Абакумов Александр Александрович

ХРОНИКИ ОДНОГО ГВАРДЕЙЦА

ОТ АВТОРА

ИЛИ

ВМЕСТО ПРОЛОГА

Привет всем!

В особенности, всем брони. Если вы не брони, то вам можно спокойно пропустить этот пролог, в котором будет вестись разговор о множестве непонятных вам вещей, и сразу перейти к первой главе. Даже, может быть, лучше так и сделать. Однако я сразу предупреждаю, что мы заразны и, в конце концов, вы тоже рискуете стать брони. Подумайте, прежде чем читать эту книгу и все последующие предложения этого пролога. Оно вам надо?

Все-таки решили, что да? Ну, что ж! О риске я вас предупредил!

В таком случае, прежде чем приступать к самой книге, я настоятельно советую вам полностью прочитать весь нижеследующий пролог. Без него вам, возможно, будет не так-то просто во всем разобраться, а самое последнее, чего хочет любой автор, и я не исключение, это запудрить мозги своему читателю. Так что, чтобы между нами не возникали всякие путаницы и недопонимания, просто соберитесь с духом и прочитайте все, что я еще хочу вам сказать.

Наверное, стоит сказать пару слов о том, как все это начиналось.

В общем-то, началось все очень тихо, скромно и, даже, почти незаметно. Просто в один прекрасный день, а вернее ночь, я заметил, что где-то рядом с моей головой (даже пока не в ней, а именно рядом) промелькнула мысль. Нет, конечно, в самом этом факте еще не было ничего удивительного и сверхъестественного, как ни крути, а у всех это иногда случается. Я тоже, вроде бы, не исключение. Но похожая мысль промелькнула мимо меня и на следующий день. И через день. А вот это уже было довольно странно. Приглядывая какое-то время за этой мыслью, я заметил, что в действительности, это одна и та же мысль она просто она кружится вокруг моей головы, как гигантская моль вокруг лампочки. Это было забавно. Пронаблюдав за ней еще несколько дней, я решил, что на нее стоит-таки посмотреть поближе, для чего ее пришлось отловить, и начать ее усиленно холить, лелеять и думать. Под влиянием этой мысли, оказавшейся мыслью о небольшом и скорее пародийном повествовании, обыгрывающем кое-какие, привычные нам всем, шаблоны и мемы, были написаны первые несколько глав этой книги, которая тогда и книгой-то не была. Даже не задумывалась как что-то столь объемное. Просто какая-то графоманская писанина для собственного удовольствия и смеху ради, да и все. Однако процесс этот увлек меня настолько, что я не заметил, как эта мысль сильно располнела и, в один чудный вечерок, разродилась маленьким, рыжим жеребенком, сильно смахивавшим на Скуталу, немедленно принявшимся кружить вокруг моей головы, наподобие той же моли, и, изредка, поглядывать в кропаемый мною текст. Однажды, вовремя такого поглядывания, он задержался у экрана надолго, а потом постучал мне по голове, да и спросил: "Приятель, а ты не думаешь, что это может быть интересно кому-нибудь еще?" Подумав какое-то время, я вынужден был признать — он абсолютно прав! Если это нравится мне, так может понравится и кому-нибудь еще! С этого момента все было решено! Жеребенок прекратил носиться вокруг, устроился рядом и принялся вычитывать текст и давать дельные советы. Кусочки предложений начали медленно сползаться в главы, те, в свою очередь, тесно лепиться друг к другу, и постепенно, очень неспешно, формировать эту самую книгу, которую вы, мой читатель, сейчас видите перед собой.

Однако я что-то затянул с отсебятиной. Вам ведь, наверняка, уже не терпится перейти к первой главе, а я еще не сказал ни слова о многих важных деталях, в которые хотел вас посвятить. Вы ведь, того гляди, заскучаете, а это худшее, что только может случиться! Заскучавший читатель — признак плохого автора. А я совсем не хочу быть плохим автором! Совершенно! Я не дам вам больше скучать! Так! Стоп! Все! Давайте перейдем к тем деталям, которые я хотел успеть с вами обговорить до того как эта книга начнется.

Давайте мы с вами сразу договоримся о нескольких моментах.

Мир, в котором происходит все описываемое.

Самый обычный, привычный всем нам, перенасыщенный магией и волшебством мир, в котором неведомые пути волшебной эволюции привели на вершину вершин не гуманоидную расу. А именно — пони. Впрочем, далеко не только их.

В этом мире не происходило ничего ужасного, жуткого и кошмарного. Даже с библиотекой ничего страшного не случилось! Только то, о чем всем нам давно известно. Никаких магических катаклизмов, землетрясений, цунами, всемирных потопов, гигантских пожаров, града с гриффонье яйцо размером, нападений инопланетных мутантов, извержений вулканов, пространственно-временных воронок, столкновений с астероидами, гигантских врезающихся-в-материк айсбергов, озверевших драконов, сумасшедших фиолетовых недоаликорнов, нашествия диких стотонных лягушек-осьминогов, войн… Впрочем, нет. Тут я погорячился. Ведь это самый обычный мир? Значит и пони в нем бывают разные. И далеко не за всем происходящим могут уследить всесильные принцессы. Ой, не за всем! И кровь в нем бывает. И даже смерть. И войны, пусть и не слишком масштабные, были. Иначе откуда бы в известном нам мире взяться такому количеству оружия, доспехов и всякой прочей военной атрибутики? Но это были крошечные такие, компактные, незначительные в галактических масштабах войны. Никаких звездолетов и орбитальных бомбардировок, слышите?! Спокойный и уютный такой мир, в значительной степени напоминающий наш собственный. В том числе и по уровню технического прогресса. С одной лишь небольшой оговорочкой: пони применяют то, что им нужно и что им хочется. Допустим радиосвязь или паровые двигатели — это нужно. А вот всякие там самолеты, ракеты и прочая подобная чепуха им совершенно ни к чему. Все равно большинство предпочтет керосиновую лампу электрической, пусть даже в доме и стоит дорогая сантехника. Вы поняли, о чем я. Наверное. Может быть. Каждый живет так, как хочет и придерживается того стиля, которого хочет. От многоэтажек Мэйнхеттана до библиотеки Понивилля. От гигантских казино Лос-Пегасуса до домика в глухом лесу. Никто никого не заставляет. И на сем стоит этот мир. Не собирается нарушать этих устоев и автор сей книги. То есть я. Все, что я собираюсь делать, это, по мере своих скромных возможностей, расширять границы известного нам мира, опираясь на понячьи сказки, легенды, придания, а также сообразно существующих официальных и неофициальных карт мира, которые вы тоже где-то тут найдете. Ищите внимательней! Они точно где-то тут должны были быть, если только ваш автор чего-то не накосячил в финальном варианте книги, который вы сейчас держите в руках, лапах, когтях или копытах, кто что предпочитает. Или не держите. Но вы вполне можете закачать FB2 или PDF вариант этой книги на свое мобильное устройство, если конечно у автора и его помошников хватит сил его сделать, и подержать!

Пони, их имена и судьбы.

Возможно, тут мы с вами слегка разойдемся во мнениях. Все, что касается написания имен, взято из официальных или близких к ним источников. То есть Applejack это Эплджек, Apple Bloom это Эпл Блум и никак иначе. На протяжении всей нашей истории я позволю себе всего два исключения. Я переведу Rainbow Dash, как Радуга Дэш. Потому, что считаю "Радугу" куда приятней на слух, чем "Рэйнбоу". И, в конце концов, тут я автор, свыкнитесь с этим. Обещаю лишь, что это сочетание имени и фамилии будет попадаться вам достаточно редко, чтобы не слишком сильно резать глаза тех, кто к этому чувствителен. Со вторым случаем куда сложнее. Это случай со всеми нами любимой косоглазой очаровашкой, вечно путающей направления. Официально признанное ее имя Ditzy Doo, то есть Дитзи Ду, но все мы настолько привыкли к Derpy! Давайте договоримся о самом подходящем, самом нейтральном варианте. Да, ее зовут Дитзи Ду! Но она ничего не имеет против того, что многие называют ее старым, давно и навсегда приклеившимся к ней прозвищем "Дерпи". Договорились? Вот и славно! Теперь давайте продолжим.

На протяжении всей книги вам встретится и множество новых и, как я скромно надеюсь, запоминающихся персонажей. Большинство из них также имеют собственные имена и фамилии. Как они образованы? Строго в соответствии с привычным нам каноном! Все они, кроме всего пары персонажей, появившихся в этом мире ради отсылки к событиям и произведениям мира нашего, являются дословным, вернее сказать "добуквенным" переводом с английского на наш "великий и могучий", все они обладают смыслом, все они, так или иначе, характеризуют своего хозяина. Например, возьмем Растлера Мисеркнакера. Растлер — делец. Мисер — скупой. Кнакер — скупщик, живодер. Вот такой вот оригинальный антигерой получился! Однако думаю, мне все же не стоит заставлять вас лишний раз копаться в тех тоннах ненужной информации, что вываливает на всех нас Интернет. Список всех новых персонажей, их имен и порядка их образования также будет дан мной где-то в конце этой книги. Опять же, если я не разленюсь.

Судьбы. Да, тут все сложней. Может, не всем понравится то, что основные события происходят вокруг и при непосредственном участии Радуги и Эплджек, а Твайлайт, Флатершай, Рарити, Пинкамина… Простите! Пинки Пай и даже сама Великая и Могучая Трикси, пред мощью которой трепещет даже сам автор этих строк, остаются где-то немного в стороне. Но я спешу вас порадовать. Во-первых, они тоже сыграют в происходящих событиях свои, пусть и не самые большие роли. Во-вторых, радуйтесь тому, что они не Селестия. Ей места вовсе не досталось. И поделом! Нечего отвлекаться на всякие мелочи! Пусть себе сидит, правит. У нее проблем и так хватает. Достаточно того, что Луна обратила свое внимание на происходящее. Зная сложный и противоречивый, хотя и нравящийся большинству из нас, характер ее высочества, этого будет вполне достаточно.

Возможно, вам также не совсем понравится то, как я вижу историю жизни, характер и сложившиеся привычки Скуталу, но, что тут поделать? Такой уж я! И если уж она "сложный жеребенок", то сложный во всех отношениях. Впрочем, иные "на улице" и не выживают. Хочешь жить — "усложняйся". Вот так вот.

Уже с самой первой главы столкнетесь вы и с теми, кого, вероятно, окрестите "переселенцами" или, того хуже, "попаданцами". (Это не совсем так. Скорее, это подковырка, косой взгляд на шаблонные "попаднутые" фикшены, коими наводнено наше сообщество. Да и не единственная, надо сказать, подковырка в этой книге. Предысторию же их жизни вы, возможно, узнаете в дальнейшем.) Эти двое не помнят того, что с ними было, а значит и не могут ничего утверждать наверняка. Лишь на уровне догадок. Слишком многое им казалось поначалу непонятным в этом мире, чтобы считать его родным безо всяких сомнений. Слишком многое они узнали впоследствии, чтобы не усомниться в этом еще больше. Но наши герои, несмотря на их полное незнание мира, не стали сидеть на месте или тупо шататься вокруг и глазеть на все, как туристы. Они приняли все, как данность и начали активно социализироваться, пытаться вспомнить то, чего не помнили. Не особо, надо сказать, успешно. А какой еще самый простой способ социализации в чуждом тебе мире можно найти, кроме как податься в наемники? Правда, пути они себе выбрали разные, и судьбы их сложились по-разному, долгое время даже не пересекаясь. Единственная же за многие месяцы их встреча, так уж получилось, произошла как раз накануне тех интересных событий и приключений, в которых им довелось поучаствовать.

Да. Еще одно небольшое "но", но это, наверное, самое серьезное "но", которое может вызвать гром, молнию и всяческие проклятия на мою повинную голову. Дело в том, что я перевожу наш любимый Лес, как "Вечнозеленый". Да, я знаю, что он Everfree, то есть "Вечно свободный" или "Вечно дикий", но, в моем понимании, со словом "Лес" оба эти понятия не вяжутся. "Дикий Лес", это еще как-то, но "Свободный Лес", по-моему, совсем никуда. Поэтому я рискну впасть в немилость и прибегну в своей книге к "олитературенному" переводу, выданному "Первым каналом" еще в первом сезоне, несмотря на все, вызванные этим дубляжем, нарекания. Лес будет Вечнозеленым.

Происходящие в мире события.

И вот тут снова я напомню, кто тут автор! Обещаю лишь, что ничего непоправимого не произойдет! Ни с кем! Что произойдет "поправимого"? Читайте!

Ссылочки, отсылочки, посылочки…

Да. Текст будет изобиловать ссылками на известные вам и не очень события, игры, кино— и литературные произведения. Там, где это будет возможно, я сделаю на них сноски и даже дам ссылки, чтобы вы сами могли почитать или посмотреть тот или иной шедевр. Если, конечно не впаду в маразм. Если впаду — пишите мне по поводу не отмеченных отсылок по адресам, которые вы найдете где-то дальше. Впрочем, будут и места, где найти правильную ссылку вам помогут ваше воображение и память.

Где-то в конце книги, вероятно недалеко от той страницы, на которую вам укажет оглавление, плюс минус страниц десять, не больше, вы найдете небольшой словарик всех трудных, интересных или смешных слов, что могут вам встретиться по ходу повествования. Если вы его там не найдете или в нем не будет того слова, которое вы хотели бы там видеть, то читайте то, что написано выше и идите ниже. То есть к моим "координатам".

А теперь непременная часть любой уважающей себя книги — раздача заслуженных благодарностей!

Кому хочу сказать спасибо конкретно я? Кроме, разумеется, себя любимого за то, что выдержал все эти полтора года и дописал-таки книгу до конца?

В первую очередь моему соавтору, без едких комментариев и вычитки которого эта книга не была бы такой, как вы ее видите, а один из ключевых ее персонажей даже не родился бы на свет — Antonioxxi.

Хочу сказать спасибо таким авторам, как:

Askesalsa за фан-фикшн "Under your wings" и извиниться, если это когда-либо будет прочитано, за то, что использовал часть его истории. Она настолько органично вплелась в эту книгу, став ее основой, что я просто не мог этого не сделать! Спасибо тебе! И прости за пару уворованных героев, один из которых промелькнет, суетясь и смахивая своим невзрачным хвостом пыль с пустых больничных коек, через все это повествование, не обращая на это особого внимания, а второй, вернее вторая, все равно уже мертва и претензий ко мне подавно не имеет.

madHotaru за его забавные рассказы "Паутинка" и "Тени", позволившие дополнить новыми чертами личность одной неординарной поняши.

Спасибо брони-композитору, а по совместительству и исполнителю DashDub (TheDashDub), чьи треки вы можете найти на его личном канале на YouTube, за его вдохновляющую музыку.

Кроме того, очень хочется казать спасибо за помощь в создании этой книги:

Себе — ибо вы не представляете, сколько раз я все это вычитывал!

Antonioxxi — еще бы я не упомянул его еще раз!

Buzuluk — за помощь в художественном оформлении!

Cannibal — за великолепный арт!

Curious, увы, пока пропавшей — за ее труды над иллюстрациями к книге!

RandomPicture — за его реквест!

Hippie Kid — за то, что он выдержал весь этот огромный объем и поддерживал меня!

LucidMane — за помощь в освоении Google Docs и поддержание в хорошем настроении!

Nirtonthebrony — за помощь в вычитке и консультирование!

Sally Do — за помощь в вычитке нескольких глав!

VIJNYL124 — за ее Скуталу!

КоммуНЯка — за его критику!

Чуть не забыл самое главное!

Авторские права на книгу и введенных мной персонажей защищены! Вот так вот! Где-то дальше вы найдете даже подтверждающие это сертификаты!

Эта книга создана только и исключительно для бесплатного размещения на сайтах:

everypony.ru

stories.everypony.ru

tabun.everypony.ru

ficbook.net

samlib.ru

fairyworld.info

Размещение ее на других ресурсах без согласия автора я буду считать нарушением авторского права и требовать ее немедленного с них удаления. Может быть даже нецензурно. Бойтесь этого!

Если вы увидели эту книгу на стороннем ресурсе — тычьте автору дислайки и смело говорите, что он не хороший человек! И мне скажите! Нет, я-то хороший, но я тоже приду и потыкаю! И скажу!

Как избежать моего страшного гнева? Да очень просто! Свяжитесь со мной! Если мы с вами договоримся о том, что ваш ресурс того достоин, его наименование появится в этом красивом, коротеньком списочке вверху! И размещайте себе на здоровье!

Мои контакты? Да все просто! Пишите на форуме "Эври" и "Табуне" в созданных мной темах или в "личках", а лучше напрямую мне, Алексу Анноуну:

Skype: abak1987

ICQ: 673115714

И все будет отлично!

Ну, что броняши и случайные, заблудшие души? Вроде бы, все, что хотел, я сказал и вам наверняка давно уже не терпится перейти к книге, а не читать всю эту занудную бредятину? (Кстати! Спасибо вам, что ее вытерпели!) Уже запаслись яблоками, тортиком, маффинами и бочонком хорошего сидра? Если нет — у вас как раз есть последняя возможность за ними сбегать!

Так! Все? Сбегали? Кресло приведено в удобное положение, тапочки надеты, теплый плед заготовлен, уши заткнуты противососедскими бирушами а любимые животные и родственники изгнаны из комнаты?

Готовы?

Так давайте уже приступим!

Где-то тут обязательно должна быть звучная, запоминающаяся фраза, приписываемая кому-либо великому, которой тот мог никогда и не говорить, но, тем не менее, способная в корне изменить все ваше представление о мироздании.

Только та литература есть истинно народная, которая, в то же время, есть общечеловеческая; и только та литература есть истинно человеческая, которая, в то же время, есть и народная. Одно без другого существовать не должно и не может.

Б. Г. Белинский

Писать прекрасно — значит одновременно прекрасно мыслить, прекрасно чувствовать и прекрасно выражать, то есть обладать в равной мере умом, душою и вкусом.

Ж. Бюффон

Настоящее писательство — как любовь. Его нельзя укрыть, когда оно волнует душу и толкает к перу; его нельзя вызвать искусственно, в нем нельзя фальшивить без того, чтобы вдумчивый читатель не почувствовал этой фальши и искусственности.

В. В. Воровский

Оригинальнейшие писатели новейшего времени оригинальны не потому, что они преподносят нам что-то новое, а потому, что они умеют говорить о вещах так, как будто это никогда не было сказано раньше.

И. Гёте

Лучшая сторона каждого писателя обычно проявляется в его книгах.

С. Джонсон

Беда тех, кто пишет быстро, состоит в том, что они не могут писать кратко.

В. Скотт

Бестселлер — позолоченная гробница посредственного дарования.

Л. Смит

Вот! Все как положено: весомо, умно и совершенно не в тему.

А вот теперь, когда все необходимые формальности соблюдены, давайте уже начнем!

ГЛАВА 1

Первая встреча

Яркое летнее солнце нещадно палило, сжигая своими лучами Город. Жаркое, душное, почти осязаемое марево было повсюду. Оно поднималось от мостовой, валило из труб, поднималось вместе с дымом паровых машин, дымчатой пеленой висело над морем. Огромным облаком оно окутывало Город.

Город вдыхал это марево.

Марево пахло теплом, сыростью, хлебом, свежими газетами, рыбой, дымом.

Марево пахло Городом.

Город жил.

Громыхая пролетали по мощеным улицам такси. Тарахтел где-то мотор. Гудок гулко созывал на завод новую смену. Шумно шла разгрузка в порту. Звонко, задорно свистнул проходивший где-то рядом паровоз. Сновали по улице газетчики, выкрикивая заголовки свежих сплетен. Школьники со всех ног торопились на занятия. Распахнулись двери кондитерской, выпуская на улицу удивительный аромат. Торговцы, очумелые от зноя, прятались в тени своих лавочек, но не забывали при этом старательно демонстрировать свой великолепный товар. Пролетела раззолоченная карета, запряженная парой гвардейцев — кто-то явно торопился.

Спешное, суетливое желание жить, жить здесь и сейчас, жить немедленно и на всю катушку заполняло собой город, рекой лилось по улицам, струями било из фонтана, брызгало с солнечными лучами из окон, отражалось в начищенных до зеркального блеска витринах магазинов, смешивалось с сотнями разных звуков и запахов заполняя собой марево, становились его частью, расширяя его, заливая Город.

Город, где гармонично сливалось в единое целое все, что ожидаешь увидеть, услышав сочетание слов: Ворота Страны.

Мэйнхеттан.

Не часто, если честно, тут бывает такая жара. Обычно тут более тщательно следят за погодой. Не удивлюсь, если к вечеру опять хотят устроить грозу — наверняка прошлую неделю пропустили… А мне так хотелось пораньше пуститься в обратный путь! Опять мокрый плащ, грязные ноги, а то и, вот уж, что было бы совсем не ко времени, простуда. А ведь еще и пешком тогда тащиться придется — поездов не будет ни сегодня, ни завтра… Красота! Похоже, лучше будет заночевать где-то в городе…

Примерно с такими мыслями держал я свой путь.

Путь этот вел меня в старую, полузабытую всеми аптечную лавку, расположившуюся в самой глубине старого торгового квартала. Ох, как нравилось мне это место! Здесь можно было увидеть и купить все, что угодно душе или найти нечто, существование чего и не предполагал! Именно в таких местах и натыкаются на блуждающие лавки, торгующие всякими магическими редкостями и исчезающие, стоит тебе ее покинуть*… На нож, конечно, тоже можно наткнуться, но такие мелочи не способны истребить тот дух романтики и авантюризма, что витал над старым городом.

Посередине одной из нешироких, мощеных булыжником улочек шла протока, делившая ее пополам. От воды пахло сыростью и тиной. Гармонично примешивался к тому запах подгнивших деревянных мостков и свай. Похоже, протока служила для каких-то технических надобностей. От берега уходили вниз каменные ступени. Спустившись по ним я увидел низенькую деревянную дверь со стершейся от времени табличкой, которую уже невозможно было разобрать, и знаком аптеки.

Что может быть лучше для аптекарской лавки, чем сухое, темное, прохладное помещение? Видимо, поэтому хозяин и выбрал ей такое местечко — вдали от суеты Мэйнхеттана. Как ни странно, но там, внутри, все было действительно сухо, хотя стоя снаружи трудно было себе представить более сырое место. Старик действительно знал, где обосноваться.

Простите. Я, похоже, не представился. Анноун. Алекс Анноун. С недавних пор — капитан личной гвардии принцессы Луны. Еще совсем недавно, правда, не был я никаким капитаном, а был просто пегасом, непонятно, как и занесенным в этот мир и не знающим, что и делать.

Ну а звание капитана я получил от самой принцессы, во время последней атаки на Кантерлот. Не многие гвардейцы тогда смогли оказать достойное сопротивление. Лишь несколько домов удерживалось офицерами. Я тоже вынужден был принять бой. Ну и кое-чего вспомнил… Метался по улицам, помогая то одному, то другому пони добраться до безопасного места, вырывая жеребят… В общем — помогал кому, как и чем мог…

Уже после того, как атака была отбита, сама принцесса поинтересовалась, кто я и что здесь делаю. Услышав, что я ищу работу, Луна предложила мне пост внештатного консультанта для ее гвардейцев и звание капитана с небольшим, но ежедневным жалованьем. А ее сестра жаловала приличной суммой битсов и предложила построить на них дом, на что я с радостью и согласился. Правда, в Кантерлоте селиться мне не захотелось, а с иным местом я долго не мог определиться.

Пока не попал в Понивилль. Только там понял, что этот городок для меня идеален. Можно сказать, что я влюбился в него, сразу и навсегда, настолько хорошо, спокойно и как-то… душевно, что ли, там оказалось.

И как-то все потихоньку завертелось и наладилось…

Однако что-то я задумался. Сколько можно торчать перед лавкой?

— Хозяин!

— Есть кто?!

— Не шуми! Чаго шумишь? — из-за ширмы закрывавшей, видимо, притаившуюся за прилавком дверь, показался сухонький седой старичок в чем-то, когда-то, видимо, бывшим белым халатом, накинутом прямо поверх дорожной сумки на спине. — Тута я, не надо шуметь.

— Доставили ли препараты, что я заказал Вам месяц назад?

— Еще нет. Но они обещали привезти все сегодня! Быть может, Вас не затруднит подождать тут часок?

— Почему бы и нет? Там снаружи такое пекло…

Прошел так час или, может, больше… Не знаю. Я заснул…

Проснулся я от того, что в лавку вошли еще несколько пони.

Трое из них — видимо, торговец и грузчики — прошли в соседнее помещение. Тот, которого я счел торговцем, обронил на ходу:

— Жалованье я тебе уплатил. В Мэйнхеттан доставил. Груз в порядке. Можешь быть свободен.

Я перевел взгляд на четвертого, оставшегося у двери.

И оторопел.

Я не верил своим глазам, но этот белый окрас, эта угольно-черная грива, эти синие глаза, этот небольшой шрам на левом ухе, а главное ЭТА метка…

— Из? Брат? Ты?

На секунду в лавке воцарилось молчание.

— Алекс?

— Я!

— Братишка!

— Брат!

И мы резко, порывисто обнялись!

— Ну? Ты как? Какими судьбами тут, в Мэйнхеттане? — первым не выдержал я.

— Ветром странствий, и исключительно им, брат! — хмыкнул Из. — Хотя, конечно и надоело это все уже изрядно…

— Неужели "вечного скитальца" потянуло на оседлую жизнь? — с некоторой издевкой уточнил я.

— Ты не поверишь, но — да, — вздохнул Из. — Ну, а сам-то ты как сюда попал? Ты ведь вроде неплохо устроился?

— Ага. Но я порой ношусь по всей Эквестрии по своим надобностям. Сейчас, например, мне необходимы некоторые редчайшие препараты для аптечек. А достать их оказалось весьма непросто.

— Ваш заказ доставлен, — прервал нас старик аптекарь, возвращаясь в лавку и прикрывая за собой дверь. — Можете его забрать.

— Хорошо. Я беру всю партию. Как и договаривались.

— Прикажете сразу погрузить то, что можно, в сумки? Там еще ящик.

— Если можно. Ящик — отправьте почтой, — я взял с конторки карандаш и накарябал адрес на подвернувшемся клочке бумаги.

— Я пойду, наверное, — процедил Из, намереваясь выйти из аптеки.

— Подожди меня снаружи! Я быстро.

* * *

Прошла пара минут.

Мы с Изом возвращались в центр Мэйнхеттана. Я со своими сумками, Из пер на себе походный скарб и какой-то непонятный ящик.

Погода, как я и думал, испортилась — начинал накрапывать пока еще мелкий, противный дождь.

— Слушай, — я посмотрел в небо. — А ты не желал бы пойти со мной?

— А куда?

— Ну-у… Сейчас — найти номер на ночь, а в остальном… Почему бы тебе не попробовать найти себя в нашем Понивилле?

— Приглашаешь? Ну, тогда почему бы и нет! Сейчас я совершенно свободен.

— Отлично! Но для начала давай все-таки поищем номер, а уже утром — отправимся?

— Идет.

Я постарался припомнить все отели, что знал в этом городе. Честно сказать, давалось это нелегко. Хотя я и не страдаю топографическим кретинизмом, но все же в Мэйнхеттане мне приходилось бывать не так часто, чтобы с уверенность найти дорогу ко всем из них.

— Кажется, в нескольких кварталах отсюда что-то было…

— Ну… Пошли поищем!

* * *

— Кошмар! — я поглубже натянул плащ. — И номера нигде ни одного, и льет как…

— И не говори…

— Хорошо хоть ящик с лекарствами почтой отправился, а то еще и его тащили бы сейчас.

Мы плелись по серой, сырой и противной улице в бесплодных попытках найти хоть что-то, где можно было бы заночевать уже, наверное, третий час. Нет, можно, наверное, было бы попробовать что-нибудь непривычное, например, устроиться на облаках, выше дождя, но… Как бы это сказать… Не знаю, как для Иза, а для меня это было крайней мерой. Не привык я к таким упрощениям. Для меня всегда, если только это не касается выполнения порученной работы, упрощение не является лучшим путем. Я стараюсь подобные неприятные многим моменты, обернуть на пользу себе — сейчас, мол, потерпишь — потом будет проще. Тренировка, своего рода. Да и, откровенно говоря, летаем мы с Изом не то чтобы очень. Уж лучше поискать ночлег тут, на земле, пока есть такая возможность.

Я остановился. Что-то привлекло мое внимание. Прислушался.

— Ты чего? — озадаченно спросил Из.

— Этот звук там, от той кучи картонных коробок в проулке! Мне он кажется смутно знакомым… Вот же… Глупо звучит, но я не знаю, как еще тебе это объяснить. Погоди-ка здесь!

Я подошел к коробкам, пригляделся… И снова, не в первый раз за сегодня, не поверил своим глазам, когда из-под коробок на меня подняла взгляд несчастная серая поняшка с поразительными желтыми, косящими в разные стороны глазами.

— Дерпи? Дитзи Ду?

— Ага! Вроде я… И это… Привет, Алекс.

— Что ты тут делаешь?

— Сижу, что же еще?

— Э-э-э… Кхм! Логично… Но что тебя занесло в такую даль от Понивилля?

— Сюда заказали посылку сверх скорой доставкой, и видно не было других вариантов, кроме как меня послать. Посылку-то я доставила, хоть и не без проблем, но при этом, похоже, здорово ушибла крыло. А тут еще и ночь… И ночевать негде… А ты тут как оказался?

— Да все опять по делам гвардии бегаю. Слушай! А давай с нами? Найдем, где заночевать, а утром выдвинемся в Понивилль?

— Ну… Я не знаю…

— Я приглашаю!

— Ну ладно!

— Э-э-э! Брось ты эту дрянь! — всполошился я, видя, что Дерпи пытается прихватить с собой коробки, как укрытие от усилившегося дождя. — Залезай лучше ко мне под плащ, он широченный, места хватит!

— Из!

— А?

— Рад представить — Дитзи Ду! Наш, Понивилльский почтальон и, по-моему, лучший!

— Ой… — смутилась Дитзи. — Захвалил… И зовите меня Дерпи! Привыкла уже, для меня это даже забавно.

— Очень приятно! — поклонился мой брат с неожиданным изяществом. — Чадье! Из Чадье!

* * *

Прошло еще некоторое время…

— Ура! Тут есть номер! — просветил всех я. — Правда, всего одна комната с двумя койками и диваном.

— Ерунда! Поместимся! Был бы номер, — хмыкнул брат.

— Верно! — поддержала Дитзи.

Мы и в самом деле неплохо устроились.

Номерок оказался самым скромным: беленые стены, дощатый пол, пара кроватей, тумба, небольшой диван, стеллажик с пустыми полками, традиционный круглый стол, коврик на полу да подвешенная под потолком масляная лампа — вот и все его убранство. Даже окна не было. Хорошо хоть уборная и душ были свои.

Пока Дерпи заняла душ, я стал накрывать на стол…

— Мда… Негусто получилось, — заметил Из.

— Яблоки, маффины да яблочный сидр. Все, что было в рюкзаке… — извинился я.

На слово маффины появилась Дерпи, и мы кинулись поедать мой скромный НЗ.

За ужином мы договорились о раннем выходе и, ввиду этого, почти сразу завалились спать…

Я долго не мог уснуть и смотрел на спящую Дерпи.

Из, похоже, тоже…

Дерпи улыбалась во сне.

ГЛАВА 2

Ночь в дороге

Нескончаемая, длинная лента пыльной грунтовой дороги миля за милей стелилась под копыта под неспешную дружескую беседу.

Тихо и незаметно начало розоветь небо. Где-то, недалеко от дороги, залился первой пробной трелью соловей. Подул легкий ветерок, донося с собой сладкий аромат луговых цветов и развеивая жаркое, душное марево дня висевшее над равниной, по которой шла маленькая компания.

Подкрадывался теплый летний вечер.

Дерпи потянула носом воздух, улыбнулась, облизнула пересохшие губы.

— А не пора ли нам остановиться на ночевку? Ну там… костерок, яблоки, маффины, все такое…

— А что? — согласился я — Все верно. Время можем упустить, так потом в темноте то еще удовольствие палатку ставить. Давайте-ка поищем местечко!

— А что его искать? — удивился Из — Судя по звуку, где-то рядом течет ручей, так там и встанем лагерем.

— Аг-га! Точно! Похоже, слева от нас, — заявила Дерпи. Слух, в отличии от зрения, у нее всегда был отличный. Вроде как даже на курсах каких-то была… То ли телефонистов, то ли радистов… Что-то она такое рассказывала, но я, если честно, не обратил особого внимания тогда.

— Верно, но ведь не будем мы останавливаться посреди голого поля? А вот та группка валунов впереди-слева, прикрытая какими-то кустами, вполне подойдет!

И наша маленькая компания начала устраиваться на ночлег.

Поставили палатку в тени кустов, развели костер так, чтоб валуны, стоявшие полукругом, отражали тепло костра в сторону палатки. Все-таки не все ночи могут быть теплыми и в походе надо быть к этому готовым.

Из вызвался сгонять за водой. Оказалось, что слух действительно не подвел Дерпи и в этот раз — ручей, а точнее прохладный ключ, действительно был совсем рядом, в какой-то полусотне ярдов от нашего импровизированного бивака. Пока он это делал, а Дитзи обустраивала палатку и пыталась запихнуть туда весь наш скарб, а в основном это был здоровенный ящик Иза, который тот пер на себе всю дорогу, и сделать это так, чтоб в не рассчитанной на это издевательство палатке еще и нам место осталось, я, подозревая, что с ее ловкостью это надолго, решил осмотреться.

Не сказать, чтоб тут действительно было на что смотреть, но внимательный глаз всегда найдет что-то для себя полезное.

Почти сразу мне попались на глаза густые кусты невдалеке. Подойдя ближе, я понял, что нам улыбнулась первая небольшая удача — кусты оказались шиповником, а значит, сегодня нас ждет почти чай, а не просто теплая вода за ужином. Конечно, я не преминул набрать плодов с запасом, набив ими свободный карман все еще висевшей на мне сумки. Как всегда — "а вдруг", привычка, Дискорд ее побери.

Второй полезной находкой за сегодняшний вечер оказалась мята, росшая чуть впереди, у дороги. Можно было надеяться, что вечерние насекомые будут донимать нас чуть меньше. Если конечно это свойство мяты, вдруг вспомнившееся мне, не было моим собственным домыслом, в попытке оправдать столь продолжительное хождение вокруг лагеря.

— Эй! Алекс! Ну какого Дискорда ты там так долго? — окликнул меня Из. — У нас уже все готово!

— Оки, уже иду!

* * *

Вокруг постепенно смеркалось. Уютно трещали ветки в костре, отбрасывавшем причудливые тени на древние валуны. Сытно булькал в закипающем котелке отвар, источая дивный аромат шиповника. К нему примешивался душистый запах мяты, как подложенной в костер, так и просто лежавшей рядом. И, если принюхаться, то где-то совсем-совсем на грани, вторил им тонкий и вкусный аромат каким-то чудом все еще не утративших его маффинов. Неспешно текла полная баек и всяческой ерунды ленивая дружеская беседа.

— Вот так я увидала Безголовую Пони! — закончила свой рассказ Дитзи.

— Да-а… — протянул Из — Чего только не встретишь в нашей кочевой жизни, не важно, работаешь ли ты наемником, таскаясь по свету, как это было со мной, бегаешь ли по всей Эквестрии с каким-либо поручением, как ты, брат… — кивнул он в мою сторону, — Или разносишь почту, — перевел он взгляд на Дитзи. — Насмотреться можно везде и разного. А уж вляпаться в какую-нибудь гнилую историю так это как нечего делать. У меня так вообще впечатление сложилось, что всякая дрянь только меня и дожидается, чтобы произойти…

— Да ну! — не поверил я, — Ерунда. Просто не везло, да и все. Набор случайностей.

— Хочешь верь, хочешь нет… — пожал плечами Из, — По-моему, так ждали именно меня.

Какое-то время все сидели молча, пока Дитзи первой не вспомнила про давно уже кипящий отвар.

Котелок с кипятком, правда, как оружие особо опасное в копытах Дерпи, снимать кинулся Из.

Еще какое-то время все тихо наслаждались ароматным шиповниковым варевом с кусочками плодов, брошенными туда же недоеденными яблочными дольками, ароматом мяты из костра и, конечно же, маффинами.

— Флуфай, Алекф — спросила Дитзи, не прекращая уничтожение очередного (Какого же уже по счету? Пятого? Шестого?) маффина, — а фто вы с Исом дейфтфительно братья, или это профто обращение такое?

— Да нет, мы действительно братья, хотя иногда окружающим в это непросто поверить.

— А как так получилось, что… *ХЛЮ-Ю-ЮП!* Простите. Что вы так долго не виделись. Вы ведь встретились только недавно, если я че-то где-то поняла, да?

— Верно. Даже самому сложно сказать сейчас… Просто в один день он заявил, что ему предложили работу с неплохим жалованьем, и он уезжает. Ну а я, спустя несколько дней, загорелся поехать в Кантерлот. И оказался прав! — улыбнулся я.

— И что, с тех пор… *НЯМ!* …фы нифего двух о двухе не фнали? — настал последний час очередного представителя расы хлебобулочных изделий.

— Не совсем. Мне как-то удалось отписать ему свой новый адрес, уже когда я гвардейцем стал. Услышал о нем случайно, да и передал весточку. Он даже пару писем мне прислал. А встретились мы с ним действительно недавно — не далее, как вчера!

— Из! С Алексом-то понятно… АЙ! — Дитзи хлопнула себя копытом по шее, — Что-то не очень-то эти веточки помогают… С Алексом понятно, а что ты делал все это время?

— Просто местным насекомым никто не сказал, что они должны бояться каких-то веток, — съязвил Из, косясь на меня. — История же моя слишком длинная и запутанная, чтоб сейчас ее рассказывать. Ложиться пора. Вставать завтра надо рано, если хотим до вечера успеть до города вашего дойти.

— И то верно, — согласился я.

— Ну-у-у… Ладно. Я, наверное, и пойду уже, — зевнула Дитзи. — Доброй всем ночи!

— И тебе!

— Доброй.

Мы остались вдвоем.

— Надо бы организовать дежурство. Если уж по всем правилам, — стукнуло вдруг мне в голову.

— Не стоит. Я постою. А как устану — разбужу тебя.

— А справишься?

— Ничего, мне в полнолуние все равно не особо-то спится.

— Ну, как знаешь…

Нас прервал какой-то грохот и треск в палатке.

— Дерпи? Что-то случилось?

— Да не! В пределах нормы! На ящик этот налетела… Ничего!

— Да? Тогда я иду за тобой.

— Тоже зацепишься за край палатки и лбом об ящик?

— Э-э-э… Попробую без этого. Спокойного дежурства, Из! Буди, если чего!

— Угу…

* * *

Я проснулся.

Не знаю от чего.

Просто так.

Ночь, похоже, была уже на исходе и вот-вот должен был загореться первыми лучиками рассвет.

Я решил сменить Иза. Хоть он и не просил, но как-то нехорошо получалось бы…

— Из!

Нет ответа.

— Из!

Нет ответа.*

Только где-то громко, надрывно заходится цикада.

И огромная дымчато-желтая луна, нависающая над горизонтом.

И мириады звезд, созвездий которых я пока еще не запомнил, все еще видных в предрассветном небе.

Тут я услышал какие-то странные звуки из-за примеченных мной давеча кустов шиповника и не спеша двинулся к ним.

Где-то вдалеке зловеще проухал филин.

— Из, ты там? Спишь ты, что ли?

Я раздвинул кусты.

И сел на круп.

Я увидел перед собой… Существо. Я слышал, как Из когда-то жаловался, что его… Что при его появлении в этом мире, ставшим нам домом вместо того, прежнего, которого мы почти и не помнили, что-то пошло не совсем так, как надо и теперь в полнолунья, такие как сегодня, когда магия этого мира особенно сильна, он вновь ненадолго обретал наш прежний облик. Это невозможно было контролировать. Только знать наперед фазы луны. Хорошо, что зависело это от магии, а не луны как таковой и повторялось лишь одну ночь за цикл.

Я знал об этой его особенности с его слов.

Но забыл.

А сейчас впервые видел, КАК это с ним происходит.

Тихо, беззвучно…

Как меняют свою форму кости.

Как рвутся и сплетаются заново мышцы и сухожилия.

Как выпадают и исчезают волосы, уступая место черной как уголь гриве.

Как растут и наливаются синевой глаза.

Как ломает тело, ставя его на четыре конечности.

Как кожа его покрывается короткой белой шерсткой.

Как вспыхивает, ярким пламенем прожигаясь сквозь тело его метка — белый, почти незаметный на крупе в обычное время, контур черепа со скрещенными на нем остриями вниз мечами цвета вороненой стали.

Знак вольного наемничесва, чести, верности приказу и самопожертвования, как сам он когда-то его описал.

Во всем этом не было ничего страшного для меня. Но я прекрасно понимал, почему он отошел подальше от палатки. Сложно это будет объяснить еще кому-то. Не знаю, как он обходился все это время…

— Эй, Алекс!

— А? — вздрогнул я.

— Чего застыл-то? А, ну да, ты ж не видал ни разу… И как тебе? Сильно страшно?

— Мне-то нет, но от палатки ты верно отошел.

— Угу.

— …

— Так ты чего пришел-то?

— Да думал тебя сменить… Утро скоро…

— Ну, думал, так меняй — хоть подремлю немного перед подъемом.

— Агась…

— Чего?

— Да так… Перенял тут у одной… одного знакомого, — улыбнулся я. — Я тебе потом о нем расскажу.

— Договорились! И вообще обо всех жителях вашего городка, а то здорово же я буду выглядеть в городе, где все всех знают и только я никого, — устало улыбнулся Из.

— Договорились. Дуй уже спать, знаток, — скомандовал я на правах чуть более старшего.

— Е-е-есть… — чуть поморщился Из и удалился в палатку.

Что-то стукнуло. Кто-то что-то не громко высказал про ящик. Все затихло.

Я улегся на землю.

"Да… — думалось мне. — Что-то мне подсказывает, что это будет преинтереснейший денек…"

ГЛАВА 3

Прибытие

Яркое солнце, прохладный ветерок и посвежевшая за ночь дорога под копытами, что может быть лучше этого? Разве только то, что мы приближались к Понивиллю!

Потянулись по обеим сторонам дороги сады "Сладкого Яблока"…

На горизонте появились какие-то яркие строения в стороне от дороги.

Подойдя ближе, мы поняли, что строения эти и были фермой "Сладкое Яблоко", а самым ярким пятном из всех — новостройный амбар.

Не дав нам дойти до поворота на ферму совсем немного, ворота амбара открылись. Из них появилась крепенькая, рыжая, веснушчатая пони со светлыми, выгоревшими на солнце хвостом и гривой, заплетенными в простые косы, в старой широкополой шляпе и с меткой в виде трех небольших красных яблочек на крупе.

Пони вытащила за собой из амбара телегу. Да не одну! Первая, и самая большая, была с горой нагружена корзинами с яблоками. На второй, поменьше, разместились пироги. На третьей — прочая, явно яблочная, снедь. Все три были зацеплены одна за другую.

Наша компания, влекомая мной, повернула на ферму.

— Эплджек! — окликнул я поняшу.

Та резво обернулась. На лице ее расплылась широченная улыбка и…

— Йи-и-их-ха!!! — птицы сорвались с деревьев в небо. — Алекс!!! Ну наконец-то вернулся! Ух! Как долго тя не было-т! Совсем нас тут позабыл со своими Кантерлотскими делишками-т?! — ЭйДжей, секунду назад бешено трясшая мое копыто, теперь приобняла меня за шею и заглядывала в глаза.

— Э-э-э… Да нет, ЭйДжей! Просто получилось так как-то…

— Агась! Больше месяца пропадал где-т!

— Но теперь-то я вернулся и, думаю, надолго! И не один кстати! Вот, знакомься…

— Привет, Дерпи! Че-т давно тя не видать было!

— Привет! А и не было вроде пока ничего…

— Да ты и так заглядывай! А ты… — перевела ЭйДжей взгляд на Иза.

— Чадье! — начал тот свое фирменное. — Из Ч-ч-ча-а-а-а-а-а…

Договорить у него так и не получилось — Эплджек трясла его копыто:

— А я — Эплджек! Мы тут владеем этой фермой! Собс-но не будь нашей фермы — так тут и города-т не было бы, да! Ты ведь совсем новенький тут, да? И наверняка те нужны друзья на новом месте? Так ты по адресу! Чуть шо — обращайся к Эплджек, я завсегда помогу, тут эт каждый подтвердит!

— ЭйДжей! — решил я помочь брату. — А что за телеги?

— Ох! Чуть не забыла на радостях. Мне ведь седня на рынок надо. Пора подраспродать запасец яблок! — и Эплджек вновь схватилась за упряжь первой телеги.

— Погоди! — остановил я ее. — Раз уж мы тоже идем в город, так давай поможем!

— Ну… — на секунду на ее лице промелькнула борьба. — Ла-ано! Если хотите…

Конечно мы хотели! Вернее, я так точно хотел, да и Из… Ну ладно, ладно! Не спросил я его! Но он не возмущался! Тем более что и ящик свой приткнул на тележку.

Я впрягся в телегу с яблоками, ЭйДжей и Из разобрали те, что были поменьше, Дерпи пристроилась сбоку, и мы двинулись.

В этот момент где-то позади нас хлопнула дверь. Мимо галопом пронеслась светло-желтая жеребяшка с красновато-рыжими волосами, огромным темно-розовым бантом и небольшими сумочками на спине.

На секунду она притормозила и окинула нас взглядом.

— Утро, Эплджек! Привет, Дерпи! Ух ты! Привет Алекс! И тебе привет… пока еще незнакомец!

— Из!

— Ага! Привет Из! — и она снова кинулась бежать. — Извините! Школа! Опаздываю!

— И тебе привет, Эпл Блум! — только и успел крикнуть я.

— Ага!

И жеребяшка скрылась в облачке пыли.

— Да… — поцокала языком ЭйДжей, — От такая от у нас Эпл Блум. Ну ты понял шо она мне сестренка, да? — взглянула она на Иза. — Ваще-т, у меня еще и братишка есть — Маки… Макинтош. Но он в основном всегда на ферме. Этого молчуна даже в городе не часто увидать можно. Но вы наверняка подружитесь!

— Угу. Возможно.

— Из у нас сегодня тоже не особо разговорчивый.

— Агась. Но до Маки-т ему далеко! — улыбнулась ЭйДжей.

Какое-то время мы прошагали молча.

— А что… — решился я нарушить тишину. — Не слыхать ли чего нового в городе?

— Да, — поддержал меня Из. — Чем, так сказать, дышит Понивилль? А то я совсем ничего не знаю!

— Да разное обсуждают, — начала Дитзи. — Малышей Кейков, например — поразительный талант в таком-то возрасте! Или еще кто-то слух пустил, что король Сомбра может вернуться…

— Так! — прервал я. — А вот отсюда — подробней.

— Да нечего подробней. За что купила — за то и продала.

Тут я услышал какой-то вздох…

— ЭйДжей? Что-то не так?

— Да не, все в порядке, ваще-т…

— Выкладывай!

— Ну… Можешь считать эт бредом деревенской дурочки…

— Первый дам в морду тому, кто это скажет!

— Агась. Я знаю, — слегка улыбнулась ЭйДжей, — Но… Даже не знаю как эт те описать-т… Я ведь недалеко от Вечнозеленого живу, да? От шкурой чую, шо че-т изменилось. Че-т не так стало с лесом, как раньше. Даже и не знаю че именно. Просто интуиция какая-т… — она негромко ругнулась. — Бред, ага?

— Да нет, ЭйДжей. Интуиция порой самое важное из чувств. А к Лесу надо будет приглядеться получше…

— Спасибо, — тихонько сказала Эплджек.

* * *

Наконец, под скрип деревянных колес, наша компания вступила на улицы Понивилля. Маленький город принял нашу четверку в свои радостные объятья.

До рыночной площади мы добрались очень быстро, но по пути нам пришлось расстаться с Дитзи Ду, сославшейся на наверняка скопившиеся за ее отсутствие письма.

Стоило только нашим ногам ступить на площадь, как нас поглотила веселая и шумная толпа из торгующих, торгующихся и просто любопытствующих пони. Должно быть, сегодня в городе был рыночный день. Толпа подхватила нас вместе с телегами, закружила и понесла…

— А вот Диваны! Свежие, нележанные!

— Кому апельсины?! Кому витамины?!*

— Вишня! Спелая вишня!

— Лужу-паяю, чиню-починяю!*

— Подешевело!

— Почем фруктики?

— Один битс, папаша! Всего один битс!

— Беляши! Беляши горячие! С картошкой! С капусткой! Чай свежий!

— Дай-кась корзинку!

— Десять битсов с тебя, папаша!

— Утюги! Утюги кому?! Сковороды!

— Держи вора!!!

— Да за что ж десять? Ты ж сказал — битс!

— Штука — битс!

— Подковы! Новые подковы!

— Ох, сынок… Дал бы я тебе этот битс, если бы был уверен, что ты купишь на него хоть немного совести!

— Не берешь, так проходи, папаша! Не задерживай!

— Налетай! Покупай!

— Зеркала! Витражи! Стекло двойное Бдемсское!*

— Кому апельсинчики?! Кому витаминчики?! Три битса кучка! В кучке — три штучки!

— От и пришли! — выдохнула Эплджек, протискиваясь к своему ларьку, ожидавшему ее на площади, и опираясь об него. — Спасибо шо помогли, дальше я и сама управлюсь!

— Да не за что, ЭйДжей! Мы были рады!

— Угу, — вздохнул Из, и снова взвалил на себя ящик.

— А знаете че? У нас тут небольшой семейный ужин планируется седня вечерком. Я вас приглашаю!

— Хорошо, ЭйДжей! Обязательно зайдем, а пока — покажу Изу город.

— Оки!

И я повел того сквозь галдящую толпу, попутно пытаясь вкратце, в одном-двух предложениях рассказать о тех, кого выцеплял из нее мой взгляд, из-за чего повествование мое, должно быть, было весьма обрывочным.

— Поняха с рыжими волосами справа. Голден Харвест. Занимается выращиванием моркови. Известная растяпа.

— Привет, Морквуша!

— Привет, Алекс!

— Морквуша??? — беззвучно прошептал Из.

Я столь же беззвучно ему улыбнулся.

— А вон тот жеребец с меткой в виде песочных часов — наш местный часовщик — Хувс. Почему-то называет себя "Доктор Хувс". Ходят слухи, что он не так прост, как кажется, но я ничего такого подозрительного пока не замечал. Часовщик не плохой, — Я сделал приветственный жест копытом и склонил голову, принимая ответный.

Ветер донес до нас какие-то чудесные звуки, пробившиеся даже сквозь рыночный гул, и мы, недолго думая, пошли на них.

— Бирюзовая единорожка перед нами — Лира Хартстрингс. Может показаться немного странной, но в целом — отличная поняша.

— Лира! Как всегда отлично выглядишь!

— Спасибо, Алекс! Ты тоже! Бон-бон не видел?

— А вон разве не она? — показал я, попутно кивая Изу на молочно-белую пони с розово-голубой гривой и помахав Бон-бон.

— Точно, спасибо!

— Да не за что!

— Тандерлэйн, — указал я на промелькнувшего в небе темно-серого пегаса. — Даже не в курсе пока, чем он занимается. Сильный. Смелый. Надежный. Если увидишь его меньшую и более светлую копию, то это его брат — Рамбл.

— Понятно.

— Кого я вижу! Берри Пунш! Если видишь ее на своей вечеринке — доставай больше спиртного! Кроме того, она талантливый виноградарь и винодел. Если есть к ней какие-то дела, их лучше обсуждать с ней в первой половине дня.

— А во второй?

— А во второй она уже мало соображает, — тихо шепнул я. И уже громче: — Привет Берри! Я как-нибудь заверну пополнить запасы?

— Алекс! Конечно, чего спрашивать!

— А симпатяга за тем лотком — Роуз. Лучший цветовод города! — Привет!

— О! Алекс! А это кто?

— Мой брат — Из.

— Рада знакомству!

— Я тоже! — улыбнулся Из, да и как можно было не улыбнуться этой поняше?

— Роуз, можно букетик? Пожалуй, вот этот…

— Конечно!

— Ого! "Красавчик" со "свитой" шествуют. Интересно, что забыл "самый важный пони Кантерлота" тут в Понивилле?

Мы приняли порцию заверений в искреннем дружелюбии к нам со стороны Кантерлотской знати. Правда, искренность заверений, у всех кроме "Красавчика", выглядела как-то не очень искренне.

Тут мы, наконец, вышли к источнику звуков, привлекших наше внимание. Это оказался небольшой, ухоженный, но явно недавно немного ремонтировавшийся домик. Чудный звук шел со второго этажа, а вернее с его балкона. На балконе стояла стройная темно-серая пони с роскошной черной гривой и играла на виолончели. Мы завороженно слушали.

— Октавия Мэлоди! — прошептал я. — О талантах, думаю, нет нужды говорить?

— Ага!

— Держи-ка! — я передал Изу букет. — Брось, как закончит!

— ?

— Ну, ты ведь хочешь завести тут знакомства! Запомнись!

Он запомнился. Поднялся в воздух, впервые при мне используя свои крылья, и зависнув в изящной позе, вручил букет.

Немного поболтав с Октавией, мы уж думали идти дальше…

КАК ВДРУГ!!! Ударно-звуковая волна музыкальной смеси дикой громкости вышибла в доме стекла и заставила Октавию скривиться, как от зубной боли! Впрочем, она тут же вернула самообладание. На крыльце появилась абсолютно белая пони с ТАКИМ на голове и в таких умопомрачительных очках…

— Извини! Новая акустика! — проорала она.

— Привет, Винил!

— А?!

— ПРИВЕТ, говорю!

— Че?!!

Я помахал ногой.

— А! Здорово! — Винил похлопала себя по уху и извинительно улыбнулась, на что мне оставалось только кивнуть, вернув ей улыбку, и повести Иза дальше.

— Уф!

— Что это было?

— Это? Это Винил Скреч! "ДиДжейПонТри". Они с Октавией дом вдвоем снимают.

— Мда…

— Агась.

— Видишь архитектурно-кремовый шедевр впереди?

— Ого!

— Ага! Кондитерская и дом четы Кейк. Очень милые и добрые пони, приютившие одну мою хорошую знакомую. И готовят — копыта вылижешь. Но все же, главное — там живет и работает знакомое мне стихийное бедствие.

— Не понял…

— Сейчас поймешь. А вот и она…

В дверях кондитерской показалась АБСОЛЮТНО розовая пони. Стоило ей нас увидеть, как ее рот выдал такую улыбку, что любой другой на его месте порвался бы!

— А-а-алекс-с!!! Привет! Как я рада, как я рада, как я рада, что ты вернулся нако-о-оне-е-е-е-ец! — пропела она, вскачь нарезая круги вокруг нас с Изом, и под конец сорвавшись на визг!

— Привет Пинки! Я тоже очень соскучился по тебе!

— Да-а-а? Так это здорово! Здорово-здорово-здоровА!!! А это что за симпатяга рядом с тобой? А, симпатяга?

— Я Чадье! Из Чадье!

— Ага, а заодно он мой брат! — встрял я.

— Да… Решил переехать в Ваш городок вот…

— Да-ну? — опять разулыбалась Пинки. — Это просто отлично! Ты полюбишь Понивилль, обещаю! А знаешь, что еще я обещаю?

— Э-э-э… Нет?

— Я ОБЕЩАЮ СУПЕР-ПУПЕР-МЕГА КРУТУЮ ВЕЧЕРИНКУ-ЗНАКОМСТВО!!!

Пинки откуда-то достала рожок и дунула в него что было сил. Нас окутало облаком конфетти.

— Мы за! — перебил я слегка оглушенного Иза. — Только не сегодня — сегодня мы к Эплам приглашены.

— Отлично! У меня будет время все приготовить! Ох! Мне ведь еще надо успеть… Обещала…

— Тогда не будем тебя задерживать. Удачи!

— Ага!

— Уф. Это кто был хоть? — выдохнул Из, когда мы немного отошли.

— Класс, да? А это, братец, Пинкамина Диана Пай! Правда, сама она не любит, когда ее называют полным именем. Предпочитает просто Пинки Пай. Специальность — вечеринки.

— Видишь поняшку с сине-белой гривой впереди?

— Да.

— Это Колгейт — местный стоматолог. Вообще-то, ее звали Менуэт, но почему-то ей это не очень нравилось, и она сменила имя. Если увидишь где-то сладости, готовься увидеть и ее. — Привет, Колгейт!

— О! Привет-привет. Что-то не торопишься ты показаться на приеме.

— Уж лучше Вы к нам!*

Вдруг, я краем уха уловил звук, наминавший звук работы маленького моторчика. Звук явно шел из-за наших спин. И он нарастал!

— ДОРОГУ!!! — прокричал звонкий голос позади нас.

Я резко оттолкнул Иза в сторону.

Мимо нас пролетела рыжая молния!

Молния круто развернулась, затормозила перед нами, соскочила с доски и стянула с головы шлем, оказавшись маленькой рыжей кобылкой-пегасом с почти фиолетовой довольно коротко стриженой гривкой и необыкновенными сизыми глазами.

— Привет, Алекс! — улыбнулась рыжая.

— Привет, Скуталу! — улыбнулся я в ответ. — К Радуге на тренировку?

— Ага, точно. А это кто с тобой?

— Знакомься — мой брат!

— Из! — улыбнулся тот.

— Скуталу! — в ответ улыбнулась рыжая.

— Увлекаешься доской, я смотрю?

— А то! Профи! Ну… То есть почти… Теперь бы в небе так…

— Родители, должно быть, гордятся такой дочкой, а? — вдруг дружелюбно спросил Из.

— Ну… Д-да, конечно! А то как еще?! — на секунду улыбка пропала с лица Скуталу, выдав какую-то тревогу, потом появилась вновь, но уже какая-то не такая, — Н-но-о… мне уже пора, Радуга, наверное, уже заждалась… — она быстро натянула шлем и заработала крыльями — именно они и издавали тот самый странный звук.

— Удачи на тренировке! — пожелали мы с Изом почти в унисон.

— ВАМ ТОЖЕ! — прокричала уносящаяся молния.

— Не понял, — проронил Из.

— Чего?

— Она что, меня боится или чего? Когда я про родителей сказал — у нее на лице явно мелькнул страх чего-то…

— Ты про это, — вздохнул я. — Долгая история. Потом объясню… Наверное.

— Но я-то точно видел…

— Ну видел, и что? Просто не говори об этом никому.

— ?

— Скажем так. Тут все очень, очень сложно. И сама Скут с ее характером. И ее судьба. Не многие столько пережили, сколько она в свои-то годы. Но и хватит об этом пока. Тем более что и я не должен был бы всего этого знать.

— Хорошо, братишка, — пожал, недоуменно, плечами Из. — Чем займемся?

— Думаю, нужно зайти в "Карусель" к Рарити — подобрать или может заказать что-то на завтра…

— Ну окей. Веди!

* * *

И вот впереди уже показалась "Карусель".

Прежде, чем мы подошли к бутику, на его пороге показалось белоснежное облачко.

— Хорошо, Рарити! — донеслось до нас, и облачко понеслось в нашу сторону.

По мере приближения облачко оказалась белоснежной, кудрявой единорожкой с розовато-сиреневой гривой и нежно-зелеными глазками.

— Ой, Алекс!

— Привет, Свити! Да, я уже вернулся, — приветливо улыбнулся я. — А это мой брат.

— Э-э-э… Из. Просто Из.

— Из… Какое необычное имя! А я — Свити Бель! — пропело улыбчивое "облачко" ангельским голоском. — Ой! Какая у Вас метка… А за что можно получить такую, а? А то мы с Эпл Блум и Скуталу их никак получить не можем…

— Ну… Это слишком долгая история, чтоб рассказывать ее вот так посреди улицы, — улыбнулся каким-то своим воспоминаниям Из. — Может как-нибудь в другой раз?

— Ой, да конечно, извините, что это я в самом-то деле… Но как-нибудь расскажете, да?

— Конечно, я ведь обещал! И давай на ты, хорошо? Для "Вы" я еще не достаточно древний, — снова слегка улыбнулся Из.

— Хорошо, хорошо! — закивала Свити своими ангельскими кудряшками. — Ой! Я, наверное, вас задерживаю, да? Простите!

— Да нет, что ты, — вмешался я. — Мы как раз идем к Рарити — Пинки Пай устраивает вечеринку в честь Иза — нужно выглядеть!

— Вечеринка это здорово! Надеюсь, нас пригласят…

— Да я и приглашаю! В конце концов, это ведь для меня вечеринка. Приходите и вы трое! — воскликнул Из.

— Правда? Можно? Спасибо Вам… тебе Из! Ой, забыла совсем! Меня ведь Рарити за нитью послала! До свиданья! — и "облачко" припустило дальше по улице.

— Из!

— А?

— А что это на тебя нашло? То есть, ты ведь не самый большой любитель вечеринок, как я помню?

— Ну да. Как и всякой толчеи.

— А тут вдруг сам приглашаешь?

— А что такого? Сделал приятное. Плюс, если уж вечеринка, так пусть уж точно будет кто-то знакомый, кто мне понравился.

— Понятно… Однако мы пришли!

Я постучал.

— Рарити! Можно?

— КОГО ДИСКОРД НЕСЕТ Я ЗАНЯ… Алекс?! Это ведь ты, да? Прости. Проходи, конечно!

Я толкнул дверь, и мы вошли.

Первым, что мы увидели, была, славившаяся на весь город своим весьма не кротким нравом кошка, которую, если я правильно помнил, звали Опалесценцией, сидевшая на манекене прямо рядом со входом. И конечно тут же попытавшаяся полоснуть не пришедшихся ей по нраву визитеров когтями.

А вторым — белоснежную единорожку с синей, великолепно уложенной гривой, синими же глазами и меткой в виде трех бриллиантов на крупе, положившую голову на груду ткани и каких-то выкроек рядом со швейной машинкой.

— Привет Алекс! — произнесла она, еле оторвав голову от груды. — Кошмар…

— Что случилось, Рарити?

— Заказов не будет еще два или три дня, а в голове у меня такой бардак! Ни одной толковой мысли! — Рарити снова уронила голову. — Свити-то я за нитью послала, а вот что делать потом — хоть тресни…

— Ну… Может мы тебе в этом поможем?

— Мы?

Из-за моей спины вышел Из.

— Простите, что сразу не представился. Меня зовут Чадье. Из Чадье. А вас, видимо, мисс Рарити? Премного был наслышан о Вас и счастлив лицезреть Вас!

— Ох… — только и выдавила Рарити. — Что же привело вас ко мне?

— Завтра Пинки Пай устраивает вечеринку и хочется выглядеть соответственно.

— Справлюсь. Давайте-ка я вас обмеряю. Предпочтения?

— Изу — смокинг, а мне — на твой вкус.

* * *

Позже в этот день.

— Уф! Вырвались!

— Да ладно тебе! Зато все будет готово уже завтра днем! И, должно быть, будет шикарным!

— Ну да… Это радует.

— Пошли-ка, лучше, заглянем к Твайлайт.

— Пошли. Хотя я и не знаю кто это такая. По пути и расскажешь.

— Угу.

Я удивился. По какой же глухомани его носило, если он не слышал ничего о Твайлайт? Однако я решил отложить расспросы на потом и, лишь негромко хмыкнув, свернул в проулок, позволявший быстро выйти к библиотеке.

Но, моим планам представить Иза Твайлайт сегодня не суждено было сбыться. На двери недавно восстановленной по ее просьбе библиотеки нас радушно встретило объявление: "Уехала в Кантерлот за книгами. Буду завтра. Твайлайт Спаркл".

Спайка, разумеется, дома тоже не было.

— Мда… — проронил я. — Солнце уже давно за полдень перевалило. Даже очень. Как считаешь?

— Навскидку — часа четыре, думаю.

— Ага. Я тоже думаю где-то так. Пошли, что ли, дом покажу?

— Давно пора отдохнуть!

— Тогда вперед!

Скоро мы снова подошли к домику Флатершай, пройденному нами на пути в город. Домик стоял на краю поляны, иногда используемой для праздников.

По другую его сторону начинался лес, в который, в стороне от домика, уходила дорожка. Это даже не был еще собственно Вечнозеленый Лес, но он примыкал к нему. Если на развилке не углубляться в Вечнозеленый и не повернуть по другой дорожке, выходившей значительно ближе к моему дому, то третьим местом, куда можно было попасть всего через несколько минут хода, были окраины "Сладкого Яблока". С другой стороны полоска леса, окаймлявшего поляну с трех сторон, отделяла его от первых городских домов.

Дорожка от домика Флатершай идет до моего дома на противоположном краю поляны. Настолько противоположном, что не во всякую погоду дома были видны друг из друга. Я нарочно ставил дом на отшибе.

Возле дома на небольшой высоте порхала желтенькая пегаска с розовой гривой, большими бирюзовыми глазами и меткой в виде трех розовых бабочек.

— Привет!

— Ой! — пегаска прижалась к земле и слегка напугано оглянулась, — Ой, Алекс, это ты? Привет. А что ты тут делаешь?

— Я? Решил въехать в только что отстроенный дом. Так что теперь будем соседями, — улыбнулся я.

— Так это твой дом там? Здорово.

— Ага. Позволь представить тебе моего брата!

— Чадье! Из Чадье! — поклонился Из.

— А меня зовут Флатер… — потупилась пегаска.

— Прости — не расслышал?

— Флат… — окончательно пожухла та.

Я решил помочь обоим и увел Иза под предлогом срочной работы в доме и с предложением как-нибудь посидеть вместе за чаем.

— Стесняшка! — улыбнулся он, обернувшись.

* * *

Поляна, на которой мы находились, была просторна, чрезвычайно живописна и населена множеством птиц и зверей, из-за которых тут и жила Флатершай, и расположена совсем близко от города. Поэтому она часто использовалась горожанами и помимо праздников. По крайней мере, ближняя ее часть.

Вот и сейчас над ней летала парочка пегасов. Вернее, по-настоящему летал один. Второй же медленно и не уверенно летел возле самой земли.

Я догадывался кто это, а потому повел Иза посмотреть.

Голубая пегаска с гривой всех цветов радуги, явно сдерживая себя, суетилась вокруг маленькой рыжей кобылки. В конце концов, на очередном повороте та чуть не упала и лишь в последний момент смогла нормально приземлиться. Она явно выбилась из последних сил. Голубая приземлилась рядом с ней.

— Очень неплохо, Скут! Для того, как редко нам сейчас удается потренироваться — очень неплохо! Ведь какой-то месяц назад ты и в воздух то с трудом поднималась!

— Я… пыталась… и сма…тренир…ваться…

— И это заметно! Сегодня был великолепный результат! А кое-кто, я гляжу, за ним еще и наблюдал? Привет Алекс! — голубое копытце стукнуло по подставленному моему. — Каким ветром занесло?

— Привет, Дэш! Ветром, требующим от странника завести домашний очаг! Теперь я надолго в Понивилле осяду! — я махнул копытом в сторону домика.

— А! Так это ты там себе отгрохал! Классное тут место. Будем соседями, в каком-то смысле, да?

— В смысле?

— Ну, я чей-то прилюбила в последнее время тут ночевать. Устроишься где-нибудь вон на том дубе… Красота! М-м-м… Даже если это и не дуб… Ботаника не мой конек, — улыбнулась она, — А это кто у нас? — переключилась РД на Иза. — Ты тут новенький?

— Верно. Меня зовут Из Чадье. Можно просто Из. А ты, я так полагаю…

— Все верно! — Дэш поднялась повыше и застыла, словно бы облокотившись о невидимую стену, заложив заднюю ногу за ногу и разглядывая край копыта на одной из передних, — Ты разговариваешь с самой крутой летуньей всей Эквестрии, а возможно и всего мира… — Тут она слегка сбилась, заметив Скуталу, пялившуюся на нее во все глаза, — Единственной и неповторимой, великолепной Радугой Дэш! — она не удержалась, сделала несколько сальто через голову назад и повисла перед Изом уже в позе лежа, подперев голову копытами и любуясь произведенным эффектом.

Трудно сказать, удовлетворил он ее или нет — Из был непробиваем, лишь легкая приветственная улыбка.

В этот момент на краю поля показалась еще пара фигурок — желтоватая и снежно-белая.

— Скуталу!!! — хором проорали Эпл Блум и Свити Бель, а это были, конечно, они. — Ты идешь сегодня или нет?!!

— Ой, прости, Радуга! Совсем забыла, что сегодня у нас очередная попытка найти себя.

— Да ерунда, Скут! Все равно пора было заканчивать — мне еще заказ на дождь вечером надо выполнить. А что будете делать сегодня?

— Еще не решили. Уже иду!!

— Окей! Удачи, Скут!

— Удачи! — присоединились и мы с Изом.

— Спасибо!

— Ну и надолго к нам такой крутой? — Дэш переключилась на Иза.

— Как повезет. Будет работа — может и вообще тут останусь.

— Ну-у! Работы-то тут всегда хватает. Найдешь всегда, к чему копыта лежат. А к чему они, кстати, лежат? — она облетела Иза сбоку, и с недоумением уставилась на метку. — Череп? И оружие?? Ты что — убийца???

— К счастью, нет. Я — наемник. Вернее, был им. А на этой работе бывает всякое.

— Так тебе приходилось убивать? — тихо и как-то грустно переспросила Радуга. — И не жалел?

— Да. Довольно погано, но те, кого я убил, сами пытались убить меня. Да и пони их уже нельзя было назвать. Не думаю, что сделал кому-то хуже очистив мир от этих грабителей и головорезов.

Радуга заинтересованно глянула на него.

— Так выходит ты даже что-то вроде героя?

— Да нет. Просто выполнял свою работу честно. Есть кодекс, через который я переступать не в праве.

— Да… Не так уж просто тебе будет найти работу по душе. Ведь Селестия запрещает насилие.

— Я могу обойтись и без крайних мер. Тем более что я не ищу именно такой работы. Что-то простое, чтоб заработать на жизнь.

— Я вроде слышала, как Эплджек говорила, что им скоро возможно нужны будут работники. Чего-то вроде того, что следующий урожай будет огромным, и они могут не успеть…

— О! Мне отлично подойдет!

— Так! Мне, конечно, жаль прерывать вас, но уже почти шесть, а ужинают Эплы рано, как я помню, — прервал их я.

— Верно! — вскинулась Радуга. — А мне еще тучу надо Дискорд знает откуда пригнать! Но Эплджек звала и меня, так что может загляну! Пока Из!

И она молнией метнулась к горизонту.

— Из долго молча смотрел ей вслед.

— Пойдем, что ли? — не выдержал я.

— Ага! — Из подхватил свой ящик. — Интересная…

— А?

— Да так…

* * *

— Ну! Вот мы и дома! Указал я на одноэтажный домик перед нами.

— Что-то негусто!

— Внутри он больше.

Внутри он действительно был больше.

Почти весь первый этаж его, от самого входа, занимала не очень большая, но уютная гостиная со стенами преимущественно из книжных шкафов, почти как в библиотеке Твайлайт, но меньшего масштаба, и большим круглым столом посередине. Окон в комнате не было, зато имелось три выхода. Влево, под арку — небольшая, но оснащенная всем необходимым кухня. Два других, прямо напротив входной двери, вели в пару спален, отличавшихся только тем, что в одной была широкая кровать, а в другой — пара раздельных коек.

Был и еще один выход — скрытый. Справа, возле самой стены, был потайной, почти не отличимый от пола вокруг, люк.

Я потянул за тканую петлю внутри обычной ручки, сделанной заподлицо с полом, и толстенный люк с тихим шипением открылся. Спасибо за это Кантерлотским инженерам!

Под люком оказалась лестница, оканчивавшаяся небольшим коридором.

Всего пять дверей. Две слева: спальня на двоих и кладовая, которую, при желании, тоже можно было переоборудовать в спальню. Три справа: туалет, ванная комната — огромная многоместная бадья с горячей водой, и небольшая одноместная спальня. В коридоре стояло множество шкафов и пара диванчиков: возле входа в одноместную спаленку и возле лестницы.

Стоит отметить, что стены и перекрытия подвального этажа были очень толстыми: слой камня, серебряная решетка и железное дерево изнутри! Пол первого этажа был не хуже: три слоя того же дерева переложенных серебряной решеткой и стальным листом! Стены были проще — деревянные, переложенное все той же серебряной решеткой.

Стоит отметить и то, что в подвале, наглухо запиравшемся изнутри, не было окон, вентиляция выходила только в коридор, а во всем доме не было зеркал, ведь это было бы все равно, как оставить открытую дверь, все ведь знают, что любое зеркало — готовый идеальный портал.

Кроме того, лежало на доме и несколько охранных заклинаний от Твайлайт.

В общем я вбухал все деньги, полученные от Селестии, в эту маленькую крепость!

Из тут же принялся разгружать по шкафам свой ящик, а я, тем временем, выбрался наружу и осмотрел площадку с телескопом на крыше домика, куда вели широкие деревянные ступени вдоль одной из стен.

— Алекс! — вдруг позвал он. — Поди-ка!

И чего он там нашел…

— Да? Тут я…

— Что это?

— Шкафы вроде.

Из хлопнул себя копытом по лицу:

— Я знаю, как они называются!

— Тогда чего спрашиваешь?

— Я вот про это.

Он открыл дверцу одного из шкафов, и оттуда вывалились разнообразные элементы доспехов, нигде в Эквестрии не применяемых.

— А, это! Я ведь говорил тебе, что я занял интересную ступень в Темной Гвардии. Вот я и занялся гвардейцами. Чему-то учу сам. Для чего-то, как для копытопашного боя, пришлось искать других учителей. Заказал настоящую, не декоративную броню у лучших бронников Эквестрии. У оружейников — новые, многофункциональные копья. Из последнего похода — сегодня-завтра доставят лекарства для аптечек…

— Ого! Ты разошелся!

— Ну так! — самодовольно ухмыльнулся я.

ГЛАВА 4

Две вечеринки

Итак, по возвращению домой, у нас с Изом оставалась на отдых всего пара часов. Поэтому он решил не тратить времени даром и пристроился на диванчике, пока я разбирался со своими сумками.

— Да-а брат! А ты, выходит, неплохо тут устроился, пока я носился на побегушках!

— А хто финофат? — я выгружал небольшой запас лекарств к аптечкам, который прихватил с собой. — Просто повезло.

— Ну да. Но я не жалуюсь, хотя меня и по кидало по свету. Я просто по-хорошему завидую. Мне бы раньше тут оказаться!

— У тебя и сейчас шансы неплохие! Если хочешь — могу попробовать протолкать тебя в гвардейцы.

— Да? Хм… — Из в серьез задумался. — Может быть, это было бы и неплохо… Стоит пока подумать…

— Да сколько угодно!

В ход пошла вторая сумка. Среди карт, компаса, огнива и прочих мелких принадлежностей вытащил я оттуда и портупею, которую снял еще на въезде в Мэйнхеттан из нежелания ее демонстрировать, да так пока почему-то и не надел. Слева на ремнях были закреплены ножны для ножа. Справа была аптечка и небольшой подсумок. Были и крепления для еще каких-то мелочей. Также можно было закрепить ножны для пяти метательных ножей, сейчас снятые. Я подумал, и пока не стал одевать ее. Все-таки на праздник идем.

— Ого? — похоже, Из ее заметил. — а это что там было такое?

— Ты про портупею?

— Ну… Видимо, да.

— Просто с некоторых пор не люблю с ней надолго расставаться. Чрезвычайно полезная штука. Внушает!

— А мне можешь такую достать?

— Поищу. Где-то были.

— Спасибо.

* * *

Про время мы, естественно, едва не забыли.

Поэтому, когда мы появились, к счастью не слишком сильно опоздав, стол был уже накрыт.

— Ну наконец-т! Появились! Давайте уже за стол, агась? А-т все ж уже стынет! — подлетела к нам Эплджек.

Столы были, как водится, накрыты прямо в саду и, как и положено, ломились от еды. Всюду вокруг были развешаны фонарики. Рядом, на отдельном столе, устроился пузатый граммофон.

Ужин был действительно небольшим для Эплов. Кроме ЭйДжей там присутствовали: бабуля, Макинтош, конечно Эпл Блум, приведшая и Скуталу со Свити, присутствовали и несколько родственников из тех, кто жил относительно недалеко. Из последних хорошо запомнились только Брэйберн — кузен ЭйДжей приехавший на этот ужин аж из Эпллузы, Эпл Фриттер — тем, что только и делала, что ела фриттеры и Эпл Кобблер. Плюс обещалась заглянуть Радуга.

И начались тосты, ибо какая вечеринка, а тем более семейная встреча, может обойтись без этого.

Причем наливали всем! Даже Меткоискателям! Заметил как-то, что Эпл Блум отпивала большую часть, что и неудивительно, Свити же наоборот — лишь слегка пригубила. Куда делось остальное в тот раз — я не заметил. Только то, что все три кружки, когда я их видел, были пусты.

— Ось! — воскликнула Эплджек, прищурившись и вглядываясь куда-то в небо.

— К-кая ось? — не понял я.

— Ось и Рад-дуга л-тит! — выдохнула ЭйДжей.

И точно. Вскоре наш веселящийся коллектив пополнился одной голубой пегаской с кружкой в копытах.

О чем они там болтали с Изом, я не вслушивался. Не до того было — ведь рядом ЭйДжей!

Видел только, что когда завели граммофон, Радуга потащила упирающегося Иза танцевать. Справедливости ради стоит сказать, что это сложно было назвать танце. Да и вообще танцем, ибо состоял сплошь из спотыканий, пиханий и оттоптанных друг дружке хвостов, хотя как они умудрялись это делать, для меня осталось загадкой. Впрочем, у остальных дела обстояли не лучше.

Когда ЭйДжей предложила станцевать и нам, отказаться я не мог. Лично на мой взгляд она выступила просто великолепно. Я вроде тоже неплохо — ноги сами вспомнили, без подсказок мозга. Кто-то нам даже аплодировал.

Уф! Наконец-то плюхнулись за стол. Почти сразу нам подсунули еще по одной.

— Пр-стите! У-опс! Хе! — к столу, какой-то странной походкой, подошла Скуталу. Долго примерялась к тарелке с яблоками. В конце концов, взяла одно почти из самых нижних. При этом несколько яблок, естественно раскатилось по столу, и Скут принялась собирать их копытами, ибо рот был занят. Собирать что-то круглое копытами — не легкая задача!

— Скуталу-у-у!!! Ты скоро??? — разлетелось над садом.

— Фяф!!! Уфе!!! — попыталась она докричаться с набитым ртом.

*Йи-и-ик!* Глаза Скут на секунду сошлись на переносице, а яблоко подлетело в воздух. Как ни странно, но она успела поймать его зубами возле самой земли и, постоянно икая, удалилась.

Вечер подходил к концу. Где-то трещали цикады. Неярко горели фонарики. Ужин плавно перешел в беседу. Постепенно все начинали расходиться.

Начали собираться и мы с Изом и Радугой. Все решили пойти пешком — так оно как-то надежнее. Хотя дорогу как-то угрожающе покачивало. Эплджек вызвалась проводить нас кружным путем, через домик Меткоискателей. Мы переглянулись. Не помню, кто первым озвучил мысль, что это верно, что дорога знает Эплджек, а значит, бросаться на нас не станет. Поржали все, но суть-то верная… И мы двинулись.

По пути я обратил внимание на подозрительные звуки из кустов, и извлек из них снулую Скуталу, которую было решено доставить в штаб Меткоискателей, где те иногда ночевали. А до тех пор она была водружена мне на спину, где и дремала.

— Су-ушай, Алекс! Ну а ваще-т, у вас с Исом… тьфу… Изом… ага… к-кие-т планы есть, а?

— Нууу… Эта… В смысле че-нить по с-рьезней работы по нае… найму в гор-де?

— Аг-гась!

— У-у-у… Вродь бла мысль его ф гвардию пр-строить, больно по харе… харя… харь-актеру п-дходит. Да и мет-точка тож…

— А! Кст-ти! Из! А че за м-тка? Как получил-та, а… А-а-а! — ЭйДжей как-то резко пошатнулась и начала падать в мою сторону. Я дернулся ее удержать. Ну… Как смог.

ЭйДжей выдала заковыристую фразу, весьма метко указавшую место не кстати подвернувшегося камня в природе, и что она с ним сделает.

Над моим ухом послышался восхищенный вздох проснувшейся Скуталу. И ведь наверняка запомнит!

— ЭйДжей? Все в прядке? — обеспокоенно спросила Радуга.

— Нога, — простонала та. — Подвернула круто п-хоже… Алекс! Я кнешн все понмаю, пр-ятно и все такое, но копыто с моего крупа м-жно уже убрать!

— Пр-сти! Задум-лся слегка…

— О чем? О м-ем крупе да? И как он те?

Я спиной почувствовал, как выпучились глаза Скуталу.

А еще я почувствовал, что разговор идет куда-то не туда.

— Супер. Ходить можешь?

— Да легко… Ай!

— Так! — решил я. — Там впереди к-кой-то стог. Д-вайте туда!

— Че уже так ср-зу? За круп и в стог?

— Эплджек! Ну не при… — я кивнул на Скут.

— А че? Сама узнает п-том!

— Пшли уже!

Ни до дома, ни даже до штабного домика на дереве мы в тот вечер так и не дошли. Просто не было сил.

* * *

Проснулся я от того, что чье-то копыто терлось об мое лицо.

Я лежал, раскинувшись, на стогу. Справа, почти уткнувшись в меня носом, так, что повернись я и наши носы встретились бы, посапывала Эплджек.

Копыто оказалось задним копытом Скуталу, устроившейся на самой вершине стога.

Скосив глаза, я заметил слева Иза и Радугу, также едва не касавшихся друг друга.

День начинался многообещающе! А впереди была ведь еще вечеринка у Пинки Пай!

* * *

Пинки сегодня действительно разошлась не на шутку. Стоит только сказать, что пригласила она половину Понивилля. Появилась даже Твайлайт, с которой я не замедлил познакомить Иза, как с "одним из самых выдающихся из подающих надежды магов Эквестрии". Что, естественно, вызвало у нее дикое смущение.

На которое я, честно сказать, и рассчитывал.

Что немало порадовало, так это то, что Пинки верно оценила наше состояние и, выставив на стол вторую чашу для пунша, предложила попробовать новый рецепт, с чем мы, само собой согласились, и чем оказались серьезно увлечены на некоторое время.

Также нам пришлось помочь остальным внести смерть и опустошение в ряды кремовых, молочных, фруктовых, мучных и сахарных противников, чьи стройные ряды встретили нас на столах и витринах лавки Кейков, где и проходила вечеринка. Кровь наша, должно быть, на время сменилась жидким сахаром, но бой мы явно выигрывали…

В остальном же нам было не до вечеринки. В том смысле, что мы старались быть как можно тише и незаметней, если такое вообще возможно для тех, в честь кого эта вечеринка дается.

То есть к Изу, конечно, первое время лезли буквально все. Ко мне чуть меньше. Но со временем о нас все-таки немного подзабыли, так как мы старались не лезть в конкурсы, песни, танцы и миллион других затей Пинки Пай, если на это были хоть какие-то шансы.

Скуталу, которую Свити и Эпл Блум, догнавшие нас по дороге в город, затащили таки на вечеринку, тоже было не до затей Пинки. Судя по ее выражению, она была бы рада не только выбрать самый дальний столик, но и залезть под него, и забить скатертью уши.

Я вздохнул и незаметно для остальных поставил перед ней чашку пунша — тот хоть и слабо, но алкогольный… Позволит продержаться…

Держатся ведь как-то ЭйДжей с Радугой, хотя и у них видок говорящий…

Мы с Изом, наверное, тоже выглядели со стороны не сильно лучше, но эту вечеринку мы выдержали достойно.

Домой мы попали.

Уже ночью и не совсем без "приключений", но попали!

И даже на своих ногах! Что, учитывая количество съеденного, а главное выпитого за последние сутки, было несомненным достижением.

ГЛАВА 5

Первый ужас

Стоял теплый летний вечер. Аромат отцветающих яблонь, готовящихся принести новый урожай, распространялся по саду. Небо начинало темнеть.

Вот уже третий день, как Из и я прибыли в Понивилль, а приступить к поискам работы для него мы смогли только сейчас. Попросту говоря, мы только проспались после двух вечеринок-то подряд.

Мы стояли на краю яблочного сада и беседовали с Эплджек по поводу возможности нанятия Иза на подсобные работы.

— Ну, че? Значит, решено, да? Повторюсь, шо платим-т мы не особо, но, кстати, можем подсобить с едой, если че, — еще раз уточнила ЭйДжей.

Мы с Изом еще раз переглянулись.

— Да не, ЭйДжей, все… — начал я.

Откуда-то со стороны Леса я услышал крик. Негромкий. Почти на грани слышимости. Крик страха. Боли. Отчаяния.

Крик Скуталу.

Я не успел ничего подумать.

— ЛЕС!!! — проорал я остальным, не успевшим ничего сообразить, и дикими скачками понесся на крик.

Я летел вперед не разбирая дороги. Помогая себе крыльями.

Начался лес.

Ветви хлестали меня по лицу, норовя выбить глаз.

Я легко мог сломать ноги об корни.

Плевать.

Только вперед.

Только успеть.

Крик резко прервался.

В ту же секунду я вылетел на тропинку.

Посреди нее лежала Скуталу.

Какая-то тварь заносила над ней лапу, готовя последний удар.

Я не думал.

Я просто врезался в тварь, снося ее с дороги.

Мы вдвоем, кувыркаясь, полетели в кусты.

И началось.

Черная шкура.

Яркие, светящиеся красным глаза.

Когти, размером с мое копыто.

Зубы, могущие запросто перекусить мне шею.

Тошнотворное дыхание на моем лице.

И какой-то дикий, первобытный ужас, исходящий от этого… существа.

Я не знаю, сколько все это длилось. Возможно несколько секунд, но мне казалось, что часами.

Я не бился на равных.

Я дрался за жизнь.

В какую-то секунду я вспомнил про надетую на меня портупею и нож на своем плече…

Что-то темное и липкое облило меня.

Тварь издала дикий визг. Такой, что на какое-то время я оглох.

Что-то белое с дикой силой ударило тварь, сбив ее с ног и заставляя бежать.

Из понесся за ней.

Я лежал на земле.

Слева от меня, посреди тропы, неподвижно, сжавшись в крошечный, испуганный комочек, лежала маленькая рыжая пегаска. Ее сизые глаза неотрывно смотрели на меня.

Я резко поднялся.

Все тело отреагировало тупой, ноющей болью в мышцах.

— Скуталу! Ты меня слышишь? — подошел я к пегаске.

— Да… — очень-очень тихо ответила она.

— Ты в порядке?

— Я не… не знаю. Нога…

— Дай-ка я гляну…

Через все правое бедро Скуталу, там, где со временем появится метка, сейчас тянулся след от когтей.

Я выругался и достал аптечку.

В это время на дорогу вылетела взмыленная Эплджек:

— Ну… вы… ребят… даете! Не угнаться!

Тут она заметила лежащую Скуталу и аптечку передо мной.

— Какого Дискорда тут случилось?

— Какая-то тварь напала на Скут, — пояснил я. — Я и Из ей помешали. Тварь сбежала. Из пустился за ней. Потерпи немного, Скут! Сейчас я обработаю рану!

Рыжая зажмурилась. На глазах выступили слезы.

— Ну вот! Вот и славно! Осталось наложить повязку и можно заняться мелочами! Все еще больно?

— Ага… — прошептала она.

— Секунду! — я достал из АИ крохотный шприц. — Вот так! Должно помочь.

— Спасибо…

— Ничего! Бодрее, Скут! А теперь займемся расклейкой пластыря!

— Ага…

ЭйДжей обиженно ругнулась:

— С-с-сено мне в рот… Даже не знаю че и делать-т. Давай хоть те с пластырем помогу — сам-т на ся не наклеишь…

— А чего тут поделаешь? Надо дождаться Иза, потом решать, — я прислушался. — А вот, похоже, и он ломится…

На тропинку вышел усталый, помятый и покарябанный Из.

— Ушла с-сено… гнилое… Что хоть за тварь это была?

— Не знаю.

Я, как мог, описал тварь ЭйДжей.

— Не… Никогда даже и не слыхала о таких в Лесу. Эт пострашнее мантикора будет…

— Да уж… — не удержался я. — Куда там мантикору…

— Че будем делать дальше, а, сахарок?

Я глянул на небо. Быстро темнело.

— Вот что. Возвращайся на ферму — предупреди всех. Мы с Изом и Скуталу — к нам домой. Не возражаешь, Скут?

— Н-нет…

— Вот. А завтра — будем во всем разбираться.

— Ну че? Годный план. Справитесь тут, если я прям ща пойду?

— Конечно! — вставил Из. — Давай!

— Удачи, ЭйДжей!

Эплджек махнула ногой на прощанье и быстро скрылась.

— Так. Скут?

— Да?

— Залезай на меня.

— Да я и сама… Ай! Могу.

— Без разговоров. Из! Подсади-ка ее.

— Ща! В момент.

Из мягко ухватил рыжую за загривок и посадил на меня.

— Так. Если я не ошибаюсь, то эта дорожка выведет нас прямо к дому. Из? Ты как насчет пойти сзади — прикрыть нас с тыла?

— Алекс, ну чего ты спрашиваешь-то? Пошли!

И мы тронулись.

* * *

Стемнело действительно очень быстро. Если солнце над Понивиллем только начинало садиться за горизонт, то тут, в Лесу уже наступили сумерки. Передвигаться приходилось очень осторожно и тихо. Особенно учитывая, что эта тварь может быть где-то поблизости. Нервы у всех были на пределе. Любой шорох мог оказаться началом атаки…

Спиной я почувствовал, как дрожит Скуталу, и поднял крылья. Не столько, чтобы укрыть ее, сколько чтобы успокоить.

Да и нам с Изом сейчас ничего так не хотелось, как оказаться дома, в тепле и уюте.

Слава Селестии — Лес наконец закончился! Впереди блеснуло из-за веток вечернее небо, обагрённое садящимся солнцем. Смутно замаячили на горизонте знакомые очертания дома. Легкий холодок продрал по коже — одно из защитных заклинаний Твайлайт сработало, но распознав в нас хозяев — отступило.

Тяжело закрылась за спиной окованная дверь.

Мягко стукнули засовы.

Тихо засветился зачарованный Твай кристалл на столе, давая мягкий, тусклый, рассеянный свет.

— Добрались, — выдохнул я, мягко опускаясь на пол и давая слезть Скуталу.

— Да, — выдавил Из.

— Пойдем-ка проверим дом и зажжем свет.

— Идем. Но расслабляться нам с тобой рановато.

— Угу. Неплохо бы разобраться, что это была за тварь.

Мы прошлись по дому, зажигая свет, и вернулись в гостиную.

— Может Скуталу что-то больше разглядела? — предположил Из.

— Скут?

…

— Скут…

Она спала. Похоже, просто дошла до ковра рядом со столом и отрубилась. Оно и понятно.

— Тише Из!

— Вижу.

— Давай-ка так. Я подготовлю все, что нужно по дому, а ты пока состряпай чего-нибудь на кухне. Ты конечно не шеф-повар, но уж чего-нибудь найди там?

— Хорошо, так и сделаем.

Подготовка дома не заняла слишком много времени.

Я согрел воду в ванной, благо рана у Скут была скорее неприятной, да и смена бинтов уже лежала рядом, и подготовил одну из спален. Как раз ту маленькую в подземном этаже.

— Скут, — тихо позвал я. — Скуталу!

— А? Ч-что? Я не… не сплю я.

— Вставай, пойдем. Нужно привести тебя в порядок, — я мягко подтолкнул ее носом.

— А? Ладно, пойдем…

Минут через двадцать я вошел в кухню.

— Все готово?

— Да, однако, тут немного-то и было.

Мы накрыли стол в гостиной. Бутерброды, зелень, яблоки и маффины. Графин с соком.

— Вроде ничего, — я критически оглядел получившийся натюрморт. — Но надо будет все-таки затариться.

По лестнице поднялась чистая и посвежевшая Скуталу.

Во всем этом был расчет: ванна и еда, как известно, неплохо успокаивают нервы.

Мы уселись за стол, но беседа так и не склеилась. Мы с Изом больше молчали, ожидая, наверное, что Скуталу начнет первой. Она не начинала. Ела, в прочем, тоже скорее для виду.

В конце концов, я заметил, что она снова стала клевать носом, и предложил показать ей комнату. Скут согласно кивнула.

Через несколько минут мы с Изом вновь сидели за столом, но уже вдвоем.

— Надо попробовать что-то узнать об этих тварях, — первым предложил он.

— Ну… У меня уже есть пара задумок на завтра.

— Выкладывай!

— Во-первых, я думаю, что неплохо бы порыться в библиотеках. Сегодня — можно в моей, там вроде были справочники по "лесным" тварям. А завтра наведаемся к Твай. Уж там точно чего-нибудь да есть.

— Логично, — согласился Из. — А во-вторых?

— А во-вторых если кто и разбирается во всем, что происходит в Лесу, так это Зекора. Думаю, нам стоило бы к ней наведаться. За одно и познакомишься.

— Не знаю, кто это такая, но тебе виднее. Добавить мне нечего. Так и поступим.

Неожиданно по дому разлился тихий, мелодичный звон.

— Это еще что? — вскочил Из.

— Расслабься. Помнишь мороз по коже на подходе к дому?

— Ну… Да, и?

— Это одно из охранных заклинаний. Что-то вроде дверного колокольчика, только у этого колокольчика нет шнура. И колокольчика. Оно предупреждает если к дому кто-то подошел.

— Кого может принести? Ночь скоро!

— Вот и посмотрим, — поднялся я, направляясь к двери.

Ярдах в двадцати от порога, таков был радиус второго заклинания, не пропускавшего никого, кроме хозяев дома, стоял большой ящик. А рядом с ним серела фигурка выдохшегося почтальона.

— Дерпи?

— Ага. Привет. Но если что — то это не я! — устало пошутила та.

— Уж не медикаменты ли это прибыли?

— Вот чего не знаю, того не знаю. Но еще пара таких ящиков и мне точно понадобится врач…

— Вот я болван! Проходи давай! Будешь сегодня гостем!

— Ну…

— Сама посмотри — время позднее, куда тебе сейчас по темноте переться? А у нас еда, сок… Маффины!

— Эх, — улыбнулась Дитзи. — Знаешь ведь слабость-то мою! Ладно! Уболтал! Останусь!

— Ура, — тихо улыбнулся я в ответ.

* * *

Конечно, за едой мы кое-чего разболтали, чтобы объяснить присутствие Скуталу. Но пока без подробностей. Собственно даже про тварь пока ничего говорить не стали.

Хотели просто свести разговор на болтовню, но я вынужден был извиниться и отойти.

Дело в том, что я услышал какие-то звуки снизу.

Через секунду я вернулся, взял на кухне молоко, масляную лампу с полки, и вновь удалился, никому ничего не сказав.

Я зажег лампу и вошел в комнату, озаряя ее неярким, но теплым светом. Поставил лампу и молоко на тумбу у кровати.

Скуталу стонала.

Было видно, что ей снится кошмар, но, похоже, сама она была не в состоянии проснуться.

— Ску-ут, — я присел на край кровати и легонько потряс ее.

…

— Скуталу, — я потряс сильнее.

— А!! А?! Кто?! — с ужасом в глазах подскочила в кровати рыжая.

— Тише, Скут! Спокойно. Это только я — Алекс.

— А…

— Ну? Успокоилась?

— Д-да…

— Выпей.

— Ч-что это?

— Молоко. Пей.

— Угу, — Скуталу села, придвинулась ко мне и сжала копытцами чашку, судорожно глотая. Зубы звонко клацали по краю.

— Лучше?

— Да… Немного… Алекс?

— Да?

— Я… Я просто хот-тела сказать… Ведь если бы не ты тогда ме-меня, наверное, уже… уже… не было бы, да?

Хотел бы я сказать что-то другое. Но что я мог сказать?

— Наверное, да, Скут.

— Я… хотела сказать… Сп-пасибо тебе… Спасибо, что успел.

— Конечно я успел. Обязан был успеть, Скут.

Я видел, что она еще нервничает.

— Что-то не так?

— Да нет… просто теперь… все как-то совсем по-другому видится когда… чуть не… Просто не знаю… что будет завтра… Боюсь представить.

— И об этом был сон?

— Да. Об этой твари… и том, что… если бы ты не успел.

Я приобнял Скуталу крылом. Она еле заметно дернулась.

— Скут… Я не знаю, что там будет завтра, я не говорю, что я всегда буду рядом. Но знай, что пока я жив, пока я еще дышу — ты всегда можешь положиться на меня. У тебя всегда будет друг и… — на секунду я запнулся. Даже для себя это пока звучало чем-то невообразимым, хотя я давно был готов к этому моменту и ждал его. Выдохнул: — И дом, где тебя всегда ждут.

Скуталу резко, со свистом вдохнула и замерла, уставившись в одну точку.

Я ждал.

— Ты… Ты знал? Ты, что шпионил?! Или Радуга все-таки рассказала?!! — голос Скуталу трудно было описать. Тихий крик, полный страха, гнева, чего-то еще… Чашка упала на пол. Маленькие копытца сильно ударили в мою грудь.

— Нет. Просто заметил тебя однажды на рынке. С яблоками. Ну и… со временем догадался. А про Радугу я ничего не знаю.

Она смотрела на меня.

Я на нее.

Слова больше не были нужны.

Скуталу нервно тряслась.

— Я… — тихо начала она. — Я просто… Алекс… Прости!

Скуталу уткнулась лицом в мою грудь…

Мокрые дорожки побежали по мне…

Ее прорвало. Быть может, первый раз за все то время, что ей приходилось терпеть. За всю боль и обиды, ей пережитые.

Я плотнее укрыл ее крыльями и прижал к себе.

И вздохнул. Наверное, это было лучшей реакцией на мои слова.

Скуталу постепенно затихла…

— Ну? Скут? Ску-ут! — я слегка отодвинул ее. — Ну? Все ведь у нас неплохо? Да?

— Да… н-наверное…

— Просто теперь в Понивилле стало на одного пони меньше тех, от кого надо что-то скрывать, да?

— Д-да. Т-только не рассказывай, больше никому, ладно?

— Обещаю, — чуть улыбнулся я, приподнимая нос Скуталу копытом. — Тут только ты вправе решать, кто и что должен знать. Просто знай, что у тебя стало на одного верного друга больше.

— Ага, — вернулась мне моя слабая улыбка.

— А если так, так чего горевать?

— Нав-верное нечего.

— Именно. Нечего! — улыбнулся ей я. — Ведь теперь у тебя есть куда прийти, и есть еще один друг, которому можно рассказать. А это значит что?

— Что?

— Что решение любой проблемы найдется! То, что сложно сделать одной — вместе намного проще! Верно?

— Верно, — кивнула она.

— Значит, сможем? — снова улыбнулся я.

— Сможем! — улыбнулась Скуталу. И обняла меня.

И если бы кто-нибудь сейчас вошел, то в теплом, греющем свете лампы увидел бы сидящего на кровати большого и сильного серого пегаса, укрывшего крыльями прильнувшую к нему маленькую, рыжую пегаску.

Счастливую пегаску.

* * *

— Скут?

— Да?

— Может, все-таки чего-то перекусишь?

— Наверное, стоит.

— Тогда погоди минутку! Я быстро.

— Ага.

Я пулей метнулся вверх по лестнице, пролетел гостиную и вломился в кухню. Если бы там были двери — их бы просто снесло.

— Алекс! В чем дело?

— Ничего, ничего, — я схватил сок, яблоки и маффин. — Просто Скут есть захотела.

— А, что ты там вообще делал? — не унимался Из.

— Как-нибудь потом это обсудим, ага?

— Ну…

— Алекс! — окликнула меня Дерпи.

— Да?

— Тут Из мне немного рассказал, что сегодня было…

— И?

— Где мне лучше расположиться на ночь так, чтоб Скуталу было спокойнее?

— Ну… Если тебя не затруднит… Там рядом с лестницей есть диванчик. А второй, пожалуй, займу я сам. Пошли, я покажу.

— Скут! А вот и я!

— "Быстро", да?

— Задержали.

— А тут, что есть еще гости?

— Да. Сегодня с нами ночует Дерпи.

— Здорово. Чем больше, тем безопасней.

— Ага. Ешь давай. А уж если говорить про безопасность, так ты сейчас в самом безопасном доме в Эквестрии! Я ведь в него вбухал все деньги, полученные от Селестии. На зарплату офицера я бы его не потянул. Скажу коротко: никто, кем бы он ни был, сюда не проникнет. Тем более что мы с Дитзи будем ночевать на диванах в коридоре, а слух у нас очень чуткий. Особенно у нее.

— Спасибо, Алекс! — растроганно хлюпнула Скуталу.

— Скут! Не кисни! — я снова приподнял ее нос копытом, заглянул в ее сизые глаза и улыбнулся.

— Не, я ничего! — покончила она с соком и зевнула.

— Ну… — я притушил лампу. — Попробуй заснуть!

— Ага.

— Доброй ночи, Скут!

— Спасибо, и тебе доброй!

И я, оставив лампу светить в самую малую силу и приоткрытую дверь, удалился.

Дерпи уже дремала на диване.

Все, что оставалось нам с Изом — обойти дом и все еще раз проверить.

Вернувшись, я не удержался и заглянул в комнату еще раз.

Скуталу улыбалась во сне.

ГЛАВА 6

Поиск

Весь следующий наш день прошел в каком-то сумбурном и активном темпе.

Началось все сразу после завтрака, когда, сметя все со стола, мы принялись вчетвером перебирать мою библиотеку в поисках чего-то хоть отдаленно похожего на виденную нами тварь.

Пусто! Даже полнейший "Справочник Существ и Растений Вечнозеленого Леса", содержавший информацию о видах, о которых давным-давно уже ничего не было слышно, не дал никаких сколь-нибудь полезных результатов. Абсолютно Ничего.

Разве только Скуталу попалась книга по древнейшей культуре Эквестрии, на переплете и одной из страниц которой были изображены отдаленно похожие существа. Но авторы книги не сообщили ничего хоть на сколько-нибудь полезного. Только установили примерный возраст барельефа, на котором те были высечены — около трех тысяч лет назад. Интересно, конечно, но толку — ноль.

После сего, неутешительного для моей библиотеки, результата, решено было отправиться, как мы с Изом и планировали ранее, в настоящую библиотеку — то есть к Твайлайт Спаркл. Если не там, то больше в Понивилле искать информацию было негде.

Сначала была мысль направиться туда всем вместе, но я отклонил ее, сказав, что нам со Скуталу лучше выйти раньше.

— А что мы будем делать? Куда пойдем? — заинтересовалась Скут.

— Как куда? Скут! А школа?

— А? Уй-й-и-и-и! Забыла! — Скуталу заметалась по комнате. — Ранец, ранец, ранец…

— Ску-ут! — я дождался внимания. — Во-первых, его тут нет. Во-вторых, думаю, сегодня он тебе не понадобится.

— Это как?

— Для этого и иду я! Нам нужна будет твоя помощь. Попробуем тебя отпросить на какое-то время у Черили.

— Ну… Если я чем-то смогу помочь, то здорово.

— Из!

— Да?

— Встретимся у библиотеки. Но нам нужно будет какое-то время, так что, можете особо не спешить.

— Договорились.

И мы со Скуталу отправились в школу.

Уже на подходе к школе Скут заметила пару своих одноклассниц — Даймонд Тиару и Сильвер Спун, входящих в здание.

— Уф, — выдохнула она. — Может, я не пойду, а? Побуду где-нибудь тут. А то сейчас эти меня увидят и опять начнется. Не, я не боюсь, пойми правильно, просто… Скорее, боюсь сорваться и разбить им морды, если опять начнут изводить, а меня за это потом…

— Конечно. Побудь тут, если хочешь, я сам поговорю с Черили.

— Спасибо.

И я вошел.

Школа была совсем крохотной, и класс я нашел без труда.

Урок еще не начался, так что, была возможность поговорить.

— Мисс Черили?

— Да, это я, а вы, если не ошибаюсь, Алекс?

— Так точно.

— Чем я могу помочь?

— Это насчет Скуталу…

— Надо же! — пискнула, обернувшись на мои слова, Тиара, — Наконец она во что-то вляпалась! — и мерзко хихикнула.

Моего взгляда, однако, оказалось достаточно, чтоб смешком она резко подавилась.

— Я хотел сказать, до того, как меня перебили, — еще один ледяной взгляд в сторону Тиары. — Что Скуталу, возможно, какое-то время не сможет появляться в школе.

— Хорошо, я думаю, несколько дней это не очень большой пробел.

— Пока не уверен насчет того, сколько это будет продолжаться.

— Так серьезно?

— Да.

— А можно узнать, с чем это связано?

— Скажем так. Это связано с работой "Темной Гвардии" и возможно с безопасностью жителей Понивилля.

— Вот как…

— Увы. Пока не могу больше ничего сказать.

Тут Черили заметила в окне Свити Бель и Эпл Блум на площадке рядом со школой и подошедшую к ним Скуталу с перевязанной ногой.

— Что с ней? — забеспокоилась она.

Похоже, и Тиара со Спун все-таки увидели Скут. По крайней мере — явно оживились, но, встретившись снова со мной взглядом, ничего не вякнули.

— Пустая рана. Не беспокойтесь. С ней все будет в порядке. Я обещаю.

Черили, как-то особенно внимательно посмотрела мне в глаза.

— Я верю, — улыбнулась она.

— Спасибо. Так значит, мы договорились насчет пропущенных занятий?

— Конечно.

— Спасибо. До встречи.

— Удачи вам со Скуталу!

Скуталу я, само собой, нашел на площадке за школой.

— Привет Алекс! — как-то хором поздоровались Свити и Блум.

— Привет, Свити Бель! Привет, Эпл Блум!

— Как все прошло? — подошла ко мне Скуталу.

— Да неплохо. Я все уладил.

— А "уладил", эт че именно? — моментально среагировала Эпл Блум.

— Ты разве им не сказала?

— Да как-то пока не успела, — смутилась Скут. — В общем, я какое-то время наверно не смогу появляться в школе.

— Ох! Это как-то связано с этой раной, да? — догадалась Свити.

— Да.

— А ты так ведь и не сказала нам даже откуда она! — сощурилась Блум. — Че это за секреты от нас, а?

Скуталу беспомощно оглянулась на меня.

А я и сам лихорадочно думал, что сказать. И отговориться не удастся, и всей правды не скажешь: или разболтают по городу, перепугав всех понапрасну, или того гляди сами в лес сунутся — зверюшку ловить и метки получать. Да-а… Вопрос…

Скажем как-то так…

— Она получила ее, помогая мне в одном деле. Сожалею, что пока не можем сказать больше, но это для вашей безопасности. Это пока дело гвардии. Ну и наше со Скут, само собой.

Скуталу, похоже, была не совсем готова к такому моему ответу, но мгновенно придала себе независимо-крутой вид а-ля "Ну да. Было дело…".

— Ого! — выдохнули Свити и Блум. — Но как будет можно — расскажешь, да?!

— Ка-анешна-а…

Тон получился такой, что я еле сдержал улыбку.

На площадке появилась Черили, созывая класс на урок.

— О! Нам пора, — извиняющимся тоном проговорила Блум. — Но мы еще встретимся вечером, как обычно, да?

— Не знаю, — Скут опять кинула взгляд на меня. — Наверно да.

— Тогда до встречи! — подружки кинулись к дверям школы.

— До встречи! — помахала им вслед Скут. — Ну, что? В библиотеку?

— Ага, пошли.

Иза и Дитзи мы встретили уже на пороге библиотеки. Похоже, они тоже только подошли.

— Ну? Как прошло? — поинтересовался Из.

— Похоже, я пока совершенно свободна! Надеюсь, что действительно чем-нибудь пригожусь! — первой ответила Скут.

— Конечно. Ну что, заходим?

— Не, — съязвил я. — Будем ждать, пока нас еще и пригласят. Конечно пошли!

— ДВЕ-Е-ЕРЬ!!! — раздался где-то дальше по улице громкий, бьющий по ушам и вечно веселый голос. — НЕ ЗНАЮ КТО, НО БЕРЕГИТЕСЬ ДВЕ-Е-ЕРИ!

— Какие пони… — тихо выдохнул Из.

Откуда-то из-за поворота выпрыгала, иначе и не скажешь, Пинки Пай.

В туже секунду Из, подошедший к двери, еле успел подставить копыто — его едва не пришибло открывающейся дверью. Из библиотеки вышел Спайк. Задом, таща что-то тяжеленное на вид, запакованное в мешок, и, видимо, шутки ради, негромко попискивая.

— Упс! Прошу прощенья! Уборочка! Да и привет всем! Заходите, я вроде закончил.

— Всем Пр-р-ривет! — розовая добралась до нас.

Мы в разнобой поздоровались с обоими.

— Привет ребята, Дерпи, Скуталу, Пинки! А что это вы тут собрались такой толпой? — на пороге появилась фиолетовая крылатая единорожка.

— Привет Твайлайт, — как всегда в таких ситуациях, первым начал я, пока остальные здоровались. — Не возражаешь, если мы пройдем? Дело в том, что нам нужна некоторая твоя помощь. Вернее, твоей библиотеки.

— Конечно, где мое гостеприимство… Проходите!

Это непередаваемое ощущение Понивилльской библиотеки… По-прежнему древний, восстановленный во всей своей былой красе, вплоть до дырочек, оставленных жучками-древоточцами, гигантский дуб, в котором она расположилась. Запахи тысячи разных книг. Аромат свежего чая, похоже, уже заваренного для нас догадливым Спайком. Огромные, ломящиеся от книг шкафы под потолок, занимавшие все свободное пространство стен и бывшие этими стенами. Телескоп на балкончике второго этажа. И при этом — потрясающее ощущение окружающей тебя древней магии, готовой излиться во вне, стоит только тебе раскрыть книгу. Не важно, заходишь ты сюда в первый раз или в сотый, эти ощущения повторяются из раза в раз с неизбывной остротой.

Повторилось это и сейчас, даже притом, что мы ввалились всей компанией. Это можно было прочитать в глазах каждого. Ну, может кроме Пинки Пай и Дерпи. У первой восторг в глазах был явлением почти постоянным. У второй же было физически трудно что-то прочитать.

Ну и кроме Твайлайт, разумеется, но она-то тут жила.

Первое, что бросилось всем в глаза — развалившаяся на ступенях, ведущих на второй этаж голубая пегаска, мгновенно сунувшая что-то за спину и старательно придавшая лицу спокойное выражение.

— Э-э-э… Привет всем, поняши!

— Привет, Радуга!

— Чего это ты тут делаешь? — поинтересовался Из.

— Ну как чего… Летела вот мимо… Дай, думаю, проведаю свою подругу — Твайли… Ну и вот! А ты че подумал? Не, ну не читать же я сюда прилетела, а? А забавно было бы, да? Застукай кто-нибудь самую крутую спортсменку Эквестрии за чте-ни-ем… — скорчила она презрительную рожу, при этом, похоже, стараясь за спиной незаметно спихнуть что-то под лестницу.

— Уг-гу… — как-то нейтрально протянул Из.

— А сами-то вы тут че делаете? Да еще такой толпой? — Дэш, с заметным облегчением, сменила тему.

— Ну… В каком-то смысле все здесь из-за меня, — Скуталу слегка смущенно улыбнулась.

Только тут Радуга, видимо, обратила на нее внимание. И переменилась в лице.

— Скуталу? Что с ногой?!

— Да ерунда…

— Рассказывай.

— И мне! И мне! — к Радуге присоединилась Пинки.

Твайлайт просто тихо подошла к ним.

Из кухни выглянул Спайк.

Скуталу оглянулась на нас с Изом. Не знаю, как он, а я кивнул.

— Ну… Ладно. В общем… Вчера вечером я ехала по своим делам… То есть к Эпл Блум… Ну и решила немного срезать дорогу через лес. Я еле успела затормозить, когда что-то выскочило передо мной на дорогу. Испугалась, конечно… Ну… от неожиданности то есть. А как не испугаться такой туши с клыками, да еще слюна на землю капает? А тут оно еще ка-а-ак махнет лапой! А там когтищи! Чуть не в два моих копыта! Как увернулась-то, не знаю. Закричала, наверное, тогда. Развернулась и понеслась, что сил было. Что потом произошло, я не помню. Помню только, как что-то будто обожгло ногу и сбросило со скутера. Может быть, я ненадолго отключилась. Когда открыла глаза — увидела над собой только это черное что-то, заносящее лапу, чтоб меня прикончить, и поняла, что ВСЕ. Куда там сопротивляться! Отползти в сторону на шаг, и то сил не было. Оставалось только успеть попрощаться с жизнью за последнюю пару секунд… Когда это кошмарное существо что-то снесло! Я даже что это был пони поняла-то не сразу. Оказалось, что это был Алекс! — одна благодарная улыбка и четыре заинтересованных взгляда в мою сторону, — Правда, и у него, наверное, шансов было не слишком много. Я не видела, почему эта тварь вдруг так оглушительно заорала, но потом на нее откуда-то из кустов вылетел Из, — взгляды в его сторону. — Она испугалась и удрала в Лес! Из погнался за ней. А Алекс остался со мной и перевязал меня. Потом прибежала Эплджек, и мы решили, что она предупредит своих на ферме, а меня заберут к себе Алекс с Изом. И прошлую ночь я ночевала у них. Вот, наверно, и все…

— Надо что-то делать… — проговорила Твайлайт, нарушая тишину.

— "Что делать, что делать…" — передразнила Радуга, злобно оскалившись. — Да найти эту… и башку ей проломить, вот что!!!

— Спокойней, — попробовал остудить ее Из. — Ну, кинешься ты сейчас в Лес. Ну, проломишь ей башку. А если не ты ей, а она тебе? А если там таких не одна, а две? Три? Десять? Что тогда? Такие твари просто так из ниоткуда не возникают. Где одну увидели, там и остальные рядом шастают, уж будь уверена.

— А что ты предлагаешь? — уже спокойней продолжила Радуга. — На круп хлопнуться и ждать, пока кого-нибудь не сожрут?!

— Нет. За этим мы и пришли. Надо найти информацию об этих тварях. Их слабые стороны. Что угодно, что может нам помочь. И, исходя из этой информации, уже составить четкий план действий. Чем лучше мы узнаем врага, тем скорее он будет повержен.

Я слушал брата. И не узнавал его. Обычно импульсивный во всем, что касалось драки, готовый первым в нее кинуться, он, оказывается, мог быть и таким… Радуга на него, что ли, так влияет…

— Так что мы сидим? — вскинулась Пинки. — Твай! Вываливай шкафы! Спайк! Тащи побольше своего чая! И завари покрепче! ЗА-РА-БО-ТУ!!!

Ну что тут скажешь? Она была права! Нам оставалось только зарыться в книги. Причем, учитывая их количество, зарыться буквально.

* * *

— Поверить не могу… Поверить не могу… Столько книг! Столько умнейших, полнейших, полезнейших справочников! И так мало информации! — Спаркл нервно меряла комнату шагами, без конца спотыкаясь об разбросанные тут и там книги. — Одно! Всего одно преданье! Во всей моей библиотеке!

Мы действительно кое-что нашли. Причем на этот раз повезло Пинки Пай. Она просто начала рыться не в "скучных" справочниках, а в, показавшихся ей куда более интересными, книжках со сказками. Там и обнаружилась единственная более-менее ценная за сегодня информация. Якобы еще задолго до появления Селестии жили в диких лесах очень похожие твари, питавшиеся чем, а вернее кем угодно. Были они достаточно хитры. Упоминались еще какие-то не то крепости, не то капища, как-то связанные с теми тварями.

Никаких подробностей, методик борьбы, ни-че-го…

— И что дальше, стратеги? — задала резонный вопрос Радуга.

И опять отвечать ей взялся Из.

— Пока все по плану. Твайлайт! — обратился он к единорожке.

— Да?

— Не могла бы ты отправиться в Кантерлот и поискать информацию там?

— Конечно! — с радостью закивала фиолетовая. — Рада, что мы одинаково мыслим — я и сама хотела это предложить! Вот только…

— Только что?

— Только мне, наверно, понадобятся еще помошники. Ну, то есть, еще кто-то кроме Спайка…

— У! У! У! Меня! Меня! Меня возьми! — запрыгало вокруг нее розовое создание.

— Идет, — как-то слегка обреченно выдохнула Твай.

— А остальные? — вновь спросила Радуга.

— А остальным предлагаю прогуляться до Зекоры! Кому и знать Лес, как не ей. Ну… Это по словам Алекса. Я-то ее не знаю, — поправился Из.

Так мы и поступили.

* * *

И мы выдвинулись по направлению к Зекоре.

Еще в городе к нам присоединилась Эплджек, только что закончившая торговать, так что до Леса мы дошли достаточно быстро.

А вот в лесу пришлось снова вспомнить про внимание и осторожность. И идти полагаясь лишь на свою реакцию и слух Дерпи.

Хуже всех, конечно, было Скуталу. Это читалось по ее глазам. Но внешне она, как всегда, старалась держаться бойко и независимо, демонстрируя, как впрочем и всегда при Радуге, свое наигранное бесстрашие. Как бы она ни старалась, но глаза выдавали настоящую Скуталу.

До домика Зекоры идти было сравнительно недолго. Он, хоть и не был на опушке, но располагался довольно недалеко от края леса.

Когда мы, наконец, добрались, мы сильно удивились — все вокруг дома выглядело так, будто тут еще недавно была драка.

Так оно и оказалось. Зекора, обнаруженная нами в доме, готовилась к переезду в Понивилль на какое-то время.

Но даже в этой суете она поведала нам кое-что полезное.

А именно — подтвердила, что эти твари могут быть связаны с каким-то древним храмом или чем-то подобным в глубине леса. Она могла провести нас туда, но внутрь она не пойдет ни за что. Даже если там будет вход, о существовании которого она ничего не знала. Логично. В храме было столько всего, что нам понадобился бы специалист даже для того, чтобы просто выжить.

— Ну и где нам найти такого? — возмущалась Радуга уже на пути в город. — Можно подумать у нас все пони ежедневно по развалинам шастают.

— Не сердись, — мягко отвечала зебра. — Что знала, то сказала. Без опыта да знаний делать нечего там. Слишком не опытны еще вы. Пропадете.*

— А кто опытен-то? Лично я у нас таких не знаю.

— Ну… Думаю, я знаю кое-кого, — вмешался я. — Да и ты, возможно… э-э-э… Наслышана. Правда, ее еще надо будет найти.

— Хм… Эт ты про кого?

— Я про Деринг.

— Про каку… Деринг Ду? — похоже, Радуга была слегка удивлена. — Ты ее знаешь? Ты знаешь, где она сейчас?

— Скажем так. Нам довелось как-то столкнуться. Правда, я, к сожалению, не знаю где она сейчас. Придется приложить некоторые усилия, чтоб ее найти. Даже по каналам гвардии это будет не так уж просто. К счастью, есть тут у меня один надежный пони…

— Я его знаю?

— Возможно. Что видела, так это точно. Он тут приставлен приглядывать за городом от имени Принцессы Луны.

— Хм…

— Погоди, погоди… — вмешалась Эплджек. — Эт не тот ли отставной гвардеец, шо поселился в центре?

— Ага. Он самый.

— Странный он… — поморщилась Дэш.

— И посылки к нему какие-то странные приходят… И письма… — впервые высказалась Дерпи.

— Будешь тут странным… — таинственно обронил я. — Все так. Но если кто нам и поможет — так это он.

Примерно за такими разговорами мы и добрались до нужного нам неприметного домика.

— Подождите здесь, хорошо? Он не любит много народа. Тем более не гвардейцев.

И я, постучавшись, медленно вошел.

Передо мной оказалась крохотная типовая комнатка с большим столом посередине и обитой железом дверью с "окошком" в противоположной стене.

— Кого там еще принесло? — проворчал надтреснутый голос из "окошка".

— Кэп! Это я — Алекс. Нужна твоя помощь.

— Алекс! Ну, будь здоров, скороспелый!

Клацнул замок, и ко мне вышел не молодой уже, но все еще крепко сбитый, черный пони со все еще черной, но седеющей гривой.

Он хлопнул меня копытом по плечу.

— Ну? Что понадобилось молодому поколению от древних?

— Древние-то еще покрепче иных молодых будут — улыбнулся я. — Есть дело.

— Выкладывай.

И я вкратце изложил суть.

— Мда… Что я тебе скажу? Принцесс, пожалуй, и в самом деле рано ставить в известность. Справимся. А от меня-то ты чего хочешь?

— Хотел попросить разыскать по нашим каналам одну пони. Ты, наверное, про нее слышал — Деринг Ду.

— Ага. Есть такая. Это не так сложно. Фигура заметная. Только пару часов погоди. Ты уже переехал в новый дом?

— Да.

— Хорошо. Я сообщу, как только будет какая-то информация. Что-то еще?

— Да. Прими заказик…

— Ну что? — обступили меня все, как только за мной захлопнулась дверь.

— Да ладно вам! Можно подумать там что-то жуткое обитает! — улыбнулся я. — Все в порядке. Обещал скоро все сделать. Лучше скажите: кто идет со мной за Деринг?

— Конечно я с тобой, — первым высказался Из.

— Шутишь? Чтоб я такой шанс упустила? — резко подлетела ко мне Радуга.

— Я пока свободна на ферме, так шо я с тобой! — кивнула ЭйДжей.

— Я… Ну… Может, просто возьмете меня, а? А на почте я отпрошусь? — глянула на меня Дерпи.

— Хорошо. Конечно возьмем!

— А можно и я с вами, а? — грустно подняла глаза Скуталу.

— Конечно, Скут!

— Ура!

— Но сейчас, я думаю, нам пора разойтись. Вечер близится, а нам всем еще надо собраться.

— Верно.

И мы разошлись.

Когда мы с Изом, немного побродив по городу, добрались до дома, то обнаружили на пороге не очень большую, но увесистую посылку.

В посылке оказались рации. Пара небольших — ближнего радиуса. И два тяжеленных "дальнобойника" с антеннами-удочками и страшноватой упряжью для их ношения.

Вскоре и Скуталу вернулась с "собрания".

А буквально через пару часов возле нашего дома оказалась летучая мышь, к ноге которой была привязана записка…

ГЛАВА 7

В поисках Деринг Ду

И вот наш маленький поисковый отряд уже стоит на перроне, ожидая поезда в крошечный городок на краю пустыни Сан-Паломино, куда отправила нас записка в лапах летучей мыши.

И что вообще Деринг там забыла? Почему не нашлось ничего поближе? Сан-Паломино. Это ж Дискорд знает где… Хотя… Он-то действительно знает. После одного из сражений с ним там сейчас приличная карантинная зона недалеко от пиков Седельных Рожков образовалась. До сих пор каменные глыбы в воздухе висят…

Городок этот… Как же он называется-то? То ли Форт Пониред, то ли как-то похоже… Но, не суть. Расположился он на самом краю пустыни, недалеко от западной оконечности Эплуз, гор, отделяющих цивилизованную часть Эквестрии от совершенно уж диких мест, простирающихся аж до самых Скачущих Равнин на востоке и примерно до Рыцарского Пика и Утеса Росинанта на юге… Поговаривали, что это очень странные, мало заселенные и страшноватые места… В прочем, исследованы они были все же получше, чем наш Лес.

Но все равно — слава Селестии, что нас туда не несло, а до этого Пониреда или как его там, можно было добраться и по железной дороге.

А пока мы всей компанией торчали на перроне: Я и Из с ножами в чехлах, аптечками, мелким походным снаряжением, палатками, рюкзаками и прочим скарбом на спинах. Эплджек и Радуга с большими сумками и спальниками. Дерпи тащила одну из громадных "дальнобойных" раций, аккумуляторы к ней, само собой спальник и какой-то небольшой вещмешок. У Скуталу это была одна из "близких" раций на одном боку и большой плоский котелок на другом. На спине у нее, помимо спальника, болтался школьный ранец.

Наконец проплыл в дыму паровоз, и один из небольших вагонов остановился перед нами.

Вагон был крайне прост. Справа тянулись вдоль окон широкие мягкие лежанки с массивными общими спинками и откидными столами. Над сложенными сейчас столами расположились широкие арочные окна. Слева не было ничего кроме окон. В общем, от пригородных этот вагон отличался только наличием "места уединения", а больше, пожалуй, и ничем.

В вагоне мы оказались одни.

— Уф! — вздохнул я, входя. — Наконец-то!

— Фух! — Скут швырнула свой ранец под скамью, аккуратно сняла рацию и смахнула пот.

— Йи-и-их! — хлопнулась ЭйДжей на одну из лежанок. — И напомни-ка мне, скок нам тут бездельничать?

— Да почти три дня, — "обнадежил" я.

— Как три дня?! Что я тут буду делать три дня?!! Да я от скуки сдохну!!! — запаниковала Радуга.

— Да ничего, — рассудительно проговорил Из. — Чего-нибудь придумаем!

Ну… Не больно-то что-то и придумалось. Весь остаток дня, в большей своей части, ушел на захваченную Радугой "Пониполию", в которой она, по итогам дня, и вела с приличным перевесом.

* * *

Наконец наступила долгожданная ночь…

Уй-й… С-с-сено гнилое… Да… Да лучше бы она и не наступала!

Ну как, а? Как так можно-то? Как все могли уснуть раньше меня, оставив одного наслаждаться ЭТИМ уже больше часа?

Как вообще одна единственная пони может ТАК ХРАПЕТЬ?!!

А хотя нет. Не все. Вон, на скамье напротив, Скуталу как крутится. Похоже, тоже не спит…

— Нет. Не могу, — тихо произнес я, приподнимаясь и принимая полувертикальное положение, опершись спиной на стенку мерно покачивавшегося вагона…

На противоположной лежанке Скуталу разлепила глаза:

— Что? Ты тоже, да?

— Угу, — мрачно буркнул я.

— Вот и я… — Скут поднялась и придвинулась к поднятому столу.

Я вздохнул, вынул из своего рюкзака плетеную фляжку с сидром и налил в один из стоявших на столе стаканов.

— Яблочный? — принюхалась Скут.

— Ага, — машинально подтвердил я.

Скут придвинула к себе мой стакан и отхлюпнула. Я тупо смотрел. Потом что-то где-то перещелкнуло и я налил себе второй.

Так мы и сидели какое-то время. Молча глядя на проносившуюся за окном темень и вдыхая аромат яблочного сидра.

— Алекс.

— А?

— А вот ты ведь умеешь драться по-всякому, да? — Скут смотрела мне прямо в глаза.

— Ну… В общем да.

— И других учил, наверное?

— Учил, — вспомнил я гвардейцев.

— А как ты думаешь, в состоянии… маленькая пони… выучиться чему-то из этого?

Я понял, куда она клонит.

— То есть ты хочешь научиться чему-то, чтоб, при необходимости, постоять за себя?

— Ну… Да. Это возможно?

— Думаю, да, если правильно рассчитать силы и тренироваться в том, в чем можно достичь успеха быстрее.

— А что ты скажешь насчет меня?

Я задумался. Разговор шел на полном серьезе.

— Ну… Будь на твоем месте Эпл Блум я не задумываясь назвал бы копытопашный бой…

— А я?

— Ты пегас. Легкая, быстрая, проворная. Но не очень сильная.

Скуталу закивала.

— И бой должен быть под стать — короткая и средняя дистанция. Я предложил бы метание ножа.

Глаза Скуталу загорелись.

— А ты мне покажешь?

— Попробую научить.

— Правда?

— Пошли.

Мы отошли в противоположную сторону вагона, я наметил ножом контур мишени на деревянной стенке, да простят меня те, кому потом придется менять эти доски, и мы начали.

Я показывал правильную стойку, замах, движение головы…

Скуталу пыталась следовать моим советам.

Какое-то время мы по очереди тренировались.

Под конец она уже даже стала попадать. Еще не в "яблочко", но уже хотя бы в мишень.

В конце концов, я заметил, что она устала.

— Ну что ж! Для первого дня, я думаю, хватит. Весьма неплохо, кстати говоря! Поздравляю!

Скут разулыбалась.

Мы вернулись на свои места.

Прослушивание "радужного" храпа продолжалось.

Я долил в стаканы, полагая, что это поможет расслабиться и заснуть.

— Алекс, а вот… Тьфу! Не знаю, как начать…

— Начни резко. С вопроса, — улыбнулся я.

— Ага… Во-от… — Скут резко вдохнула. — А тебе когда-нибудь приходилось убивать? Ну… то есть… других пони.

— Да, — честно ответил я.

— И… Как это?

— Отвратительно.

— Но ты, тем не менее, это делал?

— Пойми. Для меня есть два, только два, оправдания такому! Первое, и самое ясное — если ты не убьешь его сейчас, то он сделает это с тобой секундой позже. Второе — если он угрожает твоим друзьям или кому-то еще реальной гибелью. То есть не пустая угроза, а нож у горла. Только в этих двух случаях мне ничего не остается, как убить. Эти два правила для меня непререкаемы. Если уж ты учишься пользоваться оружием, то первое, что обязана — это чтить жизнь. В любых проявлениях. Даже если перед тобой последняя скотина, ты не должна лишать эту скотину жизни до последней возможности. Запомни это! И обещай мне!

— Я поняла… Обещаю, — голос ее дрогнул.

В таком, примерно, ключе шла наша беседа еще некоторое время, постепенно съезжая на более мирные темы по мере убывания сидра во фляге…

Радуга наконец притихла. Можно было вздремнуть…

В конце концов, Скуталу так и задремала лежа на столе. Я, аккуратно прижав к себе, поднял ее и уложил на подушку. Укрыл.

После чего улегся на свою скамью и, взглянув еще раз на Скут, закрыл глаза.

* * *

Пробуждение было на удивление спокойным

Никакой суеты. Все тихо.

Вообще весь день выдался каким-то тихим и ленивым. Чувствовалось и приближение к пустыне — в вагоне становилось все жарче.

Видимо, из-за этого стали как-то резко уменьшаться запасы сокосодержащих фруктов и жидкости. Их было решено пополнить на следующей станции.

Для пополнения запасов отрядили ЭйДжей и Скуталу.

Ну кто мог знать, что поезд стоит всего пять минут?

Результат — забег Эплджек с грузом яблок за медленно отходящим поездом и я в роли "скутоносца" с грузом вишни, ибо сама она не смогла бы пока развить необходимую скорость.

Потом? Потом снова долгие часы лени в духоте вагона и "Пониполии".

Не ленились только Дерпи со Скуталу. Они что-то делали с рациями. Вернее, Дерпи явно что-то показывала Скут.

Под конец дня, когда жара немного спала, все устроили небольшую тренировку или скорее развлечение — "догони поезд", основной целью которой был полет вдоль движущегося состава. Ну или попытка просто удержаться рядом. Участвовали одновременно все. Даже Скут, поддерживаемая мной, конечно, и вопящая Эплджек, поддерживаемая сразу всеми.

Ночь тоже прошла куда спокойней предыдущей. Собственно, она просто прошла, за исключение небольшой тренировки в метании ножей…

* * *

Поезд наш, похоже, шел с некоторым опережением графика. Либо, что логичнее, мы не знали о его изменении. Мы это заметили, ведь за все время в пути, нам даже не пришлось останавливаться, дожидаясь прохождения следующего отрезка пути другим поездом, как это иногда бывает, но все же… Изначально, ведь, планировалось, что наш путь до этого самого Пониреда, или как его там, займет дня два с половиной — три…

Кто ж знал, что поезд пройдет это расстояние всего за два с небольшим дня!

— ПОДЪЕМ!!!

Мы повскакивали от дикого ора растрепанной со сна Радуги.

— А?

— ?

— Дэш? Ты чего?

— Что-то случилось?

— И чей-т бы я так орала, а?

— Да поезд же! Наша станция уже вот-вот будет! — сбавила громкость голубая.

А вот тут уже все пришли в схожее с ней состояние!

Более-менее четко и быстро собрались только мы с Изом. Сказывалась, наверное, выучка.

Происходившее же вокруг напоминало перемену в школе. Может поэтому первой, после нас, была готова Скут…

Прошло еще какое-то время.

Паровоз, свистнув и окатив нас паром, умчался куда-то дальше, а наша заспанная, нечесаная команда стояла, уставившись на вывеску на крохотном здании вокзала.

"…обро пожа…ть в Форт Пони…ед!" — гласила она.

— Мда… "Форт Пониед", — ухмыльнулся Из.

— Да… — скривилась Радуга. — И как только можно жить в такой дыре?

— Ну… Судя по магазинчикам на главной улице — какая-то жизнь тут все-таки имеется. Даже туристы какие-то бывают, похоже. Хотя можно ли ее назвать главной, если их тут всего две? Да и добывают тут что-то вроде, — вспомнилось мне из прочитанной накануне в поезде справки по городку.

Мы еще раз окинули взглядом представшее перед нами поселение.

Весь город представлял собой всего две улицы. Та, что я условно назвал "главной" начиналась от вокзала, проходила через небольшую площадь в паре домов от него и, побыв еще какое-то время прямой торговой улицей, уходила куда-то в прерии. Вторая, по большей части жилая, пересекалась с первой под прямым углом. По углам площади стояли ратуша и салун. Входы их были обращены в нашу сторону. Также выход на площадь был у банка и местного отделения "Почты Эквестрии".

За городом виднелись на холме какие-то развалины. Старые, пыльные, быть может, кому-то интересные, но явно не того сорта, что привлекают Деринг. Скорее всего, тот самый Форт Пониред.

Появились первые жители.

— Ну, что? — спросил я. — Разделимся?

— Придется, — вздохнул Из. — беру на себя жителей.

— Я могу заглянуть в банк и на почту! — предложила Дитзи.

— Я тогда в ратушу и по лавкам! — Эплджек.

— Ну а я… А я проведу воздушную разведку, вдруг чего угляжу, и помогу Изу с жителями! — высказалась Радуга.

— Отлично! Значит, мне остался салун. Работы там, думаю, хватит. Мне может понадобиться лишняя пара глаз и ушей в таком месте. Скут, ты как?

— Готова! Идем?

Я раздал всем фотокарточки Деринг, заготовленные еще в Понивилле.

— Вот теперь — да!

И мы разделились.

Мы со Скуталу ввалились в полутемный салун.

Я шкурой почувствовал, как по нам скользнули несколько цепких взглядов. Когда глаза привыкли к освещению, я глянул на завсегдатаев. Даже по утру их было достаточно. Рожи у многих самые криминальные. Хотя может я и наговариваю с непривычки к жизни в такой местности, но разве работящий пони станет спозаранку торчать в салуне и пропивать с трудом нажитые битсы, которых и так, должно быть, не очень-то много?

Что из себя представляет сам салун? Здание явно той же потасканности, что и сам город, но чувствуется, что за ним хотя бы как-то следили. Стены были относительно недавно покрашены. Потолок довольно сильно закопчен. На полу — свежая солома. Правда, прямо поверх старой — заплеванной и загаженной. Большая часть мебели — самодельные дощатые столы и стулья, явно носит на себе следы ремонта.

Я прикинул планировку. Барная стойка слева. Между ней и дверью — старое пианино. К стойке примыкает, вдаваясь внутрь зала, какое-то подсобное помещение, возможно — кухня. Напротив входа, в задней стене ниша, закрытая ширмой — сцена, что ж еще. Правее сцены — лестница в два марша, видимо, ведущая в "нумера". Почти все свободное место по центру и с правой стороны зала занято столами.

Реакция завсегдатаев — спокойная, но нас заметили все, можно не сомневаться. За дальним столом увлеченно дуются в карты.

Барная стойка свободна.

Все это как-то само собой промелькнуло у меня в голове, пока ноги уже направлялись к той самой стойке.

Скут намекнула, что не успела ничего поесть, и приткнулась в самый конец барной стойки, к стене условной кухни, явно стараясь быть незаметнее.

Я же, наоборот, плюхнулся на стул почти посередине стойки и небрежно обернулся.

— Бармен!

— Чем могу быть полезен? — заискивающе подкатился полноватый серый жеребец со светлой, зачесанной в бок гривой, жидкими усиками и бегающими глазками, в поношенном, но еще приличном костюме.

— В этом… заведении… найдется что-то пожрать или только выпивка? — с некоторой брезгливостью спросил я, решив немного поиграть в крутого.

— Эй! — прокричал бармен в "подсобку". — У нас осталось что-то из еды? Если да, так оторви свой круп от стула и неси сюда!

Он явно здесь не простой бармен, скорее хозяин. Тем лучше.

— Сию минуту! — повернувшись, обратился он ко мне, уже совсем другим тоном. — Сейчас что-то будет. Может, закажете еще что-то?

— Да. Сидр. Стакан побольше. И сок.

— Прошу! Ваш сидр и сок.

Сок тут же уехал по стойке к Скуталу. Ей он пригодится — бутерброд, что ей вынесли, был здоровенным и явно подсохшим.

Я отхлебнул сидра, к слову весьма посредственного, и кинул говорящий взгляд на бармена.

— Что-то еще? — правильно истолковал тот.

— Да. Я тут ищу одну пони. Может, видал такую? — я передал ему фотографию.

— Да где ж тут упомнить? Может и видал, может и нет… — сделал тот странное выражение морды.

Классика. Я готов был поклясться, что тот ее узнал. Да и как еще, если твои "нумера" — единственная гостиница во всем городишке?

Я достал из сумки небольшой, заранее заготовленный мной, мешочек с монетами, вытащил одну, и повертел ее копытом на стойке.

— Возможно это как-то сможет повлиять на память? — монетка перекочевала на ту сторону стола. И еще одна. И еще…

— Хм. Да, я, кажется, припоминаю… Была здесь такая. Но она давно съехала.

— Давно?

Монетка… монетка…

— Кто знает…

Монетка…

— Быть может, два дня назад, быть может, три. Она оплатила номер за неделю вперед и исчезла.

Справа от меня раздался кашель, — Скуталу давилась, но доедала эту пересушенную гадость.

— Еще стакан сока… — я глянул на Скут. — И побольше.

— И ты, конечно, не знаешь куда? — продолжил я разговор.

Монетка… монетка…

— Увы, если бы я знал!

— Мы можем на денек снять тот номер?

Сильно похудевший мешочек переменил хозяина.

— Конечно, вот ключ.

Как только Скут все-таки догрызла несчастный бутерброд, мы поднялись в номер.

— Что скажешь?

— Да врет он все! Отлично он знает куда Деринг отправилась.

— Про пару дней, похоже, не врал.

— Ага. Но как-то выразительно тебе за спину поглядел. Явно на кого-то, но на кого — разглядеть было трудно.

— Если так, то скоро узнаем.

Мы тщательно осмотрели комнату.

Ни-че-го.

Но…

Скрипнула, открываясь, дверь.

В комнату вошли двое. По виду — одни из тех уголовных рож в салуне. Один закрыл дверь собой.

— Эт еще что? Я вас, кажется, не приглашал! Покиньте-ка номер и поживее! — я вспомнил про роль.

— Заткнись и слушай сюда! Если не хочешь, чтоб кто-то пострадал… — взгляд на Скуталу. — тебе было бы лучше свалить туда, откуда приперся, приятель!

— Первое. Я тебе не "приятель". Второе. Я сам в состоянии решить, где мне находиться. И третье. Вот уж тебя я спрошу в последнюю очередь.

— Я надеялся на это, — ухмыльнулся говоривший и топнул ногой. Из сапога вылетел пружинный нож.

Я автоматически закрыл собой Скуталу.

Выпад!

* * *

Драка была недолгой и не особо красивой.

Сломанные ноги, выбитые зубы, веревки и кляпы.

Драться грамотно эти двое совершенно не умели. Тупая сила и ножи. Никакой техники боя.

— Есть! — Скут обрадованно взмахнула какой-то бумагой. — Есть карта.

— Давай-ка поглядим…

Хм-м… Оказывается на восток отсюда, примерно в дневном переходе, среди скал песчаника, образующих что-то вроде отрога Эплуз, имелся некий храм. Он так и был отмечен — "Храм". Без всякого особого названия.

В нижней части карты, тем же карандашом, что и отметка, были приписаны координаты.

Все стало ясно. Кто-то воспользовался Деринг, и сейчас ей наверняка нужна была наша помощь.

— Скут! Хватайся за меня — уходим окном!

Рыжая лишь серьезно кивнула.

— Ну че? Кто-то че-то узнал, а?

— Да, — первой начала Дерпи. — Она была на почте три дня назад. Что-то получила. Потом сняла немного денег в банке.

— Агась. Торговцы ее запомнили. Покупала снаряжение. Но че дальше, куда пошла — не знают.

— С населением прокол, — пожали плечами Из и Радуга. При этом Из кивнул на как-то чересчур перепуганных местных.

— А че у вас? Признавайтесь, че натворили! — улыбнулась ЭйДжей. — Вас ухмылки выдают!

Мы со Скут глянули друг на друга. Надо же… Действительно ухмылка. И у меня наверняка не хуже…

— Мы знаем точное место, где сейчас Деринг Ду. И нам лучше поспешить — ей может угрожать серьезная опасность.

— Верно. Но, без подходящего снаряжения нам там нечего делать, — заметил Из.

— Там, вроде были какие-то магазинчики на эту тему… — Дэш махнула ногой.

— Тогда затаримся побыстрей и вперед? — глянул на нее Из.

— Вперед!

Мы уложились в рекордный срок. Веревки, не новые газовые фонари, свечи, кремни, мел и другие мелочи были куплены буквально за пять минут. Кроме того, проходя мимо лавки старьевщика, я заметил там небольшие часы-луковицу с полуоторванной цепочкой, отломанной крышкой, ржавчиной на корпусе, но еще рабочие. И, не удержавшись, купил их — мелькнула одна мысль…

Со стороны салуна пока все было тихо.

Мы спешно покинули город…

* * *

Переход этот оказался довольно утомительным для нас, не подготовленных к нему, не привычных к таким жаре и нагрузкам.

Но… Мы все-таки дошли! Трудно описать чувства, обуревающие уставшего путника, наконец добравшегося до цели. Тем более что гнало нас туда, далеко не чувство любопытства, как какого-нибудь туриста.

Посреди скал нам открылся храм, потрясающий своим великолепием! Вырезанные из камня изящные узоры, перемежаясь с цветами диких растений, распространяющих дивный аромат, покрывали его стены. Срывался водопадом звонкий ключ. Грозные каменные изваяния торжественно застыли вдоль стен…

Пф-фы… Вру, конечно!

Храм был довольно скромен на вид. Лишь песчаник в этом месте был ровнее, чем весь окружающий, из него выступали два массивных барельефа-стража втрое превышающих размерами реальный, а между ними — не слишком большой прямоугольный проход, когда-то закрытый треснувшей каменной плитой, валявшейся теперь рядом.

— Стоп! — остановил всех я. — Нельзя идти всем одновременно. Вы и сами наверняка слышали массу подобных историй. Надо разделиться. Из! Останься пока, хорошо? Командуешь второй группой, если что.

— Хорошо, — четко, без лишних споров кивнул Из.

— Я с тобой.

— Хорошо, ЭйДжей. Дэш! Побудешь пока тут?

— Эх-х-х… Ла-а-но. Прикрою, так и быть, вам круп. Будем надеяться, что эти, из салуна, все-таки сунутся! — как-то недобро улыбнулась пегаска.

— Дерпи!

— Тут я.

— Попробуй связаться с Понивиллем. Что-то мы долго не получаем никаких вестей.

— Хорошо, — серая скинула рацию и принялась возиться с настройками.

— А я? Я с вами?

— Нет, Скут. Вот на этот раз — нет… И не смотри так! Сама знаешь, сколько там может быть опасного.

— И интересного!

— Вот на интересное обещаю сразу позвать! Если конечно одолжишь свою рацию.

— Угу. Ладно. Держи, конечно. Но зовите нас сразу, хорошо?

— Хорошо!

Мы с Эплджек шагнули в темный провал.

Ну что тут можно сказать? Темно, мрачно и пыльно. По крайней мере так было сначала. Потом на стенах, полу, потолке появились первые витиеватые узоры, становившиеся все больше и больше и, в конце концов, заполнившие всю доступную им площадь. В стенах стали попадаться кольца для факелов. А кое-где и зажженные факелы. Явно совсем не старые. Рация, кстати через камни не пробилась. Придется что-то придумывать.

Ловушки? Ну, когда-то они тут точно были, но большинство из них было разряжено, что еще раз доказывало, что тут кто-то прошел до нас. Возможно именно Деринг. Была у той интересная привычка — собрать на себя все синяки и шишки по дороге. Ну, то есть все ловушки. Бояться приходилось лишь самых примитивных, срабатывавших не однократно, или чего-то пропущенного.

Как в тот момент, когда я еле успел повалить ЭйДжей, когда вылетел из отверстия сбоку и впечатался в стену, чуть выше наших ушей, немалых размеров булыжник.

ЭйДжей дернулась. Зрачки ее испуганно сжались. Похоже, она оценила возможные последствия…

— Сп-пасибо Алекс.

— Угу. Ты как? В порядке?

— Вродь того…

— Ну, вот и хорошо — улыбнулся я. — Пойдем?

— Агась. Встань с меня только, — в ответ улыбнулась ЭйДжей.

— Ох. Верно. Прости.

— Да ла-а-но, за шо?

— Ну…

ЭйДжей подмигнула и пихнула меня крупом:

— Пшли уже!

Довольно скоро мы вышли в небольшой зал. На входе выстроились несколько каменных фигур. Горел одинокий факел, скорее сгущая мрак, чем рассеивая его. Пыльно. Тихо. Страшновато. Я прибавил свет старого фонаря, что держал в зубах, но, даже этого было мало. Однако его света хватило, чтобы заметить, что в середине зала пол резко обрывался.

Что-то в этом обрыве мне сразу не понравилось.

Мы с замиранием подошли к краю. Довольно глубоко… Отвесные стены, образованные сейчас плитами пола…

И песочного цвета пони, неподвижно лежащая внизу.

Пробковый шлем валялся рядом.

Похоже, сломаны в этот раз были не только крылья…

* * *

— ЭйДжей! Беги за остальными, быстро! Только умоляю — помни про камень!

Эплджек как-то по-особенному взглянула на меня.

— Ясно!

И сорвалась с места.

А я спикировал вниз.

Пульс? Дыханье?

— Слава Селестии! — выдох облегченья вырвался из моей груди. Дышит. Жива.

Где-то тут был… Я рылся в аптечке… Вот! Чудодейственная вонь…

Пони приоткрыла глаза:

— Хто т… — еле слышно просипела она.

— Алекс. Мы встречались. Помнишь? — и, не дожидаясь ответа. — Потерпи-ка, сейчас…

Я вколол обезболивающее. То самое, что уже когда-то так пригодилось Скуталу.

— Во-о-от… Теперь будет полегче.

Я принялся за ноги. Благодаренье Богиням — не переломаны. У левой, похоже, лишь вывих, а вот правая… Тут все хуже. Трудно представить, насколько неудачным должно было быть падение, чтоб выбить ее из сустава. Тут и про здоровые-то крылья забудешь с такой болью. А они-то снова были перевязаны. Не появись мы тут еще денек — и у нее не было бы шансов.

Где-то рядом нарастал топот множества копыт…

— Что с ней?!! — голубая молния ударилась об пол рядом и обернулась растрепанной пегаской.

Наверху с тем же вопросом на лицах застыли Дерпи и Эплджек. Отличались лишь выражения Иза — спокойное, как всегда, даже если внутри у него все горело, он мог сохранять каменное спокойствие внешне, и Скуталу — та стояла, прижав копытце ко рту.

— Жива, — выдох прокатился по залу. — Но крайне истощена и не может двигаться. ЭйДжей, поищи что-то годное для носилок. А все пегасы — сюда.

— Мы тут, — приземлился Из.

— Ага… уф! — как-то слегка об стенку, но спустилась Дерпи.

Скут топталась наверху.

— Давай! Ты мне тоже тут будешь нужна!

Рыжая резко выдохнула. Разбежалась. И прыгнула.

— Крылья! — наши с Радугой голоса слились.

В зале застрекотал "моторчик". Скут повисла в воздухе.

— Во-от! А теперь плавно вни-из…

До конца плавно не получилось. Пришлось подстраховать. Но…

— Вот! Уже результат! А ты боялась. Взлетать-то каждый может, а вот посадка куда сложней.

— Точно! — кивнула Радуга. — Даже у меня-то и то иногда не выходит с посадкой!

Скуталу смущенно улыбнулась.

Сверху упало несколько железных копий, похоже, вынутых из каких-то ловушек.

— Так хватит?

— Отлично! Спасибо, ЭйДжей!

— Так, — я вкатил Деринг еще дозу обезболивающего и заставил зажать зубами бинт. — Будет больно. Очень. Но иного выхода у нас просто нет. Готова?

Деринг напряглась. Сжала зубы. Зажмурилась. Кивнула.

— Из, Дерпи — держите прижатыми передние ноги! Скут — навались на левую-заднюю! Готовы?

И я рванул.

Раздался страшный хруст. И вой. Деринг дико рванулась. Из и Дитзи смогли удержать ноги. Скуталу отбросило в сторону и я чуть не получил копытом по морде, но сустав встал на место.

— Скут! Цела?

— Уф. Ага, — поднялась та, потирая ушибленный бок.

— Тащи бинты и копья.

Через несколько минут все было закончено. На Деринг красовалась весьма оригинальная шина с торчащими наконечниками, а заботливая Радуга ее кормила.

— Только понемногу! — напомнил Из. — Не стоит рисковать давать все сразу. Заворот кишок того не стоит!

— Ага. Верно. Спасибо, что напомнил.

— Тише! — вдруг насторожилась Эплджек, так и остававшаяся наверху. — Слышите? Кто-т идет!

И верно. Где-то вдалеке слышны были шаги. И не одни.

Мы быстро убрали за собой и постарались уложить хитро улыбнувшуюся Деринг так, чтоб не было видно шины.

Из, Эплджек и Дерпи спрятались за статуями на входе в зал. Я и Радуга — в темноте на той стороне провала. Скут осталась внизу, забившись в темный угол и прикрывшись шлемом Деринг. В зубах у нее был зажат метательный нож.

Один из факелов на входе был притушен. Темнота стала еще гуще.

Мы обратились в слух.

* * *

Показались четыре тени. Три из них тащили что-то вроде лестницы

— И чего мы только сюда поперлись…

— Ну ты достал уже. Сколько можно объяснять, что этот пижон явно ищет ее. Значит, может рано или поздно оказаться здесь.

— И не только он, кстати. Там еще какая-то рыжая околачивалась, и мелюзга какая-то, а мож и еще кто…

— И что? Она наверняка уже сдохла!

— А если нет? Охота проблем?

— Да и медальон *нехорошее определение в сторону Деринг* где-то сныкать успела, так и не нашли ведь тогда.

— Все тебе этот медальон…

– *Еще одно нехорошее определение, но уже безотносительно ее* темень-то тут какая! Самим бы в эту яму не свалиться.

— Ага. Классно, кстати тогда придумали.

— Угу. Про рычажок шеф верно тогда вспомнил.

— А глаза ее помните? Ха! До последнего не ждала! Проводник и рабочие, это ж надо было так сыграть…

— Аг-г-гы!

— О! Вон она, что ли?

— Она.

— Навродь дохлая?

— Что-то сомнительно мне. Как-то не так лежала.

— Сомнительно ему. Так спустись и пырни пару раз, если сомнительно. Или дохлятину боишься?

— Да катись ты!

Дерево стукнуло о камень.

Скрипнули ступени.

— А вот это, ребята, я не спешил бы делать! — я вышел из тени. — Попытаетесь — умрете первыми!

— О! Ты смотри кто тут!

— Пижончик!

— Здорово! Еще и его прибьем до кучи, пусть шеф порадуется!

— Займись лучше дохлятиной уже, дубина.

Послышался звук вылетающего пружинного ножа.

И короткий, тихий "вжик" ножа метательного.

Тот, что спустился — взвыл.

— Ах ты *очень не красивое слово* мелкая! Тоже тут! Дак тя я и без ножа удавлю!

Скут испуганно пискнула, упершись крупом в стену.

Визгнул еще один нож.

Он схватился за шею. Из-под копыта ударила кровь. Захрипел. И свалился. Прямо перед замершей Скуталу. Из шеи торчал нож. Быстро натекала лужа крови.

— Я предупреждал. И прежде, чем кто-то еще отправится на тот свет — оглянитесь.

Они оглянулись.

Радуга. Из. Дерпи. Эплджек. Я.

Вывод оказался не верным.

— БЕЙ ИХ!!!

И понеслось…

* * *

Эти были более умелыми, чем те двое. Или им придала сил ярость за убитого. Это уже не важно. Эти сумели показать хороший бой, а не пьяную драку. Хотя все равно неудачно для себя.

Особенно неудачно тот, которому на шею попал аркан ЭйДжей. Он, вероятно, поскользнулся. На краю ямы. ЭйДжей рванула назад, чтоб он не утянул и ее. Результат невезенья предугадать не трудно.

Второму повезло чуть больше. Когда тот схватил Радугу, Из, не отличавшийся излишним мягкосердечием в бою, полоснул его ножом. По горлу. Не слишком удачно — залило всех вокруг…

Третий, увидев что сталось с остальными, рухнул на пол. Его стреножили и оглушили. Очнется через пару часов. Захочет жить — куда-нибудь доковыляет.

* * *

Мы сидели в яме прижавшись друг к другу. Эплджек, Я, Скуталу, Из, Радуга, Дерпи и лежащая рядом Деринг. Радуга, все еще перемазанная в крови, прижалась к Изу. Я обнял ЭйДжей и укрыл ее крылом. Скут уткнулась мне в бок, под второе.

Эплджек бил озноб.

— Й-я… й-я… ег-го… уб-блила…

Я отстранил ее и слегка потряс.

— Успокойся. Их никто не заставлял. Они сами выбрали себе судьбу.

— Д-да, но… Но я… Но ты… Как… Что теперь…

Я снова потряс ЭйДжей и, вместо ответа, поплотнее прижал ее к себе.

Под вторым моим крылом тихо-тихо сидела Скуталу. Я придвинул ее поближе и слегка отстранился, чтоб видеть обеих.

— Да. Вот так оно и бывает, когда изменить что-то уже невозможно. Просто, грубо, страшно. Но иного выбора и не остается. Или ты, или тебя. Если бы не твой аркан, ЭйДжей, кто знает сколько бы он натворил, сколько загубленных жизней прибавилось бы к его счету…

Постепенно Эплджек престала трястись. Глаза ожили. Зрачки вернулись в норму. На глазах навернулись слезы.

Честно говоря, я не знал, что еще сказать.

Я просто снова прижал обеих покрепче.

Рядом Из укрыл своим белоснежным крылом покрытую чужой кровью и все еще дрожавшую Радугу.

— Часто т-ты вот т-так?

— Иногда приходилось. Жизнь научила выживать.

— Понятно. Не, ты пойми, я… ну… я не против такого… крайнего способа. Ты же мне вроде как жизнь спас тогда… — она заглянула Изу в глаза.

Теплый, успокаивающий взгляд синих глаз был ей ответом.

* * *

На сборы ушло какое-то время. Так, пришлось, например, прогуляться дальше по этому непонятному Храму и достать из тайника медальон. Никто не даже не спросил что это за медальон или для чего он нужен. Не до того было. Деринг просто спрятала его в карман.

Сама она передвигаться пока не могла. Стоять — еще как-то, но вот идти — точно нет. Решено было нести ее по очереди. Первым вызвался Из.

Когда мы, наконец, выбрались наружу, стояла уже глубокая ночь.

"Странный был день, — подумалось мне. — Столько всего в него уместилось. Вроде только недавно сошли с поезда, а тут…"

— Да. Чуть не забыл уже. Дерпи?

— Да?

— Так что в Понивилле? Чего так долго молчат?

— Говорят, что не было почти ничего интересного. Почти.

— То есть?

— Последнюю пару ночей замечали каких-то тварей в прямой видимости от города. Но никто не нападал. Все тихо.

— Нехорошо. Надо возвращаться побыстрей. От Твайлайт ничего не было?

— Говорят, что нашла еще несколько упоминаний в библиотеках Кантерлота, но что конкретно — не сказали.

— Вот это уже новость получше. Еще что-то? Хорошее, или…

— Да как сказать… Принцессы отбывают куда-то на границу. Вроде какие-то проблемы.

— Хм…

— Луна вроде бы дала разрешение некоторым офицерам в городах использовать свою гвардию по усмотрению. Тебе, говорят, тоже.

— Неплохо. Но, что-то такое я от нее уже когда-то слышал, насчет ее отсутствия… Когда вернутся не сказали?

— Увы.

— Может, уже двинем? — прервал нас Из. — Нам и так еще всю ночь переть.

— Угу.

Я настоял на соблюдении примерного строя. Все-таки была ночь, да и из этого дурацкого места, где уже пролито столько лишней крови, мы еще не выбрались. Шли ромбом, так, чтобы Скут и тот или та, кто несет Деринг, были в центре.

Шли долго. Без привалов. Вымотались в конец все. Если уж даже мы с Изом устали как после скачек на выносливость, то про остальных и говорить нечего. Близился город. И хотелось бы его обойти, а никак — нужен поезд.

Дерпи вдруг замерла.

— Что-то случилось?

— Впереди, за камнями, кто-то есть.

ЭйДжей, несшая Деринг, медленно опустилась, давая ей слезть:

— Че будем делать?

Я оглядел наше инвалидное воинство…

До тех камней еще довольно далеко… Темень кромешная…

— А чего тут можно делать? Драпать, пока нас не заметили! В таком состоянии нас просто перебьют.

Радуга, похоже, хотела что-то возразить, но, видимо, не нашлась что именно.

— Думаешь подойти к городу с другой стороны? — снова спросила ЭйДжей.

— Попробуем. Видно будет.

У нас получилось. Хотя этот обход и лишил нас последних сил, но мы доползли до железной дороги ко времени прибытия утреннего поезда. Все вышло. Компания грязных, побитых и смертельно уставших пони ввалилась в вагон отходящего поезда и, едва коснувшись лежанок, моментально уснула. Я уложил Скут, и еще какое-то время смотрел на удаляющийся городок, такой тихий с виду, и оказавшийся вдруг таким жестким и кровавым вблизи. Надо будет вспомнить о нем как-нибудь потом.

А пока… Все было тихо. За поездом никто не гнался.

Мы ушли.

ГЛАВА 8

И снова Понивилль

И снова неполных три дня дороги.

Три дня нормальной жизни, за которые все успело позабыться и воспринималось теперь скорее как дурной сон.

Три дня ухода за Деринг, метания ножей, болтовни и "Пониполии".

Три дня так необходимого отдыха.

Отдохнувшие и посвежевшие, сошли мы на перрон родного Понивилля.

Однако не в пример отъезду, прибытие наше вызвало интерес у горожан. Нас встречали. Похоже, в городе уже почувствовали что-то неладное в зверье, появлявшемся рядом с городом, и каким-то неясным мне образом связали с ним нашу поездку.

Нашлись среди встречающих и Твайлайт с Пинки Пай. Но все равно разговора по делу здесь, на перроне, при посторонних ушах не получилось бы, поэтому мы договорились встретиться вечером в нашем с Изом доме и разошлись по своим делам. Со мной остались лишь Из и Деринг, уже кое-как передвигавшаяся сама, которую, само собой, решено было разместить у нас.

Нужно было поговорить с "отставником", прояснить ситуацию, ведь нас неделю не было в городе.

Все та же типовая комнатка, тот же стол, та же дверь с окошком…

— Привет, Кэп.

— И тебе Алекс. Все удалось?

— К счастью, да. Хотя и не обошлось без проблем.

— Слышал, хотя и без подробностей. Довольно скверная история.

— Угу. Но все хорошо, что хорошо заканчивается, верно?

— Верно, но возможно мы еще услышим об этих бандитах.

— Ага. Есть у меня желание повторно туда наведаться, когда здесь разберемся.

— Если разберемся.

— "Если"? Что ты имеешь ввиду?

— Да вот то и имею! Эти твари уже которую ночь появляются в близи города.

— Погоди. Все-таки "тварИ"?

— Да. Прошлой ночью видели двух одновременно.

— Значит, не случайность… — вздохнул я.

— Конечно. Но я так понимаю, что ты и так об этом догадывался да? Иначе к чему была бы эта поездка?

— Да. Просто оставалась еще какая-то надежда… Ладно. Разберемся. Что за ситуация с Принцессами?

— Толком пока ничего не ясно. Если в общих чертах, то снова объявился Сомбра, и опять мутит воду. Видно не достаточно его тогда пнули. Хочет больше. Но явно размахнулся в масштабе, раз уж Принцессы там.

— Это верно. Если уж отбыли сами их высочества, то будет что-то…

— Но есть свои плюсы! — улыбнулся старый вояка. — Сейчас ты можешь использовать по своему усмотрению гвардию. Есть прямое распоряжение Луны.

— Да, это, конечно, неплохо…

— Кстати. Ты, я так полагаю, скоро соберешься в Лес?

— Ага.

— Я тут договорился, пока "темных" в городе нет, с вами пойдут гвардейцы Селестии. Сброд, конечно, но хоть какая-то сила. К сожалению, еще и все "земные".

— Спасибо. И эти сгодятся. Лучше, чем ничего.

— Это верно. Вы уже решили, когда пойдет?

— На днях. Возможно через два-три дня — надо собрать всю информацию, что только возможна, подготовиться…

— Логично. Эх! Мне бы, да с вами пойти…

— А кто за городом приглядывать будет?

— Да. Город мне пока не на кого оставить. Да и староват я уже… Как некоторые считают.

Я ухмыльнулся: я-то знал, что он все еще далеко не так слаб, как хочет казаться окружающим. Оглянулся на дверь:

— Пожалуй, мне стоит поторопиться — меня там ждут.

— Конечно.

— Спасибо за Селестийцев!

— Сочтемся, — ухмыльнулся "отставник", пожимая мне на прощанье копыто.

— А то! Удачи!

— Ну, что выяснил?

Из и Деринг поджидали меня снаружи.

— Что твари наглеют.

— В смысле?

— В смысле, что их уже видят не поодиночке.

— Ого!

— Именно, что "ого".

— Так. Что за твари? Может мне кто-нибудь что-нибудь объяснить? — встряла Деринг, — Единственное, что я поняла из всей болтовни в поезде, так это про какой-то храм или что-то вроде в вашем лесу.

— Конечно, — кивнул Из. — Пойдем. Объясним по дороге.

* * *

— Хм. Так вот где ты живешь. Ничего так, надежно! А снаружи такая халупа, что и не скажешь… — оценила Деринг.

— Ага. Я и старался не выделяться, — ухмыльнулся я. — Прямо, как ты.

— Где разместишь?

— Пошли, покажу, — пригласил я ее вниз.

Я показал Деринг большую из спален.

— И вы тут вдвоем живете?

— Втроем.

— И кто третий? — заинтересовалась Ду.

— Скуталу. Ее дверь напротив.

— Мелкая? Бр-р-р… — потрясла головой Деринг. — Подожди. Она что вам, родня?

— Да нет.

— Тогда совсем не пойму.

— Скажем так. Она в довольно сложной жизненной ситуации сейчас.

— И поэтому путешествует с вами?

— Верно.

— М-м-м… Ладно, проехали…

Деринг прошлась по коридору.

— А что за шкафчики? — и, конечно, сразу же распахнула один из дальних, не дожидаясь ответа.

Из шкафа с грохотом вывалились части какого-то старого доспеха, мне не знакомого. Видимо, это его Из из тащил в своем ящике.

Из припечатал себя копытом по морде!

— Ого? Доспех? И, похоже, довольно древний? Где нарыл?

— Это не ко мне! Это к Изу.

— Так. Тот же вопрос! — Деринг сунулась нос к носу, сделав серьезное лицо и пытаясь учинить допрос с пристрастием.

— Да так… Память об одном приключении, расскажу может… как-нибудь потом, — открутился Из, явно не горя желанием отвечать.

— Что-то они мне напомнили… Ну да ладно.

Тихий звон раскатился по дому.

Прошло несколько секунд.

Хлопнула входная дверь.

— Это я! — раздался звонкий голосок наверху.

Я ухмыльнулся — никого больше заклинания Твай и не пропустили бы.

— Алекс? Из? Вы здесь?

— Мы внизу! — ответил Из.

Из люка свесилась рыжая улыбающаяся мордашка:

— Я вернулась!

Скут заметила Деринг и на секунду какая-то тень промелькнула по ее улыбке.

— Где была?

— В школе. Подумала, что не стоит пропускать, пока есть возможность.

— И как оно?

— Ну… Неплохо, если не считать Тиары, как обычно.

— Опять что-то подгадила?

— Ага. Она, похоже, начала что-то подозревать. Ну… Ты знаешь, про что я.

— Ладно, поговорю с ней позже.

— Спасибо. А что у нас на обед?

— Сейчас узнаем! Сюрприз будет. И, думаю, для всех…

* * *

Плавно и незаметно за домашней ерундой наступил вечер.

За накрытым столом в гостиной собралась наша компания в полном составе, усиленная, как и договаривались, Твайлайт Спаркл и Пинки Пай.

Начать так никто и не решался.

— Кхм! — наконец не выдержал Из. — Так что удалось узнать в Кантерлоте?

— Увы, — взяла слово Твайлайт, — Существенного не так много, как хотелось бы. В основном что-то на уровне сказок и домыслов, слишком уж давно это было. Похоже, что эти существа… Условно назовем их "Твари". Так вот. Похоже, они существовали где-то в глубинах Леса с начала времен. Но по какой-то причине последнее тысячелетие, а то и больше, они спали. По какой? Тут ничего понятного. Сказки и есть сказки. Похоже, причину мы сможем узнать только если найдем их логово. Ясно одно: они проснулись и, чтоб усыпить их обратно, надо идти. У меня все, — закончила она так, словно читала доклад.

— Что у меня, — взял я слово. — "Отставник" подтвердил, что твари активизировались. Прошлой ночью видели уже двоих одновременно. То есть надежды, что все это одна и та же тварь рухнули. И боюсь, что чем дальше, тем будет хуже. Также он обещал, что с нами пойдут гвардейцы Селестии.

— Гвардейцы? — переспросила Пинки. — Гвардейцы это конечно хорошо, красиво, парадно, и вообще они у нее симпатяги. Но вот что охота уточнить, так это: все ли из нас пойдут, и как все это будет. — прозвучало все это как-то даже слишком серьезно для Пинки Пай. Возможно, даже на ней сказывалось напряжение. Хотя… Пинки и напряжение в одном предложении…

Вдруг на маленькой рации, лежавшей рядом, пискнул сигнал. Кто-то требовал связи. К ней тут же подскочила Скуталу. Похоже, таская ее эти дни, она уже считала ее лично своей. Наушник не позволил нам что-то услышать, но сложно было не заметить, как испуганно округлились глаза Скут.

— Ну, что?

— Что там?

— Че-т случилось, да?

— Скут! Не молчи.

Скуталу нервно сглотнула:

— В общем… Сегодня ОНИ напали на пони.

— Что? — переспросила Твайлайт. — Они что?

— ОНИ НАПАЛИ НА ПОНИ!!! — голос Скуталу нервно сорвался.

Мертвая тишина повисла в комнате.

— Дождались, — прошептал Из.

* * *

Выступать было решено завтра же.

Шли все.

Гвардейцы — в роли охраны.

Я, Из и, отчасти, Эплджек — бойцы.

Радуга — разведка с воздуха.

Деринг Ду — следопыт и опытный археолог, спец по храмам.

Твайлайт Спаркл — магическая поддержка.

Дитзи "Дерпи" Ду — связист с отличным слухом.

Скуталу — второй связист-стажер. Сначала хотели ее не брать, но оказалось, что больше никто просто не владеет рацией. Решили просто держать ее поглубже в тылу отряда.

Пинки Пай — да просто захотела. Да и "пинкичувство"…

ГЛАВА 9

Лесной Храм

Ранним утром группа пони вошла в Лес. Но это была не увеселительная прогулка. И несли пони не корзинки с едой. Они несли с собой оружие, то немногое, что могло сейчас гарантировать им жизнь.

Даже самая маленькая из них — рыжая пегаска школьного возраста, имела при себе что-то вроде портупеи с закрепленным на ней метательным ножом и небольшой рацией.

Пони шли долго. Прошло уже более трех часов, как вошли они в Лес. Давно уже прошли они болото Фрогиботом, дальше которого мало кто и когда забредал. Но песочного цвета пегаска в пробковом шлеме вела группу все дальше, в самую глухую чащобу.

Вдруг деревья расступились, образуя поляну, посреди которой возвышался… Да нет. Он и образовывал поляну. Огромный, совершенно свободный от растительности, курган, чьи масштабы сложно себе представить посреди Вечнозеленого Леса.

Одна из сторон кургана была срыта. Возможно — взрывом. Обнажились огромные ступени, приглашавшие войти в зиявший позади них провал в стене.

— Стоп! — притормозил я Деринг, собравшуюся уж было вломиться внутрь этого…. чего бы оно ни было.

— Чего?

— Нельзя переть всем одновременно. Нужно разбить отряд.

— Верно, — поддержал Из. — Иначе, случись что, вместе и сгинем, а так хоть шансы будут.

— Интересно, — прервала нас Твайлайт. — Это мне кажется или курган и в самом деле из…

— Агась. Забавно. Интересно, зачем эт кому-т понадобилось тратить столько соли?

— Тьфу! — скривилась Дэш, вытирая рот ногой. — Точно соль!

— Ну. Тут все не так сложно понять, — включила ментора Твай. — Дело в том, что соль — один из самых необычных минералов. В больших количествах, если верить книгам, а у меня нет причин сомневаться в их правоте, соль способна блокировать магию или отражать ее. Кроме того, вы просто не представляете, в каком количестве колдовских обрядов она может использоваться! Ее мощь просто потрясает! Сейчас постараюсь объяснить. Начнем с того, что вообще такое соль. Вернее каменная соль, как мы видим здесь. Это, как вам известно, минерал подкласса хлоридов, обычно прозрачно-белого цвета…

— А если короче и для простых пони? — прервала ее Радуга, поднявшись выше и зависнув над курганом.

— Если совсем коротко, то…

— Нет! Еще короче!

— Кхм… То кто-то очень хотел, чтоб содержимое этого кургана никогда не попало бы наружу, и сделал для этого все. Кстати. Если это какой-то могильный курган, то вот так просто лизать землю я бы на твоем месте не стала бы.

— Тьфу! Тьфу! — Дэш скривилась. — Бэ-э-э…

— Конечно, это всего лишь земля, но могильную землю часто используют в черном колдовстве, — уточнила Твай. — Лизать ее я бы не советовала.

— Разрешите все-таки вас прервать, — влез я. — Давайте с составом групп разберемся.

— А че тут думать-т? Я с тобой, агась? — подмигнула Эплджек.

— Извини, ЭйДжей, но я бы хотел, чтоб ты пошла в основной группе, а не в разведке. Со мной сейчас может быть слишком опасно. Согласна?

— Ла-ано…

— Да! И присмотри там за Скут.

— Окей.

— В разведывательную группу, кроме себя предлагаю, само собой, Деринг, Иза и Дерпи, как связиста. Ввиду малого радиуса действия раций под землей предлагаю порядок передвижения "по контрольным точкам". То есть. Разведгруппа доходит до определенной точки, радирует, что все свободно. На эту точку выдвигается основная группа. Разведка идет дальше. Таким образом, можно будет обеспечить взаимную безопасность.

Идея всем понравилась.

Мы заготовили факела из окружающих деревьев, и наша разведка сторожко ступила внутрь.

И сразу повеяло каким-то могильным холодом. Жутью.

И ведь непонятно, почему? Ведь перед нами ничего такого страшного не было. Одно за другим открывались какие-то храмовые помещения со всей сопутствующей атрибутикой. Ничего такого. Обычный храм, по которому уже пошатались мародеры. Ловушки, конечно, попадались, но все они или были разряжены кем-то до нас, или разряжались нами по дороге.

Вот разве что помещения шли по кругу и как-то под уклон. Но первое явно объяснялось формой кургана. Касательно же второго — мы, по моим прикидкам, были уже сильно ниже уровня земли.

Где-то в середине этого спуска пред нами предстала распахнутая настежь тяжеленная дверь с непонятной конструкции замком.

— Ой! — негромко сказала Деринг, обо что-то споткнувшись. Она посветила вниз. Это был череп пони.

С этого момента кости стали попадаться нам все чаще и чаще. Единичные, парами, тройками, десятками… Рядом с костями валялось проржавевшее и сгнившее оружие, остатки доспехов, еще какая-то мелочь… Поневоле появлялось сомнение: "А какого Дискорда мы тут вообще делаем своим смешным отрядиком?"

Мы вышли в большой, пустынный зал, в котором почти не было костей. Из зала было два выхода: "горизонтальный" — напротив того, которым мы вошли и "вертикальный" — в довольно узкий проход под потолком, куда, видимо, когда-то вела мощная лестница. Сейчас от нее остался лишь узкий карниз. Еле-еле чтоб пройти пони.

Решено было оповестить вторую группу о новой точке, а самим пока проверить "горизонтальный" проход.

Не повезло. Скоро мы уперлись в тупик. Пришлось вернуться не солоно.

— Там тупик, — оповестил всех Из так, будто об этом нельзя было догадаться.

— Предлагаю привал, — проронил я и все согласились. — Потом двинем наверх.

— А туда уже двинули! — сообщила Скут.

— КТО? — мы с Изом оглянулись.

— Радуга, конечно. Сказала, что только одним глазком…

— Ой-ей! Ка-как стра-анно…

Мы перевели взгляды на вдруг начавшую вдруг бешено плясать и дергаться Пинки.

— Та-тако-е-е бы-был-ло то-тольк-ко один ра-раз со мно-ой! Ко-ко-ког-да-а-а Фла-атерша-а-ай…

Где-то недалеко раздался крик.

Ужас мелькнул на лице Иза.

Белая молния метнулась под потолок — к проходу.

— ЗА МНОЙ!!! — чуть не срываясь проорал он, скрываясь в проеме.

Я, Деринг и Дерпи кинулись за ним.

Вверху оказался небольшой зал с еще одной лестницей.

Черно-белый клубок катался по залу. Почти в центре зала валялась Тварь. Из черепа ее торчала рукоять ножа.

Не сразу заметил я Радугу, лежавшую, сжавшись возле дальней стены. По каменным плитам медленно, но неостановимо растекалась кровь…

Жива. Вернее, пока жива.

По животу, через правый бок тянулись глубокие резаные раны. Похоже, Тварь дотянулась только когтями. Чуть сильнее и Дэш уже не было бы в живых. Впрочем, с такой кровопотерей шансы выжить и так стремительно падали.

Влетевшая в зал чуть позже меня Деринг кинулась на помощь Изу, я же попытался помочь Дэш. Нет. Одному тут было не справиться. Все, что я мог тут сделать в одиночку это вкатить обезболивающее.

