вздохом сказала она, стоило нам прервать поцелуй…

В роскошных покоях, расположенных в глубинах Весеннего дворца, отдыхал после очередного разговора с советниками император. Древний старик с изборожденным глубокими морщинами лицом, седой и лишившийся к своим годам более половины волос, сидел, скрестив ноги, прямо на полу, игнорируя удобные кресла и разбросанные вокруг подушки. В этот редкий миг свободы от боли он размышлял о детях. Хотя правильнее будет сказать — о наследниках.

Императору давно надоело жалкое, полное боли существование, которое он влачил. Возможность умереть, прервав бесконечную череду страданий, виделась старику благом. Но он не мог просто так оставить страну, процветанию которой уделил почти век своей жизни. А надежных рук, способных принять у него бремя верховной власти, все не находилось — дети развивались слишком медленно. И даже все более усложняющиеся задачи, которые он подкидывал им, не могли исправить ситуацию. Приходилось жить и надеяться, что обучение наследников все же принесет свои плоды, искать способы исправить их недостатки.

Тамара была осторожной. Слишком осторожной — на грани трусости. Она с легкостью отказывалась от борьбы за источники доходов и влияния, если требовалось рисковать. Такой способ действий годился для сохранения имеющегося, но не для обретения нового. И уж точно не подходил для императрицы, которая должна уметь вырывать власть зубами. Часто — вместе с чужими глотками.

Давид путал уверенность с самоуверенностью. Не встретив за пятьдесят лет жизни ни одного настоящего противника, наиболее перспективный из детей императора начал считать себя самым могущественным. Он даже пытался манипулировать собственным отцом, подсовывая на подпись нужные лично ему бумаги или отдавая менее значительные распоряжения от имени Владыки. Император не препятствовал, награждая таким образом сына за успехи в развитии. Отказывая ему лишь изредка — когда Давид использовал неудачный подход или слишком зарывался, отдавая приказы.

Лидия подавала надежды, но обладала самым большим недостатком — слишком юным возрастом. Император не надеялся дотянуть до того момента, когда она сможет занять свое место в ряду настоящих наследников. А без отцовского покровительства амбициозную, но вспыльчивую девочку просто сожрут, так и не дав продемонстрировать, на что она способна.

И вот тут на сцену вышел молодой Гнец со своими безумными эскападами. Произойди что-нибудь подобное лет двадцать назад, император приложил бы значительные усилия, чтобы растоптать наглеца, несмотря на высокое положение и мощную поддержку второго по значимости Дома. Сейчас же он только порадовался выходкам юноши. Порадовался настолько, что прижал Давида, требуя от того приемлемый план по сохранению отдаваемых непонятно за что земель. И подкинул сыновнему окружению идею выдать Лидию замуж.

Враг. Для роста над собой детям императора требовался достойный враг — стоящий их личного внимания и заставляющий мобилизовать хотя бы половину подконтрольных им сил. Владыка до сих пор так и не смог выяснить, чем же молодой Гнец смог прижать Давида, но в том, что после свадьбы ни один из этой начавшей противостояние парочки не остановится, старик был уверен. Лидии же замужество позволит получить защиту Дома Крылатого Меча и хороший плацдарм для роста. Хотя бы и на внутрисемейном фронте. А уж если она сможет договориться о совместных действиях с Давидом или с самим Гнецем — совсем замечательно. Император всегда считал, что нет более великой победы над сильным врагом, чем превращение его в союзника или, еще лучше, друга.

Дергающая боль в животе отвлекла старика от размышлений. Еще немного, и надо будет вызывать целителей для очередной манипуляции с внутренними органами. Совершенство, как сильно он желал поступить с этой болью так же, как с мимическими мышцами: одно слово целителям — и полная гарантия, что никто не увидит на его лице ничего, кроме холодного равнодушия… Но, к сожалению, приходилось терпеть — только боль подсказывала старику, когда именно приходило время медицинских процедур.

Император достал из кармана халата зеленый колокольчик и позвонил в него. Теперь не пройдет и минуты, как в комнате появятся предупрежденные магией придворные целители, чтобы в очередной раз отогнать от Владыки смерть. А после их ухода можно будет подумать о том, как втянуть в небольшой конфликт с Гнецами еще и Тамару.

ГЛАВА 21

Ла Лидия Риттершанц

Лидия осторожно потрогала языком прикушенную щеку. И что все находят в этой любви? Нет, ощущения, конечно, своеобразные и даже приятные, но явно не настолько, чтобы сходить с ума или в буквальном смысле преследовать людей противоположного пола. Хотя, может, если не проводить перед этим около четырнадцати часов на ногах и доверить раздевание служанкам, а не мужу, очевидно не имеющему особого опыта в разоблачении женщин, то выйдет иначе. Наверное, стоит попробовать еще раз или два, прежде чем объявлять сексуальные отношения бесполезной тратой времени, годной лишь для продолжения рода.

Размышляя таким образом, женщина потихоньку добралась до их собственной малой гостиной, где отдыхала после совместной тренировки с Абелем Сильвия. Сам юноша в это время находился в душе, смывая с себя пот.

— Доброе утро, — слегка позевывая, поздоровалась дочь императора.

— Доброе утро, Ла Лидия. — Сильвия собралась было подняться, но в последний момент остановилась, так и оставшись сидеть на краешке кресла.

— Давняя привычка? — посочувствовала простолюдинке Лидия. — Тебе стоит отучаться вскакивать в присутствии высокородных.

— Я учусь. — Сильвия села свободнее. — Абель нанял для меня хорошего наставника этикета. Просто прошло слишком мало времени.

— Отрадно слышать. Если хочешь, я тоже помогу тебе освоиться в высшем обществе. Буду подсказывать, когда наставника не окажется рядом.

— Благодарю вас, Ла Лидия. Это было бы замечательно.

— Не надо так официально. — Дочь императора постаралась выдать лучшую из своих добрых улыбок. — Называй меня просто по имени. В том числе в присутствии посторонних. Мы ведь замужем за одним мужчиной, а значит, близкие отношения между нами должны стать нормой.

— Близкие отношения? — эхом повторила Сильвия, отчего-то напрягшись.

— Что-то вроде дружбы, — пояснила Лидия, старательно продолжая улыбаться. — Сестринские чувства меня как-то не прельщают. О них много говорят, но на самом деле это больше похоже на вежливое игнорирование друг друга. Становиться любовницами нам тоже рановато — я еще не распробовала прелести связи с мужчиной, что уж говорить об интересе к женщинам. Остаются обычные приятельские отношения — взаимопомощь и тому подобное. Ты согласна?

— Да… — неуверенно пробормотала Сильвия. — Но зачем это вам?

— А зачем мне конфликты в собственной семье? Ведь как ни крути, мы с тобой теперь одна семья. Не важно, какие причины привели к такому раскладу.

— И вы не обижаетесь на меня за то, что я стала первой женой Абеля?

— Мне неприятен факт моего унижения. — Лидия посерьезнела. — Но при чем здесь ты? Даже Абель, как вчера выяснилось, не ставил себе целью продемонстрировать мне мою слабость. Так что было бы совершеннейшей глупостью срывать на вас свою злость. Я предпочту отомстить тому, кто действительно виновен, — Давиду. А с новой семьей мне хочется жить в мире и согласии.

— Спасибо. — Сильвия стала выглядеть куда более расслабленной, чем раньше. — Я рада, что вы не держите на меня зла.

Из соседнего помещения послышался негромкий голос служанки, интересующейся у покинувшего ванную комнату Абеля, не надо ли ему чего. Лидия порадовалась, что заранее догадалась не до конца прикрыть дверь между комнатами и попросить служанку позаботиться о своем господине — передвигался Гнец абсолютно бесшумно и, если бы не предпринятые меры, вполне мог услышать не предназначавшуюся для его ушей часть разговора.

— Конечно же нет. — Лидия вновь улыбнулась как можно радушнее. — И вообще, почему ты до сих пор обращаешься ко мне на «вы»? Разве я не просила называть меня просто по имени?

— Извини, — смутилась Сильвия. — К этому так сложно привыкнуть…

— К чему? — засмеялась Лидия. — Говорить своей со-супружнице «ты»?

— Что обсуждаете? — К ним подошел избавившийся от служанки Абель.

— Да так, разные мелочи, — весело отозвалась Лидия, незаметно подмигивая своей собеседнице.

— Женские штучки, — улыбаясь, поддержала ее Сильвия.

Абель только пожал плечами, и дочь императора поздравила себя с первой маленькой победой. Победой, которая ей практически ничего не стоила. В самом деле, не считать же платой обещание преподать несколько уроков этикета? Обучением Сильвии в любом случае пришлось бы заняться. Аристократия еще долго будет судачить о том, что наследник главнокомандующего предпочел дочери императора простолюдинку. Единственный способ заставить злые языки поумерить прыть и уменьшить урон своей женской чести Лидия видела в том, чтобы представить высшему свету простолюдинку, достойную такого выбора.

Ла Абель Гнец

Сегодняшний день выдался куда лучше вчерашнего. Дядюшка Теодор, отловленный ранним утром в одном из коридоров, согласился, что наше присутствие на празднике более не обязательно и мы можем лететь в Солиано или куда еще пожелаем. Сначала он, конечно, пытался лепетать об уважении к представителям известных аристократических семейств, но быстро согласился с тем, что дочь императора вовсе не обязана выступать несколько дней перед наследниками третьей очереди, как дешевая актриса.

Сама Лидия тоже порадовала. Обещания обещаниями, но я вовсе не ожидал, что они с Сильвией станут так свободно общаться — словно две давние подруги. Даже хихикают и отговариваются женскими секретами, наверняка перемывая мне косточки. Я какое-то время колебался, чувствуя себя рядом с ними лишним, но все же решил задержаться и разобраться с некоторыми вопросами сразу.

— Девушки, вы уж простите мое вмешательство в ваш разговор, но нам надо кое-что прояснить.

— Да, Абель, мы тебя слушаем, — ответила за них обоих Лидия. Сильвия просто кивнула.

— Я хотел бы улететь сегодня. Меня ждут в Солиано несданные экзамены за второй курс и организованный Кристофером турнир, который обязательно нужно посетить. Выбраться в Вельскую область я смогу только через две недели. В связи с чем, Лидия, хочу уточнить: где ты желаешь провести это время?

— С тобой, муж мой, — без малейшей паузы отозвалась дочь императора. — В твоем доме ведь найдется достаточное количество помещений для моей прислуги? Мне бы не хотелось останавливаться во дворце.

— Наверное, найдется. Уж десяток человек можно разместить без особых проблем. Надеюсь, ты не повезешь с собой никого, кроме личной обслуги?

— Как пожелаешь. — Моя новая жена даже не подумала возражать.

— Тогда я попросил бы вас начать собираться. Воздушный корабль будет готов к вылету примерно через два часа. Нас, разумеется, подождут, сколько надо, но давайте не будем злоупотреблять терпением команды.

— Тогда пойду отдам несколько распоряжений. — Лидия выпорхнула из комнаты.

Я невольно проводил ее взглядом. Дочь императора оказалась женщиной, полной разительных контрастов. Она обладала фигурой, в общих чертах схожей с фигурой моей сестры, то есть имела довольно крупную грудь, широкие бедра и узкую талию, не так уж и утянутую корсетом, как мне вчера показалось. Но если Мари предпочитала ходить не спеша, покачивая этими самыми бедрами, то Лидия двигалась быстро, легко и изящно — словно танцующая бабочка. При том что она ни дня не занималась боевыми искусствами.

— Ну, вы хорошо поладили? — Посмотрев, как исчезает за дверью моя вторая жена, я повернулся к первой.

— Неплохо, — отозвалась Сильвия. — Она не заносчивая, имеет чувство юмора и при этом логичная, почти как ты — все раскладывает по полочкам. — Женщина помолчала. — Мне кажется, Лидия была не очень счастлива во дворце. Отца она недолюбливает, брата просто ненавидит, а о сестре отзывалась как о ком-то чужом. Ей нужны друзья.

— Если нужны, то мы станем ее друзьями, — задумчиво пробормотал я. — Главное, чтобы ее поведение не было игрой. Все-таки она выросла в императорской семье. Ей обязаны были преподавать не только торговлю, но и актерское мастерство.

— Тут я не сильна, — вздохнула Сильвия. — Раскусить хорошую игру не смогу. Но она обещала помочь мне с обучением этикету. Причем по ее собственной инициативе.

— Широкий жест с ее стороны, — оценил я. — Вне зависимости от мотивов. Наставницы такого уровня за одни только деньги не работают.

— Повезло, — согласилась женщина. — Я постараюсь выучиться быстро, чтобы не позорить ни тебя, ни ее.

— Ладно, потом обсудим, — замял я болезненную для Сильвии тему. — Пойдем собираться. А то неудобно получится, если Лидия окажется готова раньше нас.

Штефан Цванг, курсант

За то время, что Штефан находился рядом со своим шефом, он привык ко всякому. Но Цванг уж точно не ожидал, что его сделают капитаном воздушного корабля. Причем так буднично, между двумя рюмками шампанского… Просто зашла Рикка, окинула презрительным взглядом разом притихшую группу из шести выпивающих мужчин и небрежно проронила:

— Господину Абелю подарили воздушную яхту. Он решил, что ты теперь капитан, Штефан. Иди, знакомься с командой.

Пришлось оставить собутыльников, на информацию из уст которых он возлагал определенные надежды, и отправляться смотреть корабль. Приказы, как известно, не обсуждаются. Тем более если отдавший их находится вне зоны слышимости.

Яхта выглядела довольно оригинально — неизвестный дизайнер, видимо, обожал маленькие и быстрые курьерские корабли, а потому придал прогулочному судну такую же веретенообразную форму, урезав тем самым объем полезного внутреннего пространства на треть. Но этого гению кораблестроения показалось мало, и он утыкал поверхность корабля иллюминаторами, добавив рядом с ними небольшие выступы на корпусе для защиты от встречного ветра. Штефан понятия не имел, какие у данной летающей конструкции технические характеристики, но более уродливой яхты он в жизни не видел.

Впрочем, внутреннее убранство, на которое не пожалели денег, и немногочисленная команда, знавшая, как управлять подаренным шефу «произведением авангардного искусства», немного примирили его с действительностью. Но только немного. Потому как Цванг знал четко: Лидия Риттершанц — не Абель, которому плевать на роскошь, и если она взойдет на борт, то быть беде. И чтобы снизить будущее возможное недовольство дочери императора до приемлемого уровня, Штефан не спал всю ночь, нещадно эксплуатируя как нанятых в Солиано девушек, так и слуг самих Гнецев.

Утром он получил от жены поцелуй в щеку, горячую кружку с бодрящим напитком, выглаженную форму без знаков различия и указание готовить корабль к приему пассажиров. Штефан согласно кивнул и занес на борт свои вещи — корабль был готов.

Отбив четыре налета слуг, желавших непременно дотащить доставленные ими сундуки до каюты самостоятельно, и кое-как разместив шесть горничных императорской дочки, Цванг все-таки дождался Абеля с женами и приготовился к неформальной инспекции. Но вместо этого Гнец разместился в кают-компании, решив начать с представления своего ближнего окружения. В небольшом помещении, не рассчитанном на одновременное присутствие полудюжины человек, сразу стало тесновато. По крайней мере, именно так подумалось Штефану, вынужденному встать всего в паре метров от дочери старика Риттершанца.

— Полагаю, представлять мою жену Лидию нет никакой нужды? — задал риторический вопрос Абель.

Мика и парочка Цвангов вместо ответа вежливо поклонились сидящей в кресле молодой женщине. Причем рыжая таки не удержалась и бросила на высокородную аристократку любопытный взгляд из-под короткой челки.

— Тогда я представлю своих друзей, — продолжил Гнец. — Микаэла Верат, Риккарда и Штефан Цванг. Девушки — мои личные горничные, а Штефан — сокурсник, временно выполняющий обязанности капитана этой яхты. Все здесь собравшиеся дороги мне, и я был бы благодарен за соответствующее к ним отношение. — Он посмотрел на дочь императора, обозначая адресата послания.

— Я услышала тебя, муж мой, — отозвалась Лидия. — И постараюсь относиться к твоим друзьям, как к своим. Невзирая на положение. Риккарда, вы не поможете моим горничным обустроиться в вашем доме? После прибытия, разумеется.

— Конечно, госпожа Лидия. — Рикка вновь поклонилась.

— Я была рада познакомиться. Со всеми тремя. Но не буду приставать к вам с вопросами и отрывать от дел. Полагаю, у нас в будущем найдется еще время для разговоров. И если ты, Абель, не против, я бы оставила вас ненадолго.

— Как пожелаешь, — не стал возражать Гнец.

Лидия встала и шагнула вперед, оказавшись совсем рядом с Цвангом.

— Штефан, вы не проводите меня в каюту? — попросила она.

— Конечно. — Кланяться с риском уткнуться лицом в пышную грудь жены шефа курсант не рискнул.

Во время их короткого вояжа по коридору Штефан физически ощущал взгляд женщины, буравящий его затылок. Она определенно заинтересовалась его скромной персоной, но вот что именно заставило высокородную обратить внимание на обычного курсанта, Цванг не понимал. Дойдя до подготовленной специально для важной гостьи каюты, он услужливо распахнул перед нею дверь. Лидия остановилась на пороге, изучая внутреннее убранство маленькой комнатки.

— Здесь, кажется, проводилась перестановка. Вы сами подбирали предметы интерьера? — Ее холодный взгляд нашел глаза Штефана.

— Да, — честно признался он, лихорадочно просчитывая варианты развития событий.

— Как мило. — Лед мгновенно исчез из ее глаз, сменившись теплом и искренним интересом. — Не знала, что вы такой разносторонний. До этого момента мне казалось, что вы специализируетесь исключительно на мелких торговых операциях не совсем законного характера. А тут такой сюрприз: капитан воздушного судна с талантом в области дизайна интерьеров. Когда прибудем в Солиано, я обязательно приглашу вас обустраивать мою комнату. Думаю, нам найдется, о чем поговорить.

— Благодарю за лестную оценку, — вежливо отозвался Штефан, стараясь не обращать внимания на озноб вдоль позвоночника, вызванный ее намеками и резким изменением поведения.

— А сейчас идите. А то мало ли что мой муж подумает о вашей задержке. — Она таки шагнула внутрь комнаты и закрыла за собой дверь.

Цванг осторожно выпустил застрявший в легких воздух и на подгибающихся ногах отправился обратно в кают-компанию. Чего он точно не ожидал от сегодняшнего дня, так это знакомства с женщиной, которая будет его настолько пугать. До встречи с ней Штефан лично знал всего двух людей, способных вызвать у него нервную дрожь, и одному из них он служил.

Ла Абель Гнец

Знакомство Лидии с моими друзьями прошло без эксцессов. Впрочем, я и не ожидал ничего подобного — дочь императора оказалась на удивление покладистой и не отягощенной излишней гордыней. Если повезет и она удовлетворится небольшим кусочком отобранного мною у Давида, то у нас вполне может получиться нормальная семья. Именно поэтому я и не хотел каким-либо образом ограничивать ее: лучше сразу оценить аппетиты моей новоиспеченной жены, чем играть друг с другом долгие годы.

— Абель, ты не слишком занят? — Лидия решила вернуться ко мне в кают-компанию, не проведя в отведенном ей помещении и часа.

— Да нет, не слишком. — Я отвлекся от размышлений и сфокусировал взгляд на ней.

— Точно? Я не отрываю тебя от каких-нибудь важных раздумий вроде планирования расписания экзаменов? — В ее голоске слышалась легкая ирония, но после язвительности Марианны подобные мелкие подколки казались лаской.

— Вообще-то отвлекаешь. Причем именно от планирования экзаменов. Но я готов уделить тебе необходимое количество внимания.

— Квиты. — Лидия опустилась в кресло рядом со мной и, закинув ногу на ногу, расправила слегка смявшиеся юбки. — Не знала, что у тебя есть чувство юмора, — вчера ты казался весьма занудным типом.

— Надеюсь, сегодня ты поменяла свое мнение?

— Ага.

— Так о чем ты хотела поговорить?

— Все-таки занят, — улыбнулась она. — Я постараюсь не отнимать у тебя слишком много времени. Скажи, ты ведь собираешься летать на этом более одного раза?

— Если ты имеешь в виду яхту, то да.

— Это нельзя называть яхтой. Иллюминаторы и декоративные вьюнки в каюте не способны превратить корабль для перевозки заключенных в прогулочное судно.

— Разве наше судно когда-то использовалось для перевозки преступников? — нахмурился я. — Насколько мне известно, оно совершенно новое и при его постройке использован оригинальный дизайн.

— Я метафорически, — отмахнулась Лидия. — Имела в виду, что каюты слишком малы для того, чтобы являться местом обитания свободных людей. От существования в настолько замкнутом пространстве я запросто начну страдать клаустрофобией.

— Ты можешь расположиться в кают-компании. Часа через три-четыре мы уже будем на месте. Мойл сказал, что это самая быстрая яхта в империи, и я склонен ему верить.

— Зачем тебе самая быстрая яхта, если ей не хватает комфорта?

— Возможно, дело в том, что мы из разных Домов? На мой взгляд, здесь вполне удобно.

Лидия ненадолго задумалась, закусив нижнюю губу и глядя куда-то поверх моей головы. Я выжидал. Наконец она опустила свой взгляд.

— Хочешь сказать, что аристократы вашего Дома способны проигнорировать подобные мелкие неудобства, — она обвела комнату рукой, — если их компенсировать повышенной скоростью судна?

— Скорее всего. — Я пожал плечами.

— Ты ведь владеешь долей в бизнесе Мойла? Я не ошибаюсь?

— В части его бизнеса.

— Какой? В смысле, какой части и какой долей?

— Десять процентов от продажи военных кораблей по контрактам, заключенным от моего имени, и двадцать процентов от продажи ремонтных материалов.

— Ты занимаешься извращенным сексом с его женой? — вдруг спросила Лидия, но, наткнувшись на мой недоуменный взгляд, замахала руками. — Извини, извини. Это была дурацкая попытка заменить чем-то оригинальным банальный вопрос: «И все?!»

— Знаешь, по-моему, я тебя не до конца понял.

— Обычная реакция выходца из торговой семьи. Я слишком привыкла, что окружающие меня аристократы знают цену не только золоту, но и использованию своего имени. Фактически Мойл наживается на тебе, получая мощную рекламную кампанию едва ли не бесплатно.

— Поясни.

— Как думаешь, насколько у Мойла вырастет количество покупателей, когда имперские подданные узнают, что построенной на его верфи яхтой постоянно пользуются наследник главнокомандующего и дочь императора? Сколько из выплаченных новыми клиентами денег получишь ты? — Лидия пристально посмотрела на задумавшегося меня. — В общем, так, муж мой: не далее как вчера я обещала зарабатывать тебе деньги. Начнем с твоего «партнера». Если не доверяешь или боишься, что я перегну палку, можешь присутствовать на переговорах. Надеюсь, это не сильно отвлечет тебя от экзаменов?

Реван открыл небольшую папку с бумагами, принесенную с собой из центрального офиса, и, достав из нее несколько верхних листов, замер над ними в задумчивости. Абель Гнец, козырной туз главнокомандующего, внезапно вынутый им из рукава, поменял все политические расклады в Доме. Психически нездоровый юноша, от которого не ждали ничего выдающегося, вдруг стал одним из известнейших аристократов империи, женившись на дочери императора и получив в качестве приданого изрядную часть гор Вельской области. А уж обстоятельства свадьбы и вовсе говорили о нем как о человеке незаурядном. Конечно, были те, кто считал все произошедшее исключительно заслугой Александро, пытающегося представить своего слабоумного сына гением и тем самым набрать очков семье Гнецев, но Реван думал иначе. Так и не удавшиеся в прошлом году покушения на Кристофера, женитьба его на Марианне и неожиданная отмена свадьбы Абеля и Кристины четко указывали на участие одного и того же человека. И им был совсем не главнокомандующий. К тому же сейчас перед главой службы безопасности семьи Денова лежало еще одно доказательство самостоятельной деятельности сына Александро — выписка из реестра запрещенного оружия.

Реван сокрушенно покачал головой: столько дел требовало внимания, а верных лично ему людей не так уж и много. Если бы еще не приходилось тщательно готовить покушение на Рональда, который упорно не хотел подставляться…

Хорошо еще, дело Флинна можно будет сегодня закрыть. Хитрец долго водил за нос преследующих его людей, да и в самом конце придумал что-то нетипичное. Иначе с чего бы команда охотников вместо уведомления о ликвидации объекта сообщила, что тот захвачен живым ради информации первостепенной важности. Пришлось Ревану покинуть вечером свой постоянный кабинет и работать на одной из тайных квартир в ожидании доставки ценного пленника.

Дверь тихонько отворилась. Реван в раздражении поднял голову, собираясь напомнить позабывшим правила приличия подчиненным о необходимости стучаться, но гневные слова так и не сорвались с его губ. В нескольких шагах от начальника службы безопасности Денова стоял глава семьи, разглядывая своего подчиненного. Рука Ревана сама скользнула вниз, к ящику стола, в котором он хранил маленький арбалет.

— Не стоит. — Рональд даже не сдвинулся с места. — Ты слишком давно забросил тренировки и стал чересчур медлительным, чтобы успеть в меня выстрелить.

— Чего ты хочешь? — хрипло выдавил Реван.

— Твоей смерти, — буднично произнес глава семьи.

— Ну так давай убивай. Ты верно заметил, что я слишком давно не занимался боевыми искусствами.

— Не так все просто, — вздохнул Рональд. — Мне не нужны разгромленная комната и начальник службы безопасности с раной от оружия или боевой техники. Для семьи будет гораздо лучше, если ты умрешь от инсульта. Вполне закономерный исход для человека, так насилующего свой мозг и в последний раз посещавшего целителя более года назад. — Он достал из внутреннего кармана и поставил на стол небольшой флакон, наполненный прозрачной жидкостью. — Яд. Говорят, он резковат на вкус, но все равно приятен. По спецзаказу — я хотел скрасить твои последние минуты хотя бы таким образом.

— Алхимик еще жив?

— Да. Он надежный человек. Вдобавок я не обладаю твоей страстью к убийству каждого, обладающего хотя бы частичкой ценной информации.

— Ну и зря… — проворчал Реван. — Целителя, который станет проводить вскрытие и устанавливать причину моей смерти, тоже в живых оставишь?

— Следы яда полностью исчезнут уже через шесть часов после применения. Пока твое тело найдут, пока доставят в лабораторию… Нет никакого смысла в смерти еще одного человека.

Глава службы безопасности семьи Денова расстроенно покачал головой, привычно досадуя на недальновидность своего уже практически бывшего начальника.

— Уверен, что меня никто не хватится раньше?

— Абсолютно. Полученное тобой письмо составлял мой человек. Сам Флинн уже давно гниет в земле. Впрочем, как и большинство отправленных тобой охотиться на него.

Реван печально улыбнулся — обидно было знать, что его переиграли. Перелил содержимое флакона в свою чашку с чаем и вернул пустой сосуд Рональду. Немного подумав, переложил последние просмотренные документы на дальний край стола.

— Не стоит мять ценные бумаги, — пояснил он.

Ему очень хотелось, чтобы после его смерти главе семьи хватило ума просмотреть важные донесения, но говорить об этом вслух пожилой мужчина не стал — еще, чего доброго, примут оказываемую им последнюю милость за просьбу приговоренного. Не дождутся. Он последний раз взглянул в глаза стоявшему напротив него Денова и двумя жадными глотками проглотил яд, оказавшийся действительно приятным на вкус.

Рональд постоял, глядя на обмякшее в кресле тело Ревана, его уроненную на грудь голову, безвольно свесившиеся руки, и грустно вздохнул, без слов прощаясь с бывшим соратником. После чего дошел до двери и, открыв ее, впустил в комнату старшую из своих жен.

— Я, конечно, понимаю: безопасность и все такое… — проворчала перешагивающая порог Камилла. — Но ждать под дверью, словно служанке, жутко унизительно.

— Ты могла остаться в поместье, — устало произнес Рональд.

— И упустить возможность полюбоваться на труп Ревана? Ты за кого меня держишь, Ронни?

— Если дело всего лишь в желании посмотреть на мертвое тело, то это можно было сделать на похоронах.

— Прекрати. — Камилла поморщилась. — Ты прекрасно понимаешь, в чем дело. Я хотела видеть, как сдохнет старый ублюдок, решивший, что может заставить меня предать собственного мужа! Его счастье, что все должно выглядеть пристойно, иначе я бы не удержалась и плюнула в побелевшую рожу. Как ему вообще в голову могла прийти мысль о возможности моего предательства!?

— Вероятно, его натолкнули на это скандалы, которые ты устраиваешь мне не реже раза в неделю вот уже второй год подряд, — нейтрально высказался Рональд.

— Скандалы? — Камилла удивилась. — Помилуй, Ронни, неужели ты считаешь скандалами те редкие моменты, когда я позволяю себе немного повышать голос из-за беспокойства о будущем детей? Ну прости, я и не предполагала, что ты настолько чувствительный. — Женщина ласково погладила мужа по щеке.

— Я — нет. Но Реван мог думать иначе. Все же скандалы остаются скандалами, несмотря на наше с тобой к ним отношение.

— Тогда непонятно, как он вообще сумел столько продержаться на посту начальника службы безопасности? Не имея ни малейшего представления о том, как живет семейное население империи. — Камилла фыркнула. — Тебе стоило женить его в принудительном порядке, чтобы старик тоже хлебнул женской любви.

Рональд имел собственное мнение о жизни семейного населения, но оно было отлично от мнения жены, и потому мужчина благоразумно промолчал — очередной спор на ровном месте был ему совершенно не нужен.

ГЛАВА 22

Ла Лидия Риттершанц

Молодая женщина в очередной раз окинула взглядом собственную комнату и недовольно поморщилась. Подобные гримасы давно стали для Лидии ее личным способом выпустить нар. Ведь даже у стен есть уши, а брошенное в раздражении крепкое словцо или звук разбитого бокала с удивительным упорством находят не только щели в сплошном барьере звукоизолирующих чар, но и нечаянных слушателей, спешащих стать такими же нечаянными рассказчиками услышанного.

Комната ей не нравилась: ни минимализмом убранства, ни размерами. Такое помещение еще кое-как могло подойти не слишком требовательному мужчине вроде ее мужа, но не привыкшей к дворцовому размаху императорской дочери. Да только после размещения тех вещей, которые Лидия привыкла держать под рукой, ее «покои» стали напоминать крохотную каморку! Пришлось переносить практически весь свой гардероб в одну из соседних комнат, а большую часть различных предметов, не имеющих непосредственного отношения к ее утреннему и вечернему туалету, — в другую. Оставалось надеяться, что они действительно застряли здесь всего на две недели, как и обещал Абель. Иначе она не выдержит и потребует расширить помещение, снеся одну из внутренних стен. После чего исполнит свою шуточную угрозу и использует фантазию Цванга не по прямому назначению, а для создания более-менее приличного интерьера — все равно помешанные на безопасности «мечники» стороннего специалиста в дом не пустят, сколь бы хорош и известен тот ни был.

Впрочем, маленькая комната была лишь одним из неудобств ее нового — замужнего — статуса. Другим, пожалуй, самым страшным из всех, неожиданно стала привычка Абеля и Сильвии вставать в пять утра ради совместной тренировки. Поскольку Лидия твердо намеревалась не упустить ни одной мелочи из жизни своего супруга, ей пришлось подниматься практически в то же время. Несмотря на то что легла она всего за два часа до этого, допоздна занимаясь сортировкой своих вещей. К счастью, Ла из императорской семьи — люди выносливые, и пару недель выдержать график сумасшедших «мечников» им вполне по силам. А потом, в случае великой нужды, и еще пару недель. Только надо будет запастись тонизирующими эликсирами и косметическими средствами — не демонстрировать же окружающим синяки под глазами…

Лидия бросила последний взгляд на свое отражение в зеркале и, удовлетворившись увиденным, пошла в сторону присмотренного еще вчера вечером окна на втором этаже. Женщина не знала, было ли так специально спроектировано или получилось случайно, но расположенную во дворе тренировочную площадку со всех сторон прикрывали различные архитектурные излишества основного строения. И пожалуй, единственной приемлемой точкой обзора являлось то самое выбранное ею окно, из которого просматривалась почти половина площадки. Конечно, никто не мешал Лидии выйти во двор и насладиться зрелищем, что называется, из первого ряда. Вот только она хотела видеть обычное утро своего мужа, а не постановочную сценку, сыгранную для излишне любопытной зрительницы.

Размышляя о том, сколько она уже пропустила, встав почти на десять минут позже супруга и потратив еще минут двадцать на минимальный утренний туалет, девушка прислонилась плечом к стене рядом с окном и принялась наблюдать за двором. Какое-то время там не происходило ничего интересного, но потом в поле зрения Лидии выметнулись две смазанные тени. Мгновенье — и они превратились в одно размытое пятно, кружащееся по площадке и поднимающее клубы пыли. Оно то показывалось на глаза, то исчезало за краем библиотечного строения. Вот пятно появилось снова, распалось на два, а те уже обрели четкие очертания, превратившись в Абеля и Сильвию, стоящих друг против друга в облаке оседающей пыли. Один удар сердца, и парочка вновь резко ушла в сторону, исчезнув за углом здания. Лидия всегда была далекой от боевых искусств девушкой, но несколько раз присутствовала на показательных выступлениях гвардейцев и до сего момента считала, будто хорошо понимает, на что способен тренированный боец. Да, ей и раньше приходилось частенько довольствоваться разъяснениями мастеров, не сумев разглядеть слишком быстро проведенный прием, но никогда она не встречала людей, двигающихся настолько быстро.

— Госпожа Лидия. — Раздавшийся буквально из-за спины спокойный голос едва не заставил девушку вздрогнуть.

— Да, Риккарда. — Дочь императора повернулась к горничной своего мужа. Проклятье, в этом доме хоть кто-то издает звуки при ходьбе? — Мне что, не стоит здесь находиться?

— Отчего же? — абсолютно ровным голосом «удивилась» Цванг. — Вы находитесь в своем доме и вправе идти куда угодно. К тому же это просто коридор, и на входе в него нет никаких предупредительных знаков.

— Понятно. — Лидия улыбнулась горничной, отметив про себя, что где-то в поместье, видимо, есть помещения с предупредительными знаками, присутствие в которых по меньшей мере нежелательно. Впрочем, с этой остроглазой красотки вполне станется сболтнуть нечто подобное только для того, чтобы полюбоваться, как буквально вчера покинувшие дворец служанки притормаживают у каждого прохода и внимательно изучают стены в поисках таинственных знаков. — Тогда чего ты хотела?

— Предложить вам расположиться с большими удобствами, — невозмутимо заметила девушка. — Если вы не желаете переместиться во двор, то можно доставить кресло и столик с напитками прямо сюда.

— Не стоит. Я не собиралась здесь задерживаться. Меня просто на мгновение заворожило зрелище. Не предполагала, что мой муж — настолько хороший боец. Дворцовые гвардейцы ничего подобного не демонстрировали.

— Они и не должны были, госпожа. Если наниматель не специалист, то он не обладает достаточной скоростью восприятия и демонстрировать ему техники выше второй ступени или же выполнять приемы на высокой скорости просто бесполезно — теряется весь смысл действа. К тому же несмотря на то, что императорские гвардейцы считаются отлично тренированными солдатами, они в основном находятся на низших ступенях воинского искусства. Другое дело, аристократы Дома Меча, в большинстве своем готовящиеся стать офицерами. Они тренируются по индивидуальным методикам и, естественно, превосходят рядовых гвардейцев.

— То есть когда мне доносили о невысоком уровне воинской подготовки моего будущего мужа, имелся в виду невысокий уровень в сравнении с другими аристократами Дома Крылатого Меча?

