Ирина Щеглова

Прыжок с пирса

1. Путевка

Как только отец вошел в квартиру, Юлька сразу поняла: сейчас начнется раздача праздничных слонов. Нет-нет, не буквально, конечно. Слона, даже самого маленького, затащить на площадку восьмого этажа весьма затруднительно.

Праздничный слон – это, если хотите, грандиозный подарок, по мнению отца, разумеется. Юлька редко разделяла его мнение, как, впрочем, и Юлькина мама. Потому что папины подарки – это нечто совсем особенное.

В последний раз, например, он, получив премию, решил порадовать своих домочадцев ремонтом!

Мама хотела всего-навсего побелить кухню да поменять унитазный бачок. Кухню Юлька побелила. А вот насчет бачка – увы. Чтоб поменять его, требовались как минимум мужские руки. Как максимум – деньги. Деньги в семье водились не часто. Отец работал инженером на авиационном заводе, мама – экономистом. Каждая покупка в семье всегда горячо обсуждалась. Это когда денег не было. Но иногда… Иногда отец получал премии.

Представьте себе, живете вы, никого не трогаете, все вас, в общем, устраивает, ну, бачок надо бы поменять. И вдруг!

В квартире появляется раздувающийся от важности папа, а с ним бригада таджиков, мастер и договор, свежеподписанный. Причем все это происходит зимой. А отступать некуда. Точнее, отступать надо срочно. Потому что рабочие деловито снуют по квартире, мастер все время что-то замеряет и периодически интересуется, когда же хозяева съедут и освободят площадь под фронт работ.

Семейство, не приходя в сознание, перебирается к бабушке и долго толчется в однокомнатной квартире, пока таджики уничтожают то, что когда-то считалось Юлькиным жилищем, домом, который крепость.

– Как ты мог! – кричала мама, когда пришла в себя.

– Ты же хотела ремонт? – удивлялся папа.

– Я хотела только бачок!

– Ну и что? Одно другому не мешает, – он обижался, – в нашем сарае жить невозможно. Ремонта не было с момента основания дома! Мы же интеллигентные люди!

– Да плевать мне на твою интеллигентность! – бушевала мама. – У ребенка нет куртки, у меня развалилась обувь! Ты сам похож на бомжа!

– Не преувеличивай. – Но было видно, что папа растерялся.

– Я преувеличиваю? Я преуменьшаю! – не унималась мама.

А потом, когда все страшное уже случилось, родители несколько раз подавали на развод, бабушку увозила реанимация, Юльку чуть не исключили из школы… и так далее. Короче говоря, ближе к весне измученное семейство возвратилось в гулкую, пустую квартиру, с сырыми стенами, отваливающимися кусками известки в ванной, шатающимися розетками и пузырящейся краской. Мама тихо стонала. Папа с друзьями таскал из подвала и гаража расшатанную мебель, мама и Юлька долго не могли разобраться в своих вещах и до самого лета существовали на узлах, как на вокзале. Летом они все перекрасили и кое-как прилепили отставшую плитку в ванной.

Вот такой вот слон. Праздничный.

После своих грандиозных подарков папа затихал на некоторое время, точнее, до следующих денег.

Вот и теперь Юлька стояла в прихожей, смотрела на напыщенного отца и понимала: «Сейчас что-то будет!»

Мама тоже стояла, сложив на груди руки. Взгляд суровый, она готовилась отражать нападение.

– Девочки! – Важно провозгласил папа. – У меня для вас очень хорошие новости!

– Никаких ремонтов! – воскликнула мама.

Папа фыркнул возмущенно:

– Оленька, ремонт мы делали в прошлом году, при чем здесь вообще ремонт?!

– Что ты еще задумал?! – ужаснулась мама.

Юльку всегда удивляло, как они уживаются. Родители совершенно не совпадали. Если папа говорил «да», мама тут же перебивала его: «Нет». Папа терпеть не мог сквозняки, а мама всегда открывала окна. Они даже спали в разных комнатах. «Я не могу спать, когда на мне сугроб из снега», – жаловался папа.

– Я купил путевку! – сообщил папа.

– Что?! – мамино лицо стало покрываться красными пятнами. Признак крайнего возмущения.

– Ты погоди ругаться, Ольга, – спохватился папа, – ты послушай! Я купил путевку в санаторий для Юли.

– Что?! – настала очередь возмущаться Юльке. – Какой еще санаторий?! Я что, больная?! Мам, скажи ему!

Она с надеждой повернулась к маме и опешила. Мама смотрела на нее задумчиво и спокойно.

– Да, в санаторий! – продолжил папа. – Юля часто болеет всякими простудными заболеваниями, а у нас как раз сегодня появились путевки в специальный санаторий для детей с хроническими заболеваниями дыхательных путей. Я взял.

– Да, пожалуй, – медленно произнесла мама.

Юлька не поверила своим ушам:

– Мам, да ты чего?

– Ничего, – отозвалась мама, – это ты правильно сделал, – сказала она отцу.

Тот, конечно, расцвел. А Юлька, возмущенная таким нежданным родительским единодушием, заявила:

– Вот сам и езжай в свой санаторий. А у меня тренировки! Ясно?

Мама кивнула, подхватила отца под руку и увлекла на кухню. Юлька осталась одна в прихожей, в состоянии, близком к шоку.

– Вот это папочка! Вот это удружил! И мама хороша! Нечего сказать!

Юлька возмущенно фыркнула и невольно бросила взгляд на свое отражение в зеркале. Она увидела худенькую, длинноногую девчонку, белокожую, с короткими встопорщенными волосами и колючими серыми глазами. Машинально поправила особенно лихой вихор, правда, без особого успеха. Вихор так и вихрился как ни в чем не бывало. Упрямый. Как сама Юлька.

«Ладно, это мы еще посмотрим, кто куда поедет», – думала девочка, врываясь на кухню. Родители сидели за столом: две идиллически склоненные головы.

«Спелись!» – возмутилась Юлька.

– Что это вы тут рассматриваете? – ехидно спросила она.

Мама подняла голову и спокойно ответила:

– Твою путевку.

– Как интересно! – Юлька сложила руки на груди и с вызовом спросила: – Без меня меня женили? От-лич-но! Теперь, значит, свяжете по рукам и ногам и отправите багажом?!

– Дочь, ну зачем ты так?

Отец даже побледнел от огорчения:

– Это прекрасная путевка!

– Юлька, ты же хотела на море? – перебила мама.

Юлька, готовая отстаивать свою свободу до победного конца, осеклась:

– На море?

– Ну да, папа купил путевку в санаторий, он находится в Анапе, а это на Черном море.

– Анапа?!

Вот это да! Пришел Юлькин черед краснеть, а потом бледнеть. Она еще ни разу за все свои четырнадцать лет не была на море. Она видела разные моря и океаны по телевизору, в журналах, читала о море, мечтала о море. Но мечта казалась ей несбыточной. Ну, может, когда-нибудь, когда она вырастет и уедет из родного города… Когда она будет работать и зарабатывать большие деньги. Вот тогда…

И вдруг! Подумать только! Ни с того ни с сего папа по какой-то неведомой Юльке причине купил путевку!

У Юльки зачесались уголки глаз. Верный признак того, что она готова заплакать. Но она тут же одернула себя.

– Стоп! – сказала она. – Когда ехать?

Папа мгновенно расплылся в улыбке:

– Я же говорю! Путевка на два месяца! Представь, ты сможешь там же и в школу ходить. Без отрыва от производства, так сказать. И что важно! От нашего края поедет целая группа ребят. Так что тебе не будет скучно. Конечно, все дети разного возраста, поэтому вы будете заниматься отдельно. Но, я считаю, с группой всегда легче и удобнее.

Юлька слушала его и хмурилась. Ну да, с группой удобно. Она привыкла к сборам, соревнованиям, тренировкам…

Тренировки!

– Папа, ты сказал – всю четверть?! – ужаснулась она.

– Да, а что? – не понял папа.

– Да ты что! Это же не реально. Я выпаду из графика! Потеряю форму! У нас же командные соревнования! Я не могу подвести тренера и ребят!

– Ой, ой, зачастила! – отмахнулась мама. – Твоего тренера я беру на себя, не волнуйся. А насчет тренировок, вот, здесь написано, что в санатории есть все необходимое для занятий спортом. К тому же свой песчаный пляж, аж четыреста метров! Как я тебе завидую, Юлька!

Юлька молча пододвинула табурет и уселась на него:

– Когда ехать? – спросила угрюмо.

– В начале апреля, – радостно сообщил отец.

– Час от часу не легче! – возмутилась Юлька. – В апреле холодрыга! Я даже искупаться не смогу!

И тут родители снова проявили единодушие:

– Да ты что, – на два голос запели они, – это же Черноморское побережье! Там в апреле просто рай! И искупаться успеешь, в апреле вода, конечно, еще холодная, но в мае точно будешь плавать.

Юлька зажала уши ладонями:

– Ладно, ладно! Я вам верю!

Она слезла с табурета и взяла со стола путевку, проспект, памятку и еще какие-то бумаги:

– Пойду изучу, – заявила она и покинула кухню.

2. Над облаками

До Хабаровска добирались поездом. Выехали вечером, а прибыли ранним утром, затемно.

В аэропорту выяснилось, что вместе с Юлькой летят еще две девчонки и двое мальчишек. Плюс сопровождающая.

Ребята сбились в кучку и посматривали друг на друга с опаской. Изучали. Одна из девчонок была примерно одного с Юлькой возраста, темноволосая, высокая, держалась чуть в стороне; другая – года на два моложе. Смешная, маленькая, пухленькая, волосы забраны в два хвостика, удивленные глаза и длинный нос, над губами нависает. Вылитый слоненок из мультика! Мальчишки не заинтересовали. Уж больно мелкие и хилые.

Юльке было и страшно и интересно одновременно. Она первый раз собиралась лететь на самолете.

Но вот сопровождающая повела их на посадку. Юлька пошла вместе со всеми, не оглядываясь на родителей. Говорят, оглядываться – плохая примета.

Она держалась независимо, внутри же у нее поселился холодок страха. Юлька не давала ему выскочить наружу, держала в себе. Она поднялась по трапу, ощущая дрожь в коленях, шагнула в люк. Там стояла приветливая девушка – стюардесса, она улыбалась и говорила всем: «Добро пожаловать на борт». Юлька поздоровалась на всякий случай. В таком деле лучше заранее подстраховаться и завести союзников. Мало ли что. Она торопливо прошмыгнула по проходу и не очень уверенно опустилась в кресло, указанное сопровождающей. У окошка-иллюминатора уже сидела девчонка, та, что постарше, Юлька оказалась посередине, с краю села младшая.

Сопровождающая усадила мальчишек и села с ними третьей.

Юлька постаралась усесться поудобнее, но так и не смогла. Была слишком напряжена. И куда прикажете девать руки? Если слева и справа от тебя сидят люди?

Девчонка справа, отвернувшись, смотрела в иллюминатор, та, что слева, все время ерзала. Юлька поняла, они боятся не меньше, чем она сама.

До тех пор, пока не заработали двигатели, Юлька уговаривала себя: «И ничего нет страшного, все как в автобусе, только с крыльями…» Стюардесса прошла по проходу, проверяя, все ли пассажиры пристегнули ремни. Она склонилась к Юлькиной соседке, показала, как пристегиваться. Юлька крутила в руках ремни, лихорадочно соображая, как работает эта конструкция. Не хотелось выглядеть в глазах стюардессы неумехой. Она справилась сама, покосилась на девчонку у иллюминатора, а та, оказывается, уже пристегнулась. Ладно. Юлька немного успокоилась.

Но потом, когда самолет рванул по взлетной полосе, когда Юльку вжало в кресло, когда она почувствовала, как некая неведомая сила отрывает тяжеленный самолет от земли и ее, Юльку, вместе с ним, у нее началась паника.

Нет! Какой там автобус! Юлька взмывала и падала, ее тело то наливалось тяжестью, то теряло вес. Уши заложило, к горлу подкатила тошнота. Юлька намертво вцепилась в подлокотники, сжала зубы. А самолет все нырял и нырял в невидимые ямы.

– Рот открой, – услышала Юлька от девчонки справа.

– А? – переспросила она.

– У тебя уши заложило, открой рот, будет легче, – посоветовала девчонка.

Юлька послушно разинула рот, зевнула так, что треснуло за ушами, и действительно, заложенность прошла, слух вернулся. Зато на Юльку навалился гул двигателей.

– Не бойся, – сказала соседка, – сейчас наберем высоту, и все пройдет. Ты первый раз летишь?

– Да, – призналась Юлька.

– А я каждый год летаю, – похвалилась девчонка. – Тебя Юля зовут?

– Да…

– А меня – Таня.

– Да, я слышала в аэропорту, – сказала Юлька.

Во время разговора страх отступил. Юлька вспомнила о соседке слева и повернулась к ней:

– А тебя как зовут?

– Меня? – спохватилась девочка. – Меня Лизой зовут. – Произнесла и замерла в ожидании.

– Лиза, ты как себя чувствуешь? – спросила Таня.

– Я? Хорошо…

– Вот и славно. – Таня устроилась поудобнее и стала рассказывать Юльке о самолетах. О том, что самое противное – это взлет и посадка. А так вообще терпимо. И быстро к тому же. Правда, некоторых укачивает. Но ее, Татьяну, никогда не укачивало.

Потом они поговорили про школу, выяснили, кто где учится, в каком классе, сколько лет. Юлька не ошиблась. Они с Таней ровесницы. А Лизе только будет тринадцать.

Самолет набрал высоту, выровнялся. Юлька, заболтавшись с новыми приятельницами, перестала обращать внимание на гул и легкую вибрацию под ногами.

Но, когда стюардессы стали разносить обеды, Юлька не смогла съесть ни кусочка. Даже сам запах еды вызывал тошноту. Юлька ограничилась соком, отдав свой поднос Слоненку, так она прозвала про себя Лизу.

До Анапы далеко. Сначала надо сделать пересадку в Москве, а потом еще сколько-то лететь. На пустой желудок гораздо легче. Так для себя решила Юлька.

Они летели и летели, а прилетели в Москву чуть ли не утром. Это оттого, что разные часовые пояса, объяснила сопровождающая.

После перелета все были квелыми. Слоненок спала на ходу. У Юльки было ощущение, что ей не хватает воздуха, и ноги ступали как бы отдельно от нее. Автоматически. Снова очутиться на земле было даже как-то странно.

Зато второй перелет оказался совсем коротким. Только взлетели, как уже стали садиться. Наученная Таней, Юлька попросила у стюардессы пакет, так, на всякий случай. Ее подташнивало.

Когда самолет приземлился в Анапе, Юлька выбралась наружу при помощи подруг. Ее шатало, кружилась голова, звенело в ушах. Но она держалась. Даже улыбалась. Все-таки она смогла! Преодолела себя, долетела!

3. Город солнца

Анапа встретила их по-летнему ярким солнцем. Юлька жмурилась, глубоко дышала вкусным воздухом и постепенно приходила в себя.

Их встречали у выхода. Девушка держала табличку с названием санатория. Сопровождающая сразу же направилась к ней.

Причем, как выяснилось, помимо Юльки и ее спутников, в автобус сели и другие ребята и девчонки. Девушка проверила всех по списку. Обрадовалась, что все на месте. И автобус тронулся.

Юлька глазела в окно, на пышные, бело-розовые цветущие сады, на алые пятна тюльпанов, усеявших клумбы, на дома непривычной архитектуры, на ярко одетых людей. И удивлялась, насколько же здесь все другое! Непривычное. Как будто их только что высадили на чужую планету. Незнакомую, таинственную и, кажется, прекрасную. Юльке нравилось. Только было очень жарко. Она прела под курткой, но не раздевалась. По привычке, что ли. Ведь в ее родном городе весной и не пахло. Утром, когда садились в самолет, шел снег. А тут, можно сказать, лето. И только когда Таня стянула с себя куртку и свитер, Юлька сделала то же самое. О! Как же стало легко и свободно!

Лизу они тоже раздели. А то не догадалась бы.

Между тем автобус подкатил к воротам и плавно въехал на территорию санатория.

Ребята с шумом и радостными криками бросились к выходу. Взрослые с трудом навели порядок.

– Мамонты! – поморщилась Таня. Юлька сразу же одернула себя. Она-то тоже хотела было броситься в общую кучу. Нет, нельзя. Она все-таки взрослая. Юлька и Таня разогнали особо рьяных мальчишек, заставили их ждать, пока девчонки и малыши заберут свои вещи. Их даже похвалили. Было приятно.

– Ребята, – похлопала девушка, – а теперь все идем в главный корпус!

– Держимся рядом, – предупредила Юлька подруг, – селимся в одну комнату!

Таня согласно кивнула. Лиза же делала все, что прикажут.

С расселением проблем не возникло. Девчонок определили вместе, им досталась комната на третьем этаже, правда, к ним подселили еще двух незнакомок.

Но как-то так само собой получилось, что Таня и Юлька были сразу приняты за старших. Таня из-за ее солидности, а Юлька… Она не задумывалась над этим. Стоило ей попасть в комнату, как она мгновенно освоилась, бросила рюкзак на кровать слева от балконной двери. Таня молча заняла место напротив. А девчонок устроили на оставшихся трех кроватях.

Таня представилась сама и представила Юльку и Лизу. Девчонки назвались: Вероника и Ксюша. – Оказалось, что они из Подмосковья. Учатся в восьмом классе.

– Выходит, мы с тобой тут самые древние, – рассмеялась Юлька, обращаясь к Тане.

– Не думаю, – отозвалась та.

Собственно говоря, Юльке действительно было не важно, есть ли еще в санатории ребята ее возраста. Потому что она распахнула балконную дверь и выглянула наружу:

– Ух ты, – восхитилась она, – отсюда до моря – рукой подать!

Она вышла на балкон и замерла, вглядываясь в бирюзовую гладь до горизонта.

– Силища! – с уважением поделилась она с Таней.

– Да, – согласилась та, – люблю море!

– Смотри, а балкон-то один на всех, длиннющий, – заметила Юлька.

– Прикольно… Ладно, пошли вещи разбирать, а то нам еще в столовую надо идти, – напомнила Таня.

В столовую отправились все вместе. Младшие льнули к старшим. А Таня, видимо, привыкла всех опекать. Да и Юлька не возражала. Что ж с ними делать, глупые еще.

На столах стояли таблички с номерами. Девчонки без труда нашли свой.

– Я столько не съем! – испугалась Юлька, когда пожилая полная тетенька в белом халате поставила перед ней тарелку с первым.

Размеры тарелки внушали уважение. В одной такой тарелке можно поместить салат на всю семью, или использовать ее вместо супницы.

– Да что ты, детка, – всплеснула руками добрая тетечка, – кушай! Бледненькая какая! Господи! Вам надо поправляться, – уговаривала она девочек, – иначе будете болеть, и женихов у вас не будет, – о женихах она произнесла громким шепотом и покосилась на соседний стол, где как раз эти самые «женихи» и сидели, причем с двоими из них Юлька была знакома. Как-никак летели вместе. Наверное, мальчишки все слышали. Вон, у одного даже уши стали малиновыми. Незнакомый мальчишка с малиновыми ушами вдруг посмотрел на Юльку и покраснел еще сильнее.

– Приятного аппетита, – неожиданно произнес он.

– Взаимно, – Юлька растерянно улыбнулась. Взяла ложку и погрузила ее в суп, исходящий ароматным паром.

– Вежливый, – заметила Таня, покосившись на соседний стол.

Добрая женщина расставляла тарелки и приговаривала:

– Бедные дети! Это из какой же дали прилетели! Ох, страсть-то какая! Там ведь у вас витаминов нету, и солнышка нету. А у нас-то благодать! Конечно, вам бы на лето сюда, – сокрушалась она, – но на лето у нас только блатным путевки полагаются, – снова понизила голос тетенька. – Ну, ничего, мы вас выходим, птички вы мои малые. Как вас звать-то?

Девочки представились.

– Ну, а меня зовите тетей Зоей. – Она улыбнулась широко и добродушно, как родная. – И добавки, добавки не забывайте спрашивать!

Когда тетя Зоя удалилась, девчонки не выдержали и стали хихикать. Юлька медленно ела обжигающий суп, непривычно густой и жирный. Удивляясь сама себе, она осилила содержимое бездонной тарелки. Вспомнила, что давно не ела. Правда, она оказалась единственной за столом, кто осилил порцию супа. Ну, разве только маленькая Лиза не подвела тетю Зою.

За супом последовали громадные блюда со вторым. Это уже был явный перебор. Но жареная рыба пахла так вкусно! И Юлька постаралась втолкнуть в себя хоть кусочек.

Компот пила, отдуваясь.

– Ой, кажется, я свое пузо не втащу на этаж, – жаловалась Вероника. Ксюша с ней согласилась. Лиза скромно потупила глазки.

– Да, кормить, как видно, будут на убой, прощай, талия! – констатировала Таня.

После обеда захотелось спать, просто смертельно! Но как же тут спать, когда надо все посмотреть, пробежаться по территории, сходить к морю. Но, как оказалось, вот так запросто гулять по территории было никак нельзя. В санатории существовал четкий распорядок дня, все ребята обязаны были ему следовать.

Так что после обеда никого из корпуса не выпустили. Прибежали медсестра, воспитательница и двое вожатых – девушка и парень. Они разогнали ребят по комнатам, пообещав к вечеру раздать всем расписание лечебных процедур и школьных занятий.

– А сейчас нам что делать? – спросила Юлька.

– Тихий час! Отдыхайте! – приказала медсестра.

– Спать днем?! – возмутилась Юлька. – Тут что, детский сад?!

Медсестра нахмурилась:

– Здесь санаторий, девочка! И ты приехала сюда укреплять здоровье! Поэтому будь добра подчиняться общему распорядку и не нарушать дисциплину!

Юлька плюхнулась на кровать и обреченно вздохнула. Вот тебе и раз! Прилетела к морю! Нет, она понимала важность дисциплины. Все-таки не один год занималась легкой атлетикой. Спорт, он, знаете ли, построен на очень жесткой дисциплине. Но здесь в санатории спортом и не пахло. Юльку заперли в корпусе и собирались заталкивать в нее пищу, как в утку, заставлять спать днем и лечить! Вы меня простите, но это уже ни в какие рамки не лезет!

Юлька поделилась своими соображениями с девчонками.

– Погоди, все устроится, – пообещала Таня.

– Я не могу ждать, – возмутилась Юлька, – мне надо тренироваться!

– Здесь наверняка есть спортивный комплекс, – предположила Таня, – надо только спросить…

– Ага, есть ли у нас в расписании спортивные занятия. – Юлька попыталась передразнить медсестру.

А вот и она. Легка на помине. Вошла без стука, раздала градусники и удалилась.

– Вообще! – Юлька сунула градусник под мышку. – Зачем, спрашивается, строить санаторий на берегу моря и никого к этому морю не пускать? Это, значит, чтоб больные дети с тоской вглядывались в синюю даль, потом постепенно впадали в депрессию, становились вялыми и безразличными, и тогда их можно безнаказанно лечить, они и слова не скажут!

Таня засмеялась. Ее робко поддержали остальные.

– Ну, ты скажешь. – Таня покрутила головой.

Юлька воодушевилась. Она влезла на кровать с ногами и стала сочинять на ходу:

– Представляете, прилетаем мы домой, а наши родители нас не узнают. И не хотят забирать с собой. Они требуют вернуть им их детей; а нас, то есть жирных, равнодушных и вялых непонятно кого – вернуть обратно, туда, откуда приехали!

– Ой, мама! – испугалась Лиза.

А Таня уже хохочет вовсю, повалилась на кровать, ногами дрыгает.

