Ирина Щеглова

Принцесса сильфов

Глава 1. Мечтательница

Калитка, запутавшаяся в побегах вьюна, темная зелень вишневых листьев – солнце просвечивает искрами; дом прячется в этих побегах, ветвях и солнечных брызгах… бетонная дорожка, крыльцо…

– Деточка! Ты где?!

Маленькое оконце абсолютно не пропускает солнечные лучи. Может, протереть? Девочка подняла руку, коснулась ладошкой запыленного стекла и… передумала.

Пыль и паутина не пугают ее. Наоборот. Этот мир, ограниченный косыми переплетениями деревянных балок – чердак. Укромный уголок, место, где никто тебя не потревожит. Ну, разве бабушка…

– Ириша!

Отозваться? Или нет?

Чердак большой, пыльный, и в его недрах скрыто столько замечательных вещей. Вон там, в углу стоит деревянный сундук с железными петлями на крышке, очень старинный. У девочки есть почти такой же, но маленький деревянный сундучок, в нем она хранит свои сокровища: сломанные броши, обрывки цепочек, выпавшие неведомо откуда блестящие камешки, сережки без пары, пуговицы, стеклянные шарики с пузырьками внутри, хрустальные кубики, которые когда-то были украшением настольной лампы, и еще много чего интересного. Раньше этот ящичек служил дедушке, он держал в нем инструменты. Но потом подарил его Ирише. Конечно, сначала дедушка подновил ящичек, почистил и покрыл лаком, так, что получилась настоящая шкатулка для драгоценностей. Взрослые очень смешные. Они думают, что Ириша собирает всякие безделушки просто так, в смысле: коллекционирует. На самом же деле, все совеем не так. Потому что Ириша давно ищет и никак не может найти маленьких человечков. Она точно знает, что крохотные прекрасные люди существуют. Она уже прочитала много книжек и посмотрела все-все мультики, она все знает о волшебных летунах, вот только, никак не может найти их. Она даже придумала себе игру, и частенько забирается одна на чердак к своим сокровищам. Она мечтает, и на крышке большого сундука возникают роскошные залы и галереи волшебного замка, где живут крылатые человечки и их прекрасная королева. Хрустальные кубики превращаются в столы и колонны, стеклянные шарики запросто играют роль аквариумов в подставках из колец, броши становятся мозаиками и картинами, монетки, сложенные одна на другую и чуть сдвинутые в сторону – лестницами. Когда материала не хватает, под рукой большой сундук. А в нем! Ах!

Если поднатужиться и открыть тяжелую крышку, а потом убрать слой пожелтевшей ваты… Елочные игрушки! Вот шишки, огромные, матового стекла, тяжелые, зеленоватые, усыпанные блестками. Так, а это – фигурки из картона, оклеенные цветной фольгой: мальчики на санках, девочки в шубках, зверюшки… глаза разбегаются! А вот часы-ходики, тоже стеклянные, с выпуклым циферблатом. Такие повесишь на лохматую елочную лапу, и считай: пол елки украсил. Шары. Тут их видимо-невидимо! Огромные, солидные, будто в изморози; маленькие, блестящие, гладкие и с вдавленным рисунком: то звезды, то лампочки, то смешные рожицы. Макушка – наконечник. Вы никогда не видели такой макушки! Она очень высокая, похожая на шпиль старинной башни. Желто-зеленая, у основания она расходится в замысловатую фигуру, переливающуюся всеми цветами радуги, и постепенно сужается, превращаясь в острый шпиль. Даже можно уколоться! Вот, если бы построить настоящий замок, и приделать к нему такую башню!

Но самое интересное – шуршащий дождик и струящаяся мишура. Вот где богатство!

Блестящий комок тонких полосок, которые так трудно разбирать; потом, мохнатые пышные гирлянды разных цветов. Можно, накинув на шею, представить себя певицей из старого фильма, или дамой, которая прогуливается, помахивая концом мехового боа… Ах, как восхитительно! Из мишуры выходит славный лес густой и дремучий с разными опасностями. А из дождика вообще можно сделать все, что угодно: пышные перины кроваток, новые наряды для сережек-принцесс, еще дождиком удобно разделять между собой комнаты дворца.