— Об этом вам лучше уточнить у господина Абеля.

— Обязательно. — Лидия невольно бросила еще один взгляд в окно. — Но сейчас я, пожалуй, пойду. Посижу в гостиной.

— Как пожелаете. — Риккарда склонилась в поклоне.

Дочь императора повернулась к служанке спиной и уверенно зашагала по коридору в противоположную от гостиной сторону. Ей было интересно, хватит ли прислуге наглости указать высокородной на ее ошибку? Еще одна маленькая проверка статуса. Все-таки Цванг держала себя слишком вызывающе как для обычной горничной, так и для маскирующейся под прислугу телохранительницы. Лидия отошла достаточно далеко, прежде чем ее все же окликнули:

— Госпожа?

— Да, Риккарда? — Высокородная Ла остановилась и медленно обернулась, выпуская на лицо недоуменное выражение, куда больше подобающее случаю, нежели торжествующая улыбка.

— Простите меня за нерасторопность. — Цванг опустила голову и сложила руки на передничке, изображая саму невинность. — Я не успела уточнить у вас крайне важный вопрос: как кормить ваших служанок?

— Ты имеешь в виду чем? Их диету? — Лидия почти с восхищением смотрела на горничную, стоящую в классической позе «ожидание распоряжений». Этикет предписывал принявшей такую позу служанке дожидаться приказа или потери к ней интереса. То есть раз уж высокородная вступила с ней в диалог, сдвинуться по своей инициативе Риккарда не могла. Дочери императора требовалось либо приказать ей приблизиться, показывая собственный интерес к предмету разговора, либо продолжать повышать голос, разговаривая с расстояния в дюжину шагов. Дилемма.

— Нет. Просто господин Абель настаивает, чтобы мы все принимали пищу за одним столом. Это, конечно, противоречит этикету, но для нас мнение господина первично.

В последнем Лидия нисколько не сомневалась. Более того, она была абсолютно уверена, что, отдай Абель приказ на ее устранение, девица хладнокровно перережет дочери императора горло, даже не задумавшись о последствиях. Вычеркнуть, что ли, нагловатую девицу из списка тех, с кем можно играть в классические дворцовые игры? Так сказать, во избежание.

— То есть мне предлагается разместиться одной группой вместе со своими служанками? — Лидия решила уточнить, ибо предложение горничной звучало, мягко говоря, странно.

— Нет, госпожа. Насчет ваших служанок господин Абель никаких распоряжений не давал, так что вам решать, где и когда их кормить. Я лишь хотела уточнить, не захотите ли вы видеть рядом с собой кого-то из собственной прислуги и не стоит ли нам по такому случаю начинать сдвигать столы?

— Не стоит. Девушки привыкли есть в другое время. — Лидия немного расслабилась. Унижать ее, требуя принимать пищу вместе со слугами, никто не собирался, а ближнее окружение Гнеца за своим столом она уж как-нибудь переживет. Тем более что отдельные простолюдинки в области знания этикета и умения им пользоваться могут дать фору некоторым аристократам. Совершенство, как же хорошо, что Абель в качестве первой жены выбрал достаточно простоватую Сильвию, а не эту вот Риккарду…

Ла Абель Гнец

Очередная тренировка закончилась нашей с Дианой безоговорочной победой. Сильвия ворчала, жалуясь на свою бездарность и очередное поражение, но чувствовалось, что схватка доставила ей немалое удовольствие. Мне тоже. Ведь только сейчас, оставшись без присмотра, вместо примитивных упражнений на силу и ловкость я сражался тем, чем должен был, — магией. Ну как сражался… Создавал примитивные чары и развеивал их как можно быстрее, тренируя скорость построения заклятий, контроль и пространственное восприятие. То есть больше мешал Диане, чем помогал. Зато в таких условиях у Сильвии появлялся приличный шанс нас достать, что делало поединок значительно интереснее, а утро — веселее. Все-таки присутствие Иви здорово ограничивало нас, лишая вот таких полноценных тренировок.

— Господин Абель.

— Да, Рикка. Что-то случилось? — Я жестом показал Сильвии, что уступаю ей душевую.

— Возможно, — уклончиво отозвалась девушка. — Госпожа Лидия видела вашу тренировку.

— Как она оказалась снаружи? — Я неприятно удивился. Браслет на левой руке был совершенно спокоен, сигнализируя о том, что охранные сети дома не потревожены. Мои чары тоже молчали.

— Она не выходила на улицу. Но небольшую часть тренировочной площадки можно разглядеть из окон второго этажа.

— Проклятье. — Так легко подставился. Накрутил сигнальных систем и прозевал самое банальное решение. — Много она видела?

— Не слишком. Но достаточно, чтобы у нее появились вопросы относительно вашего фактического ранга в области боевых искусств. Если вы позволите предложить, господин Абель…

— Да?

— Можно сказать, что вы владеете третьей ступенью боевых искусств, только не подтвержденной официально. Звучит вполне правдоподобно, учитывая отсутствие у вас интереса к воинской карьере.

— Полагаешь, поверит?

Рикка пожала плечами.

— Ладно, попробуем. — Я принял решение. — Предупреди Мику со Штефаном. И что там с завтраком?

— Как обычно. Ожидает, пока вы вымоетесь.

— Тогда я побежал в душ.

Завтрак меня действительно ожидал. А вместе с ним — чинно беседующие жены и примерно молчащая прислуга. Нет, с Лидией надо что-то делать. Мне подобный официоз еще в родительском доме надоел. Интересно, получится ли заставить ее держаться раскованнее? Хотя бы в компании моих друзей и в отсутствие ее служанок.

— Всем приятного аппетита! — Я подошел к столу, чмокнул обернувшуюся на мой голос вторую жену в щеку и ловко опустился на стул. — У нас внеочередной урок этикета или вы все просто так решили побыть немного чопорными?

— У нас действительно был небольшой урок этикета, — Лидия сделала особое ударение на слове «был», — но тут появился ты.

— Тогда прошу прощения, — искренне повинился я. — Просто подумалось, что перед приходом гостей не помешает разрядить обстановку.

— Позволено ли мне будет уточнить, каких именно гостей? — задала вопрос Лидия, беря в руки столовые приборы. — И почему я узнаю об их визите только сейчас?

— Хотел сделать сюрприз, познакомить тебя с несколькими хорошими людьми. — Я тоже вооружился вилкой и нацелился на лежащий в моей тарелке крупный лист салата.

— И много таких сюрпризов планируется в будущем? — Лидия подцепила со своей тарелки кусочек овоща и отправила его в рот. Кажется, она была недовольна.

— Не знаю. Никогда не приходила в голову идея планировать сюрпризы. Можешь уточнить, что именно тебя смущает? — Я решил, что вопрос может оказаться серьезнее, чем мне казалось, и отложил охоту за листом салата на более поздний срок.

— Например, необходимость переодеваться в последний момент. — Лидия закончила жевать и тоже опустила вилку с ножом. На меня она не смотрела.

— Извини, но в этом заключается сама суть сюрприза — не дать подготовиться. На тебе прекрасное платье, ты выглядишь свежей и отдохнувшей, так что дополнительная забота о внешнем облике излишня. Но я запомню, что тебе не нравятся неожиданные визиты, и постараюсь избавить от них.

Лидия чуть повернула голову и бросила на меня быстрый острый взгляд. Я обезоруживающе улыбнулся.

— Прости, — она улыбнулась в ответ, — просто я привыкла к точности дворцового регламента и не привыкла к сюрпризам. Но это не повод отказывать своему мужу в мелких удовольствиях.

— Надеюсь, что общение с гостями станет удовольствием не только для меня.

Лу Мелисанда Факаш, старшая наставница

— Ингви, по-моему, это все-таки перебор, — ворчливо заметила Мелисанда, в который раз пытаясь донести свое мнение до мужа. — Вряд ли Абель, передавая нам приглашение, желал видеть в своем доме толпу народа.

— Какая толпа, дорогая? — Блондин отвлекся от созерцания проплывавших за окном кареты домов. — Всего восемь экипажей. Да нас едва три десятка наберется.

— Двадцать девять человек. Не считая обслуги, — вставила Зиона, редко упускающая возможность подкинуть дровишек в костер очередного спора подруги и мужа. Все равно победитель известен заранее.

— Двадцать девять, — повторила Мелисанда. — Это, по-твоему, не толпа? Да они в гостиной не поместятся!

— Мелли, наши друзья — приличные люди. Нет ничего страшного в том, что они разбредутся по дому. Даю гарантию: все приглашенные аристократы достаточно обеспечены и хорошо воспитаны, чтобы не брать чужого. Размеры гостиной Гнеца тоже за его спиной никто обсуждать не станет — у некоторых и такой нет.

— Я не собиралась ставить под сомнение моральные качества собравшихся, — не поддалась на шутливую уловку Мелисанда. — Меня больше интересовал вопрос, зачем мы пытаемся превратить тихие дружеские посиделки в официальный прием?

— Но-но, — возмутился Ингви, — не смей обвинять меня в такой банальности! Официальный прием мог бы устроить мой работодатель, а я — только неофициальный.

— И поэтому ректор Калас едет во второй следующей за нами карете, — желчно заметила Мелли.

— Поэтому он едет именно там, — серьезно кивнул ее муж.

— Не понимаю, — нахмурилась женщина.

— Тебе и не надо, — отозвался Ингви. — Ты и так красивая.

Зиона фыркнула. Мелисанда зарычала.

— К тому же уже поздно сетовать. Мы на Кленовой улице.

— О, Совершенство… — Мелли прикрыла рукой глаза, представляя выражение лица Абеля, когда он увидит такое количество гостей.

Реальность полностью оправдала ее ожидания. Гнец следил за тем, как его дом наполняется гостями, с обычной рассеянной улыбкой. Но недоумения в его глазах с каждым, перешагнувшим порог, становилось все больше и больше. Или это только казалось самой Мелисанде? Впрочем, если и казалось, то, похоже, не ей одной.

— Твои гости тоже решили устроить сюрприз, муж мой? — довольно громко шепнула Гнецу дочь императора. — Видимо, это в стиле вашего Дома.

— Я очень извиняюсь, — Мелли, прекрасно видевшая, как в ответ на эту реплику лица многих гостей посещают мимолетные улыбки, буквально физически ощутила, как краска стыда заливает ее лицо, потихоньку добираясь до самых кончиков ушей. — Чувство юмора моего мужа иногда пересиливает чувство меры.

— Не извиняйтесь, — высокородная Ла повернулась к Мелисанде. — Я просто пользуюсь предоставленной мне супругом свободой высказывать свое мнение и не в обиде ни на вас, ни на вашего мужа.

— Думаю, ему будет приятно это услышать. — Мелли запоздало вспомнила, что разговаривает не просто с милой девушкой и женой Абеля по совместительству, а с одной из высших аристократок империи, и постаралась воспользоваться своими скудными знаниями этикета. — Я передам ваши слова в точности.

— Не старайтесь так. У нас ведь неформальный прием. Или как там положено называть такие встречи? Вечеринка? — Говоря это, Лидия Риттершанц приблизилась и добавила, понизив голос: — Напомните мне, пожалуйста, имя вашего мужа. Я новенькая в местном обществе и не в курсе семейного положения присутствующих.

— О, простите. — Мелли снова смутилась. — Мой муж — Ингви. Ингви Гнешек. Он где-то здесь крутился.

— Как интересно. Я кое-что о нем слышала. Не познакомите нас поближе?

— С удовольствием. Вот только он никогда не стоит на месте. Поймать его может оказаться проблематично.

— Ничего. Дом не такой уж большой, а день только начинается. Ваш муж не сможет прятаться вечно. К тому же у нас и без него найдется, о чем поболтать. — Ла Лидия подхватила Мелисанду под руку и увлекла в сторону холла.

Ла Абель Гнец

Я проводил взглядом девушек, лишивших меня своего общества, и обратил внимание на гостей. Впрочем, нельзя сказать, чтобы они нуждались в каком-то особом внимании: почти все присутствующие разбились на небольшие группки и вели негромкие разговоры друг с другом, лишь изредка бросая заинтересованные взгляды в мою сторону. Выделив из приглашенного Гнешеком общества наиболее крупную фигуру, я недолго думая двинулся к ней.

— Доброго утра, Ли Редфорд. Хочу поблагодарить вас за нанесенный визит. Надеюсь, ваше обычное расписание не сильно пострадало?

— Намекаешь, что прекрасно обошелся бы и меньшим количеством гостей? — Ректор Калас по-доброму улыбнулся.

— Что вы! И в мыслях не было, — постарался я откреститься от его подозрений.

— Совсем-совсем?

— Ну, может, минуту. Или две. Пять — максимум.

— Полуправда — одно из сильнейших оружий настоящего аристократа, не так ли? Сильнее только правда, — улыбка Каласа стала шире. — Могу тебя заверить, что мое расписание ни капли не пострадало, так как сегодняшний визит был запланирован почти неделю назад.

— Вот как? — неподдельно удивился я, лихорадочно пытаясь осмыслить небрежно отданный мне кусочек ценнейшей информации.

Семь дней назад еще никто и не подозревал про задуманный мною трюк с женитьбой на Сильвии. И, соответственно, Ли Калас мог планировать исключительно посещение официальной свадебной церемонии, но отнюдь не последующий визит ко мне домой. Неужели Сокол знал о моих действиях заранее? Да нет, ректор не стал бы намекать на излишнюю осведомленность собственного начальника службы безопасности. К тому же он сказал «почти», то есть не семь дней назад, а шесть или даже пять. Когда я уже преподнес семье свой «сюрприз». Получается, пока отец еще только пытался решать вызванные моим поступком проблемы, Калас уже не сомневался ни в ответе императора, ни в способе выражения аристократией своего неудовольствия.

— Мы с Ингви немного подумали, — проговорил ректор, глядя чуть в сторону и словно ни к кому конкретному не обращаясь, — и решили организовать небольшую дружескую встречу для хороших людей, имеющих различные интересы, но крайне схожие взгляды на жизнь. Дабы твоя вторая жена и разнообразные любопытные аристократы уяснили, что официальное осуждение попрания вековых традиций — это одно, а дружеские отношения, тем более подкрепленные взаимной выгодой, — совсем другое.

— То есть вы лично не осуждаете мою женитьбу на Сильвии?

— Я лично? — Калас потер мясистый подбородок. — Осуждаю. На мой взгляд, ничего хорошего из таких неравных браков не получается. Однако хочу заметить, что я также осуждаю желание собственной внучки заниматься театром вместо военной карьеры, что совершенно не мешает ей довольно успешно гастролировать вот уже второй год. После более чем тридцати лет неудач, но все же. Да и от поспешного замужества моей нынешней секретарши я тоже довольно длительное время не был в восторге. Так что не бери в голову. Я достаточно стар и, хочется верить, мудр, чтобы не лезть со своим осуждением к людям, показывающим прекрасные результаты.

— Прекрасные результаты? — Я и сам неплохо оценивал свои последние достижения, но мне очень хотелось знать, что же именно имел в виду ректор.

— Разумеется. Я лет двадцать как ушел с генеральского поста, дабы руководить академией. И за это время видел отнюдь не одного курсанта, вступающего в брачный союз посреди учебного года. Но ты первый, догадавшийся сдать экзамены досрочно и продлить таким образом медовый месяц.

— Спасибо, — криво улыбнулся я, искренне надеявшийся на нечто другое.

— Не за что. А по поводу всего остального, что ты хотел услышать… — Калас резко посерьезнел. — Традиции — не пустой звук, Абель. Они не рождаются из ничего и не живут долго за счет одной только веры. Некоторые из них, наиболее ветхие и потерявшие актуальность, можно отбросить, если ты обладаешь достаточной волей или могуществом, но большинство слишком сильно вросли в нашу жизнь. Ведь существование в империи аристократии — тоже своего рода традиция. Так что будь осторожнее, раскачивая устои нашего общества.

Главнокомандующий раскинулся на кровати в полном одиночестве и, глядя на едва различимый в темноте потолок собственной спальни, думал о сыне. Он не знал, радоваться ему или печалиться. Мальчик неожиданно проявил именно те черты характера, которые Александро не просто хотел — мечтал в нем увидеть. Но в каких обстоятельствах он это сделал…

Сорванные планы, пересмотр политики на ближайшие годы. Стоят ли уже понесенные потери будущих перспектив? И будут ли они, эти перспективы? Или только увеличение списка причиненного вреда? Абель, сам не осознавая, разрушал то, чего его отец добивался годами. Конечно, можно попытаться объяснить, направить энергию юноши — уже юноши — в нужное русло. Начать потихоньку приобщать его к делам семьи, посвящать в тайны, малые и большие. Вот только… нельзя. Абелю не нужны мелкие поручения и обрывки информации, он потребует реальной помощи и ответов на серьезные вопросы. Вопросы о Вельской области, императорском роде и запрещенном оружии, о политике Дома и их семьи в частности. Вопросы, ответы на которые ему пока не стоит знать. Слишком уж большое влияние имеет на мальчика Гнешек. Абелю даже не нужно делиться с тем информацией — Сокол сам соберет из случайных обмолвок целостную картину. Опасную для Гнецев картину.

Поэтому придется пока оставить мальчика в неведении, как бы Александро ни хотелось обратного. Пусть едет в Вельскую область, подальше от Гнешека и его соглядатаев, занимается «освоением и развитием» региона, учится ведению бухгалтерии и приобретает опыт руководства. Дать ему хороших помощников, которые, с одной стороны, займут его время и оградят от авантюр, а с другой — помогут грамотно принять дела у представителей Дома Весов и заставят доверять своим суждениям. Если Альберто не напортачит, как мать или Теодор, то за оставшиеся до начала следующего учебного года месяцы можно вновь вернуть сына в лоно семьи: научить его относиться к Соколу с подозрением и доверять хотя бы собственному отцу. На скорое восстановление близких отношений между парнем и его матерями с сестрой Александро рассчитывать не собирался — женщины достаточно натворили в прошлом, чтобы не надеяться на прощение в ближайшем будущем.

Правда, был у этого плана и недостаток. Один, но крайне серьезный. А именно — необходимость приобретать Вельскую область по-настоящему. Условия договора, по которому в руки Абелю досталось «приданое» его жены, являлись поистине грабительскими для Риттершанцев. Подставь мальчик таким способом, например, семейку Денова, Александро бы только похвалил его за находчивость, но поступать подобным образом с могущественными союзниками чревато будущими неприятностями. А Давид Риттершанц пока еще оставался союзником Гнецев, несмотря на историю с Вельскими горами и оскорбительное бракосочетание его сестры. Так что за земли придется изрядно доплачивать. Или просто вернуть через несколько лет, дав сыну наиграться в управителя и заняв его чем-нибудь другим. Вот только чем? Армейской карьеры тут окажется недостаточно. Продвижение от одного звания к другому требует некоторого времени, а загруженность на должности ниже командорской не такая уж значительная.

Слава Совершенству, время пока еще есть. У Альберто все готово: его люди уже взаимодействуют с людьми Риттершанцев, принимая торговые дела. Подчиненные самого главнокомандующего вовсю создают в Летендере свою агентурную сеть, готовясь вылавливать присланных Соколом соглядатаев. Воины Флобер все так же скучают на постах, неся службу по охране рудников, — в их жизни ничего не изменилось. В общем, горы ждут своего нового хозяина. Пусть Абель занимается тамошними мелкими проблемками и не лезет в большую политику. Сейчас Александро уже не хотел от сына столь многого, как раньше. Он готов был довольствоваться малостью: отсутствием нового конфликта с самым вероятным наследником умирающего императора.

ГЛАВА 23

Ли Кристина Денова

Весна прочно обосновалась в городе, лишив мостовые и дворики ставших уже привычными луж. Зелень травы и кустарника оттеняли белые и розовые лепестки цветков, усыпавших ветви деревьев. Солнце нежно согревало каждого жителя Солиано, вышедшего под ясное небо. Установившаяся в последние дни погода сделала то, чего не смогло общество однокурсников и знакомых высокородных, — подняла настроение Кристине, позволив ей забыть о своей меланхолии и начать искать развлечений.

Последние не заставили себя ждать: приглашения на обеды и вечеринки посыпались одно за другим. А утром она встретилась с Абелем. Юноша сдал наконец последний экзамен второго курса и вернулся из царства рукописей и книг в реальный мир, в связи с чем сразу же предложил девушке совместное посещение устроенного Кристофером молодежного турнира. Естественно, она согласилась. И насела на брата, требуя избавить их общую ложу от лишних гостей хотя бы на один день.

— Интересно, состязающиеся всегда так медленно продвигаются? — ни к кому конкретно не обращаясь, поинтересовался Абель, взгляд которого был устремлен на поле стадиона, где преодолевали полосу препятствий очередные участники отборочных туров.

— Бывает и хуже, — равнодушно ответил Кристофер. — Но большинство получше, конечно. Просто ты поздно освободился. Наиболее перспективных участников мы пустили в первые дни, чтобы привлечь больше зрителей. Сейчас в основном выступают те, кто вообще не имеет шансов на победу.

— И не надоедает на них смотреть?

— Надоедает, — признался Крис. — Но приходится.

— Им тоже? — Абель кивнул в сторону зрителей, заполнивших добрую треть трибун.

— Сейчас билеты дешевле, чем в первые дни, — пояснила Кристина. — Для некоторых цена очень важна.

— К тому же мы распределили небольшое количество перспективных участников по всем дням, чтобы разбавить стандартные «серые» выступления чем-то более ярким, — добавил Кристофер. — Так что у вас все еще есть шанс насладиться достойным зрелищем.

Кристина счастливо улыбнулась — они снова собрались втроем, как в старые добрые времена первого курса. С той лишь разницей, что в этот раз Абеля сопровождала не одна телохранительница, а две супруги. Девушка в очередной раз мысленно поблагодарила отца за то, что он не позволил ей выйти за Гнеца. Нет, она по-прежнему хотела проводить как можно больше времени с Абелем. Но не такой ценой. Быть частью гарема? Третьей женой? Вечно соревноваться с более родовитой, более опытной и, чего уж скрывать, более красивой дочерью императора? Да еще и делить мужа с простолюдинкой? Нет уж, лучше она останется близкой подругой. К тому же мама утверждает, что с некоторыми сотрудницами или деловыми партнершами мужчина может проводить больше времени, чем с супругами. Такова жизнь.

— Абель, я слышала, ты предлагал офицерские контракты нескольким девушкам?

— Ага, — не стал отпираться юноша. — Я же теперь владелец рудников, которые нужно кому-то охранять. Не вечно же пользоваться услугами чужих солдат.

— А ты набираешь только выпускниц? Или готов подписать краткосрочный контракт с перспективной второкурсницей? — Кристина смотрела исключительно на Абеля, предпочитая не замечать вздернутую бровь брата и ехидную улыбочку императорской дочки.

— Ты о чем? — Гнец отвлекся от турнирного поля и перевел взгляд на девушку.

— Не хочу сидеть летом дома. А тебе может понадобиться моя помощь. Я, между прочим, уже готова командовать небольшим отрядом. И в магии разбираюсь достаточно — в конце мая, вместе с экзаменами, буду на первую ступень по артефакторике сдавать. Так что? Наймешь меня на три месяца? — Девушка задержала дыхание в ожидании ответа.

— Найму, — улыбнулся Абель. — Только недорого.

— Ну и пусть, — обрадовалась Кристина. Деньги для нее особого значения не имели. Тем более такие смешные, как зарплата начинающего офицера.

Гнец снова повернулся к выступающим, но слишком поздно. В небе над стадионом полыхнула красная сигнальная вспышка. А буквально три секунды спустя — вторая. Еще двое выбывших. Полоса препятствий неспешно растаяла в воздухе, превратившись в одно большое чуть пульсирующее туманное облако — маги-иллюзионисты меняли ландшафт местности перед стартом следующей группы. В первые дни зрелище еще производило впечатление на Кристину, но за две недели оно успело достаточно приесться, так что девушка даже не повернула головы. Это для Абеля и его жен творящееся на поле было внове.

Ла Абель Гнец

— Десятиминутный перерыв, — прокомментировал Кристофер. — На изменение ландшафта.

— Быстро. — Лидия с интересом разглядывала создаваемый иллюзионистами образ холмистой равнины.

— Очень быстро, — добавил я. Исключительно чтобы обозначить свое участие в разговоре.

— А что делают вон те люди? — Моя жена указала пальчиком в сторону рабочих, затаскивающих какие-то сооружения из досок и ткани на территорию полосы препятствий с противоположного от участников конца.

— Помогают придавать местности объем, — пояснил Кристофер. — Все-таки все эти холмы — не более чем бесплотный образ. Без дополнительных усилий, разумеется.

— Оригинально.

— Я старался, чтобы турнир имел имперский размах не только благодаря подбору участников, — пожал плечами мой друг. — Так что у нас в запасе немало трюков подобного рода. Изначально мы вообще хотели нанять большую группу магов для переделки ландшафта на ходу, но оплата нужного количества профессионалов не уложилась в бюджет. Пришлось ограничиться двумя специализирующимися на управлении землей чародеями, а в качестве основы для их работы использовать подобные самодельные конструкции. Вот если турнир приживется…

— Думаю, так и будет. Вряд ли так много зрителей собралось здесь только из-за новизны зрелища. — Улыбающаяся Лидия откинулась на спинку кресла. — Абель, ты не мог бы комментировать для меня действия участников? Все же я слишком далека от воинского искусства, чтобы самостоятельно оценить нюансы.

— Возможно, лучше это сделаю я? — любезно предложил Крис, прежде чем мне удалось придумать подходящую отговорку. — На правах устроителя. К тому же Абель видит нашу полосу препятствий первый раз.

— Вы очень любезны, — отозвалась моя жена. — Но позвольте мне насладиться вниманием мужа. Он в последние дни столько времени проводил наедине с книгами, что я начала сомневаться в собственной привлекательности.

— В таком случае, не смею настаивать. — Кристофер легко поклонился. — Хотя вынужден заметить, что комментировать в ближайшем выступлении ему будет просто нечего. Состязающиеся, судя по их отметкам на промежуточных экзаменах, откровенно слабы и не смогут продемонстрировать ничего такого, чего бы вам не удалось оценить самостоятельно. А с полосой препятствий Абель не знаком и не сможет порадовать вас рассказом о предстоящих опасностях и приближении особо острого момента.

— То есть вы хотите сказать, что предстоящее зрелище будет, откровенно говоря, скучным?

— Скорее всего да. Что-то интересное нам смогут продемонстрировать только следующие участники. А ближайшие полчаса можно смело посвятить разговорам.

— Гм… — Лидия задумчиво прижала к губам кончик указательного пальчика. — Значит, будем разговаривать. Мы ведь именно ради этого и собрались. Только позвольте, я сделаю пару ставок. Чисто символических — просто чтобы подогреть интерес к игре. Здесь можно вызвать букмекера в ложу?

— Право, я даже не знаю. — Кристофер развел руками. — Никогда не интересовался.

— Бывает, — успокоила его женщина. — Устроитель турнира вовсе не обязан лично изучать список предоставляемых букмекерами услуг, даже подписывая договор. Особенно если за проверку документов отвечают нанятые законники.

— Я просто не заключал договоров с букмекерами.

— Да? — Кажется, Лидия удивилась. — Зря. Ставки — отличный дополнительный источник дохода от мероприятий вроде вашего турнира. Странно, что никто из помощников не обратил на них ваше внимание.

— Наверное, тоже не подумали, — пожал плечами Кристофер. — Все-таки я нанимал их только для организации развлечений. Финансовыми вопросами они не занимаются.

— Возможно. Хотя бывает, что подчиненные сознательно умалчивают о некоторых моментах, предпочитая набивать собственный кошелек. Впрочем, не буду наговаривать на незнакомых людей… — Лидия немного помолчала. — Знаете, если бы мы не собирались улетать уже завтра, то я бы лично взялась решить вопрос с букмекерами. Как другу моего мужа: за совершенно смешной процент. Но в текущих обстоятельствах могу помочь разве что советом. Может, тогда во время следующего визита мне удастся облегчить собственный кошелек, выкинув на ветер некоторое количество монет.

— Благодарю, — коротко отозвался Крис, лицо которого приняло задумчивое выражение.

— Вообще-то ставку можно сделать и сейчас, — осторожно подала голос ранее молчавшая Сильвия. — Я знакома с планировкой стадиона и могу показать, где расположились букмекеры. Правда, как их вызвать в ложу, мне тоже неизвестно — придется идти самим.

— Великолепно, — обрадовалась Лидия. — Заодно осмотримся, а то я ничего, кроме пути от кареты до ложи, так и не увидела. Абель, ты ведь не против, если мы прогуляемся?

— Конечно нет. — За женщин я абсолютно не боялся. Сильвия обладала достаточным боевым опытом и в случае чего могла защитить их обеих.

— Кристина, ты не могла бы сопроводить наших гостий? — попросил Кристофер.

— Конечно. — Девушка поднялась следом за моими женами.

— Что вы, сопровождать нас совсем не обязательно, — попыталась возразить Сильвия. — Я прекрасно знаю дорогу.

— Обязательно, — возразила ей Крис. — Мы сегодня здесь хозяева и должны позаботиться о вас. Так что пойдемте вместе. Может, я тоже ставку сделаю.

Ла Лидия Риттершанц

Молодые женщины покинули ложу. Лидия отстала на пару шагов от своих спутниц, все еще обсуждавших необходимость сопровождения гостей принимающей стороной, и обдумывала поведение Кристофера Денова, пытаясь составить как можно более точную характеристику одного из близких друзей своего мужа. Характеристика выходила крайне однозначной: хорош. Кристофер идеально соответствовал образу аристократа Дома воинов, сложившемуся в империи: высок, статен, красив, умен, уверен в себе. Мечта любой женщины. Практически в одиночку организовал обладающее изрядным размахом мероприятие. Изящно избавился от сестры, отправив ее с ними. Лидия дорого бы дала, чтобы услышать, о чем он собрался разговаривать с Абелем.

Собственный супруг все еще оставался для женщины одной большой загадкой. Рассеянный, изрядную часть времени погруженный в книги или непонятные магические расчеты, он вроде бы не представлял собой ничего особенного. И в то же время Гнец водил знакомства с очень значимыми персонами. Да и по случайным обмолвкам, собранным Лидией то там, то здесь, складывалось впечатление, что Абель не такой, каким хочет казаться. Жаль только, что большинство источников таких сведений не внушало доверия: жена Сокола, влюбленная Сильвия, странная горничная с повадками заботливой тетушки, привыкший к интригам хозяин академии Солиано. Создавалось впечатление, что ее хотят убедить в значимости юноши и необходимости держаться как можно ближе к нему. Лидия в общем-то была совершенно не против, но она хотела точно знать, кто именно будет принимать решения относительно будущего их семьи: Абель, его отец или вообще — Сокол.

Попробовать, что ли, разговорить Кристофера? Денова мог бы стать достаточно ценным источником информации, даже если он будет не болтливее прочих. Ради такого можно и задержаться на пару дней. Помощь в переговорах с букмекерами — хороший предлог. Настолько хороший, что даже Абель наверняка возражать не будет. По крайней мере, результатами ее общения с Мойлом он остался доволен. Она осмотрительно не стала давить на бизнесмена, остановившись на довольно выгодных для него условиях. Сам же Генрих, оценив ее осведомленность в ряде вопросов, умение вести переговоры и конечный результат, обрадовался настолько, что обещал изготовить еще один корабль для высокородной четы в ближайшие месяцы и совершенно бесплатно. Новая яхта должна была стать практически такой же быстрой, как и предыдущая, но при этом иметь несколько достаточно просторных и удобных кают. Три, по мнению Лидии, было оптимальным количеством — принуждать сопровождающих Абеля и его гостей к роскошной жизни она не собиралась. Но и сама ютиться в маленькой комнатушке была категорически не согласна.

Прикинув расписание дел на ближайшие пару дней, Лидия решительно вклинилась в разговор никак не желающих униматься спутниц. Раз уж выдалась возможность пообщаться с Кристиной Денова вдали от Абеля и ее брата, следовало ею пользоваться. Когда еще удастся относительно спокойно с ней побеседовать? А так, может, хоть эта напрашивающаяся на практически неоплачиваемую летнюю «работу» девица прояснит, что такого особенного они все находят в Гнеце.

Ла Абель Гнец

Некоторое время мы с Кристофером молча наблюдали за готовящимися к старту участниками и меняющейся иллюзией полосы препятствий. Потрясающее зрелище на самом деле. Особенно когда ты можешь видеть нити заклятий и имеешь представление о грандиозности проводимой работы.

— Как твои жены? — лениво поинтересовался Крис. — Ладят между собой? Тебе еще не захотелось сбежать от них куда-нибудь подальше?

— Как ни странно, ладят, — отозвался я. — Прекрасно ладят. Похоже, они понимают друг друга гораздо лучше, чем я — любую из них.

— Женщины… — пробормотал Крис.

— Ага.

Мы снова замолчали. Внизу полыхнула неяркая желтая вспышка — один из соревнующихся умудрился заработать ранение, не пройдя и полусотни шагов. Действительно, разочаровывающее зрелище. А ведь все участники имели неплохие оценки по целому ряду необходимых дисциплин — иначе их банально не допустили бы даже до отборочных туров. Может, стоит пересмотреть политику по поиску талантов для моей будущей службы безопасности в малоизвестных учебных заведениях?

— Абель. — Кристофер побарабанил пальцами по перилам. — Я хотел попросить тебя о помощи. Опять.

— У кого еще просить помощи, как не у друзей, — пожал плечами я. — Говори. Если смогу — сделаю.

— Мне нужны воины. Человек двадцать. Опытные, но не ветераны боевых действий. Очень лояльные вашей семье, но готовые беспрекословно выполнять мои распоряжения, отданные в рамках контракта.

— Зачем? — удивился я. — Имеется в виду, зачем тебе люди, лояльные именно Гнецам? Не проще ли использовать обычных наемников, если уж ты не хочешь обращаться к своим родственникам?

Крис тяжело вздохнул. Помолчал. Я тоже выжидал, не спеша прерывать взятую моим другом паузу.

— Ты знаешь, что у нас с Марианной случился некоторый… конфликт?

— Догадываюсь. Но без подробностей.

— Если коротко, то наш брак вышел несколько не таким, как я надеялся.

— Извини. — Я порадовался, что мы разговаривали, не глядя друг на друга, — не пришлось отводить глаза.

— Тебе не за что извиняться, Абель. Я нуждался в защите и восхищался твоей сестрой — ты дал мне и то и другое. В том, что реальная Марианна оказалась не похожей на мои представления о ней, нет твоей вины.

— Есть. Я все-таки знаком с Мари несколько дольше тебя. Мог бы и предупредить.

— Пустое, Абель. Все равно бы ничего не изменилось. Да и не в ней дело. Вернее, не только в ней.

— А в чем? — Я потерял нить Крисовых рассуждений.

— Во мне.

— Ага. — Я подумал еще немного, пытаясь собрать логическую цепочку, но неудачно. — А при чем здесь воины?

— Я хочу поговорить с ней. Тет-а-тет. Глаза в глаза. Не думая о стоящих за дверью солдатах, которые могут по ее приказу выдворить меня из собственного дома. Проще говоря, мне нужна моя жена Мари, а не лорд-командор Марианна Гнец.

— Не проще ли в таком случае встретиться на нейтральной территории?

— Не проще. Я не в штаб ее легиона иду, а к себе домой. И не собираюсь выманивать ее оттуда на какую-то мифическую нейтральную территорию. Все, что мне нужно, — небольшой отряд, который уравновесит наши силы и одновременно не позволит разгореться вооруженному противостоянию. Именно поэтому мне нужны лояльные Гнецам люди, не желающие идти на конфликт. Я могу попросить воинов у отца или брата, но они не подходят — годы службы у Денова оставляют свой след. Все-таки наши семьи враждовали десятилетиями, если не веками.