Громкий визг разорвал воздух зала. Я оглянулся.

Тварь, с которой боролся Из лежала на плитах. Из ее глаза торчал нож. Видимо, брошенный Деринг. Из навалился на рукоять, с хрустом вгоняя нож дальше в мозг. Тварь конвульсивно дернулась и затихла.

— Что с ней? — залитый кровью Из моментально оказался возле меня.

— Пока жива. Быстро. Нужна твоя помощь. Деринг — осмотрись, окей? Дерпи — пока ни слова остальным.

Я сорвал с крепления аптечку, в которой держал и походный хирургический набор.

Слава Селестии Из, видимо, в своих походах, тоже обрел кое-какие медицинские познания. Тварь, похоже, не задела всерьез органы, но все равно предстояла сложная и кропотливая работа. Мы смогли приостановить кровотечение, обеззаразили рану. Пока я держал края раны, Из наскоро соединял их медицинским степлером, повторно обеззараживал, накладывал асептический пластырь, самый большой из имевшихся в аптечке.

Но все это были полумеры. Радуге срочно необходима была профессиональная операция.

— Что с Радугой? — влетела в зал Скуталу.

— Агась. Че случилось? — появилась следующей Эплджек.

Вслед за ними по очереди появились и остальные.

— Тише! — взмолился Из. — Не трогайте ее пока! Малейшее движение и рана может открыться.

— Алекс! Из! — раздался откуда-то сверху встревоженный голос Деринг. — Подойдите-ка сюда!

— Что-то нашла?

— Ага. Это надо видеть.

Следуя за нашим проводником, мы оказались, видимо, в главном зале

храма. Он был огромен. Действительно огромен. Все его стены скрывались в непроглядной тьме, лишь на какую-то подставку недалеко от входа падал из щели в потолке магический свет.

Мы подошли. Подставка была каменной с явной выемкой посередине, сплошь покрытой какими-то странными узорами, плавно переходившими в непонятный мне текст.

— Общий смысл примерно такой, — просветила Деринг. — Я, великий Понилдор* закрыл этот храм… тра-та-та… Ничего интересного. Разве только упоминается, что тут должен быть какой-то артефакт.

Тут луч света от моего фонаря упал на какую-то жуткую статую совсем рядом. И еще одну… и еще… Штук двадцать из них были сейчас расколоты. Внутри они были совершенно пусты. Как кокон после того, как из него вылезла бабочка. Вот только существа, вылезшие из этих коконов, были далеко не столь прекрасны.

Я прошелся вдоль ряда статуй, несильно постукивая по тем, что еще были целы. Судя по звуку, они тоже были полыми, но заполненными чем-то внутри.

Я попросил Деринг помочь мне посветить дальше, и мои опасения подтвердились. Фонари наши, хоть и не были мощными, но все же осветили добрую сотню еще целых статуй. А сколько их тут всего? Пятьсот? Тысяча? Больше?

Лично мне все стало более-менее ясным здесь. Кроме главного — кто. Уже выходя из этого гигантского инкубатора тварей, мы увидели на стене знак. Четыре черных подковы в белом круге, собранные вершинами внутрь.

— КонАрм? — явно удивилась Деринг.

— Знаешь этот знак? — переспросил Из.

— Ага. Сталкивалась.

— Расскажешь потом?

— Ага.

— Так, — прервал их я. — Здесь мы, похоже, уже ничего не найдем. Пора убираться отсюда. Остальное потом.

И мы поспешили.

Нужно было возвращаться как можно быстрее. Состояние Дэш могло ухудшиться в любой момент. Использовав копья, гвардейцев и одну из прихваченных с собой палаток мы соорудили нечто вроде носилок для Радуги и аккуратно переложили ее в них, решив, что Твайлайт не стоит нести ее все время. Нам могла понадобиться магическая помощь. Весь обратный путь мы проделали одной группой и так быстро, как только это было возможно, позволив себе отдохнуть только выйдя из храма. Да и то только пока Дерпи связывалась с Понивиллем, требуя выслать нам на встречу медиков, а Твайлайт пыталась завалить вход. Как ни странно, но у нее ничего не получилось. То есть, вообще ничего! Ее рог светился, но не мог поднять даже камушек с земли, настолько, по-видимому, было велико влияние соли. Может быть, можно было бы придумать что-то еще, но времени у нас было в обрез, поэтому, как только подтверждение того, что нас встретят было получено, мы тронулись в обратный путь по вечереющему уже Лесу.

Мы снова шли ромбом, прикрывая собой носилки и Скуталу. И, как оказалось, правильно делали.

Сначала задергалась Пинки. А потом и слух Дерпи оповестил нас об атаке. Времени оставалось только на то, чтоб опустить носилки и окружить их.

Нас атаковали. Грамотно. Организованно. С нескольких сторон одновременно. То ли пять, то ли шесть тварей. Если вспомнить состав нашего отряда — этого было много. Так много, что весь этот бой… Да нет. Скорее всю эту грязную драку я лично видел лишь кусками.

Гвардейца, в прыжке закрывающего собой одновременно Радугу и Твайлайт.

Скуталу с полными ужаса глазами и ножом в зубах, стоящую над носилками.

Какие-то куски из собственной драки с налетевшей на меня тварью.

Иза, несколько раз подряд всаживающего нож в другую тварь.

Рог Твай, горящий столь ярко, что больно было смотреть.

Как снова сбил Тварь, готовившуюся прыгнуть на Скут и носилки с Радугой.

Дитзи, чья рация приняла удар, предназначавшийся ей, и теперь использовалась по голове одного из монстров.

Гвардейца, с зубами сомкнувшимися на шее.

Иза и Деринг, пытающихся вдвоем одолеть одно из этих существ.

То, как сам кинулся на помощь Пинки Пай и, как Эплджек арканом тащила ту же тварюгу с меня…

Закончилось все, как и начиналось — резко и внезапно.

Просто понял, что никто больше не нападает. Все стихло. Твари ушли.

Беглый осмотр подтвердил, что все живы. Побиты, порваны, но живы!

Хотя… Не совсем… На траве остались лежать оба пошедших с нами гвардейца. Одному, похоже, тому, что закрыл собой носилки с Радугой и Твай, сломали хребет. Второму же просто повали глотку, атаковав с двух сторон одновременно.

На той же траве валялись четыре атаковавших нас существа.

Мы приходили в себя.

К счастью для нас, больше засад мы не встретили. Так и добрались до города. Четверо несли носилки с Радугой. Из, конечно, был среди них, пытаясь не дать Радуге уснуть. Те, кто не нес носилки, нес убитых гвардейцев, завернутых в палатки. Только Скуталу, сохранившая работоспособную рацию, никого не несла. Она тихо, очень тихо, шла, прижимаясь ко мне.

Наконец, мы увидели город и встречающих нас медиков во главе с кем-то из докторов. Однако реакция Скут на их появление оказалась очень странной. Она спряталась за моими ногами и попросила укрыть ее.

— Кэндифилд… — услышал я. И поразился тому, с какой ненавистью это было сказано!

Я был немного в курсе дела. Ровно настолько, насколько пожелала рассказать Скут, хотя она не упоминала даже имени этого врача, поэтому, пользуясь тем, что носилки уже были поставлены, попросил Эплджек помочь. Та быстро, даже не задавая вопросов, хотя и выразив взглядом удивление, согласилась и подошла вплотную ко мне, прижимаясь боком и также закрывая Скуталу.

Врач подошел ближе.

— Алекс, если не ошибаюсь?

— Все верно, а вы…

— Хортвелд. Доктор Хортвелд. Нас послал вам навстречу тот гвардеец, что поселился в нашем городе…

— Верно. Это я просил его. У нас серьезное ранение, — кивнул я на санитаров, уже перехвативших носилки с Радугой.

— О да. Я вижу. Не беспокойтесь. Её быстро доставят в больницу. Быть может, есть еще что-то, чем я мог бы помочь?

— Возможно. У вас в больнице есть морг?

— Простите?

— Ну или хоть какое-то холодное помещение — у нас два трупа.

— Да, да, конечно имеется, просто не сообразил я, старый, сразу. Так редко в нашем городке можно услышать это слово.

— Понимаю. И есть еще одно дело. Я хотел бы поговорить с той пони, на которую напали прошлой ночью.

— Увы. Это не представляется возможным. И, боюсь, больше не представится. Если только вы не умеете разговаривать с духами.

— Мда… Понятно. Тогда не буду вас больше задерживать. Буду в больнице, как только смогу.

Врач кивнул, не говоря больше ни слова, развернулся и пошел вслед за уже подхватившими носилки санитарами. Бригада медиков спешно скрылась из виду, унося с собой Радугу.

— Выходи, Скут — шепотом сказал я, — Он ушел.

Скуталу осторожно высунулась из-за наших ног.

— Если бы вы знали, как я его НЕНАВИЖУ! — прошептала она.

— А в чем дело-т? — так же тихо переспросила ЭйДжей, все еще прижимаясь ко мне.

— Я… Я потом расскажу, — осеклась Скут.

Эплджек посмотрела на меня. Я тихонько кивнул. Она не знала, но, похоже, о чем-то догадывалась.

— Что будем делать дальше? — подошел к нам Из.

— Разведи всех по домам. Скажи, что сегодня в больнице дежурим мы.

Эплджек замотала головой:

— Я с вами. Только домашних предупредить надо.

— Я тоже, конечно, — напомнила Скуталу.

— Хорошо. Тогда мы заглянем сейчас на ферму, потом к отставнику, потом в больницу.

— Понял, — кивнул Из. — Буду ждать вас там.

На ферме мы пробыли недолго. ЭйДжей вкратце и ничего не уточняя объяснила встреченному нами возле амбара Макинтошу, что одна из ее подруг попала в больницу, и она заночует сегодня где-нибудь еще. После чего мы просто развернулись и побежали обратно в город, оставив Маки в одиночестве переваривать услышанное.

Отставника мы на этот раз поймали рядом с домом. На сей раз он не сказал нам ничего нового. Я заказал ему рации. Немного поколебавшись, попросил распорядиться перебазировать в город полсотни гвардейцев.

И мы побежали в больницу.

ГЛАВА 10

Ожидание

Неяркое освещение. Тусклые бело-зеленые краски вокруг. Вечный аромат больницы.

Мы сидели в коридоре уже более часа, пока шла операция. Я, Скуталу, Эплджек и Из. Разговаривали мало — все уже было переговорено до этого. Да и сил уже было мало — для операции понадобилась кровь, слишком много Дэш ее потеряла. К счастью — у всех нас она подходила.

Двери предоперационной распахнулись, и вышел Хортвелд.

— Жить будет, — слегка улыбнулся он. — Не знаю про период выздоровления, но жить буд-дет…

Скут, похоже, хотела нырнуть под скамью, но не успела.

— Скуталу? — удивился врач.

— Ничего не говори! — процедила та, сжав зубы.

— С-скуталу, я…

— ЗАТКНИСЬ!!!

Скуталу трясло. Не от страха. От ненависти.

Я решил расставить все точки сразу.

— Доктор, — обратился я к нему. — Нужно поговорить. Давайте-ка отойдем.

Мы вышли из здания.

— Вы что-то хотели мне сказать?

— Верно. Хотел. Хотел сказать ТЕБЕ, чтоб ты не трогал Скуталу! Она уже не та беззащитная, маленькая пегаска, которую ты предал! И у нее есть мы! Поэтому, если ты намерен сообщить о ее местонахождении в приют, куда пытался ее упечь, советую подумать еще раз.

— Нет! Я лишь пытаюсь сказать…

— Я, быть может, не знаю мотивов твоего поступка, но я не могу себе представить чего-то более гнусного, трусливого и подлого! Она надеялась на тебя! Ты плюнул ей в лицо! И теперь ты чего-то хочешь, да?! Хочешь изменить ее отношение к тебе?! Ведь так?!

— Да…

— Так вот. Забудь! Такого не прощают! Все, на что ты можешь надеяться, быть может, это на то, что со временем она поймет твои мотивы. Может быть. А вот о прощении можешь забыть абсолютно точно! Подлости таких масштабов, оставляющие без крыши над головой того, кто и так уже получил от жизни страшный удар, не смываются!

— Я… Я не знаю, что делать… — Хортвелд рухнул на ступени.

— А ничего не делать! Лучший из вариантов для тебя — не обращать на нее внимания. Относиться так, будто видишь первый раз в жизни. Просто пациент — как ты когда-то изволил выразиться.

— Наверное, вы правы… Я постараюсь… Я так и сделаю…

— Надеюсь, тебе не надо будет напоминать, что о Скуталу никто от тебя ничего не должен узнать?

— Да… Да, конечно… Я понял…

— Хорошо если так. А теперь возвращайся в больницу.

Хортвелд удалился. Я постоял еще какое-то время на ступенях, чуть успокаиваясь, и тоже вернулся к своим.

ЭйДжей тихо дремала на скамье.

Из хмуро пялился на двери, похоже, тоже не до конца отделяя сон от яви. Что и неудивительно, учитывая весь этот день и то, что крови он сдал намного больше нас.

Скуталу, забравшись на сиденье с ногами, сжавшись, тихонько смотрела на меня.

Я присел рядом.

— Хортвелд больше не проблема. Думаю, он никому, ничего не скажет, — "по крайней мере сейчас," — подумал я.

Скуталу еле слышно выдохнула:

— Хорошо…

Лишь предательски дрогнула губа.

Я приобнял ее крылом, и мы продолжили ждать…

* * *

Тихо сработал "вызов" лежавшей под сиденьем рации.

Скут встрепенулась и передала мне наушник.

— Слушаю. Алекс.

— Алекс? Это я Кэп, — послышалось сквозь треск статики. — Заказ на рации дал, будут завтра. Прибыла полусотня гвардейцев — куда посылаем?

— М-м-м… Отправь шестерых сюда, в больницу. Четверых — к дому Флатершай и несколько на ферму Эплов. Остальных — расквартируй и расставь посты на свое усмотрение.

— Есть. Понял.

— Нападения сегодня были?

— Пока ни об одном не слышал.

— Хорошо. Еще что-то?

— Никак нет.

— Тогда конец связи.

— Конец связи.

— Че-т… …чилось? — зевнула Эплджек.

— Да нет. Просто в город прибыли гвардейцы, которых я сегодня запрашивал.

— А-а… Неплохо.

— Угу.

И снова тишина…

* * *

Не знаю, сколько времени прошло.

Из дверей, ведших в предоперационное помещение, снова появился уставший Хортвелд. Вслед за ним санитары выкатили носилки.

— Все будет в порядке, — проговорил он, старательно не смотря на Скуталу. — Двухместная палата на втором этаже. Соседняя койка пуста. Правое крыло. Можем разместить вас в соседней, одноместной, если хотите.

— Конечно, — кивнул за всех очнувшийся Из.

— Пойдемте, я провожу.

Хортвелд показал нам палату. Ну… Крашеные стены, лампа и довольно широкая койка без тумбы, занимавшая почти всю крохотную комнатку, за исключением каких-то аппаратов.

— Вот. За сим, позвольте откланяться. Если я понадоблюсь — я внизу, в комнате дежурного врача. Сестра — на этаже. Доброй ночи, — тут он, похоже, все же глянул на Скуталу, судя по тому, как сверкнули льдом ее глаза.

Дверь за врачом закрылась.

— Я пойду, подежурю, — поднялся с койки Из.

— Агась. Потом я, — ЭйДжей повесила шляпу на какой-то прибор и растянулась на койке.

— Договорились, — кивнул я и тоже прилег.

Из вышел.

С другой стороны койки приткнулась Скуталу, заставляя нас с Эплджек придвинуться еще плотнее друг к другу… Я, конечно, могу ошибаться, но, судя по выражению лица ЭйДжей, она не имела ничего против. А я и подавно.

* * *

Проснулся я уже далеко за полночь.

ЭйДжей уже не было, зато валялся Из. Это уже меня совсем не интересовало. Значит, пора вставать. Я огляделся. Темно. Скуталу стоит рядом и смотрит в окно на ночное небо. Я перевел взгляд на окно, за которым ярко светилась, выделяясь среди остальных, одинокая звезда. Что ж. Луна ведь ведает еще и связью с загробным миром и умершими. Так что кто его знает, быть может, это был привет для Скуталу…

— Скут.

Пегаска вздрогнула:

— А?

— Давно они сменились? — кивнул я на Иза.

— Ну-у… Больше часа точно.

— Пойду, посмотрю, как они там.

— Ага…

И она снова вернулась к ночному небу и звезде.

Я вышел в коридор.

Меня приветствовали двое гвардейцев у дверей палаты. Еще двое стояли у лестницы. Расспросив их, узнал, что еще пара расположилась на первом этаже. Что ж. В целом грамотно…

Я вошел в полутемную палату.

У койки Радуги дремала на стуле Эплджек.

Я тихонько потряс ее за плечо.

— А? Че?

— Иди поспи, — прошептал я. — Я подежурю.

ЭйДжей кивнула и тихо вышла.

Я уселся на стул. Прикрыл глаза.

Снаружи встрепенулась стража.

Чье-то копыто легонько стукнуло в дверь.

— Разрешите? — негромко спросил Хортвелд, входя.

— Да ты уж тут…

— Я только проверить ее состояние.

— Долго она еще может так проваляться?

— Не думаю. Скоро должна прийти в себя, правильно делаете, что дежурите.

— А в целом?

— Организм, конечно, молодой, крепкий, но даже так может понадобиться несколько недель.

— Мда… Есть ли они у нас… — негромко вырвалось у меня.

— Вы что-то сказали?

— Да нет.

— Тогда я удаляюсь.

И Хортвелд вышел.

Из вновь навалившейся дремы меня вывел тихий скрип двери.

На пороге появилась Скуталу. Она тихонько подошла к стулу и уселась прямо на пол.

— Как она? — одними губами спросила она, уже зная ответ.

— Хортвелд сказал, что скоро может прийти в себя.

Скут грустно посмотрела на меня.

Я вздохнул, подхватил ее и усадил себе на ногу.

Мы стали ждать.

* * *

За окном потихоньку забрезжило утро.

Я сидел один. Скут уже ушла к тому времени обратно в нашу палату.

— Алекс?

Я вздрогнул, приходя в себя.

— Радуга! Очнулась?!!

— Аг-га… Наверн… — неуверенно улыбнулась пегаска. — Где я? Больница? Че случилось?

— А ты что-то помнишь?

— Ну… Как в храм этот вошли — помню. Как путь решила разведать. Как что-то кинулось на меня. Я заорала. Вроде попробовала от удара уйти. Не получилось. Потом я, наверное, влетела в стену. Что дальше — хоть прибей не вспомню…

— Скажем так. Будь те твари точнее при ударе, будь он сильнее, будь у тварей чуть больше времени или не окажись при нас аптечки, этого разговора могло бы и не быть.

— Спасибо, Алекс.

— Э не! Не мне говори спасибо, а Изу! Это он кинулся в копытопашную на двух тварей сразу, отвлекая их от тебя. Это он оперировал тебя на месте, чтоб дать шанс добраться сюда. Это он тащил тебя всю дорогу. Это он сдал, большую часть крови на необходимое тебе переливание, хотя и мы помогли. Наконец это он дежурил тут почти всю ночь.

По мере того, как я говорил, глаза Радуги увлажнились.

— С-сено… — сморгнув, пробормотала она еле слышно. — А в нем и правда что-то есть…

Она надолго замолчала.

— Можешь… позвать его сюда? — отдохнув, уже громче и внятней, но все еще с какой-то дрожью в голосе, попросила она.

— Конечно, — поднялся я.

— Из! — шепотом пытался дозваться я брата, тряся его.

…

— Из! Подъем!

— А? Чего? Уже пора?

— Тихо! Радуга очнулась. Хочет поговорить с тобой.

Вот тут он моментально проснулся! Только я его и видел!

Я не стал ломиться вслед. Им нужно было поговорить, и я был бы там лишний. Вместо этого я впихнулся в свободное пространство между поднятым бортом койки и Эплджек.

— Э, Из! Полегче! Не прижимайся! — сквозь сон проговорила ЭйДжей.

— Это я, Алекс.

— А! Ну тада ла-а-ано, прижимайся! — тихо улыбнулась она.

Я лежал на больничной койке, всем телом ощущая дыхание пони, которая мне так нравилась, и вдыхал аромат, исходящий от ее гривы. Аромат земли, лета, солнца, немного пота, свежего сена, выпечки и, конечно, яблок. И, несмотря на все трудности, что еще предстояло преодолеть, все вопросы, что еще нужно будет решить, появилось стойкое ощущение того, что у нас все будет хорошо.

Я был счастлив.

ГЛАВА 11

Выздоровление

Конечно, Скуталу не очень понравилось, что я не разбудил ее тут же, как очнулась Радуга, но, узнав, что у них с Изом был разговор наедине, она тут же прекратила дуться, улыбнулась и, кажется, даже подмигнула той.

Вообще, как на мой взгляд, вернулся тогда Из в каком-то смятении, но определенно положительном.

Позже он проговорился, что тогда она попросила его наклониться поближе и…

А пока, выздоровление Радуги шло полным ходом. Из таскал цветы и фрукты, быстро договорился с Деринг, оказавшейся отличным рассказчиком, вместе с Пинки готовил вечеринку… В общем, все свободное время проводил с Радугой и для нее.

Этому тем более способствовало отсутствие нападений со стороны тварей. Скорее всего, благодаря тому, что просто никто не отходил далеко от крайних домов, а твари, которых продолжали видеть, к ним пока не совались.

Конечно, я сообщил "отставнику" и о следах КонАрма, найденных нами в том храме-кургане в Лесу, но, в силу их специфики, поиски ближайшего отряда могли затянуться еще надолго, даже нашими силами.

Поэтому мы, то есть я и немножко Из, занялись кое-какой подготовкой города и горожан. В порыве бурной деятельности сразу были организованы и подчинены "отставнику" ночные дозоры*, теперь обходившие город, делались рогатки для перегораживания улиц на ночь, были расставлены гвардейские караулы, организованы запасы провианта.

Даже Изовское "полнолуние" успело как-то не заметно пройти.

И вот все это за каких-то три дня!

Больше, слегка окрепшая Дэш, вынести не смогла, затерроризировала Хортвелда, за что и была выписана для домашнего постельного режима, по настоянию Иза, и к радости Скуталу, проходившего в нашем с Изом доме, для чего выделялась одна из комнат первого этажа.

Как раз в день торжественного выдворения Радуги из больницы и состоялась вечеринка, которую Пинки громко назвала "Вечеринка в честь Второго Рождения". Думаю, что тут нет смысла описывать эту вечеринку, она устроена Пинки и поддержана Эплджек, и этим уже все сказано. Разве что мы с Изом в этот раз старались меньше пить — вдруг враг, а мы не при параде?*

Так, в работе, тренировках и посиделках протекли еще несколько дней. За все время — всего пара мелких стычек с одиночными тварями и совсем ничего интересного. Пока однажды…

* * *

Пока однажды Скут не появилась дома чем-то сильно расстроенная, не метнула свой ранец в угол комнаты и не ушла к себе, закрыв дверь.

Выждав какое-то время, я пошел следом.

— Скут? — я осторожно постучал в дверь.

— Входи, открыто.

Скуталу лежала на кровати, положив голову на скрещенные ноги. Перед ней была какая-то фотография, которую она, впрочем, тут же спрятала. Редко, очень редко можно было увидеть ее такой.

— Что случилось?

— Да так… Почти ничего.

— Вижу, что случилось, — я присел на край кровати. — Расскажешь?

— Да и рассказывать-то особо нечего. Черили объявила сегодня об очередном родительском собрании. Завтра. Опять придется что-то врать. А тут еще и эти *нехорошее слово, непонятно из чьего лексикона почерпнутое* прицепились. Тиара со Спун. Пронюхали ведь откуда-то, что я тут у вас живу. Ну и пошли "петь" про это по всей школе, — Скуталу с силой хлопнула копытцем по кровати. — Как все это достало! Но что тут еще придумаешь…

Я слушал и думал: "Сказать или нет?". Как она это воспримет? Да и самому было боязно за результат…

— А ведь как охота что-то в этом всем изменить! — продолжала Скут. — Пожить, как все нормальные пони. Ты не думай, я без претензий к вам с Изом. Просто достала вся эта ложь, из которой то и дело приходится выкручиваться другой ложью и вечные издевки…

Скут вздохнула, уткнулась в скрещенные ноги лицом и затихла.

"Сказать!" — решился я.

— Ну… Вообще… — я прилег рядом, так что теперь мы находились лицом к лицу. — Вообще-то, есть еще один вариант. Тоже не самый простой и не лишенный вранья, но позволяющий избавиться от проблем.

— Да? — встрепенулась Скут. — Какой?

"Ну… Была — не была".

— Опека, — выдохнул я.

— Т… Ты с-серьезно? — Скуталу замерла.

— Да. Мы с Радугой поговорили об этом на днях, и готовы оформить опекунство. Мы подумали, что это может решить многие проблемы сейчас и в будущем. Но только если ты этого захочешь, конечно!

— Я… — на глазах ее выступили слезы. — Конечно, я согласна!

И маленькая пегаска обняла меня за шею.

Камень скатился с моих плеч и с шумом рухнул где-то наверху.

Только вот как бы теперь это все устроить?

Оформлять документы пошли втроем: Я, Радуга и Скут. Из остался разбирать завал, образованный рухнувшим книжным шкафом — результат попытки найти что-то на самой верхотуре. Да и Радуга уже вполне могла передвигаться самостоятельно.

Конечно, у нас в Понивилле не было приюта, слишком уж мал для этого наш городок, ближайшее подобное учреждение находилось аж в Кантерлоте, но, тем не менее, небольшая контора, ведавшая подобными делами, имелась и у нас.

Скромное, очень простое с виду здание. Небольшой светлый зал с мягкой мебелью и столиком с газетами. Много зелени. Слева от входа — конторка секретаря. Самая, в общем-то, обычная казенная приемная, мало чем отличающаяся от сотен себе подобных. Тихо. Спокойно. Чисто. Прохладно. Казенно.

Как ни странно, сам процесс оформления бумаг не занял много времени. Разве что секретарь, невзрачная, но строгая пони с забранной в пучок гривой, в очках и блеклом костюмчике, заполнявшая большинство формуляров, как-то странно на нас посмотрела, когда прозвучало имя Скуталу.

— Надо же… — прошептала она.

— Что-то не так? — уточнил я.

— Да нет… В общем-то, нет… Распишитесь.

Мы с Дэш, внимательно перечитав подаваемую бумагу, поставили на ней те закорючки, что считали своими подписями. Секретарь подхватила копытом плоскую печатку, подышала на нее и с громким, сочным стуком припечатала все пережитое Скуталу и всю ее дальнейшую судьбу, выразившуюся в скупом десятке чернильных строчек на дешевеньком типографском бланке.

— Ну вот! Поздравляю тя, Скут! Теперь ты официально живешь у Алекса! У меня, конечно тоже, но там условия не те*, да и дом теперь не всегда на месте, — весело прищурилась Дэш, выхватив у секретаря свежепроштампованный листок.

— Поздравляю! — тепло улыбнулся я. — Теперь ты официально часть нашей семьи, а главное, можно снять с себя тяжеленое ярмо.

— Сп-пасибо вам! — Скут с грустной улыбкой обняла нас за шеи…

* * *

Прошло еще какое-то время.

Подуставшая Радуга была отправлена домой, а мы со Скут решили найти Черили. По дороге обсудили единственную, хоть и большую ложь, которая нам предстояла. Ведь, стараниями Скут, в школе так никто ничего и не знал о смерти Копперболт. Каким-то образом это осталось тайной даже для Черили, которой положено знать все о своих учениках. Возможно, сыграло в этом роль то, что жили они особняком от остальных, да и Копперболт, в городе, я так полагаю, не знали. Но я не стал расспрашивать Скут об этом, а она не хотела об этом говорить. Да и не в этом сейчас дело. Надо было, в который уже для Скуталу раз, придумать подходящее объяснение взятию ее под опеку. Такое, чтобы как можно дольше не вызывало сомнений у окружающих. В конце концов, решено было говорить о поездке куда-то далеко на лечение, на не определенный срок. Криво? Конечно криво! Да и Скуталу наверняка уже говорила что-то подобное. Но что еще было делать? Что-то придумать было надо, а это был самый близкий вариант.

Заглянули и в больницу, где я еще раз переговорил с Хортвелдом, предупредив его об этой истории. Тот, не без опасения взглянув на меня, поклялся, что не сболтнет ничего лишнего.

Понадеявшись на его молчание, мы направились в школу.

Черили, как и предполагалось, была еще в школе.

— Здрасте, мисс Черили!

— Добрый вечер, Скуталу, добрый вечер Алекс.

— Добрый, — слегка улыбнулся я.

— Чем могу помочь? Опять что-то связанное со Скуталу?

— Да.

Скут поддержала меня кивком.

— Я вас внимательно слушаю.

И Скут поведала довольно складную историю о том, что ее мама отправилась на лечение куда-то далеко. Черили вроде бы поверила.

— Я понимаю, но все же… Почему вы пришли ко мне? Я ведь всего лишь учитель?

— Просто мы решили поставить вас в известность, — взял слово я. Лечение может занять длительное время, поэтому мы с Радугой, по просьбе Копперболт оформили опеку над Скуталу. Ничего, если на завтрашнее собрание придет кто-то из нас?

— Конечно приходите! Собрание будет завтра вместо занятий.

— Хорошо. Кто-то из нас обязательно будет!

Решив не провоцировать дальнейшие вопросы, и наскоро попрощавшись, мы поспешили удалилиться.

— Фух… — выдохнула Скуталу, как только мы отошли от школы. — Кажется прокатило.

— Угу. Будем надеяться. Пошли домой?

— Ага.

Домой мы вернулись, впрочем, еще не скоро.

Какая-то тварь решилась попробовать на зуб, крепка ли оборона города. Попробовала копья гвардии и решила, что доложит результаты своим собратьям уже на том свете. Если он у них существует, конечно.

Никакого моего участия там не требовалось. Просто было интересно понаблюдать. Впрочем, тварюшка ничего особо нового не показала.

* * *

К нашему возвращению "счастливый" до нельзя Из уже реанимировал пострадавший шкаф и сейчас заканчивал расстановку книг в каком-то одному ему известном беспорядке.

Стоявшая рядом Дэш то ли помогала, то ли командовала расстановкой…

— И где только Спайк, когда он нужен… — тихо пробурчал Из.

— Мы вернулись! А ты, я смотрю, книги полюбил?

— Ага. Не то слово. Особенно те громадины, что всегда почему-то торчат на верхних полках. Особенно в себя влюбляют. Если пролетят мимо.

— Радуга, ты ему уже рассказала?

— Я? Портить момент? Не-е… — ухмыльнулась радужногривая. — Надо было всем собраться. От теперь можно и шарахнуть!

— Так. Стоп, — Из отложил книги, — Чего это я не знаю?

— Я тебя поздравляю! — улыбнулся я, подпихивая крылом Скут. — В нашей семье прибавление! Мы с Радугой официально взяли под опеку Скуталу!

Из ошарашенно перевел взгляд с меня на Скут.

— Ага! — радостно кивнула та.

Взгляд перешел на Радугу. Та только чуть виновато улыбнулась.

— Ну… З-здорово! — выдавил, наконец, Из. — Все к тому шло. Только меня-то могли и предупредить.

— И не увидеть твоего обалделого взгляда? — Дэш, приняв эффектную позу, наслаждалась моментом.

…

— Тут есть еще одна новость, — встрял я в обмен взглядами.

— Какая? — судя по глазам, Из уже был готов ко всему.

— Завтра у Скут родительское собрание…

— И?

— Мы ведь опекуны? Значит, ставлю вопрос ребром: Кто пойдет?

— Э-не! — замахала ногами Дэш. — На меня даже не смотрите! Ску-у-ут! Ну не смотри, а? Сами ведь знаете, я небольшая любительница… э-э-э… подобного. Ну… не могу, и все тут!

— Из?

— А что я?

— Поддержишь меня?

— Ну…

Скут просительно глядела на него.

— Ладно. Пошататься где-нибудь рядом могу, но если придется ораторствовать — не рассчитывайте.

— Отлично! Ну, что, Скут? Заранее объявляю первое собрание благополучно состоявшимся!

— Ура! — просияла та.

* * *

И вот день "Д", а вернее день "С", наступил.

Из свое обещание сдержал, правда, в школу пошел "при полном параде". Даже рацию взял. Ну да кто ж его останавливает, тем более что она-то потом и пригодилась.

Собрание оказалось общешкольным, так что частные вопросы учебы и поведения, и, похоже, к облегчению некоторых, не рассматривались. За то сразу обнаружились знакомые лица: Эплджек, Морквуша, Рарити, Берри Пунш и некоторые другие…

В основном разбирались мелкие школьные вопросы, какие возникают на любом собрании. Правда, не обошли стороной и ЧП в виде взрыва каких-то реагентов в школьной лаборатории, на месте которого, впрочем, никого не поймали. Мне почему-то показалось, что наши Меткоискательницы об этом что-то знают…

Наконец дошли до главного вопроса собрания: безопасности учеников ввиду происходящих событий.

— В этом вопросе у нас имеется эксперт, мнение которого я предлагаю заслушать, — представила кого-то Черили. Как оказалось — меня. — Прошу вас, Алекс!

— А он здесь с чего вдруг?! — раздалось откуда-то сзади.

Этот голосок я теперь где угодно узнаю — Тиара!

— Он здесь, как опекун Скуталу.

Странный звук с задней парты. Недоуменный взгляд Рарити. Приоткрывшийся ротик ЭйДжей. Обалделые взгляды Свити Бель и Эпл Блум, обращенные к Скут.

— Алекс! Быть может, вы нам посоветуете, что нам сделать для повышения безопасности учеников?

— Э-э-э… Кхм! Само здание школы — постройка основательная, — начал на ходу импровизировать я, — Проникнуть в такое не легко. Основные пути, которые я здесь вижу — двери и окна. Их не мешало бы укрепить. Это пожалуй первое. Второе — связь. Без нее в этом случае — никуда. Из! — обратился я к брату, до того подпиравшему стену у дверей. — Передай-ка мне рацию. Думаю, ее лучше сразу оставить здесь. Агась. Спасибо. Третье — это организация небольшого запаса провизии в здании. С этим может потребоваться некоторая помощь.

— Ну, эт мы легко подсобим! — услышал я ЭйДжей. — Ежели дело за яблоками — запросто!

— Спасибо, Эплджек. Ну, а с пунктом Четвертым и последним я помогу вам сам.

Я связался с "отставником" и попросил его срочно отправить в Понивилль еще пару десятков гвардейцев. Тот пообещал, что у него есть небольшой резерв в подчинении, и его переброска в город не займет много времени.

— Пока не прибудет гвардия — предлагаю все же использовать уже готовые укрепленные здания, — я еще раз огляделся вокруг, но больше стены и мебель ни каких идей не подали, — Пожалуй, это пока все, что стоит сделать, — скомкано закончил я.

— Непременно! Спасибо вам Алекс за поддержку и безопасность наших учащихся! — взяла слово Черили. — а сейчас предлагаю устроить перерыв. Облегченно вздохнув, я поплелся на свежий воздух.

— Привет Алекс. Я, извини, правильно расслышала — "опекун"?

— Привет Рарити, привет ЭйДжей! Ага. Все именно так.

— Приветик. Так ты все ж решился. Эт правильно. Уважаю.

— А я даже и не знала, что у Скуталу с этим какие-то проблемы…

— Ну… Теперь уже нет, я думаю. Или по крайней мере их стало намного меньше.

— Кстати, насчет проблем… — Рарити обвела взглядом быстро пустеющую комнату. Ага. Нашла, — Свити! Надо поговорить, — и быстро направилась к сестре.

— Ваще здорово, Алекс, шо ты поступил именно так. Я и сама догадывалась, шо че-т не так, ток сделать ниче не могла, — глаза ЭйДжей передавали все даже лучше слов. — А у тя получилось помочь делом. И эт здорово! Однако и я, пожалуй, пойду-ка поищу тут "юного химика", пока не ушла, мне ведь еще седня яблоки везти сюда. А-т шо-т меня терзают смутные сомненья…*

И она, оглядываясь по сторонам, удалилась. Я же, просто стоял и смотрел как носятся вокруг жеребята. Делать было совершенно нечего. В конце концов это зрелище упорядоченного хаоса* мне надоело. Пожалуй, стоило найти Скуталу, однако, ее нигде не было видно, и я решил прогуляться.

Выйдя на площадку за школой, я услышал за деревьями какой-то странный шум и решил посмотреть, в чем там дело.

А дело было. И пахло оно дракой.

За деревьями, друг напротив друга стояли Скуталу и Тиара.

— Повтори-ка еще раз, как ты меня назвала? — осклабилась Скуталу, наступая.

— Я! Назвала! Тебя! Бездомной! — пятясь, проговорила, Тиара, явно не столь уверенная в себе, как, должно быть, была до этого.

Мой мозг выдал лихорадочную мысль: "Не дать Скут довести дело до драки". Легкая и спортивная Скут, против "рыхленькой" Тиары. Да еще и в таком состоянии. Тут могут посыпаться зубы. Если об этом узнают в школе, а в школе узнают, хоть рядом никого больше нет, но ведь это Тиара, то Скут же и будет хуже.

Однако, как оказалось, она и сама не думала доводить до этого.

Школа стояла на небольшом возвышении. За теми кустами, куда отступала Тиара, как оказалось, был небольшой, но довольно отлогий и каменисты спуск, оканчивавшийся кустами какой-то колючки. Расчет Скуталу оказался верен. Тиара оступилась и полетела, собирая по дороге все синяки и шишки, прямиком в кусты!

Скут подошла к краю, похоже, чтоб убедиться, что все все-таки не слишком серьезно, кивнула, видимо, самой себе, и только развернувшись, заметила за кустами меня.

— А мы тут… вот…

— Я видел.

— Ну… Не могу же я и в самом деле марать об нее копыта? Хотя вот в первый раз, когда она обозвала меня бездомной, еще там, на площадке, о-очень хотелось развернуться и ка-а-ак дать ей с обеих задних!

— Правильно сделала, что удержалась, — кивнул я. — А способ ее остудить все равно получился неплохой! Но все нужно доводить до конца.

— Что ты имеешь ввиду?

— Тиара ведь непременно растреплет всем, что это ты ее побила?

— Поняла. Точно. Надо подстраховаться.

— Пошли?

— Ага.

К моменту нашего возвращения в школу все как раз начали подтягиваться в класс для продолжения собрания. Правда, родителей уже было не так много, конечно. Самые основные темы уже обсудили, и многие сочли возможным удалиться по своим делам. Так, например, по словам понурых Блум и Свити, поступили Эплджек и Рарити. Да и кое-кого из учеников уже не было видно, так что отсутствию Тиары не особо удивились.

Снова началась школьная мелочевка.

* * *

На столе тревожно сработала рация.

Первым к ней подскочил Из, находившийся неподалеку.

— Из слушает. Да. Да. Есть. Передам. Конец связи.

Взбудораженный, Из повернулся к классу:

— На город напали. Около десятка тварей. С разных точек. Всех жителей прошу немедленно пройти в укрытия!

ГЛАВА 12

Бой за счастье

На столе тревожно сработала рация.

Первым к ней подскочил Из, находившийся неподалеку.

— Из слушает. Да. Да. Есть. Передам. Конец связи.

Взбудораженный Из повернулся к классу:

— На город напали! Около десятка тварей! С разных точек! Всех жителей прошу немедленно пройти в укрытия!

Какой кавардак тут начался!

Визг, писк, суета, толкотня, помятые бока, отдавленные хвосты. Сразу чувствовалось — родители. Учеников-то это как-то не так взволновало. Хотя бардак, кое-как управляемый Черили, все равно был на лицо.

Незыблемыми столпами в понячьем море стояли мы с Изом и мигом взлетевшая мне на спину Скуталу. Да, пожалуй, еще пара растерявшихся "столпов", об которых то и дело спотыкались.

"Столпы" были вытащены из моря и так же водружены нам на спины.

С грузом "столпов" мы и выбрались на улицу.

— Уф! — только и выдавил Из, сгружая Свити Бель.

— Если этот "уф" был ко мне, так я с утра даже ничего не ела… — обиженным голоском произнесла Свити. Но тут же улыбнулась Изу. Тот ухмыльнулся в ответ.

— Из! — прервал этот обмен я. — Может, пробежишься пока по местам нападения? Я домой, прихвачу гвардию и к тебе.

— Идет! — и, как всегда немногословный, Из, взмахнув крыльями, умчался.

Скуталу и Блум наконец слезли с меня. Я предложил Блум и Свити переждать атаку у нас, на что они, конечно и согласились. Путь до дома мы продолжили быстрым шагом.

— Тэ-э-эк-с! — начала Блум, стоило нам немного отойти от школы. — А че это была за история про опеку сегодня?

— История? — я переглянулся со Скут. Та решительно кивнула.

— Ага. Зачем эт было нужно? Ведь от тя, Скут, никто никогда не приходил? А че изменилось теперь?

— Ну… — Скут сглотнула. — Теперь есть кому приходить, вот и все… — и она прибавила шагу, взваливая все на меня.

— Ничего не пойму, — пробормотала Свити. — А ее мама? Почему она не ходила?

— Копперболт? Она умерла почти год назад.

Обе поняшки замерли на ходу.

— К-как… Т-то есть… А… Скут?

— А что Скут? Она все это время жила, как могла.

— С-селестия… — прошептала Блум. — Так вот почему она так часто оставалась ночевать в клубе…

— Да и многое другое… — столь же тихо пролепетала Свити.

— Знаете? По-моему, вам сейчас стоит догнать ее и поговорить.

— Верно.

И они кинулись догонять Скуталу.

Я не знаю, о чем они говорили, но от сердца отлегло, когда уже почти перед домом я услышал смех.

Ну а дома нас ждали Радуга с Деринг Ду, коим я сразу и сдал трио Меткоискателей, и два десятка превосходно вооруженных жеребцов личной гвардии принцессы Луны, прибывших, как и обещался "отставник", весьма оперативно.

И тревожный сигнал рации.

— Алекс. Прием.

Сквозь яростный треск статики сложно было хоть что-то разобрать.

— …яблоко… ферму…. пали… омогите…

Что-то защелкало у меня в голове: "Ферма… яблоки… напали…"

Неужели напали на "Сладкое Яблоко"…

И вот тут-то меня прошиб холодный пот — Эплджек сейчас там!!!

— ЗА МНОЙ!!! — не своим голосом заорал я, чуть не выламывая входную дверь.

И гвардия поднялась в небо.

Буквально через пару минут мы уже были над фермой.

Ужасающее зрелище предстало нам. Ферма была разрушена. Что-то горело. Такое ощущение, что внизу только что шел бой. Да так оно, по сути, и было. Обитатели фермы и четверо гвардейцев против десятка тварей. Три из них валялись недалеко от дома. Там же увидели мы и трупы двоих своих товарищей, похоже, ценой своих жизней давших остальным отойти внутрь. Задержавших тварей.

"Двое за троих, — подумалось мне. — Не великовата ли становится цена?"

Семеро тварей пытались вломиться в забаррикадированный дом.

Я оставил половину отряда в небе, с приказом атаковать не раньше, чем эти создания вступят в бой с нами на земле. А в таком случае — ударить им в тыл.

Сам же, со второй половиной отправился искать вход в дом. Таковой скоро нашелся. Окна второго этажа. Мы их просто выбили. На звон тут же вбежали четверо: Макинтош, неловко держащий вилы. Эплджек, сменившая вечный аркан на некий хвостовой кистень — почти тот же аркан, только со здоровенным булыжником на конце. И двое наших гвардейцев.

— Успел…

— Агась. Ты вовремя. Где Эпл Блум?

— Все в порядке. Все трое сейчас у нас с Изом дома. С ними Радуга и Деринг.

ЭйДжей облегченно выдохнула:

— Ну, хоть тут все хорошо…

Я еще раз посмотрел на Эплджек и Маки. Мда… Предлагать бежать этим двоим сейчас бессмысленно. Придется драться.

С первого этажа донесся какой-то треск.

— Вниз! — скомандовал я своим.

Мы встали дугой: Впереди — бронированные гвардейцы, по центру но за ними — я, по сторонам от меня Эплджек, Маки и их бабуля, до того остававшаяся внизу. Еще чуть дальше и ближе к краям построения — те двое гвардейцев, что помогали держать тут оборону.

Твари оказались довольно хитры. Они проломили не только дверь, но и щит на одном из окон, так что сразу три из них зашли нам во фланг. Но первый удар тех, что били по фронту, гвардейцы отбили, а после — нажали те, что оставались в засаде. Гораздо хуже получилось с теми из этих непонятных созданий, что оказались умней своих сородичей…

Но… Хорошо все, что кончается. Пусть оно и не очень хорошо кончается.

Шесть тварей убито. Одна сбежала. Погибло еще двое гвардейцев. Трое — серьезно пострадали. По мелочи — почти все из нас.

ЭйДжей устало повалилась на пол.

— Все пропало… — прошептала она, оглядываясь на то, что когда-то было ее домом… На глазах ее навернулись слезы. — Все пропало…

— Э-э-э, мил-чка! — влезла бабуля. — Эт ты еще не знаешь, сколько страдали Эплы и их фермы. И сколько отстраивались…

— Верно. Сады-то не очень сильно пострадали вроде? — попытался успокоить и я.

— Н-наверн…

— Агась! — кивнул успевший уже побывать снаружи Макинтош.

— Ну вот! А с отстройкой фермы мы поможем! Я помогу!

— Правда? — успокоилась ЭйДжей.

— Конечно! — я попробовал ободряюще улыбнуться. — А пока, поживете у нас с Изом!

— Спасибо, — Эплджек взглянула мне в глаза. Я на мгновенье утонул…

— Надо собрать урожай, — решительно произнесла бабка, как-то странно глядя на нас.

Это заставило меня вынырнуть.

— Верно, — кивнула ЭйДжей. — Нам понадобятся все телеги. Подсобите? — глянула она на гвардейцев.

— Все, кроме одной. И конечно да! — кивнул за всех я.

Какое-то время ушло на сбор остатков урожая и его погрузку. Все это время Эплджек как-то обеспокоенно озиралась по сторонам. Сначала я подумал, что это из-за этих существ, но оказалось, что не только.

— Ты мою… нашу Вайнону не видал? — наконец спросила она. — Че-то не видать и не слыхать ее…

— Нет, — честно ответил я.

— Хоть бы она была цела… — ЭйДжей прикусила губу. — Че я говорю! Цела она, че с ней сделается.

— Конечно, цела. Наверняка просто сбежала куда-нибудь.

— Думаешь?

— Конечно.

Где-то в тлеющем амбаре, с треском рухнули балки. Эплджек вздрогнула. Надо было поскорее собрать все, что еще было можно. Мы приступили к работе.

Но вот, спустя совсем недолгое время, последние корзины яблок были загружены, последние пожитки собраны, последняя телега покинула ферму. Эплджек обернулась, бросив взгляд на полуразрушенный дом, в котором она родилась, прожила почти всю свою жизнь, и который приходилось покидать в такой спешке, бросая на произвол судьбы и даже не зная, когда доведется вернуться… Да и доведется ли…

— Мы обязательно вернемся и все восстановим.

— Агась… — кротко вздохнула она.

* * *

После того, как все припасы были распределены по складам, все дела сделаны, все планы обговорены, а стол накрыт…

— Т-так нашей фермы б-больше нет?

— Ну… Почему сразу нет, сахарок? Просто придется нам какое-т время пожить тут, у Алекса… и Иза. Но ниче? Справимся-а? А там и ферму восстановим! — теперь уже ЭйДжей успокаивала Блум.

— Н-ну, да… наверн…

— Эх! Меня там не было! — воскликнула Радуга. — Уж я бы им…

Резкий взмах копытом чуть не опрокинул стоявшую перед ней чашку.

— Ох! — дотронулась она до шва.

— Вот и хорошо, что не было… — пробурчал Из.

— Да я бы и так повеселилась!

— А уж как мне бы было "весело"… — снова буркнул он. — Нет уж…

— Ваще-т, потерять дом не так уж и весело, агась?

— Извини. Не то брякнула.

— Ла-ано, забыли.

— Из! Чей-то ты такой хмурый? — обратила, наконец, внимание РД.

— Я? Представил, что еще и тебя бы пришлось вытаскивать…

— Ха!

— Чего "ха"?! — встрял я. — Четырех трупов на сегодня, думаю, хватило.

— Пятерых, — поправил Из.

— Тем более.

— А про КонАрм так ничего и не слышно? — это уже Деринг. Сменила тему. Спасибо.

— Кстати! — поднял копыто Из. — Я видел сегодня "отставника"!

— И что он? — спросили я.

— Сказал, что кое-что есть. Есть отряд где-то в предгорьях Эплуз. Где конкретно этот отряд сейчас — уточняется.

— Опять Эплузы… — вздохнул я. — Но, хоть что-то! О принцессах ничего не сказал?

— Вроде Луна хотела вернуться, но ничего конкретного.

— Это хорошо…

— Думаете стоит уже начинать готовиться к походу? — снова спросила Ду.

— Думаю, стоит потихоньку… — раздумчиво проговорил я.

— Я того же мнения, — кивнул Из.*

— Кто пойдет?

— Я, конечно! — подлетела Радуга. — И не говори, что против! Не послушаю все равно! — уставилась она на Иза, уперев копыта в бока.

— А я и не говорю! — развел тот копытами.

— Я… — вздохнула ЭйДжей, оглядываясь на своих. — Я не знаю…

— Канешна, она пойдет! — убежденно кивнула за нее бабуля. — И не смотри так на мя! Здесь те щас делать нече, а там твоя помощь пригодится! Все щас там будет решаться!

— Пойду, — кивнула ЭйДжей.

— И я с вами! — решила до того молчавшая и только внимательно слушавшая Скуталу. И подумав, добавила: — Можно?

— Конечно, куда мы с Дэш без тебя теперь? — улыбнулся я.

— Здорово!

Блум и Свити, до того с удивлением глядевшие на Скут, о чем-то зашушукались.

— Ну, что — потянулся, вставая Из. — Остается поговорить с Дерпи за связь?

— Не совсем, — подумав, уточнил я. — Свити?

— Да?

— У твоей сестры сейчас есть какие-то срочные заказы?

— Ну… Я, конечно, точно не знаю, не очень-то она об этом говорит, но вроде бы нет… А нужна какая-то помощь? Может, я чем-то помогу? — звонким ручейком разлилась Свити.

— Не думаю, что обойдемся твоими силами, — улыбнулся я. — Заказ будет большой.

— У-у-у… — надула Бель губки — Ну тогда это к ней. А там может и я помогу… Если пустит… А что хоть за заказ?

— Все помнят, как непросто было таскаться по пустоши?

— Да уж…

— Ага!

— Агась!

— Даже лететь сил не было…

— Хоть меня и тащили…

Я привстал, опершись на стол.

— Так вот! Деринг!

— Чего?

— Завтра будет день мучений во благо команды.

— Ты это о чем?

— День в бутике "Карусель"!

— ???!!!

— Не пугайся. Наряжать будем не тебя, — ухмыльнулся я. — Наряжать будем всех!

* * *

На ночь пришлось потесниться. Дом, хоть и был запланирован под гостей, но все же уже казался тесноват. В "двойной" наверху осталась Радуга. В той, где койки были разделены — Маки и бабуля. Деринг осталась на своем месте — двушке внизу. Одиночную, в конце коридорчика, заняла мирно сопевшая Эплджек. Нам с Изом достались диваны, которые мы, проверив караулы — сегодня было решено оставить гвардейцев вокруг дома, и оккупировали.

Я заглянул в комнату Скуталу. Так и есть. Все втроем устроились в одной койке. Свити, Блум, Скут. Я улыбнулся еще не спавшей Скуталу и притушил свет.

Вернувшись на диван, я попробовал заснуть. Но заснуть не получалось. В башке крутились ураганные события сегодняшнего дня. Твари. Бездонные зеленые глаза одной поняши… Я улыбнулся…

Из дремы меня вывел звук падения. Я подскочил и распахнул дверь в комнату Скуталу. На кровати, раскинувшись почти во всю ширь и сдвинув на самый край Свити Бель, дрыхла Эпл Блум. Скуталу видно не было. А хотя нет. Вот она — поднимается с пола, потирая отбитый бок. "Видимо, для троих тут все же места маловато", — подумал я, удаляясь и снова пытаясь задремать на диване.

Наверное, Скут подумала так же. Тихо скрипнув дверью, она, все еще потирая бок, вышла в коридор. Огляделась.

— Алекс?

— У?

— Можно мне присесть рядом?

— Конечно.

Скут привалилась ко мне. Я укрыл ее крылом. Никто из нас ничего больше не сказал. Сначала я почувствовал, как заснула на мне она, а потом, похоже, в таком же полусидячем положении, и я.

* * *

Проснулись мы тоже почти одновременно.

Не знаю, как Скут, а я проснулся из-за дико всклокоченной Эплджек, проходившей по направлению к ванной, и надолго задержавшей на мне взгляд.

Денек предстоял долгий.

Еще за завтраком все договорились встретиться в полдень у Рарити, а потом у всех нашлись какие-то мелкие дела. Я решил все-таки отнести Хувсу те часы, купленные мной у старьевщика и переделать их, а если получится, то и заказать остальным. Да и к Твай заглянуть не мешало: та говорила, что у нее есть какие-то карты тех мест, и обещалась нас ими снабдить. Радуга отправилась отлавливать Дерпи. Из и Деринг пытались отыскать какие-нибудь карты Эплуз, сначала у нас, а потом и у Твай. Неугомонное трио, конечно, было отправлено в школу.

Вся же вторая половина дня прошла в муках.

Исчесавшаяся Деринг Ду вынуждена была работать малоподвижной моделью.

Рарити стонала, но приняла заказ именно на простенькую форму, взяв за основу одежду Деринг и оснастив ее большим количеством карманов и креплений. Так же были заказаны широкие кепи. Если она сделает все как задумано, не добавив никаких излишеств — будет здорово.

За всем этим мы, совершенно того не заметив, и провозились до самого вечера, благо сегодня набегов не было.

Ночь прошла спокойно. Разве, что Скуталу опять спихнули… А вот на утро…

ГЛАВА 13

И снова в путь!

А уже на утро следующего дня пришло сообщение с уточненными координатами временного лагеря того отряда КонАрма, что предположительно, похозяйничал в нашем кургане.

Да, они, конечно, расположились в предгорьях Эплуз, но… Как же неудачно для нас… Все ветки железной дороги обходили это место стороной. Пешком же это было никак не менее трех — четырех дней пути в хорошем темпе. Это если удастся его поддерживать…

Ну а что тут поделаешь? Пешком, значит, пешком!

Весь день прошел в сборах.

Дэш все-таки отловила Дерпи, а та оказалась совсем не против очередного приключения, так что связь у нас была.

Ближе к вечеру заглянули Рарити, Твайлайт, принесшая с собой карты тех мест, куда нам предстояло отправиться, Пинки Пай и даже Флатершай, собиравшаяся в ближайшее время перебраться в город, безопасности ради.

В конце концов, было решено, что она поживет у нас вместе с Эплами, пока нас нет. Остальные также обещали бывать тут ежедневно. Но в целом этот вечер не был "совещанием в генштабе", просто дружеские посиделки перед долгой разлукой.

Сидра было много. Вечер затянулся. Так и ночевали все вместе.

Еще и утро выдалось как нельзя более "подходящее" для путешествий — погодники уже заканчивали сгонять облака, вот-вот должен был начаться дождь.

Ну что ж. Значит, тем более надо поторопиться. Мы наскоро попрощались со всеми. Ну или почти со всеми. Скут так и не смогла найти Свити и Блум, чему, конечно, несказанно огорчилась. Куда только они могли деться в такую рань?

Но, ничего не попишешь! Мы взвалили на спины громадные, раздутые рюкзаки, особенно тяжелые, конечно у нас с Изом. Куда тяжелее, чем мы, признаться, рассчитывали. К тому же, мой, похоже, оказался не совсем удачно сложен — что-то было плоховато закреплено внутри, но не перекладывать же сейчас? Потом как-нибудь, на привале… И, провожаемые всеми, кто попадался на встречу в такую рань, мы потихоньку двинулись.

Проходя по городу, я вспомнил, что так и не забрал часы у "Доктора". Заглянули и к нему. Оказалось, что заспанный часовщик успел не только сделать мои часики, но и наделать копий! Даже лишние сделал, что я, конечно, тоже оплатил. Когда он что успевает? Часики вернулись к жизни и выглядели в точности так, как задумывалось. Матовый, серо-зеленый теперь корпус, затертое до неблестящего состояния стекло, светящиеся свежим фосфором стрелки и деления, две тугих и мощных "заколки", занявших пустое место на обратной стороне часов. Даже утерянную ими в результате долгой жизни откидную крышку Хувс вернул на место.

Часы тут же заняли место на наших "формах" с внутренней стороны ноги. Красота! Вот теперь мы точно были готовы к длительному походу.

Последний взгляд на родной город и провожающих знакомых, и вперед!

В неизвестность!

* * *

Конечно, из-под дождя нам вовремя уйти не удалось, но ласковое солнце Эквестрии быстро вернуло нам должный вид. Дорога стелилась под копыта, пустая болтовня не давала заскучать, правильно выбранный темп не оставлял усталости, а умеренный, придорожный завтрак надолго оставил ощущение сытости, так что ни у кого даже как-то и не возникло мысли о полуденном привале, хотя по времени уже давно было пора.

Эх. Вот не родился я поэтом. Красота вокруг была для меня неописуемой. Да я даже и птиц-то по голосам разобрать не мог! Однако даже несмотря на мою бесталанность, все вокруг радовалось новому дню. Даже с трудом верилось в то, что погнало нас сюда. Как вообще такое может быть в таком чудесном мире? Кто знает. Вот. Оказалось, что может…

День плавно и не заметно перевалил за половину и покатился под уклон. Все в нем было идеально. Разве что рюкзак продолжал натирать спину да по временам издавать какие-то звуки. Но эта единственная мелочь не могла испортить чуда этого дня, тем более что, похоже, и у Иза была та же проблемка. Похоже, мы оба чего-то не учли их складывая.

Постепенно темы для разговоров закончились, а наши организмы, окрыленные в начале*, стали проявлять признаки усталости. Пора было задумываться о ночлеге, благо тут не было для этого никаких затруднений — березовая рощица впереди как раз подходила.

Хм. Однако рюкзак раздражал все больше. Последние полчаса, там что-то явно тряслось. Д-дискорд. Надо все-таки посмотреть, что не так.

— Ну что? Может, привал, и становимся лагерем?

— Эт верно! — согласился Из. — Мне рюкзак уже все натер.

— Агась. Самое время уже.

— Верно. До ночи еще есть дела — кивнула Ду.

— Согласна!

— И ужин! — облизнулась Скут.

— А я ма-аффины взяла-а… — мечтательно протянула Дитзи.

— Значит, решено! Вот тут и встанем!

Я скинул рюкзак.

*УФ!*

— Не понял? Это что за звук был?

— Эт? Кажись рюкзак твой, не?

— Та-а-ак… — я принялся распаковывать рюкзак, — Ага… — обалдело вырвалось у меня. — Вот, значит, оно как…

* * *

Из рюкзака вывалилась светло-желтая жеребяшка с красновато-рыжими волосами и мятым бантом.

— Да…

— Аг-гас-с-сь… — выдавила она, поднимаясь и как-то странно приплясывая.

ЭйДжей плюхнулась на круп и "распахнула клювик". Да и состояние остальных не особо отличалось. Даже Дэш, подлетев, застыла в воздухе, в результате чего не особо эстетично шмякнулась в пыль.

— Из?

— А?

— А открой-ка свой?

— Ага.

Я со своего места заметил показавшиеся над рюкзаком розовато-сиреневые локоны, и только вздохнул.

Уже две поняшки, потупившись, приплясывали пред нашим ошалелым строем.

— Ну? И как эт понимать, а? — выдавила Эплджек.

— Ну… — начали они отвечать по очереди. — Мы так наслушались о ваших приключениях… А в Понивилле так скучно… Мы захотели помочь… И не хотели бросать тя… Но не знали как это сделать… Ведь узнай вы, вы бы нас точно не взяли бы… Ага…

— И вы решили, что лучшее, что можете сделать, это залезть в рюкзаки?

— Ага…

— Вы хоть подумали, что здесь, вообще-то, можно и жизни лишиться? — вот от Скут я этого вопроса совсем не ожидал. Похоже, она тревожилась за обеих не меньше, чем ЭйДжей за Блум.

Поняшки только потупили глаза, продолжая трястись.

— Так, — выдохнул я, смерив их до-о-олгим взглядом. — Вы ведь в рюкзаках с самого утра сидели?

— Ага… — дружно кивнула эта парочка.

Я еще раз сделал до-о-олгую паузу, глядя на них. Глаза в глаза.

— Быстро!

Обе исчезли в березняке раньше, чем я договорил это слово.

— И че будем делать? — повернулась ко мне ЭйДжей, похоже, все еще не до конца отошедшая от внезапного появления сестры.

В глазах остальных читался тот же вопрос.

— А че тут решать? — подала голос Радуга. — Ну не обратно ведь их отправлять теперь?

— Верно.

— Я могу связаться с Понивиллем, передать, что они в порядке, там, наверно, обыскались уже!

— Точно, надо связаться.

— Заодно и новости узнаем!

— Но надо их чем-то занять, — и опять прозвучало это от Скут!

— Ага.

— Че-нить придумаем!

— Слышу! Идут!

Все глянули на меня. Я кивнул и постарался сделать максимально строгое выражение лица. И вообще — казаться выше и больше. Рядом, чуть позади и еле-заметно опираясь на меня, чтобы удержать равновесие, с не менее строгим выражением и копытцами, упертыми в бока — Скуталу.

Ее подруги вновь встали передо мной, потупив глаза.

— Так! Провинились вы изрядно…

— Ага…

— Даже не знаю, что с вами делать…

Полные надежды взгляды.

— Отправить, что ли, обратно…

Ужас и покорность.

— Эх вы… Ладно. Сделаем исключение. До первой провинности.

Счастливое избавление.

— Но у нас в отряде халявщиков нет! Вкалывать будете по полной!

— Ага… Конечно!

— Рядовой Скуталу!

— Я!

— Выдать новобранцам запасные часы, фляги, прочие принадлежности!

— Есть! — все-таки улыбнулась Скут.

— А вот с формой будет проблемка…

— У! У! У! — по школьной привычке поднялось вверх копытце.

— Да, Свити?

— Форма у нас есть! — та метнулась к рюкзаку и, порывшись, вытащила пару комплектов формы, вполне подходящего размера. — Я, извините, скопировала форму для Скуталу, пока Рарити не было рядом. Ну и вот… Что-то вроде получилось…

— Мда… Основательно подготовились…

— Ага…

— Значит так. Первое задание. Пока все ставят лагерь — собрать дрова для костра. Много. Задание ясно?

— Ясно!

— Агась!

— Выполнять! Дэш! Не приглядишь за ними пока?

— Лады! Ой… то есть… Так точно, пригляжу! — Радуга, не сдержав улыбки, вытянулась "во фрунт" в воздухе и махнула копытцем честь.

Мы принялись ставить палатки.

* * *

Ночь была свежей и спокойной. Многие созвездия были видны на небе. Пиликал где-то сверчок. Ярко и весело полыхал костер, отгоняя назойливых насекомых. На дровах можно было не экономить — Свити и Блум так рьяно взялись за дело, что того количества, которое они натаскали, нам бы хватило еще и на завтра, даже при самом неэкономном их использовании. Хорошая энергия. Надо бы направить ее еще на что-то подходящее.

Я глянул на луну, по привычке отметил, что, похоже, уже достаточно поздно и проверил это наблюдение по часам. Однако, похоже, спать пока никому не хотелось, а значит, наступала пора посиделок у костра, жареного зефира, оказавшегося в моем рюкзаке стараниями Блум, и, конечно, страшных историй.

— Чего все захихикали? — скорчила мину Радуга.

— Ну, не пугаться же этого?

— Агась! Ты эту историю при мне уже раза три рассказывала!

— Угу.

— Ну так придумайте чего-то пострашнее! — Дэш надулась, села на бревно и скрестила ноги на груди.

— Хм…

— Из?

— Ну… Была у меня одна история…

И он поведал собравшимся одну из историй из своей наемнической практики:

— Этой истории вы нигде не услышите. Случилось все около полугода назад. Подрядился я тогда работать на одного торгаша. Торгаш, как торгаш. Не совсем честный, но и не вор последний. А мне что? Платил, главное, хорошо и вовремя.

Довелось нам однажды доставлять некий странный груз из земель Зебр в Мэйнхеттан. Что за груз я не спрашивал — не мое это дело, но краем глаза видел — какие-то маски, куколки, фигнюшечки. В общем, что-то ритуальное. Среди всего, погрузили на борт и какую-то древнюю статую. Не знаю, уж, как там он ее получил. Скорее всего, просто кто-то что-то ограбил, вытащил все, что мог да и сбагрил это нашему… Обычное, в общем-то, дело.

В целом, обратно шли спокойно. Даже очень спокойно. Наша охрана так и не понадобилась. Пару раз мелькали на горизонте какие-то посудины без флагов, без вымпелов, но милостью Селестии проходили мимо. Мы спокойно дошли до берегов Эквестрии. Ну и решили это дело отметить. Решено — сделано. Отметили мы тогда изрядно. Кто-то даже видел огоньки на корабле*, а это не самый хороший знак, но на него не обратили внимания. Мало ли, что с пьяных глаз привидится.

Лично я до отмечался до того, что был отправлен ночевать на гауптвахту. Вахтой служила отгороженная часть трюма, благо тот большой был, запиравшаяся снаружи засовами. Опять же себе неплохо — ложись на сено да проспись. Собственно, я так и сделал.

Проснулся я среди ночи. Сначала даже не сообразил, что случилось. Что-то тяжело грохотало по палубе. Потом понял — на судне, явно, шел бой!

Бой, на который меня не выпустили? Я стал ждать, когда мои ребята обо мне вспомнят. Вдруг, все как-то резко затихло. Я уж подумал, что мои и сами справились и решил спать дальше.

И тут раздался жуткий треск! Такой бывает, только когда что-то проламывает борт корабля!

Вот тут уж я вскочил и принялся выламывать дверь гаупт-вахты! Кому охота пойти на дно вместе с деревянным корытом за просто так? В конце концов я все-таки выбил из косяка петли — те поддались даже раньше засовов — ясно, что на пьяную матросню рассчитывались.

И тут же поскользнулся! Сначала хотел наорать на часового, что должен был дежурить у двери. Ведь эта свинья сама ужралась до невменяемости, раз не открыла мне! Да еще и пролила что-то…

Только потом глянул — на что я наступил.

Из сделал драматическую паузу.

И продолжил поразительно тихим, бесцветным и от того лишь еще более страшным голосом:

— А это и был наш часовой. Вернее, то, что от него осталось.

Я поскользнулся на его кишках.

Даже у меня сердце ушло в копыта. Я поднялся наверх — в кубрик, но уже догадывался, что там увижу — на корабле не было слышно ни звука. В кубрике все было порушено, кругом трупы. Без особого разнообразия — все они были просто порваны пополам.

Я пробежался по кораблю. Нигде ни одного живого пони. Спавшим — проломили грудные клетки чем-то тяжелым.

Кока я обнаружил по запаху. Вот с ним поступили оригинальнее. Похоже, он, спасаясь, забрался в котел с греющейся водой. Его и заблокировали, придавив крышку. Бедняга сварился в собственном котле.

Я давно уже сообразил, что искать тут некого, поэтому, лишь прихватил денег, сколько нашел и свои вещи. А еще, честно говоря, я просто тянул время.

Да. Я боялся выйти на палубу.

Но выйти рано или поздно пришлось бы. Я вышел.

Трупы, трупы, трупы.

Выпущенные кишки, оторванные или раздавленные головы, вырванные ноги и крылья… Даже меня чуть не стошнило.

Прямо перед дверью лежал мой наниматель. Вернее, то, что осталось от него.

Кто-то просто раздавил ему череп.

Из раздавил томат, который держал на копыте, с такой силой, что ошметки брызнули на всех! Кто-то взвизгнул.

— Тут только я увидел, что борт корабля, со стороны океана, был проломлен чем-то огромным. И стремглав кинулся вниз!

И как вы думаете что?

— Ч-что? — ти-и-ихо выдавила Радуга.

Из продолжил:

— А статуи-то не было!

— А… А ты че? — как-то не внятно спросила Эплджек.

— Я? Я спустил ближайшую лодку, выкинул оттуда что-то от кого-то оставшееся за борт и свалил побыстрее к берегу, в надежде, что или пристану, или подберут. Так оно и получилось.

А тот корабль, говорят, до сих пор плавает где-то у берегов Эквестрии с мертвой командой. Или даже не совсем мертвой. Многие говорили, что его встречали, и встречи эти не заканчивались ничем хорошим.

Наступила длительная, гнетущая тишина.

Лишь сейчас я огляделся.

Испуганная Радуга, похоже, сама того не замечая, крепко обнявшая Иза, с которым рядом сидела, и прижавшаяся к нему.

Деринг, сидевшая ро-о-овненьким столбиком, с остекленевшим взглядом, и догорающим зефиром на палочке, и тихо повторявшая что-то вроде: "Значит, правда. Значит, существуют".

Дерпи, выглядывавшая из-за бревна.

Тихо трясущаяся Эплджек, прижавшая к себе перепуганных и, как и все, забрызганных томатом, Блум и Свити.

Скуталу, давно бросившая сгоревший зефир, прижавшаяся ко мне и засунувшая в рот копытце.

Я раскрыл крылья, одним прижимая к себе Скут, вторым укрывая Эплджек.

— Ну Из! Ну… Кто ж такое на ночь-то рассказывает…

— Сами просили пострашнее, — проговорил извиняющимся тоном Из, косясь на придушившую его Радугу и также пытаясь накрыть ее крылом.

Дэш не сопротивлялась.

Эту ночь все провели всего в двух палатках — моей и Иза. Да и то практически не спали.

ГЛАВА 14

Ручей

Из нам, конечно, здорово "помог".

Лично мне как-то заснуть удалось уже лишь под утро, когда отключились Меткоискательницы, забившиеся между мной и, лежавшей почти нос к носу со мной, Эплджек. Утро плавно смещалось к середине дня, но что поделать? Выдвигаться куда-то, надо хоть относительно выспавшись. Спасибо Изу с его рассказом. Ему-то самому ничего, да и мне тоже, но на остальных-то очень даже подействовало! ЭйДжей, даже уже лежа, вздрагивала и открывала глаза. Ответом ей был мой успокаивающий взгляд. Искательницы и вовсе постоянно возились и до половины ночи по очереди вскидывались, глядя на вход в палатку. Потом Из рассказал, что и у него была похожая ситуация. Нет, конечно, была в его палатке и привычная ко всему Деринг, также пытавшаяся заснуть, но были и Дерпи с Радугой. И если Дэш просто пучила глаза в потолок палатки и нервно дергалась, то и дело, спокойствия ради, поглядывая на Иза, то Дитзи упорно сидела, не желая смыкать глаз и таращась на вход. А из-за них и Из не мог нормально заснуть.

Со всей этой бессонницей, как-то собраться и двинуться дальше удалось уже только после полудня… Я ведь говорил уже, что нам нужен был темп? Ха! Поддержишь его тут. Ага. Так и плелись весь остаток дня снулыми мухами. Еще и идти пришлось в самую жару. Если вода будет таять такими темпами, скоро придется искать какой-то источник. Если не сегодня, то уж завтра точно. Утешали пока только новости из Понивилля — всего одно незначительное нападение. Но и это не придало нам особых сил для дальнейшего движения.

Да… Если уже сейчас идти было непросто, то как оно будет дальше?

Между тем, Радуга, слетавшая на разведку, доложила, что дорога впереди заканчивается. Вернее, она, конечно, не заканчивалась, это ведь только в каких-нибудь сказках бывают дороги в никуда. Нет, она лишь круто забирала в сторону. Но настолько круто, что, к сожалению, нам двигаться по ней дальше не имело никакого смысла. Придется идти напрямик, что могло вызвать дополнительные сложности, учитывая, что еще с вечера местность вокруг нас постепенно из равнинной начала переходить в предгорья, то есть хоть и простирались вокруг огромные и светлые пространства, но постепенно они становились покрытыми все более и более густым кустарником, все более и более лесистыми.

И вот, наконец, с дороги пришлось свернуть.

Хорошо еще холмы здесь были небольшие, было не так трудно, но все равно чувствовалось, что мы постепенно приближаемся к горам. Даже природа вокруг, и та уже разительно отличалась от привычных нам пейзажей. Все вокруг, куда ни повернись, просилось на холст художника. Правда, я редко встречал таких художников, что смогли бы передать настоящую, живую красоту той густо, плотной, вязкой травы, того разнообразного множества кустарников, тех деревьев, что окружали нас сейчас.

А этот запах? Непередаваемая смесь свежего ветра, дующего с показавшихся впереди горных вершин, хвойных деревьев, цветистого густотравья вокруг…

— Смотрите-ка! — воскликнула вдруг Свити. — А с этого дерева кто-то содрал всю кору!

— Дай-ка поглядеть, — я тоже заинтересовался деревом. — Ог-го! Да не содрал, а счесал! — я снял с остатков коры кусочек шерсти и, держа его в зубах, показал остальным.

ЭйДжей поскребла копытом затылок, сбила шляпу на лоб и кивнула.

— Э-э-э… Ну кусок шерсти, и че? — Радуга, похоже, выразила мнение остальных.

— Че! Ниче! — передразнила бывалая фермерша. — Где-т рядом медведь шастает. А эт не сильно-т хорошо, да?

— Угу, — кивнул я. — И, похоже, был он тут не слишком-то давно. Ладно. Будем надеяться, что нам с ним не по пути.

И мы двинулись дальше, теперь уже куда осторожнее, но, при этом, стараясь быть достаточно шумными — если чего медведь и не любит, так это налететь на кого-то внезапно. Чем тише идете — тем вам же будет хуже. Факт. Так что теперь мы еще и искали следы — не идем ли мы с косолапым одним маршрутом.

— Кажись, я таки нашла след! — остановила нас ЭйДжей, шедшая впереди. — И довольно свежий! — она поморщилась и принялась отряхивать копыто.

— Точно, — подтвердил я, подойдя поближе. — Если я в этом что-то понимаю, то это медведь.

— А ты и в "этом" понимаешь? — съязвила подошедшая Деринг.

— Ага! Вот в "этом" особенно! А вообще-то, побродив по Эквестрии много чего набираешься. Даже об "этом". Тебе ли не знать?

— Верно. Чего посоветуешь?

— Думаю, надо немного забрать в сторону. Это, конечно, несколько удлинит наш маршрут, но позволит избежать ненужной встречи.

— Я — за, — коротко поддержал Из.

— Мне чего-то тоже ща не сильно охота встречаться с такими фанатами, — кивнула Радуга.

Остальные молча согласились.

Где-то через полчасика мы вышли к широкой и почти голой каменистой ложбине между холмами. Похоже, когда-то встарь здесь протекала довольно широкая река. Ложбина с кучей песка, щебня и обтесанных когда-то водой ровных камней — все, что осталось от ее русла. Мы перебрались через нее и прошли еще, быть может, с полчаса. Теперь можно было сказать, что мы в безопасности — большинство медведей избегают открытых пространств, а там его было более чем достаточно.

Солнце уже скатывалось за горизонт. Пора было становиться на ночевку.

Из-за треклятого медведя ночевать в этот раз пришлось весьма оригинально.

Решено было из кучи прочных ветвей, набранных вокруг, и прихваченных с собой веревок сделать помост, довольно высоко над землей, на котором уже и устроиться. Вот где пригодились таланты Эпл Блум, о которых мне довелось когда-то услышать! С ее помощью работа спорилась, и скоро все было закончено.

Мы разложили остатки сучьев вокруг, отгораживая лагерь там, где это было нужно. Разожгли костер. Присмотрели для припасов суки на деревьях в стороне от лагеря.

— Эх! — вздохнул Из. — Сейчас бы чего горяченького!

— Агась. А воды-т у нас… — раздумчиво закусила губу Эплджек. — Если только шо-т в флягах осталось…

Я раскрыл карту:

— Ну… Тут недалеко показан ручей какой-то… Я мог бы сгонять к нему с котелками.

— А не темновато уже?

— Да ну! Тут всех дел на час самое большее. А на горячее можно пока и воду из фляг слить.

— Да? Ну ла-ано. Раз так уверен — давай шо ли… Свити Бель!

— Э? Я? Да?

— Как насчет помочь мне с готовкой?

Вот этого вопроса ЭйДжей единорожка, похоже, не ждала.

— Ну… У меня, как бы не очень хорошо получается…

— Э милочка! Эт ерунда! Ты не знаш, скок я пирогов пожгла, пока научилась! Так как? Подсобишь, не?

— Конечно!

Я мысленно пожелал удачи Изу с его "горячим" и нагрузился тарой.

— И я с тобой!

Я аж вздрогнул. Рядом стояла Скуталу. Рация, фляги, котелок в зубах.

— Ладно, — вздохнул я. — Пошли.

Мы шли уже минут двадцать. Деревья и кустарник в этих местах были, похоже, даже гуще, чем раньше — невидно было куда ставишь копыта. Да и холмы вокруг стали уже явно круче. Темнело. Мне приходилось "торить дорогу" среди кустов. Скут, шедшая позади, здесь бы просто завязла.

Впереди уже послышалось журчание воды.

"Дурацкие кусты! Когда ж вы уже кончитесь!" — подумал я.

Накаркал!

Кончились!

Да так быстро, что я всеми копытами поехал вниз по склону!

Уф!

Я успел схватиться одной ногой за какое-то тонкое деревце, нависавшее над обрывом.

— Алекс? — раздалось сверху в тот момент, когда я уже хотел взмахнуть крыльями.

Я хотел предупредить.

Не успел.

— Ты куда делс… А-А-А-А-А!!! УЙ!

Успел!

Скуталу висела, схватившись за вторую мою ногу.

— Да выплюнь ты этот дурацкий котелок!

— Тьфу!

Котелок полетел вниз. И звонко ударился где-то об камень. Нехорошо.

Я глянул ему вслед. Мда… Совсем нехорошо. Для того чтобы приземлиться на ноги, слишком высоко. Для того чтоб задействовать крылья, слишком низко. Да и Скут, еле держащаяся за ногу…

Деревце, за которое я еще как-то держался, явно захрустело под нашим весом, начало поддаваться.

— Алекс?!

Единственное решение пришло мгновенно.

— Сгруппируйся!!!

Я почувствовал, как Скут попыталась сжаться, держась за меня.

Дерево хрустнуло еще раз. И уже не прекратило.

ПРЫЖОК!!!

Я, как смог оттолкнулся от стенки обрыва, налету обхватил Скут, перевернулся вниз спиной, прижав ее как можно крепче к груди, группируясь вокруг нее.

И попытался если не взлететь, то хотя бы крыльями затормозить падение.

УДАР!!!

* * *

Как же погано.

Так! Стоп! Как сказал кто-то из древних: "я мыслю — следовательно существую",* что, конечно, уже отрадно, но…

Прислушаемся к ощущениям.

Глаза — сплошная чернота. Но это, вероятно, из-за того, что они закрыты. Что ж. Пока не будем спешить.

Слух — подсказывает, что я где-то недалеко от воды.

Тело целиком — пытается сообщить, что его долго и основательно били.

Голова — гудит. По ощущениям, похоже, что чем-то перевязана.

Больше вроде сказать нечего…

Попробуем открыть глаза. Хм. Странно. Особо ничего не изменилось. Темнота как была, так осталась. Либо я ослеп, что очень бы не хотелось, либо стоит ночь. Будем надеяться, что второе.

Я попробовал пошевелить ногами. Вроде работают. Все чувствуются. Даже чересчур чувствуются.

Как только позвоночник не сломал?

Рядом послышалось какое-то движение. В кадре показалась маленькая рыжая кобылка. Выглядела она неважно, но явно лучше моего.

— Алекс! Ты очнулся!

— Да, Скут, — хотел сказать я, но из горла вырвался только шепот.

— Ой! — спохватилась та. — Попей!

Перед моим носом оказалась фляга с водой.

Я сел.

Череп треснул тупой, ноющей, пульсирующей болью. Картинка перед глазами поплыла.

Я кое-как объяснил Скут, что из средств аптечки — обезболивающее в таблетках. Через какое-то время, и спустя несколько таблеток, стало получше. Я, по крайней мере, мог потихоньку двигаться и говорить. Чем и не преминул воспользоваться:

— Долго я провалялся?

— Не знаю. При мне — минут сорок или около того. Но я и сама тогда отключилась.

— Ясно. Сама как?

— Ничего, — натянуто улыбнулась Скут. — Вроде жива.

Я аккуратно дотронулся до повязки на голове.

— Ага, — перехватила мой взгляд Скуталу. — Как смогла.

— Рана большая была?

— Вроде не, но…

— Спасибо, — попробовал улыбнуться я. Вышло наверняка паршиво.

Я вспомнил про часы. Прошло больше часа. В лагере нас, наверное, уже хватились. Ну или спокойно спят. Хотя не, это вряд ли. Эплджек не заснет, пока мы не вернемся.

— А ключ, ты, выходит, уже нашла?

— Ага. Горный ручей. Мы почти на его берегу. Оглянись.

Я огляделся. И оценил, как нам повезло. Мы упали на сравнительно мягкую почву. Почти везде она была более сухой и жесткой.

Скут следила за моим взглядом:

— Угу, — кивнула, — Хорошо, что не туда, — махнула она копытцем.

Я проследил взглядом и увидел очертания надломленного дерева вверху. И жутковатые камни под ним. Да-а… Вот упади мы туда, и с жизнью можно было бы попрощаться.

— Найти бы того картографа, что на эту карту ручей нанес… Копыта бы ему вправить… — тихо прошептал я. Правда, Скут, похоже, все равно услышала.

Я попробовал подняться. Ничего. Мир вокруг покачивало, но стоять-то было можно.

На небе над нами скапливались тучи. Странно немного, но для этих мест объяснимо.

— Горный ручей, говоришь? — я оглядел обрывистые, неприступные берега.

— Ага.

— Тогда надо драпать и как можно быстрее.

— Зачем?

— Тучи видишь?

— Аг-га? Стоп. Они л-летят сами?

— Это одно из мест, где такое возможно. Угадай, если в горах пойдет дождь, куда все польется?

— С-сюда, — сама себе кивнула Скут.

— С нашими связывалась?

— Тут такое дело… — она ковырнула копытцем землю. — Рация накрылась.

— Ясненько. Значит, вот что…

Мы выложили камнями стрелку в направлении нашего движения, и, как могли быстро, отправились вниз по ручью.

В воздухе явно запахло сыростью. Повисла противная морось. Ручей за нашими спинами журчал все громче и отчетливей. Я оглянулся. Да уже и не ручей вовсе, а маленькая речушка. Речушка все ширилась минута от минуты, а выхода видно не было. Хуже всего, было то, что при любом резком движении голову снова начинало "вести", а перед глазами появлялась серая муть. Похоже, ударился я знатно. Настолько, что полеты на сегодня просто исключались. Или я тут же упаду обратно. "Как-то странно погибать вот в такой вот идиотской ситуации, — подумалось мне. — Иметь крылья и не мочь ими воспользоваться. Так. Надо гнать от себя этот бред, хотя копыта уже хлюпают по воде. Только бы вал не пошел… "

Скуталу, судя по взгляду, думала примерно также…

"Так. А вот ее пора скоро будет вытаскивать. Ей уже выше колен".

Когда выше колен стало уже мне, Скут была перебазирована на мою спину. Каньончик, образованный этой речушкой, которым нам приходилось сейчас идти, был хоть и не велик, но оставался для нас все также неприступен.

Лишь когда воды стало уже по грудь и полило уже и сверху, а меня едва не сносило потоком, нашелся относительно пологий склон, по которому еще можно было выбраться.

Сначала я подсадил Скут, потом передал вещи. Самого меня, к великому моему позору, Скуталу пришлось тянуть, для чего та сделала простейший блок, используя ремни от моей портупеи и обернув их вокруг какого-то деревца.

Но, наконец, все было закончено. Уставшие, грязные, вымокшие мы побрели вверх по ручью.

Начался ливень. Все вокруг заволокла густая пелена. О возвращении нечего было и думать.

Укрытие. Нужно укрытие.

И оно нашлось! Нас приютила группка елей. Одну из них, видимо, особенно древнюю, родительницу всех окружающих, когда-то на половину выворотило из земли. Но второй половиной она еще прочно цеплялась за жизнь, так-что получалось что-то вроде навеса, способного укрыть пару усталых путников корнями и огромными лапами других елей.

Нашлось под деревьями и немного сухих еще веток, смолы и трута. Так что, скоро под навесом потрескивал крохотный, но такой живой, и такой необходимый нам костерок.

— Не сидим! — я скинул форму, разложил ее рядом с костерком и начал бег на месте. — Давай за мной!

— Ты чего? Не достаточно вымотался?

— Достаточно. Но если не согреемся — рискуем умереть от переохлаждения или еще какой похожей гадости. Давай!

Скуталу кивнула и, также стянув сырую форму, присоединилась к разогревающей зарядке.

Снаружи хлестал в непроглядной тьме ливень. А здесь, в тепле, под защитой старой ели весело булькал на костре котелок с "чаем". Конечно, был это не чай, а просто кое-что из полезных трав, росших поблизости. Часть этих же трав была съедена перед этим всухомятку. Пошли в дело и кое-какие поддерживающие и витаминные средства из аптечки.

Я лежал лицом ко "входу", закрытому сейчас нашими формами и каким-то, подобранным вокруг валежником, как импровизированной шторой и обложенного по низу камнями, котелками, флягами с водой… — даже низенького бортика хватит, чтобы избежать этой ночью знакомства с местными змеями и прочей живностью.

Лежал и смотрел на огонь, поджидая котелок.

За моей спиной, в маленьком закутке, оставшимся между мной и елью, стараясь как можно плотней прижаться и положив на меня ногу, задремывала маленькая рыжая пони…

* * *

Мы проснулись от холода.

Утро было сырым и туманным. То есть, примерно таким же, как и моя голова. Костерок давно уже потух. С гор тянуло холодным ветром и тут уже еловые лапы и корни ничего не могли поделать. Скут поежилась и плотнее прижалась к моей спине. Но пора было вставать.

После небольшой, опять же согревающей, зарядки, я вышел из нашего импровизированного убежища и разложил карту на более или менее подсохшем уже стволе поваленного дерева, прижав ее копытами.

— Где мы? — задала самый логичный вопрос Скуталу, пролезая подо мной, щекоча гривой и заглядывая в карту.

— Самому интересно. Каньон тут просто не отмечен… — я достал из одного из кармашков формы компас. — Шли мы не более получаса… Упали тут… Хм…

— То есть можно сказать, что мы где-то здесь? — Скут хлопнула копытцем по карте, накрывая им приличный райончик.

— Ага, — ухмыльнулся я. — Именно. Вот бы еще знать конкретней, где именно "здесь". Мы ведь даже место лагеря знаем только примерно.

Я огляделся. И ведь что погано: ни одного приличного ориентира вокруг, исключая горы и сам ручей. Оставалось только вернуться к нему и подниматься вверх по течению, надеясь выйти на какие-то замеченные вчера мелкие ориентиры и то деревце, а через них и на лагерь.

Что мы, собственно, поблагодарив приютившую нас ель, и сделали.

— Как есть охота… — вздохнула Скут, оглядывая на прощанье на ель. — А вокруг почти ничего знакомого. Да и как-то не хочется траву жевать…

— А что делать? Тогда — только терпеть. Ну или высматривать что-то знакомое из ягод и тому подобного.

— Ага…

Ручей уже успокоился со вчерашней ночи и почти вернулся в прежнее свое крохотное русло. Сейчас уже трудно было поверить, что еще прошлой ночью этот поток мог сбить с ног и унести взрослого пони. Тихий, журчащий ручеек, да и только.

Я оглянулся на Скут.

Та смачно объедала какой-то куст.

Покосилась на меня:

— Не, ну есть-то охота!? — и снова зарылась в куст.

— Понимаю. Но вот именно эти ягоды я бы есть поостерегся.

— М-м-м? А фто ф ими не фак? Пф-фе-е… — она выплюнула не дожеванные ягоды и вытерла рот ногой. — Ядовитые?

— Да нет.

Скут снова набила рот.

— А фто тохта?

— Просто не известно, как на них отреагирует желудок. Особенно — пустой.

— М-м-м? Фроте нохмально.

— Как знаешь. Мое дело — предупредить.

Минут через двадцать мы уже дошли до места нашего падения. Сразу стало понятно и то, почему по дороге мы никого не встретили. Поток, похоже, ночью был такой силы, что разбросал и те камни, которыми была выложена стрелка. Когда они стали видны из-под воды, стрелки там уже, понятно, не было. Что ж. Этого можно было ожидать.

— Э-э-э… Алекс? — я оглянулся.

Скуталу стояла рядом. Мина кислая. Копытце на животе.

Этого тоже можно было ожидать.

— Угу. Я предупреждал. Дуй. Я подожду.

И Скуталу быстро скрылась.

— А-а-алекс!!! Ску-у-уталу-у-у!!!

Через какое-то время раздалось где-то в вышине.

Я поднял глаза. Высоко-высоко висела в небе голубая пегаска.

— Мы тут!!! — я улегся на спину и замахал всеми ногами.

Вроде заметила!

— Алекс! Живой! — круто спикировав, РД приобняла меня за шею и тут же отпустила. — А Скут где?

— Да тут я… — из-за кустов показалась недовольная Скуталу. Впрочем, стоило ей увидеть…

— Радуга!

— Задушишь!

— Ой! Да, — смутилась рыжая.

Скоро мы были уже в лагере.

Не буду, пожалуй, описывать, чего и сколько я выслушал от Эплджек. И за Скуталу. И за себя. Особенно при виде моей забинтованной головы.

Главное, что она просто обняла меня под конец.

ГЛАВА 15

Каменная ловушка

Мы выступили почти сразу после нашего возвращения в лагерь. В другое время я предложил бы задержаться на час-другой, но мы и так слишком много потеряли. Так что, свежий бутерброд для меня, кружка "чая" для Скуталу (хотя и с большой неохотой, но надо), и в путь.

Не сказать, чтоб по пути нам попадалось что-то новое и интересное. Скорее усложнялось то, что было и раньше. Холмы становились все выше, обрывы все круче, а осыпи все сложнее. Спускаться-то хоть и несколько опасно, но быстро. А вот подъемы просто убивали. Ведь и не полетишь — тогда кому-то придется переть еще и твои вещи.

Но, как бы то ни было, а мы двигались вперед, хотя и с частыми мелкими остановками по причине неразборчивости некоторых в еде.

Следующая ночевка прошла спокойнее — решили обойтись без особенных историй на ночь. Наверняка их у Иза было припасено еще не мало, но без них пока было как-то спокойнее. Так что, уже спозаранку наша команда снова двигалась в направлении гор.

И уже к полудню достигла подножья. Пред нами вздымались ввысь величественные и древние Эплузы.

Правда, все подгадила одна очень неприятная новость.

Пока мы сюда перлись, отряд КонАрма не стал нас дожидаться, а крупами почуяв неприятности, быстренько свалил за горы, где у них была база.

— Мда… — выдавил я, отложив наушник и передав новость остальным. — Красивый финт.

— А чего такого страшного-то? — недопоняла Радуга.

— Да не, не страшно, вот только некоторые мелочи…

— Агась! От, например. Пожрать мы прихватили на десяток дней. Плюс пара ртов. Итого — половина уже сожрана. Эт если не больше. Но эт мелочь, — ухмыльнулась ЭйДжей.

— Угу, — вставил Из. — А что поделать-то? Обратно ведь не повернем? — он обвел нас взглядом.

Ответ был достаточно красноречивым.

— Судя по карте… — зашелестел бумагой я. — здесь есть какие-то старые выработки, идущие через весь горный массив на ту сторону.

— Здорово.

— Рация ловить не будет… — предупредила Дерпи. — Но я за.

— Рискнем, — нетерпеливо притопнула Деринг.

— Агась! А куда нам больше-т?

— А то! Рискнем, конечно! А то "еда, еда"… Я уж не знаю, как там не-ко-то-рым, а мне лично себя в форме держать надо! А то никто и не взглянет, если разъедусь, — я заметил, как пегаска кинула быстрый взгляд на Иза. Тот, видимо, тоже — ухмыльнулся.

— Ну… Знаешь ли… Я, вродь, тоже… Не корова! — а вот тут взгляд был кинут уже на меня. Селестия миловала. Я в тот момент сумел не улыбнуться.

— Да лан тебе, ЭйДжей! Я ж в шутку! — пегаска подошла к ней вплотную.

— Угу. Шутки у тебя…

— Ну прости… Бэ-э-э! — Дэш показала язычок.

Эплджек улыбнулась.

— Ну… — неловко влез я, стягивая кепи, — Если по поводу питания… — взгляды от обеих. — Кхм! Все выяснено, то, может, пойдем дальше?

— Аг-гась.

— Ага.

— Меткоискатели!!! За метками спелеологов!!! — содрогнулись древние горы.

— Шахтеров!!! — к удивлению гор, влился нестройный вопль.

— Э-э-э… Скут! Ты там че? Уголь добывать собралась? Или алмазы? — вытаращилась Эпл Блум.

— Э-э-э… Пожалуй, не…

— Значит, спелеологов! — кивнула Свити.

— Если еще и объясните, что это за спили… олухи…

— Ну Скуталу-у-у… — Блум провела копытцем по лицу.

— Не, а что я? Если это было на уроке, то я честно… спала…

— Ой, Ску-ут…

Тут трио заметило, что вокруг стало как-то тихо. И все смотрят исключительно на них. Дальнейшее посвящение и просвещение СпилиОлухов проходило шепотом.

— Ну, что? Раз все решили, может, уже поищем вход? — предложила Деринг. — Скинем тут пока все, да и посмотрим на крыльях?

Все, естественно, согласились.

Вскоре один из таких входов нашелся.

Старые деревянные створки, закрывавшие его, упорно не хотели поддаваться. Хоть и не мало им лет, а сделали на совесть… Чтоб им пусто было… В конце концов Из, Эплджек и я просто выбили их. Старое дерево с отпечатавшимися теперь навек следами копыт, со скрипом, подняв тучу пыли, рухнуло внутрь шахты.

Черный зев, чрево земли, дохнул на нас смрадом.

Все как-то нерешительно замялись. Оно, в общем-то, и понятно.

— Вы со мной, или как? — со вздохом переступила порог створок Деринг. Доски жалобно скрипнули под ее копытами.

Мы зажгли фонари и медленно потянулись внутрь.

Мы потихоньку шли уже более часа. Здорово помогала ориентироваться примерная карта выработок Эплузы, найденная, в числе прочего, в библиотеке Спаркл. Деринг даже здесь неплохо с ней управлялась. Чувствовался опыт.

Что можно сказать про окружение? Вы бывали когда-нибудь в старых шахтах? Широкая и укрепленная сваями и балками главная галерея, с расходящимися от нее проходами. Крепления для фонарей и факелов. Какие-то ящики. Брошенный инструмент, давно уже покрывшийся ржавчиной.

Однако, далеко не все в шахте сохранилось столь идеально, как створки ворот на входе. Многие сваи сгнили и выглядели откровенно угрожающе. Порода местами сыпалась. Такое впечатление, что иногда даже от наших шагов. Чувствовалось, что шахта выработана. Выжата досуха, как лимон и брошена на произвол судьбы, ржавчины, сырости и давления породы несколько десятилетий назад.

Шахта оказалась просто огромной. Иногда, даже трудно становилось придерживаться главной галереи. Просто становилось непонятно, которая из них главнее. Мы сверялись с картой, делали метку и шли дальше. Метки помогли. Пару раз уже приходилось к ним возвращаться. Странно, но несколько раз нас отчетливо тряхнуло. Где-то что-то с шумом осыпалось. Странно, потому, что судя по информации из справочников, никакой особенной сейсмоактивности тут не наблюдалось. Впрочем, может быть, эту мелочь и вовсе не считали за активность. Кто знает. Идти-то в любом случае было надо.

Хорошо хоть, что шахта вроде бы не была населена. Ни алмазных псов, ни троллей пока так и не встретилось, хотя возможность наткнуться на них упоминалась в справочниках, да и шли мы уже довольно долго.

Как-то само так получилось, что мы держались немножко отдельными группами, а не цепью, как следовало бы по правилам: Из и Радуга; Я и Эплджек; Деринг, Дерпи и Меткоискатели. Галерея в этих местах была довольно широкой. Две наших пары шли, держась вдоль противоположных стен, а трио, под присмотром Деринг и Дерпи, в порыве СпилиОлухизма, по временам углублялось ненадолго в боковые то ли штреки, то ли просто ответвления выработки. Как оказалось, даже в этом была своя польза.

Вот показалась впереди очередная, довольно большая, развилка. Выглядела она, откровенно говоря, опасно — многие балки покосились, треснули, порода на потолке заметно просела вниз. При этом сама развилка была довольно сложной: часть штреков, или чем там они были, уходила под небольшим углом вниз, пара, впереди, продолжала идти горизонтально. Всего — то ли пять, то ли шесть путей.

Меткоискатели, опять углубились в один из боковых проходов, в надежде что-то найти, когда шахту сильно тряхануло.

Да еще как!

Балки по центру затрещали под навалившимся весом.

С хрустом лопнула одна из поперечин под сводом.

Посыпались камни.

Все вокруг загудело.

Потолок пошел трещинами.

— В сторону! — крикнул я, толкая ЭйДжей вперед и вправо — в один из уходящих ниже проходов, под защиту относительно прочных еще на вид свай.

Сам я прыгнул следом, накрывая ее собой.

Краем глаза еще заметил, как Из и Радуга примерно таким же прыжком скрылись в проходе по другую сторону.

На спину мне посыпались мелкие камешки.

— Э! Алекс! Ты че… — Эплджек перевернулась лицом ко мне.

Еще толчок!

Раздался дикий грохот!

"Похоже, балки не выдержали, — мелькнула последняя мысль. — Хоть бы эта…"

Что-то ударило меня по голове.

Навалилась темнота.

* * *

В себя я пришел от тычка откуда-то снизу.

— Алекс! Ты как?

— Голова… — прошептал я.

Зрение постепенно возвращалось, сопровождаемое, опять, приступом тупой боли в черепе.

Сверху ощутимо давил немалый вес. Счастье, что, похоже, основные булыжники упали не сюда. Судя по ощущениям, нас накрыло кучей мелких камней, крупного гравия или чего-то вроде.

Прямо передо мной поблескивали зеленые глаза ЭйДжей.

— Сама как?

— А как я могу быть? — сдавленно хмыкнула она. — Ты ж меня… э-э-э… накрыл.

Кхм! Это и до меня дошло. Я полностью лежал на ЭйДжей, придавив ее спиной к полу шахты. Ощущая на лице ее дыхание. Чувствуя каждый удар бешено колотящегося сердца.

— Извини, — я попробовал приподняться. Мда… Почти никак. Рухнувшая где-то надо мной опора легла так, что, хоть и удержала на себе какую-то часть камней и оставляла немного места для движенья головой, но не более. Хорошо не придавила. — Уф! Не подняться.

— За че извинять-т? Лежи уж… — вздохнув, чуть улыбнулась она.

Откуда-то сбоку пробивался из-за камней свет не разбившегося фонаря, придавая происходящему интересное освещение.

Так прошло несколько минут.

Я попробовал пошевелиться.

На этот раз в стороны.

— Э-э-э… Алекс?

Мне показалось в неверном свете, или ЭйДжей зарумянилась?

— А?

— Я… канешн, понимаю, шо… но… ну… как-т…

— ?

— Ну… не так…

Не, точно раскраснелась.

— Ты про что?

— Оу-уф-ф! — ЭйДжей резко выдохнула. — Н-ниче… уж-же… н-но…

Мда… Действительно неудобно получается. Я, конечно, не имею ввиду физическое неудобство.

Я прекратил дергаться, тем более что серьезных результатов это не дало. Ну, если не считать результатом… э-э-э… румянец ЭйДжей.

Но это другое.

А вот камни, пусть и мелкие, практически не поддавались.

Все это время фонарь за камнями медленно гас, постепенно погружая нас во мрак.

Пока не погас совсем.

Тьма скрыла двух заживо погребенных пони.

* * *

— Радуга! Алекс! Эплджек! Из! — прорезал темноту слитный крик. Впрочем, приглушенный, почти, как через стену. — Вы где?!!

— Мы здесь! Здесь! — почти одновременно раздались голоса РД и Иза.

— Как вы там? — голос Дерпи.

— Живы! — Из.

— Ага! Слегка помассажировало, правда, но это ерунда! — Радуга.

— Алекс! Эплджек! — голоса Скуталу, Эпл Блум, Свити Бель. — Вы где?! Вы ж-живы?!

— Да! — крикнул я.

— Агась! Навродь того!

— Это как?! — уточнил голос Иза.

— Это так! Привалило нас!

— П-привалило?! — слитно, голоса Блум и Скут.

— Агась, слегка! Но мы тут целы! — ответила им ЭйДжей. — С нами все в порядке!

— Точно?!

— Конечно, Блум! По крайней мере — пока… — добавила ЭйДжей шепотом.

— Может, мы чем-то поможем?! — голос Радуги.

— Да нет, Дэш, тут нечем! — крикнул в ответ я. — Разгребая это обвал, можно только вызвать следующий! Да и далеко вы от нас! Ничего! Выберемся сами! Лучше скажите, у кого сейчас карта?!

— У меня! — голос Деринг.

— Отлично! Выведешь всех, кто с тобой?!

— Конечно!

— Предлагаю! Встречаемся на точке, где главная для нас галерея выходит на поверхность с той стороны!

— Идет! — голос Деринг.

— Ладно! — Из, но с задержкой. — А как со временем?! И с вами?!

— Просто! Вышедшие на поверхность, ждут пару дней! Если мы не появимся — значит… задержались! И идите без нас! Догоним! — крикнул в ответ я.

Еще несколько минут заняло уточнение. Но время вышло. Все разошлись.

Под завалом повисла тишина. Вот уж действительно — гробовая…

— Алекс? — раздался шепот в темноте.

— А?

— Ну… Не молчи, а?

— Хорошо. А о чем ты хочешь поговорить?

— Н-не знаю. Не важно. Важно просто не молчать.

— Конечно. Понимаю.

Я почувствовал, как нежный пушок ее щеки коснулся моей.

— Вот уж не знала, шо оно так…

— А кто может что-то знать наперед?

— Верно. Но ведь надеешься, шо как-т все по-другому будет. Как-т не так все. Не правильно.

— А как?

— Я? Ну… дом… внуки… все такое… Но от шо все от так… Раз и все… Не правильно… Глупо… Бесполезно… А ты?

— Ну… Я офицер. Нам, как бы, не пристало загадывать — случиться может всякое. Но, знаешь… вот тоже совсем не так. Обидно немного…

— Эт верно… А знаешь че?

— Что?

— Не так уж это страшно. Ну… Я не имею в виду ваще, но… От тут… С тобой не страшно… Совсем…

— Мне тоже… С тобой.

Какое-то время мы просто молчали.

— Алекс?

— Да, Эплджек?

— Знаешь я… Я хочу спросить… Фу-ты! Как маленькая, прям…

— Да?

— Я… т-те нравлюсь? Хоть чуть-чуть?

— Да! Очень, — прошептал я, прижавшись к ее щеке.

И почувствовал, как она прерывисто, нервно выдохнула:

— Т-ты мне тож. Т-тож очень.

Я почувствовал ее дыханье на своей щеке. И не только дыханье. И не только на щеке.

Лишь спустя несколько секунд к нам вернулась способность трезво мыслить. Вернее, я понял, что кое-что не так. У нас все еще был воздух. А значит, где-то все-таки порода легла не плотно. И это "где-то" оставалось нашим единственным шансом.

— Эплджек?

— Да Алекс?

— Ты можешь поднять ноги над головой?

— Попробую. Вроде да.

— Тогда помоги мне. Попробуем выбраться в ту сторону.

— Давай. Хуже уж точно не будет.

Работать пришлось долго. Очень долго. И очень медленно. Иногда и просто по камушку, пытаясь как-то растащить или разрыть эту кучу. Конечно, все это могло обвалиться и накрыть нас чем-то еще более тяжелым в любую секунду, но тут уж выбирать не приходилось. Или мы роем, несмотря на возможность погибнуть под обвалом, или лежим тут и медленно, но верно умираем, третьего просто не было дано. Мы решили рискнуть.

И оно того стоило. Внизу, на уровне Эплджек, удалось раскопать крохотный лаз, дающий надежду на жизнь.

— Можешь туда протиснуться?

— Ща попробую…

ЭйДжей ужом завертелась подо мной, пытаясь протиснуться в освободившийся неширокий проходик между камней.

"Уф! Спокойствие! Только спокойствие!"* — стучало в этот момент в моей голове.

"Смогла! Она смогла вылезти! А вот мне хуже. Я крупнее и у меня все еще дурацкий рюкзак на спине".

С рюкзаком пришлось поступить просто. Я дотянулся до своего ножа и обрезал лямки. Продукты, запас медикаментов, спальник, что-то еще… Все это приходилось просто бросить. Протащить это как-либо в лаз не представлялось возможным. Тем более что как только я улегся к нему, что-то уже посыпалось и опасно захрустело. Обдирая бока, я как мог быстро протиснулся в крохотную лазейку между камнями.

Ура! Шахта! Целая, не рухнувшая шахта. И не важно уже, куда она приведет. Важно, что мы с ЭйДжей здесь, а не там.

Обвал гулко вздрогнул. Объемистое чрево, которого мы сейчас счастливо избежали, захлопнулось, погребя в себе мой рюкзак и сумки ЭйДжей.

Мы выпотрошили карманы: пара фляг, карта Заэплузья, компас, мелки, моток веревки, четыре свечи, кремень с огнивом. Пара ножей. Аптечки.

Вот и все. И никакой еды.

— Ох! — вздохнула ЭйДжей, вытягивая что-то из-под ближайших камней, — Я уж думала, шо потеряла ее навсегда, — натянула она жутко пыльную и грязную шляпу. Впрочем… Возможно, шляпа была сейчас даже чище нас самих.

Где-то рядом хрустнула очередная балка. Попасть под второй подряд обвал как-то не улыбалось, и мы спешно двинулись дальше по шахте. Шли долго. Шахта спускалась ниже и ниже. Пока не уперлась в массивную когда-то, а теперь гнилую и разваливающуюся дверь.

За дверью начиналась длинная, узкая кишка пещеры. А что делать? Идти больше было некуда. Вдобавок пришлось зажечь одну из свечей, хотя с помощью одного кремня это было о-о-очень непросто — если в шахте был хоть относительно ровный пол, то здесь можно было поломать все, что угодно. Хорошо, хоть толчков больше не ощущалось.

Идти пришлось долго. Создавалось уже такое ощущение, что эта кишка вела нас через все горы. Однако, как ни странно, но спустя где-то полчаса кишка закончилась. Мы шагнули в довольно большую и, как мне показалось, достаточно сейсмобезопасную пещеру. На входе мы наткнулись на трухлявый факел, воткнутый между камней. Конечно, мы разожгли его.

И обалдело встали.

Свет слабенького, казалось бы, факела десятки, сотни раз отразился от полупрозрачных сталактитов, сталагмитов и сталагнатов, наполняя пещеру неярким золотистым сиянием.

Только сейчас навалилась усталость. Не отводя глаз от камней мы уселись на какой-то широкий выступ. Прилепили рядом свечу.

— Знаешь, я… Я никогда не видала ниче подобного!

— Я тоже.

— А давай эт будет наша пещера?

Я смотрел на ЭйДжей. Она — на меня.

И вновь встретились не только наши глаза.

Мир сузился до размера пещеры.

Здесь и сейчас, в этом мире, существовали только мы.

И мы знали, что сегодня нам уже не будет ни до чего дела.

Две души слились воедино.

* * *

Я проснулся от холода и сырости. Глянул на часы. Снаружи, должно быть, уже утро… Факел давным-давно прогорел. Как и свеча. Пещера была погружена во тьму. Великолепная при свете, без него она стала неуютной. Не удивительно, когда знаешь, что вокруг тебя огромное пустое пространство, что весь свод над тобой усеян острыми сосульками сталактитов… В таких местах обязательно начнет мерещиться кто-нибудь за спиной.

Впрочем…

Я-то знал, кто сейчас у меня за спиной. За спиной у меня тихо посапывает пони, ради которой я пойду на все. Осушу океан, снесу эти горы, убью или сам расстанусь с жизнью. Что угодно. Лишь бы с ней все было в порядке.

Я решил обследовать пещеру, ибо глаза уже попривыкли к темноте, хотя вокруг, казалось бы, и не было источников света. Даже не физически привыкли, темень по прежнему была сплошная. Просто темнота перестала пугать, сама стала привычной, появилось какое-то странное, неописуемое чувство, позволявшее, хоть и слабо, но ориентироваться. Быть может, причиной тому была память, автоматически отметившая про себя расположение основных камней или крупных сталагмитов. Быть может, что-то еще. Мне трудно сказать. К тому же, изрядно хотелось есть. Что ж. Эта пещера хоть и смотрелась абсолютно лишенной жизни, но оказалась приветлива к паре чудом выживших пони. Оказалось, что в ней, пользуясь сыростью, растет один из съедобных видов лишайников. Я собрал весь, что смог найти, хотя это было очень непросто, набив его в аптечку и карманы формы. Может, пригодится, если будет совсем туго.

В темноте послышался шорох. Похоже, просыпалась ЭйДжей.

— Холодина-т какая… — пробормотала она. — Алекс? Ты где?!

— Я тут, — присел я рядом, приобняв ее.

— Хорошо… А-т в этой темноте…

…

— Слушай… Алекс…

— Да?

— То, шо седня было… ну и… ваще… я и ты… Давай эт… пока останется тайной, а?

— Хорошо. Давай.

Примерно минуту мы просидели молча. Я нарезал кусками одну из оставшихся свечей. Так может оказаться удобнее.

— Ну что? Может, пойдем дальше?

— Агась. Канешн. Может, еще и жрать будет не так сильно охота.

— Ну, на этот случай есть у меня пара крайних средств.

— Не, ну таблетки эт понятно. К ним бы че-т получше…

— Есть еще лишайник.

— Лишайник?

— Ага. Съедобный. Как крайняя мера.

— Хм. Ну, если как крайняя, тада ниче.

Мы шли уже почти сутки. Практически без остановок. Пещеры петляли, поднимались выше, опускались ниже… Утешало только наличие компаса, позволявшего кое-как ориентироваться в нагромождении пещер и естественных тоннелей, их соединяющих.

Но наличие компаса не означает наличие пути.

Где-то там, за толщей скалы, уже вновь наступила ночь, накрыла все от горизонта до горизонта своим черным саваном. Саван порвали первые лучи рассвета. Взошло, погоняемое Селестией солнце и медленно покатилось к зениту.

Пред нами предстала очередная пещера, ничем не отличавшаяся от предыдущей.

Кроме того, что из нее не видно было выхода.

Нет. Он, конечно был. Где-то недалеко, и вроде бы ниже нас слышно было журчание воды. Проход был. Должен был быть. Не мог не быть. Но мы не могли его найти.

В конце концов, мы были уже на пределе. Нужен был отдых. Нужна была еда. Средства аптечки, увы, были не безграничны. Нормальная еда — единственное, что могло помочь. Нормальной не было. Был дурацкий лишайник, который и пошел в ход прямо в сыром виде. Конечно, лучше было бы его высушить и сварить что-то среднее между супом и кашей. Но нам негде и некогда было его сушить. Не говоря уж про сварить. Пришлось жрать так. Лучше это, чем ничего. Тогда же ушли и последние глотки воды из моей фляги. Во фляге Эплджек оказалась вообще не вода, и ее решили поберечь на самый край.

Обнявшись, нам удалось заснуть. Увы, совсем не на долго. Всего-то часа на три, не больше. Просто почувствовали одновременно, что если больше, то этот сон на холодных камнях может из краткого превратиться в вечный. А это пока не входило в наши планы. Было еще какое-то желание хоть немного побороться.

Отдохнув и продолжив поиски с новыми силами, мы все же смогли обнаружить проход. Раньше мы не видели его из-за каменных глыб, закрывавших неширокий лаз, ведший довольно резко вниз. И, конечно, сразу им воспользовались.

Перед нами оказалась еще одна, совсем крохотная, пещерка. По ней, не торопясь пока еще, протекала небольшая подземная река.

— И че дальше? — устало вздохнула ЭйДжей.

— Дальше? — переспросил я и улыбнулся. — Дальше наш шанс!

— В смысле?

— Если у этой реки есть начало, то есть и конец! Осталось разобраться, где он! Должна ведь она где-то выходить из горы?!

Я, конечно, не стал говорить, что она может, например, окончиться водопадом с приличной высоты, или вообще выйти на поверхность намного позже, чем закончится воздух в легких…

— Ха! А ты прав! — улыбнулась Эплджек. — Эт шанс!

— Ух! Холодина! — я коснулся воды копытом. — В такой водичке у нас минут пять максимум.

— И че будем делать?

— Поможешь с веревкой?

— Угуф! Канефно! — кивнула ЭйДжей, уже с веревкой в зубах.

Какое-то время мы провозились, готовясь к заплыву.

— Во-о-от… — я подергал узел. — Поступим просто. Если я перестану тянуть веревку вперед больше, чем на… ну, допустим, пять секунд — тяни назад. Хорошо?

— Агась.

Я скинул все лишнее и зашел в воду.

"Холодина, холодина, холодина…"

И дал себе минутку привыкнуть к температуре.

— Готова?

— Агась, готова!

— Поехали!* — я махнул ногой и нырнул.

Вообще, скажем честно, я не самый хороший пловец. Не утону. Кое-чего могу в воде. Но далеко не самый.

"А вода здесь хорошая, чистая. Правда, все равно не видно ни зги, но плыть в мути было бы еще хуже". — автоматически отметил мозг, в то время, как тело отчаянно боролось с переохлаждением.

Из-за этой непроглядной темноты мне приходилось время от времени касаться копытом потолка, проверяя уровень воды. Есть! Есть карман! Я вдохнул воздуха и нырнул дальше. Веревки, тонкой, но прочной, пока еще хватало.

Впрочем, проплыл я недолго — веревка все-таки кончилась раньше, чем я рассчитывал. Но, если ощущения не врали, впереди что-то было. Вероятно — еще пещера. Шанс. Призрачный, но шанс.

Я развернулся назад, чувствуя, что Эплджек уже начинает тащить меня.

— Уф! — я вылез на берег и тут же, начал зарядку.

— Ну? Как там? Че-т есть?

— Есть… уф… Похоже, как минимум, еще одна пещера.

— Плывем?

— А у нас есть другой выход?

— Ток я эт… С водой не особо. Ну, не топор, конечно, но… Сам понимаш, где на ферме особо поплаваешь?

— Понятненько. Ничего, я помогу, если чего. Можешь за хвост держаться. Там по пути есть карман, я покажу.

— М-м-м… А че за "карман"?

— Место, где между водой и скалой остался воздух и можно немного отдышаться.

— Поня-я-ятненько… А с вещами как будем?

— Да никак, — я как раз натягивал свою форму. — Самое большее, что мы можем, это переодеть форму карманами внутрь. Может, что-то даст. А может и нет.

Собственно, так мы и поступили.

И, спустя пару минут — вперед.

От кармана до следующей пещеры, оказалось, плыть на много дольше, чем я ожидал. Когда мы, наконец, вынырнули, легкие уже горели огнем.

Но мы все-таки смогли. И даже без проблем выбрались из воды. Размялись. Растерли друг друга как могли. В общем, немного согрелись.

А вот дальше была проблема.

Из пещеры не было явных выходов.

Я даже еще раз сплавал дальше по реке. Бесполезно. Дальше подземное русло было перегорожено то ли булыжниками, то ли чем-то еще. Факт есть факт — нам там не проплыть.

Приехали.

Обессиленные этой новостью, мы просто сидели. Привалились спинами к скале, и сидели, глядя на сделанный только что обрезок последней свечи. Крохотный, яркий язычок пламени лишь слегка разгонявший сырую тьму вокруг.

Мы были пусты. Единственное, одолевавшее сейчас желание, кроме голода, было желание сдаться.

Дождаться пока погаснет свеча, закрыть глаза и остаться здесь.

Навсегда.

Похоже, мы все-таки заснули. Неизвестно, сколько это продолжалось.

И снова разбудил нас страх. Только еще больший, чем прежде. Я просто почувствовал сквозь сон, что еще немного, и все. В самом полном смысле этого слова — Все.

ЭйДжей встрепенулась почти одновременно со мной, поднимая голову с моего плеча.

— Эх! — вздохнула она и тихо выругалась. — А ведь как хорошо все начиналось.

— Оно и сейчас еще не закончилось! — возразил я. Надо было гнать от себя всю эту чепуху.

— Думаешь?

— Конечно! Пока мы еще дышим — всегда есть шанс! И даже если бы нас съели, все равно оставалось бы два выхода! — попробовал пошутить я.

Эплджек слегка улыбнулась. Я не видел этого. Я просто почувствовал.

— Давай-ка еще раз все осмотрим. Должны же мы были что-то упустить? — я разжег последний обрубок свечи.

— Аг-гась… Алекс! Свеча!

Я глянул на огонек. Тот слегка колыхнулся.

— Где-то тут сквознячок, агась? — снова улыбнулась она.

— То-о-очненько!

Мы обошли пещеру с огарком, поднятым вверх на столько, насколько можно было дотянуться. Дуло явно по верху. И скоро нашли. Почти над самым сводом, в дальнем углу пещеры был проход. Узкий. Только ползком. Но был.

Наполнив на всякий случай водой флягу, я подсадил Эплджек и кое-как, уцепившись зубами за ее хвост и помогая себе, пока это было можно, крыльями, забрался сам

Похоже, удача все-таки стояла к нам не крупом.

Впереди, в конце узкого лаза, показался, нестерпимо яркий после столь долгого заточения в пещере, вечерний свет.

Последней, крохотной проблемкой оставалась ширина лаза на выходе.

К счастью, это уже был не камень, а простой хоть и плотно слежавшийся грунт.

Однако ЭйДжей впереди все же застряла. Пришлось помогать ей, упершись копытами в круп. Она только фыркнула с непонятной интонацией.

"Кто другой бы получил бы сейчас копытом в зубы", — почему-то подумалось мне. И почему-то эта мысль была приятной.

Самому мне тоже пришлось повертеться. Даже немного покопать. И уж точно — оставить немало перьев в этом проходе.

Но какие уж тут, к Дискорду, перья!

Мы вырвались!

И, почти сразу, запнувшись и сбив друг дружку, скатились по пологому склону в какой-то кустарник.

* * *

Где-то рядом залилась трелью незнакомая мне птица. Свежий, даже чересчур свежий, ветер, дувший с гор, колыхал кусты и редкие пока еще деревья. Уютно потрескивал небольшой костерок, на котором грелась фляга, наполненная сейчас, вместо воды, ароматным варевом из корней некоторых растений, найденных нами поблизости. Кое-что, конечно, было съедено и в сыром виде, но организмы требовали чего-то более… цивилизованного, что ли…

Мы сидели и смотрели на огонь.

— Ну че? Вродь живы? Када пойдем искать остальных?

— Если хочешь, можем попробовать начать сегодня. Карта у нас есть, — я достал из кармана карту и развернул ее прямо на земле.

Похоже, у меня вырвалось что-то нецензурное. А потом еще удивляюсь: откуда Скуталу понабралась…

— Фу, Алекс! — поморщилась ЭйДжей. — Че там такого прям?

— Извини. Просто после нашего с тобой заплыва, это уже не карта. Это можно уже выкинуть, — я продемонстрировал все, что осталось от карты.

— Мда… Здесь уже почти ниче не разобрать, эт точно.

— Ага. Остается только искать какие-то примерные ориентиры.

— Агась. Но ведь мы все еще должны быть… э-э-э… справа от них? — уточнила ЭйДжей.

— Вроде да.

— Тада, давай попробуем пройти хоть немного седня?

— Верно. Как только поедим, так сразу и в путь!

И мы снова уставились на огонь, поджидая флягу.

Мда… Конечно эта бурда из фляги не была кулинарным шедевром, но она давала минимально необходимое количество белков, жиров и углеводов. Она просто позволила нам выжить. Не более…

Мы начали поиски сразу после еды…

Судя по ориентирам, искать нам было, очевидно, очень долго. Так оно и получилось. До самой ночи мы не смогли найти никаких следов остальных групп.

На сей раз приютом нам стал выступавший из скалы каменный козырек, который углядела ЭйДжей. На вид он выглядел довольно прочно, а места под ним хватило бы и на весь наш отряд.

Натаскали немного веток, чтобы ночевать не на голом камне. Разожгли костер. На большее нас не хватило. Мы просто повалились. Эплджек ближе к скале. Затем, ближе к краю, я. Наконец было тепло и относительно сытно.

— Хоть бы с Блум все было в порядке… и с остальными… — раздался тихий вздох сзади. Эплджек обняла меня за шею и прижалась грудью к моей спине. Положила на меня голову. Выгоревшая на солнце грива защекотала нос. Я улыбнулся, оборачиваясь:

— Конечно! Как же еще?!

А уже следующим утром нас ожидала отличная новость.

Не успели мы пройти и часа, как заметили серую точку в небе. Точка постепенно росла и превратилась в серую пегаску с необычными глазами.

— Эплджек! Алекс!! Живые!!! — с радостным воплем кинулась вниз серая, совершив по дороге немыслимый кульбит. — Нашлись!

— Привет, Дерпи! — только и выдавили слегка оглушенные мы, пока та хлопала и обнимала нас.

Впрочем, что такое быть действительно оглушенными мы поняли несколькими секундами позже, когда из-за кустов вылетели и понеслись в нашу сторону три ракеты. Хорошо еще, что мы успели присесть и подготовиться.

Рыжая ракета влетела в меня, желтоватая в ЭйДжей, белая накрыла всех:

— Алекс!

— Эплджек!

— Нашлись!

Грязная, но счастливая, Скуталу повисла на моей шее.

И они проводили нас до своего лагеря.

Удивительно, но Радуги с Изом еще не было.

Мы с ЭйДжей рассказали про себя. Естественно, далеко не все. И попросили Деринг, Дерпи и Меткоискательниц рассказать, что случилось с ними.

* * *

— Да ничего такого, в общем-то, и не случилось… — начала Деринг.

— Агась! Ну, то есть ниче такого, как у вас, — перебила Блум.

— Но кое-что все-таки произошло! — подключилась Свити с какой-то странной интонацией в голосе.

— Ага. Когда там все рухнуло, Деринг повела нас по тому тоннелю, что нам остался. Довольно страшно там было. После обвала-то, — а это уже Скуталу.

— Агась! Но ведь ниче не оставалось? Да и обернулось все… удачно, — Блум.

— Жалко только, что мои таланты единорога никак не проявились, — грустно потупилась Свити.

— Верно. Но ведь мы и без них кое-что нашли? — Скут. — Да и не обязательно, что они у тебя будут те же, что и у Рарити.

— Угу…

— В общем! Где-то там, на глубине мы и решили заночевать. Холодно там было, аж жуть! — Блум. — И нам нужен был костер…

— А для костра — дрова! — перебила Скут. — Мы и решили попробовать разобрать старые ящики! А в одном камни оказались! Вот, правда, не знаю, можно ли это назвать… спилиалохией.

— СпЕлЕОлоГией, Скут! — поморщилась Эпл Блум.

— Да? Ну неважно! Главное кучу камешков каких-то достали! Деринг говорит, что вроде ценные.

Ду многозначительно покивала.

— Правда, вот меток спелеологов мы так и не заработали, — Свити продемонстрировала круп.

— Ага… — одновременно выдохнули Блум и Скуталу.

— Меток так и нет, — Скут.

— И идей пока тоже, — Блум. — Ну… По крайней мере, идей выполнимых…

— Ага…

— А камешки — вот, — Скуталу раскрыла карман "формы" и вытряхнула на копытце несколько камней.

То же самое сделали и остальные.

Камни, как это и бывает, оказались уже ограненными, хотя и без изысков, и не слишком маленькими. Я бы даже сказал, что не часто встречающимися.

— Что ж! — улыбнулся я. — Поздравляю вас с удачными находками!

— Агась! Я тож!

— Спасибо! — в один голос ответили все трое.

— Правда, это еще не совсем все, чтоб уж быть точными, — снова попыталась взять слово Деринг.

Жеребяшки как-то мигом помрачнели.

Глаза Свити Бель как-то странно округлились, и та резко поднесла копытце ко рту. Сглотнула. Тихо выдавила:

— Простите. Просто представила…

Блум уставилась куда-то в одну точку.

Скуталу, закусив губу, смотрела на меня.

— Да че случилось-т потом? — не выдержала Эплджек.

— Потом? — Блум перевела на нее взгляд. — Потом мы открыли еще один ящик. Думали, шо там тож камни.

— И? Че?

— И какого Дискорда нас потянуло? — проговорила Скут, все еще глядя на меня.

Свити только согласно кивнула.

— Так че там было? — продолжала допытываться Эплджек.

— Там? — Скут подошла и приткнулась к моему боку. Тихо прошептала:

— Трупы.

— Ч-че?

— Тебя так интересуют подробности их состояния? — ответила вопросом Деринг. — Если да, то недоеденные. А вообще я что-то слышала не так уж давно о какой-то экспедиции, пропавшей в этих горах. Да и шахты, ходили слухи, закрылись не только из-за того, что были выработаны. Поговаривали, что еще задолго до того там стали пропадать рабочие.

— Д-да как т-кое ваще возможно? Ку-уда Селестия смотрит?

— За Селестию не скажу, а по поводу возможности… Скорее всего, ну, я так думаю, кто-то из подземных троллей решил перейти на мясной рацион. А место там было достаточно холодное…

— И ты так спокойно об этом рассуждаешь?

— А что ты предлагаешь? Ломиться туда? По-моему, у него жратвы и без нас хватает! А уж то, что он нас сожрет, так это можешь не сомневаться!

— Но… ну… Ниче я не предлагаю. — выдохнула ЭйДжей.

— Вот и правильно, — кивнула Деринг. — Не до этого сейчас. Минуло, да и ладно.

— Будет в планах на будущее, — высказался я. — Закончим с этим, надо будет заняться. Меня, вот, больше сейчас интересует, где Иза с Радугой носит? Но это, конечно, вопрос риторический. А вот второй — практический. С Понивиллем связывались? Что нового?

— Связывалась вчера, — интенсивно закивала Дерпи, во время чего ее глаза выглядели еще более странно. — Паршивые новости…

— Не тяни, Дерпи! Чего там стряслось?

— Атаковали город. Есть потери и среди гражданских, и среди гвардии.

— Вот уж точно — паршивая.

— Есть и получше: скоро, буквально со дня на день, прибывает Луна.

— Ладно. Будем надеяться, что она там справится…

На этом мы решили прервать расспросы и отдать должное аппетитно булькавшему на костре кулинарному изыску, в тайне надеясь, что это будет что-то получше вчерашнего варева.

Мы уже практически закончили с едой, когда откуда-то, совсем не со стороны входа в шахту, показались две закопченные, грязные до неузнаваемости, фигуры.

— Из?

— Радуга?

Мы не поверили своим глазам.

— Ага, мы. Мы самые. — устало пробормотали они.

Они доковыляли до костра и рухнули рядом.

— Так чего с вами стряслось? — не выдержал я.

Они переглянулись.

— Ладно, — кивнул Из. — Сейчас расскажем.

И, едва переведя дух, они начали.

ГЛАВА 16

Рассказ Радуги и Иза

Из начал первым:

— После того, как обвал заставил нас разойтись, мы отправились своим рукавом шахты. Ничего, в общем-то. На вид там все неплохо сохранилось. Толчков больше тоже вроде не было. Вещи наши, опять же, при нас остались. Еда есть. Компас целый. Чего еще желать? Знай себе ищи выход.

Так мы прошагали до самого вечера. Нашли какую-то пещерку для сна. Спальники раскатали. С ужином, правда, ничего не вышло…

— Ну извини! — перебила Радуга. — Я все-таки спортсменка, а не повар! Взяться за готовку могу. Но что там получится в результате, заранее не скажу.

— Да я и не в претензии! — поднял, извиняясь, копыта Из. — Сухой паек, слава Селестии у меня был.

— Кхм!

— Э-э-э… Ладно. В общем мы кое-как поели. Ночевали тоже неплохо…

— Ага! — снова перебила Дэш. — Че плохого! Сказал, что будешь сторожить полночи, а сам небось полночи на меня пялился?!

— А? Э-э-э… Кхм! Да нет…

"О! А Из-то как смутился!" — отметил я про себя.

— Че "да нет"? Не все полночи? Иль не пялился?

— Угумк… Не пялился я…

— А почему? Со мной че, чет не так?! Недостаточно красивая?! — РД прятала довольную усмешку, старательно хмурясь. Для эффекта даже приподнялась в воздух и уперла копыта в бока.

— Мэк… — только и выдавил в конец стушевавшийся Из, с непередаваемым выражением на лице.

Радуга уже не смогла удержаться и прыснула, завалившись на спину в воздухе.

— Продолжай уж… — отсмеявшись, махнула она в сторону Иза.

— Кхм! Да. Вот я и говорю, что ночевали неплохо, — Из на секунду прервался, кинув взгляд на Радугу. — Первый день прошел нормально. Странности потом начались. Точнее, начались они, когда что-то хрустнуло под моим копытом. Я присмотрелся — это оказалась кость. И кость эта, как я сразу понял, принадлежала пони. Еще через какое-то время нам попался первый зажженный факел в креплении. По мере того, как мы пытались продвинуться дальше, этих факелов становилось все больше. Это начинало напрягать.

— Начинало? — снова перебила Иза Радуга. — Да ты еще в первый раз нож вытащил. А на второй вообще хотел обратно поворачивать.

— И был бы прав! Но ты разве послушаешь…

— Да нет, конечно… — слегка потупилась Дэш, — Ты ж меня знаешь. Вот я и настояла. Вернее, первой поперлась, а Из уже за мной потащился, — обратилась она уже к нам.

— Угу, — тихо выдавил надувшийся Из. — Нет, чтоб за хвост некоторых и волоком в другую сторону…

— Ага, — кивнула Дэш. — Может, так оно и лучше было бы… Но я все-таки его за собой потащила. Ну и притащила. Перед нами оказалась немаленькая такая пещерка, уходящая вниз. А там — че-то вроде палаточного лагеря.

— Угу, — перехватил Из. — Мы уж думали, что это КонАрм.

— Ага! Из укрылся на верху, а я сунулась в разведку…

— Даже не предупредив меня. Пока я просто думал понаблюдать и присмотреться, кто это вообще.

— А ты пустил бы?

— Конечно, нет!

— Именно! Потому и не предупреждала. Правда, с разведкой я… Маленько перестаралась.

— Не то слово. Поймали ее, в общем. Я и сделать-то толком ничего не успел. Успел только рассмотреть тех, что ее поволокли. Сначала, правда, даже не сообразил, кто это, и как эти доходяги могли поймать Дэш. Ну вы сами посудите: ходят как-бы на двух лапах, но передние почти тащатся по полу, очень тощие, длинный, выпирающий нос, шкура — от каменно-серого до медно-ржавого цвета, покрытая какими-то буграми, навроде волдырей, шерсть на башке черная…

Деринг вздрогнула:

— Пещерный тролль, — выдавила она.

— Тр-ро-олль? — Свити.

— Че за тролль такой? — Блум.

— Ага, и как на него охотиться? — Скут, — А че? — она оглянулась на остальных. — Метки охотников на троллей, тоже, наверное, круто выглядят!

Похоже, Блум и Свити были в этом далеко не так уверены.

— Лучше вообще не охотиться, — ответила ей Деринг. — Но уж если довелось, то нужно держать дистанцию. В ближнем бою они опасны чрезвычайно. Дерутся бешено. Страх смерти у них отсутствует напрочь. Жрут все, что движется. Оружие — длинные когти, зубы, иногда могут использовать камни. Быстрые, ловкие, сильные. Огня опасаются, но не боятся, или боятся, но не все виды. Могут его использовать. Пещерные, боятся солнечного света, тот вреден для их глаз. Имеют высокую способность к регенерации…

— К ри-ги-ни-… че? — переспросила Скуталу, судя по виду, старательно пытавшаяся все запомнить. Мда… Надо присмотреть. Вот, не дай Селестия, потащится забить пару — другую троллей…

— К рЕгЕнЕрации. Самовосстановлению. Раны себе заживляют очень быстро.

— А-а-а…

— Что еще… — задумалась Деринг, — Ну… Живут небольшими стаями. До пары десятков в каждой. Матриархат… — посмотрела на Скут. — Самка правит всеми… Ну, еще… Еще кровь используется для приготовления зелий. Иногда вроде зубы тоже куда-то идут… В остальном — злобное и бесполезное создание.

— Ну, вот! — перехватил Из, все это время тихо сидевший. — А до меня, вот, не сразу доперло. Когда доперло — грива зашевелилась.

— Угу. Везет, — насупилась Дэш, — До меня-то доперло, уже когда схватили меня вчетвером. Не, ну я-то, конечно, тоже не так уж просто им далась… Сдалась, — почему-то тут же поправилась она. — Эти ребята узнали у меня вкус копыт!

— Боюсь "вкус" копыт они знали и до этого, — невесело ухмыльнулась Деринг. — Правда, скорее в приготовленном виде…

— Какие мы ядовитые… — скорчила рожицу Радуга, — А то ты не знаешь, о чем я! Правда, мне показалось, что они мало чего почувствовали! Ну, думаю, хотите по-жесткому, будет вам по-жесткому! И ка-а-ак дала сразу двум ближайшим по… — она глянула на Меткоискательниц. Те таращились на нее. — Кхм… По самому болезненному месту! Так им хоть бы что!

— А что это за место? — живо заинтересовалась Скут.

— А? У… Кхумпф… — Дэш чуть не закашлялась.

Честно говоря, и у остальных сейчас вид был не лучше, чем у как-то сразу зардевшейся Радуги.

— Я… Я те потом как-нибудь… объясню…

— А че не щас?

Вопрос повис в воздухе…

— Ну… Потом.

— Бу-у-у…

— Так, — решительно выдохнула побледневшая Дэш. — Пошли.

Она отозвала Скуталу в сторону.

Через минуту обе вернулись.

Скут, со странным выражением, застывшим на лице, и остекленевшим взглядом, плюхнулась на свое место и замерла в полной неподвижности.

— Пс-с-с! — тихо, но слышно прошипела Эпл Блум. — Так че за места?

Ноль внимания.

Блум попробовала пихнуть.

Второй раз.

Третий.

Результат тот же.

Блум применила крайнюю меру, на которую в другой раз Скут бы наверняка обиделась — легкий подзатыльник.

— Ау… — пробормотала статуя.

Иной реакции не последовало.

— Да ну тебя… — надулась Блум.

Выражение лица Эплджек, слушавшей весь этот монолог Блум, в тот момент не поддавалось описанию.

Из, тем временем продолжил:

— В общем, видеть-то я видел, но сделать уже ничего не успел. Повезло, что сразу не убили после такого… сопротивления. Ну, а я пока нашел место, откуда просматривался весь их лагерь. Я, правда, сначала удивился: откуда у них палатки. Потом только увидел, что и не палатки это вовсе. И покрыты они были совсем не брезентом и не тканью…

— А ч-чем? — Свити.

— Шкурами. Кого жрали, тех и использовали.

— Угу, — снова вмешалась Дэш. — А мне каково было, когда я на их "палатках" метки увидела? И не только метки… Пока эти четверо тащили меня куда-то. А тащили они меня в какую-то крохотную пещерку рядом с их лагерем. Почти всю ее, как оказалось, занимает здоровая такая деревянная клетка. Ну, меня туда и засунули. Еще и к решетке привязали так, будто… не только сожрать хотели. Но что-то загрохотало, отвлекло их. Они свалили.

— Загрохотало, это я, — перехватил Из. — Я видел, куда они ее повели и воспользовался тем, что лагерь их был расположен ниже меня. Там в пещере было что-то вроде карниза. Я зашел с самой дальней стороны и подготовил искусственный обвал. Ну, из тех, где надо только за веревку дернуть. Веревка была. Камней подходящих, правда, нашлось немного. Пришлось использовать содержимое наших рюкзаков. Но их бы и так надо было бы бросить. Сунул в карман остатки сухого пайка, да и все. А остальное посыпалось вниз, отвлекая внимание в тот момент, когда я уже был недалеко от входа в ту пещерку с клеткой. Слава Селестии — сработало. Уроды особым умом не отличались — ломанулись туда. Ну а я — к Радуге. Влетел в пещеру, отпер клетку, полоснул ножом по веревкам.

— А п-потом? — снова Свити.

— А потом у нас был та-акой полет, что нескоро забудем! — Радуга. — Эти тролли быстро очнулись, и бегали действительно классно. Даже я не припомню, чтоб когда-нибудь летала с такой скоростью в такой тесноте.

— Угу. На беготню от них ушел весь остаток того дня и даже больше. Они-то тут все ходы-переходы знали… Нет, я конечно мог бы сделать одного-двух в копытопашной, но не десяток же?

— С остальными я бы, так и быть, помогла!

— Ага. Видели. Знаем. Лучше не надо. В общем, в конце концов, мы их где-то потеряли, но времени на это ушла уйма. Да и где мы сами оказались, было совершенно непонятно, — Из развел копытами. — Дальше перлись практически наугад — с одним компасом да мелками. Усталость, конечно, сказывалась, но ночевать в тех пещерах еще раз уже как-то не очень хотелось. Где только ни пришлось нам полазить! Интересно, это во всех пещерах ходы такие узкие?

— Да не, — опять съязвила Радуга. — Только в тех, которые попадались нам. Причем он еще иногда так галантно пропускал вперед… Чтоб я первой застряла…

Из снова запнулся.

— Кхм. В общем, выбрались мы куда-то уже утром… даже не знаю, какого дня. Утро. Холодина после ночи. Да еще и ход вывел куда-то высоко. Там даже не иней, а просто снег лежал. Ох уж мне эта здешняя неконтролируемая погодка! Прошли сколько могли — лететь сил уже не было.

— Верно. Если честно, то я и идти-то уже с трудом могла. На Иза опиралась.

— Конечно! Столько отмахали! Но я тоже не двужильный. Выдохся быстро. Снега там немного было — отрыл яму на склоне, на какую хватило сил, но так, чтоб ветер не доставал. Кустарник там какой-то был — пошел на подстилку. Для костра он слишком сырой был, а под себя подложить сгодился. Собственно и все. Доели дурацкий сухпай. Из какого только сена его делали… РД первой легла, потом я, так, чтоб ее больше согреть, да и самому согреться…

— Угу, "согреть"… Знаем мы такие "согреть"…

— Так и заснули хоть и ненадолго, — решил не обращать внимания Из. — Паршиво, но ничего лучше не придумалось.

— Ага. Только вот "согреть" у него как-то не очень получилось. Проснулась с ощущением, что щас сдохну.

— На тебе-то хоть инея не было…

— Эт да…

— Ну, а проснувшись, решили, что надо куда-то идти, — продолжил Из. — Пошли практически наугад. Карта Заэплузья есть, но вот привязаться к местности оказалось сложновато. Разве только общее направление, да и то только поднявшись в воздух.

— А потом я углядела что-то похожее на то, что было на карте, — снова перебила Радуга. — Ну и рванули сюда. А тут и дымок показался!

— Вот так оно и было, если вкратце. А что там с вами приключилось?

— Так! Стоп! — взбунтовалась Радуга, принюхиваясь. — Оно может и интересно бы узнать, но лично мне сейчас более интересно, что там так ароматно пахнет в котелке?!

Тут уж, конечно, спохватилась ЭйДжей, и, пока Радуга и Из приканчивали остатки варева, мы снова пересказали свои истории. Сначала Деринг, Дерпи, Скут, Блум и Свити, чья история была частично связана с теми же троллями. Потом мы с Эплджек.

Пока новоприбывшие отдыхали, решено было разобраться с ситуацией.

— Дерпи?

— У?

— Про КонАрмовцев ничего не передавали?.

— Было. Дали примерные координаты.

— Здорово! Сколько уже в гвардии, а все не перестаю удивляться нашей разведке! Казалось бы! Заэплузье! Глушь дремучая! А все равно! Хоть примерно, да наведут! А где? — я расстелил последнюю оставшуюся карту, только что изъятую у Радуги.

— Мэ-э-э… Ща… Фут хде-фо, — Дитзи хотела сначала шлепнуть по карте копытом, но не решилась. То ли решила поберечь последнюю карту, учитывая, насколько грязными мы все были, то ли, что райончик под копытом поместится немаленький. Помешкав, достала целый еще мелок и отметила им.

— То есть идти нам до них совсем немного…

— Уфу. Фоффем фьють-фьють… Тьфу! — мелок полетел в сторону. — Совсем чуть-чуть осталось.

— Аг-га… И только одна преграда на пути! Здорово!

— Только, эта преграда тоже может оказаться не такой мелкой, как ее рисуют! — заметила подошедшая Деринг. — Ручей Галопа. Звучит довольно интригующе для простого ручейка, да?

— Ну… Подойдем — увидим, что там за ручеек.

— Есть еще одно ма-а-аленькое такое НО! — заметила Эплджек, разбиравшая оставшийся скарб. — Крохотное! Пожрать, если из готового, у нас осталось на раз-два!

— Но идем-то мы в готовый лагерь? — ухмыльнулся я. — Думаю, там они нас угостят!

— Че-т я сомневаюсь, шо они нас там сильно ждут, — улыбнулась в ответ ЭйДжей.

Свити и Блум непонимающе таращились на нас. А вот до Скут, похоже, дошло.

— А мы их о-оч-чень хорошо попросим! — прищурилась она.

— Значит, решено?! — я, уже привязавшись вроде бы к местности, свернул карту. — У нас еще примерно полдня в запасе. Немного передохнем и попробуем выйти к Ручью Галопа?

Все были согласны.

— А тролли?

Конечно, это был вопрос от Скуталу!

— А тролли пока подождут нас тут!

— Но это же шанс получить метки охотников на троллей?!

Я тихо вздохнул…

— Когда соберемся разобраться с ними со всеми разом, обещаю взять тебя с собой. Но пока — мы все еще как бы немного спешим, да?

— Ну… Ла-адно… Может, по дороге еще шанс будет!

Уф! Вот как бы теперь не сдержать это обещание?

ГЛАВА 17

Ручей Галопа

Скажем прямо. Отдохнуть у нас как-то не особо получилось. То ли просто нервы тому виной, то ли начавшая портиться погода — с гор подул резкий, холодный ветер, а вернее и то, и другое сразу, но на прежнем месте мы провели еще едва ли полчаса.

Что ж! Тоже, возможно, не так уж плохо. Можно будет раньше добраться до ручья, а там все равно придется делать остановку. Другое дело, что доберемся туда более усталыми.

Впереди нас снова ожидали холмы, пока — больше каменистые, с великолепными осыпями, и все их прелести.

Однако, рано или поздно все заканчивается. Закончились и эти дурацкие каменюки. Закончились довольно резко и неожиданно. Просто съехав по камням с очередной кручи, мы обнаружили, что на этом серьезные препятствия как-то и кончились. Еще несколько минут и перед нашей группкой зашумел Ручей Галопа. Пусть берега его и были крутоваты, но на той стороне склоны были уже не такими каменистыми, росло все больше и больше деревьев, а на горизонте и вовсе виднелся Лес Леота. Тоже вроде как странное местечко, хотя и не возьмусь сравнивать его с нашим Вечнозеленым…

Стоило мне взглянуть на ручей, как у меня снова появилось стойкое желание найти того, кто делал эту карту, и кое-о-чем с ним переговорить. Не знаю, может, где-то возле Болот Нового Клона, происхождение названия которых оставалось для нас полной загадкой и вызывало желание когда-нибудь ее разрешить, Ручей и утихал до соответствия своему названию, может, частью под землю уходил, или еще что, но явно не в том месте, где к нему подошли мы!

Здесь это была довольно-таки неплохая горная речка. Не очень быстрая, но полноводная, пенистая из за множества камней, так что дно просматривалось плохо, и, как мы быстро убедились, ледяная.

А у нас летает только половина группы, если считать полеты Дерпи за половину от нормы, а Скут вовсе не брать в расчет. Да и та половина сейчас основательно выжата. Только одна Деринг более-менее. Ну, может, я еще гожусь куда-то несмотря на то, что крыльям моим прилично досталось. Но вдвоем мы всех не перетаскаем.

В общем — надо думать.

Я прошелся несколько раз вдоль берега. Ничего особо толкового не придумалось. Разве только использовать то, что наш "ручеек" в этом месте делал несколько довольно крутых изгибов, обходя холмы, а значит, течение тут было не такое сильное, как на прямиках. Все, что пришло в головы мне, Деринг и Изу, ибо если даже нам это было внове, то остальные и не слышали ни о чем подобном, это простейшая страховка, да вспомнилось, что переправляться надо по диагонали к течению, так, чтобы оставаться частично спиной, частично боком к потоку — меньше шансов, что снесет.

Мда… Ну почему меня никогда не хватало на длительные перелеты? Перетаскал бы всех, да и все. Так нет же! Выдыхаюсь быстро, если до этого нагружался еще чем-то. Даже если крылья в этом не участвовали вовсе.

Для пробы, я сделал пару взмахов. Да уж. Как и всегда. Лучше на них не надеяться.

— В общем так, — Деринг подозвала всех к себе. — Чего мы решили. Переправляемся по одному. Сначала, думаю, Из — проверит переправу. Я буду последней. Дэш?

— Чего?

— Сумки оставшиеся возьми.

— Угу, — согласилась Радуга, при этом мимикой выразив все, что она сейчас думает о таскании тяжестей, чужих естественно, свои-то, как известно не тянут.

— Остальные, по парам, — снова командовала Ду. — Пары, само собой: Эплджек — Эпл Блум, Дерпи — Свити Бель, Алекс — Скуталу. Потом будете страховать меня. Всех все устраивает?

— Не-а! — мотнула головой Дитзи.

— Чего?

— Рацию мне куда деть? И батареи? Я ведь, если туда сунусь, я грохнусь обязательно! А водичка им знаешь ли…

— Да-а… — Деринг потерла нос. — Проблемка.

— А че тут думать-т? — вмешалась ЭйДжей. — Берем да и делим все поровну, а? Я лично сестренку с рацией вполне выдержу.

— Я, вообще-т, и сама неплохо хожу! — вмешалась Блум.

— Агась! Ты поток этот видишь? Снесет, опомниться не успеешь! Пущу я тя саму, как же! — Эплджек достала одну из уцелевших веревок и быстро обвязала ей сначала сестру, а потом и себя.

— Вот же… Как на поводке…

— Эт для твоей же безопасности.

Против этого ничего не скажешь. Блум вздохнула.

Несколькими минутами позже, Эплджек, в порыве обеспечения безопасности, поймала-таки арканами и Скуталу со Свити, причем Скут далеко не с первой попытки, и привязала обиженную парочку к нам с Дерпи.

С батареями решили просто. Освободили от снаряжения наши "взрослые" формы, передав все Меткоискательницам или перегрузив в сумки. Перевязали батареи формой для большей защиты. Промокнет, конечно, но хоть от чего-то, может, лишний раз защитит. С рацией — еще проще. Ее просто упаковали в уцелевшую еще палатку. Самое ценное — в непромокаемое. Можно было бы и батареи туда засунуть, но все это плюс Свити было бы перегрузом для Дерпи. Деринг же, будучи замыкающей, по понятным причинам не хотела тащить Свити на себе.

Большую часть батарей взял я. Остальные решено было нести Деринг.

И начали.

Первым, как и было договорено, прошел Из. Течение все-таки было. И приличное. Но в целом вроде все нормально.

Следующей — Радуга с сумками. Тоже ничего. Что радовало — остатки снаряжения оставались при нас!

Эплджек. Ну, не так гладко. Чувствовалось, что нагрузка в виде увесистой рации и надутой Блум для переправы была несколько великовата.

Следующей была наша со Скут очередь.

— Готова?

— Давно уже, — кивнула та, покрепче сжимая мне шею.

— Тогда пошли.

Примерно до середины реки, которую язык не поворачивался обозвать ручьем, все было довольно неплохо, хотя с начала переправы поток, похоже, несколько усилился. Ближе к середине было хуже. И глубина больше, и течение, и дна совсем не видно. Ступать приходилось очень осторожно.

— Ах ты!

Какой-то из незаметных под водой камней, как оказалось, лежал неровно. Копыто поехало. Это заставило повернуться боком к течению, а в этом месте и без того было чуть не по шею.

Меня снесло.

Резко дернулась, натягиваясь, страховка.

Меня почти повалило на бок. Батареи, закрепленные на крупе, под собственным весом начали соскальзывать куда-то в бок. Плохо.

Скут, не в силах более удержаться, отпустила мою шею и повисла на страховке. Еще хуже.

Через еще несколько секунд меня приложило боком, а вернее съехавшими на него батареями об какую-то каменюку. Похоже, это доконало какой-то паршивый узел. Я почувствовал, как батареи вывалились из формы.

Течение мешало встать, хотя назвать речку глубокой было нельзя — вот по глубине — да, скорее ручей.

Деринг и Дерпи медленно тянули веревку.

Я оглянулся.

— Ты… в порядке?

— Пф! Эт… не считая… того… что я… Тьфу! Плавать… не умею? Тогда — да.

Я взглянул на веревку. Мда… А веревочка-то оказалась как-то не особо хороша уже. Об камень впереди перетиралась резво. Еще одна жила лопнула…

— Вот сей… Фу! …час и будем учиться!

— Ты про ч…

Договорить ей не удалось.

На нее налетел я — веревка все-таки лопнула, и нас понесло. К счастью недалеко — быстро удалось зацепиться, но по камням проволокло основательно.

— В порядке? — спросил я, уже выбравшись на берег.

— Относ-с-сительно… Щиплет-то как… *некультурное слово, которое я не возьмусь приводить*, — Скут рассматривала свои ободранные ноги.

— Ну… слава Селестии. Ничего страшнее ссадин.

— Ага… з-зараза…

— Вы как?

— Живы?

— Скут, ты как?

Вот и Деринг с Дерпи и Свити.

— И даже почти целы! — наиграно-бодро заявил я.

— Ага… с-с-с… поч-чти, — прошипела Скуталу.

— Правда, батареи утонули.

— Плохо. Ну, ничего! Еще есть. А там достанем где-нибудь, если что. Они, конечно, не маффины, чтоб везде пекли, но достать можно. А может и не понадобятся еще — нам ведь только до этих… Как их?

— КонАрмовцев? — подсказала Бель.

— Ага, их! Добраться только. Верно?

— Ага!

— Вот и ладненько! Может и не нужны будут!

— Странно. Веревка казалась такой прочной… — Деринг поморщилась, разглядывая обрывок. — Продолжим?

— Скут? Ты как насчет второй попытки?

— За. Аптечки, н-небось, все там уже?

— Кто ж знал?

— Вот и вперед!

Вторая попытка вышла много удачней. Перебрались. Выслушали порцию нотаций от ЭйДжей, направленных, правда, большей частью на Эпл Блум, но с тыканьем в нас копытом, как в живое доказательство. Наскоро залепили ссадины пластырем из аптечки. И принялись "греться" и наблюдать за переправой остальных.

Следующими шла связка Дерпи — Свити. Дерпи все-таки сумела навернуться только под самый конец переправы. Правда, Свити все равно не удержавшись на ней, искупалась. Но тут уж мы вытащили обеих.

Затем Радуга передала на ту сторону конец новой страховочной веревки, привязанный по эту сторону к дереву.

Переправу начала Деринг.

Почти на том же месте, где и у меня, у нее тоже поехала нога. Правда, у нее получилось устоять. Но дальше она передвигалась как-то слишком уж медленно. Для того, чтоб нормально выбраться на берег, уже потребовалась наша помощь.

— Чтоб его… — Деринг шлепнулась на землю, разглядывая правую заднюю ногу, — Такие камни… Фух! — выдохнула она. — Не. Ерунда. Вывихнула похоже.

— Не такая уж и ерунда! — возразил ей я. — Хорошо, что до КонАрмовцев осталось всего ничего. Лагерь предлагаю поставить прямо тут, на берегу.

* * *

Спустя некоторое время, все было готово. На этот раз — совершенно ничего особенного. Единственную, хоть и большую, палатку поставили в распадке между холмами — меньше шансов для ветра с гор. На бревне, найденном неподалеку и притащенном сюда, разложены остатки готовой еды. В котелке снова булькало травянистое нечто.

— Итак, — я бережно разложил карту на бревне. — Если я правильно представляю себе наше положение, то мы где-то тут. То есть до лагеря КонАрма нам час-полтора пути…

— Угу, — кивнул Из. — Но, я думаю, нам нет смысла идти всем сразу. А Деринг лучше вообще пока отлежаться.

— Чего? Я… Ау! Я в полном порядке, — подковыляла серогривая.

— Оно и видно…

— Я тоже думаю, что тебе пока лучше побыть тут, — поддержал я. — Тем более что нам, скорее всего, и возвращаться придется этим путем. Тут тоже будет чем заняться, если мы там нашумим. Лагерь надо будет сворачивать быстро.

— Считай уговорили… А со мной кто?

— Наверно, я, да? — обернулась к нам Дерпи, возившаяся с рацией. — Не, я, конечно, могу пойти с вами, только я боюсь всю маскировку вам попорчу еще на подходе!

— Что верно, то верно, — кивнул Из. — Лучше займись тут связью.

— Есть! — Дерпи улыбнулась и кинула копыто к уху.

Ведь знает же, как при этом выглядит. Даже форма и кепи не влияют на результат — улыбнулись все. Бывает же такое! Какая-то мелкая шутка, а пробирает! И сразу веришь, что и дальше все будет здорово.

— А мы? — подала голос Эпл Блум. — Можно нам хоть издалека посмотреть, а? Ну хоть краем глаза?

— Нет! — отрубила ЭйДжей. — Никаких "посмотреть" тут и быть не может. Эт слишком опасно!

— У тя все "слишком опасно"! Сама-т, небось, пойдешь!

— Пойду! Мне можно! Я взрослая и за ся отвечаю!

— Я тоже взрослая! И отвечаю!

— А вот и нет! — наклонила голову Эплджек.

— А вот и да! — почти нос к носу наклонилась Блум.

— А вот и нет!

— А вот и да!

— Ой-ё… — прошептала Свити. — Это и мы с Рарити со стороны так выглядим?

— Ага! — кивнула Скуталу. — Только вы раз в десять чаще.

— Надеюсь я хоть не выгляжу так, как Блум сейчас…

— Не волнуйся, — ухмыльнувшись, "утешила" Скут. — Когда Рарити тебя доставала, ты выглядела на-а-амного "круче".

— Да? — рассердилась Свити. — А ты знаешь, каково это? Пока родители в вечных разъездах, жить со старшей сестрой, которая тебя ТАК часто не понимает?

— Я даже представляю, каково жить вообще без никого, и когда никто не понимает! — огрызнулась Скут.

— Ой! Прости! — мигом остыла Свити.

— Ладно. Забыли.

Эти две могли еще долго вот так, без особой злости, стоять, упершись нос к носу…

— А вот и нетушки!

— А вот и датушки!

— Так! Сто-о-оп! — не выдержали нервы Радуги. Подлетев к спорщицам, она силой их раздвинула. — Стоп! Так никуда не пойдет!

— А как пойдет? Мы ведь здесь, чтобы заработать метки! А значит, надо попробовать все!

— Знаешь… — задумалась Дэш. — Тут я согласна с Эплджек. Это пока для вас немножко слишком.

Блум помрачнела еще больше и уставилась в землю.

— Но! — быстро добавила Радуга.

— Да? — подняла взгляд Меткоискательница.

— Но… — повторила Дэш, глянув на нас с выражением "спасайте кто может" в глазах.

— А… Я, кажется, поняла, о чем ты!

Взгляды устремились на… Дерпи?

— Если уж мы рядом с КонАрмом, которые, как я поняла, мнут себя… Тьфу ты! Мнят себя какой-то неистребимой армией…

— Ага, — пробурчала Деринг. — Неистребимы, как тараканы. Где б столько отравы взять?

— Ве-ерно… — протянула Радуга, пытаясь уловить мысль. Правда, стало непонятно: про лагерь или про отраву.

— Если уж они такие крутые, то и лагерь у них, наверное, крутой? — продолжала Дитзи. — Так? А значит, что? Значит, не только мы можем знать о них, но и они о нас. Я верно поняла, Дэши?

— Аг-га…

— А у нас в лагере остаются только травмированная Деринг, да я с рацией! Значит, лагерю нужна охрана!

— Верно! — аж дернулась Дэш, поняв, что наконец уловила ход мысли.

— Эт какая из них охрана? — удивилась ЭйДжей.

— Да самая незаметная, — поддержал я. — Да и не они одни. Мы тут посоветовались… — я кинул взгляд на Иза. Тот удивленно кивнул. — И решили, что Из пока тоже останется в лагере. Мало ли что? Действительно нападут на лагерь, или нам понадобится помощь. А так — будет резерв. А Эпл Блум, Скуталу и Свити Бель будут на страже! То есть ти-ихо, скры-ытно, ни во что не ввязываясь, наблюдать за округой и, если что, предупредят остальных.

Все задумались…

— А, че? — приободрилась Блум. — По-моему, эт идея!

— Звучит достаточно интересно, — согласилась Свити. — Вот только интересно, что за метки мы так получим?

— Ага, — Скуталу уставилась на меня.

— Кхм. Ну, насколько я помню, то это называется Дозором. То есть метка будет связана с защитой других, как у меня, — я кивнул на свой "щит".

— Ага, — поддержал Из. — А раз вы будете нести вахту днем, то можно вас так и называть — Дневной Дозор.*

— Звучит здорово! — улыбнулась Скуталу. — Только… Че нести?

Судя по взглядам Блум и Свити, в этот раз она была не одинока.

— Вахту. Морской термин. Службу. Находиться на боевом посту. Чтоб понятнее… Вахта за штурвалом, например. Так понятней?

— Ага! — кивнула Скут. И еле слышно добавила про себя: "Про "термин" догадаюсь".

— И так? — перехватила инициативу РД. — Как вам МОЕ предложение? — она с улыбочкой уставилась на трио.

Блум немного отошла в сторону и созвала соклубниц в круг.

Несколько секунд ничего не происходило. Все молча ждали.

Круг распался.

— Мы согласны! — улыбнувшись, объявила Блум.

Не знаю, кто как, а мы с ЭйДжей с облегченьем выдохнули.

Можно было, наконец, спокойно поесть и как следует отдохнуть перед завтрашним днем.

* * *

— Ну, с завтрашним днем все ясно, — Свити поднялась от костра. — А что у нас сегодня? Не будем же мы сидеть просто так?

— Ага, — подтвердила Скут. — Нужна идея.

— Ну, не знаю… — Блум потерла нос. — Есть тут у меня одна.

— Так?

— Какая?

Я обвел взглядом нашу компанию. Кажется, насторожились не только Скуталу и Свити.

Эплджек подозрительно прищурилась.

— Золотодобыча! Как вам? Звучит?!

Эплджек подозрительно округлила глаза. Впрочем, это уже было подозрительно для окулиста.

— От только не говори, шо ты против! — глянула на ее младшая.

— Я… Как бы и… не против…

— Звучит здорово, — неуверенно кивнула Свити. — А мы справимся?

— Не волнуйся! Кайлом махать не придется! — она посмотрела на Скуталу. — Киркой.

Скут обиженно надулась.

— А чем придется?

— А ничем! Все просто, как сено! У нас ведь река под боком! Да не какая-т, а горная! Ну?

— Че-то пока не очень понятно, — проговорила надутая.

— Мы не будем его долбать! Мы будем его промывать! Намывать и продавать! Ну… Потом, разумеется.

— Что ж, — Скут поднялась. — Можно попробовать. Ничего не теряем.

— Агась, — кивнула Блум. — В любом случае даже находим.

— А как и чем это делается кто-нибудь знает? — задала логичный вопрос Свити.

— А! — Блум махнула копытом. — Нет ниче проще! Нужно только че-т, способное пропускать воду, не пропуская золото. Точно не помню, но оно вроде тяжелее воды и останется, когда та сойдет, да? — она посмотрела на Деринг.

— Верно, — кивнула та. — Только для этого обычно применяют особые лотки. Но, если больше ничего нет, сойдет и плотная тряпка.

— Вот!

— А где нам взять тряпки? — Свити.

— А это на что? — Скуталу потеребила копытом ее форму.

— Верно!

— Тогда пойдемте уже, попробуем? — Скут сорвалась с места.

— Погоди! — тормознула ее Блум. — На три-четыре?

— Ай! Верно!

— Три-четыре…

— МЕТКОИСКАТЕЛИ — ЗОЛОТОИСКАТЕЛИ ВПЕРЕД!!!

И троица резво понеслась по направлению к реке, оставив нас таращиться им вслед.

— Знаете, — поднялась Деринг. — Пойду-ка я пригляжу за ними… — и, прихрамывая, поплелась следом.

* * *

Смеркалось.*

Затрещала где-то цикада. Прохладный вечерний воздух врывался в немного надышанную уже палатку через неплотно прикрытый полог.

Почти вся наша компания вповалку лежала в палатке. Исключение составляли только Меткоискатели и Деринг, все еще не вернувшиеся с реки. Но их было слышно, а значит, все в норме. Да и Деринг с ними. И натворить там вроде нечего.

В противоположном углу лежал Из с уютно устроившейся у него на животе и уже начавшей похрапывать Радугой. Вот только бы не началось снова… Все ведь легли раньше с расчетом на завтрашний день! А если Радуга будет опять давать храпака…

На моем плече завозилась, устраиваясь, и снова щекоча меня волосами, Эплджек. Так. Все. Надо попробовать заснуть. Я не Из, чтоб вот так, как он сегодня, смотаться после еды до лагеря КонАрма — уточнить его расположение. Он ведь и вернулся-то только-только, а уже, похоже, дрыхнет. Везет ему.

Снаружи послышался приближающийся шум. Ну все. Идет орава золотодобытчиков.

Полог палатки откинулся. Вошли Свити, Блум и Деринг.

Не слишком веселые все трое. Не, ну Меткоискательницы-то понятно — с метками опять ничего не вышло. Хотя они, похоже, и несильно-то рассчитывали. А Деринг чего?

Деринг и Свити устроились где-то за моей спиной — я лежал почти возле самого входа в палатку, и, конечно, ничего кроме входа не видел. Блум, судя по случайному тычку копыт в спину и фыркнувшей ЭйДжей, устроилась на ней, сразу за мной. Умоталась — через пару минут из-за спины уже доносилось сопение.

Не засыпается пока. Я уставился на приоткрытый вход. Интересно, а где Скуталу?

Прошло еще несколько минут.

Скут тихо зашла в палатку. Закрыла вход. Легла рядом со мной, но просто подобрав ноги под себя. Даже ни на кого не ложась. Вздохнула.

— Ну как?

Скут вздрогнула. Посмотрела на меня.

— Да как сказать. Метки я не особо-то и ждала. А с золотом и вовсе не понятно.

— В каком смысле?

— В смысле, что даром мы провозились там столько времени, падали в воду со страховкой и сбивали копыта об речные камни, или нет, я даже сказать не могу.

— А чего так?

— Деринг видал?

— Ага. Серая, как туча.

— Вот тебе и ага. Какая-то ерунда навроде золотой пыли нам попалась, только вот выбить ее теперь из нашей формы невозможно!

— Тогда ее отчаянье понятно, — ухмыльнулся я. — За то у вас теперь будет золоченая форма!

— Угу, — слегка улыбнулась Скут. — Правда, золото у нас все-таки есть. Я когда навернулась в воду опять… Деринг нас привязала всех… Я когда навернулась, в форму попали три каких-то крохотных камушка. Вроде оно, как Деринг сказала. Два, конечно, Блум со Свити отдала. Один теперь у меня.

— Здорово!

— Ага. Только вот меток ни у кого так и не появилось…

— Повод для того, чтоб они появились завтра!

— Хотелось бы уже поскорей…

— Ну. Самое распространенное вы, наверное, уже перепробовали! Осталось все более и более редкое! А чем более редкий будет талант, тем ведь он круче?!

— Верно! — Скуталу улыбнулась.

— Значит, посмотрим, что будет завтра? — я улыбнулся в ответ.

— Ага-ау-уф! — зевнула она, закрывая глаза.

Я накрыл Скут крылом, придвигая к себе.

Так. Все. Спать.

ГЛАВА 18

КонАрм

Ну что ж!

День "Д" настал! Час "Ч" пробил! Больше из алфавита на ум ничего не приходило! Разведывательно-диверсионный отряд выдвигался к месту проведения операции!

Операция "А плюс Ж" начиналась!

Что, по общему мнению, следовало расшифровывать, как: "Артефакт плюс Жрачка".

Как и с какими предосторожностями мы трое передвигались последние четверть часа, надо было видеть! Чего стоила РД: метнулась к облаку, раздвинула его, осмотрелась, "застегнула" обратно, метнулась к следующему. Мы с ЭйДжей, впрочем, тоже старались быть менее заметными. Ради такого дела она даже шляпу оставила в лагере, заменив ее на кепи! Мы молниями пробегали открытые участки, ныряли в кусты, скрывались за стволами деревьев… В общем, к концу пути вид приобрели довольно грязный и крайне ободранный.

Наших стараний так никто и не заметил. Что, с одной стороны, конечно, хорошо. С другой, мы так изгваздались, что даже немного обидно!

Радуга просигналила, что впереди, за холмами, уже показался лагерь.

Действовать напролом тут не годилось. Нужно было тщательно осмотреть место будущей операции. Поэтому мы с Эплджек решили разделиться. Она пошла дальше, решив попытаться подобраться поближе, обойдя лагерь с другой стороны. Я же заметил почти возле самого лагеря довольно высокий холм, на вершине которого красовались несколько крупных камней — идеальный наблюдательный пункт! Встретиться договорились на том же месте через полчаса. Или использовать для связи Радугу, благо она могла со своей высоты видеть и меня и ЭйДжей.

Я ти-ихо, ползком забирался на холм. Дэш предупредила, что не один я счёл его классным местечком, и там уже кто-то отирается.

Ага. Верно. Двое. Из оружия… что-то вроде пращей, похоже, и короткие клинки в ножнах. Оба повернуты в другую сторону. Не сложная цель. Оба не успели ничего сделать, как уже лежали оглушенные, с кепи во рту и связанные найденной тут же веревкой так, что начни они шевелиться и рисковали бы удавить самих себя.

Я полюбовался чистой работой.

Так. А теперь посмотрим, что там за лагерь. Я высунулся из-за камней.

Лагерь был. И довольно серьезный. По моим прикидкам в таком могли, пожалуй, разместиться сотни две пони! Я заметил явно штабную палатку в центре, склады, кузницу, полевую кухню, еще какие-то строения и палатки непонятного назначения. Охрана была довольно сносно поставлена. Да и вообще все это сильно смахивало на лагерь какой-нибудь маленькой армии. Почти сплошная стена недавно поставленного частокола. Массивные ворота, видимо, запиравшиеся на брус. Все очень надежно и серьезно. Только в одном месте КонАрмовцы позволили себе заменить надежные бревна на колючую проволоку: том, где граница лагеря подходила к моему холму — он был весьма крутой, а та его сторона, похоже, еще круче, так что это было хоть и не очень хорошо, но все же достаточно логично. Да и дозор тут был…

Я заметил какое-то движение в небе. Дэш что-то отчаянно сигналила, тыча копытом вниз! Я перевел взгляд туда, куда она указывала и выругался. Теперь и я увидел.

Сразу шестеро бугаев тащили куда-то стреноженную Эплджек!

Вот только этого нам и не хватало! Как ее на них вынесло? Или у КонАрма действительно так хорошо поставлена охрана? Тщательная, продуманная операция летела к Дискорду в… Придется начинать действовать немедленно!

Я замахал, подзывая Дэш.

— Чего? — приземлилась рядом радужногривая.

— Лети к нашим. Поднимай тревогу. Пусть сворачивают лагерь и выдвигаются поближе сюда. Может понадобиться помощь.

— И бросить вас тут?

— Нет. Потом возвращайся. Помощь сверху нам тоже понадобится. Как это вообще получилось?

— Там че-то вроде патруля было. Кустами шли. Я даже просигналить-то не успела! — Дэш повесила голову. — Паршивый из меня разведчик.

— Нечего себя винить! Ошибки везде бывают. Надо просто вытащить Эплджек. Все. Дуй к нашим!

И Радуга, почти над землей, стартовала к нашему лагерю.

Эплджек, тем временем, втащили в одну из палаток недалеко от холма. Трое зашли внутрь. Трое куда-то поперлись. Плюс еще какой-то охранник или кто-то вроде торчит недалеко от входа.

— Все! — выдохнул я. — Работаем!

* * *

Все-таки не так уж они и круты! По крайней мере с колючкой они допустили явную промашку. Доведись мне перелетать через частокол, я бы наверняка был бы замечен, а так… Уже через несколько минут мне удалось подобраться к боковой стенке палатки.

Хм. Однако звукоизоляция тут хорошая. Не слышно было ничего. Придется рискнуть.

Я достал нож и прорезал в палатке небольшую дырочку.

Неплохо. В этой стороне валялись какие-то мешки и коробки, несколько прикрывавшие меня, дыру можно было смело расширить. Впрочем, это единственное, что было неплохо.

Все остальное выглядело довольно паршиво. Начиная от рож тех троих бугаев и до привязанной между четырьмя, вбитыми в землю, кольями Эплджек с кляпом во рту и ужасом в глазах, и стола с какими-то непонятными инструментами то ли хирургического, то ли пыточного назначения. Выяснять не хотелось.

Один из уродов в форме стоял возле входа в палатку, находившегося справа от меня, второй был спиной ко мне, третий стоял рядом с ЭйДжей.

— Ва-аще-то ее бы надо сначала допросить… — протянул тот, что стоял спиной ко мне.

— Гы! Еще успеется! — хохотнул тот, что стоял возле ЭйДжей, и хлопнул ее копытом по крупу.

— Ага! Вряд ли она чего-то скажет, — заявил торчавший у входа.

— Ыгы! А вот кобылки у нас да-а-авно не было!

— Это верно! Решил воспользоваться ситуацией?

— Канешн! А че время терять-та? Начальство-та еще когда припрется! Уж по паре раз-та успеем?

— Ага! Глядишь, сговорчивей станет!

Все трое мерзко заржали.

— Давай, не тяни.

— Ыгы.

Тот, что стоял возле ЭйДжей, отвел ее хвост в сторону.

— Гы! Начнем!

Первым тихо сполз на землю тот, что стоял у входа, боком ко мне.

Скотина, уже подошедшая к Эплджек, захрипела вторым номером. Брызнула во все стороны кровь из пробитого ножом горла заливая пол, стол с инструментами… Часть попала и на ЭйДжей.

Третий, стоявший спиной, успел только удивленно обернуться. Через секунду уже обычный, не метательный нож дотянулся до его мозга. Спасибо ему за подставленный для этого глаз.

Вот так. Быстро. Жестоко. Страшно. Но большего они не заслужили. Пусть радуются, что быстро сдохли.

Я вошел в палатку.

И тут же метнулся ко входу — снаружи кто-то шел.

— У вас тут все в пор… — просунулась в палатку светло-бежевого цвета башка со светло-серой гривой. И тут же получив по ушам закатила глаза.

Я аккуратно подхватив охранника, не давая упасть, втащил его внутрь.

Покончив с этим и убедившись, что все спокойно, я кинулся развязывать Эплджек.

Ее трясло.

Похоже, она даже говорить сейчас не могла. Просто обняла меня, прижимаясь щекой. Даже не обняла — сжала! Я почувствовал, как по мне покатилась слеза.

— Я… я…

— Не надо. Пока ничего не надо говорить. Все в порядке. Они уже ничего не сделают. Ничего никому не сделают. Их уже нет.

— А-аг-гас-сь… Т-ты и-их…

— Да. Сами того хотели.

— Я… Сп-пас-сибо т-те…

— Так. Погоди-ка… — я чуть отстранился, открывая аптечку, — Тут где-то что-то было… Вот! Держи! — я сунул ей в рот одну из множества капсул — успокоительное, — Глотай.

Эплджек послушно проглотила капсулу.

— Во-о-от, — я снова ее обнял и постоял так еще несколько секунд. — А теперь надо заняться тем охранничком…

* * *

Это был самый обычный, скучный и серый день его жизни, такой же, как его внешность, как и все его пресная жизнь. Ничего экстраординарного. Запомнился он только тем, что уже с самого утра он успел получить нагоняй от офицера и был поставлен в караул внутри лагеря. Единственным разнообразящим событием стало то, что патруль притащил какую-то кобылку, оказавшуюся рядом с лагерем. Даже странно было, что ими вообще иногда кто-то интересуется. За всю его службу, пусть и недолгую, была всего пара случаев. Ее просто втащили в палатку и оставили там с охраной, дожидаться офицера. Все, как и обычно. Разве-что, спустя какое-то время, в палатке раздался странный шум. Будто что-то упало. Он решил поинтересоваться все ли в порядке, хотя заранее знал ответ. Простой, безобидный вопрос, застряв в горле, тяжелым шлепком обрушился на его голову, заставляя потерять сознание.

Он открыл глаза и как-то так получилось, что сразу понял, в каком положении находится. Самые худшие его кошмары становились явью. Он лежал, привязанный ко вбитым в землю столбикам с кляпом во рту, а над ним стоял совершенно незнакомый серый пони с хирургическим скальпелем в зубах.

— А! Ты, приятель, очнулся? — проговорил серый, — Тем лучше! Жаль, что тут нет подходящей музычки, чтобы по громче… пам-пам-пам-пам-парара-пам-пам… пам-пам-пам-пам-парара-пам-пам… па-па-па-паам… па-па-па-паам… — пропел этот сумасшедший, играя инструментом. — Начнем!*

Бежевый попробовал заорать! Бесполезно! Получилось только какое-то мычание!

Серый психопат мрачно ухмыльнулся, поудобней перехватив ртом скальпель.

— Не мучайся! Только помрешь уставшим! Хм? Может, с конечностей начнем? Ты как? Не против? Молчишь… Ну-ну… Гы! Не, я бы, конечно, не стал так с тобой, представляй ты хоть какую-нибудь ценность. Но кто ты такой? Рядовой солдатик? Ты ведь и не знаешь ничего, так? Так на кой ты мне сдался? — серый наклонился еще ближе, заглядывая в самые глаза. — А? На ко-ой?