На самом дне – разноцветные гирлянды: тугой жгут из зеленых проводков и крохотных лампочек. Дедушка сам их собрал и раскрасил. Лампочки мигают по очереди, отчего получается бегущая дорожка светляков, если выключить свет. Но на чердаке нет розетки, поэтому гирлянду никак нельзя использовать, а то была бы целая иллюминация для обитателей замка. Жаль…

Ой! Надо скорее все уложить обратно. Голос бабушки звучит совсем близко. А то еще влезет на чердак…

– Бабушка, я иду!

– Спускайся деточка, к тебе девочки пришли.

– Ба, скажи им, что меня нет!

– Сама скажи! – рассердилась бабушка, – со своими подругами разбирайся сама, а обманывать нехорошо!

– Ладно…

Лестница высокая и девочка слезала осторожно, чтобы не соскользнула нога. Снизу за ней наблюдали бабушка и огромный лохматый дворовый пес Бобик. Бабушка волновалась:

– Ох, упадешь ты когда-нибудь оттуда. Скажу дедушке, чтобы спрятал лестницу.

– Ну, бабушка! – Девочка уже спустилась и стояла, запрокинув перепачканное лицо и отряхивая ладошки от блесток.

– Опять в игрушки лазила? Все побьешь, на Новый Год будет пустая елка!

– Я осторожненько!

Девочка порывисто обняла бабушку, прижалась головой к ее фартуку и так же быстро отстранилась.

Бобик, удостоверившись, что все в порядке, лениво отошел в тень и завалился спать. Он, как и положено, таскает за собой тяжелую цепь, прикрепленную к ошейнику, честно облаивает всех чужаков, заходящих во двор, натягивает цепь, прыгает на калитку, сотрясая забор. И только очень немногие знают, что Бобик просто играет роль. На самом деле, он совершенно свободен. Его ошейник легко снимается, достаточно Бобику тряхнуть лохматой головой, да слегка помочь себе лапой. Что он и проделывает по вечерам, когда хозяева ложатся спать. Бобик где-то гуляет всю ночь, а утром, как ни в чем не бывало, возвращается к своему рабочему месту, просовывает голову в ошейник и ждет появления деда и бабушки с завтраком.

Ириша присела на корточки возле своего любимца и потрепала его мощный загривок. Пес добродушно заворчал. Девочка засмеялась, вскочила и побежала к калитке. Там переминались с ноги на ногу две соседских девчонки. Недавно дед привез машину чистого желтого песка, а из него так замечательно получаются пирожки! Девочки пришли, чтоб уговорить владелицу золотистой песчаной горки поиграть с ними.

В палисаднике хорошо! Таинственный мир, спрятанный от посторонних глаз под узловатыми ветвями старой груши: скалистая серая гряда фундамента под домом, цветочные джунгли, жасминовый бурелом, верные пограничные стражи – вишневые деревья и Золотая гора. И так было всегда!

– Давай играть в принцев и принцесс, – предложили подружки.

– Мне не хочется, – девочка все еще находилась под впечатлением чердака.

– Тогда давай построим дом! – не отставали подружки. Девочка задумалась и вдруг сказала:

– Я знаю, как мы будем играть: мы будем искать маленьких человечков в цветах!

– Как это? – удивились подружки, – каких человечков

– Ну, это маленькие люди, совсем, как мы, только крошечные и очень красивые, – девочка посмотрела на свой мизинец, – вот такие. – Подружки замерли от восторга.

– И мы будем их искать?

– Будем. Но они всегда осторожные и хорошо прячутся. Потом, они умеют летать. У них такие серебристые крылышки, как у стрекоз. – Девочка прикрыла глаза, она прямо увидела своих загадочных человечков с их чудесными крылышками.

Все трое прошли в палисадник и вскоре исчезли в цветочных зарослях.

Девочки исчезли, их присутствие выдавали качающиеся головки соцветий. Шуршала листва. О чем-то думала старая груша.