Я вздохнул. Наши с Крисом представления о разумных действиях различались слишком сильно. С другой стороны, иногда окружающим требуется демонстрация силы — иначе они не понимают.

— Я готов оплатить услуги твоих людей, — неверно оценив мой вздох, поспешил добавить Кристофер. — Или выпросить у отца подходящих инструкторов и боевых офицеров. Судя по количеству завербованных тобой курсантов, профессиональные офицеры могут здорово пригодиться.

— Это точно, — грустно согласился я, вспоминая о составе своей «армии». — Но я все же не уверен, что смогу выполнить твою просьбу. Просто потому, что не знаю, смогу ли найти нужных людей. Удовлетворяющих одному из твоих условий — пожалуйста, но двум сразу… Не уверен. Хотя и попробую.

— Сколько тебе нужно времени?

— Месяц. Ну или около того. Я пока точно не знаю.

— Пусть будет два месяца. Все равно мне еще надо тебе долг отдать. Да и турнир постоянного внимания требует — сейчас не до поездок домой.

— Давай так. Ты обеспечиваешь меня хотя бы полудюжиной инструкторов, а я подбираю отряд из двух десятков человек, не желающих воевать. С их готовностью выполнять приказы тоже что-нибудь придумаем — в крайнем случае, слетаю вместе с вами.

— Не стоит, Абель. Это личное.

— Как скажешь. — Я понаблюдал за еще одной вспышкой. Теперь красной. Прикинул, сколько придется заплатить наемникам, чтобы выполнить пожелания Криса. — Будут тебе люди, будут.

Фосс придвинулся к столу и, не отрывая глаз от книги, взялся за вилку.

— Сэмюель, — покачала головой сидящая напротив женщина. — Поешь хотя бы нормально. Никуда твоя учеба не денется.

— А вдруг, — с улыбкой возразил юноша, но учебник из рук выпустил. — Ты же знаешь, тетя, какой у меня насыщенный график.

— Слишком насыщенный, я бы сказала. — Белинда Фосс не разделяла легкомысленного отношения племянника к нагрузкам.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Сэм. — На первом курсе я и побольше трудился. Когда выяснил, что отстаю в знании программы от сверстников из Дома Меча.

— Тогда в подобных усилиях была необходимость. Сейчас я такой необходимости не вижу.

— А как же предстоящая служба? Абель последние экзамены уже сдал и готов принимать офицеров хоть сейчас. Если я тоже закончу учебу досрочно, то буду иметь преимущество перед теми, кто никуда не спешит. Успею освоиться на новом месте, подберу себе подчиненных получше.

— Если тебе позволят так сделать. А не поручат руководить уже собранным отрядом.

— Ну и что? В крайнем случае, просто буду числиться на хорошем счету. Если прибуду одним из первых, конечно. А то вон Майкл, как услышал о моих планах, тоже налег на учебу. Да и у прочих голова на плечах имеется.

— Сэм, Сэм, какой же ты еще, в сущности, ребенок, — вздохнула Белинда. — Зачем ты вообще подписал этот контракт? Рано тебе еще влезать в игры Гнецев. — Она помолчала. — Да и всегда рано будет.

— Ты опять за свое. — Юноша закатил глаза. — Какие игры, тетя? Тебя послушать, так каждый генерал спит и видит, как использовать меня в какой-нибудь интриге.

— Не «спит и видит», а «не преминет воспользоваться». Ты взрослый мальчик, Сэм, пора бы уже понимать разницу. Опасных людей, которые без сожаления избавятся от тебя ради сиюминутной выгоды, возле Гнеца всегда будет предостаточно. Иного при его фамилии и быть не может. Но после того как он женился на императорской дочке, даже находиться в его окружении стало опасно. Если Дом Меча растит тигров, то «весовщики» — змей. И ты никогда не будешь знать, в какой момент одна из них ужалит.

— О, Совершенство… — тихонько простонал Сэм, жутко не любивший лекций на тему коварства правящей семьи.

— Риттершанцы не зря правят Домом Весов, мой мальчик. — Белинда то ли не заметила страдальческого выражения на лице юноши, то ли предпочла его проигнорировать. — А жена Абеля не зря носит их фамилию. Сколько бы раз ты ни встречался с ней, о чем бы ни говорил, всегда помни: перед тобой не женщина — королевская кобра!

— Да-да, я все понял. Буду бдителен и крайне осторожен. Если почувствую излишнее внимание, то переберусь к Майклу и стану спать исключительно под его надежной охраной. Днем, само собой разумеется. А ночью не буду гасить свет.

— Сэмюель… — Женщина осуждающе покачала головой.

— Серьезно, тетя. Иногда твоя паранойя заходит слишком далеко. Я понимаю, что у тебя есть причины не любить императорский род. Но при чем здесь жена Абеля, которая на момент случившегося с нашими родственниками была маленьким ребенком? И при чем здесь я? Неужели ты всерьез думаешь, что Ла Риттершанц захочет меня использовать, едва узнав о моей принадлежности к семье Фоссов? Да она и не вспомнит, кто это такие. Я буду для нее всего лишь одним из многих подчиненных Абеля — он знаешь со сколькими выпускниками контракты заключил?

— Меня не интересуют другие! — отрезала Белинда. — Меня интересуешь ты, Сэм.

— И я благодарен тебе, тетя, за заботу. Но пойми наконец, что никто, кроме тебя, не убежден в моей важности и исключительности. Да я просто никому не нужен. Так что можешь успокоиться и перестать выискивать несуществующие козни.

ГЛАВА 24

Ла Абель Гнец

Новый дом встретил нас суетой. В выкупленное у представителя Дома Весов поместье, расположенное на окраине Летендера, мы прибыли затемно и без предупреждения. Что абсолютно не помешало управляющему устроить пышную встречу. И где он только взял полтора десятка бодрых и улыбающихся слуг за полчаса до рассвета? Нас заверяли в преданности, интересовались пожеланиями, спрашивали мнения относительно убранства покоев и постоянно обещали вот-вот подать завтрак. В общем, сделали все, чтобы уже через час я сбежал, оставив Рикку и Лидию самостоятельно решать все вопросы относительно нашего размещения, и, запершись в приготовленных для меня покоях, завалился спать.

Не помогло. Два часа спустя, к моменту моего пробуждения, суета все еще не улеглась. Прислуга сновала вверх и вниз по лестницам, перетаскивая мебель и разнообразные мелочи. Даже расположившись в гостиной, куда мне подали завтрак, я постоянно слышал звуки чьих-то шагов и доносившийся из ближайшего коридора стук молотка. Хорошо еще прислуга подобралась достаточно воспитанная и сопровождала свою деятельность исключительно тихим пыхтением и такими же негромкими разговорами.

— Господин Абель. — Рикка появилась, когда я уже заканчивал есть. — Извините за долгое отсутствие. Меня не предупредили о вашем пробуждении вовремя.

— Не беспокойся, — отмахнулся я от ее совершенно ненужных попыток оправдаться. — Я вполне в состоянии позавтракать самостоятельно. Ты лучше скажи, долго ли все это будет продолжаться?

— Боюсь, что достаточно долго. — Девушка сразу поняла, что я имел в виду. — Затеянные госпожой Лидией перестановки, скорее всего, закончатся до наступления вечера, но кроме них есть и другие работы, которые необходимо сделать.

— Проклятье. — Отправляясь на новое место жительства, я готовился к большому количеству работы с бумагами, а вовсе не к многодневной суете слуг. — Здесь хотя бы есть кабинет, где можно побыть в тишине?

— Считайте, что нет, господин Абель. Кабинет прежнего хозяина годится только для того, чтобы оградиться от раздражающего вас шума. Он защищен большим количеством заклятий, многие из которых выполнены достаточно небрежно и оттого дают искажения фона. Не исключено, что это сделано сознательно, в надежде спрятать какую-нибудь слабую магию. В любом случае мне потребуется по меньшей мере несколько дней, чтобы разобраться в хитросплетении чар и гарантировать отсутствие среди них следящих. Вдобавок велика вероятность, что предыдущий хозяин сохранил ключи от защитных систем особняка.

— Как и ожидалось. — Я поморщился. Рикка была полностью права, но необходимость тратить драгоценные дни, банально обустраиваясь на новом месте, раздражала.

— Я предполагала, что подобные новости вас не обрадуют, и потому взяла на себя право занять одну из комнат на втором этаже и переоборудовать ее под новый кабинет. Сейчас двое слуг под руководством Штефана и Мики проверяют помещение на отсутствие полостей в стенах. С рабочими и способными установить защиту магами мы уже связались, так что к завтрашнему обеду у вас будет обустроенное помещение с хорошей звукоизоляцией.

— Прекрасно. — Я потер руки. Обещанное помещение — конечно, не полноценный кабинет, но в нем получится начать работать уже завтра. А все остальное можно и в процессе доделать. Чем та же Рикка и займется. — Что бы я без тебя делал?

— То же самое, — пожала плечами девушка. — Вокруг полно людей, мечтающих служить истинно высокородному.

— Обладающих твоими талантами? Сомневаюсь.

— Вы чрезмерно высокого мнения о моих способностях… — Кажется, девушка смутилась.

— Ну, раз ты не хочешь признавать их вслух, то не буду настаивать. — Я ухмыльнулся. И тут же посерьезнел: — Но сам забывать не намерен, имей в виду.

Рикка вместо слов только поклонилась. Похоже, я ее действительно смутил.

— Ладно, не буду больше тебя отвлекать от дел. Если только сама не захочешь составить мне компанию. Ты ведь наверняка еще не завтракала?

— Спасибо, господин Абель, Мика позаботилась, чтобы мы все смогли перекусить, пусть даже не отрываясь от работы. Так что мне действительно лучше идти.

— Хорошо. Только попроси кого-нибудь из слуг позвать управляющего — хочу с ним парой слов перекинуться.

— Как прикажете. — Рикка снова поклонилась.

Я только грустно вздохнул, глядя вслед горничной, которую предпочитал считать скорее подругой, чем подчиненной. Она и так всегда была помешана на этикете, а уж в присутствии целого штата дополнительной прислуги станет позволять себе еще меньше вольностей. Хуже всего, что такое положение вещей надолго, и даже я ничего не смогу с ним поделать. К Лидии, что ли, за советом обратиться? Даже если она ничего и не подскажет, такое проявление доверия должно прийтись ей по душе. А то, несмотря на оказываемые друг другу знаки внимания, мы с женой с самой свадьбы пребываем в состоянии настороженного нейтралитета, что меня совсем не радует.

Управляющий явился минуты через три — видимо, крутился поблизости. Впрочем, неудивительно: Рикка и Лидия сейчас на втором этаже, а кто-то должен руководить слугами здесь, на первом. И не важно, что хорошо подобранные слуги ни в каком руководстве не нуждаются. Дело управляющего — бдеть.

— Добрый день, господин?.. — приветствовал я его.

— Витольд, господин Абель, — седой, уже начавший лысеть мужчина низко поклонился, — меня зовут Витольд. Но я из семьи простолюдинов — вы оказываете мне слишком высокую честь, называя господином.

— Вежливость, Витольд. Просто вежливость. Я не любитель церемоний, так что давай будем называть друг друга просто по именам.

— Как можно, господин Абель?! — Он, похоже, был шокирован. — Я никак не могу позволить себе подобное пренебрежение вашим статусом!

Опять. Дался им всем мой статус… Почему практически никто не способен общаться, как Штефан: помня о разнице в положении, но не акцентируя на ней внимания? Демоны, такими темпами я через неделю начну скучать по Ингви с его абсолютным равнодушием ко всем существующим титулам.

— Хорошо, господин Витольд, пусть будет по-вашему. Нравятся вам полные обращения — ради Совершенства. Я, собственно говоря, не о них хотел с вами побеседовать. И присядьте, пожалуйста, не заставляйте смотреть на вас снизу вверх.

— Я слушаю вас, господин Абель. — Он опустился на стул спокойно и с достоинством. Нормально сел, а не пугливо устроился на краешке, как водилось за той же Риккой.

— Меня интересует подписанный вами рабочий контракт. Хотелось бы с ним ознакомиться, чтобы быть в курсе обязанностей управляющего. А то, понимаете ли, родственники не соизволили поделиться со мной экземпляром, и я никак не могу решить: соглашаться на вашу кандидатуру или нанимать человека самостоятельно.

— Конечно, господин Абель. Но я не понимаю. Ла Альберто предлагал мне абсолютно стандартный договор на управление поместьем Гнецев.

— Видите ли, господин Витольд, я собираюсь править окружающими нас землями, и мне невместно жить в чужом доме. Пусть даже он принадлежит отцу или дяде. Именно поэтому меня устроит только тот управляющий, который осознает, что приоритетные распоряжения здесь отдает тот Гнец, которого зовут Абелем. Не Альберто, не Александро, не Радомира — Абель.

— Я понял вас, господин. — Мужчина снова поклонился.

— Тогда не буду вас больше задерживать. Занимайтесь своими делами, а копию договора передадите мне при первой возможности. И еще одно, Витольд: не кланяйтесь так низко — берегите спину.

Сильвия Гнец

В первое время после их прибытия в новое поместье и поспешного самоустранения Абеля от руководства обустройством последнего Сильвия растерялась. Все вокруг как-то вдруг оказались заняты делом, и только она осталась предоставленной самой себе. К счастью, такая ситуация продлилась недолго — ровно до того момента, как один из слуг внес в дом первую упаковку прихваченных ими из Солиано книг. Женщина тут же включилась в работу, сортируя разнообразную литературу и лично расставляя ее по полкам. Сильвия уже очень хорошо знала, какие именно книги и бумаги можно оставить в общем доступе, а какие должны сразу отправиться в закрытое и защищенное помещение.

Пока она занималась беглым знакомством с уже имеющимся содержимым библиотеки, размещением привезенных томов, добыванием ключей от подходящего для архива помещения, незаметно взошло солнце и, никуда не спеша, успело пересечь добрую половину небосвода. С некоторым удивлением женщина констатировала, что испытывает чувство голода — пару бутербродов, некогда буквально всунутых ей в руки Микой, желудок уже успел позабыть.

Кое-как отряхнув пыль с одежды и тщательно вымыв руки, женщина направилась в столовую. Как оказалось — только для того, чтобы столкнуться в коридоре с ней. Счастливая улыбка, появившаяся благодаря предвкушению вкусного и сытного обеда, буквально примерзла к губам Сильвии.

— Доброго вам дня, — радушно приветствовала ее гостья.

— Что вы здесь делаете, Аврелия? — выдавила из себя женщина.

— Приехала засвидетельствовать свое почтение вашему мужу. Заодно поздравить вас всех со свадьбой, на которой я не смогла присутствовать из-за службы. Примите мои поздравления, Сильвия, — вы их определенно заслужили. И вот, возьмите. — Гостья протянула ей небольшую коробочку. — Мой свадебный подарок. Изначально я хотела вручить его Абелю, но, в конце концов, он предназначен для всей семьи, и не имеет особого значения, кто первым заглянет внутрь футляра.

— Благодарю. — Сильвия сдержанно поклонилась, хотя больше всего ей хотелось ударить неожиданно объявившуюся наглую красавицу по лицу. — Только Абель сейчас занят, и я не уверена, что он сможет вас принять.

— Не беспокойтесь. Ему уже сообщили о моем прибытии, и ваш муж любезно согласился уделить мне немного своего драгоценного времени. — Аврелия улыбалась откровенно насмешливо.

— В таком случае не смею вас дольше задерживать. Побеседуем позже.

— Конечно. — Красавица кивнула. — Я с удовольствием задержусь ради общения с вами. Все равно у меня сегодня выходной.

Женщины вежливо раскланялись, двинувшись каждая в свою сторону. Проходя мимо висевшего на стене ростового зеркала, Сильвия бросила косой взгляд на свое отражение, оценивая внешний вид, и, не удержавшись, скривилась от отвращения: повседневная одежда, забившаяся в волосы пыль… Да, она не шла ни в какое сравнение с холеной великосветской развратницей, направляющейся сейчас к Абелю.

Надо было что-то делать. Но что? Пойти следом за Аврелией к мужу? Чушь. Так она только выставит себя ревнивой дурой. Не ходить? Оставить их одних? Нет, это точно выше ее сил. Надо хотя бы кого-нибудь туда послать. А впрочем, что значит «кого-нибудь»? У Абеля ведь не одна жена.

Предвкушающе улыбаясь, женщина отправилась к покоям Лидии.

Дочь императора, как и ожидалось, была занята — оценивала на пару со Штефаном уместность расположения гобелена на восточной стене. Ничего не понимающая в дизайне помещений Сильвия остановилась чуть в стороне, стараясь не мешать обсуждению.

— Хочешь высказать свое мнение? — тут же поинтересовалась у нее Лидия.

— Ни в коем случае, — открестилась от предложения Сильвия. — Я тут вообще по другому вопросу.

— Да? — Лидия изучающе посмотрела на нее. Затем повернулась к Цвангу. — Продолжим позже, Штефан. К тому же ты, пожалуй, прав — гобелен смотрится вполне гармонично.

— Всегда к вашим услугам, Ла Лидия. — Мужчина поклонился ей, бросил благодарный взгляд на Сильвию и поспешил исчезнуть, пока дочь императора не передумала.

— Упорно не желает называть меня просто по имени, без титула, — пожаловалась Лидия. — А я так стараюсь быть демократичной, подобно моему мужу… Ладно. — Она махнула рукой. — О чем ты хотела поговорить?

— Как раз о муже и хотела. Ну и о его гостье, конечно.

— Гостье? Как любопытно… Давай присядем — я хочу услышать все в мельчайших деталях.

Ла Абель Гнец

Поработать мне все-таки удалось. Уединиться в своей комнате, забиться в дальний угол, отрешиться от долетавших через закрытую дверь звуков и углубиться в чтение одной из книг. По-хорошему, следовало бы потратить время на изучение отчетов по региону, но браться за них до разговора с работниками дяди Альберто, принимавшими дела у слуг Риттершанцев, — бессмысленно. Поэтому я просто читал один из трудов, посвященных соединению различных чар, проясняя для себя некоторые моменты. Часа три читал, пока постучавший в дверь Витольд не сообщил о прибывшей гостье.

— Как я рада вас видеть, Ла Абель! — Аврелия склонила голову в легком поклоне. — Вы все-таки снизошли до посещения нашей глуши.

— Не такая уж тут у вас и глушь, — возразил я. — По крайней мере, новости разлетаются достаточно быстро, если судить по времени, прошедшем до твоего визита.

— Осмелюсь возразить вам, Ла Абель. — Девушка грациозно опустилась в свободное кресло. — Медленно, ужасно медленно расползаются у нас слухи. Вы прибыли ранним утром, а я узнала об этом только час назад.

— Вполне нормальная скорость, если ты, конечно, не подкупила кого-нибудь из обитателей поместья.

— Ну не то чтобы я не пыталась, — усмехнулась Аврелия, — но ваши слуги наотрез отказались выполнять мою невинную просьбу.

— Что характеризует их исключительно с положительной стороны.

— Не спорю, — согласилась девушка, — но мое положение их неподкупность не облегчила.

— Насколько я могу видеть, выход из положения все же нашелся. Как ты вообще умудрилась прибыть так быстро?

— Немного информации из Солиано и своевременно выпрошенные выходные. Хотя я ждала вас еще позавчера.

— Мы задержались на пару дней из-за внезапно возникших дел, — пояснил я, быстро прикидывая, кто вообще знал о предполагаемой дате моей отправки. Выходило, что довольно многие.

— Понимаю, — вздохнула Аврелия. — Дела всегда держат мужчин вдали от терпеливо ждущих их женщин.

— Так уж повелось, — не стал возражать ей я. — Надеюсь, твое ожидание было не слишком скучным. Или хотя бы продуктивным.

— Очень скучным. И абсолютно непродуктивным. И ужасно разочаровывающим, учитывая, что за прошедшее время вы успели дважды жениться.

— Так уж вышло.

— Прекрасно понимаю. Политическая необходимость и все такое. Но считаться вашей любовницей ныне стало опасно.

— Если ты о прошлогодней истории, то мою жену мало волнует, что было до нашей свадьбы. А если нет… — Я выдержал многозначительную паузу и пожал плечами.

— Гм. Тогда, может быть, любовница нужна ей?

— Поинтересуйся, — стараясь удержать как можно более равнодушное выражение лица, предложил я. Следовало признать, что Аврелия до сих пор сохранила умение выбивать меня из колеи.

— Так я и интересуюсь. — Она часто захлопала ресницами.

— Я имел в виду — у нее.

— Вы настолько не цените мою жизнь? — Казалось, девушка сейчас расплачется.

— Всего лишь верю в твою разумность.

— А может быть, зря?

— Может быть, — усмехнулся я, наблюдая, как исчезают только что наворачивавшиеся на ее глаза слезы.

— Не цените вы свою преданную поклонницу, Ла Абель, — вздохнула она. — Совсем не цените. А я так старалась, собирая разнообразные сведения о местном воинском контингенте.

— Много собрала? — заинтересовался я.

— Много, — посерьезнев, кивнула девушка. — Скоро хранить незаметно не смогу. Проблема в том, что я не знаю, какие сведения действительно необходимы, а какие — не более чем мусор.

— Я тоже не знаю. Поэтому пусть будут все. Они у тебя с собой?

— Частично. — Аврелия извлекла из своей дамской сумочки, больше похожей на зауженную версию моего саквояжа, две внушительные стопки бумаги. — Остальная часть находится в Кахитане. И я отнюдь не шутила, говоря, что скоро не смогу хранить ее незаметно.

— Когда ты там будешь?

— Недели через три, в лучшем случае: сегодня — мой последний выходной. Но я могу сообщить вам, где находится тайник.

— Хорошо, — рассеянно отозвался я, перебирая полученные списки.

Краткие характеристики младших офицеров, маршруты некоторых патрулей, список конфликтов с горцами с указанием регионов и примерных дат — за три с небольшим месяца Аврелия сумела собрать довольно внушительный объем данных. Особенно если учесть, что делала она это без отрыва от службы.

— Ну как? — поинтересовалась девушка. — Смогла ваша верная поклонница оказаться не только красивой, но еще и полезной?

— Более чем… — пробормотал я, прикинув, сколько времени она сэкономила моим людям, собрав такие данные. И чем, возможно, пожертвовала, приняв решение помочь мне. — Тебе пришлось пойти на нарушение контракта?

— Нет. — Она покачала головой. — Вы являетесь непрямым нанимателем нашего легиона, а из предоставленной информации ничего не засекречено и даже не имеет грифа «Для внутреннего пользования». Теоретически вы могли беспрепятственно узнать все здесь изложенное, обратившись напрямую к генералу Флобер. Правда, она наверняка изменила бы маршруты патрулей сразу после ознакомления вас с предыдущими, но это детали. Формально я ничего не нарушала и действовала в полном соответствии с духом и буквой контракта.

— Хорошо.

— Еще бы. Сомневаюсь, что вы стали бы держать рядом с собой человека, слишком легко нарушающего свои обещания. А я хочу быть рядом.

— Надеюсь, не в качестве любовницы?

— Можно и в качестве. — Аврелия лукаво улыбнулась. — Хотя вообще я не настолько рисковая и не желаю навлекать на себя гнев дочери императора без серьезной на то причины.

— Тогда предлагаю остановиться на чем-нибудь попроще. Твой контракт заканчивается в июне?

— Да. Но некоторое количество свободного времени у меня есть и сейчас. К тому же в случае нужды можно разорвать контракт, выплатив неустойку.

— Давай оставим крайние меры для крайних случаев. Сейчас я дам тебе кое-какие документы на осмысление, а к моменту окончания своего контракта ты предложишь мне варианты решения проблемы, по которым мы и примемся работать.

— Мм… Можно поинтересоваться, в чем будет заключаться суть работы?

— Разумеется. — Я помассировал переносицу, формулируя суть своего предложения. — Мне нужна собственная служба безопасности. И я хочу, чтобы ты ее создала. На пару со Штефаном. Используя помощь опытных инструкторов, но не полагаясь на нее больше, чем необходимо. В качестве награды за успех предлагаю тебе место заместителя главы данной структуры с возможным повышением в зависимости от достижений.

— Я вся ваша! — восторженно выдохнула Аврелия.

В дверь постучали.

Ло Аврелия Томбсмит

Девушка осеклась. Судя по абсолютно не приглушенному, четкому стуку, никакие изолирующие или поглощающие звук чары на комнату наложены не были. Оставалось надеяться, что последнее предложение она озвучила недостаточно громко, и оно не достигло слуха находящихся с той стороны двери. В противном случае останется уповать исключительно на их неболтливость, ибо в относительной преданности и неподкупности местных слуг Аврелия уже успела убедиться. Шутки шутками, а наживать такого опасного врага, как дочь императора, всего лишь из-за специфического чувства юмора было бы верхом глупости.

— Войдите, — пригласил стучавшего Абель. Достаточно громко, но не переходя на крик, чем подтвердил ее догадку об отсутствии звукоизоляции.

Дверь открылась, и через порог шагнула Лидия Риттершанц собственной персоной. Улыбающаяся. Широкой, доброй и совершенно не касающейся ее ледяных глаз улыбкой. По спине Аврелии пробежал холодок, и ей с трудом удалось удержать на лице вежливо-заинтересованное выражение.

— Надеюсь, я не помешала вашему разговору? — спросила дочь императора, переводя изучающий взгляд с Абеля на нее и обратно.

— Не особенно. Мы не обсуждали ничего такого, что бы я хотел сохранить от тебя в тайне. — Гнец встретил взгляд жены совершенно спокойно, и Аврелия в очередной раз поразилась его невозмутимости, принимаемой некоторыми за рассеянность или непонимание.

— Тогда я хотела бы пригласить вас вниз. Мы с Сильвией приостановили большую часть работ, желая иметь возможность посидеть в тишине и принять нашу гостью с тем почтением, которого она заслуживает. — Девушке показалось, что где-то в глубине глаз дочери императора мелькнула насмешка.

— Ваша искренняя забота о безвестной гостье делает вам честь, Ла Лидия, — вместо прямого ответа на приглашение обронила Аврелия. Капелька издевки и такая же доза самоуничижения. Самое то, чтобы продемонстрировать наличие зубов и не нарваться на удар по ним.

— Возможно, в вашем окружении забота женщины о неожиданных гостях ее супруга и делает ей честь, но в моей семье подобное — обыденность. Так что ваша похвала несколько неуместна, — небрежно парировала выпад жена Гнеца. — К тому же наивно полагать, будто за то время, которое вы находитесь в нашем доме, я не смогла узнать совсем ничего. Сильвия вполне достаточно рассказала мне о вас, Ло Аврелия.

— Лидия, — вздохнул Абель, — при всей моей любви к Сильвии должен признать, что в отношении Аврелии она несколько предвзята. Не будь слишком строга к нашей гостье.

— Я вовсе не строга к ней. Но если ты хочешь, то я постараюсь разговаривать еще мягче, муж мой. — Лидия присела на подлокотник кресла Абеля и склонила голову. Аврелия едва не вытаращила глаза, увидев подобный жест покорности со стороны одной из самых высокородных Ла империи.

— Постарайся, пожалуйста. — Мягко улыбнувшись, Гнец погладил жену по руке.

— Твоя воля — закон для меня, — вернув ему практически зеркальную улыбку, ответила Лидия. — Но прежде чем я смирю свой нрав, позволь сделать одно замечание: разумно ли раздавать должности в своем окружении людям, страдающим недооценкой тех, кому они наносят визит?

«Она все слышала!» — молнией пронеслось в голове Аврелии. Девушка вдруг осознала, что прекрасно понимает чувства находящихся в одном шаге от эшафота. К счастью, в ее случае эшафот пока еще был фигурой метафорической, и она поспешила ответить раньше Гнеца, стремясь не допустить превращения воображаемого образа в пугающую реальность:

— Признаю свой недостаток, Ла Лидия. В окружении друзей я слишком расслабляюсь и действительно позволяю себе их недооценку. Смею заверить, что в отношении врагов мой недостаток не проявляется. Однако, осознавая ваше беспокойство за будущее вашей семьи, клятвенно обещаю усилить бдительность и в отношении друзей тоже. Ведь у меня будет как минимум пара месяцев на тренировки — пока не закончится текущий контракт и не наступит время услышать от Ла Абеля конкретное предложение.

— Похвально, что вы осознаете свои недостатки, Аврелия. И раз уж вы являетесь подругой моего мужа, то мой долг — помочь вам в благородном стремлении избавиться от них. Если пожелаете, можете задержаться у нас после того, как Абель решит вернуться к своим книгам. Посидим, побеседуем по-женски. Только обязательно пригласим в свой кружок Сильвию. Дабы она препятствовала возникновению конфликтов, в раздувании одного из которых супруг меня, кажется, подозревает.

— Что вы! Абель просто не может подозревать в подобном женщину, обладающую вашими заботливостью и благородством… — почти искренне пролепетала радующаяся отмене приговора Аврелия, не сводя глаз с Гнеца, который с подозрением смотрел на рассыпающихся в комплиментах женщин.

Лайон извлек из недр вещевого мешка несколько перевязанных ленточками пачек бумаги и сложил их на столе рядом с Молчуном.

— Проблемы были? — спросил Себастьян.

— Никаких. Отсутствие в горах нормальных дорог и довольно значительную удаленность Кахитана, как ты понимаешь, проблемой считать сложно. Так, мелкое неудобство.

— Хорошо.

— По твоей роже этого не скажешь, — бросил из дальнего угла забившийся туда Карл. — У нас проблемы? Или тебе отказала очередная женщина и ты решил поплакаться боевым товарищам?

— Проблемы, — буркнул Молчун. — Точнее, пока еще нет, но мы запросто можем в них влезть, если согласимся на предложенную работу.

— А отказаться? — подал голос Лимар.

— Можем. И с нас даже не станут требовать неустойки.

— Подробности, — потребовал Карл, усаживаясь на стул слева от Молчуна.

— Абель хочет, чтобы мы обшарили горы, объединили увиденное с написанным здесь, — Себастьян хлопнул ладонью по стопке доставленных Лайоном бумаг, — и нашли неучтенный серебряный рудник.

— А в чем проблема? — удивился Карл. — Нет, я понимаю, территория, конечно, большая, и прямых тропинок ни одной нет. Но ведь не человека искать придется. Рудник — он большой и с места на место не перебегает. Справимся.

— До недавнего времени Вельские горы принадлежали Риттершанцам и охранялись силами той же самой Флобер. Сейчас это земли нашего нанимателя. Который желает отыскать неучтенный источник значительного количества серебра.

— Проклятье! — выругался Карл.

Набу поддержал его, выдав ругательство на одном из южных наречий. Лайон ограничился кислой миной. Один Лимар обводил товарищей недоуменным взглядом:

— Может, я тупой, но в чем проблема? Гнец сейчас хозяин земель, поэтому он в своем праве.

— Ты тупой, — констатировал Карл.

— Как думаешь: Флобер, чьи солдатики контролируют горы Вельской области на протяжении как минимум десятка лет, не знает о существовании рудника? — задал непонятливому риторический вопрос Лайон.

— То есть Флобер заодно с Риттершанцами мутят здесь бизнес втайне от главнокомандующего?

— Не исключено, — кивнул Молчун. — Но также не исключено, что глава Дома в курсе. В отличие от ставящего перед нами задачу Абеля.

— То есть или «все плохо», или «мы в заднице». Выбирайте, что вам больше нравится, — резюмировал Карл.

— А если спросить у твоей покровительницы? — обратился Лайон к Молчуну. — Пусть прояснит ситуацию.

— Уже, — пробурчал Себастьян.

— Судя по тону, ответ неутешительный.

— Она не в курсе. И в дела брата лезть отказывается. Максимум попытается прикрыть от отца в случае возникновения между нами непонимания.

— Не очень обнадеживающе.

— Именно поэтому я предлагаю выйти из дела всем желающим, — вздохнул Молчун. — Отказавшиеся займутся обучением молодежи в полном соответствии с контрактом и останутся в стороне от наших возможных трений с Флобер.

— Или с главнокомандующим, — пессимистично дополнил Лайон.

— Ты, как я понимаю, в деле? — повернулся к Себастьяну Лимар.

— Да.

— Тогда я тоже. О нашем участии еще узнать нужно, а кроме младшего Гнеца, о нем никому не известно.

— Зачем нам вообще это нужно, а, Молчун? — опять подал голос Карл.

— Два покровителя лучше, чем ни одного, — пожал плечами Себастьян. — Особенно когда начинаешь задумываться, как существовать на пенсии, не будучи богачом и имея такое количество врагов.

— С нашей профессией до пенсии еще надо дожить, — проворчал Карл.

— Хороший аргумент. — Набу почесал щетину на подбородке. — Я в деле.

— Какой аргумент? — удивился Лайон.

— Про «дожить», — пояснил южанин. — До мести генерала, как и до пенсии, надо дожить, а такие покровители, как Гнец, на дороге не валяются.

— Точно, — согласился Карл, — в нашем деле работодатель редко дает возможность отказаться без последствий. Я тоже участвую. Лайон?

— Да! — выдохнул тот. — Я не собираюсь выходить из игры в одиночку. Тем более ради перевода на должность няньки при малолетках. Но мое согласие не отменяет того факта, что вы все — сумасшедшие придурки, напрочь лишенные инстинкта самосохранения!

ГЛАВА 25

Ла Абель Гнец

Я дождался, пока кроваво-красные нити моего заклятия, оплетающие нашу небольшую компанию, угаснут, и кивнул Рикке, предлагая продолжить. Девушка подошла к доверенной задаче, как всегда, основательно — творимые ею чары следовали одни за другими, заставляя воздух вокруг нас искриться и переливаться. Когда она закончила, мы оказались отделены друг от друга несколькими куполовидными барьерами, дневной свет померк, а слух будоражило легкое потрескивание. Сама Рикка побледнела и тяжело дышала, выложившись на полную.

— Что дальше? — поинтересовался Штефан, глядя на утирающую выступивший пот жену.

— Секундочку. — Я подождал, пока Рикка придет в себя. — Прислушайтесь к себе. Есть новые ощущения?

— Какая-то пульсация, — констатировал Штефан, лицо которого приняло задумчивый вид.

— Несколько, — уточнила Мика.

— Четыре, — дополнила ее выводы Сильвия. — Одна чаще и быстрее прочих. — Моя жена перевела взгляд на Рикку.

Та только кивнула в ответ.

— А сейчас? — продолжил допытываться я. И мысленно добавил: — Диана.

— Ритм одной изменился, — объявил Штефан. — Замедлился. Опять ускорился.

— Ты можешь четко различать пульсации? — спросил я у него.

— Кажется, — неуверенно ответил мой друг. — Они, похоже, с разных направлений звучат.

— Тогда констатирую, что испытания еще одной из моих разработок прошли успешно. Рикка, отменяй свои чары.

Девушка кивнула, и барьеры стали исчезать один за другим. Посветлело. Исчез раздражающий шум.

— Все-таки что это было? — не выдержала Сильвия.

— Проклятие, — с довольной улыбкой сообщил я. — Массовое.

— Э-э-э?.. — растерянно выдала жена.

Штефан закашлялся. Только горничные продолжали терпеливо смотреть на меня, ожидая дальнейших разъяснений.

— Во всяком случае, формально. Так как использует именно принципы построения проклятий, да еще и магию крови. Заклятие, как вы уже успели убедиться, игнорирует большинство помех и барьеров. Оно позволяет каждому из участников чувствовать кровь всех остальных: не только само биение пульса, но также направление и расстояние до его источника. При определенном навыке можно даже некоторую диагностику состояния товарищей проводить. Или, имея достаточный контроль над собственным телом, передавать друг другу условленные сигналы. А главное, ранее наложенные чары теоретически не имеют предела дальности. Двадцать километров для них точно пустяк. В идеале, их бы еще дополнить артефактом, поддерживающим круглосуточную работу, но как-нибудь потом.