Юльке тоже смешно.

Но досмеяться им не дали, снова явилась медсестра, на этот раз за градусниками.

– Девочки, во время тихого часа должна быть тишина! – строго заметила она. Взглянула на Юлькин градусник:

– А у тебя, между прочим, температура!

– Да нет у меня никакой температуры, – огрызнулась Юлька.

– Как же нет! Тридцать семь и одна!

– Какая же это температура, – не сдавалась Юлька.

– Повышенная! – заявила медсестра и с оскорбленным видом выплыла из комнаты.

Юлька разозлилась окончательно. Даже хотела позвонить родителям, чтоб ее немедленно забрали отсюда.

– Да не связывайся ты, – посоветовала Таня, – пусть говорит, что хочет. Она же на работе.

– А мне здесь нравится, – негромко сказала Лиза.

– А я тоже домой хочу, – всхлипнула Ксюша.

– И я, – добавила Вероника.

– Ну-ну, успокойтесь, – прикрикнула Таня, – подумаешь, градусники им дали и спать заставили. Вы же ничего еще здесь не знаете. Мы только первый день.

Девчонки замолчали, прислушались.

– Вы как хотите, – Юлька вскочила с кровати, – а я пойду на разведку.

– Как?

– Куда? – всполошились все.

Юлька подмигнула:

– Во время тихого часа проверять нас не будут, так? Вот я и сбегаю на волю.

– Да как ты из корпуса-то выйдешь? – не поняла Таня.

– Молча.

И Юлька подошла к балконной двери.

– Эй, не дури! – попыталась остановить ее Таня.

– Да брось! – усмехнулась Юлька. – Это же проще простого. Спущусь по балконам, прогуляюсь по окрестностям и вернусь. Никто не заметит.

– А как же мы? – пискнула Вероника.

– А вы сделаете вид, что спите, – распорядилась Юлька. – Ладно, все, я пошла!

4. Юлька нарушает правила

Она не любила откладывать дела в долгий ящик. Решила, значит сделала. По балконам гулял весенний ветер. Пахло свежестью и еще чем-то, знакомым и незнакомым одновременно, наверное, так пахнет море, – сообразила Юлька. Она пошла по балкону, то и дело заглядывая вниз, надеялась обнаружить пожарную лестницу. Можно было, конечно, просто перелезть через перила, осторожно спуститься на нижний этаж и так постепенно достичь земли, но зачем зря рисковать. Пожарная лестница оказалась на торце здания, чтоб до нее дотянуться, надо было сначала встать на балконные перила, потом обогнуть декоративную решетку, добраться по ней до угла, а оттуда уже постараться дотянуться до самой лестницы. Нет, слишком сложно. И Юлька, недолго думая, спустилась вниз по самой решетке. Очень удобно, между прочим.

Она ловко спрыгнула на газон, отряхнула ладони и огляделась. Надо же! Никого! Взглянула вверх, на балкон, откуда только что спустилась. Кажется, ее спуск остался незамеченным.

Ой, нет! На балконе стоял мальчишка, тот, из столовой, с малиновыми ушами. Правда, уши у него на этот раз были обычные, нормального цвета. Он пристально смотрел на Юльку. Заложит? Или не заложит? – подумала она. На всякий случай показала мальчишке кулак. Смотри, мол! Мальчишка прижал ладонь к губам. Значит, будет молчать.

– Отлично! – сама себя похвалила Юлька и направилась прямо к морю.

«И чего он так вылупился? Как будто следит за мной. И в столовой приятного аппетита пожелал. А ведь мы даже не знакомы. Странный какой», – думала Юлька.

Она быстро пересекла задний двор и прошла хозяйственные постройки, нырнула в кусты и уперлась в забор.

– Тьфу ты! – выругалась негромко. Но быстро сообразила, если пойти вдоль забора, то она придет как раз к берегу. Юлька выглянула из зарослей, покрутила головой. Нет, ее никто не преследовал. И она, почти не прячась, пошла по дорожке, которая и вывела ее прямиком к пляжу.

У Юльки дух захватило. Перед ней расстилалось огромное, бескрайнее, невообразимо сине-серо-лиловое море! Чуть взъерошенное быстрыми всплесками волн, это ветер, весенний ветер устроил игру в догонялки. Море дышало и лениво облизывало песок пляжа. Пробовало на вкус, шептало или ворчало. Сейчас оно было добродушным, казалось, оно щурится от солнца и наблюдает за крошечной девчонкой-букашкой на песке.

– Здравствуй! – обратилась к нему Юлька. Она подошла к самой кромке воды, море сразу же лизнуло ее ступни. Юлька склонилась, окунула в воду палец и тоже лизнула. Соленое!

Она села прямо на песок, сложив ноги по-турецки. По изрытому песку бродили крупные белые чайки, изредка ругаясь между собой. Время от времени они взлетали, повисая над морем, парили, садились на воду, качались на легких волнах.

Красиво…

И – никого вокруг.

Удивительно!

Юлька нехотя поднялась, отряхнула джинсы от налипшего песка. Слева от нее в море уходил пирс. Юлька решила пройтись по нему, а потом уже бежать в корпус.

Она дошла до самого конца, заглянула в воду и ничего не разглядела. Интересно, глубоко ли тут? – подумала она.

Пора было уходить.

– Я еще вернусь, – пообещала Юлька морю и направилась в корпус. Возвращалась тем же путем.

У самого корпуса задрала голову. Нет, никого не видно. Юлька ловко вскарабкалась по решетке на свой этаж, мягко спрыгнула на балкон.

Прислушалась. Вроде тихо…

Неслышно ступая, добралась до двери в комнату, заглянула. Девчонки спали по своим кроватям или делали вид, что спали. Юлька, стараясь не шуметь, вошла в комнату. И сразу поймала на себе тревожный взгляд Тани. Она единственная не спала. Читала книжку. Ждала Юльку, караулила.

– Слава богу! – прошептала Татьяна, откладывая книгу.

– Там так круто! – не сдержалась Юлька. Ей хотелось немедленно с кем-нибудь поделиться своим открытием.

– Тсс, – Татьяна предостерегающе приложила палец к губам.

Юлька осеклась.

– А ты что читаешь? – спросила шепотом, усаживаясь к Тане на кровать. Взяла отложенную книгу, пролистала:

– А-а-а, – протянула разочарованно, – про любовь, что ли?

– В общем, да, – согласилась Таня.

– Нет, я про любовь не читаю, глупости это. Я ужастики читаю, ну, или фэнтези.

Татьяна покосилась на Юлькины джинсы:

– Юлька, ты вся в песке! – заметила она.

– Ой, извини! – Юлька вскочила, и они вдвоем быстро встряхнули испачканное одеяло.

Потом Юлька поспешно стянула джинсы и кроссовки, затолкала в пакет и сунула под кровать.

– Вечером почищу…

– Я в следующий раз с тобой пойду, – пообещала Татьяна.

Юлька с сомнением взглянула на подругу: н-да, крупновата… выдержит ли решетка?

– Тань, а ты сможешь по балконам спуститься?

– Ну, не знаю, – пожала та плечами. – Надо попробовать.

«А может, лучше не надо?» – хотела спросить Юлька, но прикусила язык.

– Кстати, тебя кто-нибудь видел? – забеспокоилась Таня.

– Нет… то есть да, – нехотя призналась Юлька, – парень с нашего этажа.

– О нет! – застонала Татьяна.

– Да не бойся ты! Он не станет меня закладывать, – не очень уверенно пообещала Юлька.

– Да, конечно! – не поверила Татьяна. – Ты еще пацанов не знаешь! Они же хуже девчонок, я тебе точно говорю!

– Этот вроде не должен, – вступилась за парня Юлька, – я ему кулак показала, а он ладонью рот закрыл, мол, будет молчать.

Но все-таки Татьяна хмурилась. Если вскроются Юлькины похождения во время тихого часа, то какие могут последовать санкции? Балкон забьют гвоздями? С них станется!

В дверь вежливо постучали. Юлька бросилась к своей кровати и юркнула под одеяло.

– Девочки, подъем, – в комнату заглянула воспитательница. Татьяна демонстративно отложила книгу:

– Уже можно вставать? – ехидно спросила она.

Воспитательница, казалось, не услышала:

– Вставайте. Собираемся в комнате в конце коридора. – И исчезла.

– Фух, пронесло. – Юлька выбралась из-под одеяла. Таня молча начала одеваться. Лизу пришлось будить сообща. Вероника и Ксюша проснулись сами. Пока девчонки собирались, они расспрашивали Юльку, как прошла разведка. Не поймали ли ее, что интересного она увидела, и вообще, что там было.

– Вы потише, – пригрозила Юлька, – а то и у стен бывают уши. Потом расскажу. Сначала надо осмотреться и понять, как тут и что.

Вышли впятером и сразу же столкнулись со знакомыми мальчишками. А с ними был и тот, который наблюдал Юлькино бегство по балконам.

– На собрание? – спросил один из мальчишек.

– Куда же еще, – ответила Юлька. Она так и не успела узнать у мальчишек их имена, то ли Паша и Сережа, то ли еще как. Переспрашивать было неудобно.

– Ну, идем вместе, – предложил второй.

А тот, незнакомый, посмотрел на Юльку со значением. Должно быть, намекал, что у них теперь есть общая тайна.

Мальчишки спохватились:

– О, мы же так и не познакомились толком! Я – Пашка, это – Серега.

– Саша, – представился тот, что подглядывал за Юлькой.

– Ну, да, Санек, а еще с нами живут Вадька и Миха.

Девочки, стесняясь, назвали свои имена.

Юлька невольно сравнила Сашу с двумя своими земляками. Сравнение вышло не в пользу земляков. И дело даже не в том, что Саша выглядел таким аккуратным и чистеньким, нет… он был другим. А каким, Юлька не успела себе ответить.

– Ребята, что вы там столпились?! – послышался возглас воспитательницы. – Особое приглашение нужно?

Пришлось идти.

В угловой комнате собралось человек тридцать ребят, вожатые, ну и воспитательница, конечно.

– Рассаживайтесь, рассаживайтесь! – торопила воспитательница. – Всем хватило места? Так, прекрасно! Значит, меня зовут Наталья Александровна, я ваш воспитатель, или, если хотите, руководитель вашей группы. Ваши вожатые – она указала на уже знакомых Юльке парня и девушку – Екатерина Дмитриевна и Антон Валентинович.

Послышались смешки. Уж очень солидно прозвучали имена вожатых. Девушка быстро исправила положение:

– Можно просто: Катя и Антон.

– Какой красавчик! – прошептала Таня.

Юлька слушала невнимательно, она предпочитала рассматривать своих одногруппников. Так, понятно, в основном Юлькины ровесники или чуть моложе. Девчонок и мальчишек примерно поровну.

– В нашем санатории созданы все условия для полноценного отдыха и лечения, – продолжала разглагольствовать Наталья Александровна.

«Ну да, ну да, – думала Юлька, – вы нас будете лечить и воспитывать, а еще учить и кормить…»

– Сейчас я познакомлю вас с программой пребывания… Ребята, потише, пожалуйста! Я не буду повторять по десять раз!

Юлька сделала вид, что внимательно слушает. Она уставилась на Наталью Александровну, но почувствовала на себе чей-то взгляд, отвлеклась и заметила, что на нее смотрит Саша. Юлька улыбнулась ему и даже подмигнула, как старому знакомому. У Саши мгновенно покраснели уши. Юльке стало смешно, она фыркнула и отвернулась. Ей захотелось снова взглянуть на Сашу. Проверить, смотрит ли он на нее. Она быстро стрельнула глазами, оказалось, смотрит. И Юлька, сама не зная почему, обрадовалась.

– Ребята, есть вопросы? – спросила Наталья Александровна, перебив Юлькины мысли.

Юлька мгновенно подняла руку:

– Вот у меня такой вопрос: я занимаюсь легкой атлетикой, чтоб не потерять форму, мне необходимо ежедневно тренироваться…

– Я поняла. – Воспитательница махнула рукой. – На территории нашего санатория работает спортивный комплекс, вы все можете заниматься под руководством опытных тренеров по согласованию с лечащим врачом.

Юлька тяжело вздохнула. Ей представилась унылая зарядка или, в лучшем случае, зал с тренажерами.

– А мы будем в море купаться? – посыпались вопросы.

– А дискотеки будут?

– А Интернет есть?

– Спокойно, ребята, спокойно! Все будет! Не волнуйтесь! – заверила Наталья Александровна. – А сейчас я вас проведу по территории и расскажу о нашем санатории.

– Урррра! – грянули хором.

– Наконец-то, – проворчала Таня.

Ребята в сопровождении Натальи и вожатых чинно погуляли по санаторию, Юлька узнала, где находится спортивный комплекс и кафе. Побродила вместе со всеми по парку с фонтаном и беседкой. В парке было здорово. Наталья Александровна постоянно показывала на какое-нибудь дерево или цветок и сообщала их названия. Большинство названий Юлька слышала впервые в жизни. Вот, например, рододендрон! Язык можно сломать. С кустами олеандра она уже успела познакомиться, когда бегала к морю. Многие деревья и кустарники цвели, другие должны были вот-вот зацвести. Воздух был буквально напоен запахом цветов, даже голова немного кружилась, и в глазах рябило от обилия красок.

– Как красиво! – вздыхала Таня.

Серега, дурачась, хотел сломать ветку акации, пока Наталья не видит. Но Саша остановил его.

– Не надо, она живая, разве ты не видишь? – сказал он, и Серега почему-то послушал его, отступил.

«Надо же, – отметила Юлька, – оказывается, этот Саша у них за старшего… быстро освоился».

После парка направились на пляж и немного постояли у моря. Воспитательница сказала, что в середине мая море прогреется и можно будет купаться, с разрешения лечащего врача, разумеется.

– Кто бы сомневался», – пробурчала Юлька.

Она подняла голову и закрыла глаза, подставив лицо солнцу. День клонился к вечеру, и солнце постепенно сползало все ниже, его лучи ласково скользили по коже, гладили теплыми пальцами.

Вот-вот оно соприкоснется с горизонтом и погрузится в море. Юльке очень хотелось посмотреть на закат, но Наталья велела возвращаться.

Делать нечего, они вернулись в корпус, Наталья раздала всем памятки, где были расписаны режим дня и занятия для разных классов.

Потом был ужин, а после ужина девчонки вернулись в комнату. Во время ужина Юлька клевала носом над тарелкой. Она вспомнила, что в ее родном городе время далеко за полночь. Если учесть, что Юлька встала в шесть утра… Когда? Вчера или уже позавчера? Да, ничего удивительного. Юлька прилегла и почувствовала, как ее уносит в сон.

После ужина, с трудом преодолев себя, она сходила в душ и завалилась спать, предварительно поставив будильник на шесть часов. Она твердо решила: никаких поблажек!

5. Тренировка на рассвете

Телефон гудел и подпрыгивал на тумбочке у изголовья. Юлька вытянула руку из-под одеяла и постаралась поймать его, она хлопала ладонью по тумбочке, как будто ловила назойливую муху.

Поймала!

Поднесла к глазам. Вырубила. На соседней кровати заворочалась Таня.

Юлька, стараясь не шуметь, села на кровати, взглянула в сторону балкона. Из-под плотных штор в комнату заглядывал синий рассвет.

Юлька натянула заранее приготовленный спортивный костюм, обулась и вышла на балкон. Было сумеречно и зябко. Юлька поежилась. Солнце еще не выбралось на небо, но уже окрасило края его розовым цветом. Вот-вот появится.

У Юльки в запасе было около двух часов. Вполне достаточно.

Она быстро и ловко спустилась по балконным решеткам на землю. И, не раздумывая, направилась к морю вчерашним путем, надеясь, что в такую рань ее точно никто не остановит.

На берегу она размялась и совсем перестала чувствовать сырую прохладу.

Окончательно проснувшись и разогревшись, Юлька приказала себе: так, а теперь пробежка.

Оказалось, что по песку бегать не очень-то удобно, ноги вязнут, и сил тратится гораздо больше. Но Юлька не сдавалась. Она старалась бежать ровно, держала дыхание и все-таки устала гораздо сильнее, чем обычно.

Возвращалась в корпус взмокшая, но бодрая. Кралась за кустами вдоль забора, приходилось таиться, на хозяйственном дворе появились люди. Ее могли заметить.

Добравшись до корпуса без приключений, Юлька забралась на свой балкон и снова столкнулась с Сашей. Он несмело улыбнулся и кивнул.

– Доброе утро…

– Привет, – устало отозвалась Юлька. «Ну, и что он теперь сделает?» – подумала она и посмотрела с вызовом.

Он вздохнул, явно собираясь что-то спросить. Юлька задержалась, ожидая. Но он не решился, только смотрел. Юлька спохватилась, распахнула дверь и вошла в комнату.

Девчонки уже проснулись, все, кроме Лизы. Татьяна ушла умываться, сказали девчонки, посматривая на Юльку с нескрываемым восторгом. В их глазах Юлька невольно чувствовала себя героиней.

– Хотите завтра со мной? – предложила она. Вероника с Ксюшей переглянулись и покачали головами.

– Ну, как хотите.

Юлька подхватила полотенце и убежала в душ.

Дальше день пошел строго по распорядку: процедурный кабинет, столовая, школьные занятия, обед, тихий час.

После тихого часа девчонки отправились гулять по территории, бродили по парку, любовались цветущими деревьями. Ходили к морю.

Они заглянули в спортивный комплекс, чтоб узнать расписание, изучили список кружков и секций.

Юльку привлек бассейн, но, чтоб его посещать, требовалось разрешение наблюдающего врача. А Ксюша с Вероникой вдруг загорелись заняться шейпингом. Лиза шейпингом заниматься ни за что не хотела, как выяснилось, она просто стеснялась своей полноты, да и подходящей одежды у нее не было. Тогда Юлька стала ее уговаривать вместе с ней ходить в бассейн. Лиза стала отнекиваться.

– Неужели у тебя нет купальника? – переспросила удивленная отказом Юлька.

Купальник у Лизы был, но она не умела плавать.

Юлька, привыкшая все делать основательно, нашла тренера по плаванию и спросила, может ли он научить Лизу плавать. Тренер заверил девчонок, что Лиза непременно научится. Все вместе они долго упрашивали Лизу, чтоб та, наконец, решилась и записалась на занятия.

Пока они спорили и обсуждали, кто куда будет ходить, к ним подошли уже знакомые ребята из их группы: Саша, Пашка, Серега, Вадик и Мишка.

Оказалось, они тоже решили записаться в бассейн.

– Смешно, – Юлька усмехнулась, – море рядом, а плавать будем в бассейне.

– Хоть и в бассейне, – отозвалась Татьяна, – в море-то холодно!

– Ну не знаю, – задумчиво произнесла Юлька, – я бы рискнула… А что, если все время будет холодно?

– С ума сошла! – Татьяна покрутила пальцем у виска. – Юлька у нас просто повернута на спорте, – с готовностью сообщила она ребятам.

Но те, вместо того чтоб возмутиться, промолчали и посмотрели на Юльку с нескрываемым интересом, даже уважением.

– И не вздумай даже пробовать! – пригрозила Татьяна. – Тебе-то, может, ничего не будет, а эти, – она кивнула в сторону мальчишек, – точно за тобой полезут, а потом у них воспаление легких начнется. А кто виноват?

Юлька пожала плечами. О такой перспективе она не подумала. Да и зачем, спрашивается, за ней кому-то лезть? Каждый должен своей головой думать, прежде чем совершать какое-то действие.

– Не волнуйся, Танечка, если я надумаю поплавать, то об этом никто не узнает, – пообещала она.

– Конечно! Не узнает никто! – проворчала Татьяна. – Ты же ни свет ни заря на берег убегаешь.

Юлька предостерегающе прижала палец к губам. Татьяна осеклась и взглянула на мальчишек: поняли, нет?

Саша опустил голову. И Юлька сразу поняла: он старается скрыть от остальных ее тайну. Надо же, какой честный.

– А давайте погуляем! – нарочито весело предложила она ребятам. – А то скукотища такая! Сил нет!

Ребята радостно согласились.

Общей гурьбой девчонки и их новые друзья вывалились из спорткомплекса, обсуждая по дороге, всем ли разрешат посещать бассейн и не будет ли у кого-то медицинских противопоказаний.

Юльку все эти разговоры развеселили. Раньше ни в школе, ни среди друзей ей не приходилось слышать о всяких там противопоказаниях. А теперь девчонки и мальчишки всерьез озаботились своим здоровьем, как какие-нибудь старички. Да и какие у них болезни? Хронический бронхит? Гайморит? Юльке казалось, что с такими заболеваниями прекрасно можно прожить всю жизнь, не особенно напрягаясь. Но ее родители и врачи считали иначе. Нет, надо немедленно избавляться от всякого упадничества и разговоров на медицинские темы.

– Народ, а кто знает, тут кино показывают? – громко спросила Юлька, перебивая самозабвенные рассказы о перенесенных ангинах.

– Кино? – переспросил Саша.

– Да, кино, – кивнула она.

Мгновенно медицина была забыта, и ребята, воодушевившись, отправились на поиски кинозала и отыскали его без труда.

Выяснилось, что кино показывают после ужина. И все сразу же выразили желание сходить.

До ужина успели поймать дежурного врача и выпросить у него справки с разрешением на посещение бассейна.

«Все не так уж плохо», – решила для себя Юлька. И действительно, компания подобралась вполне приличная, девчонки вроде ничего, да и парни тоже. Осталось их всех немного расшевелить, придумать что-нибудь забавное. Вот бы соревнования устроить! Да куда там! Юлька понимала, что в основном народ подобрался неспортивный. Такие и ста метров не пробегут. Может, хоть в футбол умеют? Или, на худой конец, в волейбол?

Юльке хотелось действия. Вот бы скорее потеплело, можно было бы устроить морской заплыв. Ах да, Лизочка плавать не умеет.

А может, в других группах есть пловцы? Можно устроить общесанаторские соревнования.

А то что же получается? Целых два месяца Юлька будет ходить на процедуры, учиться, гулять по парку, посещать кинозал, а по вечерам перед сном читать девчачьи книжки про любовь? Нет уж! Увольте!

После ужина она все-таки пошла в кино. И неожиданно очутилась сидящей рядом с Сашей. То есть она села с Татьяной, а Саша присел рядом. Во время сеанса Юлька несколько раз замечала, как Саша поглядывает на нее.

В какой-то момент Юлька почувствовала, как ее рука соприкоснулась с Сашиной. Юлька дернулась. Саша мгновенно убрал руку. Юлька так и не поняла, случайно это произошло или нет.

Она думала, что Саша после сеанса станет ее расспрашивать, куда и зачем она убегает в шесть утра. Но он промолчал.

«Ну и ладно. Молчит, и очень хорошо». Не хватало еще, чтоб он вмешивался в ее жизнь.

6. Вечер знакомств

Следующим утром в вестибюле первого этажа появился красочный плакат с объявлением о вечере знакомств, который будет проходить в помещении столовой.

Воспитательница собрала всю группу и предупредила о том, что на вечере ребята должны будут представиться и рассказать о себе, чтоб никто не стеснялся, такие вечера традиционно проводятся в санатории. И они всем всегда очень нравились. Обстановка непринужденная, сначала праздничный ужин, потом дискотека. Можно пообщаться с теми, кого еще не знаешь. И вообще весело провести время.

Объявление произвело впечатление. Весь день Юлька наблюдала, как шепчутся девчонки. Как заинтересованно поглядывают на них ребята. Как улыбаются воспитатели и весь персонал. Во время завтрака добрая нянечка даже подмигнула девчонкам и посоветовала не теряться и вскружить головы кавалерам. Она так и сказала – «вскружить головы». Это было смешно. И Юлька хихикнула, уткнувшись в тарелку.