Пленник не мог ничего. Даже дернуться. Он только тихо скулил на одной ноте. На глазах его навернулись слезы.

— Так что — прости…

На полу палатки появилась подозрительная лужа.

— Погоди! — прервал убийцу голос какой-то кобылки. Уж не той ли, что притащили сюда совсем недавно? — Кажись он хочет че-т сказать! Мож-т он че-т все-таки знает?

— Да ну! ЭйДжей! Чего он может знать? Как из столовки дойти до сортира кратчайшим маршрутом? — серый осклабился собственной шутке, глядя на пленника. — Не выведет же он нас отсюда?

Пленник завыл, как только мог! "Он выведет! Выведет! Только не убивайте!"

— А вдруг все-таки? Ему ведь тож еще жить охота!

"Охота! Охота! Еще как охота!"

— Да? — серый недоверчиво посмотрел на пленника. — Тебе охота? А? Чего молчишь, дурилка? Ну! Вот видишь? Молчит! Значит, не охота! Значит, начнем!

— Мож-т стоит сначала вынуть ему кляп?

— Думаешь? Ну ладно. Только ты, приятель, сначала посмотри во-о-он туда. Эти гады рот открыть не успели. Ты тоже не успеешь. Если я сейчас выну кляп, а ты заорешь — отправишься за ними в секунду. Да, может быть, тебя даже кто-то и услышит. Но мы-то уйдем все равно, а ты все равно подохнешь. Тебе оно надо?

Пленный дважды коротко хрюкнул.

— Нет? Не будешь орать? Ну смотри! — серый бандит вытащил кляп и отложил скальпель. — А теперь давай поговорим! Имя и звание!

— Р-рядовой С-соулстрэй с-сэр!

— Тише! Тише рядовой! Или тише сделаю я! Но уже навсегда!

— Д-да с-сэр. Т-только н-не уб-бивайте меня, сэр.

— А это, приятель, зависит только от тебя!

— Д-да я… Да ч-что угодно…

— Что угодно не стоит. Что угодно делали они, — серый кивнул на трупы. — Им не понравилось.

— Й-иа…

— Ты что, осел?

— Н-нет с-сэр.

— Значит, слушай сюда! Сейчас у тебя есть только один кро-о-охотный шансик выжить. Рассказать все, что ты знаешь о некоем артефакте, доставленном сюда около пары недель назад отрядом из Вечнозеленого Леса.

— В-вы им-меете ввиду т-ту статуэтку?

— Ее самую.

— Я п-почти нич-чего не з-знаю о ней.

— Ладно. Вернемся к нашему делу, — серый выродок потянулся к кляпу.

— П-подождите! Скажу! — взвизгнул бежевый.

— Не ори!

— Т-такая статуэтка действит-тельно б-была у нас. Я… Я видел ее. Даже дост-тавил сюда. Н-но ее уже отправ-вили. Как-кому-то коллец-ционеру. Кому — ч-честно н-не знаю! Но я мог-гу провести вас в ш-штаб. Там все зап-пис-сано. Там все док-кументы.

— Думаешь не врет?

— Думаю, шо стоит попробовать, — снова ответила ему кобылка.

— Хм. Есть тут у меня одно верное средство от его вранья, — серый порылся в какой-то сумке на своем боку. — Ага!

Все еще связанный пленник не успел опомниться, как в него впился шприц.

— Готово! — ухмыльнулся серый. — Ты уж извини приятель, но я привык никому не верить на слово. Как думаешь, что тут было? Ве-е-ерно! Яд! Но не простой! Замедленный! Жить тебе с ним примерно полчаса не больше…

— Ты вколол ему ЭТ? Да, не завидую я те! Поганая смерть. Медленная и гадкая. Сначала конечности, да?

— Да. Сначала у него ноги отнимутся. Перестанет слушаться язык. Потом его начнет тошнить. Кровью. Так он, в общем-то, и сдохнет — захлебнувшись…

— Х-хватит! Ум-моляю в-вас сэр. П-прекрат-тите. П-пощадите…

— У тебя есть шанс только если мы выберемся отсюда. Я не такой дурак, чтоб носить противоядие с собой. Оно не у меня. Но оно есть. Если ты еще хочешь жить — в твоих интересах вывести нас.

— Я вс-се сделаю с-сэр.

— Вот и славно! — снова ухмыльнулся серый.

* * *

Уф! Как непросто давался нам с оклемавшейся ЭйДжей этот спектакль! Особенно ей, с ее-то честностью. Но если все так будут верить, как этот болван — так нам в пору самодеятельный театр организовывать! Хотя, что ему оставалось?

Мы кое-как нацепили местную форму, снятую с трупов, поверх нашей. Хорошо, что несильно запачкалась. Наши кепи кое-как засунули под нее — тут был в ходу свой покрой. Моя аптечка вопросов вызвать была недолжна — что-то подобное я видел и у местных. Кое-как уложили гриву ЭйДжей под кепи. Хвост она распустила. В общем, если сильно не присматриваться, то за местного сойдет.

И, встав по обе стороны от пленника, мы вышли.

Как я и предполагал, палатка в центре оказалась штабной.

Но была маленькая проблемка — внутри топтался какой-то офицер. Я приказал нашему "добровольцу" войти первым и встать так, чтоб офицер оказался спиной ко входу. Что тот послушно и сделал.

Уже через минуту офицер был оглушен и связан. А мы, не спуская глаз с "проводника", рылись в кипах документов. Горы… Просто горы…

Ага. Вот, похоже, что-то… Я выудил показавшуюся полезной бумагу и вчитался повнимательнее. Дискорд его… Похоже, статуэтка уплыла из наших копыт всего пару дней назад! Если бы не наши задержки! Местом поставки значился Лос-Пегасус. Это же почти другой конец страны! Заказчик — некий Растлер Мисеркнакер. Лично мне это ничего не говорит. Но есть адрес почтового отделения для доставки.

Мда… Оставалось только свернуть листок и сунуть его в карман.

Я кивнул в ответ на взгляд Эплджек. Тут нам больше делать нечего. Надо уходить, пока не очнулся офицер.

Я заметил дымок над строением, которое счел кухней.

— А скажи-ка мне, приятель! — как его дернуло-то со страху! Ха! — Когда у вас тут следующий прием пищи?

— П-примерно через п-полчаса, сэр.

— Жаль. Так долго ты не протянешь…

— С-сэр…

— Тихо. А теперь, покажи-ка нам кухню.

Строение с дымком действительно ей и оказалось. И какой удачный момент! В нем не оказалось поваров! Зато там нашлись некоторые интересные травки, которые тут же полетели в котел. Я достал две упаковки таблеток из аптечки и, недолго думая, отправил обе вслед за травой.

Обшарив помещение мы нашли кое-какие фрукты-овощи и проклятые сухие пайки. Негусто но… Все это было уложено в найденную тут же сумку, и мы незамедлительно удалились. Вовремя. Повара показались, стоило только нам отойти от палатки.

Тут я заметил в небе Дэш, видимо, опознавшую нас, и, убедившись, что этого никто не увидит, знаком показал, что все пока нормально.

— Ну что, приятель? У тебя осталось минут десять. Веди через ворота. И без глупостей.

— Х-хорошо сэр.

Хороши охраннички! Они даже ничего не спросили! Просто увидели знакомое лицо и пропустили всех троих! Перехвалил я их однако сначала…

— П-противоядие… — сла-а-абенько напомнил наш пленник, как только мы отошли от ворот.

— Позже! — отрубил я.

* * *

Они шли уже несколько минут.

— С-сэр… Мне плохо. Н-ноги… Яз-зык… Прот-тивоядие…

— Какое такое противоядие? — обернулся серый.

Глаз пленника вспыхнули ужасом!

— Как? Н-но вы… Вы обещали…

— И что? — обрубил палач.

— Я… Я жить хочу! Я… Я даже в этот КонАрм случайно попал! Приключений хотел! Мир повидать…

— Так живи! Кто тебе мешает?

— Ч-что?

— Живи, говорят те! — вмешалась кобылка.

— Но… яд…

— Какой такой яд?

— Который… вы мне… — похоже, до него постепенно начинало доходить.

— Безобидное лекарство и самовнушение, — кивнул головой серый. — Можешь валить на все четыре стороны.

— И… И вы меня отпускаете? Вот так?

— Агась. Ты только напомни, что в КонАрме делают с предателями?

Бежевый сглотнул.

— Что-то не очень приятное, да?

— Да. И живут они недолго…

— Во-о-от… Именно поэтому ты туда уже не сунешься. Тебя видели входящим в палатку?

— Д-да…

Серый удовлетворенно кивнул.

— Если они еще не нашли трупы, то найдут. Кто бы мог убить их и освободить пленницу, не подскажешь?

— Я…

— А кого видел офицер, перед тем, как его ударили и похитили документы? — продолжал допытываться серый.

— М-меня…

— Кого видели повара на кухне?

— Меня…

— И стража у ворот, выпустила кого вместе с незнакомцами?

— Меня… — уже совсем тихо прошептал бежевый, покрываясь испариной. — С-селестия, спаси…

— Вот поэтому — гуляй! — ухмыльнулся серый.

* * *

Мы пошли вперед.

Когда я оглянулся, КонАрмовец плелся следом.

— Ну? Чего не уходишь?

— Куда ж я пойду? У меня даже нет ничего…

— Ладно. Запас еды мы дадим. Сухих пайков хватит.

— Знать бы еще куда идти бывшему КонАрмовцу. Достанут же! — вздохнул тот.

— Ух ты! Вы привели настоящего КонАрмовца? Живого? — раздалось из кустов неподалеку.

Бежевый вздрогнул!

— Ага, — кивнул я, — Наша разведка. Повезло вашему лагерю, что там были только двое из нас. Была идея взять штурмом, — и уже кусту. — Кадет Скуталу! Разрешаю покинуть укрытие!

— Есть! — Скут, похоже, поняла мою задумку.

— Вы взяли с собой жеребенка? На штурм лагеря КонАрма? — у бежевого глаза полезли на лоб.

— Ха! Это где ты тут жеребенка увидел?! — Скут встала в позу.

— Поправочка, приятель! Кадета, а не жеребенка! Скут!

— Я!

— Видишь то дерево?

— Так точно!

— Цель видишь? — я указал кончиком копыта в направлении небольшого шпенька, оставшегося от сломанного сука.

— Аг-га! — Скуталу прищурилась.

— Сможешь ножом?

Вместо ответа последовал бросок!

Промах! Но какой! Вместо пробитого шпенька она случайно пригвоздила к дереву падавший с него лист!

Бежевый изумленно застыл. Он-то про шпенек не знал…

— Вот так вот! И это у нас, как ты выразился, "жеребята"! Там, в палатке, на моем месте могла бы быть и она. Результат бы ни для тебя, ни для твоих приятелей бы не изменился!

— Командир! — перед нами резко приземлилась слышавшая все Радуга. Тоже в полной форме.

Бежевый снова вздрогнул.

— Да РД?

— Отряд собран за холмом и ждет приказа! — сдерживая улыбку, она кинула копыто к уху.

— Отлично. Скоро выдвигаемся. Что со связью?

— Радист докладывает — твари ночью атаковали город. Много. Так же в город прибыла принцесса Луна. Спрашивала о нашем отряде и успехах в поиске артефакта!

— Передай. Пусть ответит: "Место нахождения артефакта установлено. Выдвигаемся. Артефакт будет возвращен в кратчайший срок".

— Есть! — Радуга взмыла в небо.

— Скут?

— Да?

— А почему тебя так удивило, что он живой?

Бежевый насторожился.

— А пока вас не было тут появились еще несколько. Мы сообщили о них Изу. Не знаю, че он там с ними сделал, но вернулся довольный.

— Поня-ятно… Можешь возвращаться в лагерь!

— Есть! — теперь уже Скут кинула к уху копытце.

— У нас патрули ходят по шестеро… — обалдело выдавил бежевый.

— У нас хватает и одного кадета, — ухмыльнулся я.

— Кто же вы такие…

— Ты разговариваешь с офицером гвардии ее высочества принцессы Луны, — гордо выпятился я.

— Гвардия Луны??? — похоже, он несказанно удивился. — Лучшие воины во всей Эквестрии???

— Они самые, — кивнул я.

У него подкосились ноги.

…

— Поднимайся!

— Прос-стите, сэр! А что там приключилось? Что за твари?

Ну. Думаю, ничего такого, если я ему скажу.

— Ваши разведчики из Вечнозеленого раскопали то, что не нужно было трогать. В результате этого городок, под названьем Понивилль, был атакован полчищами каких-то древних тварей. Очень сильных и чрезвычайно кровожадных. Гибнут мирные жители. Все настолько серьезно, что на борьбу с ними была брошена гвардия. Я удовлетворил твое любопытство?

— Да, сэр. Простите.

— Уже, — я выложил часть еды из сумки, до отказа забив не рассчитанную на это и уже готовую лопнуть аптечку, предварительно освободив ту от медикаментов. Отцепил ее и кинул бежевому. — Держи.

— Спасибо, сэр.

— Да, да… А теперь вали, пока я не передумал!

Мы с Эплджек стояли и смотрели, пока его спина не скрылась в дали.

— А если он все-т-ки вернется к своим? — повернулась она ко мне.

— Я подстраховался. Имя и почтовый адрес заказчика я запомнил, а бумажки успел подсунуть ему.

— То есть… — ЭйДжей улыбнулась.

— Ага! — кивнул я. — Лишний раз убедятся, что он еще и документы воровал. И про меня наверняка придумал. Несладко ему будет.

— Алекс?

Я посмотрел ей в глаза.

— Я че сказать хочу… — ЭйДжей приобняла меня.

Ее снова начинало потряхивать, похоже, заканчивалось действие капсулы.

— А ла-ано! — выдохнула она, тряхнув гривой.

И наши губы встретились.

Мне показалось, или я действительно заметил движение в небе?

* * *

Наше появление было весьма шумным.

— Не, ну хороши, а? — возмутился Из. — В резерве я им тут сижу. Даже не позвали!

— А я? То есть… А мы? — ударила копытцем Блум.

— А ТЫ ЧЕГО… — мы с Эплджек начали одновременно. Переглянулись.

— А ты че возмущаешься? — продолжила она, обращаясь к Эпл Блум.

— Я твоя сестра, между прочим! — нахмурилась та.

— И чем бы ты помогла?

— Не знаю… Но помогла бы!

…

— А ты чего возмущаешься? — это уже я обратился к Изу.

— Как "чего"? А если бы вы не справились?

— Если бы не справились, так ты бы и пригодился. А вообще у тебя ведь и тут работа нашлась?

— Ну… Нашлась. Попался тут какой-то их патруль. Спасибо нашему дозору, — он кинул взгляд на трио. Те, прекратив на секунду выдирать друг из дружки разнообразные репьи, приняли гордые позы.

— И что патруль?

— Больше не патрулирует, — он как-то недобро ухмыльнулся. — Не стоило им пытаться схватить Дэш, когда та летела сюда. Ты лучше скажи, что там за история с КонАрмовцем, и что с артефактом? Где он?

Все как-то сразу посмотрели на меня.

— Артефакт, — я вздохнул. — С ним все просто. Он уплыл.

— Как уплыл? — Деринг.

— Куда уплыл? — Из.

— На чем уплыл? — Дерпи. — Не, а че все на меня так смотрят-то?

— Далеко, — ответил я всем сразу. — В Лос-Пегасус. К некоему Растлеру Мисеркнакеру.

— Значит, теперь аж в Лос-Пегасус? — присвистнула Деринг.

— В мировую столицу развлечений?! Самый-самый крутой город в мире?! — выражение счастья в глазах Дэш было неописуемо. Как и выражение лица. Она с надеждой уставилась на меня, боясь услышать "нет".

— Да.

— УИ-И-И!!! — сальто назад! — Лос-Пегасус! Мир дозволенных и недозволенных развлечений! Я иду!

— А какая там выпечка… — мечтательно произнесла Дерпи.

— А музеи! — Деринг.

— А сколько возможностей получить метки! — притянув к себе подруг, радостно вздохнула Блум.

— А сколько всего посмотреть… — пропела Свити.

— И оторватьс-ся… — полузадушено, но не менее мечтательно, прохрипела Скут.

— А… Э… И… Для меня найдется, че-т интересное-е-е! Наверн… — неуверенно поскребла затылок Эплджек.

— А… Че все так смотрят на меня? — округлил глаза Из. — Ну… Был я там когда-то… Здорово будет заглянуть еще раз… Ну… Это… Ура! А чего с КонАрмовцем? Ты так и не сказал!

— А чего с ним? Жив, здоров был вроде, когда я его видел!?

— Уф! — Из провел копытом по лицу. — Ну не издевайся, да?

— А кроме шуток — не думаю, что он нам помешает. Пусть поживет. Я принял кое-какие меры предосторожности. Теперь ему самому не стоит попадаться на глаза КонАрму. Пособничек… — фыркнул я.

— Ладно… А за нами не погонятся?

— Думаю, сейчас им совсем не до этого. Приготовил я им одну шутку.

Меткоискатели навострили ушки.

— Так. Чего за шутка? — насторожилась Деринг. — Если ты разом отравил какой-нибудь дрянью весь КонАрм, я обижусь! Это моя мечта! Достали уже из под носа сокровища дергать и сбывать их на черном рынке! Это я их нахожу, мне и сбывать! А то не делятся даже… — тут Деринг поняла, что ее несет и замолчала.

— Ты почти угадала! — улыбнулся я. — Но не совсем! А шутка несложная. Там повара чего-то готовили…

Скуталу подалась вперед.

— Ну и я подумал: "Ведь у них тут скучная, рутинная работа. Могу ли я чем-то их развеселить?" Ну и кинул им в котел снотворное… Вместе со слабительным.

Лицо Деринг расплылось в улыбке до ушей.

Свити и Блум остолбенели с распахнутыми ртами.

Зато Скуталу, заржав в голос, рухнула на землю, молотя по ней копытом.

Я посмотрел на Эплджек и наткнулся на встречный взгляд. Неожиданно для себя мы рассмеялись.

А за нами и остальные.

Вместе со смехом вышло и последнее напряжение, от всего, произошедшего за эти дни.

И снова была цель, и была дорога, и были трудности, которые нисколько нас не пугали.

И только Радуга с остекленелым взглядом и вывалившимся язычком застыла в воздухе, повторяя заветное:

— Лос-Пегасус… Лос-Пегасус…

ГЛАВА 19

Знакомство с Лесом

Прокладка маршрута заняла еще какое-то время. Увы, мы не могли вновь воспользоваться шахтами Эплуз. Главная галерея была завалена, а там, где проходы оставались, нас могли подстерегать тролли. А рисковать сейчас совсем не хотелось.

Тогда мы с Деринг вспомнили фразу о том, что прямая не всегда есть кратчайший путь. И прикинули. Так оно и получалось.

С учетом всего, наш кратчайший путь пролегал через Лес Леота до водопадов. Это, в идеале, пара дней.

Затем, преодолев водопады, можно было сплавиться по реке до рощи дико растущих вольт-яблок. Если повезет, то там можно будет пополнить запасы. ЭйДжей, по крайней мере, утверждала, что такая возможность существует. На сплав уйдут сутки.

А оттуда наш путь лежал через пустыню Сан-Паломино на уже известный нам Форт Пониред. Тут насчет дней лучше не задаваться…

Там мы садились на поезд и вперед, на Лос-Пегасус! Пересадка в Кантерлоте. Это еще дней четыре-пять…

Наконец, с маршрутом было решено, и мы отправились в путь.

Лес Леота встретил нас активно и жизнерадостно!

Он оказался совершенно непохож на наш Вечнозеленый. Кишели под копытами змеи, суетилось огромное количество животных, наперебой орали птицы, жужжали пчелы, порхали бабочки. Кругом разливался чудесный цветочный аромат.

— Флатершайщина какая, — тихо и как-то незлобно пробормотала Радуга, отгоняя очередного овода.

— Да уж. Прямо райский уголок… Для насекомых, — бросил Из, — Не удивлюсь, ели тут даже бризи какие-нибудь водятся, — поморщился он.

Но вообще-то, лес пока радовал. Даже подозрительно радовал. Именно поэтому, например, все еще хромающая Деринг и Эплджек не давали далеко отойти Меткоискательницам, несмотря на протесты последних.

Без приключений они, правда, не обошлись. А мы не успели одернуть, хотя дело было почти у нас на глазах.

И дело-то было даже не в метках. Просто захотелось сладкого.

На наше горе нам попался улей диких пчел. В чем-то я их конечно понимаю. Очень соблазнительно, особенно учитывая нашу ограниченность в выборе еды. Конечно, тут попадались некоторые знакомые кустарники, но все же. Это же мед! Но ведь можно было действовать грамотно? Обернуться чем-нибудь, попробовать разжечь костер и обкурить пчел дымом, что заметно убавило бы агрессии. Нет же! Надо было обязательно вставать друг на дружку и тянуться. И обязательно разломать улей! Во что потом это вылилось, думаю, понятно. Бешеный забег по кустам прекратился только через час, не раньше. Хорошо хоть, что по кустам. Пчел это несколько сбивает с толку.

Еще не менее часа ушло на обработку раненых. Вы хоть представляете, каково это — выдавливать жала копытами или выкусывать зубами? А именно этим и пришлось заниматься все тем же Деринг и Эплджек. Радуга принципиально отказалась помочь. Немногие из пчел, конечно, смогли догнать и ужалить, но любительницам приключений на круп от этого было не лучше. И если Свити Бель и Скуталу сравнительно неплохо перенесли укусы, хотя и беспрестанно чесались, то Эпл Блум под вечер совсем разнесло.

Было решено досрочно искать ночлег.

Вскоре такое место было найдено. Весь оставшийся вечер был посвящен заботе о Блум, у которой поднялась температура. Лишь много после полуночи опасность миновала — жар спал. Только после этого все, успокоившись, смогли немного поспать.

РД, правда, попробовала захрапеть, но в этот раз Эплджек не стала церемониться — просто плеснула на нее водой. Мокрая и сердитая, Дэш ушла спать на улицу. Туда же удалился и Из, которому тоже досталось. Подумав, и я пошел за ними.

А уже утром начались новые странности.

В чем они выражались? Выражались они очень странно.

Сначала все было здорово. Просто нам вдруг, среди леса, попались яблочные деревья! Вот это удача!

Конечно, Эплджек тут же долбанула одно из них, чтобы сбить яблоки. Во все стороны полетела какая-то труха и гиль! Будто это было не цветущее и пахнущее дерево, а… Стоп! Вот насчет пахнущего я поспешил. Оно, как раз таки и не пахло! Вернее, пахло, но совсем не тем, чем надо бы.

Пока все выдергивали ЭйДжей, чьи задние ноги застряли глубоко в дереве, я обследовал красавицу яблоньку на ощупь. Вот так странь… То, что на вид было молодым, увешанным плодами деревом, на ощупь оказалось древним гнилым пнем!

— Не-епо-оняла шутку… — освобожденная Эплджек также провела копытом по дереву. — Эт че за такое?

Все остальные сделали то же самое.

Скут, при помощи Свити в роли трамплина, даже перепрыгнула этот пень несколько раз. При этом каждый раз пролетая сквозь дерево.

— Круто! — подвела итог она.

— Ага. Уж даже чересчур круто, — Деринг уселась на землю, сверля дерево взглядом. — Яблонька-мираж…

— Ха! Круто. Вот когда через облако летишь, а на тебя из него скала вылетает и совсем не мираж, вот это круто! Это я понимаю "встреча"! А тут че? Магия какая-нибудь? — конечно это была Дэш.

— Прости, но вроде… Вроде нет? — извиняясь и слегка удивленно проговорила Свити. — То есть… Я, конечно, далеко не Твайлайт… Даже не Рарити пока еще… Но я единорог, и вроде как, чувствую магию… Иногда… Должна… А тут, похоже, совсем ничего нет!?

— Не, ну пенек-то тут есть, — Скут для убедительности потыкала тот копытом.

— Ну… Я имею ввиду, что тут, похоже, не магия… Что-то еще… Совсем непонятное.

— Хм… А я как будто что-то об этом слышала! — подала голос Дитз.

Мы все заинтересованно обернулись.

Та задумчиво закатила глаза, явно что-то припоминая.

— У-уй… Ну давай, Дитзи! Не томи! — поторопила ее Радуга.

— Агась! Выкладывай давай, если че знаешь! Надо знать с чем имеем дело!

Даже Блум, прилегшая тут же на траву, и даже не подошедшая все это время к пню, лишь помогшая выдернуть сестру, приподняла голову.

— Ну… Все, что я помню, это обрывки каких-то сказок, еще с детства. Вспомнила, вот, что там было что-то про то, что кое-где в Эквестрии, да, наверно, и не только, попадаются места, где видимое не соответствует действительности. Что-то вроде того, что то, что мы видим сейчас не то, что есть в реальности. Ну… Вроде как эта яблоня была такой лет сто — двести назад. Что-то вроде этого. Если я, конечно, ничего не путаю…

— Призрак яблони? — глаза Дэш округлились. — Вот это действительно звучит обалденно!

— Аг-гась, — глаза Эплджек были точно такими же, разве что больше.

— Яблоня-зо-о-омби… — страшным голосом произнесла Блум, подкравшись к сестре.

ЭйДжей вздрогнула:

— ЯБЛОНЯ-ЗОМ… Тьфу! Да не. Бред какой.

Все заржали.

— Мда… — под итожил Из. — Занесем в список непонятностей для дальнейшего выяснения?

— Ага, — Скут извлекла из своей сумки блокнотик и карандаш. — Фо? У феня фут уфе тьфолли сафифаны!

И она принялась что-то старательно карябать.

Чувствую троллей она мне еще припомнит.

Мы решили не обращать внимания на странные деревья, которых вокруг становилось все больше и больше, и двигались дальше.

Пока не вышли на большую поляну. И остановились, как вкопанные.

На поляне раскинулось селение! Самое обычное, небольшое, но симпатичное такое селение!

Все пони работали в саду недалеко от нас, собирая яблоки.

— Прости-ка, приятель, не подскажешь… — подошла Эплджек к одному из них.

Ноль внимания.

— Э! Ты! — она тыкнула его копытом.

Копыто прошло свозь пони. Эплджек вздрогнула.

Мы шли к центру селения. Никакого внимания! Вообще никакого! Ни жители, ни звери, ни птицы, попадавшиеся на пути, не обращали на нас внимания, даже когда мы проходили сквозь них! Как будто бы нас и не было! Впрочем, кого-то из нас, если я правильно понял Дерпи, тут действительно не было. Все, что мы ощущали — обычные лесные звуки, разве что какие-то приглушенные, как через вату. Физически же, копыта наши иногда наступали на какие-то совершенно невидимые глазу камни, черепки, головешки, кости…

Проходя мимо очередного дома, Деринг, для полной уверенности, прошлась через него. По ее словам, там были лишь остатки старого фундамента.

Наконец, мы достигли противоположного края поляны.

— Интересно, — пробормотала Ду, оглядываясь. — Ведь селение не такое уж и старое. Было… Остатки деревьев все еще стоят. Что же могло его уничтожить?

— Агась. Только от, если мы тут задержимся посмотреть до конца, че их так, так мы можем тут еще не один год проторчать! — так же оглянулась Эплджек. — Я ведь так понимаю, эт киношка тут день за днем крутится. А мож-т ваще один и тот же день показывает.

— У-уй… Ну мираж какой-то и мираж. Забавно, но ничего не дает. Даже на память себе прихватить нечего! Ску-ка! Пойдемте уже! — притопнула Радуга.

— А Пинки Пай тут бы наверняка нашла бы как повеселиться! — так же оглянулась Дерпи.

— Пинки Пай ваще всегда найдет, как повеселиться! А по мне, так скука, если тут даже поиздеваться не над кем! Ну не камнями же в них кидать? — Дэш пнула ближайший камень. — Из! Ну ты-то че молчишь?

— А чего я? Сильно замороченное это место. Мне не нравится. Валить отсюда надо, вот и все. Прошлое должно оставаться в прошлом, и трогать его не стоит.

На том и порешили.

Снова вокруг нас был Лес Леота. Только уже какой-то не такой. Как-то почти неуловимо изменившийся. В нем все так же было много зверей, птиц, насекомых. Но куда-то исчезла вся та суетливая беспокойность, не было больше той "флатершайщины", как выразилась Радуга. И это не было связано со временем суток. Просто сам лес начинал навевать какое-то сонливое спокойствие.

День только начинал клониться к вечеру, а мы уже откровенно зевали! Непорядок!

Мы с Изом, похоже, думали одинаково. Он, как и я, стал часто оглядываться по сторонам.

И скоро мы его увидели.

Я даже не берусь толком описать, что это было за животное. Или, возможно, даже разумное существо. Оно постоянно кралось в тени. То слева от нас, то справа. То отставая, то догоняя вновь. Его невозможно было разглядеть с полной уверенностью, оно просто не давало нам этого сделать. Даже цвет шерсти был такой, что сливался с подлеском. Выделялись только яркие, желтые глаза с вертикальными зрачками. Оно не делало попыток напасть. Вообще не проявляло какой-либо агрессии. Оно просто шло по пятам. Постоянно держало нас в поле зрения.

Это неагрессивное, но назойливое сопровождение не давало покоя. Заставляло постоянно оглядываться. Почему-то у меня создалось впечатление, что это именно от него, от этого существа, исходит та странная аура сонливости, давящая на всех вокруг.

Остальные тоже его заметили. Что это за зверь не знал никто. Даже Деринг, много чего перевидавшая. Решение было пока только одно — избегать контакта и не останавливаться, как бы ни клонило в сон. Дискорд его знает, что на уме у этой… этого… чем бы оно ни было.

Однако эта зверушка долго не отставала, продержав нас в напряжении несколько часов.

Лишь в тот момент, когда мы вышли на широкую поляну с парой отдельно растущих и каких-то похожих, потому и запомнившихся, деревьев по краям, она остановилась на краю леса, за нашими спинами.

Раздался леденящий душу вой!

Да такой, что Свити, Скуталу и Блум повскакивали нам на спины! Да и сами мы плотно прижались друг к другу и попятились.

Однако, закончив свою песнь, ОНО развернулось и ушло.

В тот же миг усталость и сонливость, одолевавшие нас столь долго, прошли сами собой!

— И ч-че эт было? — спросила Эплджек, прижимаясь ко мне. Я чувствовал, как колотится ее сердце.

— Не знаю. Но, похоже, ОНО решило оставить нас в покое. Скут! Задушишь же!

— Из-з-звини…

— Ага. Слава Селестии, что ОНО ушло! — Радуга плотно прижималась к Изу. — А то меня аж трясет… А-аж трясет, как копыта чешутся ей морду набить! — тут же поправилась она, отстраняясь.

— Так. Ладно. Что бы оно ни было, оно уже ушло. Стоит пройти как можно дальше, пока не стемнело окончательно, — я снова попытался взять бразды правления в свои зубы.

И мы, поминутно оглядываясь, пошли дальше. Однако ОНО больше не появлялось.

Быстро темнело. Птицы и звери уже попрятались. Впереди показалась какая-то поляна. Кусты орешника. Какие-то ягоды. Где-то рядом журчала вода. В целом полянка представала идеальным, пожалуй, местом для стоянки.

Что ж! Такими подарками надо пользоваться. Мы разбили лагерь.

ГЛАВА 20

Блуждающий Лес

Единственная проблема, с которой мы столкнулись, разбивая лагерь — полнейшее отсутствие дров.

Такое впечатление, что весь лес кто-то чисто подмел! Ни единого сучка! Ничего!

— Ну че? — сердито огляделась Эплджек. — Чую, нам опять сухомятку жрать?

— Угу, — опустилась на землю Радуга, пытавшаяся оглядеть окрестности с небольшой высоты. — И мерзнуть всю ночь. Даже сухих деревьев не видать!

В конце концов мы, просто переглянувшись и поняв все без лишних слов, разделились на группки, и пошли обшаривать окрестности на предмет хоть чего-то годного на растопку.

Конечно, со мной в паре пошла Скуталу. Какое-то время мы просто бесцельно бродили по лесу.

— Ну и где эти дрова? — не выдержала, наконец, Скут.

— Не знаю. Но должны же они где-то быть?

— Ага. Это они от нас так прячутся. Дрова — дрова — дрова! Цыпа — цыпа — цыпа! Ползите сюда мои маленькие! — передразнила Скут. — Так, что ли, их искать?

Сзади нас раздался непонятный звук. Скуталу обернулась чуть раньше меня. Я заметил, как начала ме-е-едленно отвисать ее челюсть.

И было от чего! Там, где мы только что прошли, высилась огромная куча валежника.

Я, вслед за Скут, медленно осел на землю.

— Это мы че? Могли не заметить такую кучу?

— Не думаю.

— Тогда как?

— Ну… Ты ведь позвала?

Скуталу уставилась на меня совершенно круглыми глазами.

— БРЕД! — одновременно решили мы.

Бред, бредом, однако дров у нас теперь хватило бы на неделю.

Тем больше было удивление остальных, вернувшихся ни с чем. А мы перли этот валежник в несколько ходок!

Наше объяснение, которое ничего на самом деле не объясняло, не устроило никого. Даже нас.

Свити Бель даже долго недоверчиво стояла перед дровами, к чему-то прислушиваясь. Правда, так ничего и не сказала.

— Ползучие дрова? — прищурилась Дэш, повиснув в воздухе. — Что еще сегодня будет бредового?

— Чистая правда, — я развел копытами. — А больше, как это объяснить?

— Желанием рассказать сказку, хотя самим просто повезло с дровами?

— Как знаешь.

Скуталу лишь возмущенно фыркнула.

— Да хватит вам! — прикрикнула на нас ЭйДжей. — Кому какое дело до того откуда взялись эти дрова? Главное, шо тепло будет!

— Это верно, — приземлилась РД. — Извини. Просто звучит, как полная чушь.

— Догадываюсь, — я слегка улыбнулся.

— Угу, — вслед за мной кивнула Скут.

Деринг, почесывая затылок, прихрамывая, обошла кучу.

— Сюрпризов от этого леса все больше, — наконец изрекла она.

Весь остаток вечера прошел совершенно спокойно.

Температура у Блум больше не поднималась, опухоль спала еще днем, так что можно было надеяться, что уже завтра она совершенно вернется в норму. Из минусов этого вечера стоит отметить, разве что то, что овощи и фрукты, прихваченные из лагеря КонАрма, у нас снова подходили к концу. Оставалось надеяться поскорее добраться до рощи диких вольт-яблок. И, само собой, надеяться на их своевременное появление, а пока, снова переходить на подножный корм.

Судя по тому, что встретилось нам предыдущим днем, от ночи ждать можно было и вовсе чего угодно. Поэтому мы снова выставили на ночь караульных. Как всегда, дежурить в самые глухие часы выпало нам с Изом. В прочем, мы и сами воспротивились бы, выпади нам какое-то другое время.

Но в этот раз все было тихо и спокойно.

Три часа ночи. В дежурство Иза так ничего и не случилось. Я начал разминаться, а сонный Из удалился в палатку, искать на кого бы приткнуться.

Какие, однако чудные ночи в этом лесу! Наполненные множеством ароматов, разнообразием звуков… Такое ощущение, что воздух даже имел вкус. Совершенно удивительный лес.

Я глубоко вдохнул. Выдохнул. И, как всегда в такие ночные дежурства, разложил пред собою карту, и погрузился в раздумья. Что день грядущий нам готовит?* Какие могут возникнуть сложности? Как правильно организовать сплав по реке? Что делать, если вольт-яблоки еще не появились? В голове теснилось, толпилось, пихалось крупами и нецензурно ругалось огромное множество всяческих, в общем-то, и ненужных пока мыслей. Все они, оттирая друг-дружку, пытались прилепиться к стройной идее нашего путешествия. Почти все они были сейчас ненужной тратой времени. И, что еще хуже, отвлекали от дежурства.

За моей спиной резко хрустнула ветка. Я оглянулся, выхватывая нож.

Передо мной стояла растрепанная Скуталу.

— Что? Опять не спится?

— Да не… Я это… До кустов, — Скут покосилась на нож.

— А…

Вернулась она почти моментально:

— Бр-р-р… А там страшновато.

— Ты имеешь ввиду то существо, что мы видели сегодня?

— Ага, — кивнула Скут, — И оно тоже. Все время кажется, что кто-то в кустах сидит… Особенно в том дереве! — кивнула она в сторону огромного, развесистого дуба, зиявшего пустым дуплом на краю поляны, в которое мы засунули остатки еды, чтоб не держать ее в палатке. — Вот заснешь так, и уже не проснешься!

— Согласен. Меня оно тоже в дрожь вгоняет. Существо, конечно, а не дерево. В первую очередь — своей непонятностью. Но, хватит об этом! Давай лучше просто полежим, звезды посчитаем, если не спится.

— Да я и созвездий-то не знаю!

— Я тоже совсем мало. Но! Во-о-он то, например, созвездие конфеты. А вон то, например — горн.

И мы улеглись, уставившись в небо.

— Алекс? — спросила Скут некоторое время спустя. — А какая вчера была луна?

— Луна? Ну… Вроде бы была почти полная. А что?

— А ты глянь сюда!

Я глянул. Над лесом катился молодой месяц:

— Это как так? — я потер глаза.

— А теперь, глянь во-о-он туда, — махнула копытцем Скуталу.

С противоположной стороны поднимался над кронами ни чуть не менее красивый месяц!

Оч-чень интересно…

Однако кроме появления второго ночного светила, более ничего, что как-либо привлекло бы наше внимание, за ночь так и не произошло.

Утром меня разбудило пение птиц и Дерпи, караулившая в этот раз последней.

Я поднялся, прокашлялся, выгоняя из легких скопившуюся за ночь мокроту, и принялся за зарядку.

Эплджек уже пошла проверять, что можно придумать на завтрак.

— Так! — раздался возмущенный вопль с улицы. — Кто пожрал все припасы, кроме этого дурацкого сена?!

Сердитая Эплджек вломилась в обратно в палатку.

Все поднявшиеся разом посмотрели на Дерпи.

— А чего я? Я только яблоко съела!

— Ну… Ваще-то, это я.

Радуга? Вот уж от кого не ждали!

— Просто… Это… — потупилась пегаска. — Я ведь после Алекса караулила… Ну и че-то вдруг так жрать захотелось… Я и навернула! А че? Это ж еда? Ее есть надо!

— Да, но, ваще-т, эт были остатки еды ДЛЯ ВСЕХ! А не для одной толстопузой! — ЭйДжей, как обычно, подошла нос к носу.

— Ваще-то, я спортивней тебя! — уперлась нос в нос Радуга.

— Ты че, опять намекаешь, шо я корова?

— Я не намекаю!

Меткоискательницы переглянулись, скривив рожи.

— Стоп! Обе! — тут уже я не выдержал. — Какая разница кто съел? Вопрос, где достать еще!

— А? Чего? — только сейчас вскочил Из. — Я чего-то пропустил?

Как он вообще мог спать все это время?

— Ага! — сообщила тому Радуга. — Как я толстопузой оказалась!

— Ну… Вообще-то, ты действительно выглядишь… сытой, — Из взглядом показал на выпирающий живот Дэш.

— Уф! Еще один! — та, скрестив ноги на груди, отвернулась и уставилась в стенку палатки.

Следующие полчаса, пока остальные собирали наши пожитки, готовясь сразу после… э-э-э… завтрака двинуться в путь, Из, судя по звукам из палатки, извинялся и выслушивал лекцию на тему "Жадина Эплджек".

В это время мы с ЭйДжей пытались придумать что-то на завтрак. Лекция называлась "Прожорливая Радуга".

Кроме глупого прессованного сена, орешника рядом, и травы под ногами ничего не осталось. Но переходить на все это пока как-то не особо тянуло.

В конце концов из палатки показался Из. Судя по виду, мир был подписан без особых усилий.

— Ну? Так чего у нас на завтрак?

— Стараниями… некоторых, мы седня будем худеть, — выдала Эплджек, показывая ногой округу. — Все к вашим услугам!

— Да ты чего! Мы ведь в лесу! Не может быть, чтоб в лесу не оказалось какой-то более годной еды! Надо только этим озаботиться, пока будем идти!

И мы озаботились!

Особенных размеров эта озабоченность достигла примерно к обеду.

Признаться, уже зверски раздражали грибы, прячущиеся под землю при нашем появлении, ягоды, со свистом втягивавшиеся в ветки перед самым носом Скуталу, или птицы, уносящие гнезда с яйцами, стоило лишь Изу, под неодобрительные взгляды остальных, взмахнуть крыльями, намереваясь заставить пернатых поделиться.

— Куда ж вы его потянули! — глядя на семейство дроздов, улепетывающее от нас с жилищем в клювах, орал Из. — Вы ж по дороге больше перебьете, чем мы съедим! Поимейте ж совесть, в конце концов!

Но пернатые оставались глухи к его увещеваниям. Как впрочем и вся остальная прячущаяся еда.

Впереди показалась какая-то поляна.

Огромный, дырявый дуб на краю. Кусты орешника. Звон ручейка где-то за кустами.

— Тпр-ру-у! Приехали! — оторопело пробормотала Эплджек.

И мы действительно "приехали". Это была та самая поляна, с которой мы стартовали этим утром. Вон костровище. А вон все еще несожженная куча валежника, которую мы со Скуталу вчера перли. Это была ТА ПОЛЯНА!

— Погоди-ка! Как такое вообще возможно? — ошарашенная Деринг вышла на поляну. — Не, я, конечно, знаю, что в лесу можно нарезать круги. Но чтоб вот так вот? Мы ведь постоянно оглядывались! Сделать круг и вернуться туда же было в принципе невозможно!

— Однако мы это сделали, — Из ковырнул копытом костровище. — Мы угробили в пустую несколько часов. С чем я всех и поздравляю!

— Забавно, — Дерпи села и почесала за ухом. — Если бы нас вела я, то я бы еще поняла. У меня такое часто получается. Но чтоб у кого-то еще?

— Не пойму. В чем проблема? Дайте-ка я… — Радуга, сопровождаемая завистливым взглядом Скуталу, резко взлетела высоко вверх, зависла там на несколько секунд и спикировала обратно.

— Ничего не вижу, — Она тряхнула гривой. — Кругом та-а-акой туманище. Даже наверху! Сплошная серая стена. Давайте проще! Я полечу, а вы ориентируйтесь на меня. Идет?

— А чего? — кивнул Из. — Ничего не теряем. Заходим на второй круг! — как-то кисло пошутил он.

— Так. Кто там че сказанул, насчет второго круга? — хмурая Эплджек уставилась на Иза.

Тот не мог ничего толком сказать.

— Не понимаю, — сверху перед нами шлепнулась Дэш. — Не-по-ни-ма-ю! Как?! Ведь я-то не могла спутать направление! Я все время летела прямо! КАК Я МОГЛА СНОВА ПОПАСТЬ НА ЭТУ ПОЛЯНУ???

— Значит, лес нас водит… — пробормотала Дитзи. — А если так, то это всерьез, надолго и можно даже не рыпаться. Пока не захочет — не выпустит.

— Ты че, вспомнила еще че-т? — повернулась к ней ЭйДжей. Да и мы все.

— Ага. Я даже вспомнила, как его называли.

— Давай, рассказывай, — поторопил ее я. — Может, чем поможет.

— Да чем тут… Ну, в общем слушайте. С чего начать? Зовется этот Лес, если я правильно помню, Блуждающим. Не просто так зовется. Где он появится в следующий раз — предугадать невозможно. Вход может оказаться в глухом лесу, как у нас, а может и среди садов "Сладкого Яблока".

Глаза ЭйДжей и Блум заметно округлились.

— То же самое и с выходом, — продолжала Дерпи, — Он может оказаться хоть в Вечнозеленом Лесу. Правда, тут, поговаривали, сложнее. Его может и вовсе не оказаться. Все истории, что я слышала — пересказ рассказанного двумя или тремя пони. А сколько пропало в этом лесу? Десятки? Сотни? Кто знает. Что еще… Ну… Откинуть копыта с голоду он вроде как не дает. В крайнем случае можно и траву жевать. Вода, опять же, вроде есть. Что ему нужно? Никто этого так и не узнал. Как выбраться? Пробовать и пробовать. По рассказам, правда, уходило у них на это от нескольких месяцев, до многих лет. Так один попал сюда еще жеребенком… — она посмотрела на Меткоискателей. — Вышел старым, дряхлым мерином. Да и то скоро помер. А больше, наверное, ничего особого и не добавить…

— Да… — пробормотала ЭйДжей. — Умеешь ты утешить.

— Э! — взвилась Радуга. — Так никуда не пойдет! Я не намерена из-за какой-то дурацкой кучки деревьев терять всю жизнь!

Дэш взлетела и понеслась!

Пока мы по новой ставили лагерь, она успела сделать еще три или четыре круга…

* * *

Дискорд его знает, сколько мы уже здесь находимся. Видимо, уже больше недели. За это время мы уже перепробовали все: делать пометки мелом, раскладывать куски ценной веревочки, просить лес, высмотреть что-то с высоты. Мы даже успели попробовать двигаться задом, на что, конечно получили непечатное высказывание Радуги. Результат был нулевым. Просто ну-ле-вым. Этот лес не хотел нас отпускать…

Скорее ради интереса попробовали мы однажды связаться с Понивиллем. Ничего. Лишь сухой треск статики в эфире был нам ответом, а дальнейшие попытки были бы пустой тратой батареи.

Все, что оставалось из припасов: вода из ручья, трава, орешник, набивший уже оскомину сухпай. Иногда лес все же подбрасывал нам что-либо — кустик ягод или не спрятавшиеся грибы. Но, честно говоря, жить на этих подачках уже надоело. Хотелось чего-то элементарного. Пирога с яблоками. Выспаться на чем-то мягче пола палатки. Помыться наконец! Что еще хуже — мы впустую теряли время. Вместо того, чтоб двигаться вперед, мы топтались на месте.

Наступал очередной бесполезный вечер. Снова показались интересные вначале, но уже опостылевшие месяцы-близнецы. Горел костер. Мы сидели кругом, уставившись на огонь, и молчали. Все уже было переговорено за эти дни. Рядом, на только что скинутых полупустых сумках, задремывали Искатели. А что еще делать, если делать в этом лесу совершенно нечего? Пара часов ходу по скучному, вычиненному лесу, и ты снова тут на этой поляне.

За эти дни мы, конечно, поняли, когда и как угодили в эту ловушку. Скорее всего, это произошло в тот момент, когда от нас отстало "существо". Возможно, что те два похожих дерева по краям поляны были чем-то вроде ворот. Мы прошли. Дверца золоченой клетки захлопнулась. Теперь надо искать из нее выход. Но как его искать, что это за выход… Этого не представлял никто.

Конечно, то, что мы не сдались, что продолжали ежедневные попытки, уже хорошо, но хотелось бы увидеть какой-то результат от этих попыток.

А его не было.

— Э-эх! — нарушил молчание Из. — Поесть бы сейчас чего-нибудь нормального… Хоть простейший овес! Как уже надоела эта трава!

— Ага. И помыться, — поддержала его Деринг. — А то такое ощущение, что у меня все перья чешутся!

— А мне каково? — подняла голову лежащая Радуга. — Не, я, конечно, могу летать. Но я не могу лететь отсюда сюда же! У меня от этого мОзги пухнут, когда пытаюсь себе это объяснить! Как можно лететь, если ты при этом остаешься в том же самом месте?!!

— Эх, маффины, маффины… Чудесные, ароматные, вкусные маффины… Где вы?

— Не. Так я точно не засну, если не спрошу, — открыла глаза Свити. — Деринг?

— У?

— А что там у тебя такое в сумке? Так приятно греется через ткань… И, будто бы даже вибрирует…

Эпл Блум и Скуталу так же приоткрыли по глазу.

— Греется? — переспросила Деринг.

— Вибрирует? — заинтересованно обернулась Дэш.

— Ага!

Блум и Скут подтверждающе кивнули.

— Вообще-то, у меня там кроме снаряжения и сена ничего не осталось вроде…

— Не, ну я ведь не вру?! Греется! Вибрирует!

Деринг с непонимающим видом посмотрела на всех нас.

— Так. Ну-ка слезьте-ка оттуда пока! — поднялась Эплджек. — Поглядим че там за такое.

— Ну вот, — проворчала, поднимаясь, Блум. — Только мы пригрелись…

— Давай-давай, Блум! Успеешь еще належаться.

— Ла-а-ано…

Деринг подошла к сумке и, недолго думая, вытряхнула на землю все содержимое.

Сразу же наше внимание приковал к себе один единственный предмет, про существование которого все уже, похоже, и забыли.

Тот медальон, что мы подобрали в храме вместе с Деринг Ду!

Сейчас небольшой камень в центре него светился тихим, ровным, голубоватым светом.

— Деринг! А для чего, собственно говоря, эта безделушка? — первой оформила наши общие мысли Радуга.

— Не знаю. Нет, я честно не знаю. Просто когда эти типы, которых я наняла рабочими заговорили про медальон, я решила его припрятать. Потом… Все получилось, как получилось… Вы меня вовремя вытащили. А потом у меня просто не было возможности что-то о нем найти. У… Твайлайт, да? Ничего не оказалось. Ну, то есть, ничего полезного конкретно о нем. А больше откуда мне было узнать?

— Но что-то же он делает! — вмешался Из. — Он ведь раньше таким не был? Не светился?

Трио искателей заинтересованно придвинулось к лежащему на земле медальону.

— Да. Он был простым золотым украшением и только…

— Интересно, че он все-т-ки делает… — придвинулась поближе ЭйДжей.

— Да че думать-т! Взять да и проверить! — Блум схватила медальон зубами. — У! Хофяфий! И тефстфиф-фельно фиприф-фует!

— Но если он включился только тут… — Свити потерла копытцем подбородок. — То что-то, что заставило его это сделать, должно быть где-то тут!

— Интефефно. Ефли я пофофачифаюсь ф фу фофону… — Блум махнула копытцем в направлении дуба. — Фо он фипфифует фильнефе!

— Чет я ниче не поняла! — потрясла головой Дэш. — Пофофо… че ты делаешь?

— Агась, Блум. Ты бы как-т по внятней, а? А-т ща даже я не поняла.

— А чего тут понимать-то? Если она поворачивается туда, он сильнее трясется, — перевела Скуталу. — А значит, надо просто обойти поляну и мы найдем из-за чего он это делает!

Трио переглянулось.

— МЕФКОФИФКАФЕЛИ ФИХ ФНАФЕТ ФЕХО ИФКАФЕЛИ — ФПЕФЕТ!!!

Следующие полчаса они были заняты тем, что вооружившись медальоном, кружили по поляне и ее окрестностям.

Результат кружения был интересным. Медальон четко указывал на дуб и никуда больше.

Деринг потыкала дерево копытом, залезла внутрь дупла.

— Дерево, как дерево, — доложила она. — Не лучше любого другого.

— Не-е… Наверняка тут какое-то особое дерево, — поднялась с земли Дерпи. — Дай-ка я проверю. Может, чего вспомню еще.

И она, сфокусировав на секунду взгляд, двинулась к дубу.

Не дошла.

Рядом с деревом лежал приличный камень. Дерпи не была бы собой, если бы его не зацепила! И, конечно, врезалась с разлета башкой в дерево, и…

И пропала?!

— Ох, ниче се! — выдохнула ЭйДжей.

— Крутой фокус, ниче не скажу! — уставилась на дуб Радуга.

— Дуб, как портал… — пробормотала Деринг.

Трио и мы с Изом молча переваривали увиденное.

— Быстро хватаем сумки и за ней! — первым очнулся Из. — Живей!

— Это че? Мне тоже башкой об дерево биться? — попробовала возмутиться Дэш.

— Да не. Если те тут понравилось, то че? Можешь остаться! — съязвила Эплджек. — Лично я сделаю че угодно, шоб свалить отсюда!

— Спасибо. Вот торчать тут до старости тянет как-то еще меньше!

— Тогда че ты еще тут?

С ударами об дерево получалось как-то не очень. Особенно, конечно, у Меткоискательниц. Но, в конце концов, все прошли. Я остался последним.

Разгон! Камень! Дерево! Удар!

Тупая боль пронзила череп. Из глаз сыпанули искры: "Как еще траву не подожгли?" — вспыхнула в мозгу последняя мысль, и какие-то мелкие цветки у корней, хищно оскалившись, бросились мне в лицо!

* * *

Очнулся я от того, что подо мной завозилось что-то мягкое.

Голова моя головушка…

Я приоткрыл глаза.

Ой-е!

Я закрыл глаза.

Открыл глаза.

Так. Э-э-э… Мда… Красиво.

Упал я действительно удачно…

И теперь лежал уткнувшись носом… в круп Эплджек!

— Э-э-э… Але-екс!

— У?

— Я к-конечно ниче против… Но ты бы эт… Встав-вал бы уже, а? А-т остальные ща очнутся…

— Уг-гу…

Я нашел в себе силы подняться.

Огляделся.

Все, кроме Дерпи, валяются здесь, рядом. Той пока нигде невидно.

А здесь, это… Да на той самой поляне с парой деревьев-близнецов, с которой все началось! Только теперь мы валялись прямо рядом с одним из деревьев.

Ну а наши…

Справа. Деринг. Повезло — лежит отдельно. Трио. Вповалку друг на дружке и все со здоровенными шишками посреди лба. Интересно, это и у меня такой "рог" вырос? Вру. Не у всех посреди. Свити пришлось биться не лбом — там один рог уже имелся. Собственно, в первый раз она и застряла им в дереве. Пришлось выдергивать, причем всем, и повторять попытку…

Слева валялись сумки, Из и Радуга.

Я на секунду зажмурился.

Дэш стартовала сразу после того разговора. Из — после нее. Ну кто ж знал-то?!

Она валялась на спине. Видимо, перевернуло в падении.

Я посмотрел на поднявшуюся уже Эплджек. Та внимательно следила за мной.

Я слегка поправил голову Иза.

ЭйДжей прикрыла копытцем рот и залилась румянцем:

— Хи! Алекс!

— Ничего не могу с собой поделать! — улыбнувшись, пожал плечами я. — Это выше моих сил!

В кустах показался силуэт.

А вот и Дерпи!

Забавно! Оказалось, что она здесь уже довольно долго. Во всяком случае, много дольше, чем реально прошло времени. Она даже успела сходить на разведку и утверждала, что местность дальше совершенно непохожа на ту, что мы в последние дни привыкли видеть!

Пока я говорил с Дитзи, очнулись Меткоискательницы.

Теперь они обалдело разглядывали Иза и Радугу!

Те начинали приходить в себя.

— Ну? И че вы на меня так уставились? — заметила их Дэш. — Я, конечно, всегда круто выгляжу, но не сейчас же?

— Да не… — выдавила Скут. — Вот ща — круто…

— Агась. И чем эт вы занимаетесь?

Свити так ничего и не сказала.

— Че чем? — сначала не поняла Дэш.

Через секунду глаза ее мгновенно округлились! Она ме-е-едленно перевела взгляд…

Голова уже пришедшего в себя Иза лежала на ее… ноге.

— И-из?

— Мэк?

— А н-не мог бы ты вс-се-таки…

— Мэ-э-эк?

— Вста…

— ?

— Встать, — собравшись, выдохнула Дэш.

— Угу, — явно без удовольствия поднялся Из. — Так где мы?

— Мы? — переспросил я. — Судя по этим деревьям и тому, что успела разведать Дерпи, мы на той же поляне, где от нас отцепилось то существо.

— Ясненько. А когда мы?

— А вот это пока большой вопрос. Со временем этот лес явно играет какие-то шутки. Дитзи?

— Тут я.

— Можешь организовать связь с Понивиллем?

— Сейчас попробуем… Батарея совсем села. Быстро. Запаса у нас теперь мало…

И Дерпи начала настраивать рацию.

— Есть связь! — наконец доложила она.

Я перехватил микрофон.

— "Отставник" на связи.

— Это Алекс!

— Рад тебя слышать, скороспелый!

— Взаимно. Как обстановка в городе?

— Так ваша же… Как ее? Дерпи, да?

— Ага.

— Она ведь только вчера спрашивала? Было крупное нападение. Пострадавших много, но мы отбились. Луна прибыла в город и берет оборону под свое командование. Я ведь уже все это говорил? Ничего пока не изменилось.

— Оп-па…

— Чего такое?

— Да так. Небольшие нестыковочки во времени.

— Ты о чем?

— Потом объясню. Пока все слишком странно. Сам не понял.

— Ладно. У вас что нового?

— М-м-м… Ничего особенного, продолжаем преследовать артефакт.

— Ладно. Удачи. Отбой связи?

— Спасибо. Отбой связи.

Дерпи отключила рацию.

— Да… Вопросов к лесу у меня все больше…

— Че там? Случилось че-т? — поинтересовалась Эплджек.

— Ага, чего? — а это уже Из.

Остальные просто уставились на меня.

— Да именно, что не случилось. Забавно… Мы вышли из Блуждающего Леса раньше, чем вошли в него.

— Че? — Радуга.

— "Отставник" заявил, что Дитзи связывалась с ним только вчера! А это было задолго до того, как мы попали в эту ловушку!

— Как вообще такое может быть?

— Вопрос не ко мне. Это или к Дитзи…

— Не, я пас! Во всех историях, что я слышала, ничего не упоминалось про время! — потрясла головой Дерпи.

— Или к магам, — закончил я.

Блум и Скуталу почему-то уставились на Свити.

— Не, а я вам чего? — округлила глаза та. — Какой я вам маг??!

— Эт верно, — вздохнула Блум. — А было бы здорово. Мож-т попробуешь как-нибудь?

— Не раньше, чем у меня начнет толком получаться что-то, кроме как искрить и поднимать всякую мелочь, — улыбнулась Бель.

— Интересно… — Скуталу почесалась. — А что будет, если мы тут встретим самих себя?

— Хм, — задумалась Блум. — Забавно будет.

— Думаю, не будет ничего хорошего. Ход истории нарушать не следует, — вмешался Из. — А если это так, а это так, то надо бы сваливать отсюда, пока мы не пришли.

Так мы и поступили.

ГЛАВА 21

Странный лес

Дерпи не обманула, когда говорила, что лес впереди ни капли не похож на ту золотую клетку, в которой нам пришлось прожить больше недели. Он действительно на него не походил. Не только тем, что в нем отсутствовала та поляна. Сам лес стал другим. Тише. Гуще. Мрачнее. Не до такой степени, как наш Вечнозеленый, но мрачнее. Не было видно зверей. Птицы кричали реже и тише. Деревья сплетались над головами, из-за чего кругом было еще темнее.

Солнце клонилось к закату. Надо было искать ночлег. Спать нам, в общем-то, и не хотелось, но идти ночью по такому лесу — задачка для любителей ломать себе ноги и шеи. А таковых среди нас не наблюдалось.

Впереди в деревьях показался какой-то просвет.

Поляна. Мне это уже инстинктивно не нравилось. Слишком уж много было сюрпризов от местных полян!

Эта тоже выглядела вполне достойно на фоне предыдущих.

На поляне возвышался небольшой, но, видимо, когда-то красивый особнячок. Выложен серыми каменными блоками, во многих местах покрытыми плющом, выбитыми, кое-где начавшими осыпаться. Когда-то вычурные, а сейчас помутневшие и потрескавшиеся окна с остатками лепных узоров вокруг них. Покосившиеся или вовсе отвалившиеся гнилые деревянные ставни. Колонны у входа. Треугольный козырек-фронтон над ними. Остатки какого-то знака над самым входом. Несколько ведущих к нему ступней. Ступени охраняла каменная фигура, отдаленно напоминавшая еще гвардейца в каком-то жутко древнем доспехе. От второй, парной ей фигуры неумолимое время с чьей-то помощью оставило только огрызки ног.

Одна из створок тяжеленной на вид двойной двери была приоткрыта, приглашая нас войти.

Ладно. Раз просят…

Я направился ко входу.

— Погодь, — тормознула меня Эплджек. — Ты че, действительно хошь туда войти?

— Ну да. Скоро уже стемнеет, и мне кажется, что в этом лесу будет куда спокойнее ночевать под худой крышей, чем вообще без нее.

— Ваще-то, я тоже за, — поддержала меня Радуга. — Самая крутая пони в Эквестрии уж точно не боится каких-то старых каменюк! Хотя, конечно, домик внушает…

— Ну уж я-то точно не боюсь! — к нам подошла Деринг.

Я оглянулся. Скуталу уже стояла рядом, между мной и Дэш.

— Я за разумную предосторожность, — Из встал рядом с ЭйДжей.

Эплджек перевела взгляд на Блум.

— Меня ты знаешь, — ответила та, переходя на нашу сторону.

Свити оглянулась, вздохнула и тоже поплелась к нам.

Дерпи так и осталась посередине, мотая головой то в одну, то в другую сторону.

— Уф! Упертые! Ладно, иду! — вздохнула Эплджек.

Мы вошли в дом.

Нас встретил небольшой, но жутко пыльный зал с довольно широкой лестницей. Она начиналась от правой стены и плавно поднимаясь, поворачивая влево. Второй этаж представлял собой довольно широкий балкон П-образной формы, с выходившими на него дверями.

В дальней стене зала имелся камин. Все мебельное убранство составляли большой прямоугольный стол с парой лавок возле самого камина, пара стеллажей вдоль стен да что-то, вероятно, бывшее когда-то ковром под столом. Если стеллажи были изрядно поломаны, то стол и скамьи выглядели еще достаточно прочными. Конечно, на всем этом лежал толстенный слоище пыли.

— А… А-а… А-а-а…А-А-А-А-АПЧХА-А-А!!! — сотрясся мощным эхом весь дом!

От неожиданности я дернулся и отступил на шаг. Оглянулся.

— Пардон… — Эплджек смущенно прикрыла нос ногой. — Дэш! Крылья!

— Нич-че… — пробормотала висящая в воздухе Радуга. — Тока… поздно… я тоже… ща-ас… А-А-АПЧХИ-И! — она отлетела назад, врезавшись крупом в Иза.

Приземлив Радугу и стараясь не поднимать больше пыль, мы разделились и обшарили первый этаж. Всего четыре двери.

Кухня — еды не может и быть, шкафы рухнули, бардак полный. Такую Свити может сжигать с чистой совестью — жалеть никто не будет.

Уборная — этим все сказано, и делать там нечего.

Оружейная — все пусто, лишь пара каких-то ржавых ножей на столе. Прихватили. В деле все сгодится.

Кабинет — тут было поинтересней, но ненамного. Ни документов, ни чего-то ценного, только несколько уже рассыпавшихся и нечитабельных книг, да старинная карта Заэплузья. Жаль настенная. Однако сделана основательно, еще не посыпалась. Можно попробовать забрать ее с собой. Остатки книг мы, впрочем, тоже взяли — пойдут на растопку.

Что ж! Ничего существенного, но дом выглядел пригодным для ночевки. Из сбегал в лес и приволок толстую жердину. Мы, навалившись вместе, закрыли входную дверь. Как раз тут эта палка и пригодилась — дверь имела крюки для запора-бруса.

Начиналась подготовка места ночлега.

Чуть наигранно улыбающаяся Свити Бель, покорная Эпл Блум и унылая Скуталу были припаханы к уборке пыли. Мы же, радостно уперлись осматривать второй этаж без нашей неугомонной троицы.

Как-то само так получилось, что при этом мы опять поделились на группки.

Двери нескольких комнат не поддавались. Пришлось просто выбить их ногами. Впрочем, там, как и на первом этаже, смотреть было особо не на что. Все эти комнаты оказались спальнями.

Громадные кровати с, наверное, тяжеленными когда-то балдахинами, сейчас более напоминавшими паутинку из еще не доеденных молью ниток. Старые, пустые шкафы. И довольно тонкие, как оказалось стены. По крайней мере, пошловатую шутку Дэш по поводу этих самых кроватей, мы с Эплджек услышали.

Комнаты практически не отличались друг от друга. Разве что одна была чуть больше других, и кроме типовой мебели, выделялась наличием на стенах нескольких старых портретов: гвардеец в старинной, странноватой на вид, броне, щегольски одетый франт, какой-то генерал, да старая кобыла. Однако, кроме этого, даже в этой комнате ничего интересного не было.

На этом мы решили закончить с бесполезным поиском непонятно чего, да и трио уже расчистило стол и место вокруг него. Пора было устраиваться на ночь.

— Да. Как ни странно, но меток уборщиц мы еще не получили, — съязвила Блум.

— Вообще-то, кое-кто обязался выполнять всю работу, лишь бы остаться с нами… — напомнил я. — Кто бы это мог быть?

— Угу… Мы…

— Да ладно тебе, Блум! Не так это и сложно было! — Свити подошла к стене и принялась выбивать об нее хвост.

— Да я и не говорю, что сложно…

Я в это время уже разжигал огонь в камине. Кое-какой запас дров обнаружился рядом, прогорят, конечно, быстро, но тепла надеюсь на ночь хватит. В крайнем случае, можно пустить на дрова шкафы из кухни. Трут я набрал по дороге. Да и останки книг пошли в дело. Огонь разгорелся весело и быстро! И я почти тут же понял, что труба дымохода чем-то забита, и весь дым сейчас будет идти внутрь, в зал! Я схватил окованный металлом корешок одной из книг и кинулся на второй этаж, куда выходила пара окон. При встрече с металлом, верхняя часть одного из них звонко лопнула, впуская немного вечерней прохлады. Откуда-то потянуло сквозняком.

Проблема вытяжки была решена, и я спустился вниз.

Все уже собирались за накрытым столом. Конечно, назвать его накрытым можно было лишь с большой натяжкой. Сухие пайки, да то немногое, что удалось найти по дороге сюда. Фляги с водой. Вот и все убранство стола. Но мы наконец-то, спустя столько времени, ели в доме! За столом! А это уже радовало. Только в походе, вдали от дома начинаешь понимать, насколько же нужны подобные, казалось бы, мелочи.

Порадовало и другое. Из снова наведался в развалины кухни. Я уж не знаю, каким чутьем, но он вытащил оттуда какой-то крохотный бочонок, в котором что-то плескалось.

Краника, конечно, не нашлось, поэтому Из просто пробил в нем дыру своим ножом. Плескавшееся оказалось вином. И, похоже, немалой выдержки. Правда, уже имелся не только привкус бочонка. Откровенно говоря, винчик уже явно передержали. Но кто жалуется? Уж точно не мы!

Содержимое бочонка было отлито в опустевшую флягу, и та пошла по копытам!

Наши жеребята успели все-таки употребить раньше, чем Эплджек вырвала у них флягу. Ладно. Немного не помешает… Наверно…

* * *

*ПОСТОРОННИЕ! В НАШЕМ ДОМЕ КТО-ТО ЕСТЬ! Я ЧУВСТВУЮ!*

Почти лишенный эмоций голос проник в мой мозг.

Я открыл глаза, пытаясь спросонок сообразить, что бы это могло быть.

— А? Че? Че эт было? — встревоженно приподнялась Эплджек. — Эт ты сказал?

— Нет.

— Что за ерунда тут творится? — Из.

Я огляделся. Остальные тоже повскакивали. Только Меткоискательницы завозились не просыпаясь.

*НУ ВОТ! ТЫ ПОТРЕВОЖИЛ ИХ. Я ИХ СЛЫШУ.*

Что за бред?

Я поднялся.

— Пойду-ка я посмотрю…

— Я с тобой! — тут же, несколько поспешно, поднялась ЭйДжей, — Мне тоже интересно!

— Ладно… — выдохнул я. — Пойдем.

Из, Радуга и Деринг одновременно попробовали напроситься с нами.

— Нет. Не стоит, — предугадал их желание я. Лучше подождите тут. Если все будет нормально — мы вам скажем.

— А если нет? — поинтересовалась Дэш.

— А если нет, мы заорем! — продолжила за меня ЭйДжей.

Мы развернулись.

— По-моему, оттуда?! — Эплджек ткнула копытом вверх.

— Ага. Мне тоже так показалось.

*ОНИ ИДУТ!*

Мы поднялись по лестнице вверх и встали перед дверью большей из спален. Я резко потянул за ручку.

Никого. Совершенно пусто.

— ЧТО ВАМ ЗДЕСЬ НАДО, ВОРЫ?

Картины!

Сейчас это уже не были обычные холсты. Они приобрели размер, глубину…

А главное — они смотрели на нас!

Гвардеец, щеголь, дама, генерал…

— Ух-ты! Почти как живые! — восхищенно выдохнула ЭйДжей.

— СПАСИБО ЗА КОМПЛЕМЕНТ, МАДАМ! ПРОШУ ПРОСТИТЬ МОЕГО ПРАДЕДА ЗА ГРУБОСТЬ, ОДНАКО ВЫНУЖДЕН ОБРАТИТЬСЯ К ВАМ С ТЕМ ЖЕ ВОПРОСОМ! — шевельнулись губы гвардейца.

— Э-э-э… А-а-ап…*ПЛЮХ* — Эплджек попробовала попятиться к двери, но в итоге лишь хлопнулась на круп с открытым ртом.

— ГРУБО? ЗАТО ВЕРНО! ЧТО ЕЩЕ МОЖНО ДЕЛАТЬ В ЭТОМ ДОМЕ?

Я поклонился, осознавая, что продолжать и дальше стоять истуканом, мягко говоря, не выход:

— Прошу простить меня, за то, что мы столь грубо вторглись в ваше владение, но лишь нужда в ночлеге принудила наш скромный отряд к столь бесцеремонному вторжению. Поверьте, милейшие хозяева, если бы не это, мы бы не решились нарушить ваш покой. Прошу вас, соблаговолите дать приют нескольким уставшим путникам. Я даю вам слово офицера гвардии ее высочества принцессы Луны, заверяя во всей возможной благопристойности нашего дальнейшего поведения здесь. В случае же ежели мы вызываем какое-либо неудовольствие либо неудобство для Вас, мы готовы будем немедленно покинуть сей кров.

Фух! Какая длиннющая и заковыристая вышла фраза!

ЭйДжей теперь таращилась на меня.

— ЕГО СЛОВА ЧЕСТНЫ. Я ВИЖУ ЭТО, — слегка напевно проговорила дама.

— В ЕГО РЕЧИ ЧУВСТВУЕТСЯ ХОРОШЕЕ ВОСПИТАНИЕ, — внимательно посмотрел на меня тот, кого я окрестил щеголем.

— ПРОСТИТЕ МНЕ МОЕ НЕДОВЕРИЕ, НО… ВЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОФИЦЕР ГВАРДИИ? — несмотря на всю бесцветность своего голоса, заметно удивился гвардеец.

— Да, я офицер Темной Гвардии. Гвардии капитан Алекс Анноун к вашим услугам, — я поклонился вновь.

— ЕЩЕ РАЗ ПРОШУ МЕНЯ ПРОСТИТЬ ЗА НЕДОВЕРИЕ. ПРОСТО ПОСЛЕДНИМ ГВАРДЕЙЦЕМ ЗДЕСЬ БЫЛ Я. О! ПРОСТИТЕ МНЕ МОЮ НЕ УЧТИВОСТЬ! ГВАРДИИ КАПИТАН БРЕЙВХАРТ К ВАШИМ УСЛУГАМ, — поклонился гвардеец. — МАДАМ! СИЯ ПОЗА НЕ ПРИСТАЛА ТАКОЙ КРАСАВИЦЕ, КАК ВЫ! БЫТЬ МОЖЕТ, ВАМ ЛУЧШЕ ПРИСЕСТЬ НА КРОВАТЬ?

— А? Э-э-э… Д-да, сп-пасибо… — ЭйДжей неуклюже присела на краешек кровати, не отрывая взгляд от картины.

— НЕ СОБЛАГОВОЛИТ ЛИ МАДАМ ОТКРЫТЬ МНЕ СВОЕ ИМЯ, ДАБЫ Я МОГ ПОВСЕМЕСТНО СЛАВИТЬ ЕЕ КРАСОТУ?

— ЭйДж… Эплдж-жек.

— ЭПЛДЖЕК… КАКОЕ ВЕЛИКОЛЕПНОЕ ИМЯ! ИСТИННО ДОСТОЙНОЕ ВАШЕЙ КРАСОТЫ…

— Э ВНУЧОК! ТЫ, Я ЗНАЮ, МАСТЕР ПЕРЕД КОБЫЛКАМИ ЛЯСЫ ТОЧИТЬ, НО ТЫ БЫ ЛУЧШЕ КОЕ-ЧЕГО ПОВАЖНЕЕ РАССКАЗАЛ! — одернул гвардейца генерал.

— ДА УЖ, КУЗЕН! СКОЛЬКО ВЕКОВ КАК МЫ С ТОБОЙ ПОМЕРЛИ, А ТЫ ВСЕ ТУДА ЖЕ! — покачал головой щеголь.

— ПРОСТИТЕ. СО МНОЙ ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БЫВАЕТ. ОДНАКО, Я ХОТЕЛ БЫ ПОВЕДАТЬ ВАМ НЕЧТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВАЖНОЕ!

— Возможно, мне лучше позвать остальных?

— ДУМАЮ, ТАК ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БУДЕТ ЛУЧШЕ.

* * *

И вот, уже вся наша группа целиком в комнате.

— Ну? И чего ты нас сюда позвал? Мы ведь уже были здесь, когда комнаты осматривали? И че все застыли? — влетела последней Дэш. Однако, кинув взгляд на картины, также застыла с открытым ртом и, забыв как махать крыльями, не слишком изящно плюхнулась на пол. — Это еще че?

— Я ГВАРДИИ КАПИТАН БРЕЙВХАРТ, ХОЗЯИН ЭТОГО ДОМА, — еще раз отрекомендовался гвардеец, тоном настолько деловым, насколько это было возможно для почти монотонного голоса.

Пока сонные Блум и Свити оторопело жались к остальным, Скуталу, осмелев, подпрыгнула, зависнув ненадолго в воздухе, и потыкала картину с гвардейцем копытцем. Создалось ощущение, что та немного пошла рябью.

— О-бал-деть… — раздался тихий шепот Деринг.

— Кру-уто! — улыбнулась Скут.

— УГУ. МОЖНО Я УЖЕ ПРОДОЛЖУ? — глянул на нее гвардеец.

— Ой! — тут же чуть не упала Скут, и спряталась за ноги все еще сидящей ЭйДжей.

— БЛАГОДАРЮ. ТАК ВОТ. ВАС СОБРАЛИ ЗДЕСЬ, ЧТОБЫ СООБЩИТЬ ПРЕНЕПРИЯТНЕЙШЕЕ ИЗВЕСТИЕ…*

— Я бы удивился, если бы нас тут задарили подарками и насильно кормили тортом… — пробурчал Из.

— КХМ!

— Да, да… Уже слушаю…

— ВАМ ГРОЗИТ СЕРЬЕЗНАЯ ОПАСНОСТЬ. ВОЗМОЖНО, НА КОНУ ВАШИ ЖИЗНИ, — гвардеец сделал паузу, наблюдая за эффектом.

Я выдохнул:

— Какого рода опасность?

— КАК ИХ ОПИСАТЬ? ПОРОЖДЕНИЯ ЗЛА, ДРЕМАВШИЕ В ЭТОМ ЛЕСУ, НО ПОДНЯТЫЕ КОГДА-ТО ДИСКОРДОМ.

— Дискордом? — переспросила Дэш.

— ХА! МОЛОДЕЖЬ! — вступил генерал. — ДУМАЕШЬ, ОНИ ЗНАЮТ ЧТО-ТО О МОГУЩЕСТВЕ ДИСКОРДА? ДА ОНИ НАВЕРНЯКА И НЕ СЛЫШАЛИ НИ О НЕМ, НИ О БИТВЕ С НИМ ПРИ ПИКАХ СЕДЕЛЬНЫХ РОЖКОВ!

— Простите мой генерал, — вмешался я, — Но Дискорда здесь знают и помнят все. А пара присутствующих здесь пони и вовсе предотвращала вторую попытку его восшествия на престол Эквестрии! — о том, что обсуждаемый нами субъект и сейчас вполне себе жив-здоров и даже, с дозволения Селестии, живет себе где-то, я, глядя на явную нелюбовь к нему хозяев, решил умолчать.

— Агась, — кивнула Эплджек с серьезным видом. Радуга гордо поднялась в воздух, скрестив ноги на груди.

— ОНИ УМУДРИЛИСЬ УПУСТИТЬ ДИСКОРДА И ДАТЬ ЕМУ ВТОРОЙ ШАНС? ДА ТОГО КТО ЭТО СДЕЛАЛ… *далее следовал ряд нецензурных уточнений того, что и как, по его мнению, следовало сделать с теми, кто выпустил Дискорда и их ближайшими родственниками* …ДА И ТОГО МАЛО!!!

Те, с кем следовало все это проделать, забились так далеко за остальных, что их с трудом было видно. Только Скуталу, закрытая от генерала сидящей Эплджек, осталась на месте.

Эх! И ведь опять запомнит…

— ВЫХОДИТ, ИЗ-ЗА ТЕХ *нехорошее слово*,ЧТО ЕГО ВЫПУСТИЛИ, МЫ С РЕБЯТАМИ НАПРАСНО ПРОЛИЛИ КРОВЬ?! НАПРАСНО ПОГИБЛИ?! — продолжал громыхать генерал.

— ПРАДЕД! ПОЖАЛУСТА ПРОСТИ, НО ДАЙ МНЕ СКАЗАТЬ! — перебил того гвардеец. — У НАС МАЛО ВРЕМЕНИ! НЕ УСПЕЕМ СЕЙЧАС — НЕ СМОЖЕМ ДО СЛЕДУЮЩЕЙ НОЧИ! ТЫ ЗАБЫВАЕШЬ, ЧТО МЫ МОЖЕМ ОБЩАТЬСЯ С НИМИ ЛИШЬ ОЧЕНЬ МАЛОЕ ВРЕМЯ.

— ЛАДНО… — нехотя согласился тот. — ТЫ ПРАВ. УМОЛКАЮ.

— ТАК ВОТ. ДО ТОГО, КАК МОЙ МНОГОУВАЖАЕМЫЙ ПРЕДОК ПЕРЕБИЛ НАС, Я ПЫТАЛСЯ РАССКАЗАТЬ, С ЧЕМ ВЫ СТОЛКНУЛИСЬ. ДИСКОРД, СОТВОРЕННЫМ ИМ ХАОСОМ, ПОДНЯЛ ИЗ ГЛУБИН ЛЕСА ПОЛЧИЩА КАКИХ-ТО СУЩЕСТВ, ВЫСТУПИВШИХ НА ЕГО СТОРОНЕ. ЧАСТЬ ИЗ НИХ ВЫЖИЛА И ПОСЛЕ ЗАТОЧЕНИЯ ДИСКОРДА В КАМЕНЬ. ЧАСТЬ ИЗ НИХ ЖИВА И ПОНЫНЕ…

— Как их победить? — перебил Из.

— НИКАК! НАШ РОД ПЫТАЛСЯ СОВЛАДАТЬ С НИМИ С МОМЕНТА ПОЛУЧЕНИЯ В ДАР ЭТОЙ УСАДЬБЫ. МЫ С БРАТОМ БЫЛИ ПОСЛЕДНИМИ ЕЕ ВЛАДЕЛЬЦАМИ. КОГДА МЫ С НИМ ПОГИБЛИ ПРИ АТАКЕ НА ДЕРЕВНЮ НЕПОДАЛЕКУ, ДОМ НАШ ПРИШЕЛ В ЗАПУСТЕНИЕ. НАШ РОД ПРЕСЕКСЯ, — он вздохнул. — А ЭТИ — ТАК И ОСТАЛИСЬ. ТЕПЕРЬ ОНИ КАЖДУЮ НОЧЬ ШАСТАЮТ ПО ЗДЕШНЕМУ ЛЕСУ, ИЩУТ СЛУЧАЙНЫХ ЖЕРТВ. ВСТРЕЧА С НИМИ МОЖЕТ БЫТЬ ДЛЯ ВАС ПОСЛЕДНЕЙ! БОРОТЬСЯ НЕ НАДО! ДОЖДИТЕСЬ, КОГДА НАТУПИТ УТРО, И ОНИ УБЕРУТСЯ ПРОЧЬ! ОНИ БОЯТСЯ НАПАДАТЬ ПРИ ДНЕВНОМ СВЕТЕ.

— Че, вот просто так сидеть и ждать? Вместо того, чтоб надрать им крупы? — удивилась Дэш.

— Да. Что в них такого особенного? Почему просто не дать им бой? — Из выдернул нож из ножен. — Слава Селестии не жеребята! В смысле не все… — тут же поправился он.

— ЭТИ СОЗДАНИЯ УМНЫ. ОНИ НЕ БУДУТ НАПАДАТЬ НА ВАС В ОТКРЫТУЮ. ОНИ ДОЖДУТСЯ, ПОКА ВЫ УСНЕТЕ И ПЕРЕГРЫЗУТ ГЛОТКИ СЛЯЩИМ. А ВЫ УСНЕТЕ. ХОТИТЕ ВЫ ТОГО ИЛИ НЕТ. Я ПРЕДУПРЕЖДАЮ ВАС ЛИШЬ ПОТОМУ, ЧТО ЗДЕСЬ, В ДОМЕ, У ВАС ЧУТЬ БОЛЬШЕ ШАНСОВ.

— Погоди-ка, погоди-ка… — подключилась ЭйДжей. — А эт не тихие такие, незаметные, с желтыми глазками, по кустам за тобой ныкаются и чувство такое, шо щас на землю рухнешь и заснешь, а?

— ОНИ САМЫЕ, МАДАМ. УЖЕЛИ ВАМ ПОСЧАСТЛИВИЛОСЬ УЙТИ ОТ ТАКОГО ЖИВЫМ?

— Ага. Было там че-то такое. Увязалось. Только свалило оно от нас оч-чень быстро! А уж как оно при этом выло! Так что не такие уж тут и слабачки собрались! — конечно, это была Радуга.

— М-м-м… Дэш, вообще-то, оно, наверно, просто нас видеть перестало… — не удержался Из.

— Да знаю я… — сразу погрустнела она. — Но так, как-то бодрее звучало…

— А как получилось, что они выжили? И как вообще все здесь получилось таким странным? Ведь Заэплузье часть Эквестрии, а значит, должно быть под контролем Принцесс?! — задала Деринг мучавший меня вопрос.

— НИКАК! ФАКТИЧЕСКИ, ПРИНЦЕССЫ НЕ МОГУТ ЗДЕСЬ НИЧЕГО СДЕЛАТЬ. НЕ ЗНАЮ КАК, НО ДИСКОРД В СВОЕ ВРЕМЯ ПОСТАРАЛСЯ ВЫСТРОИТЬ ТУТ КАКУЮ-ТО НЕЗАМЕТНУЮ ДЛЯ НИХ ЗАЩИТУ. А ТЕ, КТО МОГ БЫ ИМ РАССКАЗАТЬ, ТЕ, УВЫ, ТУТ ДОЛГО НЕ ЖИВУТ.

— То есть, Принцессам здесь ничего не подчинено? — уточнил я.

— ДА.

На минуту все задумались.

— ПРОЩАЙТЕ ПУТНИКИ И ТЫ, ГВАРДЕЕЦ! ПОСТАРАЙТЕСЬ ВЫЖИТЬ! — нарушил молчание гвардеец.

— АГА! РЕБЯТА ВЫ БОЕВЫЕ, КАК Я ПОГЛЯЖУ. МОЖЕТ, ЧЕГО И ПОЛУЧИТСЯ, — генерал.

— ЧУВСТВУЮ, ЧТО СПОСОБНЫ ВЫ НА МНОГОЕ. ЖЕЛАЮ ОКАЗАТЬСЯ СПОСОБНЫМИ ВЫЖИТЬ… — снова чуть напевно произнесла дама.

— СКАЖУ КОРОТКО: УДАЧИ ВАМ! — щеголь.

Их лица онемели. Краски картин начали быстро тускнеть, выцветать, покрываться трещинами, следами от мух, кое-где проступила паутина в углу рамы… Через несколько мгновений перед нами висели безжизненные старые холсты.

*ВРЕМЕНИ МАЛО…* — донеслась откуда-то затихающая, как шепот, фраза.

— Ну? И чего мы сидим? — поднялась с пола Деринг. — Делать чего-то будем, нет?

— К бою! — как-то зло ухмыльнулся Из.

— Верно, — поддержал его я. — Надо бы подготовить дом к обороне.

Следующие, быть может, полчаса, быть может, чуть более, в доме кипела такая бурная работа, какой он, наверное, не видел несколько столетий. По полу и по воздуху метались из конца в конец пони. Трещала передвигаемая древняя мебель. Звенели недовольные стекла в разболтавшихся рамах в момент, когда очередная кровать врезалась ножками в стену рядом с ними, перекрывая окно. Летели через перила вниз обломки ненужных балдахинов. Столбами крутилась по комнатам поднятая пыль, из-за чего чихание уже беспрерывно сотрясало дом.

Из, и я оттащили к двери остатки огромного кухонного шкафа.

Гиперактивная троица, расставила по всем возможным легко задеваемым местам черепки от старой посуды. Места были действительно всевозможными, а потому что-то постоянно громко падало. Включая их самих в процессе расстановки. Что ж, может быть, и это чем-то поможет.

Эплджек, Радуга и Деринг, втроем пытались поднять под потолок на перекинутой через балку веревке и закрепить, привязав к перилам, найденный под останками шкафа на кухне, огромный, и, видимо, многое повидавший, медный котел, логично рассудив, что шуму от такого выйдет немало, если перерезать веревку. Вернее сказать Эплджек тянула внизу, Деринг помогала сверху, а Радуга больше суетилась вокруг и обеими командовала.

Дерпи, удачно запнулась за кольцо и обнаружила, таким образом, вход в небольшой, сырой, затхлый подвал, расположившийся под лестницей рядом с оружейной. Пара ушибов стоила такой находки! Хотя бы тем, что подвал был самым надежным, казалось бы, укрытием. Правда, в этом нам довелось быстро разочароваться. Во-первых, в нем обнаружилась какая-то, окованная железом и насмерть приржавевшая дверь, открыть которую мы так и не смогли, и его решили не использовать до последнего. А во-вторых, и это было куда важнее, люк в подвал не запирался — засов, запиравший, как ни странно, его изнутри, давно заржавел, а кому охота добровольно загонять себя в ловушку? Может, нас и не обнаружат, но надеяться на это — непозволительное легкомыслие, зато, если обнаружат, то в этой узенькой клетушке мы трупы, даже если не заснем. Так что, подвал было решено использовать лишь в самом крайнем случае, и до последнего держаться в зале.

Давным-давно остывший, камин был завален остатками стеллажей.

Перевернутый стол теперь отделял от остальной залы угол под лестницей, где, за неимением ничего лучшего, мы и решили держать оборону. Тем более что тот самый люк в подвал был, в таком случае, недалеко от нас.

Становилось прохладно — дрова, вспыхнувшие, стоило только попасть на них огню, уже прогорели, а древние стены выпускали тепло намного быстрее, чем этого можно было ожидать. Видимо, дом был уже по-настоящему стар.

Тревожно завывал в каминной трубе ветер.

Позвякивал осколок стекла в разбитом окне второго этажа.

Длинная ночь лишь подползала к полуночи…

Мерцала одинокая свеча…

Несколько пони сгрудились за опрокинутым столом, прижавшись друг к другу и боясь лишний раз прикрыть глаза…

* * *

Шло время.

Никто не показывался.

— Ну и где эти наши гости, ради которых мы тут надрывались? — кипятился Из, — Мы тут корячимся, а они не пришли? Или нас тут вообще не уважают?

Он долбанул ногой пол так, что доски, покрывавшие его, треснули и полетели щепой во все стороны.

Словно бы дожидаясь этого сигнала все началось.

Грянула за окнами ослепительная вспышка!

Сколько я не вслушивался, но грома не последовало. Последовало другое.

Слитный вой десятка глоток. Вой, наводивший страх и оцепенение даже на нас с Изом. Вой, леденящий душу. Вой, заставляющий кровь застыть в жилах.

Я огляделся.

Эплджек. Вот-вот начнет трясти. В зубах закушена веревка с арканом. Челюсти стиснуты так, что не разжать. Одной ногой прижала к себе перепуганную Блум.

Деринг. Мрачно-спокойная снаружи, но, видимо, далеко не такая самоуверенная внутри.

Дерпи. Крылом прижала к себе Свити. Выражение, нервное, но не настолько, как у остальных.

Радуга. Мрачная и решительная. Даже чересчур. Прикусив губу, потирает копыта.

Скуталу. Испуганная. В зубах нервно пляшет все тот же метательный нож, обращению с которым я ее учил.

Из. Хмурый и злой. Разве что взгляд немного нервный. Единственное светлое пятно на общем перепуганном фоне. Причем, благодаря белой шкуре, и в прямом смысле тоже.

Ну и я, само собой. Тоже пытающийся держать себя в копытах.

Вой не прекращался еще долго.

Глухой удар сотряс входную дверь.

Загремела, падая, посуда.

Заколыхалась и потухла свеча.

Все, даже самые обычные, звуки, внезапно стали пугающими, жуткими!

Стали громче!

Слились в один, сплошной, не разделяемый больше нашими бедными ушами, шум!

И столь же резко пропали!

Одновременно с ними пропал и вой.

Исчез куда-то ветер. В зале стало теплее и уютнее. Тишина и спокойствие плотной, ватной пеленой накрыли дом.

— И че? Это все, на что они спо… *Уауф!* …собны? — вылезла из-за импровизированного укрытия Радуга. — Пошумели немного и все?

— Да не, — присоединился к ней Из. — Сдается мне, что это была только прелюдия. Сейчас начнется основное действо. Лишь бы не заснуть, а то, чувствую, не проснемся уже, если заснем.

— Угу, — я вновь разжег свечу. — Сейчас начнется. Главное не заснуть.

— Аг… *Уа-а!* …ась! — зевнула Эплджек. — Хотя уже охота.

— Это еще не охота. Охота будет под утро. Главное, чтоб не на нас, — кисло пошутил я.

— Ага. Сказать это легко, — пробурчала Деринг. — А вот сделать… Дитзи!

— А? Чего?

— Не спи, чего!

— Да я и не это… не того…

— Кого "того"?

— Никого…

— Угу…

— Так! Кто-то еще спит?

Спали. Эпл Блум и Свити Бель.

Я перевел взгляд на Скуталу.

— Фя? Фя фе. Тафе неофофа! Фоффем! — замотала головой она.

— Хорошо. Только нож спрячь, ага? А то мы тут близко стоим…

— Тьфу! Ага!

— Надо чем-то заняться. Чтоб меньше хотело… *Оу-у-у!* …усь спать, — подал идею Из, тряся головой и пытаясь таким образом отогнать зевоту.

— Агась. Ток чем займемся?

— Чем, чем… Спортом! — Дэш расправила крылья. — Повторяй за мной!

Что ж, на какое-то время это точно поможет. Только бы потом…

Помогло.

С тренировками мы продержались аж до трех часов ночи.

Но сработало то самое подлое "но".

А именно то, что спорт выматывает и отнимает силы. В обычных условиях этого бы уже хватило, чтобы устать даже нам с Изом, не говоря уж про остальных. Сейчас же даже мы уже валялись без ног. Оставалось крайнее средство.

Я раскрыл аптечку.

Слава Селестии. Оно еще тут. Если эти таблетки помогают в обычных условиях, то должны же что-то сделать сейчас? Я объяснил остальным. Раздал все, что было в моей аптечке.

Ну. По крайней мере, они подействовали. Хватило сил подняться на ноги.

Где-то лопнуло оконное стекло. Послышался звук когтей, скребущих по дереву.

Надо было срочно что-то делать, чтобы протянуть еще хоть пару часов.

Дерпи попробовала растолкать Блум и Свити. Бесполезно.

Эплджек, собравшись с силами, пошла на крайнюю меру — наклонилась над ними, набрала побольше воздуха и…

— ПА-А-А-А-АДЪЕ-Е-Е-Е-ЕМ!!!

Ну… Нас этот вопль точно немного взбодрил. Свити и Блум даже не пошевелились. Похоже, мы правильно делали, что старались не уснуть — проснуться нам уже не давали. Хорошо, что Скут не спит. Я перевел взгляд на нее. Взмокла, стараниями Радуги, заметно устала, глаза краснющ-щ-щие, но даже не зевнула пока ни разу. Нам бы так…

— Не. Не засну. Факт, — заметила она мой взгляд. — Со мной уже так бывало. Если боюсь чего — точно не засну уже. Это еще с того раза, как мы с Дэш, Блум, Свити и остальными в поход ходили, осталось… Потом могу где угодно заснуть, но сейчас — нет.

Прошло еще полчаса.

Предложенные Эплджек песни, тоже закончились. Ослабевало и действие таблеток, хотя сожраны были уже все. Эти непонятные создания пока не суются, но то, что они где-то рядом, слышно отчетливо. Что делать дальше — непонятно. Все просто сидят…

Еще пятнадцать минут. Усталость дикая. Похоже, действие таблеток закончились. Сильно клонит в сон. Остальные уже клюют носом. Плохо.

Пять минут. Держимся только Я, Из и Скут. Заснуть мешает только храп Дэш. Вот бы он подольше мешал…

Странно.

Вот вроде только что я сидел под лестницей, пучил из последних сил глаза на храпящую Дэш, а сейчас падаю в какую-то необъятную черную дыру. И дыра эта не имеет дна. Вокруг все темнее и темнее. И уже и не дыра это даже, а какое-то темное, вязкое болото. Я не захлебываюсь и не тону, но погружаюсь глубже и глубже, не в состоянии выбраться.

Я знаю, что это лишь дурной сон. Знаю, что не должен спать, что нужно проснуться…

Только вот проснуться и не получается!

Этот вязкий, липкий, жирный, как густой кисель сон не отпустит просто так.

Я даже чувствовал, как кто-то, кто еще не заснул, пихает меня в правый бок, как пытается растолкать. Но даже это не помогало проснуться. "А ведь тебя сейчас сожрут!" — мелькнула тревожная мысль. Но она и подавно не могла разбудить.

Толчки прекратились. Где-то далеко, будто через толстый слой ваты, что-то с треском рухнуло. Послышался шум бьющейся посуды…

Слышать-то я слышал, а что толку?

Забавно. Хотя, чего тут забавного?

Конечно, гвардеец может погибнуть где угодно, на то он и гвардеец. Но чтоб вот так вот? По-идиотски быть загрызенным во сне, без всякой возможности к сопротивлению?

Да что там самому! Не имея даже возможности защитить тех, кто тебе дорог! Зная, что они тоже погибнут!

Дерпи! Деринг Ду! Радуга! Из! Свити Бель! Эпл Блум! Эплджек! Скуталу!

Вот такой вариант я себе точно не представлял!

Да не жирно ли вам будет, твари!!!

*БДЭ-Э-Э-Э-ЭМ-М-М-М-М-МС-С-С-С-С-С-С!!!!!!!!!!!!!!!*

Дикий грохот разорвал болотную мглу, вышвыривая меня наверх!!!

Я мгновенно открыл глаза!

Из, похоже, тоже только что проснувшийся.

Проломленные перила и валяющаяся под ними кровать, закрывавшая разбитое окно на втором этаже.

Опрокинутый кверху ножками стол.

Какая-то тварь, размером меньше нашего, очертаниями тела напоминающая кошку, стоящая над Радугой.

Вторая такая же посреди зала.

Валяющийся на разбитом им полу и все еще гудящий медный котел с обрывком веревки.

Мотающийся на перилах второй обрывок.

Грязная и поцарапанная Скуталу с ножом в зубах, стоящая возле.

И что-то неразличимое на ступенях над ней.

На то, чтобы увидеть все это ушла секунда.

Дальше рефлексы сработали без команды мозга.

Я в два гигантских прыжка перемахнул через поваленный стол и снес Скуталу, вместе с ней падая на пол!

Мгновением позже на место, где она стояла, приземлилась еще одна тварь! Когти вспороли деревянный пол!

Я вскочил и рванул нож! А вот теперь мы продадим себя подороже!

Какое-то время я мало что замечал. Когда кроме инстинктов включился мозг, все было уже кончено.

Пять мертвых тварей. Четыре на полу. Одна на Радуге, над которой сейчас склонился Из. Похоже, две из тех, что на полу, тоже его копыт дело. Вернее, его ножа.

— Как она? — прохрипел я, сам не узнавая свой голос.

— А? — Из, похоже, только сейчас заметил меня. — В порядке! Спит!

— А ты как? — я обернулся к Скут. И замер!

Селестия! На нее было страшно смотреть! Жутко испуганная, в изодранной форме, еле дышащая, трясущаяся, грязная, растрепанная, с мешками вокруг красных глаз, вся в порезах и ссадинах, с кровью, стекающей из уголка рта!

— Вп-пор-ряд-дке… — прошептала она.

Я сгреб ее в охапку. Заглянул в глаза.

— Скут!

— Да нич-чего, — она сморгнула навернувшуюся слезу. — Д-действ-вительно в по-пор-рядке…

Какое-то время мы просто сидели так, пока ее не перестало трясти.

* * *

Я даже не сразу заметил, что случилось.

Не было больше слышно ни воя, ни шума, никаких жутких звуков!

Мой взгляд упал на разбитое окно второго этажа. Так и есть!

Рассвет! Первые животворные лучи пронизали небосвод, принося всем свет, тепло и радость! А кое-кому еще и лишний день жизни. Эх! А ведь Селестия, поднимая сейчас Солнце, наверное, даже не подозревает о том, что порой творится в их с сестрой государстве! Как впрочем и Луна…

Так. Меня потянуло на лирику. Нехорошо. Не к месту.

— Из! Ну чего ты возишься? Если все в порядке, так буди Радугу!

— Ага, как?! На слова и тормошение она не реагирует!

— Попробуй что-то более контактное!

— Ага! Кажется понял! Сейчас!

Послышался какой-то странный и не уместный звук.

— М-м-м? М-м-м-м-м! Фух! Из! — раздался вопль Радуги.

— А чего я? Это способ разбудить такой! И вообще, мне Алекс посоветовал!

— Вообще-то, я имел ввиду нечто другое! — попробовал открутиться я. — Ну там… По щечкам похлопать. Или водой облить…

— Облить? Ха! Знаю я вас! Только дай повод! — деланно надулась Дэш, с улыбкой во взгляде.

— К чему? — все еще недопонял я.

— К тому, что вы с Эплджек украдкой вытворяете.

— Кхм?!

— Ого! А это че за зверь? — Дэш заметила, наконец, дохлую тварь рядом с собой.

— Это? Это то, что я с тебя снял до того, как оно добралось бы до твоей шеи!

Радуга слышно сглотнула.

— А знаешь… — совсем другим тоном прошептала она. — Ты ведь мне, выходит, опять жизнь спас…

Я на секунду отвернулся.

А вот Скуталу продолжала пялиться. Но, ей сегодня, думаю, позволительно и не такое.

Однако надо было будить остальных.

Я подошел к Эплджек.

Подобно Изу, я пробовал все. Похоже, что мне оставался только последний способ.

Я склонился над Эплджек, и… И взаимно??! ЭйДжей, не отрываясь, приоткрыла зеленый глаз, и подмигнула. Хихикнула лежавшая рядом Блум.

Оказывается, на тот момент, все уже проснулись!

Мы собрались в круг.

— Надо решить что делать! — резво начал я.

— Погоди! Че случилось-то после того, как я отрубилась — спросила всех Радуга.

— Агась, мне тож интересно, — придвинулась Эплджек.

— Селестия! Скут! Че с тобой случилось? — только заметила Блум тихо подошедшую Скуталу.

Свити только прикрыла рот копытцем.

— Да так… — Скут попробовала, как обычно, сделать пренебрежительный вид, но из этого мало что получилось. Не в том она состоянии.

— Расскажешь?

— Ну…

— Конечно расскажет! — влез я. — Она ведь единственная, кто не уснул!

— Единственная?! — как-то одновременно выдохнули все.

— Увы, да. Уснули даже мы с Изом.

Все потрясенно замолчали.

— Ну расскажи, а Скут? — первой заговорила Блум.

— Ладно, — выдохнула та. — Я еще с того похода с ночевками с трудом засыпаю, если чего-то боюсь. Может, это помогло… В общем, мы с Алексом и Изом последние остались. Но они тоже вырубились. Я даже не заметила сразу… А когда заметила, даже губу прокусила от испуга. Потом начала трясти Алекса, но это почему-то не помогло. А потом оно ка-а-ак рухнет! Ну, та кровать наверху. Ну, мы еще навернулись все втроем, когда посуду на самый верх пригораживали. Вот она и рухнула! Вместе с посудой! У меня сердце в копыта ушло! Грохот такой был! Но почему-то никто из вас даже не пошевелился. И тут появились эти… Ну… В общем ЭТИ. Я только двоих видела. И обе кинулись на меня! Я рванулась через комнату так, что даже в стол влетела! Наверно, тогда он и перевернулся. Твари за мной. Что тут было! Но чего хвалиться, они бы меня зажали бы. Да они и зажимали несколько раз, только я как-то выворачивалась. А потом одна из них почему-то пропала. Увидела я ее только потом, когда та уже подбиралась к Радуге. А потом на глаза попался котел. Ну и… все, наверно. Остальное вы знаете.

Мда… Скромно. Судя по ее виду все было далеко не так просто.

По-видимому, и остальные подумали так же.

— Ску-у-ут… — выдохнула Свити Бель. — Но… Ты как?

— Тьфу! — та сплюнула кровь. — Да вроде цела.

Остальные просто стояли и смотрели на начавшую кое-как лепить на себя пластырь Скут.

— Мда… Круто… — пробормотал Из. — Однако у нас нет времени сидеть. Надо что-то решать насчет того, как мы намерены отступать. И сделать это надо быстро.

ГЛАВА 22

Побег

Скуталу, наконец, немного ожила, и теперь в красках демонстрировала Блум и Свити свой бой, носясь с ними по залу, и похоже, забыв даже о порезах под пластырем.

Мы же совещались. И уже довольно долго.

— Не, Дэш! Просто выйти вперед и давить силой тут не получится, — объяснял Из. — Они почти наверняка нас ждут.

— Агась! Тем более, шо одна-т из этих зверушек шла за нами днем. А эт значит, шо они могут и не спать.

— Верно, — мрачновато кивнула Деринг. — Но получается, что из дома нам вообще лучше не выходить. А сидеть тут мы не можем.

— Тупик, — кивнул я.

— Подвал, — скромно подала голос Дитзи.

Все оглянулись на нее.

— А чего? Там ведь есть какая-то дверь? Вы чего, приключений давно не читали? Там ведь наверняка подземный ход!

Деринг хмыкнула:

— Знаете, а даже странно, что не мне это первой в голову пришло! Ведь и в самом деле! По всем законам приключений он там должен быть!

— Законам приключений? — прищурилась Эплджек. — Ты в каком мире, дорогуша? Нас тут, ваще-т, не знаешь, кто сожрет, а ты про какие-т законы из книжек!

— Не "какие-то", а самые действенные! — назидательно подняла вверх копыто Деринг. — Да и кто сказал, что все приключения обязаны хорошо оканчиваться? Приключение продолжается столько, сколько можно. Иногда — до конца жизни. Но даже если ты помер — это все равно красивый, хотя и резковатый конец приключения! Мы ведь пока не померли? Это раз! Других выходов нет? Это два! У нас приключение? Это три! А значит, там просто обязан быть выход! Если хотите — это мой нюх на приключения! — она гордо шмыгнула носом. — Нам туда!

Ну и как мы должны были поступить, после такой тирады? Конечно, мы начали собираться!

Сборы наши не были долгими. Что там собирать?

Карту из библиотеки мы все-таки взяли — мало ли. Правда, оставили записку с извинениями на единственной нетронутой кровати — в той комнате, так, чтобы было видно с картин. Карту аккуратно свернули и упаковали в одну из сумок.

Единственной проблемой на нашем пути стала ржавая дверь подвала. Однако спустя пару минут интенсивного поиска решения, дверь сдалась и с жутким скрежетом упала внутрь открывшегося за ней прохода. Все-таки мощные задние ноги порой решают многие ненужные проблемы!

Из, шедший первым, зажег импровизированный факел, сделанный из палки и какого-то тряпья и облитый остатками содержимого бочонка, я запер люк в подвал, как мог поставил на место дверь, и мы тронулись.

Каково же было наше разочарование!

Спустившись под уклон по небольшому коридорчику мы вышли в обширный зал, уставленный огромными бочками. Просто винный погреб! И никаких дверей дальше! Можно, конечно, было выбраться наверх через люк для бочек, но там нас ждали. Нужно было что-то другое.

— Так. И че дальше? — потерла шею Эплджек.

— Он тут! — с уверенностью кивнула Деринг. — Чувствую!

— Все, что я чувствую, так это запах от бочек, — принюхался Из.

— И как мы его найдем? — Радуга поднялась под потолок. — Зал-то тут немаленький. Да и че именно мы ищем?

— Другой выход, — глянула на нее Деринг.

— Я знаю! Вроде еще не настолько я тупая. Как он должен выглядеть?

— Да как угодно!

И мы начали. Предстояло, похоже, перевернуть здесь каждый камень. В прямом смысле.

* * *

Поиски затянулись. Никакого результата получено не было.

Конечно, особо деятельное участие в поисках приняло и трио любительниц всего непонятного.

Они додумались даже до того, на что не хватило нас — проверять кладку блоков не только в стенах и полу, но и на потолке! Кто знал, что именно им из-за этого и повезет? Вернее, повезло Блум. Перепрыгнув с одной громадной, стоящей впритык к стене, бочки, на другую, она заметила, что одинаковые бочки звучат по-разному. А Бель, с ее слухом, подтвердила это.

Мы не стали долго задумываться над тем, как правильно открыть бочку. Задние ноги помогли и тут.

Однако кое-чего мы все-таки не учли…

Того, что бочка все-таки будет частично заполнена!

Конечно, нас всех обдало волной перестоявшего вина, а троицу и вовсе смыло!

— Тьфу! Кислятина! — выразив, видимо, общее мнение, сморщилась Скуталу, поднимаясь на ноги.

— Самый странный душ, шо я принимала… — пробормотала Эплджек.

— Ага, — вздохнула Дэш. — И перья все слипнутся, и винчик пропал…

— Ну… Не весь, — поправил ее Из.

— Ну да. Хоть чего-то но в рот попало, — ухмыльнулась пегаска.

— Может, мне уже кто-нибудь поможет? — Деринг забралась внутрь и впечатала копыта в заднюю стенку бочки.

Немного совместных усилий и дно бочки вылетело! А за ним…

Ход вполне соответствовал дому. Выложенный все теми же серыми, местами начавшими обваливаться, каменными плитами, он был довольно высок. Если судить по маячившему впереди Изу, то свод потолка в своей высшей точке, был на пару голов выше него. Ширина же вполне позволила бы спокойно разойтись двум, а то и трем пони в доспехах. Быть может, он планировался для каких-то вылазок? Но, так или иначе, он был весьма для нас удобен.

Удобен-то он удобен, но он и не думал кончаться! Мы шли уже около часа, а за это время он, по ощущениям, лишь забрал куда-то в сторону и сильно спустился под землю! С потолка капала вода. Нос был забит затхлыми ароматами грибка, сырости, плесени… Что еще хуже — у нас оставался последний факел, который решено было поберечь, и теперь все шли на ощупь. Конечно, Свити иногда пыталась искрить, но эти всполохи мало что давали.

— Ай! Че-т у меня такое странное чувство, шо мы сейчас уже где-т под какой-нибудь рекой… — судя по всему ЭйДжей получила ледяной каплей по носу.

— Да наверняка, — поддержала Дэш. — У тебя-то хоть шляпа плотная, а я вот уже вся мокрая!

— Ой! *ХЛОП!* — поддержала общий разговор Дерпи, видимо, в очередной раз, споткнувшись об камень.

— А он все не кончается! — донесся откуда-то издалека вопль Блум.

— Эпл Блум! Ну-ка вернись! Куда понеслась?! — где-то рядом заорала ЭйДжей.

— Да тут я! Рядом! — послышался приближающийся дробный топоток. — А только ты зря волнуешься! Там все точно так же!

— Скука. Аж спа-а-ать охота… — Скут на секунду задела мою ногу.

Вот только за ее местоположение я и мог быть уверен. Тьма стояла кромешная.

Мы шли. Начинала сказываться уже самая обыкновенная усталость. Но останавливаться здесь нельзя. Кто знает, что может таить в себе эта темнота? Быть может, это лишь пустой подземный ход, а может… Желания проверять это как-то не было, а потому мы, превозмогая себя, тащились дальше. Разве что я какое-то время нес Скуталу на себе, давая ей подремать.

Ход явно стал суше. Эпл Блум, снова, под покровом темноты, и, несмотря на возражения сестры, унесшаяся вперед, рапортовала о том, что он стал постепенно забирать вверх. Так оно и было. Ход снова поднялся ближе к поверхности. Однако и не думал кончаться! Он вел нас вперед еще не менее получаса.

Как вдруг…

— Стена! — крикнул Из, шедший первым.

— В каком смысле? — не понял я.

— В самом прямом! Я уперся в стену!

Деринг зажгла последний факел.

Вот те раз!

Подземный ход окончился ничем! Глухая серая стена перегораживала проход!

Мы обшарили все вокруг. Камень за камнем. Ничего. Ни единой зацепки. Лишь слева уходил круто вверх узенький проход. Я оставил остальных присмотреть за Меткоискательницами, как-то недоверчиво ощупывавшими стену, а сам, обдирая бока об вывалившиеся от времени из кладки камни, полез по проходу.

Проход шел круто вверх, это обнадеживало.

Однако, добравшись до его конца, я утратил иллюзии.

Закончился он лишь крохотной комнаткой с очень низким, чуть выше моего крупа, потолком и каким-то выступом посередине, из которого пробивался узкими полосками тусклый солнечный свет.

Я дошел до выступа. Он оказался чем-то вроде крохотной башенки, позволявшей стоять с поднятой головой, но не более того. По четырем ее сторонам имелись узкие щели. По-видимому, это было что-то вроде смотровой башенки, но зачем она здесь? Такие, если и делаются, то должны за чем-то скрытно наблюдать.

Вывод напрашивался сам собой. Выход из тоннеля был. Он был рядом.

Я приник к одной из щелей.

Вот это местечко!

Кругом, окаймленное диким лесом, раскинулось древнее кладбище. Могильные камни, вернее то, что от них осталось, уже с трудом угадывались, но кусты и деревья сторонились этого места и через щели все еще сохранялся неплохой обзор.

Значит, все верно. Если я правильно помню карту, там, на довольно-таки не маленьком расстоянии от поместья, действительно было отмечено какое-то кладбище.

Только вот теперь выбраться бы отсюда…

Внизу что-то гулко рухнуло!

— Эй! Вы в порядке?! — крикнул я.

— Да! — послышался отдаленный голос как всегда немногословного Иза. — Возвращайся! Тут интереснее!

Я уже разворачивался обратно, когда мое внимание привлек какой-то странный звук снаружи.

Я снова вгляделся в щель.

И почувствовал, как шерсть на загривке становится дыбом!

Лежавшее неподалеку надгробие медленно поднималось вверх.

Я завороженно наблюдал, как тяжело поднимается нечто вроде каменного саркофага. Как гулко, шумно осыпается с него земля. Как отвалилась каменная крышка, когда саркофаг встал вертикально. Как вывалились из него остатки давно сгнившего дерева, чьи-то прах и кости.

Как появились из-под земли три чумазых головы.

— Фу! — заявила одна из них мелодичным голосом, скривившись на останки.

— Не, от в археологи я точно не пойду! — заявила вторая, тоже подозрительно знакомым голосом, вылезая из могилы.

— Угу. Я тоже, — поддержала третья, и наступив на кости, ругнулась.

Ну конечно! Кто бы еще это мог быть?!

Не удержавшись, я хохотнул.

Трио моментально прижалось друг к дружке!

— Ч-че эт было?

— Н-не знаю…

— Ну… Мы все-таки на кладбище…

Я понял, что просто не могу поступить иначе.

— ВЫ ПОТРЕВОЖИЛИ МОЙ ПРАХ!!! — сказал я, максимально страшным, как мне казалось, голосом. — И ВЫ ПОПЛАТИТЕСЬ ЗА ЭТО!!!

Взвизгнув, вся троица свалилась обратно в яму, а я, еще раз хохотнув напоследок, пошел обратно.

Я спустился обратно к стене.

А никакой стены уже не было! Лишь валялись обломки каменных блоков. Вернее, даже не блоков, так как были они раза в три-четыре тоньше.

— Агась! — кивнула Эплджек, заметив меня. — Эт Блум и Скуталу со Свити заметили, шо камни как-т гулко звучат, если копытом вдарить. Ну, мы и вдарили!

— Да че мы сидим-то? — взвилась Радуга. — Они-то с Деринг уже там давно!

И мы пошли.

Ход быстро сужался. Мельком я заметил в стене какой-то примитивный цепной механизм. Видимо, он и поднял тот каменный саркофаг. Как только заработал еще? Ему ведь лет что этому ходу… Вот это умели делать!

Повеяло свежим воздухом.

Ход сузился до того, что пройти стало возможно только по одному, да и то сумки цеплялись за стены. Поворот. Пол под ногами стал наклонным. Попадались вбитые между камнями железные гвозди. Видимо, так когда-то крепились сгнившие и развалившиеся деревянные планки, остатки которых еще кое-где болтались на гвоздях.

Впереди тусклым прямоугольником светился выход.

На его фоне выделялись четыре фигуры.

Взрослая пони — спокойная и уверенная. И трое жеребят, вжавшихся в земляную уже стену, и от того уже неимоверно грязных, и с опаской выглядывавших наружу.

Вернее даже сказать делавших это с помощью друг друга. Земнопони, единорог и пегас стояли друг на дружке.

— Да говорю вам! Нет там никого! — заявила Скуталу, высовываясь за край. — Ну или сейчас уже нет…

— Но кто-то же сказал, что мы поплатимся?

— Эплджек!

— Да не… Не она… Чего?

— Стой! — Скут как могла быстро замахала крыльями, несколько приподнявшись над остальными.

Поздно.

Блум все-таки дернулась в нашу сторону! Импровизированная живая башня, с самого начала бывшая уже несколько кривой, зашаталась! А зашатавшись, естественно, рухнула, подняв тучу песка и пыли!

Пыль рассеялась.

В самом низу, с раскаивающимся видом лежала Эпл Блум. Средним слоем — Свити Бель. На ее голове ро-о-овненько сидела Скуталу, уставившись на торчащий прямо перед ней, впритирку к животу, рог.

— Пов-везло… — выдохнула она.

Однако уже через пару секунд все трое были на ногах и, стоя перед нами, сбивчиво пытались объяснить происходящее.

— Мы тут эт…

— Мы выход нашли!

— Ага! Деринг за цепочку дернула и он открылся!

— Агась! А когда уже вылазили, то Скут на чьи-т кости наступила! И разбудила!

— Да не из-за меня это! Само оно! Наверно, еще когда открывали.

— Но как бы то ни было, а оно нам об этом сообщило…

— Агась! Ну мы, конечно, не растерялись! Сразу дали дер… то есть, отступили сюда и решили наблюдать! Мы не испугались!

— Было бы чего там пугаться! Ну голос какой-то замогильный и чего? — Скут сделала презрительное лицо.

— Верно, — одновременно с ней кивнула Свити. — Чтоб знать, что оно сюда не сунется. А что вы на меня так смотрите?

— Мы НЕ испугались!

— Да? Ой! То есть да, конечно НЕ испугались!

— В общем, ОНО где-то там! — Блум махнула копытцем.

— Че там за привидения? — ухмыльнулась Дэш. — Ща поглядим!

— Я эт… Лучше тут пока… Стесняюсь я их, привидений этих… — неуверенно пробормотала Эплджек.

— Я пойду, — кивнул Из.

Так, втроем мы и вылезли на поверхность.

Местность? Дикое, брошенное лесное кладбище, как его еще описать? Разве что лес, действительно, почему-то обходил его стороной.

Мы отошли в сторонку. Я объяснил недоумевающим Изу и Радуге причину беспокойства наших жеребят. Отхихикавшись в копыто, мы решили сыграть еще одну небольшую шутку.

Мы с Изом разошлись в разные стороны, а потом сошлись так, чтобы нас не было видно. И начался бой! Мы прыгали, орали, звенели ножами, издавали как можно больше неожиданных и непонятных звуков… В общем, старались на звуковые спецэффекты как могли!

Пару минут спустя, Из, издав, не без нашей с Дэш помощи, последний вопль раненого монстра, треща кустами и ломая деревья, бросился наутек, на самом деле лишь обходя кладбище, чтобы выйти с другой стороны.

Я же медленно, нарочито прихрамывая, поплелся к могиле.

Звук, изданный Изом, оказался достойным. Трио ти-и-ихо сидело внизу. Их выражения лиц были достойной наградой!

— Все в порядке! Мы его одолели, хотя это был далеко не обычный призрак! Можете выходить!

Все выбрались из могилы.

Соклубницы, все еще держась ближе друг к дружке, вышли последними.

— А кто эт ваще был? — покосилась на меня ЭйДжей. — Че-т больно он шумный для призрака. Да и как с ним драться?

Я повернулся к Меткоискателям:

— Вы, конечно, не боитесь призраков?

— Да!

— Ага!

— Конечно!

— А мертвецов?

— Мерт-тве…

— Ко-ко-ого?

— Н-не…

*А ЧЕГО НАС БОЯТЬСЯ?!!* — прозвучало из-за их спин замогильное многоголосье!

— А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Трио с диким воплем свалилось обратно!

В ту же секунду из-за камня высунулась довольная морда Дэш! А где-то рядом был и Из, вторивший ей.

И все, даже сами Меткоискательницы, заржали!

* * *

Однако, день уже клонился к вечеру, а ночевать на древнем кладбище как-то не хотелось. Да и расстояние между собой и теми существами все еще хотелось по возможности увеличить, а значит, надо еще хоть сколько-то пройти.

Мы шли.

Под копытами начало подозрительно хлюпать.

— Фу! Вы как хотите, а лично я — в воздух! — взмахнула крыльями Радуга. — А то я тут совсем отсырею!

— Агась. Я бы мож-т тож хотела бы…

В конце концов, мнения разделились.

Дерпи и я остались плестись по земле, Деринг и Из поднимались над ней если становилось очень уж жидко, разгруженная Радуга носилась вокруг, поминутно возвращаясь к нам. Оно и понятно! Последнее время она столько проводила на ногах, что надо было напомнить себе о существовании крыльев!

Но все же, большая часть нашей группы оставалась сухопутной, и вынуждена была плестись вперед через слякоть.

Если верить карте, то так могло начинаться болото Грейси.

Постепенно воды становилось все больше и больше.

Я оглянулся. Меткоискатели уже шлепали по колено в грязи, спотыкались, припадали на запястья, окунаясь тем самым еще глубже, но пока еще не сдавались.

Огромное количество деревьев закрывало обзор. Черный дуб, болотный кипарис, мангровое дерево еще что-то из устойчивых и любящих воду растений поселились здесь. Идти приходилось гуськом, ориентируясь на команды Радуги и постоянно оглядываясь, чтобы не сбиться с пути.

Впрочем, мы лишились и этого источника информации.

Выходя из очередного пике, Дэш задела крылом ствол дерева. Это сбило ее с выбранной траектории, и она на всем ходу влетела в один из кипарисов и сползла по нему в воду! Лицом вниз. Из, впрочем, успел вытащить ее и не дать захлебнуться.

Двигаться дальше становилось все труднее. Вода была уже нам по колено. Она стала более грязной, мутной. Из-за этого и появившейся ряски трудно стало рассмотреть дно, и без того замусоренное огромным количеством упавших стволов. Приходилось наступать наугад и уже потом соображать, на что наступил. Некстати вспомнилось, что тут могут обитать крокодилы.

Но это была не самая худшая часть болота. Здесь, с краю, оно примыкало к небольшой, но шустрой реке. Если застыть неподвижно и присмотреться, было заметно, что здесь все же есть небольшое течение. Очень слабое, но есть. Гораздо опаснее была другая сторона болота, где течение уже не было заметно, зато грязи наверняка было куда больше. Вот там должно было быть одно из таких смертельно опасных болот как наше Фрогиботом.

Однако хоть скорость нашего движения и заметно снизилась, но мы плелись вперед. Плелась в общем строю и Радуга с решившим поддержать ее, и потому окончательно приводнившимся, Изом.

— Дурацкое дерево… Ай! До сих пор болит. И когда уже закончится это болото? — тихонько ныла она.

— Ваще-т, мы только пару часов по нему тащимся, а должны почти целый день! — обернулась к ней Эплджек.

— Целый день?! Это мне еще целый день быть водоплавающей?! Уй! — Дэш по привычке хлопнула себя копытом по лицу. Забыв, правда, что идет по болоту. — Ой! Тьфу! Бэ-э-э! Гадость!

— Ну а что делать-то? — обернулся Из. — Обходить болото, это еще пара лишних дней минимум. А мы и так спешим.

— А че мы не воспользуемся рекой? Быстро и чисто, — влезла Блум, уже сидящая верхом на ЭйДжей.

— Река это здорово, — объяснил я. — Но там есть проблемка. Впереди, как раз за болотом, будет водопад, а по реке его не обскачешь!

— Водопад? — все еще упорно шедшая, или уже скорее плывшая рядом Скуталу подняла на меня взгляд. — Ненавижу водопады…

— Угу. Если ты в реке — приятного мало. Поэтому-то лучше обойти берегом. А значит, — без болота никак.

В этот день нам, похоже, везло. Никто не начал тонуть. Никто ничего не сломал. Даже на крокодилов умудрились не напороться! Пару раз, правда, показывались на поверхности пузырьки и мы, крылатые, в панике пытались затащить всех на деревья, но это оказывались лишь болотные газы.

Но день уже подходил к концу, а мы не миновали еще и середины болота! С ночевкой возникала проблема, ведь посреди воды лагерем не встанешь!

Однако, нам все же попалась группа близко растущих деревьев с достаточно большим количеством стволов из одного корня. Их и было решено использовать для ночлега. И закипела работа!

Наломать толстых сучьев для рамы. Закрепить их используя другие растения, так как веревок оставалось очень мало и резать их еще дальше не хотелось. Более гибкие сучья пустить на основание пола. Найти что-то достаточно мягкое и без насекомых, чтобы настелить поверх. Наконец, наломать веток и найти относительно сухой трут для костерков, устроенных прямо тут, на помостах.

Идею о них подала Деринг. И в самом деле, если обмазать небольшой участок помоста илом и дать ему подсохнуть, вполне можно соорудить костер! Крошечный конечно, но важно само его наличие! Тем более что у нас таких костров планировалось аж три, по числу помостов!

Расположились мы просто и понятно: Из и Радуга на самом маленьком помосте; Деринг, Дерпи и Свити Бель на другом; Я, Эплджек, Эпл Блум и Скуталу решили заночевать на третьем.

Наконец, все было готово!

Наступало время безрадостного ужина и (А куда уж без них в таких условиях?) страшных историй.

* * *

Мы сидели по своим помостам и, передавая друг другу уцелевшие фляги, потягивали травяное варево, привычно именуемое уже чаем, пытаясь тем самым забить вкус опостылевших уже за эти дни сухих пайков. И почему, подобрав необходимый состав полезных трав, витаминов и прочей ерунды, нельзя было позаботиться о вкусе? В результате, мы уже который день жевали эти полезнейшие брикеты, обладавшие, однако, вкусом гнилой соломы.

Одно хорошо — мошкары кругом не слишком много. Может, удастся поспать.

— Эх! — вздохнул Из. — Сейчас бы нормальной еды!

— Даже не напоминай! Сейчас как вспомню про маффины, так опять слюну весь вечер пускать буду! — поддержала его Дерпи. — Ну вот! Вспомнила! Теперь на сырой подстилке спать придется!

— Меня не слюнявить! — заявила Деринг.

Все улыбнулись.

— А ведь, кроме шуток, сено это уже порядком достало! — поддержала Иза Радуга.

— Агась. Но где ты тут че другое откопаешь? Тут даже растений-т приличных не найти, — оторвалась от фляги ЭйДжей.

— Ага, — Из устало потянулся. — Тут даже поохотиться не на кого!

— Че сделать? — обалдело переспросила Дэш, чуть отстраняясь.

— Поохотиться!

Тут уже он завладел вниманием всех!

— Че-его? — слитно прозвучали несколько голосов.

— Ты эт ч-че про лесных зверей, да? — еще раз переспросила ЭйДжей.

— Ага…

— Ты че? Ел МЯСО? — выражение лица Дэш трудно описать словами. Сочетание страха, заинтересованности, чего-то еще…

— Да. Довелось попробовать.

Я заметил, как Свити Бель инстинктивно отодвинулась подальше от края, поближе к Деринг. Сам я, впрочем, тоже был изрядно этим ошарашен!

— Я успел много постранствовать. Довелось мне бывать и в стране грифонов. Знакомый пригласил меня в горы, хотел показать мне один… древний памятник. А тот был высоко в горах. Все бы неплохо, но травы или чего-то еще там уже не было, а еды на меня взять никто не догадался. А выяснилось это уже поздно — прошли и пролетели мы уже много. А грифоны — плотоядны. На второй день я не выдержал — попробовал кого-то из птиц. С тех пор, мне… доводилось иногда так поступать.

— И к-как те м-мяско? — уточнила ЭйДжей, нервно покусывая губу.

— Да ничего так… Но только если сам могу умереть с голоду.

Все надолго замолчали, переваривая услышанное. Я поглядел на небо. Молодой месяц, значит, полнолуния можно опасаться еще не скоро.

Однако уже совсем стемнело. Глухой, непроглядный Мрак опустился на болото, и только три живых, трепещущих огонька чуть раздвигали его вокруг нашего бивака. Но сразу за границами их света наваливался Мрак. Душный, воняющий гнилью, звенящий, свистящий, шипящий, щелкающий, шлепающий, чавкающий и булькающий… Такое ощущение, что полюбоваться на нас собрались все ночные жители болота.

Прошла еще минута. Я думал, как переключить внимание. Но мне помогли.

— А че ваще можно ждать от этих болот? Ну… Кто может нас тут ждать? — спросила Блум, вздрагивая и, прижав ушки, оглядываясь на очередной непонятный звук.

— Да! — повернулась ко мне Скуталу. — С кем мы можем встретиться?

— Дайте-ка вспомнить… Крокодилы, водяные змеи, гидры, водяные, болотные тролли, анцыбалы, духи, неупокоенные разные… Да много с кем. Есть у меня одна историйка на этот счет… Хотите послушать?

— Аг-га! — с какой-то веселой боязнью кивнула Блум.

— Конечно, хотим! — согласилась Свити.

— Валяй! — отрешенно кивнула Скут.

Остальные заинтересованно смотрели на меня.

Из выказал готовность помочь мне звуками.

И я начал!

— Случилось это, как поговаривают, несколько лет назад, где-то на окраинах Эквестрии, на болоте, очень похожем на это.

Один пони отправился на болото. Никто не знает, что уж там ему было так нужно. Скорее всего, собирал какие-то растения. Но болото это он знал плохо. И так уж получилось, что проходил он по нему до самой темноты, а повернув обратно понял, что заблудился.

Еще долго бродил он по болоту, пока, уже совершенно отчаявшись, уже почти смирившись с неминуемой смертью, не увидел впереди тусклый огонек. И пошел на этот огонек. Он шел, а огонек так и не приближался. Через какое-то время огонек и вовсе пропал. Пони огляделся. Земля под копытами была почти сухой, а впереди виднелся какой-то домик. Он возрадовался и понесся было к дому. Лишь на самом пороге его охватило сомнение — дом был сильно разрушен. Но он решился войти.

Я выдержал паузу.

— На первый взгляд, в доме не было ничего страшного. Дом, как дом, только очень старый и брошенный. Но делать-то нечего! Не на болоте же ему ночевать, если рядом есть хоть такая крыша? Он остался. Запер дверь, улегся на старый топчан, поставил рядом свечу, найденную в доме, зажег вторую, положил кремень. И спокойно заснул.

Он проснулся!

И сразу понял от чего!

От жуткого ощущения смерти рядом с ним!

И от стука!

Стука старых подков по полу!

Свеча давно погасла, однако он различил смутный силуэт у противоположной стены!

Он схватил кремень и попытался разжечь свечу. От нервов это удалось далеко не сразу.

И лучше бы не удавалось вовсе!

В круг света перед ним медленно вступала старая пони…

Не старая.

Мертвая!

Редкие, вывалившиеся зубы!

Черви, копошащиеся в пустых глазницах вытекших глаз!

Кости, выступавшие сквозь дыры в коже!

Полусгнившие внутренности, висящие под лопнувшим брюхом!

Медленно, стуча ржавыми подковами, она шла к нему, раскрыв пустой рот!

И он не мог ничего сделать. Лишь сидел и смотрел, не в силах отвести от нее глаз.

Лишь в самый последний момент он опомнился и, бросив в нее увесистую свечу, выломав запертую дверь, опрометью кинулся бежать по болоту, не разбирая дороги! Неважно куда! Неважно утонешь или нет! Но только не попасться ей! Стоило ему на миг остановиться, перевести дыхание, как он вновь слышал за спиной шлепки ржавых подков по грязи…

Ему повезло.

Уже под утро смертельно уставший и совершенно седой, он случайно нашел дорогу к какому-то селению.

Уже там ему рассказали, что еще до первой битвы с Дискордом жила на том болоте очень могущественная черная колдунья. Не известно, как и почему сгинула она в болоте. Но дар свой передать не успела. Душа ее не добралась до Царства Мертвых и оказалась не под властью Луны.

Болото не отдает ничего обратно.

И ее не отдало Луне.

Что это было за болото? Кто знает?

Быть может, это?

*ШЛЕП! ШЛЕП! ШЛЕП!*

Раздалось неподалеку…

Какой-то болотный зверь, скорее всего.

Но даже это возымело свой эффект!

И далеко не только на жеребят!

Я обвел взглядом бивак.

Дэш, прижавшаяся к почти невозмутимому Изу.

Свити Бель, поджавшая ноги и забившаяся между остолбеневшими Деринг и Дерпи.

Эплджек, с остекленелым взглядом, придушившая сейчас одной ногой меня, а другой оч-чень тихую и не вырывавшуюся Блум.

Скуталу, сидящая рядом ровно с тем же отрешенным выражением, если не считать взгляда, и того, что она, похоже, готова в любую секунду сорваться с места и понестись куда глаза глядят.

Что ж! Похоже, очередная бессонная ночка нам была обеспечена!

* * *

Я оказался недалек от истины!

Поспать толком так и не удалось.

Сразу все было против сна!

Тут вам и проснувшиеся и совершенно озверевшие после полуночи комары.

И снова захрапевшая Дэш.

И лежащая рядом ЭйДжей, частенько тревожно всхрапывавшая и открывавшая глаза.

И возившаяся где-то на ней Эпл Блум.

И таращащаяся в темноту Скуталу, у которой, похоже, опять была бессонница.

У меня, впрочем, сон тоже пропал напрочь.

Мы так и провалялись до самого утра, тихо наблюдая за ночным болотом, в котором уже Дискорд знает что мерещилось, лишь изредка поглядывая то на остальных, то друг на дружку. Скут заснула только когда над болотным туманом зажегся рассвет. Да и я, наверно, тоже.

Так начинался новый сырой, грязный и опасный день.

Проснулся я, разбуженный поднявшейся Блум:

— Ну че? Привет… *Уа-ау-уф!* …новый день? — потянулась та.

— Скорее не кончавшийся старый, — проворчала Скут, не разлепляя глаз.

Я огляделся. Мда… Болото за ночь явно не высохло. А жаль.

Но внизу все-таки было что-то новое. Не помню я это бревно…

— Ага. Или так, — Блум подошла к краю помоста и собралась спрыгнуть.

— СТОЙ! — я каким-то образом перехватил ее уже в прыжке и вернул на место.

От моего вопля подскочили уже все.

— Ты че? — ошалело уставилась на меня Блум. — Че и до кустов уже нельзя, че ли?

Скуталу, догадавшись первой, глянула вниз. Потом еще раз, уже совсем с другим выражением лица.

— Блум?

— Че?

— А ты куда прыгать собралась?

— Вниз, не вверх же!

— Угу. Ясненько. Давай. Только сначала один важный вопрос…

— Какой еще?

— Тебе какой памятник лучше заказать? Мрамор? Гранит?

— Ч-че-ег-го-о???

— Вниз глянь!

Она глянула.

И застыла.

Почти под самым нашим помостом расположился немаленький такой аллигатор. Весьма достойный представитель своего рода. Все, как положено — от зубов, до гребня. Да еще и размером с хорошее бревно.

Я удивился. Обычно в болотах водятся крокодилы, а вот конкретно этот был именно аллигатором. Гигантские размеры и широкая, тупой формы морда выдавали это. Отличный экземпляр!

Аллигатор, видимо, услышал мои мысли и зевнул, продемонстрировав зубки, никогда не нуждавшиеся в стоматологе.

— Ка-акой симпатяга… — протянула Дэш, без особого, впрочем, восхищения.

— Да-а… — вслед за ней уставился на него Из. — Такой и бизону глотку порвет.

Скуталу, должно быть, автоматически, не отрывая взгляда от зубастого монстра, кивнула.

— И че будем делать? — повернулась ко мне ЭйДжей. — Тут ведь не просидим вечность? Бежать?

— Нет. Догонит. На короткую они могут бегать очень быстро даже по суше, а уж здесь и подавно.

— Угу. И че тада?

— Когда догонит?

ЭйДжей фыркнула.

— Можно, конечно, попробовать его убедить. Если я правильно помню, рептилии достаточно разумны. По крайней мере тот, что живет у Пинки. Как мне кажется.

— Верно, — перебил меня Из. — Но для этого нужен или кто-то умеющий говорить с ними, вроде Флатершай, или кто-то такой же сумасбродный, как Пинки.

— И сдается мне, что мы сейчас не в той позиции, чтобы диктовать ему свои правила, — добавила Деринг.

— Ага. И остальным тоже, — Дерпи кивнула на кусты. — Тут еще есть, и, если уши меня не подводят, довольно много.

— У-у-уй… — взвыла Блум, садясь на настил и поджимая ноги. — И че теперь делать?

— Сидеть и думать, — мрачно ухмыльнулся Из. — Сидеть, терпеть и думать…

Какое-то время мы пытались найти хоть одну осуществимую идею. Однако, ничего приличного в голову так и не приходило.

— Ладно, — в конце концов, выдохнул я. — Предлагаю сейчас мне, Деринг, Радуге и Изу разлететься в разные стороны и поискать что-то, что может нам помочь и до чего не надо слишком долго лететь.

Поскольку это было единственное, что хоть как-то напоминало идею, решили так и поступить.

Мы распределили направления, и я поднялся в воздух.

Болото, болото и болото. Болото, насколько хватало глаз. Лишь где-то на западе, за моей спиной, оно обрывалось рекой, но мне не туда. Мой курс — восток. Самые глухие топи.

Прошла всего пара минут лету, однако топи, как ни странно, уже начались. Видимо, карта и тут была приблизительна. Крокодилов в воде становилось заметно все меньше, что, конечно, радовало. Наконец, они пропали совсем, а впереди, прямо посреди болота, показалась небольшая буро-зеленая гора.

Мда… Понятно, почему стало меньше крокодилов… Однако это был вариант и пока — единственный. Только тут я мог сказать с гарантией, что зубастых рядом точно нет.

Весь остальной облет толком ничего не дал.

По возвращении в лагерь, уже по выражению лиц стало ясно, что и у остальных все было не слишком удачно.

— На пять минут лету ничего хорошего, — доложил за всех Из, похоже, уже все разузнавший. — Или крокодилы с аллигаторами, или бурелом непролазный или что-то еще. Надежда только на тебя.

Надо же! Чтобы даже он ничего не нашел…

— Кое-что есть.

Все подались вперед. Дерпи пришлось придержать — подайся она дальше — свалилась бы с платформы.

— Выкладывай, давай! Че нашел? — поторопила Радуга.

— Ну… Не особо. В другой раз я даже упоминать бы такую возможность не стал бы, настолько она опасна…

— Но щас у нас других-т шансов вроде и нет, а опасно в этом походе все время, так шо, давай, не томи, — поддержала крылатую ЭйДжей.

— Ладно. В общем… В нескольких минутах лета отсюда начинаются топи. А в тех топях, оч-чень похоже, спит гидра.

— Гидра? — Дэш подлетела ближе. — Пинки болтала, что они встречали какую-то гидру, когда пошли на Фрогиботом за Флатершай! А меня там не было! Наверно крутая зверушка?

— Не то слово! — перехватила Эплджек. — Со взрослого дракона размером и голов было штуки четыре! Бегать от нее по трясине особенно "круто" было!

Все замолчали.

И только послышался шепот Скуталу:

— Меткоискатели охотники на гидр?

Прошла минута.

Деринг обвела всех взглядом:

— Ладно. Тут мы ничего не высидим. Какой план?

* * *

План был глуп. Но, как водится, именно поэтому мог сработать.

Ну кому, в здравом уме, может придуматься использовать одного хищника, пусть и спящего, для борьбы с другим, а? Верно. На такую глупость могла согласиться только наша партия, и то только в таких условиях.

И, уж конечно, мы споро взялись за претворение этой глупости в жизнь!

Предстояло сначала перетащить ближе к гидре Эплджек с сумками и Дерпи, а потом вернуться за жеребятами…

И если с сумками и Дерпи все было просто, то вот доставить на приличное расстояние по воздуху земную пони… Занятие оказалось интересным. Правда, лично мне было плоховато видно куда лечу — ЭйДжей настояла, что за задние ноги ее могу держать только я. Однако, я поймал себя на мысли, что направление полета меня не сильно волновало…

Уже при посадке обнаружилась еще одна неприятность — рядом было слишком много деревьев, что сильно ограничивало полет. Сесть было можно, а вот с полетом потом, если, не дай Селестия, эта зверюга проснется… Вот тут могли возникнуть проблемы.

Однако, потом — будет потом. А сейчас мне, к сожалению, пришлось отпустить ноги ЭйДжей и разворачиваться на второй круг, пока остальные приземляли Дерпи.

Когда я вернулся к биваку, неразлучная троица сидела на нашем с ЭйДжей помосте. Что было странно, ибо оставляли мы их слегка не так.

— Свити, а как ты сюда перебралась?

— Ну, там страшновато было одной, я и перебралась. Вот так, — она копытцем показала маршрут. — Ну, мне еще Скут помогла.

По мере того, как она показывала, как смогла перебраться по окружающим поваленным деревьям и сукам, глаза мои наверняка в этот момент медленно округлялись.

Маршрут был достоин акробата! Нет, у нее, вероятно, были задатки к каким-нибудь танцам, но вот чтоб так? Как по мне, так тут все пони-ниндзя, фильмы о которых так любит Блум, должны были бы покончить с собой от зависти…

На помост приземлились Деринг и Радуга.

— Ну чего? Полетели, что ли?

Через несколько минут мы уже вновь снижались рядом с гидрой.

Монстр оказался не таким гигантом, как фрогиботомский. По крайней мере лежа он был всего раза в три выше меня. Однако, для смертельной опасности хватало и такого. Надо было срочно определяться с направлением движения. Мы расстелили карту на более-менее подсохшем стволе и склонились над ней.

Тем временем, беспечное трио, естественно, облепило гидру.

— Эх! Вот бы сюда фотоаппарат! — вздохнула Скут, опершись на монстра.

— Угу, — кивнула Блум. — И как бы мы его за собой перли? У нас ведь только та бандура на треноге есть!

— Верно. Придется обходиться тем, что есть, — Свити села и сложила передние ноги рамочкой.

Скут изобразила гордую позу охотника на гидр.

Подошедшая Блум, оперлась на одну из голов.

Свити громко щелкнула языком.

Я не сразу сообразил, что меня так насторожило. Потом понял — звук. Пропал тот храпяще-булькающий звук, что издавала гидра во сне!

Раздался глубокий, могучий вздох.

Меткоискатели, взвизгнув, кинулись к нам!

Одна из голов приподнялась.

Открылся громадный, ярко-желтый глаз с вертикальным зрачком.

Сфокусировался на нас.

— Бегом! — заорал Из, указывая сравнительно безопасное направление, — Туда! За мной! Живей! — он подпихнул замешкавшуюся Дэш.

Не говоря больше ни слова, все, подхватив Меткоискателей, рванули с места за Изом!

И только мне показалось, что не все. Я оглянулся. Так и есть! ЭйДжей задержалась, сворачивая брошенную нами карту!

Взгляд гидры стал осмысленным.

Головы медленно, но неуклонно просыпались. Видимо, организму с таким количеством мОзгов, требовалось куда больше времени.

Глаза уже проснувшейся головы наливались кровью.

Голова повернулась в сторону Эплджек.

На крики не оставалось времени. Я прыгнул!

Успел! Лишь на какую-то долю секунды, но опередил едкую струю, попавшую на бревно, на котором лежала карта!

Мы повалились в глубокую грязь!

Я вдруг понял, как ощущают себя тонущие в болоте.

Но времени не было. Надо было бежать, пока зверюга еще соображает, куда это мы делись.

Как же тут вязко!

— Эй! Красавчик! Сюда, сюда, сюда! Еда тут! Иди и поймай меня! Смотри, какой филей! — раздалось где-то над нами.

Мы с ЭйДжей подняли головы.

Конечно Радуга, кто же еще! Кружила вокруг гидры, отвлекая внимание, хлопая себя по крупу.

— Сюда! Быстрей! — из-за бурелома махнул нам копытом Из.

Мы резко, с громким, чавкающим звуком, поднялись на ноги, вырывая себя из болота, и понеслись! Через пару секунд мы уже были за укрытием.

— Дэш! Все! Заканчивай! — крикнул Из.

— Ага! Ща! — та на секунду застыла в воздухе.

Этого делать не стоило!

Тут же одна из голов, крутанувшись на длинной шее, сбила ее!

— А-А-А-А-АЙ! — Дэш с криком свалилась в болото!

— Радуга! — в ту же секунду сорвался за ней Из! — Беги!

— Не могу! Застряла!

Головы тут же нацелились на жертву! Пасти распахнулись! С клыков стекала слюна!

Издав громоподобное шипение, головы кинулись на еду!

— ДЭШ!!! НЕТ!!! — Из прыгнул под пасть, уже почти накрывшую Радугу!

Пасть захлопнулась, поглотив обоих.

* * *

— Ра-рад-дуга… Из… Да мы… Да как же эт… — тихо шептала ЭйДжей.

Я молчал.

Со спины тихо, незаметно подошли остальные. Они все видели. Никто ничего не говорил. Только Скут, забравшись на меня, стиснула шею и уткнулась лицом в гриву, да слышно было, как нервно всхлипывают Свити и Блум.

Я смотрел.

Голова явно не торопилась жевать. Взгляд стал каким-то странным.

Щеки раздулись один раз… Другой…

Такое ощущение, что ей… Тошно???

И тут гидру прорвало! Все головы сразу! Вырвалась наружу вся полупереваренная еда, все съеденное за долгое время!

Но, что лучше всего, вместе со всем этим она вытошнила и Радугу с Изом!

Едва поднявшись, они со всех ног кинулись к нам!

— РАДУГА!!! — едва не оглох я. — Ты в порядке!

— Почти да! А теперь бежим!

И мы побежали. Побежали, несмотря на воду, грязь, бревна и возможность сломать ноги. Побежали так, как большинство из нас не бегало никогда. Потому, что знали, что пройдет еще какое-то время, и мы услышим за спиной дикий рев и грузные шлепки взбешенной гидры.

ГЛАВА 23

Пороги

Не знаю, сколько мы бежали по тому болоту. Возможно, что несколько часов, судя по солнцу. Галопом ли, рысью, шагом, если становилось слишком топко, но мы ни на минуту не остановились, если не считать нескольких раз, когда пришлось поднимать Дерпи. Возможно, что гидра уже давно отстала. Слышно ее не было. Но проверять это совсем не хотелось. Под копытами уже ничего не хлюпало, кругом была сухая земля, а мы все не останавливались, пока могли бежать.

Остановились мы лишь когда задыхаясь, взмыленные рухнули на траву.

Какое-то время мы просто лежали, пытаясь отдышаться.

Выдохшееся трио валялось рядом — они уже, наверное, час, как бежали за нами. В какой-то момент они просто соскочили, видимо, считая, что мы и так слишком устаем, чтобы еще и нести их. Так что сейчас они выдохлись не меньше, а может, с учетом возраста, и больше нашего.

— Вода… у кого-нибудь есть? — еле слышно проговорила Деринг. — Давно я так не… бегала.

— Угу, — Из отцепил от формы фляжку, и мы принялись передавать ее друг другу. Вернее, сделав пару глотков, просто пихали ее дальше по земле. Передавать не было сил.

Так прошло еще несколько минут.

— А как у вас получилось… э-э-э… выбраться? — первой нашла силы на разговор Деринг.

— Ха! Несложно совсем! — приподнялась Радуга, — Главное, что Из меня успел из грязи выдернуть, иначе мне бы точно ноги оттяпало! — она кинула взгляд на Иза. — А дальше — соображалка, скорость реакции и немного случайности, и готово!

— Ага, — вставил Из. — Вернее, много случайности…

— Ну… Неважно. Главное, что я успела схватиться за язычок в горле, а Из держался за меня! А кто выдержит пытку тошнотой? Да никто! Вот она и блеванула!

— Дэш! — ЭйДжей поморщилась.

— Ну… да… грубовато. Но я теперь одна из двух пони, побывавших в пасти гидры! А это круто! И выбравшихся живыми, а это еще в двое круче!

— Ага. Воняет, правда, теперь от нас тоже круто, — кивнул Из, и посмотрел на морщившихся Блум и Скуталу, и Свити, откровенно прикрывшую нос ногой.

— Верно! Но это сладкий запах победы! — Дэш, вяло улыбнувшись, потянула воздух. Правда, после этого как-то подозрительно побледнела и быстро уткнулась лицом в траву.

— Дэш? Ты в порядке? — обеспокоенно приподнялся Из.

— Ничего… Аромат победы… Вскружил голову… — сипло выдавила та.

Я повернулся к Дерпи:

— Дитзи?

— А?

— Слышно чего-нибудь?

— Не, ну я слышу реку неподалеку, вода сильно шумит, еще птичек слышно, вас всех тоже неплохо…

— Ну не издевайся, а? — я все-таки слегка улыбнулся. — Ты знаешь, о ком я.

— Да не. Гидры уже давно не слышно. Я уже пыталась сказать, но всем, видимо, было так весело бегать…

— Агась. Обалденно весело, — Эплджек наконец нашла силы подняться и сесть. — И карту нашу эт гадина уничтожила…

— А где ваши сумки? — удивилась Свити.

— Ага, почему только ранец Скуталу здесь? — поддержала Блум.

— Пропали сумки, — вздохнула ЭйДжей. — Не до них было. Теперь они, как трофей у гидры… А с ними и почти все, что у нас было…

— А, что хуже всего, там была большая карта, — потупилась Деринг. — Теперь и карта пропала.

— Не-а! — мотнула головой Скут. — Не пропала! Вот!

И она вытащила из своего ранца жутко мятую, подмокшую, но еще целую настенную карту из особняка:

— Правда, тут только она и немного этих… Как их… Соломы этой поместилось. Остальное-то я по вашим рассовала.

— А зачем вообще тебе нужна была карта? — Дэш прищурилась в ее сторону.

Скут стушевалась:

— Ну… Мало ли… Подумала… Но вот правильно же?! Ведь пригодилась?

— Что верно, то верно! — решил помочь ей я. Потом разберемся, зачем им нужна была карта. — Давай-ка ее сюда. Поглядим, где мы оказались.

Допрашивать Скут дальше не стали. Та кинула на меня благодарный взгляд.

— Что ж! — обрадовал я всех, как только взгляд мой коснулся карты, — Следующая точка — водопад!

* * *

Слух не подвел Дерпи.

Мы действительно были не так далеко от водопада. Что-то около получаса рыси, которую почти можно было назвать бодрой, и перед нами предстала величественная картина.

Быть может, он был не так велик, как некоторые известные водопады Эквестрии, не так красив, как Радужные водопады, но он все равно был грозен и, по-своему, великолепен.

В этом месте вода из гейзера, бьющего из глубин озера выше по течению, образовывала широкую, полноводную реку. И вся эта масса воды, величественно, сопровождаемая диким грохотом, обрушивалась с высокой скалы, окутанная пеленой водяной взвеси, мириадами брызг разлетавшейся вокруг. Внизу же, как бы заново рождаясь из пены, начинала свой бег красивая и быстрая река.

И какими бы усталыми и грязными мы ни были, все равно не могли не насладиться этим зрелищем!

— От эт да! От эт сила! Никогда ниче подобного не видала! — восхищенно застыла Эплджек.

— Конечно не видела! — тут же оперлась об нее Радуга, — Когда ты последний раз выбиралась со своей фермы куда-то кроме соревнований и Кантерлота? Ни-ког-да!

— Ка-ак же! Никогда! А Кристальная Империя?

— Это да, но она совсем невелика, и тем более нельзя посмотрев ее, сказать, что повидала мир!

— Можно подумать ты его повидала!

— Ну, не повидала, конечно. Но уж больше тебя-то точно!

— Эт верно, — ЭйДжей вздохнула. — Хотя иногда хотелось бы… Но. Ферма.

— Ой-е! А тут высоко! — Эпл Блум подползла к краю обрыва и уставилась вниз.

— Да… Но краси-иво! — присоединилась к ней Свити Бель. — Только посмотрите, как все сверкает! Ах! Он великолепен!

— Угу. Красиво. А вот водопадов я не люблю, — подошла к самому краю Скуталу.

— Это потому, что плохо плаваешь?

— Это потому, что хорошо падаю! А падать с такой высоты страшновато.

— Эх! — вздохнул Из, — Это еще не высота! Напомнил он мне одно местечко. Вот там водопад — всем водопадам водопад! Этот по сравнению с ним — мелочь.

— Ну да. Этот-то еще невелик, — подошла к нему Деринг. — Но довольно мощный, надо признать.

— Это да. Силен.

Дерпи подойти к краю так и не решилась. Вместо этого она возилась со все еще каким-то чудом уцелевшей и не подаренной гидре рацией, приводя ее в порядок, и, похоже, проверяя батарею.

— Связываться с Понивиллем сегодня будем? — обратилась она ко мне.

— Смотря насколько хватит еще батареи.

— На раз. Может, на два.

— Тогда, думаю, лучше пока повременить.

— Окей шеф! Есть повременить! — улыбнувшись, она махнула копытом честь.

Я подошел к обрыву.

Зараза! Ну почему в этом лесу никогда нельзя пойти кратчайшим путем? Почему здесь всегда столько растительности? И причем неизвестной или несъедобной! Не только этот край обрыва, но и все внизу было покрыто какими-то тонкими и высокими деревьями, и так густо растущими, что спуститься на крыльях было почти невозможно!

Правда, эта же растительность предложила и выход.

Корни многих деревьев тянулись далеко вниз, пытаясь закрепить их на обрыве.

Кроме этого рядом имелось одно из тех тонких деревьев, росшее в самом низу. Оно было повалено, но не рухнуло к себе вниз, а вполне удачно зацепилось за наш край обрыва.

Я подозвал Иза и объяснил тому задумку.

— А! Была, не была! — махнул он копытом.

Он медленно подошел задом к обрыву, чуть выше того места, где застряло дерево. Присел. Аккуратно, помогая себе крыльями, спустил с обрыва задние ноги…

— Есть! — послышалось из-за края обрыва. — Готово! Привязал!

Я глянул вниз. Из зафиксировал ненадежное дерево, привязав его корнями других деревьев.

Мы начали спускаться.

Я оставался сверху. Из страховал внизу.

Для крылатых этот спуск не представлял ничего слишком сложного. Достаточно слегка помогать себе удерживать баланс. А вот для бескрылых он стал проблемой. Не так-то просто спуститься по тоненькому стволу высоченного дерева!

И если Скуталу это удалось сравнительно легко, даже с неким изяществом, в некоторых местах просто пробежавшись по наклонному стволу, то шедшая за ней Свити зря понадеялась на такой скоростной спуск.

В какой-то момент она просто наступила мимо ствола!

— А-а-а-а-а! Уф!

Из среагировал мгновенно, успев ее подхватить!

— Спас-сибо! — Свити прижалась к своему спасителю, обхватив его за шею. — Спасибо!

— Да ладно! — улыбнулся тот.

Шедшая следующей Блум решила не рисковать вовсе, и выбрала самый классический метод спуска — крупом вперед, животом по дереву. Самое страшное, что при этом может случиться — обдерешь живот. Так оно, в общем-то, и получилось.

У Эплджек повторить это все же не вышло.

Один из суков, на который она наступила, подломился, и ЭйДжей соскользнула, и повисла в воздухе, держась только передними ногами!

Конечно, я тут же кинулся на помощь! И снова, как когда-то со Скут, я смог лишь затормозить падение! Правда, падалось в этот раз куда мягче и с меньшими последствиями. Правда, опять на спину, но зато куда приятней.

Сверху, лицом к лицу со мной, касаясь меня носом, лежала Эплджек.

— В порядке?

— Агась! Спасибо.

— Чегой-то вы тут делаете? Да еще в такой позе? — рядом зависла Радуга.

ЭйДжей зарумянилась, спешно поднимаясь.

— Да ниче мы не делаем!

— Да-а-а? — недоверчиво протянула пегаска. — А жаль!

* * *

И вот, наконец, долгожданная река!

— Ну что? — обратился к остальным я. — Дело за малым — построить плот?

— Погоди, — Радуга поднялась в воздух. — А почему мы не можем просто взять и перелететь на ту сторону? Ведь тут ничего не мешает?

— Верно. Но нам не совсем это нужно. Если перелетим сейчас — окажемся на территории древоволков и будем идти через нее еще как минимум день. А тебе охота с ними знакомиться?

— Да как-то особо не тянет сейчас…

Я кивнул.

— А по реке мы без труда преодолеем это расстояние еще ночью, если сделаем плот до темноты. Да еще и отдохнуть успеем!

— Точно! — присоединилась ЭйДжей. — А ниже по течению еще и роща вольт-яблок есть. А ты знаешь, какая эт вкуснотища! Особенно для нас-т!

— Ага! — облизнулась Радуга. — Тогда чего мы ждем?! За работу!

И дело закипело!

Из, Эплджек и я валили молодые деревья.

Деринг и Радуга стаскивали их к берегу.

Искатели обдирали ветви. Хотя и без особой радости — видимо, метки лесорубов не были пределом их мечтаний.

Дерпи обрывала с деревьев вьюнки, больше похожие тут на лианы — веревок у нас не осталось.

Наконец, ближе к ночи, работа была закончена!

Я не без гордости оглядел творение наших копыт. Красота да и только! Как технически, так и эстетически! Рама из четырех наиболее толстых деревьев. Поверх них уложены настилом деревья потоньше. Было даже некое подобие бортов. Щели замазаны уже высохшим илом. Заготовлено место под небольшой костер. На условной корме нашего плота высился довольно вместительный шалаш.

В довершении всего Свити и Блум сейчас заканчивали развешивать по всему плоту какой-то длиннющий вьюнок с очень пахучими и яркими цветами. Скут в сем действии естественно принципиально не участвовала.

Место для спуска на воду так же подходило идеально. Река образовывала здесь небольшую, сравнительно тихую заводь, позволявшую легко втащить плот в воду.

— Ну что? — Деринг критически осмотрела плавсредство. — Вроде нигде ничего не течет и, пока еще, не отваливается? Отчаливаем?

— Отчаливаем! — Из последним забрался на борт, и шестом оттолкнул плот от берега.

— Интересно, а бывают метки, полученные за сплав на плоту? — с сомнением посмотрела на остальных Свити.

Скут молча пожала плечами.

— М-м-м… По-моему, эт называлось как-т вроде… плотогоны, че ли… Но эт вроде рабочие какие-т, — столь же неуверенно ответила Блум.

— Меткоискатели — плотогоны? Как-то странно…

— Ага, — кивнула Скут. — Звучит паршиво. Хотя занятие, может, и интересное… иногда.

— А если вспомнить вид спорта? — подала идею случайно подслушавшая их Деринг. — Рафтинг? Рафтингисты?

— А че? Вроде неплохо?

— Да, уже получше!

— Сойдет!

— Ну тогда…

— МЕТКОИСКАТЕЛИ — РАФТИНГИСТЫ ВПЕРЕД!!!

* * *

Мне не спалось.

И все вроде бы неплохо. Все в порядке. Все в безопасности. Я отстоял свою смену на палубе. Слышно, как сейчас там Из учит Меткоискателей управляться с плотом. Рядом со мной спит Эплджек. Все тихо. Все спокойно. Все отлично. Не знаю, почему не спалось.

Конечно, я осознавал, что нехорошо отдавать плот на волю волн, плывя ночью, но для того мы с Изом и дежурили на палубе. Случись что — справились бы. Да и мы на реке, а не в море. Что тут может быть страшнее мелей и камней? Нет. Это все-таки не причина. Просто не спалось.

Я вздохнул, и выбрался из шалаша.

В лицо ударил свежий ночной воздух.

Из, стоящий спиной ко мне, обернулся:

— А, это ты. Чего? Не спится?

— Ага. Чем заняты?

— Пытаюсь научить их поворачивать плот.

— И как?

— Да вроде ничего, получается, — и громче. — Корму чуть вправо!

Я пригляделся. На носу плота сидели Свити и Блум. Рядом лежали шесты. Скуталу видно не было.

— А где Скуталу?

— На корме, где еще? Руль держит.

…

Тихо и спокойно плескалась об борт речная вода, увлекая за собой плот. Костер давно уже догорел. Над горизонтом неспешно, величественно поднималось солнце. Мы с Изом лежали на палубе и лениво думали. Блум, Свити и Скуталу все еще упорно правили. Все потихоньку просыпались. Территории древоволков уже кончились. Скоро нужно будет как-то причаливать.

Однако берега стали более обрывистыми, течение усилилось, выступающих из-под воды камней становилось все больше, а подходящих для остановки мелей не было видно.

Уставшим уже Блум и Свити приходилось все активнее и активнее работать шестами.

Я раскрыл карту. Понятно, почему усиливалось течение — впереди был еще один водопад! Еще не скоро, но он уже давал о себе знать!

Однако я не успел поделиться этим открытием.

Сразу несколько огромных валунов вдруг появилось на нашем пути.

— Камни! — крикнул Из. — Блум! Толкай!

— Да!

Плот миновал один из камней, но при этом Блум не смогла удержать шест, когда тот случайно ударился об камень. Громко плеснув, тот упал за борт.

— А-ай! — взвизгнула она, чуть не улетая вслед за шестом, но вовремя подскочившая Эплджек удержала ее за хвост, не дав свалиться в воду.

— Корму вправо! Корму вправо! — заорал Из.

Я глянул вперед.

Плот несся прямо на торчащую из воды скалу, лишь медленно разворачиваясь к ней правым бортом…

— Все от края! — крикнул Из, хватая Свити и бросаясь с ней на середину плота!

Удар!

Крики!

Треск ломающейся древесины!

Меня швырнуло вперед, через борт! Все, что я успел, это схватить, уже в полете, тот жутко длинный вьюнок, что раскладывали Свити и Блум по всему плоту и закусить его. Но он свободно разматывался, позволяя течению уносить меня все дальше и дальше.

— Спасит… — раздалось где-то совсем рядом!

Я оглянулся. Недалеко в воде мелькнуло что-то рыжее. Скуталу!!!

— Напо… — голова Скут скрылась под водой.

Я не раздумывал. Просто рванулся что было сил в ту сторону. Нырнул под воду.

Уже через несколько секунд я вновь показался над водой, прижимая к себе отплевывающуюся Скуталу.

Заметив это, остальные начали подтягивать нас к остаткам налетевшего на камень плота.

Спустя недолгое время, мы уже сидели на берегу, перенесенные туда теми, кто еще мог летать, сохли и смотрели, как медленно гибнет наше творение, постепенно растаскиваемое на части течением.

* * *

Однако, благодаря теплому Эквестрийскому солнцу, обсохли и согрелись мы довольно быстро. Пора было подумать и о хлебе насущном. Вернее, о яблоках насущных. Еще вернее о вольт-яблоках. И если совсем верно, то о том, как найти эту предполагаемую рощу?

В бесплодных поисках прошло уже несколько часов, и, честно говоря, мы уже готовы были отчаяться. Вернее, я-то уже отчаялся, но остальным пока не говорил. Дело в том, что я еще раз перепроверил карту. И осознал. То ли это была ошибка картографа, то ли наше не верное прочтение, но роща располагалась значительно дальше, уже после водопада, в местах, куда нам совершенно не было надо! Отметка на этой карте была видна куда лучше, чем на тех, что были у нас в начале путешествия, и сделана она была куда грамотней. Вероятно, на тех картах она тоже была, но куда меньше, да и название "Роща вольт-яблок" там было в стороне. То есть, как раз там, где мы были сейчас. И в результате оно не совпадало с реальным местоположением рощи.

Однако, нам все же повезло! Мы смогли найти некоторые, известные нам, съедобные ягоды и травы, а это уже хоть что-то!

— Ладно, — резко заявил я, вновь разворачивая карту. — Думаю, поиски можно прекращать. День уже за полдень перевалил. Думаю, стоит выдвигаться в направлении чего-то, именуемого здесь "Башня королевской стражи".

— Думаю, да, — грустно выдохнула ЭйДжей.

— Эх! Плакали мои яблочки! — повесила голову Радуга, при этом, правда, оставаясь в воздухе. — А так хотелось уже чего-то приличного похавать…

— А чего делать? — поддержал Из. — Пошли.

— Ну, да. Мы уже слишком долго тут топчемся, — Деринг.

Дерпи молча поправила рацию.

Понурые Меткоискательницы, так же ничего не говоря, побрели вперед.

Лес в этих местах уже не был таким густым и темным, как раньше. Деревья здесь росли довольно редко, и самое большее, что нам мешалось, это кустарники. В остальном же, это был светлый, красивый и безопасный на вид лес.

Что-то в кустах вдруг привлекло внимание Блум.

— Мне показалось, или… — жеребяшка резко кинулась в кусты.

— Эпл Блум! Ты куда рванула? Стой! — спохватилась ЭйДжей.

Но той уже и след простыл.

— Свити Бель! Скуталу! И… и вообще все! Идите сюда! — раздался откуда-то из-за кустов радостный крик. — Поглядите, че я нашла!

Раздвинув колючие ветви, мы вышли на крохотную полянку, на которой уже стояла наша шустрая троица. А еще там росла…

— Вольт-яблоня! — радостно вскрикнула ЭйДжей и, разулыбавшись, обняла ствол! — Яблонька! Кормилица! Как же ты тут очутилась, вдали от родни? Что? Говоришь, что твои семена перенесли сюда птицы? Ах ты бедная…

— Э! Э-э-э!! Эплджек!!! Ты, вообще-то, как? — помахала перед лицом ЭйДжей Радуга. — Ты, вообще-то, с деревом разговариваешь, хотя вроде головой не билась!

— Знаю, но я хочу успокоить ее прежде, чем мы оборвем все яблоки!

Дэш смолчала, лишь провела по лицу копытом.

Наконец, мы наелись чего-то действительно вкусного! Да что там! Потрясающего! Я многое слышал о вольт-яблоках, но даже не подозревал, что они настолько вкусны! Мы набили ими все свободные карманы и ранец Скут, и, пока она и ее подруги заснули, решили провести ревизию.

Результат был неутешителен: остатки драной формы, один кремень, пять метательных ножей, считая тот, что у Скут, два обычных ножа, часы, остатки средств в аптечках, пара свечей, фляги с водой и… не с водой, сухие пайки, примерно по полтора пайка на каждого. Вот и все! А самое паршивое, что мы, похоже, остались без компаса! Видимо, он приложился обо что-то тогда, на плоту — стекло треснуло, и почему-то он перестал крутиться.

— И как мы без компаса, а? — поинтересовалась ЭйДжей.

— Ну… У меня, конечно классное врожденное чувство направления, можно попробовать и с ним, — подбодрила всех Дэш. — Но компас бы не помешал, это точно.

— Ничего. Чего-нибудь придумаем. Есть и другие способы, — поддержал ее Из.

— Да ладно вам! Он не сломался совсем! — улыбнулась Дерпи. — Просто перед тем, как смотреть на него, нужно встать так, чтобы он показывал на север, и он все правильно покажет!

Что ж. Она умеет разрядить ситуацию — по крайней мере все ухмыльнулись.

Но! Надо было идти! Мы поднялись, подхватили сонных жеребяшек, и пошли, ориентируясь пока только с помощью чувства направления Дэш.

Часа через три мы поняли, что с таким проводником мы далеко не уйдем. Вернее, никто уже даже с помощью карты, даже с высоты, не мог сориентироваться, где мы вообще находимся. Мы вполне могли, как ходить кругами, так и уйти по прямой непонятно куда. Становилось ясно, что нам нужна остановка и долгий, серьезный отдых. Но останавливаться в лесу не хотелось.

Какое-то время спустя, все тем же великим проводником, был обнаружен небольшой, каменистый холм с имевшейся в нем пещерой.

Мы решили разбить лагерь и остаться здесь до утра. Заодно можно было не спеша определиться, где мы, Дискорд его побери, находимся!

Пещерка оказалась совсем небольшой, но сухой, чистой и даже, в какой-то мере, уютной. Этакая небольшая зала с низким, но ровным сводом. Как раз, чтобы с удобством расположиться на ночлег. По другую сторону от входа обнаружился небольшой лаз, но пока нам было не до него.

Для начала стоило все-таки обустроить место стоянки. Мы натаскали травы и веток для лежанок, заготовили примитивные факелы, притащили дров, загородили вход в пещеру щитом из широких веток, выложили каменную преграду для змей, развели, недалеко от входа, костер.

Я улегся на пол и разложил перед собой карту. Думай голова! Думай!*

— Ну? И где мы тут? — над картой зависла тень.

— А это мы у тебя должны спрашивать! Это твоим чувством направления мы пользовались.

— Ну, я же уже извинилась! Хотя я все равно не могу понять, как такое случилось…

— Да элементарно! — высказалась сидящая в сторонке Дерпи. — Вот я как? Я тоже выбираю направление, лечу туда, и только прилетев узнаю что это за направление!

— Угу… Нет, ну чтоб я так… — Радуга приземлилась по другую сторону карты и улеглась, грустно склонив голову.

— Ничего. Сейчас что-нибудь придумаем, — подбодрил я.

— Уф! — на спину мне легла голова. — Не знаю, кому как, а лично по-моему, нам стоило бы хорошенько отдохнуть.

— Верно, ЭйДжей. До завтра отдыхаем, а там посмотрим.

…

Разговор медленно сошел на нет. Мы просто лежали и смотрели в костер. Рядом, пригревшись, о чем-то тихо переговаривались Меткоискатели.

— А где Деринг? — обернувшись, спросила нас Свити.

Я огляделся.

Потом дошло.

Я нехотя оторвался от пола и подошел к лазу в стене.

— Деринг! Ты там?!

— Да! — послышалось как будто издалека.

— Все в порядке?

— Да, в полном! Здесь интересно! Спуститесь сюда!

Я оглянулся.

— ЭйДжей, ты как? Сходишь со мной?

— Канешн, если просишь! Пшли! — она поднялась и подошла ко мне.

— Мы с вами!!! — в один голос завопило трио!

— Чем больше, тем веселей, — кивнул я.

Склонившийся над картой Из, прилегшая на него Дэш и Дерпи от предложения еще поползать в грязи почему отказались.

Проходик в скале был не очень длинным и несложным, если не считать одного места, где перепад по высоте был таким, что я вынужден был спуститься первым и опускать остальных. С Меткоискателями-то легко и быстро — подхватил, опустил и за следующей. А вот с ЭйДжей…

— Вот же… гнилые огрызки!

— Чего?

— Мне здесь не хватит места, шо бы спрыгнуть! Слишком узко!

— Так давай я помогу?

— Ну… Ла-ано, — она не решительно подошла к краю и повернулась боком. — Давай. Тольк эт… Под живот не очень…

— В каком смысле? — подхватил ее я.

— Я… Ох! …щекотки!

— Чего? — я специально провел копытом по животу ЭйДжей.

— Хи-хи! Боюсь! Уй! Ха-х!

— Ладно! — я ухмыльнулся. — Поехали!

— Ну где вы там? — поприветствовала нас улыбающаяся Деринг. — смотрите, что я тут нашла! — она гордо обвела крохотную, ярко освещенную сейчас двумя воткнутыми между камней факелами, пещерку.

А посмотреть тут было на что!

Все стены и даже потолок пещеры были покрыты рисунками и гравировкой, изображавшей то ли бой, то ли что-то очень его напоминавшее, что лично меня очень удивило — обычно Эквестрийские художники стараются избегать каких-либо сцен насилия или даже намеков на них. Прямо посреди этой необычно милитаристически оформленной пещеры стоял, испещренный какими-то надписями, каменный саркофаг.

— Че эт за место? — удивилась ЭйДжей.

— По-видимому, в этой пещере когда-то давно, еще до Дискорда, была захоронена некая известная воительница, — пояснила нам Деринг, — Некая… — она присмотрелась к крышке саркофага. — Некая Вирти Форлорн.

— Какое странное имя… — Блум.

— Это было давно. Я ведь говорю — еще до появления Дискорда. Язык, на котором сделаны надписи, очень-о-очень древний. Даже я, специалист, далеко не все могу разобрать!

— Такой древний, что, попади мы туда, мы почти ничего бы не поняли?

— Все верно, Свити. Общаться, может, и было бы можно, но жутко трудно даже для меня.

— А что за подвиги она совершила? Ну… За что такая честь? — поинтересовалась Скуталу.

— Если я правильно поняла, то она всю жизнь посвятила борьбе с некими порождениями зла. И довольно успешно. Зло было поймано в ловушку. Но в последнем бою она получила жуткие раны. По дороге домой она умерла и была захоронена здесь, со всеми надлежащими почестями, а за местом захоронения того зла взялись наблюдать ее соратники. Ну или так я поняла, — Деринг неуверенно потерла лоб.

— Ага. Круто! — Скут разглядывала стены. — Алекс! А вот эти звери на рисунках… Они не кажутся тебе знакомыми?

Я присмотрелся. Все верно. Очень похожи.

Это именно они напали на Понивилль!

* * *

— МВАХ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХАЙ-ЙО-О-О-О-ОХ!!! — содрогнулась пещера! — А-алекс… Ну… О-о-ох!

Из, Дерпи и Радуга ждали нас возле выхода из лаза.

— Что случилось? — Из.

— Че там у вас за стоны какие-то? — прищурилась на меня Радуга.

— Д-да ниче совершенно! И никакие не стоны! — показалась раскрасневшаяся и какая-то скованная в движениях Эплджек. — Ниче не случилось.

Радуга продолжала недоверчиво коситься.

— Ага! — кивнул я. — Может, чего перекусим?

За едой мы пересказали услышанное от Деринг и описали то, как наши младшие пытались открыть саркофаг, да так удачно, что Скут чуть туда не свалилась. Правда, там так ничего интересного и не нашлось, к их сожалению, но они с Деринг все еще пока там.

С едой мы разобрались довольно быстро. Надо было, впервые за долгое время, попробовать отоспаться. Мы с ЭйДжей устроились в дальней стороне пещеры, на некотором отдалении от остальных.

— Извини, — прошептал я.

— Да ла-ано! — улыбнулась она. — Хотя я и предупреждала насчет щекотки… Но, навродь не заметили…

— Откуда ж мне было знать, что ты… ну… настолько?

— Агась. Теперь, вот, будешь… Знать… Пользоваться… — она чуть толкнула меня ногой.

— А то! — ухмыльнулся я.

Она положила на меня голову и скоро уснула.

Я, впрочем, тоже.

* * *

Ночь.

Чудесное время суток. Любимое. И не только из-за того, что я гвардеец Луны. Просто оно идеально подходит для всего: от неспешных раздумий о бытие, до тихих и незаметных… дел. Такой была и эта ночь. Спокойная и тихая. Я уже несколько раз выходил из пещеры, но это так ничего и не дало. Мне по-прежнему не удавалось определить, где мы оказались.

Вот и сейчас, я лежал, привалившись к остаткам наших запасов, сложенным тут, у входа, и тупо пялился в карту, на которой не было ничего даже отдаленно похожего на то место, где мы сейчас находимся.

Справа от меня тихо зашелестел листьями самодельный щит, прикрывавший вход — это вернулась с улицы Скуталу. Опасливо покосилась назад.

— Алекс?

— А?

— Можно я с тобой тут посижу? Спать уже не хочется совсем.

— Давай.

— Все еще пытаешься найти нас на карте?

— Да, хотя это, похоже, бесполезно. Был бы компас…

— А всякие там… Ну… Вроде мха на дереве или муравейников?

— Да пробовал. Не поможет. Они тут со всех сторон.

— А где мы потерпели кораблекрушение?

Я ухмыльнулся.

— Тут.

— Аг-га…

И мы уже вдвоем уткнулись в карту.

Никто из нас не поручится, когда именно что-то пошло не так…

Мы что-то заметили, лишь когда непроницаемая, глухая тишина накрыла пещеру. Это было довольно странно.

— Заметила? — повернулся я к Скут. — Что-то вдруг так тихо стало!

Она не ответила. Я лишь увидел, как расширяются от ужаса ее глаза, глядящие куда-то мимо меня, как сжимаются до размера булавочных головок зрачки, как свело судорогой прижатые к голове ушки, как медленно поднимается нога, указывая мне за спину.

Я резко развернулся!

И застыл! Шерсть поднялась дыбом.

— Из! Радуга! ЭйДжей! Подъем!!! — крикнул я. Но никто не поднялся. Почему-то я не был уверен даже в том, крикнул ли я это на самом деле, или только подумал об этом.

Из лаза двигалась в нашу сторону земная пони в каком-то невообразимо древнем, но почему-то смутно знакомом доспехе. От фигуры исходило бледное, белесое свечение. Глаз у пони не было, лишь клубящийся на их месте туман.

Я одним движением закрыл собой Скуталу!

Однако призрак не стал подходить ближе. Он остановился в центре пещеры, глядя одновременно и на нас, и мимо. И заговорил. Вернее, нет. Это мы услышали его. Не звук, но мысль, родившуюся внутри. Медленный, напевный текст зазвучал у меня в голове:

Вам будет непросто то зло победить,

Что зиждется в старых кавернах.

Боюсь, что на время придется забыть

О посиделках в тавернах.

Придется на ратное поле прибыть,

За правду свой меч обнажая.

Придется и кровь вам свою там пролить,

Собою друзей прикрывая.

И новых друзей вам удастся добыть.

Простить им обиды, несчастья.

Лишь вместе удастся вам зло усмирить,

Заставив бежать в одночасье.

Заставив бежать, отступить, отойти,

Скалясь и воя убраться с позором.