— Прекрасные чары, — осторожно высказался Штефан. — Только ты в следующий раз не пугай меня так, шеф. Ладно?

— Действительно, — поддержала его Сильвия.

— Хорошо, — вздохнул я.

Меня не понимали. Им, способным пользоваться Зовом или вообще не нуждавшимся в быстрой связи, сложно было оценить красоту и изящество созданных мною чар. А ведь я, ограниченный в способах ментальной связи из-за особенностей разума, произвел на свет заклятие, позволяющее именно мне осуществлять тактический контроль над большинством проводимых нами операций: оно давало возможность оценивать состояние всех связанных им людей, определять их примерное местоположение в пространстве и отдавать кодированные приказы. Со стороны мое волшебство могло казаться слишком требовательным и малоэффективным по сравнению с уже существующими решениями, но для одного конкретного человека оно подходило идеально. Вдобавок новое заклятие еще никто не научился глушить. И если не кричать о его существовании на каждом углу, не скоро научатся.

С поиском противодействующих чар в частности и развитием магии в целом в нашей стране было туговато. Все маги, хоть чего-то стоящие как исследователи, могли претендовать на четвертую ступень в области своего искусства. Что, при наличии минимального опыта, позволяло легко устроиться в практически любой сфере человеческой деятельности — платили специалистам хорошо. Империя ведь большая, а высококлассных магов на всех не хватает. В итоге владельцам магических лабораторий приходилось либо назначать крайне высокие зарплаты своим работникам, либо тем или иным способом отбирать людей с подходящими наклонностями и жизненными интересами. Такое могли позволить себе только очень богатые и влиятельные люди. И неудивительно, что при огромных расходах на содержание магических лабораторий и трудящегося там персонала они хотели получать в качестве результата исключительно нечто серьезное, вроде принципиально новых чар.

Модификацией уже существующих заклятий никто не занимался. Вернее, не совсем так. Многие маги-практики изменяли те или иные чары, подстраивая их под конкретную ситуацию. Но, сделав, тут же забывали о результатах своего труда. Еще бы, ведь эталонное заклятие, отшлифованное десятками и сотнями лет развития, было идеально сбалансировано по энергоемкости, легкости исполнения и степени контроля над его элементами. Те, кто мог сделать из такого изменения какие-либо полезные выводы, уже давно трудились над «более важными» проектами. Среди немагов, судя по выражению лиц моих отнюдь не глупых друзей, ситуация была той же самой.

— Нет, серьезно, Абель, — подошедшая жена обняла меня сзади за плечи, — мы все ценим твое увлечение и радуемся новым чарам, но не шути так больше.

— Я же сказал: хорошо.

— Ты сказал. Но обиделся. А я не хочу, чтобы ты обижался. Мы бы проявили гораздо больше восторга, если бы так не нервничали из-за твоей шутки.

— Какой шутки? И чего было нервничать?

Сильвия только тяжело вздохнула.

— Ладно. — Я понял, что это одна из тех загадок женского поведения, которых мне никогда не понять, и выбросил ее из головы. — Оставим в покое мои достижения и перейдем к вашим. К приему гостей все готовы?

— Да, господин Абель, — отозвалась Рикка.

— Здесь нет лишних ушей, — в Совершенство знает какой раз напомнил ей я.

— Да, Абель, — исправилась девушка. Мика хихикнула.

— Я готова, — выдохнула мне в ухо Сильвия.

— А я — нет, — буркнул Штефан.

— Докладывай, — махнул рукой я.

Штефан Цванг, курсант

— А чего докладывать? — проворчал Штефан. — Людей как не было, так и нет.

— Может, стоит пересмотреть сложность твоих тестов на профпригодность? — предложил Абель.

— И какая тогда будет служба безопасности? — возразил шефу Цванг. — При таком подходе можно сотрудников прямо с улицы набирать.

— Но нам ведь нужны и работники с минимальной степенью информированности: курьеры, обычные наблюдатели.

— Шеф, те, что остались, и есть работники с минимальной степенью информированности. Нормальных служащих у меня всего трое. И они постоянно заняты. А из прочих даже грамотную слежку ни один не способен организовать. Веришь, я уже начал угадывать, из-за какого угла кто из них через пять минут выглянет? Просто для сравнения: этот твой Молчун за мной как-то два дня таскался, так и оставшись незамеченным. Хотя я и знал, что он где-то рядом.

— Мне негде взять второго Молчуна… — проворчал Гнец.

— Да я так, для примера, — отмахнулся начавший входить в раж Штефан. Набранные «сотрудники» бесили его полным отсутствием хоть какого-нибудь опыта, — чтобы ты понял разницу между тем, что мы имеем, и тем, что хотим. А уж об отсеянных и говорить нечего: один из них настолько «скрытно» за мной следил, что прохожие оборачиваться начали.

— Все настолько плохо? Где ты тогда раньше нормальных людей находил?

— В Солиано, — хмыкнул Цванг. — Там все-таки столица. Выбор гораздо больше.

— Организуй себе командировку, — предложил Абель. — Неделю-другую без твоего активного присутствия мы переживем.

— Слетаю я туда, — согласился на предложение Штефан. — Только особо ни на что не надейся. Сам посуди, какие у работы в нашей службе безопасности плюсы? Зарплата чуть выше среднего? А минусы? Работодателя не сменишь, о службе высокородному особо не похвастаешь. Еще прибавь переезд в провинцию и необходимость регулярно использовать мозги по прямому назначению. Туго, в общем, с подбором кадров. Похоже, придется реализовывать предложение Аврелии.

— Какое предложение? — удивился Абель.

— Как какое? — еще больше удивился Штефан. — Она что, тебе не сказала?

— Она мне много чего говорила. Только к работе ее предложения мало отношения имеют. — Гнец не заметил, как опирающаяся подбородком на его плечо Сильвия сдвинула брови.

— В тот раз она выступала по делу, — заступился за девушку Цванг. — Если в двух словах, то идея такова: присматриваемся к второкурсникам различных учебных заведений, интересующимся нужными нам факультативными дисциплинами. Даем им несколько простеньких тестов и всем, успешно выполнившим задания, предлагаем дополнительную стипендию в обмен на интерес к ряду предметов, преподаваемых в их учебных заведениях. Тогда через пару лет у нас появится некоторый выбор.

— А что делать эту пару лет? — грустно поинтересовался Абель. — И как ты собираешься обеспечивать контроль стипендиатов, чтобы потом не платить зарплату целому штату чужих шпионов?

— То же, что и сейчас, — пожал плечами Штефан. — А шпионов как-нибудь вычислим. Может, оплатим работу наблюдателей на местах. — Цванг понимал, что не справляется с порученной ему грандиозной задачей, но передать ее было просто некому. Приходилось стараться. — Когда у Аврелии контракт заканчивается? Я уже устал в одиночку отдуваться.

— Соскучился по ее откровенным нарядам? — не преминула поддеть Сильвия. — Не боишься, что жена у Мики сковороду одолжит для проведения воспитательной беседы?

— Я храбрый, — пожал плечами Штефан, игнорируя острый взгляд Рикки. — К тому же собираюсь работать, а не развлекаться.

— Аврелия может иметь иные приоритеты, — фыркнула жена Абеля.

— Вряд ли. Я родился простолюдином, и мой скальп, лишенный вросшей в него аристократической короны, только испортит ее коллекцию.

— Заканчивайте, — прервал их шутливую перепалку Гнец. — Нам еще гостей встречать. А ты, Штефан, все же постарайся набрать еще людей. Даже если придется ради их поиска и обучения временно отложить все остальные дела.

— Понял, — кивнул Цванг.

— И запланируй на конец июня поездку в Солиано. Действующая служба безопасности нужна нам как воздух.

Ла Абель Гнец

Покинув полигон, мы с Сильвией направились к посадочной площадке — наш личный летающий корабль, временно использующийся для доставки в Летендер нанятых людей, уже кружил над поместьем и должен был приземлиться с минуты на минуту. С самого начала пребывания в Вельской области я старался избавляться от любой работы, которую мог выполнять кто-то другой, но некоторые вещи по-прежнему приходилось делать самостоятельно. Например, встречать своих офицеров.

Сегодня яхта несла на своем борту кое-какое оборудование, закупленное в Солиано, а также Сэма Фосса и Майкла Верица, закончивших обучение на несколько недель раньше положенного и решивших прибыть на место службы до официального начала действия заключенных контрактов. Я, честно говоря, был рад их решению. Хотя бы потому, что теперь мог перевезти оставшихся без привлечения стороннего транспорта. Благо, вторую яхту, заказанную в свое время Лидией, Мойл обещал закончить буквально на днях.

Мы остановились у края посадочной площадки, ожидая, пока стихнет кружащийся вокруг севшего корабля ветер, опустят трап и на него ступят спешащие коснуться земли пассажиры. Мои офицеры не заставили себя долго ждать, но вот увидеть с ними еще и спутницу я никак не ожидал.

— Какой приятный сюрприз, Белинда. — Я подал мертвенно-бледной женщине руку, на которую она с явным облегчением оперлась. — Но что заставило вас предпринять такое утомительное путешествие? Неужели только желание посетить мое скромное жилище?

— Еще забота о моем милом Сэмюеле. — Она попыталась улыбнуться, но получилась скорее гримаса.

— Вам не стоило так утруждать себя. Здесь никто не станет издеваться над ним. Во всяком случае, не больше, чем в любой другой армии. — Последнее предложение я произнес чуть громче, специально для подошедших юношей.

— Тетю было никак не отговорить, Абель, — извиняющимся тоном пробормотал Сэм.

— Тогда разрешите мне позаботиться о ней лично? — обратился уже к нему я.

— Конечно, Абель, — обрадовался Фосс.

— В таком случае, господа, позвольте перепоручить вас заботе моей жены Сильвии. Увидимся за ужином. — Я повернулся к женщине. — Пойдемте, Белинда. Я отведу вас в комнату и позову целителя.

— В этом нет никакой необходимости, Абель, — возразила она. — Я всего лишь утомлена длительным перелетом. Несколько часов отдыха — все, что мне нужно.

— Если вы уверены… — с сомнением пробормотал я.

— Уверена. И простите за неожиданный визит. Мне так хотелось знать, где будет служить Сэм, что я не удержалась.

— Ничего страшного, Белинда, — успокоил я ее. — У нас пока что хватает гостевых комнат. Сам я, конечно, несколько занят, но попрошу кого-нибудь устроить для вас несколько экскурсий. Чтобы вам проще было унять беспокойство.

— Спасибо, Абель. Мне всегда казалось, что вы-то должны меня понять. Я, кстати, привезла вам еще одну книгу по магии крови. Из разряда редких. Правда, всего лишь копию — оригинал мне продать отказались.

— Если вы хотели дать мне взятку, то явно переборщили с ее размером, — пошутил я. — Спасибо за шикарный подарок.

— Не за что. — Мы остановились, давая Белинде перевести дух. — К тому же у моего визита есть и иная причина: Вильям просил меня поговорить насчет увеличения его доли в вашем совместном предприятии.

— Прекрасно, — обрадовался я. Сейчас у меня абсолютно не было времени заниматься еще и недавно созданной фирмой-перевозчиком, а рост доли Фосса автоматически означал и возрастание степени его участия в решении проблем компании. — Только детали лучше обсуждать… позже. — Чуть было не ляпнул «с моей женой», но вовремя вспомнил, с кем разговариваю.

До меня вдруг дошло, что всех, подходящих ко мне с финансовыми вопросами, я уже довольно давно привычно перенаправляю к Лидии. За прошедшие с момента нашего переезда в Летендер два месяца она обустроила себе кабинет рядом с моим, завалив в нем бумагами не только стол, но и шкафы, и всерьез взялась за работу семейного аудитора, указывая мне на ошибки нанятых дядей Альберто бухгалтеров. А те, в свою очередь, никаких подводных камней в предлагаемых ею решениях не находили. Конечно, у меня имелся еще один специалист по финансам, нанятый по рекомендации Гнешека и обязанный проверять всех. Но в последнее время я предпочитал обращаться за разъяснениями к всегда находящейся рядом жене. Вот только не слишком ли быстро я стал ей доверять?

Сильвия Гнец

— Пойдемте. — Сильвия махнула рукой, приглашая парочку новоиспеченных рыцарей следовать за собой. — Ваш багаж доставят слуги.

Они двинулись в сторону особняка, практически сразу обогнав неспешно шагающих Абеля и Белинду Фосс.

— Мы будем жить здесь? — задал свой первый вопрос Сэм.

— Некоторое время, — отозвалась Сильвия. — Пока готовятся ваши комнаты в городе. Наши вооруженные силы квартируют там.

— Комнаты находятся в расположении какого-то армейского комплекса или мы будем селиться по своим собственным квартирам подобно обычной милиции?

— Первое. Правда, пока мы вынуждены делить помещения с людьми генерала Флобер и оттого сталкиваемся с некоторыми проблемами. О том, чтобы они решались как можно менее конфликтно, придется заботиться и вам в том числе. Абель не желает противостояния между его людьми и солдатами Флобер.

— Понятно, — кивнул Фосс. — А насколько высока вероятность столкновений?

— Солдаты через день умудряются что-то не поделить, вплоть до очереди в туалет, — хмыкнула Сильвия. — Но не думаю, что вам грозит нечто серьезнее необходимости выслушивать их споры.

— Вооруженными силами командуете вы? — спросил Вериц.

Сильвия внимательно посмотрела на него, но лицо юноши выражало только вежливый интерес. Ни следа презрения или зависти к «простолюдинке, окрутившей высокородного».

— Нет, — ответила она, — я инструктор по воинской подготовке и заодно интендант. Буду учить вас и ваших подчиненных пользоваться оружием и взаимодействовать друг с другом. А также стараться, чтобы вы вовремя обеспечивались всем необходимым. Начиная от формы и боеприпасов и заканчивая туалетной бумагой.

— Нам преподавали в академии тактику и взаимодействие групп, — произнес Вериц. И снова совершенно спокойно — он всего лишь ставил ее в известность, а не указывал на ошибку.

— Знаю, — кивнула Сильвия, — но вам читали теорию, а я организую практические занятия. Если окажется, что кто-то в них не нуждается, то его помощь придется весьма кстати при обучении остальных.

— Ясно. Когда нас познакомят с непосредственным начальством?

— Сейчас офицерский состав личных вооруженных сил Абеля представлен исключительно рыцарями. Позже ситуация наверняка изменится, но пока она такова. У каждого из вас будет примерно десяток подчиненных, свой круг задач и график тренировок. Приказы отдает Абель, жалобы разбираю я. Не забывайте: структура все еще формируется.

— Мы можем выбрать себе подчиненных? — подал голос Фосс.

— В принципе, десятки уже сформированы, и разбивать их я не планировала. Но выбрать, какой именно взять под свое командование, безусловно, можете.

— Как я понимаю, ближайшее время мы будем заняты исключительно тренировками?

— Даже не надейтесь. Охраной поместья, посадочных площадок и патрулированием прилегающей территории занимаются наши люди. А я уже устала распределять наряды в одиночку. Так что, пока не прибудут остальные рыцари, тренировкам вы сможете уделять не больше пары часов в день. — Сильвия бросила еще один взгляд на крайне сосредоточенные лица юношей и, усмехнувшись, добавила: — Если вы не планировали занять должность повыше, обеспечив себе тем самым ненормированный рабочий день, то не стоило являться до начала действия контракта.

Фосс робко улыбнулся в ответ на ее замечание, Вериц только неопределенно пожал плечами, и Сильвия подумала, что с ними ей будет довольно легко работать.

Как Кристофер и думал, его попытка пройти на территорию принадлежащего им с Марианной поместья в компании двух десятков вооруженных людей заставила подчиненных жены нервничать. К счастью, юноша заранее предполагал их реакцию и постарался доставить своих наемников на место назначения незаметно — арендованными экипажами от соседнего города. Он подозревал, что в противном случае их могли бы встречать усиленные посты и группа быстрого реагирования — вот тогда боя точно было бы не избежать.

— Господин Кристофер. — Какой-то тип с сержантскими нашивками попытался заступить ему дорогу. — Вооруженные люди не могут находиться на территории поместья.

— Не припомню, чтобы отдавал подобное распоряжение. — Крис и не думал останавливаться.

— Это распоряжение госпожи Марианны. — Сержант устремился за ним следом. Двое сопровождавших его солдат — тоже.

— Тогда вам, как ее подчиненному, стоит сдать свой клинок в арсенал. А мои гости — они мои гости и в разоружении не нуждаются.

— Господин Кристофер, присутствие такого количества вооруженных людей в доме создает угрозу безопасности хозяев.

— Ваше счастье, что вы не аристократ, сержант. Ибо в противном случае я обязательно вызвал бы вас на дуэль за одно только предположение о том, что приглашенные лично мной гости могут быть враждебны хозяевам. — Крис остановился и смерил мужчину холодным взглядом. — Лучше бы вместо того, чтобы бросаться словами, смысла которых не понимаете, действительно занялись обеспечением безопасности, если уж она настолько плохо организована, как вы расписываете. Где сейчас Марианна?

— В тренировочном зале, — осторожно произнес мужчина.

— Тогда мы сейчас все пойдем в дом. Я навещу жену, чтобы решить вопрос с размещением моих гостей, а они тем временем, так и быть, подождут в гостиной. А вы, раз уж так боитесь, можете составить им компанию. — Кристофер ядовито усмехнулся. Во всяком случае, он надеялся, что гримаса, неделю разучиваемая им перед зеркалом, будет расценена собеседником именно так.

— Как пожелаете, господин Кристофер. — В голосе мужчины слышалось облегчение.

— Тогда не стойте, — поморщился Крис. — Идемте, господа, — добавил он, обернувшись к своим сопровождающим.

Абель все же разыскал подходящих людей: все они выглядели бывалыми воинами, но держались расслабленно. Ни один не касался рукояти оружия и не принимал угрожающих поз. А самое главное, никто не позволил себе презрительного или насмешливого взгляда в сторону попавшего в неудобное положение сержанта.

К залу, в котором Марианна имела привычку избивать различные тренажеры, юноша подошел в одиночестве — встреченного сержанта, как и прочих охранников, больше волновала угроза, исходящая от группы вооруженных людей, чем муж начальницы. Впрочем, именно на такое отношение Кристофер и рассчитывал. Хорошенько подготовившись к предстоящему разговору, он решительно толкнул дверь.

— Что-то ты долго шел… — выдохнула избивающая ногами грушу Мари. — Целых семь минут от гостиной до спортзала. Никак с духом собраться не мог?

— Если ты не в состоянии вообразить иной причины моей задержки, то можешь и так считать, — пожал плечами Кристофер.

— Какой покладистый стал. — Марианна нанесла еще один мощный удар и отпрыгнула от снаряда. — Ладно, говори, чего хотел. Важное небось. Не зря же целых два десятка головорезов с собой притащил.

— Я думал о наших с тобой отношениях…

— Долго? — язвительно поинтересовалась Мари. — А то если недолго, то я и обидеться могу.

— И пришел к некоторым выводам. — Кристофер просто продолжил говорить, игнорируя комментарии жены.

— Надо же.

— Должен признать, что ты, как истинно высокородная, имеешь право на некоторые развлечения. С участием мужчин в том числе. Так что если ты решишь завести себе второго супруга для этой цели, то я не буду сопротивляться. Просто перееду куда-нибудь подальше от вас.

— Надо же, как благородно. — Голос Марианны изменился, и теперь в нем звучало чуть больше задумчивости и чуть меньше насмешки.

— Но я не собираюсь терпеть оскорбления или урон своей чести. Так что никаких адъютантов. Или ты будешь держаться в рамках приличий, или я тебя убью.

— Громкое заявление, — устало вздохнула женщина, прислоняясь к стене. — Жаль только, пустое. Или ты думаешь, что несколько наемников позволят тебе диктовать условия? Мои люди полностью контролируют ситуацию и покончат с ними за несколько минут.

— Сопровождающие меня воины не станут сражаться. В наших с ними договорах отдельно оговорена недопустимость конфликта.

— В таком случае у тебя вообще ни единого шанса.

— Я думаю иначе.

— Думай что хочешь, — раздраженно огрызнулась Марианна, направляясь мимо мужа к выходу. Разговор надоел ей своей бессмысленностью.

Женщина распахнула дверь и замерла, не рискуя переступать порог. Добрая дюжина багровых печатей прилипли к стенам, полу и даже потолку. Они потихоньку меняли очертания, пульсировали и медленно сдвигались в ее сторону.

— Дары огня, — донесся из-за ее спины равнодушный голос Кристофера. — Мощные артефактные мины с возможностью движения и отсроченного срабатывания. Я их тут расставил, пока твои подчиненные собрались вокруг приехавших со мной людей, «полностью контролируя ситуацию». Примерно через две минуты ближайшая достигнет двери, и тренировочный зал перестанет существовать.

— И как ты собираешься пережить взрыв сам? — Марианна медленно повернулась к мужу.

— Никак, — пожал плечами Кристофер. — Однажды мне уже казалось, что выжить — важнее всего. Сегодня я собираюсь просто победить.

— А ты не думал, что умирать, возможно, придется в одиночку? За две минуты я могу проломить стену или создать себе укрытие, гасящее часть ударной волны.

— Только в том случае, если я тебя не остановлю.

— А сумеешь? — прищурилась Мари.

— Да.

— Тогда попробуй.

Рывок — и женщина оказывается сбоку и сзади юноши, нанося удар. Блок. Второй удар, третий, четвертый. Но Кристофер отбивает и их. Пол взрывается каменной крошкой, выбивая опору из-под ног сражающихся. Разворот в воздухе — и еще один удар. Противников отбрасывает в разные стороны, но они приземляются на ноги и вновь бросаются навстречу друг другу. Руки Криса плетут в воздухе замысловатый узор с такой скоростью, что непонятно, какие из десятка жалящих конечностей реальны, а какие — обман зрения. Он отбивает все выпады Марианны и, поймав ее за предплечье, притягивает ближе к себе. Вокруг женщины вспыхивает радужными разводами «алмазный доспех», сбрасывая хватку противника и калеча ему пальцы. Ее нога врезается Кристоферу в ребра. Хруст. Лорд-командор разрывает дистанцию.

— Шесть секунд. — Денова распрямился, смахивая кровь с рассеченной случайным попаданием камня брови. — Не очень хорошо, но я постараюсь исправиться.

— Ты что, боевыми эликсирами еще перед разговором залился? — мрачно спросила Мари. — Где только взял?

— Там же, где и наемников, — ответил Крис. — Или ты думала, я с тобой в поддавки играть буду?

— Решил сдохнуть даже в случае моего согласия?

— Пережил бы. Опыт общения с целителями у меня имеется. Продолжим?

Мари взмывает вверх. Кувырок. Женщина отталкивается ногами от потолка и на огромной скорости врезается в то место, где мгновение назад находился ее муж. Взрыв. Крупные куски камня разлетаются во все стороны. Снова «алмазный доспех», и пришедшийся в спину удар только отбрасывает лорд-командора на пару метров вперед. Ответный удар. Но юноша уже отпрыгнул в сторону. Кружение по залу. Новое сближение, обмен ударами и снова разрыв дистанции. Марианна взмахивает рукой — и взмывший с пола булыжник перехватывает находящегося на середине прыжка Криса.

— Все демоны преисподней! — выругалась женщина. — Еще немного, и я тебя так искалечу!

— А мое здоровье имеет значение? — криво улыбнулся ее муж, смаргивая кровь, заливающую левый глаз. — До взрыва меньше полутора минут осталось.

— Имеет! — рявкнула Марианна. — Самоубийца недоделанный! Демоны с тобой, я клянусь вести себя прилично. Отключай свои проклятые мины.

— Извини, но опция отключения в данной версии артефактов не предусмотрена.

— Что?!

— Они взорвутся. Но, действуя сообща, мы можем спастись. Например, возвести баррикаду из обломков камней и ослабить таким образом ударную волну. А от остального прикрыться твоим «алмазным доспехом» и моей «каменной кожей».

— Придурок сумасшедший!

— Ты только что клялась не оскорблять меня, — напомнил Крис.

Мари заскрежетала зубами и изо всей силы ударила кулаком в стену, начиная пробивать себе проход наружу.

ГЛАВА 26

Микаэла Верат, горничная

— Хорошо-то как… — почти простонала девушка, откидываясь на спинку стула и шевеля пальчиками вытянутых ног.

— Одежду могла бы и сменить, чтобы сиденье потом не чистить, — проворчала сортирующая письма Рикка, недавно официально получившая должность секретарши Гнеца. — Или раз сама больше не убираешься, то можно наглеть?

— Да ладно тебе, — отмахнулась от нее Мика. — Надо будет, и сама почищу. Только я чистая.

— Чистой ты была, когда уходила утром с Сильвией, — заметила Риккарда. — А сейчас довольно чумазая. Чем ты там вообще занимаешься? Полосу препятствий вместе со всеми проходишь?

— Молодежь тренирую, — довольно заулыбалась рыжая, которой только на днях исполнилось девятнадцать. — Новобранцы такие забавные… Представь, выскакиваю я из-за угла в звериной форме — и хвать их старшего зубами за голову. А его подчиненные как заорут… Пять секунд проходит, семь, у меня уже распахнутые на максимум челюсти сводить начинает, старший их тихо ржет, торча головой между моими зубами, а они все вопят. И с места не двигаются. Вчера только один на меня с мечом кинулся и сегодня двое сбежать попытались — смешные.

— Я думала, Сильвия придумает что-нибудь необычнее банального нападения монстра.

— Где ты монстра увидела?! — возмутилась намеку подруги девушка.

— Где? — Рикка заломила одну бровь вверх. — Ты на себя в звериной форме давно в зеркало смотрела?

— И чего в ней такого страшного? — удивилась Мика. — Подумаешь, большая зверушка. Вот если бы ты с моим сержантом столкнулась, то знала бы, кто на самом деле пугающий. Он, конечно, ростом не намного выше тебя и лысый совсем, но зато как взревет, скаля свои плоские зубы! И глаза бешеные совсем! — Девушка содрогнулась от неожиданно нахлынувших воспоминаний.

— Оригинально, — только и сказала Рикка.

— А ты чего здесь с письмами разложилась? — поспешила свернуть с не самой приятной для нее темы Микаэла. — Почему не в своей комнате?

— Там Штефан бумагами весь стол завалил. А второго в нашей комнате нет.

— Вернулся уже? Так быстро? — удивилась рыжая, только позавчера махавшая рукой вслед уезжавшему в соседний город Цвангу. И, прищурившись, ехидно уточнила: — С Аврелией наверняка?

— С Аврелией, — кивнула Рикка. — Она сейчас в большой гостиной вместе с госпожой Лидией беседует.

— В большой гостиной? И ты сидишь здесь? Несмотря на добавленную в тамошние чары наблюдения возможность передавать звук?

— Думай о том, что и где можно говорить, — строго одернула рыжую старшая подруга.

— Да нет никого поблизости. Я же слышу. И чую.

— Все равно, — не стала сдаваться Рикка.

— Ну хорошо, — вздохнула Мика, — молчу. Хотя мне и не верится, что ты вот так просто решила не интересоваться, о чем они там разговаривают. Особенно после всех речей о бдительности в отношении госпожи Лидии.

— Был бы еще толк от тех речей… — проворчала секретарша Гнеца. — Вы с Сильвией слушаете ее, словно зачарованные.

— Судя по всему, ты тоже скоро к нам присоединишься. Вон уже и подслушивать разговоры госпожи с Аврелией перестала.

— Там кристалл на запоминание разговора настроен, — угрюмо заметила Рикка. — Потом послушаю. А сейчас надо письма рассортировать. Господин Абель может ими заинтересоваться, когда закончит свои дела с Молчуном.

— О, и этот здесь? Кстати, не знаешь, почему его Молчуном прозвали? По мне, так довольно общительный мужчина.

— Возможно, потому, что он, в отличие от некоторых, не болтает посреди малой гостиной о вещах, о которых следует помалкивать.

— Бе-бе-бе, — только и сказала Мика, демонстрируя подруге свой розовый язычок.

Ла Абель Гнец

— Значит, караван с нелегальным серебром отправится завтра? — уточнил я, неспешно обдумывая принесенную Молчуном информацию.

— Вообще-то он начал движение еще вчера вечером, но за сегодняшний день только обойдет рудники, нагружая телеги. А уже после следующего восхода двинется в сторону Кахитана.

— Странный маршрут, не находишь? Зачем они собирают серебро по известным рудникам, тем более если в сумме оно составит только пятую часть груза? Не проще ли отказаться от него ради куда большей секретности?

— Не уверен. Все равно для охраны каравана требуются солдаты. А где их брать, кроме как на соседних рудниках? Нет, можно, конечно, держать значительный гарнизон возле неучтенной шахты, но на ухудшении режима секретности такой подход скажется ничуть не меньше. Так почему бы попутно не изъять немного серебра дополнительно? Жадность человеческую никто еще не отменял.

— Логично, — согласился я. Вот только заставить себя поверить, что подобный подход продиктован исключительно жадностью Риттершанцев, было сложновато — слишком уж сильно врезалась в память последняя наша беседа с Давидом. — Но на всякий случай давай попробуем рассмотреть другие варианты. Например, что караван нам демонстрируют специально: заманивая в ловушку или скрывая нечто еще более важное.

— Возможно, но крайне маловероятно. Мы не только облазили не один десяток квадратных километров этих гор, но и постарались извлечь как можно больше информации напрямую из разума тех людей, список которых нам предоставила Ло Аврелия. Офицеров не трогали, но рядовых солдат просканировали достаточное количество, чтобы с уверенностью заявлять: маршрут движения — один, и в течение последнего года он практически не менялся. Если это ловушка, то уж точно не на нас. Да и отводить таким образом глаза можно только от чего-то, расположенного в совсем другом районе горной гряды. Но тут я бессилен — мне просто не хватит людей на глобальные поисковые мероприятия.

— Допустим, ты прав. Но подстраховаться не помешает. Пропустим нынешний караван, ограничившись лишь наблюдением. Я позволял воровать у меня серебро больше двух месяцев, так что еще несколько подвод руды ситуацию не сильно изменят.

На самом деле мое отношение к потерям было не настолько легкомысленным, но не демонстрировать же Молчуну разочарование от потери очередной суммы денег… Тех самых денег, которых мне упорно не хватало. Давид напакостил, как мог, не нарушая границ наших соглашений: мало того, что необработанное серебро у не имеющего пока устойчивых каналов сбыта представителя семьи Гнецев скупалось по совершенно иным ценам, чем у Риттершанцев, так еще и некоторые уступки, из тех, на которые я пошел во время наших зимних переговоров, оказались далеко не такими безобидными, как предполагалось ранее. В итоге сумма доходов выходила значительно ниже расчетной. О, я мог позволить себе не только платить за аренду территорий, но и содержать свою маленькую службу безопасности вдобавок к целому воинскому подразделению. Но только до тех пор, пока воинов Флобер, выполняющих все работы по охране, оплачивает отец. То есть еще от трех до пяти лет. Если не найти за оставшееся время достаточные источники финансирования, то с областью можно будет попрощаться: несколько сотен человек — явно недостаточно для контроля над столь обширной территорией. А если учесть, что на обучение и воспитание подчиняющихся лично мне воинов требуется значительное время, равно как и на разрешение всех вопросов, возникающих при образовании фактически нового легиона, то деньги мне требовались уже сейчас. Тем не менее чрезмерно спешить тоже не стоило.

— Подождем следующего каравана, — принял окончательное решение я. — К тому моменту у Аврелии закончится контракт, да и у некоторых ее подчиненных тоже. Надеюсь, нам хватит людей на перекрытие всех путей отступления для желающих покинуть рудник.

— Только если из шахт нет множества выходов на поверхность, — пожал плечами Молчун.

— Будем надеяться, — вздохнул я. — Использование всех имеющихся у меня солдат для блокировки района будет слишком заметно. Кстати, Себастьян, можно попросить у вас немного крови? Обещаю использовать ее исключительно для практикуемых мною безвредных методов дальней связи. Даже готов поклясться в этом.

— Когда вы говорили «ее», вы ведь имели в виду конкретную порцию крови? — с понимающей усмешкой уточнил Молчун.

— Да. — Отрицать очевидное было бы глупостью, хотя я и надеялся, что он не раскусит мою нехитрую игру слов.

— Тогда можете не клясться, мне хватит и обещания. Пока что я вам достаточно доверяю, Ла Абель.

Ла Лидия Риттершанц

Две женщины мило беседовали, с удобством расположившись у чайного столика. Они уже обсудили погоду, выказали единодушное презрение провинциальной моде и теперь лениво рассуждали о крайне скудном выборе представленных в Летендере развлечений.

— Театр я посетила всего два раза, — жаловалась Аврелия. — Причем второй — исключительно в надежде, что в первый мне банально не повезло. Тщетно. В Солиано даже любительские постановки на голову превосходили то убожество, которое местные имели наглость именовать спектаклем.

— Да, привыкшим к богатству и разнообразию столичных чудес дамам, вроде нас, трудно привыкать к тихой жизни в провинции, — согласилась с ней Лидия. — А как насчет других обитающих здесь аристократов? Неужели никто из них не держит открытого для высокородных салона? Не устраивает хотя бы мелких и редких празднеств, вроде ежегодного бала в честь дня рождения своих дочерей?

— О чем вы говорите? — отмахнулась Аврелия. — Немногие родовитые аристократы, проживающие в Летендере, относились к Дому Весов и ныне покинули город по известным причинам. Сейчас здесь обитают только Лу, а надеяться на них в плане устроения подходящего по размаху торжества я бы не стала.

— Грустно. — Лидия поставила пустую чашку на раскрытую ладонь левой руки и принялась медленно крутить ее вокруг своей оси. — Может, попробовать посетить в выходной день один из соседних городов? Или там тоже проблемы с развлечениями?

— Там проблемы не столько с развлечениями, сколько с городами как таковыми. Поблизости есть только мелкие населенные пункты, вроде поселков горцев или крестьянских деревень вдоль протекающей в соседней области реки. Ближайший населенный пункт, хоть чем-то напоминающий город, — Кахитан. Дыра, признаться, страшная.

— Кахитан, Кахитан… — Лидия сделала вид, будто пытается вспомнить, где она могла слышать произнесенное собеседницей название. — Это не тот городок, куда так любят наведываться офицеры вашего легиона?.. — задумчиво пробормотала дочь императора, старательно пряча свой интерес за маской ленивого любопытства и втайне торжествуя, что Аврелия так легко заглотила наживку.

Бухгалтерия — целый мир цифр и учетных документов. Большинство людей воспринимает ее как всего лишь совокупность прихода и расхода, один из которых надо стремиться увеличить, а второй — уменьшить. Но настоящий профессионал может дать фору многим шпионам, всего лишь копаясь в бесполезных с виду бумажках. Вот и Лидия, тщательно разбирая доставшееся ей «наследство», нашла несколько интересных счетов: на покупку одной-единственной лошади-тяжеловоза, на починку телег, на ремонт и замену сбруи. Все их объединяла одна-единственная черта: выписаны они были в Кахитане — маленьком городке на противоположной стороне горной гряды, через который никогда не отправлялось ни единого груза. Официально, по крайней мере.

— Не то чтобы любят, — пожала плечами Аврелия, косвенно подтверждая догадку Лидии о регулярном посещении городка значительными группами солдат. — Скорее, просто предпочитают его Летендеру. Ибо при одинаково убогом наборе развлечений Кахитан имеет одно неоспоримое преимущество — там гораздо меньше шансов неожиданно столкнуться с начальством или нанимателями.