Надо ли говорить, что весь день никому ни до чего не было дела, все обсуждали предстоящий вечер.

А ближе к вечеру все разбрелись по комнатам, готовиться.

В Юлькиной комнате стоял страшный кавардак. Девчонки распотрошили свои чемоданы, вывалив на кровати и стулья вороха одежды. В комнате резко пахло парфюмерией, повсюду были разбросаны чьи-то туфли, на тумбочках громоздились косметички, пузырьки с лаком, флаконы, средства для укладки волос и еще куча всего.

Таня крутилась перед зеркалом, примеряя очередной наряд, Вероника с Ксюшей, толкаясь, рылись в сумке в поисках потерянной туши. И только Лизочка сидела, забившись в угол кровати.

Юлька не понимала, к чему столько шума. Она натянула на себя джинсы и кофточку, завалилась на кровать и лениво перелистывала одну из Татьяниных книжек.

– Юль, посмотри, как мне в этом платье? – в который раз вопрошала Таня.

– Нормально, – отозвалась Юлька.

– Юль, чего ты разлеглась?! – возмутилась Таня. – Ты собираешься на вечер или нет?

– Я, между прочим, вас жду, – ехидно заметила Юлька. – Если ты не заметила, я давно уже собралась.

Татьяна на мгновение оторвалась от зеркала:

– Хм, ты в таком виде пойдешь?

– А что не так?

– Как это «что»?! – воскликнула Таня. – Ты девушка или где? Не хочешь привести себя в порядок?

– Видимо, я «или где», – рассмеялась Юлька, – потому что считаю, что со мной все в порядке. Я вот не пойму, чего вы-то так фуфыритесь?

Татьяна посмотрела осуждающе:

– Только не говори, что тебе наплевать.

– Вот именно, – подхватила Юлька, ее веселила Татьянина раздражительность, и она с удовольствием подтрунивала над ней, наблюдая за реакцией. – Я вообще не люблю дискотеки, – добавила она с вызовом.

Татьяна прищурилась:

– С тобой определенно что-то не так, – заключила она.

– Что? – удивилась Юлька.

– Ты ведешь себя, как мальчишка. И выглядишь как мальчишка.

– Девочки, хватит ссориться! – взмолилась Вероника. – Пойдемте, а?

Соседки давно собрались и теперь сидели на Ксюшиной кровати, прижавшись друг к другу. Прямо цыплята на жердочке. Глазки горят, губы блестят. Юлька рассмеялась и спрыгнула с кровати:

– Пошли! Буду вас охранять, – пообещала она зачем-то.

Татьяна фыркнула и вышла из комнаты первой.

Они спустились в столовую.

Столовая изменилась, столы и стулья были отодвинуты к стенам, в центре освободилось большое пространство, правда, совершенно пустое.

В углу поставили музыкальную аппаратуру. И, стоило девчонкам войти в зал, как директор санатория схватил микрофон и произнес прочувствованную речь о том, как они все рады, что приехала новая смена, что дети такие замечательные, что он уже успел это заметить, и все такое в том же духе. Мы рады, что вы рады, одним словом.

Юльку и девчонок подозвала Наталья Александровна и усадила рядом с группой. На столах красовались пирожные, вазочки с конфетами и фруктами. Директор предложил начать вечер знакомств традиционным чаепитием, во время которого каждый из присутствующих скажет о себе несколько слов.

– Не стесняйтесь, не стесняйтесь, – подбадривал директор, – просто вставайте и представляйтесь, сообщите нам, из какого города вы приехали, ведь всем же интересно, правда, ребята?!

Зал загудел, но как-то не очень уверенно.

Микрофон пошел по ряду. Девчонки и мальчишки поднимались по очереди, называли себя, кто громко и отчетливо, кто еле слышно. Остальные хлопали. Изредка раздавался свист или смех. Но, в общем, все проходило довольно спокойно. Пока микрофон не добрался до Лизочки. Она испуганно вскочила, спрятала руки за спину и вытаращила испуганные глаза. Юльке стало жаль девчонку. А директор чуть ли не силой вытянул из нее признание в том, что ее зовут Лиза и что она из Хабаровского края.

Когда экзекуция завершилась, Лиза упала на свой стул, едва дыша. Пришлось сообща отпаивать ее водой.

Юлька отчиталась быстро и без проблем. Татьяна тоже отчеканила свое имя и гордо обвела взглядом зал. Да, такая не пропадет. Вероника с Ксюшей покраснели, но справились.

После формального знакомства директор предложил познакомиться поближе и включил музыку.

– Веселитесь, молодежь! – подбадривал он. – Но молодежь веселиться не спешила. А предпочитала набивать рты пирожными и швыряться конфетными фантиками.

– Ну, это ни на что не похоже! – возмутилась Татьяна. – Зачем он сразу медляк поставил?!

Директор скоро догадался о своей оплошности и поставил быструю песенку.

Воспитательницы потащили своих подопечных на танцпол.

Девчонки осмелели и стали выходить сами, сбивались в кружки и стояли, покачиваясь в такт музыке.

Татьяна поморщилась и повела Веронику и Ксюшу танцевать. Лизочка все еще что-то пережевывала, заедала страх шоколадом.

Юлька уселась на стул верхом и лениво наблюдала за происходящим.

Вдруг прямо перед Юлькой возник Саша.

– Можно тебя пригласить? – спросил он, но Юлька сначала не расслышала. Она приподнялась со стула и переспросила:

– Что?

Саша повел себя странно. У него снова вспыхнули уши, он буквально засветился весь от счастья, неловко шагнул к Юльке и протянул руку.

– А! – догадалась она. – Ну ладно, идем…

Он, едва касаясь, положил свои ладони с плотно сжатыми пальцами ей на талию и замер. Они стояли друг напротив друга на расстоянии вытянутой руки. Юльке ничего не оставалось, как опустить ладони на Сашины плечи.

Саша взглянул ей прямо в глаза и улыбнулся.

«Вот глупо мы, наверно, смотримся!» – подумала Юлька. Она стоически топталась с вытянутыми руками до конца песни. И, едва музыка смолкла, с облегчением отступила от Саши.

– Спасибо, – чуть слышно поблагодарил он и проводил Юльку до ее стула.

– Какой ты вежливый! – похвалила она и поймала себя на мысли, что ей очень приятна Сашина вежливость, и его смущение, и то, как он улыбался ей во время танца.

Саша подвинул стул, усадил Юльку и отступил в сторону.

Вернулись Татьяна с девчонками.

– Видела, видела, – шепнула Таня Юльке, – делаешь успехи! – похвалила она. – А говорила, что не танцуешь.

– Да ладно, – отмахнулась Юлька, – подумаешь, пригласили на один танец.

Она снова оседлала стул и уселась поудобнее, положив руки на спинку и опустив на них подбородок.

Она так и сидела некоторое время, наблюдая за тем, как танцпол постепенно заполняется девчонками и ребятами. То и дело Таня тащила ее танцевать, Юлька или отнекивалась, или вставала, словно нехотя, медленно втягивалась в толпу, стояла, засунув руки в карманы и, сама не замечая как, начинала двигаться, подчиняясь музыке, отдавая тело ритму.

Она бы и сама себе не призналась в том, что ждет, когда же Саша еще раз подойдет и пригласит ее. Но воспоминание о нем доставляло ей удовольствие. Иногда она незаметно оглядывала зал, искала его глазами и не находила. Или ей казалось, что она видит его светловолосую голову, мелькающую в толпе. Ей бы и в голову не пришло найти его и пригласить самой. Да и думать о нем Юлька не собиралась. И все равно думала.

Она и сама не заметила, как пролетело время.

Просто в какой-то момент внезапно смолкла музыка. Кто-то из воспитателей сказал в микрофон, что уже одиннадцать часов, вечер окончен, пора расходиться по комнатам.

И те, кто в начале вечера жались по углам и ни за что не желали веселиться, вдруг разом застонали, послышались умоляющие возгласы: «Ну, еще немножко! Последний танец!» И Юлька как будто очнулась, вспомнила о времени, о раннем подъеме, о том, что куда-то подевалась Лизочка.

Она почувствовала легкое разочарование от того, что Саша так и не пригласил ее больше. А вечер безвозвратно канул в прошлое, а чего-то важного так и не случилось.

7. Свидание на бегу

По утрам Юлька привычно пробиралась к пляжу. Она почти не таилась. Действительно, кто станет караулить ее в шесть часов? Нормальные люди спят и видят самые сладкие сны, как, например, Лиза. Смешная, маленькая Слоненок спала очень уютно, свернувшись клубочком, подложив под щеку ладошки и чуть причмокивая губами. Младенец в коляске, да и только.

Юлька улыбалась собственным мыслям. По вечерам директор санатория шарил в кустах, распугивая парочки и тайных курильщиков. Во время тихого часа строгая медсестра на посту пресекала любой, даже самый незначительный шум. На сон грядущий комнаты с отдыхающими обходили воспитатели, а то и лично директор. Но никому из них не могло и в голову прийти проверить своих подопечных утром. Юлька собой гордилась.

Утром она чувствовала себя полновластной владычицей санатория, для нее шептало сонное море, для нее кричали ранние птицы, и даже солнце всходило именно для Юльки.

Никто из девчонок не решился поддержать Юлькины ранние пробежки. И, несмотря на то что до сих пор никто ее не засек и вроде бы никто не знал о Юлькиных тренировках, ее не оставляло чувство, что она как будто не одна на берегу.

Вот и сегодня Юлька быстро размялась, стараясь подавить в себе это ощущение чужого взгляда, нацеленного в спину. Но ощущение не исчезло, и тогда Юлька резко повернулась в сторону кустов. Она никого не заметила, ни одна веточка не шелохнулась. Но Юлька была почти уверена. Она нахмурилась:

– Эй, – позвала, – выходи! Хватит прятаться.

Она рассчитывала увидеть кого угодно: рыжего пса Бобика, которого тайком подкармливали на кухне, девчонок, вдруг решивших подшутить над ней, даже директора, засевшего в кустах, чтоб понаблюдать и взять с поличным нарушительницу Юльку.

Но!

Из кустов вышел Саша.

– Вот те на! – только и смогла выговорить Юлька.

Саша смущенно переминался с ноги на ногу и молчал.

– Ты что здесь делаешь? – первой опомнилась Юлька.

Саша несмело шагнул к ней, уши снова покраснели. Он развел руками и, запинаясь от волнения, ответил:

– Привет, Юль, я, это… в общем… тут… э-э-э… короче, решил побегать… извини…

– Что? – не поняла Юлька.

Саша немного приободрился и заговорил членораздельно:

– Побегать вот хотел, говорю. Я же не знал, что ты здесь тоже. Если бы я знал, то, конечно, спросил, а так…

Юлька выслушала и рассмеялась:

– Да ладно, хватит тебе оправдываться. Я очень рада, что теперь буду не одна.

– Правда?! – Он вспыхнул от удовольствия.

Юлька махнула рукой и побежала. Саша догнал ее в несколько прыжков, побежал рядом, стараясь подстроиться под ее темп.

Юлька бежала ровно. Саша пыхтел рядом, но не отставал. Она слышала его дыхание и понимала, что Сашка точно не бегун. Когда пляж кончился, Юлька остановилась. Саша задыхался.

И тогда Юлька поняла, да ведь это он ради нее встал утром и приперся на пляж, это он наблюдал за ней, и, скорее всего, не первый день. И побежал, чтоб не выдать себя. «Вот глупый», – с нежностью подумала она.

– Саш, ты неправильно дышишь, поэтому тебе тяжело бежать. Давай, смотри, как я. Делаем вдох через но-о-с и два коротких выдоха через рот.

Саша неумело повторил, потом еще…

– Та-а-к, выравниваем дыхание, – подражая своему тренеру, вещала Юлька, – вдо-ох, два выдоха и вдо-ох…

Они дышали вдвоем и смотрели друг на друга. Дышали и смотрели.

Солнце взошло и просвечивало сквозь Сашкины уши, не поймешь, красные они или это от солнца.

А потом Саша взял ее за руку, и они побрели по пляжу. Загребали ногами песок и смеялись. Юлька чувствовала себя абсолютно счастливой, такой счастливой, как никогда в жизни. Интересно, почему? Ведь она даже тренировку не завершила.

Они так и к корпусу подошли, держась за руки.

– Лезь, я подстрахую, – Юлька мягко подтолкнула Сашу к решетке.

– Как же! – попробовал он возмутиться. Но Юлька улыбнулась и кивнула:

– Давай!

Лез он неуверенно, у Юльки сжималось сердце, когда она смотрела, как неловко он ставит ноги, как напряжена у него спина и побелели костяшки пальцев. Юлька быстро взобралась следом, легко прыгнула на балкон.

Саша поглядывал на нее смущенно и восторженно.

– Можно я завтра с тобой пойду, – попросил Саша, – если, конечно, я тебе не очень помешаю, – чуть слышно добавил он.

– Что за вопрос! – поспешила ответить Юлька. – Я тебе в стекло стукну, услышишь?

– Нет, не надо, я буду ждать тебя здесь, я не просплю, не думай, – пообещал он.

Еще раз пожав друг другу руки, они расстались.

Юлька, потихоньку напевая, проскользнула в свою комнату.

– Ты чего? – широко зевая, спросила Таня.

– Погода хорошая, – улыбаясь, ответила Юлька.

– А-а…

Дальше день покатился, как цветной, блестящий шар. И все Юльке удавалось с первого раза.

За завтраком Юлька то и дело посматривала на соседний стол. Там сидел Саша, милый, такой трогательный и немного сонный. Это с непривычки. Он сидел над нетронутой тарелкой с кашей и тоже смотрел на Юльку. Его светлые пушистые ресницы подрагивали, и в серых глазах прятались солнечные искорки.

– Юль, каша остыла, – напомнила Таня.

– Да ну ее, – Юлька рассеянно помешала ложкой в стакане с чаем, надкусила бутерброд и поймала себя на том, что все время улыбается.

Малыши за соседним столом разбаловались, видимо, не хотели есть кашу, вот и двигали друг к другу тарелки. Вскоре каша полетела во все стороны. Один из шлепков попал на Юлькин стол.

Девчонки взвизгнули.

– Ах, так! – рассмеялась Юлька. Установила ложку с кашей на край тарелки, прицелилась и ловко стукнула пальцами по черенку ложки.

Плюх!

Каша приземлилась точно в лоб главному заводиле. Остальные захихикали, глядя, как мальчишка удивленно растирает по лицу манку.

Юлька самодовольно взглянула на мальчишку. Будет знать. Нашел с кем связываться! Да Юлька, между прочим, была чемпионом лагеря по метанию каши! Мастерство никуда не исчезло!

Глупый мальчишка попытался повторить Юлькин выстрел, но у него ничего не вышло, только еще сильнее испачкался.

Пример оказался заразительным, за другими столами ребята пробовали свои силы. Вскоре вся столовая стояла на ушах, перепачканная кашей. Юлька стонала от смеха. Нянечки бегали между столами и пытались угомонить разбушевавшихся отдыхающих.

– Что за детский сад! – возмутилась Татьяна, поднимаясь из-за стола. – Девочки, пойдемте отсюда, я не хочу весь день заниматься вычесыванием каши из волос.

Юлька, все еще посмеиваясь, поднялась вместе со всеми. А в столовую тем временем вбежала целая стая воспитателей и принялась наводить порядок.

Уроки прошли на удивление быстро. Да и не слышала Юлька учителей. Она смотрела на Сашу.

И потом во время обеда они смотрели друг на друга. В столовой стояла непривычная тишина, нарушаемая только постукиванием ложек и вилок. Воспитатели грозными стражами возвышались в проходах. Не пошалишь.

А во время тихого часа Юлька неожиданно для себя уснула. И снился ей берег моря в лучах рассветного солнца и маленькая фигурка мальчика, далеко-далеко. Юлька бежала к нему, и он бежал навстречу. И вот, когда он был совсем близко, Юлька узнала Сашу. Он запыхался. И Юлька учила его правильно дышать. Они дышали и смотрели друг на друга, дышали и смотрели…

Вдох:

Саша!

И два коротких выдоха:

Я люблю тебя!

Он тоже что-то хотел сказать, Юлька видела по его глазам, потянулась к нему и…

– Юль, ты чего? – услышала она и проснулась.

Над ней склонились девчонки, лица встревожены.

– А? – не поняла Юлька. – Вы чего? Что-то случилось?

Таня улыбнулась загадочно и отступила от кровати. Лиза испуганно моргала. Вероника с Ксюшей покраснели и хихикали.

– Что за цирк! – возмутилась Юлька. – Вы меня пастой, что ли, намазали?!

– Вот еще! – фыркнула Таня. – Ты разговаривала во сне, довольно громко, между прочим.

– Я? – испугалась Юлька. – И что же я говорила?

– В любви признавалась, – ответила безжалостная Таня.

Юлька не поверила, обвела взглядом остальных. Девчонки кивнули, да, мол, так и было.

Юлька смущенно почесала затылок:

– С чего бы это… странно.

– Да ладно, странно ей! А то мы не знаем! – заявила Таня. – Вы же с этим Сашкой как Ромео и Джульетта!

– Скажешь тоже, – чуть слышно отозвалась Юлька. Ей было и страшно, и приятно. Хотелось поделиться с девчонками своей радостью, но в то же время она не решалась, опасаясь насмешек.

Но никаких насмешек не последовало.

Юлька встала и на всякий случай взглянула на себя в зеркало. Мало ли что, вдруг все-таки пастой намазали.

Не обнаружив на лице присутствия пасты, Юлька окончательно уверилась в том, что она действительно разговаривала во сне и признавалась в любви Саше. Что же теперь делать?

– Надо что-то делать, – словно услышав ее мысли, произнесла Татьяна.

Юлька вздрогнула.

– А что?

– Ну, как же, – начала рассуждать Таня, – раз вы друг друга любите, то… Он тебе уже объяснился?

– Да ты что! – почему-то возмутилась Юлька.

– Ну да, когда бы он успел, – согласилась Таня. – Что ж, пора браться за дело всерьез.

Девчонки подобрались поближе, развесили ушки.

– Вам надо поговорить, – посоветовала Татьяна, – а для этого он должен пригласить тебя на свидание.

Юлька хлопала глазами, не зная, как реагировать на Танино предложение.

– Я все устрою, – воодушевилась та. – Тебе это, конечно, неудобно, а мне можно. Так, сейчас мы напишем ему записку, да… только надо, чтоб кто-нибудь передал. Незаметно! – она подняла вверх палец.

– Мне кажется, это как-то… – попыталась возразить Юлька.

– Много ты понимаешь! – перебила ее Таня. – Он сам спит и видит, как бы с тобой объясниться, уж поверь мне.

Юлька вспомнила утреннюю пробежку. Да, пожалуй, Таня права. Саша действительно следил за Юлькой, ведь никто не заставлял его вставать в шесть утра и, рискуя жизнью, лезть по балконным решеткам. Внутри у Юльки все замерло, и от этого сделалось как-то тревожно и сладко, захотелось зажмуриться и задержать в себе эту восхитительную тревожность подольше. И завтра! Завтра они снова будут бегать по пляжу вдвоем. Саша сам предложил.

– Не надо записок, – твердо заявила Юлька, – не надо!

– Что же ты, так и будешь выкрикивать во сне его имя? И все напрасно! – рассердилась Татьяна.

– Нет, просто у нас уже было свидание, – призналась Юлька.

– Да ну! – Татьяна всплеснула руками. – И когда же вы успели?

– Сегодня утром, на пробежке, – выдохнула Юлька.

– Вау! В шесть утра?! – восхитилась Таня. – Ненормальные!

– Ой, – пискнула Лизочка, – как романтично!

– Да погоди ты! – остановила ее Таня. – Вы что, вместе эти пробежки совершаете, что ли?

– Нет, просто сегодня он пришел на пляж и сказал, что тоже хочет тренироваться, вместе, – ответила Юлька.

– Невероятно! – воскликнула Татьяна. – Чего только не сделаешь ради любви! Ведь он совсем не похож на спортсмена.

– А он и не спортсмен, – сообщила Юлька.

– Ой, Юлька, смотри, – предупредила Таня, – как бы ты его не угробила своими тренировками. Может, лучше, как у нормальных людей, а? Ну, свидание в беседке в парке? После ужина?

– Я не знаю…

– Юлечка, а ты правда его любишь? – защебетали Вероника и Ксюша. – А сильно?

– Девчонки, ну нельзя же так! – не выдержала Юлька. – Набросились все вместе и тянете!

– Ой, извини, извини, Юлечка, – Ксюша молитвенно сложила руки. – Мы не хотели! Только, знаешь, мне ведь тоже кое-кто нравится, – призналась она и опустила голову.

– Нет, вы только посмотрите на нее! – возмутилась Татьяна. – Девчонки, вы что? – она обвела всех взглядом. – Ну-ка, давайте, признавайтесь, кто еще влюбился?

– Мне очень нравится Миша, – пролепетала Вероника.

– Лиза, а ты чего молчишь? – Татьяна повернулась к молчаливой Лизочке.

– Я? Мне? Я не знаю…

– Та-а-к, с вами все понятно, – вздохнула Татьяна, – вирус любви поразил всю нашу комнату, и нет нам спасения.

Девчонки понурили головы.

– Ой, – первой опомнилась Ксюша, – мы же на занятия опоздаем!

Пришлось оторваться от столь интересного для всех разговора и быстренько спуститься на первый этаж. Здесь девчонки разбрелись по своим классам.

8. Тренировка вдвоем

Он не проспал. Более того, когда Юлька, крадучись и стараясь не шуметь, тихонько открыла дверь и выбралась на балкон, Саша уже поджидал ее там. Он светло и немного сонно улыбался:

– Доброе утро.

– Ой, ты уже здесь! – прошептала Юлька. – Вот молодец! А я уж думала, придется тебя будить.

– Нет, что ты, я же обещал, – напомнил Саша.

– Ну что, идем? – Юлька кивнула на решетку балкона.

– Идем, – мужественно согласился Саша.

– Только сначала я. – Юлька мягко отстранила его от решетки и, вцепившись в нее руками, скользнула вниз.

– Давай! – позвала тихонько. – Только не торопись, осторожно!

Саша с сосредоточенным лицом начал спускаться, то и дело поглядывая вниз, на Юльку.

– Хорошо, хорошо, – подбадривала она.

Наконец Саша спрыгнул на землю и отряхнул ладони.

Они пошли рядом, искоса поглядывая друг на друга. Юльке очень хотелось спросить: «Ты что, никогда через заборы не лазил?» Но она понимала, что может обидеть его вопросом, и молчала. Мало ли что, вдруг правда никогда.

Они шли свободно, не прячась. Юлька привыкла к тому, что ранним утром никому нет до нее дела, а Саша… Саша то ли просто забыл о том, что он нарушает правила санатория, то ли старался не показать своего страха. Тем более что сейчас он шел не один, а с Юлькой.

Они благополучно добрались до пляжа и остановились у пирса.

Было по-утреннему свежо. Ветер упорно раздувал с неба сонные облака. И те лениво отползали, уступая место солнцу.

Юлька зажмурилась и подставила лицо ветру. Она почувствовала, как Сашина рука коснулась ее руки, холодные пальцы сжали ладонь. И тогда она засмеялась счастливо и не отняла руки.

Он тоже засмеялся. И тогда они побежали, держась за руки, к самой воде, без всякой разминки. Просто так.