Но, будьте уверены, сможет найти

Оно слабости ваши своим проницательным взором.

Коль злоба и жадность не застят глаза

И слава пустая претит,

То значит, вы сможете смело сказать,

Что тьма вас не сможет прельстить.

Прельстить, одурманить и околдовать

Не сможет кровавая мгла,

Коль сможете смело друг другу сказать,

Что вместе судьба вас свела.

Судьба вас свела и слепила в одно.

Скрепила вас потом и кровью.

И кто его знает, возможно оно

Со временем станет любовью.

Вам будет непросто, и справитесь вы

Лишь время позвавши в подмогу.

И следуйте вы за звездою судьбы

Она вам укажет дорогу.

Текст отзвучал и накрепко остался в памяти. Призрак развернулся и медленно двинулся обратно в лаз, постепенно растворяясь.

— Ты в порядке? — обернулся я к Скуталу.

Молчание было мне ответом. Она все так же остолбенело глядела в ту сторону и мелко, нервно тряслась. Если честно, то у меня у самого нервы были на пределе.

Я усадил Скут рядом с костром. Сел сам. Надо было прийти в себя.

Рядом что-то валялось. Я опустил взгляд. Это была фляга, и кажется не с водой. Я открыл. Ну точно — сидр! Да похоже, непростой, а как раз-таки из вольт-яблок — он отличается вкусом. И не только вкусом.

Я подумал, и, через сжатые зубы, влил в Скуталу щедрый глоток.

Та наконец отошла — закашлялась.

— Ты в порядке?

— Кхе! Да. Сидр?

— Да, — я сделал глоток.

Говорить пока было не о чем. Мы и так видели одно и то же. Окинув взглядом остальных, я убедился, что они просто спали, и сделал еще глоток. По телу разлилось легкое, приятное тепло. Мозг, пытавшийся понять все произошедшее, воспринял это благосклонно.

Нужно было освежиться, да и делать внутри было уже нечего. Думаю, в такие замороченные места больше никто не сунется.

— Пошли, посидим снаружи?

— Пошли, — кивнула Скут.

В поисках места мы забрались почти на самую вершину холма и уселись на выступающем на входом в пещеру карнизе.

Я снова отпил из прихваченной с собой фляги. Благодарный мозг отдал организму команду расслабиться.

— Дай-ка, — Скуталу отобрала флягу. Сделала глоток. Поставила между нами.

Я не сопротивлялся. Наверняка у нее сейчас было схожее состояние.

Мозг работал не задействуя мысли как таковые. Он анализировал все произошедшее сам по себе, позволяя остальному организму отдохнуть, и это было хорошо. Такие вещи надо воспринимать не задумываясь, так, как есть.

Подумав таким или похожим образом, я еще раз дотянулся до сидра.

Так, сидя бок о бок, отпивая по очереди из фляги и почти ничего не говоря, мы встретили рассвет.

ГЛАВА 24

Башня королевской стражи

Мы все еще сидели на том карнизе, когда внизу послышалось какое-то шевеление. Стали раздаваться удивленные и обеспокоенные голоса.

Мы со Скуталу переглянулись. Надо было спускаться.

Я встал. Вроде ничего, хотя сидр был каким-то уж чересчур забористым. Поднявшуюся следом за мной Скут слегка штормило, но это было лишь немного заметно. Я пнул вниз пустую флягу. Та загремела по камням. Мы начали спуск.

Уже почти в самом низу Скут не удержалась и, полетев кубарем, сбила меня с ног.

— Вы че? Обалдели, а? — тут же наклонилась над нами вышедшая из пещеры ЭйДжей. — Мы уж че и думать не знаем, а они тут лежат и…

Тут ее взгляд упал на пустую флягу:

— И… Алекс? Ты че, пил?

— И не позвал нас? — скуксилась вылетевшая из пещеры Радуга, зависнув надо мной.

ЭйДжей кинула на нее взгляд.

— Ща! Молчу, молчу…

— Да, — просто ответил я.

— Один? Всю флягу? Крепкого, вольт-яблочного? Я-т думала ее на всех…

Радуга только ухмыльнулась за ее спиной.

— Ну, поч-му один? Я тож, — пробормотала Скуталу.

Все уставились на Скут. Глаза Эплджек медленно округлились:

— Ч-че?

— Тож выпила чутка… А че низя? Да если б вы знали че мы тут вид-ли!

— Вообще-то, да, — подхватил я, — Такое увидишь не часто.

— Если ты про пьяного жеребенка, то да! — скривилась ЭйДжей.

— И вовсе я не пьян-я! Да если бы и была! Че с т-го?!

— Ну, вообще-то, мы сейчас да, немножко пьяные, — притормозил ее я. — Но ты права, они не видели того, что видели мы.

— И чего мы не видели? — пришел на выручку Из.

Я пересказал все, произошедшее ночью. По памяти воспроизвел все не услышанное. По мере того, как я рассказывал, ЭйДжей сменила гнев на милость, а Деринг настораживалась все больше.

— Забавно, — произнесла она, как только я закончил. — Мне доводилось слышать о подобных пророчествах. Эх! Как мне хотелось самой стать его свидетельницей! А тут та-а-акой шанс! И мимо!

— А что именно тебе доводилось слышать? — заинтересовался Из.

— В основном то, что они имеют свойство сбываться. Не всегда дословно, но всегда сбываться…

— Ну, кое-что уже, думаю, сбылось, — вмешался я.

— Что именно?

— У меня есть идея, как нам разобраться с нашим местоположением. В этом нам, как и было сказано, поможет время.

Я расстелил карту, и все сгрудились вокруг меня. Все, кроме наших соклубниц — те о чем-то шептались в сторонке. Судя по всему, теперь Скут объяснялась с ними.

— Так в чем идея? — поторопила меня Деринг.

— Нам помогут часы.

— ?

— Все просто, но этот способ мудрено вспомнить. А сидр, — я глянул на ЭйДжей. — Похоже, позволил мне отключиться от произошедшего и дал его вспомнить. Так. Если я не ошибаюсь…

Я повернулся лицом к рассвету. Снял часы и положил их перед собой:

— Делаем так, чтоб часовая стрелка указывала на солнце. Угол между ней и двенадцатью часами делим пополам. Эта линия укажет нам юг. До полудня Юг будет справа от стрелки, после полудня — считаем его слева. Способ надежный и работает пока светит солнце. Есть и способ по луне и часам ориентироваться, только он посложнее будет.

— Хм! Интересно! — Деринг, подавшись вперед, склонилась над часами, — Надо будет запомнить на будущее… Угол между стрелкой и двенадцатью говоришь? — она развернула карту. — Вот! Теперь наша карта смотрит точно на север. Учтем, что мы высадились примерно тут… Шли мы… А скорость…

Деринг надолго задумалась. Затем улыбнулась. Хлопнула копытом по карте:

— Мы примерно тут!

— Ну, яйцеголовая! — улыбнулась Радуга. — И как столько всего запомнить и сосчитать в уме можно?

— Ну так! Практика — приняла гордую позу Ду.

— Ну тада… Мож-т пойдем уже, а? — предложила молчавшая до того Эплджек, примирительно глядя на меня.

— Пошли! — улыбнулся я. — Поглядим, что там за башня такая!

* * *

Ворон, огромный и черный, как собственное крыло, философически наблюдал за лесной дорогой, тянувшейся, сколько позволяли видеть его глаза, по обе стороны толстой дубовой ветки, на которой он восседал с достоинством принца крови.

Вот уже полтораста лет изо дня в день созерцал он этот пейзаж, наблюдая, как растут деревья, и рушится старая башня, и набираясь своей птичьей премудрости.

Башня? Что он мог о ней рассказать? Когда-то это, видимо, было великолепное оборонительное сооружение! Массивная и высокая бастида, выполненная из какого-то светлого камня, островерхая, изящно украшенная, когда-то она, вероятно, была эталоном военно-инженерного дела! Великолепную, выложенную цветной черепицей, крышу держали массивные колонны, между ними же размещалась открытая площадка для сигнального костра. Сама башня, вернее все же говорить бастида, была обнесена по периметру высоким частоколом с массивными воротами, за которым было что-то вроде хозяйственных построек. Гарнизон мог держать оборону в такой бастиде несколько дней, до подхода подмоги.

Но у этой башни, как и у ее товарок, наверняка существовавших когда-то, все было в прошлом. Не было войн. Не было Дискорда, для предупреждения действий которого она, вероятно, и ставилась. Не было и гарнизона. Прогнил и завалился частокол. Крошились стены. Кусками обвалились украшения. Даже одной из колонн на крыше, и той не хватало, что уж говорить про остальное! В общем, башня выглядела бы давно брошенной, если бы не один маленький момент…

Где-то за частоколом сейчас курился слабенький, будто от костра, дымок. Впрочем, такое в последнюю пару лет бывало часто.

"И это пройдет", — думал ворон, созерцая дымок, и показавшуюся с противоположной стороны, группку пони, неспешно двигавшуюся среди деревьев.

— Думаю, нам лучше обойти ее стороной, — высказался один из пони. — Кто его знает, каковы намеренья у тех, кто сейчас там обитает.

Неясный шорох в придорожных кустах заставил мудрую птицу насторожиться, отвлечься от созерцания дороги и путников, и, негодующе каркнув, взмыть в воздух.

— Итак, дружище Из, — продолжил фразу серый пони с меткой в виде щита и перевернутого меча на крупе (конечно это был я) — как известно, бесшумных засад не бывает? А потому, думаю, нам следует готовиться к драке, да, Дерпи?

Та кивнула, как бы извиняясь за то, что засаду обнаружил ворон, а не она.

Мы сбились в плотное каре, окружив собой Меткоискателей, но не успели пройти и полсотни ярдов.

Нечто глыбообразное с диким ревом выскочило на дорогу! При ближайшем рассмотрении это нечто оказалось огромных, сравнимых с нашим Балком, а то и поболее, габаритов жеребцом, заросшим бурой, свалявшейся шерстью так, что на ней были видны только глаза!

— Ну вот… — скорбно произнес Из. — Что ни день, то какая-нибудь гадость.

— Чего тебе надо, почтеннейший? — скривилась Радуга.

Глыбообразный молчал. Мне почему-то пришло в голову, что в родственниках у такого должны были бы быть пещерные медведи. Иначе его появление на свет было бы необъяснимо.

Между тем верзила стоял, не делая явных попыток к нападению, но при этом, демонстративно помахивая зажатым в зубах топором, порождавшим в голове мысли о возможности быть разрубленным надвое.

Я медленно потянулся за ножом. Однако пустить его в ход мне не пришлось.

Чей-то насмешливый, но не лишенный приятности, властный голос произнес:

— Вложите нож в ножны, сэр! И вы тоже. Думаю, вам не стоит сопротивляться.

Пегий единорог, с зеленой гривой с алой прядью в ней и в зеленом же плаще, при помощи магии держал направленный на меня простой, но действенный самодельный лук, с прижатой к тетиве стрелой. Если бы не выражение глумливой издевки в опять же зеленых глазах, лицо бы его вполне можно было бы назвать добродушным.

— Дамы и господа! — обратился к нам этот лучник, слегка кланяясь с деланной почтительностью, — Я и мои друзья покорнейше просим вас разделить с нами нашу скромную трапезу! Не откажите в любезности! Так велит обычай здешних мест! — добавил он значительно.

— Вот ведь ударно-штурмовое гостеприимство… — пробормотал Из.

— А я бы с удовольствием перекусила! — громко оповестила всех Радуга, одаривая близлежащие кусты натянутой улыбкой.

Я с фальшивым сожалением убрал нож.

Правильно сделал. Из кустов выскочила еще пара десятков такого же вооруженного чем попало сброда, все как один в зеленых плащах и с такими мордами, что гвардейцы должны были бы задерживать их за одно это. И с вот таким вот парадным конвоем мы потащились в бастиду.

Мда… Не думали, наверно, ее создатели, что со временем из важного оборонительного сооружения бастида превратится в пристанище для кучки лесных разбойников. Стоит, правда, отметить, что они по мере сил содержали ее в относительно приличном состоянии — рядом даже валялись свежесрубленные бревна для замены особо гнилых участков частокола. Звякали где-то, сходясь в дружеском поединке, мечи. Постукивал кузнечный молот. В дымившейся во дворе кухоньке хлопотало несколько кобыл.

Спустя совсем немного времени мы уже отдавали должное местной еде сидя на бревнах за свежеструганным столом. Честно говоря, никто из нас не ожидал такого разнообразия на столе от подобной лесной братии! От простейших фруктов и салатов, и до спиртного! Чему, конечно, кое-кто из нас в умеренных дозах весьма обрадовался… А главное никакого лишнего этикета! Не надо задумываться — просто ешь все и сразу, даже если оно уже было кем-то надкусано. ЭйДжей как-то рассказывала про застолье с Селестией, где она даже не успела сообразить, как и с чего следует начинать, и где ее почему-то пытались накормить мясом, и, по-моему, здешним порядкам кусать все, на что взгляд упадет она была только рада.

После того, как мы отдали должное кулинарным изыскам, настало время послеобеденной болтовни. Но, как раз в тот момент, когда нам удалось выяснить, что всего в нескольких часах пути отсюда уже начинается пустыня Сан-Паломино, в которую мы так стремились, а совсем рядом имеется небольшой шахтерский городок…

Вожак подал знак.

Во дворе бастиды, где проходила наша трапеза, воцарилась гнетущая тишина.

В этой тишине громко и сыто рыгнула Дэш.

Пегий встал:

— Дорогие гости! Осмелюсь узнать, по нраву ли вам наше угощение?

— О! Оно было превосходно! — прижав копыто к груди, слегка поклонился я, отметив, что и остальные в той или иной степени изобразили этот жест, и внутренне уже догадываясь о том, каким будет продолжение нашего разговора.

— Я рад, что мы сумели угодить вам. Но, увы, живем мы довольно скромно. Все наше достояние — то, что дарит нам лес, — произнес он, указывая почему-то на стоящий перед ним отличной работы чеканный серебряный кубок с вином.

Хм. Обширность подвластного нашему хозяину "леса" поражала воображение.

— А потому, — продолжал разбойничий предводитель. — Мы вынуждены просить вас оплатить эту скромную трапезу. При этом помните — щедрость одна из важнейших добродетелей!

— Рарити на вас нет, — еле слышно пробормотала Эплджек.

"Ну, вот и началось! — вздохнул я. — Поели, называется. Пошло-поехало. Ладно, посмотрим чем это все закончится".

Мы переглянулись. Платить нам было нечем.

Искательницы, посовещавшись, вытряхнули из карманов кусочки с таким трудом добытого ими золота и найденные еще в шахте камни. Но этого им явно не хватило бы. Да и вообще, зря показали.

— Дискорд побери! Да вы оказывается пресквернейщие скряги!

Эплджек возмущенно фыркнула. Напрягся Из. Нахмурилась Деринг. Свела глаза в точку Дерпи. Замерли Меткоискатели. Еще раз громко рыгнула Радуга.

— Прошу нас простить, но большего у нас просто нет.

— Эй! — пегий, нахмурившись, кивнул одному из бандитов. — Обшарь-ка сумку!

Тот уже почти дотянулся до ранца, стоявшего рядом с Эплджек, когда в него впечатались копыта! И началась беспорядочная свалка! К счастью для нас — слишком беспорядочная и тесная, чтобы применять оружие. Зато я сорвал со спины одного из разбойников плащ, что могло пригодиться в драке, и подхватил чей-то короткий меч, пока его не применяя. Но, строго говоря, дело наше было паршивым. Выручало только одно — отработанность действий. Мы вместе отступили так, что оказались между частоколом, стеной кухни и каким-то сараем. То есть, закрыв собой жеребят, имели узкое пространство по фронту и могли, с одной стороны, натворить дел в копытопашной. С другой, если они вспомнят про луки, тут мы все и останемся. Надо было что-то делать. И быстро!

Из сообразил раньше меня:

— Не назовете ли вы себя, наш вежливый хозяин?

— Отчего же нет? Меня зовут Тимберхост!

Подытожив свои наблюдения об этом хозяине леса, я решил рискнуть и перехватил у Иза инициативу:

— Сэр Тимберхост! Я вызываю вас на честный бой! И да будете вы прокляты в веках, как вероломный разбойник и подлый трус, если откажетесь принять этот вызов!*

Я еще кричал, что пусть возьмет себе деревянный меч, если опасается пускать в дело благородную сталь, но это было уже лишним! Его проняло!

Глумливое выражение слетело с лица радушного хозяина. Тот, следуя старинному неписаному кодексу поединков, взял поданный кем-то меч в зубы и, ступая мягко, по-кошачьи, вышел вперед.

Разбойники быстро расступились, организовав круг, в который я незамедлительно вступил!

Мы начали медленно и осторожно ходить по кругу, прощупывая глазами оборону противника и постепенно сужая круги…

Тимберхост мгновенно бросился вперед, одним прыжком покрывая разделявшее нас расстояние и нанося мощный удар! Однако, меня на этом месте уже не оказалось! Его клинок, выбив искры, схлестнулся с моим. И пошла забава! Как неожиданно и приятно было встретить, наконец, в его лице, опытного и умелого противника, в отличие от большинства до сих пор виденных нами! Сильного, ловкого, а, следовательно, крайне опасного!

Ежесекундно меняя секторы атаки, нанося тяжелые, тщательно выверенные удары, он все более и более теснил меня к границе круга, под громкие топот, свист и улюлюканье лестной братии, приветствующей каждый ловкий удар своего вожака.

Я старательно делал вид, что утомлен схваткой и слабею под неутомимым натиском разбойничьего предводителя и от того даже почти не пользуюсь крыльями. Открываясь, раз за разом, словно по чистой случайности уходя в последнюю секунду от разящих ударов, я старательно выжидал подходящий момент. Конечно, это была рискованная, о-о-очень рискованная игра, но выбора, в общем-то, у меня и не было! Уж не знаю, как он моей, а я его смерти почему-то не хотел, потому и перебил Иза.

А удары, между тем, продолжали сыпаться, как ни в чем не бывало!

Вот я поскользнулся и чуть было не упал, и только это спасло меня от прошедшего совсем рядом смертоносного лезвия.

Где-то позади почти одновременно громко ахнули Эплджек и Скуталу.

Вот взвихрившийся плащ каким-то чудом увел меч моего противника со смертоносной траектории.

Сияющая полоса булата стремительно обрушилась сверху, норовя к боли от выпитого ночью добавить изрядную порцию боли другого рода. Он решился вложиться в удар полностью, всем весом, нанеся его в прыжке. Приняв атакующий клинок на сток, я крутанулся, позволяя тому лететь дальше, в землю, а сам, используя то же движение, повернул меч плашмя и ударил таким образом Тимберхоста по голове. Он выпустил меч и рухнул наземь.

Возмущенный рев заставил содрогнуться бастиду!

Я глянул на своих. Слава Селестии. Никто не дернулся.

Стараясь не обращать внимания на толпу, я бросил меч и протянул Тимберхосту копыто, помогая подняться. Классический трюк. У кого-то, по-моему у грифонов, даже поговорка такая была: "Хорошая драка при первой встрече — почти наверняка залог хорошей дружбы при последующих".

— Ох! Что это было?! — Тимберхост ухватившись за меня, поднялся, держась за голову. — Клянусь, я немного видел воинов, столь ловких в ближнем бою! Мое имя вы знаете, не угодно ли будет и вам назвать свои имена?

Я слегка склонил голову:

— Алекс Анноун, капитан гвардии ее высочества принцессы Луны.

— Из Чадье. Вольный наемник.

— Эплджек Эпл. Ну и элемент честности, если че…

— Эпл Блум, — ее сестра.

— Радуга Дэш! Самая крутая пони Эквестрии! Элемент верности!

— Деринг Ду. Археолог. Искательница приключений на круп, — улыбнулась Ду.

— Свити Бель. Больше мне сказать нечего, извините.

— Дитзи Ду. Радист и почтальон.

— Скуталу, — буркнула Скут.

По мере перечисления наших имен глаза Тимберхоста удивленно расширялись, а толпа смолкла сама по себе.

— Как? Тот самый офицер, которого пригласила на службу сама Луна, после атаки на Кантерлот? И представительницы элементов гармонии?

— Вы слышали о нас?

— Не удивляйтесь! Когда-то и я был недалек от двора. Кое-какие связи еще остались. Новости доходят быстро.

— А че случилось при дворе? — перебила нас ЭйДжей.

— Ну… Скажем так. Я и двор не сошлись во мнениях по методам решения некоторых вопросов. Я ушел на вольные пастбища. А со временем ко мне прибились и вот эти славные ребята, — обвел он ногой свою банду. — Я даже больше скажу. Мы здесь стали что-то вроде охраны на границе Эквестрии, только внутри. Здесь проходят контрабандные тропы из Скачущих Равнин. Большинство из них идет куда-то через пустыню. Вроде в Форт Пониред какой-то, а как дальше — не знаю. Мы и чешем этих торгашей против шерсти как можем! Да и прочих, вроде КонАрмовцев, не забываем! Эти, правда, часто проскакивают.

— Угу, — буркнул Из. — Это вы всех так весело встречаете? Радушный прием, ничего не скажешь!

— Надеюсь, мы сумеем загладить это недоразумение? Поверьте, отныне вы всегда будете желанными гостями в нашем лесном братстве!

И вновь были накрыты столы! Но уже безо всякой задней мысли! И уже через каких-то полчаса разошедшийся Из выводил по аккомпанемент чего-то струнного:

Если рыщут за твоею

Непокорной головой,

Чтоб петлей худую шею,

Сделать более худой,

Нет надежнее приюта,

Скройся в лес, не пропадешь,

Если продан ты кому-то

С потрохами ни за битс…*

О раздорах было забыто. Пир грозил затянуться до самой ночи. Что ж! Возможно это будет тот самый долгий отдых, которого мы так ждали?

Конечно, те, кому перепало в потасовке, веселились не так активно, но казалось даже и они уже не таят на нас обиды.

Только бы теперь не дать никому напиться. А в особенности последить сегодня за Скут.

* * *

Наконец, настало утро!

Нам уже не надо было заботиться ни о еде, которой нам выдали с запасом, ни о маршруте.

Двое проводников, выделенных нам нашим новым, вот уж совсем неожиданным, другом, вывели нас почти к самому краю резко начинавшейся здесь пустыни. Всего-то час-полтора ходу от опушки леса, а нате вам!

— Все, — один из проводников указал копытом направление. — Дальше мы не пойдем. Идите во-о-он туда. Еще часа два-три и увидите шахтерский городок.

Попрощавшись с провожатыми, мы выступили в путь!

Вскоре впереди показался какой-то обшарпанный домик. Возле него седой, как снег, старик готовил повозку.

— Простите, не подскажете, правильно ли мы идем к городу? — обратилась к нему Эплджек, как только мы поравнялись.

Старик даже не обернулся.

— Де-ед-ду-уля! — уже громче позвала ЭйДжей.

— Ась? Ох-тыж С-селестия! Вас, молодежь, не учили, что нельзя пужать стариков?

— Простите.

— Чаго?

— Так! Дай-ка я! — Радуга отодвинула ЭйДжей в сторону. — Алле! Дед! Город туда?! — махнула она ногой.

— Город? Какой такой город?

Дэш хлопнула копытом по лицу:

— Бесполезно…

Вперед вышла Свити:

— Дайте-ка я попробую, — и далее, обращаясь к старику: — Простите, дедушка! В той ли стороне находится ближайшее селение?!

— О! Юная леди! Приятно слышать, что у кого-то здесь сохранились еще манеры! Вероятно, вам нужен наш шахтерский поселок?

Все облегченно выдохнули.

— Да, да! — закивала Свити. — Именно он!

— Верно, он там. Я даже мог бы проводить вас туда, но мне еще надо собрать скромное количество овощей на продажу, а это занимает много времени у старика…

Свити оглянулась на нас:

— Так давайте мы Вам поможем, а Вы проводите нас до… поселка?!

— О! Я бы с удовольствием поболтал с вами о поселке! В последнее время у меня так мало собеседников…

Что ж. В каком-то роде Свити уже решила все за нас, так что нам оставалось только согласиться. Да и что мы теряли? А какая-то информация всегда может пригодиться.

То ли у старика были какие-то свои представления о скромных количествах, то ли он просто нашел в нашем лице бесплатную рабочую силу…

Оказалось, что за старым домиком у него довольно-таки немаленькая ферма!

Как итог: те из нас, кто повзрослее, оказались попарно впряжены в три больших телеги, Блум и Скуталу получили телеги индивидуальные, и тащились за нами по тропинке, в то время, как сам старик и Свити, разумеется, шли впереди, без всяких телег, и болтали! Что еще хуже, мы обязаны были все это выслушивать.

— У-у-уй! И вот для этого мне крылья? — жаловалась Радуга впряженному с ней Изу, — Для того чтоб телеги таскать? Не круто ну совсем! Особенно, когда вчера так классно повеселились у тех лесных ребят! Это же работа для… — тут она покосилась на ЭйДжей. Встретилась с ней взглядами. — Для простых пони, а не для лучшей летуньи в Эквестрии!

— Относись к этому, как к тренировке! — ответил тот. — Да и не вечно же мы будем переть эти телеги? Через часок, самое большее, будем уже в городе.

— Агась! — поддержала ЭйДжей. — Тем более, шо на ноги ты всегда была слабовата!

— Че? Это я слабовата?

— А-агась! — кивнула ЭйДжей и улыбнулась. — Блум, ты там как?

— А че как? — саркастически ухмыльнулась та. — Тащу уже почти час, за так, какую-то дурацкую телегу, и даже не свою, и ниче за эт не получу. Да все просто отлично!

— Согласна, радости никакой, — вмешалась Дерпи. — Но кто знает, что нас ждет в том селении? Может, там будет приличное кафе, где будут подавать маффины? Тогда оно того стоит!

Блум фыркнула.

— Ну, про кафе, это ты, подруга, загнула! — Деринг повернулась, поправляя ремень. — Но вот помыться даже я бы точно не отказалась!

— А ты как? — я оглянулся на Скут.

Та что-то неразборчиво пробормотала. Кажется, не все из этого было цензурно.

Трудно описать нашу радость в тот момент, когда спустя еще что-то около получаса, впереди показались крыши домов, ведь за то время, что мы тащили телеги, мы узнали от старика все! Об истории появления города, о том, что стоит он тут только ради месторождения меди, которое живущие в нем и разрабатывают, о том, что раз в неделю или около того, сюда приходят караваны торговцев, меняющие медь на самое необходимое жителям. Узнали, но впрочем, тут же и забыли, все о самом старике, его семье, родственниках до десятого колена, родственниках родственников, их друзьях, всех жителях селения, их друзьях и родственниках. Успели выслушать, а потом и еще раз, в силу забывчивости старика, переслушать все местные сплетни и обсудить последние Эквестрийские новости.

Когда старый болтун попросил нас разгрузить его овощи возле драного тента на краю селения мы сделали это с поистине рекордной скоростью и, наскоро попрощавшись, поспешили отойти как можно дальше!

Скуталу и Эпл Блум оч-чень пристально глянули на Свити:

— Так. Вот давай больше без такой бездвозд… безво… Тьфу! Как его?

— Безвозмездной? — подсказала Блум.

— Угу. Без такой вот помощи, а?

— Ага, — тихонько произнесла Свити, видимо, чувствующая себя виноватой, и легонько кивнула.

— Ну, если "ага", тогда пошли, что ли, воды наберем? — Скут слегка улыбнулась и кивнула на видневшийся неподалеку колодец.

— Точно! А-т воды у нас почти совсем не осталось, — поддержала Блум, и оглянулась на нас. — Повеселились вчера… некоторые…

— Конечно! Пойдемте!

Мы тем временем огляделись, прикидывая, куда придется идти потом.

Мда… Мы действительно погорячились, называя это городом. Жалкий десяток домишек вдоль единственной улицы, да колодец, да единственный магазин, да какие-то строения в стороне, возможно имевшие отношение к шахте. На улице почти никого не было. Не сказать, чтоб совсем никого, но, живя в Понивилле, привыкаешь как-то совсем к другому…

Однако направление удалось установить довольно точно — ориентиров тут хватало.

— Эй, малявки! Это наш колодец и наша вода! А ну-ка марш отсюда!

Я обернулся. Колодец, к которому пошли Меткоискатели, отсюда видно было плоховато, но все же было заметно, что возле него стояло трое молодых жеребцов. Типичные "бунтари" не желающие пахать на шахте, как их отцы и деды. Один из них оперся на край колодца. Вероятно, фраза принадлежала ему.

— Че уставились, пустышки? Или платите за воду, или убирайтесь к Дискорду!

— Простите, — попробовала воздействовать на него Свити. — Но нам нечем. Быть может, вы просто разрешите нам набрать воду?

— Я уже сказал — или плати, или вали. Какое из этих двух слов тебе не объяснили в школе?

Я оглянулся на ЭйДжей:

— Загляните пока в магазин, а то потом может не быть времени, а мы с Изом пока тут поболтаем.

— Ты уверен? Может, мне чем-т помочь?

— Да не, иди.

Я кивнул Изу, чтоб тот не спеша подошел по улице, а сам решил обогнуть дом и зайти к ним с тыла.

Тем временем перепалка у колодца продолжалась:

— Фи! Видимо, это тебя не учили. Манерам.

— Хе! — раздался чей-то еще голос. — Может, мне продемонстрировать ей свои "манеры" и просто дать им пинка?

— Погоди. Им нужна вода и они за нее заплатят.

— А если нет, че тогда? — раздался голос Скут.

— Ух-ты! Ты гля! Какие мы крутые-то! — деланно восхитился еще чей-то голос.

— Тогда ты поближе познакомишься с этим колодцем!

— Ты сначала поймай, *далее последовал цветистый оборот, намекающий на его взаимоотношения с остальными двумя*, а потом уже рот разевай!

— Да, пожалуйста *нехорошее определение в сторону Скут*!

Раздались какие-то невнятные звуки. Звуки борьбы?

— А НУ-КА ПРИТОРМОЗИ, ПРИЯТЕЛЬ! — прогрохотал голос Иза.

Я высунулся из-за угла. Теперь я мог видеть площадку с колодцем. Мда… Нехорошо. Хотя… Когда у нас чего было хорошо в этом походе?

Говорливый главарь стоял спиной ко мне и лицом к Изу. Второй прижал ногами к краю колодца Скуталу и Эпл Блум и, похоже, ему оставалось только чуть подтолкнуть их вперед, чтобы они упали. Однако, с правой стороны, той, где лежала на краю Скут, через всю его морду красовался здоровенный кровоподтек. Третий прижал к стене Свити. Причем как-то нехорошо прижал — лицом к стене. Рядом валялись пустые фляги.

— О-па! Ребята! Да тут у них защитничек выискался! — заулыбался главный.

— Валил бы ты отсюда, а? — посоветовал тот, что прижимал Свити. — А то и тебя оприходуем! — он хлопнул Свити по крупу. Та, в ужасе, сжалась.

— Ага! — кивнул тот, что держал Блум и Скуталу. — Или погоди! Щас они нам за воду заплатят по разику и мы, может, разрешим вам набрать фляжку! — он слегка нажал на обеих и ухмыльнулся.

Те возмущенно пискнули.

— Прекратите хамить. Я не в том настроении, чтобы болтать. Отпустили их и свалили! Быстро!

Я напрягся, пытаясь взглядом показать, что сначала надо освободить троицу. Того, что у колодца, я брал на себя. Из, похоже, заметил меня — еле заметно моргнул. Будем надеяться — понял. Я показал на него, потом на Свити. Из снова моргнул.

— Ой-ой! Как я испугался! Ты кто такой, пугало огородное?

— Тот, кто порвет тебе круп, если ты их сейчас не отпустишь, — со спокойной, уверенной угрозой проговорил Из.

Свити, тоже заметила меня. Я попробовал показать, чтобы она бежала за этот угол дома. Не знаю, поняла ли. Посмотрим.

— Слыхали, ребят? Он мне круп порвет! — хохотнул главный.

— Ха! Посмотрел бы я на это! — показал зубы тот, что держал Свити. — Кхм! Ну… То есть… Ну ты понял.

— Я тебя давно понял. Извращенец ты извращенец и есть.

— Ну…

— А не боишься, что это тебе самому порвут? — ощерился в сторону Иза тот, что держал Скут и Блум. О! Да он, похоже, и зуба недавно лишился! Хороший, видимо, был удар! — А то мы те щас это устро…

Договорить он не успел!

Скуталу все-таки извернулась и влепила ему еще раз! Да и Блум добавила, когда тот отпустил их после первого удара! Чувствовалась тренировка на яблонях! Вот только делать этого не стоило — отпустив, он тут же толкнул их вперед — в колодец!

Скуталу и Эпл Блум, завизжав, начали падать внутрь.

Я прыгнул, расправляя крылья. Уже через секунду, оттолкнув урода, я влетел в довольно широкий колодец, успевая перед самой водой подхватить Блум, и подставляя спину Скуталу, сумевшей ненадолго зависнуть в воздухе! Я рванулся вверх! Все это заняло от силы несколько секунд!

— Действуй! — заорал я, стрелой вылетая из темного, сырого зева.

Впрочем, зря орал. Из уже начал. Одним прыжком он оказался возле Свити, отпихнув державшего ее негодяя и толкая ее к тому углу, за которым несколько секунд назад прятался я:

— Беги!

Дважды ей повторять не пришлось! Бель, свернув за угол, припустила со всех ног! Я видел, как уже по дороге к магазинчику, из которого как раз показались Деринг, Дерпи и Эплджек, ее перехватила Радуга.

Однако, я не могу висеть так долго — Блум уже еле держалась.

— Оставляю их на тебя! — крикнул я Изу, устремляясь к тому же магазину. — Только не убивай! Не стоит того!

— Постараюсь! — отвлекшись на долю секунды от драки, рыкнул тот. — Идите! Догоню!

* * *

— А видали, как я ему заехала, а? Красота! — ухмылялась Скут.

— Ну! Я-т не хуже была потом! — вторила ей Блум.

Подобный разговор шел уже довольно долго, когда нас, наконец, догнал Из с чьей-то сумкой на боку:

— Ну вы и скоростные, — ухмыльнулся он, скидывая сумку. — Вот. Разбирайте воду.

— Здорово! — Радуга, зависнув сверху, на секунду обхватила его за шею, затем заглянула в глаза. — А с теми что? Неужели ты их…

— Да нет. Алекс ведь просил. Отправил их исследовать тот колодец.

Услышавшие это Меткоискательницы как-то дружно ухмыльнулись.

— Ну… — чуть поморщилась ЭйДжей. — Мож-т оно и не особо… Но они того точно заслужили!

Мы оглянулись на город.

— Так! Ну мы хотим еще сколько-то пройти сегодня или как? — одернула всех Деринг. — Если хотим, так чего застыли! Вперед! Впереди нас еще пустыня ждет, а это не шутка!

ГЛАВА 25

Затерянные в песках

Это был сущий кошмар.

Безоблачное небо над головами. Нестерпимо яркое, палящее солнце в вышине. Песок, смешанный с камнями и пылью под копытами. Редкие клочки засохшей растительности. Камни вокруг. И жара. Нестерпимая, отупляющая, убивающая жара.

Мы плелись по каменистой, по крайней мере, в этом месте, Сан-Паломино уже часа три или больше. Слава Селестии, что мы могли здесь ориентироваться. Каким-то чудом, но продавец в лавке согласился поменять на нашу еду небольшую карту пустыни и столь же небольшую палатку.

Целых три часа. Три часа палящего зноя. Уцелевшие кепи мы раздали нашим жеребятам, которым они были не по размеру. И теперь рисковали еще и свалиться от удара. А что самое паршивое, так это то, что за последние три часа мы уже выпили весьма приличную часть запасенной воды.

— Все! Я так больше не могу! — взмолилась Дэш. — Давайте хоть остановимся?! У меня сейчас уже перья дымиться начнут от этой жары!

— В самом деле, — кивнула, поддерживая ее, Деринг. — Пора. Переждем до вечера, — она огляделась.

Невдалеке виднелась низенькая каменная гряда. Под ее защитой мы и поставили палатку. Камни могли хоть как-то прикрыть нас от поднявшегося вдруг ветра. Конечно, держалась палатка плохо. Пришлось основательно повозиться. Но, наконец, и с этим было покончено.

— Уф! С палаткой ясно, — растянулась на полу ЭйДжей. — А че будем делать со второй проблемой — с водой?

— Не второй, а первой! — поправила ее Деринг. — С такой скоростью, ее не будет уже завтра.

— Агась. Пусть с первой.

— Лично у меня уже никаких сил сегодня чего-то искать, — Радуга устало уселась рядом с ЭйДжей. Вяло колыхнула крыльями. — Во! Даже крыльями взмахнуть и то сил нет!

— Честно говоря, я тоже подвыдохся, — Из также уселся рядом с Дэш.

— Я, конечно, могла бы пойти, но чем я смогу помочь? — развела копытами Дитзи. — Там наверняка важнее глаза, а вот с этим у меня… неидеальненько.

— Так, — Деринг чуть наклонила голову набок. — Но вода-то нужна будет всем! Кто-то должен мне помочь!

— Помогу, — кивнул я.

— Хорошо, но даже нас вдвоем может быть маловато…

От круга шушукавшихся о чем-то подруг отделилась Эпл Блум:

— А мы на что? Мы тоже пойдем!

— Конечно! Мы вам поможем! — улыбнулась Свити Бель.

— Ага! — кивнула Скуталу.

Наступило молчание.

— Ну, что? — прервал его я. — Вроде возражений нет? Тогда так. Эплджек и Радуга — с вас ужин.

ЭйДжей кивнула.

— Не, я че, кухарка? — тут же последовал возмущенный вопль Радуги.

— Или так или с нами за водой! — чуть улыбнулся я.

— Вот же… Ну ладно… — надулась Дэш. — Но насчет своих кулинарных талантов я предупреждала!

— Рискнем! Далее. Дитзи.

— Ага?

— Устрой сегодня связь с Понивиллем. Давно мы не выходили в эфир.

— Есть! Про батареи помнишь, да?

— Конечно. Но мы уже близко. Тут, думаю, уже нечего жалеть.

— Ладно.

— Из. С тебя, само собой, охрана и помощь остальным, в чем только потребуется.

— Помощь, так помощь.

— О! — встрепенулась Радуга. — Буду на тебе свою готовку отрабатывать! И только попробуй не съесть! — ухмыльнулась она.

— Я и Деринг идем за водой.

— А м-мы-ы-ы? — повесив голову, исподлобья глянула на меня Блум. Свити и Скуталу смотрели еще жалостнее.

— Вы?

— Угу-у-у… — дружно промычали все трое.

— Ну, раз уж никто не возражает, то и вы с нами.

— УРА!!! — сотрясли палатку три луженых глотки.

Трио в миг повеселело. Звонко хлопнули в воздухе копытца:

— МЕТКОИСКАТЕЛИ — ВОДОИСКАТЕЛИ ВПЕРЕД!!!

* * *

Прошло уже какое-то время с тех пор, как мы отправились на поиски воды.

— А что мы ищем? — спросила Блум.

— Мы ищем камень, — Деринг ткнула копытом куда-то правее нас. — И во-о-он тот кажется подойдет!

— Бр-р-р! — потрясла головой Скуталу. — Мы что, будем выжимать воду из камня?

Меткоискательницы заулыбались.

— Конечно нет, — Деринг повернулась к ним. — Но это один из способов. И, в нашем случае, наверное, один из самых действенных. Вы наверняка помните, что по ночам на камнях образуется много росы, да?

— Да, — кивнула за всех Свити. Остальные, похоже, не были в этом так уверены.

— Так вот. Принцип тот же. Под некоторыми камнями оказывается много воды. Наша задача — докопаться до нее. Кстати. Вот вам и еще один способ, на случай если воды нет совсем — можно слизывать влагу с камней. Алекс! Не пороешь во-о-он там?

— Уже иду!

— А как определить, где подходящий камень? — задала логичный вопрос Свити.

— Очень просто. Чем больше рядом растительности, тем он и более подходящий.

— Агась, значит… — Блум огляделась. — А во-о-он тот подойдет?

— Вполне.

— Мож-т мы там попробуем?

— Конечно.

— Ура! Вперед!

Через несколько секунд указанный камень скрылся в клубах пыли.

Деринг, копавшая невдалеке от меня, только покачала головой:

— Столько энергии. Даже я каждый раз удивляюсь.

Я только хмыкнул. Зная их дольше, чем она, я уже ничему не удивлялся. Ну… Почти ничему.

— У тебя что-то есть?

— Не-а, сухо, — ответил я.

— Обидно. Придется искать еще.

Вдруг, со стороны жеребят…

Не донеслось ничего!

Нет, поймите меня верно! Если бы они, например, заорали, это было бы куда как менее странно, чем навалившаяся вдруг мертвая тишина. Тишина — то, чего от них не ждешь. Уж если затихли — жди беды.

Осознав это, я бросил бесполезную яму, и, вместе с Деринг, поспешил к тому камню, который обкапывало трио.

Все трое стояли, обступив вырытую ими яму. Не малую такую ямку. Правда, почему-то больше в ширину. Было такое ощущение, что еще немного, и камень начнет туда заваливаться. Не зная энтузиазма этих трех, сказал бы, что тут поработало отделение гвардейцев, а не три жеребенка.

— Чего случилось? Чего затихли? — подошел я.

Скуталу обернулась и молча показала вниз, в яму.

Я заглянул. Мда… Во как… Интересненько!

На дне абсолютно сухой ямы лежал скелет.

Ну… Что я мог сказать? Чистенький. Сухой. Желтоватый. По всей вероятности — пегас. Сохранились какие-то остатки совершенно неузнаваемой летной формы, неопределяемого уже цвета. Вот, пожалуй, и все.

Деринг, хмыкнув, спрыгнула вниз. Наклонилась над скелетом. Что-то оторвала. Выпрямившись, показала нам находку. Это была какая-то нагрудная табличка, сохранившаяся на остатках формы. Очень неплохо сохранившаяся. Похоже, сухой воздух пустыни сыграл свою роль — на ней не было даже следа ржавчины, лишь слезла эмаль, видимо, покрывавшая ее когда-то.

— "Консли В-24-64"* — прищурившись, прочитал я. — Интересно, что бы это могло значить?

Наши взгляды обратились к Деринг.

— Ну… В пустыне даже возраст останков бывает трудно определить на глаз… — она потерла нос. — Навскидку… Ну… Мне почему-то вспомнились сейчас отряды пегасов, создававшиеся еще в первую войну с Дискордом, для борьбы со всяческими летающими… существами, и просуществовавшие еще какое-то время после. Быть может, это кто-то из тех пегасов. А может и нет. Я всего лишь археолог-практик, а тут без яйцеголовых любителей пыльных книг не разобраться.

Юные архиОлухи вздохнули. Честно говоря, я тоже немного надеялся на какую-нибудь занимательную историю. Жаль. Единственная доступная нам "любительница пыльных книг" осталась в Понивилле. Видимо, эту загадку придется отложить до лучших времен.

— Ну, что? Тогда остается только похоронить как положено? — достал я нож, намереваясь накарябать на камне это самое "Консли В-24-64".

— Давай, — кивнула Деринг.

— Погодите! — вдруг тормознула нас Скуталу.

Она спрыгнула в яму и, отпихнув кости ногой, вытащила какой-то тонкий кусок металла, лежавший с края.

— Че это?

— Что ты нашла? — тут же облепили ее остальные.

— Тьфу! — на песок полетела какая-то табличка. — Не знаю, но вроде смахивает на карту, не?

Я подошел ближе и присмотрелся. Ну точно! На куске какой-то медной обшивки или чего-то вроде этого, была накарябана карта! На другой стороне чем-то острым были процарапаны какие-то слова. И хотя буквы потерлись, а почерк становился к концу резким, дерганым и все менее понятным, так, будто автор прилагал все больше усилий к тому, чтобы сделать еще одну черточку, но я все же смог прочитать:

"Все погиб… Ост…лась …дна. Крылья сломаны. Попытаюсь вы…аться. Все с собой не унести. Это карта до тай…ка. Это солнце убьет …еня раньше, чем раны. Воды уж… нет. Силы на исходе. Пох…же мне не дойти. Похоже самую важную битву в жизни я все-…аки проиграла. Ненави…у прои…вать! Не… сил даже по…няться. Еле держу гвоз… Если найд…е — передайте гва…ии, ч… я сделала все, что смогла. Эт… …онец. Похорон… не в песк… Консл…"

— Передайте гвардии… сделала, что смогла… похороните не в песке… — повторил я вслух, осев крупом на раскаленный песок, но, даже не замечая этого. — Передайте гвардии…

Остальные молча смотрели на меня.

Я огляделся, пытаясь точнее запомнить местность. Вроде несложно.

— Что делать будем, командир? — без тени иронии тихо спросила Деринг.

— А что делать? Зарываем слегка и отмечаем место. Конечно, мы обязаны выполнить ее волю. Но сейчас мы этого сделать не сможем. Позже или вернемся сами или кого-то пришлем. Но сделать это надо будет обязательно.

— А карта? — также тихо спросила Блум. — Мы ее проверим? Ну… то есть… че там за тайник…

— Если я правильно понимаю, то нам почти по пути, — кивнул той я. — Так что попробуем его поискать.

Я поднялся.

— Так. А сейчас — помогите-ка мне ее закопать.

С тяжелым сердцем отходили мы от камня, оказавшегося могильным. Но ничего. Мы еще вернемся. Мы сделаем все как надо. Обещаю.

* * *

С водой нам все же повезло.

Вернее, повезло архиОлухам. При повторной попытке подкопать уже другой камень они нашли-таки воду. Пусть не без некоторого количества песка, но все-таки хорошую, очищенную самой природой, живительную воду.

Мы, не без торжествования, вломились в палатку.

Внутри, как ни странно, находились только Эплджек и Радуга. Ни Дерпи, ни Иза не было видно. О чем, я, естественно, тут же и спросил.

— Дерпи на камни куда-т забраться решила, вродь там связь лучше, — слегка улыбнулась, повернувшись ко мне, ЭйДжей, — А за Иза не знаю. Он просто вылетел куда-т, — она обернулась к Дэш. — Давай-ка уже пожрем, а? Где, там твой обещанный суп?

Дэш передала единственный, уцелевший в нелегкой борьбе котелок.

— Ну, наконец-т! — ЭйДжей сделала щедрый глоток. И разве что не позеленела!

— Пф-ф-фу! — полетели в стороны брызги. — С-селестия… Че эт за дрянь?!

— Это? Это суп… — удивленно пробормотала Дэш.

— Это ж из че можно приготовить такую гадость?

— Да какую гадость, какую гадость! Ну-ка дай сюда!

— Ты че, еще и не пробовала че готовишь?

— Нет, конечно! Я же помню рецепт! Вроде… Ну, правда, кой-чего у нас не было, пришлось заменить на то, что было…

— Ну-ну. Держи.

Улыбающаяся Дэш храбро набрала в рот густого зеленого "нечто" и принялась его пережевывать. Улыбка угасла. Дэш сморщилась. Мелко задрожала. Судорожно сглотнула…

— Пф-ф-фэ-э… Бэ-э-э-э-э… — вывалила она язык. — Что за дрянь?!!

— Эт? Эт не дрянь, эт твой суп.

— Да буы… быть того не может! — Дэш резко поднесла копыто ко рту. — Но Из же съел! Даже еще и добуа… добавки… попросил!

— Из? По-моему, он вытерпит от кого-т и не такое, — тихо пробормотала Эплджек, отведя взгляд куда-то в сторону.

Радуга села, закрыв рот обоими копытами и глубоко вдыхая… Постепенно что-то менялось в выражении ее глаз…

— Из… — тихо прошептала она. — Ну какой же ты… Из…

Впрочем, она тут же взяла себя в копыта, поднялась, скривилась, снова поднесла копыто ко рту:

— Простите. Надо еще… кой-чего проверить. Я скоро! — и быстро выбежала вон.

— А что-то, кроме фирменного супа от шеф-повара Радуги у нас есть? — обратился я к ЭйДжей.

— Агась. Есть еще бутерброды с разной зеленью. От меня! А че с водой?

— С водой все здорово! — опередила меня Блум, — Ну… Кроме наших меток, конечно…

— А можно нам по бутербродику? — как всегда культурно спросила Свити, указывая на довольно внушительную горку, которую ЭйДжей вытряхнула из добытой ранее Изом сумки.

— Ага, а то уже так жрать охота! — добавила Скут.

— Канешн!

Рой жеребят налетел на еду!

— Э! Э! Нам-то оставьте! — в панике устремилась к ним Деринг.

Я не успел оглянуться, как от горы не осталось ровным счетом ничего! Лишь развалившееся полусонное трио со вздувшимися животами и несильно от них отставшая Деринг.

— Кхм. Мда… — пробормотал я, обозревая эту картину и внутренне смиряясь с вынужденной голодовкой.

— Алекс, — тихо позвала улыбающаяся ЭйДжей. — Я тут оставила еще. Для нас…

Я, садясь рядом, улыбнулся в ответ:

— Здорово…

Радуга, вернулась действительно довольно скоро.

Бок о бок с Изом, и почти такая же бледная. Бледность Иза, конечно была мало заметна из-за его природной белизны, но по выражению лица читалось, что то, что мы нашли воду, и притом, достаточно много, нам еще ой как пригодится. Не говоря ни слова, они рухнули на пол, тесно прижавшись друг к дружке. Да и как иначе? Ведь места в палатке не осталось совсем.

Последней заглянула внутрь Дерпи.

— Алекс? Тут?

— Угумпф! Фо фам? — я дожевывал бутерброд.

— Кончай есть! Мне оставь! Есть связь с Понивиллем. Поторопись — батарея совсем дохлая.

— Бегу!

* * *

— Анноун вызывает Понивилль! Анноун вызывает Понивилль! Понивилль, ответь Анноуну!

— Анноун, это Понивилль, — раздался в трубке знакомый голос. — Рад тебя слышать, "скороспелый"!

— А уж как я тебя, Кэп! Что там творится?

— Да так… Почти ничего нового. Разве что твари вроде умнее стали. Все сложнее и сложнее с ними. Да… У меня тут не очень приятная новость. Скажи там, сам кому надо. В общем… Бабуля Смит сейчас в больнице. Сердце.

— Понял. Я передам Эплджек. Еще что-то важное?

— Да. Погоди, тут с тобой хотят поговорить.

Это интересно. Кто хотел бы говорить со мной, кроме "отставника"?

— НАШ ВЕРНЫЙ КАПИТАН!!! — громовым раскатом раздалось, вдруг из динамика. — Прости…

Я аж закашлялся! Вот уж кого я точно ожидал услышать меньше всех! Однако я быстро пришел в себя:

— Здравия желаю, Ваше высочество!

— Спасибо, наш капитан. Мы желали бы из первых уст услышать всю историю и рассказ о том, как идут поиски похищенного артефакта.

Конечно, я, вкратце, меньше, чем за минуту, пересказал Луне все историю.

— Мы довольны, все идет достаточно быстро. Однако, тебе стоит торопиться настолько, насколько это возможно. Пока мы держим все под контролем, но тебе не стоит забывать о времени.

— Да, Ваше высочество!

— Удачи тебе, Алекс. Мы верим в тебя!

— Спасибо, Ваше высочество! Доверие оправдаю!

В динамике вновь прорезался голос "отставника", но ничего нового он уже не сказал. Звук становился все тише и тише. Я еле успел сообщить, о садящейся батарее до того, как она окончательно оборвала разговор.

Так. Все. Связи конец. Теперь уже мы остаемся одни и не сможем дать о себе знать, даже если нам понадобится помощь. Ладно. Будем надеяться, что путешествие через пустыню пройдет если и не гладко, то без серьезных проблем. В конце концов, это лишь очередной переход. По крайней мере у нас была Деринг, да и я кое-чего знал. Вместе, это давало мне уверенность в наших шансах. Дойдем. Никуда мы не денемся. Я стянул наушник и устало прищурился на солнце. Теперь надо было пойти и как следует отдохнуть до наступления вечера.

Я втиснулся в палатку и почти мгновенно провалился в сон.

* * *

Проснулся я от того, что кто-то на меня наступил.

Попробовал было снова заснуть, но, похоже, это перебило сон. Приоткрыв через какое-то время глаза, я огляделся. И не обнаружил в палатке Скуталу. Странно.

Прошло еще несколько минут. Однако ее уже долговато не было. Я осторожно, пытаясь никого не задеть и не разбудить, поднялся и, стараясь не шуметь даже пологом палатки, вышел.

Солнце тихо и спокойно клонилось за горизонт. Уже веяло откуда-то прохладным ветерком. Вокруг посвежело. Наконец, после удушающей жары дня, можно было отдохнуть. А значит, — скоро в путь. Ночной переход будет длинным.

Впереди, на некотором отдалении от палатки, на разогретом после дневной жары, но успевшем уже немного остыть камне лежала Скуталу, и следила за тем, как медленно и плавно уходит за горизонт солнце, опускаемое магией Селестии.

Я подошел ближе и привалился к камню. Скуталу вздрогнула и повернулась, но я так ничего и не сказал. Мы долго молча смотрели на горизонт.

Скут вздохнула:

— А знаешь, зачем нам понадобилась тогда карта?

— Нет. Зачем?

— Ну… Это, конечно была не моя идея… Свити вспомнила, что когда-то читала что-то о возможности перемещений между мирами. А я, вот, сейчас лежу и думаю: "А ведь это наверно жутко интересно, вот так вот взять да и оказаться в совершенно неизвестном тебе месте, где все на тебя не похожи…" А ты как думаешь?

— Я…

Честно говоря, я смешался. Я не знал что ответить.

— Да?

— Все это очень неоднозначно… Хорошо, если мир, в который ты попадешь лучше твоего собственного. А если нет? Если там война? Болезни? Голод? Еще что-то столь же страшное и неостановимое?

— Тогда… Тогда не знаю, — погрустнела Скут.

— Учти еще, что при этом шансы вернуться домой практически теряются…

— Ну да…

— А как все это было связано с картой?

— Свити сказала, что часто можно попасть в другой мир во всяких жутковатых местах. Навроде пещер, там, или дыр каких-нибудь. Вроде проваливаешься ты в дыру тут, выпадаешь, а ты уже там! А там, рядом с нами, как раз какая-то старая подземная тюрьма была. Ну Блум и сказала, что местечко-то как раз что надо! Вот мы и захотели посмотреть.

— И что? Рискнули бы?

— Не знаю. Я, так наверно нет. И здесь-то все непросто, а что будет там? Тут-то все только начало как-то… налаживаться… — взглянула она на меня. — Так что… Но ведь все это наверняка полный бред, так?

— Кто знает, кто знает… — уклончиво ответил я. — Любой бред имеет в себе какое-то зерно истины. Быть может, что-то в этом есть. А может и нет.

— Ага…

Мы вновь на какое-то время замолчали.

— А ведь все это, наверно, очень интересно… — прервала затянувшуюся паузу Скуталу и слегка улыбнулась.

— Ты о чем? — не сразу понял я.

— Ну… Обо всем вот этом, — она пошевелила копытом, как бы пытаясь показать на все, происходящее сейчас. — Вот об этом нашем путешествии. О твоей работе. О помощи другим пони. Ведь все это здорово…

— Да, конечно, — я все еще недопонимал, куда она клонит.

— Вот есть во всем этом что-то для меня… Что-то мое… Может быть, не совсем вот так вот, но есть что-то… И страшно бывает иногда вроде но и интересно… Даже не знаю, как и сказать-то… Что-то, что могло бы меня заинтересовать. Вот так наверно.

— Что-то близкое тебе по духу?

— Ну… Да. Наверно, да. Меня ведь всегда тянуло на приключения. Не такие, конечно, но… Слушай! — вдруг встрепенулась она.

— Да?

— Я, может, и многого хочу, но…

— Но?

— А не мог бы ты брать меня с собой? Ну хотя бы иногда, а? Хоть рядом побыть, посмотреть там… А?

В ее глазах блестел озорной лучик… Как я мог отказать?

— Конечно. Когда только это будет возможно.

— Ура! — громким шепотом прокричала она, спрыгивая с камня и на секунду повисая у меня на шее. — Спасибо, Алекс!

— Да ладно… Пошли, лучше, подремлем еще часок перед походом.

— Ладно. Пошли.

Перед тем, как снова нырнуть в темную теплоту палатки я обернулся, бросив взгляд на последние лучи заходящего солнца. Что будет дальше со всеми нами… Кто бы дал ответ…

* * *

Мы брели в темноте уже несколько часов. Хорошо еще, что неуправляемая погода не проявляла себя над пустыней — небо было чистым и глубоким. Была видна каждая мельчайшая звездочка, а значит, можно было по ним ориентироваться. Кроме того, Из подсказал еще один способ, которым мы для проверки пользовались, пока была такая возможность. Он вспомнил, что когда-то для того, чтобы воины не сбивались с пути ночью, использовались сигнальные костры. В том направлении, которого надо было придерживаться, разжигались костры. Складывались они так, чтобы прямая между ними точно указывала направление движения. А потом командир постоянно оглядывался — совпадают ли костры, если да — отряд идет верно. Конечно, это была пустыня, но сухостоя для костра тут хватало. Так что способом можно было пользоваться.

Уже показались первые лучи восходящего солнца, когда впереди, за очередным холмом из песка и камней, показалась какая-то зелень. Судя по картам, как обычной, так и той, что поделился с нами скелет, это было то место, куда мы стремились — крошечный зеленый оазис посреди бесплодной пустыни.

— Мда… Чего-то это и на оазис-то не особо похоже, — спустилась на землю Дэш. — Здесь и воды-то совсем не видно.

— Вода есть, — задумчиво проговорила Деринг. — Только вот глубоко она вся… Насколько? Да кто знает. Может, чуть копнуть, и появится, а может, и при всем желании, не докопаемся.

— Угу, — кивнул Из — Ну вода, положим, у нас пока есть. А вот найти тайник было бы интересно. Хотя шансы, откровенно говоря, невелики — кто знает, сколько десятилетий, а то и столетий-то прошло. Тут весь ландшафт мог перемениться. Пустыня-то штука подвижная.

— Ну тут, положим, она не особо подвижная, — возразила Деринг. — Камней многовато для подвижности. А значит, и шансик имеется.

— Может и да. Только все равно — где искать-то?

— Наверняка место должно быть заметным…

— А вот та куча камней не подойдет? — вмешалась в разговор Блум и махнула ногой в сторону подозрительно ровной горки булыжников. Да еще и с куском чего-то металлического, воткнутого среди камней.

— А… Э-э-э… Да. — стушевался Из.

— Так че мы ждем?

И трио сорвалось с места.

С незначительной нашей помощью, камни были быстро раскиданы. Однако, к великому нашему огорчению, нашлось под ними весьма немногое. Самым, на первый взгляд, полезным, оказались остатки небольшого кошеля, вернее, вывалившиеся из них в песок битсы. Так же нашлось под камнями несколько еще теплых фляг с непонятным содержимым, часть из которых была герметично закрыта. И несколько каких-то непонятных металлических коробочек, небольшого размера. Были там, конечно, и какие-то бумаги, но вот с ними вышла беда. Стоило Деринг попробовать их поднять, как они развалились в прах.

— Обидно, — вздохнула та. — Наверняка там было что-то интересное, что могло рассказать нам о Консли.

— Агась, — кивнула ЭйДжей. — Но че горевать? Может, че-т и без них узнаем. Может, че-т в Кантерлотских архивах осталось, или там еще где…

— Угу. Но могли же…

Тем временем, троица подруг уже распаковывала найденное.

— Эт-то еще что? — скривилась Свити, разглядывая некую неаппетитную, коричнево-белую субстанцию в открытой коробке.

— Эт? — Блум подозрительно принюхалась. — Смахивает на шоколад. Какой-т он правда…

— Ага. Похож. Но вот я бы точно его пробовать не стала, — Скут потыкала коробочку копытом, — А фот эфо… — она распечатала одну из фляг. — Тьфу!

Скуталу поставила флягу в песок и все трое склонились над ней.

— Фу! Что это за запах такой? — все так же морщась, наклонилась поближе Свити.

— М-м-м… Не знаю, — неуверенно поджала ногу Блум.

Скут оглянулась на нас с Изом.

Тот подошел. Принюхался. Взял флягу в зубы и сделал глоток. Поставил обратно. Облизнулся:

— Ну, что… Неплохо. Совсем неплохо. Не скажешь что ему столько лет. Все еще очень неплохой кофе.

— Кофе? А че эт такое? — заинтересовалась ЭйДжей.

— Крепкий, бодрящий напиток. Варится из определенных зерен. Здесь я его еще не встречал. Пил несколько раз, когда доводилось плавать далеко на юг, — пояснил Из.

— Интересненько… А сколько градусов?

— Ни одного.

— У-у-у… — разочарованно протянула Эплджек. — Тада у него мало шансов.

— Хм, — Дэш потерла подбородок. — Редкий напиток, говоришь…

— Ну да.

— А все редкое обычно нравится всяким там богатеям…

— Точно! — вставила Эплджек, заранее состроив кислую мину, и решительно отхлебнув из фляги. — Помню я такое! Я, когда еще маленькой в Мэйнхеттане у дяди и тети Оранджей жила, пила пару раз такую штуку! Там эт за напиток для высшего света считается. А у нас в Понивилле я его и не видала. Да и ваще с тех пор.

— Здорово, — выражение лица Радуги давало понять, что она что-то задумала. Она повернулась к Изу. — Так может, тебе взять этот, как его…

— Кофе?

— Ага. И продать его, когда вернемся, мистеру Ричи? А тот уже найдет, кому его загнать.

— А что? Так и сделаем! — кивнул Из. — Битсы никогда не помешают.

Тем временем, беспощадное солнце уже вновь поднималось над горизонтом. И снова пора было останавливаться на дневку. А поскольку здесь был, хоть и скрытый, но оазис, хватало крупных валунов вокруг, было, где защититься от ветра, то и останавливаться решено было здесь же. Разве, что ставить палатку лучше было не возле самого оазиса, а чуть дальше, где несколько валунов надежно закрыли бы нас от ветра и песка, а мелкие деревца давали неплохую тень.

Пока гиперактивное трио жеребят носилось вокруг, в попытках найти в окружающей пустоте еще хоть что-то интересное, а остальные готовили лагерь, я вновь расстелил карту. Была еще одна проблема, которая пока нами не поднималась, но уже назрела. Проблема была в карте. Большая и подробная карта Заэплузья, позаимствованная нами в особняке, и ведшая нас все это время, кончалась. Карты основной части Эквестрии безвозвратно погибли вместе с остальным нашим имуществом. Конечно, я примерно представлял, что идти нам еще что-то около суток, но вот как нам при этом не сбиться с курса? Как правильно проложить маршрут, ничего для этого не имея? Для меня это пока так и оставалось не разрешимым вопросом.

Примерно с такими мыслями я зашел палатку и огляделся.

Я уже говорил, что палатка у нас была крошечной? Почти все место внутри было уже занято. Чтобы как-то поместиться, приходилось лежать, плотно прижимаясь друг к другу, да и то места не хватало. Из и положившая на него переднюю ногу Радуга, Дитзи и Деринг. Только рядом с ЭйДжей еще было местечко, на которое я, конечно, тут же и устроился. Почти сразу за мной, вошли усталые, и, судя по виду, так ничего и не нашедшие соклубницы. Свити Бель быстро избрала в качестве постели спины Радуги и Иза. Эпл Блум в той же роли более подошли мы с Эплджек. Скуталу в нерешительности остановилась — места практически не было. Видя это, я плотнее прижался боком ко вздрогнувшей и одарившей меня непередаваемым взглядом ЭйДжей, давая возможность зевающей Скут устроиться под вторым.

Я накрыл крылом мгновенно задремавшую Скуталу, обнял ЭйДжей, пытаясь сделать это так, чтобы не заметила засопевшая уже Блум.

Что ж. Будем надеяться, что во сне придет дельная мысль.

ГЛАВА 26

Караван

Проснулся я оттого, что меня тихонько растолкала Дитзи.

— Что слу… — начал было я, но она тут же заткнула мне рот, едва не выбив копытом зубы.

— Тс-с-с! Слушай! — еле слышно шепнула она.

Я прислушался.

Все верно! Возле оазиса мы были уже не одни! Ай да Дерпи! Ай да слух!

Я тихонько кивнул в знак того, что копыто из моего рта можно уже вытаскивать.

— Что делаем? — все так же тихо спросила серая, глядя одним глазом на вход в палатку, а вторым на меня.

— Будь начеку. Пока никого не буди — будет больше шума. Я посмотрю, кто это.

Дерпи кивнула.

Я тихо приоткрыл полог палатки и огляделся. Солнце, похоже, лишь недавно перевалило за полдень. Даже здесь, в тени деревьев, жара была одуряющей. Однако рядом никого не было. Похоже, шум разговора доносился из-за камней, отделяющих нас от основной части оазиса. Я прижался к одному из них, желая узнать, что за соседи к нам тут подселились. И тут же с шипением отпрянул! Камень был раскален, как сковорода! Однако, я все же кое-что услышал:

— Ленивые кобылы! Вам бы только валяться да ничего не делать! Ладно. Отдыхаем здесь еще час и идем дальше.

— Но…

— Никаких но! Ты что, тупой осел, забыл, что нас к утру ждут в Форт Пониреде? Что у нас груз проплачен заказчиком наперед? А нам еще нужно найти местных, раз уж впервые туда идем, заплатить им, узнать про поезд, который тоже ждать не будет, и заплатить кому-то из машинистов! Забыл? Или ты намерен возвращать сто тысяч золотых из своего кармана за недоставленный вовремя груз?

— Не, конечно… Только чего ты так про моих родственников? Никакие они не тупые… Да и я не совсем осел вроде…

— Уй! — над оазисом раскатился звучный шлепок. — Остальные поняли?

— Да. Конечно. Ага. Понятно все, — раздался нестройный хор голосов.

— Вот и отлично. Соль ждать не будет!

— Так вот оно что! Соль! — раздался шепот за моей спиной.

Я вздрогнул. Не знаю, как, но я удержался, чтобы не ударить говорившего. Из медленно подошел ко мне и выглянул из-за камня.

— Ого! — снова прошептал он. — Раз, два… Одиннадцать. И из них десять нагружены…

Я высунулся вслед за ним. Все верно. Чуть в стороне от нас, но достаточно, чтоб не слышать шепота, разлеглись десять крупных, мускулистых жеребцов. Или не совсем… Один из лежавших, похоже, был явным лошаком, если уж уточнять. Одиннадцатый, в довольно дорогой походной накидке и каком-то непонятном головном уборе, стоял посреди них, повернувшись к нам крупом. На остальных из одежды были только какие-то тряпки на головах. Все при оружии. Нападать на такой табун будет бесполезно и довольно опасно.

— Думаешь контрабандисты? — повернулся я к Изу, вновь укрываясь за камнем.

— А чего тут думать? Не для Кантерлотских же ресторанов они столько соли везут? Как и в каких ритуалах она может использоваться? Или как может действовать, особенно если она "особо" концентрированная? Рассказать или сам догадаешься?

— Знаю, — мрачно кивнул я. — Забавная штука. В малых-то количествах куда угодно годится, а концентрат может так пристрастить, что и дом продашь…

— Умничка. Садись, пять. Потому-то ее и отпускают везде в таких небольших количествах и учет ведут. А тут Дискорд его знает, сколько в этих мешках.

— Ну… Если им заплатили сто тысяч битсов…

— Угу. Значит, получатель планирует наварить на этом тысяч триста, не меньше. Это, если они ему и соль добывали, а не просто доставляют. А если есть еще кто-то, так и все пятьсот.

— Мда… — задумался я. — По-хорошему, я, как офицер гвардии, должен не допустить попадания этой партии в копыта заказчика, а то и выяснить, кто этот заказчик. Но тут это делать бесполезно…

— Ого! — вдруг тихонько воскликнул Из, — А их главного я кажись помню! Привет из прошлой жизни, — он невесело ухмыльнулся. — Его брать действительно бесполезно, хотя в лицо он меня не знает, но… Нужен план! Думай!

— Кажется у меня уже кое-что есть, — я потер подбородок и ухмыльнулся. — А вот сработает ли? Вот это мы поглядим!

* * *

— И вот объясните мне! Какого мы поперлись сегодня в самую жару? — ныла Радуга.

Наш небольшой караванчик вот уже, наверное, час тащился по пустыне, стараясь не слишком отставать от каравана контрабандистов. Впрочем, желания их нагнать у нас тоже не было. Мы пытались держать расстояние.

— Но я ведь уже объяснил? — удивился Из. — Нам нужно не отстать от этих типов. Иначе мы останемся практически без карты. Не считать же ту мазню с метками оазисов за карту? Значит, нужно идти вслед!

— Да знаю я, — сразу прекратила Дэш, кинув на того грустный взгляд. — Но ты ведь настаиваешь, чтоб я по земле, вернее по песку и камням перлась? Понимаю. Чтоб не выдать. Но поныть-то я могу?

— Аг-га… — только и выдавил пораженный логичностью услышанного Из.

— А че мы просто с ними не пошли? — приподнялась Блум, до того делавшая вид, что уже устала и дремавшая на спине Эплджек.

— Ага? — поддержала Свити, проделывавшая тот же трюк с Деринг.

— Ну… — Из опять потерялся.

— Мы просто не можем этого сделать, — я попробовал пресечь эту тему, глянув на выражение лица Скуталу, шедшей рядом.

— С ними что-то не так? — высказала та догадку вслух. — Кто они такие? Они опасны, да?

— Да, — выдохнул я, смиряясь. — Они контрабандисты. И весьма, притом, наглые. Или тупые, чтоб действовать так открыто.

— И мы их поймаем, да? — три пары светящихся счастьем глаз сфокусировались на мне.

— Да, — мне ничего не оставалось, как кивнуть. — Или, скорее, проучим. Но в этот раз вы посмотрите, как действуют профессионалы! И таким образом поучитесь! — спешно добавил я, заметив потускневшие улыбки юных охотниц за контрабандистами. Хотя нет. Не всех. Улыбка Скут не потускнела совсем…

Ладно. Эти, положим, поверили в какой-то супер крутой и нерушимый план, в котором предусмотрено все. Теперь бы его разработать. А главное, заставить контрабандистов четко его придерживаться…

* * *

Новорожденное солнце первыми, еще неяркими своими лучами пробило ночную мглу над горизонтом, торопясь вновь погрузить остывшую землю в горячий кисель пустынного, безоблачного дня. Проснулись и заорали первые птицы. Небольшой городок, выросший когда-то рядом со старым фортом и за прошедшие столетия, казалось, обзаведшийся изо всех современных атрибутов только железнодорожной станцией, еще сонно зевал вместе со своими жителями, все еще сладко потягивавшимися в теплых постелях, когда на главной из двух его улиц показались одиннадцать тяжело груженых пони. Вернее, тяжело было лишь десятерым, тащившим огромные мешки, одиннадцатый же, по виду — явный купец, шел впереди, зорко поглядывая по сторонам. Однако он все же вздрогнул, когда дорогу ему резко, как из-под земли, заступила пара абсолютно черных пони. Еще двое, столь же черных, вдруг оказались по бокам.

— А ну-ка притормози-ка, приятель! — произнес один из тех, что заступили дорогу, выступив чуть вперед. — И не вздумайте рыпаться!

— Д-да мы стоим, стоим… — нервно пробормотал купец.

— А теперь говори, купчик, что за товар у тебя в мешочках? И какое право ты имеешь привозить его в НАШ город? Что за дела у тебя тут?

Купец громко выдохнул, явно понимая, к чему идет дело.

— Что за товар я везу, это неважно. Важно то, что я везу его не сюда и, что я готов… э-э-э… Уплатить некоторый взнос за ваше беспокойство. Вас разве не предупредили обо мне? — уже спокойней проговорил он, — Какая сумма устроила бы вашего… э-э-э… мэра?

— Что ж. Есть вещи, о которых непринято расспрашивать, — кивнул черный. — И этот груз одна из них. А нас, устроила бы сумма в тридцать тысяч.

На какое-то мгновенье купец, похоже, потерял дар речи.

— Но… Но это сущий грабеж! Тридцать тысяч! Это же бешеные деньги!

— Ты не прав, приятель. Это еще не грабеж. Это лишь скромная плата за безопасность. Как вашего груза, так и вашу собственную. Здесь слишком многое может случиться, такой уж это неспокойный городок. А жалкие тридцать тысяч обеспечат бдительную охрану твоему товару.

— Но мы не рассчитывали на такую сумму…

— Вы не рассчитывали платить за то, что мы предоставляем вам возможность безопасно переправить груз, даже не уточняя, что это за груз?

— Нет, нет! Конечно рассчитывали! Но мы… я… думал тысячах о… десяти…

— Ребята! — черный огляделся по сторонам. — Да нас тут, похоже, за дурачков держат, а?

Стоящий за его спиной пегас в ковбойской шляпе, с глазами, отблескивавшими темно-красным в зыбком свете догорающей свечи в одиноком уличном фонаре, покачивавшемся перед вывеской расположившегося рядом салуна, резко повел головой. В зубах его блеснул широким лезвием нож.

Купец, похоже, оценил все должным образом:

— Что вы! Что вы! — сглотнул он. — Не надо так нервничать! Сумма в тридцать тысяч действительно велика для нас, но, быть может, вас устроит для начала сумма в двадцать тысяч, и наше взаимовыгодное сотрудничество в дальнейшем?

— Я думаю, сумма в двадцать пять тысяч заставила бы нас забыть все разногласия и помочь вам решить любые вопросы, — непоколебимым тоном заявил вымогатель.

— Ладно, — задумавшись на секунду, сквозь зубы выдавил торговый гость. — Договорились. Двадцать пять.

Он повернулся и, достав из сумки на боку пять увесистых на вид мешочков, кинул их на землю.

Черный кивнул одному из своих подручных. Тот, подняв кошели и перенеся их ближе к фонарю, по очереди развязал и завязал каждый. Поднял взгляд от тугих мешочков, блеснув желтыми глазами. Коротко кинул:

— Порядок.

— Пересчитывать будете? — буркнул купчина.

— Нет, — кинул черный. — Какой тебе смысл врать. Только себе навредишь. Пошли. Мы покажем тебе станцию.

Черный и его телохранитель развернулись, становясь во главе колонны. Никто не заметил, куда вдруг исчезли те двое, что стояли по сторонам улицы.

На крохотной деревянной станции стоял под парами короткий поезд. Нещадно чадил небольшой паровозик, готовясь сорвать с места скромные пять прицепленных к нему вагонов. Рядом нервно топтался машинист.

— Слава Селестии! Вы все-таки пришли! — воскликнул он, порываясь кинуться навстречу, но в последний момент, сдерживая себя.

— Да, да. Мы пришли, — осадил его черный. — У тебя все готово?

— Да! Да! Конечно! Не извольте беспокоиться! Лучше идите за мной, сейчас я вам все покажу!

Он подвел черного и купца к тендеру с углем.

— А? Как вам?

— Тендер, как тендер, — фыркнул купец. — Чего в нем такого?

— Именно! А так? — машинист куда-то нажал. Кусок борта тендера упал вниз, обнажая скрытую петлю, крепившую его, и то, что у тендера имеется второе дно.

— Великолепно! — воскликнул купец. — Просто идеально! А что будет потом?

— Э! Такое нам неведомо! — отмахнулся машинист и взглянул на прикрепленные к рукаву часы. — Знаю только, что паровоз по пути сменят, а мы в крытое депо на ремонт пойдем. Может, там и заберут ваш груз. Грузите уже, а то мне уже через пару минут трогаться надо будет.

Погрузка была быстро закончена. Купец кинул машинисту тощенький мешочек:

— Держи. Задаток ты получил. Вот остальная тысяча. Где здесь можно заночевать?

— Спасибо сэр! — чуть склонил голову машинист, скрываясь в кабине. Состав дернулся и медленно подпихнул под себя первый рельс.

— На втором этаже салуна есть номера, — ткнул ногой в сторону вывески черный. — Бармен наш. Ступайте, я сейчас догоню.

Он дождался, пока за последним пони закроется калитка салуна и, взмахнув крыльями, кинулся догонять поезд. Его телохранитель летел следом.

* * *

— Ха! Двадцать шесть тысяч! Монетка к монетке! — закончив считать, Из хлопнул копытом по столику и расплылся в довольной улыбке. — Как я иногда обожаю таких лопухов! Хотел бы я видеть их рожи, когда настоящие местные потребуют с них платы!

— Ага, — кивнул я, развалившись на скамье и даже не сняв пока грязного комбинезона. — А пуще того когда наниматель спросит с них за груз! Здорово ты уточнил мой план! Хотя когда ты сказал про тридцать тысяч, это было рискованно.

— Я таких знаю. Сработало ведь?

— Это верно — кивнул я. — Победителей не судят. Хотя все это было в чем-то набором случайностей. Кто знал, что они пойдут дорогой, а мы с того раза знаем путь покороче. Или этот рохля машинист, расколовшийся сразу, стоило только нажать, и которого сейчас сторожит Деринг? Хорошо что хоть напарника ему дали только перед этим рейсом и то такого, которого я видел несколько раз, и в чьей честности не сомневаюсь. Многовато везения как-то.

— А ты хотел бы, чтоб не повезло?

— Да не… Просто подвожу итог и делаю выводы для себя, чтоб в следующий раз обойтись без проколов. А вообще, все действительно здорово вышло!

— И все-таки я эт не особо одобряю… Дэш, верни уже шляпу, агась? Спасибки. Фу! Грязная-т какая! Ты че ее тож в угле возюкала?

— А то! Я ж вся должна была быть черной! А иначе выглядело бы не круто! — Радуга взмахнула крыльями. Черное облачко разлетелось по вагону, накрывая сидящих.

— Кхух! Агась. Лады. От ток давай без таких взмахов пока не помоемся, а? — попросила ЭйДжей, когда все, наконец, прочихались.

— Хи… — смущенно выдавила Дэш. — Простите…

— Агась. Так че я хотела? Да. Не особо мне все это по душе как-т, я хотела сказать. От вродь и наказали кого надо. И при деньгах. И вы даже повеселились вродь… А от че-т все равно не так… Пообещайте хоть, шо эти деньги и соль на благое дело пойдут, шобы я успокоилась.

— Обещаю! — я клятвенно прижал ногу к груди, улыбнулся и, как это когда-то сделала Твайлайт, пытаясь копировать Пинки, залепил себе копытом в глаз, правда, в отличие от нее, предварительно зажмурившись. — Кексик в глаз!

— Обещаю, — вслед за мной прижал ногу Из. Однако повторять пинкиклятву не стал.

— Верю! — улыбнулась Эплджек. — От теперь я спокойна!

— Дерпи! А как у тебя получилось так быстро исчезнуть с деньгами? — я достал из сумки свежее яблоко и, подкинув, как это иногда делала ЭйДжей, словил его ртом. — Фак так у фепя выфло?

— Да у меня ничего и не вышло! Хорошо хоть успела как-то поезд кругом обежать. Там с моей стороны забор был, за которым я пряталась. А перед ним, вдоль всего забора, канава немаленькая такая. Я, когда обратно за забор прятаться уже нужно было, запнулась. Ну и в канаву эту, конечно! Так по ней и ползла до конца улицы. А как ты нас видел?

— Да я на крыше был. Их туда закинул — я показал на Меткоискателей.

— Угу, — кивнула ЭйДжей. — Выходит я была ваще единственной, кто и не участвовала, и мало че видала со своего места. Но, правда, слыхала-т я все хорошо!

— Вам-то хоть хорошо было видно с крыши? — обратился я ко все еще восхищенной троице.

— Агась, отлично!

— Все было видно превосходно!

— Супер!

— А кстати! Вы-то чего углем перемазались? Вас ведь оттуда видно не было?

— А маскировка? — удивилась моему непониманию Скуталу. — Вам ведь могла понадобиться помощь? Вот я и того… Помогла Блум и Свити!

— Ага, — кивнула Свити. — Она на нас ведро угольной пыли высыпала!

— Агась! — улыбнулась Блум. — А че? Классная пони-ниндзя из меня получилась! Кий-я! — оставила она глубокий отпечаток копыта на деревянной стенке.

— Ниндзя! — с улыбкой одернула ее Эплджек. — Хватит поезд ломать!

— А разница? Его ведь теперь все равно перекрашивать! — Блум обвела вагон ногой.

Сплошной слой угольной пыли и грязи, казалось, покрывал уже все вокруг.

И мы расхохотались!

ГЛАВА 27

Беда не приходит одна

Маленький поезд, заливая округу густыми клубами дыма, на предельной для себя скорости несся вперед. Еще немного, и паровозик просто сошел бы с рельс. По нашей просьбе, машинист выжимал из него все, что только мог, благо дорога на Понивилль была абсолютно свободна. Да, от планов пересадки в Кантерлоте нам пришлось отказаться. Во-первых, по тому, что, конечно, надо было узнать, что с бабулей Смит. Во-вторых, Луна должна была быть в Понивилле. Ну и наконец надо было кое-что обсудить с "отставником" и кое-что подготовить.

Уже утром следующего дня мы высадились на перрон Понивилльского вокзальчика. Кое-как выспавшиеся, грязные, оборванные… В общем, герои героями!

Героев никто не встречал. Лишь поприветствовала пара гвардейцев, топтавшаяся у входа в вокзал. Оно и понятно, кто мог знать о нашем приезде?

Город производил довольно гнетущее впечатление. Нет, конечно, не было никаких ужасающих разрушений, дымящихся пепелищ и тому подобного, но тем не менее. Рогатки, мешки с песком а то и просто крупные камни на улицах. Гвардейские патрули на каждом углу. Закрытые магазины. Заколоченные окна первых этажей. Длинная очередь возле ратуши. Судя по услышанному, там раздавали продукты. Похоже, город лишился не только фермы Эплов, но и многих других, а того что было хватало кое-как. Понурые, озабоченные чем-то своим жители, жмущиеся к стенам домов и зачастую приветствующие нас лишь парой брошенных мимоходом слов, а то и вовсе кивком. Все это слишком не вязалось с тем живым, бойким и радостным Понивиллем, который все мы знали. Город изменился. Стал каким-то чужим. Отстраненным. Холодным. И мы должны были это исправить. И как можно скорее!

Где-то рядом раздался звонкий, визгливый голосок.

— Ну, хоть шо-т тут не изменилось! — слегка улыбнулась Эплджек.

В следующий миг из-за поворота на нас вылетел прыгучий розовый шарик!

— Эплджек! Радуга! Из! Алекс! Дерпи! Деринг! Свити Бель! Эпл Блум! Скуталу! Вы не представляете, как я ужасно рада вас всех ви-и-идеть! — завопил шарик, пытаясь с разлету обнять нас всех и сразу. Не получилось. Пришлось повиснуть на нас по-отдельности. Только Меткоискательниц удалось сгрести всех троих разом.

Наша радость встречи вылилась в один совместный выдох, в который были вложены самые разные чувства:

— Пинки Пай!!!

— А-ага! — розовая застыла перед нами. — Вы себе даже не представляете, что тут без вас творилось!

— Да уже понятно, — Радуга оглянулась вокруг. — Город не узнать.

— Ве-е-ерно, — куда тише проговорила Пинки. Улыбка, казалось вечная, постепенно пропала с ее лица. — Со всеми этими нападениями здесь разучились смеяться. Я, конечно, делаю что могу, но это выше моих сил! Они даже на мои шутки слабо реагируют! Про вечеринки я уже и думать-то забыла! Разве что, когда мы вчетвером собирались. Но это разве тот масштаб? Да и угощения стало трудно собрать — все идет на простую еду. Тут уже не до тортиков… Тут всех придется заново учить смеяться, когда все закончится! У… у меня… Я просто не знаю что еще сейчас можно сделать.

— Щас? — ЭйДжей оглянулась на меня. — Собери всех наших в доме Алекса… и Иза. Думаю, нам будет, че обсудить.

— И устроим вечеринку? — тут же с надеждой улыбнулась Пинки.

— Попробуем! — кивнул я.

Розовая, лихо подпрыгнув, умчалась, оглашая округу переливчатым: "Уи-и-и-и-и!"

А мы, вздохнув ей вслед, отправились в больницу.

* * *

Мы сидели в коридоре и ждали. Где-то там, за закрытой дверью палаты сейчас были Эплджек и Блум. Врач, не Хортвелд, бывший сейчас вроде бы в операционной, но другой, не пустил нас всех вместе, утверждая, что хоть здоровью бабушки Эплов ничего не угрожает, но слишком много посетителей все же может быть вредно.

— Но она в порядке, да? — я пытался разговорить сидящего сейчас рядом Макинтоша, все это время неотлучно пробывшего в больнице и собирающегося оставаться здесь и впредь.

— Агась.

— А как вообще это получилось? Ведь она раньше не жаловалась, так?

— Не-ась. Не жаловалась. Не знаю как. Она говорила, шо вроде затеяла тогда уборку в доме. Убиралась и внизу. Я ее там нашел. Говорит — один из шкафов, шо внизу, приоткрылся и вывалилась эт штука. Ну… Че-т навроде пряжки для плаща. Она только наклонилась и подняла ее, как ее прихватило.

— Погоди-ка, погоди-ка! — заинтересовался вдруг Из. — Это не золотая такая с каменьями?

— Агась. Так, небось, она до сих пор где-т там и валяется. Я ее не трогал.

— Вот еще тож! — раздалось из-за двери. — Ты, милочка, за меня не беспокойся. Ниче со мной не случится. Я ся отлично чувствую. Езжай со своим Алексом и разберись со всем до конца! И Эпл Блум с собой возьми! С вами там куда спокойней, чем тут. А теперь все. Иди! Я спать хочу. Удачи тебе с Алексом! И остальным! И те-е-ебе, Эпл Блум!

— Ай! Бабу-у-уля-я!

— Но ба!

— Идите, идите обе! Удачи я вроде уже желала? Все! Идите.

Тихонько скрипнула дверь. Эплджек и Блум оглядываясь, вышли из палаты:

— Маки! Ты только рядом будь, агась?

— Не оставляй бабулю надолго, ладно?

— Агась. Конечно.

— Пойдемте че-ли? — наигранно бодрее, чем была, глянула на нас ЭйДжей.

— Пошли, — кивнул я. — Только по дороге домой надо еще кое-куда заглянуть.

* * *

Все та же небольшая комнатка с двумя дверями и столом. Строгая, простая, чисто убранная. Тем больше она не вязалась с персоной, что присутствовала сейчас здесь.

— Вот так пока все и обстоит, Ваше высочество, — закончил я краткий доклад.

— Хорошо, наш капитан. Вернее, не очень хорошо, но нормально. Мы надеемся, что эта ситуация не затянется слишком надолго. Обстановка на границе Кристальной империи вновь обострилась. Наша гвардия будет нужна нам в другом месте. Мы и сами вынуждены на время вновь оставить Понивилль.

Я на секунду задумался.

— Ваше высочество, а есть ли у нас возможность связаться с отдаленным местом в Заэплузье.

Принцесса оглянулась на стоящего справа за ее спиной "отставника". Тот кивнул.

— Да, наш капитан, такая возможность имеется.

— Тогда, думаю, нам стоит попробовать написать одному пони. Если мы получим положительный ответ, то сюда прибудет минимум сотня превосходных воинов, а Вы сможете располагать освободившейся гвардией как Вам будет угодно.

— Кто же этот пони? Мы его знаем?

— Не исключено. Его зовут Тимберхост. Превосходный лучник и джентльмен.

— Тимберхост… Тимберхост… Нам когда-то доводилось слышать это имя, но мы не помним где и когда.

— Он говорил, что когда-то был при дворе.

— Возможно. Думаю, нам стоит написать ему немедленно. И на этот раз я имею ввиду и нам и тебе. Начни первым. Ты знаешь его лучше. Мы припишем потом, что сочтем необходимым.

Всего через несколько минут письмо Тимберхосту было готово. Я подробно живописал все, происходящее в городе и вокруг, и просил его о помощи. Луна, в свою очередь, также просила его незамедлительно прибыть, обещала поспособствовать чем либо, впрочем, не уточняя чем, и даже обошлась при этом без высокопарных выражений, принятых при дворе, от которых она все еще не отвыкла до конца. В общем, вышло довольно длинно, красиво и, как я надеялся, убедительно.

— Однако мы задержались, — принцесса аккуратно запечатала письмо и передала его "отставнику". — Нас еще ждет множество неотложных дел. А ты, наш капитан, оставь все свои пожелания нашему… агенту. Все, что необходимо для успешного выполнения твоего задания будет сделано.

— Спасибо Ваше высочество, — я поклонился.

Луна вышла. Было слышно, как приветствовали ее выход остальные, остававшиеся в этот момент снаружи. Даже испуганные вздохи — похоже, от Блум и Свити.

— Ну что, "скороспелый"? Выкладывай давай, чего хотел бы, — "Кэп", впервые за все это время, расслабился и позволил себе опереться об стол.

Ну, я и выложил. От души и не стесняясь.

* * *

Мы шли домой. До прихода Пинки и остальных оставалось еще какое-то время, и нужно был подготовиться и привести себя в порядок.

— Ну? Какие у нас дальше планы? — обернулась шедшая чуть впереди Деринг.

— Как "какие"? Как "какие"? Мы едем в Лос-Пегасус! — Радуга сделала сальто назад.

— Ну это-то понятно, — ухмыльнулась Ду. — Я имею ввиду ближайшие. На сегодня?

— Пока — попробовать сделать нечто, отдаленно напоминающее вечеринку и на ней как раз и разобраться в планах, — я поправил новенькие сумки.

— Верно! — кивнула Дэш. — Надо поднять настроение Пинки! А то она и так периодически с кустами и стенами разговаривает, а щас на нее и совсем смотреть жалко!*

— Агась! Она ваще единственная в городе, кто еще как-т держится!

— Ага. Нужно хоть что-то придумать!

Примерно в таких разговорах и мыслях и прошел весь наш путь до дома. Привычно пробежался по спине холодок "колокольчика". Мягко стукнул замок в двери. Тепло и уютно разгорелся кристалл на столе. Мы снова были дома. Как будто никуда и не уходили! Светло. Чисто прибрано. Даже стоят на столе свежие цветы в горшке, чего никогда не было. Это, кстати, хорошо — запас на случай перебоев с едой. Все настолько чисто, что мы даже не решились сразу пройти. Благо у порога кто-то поставил корытце с водой — можно было хоть помыть копыта, что мы тут же и сделали.

— Так вот! — продолжил я разговор. — Представляете? Этот Соулстрэй, объявившись в городе, первым делом нашел "отставника" и все ему рассказал! Но самое интересное то, что, по его словам, он был в составе отряда, побывавшего в нашем лесу! И мало того! Он сказал, что все это было спонтанно! Просто, мол, повернули в нашу сторону по наитию дня за два до того! — тут я заметил Свити, застывшую возле двери.

— Сви-ити! Ну ты чего? Проходи давай! — Скуталу пихнула ее лбом в круп.

Бель даже не обратила внимания.

— Э-э-эй! — Блум помахала ногой у нее перед лицом. — Ты еще с нами?!

— А? — Свити встряхнулась. — Д-да-а… Просто… Странно.

— Что именно? — внимательно посмотрел на нее Из.

— Я чувствую что-то странное… Даже не могу понять что именно…

— Че эт? Запах? — с полным непониманием уставилась на нее Эпл Блум.

— Или это? — Скут хлопнула Свити по крупу и хихикнула.

— Ай! Да ну вас! Я серьезно! Я чувствую какую-то магию!

— Конечно. Ведь дом защищен, — кивнул Из.

— Да не-ет. Магию Твайлайт-то я умею отличить! Это не ее магия, это что-то… более странное. И то, от чего она исходит — где-то внизу.

— Так давай поглядим! — Скут первой из трио сунулась в открытый люк в полу. — Из!

— Да?

— Там какая-то золотистая ерунда валяется в коридоре! Не твоя застежка?

— Фибула?

— А… Ну да! Эта… Фигбула…

— Наверно, моя.

— Ну так я принесу? — Скут подалась вперед.

— СТОЙ!!! — резко взвизгнула Свити. Кажется, все вздрогнули.

— Ты чего?

— Эта странная магия! Она идет от нее! — и Бель застыла, обернувшись к нам.

— Из. А давно у тебя эта фибула? — заинтересовался я.

— Да не очень. Я нашел ее вместе с доспехом. Потом, правда, дела пошли хуже и уже через месяц я оказался в Понивилле, а что?

— Думаю, нам лучше не трогать ее до прихода Твай. Просто на всякий случай. Пусть посмотрит. А пока, давайте займемся подготовкой к вечеринке.

И мы принялись за работу!

Конечно, трудно было придумать что-то, не имея ни времени, ни возможностей. Однако, мы все же постарались. Правда, поскольку полноценных продуктов почти не было, не считая яблок и одинокого, начавшего уже подсыхать маффина, пришлось выкручиваться. Например, совмещать украшения с едой — нарвать всевозможных цветов и трав поблизости и расставить их по вазам. Сразу вспомнился один из рекламных слоганов местного цветочного магазинчика: "Цветы — лучший подарок вашей кобылке! Красиво и вкусно!" И, конечно, нехватка еды была замаскирована обилием напитков! В нашем случае — обилием сидра, которого у нас оказалось даже слишком много.

Оставшееся, после подготовки дома, время тоже было проведено с толком. Правда, из-за того, что его было совсем немного, мыться пришлось всем вместе, благо размеры нашей деревянной ванны это позволили. Интересно. Это только мы с ЭйДжей заметили, как розовела Дэш, косясь на Иза и иногда, ненароком, его задевая?

* * *

Тихонько затренькал магический колокольчик звонка.

— А вот и мы!!! — влетела в комнату Пинки Пай.

— Приветствую всех! — грациозно вплыла Рарити.

— Э-э-э… Здравствуйте… — тихонько впорхнула Флатершай.

— Привет всем! — спокойно вошла Твайлайт Спаркл.

— Вы не представляете, как я… Как мы все рады вас видеть! — начала еле слышную торжественную речь Флатершай, как только было покончено с обнимашками и копытопожатиями. Впрочем, тут же сбилась: — Что такое, Твайли? Почему ты так напряглась?

— Хм. Я, может, и паникерша, но я чувствую здесь, в доме какую-то чуждую магию. Недобрую. Что-то подобное я почувствовала еще вовремя нашей последней встречи здесь, но тогда это было куда слабее, и я списала все на Тварей, шастающих вокруг. Сейчас эта магия намного сильнее. И, по-моему, она идет откуда-то снизу.

— Ага! — ликуя, подпрыгнула Свити. — Я ведь говорила! Я говорила!

— На вашем месте, юная леди, я бы так не радовалась. Вас еще ждет серьезный разговор по поводу побега из дома, — подчеркнуто холодно обратилась к ней Рарити.

Свити сделала вид, что не слышит.

— Говорила что? — внимательно посмотрела на нее Твайлайт.

— Про магию! Значит, я ее тоже верно почувствовала! Она от той штуки, что валяется внизу!

— Можно мне посмотреть? — Твай взглянула на нас с Изом.

— Конечно, — кивнул я.

— Ладно, — согласился Из.

И мы спустились вниз.

— Отойдите все! — резко скомандовала Твайлайт, поднимая, магическим захватом, фибулу с пола. — Я не знаю, что может случиться… С-селстия… В ней большой запас черной магии. Да нет… Не большой… Огромный! Нет… Я… Я даже не знаю с чем сравнить… Вы медальон, что использовала когда-то Трикси, помните? Так он игрушка для новорожденного жеребенка по сравнению с этим. Сила, что заключена здесь, просто ужасает! Правда, я совершенно не представляю себе, что это за фибула и как она действует…

— Может, я чего подскажу? — вышла из-за наших спин Дерпи. — Я много чего перечитала и услышала на такие темы. Ну-ка… Ого!

— Что? Ты что-то знаешь?

— И да и нет. Об этой штуке я не знаю совершенно ничего, но вот об этом рисунке — слышала. Этот пожирающий свой хвост дракон из чистейшего серебра с рубиновыми глазами и слеза из какого-то непонятного камня…

— Да? — еще более заинтересованно вытянулись мы.

— Уай!!! *ХЛОП!* — голова Пинки, как обычно, перевесила. — Уй!!! Продолжай, продолжай!!!

— Так вот, — Дерпи закатила глаза, припоминая, что в ее исполнении выглядело уморительно. — Читала я вроде про одну похожую штуку. Только там не эта… застежка, там про ожерелье было. Но тоже в виде серебряного дракона с красными глазами, пожирающего свой хвост. А капелька эта там вроде будто из пасти стекала… Скажи-ка мне Из… А не видел ли ты рядом никаких странных пони в тот день, когда нашел эти доспехи?

— М-м-м… — Из задумался. — Ты знаешь… Кажется припоминаю…

— Такой тощий, серый, грязный пони, с колтунами в гриве, покрытый волдырями, вечно плачущий, один глаз бесцветный, а другой полностью закрыт бельмом?

— Фу! Как только вы можете говорить о такой мерзости? Особенно в связи с такой великолепной фибулой! — возмущенно поморщилась Рарити.

— Ты знаешь… — задумчиво продолжил Из. — Оч-чень похож.

— Все ясно, — Дерпи вздохнула. — Это он.

— Да кто он-то? — поторопила Радуга.

— Ага! — Пинки попыталась подняться с пола. — А то я похожего и у нас видала. В тот день, когда эти злюки на Скуталу напали.

— А я кажется догадалась о ком… — оторопело пробормотала Деринг. — Вот только не думала я, что это не бабкины сказки…

— Ага, — кивнула Дерпи. — Зовут его Ракиш или Рэкиш, как-то так. И его появление со-о-овсем не добрый знак. Считается: увидел его — быть худу. По легенде, он жил еще задолго до Дискорда. Был он очень богатым и жадным воином, и носил великолепный доспех и одежду. Уж не знаю, кто там и за что, но его прокляли. С тех пор он не может умереть до конца и в виде духа ходит он за своими вещами по всему свету. А там, где он или его вещь появится — жди беды. Надеюсь, ты не одевал ее? — обратилась она к Изу, неожиданно покрывшись испариной.

— Нет…

— Хорошо, — смахнула пот Дитзи. — Иначе от вещи можно избавиться только вместе с владельцем! Тот становится ее рабом навеки! А вещь приносит горе ему и всем, кто рядом.

— А про то, как от нее избавиться, ты что-нибудь слышала? — спросила Твай.

— Ну… Мало. Ее невозможно просто выкинуть или продать — вернется. Вроде как можно уничтожить. Расплавив, например. Но у нас тут нет плавилен. Но зато ее можно подарить!

— Агась… — скептически фыркнула Эплджек. — И кому эт ты тут собралась ее дарить, а?

— Простите… — тихо пробормотала Флатершай.

— Ну… Я бы взяла-а-а… — влюбленно протянула Рарити, но тут же осеклась под нашими взглядами. — Конечно, если бы не эта гадость! Но как же она прекрасна…

— Так! Стоп! — Радуга застыла в воздухе. — Стоп! Похоже, тут только один вариант — уничтожить. Но для начала надо проверить, что это именно та фи… штуковина. Это как-то можно сделать?

— Да, — кивнула Дерпи. — Все вещи, вроде как, сделаны не из того, чем кажутся…

— Ну, это мы быстро проверим! — рог Твайлайт слабо засветился.

На секунду фибулу закрыло туманное облачко, а потом… Нет, она не изменила форму. Но куда делись серебро, красивая гравировка, драгоценности? Это была деревянная, покрытая чем-то зеленым, полусгнившая пряжка. Лишь в середине, там, где должен был быть непонятный камень, был какой-то черный шарик. Даже не черный. Черный был бы слишком ярким цветом на его фоне. Это же был цвет первозданной ПУСТОТЫ.

— Ой! Тьфу! Какая гадость! — Твайлайт брезгливо отшатнулась от шарика. Магический захват ослаб. Пряжка упала на пол, снова превращаясь в великолепную фибулу, — И насколько же страшен тот запас магии, что в ней заключен! Я бы сказала, что он может влиять на все, что угодно! Чуть ли не на само время! Это потрясающе! Я, конечно, что-то слышала о таких вещах, но я даже представить себе не могла, что это не выдумка, что они существуют и это реальная угроза всему миру! Это… Это просто… — она тряхнула головой, видимо, пытаясь привести в порядок мысли. — Я даже никогда не изучала этого всерьез! Но оно… Оно настолько опасно…

— Так, — кивнула Дэш, прерывая ее. — Значит, это оно. Теперь вопрос. Как ЭТО уничтожить?

Мы надолго задумались. Варианты предлагали все, даже Меткоискатели, но все они или были бесполезны, или неосуществимы в Понивилле.

— Можно я? — снова раздался тихий шепот.

Никто не обратил внимание.

— КХМ! А НУ ТИХО ВСЕ!!! — заорала Пинки. — Спасибо! Мне кажется, Флатершай хочет что-то сказать!

— Прости, Флатершай! — тут же подлетела к ней Радуга. — Просто ты такая тихоня…

— Агась! Тя трудновато бывает услыхать! Давай. Говори, че хотела.

— Я хотела сказать… Хотела сказать что… Ну… Может быть…

— У-у-уй… Флатерша-а-ай! Ну поживе-е-е-е, а? — безнадежно уронила голову Дэш.

— Хорошо… Вы ведь в Лос-Пегасус едете? А там вроде город большой… Может, там заводик есть или еще какая-то возможность будет… Вот…

— А что? — поддержал ее я. — Вполне себе вариант.

— А как быть с тем, шо она опасна? — уставилась на меня Эплджек.

— Есть идейка. Из! Эта фибула у тебя была как-то упакована?

— Ну да. В металлической коробочке. Вон она, у шкафа валяется.

Я глянул на Твайлайт.

— Кажется поняла, — кивнула она. — Тэ-э-экс… Магия на ней есть. Но не сильная. Пожалуй, я смогу сделать даже лучше.

— О! О! О! — запрыгала Пинки. — А я украшу коробочку! У меня тут недалеко припрятан шелк и ленточки!

— А эт еще зачем? — вопрос задала ЭйДжей, но повернулись все.

— Как зачем? А если все-таки кому подарите? Никто ведь не возьмет такую гадкую коробочку!

Ну что сказать. Резон в этом был.

— Давай, — кивнул я.

Прошло совсем немного времени, а в комнате, посреди стола уже стояла небольшая, симпатичная шкатулка, красного шелка с золотым бантиком. Великолепный подарок, если не знать что там внутри и какие беды он может причинить. Оставалось надеяться, что нам все же удастся его уничтожить. Но, это было вопросом будущего.

А сейчас можно было немного расслабиться и устроить Пинки долгожданную вечеринку. Чем мы и занялись.

* * *

Затянувшаяся вечеринка закончилась уже глубокой ночью. Да и то лишь потому, что на этом настоял я — завтра нам лучше было подняться пораньше. Однако, стоит сказать, что это веселье оказалось необходимо не только Пинки, но и нам. Оно помогло окончательно снять напряжение от не оправдавшего надежд похода. По-моему, даже Из немного расслабился, хотя он никогда не любил вечеринки. Даже скандальчик между Рарити и Свити, в который превратился их "серьезный разговор", оказался быстро замят. Во-первых, Свити действительно было безопасней с нами, чем оставаться здесь. А во-вторых, в Лос-Пегасусе скоро должен был начаться один из крупнейших показов мод в году и Рарити собиралась отвезти туда что-то из своей коллекции нарядов. Возможно, у нас еще будет возможность пересечься там с ней. В общем, закончили они в этот раз довольно мирно, а сама вечеринка была спокойной и, как водится, а тем более при нехватке разнообразия еды, не совсем трезвой.

Уже завтра утром нас будет ждать поезд. Не совсем обычный, надо сказать. Это будет поезд для ОСОБЫХ случаев. Мы применяем его крайне редко, но сейчас был как раз такой случай, и "отставнику" удалось выбить его для нас. Собственно, даже я не знал, что это будет за поезд. Все это я услышал от самого "Кэпа", которого, к слову сказать, и именовал-то так только потому, что когда-то где-то краем уха слышал, что тот ушел в отставку капитаном.

Но, завтра будет завтра. А сейчас тихая летняя ночь окутала засыпающий дом. Дерпи решила заночевать у себя — хотела утром проведать родной почтамт. Из и Радуга вызвались проводить по домам остальных — хоть на улицах и дежурила гвардия, но от нашего домика на отшибе до города надо было еще дойти. Деринг уже дрыхла в одноместной спаленке нижнего этажа. Блум и Свити, родителей которой, как оказалось, не было в городе, возились, устраиваясь на ночь в комнате Скуталу. Сама Скут, памятуя о прошлой подобной ночевке, решила спать на диване в коридоре. Оно и понятно. Блум, во время сна, не стесняется в движениях, а кому охота получать копытом по носу или просыпаться на полу с отбитыми боками?

Наконец, дом затих.

Я еще раз обошел все комнаты, проверяя надежность защиты и гася свет. Сам я собирался ночевать на надземном этаже. Накинув одеяло на Скут, я собрался уже подниматься и закрывать люк, когда услышал какой-то шум из комнаты, где ночевала Эплджек.

Постучав, я приоткрыл дверь. ЭйДжей сидела на смятой постели.

— Ты чего?

— Да так, сахарок. Не спится. Лезет всякое в голову…

— Например? — я, помогая себе крыльями, аккуратно присел на краешек кровати. Обнял чуть вздрогнувшую Эплджек.

— Да все. Все, че с нами уже было че-т вдруг повспоминалось. Обвал тот вспомнился… КонАрмовцы… Гидра… Да все!

За дверью послышался какой-то не ясный звук. Может, Скут еще не спит?

— А теперь от думается — а че дальше? — продолжала ЭйДжей. — Даж не, не с нами. Куда тут до нас, раз такое кругом завертелось. Ваще, че будет. Че будет с Эквестрией дальше? Столько всего происходит…

— Ну, что бы там ни было, я твердо знаю одно.

— Аг-гась?

— Что бы там ни было, а я сделаю все, чтобы не допустить ничего плохого, — я ободряюще улыбнулся. — Я, хоть и не всесилен, но не пожалею ничего, чтобы защитить тех, кто мне дорог. Особенно Скуталу и тебя. Даже если придется для этого пожертвовать собой.

И снова за дверью что-то хлюпнуло. Да и ладно.

— М-меня? — наши глаза встретились.

— Да. Особенно тебя.

— То есть ты… — ЭйДжей сглотнула. — Ты м-меня…

— Да… — тихо улыбнулся я, прижимая ее к себе. — Да!

Все остальное, что происходило этой ночью, касалось уже только нас двоих. Ну или надеюсь, что так.

* * *

— Ну? Надеюсь, все выспались впрок? — РД, залетев вперед нас, перевернулась и теперь летела на спине. — В Лос-Пегасусе будет не до сна!

— Ага. Как же. Поспишь тут… — прошептала Скуталу, с улыбкой, косясь на меня и ЭйДжей.

— Кто бы говорил, — ухмыльнулась Деринг. — Вы-то с Изом где до утра пропадали?

— Поскорей бы приехать! — продолжала Радуга, игнорируя вопрос. — Ух я повеселюсь!

— Дэш! Мы, ваще-т, туда не отдыхать едем, если че! — одернула ее Эплджек. — У нас там, ваще-т, дел телега!

— Да я знаю… Но я-то точно найду время!

— Ну да, — поддержал я ее. — Прибудем мы к обеду. Отель нам вроде уже заказали. За объектом следят. Так что, думаю, до утра мы будем свободны, а за это время постараемся продумать дальнейший план действий. Покрутимся рядом, посмотрим. Быть может, что-то толковое придет в голову. Тем более что мне обещали доставить досье на этого Мисеркнакера, а его прочтение и осмысление займет какое-то время. Тут нельзя спешить. Если хотим сделать что-то наверняка, лучше подумать и приглядеться, иначе потом придется переделывать и это займет куда больше времени.

— Ух ты! — Радуга обернулась, видимо, что-то услышав, и поднялась выше, к чему-то присматриваясь. — Это че там за толпа такая на станции?

— Агась! — прищурилась ЭйДжей. — Я такого сроду не припомню!

— Бежим посмотрим!!! — крикнула Эпл Блум, уносясь вперед.

Скуталу и Свити, отпущенная с нами, конечно, ломанулись за ней.

Нам, тоже было интересно, но мы же взрослые? Нужно соблюдать достоинство…

А посмотреть-то было на что!

— Вот это *короткое но емкое слово, повергшее в столбняк окружающих*! — восхищенно выдохнула Скуталу, пробившись вперед.

Как я ее понимаю! Ну… Быть может, я бы не использовал такое сравнение, но…

На запасном пути станции стоял огромный черно-серебряный монстр!

Даже один только паровоз с тендером уже был раза в три длиннее приземистого здания станции, последние же вагоны выходили далеко за пределы платформы! Огромный, обтекаемой формы корпус, плавные линии, великолепные обводы, подчеркнутые серебром ребра на корпусе… Даже не краской, а именно серебром! Две трубы, убранные в единый кожух! Кабина машинистов, размерами больше напоминавшая номер в отеле и, почти наверняка, такая же шикарная! Три огромных, выше нашего роста, колеса по каждому борту, хитро соединенных дышлами! Пять длинных черных вагонов с круглыми окнами с зеркальными стеклами и все тем же серебряным кантом! Шесть пар колес под каждым! Поезд был грозен и великолепен! На борту паровоза, на кабине машинистов, красовались серебряная литера "А" и такая же цифра — "четыре".*

— Везе-ет кому-т! — согласно протянула Блум.

— Он великолепен! — как всегда культурно, воскликнула Свити.

— Да-а-а… — выдохнула Дэш. — На таком и Селестии не стыдно поехать!

— Мда… — невнятно промычали в унисон Из и Деринг.

— Интересно, ктой-т на таком приехал? — не отрывая взгляда от паровоза, поправила шляпу Эплджек.

И только Дерпи не сказала ничего. Трудновато что-то сказать в тот момент, когда обнимаешь паровоз и обращаешь внимание, что его буфер по форме напоминает маффин…

— Ну… — гордо выпрямился я, стараясь казаться внушительнее. — Не знаю уж, кто на нем приехал, но знаю, кто уедет! Мы!

По-моему, вся толпа, стоявшая сейчас на платформе, уставилась на меня!

— Ч-че? — глаза ЭйДжей округлились. — Мы?

— Мы поедем на этом *все та же звучная, но неприличная метафора*?!

— Ну да! Этакий маленький плюсик службы в гвардии! — ухмыльнулся я.

— Ну ниче се маленький!

— Ага. Но это мы сейчас уточним. Эй! — окликнул я показавшегося в окне кабины машиниста. — Это "Черная стрела"?*

— Верно, — резковато ответил тот. — А ты кто такой, что это спрашиваешь?

— Тот, за кем тебя прислали! — в тон ему ответил я. — Гвардии капитан Алекс Анноун. Иди и распорядись, чтоб отпирали двери тамбуров!

— Есть! — машинист, слегка побледнев, кинул копыто к черной форменной фуражке* и скрылся в кабине. Понятно. Сообщит по проводной радиосвязи.

— Ну, что? — я поднялся в воздух, перелетая отделявшие нас от паровоза пути, но на середине развернулся к остальным, все еще стоявшим на перроне. Улыбнулся. — Сверхскорый, модель "А" бортномер "четыре" прибыл на запасный путь! Просьба пройти на посадку!

Спустя всего пять минут посадка была окончена, тех, кто попытался сунуться за нами, выставила охрана и поезд, уже набрав ход, на всех парах летел к Лос-Пегасусу, разливая по окрестным холмам клубы густого, едкого, черного дыма — на этих поездах уголь не экономили.

— Уи-и-и-и-и!!! — вопила Радуга, высунувшись в приоткрытое окно. — Вот это я понимаю скорость! Для поезда, конечно.

— Агась!

— Точно!

— Здорово!

Меткоискатели прилипли к стеклу. Причем, как это у них водилось, втроем к одному, хотя окон было предостаточно.

— А как быть с остальными поездами? — отклеившись от окна, повернулась ко мне Свити. — В смысле, есть же еще кто-то? Не мы ведь одни едем в Лос-Пегасус?

Я кивнул:

— Обычно все так. Но это если мы едем на обычном поезде. А сейчас у нас "зеленый коридор".

— А это как? — тут уже повернулись и остальные.

— Это значит, что движение поездов полностью остановлено до самого Лос-Пегасуса. Пути перед нами полностью очищены от поездов. Они все будут ждать, пока мимо них пролетим мы.

— Кру-уто! — вновь вырвалось у Скуталу.

— Агась!

— Отлично! Но что если эта… как ее… фибула, да?

— Да?

— Что если она подействует? Что если кто-то ну… решит проскочить, или там… семафора не увидит?

И снова все внимание сосредоточилось на мне. Но ответить первым я не успел.

— Тогда мы все… в крупе! — в последний момент поправилась Скуталу.

— Не совсем так, — обратился я уже к ней. — Мы-то нет. Вот те, кто с нами столкнется, вот они — да. Они, как ты выразилась, "в крупе".

— В смысле?

— Этот поезд бронирован. Вы ведь видели дополнительную третью тележку под каждым вагоном? И весит он соответственно. Паровозик, из тех, что таскают обычные поезда, он снесет, даже не заметив. Но даже если он сойдет с рельс, нам все равно ничего особо страшного не грозит — вагоны высшей степени безопасности. Этот поезд — верх всего, что только можно придумать!

— Верх всего, говоришь? — обратился ко мне Из.

— Да.

— А куда те два единорога в гвардейской форме унесли мою сумку с фибулой, раз уж речь о ней пошла?

— Она сейчас в сейфе охраняемого вагона для особых ценностей. Кстати, там еще и магическая защита должна быть, так что, думаю, воздействие фибулы сейчас исключено.

— Тэ-э-экс… Самый лучший поезд говоришь? — Деринг нерешительно оглянулась.

— Да?

— А где в этом самом лучшем поезде можно перекусить?

— И есть ли тут маффины? — тут же встрепенулась Дитзи. — Их не может не быть! Он для меня весь как маффин! Я их, кажется, даже чую!

— Ага, — кивнула Дэш. — Я бы тоже не отказалась чего-нибудь похавать!

— Агась! — ЭйДжей облизнулась. — А-т я че-т кроме яблок да той сухой гадости ниче не взяла. А пожрать и в самом деле не мешает.

— Ну, тогда у меня только один вопрос, — я сделал приглашающий жест. — Бар или ресторан?

— Ха! Ну, это просто! — ухмыльнулась РД. — Сначала опустошаем ресторан, а потом поглядим, надолго ли хватит местного бара! Все за мной!!!

И мы кинулись на разграбление!

ГЛАВА 28

День Веселья

Полуденное солнце, пробиваясь сквозь стеклянную крышу дебаркадера, ровными квадратиками ложилось на черную броню пышущего жаром злобного механического зверя, сдерживаемого машинистами.

Этот разгоряченный и взмыленный монстр только что влетел под своды невероятного вокзала, над которым переливалась золотом огромная надпись "Лос-Пегасус", тихо, почти бесшумно, проскользил большую его часть и, подобно сторожевому псу, влезающему в знакомую конуру, встал на запасный путь.

Бронированное чрево одного из вагонов распахнулось, выпуская из себя разномастный и, судя по выражениям лиц, не совсем трезвый десант.

Чуть впереди всех стоял не очень крупный, но ладный темно-серый жеребец-пегас с иссера-черной гривой в черной же парадной форме с серебряными галунами и аксельбантами. Нашивки на его плече свидетельствовали о звании капитана. Нагрудный же знак уточнял: не абы какого капитана, а капитана "Темной Гвардии" — личной стражи принцессы Луны. О том же говорила и кокарда на форменной, парадной фуражке. Метка тоже соответствовала своему владельцу — повернутый острием вниз меч на геральдическом щите.

Рядом, опершись на него и настороженно поглядывая по сторонам с видом совсем не городского жителя, стояла совсем обычная крупная, рыжая, зеленоглазая кобылка со светлой, выжженной солнцем и заплетенной в толстую косу гривой. На голове ее красовалась широкая коричневая шляпа, сама же она была облачена в коричневую же с зеленым воротом походную курточку с застежкой в виде небольшого красного яблока.

Справа от них расположилась еще одна парочка:

Он: Крепкий, статный, белоснежный красавец пегас со смолянисто-черной гривой и резкими, голубыми глазами. Снаружи он, на первый взгляд, казался типичным кантерлотским щеголем, но небольшой шрам на левом ухе и этот прохладный, трезвый взгляд… Они выдавали в нем нечто странное: спокойствие, расчетливость, умение оценить свои силы и либо ввязаться в драку, из которой он, несомненно, выходил победителем, либо найти способ ее избежать. Столь же странна была и его метка — еле различимый на его шкуре череп со скрещенными под ним мечами.

Она: Спортивно сложенная, голубая как небо в погожий день пегаска с яркими красновато-фиолетовыми глазами и совершенно неповторимого цвета гривой и хвостом, сочетавшими в себе все цвета радуги. Под стать им была и метка с радужной молнией, бьющей из облака. Ее глаза лучились счастьем, бегая из стороны в сторону и явно пытаясь запомнить каждый момент этого, несомненно, важного для нее дня, а по губам бродила задорная улыбка.

По другую сторону стояли две кобылки, но уж совершенно неординарных!

Одна — пегас песочно-желтого цвета с гривой, переливающейся оттенками серого, облаченная в серо-зеленый, потертый, военизированного покроя наряд с небольшим нагрудным кармашком. Довершал картину пробковый шлем на голове. Не казалась на таком фоне чем-то из ряда вон выходящим и метка в виде розы ветров на крупе. Ухмылка на ее лице свидетельствовала о твердом, но авантюрном характере и о том, что этому городу придется постараться, дабы удовлетворить ее требования.

Вторая… Ну… Другую такую точно пришлось бы поискать. И вновь пегас, но с уже светло-серого цвета шкуркой и золотистой, рассыпчатой гривой. Метка ее была, пожалуй, самой непонятной из всех — семь радужных мыльных пузырей. Кто знает, что за талант может скрываться за такой меткой? Не менее странным было и то, что на боку у нее была армейская сумка с довольно громоздкой походной рацией. Впрочем, что уж точно было самым необычным во всей ее внешности, так это ее желтые глаза — стоило ей на секунду расслабиться, как они расползались в разные стороны!

Быть может, этот десант на платформу Лос-Пегасуса не выглядел бы совсем уж странно, если бы вслед за взрослыми не вылетели из вагона три жеребяшки школьного возраста, даже еще без меток: простая желтоватая земная с красновато-рыжими волосами, огромным бантом того же оттенка и глазами неописуемого цвета; рыженькая, сизоглазая пегасочка с короткой, почти фиолетовой гривкой и школьным ранцем на спине; и, что совсем уж выбивалось из этой, почти поголовно крылатой компании, беленькая единорожка с красиво уложенной розовато-сиреневой гривой и нежно-зелеными глазками.

Десант постоял какое-то время на платформе, словно собираясь с духом, и, подхватив вынесенные гвардейцами сумки, двинулся в противоположную сторону — к видневшемуся зданию вокзала. На выходе их попробовал было на секунду задержать караул, но лишь взглянув на черную форму офицера, караульные единороги кинули копыта к уху, приветствуя его, и молча проводили недоуменными взглядами.

Покинув здание вокзала, эта необычная группа замерла в нерешительности и, в то же время, восхищенно разглядывая открывшийся им город.

Тот выгнутый стеклянный навес над станцией, накрывавший собой добрую дюжину обычных и полстолько запасных путей, оказывается, был лишь малой толикой, пытавшейся хоть как-то подготовить приезжих к тому, что увидят они, выйдя из наполовину стеклянного же здания станции!

Налево от них вдаль тянулись пригороды: яркие, чистенькие и нарядные трех, двух и одноэтажные домики, утопавшие в великолепных садах или парившие в вышине. Сразу становилось понятно, что основателями этого города были пегасы! Любой из этих домиков, какой ни возьми, был воплощенной сказкой, великолепной картинкой, которой хотелось любоваться вечно. Ближе к станции они становились все выше, больше, обрастали лавочками и магазинчиками, кафешками и ресторанчиками.

Начиная с этого места, улица становилась все шире и шире. То и дело проносились по ней кареты, повозки, брички, двуколки. Деловито сновали туда-сюда желтенькие такси. Пролетела яркая сине-серебряная карета городской стражи с решетками на окнах. Время от времени с ревом проскакивал какой-либо перекресток автомобиль. Громко выкрикивали новости жеребята-газетчики, предлагая свой не хитрый товар. Судя по их количеству, газет тут было очень и очень много. Торопились куда-то по своим делам местные жители. Неспешно прогуливались туристы.

Основная их масса шла дальше — направо от вокзала, а там… Там-то только и начинался город! Возвышались над идеально прямо и ровно проложенной улицей совершенно уж диковинные дома: высоченные, в не один десяток этажей, громадные, блестящие огромным количеством стекла, серебра, золота, камней, а то и ярко светящихся вывесок…

За этими высоченными домами, начитался "бульвар "Лос-Пегасус" — главная артерия всего города. Десятки огромных отелей, сотни казино, невероятно крутых бутиков и салонов красоты, элитных баров и ресторанов, кинотеатров и боулинг-центров тысячи всевозможных развлечений от водных аттракционов прямо в центре города и до потаенных садов с сотнями невиданных птиц, от гигантской обсерватории на холме и до музеев с потрясающими коллекциями! За отелями, на берегу небольшой, скорее всего, искусственно сделанной реки, возвышались несколько грозных парусников, ежедневно сходившихся в бою! Шумел чуть в стороне громадный стадион! Рядом с отелем "Пирамида" лежало огромное каменное существо с телом льва и головой пони, а в "Замке" по соседству ежедневно устраивались рыцарские турниры!*

Этот город поражал воображение! Он сжирал ваши битсы, но он умел и отдавать! Побывав здесь однажды, вы бы уже точно никогда не забыли бы место, где можно в одночасье сделаться владельцем новенькой яхты или сорвать с себя последнюю подкову! Вы возвращались бы сюда снова и снова! Город тянул, манил, завлекал к себе! Какой бы ни была его скрытая от посторонних жизнь. Он был великолепной, сверкающей, расписной елочной игрушкой на карте Эквестрии и, пока хоть одному единственному пони будут не чужды развлечения, этот город будет существовать! Он бессмертен!

* * *

Где-то там, среди великолепных, высоченных зданий центра, находился и нужный нам отель "Счастливая подкова".

Мы вылезли из такси прямо напротив него. Ну что сказать? Великолепное, устремившееся высоко в небо, выкрашенное серебряной краской здание c названием, выложенным сделанными под бриллианты стеклянными, хотелось все-таки верить, "гвоздиками" и в самом деле формой напоминало подкову! Выгнутым своим центром оно было обращено к дороге. По бокам от входа — были разбиты дивные цветники, шумели каскады фонтанов и даже имелись небольшие парки. С обратной стороны, выходившей на реку, должен был находиться большой пляж и бассейн с водными аттракционами. Даже с нашего места была заметна одна из изюминок этого отеля — система зеркал на крыше, установленная таким образом, что на расположенном во внутреннем дворике немаленького по высоте здания, пляже можно было загорать в любое время дня и даже при нежаркой, в общем-то, погоде. В рекламной брошюрке, прочитанной мной в поезде, упоминалось что-то о том, что загорать здесь можно даже зимой. Хотя в этом городе наверняка даже понятие "зима" было относительным.

— Да… — пробормотал я, сразу отмечая себе, что "Подкова" неплохо, похоже, охраняется, и обнял за шею диковато и даже как-то чуть-чуть затравлено озиравшуюся Эплджек. — Вот здесь и проживает наш клиент…

— Аг-г-гась…

— Круто! — воскликнула Радуга, задирая голову. — Так вот где он устроился! Живут же некоторые…

— Угу, — кивнул Из.

Деринг и Дерпи не ответили ничего: одна засмотрелась на видневшийся отсюда отель-музей "Пирамида", другой была более интересна кондитерская на противоположной стороне улицы, целиком оформленная под огромный маффин.

Мне в бок ткнулось копытце Скуталу:

— А где наш отель? Ты говорил, он где-то недалеко?

— А это мы сейчас узнаем! — кивнул я и пошел, увлекая за собой Эплджек и остальных, в примерно нужном направлении.

Мда… У кого-то явно было плоховато с чувством времени, но зато было хорошо развито чувство денег. В письме, найденном в поезде вместе с ключами от номеров, перед нами извинялись, что не смогли заказать номера в "Подкове", но обещали хороший отель с видом на окна номера Мисеркнакера буквально в десяти минутах неспешной ходьбы. Ну… Десять минут спокойной ходьбы оказались получасом бодрой рыси, а обещанный нам шикарный отель — поношенной двухэтажной конструкцией у дороги с общим балконом на втором этаже, на который и выходили двери наших номеров. Окна Мисеркнакера, правда, вероятно, можно было увидеть, сторона была та. Правда, трудновато было понять на таком расстоянии, где там вообще окна.

Названия у отеля не было. Лишь красовалась над входом темно-синяя овальная вывеска со множеством больших и маленьких звезд.

— Экономичненько, ниче не скажешь, — выдавила Дэш, глядя на наш дворец.

— Агась. Скромненько и со вкусом, — саркастично поддержала ЭйДжей.

— Угу, — кивнул Из, уставившись на вывеску. — Звезд столько, что какие-то дурацкие "Подковы" и рядом не валяются. А если там есть горячая вода и сортир не на улице, так я им сам лично еще пару звезд пририсую!

Однако, несмотря на все обилие переполнявшей нас иронии, номера оказались хоть и небогатыми, но на удивление приличными. Даже мебель была почти новой. И даже, вопреки оправданным опасениям Иза, с одной уборной на каждую пару номеров!

На полу одного из них обнаружились несколько громоздких, забитых чем-то доверху рюкзаков. Я раскрыл один из них и заглянул. Ну, хоть тут все было более-менее в порядке.

После того, как мы поделили номера, в планах на остаток этого дня оставалось немногое — определиться, кто и куда пойдет, ибо быть в Лос-Пегасусе и хоть немного не развлечься было бы просто глупо.

— Ну? — улыбнулся я, когда все вновь собрались вместе в нашем с ЭйДжей номере. — Кто куда?

— Казино! — Дэш боком пихнула Иза.

— Ага. Казино, — поддержал тот.

— "Пирамида", раз уж на то пошло! — высказала свое мнение Деринг. — Там, говорят, отличная коллекция древностей в музее. А сам музей — часть этого комплекса.

— Музей выпечки! — аж подскочила Дерпи, оторвавшись от большой карты, на которой она сейчас сидела, так что "отрыв" получился буквальным. — Не знаю, что это, но звучит здорово и я туда хочу!

— Аттракционы! — предсказуемо завопили в один голос Блум и Свити.

— Что-нибудь экстремально-спортивное! — не в тон им прокричала Скуталу. Оглянулась. Поправилась уже тише, — Аттракционы и что-нибудь экстремально-спортивное! Я там как раз видела рядом с "Подковой"!

— Ну а ты что скажешь? — обернулся я к топтавшейся в нерешительности Эплджек.

— Ну я эт… Че-т я как-т… Я и тут бы… посидела…

— Э нет! Это ты брось. Приехали, значит, развлечемся! Значит так, — я обвел всех взглядом. — Часов здесь по всему городу вроде полно? Сейчас расходимся, а ровно в восемь вечера встречаемся на вершине башни Пегас-тауэр. Там, как я слышал, шикарный вращающийся ресторан. "Колесо", кажется.* Закончим этот вечер красиво и трезво, а завтра со свежими силами за работу!

Я вновь глянул на Эплджек:

— Ну а мы с тобой сначала отведем их в парк, — я кивнул на Искателей. — А потом посмотрим, как нам можно будет поразвлечься. Идет?

— Агась!

— Все согласны? Ну, тогда…

Подобно нашим жеребятам, мы стукнулись в воздухе копытами.

* * *

Мы разошлись.

Как и было оговорено, Радуга и Из пошли в казино, Деринг и Дитзи по музеям, а мы отправились искать ближайший парк аттракционов. Было, правда, одно маленькое но: шкатулку оставлять в номере не стоило. Деринг брать ее в музей отказалась. Тащить ее в казино было бы верхом неразумности, а Дерпи бы ее никто и не доверил. В конце концов, брать ее с собой пришлось нам. Правда, ни я, ни ЭйДжей лишних сумок с собой тащить не стали. Коробочку взяла с собой Скуталу, захватившая, по привычке, свой ранец.

Ближайший подходящий парк, как оказалось, находился действительно, совсем недалеко от "Счастливой подковы". Его довольно легко можно было заметить по большому смотровому колесу, возвышавшемуся над улицей. Конечно, оно не было выше большинства зданий, но они были в стороне, и обзор с этого, явно не нового, колеса, должно быть, был все же неплохой.

Была в парке и громадная площадка для скутеров и роликов, на которой уже катались несколько жеребят разных возрастов.

— Ну, что? — я глянул на счастливую Скуталу. — Подойдет тебе такой экстрим?

— А то как же! Здорово! Я с того раза в лесу ведь и на скутере не стояла! Так он там где-то и остался, — чуть погрустнела она. — А он, как память… Его мама подарила… Когда ее в "Вандерболты" приняли…

— Ладно, — я поддел ее нос копытом. — Не грусти! Найдем мы его! Вот только разберемся со всем и найдем.

— Обещаешь? — Скут заглянула мне в глаза.

— Конечно, — чуть кивнул, я не отводя взгляд.

— Спасибо, — она улыбнулась, — Ну, тогда я побежала заставлять Свити и Блум пробовать себя на роликах, а то они уже куд-дато де-е-елись… — и Скут принялась оглядываться по сторонам. — Ага! Вот вы где! Уже бегу!

— Давай! Ждите нас тут!

— Хорошо! — крикнула Скуталу, уже уносясь куда-то вдаль.

— Ну че? — ЭйДжей оглянулась, как-то неуверенно поджав ногу. — А мы куда?

— Давай глянем, что нам могут предложить? — я указал на стоявшую неподалеку тумбу с объявлениями.

— Агась, давай поглядим…

И мы углубились в чтение.

В основном, конечно, это была всякая скучнейшая ерунда от продажи аквариума для рыбок, такого размера, что, по моим представлениям, там можно было бы плавать на лодке, и до полузаклеенного объявления о розыске. Выделялось на ее фоне лишь несколько объявлений. И все они были до странности похожего содержания.

— Тебе эта поняша, кажется, знакома, да? — указал я на одно из подобных объявлений.

— Да уж! Ток чей-т она тут делает, от шо интересно? Она ж вродь по деревням всяким шляется? Чей-т она удумала?

И мы перечитали несколько объявлений:

"Только сегодня вечером!

Только на сцене клуба "Корона"!

Один вечер на сцене!

Королева магии!

Великолепная Трикси!

В программе: магия и колдовство, волшебство и чародейство!

Только сегодня!

Билеты уже в продаже!

Цену уточняйте на кассе".

"Леди и Джентльпони!

Жеребцы и кобылы!

Единственный вечер в году на сцене нашего театра выступает всемирно известная Великолепная Трикси! В программе будут фокусы, музыкальные и танцевальные номера и многое, многое другое! Спешите приобрести билеты в кассах нашего театра! Они уже есть в продаже! Торопитесь! Их скоро может и не быть! О цене — спросите работника кассы".

"Гадание на картах и на шаре! Предсказания судьбы и удачи! Укрощение змей! Чревовещание! Смертельно опасные номера! Таинственные исчезновения и неожиданная правда! Сегодня в нашем балагане выступает потомственная колдунья! Провидица в десятом поколении! Победительница драконов! Могущественная Трикси! Спешите! Ровно в полночь наши фургоны исчезнут из вашего города!"

Дальше можно было не читать. Остальные объявления имели примерно такое же содержание. Что интересно, все они сообщали, что "Величайшая" будет выступать только сегодня вечером и почти все клялись, что только у них.

— Агась, — ЭйДжей перехватила мой взгляд. — Или она наловчилась быть в нескольких местах одновременно, а я че-т сильно в этом сомневаюсь, или она чей-т крутит. В любом случае я бы не особо хотела бы с ней видаться.

В этот момент, подошедший расклейщик, прилепил новый, огромный плакат:

"Дорогие гости и жители нашего великолепного города! Отель и развлекательный комплекс "Счастливая подкова" приглашает Вас посетить сегодня вечером "СКАЧКИ на приз "Счастливой подковы"! Напоминаем Вам, что участвовать в этом ежемесячном состязании может каждый! Сегодня с трех часов пополудни начинаются отборочные туры! А ровно в полночь состоится грандиозный финал! Спешите видеть и участвовать!"

— А не попробовать ли и мне? — ЭйДжей хитро прищурилась в мою сторону. — И тренировочка, и внутри побываем, и приз взять не помешает!

— А что? — я улыбнулся в ответ. — Это и в самом деле отличный вариант! И время уже как раз подходит! Идем!

И мы направились к видневшемуся невдалеке отелю.

* * *

Прошел уже примерно час. Вовсю шли отборочные туры. И хотя Эплджек пока выигрывала, но лично мне это все что-то напоминало. Началось все с того, что для участия уже во втором туре, со всех желающих собрали взнос — сто битсов. Победитель, то есть ЭйДжей, получила сто пятьдесят. Занявшие места от второго и хуже не получали ничего. Это при том, что на них еще и ставки принимались! Для участия в каждом следующим туре приходилось платить все больший взнос. По мере того, как, пусть и медленно, но росли взносы, росла и моя уверенность в том, что все эти "скачки" не что иное, как грандиозная, легализованная афера. Впрочем, мы пришли сюда не за тем, чтобы выводить на чистую воду местных жуликов, да и ЭйДжей пока выигрывала, притом явно получая от этого удовольствие, значит, как ни крути, а участие в этой афере того стоило.

Появилась на турнире и РД и притащила за собой Иза. Поучаствовали они, правда, несмотря на то, что из-за опоздания заплатили куда больше положенного взноса, ровно в одном туре — никто не сказал Дэш, что здесь запрещено использовать крылья. Конечно, она помогала себе, за что и была дисквалифицирована. Администрация и работники отеля в этот момент узнали о себе довольно много интересного. Мы с ЭйДжей старательно делали вид, что с этой поняшей не знакомы. Хорошо еще, Скуталу не слышала. В конце концов, охрана просто выперла бушующую Радугу, а вслед за ней и Иза, а мы вернулись к соревнованиям, очередной тур которых как раз начинался.

Посидев для приличия еще какое-то время после начала и убедившись, что у ЭйДжей вроде бы все шло неплохо, я, сделав вид, что ухожу по "срочной надобности", покинул смесь зала и стадиона, правильного слова для определения которого я так и не нашел. Стоило вспомнить, зачем мы сюда пришли.

То, что я увидел, пройдясь по отелю, было, конечно великолепно, но для нас это было… Мягко говоря, плоховато.

Все этажи патрулируются охраной. Свободных номеров нет. Ключи такие, что даже у мастера изготовить дубликат займет не меньше половины дня… Отель, чем дальше, тем больше выглядел так, будто в него было невозможно пробраться. Пользуясь тем, что меня допустили внутрь, я лично видел замки. Отмычкой или фомкой такие не открыть. Ничего более подходящего у нас не было, как не было и времени, чтобы с ними возиться. Оставалось только одно — использовать оригинальный ключ. А для этого его еще надо добыть. Сделать это силами наших агентов, наблюдавших за Мисеркнакером, не удалось — у того явно были связи в администрации отеля, а значит, законные способы отпадали, незаконные же грозили провалом агента.

Нет, конечно, в иной ситуации, с иным пони, можно было бы попробовать договориться, но я успел прочитать в поезде досье на Мисеркнакера. Он уже фигурировал в нескольких делах о кражах очень редких вещей. Он их, несомненно, коллекционировал или перепродавал, но никто не мог сказать, где он их держит. На все уговоры отдать ценность он отвечал отказом. Просил обыскать дом. Ни гласные, ни негласные мероприятия гвардии успехов не имели. Он лишь посмеивался над ними. Не явно, конечно, но мне, как стороннему наблюдателю, перечитавшему все документы, что только оказались доступны на момент востребования досье, это было заметно. У нас на все это времени не было. Действовать нужно было без промедления и, в идеале, неузнанными. А значит, иного выбора, как проникновение, у нас не оставалось.

Я вышел на улицу. Тут все тоже было серьезно. Дежурил у дверей охранник. Еще один был внутри, в фойе отеля. Снаружи — ничего лишнего. Разве только попробовать использовать видневшийся подъемник для мойки окон, висевший сейчас недалеко от окон Мисеркнакера, но для чего бы, ведь у нас полно пегасов?

Я глянул на часы на одном из зданий.

Несмотря на мои ощущения, прошло совсем немного времени. Скачки продлятся еще долго. Стоило глянуть, как обстоят дела у наших Меткофилок, а уж потом возвращаться к Эплджек. И я пошел в парк.

Логично рассудив, что Скуталу, вероятно, еще на колесах, я, сразу на входе в парк, взял напрокат ролики, нацепил эти неуклюжие четырехколесные штуки, и кое-как удерживаясь, чтобы не упасть, отправился на розыски.

Скуталу отыскалась довольно быстро, но вот ситуация, в которой та находилась, мне сразу не понравилась.

Прямо перед ней, стоял черный с темно-изумрудными хвостом и гривой жеребчик-подросток, значительно крупнее ее. Единорог. Метки мне не было видно. Но это не главное, главное было то, что ранец Скут был в его магическом захвате, и сейчас он плавно водил им перед ней!

— Значит, ты хочешь, чтоб я вернул его тебе, да?

— Да! И сейчас же!

— Ох, как грозно! — он мерзенько ухмыльнулся. — А может, мне тоже интересно, чей-то там у тя…

— Отдай сюда! — Скуталу, похоже, начинала уже тихо свирепеть.

— Ну уж нет, — черный раскрыл ранец. — Я сказал, что посмотрю, значит, посмотрю… Че это за дрянь?

Из ранца вылетела фотография в рамке. Брызнуло разбивающееся об землю стекло.

А вот это он сделал уже совсем зря. Я знал, что было на той фотографии. Это был единственный сохранившийся у Скут снимок, где она была запечатлена вместе с мамой. По горькому стечению обстоятельств, снимок этот был сделан всего за несколько дней до того как ее мама, Копперболт, умерла.

И вот тут Скут не выдержала! Издав какой-то нечленораздельно-нецензурный вопль, она кинулась на обидчика и вместе с ним, подняв тучу пыли, сцепившись, покатилась по площадке.

— Так! — подождав несколько секунд, счел я необходимым вмешаться. — Ну-ка стоп! Что здесь происходит?

Шум стих. Пыль осела. Драчуны, тяжело дыша, повернулись ко мне. Черный все еще держал ранец.

— Она… пытается мою сумку… отнять, — выдавил он, нагло тыча копытом в Скут.

— Так. Понятно. Стража! — окликнул я замеченную мной невдалеке пару городских стражников.

Оба молча подошли. Черный вновь гадко ухмыльнулся.

— Взять грабителя! — скомандовал я, указав на черного.

А вот такого поворота он явно не ожидал! Ухмылочка быстро слетела с его лица! Стражники, беспрекословно повинуясь той волшебной вещи, что зовется формой старшего по званию, кинулись на него с обеих сторон, но мелкий гаденыш оказался проворнее — вывернулся, удивительно ловко и, быстро вскочив на ролики, кинулся через парк с немалой скоростью, унося с собой ранец с фибулой и какими-то деньгами, оставленными для Скуталу.

— Быстрей! — крикнула, срываясь на визг, Скут, так же вскакивая на стоявшие рядом ролики и кидаясь за ним.

На мне-то ролики уже были, но ситуации это не улучшало — даже при том, что мне уже довелось однажды на них прокатиться, пользоваться ими я не умел. Я подхватил фото, выпавшее из разбитой рамки, и как мог, принялся догонять Скуталу.

Черный быстро добрался до конца парка и уже летел по улице, виртуозно лавируя среди прохожих. Скуталу почти не отставала от него. Я лишь старался не упускать их из виду. Сейчас я прекрасно понимал смысл услышанного когда-то от Пинки выражения "как Твайли на льду"! Только благодаря крыльям у меня еще хоть как-то получалось ехать в нужную сторону. Ноги не разъезжались и то ладно. Несколько минут спустя черный, видя, что ему не удается оторваться на прямой, начал сворачивать в переулки. Это было ошибкой. Теперь Скуталу довольно быстро его нагоняла. Да и я тоже приблизился — опять же благодаря крыльям, позволявшим, после некоторой тренировки, поворачивать резче и с меньшей потерей скорости. Скут уже почти настигла вора, когда тот обернулся:

— А ты ничего! — крикнул он. — Быстрая!

И кинул ранец ей под ноги!

Конечно, Скут не успела затормозить, запнулась и со всей скорости упала лицом об землю!

— Ты в порядке? — я, чуть не падая, остановился рядом.

— Почти… — задыхаясь, прошептала она. — Что с… той штукой…

Я осмотрел ранец. Слава Селестии, он не залез в карман, где лежала в свой шкатулке фибула. А вот деньги пропали.

— Только деньги, — успокоил ее я. — Она на месте.

— Жалко… — Скуталу приподнялась. — Все-таки… почти пятьсот битсов…

— Золото — ерунда, — я помог ей подняться. — Главное ты цела и фибула на месте.

— Ага… Ты это… Прости. Просто, когда он… Фотографию… Уже не сдержалась, — на ее глазах блеснули слезы.

— Забудь. Причем тут ты? Сам напрашивался. А где, кстати, Блум и Свити были? — перевел я тему.

— А? Свити и Блум? Они на то громадное колесо, кажется, пошли как раз перед этим. Я хотела догнать, но этот меня остановил.

— Пошли найдем их?

— Ага. Только… Видок у меня наверно, да? — Скут через силу улыбнулась.

Видок и в самом деле был что надо: пыльная, грязная, с несколькими свежими ссадинами и наливавшимся синяком под правым глазом. Попадись мне еще раз этот…

— Верно. Вид боевой. Ну ничего. Попробуем по дороге это исправить, — я закинул на спину ранец Скут. — Может, на меня?

— Да не, ниче. Дойду. Пойдем, а то они наверно уже меня обыскались.

И мы, скинув дурацкие ролики, потихоньку пошли обратно.

* * *

Странная толпа возле колеса привлекла наше внимание еще издали. То есть, в самой толпе, конечно, не было ничего странного, как и в любой толпе возле пользующегося успехом аттракциона. Странным было то, что все они смотрели в одном направлении — вверх, на высшую точку колеса.

— Смотри! — Скут ткнула копытцем туда же.

Я уже увидел.

На самом верху болталась крохотная кабинка.

Единственная, где еще оставались пони.

Донеслись слова рабочего, управлявшего колесом. Действительно странно. Чтобы нестарый, в общем-то, аттракцион вот так вот взяло и ни с того ни с сего заклинило? Да еще и так неудачно, что одна из немногих занятых кабинок оказалась на самом верху. Да еще и в кабинке оказались жеребята, в силу малого пока роста, не дотягивающиеся до лестницы, которую, строго говоря, представляет из себя каркас любого подобного колеса.

Что странно, но все слушали его и никто не пытался хоть чем-то помочь! Я, конечно, понимаю, что в толпе не было видно пегасов, но для живущего в Понивилле это выглядело какой-то дикостью. Вот так вот просто стоять и смотреть, как повисла на огромной высоте Блум, зацепившаяся передними ногами за край кабинки и удерживаемая Свити, но так и не дотянувшаяся до лестницы.

Конечно, я тут же снял обеих. Тяжеловато это было сделать в один заход, но ситуация порядком надоела.

По той же самой причине мы постарались побыстрей отделаться от толпы и бегом выскочили из парка. Вернее, бегом все кроме Блум, проделавшей этот путь на моей спине — затекшие ноги ее пока еще с трудом слушались.

На все вопросы Скут подруги только разводили копытами. Да и что они могли сказать? Просто сломавшийся аттракцион и ничего кроме.

Другое дело синяк на лице Скуталу! Вот тут развернулось целое действо! Какие уж тут пони-нидзя! Они бы не справились с такой бандой на роликах! Да… Завирала она, конечно, лихо! Не видел бы я происходившего своими глазами…

Пока Скуталу рассказывала, мы успели уже добраться до входа в "Счастливую подкову", попутно слегка приведя себя в порядок с помощью попавшегося по дороге питьевого фонтанчика.

Возле входа стояла понурая Эплджек. Почему-то выражение ее лица не понравилось мне еще издали.

— Можешь меня поздравить! Я жирная, кривоногая корова! — без предисловий начала она.

Жеребята, от неожиданности, застыли на месте.

— Не понял? — только и выдавил я.

— А че тут непонятного? Продулась я! Это ж надо было так… Дернул Дискорд за язык сразу все поставить… И ведь первой бежала! Да… Да как я ваще могла споткнуться на ровном месте?! Че ногой за ногу?!! Дура деревенская!!! КОРОВА!!!

Половина улицы обернулась на этот вопль.

— Ну… Ну ладно тебе… Всякое бывает… Это ведь спорт…

— Да! Будет те, сестренка! — подлезла той под бок Эпл Блум.

— Агась… Извините… Просто надо было высказаться… — Враз смутившись, проговорила ЭйДжей, поняв, что на нее смотрим не только мы.

— И много проиграла? — приобняв ее, спросил я.

— Тыща…

— Тысячу золотых?!

— Агась. Эт в смысле именно наших. А так-т больше. Я ведь говорю — все че выиграла, то и поставила. Да еще и сверх того тыщу…

— Ну и Дискорд с ними. Как пришли они к нам, так и ушли эти полторы тысячи.

— Полторы? — чуть удивилась ЭйДжей. Только тут она заметила Скуталу. — А с тобой-т че случилось? Фонарь откуда?

— А это и есть еще пять сотен! — ухмыльнулась Скут.

— Ага, — кивнул я. — Нам всем сегодня чего-то не везет.

— В смысле? — ЭйДжей перевела взгляд на меня.

— Да всем. Скут сама расскажет, Блум и Свити… — тут я слегка запнулся, наткнувшись на выразительный взгляд Эпл Блум. Ну да. Она ее ведь тогда вообще от себя не отпустит…

— Че они там натворили? Опять куда-т вляпались?

— Да не! — пришла на помощь сама Блум. — Просто не везло с аттракционами.

— Да?

— Ага-а!

— Как-то нам сегодня совсем ничего хорошего не удалось… — неуверенно, но почти правдиво подтвердила Свити.

— Верно, — перехватил я. — Да и у меня почти ничего не вышло узнать. Кстати! Давайте-ка лучше разберемся, как отсюда добраться до "Пегас-тауэр". Время уже довольно много. Нехорошо, если мы заставим остальных ждать.

— И то верно, — согласилась Эплджек, все еще как-то подозрительно косясь то на Блум, то на Скуталу с ее синяком, то на натянутую улыбочку Свити. — Будем надеяться, шо у остальных денечек-т был получше.

ГЛАВА 29

Сплошные неудачи

На город надвигалась ночь.

Медленно и плавно оранжевое солнце спускалось навстречу морю, уже четко рисуя дорожку на глади волн. Неторопливо вплыл в поле зрения огромный порт Лос-Пегасуса. Десятки пирсов растянулись вдоль всего берега. Лишь немногие из них были грузовыми, в основном же вдоль причалов выстроились утлые частные суденышки, сколь красивые и быстрые, столь же и бесполезные в настоящем океане, отсюда они казались лишь хрупкими игрушками, из тех, что боишься тронуть, чтоб не повредить. На этом фоне крупным и ярким пятном выделялось лишь одно судно — большой пассажирский корабль, вставший сейчас под погрузку. Пройдет еще день или два, и этот белоснежный красавец наверняка повезет местную праздную публику к каким-то далеким берегам, к тому, что кажется им приключением всей их жизни.

Ну а наше приключение продолжится завтра, а пока порт проплывал мимо нас уже второй раз. Иза и Радуги все не было. Ожидание затягивалось.

Неразлучная троица, заказав себе "молочную вкусняшку", по их словам оказавшуюся совсем не такой, как дома, сидела за отдельным столиком и любовалась уже порядком прискучившим за последний час видом.

Я, так же заказав себе "вкусняшку", слушал историю недавно появившейся Деринг. Никак не могу понять, как вообще Скут это пьет? "Вкусняшка" была по ее собственному рецепту, который ей пришлось минут пять втолковывать бармену. Тот долго не мог понять, зачем жеребенку нужно добавлять туда столько острого перца. Хотя одно можно сказать точно — в таком виде "вкусняшка" бодрила очень здорово!

— Так представляете! — продолжала Деринг. — Мало того, что добрую половину всего, что в этом ихнем музее выставлено, добыла я, а они меня даже и не упомянули! Они еще и приписали все заслуги каким-то *нехорошее слово*, о которых я и не слышала-то никогда! А когда я попыталась хоть как-то восстановить справедливость они еще меня и высмеяли! Они заявили, что Деринг Ду вообще выдуманный персонаж из книжек для жеребят, а мой костюмчик на эту тему мог бы быть и получше! В конце концов, меня вообще выперли из музея! Меня! Самого известного археолога во всей Эквестрии!

— Обвафная фторона ифвефнофти! — оторвавшись от тарелки, прочавкала Дерпи. — Тепя нафинают отрицфать. Зафо, мовет пыть, меньфе путут прифтафать на улифе!

— Пфуй… Дитзи! Ну ты хоть проглотила бы сначала, а? — поморщилась ЭйДжей, глядя на вылетающие на стол кусочки.

— А? Фо? — Дерпи сделала паузу, стараясь все быстро прожевать и проглотить за раз. — Извиняюсь. У меня у самой сегодня тоже денек был паршивый.

— Рассказывай, — кивнул я.

— Ну, значит так. Добралась я кое-как до этого музея выпечки. Кто только додумался на улице столько препятствий расставлять? Как еще шишек не понабила… Вхожу я значит. Кругом одни фотографии! Ни одной витрины с выпечкой! Иду дальше. Ну, хоть рецепты под стеклом какие-то появились. Запомнила вроде кое-что. Маффинов как не было, так и нет! Я весь этот глупый музей обошла! Три раза! А он немаленький! Ни-че-го! Запах, главное, есть, а маффинов нет! Только с третьей попытки лестницу наверх заметила. Когда лбом налетела. Забираюсь я, значит, по лестнице, а там оказывается странный такой ресторанчик. Даже он и не ресторанчик, а скорее пекарня. Ну, там можно самим себе что-то приготовить и тут же слопать. Ну, думаю, здорово! Вот я и добралась! Маффины, ждите, я уже лечу к вам! Ну, вернее я вас сначала приготовлю, а потом уже лечу. Ну вы меня поняли? Тесто сделала, формочку в духовочку греться поставила, все как надо. Пошла себе посмотреть, что там такое, вкусно пахнущее, остальные себе готовят и нельзя ли будет чем-то поменяться. Ну или что-то по-тихому схарчить, пока не смотрят. Ну и, наверно, засмотрелась… Очнулась только когда все уже к выходу бросились. А кругом-то все в дыму! Я ведь и так плохо вижу! В общем, я последняя там осталась. Задыхалась уже, когда какой-то красавчик стражник влетел в ресторан и меня на себе выволок. А может и не красавчик… Все ведь в дыму было и со зрением у меня… не идеально… Но хоть показался таким. Мы с ним о чем-то даже поболтать успели. Хотя я его так и не разглядела толком — глаза-то слезятся после дыма! А когда он отошел куда-то, слезиться они перестали. Ну и я увидела. Весь второй этаж музейчика… А может и первый… Красиво, конечно, но вот дожидаться, пока они выяснят, кто это устроил, мне как-то не захотелось. Я и сбежала потихоньку. И на своих четырех, в конце концов, сюда добралась. Больше часа шла!

Ну, теперь становилось понятно, что за всполохи мы наблюдали сейчас из ресторана. Правда, идти тут было… Далеко не час. Даже не полчаса.

— Агась, — кивнула ЭйДжей. — У нас у всех тут седня день не задался.

— Да где уже Иза с Радугой носит?! — не в первый уже раз, вслух возмутилась Деринг. — Договаривались же!

Стоило ей это произнести, как показалась и эта парочка. Оба одинаково запыленные, Из поцарапан, на лице Дэш пара свежих пластырей.

Под всеобщее молчание они уселись за накрытый стол, сразу влили в себя по кружке какой-то бурды, которую тут подавали вместо алкоголя, и, не произнося ни слова, принялись за еду.

— Ну ниче се… — ЭйДжей смотрела на них во все глаза. — Красивы, слов нет… Вы бы хоть че сказали… Че с вами случилось-т?

— У? — Из вынырнул из тарелки и кивнул на Дэш.

— Угумпф! — вторила ему та. — Ща! Первым делом похавать. Вы пока сядьте поудобнее… Или лягте, чтоб не падать. Хряпните чего-нибудь…

— Есть повод? — мрачно хмыкнул я.

— Ага! Точно! Кстати! Из! Тебя про хряпнуть тоже касается, я тебе еще не все рассказала.

— То есть? — уставился тот.

— Ща!

Мы культурно заказали себе еще по порции того пойла, Меткоискатели дружно взяли еще по "вкусняшке", и, стараясь не нервничать, принялись дожидаться рассказа Дэш.

Наконец, любая возможная еда на столе, включая цветы из вазы, закончилась. Тянуть дальше возможности уже не было.

— Из, не плеснешь мне… этого. Не пойму что это, но вроде с алкоголем, да?

— Сейчас, — Из с готовностью налил полную кружку.

— Так… Так… Стой. Стой! Ну… Ну вот куда ты столько? Мне че теперь? Отхлюпывать?

— Давай я отхлюпну.

— Ага, щас! — Дэш отхлюпнула.

На "хлюп" обернулись, по-моему, все, кто еще оставался в ресторане.

— Так вот, — голубая, вздохнув, откинулась на мягкую спинку дивана. — Пони я азартная. Ну, это ни для кого не новость, да?

Мы переглянулись. Сказать что Дэш азартная — означало сильно приуменьшить реальность…

— Так вот. Когда мы с Изом… покинули "Счастливую подкову"… Ну ладно, ладно! Когда нас оттуда выперли! Вот. Мы с ним наняли такси и попросили отвезти к самому крутому местному казино. Обалденное, должна сказать, местечко! Это ж надо было! Выстроить такую красотищу, да еще и прямо в море! Казино на сваях! Что толку говорить — вон оно, — Дэш указала вдаль на переливавшееся светом нечто, более напоминавшее айсберг в такой подсветке, чем здание. — Там у них даже полы стеклянные! Да что там полы! Вообще все! Даже половина стен! В общем, казиношка действительно крутая! "Терсан" называется.*

— Погоди, погоди, — перебила ее Дитзи. — "Терсан"? Это не те ли легендарные морские пони, о которых сложено столько мифов?

Мне, вдруг, это название тоже показалось знакомым.

— Морские? — Дэш поморщилась. — Ну… Не знаю. Не слышала. Но, это не главное. Главное, что нас туда привезли. Иза это все как-то не особо заинтересовало… Не, его заинтересовало, конечно, но только после того, как я две тыщи в рулетку спустила. Вот в тот момент, когда до меня это дошло и я, от такого дохода, башкой об стол долбанулась, вот тут его заинтересовало. Тут он тоже подсел к той рулетке. У него тоже все сначала хорошо шло, а потом проигрался на пять сотен. Я уж не знаю, как он понял, но он отшвырнул крупье и перевернул тот столик! Так представляете? Там какая-то штука стояла, которая позволяла шариком управлять!

— Да ничего я не догадался, — перебил ее Из, — Я только когда увидел вспомнил. А стол я перевернул просто потому… Ну… Просто так. В общем, после разговора с охраной… — как-то нехорошо ухмыльнулся он. — Мне еще и счет выставили за стол… и за охрану… Ну и за дверь, конечно, спровадили. Дэш я уже в соседнем баре дожидался.

— Ага, — снова перехватила Радуга. — А я, после таких разрушений, решила другой стол попробовать. Попался мне, на беду, карточный. Вот недаром все-таки Селестия почти везде запретила азартные игры… И ведь не было уже Иза рядом-то! Меня бы за хвост, да и волоком оттуда! А некому! Впрочем, сначала-то все круто пошло, я даже отыграла аж пять тысяч битсов! И вот спрашивается: почему мне было вот тут-то не остановиться? Так нет же! Меня понесло! Почему? Ну… Не знаю… Наверно из-за того, что сменился один из соседей по столу. Представляете, да? К столу подсел какой-то вчерашний жеребенок и поставил сразу пять сотен! И сразу выиграл! Конечно я тут же решила поставить его на место!

— И как успехи? — уже догадываясь, спросил я.

— Как, как… — Дэш уставилась в пол. — Проклопала я деньги… Когда очнулась, уже последние монеты из сумки этому черному выгребала. И ведь не жульничал! Неужели я бы за жеребенком бы этого не заметила? Сама кой-чего умею…

— И много прокло… проиграла?

— А ты как думаешь? Кто в казино с мелочью ходит? Конечно и я изрядно прихватила из общих…

— А все-таки?

Дэш покосилась на Иза и опустила голову еще ниже:

— Десять… — прошептала она.

Из закашлялся, подавившись пойлом:

— Сколько???

— Десять… — Радуга сглотнула. — Тысяч.

В зале повисла тишина.

Где-то родился гвардеец.*

Прошла минута.

Блум громко, на весь зал, всосала через трубочку остатки "вкусняшки".

Скуталу ткнула ее копытцем.

— Че?

— "Че, че", момент не порти!

— А-а-а…

— Ой, что сейчас было бы, будь тут Рарити…

— А че было бы?

— Так она мне за каждый битс лекцию читает об экономии! Хотя сама тратит их, по-моему, даже не замечая, сколько их было! Элемент щедрости…

— Так! Ну все! Давайте уже смотреть!

И все трое, подперев головы, уставились на нас.

— Новая ферма…

— Десять… нет, пятнадцать тысяч маффинов…

— Пара-тройка походов за сокровищами…

— Нет, все понимаю… Но десять…

И только Дэш сидела абсолютно молча.

— Десять… — снова пробормотал Из с отсутствующим выражением лица. Накрыл Дэш крылом. Нервно прижал к себе.

Та чуть заметно вздрогнула и порозовела. Глянула на него:

— Из, я…

— Забудь. Найдем еще способ, как их вернуть. Забудь, — без выражения, как-то механически, то ли для нее, то ли для себя, повторил он.

— Из… — уже совершенно раскрасневшаяся Радуга прижалась к нему щекой.

Со стороны, где сидело трио, послышались вздохи и фырканье.

Мне показалось, или на лице вечно невозмутимого Иза тоже появилось что-то, похожее на румянец?

— Мда… — пробормотал я, — Что-то этот город быстровато кушает наши деньги. Стоит поэкономить. Пятнадцать тысяч за день, это как-то перебор. Слава Селестии, что с завтрашнего дня наш отдых тут закончится, — я выдавил из себя улыбку.

Примерно то же самое сделали и остальные.

— Агась.

— Угу.

— Точно.

— Верно.

— Ага.

Меткоискательницы лишь с грустным видом переглянулись и одновременно вздохнули.

Закончить вечер совсем без трат все же не получилось. Захотелось чего-то культурно-развлекательного. На беду попалось какое-то орально-танцевальное шоу. Увы, не из самых дешевых. Скажу честно. Первые полчаса я еще как-то крепился, потом, поняв по взгляду Эплджек, что ее одолевают примерно схожие чувства, кивнул на выход. Всего через пару минут к нам присоединилась Скуталу. Еще через какое-то время — заскучавшие Радуга и Из. Увы, но остальных нам пришлось ждать еще целых два часа, тупо сидя на скамье недалеко от входа в кабаре.

До отеля мы добрались уже после полуночи. Сил у меня осталось только на то, чтоб заползти в номер, добрести до кровати и уткнуться носом в гриву только что устроившейся на ней Эплджек…

* * *

Наконец, начиналось новое, бодрое, рабочее утро. Стоило надеяться, что неудачный день остался позади и сегодня у нас, наконец, все получится! За тоненькой стенкой, там, где был номер Радуги и Иза, раздалась какая-то возня. Наверное, это было забавно. Кровати в этих номерах были исключительно двойные и, при этом, чрезвычайно узкие. Если уж я проснулся, прижимаясь к спине ЭйДжей, оттого, что ее грива щекотала мне нос, то в какой позе могла проснуться эта парочка? Судя по звукам… По… По вздохам? Они явно занимались чем-то интересным. Позже, уже вовремя сборов, Из все рассказал, чем немало нас позабавил. В правдивости его повествования сомневаться не приходилось — такие ситуации нарочно не выдумать. Поза, в которой они проснулись, по его словам, была действительно занятной. Глаза они открыли практически одновременно. И одновременно поняли, что лежат, упершись нос в нос, чуть ли не обнявшись. А потом оказалось, что у Дэш, к тому же, занемели крылья. Из вызвался помочь ей их размять. Это и были те интересные звуки, что проснувшись, услышали мы с Эплджек, и что заставили нас отложить подъем еще на часок, пока в общей на наши два номера ванной не раздались звонкие голоса проснувшегося трио.

Правда, даже после этого, начать утро бодро и активно, как уже вошло нам в привычку вовремя этого путешествия, у нас так и не получилось. Утро началось с нескольких чашек крепкого чая, легкой еды, свежих газет и напряженных, тягостных раздумий в попытке провести "мозговой" штурм и разобраться в наших действиях на сегодня.

Весьма нескоро, но это все же дало свои скромные результаты. Мы выработали пару хоть и не идеальных, но планов, подготовили необходимый минимум вещей, и, затарившись по дороге едой навынос из какого-то недешевого ресторанчика, нашедшегося рядом с той забегаловкой, где, благодаря купившимся на дешевые сладости Меткоискательницам, довелось завтракать нам, отправились к "подкове".

Первый план был очень простым, совсем не изящным и исполнялся в одиночку, хотя и под нашим присмотром.

Дерпи его предложила, она же и взялась осуществить. Требовалось совсем немногое: переодеться в форму какого-либо ресторана, а такие имелись в заказанных мной рюкзаках; прикинувшись работником службы доставки, войти с едой в отель; заставить портье отойти, выясняя, заказывал ли кто-то из клиентов еще вчера еду с доставкой, оплатив ее заранее; незаметно сделать оттиск ключа, формочку для которого мы сунули в одну из коробок или, в крайнем случае, выкрасть сам ключ; дождаться ответа портье, что никто этого не заказывал; оставить почти все доставленное в подарок портье и спокойно удалиться.

Ничего сверхсложного. Даже слова Дитзи были продуманы заранее. Единственное, что могло пойти не так — поведение портье. Оно и пошло. Ну кто мог знать, что он вообще не выйдет из-за стойки, а просто окликнет коридорного и попросит его уточнить? Вот и пришлось Дитзи подарить чрезмерно осторожному портье всю еду и уйти ни с чем!

План номер два, задуманный нами с Изом, был уже куда интересней и сложней в исполнении. Мы все-таки решили попробовать использовать люльку для мытья окон и, с ее помощью, пробраться в номер не привлекая внимания. Для этого, конечно, нужны были подходящие костюмы и немного грима, но и они у нас имелись. Мы замаскировали шрам на ухе Иза, приобрели в росте и весе, отрастили усы. Единственным, что могло бы выдать, что мы не мойщики, были стеклорезы в нагрудных карманах простеньких спецовок.

Как ни странно, но через вход для персонала мы прошли безо всяких особенных проблем. Достаточно было проскочить мимо стражников на входе. Но эти двое были достаточно доверчивы. Как оказалось, в здании работает так много персонала, что запомнить всех в лицо было весьма проблематично, а системы идентификации на входе у них практически не было.

Почти час мы шатались по всяким подсобным помещениям с чрезвычайно занятым видом.

Наконец, мы рискнули!

И вот те на!

Перед самым выходом на крышу тоже стояла охрана. Вот только это уже были не городские стражники, а какие-то наемники! Кто-то из постояльцев определенно боялся за свою шкуру! Настолько, что они даже не пустили персонал на крышу! Однако, попытайся мы подняться к окнам на своих крыльях, мы бы непременно были замечены, а это в планы не входило. Пришлось выбирать меньшее из зол и прибегнуть к короткой копытопашной схватке, понадеявшись, что мы не привлечем внимания этим шумом…

Слава Селестии, крыша оказалась пуста! Мы спокойно забрались в люльку. Спустились к нужным окнам. Вот оно!

— Однако, шикарно живет… — пробормотал Из. — И охраны не видно…

— Погоди… — я достал стеклорез и принялся за работу. — Фейфяс фояфятся!

Они и появились! И как раз в тот момент, когда мы уже вошли в номер! Просто открылась входная дверь и в комнату вошли двое: немолодой уже черный единорог с моноклем в глазу, когда-то, видимо, бывший весьма не дурен собой, но уже поседевший и обрюзгший. И его молодая копия с изумрудно-зеленой гривой.

"Здрасте! Как давно мы не виделись! — пронеслось у меня в голове, когда наши взгляды встретились. — А он меня узнал! Определенно узнал! Ишь как глаза-то сверкнули! Впрочем, похоже, не только меня…" В мозгу вспыхнули строчки досье. Точно! Так вот откуда мне вспомнилось это название — "Терсан"! Мисеркнакер был его владельцем! Правда, в досье не было ничего про младшего, но сейчас, когда оба были перед глазами, сходство их было налицо. Сомнений и быть не могло, мелкий — его сын. Тогда становилось понятно и то, как он оказался в казино, и то, что, вероятно не без помощи крупье, обыграл Дэш… Все это мелькнуло в моем мозгу за те секунды, что мы разглядывали друг друга, что длился крик "Грабят!!!", что заняло у нас с Изом расстояние до разрезанного окна…

На нашу удачу среди влетевших в комнату наемников не оказалось пегасов…

"Это провал…" — подумал я и прыгнул в окно…*

* * *

Мы уже битый час сидели в кафе недалеко от "подковы" и пытались хоть что-то сообразить. Причем, с учетом того, что долго Мисеркнакер теперь тут не пробудет. План нужен был срочно. Еще до вечера. Мы думали.

— Мда… — пробормотал я. — И ведь как назло! Ни единой толковой мысли!

От группы перешептывавшихся о чем-то соклубниц отделилась Скуталу. Свити и Блум удивленно смотрели на нее. Та резко, будто собравшись с духом, выдохнула:

— У меня есть идея!

Все повернулись к ней.

— Какая? — я даже слегка удивился. Неужели мы что-то упустили?

— Ну… Я даже не знаю, как и сказать-то… — Скут упорно не смотрела в глаза. — Но… Может, я могу помочь?

— Выкладывай.

— Ну, в общем…

И она выложила! Конечно, план был весь, целиком основан на риске, но сама идея… Вероятно, это был наш последний шанс наведаться в гости до того, как наш объект куда-нибудь сбежит.

Даже Из посмотрел на Скуталу с уважением, видимо, не мне одному показалось, что было учтено все. Исключая Дерпи, которую портье уже видел, задействованы были все. А впрочем, и она могла пригодиться. Оставался только один вопрос.

— Ну, вродь понятно. Мы с Алексом и Деринг отвлекаем портье, — задала его Эплджек. — Радуга отвлечет на ся охранника. Блум и Свити тож роли нашлись. А кто вытащит портье из отеля? Кто пойдет на воровство? Да эт и уметь надо…

Скут совсем повесила голову:

— Воровать… Буду я, — тихо прошептала она, наконец заглянув мне в глаза.

— Че? — переспросила Блум.

— Ты сказала во-ро-вать? — оторопело уставилась Свити.

— Да! — решившись, отрубила Скут. — Я сказала "воровать"! И все. Хватит об этом. Портье я возьму на себя.

Мы замолчали.

Не знаю, кто как, а я, отключив чувства, обдумывал план, предложенный Скут, приводя его в надлежащий вид. Наконец, спустя пятнадцать минут, тот был вычищен, умыт, с шиком приодет, причесан, набриолинен и надушен. Можно было выпускать его в свет!

* * *

В дверь номера позвонили.

— Кого принесло? — раздался недовольный возглас, но дверь не открылась.

— Это я, Ваш коридорный, — перед дверью неуверенно топтался молоденький пони в серебристой форме.

— И чего тебе нужно? — хозяин голоса явно не спешил открывать.

— Вам пи-письмо.

— Вот как? И что же в нем?

— Я не читаю чужих писем, с-сэр…

— Угу. Я почти поверил.

— Н-но на словах велено передать, что это В-вас наверняка заинтересует…

— Хорошо. Сунь под дверь и уходи.

— Да, сэр.

Коридорный действительно просунул под дверь некий конверт и, оглянувшись, спешно удалился.

За дверью послышался хруст разрываемой бумаги. Заинтересованное хмыканье.

— Что ж, думаю, можно напоследок… — пробормотал кто-то чуть погодя. И громче: — Собирайся! Поедешь со мной, думаю, тебе это тоже будет полезно.

— Но отец! Я ведь говорил тебе про тех странных пони! И того офицера!

— Успокойся. Скорее всего, это обыкновенные мошенники. И никакой он не офицер. А мошенники не сунут голову два раза в одну петлю.

— Но…

— Я сказал, собирайся!

— Иду, иду…

Примерно через полчаса к отелю подкатили два заказных такси.

Охранник, белый жеребец с ярко-голубыми глазами, услужливо распахнул двери отеля. Мимо него медленно прошествовал стареющий черный единорог с седой гривой. За ним, с понурым видом, плелась его молодая копия. Их сопровождала наемная охрана.

На выходе эта процессия чуть не столкнулась с какими-то новыми постояльцами. По виду — богатенькая деревенщина.

— Эгей! По аккуратней! — отшатнулась от него рыжая поняшка с совсем светлой гривой, — Смотри, куда прешь! — та обернулась назад, к еще одной, песочно-желтой, копавшейся в какой-то примитивной телеге. — Ну че вы там застряли? Давайте живее!

Черный, брезгливо сморщившись, молча прошел мимо. Захлопнулись дверцы такси.

Рыженькая же, вошла в фойе и принялась крутить головой:

— Так значит… Агась… — она наткнулась взглядом на портье. — От! От ты-т мне, приятель, и нужен!

— Чем я могу помочь?

— Мы здесь новенькие… Мож-т быть подскажешь нам, че в городе стоит поглядеть?

Тут вошли еще двое: та, песочно-желтая пегаска, что рылась в телеге, и крепкий темно-серый жеребец, тоже пегас, в костюме прошлогодней Кантерлотской моды.

— А ничего так… — остановился он, оглядываясь.

— Д-дорогой, а где жеребята? — почему-то слегка запинаясь, обернулась рыжая.

— Сейчас… — серый, было, развернулся к выходу, но три жеребенка уже влетели в фойе.

Впрочем… Разве три? Вот они, две жеребяшки — затеяли игру прямо тут и понеслись друг за дружкой, чуть не сбивая мебель… Если бы их было трое, то и третий жеребенок непременно был бы с ними.

— Кхм… — портье откашлялся. — Конечно, я сейчас все расскажу и даже покажу, только… Не знаю, как и сказать, но… Не могли бы вы немного угомонить… э-э-э… своих жеребят? Я, простите, опасаюсь, что они сейчас перебьют все вазы, а это антикварные вещи…

— Верно, верно, — закивала рыжая. — Но мне будет проще увести их отсюда, чем остановить… Может, ты покажешь мне хоть че поближе из окна?

— Конечно.

Увлекаемый рыжей кобылкой, портье отошел к окну и там принялся что-то оживленно ей объяснять. Почти сразу к ним присоединилась и песочная.

В это время появилась в дверях еще одна пони, довольно ярко выделявшаяся среди прочих. Ее грива всех цветов радуги, в сочетании с абсолютно голубой шерсткой и подтянутым, спортивным телом, должна была производить потрясающий эффект!

Поняша деловито огляделась. Заметила охранника у входа. Подошла к нему. И, вдруг, начала просто корчить рожи, издеваясь на ним и, видимо, пытаясь таким образом привлечь к себе его внимание! Не получилось. Тогда она, взмахнув крыльями, поднялась вровень с его лицом и повторила попытку. Ноль внимания! Охранник отстранялся и продолжал глядеть за новоприбывшими постояльцами. На секунду на лице голубой пегаски промелькнула задумчивость, сменившаяся какой-то решительностью. Та зачем-то глянула на двери, резко выдохнула и… И развернулась в сторону стражника крупом задев того хвостом по носу! Бедный издал какой-то хрюкающий звук, видимо, пытаясь что-то сказать, и уставился в одну точку. Пегаска сдвинулась чуть вправо. Точка, за которой следил взгляд стражника, сместилась вправо. Влево — и взгляд устремился влево. Для полной уверенности голубая подвигала крупом вверх-вниз, убеждаясь, что и глаза стражника в точности следуют за ней…

То же, что произошло в следующие несколько секунд…

На конторке, за которой обычно находился портье, стояла, красуясь, переливаясь бриллиантами серебряная статуэтка, изображавшая подкову на резном постаменте. По-видимому, стоимость одной лишь этой маленькой детальки интерьера могла приближаться к стоимости хорошенького домика, в каком-нибудь провинциальном городке!

Ключевое слово здесь — стояла. Ибо в следующее мгновенье она очутилась в зубах маленькой, рыженькой пегасочки, непонятно, как и откуда выскочившей и сейчас со всех ног несущейся в сторону выхода с добычей во рту!

— Держи вора! — крикнул ей вслед серый пони в вышедшем из моды костюме, пускаясь за ней, однако делая это с какой-то ленцой, будто зная, что все равно не догонит.

— А? — обернулся на шум портье. — Э! А ну стой! Верни на место!! Стой тебе говорят!!!

Но пегасочка не снижая скорости неслась к выходу.

Охранник, что стоял у дверей, попытался заступить ей путь, но голубая пегаска, висевшая в воздухе перед ним, охнув, подалась назад, упираясь в него крупом. Закрыть собой дверь стражник так и не успел. А может уже и не хотел…

Жеребяшка вырвалась на улицу, а вслед за ней стражник и вопящий дурниной портье…

* * *

Наш план сработал идеально! Мисеркнакер поверил-таки письму и решился ехать за антиквариатом почти на другой конец города. Он не мог допустить, чтоб такая вещица, созданная из кристалла редчайшего мэйнита, досталась кому-то еще.* Эта часть спектакля была разыграна довольно несложно. Содержимому письма с описанием редкости трудно было не поверить, столько мелочей и узко-специальных подробностей там упоминалось. Чувствовалось, что написано оно профессионалом, досконально знающим и любящим свое дело. Еще бы! Ведь его писала сама Деринг Ду! А кому лучше разбираться в археологии, как не ей? Письмо вышло потрясающим! Доставку его мы, само собой, доверили единственному среди нас профессиональному почтальону, благо все, что требовалось — сумка, фуражка и немного грима, а они у нас были.

Из всего дальнейшего маскарада, направленного в основном на то, чтобы дать Скуталу возможность добраться до конторки незамеченной, можно выделить два сложных момента. Момент первый — заменить наружного охранника на Иза так, чтобы никто ничего не заметил.