— У вас столь ужасное начальство? — Лидия улыбнулась.

— Нет. — Аврелия улыбнулась в ответ. — Но мало кто хочет попасться в пьяном виде на глаза капитану. Пусть даже покидая дорогой бар, а не выползая из низкопробного кабака.

— Как много я, оказывается, пропустила, будучи запертой во дворце, — притворно расстроилась Лидия. — Вы тоже участвовали в подобных развлечениях?

— Ну что вы, как можно, — не менее притворно возмутилась Аврелия. — Разве подобает приличной девушке посещать злачные заведения?

— Жаль. — Лидия вздохнула, радуясь про себя, что так точно угадала ответ собеседницы. — Хотелось бы побольше узнать о новом для меня виде времяпрепровождения. Может, вы подскажете, кто из офицеров регулярно посещает тот городок, чтобы я могла при случае восполнить пробел в знаниях?

— С этим вам лучше обратиться к мужу.

— Неужели сведения настолько секретны? — удивилась Лидия.

— Не думаю. — Аврелия пожала плечами. — Просто около недели назад я предоставила Абелю полный список всех посещавших в последние месяцы Кахитан офицеров. Полагаю, он без проблем даст вам его почитать. Я бы и сама оказала такой радушной хозяйке, как вы, мелкую услугу, но, к сожалению, не оставила себе дубликат.

— Тогда мне действительно лучше обратиться к мужу, — кивнула Лидия, чувствуя, что наконец-то нащупала нечто, не укладывающееся в ставший привычным за последние месяцы образ Гнеца. — А насчет мелких услуг не беспокойтесь. Вы всегда можете оказать одну из них. Например, дать мне пообщаться с мужем перед тем, как он пригласит вас в свой кабинет. — Дочь императора прекрасно понимала, что Аврелия сделала некие выводы относительно ее интереса к Кахитану, и не собиралась позволять Ло Томбсмит делиться ими с Гнецем раньше времени.

— Если вам так будет угодно. — Собеседница склонила голову. — Чай в вашем доме настолько хорош, что я не испытаю даже малой доли разочарования, задержавшись в гостях на полчаса дольше, чем рассчитывала.

Ла Абель Гнец

Распрощавшись с Молчуном, отправляющимся обратно в горы к своим людям, я вышел в гостиную, намереваясь позвать уже довольно давно ожидавшую меня Аврелию. Девушка общалась с Лидией и, судя по выражению лица, была весьма довольна таким времяпрепровождением. У моей второй жены определенно талант располагать к себе людей. Женщин — уж точно.

— Аврелия, — тихонько позвал я, не желая слишком уж активно вмешиваться в их разговор.

Но Лидия услышала.

— Абель, дорогой, — жена повернулась ко мне, — ты уже освободился?

— Относительно. Сейчас вот обсудим с Аврелией несколько рабочих моментов, и я буду совсем свободен.

— Тогда будь добр, удели мне несколько минут. — Лидия поднялась на ноги. — Аврелия совсем не против. Мы с ней уже договорились.

В ответ на мой вопросительный взгляд наша гостья только кивнула.

— Хорошо. — Я предложил жене руку. — Прогуляемся? Или ты предпочтешь подняться наверх, в мой кабинет?

— Второе. Погода сегодня прекрасная, но мне хочется поговорить о серьезных вещах. Прогуляться мы можем и позже.

Мы неспешно поднялись этажом выше и дошли до кабинета, болтая о всякой ерунде. Оказавшись в комнате, я усадил Лидию на стул, запер дверь на ключ и активировал подаренный мне на свадьбу Соколом амулет защиты от прослушивания. После чего сел на свое место и выжидающе посмотрел на жену.

— Во-первых, Абель, — начала она, — мне не хотелось бы заставлять тебя думать, что я лезу не в свое дело. Во-вторых, хочу отметить, что большинство твоих дел автоматически становятся моими. В-третьих, я уже занимаюсь всей нашей бухгалтерией и волей-неволей становлюсь обладательницей некой информации.

— И? — Я так и не понял, что должно следовать из всего ею сказанного, а потому почел за благо уточнить.

— Кахитан. — Лидия произнесла название города с таким видом, будто оно все объясняло.

— Повторюсь, — вздохнул я, опять ничего не поняв. — И?

— Совершенство… — На этот раз вздыхать пришлось Лидии. — Хорошо, объясню по-другому. Мне известно, что через Кахитан движутся некие грузы, не проходящие по переданным нам отчетностям. Еще мне известно, что для тебя сказанное не новость. Иначе ты не затребовал бы у Аврелии список посещавших городок офицеров. Я не прошу доверять мне все тайны, но хоть что-то ты можешь рассказывать? Сейчас и впредь.

Вот и настал момент истины. Можно, конечно, в очередной раз сделать вид, что я ничего не знаю, но такое заявление ее только оттолкнет. К тому же если Лидия действительно играет на стороне Давида, то уже имеющейся информации ей вполне хватит, чтобы просчитать мои действия.

— Шахта, — произнес я. — В нашей части гор есть еще одна неучтенная шахта. Серебром из которой твоя семья предпочитает набивать свой карман, игнорируя мнение законного владельца.

— Любопытно. — Лидия задумалась. — Полагаешь, дело рук Давида? Или отец тоже участвует?

— Мне все равно. Я в любом случае не собираюсь делиться с ними своей собственностью.

— Предъявим претензии Флобер? Как я понимаю, значительное количество ее людей участвует в процессе разворовывания нашего серебра.

— Генералу сложно вменить происходящее в вину. Формально она вообще ни в чем не виновата: инспекций я не отправлял, отчетов не требовал, грузы продолжают вывозиться по прежним маршрутам. Нет, я не стану предъявлять ей претензии. Просто остановлю сначала караван, а потом наведаюсь на саму шахту. Тут главное — сработать четко и не дать никому скрыться.

— Зачем такие сложности, если мы не собираемся ничего предъявлять Флобер? — Лидия нахмурилась. — Или думаешь обвинить ее людей в воровстве?

— Нет. Просто хочу захватить всех знающих чуть больше обычного. Я подозреваю, что твои родичи тащат серебро отнюдь не с одной сокрытой шахты.

Кристофер медленно выплывал из бездны беспамятства. Некоторое время он приходил в себя, слушая шелест листвы, и, только окончательно очнувшись, разлепил веки. Справа послышался шорох, и, подчиняясь неясному желанию, юноша повернул в ту сторону голову.

— Очнулся, самоубийца? — спросила Марианна, сидящая на подоконнике раскрытого окна.

Кристофер опять отвернулся. Женщина покинула свое место и пересела на краешек кровати, почти коснувшись юноши.

— Нет, ну надо же, — пробормотала она, — перебрал наркотиков, обратил в руины часть нашего дома, едва не спровоцировал вооруженный конфликт между двумя могущественными семьями — и еще дуется!

— Я не дуюсь, — тихо проговорил Крис, — просто нет никакого желания с тобой спорить. И соглашаться — тоже нет.

— А просто слушать?

— Зависит от того, что ты скажешь. — Юноше очень хотелось снова закрыть глаза, но он заставил себя смотреть на жену.

— Я хочу попросить у тебя прощения. — Лицо Марианны неожиданно стало серьезным. — Хотя бы за то, что увлеклась и зашла слишком далеко. Ну и за сломанные ребра заодно.

— Считай, что уже простил. За сломанные ребра. А в остальном я сам виноват — не следовало забывать, что Гнецы и Денова никогда не жили в мире друг с другом.

— Наши фамилии здесь ни при чем, — вздохнула женщина. — Я готова бороться с твоими родичами за трон главнокомандующего, но никакой неприязни к ним не чувствую. Тем более к тебе лично. — Марианна помолчала. — Но я устала быть более мужественной, чем окружающие меня представители «сильного» пола. Мужчина все-таки должен быть мужчиной. Возможно, если бы ты огрызнулся раньше, то сейчас не лежал бы забинтованный в своей кровати…

— А сразу в семейном склепе, — не удержался Кристофер.

— Возможно. — Мари грустно улыбнулась. — Но раз уж вышло, как вышло, и ты еще жив, то, может быть, попробуем начать сначала?

— После того, что у тебя было с адъютантом? — скривился юноша.

— А что у меня было с адъютантом? — удивилась женщина. — Погоди, ты что, всерьез считаешь бедного Унцо моим любовником?

Кристофер промолчал, презрительно глядя на жену.

— Ну знаешь. — Мари покрутила головой. — Мне казалось, ты достаточно близко сошелся с Абелем и должен знать обо мне хоть чуточку больше.

— И что же я такого должен был выяснить? — не удержался Крис.

Марианна наклонилась вперед, нависнув над юношей и упершись руками в подушку с двух сторон от его головы.

— Люди в своей погоне за новыми впечатлениями изобрели множество извращений, — с кривой улыбкой процедила она. — Но секс с мужчиной, которому ты имеешь право отдавать приказы, — худшее из существующих. Никогда — хорошо запомни мои слова, дорогой, — никогда и ни при каких условиях я не отдамся подчиненному.

Женщина отстранилась, и некоторое время пристально глядела на растерянную физиономию мужа.

— Признаю, — наконец вздохнула она, — это была дурацкая попытка тебя спровоцировать. Надеюсь, ты хотя бы не станешь мстить бедняге Унцо за исполнение идиотского приказа его начальницы? Если желаешь, я откажусь от его услуг и переведу в другое место, чтобы он не мозолил тебе глаза.

— Не стоит… — медленно проговорил Крис, обдумывая услышанное. — Если все было именно так, как ты говоришь, то я не имею к твоему адъютанту особенных претензий. Однако мы с ним еще поговорим о разумности исполнения некоторых приказаний.

— Надеюсь, хоть не до смерти? — Мари поморщилась. — А насчет моей правдивости можешь поинтересоваться у Абеля. Если уж заводить себе любовника, то только из настоящих мужчин.

Крис зло прищурился.

— Хотя, конечно, гораздо лучше иметь одного из таких мужчин в качестве мужа. Как думаешь, сможешь соответствовать?

— Я подумаю над твоим предложением, — процедил юноша.

ГЛАВА 27

Сильвия Гнец

Они боролись, переплетя руки и вцепившись пальцами в предплечья друг друга. Если, конечно, можно назвать борьбой попытку опрокинуть партнера, используя одну лишь силу рук и не разжимая захвата. Странная тренировка, но именно такую ее форму они практиковали уже вторую неделю, помогая Гнецу развивать контроль над его вторым «я».

Сильвия попробовала сменить положение пальцев левой руки на более удобное, но мгновение назад казавшиеся расслабленными мышцы Абеля резко напряглись, и женщине пришлось старательно цепляться за чужую руку, дабы не допустить собственного унизительного проигрыша. Значит, сейчас перед ней стоит не муж, а его альтер эго — Диана. Если они уже опять не поменялись в роли хозяина тела.

Сильвии до сих пор казался дикостью тот факт, что ее муж в буквальном смысле является сумасшедшим. Слышать в своей голове голос чужой женщины, общаться с ней, отдавать иногда контроль над собственным телом, оставаясь при всем при этом полноценным мужчиной, — безумие. Но Абель умел сочетать безумие с ясным и крайне рациональным рассудком. Более того, он извлекал пользу из своего сумасшествия, смотря на мир двумя парами глаз, слушая двумя парами ушей и обучаясь одновременно двум разным ветвям искусства — в то время как сам юноша с каждой тренировкой улучшал навыки контроля заклятий, его фактически несуществующая Диана училась сражаться. А сейчас «парочка» тренировала умение быстро передавать собственное тело во власть друг друга. Сильвия, честно пытавшаяся побороть своего партнера по схватке, действительно чувствовала разницу между ними. Различия сквозили в движениях пальцев, в напряжении мышц, в толчках и рывках, которыми они постоянно обменивались. Вот руки Абеля вновь едва заметно расслабились, и женщина рванула мужа на себя, на сей раз вполне успешно роняя его на пол.

— Четыре минуты. — Гнец выпустил левую руку Сильвии, за которую еще держался, и раскинулся на полу, перевернувшись на спину. — Неплохое улучшение показателей.

— Даже более чем неплохое, учитывая, что я приноровилась к изменениям в твоей манере движений, что не позволяет увидеть реальную картину улучшений.

Женщина уселась на пол рядом с Абелем и пристроила его голову себе на колени. Тренировочный зал усилиями Рикки был защищен почти так же хорошо, как и кабинет, так что они могли позволить себе не только открытую схватку на высоких скоростях, но и нечто более интимное.

— В настоящем бою враг тоже будет приноравливаться к моей манере ведения боя. И, полагаю, достаточно быстро. Я хочу довести наше внутреннее взаимодействие до таких высот, чтобы ты не могла подловить меня хотя бы в течение минут десяти.

— До конца лета еще много времени. Да и после возвращения в Солиано можно будет продолжить тренировки.

Сильвия запустила руки в волосы мужа и принялась массировать ему голову. Она всегда любила наблюдать, как с его расслабляющегося лица сползает вечная рассеянная улыбка, а из глаз уходит детское недоумение, сменяясь спокойной задумчивостью.

— К возвращению еще подготовиться надо, — вздохнул Абель. — Организовать здесь работу таким образом, чтобы не требовалось каждый день за всем приглядывать. Ты уже решила, на кого скинешь в будущем работу инструкторов, а кого будешь тянуть в старший офицерский состав?

— Еще нет. Но кандидаты на командирские должности имеются. Тот же Вериц, например. Или Лаклаубер. К концу июня точно определюсь.

— Гм… Вериц? А почему не Фосс?

— Импульсивный слишком. Может, потом, когда станет чуть осмотрительнее…

— Пусть будет так. Он все равно хотел за год-два до лорд-рыцаря дорасти. Не будем тормозить его развитие лишними обязанностями. А с инструкторами для солдат что?

— С ними проще. Я хоть сейчас готова обеспечить капралами каждый взвод. Правда, патенты на звание есть только у троих.

— Составь список. Я попрошу Сокола помочь с получением официальных капральских званий. Однако экзамены претендентам придется сдавать по-настоящему. А оставшимся троим премию дадим. И можно будет зарплату будущим капралам хотя бы полгода не повышать, если представить такую протекцию как награду. Чуть-чуть, да сэкономим.

— Ты в последнее время таким бережливым стал… — Сильвия улыбнулась.

— А куда деваться? — вздохнул Абель. — По нашим со Штефаном расчетам, региону требуется никак не менее полутора тысяч нормально обученных и умеющих ориентироваться в горах воинов. Причем только в том случае, если все будет спокойно. Нормальный же план, с возможностью усиления патрулей, группами быстрого реагирования и резервом на случай отпусков, болезней и прочего, увеличивает их количество до четырех тысяч. Думаешь, Флобер зря здесь целый легион расквартировала?

— Господин Абель. — В спортзал заглянула Рикка — одна из немногих, кого игнорировали опутывающие дверь охранные заклятия. — Пришел сигнал от Молчуна. Вы просили сразу о нем сообщать, — добавила извиняющимся тоном девушка, заметив, в какой позе застала своего господина.

— Уже иду. — Юноша стал подниматься. — Собираемся, Сильвия. Будем сегодня наше серебро возвращать.

Ла Абель Гнец

Моя собственная подготовка к отлету надолго не затянулась: отдал несколько приказов, переоделся в соответствующий моменту наряд и выгреб из защищенной комнаты сундучок с яйцами феникса и футляры с драконьими посохами. В поместье до сих пор не было оборудовано подходящего хранилища, вот и приходилось держать ценные артефакты не слишком далеко от себя. Так, на всякий случай — вдруг кто-то преодолеет наложенные мною чары и останется в живых.

Закончив нехитрые сборы, я отправился искать кого-нибудь из заведующих охраной поместья офицеров, чтобы, как и ожидалось, обнаружить одного из них в малой гостиной — Фосс использовал оставшееся до начала рабочего дня время для общения со своей тетушкой.

— Доброго утра, Абель, — приветствовала меня Белинда. Сэм ограничился сдержанным поклоном, старательно изображая из себя обычного офицера перед лицом вышестоящего начальства.

— Доброго утра, — отозвался я. — Рад, что вам так приглянулась эта гостиная. Теперь не приходится гадать, где находится один из моих офицеров в такой ранний час.

Белинда сдержанно улыбнулась в ответ на мою шутку, ее племянник только пожал плечами.

— Ладно, к делу. Мне сегодня может понадобиться свита, так что будь добр, Сэм, разыщи Майкла, берите свои десятки и грузитесь на борт «Рассекающей небеса». — Несмотря на ехидное замечание Лидии, предлагавшей назвать яхту «Веретено», в реестр кораблей империи наш транспорт попал все же под таким именем.

— Будет исполнено. — Фосс поднялся.

— Ла Абель, — Белинда задержала племянника, ухватив его за рукав, — позвольте Сэму остаться. Мне крайне нездоровится, и я хотела бы видеть его рядом. У вас ведь достаточно других рыцарей.

Несмотря на дружеское расположение к присутствующим, поощрять разного рода послабления и протекционизм я в своей маленькой армии совсем не собирался. Но уже открыв рот для отказа, вспомнил, что Белинда никогда не беспокоила меня по пустякам, и присмотрелся к женщине. Выглядела она действительно неважно. Мертвенная бледность, залившая лицо от резкого движения, и практически сведенные в судороге пальцы заставили меня обдумать ее просьбу еще раз. Прикинув, что сам Фосс в пункте назначения мне нужен постольку-поскольку, а доброе отношение Белинды всегда пригодится, я изменил свое первоначальное мнение.

— Хорошо. Сэм, на сегодня я предоставляю тебе внеочередной выходной. В счет будущего отпуска, разумеется. Но прежде чем начнешь им наслаждаться, найди Майкла и передай ему командование над своими людьми вместе с моими распоряжениями. Пусть они поднимаются на борт.

— Будет исполнено, — угрюмо проронил Фосс.

— Проводи тетю в комнату, я пришлю туда целителя.

— Спасибо, Абель, — прошептала явно испытывающая облегчение женщина.

— Не за что, Белинда. Отдыхайте.

Неожиданная задержка и беспокойство за здоровье гостьи заставили меня немного отклониться от первоначального маршрута и заглянуть в апартаменты Лидии.

— Дорогая, у меня к тебе небольшая просьба, — обратился я к несколько озадаченной моим ранним визитом супруге. — Не мог бы твой целитель осмотреть Белинду Фосс?

— Конечно, Абель, — с легкостью согласилась жена. — С ней что-то серьезное? Макмайер не справляется?

— Вроде все как обычно. Недомогание средней тяжести. А Макмайера я просто хотел взять с собой.

— Ты куда-то уезжаешь? — Она крайне выразительно перевела взгляд с зажатого у меня под мышкой сундучка на парящие в воздухе длинные футляры и приподняла бровь. — Пойми меня правильно, я не претендую на контроль каждого твоего шага, но как жена хотела бы знать, когда ты не будешь ночевать дома. И желательно почему — тоже.

— Извини. Попривык к относительной свободе.

— Ты меня не понял. Я не собираюсь тебя ограничивать или предъявлять какие-то требования. Но мне хочется знать.

— Понял, — кивнул я, признавая ее право. — Помнишь, мы обсуждали любителей присваивать себе чужое серебро? Сегодня мы постараемся усложнить им дальнейшие попытки воровства, перехватив караван с грузом. Но не волнуйся, ночевать я буду дома. Даже в твоей постели, если возражений не последует.

— Ты берешь с собой Макмайера, — задумчиво проговорила Лидия. — Насколько серьезной может оказаться схватка?

— Не будет никакой схватки, — вздохнул я, закатывая глаза. — У меня все права на владение областью и поддержка достаточного количества бойцов. Но кто-то может попытаться бежать или, неправильно поняв ситуацию, наброситься на одного из моих людей. Всегда есть место случаю. Вот и беру целителя, чтобы самому не оказывать пострадавшим первую помощь.

— Значит, никакого боя не предвидится? Только случайности?

— Да.

— Тогда я лечу с тобой.

— Зачем?! — удивился я.

— Чтобы случайностей не было, — отрезала Лидия. — Ты ведь не будешь отрицать, что охраной вывозимого серебра могут заниматься не только люди генерала Флобер, но и наемники, служащие Давиду?

— Маловероятно, но возможно.

— В таком случае присутствие одной из Риттершанцев их успокоит. Да и на гражданский персонал подействует. Я не буду участвовать в захвате каравана, но на последующих за ним переговорах окажусь более чем полезной.

— На яхте сейчас тридцать с лишним человек, если считать команду. Где я размещу твоих служанок?

— Я полечу без них. Ты ведь обещал, что ночевать мы будем дома. Есть еще разумные доводы? Или мне идти собираться?

— Собирайся, — махнул рукой я, прекрасно понимая, что проиграл.

Лидия улыбнулась и быстрым шагом направилась во внутренние покои. Однако, уже оказавшись на пороге, она помедлила и обернулась.

— Ты мог бы приказать мне остаться.

— Не дождешься, — буркнул я.

Она прищурилась и некоторое время смотрела мне в глаза, словно отыскивая там непонятно что, прежде чем отрывисто кивнуть и скрыться за дверью.

Ло Сэмюель Фосс

Сэм буквально кипел от бешенства: так, как сегодня, тетушка никогда его не унижала. Даже оставаясь с глазу на глаз, не то что в присутствии посторонних. Она собирается ему до старости сопельки утирать? И солдатами тоже она командовать будет? Нехорошее предчувствие у нее, видите ли… А о том, что после подобной выходки с ее стороны карьера Сэма не будет стоить и медной монеты, у нее предчувствия не было? Юноша хотел, чтобы будущие наниматели при приеме на работу оценивали его офицерские таланты, а не степень выгоды от выдачи ежемесячного денежного пособия бесполезному, но любимому племяннику Белинды Фосс.

К демонам тетушку. Сэм не собирается идти у нее на поводу. Он сам поведет своих людей, куда скажет Гнец, и будет выполнять приказы наравне с другими. Ничего с Белиндой не случится: слабость накрывает ее не реже раза в месяц и исчезает без следа после нескольких дополнительных часов сна. И сегодня будет так же. Кроме того, весь день рядом с ней будет находиться целитель, допущенный к лечению самой дочери императора, который уж точно сможет помочь лучше Сэма.

Распределив подчиненных по каютам и оставив Майкла присматривать за ними, рыцарь поднялся на верхнюю палубу, где в ожидании прибытия своего работодателя завязал разговор с капитаном «Рассекающей небеса». Пожилой, но еще достаточно крепкий мужчина, устроившийся к Абелю по рекомендации Белинды, с понимающей улыбкой отвечал на разнообразные вопросы юноши, до сих пор не избавившегося от детской тяги к небу и мечтавшего однажды перейти на службу в воздушный флот. Они проговорили более получаса — до самого появления Гнеца, шествующего в окружении жен, служанок и лысого целителя. Почему последний, явно обладающий немалыми познаниями как в магии, так и в медицине, не мог вырастить себе достойную шевелюру, оставалось для окружающих загадкой.

— Сэм? — Поднявшийся на борт первым Абель явно не ожидал встретить там Фосса. — Ты что здесь делаешь? Надеюсь, твоя тетя не высказала пожелания тоже лететь с нами?

— Нет, — отрицательно покачал головой рыцарь. — Тетя отдыхает под присмотром целителя и никуда лететь не собирается. А вот я хотел бы попросить вас отменить внеочередной выходной и разрешить мне вернуться к своим обязанностям.

— Уверен? — Гнец чуть склонил голову набок.

— Я офицер и должен находиться рядом со своими людьми, — твердо произнес Сэм, заработав одобрительный взгляд старшего инструктора. — Тем более что тетя вовсе не умирает, и мое отсутствие на службе ничем не оправдано.

— Тогда считай, что выходного тебе не давали, — пожал плечами Абель. — Только с Белиндой сам объясняться будешь.

— Благодарю вас. — Рыцарь отрывисто поклонился.

— Не за что, — отмахнулся Гнец. — Вылетаем.

Абель в сопровождении женщин спустился на нижнюю палубу, а Фосс двинулся следом за капитаном «Рассекающей небеса» в рубку управления — пожилой воздухоплаватель разрешил офицеру находиться во время полета в святая святых корабля. То, что сидений для любопытствующих в ней не предусматривалось и всю дорогу придется провести стоя, Сэма ничуть не волновало.

— Начинаем. — Капитан запер за собой двери и закрепил все три засова специальными замками.

Юноша отошел к окну, расположенному по правому борту, — несмотря на укрепление стекол магией, никто не рисковал располагать их во фронтальной части корабля. Первый пилот активировал размещенные на стенах чары, и большую часть помещения заполнили светящиеся голубым магические узоры. Снаружи взвыл набирающий силу ветер. Звук без особого труда проникал в рубку, не отличавшуюся особой герметичностью, — необходимость изнутри контролировать находящиеся снаружи сложные вихревые потоки накладывала определенные ограничения на конструкцию воздушных судов.

— Ло Сэмюель, — позвал рыцаря расположившийся у противоположного борта капитан. — Кажется, ваша тетя решила проводить племянника. — Он кивнул в свое окно.

Фосс пересек помещение и глянул, куда указывал его собеседник. На террасе поместья Гнеца, расположенного довольно далеко от посадочной площадки, виднелась маленькая фигурка. Лица с такого расстояния юноша не разглядел, но довольно специфичное закрытое платье однозначно указывало на Белинду.

— Я же говорил Абелю, что с тетей все в порядке, — удовлетворенно прокомментировал зрелище Сэм. — У вас прекрасное зрение, капитан.

— Профессиональная особенность, — улыбнулся тот. — Если станете офицером воздушного флота, со временем натренируете себе не хуже.

Рыцарь бросил еще один взгляд на удаляющийся женский силуэт и вернулся к своему борту. Устремившийся к горам корабль быстро набрал высоту в несколько сотен метров. Здания Летендера остались позади, но вид из окна по-прежнему завораживал: изрезанные трещинами склоны каменистых холмов не походили друг на друга, в стороне петляла, то попадая в поле зрения, то скрываясь из виду, извилистая лента дороги, а один раз внизу даже проскочило одинокое облачко.

Вскоре яхта, достигнув гор, вошла в ущелье. Сэм буквально прикипел к стеклу, не отрывая взгляда от скользящих мимо горных склонов. Воздушные корабли не могли подниматься на значительную высоту из-за целого ряда проблем: похолодание, недостаток кислорода, увеличение сложности управления вихревыми потоками. «Рассекающая небеса» ничем не отличалась от прочих и была вынуждена лавировать между скалами. К счастью, это было несложно, если не стремиться двигаться как можно быстрее, так что никакой опасности не существовало, и можно было спокойно любоваться видами. Чем юноша и занимался, полностью утратив чувство времени. Возможно, потому он до конца и не понял, как случилось то, что случилось.

Корабль вдруг оказался слишком близко к ощетинившемуся выступами горному склону. Первый пилот что-то кричал, пытаясь развернуть «Рассекающую небеса», но скалы словно притягивали судно. Второй пилот тоже что-то делал, размахивая руками и меняя узоры заклятий, которых вдруг стало еще больше, чем раньше. Сэм видел, как уплотнился бушующий за окном вихрь, стремясь отгородить яхту от неожиданной опасности. Поздно. Корабль коснулся склона бортом, прижавшись к скале. Несколько секунд он еще двигался вперед, сопровождаемый жутким хрустом ломающихся досок, а потом налетел на острый выступ и резко остановился.

Юношу бросило через всю рубку, впечатав в переднюю стену, а затем пол накренился еще сильнее, чем ранее, и Фосс, не сумев в очередной раз удержаться на ногах, упал. Впрочем, он тут же поднялся, уцепившись за борт, вогнувшийся от удара внутрь рубки. Окружающая обстановка наглядно демонстрировала разницу между молодым военным, имевшим хотя бы доли секунды на оценку ситуации, и представителями иных, более мирных профессий. Первый пилот висел на заостренном обломке доски, пробившем его насквозь, второй вопил, цепляясь за вывернутую под неестественным углом руку, капитан ругался, пытаясь выбраться из-под придавивших его кресел, оторванных от пола. Сам же рыцарь практически не пострадал, успев вовремя сгруппироваться.

Ситуация была критической. На нижней палубе располагались подчиненные Сэма, его работодатель и наверняка нуждающиеся в помощи женщины. Но и бросить находящихся в бедственном положении членов команды корабля юноша тоже не мог. А потому он принял компромиссное решение: сорвав с двери замки и отбросив пинком одно из мешающих капитану кресел, Фосс подхватил под мышки сломавшего руку пилота и устремился наружу.

Оказавшись на верхней палубе, рыцарь пристроил раненого у борта и, привлеченный странным звуком, бросил взгляд вверх по склону. Один-единственный взгляд, но его хватило: с вершины горы на полуразрушенный корабль сходила лавина.

Ла Абель Гнец

Наши с Лидией каюты были, разумеется, не заняты, но у меня не имелось никакого желания провести ближайшие несколько часов в маленькой комнатке, и я уселся с книгой в кают-компании. Сильвия с Микой, пошушукавшись, ушли устраивать солдатам внеочередной этап обучения воинской науке. А вот Лидия, к некоторому моему удивлению, уселась рядом. И тоже с книгой. Так мы и летели. Ровно до того момента, как нашу яхту тряхнуло.

— Абель!

Выработанный за последние недели рефлекс помог мне вовремя отстраниться от контроля над собственным телом, и вместо того, чтобы неуклюже влететь в стену, внезапно ставшую полом, я благодаря Диане приземлился на ноги. А затем в моих руках оказалась Лидия. Вместе с креслом. В паре метров справа, менее эффектно, чем мы, но вполне успешно, окончила свой вынужденный кульбит Рикка. Игнорируя панический крик жены, я слегка присел, гася инерцию, и отбросил мешающий предмет мебели в сторону. После чего едва не рухнул вместе со своим ценным грузом, когда пол снова стал полом.

— Ты дашь мне вывести нас отсюда? — едко поинтересовалась Диана. — Или предпочитаешь геройствовать самостоятельно?

— Извини, — пристыженно буркнул я, вновь расслабляясь. — Только аккуратнее с Лидией.

— С каких это пор тебя беспокоит ее комфорт? Или что-то изменилось с последнего раза, когда ты просил меня приглядывать за ней как за потенциальной шпионкой?

— А одновременно приглядывать и беречь никак нельзя? — вопросом на вопрос ответил я.

— Запутался? — насмешливо уточнила моя подруга.

— Слегка изменил свое мнение.

Наша перепалка абсолютно не мешала Диане передвигаться. Как, впрочем, и наклоненный градусов под тридцать пол и доносящиеся отовсюду крики и ругань. К концу обмена мнениями мы уже были у лестницы на верхнюю палубу. Моя подруга, не снижая скорости, мотнула головой — и люк, до которого оставалось еще добрых полтора метра, отбросило в сторону.

— Я думал, ты так только рукой или ногой можешь…

— Да хоть задницей, — огрызнулась Диана. — Я мастер, знаешь ли. В отличие от тебя, упорно зацикливающегося всего на нескольких, пусть и важных умениях, и крайне плохо представляющего, что может человек, практически с рождения обитающий в твоей голове.

Мы выскочили наружу. И едва не налетели на Фосса, ошалело глядевшего куда-то в сторону. Я бросил взгляд в том же направлении и, не удержавшись, выругался — приближалась лавина!

— Сэм, Рикка, выводите людей! Вниз по склону — и собирайтесь за моей спиной!

— Есть! — раздалось сзади, и запыхавшаяся в погоне за мной Риккарда нырнула обратно в люк.

Фосс только отрывисто кивнул, устремляясь за моим секретарем. Мы с Дианой прыгнули вниз. Отбежав от корабля метров на двадцать, я поставил растерянную и слабо ориентирующуюся в пространстве Лидию на ноги и слегка встряхнул, привлекая ее внимание.

— Стой здесь! — Времени на объяснения не было, приходилось орать и раздавать приказы. — Ни шагу в сторону, что бы ни случилось! Ты поняла?!

Моя жена заторможенно кивнула. Понадеявшись, что она действительно поняла, я развернулся лицом к кораблю и принялся создавать заклятие. То самое заклятие, над модернизацией которого в последнее время работал — убогое, недоделанное, требующее несоразмерно большого количества энергии, оно вполне могло спасти ситуацию. Если повезет. И если лавина не сметет нас всех раньше.

Сосредоточившись на чарах, я не замечал практически ничего из происходящего вокруг. Мимо пробегали люди, о чем-то крича, но смысл их воплей не достигал сознания — все мое внимание поглотила магия. Из висящего передо мной клубка искрящихся линий выделился плоский многогранник, сантиметров тридцати в поперечнике — слишком большой, снижающий гибкость создаваемого мной щита, но зато формирующийся значительно быстрее более мелких и эффективных структур. За первым многогранником последовал второй, третий, четвертый… Почти классический ячеистый барьер разрастался и ширился с довольно приличной скоростью.

Лавина пришла неожиданно — на грохот, наполнивший уши, я почти не обращал внимания и едва не отшатнулся, когда останки яхты буквально швырнуло вперед, впечатав в созданный мною щит. Одного из солдат, недостаточно быстро выбравшегося с нижней палубы, раздавило бывшим кораблем о барьер всего в паре метров от меня. Кто-то, не успевший даже покинуть палубу, с криком пролетел над нашими головами. Неудачно торчащие обломки кормы разрушили несколько находящихся рядом друг с другом ячеек, и почти двадцать процентов с таким трудом сотворенной преграды практически мгновенно истаяли в воздухе, потеряв связь с основной частью заклятия.

Но это было только полбеды. Вал снега, камней, грязи и прочего мусора, один раз ударив, вовсе не думал останавливаться. Он продолжал давить на изуродованный корабль, норовя размазать им по склону небольшую группу людей. Держи я перед собой обычный барьер, разгневанной стихии без труда удалось бы добиться успеха. Но мой щит был иным. Я контролировал его полностью: каждую ячейку, каждую связь. И мог изменять угол наклона входящих в него элементов, управляя получившейся гибкой конструкцией. Я мог. Диана могла. Мы передавали друг другу власть над телом по паре раз в секунду, подсказывая, что именно надо делать. Заклятие трепетало, теряя отдельные элементы и лишь изредка восстанавливая их за счет щедро отдаваемой энергии, но держалось. Мы не просто приняли удар на щит, как поступил бы любой другой маг: мы заставили его соскользнуть. И продолжали перенаправлять энергию лавины, постоянно видоизменяя поверхность барьера.

Волна несущегося вниз снега поднялась выше корабля. Остановленная на малом участке, она проносилась над нашими головами и, рушась на землю в некотором отдалении, продолжала свой путь. Я не считал, сколько несущих угрозу здоровью камней и комьев спрессованного снега упало буквально в нескольких метрах за моей спиной, оторвавшись от основного потока, — только надеялся, что спасшиеся с яхты люди не отошли слишком далеко.

Наконец напор ослаб. Снег еще прибывал, природа бушевала, но сдвинуть ею же созданное укрепление вокруг останков корабля уже не могла. Противостояние со стихией длилось недолго, но вымотало изрядно. Стоять я еще мог, но новых подвигов от меня ждать явно не стоило. По крайней мере, пока я не отниму у Рикки один из запасных камней-накопителей для драконьего посоха, а у Штефана — всегда носимый им с собой эликсир бодрости.

Давид Риттершанц плеснул в свой бокал еще вина и недовольно скривился — уже вторая бутылка показала дно, а настроение упорно не хотело улучшаться. День не задался, едва успев начаться. Мало того что ночью у отца случился очередной приступ и император отменил все аудиенции, включая обещанную собственному сыну, так еще и Тамара неожиданно перетянула на свою сторону весьма влиятельного вельможу. Сплошные неприятности, одним словом.

— Владыка, — просочившийся в кабинет секретарь склонился в глубоком поклоне. — Ли Бертран Вайс просит разрешения нанести вам визит.