Они остановились у самого прибоя, отпрыгивая от набегающих волн. Море шипело и бросалось брызгами. Оно словно приняло правила игры, делало вид, что набрасывается, и сразу же отступало, таилось, пыталось обмануть. Но, стоило зазеваться и подойти слишком близко, коварная волна стремительно набегала и старалась залить кроссовки.

Юлька, расшалившись, оттолкнула Сашу и, крикнув: «Догоняй!» – побежала по мокрому песку.

Он бросился за ней, захлебываясь ветром и смехом. Юлька повернулась, расставила руки, Саша хотел поймать ее, но она мгновенно отпрыгнула в сторону. Он метнулся к ней и снова не поймал. Остановился, напряженно глядя на нее, весь подобрался, следил и ждал. Юлька вдруг решила поддаться, совсем чуть-чуть. И когда он снова прыгнул к ней, помедлила, сделала вид, что отступает, но он уже схватил ее, обнял и прижал к себе.

Юлька глубоко вздохнула и положила голову ему на плечо. Они не спешили отстраниться друг от друга. Стояли, обдуваемые соленым морским ветром, прижавшись друг к другу, делились теплом.

– Юля? – услышала она его голос.

– Что? – отозвалась она и, застеснявшись, хотела отстраниться, но Саша не разомкнул рук.

– Юля, а тебе кто-нибудь нравится?

Юлька смутилась окончательно. Она не знала, как ответить на этот вопрос.

Тогда она сама убрала его руки, отступила, посмотрела ему в глаза. Саша ждал. Он даже побледнел от ожидания.

– В каком смысле? – осторожно переспросила Юлька.

– Ну, у тебя есть парень, с которым ты встречаешься? – немного помявшись, объяснил Саша.

– Нет…

– А ты бы могла… – Он запнулся, тряхнул головой. – Ты бы хотела встречаться со мной?

«Что я должна ответить?!» – в панике соображала Юлька. «Значит, это и есть объяснение в любви?! Так это происходит?! То есть если бы мы не пошли вместе на пляж, а, как все нормальные люди, встретились бы в беседке, то именно это он и сказал бы мне?!»

Юлька не знала, куда девать глаза, наконец она просто уставилась себе под ноги. Саша ей нравился. Очень нравился, чего уж тут скрывать. Только должна ли она говорить ему об этом прямо?

– Юля, – позвал он негромко.

– Да?

– Ты мне очень нравишься, – он вздохнул и замолчал. – Я подумал, что ты должна об этом знать. – Он замялся. Юлька подняла голову. Саша смотрел на нее такими глазами! Такими! Только у щенков бывают такие глаза. Другого сравнения Юлька не смогла подобрать.

– Ты не подумай, я не навязываюсь, – спохватившись, добавил Саша и развел руками, – вот такие дела. Извини, если я тебя обидел.

И Юльку прорвало:

– Нет, нет, Саша! – воскликнула она. – Ты меня не обидел! Что ты! Ты мне тоже очень нравишься! – сказала и сама испугалась своих слов.

Теперь они оба поглядывали друг на друга со смущением и неуверенными улыбками.

– Правда? – первым опомнился Саша. – Я… я так рад! Знаешь, когда я тебя впервые увидел, там, на балконе, я сразу же влю… я сразу же тебя запомнил, – поправился он. – И потом, когда заметил, как ты по утрам убегаешь из корпуса, я решил пойти за тобой. Я никогда не видел таких девчонок, как ты. Я прятался за теми кустами, – он махнул рукой, показывая на свое убежище, – и наблюдал, как ты тренируешься. Я не знал, как подойти к тебе, что сказать. Боялся, – он улыбнулся виновато. – Ты сама меня заметила.

Юлька внимательно слушала его и думала, какой же он милый! Да пройди она по всему своему городу, то и тогда не нашла бы такого, как Саша. Она и не знала, что мальчишка может быть таким. Раньше она думала, что парни все грубые, ходят стаями, матерятся, сплевывают сквозь зубы, курят, сутулятся, носят почти одинаковую одежду и при этом смотрят на девчонок свысока. Могут нагрубить, задеть, посмеяться. В общем, она их не боялась, скорее презирала.

Нет, в спортклубе, где занималась Юлька, были и нормальные парни, но она никогда не думала, нравятся они ей или нет. Они все были просто друзьями, ничего больше.

В школе девчонки шептались о любви, обменивались книжками, ахали, рассказывая о каких-то фильмах, где процветала «такая любовь! Такая любовь!». Девчонки строили глазки старшеклассникам, бегали на дискотеки в ожидании, что вот-вот объявится некто, «такой лапочка, ну просто один в один…» и называли имена голливудских киноактеров. Юлька в этих разговорах не участвовала, а, услышав восторженные восклицания по поводу популярного одиннадцатиклассника или попсового певца, досадливо морщилась.

Вот и Таня все время читает книжки о любви. Сначала Юльку смешили и эти книжки, и Татьянины рассуждения. Юльку удивляло, как такая неглупая, в общем, девчонка может всерьез рассуждать о всяких там любовях.

И вот сама Юлька теперь стояла лицом к лицу со своей любовью.

Она прислушивалась к себе, своим ощущениям, она смотрела в Сашины серые глаза, видела тени на его щеках от пушистых ресниц и понимала: она его любит! Как это случилось? Что произошло? И почему она уверена, что произошедшее называется любовью, Юлька не знала. Просто чувствовала, и все.

А Саша снова замолчал и теперь смотрел на Юльку. И Юлька молчала, глядя на него.

Его лицо внезапно приблизилось, заслонило собой все. Юлька успела заметить, как дрогнули его губы, а потом она почувствовала прикосновение его губ к своим. Они были прохладными и мягкими. Юлька не знала, как надо целоваться. Она вытянула губы и закрыла глаза.

Саша долго целовал ее, легко касаясь губ, глаз, щек. Его губы потеплели. Юлька ловила его дыхание.

О времени она забыла. Спасибо телефону. Она перед тренировками включала сигнал будильника, чтобы не пропустить время общего подъема. Телефон честно предупредил влюбленных. Юлька опомнилась, схватила Сашу за плечи, шепнула:

– Саш, нам надо идти…

Он с трудом оторвался от нее. Осоловелый, счастливый. Юлька засмеялась и провела ладонью по его волосам.

– Я тебя люблю, – признался он.

– И я, – сказала Юлька, – я тоже.

Они взялись за руки и пошли к корпусу.

– Выходит, ты из-за меня пропустила тренировку, – вдруг вспомнил Саша.

Юлька рассмеялась:

– Да ладно, наверстаю! А сейчас нам надо поторопиться.

Они побежали, пригибаясь, за кустами. Впервые Юльке стало страшно, а вдруг кто-нибудь заметит их, и тогда – прощай, утренние пробежки, прощай, тайные свидания с Сашей.

У корпуса Юлька снова заставила Сашу лезть первым. Она страховала его. Она берегла его. Она ни за что не позволила бы, чтоб с ним что-нибудь случилось.

Благополучно добравшись до балкона, Юлька и Саша снова поцеловались, прошептав друг другу: «До скорого».

9. На крыльях

Юлька очень тихо вошла в комнату и наткнулась на внимательный взгляд Татьяны.

– Ну-у, – сказала та.

– Доброе утро, – Юлька постаралась, чтоб ее голос звучал спокойно.

– И тебе того же, – отозвалась Таня. – Ты, я вижу, неплохо тренируешься.

Юлька пожала плечами. Она стащила с себя спортивный костюм, накинула халат и подхватила полотенце:

– Пойду в душ.

– Надо же, – произнесла Татьяна вслед, – хоть самой начинать бегать по утрам.

Юлька знала: Татьяна все поняла и теперь от ее расспросов не отвертеться. Допустим, за завтраком она приставать не будет. Понаблюдает за Сашей и Юлькой, может пошутить, так, неопределенно. А вот во время уроков точно не отстанет. Что же ей сказать?

Татьяна действительно хранила гордое молчание за завтраком, лишь слегка кривила губы в улыбке.

А когда начались уроки, спросила с самым невинным видом:

– Юль, может, мне пересесть?

– Зачем? – не сразу поняла Юлька.

– Ну, вы же теперь захотите вместе, – и она покосилась на Сашу. Тот словно почувствовал, что говорят о нем, повернулся и уставился на Юльку.

– Ой, не могу! – шепнула Таня, пихая Юльку под ребра. – Да он же глаз с тебя не сводит!

– Ну хватит! – поморщилась Юлька.

Во время литературы Татьяна притихла, делала вид, что слушает учительницу. А во время перемены Саша сам подошел к ним:

– Привет, – поздоровался он.

– Виделись, – насмешливо напомнила Татьяна. Но он не обратил внимания, сразу же обратился к Юльке:

– Завтра экскурсия в город.

– Правда? – обрадовалась Юлька. – А откуда ты узнал?

– Наталья сказала. Она сегодня всех соберет и объявит. Поедем?

– Конечно! А то мы дальше санатория ничего не видим! – обрадовалась Юлька.

– Ну ладно, извините, – Саша смутился под Татьяниным взглядом, – потом еще поговорим.

Он вернулся на свое место.

А Таня тут же набросилась на Юльку:

– О! Да он от тебя ни на шаг! Ну хоть намекни, что там у вас было? Он тебе уже все сказал? Вы целовались?

– Танька, ну чего ты такая липучая! – зашипела Юлька, срываясь. – Мне теперь что, всему санаторию объявить?! Нарисую большой плакат: Саша с Юлей целуются взасос и надпись: «Внимание! Они объяснились в любви!»

Таня рассмеялась:

– А что, было бы весело. – Она вдруг сузила глаза. – Ты шутишь! Правда объяснились?

Юлька поняла, что Татьяна поймала ее на слове.

– Ну! Ну! Ну же! – Татьяна схватила Юльку за плечи и ощутимо встряхнула. – Признавайся!

Юлька небрежно сбросила ее руки:

– Отстанешь ты или нет?! – возмутилась она. – Объяснились! Довольна?!

Получилось слишком громко. К ним повернули головы.

– Чего ты орешь? – усмехнулась Таня.

Юлька опомнилась и понизила голос до шепота:

– А ты чего пристаешь?

– С подругами принято делиться, – наставительно заметила Таня.

Юльке захотелось ответить: «А с чего ты взяла, что мы подруги?» Однако она сдержалась. Глупо ссориться с девчонкой, живущей с тобой в одной комнате. И Юлька заставила себя сказать:

– Ладно, проехали. Только я тебя прошу, пожалуйста! Не спрашивай меня больше ни о чем. Я и сама толком не понимаю, что со мной происходит.

– Так поделись, и станет легче, – беспечно посоветовала Таня.

– Как-нибудь потом.

– Ну хорошо, – согласилась Татьяна. – Но имей в виду, я расспрашиваю для твоей же пользы!

– Конечно!

– Не перебивай! А лучше послушай. Если у вас все серьезно, надо разработать план действий. Я все обдумаю и расскажу тебе после уроков.

Юлька вздохнула с облегчением. Слава тебе господи! До окончания занятий Танька не будет тянуть из нее информацию! Юльке и без того было очень сложно сосредоточиться, а уж когда тебе все время в ухо гудят, что да как, требуют рассказать, да еще с подробностями, тут кто угодно из себя выйдет.

После уроков перед обедом Саша сунул Юльке в руку клочок бумаги.

Она сжала ее в кулаке и поспешила усесться за свой стол. Она опустила руки под столешницу и развернула записку: «Все время думаю о тебе! Люблю тебя!» Юлька покраснела и быстро скомкала записку. Сунула в карман, осторожно покосилась в сторону Саши. Он смотрел на нее и широко улыбался.

– Юля, дочка, кушай суп, а то простынет, – ворковала добрая нянечка.

– Да, спасибо, я ем, – рассеянно ответила Юлька.

Татьяна быстро наклонила голову, пряча усмешку.

– Сыта любовью? – шепнула, едва нянечка отошла от их стола.

Ксюша с Вероникой переглянулись и захихикали.

– Любовь любовью, а кушать все-таки надо, – продолжала ворковать нянечка уже у соседнего стола. Юлька, давясь, затолкала в себя второе, в три глотка влила компот. Она торопилась уйти.

Саша смотрел ей вслед все так же безмятежно.

«Вот язва эта Танька!» – злилась Юлька, поднимаясь по лестнице на свой этаж.

В комнате она, не разуваясь, упала на кровать и задумалась: ну чего они все от нее хотят?

В животе булькнуло. Это компот переливался. «Поесть спокойно, и то нельзя!» – возмутилась Юлька.

«Надо сделать вид, что я сплю!» – решила она. Но не успела осуществить задуманное. Дверь распахнулась, и появились все ее соседки.

– Юлька, ну чего ты такая колючая? – спросила Татьяна, усаживаясь к ней на кровать. – Можно подумать, мы тебе зла хотим или завидуем. – Правда, девочки? – обратилась она к девчонкам.

– Правда, – прозвучало нестройное трио.

– Ну вот! – Таня подняла палец. Юлька посмотрела на нее с неприязнью. Что та еще придумала?

– А мы, между прочим, хотим тебе помочь, то есть вам, конечно. Тебе и Саше твоему.

– И кто вас просил? – Юлька недовольно поморщилась и дернула ногой.

– Да никто не просил, – Татьяна просто излучала доброжелательность. – Только мы же не слепые, видим, как ты мучаешься…

– Я?! – не стерпела Юлька. – Да это вы меня измучили! Ты в основном!

Татьяна всплеснула руками:

– Я?! Подумать только! И это вместо благодарности! Я, можно сказать, ночей не сплю, все думаю о тебе, о вас, – поправилась она.

– О себе подумай. – Юлька отвернулась к стене.

– Юля, ты не отворачивайся, ты послушай! – Татьяна бесцеремонно повернула ее к себе. – Уж поверь мне, я знаю, что такое любовь! – Она важно кивнула. – О да!

Юлька не поверила своим глазам и ушам.

– Это великое чувство! Великое, – повторила Таня, – и к нему нельзя прикасаться грязными руками! Нет! Влюбленные нуждаются в уединении, им приятно побыть вдвоем. А какие у нас для этого условия? Никаких! Вы все время на людях. В комнате, на уроках, в столовой. Вокруг вас чужие глаза и уши. Вам не спрятаться! Или ты собираешься все время встречаться с ним по утрам и мерзнуть на пляже?

– Тань, что ты мелешь? – не выдержала Юлька.

– А то, – невозмутимо продолжила Таня, – то, что мы посоветовались и приняли решение во всем вам помогать.

Девчонки тут же согласно закивали головами.

– Теперь, если вам с Сашей захочется побыть вдвоем, достаточно намекнуть, и мы исчезнем из комнаты. Ты можешь сидеть с ним на уроках, гулять по парку. Мы проследим, чтоб вам никто не мешал.

– Спасибо, конечно, – неуверенно произнесла Юлька.

– Не за что нас благодарить, – с важным видом ответила Таня. – Настоящие подруги всегда так поступают. С этого момента вы с Сашей под нашей охраной.

Юлька поперхнулась и закашлялась. Татьяна заботливо похлопала ее по спине:

– Завтра у нас экскурсия в город. Так? Значит, вы с Сашей можете совершенно свободно гулять, держась за руки, а мы будем бдительно охранять вас.

– По-моему, это называется «под конвоем»? – ехидно заметила Юлька.

– Ну знаешь, – Татьяна впервые обиделась, – твоя ирония тут совершенно неуместна! Если бы ты знала, какими коварными могут быть люди! – выражение ее лица стало трагическим. Уголки губ опустились, глаза покраснели – вот-вот заплачет. Она сидела и смотрела в стену, как будто именно там сейчас крутили одной ей видимое кино о человеческом коварстве.

Юлька внимательно посмотрела на угасшую Таню, коснулась ее руки:

– Тань, ну не обижайся, пожалуйста!

Татьяна всхлипнула.

– Ты что, плачешь, что ли?

– Нет, ничего, это так…

Юлька приподнялась и обняла подругу за плечи:

– Ладно, ладно, я же пошутила, я понимаю, ты хотела как лучше, охранять, беречь и все такое. Я была не права. Извини.

– Чего уж там, – отмахнулась Татьяна.

– И спасибо тебе за заботу. Просто… – Юлька запнулась, – мне кажется, в общем, я не знаю, и… – она окончательно смешалась и замолчала. – Спасибо вам, девочки.

Вероника и Ксюша бросились к Юльке одновременно, они повалились разом на кровать, обнимая всхлипывающую Таню и растерянную Юльку. Боком подобралась Лизочка, встала рядом, а потом, не выдержав, повалилась в общую кучу. Девчонки рыдали в голос, обнимались и клялись в вечной дружбе.

Юлька растерянно гладила их по головам и утешала.

«Защитники, – приговаривала она, – куда же я без вас? Ну не ревите, не ревите, а то потоп устроите».

В балконную дверь тихонько стукнули. Девчонки, пискнув, разлетелись по углам.

– Кто там? – строго спросила Юлька.

– Юль, – послышался Сашин голос, – можно тебя на минутку.

Все замерли с открытыми ртами.

– Иду, – откликнулась Юлька. Оглядела притихших подруг и подмигнула им: – Вы самые лучшие!

После этого она открыла дверь и выскользнула на балкон.

Саша ждал ее и встретил улыбкой, от которой у Юльки подогнулись колени. Она покачнулась, с трудом удержав равновесие. Но Саша протянул к ней руки, и она шагнула к нему.

Ни о чем не думая, Юлька стояла, прижавшись к Саше. Она закрыла глаза и потерялась в своих ощущениях. Ее покачивало на теплых волнах, обволакивало нежностью, обдавало ласковым шепотом.

– Я соскучился, – чуть слышно, одними губами повторял Саша.

– Я тоже, – отвечала она, не слыша своего голоса.

– Давай вечером пойдем гулять в парк?

– Давай…

– А завтра мы целый день будем вместе!

– Да, – эхом отозвалась она.

Его ресницы порхали у ее щек легкокрылыми бабочками. Юлька тихонько смеялась от счастья.

В балконную дверь громко забарабанили. Юлька вздрогнула и отпрянула от Саши.

– Юля! – послышался Танин вопль.

Юлька, еще ничего не понимая, скорее на автомате, толкнула Сашу в сторону от балконной двери. Прижала палец к губам.

Повернулась, шагнула к двери. Но та распахнулась сама собой, и перед изумленной Юлькой возникла медсестра со строгим и недовольным лицом.

– Ты почему нарушаешь режим?! – спросила хмурая медсестра.

– Я не нарушаю, – Юлька мгновенно сориентировалась и изобразила из себя «хорошую девочку». Она опустила глаза и даже вздохнула.

– Как это не нарушаешь?! – возмутилась медсестра. – Сейчас тихий час, все должны отдыхать, а ты вместо этого сама не спишь и другим не даешь. Что ты тут делаешь? – Медсестра властной рукой отстранила Юльку и вышла на балкон. Она сразу же обратила внимание на распахнутую дверь Сашиной комнаты.

– Что у вас тут происходит? Свидания устраиваете?! Говорила я директору, что надо поставить перегородки на балконах! Иначе у нас тут не санаторий, а дом свиданий получится! – ругалась она, заглядывая в комнату к мальчишкам.

– Что вы, что вы, – бросилась к ней Татьяна, – никаких свиданий! Юля просто вышла на балкон, подышать воздухом. А мы задержались на обеде и только поднялись, еще не успели лечь. А так мы все сейчас же будем спать. Правда, девочки?!

Естественно, девочки утвердительно закивали головами и стали убеждать подозрительную медсестру в том, что они никогда не нарушают режим, спят, как сурки, а о том, что на свете существуют еще и мальчишки, вообще не имеют никакого представления.

Медсестра несколько смягчилась. Конечно, она не поверила ни единому слову девчонок, но воспитательная работа была проведена и порядок восстановлен.

– Чтоб через минуту все были в постелях! – распорядилась медсестра.

Она важной походкой покинула комнату, в дверях обернулась и погрозила пальцем. – Смотрите у меня!

Юлька прислушалась к звуку удаляющихся шагов по коридору и выдохнула:

– Фуу! Чуть не попались! Спасибо, девчонки!

– Я же тебе говорила, – прошептала Таня, – вы нуждаетесь в защите. Люди злы, – добавила она с пафосом.

Юлька передернула плечами. Бесцеремонность медсестры была ей неприятна.

– Интересно, она имеет право врываться к нам в любое время без спроса? – задала вопрос Юлька, ни к кому конкретно не обращаясь. – И почему она такая вредная? Остальные вроде ничего, а?

И тогда девчонки стали наперебой рассказывать о том, какими ужасными могут быть взрослые. Как они бывают несправедливы, как пользуются своей взрослостью только для того, чтоб доказать тебе, что ты – ничто. Как они грубы и жестоки, а от тебя требуют вести себя прилично и во всем походить на них. Они так нелепы, что порой бывает даже жаль их. Но говорить с ними бесполезно, потому что они никогда не станут слушать тебя. И их собственные доводы важнее всего, даже элементарного здравого смысла. Больше всего, конечно, досталось учителям, но не обошли вниманием и родителей, и знакомых, и соседей.

Юлька слушала молча. Она, конечно, могла поддержать разговор, но предпочла помалкивать. Пусть девчонки выскажутся, а она послушает.

Наконец, когда все высказались, Юлька заявила:

– Вы как хотите, но если она еще раз сунется к нам в комнату, я пожалуюсь директору.

Это заявление вызвало целую бурю возгласов и восклицаний.

– Правильно!

– Да что это даст?!

– Нет, надо их заставить!

Раздался тоненький голосок Лизочки:

– А вдруг нас накажут?

– Ну и что? – переспросила бесстрашная Татьяна. – Что они могут нам сделать? Домой отправить? Только и всего.

– А меня дома тоже будут ругать, – расстроилась Лизочка.

В дверь постучали.

– Вот! Опять! – громким шепотом произнесла Татьяна.

– Войдите, – разрешила Юлька.

На пороге стояла Наталья Александровна, вид у нее был озабоченный.

– Девочки, что за митинг вы тут устроили? – спросила она, входя.

– Наталья Александровна, – начала Юлька, – хорошо, что вы зашли. Мы с девочками как раз обсуждаем правила поведения на территории санатория.

– Вот как? – голос воспитательницы прозвучал удивленно. – Ты хотела сказать: нарушение правил? Ведь вы как раз нарушаете их, не так ли?

– Да, мы нарушаем распорядок, – согласилась Юлька. – Но, возможно, этот распорядок не подходит нам?

Наталья уселась на стул:

– Ладно, давайте поговорим.

Девчонки окружили ее и, перебивая друг друга, начали перечислять те правила, которые, по их мнению, надо было устранить.

– Стоп, стоп, стоп! Давайте по очереди, – попросила Наталья. – Юля, говори ты.

Юлька кивнула:

– Во-первых, тихий час. Наталья Александровна, мы же не младенцы, чтоб спать посреди дня. Вы посмотрите, что у вас получается: большую часть времени мы проводим в корпусе. У вас тут теплица оранжерейная, а не санаторий. Мы моря еще не видели.

Юлька покосилась на фыркнувшую Татьяну.

– Да, многие не видели! – настойчиво подчеркнула она. – Мы здесь уже неделю, и за это время только один раз вы провели нас по территории.

Мы просыпаемся, идем на процедуры, едим, учимся, опять едим, потом нас заставляют спать! И снова есть! И так без конца. Свободное время – это пара часов от тихого часа до ужина. Просто смешно!

Воспитательница не перебивала, только хмыкала время от времени.

– Ты закончила? – спросила она, когда Юлька выдохлась и замолчала.

– С нами обращаются, как с больными, – с вызовом добавила Татьяна.

– Но ведь вы и приехали сюда поправить здоровье, разве не так?