И вытекающий второй — охранник внутри. Его отвлечение было целиком возложено на Дэш, Должен сказать, такого метода никто от нее не ожидал… Но, с другой стороны — кто осудит победителя?! Главное, что Скут оставалась незамеченной до самого последнего момента.

А дальше — проще. Воспользовавшись отсутствием портье и охраны, Блум и Свити должны были быстро просмотреть списки постояльцев в поисках Мисеркнакера, при необходимости, и взять соответствующий ключ.

Со Скуталу все тоже было идеально продумано — ее должен был догнать и схватить Из в своем амплуа охранника.

Свити Бель и Эпл Блум уже нашли нужный ключ, когда мое внимание привлекли какие-то странные звуки, раздававшиеся снаружи.

Я вышел на ступени и обмер.

Двое стражников запихивали в синюю карету с решетками на окнах, упирающуюся Скуталу!

Из стоял рядом.

— Я не успел, — прошептал он, когда я подошел ближе. — Они проезжали мимо. Прямо перед ней. Что будем делать?

Двери кареты захлопнулись. Громко лязгнул замок.

— Возьми на себя командование тут. Я — за Скуталу. Встретимся вечером в номере — доложите о результатах.

И я растворился в подсобравшейся толпе.

* * *

Бежать за каретой пришлось довольно долго. Та выехала из центра города. Дома становились все ниже, меньше. Появились на горизонте частные домики. Наконец она остановилась возле одного из домов. Тихо открылись ворота, пропустив ее внутрь и столь же плавно затворились. Дом был почти неприметным снаружи. Выдавали его лишь несколько мелких деталей. Не очень крупный, всего в два этажа, но зато с обширным двором, скрывавшимся за высоким забором. Выходившие на улицу окна были закрыты изящно выкованной и покрытой серебряной краской решеткой. Простые и строгие беленые стены без единого выступа. Ровная площадка на крыше, с ведущей на нее лестницей. Ничего лишнего.

Перед воротами топтался одинокий, скучающий стражник.

Я стоял в тени одного из домов напротив, так, что ни ему, ни проходившим мимо пони не было меня видно, и думал: "Конечно, Скуталу надо выручать. И как можно быстрее. Если они выяснят ее личность, ее не ждет ничего хорошего. Но как это сделать, вот в чем вопрос?"

Снаружи домик выглядел настолько просто, что попасть в него представлялось возможным только через дверь. Можно еще, конечно, перелететь через стену…

"Ну, перелечу. А что потом? Все равно она где-то внутри. Значит, нужно попасть внутрь дома. Как?"

Солнце начинало клониться к закату. Я уже перебрал в голове все возможные и невозможные варианты устройства побега, постепенно отметая их один за другим. Наконец их не осталось. И тогда я решился. Если нет вариантов — сымпровизируем!

"Да. Я хочу в тюрьму!"

Легко было так подумать. А вот устроить так, чтоб меня туда упрятали оказалось совсем не так просто. Например, камень, брошенный в витрину по соседству, не помог — стражник лишь пригрозил мне! Пришлось пойти на крайние меры — ответить тому грубостью. Слово за слово, я все-таки вызвал ответную грубость и от всей души залепил тому копытом по морде! Тут же из здания выбежали еще двое! Завязалась жаркая, но короткая схватка, в результате которой меня наконец-то, несмотря на все мое вялое сопротивление, повязали и повели внутрь.

Ура!

ГЛАВА 30

Небо в клетку

Итак. Я добился-таки своего. Меня втащили в дом. Я ничего с собой не брал, так что отбирать у меня было нечего. Даже наоборот. Мне сделали подарок, от которого я не мог отказаться — изящную такую цепь на задние ноги. Медленно ходить она почти не мешала, но о рыси или галопе не приходилось даже и думать. Назвать им свое имя, как было предложено, я, конечно, отказался, поэтому меня решено было сразу отправить в камеру до утра, а уже утром во всем разобраться.

Изнутри домик казался даже меньше, чем снаружи. Почти весь первый этаж его, по моим ощущениям, занимал пустоватый коридорчик, по которому меня сейчас вели и несколько запертых комнат. Коридорчик, свернув налево, резко закончился парой лестниц, ведущих, соответственно, вверх и вниз. Мои провожатые толкнули меня к шедшей вниз, из-за чего я чуть не полетел по ней кубарем. Узкая, плохо освещенная лестница закончилась массивной дубовой дверью. Один из стражников дернул зубами неприметную веревку. Где-то приглушенно зазвенел колокольчик. Скрипнула под чьими-то шагами половица. В двери открылось крохотное окошко. Показались чьи-то глаза. Пригляделись внимательно.

— Проходи.

Открывшееся за дверью помещение лично мне больше всего напоминало кордегардию — место, где дежурит или отдыхает охрана. Она была сравнительно невелика, по крайней мере, те, что я видел до этого в гвардейских казармах, были значительно больше, однако достаточно вместительна. Здесь имелось все необходимое: пара двухъярусных кроватей, какие-то шкафы, стол, прочая мебель. А главное — здесь имелись стражники. Целых трое. И еще одна дверь, за которую меня тут же и вытолкали. За ней оказался еще один коротенький коридор с дверями в обоих его концах. Возле стены стояли стол с лампой и пара стульев. На одном из них дремал стражник, сразу, впрочем, проснувшийся и кинувшийся отпирать вторую дверь. За ней обнаружилась еще одна, но уже не дубовая, а решетка из весьма надежных на вид прутьев, внушительной толщины.

Еще один мощный толчок, сопровождавшийся на этот раз подножкой! Я рухнул на холодный каменный пол. Кто-то из охранников хохотнул. Лязгнула решетка. Стукнули замки в двери.

Я медленно поднялся, сел. Осмотрелся.

Сырая, полутемная комната. Единственный источник света — небольшая масляная лампа, подвешенная под потолком и лишь чуть освещавшая центр комнаты. В противоположной стене, под самым потолком, имелось небольшое окошко, забранное решеткой. Настолько узкое, что решетка была лишь для красоты, пролезть через него и так было невозможно. Откуда-то понизу тянуло холодом. Видимо, окно не было застеклено. Мебельное убранство было небогатым: простой стол с парой скамей в центре комнаты, отхожее ведро в углу да деревянные нары вдоль стен с набросанной на них соломой, судя по запаху уже подгнившей, вот и вся мебель.

В дальнем, самом темном углу что-то шевельнулось. Я поднялся с крупа и медленно пошел туда. На самом краю нар, нервно вжавшись в дальний угол, почти неразличимая в окружающем мраке, лежала маленькая рыжая пони.

— Не подходи!!! — взвизгнула она. — Я… я… Алекс???

Я неуклюже взгромоздился на нары:

— Да, Скуталу, это я.

— Прости я… Я подумала… — Скут всхлипнула.

Вместо ответа я просто притянул ее к себе.

— Слава Селестии, это ты… — уткнулся в меня мокрый нос. — Но как… Как ты здесь оказался? То есть…

— Ты ведь помнишь? Я обещал быть рядом, когда только смогу. Ну вот. Я рядом.

— Я… Я помню, конечно, но разве тебя не выгонят из гвардии, когда узнают?

— Возможно, — вздохнул я.

— И ты… Ты так спокойно об этом говоришь? — Скут чуть отстранилась и глянула мне в глаза.

— Ну, для этого они должны еще об этом узнать. Нет, они все равно узнают, это верно. Но весь вопрос в том, как и когда. Если прямо сейчас, то за такого гвардейца никто и битса не даст. Если же нет, то у меня еще есть шансы.

— А в чем смысл?

— Смысл в том, что я дал слово. Я не дам им сейчас просто так все погубить.

— А что тут сделаешь? Со мной все кончено… Все ясно… — Скуталу снова захлюпала носом, — Ну что меня может ждать? Конечно вас… с Дэши лишат опеки, а дальше… Хотя… Какое уж там дальше… Ну что может ждать такую, как я? Сиротский приют? И это еще в лучшем случае… А в худшем…

Она пошевелила ногами — звякнули цепи.

— Они что, и на тебя их нацепили?

— Ага… — грустно ухмыльнулась Скут. Утерла ногой нос. — Я, когда они меня в карету пихали, кому-то по зубам заехала… Пару раз… Пару-другую…

— Да… — выдавил я. — Тогда действительно… в лучшем…

— Вот… А ты говоришь… — Скуталу снова прижалась ко мне щекой. — Хорошо еще если не… А если еще и тебя… Из гвардии…

— Если я сейчас не смогу тебе помочь, то и в гвардии мне делать нечего.

— Помочь? — вновь заглянула мне в глаза Скут. — Да как тут…

— Они расспрашивали тебя о себе?

— Да…

— Сказала что-нибудь?

— Нет. Хотя не знаю почему… Смысла молчать уже не было — они забрали фотографию… где я с мамой… Там сзади ратушу видно… Поймут, что в Понивилле снято… А там…

— Тогда — плохо…

— А то…

— Тогда у нас всего один шанс…

— Да? Какой?

— Да все просто. Бежать.

— Отсюда? Как?

Я лег на нары лицом к лицу со Скуталу. Глаза в глаза.

— Еще не знаю… Еще ничего не знаю. Но мы что-нибудь обязательно придумаем!

— Хорошо бы… — Скут вздохнула, снова утерла нос ногой.

— Конечно придумаем. А пока, давай попробуем подремать хоть немного?

— Угу. Давай.

* * *

Подремать нам так и не удалось. Ни мне, ни, похоже, ей. Лезла в голову всякая ерунда: о выбарабанивании из гвардии; о том, что ждет Скуталу, если все пойдет не так, как надо… С такими мыслями не больно-то поспишь! Вот и мы только ворочались на жестких нарах, временами поглядывая друг на друга. Так продолжалось до самого утра. Вернее, пока, судя по окошку над потолком, не начало светать.

Стукнули дверные засовы. Скрипнула решетка. Стражники впихнули очередного несчастного. Это был очень крупный жеребец, какого-то грязно-коричневого оттенка. Точнее трудно было сказать в тусклом свете умирающей лампы. Лицо его тоже было не разобрать, но судя по тому, как он держался, он явно был тут завсегдатаем. И, похоже, пьян.

— О! Да я тут седнь не один! Здаров приятель! За че теб-бя сюды?

— Здорово, — буркнул я. — Набил морду стражнику.

— О! Лихо! — он бухнулся на соседние нары. — Энт-то по-наш-му! А мене от оп-пять… и, п-хоже, мож-т надолго…

— Сочувствую.

— Ха! Пос-чувствуй лучше т-му гвардейцу, к-торого я на перо пос-дил!

— Гвардейца?

— Ага! А неч-че было! Хыто его пр-сил лезть? Энто мое дело, скоко я пью и к к-му п-р-стаю! Тем более, че я на р-боте!

— Угу, — почему-то нравился он мне все меньше и меньше. — А что за работа?

— Ха! Лучш-я в мири, есль хош знать! Тел-хр-нитиль я! Аж у с-мого Мис-ркнакера! Слыхал про т-кого?

А вот это уже было интересно!

— М-м-м… Может, чего-то краем уха, — соврал я.

— У! Ну ты темный! Про таких поней… *Тьфу!* …пони не слыхать. Ну, энто неважн! Важн, шо он миня отседа в два счет-та выдернет! Невп-рвой! Пос-жу тут к-кой-то время, к-нешно, а п-том к Мис-сру на его остр-вок. Пляж, кобылки, все дела…

— Угу, — кивнул я.

— Скольк? — продолжал тот. — Ну, см-тря сдохнет он или нет. Ха! Да хоть и сдохнет. С Мисером — пл-вать я на него х-тел!

Скуталу шмыгнула носом и снова постаралась забиться подальше в угол.

— О! А энт-то хыто у нас там? Привет пр-ятель! П-рвый раз тут?

— При… Привет. Ага, — пролепетала Скут.

— О! Гы! Да ты не пр-ятель?!

— Аг-га…

— В-зет мне седня! — верзила поднялся со своих нар, и медленно двинулся к нам. — Вот с чем об-бычн пр-блемы, тк это с к-былками! Д-вно их у м-ня неб-ло. А тут нате вам! Д-же идти ник-куды ненужн!

— Эй! Т… Ты чего?! — Скуталу вжалась в стенку.

Я поднялся с нар.

— Ты гл-вное не боись, — расплылся в ухмылке коричневый. — Я м-леньких не об-жаю. Почти. Больн те не будет. Мож даже понрав-тся! — он подходил все ближе и ближе.

Так. Вот теперь он мне надоел.

— Притормози, приятель! — я встал между ним и Скут. — Че-то ты сильно разошелся!

— А энто м-е дело раз-шелси я или нет! — коричневая морда снова расплылась в похабной ухмылке. — А! Я, кажись, понял! Энто твоя, да? Гы! Ниче т-кая. И как она? На вид вп-лне се. Слуш-ший! А мож вмести, а? А че? Ну ты че? Че замолк-та, а? Или д-вай всет-ки я? Я даж запл-чу, када выду, ты ток напомни! Д-вай?

И он, отпихнув меня, снова сделал шаг в сторону Скуталу:

— Ути-пути… Иди сюды, моя сл-деньк-я…

Скуталу, с остекленевшими от ужаса глазами, заскребла ногами по стене.

Я снова заступил дорогу, оттолкнув его в сторону:

— Предупреждаю последний раз. Оставил ее в покое. Пошел, сел на свои нары. Сидишь и не вякаешь.

— Че? — прищурился верзила. — Энто мне еще вс-кая сопля сер-рая угр-жать будет?

— Буду.

— Зн-чит т-к! — скрипнули зубы. — Св-ли в стор-ну, п-ка я тебя вместе с ней не…

Договорить он не успел. Да и сложно бы это было, когда его зубы встретились с моим копытом.

Однако должного отрезвляющего действия это не возымело. Вместо этого началась простая, грязная драка. С ударом в зубы я, похоже, допустил серьезную оплошность. Во-первых, его зубы практически не пострадали. Во-вторых, его надо было сразу вырубать. Он был сильнее меня. Не так ловок, но сильнее. В затяжной драке преимущество было на его стороне.

Насколько на его, я понял лишь когда тот отшвырнул меня в сторону. Я ударился головой об ножку прикрученного к полу стола.

Навалилась чернота.

Слава Селестии, в беспамятстве я пробыл всего несколько секунд. Зрение и слух возвращались постепенно. Картинка перед глазами плавала из стороны в сторону, то становясь черно-белой, то снова обретая цвет. В таком состоянии было уже не до драки, поэтому, когда я увидел эту скотину уже на наших нарах, нависшую над Скуталу, я просто, не раздумывая, кинулся вперед. Даже не зная, что буду делать.

Я просто налетел на него со спины и с разлету ударил башкой об стену рядом со Скут. И еще раз! И еще! И еще! И еще! Что-то хрустнуло. Тот перестал сопротивляться. Темное пятно начало расплываться по стене… И еще… И еще… И еще… Кажется, я вновь потерял сознание…

— А… Алекс! — прорезался сквозь темноту голос Скуталу.

— Д-да? — слабо выдохнул я, открывая глаза.

Я лежал на полу. На нарах рядом валялся, на половину свалившись на пол, коричневый. Под нарами и на стене над ними виднелись темные пятна. А прямо надо мной стояла Скуталу, со слезами на глазах.

— Т-ты… Ты в порядке?

В порядке ли я? Да кто ж знает? Похоже, этот… Неплохо меня приложил. Если даже зрение тогда так шалило… Однако, сейчас все вроде бы было в пределах нормы.

— Не знаю… Наверное, да, — я попробовал подняться. В голове шумело, но прилечь обратно не хотелось, что уже хорошо. Я сел.

Скуталу молча обняла меня за шею. Я снова прижал ее к себе. Ее трясло. По гриве стекало что-то темное, липкое… Догадавшись, я снова перевел взгляд на коричневого громилу на нарах. Все верно. Понятно, почему тот перестал сопротивляться. Похоже, я просто проломил ему череп.

Блуждая по комнате, для камеры она все же была великовата, мой взгляд снова упал на окно под потолком. Все еще светало. Везет стражникам. Почти наверняка все еще дрыхнут…

Погоди-ка! Кажется что-то…

— А знаешь? — шепнул я. — Кажется, у меня есть мысль, как нам сбежать отсюда!

* * *

И беспокойное же выдалось дежурство! Сначала ребята притащили какую-то мелкую пегаску, пойманную на краже из отеля. Это ведь надо было так попасться! Догадаться своровать у всех на виду из хорошо охраняемого отеля какую-то дорогущую безделушку и так бездарно попасться на выходе! А в ранце у нее на спине, ребята еще и нож нашли… Стражник вздохнул. Жалко. Маленькая ведь еще, а за такое, да еще и с отягчающими, отвечать придется по полной… А что поделаешь? Эквестрия мягкая страна, но уж если ты нарушил — будь добр ответить по всей строгости. Тут уж неважно, сколько тебе лет, жеребец ты или кобыла или к какой расе принадлежишь. Закон есть закон. Он одинаков для всех. Потянувшись, страж встал. Надо было размять ноги. Скоро его, наконец, сменят, и это верно, а то совсем уже сон одолел! Вот только что спал! Мда… А этот серый чудила? Это ведь надо догадаться, чтобы завязать драку со стражником! Да еще прямо тут, перед воротами! На что он, интересно, вообще рассчитывал? Извиниться и уйти? А ведь тоже теперь получит по всей строгости! Он, интересно, вообще догадывается, что за такое бывает? Тут ведь уже штрафом не отделаешься, не витрина какая-нибудь! Которую он, раз уж на то пошло, тоже разбил. Единственный, кого сегодня стражнику абсолютно не было жалко, так это тот жлоб, которого притащили под утро. Да и то сказать — притащили… Тащили-то его аж шестеро! А иначе как такого удержишь? С этим, правда, всегда так было. Сколько он уже сюда попадал? Десять? Пятнадцать раз? Наверное, не меньше. И всегда это было что-то серьезное, но он отделывался какой-нибудь мелочью. Правда, в этот раз была надежда, что негодяй, наконец, получит по заслугам — тот вроде "догадался" пырнуть ножом кого-то из гвардейцев, а этого, как ни крути, ему уже не спустят, даже с таким покровителем, как Мисеркнакер. Хотя… Возможности того велики. Быть может, выдернет "своего" и в этот раз… Стражник прислушался. Из-за двери доносился какой-то шум. Крик? Да уж не той ли мелкой? Зная любовь этого громилы к кобылкам… Стражник охнул и кинулся открывать дверь. Наконец замки поддались и деревянная дверь распахнулась. Перед ним предстала жуткая картина. Прямо посреди комнаты валялся мисеркнакеров телохранитель, а рядом с ним и тот серый пони, похоже, еле живой. И тут он дал маху! Вместо того, чтобы разбудить остальных он решил, что сможет справиться один. Ведь оба жеребца валяются тут, перед ним. Он открыл решетку и вошел внутрь. В ту же секунду что-то опустилось ему на голову, закрывая обзор и обливая чем-то жидким и вонючим. Резкая боль. И темнота.

Наша задумка удалась даже лучше, чем по плану! Я-то рассчитывал, что сюда влетят трое-четверо стражников и опять придется драться. Все получилось куда проще. Этот болван, в нарушение устава, вошел сюда один. Видимо, счел, что тут уже нет ничего опасного. Ну-ну…

— Фу… Ну и вонища… — Скуталу, морщась, отошла от стражника.

— А чего ты хотела? Это все-таки отхожее ведро.

— Ну… Как-то…

— А вообще ты это здорово придумала. Это наверняка его удивило, — ухмыльнулся я.

— Ага. Только ненадолго. Покажешь как-нибудь?

— Чего? Этот прием? Да тут ничего сложного. Так. А сейчас пока посиди тут. Я осмотрюсь.

Я вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь. Если вторая дверь заперта изнутри… А она не заперта! Вот… Вот и доверяй таким стражникам… Тихонько скрипнув дверью, я аккуратно высунул голову. И улыбнулся. Нам определенно везло! Все трое, что были в комнате, нагло спали! Я снова прикрыл дверь, обмотал кое-как свою цепь тряпкой, оторванной от остатков моего наряда, и снова вошел. Короткий поиск принес нужный результат — ключи! И от цепей, и от дверей! Вот это здорово! Я тихонько прошел до второй двери, клацнул замком. Обернулся. Слава Селестии, ни один не проснулся. Короткий осмотр верхнего этажа дал еще более обнадеживающие результаты. До самого выхода никого не было, а в одном из запертых шкафов обнаружились и ранец Скут со всем содержимым, и фотография, и ее нож, и даже та злосчастная статуэтка с подковой! Единственной проблемой оставались стражники у ворот, но и против них появилась идея, стоило только мне аккуратно выглянуть в одно из окон. Сняв цепи и засунув их в один из шкафов я вернулся назад к Скуталу, прихватив по дороге форму одного из стражников в кордегардии, и мы пошли…

Весь план был очень прост. Тогда, выглянув в окно, я увидел в закутке двора ту самую синюю карету с решетками на окнах. Времени на что-то еще было мало — уже совсем рассвело, поэтому мы пошли на риск. Вернее, на простейший трюк с переодеванием меня из моих шикарных обносков в форму стражника, в надежде на то, что стража на воротах не заметит ничего странного в том, что у заключенного, пусть и жеребенка, всего один конвойный. Теоретически это было возможным, так как оказалась, что упряжь кареты можно переделать и на одного. На практике это вызвало законный вопрос. Пришлось нести какую-то околесицу насчет того, что заключенная переводится ближе к месту жительства. Покосились, конечно, но выпустили, даже не спросив, откуда, собственно говоря, я такой взялся, а это главное. И теперь я рысил по улицам города, попутно пытаясь сообразить, что и в какой последовательности нам сейчас лучше делать.

Было понятно, что времени, прежде чем стражники очухаются, у нас совсем немного, даже с учетом того, что олухи на воротах, выпустившие нас, будут спокойно "спать" дальше. Наверняка у них есть радиостанция. А если так, то скоро наша внешность и моя метка будут известны всем. Как скоро поднимется на уши вся стража города? Ну, в лучшем случае у нас есть пара часов… Вывод. За это время нам лучше успеть всех найти, связаться с Понивиллем и спрятаться, пока оттуда не разрешат ситуацию. Оставалось главное: избавиться от кареты и статуэтки, и найти наших.

Первое оказалось проще. Я просто загнал ее в какой-то тупик, оставив в ней ворованную форму. Возможно, найдут не сразу. Разве только пегасы с воздуха углядят. Да и злосчастную статуэтку спрятал надежно. А вот с тем, куда нам следовало идти дальше, все было далеко не так понятно. Никаких карт города у нас, само собой, не было, поэтому, мне приходилось поминутно подниматься в воздух, оставляя далеко внизу нервничавшую Скуталу и, рискуя привлечь внимание стражи, высматривать впереди высотные здания центра. Благо башня "Пегас-тауэр" была довольно неплохо видна, а путь от нее до нашего отеля был уже хорошо знаком.

Как ни странно, но до отеля мы добрались без приключений. Правда, утро настало уже давным-давно и находиться на улице становилось для нас не безопасно.

— Знаешь, — повернулась ко мне Скут, когда мы уже подходили к отелю. — Мне чего-то это не нравится.

Я прекрасно понимал, о чем она говорит, и мне это нравилось еще меньше: дверь в один из наших номеров была приоткрыта.

— Побудь здесь. Я посмотрю.

— Угу, — Скут лишь коротко кивнула.

Вблизи все выглядело еще хуже. Дверь в номер, как и все остальные двери, была выбита! Внутри… Будто ураган прошелся: поломана мебель, сорваны шторы, разбросана одежда… Хуже быть просто не могло! Номер явно обыскивали! Я проверил и остальные. Существенных отличий не было. Ну? И где нам теперь искать Иза и остальных? И что тут вообще произошло?

Уже уходя, я обнаружил обрывок газеты, прижатый к полу доской, сообщавший об отбытии пассажирского корабля "Слейпнир"* в кругосветный круиз. Ничего ценного. Я принюхался к доске. Та пахла смолой. Прихватив с собой обрывок, я вернулся к Скуталу.

— Ну, чего там?

— Плохо там. Лучше нам тут не задерживаться. Не знаю, что тут случилось и где остальные, но нам лучше уходить и как можно быстрее.

— Т-там что, тоже что-то страшное?

— Да нет. К счастью, нет. Но в номерах явно кто-то был. Большей части вещей нет. Наши сюда уже не вернутся.

— И куда мы сейчас?

— Не знаю. Хотя… Если я знаю Иза, то намек, где их искать, он оставил.

— Да? И какой?

Я показал Скуталу обрывок и кусок доски, которым тот был прижат.

Та прищурилась. Принюхалась:

— Хм… Доска какая-то и чего?

— Смолу чуешь?

— Ну… Есть вроде чего-то такое…

— Смола, — уверенно кивнул я. — Да и эта фотография из газеты подсказывает.

— Погоди, погоди, погоди… Ты хочешь сказать, что они где-то на корабле? Деревянном?

— Или, скорее, в порту, — кивнул я.

— Но тут вроде все такое красивое, современное… В таком порту разве просто укрыться?

— В таком, как тут, конечно нет. Слишком шумный. Слишком много пони. Но есть еще один порт, не очень далеко от города, если я правильно помню. А это уже местечко в духе Иза.

— Думаешь, доберемся без проблем? — Скут с сомнением огляделась вокруг.

— Попробуем. А если возникнут — решим, как иначе, — попробовал ободрить ее я.

— Ну пошли…

Был еще один порт. Старый порт Лос-Пегасуса. Если новый был построен специально для грузовых кораблей, новеньких блестящих скорлупок и дорогущих плавучих отелей, то все, что не соответствовало внешнему лоску нового порта, было выселено в старый. И, если я знаю Иза, то его наверняка потянуло бы в такое место.

Не скоро, ох не скоро мы туда добрались. Порт, хоть и был расположен достаточно близко к городу, но виден из него не был. Симпатичная бухточка, не очень большая, но и не маленькая, окруженная холмами и имеющая довольно узкий выход. Сам порт — простой, деревянный, все строения выглядят старыми, но надежными. Вокруг выросло небольшое селение. В общем, точь-в-точь такой порт, какими их принято описывать в книгах. Однако, оставался от этого порта какой-то осадок, какое-то странное ощущение, что он уже давненько не разрешал многим из стоящих в нем судов выход. Наверное, оттого, что слишком много было пришвартованных кораблей, а состояние большинства из них, насколько я мог судить, было не лучшим.

Какое-то время мы со Скут просто бродили по территории порта, не забывая, правда, поглядывать по сторонам в поисках чего-то, способного хоть намекнуть на то, где нам искать Иза и остальных. Увы, но мы не заметили ничего, способного нам помочь, а вот пони в порту становилось многовато. То, что с прогулкой пора завязывать, я понял, увидев впереди пару стражников, расспрашивавших о чем-то портовых рабочих. Нужно было куда-то прятаться. И мы спрятались. Убежище нам предоставил небольшой сарайчик, как оказалось, набитый досками, видимо, предназначающимися для быстрого ремонта причалов или чего-нибудь еще, благо деревянным тут было почти все. Однако досок было не слишком много и между ними оставалось достаточно места, чтобы устроиться с относительным комфортом.

Перебравшись через доски, мы забились в самую глубину щелястого сарая. Здесь было темновато, зато тепло и уютно, а через одну из щелей было удобно наблюдать за портом. И аромат. Успокаивающий запах древесины с примешавшейся к нему ноткой смолы. В точности тот же, что и от доски, оставленной перед отелем. Я сел перед щелью и почувствовал, как привалилась к моему боку Скуталу:

— Устала?

— Ага-а… ау-уф-ф! — Скут зевнула. — Есть немного.

— Ну и хорошо! Мы почти на месте. Все равно до вечера сидеть еще долго, а при свете нам лучше не выходить, — я кивнул в сторону прошедших рядом стражников. — Здесь нас, конечно, тоже могут найти, но это будет намного сложнее.

— Ага. Понятно. Уф…

— Да… А уже вечером продолжим забег по порту. Будем надеяться, что Из действительно повел всех сюда. Там вроде бы были какие-то дома в другой стороне, стоит посмотреть. Почти наверняка там есть что-нибудь вроде постоялого двора… Скут?

Она спала. Похоже, так умаялась, что уснула, как только появилась возможность. Сидя. Привалившись ко мне. Я улыбнулся и постарался улечься так, чтобы не разбудить ее. Пусть спит. Эта ночь, возможно, будет длинной…

ГЛАВА 31

Паруса поднять

Наконец, наступила ночь. Затихли звуки. Заснули пони. Лишь слышно было, как шумят набегающие волны, разбиваются об далекий мол, тихо пенятся, обтекая деревянные сваи, плещут об берег. Изредка дерево ударялось о дерево, это пришвартованный слишком близко корабль цеплял, движимый волной, за свой причал. Чуть слышно игрался ветер, заблудившийся в такелаже. Где-то хлопала на ветру ткань. Что-то поскрипывало. На судах, стоявших ближе к выходу из бухты, горели кормовые огни. Иногда мелькали чьи-то тени. Порт засыпал.

Ну а мы со Скуталу наоборот только проснулись и брели сейчас по улочке селения, образовавшегося рядом с портом. Мы даже не до конца знали, что именно ищем, но были уверены, что узнаем, что это именно то, как только его найдем.

— Смотри-ка! — Скут ткнула копытцем вперед. — А это не оно?

Перед нами стоял простой, широкий, приземистый дом о двух этажах. Свечной фонарь, горевший перед входом, позволял различить вывеску, в которой, приложив определенное старание, можно было опознать нечто, отдаленно напоминающее морского конька. Над знаком виднелись, качаясь вместе с ним, металлические буквы.

— "Пьяный конек" — вслух прочитал я. — А что? Вроде подходит! Пошли зайдем?

— Ага. Давай.

Внутри, несмотря на название, оказалось весьма симпатично. Чистые стены, очень простые, но добела выскобленные столы, свежее сено на полу. За стойкой суетилась, видимо, готовясь уже закрывать заведение, крупная, стареющая, но крепкая еще кобыла.

— Ну? Кого там еще Дискорд принес на ночь глядя? — возмутилась она, поворачиваясь к нам. — О! Ну хорош! Еще и жеребенка притащил в такое-то время!

— Мы как раз и ищем ночлег, — начал было оправдываться я, как на меня легло копыто.

Я крутанулся на одном месте и благо, что не успел довершить начатое движение. Прямо передо мной стоял Из.

— Привет!

— Привет, брат! — мы коротко обнялись.

— Привет, Скуталу!

— Привет, Из!

Из указал на стол, в дальнем углу пустого зала, где уже стояли какие-то закуски. Это было весьма кстати, ведь мы давненько уже по-настоящему не ели!

— Ладно, — дозволительно махнула ногой хозяйка, направляясь к двери. — Коль уж ты с Изом знаком… Комнат свободных нет, так что уж как-нибудь вместе, ладно?

— Конечно, — кивнул я.

— Двери я закрываю, поздно уже. Вставать рано. Вы уж тут сами как-нибудь…

— Хорошо, — в свою очередь кивнул Из. — Знакомьтесь, кстати — Сифарер, моя хорошая знакомая.

— Алекс Анноун, — склонился я.

— А я Скуталу, — просто улыбнулась Скут.

— Сифарер, — кивнула хозяйка таверны, пряча куда-то под стойку тяжеленный на вид ключ. — Что ж. Друзья Иза, мои друзья. А теперь я, с вашего позволения, пойду спать. Завтра будет очередной непростой день.

И та удалилась.

Мы же втроем уселись за накрытый стол.

Строго говоря, мы планировали начать разговор сразу за едой, но все, находившееся на столе, настолько ароматно пахло, что все рассказы и расспросы плавно перетекли на после еды.

— И так, — Из налил себе какой-то местной настойки и отодвинулся от стола. — Позвольте уж мне допросить вас первым? Что за злоключения у вас были?

И мы со Скут вкратце пересказали нашу историю, лишь упуская кое-какие подробности.

— Здорово, — кивнул Из, когда мы почти закончили. — Но все же. Почему вы дожидались ночи, чтоб прийти?

— Ну… Скажем так. Уйти оттуда тихо нам не удалось.

— В смысле?

— Думаю, оставленный в камере труп с проломленной головой, это все-таки не очень хорошо. Как и стражник, без сознания валяющийся на полу. Теперь нас ищет вся городская стража.

— Ого! Это чем это тебе так труп не угодил, когда он еще им не был? — удивился Из.

— Он попытался… — я глянул на Скуталу. Та в этот момент наливала себе настойку и, в ответ на мой взгляд, сделала страшные глаза. — Попытался на нас напасть.

— Бедняга. Он не знал, на что идет, — Из ухмыльнулся.

— Угу. Однако меня он почти вырубил. Силой он был явно не обижен. Что самое интересное… — я сделал паузу.

— У?

— Он перед этим болтал что-то о том, что он телохранитель одного из наших знакомых.

— Кого же?

— Мисеркнакера!

Из закашлялся, чуть не подавившись настойкой.

— Мисеркнакера? — переспросил он. — Это не такой, случаем, коричневый громила?

— Возможно, а что ты имеешь ввиду?

— Ну уж что имею, то и вве… — глянув на Скут, Из пресекся. — Кхм… Похоже, видел я его.

— Коричневого? Где?

— Ну, что ж. А сейчас уже время для моего рассказа, — Из снова наполнил кружку. — Устраивайтесь. Он будет долгим.

Я также налил себе, попутно переставив бутыль с остатками на другой край стола, откинулся на спинку скамьи, Скут, все еще держа свою кружку, привалилась ко мне, и мы приготовились слушать.

— Так вот, — начал Из. — Когда ты кинулся догонять карету, нам пришлось резко менять планы. Действовать надо было сразу, поэтому нам пришлось поручить всю работу в номере Деринг, Эпл Блум и Свити Бель, пока я торчал на входе, а Эплджек и Радуга были на виду у персонала отеля. К счастью, там не оказалось охраны, похоже, сработало наше письмецо. Правда, ничего особо ценного там тоже не нашлось. А главное не нашлось того, что интересует нас. Они уже собирались уходить, когда Свити залезла в ящик стола. Там, среди всякого барахла, нашлись очень интересные бумажки.

— Агась, — кивнул я. — Дай-ка догадаюсь! Накладная на груз?

— Верно, — вновь ухмыльнулся Из. — Отправителями и получателями значились какие-то посторонние пони. Понятно, что подставные. Бумаги были совсем свежие, всего несколько дней. Исходя из них, груз должен был быть доставлен в Балтимару морем еще пару дней назад.

— Это нам чего? Еще раз через всю Эквестрию поездом ехать? — впервые перебила нас Скуталу.

— Не-а, — Из мотнул головой. — Все куда интереснее. Я связался с гвардией. В Балтимару груз не прибыл. Мало того. Такого, пони, как указан в документах, там не проживает.

— Вот те раз… — пробормотал я. — Это выходит он еще и разгружался где-то в пути?

— Ага. Только вот те "двас" — капитана они уже нашли и допросили. В пути корабль заходил всего в один порт, но и там под погрузку не становился. Короткая стоянка, и он пошел дальше. То есть, там он не разгружался. Остальные члены экипажа вроде как говорят о том же.

— Заба-а-авно… — протянул я, хотя ничего забавного не было. — То есть, выходит, что документы поддельные?

— Не-а. Тоже нет. Все официально, с печатями. В порту факт приемки груза мне подтвердили. Уж извини, пришлось натянуть твою форму.

— Ладно… Но что тогда получается…

— А может… — начала было Скут, но замолчала, глядя на нас.

— Чего? — глянул на нее Из. — Говори, чего застеснялась-то?

— Ага… А может они его это… Ну… Как сказать-то… Украли, что ли?

— Чего? — вытаращился Из.

— Погоди-ка, погоди-ка… — я встретился со Скут взглядами и кажется понял. — Ты хочешь сказать, что в то время, когда корабль стоял в порту по пути в Балтимару, с него просто по тихому сняли груз? Допустим подплыли на лодке с того борта, который не был виден с берега и кто-то спустил им все, что было нужно… Ты ведь это хотела сказать?

— Ну да! — Скут закивала. — А что еще остается? Это самое простое. Конечно, могли бы и перенести по воздуху, но тогда бы их точно хоть кто-нибудь, да приметил бы.

— И то верно, — согласился Из. — Как самому-то в голову не пришло…

— Ладно, а что было дальше? — я отхлебнул из кружки. А ничего так! Не вольт-яблочный сидр Эплов, конечно, но вполне ничего!

— Дальше? Из порта мы все отправились назад в наш отель. Время было уже позднее. И представляешь наглость? Мы подходим к отелю, и Радуга замечает, что в наших номерах горит свет и там кто-то роется! Конечно, мы решили выяснить, что там происходит! Так стоило нам войти, как на нас тут же напали! Добрый десяток! Все сильные, крепкие и при оружии! И тот коричневый, о котором я говорил, был среди них.

Скут поднялась с меня, подалась вперед, опершись на стол:

— А вы?

— Мы? А что мы? Ну не драться же было всерьез? Слишком неравны шансы. Выбрались кое-как из номера живыми, уже хорошо. А вот на улице у нас появился неожиданный помощник! Мимо шел кто-то из гвардейцев Селестии! И это в такое-то позднее время! Увидев, что происходит, он решил нам помочь. Правда, нам бы все равно несдобровать, если бы кто-то из местных, видимо, не кликнул стражу. Коричневого те поймали, остальные разбежались. Гвардейца того, кстати, в драке ранили и очень серьезно. Кстати! Мне, возможно, показалось, но Дитзи на него как-то странно смотрела. Уж не тот ли это ее знакомый, что ее из пожара вытаскивал? Но это так, к слову. Ну а потом уже все просто. Мы похватали вещи, какие могли и кинулись подальше от отеля. Деньги, что интересно, оказались все целы. Потом мы почти всю ночь мотались. Сначала по городу — отделывались, по предложению Дэш, от возможной слежки. Потом я повел всех сюда, ибо, как я считаю, нет ничего безопаснее хорошей портовой таверны. Звучит немного странно, но это так. Здесь все просто и понятно. Случись что, все можно держать под контролем. Да и пони всегда много, а скрыться в такой компании куда проще. Помотаетесь с мое, поймете в общем, о чем речь. Тем более что, как я уже когда-то говорил, я бывал уже в Лос-Пегасусе. И я вспомнил про эту таверну. В тот раз, правда, Сифарер только перебралась сюда из одного куда менее спокойного местечка и едва закончила стройку. А знакомы мы с ней были даже еще раньше.

— Понятно. А с фотографией и доской была твоя идея?

— Насчет доски идею подала Деринг, а вот с фотографией… Тут вышло как-то…

— Как?

Из замолчал, что-то явно обдумывая.

— Что-то случилось? — поторопила его Скуталу.

— Ну… Да. Этот корабль… "Слейпнир"… Уже утром у нас сработала рация…

— И?

— Мисеркнакер сбежал!

— Как сбежал? — я поставил на стол недопитую кружку.

— На нем и сбежал. Похоже, он понял, что номер обыскивали, что видели бумаги. Похоже, и что та теплая встреча в номере была приветом от него. Тем более если, как ты говоришь, коричневый был его телохранителем… В общем, он еще прошлой ночью взял билеты на "Слейпнир", а утром тот уже снялся с якоря! Кругосветка…

Наступила тишина.

Я оперся об стол и положил голову на ноги. Скосил глаза. Ухмыльнулся — Скут в точности скопировала мою позу.

— Ну что? — все еще задумчиво пробормотал я, после долгого молчания. — В кругосветку говоришь? Ну, это мы еще посмотрим!

— Есть варианты? — поднял на меня взгляд Из, до того изучавший древесный рисунок на столе.

— Есть. Но об этом завтра — их еще надо обдумать. А пока — всем спать! Особенно тебе, Из!

— Есть! — ухмыльнулся тот.

— А кому неохота? Совсем? — Скуталу соскочила со скамьи.

— А кому неохота, тот будет охранять сон спящих, лежа рядом.

— Ла-а-адно…

И Из повел нас на второй этаж, к номерам.

* * *

Я тихо приоткрыл дверь номера.

Простая, крохотная комнатка. Небольшая двуспальная кровать, стоящая вплотную к стене с окном, столик, приткнутый к ней со стороны двери и почти полностью занявший место между кроватью и стенкой, какая-то картинка на стене да старый матросский сундук, стоящий так близко к двери, что я, входя, за него запнулся, вот и все, что поместилось в комнатке. Луна, выйдя из-за туч, лучом скользнула по подоконнику, по синему покрывалу на кровати, по золотистой, в неверном свете ночного светила, гриве лежащей на кровати пони.

Стараясь не шуметь, я аккуратно прикрыл за собой дверь. Тихо стукнула задвижка. Но, стоило мне осторожно двинуться к кровати, как подо мной предательски заскрипела половица. Да как заскрипела! Резко, громко и премерзко!

— А? Че? Кто здесь? — моментально вскинулась поняша. — Нук стой!

— Спокойно, ЭйДжей! Это я.

— А-алекс?

— Да, — я вступил в луч света и улыбнулся.

ЭйДжей слезла с кровати:

— Ну ты даешь! Где тя носило столько времени, а?

— Ну… — я слегка смутился. — Ты ведь знаешь. Все пошло не так… Не по плану…

— Да мне он ваще сразу не понравился! То, шо я там Дискорд знает че несла… А главное, шо Скуталу взялась воровать… Не могло оно хорошо кончиться!

— Конечно, ты права. Но ведь кончилось-то неплохо? Все целы. Я здесь, с тобой.

— Ну да… — уже спокойней проговорила ЭйДжей. — Эт да. А че со Скуталу?

— Мне удалось ее вытащить. Не очень красиво. Совсем не красиво. Но удалось.

— А не красиво эт как?

— Скажем так. Пока мы там находились, кое-кто напал на Скуталу с… нехорошими целями. Силы у нас были неравны и у него почти получилось. Я успел в последний момент. Ну и…

— Ее че, попытались… — глаза Эплджек испуганно расширились. — Ну а ты?

— Я? Я кинулся на него со спины, когда только смог подняться. Ну и не рассчитал… Хотя… Какой там… Я не контролировал себя. Просто проломил ему голову об стену.

— Про-ло… — ЭйДжей сглотнула. — Голову…

— Да. Выбора тут уже не стояло. Он уже навалился на нее.

— Ох, С-селестия…

— То-то и оно, — я подошел к ней, усадил на кровать, прижал к себе. — Так что, теперь нас тут вся стража ищет. Но, хватит о нас. Вам вроде тоже сегодня досталось?

— Ну да, — вздохнула ЭйДжей. — Было дело. Бока нам помяли знатно.

Только тут я заметил пластырь на ее боку:

— Кто?

— Че? А эт… — она перехватила мой взгляд, дотронулась до пластыря кончиком копыта, вздрогнула. — С-с-с… Зараза, еще болит… Был там один. Коричневый такой. Больно ловко ножом машет… Зацепил…

— Его еще стражники схватили?

— Ну да, а откуда ты знаешь?

— Считай я отомстил ему за это. Это именно его мы и оставили валяться с проломленной башкой.

— Он… Мертв, да?

— Да.

— Ну и… Ну и ла-ано! От него, наверн, слишком многие уже настрадались.

— А как остальные?

— Кто как. Больше по мелочам. Блум со Свити мы кой-как собой прикрыли, те ваще почти не пострадали. Дерпи, та только тумаков словила. Деринг опять сломали крыло. Меня, вот, зацепили…

— А Дэш?

— Радуга? — ЭйДжей на секунду отвела взгляд, прижала ушки. — Ей крепче досталось… Она сразу за Изом в драку кинулась… Ну и получила соответс-но больше нас всех.

— Сильно?

— Да не, не. Ниче такого сильно страшного. Но помяли ее круто. Опять же какая-т гадина ножиком зацепила, прям по старому шраму, который еще тогда с леса остался. Но ниче! Пара дней в покое ей помогут! — чуть улыбнулась Эплджек.

— Будем надеяться. Хотя покой нам, увы, только снится…*

— Эт да…

— А что ты там говорила про то, что чушь в отеле несла? — сменил я тему разговора.

— Ну… Эт… — ЭйДжей зарделась и отвела взгляд. — Все эт… Ну… Про семью там че-т…

— А что в этом такого? — я чуть наклонился, чтобы снова видеть ее глаза.

— Ну… Ниче, ваще-т… — она снова посмотрела на меня. Ой, розовая-то вся! Даже в темноте заметно!

Мы надолго застыли глядя глаза в глаза, и…

Неожиданно, кто-то сначала заскребся в дверь, потом тихо постучал.

— Вы… Вы спите? — раздался из-за двери голос Скуталу.

Мда… Придется идти, открывать. Я оглянулся на лежащую Эплджек. Та, с сожалением, кивнула.

— Нет, — пробормотал я, уже разбираясь с застрявшей щеколдой. — Сейчас.

Наконец, та поддалась.

На пороге, зябко поеживаясь, стояла Скуталу.

— И-извини, — пробормотала она. — Просто я с-совсем уже… Там внизу уже все остыло.

— А почему ты не в своем номере?

— Каком? Их и было-то, похоже, всего три! В одном Дэши и Из, а в другом уже Деринг, Дитзи и Блум со Свити! Я там просто не помещаюсь. Ну я и легла внизу, на лавке… Но если я не вовремя… Я пойду, да?

— Алекс! — раздалось с кровати. — Ну че ты прям!

— Ну куда ты пойдешь? — я втащил Скут в номер. — Проходи давай, устраивайся.

Я запер дверь и, пока Скут думала, юркнул к ЭйДжей под теплое одеяло.

— Я залезу?

— Давай… — переглянувшись, одновременно выдохнули мы. Я сдвинулся подальше от края, прижимаясь к ЭйДжей.

Угу! Щас! Нас моментально распихали по разные стороны кровати, а ровно между нами из-под одеяла высунулась счастливая Скуталу!

— Доброй ночи! — улыбнулась она, посмотрев сначала на обалделую ЭйДжей, потом на меня. И сделала вид, что моментально уснула.

Я ухмыльнулся про себя: "Вот же… Хотя… В чем-то она права — нам всем еще надо успеть выспаться перед непростым днем… "

Все, что оставалось нам с ЭйДжей — обменяться понимающими взглядами…

Так, втроем, мы в ту ночь и уснули…

* * *

Наш вынужденный отдых в таверне у Сифарер затягивался. Собственно говоря, план в моей голове оформился еще утром и был целиком поддержан Изом, когда тот соизволил, наконец, покинуть их с Радугой номер, что произошло лишь ближе к полудню. Остальные в это время, следуя моему совету, уже расползлись по территории порта, собирая слухи и вглядываясь в лица пони. В таверне остались лишь: Дэш, которую мы совместными усилиями уговорили отлежаться хотя бы до вечера; я и Из, ввиду слишком большого количества стражи вокруг, и хорошей возможности найти искомое прямо тут, не сходя с места, поскольку, по словам Сифарер, ее таверна была тут единственной; да наши жеребята, сидящие сейчас за дальним столиком, таращась на окружающих, потягивая какую-то воду с вареньем — ничего другого безалкогольного у Сифарер не нашлось, и, судя по их лицам, вслушивавшихся в слова негромко кем-то напеваемой песенки о шкурах грифонов, развешанных на ветках, которых просто никто никуда не пустил.

Мы же с Изом сидели сейчас за соседним с ними столиком, приглядывая за ними и разглядывая посетителей. Нам уже часа два как не везло. Приходила либо какая-то кабацкая шелупонь, либо простые матросы, либо капитан, но с такой мордой, что подходить к нему не хотелось совершенно.

Мы уже было совершенно отчаялись натолкнуться на кого-то подходящего нам, когда на улице раздалась какая-то неразборчивая ругань. Послышался звук удара, причем явно об стену таверны, быстро сменившийся удаляющимся топотом копыт. В таверну вошел какой-то стареющий моряк. Неброского серо-зеленого цвета шкура, продубленная морскими ветрами, посеревшая уже с годами грива… Но, хотя и был он уже в годах, под шкурой перекатывались еще далеко не дряблые мышцы. Да и весь вид его говорил лишь об опытности, но никак не о старости. Довершали его внешний облик потертый, когда-то вишневого цвета, камзол и сверкавшая великолепным, под цвет камзолу, рубином, витиеватая и оттого более похожая на головоломку, серьга в левом уже.

— И запомни! — обернувшись, крикнул он в дверь. — Поймаю еще раз, и своими ногами ты отсюда уже не уйдешь!

С этими словами он прошел к стойке.

— Привет, Сифарер! Мне как обычно… — донесся до нас грубоватый, такой же просоленный, как и его шкура, голос.

— И тебе привет. Все еще не можешь отсюда убраться?

— И не говори… — серо-зеленый опустил голову. — Столько мне не собрать…

Я повернулся к Изу:

— Ну? Что скажешь? Наш клиент?

— Скажу, что весьма на него походит, — кивнул тот. — И что меня не оставляет какое-то смутное ощущение…

— В смысле?

— Кого-то он мне очень напоминает…

— А это хорошо или плохо?

— Скорее все-таки хорошо. Пошли-ка подсядем.

Я кинул взгляд на Искательниц. Те тоже поглядывали на моряка и о чем-то тихонько шушукались.

В это время Из уже тихо подсел на соседний с моряком табурет. Тот скосил глаза. Фыркнул. Потряс головой:

— Да нет, не может быть… Из? Ты?

— Да вроде того… — Из медленно повернулся. — Шкипер?

— Я! — серо-зеленый расплылся в улыбке, соскочил со своего табурета и стиснул Иза в объятьях! — Здорово! Вот уж кого не ожидал встретить, так это тебя! Хо-хо!

— Поти-и-ише! — радостно прохрипел Из. — Заду-у-уши-и-ишь!

— Уф… Да… Что это я… — моряк уселся обратно на свой табурет. — Так каким ветром тебя занесло в Лос-Пегасус?

— Ты же меня знаешь! — Из ухмыльнулся. — Ветром приключений и денег.

— Э-э-э! Вот с этим-то тут сейчас негусто…

— Ерунда! Главное знать, откуда взять, — Из оглянулся на меня. Кивнул. — Знакомьтесь, кстати. Мой брат — Алекс Анноун. Я, по-моему, тебе о нем когда-то рассказывал.

— Помню, помню. Что ж, — моряк повернулся ко мне. — Ну а я Шкипер. Будем знакомы. Вообще-то, у меня было когда-то и другое имя, но оно мне никогда не нравилось. А сейчас я и вовсе его забыл. Так что, зови меня просто Шкипером, как Из.

— Хорошо, Шкипер, — кивнул я. — Наверное, непросто содержать свой корабль в наше время?

— Весьма, — согласно кивнул тот. — Однако, к чему такие вопросы? Если уж у друзей моих друзей есть ко мне дело, а судя по твоему виду, оно есть, так почему бы его сразу и не обсудить?

— Рад, что наши мнения в этом совпадают, — я снова кивнул. — Однако такие вопросы не решаются в общем зале таверны.

— Не проблема… Сифарер! — окликнул он хозяйку. — У тебя есть, где поговорить с глазу на глаз?

— Конечно! — та на секунду залезла куда-то под стойку и вылезла уже с ключом в зубах. — Пойфемте, я фам покофу!

Следуя за ней, мы прошли за стойку. Позади нее была низенькая дверь, отгороженная от зала плотной портьерой. Миновав ее, мы оказались в небольшом, тесном коридорчике, ведшем, по-видимому, на кухню и в хозяйскую спальню. Впрочем, справа обнаружилась еще одна дверь, которую Сифарер сразу же и отперла.

За дверью оказалась крохотная комнатка без окон. Почти всю ее занимал большой квадратный стол. Собственно он, лавки по стенам да подвесной светильник составляли всю меблировку этой комнатки.

Сифарер отошла, впуская нас внутрь, и лишь деловито поинтересовалась:

— Вам что-нибудь подать?

— Да, — ответил за всех Шкипер. — Чего-нибудь покрепче и закуску.

— Рома нет. Яблочная настойка сойдет? И яблоки?

— Давай.

Шкипер подождал, пока та удалится и закрыл дверь на задвижку. Мы расселись.

— Так что у вас за разговор ко мне? — поинтересовался он.

— А скажи-ка мне Шкип… — начал Из, будучи в курсе моего плана. — Что за кораблик у тебя сейчас? Быстрый?

— Ха! Кораблик что надо! Паровой катер! Быстрый ли? Ну… Пожалуй, из лучших на этом побережье будет.

— Славно, славно… — я не удержался и потер копыта. — Пожалуй, именно такой кораблик нам бы и был нужен.

— Смею тебя разочаровать, — Шкипер повернулся ко мне. — Ничего не получится.

— Почему? — удивился Из. — Ты на кого-то работаешь? Или что-то еще?

— Да нет. Я и моя скромная, хоть и уменьшившаяся в последнее время, команда все те же морские бродяги, как когда мы впервые встретились. Можем подхватить, что плохо плавает, без особых зверств и излишеств — репутация и в море репутация. Лишняя кровь у нас особо не в чести, — пояснил он для меня, — Хотя, конечно, и среди таких, как мы всяких хватает… Можем взять и честный купеческий фрахт — что подвернется, мой друг, что подвернется, иные фрахты оплачиваются лучше иных абордажей… Иногда оказываем за хорошую плату разные услуги тем, кому понадобятся надежные пони, прошедшие огонь и воду. И бываем не особо щепетильны, хотя за очень уж смердящие дела не беремся. В общем, таких как мы, хватало во все времена и на всех морях. Не лучше и не хуже большинства других. Охотники за удачей, неспособные жить как простые пони, да и все… Вот только эта кобылка в последнее время развернулась к нам крупом, — он ухмыльнулся. — И пристроиться к ней пока никак не получается… Пришвартовало нас тут надолго…

— А что случилось? Что может удержать на суше такого, как ты? — всерьез удивился Из.

— Все очень, очень просто… — Шкипер повесил голову. — Деньги.

Тут в дверь постучали. Наш новый знакомый, вернее сказать новый для меня, впустил Сифарер, груженую серебряным подносом с кувшином, кружками и вазой яблок. Та аккуратно вошла, быстрым, но не лишенным изящества движением водрузила поднос на стол и, пятясь, удалилась.

— Деньги? — продолжил Из, как только снова закрылась дверь. — Но когда они были такой уж большой проблемой?

— Это слишком большие деньги. Тут все как-то сложно завертелось… Все упирается в местного начальника порта. То, что он иногда заставлял экипажи некоторых кораблей… м-м-м… оплатить возможность их выхода из порта, это было известно давно, но вот что он зарвется настолько! — Шкипер осклабился. — Представляешь! Он откуда-то прознал про некоторые из последних наших "приключений" и решил "слегка" поднять обычные расценки. Он поднял. Я торчу тут уже второй месяц без единой возможности выйти из порта. Может, я бы и сбежал, но на рейде порта все это время торчит "Виндиго", а в наглую пытаться уйти от такого фрегата, даже с моей скоростью было бы слишком рискованно.

— И сколько же он хочет?

— Много. Десять тысяч. Мне их заработать — только если продать корабль. Тем более что я еще и команде много задолжал. Большинство уже разбежались, остались только трое, да и тех держит скорее надежда вытрясти из меня битсы…

Из внимательно посмотрел на меня. Шкипер, видимо, чувствуя, что тут финансовый вопрос решаю я, тоже. Что в это время делал я? Я усиленно думал. Дать вот так вот сразу всю сумму деньгами — означало самим остаться жевать солому на последние битсы. А катер-то хотелось! А если не деньгами, то как? Не силой же? И тут в моей голове промелькнула идея. Идея, честно сказать, страшноватая, ибо никто не решился бы предугадать ее последствия, но притягательная до жути. Эта идея прилипла, никак не желая отвязываться, и тащила за собой мысль, заставляя ее думать. В конце концов, я решился. Конечно, по головке за такое, случись что, не погладят, но это был взаимовыгодный шанс.

— Есть один вариант… — наконец протянул я. — Сколько ты задолжал экипажу?

— Ок-коло трех тысяч… — прищурился, вспоминая, Шкипер.

— Семь тебя устроит?

— За такие деньги — хоть к Дискорду в пасть! Но как я выберусь из порта?

— Это мы берем на себя. Думаю, нам удастся кое-кого уговорить.

Шкипер просто просиял, заслышав это! Встал, опершись на стол:

— В таком случае вы можете располагать мной и оставшимся экипажем как вам заблагорассудится!

— Здорово! — Из налил кружки. — Снова вместе? Как в прежние времена?

— Так точно! Позвольте только уточнить последний вопросик?

— Конечно, — я взялся за пододвинутую Изом кружку.

— Экипажик-то у меня маловат сейчас, всего трое матросов. Где наберем новых? Это ведь не самое быстрое дело, да и этот порт не самое подходящее для этого место, а вам, я так полагаю, кораблик нужен срочно.

— Думаю, новых не понадобится. На катере пойдем не только мы с Изом, но и еще несколько пони, — пока я не стал уточнять про кобылок на борту. — Думаю, немного тренировки, и мы со всем управимся.

— Отлично! — Шкипер снова улыбнулся. Впереди не хватало одного зуба. — В таком случае предлагаю выпить за успех вашего предприятия!

И мы выпили. А потом выпили еще… И еще…

* * *

Где-то через полчаса наша подготовка к выходу в море выкатилась-таки из потайной комнатки и вкатилась вместе с нами в общий зал.

Шкипер и Из уселись по центру стойки, о чем-то шепнули Сифарер. Та вдруг налила всем присутствующим "за счет заведения". Пони разобрали кружки, расселись за столы и притихли. Стих даже стук "костей" за одним из дальних столиков. Все внимание обратилось на двух наемников, повернувшихся сейчас к залу. Иза и Шкипера.

Я оглянулся и, увидев, что Меткоискатели все еще сидят за своим столиком, тихо подсел к ним.

— А че все так затихли? — обратилась ко мне Блум, потыкав копытцем. — Щас че-т будет?

— Да, чего случилось-то? И о чем вы там болтали? — поддержала ее Скуталу.

Свити выразила свое согласие энергичными кивками.

— Будет, — шепотом ответил им я. — Что именно — не знаю. Ну а о чем мы разговаривали, я, конечно, расскажу, но чуть позже, когда будет ясно, удалось ли это нам или нет.

И мы, вслед за всем залом, устремили свои взгляды на Шкипера и Иза.

Те отхлебнули из своих кружек и тихо, не торопясь затянули:

Гроб на лафет, он ушел в лихой поход!

Гроб на лафет, пушка медленно ползет!

Гроб на лафет, все мы ляжем тут костьми!

Гроб на лафет, и барабан греми!

Зал зашептал вслед за ними, все громче и внятнее повторяя слова известного многим из них припева:

Пляска, пляска смерти.

Пляска, пляска смерти.

Гроб на лафет, вот еще один ушел!

Гроб на лафет, свою смерть нашел!

Гроб на лафет, все мы ляжем тут костьми!

Гроб на лафет, и тьма тебя возьми!

И вот уже не Шкипер и Из, а весь зал негромким речитативом, безо всякой музыки, повторял слова старинной, известной еще со времен, бывших задолго до начала правления Селестии и Луны, старой, как сам этот мир, боевой песни.

— Ч-что это? — одновременно одними губами спросили жеребяшки, прижав уши и придвинувшись плотнее друг к дружке.

— Это? — благоговейно выдохнул я. — Это "Пляска смерти"… Боевая песнь… говорят она чуть ли не старше нашего мира… По крайней мере, старше принцесс… Насколько? Этого вам никто уже не скажет…

Гроб на лафет, брось кого-то умолять!

Гроб на лафет, на твою всем смерть плевать!

Гроб на лафет, все мы ляжем тут костьми!

Гроб на лафет, а ну, попробуй нас возьми!

Пляска, пляска смерти.

Пляска, пляска смерти.

Песнь стихла. В полной тишине поднялись вверх кружки, поминая многие и многие поколения пони, поднимающиеся из тьмы забвения, чтобы вновь и вновь беззвучно повторять слова древней, пронзившей века, песни вместе со своими далекими потомками.

Я тихо поднялся, увлекая за собой троицу Искателей. Сейчас здесь начнется то, на чем им совсем не обязательно присутствовать. Вдобавок, мне может понадобиться помощь.

То, что я намеревался сейчас провернуть, было, как выразилась бы Дэш: "Конечно, бесспорно, несомненно, крайне опасным". Возможно, что не только опасным для нас, но и не лучшим для всей Эквестрии. Но если все пройдет как надо…

ГЛАВА 32

Полный вперед!

Возможно, этот кабинет не отличался от большинства других. Возможно, для подобных ему, он был даже вполне ординарен. Возможно. Однако скромный серый пони в старом, поношенном плаще, вошедший в него, был явно поражен. Чего уж говорить про вошедшего следом рыженького жеребенка-пегаса! Тот, а вернее та, и вовсе застыла с широко раскрытыми от удивления глазами. Что ж! Для не посвященного этот кабинет мог выглядеть странновато. Начиная хотя бы с огромного окна, занимавшего почти всю стену напротив двери. Через него открывался великолепный вид на порт, верфи, городок при них. Были видны даже башни Лос-Пегасуса. Еще бы! Башня, в которой расположился кабинет, была самой высокой точкой порта. Рядом с окном стоял гигантский телескоп почему-то направленный сейчас не в величественную даль моря или к судьбоносным звездам, а на стоявшие в порту корабли. Вдоль левой стены, сплошь укрытой ковром из самых разнообразных карт, с висящим прямо поверх них декоративным штурвалом, поблескивали стеклом витрины, скрывавшие в себе весьма впечатляющую коллекцию разнообразного оружия, когда-либо придуманного пони. Объединяло его лишь одно — его явно немалая цена. Оставшиеся две стены были заставлены огромными, под самый потолок, шкафами. Даже сами по себе шкафы эти уже были произведением искусства! Сложно было представить, какого количества битсов стоили даже эти незатейливые предметы мебели! А уж то, что, помимо сотен справочников и атласов, занимало место на их полках… Да любой музей согласился бы выложить кругленькую сумму только за "простенький" чернильный прибор, чистого серебра, изображавший троицу известнейших мореходов древности. А стоявший недалеко от окна гигантский глобус, где вместо точек использовались разнообразные драгоценные камни? А модель парусника, таких размеров, что та же жеребяшка, что уставилась сейчас на него, могла спокойно пускаться на нем в плавание по какой-нибудь речке, без боязни свалиться вводу?

Единственной выбивавшейся из этого величия вещью был стол. Нет, ничего такого. Великолепный, огромный стол, красного дерева, обитый дорогим сукном, похоже, он был работой великого мастера. Вещью, что портила его, была гигантская коробка радиоприемника, установленная на край стола и из-за этого, дабы избежать падения, прикрученная к столу и изуродовавшая его. За столом, водрузив на него задние ноги и развалившись в огромном кресле, восседал небольшой, плотно сложенный пони.

— Что вам угодно? — произнес он, лениво пошевелив копытом.

Серый откашлялся. Жеребяшка, вздохнув, с сожалением оторвала взгляд от модели.

— Простите, что потревожили Вас, — начал серый. — Нам, право, чрезвычайно неудобно…

— Да, я слушаю?

— Вероятно, это покажется Вам сущей ерундой, не достойной вашего внимания… Все-таки это касается лишь нашей семьи, а кто мы, в сущности, такие, чтобы интересовать столь высокопоставленного пони, как Вы. Однако нам просто некуда более обратиться…

— Да что, в конце концов, случилось? Объясните толком!

— Ох! Да, да, конечно, — закивал серый. — Как бы это сказать… В общем, чтобы не вдаваться в слишком уж длинные истории… У нас, видите ли, очень большая семья. А Вы наверняка знаете, что такое большая семья. Нет? Так вот что я Вам скажу! Когда у Вас много родственников, это конечно очень хорошо. Даже если все они съезжаются к Вам на праздник только ради того, чтобы поесть на халяву, даже в этом что-то такое есть… Но вот когда вы отправляетесь навещать этих самых родственничков, вот где начинается настоящее мучение! Ведь Вам не дадут сунуться к ним просто так, как до того они приезжали к Вам поесть! Нет же, обязательно начнется Дискорд его знает что! А уж если Вам очень повезло иметь родню даже не в этом городе… Да что там городе! Не на нашем континенте!

Сидевший за столом пони уже давно убрал с него ноги и теперь смотрел на посетителя с видом отчаявшегося уже больного, смотрящего на стоматолога. Начальник порта, а это был именно он, понимал, что это, к великому его сожалению, также было частью его работы, и вот этого надоедливого нытика ему тоже придется выслушать и как-нибудь поделикатнее выставить из кабинета. Ну или уж решить его проблему, если та невелика, лишь бы он поскорей заткнулся.

— Прошу вас покороче! — уже грубее одернул он посетителя. — У меня не так много времени!

— Ох, простите! — чуть испуганно пролепетал серый. — Я, видимо, заговорился. Со мной, уж извините, такое бывает. Вот сколько ни пытаюсь держать себя в копытах…

Стоявшая рядом пегасочка слегка стукнула того по ноге.

— А? Да, да, да… Так к чему я это все начал? А! Дело, уж простите, в том, что недавно заболели наши родственники…

— Сочувствую, — без тени сожаления перебил начальник порта. — И?

— Мы не самые богатые пони в стране…

— Я вижу.

— Мы не можем позволить себе билет на хороший корабль. Но добраться до родни надо быстро. У них все очень серьезно. Им нужна наша помощь…

— А я чем могу помочь?

— Ну… Дело в том, что в Вашем порту есть такой корабль… Паровой катер. Он был бы нам идеален, да и капитан согласен…

— Извините, но катер и его капитан останутся в этом порту. На них наложен штраф. Ничем не могу помочь.

Серый замялся:

— Быть может…

— Да?

— Быть может, мы… могли бы уплатить его?

— Ха! Да не смешите меня! Кто? Вы? На нем штрафа на десять тысяч, а вы даже билеты себе купить не в состоянии!

— Да, простите… — серый помрачнел, повесил уши и стал, наконец, разворачиваться к двери. — Видимо, нам никак…

Однако выйти ему не дала жеребяшка, вставшая между ним и дверью и жестом показавшая ему наклониться. Она что-то зашептала на ухо серому.

— Да? Ты так думаешь? — еле слышно пробормотал тот. — Я знаю, что она разрешила, но… Это же фамильное… Ну не знаю…

Наконец, совещание прекратилось. Серый решительно развернулся к столу. Сглотнул.

— Вот что, — начал он. — Денег у нас столько нет, но есть одна вещица… Она переходила в нашем роду из поколения в поколение… Видит Селестия, в иных условиях я бы никогда и никому бы и не подумал ее отдавать, но сейчас… В общем… Может быть, она пополнит Вашу коллекцию? Вы не подумайте чего дурного! Это просто маленький подарок, Вы ведь, как я погляжу, коллекционер?

При этих словах грузное туловище начальника порта неожиданно ловко отделилось от кресла и подошло к посетителю. Глаза его маслянисто блеснули:

— Покажите!

Жеребяшка достала из небольшой сумки, висевшей у нее на боку, яркую алую коробочку и протянула ему:

— Фот. Терфыте, — пролепетала она. — Мы фам ее тарим…

Коробочка открылась. Нечто великолепное сверкнуло в лучах солнца. Где-то на территории порта что-то звучно рухнуло, но начальнику уже не было до этого дела — в его глазах блестело золото.

— Хорошо, — завороженно улыбнулся он. — Думаю, это кое-как сойдет за оплату того штрафа. Я подпишу бумаги немедленно. Выйдите, я вас позову.

Серый и его жеребенок вышли. Начальник порта подошел к столу, вытащил откуда-то дорогущий плащ, какому бы позавидовали и в Кантерлоте. Накинул его. Закрепил его великолепной фибулой. Она подходила к нему идеально.

— Виндиго! Виндиго на связь! — щелкнув переключателем, проговорил он в микрофон рации. — Виндиго? Выпускай нашего любимого. Он заплатил.

Всего через несколько минут серый пони и уже, невесть откуда взявшиеся, трое жеребят спешили к причалам. В зубах серого была зажата скрепленная печатью бумага.

* * *

Уже спустя каких-то полчаса наша команда в полном составе шагала по свеженастланным, поскрипывавшим под копытами, доскам пирса. По обеим сторонам его, покачиваясь, нависали борта кораблей. Но, увы, только тех из них, что уже явно доживали свой век. Далеко впереди, конечно, виднелись все еще очень симпатичные холки и шхуны, бриги и бригантины, барки и баркентины, яхты, но здесь… Стоящие здесь суда уже не пытались казаться моложе своих лет, а у их владельцев, похоже, не было на это ни средств ни желания. Когги и тендеры, нефы и иолы, шлюпы и кэты, стоявшие здесь, были уже практически при смерти. На эти корабли было больно смотреть даже нам, сухопутным, ходивший же на судах Из и вовсе морщился, стоило его взгляду упасть хоть на один из них:

— Честно говоря, поверить не могу, что твой катер пришвартован среди всего этого деревянного мусора. Ты только посмотри, а? — возмущался он, — Эта посудина плавает уже лет тридцать, не меньше. А в этом году ее, похоже, даже не смолили. Там ведь уже наверняка болото под палубой! Это уже не корабль, а бочка с водой какая-то! А то посмешище? — указал он на видневшуюся невдалеке старую и какую-то затертую шхуну, на скуле которой какой-то долговязый матрос со старанием выводил, свесившись с борта на веревках, ярко-красной краской, новое название: "Молестия". — Спорю, на что хочешь, что эта старуха пойдет ко дну при первом шторме! А вон тот неф? Да у него днище так обросло, что он уже с места не сдвинется!*

— Я тебя понимаю, — кивнул Шкипер, — Но что поделать, это ведь место для долгой швартовки. Конечно, для многих тут она уже стала пожизненной и больше половины из них уже годны разве что на костер. Ну или брандеру из них устроить, что почти одно и тоже. Так хоть сгорит с толком. Но, мы почти пришли. Вот он, мой красавец! — Он сделал приглашающий жест и чуть улыбнулся, наблюдая за нашей реакцией. — А? Каков?

Корабль впечатлял! Он выделялся на фоне окружающих, как дорогая карета на фоне телег! Узкий, вытянутый силуэт с немного странной формы палубой, покатыми своими, покрытыми, как и корпус, металлом, краями слегка выступающей за фальшборт, что было особенно заметно ближе к носу. Обычно подобную палубу делали лишь на боевых кораблях. Серебристый металлический корпус, великолепно сочетавшийся с белым деревом надстроек. Вдоль его фальшбортов были аккуратно сложены и надежно принайтованы две металлических мачты, явно не бывших основным движителем корабля и предназначенных лишь помочь найти выход из затруднительного положения. Пара узких, но вытянутых труб была выведена по бортам, ближе к корме, лишь чуть превышая высотой надстройки. Даже очертания надстроек были плавными и обтекаемыми. Визуально же они представляли собой два этажа: длинный нижний и короткий верхний, занимаемый, по видимому, ходовой рубкой. Красота и скорость — те два слова, что приходили на ум, глядя на это великолепное творение неизвестных инженеров, умудрившихся вписать сюда даже подвешенную над кормой шлюпку так, что она не портила общего ощущения. Но самая странная деталь на борту этого катера находилась на палубе надстройки. Это была вертлюга. Вертлюга с установленным на ней небольшим и изящным, но все-таки орудием. Первым, что я видел! Конечно, я знал, что хоть военный флот Эквестрии и весьма мал, но на то он и военный — орудия там должны быть. Знал я и о пиратах, чье существование и вовсе трудно без них представить. Но вот видеть настоящую, боевую и вполне современную пушку мне довелось впервые.

Мы тихо застыли перед трапом.

Раздался слитный вздох осевших на просмоленные доски пирса Меткоискательниц.

— Впечатлил, да? — обернулся к нам Шкипер.

— Что и говорить… — кивнул Из. — Даже название выбрал под стать: "Копье морских королей". Длинно, а звучит!*

— Вот это кру-у-уто-о… — прошептала Радуга, зависнув в воздухе.

— Здорово! — Деринг, усмехнувшись, сбила на нос свой шлем.

— Ага! — хлопнулась крупом об доски пирса Дитзи.

— Агась… В жизни такого чудища не видала!

— Ага-а… — протянул я. — И как только достал такое чудо. Особенно пушку.

— Ну, это у меня даже не пушка, так… Салютница, скорее… Приветствовать кого. Или потребовать остановки.

— А радио на что? — удивился я.

— Радио, это да, — кивнул Шкипер, но некоторые его не понимают… Упорно… Таким можно и просигналить…

— Эт все, канешн, красиво. А от сможет ли он Мисеркнакера догнать? — перебила его ЭйДжей.

— Ну да! Че со скоростью? — поддержала ту Дэш.

— Когда там отчалил "Слейпнир" с вашим Писер… Мисер… как-то его там?

— Да почти два дня как! А мы все еще тут торчим! — скривилась РД.

— Слейпнир у нас пассажирский… — принялся рассуждать вслух Шкипер. — Значит, пойдет максимум узлов двадцать — двадцать два. А у меня даже крейсерская — тридцать, а максимум и того выше! Догоним его уже послезавтра, если выйдем прямо сейчас.

— Это нам еще сутки мучатся? У-уй…

Возглас Дэш, однако, остался уже без ответа.

* * *

Ночь медленно опускалась на водную гладь. "Копье" летело вперед, делая больше тридцати узлов и с каждым часом настигая ускользнувший от нас "Слейпнир". Матросы заступили на ночную вахту в машинном, Шкипер, как ему и положено, был в рубке, а все мы, проработав до этого весь вечер, собрались в кают-компании, чтобы немного перекусить перед сном и заодно обсудить наши планы. Вернее, почти все, так как Меткоискательниц все еще где-то носило, да и Дерпи присутствовала лишь частично — она уже спала, уютно устроившись на мягкой подушке, но почему-то пристроив ее к уже привычно смотрящейся рядом рации.

Ароматно дымился суп. Плавно шло "Копье". Неспешно текла беседа. Как вдруг…

Как вдруг лязгнул шлюз и в кают-компанию вломились три жеребенка, грязных настолько, что различить их было можно только по стрижке гривы и цвету глаз!

— Пфуф… — Скуталу хлопнулась на диван, оставляя на нем жирные, черные следы. — Ну и кто сказал, что работать в машинном отделении это круто?

— Ну-у… — опустила на секунду глаза Блум. — Я, ваще-т, имела в виду, шо так мы тоже можем получить метки, я ж уже говорила… Ну… Не получилось… Опять…

— Да ладно вам, — Свити примирительно махнула копытцем. — Я, например, и не рассчитывала получить меточку таким образом. По-моему, сразу было ясно, что это не наше. Зато хоть немного помогли… Чем-то… Может быть…

— Ага, — ухмыльнулась Скут. — Сдается мне, мы помогли бы им больше, если бы не лезли и не устроили той аварии…

— Ой, да ладно те! — Блум расслаблено откинулась на спинку. — Обошлось же все? Исправили? Ну и че тогда виниться?

— Ваще-то, да… Чегой-то я…

— Верно, — Свити придвинула к себе тарелку. — Давайте лучше есть, а то так вкусно пахнет, что я сейчас слюной изойду!

Конечно, все мы услышали их слова, насчет аварии, но никто не стал их расспрашивать. И верно ведь! Все ведь уже устранили, так чего разводить панику? Увы. Пинки Пай с нами не было. Хотя и она не предвидит подобные события так далеко, но уж мы-то и подавно. Кто же знал…

— Угкхумпф! — почавкала Эпл Блум, отрываясь от тарелки. — Но ваще-т… Ваще-т, и мне хотелось бы че-нибудь поинтереснее… И почище… А-т теперь отмываться надо будет…

— Верно. А то можно подумать, что мы не на пиратском корабле!

— Ва-аще-т, Скуталу, эт не пиратский корабль, не наговаривай уж так на Шкипера, — тут же поправила ту Эплджек. — Я, канешн, понимаю, что выглядит он подобающе, но все-таки…

— Не, ну ты сказанула! — мгновенно влезла Радуга. — А кто ж еще, если не пират? Ну сама подумай! Такой кораблище здоровский! Даже пушка есть!

— И че? Эти штуки и на торговых кораблях ставили! Вроде…

— Строго говоря, вы обе правы, — вмешался Из. — Этот корабль универсален. Как и Шкипер. Может и честный груз свозить, может и лоханку какую грабануть. Но даже если и грабит, то без крови. Не любит он этого.

— То есть я права, да? Корабль почти пиратский! Я права, я права, я права-а! — Дэш, не удержавшись, приподнялась над диванчиком и продемонстрировала язык. — Бэ-э-э!

— Да сядь ты! Че раздухарилась? Почти права, не значит, шо совсем права. Наемник и пират эт не одно и тож.

— Ну, нам-то от него наверняка понадобится что-нибудь разэтакое?! Чтоб уж разочек-то другой из пушки-то пальнуть!

— Те лишь бы с шумом и блеском…

— А то! Разве это не главное? — почти искренне удивилась Дэш. — То, что оно должно сработать как надо, так это само собой! А уж если все еще и красиво сделать…

— А кстати, — перевела на деловой лад Деринг, покончив наконец со своей порцией и развалившись на таком же, как у всех диванчике. — Что у нас вообще за планы? Я чего-то еще ничего не слышала.

— Я тож, — ЭйДжей перевела взгляд на нас с Изом.

— Ага, и я. Колитесь давайте! Че задумали?! — Дэш грозно-шутливо уставилась на Иза. — А то выпытаю!

— Ладно, ладно! Сдаюсь, — тот поднял ноги вверх. — Но пока вроде ничего такого. Просто догоняем его. Держимся в кильватере. Ждем, пока тот заглянет в ближайший порт. А дождавшись — наведываемся на борт. Да Скуталу? — заметил он тянущееся копытце.

— Э-э-э… "Кильватере?" Это где?

— Это позади. Идем следом, не теряем из виду, но и не приближаемся. Просто смотрим.

— Ага. Понятно.

— А че, если че-т пойдет не та-а-а… а-а-ак? — зевнула ЭйДжей. — Ну там… В порт заходить долго не будут, или нас на корабль не пустят?

— Тогда будем действовать по обстоятельствам, — ответил ей уже я.

— Абордаж? — резко развернулась ко мне Дэш.

— Не исключаю.

* * *

Примерно на такой веселой ноте и закончился тот вечер. А уже к полудню следующего дня на горизонте замаячила широкая корма "Слейпнира". Теперь главное было его не упустить, но с таким катером это уже не было проблемой.

Мы выслеживали его до самого порта. Честно сказать, я даже не поинтересовался, что это был за порт. Просто какой-то небольшой городок на побережье. "Слейпнир" вошел в его гавань только из-за погоды, начавшей под вечер портиться. Никакого другого смысла в остановке не было.

Дерпи и Меткоискатели уже спали, остальная же часть нашей партии стояла на пристани и любовалась дурацким великолепием "Слейпнира". Больше, все равно, делать было нечего.

— Да-а-а… — с кислым видом протянула Дэш. — И ведь пассажиров даже не берет здесь! Во повезло, так повезло!

— Агась, сели, называется.

— Ну что? — Из оглянулся на меня. — План "Б"?

— Похоже на то. Если только у Шкипера не будет каких-то более утешительных вестей. Вон, кстати и он.

— Ну, что я вам скажу, — сразу начал Шкипер, до того отправившийся "на рекогносцировку". — Мореходность у него хорошая, но, похоже, экипаж решил не рисковать. Швартоваться к пирсу не будут. Они проведут эту ночь в порту и выйдут только на рассвете. Так что, у вас еще есть шанс!

— Агась. Только от как его использовать, а?

— Хм… — Дэш задумчиво подняла ногу, — А у меня, кажется, есть идейка… Погодите! Я ща! — и она мгновенно скрылась в темноте, в направлении нашего катера.

— Интересно… — пробормотала ЭйДжей. — Чей-т она удумала?

Впрочем, мы это быстро узнали, так как вернулась Радуга, как и говорила, уже через минуту. Правда, приветствовали мы ее долгим молчанием.

— Че, я так обалденно выгляжу, что все в шоке, да? — наконец прервала она затянувшуюся паузу.

— Дэши, а гдей-т ты ваще взяла этот костюмчик? — подозрительно уставилась на нее Эплджек.

— Да среди той груды тряпок были и такие… А че? С ним что-то не так? Вроде для того, чтоб вломиться на корабль подойдет… — Дэш крутанулась в воздухе, пытаясь лучше себя разглядеть. Почему-то в этот момент мне подумалось, что хорошо, что жеребята уже спят…

— А те не кажется, шо этот резино-костюмчик немного… для других вещей, а? — ЭйДжей оттянула край костюма и щелкнула им Радугу по крупу.

— Ай! Ну, может, и "для других" и что? Черный ведь? Короче! Есть еще один такой. Кто со мной?

— Я!

Мы обернулись. Деринг сделала шаг вперед:

— Я пойду, — повторила она.

— Но у тебя же крыло? — засомневался я.

— И что? Крыло приключению не помеха! Мне необходимо размяться! Дэш, давай сюда эту резинку!

— Ага. Так. Остальных прошу свалить подальше. Щас тут будут работать крутые профи!

Мы, переглянувшись, повиновались. Надо было готовиться к плану "Б", ну то есть, для нас всех — как минимум хорошо отоспаться, а для Шкипера, до сих пор еще находящегося слегка не в себе от только что увиденного, еще и пополнить запасы корабля, если только в этом порту это возможно сделать ночью.

* * *

И вновь было утро. И вновь наше "Копье" летело вслед за "крупом" "Слейпнира". Как и предполагалось, ночная вылазка Радуги и Деринг окончилась неудачей. Они, правда, не распространялись, что там было, но, похоже, что нашумели они изрядно — "костюмы" были мокрыми и рваными, сами они несколько побитыми, а "Слейпнир" чуть свет снялся с якоря.

Честно говоря, это, на мой взгляд, не было лучшим решением со стороны экипажа "Слейпнира". Судя по утренней сводке погоды, во второй половине дня планировался серьезный шторм. Оказывается, погода над морем тоже никому не подвластна…

Конечно, у нас не было никакого желания оставаться на катере, пусть и самом современном, в шторм в открытом море, а точнее даже в океане. Следовало торопиться. Но торопиться не получалось. Мы, конечно, нагоняли вновь вышедшего раньше нас "Слейпнира", на этот раз уже намеренно нами "отпущенного", дабы отошел подальше от порта, прежде чем мы приступим к плану "Б", но тот неожиданно набрал полный ход, и получалось это не так быстро, как нам хотелось бы.

Однако всему приходит конец. Вот и наши суда, наконец, сблизились.

Шкипер вышел из рубки:

— Ну что, Из? Все-таки решили тормозить эту лоханку?

— Конечно. А что еще нам остается? Эта беготня за Мисеркнакером уже порядком надоела!

— Хорошо. Может, в таком случае, примешь командование абордажной командой… Э-э-э… Я, конечно, хотел сказать досмотровой группой!

— Да как ни назови, а смысл-то один. Конечно приму! А кто в группе?

— Решай сам. Матросов, увы, могу дать не больше двух.

— Хорошо. Тогда беру двух матросов… Алекс?

— Конечно, — кивнул я.

— Дэш?

— А что я? Одного тебя пущу, что ли, веселиться? Иду, конечно!

— И Дерпи. Куда нам без связи.

— Ладненько! Только рацию возьму!

— А мы? — раздалось из-за наших спин.

Мы обернулись. На палубе, само собой, стояло неугомонное трио. При полном параде, с сумками и взявшимися откуда-то ножами в зубах. Из закашлялся.

Я взглянул на Эплджек. Ее глаза выражали ее мнение лучше всяких слов. Как и глаза обиженной, но принимающей свой крест Деринг, видимо, не взятой Изом в команду из-за сломанного крыла.

Я вздохнул:

— Вам поручается не менее сложная и ответственная задача!

— Че за задача? — насторожилась Эпл Блум.

— Прикрывать нас.

— Эт значит, остаться тут и пропустить все самое интересное?

— Нет. Это значит, что там, на борту, наверняка полно наемников Мисеркнакера. Они, возможно, попытаются не только остановить нас, но и захватить катер. И даже если нет, то нам может понадобиться любая помощь. Тут-то и пригодится резерв в вашем лице, — я умудрился сохранить абсолютно безэмоциональное выражение лица.

— Тогда вроде ниче? — Блум оглянулась на остальных.

— Подойдет, — с сомнением, но кивнула Свити.

— А-ага, — просто и тоже без эмоций согласилась Скут.

Наконец, все было улажено. Оставалось дождаться окончательного сближения и…

— Досмотровую группу на левый борт!

— МЕТКОИСКАТЕЛИ-ПИРАТЫ ВПЕРЕД!!! ЙЕЙ!!!

Как все мы в тайне и надеялись, "Слейпнир" не внял требованиям по радиосвязи. Не внял он и предупредительному выстрелу в воздух. Двигатели его были застопорены лишь после второго уже выстрела по ходу судна, когда Шкипер пригрозил в следующий раз уже стрелять по двигателям. А может свою роль сыграло то, что только в этот момент мы догадались поднять флаг Эквестрии.

Стоило нам оказаться на борту "Слейпнира", как мы получили пару новостей, повергших нас в легкий шок… Во-первых, конечно, нам оказали сопротивление, но это оказался лишь экипаж судна. Да и тот быстро понял, что к чему — я опустился на борт в своей форме капитана гвардии. А вторая…

Мисеркнакера и его наемников на борту уже не было!

Как мы узнали позднее, уже допрашивая экипаж, еще утром, почти сразу после выхода из порта, он приказал спустить на воду одну из спасательных шлюпок и бежал. На этот раз уже совершенно непонятно куда. Весь этот шум, драки и даже небольшие разрушения, были ни к чему.

Подавленные и побитые, мы вернулись на борт "Копья". И уже там нас добила новость номер три: за те несколько часов, что мы убили на "Слейпнире", разбираясь с экипажем, наше положение стало еще интереснее — двигатель "Копья" начал жить своей жизнью! Он пока работал, но уже не позволял набрать даже крейсерской скорости, а мог и вовсе остановиться. Конечно, Шкипер приказал ставить мачты. На какое-то время это могло помочь. Но надвигался шторм. В порт мы уже не успевали…

* * *

Конечно, мы не успели.

Что, возможно, еще хуже, так это то, что мы, в попытке срезать расстояние, загнали "Копье" на отмель, но сойти с нее вовремя, идя с отказавшим двигателем, лишь на одних парусах, мы уже не смогли.

Все началось как-то вдруг, сразу, без особых предисловий. В каких-то полчаса небо вокруг потемнело, стало непроглядно черным. Было такое ощущение, что вот-вот настанет ночь. Поднялись волны. Вначале они не угрожали мореходности катера, но становились постепенно все выше, все сильнее. Вот первая из них, еще совсем слабая, перехлестнула пенной гривой фальшборт и медленно, плавно ушла через клюзы… Вторая… Третья… Вдруг начался дождь. Да нет! Уже не дождь — ливень! Да какой! Косой и сильный, он буквально обрушился стеной! Поднялся дикий ветер, потянул неубранные, в попытке все же уйти с отмели, паруса, дернул в сторону корабль.

— Паруса!!! Паруса убрать, мать вашу в перехлест через клюз!!! — не своим голосом заорал Шкипер. — Паруса, если не хотите пойти на корм рыбам!!!

Мы, как могли быстро, кинулись выполнять приказ. Как были, даже без штормовок, из теплой кают-компании во мглу. Стена воды ослепляла и оглушала, однако кое-как те из нас, кто имел крылья, успели справиться со взбесившимися парусами до того, как промокли наши перья.

Мы смогли. Но было уже поздно. Бешеные волны становились все выше, перекатываясь через палубу. Они превращались в водяные валы. Корабль швыряло из стороны в сторону. В какой-то момент послышался гулкий удар. Нас круто развернуло вправо. Вероятно, в очередном диком прыжке по волнам нас обо что-то приложило. Ногами я, казалось, ощутил крен. Пробоина? Слава Селестии, что все каюты и иные отсеки сейчас были наглухо задраены. Только в тот шлюз, через который вырвались мы, сейчас захлестывала вода.

Каюсь. В отличие от Шкипера, я не сразу сообразил, что сейчас произошло. Я заметил это слишком поздно. Лишь услышав сквозь дикий рев взбешенного океана его крик:

— Влево на якорь, чтоб вас!!! Влево на якорь поворот!!! Отдать левый якорь!!!

Лишь тогда я, да, наверное, и все мы, заметил главное — корабль встал к идущему валу бортом! Бортом, а не носом! При мертвой машине и полном отсутствии возможности маневрировать! Я не успевал к брашпилю. Да и никто не успевал. Мы лишь мертвой хваткой цеплялись за что могли, чтобы нас не смыло. Что ж. Видимо, у нас все-таки будет шанс проверить легенду о существовании морских пони с жабрами и рыбьими хвостами…

Но… Что за тени метнулись по палубе? Слишком маленькие, чтобы…

— Стой!!! Куда?!! Назад быстро!!! — срываясь на хрип, заорал я.

Поздно. Они таки добрались до механизма. Даже через вой шторма был слышен лязг якорной цепи.

РЫВОК!!!

Дикая сила швырнула меня в сторону, отрывая от мачты, за которую я хватался. Я покатился по палубе. Лишь веревка, которой я успел привязать себя к мачте, помогла удержаться и не быть смытым за борт. Где-то звучно лопнул трос. Что-то глухо ударилось об воду. Вероятно, сорвало нашу единственную шлюпку.

Кораблик снова приподнялся на гребне. Но сделать это до конца он не успел. Волна была огромна. Он пробил ее насквозь…

Кто-то завизжал.

Лишь секундой позже я понял, что могло случиться.

— СКУТАЛУ!!!

— ЭПЛ БЛУМ!!! — донеслось с другой стороны.

— СВИТИ!!! — долетело с третьей.

Молчанье было нам ответом.

ГЛАВА 33

Одни

Шум мешал.

Он не давал забыться. Не давал уснуть.

Ровный, назойливый, постоянный шум. Плеск.

Как много она уже его наслушалась тогда…

Когда именно? Она не смогла бы сказать. Тогда.

Тогда, когда они услышали крик Шкипера про якорь и поняли, что только они могут добраться до него. Тогда, когда налетевшая внезапно волна сбила ее с ног, потащила за собой, швырнула за борт.

Глупо все как-то получилось. Вся жизнь наперекосяк. Разве так должно быть у всех нормальных пони? Вот и закончилась она глупо и примитивно. И теперь лежать ей на этом дурацком, сыром и скучном дне…

Хотя… Хотя для дна тут было как-то суховато…

Наконец, она решилась и приоткрыла один глаз. Яркое, беспощадное солнце резануло, выбивая слезу! Она зажмурилась. Провела языком по пересохшим губам. Соль. А может и кровь. Никакой разницы. Попробовала еще раз открыть глаза. Песок, камни, небо, море. Ничего интересного. На этот раз глаза закрылись самостоятельно, без всякой команды.

Появилась первая четкая мысль, простая и короткая:

"Жива".

И сразу за ней более развернутая и правдивая, хоть и не такая приятная:

"Пока жива".

Тело накрыла тупая, ноющая боль. Такая, как бывала после самых долгих тренировок, только еще намного сильнее. Не было никакого желания двигаться, но что-то надо было делать.

"Не можешь двигаться — думай, — сказала она себе. — Думанье пока еще не больно. Какая-то не такая получилась мЫсля… Думанье… Да ну ее…"

Постепенно мысли приобрели более четкое направление:

"Я лежу на песке. Сухом. Значит, не в воде. Там я лежала бы на дне и этого бы, наверное, уже не думала. А значит, я на суше. Как я сюда попала? Ну уж точно не сама. И не вынесло — плаваю я… Так. Выражаться так еще можно, а вот думать такими словами не надо. Плохо плаваю. Значит, кто-то помог. Или что-то. Кто или что? На этот вопрос ответим позднее. Живы ли остальные? Не знаю. Не хочу думать. Что делать дальше? Не знаю. Болит ли что-нибудь кроме всего вообще? Наверное, нет. Хотя может заболеть и не сразу. Есть ли еще какие-то ощущения от организма? Трудно дышать. Полтела онемело. А если это навсегда? Так. Нет. Дурных мыслей не надо. Есть ли еще какие-то ощущения? Есть. Жажды и голода. И, пожалуй… Пожалуй… Ой-е! Ощущение того, что срочно надо найти ближайшие кусты тоже присутствует! А для этого надо встать! А для этого надо как минимум разлепить глаза! Пробуем…"

Она в третий раз приоткрыла глаза.

Оказалось, что она лежит на боку, неуклюже поджав ноги и зарывшись носом в песок. Понятно, что все онемело и дышать трудно! Сделав усилие, она приподняла голову и попробовала осмотреться. Все, что было видно, это берег из песка и камней, грязно-серое небо и все еще беспокойный океан, бьющий об камни остатки какой-то лодки.

"Негусто. Но, хотя бы, отпал вопрос про то, что помогло…"

Но сама она в лодку точно не залезала!

"Значит, был еще кто-то? Значит, надо пойти и поискать. Значит, надо все-таки пересилить себя и подняться. Знать бы еще как…"

В конце концов, она, хоть и с превеликим трудом, но смогла встать на ноги и медленно побрела по берегу в сторону лодки, рядом с которой покачивалось на воде какое-то цветное пятно. И очень скоро стало понятно какое — это был бант. Только тут до нее дошло, что если смыло ее, то смыло и остальных. Ноги ее подкосились, и она вновь чуть не рухнула на песок.

— Да… Да как же это… — пробормотала она. — ЭПЛ БЛУМ!!!

Где-то рядом, за камнями, раздался неясный шорох. Она вздрогнула.

— Э-эпл Блум?

— Че? — из-за камней, пошатываясь, вышла жеребяшка с шерсткой желтоватого когда-то цвета. Сейчас из-за грязи и тины даже цвет угадывался с трудом. — Скуталу! Ты в порядке?

— Да навроде того… — пробормотала Скут, привычно натягивая бодрую, как ей казалось, улыбку.

— Уф, — Блум хлопнулась на песок. — А от мне как-т погано…

— Ну… Вообще говоря, мне тоже не особо… — Скуталу присела рядом. — Просто знаю, что долго сидеть нельзя, надо что-то делать.

— Да… Ага… Ты Свити не видала еще?

— Еще нет. Я только очнулась.

— Плохо, — выдохнув, поднялась с места Блум. — Пошли, найдем ее, а потом уже будем думать, че делать.

— Верно. Пшли.

Впрочем, далеко им идти не пришлось. Всего через пару минут поисков, они заметили что-то, белеющее на фоне сырого песка. Это была Свити, но она все еще была без сознания.

Подруги отнесли ее подальше от берега, туда, где после небольшого подъема, уже начиналась трава. Бережно уложили. Блум устало уселась рядом. Скоро к ней присоединилась и Скуталу.

— Ну? И че будем делать дальше? — мрачно глянула на нее Блум.

— Думать… — прошептала Скут. — Думать…

В голове сейчас проносилось сразу все. Сложно было даже отловить какую-то конкретную мысль. Лезло на ум все, что когда-либо доводилось пережить, и из недавних походов, и из того жуткого, только-только начавшего забываться, года… Да… Судьба тогда научила ее существовать… Не жить. Разве это была жизнь? Но существовать.

"Да, Скут, — думала она про себя. — Как всегда, тебя угораздило. Вот только тут тебе не Понивилль и зависишь от себя уже не только ты. Думай. Что-то же ты запомнила? Вспомни. Когда тебе было хуже всего? Правильно. Когда вечером прощалась с Блум и Свити и уходила ночевать в каком-нибудь стогу. Лежала и думала всякую… Мда… А значит, чего надо? Значит, надо чем-то заняться. Найти, где поспать. Достать, чего поесть. Вот…"

Тут ее взгляд вновь упал на то, что осталось от их лодки.

— Че-т удумала? — по-видимому, Эпл Блум заметила изменение ее выражения лица.

— Да. Мне нужна будет твоя помощь.

Несколько минут спустя, они снова вскарабкались по камням и втащили за собой большую часть лодки, при ближайшем рассмотрении оказавшейся спасательной шлюпкой с "Копья". Свити Бель все так же неподвижно лежала в той же позе, в которой они ее оставили.

— Плохо, — Блум склонилась над ней. Пощупала копытом лоб. — Очень плохо. Ей нужно укрытие, тепло и горячая еда. Да и нам, ваще-т, не помешало бы тож.

— Ну, положи-и-им… — Скут, поднатужившись, перевернула лодку кверху дном. — Укрытие, хоть и паршивое, но есть.

Она развернула лодку так, что то место, где борт ее был проломлен, смотрело вглубь острова, и принялась обкладывать ту камнями.

— Погодь-ка! — Блум задумчиво поднесла копыто к лицу. — Эт че-т вроде спасательной лодки, да? А раз так, то в ней должно же че-т быть? Давай-ка посмотрим!

И они залезли внутрь.

Через какое-то время из шлюпки были благополучно извлечены: компас и часы, которые Блум тут же натянула себе на ногу; кремень и кресало; нож в ножнах, безапелляционно присвоенный Скуталу; фляга с водой; несколько сухих пайков; пара небольших весел; десяток каких-то непонятных им ракет на длинных палочках; аптечка, хоть и не такая, какую таскал с собой Алекс; и крохотная рация, оказавшаяся, впрочем, безнадежно уничтоженной — удар пришелся как раз на то место, где она крепилась. Даже водонепроницаемый чехол, в который она была упакована, порвался.

— Мда… Негусто, — пробормотала Блум, глядя на найденное.

— Негусто? Ха! — скептически глянула на нее Скут. — знаешь, что такое "негусто"? Вот когда ты, убегая из дому, хватаешь только ранец с учебниками и парой десятков битсов и пытаешься растянуть их на целый год, вот это "негусто"! А тут те сразу все — на, пользуйся!

— Извиняй, шо напомнила…

— Да ладно. Сейчас это даже может пригодиться. Если уж я как-то протянула почти целый год, то уж сейчас-то! — Скут чуть прищурила глаз и снова ухмыльнулась. — Ща че-нибудь придумаем!

— Давай пока занесем Свити внутрь?

— Верно.

Они втащили внутрь своего крохотного импровизированного домика Свити Бель, уложили ее на брезентовый пол, укрыли обрезком все того же брезента.

— Хороший нож, — Скуталу вырезала с оборванного края еще кусок и убрала оружие в ножны. — Очень хороший.

— Агась, — кивнула Блум. — А еще хорошо, шо лодка закрывалась этой штукой. Иначе нас бы оттуда просто вытряхнуло бы. Ну или мы бы буль-буль вместе с ней…

— Угу. Помоги-ка.

Они приладили вырезанный кусок брезента так, что тот закрывал пробоину в борту, служившую входом. В лодке стало почти темно. Лишь пробивалась пара лучиков через образовавшиеся щели.

— Вот, — Скут полюбовалась проделанной работой. — Вот теперь это похоже на дом.

— Агась. Че будем делать дальше? Ищем еду? А Свити? Да и темнеть уже вроде начало.

— Разделимся. Я за хавчиком, а с тебя костер. И за Свити присмотришь.

— Идет.

И они разделились. Эпл Блум осталась присматривать за Свити и учиться разводить костер, вспоминая, как делала это сестра, Скуталу же отправилась в неизведанные глубины острова.

* * *

Зря. Сама понимала, что зря. Темнело очень быстро, а что найдешь в темноте? Только окончательно потеряешься и не найдешь дорогу назад. Тем более что и еды-то не было видно. Но сидеть на месте она не могла.

Скуталу наклонилась к редковатой траве. Принюхалась. Нет. Эти мелкие красные цветочки абсолютно точно не были ей знакомы, а если она чему и научилась, так это не есть то, чего ты не знаешь. Тем более мисс Черили что-то говорила про то, что растения предупреждают о своей опасности ярким цветом. Это, конечно, больше относится ко всяким там ягодкам и кустикам, но проверять пока как-то не хотелось. Лучше поискать чего-то еще.

И ведь что хуже всего — кругом ничего, что было бы ей известно. Разве что деревья, но как ты их тут используешь? Не кору же жевать? А возвращаться без еды не хотелось. Вкус этой сушеной, прессованной гадости она еще долго не забудет, и нет нужды его вспоминать, пока можно еще хоть что-то найти! И она шла вперед. Глубже и глубже.

Ночь опустилась резко. Очень резко. Казалось, что она еще успеет вернуться, и вдруг — все. Сплошная густая мгла окутала остров.

Скуталу резко повернула назад. Какая уж тут еда, дорогу назад бы найти! Идти приходилось очень аккуратно — количество корней под ногами было просто огромным. Правда, это уже не помогло. Скоро она поняла, что идет наугад. Она потерялась.

"Дурила… — думала она. — Ну какая дурила… Ну почему я не догадалась взять у Блум компас или хотя бы метить чем-нибудь дорогу, а? Вот сейчас…"

Но додумать, что именно "сейчас", она не успела. Ее внимание привлек странный шум позади нее, сразу смешавший все мысли.

Она резко обернулась!

Никого. Странно.

И снова шум, но на этот раз сбоку.

Сердце Скут ушло в копыта! Не отрывая взгляд от той точки, откуда, как ей казалось, раздалось то странное, жутковатое то ли шипение, то ли щелканье, она ускорила шаг.

И опять какой-то странный звук, но уже совсем с другой стороны…

Скуталу, перешла уже на резкую, дерганую рысь, посекундно оглядываясь по сторонам.

И вдруг звук раздался уже перед ней! Под самыми ногами!

Змея!

Она уклонилась в последний момент, каким-то неимоверным движением прыгнув в сторону. В серебристом свете пробившейся сквозь кроны деревьев луны она видела, как вытянувшееся стрелой гибкое тело сделало свой бросок. Как горели налитые ненавистью крохотные глазки… Как ядовитые челюсти сомкнулись лишь самую малость не дотянувшись до ее шеи… Как вылетела, блеснула в луче лунного света и по красивой дуге упала на траву капелька яда…

Это было последней каплей. Не помня себя от страха, Скуталу ломанулась вперед, лишь чудом не врезаясь в деревья.

Страшные, жуткие звуки преследовали ее, не отставали ни на шаг.

"Бежать. Бежать? Бежать! Бежать!! Хочешь жить — беги!!!" — стучало в голове, когда она влетела в какие-то густые кусты. Запнулась за что-то. Кувырком, ломая ветки, полетела вперед.

То, что было за кустами, она заметила, но делать что-то было уже слишком поздно. За кустами был обрыв.

В последнюю секунду она успела ухватиться зубами за какую-то ветку, но та не выдержала веса жеребенка.

Она падала.

"Прощай…" — промелькнула последняя мысль.

* * *

Эпл Блум сидела перед входом и смотрела на огонь.

Она уже даже не волновалась. На это просто не было уже сил. Она знала, что что-то случилось, иначе, почему Скуталу так долго не было? Знала, что если та еще не вернулась, то что-то не так, но ничего не могла сделать. Она обещала остаться тут и присматривать за Бель. Да и куда бы она пошла? Где сейчас Скут? А Свити действительно нужна была помощь, и не жеребенка, а врача. Ей явно становилось хуже. Хотя в таких условиях и от врача толку было бы немного…

Блум приподнялась, заглянула внутрь лодки, в который уже раз приложила копыто ко лбу Свити. Жар. Он и не думал спадать. Значит, решено. Блум открыла аптечку. Конечно, здесь вам не Понивилль… Врачей тут нет. Придется рискнуть. Хорошо еще, что Эплджек когда-то учила ее разбираться в лекарствах. Правда, не то чтобы она ее тогда сильно слушала… Оставалось только надеяться, что она все помнит правильно. И она распечатала один из шприцев.

Видимо, укол все же не был безболезненным — Свити дернулась так, что едва не заехала ей копытом по лицу. Что ж. Это было то немногое, чем она сейчас могла ей помочь. Остальное зависело уже только от самой Свити, от ее желания бороться. Блум тяжело вздохнула.

С неба, гулко шлепнув по корпусу лодки, упала капля. Другая. Начинался дождь. Эпл Блум вылезла из-под укрытия и поправила заранее заготовленный кусок брезента, уложенный в ямку — единственная возможность добыть воды, что пришла ей на ум. Вода будет. Вот, что главное. На сухом пайке-то пожить еще как-то можно, а вот без воды… Она вновь забралась под лодку. Ее взгляд снова, помимо воли, упал на Свити Бель. Хоть бы с ней все было в порядке… Хоть бы она справилась…

Блум печально опустила голову на ноги.

— Да где тя, наконец, носит-т, а? Скуталу? — пробормотала она.

* * *

Скуталу и сама не понимала, где ее носило.

Вот вроде бы только что она была на острове, падала с того обрыва, а сейчас… Сейчас она стояла посреди… Да она даже не знала, посреди чего стояла! Стоять посреди чего-то можно, если ты это что-то видишь, а она не видела ничего! Даже не то чтобы она не видела ну… например, стен. Их просто не было! Она стояла посреди пустоты и знала, нет… чувствовала, что куда ни пойди, а со всех сторон будет только все та же пустота. Ни предметов, ни звуков, ни дуновения ветра. Только пустота и постоянно скользящие ноги. Вот это было единственное, что она еще ощущала — такое впечатление, что пол под ногами был из натертого до состояния льда мрамора, настолько он был холодным и противно-скользким.

А еще она откуда-то знала, что если идти не туда, куда надо, то можно идти вечность, так ничего и не встретив на своем пути. Вечность без надежды на свет, звук, ветер. Без надежды выбраться.

Знала она и то, что ее должны были позвать. Но прошла минута, прошла другая, а ее все не звали. И тогда она решилась.

Она не знала куда идти, но идти было надо.

Она сделала шаг.

Что-то дернуло ее за ногу.

Скуталу оглянулась. От ее правой задней ноги назад тянулась тоненькая красная ниточка, другой своей стороной уходившая в огромную, бездонную, как убедилась она, глянув через край, пропасть. Скуталу сделала еще шаг. Ниточка натянулась, растягиваясь. Еще, и та растянулась еще.

Скут внимательно посмотрела на ниточку. Наклонилась к ней. Да нет! Это была не нитка, это была… было… были… Да она даже не знала, как это и обозвать! Просто это было чем-то живым… Хрупким… Какой-то частью ее… Ее… Ее жизнью?

— Пф-ф-ф! Да не, бред какой! — потрясла она головой. — Ерунда полная! Я-то тут. Хотя и не знаю, где именно "тут". Вот же… "Тут, не тут"… Ну и крепко же меня, видать приложило!

Решив это, она поднялась с пола. Даже если это бред, то надо было чем-то заняться, пока она не придет в себя. А значит, надо куда-то пойти. Только вот куда?

Только тут она заметила, что та линия, что идет в пропасть от нее, не единственная. Была и еще одна. Правда, была она такая тонкая, что ее и заметить-то сразу было трудно. Она была уже не толще волоса, того и гляди совсем порвется. Но, если приглядеться, то на черном полу ее было заметно. И тогда Скуталу решила идти по ней.

Она не знала, долго ли шла. Может, это был час. Может, день. Может, месяц. Казалось, что само время давно уже перестало существовать. Как-то можно было ориентироваться только по одному — по ее собственной ниточке, становившейся все тоньше и прозрачней.

И вот, когда, казалось, ниточка вот-вот уже совсем исчезнет, впереди, наконец, что-то показалось.

Сначала она даже не поняла, что именно. Только то, что это что-то огромное, до самого потолка… Если тут вообще есть потолок.

Потом поняла — ворота. Но какие! Таких ворот она в жизни не видела! Дело даже не в их высоте! И не в том, что за каждой створкой мог спокойно поместиться Кантерлотский дворец! И даже не в том, что по бокам, вместо забора, была только какая-то густая, непроглядная… Даже не темнота. Темнота была и вокруг, и она была бы слишком светла для этого. Ковка этих ворот, вот что действительно завораживало! Такое впечатление, что сотни лучших кузнецов, трудились денно и нощно, создавая этот шедевр. Здесь было отражено все! Буквально все! Вся история Эквестрии! От самого зарождения мира и до наших дней! Такое впечатление, что задержись она тут подольше, и среди миллионов лиц пони, попавших на ворота, нашла бы и свое!

Из этого странного оцепенело-восхищенного состояния ее вывел рык. По ту сторону решетки мелькнули три пары огромных, внимательных, красных глаз. Остановились на ней. Рык повторился вновь. Скуталу почувствовала, как зашевелились волосы. По ноздрям резануло вонью, смрадом, смертью. Это заставило ее прийти в себя.

Она огляделась.

И увидела.

Далеко впереди нее, возле самых ворот, стояла маленькая, беленькая единорожка. Еле заметная ниточка тянулась прямиком к ней.

Ворота приоткрылись. Единорожка шагнула вперед.

* * *

— Свити Бель! — окликнула ее Скуталу, кидаясь за ней. — Стой! Погоди!

Единорожка остановилась. Медленно, как-то заторможено обернулась. Взгляд ее сначала лишь сфокусировался на спешащей к ней пегаске, и, кажется, лишь спустя несколько мгновений она узнала Скуталу:

— Ск… Скут? Но… Как ты здесь оказалась?

— Как, как… Пришла за тобой, конечно, как еще? — кивнула Скуталу на уже почти неразличимую линию, мельком глянув и на свою, тонкую, но вроде бы все еще куда более яркую.

— Пришла? За мной? — единорожка удивилась голосом, но лицо ее оставалось неподвижным. — Зачем?

— Чтоб вернуть, дурила, зачем еще? — Скут даже не задумывалась над тем, что Свити, в общем-то, лежит сейчас внутри лодки, куда они с Блум ее втащили, ее просто несло. — Ты хоть представляешь, как там Блум сейчас изводится, а?

— Да, наверное… Но мне будет хорошо здесь. Я знаю.

— Не говори ерунды! Здесь темно и мрачно, а от этой зверюги за решеткой еще и воняет!

— Ну… Я не знаю откуда, но я просто это знаю. А это не "зверюга", как ты говоришь, это всего лишь Цербер.

— Вс-сего лишь… КТО???

— Цербер, а что?

Скут не ответила.

— Знаешь, а пошли со мной, а? — все также без выражения на лице предложила ей Свити. — Там здорово. Там больше не будет проблем. Вообще никаких.

Свити сделала шаг по направлению к Скуталу. Та инстинктивно отступила.

— Давай, а? — Свити сделала еще шаг.

— Да не, — пробормотала Скут. — Я, знаешь, еще как-то не готова…

— Пойдем!

И тут случилось что-то странное.

Свити дико, пронзительно заорала, дернула задней ногой так, что задела ей створку ворот, неожиданно легко ее захлопнув, и без чувств повалилась на пол!

Скуталу осторожно подошла. Потыкала ее копытцем. Та не шевелилась. Посмотрела на ниточку. Она все еще была.

И тут…

Скуталу аж присела!

Где-то, похоже, что прямо у нее в голове, раздался негромкий, но пробирающий до мозга костей голос:

"ХВАТАЙ! ХВАТАЙ И БЕГИ! НЕ ОБОРАЧИВАЙСЯ! ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ, НЕ ОБОРАЧИВАЙСЯ! БЕГИ!!!"

Скут больше не думала, она делала! Просто взвалила Бель поперек спины и побежала! Побежала так, как не бегала ни до, ни после того! Страха не было. Но было что-то другое, куда более сильное, что гнало и гнало ее вперед. Через интерес все-таки обернуться, через дикую усталость, через желание упасть, чтобы больше никогда не подниматься. Вперед. Только вперед!

Остановилась она лишь на самом краю бездонной ямы. Замешкалась лишь на пару секунд.

Вдруг, по тьме раскатился тонкий, пронзительный, мелодичный звук. Такой будто… Будто умер крохотный колокольчик.

Скуталу глянула вниз. Холодная испарина выступила у нее на лбу — тонкая ниточка отделилась от Свити Бель и падала в пропасть.

Времени думать не оставалось. Она уложила Свити на пол, уперлась в нее лбом и скинула ее вниз. Еще секунда, и прыгнула сама.

* * *

Жуткая боль пронзала все тело.

Хотелось закричать, но во рту все пересохло, язык онемел. Ей еще никогда… никогда не было ТАК больно. Даже тогда, когда она пыталась научиться летать без помощи взрослых, прыгая с крыши. Даже та боль не шла ни в какое сравнение с этой. Она не могла даже пошевелиться. Оставалось просто лежать и ждать. Чего? Конца. Неважно уж какого.

Однако, как ни странно, боль уходила и уходила довольно быстро. Увы, она, так и не пропала совсем, но позволила открыть глаза и даже подняться. Правда вот при попытке сделать шаг боль снова пронзила, но на этот раз лишь заднюю ногу. Если еще точнее — правую.

Скуталу снова больно упала на землю. Поджала ногу. Долго смотрела на нее в темноте, щупала, но так ничего страшного и не нашла. На вид — самая обычная нога самого обычного жеребенка. Она снова попыталась подняться, на этот раз куда осторожнее. Вроде получилось. Правда, на ногу лучше пока не наступать.

"Да… — подумала она оглядываясь. — А меня, похоже, и правда здорово приложило! Чушь всякая мерещилась… Ну и провалялась же я тут! Вон уже солнце поднимается. Как только не сожрал еще кто-нибудь… Так, Скут! Я же тебя… себя уже просила! Без глупых страхов! Даже в мыслях! Хотя и вправду было очень страшно… Интересно, а глубоко ли было падать, чтобы так интересно бредить?"

Она обернулась.

И оцепенела.

Падать было глубоко. Очень даже глубоко. Здесь было даже больше трехэтажного дома по высоте! Да что там! Из зданий в Понивилле выше, пожалуй, была только ратуша! Для сломанной ноги, к примеру, хватало и одного этажа…

Она перевела взгляд ниже. Сглотнула. Перед глазами у нее помутилось.

Под обрывом, до самых ее ног, были камни. Даже стояла она сейчас на большом камне. И все они были забрызганы кровью. Свежей.

Скут еще раз, поборов, подступившую тошноту, осмотрела себя. Нигде ничего, если не считать прокушенной опять губы, да кровавой юшки, стекающей из носа и капающей на камень под ногами.

Но кроме нее тут никого не было. Она не понимала как. Этому не было никакого объяснения. Но это была ее кровь. И судя по ее количеству…

Она должна была разбиться…

Насмерть…

* * *

Рассвело.

Скуталу уже вышла по дну оврага к берегу и сейчас потихоньку шла вперед. Быстрее она не могла — на ногу невозможно было наступить. Приходилось передвигаться какими-то скачками, что тоже было жутко неудобно и сильно выматывало, заставляя делать привалы едва ли не каждые пятнадцать — двадцать минут. Но она держалась. Держалась изо всех сил. Она ведь жива. Надо лишь добраться до знакомого берега. Конечно, сложно сделать это без компаса, оставшегося у Блум, но делать что-то надо. Вот и приходилось Скут уповать на то, что если идти вдоль побережья острова, то рано или поздно, но окажешься в нужном тебе месте.

Оставалось только надеяться, что остров не очень большой.

Только она вознамерилась дать себе очередную передышку, как где-то рядом послышались голоса. Забыв про больную ногу, вновь до крови закусив от боли губу, Скуталу как могла быстро кинулась в кусты.

* * *

Эпл Блум не находила себе места.

Ну что, скажите на милость, могло случиться со Скуталу? Ее не было всю ночь. Утром она тоже не появилась.

Блум давно бы сорвалась на помощь, но здесь была Свити Бель, которой тоже нужна была ее помощь, и которая все никак не приходила в себя. Блум вздохнула. В который уже раз за сегодня? Ни Скут, ни еды. Хорошо хоть ее идея с брезентом сработала и воды, после ночного дождя, хоть и довольно слабенького, было вдосталь.

Отхлебнув прямо из ямы, она снова пошла проверить Бель…

И обнаружила ту лежащей с открытыми глазами и уставившейся прямо на нее!

От неожиданности Эпл Блум вздрогнула:

— С-свити? Здорово! Ты очнулась! Ты в порядке? А? — Блум села прямо перед ней и слегка дотронулась копытцем. — Сви-ит! Ты че?

— А?! Я?! — дернулась Свити. — Ой! Прости, Блум. Я чего-то… Чего-то я заснула… А что мы делаем на суше? Мы ведь на суше? Что, мы уже нашли Мисеркнакера, да? Ну я засоня! А где Скуталу, Деринг, Дерпи, Дэш, Эплджек, остальные? Что, все уже чем-то заняты, да? Только не говори, что я уже все пропустила!

— Да не… — пробормотала Блум. — Все только начинается. Неужт ты совсем ниче не помнишь?

— Конечно помню! — Свити закатила глаза. — Помню, что вчера был жуткий шторм и я, наверное, заснула в… этой… как ее… кают-компании. Я что-то проспала?

— Как бы те сказать… — Блум задумчиво пожевала губу. — Ва-аще-т да… Шкипер крикнул че-т насчет якоря, и мы втроем кинулись к механизму. Мы-т успели, но нас самих смыло волной. Неужели не помнишь?

— Не-а…

— А то, как сначала втаскивала в эту лодку меня, а потом мы вместе ловили Скут? — Блум тыкнула ногой в сторону ближайшей стенки. — Неужели ваще ниче не помнишь, а Свити?

— Не-а… Расскажи, а? — Бель поудобнее улеглась на брезенте. — Ну пожалуйста!

— Пфуф… Ла-ано. Слушай. Хотя тут особо и нече рассказывать. Я сама не особо много помню. Якорь мы тогда вродь успели опустить — больно здорово кораблик тряхануло. Меня сбило с ног и я покатилась по палубе. Потом сверху обрушилась вода и через секунду она была уже повсюду. Не знаю, как, но я тогда выплыла наверх. А когда выплыла, прям рядом со мной была вот эт лодка, под которой мы щас лежим, — Блум взглядом показала вокруг. — А в лодке была ты. Ты меня и вытащила. А потом мы вместе вытянули Скут. Ты ведь помнишь, что она… плоховато плавает?

— Ага.

— От. От мы ее и тяганули в лодку, когда она уже захлебывалась. А потом и говорить больше нече. Легли на дно, лодку застегнули над собой, да и лежали, Селестию поминали. Скут, правда, все больше как-т некультурно… А че еще нам было делать? Не грести же? Потом, наверн, заснули. Потом не помню. Наверн, налетели на че-т. Очнулась я уже тут, в песке и грязюке, когда меня Скуталу звала.

— А где, кстати она сейчас?

— От че не знаю, то не знаю. Поперлась куда-т еще вечером. Вродь как еду искать, да и ни слуху ни духу. Сама уж извелась тут…

— Забавно, — Свити наморщила лоб. — А я видела ее во сне! Ну и странный же он был! А чего ты вдруг на какие-то старомодные выражения переходишь?

— Какие-такие? — недопоняла Эпл Блум.

— Ну там… "Ни слуху…"

— А? Тьфу ты! Че-т я даю… Наверн, от бабули понахваталась. Я ведь столько времени рядом с ней провожу… Эт ты права. Надо завязывать с этой древней галиматьей.

— С которой? — прищурилась Свити.

— У? Ха! Ну не с бабулей же! — впервые с момента своего пробуждения на острове, Блум хоть немного улыбнулась. — А че у тебя был за сон про Скут? Че вы там делали?

— Да ничего такого… Вроде… — Свити как-то задумчиво потупила взгляд. — Не… Ничего. Просто странный он был очень. Рассказать?

— Канешн!

— Ладно. Я, наверное, действительно заснула тогда в лодке, как ты говоришь. Просто отключилась и все. Помню, что в самом начале сна было очень холодно, меня трясло, голова кружилась, будто я куда-то падаю, тошнило… В общем, плохо мне было очень. По-моему, даже стошнило-таки пару раз… А я все падала и падала… Или летала? Все так кувыркалось, что было совершенно непонятно. Вокруг меня плыли какие-то тени… Лица… Кого-то из них я даже вроде узнавала… Вот тут мне стало немного страшновато. Именно из-за тех, кого я узнавала. Я, конечно, понимала, что все это лишь бред, одно мое воображение и ничего больше, но… Просто те, кого я узнавала… Я знала или догадывалась, что их уже нет среди живых. Вернее, я сначала увидела одну из моих бабушек, о которой я это точно знала. Уже потом догадалась и про остальных. И все они кружились вокруг. Появлялись, проплывали, исчезали… Пытались что-то прошептать мне… Вот это все было страшновато. Я даже не знаю сколько это длилось, но мне показалось, что целую вечность. А потом я все-таки упала! И больно! Я даже умудрилась во сне потерять сознание, вроде… Хотя как это возможно я не представляю, не спрашивай. А когда я открыла глаза, все уже прошло. Никаких призраков, ничего такого. Вообще НИЧЕГО. Я сначала подумала даже, что так и не открыла глаза, так темно там было. А потом впереди появился какой-то огонек. Слабенький такой, дохленький… Ну прям как мой рог, когда я опять чего-нибудь сделать пытаюсь, а выходят пока одни искры, чтоб им… Ну я и пошла на тот огонек! Сколько шла… Долго, наверное… А главное, чем дольше шла, тем мне легче становилось! Веселее как-то… Свободнее… Навернулась, правда, несколько раз — полы там скользкие, как у Рар в "Карусели" после уборки. Такое ощущение, что если уж она там убирается, она их воском натирает, так я потом скользю… скольжу. Вот бывает же, да? У нее вечно такой беспорядок, хоть вообще за уборку не берись. Если берусь я, так потом получаю шишек от Рарити. Если она меня выставит-таки на улицу и примется сама, так меня опять шишки не минуют! Правда, уже от натертого ей пола… Или со шкафа чего-нибудь грохнется… Или я дверцы это шкафа открою… Или еще хоть чего-нибудь коснусь… Ой! Извини, что я о наболевшем. От темы чего-то отошла. Так вот. Прусь я это, значит, куда-то по натертому сестричкой полу… Падаю… Ее вспоминаю… Вдруг передо мной появилось что-то такое громадное! Присмотрелась я и ох… обалдела! Это, конечно, были лишь ворота, но какие! Я никогда ничего красивее не видела! Честно! Видела бы их Рарити, обстоналась бы от зависти! Извини, снова я про нее… Но ворота завораживали! Вот ты видела когда-нибудь такие ворота, чтобы на них была выкована вся история Эквестрии? И я даже не про книжную всякую там историю. Там было про каждого, представляешь?

— Не-ась…

— Вот! А я, когда, поближе подошла, я даже про себя увидела там! Правда, вот хоть убей не вспомню, что я там увидела. Я будто опять сознание потеряла, но и… и не потеряла. Не знаю, как тебе объяснить. Такое чувство было, что я висю… вишу где-то под потолком, если он там был, и смотрю на себя откуда-то со стороны. И ощущения такие здоровские… Даже то, что по ту сторону стоит та трехголовая зверюга, которую Твайлайт Цербером называла, когда рассказывала про то, как саму себя встретила, меня ну нисколечко не пугало! Тут эти ворота начали открываться. У меня, вдруг, появилось такое странное чувство… Чувство, что меня туда приглашают войти. Что там все будет здорово. Что пройдет не так много времени и вы присоединитесь ко мне… Это все было… Было очень странно. Боязно. Но оно затягивало. Я уже сделала шаг, когда вдруг откуда-то появилась Скут. Честно говоря я ее даже сначала не узнала, настолько жутко она выглядела! Я… — тут Свити запнулась, сглотнула подкативший к горлу комок, — Я даже думать сейчас об этом не хочу! Я не знаю, что нужно сделать с пони, чтоб так… Чтоб столько… — она сглотнула еще раз. — Ладно. Она сказала, что пришла за мной. Про тебя, кстати, упомянула! Сказала, что ты меня здесь ждешь. Странно, да? Я, видя в каком она состоянии, принялась убеждать ее, что там, за воротами, нам будет лучше, но она чего-то испугалась. Вот в кого она всегда такая упрямая, а? Я ведь вижу, как ей плохо, так нет же! Даже тут, во сне, и то упирается! Только я думала настоять на своем и втащить ее туда силком, как… Я даже не знаю, как это описать… Это… Это была такая боль… Такая… Будто мне в… круп бур запихивают!

— П-пардончик… — смущенно перебила ее Блум. — Видать промахнулась я слегонца с укольчиком…

— А? Ну… Не знаю о чем ты… От того… фонарного столба в крупе, я снова потеряла сознание. А потом все интересное до обидного резко закончилось и пошла какая-то обыкновенная сонная ерунда вроде пьяной в дюньдель Рарити на какой-то вечеринке, целующейся с тем вашим кривозубым родственничком, что работает мойщиком окон. Или Баттона в… Ну… Это личное… А потом я проснулась и увидела тебя. А потом ты начала меня расспрашивать о том, что я помню и рассказала мне о том, что с нами было. А потом ты сказала, что Скут куда-то пропала, а я вспомнила, что видела ее во сне. А потом ты начала говорить какими-то бабкиными выражениями. А потом я начала вспоминать свой странный сон. А потом я закончила. И я закончила! — выдохнула Свити, победоносно улыбнувшись.

— Агась… — слегка ошеломленно уставилась на ту Блум. — Супер. Особенно концовочка.

— Спасибки, — улыбнулась Свити. — Всегда думала где-нибудь такую ввернуть, да шанса не было. А вообще-то, я себя неплохо чувствую сейчас. Ну… Слабовато, но неплохо. Может, чем займемся?

— Если только тут, по лагерю. Где носит Скут, я без понятия.

— Ладушки. Обустраиваемся и ждем Скут!

* * *

А Скуталу, обливаясь холодным потом, сидела в кустах и боялась лишний раз пошевелиться, чтобы не выдать себя. Забыла даже про ногу, настолько ей было страшно попадаться на глаза тем, кто, судя по разговору, проходил сейчас мимо. Да что там ногу! Дышала-то и то через раз!

— И все-таки господин Мисеркнакер не одобрил бы Вашей прогулки здесь, — раздался где-то совсем рядом чей-то тяжелый и грубый голос. — Я бы советовал Вам…

— А ты не советуй! — перебил его голос куда более молодой, почти жеребячий, но притом надменный не по возрасту. — Если папаше что-то стукнуло в голову, чтоб сбежать сюда из Лос-Пегасуса, то это еще не значит, что я намерен скучать и пытаться убить время! Тебе что приказано? Охранять меня или советы давать?

— Охранять. Простите.

— Вот и охраняй! Прощаю. Пока… Хорошо хоть убедил старика устроить вечеринку, но до нее еще неделю ждать. Скучища…

О да! Этот голос Скуталу узнала бы теперь где угодно! Как можно было бы забыть ту встречу! У нее на счет обладателя этого голоса уже были большие планы! И это только за фотографию мамы!

Разговор, тем временем, продолжался:

— И почему вообще отец не пускает меня вглубь острова? Я что, маленький, что ли? Да и охрана есть.

— У этого острова дурная слава среди наших ребят. Никто из них не сунется вглубь, я ведь Вам рассказывал…

— Да помню я эти дурацкие матросские сказки про умерших и всякую чушь! Кто еще только верит в них в наше-то время?!

— Мы верим.

— Ну и дурачье! Вместо того, чтоб облазить там какие-нибудь развалины, шатаемся тут по берегу, как туристы какие-то! Хоть развлеклись бы…

— Если позволите…

— Да?

— Я про развлечения. Вчера, после шторма, ребята видели рядом с островом какую-то лодку.

— Думаешь что-то интересное? — напрягся голос.

Скуталу тоже немало напряглась, сидя в своих кустах. Ведь не может такого быть, чтобы в один день к острову прибило бы сразу две лодки?

— Думаю, это могло бы Вас развлечь.

— Ерунда, наверное…

Скуталу выдохнула.

— Но это хоть что-то.

У Скуталу перехватило дыхание.

— А что за лодка?

— Вероятно, спасательная шлюпка. Сорвало, наверное, штормик был неслабый.

— Тогда ерунда…

Скуталу снова смогла дышать.

— Но хоть скуку разгонит.

Скуталу уже не могла определиться стоит ей дышать или нет. В конце концов, она решила сначала дослушать, а уж потом разбираться с дыханием.

— Прикажете собрать группу сразу по нашему возвращению?

— Да. И я пойду с ними. Начнем с той стороны острова, пожалуй.

— Как Вам будет угодно.

Голоса постепенно удалились.

Еле живая, Скуталу выползла из куста и как могла быстро поковыляла в направлении прямо противоположном своему предыдущему и тому, куда удалились голоса. Надо было спешить. Тогда, в камере, с ней был всего один из наемников Мисеркнакера, и кто знает, что было бы с ней, не окажись рядом Алекса. А сейчас наемников было много, в лагере две жеребяшки, причем одна из них без сознания, а Алекса, равно как и хоть кого-нибудь еще, не предвидится. Оставалось только надеяться, что она сумеет добраться до лагеря раньше, чем их обнаружат…

ГЛАВА 34

Не одни

Свити Бель и Эпл Блум только-только закончили со всеми делами по лагерю, сведшимися большей частью к сбору веток для костра, выкапыванию еще пары ямок для воды устиланию их, за неимением ножа для брезента, какими-то широкими листьями, поискам еды вокруг и наведению порядка в лагере, во время которого Свити все-таки попробовала украсить приютившую их лодку, на что Блум только вздохнула, подумав, что все же у Свити и Рарити есть что-то общее, и спустились к воде, чтобы, наконец, смыть с себя всю грязь и тину, и, быть может, выудить из воды размокшие остатки банта, когда на берегу показалась наконец спешащая к ним рыженькая фигурка.

— Хорош плескаться! — завопила та, убедившись, что ее заметили. — Сваливать надо!

— Че такое, Скут? Че случилось?

— Да! Что с тобой стряслось? Почему ты так… Ой, С-селестия! Что у тебя с ногой?!

Скуталу наконец смогла остановиться и отдышаться:

— Да ерунда… — махнула она копытом, пытаясь улыбнуться даже через боль. — Почти ничегош-шеньки и не чувствую.

Эпл Блум озабоченно обошла ее сбоку и дотронулась до ноги краем копытца.

– *Нецензурное слово!* — Скуталу дернулась как от огня. — Почти ничего не значит вообще ничего!

— Прости, — тут же повинилась Блум. — Я просто помочь ведь хочу.

— Да я знаю, — успокоилась Скут. — Но у нас на это совсем нет времени! Нам надо бежать!

— Но хотя бы объясни почему? Нам разве кто-то угрожает? — подошла лицом к лицу Свити.

— О! Свит! Прости, что я так, но… Ну, ты в порядке, да? Здорово! — Скуталу села на песок. Было видно, что сил у нее почти не осталось. — Ну… Если коротко, то скоро тут будут наемники Мисеркнакера во главе с его *не цензурное слово, означающее обычно незаконность происхождения* сынком.

— Погоди. Ты хочешь сказать, что те, за кем мы гнались, тут? На этом острове?

— Да. Я наткнулась на них по дороге. Кто-то из них видел лодку. Обычно я не против приключений, но сейчас не тот случай. Поверьте. Не стоит нам с ними связываться. Надо уходить.

— Согласна, — моментально подобралась Блум. — Дождемся моей сестренки и остальных, а пока, надо уничтожить лагерь. Скут — сиди пока здесь. Свити — подсоби-ка мне с лодкой!

— Уничтожить… Все, что делали… — пробормотала Свити.

— Агась. А че делать? Иначе — заметят.

И закипела работа! В считанные минуты, окончательно разбитая в процессе, лодка, со сложенными в нее ненужностями вроде весел или рации, была снова спущена на воду, костерок потушен, костровище забросано землей и камнями, ямки для воды — засыпаны. Берег, стараниями Блум, приобрел первозданно-нежилой вид. Даже чуть ли не более нежилой, чем был до их появления.

Единственным, что они забрали с собой с места стоянки, были уже вырезанные куски брезента. Жалко было их бросать. Да и странно бы смотрелись в разбитой лодке ровные, вырезанные куски. Прочих же пожитков у них было совсем немного. Через каких-то десять минут все было готово.

— Ну, — Эпл Блум в последний раз оглянулась на океан за спиной. — Пошли?

* * *

Они шли уже около получаса.

— Скут, а ты, ваще-т, представляешь, куда нас ведешь? — не выдержала наконец Эпл Блум.

— Откуда? — оглянулась шедшая впереди Скуталу. — Компас у тебя, а карты все равно нет.

— Да ладно вам! — примирительно влезла Свити. — Давайте лучше искать место для лагеря. Наверное, не надо нам далеко уходить от берега. А это что такое? Там, впереди? Не обрыв?

— Где? — Скуталу пригляделась в указанном направлении. — Ну точно! Должно быть, тот, с которого я вечером навернулась! Пойдемте, покажу вам поближе. Наверняка мы где-то недалеко.

Скуталу не ошиблась. Остров был невелик, и они вышли точно к тому глубокому оврагу… или даже маленькому ущелью… В общем, туда, куда она ночью свалилась.

— Точно, — кивнула Скут. — Во! Видите бурые пятна на камнях? Вот туда я и шлепнулась!

— Погоди, — пригляделась Свити. — Но там же высота ой-ей какая?! Как же ты жива-то осталась?

— Угу. И я про что…

— Инте-ере-есненько… — протянула Блум.

— А?

— Да я во-о-он про те кустики внизу. Эт не пещера ли там, за ними?

И в самом деле! Совсем недалеко от места падения Скуталу виднелась какая-то черная трещина в стенке обрыва. Но видно ее было только отсюда, снизу она была полностью закрыта кустами и каким-то деревом со странными желтыми, продолговатыми плодами.

Конечно троица тут же решила спуститься и все обследовать!

Проход был очень узким. Чтобы протиснуться, им пришлось встать на задние ноги, да и тогда ступать аккуратно, боком. Скуталу было хуже всех. Свити и Эпл Блум приходилось буквально тащить ее на себе. Она задевала ногой об стену, иногда тихо стонала, но держалась. Проход, резко свернув, вывел троицу в какую-то пещеру. При входе, между камней, был воткнут факел. Пока Свити вспышками и снопами искр из своего рога пыталась светить, Эпл Блум на удивление быстро разожгла его. Теплый, почти домашний огонь осветил крохотную, но уютную и, похоже, даже обжитую когда-то пещерку. Потолок в ней состоял как бы из двух раздельных плит, под углом сходившихся в центре. Маленькое, но кристально чистое озерцо сверкало посреди пещеры. Вероятно, прямо в центре пещеры бил небольшой ключ. Рядом виднелось старое, обложенное камнями костровище. Стол из гигантского валуна со стесанным верхом, видимо, выбитого тут же из стены, табуреты из камней поменьше и три старых, плетеных из древесных сучьев кровати, похоже, засыпанных когда-то для мягкости давно уже перегнившими листьями.

Переглянувшись, троица тут же назначила пещерку своей временной базой.

Блум и Свити почти сразу исчезли, отправившись искать дрова, еду, да и вообще все, что могло бы пригодиться, Скуталу же села на холодный пол и уставилась в зеркальную гладь озерца.

Она просто смотрела на себя. Смотрела и думала. В голову лезла всякая гадость, вроде той, что их могут и не найти. И что тогда? Сколько им тогда торчать на этом дурацком острове? От подобных мыслей ее отвлекли Свити и Блум, притащившие в пещеру какой-то непонятный фрукт чуть ли не в половину их самих размером.

— Вот интересно, — тут же поделилась она с ними. — А что если нас не найдут?

— Эт как так "не найдут"? — непонимающе уставилась на нее Эпл Блум. — Ты че, сестренку мою не знаешь? Да и остальные…

— Да не, — поправилась Скут. — Всех я знаю. Просто вот мЫсля такая…

— Кто?

— Тьфу! Мысль.

— А действительно! — Свити уселась рядом. — Вот представьте себе, что нас не нашли!

— Да я уже представила, — проворчала Скуталу. — Чего-то невесело совсем.

— Агась.

— А представляете, пройдет эдак лет сорок-пятьдесят… — мечтательно протянула Бель. — Заглянет кто-то на остров, а тут целое племя! И мы во главе!

— Свити… — глянула на ту Блум.

— А что? Забавно, наверное, будет.

— А ты ниче такого важного не забыла в своем плане? — продолжила Скуталу.

— А что? Мы — есть, остров — есть…

— А племя у тебя как появится?

— В каком смысле "как"?

Блум угнулась к самому полу и тихо хихикнула.

— Чего? — глянула на ту Свити Бель.

— Уй! — Скуталу медленно провела копытом по лицу. — А скажи мне, подруга, как появляются жеребята? Для этого ведь что-то нужно, нет?

— Ты про… А… У… — Свити начала ме-е-едленно наливаться краской. Похоже, до нее наконец дошло, чего именно не хватало в ее "плане".

Глядя на это, Блум уже заржала в открытую. Да и Скуталу разулыбалась:

— Ага! Где планируешь найти?

— А… О… У… Да ну вас обеих! — Свити обиженно развернулась спиной.

— Да ла-ано те! — вмешалась Блум, подсаживаясь рядом. — Ну посмеялись, че такого?

— Ну да, — пододвинулась Скут. — Надо же хоть как-то себя поддержать?

— Да ничего, — Свити поднялась. Ухмыльнулась. Оглянулась на остальных. — А для "этого" я вам Мисеркнакерова сынка изловлю! Бэ-э-э! — она гордо продемонстрировала язык.

На этот раз уже у Блум и Скуталу не нашлось, что ответить.

— Так, — Блум сменила тему. — Давайте-ка перейдем от вопросов будущего к чему-т более сейчашнему… Э-э-э… Насущному, вот!

— Лады, — с готовностью поддержала Скут. — Как насчет вопроса: "а че это за… ерунду вы притащили"?

— О! — Блум поднялась и гордо возложила копыта на фрукт. — Эт те не ерунда! Если эт действительно то, о чем я думаю…

— Да не, это не оно, — помотала головой Свити. — Минуту назад мы все об этом думали. Фрукт даже не похож.

Вот тут уже прыснули все трое!

Отсмеявшись, Блум продолжила:

— Если эт то… Да не то "то"! Не то! Совсем другое "то"! Так. Если эт действительно ЭТОТ фрукт, то мы спасены.

— А че в нем такого особенного? Ну, кроме его размеров, конечно, — Скуталу тоже дотронулась до фрукта копытом.

— А ты слыхала когда-нибудь про хлебное дерево?

— Не-а, — мотнула головой Скут.

— Вот! А я даже видала! Правда, на картинках. И там оно другое… Немного… Совсем…

— И чего это за дерево такое? Там че, булки растут?

— Не. А жаль, да? Но там растут вот такие… ну… примерно такие штуки, — Блум похлопала по плоду.

— Ну… Классно выглядит и че?

— Во-первых, его можно сожрать прям щас. Сырым. И ниче не будет.

— Вот это уже лучше!

— А во-вторых его варят, жарят, парят, сушат и даже, по-моему, дают перележать под землей. Короче. Из него можно приготовить миллион разных блюд! — Блум хлопнула по плоду так, что на том остались отпечатки копыт.

— Ну… Я бы насчет миллиона не разбегалась, — притормозила ту Скут. — Мы-то его хорошо если сварим. Или слижем со стен, если ты еще разок так шарахнешь…

— Упс…

— А больше… — продолжала Скуталу. — Кто-то из нас умеет его готовить? Лично я кой-чему, конечно, научилась, в городе без еды не помру, но…

— Я тож не возьмусь… — потупила взгляд Блум.

— А я бы взялась его зажарить! — Свити глянула на костровище. — Надо, кстати, дров натаскать.

Скуталу и Эпл Блум с опаской переглянулись. Скут пару раз мотнула головой и провела копытом по горлу. Блум согласно кивнула.

— Знаешь, Свити, а пойдем-ка мы действительно, а-т сели тут че-т… Дел еще уйма…

И обе удалились, оставив Скуталу наедине со странным супер-фруктом.

Впрочем, продлилось это недолго. Скут задремала. На этот раз это был всего лишь сон. Короткий, сумбурный, непонятный и оттого страшноватый. Проснулась она лишь в тот момент, когда ее подруги уже снова вернулись в пещеру. Обе они зубами тащили за собой какие-то широкие и длинные листья.

— Птьфуй! — Блум выплюнула черенки. — Ну и гадкий же у них сок! Буэ-э…

— Бр-р-р… И не говори, — поежилась Свити. — Но хоть будет на чем поспать.

— Агась. Эт точно. А некотором, я гляжу, и на полу хорошо?

— Ага, — кивнула Скут. — Извините. Устала я че-то… С чего бы?

Блум хмыкнула:

— Агась. И действительно — с чего бы? Всего-т не спала всю ночь, весь этот дурацкий остров обошла…

— Так, — взяла слово Свити. — Думаю, мы все сегодня очень устали. Почему бы нам не поесть и не отдохнуть немного?

— Верно.

— Точно.

— Тогда помогите мне с этими… с позволения сказать… кроватями.

И все трое, похватав листья, поволокли их к стоявшим возле стен койкам.

— Ого а эт че за такое?

— Ты о чем, Блум?

— Та фот оф эфом, — Блум вылезла из-под кровати, сжимая в зубах несколько мятых листков. — Фут фумаха какафя-фо фаляфетфя!

— На ней что-то написано! — пригляделась Свити.

— Ага. Бумага это здорово, — кивнула Скут. — Веток-то для костра мы так и не натаскали, а факел скоро наверняка потухнет. Да и вообще, полезная штука в походе. Особенно, если приличных листьев нет.

— Скут! — Свити поморщилась. — Ну, погоди ты. Интересно же! Давай хоть прочитаем сначала!

— Да я и не против! А потом — костерок!

Эпл Блум, тем временем, разложила листки на столе:

— Очень похоже на чей-т дневник. Только тут полный бардак. Какой тут за каким…

— Ну, это мы быстро решим, — Свити оперлась на стол. — Так… Этот первый… Это здесь… А это сюда… Вроде так?

— Эт мы ща поглядим!

Троица взгромоздилась на широкий каменный стол, улеглась прямо на нем и углубилась в чтение.

* * *

День первый

Сегодня первый день нашего пребывания на острове и я начинаю вести свой дневник.

Вернее, это будет даже не дневник. Так… Возможно какие-то записи о нас. Еще не знаю. Наверное, стоит сказать пару слов о том, кто мы такие. Увы, всего трое из начинавших это опасное путешествие добрались до острова. Гвардейцы сделали все, чтобы мы не дошли. А мы все-таки дошли! Мы это я — Даски Скрайб, Ламия и Тауматург. Никто не знает через какие, чинимые нам, препятствия добрались мы сюда! Впрочем… Добраться мало. Надо, чтобы все удалось. Все-таки задумано нами немалое дело и ошибки тут не простятся. Вернее сказать, их нам не простят.

Почему мы оказались на этом острове? Все элементарно просто: здесь это сделать проще всего. Мы надеемся, что древние легенды не врут, и здесь действительно есть одна из тех немногочисленных дыр, что позволяют проникнуть в Тартар, минуя его охрану. Надеюсь, что нам это удастся, а потом… Не знаю. Мы надеемся, что все-таки благополучно сделаем порученное нам дело и выпустим тварей из самых глубин…

Ну а пока… Пока мы нашли уютную пещерку и попытаемся в ней обустроиться.

— Вот так-так! Эт че получается? Эт дневники тех, кто когда-т пытался уничтожить Эквестрию? — прошептала Блум. — А че мы об этом не знали ниче?

— Вот так тебе прям и скажут! — в тон ей прошептала Скуталу. — Подай-ка лучше фрукт этот, а то есть уже охота.

— Агась.

— Вам что неинтересно? — все так же шепотом возмутилась Свити.

— Да не, почему? Но раз мы за столом… на столе, то почему не совместить одно с другим? Ага. Спасибо за фрукт, Блум. Будешь? Не? Как хочешь.

— Вы разобрались с едой уже? Давайте лучше читать дальше, — и Свити зашуршала листками.

День пятый

Наконец-то смогли приступить к опытам. Обустройство здесь заняло слишком много времени, а его у нас в запасе маловато.

День восьмой

Вчера обнаружили какие-то странные вещи. Похоже, что легенда не врала и на этом острове действительно что-то есть.

День девятый

Кажется, Тауматургу кое-что начинает удаваться.

День пятнадцатый

Вот! Вот оно! Наконец, спустя почти неделю, им удалось! Они смогли-таки создать заклинание, способное открыть проход в Тартар! И доступно оно, как мы думаем, будет любому единорогу! Вчера Ламия побывала там! Сейчас… Сейчас я попробую его воспроизвести на бумаге. Да. Бумагу я защитил. Если вы читаете сейчас эти строки, то заклинание сработало, и она все-таки не рассыпалась от времени. К сожалению, я не могу защитить ее от чего-то еще. Буду лишь надеяться, что ее не уничтожат. Но, довольно тратить ее впусту…

– *Короткое, но все же не очень культурное слово*! Скуталу!!! — Свити, начавшая тихонько бормотать прочитанное вслух, прервалась на полуслове. — Тьфу… Ну посмотри, что ты наделала, а? Ну нельзя аккуратнее жрать?! Весь лист залила!

— Упс! Прости, Свити! Ща я все вытру!

— Да не ногой же! Не ног… Уй! — Свити уткнулась лицом в стол. — Ну и что ты наделала? Теперь все чернила расплылись! Как я теперь эту мазню прочитаю?

— Угу… Как я теперь ногу отмою…

— Ну, знаешь!

— Погодь, Свити! В чем-т она права.

— Например?

— Ну… — Блум задумчиво поднесла копытце к лицу. — Если они действительно сделали заклинание, доступное всем единорогам, а ты бы его прочитала вслух…

— Ты… Ты думаешь… — сразу остыла Бель. — Я бы открыла… В наш мир?

— Агась. Вполне может быть и так.

— Точно! А я это знала! — сразу нашлась Скуталу. — Вот всегда бы так, да?

— Чего всегда? — обернулись к ней подруги.

— Как чего? Мы ща моей неаккуратностью спасли Эквестрию, можно сказать! Кто его знает, что было бы, если бы Свити дочитала.

— Эт да, — Блум улыбнулась. — А че? Меткоискатели — Эквестриеспасатели! Звучит, а?

И, посмеявшись, трио продолжило чтение.

День семнадцатый

Да! Заклинание, описанное мной ранее, работает идеально! Весь вчерашний день ушел на то, чтобы его отточить, чтобы все проверить. Думаю, теперь мы готовы. Остается только дождаться момента, сигнала, что и у других групп все готово и тогда мы начнем! Конечно, мы можем и начать первыми, не дожидаясь никого, но тогда мы будем слабы и жалки, как тот глупец — Дискорд. Его попытка выдернуть трон из-под этих аликорнш… Самому завоевать себе весь мир… Конечно, мы не жили в то время, но лично мне это представляется пустой и глупой тратой времени. Но это если у тебя за спиной нет поддержки. А у нас она есть! Мы не он! Нас сотни! И мы вернем истинных божеств в этот мир! Дискорд не видел истинного хаоса! Он балаганный шут по сравнению с Виндиго, не говоря уж о прочих, на коих мы возлагаем свои надежды, как на носителей истинного, всеочищающего хаоса! Но этот хаос не будет бесконтролен! Нет! Им будем управлять мы! Мы — ученые! Мы — маги! Но я увлекся. Все же моя задача вести хронику для вас, мои благодарные потомки, а не портить особо ценную здесь бумагу, изводя ее на свою болтовню. Скажу просто: мы готовы. Готовы создать свою страну, где величайшие из умов пони не будут стеснены дурацкими нормами и правилами! Где моральные и нравственные нормы не будут стоять превыше науки и прогресса! Страну, в которой, благодаря нам и нашему вождю, не будет больных и голодных! Страну, в которой вершиной власти будем мы — ученые и маги! Страну, в которой живете сейчас вы, мои дорогие потомки! Готовы ли мы ради этого разрушить до основания все, что имеем? Пройти через тьму, кровь, смерть? Пожертвовать, возможно, жизнями тысяч пони и нашими собственными? Да, готовы!

— А я, кажется, поняла, кто они такие были, — оглянулась на подруг Свити.

— Да? И кто? — прочавкала Скуталу.

Блум вопросительно хмыкнула.

— Не то чтобы я много знаю, но… Была вроде лет двести или триста назад группка каких-то чуданутых… — тут Свити покрутила копытом у виска. — Ученых и магов. Возомнили они себя круче Селестии. Не знала правда, что они настолько сошли с ума…

— И че? — все также прочавкала Скут, с набитым ртом.

— Фу, Скут! Ну ты хоть прожуй! — Бель брезгливо скинула с листа кусочек фрукта.

— Да! Че сними случилось? И че они ва-аще-т хотели?

— Да все просто, Блум. Хотели-то они, может, и хорошего, вот только способы у них были не те. Дать погибнуть сотне пони ради хорошей жизни одного, да и то не сейчас, а когда-нибудь… Впрочем… Результат тоже мог бы быть сомнительным. Например, они пытались сами делать живых пони, только из железа. Но живых! С душой! Правда, вышло у них та-а-акое… Вроде как они чуть не погубили Эквестрию со своими механическими пони… В общем… В один прекрасный, для Эквестрии, день все они исчезли. Разом и навсегда. Вроде как кто-то видел, как в дома к некоторым входили гвардейцы. И все. Больше их никто никогда не видел.

— Короче, — подвела итог Скуталу. — Их всех посчитали слишком опасными и по приказу Селестии, перебили?

— Выходит, что так, — кивнула Свити. — Но, похоже, были и пострашней. Вроде этих.

— Давайте уже почитаем, че было дальше? — Блум придвинула новый листок. — Не, понятно, шо им ниче не обломилось, но интересно ж, как именно?

И они вернулись к чтению.

День двадцать пятый

Мы начали нервничать. Прошло уже довольно много времени, а вестника все еще нет. Это странно.

День тридцатый

Все еще никаких вестей от остальных. Это уже действительно заставляет опасаться за наши планы. Мы должны были уже начать.

День тридцать четвертый

Уж не случилось ли чего с вестником? Слишком уж долго его нет! Ламия настаивает, что мы должны начинать без остальных, однако, мы с Тауматургом пока придерживаемся иного мнения.

День сороковой

Решено. Мы начинаем первыми. Нам надоело ждать остальных. С посыльным определенно что-то случилось, знать бы что…

День сорок первый

Мы открыли проход в Тартар и смогли его зафиксировать. Ламия, давно уже порывавшаяся туда, пошла первой. Мы ждем ее победного возвращения.

День сорок пятый

Ламия давно уже должна была вернуться. Что-то идет не так, и мне это не нравится. Еще вчера за ней отправился Тауматург, но от него тоже нет ответа.

День сорок седьмой

Ни Ламии ни Тауматурга. Я остался наедине со своими мыслями. Похоже, Тартар охраняется куда лучше, чем мы думали.

День сорок восьмой

Если честно, то я не знаю, что мне делать. Все мыслимые сроки уже вышли. Здесь, в пещере, делать тоже нечего. Возможно, мне стоит отправиться за ними, но я пока трушу. Просто лежу сейчас на своей койке и думаю о том, что могло с ними случиться. Пытаюсь вспомнить все, что мне известно о Тартаре. Пытаюсь подготовиться.

День шестидесятый

Все. Я должен пойти туда. Я понимаю, что это уже ничего не изменит, понимаю, что, похоже, мы проиграли не только битву, но и всю войну, но мой разум ученого противится уйти просто так. Пусть я погибну, но я должен там побывать! Решено! Завтра я иду!

День… Не знаю, какой сейчас…

Я… Я все… Я вернулся. Убираюсь с этого острова, как только могу или… Или я свихнусь. Если еще не… Я видел их там. Видел Тауматурга. Видел Ламию. Они звали меня к себе… Звали за ворота. Я не пошел. Я трус, быть может, это меня и спасло. Эти ворота… Вот, что, наверное, злейший страж Тартара. Даже не та псина… Цербер, что сидит там от начала времен. Нет. Ворота. Думаю, что шагнувший за них уже не вернется никогда. Мне повезло. Я не сделал тот шаг. Я побежал. Я… Я не знаю, что еще вам сказать…

День… Да кому какое дело, какой день?

Прошло дней десять или даже больше с последней записи… Я, наконец, достроил лодку. Завтра я ухожу. Погибну я или доберусь до берега, мне уже нет никакой разницы. Если так ничего и не случилось, значит, дело, служению которому я посвятил долгие годы, провалилось. У меня нет сейчас причин жить на этом свете, а значит, нет и страхов… Нет! Вру! Один есть! Страх остаться на этом острове. Рядом с этой дырой в Тартар. Моих знаний хватило, чтоб ее прикрыть, но из меня плохой маг и что-то, похоже, так и осталось. Могу лишь сказать, что сейчас те, кто находится ТАМ, вырваться не смогут, но наверняка туда все еще можно попасть отсюда… Почему я это сделал? Потому, что мне… нам нужно было отстроить новый мир, а не просто уничтожить этот, а так и будет, если ОНИ вырвутся без контроля. Пусть уж наше дело ждет до лучших времен. Возможно, кто-то все-таки еще остался и я, если доберусь, смогу с ними связаться. Не сразу, конечно, но мы попробуем тогда все восстановить. Но до этого пройдет время. Десять, двадцать, сто лет. Может, даже и больше. Во всяком случае, мне не следует попадаться никому на глаза ближайшие лет десять. Дневник я оставлю здесь — в нашей пещере. Если вы читаете его (А как может быть иначе?), значит, наше дело еще живо. Я надеюсь, что вы будете удачливее нас. Желаю вам этого.

На сем я заканчиваю дневник.

Даски Скрайб.

Свити закончила читать вслух. В пещере воцарилась тишина.

— Обалдеть, — прошептала Скут. — Значит, те ворота…

— Какие ворота? — как-то испуганно перебила ее Свити.

— Да так… Вырубилась я, когда с обрыва навернулась. А пока валялась — сон был какой-то странный. Будто я за тобой куда-то пошла в сплошной темноте. А когда нашла — ты возле каких-то громадных ворот стояла. Войти хотела. Еще и меня с собой звала…

— Погоди-ка, — перебила Бель. — Там еще на воротах вся история Эквестрии была выкована, нет?

— Точно! А ты откуда знаешь? — удивилась Скуталу.

— Я… Я видела этот сон, только… со своей стороны.

Скуталу присвистнула:

— Вот, значит, как… А че ты тогда так задергалась и сознание потеряла тогда?

— Потеряешь тут, когда тебе в круп… вгоняют…

— Блум, ты че с ней делала? — подозрительно глянула на ту Скуталу. — Че ты ей куда "вгоняла"?

— Я? — ошарашенно переспросила Эпл Блум. — Да ниче я не делала! Укол только. В круп, конечно.

— Прямо туда? И чем ты его делала?

— Ну… Ну не прямо туда же! Шприцем, чем еще!

— Ну… Мало ли чем можно…

— В смысле? — в конец обалдела Блум.

— Неважно. А чего было потом, а Свит?

— Потом был Бат… Э-э-э… Ерунда всякая была. Этот сон почти сразу закончился.

— Значит, ты не видела, как я тебя к яме перла?

— Не-а! А странно, что мы обе видели один и тот же сон, да? Интересно, что это было такое… — Свити прервалась на полуслове. Задумалась.

Эпл Блум хмыкнула:

— Знаете… Как говорит моя сестренка: Если у двух пони одинаковые глюки… Значит, эт, наверное, очень хорошие глюки!

— Аг-га, — заторможено кивнула Свити, — Или это был не сон, и мы обе были там. В Тартаре, — она встретилась глазами со Скуталу. — Тогда ты мне жизнь спасла!

— Ой, да ладно те! — та махнула копытцем. — Просто приснился сон. Один на двоих. Бывает… Наверное…

Факел, словно дожидавшийся, когда речь пойдет о сне, начал сильно чадить, колебаться, мерцать.

Эпл Блум слезла со стола и посмотрела на часы, все еще остававшиеся при ней:

— Ого! От эт мы засиделись! Предлагаю: доесть фрукт, там их все равно еще полно, и… *Уа-ауф!* …и спать! Денек завтра будет не хуже сегодняшнего.

— Агау… — Свити, в отличие от своей подруги, не стала демонстрировать всю глотку и культурно прикрыла рот копытцем. — Согласна.

— Валяйте, — Скуталу о-о-очень осторожно спустилась со стола. — Уй! Я посторожу.

— Ты разве совсем не хочешь спать? — удивилась Свити. — А тогда спала прямо на полу…

— Попробую, — Скут аккуратно присела на кровать. — Но вот получится ли…

* * *

Факел затрещал и потух.

Тьма и тишина окутали пещеру. Ну… Не совсем тишина, конечно… Доносились какие-то непонятно-пугающие звуки снаружи. Сопела Свити. Слегка прихрапывала Блум. Но ее сон сморить все никак не желал. Что еще хуже — разнылась нога. Эта боль изматывала, бесила, выводила из себя, но с ней ничего нельзя было поделать. Ни одна поза не давала облегчения. А тут еще и этот дурацкий факел… Какие-то тени полезли из темноты пещеры…

Скуталу уже казалось, что в темноте она различает три медленно приближавшихся к ней фигуры. Фигуры, знакомство с которыми не предвещало бы ей ничего хорошего. Ламия, Тауматург и Даски Скрайб. Кто знает, что они сделают с попавшим в их копыта жеребенком? Фигуры застыли. Не приближались, но и не удалялись. Стояли и смотрели. Смотрели прямо на нее. Она не видела их лиц, но она чувствовала их взгляд. Знала, что стоит ей заснуть, как с ней и ее подругами что-то произойдет. Она не знала что, но почему-то ожидала чего-то непоправимо-страшного. Стоит только ей закрыть глаза, как…

Так и прошла эта ночь. Маленькая жеребяшка, вжавшаяся в стену у своей кровати и так и не прикрывшая ни на секунду глаз, и три темных фигуры, застывших посреди пещеры. С рассветом, морок рассеялся, но и тогда она так и не решилась уснуть.

ГЛАВА 35

Затерянные в океане

Пенные буруны порой все еще перехлестывали через фальшборт, но все реже и реже. Шторм утихал. Несчастное "Копье" застыло на мелководье с сильным креном на борт. Вид нашего боевого корабля был печален. Он уже слабо напоминал сейчас того красавца, что выходил недавно из порта. Сейчас его покрывали шрамы, главным из которых была одна из его съемных мачт, неубранная до шторма, не выдержавшая его и прогнувшаяся.

Не лучше было и состояние его экипажа. И без того разбитые и вымотанные, сейчас все мы пребывали в абсолютном ступоре. Таком, когда надо что-то говорить или делать, но ты боишься начать. Шкипер просто стоял рядом с рубкой и пялился вдаль. Деринг и Дерпи тупо сидели на палубе. Дрожащую Радугу увел в кают-компанию Из. Не было видно только Эплджек.

Ее, оставившую где-то свою шляпу, простоволосую, с растрепанной гривой, я нашел на корме, опершейся на фальшборт и смотрящей в воду. По щекам ее катились слезы.

Я тихо подошел. Встал рядом.

— А… Эт ты… — пробормотала она, кинув на меня секундный взгляд. — Я… Я…

Я обнял ее. Стиснул покрепче. Почувствовал, как покатились по мне сырые дорожки. Я просто стоял и молчал, прижимая ее к себе. Молчал до тех пор, пока она не заговорила первой:

— Я… Я не могу поверить… Как такое ваще может быть? Как эт ваще могло произойти? Как? А дома я шо скажу? Шо Блум доверили мне, а она ут-тонула? Я… — она резко подалась вперед, к фальшборту. Я еще плотнее прижал ее к себе. — Я не знаю… Не знаю, шо мне делать… Алекс… Спаси…

Я вздохнул и заговорил. Медленно, тщательно подбирая слова:

— Эплджек… Не обязательно все так плохо… Ты видишь где-нибудь здесь остатки той шлюпки, что должна была висеть над нашими головами? — ЭйДжей еле-еле мотнула головой, — Вот и я не вижу. А наши жеребята умеют плавать… Не все одинаково хорошо… — сбился я, вспомнив о Скуталу. — Но умеют. Тем более что пропал еще и один из матросов, что были со Шкипером. Наверняка он смог забраться в лодку и помог залезть и им!

— Дум-маешь? — с надеждой поднялись на меня зеленые глаза.

— Я уверен в этом, — кивнул я, стараясь сохранить внешне хоть часть той уверенности, с которой это было сказано, и которой, на самом деле, у меня совсем не было. — Наверняка так и было!

— А тогда где они щас? Че они не тут? Их ведь даже не видно…

— Конечно, не видно, — снова как можно уверенней заявил я. — В такой шторм шлюпкой невозможно управлять. Они обязаны были отдаться на волю волн и течений, и наверняка их унесло далеко отсюда.

— А к-как ж мы их тогда найдем? — в обожаемых глазах, пристально глядящих на меня, вновь появились столь несвойственные им слезы.

— Есть один способ. Но для этого нам понадобится привести в порядок корабль.

— Да я… Да ради Блум… Да хоть че… Скажи только че делать!

— Ну… Это нам скажет Шкипер… — я снова глянул на его застывшую фигуру. — Когда придет в себя…

— А если… — снова помрачнела ЭйДжей, чуть отстраняясь, чтобы лучше видеть мои глаза. — Если не получится найти их… ну… достаточно быстро?

— Тогда я буду искать их столько, сколько потребуется, — вот тут я сказал абсолютную правду. Я был готов искать их сколь угодно долго. Хоть всю оставшуюся жизнь.

— Я тож, — прошептала она, еще сильнее прижимаясь ко мне. — Я тож.

— Пойдем-ка внутрь.

— Аг-гась…

Мы вошли в кают-компанию.

От прежней красоты и порядка тут сейчас осталось немногое. Разбросанные вещи, сдвинутая мебель из той, что не была прикручена к полу, битая посуда, которая, по правде говоря, биться-то была не должна… Похоже, что и вода как-то добралась сюда…

Посреди всего этого, на подмокшем диване, мрачно сидела Радуга и нервно похлопывала копытом по столу перед собой.

— Ну чего? Осталось там еще че-нибудь? — спросила она куда-то мимо нас.

Я обернулся. Сбоку от нас стоял Из и копался в одном из шкафчиков.

— Немного, — ответил тот. — Много в стекле были — побились почему-то. Осталось только крепкое.

— Валяй. Неважно чего именно.

Из достал из шкафчика оплетенную бутыль из-под "Яблочной водки".*

— Садитесь, — мимоходом глянув на нас с ЭйДжей и вошедших следом Дерпи и Деринг Ду, буркнул он.

Мы молча устроились возле стола.

Из разлил.

Все, не говоря ни слова, отхлебнули из своих кружек, и только мы с Изом выпили все разом и до дна, да Дэш, заметив это, сделала щедрый глоток. Впрочем, куда более щедрый, чем ей, видимо, следовало бы, ибо тут же вытаращила глаза и жутко закашлялась.

— Да… — пробормотала, глядя на это, ЭйДжей, — Эт не сидр. К такому нужна закусь. Или опыт, — она как-то подозрительно поглядела на меня.

— Это… Что это… было? — прокашлявшись, прохрипела Радуга.

— Чей-то самогон, похоже, — принюхалась Деринг Ду. Как-то уважительно кивнула. — Вроде на перце. Не слабенький…

Дерпи, сделав то же самое, тихо поставила свою кружку на стол и отодвинула подальше. Правда, получилось так, что ближе к Радуге.

— Это… Нечто… — выдавила та, сделав еще один большой глоток.

— Угу, — глянула на ту ЭйДжей. — Ты только не увлекайся, агась?

— Я тебе что? Бэрри Пунш, что ли?

Эплджек промолчала.

— Мамашу вашу! — раздалось где-то наверху. — Сухопутным-то простительно, а вы двое чего столбами застыли? А ну живо в трюм! Врубайте помпу и ищите пробоину!

Двое уцелевших матросов пронеслись мимо нас с такой скоростью, будто ими выстрелили из той самой пушки, что стояла на вертлюге!

— О! — с удовлетворением отметил Из. — Полетели! А я-то думал, Шкип их пинками погонит!

Где-то под нами раздался легкий шум. Видимо, заработала помпа.

Мы с Изом налили себе по второй. Долили остальным…

Так, не спеша, допивая довольно-таки объемистую бутыль, просидели мы еще какое-то время. Странно, но корабль, как я заметил по содержимому бутыли, совсем не спешил выравниваться. Даже наоборот, крен, похоже, рос.

Наконец, мы дружно поднялись, убедившись, что обычно крепкое спиртное на нас сейчас почти не действует, и решив, что, похоже, в трюме явно будет не лишней наша помощь.

Для того чтобы спуститься туда, необходимо было пройти небольшой коридорчик с выходившими в него каютами. Дерпи пожелала убедиться, все ли в порядке с рацией, и скрылась в своей.

— Из! Алекс! — раздалось через минуту. — Подите-ка сюда! Чего-то тут не то…

— Что случилось, Дитз… — Из замер, едва перешагнув порог каюты.

Из-за его спины увидел происходящее и я.

Тут стоит упомянуть еще раз, что наше "Копье" корабль современный и явно из лучших в своем классе. Само собой, что и несколько его кают, хоть и не отличались большими размерами и шикарным убранством, но все же были оборудованы всем необходимым в самой полной мере. В число прочих удобств входили и уборные — по одной на две каюты. Сейчас дверь в уборную была распахнута. Через порог внутрь каюты быстро текла вода. Но текла она не из-за открытого крана. Она шла из слива раковины, выливалась через край гальюна… То есть она поступала в уборную, а значит, и в каюту, через те отверстия, через которые, по задумке, должна была бы наоборот сливаться!

— Такого ведь быть не должно? — Дитзи озадаченно потерла ногой подбородок.

— Не д-должно… — медленно процедил Из, не сводя глаз с небольшого водопадика, переливающегося через край гальюна.

— Что это может быть? — спросил его я.

— Что, что… — Из резко развернулся. — Мы тонем, вот что! Полундра!!! Быстро все в трюм!!!

Как ни странно, но в трюме оказалось куда меньше воды, чем мы ожидали. Нет, конечно, по колено, это тоже много, но когда идешь ко дну, ждешь как-то большего…

Мерцали желтоватые лампы, булькала под ногами вода, громко жужжала где-то рядом автоматическая помпа, ладили к борту заплатку матросы.

Из огляделся. Обе имевшихся переборки закрыты.

— А чего мы сюда приперлись? — обратилась к нему Радуга. — Тут же явно все в порядке?

— Не может такого быть, — упрямо мотнул головой Из. — Вода просто так никуда ниоткуда не пойдет. Если только… Если только не…

Из затих. Его, похоже, осенило.

— Если только не *тут он ввернул такую фразу, что матросы оглянусь, завистливо присвистнув*!!! Помпа одна на все отсеки?! — обернулся он к ним.

— Да, но…

— Быстро! — обернулся он уже к нам. — Отрубаем ее!

— Но… — хотела что-то вставить ЭйДжей.

— Потом все объясню! Живей!

Помпа на "Копье" оказалась штукой довольно громоздкой. Настолько, что на одну из переборок был вынесен небольшой щит для управления ей. Внешне, она представляла собой металлическую коробку, выступавшую из той переборки. Из коробки тянулись вдоль борта два рукава. Один упирался в борт ровно посередине нашего отсека, в том месте, где тот уже плавно переходит в днище, совсем рядом с пробоиной. Другой уходил в противоположную переборку.

В конце концов, после пары минут возни, нам удалось ее отключить.

— Еще заплатки есть?! — Из снова обратился к матросам.

— Конечно, но зачем вам? — ответил ему один из них, с меткой в виде каната, завязанного морским узлом. — Тут ведь вроде все в порядке?

— Сейчас будет в беспорядке! — резковато кинул ответную фразу Из. — Где? Где инструмент?

"Морской узел" куда-то на секунду исчез и вернулся уже со всем необходимым:

— Вот. Но все-таки, что вы собрались с этим делать?

— Ломать помпу, что еще?!!

На несколько мгновений трюм окутала тишина.

— Из… А повтори-ка, что ты думаешь делать… — выразила общее мнение, висящая в воздухе так, чтобы не касаться воды, Дэш.

— Ломать помпу.

— Не пойми меня неверно, но… Ты в курсе, для чего она предназначена, да? — Радуга подлетела к Изу почти нос к носу.

— Успокойтесь, — ухмыльнулся Из, — Я не собираюсь пускать корабль на дно. Но, чем быстрее мы ее выломаем, вернее вот эту ее часть, — он указал копытом на упиравшийся в борт рукав. — Тем лучше. И давайте не спорить!

— Думаешь… те ударом… — обеспокоенно пробормотал "морской узел". Его напарник лишь растерянно переводил взгляд с помпы на Иза и обратно.

— Да. Вода идет в каюты.

Тут, кажется, дошло и до меня:

— Клапан?

— Он.

— Тогда чего мы застыли?! — воскликнул я. — Ломаем быстрей!

И началась долгая, напряженная, изматывающая работа.

Оторвать-то рукав удалось быстро, а вот залатать пробоину, борясь с поступающей в нее водой, пытаясь откачивать ее при помощи обнаружившихся обычных помп с рычагами "качелями", рассчитанными на двух пони, вот что стало действительно сложной задачей!

Началась борьба за плавучесть…

* * *

Борьба за плавучесть, а потом и за живучесть корабля заняла у нас много времени и отняла последние силы. Весь вечер, всю ночь, все утро и большую часть наступившего за ними дня мы чинили корпус, разбившись по парам, качали помпами воду из трюма и кают, просто приводили в порядок все, что натворила вода.

Где-то уже после полудня матросам удалось-таки запустить мотор. Наконец можно было хоть немного поспать. Но перед этим должен был состояться еще один очень важный разговор.

Шкипер, Эплджек и я поднялись в корабельную рубку, и подошли к небольшому, заваленному морскими картами столику.

— Так, — резко выдохнув, обернулся к нам Шкипер, шедший первым. — Ну и что вы меня сюда позвали?

— Чтобы вместе проложить курс, — прямо ответил я.

— Какой? Куда нам еще сейчас, кроме порта?

— Как эт куда? — вспылила ЭйДжей. — Как куда? Блум искать! И остальных!

Шкипер поморщился:

— Да вы хоть понимаете, как мало у вас шанс… — он наткнулся на наши взгляды. — Чтоб вам… Куда вас несет… Ладно! Будем надеяться до каких-то ближайших островов мы дойдем. Но там, вероятно, придется встать на ремонт.

— Ну и отлично, — кивнула ЭйДжей. Вздохнула. — От тольк куда именно мы поплывем? Кто знает, куда их понесло…

— Ну, это не так сложно определить, — я развернул карту, показавшуюся мне подходящей. — Это карта течений, так, Шкипер?

— Верно.

— Можешь показать на ней, где мы сейчас находимся?

— Точно скажу позже, но примерно вот здесь, — Шкипер взял зубами карандаш и поставил на карте жирную точку.

— А что за безымянные острова к югу от нас? Те, мимо которых идет течение, в котором мы, вероятно, сейчас находимся.

— Да они и есть безымянные. Разве что городок там есть на одном из них. Что-то вроде курорта.

— Думаешь, они там? — ЭйДжей тоже склонилась над картой. — На тех островках?

— Возможно, — кивнул я. — По крайней мере, это был бы самый подходящий вариант. Течение, в которое наверняка попала лодка, проходит близко от них.

— Тогда давай рискнем.

— Ну что, Шкипер? — поднял я взгляд от карты. — Проложишь курс на эти острова, вернее даже во-о-от на этот, он ближе всех к течению?

— А куда я от вас денусь, — ухмыльнулся бывалый моряк, сверкнув вставным зубом. — Вы меня наняли, вы и командуете. Я вас предупредил? Да. Послушали вы меня? Нет. Мне есть еще до этого какое-то дело? Тоже нет. Значит, идем, куда прикажете. В городке — встанем на ремонт.

— Тогда действуй.

Шкипер быстро разобрался с курсом и встал к штурвалу.

Мы же с Эплджек вышли из рубки и, перед тем, как пойти в каюту, еще долго наблюдали за тем, как кое-как отремонтированное "Копье" плавно разворачивается и набирает ход, ложась на новый курс, спеша, как мы надеялись, на помощь нашим жеребятам.

* * *

Над пристанищем Меткоискателей занималось утро.

Величаво-медлительно восходило поднимаемое, по легенде, Селестией солнце, неспешно расцвечивая красками оживающий остров. Блестела в первых его лучах, переливалась всеми цветами радуги роса. Начали утреннюю распевку птицы.

Впрочем, в пещере не было видно всей этой природной красоты. Вот разве что птицы. Их здесь было слышно весьма и весьма отчетливо.

— Перья повыдергать… — невнятно пробурчала Свити, прижав уши копытцами и пытаясь еще хоть немного поспать.

— А? — встрепенулась Скуталу. — Кому?

— А кто будет шуметь, тому и… — видимо, не до конца еще проснувшись, выдала Бель.

Скуталу обалдело замолчала.

— У-у-уа-ах-х! — потянувшись, села на кровати Блум. — Хорош вам. Не заснете уже. С добрым утречком!

— Угу, — Бель перевернулась на другой бок и снова зажала ухо.

— Ага… Добрым… Наконец… — раздалось с другой койки.

— А? — глянула в ту сторону Блум. — Ог-го! Ты че, ваще не спала?

— Поспишь тут…

— А че?

— Да так… Просто теперь я скорее в лесу спать лягу, чем здесь еще ночь проведу. Да и вам не советовала бы. Я серьезно.

— Да? — Блум недоверчиво прищурилась. — Ну ла-ано. Не хочешь говорить…

Скуталу неуверенно кивнула.

— Ну, как знаешь. Че сегодня будем делать?

— Лично я собираюсь еще немного поспать.

— А я пойду на разведку! — Скуталу лихо соскочила с кровати, но тут же, взвизгнув, залезла на нее обратно, хватаясь за ногу и сопроводив это парой красивых выражений.

— Мда… — поморщилась Блум. — Не с твоей ногой.

— Ага. З-зар-раза… А ведь не болела с-сейчас… А идти кому-то надо. Надо за берегом поглядеть. Может, кто проплывать будет. Может, даже наши. У-уй…

— Нутк я и пойду, — слезла с кровати Блум. — Прям щас. Только кремень возьму и фейерверки эти.

— Ага. Давай. Я тогда может, к тебе присоединюсь, если нога позволит.

— Агась.

— А соня наша тут на хозяйстве останется. Может, метку какую за это получит.

— Щас! — отозвалась "соня". — Сама метку за подметание с готовкой получай! Мне эта ерунда…

— Ну, я-то точно ее получу за что поинтереснее!

— У-уй… Не, ну точно поспать не дадут, — поднялась насупившаяся и всклокоченная Свити. — Встаю я, встаю.

— Ну и ладушки, — кивнула Блум. — А я пошла. Увидимся!

— Ага, давай!

— Удачи!

* * *

Маленькая поняшка незаметно кралась по утреннему лесу.

Совершенно непонятно, как она успевала передвигаться с такой скоростью. Казалось, вот только что она была в тех кустах, а уже в следующий момент ее повязанная летной из остатков банта, голова высовывается из-за дерева в совершенно другом месте! Вот, что значит пересмотреть фильмов о пони-ниндзя в кинотеатре!

Вот, наконец, и берег. Теперь оставалось только найти укрытие и ждать.

"Эх! — вздохнула про себя Эпл Блум. — Жалко, шо я не пегас. Спряталась бы щас на каком-нибудь дереве".