— Впускай, — разрешил наследник императора. Старый друг в последнее время не часто радовал его своими визитами. Да оно и понятно — дела.

— Приветствую тебя, Владыка, — весело приветствовал Давида вошедший мужчина, даже не подумав поклониться.

— Что-то ты радостный сегодня, Бертран? — ворчливо отозвался Риттершанц. Мучившая его на протяжении последних часов хандра при появлении счастливого друга слегка отступила, но совсем рассеиваться не спешила.

— Все потому, что я принес радостные новости. — Ли Вайс уселся прямо на рабочий стол наследника и, не спрашивая разрешения, плеснул себе вина.

— Неужели? Тогда ты будешь первым благим вестником за последний месяц.

— Я буду не только первым, но и лучшим. — Бертран засмеялся. — Причем не за месяц, а за год как минимум.

— Тогда не тяни. Рассказывай. — Давид заинтересовался.

— Вообще, немного рановато хвастать: событие еще не произошло. Но когда оно случится, я запросто могу потерять шанс сообщить тебе первым. А ведь имею полное право — хотя бы как организатор.

Риттершанц откинулся на спинку кресла и сделал приглашающий жест рукой, подбадривая рассказчика.

— Мне удалось подобрать ключики к человеку, входящему в ближний круг младшего Гнеца, — самодовольно усмехнулся Бертран. — Прибавь сюда прикормленных людишек Флобер, который месяц страдающих без нашего золота, и пару высококлассных убийц, не отозванных из Летендера со времени устранения последнего излишне болтливого военного. Какой из всего перечисленного следует вывод?

— Нет… — прошептал потрясенный Давид.

— Да! — торжествующе воскликнул Ли Вайс. — Младший Гнец — покойник. Вернее, пока еще нет, но очень скоро будет. Полчаса назад мне доложили о начале операции. До заката его гарантированно внесут в списки погибших. Фигурально выражаясь.

— Ты с ума сошел… — просипел Риттершанц, пытаясь непослушными пальцами расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки. — Представляешь, что теперь будет?

— Конечно, представляю, — уверенно кивнул Бертран. — Продемонстрировав силу, мы укрепим свои позиции: обретем поддержку сомневающихся и вернем всех тех, кто рванул к Тамаре, едва почуяв, что у тебя началась полоса неудач.

— Кого, к демонам, волнуют сомневающиеся, если мы превратим главнокомандующего из союзника во врага?! — рявкнул Давид, наконец справившийся с воротником и вновь обретший возможность свободно дышать.

— Хорош союзник, — презрительно фыркнул Бертран. — Да он о тебя едва ноги не вытирал, давая одной рукой и отбирая другой. Кому нужна такая помощь? А врагом он не будет — мои люди работают чисто, ни одного доказательства не останется.

— Прямо-таки ни одного? — процедил, суживая глаза, Риттершанц. — После того, как в Вельскую область сгонят всех сколько-нибудь способных следователей Дома Меча? Ни доказательства, ни намека, ни подозрения? Гнецу не потребуются годящиеся для суда улики, чтобы объявить вендетту за своего единственного наследника, — хватит простой уверенности. А враг из такого человека, как Александро, получится опасный. Настолько опасный, что нам станет наплевать, насколько плохим союзником он был. У тебя есть способы экстренной связи со своими людьми?

— Есть, но не очень надежные, — недовольно проронил Ли Вайс, катая желваки по скулам.

— Останови свою проклятую операцию. Делай что хочешь, хоть высылай Гнецу телохранителей с самым быстрым из имеющихся кораблей, но останови. И моли Совершенство, чтобы не опоздать.

— Слушаюсь, — зло процедил Бертран.

Самый близкий друг наследника императора вышел, хлопнув на прощание дверью — демонстрируя свое отношение к полученному распоряжению. Давид устало прикрыл глаза руками. Он задумался о том, что творится с его союзниками и подчиненными. Сначала Руфус, теперь Бертран… Почему такие разумные и надежные люди вдруг начинают поступать как последние идиоты? Забыли, что на свете все еще существуют опасные люди? Опьянели от собственной силы и вседозволенности? Может, прав отец и у каждого, облеченного властью, просто обязан быть враг? Хотя бы для того, чтобы оценивать пределы собственных сил.

Давид опустил руки и открыл глаза. Пусть только Абель Гнец выживет, а уж наследник императора постарается обеспечить каждого из принимающих ответственные решения слуг и союзников достойными врагами.

ГЛАВА 28

Ла Лидия Риттершанц

Лидия стояла, держась за руку мужа, и, слушая его усталый голос, отдающий распоряжения, медленно отходила от шока. Естественно, девушка знала о существовании в мире таких вещей, как лавины и крушения воздушных кораблей, но ей и в голову не приходило примерять подобные ситуации на себя. Она привыкла с легкой снисходительностью относиться к аристократам Дома Меча, чье увлечение боевыми искусствами и разрушительными заклятиями породило немало анекдотов среди прочих высокородных империи. Живя в тепличных условиях дворца и ежедневно наблюдая, какой властью над людьми обладает золото, можно и впрямь поверить в его всемогущество и недалекость военных, предпочитающих совершенствоваться во всякой ерунде вместо искусств интриг и торговых операций. Пока не столкнешься с настоящей силой. Пока не окажешься за спиной человека, не бегущего от гнева стихии, но останавливающего ее и отбрасывающего в сторону.

Невысокий, рассеянный Абель, постоянно с головой закапывающийся либо в свои заумные книги, либо в рабочие бумаги, в которых он мало что понимал, больше не казался Лидии ни смешным, ни недалеким. Мир мог переворачиваться с ног на голову, меняя местами пол и потолок, но Гнеца это не волновало — он одинаково хорошо стоял и на том, и на другом. Да что там стоял! Он бегал по стенам с ней на руках, прыгал с многометровой высоты, а после еще и создал заклятие огромной мощи. Лидия разбиралась в магии не лучше, чем в боевых искусствах, но общеизвестные факты помнила. Например, что к изучению всяких «огненных шаров», «кос ветра» и «плетей молнии» чародеи могли приступить, лишь предварительно достигнув третьей ступени в области своего искусства. Но «огненный шар», способный при удаче убить взрывом до десяти — пятнадцати человек, не шел ни в какое сравнение с сошедшей лавиной. И соответственно с остановившим ее щитом. Так какая ступень должна быть у ее мужа, чтобы контролировать подобную силу? Четвертая? Пятая? Добавить сюда прекрасное владение боевыми искусствами и совсем не нулевые навыки управления и работы с людьми. Очень мило — прожить почти три месяца замужем за гением, целенаправленно добывать любую информацию и узнать о его выдающихся талантах совершенно случайно. Притом, что Гнец по большому счету ничего и не скрывал, спокойно демонстрируя ей все свои увлечения.

— Лидия, — тихонько позвал Абель.

Она вопросительно глянула на мужа. Тот в ответ указал взглядом на их руки. До женщины вдруг дошло, что, разнервничавшись, она слишком сильно вцепилась в Абеля, до крови поранив его ногтями.

— Прости. — Устыдившись своей слабости, заставившей супруга страдать, Лидия медленно разжала пальцы.

— Ничего страшного, — беззаботно отмахнулся Гнец, показывая, как ладонь окутывает легкое сияние, и мелкие ранки начинают закрываться, — не зря же я факультативный курс оказания первой помощи весь год посещал. Скоро и следа не останется.

— Ты мастер. — Лидия несмело улыбнулась.

— Дилетант, — не согласился с ней муж, — даже на третью ступень пока экзамен сдать не могу — не хватает разносторонности.

— Разносторонности? На третью ступень? — не веря своим ушам, переспросила женщина. — Только не говори, что ты остановил лавину чарами второй ступени.

— Чары не делятся по ступеням, — тоскливо вздохнул Абель, словно устав повторять прописные истины, — только те, кто их использует.

— И все-таки? — Лидия не собиралась отступать.

— Используемое мной заклятие вряд ли способен повторить чародей второй ступени. Такой ответ тебя устроит?

— А какой сможет?

Гнец на мгновение задумался.

— Третьей, — он скривился. — Или четвертой. Но когда я закончу дорабатывать чары, то точно — третьей. Хотя для трюка требуются еще кое-какие умения, не связанные с магией.

— Позволь спросить, много у тебя еще подобных трюков?

— Есть несколько. — Он снова взял ее за руку, явно не желая делиться подробностями.

— Значит, я могу быть спокойна, находясь рядом с тобой. — Лидия на мгновение стиснула ладонь мужа, на этот раз стараясь не поцарапать его.

— Мне надо отойти, — тихонько произнес Гнец. — Вытащить кое-что с корабля. Пусть тебе составит компанию Сильвия.

— Я могу постоять одна, — уверенно отозвалась Лидия. — Не надо отвлекать ее от работы.

— Точно сможешь? — уточнил Абель. — Ты ведь первый раз видела смерть. К тому же рабочих рук и без Сильвии хватает.

Женщина посмотрела на людей, раскапывающих снег подручными материалами: принявший свою звероформу огромный оборотень и первая жена Гнеца в паре показывали явно лучший результат, чем пятерка солдат.

— Справлюсь, — едва слышно вздохнула Лидия. — Я ведь не только дочь императора, но и жена военного. Статус обязывает.

Ла Абель Гнец

Последствия катастрофы оказались ужасными. В той или иной степени пострадали почти две трети находившихся на корабле людей. Ушибы, растяжения, переломы, травмы внутренних органов — Макмайер трудился не покладая рук. Вернее, одной руки, так как левая, только что им же и сращенная, пока слушалась плохо.

Примитивная магия крови вновь доказала свою полезность, позволив обнаружить под толщей снега биение чьего-то сердца. Похоже, один из унесенных лавиной был еще жив и имел все шансы продержаться до того момента, как его откопают. Пусть это эгоистично, но я наделся, что спасенным окажется Вериц, а не один из его солдат. Рикка вытаскивала потянувшего обе ноги Штефана, Сильвия и Мика отступали в первых рядах, прихватив с собой сразу пятерых раненых, а вот Майкл вместе с Сэмом до последнего помогали выбираться всем остальным. В итоге Фосс успел покинуть корабль, Вериц — нет. Он был на борту, когда лавина буквально снесла яхту. Его перебросило через барьер и утащило вниз по склону вместе с еще парой человек.

Необходимые работы успешно велись без моего участия, и я, убедившись, что Лидия достаточно пришла в себя, решил подняться на борт «Рассекающей небеса». Вернее — того, что от нее осталось. Требовалось достать запрещенное оружие из бортового сейфа, а кроме меня этого никто сделать не мог.

— Рикка, пригляди за Лидией, пожалуйста, — остановил я двинувшуюся было следом девушку. Оставлять только что пережившую потрясение жену совсем без присмотра не казалось мне хорошей идеей.

— Позвольте мне сопровождать вас, — тут же предложил крутящийся рядом Фосс.

— Зачем? Я и сам способен туда забраться.

— При всем моем уважении к вашим талантам в общем и магическому искусству в частности хочу напомнить, что боевые искусства никогда не являлись вашей сильной стороной. Я сегодня уже видел несколько смертей, произошедших только из-за того, что люди не успели вовремя среагировать.

Забавно. Отдавая дань моей магии, Фосс, похоже, все еще считает меня неважным бойцом. Бег Дианы по нижней палубе никто, по сути, не видел, а нашему с Лидией скорому появлению на верхней Сэм значения не придал. Его близорукость, не очень хорошая в любой другой ситуации, сегодня оказалась как нельзя на руку, позволяя избежать значительной части объяснений.

— Уговорил, — согласился с его доводами я. — Заодно подсадишь. Трап нам отсюда все равно не достать.

Фосс возражать не стал. Беспрекословно подставил руки под грязные подошвы сапог и довольно мягко подкинул меня вверх, явно готовясь ловить падающего обратно. Но я оказался не настолько неуклюжим, как он опасался, и зацепился за борт без помощи Дианы. Ближайшая к нам часть корабля практически не пострадала, так что забраться наверх и опустить трап не составило никаких проблем. Почти никаких — здоровенный настил с крепящимися к нему перилами все же не был рассчитан на то, чтобы им вертел один человек. Сэм поднялся ко мне, и на нижнюю палубу мы попали уже вдвоем.

Коридор, проходящий ровно посередине корабля, как ни странно, уцелел. Из рваных дыр в обеих стенах торчали обломки досок, на полу образовались приличные сугробы, но по нему все еще можно было пройти. Следовало признать: Мойл спроектировал и построил отличный корабль. Интересно, второй, переделанный с учетом пожеланий Лидии, обладает таким же запасом прочности? Надеюсь, что да. Хотя еще больше надеюсь, что его прочность мне нигде не пригодится.

Добравшись до собственной каюты, я попросил Сэма подождать в коридоре. Доверять-то я ему доверял, но демонстрировать ключи от охранных заклятий не собирался. Несмотря на то, что все равно думал их сменить. Фосс послушно кивнул и остался за дверью.

Комната полностью была покрыта изморозью — защита восприняла возникшее от удара лавины сотрясение как попытку воздействия на сейф и активизировала первый слой. Хорошо еще, что только первый, а то взрыв, порожденный одновременной активацией огненных и воздушных чар, разворотил бы всю каюту, и поднимай потом оружие из трюма… Я отодвинул в сторону промороженную стенную панель, скрывающую металлический сейф в полтора моих роста высотой, и принялся отключать защиту. Потребовалось мне на это секунд двадцать. А минуту спустя я уже вручал Сэму футляры с посохами. Фосс сгреб четыре не очень удобных контейнера в охапку и принялся крутить их в руках, пытаясь перехватить так, чтобы не заслонять себе обзор.

— Поосторожнее с ними, — буркнул я. — Как-никак запрещенное оружие в руках держишь.

— Э-э-э… — протянул Сэм, резко остановившись.

— Не бойся, не сдетонирует, — успокоил его я. — По крайней мере, от обычного неаккуратного обращения — не должен. Ни мой груз, ни тем более твой. А теперь пошли.

На то, чтобы покинуть корабль, у нас ушло несколько больше времени, чем на проникновение внутрь, но все равно не очень много. Унесенного лавиной воина за время нашего отсутствия откопали, но Макмайер все еще оказывал ему первую помощь. К сожалению, выжившим оказался не Вериц.

— Господин Абель, у меня не получается вызвать помощь. Зов не дотягивается, — сообщила подошедшая Рикка. — Ни до Селины, ни до Аврелии или кого-нибудь еще.

Под кем-нибудь еще она имела в виду Молчуна, но произносить его прозвище при Фоссе, не посвященном в большинство моих планов, не стоило.

— Расстояние вроде небольшое, — вслух прикинул я. — Во всяком случае, для бодрствующих людей, готовых ответить на попытку связи. Вряд ли они все одновременно оказались заняты и проигнорировали твой Зов.

— Окружающие нас горы могут искажать сигнал. Погода — тоже, — равнодушно заметила Рикка. — Теоретически.

— Теоретически, — согласился с ней я, подняв голову к ясному небу. То, что Аврелия находится гораздо ближе Селины и проблем с отправкой ей сообщения быть не должно, Рикка могла чувствовать и самостоятельно. А значит, местность, в которой мы находились, накрыли заклятием, создающим помехи связи. Слабеньким, раз никто из наших магов его не засек. — Придется пройти какое-то расстояние пешком, а потом повторить попытку.

— Тогда разумно двигаться в сторону каравана. В крайнем случае можно будет попросить у них телеги, чтобы забрать раненых. Логично, господин Абель?

— Логично, — согласился я. — Сколько у нас человек, не способных передвигаться?

— Восемь. Макмайер выложился полностью, оказывая помощь. Смерть или инвалидность никому не грозят, так же как и скорое ухудшение состояния, но восемь человек самостоятельно идти не смогут. Придется их оставить здесь. По возможности с кем-нибудь, кто за ними присмотрит.

— Неприятно, — пробормотал я. Идея о разделении отряда совершенно не радовала.

— Госпоже Сильвии тоже есть что сказать вам, господин Абель. Про лавину.

— Да? — Я повернулся к подошедшей Сильвии. — Ты что-то заметила?

— Ничего особенного или сверхъестественного. — Моя жена пожала плечами. — Только то, что большая часть лавины прошла с той стороны. — Она махнула рукой в направлении входа в ущелье, через который мы недавно проследовали. — Скопление снега сильно затрудняет путь обратно.

— Понятно. По сути, выбора у нас не остается: надо идти на перехват каравана. Благо маршрут у них один, и мы на него выйдем уже через час-полтора, даже двигаясь пешком. А там останется только немного подождать. Или пойти навстречу. Думаете, нас атакуют солдаты Флобер?

— Вряд ли, — отозвалась Рикка. — В случае вашей гибели или смерти госпожи Лидии следователи главнокомандующего выпотрошат мозги всем, до кого смогут дотянуться. И будут они здесь уже через день после убийства. Нет, происшествие должно однозначно походить на несчастный случай.

— Вроде лавины. Но два проявления буйства стихии в один день — чересчур, — принялся размышлять вслух я. — А какие в горах могут быть случайности, кроме самих гор? Животные? Местные жители?

— Скорее, последние, — кивнула Рикка. — Судя по доставляемым в ваше поместье сводкам, несмотря на официальное окончание боевых действий, горцы все еще иногда тревожат военных.

— Тогда будем готовиться к нападению горцев, — подвел промежуточный итог я. — У тебя в накопителе энергия осталась?

— Совсем чуть-чуть.

— Плохо. Но придется обходиться. — Я вручил один драконий посох девушке и принялся выковыривать из остальных последние заряженные накопители. — Отдай один Макмайеру. Я хочу, чтобы самое позднее минут через двадцать все люди могли передвигаться. Хотя бы временно. Квалифицированную целительскую помощь им окажем после того, как вернемся в город. Твой наблюдательный артефакт с тобой?

— Да.

— Возьми еще мой и отбери третий у Штефана. Ты, Мика и Сильвия выдвигаетесь вперед на разведку. Заклятие «хамелеона» я, если надо, наложу. Особо не спешите, мы все равно раньше чем через полчаса вряд ли выдвинемся. Да и после скорость будет — та еще…

— Поняла. — Рикка кивнула. Стоящая рядом Сильвия — тоже. — Что нам делать в случае обнаружения засады?

— Предупредить меня. Самим без нужды в схватку не ввязываться.

— Ясно. — Еще один кивок.

— Тогда — вперед.

Девушки удалились.

— Диана, — позвал я свою подругу. — Мне нужно отправить сигнал.

— Сейчас отправим… — проворчала она. — Я, кстати, знаю, почему ты изобрел такую ограниченную систему связи. Чтобы мы с твоими женщинами, несмотря ни на что, не могли общаться напрямую.

— Ты имеешь все шансы ее усовершенствовать, — огрызнулся я. — Как только научишься менять ритм сердцебиения с той же скоростью, с какой болтаешь.

— Да я и сейчас могу, — хмыкнула она. — Только боюсь, тебе это не понравится.

Отстранившись от контроля над собственным телом, я тем не менее ощущал, как изменяется пульсация крови в моих венах, передавая условленный сигнал. Через некоторое время пришло и подтверждение от Аврелии — единственное послание, на которое она со своим уровнем умений была способна. Теперь оставалось только добраться до маршрута движения каравана.

Ло Сэмюель Фосс

Тетушкино увлечение магией крови пошло Абелю на пользу — Гнец использовал взятые у солдат при поступлении на службу пробы крови, чтобы отыскать тела погибших. Как хороший командир, он не собирался оставлять павших товарищей лежать под слоем снега и камней. Тем более когда помощь была так близка. Сэм сам вооружился обломком доски и работал наравне со всеми. И они преуспели, вырвав у гор, не желавших отдавать добычу, своих мертвых друзей.

Фосс прошелся вдоль лежащих на собранных из подручных материалов носилках тел. Запоминая лица. Или то, что от них осталось. Первый пилот, стюард, подчиненный Сэма, сломавший шею при крушении, еще один его подчиненный, вовремя покинувший яхту, но погибший от неудачно прилетевшего прямо в переносицу камня, два человека Верица, слишком долго мешкавшие и оказавшиеся буквально раздавленными останками корабля. Наконец, Майкл. Один из самых близких друзей рыцаря: веселый, сильный, верный, честный. Мертвый.

— Господин Фосс, позвольте мне оказать вам помощь. — Глухой, лишенный эмоций голос истощенного Макмайера как нельзя лучше подходил к нынешнему состоянию души Сэма.

— Конечно. — Рыцарь протянул целителю ссаженные неудобным «инструментом» ладони. Если Абель и Риккарда правы и их ожидает скорая схватка, то ему стоило избавиться от ран, пусть и таких незначительных.

Лысый подчиненный Гнеца некоторое время осматривал руки юноши. Осторожно помассировал их пальцем, извлек пропущенную самим Сэмом занозу и только потом приступил к созданию чар. Несколько секунд, и от мелких травм практически не осталось следа — только царапины и небольшое покраснение кожи. Рыцарь пошевелил пальцами, убеждаясь, что боль отступила.

— Извините, что не до конца, — пробормотал целитель. — Слишком много раненых.

— Все в порядке, — успокоил его Фосс. — Другим твоя помощь нужнее.

Макмайер кивнул и двинулся дальше. Сэм бросил еще один взгляд на мертвые тела и перешел поближе к своему начальнику, встав так, чтобы находиться в поле зрения, но одновременно не мешать Абелю вести тихий разговор со своей женой. Лидия Риттершанц впечатляла: она и в обычной жизни всегда выглядела величественной красавицей, а уж посреди заваленного снегом склона в окружении измученных людей — и подавно. Ее безупречная прическа и идеально чистый брючный костюм выглядели так, словно женщина приехала в карете на аристократический прием, а не с трудом выбралась из рухнувшего воздушного корабля. Стоявший рядом растрепанный Гнец, с грязным пятном на бежевом свитере и налипшим на сапоги снегом, значительно уступал дочери императора в привлекательности.

— Готовы к отправке? — Абель отвлекся от разговора с женой и обратил внимание на Фосса.

— Более или менее, — мрачно ответил рыцарь, вдоволь успевший налюбоваться состоянием вверенных ему людей.

— Тогда начинайте движение. Если мы задержимся здесь еще на полчаса, то рискуем пропустить караван.

Фосс коротко поклонился, принимая приказ.

— Остаешься за главного, — добавил Абель. — Все люди на тебе, включая Макмайера. За Лидией присмотрит Штефан, но пусть ее сопровождает еще несколько человек.

— Вы не пойдете с нами?

— Я пойду впереди вас.

— Но, Абель, у меня просто нет столько людей, чтобы охранять и тебя и Ла Лидию!

— Я достаточно самостоятельный человек, Сэм, — устало вздохнул Гнец. — К тому же там меня ожидают еще одна жена и целых две горничных, так что без охраны не останусь.

Ла Абель Гнец

Засаду Рикка все-таки нашла. Причем засаду именно горцев: слишком уж хорошо они замаскировались для солдат Флобер, и слишком их было много для специально переброшенных ради нас убийц. Да и одежда из козьих шкур тоже говорила о правильности нашего предположения — военные, и тем более ликвидаторы, воспользовались бы камуфляжем.

Мы имели бы право гордиться своей догадливостью, если бы не одно «но» — засада была устроена не ради нас. То есть, заметив идущих по ущелью уставших людей, горцы запросто могли сменить позиции и неожиданно напасть, но нынешнее их расположение предполагало скорее атаку каравана, двигающегося по иному, только пересекающемуся с нами маршруту.

— Мы можем легко избавиться от них, — предложила Сильвия. — Два десятка обычных бандитов не создадут нам четверым ни малейших проблем.

— Я бы не была так уверена, — покачала головой Рикка. — Подводы с серебром охраняет почти такое же количество легионеров. Должны же горцы рассчитывать на что-то еще, кроме фактора внезапности.

— Никаких магических образований, — задумчиво пробормотал я, закончив изучать местность измененным зрением. — Ни мин, ни иных чар или мощных артефактов. Только несколько слабых следов. Возможно, массово производимое оружие, вроде разящих мечей, или защитные амулеты.

— Они могут использовать примитивные рукотворные ловушки или алхимические эликсиры, — вставила очередное ценное замечание Рикка.

— Или быть не совсем людьми, — добавила Мика. — Некоторые рода оборотней живут именно в горах.

— В этих горах они не живут, — возразила Сильвия.

— Оборотни не живут, — не стала спорить Мика. — А другие не совсем люди? Вдруг все сидящие в засаде — Тени или Бездушные?

— Никто из представителей иных разумных видов в этих горах не живет, — тщательно выговаривая каждое слово, припечатала моя жена.

— Но на что-то они надеются… — пробормотал я. Если бы не слишком малое время, оставшееся до подхода основной части нашего отряда, можно было бы попробовать аккуратно захватить одного из сидящих в засаде, но в этих условиях не стоило и пытаться.

— Абель, ты случайно боевые заклятия не изучал? — спросила Сильвия. — Если да, то можно внезапным ударом накрыть сразу человек пять-шесть. Плюс наша помощь. Половина горцев умрет, прежде чем остальные поймут, что их атаковали.

— Не изучал. — Я двумя словами похоронил начавший рождаться план.

— Жаль, — вздохнула Сильвия. — Тогда можем просто подождать подхода каравана и помочь одной из сторон. На твой выбор.

— Или использовать отряд Аврелии, ожидающий распоряжений всего в полукилометре отсюда, — проворчат я.

— Мне казалось, ты не хотел демонстрировать ей свои умения?

— Поэтому мы все еще гадаем о причинах самоуверенности горцев, а не занимаемся их избиением. К тому же в случае использования людей Аврелии количество живых пленников наверняка сильно сократится, а мне нужна вся информация об организаторах засады, которую мы сможем добыть.

— Тогда остается только атаковать самим, — развела руками Сильвия.

— Придется, — вздохнул я, не очень довольный принятым решением. — Рикка, ты остаешься сзади и будешь прикрывать нас с дистанции. Снизь мощность драконьего посоха и бей молниями. Хоть так повысим шансы горцев на выживание. И по возможности сохрани один накопитель — Макмайер оказывает первую помощь гораздо лучше меня, а энергии у него совсем не осталось.

Риккарда кивнула. Я отдал еще несколько распоряжений, без которых по большому счету можно было обойтись, и мы двинулись. Ползти, укрывшись заклятием «хамелеона», по каменистому склону, пытаясь подобраться незамеченным к одному из родившихся в этих горах, — то еще удовольствие. Приходилось то ускоряться, то замедляться, то вообще замирать на месте, когда кто-то из скучающих мужчин в козьих шкурах поворачивал голову в мою сторону. И постоянно следить за тем, куда наступаешь. Первой ошиблась Сильвия, столкнув неудачно лежавший камень. Горцы принялись обшаривать склоны взглядами и практически сразу обнаружили меня, похожего на слишком уж подозрительный холмик. Кто-то гортанно вскрикнул, и молния Рикки прошила воздух одновременно с прыжком Дианы.

Полетели стрелы. Отравленные, если верить стенаниям Аврелии, рассказывавшей о тяготах службы. Диана вырубила одного противника, метнула камень в голову второго и метнулась к следующему. Основной проблемой в схватке с горцами было их удаление друг от друга и отсутствие нормальных подступов — приходилось постоянно скакать, уклоняясь от стрел. Кто-то бросил в сторону Рикки непонятный снаряд, не долетевший метров десять и взорвавшийся быстро рассеивающимся облаком гниловато-желтого цвета. Сильвия тут же приголубила метателя кинжалом в плечо. Один из мужчин воздел над головой руки и что-то неразборчиво заголосил, создавая меж ладоней пульсирующее сияние. Маг? В местных полудиких поселениях? Я, не раздумывая, швырнул в него только что законченное слабенькое шоковое заклинание. Правда, так и не понял, сработало оно или нет, потому что прилетевший справа булыжник размером с человеческую голову раздробил мужчине таз и отбросил его в сторону.

Дорога неожиданно взорвалась, изрешетив оба склона сотнями, если не тысячами каменных осколков. Дикий рев получившего множество ранений оборотня перекрыл все звуки битвы. Сильвию, в отличие от Дианы не владевшую техникой «алмазного доспеха», тоже достало, сбив с ног. В непосредственной близости от моей жены лопнул еще один снаряд, распространяя уже виденное нами облако неизвестного назначения, но она успела откатиться. Опять прыжки с камня на камень, летящие стрелы и пинок, отвешиваемый очередному горцу. Неожиданно все кончилось: доносились хрипы и стоны еще находившихся в сознании раненых, рычала страдающая от боли Мика, однако сражаться было уже не с кем.

Я бросился к жене, спеша оказать первую помощь, но она сама встала и, встряхнув головой, пошла мне навстречу. Взрыв, несмотря на кажущуюся грандиозность, оказался маломощным. Разбросанные им осколки не смогли пробить «каменную кожу», а несколько дополнительных синяков — совсем не та вещь, из-за которой мастер боевых искусств станет расстраиваться. Но помощь я все-таки оказал: правда, не совсем ту, которую она ожидала.

— Проклятье, Абель, что ты со мной сделал? — прохрипела разом покрывшаяся холодным потом Сильвия.

— Чары для выведения яда из организма. Не универсальны, но если применить вовремя — помогают. Понятия не имею, какой радиус поражения у той дряни, которой кидались горцы, но нам только слечь от отравления не хватало. Мика!

Огромная человеко-волчица уставилась на меня жалобным взглядом и попятилась, тихо поскуливая.

— Мика, иди сюда.

Зверь отчаянно помотал головой. Сильвия засмеялась. Я закатил глаза, в очередной раз поражаясь женской непредсказуемости.

Сложившуюся ситуацию удалось исправить только прямым приказом. Но уж после него девушка была не только исцелена от возможного отравления, но и обработана еще несколькими подстегивающими регенерацию заклятиями, которые в сумме с естественными способностями оборотня дали просто потрясающий эффект. В итоге полностью восстановившаяся девушка вместо того, чтобы страдать от ран, дулась на меня за принуждение к лечению и сожалела о бесповоротно испорченном новеньком костюме — она только успела переодеться в сделанный по спецзаказу не особо страдающий от превращений наряд, как его изрешетило каменной шрапнелью. К моменту подхода отрядов под предводительством Сэма и Аврелии рыжая горничная сидела, нахохлившись, на одном из валунов, одетая лишь в мой свитер и куртку Сильвии, используемую в качестве набедренной повязки, и наотрез отказывалась принимать звероформу.

Примерно так мы караван и встретили: я с Лидией и Аврелией во главе десятка воинов в легкой броне и сидящая неподалеку насупившаяся полуголая девушка. Остальные либо рассредоточились по окрестным горам, блокируя любые пути отхода желающим ими воспользоваться, либо отступили обратно в ущелье, разбив там лагерь для отдыха не до конца исцеленных людей.

Груженные серебряной рудой телеги остановились в сотне метров от нас. Охраняющие их люди задвигались, крутя головами по сторонам и обращаясь с вопросами к паре человек во главе каравана. Конечно, корабля у нас больше не было, и я ожидал, что воины Флобер немного понервничают, столкнувшись с неизвестной группой, но они, едва перекинувшись друг с другом несколькими фразами, начали стрельбу, даже не попытавшись узнать, кто мы. Атаковали не только нашу группу, но и подчиненных Аврелии, засевших на склонах.

Я разозлился. Мало того что эти люди месяцами вывозили не принадлежащее им серебро, так они еще и напали на его законного владельца! Сами виноваты. Солдат, в отличие от горцев, исключительно живыми я брать не собирался. В основном из-за используемого ими армейского оружия, способного причинить реальный вред и унести еще несколько жизней моих людей. А потому, завершая заклятие, созданное на случай возникновения недопонимания, отдал приказ к атаке.

Выросшая перед нами и рассыпавшаяся пять секунд спустя каменная стена остановила несколько сгустков пламени и одну молнию — бьющие на значительную дистанцию боевые жезлы у врагов все-таки имелись. Бронебойные стрелы прошили созданную мной преграду навылет, засев в щитах наших телохранителей.

— Диа-а-ана, — мягко пожурил я подругу, выпуская из пальцев древко и без того остановленной стрелы.

— Рефлекс, — без особого раскаяния повинилась она. — Не нервничай, все равно никто ничего не заметил.

Под ногами единственного вражеского мага взорвалась земля, заставив его утратить контроль над творимым заклятием. Не знаю, что он собирался создать, но высвободившаяся энергия породила мощную вспышку света, эффективно лишив зрения и чародея, и его телохранителя. По остальным солдатам Флобер массово ударили разрывными стрелами из арбалетов, заставив тех срочно искать укрытия понадежнее деревянных телег. Стрельба со стороны охранников каравана ненадолго прекратилась, позволив магам Аврелии завершить создание облаков слезоточивого тумана. Тактика легионеров, обычно используемая против горцев, оказалась действенной и в отношении их самих — защитных масок не было ни у кого. Дальнейшего боя не получилось: нескольких оказавшихся вне зоны чар человек выбили Рикка и наши телохранители, а мечущиеся в тумане и отстреливающиеся вслепую солдаты побросали оружие в ответ на первое же требование о сдаче.

Победа далась легко и просто, в отличие от противостояния с горцами. Настолько легко, что я пожалел о своем нежелании использовать людей Аврелии раньше. Утешало меня только то, что применить именно такую тактику просто не получилось бы. Во-первых, местные успели привыкнуть к подобным методам ведения войны, прекрасно научившись рассредоточиваться. Во-вторых, крайне желательно, чтобы во время сотворения чар в укрытиях находились сами маги, а не их противники. Иначе их выбили бы ядовитыми снарядами или тем же подрывом дороги.

Чародеи сдули слезоточивый туман выше по склону сотворенным ими ветерком, освобождая проход. Мы не спеша подошли к повозкам, практически не обращая внимания на связываемых и оттаскиваемых в сторону пленных. Я рассматривал захваченные подводы, прокручивая в памяти весь сегодняшний день и прикидывая, сколько усилий потребует взятие под контроль шахты. Выбравшийся из своего укрытия и догнавший нас Штефан перерезал одну из удерживающих груз веревок и театральным жестом откинул в сторону рогожу.

На маленьком пятачке возле телеги воцарилась тишина. Нашему взгляду открылись пятнистые булыжники с встречающимися изредка вкраплениями какого-то минерала. На серебряную руду это не походило ни капли.

— Кимберлит, — тихонько произнесла уставшая за день Лидия.

— Он настолько ценен? — растерянно спросил я. — Зачем вашей семье добывать его с такими сложностями?

— Есть алмазные месторождения, где драгоценные камни буквально пылятся в толще песка, который надо всего лишь просеять, — по-прежнему негромко ответила Лидия. — А есть вот такие, где алмазы прячутся в толще горной породы, называемой кимберлитом. Тогда добытое приходится вывозить и обрабатывать.

— Ты хочешь сказать, что неучтенный рудник представляет собой не серебряную шахту, а алмазное месторождение?

— Скорее всего, — кивнула моя жена.

— Проклятье, — устало проговорил Штефан. — Похоже, шеф, мы опять откусили кусок, который не способны прожевать.

Наследник императора ответил на требование об экстренном сеансе секретной связи так быстро, как только смог, — не стоило лишний раз злить собеседника, удовлетворяя собственные мелкие амбиции или изображая неосведомленность.

— Мне казалось, мы пришли к соглашению относительно гор Вельской области, — утруждать себя приветствием заговоривший с Давидом мужчина не стал.

— Пришли, — согласно кивнул Риттершанц. На этот раз он решил проигнорировать неуважительное поведение собеседника. Тем более что у того были веские причины разговаривать именно так. — Но, представьте себе, люди, поступающие вразрез с планами своего Владыки, есть и в моем окружении.

— Могу я узнать их имена? — Голос мужчины был холоден.