– Поправить здоровье – да, – согласилась Юлька, – но для того, чтоб поправить здоровье, надо двигаться: плавать, бегать, больше быть на воздухе, закаляться. Разве я не права?

– Правила разработаны с учетом санаторно-курортных норм, – ответила Наталья. – Но, возможно, вы в чем-то правы, девочки. Я постараюсь поговорить с руководством и донести ваши замечания и пожелания.

– Когда? – Юлька решила не отступать.

– На ближайшем совещании. А до этого, будьте добры, выполняйте все предписания, хорошо?

Юлька покачала головой:

– Нет, вы должны с завтрашнего дня отменить этот дурацкий тихий час, а вместо него пусть будет свободное время. Кто хочет спать, будет спать. А кто не хочет, найдет себе занятие по вкусу. Наша группа старшая, нам всем в основном по тринадцать, четырнадцать лет. И мы не немощные инвалиды.

– А ты, оказывается, бунтарка, – улыбнулась Наталья Александровна.

– Приходится, – не стала отнекиваться Юлька.

– Ну что ж, – сказала Наталья, поднимаясь со стула, – раз вы все тут взрослые, значит, и спрос с вас будет как со взрослых. Имейте это в виду. Да, и еще, завтра у нас экскурсия по городу. Так что тихий час автоматически отменяется. А насчет послезавтра – мы устроим собрание группы, я приглашу директора, и мы все обсудим. Договорились?

– Да, – согласилась Юлька.

Девчонки согласно закивали головами.

10. Помолвка на набережной

По случаю выходного дня уроков не предвиделось.

Юлька проснулась с предчувствием праздника. Бывают такие дни, когда радость переполняет тебя с момента пробуждения. Сегодняшнее утро было именно таким.

Юлька сладко потянулась, жмурясь от удовольствия. Открыла глаза и нашарила телефон на тумбочке. Еще только семь часов! А ведь она собиралась поспать подольше. Ну что ж, отлично! Она сделает зарядку вместо пробежки по пляжу.

Юлька выбралась на балкон и с удовольствием размялась, перед тем как сделать комплекс гимнастических упражнений.

Она старалась не шуметь, чтоб никого не разбудить. И все-таки разбудила. Из-за соседней двери показалось розовое со сна Сашино лицо.

– Привет, – прошептал он, улыбаясь.

– Доброе утро, соня, – ответила она, а потом прошлась колесом по балкону.

– Ух ты! – восхитился Саша. – Какая же ты ловкая!

– Начни тренироваться, и у тебя получится, – отозвалась Юлька. Он смутился. А ей так нравилось, когда он смущается.

– Ну, давай я покажу тебе, – Юлька остановилась напротив. – Повторяй за мной, медленно!

Она показывала Саше простую разминку для позвоночника, и он старательно повторял несложные движения, но все равно путался. Юлька благосклонно хвалила его. Если что-то не получалось сразу, повторяла, показывала.

– Я такой неловкий, – жаловался Саша.

– Да ничего страшного, – подбадривала Юлька, – надо только захотеть, и ты научишься управлять своим телом.

Он покраснел от напряжения и чрезмерных стараний. Юлька посмеивалась добродушно.

– Знаешь, – сказал он, когда зарядка была окончена, – я очень долго болел в детстве. И родители буквально пылинки с меня сдували. Ни о каком спорте, конечно, и речи быть не могло.

– А закаляться не пробовал? – спросила Юлька.

Саша усмехнулся:

– Меня пытались обливать холодной водой, но, по-моему, лучше не стало. Единственное, чему научился, так это плаванию. Меня же каждый год на море вывозили.

– Здорово, – отозвалась Юлька, – а я первый раз на море.

– Юль, мы ведь сегодня весь день будем вместе? – неожиданно спросил Саша.

– Конечно!

Он снова просиял улыбкой:

– Я бы хотел никогда с тобой не расставаться.

Юлька смутилась и тихо ответила:

– Я тоже.

Но пора было идти умываться и завтракать. Саша быстро поцеловал Юльку в щеку, и они разошлись по комнатам, еще раз пообещав друг другу быть вместе целый день.

Девчонки уже проснулись и наперебой обсуждали предстоящую экскурсию. Снова возникла главная проблема всех девчонок: что надеть?

Юлька посмеялась над ними и отправилась в душ.

После завтрака воспитательница велела всем задержаться в столовой и еще раз рассказала об экскурсии и о правилах (ох уж эти правила) поведения во время этой самой экскурсии.

Потом старшая группа отправилась по комнатам, собираться. Автобус ждал их через полчаса.

Когда Юлька вошла в автобус, ее окликнул Саша. Он занял два места и поджидал Юльку. Таня с девчонками, стреляя глазами во влюбленных, прошмыгнули назад, к знакомым ребятам.

Таня еще успела шепнуть Юльке:

– Если что, мы рядом!

Это было восхитительно: катить по южному городу в автобусе вместе с Сашей. Они держались за руки, глазели в окно, болтали, то и дело показывая друг другу что-то интересное.

Экскурсовода никто не слушал. И без экскурсовода было интересно.

У Саши был с собой фотоаппарат, он все время фотографировал проплывающие за окном дома, людей, деревья. Но чаще всего он снимал Юльку. А она, смеясь, закрывала лицо или строила смешные рожицы.

Когда с историей города было покончено, автобус высадил их недалеко от набережной, и ребята радостно вывалились из него, предвкушая веселую прогулку.

Правда, снова не обошлось без окриков сопровождающих. Те пытались как-то организовать своих подопечных, сбить их в кучу. Тех, кто никак не желал подчиняться, пригрозили оставить в автобусе. Когда порядок был водворен, группа двинулась по залитой солнцем набережной.

С одной стороны сверкало россыпями голубых топазов море, с другой – тянулись ряды кафе, магазинчиков, лотков и лавочек со всякой всячиной.

У девчонок разгорелись глаза, они то и дело отбегали от группы, останавливались у прилавков с сувенирами, щебетали, советовались, покупали. Татьяна крутилась рядом с вожатыми. Точнее, с Антоном, до Кати ей дела не было.

Юлька и Саша немного отстали от своих и шли, держась за руки. Народу на набережной было немного. Это и понятно, еще не сезон. И все-таки Юлька никогда не видела столько праздных людей. Они никуда не торопились, гуляли неспешно, сидели в кафе, беседовали. Эдакая ленивая беспечность сквозила во всем. Как будто здесь, в этом городе, праздник никогда не прекращался, а люди так и жили с ощущением праздника. Интересно, как это – жить в празднике?

Саша подвел Юльку к парапету и сфотографировал ее на фоне моря.

Потом вдруг попросил:

– Подожди минутку!

Юлька осталась стоять, недоумевая, куда это так поспешно удрал Саша? Группа ушла вперед. И Юлька беспокоилась, как бы их не хватились. Но вот Саша появился, он возник рядом, держа руки за спиной.

– Угадай, в какой руке? – весело спросил он.

Юлька наугад ткнула пальцем:

– В этой.

И Саша торжественно протянул ей маленький сверток, перевязанный золотистой ленточкой.

– Ой, что это? – удивилась Юлька, неуверенно прикоснувшись к свертку.

– Это тебе. – Сашина улыбка стала такой широкой, что, казалось, она вот-вот выплеснется с лица и затопит все вокруг счастьем.

– Только давай сначала наших догоним, потом посмотришь, – вспомнил он. Взял Юльку за руку, и они побежали вперед.

Естественно, Наталья их заметила, стояла, поджав губы:

– В чем дело?! Юля, не слишком ли много ты себе позволяешь? Саша, а ты? Уж о тебе бы я никогда не подумала!

– Наталья Александровна, там очередь была, – с невинным видом сообщил Саша, – но я вас видел, так что мы бы не потерялись. Да и ребята знали.

– Да, да, Наталья Александровна! – подскочила запыхавшаяся Татьяна. – И зашептала воспитательнице в ухо, наверное, врала что-нибудь про туалет… Та, хоть и хмурилась, все-таки кивнула:

– Ладно, не отставайте! Если что, собираемся в этом кафе! Все слышали? – Она посмотрела на часы. – Желающие могут остаться здесь, посидеть, попить чаю или кто чего хочет. Остальные могут побродить поблизости. С набережной – ни ногой! Собираемся здесь через час.

Юлька с Сашей переглянулись и, не сговариваясь, вошли в кафе. Уселись за свободный столик. Татьяна с девчонками и ребятами устроились за соседними двумя столами, предварительно сдвинув их.

Юлька наконец-то смогла рассмотреть сверток. Она аккуратно развязала ленточку, развернула шелестящую бумагу, внутри оказалась коробочка. Открыв ее, Юлька увидела колечко из светлого металла, в колечко была искусно вделана маленькая раковина в окружении пластинок перламутра.

– Как красиво! – прошептала Юлька.

– Называется «Морская царевна», – сообщил довольный Саша. – Позволь, – он достал колечко из коробки, – можно я помогу?

Юлька, волнуясь, протянула ему руку. Колечко легко наделось на средний палец. Юлька, не отрываясь, смотрела на кольцо.

– Тебе нравится? – спросил Саша.

– Я… мне… Саш, это, наверное, дорого, – неуверенно произнесла Юлька.

Саша даже испугался, он захлопал ресницами, щеки и уши покраснели.

– Юля, я так хотел, чтоб у тебя что-то осталось на память! – умоляющим голосом попросил он.

– Спасибо, – чуть слышно ответила она. И только тогда обратила внимание на то, что вокруг стоит подозрительная тишина. Юлька покосилась в сторону двух столов. Ну конечно! Девчонки и ребята сидели, открыв рты и выпучив глаза. Кто-то торопливо снимал Юльку и Сашу на мобильник.

– Ну, чего уставились? – напряглась Юлька.

– Так ведь это, – хохотнул Мишка, – у вас, типа, помолвка, ребята!

Татьяна среагировала мгновенно, отвесив Мишке подзатыльник. Но было поздно. Слово прозвучало.

– Урра! – рявкнул Серега.

– Горько! – поддержал его Вадик.

– Афицант! Шампанского!

– Безалкогольного!

– Всем!

Их окружили. Сашку хлопали по плечу и говорили: «Ты молодец, мужик!» Юльке жали руку и просили посмотреть на кольцо. Девчонки ахали. Татьяна глядела именинницей.

– Вы что все, с катушек съехали? – обозлилась Юлька, пряча кольцо за спину. – Устроили цирк! Свадьбу с приданым!

– Да ладно, Юльк, че ты, в самом деле! Ну, клево же! – уговаривали ее.

Саша смотрел растерянно, теперь его улыбка стала жалкой.

– Все, все, – Юлька раздвинула руками ребят, – прекратили базар! Сядьте, успокойтесь, водички попейте.

Парни нехотя отступили, подгоняемые сзади Татьяной.

Юлька посмотрела Саше в глаза и взяла за руку:

– Не расстраивайся, они же не со зла.

– Я понимаю… А ты не обижаешься?

– Еще чего! – рассмеялась она. – Хочешь, давай к ним пересядем?

Не успела она предложить, как раздался Мишкин голос:

– Эй, ну вы че отделяетесь-то, а? Идите к нам!

Юлька легко поднялась со стула и потащила за собой Сашу. Ребята раздвинулись, освобождая им место.

Пустили по кругу Мишкину бейсболку, сбегали к стойке, притащили бутылку детского шампанского. Пока открывали, половину вылили. Но все равно всем досталось по глотку. Дружно чокнулись пластиковыми стаканчиками, пожелали «здоровья молодым». Юлька, шутя, чмокнула Сашу в щеку. А потом, отвернувшись, бросала за спину салфетки, чтоб девчонки ловили в качестве букета невесты. Одна из салфеток плавно опустилась прямо на голову Лизочке, та страшно смутилась, а остальные развеселились еще сильнее.

Когда шипучка была выпита, ребята выбрались на улицу и устроили настоящую фотосессию. Вскоре к ним присоединилась вся группа. Да и гида с воспитательницей и вожатыми заставили сняться вместе со всеми. Наталья заметно успокоилась. Ее подопечные были веселы, вели себя хорошо, да и не разбредались больше.

В санаторий вернулись уставшие и довольные.

11. Горгиппия

Юлька и Саша продолжали бегать по утрам. Ранняя южная весна незаметно перетекала в лето.

В столовой на десерт давали свежую клубнику – невиданное для Юльки лакомство. Старшая группа отстояла свое право не спать в тихий час. Теперь ребята занимались кто чем хотел. Главное условие – не мешать другим, но его они выполняли.

По выходным их вывозили на экскурсии. Были они и в Новороссийске. Причем Юльке город не понравился, показался пыльным и серым, несмотря на близость моря. Цементные заводы отравляли воздух.

А вот окрестности Анапы производили на нее грандиозное впечатление. Многочисленные парки, улицы, утопающие в зелени, множество невиданной растительности. К тому же Анапа – это очень древний город. Во время одной из экскурсий ребят отвезли в музей под открытым небом, он называется Горгиппия, по имени города, существовавшего когда-то на месте Анапы.

Горгиппия – это часть древнего города, входившего некогда в Боспорское царство. Так рассказывал гид. Ребята побродили по мощеным улицам, спускались в подвалы и фундаменты жилых домов, заглядывали в ямы, колодцы, водостоки; увидели, как выглядели винодельческие комплексы и остатки оборонительных сооружений.

На выставке в музее ребята смогли посмотреть находки из раскопок: бронзовая скульптура, терракотовые статуэтки, расписная посуда, мраморная скульптура и многое другое.

Посетили ребята и знаменитый «Склеп Геракла» – уникальный памятник античной культуры, относящийся к концу II – началу III в. Склеп получил свое название из-за стенной росписи, на которой запечатлены подвиги легендарного героя. Гид рассказал, что при раскопках рядом с этим склепом был обнаружен и другой, с двумя саркофагами. В одном находились останки знатного горгиппийца с богатыми украшениями, в другом были похоронены две девочки, тоже с богатыми украшениями. Сегодня эти находки хранятся в «Золотой кладовой» Краснодарского краевого музея-заповедника.

Юлька и Саша бродили за гидом, раскрыв рты. Татьяна даже записывала все, что им рассказывал гид, на диктофон.

Особенно Юльку потрясли две девочки в богатых украшениях, найденные в склепе. Кто они были? Горгиппийские принцессы? От чего умерли? Почему так рано? Она засыпала вопросами гида, но он лишь пожал плечами. К сожалению, не на все вопросы можно найти ответы.

Юлька разочаровалась.

– Как же так! – возмутилась она. – Эти ваши археологи и ученые влезли в склеп, все там разворошили, нарушили. Выставили напоказ в музее тела девочек, да еще и украшения с них сняли. Это же кощунство! При этом они даже не могут объяснить, кто были эти девочки и от чего умерли!

– Юля, опять ты права качаешь! – шикнула на нее Наталья Александровна. Но гид почему-то заступился за Юльку:

– Ничего-ничего, Юля в чем-то права. Только я хотел добавить к твоим словам, Юля: если тебе интересно узнать судьбу этих девочек, почему бы тебе самой всерьез не заняться историей? Со временем ты, возможно, разгадаешь некоторые исторические загадки и нам расскажешь.

На это ответить было нечего. Заниматься историей Юльке не хотелось. На ее взгляд, это довольно скучное занятие: или в раскопе копаешься, или сидишь среди пыльных книг и экспонатов музея. Нет, не для нее.

А вот Татьяна важно кивала головой, во всем соглашаясь с гидом. Да и Саша, казалось, готов был провести в музее много часов, внимательно разглядывая каждый черепок и бусину.

Юлька чуть не поссорилась с ним, когда они возвращались после экскурсии в санаторий. На лице Саши была написана мечтательность, он мало говорил и даже, казалось, не обращал на Юльку внимания. Мечтал о чем-то своем и сам себе улыбался. Юлька довольно резко окликнула его. Саша очнулся от своих мыслей, и на ее вопрос, что с ним случилось, ответил:

– Юль, а ты действительно хотела бы узнать о судьбе этих девочек?

Юлька не ожидала такого ответа, она лишь раздраженно пожала плечами.

– Обещаю, когда-нибудь я выясню и расскажу тебе, – голос Саши звучал торжественно. Юлька улыбнулась. Все-таки он очень милый.

В следующий раз ребят повезли на знаменитый Анапский маяк. Вот где Юльке действительно очень понравилось!

Когда они поднялись на смотровую площадку, у нее даже дух захватило, такой прекрасный вид открывался отсюда! Панорама впечатляла! Мир распахнулся, Юлька увидела широкое море и первую гору Кавказа, к подножию которой ластились аквамариновые волны. Саша сразу же схватился за фотоаппарат. Ребята и девчонки ахали, охали, фотографировались группами и поодиночке и почти не слушали гида. Юлька запомнила только, что маяк построили в 1898 году. А потом он три раза реконструировался и перестраивался. Особенно ему досталось в 1943 году, когда его взорвали фашисты при отступлении.

Вот тут все было просто и понятно. Построили, потом реконструировали, потом враги взорвали, но мы снова восстановили.

Юлька легко запоминала цифры и даты, но при этом с трудом усваивала всякую отвлеченную информацию. Она вообще предпочитала конкретику, а когда учителя или гиды пускались в пространные рассуждения или выдавали некие абстрактные идеи, Юлька считала, что они «льют воду».

Саша же, наоборот, мог слушать бесконечно «воду», но от сухих цифр и дат скучнел.

– Как же ты собираешься быть историком, а сам не в состоянии запомнить номер телефона? – подшучивала над ним Юлька. – Тебе надо тренировать память.

Саша серьезно отнесся к ее замечанию. Он сосредоточенно потер переносицу и согласился:

– Да, действительно, у меня в голове полно всяких мыслей, но мне часто трудно сформулировать простую фразу, – пожаловался он. – Хотя я очень много читаю.

– И что же ты читаешь? Небось всякие фэнтези?

– Нет, почему, – смутился он, – хотя ты угадала, я очень люблю фэнтези. Но я и другие книги читаю.

Иногда он старался развлечь ее, рассказывая о прочитанном. Юлька слушала, но надолго ее не хватало. Она предпочитала действие монотонному рассказу.

А в кино они оба ходили с удовольствием. Правда, и здесь их вкусы часто не совпадали. Они начинали спорить, причем Юлька наступала, а Саша почти всегда капитулировал. Но Юлька видела, что он оставался при своем мнении. Это ее не раздражало. Когда она спорила, то просто не могла совладать с собой. Она привыкла отстаивать свою точку зрения. К тому же в споре она лучше узнавала Сашу, начинала понимать его, прислушиваться к его настроению, к его мыслям.

Иногда, чтоб сделать ему приятное, она соглашалась с ним и наблюдала, как он радуется.

Сказать, что Юлька была счастлива, значит, не сказать ничего. Она была абсолютно, беспредельно и невообразимо счастлива. Одно только это омрачало – на безоблачном горизонте Юлькиной жизни маячили серые тучи предстоящей разлуки.

Но до нее, казалось, еще очень далеко. Дни летели за днями, каждый день был особенным, ярким, незабываемым, полным впечатлений и событий.

О разлуке они не говорили. Когда-нибудь, когда до отъезда останется один день, когда вечером загорится прощальный костер, когда все будут обмениваться адресами и номерами телефонов… Но об этом думать не хотелось.

12. Вирус любви

Татьяна безответно влюбилась в вожатого. По этому поводу она каждый день записывала что-то в свой дневник и вздыхала.

Юльке было жаль подругу. Вожатый у них, конечно, классный, тут спора нет. Но Тане явно ничего с ним не светило. Юлька даже пыталась переключить внимание подруги на кого-нибудь из своих. Но та только возводила глаза к потолку и отворачивалась.

Зато Вероника и Ксюша не теряли времени даром и вовсю встречались с Мишкой и Вадиком. Сначала они, правда, повздорили из-за Мишки. Но потом Ксюша узнала, что Вадик к ней неровно дышит, и уступила Мишку Веронике.

Вообще, у них образовалась дружная компания. Они дружили комнатами. Пять на пять. Не совсем так, конечно. Но Юлька знала, что Пашка и Серега неравнодушны к Татьяне, хоть та и влюбилась в вожатого. Таким образом, у них осталась одна неохваченная любовью Лизочка. Ее все жалели и решили во что бы то ни стало исправить положение.

Компания взяла над ней шефство.

Лизочку учили плавать в бассейне, а потом, когда в санатории был официально открыт купальный сезон, – и в море. Лизочка боялась глубины. Плавать ее кое-как научили, и она судорожно гребла на мелководье под присмотром кого-нибудь из ребят или девчонок.

– Надо найти нашему Слоненку надежного парня, – предложила Юлька. Идея всем понравилась, и ребята стали совещаться, что бы такое придумать и как подыскать Лизочке подходящего мальчишку.

Юлька и тут не растерялась.

– Вот что, – сказала она, – Лизочка должна утонуть!

– Я?! – испугалась та.

– Да не бойся! Не по правде же! – успокоила Юлька. – Когда будем на пляже, ты отойди в сторонку и начни плавать. А потом сделай вид, что тебе стало плохо, что у тебя судорога, поняла?

Лизочка затрясла головой.

– Да что здесь непонятного! – набросилась на нее Юлька. – Мы подгоним к тому месту, где ты вроде как тонешь, симпатичного парня, он тебя, типа, спасет. Ты такая вся в обмороке. Он выносит тебя на берег, а ты, вроде из последних сил, говоришь ему: ах, спасибо! Понятно?

– Не-е-ет, – запинаясь, произнесла Лизочка.

– Фух! – У Юльки кончилось терпение. – Что не понятно?

– Почему он меня спасет? – спросила Лизочка.

– Да потому что так положено! – рявкнула Юлька. – Потому что каждый парень мечтает кого-нибудь спасти! И если он кого-нибудь спасает, то непременно влюбляется.

Лизочка выслушала Юльку, но все же смотрела с сомнением.

– Народ, ну скажите же ей! – взмолилась Юлька.

– Кхм, ну, в общем, Юлька права, – подал голос Мишка.

– Да, точно! – добавил Вадик. – Должно сработать.

– Я, правда, не совсем уверен, – засомневался Саша, но его не стали слушать.

– А можно вопрос? – вклинилась Вероника. – Мы всех подряд будем загонять к Лизочке или список составим?

– Лучше, конечно, заранее выбрать, – решила Юлька.

А Пашка заявил:

– Предлагаю нас с Серегой поставить загонщиками. Представьте, мы, такие, подваливаем к кандидату в спасатели, то да се, слово за слово. А потом: о-па! Секи, братан, там кто-то тонет! Он бежит, мы немного отстаем. Он бросается в воду и вытаскивает Лизку.

– Да, нормально, – согласился Серега. – Покатит.

– Ребята, а может, не надо! – захныкала Лизочка. – Я боюсь!

– Чего ты боишься, глупышка, мы же рядом будем, – успокоила ее Таня.

– Меня воспитательница накажет.

– Вожатых и Наталью мы возьмем на себя, – заверил Вадик.

– Так, отлично! – Юлька подмигнула расстроенной Лизочке. – Все получится. Значит: Лизочка отходит к пирсу и плавает там, потом по моему сигналу она начинает тонуть, Серега и Пашка гонят к ней спасателя, Вадик и Мишка отвлекают взрослых. Ксюха с Вероникой им помогают. Мы с Татьяной на стреме, Саша с нами, как самый сомневающийся.

– Я не сомневающийся, – попытался оправдаться Саша, – просто… – Но его снова никто не послушал.

Ребята занялись составлением списка наиболее достойных парней.

Операцию под кодовым названием «Спасатель» назначили на следующий день.