Она оценивающе пригляделась к окружающим ее стволам.

"Хотя не, — подумала она в следующую секунду. — Это лучше оставить Скуталу. С моей-т ловкостью и грацией я бы оттуда точно навернулась бы. А приятного в этом мало. Хорошо, шо в тот раз, когда порвалась веревка, сучьев под нами было много. А тут — мало. Че-т как-т повторять-т неохота…"

Подумав так, она прижалась к земле и аккуратно просунула голову под ветками последних кустов, закрывавших собой берег. Ничего. Пусто и чисто, как было и вчера, когда они покидали свой неудавшийся лагерь, разнося его.

Хотя… Блум проморгалась. Присмотрелась еще раз. Ну точно! На берегу кто-то лежал! И следы вроде какие-то рядом видны! Блум решила немного подождать. Просто на всякий случай. Однако чем больше она ждала, тем более и более знакомым казался ей лежащий. Наконец, спустя пару минут она вспомнила, на кого он был похож.

"Этот пони… В экипаже того… Шкипера. У него вроде служил какой-т похожий матрос, — подумалось ей. — Но странно как-т. Тот вроде тощее… тоще… худее был. Да и не шевелится он че-т…"

Наконец, она решилась и ползком, озираясь по сторонам, спустилась к берегу. Тихо-тихо подобралась к самой спине матроса. Тот, как и прежде, лежал, не шевелясь в какой-то не совсем естественной позе. Но это определенно был он.

Обрадованная тем, что ее чаяния подтвердились и теперь с ними хоть кто-то из взрослых, Блум принялась его трясти:

— Э-эй! Как тя там… Забыла, извини. А ну-к давай приходи в ся живо! Ты нам нужен! Ну-ка да-ва-а-а-а-ай!

Видимо, в какой-то момент она раскачала его сильнее, чем нужно. Моряк перевернулся на спину, оказавшись перед самым лицом Блум.

Лицо его было перекошено! Рот ощерился в жуткой, последней усмешке! Остекленелые глаза смотрели прямо на нее!

Блум пришла в себя посреди леса, прижимаясь к какому-то толстенному дереву. Она задыхалась. Сердце бешено колотилось, а ноги ныли. Похоже, она успела убежать довольно далеко от берега, на котором остался… К горлу подкатила тошнота. Только тут она заметила, что все еще продолжает орать и заткнула рот копытом, одновременно прекращая и то и другое. Не получилось. Тошнота немного отступила, но ор продолжался. Пришлось усесться на траву и засунуть в рот уже два копыта.

Она не знала, сколько прошло времени, прежде, чем она наконец успокоилась и смогла вытащить копыта изо рта. Самой себе казалось, что не меньше часа. Блум несколько раз глубоко вздохнула.

— Т-так, — чуть заикаясь прошептала она самой себе. — Ты вз-зрослая пони. А взрослые пони н-не боятся вс-сяких там м-м-мертвецов. Ты зн-наешь, шо живые быв-вают страшнее. Нет, ладно. Ты слыш-шала, шо бывают.

Постепенно, самовнушение действовало, но Блум чувствовала, что все еще не может заставить себя подняться и вернуться на берег, поэтому она продолжала говорить с собой:

— Так… Сп-покойней, Эпл Блум. Спокойней. Свити Бель и Скуталу надеются на тя. Ты не можешь их подвести. Кто знает, когда подойдет к б-берегу корабль. А там Эплджек. Там остальные. Если они ник-кого не увидят, могут и не пойти дальше берега. Могут поплыть дальше. Теб-бе ведь эт-го совсем ненужно? Так. Тогда ты щас поднимешься…

Блум медленно и неуверенно встала на все еще трясущиеся, ватные ноги и сделала шаг.

— В-вот, — продолжала она. — А с-сейчас ты докажешь всем, шо ты взрослая и на тебя можно пол-ложиться. Ты п-пойдешь на берег и т-тихо, сидя в кустах, будешь наблюдать. Будешь ждать кораб-бля… Вот так…

Она сделала еще несколько шагов.

— Ты не боишься всяких т-там ут-топленников. Ты с-сильная, взрослая пони… Что бы сказала Скуталу, увидев шо ты тут нюни распустила? Правильно. Наверн, эт было бы не очень культурно, и ты не будешь эт вслух говорить. Даже сама себе. Но ты-т представляешь, шо сказала бы… Так шо, не позорься. Давай! Шевели копытами, Блум!

Так, шепотом подбадривая саму себя, она постепенно вновь добралась до берега. Конечно, ей не очень-то хотелось вновь увидеть того матроса, но… Что поделаешь, если нужно? Вдруг действительно мимо будет проходить корабль?

Она раздвинула кусты и, не решившись спускаться дальше, улеглась, наблюдая за океаном.

Прошло уже несколько часов. Скуталу, обещавшая ее сменить, так и не появлялась. Сама же Блум, откровенно говоря, маялась от скуки. Если и были какие-то доступные развлечения, то она их уже перепробовала. От бросания камушков, до попыток палочкой помешать муравьям. От постоянного всматривания вдаль болели глаза. Затекли от пребывания в одной и той же позе ноги. Все больше хотелось различных естественных нужд. Например — поесть.

— Так. Все. Хватит, — поднялась с земли Блум. — Надо хоть поесть че. Пусть хоть Свити подежурит.

Она в последний раз окинула взглядом голубой горизонт. Сделала несколько шагов. Резко обернулась, но уже вглядываясь в одну, определенную точку. Зажмурилась. Снова всмотрелась. Корабль? Но чей? Куда идет? Это было совершенно непонятно.

Прошло еще несколько минут. Корабль явно увеличился в размерах. Стало ясно, что он идет к острову.

— Неужели… Неужели наши?! Сестренка?! — Блум заметалась между деревьев. — Куда, куда я сунула эти дурацкие фейерверки?

Впрочем, она зря волновалась. Корабль шел медленно, даже очень медленно, а фейерверки нашлись быстро — в дупле ближайшего дерева. Причем сама Блум, почему-то совершенно не помнила, чтоб она туда их клала. Она уже была готова их поджечь, чиркнув кремнем, но вовремя опомнилась — корабль был еще слишком далеко, сигнал могли и не заметить, тем более днем. Да и стоило все-таки разобраться для начала в том, что это был за корабль.

Блум принялась ждать, в нетерпении, ежесекундно поглядывая на него. Казалось, тот полз по воде, как сонная муха осенним вечером по столу у них дома. Дом… Как давно она уже там не была… Как хотелось уже снова увидеть бабулю и Маки, поиграть с Вайноной, да даже в школу сходить и то уже хотелось! Хотя и тут, конечно, интересно.

Она вспомнила город, то в каком состоянии видела его в последний раз и вздохнула, осознавая, что даже когда она вернется домой, многое из того, что ей привычно, еще ох как не скоро удастся повторить.

Она снова глянула на корабль. Тот подошел уже настолько, что на скуле, очень сильно напрягая зрение, стало возможным прочитать его название.

— Копье морских королей, — проговорила вслух Блум, присматриваясь, и одновременно пытаясь кремнем поджечь фитиль одной из ракет. Наконец, ей это удалось. Ракета вырвалась из земли, в которую она ее воткнула, поскольку это действительно был какой-то фейерверк на палочке, яркой молнией по наклонной расчертила небо и громко хлопнула ослепительной, красной вспышкой салюта.

Прошла минута.

Другая.

И вот, кораблик окутался облачком сизого дыма! Низко, чуть выше корабля, но близко к берегу с треском взорвался салютационный снаряд, осыпав воду сине-зелеными искрами!

Блум подпрыгнула, даже сама не сообразив от чего больше: от счастья или от испуга, и подожгла вторую ракету. Вот с ней вышло неудачно. Ракета рванулась совсем не туда, куда она думала и взорвалась в кроне соседнего дерева, засыпав Эпл Блум горячими искрами и, похоже, умудрившись злополучное дерево поджечь. Хотя нет худа без добра — дерево начало немного дымить, тем самым давая кораблю еще один сигнал.

Блум еще раз посмотрела на него и кинулась к берегу.

* * *

Трудно передать наши чувства, когда спустя многие часы непростого перехода, на подходе к первому же, намеченному еще по карте, стоящему несколько особняком от остальных, острову взметнулся навстречу нам фейерверк из тех, что находились в аварийном запасе шлюпки!

Все то время, что понадобилось кораблю для промеров дна с целью подойти как можно ближе, мы не находили себе места!

Наконец, Эплджек не выдержала:

— Так! — притопнула она ногой. — Вы — как хотите, а личн я собираюсь на берег!

— Не, ну ниче се! — влезла Радуга. — Это опять мне тебя нести? Опять я таскаю тяжести?

— Могу и доплыть! И сколько можно о моем весе? Не на много-т тяжелее тя!

— Думаю, нам всем стоит уже… высаживаться, — поспешил вставить слово я. — И, если что, я готов и понести.

— Ка-анечно… — протянула Дэш. — Тебе-то там видок…

ЭйДжей порозовела.

— Я тоже готова! — подошла к нам Дерпи, на ходу поправляя рацию.

— И я, — присоединилась Деринг.

— С вами, — кивнул в ответ на мой взгляд Из.

— Эх! Пони-тяжеловоз к вашим услугам! — шутливо поклонилась в воздухе Радуга. — Само собой я тоже с вами.

— Ну, что? — я взял командование. — Тогда хватаем Эплджек и полетели?

И наш десантный отряд взмыл в небо.

Эпл Блум мы заметили еще издали, поэтому, стоило нам сесть, как Эплджек сразу кинулась к ней.

— Ха! Сестрен… ка… Ну… Ну хва… Хват… — беспомощно лепетала Блум, в то время, как ЭйДжей пыталась ее затискать и зацеловать. — Ну… Эплдж… Уй… Вот же…

— Уи-и-иха! Блум! Сестренка! Да ты представить се не можешь, как я там извелась! Мы уж че думать-т не знали! Живыми-т вас встретить не наде… Ой, че ж я, дура, несу-т! Слава Селестии, шо с тобой все в порядке! Ты б знала, как я по те соскучила-а-ась!

— Уа-а-ай… Ну… Ну хватит уже, а? Че о нас по… подумают! — наконец вырвалась смущенная, но улыбающаяся Блум. — Фух!

— А кто тут че подумает? — ЭйДжей оглянулась на остальных.

Из и чуть, судя по выражению лица, брезгующая чем-то Радуга стояли поодаль, рассматривая что-то на песке. Дерпи то ли делала вид, что настраивает рацию, то ли и в самом деле это делала. Деринг уже и вовсе углубилась в выходившие к берегу кусты. В общем, смотрел на них только я, а значит, эту неловкость надо было как-то сглаживать.

— Здорово, что ты в порядке, — обратился я к Блум. — А что с остальными? Где Свити и Скуталу?

— Да, ваще-т, с ними тож полный порядок! — с некоторым облегчением переменила она тему разговора. — Мы тут классное местечко нашли. Пещерка такая симпатичная. Они щас там.

— С ними точно все в порядке?

— Ну, как сказать, — Блум на секунду отвела взгляд. — Свити вроде ниче, хотя и… болела недавно. А вот Скут ногу повредила… Правую… Но тож ниче вроде, бодро держится. Хотела сюда прийти, но че-т нету ее…

Эпл Блум как-то задумчиво замолчала.

— Что-то еще случилось? — подал фразу я.

— Да не… Ну, то есть да, но…

— Не тяни, Блум! Че случилось-т? — ЭйДжей встала рядом со мной, прямо напротив сестры.

— Мисеркнакер тут.

Мы с ЭйДжей как-то одновременно решили присесть.

— От те на… — пробормотала она. — Чей-т он здесь забыл?

— А вы точно ничего не спутали? — на всякий случай уточнил я.

— Не-а! — мотнула гривой Блум. — Скуталу видала его сынка тут. По всему выходит, шо у них тут домик имеется.

Эплджек глянула на меня. Я кивнул ей в ответ:

— Если его видела Скуталу, то они действительно здесь. Думаю, она теперь его ни с кем не спутает. Они тут. Наверняка и все их "коллекции" тоже.

— А еще тут полно их охраны! — как-то чересчур радостно и громогласно оповестила Блум. — Скуталу сама слышала, как они хотели собрать отряд, шобы нашу лодку исследовать!

— Какой такой охраны? — к нам подошли Из и слегка бледная Радуга.

— Мисеркнакер на острове, — коротко ответил я. — И не один.

— Так вот, значит, куда он все добро переправлял! — ухмыльнулся Из. — Хитрец. Сгружал себе на лодку, да и вез сюда.

— Здорово, — кивнула Дэш. — Нашелся беглец, а дальше чего? Как возвращать свое будем?

— Ну, для этого нам надо найти Скуталу, — я потер подбородок. — Осмотримся, а там будет видно.

— Да ее и искать нече! — встряла Блум. — В пещере она. Пойдемте уже, покажу!

— Погоди немного, — я оглянулся. — Дитзи?

— Тут я.

— Дай связь со Шкипером. Думаю, стоит убрать корабль хотя бы с рейда, — пояснил я остальным. — Если они знают про лодку, то и его могут рано или поздно увидеть. Если еще не увидели.

— Логично, — кивнул Из. — Я даже патрулей не исключил бы.

— Ладненько! — Дерпи пристроила рацию на ближайший камень. — Сейчас все будет!

— Да, кстати, — Из на что-то оглянулся. — Там валяется один из матросов с "Копья". Надо бы его схоронить по морскому обычаю, а для этого неплохо бы переправить его на корабль.

— Сделаем, — нахмурился я. Перспектива переноса трупов не прельщала.

— Если надо, так надо, — вздохнула подошедшая Деринг.

— А че вы на меня так уставились? — Радуга возмущенно зависла в воздухе. — Мало мне Эплджек, да? Теперь еще и дохлятину какую-то носить?

— Дэши, ну а кого еще я попрошу? — умерив голос, обернулся к ней Из. — Для такого дела нужны пегасы, а нас всего пятеро. Но Дерпи тут не подойдет. А его нельзя так оставлять. Нехорошо. А так мы его вчетвером возьмем за ноги, да и быстренько. Помоги, а?

— Мда… Нашел, о чем кобылку просить… — вздохнула Дэш. — Да ладно… Как тебе откажешь… Только давай уж тогда побыстрей, а? А то меня от одного вида-то мутит, а тут таскать…

— Есть связь! — улыбнулась Дерпи, прерывая обоих. — Держи "капитан"!

Я подсел к рации.

Проследив за отходом "Копья", наша процессия, под предводительством Эпл Блум, двинулась в путь.

ГЛАВА 36

Тайны маленького острова

— И опять деревья, опять эти деревья… — тихонько ныла Радуга. — Я уже скоро мышцы на ногах накачаю, как у Балка, столько в последнее время хожу! Когда мы уже придем?

— Дэш! Ты, ваще-т, эт минуту назад уже спрашивала! — обернулась на ходу Эплджек. — Блум говорит, шо скоро.

— Да знаю я! Я ною-то только по тому, что меня еще и тошнит до сих пор. Буэ-э-э… — Дэш демонстративно вывалила язык. — Как представлю себе снова, что тащу этого дохляка… И зачем я только заднюю ногу на себя взяла… Мне бы сразу подумать, что тащить-то спиной вниз будем… Ты бы меня поняла, если бы у тебя перед глазами… Всю дорогу…

ЭйДжей удивилась одними глазами, но, глянув на Эпл Блум, ничего не произнесла.

— Оно самое, — кивнула Радуга. — Оч-чень знаешь ли… Мало приятного…

Лес тем временем расступился и перед нами простерся огромный, вытянувшийся, похоже, через весь остров, овраг.

— Ого! Здоровый! — ЭйДжей подошла к самому краю. — И как мы через него перебираться будем?

— А перебираться и не… не при… дется, — Эпл Блум начала очень аккуратно спускаться там, где овраг был чуть более пологим. — Пещерка тут рядом… Прям в овраге. Вон, кстати… то место… откуда Скут так навернулась… что ногу повредила.

Я проследил за ее взглядом и по спине пробежались нехорошие мурашки. Высота совсем не маленькая и превосходные камни внизу.

— Ого! — выразила мои чувства Дэш. — Но там же убиться можно?! Даже я не знаю, успела бы я раскрыть крылья или нет, если чего…

— Ага, — Блум спрыгнула с последнего небольшого уступа и оказалась на самом дне оврага. — От и я думаю, шо ей еще здорово повезло. А вон уже и наша пеще…

Она не успела договорить. Что-то большое и коричнево-желтое вылетело из пещеры, промелькнуло в воздухе и, ударившись о камни, взорвалось, окатив Блум и шедшую за ней Деринг брызгами какой-то буроватой жижи! Секунда и уже Радуга, на лету, крутанувшись в воздухе, отбивает задней ногой второй такой же снаряд! Еще одна, и я вынужден героически принять на себя третий, закрывая Эплджек! Да что это такое? Я принюхался. Пахучее. Похоже, липкое. В нас что, кидают какими-то здоровенными фруктами?

— А-ну не подход-ди-и-и-и-и!!! — раздался вдруг грозный, срывающийся на писк вопль! — Зашибу-у!!!

Глаза Эпл Блум удивленно округлились, как, вероятно, и мои. Фыркнув, она смахнула ногой с лица остатки "снаряда" и заорала:

— Свити!!! Ты че ох… обалдела шо ли?!! Это я!!!

Желто-коричневый фруктовый дождь прекратился.

— Кто "я"?!! — раздался неожиданный ответ. — "Я" бывают разные!!!*

Блум что-то невнятно прошептала.

— Я!!! Эпл Блум!!! Я наших привела!!! Эплджек, Радугу, Дерпи!!! Всех!!!

— Хорошо!!! — проорала в ответ Свити. — А чем докажешь, что ты это ты?!!

Вот тут я совсем перестал что-либо понимать.

Блум задумчиво потерла подбородок:

— Что-то, что известно только нам сойдет?!!

— Да!!!

Блум снова задумалась.

— А че… Че я такого-т прям знаю-т? — тихо, но различимо пробормотала она. А! Хотя кой-че знаю. Не хотела я… Сама напросилась…

И уже громко, в полный голос:

— Похоже, шо ты нравишься Баттон Мэшу!!! Тот даже в кафе тя водил на свиданку!!! Правда, ниче хорошего ему с того не вышло, только потратился!!! — Блум смущенно хихикнула. Фраза и в самом деле вышла какой-то двусмысленной.

Повисла тишина.

Из узенькой расщелины в скале, откуда и летели в нас непонятные снаряды, бывшие, по-видимому, плодами росшего рядом дерева, показалась понурая Свити Бель и побрела к нам.

— Простите, — пролепетала она не поднимая глаз, как только подошла поближе. — Просто перед вами тут проходили какие-то незнакомые пони. Я подкралась поближе и слышала их болтовню. Они говори, что у них для чего-то там даже маг есть и что он может принять вид кого угодно. Или голос. Я и… Подумала…

Видя невеселое состояние остальных, все еще уделанных какой-то гнилой фруктовой мякотью, я попробовал как можно быстрее перевести разговор в другое русло:

— Свити! Здорово, что ты в порядке! А что со Скуталу?

— Скут? С ней все хорошо, — обрадованно закивала Бель. — Она тут, в этой пещере. Проходите внутрь, только аккуратнее.

Мы прошли в пещеру. Сзади послышался шепот:

— И зачем ты при всех про "Кнопку" выдала?

— А че я еще знаю такого, шоб прям? А че, он те тоже нравится?

— Да-а-а… нет, — как-то не очень правдоподобно протянула Свити. — Ну кому может понравиться этот оболтус? Не-е-е… Чушь! Как ты могла подумать? Ерунда какая то! Бред!

Тут Свити, видимо, спохватилась, что в пещере, через узкий вход в которую мы тем временем протиснулись, ее отлично слышно, и, судя по звуку, прихлопнула себе рот копытом.

Честно сказать, я не ожидал, что пещера будет так обжита. Горит, почти посередине пещерки, костер. На огне что-то жарится. Поблескивает чистая вода в озерце. Даже мебель в виде стола, табуретов и кроватей, хотя и весьма оригинальных, присутствует! Это же надо так обжиться всего-то на третий день!

С дальней кровати, приподнявшись, смотрела на меня рыженькая жеребяшка с сизыми глазами. Что-то непривычно сжалось в груди и я, ускорив шаг, направился к ней.

— Алекс, Радуга, Дерпи, Эплджек, Из, Деринг! — поименно приветствовала она всех. — Вот здорово! Я уж думала нам тут еще долго одним сидеть! Вы не представляете, чего тут с нами было!

— Потом расскажешь? — я аккуратно присел на край кровати и слегка прижал Скут к себе. — Мы тоже по всем вам очень соскучились. А сейчас к главному. Что с ногой?

— Ага, конечно, — кивнула она. — С ногой? Да ерунда какая-то. Ночью обрыв не заметила. Ну и свалилась.

— Болит сильно?

— Да не, чего ты! — она пренебрежительно махнула копытцем. — Так… Чуть-чуть.

Я заглянул ей в глаза. Так. Понятно. Сейчас она "крутая". При остальных не скажет ни мне, ни Дэш. Ладно. Попробую по другому.

— Так, — Я встал и, отстегнув от вновь красовавшейся на мне портупеи аптечку, положил ее на кровать рядом со Скуталу. — Ложись-ка ровнее на спину. Сейчас мы посмотрим, что там с ногой. Просто надо убедиться, что все действительно в порядке. Свити!

— Да? — та мгновенно возникла рядом.

— Там у вас вроде какие-то ветки для костра валяются?

— Ага. Я сегодня натаскала.

— Хорошо. Отбери с десяток самых прямых и принеси, пожалуйста, мне, — я принюхался. — Да, и, похоже, там что-то горит?

— Горит? Что? Ах ты… Дурацкий плод!!! Эплджек!!! Спасай!!! — Свити исчезла также моментально, как и появилась.

— Ну вот, — я вновь повернулся к Скуталу. — А теперь, давай-ка поглядим… Хоть я и не врач, но офицер, и с такими вещами справляться умею… В общем, можешь считать, что сейчас я полевой врач. Стесняться тут нечего, будет больно — дай знать, хорошо?

Скуталу неуверенно кивнула.

— Вот и здорово.

Я сел на пол, положил оба копыта на ее ногу и принялся аккуратно, чуть-чуть надавливая, проверять кости от самого бедра и ниже.

Бедренная в порядке…

С коленом и костями заплюсны тоже все хорошо…

— А-а-аумпф…

Так. Я глянул на лицо Скут — губа закушена, на глазах выступили слезы. А вот, похоже, и оно.

— Тут больно, да? — я еще раз чуть нажал копытом.

Скут ничего не сказала, только зажмурилась так, что слезы покатились по лицу и быстро-быстро закивала.

Понятно. Плюсневая кость. Хорошо хоть, похоже, что не сломана. Но это надо еще раз проверить.

— Скуталу? Слышишь меня?

— Да.

— Сейчас я должен буду нажать еще раз. Постарайся почувствовать, будет ли там что-то хрустеть или мешаться или это будет просто боль, хорошо? Скажи, когда будешь готова.

— Хорошо, — кивнула она, все еще не открывая глаз. — Г-гот… Готова.

Я нажал. Несильно, но достаточно, чтобы почувствовать, если бы там что-то выпирало, и почти сразу отпустил.

Скут только издала какой-то невнятный звук.

— Было что-то?

— Нет, — еле слышно прошептала она, зажмурившись и закрыв лицо ногой.

— Мож-жет я могу еще чем-то пом-мочь?

Я вздрогнул. Я даже не заметил, когда успела подойти Свити. Глянул на нее. Ну вот. Тоже глаза на мокром месте.

— Думаю, пока нет, — покачал головой я. — Спасибо. Если что, я позову.

— Л-ладно, — и Бель, оглядываясь, отошла.

— Так, — я отвел ногу Скут от лица и заглянул ей в глаза. — На этом мы с болью заканчиваем, хорошо?

— Угу.

— Есть у меня в аптечке пара чудодейственных средств… — с этими словами я углубился в недра упомянутой аптечки. — Где-то тут… А! Вот и одно…

Я извлек из сумочки крохотный шприц с обезболивающим и сразу же вколол его Скут, так, что та не успела даже пискнуть.

— А вот и второе…

Тут Скуталу уже пискнуть приготовилась, но увидев, что я достал лишь объемистый тюбик, не стала.

— А это что? — она взглядом указала на зажатый мной в зубах тюбик.

— Это? — я скосил на него глаза. — О! Это совершенно великолепная штука! Из тех, что готовит Зекора. Услышал я, правда, про нее совершенно случайно, от Эпл Блум. Она, когда… э-э-э… рылась в снадобьях Зекоры… без ее позволения, увидела горшочек с этим средством. Ну и запомнила. А от нее узнал я. Совершенно отличная штука — средство от переломов.*

— И как оно действует? — недоверчиво прищурилась Скут.

— Сейчас попробуем, — Я слегка похлопал Скут по ноге. Та сначала задержала дыхание, но через секунду расслабилась. — Почувствовала что-то?

— Не-а.

— Вот и хорошо. Начнем.

Через пару минут Скут уже отдыхала с ногой обильно покрытой мазью из тюбика, перевязанной и с примотанными к ней на всякий случай палками, принесенными Свити. Это хоть и не лучший вариант, но хоть какая-то шина. А мы устраивались кто где с кусками кое-где подожженного, но все-таки спасенного ЭйДжей фрукта.

— Ну что? Подведем промежуточные итоги? — взял слово Из, быстрее остальных расправившийся со своей порцией. — Ситуация в Понивилле. Там, исходя из последних сведений от "отставника", ничего не меняется. Твари блокируют дороги. В город почти не суются. Надеются взять измором. Отчасти им это удается, так как еды в городе совсем немного. Однако подножный корм и сухпайки никто не отменял, присутствует некоторое количество гвардейцев, да и наши друзья из Заэплузья до города добрались, хоть и не в полном составе. Оборона у города надежная, продержаться могут еще долго. Теперь по Мисеркнакеру. Тут все куда туманней. Он и его сынок на этом острове, это факт. Тут много охраны, это тоже факт. Возможно, среди охраны есть маги, это предположение. Все незаконно нажитое находится на этом острове, это тоже предположение. Предположим также, что на этом острове у них находится некое поместье, дом или группа домов. Реальные размеры и количество неизвестны. Количество охраны неизвестно. Планирует ли Мисеркнакер отправляться куда-либо еще, опять неизвестно. У кого какие конструктивные предложения? Добавления? Да Дэш?

— Если я предложу пойти и надрать им круп, это будет достаточно конструктивно?

— Вполне, — Из расплылся в ухмылке. — Но это наша финальная задача. Это чуть позже. Еще у кого-то какие-то замечания?

— Надо будет попробовать сделать маффины из этих фруктов! — хлопнула по столу Дитзи.

Из потряс головой:

— Я не понял. А причем тут маффины?

— А маффины всегда причем! Ну а вообще я это так, для себя сказала. На заметку. А по Мисеркнакеру мне пока сказать нечего.

— Ну а что думает наш "капитан"? — Из обернулся ко мне. — А то пора бы уже Темной Гвардии выйти из тени.*

— Что я думаю… — промедлил с ответом я. — Что надо пойти и посмотреть на логово нашего дорогого Мисеркнакера поближе.

— Это верно, — хмыкнул Из. — Не дешево нам этот "дорогой" обходится. От горы битсов одна мелочь уже осталась. Надо будет мне подумать, где бы еще поднаскрести.

— Ага. Вернее, "с кого бы"? — не удержавшись, подковырнул я.

— Или так, — по губам Иза пробежала усмешка.

— А чем это твой план от моего отличается? — Радуга обернулась ко мне. — Те же… только в профиль.

— А кто сказал, что мы будем вламываться внутрь? Мы тихонько поглядим снаружи. Может, чего-то сделаем.

— Годится, — кивнул Из. — Хуже точно не будет.

— Ну уж и я тада добавлю, — Эплджек наклонилась вперед, опершись на служивший столом камень. — Я шо думаю. Я думаю, шо, во-первых, идти должны двое-трое пони, не больше, больше шуму будет много, а во-вторых, шо мне с вами идти в этот раз не стоит. А-т в тот-т раз я уж всю разведку попортила, че еще-т одну портить?

— Ладно, — вынужденно согласился я, хотя, если честно, думал как раз взять ее с собой. — Тогда так. Думаю, идти надо втроем. Предлагаю пойти мне и Деринг.

— Дело привычное, — кивнула та, как только все устремили на нее взгляды. — Согласна.

— А кто третий? — с надеждой уставилась на меня Радуга. Что ж. Быть может, в иной раз я и взял бы ее, но сейчас рисковать подобным образом мне не хотелось.

— А третьим нужен кто-то, кто знаком с островом.

Дэш обиженно "сдулась".

Я посмотрел на Свити Бель.

— Увы, — покачала головкой та. — Я дальше дороги от берега сюда ничего не знаю.

Мой взгляд перекочевал на Эпл Блум, но стоило той открыть рот, как за нее заговорила Эплджек:

— Не, не и не! Эт слишком опасно! И не только для нее, конечно, — тут же поправилась она. — Ваше опасно.

— Фу! — Блум отвела ото рта ногу сестры. Сердито глянула на нее, — Я только хотела сказать, шо тож мало че знаю. В проводники не сгожусь. — Она встретилась с сестрой глазами и тут же добавила: — А жаль!

— Ну что ж, похоже, нам придется идти вдвоем, — я хотел было решительно подняться над столом и уже положил на него копыта, когда услышал сзади какой-то невразумительный звук.

Обернувшись, я увидел, что Скуталу слезла с кровати и сейчас на трех ногах ковыляет к столу.

— Проводником буду я, — решительно заявила она, подойдя еще чуть ближе. — И не надо так на меня смотреть. Я этот остров уже успела обойти. Знаю, где видела Мисеркнакеровского *еще одно не совсем культурное определение личности черного*. Знаю, куда они направились. Короче. Я этот остров уже более-менее знаю. Я пойду.

Я снова заглянул ей в глаза. Понятненько. Конечно, острова она так уж хорошо не знает, но валяться тут ей явно остобрыдло. Да и про Мисеркнакерова сынка она все-таки права.

— Решено, — кивнул я, пресекая тем самым на корню все дальнейшие споры. — Отправляемся я, Деринг и Скуталу. Остальным… Ну… Привести в порядок лагерь и осмотреться. Из, как водится, за главного.

— Есть! — тот шутливо кинул копыто к уху. — Когда отправляетесь?

— Скут, ты как? — обернулся я к юной разведчице.

— Ничего не чувствую.

— Деринг?

— Готова.

— Тогда отправляемся немедленно.

* * *

— И тут, вдруг, я услышала какой-то звук прямо у меня под ногами! Ну, реакция-то у меня что надо, успела в последний момент отшатнуться! Так там та-а-акая змеюка была! Ну действительно, во!

Судя по жестикуляции Скуталу, которую я видел лишь краем глаза, змея должна была быть толщиной в неплохое дерево. Скосив глаза, я заметил, что и Деринг примерно такого же мнения.

— Вот я и исп… решила, что от таких надо бы держаться подальше, — продолжала рассказ Скут, лежа в данный момент у меня на спине. — Ну и побежала. Темно было, не видно ничего. Обрыв я, само собой, тоже не увидела. Ну и навернулась! Хо-орошо так навернулась! Аж сознание потеряла! Очнулась уже под утро и побрела, просто так, на удачу.

— Погоди, — перебил ее я. — Чего-то не стыкуется. Там ведь высота такая, что не только ногу сломать можно?

Скуталу на секунду замялась:

— Повезло, чего тут сказать. А потом все просто было. Добралась я, значит, кое-как до берега, иду себе, лагерь наш высматриваю. Тут слышу — идет кто-то! Я, конечно, сразу в кусты и затаилась! Мне ведь совсем не хотелось их спугнуть, интересно ведь, кто такие? И тут… Кого бы вы думали я слышу?

— Кого? — подыграл я.

— Мисеркнакер младшенький! Я сначала подумала было, что один. Тогда я бы его быстренько скрутила бы. А что? Не настолько он старше, чтоб не справилась бы!

Я согласно покивал. Лично меня сейчас больше занимали те звуки, что услышала Скуталу в кустах. Возможно, конечно, что это была змеиная погремушка, а если нет? Я, конечно, не такой начитанный, как Твай, но кое-что слыхал и то, что рассказала Скуталу, мне не очень-то нравилось.

— То-олько я думала, что вот щас ка-а-ак выскочу, как повалю его… Вау! — Скут неловко взмахнула ногой и чуть не свалилась, но успела ухватиться за мою шею. — Как он заговорил. Не, конечно этот… мог бы и сам с собой заговорить, я не удивилась бы, но оказалось, что он идет с охранником… охранниками. Тут уж я нападать не решилась — многовато на меня одну. Подсмотреть тоже было боязно… Ну… В смысле, что они наверняка заметили бы, испугались бы и… и ниче такого интересного уж точно не сказали бы. Вот тут я и услышала про то, что заметили они нашу лодочку. И то, что перла не в ту сторону, тоже только тогда догадалась.

— А больше они ничего не говорили? — перебил я. — Только про лодку?

— Не, почему? Еще младшенький трепался про то, как ему тут скучно, что никто не ходит вглубь острова, все чего-то боятся, и про то, что его папаня устраивает какую-то вечеринку для него через неделю… Так. Стоп, — перебила она саму себя. — Вечеринка через неделю. То есть, была через неделю… Осталось пять дней, я хочу сказать… Думаешь это важно? Может, тогда используем это как-то?

— Молодец, что запомнила. Не знаю пока, но идея хорошая. Возможно, нам это пригодится.

Мы уже вышли на побережье, когда вдруг Деринг Ду, шедшая чуть левее, резко остановилась и припала к земле. Заинтересовавшись, я подошел к ней. Да уж… Тут было от чего остановиться.

На земле четко выделялись следы. Чьи-то большие, пятипалые лапы оставили глубокие и четкие отпечатки, тянувшиеся к кустам неподалеку, которые мы только что прошли. Я пригляделся. Четыре пальца не сильно отличаются по длине и стоят вместе, пятый короче и сильно отставлен в сторону, почти под прямым углом к остальным. Пальцы, судя по следу, длинные и уснащены острыми когтями довольно приличного размера. Плюс к тому — глубина следа. Существо, его оставившее, должно было весить вдвое, а то и втрое больше среднестатистического пони. Также был виден и след от хвоста, довольно, надо сказать, крупного.

— Что думаешь? — глянул я на Деринг.

— Думаю, что для крокодилов тут не очень-то подходящее место… — Деринг стояла не двигаясь и во что-то вслушивалась. — А следик-то похож. А если это не крокодил, то…

Ее прервал сильный, громкий треск ломаемых ветвей за нашей спиной!

— То бежим!

Мы кинулись вперед, стараясь оставлять в стороне кусты и меньше оглядываться, чтобы куда-нибудь не врезаться. Оглядываться и не было нужды, я и так уже догадался с чем, а вернее с кем, мы столкнулись. Впрочем, насколько я их знаю, они быстро выдыхаются.

Так и получилось. Всего через минуту забега чудище отстало.

— Ч-что это было? — раздался у меня над ухом чуть дрогнувший голос.

— А как оно выглядело?

— Все в чешуе. Небольшого роста. Длинное, зубастое и вроде как с раздвоенным языком… Дракон? Но почему тогда такой маленький?

— Ты почти угадала. Это не дракон, но его родственник, что даже хуже, ведь большинство драконов сейчас цивилизованы и даже если решат на кого-то напасть или даже съесть, то культурно об этом предупредят. Короче говоря, неожиданностей от них не будет. Этот — хуже. Полудикое, полуразумное племя. Вроде крокодилов. Чтобы поговорить с таким нужен кто-то с талантами Флатершай или Пинки, да и то вряд ли — эти себя лишними церемониями с едой утруждать не любят. Вараны, может, слышала?

— Не-а. А они опасны, да? Чем? Как они… э-э-э… охотятся?

— О! Опасны и весьма! — обернулась к нам Деринг. — Охотятся в основном поодиночке, совсем редко — небольшими группами. Полагаются в основном на засаду, зубы и хвост, он у них очень сильный. Могут ударом все кости переломать. На что-то большее способны редко. Бегают здорово, но только на короткую дистанцию — "сдыхают" быстро. Технику не используют. Живут небольшими племенами. Вроде как матриархат, но точно это никому установить не удалось — исследователи съедались. Живут только на некоторых островах и очень замкнуто. Связей с миром не поддерживают. Драконов за что-то недолюбливают, но это тоже никто не подтвердил. За что? Это и подавно неизвестно.

— Выходит, они разумны?

— Как и крокодилы, — кивнула Ду. — Но до драконов, как по мне, недотягивают. Однако нам лучше отсюда убираться. Где один, там может оказаться и другой.

— Ага, — Скуталу не отрываясь смотрела куда-то в сторону. — Но во-о-он те кусты очень похожи на те, где я сидела, когда… выслеживала Мисеркнакера.

— Здорово, — я огляделся, на всякий случай запоминая место. — Тогда пойдемте дальше. Поглядим, как там живет-поживает наш миллионщик и чего он там незаконно наживает.*

* * *

Как оказалось, миллионщик поживал вполне себе превосходно. По крайней мере, об этом, на мой взгляд, свидетельствовал неплохой трехэтажный особнячок на симпатичном пляже, который он себе воздвиг. К особнячку прилагались: несколько зданий поменьше, возможно для охраны или каких-то хозяйственных нужд; скромный парк, включавший в себя каскад фонтанов, несколько скульптурных групп, пруд, вновь вроде бы вошедший в моду в последнее время лабиринт, цветники и вольеры с разными диковинными птицами; собственные парники, где, видимо, выращивались свежие овощи к столу; теннисный корт; спортивную площадку, на которой шла тренировка охраны; открытый бассейн, размерами сравнимый с иным немалым озером и несколько причалов в видневшейся вдалеке небольшой бухточке. В общем, скромненько, но со вкусом.

К сожалению, рассмотреть всю эту красоту более подробно у нас не получалось. Дело в том, что она была окружена забором. Даже нет. Не в этом. Ну что может быть такого в беленом каменном заборчике где-то в три моих роста высотой? Кого он может остановить? Остановило другое. Остановило то, что Деринг обратила внимание на небольшие, вставленные в забор через равные промежутки, кристаллы и напомнила нам о возможности наличия у них мага, а может и магов. И в самом деле. Если даже у нас дома имелась мощная магическая система защиты, созданная Твайлайт, то что мешало создать нечто подобное и здесь? Конечно, такими системами нельзя накрыть большое пространство, по крайней мере, так утверждала сама Твай, для того, чтобы накрыть Понивилль, к примеру, всего из одной точки, не хватило бы и всех ее талантов. В свое время Шайнинг Армор и Каденс пытались поочередно делать нечто подобное, но тут был свой маленький аспект — они-то делали это краткосрочно, на пару дней, и то тратили на это все свои силы, а в случае с Понивиллем это должна была бы быть постоянная и долгосрочная защита. Да и Твайлайт должна была бы быть способна на что-то еще, кроме ее поддержания. Короче говоря, она считала, что в больших масштабах, когда для поддержания защиты требуется маг, а то и не один, это было бы невозможно. Однако, несмотря на это, мы так и не решились не только перелетать через украшенный кристаллами забор, но и подходить слишком близко, и высоко над ним подниматься. К чему лишний раз рисковать выдать себя?

Нам пришлось удовольствоваться тем, что Скуталу, сидя на моей спине, пыталась нарисовать на прихваченном с собой блокноте все нами увиденное. Будем надеяться, нам удастся потом расшифровать хоть что-то из того, что она нарисует на весу, в крошечном блокноте, зажатым в зубах плохо заточенным карандашом.

Какие еще выводы удалось сделать из нашей разведки? Ну, во-первых, то, что охраны у Мисеркнакера много. Лично у меня все мысли о штурме, которых и так было немного, пропали напрочь, стоило только увидеть тренирующуюся охрану. Если учесть, что на площадке, следуя законам логики, была лишь треть, а то и меньше… Тут нужно было бы задействовать гвардию, а не наш отрядик, где, откровенно говоря, драться-то профессионально умели только мы с Изом. Но штурм отпадал, это тоже плюс — можно сосредоточиться на методах более тихого проникновения. Выкрасть? Тут я пока сомневался. Слишком уж велик шанс напороться на мага, да и плана дома у нас нет. В любом случае в этом лучше было разобраться в другом месте. Во-вторых, разрешился и вопрос о том, собирается ли Мисеркнакер покидать остров. К факту вероятного праздника для сына можно было добавить еще и то, что нам не было видно ни одной подходящей для сколь-нибудь дальнего путешествия лодки на пристани. То, что там было, могло дойти максимум до соседних островов, но не дальше, а это радовало, ибо, откровенно говоря, таскаться за этим типом по Эквестрии уже начало порядком надоедать. Самого Мисеркнакера мы тоже заметили — тот разминался на теннисном корте. Неизвестно, как это может пригодиться, но, по крайней мере, он не сидит целыми днями дома и не чахнет над своими сундуками, а это тоже неплохо.*

Подводя итог нашей разведке, результаты были довольно невелики, в дом проникнуть так и не удалось, плана помещений, каковой обязательно достают всякие там книжные и киношные герои, у нас тоже не было, но даже имеющиеся скромные данные для нас были уже большим подспорьем. Прибавилось к ним и то, что на обратном пути мы едва не натолкнулись на патруль. Похоже, что не только побережье и скрытое за забором поместье, но и его внешний периметр довольно неплохо охраняются.

Вот примерно такие данные я и выложил за накрытым, если можно так выразиться в наших условиях, к ужину столом.

— Мда… Негусто, — Из положил ноги на стол и опустил на них голову. — Негусто. Но, по крайней мере, самые главные вопросы немного прояснились. Теперь бы разобраться, что делать дальше, какой отмычкой вскрывать этот ларчик, чтоб оттуда наша статуэтка выпала…

Все на секунду задумались. И тут я вспомнил то, что совсем недавно говорила мне Скуталу:

— Есть одна такая отмычка. Ну… Может, даже не отмычка, но шанс ее изготовить.

— Да? — взгляд Иза сосредоточился на мне. — Какая? Выкладывай!

— Собственно говоря, идея-то не моя. Ее предложила Скут.

Услышав свое имя, та, сидевшая поодаль, с подругами, обернулась, удостоившись отдельного взгляда Иза и, почему-то, тут же развернулась обратно.

— И в чем она?

— Через пять дней в доме Мисеркнакеров должен состояться большой прием. Что-то вроде праздника без особого повода, для увеселения младшенького, которому тут стало скучно.

— Так-так-так… — Из заинтересованно приподнял голову и навострил уши.

— На одном из соседних островов, как ты, должно быть, помнишь, есть некий курортный городок, — продолжал я. — Наверняка им понадобится какая-то прислуга. Или же мы можем попробовать сойти за гостей. Или что-то еще. В любом случае лучше сообразить на месте.

Дэш, сидевшая рядом с Изом, усмехнулась:

— Так и представляю нашу Эплджек в костюме служанки! Хи-хи! В передничке с рюшечками и кружавчиками…

— Агась… — ЭйДжей мрачно потупилась. — Ненавижу все эти сопли для светских кобылок… Ты б лучше ся представила в таком…

— Э не! Я лично собираюсь быть твоей госпожой! — Радуга напустила на себя горделиво-надменный вид. — Служанка! Подать мне мой утренний овес!

— Гы! Госпожа! Ты на копыта-т свои давно смотрела? Мои, впрочем, еще хлеще…

— А что с ними не так? — РД поднесла копыта к лицу и принялась заинтересованно их рассматривать. — Вроде все на месте. Копыта, как копыта. Что еще нужно-то?

— Я те ща скажу одно слово… — ЭйДжей ухмыльнулась, — Ток ты особо-т не пугайся, агась? Готова? Точно? Ко-пыт-э-кюр!

Радуга моментально прижала копыта к груди!

— Не, не, не! — прижав ушки, замотала головой она. — Даже и не проси! Уродовать свои копыта этими пыточными инструментами я не дам! Да… Да лучше крылья мне на месяц свяжите! Что угодно, но только не это!

— Эт, эт, дорогуша, — мрачно кивнула Эплджек. — И для "госпожи" эт будет только начало, я те обещаю. Будут еще ежедневные ванны с пузырьками… по часу и больше. Будут тыщи разных… на-ря-дов… Бэ-э-э… Будет те и еще сотня разных гадостей. А че ты хошь? "Госпожа" должна "госпожой" и выглядеть, а не так, будто она токо шо с забега на выносливость!

— А сама ты, можно подумать, лучше будешь выглядеть?

— Я? Не-е-е. Но я-т и госпожой быть не особо-т хочу. Ну а если уж будет надо, так ниче, потерплю уж как-нибудь. Копытэкюр не раскаленное клеймо, выдержу… Как-нибудь…

— Да ладно вам! — примирительно вмешалась Дерпи. — Ну чего в этом такого страшного? Не, я тоже не самая большая его любительница, но ведь отмучаетесь часок, так потом самим же приятней!

— Угу, — поджала губу Дэш. — Только вот для этого надо еще этот самый "часок" как-то отмучаться, а я и пяти минут вытерпеть не могу!

— Ну… — Дерпи в замешательстве почесала копытом ухо, от чего по лицам остальных пробежала еле заметная улыбка. — Может, еще и не придется?

Все почему-то посмотрели на нас с Изом. Нет, ну он-то понятно, сочетание белого и черного всегда выглядит красиво и опрятно, а я-то что?

— Именно, — я попробовал перевести разговор на что-то еще. — Возможно, у нас будет еще какой-то шанс. Может быть, Деринг удастся использовать.

— Я готова, — печально выдохнула та.

— На что? — сбился с мысли я.

— На копытэкюр.

Почему-то мне страшно захотелось вот именно сейчас хлопнуть себя копытом по лбу.

— Я не про это! Я про что-то совсем другое!

— А! — мигом повеселела Ду. — Тогда тоже готова.

— Ладно. Но это завтра. А сейчас… Время уже позднее… Предлагаю заночевать тут, а уже утром — в город.

— Агасьуф! — согласно зевнула Эплджек. — Эт верно. Денек и седня был… И завтра будет… Ток на чем спать-т?

— А я знаю! — поднялась со своего места Эпл Блум. — Тут рядом есть шикарные листья. Пойдемте, покажу.

В течение следующего получаса все мы были заняты тем, что таскали в пещеру огромные, мясистые листья, размерами напоминающие пальмовые, но самой простой, в отличие от тех, формы.

— От так от! — ЭйДжей уложила последний лист. — От эт уже че-т напоминает. Ну че? Всем спатушки? Караулить-т вроде нече?

Все согласно закивали. Ну… Почти все.

Я поймал на себе напряженный взгляд Скуталу.

— Что-то не так? — прошептал я так, чтобы не слышали остальные.

— Я спать не буду, — твердо заявила та.

— А в чем дело?

— Нехорошее это место. Нельзя всем сразу спать. Сам увидишь. Вот только…

— Ладно. Я тоже попробую не заснуть, хорошо?

— Здорово, — краем рта улыбнулась Скут. И обратилась уже к Дэш. — Радуга, а может, ты тоже посидишь с нами, а? Из вроде тоже не особо хочет спать…

— Не-е-е… — Дэш сладко потянулась в воздухе. — Этой пони срочно надо словить храпунов! А тебя-то чего полуночничать несет? — она кинула удивленный взгляд на Иза. — Все вроде тихо?

— Ну… Вроде и тихо… — замялся тот, — а чего-то пока не хочется. Не знаю. Нервы, наверное. Я позже лягу.

— Лады. Дело твое, — Дэш пожала плечами и принялась возиться, пытаясь поуютнее устроиться на листьях. Пробормотала: — Буду храпеть… Пинать несильно…

Подумав немного, я набрался наглости и улегся между ней и Эплджек. Ровно через секунду между нами штопором вкрутилась Скут.

— Ты же говорила, что не будешь спать? — прошептал я.

— А я и не буду, — все так же решительно кивнула она. — Просто, так… Ну…

— Чего?

— Не так страшно, — произнесла она одними губами, оглянувшись на уже сопевшую Дэш и остальных.

Начиналась длинная и, как оказалось, не лишенная происшествий ночь.

ГЛАВА 37

Тихая ночь

Медленно догорал, потрескивая угольками, костер. Подвывал ветер в темной щели входа. Шумели, подпевая ему, деревья. Спокойно и мирно посапывали пони.

Где-то за стенами пещеры раздался резкий, пронзительный вскрик какой-то ночной птицы. Под моим правым боком всхрапнула и обеспокоенно пошевелилась Эплджек.

Из, до того спокойно сидевший все это время и не отводивший взгляда от огня, не спеша встал, оглянулся, обводя взглядом спящих, и, облегченно выдохнув, вышел из пещеры.

— Куда это он? — раздался шепот слева.

Я чуть не вздрогнул!

— А ты чего не спишь? — последовал с моей стороны ответ вопросом на вопрос.

— Я ведь сказала, что не буду! — недовольно нахмурилась Скуталу. — Скоро сам поймешь, почему. Вот потухнет костер и поймешь! А все-таки интересно, куда пошел Из…

— А куда еще могут ходить пони посреди ночи? Ему что, прям тут прикажешь?

— Ой. Да. То есть, нет, конечно.

— А если нет, то поспи давай. Я разбужу тебя, когда начнет тухнуть костер, если хочешь.

— Честно? Не заснешь?

— Обещаю, — я тихонько приложил копыто к глазу.

Скуталу, искоса глянув на меня, выдохнула и прикрыла глаза.

* * *

Селестия… Как же долго тянется время! И еще медленней оттого, что кроме затухающего костра смотреть было абсолютно не на что. Из, как ушел какое-то время назад, так почему-то до сих пор и не возвращался. Даже на часы посмотреть возможности не было — для этого пришлось бы менять позу, а разбудить кого-то не хотелось.

Ну вот. Вот теперь и на костер не посмотреть — пропали последние язычки пламени, лишь горстка углей осталась краснеть среди золы и пепла. Тьма, до того лишь сгущавшаяся по углам пещеры, осмелела и полностью окутала нас. Глаза слипались. Но, раз уж обещал…

Постепенно я привык к темноте. Конечно, свету тут взяться было неоткуда, но я каким-то образом различал сейчас очертания стола, тех камней, что служили табуретами, пони, что сидели на них…

СТОП! Я почувствовал противный ледяной ветерок, прошедшийся по спине. Это каких еще пони? Я всмотрелся. Ну да! Три пони сидели за столом и, судя по жестикуляции, о чем-то разговаривали, правда, почему-то совсем ничего не было слышно.

Я легонько пихнул Скуталу.

— А? Че? Я не… Не сплю я…

Она осеклась. Громко сглотнула. Прошептала:

— Ну в-вот… Вот я тебе г-говорила?

— Угу.

— П-плохое это место… Плох-хое м-место…

Трое, тем временем, явно напряглись, к чему-то прислушиваясь.

— К-как думаешь, они нас слыш-шат? — Скуталу вжалась в мой бок.

— А Дискорд их знает… — откровенно ответил я, не отрывая взгляд от темных фигур. — Кто они вообще такие?

— М-мы тут их дневник нашли. Они д-думали всю Эквестрию уничтожить и на ее месте как-кую-то свою страну создать, я так поняла. Вроде как тут место такое какое-то… особое. До Т-тартара проще добраться. Но у этих чего-то не п-получилось, а остальных кто-то остановил. Похоже, что гвардия.

— Странно. Я как-то был в наших архивах, искал книгу по истории гвардии, но ничего такого не узнал. Там вообще не было ничего о попытке уничтожить Эквестрию…

Тени уже явно повернулись в нашу сторону. Встали из-за стола. Прошли, вернее проплыли несколько шагов. Встали рядом друг с другом так, будто готовили какое-то общее заклинание.

— В-вот… — пролепетала Скут. — С-снова это ощущение…

Я сразу понял, о чем она. У меня появилось точно такое же чувство — чувство, что если мы чем-то еще выдадим себя или уснем, то нас убьют. Несмотря на то, что нас должны были разделять пространство и время. Несмотря на то, что тех, кто стоит сейчас перед нами, давно уже не существовало. Они действительно могли нас убить.

Все, что нам оставалось, это лежать очень, очень тихо. И ни в коем случае не заснуть!

Прошел час.

По крайней мере, по ощущениям было именно так. Лежать так и дальше безо всякого движения, лишь глядя на застывшие посреди пещеры темные силуэты, слыша рядом спокойное дыхание Эплджек, ощущая, как долбятся сердца, мое и Скуталу, не было больше никакой возможности.

В голову мне закралась мысль. Бредовая, как у меня часто бывает, и ничем не подтвержденная, но, как правило, подобный бред работает…

Мысль была проста. Прямо за Скуталу лежали сейчас мои сумки, а там…

— Скут.

— А?

— Можешь дотянуться до сумок за тобой?

— Н-наверно, а…

— Давай, только тихо. Та, что ближе, — говорил я очень тихо и медленно, стараясь делать промежутки между словами как можно больше. — Сверху — свечи. Завернуты в тряпку. Рядом — кремень.

— Ага.

Через несколько минут кремень был у меня в зубах! Я чиркнул! Мне показалось или тени заколебались? Еще чирк! Ну же! Разгорайся! Еще! Есть! Передо мной затрепетал тоненький огонек свечки, лишь выхвативший из темноты напряженное и испуганное лицо Скуталу. Тени стали слабее, прозрачнее.

— Ефе? — Скут зажгла еще одну свечу. Тени отступили.

— Давай еще!

С каждой новой свечой призраки покрывались дымкой, становились все бледней, отдалялись. После пятой, позволившей видеть уже почти всю пещеру, они исчезли совсем, но для верности мы зажгли и шестую.

— Так. Теперь нам нужно поддерживать свет постоянно, — я прилепил на камни последнюю свечу. — Нам нужен костер. Как нога?

— Нога? — Скут оглянулась, несколько раз с силой наступила, попрыгала. — Ух-ты! Здорово! Та штука сработала!

— Ага, хорошо, только тише, — слегка осадил ее я. Почему-то мне думалось, что не стоит будить остальных из-за каких-то непонятных призраков, с которыми мы и сами оказались в состоянии справиться, что с них на сегодня и так хватит волнений.

— Упс! — Скут прикрыла рот копытом. — Верно.

— Тогда пошли, поищем дрова. Заодно посмотрим, куда там запропал Из.

— А ты ув-верен? — улыбка, появившаяся на ее лице оттого, что ее нога снова была в порядке, мгновенно пропала. — Там темно… Лес…

— Но я-то рядом?

— Ну да… Пошли.

Снаружи было темно и сыро. Дул прохладный ветерок, вроде бы и не сильный, однако пробиравший до костей. Такой скорее полагался бы осени, чем теплому и уютному лету Эквестрии.

В воздухе что-то пронеслось.

— Ой! — Скуталу обхватила своей ногой мою. — Эт-то что было?

— Это? Скорее всего, летучая мышь.

— Вот же… — она смахнула со лба испарину. — Глупая я, да? Мышей уже пугаюсь. Хи!

— Не скажи! Не так уж тут и много фруктовых деревьев.

— То есть?

— Как бы эта мышка вампиром не была, — "успокоил" я Скут.

— К-каким вампиром?

— Обычным. Подходит к тебе пока ты спишь, — я театрально понизил голос. — Карабкается по тебе. Залезает на шею и вонзает клыки! И делает это совсем не больно! Ты даже ничего не почувствуешь… Пока не проснешься в луже собственной крови… Если вообще проснешься…

Скут обхватила уже не ногу, а шею:

— С-слушай, не н-надо, а? И т-так же ведь страшно, а т-ты еще эти г-гадости… Мен-ня еще от тех т-тряс-сет!

Недалеко завыл какой-то ночной зверь. А вот это уже было серьезней — спать мы улеглись весьма беспечно, никакой защиты от непрошеных гостей не было, мы просто почему-то сочли, что никаких серьезных хищников тут водиться не может.

— Ладно. Заканчиваем с шутками. Надо как можно скорее набрать веток и разжечь костер. Давай так, — я показал копытом в противоположные стороны, где кусты и мелкие деревья покрывали дно оврага достаточно густо. — Ты туда, а я туда.

— А может ты туда, а я туда? — направления, указанные Скут, были почти одинаковы.

— Так мы много не соберем. Давай просто сделаем это быстро и все.

— Уф! Ладно! Все! Я готова! — выдохнула она, оглядываясь по сторонам.

— Я уже ушел! — оглянулся я на нее, и в самом деле отойдя уже на какое-то расстояние.

Начался поиск подходящего валежника, поскольку лично мне не особо хотелось ночью лезть ломать кусты и деревья с риском на что-нибудь напороться, да и ветки на земле попадались достаточно часто. Проблема была только в том, что мы были на дне оврага, то есть в самом влажном месте вокруг. Здесь концентрировалась большая часть росы, и стекала вода во время дождя, и многие ветки были слишком сырыми. Но, постепенно, дрова набирались.

Я уже успел сделать несколько ходок к пещере. Вроде бы собранная нами куча была достаточной, чтобы дотянуть до утра. Свечи, как я убедился, хоть и прогорели больше, чем наполовину, но их еще должно было хватить достаточно надолго, и я пошел посмотреть, как обстоят дела у Скут.

Найти ее было несложно. Достаточно было идти туда, откуда слышалось: "Дро-ова, дрова, дрова-а! Ну-ка быстро сползайтесь все сюда, дурацкие деревяшки!"

— И как? — не удержавшись, подковырнул я. — Поддаются дрессировке?

— А? — немного резковато обернулась Скут. — А… Аг-га… Вроде того… Чего-то набрала…

— Ну и хорошо. Хватит уже, наверное. Там уже приличная куча скопилась у пещеры. Ты Иза не видела?

— Не-а.

— Да уж… Куда это он запропастился… Пошли поищем?

— А нужно? — Скут снова боязливо оглянулась по сторонам.

— А если что-то случилось?

— Ну…

Не успела Скуталу что-то ответить, как из-за небольшой осыпи, едва различимой в сумерках, раздался странный звук и мы кинулись туда.

* * *

То, что мы увидели… Ну, положим, для меня это новинкой не стало. Просто так получилось, что за время наших странствий я успел позабыть, как это у него происходит. Осторожность ли Иза тому причиной, или те шутки со временем, что шутил с нами Блуждающий Лес, но за все время я ни разу не поймал Иза за ЭТИМ. А вот сейчас… Сейчас ЭТО происходило у меня на глазах. И, что куда важнее, не только у меня. Я опустил взгляд. Скуталу сжалась в комочек у моих ног, прижала ушки и шевелила губами. Похоже, ей было жутко страшно, но отвести взгляд она не могла. Тогда я сел рядом и просто закрыл ее крылом от всего происходящего, убрав его только когда все закончилось.

Из, в изнеможении, опустился на землю.

— Ну и какого… какого Дискорда… было не предупредить нас? — не сразу подобрал я слова.

Из оглянулся:

— А, это ты. Я думал, все спят.

— Как видишь, не все, — кивнул я на Скут.

— Ох ты… Вот же… — только сейчас заметил ее Из. — Вот незадача…

Скуталу на секунду перестала даже дышать, встретившись с ним взглядом.

— Послушай… — Из тяжело и устало поднялся и сделал шаг в нашу сторону. — Я понимаю… Это все трудно объяснить…

Скуталу отползла за мою спину и, обхватив меня ногами, высунулась из-за нее.

— И… И н-нен-надо… — пробормотала она. — Нен-над-до нич-че об… об-биснять… Са-авсем не инт-тер-ресно д-даже…

Однако объяснить было нужно. Только вот как? У меня, пока, таких слов не было. Я просто положил свои копыта на ноги Скут, которыми та обхватила меня за шею, чтобы той было спокойней. Да и чтоб бежать не кинулась тоже…

— Видишь ли… — Из, похоже, тоже не знал правильных слов. — Мы… Я… не совсем такой, как все… Иногда, когда луна такая, как сейчас… — он кивнул на небо, — со мной происходят странные вещи…

— Да я уже в-вид-дела…

— Трудно сказать, почему именно они происходят… — продолжал Из. — Что именно со мной не так. Просто это факт. Это нечасто, но… иногда это бывает. В этом нет ничего… плохого. Нет, не так! Ничего опасного, вот… Я всегда контролирую себя. Ни тебе, ни кому-либо еще, ничего не угрожает, поверь. Я когда-нибудь делал тебе что-нибудь плохое?

— Нет… п-пока… — похоже, Скут все же чуть-чуть успокоилась.

— Вот! Вот просто поверь, что и не сделаю никогда. Тем более что я всегда ухожу куда-нибудь, когда ЭТО начинается.

— Л-ладно, я… Я попробую, — Скут кривенько улыбнулась.

— Вот и хорошо, — облегченно выдохнул Из. — Только, не говори пока никому, ладно? Я не хочу никого лишний раз пугать.

— А кто еще знает? — не ответив, спросила Скут.

— Только я, — я, как мог, обернулся, чтобы видеть ее глаза. — Кроме меня — никто.

— Так ты все знал?

— Да. Но это было так редко, что даже я забыл. Иначе я бы не предложил бы искать Иза.

— Ну, если это редко… Редко, да?

— Да, Скуталу. Это редко. И, я тебя уверяю, что бояться тут действительно нечего.

— Попробую. И я постараюсь никому не разболтать… — еле слышно выдохнула она.

Ее глаза… Говорила-то она правду. Но вот глаза смотрели на Иза с опаской. И боюсь, как бы хорошо все ни было, но никогда не посмотрят уже так, как прежде. Как на всех.

— Спасибо, — Из чуть улыбнулся, подошел и присел напротив нас. Скут при его приближении заметно дернулась.

— И даже Дэш не знает? — почему-то уточнила она.

— Да, даже она. Лучше, чтоб она вообще не знала… А почему ты спросила? — чуть приподнял бровь Из.

— Да так… Просто иногда… Заметно, что… Ну… — Скут стушевалась.

— Что? — бровь поднялась выше.

— Ну… Ты ее немного… выделяешь. И она… Ну… Тоже… — Скуталу уткнулась куда-то в мою гриву, так, будто боялась, что ее накажут за только что сказанное.

Из застыл, глядя куда-то в пространство и ничего не говоря. Повисла неловкая пауза.

— Я… Я что-то не то сказала?

— Да нет… — пробормотал Из, все еще глядя в никуда. — Все верно.

Он резко встряхнул головой. Так, что грива мотнулась с одной стороны на другую. Скуталу снова вздрогнула.

— А собственно говоря, что понесло вас из пещеры в такое время? — обратился Из уже ко мне.

— Да так… Хотели набрать дров для костра.

— А зачем вам ночью понадобился костер? Вроде бы в пещере было достаточно тепло еще от прошлого?

И тут я вспомнил!

— Свечи! Свечи же! Бежим! Скут!

Впрочем, ей я времени не дал. Просто вскочил так резко, что она как пряталась за мою спину, так и осталась на ней лежать. Только вскрикнула:

— Бежим!

— Что? Какие свечи? — Из ничего не понял, но это, как всегда, не мешало ему действовать — он уже бежал рядом с нами.

— Потом! — на бегу крикнул я. — В пещеру! Галопом!

Мы все-таки успели. Когда мы влетели в пещеру, оставалась гореть лишь одна, последняя из быстро оплывших свечей, закрепленная мной рядом с тем местом, где мы спали. В тусклом круге света сидели, обнявшись, две поняши — рыжая и голубая. В центре пещеры, чуть колеблясь, стояли три темных фигуры, распространяя вокруг себя все то же ощущение возможной смерти.

Из, не раздумывая, прыгнул вперед, но пролетел через призрачные фигуры, не встретив никакой преграды. Однако кое-чего он добился — фигуры явно отвернулись от застывших в страхе Радуги и Эплджек, обратив на него внимание. Из, не растерявшись от своей неудачи, поднялся в воздух и принялся почти бесшумно нарезать круги, продолжая отвлекать внимание, пока мы со Скуталу спешно разводили костер.

Наконец, далеко не с первой попытки, сыроватые все же дрова разгорелись. Огонь яркими, веселыми бликами расцветил стены пещеры, растопил мрак, развеял морок.

Обойдя пещеру кругом и пройдя мимо безмятежно спящих Деринг, Свити, Дерпи и Блум, мы с Изом уселись по сторонам от все еще держащихся друг за дружку ЭйДжей и Дэш, Скуталу же в это время кинулась быстро и нервно перетаскивать ветки от входа ближе к костру.

Видя, что наши поняши все еще сидят в прежней позе, мы с Изом одновременно взяли их за плечи, чтобы растащить. Обе вздрогнули.

— Эт че такое было?

— Че это было?

— ЭТО… — начали мы с Изом одновременно. Переглянулись.

— Это… — продолжил он, все еще держа Дэш. — Это призраки.

— Чего? — Радуга развернулась к нему так, что правая его нога оказалась уже не столько у нее на плече, сколько на шее. — Но их ведь не существует?

— Агась, — ЭйДжей, в свою очередь, также повернулась ко мне. — Эт ж бред полный… Призраки какие-т…

— Кто-то только что трясся от этого бреда, — напомнил я.

— Че было, то было, — согласно кивнула она. — Но эт ж не отменяет того, шо эт бред! Призраки… Эт из страшилок для маленьких.

— Вроде меня? — перебила ее серьезная и усталая Скуталу, присаживаясь наконец рядом. — Я эти "страшилки" вживую вторую ночь наблюдаю уже.

— Ну… Не… — ЭйДжей растерялась. — Я не про тя… Я ваще…

— Угу.

— Так. Стоп, — Дэш потерла копытами виски. — Призраки, не призраки… Че это за ерундятина? Откуда они вообще взялись, страшилища эти, что нас тут чуть не прибили? И куда это вы трое смылись? Уж не ваших ли копыт дело? — она, нахмурившись, уперлась носом в нос Иза. — А?

— Агась. Дэш права. Че это за такое? Откуда оно взялось?

Мы лишь развели копытами. Да и в самом деле, что мы могли знать?

— Я знаю.

Наши взгляды обратились на Скуталу.

— Ну… Не то чтобы знаю… — та потерла шею, — но хоть чего-то… Щас.

Она залезла под одну из самодельных коек и выудила оттуда несколько, потрепанного вида, страничек.

— Фот. Фот фсе, фо я фнахю. Тьфу! — листки упали перед нами. — И еще то, что нужно, чтоб хоть кто-то не спал.

— Ага, — Дэш бросила на бумажки презрительный взгляд. Тут же, но уже то ли удивленно, то ли испуганно перевела его на Иза. — Погоди. Это выходит, что живы мы только потому, что нам с Эплджек приперло среди ночи?

Тот глянул на меня.

— А еще потому, что мы со Ск… втроем догадались поставить свечи и собрать дрова для костра! — соврал я.

А что делать? Надо было как-то и отсутствие Иза объяснить. Хотя получалось, что я соврал… Еще и благодарный взгляд от ЭйДжей заслужил.

— О! Кстати, напомнила, — поднялась Эплджек. — Ток без нас читать не начинайте, агась?

— Проводить? — я кивнул в сторону выхода. — А то там темно…

— От эт я пока сама как-нибудь, — ЭйДжей ухмыльнулась. — Пока… Дэш?

— Да я че-то… — та наконец обнаружила ногу Иза на своей шее и сейчас ее взгляд метался между ней, лицом Иза и листками на полу. — Я погодю… погожу пока… Э-э-э… Какие листки интересные… Наверно, долго тут валяются, а даже и потемнели не сильно… А может расскажешь пока чего знаешь, а, Скут?

— Ладно, — с готовностью кивнула та и улыбнулась. — Если ты просишь…

В общем-то, Скут не сказала ничего нового, но это позволило скоротать время до возвращения Эплджек, и мы принялись разбираться в листках.

— Да уж… — медленно процедил я, когда дневник был прочитан несколько раз подряд. — Ни-че-го не понимаю.* Ведь они, получается, едва не уничтожили Эквестрию. Как так могло получиться, что я ничего до сих пор об этом не встречал?

— Угу, — Из отложил последний листок, который до того внимательно изучал. — Но это уже не первый раз. Вспомни тот скелет в пустыне.

— Эту… Как ее… Консли?

— Угу.

— Верно. Еще одна загадка. Уж не было ли у них чего общего?

— Есть одно общее, — нахмуренная Радуга как-то заговорщицки зыркнула на нас исподлобья и понизила голос до шепота. — Кто-то все это намеренно скрывает!

— Да ну тя, Дэш! — махнула копытом ЭйДжей. — Ты как че-т скажешь тож. Зачем принцесса Селестия будет че-т скрывать?

— Кто знает, кто знает, подруга… Мы не знаем, что творится в голове у аликорнов. Кроме одной, конечно. Но та не в счет вообще. Мы ведь даже не знаем, по-хорошему, своей истории. Не, мы слыхали сказки про битву с Дискордом, сами видали его рогатую харю, это было. Это верно. Слыхали мы и историю про воцарение принцесс и возрождение Эквестрии из всеобщего бардака. Но! Ты помнишь про трех великих вождей, которые создали нашу Эквестрию?

— Ну… Да… — растерянно пробормотала Эплджек. — Но, не понимаю, к чему ты ведешь?

— Ага. Веду? Да это я так, высказываю поднакопившиеся за жизнь мыслишки, — Дэш вновь глянула каждому из нас в глаза. — И вот тут прошу без шуток! Я, знаете, тоже кое на что внимание обращаю и не все происходящее понимаю. И да, думаю! Например, о том, что нам почти ничего не известно о том, что было между появлением Эквестрии и воцарением Принцесс. Это ж какая уйма времени прошла между ними? А что нам о нем известно? Да почти ничего! Даже о первой битве с Дискордом мы знаем только то, что она была и где она была. Но мы знаем хотя бы это! А о тех веках? Веках! О них мы не знаем вообще ничего! Это что? Не странно?

Мы трое лишь молча кивнули, сказать тут было нечего. И только Скуталу даже не кивнула. Она сидела как статуя, вытаращив глаза и кажется даже задержав дыхание, и слушала своего кумира. А "кумира" несло все дальше и дальше:

— А то, что вообще принцессы, почти богини, их ведь многие так и называют, вдруг решили поуправлять Эквестрией, это как? От скуки? И почему только Эквестрией? Есть ведь и другие страны, где их тоже почитают, ведь луна и солнце нужны всем, а управлять этими странами они не взялись, хотя и могли бы! И не объединили их с Эквестрией в одну страну, что, лично по мне, куда как удобней было бы, нет? Мало того, ходят слухи, что Луна когда-то вообще пыталась основать собственную страну! Это как? А теперь вот и это вам еще! Почти удавшееся уничтожение Эквестрии, да еще и совсем недавнее, о котором, по большому счету, никто ничего не знает! Ну? И как еще вы все это объясните?

Дэш замолчала.

Молчали и мы.

— Знаешь че… — тихонько проговорила Эплджек. — Хорошо, шо ты эт сказала щас нам. Мы-т никому не скажем. Но не дай Сел… Но если узнает кто-т еще… Если передаст ИМ…

— Угу, — Дэш опустила взгляд. — Верно. Я дура. Забудьте то, чего я тут щас наговорила…

— Не одна ты умеешь думать… — продолжала ЭйДжей. — Я тож кой-че примечала, ток молчу… Селестия за такое… Кто знает… Может и на луну… Как Луну когда-т… Не знаю. Лучше молчать.

— Молчать — да, — я снова положил копыто ей на плечо, глянул в глаза. — Но я офицер гвардии и я в праве кое-что знать. И все, что смогу, я узнаю. Кто-то должен хоть немного во всем этом разобраться, и я постараюсь быть этим "кто-то".

— Н-но Селестия… гнев… луна…

— А что поделать? Такой уж я. Живем только раз. Но я обещаю быть осторожным и не подставлять вас.

— Меня можешь, — Из смотрел мне в глаза. — Я с тобой, брат.

— Уф… Втянули вы уже меня… — на плечо мне легла нога Эплджек. — Я с вами.

— А я чего? Рыжая, что ли? Я эту мыслю, которую тут щас всем нам на голову родила, я ее всю жизнь вынашивала! Если я не разберусь в этом, я ж лопну! — Радуга, все также обнимаемая Изом, положила копыто на плечо Эплджек. И еле слышно добавила: — Правда, я сейчас и по другой причине лопну…

Только тут мы вспомнили, что нас здесь не четверо. Наши взгляды устремились на Скуталу, которая все также сидела в полном оцепенении, уставившись в одну точку. Лишь судорожно подергивалась нижняя губа. Бедная. Похоже, сегодня был тот день, когда рухнули все ее представления о мире. Все, что она знала, перевернулось с ног на голову, но тут уже ничего нельзя было вернуть вспять.

В конце концов, она подняла взгляд.

Поочередно посмотрела в глаза.

Радуге.

Изу.

Эплджек.

Мне.

Поднялась, чуть дрожа, подошла и, ничего не говоря, только вздохнув, села между нами.

Какое-то время все мы, исключая спешно удалившуюся Дэш, просто сидели и смотрели на огонь. Каждый думал о своем.

— Давай ты не будешь нарываться, а? — нарушила тишину Эплджек. — Ты нам… Ты мне нужен. Живым, здоровым и не отправленным куда-нибудь там…

— Да я и не собираюсь. Я просто начну собирать информацию. Какие-то крупицы. Все, что получится. Например, навещу те картины, что остались в особнячке на полянке Леса Леота. Наверняка они кое-что могут рассказать.

— Агась, а ты помнишь, как мы туда добирались? Сколько там всего было?

— Ну, а что ты предлагаешь? Не Твайлайт же к этому подключать? Она-то поможет с радость, я уверен, вот только она под наблюдением Селестии, и где гарантия, что та не узнает раньше времени? Твай — крайний вариант. Или она сама что-то случайно найдет, или нужен будет доступ в один из особых библиотечных залов, в которые ее пропускают, тогда — да. А так, без крайней необходимости, ее лучше не использовать.

— Да эт я понимаю… Просто…

— А что поделать? Правда нужна. Хотя бы нам самим. А путь правды — самый тернистый путь и имеющий, зачастую самые плохие последствия для того, кто им идет, ты-то знаешь.

— Агась… Знаю… — Эплджек грустно улыбнулась. — Я ж, вродь как, честность олицетворяю… А честность и правда, они бок о бок идут, одной торной дорожкой. Просто… Просто не хочется как-т, шоб эт наша дорожка слишком уж короткой оказалась…

— Да ладно уж тебе! К чему такой пессимизм? Разве чего-то уже случилось? Брось! Мы еще не умерли! Мы даже ничего пока не нарушили! Мы просто попытаемся узнать немного правды.

— Ох, не знаю, сахарок, — ЭйДжей вздохнула, — Ох, не знаю. Че нам всем с того будет… Чую, влезли мы щас всеми ногами в та-а-акое болото… Да что поделаешь? Уже увязли так, шо не выбраться… Остается только брести по нему аккуратней до самого конца, да надеяться, шо не оступишься. Значит, будем брести вместе! — она притопнула ногой. — До конца! Че бы там ни было!

Я опустил взгляд. Рядом с нами, все в той же позе, сидела Скуталу. Лица ее видно не было.

— Ску-ут, — тихонько позвал я. — Ты как?

— Не знаю. Я… Я не знаю. Слишком много всего… Но я с вами. А что я теряю? Терять мне нечего. Что… Кто у меня есть, кроме вас? Кроме тебя Алекс, кроме Радуги, кроме… — она запнулась. — Кроме Иза, кроме… тебя Эплджек? Ну еще Свити и Блум, само собой. Все! Больше никого у меня нет! Куда ж я без вас? Страшно, конечно, если Селестия на вас рассердится, но…

— Что?

— Ой… — Скуталу улеглась, положив голову на ноги и глядя в костер. Вздохнула. — Какую я сейчас скажу глупость… А ведь скажу!

— Ты о чем? — недопоняла Эплджек.

А вот я, кажется, понял. Думаю, нигде и никогда, кроме как здесь и сейчас это не могло быть сказано. Но… Наверное, она должна что-то такое сказать. Иначе никак.

— Ведь Селестия отвечает за все, что происходит днем? И за то, что происходит в жизни всех пони? И за саму жизнь?

— Хм… Наверное, как-т так. За день, так точно отвечает. А че?

— А то! — немного грубовато ответила Скут. — Если на то пошло… Это от вас я видела только добро. А что было до этого? Что было хорошего? Да ничего! Смерть мамы… Приют… Ворованная еда… Сон в какой-нибудь канаве… Ложь… Чего мне тогда бояться гнева той, кто, может быть, отвечал за все это? Да… Да все, что у м-меня есть в… в жизни, это вы! Куда я без вас? Кто я без вас? Да чтоб… Кто я для Селестии? Никто! Очередной жеребенок. Родилась — пожила — померла. Что ей до того? А мне до нее? Если она вам что-то сделает, так и я хочу быть с вами!

Она поднялась и обернулась. Голос ее подрагивал от переполнявших эмоций, но глаза были абсолютно сухими, взгляд — решительным и даже неожиданно колючим.

— В общем… — закончила она. — Как бы там оно не повернулось, чего бы ни сделала Селестия, а я с вами и ничего другого мне не нужно.

Скуталу на секунду опустила взгляд. Снова подняла:

— Кроме того… Может, это даже не совсем нормально… Не знаю… Но, по-моему, узнавать правду, которую так тщательно скрывают… Да и вообще заниматься тем, чем сейчас… Это же все так интересно! Может, это даже мой шанс заработать уже свою метку! Хотя… Страшненькая она, наверное, будет… Метка "За разозление Селестии"… С ней самой на крупе… Бр-р-р… Да ну ее… Даже если и не будет! Мне это интересно, в конце концов!

Скуталу замолчала. В который уже раз за сегодня, никто не знал, что дальше следует говорить.

— Так! О чьих конц… О каких кон… Зараза! Что за концы? — вернулась, наконец, Радуга.

Четыре пары глаз устремились на нее.

— Концы, концы… — выдохнул Из. — Концы в воду пора, а то мы тут такого наговорим…*

— Э-э-э… Я опять ляпнула, да?

— Да как те сказать, Дэш… — ЭйДжей поморщилась. — Лучше эт и тут, чем ТО и при ком-т еще… А-т нас конец и ждет…

— Ты про…

— Хорош уже пошлить, а? Невесело уже совсем.

— Да ладно… — Радуга подсела к костру. Бок о бок с Изом. Протянула к огню копыта. — Ну, попробовала я вас немного расшевелить… Увы, я не Дерпи. Это только она умеет всех взбодрить. Лучше думать давайте, как остаток ночи коротать будем?

— Да-а-а… — потянулась Эплджек. — Эт те не отель. Там бы мы быстро придумали, как ночь провести, а тут…

— А тут слишком много наблюдателей, да?

— Да… Че? — глаза ЭйДжей округлились.

— Я говорю, укрыться тут негде, ага? Верно? — Радуга еле сдерживала улыбку. — Ой, а покраснела-то, а покраснела…

— Н… Ну… Ну п… Ну п-подруга… Ну, Дэш, а? Ну… Ну чему ты ее учишь, а? Она ж еще маленькая! — растерявшая все слова Эплджек, взглядом указала на Скуталу. — Ну от чему?

— Я? — с поддельной искренностью удивилась пегаска. — Я ничему! Я только говорю, а уж кто там чему… учит… Пок… Показ-ва-ит… — не выдержав, Дэш, под конец фразы, прыснула в копыто и, согнувшись, завалилась на Иза.

— Я не мале… Угумпф… — Скут замолчала на полуслове, осознав, что, с подачи Дэш, разговор идет уже, мягко говоря, не о том. Порозовела. — Ну вы… Тоже мне… Взрослые…

— Уф! — РД, наконец, перестала беззвучно трястись от смеха, однако отстраняться от Иза не спешила. — У-уф! Так чего делать-то будем? До рассвета еще далеко… Может, похаваем чего? А то мне от всех этих "концов" чего-то та-а-ак жрать захотелось…

— Эт можно, — ЭйДжей поднялась и, подойдя к сумкам, принялась в них рыться. — Я тут припасла один из этих… Из фруктов. Будешь? Только давай заканчивай, наконец, с эти "концами".

— На чего заканчивать?

— На… Ну Дэш?!

— Ладно, ладно, кончаю.

— Радуга!

— Чего? Ты попросила, я кон… — не договорив, Дэш переменилась в лице, уткнулась в Иза и снова затряслась.

— Ты все? Вот че теперь о те Скуталу будет думать, а? И о нас ваще? Она уже вон, как помидор сидит!

— Не, не… — отвалилась от Иза пегаска. — Я это… Я все… Уже… Щас…

— Щас не надо. Потерпи, — не удержавшись, подколола Эплджек.

Однако этот бардак надо было прекращать, иначе мы тут до такого опустимся…

— Рагуга? — перебил я ответную, подготавливаемую той, колкость.

— А? Чего?

— Ты, случаем, никаких игруш… — я вовремя осекся. Еще не хватало и мне это продолжить. — Никаких игр не прихватила?

— Вроде… Вроде "Пониполию" брала.

— Во! Отлично! Вот и тащи ее сюда. Часа три-четыре угробим, а там и рассвет. Можно будет уже связываться со Шкипером.

— Сейчас будет!

Так, за "Пониполией" и плодом хлебного дерева, мы и просидели до самого утра.

ГЛАВА 38

Райское местечко

Благодаря "Пониполии", остаток ночи прошел незаметно. Утром, едва только проснулась Дитзи, мы вызвали по рации Шкипера и, в общих чертах, объяснив ему ситуацию, даже не тратя времени на еду, лишь, по просьбе все той же Дерпи, набрав в дорогу плодов хлебного дерева, из которых она все-таки собиралась как-то успеть напечь маффинов, выдвинулись в сторону побережья. Единственным препятствием на пути оказалась небольшая группка охранников, обходивших берег, но они, на нашу удачу, не заметили ни нас, ни, благо расстояние было на тот момент все еще велико, идущее в сторону острова "Копье".

Морской, или уж если сказать точнее, вспоминая где мы находимся, океанический переход тоже не преподнес нам никаких особенных сложностей. Да и что такого особого могло успеть случиться за те пару часов, что мы шли до основного архипелага? Да, конечно, двигатель "Копья" работал далеко не на полную мощность, из-за чего мы не шли, а по выражению Шкипера, "плавали как муха в супе", но это было главным неудобством за все время перехода. Впрочем, все же не единственным.

Городок, в который мы стремились, был расположен на самом большом острове архипелага. А к этому острову, как оказалось, еще надо было подойти — весь архипелаг был разделен проливами, порой довольно узенькими, а то и просто шхерами, а пройти их с нашим поврежденным двигателем оказалось весьма непросто, в результате чего мы, будучи столь близко от цели, вынуждены были еще более часа любоваться красотой окружающих, по большей мере частных, островков и великолепием отгроханных на них вилл и особняков… Хорошо еще, что Шкипер выставил из рубки известных новоявленных лоцманов, как только те выдали боевой клич: "МЕТКОИСКАТЕЛИ — ЛОЦМАНЫ ВПЕРЕД!!!"

Но, когда-нибудь все кончается, вот и мы, наконец, оказались на пристани этого городка. Наверное, у него было какое-то название, городов без названия не бывает. Почти. Тем более таких. Но, честно говоря, нам было настолько не до того, что на пристани мы его не заметили, а в самом городе ведь никто не вывешивает на каждом углу табличек с его названием? Вот и нам пришлось надеяться, что оно нам все-таки не пригодится. Да и где бы?

Сам городок, как таковой, был не очень-то велик. Пожалуй, может, чуть больше нашего Понивилля. Большая часть богатеньких пони, населявших его, проживала все-таки на отдельных островках, как бы не являвшихся частью города, и оттого тот казался куда меньше, чем был на самом деле, особенно, учитывая то, что селились эти пони порой целыми районами. Основным же населением центральной части города были туристы, те, кто их обслуживал и, само собой, те, кто делал на них деньги. Количество всевозможных отелей, магазинов и спа-салонов в обозримом для нас пространстве просто зашкаливало! Вывесок было столько, что от них сразу же начали болеть глаза! А еще кругом было поразительно чисто! Нет, конечно, чисто и у нас в Понивилле, и в Лос-Пегасусе, но здесь… Такое ощущение, что улицу не просто мыли, а вылизывали языками! Нигде ни одной пылинки!

Поневоле, все мы глянули на собственные копыта. Оглянулись на оставленные посреди чистейшей улицы следы.

— Мда… — подвела итог осмотру Дэш. — Щас кому-то тут будет работа.

— А нам не проще помыть где-нибудь копыта? — огляделась Дерпи. — Э-э-э… Может, вам будет проще увидеть, где это можно сделать?

— Не-е-е! Тут все явно обожают уборку! Зачем же нам лишать их этого удовольствия? — ухмыльнулась РД. — Тем более что кругом пока одни спа-салоны или даже чего-то похуже, а туда я не сунусь, даже если сидр будут бесплатно разливать!

— Да-а… — как-то странно скривилась Деринг. — Может, я, конечно, слишком много шастаю по всяким пыльным развалинам, но, сказать по правде, мне тут как-то даже… Не знаю. Неуютно, что ли…

— Агась, — кивнула ЭйДжей. — Я ниче не имею против Рарити, но когда весь город населен одними Рарити эт как-т… раздражает. Так и хочется че-т испачкать. Пошли, лучше, поглядим, куда нам можно пристроиться, шоб недорого… Хотя че-т я сомневаюсь, шо здесь че-т может быть недорого…

Искать жилье нам пришлось весьма долго. Я бы, конечно, не особо долго думая, снял бы пару номеров в ближайшем отеле и больше не мучился бы, но сейчас за деньги отвечал Из, а это означало только одно — долгую и болезненную грызню за каждый битс, ибо, при нынешнем нашем финансовом благосостоянии, переход каждой монеты в чужой кошель воспринимался им, как личная трагедия. Мы обошли уже, наверное, с дюжину разных отелей и побывали бы еще в дюжине, когда бы Меткоискательницы не ткнули нас в случайно увиденное ими объявление. Некая миссис Хувер* за вполне приемлемые, как убедил я Иза, деньги, предлагала снять у нее целый небольшой домик. Само собой, прилагался к объявлению и адрес, по которому мы, переодевшись на ходу и придав себе приличный, как нам, во всяком случае, казалось, вид, и поспешили направиться.

Довольно скоро мы были на месте. Район, занимавший отдельный островок, в котором располагался домик, был небогат, здесь не было золоченых заборов и мраморных колонн, поддерживающих козырек перед входом, однако и он был столь же чист и опрятен. За единообразными белеными заборами скрывались небольшие уютные домики, иногда с каким-нибудь крошечным прудиком или садом.

Одним из таких был и наш дом. Вернее, два дома. Один — вполне обычной формы, простой и небольшой, но двухэтажный. Второй, столь же небольшой, был одноэтажным и каким-то закругленным, по-видимому — гостевым. Оба домика были соединены переходом с полосатым тканым навесом над ним. За ними виднелись несколько деревьев, похоже — фруктовых. Вдали поблескивала вода.

Помявшись немного перед входом в основной дом, мы постучали.

Дверь нам открыла опрятная седая старушка со шкурой такого серого цвета, что оттого она казалась еще древнее.

— Чем могу вам помочь? — приветливо поинтересовалась она.

Все склонили головы в знак приветствия, на что старушка благосклонно кивнула, я же полностью поклонился и заговорил от лица всех:

— Простите, что побеспокоили. Мы ищем некую миссис Хувер.

— Вы ее нашли. А в чем причина вашего визита?

— Мы прочли ваше объявление о сдаче дома, а нам как раз нужен кров над головой.

— И вы не можете позволить себе все эти новомодные отели? — с сомнением глянула она.

— Видите ли… — я слегка замялся. — Дело в том, что мы не очень-то любим всякую суету, толкотню, шум, множество снующих тут и там пони вечно мешающих сосредоточиться на чем-то нужном… Да что я рассказываю! Вы, наверное, и сами знаете, как это бывает!

— Ох, да! Шумные соседи это всегда такая проблема… К счастью, мне повезло, соседи — тишайшие пони. В этом смысле они, наверное, лучшие соседи в Эквестрии! Так вы говорите, вы желаете снять дом?

— Да, если это возможно.

— О! Конечно возможно, если сумма вас устраивает! Я, простите, не знаю какие сейчас на это расценки. Я первый раз сдаю наш гостевой домик после смерти мужа. Дети, понимаете ли, разъехались, кто куда, помогают, конечно, навещают, но одной-то как скучно! Дай, думаю, сдам дом. И деньги какие-то лишние будут, и самой как-то веселее, когда кто-то рядом. О! Я смотрю с вами и жеребята? — обратила она внимание на мгновенно сделавшее ангельские выражения лиц трио, — Это очень хорошо! Я всегда вспоминаю себя в их возрасте, когда их вижу. Можете не беспокоиться! Места в доме хватит всем! Ох! Ох, же я старая болтливая калоша! Могли бы и одернуть меня! — улыбнулась она. — Культура культурой, а я-то хороша — гостей на пороге держу, болтушка костлявая! Проходите скорей! Давайте я уже покажу вам дом!

Домик и в самом деле оказался довольно необычен. Основу его составляла огромная, почти круглая по форме, гостиная с круглым столом со множеством стульев, стоявшим посередине комнаты, совершенно огромным, круглым же ковром на полу и мягкой мебелью вдоль стен. Окно в комнате было единственным, но зато каким! Огромное и арочное, оно занимало большую часть стены напротив входа! Влево и вправо же от гостиной расходились по три одинаковых двери. Одна из них вела в уборную, остальные же пять оказались крохотными, похожими друг на дружку спаленками, всю мебель в которых составляли большая кровать с парой столиков, да узенькие шкафы по бокам от входа. За домом оказался небольшой фруктовый сад и, ограниченный лишь невысоким забором, выход к морю. В целом это было даже лучше того, что можно было ожидать за столь скромную плату.

Миссис Хувер, показав нам дом, срочно удалилась за чаем, мы же, воспользовавшись моментом, решили прикинуть наши ближайшие планы.

— В целом это все, конечно, очень хорошо, и эта Хувер и все такое, — начал Из, садясь напротив окна. — Но все-таки хотелось бы уточнить наши действия.

— А чего тут думать? — подсела к нему Радуга. — Летим в центр, шатаемся по всяким интересным местам, слушаем о чем будут трепаться окружающие.

— Боюсь, шо та публика, шо нам нужна не будет обретаться в тех же местах, шо и ты Дэш. — поправила ту Эплджек, в свою очередь, садясь за стол. — Да и в тех, куда впустят меня, навряд ли их будет много.

— Это да. Они всякую скукотень обожают, а меня от подобного тошнит.

— От то-т и оно!

— Значит так, — я не громко припечатал копытами стол. — Нам нужен список мест. Мозговой штурм. Начнем. Улицы, толпы и объявления. Это само собой.

— Порт. Рабочие могут что-то знать.

— Салоны всякие.

— Бега. Эт я сама видала, тут проводятся.

— Театр.

— Кино, клубы всякие там… Чего? — удивленно приподняла бровь Дэш. — Может, там прислуга какая бывает?

— Рестораны.

Наступило молчание. Похоже, список резко закончился.

— Ну? Больше никому ничего путного в голову не приходит? — я обвел взглядом наше собрание. Задержался на Искательницах. Те переглянулись и дружно помотали головами. — Отлично! Значит, я беру на себя улицу и рестораны. Из?

— Порт и часть злачных мест.

— Дэш?

— Ха! Конечно, я возьму все остальные места и киношки, как сказала!

— ЭйДжей?

— Ну… В театры тутошние меня, боюсь, не пустят, — она улыбнулась. — Видок не тот. Беру местный стадион на ся.

— Театры всякие возьму я.

Мы обернулись. Дерпи закончила упихивать свою громоздкую сумку с рацией под диван и обернулась к нам.

— Хи! Нет, я понимаю, что я там мало чего разгляжу или навернусь откуда-нибудь, но что остается-то? Не тут же мне торчать?

— Все верно, — замешкавшись на секунду, кивнул я. — Дитзи берет театры и все, что на них будет похоже. Что там осталось?

— Са-ало-оны… — с отвращением, премерзким голоском, протянула Радуга, скорчив при этом та-акую рожу…

— Фу-ух-х… Я, — с содроганием выдохнула Деринг. — Оцените, на какие жертвы иду…

Дэш сочувственно похлопала ее копытом по спине.

— Вроде все, да? — я, наконец, уселся за стол. — Все разобрали? Все при деле?

— Не все! — мотнул головой Из. — Эту Хувер надо как-то отвлекать, раз уж мы тут будем, возможно, двойной жизнью жить.

— И не все!!! — слитно прозвучали три голоса.

Ну да. Вот о них-то я подзабыл…

— Ну, а вы куда хотите? — повернулся я к стоявшей рядом троице.

— С вами, куда ж еще? — удивилась Блум. — Не тут же сидеть?

— Э не! От по кабакам всяким я тя не пущу! — ЭйДжей ухватила сестру за шею и притянула к себе. — Если хочешь, можешь со мной на стадион.

— Уа-а-ах-х… — с трудом высвободилась та. — Не, сестренка! Стадион, эт, конечно, здорово, но че мне там делать? Ты-т ладно, а я че? Не! Я хочу так, шоб с пользой!

— Если хочешь, можешь со мной в театр пойти, — неожиданно предложила Дерпи. — Заодно поглядишь, чтоб я лишний раз там чем-нибудь не опозорилась.

— М-м-м… Идет!

ЭйДжей что-то не внятно промычала, но по взгляду было ясно, что она согласна.

— Меня, я так понимаю, с Радугой тоже не пустят? — Скуталу озорно прищурилась в мою сторону. — Тогда я с тобой!

— Ладно.

Из трех Меткоискательниц осталась лишь одна.

Свити в задумчивости обвела всех глазами. Поскребла копытом подбородок. Оно и понятно. Одну ее не пустят, шанс на то, что возьмут вместе с Блум в театр не особо велик, а больше куда? Не на стадион же?

— А знаете, что? — наконец опустила она ногу, — Останусь-ка я здесь. Миссис Хувер развлеку, с соседями поболтаю… Может, так чего узнаю? Но завтра — меняемся! — ткнула она ногой Блум.

— Уй! Ла-а-ано…

Тихо, без единого звука, так, что мы заметили это лишь в последнее мгновенье, открылась дверь. Жеребяшки заняли свои места с такой скоростью, что Скуталу села мимо стула, но успела повиснуть в воздухе, опершись на стол и сейчас тихо-о-онечко пододвигала под себя стул ногой. Вошла миссис Хувер с подносом, уставленным огромным чайным сервизом и всяческой снедью на спине. Мда… А она не такая уж хрупкая, как может показаться, весит-то это все наверняка немало…

— Уй и здорово бу-у-удет! — похоже, Блум была единственной, кто догадался сделать вид, что продолжает какой-то начатый разговор, остальные, от неожиданности, застыли немыми истуканами. — Правда, Скут?

— Ага, — обрубила Скут, поймавшая на себе взгляд миссис Хувер, с таким выражением лица, будто Блум сейчас переспросила у нее точное до секунды время полета пребывающей в шоке Селестии по маршруту Кантерлот — Понивилль с учетом бокового ветра и гравитации, если ту хорошенько лягнет Эплджек.

— А… А вот и чаек для дорогих гостей поспел! С булками, с пирожками да прочим печивом всяческим! Угощайтесь на здоровье!

— Ой! Вам ведь, наверное, тяжело! Давайте я помогу! — сорвалась с места Свити, выручая дорогие изваяния на стульях, проводившие ее глазами.

— Вот спасибо, деточка! Спасибо, милая! Старовата я стала для такого веса-то! — миссис Хувер, покряхтывая, уселась за стол, в то время как Свити ухитрилась донести поднос до стола, держа его ртом. — Ого! А силенок-то у тебя немало!*

— Да ну, что вы! Это мне… желание вам помочь сил придало! — Свити, старательно улыбаясь, попятилась на свое место.

— Вот помню я в твои годы…

Скульптуры натянули улыбки. Церемониальное чаепитие начиналось…

* * *

— Уф! — уронила голову на стол Эплджек, стоило только двери закрыться за спиной миссис Хувер. — Я думала, я эт не вынесу!

— И не говори! — Радуга плавно сползла по спинке стула. — Она, похоже, свою молодость по дням вспомнить может…

— Агась. И чаю-т толком не попили. Этикет, шоб ему…

— Хорошо хоть пирожки оставила, — Блум голодными глазами уставилась на блюдо.

— Ага, — кивнула Скут, одним ловким движением сгребая с тарелки не меньше полдюжины. — После двух дней на одних тех фруктах…

— И не говорите… — Свити, дотянувшись, скромненько взяла зубами один. — А мне сегодня с ней еще сидеть… Блум! За тобой должок, помнишь?

— Уфу! Пофню, пофню! — прочавкала та в ответ, даже не отрываясь. — Мофеф фе фафофинафь!

Остатки пирожков на столе прожили недолго. Настолько недолго, что Из передал один из своих Свити, воспитание которой не позволяло ей сразу набрать запас. Скуталу, мрачно посмотрев на свою кучу, передала еще пару.

Наконец, от пирожков, к слову сказать весьма недурственных, остались одни воспоминания. Крошек не осталось — их слизала Дерпи. Пояснив миссис Хувер, копавшейся в цветнике перед домом, что идем развлекаться, оставив ей в напарницы печальную Свити и добравшись до центра, мы, как и было оговорено, разошлись. Работа предстояла нелегкая, ибо, что именно мы ищем, не знал никто.

* * *

Вот уже пятый час мы со Скуталу бесцельно бродили по центру города пытаясь подслушать, о чем говорят пони или заговорить с кем-нибудь. Конечно, различных тем было множество, но, к нашему великому сожалению, ни одна из них не несла хоть сколь-нибудь полезной для нас информации. Единственное, что удалось выловить более или менее интересного, это то, что в город вроде как прибыл какой-то известный маг или колдун, но этим все и ограничивалось. Ни его имени, ни адреса, ничего. Пару раз попались на пути Из и Дэш, но и они пока не сказали ничего вразумительного. Единственным итогом этих бесполезно проведенных часов было то, что посещая все дорогие рестораны, попадавшиеся на нашем пути, мы остались совершенно без денег. И, что еще хуже, сейчас были голодны, ибо сидеть в ресторане ничего не заказав невозможно, а в то время есть, тем более так часто, не хотелось. Так что, сейчас нам приходилось лишь вспоминать об упущенных блюдах…

— Эх… — вздохнула Скут. — Я бы сейчас не отказалась даже от какого-нибудь зачерствелого бутерброда с васильками…

— Угу. Что поделаешь… Мы спустили безо всякого толка все до последнего битса. Остается только надеяться, что миссис Хувер и Свити что-то приготовили.

— А то ты не знаешь, как готовит Свити…

— Но на нашу хозяйку-то есть надежда?

— Ну… Я бы не стала на это особо надеяться.

— А что ты предлагаешь? У нас ни единого битса.

— Подожди тут, ага?

Не успел я ничего сказать, как Скуталу уже куда-то исчезла. Впрочем, она довольно быстро появилась с парой крупных яблок в зубах:

— Терфы!

— Ты где их взяла?

— Факая рафнифа? Поффаимфтфофала!

— Так. Скуталу.

— У?

— У нас ведь кажется был разговор на эту тему?

— Фу… Мофет и пыл.

— Ты ведь обещала, что это прекратится?

— Фу… Та… — Скут смущенно отвела взгляд. — Но мы феть мофем фернуфь теньхи фа яфлоки, кохта у наф путут? Я феть не сфорафала, ефли ферну теньхи?

— Ну… Наверное, нет… Давай все-таки это будет пореже?

— Уфу. Мофет фофмеф уше? А-фо я фяс фыроню.

Перекусив "позаимствованными" яблоками мы собрались было плестись обратно, когда…

— Алекс?

— А? — обернулся я.

— А хочешь, я тебя удивлю?

— Еще раз? Если лучше, чем с яблоками, то давай.

— А знаешь, кто приезжает в город?

— Кто?

– *Нехорошее слово* голубая!

— Кто? — еще больше не понял я.

— Ты чего, забыл ее, что ли? Та *нехорошее уточняющее определение*, что Твайлайт когда-то из города выставила!

— Ты про Трикси, что ли?

— Ага! Именно так эту *еще одно нехорошее определение* и зовут.

— Скут! Прекращай уже! С чего ты взяла, что она в городе?

— Так вон же объявление висит! — ткнула она копытом на противоположную сторону улицы.

И в самом деле! На той стороне красовался щит для объявлений с которого во всю ширь белозубо улыбалась нам неуловимая шарлатанка. Однако! Такой скорости надувания публики можно было позавидовать, ведь, судя по тем объявлениям, что были развешаны по Лос-Пегасусу, она должна была бы давать там по нескольку выступлений в день еще как минимум до конца недели. Впрочем, зная ее, у меня сразу закралась на этот счет нехорошая мысль.

— Действительно удивила. Странно, что она тут. Надо над этим подумать. Пошли?

— Конечно.

Только на подходе к дому я понял, что это была не мысль. Это была идея. Правда, вот что с ней делать дальше у меня не было пока ни малейшего представления.

И снова мы собрались за накрытым столом. Правда, накрыт он был преимущественно поднадоевшим уже фруктом.

Я огляделся. Деринг Ду, блестящая и разукрашенная как елка к Дню Согревающего Очага. Из и Радуга, почему-то изрядно помятые и поцарапанные, но при этом слишком веселые. Усталая и недовольная Эплджек. Свити Бель. Ну и мы со Скут. Почему-то не было еще Дерпи и Эпл Блум, хотя уже начинало темнеть.

— Ну, что? — как только с едой было покончено, Из снова взял на себя ведущую роль. — Начнем? Думаю, Дерпи и Блум должны скоро появиться, но это не повод ждать дальше.

Все согласно кивнули, и только Эплджек воздержалась, с тревогой глядя в окно.

— Тогда говорим коротко, а то мы все сегодня… устали. Да Дэш?

— Ага. Тада я н-чну! Че и гов-рить! От-ть-нулась я классно! Вы не пр… пер… перд-вставляити, скока здесь всяк-го интересн-го!

Да. Похоже, мне все-таки не показалось. Эта парочка действительно здорово провела время.

— Э-э-э… Давай лучше я, — перебил ее Из, — Всего два факта. Первое. Мисеркнакер нанял несколько лодок для гостей. Возможности подменить кого-то из лодочников нет, — он глянул на Дэш. — Уже нет. Второе. Прислугу они не берут. Это все, что нам удалось узнать.

— Понятно, — перехватил инициативу я. — У нас тоже не очень густо. В город приехал какой-то великий маг, о котором все только и говорят, и, если сопоставить это с плакатом, что заметила Скуталу, то это наша знакомая — Трикси.

— Эта здесь че забыла? — подняла бровь Эплджек. — Ну да ла-ано. Че у меня. Первое эт то, шо седня были соревнования. Ес-ственно я поставила на ся. И ес-ственно, шо я выиграла. А поскольку меня тут никто не знал, то и выиграла аж тыщу битсов! Так шо, жить пока можно. И второе эт то, шо, как я узнала, разговорившись с местными, Мисеркнакер приглашает к себе всяких циркачей и трюкоделов. И от тут облом! Для эт-го всем уже разосланы приглашения. Увы, но эт все, шо мне седня удалось.

— Это не беда… — вздохнула Деринг. — У меня хуже. Я только про приезд мага и услышала. А сколько ради этого пришлось вытерпеть? Кошмар…

— Свити, — обернулся я к единорожке. — Может, у тебя что-то есть?

— Увы, — печально вздохнула та. — Из вроде как полезного, если конечно не считать полезной работу по дому и саду, только то, что миссис Хувер я отвлекла абсолютно надежно, правда, она не ругалась так, как это постоянно делает Рарити, но именно поэтому у нас сейчас так мало еды. И, я надеюсь, Блум не забудет, что с нее должок за сегодня.

За окном что-то промелькнуло. Показалось перепуганное лицо с глядящими в разные стороны глазами. Дерпи? Но почему бы ей просто не войти?

Сведя глаза в одну точку и убедившись, что кроме меня ее никто не заметил, она призывно замахала. Что-то случилось?

Я поднялся и, заявив, что мне надо пройтись, чтобы лучше все обдумать, вышел.

Я прикрыл за собой дверь и огляделся. Дерпи нигде не было видно.

— Пс-с-с-с-с!

— Ты где?

— Да тут я, тут! — из-за кустов показалось серое копытце и поманило к себе. — Сюда иди!

— Дитзи? Что ты делаешь в кустах?

— Сижу, разве не ясно? — последовал логичный ответ. — Не хочу, чтобы Эплджек меня увидела!

— Почему? Что-то случилось?

— Случилось! Еще как случилось! Эпл Блум потерялась!

* * *

— Чего это вы тут делаете? — раздалось вдруг за нашими спинами. Кажется, мы вздрогнули одновременно.*

— И где ты только научилась так подкрадываться?

— Жить захотела, вот и научилась, — села рядом со мной Скуталу. — Так чего это вы делаете? И где Эпл Блум?

— Пропала Эпл Блум, — выдавила мрачная Дерпи.

— Чего? Вот уж никогда бы не поверила, что Блум может потеряться…

— Но это так…

— Спокойней, Дитзи, — я чуть коснулся ее ногой. — Как это произошло?

— Ну…Мы сидели в театре, смотрели… Это… Что-то смотрели. Не помню что. Я лично смотрела только чью-то голову и потолок, больше вообще ничего не было видно. Но хоть потолок был забавный — у них там лампы под потолком по форме маффины напоминают. Мне еще сразу такую себе домой захотелось. Я уже думала над тем как в анта… атра… анра… Тьфу ты! Как в перерыве к кому-нибудь подойти, чтобы мне хоть одну с собой забрать, от них ведь не убыло бы, когда она вдруг сказала, что сейчас вернется и ушла. Я честно просидела больше часа после конца спек… спик… представления, пока меня не выкинули из зала. Потом еще поорала на улице. Правда, больше на тех, кто меня выкидывал. Потом наняла кого-то, впряженного в желтую такую коляску, и тот довез меня сюда.

— Ясно. А в театре ты что-нибудь интересное слышала?

— Да море всего! Например, я слышала, как один пони сказал другому, что его жена…

— Дитзи!

— А?

— Местные сплетни можно опустить.

— Куда?

Я съездил себе копытом по лицу:

— Что-нибудь о празднике у Мисеркнакеров ты слышала?

— А! Так ты о празднике! Конечно, слышала! Там планируется нечто совершенно шикарное! Будут клоуны, акробаты всякие, вкусностей море, аттракционов всяческих… Правда, вход там только по приглашениям, а мне его достать не удалось. Нет, правда! Я пыталась! Я очень-очень хорошо просила какого-то старичка на соседнем месте отдать свое. Долго просила. Тот уже почти согласился, правда, почему-то попросил меня заткнуться и дать ему послушать хотя бы второй акт, так как первый он почему-то не услышал. Не знаю, может, глухой был? Но я на всякий случай стала просить громче и ему на ухо. Он уже почти отдал приглашение, когда обернулся и впервые на меня как следует посмотрел. Не знаю уж чего он там в темноте увидел, но заорал и кинулся к выходу. Может, дома забыл чего? Или… Или у меня в тот момент глаза начали разъезжаться? А потом пропала Блум, и мне стало не до того.

— И ты решила позвать меня… нас?

— Угу. Только так, чтобы Эплджек не узнала…

— Ты сможешь найти тот театр? Как он выглядит?

— Ну… — Дерпи потерла копытом висок, от чего ее глаза расползлись еще сильнее. Как-то самокритично хихикнула. — Большой такой. Колонны там вроде были… Не, точно были — я влепилась во что-то большое и круглое! Еще… Еще там на козырьке были фигуры четырех пони во что-то там вроде телеги впряженных.* Я туда еще до представления Блум посадила и сама рядом встала, так над нами вся площадь ржала! А! Да! Площадь там тоже была! Найти? В смысле с воздуха? Попробую, пока солнце еще не село.

— Отлично, — кивнул я. — Летим.

— А я? — легонько ткнула меня в бок Скуталу. — Я ведь не… не очень… хорошо летаю, и… и не тренировалась давно…

— Полетишь рядом, а я буду держать. Будет почти как на тренировках, только выше и развороты круче.

— Правда? Вот здорово!

— Ну что, Дитзи? — я принялся разминать крылья. — Веди!

Кто же знал, что это займет столько времени? Нам пришлось облететь практически весь город, пока Дерпи смогла сориентироваться! Еще и этот ее "особый" метод полета, которым она чуть ли не гордилась… Правда, стоит отдать ей должное, несмотря на все пируэты, совершаемые ей в воздухе, направление она как-то ухитрялась держать. Даже странно, если вспомнить те случаи, когда она, по рассказам Дэш, улетала совершенно не туда. Видимо, Юг и Север она путала еще на старте, а потом летела уже туда, куда стартовала.

Театр мы нашли уже в темноте, когда по всему городу уже зажигали фонари. А прямо на ступенях перед ним сидела маленькая, озябшая жеребяшка с огромным бантом!

— Дерпи! — накинулась она на любительницу маффинов, стоило только нам приземлиться. — Ну ты не могла меня подождать, а? Я ж просила! Я-т дорогу назад плохо помню! И деньги все у тебя до последнего битса!

— Э-э-э… Хи-хи… Извини…

— Я, правда, тож хороша… Но не могла я те тогда начать все объяснять. Она бы ушла!

— Кто именно, Блум? — подойдя, я накрыл ее крылом.

— Агась, спасибо. Представляете, кого я тут в театре увидала? Нашу знакомую вредину! Трикси! От я и подумала, шо эт не просто так, и пошла за ней! Извини, Дерпи, но времени че-т объяснять действительно не было.

— Давай догадаюсь. Ты за ней проследила?

— Агась! Она меня не заметила. Точно. Хотя, наверное, даже если бы и заметила, то откуда ей меня знать? Не может же она всех встреченных жеребят запомнить? От я и узнала, где она ща выступает. Правда, не знаю, поможет ли эт…

— Вполне может быть… — на секунду задумался я. — Покажешь?

— Конечно! Только вот… — Блум пожевала губу. — Там Эплджек, наверное, волнуется…

— Дитзи?

— А?

— Дорогу до дома найдешь?

— В Понивилле? — улыбнулась она.

— Здесь.

— Попробую.

— Тогда предай ЭйДжей, что Блум со мной. Вернемся, как только кое-что проверим.

— Ладно. Уже лететь?

— Да, — я улыбнулся. — Я наведу.

Направив Дитзи в примерно нужном направлении и убедившись, что, несмотря на все сложности, она его соблюдает, я вернулся на землю.

— Ну что, Блум? Показывай дорогу, посмотрим, где там обосновалась наша "Великая и Могучая"!

"Великая и Могучая", как оказалось, обосновалась весьма основательно. И даже в чем-то изменила своей традиции. Если верить огромной афише на входе в одно из лучших, как я понимаю, кабаре в городе, то именно в нем она и собиралась дать несколько выступлений, ближайшее из которых было намечено на завтрашнее утро. Традиции же она изменила в том, что в вагончике, стоявшем позади здания, ее не было. Получалось, что кто-то поверил ей настолько, что оплатил номер? Нет, был, конечно, еще вариант, что она заплатила за номер сама, но это было сомнительно — насколько я знал, она была из того рода мошенников, у которых вечно не хватает денег. На всякий случай мы, как могли, осмотрели вагончик, но это не дало ровным счетом ничего. Обычный балаганный реквизит для дешевых фокусов, складная койка, знакомые до колик в желудке сухие пайки и ничего кроме.

Однако, даже несмотря на это, у меня появилась одна мысль. Но для этого надо было присмотреться к Трикси. Нужно будет сходить на завтрашнее представление.

Решив это, мы втроем развернулись и медленно побрели домой сквозь сырую и прохладную ночь.

Как оказалось, я пока ориентировался в этом городе не намного лучше Дерпи, а деньги так и остались при ней, поэтому вернулись мы уже глубоко за полночь. Свет в обоих домах не горел, и лишь сад позади был озарен слабым, зыбким свечением. Я вздохнул — похоже, разговора все-таки не избежать.

* * *

За пустым столом, освещенным подрагивающим пламенем старого масляного фонаря, настолько древнего, что он являлся уже скорее украшением комнаты, чем источником света, положив голову на ноги, дремала Эплджек.

Блум и Скуталу, понятливо кивнув моему жесту и стараясь не скрипеть половицами, аккуратно прошли в свою комнату, дабы изобразить давно спящих. Я тихо подошел к двери в соседнюю, где, разлегшись поперек вытянувшегося на кровати Иза, похрапывала Радуга, и бесшумно прикрыл ее. Уселся за стол рядом с Эплджек, накрыв ее крылом. Та удовлетворенно хрюкнула. Я просунул копыто под столом и тихонько провел им по животу. Тот дернулся. ЭйДжей хрюкнула еще раз и улыбнулась. Я повторил попытку.

— А… Алекс… — все еще сквозь сон пробормотала она.

— Да, я. Мы вернулись, — я наклонился ближе, щека к щеке.

— Где… Где Блум? — окончательно проснулась ЭйДжей. — Че с Блум?

— Да тише ты! Спит она уже давно. Можешь проверить.

Из комнаты, занятой Меткоискателями, раздался шлепок и чье-то сдавленное уйкание.

— Верю, — улыбнулась Эплджек. — Опять кому-т от нее досталось… Где вас носило-т?

— Придумывали план на завтра.

— И как? Че-т придумалось?

— Завтра и поглядим, что из моих расчетов верно.

— Значит, кой-че есть?

— Возможно, — я снова провел по животу. Тот вновь дернулся. — Пошли уже спать.

— Агась, да, — ухмыльнулась она. Пошли… Поспим…

ГЛАВА 39

Лживая магия

Наконец, занавес закрылся.

Трикси с облегчением вздохнула. Все. На сегодня, наконец, можно уже расслабиться, убрать улыбку, от которой уже сводило челюсть и просто отдохнуть.

Не часто, конечно, у нее получаются такие выступления. Обычно приходится возиться с какой-нибудь балаганной ерундой для деревенщин, а тут вдруг подвернулась такая возможность сравнительно честно заработать большие деньги. Нет, конечно, хозяин кабаре наверняка что-то такое мутил, но, что именно, она пока не раскусила. Да это и не столь важно, учитывая, что зал забит битком, а ей платят почти по тысяче битсов за выступление. Пока он столько платит, она готова никуда не лезть.

Хлопнула дверь заднего хода. Трикси поплелась домой. Надо же! Как быстро она стала называть тот дешевенький номер своим домом. Хотя чему тут удивляться? Ведь вся жизнь прошла в дороге. Стоило только покинуть стены мерзкого приюта, и покатилось.

Она высунулась из-за угла. Перед входом бушевала толпа фанатов, готовых разодрать ее в клочья на память. Это было довольно необычно, ведь до того такая толпа собиралась только чтобы разодрать ее совсем по другой причине, а тут… Она вздохнула, развернулась в противоположную сторону и пошла подальше отсюда.

Что-то заставило ее обернуться. Следом за ней, по почти пустому переулку, шел незнакомый серый жеребец. Хотя почему именно за ней? Мало ли кому и зачем могло понадобиться срезать дорогу? Правда, не будь этих непривычных ей фанатов, она бы, конечно, пошла не здесь… Но они были, и, почему-то, несмотря на их мирный настрой, и даже на то, что обычно ей нравилось подобное поклонение, сейчас ей совсем не хотелось с ними сталкиваться. Зато очень хотелось назад, в гостиницу. Запереться, лечь на диван с чем-нибудь вкусным и просто отдохнуть так, как это положено делать, а не кутаться в старое одеяло в дурацком фургоне, глядя на обклеенные собственными афишами стенки и жуя какие-нибудь сухари. Хотелось тишины и покоя. Хотелось хоть сейчас не думать о том, что будет завтра. А еще ей очень хотелось есть. Есть не в грубом и примитивном смысле получения пищи, для этого у нее была припасена прессованная в брикеты пересушенная дрянь. Есть хотелось в каком-то возвышенно-метафорическом смысле. Хотелось, наконец, пойти в какой-то приличный ресторан с не заплеванным полом и, желательно, наличием зеркал, в которых она так великолепно отражалась. Хотелось громко, на весь зал, заказать их лучшие блюда. Хотелось заказать хорошего, но только не самого дорогого вина, такого, чтоб можно было выплеснуть его в морду официанту, едва попробовав, и уже тогда потребовать лучшего…

Однако! Она уже успела продумать все меню, а этот серый все плелся и плелся следом! На всякий случай она свернула на полную пони улицу. На глаза ей вдруг попалась собственная фотография на плакате. Трикси скривилась — эту мерзкую улыбку она уже не могла видеть даже со стороны. Мимо прошел торговец сладостями и она не удержалась — на лоток к тому упал вылетевший из изящной, почти цвета ее шерстки, сумочки битс, а взятый взамен леденец сразу занял место у нее во рту. Трикси села на скамью неподалеку и огляделась. Каково же было ее удивление, когда на скамье напротив она вновь увидела того непонятного серого пони! Она поднялась. Быть может, это было несколько излишне поспешно, но этот серый становился навязчивым, и ей не было приятно его общество.

В следующие полчаса, что потратила она на поиски ресторана, она замечала его еще несколько раз, и, с каждым разом, нервничала все больше и больше. В конце концов, при очередной их встрече в узком и пустом переулке, куда она завернула нарочно, она не выдержала:

— Так! — она круто развернулась и встала перед ним, загородив дорогу. — Ну-ка стойте! Что вам от меня надо?

— Мне? — удивился жеребец. — От вас? Скорее это вам от меня кое-что надо.

— Не поняла? — глаза Трикси медленно вылезали из орбит. — Вы идете за мной потому, что мне от вас что-то надо?

— Да.

— И… И что же… мне надо?

— Вот это, — жеребец извлек из небольшой сумки на боку толстенькую папку. Точно такую, с завязочками, можно встретить в какой-нибудь завалящей конторе.

— Мне нужна… папка?

— Нет. А вот ее содержимое может представлять для вас некий интерес.

— И что там? — на лбу Трикси выступила испарина, кажется она начала понимать.

— Тут? О! — серый мерзко ухмыльнулся. — Тут много, очень много интересного! Практически, тут вся жизнь одной голубой единорожки. Но, я думаю, мы можем опустить ее юные годы, тоже, впрочем, кое-где интересные, и перейти к событиям относительно недавним. А вернее к тому, как увлеклась эта единорожка золотыми кругляшами, которых ей всегда не хватало, и решила объездить всю Эквестрию, выдавая себя за великого мага. О нет, конечно, она не совсем врала! У нее были кое-какие магические наклонности. Даже более развитые, чем у большинства единорогов. Но, увы, не столь большие, чтобы потянуть на великого мага. И тогда, единорожка решила проявить изобретательность и использовать доверчивость многих пони. Способов же для этого она нашла очень много. Были тут и самые простенькие и непритязательные представления, имевшие, впрочем, в ряде случаев серьезные последствия. Таковое, например, было в Понивилле. Были и более серьезные аферы. Одна из таких, самая недавняя, произошла в Лос-Пегасусе, когда упомянутая единорожка, собрала со многих владельцев театров, клубов, ресторанов и подобных им заведений предоплату за свои выступления, пообещав им в замен баснословные барыши от благодарных клиентов, но покинула город дав лишь пару представлений! Впрочем, даже это была не самая прибыльная из ее афер! Самой прибыльной остается та, что крутит она вот на этом самом острове. Ведь мало кто знает, какие на самом деле деньги проходят через копыта хозяина кабаре, в котором та выступает, получая от него немалые суммы ежевечерне… Мало кто, но вот эти скромные бумажки знают все. Здесь вся жизнь голубой единорожки в отчетах, сводках, фотографиях. Будет искренне жаль, если эта папочка попадет в копыта тех, кто пострадал от ее действий и кто давно и страстно ее ищет. Или же в копыта стражников, ведь в их понимании эта скромная поняшка должна будет получить такого и столько…

Трикси медленно осела на землю. Она все поняла. Поняла, но не могла не сопротивляться:

— Ч-чем докажете…

Перед ней легли на землю несколько фотографий.

— Я… Я не понимаю о чем ТЫ тут говоришь, — взяла себя в копыта она. — ТЫ смеешь обвинять Великую и Могучую Трикси во лжи?

— Нет. Я лишь предоставляю некоей Трикси Луламун свидетельства лжи и обмана и предлагаю ей сделку.

— Меня не интересуют никакие сделки! — Трикси готова была сорваться на истерику. — Катись отсюда вместе со своими бумажками! ВОН!!!

— Хорошо, — спокойно кивнул серый. — Я уйду. Я лишь хотел предупредить. Если ТЫ передумаешь, то сможешь найти меня завтра в большом цветнике, что в центре города.

— И не подумаю!

— Дело твое, — серый спокойно убрал папку и пошел по переулку обратно. — Дело твое.

Он скрылся за поворотом.

Трикси утерла ногой выступившие на глазах злые слезы и поднялась. Да… Вот это был удар так удар! Но она не позволит каким-то там вымогателям так просто себя облапошить! Следовало немедленно вернуться в номер и все как следует обдумать.

* * *

До отеля она добралась еще очень нескоро. Сама толком не зная почему, но она еще битый час моталась по городу, запутывая, как ей тогда казалось, следы, а в результате чуть не потерялась сама. Но, вот, наконец, и отель!

— Мисс Луламун, — то ли позвал, то ли уточнил портье. — Вам здесь какая-то посылка.

С этими словами он достал большую и красивую коробку, перевязанную яркой ленточкой.

— Похоже на цветы, — зачем-то уточнил он.

— Цветы? — Трикси явно не ждала ничего подобного. — От кого?

— Увы, мисс Луламун. Их доставили почтой. Тут только ваше имя. Видимо, все записки внутри.

— Ладно, — кивнула "Великая и Могучая". — Давайте их сюда.

Она подхватила коробку и, кое-как удерживая ее в захвате, двинулась к номерам.

Когда она уже хотела войти в свой номер, под ее копыто попалось что-то бумажное. Она опустила взгляд. Под ногами у нее лежало письмо. Опять поклонники? Что-то многовато их уже на сегодня. Однако она подняла письмо и зашла в номер. Аккуратно заперев дверь, она поставила коробку на небольшой столик возле дивана, пристроила рядом вазу с фруктами, улеглась. "Ну-с. Почитаем!" — подумала она, надкусила яблоко и распечатала письмо.

Она подавилась. Письмо, освободившись от ее магического захвата, упало на пол.

Откашлявшись, Трикси раздраженно выкинула злосчастное яблоко и, подняв подрагивавшее в захвате письмо, перечитала коротенький текст еще раз:

"О Великая. Вы, несомненно, знаете об этом, но все же я рискну предупредить, что вам угрожает страшная опасность. Те из наших, да и не только наших, жителей, кто счел себя каким-то образом пострадавшими от вашей магии, как-то узнали о вашем местонахождении. Они наняли нескольких пони, назначив награду за вашу поимку, и, насколько я слышал, не обязательно живой. Берегитесь! Доброжелатель из Хуффингтона".

Нервно сглотнув, она принялась развязывать коробку. Дурацкая ленточка путалась и завязывалась в узлы, никак не желая позволить Трикси заглянуть внутрь. Наконец, не выдержав, та просто разодрала ее зубами.

Внутри лежали розы. Самые обычные, ярко алые, очень красивые розы.

Трикси осторожно, чтобы не уколоться, взяла букет в рот…

И тут же, заорав, бросила его на пол!

Розы на глазах начали чернеть, вянуть, рассыпаться прахом… Несколько мгновений, и на полу лежала лишь горстка трухи, по форме напоминавшая букет!

Ее взгляд упал на дно коробки, на котором было написано лишь одно слово: "СДОХНИ!!!"

Она потеряла сознание.

* * *

Очнулась она оттого, что ее тошнило. Ныла, звенела маленькими колокольчиками голова, распираемая, казалось, изнутри. Комната плыла перед глазами. Она попыталась подняться, чтобы хотя бы дойти до уборной, но ноги ее жили собственной жизнью, напрочь отказываясь подчиняться хозяйке. И началось…

Ее рвало. Рвало так, как никогда в жизни. Она даже не могла сказать, сколько это продолжалось. Лишь глубоко за полночь, когда ей стало чуть лучше, она смогла обдумать произошедшее. Обдумать и прийти к единственному возможному выводу — ее хотели убить. Вероятно, цветы были отравлены, но яд сработал не так. Или пока вообще не сработал и ее смерть еще впереди. Единственное, чего она пока не понимала — какова роль того серого пони, что преследовал ее сегодня? Но зато четко понимала другое — находиться в номере становилось опасно. А куда тут, впрочем-то, денешься? На дворе уже ночь. Если уж эти пони настолько психованные, чтобы отравить букет, то кто поручится, что ее просто не прирежут, как только она выйдет из здания? Да и сможет ли она выйти, ведь ноги еле держат ее? Трикси оглядела себя. Нет. Лучше она сдохнет тут, на этом загаженном диване, чем позволит кому-то увидеть ее в таком виде! Лучше умереть вот тут! Вот сразу! Вот прямо сейчас!

Не выдержав, она разрыдалась.

Громко и сочно лопнуло, разлетаясь, стекло! Огромный серый булыжник, просвистев, ударился в стену совсем недалеко от Трикси и, оставив в ней отпечаток, свалился на пол! С трудом, но разобрала она накарябанные на нем нецензурные слова, сводившиеся ко все тому же пожеланию ей скорейшей смерти.

На смену фазе рыданий, в общем-то, несвойственных ей, у Трикси пришла фаза бурной деятельности. Она принялась передвигать мебель с целью хоть как-то забаррикадироваться в номере и, может быть, как ей очень хотелось бы, если повезет, конечно, дожить хотя бы до утра. Когда она закончила, все, что оставалось незадействованным при строительстве баррикад напротив окон и двери, это валяющееся посередине комнаты одеяло, на котором она намеревалась провести остаток этой страшной ночи.

* * *

Наконец, наступило долгожданное утро. Грязная и опухшая от бессонницы Трикси лежала на одеяле. Лежала и пыталась думать. Надо было что-то делать. Так не могло больше продолжаться. За эту жуткую ночь кто-то несколько раз пытался вломиться к ней в номер. Сначала — тихо и аккуратно, пытаясь вскрыть дверь. Потом — через окна. Слава Селестии, что баррикады выдержали те удары, что сыпались на них!

Где-то снаружи, за стенами номера, раздался непонятный звук, настороживший ее. Она поднялась на свои еще ватные, плохо слушавшиеся ее ноги. Подковыляла к двери. Прислушалась.

Кто-то шел по коридору. Сразу несколько пони. Трое, может, четверо, не меньше. Нехорошо. Трикси как могла быстро принялась разбирать завал, закрывавший окно. Пусть даже это кто-то совершенно посторонний и не к ней. Все равно. Надо успеть.

Ее сердце замерло, когда раздался стук в дверь!

— Кт… Кто там? — срывающимся голосом спросила она.

— Мисс Трикси Луламун? — раздался из-за двери властный голос. — Это городская стража. Именем Селестии, откройте!

Трикси осторожно, отвалив от открывавшейся, по счастью, внутрь, за что она уже успела поблагодарить нерадивых строителей этой ночью, двери подпиравший ее увесистый столик, приоткрыла ее. Чуть-чуть. Только чтобы видеть коридор. И троих стражников, стоящих перед дверью.

— Д-да? — прошептала она.

— Мисс Трикси? — заговорил тот, что стоял ближе всех, красивый и статный белый жеребец с черной гривой, выбивающейся из-под шлема.

— Д-да…

— Прошу вас проследовать с нами.

— А… А в чем д-дело?

— Вы обвиняетесь в мошенничестве. Именем Селестии, вы арестованы. Прошу проследовать с нами.

Трикси плохо осознавала, что она делает. Она захлопнула перед носом стражника дверь и кинулась к окну! Второй этаж. Внизу — полотняный навес. Она никогда не делала ничего подобного и надеялась, что и не будет, но…

— Ломай дверь! — раздалось из коридора.

Ударили копыта. Затрещали доски. Трикси зажмурилась.

Стражники ворвались в комнату. Их встретила полная разруха: валяющаяся мебель, грязь, кое-что похуже… И занавески, колышущиеся от ветра, на распахнутом настежь окне.

Белый подошел к окну и вгляделся во что-то в дали.

— Спасибо ребята, — повернулся он к остальным, брезгливо оглядывавшимся вокруг и морщившим носы. — Вы свободны.

* * *

Трикси неслась по улицам просыпающегося города почти не разбирая дороги. В голове стучало только одна единственная мысль — добраться до огромного цветника в центре города. Она не знала почему, но просто чувствовала, что безопасность ей сейчас может обеспечить только тот странный серый пони, что еще вчера предлагал ей выкупить ту несчастную папку. Это было просто какое-то странное, жеребячье ощущение, что вот стоит ей оказаться рядом с ним, как все вдруг наладится, все станет хорошо. Крутилась, впрочем, рядом и вторая мысль, от которой ее начинало знобить — что если его там не окажется? Что если он уже отдал кому-то папку? Что если грязная и ободранная единорожка, бегущая сейчас по пустынным пока еще улицам, просто уже стала ему не нужна? Трикси споткнулась, упала, до крови разодрав ногу, но, даже не замечая этого, вскочила и галопом понеслась дальше. К Дискорду все! Лишь бы добраться до цветника! Лишь бы ОН был еще там!

Он был там! Она даже представить себе не могла, что испытает такое облегчение при виде этого серого вымогателя, просто сидящего на скамье и смотрящего на нее! Не выдержав, Трикси упала перед самой скамьей, да так и осталась лежать, у нее не было уже больше сил даже на то, чтобы самостоятельно подняться.

Серый не спеша опустил на нее взгляд.

— И так. Вы все-таки пришли? — ни один мускул на его лице не выдал его.

— Да, — задыхаясь, выдавила Трикси. — Да… Я… Да.

— Видимо, Вы изменили свое мнение?

— Да.

— И Вы что-то хотите мне сказать?

— Я… согласна… на все.

— Ну, так уж и на все? — серый ухмыльнулся.

Трикси залилась краской, укусила себя за губу. На глазах выступили слезы:

— Да на… на все, если… если даже ты об… этом…

Две капли упали на дорожку.

— Успокойтесь и сядьте на скамью, — сказал вдруг серый совсем иным голосом и подал ей копыто. — Не надо считать нас за последних ублюдков. Мы не потребуем ничего такого. Никогда. Но!

— Но? — Трикси с надеждой заглянула ему в глаза.

— Но то, что мы потребуем, выполнять придется безоговорочно, в противном случае я не смогу гарантировать Вашу безопасность.

Трикси, воспользовавшись предложенным копытом, поднялась и села на скамью.

— Работа долгая и грязная, — продолжал серый. — Но и нам больше некому ее поручить, поэтому мы и идем на крайние меры.

— На шантаж?

— Да, раз этого требуют интересы Эквестрии, то на шантаж.

— Интересы Эквестрии? — Трикси размазала слезы. — Но кто тогда вы такие?

— Мы — Темная Гвардия.

Трикси потеряла сознание.

* * *

План давался нелегко.

Правда, сказать, что он не шел у меня из головы всю ночь, означало бы — соврать. Ночью и без этого было чем заняться. План же вломился утром и совершенно самостоятельно.

— Алекс! Эплджек! А угадайте, что у меня е… Ой!!! — взвизгнул план и закрыл дверь. — Извините!

— Свити Бель! — раздался рядом полусонный голос Эплджек. — Ну от хоть ты-т стучаться могла бы, а? Мало ли че тут… Хотя… Мда… Немало…

— Извините… — пролепетала та из-за двери. — Просто у меня такие новости, что я… Извините…

Я, с трудом разлепив глаза, принял вертикальное положение. Ха! Понятно, почему она так шустро вылетела за дверь, лежали мы, должно быть, интересно…

— И че, эт-т план не мог подождать, пока мы сами проснемся?

Свити за дверью, похоже, смутилась окончательно и лишь невразумительно что-то промычала.

— Да заходи уже, — пробурчал я. — Чего там у тебя за новости?

— Можно, да? — дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась кудрявая головка.

— Подглядывать нужно было раньше! — улыбнулась ЭйДжей. — Заходь давай!

Свити покраснела. Зашла. Тихонько положила на кровать пару каких-то билетов, которые до того держала в захвате.

— Вот, — кивнула она на билеты, — Я утром решила помочь миссис Хувер с завтраком на всех, а тут как раз пришел почтальон и принес их ей. Сама она пойти не захотела, сказала, что без мужа ей там делать нечего, что это с ним, а не с ней они были знакомы. А я в это время рядом блинчики делала. Правда, опять не особо удачно. Ну, она и дала мне… — Свити запнулась. — Но не тумаков, как Рарити, а эти билеты.

Я пригляделся и не поверил своим глазам! Это были не билеты! Это были безымянные пригласительные на праздник к Мисеркнакерам, который должен был состояться через три дня!

Конечно, все остальное наше сонное царство было немедленно поднято на ноги! Однако всякое роптание прекратилось, стоило мне выложить на стол пестрые билетики.

— И так, — я уперся копытами в стол. — У нас, благодаря Свити, есть пригласительные. И у меня есть план, как нам их лучше использовать. Дэш! Не смотри на меня так, почти всех нас они знают.

— Да я и не на тебя… — вздохнула она. — Я на пригласительные. Странно как-то, что я добровольно пропускаю лучшую вечеринку на этих островах… А ведь придется…

— Дитзи! — не слушая ту, продолжал я. — Доставай рацию. Нужна связь с Понивиллем.

— Сейчас все бу-у-уде-е-ет… — Дерпи принялась с натугой вытаскивать забитую под диван рацию. — Сейча-а-ас-с-с…

— Жду. Только ступай-ка в комнату, пока миссис Хувер не пришла.

— Ага, иду… Вау! — рация таки вылетела из-под дивана, в результате чего Дерпи хлопнулась на круп.

— А если не секрет, то кого ты намереваешься использовать? — обернулся ко мне Из.

— О! Я уверен, вы все ее знаете. Хотя бы по плакатам. Великая и могучая Трикси.

Над столом повисла тишина.

— Эту гадину? — скривилась Дэш.

— А ты крепко подумал, сахарок? — глянула на меня ЭйДжей. — На нее управу не так-т просто найти…

— А кто она вообще такая? — вопросительно выгнула бровь Деринг.

— Самая бездарная из волшебниц в Эквестрии. — Радуга ухмыльнулась уголком рта. — Но самая даровитая прохиндейка в ней же. Ей соврать, что копыто… об асфальт.*

— Точно, — кивнула Эплджек. — Шоб такую в узде удержать, надо очень постараться.

— А по-моему… *Уа-а-ах!* …отличная идея! — Блум, потянувшись и зевнув во весь рот, откинулась на спинку стула. — Только от, заставить ее надо.

Скуталу осклабилась и хлопнула копытом об копыто.

— Ты почти права, Скут, — медленно кивнул я. — Но, чтобы это сработало, нам нужно будет небольшое представление. А для этого мне нужна связь с Понивиллем. Дитзи! Что со связью?!

— Есть связь!

— "Отставник", слышишь меня? "Скороспелый" на связи! "Отставник"! Как меня слышно?

— Слышу тебя отлично, малыш. Мы вас уже заждались.

— Скоро, скоро, "кэп". Потерпите еще недельку. Какова ситуация в городе?

— В городе? Умеренно-паршивая. Твари перекрыли все наземные дороги, а пегасы, сам понимаешь, далеко не все могут перетащить.

— А железная дорога?

— Пока действует, но они уже пробовали нападать на поезда. К сожалению, небезуспешно.

— Понятно. Постараемся быть как можно скорее. Но для этого нам понадобится помощь.

— Конечно, о чем говорить! Чем можем?

— Есть возможность отослать магическую почту по пеленгу нашего радиосигнала?

— Погоди…

Было слышно, как "отставник" куда-то отошел, но быстро вернулся обратно:

— Есть такая возможность.

— Можешь выслать мне полное досье на одну пони? Все, что найдешь.

— Да. На кого именно?

— Помнишь "Великую и Могучую" Трикси, что наведывалась к нам несколько раз?

— Эту прохиндейку? Да как ее не запомнить? Странно, что до сих пор не было распоряжений насчет ее ареста.

— Вот она-то меня и интересует.

— Понятно. Сделаем. Еще что-то?

— Да. Есть в городе кто-то, способный толково шить?

— Рарити все еще в городе. Она так и не решилась никуда поехать, пока город на осадном положении.

— Здорово. Передай ей, что работа сверхсрочная, судьба города сейчас зависит от нее и ее таланта модельера. Нам срочно нужно что-то для выхода в свет Трикси и Свити Бель. Размеры Трикси пусть уточняет у вас. Или пусть делает чуть больше, а мы ушьем, — вспомнил я про навыки ЭйДжей. — Размеры своей сестры она должна помнить. Да! И привет ей от сестры!

— Понял. Все передам. Какие сроки изготовления?

— Минимальные. День. Максимум полтора.

— Лихо. Я не смогу передать это магической почтой. Придется просто с курьером.

— А он успеет?

— Что-нибудь придумаем. В крайнем случае, у нас есть контора на тех островах, где вы сейчас находитесь. Подберем что-нибудь. Еще что-то?

— Да, нет. Спасибо за помощь, "отставник"!

— Сочтемся. Конец связи?

— Конец связи.

Я отложил микрофон, выдохнул и вернулся к остальным. Не знаю, как он это сделает, но уж если он за что-то берется, то за результат можно не волноваться. Теперь надо было обтесать, как следует, зародившийся у меня план и разобрать оставшиеся роли.

* * *

Все сработало идеально! Похоже, день у Трикси не задался строго в соответствии с планом, раз она примчалась в таком состоянии, а значит, для нас все сложилось великолепно. Как это было? Пока мы с ней ходили друг за дружкой по улице, Дерпи, в привычной ей униформе Почты Эквестрии, доставила посылку с розами. Это была, пожалуй, самая сложная часть. Сложно было даже не доставить розы, сложно было вспомнить тот состав, что позволил бы цветам великолепно умереть в считаные секунды после того, как она откроет коробку. На это пришлось извести несколько букетов подешевле, прежде чем нужный результат был таки достигнут. После этого оставалось лишь нанести еще один слой, который должен был вызвать жутчайшую реакцию в том случае, если она, в идеале, возьмет цветы в рот. Букет вышел на загляденье! Письмо под дверью, как нетрудно догадаться, также оставила Дерпи. Вместе с букетом, они должны были составить основу нашей ловушки для Трикси, ну а чтобы та не заскучала в перерыве между двумя основными частями, были придуманы еще несколько шуточек. Так, например, Скуталу пульнула камень с выдолбленным на нем "посланием" в окно. Что и говорить, удар задними у нее очень хорош! Неточен совершенно, в окно попала только с третьего раза и то случайно, но хорош! Дэш тоже повеселилась той ночью, проникнув в своем излюбленном, хотя и, по мнению Эплджек, чересчур откровенном, черном костюмчике в отель и делая вид, что ломает замок на двери номера, а потом еще и изрядно пошумев снаружи. Наконец, вторым актом действия, уже на следующее утро, было появление в коридоре Иза в соответствующем костюме, знакомом ему еще по Лос-Пегасусу, с парочкой стражников, согласившихся помочь ему, как только тот продемонстрировал им мой нагрудный знак. Его заявление об аресте, как и предполагалось, доконало Трикси.

И вот он кульминационный момент! Готовая к употреблению жертва у моих ног!

— Оуй-й… — с тихим стоном приподняла голову Трикси. — Прости… те. Мне, наверное, послышалось…

— Нет, — я мотнул головой. — Это действительно так.

— Т-темн-ная Гв… Гвардия?

— Да. Это одно из наших названий.

— С-сено гнилое… — на ее глазах выступили слезы. — Я пропала… Если я… Если гвардия… Это конец, конец всему…

— Все верно, — кивнул я, стараясь бесстрастно наблюдать за ее реакцией. — Сейчас все решает одно слово. Если ты согласна на крайне опасное предприятие, где от тебя потребуются все твои таланты, то обещаю, что мы пока не дадим ход документам. Но, повторюсь, это смертельно опасно. Если не согласна, то все, что я тебе дам — пять минут форы для того, чтобы попробовать скрыться. Правда, в этом случае все, на что тебе остается надеяться, это убогая лачуга в глухом лесу. Ты не сможешь показаться ни в одном селении, где есть хоть один стражник. Но, вероятно, ты проживешь дольше, чем если не удастся наше предприятие. Выбор за тобой.

— Я согласна! — ядовито улыбнулась она через слезы. — Можно подумать, тут есть для меня какой-то выбор. Я родилась и выросла в грязи и нищете, и не собираюсь еще и умереть в ней. Что мне нужно делать?

— Для начала предлагаю уйти отсюда. Из! — окликнул я показавшуюся не вдалеке фигуру.

— Да? — как всегда не многословно откликнулся тот, подходя. Трикси вздрогнула.

— Проводишь нас?

— Само собой.

Я подал Трикси ногу, помогая подняться, и мы двинулись к нашему временному пристанищу. Сделать сегодня предстояло еще очень и очень многое.

* * *

Дверь в дом была заперта. Окно, за которым уже близился вечер, занавешено. На большом, круглом столе были в великолепном беспорядке разложены всяческие магические и псевдомагические штучки, которые обязательно находятся в багаже любого уважающего себя иллюзиониста. Трикси, Великая и Могучая, держала, быть может, один из самых важных экзаменов в своей жизни. Слишком многое могло зависеть от того, понравится ли она гостям вечеринки. А главное — понравится ли хозяевам.

Нужно отдать ей должное, умела она не только всякую ерунду, вроде вызывания тучки или левитации мелких вещей, но большей частью ее арсенала взыскательную публику трудно было бы удивить. Вряд ли их заинтересует то, что она может магией составить пирамидку из чайных чашек и блюдец на столе и заставить тот вращаться, или, положив в пустую шляпу несколько цветных платков, превратить их в один. Надо было срочно что-то придумать. Именно поэтому лежал сейчас на столе справочник по всем известным трюкам и фокусам, да и все мы вспоминали все, что когда-либо видели или слышали о них. Даже если это было что-то на уровне сказок, пересказываемых Дитзи. Что угодно.

— Уф! — Трикси устало хлопнулась на пол. — Все. Больше не могу. Может, прервемся, а?

— Че, уже все, да? — все еще враждебно прищурилась Дэш. — Всего-то часов пять отработала. Разве это предел для "Великой"?

— Нет. Но это предел для Трикси, — кинув на ту быстрый взгляд, опустила голову мошенница. — Дайте мне немного времени. Хоть чуть-чуть.

— Согласен, — высказался со своего места Из. — Пусть отдохнет. А пока… Поведай-ка мне, а не твои ли фанаты сломали сегодня двери кабаре, где ты выступала?

— Наверно, — Трикси сделала неуверенное движение ногой. — Может, и мои.

— Фанаты тут у нее… — обижено поджала губу Радуга.

— Эт-то хорошо… — задумчиво протянул Из. — Это нам может помочь.

— Чем? — удивились одновременно обе.

— Увидите, — уклончиво ответил он им. — Ты ведь путешествуешь с каким-то рыдваном?

— Да.

— А какие-то ненужные тряпки или обрезки в нем имеются?

— Конечно.

— Вот и отлично, — Из поднялся из-за стола. — Свити! Не хочешь немножко мне помочь?

— М-м-м… Да, а что нужно будет делать?

— Получать метку по шитью, — улыбнулся Из. — Потом скажу. Пошли?

— Хорошо.

И они поспешили куда-то из дома, а мы продолжили тренировать Трикси.

ГЛАВА 40

Волшебство начинается

Была уже глубокая ночь, когда мы закончили тренировки и, сонные, начали разбредаться по комнатам. Одной из последних, прихватив с собой книгу, и, как мне показалось, слегка удивившись тому, что ее ждала хоть и маленькая, но уютная комната, пошла спать и сама Трикси. За прибранным кое как столом остались сидеть только мы с Эплджек, ожидая Иза и Свити Бель, так пока и не вернувшихся.

— От и че их так долго нет? — ЭйДжей сложила ноги крест-накрест и положила на них голову. — И че они задумали? Зачем им тряпки?

— Не знаю, — я мотнул головой, отгоняя сон. — Но, зная Иза, наверняка готовит что-то прибыльное.

— От и я про то. Наверняка опять решит из кого-т битсы вытряхнуть. Ну, ладно сам. Но Свити-т он куда поволок?

Тут снаружи раздались какие-то непонятные звуки. Встрепенувшись, мы поднялись из-за стола, и пошли поглядеть.

В паре домов от нас стояла та самодельная штука, которую Трикси использовала в качестве своего мобильного домика, и, судя по всему, рядом с ней сейчас, несмотря на поздний час, велась бойкая торговля. Заинтересовавшись, мы решили подойти поближе и затесаться в толпу.

— Торопитесь! Торопитесь! — Раздавался голос Иза, стоявшего, как оказалось, рядом с вагончиком. — Великая и Могучая Трикси не будет ждать! Приобретайте себе частицу волшебства! Через полчаса станет уже слишком поздно! Ровно через полчаса мы отбудем из этого города в связи с тем, что Величайшую срочно вызвали в Сталлионград. Она обещалась быть там ровно через час, так что — торопитесь! Желаете приобрести кусочек мантии величайшей волшебницы в Эквестрии?

— Да, пожалуйста!

— И мне! И мне!

— Мне тоже!

— Спокойней, спокойней! У нас хватит на всех!

Из возвратился за прилавок, в который была превращена одна из стенок вагончика.

— Алле! — в его копытах, словно из ниоткуда, возник небольшой, квадратный кусочек какой-то материи. — Прошу вас! Всего каких-то десять битсов! Поздравляю с покупкой! Подходите, не стесняйтесь!

ЭйДжей слегка пихнула меня боком и подмигнула. Ага. Понятненько. Я ухмыльнулся в ответ. Из нашел подходящих лопухов среди почитателей спорных талантов Трикси, взнуздал их и водил сейчас вокруг собственного копыта как хотел, попутно вытрясая из них денежку. Я почему-то даже не сомневался, что Свити сидит сейчас под этим прилавком, нарезает кусочками какую-нибудь старую попону и незаметно подает их Изу, в то время как тот выдает ловкость собственных копыт за магию. Похоже, они здесь прекрасно справятся и без нас. И мы с Эплджек, зевая, побрели назад, домой спать.

* * *

Мне не спалось. Не помогало даже сонное дыхание Эплджек на соседней подушке. Не то чтобы что-то мешало, просто слишком много крутилось в голове мыслей о предстоящих днях. В конце концов, я не выдержал и, встав, вышел в гостиную. Быть может, там, за столом, придут в голову какие-то путные и серьезные мысли, а не тот мелкомасштабный сумбур, что клубком катался в ней сейчас.

Вздрогнул, разгораясь, масляный фонарь, качнулись зыбкие тени на стенах, слабый, неровный, но очень уютный свет разлился по комнате. Я поставил фонарь на середину стола. Да. Самое подходящее освещение для ночных раздумий. И ожидания, ибо Иза и Свити все еще не было. Все тихо и спокойно. Я прислушался. Почти ничего не нарушало тишину. Только чуть слышно похрапывала Дэш, да из комнаты Трикси доносились какие-то звуки…

Из комнаты Трикси? Я напрягся, пытаясь вслушаться еще сильнее. Подошел к двери. Да. Та явно не спала. Бубнила что-то про себя. Время от времени раздавались и какие-то менее понятные звуки.

Постучав, я, не дожидаясь ответа, открыл дверь. Трикси сидела на кровати полуприкрыв глаза. Перед ней лежала раскрытая книга — тот самый, купленный специально для нее в какой-то странной лавке, справочник по всем фокусам, что когда-либо существовали. Рог ее светился тем самым внутренним свечением, что свойственно тем единорогам, что особенно предрасположены к магии, переливаясь розово-фиолетовыми оттенками. Трикси удовлетворенно хмыкнула и глянула на меня.

— Что? Думаешь, сделаю какую-нибудь гадость и сбегу? — как-то грустно ухмыльнулась она. — Не волнуйся. Не сбегу. Уж подцепили, так подцепили. Жизнь отшельницы в лесной землянке меня еще не прельщает. Просто пытаюсь придумать что-то новое из этой кучи старых трюков.

— И как выходит?

— Да так себе. Слишком много всего уже придумано. Но, парочка идей есть. Кстати! Ты ведь пока так и не сказал даже, что от меня потребуется.

— Хм… — я потер подбородок. — Разве? И верно… Если коротко, то от тебя потребуется украсть одну вещь.

— Украсть? — глаза Трикси округлились. — Погоди. Тем, кто должен охранять закон, требуется что-то незаконное? Я, конечно, понимаю, что моя жизнь для вас ничего не стоит, но…

— Ты немного путаешь. Во-первых, это дозволено принцессами. Именно в данном случае…

— Чего? Э-э-э… Что? Вам Селестия с Луной заказали что-то своровать? У них что, денег нет?

— Ты недослушала. Во-вторых, украсть что-то у вора, чтобы вернуть туда, откуда было украдено, это все-таки не совсем воровство, согласись?

— Ну… Наверное. Так что случилось-то? И что мне… надо украсть?

— Украсть? Вернуть! Вернуть надо небольшую, скорее всего, статую времен Свирла Бородатого. Впрочем, может, и более ранних. Проблема еще и в том, что мы даже примерно не представляем где она и что она из себя представляет.

— Здорово. Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что?*

— Именно, — я присел на край кровати. — Сами мы этого сделать не можем, именно поэтому нам нужна ты.

— Понятно, — Трикси, вздохнув, растянулась рядом. — Своими-то шкурами кому охота… И кто наш злодей? Кроме того, что у него полно денег, это я уже поняла.

— Наш злодей — некий Растлер Мисеркнакер. Миллионщик. Коллекционер древностей. Преимущественно — краденых, но это пока недоказуемо. На то, чтобы доказать, времени у нас нет. Статую надо возвращать немедленно, пока Твари не набрали полную силу и не уничтожили Понивилль.

— Погоди-ка, погоди-ка! Понивилль? Точно! Вот где я вас всех видела! Там ведь еще живет эта библиотечная единорожка — Твай… чего-то там… Так? Которая заставила меня снять тот жуткий медальон, так? — Трикси передернуло.

— Так.

— Трикси… Ой, то есть… Я благодарна ей. Ведь тот медальон начал контролировать меня. Я могла бы такого натворить… Я ведь не захватчица какая-нибудь, какую он из меня сделал. Я… Я хочу немного славы, немного денег… Нет! Ладно! Много хочу! Но не такого! Не хочу я, чтоб меня боялись и ненавидели! Я чтоб меня любили, может, хочу! Чтоб обожали! — она осеклась, подняла на меня глаза. — Извини. Заговорилась. Какое это имеет значение для гвардии… Да и сама я кто для вас? Средство…

Скрежетнув, провернулся замок входной двери. Сквозь приоткрытую дверь комнатки мы увидели, как ввалились в дом усталые, но довольные Свити и Из.

— Перекусим чего? — Из подошел к стоящей у стены сумке и принялся в ней рыться.

— Ага, — еле слышно выдохнула Свити, садясь за стол.

— Распродажа прошла успешно? — обратился к ним я, выходя из комнаты Трикси.

— А? — Из обернулся на звук. — Не спишь… Не то слово. Всего несколько старых, драных тряпок подарили нам полторы тысячи битсов на прокорм лишнего рта.

— Не так уж я и много ем! — показалась в дверном проеме чуть возмущенная Трикси. — Чтобы быть Великой и Могучей, надо следить за фигурой.

— Ничего! — одними губами улыбнулся ей Из. — Не хочешь — заставим. Ты будешь у меня в день по десять тортов жрать, если нам понадобится, чтобы ты была Великих и Могучих Размеров Трикси.

— Фу! Что так грубо?

— Это наш "кэп" с тобой пусть миндальничает, а я, кажется, нежностей не обещал!

— Чурбан, — отрезала Трикси и удалилась, закрыв за собой дверь.

Из достал из сумки несколько староватых уже яблок, одно из которых тут же досталось Свити, и флягу. Разлил по стоявшей рядом паре чашек. Взглядом предложил Свити.

— Нет, спасибо, — устало качнула та головкой. — Разве может из твоей отхлебну немного, если можно.

— Это правильно, — кивнул Из. — Пить нам всем надо меньше. Особенно жеребятам…

— Ты о ком?

— Да так. Забудь.

— Ладно.

Начались тихие ночные посиделки, когда почти никто ничего не говорит, да и ненужно никаких слов. Мы и так способны понять друг друга.

Свити так и заснула, уронив голову на стол. Мы не будили ее до самого утра, когда Из осторожно уложил ее себе на спину и отнес в спальню. Правда, он или перепутал спальни, или просто решил не будить, даже случайно, Блум и Скуталу… Он отнес ее в их с Дэш комнату. Когда я, уже с рассветом, заглянул к ним, они так и спали втроем: лежащие рядышком Из и Радуга и устроившаяся прямо на них, лицом к лицу, Свити. Немного удивившись этой картине, я вернулся в гостиную, раскрыл окно, пододвинул к нему одно из стоявших вдоль стен кресел, откупорил еще одну фляжку, смиряясь с тем, что поспать мне сегодня, видимо, не удастся, и, устроившись поудобнее, принялся встречать рассвет.

* * *

— Так! Ну и какой эт мы показываем пример жеребятам? — пробился сквозь сонную муть гневный голос Эплджек.

Вот же… Похоже, я все-таки заснул в этом кресле…

— Чего? — я разлепил глаза, — Я… Я заснул, да? — тут мой взгляд упал на валявшуюся на полу флягу и натекшую из нее лужу. — Ох ты ж е…

— Именно шо! — Эплджек, хитро прищурившись, подхватила фляжку, оглянувшись, быстро допила содержимое, и положила ее на стол. — Так разбазаривать ценный напиток! Эт хорошо, шо все еще спят!

— Уг-гу, — только и выдавил я.

— Ладно. Понимаю. Думал. И че ты тут надумал?

— Надумал… — я попытался вспомнить сегодняшнее утро. — А! Надумал, что мне нужно к столяру. Или к гробовщику.

ЭйДжей закашлялась, ноги ее подкосились и она хлопнулась на круп.

— Ч… Че? Ты… Ты обалдел, а?

— А что такого? Не для себя же?

— Аг-гась… Если бы еще и на ся… — ЭйДжей все еще глядела на меня, как на сумасшедшего.

— Да мне просто ящик нужен! — поспешил успокоить ее я. — Сам-то я в него играть не собираюсь.

— И кто… Кого ты туда укладывать собрался? Мисеркнакера?

— Не угадала! Трикси!

* * *

Честно говоря, я даже представить себе не мог, что это окажется таким непростым делом! Такое впечатление, что пони в этом городе не только рождались, чтобы не умирать никогда, но и услугами столяра не пользовались.

В конце концов, на каких-то глухих задворках, мне-таки попалась витрина, заставившая меня остановиться. На ней были красиво и затейливо разложены… Гробы. Самые обыкновенные деревянные гробы. "Гробовых дел мастер Бизичек" гласила вывеска над входом.* Сам мастер, по виду — находившийся без работы уже не первый день, а оттого хмурый и слегка помятый, стоял тут же, надвинув на нос бесформенную уже, загаженную тряпичную кепку и привалившись к косяку.

— Вот так и живем, — кинул он мне, кивнув на пыльные гробы. — Что за город… Никто помирать не хочет…

— Это верно, — кивнул я для поддержания разговора. — А что же, вы один в городе?

— Не… Есть еще новомодное бюро на той стороне, но они, туды их в качель, разве товар дадут? У них ведь что? Ширпотреб всяческий! Плюнь на него… — гробовщик демонстративно плюнул себе под ноги. — И он развалится! А гроб, он ведь работу любит! Вон хоть на мои глянь! Штучный товар! Каждый гроб, как огурчик!

— Да. Хороши, чего сказать, — я подошел поближе. — А под заказ делаете?

— А то! — оживился мастер. — Вам, примите кстати соболезнования, какую ростовочку? Комплекцию? Или, уж простите, как на вас делаем? С кистями? С глазетом?

— Кхм… — смутился я под столь неожиданным и яростным напором. — Как на меня, не надо. Рановато мне еще. С глазетом? Пожалуй, да, но скорее все-таки это будет не гроб. Но плачу я, как за ваш лучший, выставочный экземпляр!

— Так это тоже здорово, что никто не помер! — гробовщик отклеился от косяка и радостно подрысил ко мне. А мебеля всяческие мы тоже делать обучены! Только расскажите чего да как делать, и все будет в лучшем виде!

* * *

Напряженный день уже катился к ужину, когда я, в сопровождении гробовщика, помогавшего тащить немалого веса бандуру, вернулся в наш домик.

День был действительно сложным. Даже на то, чтобы просто объяснить мастеру, зачем нам понадобился этот огромный черный ящик, разумеется только в самых общих чертах и не совсем правдиво, ушло не менее получаса. Почти два часа и пять сотен битсов ушло на поиски подходящих для отделки тканей, украшений, мелких драгоценных камней… А работа самого мастера! И это при том, что он все-таки взял, для скорости, за основу уже готовый гроб и увеличил его в размерах…

Вот узнает сейчас Из, почем обошелся нам этот реквизит… Он ведь с Трикси потом все до битса стрясет… Но, к слову сказать, стрясать тут было за что, ибо получился настоящий шедевр! Стоит только сказать, что он был приспособлен для длительного пребывания в нем двух взрослых пони, имел потайные отделения и мог вместить в себя огромный набор всяческих безделушек от десятка колод карт, до фейерверков!

— Уф, — мастер, обливаясь потом, сгрузил ящик рядом с домом, с той стороны, где его труднее было заметить кому-либо, не исключая, в первую очередь, и нашей радушной домохозяйки. — Ну и штуковина, туды ее в качель… Хотя, конечно, если у вас еще будут такие заказы, я возьмусь без раздумий. Будут?

— Возможно, — не стал расстраивать гробовщика я.

— Это здорово! Трудно стало держаться на плаву в наши-то деньки. А ваши пятьсот битсов меня буквально-таки спасли. К жизни вернули! А за товар не беспокойтесь! Век такому гро… ящику сносу не будет! Вспомните еще добрым словом старину Бизичека!

— Несомненно. Надеюсь, что и ты нас.

— Это уж совершенно точно! Ну… Если я больше не нужен…

— Давай. Удачи.

— И вам, что бы вы там ни удумали!

И мастер, чуть шатаясь, побрел по улице прочь.

— Ну и че тут у вас? — скрипнула, открываясь дверь. На улицу выпорхнула Дэш. — Ох е! Это кого ты хоронить-то собрался?

— Трикси.

— И за что?

Только тут до меня дошел смысл предыдущей фразы:

— Да почему сегодня всех на похороны несет? — выдал я риторический вопрос и направился в дом.

— А ты никого не приглашал?

— Э-э-э… — я оглянулся на бывший гроб. — А что? Видно, что его переделывали?

— Вообще-то, да. Да и этот темно-синий шелк…

— Угу. Надеюсь, когда обошьем его всякой мишурой, что у меня в сумке, это будет не так заметно, — продолжая разговор, мы вошли в дом. — А что новенького тут? И где все?

— Трикси сидит у себя. Эплджек, Эпл Блум и Свити Бель у вас в комнате, а остальные потащились в город со списком заказов от нашей "великой" и пока не возвращались. А из новостей — приперся какой-то курьер, доставил вроде тряпки какие-то для "могучей". Вроде Эплджек их взяла.

— Понятненько, — я открыл дверь в комнату.

Представшая передо мной картинка была столь… неожиданной, что я на какое-то время потерял дар речи.

На кровати, лицом к двери, но явно не замечая нас, сидела Эплджек и обнимала свою сестру и Свити, стоявших ко мне спиной, опиравшихся на кровать и… Тянувшихся губами к губам Эплджек? Довершали картину какие-то непонятные, чмокающие звуки.

— Сфити! Ну фо ты таф нежнифяеф? — пихнула ту Блум. — Жубами давай уфе!

— Ну не получается у меня зубами! Ни магией, ни зубами! Я только губами дотягиваюсь!

— Тах тфиньфя блифе!

— Если я еще ближе двинусь, так это уже совсем Дискорд знает на что будет похоже. Лучше высунь подальше.

— Патает!

— А если языком?

— Та кута тальфе уфе? Тебя им лифать?

Я ме-е-едленно скосил глаза в сторону Дэш. Та стояла, завалившись на дверной косяк, с выпученными глазами и отвисшей челюстью.

— Вот же… — шепотом выдавила она. — А она еще меня обвиняет… что я… на жеребят… дурно… влияю… О-бал-деть.

— Кхм! — я демонстративно кашлянул. — Не помешаем?

— Ага! — тут же влезла Дэш. — Это чем это вы тут занимаетесь?

Свити и Блум моментально отстранились от Эплджек. Та, видимо, оценив создавшуюся ситуацию и поняв, что именно мы должны были видеть, мгновенно залилась густой краской.

— Ва-аще-т мы… они мне помогают нитку в иголку вдеть… — как-то неуверенно пробормотала она.

Только сейчас я заметил, что у нее в зубах действительно зажата здоровенная игла.

— Уфу! — развернулась к нам Блум, с зажатой в зубах, обслюнявленной ниткой, — Сфити ее потхфатить немофет нифак, а ефли я больфе даю, он патает. — скосила она глаза на мотающийся кончик нитки. Подняв взгляд на нас с Дэш, и, видимо, тоже что-то оценив, не разжимая зубов и брызгая из-за этого слюной, упав на пол, заржала.

— Тут платье для Трикси доставили… — сочла нужным пояснить все еще красная ЭйДжей, глядя на сестру. — Оно, канешн, от Рарити, но… От на какую корову она его шила… Под ним втроем от дождя укрыться можно.

Свити не сказала ничего. Она просто посмотрела на нас, на Эплджек, на Блум, потом снова на нас, жутко покраснев, тихонько села на пол и закрыла лицо ногой.

— А… Тогда, да… Тогда продолжайте… — Дэш, натянуто улыбаясь, пятясь, вышла из комнаты. Уже где-то за моей спиной, раздались сдавленные смешки.

— Угу, — стараясь отвлечься от увиденного и упорно разглядывая стены, буркнул я. — А я там гробик… Тьфу! Ящик для Трикси принес. Тоже обшивать надо… Вот…

— Агась. Мы как тут закончим…

— Хорошо. Я тогда Трикси проверю.

И я, поймав на себе смущенный, умоляющий взгляд Свити и молча кивнув ей, последовав примеру РД, вышел из комнаты крупом вперед.

Весь остаток вечера и значительная часть ночи были посвящены наведению последнего лоска и сопровождались звуковыми эффектами вроде споров троицы юных декораторов, взявшихся за украшение ящика, под присмотром Деринг, разумеется, проклятий Иза, которому, вместе со мной, приходилось этот ящик ворочать, взвизгов Трикси и угроз Эплджек и вовсе пришить всю одежду к ней, если та еще будет так дергаться.

Попытка же собраться, как уже повелось, в конце вечера всем вместе за общим столом привела только к тому, что заглянувшая утром миссис Хувер обнаружила всех нас вповалку спящих за, под, а кое-кого и на столе.

Наступал, быть может, самый ответственный день нашего путешествия.

* * *

День обещал быть великолепным.

На небе, как по заказу, не было ни облачка. Впрочем, вероятно, это и было по заказу. Бодрила звенящая утренняя свежесть. В воздухе витал легкий аромат свежескошенной травы. На великолепных газонах за домом сверкали серебром и хрусталем столы. Хлопали на ветру флажки. Покачивались подвешенные между деревьев фонарики. Чуть слышно поскрипывали связки разноцветных шаров. Змеились в траве еле заметные кабели заготовленных на вечер фейерверков. Замерли в ожидании своих посетителей аттракционы. И только резиновый монстр с батутами внутри все еще шумел, надуваясь, да суетились рабочие, проводившие какие-то последние проверки на сцене.

Филти Мисеркнакер мрачно оглядывал предстающее перед ним великолепие.

Почему? Почему его отец все еще считает его за мелюзгу? Ну на кой он припер сюда все эти дурацкие шарики-батутики? Он что, не знает, что действительно нужно? И ведь наверняка, дурак старый, еще и клоунов каких-нибудь с акробатами пригласил… Филти обреченно вздохнул. Ладно. В конце концов он хоть что-то устроил. Все лучше, чем проводить время с этими болванами из охраны. И ведь столько всего можно было придумать, так нет же! Приставил к нему каких-то головорезов, даже за ворота без них не сунешься. Хорошо еще хоть в сортир не конвоируют. Мисеркнакер с раздражением пнул попавшийся под ногу камень. И чего вдруг стал бояться его отец? Закона? Селестии? Гвардии? Да сколько Филти себя помнил, его отцу плевать было на все и на всех, не исключая даже принцесс! Он полстраны мог дурить как хотел! Он управлял всем, до чего только мог дотянуться! А тут вдруг так сдал… Постарел. Побледнел, если такое возможно. Стал даже не осмотрительным — боязливым. А началось все с появления того дурацкого колдуна со страшными глазами. Откровенно говоря, здорово, что пару дней назад тот исчез. Что еще лучше, так это то, что он даже ничего не прихватил с собой "на память", как это делали обычно нерадивые слуги. Отец, похоже, хоть и сам нанял того, но сам же его и боялся. Порой, даже откровенно лебезил перед ним, когда думал, что Филти этого не видит. Временами Филти думалось даже, что вся эта охрана, так быстро нанятая его, ставшим не в меру осторожным, отцом после того, как этот черный колдун увязался за ними, и так уже доставшая, это охрана не от какого-то там врага, а от самого этого колдуна. Да что отец! Он и сам-то боялся этого злобного монстра, хотя и старался не подавать вида! А тут вдруг такое счастье — тот взял да и исчез, никому ничего не говоря! Даже не ушел — на островах его не видели, просто взял и развеялся, как дым! Вот уж магия, так магия, во всей своей красе!

Филти остановился, разглядывая игровые автоматы — хоть с этим его папаня немного угадал. Правда, наверняка даже не догадался пригласить ни одного настоящего мага. По крайней мере, сам Филти об этом не слышал. А может, просто боится нарваться на еще одного такого… А жаль. Филти любил магию. Нет, конечно, они с отцом и сами единороги и кое-что могут по мелочи, но ведь это все не то! Настоящим магом надо родиться и никакие деньги тут не помогут. Это или есть, или нет. Вот в их роду настоящих магов не было. Да их и так-то не слишком много. Хороших — хорошо, если сотня живет во всей Эквестрии. Великих, тех и вовсе можно пересчитать за всю историю. Даже какой-нибудь фокусник обладал куда большими возможностями в магии, чем большинство остальных единорогов.

Филти с вожделением посмотрел на только вчера возведенную сцену. Вот бы все-таки повезло, и среди приглашенных гостей оказался хоть кто-нибудь, хоть мало-мальски сведущий в магии, которую он так обожал! Он снова вздохнул. Гости. Толпа чопорных стариков и старух, с которыми имел несчастье быть знаком его отец, была просто огромна. И ведь с каждым или каждой из них надо будет перекинуться парой слов ради дурацких норм приличия, вместо того, чтоб велеть охране выгнать их всех за ворота и гнать до дома тыкая чем-нибудь острым пониже хвоста. Филти улыбнулся. Конечно, будут в этой толпе и несколько действительно полезных пони, знакомство с которыми ему, может, когда-нибудь пригодиться. Тут уж он постарается. Кто еще? Жеребята, конечно. Мелюзга. Любители аттракционов и халявных сладостей с большинством из которых ему даже не о чем будет поговорить и чье общество также придется терпеть без возможности даже поиздеваться над ними. Впрочем, в отличие от старичья, тут был хотя бы шанс встретить пару-тройку более-менее нормальных, с которыми будет не так скучно. Хотя обычно даже с такими говорить ему было почти не о чем.

— Что, сын, уже представляешь, как это будет? — перебил размышления знакомый голос.

Филти обернулся. Позади стоял его отец. Сколько раз уже говорил старику, чтобы тот так не подкрадывался. Хорошо хоть не вздрогнул, а то наверняка еще словил бы плюху за испуг.

— Да, отец. Продумываю свое поведение с гостями.

"Как свалить от них побыстрее", — добавил он мысленно.

— Это хорошо. Надеюсь, ты уже готов? Первая лодка прибудет уже минут через десять.

— Да отец. Я готов.

"Зараза! Уже через десять…"

— Может, есть какие-то замечания? Я что-то не учел?

— Нет, отец. Все в полном порядке.

"Все ты учел! В круп бы тебе эти шарики запхать!"

— Прогуляемся до пристани?

— Конечно, отец.

— Правда вот насчет клоунов…

"*Слишком нецензурно даже для мысли*!!! Все-таки пригласил!"

— Будет, увы, только один, да и тот — мим.

— Ничего. Обойдемся и мимом.

"Слава Селестии!!! Хоть чем-то хрыч старый меня не опозорит!"

Оба надолго замолчали. Так, в безмолвии, дошли они до великолепной, одетой в гранит парадной пристани и принялись ждать первый транспорт с гостями.

* * *

Филти облегченно вздохнул. С официальными приветствиями и представлениями друг-другу было покончено. У него уже копыта болели от пережитого бессчетного количества копытопожатий! Наконец можно было уже оставить папашу развлекать старичье и пойти заняться чем-нибудь более интересным, поскольку желание оставаться тут, среди накрытых столов, с появлением дурацкого мима, пропало напрочь.

Он уже собирался так и поступить, когда его внимание привлекли охранники, повернувшиеся в одном направлении и что-то высматривающие в небе. Филти пригляделся. Ну так и есть! К поместью летели несколько пегасов в форме почты Эквестрии и тащили какой-то здоровенный ящик. Интересно, что там? Еще какая-то из задумок его отца?

Добравшись до поместья, пегасы взмыли ввысь и прямо оттуда сбросили ящик. Раскрылся яркий, синий в серебристую звездочку парашют, и ящик мягко спланировал на землю. Парашют сам отцепился и, влекомый ветром, пополз прочь, предоставив гостям возможность полюбоваться игрой серебра и самоцветов на темном шелке ящика.

Филти подошел поближе, заметив краем глаза, что и его отец сделал то же самое. Похоже, что тот тоже был не в курсе происходящего. Тогда что же там? Что в ящике?

Ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать.

По краям ящика открылись маленькие отверстия. С шипением устремились в небо небольшие ракеты, взорвавшись ярким салютом! В ту же секунду крышка ящика откинулась, и перед изумленной публикой предстали две великолепные кобылки в сверкающих нарядах.

Филти уставился на них во все глаза.

— Позвольте представиться! — белозубо улыбнулась одна из них, поклонившись старшему Мисеркнакеру. — Великая и Могучая Трикси посетила Ваш прием!

Филти не мог поверить своим ушам! Он столько всего и разного слышал про эту пони, а теперь она лично прибыла на его вечеринку! Если это его отец так постарался, то старик хоть раз нашел, чем действительно его порадовать!

— А это моя ассистентка, Свити Бель, — тем временем представила та вторую.

Мисеркнакер перевел взгляд и замер. Да, конечно, вторая была еще жеребенком. Даже моложе его, пожалуй. Но как же она была хороша!

Белоснежная шкурка, зеленые, как молодая трава, глаза… А эта грива! Филти сглотнул. Впервые в жизни у него было такое ощущение, что он может смотреть на кого-то часами, не отрываясь.

— Э-э-э… Счастлив… лицезреть вас на нашем скромном празднике, — поклонился тем временем старший Мисеркнакер. — Позвольте представиться. Растлер Мисеркнакер. Хозяин этого поместья и, если позволите, ваш скромный… сопровождающий на сегодня.

— Дозволяю, — вновь кратко улыбнулась Трикси.

— Но позвольте узнать… — продолжал Мисеркнакер. — Простите, если это прозвучит несколько некорректно, но что столь знаменитая пони делает здесь, на нашем небольшом торжестве?

— О! Все очень просто, мой дорогой Растлер! Мы услышали о вашем празднике гастролируя в вашем городе и решили немного развлечься, а заодно показать местной почтеннейшей публике… — тут Трикси сделала изящный жест в сторону окружающих, — что такое настоящая магия.

Растлер улыбнулся — он любил, когда красавицы называли его по имени.

Трикси, тем временем, рассеянно оглянулась, скользя взглядом по гостям. Остановила его на престарелой кобыле, на ногах которой красовались золотые браслеты.

— Можно мне на минутку одну из этих изящных вещиц?

— Да, пожалуйста, — слегка удивилась та, расстегивая браслет.

— Благодарю, — Трикси застегнула браслет, держа его на копыте. — Довольно небольшой, не правда ли? Наверное, туговато сидит на ноге? И снимается, я смотрю, непросто…

— Да, все так.

— Как думаете, смогу я одеть его, не расстегивая?

— Нет.

— Уверены? — Трикси сделала какое-то неуловимое движение и браслет, еще мгновенье назад лежавший на ее копыте, оказался на ноге. Окружающие ахнули. Еще секунда, и он снова лежал на копыте. — Получите! Как новенький. Даже не поцарапался.

Трикси снова оглянулась.

— Свити, подай мне колоду карт, — обернулась она к ассистентке.

— Сейчас, — кивнула та, нырнула в ящик и через секунду показалась обратно с непочатой колодой в зубах. — Фот!

"Она даже шепелявит мило", — отметил про себя Филти, все это время переводивший взгляд с одной гостьи на другую, и сам удивился этой мысли.

Трикси, тем временем, подошла к его отцу.

— У вас, случаем, не найдется карандаша или письменного прибора?

— Перо и чернила. Живо, — обернулся тот к одному из слуг неподалеку.

Через несколько секунд ему подали чернильный прибор.

— Не могли бы вы, мои милый хозяин, выбрать одну из карт, не называя какую именно, и подписать ее? — продолжала тем временем Трикси.

— Конечно, — Мисеркнакер проделал требуемые манипуляции. — Вот.

— Отлично. Теперь положите ее обратно в колоду и тщательно ее перемешайте, хорошо?

— Готово.

— Назовите всем, что это была за карта?

— Шестерка червей.

— Достаньте ее, пожалуйста, из колоды.

Мисеркнакер принялся уверенно перебирать карты. Остановился. Перебрал еще раз. Уверенность пропала с его лица. И еще раз. И еще.

— Простите, но… ее здесь… нет? — наконец, выдавил он.

— Верно. А знаете, где она, как я думаю?

Пораженная толпа как-то дружно помотала головами.

— Посмотрите, пожалуйста, на во-о-он том столе. Сдается мне, эта хитрюга спряталась от нас где-то под скатертью.

Старший Мисеркнакер подошел к столу и приподнял угол скатерти. Под ним и в самом деле лежала карта.

— Это она? Покажите ее всем.

— Да. Она.

— И подпись ваша?

— Да. Она подписана мной.*

Младший Мисеркнакер, хоть и был удивлен не менее остальных, но все же не смог удержаться и вновь кинул взгляд на прелестную ассистентку волшебницы. Она заметила это и мило улыбнулась в ответ.

Кажется, день обещал быть куда интереснее, чем представлялся в начале!