— Можете. — Наследник императора выдержал небольшую паузу. — Но не от меня. Я согласен принять на себя ответственность за поступки подчиненных и обсудить размер компенсации, но по-прежнему собираюсь гарантировать их безопасность.

— Вы уверены, что не захотите изменить свое мнение?

— Уверен, — отрезал Давид. Но сразу же смягчил слишком резкий тон: — Давайте обойдемся без вендетты. Благо ничего непоправимого не произошло.

— Не считая того, что вы дали половине империи повод считать нас врагами.

— Пусть считают. Какое двум умным людям дело до мнения идиотов? К тому же вы предоставили такой повод еще раньше.

— Это был не я.

— Виновником обсуждаемого нами случая тоже был не я. На самом деле ситуация почти зеркальная, так что давайте постараемся разрешить ее к взаимному удовольствию.

— Предлагаете считать, что мы квиты?

— Нет. Предлагаю не прерывать взаимовыгодного сотрудничества из-за одного недоразумения. Пусть и крайне неприятного. — Давид постарался сделать свой голос настолько дружелюбным, насколько возможно. — Как я выяснил, некоторые мои союзники страдают теми же недостатками, что и ваши. Но человеческое несовершенство — не повод отказываться от их помощи раз и навсегда. Надо только постараться, чтобы люди поняли свои ошибки и постарались не повторять их. Чем я и займусь в ближайшее время. А вам предлагаю адекватную компенсацию. Готов даже обсудить полную и окончательную передачу гор Вельской области во владение Дому Крылатого Меча.

— Хорошо, — проговорил собеседник Давида после недолгого размышления. — В целом я согласен. Но полагаю, нам стоит подробно обсудить как компенсацию, так и детали последующего сотрудничества.

— Предстоит долгий разговор, — заметил наследник императора.

— Да, — согласился мужчина. — Предлагаю провести его в Солиано. Скажем, дней через десять.

— Почему именно там? — удивился Риттершанц.

— Вы в последние месяцы проводите много времени рядом со своим отцом. Не будет ничего удивительного в вашем прибытии к нему в Летний дворец. Я же просто обязан посетить турнир, организованный этим мальчишкой — Кристофером. Вряд ли впервые проходящее мероприятие, организованное ничего не смыслящим в этом деле юношей, действительно настолько хорошо, как утверждают слухи. Но офицерские должности в качестве призов, тщательный контроль отборочных туров, требования к участникам предъявить рекомендации своих школ… Надо оценить перспективы явления. Филиал академии Каласа, только под управлением Денова, Дому Меча в ближайшем будущем точно не нужен. У меня намечается рядовая деловая поездка. Однако, оказавшись в одном городе с императором, я просто не смогу не нанести ему визит вежливости.

— Мое же дело — побеспокоиться о том, чтобы визит был нанесен не только императору, — понимающе кивнул Давид. — Обеспечу. И раз уж мы достигли предварительной договоренности, могу я уточнить, когда будет решен вопрос с обещанным мне яйцом феникса?

— Скоро. Очень скоро. Я доставлю феникса в Летний дворец во время своего визита. Но у меня есть встречное пожелание.

— Какое же?

— Головы исполнителей. Раз уж вы отказываетесь выдать мне заказчиков покушения, то я желаю получить хотя бы исполнителей.

— Допустимо, — согласился Давид. — Ваше требование будет выполнено.

— В таком случае, до скорой встречи, Владыка.

— До встречи, главнокомандующий.

ГЛАВА 29

Ла Абель Гнец

— Теперь можете начинать доклад, — предложил я, дождавшись активации защиты от прослушивания. — Выяснили что-нибудь?

— Да, — радостно сообщила Аврелия.

— Нет, — хмуро буркнул Штефан.

— Так да или нет? — уточнил я.

Они переглянулись.

— У нас полно информации, — ответил за обоих Штефан. — Хватит, чтобы погрести твой стол под отчетами. Но толку от нее ноль. Ничего действительно стоящего внимания мы так и не нашли.

Аврелия покашляла.

— Но раз исполняющая обязанности начальницы твоей службы безопасности думает иначе, то мешать ей докладывать не буду. — Мой друг демонстративно откинулся на спинку стула. — Понадобятся комментарии — я к вашим услугам.

— Что там у тебя? — повернулся я к Аврелии.

— Много чего, — отозвалась девушка. — В целом я согласна со Штефаном, однако есть одно «но». Мы не обладаем всей полнотой информации и потому не можем самостоятельно делать выводы о важности тех или иных сведений. Позвольте, я изложу факты и оставлю за вами право решать, стоят они чего-то или нет.

— Излагай.

— Второй пилот и капитан корабля дали согласие на изучение их воспоминаний, так что наши выводы однозначны: ни о какой ошибке в управлении кораблем не идет и речи. Имело место внешнее вмешательство. Однако никаких остатков артефактов или признаков присутствия посторонних в окрестностях места крушения мы не обнаружили.

— Кто осматривал место происшествия? Могли они пропустить следы пытавшегося остаться незамеченным диверсанта?

— Маловероятно. Твои солдаты только стояли в оцеплении, а обшаривали склон люди Молчуна и мои маги.

— Плохо.

— Что именно плохо? — уточнила Аврелия.

— Видишь ли, — начал просвещать девушку я, — недостаточно просто оставить на подходящем скалистом выступе подготовленное заклятие, которое активизируется в определенный момент. Оно не сможет зацепить корабль — вихревой щит не позволит. Теоретически достаточно умелый маг способен справиться с проблемой, но ему придется управлять чарами лично.

— Ничьих следов обнаружено не было, — уверенно заявила Аврелия.

— Верю. Но тогда, кроме размещенного на горном склоне заклятия, следы которого уничтожила лавина, должен наличествовать еще и магический якорь на самом корабле. А раз вы не нашли никаких артефактов или их останков, значит, роль якоря выполняли чары.

— Это что-то меняет? — осторожно спросила девушка.

— Как ты сдавала на вторую ступень по магии? — страдальчески вздохнул я. — Подходящий для захвата, а не только отслеживания якорь должен быть мощным. И одновременно незаметным. С такими требованиями энергия, необходимая на его длительную поддержку, растет в геометрической прогрессии. Даже очень опытный маг смог бы обеспечить только порядка двух суток работы. В лучшем случае. Скорее всего, меньше. А значит, он поместил заклятие на корабле буквально за день до происшествия. То есть или кто-то осведомлен о моих планах практически так же хорошо, как я сам, или мы имеем дело с противником настолько опытным, что он предсказывает наши действия с крайне высокой долей вероятности.

— Или банально зная, что рано или поздно ты полетишь в горы с инспекцией, диверсант через день наведывался на борт «Рассекающей небеса», обновляя чары, — добавил развалившийся на стуле Штефан.

— С каких пор посторонние маги имеют свободный доступ на мою яхту?

— Мы буквально вчера общались с Молчуном на эту тему. Посадочная площадка находится на удалении от поместья и не имеет иных линий охраны, кроме собственных. Себастьян предложил дать ему неделю, чтобы найти способ проникновения на корабль. Сейчас, после того как ты установил дополнительную сигнализацию и удвоил караулы. А уж до нашего вылета в горы такое могли проделать аж четверо из его отряда. Впечатляет? Полагаю, наследнику императора найти специалиста нужной квалификации проблемы тоже не составило.

— М-да. — На самом деле я установил две линии дополнительной сигнализации, а не одну, но правоты Штефана это не отменяло. Получается, что где-то в городе обосновался не просто маг-диверсант, совершивший одно удачное проникновение, а мастер, способный чуть ли не в открытую гулять по подконтрольной моим людям территории. Защитный периметр, вроде разработанного мной с Мелисандой, требовалось возводить в срочном порядке.

— Нам не хватает людей для проверки всех предположений, — посетовал Цванг. — На маршрут каравана можно выйти по трем ущельям, если отправляться из Летендера и не забирать слишком далеко на север. Наверняка в остальных двух нас поджидали аналогичные сюрпризы. Сейчас солдаты заняты их поиском, но обшарить все горные склоны силами двух с половиной сотен человек крайне проблематично. Селина потрошит мозги захваченных горцев и охранников каравана, прерываясь только на краткий сон. Ему не до допросов солдат, охранявших посадочную площадку корабля в течение последнего времени. Да и смысла особого нет. Если бы хоть у кого-то из наших «охранителей» был шанс заметить нечто необычное, он бы уже валялся в канаве с перерезанным горлом или бежал в сторону границы с любой соседней страной.

— Но проверку провести все-таки надо.

— Проведем, — согласился Штефан, в то время как Аврелия делала пометки в своем блокноте. — Только толку все равно не будет. Особенно с учетом того, что предполетная проверка проводилась и никакого магического якоря пилоты не нашли.

— Если они относились к мерам безопасности так же спустя рукава, как и остальные, то ничего удивительного, — по инерции проворчал я, прекрасно понимая, что у моих работников, в отличие от меня, не было особой причины для паранойи. — Кстати, о горцах. Выяснили, чем они разнесли дорогу у нас под ногами?

— Да, — перехватила нить разговор Аврелия. — Специальная алхимическая смесь. Она гораздо слабее магических мин и довольно дешева. Используется для взрывных работ в шахтах. Как выяснилось, торговля с горцами у солдат Флобер поставлена на широкую ногу. Умудряются даже разящие мечи продавать, не то что расходные материалы вроде стрел или одноразовых артефактов.

— Чем горцы с ними расплачиваются?

— Кроме самогона и козьего мяса? Компонентами ядов, редкими растениями, информацией о тропах, помощью против соседей. Самими соседями, наконец.

— В смысле? — не понял я.

— У местных крайне мало развлечений, так что они присвоили вендетте статус одного из них. Помнят все обиды за прошедшие десятилетия и мстят при первой же возможности. Не забывая извлекать выгоду. Так что захваченный пленник из соседнего селения имеет все шансы быть проданным другим горцам. Или легионерам Флобер. Для работ на алмазной шахте используется почти исключительно рабский труд.

— Но в империи запрещено рабство. — Я был шокирован. Причем не столько самой ситуацией, сколько ролью императорской семьи в ней.

— Рабство запрещено, — согласилась Аврелия, — а пожизненный исправительный труд на пользу государства, назначаемый в качестве меры наказания за тяжелые преступления, — нет. Или «отработка причиненного родственниками ущерба», как звучит формулировка в случае местных жителей. Мы за трое суток расследования накопали раз в десять больше грязи, чем я видела за год службы в здешних горах.

— Охотно верю. — Я мысленно внес в список задач поиск персонала для работы в алмазной шахте и необходимость разобраться в правомерности содержания под стражей всех находящихся на рудниках людей. — Получается, охранники каравана напали на нас, чтобы скрыть свои мерзкие делишки?

— Вовсе нет. — Аврелия перекинула несколько листков в своем блокноте. — Охраной секретной шахты занимается всего одно небольшое подразделение. Остальные, в том числе сопровождение каравана или солдаты, патрулирующие окрестные горы, считают ее обычным рудником.

— Тогда почему нас атаковали?

— Тут интересная ситуация складывается. Местных жителей было как минимум две группы, из разных поселков. И каждая из них собиралась взять караван, узнав о приблизительной дате его отправки от пьяных солдат. Что примечательно, не от каких-то конкретных солдат, чьи лица или имена можно вспомнить, а от легионеров, выпивающих в своей компании.

— То есть горцами искусно манипулировали?

— Не только горцами. Среди легионеров уже несколько недель ходят слухи, что местные якобы стали переодеваться в одежду городских жителей или даже солдатскую форму, чтобы вводить в заблуждение и заставать врасплох. Сначала охранники каравана натолкнулись на одну засаду, к счастью вовремя обнаружив ее и заставив горцев отступить. А потом вышли на нас. Судя по полученной Селиной информации, начать стрельбу их заставило случайно замеченное передвижение на горном склоне.

— Хочешь сказать, мы сами спровоцировали их?

— Вроде того, — кивнула Аврелия.

— Плохо. У Флобер будет одной отговоркой больше. Кстати, ее люди не пытались мешать вам в расследовании или предъявлять претензии?

— Нет.

Я задумался. Три дня прошло, а начальство захваченных солдат не только само не явилось им на выручку — даже записки не прислало. Бросить своих легионеров Флобер не могла, а значит, она или готовит ответный удар, или уже пожаловалась тому, кто, по ее мнению, должен разрешить возникшее недоразумение, — главнокомандующему. Что подводит нас к следующему вопросу: действительно ли отец не знал об алмазной шахте?

Ход «весовщиков» с вывозом серебра, безусловно, хорош. Риттершанцы продемонстрировали всем любопытствующим свой корыстный интерес, заставив их поверить, что императорская семья присваивает в обход казны страны и Дома не так уж много. Серебро вместо алмазов. Наверняка большинство, в число которого вошел и я, купилось. Попался ли в ту же ловушку отец?

Лидия, работая с бумагами в одиночку, смогла сделать определенные выводы, так что дядя Альберто, имеющий целый штат бухгалтеров, тоже мимо них не прошел. Однако промолчал. Как и отец, буквально в прошлом году присвоивший вражде Флобер с горцами статус войны. Наверняка он посылал сюда людей для наблюдения. Могли ли Риттершанцы обмануть или купить и их? Похоже, папа опять решил поучить меня жизни, предоставляя возможность самому докапываться до истины. Вот только до какой из двух я должен был докопаться?

Ло Аврелия Томбсмит

— Фух, — Аврелия утерла со лба воображаемый пот, в то время как Штефан закрывал дверь оставленного ими кабинета. — Все соки выжал. А пока мы вместе учились в академии, он казался таким наивным мальчиком…

— Ты поэтому вдруг стала серьезной? — осведомился Цванг. — Взрослые мужчины — уже не такая притягательная цель для флирта?

— Смотря насколько взрослые, — ухмыльнулась Аврелия, обмахиваясь блокнотом. — Тебе еще даже до ребенка расти и расти.

— Ты хотела сказать, зарабатывать и зарабатывать? — оскалился в ответ Штефан.

— И это тоже, — не стала скрывать девушка. — Умная женщина всегда ищет мужчину, способного ее обеспечить. Или создать своей избраннице такие условия, при которых она обеспечит себя сама. Так что тебе, господин Цванг, остается только отправиться спать в объятья жены.

— Не самый плохой вариант, знаешь ли. Особенно в той части, где говорилось про сон. Прошедшие три дня меня изрядно измотали.

— Простолюдины несовершенны. — Аврелия сокрушенно покачала головой. — Особенно по сравнению с истинными высокородными. — Она вздернула нос, краем глаза наблюдая за реакцией Цванга.

— То есть ты отдыхать не пойдешь, я правильно понял? — зевнул тот. — Отправишься искать развлечений, как истинно высокородная?

— Зачем их искать? — высокомерно проронила девушка. — Ла Лидия еще позавчера приглашала меня выпить с ней по чашечке чая.

— Вряд ли подобное времяпрепровождение можно назвать отдыхом, — хмыкнул Штефан. — Но ты вроде бы с ней неплохо сдружилась.

— Не стоит использовать столь громкие слова. Это с тобой мы могли бы сдружиться, если бы не были так похожи. А мое положение в отношении Ла Лидии лучше всего описывает слово «компаньонка». Знаешь, что оно означает?

— Ага, — кивнул Цванг, — почти то же самое, что и «протеже», только символов побольше. Во всяком случае, умные люди предпочитают подобное толкование. Хотя буквоеды могут с ними не соглашаться.

— Я не настолько буквоед, — фыркнула девушка. — Но быть протеже сразу двух человек можно, только если у них одинаковые цели. В противном случае приходится выбирать. Мой выбор уже сделан, и имя покровителя тебе известно. Так что спрячь кинжал твоей подозрительности, господин Цванг. Или хотя бы вытри с него яд.

— Постоянно таскать с собой отравленный кинжал — моветон. А уж прилюдно вытирать яд — и подавно. На такое способны только простолюдины.

— Вот и я о том же, господин Цванг, — покивала Аврелия. — Увидимся завтра утром, когда выспишься.

— Ты тоже не слишком сильно отдыхай. Синяки под глазами не пойдут даже начальнице службы безопасности, а не только исполняющей ее обязанности.

Аврелия, по опыту знающая, что их пикировка может длиться часами, только помахала «коллеге» ручкой на прощанье и направилась к хозяйке дома, которой действительно обещала составить компанию за чашкой чая, как только выдастся свободная минутка.

Ла Абель Гнец

После разговора со Штефаном и Аврелией настала очередь Молчуна. Впрочем, его доклад практически ничего не добавил к уже сложившейся в моей голове картине. Так, несколько мелких подробностей.

Шахту мы захватили преимущественно ради того, чтобы не дать разбежаться людям, принимавшим участие в разворовывании моей собственности. Но пока вопрос о законности использования труда прежних работников оставался открытым, рудник простаивал, принося убытки одним своим существованием. Требовалось срочно отыскать наемных шахтеров, готовых заключить контракт. Причем сделать это самостоятельно, без помощи отца или Сокола, чтобы не порождать свою зависимость от них и не расписываться в собственной слабости. Связями Лидии тоже пользоваться не стоило: все ее контакты в нужной области существовали исключительно благодаря влиянию семьи, а мне совсем не хотелось содержать за свой счет работников, всегда готовых оказать услугу Риттершанцам.

— Вы случайно не знаете, где можно нанять достаточное количество шахтеров? — задал я риторический вопрос еще не покинувшему мой кабинет Себастьяну.

— Нет, — он покачал головой.

— Так я и думал.

— Зато с магами, которыми не так давно интересовался господин Цванг, я, кажется, все же могу вам помочь.

— С обычными? — Кроме чародеев для работы в охране и службе безопасности мне требовались один или два алхимика и мастера-артефакторы для воплощения моих личных разработок в материальную форму.

— С боевиками. И охранниками. Вот только вторые, они, как бы помягче сказать… — Себастьян поморщился. — Больше приспособлены к разрушению и обходу защитных систем, чем к их проектировке и созданию.

— Подойдет, — обрадовался я. — Такой опыт гораздо лучше его полного отсутствия. Но неделю назад Штефан говорил, что у вас нет ни одного кандидата. Что изменилось за прошедшее время?

— Ничего, — пожал плечами Молчун. — Просто я еще раз обдумал условия, о которых говорил господин Цванг, и понял, что они могут подойти некоторым из моих знакомых. Если добавить к вашим обещаниям всего один пункт, не обязательно даже включаемый в официальный договор.

— Что за пункт?

— Обучение вашей личной магической школе. Или хотя бы некоторым заклятиям. Лично я не очень силен в магии и рассматриваю ее исключительно в качестве полезного инструмента, но многие чародеи крайне серьезно относятся к самосовершенствованию. Некоторые из них ради возможности изучить эксклюзивные чары даже могут пойти на досрочное закрытие своих нынешних контрактов и выплату неустойки работодателям. Хотя большинство вам придется подождать.

— Звучит интересно, но с чего вы вообще взяли, что мне известны какие-то действительно новые чары? — удивился я. — Не говоря уж о серьезных разработках в области магии, необходимых для создания собственной школы.

— Всего лишь свел имеющуюся у меня информацию воедино, — осторожно улыбнулся Себастьян. — Наблюдательность — один из важнейших навыков хорошего диверсанта. Так же, как и умение не трепать языком. Вы позволите мне изложить свои выводы?

— Пожалуйста.

— Любой наблюдатель может отметить несоответствие вашего официального уровня владения магическим искусством реальному. Сочетание крови Ла и серьезного увлечения специфической литературой со всего второй ступенью по магии многим покажется странным.

— Мне не хватает общих знаний для сдачи на третью ступень, — уведомил его я. — Причем сказанное — не шутка и не попытка вас обмануть.

— Странно. — Похоже, Себастьян оказался сбит с толку. — Возможно, я поспешил с некоторыми выводами, но прочие факты говорят сами за себя.

— Продолжайте. — Мне действительно было интересно. Нечасто удается услышать в подробностях, где именно ты прокололся.

— Полгода назад, в Солиано, вы избавились от размещенных в непосредственной близости к стационарному накопителю чар, которые вообще не должны были заметить.

— Так это была ваша работа?

— Не моя. Набу. Надеюсь, вы на него не в претензии? Мы в то время выполняли заказ вашей сестры.

— Никаких претензий. Но, если возможно, мне хотелось бы узнать побольше о тех чарах.

— Я передам Набу ваше пожелание. — Себастьян кивнул. — Однако пойдемте дальше. Следующим стал ваш странный способ связи, использующий кровь. Затем поиски как минимум четырех артефакторов, совмещенные с нежеланием делать хоть какие-то заказы посторонним мастерам. Даже у систем защиты, о которых вы упоминали, есть вполне обычные элементы, легко изготавливаемые посторонними и не несущие угрозы безопасности. В общем, странное поведение для человека, если он не собирается заниматься массовым изготовлением какого-то нового вида артефактов. И наконец — заклятие щита, которым вы остановили лавину.

— В нем-то что странного? Чуть модифицированный ячеистый купол.

— Такое объяснение подойдет Ло Фоссу или Ло Томбсмит, не слишком хорошо разбирающимся в магии. Какой-нибудь гражданский специалист, не видевший оставленных лавиной следов, тоже может обмануться. Я не великий знаток чар, зато вскрыл за свою жизнь не один десяток щитов и очень хорошо представляю, на что способна разгневанная природа. Ячеистый купол — вообще не лучший выбор для остановки чего-то масштабного: его достоинство — в восстановлении отдельных разрушенных ячеек и возможности питать их независимо друг от друга. Я сильно сомневаюсь в способности подобной преграды, даже развернутой по всем правилам, минут за двадцать, и запитанной от накопителя, а не личного запаса мага, задержать такую лавину.

— У меня был с собой накопитель.

— Зато не было времени даже на полноценное создание чар, а не то что на подключение внешнего источника энергии. — Себастьян скрестил руки на груди. — Я не прошу научить меня новому заклятию, просто делюсь наблюдениями. Неизвестный прочим секрет можно отыскать в книгах или открыть случайно, но когда таких секретов насчитывается целых четыре штуки, впору подозревать создание новой магической школы. Возможно, вы только в начале пути, но многим хватит и этого.

— Мне понятна ваша точка зрения. — Я перевел взгляд на поверхность стола, размышляя над услышанным. — Однако прежде чем принять помощь, позвольте задать один вопрос. Увеличение количества магов у меня на службе никоим образом не облегчит вашу работу. Премии за их вербовку контрактом тоже не предусмотрены. Так почему?

— Я понял ваш вопрос, Ла Абель. — Себастьян улыбнулся одними губами. — Мне несложно оказать вам бесплатную услугу. — Он помолчал, словно размышляя о чем-то. — Я не многого хочу от жизни: интересной, возможно, рисковой работы в настоящем и спокойного, обеспеченного ничегонеделанья — в будущем. Желательно не только для себя, но и для своей команды. Покровительство семьи Гнец может обеспечить нам и то и другое.

— У меня не самые простые отношения с родственниками, — счел нужным заметить я.

— Сестра вас поддерживает, — пожал плечами Себастьян.

— Ее отношение может измениться в любой момент.

— А может остаться прежним. Не вижу причин гадать о том, что будет завтра.

— Хорошо, Себастьян. Организуйте мне встречу с магами, о которых говорили. И смею заверить, бесплатные услуги я помню ничуть не хуже оплаченных.

Ла Лидия Риттершанц

Лидия проводила покидающую ее дом Аврелию до самых дверей. Вот уж чего не ожидала дочь императора, выходя за наследника главы Дома Меча, так того, что замужество позволит ей обрести если не подругу, то приятельницу уж точно. Разницу в титулах и отсутствие именно дворцового воспитания Ло Томбсмит с легкостью компенсировала живым умом и интуитивным пониманием ситуации. Конечно, девушка, как и многие служащие, была предана скорее Абелю, чем его жене, но Лидию этот факт ничуть не волновал. Пока она поддерживает супруга, его люди будут и ее людьми.

Один такой человек, имеющий неясные обязанности — то ли шпион, то ли офицер, — как раз подошел к выходу, сопровождаемый слугой.

— Уже покидаете нас, Себастьян? — вежливо поинтересовалась хозяйка дома.

Прозванный Молчуном мужчина только развел руками и поклонился с легкой улыбкой. Обычное для него поведение: если бы Лидия однажды сама не услышала его голос, сочла бы глухонемым.

— Мой муж освободился? Не подскажете, где он сейчас?

Себастьян пожал плечами. Справедливо рассудив, что здесь ей все равно ничего не добиться, Лидия попрощалась с мужчиной и не спеша отправилась обходить первый этаж. Она могла бы узнать о местонахождении Абеля у слуг, но предпочла прогуляться, не имея желания возвращаться к работе или сидеть в одиночестве.

Гнец обнаружился в библиотеке у полки с томами по магии, перелистывающим страницы какой-то книги. Та же Сильвия предпочитала не беспокоить мужа, когда он погружался в чтение, но Лидия за без малого три месяца совместной жизни уяснила, что вне своей комнаты или кабинета Абель вполне открыт для общения, чем бы он ни занимался.

— Ищешь, чего бы почитать? — Женщина подошла к мужу и дунула на его растрепанные волосы, еще сильнее вздыбливая одну из торчащих прядей.

— Вроде того. — Абель попытался при помощи пальцев создать на голове некое подобие прически. — Решил проглядеть для общего развития. — Он продемонстрировал жене обложку «Малозатратных боевых заклинаний».

Лидия склонила голову набок, читая название. Раньше она пропускала подобные мелочи, относясь к ним, как к обычным странностям аристократа воинственного Дома Меча, но в этом был весь Абель: внимательно изучать распространенные среди слабых магов способы убийства исключительно «для общего развития» мог не каждый.

— Опять станешь читать до полуночи? — Женщина осуждающе покачала головой.

— Часов до десяти максимум, — клятвенно пообещал муж, делая честные глаза.

— Я приду проверить. — Лидия чуть наклонилась вперед, заглядывая Абелю в глаза. — Возможно, ты даже найдешь мой ночной визит достаточной причиной, чтобы отложить книгу. Во всяком случае, я постараюсь, чтобы так и было.

— Я могу и сам прийти, — предложил супруг.

— Мне нравится уют моей спальни, но наши встречи в ней такие… — Лидия замялась, подбирая слово. — Обязательные. Могу я хоть одну ночь провести в постели, где правила устанавливает кто-то другой? Пусть даже мне придется вынимать из-под подушки оставленную там книгу.

— Я не храню книги под подушкой, — возмутился Гнец, тем не менее обнимая жену за талию и притягивая к себе.

— Проверим, — пообещала Лидия, прижимаясь к нему теснее. Она ужасно хотела вновь почувствовать себя пушинкой в его руках и спать без сновидений, в которых ее опять накрывает ревущая лавина. — И не только сегодня. А то нам через шесть дней опять ехать в летнюю столицу и жить в твоем доме с маленькими комнатками.

— Через пять, — поправил жену Абель. — Финал турнира и все такое. Мне Рикка о нем в обед уже напоминала. Кстати, в Солиано ведь сейчас твой отец. Собираешься его навестить? Мне надо сроки пребывания планировать.

— Не собираюсь, — зло улыбнулась Лидия. — Я посещаю город, чтобы побывать на турнире, устроенном другом моего мужа. Не более. Если кому-то надо — пусть сам просит у меня аудиенции.

Юноша вошел в комнату своей родственницы за два часа до начала рабочего дня. Несмотря на раннее время, женщина не спала, удобно устроившись с книгой в кресле. Впрочем, бессонница Белинды давно стала для Сэма привычной.

— Зачем, тетя? — вопросил Фосс, усаживаясь во второе кресло. — Зачем?

— Зачем что, мой мальчик? — Женщина отвлеклась от книги.

— Зачем ты все это устроила?

— Что «это», Сэмюель? Я не понимаю твоих вопросов.

— Диверсия, тетя. Я имею в виду диверсию.

— Почему ты считаешь, что я как-то замешана в произошедшем?

— Потому что я знаю тебя, тетя. Знаю лучше любого другого. Потому и спрашиваю «зачем», а не «как». Слишком вовремя тебе стало плохо, когда ты просила Абеля оставить меня в поместье, и слишком быстро полегчало, когда выяснилось, что я все равно улетаю. К тому же такая явная опека совсем не в твоем стиле.

— Ты считаешь меня виноватой только на основании подобных подозрений? — Белинда отложила книгу в сторону. — Я уже не имею права доверять женской интуиции или беспокоиться о любимом родственнике?

— У меня есть кое-что кроме подозрений. Вот. — Сэм достал из кармана крупную деревянную щепку. — На ней есть следы крови. Я участвовал в разборе останков «Рассекающей небеса» и нашел отнюдь не один подобный обломок. А еще я находился на корабле в момент крушения и могу точно сказать, что никто из пострадавших не подходил и близко к тому месту, где находились меченные кровью деревяшки. Эта кровь не принадлежит кому-то из раненых или убитых. Мне пойти к Абелю и попросить его создать чары поиска? Кажется, он достаточно разбирается в магии крови, чтобы найти хозяина даже по давно засохшим каплям.

Белинда молчала.

— Я знаю тебя с самого детства, тетя, — продолжал Фосс. — И мне, в отличие от Абеля, прекрасно известно, что книги по магии крови ты не только коллекционировала. Тебе не приходило в голову, что в наше время, когда подобная магия никем не используется, кровавые следы изрядно демаскируют?

— Приходило. — Белинда выглядела совершенно спокойной, разве что чуть бледнее обычного. — Но сформированная магией крови связь — единственный способ подпитывать чары энергией на расстоянии.

— Ты настолько сильно ненавидишь ее? — устало вздохнул Сэм. — Готова отправить на встречу с Совершенством десятки человек, многие из которых тебе хорошо знакомы, лишь бы убить Ла Лидию.

— Не преувеличивай, — холодно произнесла женщина. — Мне наплевать на отродье Риттершанцев, выскочившее замуж за Гнеца. Сдохнет — хорошо, нет — я не собираюсь за ней гоняться со смертоносными заклинаниями. Совсем другое дело — ее братец Давид. И его дружок Бертран. — Ее голос набрал силу. — Ублюдок набрался наглости предлагать мне участвовать в убийстве в обмен на снятие проклятия! Он даже снизошел до личной встречи, желая полюбоваться на результаты своих трудов пятнадцатилетней давности!

— И ты согласилась. — Сэм не спрашивал, утверждал.

— Согласилась, — кивнула Белинда, успокаиваясь. — Знаешь ли ты, мой мальчик, каково это — годами существовать в страхе за свою жизнь? Цепляться за бытие дрожащими пальцами и осознавать, что не встретилась с Совершенством только благодаря усилиям целителей и милости твоего отца Вильяма?

— Догадываюсь, — уклончиво ответил Сэм.

— Догадываешься? — Белинда грустно улыбнулась. — Ты ведь, подобно ублюдку Вайсу, решил, что я ухватилась за шанс пожить полноценной жизнью?

— Это не так?

— Не так, мой мальчик. Твоя тетка давно забыла, что такое полноценная жизнь: во мне мало что осталось, кроме ненависти к Риттершанцам и благодарности не бросившим меня родственникам. Я хотела, чтобы у Бертрана все получилось. Чтобы он прикончил Гнеца. С моей помощью. — Женщина прикрыла глаза, и ее голос упал до шепота. — Тогда бы я смогла предстать перед главнокомандующим и дать ему выпотрошить свою память. До самых дальних уголков. Сойти с ума от стараний психо и отправиться на эшафот вместе с Вайсом за убийство наследника главы Дома Меча. — Белинда мечтательно улыбнулась. — Досталось бы и Риттершанцу. Старший Гнец — опасный человек, и он не простил бы наследнику императора выходки его дружка. Жаль только, ничего не получилось.

Воцарилась тишина. Женщина молча переживала крах своих надежд, а юноша просто не знал, что сказать.

— Зачем ты полетел с Гнецем, мой мальчик? — с горечью произнесла Белинда. — Почему не послушал меня? Я так испугалась за тебя. В последний момент даже выскочила на террасу, желая остановить корабль и во всем сознаться. Живи, Сэмюель, прошу тебя. Расскажи все Гнецу, уволься и живи. Поступи на службу к любому генералу, не связанному с высокой политикой. И постарайся не очень сильно ненавидеть свою глупую тетку, слишком поздно понявшую, что же для нее ценно на самом деле. — По щеке женщины сбежала одинокая слезинка.

— Я не могу тебя ненавидеть, тетя, — опустив плечи, пробормотал Сэм. — Но и относиться по-прежнему после смерти своего друга тоже не могу. Уезжай. Я ничего не скажу Абелю. Только отцу. Но он имеет право знать.

— Как пожелаешь, Сэмюель. Я уеду и попытаюсь жить самостоятельно — у меня хватит средств на некоторое время. Только пообещай, что будешь хоть иногда отвечать на письма, которые я стану тебе писать.

— Обещаю, тетя, — вздохнул юноша. — Я отвечу на каждое твое письмо. Если смогу.

ГЛАВА 30

Ла Абель Гнец

Дополнительные пять дней, потраченные на расследование, не дали ничего. Моя недавно созданная служба безопасности покопалась в грязном белье доброй сотни человек, собрала изрядное количество не имеющих прямого отношения к делу фактов и составила притянутый за уши список условно подозреваемых из девяти человек. Попавшие в него были виновны лишь в совершении необычных поступков в неудачное время.

Если следовать озвученным Штефаном критериям буквально, меня самого следовало поместить в начало списка. Я, будучи работодателем Цванга, оказался вне подозрений и избежал этой сомнительной чести. В отличие от Белинды Фосс — слишком уж сильно она волновалась за Сэма в день катастрофы. Подозревать женщину в сотрудничестве с Давидом и тем более участии в подготовке покушения было глупо: она не только ненавидела Риттершанцев, но и не имела хоть сколько-то серьезной возможности навредить мне или вызнать нечто секретное. Однако какая-то причина пытаться удержать племянника подле себя у нее явно была, пусть мелкая или сомнительная с точки зрения окружающих. Главное, что сама Белинда относилась к ней всерьез. И до сих пор держала при себе, несмотря на крушение «Рассекающей небеса» и гибель людей. Требовать же от женщины откровений я не спешил, полагая, что если она что-либо скрывает, то у нее есть для этого некие основания. И, зная тетушку Фосса, можно легко предположить, что в ответ на прямой вопрос она откровенничать не станет.

Прочие результаты деятельности подчиненных тоже не утешали. По-хорошему мне следовало переселиться в кабинет и несколько дней, а то и недель посвятить исключительно контролю эффективности своих работников: вникать в доклады Штефана, искать в горах следы чужой магии, не полагаясь на гораздо менее квалифицированных, чем я, подчиненных Аврелии, помочь Рикке с наладкой следящих систем поместья. Но простаивающая алмазная шахта и содержащиеся под стражей ее бывшие работники и охранники не позволяли тратить время подобным образом. Так что, оставив Штефана с Аврелией и помогающей им Селиной продолжать расследование, я направился в летнюю столицу обсудить с Соколом сложившуюся ситуацию. Компанию мне составили только жены, личные горничные и Сэм, для которого смерть друга и подчиненных оказались серьезным ударом. Всю последнюю неделю Фосс буквально разрывался между желанием присутствовать на всех розыскных мероприятиях и стремлением как можно лучше исполнять свои основные обязанности, заключающиеся в охране поместья и его обитателей. Победило второе: поучаствовав в разборе останков «Рассекающей небеса» и допросах пленников, он взвалил на свои плечи дополнительные задачи по проверке караулов в ночное время и усиленной тренировке доукомплектованного десятка. И в Солиано он с нами напросился. Прихватив заодно своих подчиненных, замученных резко возросшими физическими нагрузками. Избавился я от навязчивого присутствия Сэма, только заставив его взять два выходных — для посещения финала организованного Кристофером турнира, на который, по официальной версии, мы и прилетели. После чего, воспользовавшись оказией, навестил Гнешека.