13. Операция «Спасатель»

С самого утра стало ясно – день будет жарким. Так как старшую группу освободили от тихого часа, ребята решили именно в это время отправиться на пляж. Но когда они сообщили о своем желании вожатым, те сказали, что на открытом солнце в это время суток находиться опасно, поэтому поход на пляж пришлось перенести на четыре часа дня. То есть на то время, когда там будет полно народу, практически все ребята, их воспитатели и вожатые, да к тому же еще и медсестра. Все это значительно осложняло предстоящую операцию. Да еще и Лизочка все время капризничала и отказывалась.

До пляжа ее дотащили. А вот там началось непредвиденное.

Вожатые объявили соревнование по брызгам! А значит, надо было сначала поучаствовать в командном зачете, так сказать, а уж потом проворачивать операцию.

Ребята и девчонки с визгом и воплями бросились в море и устроили настоящее брызговое сражение. Юлька тоже старалась вовсю. Между прочим, поднять тучу брызг не так просто, как кажется. Это вообще, если хотите, особое искусство. Сначала-то Юлька просто била руками по воде без особого успеха. И только благодаря Саше и Тане сообразила, что настоящая брызговая волна, водный фейерверк получается, если резко двинуть по воде тыльной стороной ладони. Надо еще приноровиться, ладонь должна быть чуть погружена в воду, и не чиркать по ней, а толкать вперед. Мальчишки показали класс, создавая тучи брызг ногами. Но тут нужна была длительная тренировка.

Юлькина группа сплотилась и выиграла бой.

Довольные и счастливые, друзья выбрались на берег и только тут обнаружили пропажу Лизочки.

– Удрала! – заявила Таня.

– Нет, она где-то здесь, – предположила Юлька, – давайте поищем.

Ребята разбрелись по пляжу в поисках беглянки. Юлька и Саша бросились к кустам. Но там никого не было.

И вдруг Юлька услышала детский голосок:

– Там девочка! Тонет!

Юлька и Саша оглянулись одновременно.

– Лизка! – воскликнула Юля.

– Бежим! – Саша схватил ее за руку.

Они бросились на голос и увидели, как какой-то карапуз тычет пальцем в сторону пирса. А туда уже несутся ребята и девчонки, спешат взрослые.

Юлька рванула во все лопатки.

Но ее опередили. С крайнего лежака сорвался вожатый Антон. Несколько прыжков, и он уже врезался в воду. Юлька подлетела следом, кинулась в море.

Лизочкина голова мелькала у опоры пирса. Она то исчезала, то появлялась из воды, испуская слабые крики.

Антон добрался до нее в считаные минуты. Подхватил, поднял и… понес. Да, да, море едва достигало его плеч.

Он вынес Лизочку на берег и понес к лежаку. Их обступили со всех сторон. Не пробиться.

– Где врач?

– Врача!

– Да не напирайте!

– Искусственное дыхание! Кто умеет делать искусственное дыхание?!

Антон, как ледокол, шел вперед, раздвигая толпу.

Он поднес Лизочку к лежаку и бережно усадил ее, укрыл плечи своим полотенцем.

– Разойдитесь, тут нет ничего интересного, – спокойно сказал он окружающим.

Наталья Александровна склонилась к Лизочке и испуганно спрашивала:

– Лиза, что случилось? Лиза, тебе стало плохо?

Лиза молчала и тряслась под полотенцем.

Юлька решительно раздвинула сочувствующих и любопытных и встала за спиной Лизочки.

– Все нормально, ребята, – уговаривал Антон, – идите, идите, с Лизой все в порядке. Медсестра заглядывала Лизочке в глаза, держала за руку, считала пульс.

Юлька склонилась и шепнула Лизе:

– Скажи им, что все в порядке.

Лиза разлепила посиневшие губы и, стуча зубами, выговорила:

– Я в-в-в п-порядке…

– Так, идем в медпункт! – распорядилась медсестра. Антон легко подхватил Лизочку вместе с полотенцем и последовал за медсестрой к корпусу.

Друзья понуро брели следом. Все чувствовали себя виноватыми.

– Чего она полезла-то, – бубнил Мишка, – никто же не просил…

Вероника и Ксюша вздыхали. Пашка хмурился. Вадик и Серега шагали с обреченными лицами. Саша брел рядом с Юлькой и молчал. И только Татьяна, поглядывая на Лизочкину голову, склоненную к плечу Антона, вдруг произнесла чуть слышно, но отчетливо:

– Везет же некоторым…

У дверей медпункта медсестра, оглянувшись, приказала:

– Девочки, сходите в палату, принесите Лизе сухую одежду.

Юлька и Таня забрали у ребят Лизочкину сумку и отправились к себе. Вероника и Ксюша сказали, что переоденутся в туалете. Таня выглядела так, как будто ее только что выловили в море после кораблекрушения.

– Надо же, – пожаловалась она Юльке, – я бы все отдала ради того, чтоб Антон вот так нес меня на руках, да я и мечтать не могла об этом! Если бы я знала! Я бы сама хоть сто раз утонула, только бы он меня спас! А Лизочка! Что она? За какие заслуги ей такое счастье?

– Тань, да хватит тебе! Ну, какое счастье, – утешала ее Юлька. – Антон наш вожатый, он обязан за нами следить. На его месте любой поступил бы точно так же. Лизочка для него просто ребенок. Так что не грузись…

Подруги нашли в Лизочкиных вещах халатик, прихватили белье, носки и тапочки.

– Нет, но ты видела, как она прижималась к нему! – вспомнила Таня.

– Да не прижималась она, просто испугалась очень. А он же такой добрый, надежный. Как старший брат!

– Юля! Ты сама-то веришь тому, что говоришь?! – страдала Таня. – Лиза отбила у меня Антона!

– Тань, ну это перебор! – не выдержала Юлька.

Они подошли к медпункту, и Татьяна замолчала.

– Ну как дела? – спросила у друзей Юлька.

– Не знаем пока, – отозвался Саша, – оттуда никто не выходил. Но, судя по звукам, они там все воспитывают нашу Лизочку.

Юлька решительно стукнула в дверь.

– Я вещи принесла, – заявила она, входя. Лиза, завернутая в полотенце Антона, сидела на кушетке. Рядом, перебивая друг друга, гомонили воспитательница и медсестра. Врач сидела за столом и что-то писала. Вожатые в сторонке сочувственно поглядывали на Лизочку и ободряюще улыбались.

Все, как по команде, взглянули на Юльку.

– Вот! Одежда сухая, – объяснила она, показывая пакет.

– Оставь, – приказала воспитательница.

Юлька бочком придвинулась к кушетке и сунула пакет Лизочке.

Врач подняла голову от своих записей.

– Наталья Александровна, выйдите, пожалуйста, и остальные тоже, – попросила она. – Дайте ребенку переодеться.

Наталья осеклась и махнула рукой вожатым:

– На выход!

Юлька успела пожать Лизочке руку.

В коридоре Наталья, не обращая внимания на ребят, набросилась на Антона и Катю. Мол, это их вина, недосмотрели. И почему ребенок оказался в одиночестве?! А что было бы, если бы он утонул…

Антон и Катя слушали, покорно опустив головы.

– Вы же будущие педагоги! – наседала Наталья. – Откуда такая безответственность!

И тогда Юлька не выдержала.

– Наталья Александровна, Лизочка не тонула, – заявила она. – И вожатые ни в чем не виноваты.

– Что?! – Наталья резко повернулась к ней, ее лицо пошло красными пятнами. Прямо как у Юлькиной бабушки, когда та нервничала.

– Вы не волнуйтесь, – посоветовала Юлька, – вам вредно.

– Да как ты?!. Юля! – у воспитательницы не находилось слов, она только и могла, что открывать и закрывать рот, как рыба, вытащенная из воды.

– Я же объясняю, – спокойно продолжила Юлька, – вожатые тут ни при чем. Это все мы виноваты.

– Кто это, вы? – удалось произнести Наталье.

Саша поднялся со скамейки.

– Мы – это мы все, – ответил он за Юльку.

– Что за новости?! – На воспитательницу было жалко смотреть.

– Наталья Александровна, давайте я вам все объясню, – вмешалась Татьяна, – дело в том, что Лизочка не тонула, она изображала из себя тонущую! – Она помолчала и добавила: – И совсем непохоже.

Несколько секунд длилось общее молчание. А потом грянула буря.

– Вы что! Издеваетесь?! Да?! Вы вообще соображаете, чем рискуете?! – взревела Наталья.

Ребята сбились на скамейке, как птицы на жердочке под крышей во время грозы. Юлька непроизвольно втянула голову в плечи. А Татьяна оказалась в эпицентре Натальиного гнева. Воспитательница обрушила на нее все свое негодование.

– Вы думаете, вам все позволено? Да? Думаете, с вами тут будут носиться, как с писаными торбами?! Нет, голубчики! – Палец воспитательницы уперся Татьяне в грудь. – Вы все! Вы все будете наказаны! Я сегодня же позвоню вашим родителям! Пусть они тоже узнают о том, что вытворяют их детишки! – Она задохнулась, закашлялась и прохрипела напоследок: – И поставлю вопрос перед руководством о вашей немедленной отправке по домам!

Татьяна стояла ни жива ни мертва. Она страшно побледнела, Юльке даже показалось, что подруга готова хлопнуться в обморок. Она подхватила Таню под локоть и почувствовала, как та наваливается на нее всем телом.

Вожатые кинулись к воспитательнице и стали уговаривать и успокаивать ее. Наталья больше не кричала. Она позволила вожатым увести себя. Когда они уходили, Антон обернулся и подмигнул. При этом он улыбался. Юлька глазам своим не поверила.

На скамейке, уткнувшись друг в друга, тихо плакали Вероника и Ксюша. Мальчишки утешали их, как могли. Саша подошел к Юльке.

– Не надо волноваться, – сказал он, – мы сможем все объяснить. Но Юлька услышала, как дрожит его голос.

– Вот что, – заявила она, – не надо впадать в панику. Я все это затеяла, я и отвечу. Вы все вообще ни при чем.

– Как это ни при чем! – возмутился Мишка.

– Ты чего это выдумала! – подхватил Вадик.

Девчонки перестали плакать, уставились на Юльку покрасневшими глазами.

В этот момент дверь медпункта распахнулась и оттуда бочком выступила Лизочка. За ней появилась медсестра. Оглядев притихших ребят, распорядилась:

– А ну по комнатам! Живо!

Не сговариваясь, все вскочили. Девчонки подхватили Лизочку и гурьбой быстро зашагали по коридору к лестнице.

– Давайте все обсудим, – предложил Серега.

– Нет, – покачала головой Юлька, – сейчас нам лучше разойтись, – встретимся после ужина, в беседке.

Юлька втолкнула Лизочку в комнату. Следом вошли остальные.

Лизочка робко присела на краешек кровати.

– Лиза, не бойся, – поморщилась Юлька, – лучше расскажи, как ты оказалась у пирса? Мы же так не договаривались.

Лиза быстро заморгала, шмыгнула носом.

– Я не специально, – ответила она, – я просто боюсь, когда брызгаются. Поэтому я решила подождать в стороне.

– Ну, хорошо, решила подождать в стороне, ладно, но зачем ты тонуть-то стала? – терпеливо расспрашивала Юлька.

Лизочка всхлипнула.

– Я испугалась, – призналась она. – Там, у пирса, меня кто-то за ногу схватил.

– Судорога? – предположила Таня.

– Нет, судорога потом началась, – ответила Лизочка. – А сначала оно меня за ногу схватило, я думала: утащит на глубину! Я как закричу, как рванусь! И упала. Чуть не захлебнулась, – пожаловалась она. – Я думаю, там спрут живет, гигантский, – Лизочка вытаращила глаза и перешла на зловещий шепот: – Он там живет и поджидает жертву!

– Фу, – поморщилась Юлька, – Лизочка, там же мелко, какой спрут! Ужастиков насмотрелась? Нет тут никаких спрутов.

– Как же! – не поверила Лизочка. – Я же почувствовала, как он схватил меня за ногу!

Девчонки переглянулись. У Вероники и Ксюши выражение лиц было таким, что Юлька поняла, они вот-вот поверят Лизочкиным выдуманным страхам. Татьяна, как самая умная, потребовала, чтоб Лизочка показала ногу. Та подчинилась. Таня осмотрела ее лодыжку, взглянула на пятку и торжественно произнесла:

– Так я и думала!

Вероника и Ксюша придвинулись поближе.

– Видите! – Таня указала на Лизочкину ногу. – Кожа чистая! А если бы ее схватил спрут, то остались бы следы от присосок.

Девочки согласно кивнули.

– Так что никакой спрут тебя не хватал, – заявила Таня. – Может, за водоросль зацепилась, может, краб ущипнул, ты испугалась и запаниковала. Вот и все!

– Да, – вздохнула Лизочка, – мне и врач то же самое сказала.

– Да ты что! Лизка, ты ей тоже про спрута прогнала?! – рассмеялась Юлька.

Напряжение спало. Девчонки тоже заулыбались, даже ревнивая Таня. Лизочка пожала плечами и покраснела.

– Да, вам хорошо говорить, а я испугалась, – пролепетала она.

– Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно, – как бы про себя произнесла Татьяна. – Что делать будем, девочки?

– Я больше не хочу тонуть! – всполошилась Лизочка. – Даже понарошку!

– Да погоди ты! – оборвала ее Таня. – Не в тебе дело.

– Я виновата, я и отвечу, – снова повторила Юлька, – и не о чем тут рассуждать.

– Да? – Таня даже подпрыгнула от возмущения. – И в чем же ты себя виноватой считаешь? В том, что эта дурочка даже собственной тени боится?

Лизочка мгновенно надула губы. Обиделась.

Но Юльку не так-то легко было сбить с толку.

– Идея принадлежит мне, значит, и отвечать буду я.

– Ой, посмотрите на нее! Какая смелая и благородная! Сам погибай, товарища выручай! – набросилась на Юльку Таня. – А мы, значит, дети неразумные, за себя и ответить не можем?!

– При чем здесь вы? – не осталась в долгу Юлька. – Если бы я не заставила Лизочку согласиться…

– Она заставила! – подбоченилась Таня. – А мы-то поддержали! Ведь никто не отказался!

– Нет, – Юлька понизила голос, – Саша отказывался и нас пытался остановить, только мы его не слушали.

– Ну, конечно! Твой Сашенька – ангел! А мы все – черти полосатые!

Подруги резко отвернулись друг от друга и уселись на свои кровати.

– Девочки, – робко начала Вероника, – но ведь на самом-то деле никакого розыгрыша не было.

Юлька уставилась на Веронику, не понимая, к чему она клонит. Татьяна тоже нехотя повернулась к ней.

– Не было! – воодушевилась Вероника. – Юля вообще зря рассказала Наталье о нашей идее. Мы не успели ее осуществить.

– Да, действительно, – подумав, произнесла Таня. – Юлька, ты зачем Наталье-то рассказала?

– Да не знаю, – призналась та, – она набросилась на вожатых. Как будто они в чем-то виноваты. Ну, я и выдала…

– Нет, нет, нет, – затрясла головой Вероника, – ничего этого не было! И забудьте все об этом! Если будут спрашивать, мы все подтвердим, что Лизку никто не подговаривал топиться.

– Так меня никто и не подговаривал, там спрут… – начала было Лизочка по новой, но ее перебили.

– Надо идти к Наталье и все ей объяснить! – предложила Вероника. – Пока не поздно.

– Ой, мне что-то страшно, – сказала Ксюша.

– Погодите, погодите, – вмешалась Таня, – значит, так, нам бояться нечего. Мы идем к директору и там все рассказываем.

– Сразу к директору? – растерялась Вероника.

– Да ну вас! – разозлилась Юлька. – Раздули из мухи слона! У Лизки – гигантский спрут, у Натальи – потопление ребенка со смертельным исходом, у вас – желание пострадать. Что за чушь?! Я вообще перестаю что-либо понимать!

Наверное, они все снова переругались бы, но в дверь постучали. Таня крикнула: «Войдите!», и в комнату вошел Антон, а за ним – Катя.

– Привет, – сказал Антон, – вы так кричите, что на весь корпус слышно.

Таня покраснела и зажала рот ладонью.

– Девочки, вы можете нам с Катей толком объяснить, что произошло на самом деле? – спросил Антон.

– Ой, Антон, Катя, как хорошо, что вы зашли! – встрепенулась Ксюша. – Садитесь вот сюда, – она торопливо сгребла со стульев ворох одежды. Вожатые переглянулись и сели.

Антон посмотрел на Юльку:

– Юль, давай начнем с тебя, о гигантском спруте мы уже слышали.

– Да нечего рассказывать, – хмурясь, пробубнила Юлька.

– И все-таки, – настаивал Антон, – Наталья побежала к директору после того, что ты ей заявила. Она может раздуть скандал. Будет звонить родителям. Надо как-то разобраться в создавшейся ситуации и постараться избежать лишних проблем.

Юлька глубоко вздохнула:

– С чего начать?

– С начала, – улыбнулся Антон. Юлька собралась с мыслями и рассказала о том, как все участвовали в брызговых соревнованиях, как потом потеряли Лизочку и отправились искать ее. Как услышали крики, побежали к пирсу…

– Ну, дальше вы знаете.

– Хм, знаю, – согласился Антон, – но ты сказала Наталье, что Лизочка только сделала вид, что тонула, и в этом ты виновата.

Юлька отмахнулась:

– Да это вообще тут ни при чем.

– Не понимаю, – Антон искренне удивился.

– Чего тут непонятного? – вспылила Юлька. – Наталья на вас набросилась, ругалась, обвиняла. Ну, я и заступилась.

Катя и Антон переглянулись и засмеялись.

– Не вижу ничего смешного, – огрызнулась Юлька.

– Не сердись, – попросила ее Катя, – просто так вышло: ты заступилась за нас, а ребята тут же подхватили и напугали Наталью до истерики. Она же считает, что в ее группе раскрыт заговор!

– Да ладно! – не выдержала Таня.

– Вот именно, – подтвердил Антон. – Вы, девчонки, думайте, что говорите. Наталья ругала нас за дело. Мы ж действительно расслабились и не заметили, как Лизочка отбилась ото всех. Если бы она не очутилась у пирса, ничего не случилось бы.

– Я боюсь, когда на меня брызгают, – стала оправдываться Лизочка.

В балконную дверь тихонько постучали. Таня сорвалась с места и открыла ее.

– Входите! – приказала она.

И в комнату, друг за другом, шагнули мальчишки.

– А, парни пришли, – обрадовался Антон, – хорошо.

– Да вы тут так орете, что нам все слышно, – сообщил Серега. – Ну что, нас теперь по домам отправят или как?

Антон усмехнулся:

– А сам ты как думаешь?

Серега почесал затылок:

– Да мы вроде никакого криминала не совершили.

Не успел он высказать мысль до конца, как входная дверь распахнулась настежь, и ребята увидели Наталью вместе с директором санатория.

– Вот, Игорь Владимирович, полюбуйтесь! – сказала она. – Все в сборе!

Игорь Владимирович важно кивнул, здороваясь.

Ребята встали как по команде. Директор, хоть и был отменно вежлив, отличался весьма суровым характером.

– Бунт на корабле? – спросил он, обращаясь сразу ко всем.

«Сейчас прикажет повесить нас всех на рее», – подумала Юлька.

– Я больше не буду, – пискнула Лизочка.

Саша придвинулся к Юльке и взял ее за руку. В комнате воцарилось тяжелое молчание. Игорь Владимирович обвел всех изучающим взглядом.

Антон хотел что-то сказать, но директор поднял руку, останавливая его.

– Я бы хотел поговорить с каждым из вас, – с нажимом произнес он. – Сейчас я пойду в общую комнату и буду приглашать вас по очереди. Он развернулся и удалился. Наталья поспешила за ним. Из коридора донеслось: «Наталья Александровна, вас я уже выслушал…»

– Ужас! – прошептала Таня, прижимая ладони к щекам.

– Похоже на допрос с пристрастием, – добавила Юлька.

– Ребята, давайте не будем паниковать раньше времени, – предложил Антон. – Вы ни в чем не виноваты. Просто обстоятельства сложились не в вашу пользу. Старайтесь не врать и не выдумывать того, чего не было.

– Антон! Катя! – позвала Наталья Александровна.

Антон вздохнул:

– Ну вот, мы – первые.

Он и Катя вышли. Но вместо них в комнату вбежала Наталья.

– Ну вот! Вот! Чего вы добились! ЧП на весь санаторий! Да что там санаторий! Теперь все будут говорить, что у нас дети топят друг друга на глазах у воспитателей! Это у них шутки такие!

Юлька опустила голову. Надо было как-то объяснить перепуганной Наталье, что она все неправильно поняла, что никто никого не топил, а все, что случилось, – досадная случайность. Юлька кусала себя за язык и ругала мысленно, зачем, ну зачем она болтала! Если бы она не ляпнула о своей вине и о том, что Лизочка тонула по ее указке! Почему некоторые люди все всегда понимают неправильно? У них как будто мозги не так устроены. Ты им говоришь одно, а они тебе – другое.

– Наталья Александровна, – подал голос Саша. Юлька вздрогнула от неожиданности и уставилась на него. Что он еще задумал! Может, хватит на сегодня болтовни?!

– Наталья Александровна, можно я попытаюсь все объяснить? – попросил Саша.

– Хватит! Наобъяснялись! – огрызнулась воспитательница.

– Нет, нет, – миролюбиво продолжил Саша, – я просто хотел вам сказать о том, что вы зря так расстраиваетесь. Лизочку никто не топил.

– Не топил?! – воскликнула Наталья. – Да у вас тут круговая порука! Лиза в медпункте плела про какого-то спрута, а наша замечательная Юля поведала нам, что это она заставила Лизу утопиться!

– Меня никто не заставлял топиться! – внезапно подала голос Лиза. – Я просто боюсь брызг!

– Каких брызг?! – взвизгнула Наталья.

– У нас сегодня соревнование было, – подсказал Саша, – Лизочка не хотела участвовать и поэтому отошла подальше.

Наталья гневно сверкнула глазами:

– Снова голову морочите? Развели тут дедовщину! Обижаете тех, кто слабее вас! Эх вы! Я-то думала, вы старше, умнее. А вы!

– Девочки очень хорошие, – заявила Лизочка, упрямо наклонив голову, – они со мной дружат. В бассейне плавать учили. Мы всегда вместе. И… они никогда меня не прогоняли, даже если говорили о своих секретах.

– Так зачем же ты топилась? – вкрадчиво спросила воспитательница.

– Я не топилась! – голос Лизочки сорвался на крик. – Сколько раз можно повторять! Я не топилась! Я испугалась!

– Кого?! – взмолилась Наталья. – Спрута?!

Лизочка смутилась и промолчала.

– Лиза, иди к директору, – позвала Катя, появляясь в комнате. Лиза прошмыгнула мимо Натальи и Кати. Из коридора донесся частый топот ее ног, потом он стих.

В комнату стали заглядывать ребята из группы. Воспитательница шикала на них, и они исчезали.

– Не понимаю! Не понимаю! – твердила воспитательница. – Что случилось с детьми? А все эти игры! А в фильмах что показывают? Кровь, жестокость, убийства! Ужас, ужас!

Ребята и вожатая помалкивали.

– Никакого уважения! Никаких авторитетов! У вас теперь не авторитеты, а кумиры! Всякие там! – она покрутила рукой. – Терминаторы с пауками!

Раздался смешок. Кто-то не выдержал. Серега, кажется.

– Он еще и смеется! Тебе плакать надо, а не смеяться! – страдающим голосом сказала воспитательница. Юльке даже жалко ее стало.

Появился Антон. Выглядел он усталым и грустным:

– Юля, тебя зовут, – сказал он. Саша сжал Юлькины пальцы, она взглянула на него, чуть заметно кивнула. Юля высвободила руку и направилась к двери.