ГЛАВА 41

Волшебство продолжается

Великолепная Трикси и ее ассистентка продолжали развлекать собравшихся. Филти Мисеркнакер же неуверенно топтался рядом, время от времени бросая взгляды на ту, кого фокусница представила как Свити. Надо было бы как-то завести разговор, но он не знал как. Наконец, столы, расставленные во множестве на газонах, были накрыты к небольшому, но обязательному для всех застолью. Пора было брать все в свои копыта.

Филти резко выдохнул и подошел к белоснежной красавице.

— Прости… те. — невнятно промямлил он. — Мы, видимо, еще не знакомы. Я Филти Мисеркнакер…

— Свити… Свити Бель, — смущенно улыбнулась она. — И давай на ты, а? А то неловко как-то.

— Ага, давай! — мгновенно обрадовался Филти. Он и сам чувствовал, что предыдущая фраза получилась идиотской.

— Вот и славно.

— Ага. Слушай… Может быть… Ну… если ты будешь не очень занята, я покажу тебе тут все?

— Идет! Думаю, сегодня у меня как раз будет не так уж много работы.

— Ага. Было бы здорово. А может…

Свити внимательно посмотрела ему в глаза и Филти запнулся.

— Может, что?

— Ага, — Мисеркнакер уже готов был дать себе по морде за эти "ага", но уж что сказано, то сказано. — Могу я пригласить тебя за стол?

— Почему бы и нет?

— Тогда… я приглашаю, да?

— Ага! — снова улыбнулась Свити.

* * *

— Уф! — сытый Филти не совсем культурно отвалился на спинку стула. — Не знаю, как ты, а лично я — все.

— Я? Я тоже, — Свити аккуратно промокнула губы салфеткой. — Должна сказать, что готовят у вас очень вкусно.

— Ага. Повар хороший. Пожрать тут действительно есть чего. А в остальном — скука смертная.

— Как же так? Тут ведь столько всего?

— Да не так уж и много. Это сегодня отец расщедрился, понатащили всякого по его приказу, а так тут обычно совсем нечего делать. Может, пойдем, повеселимся, пока все это еще тут?

— Хорошая идея, — кивнула Свити. — Если только я не нужна Великой Трикси.

Свити оглянулась. Трикси в этот момент демонстрировала публике трюк со стеклянной бутылью с узким горлом и битсом, который никак не мог туда пролезть, будучи чуть не вдвое шире горлышка. Один несильный хлопок, и монета звякнула о дно бутылки. Трикси пустила бутылку по копытам, чтобы все могли убедиться, что не только позаимствованная ей сейчас монета, но и бутылка была самой обыкновенной, а монета действительно внутри. Обратив внимание на Свити, она чуть заметно кивнула.

— Что ж, — Бель снова одарила Мисеркнакера улыбкой, от которой он замер. — Похоже, что пока я совершенно свободна.

— Здорово! Пошли?

И они, покинув основную массу гостей, направились к аттракционам.

Филти не знал даже как это назвать. Как назвать то, что он ощущал в присутствии этого белоснежного чуда. Очень хотелось чего-то… Что-то сделать… Но он не знал, что именно. Произвести впечатление? Да, наверно. Но как? Да и не только это… Было что-то еще… Что-то такое… Что-то необычное, чего он раньше никогда не ощущал. Особенно отчетливо это чувство проявилось, когда они заглянули в "комнату страха", за установку которой Филти был сейчас очень благодарен отцу. Когда она взяла его ногой за ногу… Прижалась к нему боком… Он тогда даже с дыхания сбился. Захотелось чего-то странного. Захотелось прижать ее к себе. Прижать, и больше никогда никуда не отпускать. Сделать так, чтобы она осталась тут с ним, в поместье, навсегда…

— Хэй! Кобылкам здесь не место!

Надо же! Какой-то хам попытался оттолкнуть их от очередного аттракциона! Филти присмотрелся. Нет, вот этого, с темно-зеленым окрасом и малиновой гривой, подростка он не помнил. Похоже, новенький, иначе знал бы, что здесь к чему и с кем имеет дело. Крепко сбит, но он и сам не жалуется…

— Ты бы сам отсюда свалил а, кобылка? — загородил он собой Свити. Огляделся. Рядом никого. Охрана далековато, да и не смотрит в их сторону.

— Чего? Чего ты сказал, мелочь чернявая?

— Чего слышал, слизень болотный!

— М-может не надо? — попробовала робко вмешаться Свити. — Мы другой аттракцион поищем…

— Увы, но надо, — оглянулся на нее Филти. — Всякое *нецензурное обозначение выделений* надо ставить на место сразу, как оно вылазит. Потом проблем больше будет.

— Чего? Это кто *прежнее нецензурное слово*? — зеленый изготовился к прыжку.

— А ты еще и туповат, да? — оскалился Мисеркнакер.

Свити вздрогнула: что-то в его голосе изменилось, и ей это не нравилось.

— Что-о-о? Да я и подружку твою и тебя самого щас…

— А ну не трожь!!!

И Филти прыгнул навстречу кинувшемуся задире! Он никому не даст обижать ее! Он вообще ее никому не отдаст! Оба они, сцепившись, покатились по траве. Началась драка. Простая, некрасивая и, к неприятному удивлению Свити, испуганно смотревшей на это закрывшись ногой, очень жестокая. Филти бил не для того, чтобы просто отвадить драчуна. Он бил наверняка. Много и сильно. Брызнула кровь, окрашивая траву в неприятный, бурый цвет. Один раз… Второй… Третий… Полетели на землю зубы…

Филти сполз со своего забитого, окровавленного, еле живого противника, лишь когда подоспела охрана. Сплюнул кровь. Проверил языком зубы. Вроде все целы. Уроки мастера Понга*, похоже, все-таки посещал недаром. Вот ведь странно. Обычно он нечасто дрался. И почти никогда не делал это вот так вот — в серьез. А тут… И что на него нашло? Повод-то пустячный, можно было парой тумаков ограничиться, а он, вместо этого, чуть его не убил. Ладно. И прибил бы — не велика беда. Папаня бы точно нашел бы способ все замять.

— Выкиньте это *не цензурное определение* за ворота, если его за пять минут не увезут, — кинул он подоспевшей охране. — Если сдохнет, так хоть не тут.

Он подошел к перепуганной Свити. Чуть коснулся ее ногой. Та дернулась. Отшатнулась.

— Ты в порядке? — тихо спросил ее Мисеркнакер уже нормальным своим голосом.

— Да, но… Ты его…

— Чуть не убил? Знаю. Но это только потому, что он стал угрожать тебе. Я испугался.

— За меня?

— Да.

— Но, вот так вот…

— Знаю. Но ничего не могу поделать. Иногда я просто перестаю себя контролировать и… ну… бывает всякое, — Филти решил, что не стоит говорить о том, что именно бывает. Тот случай, когда он все-таки не смог остановиться вовремя, не прибавит к ее впечатлениям о нем ничего хорошего. — Знаешь, может, ну их пока, эти аттракционы? Пошли я тебе поместье покажу? Дом?

— Да, наверно так будет лучше.

* * *

— А вон та статуя, это наш предок, Мисерий четвертый Кнакер, — указал Филти на гордого офицера в древнем доспехе, вид которого, однако, показался Свити знакомым. — Когда-то прославил наш род. И, вроде как, заработал тот капитал, который мы потом преумножали. Правда, вот чем именно он его заработал, это я без понятия. Предок-то еще в додискордовы времена жил. Чем уж он там промышлял… Но вряд ли чего-то слишком плохое — тогда бы его в доспехе-то изображать не стали бы.

— Верно, — кивнула Свити. — А почему четвертый?

— А шут их знает. Может, предки размножались так быстро, что у них имена кончались, и они уже по четвертому кругу пошли…

Филти прикусил язык. Поздно! Вот ведь идиот! Ляпнуть такую дурость! И перед кем? Перед ней! Да еще и на грани пошлости… Слава Селестии, она вроде не заметила. Ну или хоть сделала вид. Надо срочно менять тему.

— А если мы сейчас пойдем по этой дорожке, — быстро продолжил он. — То придем как раз к птичьим вольерам. Там есть даже такие, что считаются почти исчезнувшими. Поют великолепно. Может, хочешь послушать?

— Звучит здорово! Пошли!

По пути они наткнулись на небольшую толпу, возглавляемую Трикси и старшим Мисеркнакером.

— Вот же… — прошептал Филти. И уже громче: — Забыл сказать, что мой папаня рядом с вольерами еще и курятник приткнул. Обожает, когда на столе все свежее. Почему именно тут? Спроси чего полегче! Может, по башке чем стукнуло… Вон он, кстати, куриный дворец этот.

— Где?

— Да вон. Где шпиль металлический торчит с петухом на нем. Кур, правда, не топчет, но штука красивая. Правда, все равно не пойму, зачем он курятнику, но кто поймет моего папашу… Петух, кстати золотой, механический. По ветру крутится. Он еще по утрам орал, как и положено пернатому будильнику, на все поместье, только я ему за это пару лет назад камнем залепил — сломал чего-то. Но он хоть заткнулся с тех пор, уже здорово.*

— А пойдем, посмотрим, что там будет делаться? — Свити снова одарила Мисеркнакера своим невинным взглядом. — Быть может, Великой и Могучей Трикси понадобится моя помощь.

— Пойдем, конечно, — нехотя согласился Филти. Ему-то куда как больше хотелось бы проводить время только с ней, безо всякой толпы. И подавно без отца.

А возле курятника и в самом деле происходило нечто интересное.

— И так! — вещала Трикси. — И вы, и я подписали эту монетку, верно?

— Верно.

— А тепе-е-ерь… — она растерла монетку копытами. Та исчезла. Окружившие ее жеребята заулыбались.

— Вот ты, — указала она на одного из них. — Да-да, ты. Не мог бы ты выбрать мне одно из только что снесенных яиц?

Радостный жеребенок ломанулся к ближайшей наседке и буквально выдернул свежее яйцо.

— Прекрасно, — кивнула Трикси. — Нет, нет, не передавай его мне. Разбей его. Просто шмякни об землю.

С хрустом лопнула скорлупа, растеклось пятном по земле, на глазах у шокированных куриц, содержимое. Прямо внутри желтка плавала подписанная монета.

Свити сдержанно улыбнулась, наблюдая реакцию окружающих.

Филти слегка дотронулся до нее ногой:

— Пошли?

— Пошли.

* * *

Возле птичьих вольеров они провели больше часа. Сам Филти относился к птицам довольно прохладно, как к чему-то неизбывному, что просто должно быть и все. Он даже не разбирался в них, считая это ненужной тратой времени и собственной памяти. Сову от дятла как-нибудь отличит, да и ладно. А вот она… Ей, похоже, их пение доставляло огромное удовольствие. Мисеркнакер вздохнул. А ведь она и сама, наверно, здорово поет. Она просто не может не петь, с таким-то голосом! Этот голос… Уже не раз за последние несколько часов Филти ловил себя на мысли, что ему легко общаться с ней. Обычно разговор со сверстниками был для него неимоверно скучен, как и они сами, здесь же… Вроде бы все это была пустая, ничего не значащая болтовня, но она лилась так легко и свободно, как это у него никогда не бывало. Ему просто хотелось слушать ее голос. Но даже если не брать в расчет это желание, ему все равно было интересно с ней говорить!

Вот и сейчас они шли по крытой галерее, свод которой составляли переплетшиеся лозы винограда и какого-то длинного цветка, приближаясь к небольшому фонтану, и болтали.

— Ух-ты! Какая красота! — Свити засмотрелась на фонтан, представлявший из себя фигуры двух целующихся единорогов: светлого и темного. Ее и его. Бившие из бортов чаши струи создавали над ними купол.

— Хорош, да? — Филти присел на край чаши. — Он называется "Влюбленные". Ходят сказки, будто на парочки его вода действует как приворотное зелье.

Свити поморщилась.

— Ты чего?

— Да так. Мы с подругами как-то пытались сделать такое зелье.

— И как?

— Ужас. Потом еле исправили результат.

— А что случилось?

— Зелье оказалось слишком крепким. Вот тебе бы хотелось, к примеру, жить в одном доме со своей учительницей?

— Ну… У меня в основном приходящие учителя, но я тебя понимаю. Это, должно быть… не слишком приятно.

— Не то слово. В общем, неприятная вышла история.

— Ясно. Посидеть не желаешь? Я знаю тут одно чудное место в лабиринте…

— Честно говоря, да, — Свити на секунду прикрыла глаза. — Что-то я подустала уже от всех этих хождений…

— Ну, тогда передохнем там и в дом.

— Ага.

Место, о котором говорил Филти, оказалось крошечной скамейкой в одном из закутков лабиринта. Крошечной настолько, что когда они вдвоем уселись на нее, получилось так, что Свити прижалась к нему почти всем телом. От этого ощущения, внутри у Филти все горело, но он из последних сил старался не подавать вида, лишь закинул, садясь, ногу на спинку скамьи так, чтобы та была позади Свити.

Они просто сидели рядом. Говорить пока не хотелось. Лишь пару минут спустя Филти заметил, что головка Свити свесилась на грудь — она задремала. Осмелев, он приобнял ее ногой, от чего Свити сквозь сон прильнула к нему. Филти, и без того чувствовавшему себя неудобно и до того боявшемуся это выдать в ее присутствии, поплохело совсем. Он обнимал ее. Он вдыхал аромат ее гривы, уткнувшись в нее носом. Он чувствовал ее всем телом. Он понял, что больше не может сдерживаться. Ему придется сделать это. Сделать прямо сейчас, прижимая ее к себе. Оставалось только надеяться, что она ничего не услышит и не проснется не вовремя.

* * *

Слава Селестии, он успел все закончить до того, как она проснулась! Филти боялся даже представить себе, что было бы, проснись она на минуту раньше и увидь его… в таком виде. Благодаренье богиням, что этого не случилось.

Он взглянул на небо. Да… Ну и загулялись же они! Никогда раньше он не терял так счет времени, как сейчас, с ней. Казалось, что он только недавно еще обходил пустые столы, дожидающиеся гостей, а сейчас небо уже вечерело. Налетел колючий ветерок. Свити Бель поежилась.

— Слушай. А пошли я покажу тебе дом, как и обещал? — напомнил ей Филти, стремясь как можно скорей увести ее подальше от места своего позора.

— Давай, — кивнула Свити. — А то тут как-то прохладно становится.

И младший Мисеркнакер повел ее осматривать дом.

А посмотреть там было на что! Больше дюжины спален. Множество, разной величины кабинетов и комнаток, соединенных такими путаными ходами-переходами, что наверняка можно было пройти, к примеру, в нужный кабинет, оставшись незамеченным даже при такой толпе гостей. Огромная столовая, чуть ли не на полсотни едоков, сверкающая белизной и серебром. Музыкальная гостиная, откуда слышались сейчас звуки оркестра и топоток копыт танцующих, стучащих по паркету. Просто гостиная, где можно было расположиться на огромных диванах и попить чай или поиграть в игры. Собственный кинозал, оборудованный по последнему слову техники. Бильярдная. Комната с дорожкой для боулинга. Отдельная комната для азартных игр. Оружейная, где вдоль стен стояло огромное количество манекенов, обряженных в самые разнообразные доспехи и костюмы, а на стены невозможно было глянуть без благоговения и страха перед развешанным на них металлом. Своя небольшая обсерватория. Огромная библиотека, где, похоже, все книги содержались в идеальных для их возраста, условиях. Библиотека была такой всеобъемлющей, что домашняя коллекция Твайлайт казалась просто незначительной на ее фоне! Показал Филти и немалые погреба под зданием, преимущественно занятые здоровенными бочками.

Но больше всего заинтересовала Свити Бель совсем другая комната. В нее вела собственная узенькая лесенка, расположенная так, что если о ней не знать заранее, то легко ее пройдешь, заканчивающаяся мощной дубовой дверью с оковкой в виде четырехгранных шипов, выступающей на стальных полосах, покрывавших большую ее часть.

— Зайдем? — очаровательно спросила Свити.

— В хранилище? — переспросил Филти и поскреб копытом за ухом. — Ну, вообще-то, я тоже собирался его показать. Он нажал на что-то в стене, чуть слышно скрипнула, открываясь, дверь, и они вошли.

Как оказалось, комнатка была не так уж велика. Вдоль всех ее стен стояли огромные витрины, заполненные драгоценностями, а прямо напротив входа, на противоположной стене, виднелась еще одна дверь. На сей раз целиком стальная, со множеством заклепок, всем своим видом внушавшая страх и уважение перед тем, что она скрывала. А заодно, почему-то, и мысль о том, что становиться между ней и косяком, в момент закрытия, нежелательно. Замков на двери видно не было.

— Кубышка, — пояснил Филти. — Хранилище внутри хранилища. Там мой отец держит какие-то особо ценные ему вещи. Какие? Этого я, извини, не знаю. Путь туда даже мне закрыт.

— Да? Ну и ладно! — в голосе Свити скользнула тень сожаления.

Филти насторожился:

— Слышишь? По-моему, кто-то идет.

В комнату, скатившись по лестнице, ввалилась уже изрядно веселая, явно подогретая спиртным, толпа, предводительствуемая, как и следовало ожидать, Растлером Мисеркнакером и Трикси Луламун.

— Ну-ка… Чего… Что тут у нас? — Трикси подошла к одной из витрин. — Ого! Красотища-то какая! Что это за изящная вещица?

— Эт-то? — слегка запнулся старший Мисеркнакер, — О! Это не ого! Это ого-го! Наше родовое ожерелье. Золотишко-то само по себе так, ерунда, а вот камень… Камень тут особенный. Редкий. Такой по всей Эквестрии не найти почти. А вот как называется… — Мисеркнакер нахмурился. Просиял. — А! Вспомнил! Хризопраз! Хризопразом он называется, вот как.

— А что в нем такого особенного?

— Да… — Мисеркнакер снова глубоко задумался. — Не помню. Древний. Редкий. Родовой. Это все да. Было, правда, что-то еще…

— А спорим, что я смогу вынуть эту красоту не трогая витрину? Она, кстати заперта?

— Конечно! Открыть ее почти невозможно!

— Это хорошо… — Трикси внимательно обследовала стекло в передней части витрины. Улыбнулась. — Здесь!

Она чуть легла на витрину, закрыв левой ногой происходящее от остальных гостей. Лишь через боковую стенку было видно, как правая ее нога появилась уже внутри витрины, подцепила украшение и потащила его к краю. Исчезла. Трикси на секунду наклонилась, а когда она разогнулась и повернулась лицом к публике, в зубах ее блестело ожерелье с крупным, голубовато-зеленым камнем посередине. Толпа ахнула.

— Но… Но… — только и смог выдавить старший Мисеркнакер, кинувшись проверять витрину. — Но как?

— Магия! — не разжимая зубов, улыбнулась Трикси. — А сейчас…

Она положила ожерелье на копыто, слегка хлопнула по нему вторым, и камень, казалось зафиксированный намертво, вывалился из оправы. Положила ненужное уже золото на крышку витрины. Повертела камень на копыте:

— Недешевый. Знаете, я как-то привыкла уже, что некоторые обещают награду за мою голову… Когда я узнаю суммы, которые готовы вывалить мои завистники, то они мне даже льстят. Моя голова никогда так много не стоила. Вот я и думаю сейчас… А что, если мне оправдать эти деньги? Как я буду себя чувствовать, зная, что моя голова и в самом деле стоит немало? Что я сделаю? Я сделаю вот так!

С этими словами она вставила камень себе в ухо. Сильно надавила. До слез зажмурилась от пронзившей ее боли, но продолжала давить и вкручивать камень. Наконец, она встряхнула головой. Прянула ушами. Похлопала себя по уху, демонстрируя, что в нем ничего нет.

Гости ошеломленно молчали. Молчал и хозяин.

— Вот так, — Трикси победоносно ухмыльнулась. — Теперь моя голова и в самом деле чувствует себя дорого, с таким-то камешком внутри. Теперь тут есть за что платить. Ощущение, должна признать, довольно интересное. Однако, я боюсь, вы, мой милый Растлер, обидитесь не меня, если я все-таки его не верну, а потому…

Она скривилась. Согнулась в рвотном позыве, прикрывая рот ногой. Поднялась. Сделала еще несколько движений горлом, будто бы собираясь плюнуть. Улыбнулась. Между зубов блеснул зеленой искоркой камень.

Вдоволь насладившись произведенным впечатлением, и вернув камень в оправу столь же изящно и непринужденно, сколь и извлекала его из нее, Трикси вновь обернулась к Мисеркнакеру:

— Растлер, а не удовлетворите ли вы мое любопытство?

— Да, дорогая? — подозрительно ласково отозвался тот. Филти совершенно не понравилось то, каким тоном это было сказано. Конечно, перед ними Великая и Могучая Трикси, а не абы кто, но… Обычно, раньше такой тон у его отца означал, что скоро предстоят серьезные денежные траты, а сыну лучше не лезть к нему денек-другой. Обычно, Филти при этом обижался и даже злился на очередную отцовскую пассию, но… Он вновь глянул на стоящую рядом Свити. Но не сегодня.

Трикси, между тем, продолжала:

— А что это за огромная, жутковатая дверь? Что за ней?

— За ней? — переспросил Растлер. — За ней вещи, которые я не хотел бы показывать всем, скажем так.

— Вы храните там нечто ценное? Но где же в таком случае замки? Я не вижу даже ничего похожего!

— А дело все в том, что она открывается не ключом в привычном его понимании. Ключик, правда, есть, но совсем крошечный. Вставляется во-о-он туда. Он открывает дверцу, за которой спрятан второй замок. Взломать эту дверь невозможно — она убьет взломщика. Только я могу открыть ее.

— Да-а-а… — услышав про возможную смерть, Трикси, дотронувшись до двери, резко отдернула от нее копыто. — Похоже, действительно хорошая дверь. А что, мой милый Растлер, неужели ваш дом ограничивается лишь тем малым, что мы видели?

— Конечно же, нет! Думаю, у меня еще найдутся места, где можно хорошенько развлечься! Как насчет того, чтобы глянуть что-нибудь в моем кинозале? Пойдемте!

И шумная компания споро вымелась из комнаты тем же путем, которым пришла.

Филти и Свити снова остались в комнате одни.

— А что это твой папа говорил про дверь? — Свити подошла и стукнула пару раз копытцем по железу. — Что может сделать обычная дверь?

— Эй! Эй! Осторожней! — Филти мгновенно оказался рядом с ней, схватив и оттянув ее от двери и при этом, ненароком, вновь прижимая к себе. В какое-то мгновенье они оказались нос к носу друг с дружкой. У Филти перехватило дыхание.

— Эй, ты чего? — удивилась Свити.

— А? Ой! Прости, просто… Просто испугался немного.

— За меня?

— Да. Вроде как второй замок там магический. Чем-то там непростым открывается. Предметом, что ли, каким-то… В общем, был у нас тут один… Решил в последний день, перед своим увольнением, нас обчистить. Утром его нашли тут. Вот прям там, где ты сейчас стоишь. Только жареного.

— Ой! — Свити моментально соскочила с указного места.

Филти слабо ухмыльнулся. Потер ногой подбородок. Опустил глаза. Снова поднял их на Свити. Выдохнул. Решился:

— Слушай…

— Да?

— Там вечер, наверное, уже… Снаружи в смысле…

— И?

— Ну… Я вот думаю… Может, вы с Трикси переночуете у нас?

Свити задумалась.

— Я… Я не знаю, — промолвила она. — Но если ты приглашаешь…

— Конечно приглашаю!

— Тогда я попробую поговорить с Великой об этом.

— Было бы очень здорово! Пошли их поищем. Заодно придумаем, чем еще интересным заняться.

— Здорово! Пошли, конечно!

* * *

Весь оставшийся вечер Свити также провела в компании младшего Мисеркнакера. Нельзя сказать, чтобы ей это не нравилось, но порой она просто не понимала его странного поведения. Лишь ближе к ночи тот был вынужден оставить ее из-за того, что его вызывал отец, и у Свити появилась, наконец, возможность поговорить с Трикси, с которой до этого удалось перекинуться лишь парой фраз.

Свити тихонько постучала. Дверь открылась. Трикси стояла перед зеркалом, вычесывая гриву.

— А, это ты, — обернулась она к двери. — С чем пришла?

— Ну… — Свити стушевалась. Меньше всего, пожалуй, она ожидала такого вопроса. — Надо же все обсудить…

— А что тут обсуждать? Растлер пригласил меня на ужин. Тет-а-тет. Может быть и что-нибудь еще. Если все получится так, как я думаю, то сегодня ключик будет у меня. Берем ту штуку, что вам нужна и бежим.

— Вообще-то, там два замка, — сочла нужным напомнить Свити. — Второй открывается каким-то предметом, как сказал Филти.

— Я даже догадываюсь, каким именно предметом открывается второй.

— Да?

— Угу. Почти наверняка это то ожерелье с хризопразом, что мы сегодня видели. Большинство пони очень неоригинальны. Видела, как он спохватился, когда я его вытащила?

— Ага, возможно. Но, что если нет?

— А если нет, так я успею вернуть ключ раньше, чем заметит Растлер.

— Ла-а-адно… — с сомнением протянула Свити. — Может, я могу чем-то помочь?

— Кстати, да! Насчет помощи. Что там у тебя с этим, младшеньким… Как там его… Филти, да?

— Да. А что у меня с ним?

— Заметила, как он на тебя смотрит?

— Заметила. Странный он какой-то… Косится на меня так, что я за его глаза уже боюсь.

— Только косится? — прищурилась Трикси.

Свити потупила взгляд:

— Нет. Еще задевает постоянно… Правда, странно?

— И ты еще не поняла, что с ним?

— Не-а.

— И чему тебя только сестра учила… — Трикси фыркнула. — Влюбила ты его в себя.

— Влю… — Свити порозовела и замолчала.

— Именно! И это здорово! Значит, сможешь этим пользоваться! Поверь мне, это умение никогда не будет лишним. Со временем ты еще научишься крутить мир вокруг себя!

— Я…

— А раз так, то и отвлекай его, сколько сможешь, это и будет твоей главной помощью. А сейчас иди, мне надо еще успеть приготовиться.

И Трикси вытолкала ее за дверь.

— Ну, что? Может, еще чем-нибудь займемся?

Свити вздрогнула. Прямо перед ней, в полумраке коридора, стоял Филти Мисеркнакер.

* * *

Две тени неловко крались по темному коридору. Почему неловко? Потому, что это им казалось, что они крались, как пони-ниндзя. На самом деле лишних движений в этом всем было столько, что наблюдай за ними кто-нибудь, он бы сейчас улыбался бы во весь рот. Впрочем, смешков вроде бы не раздавалось, а значит, их пока никто все-таки не заметил. Тени подошли к небольшой лесенке, ведшей вниз, и начали спускаться.

— Погоди, сейчас я… — произнесла та тень, что была поменьше. — Сейчас… Ой!

Тень споткнулась и, почему-то рассыпая вокруг себя искры, кубарем скатилась по лестнице. Та тень, что была побольше, не слишком культурно выругалась.

— Я же не специально! — возмутилась тень поменьше, при этом слегка взвизгнув.

— Специально, не специально… — тихо проворчала большая. — Лучше вспомни, куда тут нажимать.

— Дай-ка подумать…

Где-то рядом, за стеной, раздался какой-то непонятный звук. Обе тени явственно вздрогнули.

— Давай, вспоминай быстрее!

— Кажется этот…

Где-то что-то щелкнуло. Дверь, которой заканчивалась лестница, тихо приоткрылась. Тени прошли внутрь, закрыв ее за собой. Тихий, розоватый свет озарил небольшую комнатку. А вместе с ней и пару единорожек, в нерешительности застывших перед большой железной дверью.

— Тьфу! — та из них, что была побольше и имела отливавший в синеву окрас, выплюнула небольшой ключик и тут же подхватила его магическим захватом. — Ну, если это не тот ключ… Тогда я не знаю, что сделаю с этим старым… изощренцем.

— Изо… чего? — уставилась на нее меньшая, нежно-розовая в свете рога своей напарницы, все еще пытаясь что-то сделать и рассыпая искры от рога своего. — Трудно было его достать, да?

— Да. Но меня такими играми не удивить. Я все-таки умотала его раньше.

Ключ тихонько хрустнул, проворачиваясь в крошечном, еле заметном, замке.

— Какими играми? Вы там что, играли во что-то? А почему не позвали нас? Я там Филти развлекала, а вы…

— Кхм! Я не про те.

— А про ка… — единорожка прикусила губу. — Забыли!

В двери что-то тихонько зажужжало. Ровно в середине ее открылось крохотное окошко, внутрь которого тотчас же было помещено, камнем вперед, ожерелье, извлеченное напарницами из витрины во время их короткого разговора.

— Хоть бы мы не поджарились… — пролепетала меньшая, пятясь от двери.

— Чего?

— Филти сказал, что последнего, кто пытался их ограбить, нашли на полу. Зажаренным.

— А раньше ты сказать о том, что это была не пьяная шутка, не могла, да? Или я для тебя…

Гневную тираду прервал гул.

Обе пони в страхе уставились на дверь.

Гул прекратился.

Что-то коротко прошипело, и дверь начала открываться.

* * *

Свити не спалось. В который уже раз переворачивалась она с одного бока на другой, пучила глаза в потолок, пытаясь представить себе что-нибудь занудное, что можно было бы посчитать, зарывалась лицом в подушки. Все напрасно. Происходившее этой ночью все никак не желало покинуть ее бедную головушку. То, как они в несколько ходок таскали к своему ящику всякую ерунду, хоть мало-мальски напоминавшую какую-нибудь статую, и распихивали это по тайникам внутри ящика… Даже то, что обе они были единорогами, а Трикси еще и кое-как разбиралась в магии, даже могла что-то там, никак им не помогло — практически каждая вторая вещь, что встретилась им там, обладала какой-то магией. Поди там разбери, что из этого нужно…

А еще ей дико мешало заснуть это ощущение… Ощущение того, что она не одна в этой большой, темной комнате. Что кто-то стоит сейчас и смотрит ей в спину, дышит ей в гриву, пока она, отвернувшись к стенке, вновь безрезультатно пытается заснуть.

Свити крутанулась в постели. Резко, скорее, чтобы успокоить себя, села. Свесила с кровати ноги.

"Конечно, это глупо, — подумала она про себя. — Но…"

— Кто здесь?! — громким, чуть дрожащим голоском, спросила она темноту. — А ну выходи!

Она уже думала спокойно улечься обратно, когда…

Когда из дальнего угла к ней шагнула черная тень.

Взвизгнув, Свити влезла на кровать. Вжалась в самый дальний ее угол, впервые в жизни жалея о том, что до сих пор не овладела хоть какой-нибудь паршивенькой защитной магией. Особенно той, что позволила бы ей просочиться сквозь стену или переместить себя куда-нибудь в тихое и укромное место.

— Не п-подход-ди! Я… Я к-кусаться буду!!!

— Успокойся. Это я, — раздался из темноты знакомый голос.

Вспыхнула свеча на столике рядом с кроватью, выхватив из мрака темную фигуру.

— Ф-филти?

— Да. И я все знаю.

— З-знаешь…

— Про то, что вы ограбили отца.

— И…

— И я пока никому об этом не сказал. Пока.

— …

— Я понимаю, что вы здесь не просто так. В Лос-Пегасусе тоже была ваша работа? Можешь не отвечать. Это неважно. Я готов вам помочь.

— Помочь? Нам? Но…

— Да. Помочь. Я могу вывести Луламун и помочь вынести ваш ящик. Но у меня есть одно условие. Если ты на него не согласишься, то я сдам вас охране прямо сейчас.

Свити почувствовала, как к горлу подкатил противный комок.

— К-какое условие?

— Ты останешься здесь.

ГЛАВА 42

Расплата

— И ты от так от взяла и оставила ее там?!

На всякий случай я придерживал Эплджек ногой.

— От просто так взяла и оставила ее на произвол судьбы и этих Мисеркнакеров?

— Да ты понимаешь вообще, что натворила, а? — взорвалась молчавшая на протяжении всего рассказа Дэш. — Ты понимаешь, как ты нас всех сейчас подставила?

Радуга рванулась было к Трикси, но Из успел схватить ее за хвост.

— Ну а что я могла бы сделать? Что? — голос Трикси срывался. — Этот Мисеркнакер все предусмотрел! Малейший звук с его стороны и нас порвали бы на кусочки!

— Она права, — хмурые взгляды сфокусировались на Деринг Ду. — Там она бы ничего не сделала. Без шансов.

— А тут, что? Есть шансы?

— Тут мы как раз сможем разобрать, что из прихваченного действительно ценно.

— Ну определим мы что из этого нам нужно, а дальше-то что? — все еще горячилась Радуга, до предела натягивая собственный хвост.

— Спокойно, — Из отпустил хвост Дэш, в результате чего та, не ожидая такой свободы, врезалась в стену за спиной Трикси. — У меня, кажется, есть идейка. Но мне нужно время, чтобы все подготовить.

— Сколько? — я оперся на стол.

— Два дня минимум. Твой нарядец гвардейца все еще тут?

— Форма? Конечно со мной. Что ты задумал?

— Потом расскажу, а пока у нас есть чем заняться — давайте-ка разберемся со всем, что она сюда натащила.

Все молчаливо согласились, и принялись за поиски нужной статуэтки.

* * *

— Поверить не могу… А я ведь доверился ей! Повелся, как жеребенок! Старый болван!

Растлер Мисеркнакер стоял посреди разоренного хранилища и пытался привести мысли в порядок. Конечно, эта двуличная воровка смогла вынести не так уж много, в битсах ущерб был невелик. По крайней мере, для него. Но ущерб для коллекции… Он был огромен! Ведь он собирал редкости всю жизнь, не гнушаясь ничем ради пополнения коллекции. Ему было, как сейчас сыну, когда он добыл свою первую вещь… Растлер вздохнул. А ведь, казалось бы, он сделал все для того, чтобы обезопасить свое хранилище, а вот как оно обернулось… Толстые стены… Надежные двери… Охранники… К Дискорду! Он с раздражением пнул бесполезную дверь. Столько усилий, чтобы защитить то, что тебе дорого, и все даром! Где теперь искать эту Луламун и ее помощницу? Нет, он, конечно, объявит награду за ее голову, но что это даст? Да, ее непременно найдут. Да, притащат сюда. В каком-нибудь виде… Но ведь она наверняка успеет все распродать, а на что ему она, если не удастся вернуть украденное?

Позади раздались чьи-то шаги. Растлер обернулся. Ну вот. Теперь и сын узнает о его провале.

— Горюешь о своей коллекции?

Странно, но, похоже, Филти совсем не был удивлен увиденным.

— Да. Ерунда, конечно… Но до чего обидно. Я ведь их всю жизнь собирал.

— Ну и зря, — Филти презрительно фыркнул. Не ожидал он увидеть отца такой размазней. Сдает старик.

— Что "зря"? — Растлер неожиданно разозлился. Порой, его просто бесила эта особенность сына не выражать никаких эмоций ни лицом, ни голосом. — Что "зря"?!! Ты хоть понял, что нас обнесли?!!

— Конечно понял, — продолжал тот все тем же "бесцветным" голосом. — Я сам им и помог.

— Ты… — старший Мисеркнакер осел на пол, хватаясь копытами за сердце. — Ты… сделал что???

— Помог им.

— Да… Да я теб…

— Отец. Тебе не о чем волноваться. Я не идиот, чтобы делать что-то во вред нам. Мы вернем украденное, и очень быстро. А у меня еще и джек-пот, — ухмыльнулся Филти.

— Что… Что ты имеешь ввиду?

— Она сама нам все вернет. До последнего битса.

— Как? У тебя какой-то план?

Вот! Вот теперь Филти уже узнавал своего отца. Собран. Четок. Думает коротко и трезво, как кассовый аппарат. Одно слово — Растлер Мисеркнакер!

— У меня есть даже кое-что получше плана. У меня ее помощница. Свити.

Понимающая улыбка расплылась по лицу Растлера:

— Так ты хочешь ее обменять?

— Ага. Только односторонне. Она отдаст нам все, но не получит ничего.

— Думаешь оставить ее себе?

— Верно.

— Она тебе так понравилась?

— Да.

— Что ж… — улыбка стала еще шире. — Дарю!

* * *

Свити смотрела в окно. В другое время она, наверное, расплакалась бы, но сейчас на это почему-то не было сил. Она совершенно не представляла, что будет дальше. Вот так вот добровольно стать чьей-то заложницей… Представлялось, что она теперь так и просидит взаперти в этой комнате до самой старости.

Не получилось.

Заскрежетал в дверном замке ключ. Дверь открылась. На пороге стоял Филти Мисеркнакер с абсолютно ничего не выражающим, окаменевшим лицом. Просто стоял. Не переступил даже порог комнаты. Стоял и молчал.

В конце концов, Свити надоело первой:

— Так и будешь торчать на пороге и молчать? — с раздражением спросила она. — Проходи.

Филти вошел.

— Говори.

Филти и сам бы был рад, если бы знал, что сказать. Его хватило только на то, чтобы прийти. Что говорить или делать, этого он не знал. Надеялся, что догадается, когда увидит ее, но этого не происходило.

— А что говорить? — пробормотал он, понимая, что молчать дальше становится просто глупо.

— Ну… — Свити тоже не знала, что сказать. Пожевала губу. — Расскажи хоть, когда ты нас раскусил?

— Тогда, когда мы с тобой столкнулись в коридоре. Я слышал из-за двери обрывок вашего разговора и решил проследить. Помнишь, я показывал, что комнаты в доме соединены тайными переходами? В стенах тоже кое-где есть. Ими я и воспользовался, когда следил за вами ночью. Правда, там, возле лестницы, я чуть не выдал себя — запнулся за что-то. Я видел, как вы открыли дверь. Как таскали вещи. Все видел.

— И почему не сдал сразу? Почему помог Трикси? Почему заставил меня остаться тут? Я ведь могу рассказать твоему отцу о твоей нам помощи. Не боишься?

— Нет. Я сам уже все ему рассказал.

— Как? — Свити оторопела. — Рассказал?

— Да.

— И… как он…

— Нормально. У нас есть способ вернуть все, что вы украли.

Свити села на пол. Прижала ушки. Приложила копытца к голове.

— Не-по-ни-ма-ю… — прошептала она. — Зачем ты все это затеял?

— Чтобы ты осталась тут, — просто, как что-то само собой разумеющееся, сказал Мисеркнакер.

— Т-то есть… Я в роли… игрушки, да?

— Нет, — Филти сел рядом. — Не знаю. Не могу описать. Слишком сложно.

— Да не старайся, — Свити нагнулась, пряча глаза. — Все с тобой ясно.

— Я еще сказать хотел… Ты… это… если куда-то выйти захочешь… или там… еще… чего-нибудь… По территории поместья… если захочешь… Свободна… Только ты это… сбежать не пытайся, ладно?

Ответа он так и не дождался.

* * *

Филти уныло брел по аллее, по которой еще вчера с такой радостью вел Свити в дом. Он пытался понять. Понять самого себя. Он совершенно не отдавал себе отчет в том, что он сейчас творил. Не понимал, зачем он ввязался в эту двойную или даже тройную игру. Чего он вообще хочет? Дать понять папаше, что его барахло не самое главное в жизни? Нет. Тот не поймет. Заставить Свити остаться тут, с ним? А чего он этим добьется? Помочь кому-то вроде Трикси? Да нет. Просто разнообразить свою жизнь? Да, но… Ради чего он все это начал? Почему не сделал вид, что ничего не слышал и не видел? Почему не сдал их сразу? Почему не помог просто так? Почему рассказал отцу? Ни на один из этих вопросов у него не было однозначного ответа. Ответ был только на вопрос: Почему он заставил Свити остаться? Но и тот был до мерзости прост — он не мог не попробовать. И все. Такой вот ответ. Может, стоило бы и на остальные дать именно его, но даже этого он не мог. Не было у него и ответа на вопрос: Что он собирается делать дальше? Положим, украденное отцу он действительно вернет. Свити? Держать ее он, конечно, не станет. Пусть только вернут что украли. Он уселся на скамью. Ту самую скамью своего вчерашнего позора, о котором сегодня ему и подумать-то было противно. Сел. Уставился на землю перед собой. К Дискорду все это, все эти вопросы. Вопрос надо решить один: Что делать дальше? И на этот вопрос ответ нужно найти немедленно! Быть может, это станет одним из тех поворотных вопросов, которые в дальнейшем способны повлиять на всю его жизнь. Филти согнулся, обхватил голову ногами — от всего этого у него начала ныть голова. Как же ему сейчас хотелось, чтобы пришел кто-нибудь, кто решил бы его проблемы. Ну или хоть подсказал бы путь к этому решению. Он огляделся. Только кусты вокруг. Да и как иначе, он же в лабиринте? Так ничего толком и не решив, Филти встал и поплелся домой.

А дома его ждала картина, от которой он просто остолбенел.

Он решил заглянуть в тот коридор, что вел в комнату Свити. Трое здоровенных наемников двигали шкаф, закрывая им дверь, что вела в ее комнату! Рядом, естественно, стоял его отец.

— И запомни! — громко говорил он. — Ты можешь не есть. Ты можешь не пить. Ты можешь не спать. Ты можешь творить что угодно. Но! Или ты выйдешь отсюда с моим сыном и будешь жить с ним долго и счастливо, или вообще не выйдешь!*

У-у-уй! Филти с силой провел ногой по лицу. И после этого вы говорите, что у него нормальный отец?

— И что ты здесь творишь? — без предисловий обратился к тому он.

— Твое будущее. Я заставлю ее выйти за тебя.

Мисеркнакеру сильно захотелось съездить кому-нибудь по лицу. Может, даже себе.

— Отец!

— Да?

— А ты вчерашний день хорошо помнишь?

— Не очень, если честно, а что?

— А в комнату за сегодня хоть раз заглядывал?

— Нет.

— Так вот загляни! — Филти едва не выругался. — Она года на два моложе меня! Что ты там собрался делать?!

— Да?

— ДА!

— Тогда… Тогда ничего. Уходим ребята. Шкаф поставьте на место.

И, дождавшись пока те это сделают, Растлер Мисеркнакер быстро удалился. Филти даже не сомневался — будет продумывать план помощи сыну номер два.

— Старый озабоченный идиот… — пробормотал он вслед. И уже громче. — Свити! С тобой все в порядке там?

— А тебе какое дело? — услышал он в ответ. — Я уже сказала… кому-то там, что есть я отказываюсь. По крайней мере, сегодня.

— Я… услышать тебя хотел…

— Услышал? Вот и иди давай!

То, что Филти был прав в своих подозрениях насчет отца, выяснилось уже вечером того же дня, когда охранники силой притащили Свити Бель и усадили ее за накрытый к ужину стол. Продолжилось это и на следующий день. От разминки утром и до самого ужина их насильно держала вместе охрана. Конечно, можно было бы от них избавиться. Но у Свити не было никакой возможности это сделать, Филти же и вовсе было не до этого. Он, наконец, придумал, как ему себя вести и сейчас пытался продумать наперед все свои возможные действия.

* * *

Настало утро третьего дня с того момента, как его ограбили. Сам того пока не замечая, но Растлер создал для себя новую систему исчисления времени — с того момента, как его ограбили. Ему нечего было делать. Следуя идее, поданной сыном, ему не оставалось ничего, кроме как ждать, когда воровка сама свяжется с ним. Но, ожидание затягивалось, а потому Растлер, желая отвлечься, сидел в библиотеке, в своем любимом кресле, и продумывал план мероприятий для сына и той единорожки, помощницы обокравшей его Луламун. Он уже поминутно расписывал для них будущий вечер, когда ворвался один из слуг.

— Там… Там у ворот…

— Так. Вышел. Отдышался. Постучался.

Слуга покорно вышел и через минуту неспешно постучал в дверь.

— Входи. Что там у тебя?

— Кхм! Сэр! У ворот поместья вас дожидаются представители гвардии и городской стражи. Велено передать, что Вам будут возвращены некие ценности, без уточнения какие именно, о которых Вы, якобы, знаете.

Мисеркнакер вскочил:

— Так какого… ты тут выделываешься?! Сразу не мог сказать?!

И он галопом помчался к въездным воротам поместья.

Перед воротами и в самом деле стоял офицер гвардии. Растлер кинул оценивающий взгляд. Строгость. Выправка. Физическая форма. Идеально подогнанная форма. Сомнений быть не могло — перед ним настоящий офицер личной гвардии ее высочества принцессы Луны. Самый настоящий. Такого не подделаешь. Еще больше "настоящести" ему придавало наличие десятка городских стражников, выстроившихся у него за спиной. Перед теми лежала пара больших, туго набитых мешков.

Все это Растлер определил для себя еще на ходу, приближаясь к воротам.

— Чего застыли истуканами?! — прикрикнул он на нерасторопных охранников. — Открывайте ворота! Живо!

— Растлер Мисеркнакер? — подошел к нему офицер, как только ворота были отворены.

— Да. Чем обязан?

— Капитан Анноун. Темная Гвардия, — кинул копыто к уху офицер. — Этим утром нами была задержана мошенница, а теперь, видимо, и воровка — Трикси Луламун. Она дала признательные показания и сообщила о вас, как владельце данных редкостей. Подпишите, пожалуйста, этот документ.

С этими словами офицер вытащил из своей сумки какой-то листок и передал его Мисеркнакеру. Растлер вчитался. Документ оказался всего лишь списком возвращаемых вещей, но… Он перечитал еще раз. А затем еще. И еще…

— Простите, но это не все… — проговорил он изменившимся голосом. — Здесь отсутствует… одна вещь… Конечно, это, в общем-то, лишь милая семейная безделушка, но она была дорога мне как память…

— При задержанной была найдена некоторая сумма денег. Возможно, она успела ее продать.

При этих словах Растлеру, судя по выражению его лица, сильно поплохело.

— Что-то не так? — осведомился офицер, заметив перемену в лице хозяина поместья.

— Нет, нет, что вы! — пожалуй, излишне торопливо ответил тот, подхватывая услужливо поданное одним из охранников, перо, и запечатлев на бумаге изощренный фамильный вензель. — Все в порядке. Могу я забрать свои вещи?

— Одну минутку. Протокол должен быть подписан свидетелями.

Только сейчас Растлер заметил нескольких горожан, часть из которых он смутно припоминал, стоящих сбоку от них.

Офицер почему-то замешкался, подойдя к ним.

— Да! — он обернулся. — Я прошу передать нам находящуюся, как нам стало известно, у вас помощницу Луламун — некую Свити Бель.

Мисеркнакер почувствовал слабость в ногах. Немало сил ушло на то, чтобы не плюхнуться на круп.

— К-какую помощницу? — выдавил он.

— Которую вы задержали, конечно, — чуть удивленно выгнул бровь офицер.

— Из-звините, но вы, видимо, что-то путаете, — Мисеркнакер справился, наконец, со своим голосом. — В моем поместье находятся только мои слуги и охрана. Заверяю вас!

— В таком случае вы, я надеюсь, не будете препятствовать, если мы немного прогуляемся по нему вместе с вами?

— Буду! Это мой дом и я не позволю расхаживать по нему просто так! А разрешающих бумаг, как я погляжу, у вас нет.

— Верно, — офицер кивнул. Обернулся к горожанам. — Я прошу засвидетельствовать, также то, что в допуске на территорию поместья с целью передачи в наши копыта вероятной преступницы, нам было отказано.

Те, переглянувшись, неуверенно покивали.

— А теперь давайте проверим, все ли вещи находятся в этих мешках. До этого вы подписали общий протокол, но процедура требует проверить каждую вещь. У вас в поместье есть опытный ювелир? Он также должен будет засвидетельствовать подлинность вещей.

— Увы, — мотнул головой успокоившийся Мисеркнакер. — Ювелира у меня нет.

— В таком случае, я обязан послать за ним в город. Есть ли какие-то возражения? Предпочтете ли кого-то конкретного?

— Нет. Все логично. Возражений нет. Ювелир может быть любой, на ваш выбор.

— Хорошо, — офицер кивнул одному из охранников, и тот удалился. — Приступим.

* * *

За всем этим действом, из облаков, наблюдала парочка пегасов. Вернее, конечно, пегасов вокруг было больше, но именно эта парочка устроилась выше и скрытнее всех.

— Ну что? — обратилась к своему напарнику голубая пегаска. — По-моему, пора накрутить ему хвост?

— Угу. Будем надеяться, что магическая защита поместья сейчас ослаблена. Пора!

И пара, прикрываясь низко плывущими облаками, перелетая от одного к другому со скоростью молний, начала подбираться ближе к поместью. В какой-то момент эти молнии резко рванулись к земле и скрылись в густых кронах росших в саду деревьев.

Им повезло. Ни один охранник, из тех, что гуляли по территории так их и не заметил.

Несколько минут спустя, так и не подняв шума, они оказались перед домом.

Пегаска, обладательница гривы всех цветов радуги, негромко присвистнула:

— Вот это домичек! От скромности этот Мисеркнакер точно не сдохнет! Только как же мы проверим такую громадину? А? Из?

— Элементарно, — успокоил ее напарник. — Делим домик пополам и облетаем. Ты свою половину, я свою. Нужное нам окно где-то на третьем этаже. Ты направо, я налево. Только умоляю, не шуми!

— Скрытность — мое второе имя!

И они начали.

Прошло уже немало времени с того момента, как они разделились. Из успел уже полностью осмотреть свою половину, так и не давшую результатов, и сейчас ожидал Дэш. Той все не было. Из начинал волноваться. Прошло еще несколько минут. Он больше не мог ждать. Что-то определенно случилось. Подумав так, Из, убедившись, что его все еще не видят, полетел в ту сторону, в которой скрылась Радуга. Он осматривал окно за окном. Наконец, попалось и то, которое, судя по полученному от Трикси описанию, и было им нужно. Но спальня за окном была пуста, а само оно закрыто изнутри. В этот момент его внимание привлек какой-то негромкий шум. Из глянул вниз. Прямо под ним стаял какой-то черный пони-подросток и махал ему ногой. Убедившись, что его заметили, тот, не говоря ни слова, указал ногой куда-то на стену, ниже и правее Иза, после чего развернулся, и не слишком музыкально что-то насвистывая, не спеша пошел куда-то в сторону ворот так, как будто и не видел тут постороннего пегаса, пытающегося вломиться в дом. Странно. Из присмотрелся к указанному месту. Наконец, он заметил небольшое полуподвальное окно с выбитым стеклом. Со стороны его было бы сложно заметить, так как с земли его прикрывали высокие кусты каких-то ароматных цветов. Как по Изу, так даже вонючих. Он бесшумно опустился рядом. Подкрался. Прислушался. Внутри явно кто-то разговаривал.

— Здорово. И что мы будем с ней делать?

— Сначала пусть Мисеркнакер снимет нас отсюда. Потом разберемся с этой летуньей.

Странно, но голос, сказавший это, показался Изу смутно знакомым. Будто бы он знал его владельца…

Он нагнулся и аккуратно заглянул в окно. Говорившие явно стояли где-то сбоку, так, что он не мог их видеть. Зато он видел, что комната была крохотной спальней. Прямо рядом с окном стояла кровать, возле дальней стены — еще одна, а на ней… Из улыбнулся. На ней сидела, забившись к самой стенке Свити Бель. Похоже, она тоже заметила его — вон, как глаза сверкнули, но больше ничем этого не выдала, молодчина! А вот то, что он заметил секундой позже, не понравилось ему совсем.

На полу, рядом с кроватью, вся в мелких порезах, по-видимому, от выбитого стекла, лежала Радуга. Нехорошо лежала. Глаза закрыты, но вроде дышит. На лбу зреет шишка. Похоже — без памяти.

— А чего не сейчас? Перетащим в другую комнату! — какой-то пони подошел к Дэш, закрывая ее от окна своим крупом.

Из почувствовал вдруг, как накатывает на него жаркая, липкая, удушливая волна. Знакомая ему волна. Еще секунда…

Белая молния выбила остатки оконной рамы, со звоном влетая в крохотную комнатку, сопровождаемая роем мелких кусочков стекла и сбила с ног того несчастного, что попался на ее пути, приложив об столбик в спинке кровати с такой силой, что тот потерял сознание!

Молния замерла посреди комнаты тяжело поводя боками и не сводя взгляда с представших перед ней троих жеребцов.

— Ну так и есть! А я-то гадал ты это или не ты! — блеснули в то ли ухмылке — то ли оскале жемчужно-белые зубы.

Пони, стоявший по центру, неуверенно переступил с ноги на ногу. Пригляделся:

— Ка-а-акие пони! Командир! Вот уж кого не ждал тут увидеть! Я уж думал, гниешь себе где-нибудь на уютненьком рифе.

— Увы. Как видишь — я пока еще жив.

— Но ведь это всегда можно поправить, не так ли?

— Так, да только не тебе править, Талласик.

— Да… Минули те времена… А ведь когда-то ты называл меня по имени — Монгрел.

— Ты сам тому виной.

— Возможно. Интересно, а кто тебе та симпатичная пегасочка, что ты так вломился? Про мелкую, заметь, не спрашиваю.

— Не твое дело.

— Не-е-е… Дай догадаюсь! Подружку себе завел?

— Твое какое дело? — с напором отчеканил Из.

— Да никакого. Просто у нас давно уже никого не было… Слушай! А может, уступишь ее нам не на долго, а? Мы в долгу не останемся.

— Че-е-его?

— Да ладно тебе! Тебе, значит, ее можно, а всем, как обычно?

— Монгрел Талласик!

— Да, Из Чадье?

— Последнее, что я скажу тебе — через мой труп!

— Как скажешь!

И, не дожидаясь готовности Иза, тот, кого он назвал Монгрелом Талласиком, бросился в бой. Оставшиеся двое последовали за ним, хотя и не так рьяно.

Впрочем, поскольку все четверо не были вооружены, а пуще того ввиду скромных размеров комнатки, явно неприспособленной для побоищ, бой почти сразу превратился в драку, а та, в свою очередь, в свалку, где большинство ударов наносились просто на удачу, а в ход порой шли лбы, зубы и попавшиеся под копыто предметы.

Казалось бы, численное преимущество противника здесь могло решить все, но получалось совсем наоборот. Из старался держаться в проходе между кроватями, так, чтобы спиной прикрывать начавшую шевелиться Дэш. Противники же нападали фронтом, больше мешая друг другу, либо разрозненно, поодиночке, что, учитывая опыт и силу Иза, также не шло им на пользу. Мордобой грозил затянуться надолго.

— У-у-уй… Какого сена… — Дэш открыла глаза и замерла, глядя на развернувшуюся перед ней баталию. В этот момент Из таки изловчился, и хлестким ударом отправил одного из нападающих в нокаут. — Ниче се… Это че, все за меня, да?

— Ага, — фыркнул Из. — Делиться не… хочу.

За спиной Радуги что-то хлюпнуло. Та обернулась. На кровати, по-прежнему, сидела, прижавшись к спинке, Свити Бель и отгораживалась ото всех подушкой.

— В порядке? — тут же переключила на нее внимание Дэш.

— Ага.

— Тогда… У-уй! Давай за мной. Не знаю, сколько смогу, но тебя мы щас вытащим.

И, подсадив недотягивавшуюся Свити, Радуга выбралась в окно. Следом за ней, раскидав противников, бросился и Из. Напоследок, окинув взглядом комнату, задержав его на секунду на уже поднимавшемся Талласике, он заметил, что все это время комната освещалась не только дневным светом из окна. Под самым потолком покачивался на веревке небольшой масляный фонарь.

"Странно, почему многие еще любят применять эту пожароопасную штучку? — подумал он. — Ведь вспыхнуть может что-нибудь в любой момент. Тут пока еще не вспыхнуло, но это мы сейчас исправим".

Уже через секунду масло пролилось на стоящую возле окна кровать, а мгновением позже коснулся ее и веселый язычок фитиля. Комната моментально заполнилась едким дымом. Таким едким, что Из с трудом нашел окно даже при том, что он только что смотрел на него. Пришлось даже изрядно порезаться каким-то незамеченным в дыму осколком стекла, прежде чем ему удалось выбраться.

Из огляделся. Зелень, солнце, мгновенно ударившее в глаза, свежий воздух, стоящая рядом Дэш и лежащая на ней Свити. Вроде бы все, что нужно — в наличии.

— Мы еще встретимся, Чадье… — раздалась из клубящегося в комнатке дыма классическая фраза, прервавшаяся сдавленным кашлем. Настолько классическая и шаблонная, что Из брезгливо сморщился. — Еще встретимся!

— Да, да… Надоест жить — обращайся! Так и быть, помогу по старой памяти!

— Ну, что? — устало глянула на него Дэш. — Полетели?

— Вперед, — кивнул он.

* * *

— Ну? Что скажете? — нетерпеливо спросил Мисеркнакер прибывшего несколько минут назад ювелира, все это время внимательно рассматривавшего коллекцию.

— Что скажу? — полноватый и почти лысый единорог с колючими глазками отстранился от очередной вычурной статуэтки. Не спеша убрал мегаскоп в маленький холщевый мешочек, болтавшийся у него на шее. — Что я скажу… Или эта ваша Трикси очень шустра, или вы, дорогой мой, лжете нам относительно стоимости предметов вашей коллекции.

— Что??? — ошарашенный владелец поместья бухнулся на круп. — Что??? Вы хотите сказать, что…

— Что очень многое из того, что я вижу — подделка.

— Но… Но этого же не может быть?!!

— Уж поверьте. Это факт.

— Эти предметы точно принадлежат вам? — вздохнув, осведомился стоящий рядом офицер.

— Да, но… Они настоящие! Они не могут быть подделкой!

— Увы. Учитывая таланты Трикси, о которых я наслышан, я не исключаю, что она могла успеть зачем-либо сделать копии и заменить оригиналы. Впрочем, если хотите проверить все сами, у другого ювелира, вы можете оставить их себе.

— Спасибо, пожалуй, я так и сделаю.

— Я могу идти? — ювелир глянул на изящные золотые часы на ноге. — Я, простите, спешу.

— Да, конечно, — офицер покопался в сумке, доставая очередную бумажку. — Только подпишите вот это.

— Ну, что ж… — продолжил он, как только ушел ювелир. — Мы, вероятно, тоже скоро уйдем, но с вами мы не прощаемся. Вы ведь будете присутствовать на процессе?

— Не знаю, — Мисеркнакер задумался. — Наверное.

— Конечно будем! — раздался за спиной голос, от которого Растлер чуть не вздрогнул.

— Филти?

— Да, отец?

— Но ты же вроде…

— Там все в порядке, вот я и решил, что, может быть, могу быть полезен тебе тут.

— А… Ну… Ладно.

— Что ж, — офицер глянул в небо, подхватил сумку и повернулся к воротам. — Думаю, все формальности мы соблюли. Если действительно окажется, что вещи подделаны, вы можете получить деньги по их стоимости, если ее докажете. Думаю, мне пора откла…

Он прервался на полуслове.

Растлер проследил за взглядом гвардейца и вздрогнул.

Через пару секунд на землю перед ними в полном молчании опустились двое пегасов. Вернее, пегас и пегаска, на спине у которой…

— Та-а-ак… — совсем другим голосом протянул офицер. — Вот это сюрприз! Та самая Свити Бель, я полагаю?

— Ага, — грустно кивнула жеребяшка, слезая.

— Так вы все еще утверждаете, что на территории поместья никого не было?

— Но… Но…

— Не нокай, не запряг! — угрожающе подошла пегаска. — Ты ведь знаешь, что полагается за сокрытие преступников?

Мисеркнакер покрылся холодным потом. Он знал. Отлично знал.

— Значит так, — офицер резко обернулся к горожанам. — Вы можете засвидетельствовать факт того, что разыскиваемая помощница мошенницы Трикси Луламун была обнаружена на территории поместья Мисеркнакеров?

Те быстро и уверенно закивали.

— Кроме того… — заговорил белый пегас, до того молчавший. — Наемники Мисеркнакера покушались на нашу жизнь.

— Еще и попытка убийства гвардейца, так? — офицер вновь глянул на Мисеркнакера. Вот только куда делся прежний добродушно-сочувствующий взгляд?

Растлер, все еще продолжая сидеть на крупе, подался в страхе назад, едва не ложась на землю.

— Сержант!

Один из стражников выступил вперед.

— Этого… — офицер небрежно кивнул на Мисеркнакера. — В кандалы и запереть пока здесь. Выставить охрану. Никого не выпускать до нашего возвращения. Мы доставим задержанную и немедленно вернемся.

Стражник молча кинул копыто к уху.

— Но мои ве… — тихо проблеял старший Мисеркнакер.

— Конфискуются, — отрубил офицер. — Сдается мне, дорогой вы мой, что вы еще и нас решили надуть с их стоимостью и получить за них столько, сколько эти подделки не стоили никогда.

Растлер упал на землю. Он был уничтожен.

— В кандалы, — снова кивнул офицер.

И трое гвардейцев, быстро собрав вещи в мешки и подхватив задержанную, скрылись вдали, а стражники повели в дом когда-то черного единорога. Когда-то, ибо сейчас даже через черноту его шкуры пробилась седина.

И никто из них не заметил, как и куда исчез младший Мисеркнакер.

ГЛАВА 43

Крушение

Комфортабельный вагон первого класса уносил нашу компанию сквозь ночную мглу прочь от Лос-Пегасуса. Громадный и тяжелый поезд, один из лучших в Эквестрии, все еще был в полном нашем распоряжении. Сверкали бриллиантовой россыпью в небе мириады звезд. Мелькали какие-то небольшие селения, горящие во тьме редкими огоньками. Длинными, светящимися червяками проплывали поезда, остановившиеся для того, чтобы дать дорогу нам.

Я зевнул и отстранился от окна:

— А все-таки идея пойти ва-банк оказалась отличной!

— А чего было скрываться? — потянулся на соседнем сидении Из. — Он ждал любого подвоха, но точно не ждал удара в лоб.

— Угу. Как и я, — Дэш, сидевшая рядом с ним, скривилась и пощупала копытом лоб. — С-с-с… До сих пор болит… Правда, теперь я знаю, каково это…

— В смысле? — недопоняла ЭйДжей. — Ты че се раньше шишек не ставила?

— Да нет. Просто только теперь начинаю понимать, что такое быть аликорном. Интересно, у Твайли крылья также болезненно росли, как у меня рог?

Все улыбнулись.

С того момента, как мы покинули поместье Мисеркнакеров, прошли почти сутки. Шкипер удивительно быстро сумел привести в норму свое "Копье" и даже набрать команду, так что до Лос-Пегасуса мы добрались с такой скоростью, на которую не могли даже надеяться. Да и там мы не стали задерживаться надолго — нас ждали дома. Связались с "отставником", доложили ему ситуацию по поиску статуи, узнали взамен последние новости Понивилля. Затем — ненадолго разошлись. Из отправился искать подходящих скупщиков, готовых дать хорошую цену и банк, куда эту цену можно было бы засунуть, ибо тащить за собой два мешка драгоценностей или их финансового эквивалента было бы хоть и приятно, но накладно. Дерпи решила заглянуть в больницу, проведать того стражника, что пострадал, помогая нам. А я и все остальные отправились прямиком на вокзал, готовить к отправке бронепоезд, все еще дожидавшийся нас на запасном пути.* Правда, шли мы не спеша, решив никого не нанимать, не удержались и кое-куда по дороге завернули, в результате чего наше благосостояние увеличилось еще на пару сотен битсов.

К тому моменту, когда на перроне показались Из и Дерпи, встретившиеся на подходе к вокзалу, наш поезд уже ждал их под парами и тронулся, стоило только закрыться толстенной двери вагона. И вот, теперь черная громадина вновь летела вперед, через ночь, распугивая встречные поезда, боязливо останавливающиеся задолго до прохода нашего гиганта.

— А часто у вас в гвардии… бывают такие идеи? — спросила, ни к кому конкретно не обращаясь, Трикси из-за соседнего столика. — Просто интересно…

— Вообще-то, я и не состою в гвардии, — ответил той Из. — Пока, по крайней мере. Вот и… пополняю немного наш бюджет.

— Угу, — ухмыльнулась "Великая и Могучая". — И на много пополнил?

— Ну, много не много, а за пятнадцать тысяч продал в какой-то частный музейчик. Это я, правда, продешевил, можно было бы и втрое дороже продать, но у меня и была-то всего пара часов, пока мы в городе были.

Трикси замолчала, видимо, переваривая услышанную сумму.

— Да, кстати, — я обернулся через спинку сиденья. — А ты уверена, что мы оставили правильную статуэтку?

— А-а-абсолютно, — Деринг растянулась на сиденье и неэстетично взгромоздила задние ноги на стол, почти под нос Дерпи. — Сам посуди. Во-первых, она явно магическая, что подтверждают Трикси и Свити. И магия эта из древних. Во-вторых, она из какого-то непонятного камня, а это, знаешь ли, показатель. В третьих, сама она тоже очень древняя, это тебе уже я подтвердю… Возраст ее примерно соответствует тому, что мы ищем — эпоха Свирла Бородатого, или даже раньше. В четвертых, она представляет из себя некоего старого пони в остроконечной шляпе и с посохом, попирающего какую-то тварюку, очень похожую на тех, что повылазили из кургана в лесу.* И в пятых, это единственный предмет, из всех, о котором я не знаю абсолютно ничего. Ну… Кроме той мелочи, что сейчас сказала. Если об остальных я хотя бы краем уха слышала чего-то или могу что-то сказать о них и их ценности, то вот тут… — она развела копытами.

— Ясно. Значит, это действительно обязана быть именно она. А, кстати, Дитзи, ты, случаем, ничего о такой не слышала?

— Не-а, — та обернулась с грустной миной. — Ни о чем таком даже и не читала.

— Значит, придется нам ждать встречи с Твайлайт, чтобы та окончательно все расставила по местам, — я глянул на валяющуюся под сиденьем сумку Иза, где и пребывали сейчас оказавшаяся на удивление компактной статуэтка и та "волшебная" папочка, что все еще удерживала с нами "Великую и Могучую". — А вообще-то, нам здорово, на мой взгляд, повезло, что в поместье все прошло так гладко.

— Ну… Я бы не сказала, что гладко, — поморщилась Радуга.

— Вообще-то, да, — поддержал меня Из. — С антикваром подходящим нам повезло. Да и в самом поместье. Я ведь так понимаю, что у них там достаточно куда более надежных помещений, чем та спаленка… Да и поведение этого черного…

— Какого "черного"? — тут же появилась рядом с ним Скуталу и оперлась на сиденье.

— Да обычного… Черный единорог-подросток. Грива изумрудно-зеленая.

— Так эта *нехорошее слово* была и там?! Ты его видел?!

— Да, а что? Я так понял, что это сынок нашего Мисеркнакера.

— И ты ему ничего не сделал??!

— Нет. Он даже показал мне нужное окно, что совсем уж странно и ушел, будто ничего и не было.

— У-у-уй! Ну почему он не попался мне?! Я бы ему… — Скут проглотила слова, готовые было вырваться, и с силой хлопнула копытом по сиденью.

— Да как бы мы вас туда провели? — слегка остудил ее я. — Вы и так были достаточно близко, чтобы видеть все, что происходило у ворот. Вдобавок, я уверен, у тебя еще будет шанс с ним поквитаться.

— Очень на это надеюсь, — хмурая Скут взгромоздилась на диванчик рядом с Эплджек и, схватив со стола бутерброд, вгрызлась в него. — Офень нафеюфь!

— Так! Погодьте-ка! — из-за спинки показалась голова Эпл Блум. — Если я че-т где-т понимаю, так выходит он нам помог? Он ведь появился у ворот и заявил отцу, шо там все в порядке?

— Верно, — кивнула ЭйДжей. — Я тож эт слыхала.

— Угу. Правда, мне это окошко тоже он показал, — задумчиво нахмурилась Дэш, — И получила я из-за него. Но, по всему выходит, что он специально все так устроил, — тут ее лицо приняло какое-то романтическое выражение. — А Из, выходит, снова меня спас…

— Кхм! — закашлялся герой, перехватив ее взгляд. — Получается, что да.

— То-о-оесть… — продолжала Блум. — Выходит шо он не так уж и плох?

— Уфу! — прочавкала Скут, покосившись на нее. — Фот тофько конфефку иф нефо телафь не нафо! Там *невнятное, но явно нехорошее слово* вфякого дофтатофьно. Наферняфа у нефо фо-то сфофе фыло на уме. Или хто-то.

Лица Свити я в этот момент не видел, но наверняка она снова покраснела.

— Ладно! — Дэш хлопнула копытами по столу. — Чего сидеть да киснуть? Бутеры всухомятку трескать. У нас ведь планов до завтра точно больше нет?

— Да вроде… — неуверенно глянул на нее Из.

— Значица, предлагаю отметить наше успешное возвращение! Тут ведь где-то шикарный запасец вроде был? Не, мы, конечно, прилично его урезали еще в прошлый раз, но его ведь наверняка пополнили? Я надеюсь…

— Ой, подруга… Не говорила бы ты гоп пока не перепрыгнешь… — недовольно глянула на ту ЭйДжей. — Я, канешн, не против и сама иногда… И даже нередко… Но ведь мы еще не приехали, а ты уже отмечать хочешь.

— И че? Че такого-то? Нас что, останавливать кто-то будет, что ли? Да и сами мы тут ничего не натворим, — РД поднялась с дивана и пошла разыскивать бар. — Так! Лично я — наливаю. Остальные — как хотят.

А что "остальные"? Мы с Эплджек переглянулись. Не знаю, как в моих, а в ее глазах четко читалось одно: "Нельзя допустить, чтоб она "отмечала" одна. Сопьется к Дискорду". Мы вздохнули. Вновь обещалась веселая ночка.

* * *

Ночь уже начала превращаться в утро, когда мы, наконец, перестали "отмечать". Нет, конечно, то, "чем" отмечать не кончилось. Просто, наконец уснула Дэш, а без нее все это быстро сошло на нет. Почти все уснули ненамного позже ее. Почти, потому, что мы с Эплджек еще как-то держались, привалившись друг к дружке и глядя в приоткрытое окно. Совершенно, впрочем, непонятно на что глядя, ибо видно не было ни зги.

Именно поэтому мы были единственными, кто тогда услышал этот жуткий звук…

Звук металла с мерзким скрежетом трущегося об металл!

Дикий, надрывный визг тормозов!

Поезд бешено дернулся, кидая нас об стол! Полетели на пол вещи. Зазвенела, разбиваясь, посуда. Посыпались со столов пустые бутылки.

Треск!

УДАР!

Громкий, подобный взрыву, хлопок!

Скрежет рвущегося металла!

Вагон, резко завалился на левый борт.

На мгновенье мелькнуло ощущение, что он куда-то падает. Все мы, кто проснувшись, кто нет, с криком полетели друг на друга и на то, что когда-то было левой стенкой вагона, а сейчас, по-видимому, решило примерить на себя роль пола. Все, что я успел, это покрепче обнять Эплджек и Скуталу, спавшую по другую сторону от меня и постараться каким-то образом упасть раньше них. Кажется, это удалось. Краем глаза заметил, что ЭйДжей вроде бы поймала на себя Блум.

Что-то ударило меня по голове.

Наступила уже привычная темнота.

* * *

"Ну почему мне всегда достается по голове?" — мелькнула в темноте первая мысль. Не вдаваясь больше в философию и понимая, что, по крайней мере, жив, я попробовал открыть глаза. Напрасно. Это почти ничего не дало. Света в вагоне не было. Пробивался, правда, откуда-то сверху лунный свет, но его еле хватало на то, чтобы разобрать контуры предметов, да и эта бурая пелена перед глазами…

Прямо передо мной лежала Эплджек. Блеснул в лунном свете приоткрывшийся глаз:

— Ч-че эт было… — выдохнула она.

— Эт-то? Это *некая странная разновидность пушного зверька*! — ответил ей голос Скуталу откуда-то из-за моей спины.

— Уй… Да выпустите вы м-меня-я… — между мной и ЭйДжей кто-то зашевелился. Качнулся в лунном свете громадный бант.

— Эп-пыл Блум, ты в п-рядке? — все также тихо прошептала ЭйДжей.

— Да. Вроде. Кроме т-того, шо вы меня придушили. Фу… И отравили…

— ЭйДжей… Ты с-ма-то как? — выдавил из себя я, с трудом узнавая собственный голос.

— Жива навродь…

— Скут?

— А че ми-не будит? В п-рядке, канешн!

Я попробовал приподняться. Перед глазами поплыла непередаваемая разноцветная муть, все так же смазанная чем-то бурым, но сесть мне все-таки удалось.

Где-то рядом раздались приглушенные стоны.

— Свити? Ты где? Ты в п-рядке? — Эпл Блум полезла куда-то по битому стеклу.

— Да, — раздался тихий голосок из-за того, что когда-то было спинкой сиденья.

— Дерпи? — начал я перекличку.

— Я тут! — раздалось, почему-то, откуда-то сверху. — Правда, где именно, вот это я не скажу. Я хоть и здорово приложилась, но все равно сейчас почти ниче не вижу. Правда, похоже, что где-то висю. Ща, наверно, грохнусь. Если че — убирайте роги.

— Так. О рогатых, — я на секунду замешкался, сообразив, что сказал, и надеясь, что Свити этого не услышала. — Трикси!

— Спасиб-бо, что и обо мне вспом… нили. — отозвалась та откуда-то из темноты. — Живая я.

— Я тут! В порядке! — не дожидаясь вопроса, дала о себе знать Деринг.

— Из! — окликнул я брата.

— Дэш! — одновременно позвала ЭйДжей, чуть приподнимаясь.

— Мы тут! — слитно позвучали откуда-то слева два нетрезвых голоса.

— Нас прид-вило чем-то. Вст-ть не могу, — продолжил Из.

— Ну… Ты эт… Как бы… Мож-шь и ни торопиться особ… — каким-то странным голосом пробормотала Радуга. Даже не пьяным. Просто странным.

— Скут! П-дняться можешь?

— Ага… — ее нога обхватила меня за шею. Потом вторая, — От-на я! — жарко выдохнула та мне в ухо и уткнулась в шею носом.

— И к-да ток успела… — осуждающе прищелкнула языком ЭйДжей. — К-да мы усе успели…

— Скут… Отп-сти п-жал-ста… А то я ща не встану.

— Агы! — ноги убрались с моей шеи, зато я почувствовал, как чья-то голова уперлась мне в спину. Низко. — А ну под-майси!

Наконец, мы с ЭйДжей сумели, с горем пополам, подняться и на ощупь двинулись в ту сторону, где, судя по какому-то непонятному хрюканью, издаваемому Радугой, лежали они с Изом.

— Мда… — выдавила ЭйДжей, когда мы, наконец, добрались до них. — Мда…

— Ой к-к мила-а… — Скуталу вновь обхватила мою шею. — Не, я пыдызривала, но… Постисялись бы… Тут ить Свити… Хде-та…

Я же молчал и созерцал картину, весьма неплохо освещенную пробившимся через окно вверху лучом лунного света.

На мягкой спинке сиденья, часто и громко дыша, лежала пунцовая, что было заметно даже при таком скудном освещении, и какая-то перевозбужденная Дэш, придавленная Изом, которому, в свою очередь, мешал подняться сорвавшийся с крепления и приваливший их обоих стол. Из при этом… Ну… Наверное, он так пытался выбраться, но выглядели эти движенья… Экзотично.

— Че случилось? — раздался позади голосок Блум. — Вам п-мочь?

— Не-е! — обернулась Скут. — А глянуть стоит… сто… ит…

Она пьяненько хихикнула и уткнулась мне в гриву.

— Из, — я попробовал сдвинуть стол, соображая, что если Из сдвинется еще чуть вперед, то ситуация станет уже совсем неприличной. — Помочь?

— Не-е-е… Я уже п-чти все. Щас вылезу. Стол ток держи.

— Ага… — прерывисто выдохнула Дэш, прикрывая глаза. — Я тоже… Щас… Все…

Издав чуть слышный стон, она выгнулась на встречу Изу и почти сразу опустилась обратно:

— Все…

Я медленно оглядел присутствующих.

Из. Тот, похоже, и вовсе ничего не заметил. Как совершал свои странные движения в попытках ползком выбраться из-под стола, так и продолжал дальше.

Эплджек. Смущенная, а потому просто стоящая и смотрящая куда-то мимо них.

Ну и наконец, все еще как-то конвульсивно обнимающая мою шею Скуталу. Вот она точно смотрела не мимо. Безграничное удивление в глазах, приоткрытый ротик и стекающая из него капелька слюны были тому подтверждением.

* * *

Прошло еще немало времени, прежде чем мы смогли выбраться из опрокинутого вагона. Вагона, которому очень повезло, как и его нетрезвым обитателям. В отличие от обитателей вагона первого, куда, по роковому стечению обстоятельств, отправились спать стражники из охраняемого вагона, ведь сейчас им нечего было охранять — сейфы вагона были пусты, и прочий персонал поезда…

Я опустился на землю последним, неся на себе Скуталу, и только сейчас смог хоть немного оценить масштабы случившегося. Это было страшно. Действительно страшно. Мост был небольшим. Не очень-то и высоким. Да и перекинут-то он был всего лишь через крупный овраг. Но этого хватило. Похоже, кто-то старательно разобрал часть моста. Паровоз влетел на него почти на полном ходу, лишь в последний момент, успев начать торможение. Вон он, валяется искореженный, сползший с насыпи, но еще хотя бы целый на вид. Видимо, мост проломился уже в тот момент, когда по нему проходил тендер с углем, рассыпавшимся сейчас вокруг. Первому вагону повезло куда меньше. Его броня сыграла с ним и его пассажирами злую шутку. Сцепка не выдержала нагрузки и лопнула в тот момент, когда начал разваливаться мост. Вагон проломил конструкцию, врезался в насыпь с противоположной стороны моста, перевернулся и, упав на крышу, раздавил сам себя и всех, кто в нем находился не оставив им ни малейшего шанса. Нам действительно повезло. Наша сцепка тоже порвалась, но мы ударились в злосчастный первый вагон и последовавший за ним второй, и, вероятно из-за этого, упали лишь на бок. Охраняемый же вагон так и повис, упираясь с одной стороны в привалившийся к нашему вагон-ресторан, другой же все еще цепляясь за остатки моста.

Я аккуратно сгрузил Скуталу на те из сумок, что нам удалось вытащить, и мы с Изом осторожно, шатаясь и стараясь не поломать в темноте ноги, двинулись вдоль изуродованных вагонов к противоположной стороне моста, надеясь хоть кого-то еще найти.

Уже через пару минут мы поняли, что во втором вагоне никого не было, а в первом искать совершенно нечего — он был полностью уничтожен, несмотря на свою бронированность. Раздавлен собственным весом. И мы разошлись. Я решил направиться к паровозу, Из же — осмотреть сам мост.

Однако стоило нам немного отойти, как за нашими спинами раздался нестройный и не совсем трезвый боевой клич, от которого мы успели уже немного поотвыкнуть:

— МЕТКОИСКАТЕЛИ — СПАСАТЕЛИ ВПЕРЕД!!!

И, раньше, чем мы успели что-либо сделать, даже раньше, чем успела отреагировать Эплджек, Эпл Блум, воспользовавшись небольшим лазом, уже скрылась в раздавленном чреве вагона. В прочем, она почти тут же из него выскочила, прижимая копыто ко рту. Обернулась на нас с Изом. Тот медленно кивнул.

Блум слышно сглотнула. Пробормотала, обернувшись к остальным:

— Накрылась мет-точка… Нам там делать нече.

Свити, судя по виду, испугалась.

Скут же, лишь разочарованно вздохнула.

— Эп-пыл Блум! — донесся до нас сердитый окрик ЭйДжей. — Ну и куда т-ты т-м полезла, а?

Я развернулся и все-таки побрел к тому, что осталось от паровоза.

Строго говоря, я мог бы и не ходить, результат был слишком предсказуем — там тоже не было выживших. Похоже, все три члена бригады погибли от удара, что не особо удивляет, учитывая количество подходящих для этого рычагов и вентилей в кабине. Собственно, главной причиной того, что я пошел туда, была необходимость хоть немного выветрить из головы алкоголь. Вроде бы это произошло. Теперь можно было и подумать о том, что делать дальше. Уже на обратном пути ко мне присоединился Из, лишь усугубивший мои предположения сообщением о том, что балки моста были разорваны. В прямом смысле. Чем-то вроде когтей.

— Ну че? — ЭйДжей устало посмотрела на нас.

Взгляды остальных устремились туда же.

— А ниче, — я мотнул головой. — Остались только мы.

— И че дел-лать бум?

— Идти.

— Ночь же?

— Кто-то раз-рвал н-ш мост. Этот кто-то мож-т вернуться.

— Угу. Тогда логично, — ЭйДжей оглянулась на остальных. — Идем?

И поскольку те из нас, кто был в состоянии выразить свое согласие, его выразили, мы двинулись в темноту.

Конечно, будь мы в обычной ситуации, нам бы стоило просто идти по рельсам или рядом с ними, тем более что, по нашим прикидкам, мы были уже не так далеко от Понивилля, но наша ситуация такой не была. В какой-то момент нам с Изом подумалось, что глупо идти по открытой местности, когда тот, кто погубил наш поезд и едва не убил нас самих, может быть где-то рядом. Мы решили углубиться в кусты, но так, чтобы видеть дорогу. Но это было бы легко сделать, будучи трезвыми, а в нашем нынешнем состоянии… То, что путей не видно уже давным-давно, а сами мы прем через глухой лес совершенно наугад, даже не имея представления о том, в какую сторону движемся, мы поняли весьма нескоро.

Еще медленней пришло осознание того, что мы два героя-идиота. Ну почему было не переждать эту ночь под защитой брони вагона, хоть и перевернувшегося на бок, и, дождавшись утра, по шпалам, дойти до Понивилля? Но нет же! Нас понесло! А где теперь мы найдем надежный кров?

В довершение всего, на всех нас навалилась дикая усталость, начали сказываться последствия катастрофы, да еще и под копытами что-то хлюпало.

К тому моменту, когда мы вышли на какой-то сухой участок, ноги у нас уже подламывались.

— Смотрите-ка! — Свити Бель, видимо, как самая трезвая из нас, заметив что-то, указала чуть в сторону. — Там что-то есть! Какой-то… дом?

Мы пригляделись. Строение, едва заметное из-за густых кустов, и в самом деле определенно походило на дом. Правда, очень уж древний, заброшенный и наверняка прогнивший. Но, выбор был невелик: или мы ночуем в нем, или в этой грязюке. Как ни странно, но, переглянувшись, мы все-таки выбрали дом.

Мы с Изом навалились на дверь. Однако! Достаточно крепенькая, чтобы выдержать нас двоих! Заметив это, Дэш попробовала было нам помочь и выбить дверь с разбега, но споткнулась и, шлепнувшись в грязь, вместо этого едва не выбила собственные зубы об служивший порогом камень. Только подняв ее, мы заметили одну важную мелочь, заставившую нас почти синхронно съездить себе грязным копытом по лицу. Дверь открывалась наружу. Стоило лишь потянуть за ручку. Учтя это ценное открытие, и не встретив более сопротивления, мы вошли.

Ну, что сказать? В целом мы ожидали худшего. Внутри домик оказался куда крепче, чем виделся снаружи. Правда, кроме голых стен, крошечного, забранного слюдой окошка и вытяжного отверстия под потолком глазу здесь было совершенно не за что зацепиться. Ну, может, еще за каменную плиту в углу, на которой, видимо, предполагалось разжигать очаг. В остальном же дом оказался абсолютно пуст.

Правда, прилепив к бревнам пару свечей, заметили мы еще одну странную мелочь. Хоть в доме и было пыльновато, но почему-то абсолютно не было видно паутины. Но даже несмотря на то, что мы это заметили, напоминание Дерпи о том, что из хорошего места пауки не бегут, мало кого взволновало.

Мы сбросили сумки и повалились на пол. Только сейчас, проведя ногой по собственному лбу и с удивлением обнаружив на ней кровь, я заметил в каком состоянии мы были. Слава Селестии, обошлось без увечий, но вид… Грязные, усталые, нетрезвые, все в шишках, порезах и кровоподтеках… Такими только жеребят пугать. Правда, и они были с нами и выглядели не лучше. Оставалось лишь вновь, в который уже раз, порадоваться, что пара из укомплектованных когда-то мной чудо-аптечек все еще с нами и найти в себе силы на обработку всего того, что мы на себя насобирали.

Когда со всеми делами было покончено, до рассвета оставались уже считанные минуты. Однако это уже было все равно. Все мы устали настолько, что еле передвигали ноги, какой уж там поход. Я заколотил копытом в косяк деревянный засов, кое-как держащийся на двери — нашу единственную защиту и оглянулся. Все уже вповалку валялись друг на друге. Почти все.

— Эп-пыл Блум! Иди сюда, че ты? Мож сп-ть на мне.

— Угу, — скривилась Блум. — А ты не будешь дышать, да?

— В смысле?

— В прямом! Я ж отр-влюсь там! — Блум улеглась на одну из сумок, носом к двери. — Тут х-ть ветерок есть.

— Как хош, — ЭйДжей улеглась. — Алекс! А те че, тож против-газ нужен?

— Я лучше подежурю. Мало ли чего, — ответил я, незаметно дыхнув на свое копыто и принюхавшись. Мда… Блум права. Когда все проснутся, свечи лучше не зажигать — тут такие пары будут, взорвемся к Дискорду.

— Агась…. Ау-у-умпф! Ну т-гда я все, — объявила ЭйДжей и отключилась.

Я глянул на Блум, та тоже уже спала. Все верно. Досталось нам сегодня немало. Я уселся возле двери, прислонившись к косяку полулежа, с таким расчетом, что если и засну, то тот, кто решится войти, обязательно об меня споткнется. Глаза сами собой закрывались. Наваливалась дрема.

— Правда, напом-нает домик ведьмы из рассказа Иза? — раздался рядом знакомый голос.

Я вздрогнул. Похоже, все-таки задремал, чтоб его… Оглянулся. Рядом стояла усталая Скуталу.

— Есть немного. А ты че не спишь?

— Так…

— С-дись. Рассказывай.

Скут села рядом. Привалилась затылком к моему боку. Зевнула.

— А че тут рассказ-вать? И домик этот на болоте оч-чинь п-хож, и… Знаешь… Наспалась я седня как-то. И так чуть все не уснули… Тогда. В поезде.

Она вздохнула, и мы надолго замолчали.

Я глянул в окно. Конечно, через слюду мало что было видно, но все-таки определенно светало.

— Скут, — тихонько позвал я. — Не спишь?

— Не-а. С-ма не знаю че делать… И делать нечего, и спать неохота… Отупение полное.

— Угу. У меня п-хоже тоже. Но есть мысль.

— У? — слегка пошевелилась Скут. — К-кая?

— Пошли.

— На улицу? Там же… А, ну да. Там ведь уже не ночь…

И мы покинули домик. Снаружи уже и в самом деле достаточно рассвело. Можно было попробовать определить, где мы находимся.

— Скут, как насчет маленькой трен-ровки?

— В к-ком смысле? В смысле летать?

— Да.

— Шутишь, что ли? — улыбнулась она. — Канешн я всегда за!

— Ну, тогда все просто. Под-маемся выше и смо-рим, где мы есть. Готова?

— Есть! — Скут отдала копытом честь. — Готова!

— Тогда, начинай!

— Я… Я первая?

— Ага.

— С-сейчас… — голос ее дрогнул. — Сейч-час я…

И маленькие крылышки, со свойственным им странным звуком, природы которого не понимал пока никто, заработали, отрывая ее от земли. Тяжеловато, с натугой, как и всегда, но отрывая.

— По… Получается! — улыбнулась Скуталу, поднявшись уже выше моей головы.

— А ты сомневалась?

— Ну… Я ведь уже так д-вно не тренировалась…

Теперь уже улыбнулся я:

— Боишься забыть, как это делать?

— А? Ага…

— Не боись! — я подхватил ее, помогая, копытом, и начал подниматься выше. — Это не заб-вается. Если умеешь, то уже не забудешь. А ты умеешь! И еще как!

— Да скажешь тож…

Наконец, вершины окружавших нас деревьев остались позади, и мы смогли оглядеться. Болотистая местность вокруг показалась странно знакомой.

— Фрогиботом? — произнесли мы со Скут одновременно, переглянувшись.

— Была здесь? — поинтересовался я.

— Нет, — Скуталу отвела глаза. — То есть да, но… Но нет…

— Не хочешь говорить?

— Нет. В смысле не хочу. Не спрашивай.

— Ладно, как скажешь. Спускаемся?

— Давай.

Я сложил крылья и камнем устремился вниз. Скуталу только тихо пискнула — похоже, у нее перехватило дыханье.

Лишь в последний момент, я выровнялся и аккуратно приземлился на крышу. Глянул на Скут.

— Вау, — прошептала она, выдыхая. — Круто.

— А то! — я довольно развалился на показавшихся достаточно крепкими досках. — Не только Дэш кой-чего может!

— Ага, — Скут, недоверчиво косясь на поскрипывающую крышу, прилегла рядом. — Мне бы так…

— И будешь!

— Не знаю… Порой сама не верю…

Она перевернулась на спину и уставилась в небо.

— Ничего! — попробовал подбодрить ее я. — Нужна только поддержка друзей и про трен-ровки не заб-вать, и все будет отлично!

— Это да. Но хто миня поддержит? То есть, кроме Р-дуги и тя я имею ввиду. Кто еще? Дум-ю, д-же Из не станет этого делать, — Скуталу поежилась. — Странный он, ваще…

— Бывает, что на него находит, — кивнул я. — Но он мой брат. И твой тоже.

— Верно, — повернула голову Скут. — Но он не станет, я знаю.

— А подруги?

— Да их у миня вс-го две-то и есть, и ты их зна-шь. Они, конечно, во многом поддержат, но не в этом. Они не пегасы. Они не понимают.

Скут пододвинулась ближе, устроив голову на моей ноге:

— Так что как-т так. Ты и Радуга.

Мы снова замолчали, глядя на то, как начинается это утро, вернее нам просто не надо было больше ни о чем говорить. Мы просто лежали и смотрели на небо. А я еще и на Скуталу. Жеребенка, чья жизнь сложилась настолько непохожей на остальных. Грязную, поцарапанную, успевшую столько перевидать за свои, невеликие пока, годы. Понахватавшуюся таких умений и привычек, что у большинства пони волосы бы в гриве зашевелились, подумай они, что их жеребята могут узнать такое. И, тем не менее, смогшую не только выжить в одиночку, лишившись матери, но и умудрившуюся при этом остаться самой собой, не превратиться в нечто, что порой приходится наблюдать в темных переулках городов, хотя и замаскировавшую эту себя под несколькими слоями, защищающими ее от окружающих, и оттого, порой даже для нас, хорошо ее знающих, открывающуюся с какой-то совершенно новой, неизвестной ранее стороны.

Похоже, что так, лежа на крыше и любуясь рассветом, мы и заснули.

* * *

Пробуждение оказалось довольно неожиданным.

Началось все с того, что еще во сне я почуял какой-то странный запах. Я даже затруднился сразу его для себя описать, настолько тот был незнаком мне. Ближе всего, пожалуй, был бы запах прелого дерева, соломы, грязи и, если можно так выразиться, магии, смешанный воедино. Очень странный запах. В нем не было чего-то опасного, пугающего, но он настораживал, заставлял взбодриться и открыть глаза.

Именно это я и сделал. Правда, это ничего особенного не дало. Трудно увидеть что-то новое, если лежишь на спине, на крыше и смотришь в небо. Определив, что запах идет со стороны входа в дом, я аккуратно подполз к краю крыши и уставился вниз. Именно уставился. Ибо существо, которое я увидел, я менее всего ожидал увидеть спящим на каменной ступени перед нашим домиком.

— Чего здесь… — высунулась, рядом с моей, голова Скуталу. — Вау!

— Именно, что… Интересно, что он здесь забыл?

— Угу…

В это время внутри домика послышалась какая-то возня и бормотание.

— Я пойду, погляжу снаружи, — донесся приглушенный стенами голосок Эпл Блум.

— Я с тобой! — визгнула Свити.

Существо, мирно устроившееся перед домом и дремавшее сейчас, привалившись к двери, приподняло одно… Наверное, все-таки ухо и приоткрыло желтый, ярко светящийся глаз. Насторожилось.

Кто-то толкнул дверь изнутри. Существо недовольно забурчало. Толчок повторился. Ответом на него был негромкий рык.

— Забухла, похоже, — снова раздался голос Блум. — Отойди-ка! Щас я ее…

Немалой силы удар сотряс дверь, отшвыривая удивленное существо с порога и заставляя его с хрустом врезаться в соседние кусты. Дверь жалобно скрежетнула и повисла на одной петле.

На порог выскочила Эпл Блум и удивленно застыла, заметив наши, свешивающиеся с крыши, физиономии.

— Вы чей-т там забыли?

Ответить мы не успели. Из проема двери показалась нога Свити:

— Блум, смотри!

— Эт… Эт еще че за чудо такое?

— Не знаю, но это наш шанс!

— Метка охотников на… непонятных созданий?

— Да!

Скут глянула на меня. Я оценил размеры существа, бывшего не крупнее жеребенка, и согласился, вреда оно причинить не сможет:

— Давай.

— Уи-и-и-и-и! — Скут взмахнула крыльями и постаралась спикировать на вылезающее из кустов существо сверху, в то время как Свити и Блум кинулись окружать его на земле.

Издав какой-то нечленораздельный звук, создание кинулось прочь от атакующих. Трио ломанулось через кусты за ним и быстро скрылось из виду.

— Ч-че здесь происходит? — показалась на пороге заспанная Эплджек. — Куда там она кинулась? И че ты делаешь на крыше?

— На крыше я лежу. Кинулась за волчонком, как я понимаю… В какой-то мере. А происходит получение меток, — по порядку ответил я. — Остальные еще спят?

— Агась. Стоп! Каким еще "волчонком"?

В это время где-то неподалеку раздались радостные визги.

— О! А вот это мы сейчас и узнаем. Пошли?

И мы с Эплджек, сориентировавшись по звуку, отправились искать "Великих Охотниц".

Идти пришлось недалеко. И слава Селестии. Лично мне совсем не хотелось бы встретиться с его сородичами.

Счастливое трио валялось в болотной грязи, придавив собой слабо дергающееся существо.

— Вот! — Блум гордо похлопала по существу копытом. — Мы все-таки его поймали! Здорово, да?

— Теперь не сбежишь! — улыбнулась Свити. — По крайней мере, пока мы не разберемся кто ты такой и не затискаем… А чего? Имеем право! Ты жертва!

— Тьфу! Чего вы радуетесь-то? — пробулькала Скут, отплевываясь от грязи. — Меток-то как не было, так и нет!

— Эпл Блум! — ЭйДжей недовольно склонила голову на бок. — И от че я не удивляюсь, шо ты опять так усвинячилась? Прям талант какой-т всю грязь на ся притянуть. Встань уже с бедной… бедного… Че там оно есть.

Они и встали. Все. Втроем. А за ними поднялся из грязи и он…

Глаза Эплджек, на которую я смотрел в этот момент, удивленно расширились, нога стала судорожно что-то искать. Переведя взгляд, я понял ее желание. Теперь, когда можно было рассмотреть его вблизи, я тоже чувствовал острую потребность запастись камнями.

– *Выражение, которое я никак не ожидал услышать от ЭйДжей*! Блум… Ты… Ты хоть понимаешь, кто эт?! — судя по всему она еле сдерживалась, чтобы не наорать на сестру. — Им-т простительно, но ты-т!

— Ну… — замялась Блум. Голос ее становился все тише и тише. — Вродь да. Вродь понимаю. Но он же маленький?

— Да какая на… какая разница, маленький он или нет?!! — ЭйДжей все-таки сорвалась. — Это древоволк!!!

Волчонок, услышав, что речь пошла о нем, уселся рядом с незадачливой троицей и, так же, как и они, тихонько слушал Эплджек, склонив на бок голову.

— Честно говоря… — рискнул я перебить ЭйДжей. — Впервые такого вижу. Я как-то думал, что древоволки собирают себя уже взрослыми, им ведь это ничего не стоит. Ведь они порождения чистой магии. Их даже убить невозможно, разве что сжечь.

При этих словах волчонок как-то боязливо оглянулся.

— Эт верно. Я тож не видала раньше таких мелких и из каких-т сучков и сена вместо деревьев. Но эт древоволк! А эт… — ЭйДжей снова повернулась к сестре. Та, предчувствуя грозу, прижала ушки.

Я, понимая, что все, что мог для ее спасения уже сделал, отступил, и пробормотав: — Пойду собирать вещи, — пошел назад к дому.

Надо было и в самом деле поторопиться, если мы хотели добраться до Понивилля засветло.

ГЛАВА 44

Дорога домой

Сборы заняли всего пару минут. Да и что было собирать? Немного разной ерунды, что удалось нашарить в полутьме вагона, сумка со статуэткой, которую тащил сейчас Из, да старый школьный ранец Скут, вот и все, что было при нас в момент крушения. Хорошо хоть моя гвардейская форма в тот момент была на мне. Хотя, учитывая то, по какому "качественному" болоту мы сейчас шли, она имела все шансы прожить недолго. Конечно, не такого возвращения в Понивилль мы ждали, но… В конце концов, важно было не то, в каком виде мы возвращались, а то, что возвращались вообще и возвращались с победой.

Главное, что радовало всех нас, это то, что каждая минута, каждый переход от одного сухого клочка земли до другого, да что там, каждый шаг, верно, приближал нас к дому. Да, конечно, само по себе возвращение не было еще гарантией того, что скоро все это закончится, но давало хотя бы надежду на это, ведь Вечнозеленый Лес, каким бы он там ни был и что бы нас там ни ждало, был нашим лесом. Знакомым. Даже близким в каком-то роде, хоть и злом.

Кстати! О зле. Как ни странно, но тот волчонок, которого так интенсивно ловили и мучали наши юные зоологи, не уходил. Вот уже несколько раз, поворачивая голову, я замечал, как мелькают за деревьями его большие, желтые глаза. Интересно, что ему от нас понадобилось?

Примерно этот вопрос я и высказал вслух, заметив его в очередной раз.

— Ну уж не яблок в сахаре, эт точно! — хмыкнула ЭйДжей.

— Угу, — Из оглянулся на те же кусты. — Я бы и вовсе спалил бы его на всякий случай. Не нравится мне, как он за нами следит.

— Да ладно тебе, — поморщилась Дерпи. — Он же не сделал ничего плохого.

— Пока, да. Но это пока, — Из поднял ближайший камень и швырнул его в ту сторону, где последний раз видел волчонка. — А ну вали отсюда!

Слышно было, как тот кинулся через кусты.

— Так-то лучше, — Из кинул косой взгляд на Блум. — И с чего вам вообще вздумалось за ним гоняться?

— Метка, — понуро буркнула та, уже достаточно получившая сегодня от сестры, чтобы выслушивать еще и его.

— От зубов, что ли? — "уточнил" Из. — А если бы он там не один был?

Блум отвернулась.

— Плохо было бы, — ответила вместо нее Скут.

Где-то позади нас раздался звонкий, переливистый вой.

— Вот же… — чуть не выругался Из, сдерживаясь в последний момент. — Опять вернулся! Да что ему здесь…

"Что ему здесь" стало понятно в следующую секунду, когда все мы застыли, как вкопанные, чувствуя, как жидкий лед разливается по жилам, заменяя собой кровь. Как первобытный страх заполняет собой душу. Цепенея. Слушая, как слаженно, четко, красиво поют свою песнь смерти четыре матерых древоволка, неспешно выходящих из-за деревьев и окружающих нас. Спокойных. Уверенных. Знающих, что их добыча никуда уже от них не денется.

Но все-таки они явно привыкли иметь дело с лесными зверями чаще, чем с менее разумными существами. Ведь что сделали бы звери? Они бы, как и положено, поэкономили бы силы, подпустили волков поближе и приняли бы честный, хоть и заранее проигранный бой и постарались бы продать свои жизни подороже.

Мы поступили куда менее разумно. Мы подхватили жеребят и Дерпи, и, дико заорав, кинулись прямо на одного из волков! Кто знает, что тут сыграло роль, то ли волк не ожидал, что еда сама устремится к нему, то ли он так залюбовался парой пегасок, кружащихся вокруг головы и защелкался на них пастью, но нас он упустил. Замешкался. Дал проскочить подле самых его ног Изу со Свити на спине и с Дерпи, держащейся за его хвост, Эплджек со вскочившей на нее Блум, Трикси и мне, просто перекинувшему, во избежание лишних споров, Скут поперек себя, на манер куля с мукой. Ровно через секунду к нам присоединились Радуга и Деринг, а сзади послышался шум погони.

Ка-а-ак мы бежали! Думаю, будь рядом судьи, мы побили бы в этой дисциплине все рекорды, поставленные на последних Эквестрийских Играх. Впрочем, будь тут судьи, мы бы и не так волновались бы насчет того, кто тут станет основным блюдом на сегодня.

Однако все же все преимущества были в этот раз на стороне волков. Они знали этот лес. Они были тут хозяевами.

Постепенно, небыстро, но мы выдыхались. Дистанция сокращалась. Обидно. Места-то были уже сплошь знакомые. Болото давно закончилось. Еще чуть-чуть и замаячит впереди домик Зекоры. Но до него надо еще дотянуть…

С волками нас разделяло уже всего несколько корпусов, уже показался впереди поросший мхом и почти неотличимый от окружающих деревьев пустотелый ствол, послуживший основой жилища Понивилльской колдуньи-лекарши, когда…

Когда где-то впереди, чуть в стороне от нас, вновь послышался вой. Совсем другой вой. Мертвый вой, в котором не было и нотки той живой красоты, которой, несмотря на свою магическую природу, обладали голоса древоволков, а было лишь сухое, как объявление о продаже пианино в Эквестрия Дэйли, напоминание о неминуемости смерти.

Но нам было уже все равно. И этот, новый вой, лишь придал нам сил, дал хорошего кнута, позволившего ускориться, превозмочь усталость и боль, побороть еще на какие-то секунды самих себя. Вломиться под защиту долгожданного дома, захлопнуть за собой выбитую нами с разбега дверь, закрыть ее на все имевшиеся щеколды, привалить каким-то пустым стеллажом и лишь тогда позволить себе повалиться на пол.

Отдышавшись, я немного огляделся. На первый взгляд, домик выглядел заброшенным. Оно и понятно, Ведь Зекора перебралась в город еще месяц назад, когда все это только началось. Она, конечно, способна была справиться с любыми созданиями Леса, знала подход к каждому из них, но в том-то и дело, что наши Твари не были его порождениями. По крайней мере, не совсем его. И от того представляли слишком большую опасность, даже для такой зебры, как Зекора.

Снаружи же… Какое-то время ничего не происходило. Но вот, краткую тишину разорвал волчий взрык, ему ответило чье-то шипение. И началось. Воздух вокруг наполнился дикой какофонией звуков: рычания, визга, хрипов… Привлеченная ими, Свити Бель подскочила к ближайшему окошку и прилипла к нему. Впрочем, отлипла она довольно скоро. Испуганная, позеленевшая, с прижатым ко рту копытом:

— Там такое… Такое…

— Че?

— Чего там?

Мгновенно заинтересовавшись, прилипли к стеклу ее подруги.

— Фу-у… — Блум передернуло. — Мерзко-т как. Но такое не каждый день увидать можно, эт точно!

— Давай, давай, давай! А! Да чтоб тебе… — Скут ударила копытом в стену рядом с окном, — А интересно… — обернулась она к нам. — С чего вообще они взялись драться?

— Я бы удивился, если бы они начали вместе хороводы вокруг домика водить, — Из привычно ухмыльнулся.

— Я имела в виду то, что они полезли друг на дружку вместо того, чтобы вместе кинуться на нас.

— А чего тут удивительного? В последнее время у всех, наверное, туго с хавчиком.

— Хавчик, это мы? — подала голос Радуга.

— Угу.

— Агась, — саркастически ухмыльнулась Эплджек, начавшая уже исследовать комнату, оглядываясь на нее. — А ты думала, шо эт они нас ловят, шоб потискать?

— Ничего я не думала!

— Да? — не удержавшись, подковырнула ЭйДжей. — Печально, печально… Иногда полезно…

— Так! — я прервал назревающую перепалку. — Давайте лучше подумаем, как нам теперь отсюда выбраться. Рано или поздно кто-то из них победит, и тогда нам здесь туговато придется.

— Верно, — кивнула ЭйДжей. — Болтовню нам лучше отложить слегка.

— А интересно, че вообще будет, когда кто-т победит? — отвернулась от окна ее сестра. — В смысле, че нам ждать?

— Ну… — я поскреб копытом подбородок. — Если выиграют твари, то конец нам моментально. Они просто выбьют дверь и зальют тут все кровью…

Блум нервно кивнула:

— А волки?

— А если победа будет за волками… — перехватил у меня инициативу Из. — То шансик еще есть. Эти не будут напрасно тратить силы и рисковать собой. Скорее всего, они обложат дом так, чтобы мы не смогли выбраться, и будут сидеть и ждать, пока мы тут не передохнем от голода, а дождавшись, спокойно придут и пожрут.

— Да-а-а… — протянула Радуга. — Че-то как-то не радует меня перспективка.

— Да! — Скуталу со всей силы долбанула ногой по стене, так, что на той остался отпечаток ее копытца.

— Чего? — покосилась на ту Дэш. — Радуешься роли хавчика?

— А? Н-не… Там просто закончилось все.

На мгновенье все мы замерли. И верно. Кругом было тихо. Подозрительно тихо.

— И? — почему-то прошептал я. — Кто кого?

— Волки! — улыбнулась Скут. — Иначе, чего бы я радовалась-то?

— Это хорошо. И что они делают?

— Да вроде… — Скут снова всмотрелась в окно. — Вроде ушли куда-то? Кроме… Кроме мелкого. Волчонка я вижу. Тут.

— Угу. Наверняка в кустах легли. Ждут кое-кого, — Из принялся рыться на полках. — Но время у нас есть. Предлагаю потратить его с толком.

— Так у нас же тут целая… целый маг есть! — подскочила в воздух Дэш. — Так! Ну-ка давай! Колдани нам тут чего-нибудь эдакое, чтоб уделались! В смысле волки… В смысле не мы…

— Во-первых, — Трикси брезгливо отшатнулась. — Не надо лезть мне в лицо. Во-вторых, я не эта ваша… Твайлайт, чтоб вот так сразу взять и "колдануть эдакое".

— Ах, ну да, да, да-а-а… — явно рассчитывала на такой ответ Радуга. — Я ведь и забыла, что ты только мозги пудрить умеешь!

— Вот только не надо! Умею я больше многих. А таких, как ты я и без магии…

— Все! — резко обрубил их я. — Выход нужно искать. И, сдается мне, он здесь — во всех этих баночках, мешочках и пузыречках, что оставила Зекора. А главное — в книгах. Короче говоря. Вероятно, что мы ищем зелье.

— У! У-у-у! — подскочила Блум.

— Да?

— А, если найдете, можно я… — она оглянулась на Скуталу и Свити Бель. — Мы будем его варить? У меня даже опыт в этом есть! И не раз!

— Для начала, надо еще что-то найти, — уклончиво ответил я.

— Эт "да"?

— Это "не исключено, что вероятно очень даже может быть".

— Значит "да"!

Блум радостно подпрыгнула, и все мы занялись поисками того, что должно было нам помочь.

* * *

На поиски зелья у нас ушло несколько часов, однако нам удалось найти подходящий, как нам показалось, рецепт, и Меткоискатели, несмотря на все наши попытки им помешать, кинулись варить зелье. Не знаю, уж, что или кого они там варили, я в это время перелистывал книги Зекоры, в надежде найти еще хоть что-то полезное, но воняло оно просто потрясающе!

Я оторвал взгляд от очередной книги и перевел его на Блум, интенсивно помешивавшую слишком большим для нее, зажатым в зубах, половником в старом котле булькающую зеленовато-коричневую жижу. Надеюсь, сейчас она знает, что делает, так как с предыдущей мазью все вышло… Не идеально. Из, вызвавшийся добровольцем, испытал мощь получившегося чудодейственного средства на себе и получил в результате уйму новых впечатлений. Надеюсь, хоть во второй раз у нее все получится. Если нет, то, вероятно, на третью попытку у нас просто ничего не останется.

— Все! Готово! — Блум выплюнула половник, словно бы почувствовав мою мысль. — Вродь теперь все правильно.

— Вродь? — покосилась на ту ЭйДжей.

— Проверим! Из? Готов?

— У-угу, — медленно кивнул тот.

— Становись. Щас будем пробовать, — Блум кое-как стащила котел с огня, зачерпнула половником жижу и швырнула ее в Иза. Правда, из-за того, что половник был чуть ли не в нее размером, жижа полетела в Иза вместе с половником.

– *Оч-ч-чень длинно и витиевато, но от того не более цензурно*! — выдал обваренный и ушибленный Из, пытаясь стряхнуть с лица горячие капли. — Остудить не судьба?!!

— Упс… Звиняй!

Из быстро растер по себе остатки вонючей мази.

— Так. И чего мне ждать на этот раз? Облысения? Чесотки? Появления рога? Глаз на крупе?

Я смотрел на Иза и не верил своим глазам! Его фигура постепенно таяла в воздухе! Несколько секунд, и от него остались только задние ноги!

— Ты че там на мой круп пялишься? — переступили ноги.

— Так больше некуда.

— В каком смысле?

Свити Бель, как будто специально этого ждавшая, немедленно продемонстрировала Изу его вид при помощи небольшого зеркальца, зажатого в зубах.

— Круто! — радостно подпрыгнули ноги. — И сколько это продлится?

— Минут пять должно, — пояснила проходившая в этот момент мимо Деринг Ду, хлопая Иза по крупу и ловя на себе мрачный взгляд Дэш. — Нам хватит. Давайте лучше искать, как из дома будем выбираться. Просто так они нас не выпустят.

— А что тут думать? — Дерпи махнула ногой. — Я даже вижу! Вверх гляньте!

И в самом деле! Даже странно, что никто из нас не замечал до этого, что то, что казалось какими-то древесными кольцами посреди потолка, на самом деле было люком! Несколько секунд, потраченных на его открытие и поиски того, что служило Зекоре лестницей, и мы оказались на небольшой огороженной площадке, по-видимому, использовавшейся хозяйкой дома для каких-то тренировок. Странных, судя по количеству песка, камней и разных палок на площадке. Однако у нас не было времени разбираться в их предназначении — где-то внизу, заметив нас, зашевелились в кустах древоволки. Если они соберутся в гиганта, то достанут нас даже здесь.

Мы спустились вниз, но уже через минуту были снова на крыше, в этот раз уже от копыт до кончиков ушей обмазанные тем жутковатым варевом, что состряпала Блум.

— И почему мы не можем просто уйти? Нас же не видно? — возмущалась Трикси, принюхиваясь и морща носик.

— Агась. Попробуй, если хошь! Волки не видят нас, но они не слепые, шоб не увидать следы, шо ты оставишь. И не тупые, шоб не заметить такую вонищу, — одернула ту Эплджек. — Но ты давай, если хошь. Можешь проверить.

Обиженная и чувствующая себя опозоренной, Трикси замолчала.

Радуга прикинула вес только что снятых Изом сумок, к содержимому которых добавились некоторые, оставленные Зекорой, снадобья, и сейчас также старательно нами обмазываемых:

— Вот же… Это мне опять ломовой лошадью работать?

— Или это, или ты несешь Трикси и Свити Бель, — "успокоил" ту Из.

— Давай сумки, — Дэш взвалила на себя нашу довольно таки объемистую поклажу. Взмахнула крыльями, с некоторой натугой поднимаясь в воздух и постепенно растворяясь в нем.

Из последовал ее примеру, подхватив под передние ноги Трикси и подождав, пока уже еле заметная Свити Бель устроится у него на загривке.

Следом за ними поднялись в воздух Деринг Ду, которой Эплджек доверила сестру, и Дерпи, которой доверили саму себя.

Последними, и уже не с первой попытки, стартовали мы с Эплджек и ухватившаяся за мой хвост и кое-как держащаяся в воздухе Скуталу.

* * *

Перелет получился довольно долгим и не самым простым. Трудновато ориентироваться в пространстве правильно, когда не видишь себя. Тем более что действие мази почему-то прошло далеко не так быстро, как планировалось. Практически, нам почти всю дорогу пришлось лететь, не видя самих себя и, что хуже, не видя тех, кого мы несли. Учитывая, что маршрут наш пролегал по лесу, шишек было набито немало. К тому же, не видя друг друга, мы умудрились едва не сбиться с курса. Но, все рано или поздно кончается. Кончилось и действие мази, а вместе с ним закончились и те мелкие проблемы, что преследовали нас в дороге.

Замаячила впереди знакомая поляна на опушке леса. Наш, одноэтажный на вид, домик. Площадка для наблюдения на крыше. Тропинка к дому Флатершай. Привычный, уютный холодок по спине. Все так, будто и не покидали мы родной дом на весь этот… Сколько же прошло уже времени? Месяц? Больше? Похоже, я давно уже сбился со счета. А помнится все так, будто только вчера вернулись, еле держась на ногах, с вечеринки у Пинки Пай, которую та закатила в тот раз в честь прибытия Иза. Будто и не было потом всей этой череды странных и опасных событий, нервов, крови… Только сейчас, вернувшись, наконец, домой, почувствовал я, как мне не хватало спокойствия и уюта. Конечно, я любил, и всегда буду любить свою жизнь гвардейца. Это мое призвание. Но любому гвардейцу важен крепкий и надежный тыл. Место, куда можно вернуться. Важны те, кого он защищает. Вот именно этого чувства, пожалуй, мне все это время немножко не хватало. Сейчас оно появилось вновь. Мы были дома.

Я аккуратно опустил Эплджек на землю, перед самым порогом, и приземлился сам. Все было так, как должно было быть, однако… Однако чего-то тут явно не хватало.

Эплджек тревожно оглянулась.

— Маки?! — позвала она. — Бабуля?! Флат?!

Все верно! Ведь мы оставляли их здесь. Да и не только их. Дом должен был оставаться чем-то вроде штаба на время нашего отсутствия. Однако сейчас я не замечал рядом с ним ни малейших признаков того, что здесь кто-либо был. Не было даже охраны. Вообще никого!

Преодолев второй рубеж магической обороны дома, мы вошли. Привычно, тепло и мягко засветился заговоренный кристалл посреди огромного стола, освещая нашу уютную гостиную. Ни следа разрушений. Это обнадеживало, но не объясняло отсутствия кого бы то ни было. И все же они ушли сами, безо всякой спешки, и это, несомненно, было хорошо.

Едва только кристалл осветил комнату, как Эпл Блум желтенькой молнией метнулась по дому.

— Ба?! — раздался ее голосок из кухни.

— Мак?! — распахнула она двери спален.

— Да где вы все?! — гулко раздалось из коридорчика подземного этажа.

— Куда все делись? — резко остановилась та перед не успевшей еще сделать и пары шагов Эплджек, заставив ту оторопело застыть с поднятой от неожиданности ногой.

— Спокойней, спокойней, Блум, — я подошел к столу, на котором желтел в свете кристалла листок бумаги. — Сейчас мы, наверное, все узнаем.

Я пододвинул листок поближе и принялся читать вслух:

— "Гвардии капитану Алексу Анноуну. Если ты сейчас это читаешь, значит, дела наши пошли хуже, как я и предполагал. Надеюсь, что у вас все не так плохо. Почему опаздывает ваш поезд? Что случилось с рацией? Почему молчит? Бред. Пишу так, будто ты мне сейчас ответишь. Дальше постараюсь коротко и по существу. Как я здесь оказался? Просто. Твари сейчас пытаются отрезать ваш дом от города. Я взял десяток бойцов и выбрался сюда, чтобы проверить обстановку. Если им все таки удастся задуманное, то я попытаюсь собрать силы, какие смогу, пробить еще коридор и вывести гражданских. Больница Понивилля сейчас превращена в нечто вроде… Вот же… Не знаю, как и сказать… Общежития для беженцев, что ли. Не знаешь, зачем я пишу свои мысли? Вот и я не знаю. Тупая привычка. В общем, если нас нет в доме, то мы попытались прорваться в город. Надеюсь, что нам это удастся. В целом по ситуации в городе. Принцесса Селестия полностью отозвала из города всю свою "парадную" гвардию. Почему? Пока этого достоверно выяснить не удалось. Есть только какие-то обрывки информации, на грани слухов, об ухудшении обстановки на границе. Где… Чего… Не ясно совсем. Увы, как видишь, даже наша разведка не всесильна. Селестия есть Селестия, если уж она что-то скрывает… Даже Луна вроде бы не может пока ничего от нее добиться, но на всякий случай отозвала часть наших "темных" гвардейцев, когда прибыли те ребята из-за гор. Кстати! Спасибо тебе за них! Отличные лучники и превосходные бойцы! Не знаю, что бы мы сейчас без них делали. Конечно, по мнению некоторых, их командир "темная лошадка", но, как по мне, так на него можно сделать ставку. Правда, и тут я пока мало что узнал. Что же касается общей обстановки и настроений в городе… Как тебе сказать… Нет, духом мы не падаем, спасибо Пинки Пай, но… Откровенно говоря, все уже очень устали от такой жизни. Даже я, на что уж военный, а все равно впадаю временами в какое-то опасное состояние… Вот вроде этой пустой болтовни на бумаге! Все! Хватит! Что касается еды. Необходимый минимум всегда в наличии. Уж чего-чего, а травы и листьев кругом пока достаточно. Выдачу хлеба и прочих продуктов, требующих приготовления, производим строго поштучно прямо на мельнице, которая, как ты, конечно, помнишь, имеет при себе небольшую пекарню, или в тех местах, где их производят. Пришлось, к ужасу той же Пинки, полностью прекратить изготовление сладостей, иначе у нас бы быстро закончились мука и прочее необходимое. Сам понимаешь, что запасы готового зерна для муки в городе невелики, поставок больше нет — Твари перекрыли дороги, а хлеб куда важнее тортиков и кексиков. Вода. Тут все не совсем понятно. Несколько горожан отравились. К счастью несильно. Причины пока неясны. Медики постоянно промывают им всем уши насчет необходимости кипятить воду. Вроде действует. Кроме того, в городе оказались просто таки неисчерпаемые запасы спиртного всех крепостей. Дурацкое слово, но уже написал. Я крепость в градусах имел ввиду. Видимо, это что-то из легендарных запасов Бэрри Пунш. Плюс к тому, те потрясающе-плодоносные кусты винограда рядом с ее домом не пострадали, так что, вино будет, что при нервности нашей работы немаловажно. Медикаменты. Пока запасов больницы еще хватает, но они, увы, не безграничны. По самым оптимистичным прикидкам их хватит еще недели на две-три, потом могут начаться проблемы. Вообще же… Как видишь, ситуация со времени вашего последнего приезда ухудшилась, но не так сильно, как могла бы. Мы здесь тоже сложа копыта не сидим, стараемся, как можем. С нетерпением жду твоего появления в городе и возможности покончить, наконец, со всей этой мерзкой дрянью. Отставник".

Под письмом стояли дата и подпись. Дата была сегодняшней.

— Уф! — выдохнула Эплджек, положив ногу мне на спину. — Значит, они в больнице.

— Верно. Если им удалось про… — Из осекся под моим взглядом. — Конечно они в больнице, где им еще быть!

— Че "про…" — прищурилась в его сторону Эплджек.

— Про? А, про-о-о! Про… блемка, я хотел сказать, у нас опять. Опять нас от них Твари отделяют.

— Верно, — я глянул в окно. — Но эту проблемку я предлагаю решить уже завтра, а сегодня заночевать дома.

— Ага. Неплохой, кстати, домик для гвардейца, — Трикси уже как-то чрезмерно по-хозяйски разглядывала спальню. — Уютненько тут у вас, — она покосилась на кровать. — Аэродромчики…

— Ты на что это намекаешь? — почему-то тут же вспылила Радуга.

— Я? — "Великая" была самой олицетворенной невинностью. — Совершенно ни на что! Мало того! Я теперь, может, и сама себе что-нибудь такое отгрохаю. Знаешь ли… Хочется иногда какого-то перерыва в бродячей жизни.

— Ты это про что? — заинтересовалась Деринг Ду.

— Да вот… — Трикси извлекла из своей крохотной сумочки на шее небольшое украшение. Голубовато-зеленый камень, оправленный в золото.

— По-о-огодь-ка! — губы ЭйДжей растянулись в ухмылке. — Эт, часом, не тот камешек, которого тада Мисеркнакер-т хватился, шо ты его уперла и сбагрила?

— Он самый. Надеюсь, что мне позволено будет оставить его себе? Как память о бедном, бедном Растлере, — Трикси подпустила слез в голос. — Лишиться семейной реликвии, передаваемой из поколения в поколение… Как я его… не понимаю. Нелегко ему, наверное. Ведь столько сил, столько жизненной энергии, столько нервов он тратит на это презренное золото! Бедный Растлер! Впрочем, вспоминая, что это еще и ключ к его хранилищу, не мешало бы его сделать еще беднее… Ведь чем меньше золота у него будет, тем легче ему самому будет жить! Или я не права?

— Еще как, — довольно крякнул Из, вытягиваясь на одном из диванчиков у стены. — Надо тебе будет как-нибудь помочь старику. Помощь, ведь, дело благородное. Воздастся. Если поймают…

— Да, — Трикси быстро "скисла". — Рисковать мне сейчас… И из-за вас в том числе… Но камешек-то я могу оставить на память?

— Да оставляй, — махнул я ногой. — Кто мешает?

— Вот и хорошо, — Трикси плюхнулась на кровать. — А зеркал у вас в доме нет, это чтобы не видеть в них ужас по утрам, после веселой ночи?

— А вот это стыдно не знать, — хмыкнул я.

— Чего?

— Того, что любое зеркало можно при желании превратить в портал, надо только иметь второе зеркало. Этот дом — крепость, и нужно, чтобы он таким и оставался. Ставить зеркало в нем, это все равно, что оставлять открытую дверь и вешать над входом табличку: "Бесплатная кобы… выпивка здесь!"

— И верно! Забыла я этот фокус.

— Есть кто будет? — высунулась из кухни Радуга. — Я тут нашла кой-чего.

— Есть будут все, — чуть поморщилась Эплджек. — Ток от давай щас без отмечаний, агась? Наотмечались уже вчера.

— Да-авай, — протяжно вздохнула Дэш.

— И какие у нас планы на вечер? — развалилась на диванчике Деринг.

— Ну… — ЭйДжей метко кинула шляпу на крючок возле входа. — Лично у меня планы помыться. А шо еще нам всем надо? Помыться и соснуть немного.

Ме-е-едленно и красиво выкатывались на лоб глаза привалившейся к косяку Радуги. Тихо осели на ковер Меткоискатели. Привстал с дивана Из. Застыла с туповатой улыбкой Дерпи. Отвисла челюсть Деринг. Уставилась в одну точку сидящая на кровати Трикси.

— Сде-лать че? — тихо и раздельно произнесла Дэш.

— Соснуть часок-другой, — непонимающе уставилась на нее ЭйДжей. — Всем нам не мешает. Сама ведь знаешь.

— Я? — копытце Дэш коснулось собственной груди. — Ну…

— Агась. Ты ж любишь всегда?

Дэш нервно икнула, подошла к ближайшему дивану и, не замечая, что тот уже занят Изом, села на него, вжимая того крупом в спинку. Из не издал ни звука. Лишь скосил глаза на прижавший его круп и закусил губу.

— Да какого сена вы все на меня так уставились? — не выдержала ЭйДжей. — Можно подумать, шо никто, кроме меня, не любит немного соснуть… Поспать… чуть-чу…

ЭйДжей замолчала. Сделала пару шагов назад. Наткнулась на стол. Хрюкнула. Села на пол. Лицо ее быстро приобретало густо-малиновый цвет.

— С-сено… дура… — пробормотала она, закрывая лицо ногой.

— Так, — я подошел к ней и закинул ее ногу себе на шею. — Пойдем-ка. Там вода уже греется. Ванна. Пойдем.

Уже спускаясь по лестнице, я обернулся, глянув на остальных. Никто не двинулся с места. Только дергающаяся Дэш легла животом на диван, уткнувшись лицом в его боковину, так, что все еще не издавший ни звука Из, наверное, дышал сейчас уже ей в бок, да Меткоискатели провожали нас взглядами.

— Пошл… сосн… — невнятно пробурчала Дэш.

Я лишь покачал головой.

* * *

— Дура… — Эплджек подставила голову под струю горячей воды, падающую из длинного желоба, тянущегося от самой стены и заменяющего собой душ. — Какая же я дура…

— Да ладно тебе! — я пододвинулся поближе. — Ну, оговорилась. С кем не бывает?

— Оговорилась? Скажи уж, опозорилась! Эт ж надо такое ляпнуть! И главное, шо я совсем не эт имела ввиду!

— Так это они не поняли. Причем тут ты?

— При всем. Я че, догадаться не могла, шо они эт так поймут? Так нет же… Еще и повторила несколько раз… И при ком! Ла-ано там Дэш, поржет часок и забудет. Деринг тож, наверн. Трикси? Да Дискорд с ней, с Трикси! Даже Дерпи и то ла-ано. Взрослая. Наверн. Но от то, шо я эт при Меткоискательницах наших шлепнула! При Блум! Я ж даже не ругаться при ней стараюсь! Если уж припрет, так хоть слова приличные подбирать пытаюсь, а тут такое выдала… Любительница соснуть… Дура набитая! — и ЭйДжей, глотнув воздуха, ушла на дно. Лишь ее грива покачивалась на поверхности воды, да всплыла пара пузырьков.

Подождав несколько секунд, я нырнул следом, вытаскивая ее на поверхность:

— Ну ладно уж тебе! Думаешь, Эпл Блум не поймет?

— Наоборот. Боюсь, шо уже поняла, — ЭйДжей привалилась ко мне. — Только от не рано ли ей все эт…

— Да брось. Она уже в таком возрасте…

— Наверн. Но не в том, шоб услыхать от такое от от сестры?

— Я думаю, она поймет, что ты хотела сказать, — я осторожно сунул ногу под воду и провел копытом по животу ЭйДжей. Та рефлекторно улыбнулась. — И поймет правильно.

— Думаешь?

— Конечно поймет! Вы ведь с ней так близки! Даже в чем-то похожи.

— Агась. Хотя кой-че в ней меня порой шокирует.

— В смысле?

— Ну, упористая она, как и я. Эт у нас семейное. Но от элемент ей явно не достался.

— Ты про честность?

— Агась.

— Это верно. Как она яблочки иногда продает, это мы помним, — улыбнулся я, глядя в глаза ЭйДжей, и с радостью отмечая, что смог вызвать ответную улыбку.

— Верно. Эт не ее порок — честность.

Я вновь провел копытом по ее животу, отвлекая от не нужных мыслей, и уже не переставал. Вверх и вниз… Вниз и вверх…

— Ох, Алекс! Ну че ты… Че ты дела… ла… Хи! Хи-хи! Ха! Х-ха-ха-ах! Ах-ха-ха! Мва-а-ха-ха-ха-а-а-а а-ах!

Раскрасневшаяся, распаренная, ЭйДжей обмякла. Впрочем не на долго.

— Ах от, значит, как, да? — развернулась она ко мне, зловеще улыбаясь. — Пользуешься моей слабостью, да? Ну держись!

Я лишь не менее зловеще улыбнулся ей в ответ.

* * *

Поднялись мы как раз к ужину. Все уже сидели за накрытым столом.

Конечно, стол не был особо богат, так, кое-какие овощи, яблоки, сок, слегка подсохшие маффины, да прессованное сено из нашего запаса, красиво разложенное на тарелке. Будто этим оно могло хоть кого-то привлечь. Красовавшиеся рядом свежие цветы в маленькой вазе, видимо, только что кем-то нарванные, и то вызывали куда большее желание.

— И как? — не выдержала крылатая язва. — Удачно?

— Отлично! — в лицо ей улыбнулась Эплджек и, привычным движением опершись на стол, подпрыгнула и приземлилась крупом на стул.

Дэш ошалело замолчала. Такого ответа она явно от нее не ждала. Я перехватил взгляды. Блум — удивленный, направленный на сестру. И Скуталу — вопрошающий и направленный почему-то на меня. Взгляд Свити я тоже перехватил, но он выражал только мысль: "Да ну вас всех…", и был направлен на лежавшую перед ней вареную морковку.

— Те бы тож не мешало бы! — продолжила Эплджек. — А-т не пойми на кого похожа!

— Чего?

— Помойся, говорю, пойди! А-т у тя аж крылья в грязи! А ты о чем?

— Я? — Дэш явно смутилась. — Да и… И я о том же!

Что ж! Я взглянул на Эплджек. Красивый оборот. Дэш была пристыжена моментально. И из ситуации вышла ловко. Горячая ванна, немного помощи, и результат был куда лучше той немой сцены, что была полчаса назад.

— Давай, давай! Те тож надо взбодриться!

Скуталу еле слышно хмыкнула. Я, не поворачивая головы, перевел на нее взгляд.

— Слышала, — так же тихо шепнула она, катая копытцем яблоко по тарелке и, на секунду, оторвав от него глаза. — Трудно было не услышать.

Убедившись, что этого никто больше не увидит, я скривил рожу.

— Ладно, ладно. Молчу.

Весь оставшийся ужин, с легкой подачи Дерпи, вовремя ввернувшей пару фраз, быстро перерос в то, чего у нас давненько уже не было — простую дружескую болтовню, ничего особенного не значащую и ни к чему не обязывавшую.

ГЛАВА 45

Назад в город

Ночь прошла великолепно. Да и как еще может быть, если эту ночь мы провели дома, в окружении тех, кто был нам дорог? Если на эту ночь можно было забыть о кострах, готовой еде, ночных дежурствах и прочих прелестях походной жизни? Если можно было, наконец, предаться спокойному и безмятежному сну?

Нет. Я бы соврал, если бы сказал, что совсем безмятежному. Все-таки совсем полного спокойствия не получилось. Уже глубокой ночью тревожно зазвенел колокольчик предупреждающего заклинания, и я, оставив теплую постель и уже дремлющую Эплджек, пошел проверить, что это за гость. Темный силуэт, слабо различимый в ночи. Яркие, светящиеся глаза, мгновенно вызвавшие где-то в мозгу воспоминания о мощных мышцах, прижимающих к земле, о зубах, способных враз перекусить шею, о смрадном дыхании на лице… Тварь… Ей определенно было что-то нужно. Стоя у окна, из которого ту было неплохо видно, и не зажигая свет, я несколько раз замечал, как она бросала взгляды на дом. Поняла, что тут кто-то есть? Заметила меня? Просто решила проверить пустой дом? Этого я не мог сказать наверняка. В конце концов, она удалилась настолько, что "колокольчик" перестал на нее срабатывать. Удовлетворившись этим, я пошел спать, зная, что здесь им нас никогда не достать. Наш дом был идеальной крепостью, хотя и не имел крепостных стен или какого-либо вооружения. Больше этого знания, грело разве лишь осознание того, что сейчас меня ждут подушка, одеяло и теплый бок посапывающей рядом Эплджек.

Именно о надежности дома и пошла речь за завтраком. Конечно, Из и Радуга тому очень сильно сопротивлялись, да и Меткоискатели были далеки от восторгов, но, в конце концов, мне удалось убедить их в том, что идти в город всем одновременно, будет нерационально. Глупо тащить с собой жеребят, если впереди нас могут ждать Твари. Мало того. С ними тоже должен был кто-то остаться. Просто для того, чтобы эта троица не потащилась следом. Да и вообще. Чем меньше нас будет, тем сложнее нас заметить, а значит, тем легче нам будет проскочить. В конце концов, я убедил почти всех. Единственной, кого мне так и не удалось убедить, была Эплджек.

Едва только позавтракав, мы начали собираться. Я, как и всегда в подобных ситуациях, захватил свою портупею с ножом, которая вовсе не была портупеей, но я упорно называл ее так для краткости и красоты, Эплджек ограничилась веревкой, из которой заранее сделала аркан, и мы отправились в путь. Никакого особого плана у нас на этот раз не было. Да и что там придумывать? Надо было просто дойти до домика Флатершай, перейти через мост, что перекинут через ручей перед самым домиком, выйти на дорогу да идти в город. Максимум — держаться ближе к кустам, чтобы скрыться при появлении Тварей. Весь путь должен был занять десять, ну, в худшем случае, двадцать минут. Разве это дорога?

По крайней мере, именно так мы и думали, подходя к домику. Печально было видеть то, что сталось с приютом, который организовала в нем Флатершай, пришедшем сейчас в запустение, но ничего. Покончим с Тварями, и все вернется на круги своя, и здесь вновь будет бурлить всяческая жизнь.

На подходе к мостику я остановился. Трудно сказать, что именно привлекло мое внимание. Может быть, какое-то движение, тень или звук… Я застыл, вслушиваясь и пытаясь понять.

— Ну ты че там? — обернулась Эплджек. — Че застрял-т? Мы ж, вродь, торопимся, не?

— Угу, — задумчиво кивнул я, все еще топчась на месте. — Просто что-то…

ЭйДжей хмыкнула и пошла дальше.

То, что произошло в следующую секунду, я ожидал меньше всего, а потому, увы, далеко не сразу успел отреагировать.

Крупная, черная тень метнулась из-под моста, в мгновение ока, перемахнув через перила, оказалась наверху и кинулась на ЭйДжей! Та успела только удивленно обернуться, инстинктивно отшатываясь в сторону. Тварь, а это конечно была она, ударила ее в бок и ЭйДжей, не удержавшись, рухнула в воду!

Лишь за пару мгновений до этого мои ноги начали действовать, сами по себе срываясь в галоп. Начали именно ноги. Мозг включился гораздо позже, так что, отдать приказ рту вытащить нож из ножен он еле успел. Но все-таки успел. И вновь, как когда-то на лесной дороге, началась борьба за жизнь, которую язык не поворачивался назвать боем или чем-то еще. С той лишь разницей, что тогда, кроме моей собственной жизни, ставкой была жизнь Скуталу, а сейчас — Эплджек.

Нет. Была еще одна разница, куда более существенная. Тогда раненная Тварь сбежала. Сейчас ничего подобного не происходило. Я уже проткнул ее два или три раза, она залила меня своей мерзкой, черной кровью, но продолжала атаковать. И, похоже, пока даже не слабела.

А вот я начал уставать. И довольно быстро. Пожалуй, еще немного и мне было бы уже не успеть увернуться от этих клыков.

Тварь это почувствовала. Начала вкладывать в свои действия все оставшиеся силы. В какой-то момент это сработало. Я пропустил мощный, хлесткий удар лапой. Как только не зацепила когтями? Однако и без когтей получилось у нее очень неплохо. Удар был такой силы, что я отлетел почти к самому порогу дома.

Омерзительная, капающая слюной пасть застыла надо мной.

— Йи-и-их-х-х-ха! — раскатился над округой полный отчаянья и злобы вопль. — Ну-к иди сюда, крошка!

Подобно летучей змее взметнулся в воздух спасительный для меня аркан, удавкой оплетая шею Твари. Резкий рывок, и та, полетев спиной вперед, сломав забор и стоявший рядом скворечник, с хрустом врезалась в мостик.

Не знаю, откуда взялись силы, но я рывком вскочил на ноги, подлетел к не успевшей подняться Твари, воткнул нож ей в глаз и рухнул на него всем весом! Раздался противный хруст проламываемой кости, Тварь взвизгнула, бешено рванулась, цепляясь за призрачные остатки жизни, если их существование можно назвать таковой, и затихла. Теперь уже навсегда.

Я поднял глаза. Стоявшая на той стороне ручья Эплджек с веревкой в зубах устало махнула мне ногой.

— Спасибо, — постарался улыбнуться я, опускаясь на землю рядом с ней. — Если бы не ты…

— Да ерунда. Ох…

— Что с тобой? Тварь зацепила?

ЭйДжей лишь, поморщившись, мотнула головой. Алая капля, скатившись по ее косе, сорвалась и упала на траву.

— Ты точно в порядке?

— Ерунда…

Ноги ее подкосились. Я едва успел подхватить ее. Эплджек потеряла сознание.

* * *

Хортвелд не спеша прикрыл за собой дверь палаты и обернулся к четверым жеребцам, ожидавшим его.

— Что с ней?

— Ничего страшного, — поправил он пенсне на носу. — Что мог, я сделал. Остальное зависит от нее. Но, поняша она крепкая, так что… Отлежится денек-другой, и все будет отлично.

— Спасибо, — прогундосил малинового цвета жеребец с меткой в виде яблока, которого доктор видел в больнице уже не первый раз, но так и не запомнил даже его имени.

— Не стоит. Это моя работа. Я пойду с вашего позволения? В последние дни работы тут, в больнице, все больше и больше.

— Конечно, — кивнул я и обернулся к своим, недавно появившимся, собеседникам.

Вот уже полчаса, как мы пытались разработать хоть какое-то подобие стратегии нашего дальнейшего поведения. Мы, это я, Макинтош, встреченный мной уже в больнице, и вызванные им "отставник" и Тимберхост. Все, что нам удалось до сих пор, план напоминало очень слабо. Просто набор каких-то элементарных вещей, которые необходимо было сделать, но не более того.

— Так, — выдохнул я. — Давайте подытожим хотя бы то, что имеем. Прошу высказываться по порядку.

— Тварей проснулось много, — коротко и четко начал "отставник". — Несколько сотен, вероятно. Но еще большее их количество до сих пор дремлет. Причины неясны. Пробуждаются они, на наше счастье, очень долго и медленно. Передвигаются поодиночке или небольшими группами. Вместе собираются только для серьезного нападения на город. Однако дороги они перекрыли надежно. Из наземных, нам оставили только железную…

— Не оставили, — перебил я его. — Мосты разрушены. Кстати. Нужно будет заняться нашим бронепоездом.

— А что с ним?

— До города он не доехал. Там был мост. Мы, к счастью, выжили, хотя и совершенно случайно. Остальные погибли.

— А поезд?

— Пара вагонов и тендер восстановлению не подлежат. Паровоз, возможно, еще можно восстановить.

— Это главное, — вздохнул "отставник". — Не сочти меня последней сволочью, ни в битс не ставящей жизни пони. Просто профессия наша научила быть циником. Такие паровозы делают очень долго. Не меньше года работы над каждым. Ценятся они соответственно.

— Понимаю, — снова кивнул я. — Продолжим?

— Да, — взял слово Тимберхост. — Я и мои ребята, конечно же, пойдем с вами. Многих, увы, дать не смогу, но три десятка бойцов, думаю, наберется. Плюс, мы обеспечим разведку. Любой из моих лучников обучен передвигаться скрытно. Думаю, они смогут указать нам основные места скопления Тварей, как вы их называете, и дать возможность их обойти. Это еще пара десятков луков.

— Отлично. Думаю, это будет неоценимой помощью.

— Пони захотят пойти с вами, — прогнусавил Мак. — Много пони. Можно отобрать тех, шо могут пригодится. Дерутся плохо. Но накипело у всех.

— И это хорошо, — я снова кивнул. Шея уже начинала уставать. — Чем нас больше, тем выше наши шансы.

— Может, и я чем-то смогу помочь?

Я обернулся. В конце больничного коридора, рядом с лестницей, что вела на первый этаж, неуверенно топтался маленький, фиолетово-зеленый дракон.

— Спайк? Привет. А ты здесь что делаешь?

— Твайли зарылась в книги по самый рог. Говорит, что моя помощь сейчас не нужна. А я так не могу! Я должен кому-то помогать!

— "Клятва дракона", верно?

— Да. Ну и не только. Вот я и помогаю там, где точно на что-нибудь сгожусь. Правда, как-то они не очень-то много мне доверяют… Так может, я вам чем-то помогу?

Я задумался. Да, помогает-то он от всего сердца, только вот… Тех, кто не просит его помощи я тоже отлично понимал. Эплджек как-то рассказывала о том случае, когда он поклялся всегда помогать ей… Надо быть осторожным.

Идея!

— Знаешь, Спайк… — сделал я задумчивое лицо. Дракончик напрягся. — А ты действительно можешь!

Выражение его лица в этот момент невозможно было передать словами.

— Чем? Чем?! Чем?!! — аж подпрыгнул он.

— Можешь проводить завтра к нашему дому нескольких пони? — обернулся я к Тимберхосту.

— Легко. Пошлю с ними десяток своих.

— Спайк?

— Да! — дракончик вытянулся "во фрунт".

— Тебе поручается оповестить о нашем прибытии Твайлайт Спаркл, Рарити, Флатершай, Пинки Пай, Зекору. Завтра нам могут понадобиться их советы. Тимберхост выделит охрану. С ними доберетесь до нашего с Изом дома.

— Есть!

— Все понятно? — улыбнулся я.

— Так точно! — без доли юмора кинул лапу к виску дракон.

— Исполняй.

— Есть!

И фиолетовый бегом кинулся из больницы. Настолько резко, что оставил на полу коридора следы когтей и, судя по звуку, разбил что-то на первом этаже.

Я вздохнул и посмотрел на часы, висевшие на стене. Близился полдень. И только. А такое ощущение, что должен был быть уже вечер. И все, что мы с ЭйДжей планировали сделать, оказалось уже сделано…

— Спайк! — я высунулся в открытое окно.

— Да! — чуть не споткнувшись, затормозил дракончик.

— Скажи мэру, чтобы сегодня собрала всех на площади. Хочу сделать объявление.

— Будет сделано! Это все?

— Все!

Фиолетовый рептилоид, подняв клубы пыли, понесся прочь.

— Ну, что? — встал со скамьи "отставник". — Расходимся и начинаем готовиться к операции?

— Операция "Т"! — поднялся вслед за ним Тимберхост.

— Почему "Т"? — не понял "отставник".

— А чтоб никто не догадался.*

"Отставник" лишь хмыкнул в ответ.

— Расходимся, — отвернулся я от окна. — Но напоследок, еще пара вопросов. Сэр Тимберхост…

— Да ладно уж!

— Окей. Тимберхост. Не одолжишь ли мне сегодня десяток своих бойцов, ближе к вечеру? Нужно будет отконвоировать к нашему дому несколько телег.

— О чем разговор! Конечно, уговорю своих вам помочь!

— Спасибо. И еще одно, — я обернулся к "отставнику". — Не найдется ли у нас еще пары хороших раций? Все, что были при нас, мы угробили.

— Найдем. Следуй за мной, малыш.

Я сделал вид, что не заметил несвойственное тому выражение, и мы пошли рыться в гвардейских закромах родины на предмет того, чем в них можно было бы поживиться.

* * *

Вторая половина дня вышла немного хлопотной. Перво-наперво, мне пришлось добывать телеги. Обычно это не было бы сложным делом. Но это обычно. Сейчас же, достать хорошую, многоосную телегу оказалось весьма непростой задачей. Горожане, конечно, с радостью бы отдали те, что были у них, но эта одноосная мелкота не годилась для перевозки серьезных грузов или раненых пони. А больших телег, бывших в основном атрибутами ферм, в городе почти не осталось, да и те, что были, давно уже были превращены в нечто вроде мобильных заграждений. Однако, побегав какое-то время, мне, хоть и с превеликим трудом, удалось достать несколько, пока еще довольно приличных на вид, подвод и нанять нескольких пони, чтобы быстро привести их в надлежащий вид.

Следующим пунктом, как только телеги были готовы, а произошло это раньше, чем я успел перекусить, была аппаратура. "Отставник" выделил нам сразу три все таких же немаленьких рации и приличный запас батарей к ним. Кроме того, нагрузил он меня и согласившихся мне помочь пони и запасом оружия, и различным инструментом.

Третьим пунктом были еда и вода, ибо поход наш мог затянуться надолго, а я хотел бы предусмотреть любые мелочи. Кстати вспомнилось откуда-то и то, что чем крупнее отряд, тем медленнее он в итоге движется. Так что, нам нужен был хоть какой-то запас провианта, особенно учитывая то, что о растениях Вечнозеленого Леса и их свойствах большинство из нас имели весьма смутное представление. Остальные не имели и такого. Что касалось хлеба, то за ним дело не встало, я просто отправился в пекарню при мельнице и взял столько, сколько счел нужным. Какое-то количество готовых блюд смог предоставить ресторан. Он уже давненько был закрыт, однако, еда в холодильниках вряд ли могла сильно испортиться. Куда большим вопросом стал вопрос жидкости. Где накипятить столько воды? Однако и тут решение нашлось, стоило только вспомнить о том, что вода не единственная спасительная жидкость в мире. Правда, мне пришлось довольно долго объяснять покачивающейся передо мной Бэрри Пунш, зачем мне понадобилось конфисковывать десять ящиков отличного вина, за качество которого она ручалась своими подковами. Еще и выслушал от нее лекцию о вреде алкоголизма и методах борьбы с запоями, которые она упорно называла "запорами" и "заборами". Похоже, она все-таки решила, что я собираюсь выпить это в одиночку и помереть счастливой смертью от мгновенного отказа мозга, поскольку тому вряд ли захочется плавать в вине.

Мне оставалось решить лишь четвертый, и, пожалуй, самый главный вопрос, когда рядом, как будто из-под земли, появился Спайк и пригласил меня на площадь перед ратушей, где пони уже начали собираться в ожидании моей речи.

Угу. Моей. Конечно.

Я надеялся сделать скромное объявление. Щас! С целью, как она выразилась, "немножко предварить выступление и подготовить публику", слово взяла мэр и моя речь теперь грозила растянуться на пару часов. Причем собственное мое объявление заняло бы от силы минут десять.

Мэр была верна себе. Она начала с обрисовки внешнеполитической обстановки вокруг страны, плавно прошлась по последним Кантерлотским сплетням и закончила своей скромной ролью в организации обороны Понивилля, а также влиянием себя на жизнь Эквестрии и мировую политику в целом.

Когда она закончила, я посмотрел на часы на видимой с моего места башне. Полтора часа. Что ж. Это не так уж много для нее, как я успел узнать.

Раздались жиденькие шлепки копыт по брусчатке площади, заставившие-таки мэра стесненно улыбнуться и отойти от трибуны. Нет, конечно, ее здесь любили, просто большинство слушателей уже откровенно спали стоя. Разве что слюна на брусчатку не капала. Не у всех капала. В общем, причина не поддержать мэра у них была уважительная.

— А сейчас, я приглашаю выступить с объявлением того, ради кого все мы здесь сегодня собрались!* Встречайте! Алекс Анноун!

Шлепки усилились — кое-кто все-таки начал просыпаться.

А передо мной неожиданно возникла глупейшая проблема. Дело в том, что я не знал, как начать свое выступление. Нет, конечно, крутилась в голове парочка цветистых выражений, но они выглядели бы глупо и не к месту. Из остального имелись в наличии: "Леди и джентльпони", но это было бы слишком напыщенно, и "Жеребцы и кобылки", но так можно было бы обращаться к друзьям после попойки, а не к ждущей тебя толпе.

Я стоял перед трибуной и тупо махал всем ногой, лихорадочно соображая. Тянуть дальше не было никакой возможности. Я набрал воздуха в грудь:

— Друзья! Как вам всем известно, проблема, в которой оказался наш дорогой, наш любимый город, огромна. Для удобства, мы не стали давать этой проблеме какие-то хитрые собственные имена. Мы назвали их просто Тварями. И они постарались оправдать свое название! Подлые грабители и убийцы! Сколько пони пострадало от них?! Сколько погибло?!

Толпа проснулась. Заворочалась. Загудела, выражая свое яростное согласие.

Я, тем временем, продолжал:

— Но, мы терпели их достаточно. Все! Баста! Настала пора показать этой нечисти, кто здесь главный! Мы готовы! Мы сильны, как никогда! Мы отвадим Тварей от нашего города!

Толпа выразила всеобщий "одобрям-с".*

— Нам известно, где находится их логово. Осталось лишь пойти и раздавить его! И у нас есть, чем его раздавить! Но есть и проблема. Вернее, целых две проблемы, помощи в которых я прошу сейчас у вас.

Площадь притихла, преисполняясь внимания.

— Первая из них заключается в том, что нам нужны бойцы. Храбрые и сильные пони, готовые пойти на любой риск, ради спасения своего города. Нет, я знаю, что на это готовы многие из вас, но я прошу взвесить свои возможности, свои силы критически. В отряде не нужны те, кого "стреножит" при первой же опасности. Они станут обузой остальным, заставляя думать об их защите, вместо того, чтобы двигаться вперед и атаковать. Нам нужны те, кто не забоится острых клыков, длинных когтей или вида крови. Если вы чувствуете в себе такую силу, знаете, что способны на многое — приходите завтра к дому, где живем я и Из Чадье. Моим добрым другом, Тимберхостом, уже, я уверен, знакомым вам, будет собран небольшой отряд. Приходите вместе с ним. Нам нужна ваша помощь.

Я на секунду прервался, переводя дыхание.

— А можно записаться добровольцем уже сейчас?

Толпа расступилась. К помосту, на котором я стоял, вышел светло-бежевый жеребец со светло-серой гривой. Мне он показался странно знакомым.

— Конечно можно, — кивнул я. — Однако мы определенно виделись раньше… Только вот, извини, не припомню где.

— Лагерь КонАрма, сэр. Рядовой Соулстрэй в вашем распоряжении.

— И верно! Как я мог забыть единственного КонАрмовца, решившего, хоть и не без нашей помощи, начать честную жизнь?

— И мне это удалось, как мне думается. Впрочем, решать не мне. Я пришел в этот славный городок, в попытке загладить свою вину. Конечно, я что-то делал для его обороны, но, думаю, этого мало. Только пойдя с вами, я могу исправить то, что натворили остальные КонАрмовцы.

— Что ж. Считай, что ты записан добровольцем. Приходи завтра с конвоем, как я уже сказал. Вопросы?

— Никак нет! — отчеканил бывший КонАрмовец и отступил в сторону.

— Может быть, будут еще желающие записаться сразу?

— Б-будут! — раздался не уверенный, но громогласный голос. Гигантский айсберг пришел в движение посреди моря пони. Мощно ступая по брусчатке, так, что казалось, камни крошатся под его копытами, вперед выдвинулся огромный белый пегас с коротко стриженой гривой, вдвое превосходивший размерами даже самого крупного из присутствующих пони.

— Балк? — удивился я.

— Да! — пророкотал громила. — Могу! Должен! Хочу с вами!

— Не боишься?

— Боюсь! Но должен!

— Что ж, это похвально. Думаю, нам пригодится твоя сила. Можешь считать себя зачисленным в отряд.

— УРА!!! — гаркнул этот гигант так, что пони вокруг шарахнулись в стороны, а у меня заложило уши.

— Есть еще желающие записаться?! — слегка повысил голос оглохший я.

— Да! О да! Конечно! Я пишусь! — протолкался вперед коричневый пони с меткой в виде песочных часов.

— Хувс? — безмерно удивился я. — Но ты же простой часовщик?

— Кто? Я? А-а-а… Да, точно. Но это мне не мешает! Кто знает, может, я за этим здесь застрял…

— Чего сделал?

— Застрял, конечно же!

— Какой-то ты… странный.

— А! Дитзи мне с первого дня твердит, что я очень странный. Но почему-то я менее странным от этого не стал.

Окружающие как-то странно при этом на него посмотрели. Особенно странен был взгляд Лиры, почему-то перед тем долго разглядывавшей собственные копыта.

— Ты действительно думаешь, что можешь нам помочь?

— Я? Конечно! Кто же еще сможет вам помочь, если не я?

— Л-ладно… — я не был до конца уверен в правильности принимаемого решения. — Тогда считай, что ты тоже зачислен.

— Здорово!

— Есть еще желающие? Нет? Тогда позвольте мне перейти к описанию второй проблемы. Ничуть не менее крупной и важной. Нам нужна соль.

Толпа замолчала. Готов держать пари, что они не ожидали такого вот поворота.

— Да. Вы не ослышались. Именно соль. Кто-то когда-то насыпал вокруг логова Тварей гигантский соляной курган. И это не просто так. Соль способна сдержать и отразить любую магию, особенно, если ее так много. Слежавшаяся за сотни, если не тысячи, лет, она накрывала логово толстым защитным колпаком, наподобие кургана. Гигантским и сверхнадежным. Я уверен, что сами Твари, даже проснувшись, не смогли бы выбраться наружу. К несчастью, им помогли. Тот самый КонАрм. Они прорубили в соляной броне изрядную брешь. Теперь нам необходимо ее заполнить, и именно об этом я вас и прошу. Я прошу вас сдать завтра всю соль, что у вас есть. Конечно, даже этого будет очень мало, но это, я надеюсь, позволит нам заложить проход хоть на первое время, достаточное для того, чтобы подвезти столько соли, сколько потребуется, чтобы полностью восстановить защитный купол.

Я прервался, наблюдая за реакцией толпы. Секунд десять площадь молчала. А потом их прорвало! Я не успевал реагировать на предложения, настолько их было много!

Еще не менее получаса ушло на то, чтобы до конца объяснить горожанам все мелочи предстоящего похода. Вернее, все то, что им можно было объяснить. Выступление затягивалось. В какой-то момент я заметил, что большинство уже просто обсуждает предстоящий поход между собой, незаметно покинул помост и ушел с площади. Я не любитель таких сборищ. Я сообщил им то, что от них требуется и этого достаточно. Принимать в этом походе участие или нет, сдавать соль или нет, это личное дело каждого.

Я вдохнул вечерний воздух и тихо, закоулками, стараясь избегать больших улиц, поплелся к больнице.

* * *

Мы возвращались домой. Уже остался позади домик Флатершай с достопамятным мостиком. Еще несколько секунд полета и пройдется по спине знакомым холодком охранное заклинание.

— Погодь.

Я остановился в воздухе.

— Да, ЭйДжей?

— Опусти меня.

Я послушно спустился к земле. Аккуратно опустил ее. Приземлился сам.

— Что-то не так?

— Да не, но… — Эплджек уселась на траву. — Фух! Мутит меня че-т… Я хотела сказать, шо не хочу, шоб меня в таком виде увидали. Вродь как пошла с тобой, шоб помочь, а превратилась в обузу. Да и ваще… Шоб Блум меня такой квелой не видала. Ща я в ся приду…

— Хорошо, — я сторожко оглянулся и присел рядом. — Давай посидим. Но почему сразу обузой?

— А кто я есть-т еще? Пошла, называется… А результат? Ты меня и туда несешь, и обратно… Здорово помогла, нече сказать!

— Так ты мне жизнь спасла на мосту!

— Агась. А ты поперся бы по земле если бы не я?

Я промолчал.

— От и я о том! — кивнула она. Поморщилась. Дотронулась ногой до перевязанной шеи. — Помощница кривоногая… И на шо я те такая сдалась…

— Не говори ерунды, — я привлек ее к себе. — Ты мне нужна. Очень нужна.

Наши глаза встретились.

ЭйДжей промолчала. Лишь благодарно прислонилась ко мне головой.

Так получилось, что наши взгляды одновременно устремились к солнцу, плавно опускавшемуся к горизонту.

Прошло какое-то время.

— Ну? Ты как?

— Да вродь ниче. Надеюсь, на ногах удержусь.

— Тогда, давай попробуем? Я поддержу.

— Агась.

Я помог Эплджек подняться, и мы не спеша двинулись к дому сквозь надвигающиеся сумерки. Только сейчас я заметил, как необыкновенно тихо стало вокруг. Обычно, здесь, на опушке леса, жизнь бурлила в любое время суток, сейчас же не было слышно даже надоедливого комариного писка. Возникало такое ощущение, что с появлением Тварей отсюда ушла всяческая жизнь. Что даже комарам было боязно соваться столь близко к Вечнозеленому Лесу. Пусть даже тот лес, что обступал с трех сторон нашу поляну и не относился к нему, но отсюда до Вечнозеленого всего несколько минут ходу.

Да что там комары! Мы и сами посекундно оглядывались, пока не оказались уже возле самого порога.

Я дернул зубами за ручку. Дверь, ожидаемо, не поддалась. Стукнул несколько раз копытом. Подождал. Никакой реакции. Постучал еще раз, сильней и громче. Результат тот же.

Внутри дома что-то загрохотало. На звук, такое ощущение, что кто-то обрушил на пол сотню медных тазов.

— Ща я им постучу… — ЭйДжей развернулась крупом к двери и врезала по ней с обеих задних. Правда, удар получился слабый, а сама она покачнулась и чуть не упала. Но цель была достигнута. Нас услышали. Еле слышно защелкали задвижки.

Дверь нам открыла Дитзи:

— Эплджек! Алекс! Мы уж думали, вы заночуете в городе! Ой! А что с твоей шеей?

— Да! Чего с шеей? — появилась из ниоткуда озабоченная Радуга.

Трикси, сидевшая за столом и что-то тихонько повторявшая про себя, лишь подняла взгляд от книги.

— Так… — отвела глаза ЭйДжей. — Пустая рана.*

— Ты ранена? Так чего ты тут…

ЭйДжей не успела издать ни звука, как Дэш подхватила ее под передние ноги, рывком подняла, шмякнула на ближайший диван, укутала валявшимся рядом пледом и, почему-то, воткнула в рот невесть как оказавшийся у нее градусник.

— Птьфуй! — градусник полетел в сторону. — Дэш! Раненая, а не больная! К тому же, не так серьезно.

— А где Деринг и Из? — резонно спросил я, оглянувшись и не заметив их в комнате.

— Агась, — откинула плед Эплджек. — И где Блум? Обычно она первая меня встречает.

— Да тут у нас… — Дэш потерла ногой шею. — Небольшое происшествие только что…

— Что еще случилось?

— Че они натворили?

— Да не, ничего такого страшного. Лучше сами посмотрите, они сейчас внизу. Исправляют. А Из и Деринг — присматривают.

Я открыл люк, ведущий вниз, и спустился по лестнице. Эплджек последовала за мной.

Мда… Картина маслом…*

И почему я сразу не угадал тот звук? Конечно, это были шкафы! Впрочем, нет. Первым, что я увидел, были не они. Первым был Из, стоящий ко мне спиной и командующий работами. И Деринг, устроившаяся на диване у лестницы, за ними наблюдающая. А вот потом… Потом уже были шкафы. Вернее, сразу три немаленьких шкафа, рухнувших так, что полностью перегородили коридор. Но, от них не было бы столько шума, не будь они загружены доспехами, части которых раскатились сейчас по всему коридору. И три героических жеребяшки, карабкающиеся друг на друга и с усердием, достойным лучшего применения, пытающиеся вернуть на место один из шкафов. Впрочем, они со шкафом были, мягко говоря, "в разных весовых категориях".

Троица заметила наше появление и, приостановив работу, выстроилась перед сотворенным ими хаосом с о-о-очень виноватыми выражениями лиц.

— Как? — одновременно вырвалось у нас с Эплджек единственное слово.

— Ну… — Свити Бель поводила копытом по полу. — Нам тут поручили снова попытаться получить метки за уборку… Мы и начали убираться… Наверху закончили, спустились сюда… К шкафам…

— Агась, — буркнула, глядя в пол, Эпл Блум. — А тут один возьми да откройся… Мы и забыли про уборку. А про охоту на Тварей, наоборот, вспомнили. Ну и решили устроить перерывчик…

— Ага, — виновато улыбнулась Скуталу. — Вот и устроили… Перестарались… Слегка…

Трио застыло, ожидая вердикта судей.

— Пускай немного попыхтят, — еле слышно шепнул Из. — Им будет полезно. Потом поможем.

Мы с ЭйДжей переглянулись и согласно кивнули. Три пары глаз с содроганием следили за этим скромным жестом.

— Продолжайте, — коротко бросил я.

— Но… — попробовала воспротивиться Блум.

— Никаких но, — осадила ее Эплджек. — Смогли ж вы их уронить? От теперь подымайте! А нам перекусить с дороги не мешает.

Блум только вздохнула, разворачиваясь и вновь принимаясь за работу.

— Поможем минут через пятнадцать-двадцать, — добавила ЭйДжей так, что та уже не могла ее слышать.

Я прикинул фронт работ. А ведь скоро еще придет обоз с провиантом! Что ж! До полуночи нам точно будет, чем заняться!

ГЛАВА 46

Поход начинается

Что касается работы, то тут я слегка не рассчитал. Ее хватило не только до полуночи, но и после. И на следующий день тоже осталось. Шутка сказать! Шкафы-то весили как пара-тройка о-очень упитанных пони каждый! Сначала была, конечно, мысль припрячь к этому Трикси, но, как оказалось, такие крупные и тяжелые предметы ей не поднять. Даже доспех плохо держался в захвате. Пришлось делать все самим, полагаясь лишь на грубую физическую силу. А на это нужно было время. Все, что мы успели за вечер, это собрать раскатившиеся доспехи, сложив их в гостиной и заняв ими немалую ее часть, и поднять один из шкафов, освободив вход в крайнюю комнату. Хорошо хоть с прибывшей провизией особо мучаться не пришлось. Вообще, со шкафами в этом доме надо будет что-то делать — то Из книжные полки ломал, то вот теперь это…

Со всеми этими лишними хлопотами, спать мы легли далеко за полночь. Да и то сказать, легли… Какой-то умный пони придумал когда-то выражение "в тесноте, да не в обиде". Так вот. Он точно не знал, что такое "в тесноте". Нет, Деринг и Дерпи, конечно, кое-как разместились в комнатке, проход в которую нам удалось освободить. А вот нам ввосьмером пришлось как-то устраиваться в той паре комнат, что была на верхнем, надземном этаже. А каждая из них рассчитывалась всего на двоих! Хорошо хоть Свити спала в другой комнате, вместе с Радугой и Изом, да протестующую Трикси отправили-таки спать на единственный свободный сейчас диван — под лестницей. Мы же вынуждены были устраиваться на одной кровати вчетвером. Еще и улеглись мы, из-за того, что кровать еще с прошлой ночи была придвинута к стене, так, что я получился прослойкой между вжавшейся в стенку ЭйДжей с одной стороны и Скуталу с другой, которую, в свою очередь, подпирала Блум, упорно не желавшая падать на пол. Однако усталость все же взяла свое: мы с Эплджек заснули, буквально уткнувшись друг в дружку носами, не дожидаясь, чем там закончится пихня Блум и Скут в борьбе за место под одеялом. Сквозь сон, однако, было похоже, что Блум с кровати все-таки грохнулась.

Ночь наша прошла без приключений. Оно и понятно. Если даже какая-то Тварь и шастала под окнами, мы ее просто не услышали. Утро же началось все также бодро и активно: с завтрака из остатков вчерашнего и зарядки со шкафами. Хорошо хоть успели запихать в них обратно доспехи незадолго до прибытия отряда из города. Вернее сказать, даже нескольких отрядов, поскольку подтягивались они весьма неспешно. Как-то оно будет в лесу? Пока что какую-то организованность показывали только лучники Тимберхоста. Горожане же… Что сказать… Горожане были горожанами. То есть силой сколь большой и могучей, если ее правильно направить, столь же и импульсивной и плохо обученной. Оставалось только надеяться, что мы сумеем продемонстрировать им достойный пример грамотного поведения. Что для этого требовалось? Конечно четкость и организованность!

Именно этим мы с Изом, как сведущие, и занялись. В первую очередь был организован лагерь. Стройными рядками встали палатки. Загорелись на равном расстоянии друг от друга небольшие, аккуратные костерки. Засели на деревьях лучники, даже при том, что пегасов среди них почти не было. Отправились в лес первые разведывательные отряды. Застучали топоры и взвизгнули в тон им пилы, помогая соорудить ограждение вокруг лагеря. Выросли в центре площадки, образованной палатками, прочные деревянные манекены. И тут же затрещали, принимая на себя обрушившийся град ударов, камней и стрел.

— Да твою… — постоянно орал Из. — Кто так тетиву натягивает?! Сильнее! Сильнее, чтоб тебе!

Я тоже не сидел без дела, пытаясь научить городских хотя бы оружие держать правильно. А уж научить их еще и бить им туда, куда надо, это было и вовсе пределом моих мечтаний.

Бойцы из отряда Тимберхоста, глядя на эти их потуги, лишь улыбались и хихикали в копыто. Единственным, кто не вызывал у них улыбок, был Соулстрэй. Оно и понятно. Уж кому, как не им было знать, что такое КонАрм. Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что он был сейчас единственным гражданским, кто имел какой-то опыт и кое-чего умел. И умел довольно неплохо.

Уже давно отгремели ложки об выданные мною походные котелки, когда подошел последний отряд. Может, и последний, но зато самый долгожданный.

— Привет всем пони, — спокойно улыбнулась Твайлайт, преступая порог дома. Она чуть поменялась в лице, заметив Трикси, но ничего той не сказала.

— И я рада вас всех поприветствовать! — осветила комнату идеальная улыбка Рарити.

— ВСЕМ ПРИВЕТ!!! — розовый смерч пронесся по комнате, на мгновенье придушив всех на своем пути, и материализовался уже за накрытым столом в облике Пинки Пай.

— Здравствуйте… — как всегда робко улыбнулась Флатершай.

— Рада приветствовать хозяев дома сего, хоть не имею пока своего, — слегка склонила голову Зекора.

— Пустите уж тогда и нас в дом? — вышли из-за ее спины "отставник" и Тимберхост.

— Уи-и-и! — Свити моментально повисла не шее сестры, стоило только ей пройти чуть дальше. — Рарити! Ты не представляешь, как я по тебе соскучилась! С нами столько всего приключилось, что ты просто не поверишь!

— Ой! Осторожней с гривой! Я ее только что уложила, — чуть натянуто улыбнулась та. — От чего же не представляю? Очень даже представляю! И на эту тему, мы с тобой все-таки еще поговорим. Чуть позже.

— Проходите, проходите! Давайте-ка все к столу, живенько! — приняла на себя роль радушной хозяйки Эплджек. — Хоть эт у нас и деловая встреча, вродь как, а перекусить все одно не мешает.

— Что-то как-то простоват столик… — критически сморщилась Радуга, зависнув над своим местом.

— Хочешь сказать, шо на нем ниче не булькает? — понятливо кивнула ЭйДжей. — Извини, канешн, я помню о той привычке, шо ты не в состоянии перебороть, но седня мы еще нужны нам трезвыми.

— Это че это я не в состоянии перебороть? — тут же переключилась пегаска.

ЭйДжей только вздохнула.

* * *

— Ну, что ж! — потерла копыта Твайлайт, когда с едой было покончено. — Давайте посмотрим, что за статуэтку вы добыли.

Мягко стукнул об стол черный камень. Все почему-то наклонились как можно ближе, пытаясь что-то рассмотреть.

Прошла минута.

— У-у-у-у-уй! Я сдаюсь! — уронила голову на столешницу Пинки. — Я глаза раньше сломаю, чем что-то замечу. Каменюка, как каменюка. Несъедобная, разве что.

К сожалению, почти у всех нас были примерно схожие результаты наблюдений. Постепенно все мы отстранились, опустившись на свои места. Лишь Твайлайт и Зекора продолжали вглядываться в камень, да Трикси, глядя на них, старательно делала умное выражение лица, пытаясь заявить всем, что она-то де уже давно во всем разобралась, ибо неспроста носит титул "Великой"… Получалось, впрочем, не очень.

— Твай! Ну не молчи уже, а? — первой не выдержала Радуга. — Скажи хоть чего-нибудь!

— Не знаю… — пробормотала та. — Тут, определенно, есть магия, но настолько сильно закамуфлированная, что я даже не пойму пока, какая и в чем она заключается. Посидеть бы с ней недельку-другую. Обложиться справочниками…

— Но этой недельки у нас нет, — обрубила ее мечты Деринг. — Есть только эта ночь. За себя скажу, что эта штука определенно очень, очень древняя.

— Зекора? — тихо окликнул я зебру.

— Видала я такие камни. От них хорошего не жди, — тихонько пробормотала та, прежде, чем ее взгляд снова приобрел осмысленное выражение.

— Ты сталкивалась с такими камнями? — мгновенно заинтересовалась Твайлайт. — Что это? Что за магия? Ну, или хотя бы, что нам теперь делать? Как заставить его правильно работать?

Зебра покачала головой, что можно было расценивать и как согласие, и как отрицание одновременно.

Она прикрыла глаза, чуть откашлялась и привычно напевно проговорила:

От магии черной бывает добро.

Хоть редко оно, но бывает.

Как сталь слово магии будет остро,

Коль в камне таком застывает!

Не думала я, что с таким вы столкнетесь,

Но коль уж на то вот пошло,

Совет свой вам дам.

От камня того вам избавиться нужно и быстро,

Владение им не приносит добро!

— Что? — вскинулся Из. — Еще одна штука вроде той фибулы?

— Нет. Точно нет, — покачала головой волшебница. — Ту определить было несложно, а вот здесь…

— Да. Насчет фибулы, — я обернулся к "отставнику". — В порту Лос-Пегасуса в последнее время ничего "такого" не случалось?

— Да вроде нет, — задумчиво почесал он ухо. — С тех пор, как уволили начальника порта, ничего не случилось.

— Уволили? — переспросил я. — За что?

— Во-первых, он проворовался. Как оказалось, он брал плату практически с каждого заходящего в порт судна. Особенно любил не выпускать кого-нибудь из порта, если было за что. Переувлекся. Донесли.

— А во-вторых?

— А во-вторых, в тот день, когда вы готовились к отплытию и искали себе корабль, рухнул один из грузовых кранов. На его счастье никто не погиб. Вот его и уволили в тот же день, и сразу начали расследование по поводу взяток. Правда, довести до конца не успели.

— Сбежал?

— Почти. Устроился матросом на торговую посудину. В тот же день судно вышло в море. А на следующий — погибло.

— То есть?

— Начался сильный шторм. Старое корыто не выдержало и пошло ко дну. Наш беглец оказался единственным, кто не сумел спастись.

— Печально, — притворно вздохнул я. — Страсть к наживе его погубила.

— Ну да, — не поняв, кивнул "отставник".

Твайлайт, тем временем, не оставляла попыток разобраться в природе камня. Так же, как в свое время с фибулой, она сосредоточилась на статуэтке. Та окуталась сизым облачком, по которому, время от времени, проскакивали какие-то искры. Но, к ее непомерному удивлению, более ничего не происходило. То есть, если я правильно это понимаю, статуэтка была по своей природе статуэткой и никакими жуткими тайнами не обладала.

— Уф! Безнадежно, — наконец отстранилась она. — Это обычнейший камень. По крайней мере, на вид. Как жаль, что я не получила его раньше!

— Тогда у тебя есть на это сегодняшняя ночь, — подумав, махнул копытом я.

— Правда? Спасибо! Я непременно что-нибудь узнаю!

— Узнай заодно о том, кто его там поставил. Понилдор, кажется, его звали.

— Хорошо. — Твайлайт метнулась к двери. Распахнула ее. Заорала: — Спайк! Спайк! Тащи книги!

Ровно через секунду перед входом материализовался маленький дракончик с огромной, многократно его превосходящей в размерах, кипой книг.

— Тут! — натужно отрапортовал он.

— Спасибо, Спайк. Сложи их, пожалуйста, тут, в уголке. Я очень, очень постараюсь что-нибудь найти. Я обещаю, — обернулась она уже к нам со смущенной и, кажется, извиняющейся улыбкой.

Я лишь кивнул.

Мысли мои были уже более заняты завтрашним походом, чем остатками сегодняшнего дня. Извинившись и пояснив, что хочу еще кое-что проверить, я вышел. Мне и в самом деле представлялось необходимым еще раз поговорить со всеми, проверить готовность лагеря к ночевке и, быть может, провести еще одну тренировку. Все это заняло у меня почти весь остаток дня. Настолько "почти весь", что вернулся я уже к моменту, когда Эплджек устраивала подруг на ночь, предвещавшую нам, несмотря на разблокированные комнаты нижнего этажа, новые определения слова "теснота".

Спать мы отправились сразу на закате, что было не совсем привычно для большинства, но завтра предстоял тяжелый день, и мы это прекрасно осознавали. Каких-то полчаса после захода солнца, и лишь в гостиной горел несильный огонек кристалла, выхватывая из темноты увлеченно листающую справочники Твайлайт, да Тимберхоста, решившего посторожить наш сон.

Я не мог заснуть. Почему на сей раз? Не знаю. Просто смотрел сейчас на спящую, почти нос к носу со мной, Эплджек, ощущал шеей дыхание Скуталу, слушал тихое посапывание Эпл Блум где-то за спиной. Казалось бы! Полная идиллия. Все в порядке. Все, кто мне дорог — тут, рядом. И даже завтрашний поход не выглядит чем-то столь уж опасным — путь известен. Наслаждайся себе сном. А я не мог! Не мог и все тут! Почему-то не покидало какое-то странное ощущение. Ощущение того, что, может быть, все это в последний раз. Конечно, я старался гнать его от себя, но раз от разу оно возвращалось, становясь все сильнее. Зачем? Отчего? Почему? Непонятно. Однако время шло, воспаленный разум приходил в норму. Я не то чтобы быстро, но плавно опускался в сон.

* * *

Из крытого фургона, выделявшегося среди прочих свежей зеленой краской*, поверх которой были намалеваны жирные красные кресты, раздались взволнованные взвизги. Похоже, Скуталу вновь пересказывала подругам историю своего знакомства с Тварью, теперь в соответствующих декорациях.

— Напомни мне, — повернулся ко мне идущий рядом Из. — Какого… сена мы потащили их с собой??!

Вот уже несколько часов, как наш штурмовой отряд двигался по Вечнозеленому Лесу в направлении кургана. Оказалось, что правы были те, кто заявлял, что войско движется тем медленнее, чем оно больше. У нас не было войска, но даже без него мы уже ощущали это в полной мере. Начиная с того, что нам не удалось выступить с рассветом, как мы изначально планировали, и заканчивая тем, как медленно двигались сейчас. Колеса пары фургонов и трех открытых телег, найденных мной в городе, то и дело застревали в лесной грязи, увязали в ней, заставляли шедших рядом выталкивать завязшую телегу, даже при том, что для этого требовалось самим залезть в грязь по самые уши.

— А как бы ты хотел? — ответил я брату. — С кем ты там их оставишь? "Отставник" и Спайк отбыли в город еще утром. Оставлять кого-то из наших? Не вариант — нам все нужны. Оставить их одних? Еще хуже — они через полчаса за нами ломанутся. А так — едут они себе в санитарном фургоне, да и едут. Никому не мешают и всегда под копытом. Можно быть почти уверенным, что ничего не натворят.

Отряд медленно тянулся через лес. Впереди и по бокам от нас, на расстоянии прямой видимости, шли, вытянувшись по одному вдоль нашей колонны и постоянно сменяясь, дозорные группы из четырех пони из числа Тимберхостовских лучников. В голове основного отряда шли еще полторы дюжины. Следом за ними, без особого строя, шла наша компания, усиленная на сей раз носительницами элементов гармонии, самим Тимберхостом и Зекорой, пошедшей с нами в качестве лекаря. Следом ехали санитарный фургон, три накрытых брезентом телеги и фургон с едой и инструментами, перемежавшиеся отдельно идущими гражданскими ополченцами. Основной их отряд, в пару десятков бойцов, замыкал колонну. Кроме того, постоянно появлялись и исчезали какие-то пони из высланных вперед разведывательных отрядов, благодаря которым нам удавалось раз за разом избегать ненужных встреч, как с Тварями, так и с особо неприветливыми созданиями Леса.