Ингви, выслушав новости, изрядно удивился. Причем не покушению, которое Сокол воспринял как нечто само собой разумеющееся, а моей неосведомленности относительно существования алмазного месторождения. Он, видите ли, полагал, будто я совершенно точно знал, что требовал у наследника императора. Давид, скорее всего, тоже так считал, потому и затеял все эти игры со свадьбой и попыткой моего устранения, лишь бы не отдавать столь ценный ресурс. Если я умру, Лидия унаследует шахту, возвращая алмазы Риттершанцам. Даже обиду моей жены на родственников и раздражение от скоропалительной свадьбы учли: ее настрой никак не мешает их плану по захвату территории через брак, зато помогает женщине оставаться живой и здоровой — ни один глупец не будет избавляться от супруги, искренне пытающейся стать добровольной помощницей и занимающей столь высокое положение в обществе.

Обсудив ситуацию с Гнешеком, я пришел к неутешительному выводу о необходимости ожидать в ближайшее время новых покушений: Давид определенно решил, что месторождения Вельских гор — достаточно серьезный повод игнорировать недовольство Дома Крылатого Меча, вызванное скорой смертью наследника главы Гнецев. Такое отношение Риттершанца к проблеме наших с ним взаимоотношений было понятно и даже в чем-то естественно, но радовать никак не могло.

Я сильно сомневался в своей способности грамотно спланировать убийство наследника императора и избавиться от него раз и навсегда. Пришлось остановиться на идее ограниченного ответа: усилить меры безопасности и бить Давида по кошельку и репутации за каждую попытку покушения. В теории нескольких неудач ему должно хватить, чтобы оставить меня в покое. В теории…

Гнешек пообещал помочь с доведением до имперской общественности сведений о существовании в Вельской области еще одной шахты. Новость должна отвлечь императорскую семью на некоторое время, а заодно снизить для них ценность приза: алмазы, часть добычи которых требуется сдавать в казну Дома и страны, — несколько менее лакомая добыча.

Я же надеялся потратить выигранное время с пользой. Ради чего одолжил у Ингви двух специалистов по охранным чарам и выкупил у него же еще не пошедшую в дело партию следящих артефактов. В крепость мое поместье в Летендере к концу лета, конечно, не превратить, но в прилично охраняемый объект — вполне.

— Скучаешь в одиночестве? — В гостиную вплыла облаченная в длинное белое платье Мари. Обошла комнату по кругу и остановилась напротив меня, по другую сторону разделявшего нас дивана.

Еще один «подарок» судьбы: сестра прилетела в Солиано на два дня раньше нас и преспокойно поселилась в моем доме, заняв одни из гостевых покоев. Очень «мило» с ее стороны, особенно учитывая прошлогодние уверения родственников в отсутствии у них ключей от охранных заклятий. Останавливаться у Кристофера Марианна отчего-то не захотела несмотря на то, что вроде как прибыла поддержать его и полюбоваться на финал турнира. Надо полагать, мой второй дом она тоже может посещать как собственный — придется защиту не переделывать, а практически с нуля возводить.

Ла Марианна Гнец

— Не скучаю, а жду готовящихся к выходу женщин, — проворчал Абель, привычно защищаясь от еще не высказанной остроты.

— Должна заметить, что ожидаешь ты их, скучая. В одиночестве. — Марианна не пожелала отступать. Она наклонилась вперед, опершись локтями на спинку дивана. — Как свадьба меняет жизнь человека… А ведь совсем недавно тебя повсюду сопровождали привлекательные девушки. Где они сейчас? Держатся подальше, опасаясь попасться на глаза ревнивым женам?

— Занимаются тем же, что и остальные. Наряжаются перед посещением турнира.

— Все сразу? — делано удивилась женщина. — Неужели служанкам требуется столько же времени на сборы, как и хозяйкам? Абель, тебя обманывают. Авторитетно заявляю, что и Верат и Сонано способны одеваться очень быстро. Наверняка я права, и они банально прячутся по комнатам, не желая вызвать неудовольствие Ла Риттершанц. Гляди, братик, как бы твоя вторая жена не взяла власть в доме в свои нежные, но цепкие ручки. Будет жаль, если следующий главнокомандующий, на скорое возвышение которого я искренне надеюсь, окажется обычным подкаблучником. — Мари осуждающе поцокала язычком, внимательно наблюдая за реакцией Абеля. В первую очередь ее интересовало отношение брата к идее наследования отцовской должности и только на закуску — его мнение относительно императорской дочки.

— Беспокоишься об утрате влияния? — Юноша лениво закинул ногу на ногу. — Не волнуйся: ваши требования и распоряжения ныне весят примерно столько же, сколько и до свадьбы — не очень много. Ситуация не изменится до тех пор, пока вы не откажетесь от идеи продолжения «воспитательного процесса» под видом родственной поддержки. Извини, но я не нуждаюсь в подобной заботе. Можешь так и передать.

— Передать-то могу. Вот только я теперь совсем не при делах и в твоем воспитании не участвую. На мой взгляд, ты достаточно взрослый мальчик, чтобы не нуждаться в ежедневном присмотре заботливой сестрички. Так что, может, сам, а? — Мари старательно изобразила удивленно-умильное выражение лица, мысленно пожелав отцу чего-нибудь нехорошего за нежелание отказываться от плана развития Абеля при помощи непрямого вмешательства.

— Сам? Могу и сам. — Брат пожал плечами. — Просто подумал, что раз уж тебя послали прощупывать почву и выставлять крайними одних Риттершанцев, то ты могла бы вместе с общим докладом заодно и мое мнение изложить.

— Абель, — горестно вздохнула женщина, немного уязвленная подозрением в шпионаже, — мы с тобой подписали мирный договор еще год назад. Уверяю, за все прошедшее время мне и в голову не приходило его нарушить. Так что если ты в чем-то подозреваешь свою любящую сестричку — поведай, в чем именно.

— В участии в отцовских планах… — мрачно проворчал Абель.

— Все мы участвуем в его планах. — Марианна закатила глаза. — Но я здесь просто потому, что захотела увидеться с тобой, поболтать.

— Так захотела, что даже сократила неизменный ритуал разглядывания себя в зеркале, спустившись гораздо раньше моих жен? — скептически уточнил брат. — Неправдоподобно. Но если уж тебе так хочется поиграть, то ладно. Давай делай недоуменное лицо. Рассказывай с честными глазами, что ничего не слышала о моем попадании под лавину и конфликте с Флобер. И о том, как совершенно случайно, поддавшись внезапному желанию взять несколько выходных, ты решила прилететь в Солиано и поселиться в моем доме отдельно от Кристофера.

— Прервись на секундочку, братик. — Мари резко посерьезнела. — Что ты сказал о лавине и Флобер?

— Неужели ты не в курсе? — удивился Абель.

— Нет… — процедила Марианна, прикидывая, как наказать одного наглого диверсанта, вдруг решившего придержать важную информацию. Небось, мерзавец, обиделся на ее последнее письмо с предложением решать вопросы о необычных поручениях с непосредственным нанимателем.

— Значит, будешь.

— Мне нужны детали, — тихо произнесла женщина. Мари верила, что брат в состоянии решить свои проблемы самостоятельно, но занимать выжидательную позицию было совсем не в ее стиле.

— Обойдешься, — отрезал Абель. — Оказанной семьей помощи мне уже более чем достаточно.

— Бра-а-атик!.. — угрожающе протянула Марианна.

— Хочешь деталей? Подойди к отцу и спроси, как получилось, что нанятые им легионеры грузят всю выработку моей алмазной шахты на телеги и вывозят из области, передавая в руки Риттершанцам. Не слишком ли серьезная прибавка к обещанным императорскому роду сорока процентам серебра?

— Алмазы? — удивилась женщина.

— К отцу. — Абель сложил на груди руки. — И ты мне все еще не рассказала, почему вдруг решила поселиться отдельно от мужа.

— У нас вышел небольшой семейный конфликт, — поморщилась Марианна.

Предложенная тема разговора ей не нравилась, но она признавала за братом право уйти от ответов подобным образом. Ничего, кое-какую информацию он дал, а остальное можно раскопать и без его помощи, серьезно поговорив с отцом и обнаглевшим Молчуном. Себастьян всегда славился своим умением не выдавать секретов нанимателя, но оставлять ее в неведении относительно грозившей Абелю опасности — перебор.

— Настолько небольшой, что, находясь в одном городе, вы проживаете в разных домах? — Юноша приподнял бровь.

— Я над ним неудачно пошутила, — пожала плечами Мари. — Не то чтобы уж очень жестоко, но Кристофер принял мой необычный юмор слишком близко к сердцу.

— Знаю я твои шутки… — вздохнул Абель. — Хотя и не припоминаю, чтобы кому-то требовался целый отряд для решения семейных споров.

— Да он и ему не особенно пригодился, — сочла нужным заметить женщина. — Могли бы и так поговорить — я же не зверь какой.

Абель ядовито улыбнулся.

— В общем, мы решили забыть прошедший год и начать наше знакомство сначала, — поспешила продолжить Марианна, избегая крайне вероятного и наверняка нелестного комментария брата. — А так как я вроде виновата — приходится самой за ним ухаживать. Вот прилетела его молодежный турнир смотреть. Зато общаемся вполне мило. — Женщина постаралась выглядеть оптимистичной. — Глядишь, к концу лета до поцелуев дойдем, а на зимних каникулах устроим себе еще один медовый месяц.

— То есть ты полагаешь, что раньше чем через полгода Крис не остынет? — Абель согнал со своего лица мерзкую ухмылку и теперь выглядел просто грустным. — Знатно ты его зацепила.

— Переживет… — мрачно процедила Марианна. — У него сильная воля. Если мы договорились, что медовый месяц будет зимой, то Кристофер заставит себя в нем участвовать. А я постараюсь, чтобы подвиг дался ему не слишком тяжело.

— Заставит? — Абель покачал головой. — А ведь он был в тебя влюблен.

— Он и сейчас влюблен. — Марианна грустно улыбнулась, вспоминая последние разговоры с мужем. — Просто не хочет слишком легко сдаваться. Но я не гордая, могу и подождать. Сильный мужчина в наше время, редкость. А ты, между прочим, его чуть не убил, поделившись боевыми эликсирами, которые он совершенно не умеет дозировать. Хорошо еще, что у меня целитель всегда под рукой.

— Боевыми эликсирами? Я? — удивился Абель.

— Он сказал, что взял их там же, где и наемников. — Мари прищурилась.

— Да? — Абель на мгновение задумался. — Пожалуй, я знаю человека, способного оказать Кристоферу подобную услугу.

— Знаешь? — Марианна чуть расслабилась. — Тогда передай этому благодетелю, что безответственно давать такие зелья в руки курсантам.

— И ничего больше?

— Все, что я действительно хотела высказать, — услышали остатки стен моего тренировочного зала. Не вижу смысла повторяться. Хотя ты можешь добавить что-нибудь от себя.

— Хорошо. — Абель кивнул.

— А вообще, спасибо тебе за мужа. — Марианна немного повеселела. — Вот подрастет, наберется опыта, подрастеряет чуток лишнего гонора, и лет через десять мы станем идеальной парой. Если раньше не поубиваем друг друга.

Ла Абель Гнец

Цапались мы с Марианной еще минут тридцать, прежде чем мои жены закончили туалет и соизволили спуститься к нам в гостиную. Я демонстративно покосился на часы, намекая на слишком долгие сборы, — опаздывать к началу речи Кристофера, открывающей финал турнира, было бы невежливо. Лидия с успокаивающей улыбкой взяла меня под правую руку.

— Извини, — тихонько пробормотала Сильвия, пристраиваясь слева.

Я еще раз с укором взглянул на жен, прежде чем повести их к дверям. Шедшая прямо за нами Марианна даже не подумала сдерживать ехидное хихиканье. Хотя следовало признать, что со стороны наша троица действительно выглядела несколько комично: туфли на шпильках, которые по последней моде дамам полагалось носить одновременно с пышными юбками до пола, заставляли и без того не низеньких женщин возвышаться надо мной на целую голову.

— На себя посмотри, — огрызнулся я, не оборачиваясь.

— Приятной поездки, — смеясь, пожелала сестра, покидая дом и быстрым шагом направляясь к ожидающим экипажам.

— И тебе, — буркнул я. Лидия несильно сжала мой локоть, то ли поддерживая, то ли предостерегая от излишней грубости.

До своей кареты мы дошли в молчании. Женщины не спеша забрались внутрь, опираясь на мою руку и придерживая длинные юбки. Экипаж Марианны тронулся, не дожидаясь нас, и сразу набрал приличную скорость. Видимо, сестра и впрямь старалась загладить свою вину перед Кристофером, если не могла позволить себе не прибыть к самому началу турнира.

— Отделался, — облегченно выдохнул я, запрыгивая в карету и закрывая за собой дверь. — Надеюсь, вас Мари не сильно утомила за время моего вчерашнего отсутствия?

— Ни капли, — покачала головой Сильвия. — Хотя я никогда не думала, что однажды буду на равных разговаривать со своим лорд-командором. Вне службы она такая милая.

— Милая? — удивился я. Сестра, конечно, не жалила всех подряд ради одного только развлечения, но назвать ее милой у меня бы язык не повернулся.

— Именно так. — Сидящая напротив Лидия рассеянно крутила в руках абсолютно бесполезный по нынешней погоде веер. — Она была крайне любезна, рассказывая о членах вашей семьи. Очень интересно и познавательно, несмотря на то что я совершенно не понимаю воинского юмора.

— Юмора? — удивилась держащая меня за руку Сильвия. — Но Ла Марианна вчера вроде бы не шутила. Я опять упустила какой-то подтекст? — Кажется, она расстроилась.

— Тот момент, когда она сетовала, что Абель совсем не интересуется боевыми искусствами и воин из него не выйдет, несмотря на обучение в академии Солиано. Или это был не воинский юмор, а какая-то семейная шутка? — Жена вопросительно взглянула на меня.

— Не семейная шутка, а семейное мнение, — хмыкнул я.

— Не понимаю. — Лидия нахмурилась. — Неужели все родственники превосходят тебя в умении сражаться? Они не принимают в расчет твое магическое искусство?

— Не в том дело. Просто в семье существует устойчивое мнение относительно моих невысоких способностей, которое нам выгодно поддерживать.

Лидия обменялась быстрыми взглядами с Сильвией и вновь уставилась мне прямо в глаза.

— Как долго ты водишь родню за нос? — спросила она.

— Лет десять. Плюс-минус несколько. Сложно сказать точно. — Я решил, что жена, стоявшая за моей спиной во время схода лавины, заслужила некоторую откровенность. Все равно добрая половина моих секретов вскоре перестанет быть таковыми, а благодаря действиям Давида мы с Лидией теперь являлись супругами не только формально.

— Не только у меня проблемы с семьей, да? — заметила жена, растягивая губы в злой улыбке. — Собираешься заняться родственниками сразу после Давида? Или поставишь их на первое место?

— Ни то ни другое. Я хочу избавиться от их опеки, а не воевать, как с твоим братом.

— Понимаю. — Улыбка неспешно покинула лицо Лидии. — Три месяца назад я обещала тебе, муж мой, что в случае конфликта с Давидом наши дети будут носить фамилию Гнец. Мне бы хотелось немного изменить свое обещание. Ты позволишь?

— Э? — настороженно произнес я.

— Наши дети будут носить ту фамилию и принадлежать той семье, которую выберет мой муж. Я отказываюсь от прежнего родства ради нового. В конце концов, быть второй женой не так уж и плохо.

— Лидия… — тихонько выдохнула Сильвия.

Я растерянно уставился на дочь императора, не находя нужных слов. Секунд через пять левая бровь супруги медленно поползла вверх, задавая непроизнесенный вслух вопрос. И именно в этот момент ожили оплетающие мое левое предплечье чары, сообщая о срабатывании сигнализации.

— Проклятье! — выругался я, рефлекторно отключая заклятие.

— Признаться, я рассчитывала на иную реакцию, — несколько обескураженно пробормотала Лидия.

— Порт? — быстро спросила Сильвия, выпуская мою задергавшуюся руку.

— Да, — бросил я, пытаясь связаться с расположенными в сейфе наблюдательными чарами.

— В воздушный порт! — рявкнула первая жена, распахивая дверь кареты и высовываясь наружу. — Загоняя лошадей!

Заклятия на корабле на сигнал не отзывались. Видимо, воры не сумели обезвредить защитную магию, и чары сработали, как и полагалось: разрушив сейф, каюту и, надеюсь, убив хоть кого-нибудь.

— Могу я узнать, что произошло? — спокойным голосом вопросила вцепившаяся обеими руками в сиденье Лидия, едва не опрокинувшаяся при резком развороте кареты.

— Кто-то проник на борт нашей яхты и вскрыл сейф с запрещенным оружием, — отрешенно бросил я, прерывая работу бесполезных чар. Супруга поморщилась, но отвлекать меня вопросами перестала.

Поисковое заклятие, следом еще одно. Не стоило вообще оставлять запрещенное оружие на яхте. Но в этот раз паранойя сработала против своего хозяина. Я слишком испугался присутствия в доме Марианны, очевидно владеющей ключами от охранных заклятий и имеющей доступ ко всем помещениям, включая подвал. А о том, что, кроме сестры, существуют еще люди, интересующиеся содержимым моего сейфа, и думать забыл. Вот и вернул все контейнеры обратно на корабль в защищенную чарами каюту, вместо того чтобы разместить их в подвале. Теперь придется разбираться с последствиями собственной недальновидности.

Чары дали отклик, вторые — тоже. Я недоуменно сверился с хранившейся в моей голове картой города и осторожно построил третье заклятие. Результат не изменился: оружие по-прежнему находилось на борту, не скрытое никакой магией. Данные были точными, так как подделать три разнотипных сигнала, построенных по индивидуальным методикам в разных магических стилях, без длительного изучения меток не смог бы никто. Неужели мои чары уничтожили всех проникших на борт? Или люди Давида специально активировали сигнализацию, заманивая меня в ловушку? Впрочем, не исключено, что это отец или Мари решили преподать очередной урок, продемонстрировав недостаточность предпринимаемых мер безопасности.

До порта мы доехали минут за двадцать — в Солиано он располагался в городской черте, а не за окраиной, как во многих других населенных пунктах. Охраняющие проезды к посадочным площадкам высокородных стражи порядка попытались было нас задержать своими вопросам, но Сильвия вызверилась на них, и дорогу тут же освободили.

Корабль стоял целый и невредимый там же, где мы его в последний раз оставили. Только опущенный трап и отсутствие подчиненных Фоссу солдат, назначенных в охрану судна, давали понять, что с яхтой не все в порядке.

— Подождите здесь, — попросил я жен. — И ты тоже, — добавил специально для Рикки, выбравшейся из второй кареты и ненавязчиво пристроившейся за моим левым плечом.

Девушка нехотя отступила. Созданное за несколько секунд заклятие «воздушного фильтра» легло на лицо, немного затрудняя дыхание, — пострадать от распыленного охранными чарами яда в мои планы не входило. Затем на всякий случай добавил еще и «воздушный щит». Поисковые чары подсказывали, что оружие все еще на борту, и минута-другая, затраченные на подготовку, особого значения не имели.

Глубоко вздохнув напоследок, я расслабил мышцы, передавая контроль над телом Диане, и сосредоточился на измененном зрении, отслеживая любые проявления магии. Моя подруга осторожно поднялась по трапу, не забывая крутить головой по сторонам, — все-таки за прошедший год мы неплохо научились с ней работать в паре.

Первые охранники обнаружились достаточно быстро. Они разлеглись на верхней палубе возле ведущего вниз открытого люка. Втроем, хотя во время дежурства не должны были собираться вместе более чем по двое.

— Живы, — прокомментировала увиденную картину Диана. — Только парализованы. Скорее всего, газ или что-то вроде, а не чары или удар по нервным центрам. Видишь, как изогнулись, — их явно не мгновенно скрутило.

— Меня больше интересует, зачем они в кучку собрались?

— Покурить, скорее всего. Вон кисет валяется. — Моя подруга аккуратно переступила через лежащих людей. — Может, с лояльностью у них и в порядке, а вот с дисциплиной и опытом — явные проблемы.

Она спустилась вниз. Еще один солдат лежал, аккуратно пристроенный у подножия лестницы.

— Заботливые, — прокомментировала действия неизвестных вторженцев Диана. — Оттащили сюда, чтобы от активации защиты не пострадал.

— Или чтобы под ногами не мешался.

— В таком случае достаточно было оставить его в коридоре под стенкой, — резонно возразила подруга.

Мы прошли дальше по коридору. Каюта, как ни странно, оказалась на месте, только на внутренней стороне распахнутой двери виднелось несколько подпалин. Диана подобралась ближе и бросила осторожный взгляд внутрь. Представшая нашим общим глазам картина отлично иллюстрировала мою недалекость и чужую изобретательность.

Налетчики и не подумали соревноваться со мной в искусстве плетения чар, обезвреживая поставленную защиту. Они просто притащили несколько гранитных плит, использовав для их транспортировки парящий транспортный диск, брошенный здесь же, окружили ими сейф, разломав стены вокруг, стянули цепями и повредили замок. Камень прекрасно удержал разрушительные заклятия, разве что цепи порвались, и одна из плит раскололась. Даже каюта особо не пострадала (подпалины на стенах, испорченная мебель и пара дырок в полу не в счет), что уж говорить о самих злоумышленниках, наверняка позаботившихся об охранных амулетах.

А вот затем неизвестные повели себя странно: они достали из хранилища сундучок с яйцами феникса, оставив на месте драконьи посохи, перенесли его на стол и срубили крышку, выпустив наружу облако яда и активизировав чисто механическую ловушку, выплюнувшую полдюжины острых лезвий. Причем последние, судя по оставшимся на полу каплям крови, нашли свою цель. После чего налетчики забрали одно яйцо, оставили вместо него записку и покинули помещение. Уже не сомневаясь в авторстве организаторов операции, я прошел в каюту и, подобрав покрытый письменами листок бумаги, развернул его.

«Абель, я должен признаться тебе в преступлении, совершенном моей тетей», — начиналось послание. Нахмурившись, я быстро пробежался взглядом по строчкам и отбросил бумагу в сторону. Проклятый Фосс! Поисковое заклятие над пятнавшими пол каплями крови мне удалось создать практически мгновенно. Поздно: их владелец находился слишком далеко, почти на стадионе, где сейчас уже начался турнир, приковавший все внимание зрителей. Коридор промелькнул перед глазами в одно мгновение.

— Рикка, срочно свяжись с Соколом! — закричал я в отчаянной надежде, что хотя бы Гнешек сможет предотвратить грядущую катастрофу.

Ло Сэмюель Фосс

Юноша остановился у последнего поворота. Вдох, выдох, очередное заклятие очищения крови. Переждать дурноту и плотнее запахнуть плащ, скрывающий искалеченную левую руку. Он недооценил предпринятые Абелем меры защиты сейфа и теперь умирал от проникшего в кровь яда — даже своевременная заморозка раненой конечности не спасла. И очищение крови вместе с заранее принятым универсальным противоядием почти не помогали. Хорошо еще, что он догадался экипироваться дыхательной маской, а не только амулетами, ограждающими от стихийных проявлений, иначе так и остался бы лежать в каюте Гнеца.

Убедившись, что тошнота с головокружением отступили и он вновь достаточно уверенно держится на ногах, Сэм оторвал руку от стены, на которую опирался, и возобновил движение. Времени оставалось мало: Абель наверняка уже обнаружил его записку и со всей возможной скоростью движется к стадиону. Следовало забыть о накатывающей слабости и поспешить.

Завернув за угол и пройдя еще три десятка шагов, юноша покинул пролегающие под трибунами коридоры и оказался под открытым небом. Не задерживаясь, молодой рыцарь уверенно двинулся по широкому проходу к ложам для высокородных. Еще пара минут, и он окажется достаточно близко к наследнику императора, чтобы добросить до него свой смертоносный груз, от которого не спасут никакие защитные чары.

Надеясь, что охрана высокопоставленных персон окажется не более придирчивой, чем представитель службы безопасности при входе на стадион, не попросивший даже распахнуть плащ, Сэм тем не менее засунул руку в поясную сумку, нащупывая выкраденное яйцо феникса. Подозрительный жест, но юноша слишком боялся не успеть, ошибиться. Ведь у него будет только одна попытка.

Рыцарь прекрасно осознавал, что истекают последние минуты его жизни, но тетя не оставила ему иного выбора. Замалчивание ее поступка сделало бы его предателем, откровение — убийцей родственницы. В любом случае он остался бы опозоренным до конца жизни. Действия Белинды бросали тень на всех носителей фамилии, а представители семьи Фоссов, принадлежащей Дому Золотого Колоса, берегли свою честь не меньше, чем воинственные Денова, хотя и не кричали о ней на каждом углу. Среди помнящих о чести высокородных всегда существовал только один способ принесения извинений за предательство — кровью. Сэм собирался оплатить этот счет вместо тети. Двумя смертями, удовлетворившими бы самого взыскательного ревнителя традиций: Давида Риттершанца — человека, сломавшего жизнь Белинде и организовавшего покушение на Гнеца, — и своей. Гибель наследника императора стала бы достаточной причиной простить предательницу, а его собственная послужила бы вирой Риттершанцам. О том, чтобы последствия убийства не пали на семью, Сэм тоже позаботился, написав несколько писем, в которых дистанцировался от рода Фоссов и брал всю вину на себя. Эти письма он разослал отцу, Абелю и в имперскую канцелярию. Вдобавок он отправил отцу и Гнецу послания с объяснением истинных причин своего поступка. Второе даже продублировал подробной запиской, оставленной на столе возле изуродованного сейфа.

С немногими приятелями, только-только сдавшими последние экзамены и пока еще выбирающими подходящий контракт, Сэм простился на вчерашней пирушке. Завещание составил и передал в руки знакомого законника. Осталось только пройти последнюю сотню шагов…

Стрела ударила Фосса в спину и прошла навылет, разорвав легкое. На какое-то мгновение он потерял способность связно мыслить и вместо долго подготавливаемого броска убийственного снаряда дернулся прикрывать смертельную рану. Но следующая вестница смерти вернула его в реальность, раздробив лопатку и сбив с ног. Унимающий боль эликсир все еще действовал, и Сэму хватило ясности сознания, чтобы сдавить яйцо правильным образом, прежде чем еще один зачарованный снаряд пробил затылок юноши и выставил окрашенный кровью наконечник из его глазницы.

Как над его рухнувшим телом поднимается столб ревущего белого пламени, рыцарь уже не видел.

— Готовы оправдываться, лорд-капитан Фрост? — зло процедил наследник императора, отбрасывая в сторону опустевший бокал. Руки Давида все еще ощутимо тряслись, несмотря на прошедшие с момента покушения полтора часа.

— Мы уже располагаем некоторой информацией, Владыка, — нейтрально отозвался начальник Службы безопасности Летнего дворца. Он одновременно не желал как раздражать мечущегося по кабинету Риттершанца, так и признаваться в собственной оплошности.

— Некоторой информацией? — прошипел Давид, вспоминая практически неуязвимую птицу из чистого пламени, раскинувшую крылья в опасной близости от него. Только отменная реакция телохранителей, буквально выбросивших его из ложи и отвлекших тварь самоубийственными атаками, позволила наследнику императора спастись. — Плевал я на твою некоторую информацию! Лучше скажи, как убийца оказался в полусотне метров от императорской ложи?! — Он сорвался на крик.

— Ло Фосс, выпустивший феникса, принадлежал к высокородным и имел при себе пригласительный билет от организатора турнира Кристофера Денова. Охранники на входе не нашли причин для его задержания.

— Идиоты! — проревел Давид. — Мне плевать на проклятых охранников на проклятом входе! Какого демона твои люди позволили подойти так близко ублюдку, обряженному в конце июня в длинный плащ?! В следующий раз вы впустите вооруженного до зубов убийцу в мои покои на основании того, что он Ло и имеет приглашение во дворец?!

Фрост промолчал, опасаясь нарваться на еще более яростную отповедь.

— Убирайся… — процедил взявший себя в руки Давид после непродолжительного молчания. — К завтрашнему утру я жду от тебя результатов расследования. Нормальных результатов, а не «некоторой информации».

Лорд-капитан ответил коротким поклоном, развернулся на каблуках и, чеканя шаг, покинул комнату. Наследник императора невидяще пошарил по столу в поисках бокала, не нашел и, подумав о том, что начальника Службы безопасности Летнего дворца надо менять, достал из ящика второй. Ну вот какого демона Руфус позволил себя прикончить?! Не умри Ааринен так не вовремя, и злоумышленник даже до стадиона не добрался бы. Да и Бертран не стал бы тогда лезть не в свое дело. А значит, разговор с главнокомандующим прошел бы гораздо легче.

Воспоминание о предстоящей неприятной беседе заставило Давида сначала поморщиться, а потом вдруг похолодеть от внезапной догадки. В голове наследника ясно всплыло обещание Гнеца доставить феникса прямо в Солиано. Намек? Главе Дома Крылатого Меча стало мало оказанной помощи, и он решил подмять будущего императора под себя? Судя по всему, дело обстояло именно так.

А ведь неплохая идея: создать иллюзию противостояния с собственным сыном и забирать второй рукой то, что дал первой. Не зря отец опять намекал на необходимость иметь врага, когда Давид уговаривал его выдать Лидию замуж. Старик разбирался в интригах гораздо лучше собственного сына, только советы никогда давать не спешил, обходясь обмолвками, которые еще расшифровывать приходилось.

Риттершанц еще раз прокрутил в голове события последних шести месяцев — с тех пор, как он имел «удовольствие» познакомиться с Абелем Гнецем — и почувствовал себя идиотом. Каким же надо быть глупцом, чтобы поверить в незнание отцом талантов собственного сына? Да, Александро прекрасно изображал удивление и недоумение, но разве он — единственный хороший актер в империи? Так почему Давид повелся? Да потому, что хотел верить в собственный великий разум и возможность решить проблемы без лишнего риска. Гнецы, наверное, знатно повеселились за его счет, приобретая многочисленные выгоды и почти ничего не давая взамен. Но этого им оказалось мало! Теперь они вздумали показать наследнику императора его место?!

Давид оскалился. Не для того он половину жизни карабкался наверх, чтобы опять становиться вторым человеком в государстве. И главнокомандующий пожалеет, что решил играть с ним в подобные игры.

Фосс водил дружбу с младшим Гнецем, добиваясь покровительства, и на этом можно сыграть. Надо только несколько усилить накал страстей и предоставить отцу козла отпущения. После сегодняшнего покушения сделать это окажется легче легкого.

Конечно, император может оставить решение проблемы за наследником, в очередной раз стимулируя конкуренцию между своими детьми, но Давид уже знал, как заставить старика прислушаться к словам единственного сына. И подсказку ему дал именно Фосс, продемонстрировав истинную силу феникса, до сих пор изрядно недооцениваемую всеми, кроме, может быть, самих «мечников». Теперь Риттершанц знал, что на самом деле не нуждается в еще одном яйце.

— Пришло время умирать, Тамара, — пробормотал наследник императора, извлекая из ящика стола шкатулку с амулетом связи.

ЭПИЛОГ

Ли Бертран Вайс нервно крутил в руках амулет связи, ожидая ответа. Золотая цепочка то обвивалась вокруг его пальца, то беспомощно повисала в воздухе. Мужчина корил себя за излишнюю инициативу. Вот какого демона ему втемяшилось в голову помочь Давиду решить проблему с младшим Гнецем? Сидел бы себе спокойно дома, играл в шахматы, развлекался с девочками, но нет, надо было обязательно продемонстрировать старому другу свое участие. А потом пошло цепляться одно за другое. У сынка главнокомандующего прямо «аура рока» какая-то. Не то чтобы он был особенно умен или везуч, но каждый план, направленный против него, принимал неожиданный оборот.

Хотя насчет везения Бертран, пожалуй, погорячился. Гнец мало того что умудрился пережить крушение корабля и сход лавины, так попутно захватил живьем по отряду горцев и легионеров, едва не вычислив по имеющимся в их головах сведениям агентов Вайса. А теперь еще и Фосс, демоны его забери, головной боли добавил.

Ведь какой хороший был план… Любимый родственничек старушки Белинды оказался абсолютно не приспособленным к играм высшего света и не обладал даже слабейшей защитой разума. Кроме того, он регулярно наведывался на базу легионеров Флобер, проведывать расквартированных там подчиненных, и просиживал иногда по часу на одном месте. Идеальные условия для работы умелого психо. Разумеется, читать мысли или листать чужую память в таких обстоятельствах не смог бы и лучший из лучших, но незаметно вызвать в сознании жертвы неспешно всплывающие образ или ассоциацию — задача как раз для мастера. Слуга Вайса обещал, что не пройдет и месяца, как нервная система Фосса станет достаточно расшатанной для провокации срыва. Оставалось правильно обставить грядущую смерть его тетушки — и можно было рассчитывать как минимум на публичную истерику, определяющую образ служащих Гнецу молодых офицеров в глазах общественности. Просто и изящно — Давид был бы доволен. Кто же мог знать, что мальчишка и без того в шаге от безумия?!

Бертран не был обычным мягкотелым торговцем: ему доводилось не только отдавать приказы о ликвидации своих врагов, но и наблюдать смерть некоторых из них с расстояния в пару шагов. Однако видения стремительной огненной птицы и крики сгорающих заживо от одного ее прикосновения людей наверняка будут преследовать его еще долго. Впрочем, несмотря на то что Вайс ни на минуту не мог забыть о фениксе, сейчас в его сознании господствовал совсем иной страх: если Давид когда-нибудь узнает, кто именно виновен в сумасшествии едва не спалившего их всех Фосса, то Бертрана не спасет и старая дружба. Сам высокородный, во всяком случае, убил бы подобного друга без особых раздумий. Так что следовало основательно подчистить хвосты.

Созданный из бриллианта с вплавленной в него каплей крови амулет наконец ожил, осветившись слабым мерцанием, — слуга избавился от лишних ушей и ответил на вызов.

— Господин. — Тихий голос, звучащий прямо в голове, больше походил на шепот, но зато лично модернизированное Бертраном заклятие Зова имело практически неограниченный радиус действия и абсолютную защиту от прослушивания. — Ваши приказания выполнены. Все участники последней операции мертвы.

— Хорошо. — Бертран терпеть не мог терять полезных людей, но свою безопасность он ценил куда выше выгоды от продолжения их существования. — Для тебя есть еще одна работа.

— Приказывайте, господин.

— Белинда Фосс. Нет больше никакого смысла терпеть ее живучесть. — Про то, что старушке известно слишком много, Вайс упоминать не стал. — Возьми несколько человек и займись ее срочным устранением. С помощниками поступишь так же, как с предыдущими. Постарайся не растрачивать материал попусту — воспользуйся услугами тех, кого можно заменить без особых усилий.

— Будет исполнено.

— После окончания задания возьми отпуск. Отдохни на одном из малопосещаемых высокородными курортов или еще в какой-нибудь глуши. А главное, держись подальше от всех четырех столиц.

— Я вас понял, Ли Бертран.

— Тогда приступай. — Аристократ сжал амулет в кулаке, прерывая сеанс связи и освобождая свою голову от чужого присутствия.

Вайс с удовольствием избавился бы и от последнего свидетеля, только тот был не только полезен, но и умен. Как сам Бертран держал в руках залог спокойного существования слуги в виде нескольких капель крови, так и его «преданный раб» исправно хранил компромат на господина, регулярно обновляя возможности сделать документы достоянием общественности в случае своей внезапной смерти. Приходилось его беречь.

Content

Владимир Сазанов
ИГРЫ НАСЛЕДНИКОВ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ЭПИЛОГ