– Все в любовь играете! – кинула вслед Наталья. – Думаете, я ничего не замечаю! Романы тут устраиваете. А не рановато ли?

Юлька быстро пошла по коридору, стараясь не слушать воспитательницу. «Юлька, че случилось? Че случилось-то?» – шептали ребята и девчонки, приоткрыв двери и высунув головы в коридор. Юлька молча отмахивалась.

Саша догнал ее у общей комнаты. Или, как ее все называли, кают-компании.

– Я с тобой, – твердо сказал он.

Она покачала головой.

Отстранила его и вошла.

Игорь Владимирович сидел за столом, напротив, сгорбившись, сидела Лизочка. Директор указал Юльке на стул. Она присела.

– Юля?

– Да…

– Юля, тебе у нас нравится? – спросил директор.

– Нормально…

– У тебя есть друзья? – допытывался он.

– Да…

– Я слышал, ты занимаешься спортом?

– Занимаюсь…

– Каким?

– Легкой атлетикой…

«К чему эти расспросы? – думала она. – Зачем? Что он хочет узнать?»

– Я слышал, ты бегаешь по утрам? – снова спросил директор. Юлька дернулась. «Вот как, значит, все-таки донесли! Лизочка? – она покосилась на сжавшуюся девочку. – Наверняка… Ну, теперь не отстанет!»

– Я не могу нарушать режим, – ответила она.

– Да, но ты не делаешь со всеми утреннюю зарядку, – заметил он.

– Я занимаюсь самостоятельно, – процедила Юлька.

– Значит, ты не можешь нарушать свой режим, но наш ты почему-то нарушаешь, – уточнил директор.

– Я предупреждала Наталью Александровну, – нашлась Юлька.

– Допустим, – легко согласился он. – Я вижу, ты девочка тренированная, спортом давно занимаешься, и тебе у нас должно быть, э… скучновато, а?

«К чему он клонит? – пыталась сообразить Юлька. – Хочет отправить меня домой?»

Директор ждал ответа, легко постукивая кончиком ручки по столу.

– Н-нет, – осторожно выговорила Юлька.

– Лиза, а тебе? – внезапно переключился директор. Девочка на стуле вздрогнула и отрицательно помотала головой.

– Странно, – задумчиво произнес директор, – такие разные девочки, а отвечаете одинаково. – Честно говоря, после сегодняшнего инцидента я уж не знал, что подумать. За пятнадцать лет моей работы, знаете ли, разное случалось… Да, так что ты там говорила, Юля, о какой-то шутке или розыгрыше?

Юлька снова покосилась на Лизочку.

– Я? – на всякий случай переспросила она.

– Да, Наталья Александровна заявила, будто бы ты хотела кого-то разыграть, и для этого договорилась с Лизой… – директор оборвал фразу и посмотрел на Юльку.

– Все было не так, – Юлька вздохнула. – Наталья Александровна стала ругать вожатых за то, что они не следили за Лизой. А я заступилась.

– За вожатых? Похвально… Нравятся вожатые?

– Они хорошие, – подтвердила Юлька.

– То есть ты на самом деле не подговаривала Лизочку тонуть? – быстро спросил он. И Юлька не выдержала, взорвалась:

– Да не подговаривала я ее! Мы ее по всему пляжу бегали искали! Откуда же нам было знать, что она к пирсу пойдет!

Лиза разревелась в голос.

– Ну, ну, ну, – забеспокоился директор, – зачем же плакать, Лиза, ведь все обошлось, правда? Все обошлось… – Он встал из-за стола, обогнул его, подошел к Лизе, погладил ее по голове, поднял со стула и, придерживая за плечи, повел из комнаты. Юлька пошла было за ними, но у самой двери директор остановился, мягко вытолкал Лизочку и, повернувшись к Юльке, сказал негромко:

– Когда я спросил у Лизы, хочет ли она, чтоб я ее переселил в другую комнату, она категорически отказалась. И вообще она отчаянно заступалась за тебя. У тебя много нареканий, Юля, и, честно говоря, я бы отправил тебя домой, здесь у нас все-таки санаторий, а не спортивный лагерь. Да и в спортивных лагерях нельзя нарушать дисциплину. Разве не так?

– Так…

– Но, учитывая тот факт, что ты живешь очень далеко и мне не хочется вводить в расходы твоих родителей, я все-таки решил тебя оставить. С условием: больше никаких нарушений, скандалов и ЧП!

Юлька облегченно вздохнула.

– Не обольщайся, – охладил ее директор, – я буду лично присматривать за тобой. А теперь пригласи-ка сюда всех твоих друзей.

Юлька вылетела из кают-компании и столкнулась с Сашей. Рядом столпились остальные. Здесь же были и вожатые, и воспитательница.

– Входите, – выдохнула Юлька.

Больше директор никого ни о чем не расспрашивал. Он прочитал короткую нотацию, предупредил, что за нарушения дисциплины будет наказывать, а именно: лишать экскурсий и запрещать морские купания.

– А теперь идите на ужин, – распорядился он и ушел, сопровождаемый Натальей Александровной.

– Вот такие дела, – развел руками Антон. – Ребята, вы уж будьте осторожнее, на будущее.

Настроение у всех заметно поднялось. Все успокоились. Вроде выгонять их никто не собирался. Так, поругали немного. Но это нормально. Это можно пережить и забыть.

– Ну что, что он тебе говорил? – допытывалась Таня у Юльки. Юлька шла молча, Саша держал ее за руку.

Юлька вздохнула:

– Так, ничего… сказал, что теперь лично будет присматривать за моим поведением.

– Ну! Пусть присматривает. Ему положено. Больше ничего?

– Нет…

Таня хихикнула:

– А ты видала, каков наш Антон! Он такой душка! Просто герой!

– Ну да, – согласилась Юлька. Она все никак не могла забыть слова директора о том, что он хотел ее отправить домой. Пугал? Или правда? А что, если правда? Он позвонил бы родителям, переполошил бы их, потом отец или мама сорвались бы, прилетели за Юлькой. Кошмар! Или не прилетели бы? Возможно, Юльку отправили бы одну.

На мгновение ее накрыло запоздалым страхом. А как же Саша? Ведь Юлька до сих пор почти не думала о разлуке. И вдруг, внезапно, ее оторвали бы от него, и они больше никогда бы не встретились!

В столовой Юлька сидела тихо, склонив голову к тарелке. Девочки быстро сообразили, что с Юлькой что-то произошло, и тоже притихли. Одна Лизочка, по обыкновению, не страдала отсутствием аппетита. Даже наоборот, стоило тете Зое предложить добавки, как Лизочка немедленно согласилась.

– Я так переживаю! – призналась она, уплетая вторую порцию.

После ужина Саша повел Юльку на берег, и они долго сидели на лежаке, глядя на вечернее море. Заходящее солнце сползало по небосклону, медленно, как капля густого меда. Тени удлинялись, наползали друг на друга, соединялись, наполнялись сумраком.

– Удивительно, – нарушил молчание Саша, – сейчас мне показалось, что мы с тобой совсем одни в целом мире.

Юлька усмехнулась:

– Как Адам и Ева в раю? – спросила она.

– Ну да…

– Я тоже об этом думала, – призналась Юлька.

– Сегодня мне впервые стало по-настоящему страшно, – сказал Саша. – Я представил себе, что нас в любой момент могут разлучить. Я до сих пор не могу отделаться от этой мысли, хотя вроде бы все обошлось… И еще, знаешь, наша встреча – ведь это настоящее чудо! И в то же время наше счастье такое непрочное, такое хрупкое. Чтобы его разрушить, достаточно пустяка. Какого-нибудь случайного поступка, не вовремя сказанного слова или как сегодня… Нам отпущено только два месяца! Это ничтожно мало! А кажется – целая жизнь! Пройдет каких-нибудь две недели с небольшим, и наши самолеты разлетятся в разные города, находящиеся за тысячи километров друг от друга! Как же мы будем жить потом?

Юлька вздохнула:

– Мне сейчас не хочется думать об этом.

– Мне тоже не хочется, – сказал Саша, прижался щекой к ее щеке и закрыл глаза. – Так бы и сидел здесь, с тобой рядом, всю жизнь, – мечтательно произнес он.

Юльке тоже хотелось, чтоб Саша всегда был рядом. Но просидеть всю жизнь на лежаке! Нет, у нее и сейчас-то попа заболела. Надо бы встать и пройтись. Но Саша обвил ее плечи рукой, притянул к себе и замер. Юлька поерзала, пытаясь устроиться удобнее.

– Замерзла? – всполошился Саша.

– Нет, вечер такой теплый, – ответила Юлька. – Давай погуляем?

И они гуляли. До тех пор, пока не зажглись первые звезды. Пора было возвращаться в корпус. Иначе снова не поздоровится.

В вестибюле они спрятались под лестницей и долго целовались, вздрагивая от звуков и голосов, проникающих в их ненадежное убежище.

– Все, уже отбой, – шепнула Юлька, – бежим наверх, нас сейчас проверять придут.

Они едва успели разойтись по комнатам, как медсестра начала вечерний обход.

– Повезло, – шепнула Юлька Тане, безропотно заталкивая под мышку градусник.

14. Прыжок с пирса

Утром Юлька из осторожности не рискнула спускаться по балконам, чтоб совершить свою обязательную пробежку. Вместо этого она вместе с девчонками появилась на общей зарядке. Саша тоже пришел, встал рядом.

Она махала вместе со всеми руками, приседала и прыгала, не находя в этом никакого удовольствия.

«Ничего, – убеждала она сама себя, – потерплю две недели. А побегать я смогу и позднее».

После зарядки к Юльке неожиданно подошел тренер:

– Юля, ты ведь у нас спортсменка?

– А что? – грубовато ответила она.

– Я хотел тебе предложить позаниматься утренней разминкой с несколькими ребятами. Ты как, не против?

– В смысле? – удивилась Юлька.

– Я слышал, ты бегаешь по утрам. Так почему бы тебе не побегать с другими? Многие ребята дома занимаются в различных спортивных секциях. Думаю, они не откажутся вместо простой зарядки позаниматься более серьезно.

Юлька не поверила своим ушам:

– Правда?

– Конечно. Ты бы раньше подошла ко мне, мы бы договорились.

– Отлично! Когда начинать? – воодушевилась Юлька.

– С завтрашнего дня. Сегодня у тебя уже не остается времени, – взглянув на часы, сказал тренер.

– Хорошо! До завтра!

Юлька вприпрыжку поскакала в корпус. Вот все и устроилось! Не надо больше прятаться и карабкаться по балконным решеткам. Хотя… немного жаль, если честно.

– Все, теперь бегаем официально, – сообщила она Саше.

– С чего бы это? – удивился он.

– Не знаю, – Юлька беспечно пожала плечами, – тренер разрешил. Завтра я вместо зарядки собираю группу желающих и бегаю с ними.

– Меня запиши, – улыбнулся Саша.

– А как же!

Она радовалась. До самого обеда. А в обед Саша в столовой не появился. Юлька крутила головой, шепталась с Татьяной и девчонками, но те только плечами пожимали. Никто не знал, куда пропал Саша.

Юлька решительно встала из-за стола и подошла к соседям.

– Парни, а куда Сашка подевался? – спросила.

– К нему батя приехал, – ответил Мишка с набитым ртом.

– Кто? Отец? – не сразу поняла Юлька.

– Ну да, – подтвердил Вадик, – он вроде забрать Санька хочет.

– Как это – забрать?! – Юлькино сердце гулко стукнуло в ребра. Зазвенело в ушах.

Мальчишки не ответили.

– А где же они сейчас? – с трудом ворочая языком, спросила Юлька. – Уже уехали в аэропорт?

– Не-а, – отозвался Мишка, – они еще здесь. Наверное, к директору пошли, типа того.

– Юлька, сядь за стол! – донеслось до нее. Это Таня беспокоилась, как бы Юльке не сделали замечания.

Юлька на негнущихся ногах вернулась к столу и плюхнулась на стул.

– Ты чего! – Таня отложила вилку. – Что случилось?!

– Сашку отец увозит, – Юльку душили слезы.

– Куда увозит? – спросила Вероника. Ксюша и Лизочка перестали есть и уставились на Юльку.

– Домой…

– Почему, ведь еще две недели, – напомнила Таня.

– А я откуда знаю, мне самой только что мальчишки сказали. – Юлька всхлипнула.

– Подожди, подожди, – зачастила Таня, – они не врут?

Но Юлька уже не слушала. Она вскочила со стула. Ей надо было немедленно предпринять что-нибудь. Она еще и сама не знала что. Бежать к директору? Искать Сашиного отца и уговаривать?

Она уже вылетела из столовой, когда услышала возглас доброй тети Зои: «А компот, деточка!» За ней топали ее подруги.

– Да не несись ты так! – уговаривала Таня. – Давай подумаем вместе.

Юлька, не оборачиваясь, отмахнулась.

Вот и кабинет директора. Юлька дернула за ручку. Дверь оказалась закрытой.

Она прижалась к ней спиной и медленно сползла на пол:

– Не успела!

Таня схватила ее за руку и рванула вверх:

– Вставай, немедленно!

– Они уехали!

– Да не могли они уехать! – разозлилась подруга. – Им сначала надо документы забрать, вещи собрать и хотя бы сказать нам «до свидания».

Юлька поднялась на ноги. В словах Тани был резон. У нее появилась надежда. А Татьяна тем временем уже расспрашивала охранника. Юлька успела расслышать, как тот сообщил Тане о том, что директор на совещании и будет только во второй половине дня.

– Так, – начала деловито распоряжаться Таня, – значит, с директором они не разговаривали. Выходит, никуда твой Сашенька не уедет, пока его папочка с директором не встретится.

Юлька схватила себя за волосы:

– Где же они?!

– Так, не порть прическу, – наставительно заметила Таня, – дай подумать…

Таня потерла лоб ладонью, потом поморщилась, посмотрела в потолок и выдала:

– У меня три варианта!

– Выдай! – велела Юлька.

– Первый: они могут быть в корпусе, – Татьяна загнула мизинец на левой руке, – второй: могут гулять где-нибудь в парке или на пляже, и третий – в городе!

– В корпусе их нет, – Юлька стала рассуждать вслух, – мне ребята сказали. Значит…

– Ничего не значит, – перебила ее Таня, – пока мы тут их искали, они могли запросто вернуться. Сидят теперь в комнате. К тому же Сашка не обедал, вполне возможно, что он сейчас в столовке. Ха! – она хлопнула себя по лбу. – Представь себе, мы за ними бегаем, а они за нами! Сашка же непременно захочет тебя найти и рассказать о приезде отца. В первый момент он небось и сам растерялся. Но теперь-то точно ищет! Вот и выходит, мы бегаем друг за другом!

Вероника и Ксюша согласно кивнули.

– Точно! – воскликнула Вероника. – И как мы сразу не догадались!

– Юля, а ты не пробовала бросить Саше эсэмэску? – спросила Ксюша.

– Пробовала! У него телефон заблокирован! – ответила Юлька.

– Вот мы дурочки! – воскликнула Таня. – Надо было ребятам записку оставить для Сашки! Вдруг они его первыми увидят!

– Тихо! – потребовала Юлька. – Я все поняла! Нам надо разделиться. Мы с Лизой пойдем в корпус, а вы пробегитесь по парку и пляжу. Идет?

– Да, да! – заторопилась Таня. – Девчонки, за мной! Юля, если его нет на месте, сиди в комнате и жди нас!

Подруги разбежались.

Юлька тянула за руку пухленькую Лизочку, та старалась изо всех сил примериться к широким шагам подруги.

Лизочка задыхалась, ей приходилось бежать вприпрыжку. Но она терпела. И всю дорогу просила у Юльки прощения за то, что так глупо вела себя на пляже, за то, что наговорила лишнего директору… Юлька не слушала ее. Не до того было.

– Это я все испортила, – хныкала Лизочка, – я вообще всегда все порчу! Саша так тебя любит, так любит! Прямо как в сказке! А я…

– Перестань, Лизочка, при чем здесь ты?

– Как при чем? – удивилась та. – Почему Сашин папа приехал? Да потому, что ему позвонили и сказали, что Саша тут плохо себя ведет.

– Не выдумывай! – прикрикнула Юлька. – Кто позвонил? И почему именно Сашиным родителям? Моим же не позвонили, и твоим тоже.

– Откуда ты знаешь? – уперлась Лизочка.

– Хватит сеять панику, – потребовала Юлька, – директор мне лично сказал, что если бы я жила поближе, то он вызвал бы моих родителей… Стоп! – Юлька резко остановилась, и Лизочка с разбегу врезалась в нее. – Выходит, он решил избавиться от Саши? Но почему? Саша – самый примерный и правильный из нас.

Лизочка шмыгнула носом:

– Может, это и не директор звонил, а Наталья Александровна.

– Хватит! Бежим скорее, – Юлька снова сорвалась с места и потащила Лизочку в корпус.

На своем этаже они столкнулись с медсестрой. Та шикнула на них, чтоб вели себя потише, и велела идти к себе.

Юлька поняла, что соваться к мальчишкам у медсестры перед носом бессмысленно и расспрашивать ее о ком-либо тоже бессмысленно. Поэтому она сделала вид, что покорилась приказу, и быстро затащила Лизочку в комнату.

– Стой на стреме! – приказала она, – а я пойду через балконную дверь.

Лизочка с видом заправской заговорщицы подкралась к двери и замерла, прислушиваясь. Показала глазами: «Все тихо. Иди».

Юлька выскочила на балкон, подбежала к соседней двери, крадучись заглянула через стекло в комнату. Там были все, кроме Саши. Юлька, больше не прячась, постучала, заглянула:

– Парни, Саша появлялся?

– Оба-на! Юлька! – Мишка первым повернул голову и увидел ее. – Санька нет, зато его рюкзак здесь и вещи все на месте. Значит, не уехал.

– Да, я знаю, – кивнула Юлька, – директора нет, а без него их никто не отпустит отсюда. Вожатых видели?

– У себя, наверно, – отозвался Вадик.

– К ним не прорваться, медсестра на посту, – досадливо поморщилась Юлька. – Хоть бы узнать у кого-нибудь, куда Саша подевался.

Ребята сгрудились возле нее, посыпались предположения: Мишка утверждал, что Саша с отцом в городе. Вадик настаивал на том, что они в санатории, Санек и Пашка твердили полную несуразицу, что, мол, Саша так удрал, без вещей и документов. Юлька крутила головой, пока у нее шея не заболела. Вдруг опомнилась:

– Тихо вы! Нас же услышат!

Словно в ответ на ее слова кто-то тронул ее за плечо. Юлька вздрогнула, резко обернулась и увидела перед собой испуганную Веронику.

– Ты?! Откуда ты здесь?! – набросилась на нее Юлька.

– Ой, Юлечка! – шепнула Вероника. – Там такое!

– Что? Что? – перепугались мальчишки.

У Вероники глаза казались круглыми то ли от страха, то ли от удивления, то ли от того и другого вместе.

– Да не орите вы! – разозлилась Юлька. – Медичка застукает!

Парни примолкли и молча уставились на Веронику.

– Саша в море упал! – чуть слышно произнесла она.

– Что?! – Юлька схватила Веронику за плечи и встряхнула. – Что ты мелешь!

– Юлечка, миленькая, я правду говорю, – ответила трепещущая Вероника. – Мы с девочками сами видели. Саша с отцом стояли на пирсе. Сначала Саша упал, а за ним и папа…

– Ни фига себе! – пробормотал Мишка. – Так они что, утонули?

– Ты что, с ума сошел! – набросилась на него Юлька. – Как это утонули?!

– Я не в том смысле, – окончательно растерялся Мишка, отступая от Юльки.

– Нет, нет, никто не утонул, – быстренько успокоила всех Вероника, – там же мелко. Ну, сегодня, правда, штормит, они воды наглотались, а так – ничего, нормально… Только мокрые.

– Где они?! – Юлька бросилась к балконной решетке.

– Юлечка, пожалуйста! – взмолилась Вероника. – Мне Таня строго-настрого приказала сделать, как она придумала. – Вероника вцепилась в Юльку, не оторвать. – Ты не волнуйся, они внизу стоят, им надо сухую одежду передать, иначе они не смогут зайти в корпус.

И тут до Юльки стало доходить. Она все-таки вырвалась и выглянула с балкона. Девчонки и Саша с отцом прятались в кустах. Конечно! Нельзя, чтоб их увидели в таком виде!

– Парни, – начала распоряжаться Юлька, – тащите Сашкину одежду!

Мальчишки зашевелились.

Она схватила первый попавшийся пакет, затолкала туда полотенце, футболку, джинсы. Заглянула к Лизочке.

– Как там? – поинтересовалась.

– Спокойно, – важно ответила та.

– Хорошо! – Юлька вернулась к ребятам. – А отца во что переодевать будем?

Тут ребята проявили находчивость и быстренько собрали по своим сумкам одежду для вымокшего Сашиного папы.

Теперь надо было как-то это все передать пострадавшим. Сбросить? А вдруг кто-нибудь услышит? Нет, лучше потихоньку слезть самой. И Юлька, больше не раздумывая, стала спускаться по решетке.

Она мягко спрыгнула в траву и побежала, пригибаясь, к кустам.

– Долго копаетесь, – недовольно буркнула Таня. Но Юлька не обратила на нее внимания. Она смотрела на Сашу. Мокрый и замерзший, он счастливо ей улыбался.

– П-папа, п-познакомься, это Юля, – постукивая зубами, сказал он.

– Очень п-приятно, – в свою очередь отстучал зубами папа и протянул Юльке мокрую ладонь. – Сергей Александрович.

В его глазах мелькнуло тревожное любопытство, но рукопожатие вышло крепким, дружеским.

Они стояли рядом: отец и сын, светловолосые, сероглазые и мокрые.

– Мне тоже очень приятно, – ответила Юлька и протянула Саше пакет. – Вот, идите скорее, переодевайтесь. Не хватало еще, чтоб вы оба заболели. Да, кстати, Сергей Александрович, там вам ребята тоже одежду собрали.

Сашин папа смутился, и Юлька заметила, как у него покраснели уши. Ну просто точь-в-точь как у Саши, когда он смущается!

Когда отец и сын скрылись в зарослях, Юлька сказала Тане и Ксюше:

– Я опять по решетке полезу. А вы сделайте вид, что гуляли, показывали Сашиному папе окрестности.

– Ладно, разберемся, – успокоила ее Таня.

Когда, наконец, все вернулись, девчонки, позабыв об осторожности, заявились в комнату к мальчишкам. Во-первых, Саше и его отцу требовались фены, во-вторых, надо было что-то придумать с мокрой одеждой. Но тут Таня, как обычно, проявила здравый смысл, заявив, что ничего придумывать не надо. Развесить все на балконе, вроде как постирушки были. Кто там будет разбирать, чьи джинсы сохнут: Мишкины или Сергея Александровича. На балкон же выставили и обувь.

Сначала Юлька немного стеснялась незнакомого взрослого человека, но потом, увидев, как он повеселел, как внимательно слушает мальчишек, как расспрашивает, интересуется, расслабилась. Он очень смешно смотрелся в мальчишеской одежде и сам казался мальчишкой, Юлька даже пару раз обратилась к нему на «ты». А самое главное, она поняла, что Саша никуда не уезжает, что он еще остается здесь с ней и что впереди у них целых две недели! Саша сидел рядом с ней и, не скрываясь, держал за руку. И Юлька снова и снова ловила на себе внимательный взгляд Сергея Александровича. Может быть, она и отняла бы у Саши свою руку, но он смотрел на Юльку с такой гордостью и нежностью, столько счастья было у него в глазах, что Юлька не решилась.