— Знаю, — поморщился Из. — Но, все-таки это не самый верный шаг.

Я не стал спорить. Любому понятно, что тащить с собой в бой жеребят — крайняя степень идиотизма, но что нам оставалось делать? Ведь это трио все равно потащилось бы за нами, а это было бы куда хуже.

Из кустов показалась очередная разведгруппа и поспешила к Тимберхосту. Вообще говоря, эта затея с разведкой оправдала себя на все сто процентов. Как бы мы еще, например, узнали бы, что Твари сторонятся полян с некоторыми определенными растениями, а значит, что нам-то как раз лучше бы идти этими полянами? Например, им очень не нравился Язвительный плющ, видимо, посчитали, что если они начнут выглядеть смешно, то их перестанут бояться. А кому же хочется, чтобы над ним ржали?

Конечно, предупредить о Тварях получалось не всегда. За то время, что мы были в пути, нам пришлось отбивать их атаки три или четыре раза. Нам везло. Те, кого мы все-таки встречали, атаковали нас всего по двое или трое, а это не оставляло им шансов. Но даже эти мелкие проколы не ставились нами в упрек разведчикам. Куда хуже было бы напороться на большие группы, а этого, их стараниями, нам удавалось избегать.

Вот и в этот раз разведчики доложили об очередной группе Тварей прямо по курсу. Вот, правда, группа эта состояла уже из доброго десятка особей, и возможности обойти их уже не было — мы, наконец, вышли к кургану, а эта группа, похоже, была здесь вроде охраны. И как только догадались сорганизоваться…

— Ну, что, "кэп"? — ухмыльнулся Из. — Давай! Покажи офицерские таланты!

Я хмыкнул:

— Отряд! Стой! Строй — коробка! Держим оборону и отдыхаем.

* * *

— Вот. Вон они.

Разведчик чуть кивнул в сторону группки Тварей, бродивших у подножья кургана, но их и без этого было неплохо видно. Я пересчитал. Дюжина. И это возможно еще не все. И действительно не обойти уже.

— Пегасы в отряде есть? — обратился я к нему.

— Пара.

— Сможете занять деревья?

— Думаю, да… — чуть задумался лучник. — Да.

— Отлично.

Несколько вооруженных пони вышли из-за кустов. Положили стрелы на тетивы луков. Тщательно прицелились. Свистнули в воздухе хищные стальные жала. Дико, пронзительно крикнула подраненная Тварь. Голодные, налитые кровью глаза уставились, на секунду, на непрошенных гостей. Взвыла дюжина глоток, вгоняя в них первобытный страх. Страх сделал свое дело, пони развернулись и, не помня себя от ужаса, кинулись через кусты! Голодные хищники, не спеша, уверенные в своей победе и скором ужине, направились за ними.

А пони оказались глупы. Они решили сопротивляться, продляя свою агонию. Прямо посреди леса выстроилась небольшая шеренга, отгораживая от Тварей какие-то телеги. Те на секунду остановились. Потянули носами воздух. Оглянулись. Похоже, тут было больше пони. Кобылки. Жеребята. Мягкое, нежное, сочное мясо. Наверняка они спрятались где-нибудь за телегами. Что ж! Тем обильней будет сегодня трапеза!

Издав победный рык, Твари кинулись на группку храбрецов, понадеявшихся на свои доспехи и посмевших преградить им путь!

Секунда и когти, и клыки вонзились в прочную металлическую броню, вскрывая ее.

Вонзились и… И завязли?

Ярость в глазах некоторых Тварей сменилась чем-то похожим на удивление.

Правда, длилось оно недолго. Полсотни срезней злобными осами зажужжали в воздухе! Твари завизжали, пытаясь вырваться, падая, катаясь по земле, порой вместе с кусками брони, подыхая. Стрелы не переставая гудели в воздухе, неся гибель порождениям тьмы.

В тот момент, когда на землю упала последняя черная туша, мы выбрались из-за телег. Собственно говоря, нам тут почти ничего и не оставалось, разве что, добить тех Тварей, что еще шевелились.

Покончив с этим, я огляделся. Да… Сработано было идеально. Ругнулся, едва не поскользнувшись на черной, склизкой крови… Или что там у них ее заменяло.

— Твайлайт, Рарити! Спасибо за помощь! — кинул я в сторону телег.

— Д-да не за что! — чуть дрогнул голос "окрыленной" единорожки. — Пара пустяков.

— Вер-рно… — поддержала ее единорожка "не окрыленная". — Плетение, это мое хобби.

Я ухмыльнулся: "ничего себе "пустяки".

Хорошо, что все прошло гладко. Наш передовой отряд раздразнил их и заманил сюда, заставил забыть об осторожности. Вот тут и вступили в дело Рарити и Твайлайт. Я осмотрел манекен. Это же надо так суметь! Менее чем за час, сплести из разного лесного мусора добрый десяток неплохих полноразмерных манекенов, обрядить их в броню, что я прихватил из дома, придать им, при помощи магии, живой вид… Да что там! Тут и вблизи-то непросто было разобраться! Красота! Вот и эти не разобрались, решили попробовать понятинки на вкус. А тут их ждал второй сюрприз! Уж не знаю, кто из них и как это сделал, но Твари на несколько секунд застряли. Этого хватило. Когда по ним с трех направлений ударили лучники, лично мне уже все было ясно.

— Твайлайт! — решил снова уточнить я единственное, что было неясно. — А это надолго?

— Что именно? Долго ли будут выглядеть как живые? — волшебница опасливо выглянула из-за телеги, оглядела поле боя и, побледнев, прижала ко рту копытце.

— Да.

— Не знаю, — помотала она головой. — Может, час-другой… Первый раз пробовала.

— Хо-орошо-о… Тогда грузим их в телеги. Может, еще на что сгодятся.

Через несколько минут полянка, на которой только что кипела схватка, опустела. Лишь двенадцать черных туш остались напоминать о произошедшем.

* * *

Наконец-то! Вот и он!

Лесная трава закончилась, и мои копыта ступили на твердую, каменистую поверхность. Ничуть не изменился, разве что теперь кажется еще более гадким и зловещим, чем прежде. Все тот же гигантский лысый купол, возвышающийся посреди леса. Тот же пролом в нем, проделанный когда-то КонАрмовцами. Те же ступени в темное, зловонное чрево. Та же соль, поблескивающая в разломе.

— Ну? Идем? — как и в прошлый раз, оглянулась Деринг.

— Не гони коней, — чуть улыбнулся я. — Тебе лишь бы побыстрей. Подвиг, это удовольствие, а удовольствие надо растягивать! Ну а кроме шуток, нельзя же соваться туда просто так? Надо подготовиться.

— Вот! Вот тут оно все и было! Тут их логово!

— Ух ты! Страшновато выглядит!

— Да, впечатляет!

— Ха! Вы еще его внутри не видели!

Так. Похоже, Скуталу сейчас начнет экскурсию.

— И не увидят, — поспешил прервать ее я.

— Но…

— И ты тоже.

— Я-то за что?!

— Не "за что", а "почему". Потому, что сейчас там слишком опасно.

— Но я-то там уже была?!

— Была. Но тогда мы еще не знали, что он настолько опасен, выбора особо не было, да и Тварей было меньше.

— Но… Ну… — Скуталу не знала, что еще сказать и потупила взгляд. — Ну, Алекс…

— Алекс прав, — пришел мне на выручку Из. — И не надо делать такой обиженный взгляд. Нет — значит, нет.

— Ну, а если мы будем вести ся очень-очень тихо? — попробовала помочь подруге Блум. — Честно! Будем идти се тихонечко сзади. Даже трогать ниче не будем!

— Э, не, сахарок! Об этом и речи быть не может! — спрыгнула на землю ЭйДжей. — Уф! От никогда бы не подумала, шо можно устать ехать лежа… Если Алекс сказал те, шо там опасно, то там опасно!

Уже две жеребяшки разглядывают муравьев, пробегающих мимо копыт.

— Если это тебя утешит, то нам тут нужен будет радист, а Дитзи тебя ведь чему-то учила? Шанс на метку!

— Угу. Учила, — не поднимая головы, пробормотала Скут убитым голосом, — Будет очень весело. Спасибо, — она украдкой взглянула на Свити.

Та глянула на подошедшую сестру, брезгливо косящуюся в сторону темного провала, что-то прикинула и вздохнула. Число любителей муравьев увеличилось.

Я присел на землю, стараясь не сесть на этих дурацких красных муравьев, которые почему-то облюбовали себе курган, и задумался. Надо было решить, как действовать дальше. У нас было с собой три рации, значит, было бы логичным разделиться на три группы. Одна идет впереди разведкой. Вторая следует за первой, но на некотором отдалении, как мы уже делали. Третья… Третья остается тут. В резерве. Охранять телеги. Будем надеяться, что этот резерв нам не понадобится. Кто и куда? Третья группа. Тут все ясно. Все гражданские, часть лучников и Меткоискатели. А вот как распределить остальные группы, вот это сложнее…

— Зараза! — я вскочил, потирая круп. Да что они курган за гигантский муравейник принимают?

Дэш почему-то оглянулась.

Рассуждения я решил продолжить стоя.

Кого следует включить в первую группу? Я и Из — это само собой. Радуга — а как еще? Наверняка и ЭйДжей оставить тут не получится. Конечно Деринг. Твайлайт, конечно, без нее мы не разберемся. Трикси — чтобы была на виду, да и поможет, может быть, чем-нибудь. Тимберхост и Соулстрэй — эти двое, похоже, ни в какой другой группе быть не согласятся. Ну и Дерпи, конечно — наш бессменный радист.

Все остальные пойдут позади. Все прекрасно решилось!

— Ну! Раз я тут за командира, то… Сумки, рюкзаки, ранцы, мешки и торбы скинуть! Аптечки, ножи, фонари и прочую амуницию проверить! Пойдем налегке. Стройся!

* * *

Дискорд его знает, сколько мы уже бродили по этому дурацкому кургану! То ли мы напрочь забыли его архитектуру и планировку за это время, то ли он действительно вырос. Во всяком случае, до той странной двери, что делила курган на две, примерно равных по объему половины, мы добрались минут за сорок. Часы же показывали, что мы потратили на спуск сюда четыре с половиной часа. Бред. Хувс, правда, бормотал по рации что-то там про какие-то хроно-аномалии, или что-то вроде того, хотя Дитзи уже дважды просила его не забивать эфир ерундой — слышно из-за толщи, нас разделявшей, и так было очень плохо. И снова, миновав дверь, мы углубились в выматывающие и провонявшие какой-то сладостной гнилью спуски, ходы и переходы, выведшие нас к известной уже зале. Странно, но на подходе к ней запах усилился. Не успев оценить этот факт, мы вошли.

Войти-то мы в нее вошли… И она была нам знакома еще по прошлому разу, узнали-то мы ее моментально. А вот о ее назначении я догадался только сейчас, одновременно с тем, как Твайлайт и Трикси, синхронно позеленев, отошли к ближайшей стенке… удовлетворяя некие потребности организма.

Впрочем, я и сам, да и не только я, готов был к ним присоединиться. Сдерживало только то, что это выглядело бы совсем уж глупо и не культурно.

Комната эта была у Тварей, пару раз попадавшихся нам и тут, внутни кургана, чем-то вроде столовой. Это в прошлый раз здесь были только сухие кости да старые тряпки, сейчас же… В комнате нечем было дышать. Настолько, что, знай я об этом заранее, попросил бы у "отставника" противогазы. Мерзкое, гнилостное зловоние исходило от недоеденных трупов, различной свежести, которыми был завален пол. Большинство из них были когда-то лесными зверями. Но не все. Были здесь и пони. В основном — селяне из окрестных деревень. Стражники и пахари. Жеребцы и кобылки. Старики и жеребята.

— По-шли, — выдавил я, вовремя вспомнив, что у меня есть крылья, подхватывая застывшую Эплджек под передние ноги, и поднимая ее в уже знакомый нам вертикальный проход. Остальные поспешили последовать нашему примеру. Через какое-то время все мы вновь оказались в уже совсем другой знакомой зале, той, куда так неразумно вломилась в свое время Дэш, где была тяжело ранена и где была спасена Изом. Как давно это было! А ведь не прошло и пары месяцев!

— Привал! — скомандовал я, убедившись, что в этот раз Тварей вокруг нет. — Из, Тимберхост! Гляньте-ка в то тварехранилище, нет ли там оживших, если не трудно. Не хотелось бы получить сюрприз с клыками во время отдыха.

— Ладно.

— В этом… нет… необходим-мости… — все еще содрогаясь, едва слышно пролепетала Твайлайт. — Сейчас входы… запечатаю.

Я аккуратно уложил Эплджек на выступ, на котором когда-то лежала Радуга. Хозяйка выступа тихо уселась рядом.

ЭйДжей очнулась. Дернулась. На секунду натянула шляпу на лицо:

— С-селестия… Ч-че эт было?

— Тебе в подробностях? — мрачно осведомилась Радуга, игнорируя мой взгляд и закусив верхнюю губу.

Эплджек промолчала, одарив подругу таким взглядом, что ляпнуть что-то еще она уже не решилась.

— Видишь ли… — я не знал, как начать. Да и стоит ли начинать. — Эти Твари… Они ведь плотоядные… Мы едим траву, овощи и фрукты… Они едят нас.

Эплджек кивнула:

— Знаю. Догадывалась. Хотя сама не видала, но слыхала. Грифоны, там… Вродь… Из… Но от эт… От так, шобы… Шобы даж-же… жеребят. Я… Я их всех… — она не договорила. По щекам ее покатились злые слезы, и она вновь спрятала лицо под шляпой. Теперь уже надолго.

— Я вас всех поняла.

Я вздрогнул и обернулся. Прямо за моей спиной стояла Трикси. Обошла меня. Села на пол рядом с выступом.

— Я все поняла, — посмотрела она на меня отстраненным и очень грустным взглядом. На глазах ее навернулись слезы. — Вы нарочно. Вы специально потащили меня сюда. Щитом. Чтоб меня тут съели, а вы бы успели уйти. Конечно! Кто же вспомнит бездомную Три…

Хлесткий удар перебил монолог!

— Заткнись! — сквозь зубы процедила Дэш. — И без твоего вытья сейчас тошно!

Я оглянулся на Иза. Тот перевел удивленный взгляд с Радуги на меня. Мда… Не часто ее такой увидишь. Однако мне от него нужно было не это. Дело с Трикси, начатое тогда на острове, надо было закончить.

— Из! Папка у тебя, — я показал глазами на его сумку, единственную оставшуюся, где находилась сейчас статуэтка, и где составляла ей компанию известная уже пухлая папочка результатов продуктивной, хоть и не совсем честной, жизнедеятельности мошенницы Трикси Луламун.

Тот достал ее и кинул мне. Я ловко поймал папку зубами.

— Вот. Если хочешь, можешь забрать ее прямо сейчас.

— Можно, да? — как-то нерешительно переспросила Трикси, потирая щеку и поглядывая на Дэш.

Вместо ответа, я протянул ей папку. Вздрогнув, она осторожно приняла ее и принялась развязывать тесемки.

— Знаешь… — решил предупредить я. — Я бы не советовал тебе ее открывать. Лучше сразу ее уничтожить.

Трикси на секунду остановилась, но, мотнув головой, продолжила. Наконец, неподатливые завязки расплелись. На пол вылетели несколько фотографий, два или три исписанных листка и… куча чистой бумаги! В полной тишине хлопнула об пол папка.

— Что… — вырвался сиплый вздох. — Что это?

— Досье.

— Это…

— Это все, что у нас есть.

— Но это значит…

— Чистой воды афера.

— Значит, вы меня… использовали?

— Да.

— Втянули во все это… Заставили рисковать собой… Сюда затащили…

— Да. Только вопросы ты ставишь неверно.

— А как надо? — сбилась с мысли Трикси.

— А надо так: Позволили реабилитироваться в глазах гвардии и общества… Помогли разбогатеть…

Взгляд мошенницы стал куда более осмысленным.

— А ведь верно… — пробормотала она. — Камень стоит немало. Да и то, что я тут, с вами… Оно зачтется, да?

— Обязательно!

— К Дискорду! — с кончика рога сорвалась крошечная молния. Ударила. Листки улеглись в кучу и занялись веселым, озорным костерком. — Сейчас я с вами. Пока не выйдем отсюда. Потом я сваливаю.

— Дело твое. Обещаю, что гвардия за тобой охотиться не будет.

— И на том спасибо.

ЭйДжей убрала с лица шляпу.

— Ну шо? Пошли дальше? — она бодро поднялась и соскочила на пол, делая вид, что ничего и не было. Правда, припухшие глаза ее выдавали. Но и только.

— Верно, — поднялся я вслед за ней. — Но еще кое-что. Дитзи!

— Чего?

— Передай второй группе, чтобы ждали нас возле тех ворот. И дальше пусть передадут, что мы в порядке.

— Пока, — пессимистично добавил Из.

— Сейчас сделаю!

* * *

Мы выстроились перед входом в залу. Ту самую залу. Последнюю залу. Еще шаг. Стоит только переступить порог ее входа. Сейчас что-то будет.

Из первым шагнул вперед и…

ГЛАВА 47

Ничто не вечно

И ничего не произошло!

Вернее сказать, ничего существенного. Лишь вспыхнули какие-то огоньки вокруг постамента, находившегося в центре зала. Решив не придавать этому значения, мы вошли.

Он не изменился совсем. Тот же темный, мрачный зал. Те же Твари в разной степени окаменения. Разве что ряды статуй, внутри которых были замурованы и ожидали своего часа Твари, сильно поредели.

Мы не спеша подошли к постаменту. Обступили его кругом.

— Даже не верится, — пробормотал Из, оглядываясь. — Чтоб все это было вот так просто… Просто поставить статуэтку как надо, активировать да уйти…

— Знаешь… — я уперся ногой в его плечо. — Когда-то один мудрый пони сказал: даже самый длинный путь начинается и заканчивается всего одним шагом.*

— Понимаю, — Из поставил на пол сумку. Не спеша достал статую.

— Стой! — Твайлайт коснулась его ногой. — Подожди.

— Да?

— Я хотела бы немного осмотреть статую и постамент. Может быть, мы узнаем что-то большее об этом… Понилдоре. Я, конечно, нашла кое-что о нем в книгах, но крайне мало. Лишь то, что сам Свирл Бородатый называл его магистром, а себя его… Как же это… — она потерла копытом подбородок. — Поддаваном, что ли?*

— Поддавали они, что ли, вместе? — съязвила Дэш.

Твайлайт кинула взгляд в ее сторону, но сочла за лучшее пропустить колкость мимо ушей.

— Ладно, — неуверенно поджал ногу Из. — Давай, если хочешь. Вроде бы все под контролем. Ничего не мешает.

И Твай принялась пристально разглядывать все вокруг, особенно долго и тщательно изучая все, что было хоть отдаленно похоже на какой-нибудь символ, и докапываясь с каждой найденной закорючкой до Деринг, как специалиста по древним языкам. Трикси же, добровольно-принудительно притащенная сюда в роли ее помощницы, делала умное лицо, иногда с омерзением поглядывая на окаменевших Тварей.

Сначала это было интересно, но минут через десять я понял, что это может затянуться надолго. Но не буду же я ее подгонять? Это как минимум неудобно. Я огляделся. Зал был огромным и, кажется, мы все-таки не были в его середине. Если стены рядом мы хоть как-то видели, то вся противоположная часть скрывалась во мраке. Мне стало интересно. Я поднялся и, прихватив с собой фонарь, не торопясь и внимательно поглядывая по сторонам, пошел в противоположную от входа сторону.

— Эй, Алекс! Ты куда? — догнала меня ЭйДжей, когда я отошел уже на приличное расстояние.

— Хочу прогуляться, посмотреть, что там, в той стороне.

— Но эт может быть опасно! — Эплджек покосилась на одну из статуй рядом. Статуя явственно треснула. — И шо тя вечно несет куда-т…

Я только развел копытами.

— Ла-ано. Дай, я тя хоть провожу.

— Я с вами.

Я оглянулся. За нами спешил Соулстрэй.

Мы трое дошли уже практически до самого конца, уже видели противоположную стену с темнеющим в ней проемом и даже успели повернуть назад, когда до нас донеслись какие-то звуки. Я застыл. Прислушался. Кто-то очень торопился сюда.

Первой влетела в пещеру Дерпи. Странно. Я не помнил, когда бы она могла от нас отстать. Впрочем, Дерпи есть Дерпи. Она умеет мало выделяться, если ей это надо. Больше удивил меня пони, ворвавшийся следом. Это был Хувс!

— Спасибо за то, что подняла меня, Дитзи! Да что вы тут застыли статуями?! — прикрикнул он на Твай. — Быстрее!

С этими словами, он выхватил у Твайлайт статуэтку, которую она держала магическим захватом, и с силой припечатал ту об постамент!

Откуда-то из-под постамента сыпанули искры. Вслед за этим, раздался странный звук, как если бы камень втянул бы в себя воздух. Статуя вздрогнула. Даже с другого конца зала было видно, как проступили на камне, отразились ярким светом на стенах огненные полосы. Как они пульсировали, наливаясь краской. Объединялись друг с другом.

То, что произошло с камнем в дальнейшем, я затрудняюсь описать. Как будто весь свой накопленный до этого воздух он выпустил в один миг, таким был этот звук. Визуально же… Это было еще менее понятно. Сначала я увидел рябь. Подумал, было, что что-то не так с моими глазами. Все вокруг пронизали странные волны. Такие, будто жеребенок кинул камень в воду. Только вот воды тут не было. Мгновением позже я ощутил, как эта волна ряби прошла через меня. Судя по глазам Эплджек и Соулстрэя, их это интересное ощущение тоже накрыло. Камень же уже полностью светился ярко алым, живым светом, однако, с каждой секундой затухая, тусклея, слабея.

Как водится в такие моменты, все мы настороженно застыли, пытаясь определить, что нам ожидать дальше, ведь случиться могло все, что угодно. Опасности приходилось ждать отовсюду, не зная, откуда конкретно она придет. Быть может, поэтому тихий, чуть скрежещущий звук мы услышали далеко не сразу.

Через мгновения я увидел источник этого непонятного шума. Острые, ледяные иглы закололи где-то под кожей. Вход. Огромная каменная плита неторопливо опускалась, пытаясь перекрыть нам выход. Я оглянулся. Похожий звук раздавался и за нашими спинами, что было куда ближе, чем нестись в другой конец зала.

— ИЗ! ДЭШ! ДЕРИНГ! ТВАЙ! — БЕГОМ ВСЕ НА ВЫХОД! ЖИВЕЙ!!! — срывающимся голосом крикнул я.

— А вы?! — донесся до меня голос Твайлайт.

— Не успеем! За нами еще выход! Выйдем им! Идите ко второй группе! Не ждите нас!

И наша команда, не тратя более времени впустую, кинулась к своему выходу, а мы трое к тому, что достался нам.

Толстая каменная стена была единственным, что мы увидели, свернув в крошечный закуток, в полутьме показавшийся нам проходом! И все! Больше в нем ничего не было.

— Как же… Как же так-т? — потрясенно пробормотала Эплджек.

— Акустика, — пояснил Соулстрэй. — Тут отличная акустика. Нам казалось, что звук идет сзади, а это был лишь отзвук механизма, закрывшего единственный вход.

— И? Че будем делать? — ушки ЭйДжей печально и чуть напугано опустились.

— Думать! — я огляделся. — Искать и думать!

Где-то совсем рядом раздался не громкий, но страшный треск.

* * *

Твари не умерли. Это стало ясно совершенно точно. Да и те, что уже начали возвращаться к жизни, или, говоря ученым языком, некоторыми определениями из которого я заразился от Твайлайт, переходить из кремний-силиконовой формы в белковую, органическую, продолжили этот процесс.* Оставалось лишь надеяться, что хоть те, что все еще были каменными изваяниями, так ими и останутся.

Наши поиски какого-либо выхода не дали никаких особенных результатов. Складывалось очень нехорошее ощущение, что нам вновь предстоит близко познакомиться с теми Тварями, что сейчас просыпаются. Обидно. Ведь у нас у всех еще были какие-то недостигнутые цели. Желания. Кое-какие планы на ближайшие годы. Однако если мы срочно не предпримем что-нибудь прямо сейчас, то через полчасика нас здесь уже просто сожрут.

Мы осмотрели все, что только могли найти. Нет. Ловушка была абсолютно идеальной. Идеальной до отвращения.

— Паршиво, — прошептал Соулстрэй, когда мы вновь собрались на прежней точке, напротив глухой стены, которую по собственной глупости, себе же на погибель, приняли за выход. — Можно подумать, что это и не храм какой-то, в них всегда полно всяческих…

— Тихо! — перебил его я, притушив фонарь и, на всякий случай, проверил, легко ли выходит из ножен нож. — Слышали?

— Агась, я слыхала.

— Ничего я не слышу, да и что тут можно услышать? То, как Твари хрустят, преобразуясь в живых…

— Да тише ты! Слушай!

— Тьфу! Ну и куда эт ты нас завела? — проговорил "в нос" далекий, но кажущийся знакомым голос. — Фу! Грязюки-т сколько!

— Ох! Да… Грязновато тут как-то, — к первому голосу присоединился второй, более звонкий, — На меня постоянно капает что-то противное!

— Я завела? Да я тут именно, что вывожу вас! — возмутился третий голос, особой красотой или чем-либо еще не отличавшийся. — Вот лучше объяснила бы, зачем ты эту кирку с собой поперла? Ничем она нам не помогла. Даже наоборот. Надо же тебе было зацепить тот камень…

— Скут-скут-скут-скут-ску-у-ут! Кончай квохтать, цыпленок! Лучше объясни, че мы тут делаем? Тут тупик какой-т.

— Медальон указал сюда, значит, правильно пришли. Может, надавить куда надо? И хватит уже про цыпленков… цыплят. А… Ага… А чего эт-то вы там делаете?

— За Свити не знаю, но от лично я — надавливаю!

— Мне на круп?!

— А куда те еще надо? Куда могу, туда и надавливаю. Камни перед тобой, от и дави их!

— Кхм! Верно.

Огромный камень напротив моей груди зашевелился, выползая из кладки.

Еще секунда, и он, подняв столб пыли, рухнул на пол.

Из образовавшегося проема показалась голова рыжей поняшки с фиолетовой гривкой.

Поняшка осмотрелась. Взгляд ее остановился на мне. К сожалению, я не разобрал того, что промелькнуло в этот момент на ее лице.

Она спрыгнула на пол и застыла перед нами, виновато потупившись. Через несколько секунд к ней присоединились и ее подруги.

— Та-а-ак… Ну и как от эт все понимать? — не громко, но явно закипая, начала допрос Эплджек. — А, Блум?!

— Ну… Там на лагерь Твари напали. Много и сразу. Все отошли внутрь кургана. А тут у Скут медальон сработал. От он-т нас сюда и привел.

Только сейчас я заметил на шее Скуталу медальон, показавшийся мне подозрительно знакомым.

— Ску-у-ут! — обратился я к ней.

— У?

— А что это за медальончик такой? Сдается мне, я видел такой у Деринг, нет?

— Ну… Да.

— И как он оказался у тебя?

— По… Позаимствовала на время. Она ведь свою сумку оставила? А он там был. Я и подумала… что… может быть… пока она тут с вами… Но я же верну?!

— Надеюсь, — безо всяких эмоций ответил я. — Очень надеюсь.

Где-то недалеко раздался жутковатый, чавкающий звук. Я оглянулся. Продолжил, уже куда более торопливо:

— Как бы то ни было, а вы вовремя. Нужно быстрее отсюда убираться.

— Агась, — поддержала ЭйДжей. — Про поведение потом поговорим.

— Угу, — хмыкнула Эпл Блум, видимо, предчувствуя, что разговор все-таки состоится, и подняла глаза.

Глаза ее не просто поднимались от пола, но и становились все шире и шире…

Я резко обернулся.

Из темноты медленно выходила Тварь. Блеснули в луче фонаря обнаженные зубы.

— Быстро в дыру! — Соулстрэй развернулся лицом к Твари и выхватил нож. — Я прикрою. Иначе, они могут пролезть.

— Точно не… — попробовал я предложить ему помощь.

— Лезьте! — не оборачиваясь, грубо бросил он.

Блеснула в темноте еще одна пара красных глаз.

Я подсадил Скуталу. Помог протиснуться в неширокий лаз Эплджек. Затолкал следом Блум и Свити. Осмотрел край отверстия.

— Похоже, что тут ловушка, — подытожил я, забираясь сам. — Осторожней с этим камнем, похоже, он нажимается. А то еще, чего доброго, завалит вход раньше, чем ты пролезешь.

Я, наконец, забрался и, как мог, обернулся назад. По коже продрал противный озноб — напротив все еще стоящего ко мне спиной Соулстрэя стояли уже три Твари. Минимум три.

— Чего ты застрял?! — окликнул его я. — Давай за мной, пока они не очухались!

— Ты не понимаешь, — качнулась из стороны в сторону грива. А мне, между тем, совсем не понравился голос, которым это было сказано. — Они проснулись по моей вине. В том числе по моей. И по моей же вине погибли ни в чем не повинные пони. Стали едой для этих отродий. Спасибо тебе, что помог мне понять. Помог посмотреть на себя со стороны. Помог… Пока тебя не было, я возвращал свой долг этому городку. Долго возвращал. Но сегодня я этот долг погашу. Уходи. Это мой бой. Только мой. За вами они не пройдут. Я задержу их.

Я не стал спорить. Лишь посмотрел в глаза остальных, оглянувшихся в этот момент на меня, и также все слышавших, и тихо сказал им:

— Пошли.

Пару минут спустя, все еще ползя по оказавшемуся весьма извилистым ходу, мы услышали, как где-то за нашими спинами рухнули камни, которыми был выложен лаз, подобно залпам орудий отдавая последнюю честь герою-фанатику из КонАрма.

* * *

Какое-то время мы просто ползли по выложенному камнем, но все равно очень грязному лазу.

— И Свити задела его киркой! Конечно, лаз завалило. Зачем она вообще кирку потащила? Это вопрос не ко мне, — закончила Скуталу.*

— То есть, назад нам хода нет?

— Угу.

Впереди показалась развилка — небольшой, еще более узенький рукав отходил в сторону от лаза. Скуталу положила медальон на копыто и поводила им из стороны в сторону.

— Влево, — скомандовала она, определившись. Впрочем, учитывая, что она ползла первой, скомандовала она самой себе.

Свити Бель нервно потянула носом воздух:

— Мне одной кажется или там, куда мы идем, что-то жутко воняет? — поморщилась она.

Мы с ЭйДжей довольно быстро догадались, куда ведет лаз, этот запах трудновато было бы не узнать, и, как смогли, переглянулись. Я показал глазами на жеребят, зажмурился и прикрыл глаза ногой. Та понятливо кивнула.

Именно поэтому, в момент, когда камень наконец упал, она тут же закрыла выбравшимся Блум и Свити глаза, и помогла Свити залезть на меня.

Скуталу, строго предупрежденная мной за секунду до того, даже из лаза вылезла наощупь, неслабо при этом навернувшись.

Я подхватил под ноги Блум и полетел, пытаясь не смотреть вниз и перебороть подкатывающую тошноту. Оставив Блум и Свити любоваться стеной на другом конце помещения и длинным коридором, из нее выходящим, я вернулся за Эплджек и Скуталу. И если ЭйДжей я привычно подхватил и поднял, то со Скут возникли проблемы. Она упорно не желала лететь на моей спине. В конце концов, она решила просто лететь за мной, ухватившись зубами за хвост.

Когда-нибудь все кончается. Закончился и этот перелет. Я оглянулся на покинутую залу. Будем надеяться, что этого больше никто, никогда не увидит. В особенности никто из них, перевел я взгляд. Эплджек — зеленая, дрожит, но держится. Эпл Блум и Свити Бель — все еще не решающиеся оглянуться. И Скуталу… Я оглянулся. Бледная Скут смотрела назад, на только что покинутую залу, все еще не выпуская мой хвост изо рта, и нервно сглатывала. Вот характер… Советовал же не оглядываться, а лучше вообще не открывать глаз, пока не скажу…

Я вздохнул:

— Ну что? Пошли дальше? Нас наверняка заждались?

— Агась, — выдавила ЭйДжей.

Блум и Свити дружно кивнули.

От Скут я ничего не дождался, а потому просто потащил ее за собой, пользуясь тем, что в хвост она вцепилась намертво.

Довольно скоро мы добрались до делившей внутренности кургана двери. Правда, в этот раз она уже не была так гостеприимно распахнута, как раньше. Мало того, она была почти закрыта. Закрылась бы и совсем, навечно разделив нас с остальным миром, если бы не громоздкая белая туша, вжавшаяся между ней и стеной.

— Балк? — удивленно вырвалось у меня.

— АГА! — рыкнул обильно потеющий монстр. — УСПЕЛИ! ДЕРЖУ! ДОЛГО УЖЕ! БЫСТРЕЕ!

И, дико взревев, он напрягся, чуть приоткрывая тяжеленную на вид дверь. Нас ненужно было долго упрашивать, остаться тут как-то не грело.

— УФ!

Что-то громко лязгнуло. Механизм двери, почувствовав, наконец, свободу, споро закрылся.

Мы повалились на камни.

— Слава Селестии, вы успели, — перед нашими взорами возникла Деринг Ду.

— Агась, — кивнула ей ЭйДжей. — А шо с остальными? И как вы тут?

— Интуиция, — чуть самодовольно ухмыльнулась пегаска, — Если где-то есть крутая дверь, она просто обязана захлопнуться, вот я и прихватила его, — ткнула она копытом в мокрого как мышь Балка, с хлюпаньем присевшего рядом. — Сила!

— АГА. Я ЗНАЮ. Я КРУТ, — тяжело выдохнул тот.

— А остальные… — Деринг нахмурилась. — Все наверху. Тут, пока нас не было, Твари напали. Есть погибшие, хотя и не много. Из с Тимберхостом сейчас организуют оборону, чтоб их сюда не пустить. Дэш, конечно, тоже где-то там крутится. Ну и остальные.

— Тогда нам нельзя терять ни минуты, — поднялся я. — Нужно уносить отсюда ноги и поживее. Все готовы?

Мог бы и не спрашивать, судя по взглядам, которые я получил. Мы все уже были выжаты как мочало, но идти-то все равно было нужно.

* * *

— Эх! — Скуталу, чересчур быстро оклемавшись, проводила взглядом очередную дверь. — А ведь тут, наверное, много всякого интересного. Обидно, что никто этого не увидит.

Подруги поддержали ее скромным угуканьем.

— Ну да, — оглянулась ушедшая вперед Деринг. — Но я не теряю надежды когда-нибудь сюда вернуться. Только вот Тварей хотелось бы поменьше. И медальончик чтоб был при мне. Думаешь, я не заметила?

— Я… Я верну! Я прям щас! — засуетилась Скут, пытаясь стянуть медальон с шеи.

— Потом вернешь, — Деринг безразлично пошла дальше, скрываясь за поворотом коридора. — Понимаю, штучка классная. Но, все-таки моя. Так что, потом вернешь.

— А может, рискнем? — Блум вопросительно посмотрела на сестру.

ЭйДжей задумчиво фыркнула.

— Да! Почему не попробовать? — Скут затормозила возле одной из дверей. — Ну хоть раз, а?!

— Если ток раз… — подошла к ней Эплджек, заметив согласие на моем лице.

— А это не опасно? — засомневалась Свити, встав посреди коридора и не решаясь пока подойти.

— Ха! Шутишь че-ли? — Блум поднялась на задние ноги и прислонилась к стене. — Че тут может быть опасней… тех черных? Но, раз уж Скут сказала первой, так пускай первая открывает, не будем мешать.

Заинтересовавшись, я подошел поближе.

Скуталу осторожно попробовала ногой ручку:

— Заперто.

— А ты че думала, шо для тя открытой оставят и красную дорожку постелют?

— Может быть, кого-то попросить? — внесла, как обычно, рациональное и трезвое предложение Свити.

— АГА. Я.

— Не, — Скут оценивающе прищурилась. — Ты не только дверь, ты там все вынесешь с разгону.

— Я АККУРАТНО, — попробовал обидеться Балк, но его уже не слушали.

— Может, я? — подошла к двери Эплджек.

— Можно, — Скуталу еще раз подергала ручку. — Вроде чего-то поддается. Щяф я ее ефе фоффрофую…

С этими словами она взялась за ручку зубами и дернула…

Я не знаю, что и в какой момент заставило меня это сделать. Быть может, это был какой-то еле заметный, неуловимый звук. Быть может, предчувствие. А может быть, это была лишь мгновенная, отточенная реакция в тот момент, когда оторвавшаяся ручка осталась в зубах удивленной Скуталу. Я не знаю, когда и как я это сделал. Я просто прыгнул вперед, в мгновение ока сбив с ног стоящую напротив двери Эплджек так, что та оказалась где-то подо мной, и отшвырнув Скуталу.

— Ай! Алекс! Больно ж… — та, похоже, слегка ударилась об дверь.

— Алекс? Ты че…

Что-то коротко, тихо щелкнуло. Толкнуло в грудь. На месте дверной ручки чернело маленькое отверстие.

Глаза Эплджек… Похоже, что-то жутко ее испугало.

Замолчала на полуслове и Скуталу. Все лицо ее было покрыто какими-то мелкими красными точками. В глазах отразился ужас.

Я снова посмотрел на замершую подо мной ЭйДжей. На ее золотисто-рыжую шерстку откуда-то часто падали яркие, алые капли. Я попробовал было спросить, что могло ее так сильно испугать, но почему-то ничего не получилось. Из горла вырвалось лишь какое-то сиплое клокотанье. Только тогда я перевел взгляд чуть выше, оторвавшись от ее глаз. Из моей груди, прямо напротив сердца, торчало коротенькое, узенькое древко болта. "Дурак. Ловушка", — мелькнула запоздалая мысль. А следом за ней еще одна: "Так вот оно как…". Ноги стали мягкими, ватными. Они больше не могли меня удержать. Я упал. Упал прямо на Эплджек. Бросился в нос аромат ее гривы. Лучший в мире запах. А еще — две пары глаз: зеленые и сизые. Эплджек и Скуталу. Глаза, за которые я был готов отдать жизнь. Да так, похоже, и получилось. Собрав силы, я дотянулся ногой до шеи Скуталу и прижал ее к себе. Прижался щекой к щеке Эплджек. Больше сил не оставалось ни на что. Навалилась страшная усталость. Все. Я закрыл глаза.

— Алекс! — пробился сквозь темноту слабеющий возглас двух голосов. Двух дорогих мне голосов. Но стих и он. Опустилась тишина.

Тьма и Тишина.

ГЛАВА 48

Лунный свет

— Алекс.

Негромкий, мелодичный голос пробился сквозь тьму в мое затуманенное сознание.

— Алекс Анноун!

Нет, это точно меня. Я сначала засомневался, так спокойно и одновременно нежно он звучал

— Вставай.

Я открыл глаза. И сразу же закрыл их! Нет, высоты я не боюсь, даже, наверное, вообще немного чего боюсь, но вот наблюдать с нее за тем, как мои друзья убиваются над моим же бездыханным телом, при том, что происходит все под землей, где этой самой "высоты" недолжно быть и в помине… Это было слишком, даже для меня.

— Ну хватит тебе. Поднимайся.

Я снова открыл глаза, но на этот раз повернул голову в ту сторону, откуда доносился до меня этот чудный голос. И сразу поднялся на ноги. Пусть подо мной ничего не было, но я откуда-то знал, что именно поднялся. Вернее, мои ноги приняли в окружающей пустоте положение, которое обычно подобает называть "положение стоя". Правая же передняя автоматически взвилась к уху. Отдернулась — вспомнила, что на мне нет головного убора.

Рядом со мной стояла, глядя на меня, аликорн переливающегося, нежного, иссиня-серого цвета с развевающейся гривой цвета ясного ночного неба, сверкающего мириадами звезд. Принцесса Луна.

— Ваше высочество, — склонился я в подобающем поклоне.

— Встань, — все также спокойно улыбнулась она. — Встань, мой гвардеец. И пойдем. Ты устал. Тебе нужно отдохнуть.

— Но, как же… — оглянулся я на своих друзей.

— Сейчас ты не поможешь им. Они тебя даже не услышат. Лишь они сами могут сейчас решить свою судьбу. А ты? Ты ступай за мной.

Она развернулась и медленно, грациозно взмахнув крыльями, поплыла сквозь окружавшее нас ничто. Оглянувшись в последний раз, я последовал за ней.

* * *

— Вот мы и пришли.

Как я ни всматривался, но передо мной не было ничего, кроме пустоты.

— Просто обернись, — вновь улыбнулась принцесса.

Я обернулся и… Оказался в большой, но чрезвычайно уютно обставленной комнате. Все в ней располагало к отдыху и спокойной, неторопливой беседе. Шелк, атлас, бархат… Все тона и оттенки фиолетового, синего, голубого и почти черного были идеально подобраны и гармоничны… Отделанные тканью, мягкие, словно струящиеся стены. Немногочисленная, но практичная и со вкусом подобранная мебель. Подушки на покрытом ковром полу. Небольшой столик. Камин с парой кресел в углу. Углы в этой комнате были достойны отдельного упоминания, ибо, сколько я не оглядывался, я так и не смог сосчитать их. Их могло быть сколько угодно, от двух, до ста. Мой взгляд коснулся потолка. Вернее сказать, того, что должно было быть потолком, ибо вместо него я увидел лишь плотное, густое, сине-голубое марево, сквозь которое, как мне показалось, просвечивали звезды. Несколько из них, словно заметив меня, стали чуть ярче, осветив комнату.

— Ну? Что же ты? Проходи, садись, — в голосе принцессы промелькнула тень довольства произведенным впечатлением.

Ровный свет ее рога на секунду озарил комнату. Загорелись дрова в камине. На низеньком, окруженном подушками, столике развернулась невероятно тонкой работы голубая скатерть. Появилась из ниоткуда пара длинных свечей в изящных серебряных подсвечниках. Одно за другим начали появляться яства. Последним возник во главе стола стройный серебряный кувшинчик с широким горлом. Рубиновый лучик озорно блеснул на поверхности его содержимого.*

— Прошу к столу.

Только сейчас, когда отзвучали эти слова, я почувствовал, как же я успел проголодаться.

— Давно я не ел ничего лучше, — честно признался я, когда с едой было покончено.

— Рада, что тебе понравилось, — чуть улыбнулась принцесса, возлежа на подушках по другую сторону стола, и чуть покачала на копытце тончайший фужер, любуясь игрой света на его пузатеньких бочках. — Попробуй. Чудесный букет.

— Вино забвенья? — в свою очередь улыбнулся я.

— Да нет, — удивилась она. — Зачем бы мне пичкать тебя этой гадостью? Просто хорошее вино.

— Не знаю, — честно ответил я. — Просто пришло в голову. А вообще, это так у Вас…

— Тебя, — перебила принцесса. — Тут никого нет и незачем соблюдать церемониальные приличия, так что, давай на ты. Луна. В крайнем случае — "принцесса", но тоже на ты. Договорились?

— Хорошо, — чуть растерялся я. — А… ты со всеми так приветлива?

— То есть?

— Ну… Все умершие гвардейцы удостаиваются чести отобедать с… тобой?

— Нет, что ты, — чуть хихикнула она, изящно прикрыв копытцем рот.

— Я один из немногих?

— Да с чего ты вообще взял, что ты совсем умер?

Вот тут уже настала моя очередь удивляться!

— Это сложно объяснить, — она отставила фужер. — Пойдем-ка, сядем. Думаю, нам будет, о чем серьезно поговорить.

— Здесь будет куда удобней, — уселась она в мягкое кресло перед камином. — Даже не знаю, с чего бы начать. Видишь ли… Ты не умер. Вернее, не умер в полном смысле этого слова. Ни один гвардеец не может умереть совсем. Вернее, может, но только если для него уже нет никакой возможности вернуться. Если гвардейца разорвут эти Твари, если он утонет в болоте, если его похоронит заживо обвал — это верная смерть и тут уже даже я бессильна что-либо сделать. В твоем же случае, все не так фатально.

— То есть? Я сейчас могу вернуться к друзьям?

— Увы, но нет. Есть высшие законы, законы магии, которые не могу нарушать даже я. Ты сможешь вернуться, но лишь по прошествии девяти дней.

— Так много? Но… Но меня могут уже похоронить?!

— Увы. Я не могу этого исключить. В этом случае твоя смерть станет необратимой.

— И я… Должен буду все это время находиться здесь?

— Совсем не обязательно. Ты можешь отправиться назад, когда захочешь, но ничему не сможешь помешать, они не смогут тебя видеть или слышать. Но я настаивала бы на твоем отдыхе. Побудь здесь несколько дней. К тому же, я почему-то уверена, что все будет хорошо, — взгляд ее стал каким-то особенным. — И что ты еще сослужишь мне добрую службу. А пока — просто отдохни.

— Хорошо, если Вы… ты так желаешь.

На какое-то время мы замолчали, глядя в огонь камина. Я взял поднесенный Луной фужер. Чуть отхлебнул. Вкус действительно был великолепен.

— Скажи… — я чуть замялся, решаясь задать давно мучивший меня вопрос. — А каково это — быть аликорном?

Луна вздрогнула. Глянула на меня с какой-то смесью тревоги и тоски:

— Одиноко.

— А сестра?

— Сестра? Нет, конечно, есть сестра. Правда, мы с ней разные и не всегда понимаем друг друга. Но это другое. Друзья, вот, что важно. Их у меня почти и нет. Были когда-то. Но… Знаешь как больно, когда те, кого ты знала и любила еще жеребятами, стареют и умирают у тебя на глазах? Каково при этом знать, что ты будешь жить вечно? — в краешке глаза блеснула слезинка. — Я потеряла многих друзей. Многих хотела бы вернуть. Вернуть Сноудроп…*

— А разве не в силах аликорнов даровать вечную жизнь?

— В силах. То-то и оно, что в силах. Но никто не может даровать ее всем. Наверное, тебе сложно представить, что тогда начнется, но я понимаю, почему Селестия запрещает это делать.

— Даже иногда?

— Даже иногда. Правда… — Луна задумалась, видимо, решая, стоит ли это сказать или нет. — Правда, был случай, когда я ослушалась этого приказа. Я создала свое королевство, подданными в котором были жеребята, брошенные на произвол судьбы.* Я попыталась им помочь. Я даровала им вечную жизнь и вечную молодость. Реакция же на это Селестии… Это стало одной из причин нашей ссоры. И одной из причин того, что она отправила меня в ту ссылку… На луну… На тысячу лет…

— А королевство?

— Я спрятала его. Спрятала так, что никто и никогда не найдет его и не навредит моим жеребятам, не забывшим меня и за тысячу лет. Спрятала между пространством и временем… — Луна тепло улыбнулась чему-то своему.

— А как же жеребята? Они что, так и заперты там?

— Нет, почему? Они вольны быть там, где им вздумается. Я иногда вижу их даже на улицах Кантерлота, только не подаю вида. Просто их никто не сможет отследить. Никто и никогда, кроме них, не узнает о том, где расположен вход в королевство. Вернее, не королевство уже. Они сами управляют собой. Кажется, они называют себя Республикой. Лунной Республикой*, если я правильно помню. Но я по привычке говорю о королевстве.

— Ловко.

— Ну да. Ты ведь наверняка и сам знаешь, что наш мир не единственный? Вот я и подумала: "А почему бы не использовать пространство между ними?"

— Ты думаешь, что я не отсюда? — удивился я.

— Догадываюсь. Хотя даже для меня тайна, как ты попал сюда. Видимо, все же существуют и иные входы, кроме зеркала. В прочем, это не удивительно, учитывая, что выход на той стороне, насколько я знаю, это постамент какой-то статуи или чего-то вроде. Наверняка существуют и другие проходы, и куда более скрытые. Когда-то я читала даже, не помню, правда, у кого и когда, что возможно все миры пронизаны ходами, как хороший сыр дырками, только в одни из них пройдет телега, а в другие не просунешь и иголку. Кто знает, возможно, это правда?*

— Даже ты не знаешь этого?

— Да, я почти богиня, как считают многие. Но даже я не могу знать всего, что связано с изначальной магией миров. Нельзя до конца постичь что-то, порождением чего являешься.

— Но ведь вы с сестрой управляете всем, даже движением луны и солнца?

Луна поставила фужер на возникший из ниоткуда крошечный резной столик. Готов поклясться, что ее рог при этом даже не светился!

Чуть печально улыбнулась:

— Тут сестра немножечко мухлюет, хотя это даже всем на пользу. Мы, в свое время, создали мощное заклятье. Именно оно и движет Солнце и Луну до сих пор. Сам посуди! Заниматься дважды в день одним и тем же занудным делом тысячелетия подряд, это… Как бы помягче сказать… Полный бред. Селестия время от времени пользуется этим, да и то не поднимает солнце сама, чтобы не нарушать ход заклятья, а просто подгадывает время его появления, подстраивая под него свой маленький спектакль. Я, впрочем, тоже, но только пару раз в год. Нет, конечно, мы можем делать это и сами, но это же просто нудно! Да и к тому же существует тысяча разных дел кроме этого, требующих нашего внимания. Взять хоть обострившуюся обстановку на границе с Кристальной Империей. Да и Кризалис, похоже, опять что-то удумала… Вот что действительно важно сейчас, а не подъемы и спуски светил.

— Поэтому ты отозвала гвардейцев из города?

— Да. Я решила стянуть побольше сил. Я ведь отвечаю за все, что связано с темной стороной. Когда-то за это отвечал Дискорд, и, наверное, более успешно, чем я, но сейчас все в моих копытах.

— А сестра?

— Селестия, — Луна нахмурилась. — Она неплохой политик, но почему-то никогда не воспринимает угрозы всерьез. Быть может, даже, из-за собственного бессмертия, у нее выработалась какая-то апатия к происходящему. Нет, я ничего не скажу, она прекрасно управляет Эквестрией в целом, но… конкретные судьбы… по большому счету, исключая некоторых, ей безразличны. А я так не могу. И стараюсь сделать все, чтобы защитить всех, кого могу, вне зависимости от того живут ли они вечно или нет. Вот и приходится…

— Темная Гвардия тоже появилась по этой причине? — вновь не удержался от вопроса я.

— Да. Вернее, в том числе и по этой. Изначально она создавалась лишь для защиты моих жеребят и была крошечным отрядом, но потом я поняла, что та парадная, золоченая гвардия, которую собрала вокруг себя сестра, не спасет страну и, что важнее, ее жителей в случае необходимости. Отряд мой ширился, рос от года к году, от столетия к столетию, привлекая в себя самых разных пони, пока не превратился в то, что сейчас называют Темной Гвардией. Кстати говоря — красиво. Я не планировала такого названия, но оно прилипло, прижилось и, по-моему, очень неплохо звучит.

— Понятно. Значит, вот откуда разведка, вот откуда хорошее снабжение…

— Да, конечно. Я все сделаю, чтобы все пони, по крайней мере, чувствовали себя в безопасности, если уж я не могу даровать им вечную жизнь. В конце концов, сейчас я добилась того, что даже Селестия не может контролировать мою гвардию. Мало того. Гвардия может скрыть что-то от нее, если на то есть необходимость, а скрыть что-либо от всевидящей правительницы, это, согласись, немало! Теперь ты понимаешь, сколько сил у меня уходит на то, чтобы мои гвардейцы оставались во всем лучшими. Именно поэтому, к слову, я и набираю офицеров, показавшихся мне неординарными.

— А как относится Селестия к такому расширению гвардии?

Луна вздохнула:

— Она его не замечает. Или делает вид, что не замечает. Но, вообще-то, я позаботилась о том, чтобы она узнала как можно меньше. Пусть лучше считает гвардию моей охраной.

— И все это удалось замаскировать?

— Да, хотя на это ушли сотни лет. Думаешь, где ты сейчас?

Я развел копытами. Да и как тут было бы угадать. Где угодно.

Луна дотянулась и отодвинула плотную штору, до того казавшуюся куском стены. За шторой оказалось небольшое арочное окно, за окном же… За окном выделялась на фоне темнеющего неба башня, причем, судя по узору, различимому в падающем откуда-то свете, и знакомой архитектуре, это была одна из башен королевского дворца в Кантерлоте, это все, что можно было о ней сказать.

— Мы в башне? — я оглянулся вокруг. Башня бы точно треснула, попытайся кто втиснуть в нее эту комнату.

— Отчасти так, но лишь отчасти. Мы сейчас находимся сразу в нескольких местах одновременно.

— Погоди-ка… — начало доходить до меня. — Из этого… места ты можешь видеть все, что творится в Эквестрии?

— Можно сказать и так, но это будет немножечко неверно, — возразила Луна. — Точнее будет сказать, что в это место можно попасть из нескольких мест. При этом его нельзя обнаружить. К примеру. Ты видел окно в башне напротив?

— Да.

— Это окно моей сестры. А что, как ты думаешь, она через него видит? А видит она лишь небольшую комнату, такую же, как у себя, с разницей просто в мелочах, — она осеклась. Пристально посмотрела на меня. — Но что-то я разговорилась. Прости, иногда на меня находит.

— Все в порядке, — поспешил успокоить ее я. — Я уже забыл услышанное. В одно ухо влетело, в другое вылетело.

— Спасибо, — кивнула она. Быстро отодвинула штору. Глянула на темное небо.

— Прости, — Луна переменилась в лице. — Скоро ночь. Надо лететь.

— Конечно, — я встал с кресла и все-таки чуть поклонился.

Луна улыбнулась, взмахнула крыльями и, не говоря больше ни слова, исчезла.

Я огляделся. Что ж! Раз эта комнатка в моем распоряжении аж на девять дней… Где там тот кувшинчик?

* * *

Ну, наконец-то!

Я неделю провалялся на этих пропахших лавандой фиолетовых подушках! Нет, это была не худшая из недель, все-таки каждый вечер ко мне заглядывала Луна и мы по несколько часов, до наступления темноты, общались с ней на различные темы. Я узнал для себя много нового об Эквестрии и ее возникновении, что называется "из первых уст". О взаимоотношениях богинь. Луна же… Наверное, она тоже что-нибудь для себя узнала. Во всяком случае, ей было интересно. Остальное время тоже не было потрачено без толку. По крайней мере, я успел о многом поразмыслить. Даже составил себе некий график действий на будущее. Конечно, были там и пещеры Эплуз с их троллями, и Форт Пониред с его контрабандой, и еще кое-что из того, что попадалось нам по пути, но я выделил для себя две наиболее приоритетные темы, в которых следовало разобраться. Первой из них было сокрытие Селестией истории Эквестрии, но тут требовалось действовать очень медленно и осторожно. Так, чтобы никому не навредить. Кто знает, сколько времени на это уйдет. Быть может, месяцы, быть может, годы. Может, на это не хватит и всей моей жизни. Но я понимал, что не успокоюсь, если не сделаю хоть что-то, если не узнаю хоть немного. Вторым вопросом, требовавшим тщательнейшего изучения, без сомнения, была проклятая фибула. Вернее даже, если верить Дитзи, целый комплект подобных безделушек. Сколько их было и сколько осталось? Где они сейчас? Какова их природа? Насколько они опасны и как их нейтрализовать? Все это нужно было разузнать как можно быстрее. Хорошо, если уцелела одна фибула, принесшая нам столько бед, а если нет? Если, к примеру, то злосчастное крушение, что довелось нам пережить, было не отзвуком того, что фибула направила КонАрмовский отряд к кургану в нашем лесу и разбудила Тварей, но работой еще какой-нибудь схожей вещицы? Если только наш артефакт, даже будучи запертым в магически защищенной коробке, умудрялся доставить нам столько проблем, всячески осложняя охоту за статуэткой, то, что тогда способны сделать две, три, десять таких вещей? Попав не к тому, они способны будут уничтожить этот мир! Так что, о них необходимо было узнать все, что только можно, и, чем быстрее, тем лучше. А ведь и кроме этого в любой момент могут возникнуть проблемы!

Однако мысли мыслями, но больше здесь было совершенно нечего делать. Конечно, я уже заговаривал с Луной об этом, памятуя о ее словах о том, что я волен уйти, когда захочу, но она настаивала на том, что мне еще стоит отдохнуть. Не мог же я сопротивляться?

Сегодня же… Сегодня она вняла моим мольбам и, снабдив необходимыми инструкциями, отпустила. Я вновь был волен распоряжаться собой. Правда, не совсем. Для начала мне, по словам принцессы, требовалось найти свое тело и воскреснуть, а до этого, похоже, было еще ой как не близко.

— Ступай, — Луна тепло улыбнулась и коснулась моего лба копытом.

Я провалился сквозь покрытый ковром пол и полетел.

Видимо, я потерял сознание, потому что когда очнулся, то совершенно не узнал место, куда я попал. Вернее, и узнавать-то было особенно нечего, разве что огромные ворота за спиной, украшенные причудливой резьбой и какой-то надписью. Я присмотрелся внимательней. "Оставь надежду, всяк сюда входящий…"* Так и есть. Ворота Тартара. Почему-то это совсем не пугало, не удивляло и даже не восхищало. Я просто принял это за факт и посмотрел под ноги, поскольку больше все равно было некуда. Тонкая белесая линия уходила от моей ноги во тьму. Следуя инструкциям Луны, а также поскольку больше все равно идти было некуда, я как мог, поспешил туда, куда вела меня эта линия. Как мог, потому, что идти порой приходилось чуть ли не в раскорячку, настолько скользили ноги на… Чем бы оно там ни было.

Идти пришлось долго. Очень долго. Вполне может статься, что и не один день, ибо, увы, мертвым часы не положены. Однако об этом как-то не думалось. Все, чего мне хотелось на тот момент, это как можно быстрее выбраться из Тартара. Как можно быстрее найти свое тело и вернуться. К Эплджек, Изу, Радуге, Скуталу, Блум… Вернуться домой. Поэтому, когда впереди возникла необъятных размеров дыра, в которую и уходила моя путеводная нить, я шагнул в нее сразу, не останавливаясь ни на секунду, не думая.

Видимо, это так положено — терять сознание при переходе. Хотя интересно, могут ли духи терять сознание, и если да, то как? Вот мне как-то удавалось.

Я не спеша открыл глаза и огляделся. Большой, отделанный камнем зал. А, быть может, тут и не было отделки, а это была лишь кладка. Не важно. Луна предупредила меня и о нем. Их с Селестией старый замок, вот где я оказался. Правда, она не стала лишний раз вдаваться в подробности о том, почему они с сестрой его покинули и почему он и сейчас в таком запустении. В прочем, по вполне понятным причинам, я и не слишком-то стремился это уточнять. Достаточно того, что я слышал о нем от Твайлайт, как-то взявшейся придать ему более жилой вид и, потихоньку, занимавшейся этим до того момента, как появились Твари.

Поднявшись с пола, я побрел куда глядят глаза в поисках выхода. Понятно, что из самого замка главный выход был всего один, а двора и крепостных стен у него, вероятно, никогда и не существовало, расчет делался на фортификационные качества самого строения, но путь к воротам еще надо было найти. Это оказалось даже легче, чем я думал. Пара коридоров, всего одна небольшая лестница и я заметил достаточно широкий пролом в стене, через который вполне можно было выбраться наружу.

Мне повезло. Пролом оказался почти вровень с землей, а не на высоте нескольких этажей, чего я не мог оценить, так как не видел ни одного окна, и что было бы не совсем приятно. Похоже, у меня накрепко засели привычки живого, иначе как объяснить то, что я не прошел просто через стены, и даже, касаясь их, ощущал так, как был должен. Но даже если отставить в сторону привычки, падать откуда-то или висеть в воздухе не очень-то хотелось.

Кругом шумел Лес. Именно Лес, так как это считалось окраиной Вечнозеленого леса, хотя и очень, очень дальней. День, если верить солнцу, а не доверять ему у меня пока не было причин, клонился к вечеру. Вспомнив еще раз инструкции Луны, я решил не пользоваться лесными тропами, навскидку определил направление и порысил туда, где должна была находиться Старая Дорога. Так назвала ее Луна. Видимо, когда-то замок был куда ближе к цивилизации, чем сейчас. Интересное название. Очень многообещающее. Может быть, когда-нибудь стоит узнать о нем побольше, а пока нужно было попасть на дорогу до темноты.

* * *

Дорога. Дорога это слишком гордое и громкое название для той разбитой колеи, в которую она превратилась. Нет, я не спорю. Когда-то, лет тысячу назад, это, должно быть, был очень важный торговый путь или что-нибудь вроде. Мало что сохранилось от былого величия сейчас, разве что серые камни, которыми она была замощена, все еще выглядывали из травы и раздвинувших их мелких кустов и деревьев, показывая, что когда-то это было дорогой, и что по ней, возможно, еще можно куда-то добраться.

Добраться действительно было можно. По сути, все, что делала Старая Дорога, это вела к городу напрямую, через лес. Новая же, огибала эти места огромным крюком.

Камень за камнем, камень за камнем. Я даже не скажу так сразу, мешают они идти или помогают. Я шел по дороге уже долго, но все никак не мог понять: почему ее сочли опасной? За все время я и из животных-то видел только промелькнувшего пару раз кролика. А ведь для некоторых и медведь еще не повод к панике, — вспомнил я Флатершай. — Так что же такое страшное может тут водиться?

В какой-то момент со спины послышался звук, который я меньше всего ожидал сейчас услышать. Звук стучащих по камням деревянных колес.

Кого может нести на ночь глядя по давным-давно заброшенной дороге, через Вечнозеленый Лес? Мне стало интересно, и я решил дождаться странных путников. Прятаться мне было особо нечего — это они пусть меня боятся, если увидят, а мне-то чего уже боятся, так что я просто встал тихонько на обочине и принялся ждать.

Не прошло и пары минут, как из-за поворота показалось несколько фургонов. Скромные. Упряжь на одного пони, да притом самая дешевая. В упряжь, как ни странно, впряглись единороги. Вернее, жеребцы — кобылки шли рядом. Давно уже не крашенные и рассохшиеся, борта влекомых ими фургонов зияли немаленькими щелями. Поскрипывая плохо смазанными осями, пропылили они мимо меня.

В тот момент, когда я неспешно пошагал за ними, решив побыть какое-то время в компании этой, судя по всему, переезжавшей семьи, из под брезента последнего фургона высунулась пара жеребят, еще совсем крохотных, куда моложе наших Искателей, и похожих друг на друга как две капли воды, с той лишь разницей, что гривку одной из этих капель украшал затертый розовый бантик, и уставилась на меня.

Вернее, сначала я подумал, что на дорогу, но…

— Мама, мама! — тот, на котором бантика не было, высунулся за край фургона, пытаясь увидеть тех, кто шел впереди. — Ну неужели ты не видишь?!

— Да! — писком поддержала его сестра. — Теперь-то ты видишь, что мы говорим правду?!

— Ох! — вздохнул кто-то впереди томным, грудным голосом. — Опять вы с вашими "прозрачными пони"? Ну и воображение же у вас…

— Но мы… — попробовал возразить жеребенок, но сбился, вздохнул и спрятался обратно под брезент фургона. — И вот так каждый раз… И как им доказать, что мы ничего не придумываем…

Он снова глянул на меня:

— Эх вы, Прозрачные… Даже сказать-то вы ничего не можете…

Я не понял. Получается, что они меня видят? Но как такое в принципе возможно?

Видимо, я произнес это вслух, потому, что оба жеребенка уставились на меня с раскрытыми ртами. Вот только тот, что только что звал маму, просто смотрел на меня, а его сестра, ойкнув, спряталась за задний борт фургона и подглядывала сейчас из щели.

— Ты… ты сказал… — запинаясь, пробормотал тот, что без бантика. — Ты у… умеешь говорить?

— Да, — не понял я. — А что в этом такого?

— Ну… Обычно вы только молчите или шевелите губами…

— Не знаю. Я-то точно говорить умею.

— А… А кто ты такой? Откуда? Почему вы там прозрачные? Если я, конечно, не слишком много спрашиваю, — тут же испугался он собственных слов, прижимая ушки и наклоняясь ближе к борту, так, будто ветхая деревяшка могла защитить его от чего-то ужасного.

— Я? Я гвардеец ее высочества принцессы Луны.

— Гвардеец? Луны? — бедный жеребенок совсем вжался в борт. — И-извинит-те…

— Да, а что в этом такого?

— Не знаю, но родители не любят, когда ее упоминают при них…

— А мы им не скажем! — я улыбнулся и подмигнул.

— Ага, — чуть приободрился малец. Да и его сестра осмелела настолько, чтобы высунуться из-за борта. — Но ведь… ОНА не прозрачная, нет? А вы почему?

— Давай уж на ты, раз начал, — снова улыбнулся я. — Это, во-первых. А во-вторых, прозрачный я потому, что мертвый.

— Мер… — уже оба жеребенка залегли за щелястым бортом.

— Да чего вы испугались-то?

— Н-но… — осмелилась вступить в разговор жеребяшка. — Т-ты ведь…

— И что такого? — решил уж высказать я заготовленную фразу. — Чего нас бояться?* Мы ведь даже копытом до вас дотронуться не сможем.

— Да? — она высунулась из-за борта.

— Да. Хочешь — проверим?

— А ты мне… ничего не сделаешь?

— Абсолютно!

— Честно?

— Клянусь!

— Ну…

— Я верю, — из-за борта поднялся ее брат. — Я слышал, что гвардеец никогда не нарушит клятву.

— Л-ладно, — жеребяшка, дрожа от собственной смелости, поднялась в полный рост. — Давай!

Я чуть ускорился, догоняя фургон. Взмахнул крыльями. Секунда, и я уже летел рядом с бортом.

Протянул ногу.

— Уй!

— Чего? — жеребенок завороженно глядел на то, как мое копыто касается лба его сестры. — Как это? Что ты чувствуешь?

Если честно, то мне и самому это было интересно.

— Холодно и… и немножко щекотно… — неуверенно пробормотала та, скосив глаза ко лбу, и улыбнулась.

— Тогда давай уж и мне, — храбро зажмурился он.

Мда… Видел бы кто со стороны эту сцену… Взрослый и "прозрачный" пегас, летящий за старым фургоном и касающийся копытами лбов пары едущих в нем жеребят-единорогов…

— Ай!

— Ой!

В какой-то момент я не выдержал и, эксперимента ради, коснулся кончиков их рогов.

— Что? Что-то почувствовали?

— Какое… странное ощущение… — жеребяшка отстранилась и потерла свой рог.

— Да, — потряс головой ее брат. — Очень. Очень странное. Но… Мне нравится.

— И мне тоже!

— А вы… ты далеко идешь? — снова обратился он ко мне.

— В Понивилль. Надо возродиться.

— Чего сделать?

— Возродиться. Я ведь не совсем умер. Гвардейцы просто так не умирают. Вроде бы…

— А… Ага.

— А садись к нам? — его сестра пододвинулась в сторону. — Расскажешь нам что-нибудь, пока по дороге…

Я с радостью воспользовался предложением. Это куда лучше, чем плестись в одиночестве еще несколько часов.

— Ну, а куда едете вы? — задал я встречный вопрос, чтобы поддержать разговор.

— Да… — жеребенок раздосадовано махнул копытцем. — Они, похоже, и сами не знают…

— Да, — кивнула его сестра. — Мама с папой говорят, что просто хотят сменить обстановку, но мы-то чувствуем, что тут что-то не так.

— А чем занимаются ваши родители?

— Они… В общем они камни ищут. Драгоценные.

— Но это ведь умеют многие единороги?

— У папы дар! Он может найти камни там, где никто-никто уже не найдет! И какие! Самые огромные! — глаза жеребяшки расширились, наглядно демонстрируя размер камней.

— Ага, — кивнул брат. — А остальные ему помогают. Мы рудознатцы… Вся семья. И папа, и дедушка, и его папа, и все были. И мы, вот, будем…

— А что так грустно?

— Да не тянет нас с сестренкой под землю, если честно. Но родители говорят, что надо, значит, все равно будет, как они скажут. А какой у нас выбор? Надо.

— Выбор есть всегда.

— Да-а… Тебе-то легко… — нахмурился жеребенок. — Ты-то гвардеец…

— А я, думаешь, всегда был гвардейцем? Я тоже не им родился. Даже не в Эквестрии. Однако ведь стал им! — я чуть было не заставил их задать ненужный вопрос, но вовремя исправился, сместив акцент в своей фразе. — Главное иметь желание и немного удачи, дождаться нужного момента в жизни и не оплошать, когда тот случится!

— Дождаться бы его скорее… Вот бы до того, как мы найдем новый дом…

— А в чем проблема? Оставайтесь у нас в Понивилле.

— Не, — вмешалась его сестра, улегшись на пол фургона и устроив голову на ногах. — Папе нужны пещеры. Иначе, где ему достать камни? А нам так надоело жить в глуши… Конечно, нам хорошо, когда мама с папой рядом, но хочется чего-то… Чего-то еще…

— Угу, — брат скрестил ноги на груди и привалился к стенке фургона. — Угу.

— Тп-пр-р-ру! Сто-о-ой! Пора сделать привал! — послышался снаружи чей-то командный голос, — Заночуем в этом лесу, а утром двинемся дальше! А ну-ка все за ветками! Сейчас будет костерок! Эй! — окликнул он кого-то. — Где там твоя штуковина? Сбренчи-ка нам что-нибудь, разогнать эту тоску!

Я, расслабившись было, вновь насторожился. Они что, и в правду собрались заночевать в Вечнозеленом Лесу?

* * *

Хорошо, что хоть палаток они разбивать не стали — решили спать прямо в фургонах. Только тот жеребец с помятой жизнью физиономией, что тянул наш фургон и, как оказалось, сносно играл на каком-то самодельном струнном инструменте, напоминавшем смесь банджо с контрабасом, завалился спать прямо на траве.

В целом, надо сказать, это был довольно неплохой вечер. Уютный костер. Болтовня за ужином, в которую я не преминул вставить пару неслышных большинству едкостей, наблюдая за тем, как краснели, пытаясь сдержать смешки, жеребята. Уже перед сном они вполне официально попросили родителей разрешить "их знакомому прозрачному пони" спать в их фургоне, на что получи закономерные сочувственно-одобряющие улыбки.

Заверив почти моментально заснувших малышей в том, что "спать мне совсем-совсем ненужно", я устроился у самого борта, поглядывая сквозь дыру в брезенте на ночной лес. Конечно, мне нужно было спешить. Конечно, я мог оказаться в Понивилле еще этой ночью. Но почему-то я чувствовал, что не могу их вот так вот бросить. Просто должен побыть с ними и все. Может, все дело в самой этой дороге, но мне хотелось убедиться, что они покинули Вечнозеленый, прежде чем возвращаться в город.

Что-то беспокоило меня. Убедившись, что близнецы крепко спят, я откинул полог и, перепрыгнув через невысокий борт, соскочил на землю. Кругом царила тишина. Не зловещая. Самая обычная лесная тишина. Стрекотнул где-то сверчок. Заухал вдали филин. Какая-то неспящая птаха язвительно окатила его в ответ. Филин виновато заткнулся. Обнаглевший еж уже тащил что-то из еды, непредусмотрительно оставленной у костра. Летучая мышь устроилась на ветке соседнего деревца, пробившего себе путь через камни, и теперь пучила на меня блеснувшие в лунном свете глаза. Мне показалось или она и в самом деле мне подмигнула? Какая-то ползучая гадина недовольно зашипела, когда я чуть не наступил на нее. Я на всякий случай извинился. Лес жил своей обычной ночной жизнью. Тем более странным было то, что мне что-то в этом не нравилось.

Что именно мне так не понравилось, я понял, лишь, когда заметил в кустах одинокую, крадущуюся тень. Тварь. А кого еще я, собственно говоря, ожидал тут увидеть? Правда, что странно, никто на нее не отреагировал. Обычно при их появлении тишина была мертвой, а тут — как будто ее и не было.

Я запаниковал. Я не знал, что делать. Не знал сколько их тут. Не мог им помешать. Хотя… Почему нет? Может, я тут и не могу стать героем, а вот…

— ПОДЪЕМ!!! БЫСТРО!!! ТРЕВОГА!!! — заорал я, и кинулся к фургону.

— А?! Чего?! Че случилось?! — подскочил малец, пока его сестренка продирала глаза.

— Где эта *неприличное слово*???

— Чего???

– *Очень неприличное* со струнами!!!

— Дядин инструмент, что ли?

— Да!!!

— Вот он.

— Начинай играть!

— Но… Все ведь спят? Да я и не умею… — посмотрел он на меня, как на чокнутого.

— Да и здорово, что не умеешь! — подтвердил я его догадку. — Не спрашивай! Просто бренчи что есть дури!

— Давай! Раз он так просит, то так надо! — поддержала меня его сестра, видимо, все же сочтя, что в нормальных обстоятельствах я бы не стал бы будить их среди ночи, да еще и орать дурниной при этом.

— Да-а-а ла-а-адно… — тот неуверенно взялся за инструмент. — Дядя меня… Если поломаю…

И он ударил по струнам!

Да как ударил! Такого дикого визга от этого глупого инструмента не ожидал даже я! Уши едва не взорвались! Но главный эффект был достигнут — пони зашевелились.

— Не останавливайся! Играй!

Не ожидала этого и Тварь. Она обалдело застыла в полусотне шагов от фургона. Да нет. Не одна. Три. Но их заметили! Жеребцы кинулись впрягаться в повозки, слава богиням, не решившись принять бой. Резко рванулся с места и наш фургончик, вновь становясь последним. Твари очнулись и, осознав, что еда решила побегать, кинулись ей вслед.

Началась бешеная, смертельно опасная гонка.

Впрочем, для нас она окончилась быстро. Только-только мы немного оторвались, как проклятые булыжники недобитой дороги сыграли свою роль. Жеребец, что тащил фургон, споткнулся и полетел на землю. Похоже, он сломал ногу. Хромая, подошел он к заднему борту. Уперся в него. Толкнул раз. Другой. Третий. Фургон качнулся и поехал куда-то под уклон.

— Когда остановится — бегите! — крикнул он жеребятам.

Я оглянулся на них. Куда там "бегите"… Против Тварей-то… Тут и подготовленному бегуну, призеру Эквестрийских игр, не всякому повезет, а уж о паре малышей-единорогов и речи быть не может. Да они и так перепугались до смерти.

Фургон остановился. Я выглянул из него, прямо через брезент. Хуже некуда. Проехал он всего ничего. Видно было, как Твари занялись толкнувшим нас пони, видимо, решив, что жеребята, которых они, несомненно, чуяли, никуда не денутся, и что стоит начать с основного блюда, а уже потом побаловать себя десертом.

Нужно было что-то делать. Но что?

ГЛАВА 49

Надежда не умирает

Я стоял и смотрел на то, как Твари расправляются с пони, что тащил наш фургон. Смотрел и лихорадочно пытался соображать. Драться я не могу. Бежать тоже. Все пони уже, наверное, убежали далеко вперед. Я в задумчивости поковырял одну из щелей в борту.

Стоп! Чего я сделал? Только тут я вспомнил слова Луны о том, что если я очень-очень этого захочу и сконцентрируюсь, то могу передвигать предметы. Я попробовал подхватить камень, валяющийся у меня под ногами, и у меня получилось! Но ведь это можно использовать? Если получилось с камнем, то может получится и с чем-то по крупнее?

Одна из Тварей, видимо, самая нетерпеливая, отделилась от остальных и направилась в нашу сторону. Времени на раздумья не оставалось. Надо было действовать.

Я попробовал сконцентрировать все свои чувства, все свое желание на одном единственном, несложном действии — поднять упряжь. Несложном для обычного пони. Для меня же — практически невыполнимом. Наконец, далеко не с первой попытки, в тот момент, когда я уже слышал рядом хриплое, смрадное дыханье, это все-таки получилось! В тот же момент, только почувствовав, что упряжь плотно села на меня, и надеясь, что она не спадет, я рванул с места. Тварь, не ожидавшая такого сопротивления на пустом мете, отстала, проводив нас взглядом.

Они так и не решились нас преследовать. Кто знает, в чем тут дело. Может, сочли себя достаточно сытыми. Может, решили не тратить силы, а подождать кого-то еще. Может, что-то иное. Мне как-то не хотелось возвращаться, чтобы их поспрашивать. Куда больше меня в этот момент занимал вопрос нынешнего местоположения родителей близнецов, трясшихся сейчас в обнимку под дырявым брезентом фургона.

Хотя и не сразу, но решился и этот вопрос.

Как оказалось, остальные отбежали не так уж и далеко. По крайней мере, минут через пять хорошей скачки, я наткнулся на группу из троих решительно настроенных жеребцов и одной заплаканной кобылки, спешивших в противоположную мне сторону.

Я сбавил скорость и постепенно остановился. Единороги же оторопело уставились на меня такими квадратными глазами, будто бы они никогда в жизни не видали самоходных фургонов.

Жеребцы нахмурились, угрожающе склонили свое единственное, естественное оружие. Кобылка застыла за их спинами.

— Ма… Мама? — неуверенно раздалось за моей спиной.

— Мамочка! Папочка!

Жеребята со всех ног кинулись к родителям.

— Дорогие мои… Любимые… Живы… Слава Селестии, живы… — забормотала кобылка пытаясь одновременно зацеловать их и внимательно осмотреть со всех сторон. — Живы… Но как же вы…

— Нас спас тот "прозрачный" пони, о котором мы тебе говорили! Пытались… — вырвался из объятий жеребенок.

— Да, мам. Они… дядю… — захлюпала носом его сестра. — А он… Он спас нас!

Постепенно, все взгляды сосредоточились на висящей в воздухе и чуть пошевеливающейся упряжи.

— Невероятно! Просто невероятно! — подошел поближе крупный, крепко сбитый жеребец. — Так вы, выходит, ничего не придумывали?

— Мы тебе говорили! — с обидой в голосе, высказал жеребенок.

— Да, но… — его родитель явно не знал, что сказать. — Я… Я благодарю… Вас.

— Я тоже! Тоже благодарю! — кобылка подошла ближе. — Спасибо, что спасли их.

Я расслабился, позволив упряжи упасть, и поискал глазами ближайшую более-менее подходящую палку. Отыскав относительно прямую, я взял ее зубами, хотя это потребовало ненамного меньшего напряжения, чем держать упряжь, и принялся по памяти рисовать в придорожной пыли.

— Фонарь! Фонарь кто-нибудь принесите! — крикнул жеребец тем пони, что стояли позади.

Вскорости, действительно принесли фонарь. Рисовать стало намного проще.

— Что это? — склонился он над пылью. — Это… карта?

"Да", — быстро накарябал я, и тут же стер. — "Вы ищите старые шахты?"

— Да. Большинство из них, хоть и считаются выработанными, обрабатывались весьма небрежно, — и снова тем, кто стоял сзади. — Перерисуйте кто-нибудь!

"Карта одной из них", — я снова смахнул написанное. — "Эплузы. Старая. Брошена не до конца выработанной".

— Брошенная шахта в Эплузах? Всего несколько дней пути отсюда? — жеребец улыбнулся. — Вот так удача, что мы вас встретили! Если она еще и не вся выработана… А почему бросили?

"Тролли".

— А! — даже не помрачнел он. — Знакомая проблема. Наша семья всегда с ними сталкивалась. Но это хорошо! Стало быть, там должно еще хватать камней даже на поверхности! Спасибо вам за подсказку!

"Значит, вас они не пугают?"

— Нет. Абсолютно нет. Они для нас уже что-то вроде плохих соседей: достали уже, но мы к ним привыкли. Карту срисовал?

— Да. Точнехонько, — ответил ему кто-то за моей спиной.

— Вот и здорово. Спасибо еще раз за эту шахту. Немедленно туда и направимся. А вы? Кто вы? Куда идете?

"Гвардия", — коротко написал я. Сначала я хотел написать "Темная Гвардия", но вспомнил слова жеребят о том, что их родители почему-то недолюбливали Луну, и вовремя исправился. — "Понивилль".

— Я запомню! Обязательно запомню! Вот только не знаю, как вас и отблагодарить-то за все, что вы для нас сделали…

"Сочтемся", — коротко ответил я и улыбнулся жеребенку. Тот подскочил к отцу и что-то прошептал на ухо.

— Может быть, мы подвезем вас до города? Вы, наверное, устали?

Я не устал совершенно, да, наверное, и не мог устать, но как же я мог отказаться?

* * *

Прошло уже минут пятнадцать, с того момента, как я вошел в город.

Город встречал молчанием. Но не тем безмятежным молчанием, что было бы пару месяцев назад. И не тем, зловещим молчанием, что было месяц назад. Это было напряженное, тревожное молчание. Молчание-ожидание. Одно из тех молчаний, что грозят обернуться взрывом. Молчание, которое, в этот раз, не смел нарушить даже цокот моих копыт.

Город спал. Но этот сон все еще нельзя было назвать спокойным. Не знаю уж, получилось у нас что-то или нет, но даже в лучшем случае пройдет еще не один месяц, прежде чем Лес будет очищен от Тварей и угроза исчезнет. А пока… Пока ставни домов были закрыты, двери надежно заперты, а по улицам, меж расставленных на ночь рогаток и заграждений из мешков, позевывая, ходили стражники. Грелись возле костров на перекрестках бойцы Тимберхоста. И только их негромкая речь, тихий стук обутых во что-то мягкое копыт, да потрескивание веток в огне нарушали эту предрассветную тишину.

Вздохнув про себя и поежившись от налетевшего вдруг не по-летнему прохладного ветерка, я решил начать с самого логичного места пребывания своего тела и поплелся в больницу. Правда, по дороге я все-таки не смог удержаться от поднятия себе настроения и, воспользовавшись новоприобретенными навыками и подобранным с их помощью поленцем, отвесил одному из полусонных стражников смачного пинка.

* * *

Я уже сто раз успел пожалеть, что не видел сейчас той нити, что связывала меня с телом. Нет, ну в самом деле! Хоть наш Понивилль и провинциальный городок, но больница в нем немаленькая! Мне пришлось просто искать наугад. Конечно, я представлял себе, где находятся палаты, но даже с этим знанием найти нужную оказалось нелегкой задачей.

Наконец, после, наверное, уже дюжины попыток, мне улыбнулась удача. Небольшая палата на одного. Свет погашен. Лишь пробивающиеся сквозь окно лучи рассвета освещают металлическую койку с укрытым простыней телом на ней, рыжую земную пони, задремавшую на кушетке у двери, надвинув на глаза широкополую шляпу, да жеребенка-пегаса, опершегося на подоконник и наблюдающего рассвет. Поблескивая, тянулись, уходя в стену, проводки. Струилась какая-то жидкость в прозрачных трубочках. Тихо попискивал прибор на стене.

— Я ведь не прошу многого. Пусть он будет жить, — услышал я шепот Скуталу.

Буду! Конечно, буду! Еще как!

Я подошел к койке. Надо же! Никогда не доводилось глядеть на себя со стороны. Сколько мне это ни предлагали, пытаясь пенять на что-нибудь, никогда не получалось, а тут… И лицо-то такое бледное, спокойное, благолепное… Хоть сейчас в гроб… Я мысленно сплюнул. Не такие идиотские мысли мне сейчас нужны. Мне, вообще, сейчас не мысли думать, а действовать надо! Вот только интересный вопрос — как? Только сейчас мне вспомнилось, что о самом-то главном, о воскрешении, Луна не сказала ни слова. То есть, предполагается, что я до всего догадаюсь сам? Я честно попробовал! Сел на койку, улегся в собственное тело, так, будто его и не было вовсе, принял его позу, закрыл глаза и…

Ноль! Зеро! Пусто! Ничего не произошло! Разве что пришло ощущение собственной непозволительной тупости, но не более того. Решив, что показывать сейчас свое присутствие ЭйДжей и Скуталу будет не лучшей затеей, и стоит, все же, сначала попытаться воскреснуть самостоятельно, я улегся поудобнее и принялся думать. Сейчас, когда я убедился, что моему телу ничего не угрожает, время у меня было.

В коридоре раздались какие-то звуки. Я очнулся от так ни к чему и не приведших размышлений и взглянул на дверь. Чуть слышно скрипнули петли. В палату, без стука, вошли пятеро. Доктор Хортвелд и четверо санитаров. Это было странно, зачем бы ему столько?

— А? Че? — вскинулась Эплджек. — А! Эт вы, док. А че вас столько?

— Я очень сожалею, но… — проигнорировал тот вопрос. — Нам придется отключить его от аппарата поддержания жизнедеятельности.

— К-как…

— Сожалею, — без малейшего сожаления в голосе повторил он. — Но он здесь уже больше недели, состояние его не изменилось, а аппарат нужен другому пациенту, у которого куда больше шансов. Мы пытались вернуть его к жизни. Я с самого начала говорил вам, что это бесполезно. Что он мертв. Но вы настояли на аппарате. Пользы нет. Аппарат теперь нужен другому. Живому пони. Не трупу. Все.

— Но… — оторопело пробормотала все еще не пришедшая в себя ЭйДжей. Я вполне разделял ее состояние.

— Выведите, — коротко кинул доктор санитарам.

Теперь-то их количество объяснилось! Трое из них просто схватили ЭйДжей и, вытолкав из палаты, поволокли куда-то по коридору.

— Тут еще мелкая какая-то была… — оглянулся оставшийся санитар.

— Как видишь, ее тут нет, — доктор грубо выдернул проводки и трубочки из моего тела.

Я оглянулся. Действительно странно. Куда она успела деться?

— Угу. Куда его теперь? — санитар прикатил из коридора железную каталку, почти до самого пола укрытую несвежей простыней, и придвинул ее к койке.

— В морг, куда еще? А там разберемся, что с ним делать.

— А если эта будет ломиться? — кивнул санитар на дверь.

— Так запри двери, что я тебя учу? Все, — Хортвелд устало махнул копытом. — Допрешь сам. У меня еще пациенты.

Я, вслед за своим телом, пересел на каталку, и мы поехали в морг. Надо было оживать и быстро. Вот только… Как?

Закрылась тяжелая, покрытая каким-то металлом дверь. Лязгнул засов. Основной свет погас. Только над дверью тускло светилась слабая лампа. Повеяло холодом.

Помещение, отведенное под морг, было совсем небольшим и почти пустым. По сути, это была маленькая комнатка в подвале больницы. Низкий потолок, покрытые тем же, что и дверь, металлом стены, пол выложенный простенькой плиткой, несколько каталок, подобных той, на которой лежал я, да старый операционный стол в углу, давно, видимо, пришедший в негодность и использовавшийся ныне для куда более простых операций, вот собственно и все, что в нем можно описать. Почти все каталки были незаняты, ведь в городе редко кто-то умирал. По крайней мере, до того, как все это началось. Лишь на паре из них, стоявших в углу, кто-то лежал.

Лежал и я. Лежал и думал. Ведь если Луна не сочла нужным сказать мне как, именно происходит возрождение, значит, это до примитивного просто?! Тогда почему это не выходит у меня? Должно быть что-то, что…

Ход моих мыслей нарушил странный, неожиданный звук. Я прислушался.

Звук повторился снова. И шел он явно откуда-то из-под каталки.

Я собрался было посмотреть, но не успел. Из-под длинной, почти до пола, простыни медленно вылезла… Скуталу?

Вылезла и, горько вздохнув, уселась на пол, боком ко мне. Опустила голову. Закрыв лицо копытцами, несколько раз вздрогнула.

— А-алекс, я… — начала она, убрав копытца, — Я не знаю… Не знаю как начать… Просто все это… Ну поч-чему все так, а? Почему со мной? Чем… Чем я такая особенная? Почему вокруг все… — голос ее сорвался. — Почему? Мне что, мало по жизни? Сначала мама заболела. Два года я пом… помогала ей, чем могла. Но ей было все хуже… Она даже с постели почти не вставала. Я делала все. И эт-то было за счастье. Несчастья посыпались потом. Когда… Когда она умерла. Ведь тогда никто… никто не пришел на похороны. Я и… х-хоронила сама. На последние деньги. Потом этот… эта… Хортвелд. Когда он п-привел… из приюта… Я сбежала от них. Сбежала из собственного дома, как… Как не знаю кто. Даже… Даже появляться в нем не м-могла потом. Да и… и не хотела. Только тогда… недавно… когда со Свити и Блум поругалась и бы… было уже все равно найдут м-меня или нет. Как только они тогда узнали про дом? Он ведь почти за городом… Я не говорила, вроде… Я сб-бежала. Потом… потом начался тот жуткий год. Вся эта ложь в школе… Еда, которую приходилось хватать, когда никто не смотрит… Чего… Чего я только не делала… Чего только не видела в тот… тот год. Я ведь тогда и… к сидру. И не только… И не только это… Это днем. Ночью даж-же хуже. Чего только не… Эти ночи… Целый год ночевок как и где придется. Я ведь каждую… каждую из этих… этих ночей помню. Целый год ночей. От стога, который при… приютил в самый первый раз, до ч-чердака наш-шего штаба. А зима? Тот День Согревающего Очага я не забуду нав-верное никогда. Одна. Подругам-то я тогда не могла признаться… Холодный чердак. Какие-то теплые тряпки, кот-торые удалось украсть. Еловая ветка, воткнутая в щель в стене и украш-шеная фантиком. Свечка. Кружка воды, на ней с-согретая. Ворованный кекс…

Я смотрел на Скуталу и все внутри меня переворачивалось. Кипело. Я не мог уйти. Не мог оставить ее. Просто знал, что если брошу ее сейчас, то для нее все вернется на тот, прежний, жуткий путь, по которому катилась под откос ее жизнь до нашей встречи. До того случая в лесу. Этого не должно произойти! Я должен воскреснуть! Очнуться и встать прямо сейчас!

— Знаешь, что я тогда загадала? — она встала, подошла к каталке, оперлась об нее передними ногами, заглядывая мне в лицо, — Я загадала, чтоб-бы в этом году… Чтобы все изменилось. Чтобы… лучше стало. И… И тут в городе появ-вился ты и… И все начало меняться. В тот раз… Когда ты предложил остаться на ночь у вас, это… Это был п-первый раз за год, к-когда я в постели-то ночевала. Вот тогда, после того разговора, я п-поверила, что все начало меняться… Что пожелание исполнится. Тот день, когда… когда вы… ты и Дэш согласились взять меня под опеку… Я старалась не под-давать виду, но… но это был лучший день в моей жизни. Действительно, лучший! Когда ты сказал, что мы… мы теперь семья… Я… Я ведь лучшего и желать-то не могла! Таких б-братьев, как вы с Изом, сестру, как Дэш… Я… — она всхлипнула. — Все эти приключенья! Все это… Как ты тогда меня из т-тюрьмы вытащил, сам рискуя… Опасно, но как же интересно! У меня лучших дней-то в жизни не было, чем с вами! А теперь… А что теперь? Ты когда-то сказал, что… Что не оставишь меня… Что… до последнего… Я пони… понимаю, что зря сейчас… Что… Что это я виновата. Если бы не я… и не та дверь… то ты бы сейчас… Мы бы… А я…

Я уже не мог выразить себе словами то, что творилось у меня в душе. Это было так горько, больно, обидно, что на глазах готовы были выступить слезы.

— Почему ты?! Почему я?! Почему сейчас?! — заколотили в мою грудь маленькие копытца. — Ну почему?! Почему?!! Почему?!!!

Скуталу не выдержала. Она резко всхлипнула, уткнулась в мою грудь и затряслась.

Мутная пелена застила мне глаза. Я зажмурился.

* * *

Зажмурился и почувствовал, что мне сыро. Даже очень сыро. Даже несмотря на укрывавшую меня простыню…

Что? Какую простыню?

Я конвульсивно дернулся.

Где-то рядом кто-то резко, испуганно вдохнул. Скуталу! Как же я ее, наверное…

Я как можно тише и осторожней выдохнул. Тихо застонал.

— А… Ал-ле-екс? — тихо-тихо шепнула Скуталу насмерть перепуганным голосом. — Это… Эт-то ты?

Я приоткрыл глаза. Все та же отделанная железом комнатка с одинокой, тусклой лампой над дверью. И пара зареванных глаз, с опаской выглядывающих из-за края каталки.

— Я.

— Но ты…

— Я ведь обещал… что буду рядом… пока смогу?

— Д-да…

— И я буду.

Я медленно повернулся на бок. Все тело затекло и еле слушалось. Попробуй я сейчас сразу встать, ничего бы не получилось.

— Да, но как… — Скуталу размазала слезы ногой. — Как ты…

— Не объяснить. Просто иди уже сюда, — я обнял ее и прижал к себе как только позволяло мое положение. — Иди сюда, сестренка.

— Сес… — она снова всхлипнула.

— Да.

* * *

Вдоволь наобнимавшись, мы вспомнили об очередной насущной проблеме.

В комнатке становилось откровенно холодно. Воскреснуть, чтобы умереть от воспаления легких как-то совсем не грело. Я огляделся еще раз. Так и есть. В центре потолка имелось забранное решеткой отверстие. Наверняка холодный воздух шел оттуда. Я аккуратно слез с каталки и принялся разминать помятые крылья.

— Скут!

— А?

— Собирай тряпки, какие найдешь, и тащи сюда. Эту пакость надо заделать, пока мы тут в ледышки не превратились.

Пока я продолжал разминку, она кинулась собирать все, что видела. Сдернула даже простыни с трупов. Зубами.

— Раж нато… — ответила она на мой взгляд.

Через пару минут дело было сделано. Я с гордостью оглядел творенье своих копыт, здоровенным кулем заткнувшее вентиляционное отверстие. Теплее от этого не стало, но хоть не дуло так сильно. Правда, это не решило проблемы номер два.

Я подошел к двери и саданул в нее ногами. Ничего! Второй раз! Третий! Подобным образом я поупражнялся, пока не закололо в груди. Только тут я обратил внимание на еле сросшуюся, украшенную швами рану. Стоило поберечься. Тем более что дверь даже не шелохнулась.

— Да-а… Похоже, заперли нас надежно, — я уселся обратно на свою каталку.

— И ч-что буд-дем делать? — Скут, подпрыгнув, уселась рядом.

— Ждать. Что нам еще остается?

— Ж-ждать? Но мы ж-же з-замерзнем тут раньше?

— Думаю, все-таки не так долго. ЭйДжей наверняка тут все по камешку разберет, чтобы нас найти.

— Над-деюс-сь…

— Скут? С тобой все хорошо?

— Нез-знаю…

— Вот что. Иди-ка ты сюда, — с этими словами я, приподняв, усадил ее себе на ноги, прижал, укрыл крыльями.

Я был прав. Ее колотил озноб.

— Н-но я… — она попробовала для вида посопротивляться.

— Сиди и грейся. Больше мы тут ничего не сделаем. Сидим и ждем Эплджек.

* * *

— Эй! Я к вам обращаюсь! Сюда нельзя, я сказал! — раздался из-за двери чей-то возглас.

— Я те сказала, свали с дороги!

Эплджек! Ну, наконец-то!

— Я еще раз… Эй! Что вы себе… Охра…

Послышался сочный шлепок. За ним еще один. Что-то грузно упало на пол.

— Отдохни слегка, — прокомментировал голос Иза.

И он здесь?

— Угу. А то развыступался, крутой, а сам такой дохляк. Полпинка хватило.

А этот голосок ни с чем не спутаешь. Он может принадлежать только одной летунье.

— Из, с дверью поможешь? — продолжила она же.

— А может, просто открыть?

— Можно. Но не круто.

— Дэш! Мы, ваще-т, за Алексом… за те… пришли. Может, угомонишься, а?

— Да че я? Я нервничаю просто.

— От и нече тут. Из! Подсоби!

Что-то громко щелкнуло. Заскрежетав, дверь морга открылась.

Вошли трое.

Вошли и застыли, встреченные двумя взглядами: хмурым и хмурым зареванным.

– *Очень длинное и некрасивое слово* — осела на пол Радуга.

Из отступил на шаг, инстинктивно нашаривая зубами нож, которого у него, по счастью, не было.

Эплджек всхрапнула. Дернула ухом. Глаза ее ме-е-едленно закатились, и она рухнула на пол.

* * *

— Поверить не могу, что все так получилось! — в который уже раз повторила Дэш, летя рядом. — Ты-то как там оказалась, малая?

— Я… — Скуталу на мгновение запнулась. — Я испугалась, когда Хортвелд вошел. Спряталась за койку. Потом под нее. А там…

Мы выбрались из больницы и даже из города почти никем незамеченные и сейчас, не спеша, шли по направлению к нашему дому. Местность вокруг дороги, как поведал мне Из, была зачищена еще в первые дни моего пребывания в беспамятстве, и теперь по ней можно было передвигаться более-менее спокойно. Все вокруг благоприятствовало разговору, а потому меня посвящали во все произошедшее за время моего вынужденного отсутствия.

Как оказалось, за то время, что меня не было, изменилось довольно многое. Первое, и самое главное, это, конечно, то, что курган и его содержимое перестали угрожать городу. Работы по его засыпке еще шли, но главное, что Тварям из него было уже не выбраться. Потихоньку оживал город. Уже работали по-прежнему Кейки. Со дня на день должны были возобновиться занятия в школе. Жизнь потихоньку возвращалась в свою колею. Причем возвращалась у всех. Дерпи уже вновь была занята на почте. Тимберхост готовился передать полномочия городской страже и вернуться в свои леса Заэплузья, о чем, по словам Эплджек, сожалела Рарити, по-видимому, встретившая-таки в нем того, кого не нашла когда-то в Блю Бладе.

— Да, кстати, — Из отвлекся от слежения за придорожными кустами и повернулся ко мне. — Трикси сбежала.

— В каком смысле?

— Да сразу, как только мы вернулись в город в тот день. Где, когда, в какой проулок свернула, никто даже и не заметил.

— Да? Ну и ладно. И удачи ей.

— Конечно. Куда она денется-то, удача, столько денег при ней…

— ?

— Я, уже когда домой вернулся, решил наши денежки, Мисеркнакером пожертвованные, проверить. Это хорошо, что я их на несколько частей поделил. Не все нашла.

— Она что, обокрала нас?

— Не совсем, — Из хитро прищурился.

— Из! Не темни! Я по глазам вижу, что и ты ей подгадил!

— Ну так уж и подгадил! Скажем так. Я совершил равноценный обмен. Камешек тот помнишь на цепочке, что она у Мисеркнакера старшего увела? Реликвию его семейную?

— Так? — я, кажется, уже догадывался о сути обмена.

— Он теперь у меня. А она, видимо, заметила это, да и вернула себе его полную стоимость.

— Думаешь, Хризопраз много стоит?

— Обычный — нет, но я показал этот камешек Зекоре и Твайлайт и те подтверждают, что он обладает какой-то силой.

— Какой?

— Пока неясно. Твайлайт не смогла сказать ничего определенного, Зекора же сказала что-то в том духе, что мы это увидим, когда он сработает.

— Угу, — я саркастически фыркнул. — Лишь бы не было как с фибулой.

— Это да.

За разговорами мы, незаметно для себя, минули злосчастный мостик и подошли к самому дому Флатершай. Было заметно, как розовогривая поняшка уже порхала на заднем дворе, приводя его в порядок. Пара городских стражников помогала ей в этом.

— Привет, Флат! — как всегда бодро и громко поприветствовала ту, Эплджек.

— Ай! — немного испуганно и резковато обернулась пегаска. — Ой! Привет, Эплджек! Привет, Радуга! Привет, Из! Ох! Привет, Алекс, я очень рада, что тебе стало лучше! Привет, Скуталу!

— Мы тож за тя рады! — улыбнулась той ЭйДжей. — Здорово, шо ты возвращаешься!

— Ой, да ну, что ты! — пегаска смущенно отвела взгляд. — Тут еще столько работы. Я даже не знаю, когда смогу привести сюда зверят.

— Работа! — фыркнула Дэш. — Работы мы не боимся! Просто скажи, чем помочь! В минуту сделаем, ты же знаешь!

— Конечно знаю! Просто… Ну… Сейчас-то, наверное, и нечем… В смысле, тут я должна сама… Пока… Но, если хотите, я позову, когда будет такая возможность.

— Конечно, зови! — я тоже приветливо улыбнулся. — Все поможем!

— Ага. Зови чуть что, — кивнул ей Из.

— Спасибо! Я, правда… Я позову, да? Спасибо!

— Точно ща помочь нечем? А-т смотри!

— Нет, нет, нет! Нет, нет! Нет! Спасибо, Эплджек! Абсолютно нечем!

— Лады. Тада… — ЭйДжей оглянулась на меня.

— Тогда, может, заглянешь к нам на чай сегодня? — продолжил я предоставленную фразу.

— Спасибо! Если только закончу тут до темноты. Я, видите ли, пока не рискну еще здесь оставаться, а эти мужественные воины обещали проводить меня до города.

"Мужественные воины", похоже, были готовы зардеться от такой похвалы не хуже самой Флатершай.

— Отличненько! — ЭйДжей махнула на прощанье ногой. — Значит, ждем!

Помахав Флатершай, мы, в приподнятом встречей настроении, поспешили домой.

— Эй! Скуталу! Ты где была? Мы тя найти нигде не могли! — распахнулась дверь, стоило нам подойти к дому. — О! Алекс! Те лучше! Класс! А мы-т думали, шо тя там еще долго промурыжат! Сестренка сказала, шо, может, даже отправят куда надолго.

— Алекс! Я рада, что тебя уже выписали!

— Да. Мне уже лучше. Спасибо, Блум, спасибо, Свити.

— Э-э-э… Да, — не к месту, растерянно ответила Скут, одновременно со мной.

— "Да" эт в каком смысле "да"? — Блум чуть склонила голову в бок. — Че у тя вид такой странный?

— Да, это… Неважно, в общем. Нормальный у меня вид. Много где была. Устала.

— Ты и устала?

— Да, а что?

— Извини, а мы точно не должны ничего знать? — уточнила свою догадку Свити.

— Абсолютно, — Скут посмотрела на нее, явно благодаря за понимание. — Совершенно ничего важного.

— Ну… Ладно.

— Лады. Не хочешь, так не хочешь. Пытать не будем. Пока не будем, — Блум сделала выразительное лицо, но тут же сама и улыбнулась. — Пошли в дом! У нас там одна задумочка появилась…

И, с этими словами, воссоединившееся трио удалилось в дом. Хотелось верить, что эта их "задумочка" на сей раз не угрожала нашим шкафам. Да и дому вообще.

— Ну, чего? Я соберу там на столик пока, да? Надо же отметить воскрешение? — для проформы спросила Дэш, для себя это уже решившая, на секунду зависнув в воздухе, и не дожидаясь ответа, метнулась в дом.

— Проконтролирую, — кивнул головой в ее сторону Из и удалился следом.

Возникла какая-то странная, неловкая ситуация. На пороге остались только я и Эплджек.

— Алекс… — она нерешительно поправила шляпу. — У… У нас ферма пострадала сильно… Наверн, долго еще восстанавливать… Можно мы с сестрой пока еще у тя… у вас с Изом…

Я посмотрел ей в глаза. Улыбнулся. Решился:

— Эплджек. Оставайся навсегда.

И промелькнула встречная улыбка!

— Но, шо пони скажут? — с уже заметным облегчением задала ЭйДжей видимо последний сдерживавший ее вопрос.

— Почему-то я думаю, что они точно не скажут ничего дурного, — я приобнял ее ногой за шею и привлек к себе.

— Думаешь?

— Уверен!

— Тада… — она многозначительно улыбнулась. Глаза ее стрельнули куда-то в сторону от дома.

* * *

— Ну вы даете! Это вы на пороге два часа топтались? — деланно рассердилась Дэш, пряча улыбку. — А я тут слюной исходить должна, да? Не, а? Ну ты глянь на них! Ни стыда, ни совести у поней!

Мы с ЭйДжей лишь посмотрели друг на друга.

— Дэш! — Из улыбку уже не прятал. — Ну, побыли они наедине и чего? Ты, кстати, тут тоже слюной не исходила.

— Так я это исключительно, чтоб не ломануться и не помешать!

— Хорош трепаться, подруга! — спасла ситуацию развалившаяся на диванчике Деринг. — Они-то уже тут? Тут. Вот и наливай давай!

И было налито.

И налито не единожды.

И был смех.

И было веселье.

И были песни.

И было похмелье.

ГЛАВА 50

И почти последняя

Стоял обычный летний день. Ярко светило солнце. Порхали бабочки. Заливались на все голоса птицы. К сожалению, были среди этих голосов и не самые мелодичные. Особенно долго доставал своим надсадным ором не в меру голосистый павлин, видимо, выбравшийся с заднего двора домика Флатершай, доковылявший каким-то непостижимым образом до города и тут почувствовавший в себе певческий талант. Впрочем, этот недооцененный Пониротти* заткнулся, стоило Изу, поймав, хотя и далеко не сразу, навалиться на него, прижимая к земле, и шепнуть что-то насчет какого-то экзотического супа.

Толпа, вновь собравшаяся, в этот раз на самом краю Ратушной площади, и до того с недоумением поглядывавшая на нечто большое и укутанное белым покрывалом, доставленное сюда только этой ночью, одобрительно загудела. Похоже, за добрых десять минут своего выступления этот пернатый оратор успел всех порядком достать.

Удостоверившись, что больше никто не осмеливается ее заглушить, Мэр откашлялась и начала торжественную, но необычайно короткую для нее речь:

— Граждане Понивилля! Сегодня мы собрались здесь по торжественному и печальному поводу. Никогда еще открытие памятника в нашем городе не было таким. Простите мне, на сей раз, некоторое мое косноязычие. Недавние события коснулись многих из нас, и я не могу говорить об этом так спокойно, как стараюсь это делать всегда. Наш с вами город… Мы с вами оказались в такой ситуации, в какой не бывали никогда и, надеюсь, впредь никогда не будем…

Мэр неожиданно прервала свою речь. Вгляделась куда-то вдаль. Постепенно, вся толпа повернулась в том направлении. Не стали исключениями и мы.

Где-то в конце улицы столбом поднималась пыль. Для этого потребовалось бы не меньше пони, чем было в отряде Тимберхоста, но он и его отряд отбыли несколько дней назад, и потому, никак не могли тут появиться.

Только разглядев форму идущих, я понял, в чем дело, моментально вытянулся по положенной стойке и лишний раз проверил все ли выглядит так, как ему положено в моей парадной форме. Все было строго по уставу. Разве что фуражку сменил черный, лихо заломленный на ухо берет.

Небольшой передовой заслон Темной Гвардии вступил на Ратушную площадь и тут же распался, оцепляя ее. Неспешно въехала вслед за ними необычной формы иссиня-черная лакированная карета. Вслед ей, насколько хватало глаз, растянулась по улице колонна гвардейцев. Чуть поблескивали на солнце кирасы и шлемы, гордо реял над колонной стяг Личной Гвардии, вторили ему более мелкие значки. Карета плавно остановилась. С тихим щелчком открылась, блеснув на солнце, дверца. Ступила на брусчатку изящная ножка, обутая в…

Я даже не знаю, что это было. Уж точно не подкова. Изящное серебряное кружево, легчайшими нитями оплетавшее ее, уж никак нельзя было обозвать столь грубым словом.

— Я приветствую вас, мои подданные, — произнес мелодичный голос.

Луна. Конечно, это была она. Кто же еще. Подобно прочим, я спешно поклонился.

— Позвольте, я также скажу несколько слов, — обратилась она к Мэру. Та лишь еще ниже поклонилась в ответ. — Спасибо. Жители Понивилля. От имени себя и своей сестры Селестии, к сожалению не смогшей прибыть сегодня в ваш город, я выражаю вам соболезнования и желаю, чтобы подобное никогда более не повторялось.

Пони поднялись и, задержав, казалось, дыхание, слушали свою принцессу. Та склонила голову:

— Поверьте, мне близки чувства каждого и каждой из вас. И мы с сестрой сделаем все, чтобы те существа, что нападали на ваш город, никогда бы более не выбрались на поверхность. Да, я знаю, что многие из тех существ все еще бродят где-то в Вечнозеленом Лесу. Именно потому… — она легким и полным достоинства движением указала на колонну. — Со мной сегодня прибыла моя гвардия. Сегодня их задача обезопасить ваш город. Вернуть в него прежние мир и покой. Но прежде чем мои верные гвардейцы покинут город и приступят к выполнению этой нелегкой задачи, мне хотелось бы открыть этот памятник. Ведь в этом есть и их заслуга. Они также защищали ваш город, хотя мне, к глубочайшему моему сожалению, и пришлось приказать им покинуть его. Поверьте, я никогда бы не поступила подобным образом, но на то были причины. Сейчас обстановка позволила мне не надолго отправить их сюда. Увы, лишь на пару дней, но за эти дни они сделают все, что будет возможно для вашего города. Мне также хотелось бы отметить заслуги некоторых других пони, внесших немалый вклад в дело борьбы с порождениями тьмы. Я прошу их выйти сюда. Каждый и каждая из них вправе просить любую награду, которую сочтут достойной.

Пони расступились. Наша компания подошла ближе.

— Дитзи Ду.

— Да, Ваше вел… высочество? — улыбнулась желтоглазая, в последний момент пытаясь сдернуть с себя почтовую сумку.

— Что бы ты желала получить?

— Как бы и ничего такого… — задумчиво протянула Дерпи, закатывая глаза. На лице Луны мелькнула тень улыбки. — А хотя… Маффины! Много-много маффинов! И рецепты! Много рецептов! Целую книгу! И новую печь для них!

— Для рецептов, — шепотом прокомментировала Дэш. — Дом ими топить, если их много будет.

— Хорошо, — наклонила голову принцесса. — Маффины и рецепты.

— А пе-е-ечь?

— И печь.

— Спасибо! — счастливая Дерпи зубами подхватила свалившуюся, наконец, сумку и отошла в сторону.

— Деринг Ду.

Та, чересчур скромно для себя, вышла вперед и поклонилась.

— Будут ли у тебя пожелания?

— Да, Ваше высочество. Конечно, я буду поскромнее…

— Я слушаю?

— Можно мне парочку интересных карт и доступ во все музеи Эквестрии? А то из некоторых меня гоняют, — добавила она, понизив голос.

— Любые карты на твой выбор. И конечно я распоряжусь насчет музеев.

— Спасибо.

Стоило взору Луны обратиться к Радуге, как та сама, не дожидаясь, взяла слово:

— Спасибо, принцесса, но я, пожалуй, откажусь.

Площадь ахнула!

— Разве ты не хочешь вступить в ряды Вандерболтов? — заинтересовалась Луна.

— Ха! Конечно, хочу!

— Тогда почему ты не попросишь меня об этом?

— Заманчиво, конечно, но не. Слишком просто. Я всего, чего надо, добьюсь сама, иначе какой в этом будет смысл? Даже если на это еще годы уйдут, это все равно будет лучше, чем вступить в их команду сейчас. Сейчас это у меня мечта всей жизни, а если она осуществится, это ж новую еще где-то искать надо будет?! Нет уж! Сами меня пригласят, когда заметят! Не буду торопить события. А больше мне на ум ничего не приходит, так что, я отказываюсь.

— Что ж, я уважаю твой выбор.

Дэш, в полном смятении от своих же слов, вернулась на прежнее место.

— Эплджек.

Я слегка подпихнул замешкавшуюся было ЭйДжей ногой:

— Иди.

— А че я скажу-т? Че попросить?

— Да что первое в голову придет, главное хоть чего-нибудь попроси.

— Эплджек? — вновь повторила Луна.

— Я здесь. Простите, Ваше высочество, — поклонилась вышедшая наконец ЭйДжей.

— О чем бы ты хотела попросить?

— Я? А, я… — задумчиво поднесла она копыто ко рту. — Я… Я хотела бы попросить помощи с восстановлением нашей фермы и… и не только нашей. Ваще с восстановлением.

— И все?

— Ну… Наверн, да.

— Что ж, значит, мы поможем вам.

— Спасибо, Ваше высочество! — ЭйДжей вновь поклонилась и, пятясь, вернулась назад к нам.

— Из Чадье, — назвала принцесса следующее имя.

Из чеканным шагом выступил вперед. Поклонился:

— Ваше высочество?

— Чего бы ты желал?

— Что может желать вольный наемник, вдруг получивший все, чего ему не хватало? У меня есть деньги, есть друзья, есть дом, куда можно вернуться. Я не знаю такой необходимой вещи, которой бы у меня не было. Я не представляю себе, какое бы мое пожелание могло бы быть во благо всему этому городу. Мне нечего пожелать.

Я едва не хлопнул себя копытом по лбу! Ну кто, кто так разговаривает с венценосными особами? Кто? Он же этим своим "непожеланием" ставит себя в один ряд с ними! Хуже и оскорбительней только заявить: "Чего с вас взять? Я и сам крут. Чего надо возьму сам. Зачем вы мне?" Хорошо еще, что Луна все понимает правильно и никогда на подобный отказ не разозлится.

— И ты… ты тоже отказываешься? — осталась, как я и предполагал, абсолютно спокойной Луна. Лишь чуть удивленно дрогнул голос.

— Да, Ваше высочество.

— Это твой выбор.

Кто-то в толпе покрутил копытом у виска. По крайней мере, мне так показалось.

— Сэр Тимберхост.

Странно. Выходит, ее никто не поставил в известность о его возвращении в Заэплузье?

— Прошу прощенья, Ваше высочество, — я выкатил грудь колесом так, что заныла рана, и сделал шаг. — Сэр Тимберхост уже отбыл обратно.

Луна как-то не сильно этому удивилась:

— Вполне в его стиле, если я правильно помню. Гордый. Обидчивый. Но хороший, хотя и пытается казаться… Надо будет что-нибудь придумать. Ну а тебе чт… — она поняла, что то, что она сейчас скажет, прозвучит совсем уж по-дружески, и мгновенно поправилась. — Тебе, наш капитан, что за награду хотелось бы получить?

Вот тут я почувствовал себя в шкуре Эплджек. Равно, как и Иза с Радугой. В самом деле. Чего у меня не было? Я быстро огляделся, пытаясь поскорее сообразить, что сказать и не заставлять принцессу ждать. В глаза бросилась только наша группка. Дитзи, Деринг, Радуга, Из, ЭйДжей, Твайлайт, Флатершай, Рарити. Где-то за их спинами прыгала Пинки. Протиснулись вперед, распихав окружающих, Меткоискательницы. Все смотрят на меня. Разве что Свити Бель оглянулась на какого-то коричневого жеребенка в дурацкой шапочке с пропеллером, стоящего неподалеку. Ничего, что могло бы навести на мысль. И в голову-то… Стоп! А вот в голову-то пришло! Я, наверное, в этот момент ухмыльнулся. Пора взять жизнь брата в свои копыта.

— Пожалуй, есть одно… два пожелания. Правда, они не за себя, но сам он оказался слишком скромен, чтобы те… Вас попросить.

— Я слушаю, — доброжелательно улыбнулась Луна, по-видимому, заметившая мою оговорку.

— Я хотел бы попросить за Иза.

— Проси, наш капитан. Я постараюсь исполнить эти просьбы, если только это не будет чем-то невозможным.

— Если можно… — я оглянулся и чуть заметно поманил Луну.

Та наклонилась. Кивнула, вслушиваясь в мой шепот:

— Хорошо. Я посмотрю, что с этим можно сделать. А вторая просьба?

— Он так и не осмелился сказать, что желал бы вступить в ряды Ваших гвардейцев.

— Это так? — Луна внимательно посмотрела за мою спину.

Жаль, что я не видел в это время лица брата. Наверняка там было на что посмотреть!

— Так, — помедлив, ответил он.

— Эту просьбу удовлетворить намного проще, — Луна вновь улыбнулась. — Подайте кто-нибудь меч. Сэр Чадье! Я прошу Вас подойти.*

Все также чеканя чаг, Из подошел, поджав одну ногу поклонился и застыл в такой позе.

Луна споро перехватила меч у одного из гвардейцев и, удерживая его правой ногой, водрузила на плечо, или даже уже скорее на холку Иза:

— Клянешься ли ты, Из Чадье, всегда быть бесстрашным перед лицом врага, быть храбрым и честным, говорить правду всегда, даже если это приведет тебя к смерти, делать все во благо Эквестрии, даже в противовес благу собственному, защищать беспомощных и не творить зла?

— Клянусь.

— Ты дал клятву. Запомни ее.

Луна медленно переложила меч на другое плечо:

— Сим хладным железом Из Чадье нарекается гвардейцем… — меч перекочевал на голову. — И, учитывая заслуги его перед Эквестрией, принимается в мою личную гвардию в звании сержанта. Встань, наш сержант!

Луна вернула меч гвардейцу. Из медленно поднялся.

— Я благословляю тебя на службу, гвардии сержант Чадье. Ступай.

Из вновь поклонился и, по-прежнему печатая шаг, вернулся к остальным.

— Будут ли у тебя иные просьбы, наш капитан?

— Нет, Ваше высочество.

— В таком случае, я оставлю это на свое усмотрение.

— Как будет угодно Вашему высочеству, — я сделал шаг назад.

— Ступай.

Я, крупом вперед, втерся между Эплджек и Твайлайт.

— Имеется ли у кого-то еще желание что-либо сказать?

— Нет, Ваше высочество, — ответила за всех Мэр.

— В таком случае, я предлагаю закончить с официальной частью и перейти к открытию памятника, — мельком кинув, как мне показалось, взгляд на Меткоискателей, предложила Луна уже куда более эмоциональным голосом. — Я прошу жеребят помочь мне.

Наше неугомонное трио кинулось к тщательно укутанному покрывалом памятнику в числе первых. Правда, Эпл Блум и Свити Бель круто осадили, заметив перед собой спины пары своих одноклассниц — Спун и Тиары. Скуталу же просто сделала вид, что не заметила их, распихав в стороны. По-моему, Тиара пихнула ее в ответ — на несколько мгновений возле памятника завязалась какая-то свалка. Впрочем, она довольно быстро прекратилась. Жеребята выстроились возле памятника, причем троица оказалась в первом ряду, значительно оттеснив оппоненток. И опять рядом с ними, бок о бок со Свити, стоял тот коричневый жеребенок! Интересно, кто он такой? Вроде бы я видел его достаточно часто, но практически ничего о нем не знал, кроме того, что тот постоянно крутится где-то возле игровых автоматов. Про себя я отметил, что надо будет постараться разузнать о нем побольше, уж больно он выделяется из толпы.

По команде Луны, жеребята взялись зубами за покрывало. Те из них, что были пегасами, поднялись повыше, чтобы не дать огромному покрывалу зацепиться. Скуталу предпочла остаться на земле.

И вот, наконец, Луна махнула ногой! Жеребята дернули покрывало и…

И ничего!

Несмотря на все их усилия, покрывало хоть и сползало с памятника, но делало это очень, о-о-очень медленно… Жеребята уже хватались друг другу за хвосты, но и это несильно ускорило процесс.

Рог принцессы на какую-то долю секунды вспыхнул. Видимо, покрывало тут же или сильно потеряло в весе, или перестало цепляться, поскольку жеребята, не удержавшись, повалились на землю и оказались под ним.

А перед нашими взорами предстал памятник. Я, пожалуй, не рискну назвать его величественным, великолепным, грозным, внушительным или какими-либо еще превосходными эпитетами. Нет. Они просто ему не подходили. Не того сорта памятник это был, чтобы так его называть. Пусть так красиво именуют всякие дворцовые статуи или те головы пони, которые кто-то когда-то собственного удовольствия ради, а вернее даже ради того чтобы убить куда-то уйму времени, сил и денег, вырезал в скалах*. Это же… Даже, наверное, лучше тут и вовсе обойтись без эпитетов. Это был просто памятник.* Белого камня. Не мрамора, просто белого. Примерно в полтора роста пони, если брать с постаментом. Никаких лишних украшений, позолоты или, упаси Селестия, краски. Простой белый камень. На относительно небольшом пятачке постамента умостилась скульптурная группа. Четверо оскалившихся, израненных жеребцов, из которых двое, обладатели чего-то похожего на крылья, были облачены в гвардейские доспехи — "парадной" гвардии Селестии и нашей "темной" соответственно. "Парадный" — не вооружен, у "темного" зажат в зубах обломок меча. Третий, судя по его облачению, рогу и луку со стрелами, был художественным представлением о бойцах Тимберхоста или даже о нем самом. Четвертый же, земной, судя по вилам, которыми он был вооружен, и полному отсутствию какого-либо доспеха, был гражданским. И сжавшаяся за их спинами кобылка, прижимающая к себе сразу троих испуганных жеребят, почему-то напомнивших мне наших Меткоискателей, видимо, тем, что они также представляли собой земного, единорога и пегаса. На постаменте же, самом простом, прямоугольном, с чуть выделенными, выступающими, углами была выбита эпитафия:

Вечная память и слава Героям.

Гвардейцам Селестии и Луны, не пожалевшим своих жизней и грудью остановившим врага.

Простым горожанам и селянам, погибшим в эти страшные дни.

Лучникам, и истинным рыцарям с большой дороги, пришедшим вместе с сэром Тимберхостом, вставшим на защиту нашего города и сражавшимся до последнего вздоха.

Бывшему КонАрмовцу, показавшему, что и в их рядах есть те, кто все еще помнит о том, что такое честь, о котором мы знали лишь то, что его зовут Соулстрэй, но которого мы запомним навеки.

И всем тем, кто ценой своей жизни защитил наших жеребят.

На площади вдруг настала полная тишина, только возились жеребята, все еще выбираясь из-под покрывала. Обычно, где-то в этом месте на подобных церемониях все начинали громко хлопать или топать, после чего над площадью обязательно начинали взрываться салюты, взмывали в небо пегасы, неся длиннющие вымпелы и транспаранты, начинали разливать бесплатный пунш, и торговать сладостями и сувенирами, но… Это был не тот случай. Каждый просто стоял и думал о чем-то своем. И никто, совершенно никто не представлял, как вести себя дальше. Например, мне вдруг очень захотелось покинуть площадь, вернуться домой, усесться всем вместе за наш огромный стол и…

И вдруг я вспомнил! Вспомнил единственное оставшееся на сегодня важное дело, которое не успел сделать! Собственно, вообще единственное оставшееся важное и незавершенное дело!

Я оглянулся, высматривая в толпе знакомое, вечно печальное лицо. Слава Селестии, он был здесь!

Немного потолкавшись, я подошел к знакомому мне с совсем недавних пор жеребцу:

— Мой заказ готов?

— Да, конечно. Я могу доставить его к вам прямо сейчас, если хотите.

— Это было бы идеально.

— Оплата на месте?

— Конечно, — я взглядом указал на форму, в которой явно не могли поместиться те пятьсот монет, что он затребовал за свою работу.

— Хорошо, — он даже не изменил выражения лица. Просто развернулся к своей укрытой какими-то тряпками тележке, впрягся в нее и, тяжело тронувшись, пошел прочь.

Я его в чем-то понимал. Должно быть, при его работе такая толстокожесть и отсутствие эмоций, это что-то полезное, какой-то профессиональный плюс, если можно так выразиться.

Я поспешил вернуться к своим.

* * *

Гвардия готовилась продолжить свой путь.

Однако порядок построения теперь изменился. Карета Луны и ее эскорт так и оставались стоять на площади, остальная же гвардия выстроилась в колонну по шесть, благо ширина улиц это позволяла, выдвинулась вперед знаменная группа, место за ними заняли три дюжины гвардейцев, остальные сдвинулись назад. Все совсем прояснилось, когда освободившееся место в парадном строю занял подошедший полковой оркестр. Конечно! Гвардейцы всегда должны уходить браво и с музыкой, в каком бы смысле это ни было сказано! Однако в этот раз знаменная группа отошла значительно дальше положенного. Просто не рассчитали, или…

Я оглянулся на Луну.

Та сделала приглашающий жест:

— Сегодня вы заслужили это право.

Я кивнул остальным, неуверенно переминавшимся с ноги на ногу:

— Идемте, принцесса просит.

Мы заняли место в строю. Две шеренги. Впереди я с ЭйДжей и Из с Радугой, по бокам от нас, подотстав для красоты на полкорпуса, Дерпи и Деринг. Твайлайт, Флатершай, Рарити и уже прыгающая в бодром маршевом темпе Пинки встали за нашими спинами.

Оркестр грянул бравурный марш! Я быстро узнал его. Это был даже не совсем марш. Скорее маршевая песня. А еще, в присутствии коронованных особ она обычно не исполнялась. Я мельком глянул на Луну. Была ей знакома эта песня, или она сейчас услышит ее в первый раз, я так и не понял, а вглядываться в ее лицо дальше уже не было возможности — пока шел проигрыш, колонна пришла в движение. Уже на ходу вперед нас влезли Свити Бель, Скуталу и Эпл Блум. Закрыли наверняка глаза, вздернули носы и зашагали по брусчатке с таким видом, что заулыбались не только окружающие, отвлеченные нами от грустных мыслей, но и мы, хотя видели их лишь со спины! Правда, глаза им все-таки пришлось открыть после того, как все трое чуть одновременно не впечатались в мостовую вздернутыми носами, позацеплявшись за выступающие камни.

Я выдохнул, также отгоняя лишние мысли и заставляя тем самым себя осознать, что это наше приключение, сложное, опасное, но сблизившее всех нас, закончилось.

И грянула, разлетелась, разлилась, заполняя собой все улочки и переулки нашего городка, лихая, бойкая, разбитная гвардейская песня!

Шли гвардейцы! Шли гвардейцы!

Защищать свою страну!

Шли гвардейцы! Шли гвардейцы!

На священную войну!

Шли гвардейцы! Шли гвардейцы!

На не равный смело бой!

Шли гвардейцы! Шли гвардейцы!

За любимый дом родной!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Враг проснулся! Приказали!

Нам немедля к месту быть!

Чтобы, если будет нужно,

Вас своей грудью защитить!

Ну а мы? Да! Мы! Гвардейцы!

Слазь с кобылок! Шагом марш!

Точно нужно? Нужно, нужно!

Значит, мы споем свой марш!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Наши столы уж опустели,

И в кружках допито вино!

И в казармах наши койки

Даже застланы давно!

На нас доспех вновь вороненый

И грозный меч зажат в зубах!

И вот наш полк уж к вам явился!

И дробь копыт! И крыльев взмах!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Нечисть злобную и нежить

Мы загоним в их курган!

Даже Чейнджлинг, если надо,

В раз получит по зубам!

Коль придется, даже в Тартар

Мы пойдем, сомкнувши строй!

Потому, что мы гвардейцы!

Встанем мы за вас стеной!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Эй! Вы слышите? Затихли

Твари всяческие вдруг!

Оборотни и вампиры

Обратились все вдруг в слух!

Испугались, присмирели!

Вот такие вот дела!

Это значит, это значит,

Значит, гвардия пришла!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Эй! Поняши! Успокойтесь!

Вам защита и оплот,

В трудный час, уж появилась!

И теперь уж не уйдет!

Успокойтесь! Разберемся!

Будет месть за их дела!

И врагами подотремся!

В город гвардия вошла!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Знаем мы, что нам непросто

Будет с Тварью совладать.

Так и мы ведь непростые!

Нас непросто убивать!

Мы поняши боевые!

Встанем рядом! К груди — грудь!

И порядки строевые

Ты попробуй разомкнуть!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Пусть сольются в бое жарком

Сталь клинков с теплом сердец!

И противник наш незваный

Тут себе найдет конец!

Он погибнет тут без чести!

И не наша в том вина!

Мы без страха, своей кровью,

Отстоим тебя, страна!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Ну а если вдруг прорвется

Первосортнейшая сталь,

За Эквестрию родную

Нам и умереть не жаль!

Коль за жителя какого

Смерти крест принять дано,

Значит, так нам, значит, так нам,

Значит, так нам суждено!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Лучшей доли нет гвардейцу —

Умереть в лихом бою!

Коль уж смерть, так смерть на воле,

Смерть за родину свою!

Пусть родные нас оплачут,

Коль придет в наш дом беда,

Но страдать другим гвардеец

Не позволит никогда!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Эй! Малые! Жеребята!

Коль уж с нами — четче шаг!

Коль с гвардейцами лихими

Нравится идти вам так!

Ведь, малые, нам на смену

Суждено вам заступить!

Троллей всяких, вурдалаков

И Чейнджлингов злобных бить!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Коли в вас при виде боли

Закипает та же злость,

Коль при виде чьей-то крови

В горле ком, как в крупе гвоздь,

Коль страдания чужие

Также близки, как свои,

Значит, мы до вас, малые,

Свое слово донесли!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Ну а мы? Да! Мы! Гвардейцы!

Коли выживем в бою,

Вновь сюда мы к вам вернемся,

И споем вам песнь свою!

Про войну и про походы,

И про мир, и пир горой!

И припевчика про Луну

Вам достанется с лихвой!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты владычица теней!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты защитница семей!

Славься Луна! Славься Луна!

Ты зажгла наши сердца!

Славься Луна! Славься Луна!

Мы с тобою до конца!

Мы с тобою, мы с тобою,

Мы с тобою до конца!

* * *

— Эх! — вздохнула Дэш, оглядываясь на уходящую к своему временному пристанищу — старому замку, колонну. — А может, и мне стоило плюнуть на все, и тоже записаться в гвардию, а? Гвардии сержант Дэш! Это же круто! А это ваше бессмертие?! Нет, вы только представьте! Только представьте, сколько классных трюков я могла бы проделать!

— Не так уж и много, если я правильно уловил суть, — одернул ее Из. — Бессмертие бессмертием, но от собственной дурости оно не спасает.

Дэш зависла в воздухе. Потерла копытом затылок:

— Хе-хе… Обломчик. Дурости у меня хватает… Иногда…

— Агась, — прищурилась в ее сторону Эплджек. — Кроме того, че ты собираешься тада делать со своей мечтой присоединиться к Вандерболтам?

— Ну, тут-то мне ничего не мешает! Должна же и у них быть какая-нибудь работа? Не может ее не быть! Должны же они какую-то пользу приносить? По идее… — Дэш снова чуть задумалась. Уверенность в ее голосе куда-то пропала. — Правда, я ни о чем таком не слышала как-то… Спитфаер в Академии работает, но и в Академию набирают только несколько раз в год…

ЭйДжей скептически фыркнула.

— Что?! Наверняка есть еще что-то, просто они ее скрывают!

— Ну да.

— Что?! Думаешь, они не могут совмещать? Да на меня вон посмотри! Я же успеваю быть крутой спортсменкой и капитаном погодной команды одновременно?! И никогда от ответственности за это не отказываюсь!

— Значит, ты отвечаешь за погодку, да? — ухмыльнулась ЭйДжей. — За солнце, за чистое небо, за политые грядки, свежий ветерок…

— Конечно! Кто же еще?! — перебила ее Радуга. — Разве что кроме ветерка…

— За чуть не ежемесячные катаклизмы, после того, как опять промаразмили грибной дождик…

— Кхм! Ну… Да… И за это тоже… — Дэш смущенно отвела взгляд.

Возле дома нас ожидал тот самый, профессионально невеселый, пони со своей груженой тележкой.

— Спасибо, — проронил он, как только я вернулся из дома и вручил ему полный кошель монет. — Соболезную.

Мы вытащили из тележки что-то небольшое, угловатой формы, бережно завернутое в холстину, и он тут же, потащил ее обратно в сторону дороги, кинув какой-то странный взгляд на замершую при виде его Скуталу.

— И че эт такое? — поинтересовалась Эплджек, потыкав завернутый предмет копытом.

— Да! Чего-то я тоже не врубилась! Чего у нас, вообще, забыл этот… своеобразных дел мастер?

— Был тут у меня, как у гвардейца, один, последний, долг, который нужно было все-таки отдать, чтобы считать, что все это закончилось… — я уселся на траву и придвинул сверток к себе. Дождался, пока все подойдут поближе. — Но теперь я, наконец, могу заявить, что исполнен и он.

— Ох! — ЭйДжей прикрыла рот копытом. — Эт ты про него…

— Да. Последнее желание должно быть исполнено.

Я бережно размотал тряпки.

Из-под грубого холста показался небольшой брусок белого мрамора с парой скошенных сторон. Блеснули на одной из них золоченые буквы: "Консли В-24-64". На противоположной же стороне золочеными же винтиками была закреплена медная пластинка с выбитым на ней текстом. Точно таким, как на той, куда более старой, что лежала сейчас в доме, в одном из ящиков моего стола.

— Вот теперь — все.

ГЛАВА 51 И ПОСЛЕДНЯЯ

ИЛИ

ПРОЛОГ

КАК ВАМ БУДЕТ УГОДНО

Взвился черный плащ, блеснув серебряным шитьем, взвился, пугая пламя на свечах, будто бы обещая появление кролика из волшебной шляпы, да так и опал никчемной дорогостоящей тряпкой, не явив миру обещанный сюрприз и, что самое главное, даже не коснувшись моего клинка.

— Ну и что это было? — я болезненно поморщился. — Мой дорогой! Если бы вашей кобылке вдруг стало дурно на балу, вот тогда бы вы могли эдак помахать над ней своим плащиком. Соберитесь, Дискорд вас побери!

Мой оппонент виновато шмыгнул носом и украдкой бросил взгляд в сторону, где в ожидании своей участи томились возле стенки еще одиннадцать таких же, как и он, начинающих гвардейцев. Да, половина из них были, как и он, единорогами. Да, они, скорее всего, проведут большую часть своей службы здесь, в стенах дворца. Но это не означает того, что они не должны уметь обращаться с оружием также, как все остальные! Рано или поздно, но их магия может отказаться служить им, и именно это я и пытался сейчас вбить в их молодые головы. Вбивалось, честно говоря, нелегко, но, раз уж я взялся за дело, то оно должно быть сделано идеально. Они у меня научатся владеть оружием лучше, чем любой из гвардейцев Селестии. Хотят они того или нет.

— Показываю еще раз! Наблюдайте внимательно. Вас это тоже касается, — я кивнул в их сторону. — Итак, начали! Атакуй!

Наши клинки сошлись и зазвенели в смертельно опасном, но завораживающе-красивом танце, то встречаясь, то вновь расходясь в страстном своем желании достать противника. И вот! Вот он, долгожданный выпад! Вполне уже профессиональный, сильный, четкий, быстрый, недоступный многим другим пони, непривычным к таким движениям, а может, даже и не догадывающимся о том, что так можно сделать. Профессиональный? Да. Быстрый? Да. Сильный и четкий? Да. Неотвратимый и смертельный? Нет. Моя нога, подхватив край плаща, рванулась вперед. Легкий поворот, и клинок, вывернувшись из зубов противника, жалобно звякнул, ударяясь об пол тренировочной залы. Взгляды будущих гвардейцев сошлись на нем. Всех, кроме того, что стоял сейчас напротив меня. Он философски созерцал узкую стальную полоску напротив своего горла.

— Все понятно?

В ответах не было слышно уверенности, но это как раз было в порядке вещей. Чтобы до конца понять все премудрости боя на холодном оружии, их надо почувствовать, пропустить через себя. Им придется получить еще немалое количество синяков и порезов здесь, в этом зале, прежде чем они смогут называть себя гвардейцами. Конечно, ни одна тренировка не заменит им настоящего боя, но гвардейцам в наше время нечасто находится достойное применение, не то что когда-то. Да это, наверное, и к лучшему.

Я поглядел на смущенные лица своих учеников, почему-то стараясь припомнить время, когда и у меня могла быть такая же прижавшая одно ухо, нелепо хлопающая глазами мордашка. Давненько, наверное. Я не мог вспомнить точно, за все прошедшие многие и многие месяцы с тех пор, как мы с братом оказались в незнакомом нам мире, память моя так и не восстановилась полностью, лишь какие-то ее крупицы, так и не составившие единого целого, что, может быть, и к лучшему, но нас с ними разделяло самое меньшее лет десять.

Вот уже третий месяц, как мы с Изом были вынуждены почти безвылазно работать в Кантерлоте, лишь раз в неделю наведываясь домой. Принцесса Луна сочла, что начинающим гвардейцам требуется дополнительная подготовка и мы, в числе прочих, были привлечены для работы с ними. Быть может, толчком к принятию ей такого решения послужили и некоторые не совсем законные действия, предпринятые нами во время поисков приснопамятной статуэтки четыре месяца тому назад. Мне определенно стоило поработать здесь, на виду у известнейших и влиятельнейших пони страны, обзавестись кое-какими полезными знакомствами, показать себя. Это помогло бы в будущем избежать некоторых из тех проблем, с которыми нам довелось столкнуться тогда. Кое-что из этого, действительно, постепенно получалось. Появлялись знакомые. Росла понемногу наша собственная известность. Однако даже почти ежедневное общение с принцессой так и не пролило какого-то особенного света на темные уголки нашего прошлого.

— Так! Ладно! — я нетерпеливо топнул ногой, отгоняя собственные мысли. — Взяли оружие и разобрались по парам. Не торопитесь, каждое ваше движение должно быть осмысленным. Импульсивность и действия по наитию — верный путь к быстрой смерти в…

Резко хлопнула деревянная дверь. Тренькнула, срываясь, пружина, должная удерживать ее. Грохнулся на пол тяжеленный доспех, стоявший, как оказалось недостаточно далеко. "Как я и думал", — отметил я про себя.

Неловко оглянувшись под впечатлением от собственного эффектного появления, в зал вбежал взмыленный посыльный.

— Ка-апинатан А-анноун? — задыхаясь спросил он.

— Да. Отдышись и доложи по форме.

— Простите, сэр.

Гонец расслабился и несколько раз глубоко вдохнул. Оглянулся:

— Простите, сэр, но это конфиденциальный разговор. Он касается вас.

— Понял, — я оглянулся на учеников. — У меня, похоже, появились неотложные дела. Поработайте пока самостоятельно. Вернусь — проверю каждого лично.

Напустив на себя вид умудренного годами наставника, хотя где-то под шкурой и забегали тревожные искорки, бодря и предсказывая, что случилось нечто действительно из ряда вон выходящее, я неспешно покинул зал. Поплотнее притянул за собой двери. Обернулся к переминавшемуся рядом посыльному:

— Слушаю. Что случилось и к чему такая срочность?

— Это касается вашей приемной…

— Подопечной, — автоматически поправил я, перебив. — Скуталу? Что с ней?

— Она… Она объявлена в розыск, сэр.

Кажется, я сел на пол.

СЛОВАРЬ СЛОЖНЫХ, НЕПОНЯТНЫХ И ЗАБАВНЫХ СЛОВ

Аксельбант — красивый шнурочек с металлическими наконечниками, носящийся на форме и придающий той очень парадный вид.

Анцыбал — Не путать с Буцефалом! Это не конь, а вид нечисти, обитающий в болоте! Эдакий болотный черт.

Банджо — очень оригинальная помесь барабана с гитарой, способная, однако, издавать весьма неплохие звуки. Отломайте лицевую сторону вашей любимой гитары, затяните ее резонатором из кожи и у вас получится что-то отдаленно-подобное.

Бастида — отдельно стоящая башня, иногда обнесенная стенами. Служит в основном для предупреждения атаки на основное укрепление, передавая сигнал при помощи костра или примитивного зеркала-семафора. Как правило, комплектовалась достаточным гарнизоном, чтобы сдерживать противника несколько часов, до подхода подмоги из основного укрепления. Для более длительных боевых действий ее возможностей, кончено, не хватало.

Болт — в данном случае — короткая арбалетная стрела. Не путать с болтом монтажным. Летящий монтажный болт вам ничего не сделает, а арбалетный сделает дырку, которую сложно будет запломбировать. Причем вне зависимости от типа наконечника.

Борьба за живучесть — борьба экипажа за сохранение корабля. Не путать с борьбой за плавучесть, это более всеобьемлющее понятие. Патеря плавучести, т. е. способности держаться на поверхности воды, еще не значит, что корабль обречен. Ярчайший пример тому — линкор "Марат", оборонявший Ленинград в годы Великой Отечественой Войны. Находясь в устье Невы, он был серьезно поврежден бомбардировками, потерял плавучесть, разломился, сел на дно реки. Но он выжил! Экипаж смог быстро восстановить боеспособность оставшихся башен главного калибра, оборонял город всю блокаду, а после войны корабль использовался, как несамоходное учебное судно.

Борьба за плавучесть — как не трудно догадаться, это попытки экипажа сохранить корабль на плаву, являющиеся частью борьбы за живучесть.

Брандера — древняя посудина, из тех, какие не жалко, способная еще передвигаться с достаточной скоростью, а потому, превращенная для пользы дела в одноразовую боевую единицу. Экипаж, обычно 3–4 человека, подгонял брандеру к борту вражеского корабля, швартовал ее намертво, поджигал и выпрыгивал за борт. Дальнейшее зависело от ловкости членов экипажа вражеского судна, пытающихся отцепить эту горючую бомбу, и от того, сколько горючих веществ и пороха находилось на борту брандеры.

Брашпиль — по сути — гигантская катушка, на которую наматывается якорная цепь. Также название применяется и к механизму в целом.

Вахта — бывает двух видов: обычная и гаупт-. И не так уж важно то, на какой из них вы сейчас находитесь. Обе одинаково полезны. В первом случае ваша польза ясна и понятна, неважно, стоите ли вы при этом за штурвалом линкора или охраняете генеральский сортир. На вас возложена важная и почетная миссия, и вы ее выполняете. Да, даже охраняя сортир! В него тоже могут бомбу подложить, а значит, вы обеспечиваете безопасность генеральской задницы не хуже других. Во втором случае вы приносите пользу как пример НЕ подражания и хороший объект для тыканья пальцем. Плюс к тому, вы зарабатываете определенный авторитет у сослуживцев, правда вам, наверное, хотелось выделиться геройским подвигом и спасением девушки, а получился только пьяный дебош и исполосованная коготками спасенной, распухшая морда, но ведь важно само желание, не так ли?

Вертлюга — как ни странно, но это не ветреная дамочка, а всего лишь вращающийся на все триста шестьдесят градусов станок для орудия.

Во фрунт (вытянуться во фрунт) — вытянуться по струночке, чтоб грудь колесом и преданно поедать начальство глазами. Короче говоря, показуха и шагистика, но начальство это любит.

Выбарабанивание — Очень точный термин, введенный в свое время в обиход Гривадием Горпожаксом (Горчаков О.А., Поженян Г.М., Аксенов В.П.) Ссылка. Позорное изгнание из рядов "зеленых беретов" США тех, кто устал творить беззаконие, прикрываясь погонами и полосатым флагом — проход под барабанную дробь пред строем, вовремя которого бойцы поротно, дождавшись, пока вы подойдете к ним, разворачивались к вам спиной. Обычно, сразу за этим следовала занимательная экскурсия в Форт Ливенворт (39№ 21'44"N 94№ 55'28"W) с последующим длительным отдыхом в нем за государственный счет. Обычно, отдых становился пожизненным, без права амнистии.

Галун (Галуны) — красивая тесемочка, чаще золотого цвета, для украшения формы узорами.

Гауптвахта — см. Вахта.

Дебаркадер — красивое название крытых железнодорожных платформ. Также называют и часть причала.

Зеленый коридор — либо вы попали в казенное учреждение, где, как во времена нашего детства, все мазали одной тухлой краской, либо вам предоставили свободный путь из точки "А" в точку "В", убрав с него всех, кто мог бы вас затормозить, или просто портил бы вам пейзаж.

Карман — в нашем случае — воздушный. Не путать с карманами на одежде или "воздушными ямами". Небольшая естественная полость в чем-либо, например, в скальной породе, заполненная воздухом. При вынужденных заплывах в замкнутом пространстве, может спасти вам жизнь.

Кайло — звучит, как какое-то изощренное ругательство, а на самом-то деле обыкновеннейшая кирка. Просто и банально.

Кильватер — положение чего-либо относительно кормы корабля. Например, пена за кормой — кильватерный след, а корабль, идущий строго за вами, идет в кильватерном строю.

Клюзы — отверстия в фальшборте, палубе или борте, через которое проходят канаты, цепи, кабельтовы и прочие им подобные штуки. А в шторм еще и красиво стекает за борт вода.

Кордегардия — изначально — караулка, но постепенно она превратилось просто в то помещение, где проводит рабочее время стража. Рабочее время! Кабак кордегардией не является!

Коробка — тип строя, при котором отряд формирует прямоугольник. Не путать в обувной! Существует минимум два варианта "коробки". 1. Простой прямоугольник, при этом офицеры, знаменосцы и прочие всякие прячутся за спины солдат, идущих в бой "стенка на стенку". 2. "Коробка" формируемая вокруг тех же офицеров и прочих, или вокруг, например, обоза, с целью его охранения от неожиданных атак с разных сторон. То есть. Солдаты со всех сторон охраняют некий объект в центре построения.

Кошель — древний прародитель кошельков, представлявший из себя матерчатую сумку с завязками или, реже, застежками. Мог крепиться к поясу или носиться на шнуре на шее. Кстати, в этом случае его можно было "подрезать " в прямом смысле — лезвием по шнуру.

Лафет — ложе для пушки, чаще всего на колесах. Очень удобен как катафалк для почетной транспортировки павших героев.

Матриархат — засилье женщин. Звучит, для мужского уха, как рай с кучей гурий, а на самом деле куча гурий превращается в кучу фурий. Представьте себе, себя пашущим на даче в компании сестры, жены или тещи. Если вам особенно повезло, то всех троих вместе. Пива и телика нет. Лопата, пила, садовый шланг, топор, мастерок и куча советов, почему вам надо было думать самим, а не слушать ее советов в наличии. Представили? Вот это и есть полный матриархат!

Мегаскоп — мега крутое название для той небольшой штучки с линзами, что использует в своей работе ювелир.

Мол — он же волнорез, он же волнолом. От обоих последних может отличаться размерами.

Мореходность — способность судна выдерживать шторма в течение некоторого, достаточно длительного, времени..

Найтовы — умное название веревок, которыми на судне крепят все подряд, чтобы не мешалось на палубе или в трюме и не прилетело в голову при хорошей качке.

Плотогоны — практически, это лесоруб, но занимающийся не только и не столько валкой леса, сколько связыванием его в плоты и сплавом по реке, что очень удобно при промышленной вырубке, особенно, если местность кругом не перегружена хорошими дорогами (или у заготовителей просто нет денег на лесовозы).

Преминуть/не преминуть (воспользоваться чем-либо) — упустить/не упустить возможность сделать что-либо, пройти/не пройти мимо чего-либо.

Принайтован — привязан найтовами. (См. Найтовы.)

Присно — устаревшее. До сих пор.

Пришвартован — надежно привязан швартовами. (См. Швартовы,)

Рафтинг — спортивный сплав на плотах. От обычного отличается в первую очередь сами плотом. Одно дело, если Вас, при очередном падении в воду, огреет по башке надувной плотик, и совсем другое — несколько сотен килограмм качественных сырых чурок!

Регенерация — Умение восстанавливать свой организм после повреждения. Пример самой крутой регенерации — Змей Горыныч. У того на месте каждой отрубленной башки две-три свежих вырастало.

Рейд — может быть ползком по барам, по тылам врага или рейдом порта. В нашем случае, это, обычно, последний вариант. Тогда, это часть акватории порта (или просто прибрежной), отведенная для якорной стоянки судов, их буксировки и разнообразных работ, не требующих швартовки к пирсу.

Салун — не путать с Салоном. Салоны, это дамские или литературные. Завсегдатаев же салунов в дамские салоны обычно не пускают ввиду их побитого вида и состояния не стояния. Да и на Пинде они не задерживаются. Да и зубы могут выбить, если их туда пошлют.

Слейпнир — "Скользящий" или "Шустрый". Мифологический восьминогий конь-мутант, коим пользовался в скандинавской мифологии бог Один, верховный бог, великий воин и хозяин Вальхаллы.

Спелеология — как ни странно это не процесс лазанья по всяким интересным дырам, а наука, занимающаяся всесторонним изучением пещер — их происхождение, возраст, морфологию, растения и живность, в них поселившиеся, минералы, состав и миграцию подземных вод, а также, отчасти, включающая в себя археологию. То, что понимают под этим словом Меткоискатели — обычный, увеселительный туризм, имеющий мало общего с наукой.

Споро — быстро, ловко. Со спорами и Spore это, как ни странно, никак не связано.

Сталактит — гигантская каменная сосулька, свисающая с потолка пещеры.

Сталагмит — та же сосулька, но растущая из пола.

Сталагнат — если остановиться и посидеть, подождать пару тысяч лет, то долгожданная встреча свисающего с потолка сталактита и растущего под ним сталагмита все-таки произойдет. Когда они все-таки встретятся и срастутся, то столбик, который они образуют, и будет так называться.

Такелаж — общее название всех снастей судна, независимо от их предназначения.

Тендер — специальный вагон, прицепляемый к локомотиву и служащий для перевозки потребляемого им топлива (дров, угля, нефти) и воды, либо конденсации отработанного пара для подачи его в котел.

Терсан — легендарные, сильные как цунами, быстрые как морской ветер, великолепные как ярчайшие коралловые рифы южных морей морские кони, сотворенные из воды Нептуном и шастающие по ночам по берегу, оставляя на нем кровавые следы.

Торба — жесткий рюкзак без карманов и отделений. Стильно и просто. Обычно катится с великого горба.

Фальшборт — как не трудно понять из названия, фальшивый борт корабля. Главная его задача — не дать подгулявшей публике свалиться за борт. А еще он делает размеры корабля более внушительными!

Фибула — металлическая застежка-украшение для одежды, работающая по принципу заколки, в нашем случае отличавшаяся особым изяществом работы и коварством своего истинного содержания.

Хлебное дерево — простое с виду, напоминающее обликом дуб, дерево трех десятков метров в высоту с непохожими ни на что листьями. Они даже на листья на соседней ветке того же дерева бывают непохожи. Может выживать даже при долговременной засухе, и, при этом, продолжая радовать хозяев не малого размера, великолепными по своим качествам и своеобразными по вкусу плодами. Плодоносит оно, конечно, не хлебом (А жаль, да?), но его плоды, и любая их отдельно взятая часть, способны заменить что угодно, ибо идут на десятки и даже сотни различных блюд как в зрелом, так и в недоспелом виде. Фактически, любой способ приготовления, что вы вспомните, будет способом приготовления доброй дюжины блюд из этого плода, даже если вы просто засунете его в землю и дадите немножко подгнить.

Хризопраз — полудрагоценный и поделочный камень, обычно яблочно-зеленого или близкого к тому цвета, родственник кварца и халцедона, нередко наделяемый волшебно-магическими качествами. Считается талисманом удачи и оберегом. Так, Александр Македонский, идя в битву, клал этот камень за пояс.

Цербер — он же Кербер. Знаменитый трехголовый пес-страж ада. Обладатель ядовитой слюны. Также знаменит тем, что легко дрессируется некой фиолетовой тогда еще единорожкой, после чего легко может выступать в роли ее комнатной собачки. Главное — не давать ему лизать гостей!

Швартовы — здоровенные канаты, которыми туго привязывают причал к судну, чтобы не уплыл.

Шлюпка — небольшое, беспалубное судно с неплохой мореходностью, применяемое для сообщения с берегом или между судами если все хорошо. Если плохо — она пытается спасти жизни незадачливому экипажу. В отличие от обычных лодок, ей это удается. Может комплектоваться съемной мачтой с парусом и даже собственным двигателем.

Штрек — боковое ответвление основного тоннеля шахты, не имеющее собственного выхода на поверхность. Вертикальную ветку выработки называют Шурфом.

Шхера — совсем не изощренное ругательство, а узкий, очень узкий пролив между скалами или островами. Также называют и архипелаги, разделенные крохотными фьордами.

ССЫЛОЧКИ, ОТСЫЛОЧКИ, ПОСЫЛОЧКИ…

Настала пора разобраться хотя бы с частью тех звездочек, что вы в изобилии встречали в тексте по ходу повествования!

Глава 1

Блуждающая лавка. — Намек сразу на все произведения, где появлялись подобного рада магические строения. Самый яркий пример — произведения Терри Пратчетта.

Описание старого района и аптеки. — Намек на аптеку в воровской столице игры TES 5: Skyrim.

Глава 2

"— Из!

Нет ответа" — Быть может, кто-то из вас вспомнит что-то похожее у Марка Твена?

Глава 3

"Кому апельсины?! Кому витамины?!" — Кто не помнит эту сценку? Л.И. Гайдай. к/ф "Спортлотто-82".

"Лужу-паяю, чиню-починяю! " — СОС! Помню, что цитата из книги, но вот из какой — отшибло начисто! Надеюсь на Вас, дорогие читатели!

"Зеркала! Витражи! Стекло двойное Бдемсское!" — Отсылка. "Стекло двойное Бемское!" Ю.И. Коваль. "Приключения Васи Куролесова".

"Уж лучше Вы к нам!" — "Будете у нас на Колыме — милости просим!" Л.И. Гайдай. к/ф "Бриллиантовая рука". Сцена в ресторане. ("Почему Володька сбрил усы? ")

Глава 6

Не рифмованные слова Зекоры — небольшая отсылочка на магистра Йоду.

Глава 9

Понилдор. — Привет от Гарри Поттера и Дамблдора! И сеньора Помидора! Дамблдор. сеньор Помидор.

Глава 11

"…ночные дозоры…" — С.В. Лукьяненко (см. пояснение к главе 17, поскольку пояснение к ней я писал раньше, чем это).

"Вдруг враг, а мы не при параде? " — А.О. Белянин. Перефраз из книги "Охота на гусара".

"…но там условия не те…" — Перефраз. В.С. Высоцкий. "В далеком созвездии Тау Кита… "

Смутные сомненья терзают Эплджек не даром, ведь она цитирует Ивана Васильевича Бунша, который слегка сомневался в личности встреченного им знакомого своего соседа, Шпака. Отчасти результатом этих легких сомнений стала не запланированная перемена Иваном Васильевичем профессии.

"Упорядоченный хаос" — существуют десятки определений этого выражение. Просто погуглите. Мне лень.

Глава 12

"Я того же мнения, — кивнул Из." — Что странно, ведь ослов в родственниках не было. Тем более — Иа.

Глава 13

"…наши организмы, окрыленные в начале…" — уж простите за каламбур. Ведь пегасы крылаты и от природы.

"Кто-то даже видел огоньки на корабле" — Огни святого Эльма. Обычно сулили надежду на успех, а во время опасности — и на спасение. Хотя существуют и прямо противоположные поверья.

Глава 14"я мыслю — следовательно существую." — (Cogito, ergo sum (лат.)) безусловно, вы тоже слышали это изречение. Однако мало кто вспомнит, что прозвучало оно из уст французского философа, математика, механика, физика и физиолога Рене Декарта (фр. Renй Descartes).

Глава 15

"…Спокойствие! Только спокойствие!" — Я Карлсон и давно уже живу на крыше! (Астрид Анна Эмилия Линдгрен (швед. Astrid Anna Emilia Lindgren, урождённая Эрикссон, швед. Ericsson)).

"Поехали!" — "Он сказал: "Поехали!" — и махнул рукой…" Строчка из песни "Знаете, каким он парнем был…" и слово-фраза из нее.

Глава 17

"Дневной Дозор" — СМС-ки на тропе войны! Всем выйти из тени! Если кто не вспомнил, то это серия книг С.В. Лукьяненко: "Ночной Дозор", "Дневной Дозор" и т. д. Ну уж фильмы-то одноименные вы, в крайнем случае, помните?

Смеркалось — М.Н. Задорнов. Монолог "Записки охотника за кирпичами".

Глава 18

"Пам-пам-пам-парара-пам-пам…" — "Лебединое Озеро". Кто не помнит эту знаменитую мелодию мести из Гайдаевской "Кавказской пленницы"? (Это если кто-то, вдруг, не вспомнил балет. Уж фильм-то, я надеюсь, помните?)

"— Сестра! Включи телевизор погромче. Начнем!"

Глава 20

"Что день грядущий нам готовит?" — чуть перефразированная строка.

А.С. Пушкин. "Евгений Онегин". гл.6, ст.21, стр.5.

Глава 21

"Вас собрали здесь, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие…" — ревизор конечно не приехал, но известие и в самом деле было нехорошим. Н.В. Гоголь. "Мертвые души".

Глава 23

"Думай голова! Думай!" — но шапку я тебе все равно покупать не буду!

Глава 24

"Хозяин леса" — отсылка к песне группы "Король и Шут" "Хозяин Леса" (альбом "Бунт на корабле", 2004 г.).

Вся эта глава является пародией на сэра Робина Локсли (Robin Loxley). Также, быть может, известного кому-нибудь под именем Робина Худа. Кстати! Правильно говорить именно Худа ("Hood" — капюшон), а не Гуда ("Good" — хороший)! Его звали Робин "капюшон"!

Глава 25

"Консли В-24-64" — тонкий намек для знатоков истории авиации и Второй Мировой. Консолидейтед В-24 "Либерейтор". Бортовой номер 64. Поищите про него, и узнаете, что я имел ввиду.

Глава 27

"Надо поднять настроение Пинки! А то она и так периодически с кустами и стенами разговаривает, а щас на нее и совсем смотреть жалко! " — и ведь Дэш права! Ведь для всех остальных те моменты, когда Пинки обращается напрямую к зрителю, должны выглядеть именно так!

"Ракиш или Рэкиш" — большая часть этой главы посвящена персонажу, известному в нашей мифологии, как "Лихо Одноглазое — Горе-Злосчастье".

Описание поезда — вы, возможно, будете удивлены, но за основу этого великолепного, бронированного гиганта премиум класса взят абсолютно реально существующий паровоз! Вы только взгляните на него! Взгляните на "LNER Class A4" сэра Найджела Гресли (Nigel Gresley)! Сто шестьдесят семь гонимых углем тонн, без учета веса вагонов, летящие под сто сорок километров в час! Максимальная — 203,4 км/ч, что является непобитым рекордом скорости для паровых двигателей! Загуглите и только попробуйте сказать, что не хотели бы на таком прокатиться!

"Черная стрела" — конечно, это отсылка на знаменитую "Красную стрелу"!

"В черной форменной фуражке" — перефразированная строка из стихотворения С.Я. Маршака "Почта".

Глава 28

Все описываемое, от парусников до "Пирамиды" и "Замка" соответствует реальному описанию Лас-Вегаса в нашем мире.

Башня Пегас-тауэр и ресторан "Колесо" — это и намек на конкретную башню "Стратосфера" в Лас-Вегасе, и на все "высотные" рестораны, включая "останкинское" "Седьмое небо".

Глава 29

Казино "Терсан" — смотрите описание в словаре. Эти пони достойны того, чтобы рассказать о них отдельно! И чтобы назвать в их честь казино! Или их в честь казино…

"Где-то родился гвардеец" — видимо для многих жителей Эквестрии это такое же скорбное, достойное печального молчания событие, как для нас рождение милиционера.

"…чтоб такая вещица, созданная из кристалла редчайшего мэйнита, досталась кому-то еще. " — Отсылка к реально существующему минералу пейниту. Считается самым редким минералом на планете. Этот оранжевый камень был впервые обнаружен в Бирме в середине 50-х годов. С тех пор в мире существует только три полноценных пейнита.

"Это провал…" — подумал я и прыгнул в окно…" — я почти также крут, как Штирлиц!

Глава 30

Пассажирский корабль "Слейпнир" — смотрите описание в словаре.

Глава 31

Описание хозяйки таверны является скрытой отсылкой к серии книг "Сварог" А.А. Бушкова.

"Хотя покой нам, увы, только снится…" — перефраз строки стихотворения "На поле Куликовом" А.А. Блока.

Глава 32

"…на скуле которой какой-то долговязый матрос со старанием выводил, свесившись с борта на веревках, ярко-красной краской, новое название…" — а эта строчки никого Вам не напомнила? Даже старые Диснеевские мультфильмы с Гуфи, такие как "Чистильщики часов"? (США, 1932 г.)

"Копье морских королей" — и снова отсылка на цикл книг "Сварог" А.А. Бушкова.

Глава 35

Бутыль "Яблочной водки" — привет от теплых, ламповых переводов от Агента Диего. Любителям Редкости, Красавицы Конфетки, Скутера, Цветка Яблони, Яблочной Водки и многих других посвящается. (Applejack — дословный (машинный) перевод со сленгов: "Яблочная Пацанка", "Яблочная Водка").

Глава 36

"Я бывают разные!" — кто не помнит кролика из нашего отечественного "Винни Пуха"? А эта его фраза, по-видимому, известна и за пределами нашего мира!

Горшочек с надписью "от переломов" действительно мелькает в той серии.

"А-то пора бы… …выйти из тени" — и снова намек на "дозоры" Лукьяненко.

"Живет-поживает добро (незаконное) наживает… " — в общем-то самый обычный "сказочный" словесный оборот, взятый из… да какой угодно сказки.

Глава 37

"Ни-че-го не понимаю. " — Следствие ведут колобки.

"Концы, концы… Концы в воду…" — падал прошлогодний снег…

Глава 38

Миссис Хувер. — возможно не даром ее фамилия похожа на "Гувер", хотя сама она по характеру и напоминает скорее известную миссис Хадсон? Гувер, Джон Эдгар (John Edgar Hoover). С 1924 по 1972 директор Федерального Бюро Расследований (ФБР).

Свити донесла поднос ртом… — Свити-бот в действии!

"Чего это вы тут делаете? " — к/ф "Добро пожаловать или Посторонним вход запрещен!"

"Еще там на козырьке были фигуры четырех пони во что-то там вроде телеги впряженных." — если кто вспомнит, то оч-чень похожая скульптурная группа украшает фронтон Большого театра.

Глава 39

"Ей соврать, что копыто… об асфальт" — перефраз устойчивого словесного оборота. Первое известное автору применение: Александр Михайлов, "Капкан для одинокого волка", 2001 г.

Глава 40

"Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что?" — классика… Сказка, чье название уже воспринимается отдельно от нее…

"Гробовых дел мастер Бизичек" — очень прозрачный намек на знаменитые "Двенадцать стульев" Ильфа и Петрова. Гробовых дел мастер Безенчук.

Все фокусы, описываемые в этой и последующих главах, реальны и принадлежат знаменитому магу и иллюзионисту Стивену Фрейну (Steven Frayne), более известному под псевдонимом "Динамо" (Dynamo). Немного о самых известных и повторяемых трюках. На пляже Майами Динамо физически сдвинул линию загара (след от часов) на руке одной из девушек. Пропадающие и появляющиеся в самых неожиданных местах монеты, при том, что сам Динамо может стоять за несколько метров от места их появления (например, подписанная, для исключения подмены, случайным человеком монета, оказавшаяся в только что снесенном курином яйце, при том, что Динамо не имел доступа в закрытый вольер с курами). Крупные предметы, оказывающиеся помещенными в емкости, куда они никак не могли попасть (самый известный вариант — смартфон внутри пивной бутылки). Великолепные фокусы с подписанными же картами. Чтение мыслей. Но, что самое удивительное, стекло не является для него преградой. Проходя по одной из Лондонских улиц, он просто зашел в случайный ювелирный магазин и провел рукой по витрине. Уже через несколько секунд его ладонь была внутри, а продавцы любовались вытащенными без вскрытия витрины драгоценностями. Думаю, после всего, им продемонстрированного, его без преувеличения можно назвать величайшим иллюзионистом современности.

Глава 41

"Уроки великого мастера Понга" — величайшего Пинга Понга знают по всей Эквестрии!

Механический "пернатый будильник" — А.С. Пушкин. "Сказка о Золотом Петушке".

Глава 42

Свити примерила на себя роль "Кавказской пленницы".

Глава 43

Бронепоезд на запасном пути — строка из "Песни о Каховке" из к/ф "Три Товарища" (СССР 1935 г.). (Музыка: И.О. Дунаевского. Слова: М.А. Светлова.)

Описание статуэтки очень напоминает герб Москвы, не находите?

Глава 45

"Операция "Т" — конечно, это неприкрытый намек на Гайдаевскую "Операцию "Ы"!

"…все мы здесь сегодня собрались…" — фраза из песни "Как здорово" ("Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…").

"Одобрям-с" — Геннадий Хазанов. Монолог "ОДОБРЯМ"

"Пустая рана. " — Эдмон Ростан. "Сирано де Бержерак". (Перевод с франц. Вл. Соловьева)

"Сирано (вытирая шпагу).

Пустая рана. Ерунда!

Зато основ стихосложенья

Он не забудет никогда!"

Лично я вспомнил этот вариант употребления. По-моему мелькало это и где-то в "Трех Мушкетерах". Часто применяется в смыслах: "чистая", "легкая", "пустячная" и т. п..

"Картина маслом… " — одна из любимых фраз главного героя сериала "Ликвидация" (Россия 2007 г.) Давида Марковича Гоцмана.

Глава 46

Зеленый фургон — очень прямая и откровенная отсылка. к/ф "Зелёный фургон" СССР 1983 г. (А также одноименная повесть А.В. Козачинского и к/ф 1959 года.)

Глава 47

"…даже самый длинный путь начинается и заканчивается всего одним шагом." — перефразированная аксиома Лао Цзы "Путешествие в тысячу ли начинается с первого шага" и ее следствие.

"…Свирл Бородатый называл его магистром, а себя его… …Поддаваном" — думаю, вы и так поняли, но на всякий случай уточню — "Star Wars" вечен.

"…переходить из кремний-силиконовой формы в белковую, органическую…" — схожие (обратные) процессы происходят в телах некоторых троллей, когда на них попадает солнечный свет. Или когда им перестают ставить "плюсики/минусики" на форумах.

Свити Бель и кирка. — Маленькая отсылочка к великолепному клипу "Don't mine at night!" от JanAnimations Studios.

Глава 48

"На низеньком, окруженном подушками, столике развернулась невероятно тонкой работы голубая скатерть." — Скатерти самобранки распространены даже в Эквестрии! Хотя и имеют более оригинальный дизайн.

"Вернуть Сноудроп…" — отсылка на короткометражку "Snowdrop" от Silly Filly Studios.

"Я создала свое королевство, подданными в котором были жеребята, брошенные на произвол судьбы." — отсылка на короткометражку "Children of the Night" от Duo Cartoonist.

Лунная Республика (Lunar Republic) — отсылка на New Lunar Republic.

"…возможно все миры пронизаны ходами, как хороший сыр дырками, только в одни из них пройдет телега, а в другие не просунешь и иголку." — реально существующая теория "червячных дыр" или "червоточин". Она основана на идее, что пространство-время можно искривить таким образом, что место старта и финиша совпадают или находятся очень близко. Тогда через образованный "тоннель" объект перемещается механически из места старта на место финиша гораздо быстрее, чем требуется свету для преодоления этого же расстояния вне тоннеля. Для открытия тоннеля и поддержания его в открытом состоянии требуется еще не открытая, так называемая экзотическая материя, которая не притягивает объекты, а отталкивает. В Общей теории относительности существование таких туннелей возможно (хотя процесс их возникновения и исчезновения не описывается уравнениями ОТО, так как при этом возникает бесконечная кривизна пространства-времени). Решения типа кротовых нор возникают в различных вариантах квантовой гравитации, хотя до полного исследования вопроса ещё очень далеко. Теория червоточин между мирами основана на схожих принципах.

"Оставь надежду, всяк сюда входящий…" — "Desine sperare qui hic intras". Стих, написанный на воротах ада. Данте Алигьери "Божественная комедия"

"Чего нас бояться?" — классическая шутка из детских страшилок.

Глава 50

Пониротти — думаю, намек на великого Лучано Паваротти и так ясен, но я должен был это пояснить.

"…Сэр Чадье! Я прошу Вас подойти." — весь приводимый далее ритуал, включая произносимый при этом текст, является реальным ритуалом посвящения в рыцари. Текст, взятый за основу — один из вариантов произносимой при этом клятвы. Разве что, после слов "запомни ее" обычно били по морде, чтобы было, что запомнить.

"…головы пони, которые кто-то когда-то… …вырезал в скалах" — намек на известные вам головы президентов на горе Рашмор (Rushmore) США. (Скульптор Гутзон Борглум (Gutzon Borglum))

Описание памятника. Если хотите понять, о чем я, когда говорю о том, что ему не нужны лишние украшения и витиеватые эпитеты — взгляните на наши памятники Защитникам, павшим в Великую Отечественную, и все поймете.

ИМЕНА

ИЛИ

КАК ВЫ ЛОДКУ НАЗОВЕТЕ…

Наверное, самое важное в жизни каждого новоявленного сообществу " ОС-а", это его имя. Порой оно куда важнее, чем его внешние данные и даже метка. В прочитанном, а может и все еще читаемом Вами фикшене промелькнуло, вихрем проносясь по тексту, множество никому ранее не известных пони. Конечно, вы догадываетесь, что Великий и Могучий Автор брал их не с потолка, но Вам все же интересно, откуда и как они возникли. (А как же иначе, Вы ведь сейчас читаете всю эту пустую болтовню именно за этим!) Думаю, мне не стоит больше испытывать Ваше терпение. Настала пора во всем разобраться!

Выбирая имена для своих героев, я, в первую очередь, руководствовался двумя простыми правилами:

1. Все имена (и фамилии) должны иметь четкий и ясный смысл на оригинальном языке нашего любимого сеттинга — английском.

2. Все имена (и фамилии) должны удобно и без запинок (каковую, например, вызывает у меня перевод Rainbow Dash как Рэйнбоу Дэш, в силу чего я так и не решился к нему прибегнуть) переводиться на русский, не звуча при этом как нечто инородное.

Не сложно, не так ли? Но эта парочка правил, как оказалось, способна дать неплохой результат! Исключениями стала лишь пара имен, являющихся прямыми отсылками и упоминаемых мной в "ссылочках, отсылочках…"

И вот каким оказался результат:

ПО ПРАВИЛАМ:

Брейвхарт

Brave (брэйв) — храбрый;

Heart (харт) — сердце;

Вирти Форлорн

Virtue (виртуэ) — добродетель;

Forlorn (форлорн) — неприкаянная;

Даски Скрайб

Dusky (даски) — темный, сумеречный, смуглый, сумрачный;

Scribe (скрайб) — писец, книжник, писарь, переписчик, секретарь, писатель;

Копперболт

Copper (коппер) — медный;

Bolt (болт) — болт;

Ламия

Lamia (ламиа) (лат.) — ведьма. Персонаж Греческого эпоса;

Мисеркнакер

Miserly (мисер(ли)) — скупой;

Knacker (кнакер) — кляча, живодер, скупщик;

Растлер (старший Мисеркнакер)

Rustler (растлер) — делец;

Филти (младший Мисеркнакер)

Filthy (филти) — гадкий, развращенный, мерзкий;

Монгрел Талласик

Mongrel (монгрел) — ублюдок;

Thalassic (таласик) — морской;

Ракиш или Рэкиш

Rakishly (ракишли/рэкишли) — лихо, распущенно (игра на созвучии с русским былинно-сказочным Лихом);

Сифарер

Seafarer (сифарер) — мореплаватель;

Соулстрэй

Stray (стрэй) — плутать, заблудший;

Soul (соул) — душа;

Тауматург

Thaumaturge (тауматург) (греч.) — чудотворец, белый маг, волшебник, кудесник, гадальщик, астролог, изгоняющий демонов;

Тимберхост

Timber (тимбер) — лесной, строевой;

Host (хост) — хозяин, множество, ведущий, воинство, войско, сонм;

(см. "ссылочки, отсылочки, посылочки… ")

Хортвелд

Hart (харт) — сердце;

Welt (велт) — рубец, удар, след;

ИСКЛЮЧЕНИЯ:

Бизичек

Консли

Эти имена являются отсылками (см. "ссылочки, отсылочки, посылочки… ")

Наглость

Я, конечно, понимаю, что это верх наглости, циничности и меркантильности, но все же. Если кто-то, хоть кто-то из вас оценит эту книгу достаточно хорошо и захочет простимулировать как можно более скорейшее написание продолжения…

WebMoney:

WMR R227950816246 (RUB)

WMZ Z200069968557 (USD)

WME E386180256440 (EUR)

Я клятвенно обещаю, что если что-то все-таки попадет на эти кошельки, оно будет израсходовано исключительно в целях мира, добра и справедливости. Ну, может быть после того, как автор закажет-таки себе пару маечек из штатов. И вот в этом случае (в случае с миром, добром и справедливостью, конечно) я не шучу. Этим не шутят.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ИМЕНА ПЕРСОНАЖЕЙ СЕРТИФИЦИРОВАНЫ

Content

Абакумов Александр Александрович
ХРОНИКИ ОДНОГО ГВАРДЕЙЦА

ОТ АВТОРА ИЛИ ВМЕСТО ПРОЛОГА

ГЛАВА 1 Первая встреча

ГЛАВА 2 Ночь в дороге

ГЛАВА 3 Прибытие

ГЛАВА 4 Две вечеринки

ГЛАВА 5 Первый ужас

ГЛАВА 6 Поиск

ГЛАВА 7 В поисках Деринг Ду

ГЛАВА 8 И снова Понивилль

ГЛАВА 9 Лесной Храм

ГЛАВА 10 Ожидание

ГЛАВА 11 Выздоровление

ГЛАВА 12 Бой за счастье

ГЛАВА 13 И снова в путь!

ГЛАВА 14 Ручей

ГЛАВА 15 Каменная ловушка

ГЛАВА 16 Рассказ Радуги и Иза

ГЛАВА 17 Ручей Галопа

ГЛАВА 18 КонАрм

ГЛАВА 19 Знакомство с Лесом

ГЛАВА 20 Блуждающий Лес

ГЛАВА 21 Странный лес

ГЛАВА 22 Побег

ГЛАВА 23 Пороги

ГЛАВА 24 Башня королевской стражи

ГЛАВА 25 Затерянные в песках

ГЛАВА 26 Караван

ГЛАВА 27 Беда не приходит одна

ГЛАВА 28 День Веселья

ГЛАВА 29 Сплошные неудачи

ГЛАВА 30 Небо в клетку

ГЛАВА 31 Паруса поднять

ГЛАВА 32 Полный вперед!

ГЛАВА 33 Одни

ГЛАВА 34 Не одни

ГЛАВА 35 Затерянные в океане

ГЛАВА 36 Тайны маленького острова

ГЛАВА 37 Тихая ночь

ГЛАВА 38 Райское местечко

ГЛАВА 39 Лживая магия

ГЛАВА 40 Волшебство начинается

ГЛАВА 41 Волшебство продолжается

ГЛАВА 42 Расплата

ГЛАВА 43 Крушение

ГЛАВА 44 Дорога домой

ГЛАВА 45 Назад в город

ГЛАВА 46 Поход начинается

ГЛАВА 47 Ничто не вечно

ГЛАВА 48 Лунный свет

ГЛАВА 49 Надежда не умирает

ГЛАВА 50 И почти последняя

ГЛАВА 51 И ПОСЛЕДНЯЯ ИЛИ ПРОЛОГ КАК ВАМ БУДЕТ УГОДНО

СЛОВАРЬ СЛОЖНЫХ, НЕПОНЯТНЫХ И ЗАБАВНЫХ СЛОВ

ССЫЛОЧКИ, ОТСЫЛОЧКИ, ПОСЫЛОЧКИ…

ИМЕНА ИЛИ КАК ВЫ ЛОДКУ НАЗОВЕТЕ…