Она чувствовала, что-то очень важное произошло сегодня между Сашей и его отцом. Как будто они поспорили, и Саша выиграл этот спор. Причем отец хоть и проиграл, гордился тем, что проиграл сыну.

Ей хотелось немедленно расспросить Сашу, что же там у них такое произошло на этом злополучном пирсе. Но при всех она не рискнула. Да и парни тактично молчали, не задавали глупых вопросов, типа: как это вас угораздило в море свалиться?

Тихий час кончился, и можно было выбираться из комнаты.

Вместо полдника ребята вместе с Сашиным отцом отправились в местное кафе, хотя медсестра была недовольна массовым нарушением режима.

В кафе все немного прояснилось. Оказалось, что родителям Саши действительно звонили, но звонил не директор и даже не воспитательница, а медсестра! Вот о ней-то Юлька и Таня совсем не подумали. И где она номер телефона узнала? У Натальи, что ли? Так вот, эта медсестра что-то такое наговорила Сашиной маме, что та ужасно расстроилась и велела отцу немедленно «забрать ребенка».

В свою очередь, ребята рассказали Сергею Александровичу подлинную историю Лизочкиного потопления. Тот выслушал, покачал головой и начал доказывать Лизе, что спруты в Черном море не водятся.

– А акулы? – уточнила Лизочка. Тут даже папа не выдержал и рассмеялся.

– Я сегодня лично проверил, – напустив на себя серьезность, заявил Сергей Александрович, – ни спрутов, ни акул, можешь купаться спокойно.

Ближе к вечеру ребята вернулись в корпус, чтоб проверить, высохла ли одежда. Девчонки выпросили у вожатых утюг, и вскоре Сашин отец смог переодеться. Он сказал Саше, что переночует в гостинице, а завтра зайдет за ним.

– Юля, ты составишь нам компанию? – спросил он напоследок.

Юлька от неожиданности не нашлась сразу, что ответить, только быстро взглянула на Сашу. А тот вместо нее ответил «да, конечно, составит».

15. Танина версия

Девчонки давно заснули. Юлька слышала их тихое дыхание. Ей самой уснуть никак не удавалось. Она лежала на спине и смотрела в потолок. Собственно говоря, потолка она не видела. Скорее угадывала благодаря слабому голубоватому лучу света, проникающему в щель между шторами, должно быть, от уличного фонаря.

Юлька думала о прошедшем дне, о Саше, о его отце и о том, что же там произошло, на пирсе.

– Не спишь? – чуть слышно спросила Таня.

– Нет…

– Я тоже не сплю, все думаю…

– О чем? – Юлька была рада поговорить, чтоб хоть немного отвлечься от собственных мыслей.

– Да о Сашке твоем, – призналась Таня.

Юлька повернула голову. Она едва различала в темноте очертания Таниной кровати. Но вот подруга пошевелилась, вздохнула, и Юлька увидела, как блеснули ее глаза.

– Там, на пирсе, – прошептала Таня, – я все видела. Они не падали в море. Они прыгнули. Сначала Сашка, а за ним – отец.

Юлька, услышав это признание, почему-то не удивилась, она как будто ждала чего-то подобного. И все-таки она поежилась, как будто под одеяло забрался сквозняк и мгновенно выстудил нагретую постель.

– Ты уверена? – все-таки переспросила Юлька.

– Не веришь – спроси у девчонок.

Юлька промолчала. Она думала. Не верить Тане она не могла. Но, с другой стороны, с чего бы это Саше прыгать в море? Да еще в присутствии отца? На слабо, что ли? Нет, глупость! И на Сашу совершенно не похоже. Скорее всего, он оступился или поскользнулся, а со стороны девчонкам показалось, что прыгнул. Его отец испугался и прыгнул следом, чтоб спасти сына, ведь он не знал, что у пирса мелко. Здесь вообще море мелкое. Чтоб зайти по грудь, приходится довольно долго брести в воде.

– Что же ты молчишь? – забеспокоилась Таня.

Юльке пришлось отозваться:

– Знаешь, я не могу поверить. И не потому, что считаю все это твоими выдумками. Просто тебе могло показаться…

– Не мне, а нам троим, – перебила Таня. – Юлька, ты что, считаешь меня паникершей? Или перестраховщицей? А может, ты думаешь, что на меня так подействовала история с Лизочкой? Нет, поверь, я бы тебе ни за что не сказала, если бы не была уверена. Мы с девчонками уж обсуждали это. Ты послушай, дело было так: мы выследили Сашку и его отца на пляже. Они шли у самого прибоя и о чем-то довольно громко спорили. Руками размахивали, то и дело останавливались, даже орали друг на друга. Мы поэтому и не решились сразу подойти, хотели выждать, пока они успокоятся. Спрятались за навесом и ждали.

Целый день штормило, ты же знаешь. Море ревело, нам почти ничего не было слышно. Так, обрывки разговора. Сашка кричал: «Ты не понимаешь!» – а отец что-то упорно доказывал, схватил Сашку за плечо и велел прекратить истерику. Но Сашка вырвался и побежал вперед, к пирсу. Отец постоял, посмотрел ему вслед и вдруг быстро зашагал следом.

Сама понимаешь, мы сразу поняли, что нам тут делать нечего. Не хватало еще, чтоб Сашка подумал, что мы подслушиваем. Я уже хотела забрать девчонок и вернуться в корпус. Правда, была опасность обнаружить себя. Сашка уже взобрался на пирс и мог нас заметить. Нам пришлось залечь на песок и прикинуться водорослями, вышвырнутыми штормом на берег.

Наверное, они нас все равно заметили бы, но им было не до нас. Я выглянула из-за угла и увидела, как отец наступает на Сашку, а тот пятится. И вот, когда отступать было некуда, отец, видимо, опомнился и предупредил Сашку об опасности. А тот оглянулся, потом посмотрел на отца, сказал что-то, повернулся к морю и, не раздумывая, прыгнул. – Таня замолчала, вздохнула и добавила: – А потом уже и отец за ним сиганул. Вот так все и было. Так что ничего мы не перепутали. Если ты можешь объяснить это случайностью или неосторожностью, попробуй. Лично у меня другое мнение.

– И какое же? – подала голос Юлька.

– Такое! – голос Татьяны стал резким. – Отец хотел заставить Сашку уехать, а он отказывался.

– Из-за этого он бросился в море? – засомневалась Юлька.

– Дура! Не из-за этого, а из-за тебя! – сорвалась Таня. Девчонки заворочались.

– Тихо ты! – зашипела Юлька. – Разбудишь!

Подруга обиженно засопела.

Юлька, оглушенная услышанным, некоторое время лежала, не в силах произнести ни слова. Что же это получается? Сашка ради нее рисковал жизнью? Ну пусть не жизнью – здоровьем своим и отцовским, ведь не думал же он, что отец станет спокойно смотреть, как его безумный сынок бултыхается в бурном море… Хотя кто знает, думал ли Сашка в тот момент о чем-нибудь. Юльке было страшно. Впервые в жизни она столкнулась с реальной проблемой и не знала, как ее решить.

– Что же мне теперь делать? – обратилась она к подруге. А та словно только и ждала ее вопроса:

– Как что! Гордись! Ради тебя парень совершил такой поступок! Юлька, это так романтично!

– Сама ты дура! – буркнула Юлька. – Романтично! Нашла тоже романтику! Выходит, у Сашки совсем крыша потекла, если он решился на такое!

Татьяна спрыгнула со своей кровати и перебралась к Юльке:

– А что ему оставалось делать? Поставь себя на его место. Вот приехал бы твой папочка, а ты ему такая: «Я домой не вернусь!» А он тебе: «Нет, вернешься, я сказал!» Ну и так далее. Ты начинаешь перебирать все имеющиеся аргументы, доказываешь папе, что тебе никак невозможно уехать и все такое. Но он тебя и слушать не желает.

– Мой бы меня выслушал, – перебила Юлька.

– Откуда ты знаешь? Да ты себя поставь на место родителей. Отправили чадо за тридевять земель, а им оттуда звонят и сообщают: ваша дочь ведет себя отвратительно, нарушает дисциплину, курит, пьет и с мальчиками гуляет. А? Каково тебе было бы?

– Не знаю, – расстроилась Юлька. Картина, нарисованная Таней, впечатлила.

– Ага! Испугалась! – торжествовала подруга. – Вот и Сашкины родители испугались. И папочка его примчался. А Сашка взбунтовался. И его прыжок с пирса был последним аргументом.

У Юльки в голове все перепуталось. Она не могла представить себя на Сашином месте. И она никогда не поступила бы со своим отцом так, как это сделал Саша.

– Я бы уехала, – призналась Юлька, – мне было бы больно, тяжело, но я бы уехала.

– Вот! Значит, ты не так сильно любишь Сашку, как он тебя, – подчеркнула Таня. – Но я тебя не осуждаю. Нам, девчонкам, всегда надо голову иметь на плечах. Пригодится, знаешь ли.

Тут Юлька поспорить не могла. Да, голова на плечах должна быть всегда.

– Ты только не вздумай обсуждать это с Сашкой, – посоветовала Таня, – он будет стыдиться своего поступка. И постарается скрыть правду. Так что помалкивай.

И Юлька вынуждена была согласиться с подругой.

Не спросишь же у Саши: «Ты что, правда из-за меня бросился в море?»

Она тронула пальцем «Морскую царевну», покрутила на пальце. Тревога не отпускала. После разговора с Таней во рту остался какой-то странный привкус, как будто оскомина от кислого яблока.

Подруга вернулась на свою кровать и вскоре засопела, уснула, значит. А Юлька так и промаялась до утра.

16. Победителей не судят?

Под утро она все-таки задремала. Но безжалостный будильник заставил ее разлепить глаза. Она хотела было сослаться на недомогание, головную боль или еще что-нибудь, но вспомнила, как вчера пообещала тренеру устроить пробежку с группой желающих. Пришлось поднимать себя всеми возможными средствами. Юлька приняла контрастный душ, безжалостно растерла себя полотенцем, до тех пор пока кожа не загорелась и в голове не появилась ясность.

На площадке перед корпусом ее уже поджидали человек десять бегунов. Среди них был и Саша. Судя по всему, тоже невыспавшийся, с заспанными глазами, бледный, но улыбающийся.

Юлька изо всех сил постаралась изобразить на своем лице радость. Она напустила на себя бодрый вид, устроила ребятам разминку, потом пробежку по парку и пляжу.

Татьяна и девчонки на пробежку не явились, но Юлька не обиделась. После вчерашних событий все ужасно устали. Но если девчонки могли себе позволить отдых, то Юлька не могла.

– Ну что, после завтрака едем в город? – спросил Саша после пробежки.

– А уроки? – попыталась отказаться Юлька.

– Ничего, отец нас отпросит. Пожалуйста, Юля, ему будет приятно. А то он и так зря сюда прилетел… – Саша осекся.

– Да, конечно… просто я подумала, может, вам надо пообщаться, побыть вдвоем…

– Мы вчера пообщались, – сказал он.

– Ну, раз так, то я буду рада.

Юлька почувствовала, как между ними появилась неловкость. Так бывает, когда два близких человека что-то скрывают друг от друга.

«Это пройдет, – убеждала себя Юлька, – Саше неприятно вспоминать вчерашнее. А еще он, наверное, очень хочет, чтоб я ни о чем не догадывалась. Ему стыдно. Но я-то знаю, и он чувствует, что я знаю… Господи, как же все неправильно! Возможно, было бы лучше, если бы мы поговорили об этом. Но как? Что я скажу ему?»

После завтрака за ними зашел Сергей Александрович. Он тоже старался выглядеть веселым. Но и ему было не по себе. А впереди им предстоял длинный день втроем. Значит, весь день они будут напряженно веселиться и делать вид, что все хорошо.

«Люди часто обманывают даже самих себя». – Юлька мучилась своим приобретенным знанием и пониманием того, что происходит. «Если бы мы поговорили, если бы Саша все мне рассказал, наверное, нам обоим было бы легче», – думала Юлька. Но внешне старалась не показывать своей тревоги. Улыбалась через силу.

Сначала они гуляли по проспекту, и Сергей Александрович рассказывал, как в детстве отдыхал в пионерском лагере. Потом он повез ребят и показал им этот лагерь. Юлька видела, как Сашин отец загрустил, наверное, вспомнил что-то хорошее, что уже никогда не повторится.

А потом, когда они зашли в кафе, Юлька не выдержала и спросила у Сергея Александровича, зачем он приехал. У Саши сразу вытянулось лицо. У него и у отца одинаково покраснели уши.

– Кхм, видишь ли, Юля, мы с Сашиной мамой, честно говоря, испугались, – признался он, – нам позвонила ваша медсестра и посоветовала «оградить мальчика от дурного влияния».

– И кто же на него дурно влияет? – напряглась Юлька.

– Пап, хватит! – предостерег отца Саша.

Тот вздохнул:

– Имен она не называла. Но ты пойми нас правильно. Саша первый раз поехал куда-то один. Мы, естественно, волновались.

– Выходит, вы потратили кучу денег и времени только для того, чтоб посмотреть, как тут поживает Саша? – уточнила Юлька.

Сергей Александрович поерзал на стуле:

– На самом деле Сашина мама велела забрать его.

Юлька нахмурилась:

– И как же теперь?

– Теперь, когда все выяснилось, я думаю, что ваша медсестра зря подняла панику, – ответил он. И Юлька видела, как тщательно он подбирает слова. Боится обидеть? Юлька решила не останавливаться на достигнутом:

– А как же Сашина мама?

– Я позвонил и все объяснил ей.

– Юля, что-то не так? Почему ты спрашиваешь? – вмешался Саша.

– А как ты думаешь? – повернулась к нему Юлька. – Столько всего произошло! Сначала Лизочка, потом ты! – не выдержала она. – Отец прилетел! Все эти разговоры, намеки… А я все время чувствую себя виноватой!

– Ни в коем случае, – запротестовал Сергей Александрович. – Юля, ты ни в чем не виновата! А то, что произошло вчера, в этом… – он запнулся, – в этом только моя вина. Ну, вы поймите, ребята, вам же только четырнадцать лет. А мы – взрослые – не всегда хотим понимать и слушать вас. Но ведь мы вас любим!

– Спасибо, пап, – тихо и серьезно поблагодарил Саша.

– И тебе спасибо, – вздохнул отец.

Юльке стало стыдно. Все-таки им надо было побыть вдвоем. Вчера они так и не договорили, и только сейчас сказали друг другу очень важные вещи. Возможно, без Юльки у них не получилось бы…

Во всяком случае, дышать стало как-то легче, и не только Юльке.

В санаторий они вернулись лучшими друзьями. Сергей Александрович на прощание попросил, чтоб Юлька и Саша не вздумали мстить медсестре-перестраховщице. Юлька усмехнулась. «Очень надо связываться!» – подумала, но вслух, конечно, сказала: «Не беспокойтесь, Сергей Александрович».

После этого они попрощались. Сашин папа сказал, что вечером у него самолет, пожелал хорошо отдохнуть, они с Сашей пожали друг другу руки и обнялись. Сергей Александрович уехал. А Юлька и Саша остались.

Они сели на скамейку и долго молчали. Наконец Саша сказал:

– Юля, я нарочно прыгнул с пирса.

Она кивнула.

– Ты догадалась, я понял, – Саша вздохнул. – Отец сказал правду. Они не всегда хотят слушать и понимать нас. Мои родители привыкли к тому, что я всегда выполнял все их требования. Если бы я подчинился и в этот раз, я перестал бы чувствовать себя человеком. – Он замолчал, подумал немного. – А я только-только научился понимать, что я тоже чего-то стою. И если бы я подчинился и уехал, то как бы признал правоту медсестры. Я молча согласился бы с тем, что вы, все мои друзья, на самом деле никакие не друзья, а дурная компания, которая плохо на меня влияет. Юля, ты сможешь меня понять? – спросил он, заглядывая ей в глаза.

– Мне очень трудно, – ответила Юлька, – но я постараюсь.

Ей действительно было очень трудно. Но в то же время она была благодарна Саше за честность. Вот теперь он стал прежним, тем самым Сашей, которого она полюбила. И, пожалуй, только теперь она могла сказать с полной уверенностью, что тоже любит его.

17. Две недели

Что можно успеть сделать за две недели? Многое, если захотеть, конечно. После отъезда Сашиного отца все успокоились. Воспитательница сделала вид, что никакого происшествия не было. Директор никак себя не проявлял. Да и сама Юлька заметно притихла. Она бегала по утрам с группой желающих, ходила на процедуры и на уроки. Заставила себя исправить оценки по истории и литературе. Саша, конечно, помог, без него она не справилась бы.

С медсестрой произошел довольно забавный разговор. Во время ее очередного дежурства она, увидев Юльку и Сашу вместе, подошла и, глядя куда-то поверх их голов, произнесла с пафосом:

– Что ж, можете радоваться! Если всем наплевать на то, как вы себя ведете, если даже ваши родители не желают принимать меры, то я тоже умываю руки! – И все. После этого она удалилась с оскорбленным видом. Юлька фыркнула, Саша пожал плечами. А что прикажете делать, если среди взрослых встречаются такие вот странные личности. Лучше всего не обращать на них внимания и жить своей жизнью.

По вечерам, когда друзья предпочитали развлекаться на дискотеке или в кино, Юлька и Саша убегали в парк или на берег. Они проводили вместе все свободное время, торопясь как можно больше узнать друг о друге.

Они говорили и говорили: о школе, своих семьях, друзьях, интересах, планах на будущее. Юлька ощущала каждую уходящую секунду. И каждое утро встречала с мыслью: вот и еще один наш с Сашей день позади.

В воскресенье у них была чудесная морская экскурсия. Ребята прокатились на катере вдоль побережья. Это было здорово! Вообще Юлька могла наблюдать за морем часами. Как оно меняет цвета, как играет, как сердится. Оно казалось огромным живым существом со своим характером и повадками. Юлька поделилась наблюдениями с Сашей, и он согласился. Оказывается, их мысли совпадали, и это открытие обрадовало Юльку. Если раньше она думала, что они с Сашей совсем не похожи, то теперь находила с ним много общего.

Ей хотелось тоже что-нибудь подарить ему на память. Она никак не могла придумать что, но после морской прогулки ей пришла в голову блестящая идея. Она купила рамку, украшенную ракушками, распечатала фотографию: они вдвоем с Сашей на маяке, на фоне моря. Их сняла Таня на свой фотоаппарат, фотка хорошая получилась, яркая.

Юлька решила, что вручит Саше свой подарок перед отъездом. Она хранила рамку в тумбочке, чтоб Саша случайно не увидел. Хотела сделать ему сюрприз.

Казалось, они обо всем договорились, все предусмотрели, обменялись номерами телефонов, домашними и мобильными, адресами: почтовыми и электронными, аськами, ссылками, всем, чем только можно.

Они ежедневно клялись друг другу в любви и верности. Они целовались взахлеб. Они обещали, они надеялись, они очень не хотели расставаться.

Но, как бы там ни было, а последний день наступил.

Вечером Юлька кое-как затолкала в рюкзак свои вещи и вышла на балкон, сжимая в руках сверток с фотографией в рамке – ее прощальным подарком.

Саша ждал ее, он стоял, облокотившись на перила. Его глаза были такими печальными, цвета вечернего моря. Юлька молча протянула ему подарок и отвернулась, чтоб он не видел ее слез.

– Что это? – спросил Саша.

– Это тебе, разверни…

Она слышала, как он шелестит бумагой, не выдержала, повернулась. Саша смотрел на снимок, и в глазах его стояли слезы.

– Спасибо тебе, – только и смог произнести он.

В тот вечер море подарило им один из самых красивых своих закатов. А может быть, и самый красивый.

Юлька и Саша долго сидели на берегу и смотрели, как медленно садится солнце. Как меняется цвет облаков на горизонте из белоснежного – в розовый, а потом и в малиновый с золотом.

И море менялось вместе с небом, облаками и солнцем. Под вечер оно совершенно успокоилось, улеглось, раскинулось атласным полотном, разнежилось, задремало. Юлька опустила в воду руку и, достав ее, наблюдала, как медленно стекают с ладони капли, похожие на жидкое золото.

– Замри, – попросил Саша и сфотографировал ее.

– Смотри, – он протянул ей мобильник. На дисплее Юлька увидела себя с поднятой ладонью, а в ней уместился огненный шарик солнца.

Расставаться всегда грустно. А расставаться с тем, кого любишь, – в тысячу раз грустнее.

Юлька и Саша спрятались за колонной, подальше от посторонних глаз. Они стояли обнявшись. Юлька плакала. Саша держался, но с трудом. Он утешал Юльку, но голос его дрожал.

– Неужели мы больше никогда не увидимся? – в десятый раз спрашивала Юлька.

И в десятый раз Саша убеждал ее в том, что они непременно увидятся.

– Слушай, а давай я к тебе приеду, – предложил Саша.

– Правда? – Юлька улыбнулась сквозь слезы. – Это же так далеко! А тебя отпустят?

– Я постараюсь убедить родителей, – мужественно пообещал Саша.

– Саша, только не надо больше прыгать с пирса, – испугалась Юлька, – пообещай мне!

– Обещаю, – вздохнул Саша, – мне и самому не очень понравилось. Но я все-таки постараюсь приехать.

– Хорошо бы, – вздохнула Юлька.

– Слушай, у меня появилась идея! – воскликнул Саша. – Пока мы учимся в школе, мы можем встречаться на каникулах. А после школы ты приедешь в Москву, поступишь, куда захочешь, и мы будем вместе, – он заглянул ей в глаза, – правда? – и добавил тише: – На всю жизнь!

– Правда, – отозвалась Юлька.

– Вот вы где! – воскликнула Таня. – Идем скорее, там посадку объявили! – Она схватила Юльку за руку.

Юлька с трудом оторвалась от Саши, он, не выпуская ее руки, пошел рядом.

– Напиши мне, напиши, слышишь! Как только прилетишь, сразу напиши! – твердила Юлька.

– Конечно, я тебе сразу же позвоню и напишу, – обещал Саша.

Но и эти последние мгновения пролетели. Их оторвали друг от друга. Саша остался ждать своего рейса, а расстроенную Юльку Таня повела к самолету.

Во время долгого перелета ребята и девчонки переговаривались, рассматривали снимки, меняясь телефонами. Таня вздыхала, глядя на Антона. Серега и Пашка вздыхали, глядя на Таню. Лизочка почти всю дорогу спала сном младенца.

Таня, которой надоело разглядывать Антона, стала наблюдать за безучастной ко всему Юлькой. Это ей тоже надоело. Она не выдержала и выдала:

– Ах, и она еще недовольна! Да ты теперь со своим Сашенькой будешь сутками общаться: по скайпу, в аське, по мылу… а мне-то, мне-то каково?! Ты подумала?! Мой Антоша так и не обратил на меня внимания, – она снова томно вздохнула. – Я улетаю с разбитым сердцем, между прочим.

Юлька, наконец, улыбнулась. Да, ее сердце не разбилось. Оно лишь тосковало по любимому.

– Ничего, подруга, вдвоем мы справимся, – пообещала Юлька.

Content

Ирина Щеглова
Прыжок с пирса

1. Путевка

2. Над облаками

3. Город солнца

4. Юлька нарушает правила

5. Тренировка на рассвете

6. Вечер знакомств

7. Свидание на бегу

8. Тренировка вдвоем

9. На крыльях

10. Помолвка на набережной

11. Горгиппия

12. Вирус любви

13. Операция «Спасатель»

14. Прыжок с пирса

15. Танина версия

16. Победителей не судят?

17. Две недели