У самого забора смородина и дикая ежевика. Девочки пробрались к заманчивым ягодам, усыпавшим ветки. Некоторое время молча обрывали сочные сладкие шарики. Пресытившись, выбрались на песчаную горку. Уселись, каждая со своей стороны и принялись сосредоточенно рыть: коридорчики, пещерки, переходики. Они украшали все это веточками, травинками, цветными стеклышками, камешками… В конце концов, сооружение слилось в один большой лабиринт: то ли замок, то ли город.

– Думаешь, они сюда прилетят? – спросила одна из подружек.

– Конечно, им же интересно. Они подглядывают сейчас за нами и ждут, когда же мы уйдем, чтоб все поближе рассмотреть, – объяснила девочка.

– А если мы спрячемся, чтоб они подумали, будто нас нет, – предложила другая.

– Где же мы спрячемся? Нет, нас слишком много. Вон, какие здоровенные! Заметят сразу, – покачала головой хозяйка.

– Ириша! – позвала бабушка, – иди кушать. Девочка с неудовольствием оторвалась от своей работы, встала с колен, попыталась отряхнуть песок с платья и рук.

– Ты выйдешь потом? – спросили подружки.

– Не знаю, – быстро ответила девочка.

Она убежала домой. Подружки понуро побрели к калитке. В палисаднике стало тихо и пусто. Лишь цветочные головки шептались о чем-то своем.

А через мгновение кажется… Серебристый смех, легкое дуновение и вот: стайка прекрасных крылатых существ, дрожа прозрачными крылышками, взлетела из цветочной гущи и опустилась на песчаный город. Крохотные люди бродили по лабиринтам, заглядывали в пещеры, прыгали по камешкам и рассматривали друг друга сквозь осколки цветного стекла. Они о чем-то говорили тонкими голосами. Потом собирались на самой большой, утрамбованной детской ладошкой площадке, и, взявшись за руки, закружились в хороводе под чудесную тихую музыку.

Девочка подкралась к палисаднику и замерла за углом дома… Она во все глаза смотрела на мельтешащих крохотных волшебных человечков. Не веря себе, потерла руками глаза… Стайка стрекоз взвилась в небо и пропала в горячем летнем воздухе. Но девочка улыбнулась.

– Я думаю, вы существуете! Просто вы – маленькие, а я – большая! Не бойтесь!

Она подошла к игрушечному городу, села в песок, и, напрягая глаза, всматривалась в его поверхность, пытаясь найти следы невесомых существ. Стайка летунов тихо смеялась у нее над головой.

Глава 2. Дворец из картона

Ириша тараторила взахлеб:

– Понимаешь, они есть, они существуют, я точно знаю.

– А мне мама сказала, что на самом деле никаких летающих человечков не бывает, это только сказки, – назидательно ответила Наташа.

Ириша сердито глянула на подружку:

– Да ты сама подумай, – девочка начала загибать пальцы, – Дюймовочка – раз, лилипуты – два, маленькие феи с крылышками – три… Она победоносно посмотрела на подругу, – а ведь есть еще и человечки из музыкальной шкатулки, Незнайка со своими друзьями, и много других историй и сказок о крохотном волшебном народе. Так?

– Ну, – Наташа смотрела во все глаза.

– Все эти сказки писали люди взрослые, писатели, сказочники. Уж они-то точно видели этих человечков, может, даже дружили с ними. Только никто им не верил, вот они и писали сказки, точнее, они писали правду, а люди думают, что это – выдумки, – горячо доказывала Ириша.

– Так, где же тогда живут эти человечки? – Наташа готова была согласиться.

– Не знаю, – девочка вздохнула и пожала плечами. – У них должен быть какой-то город, замок, или что-то в этом духе, а, может, у них даже есть своя собственная страна,… а что? У всех есть своя страна, и у них должна быть.

Сразу после завтрака подружки убежали на луг и сидели там, расстелив на траве старенькое покрывало. На покрывале были разложены несметные сокровища: картонная коробка из-под обуви, превращенная в чудесный дворец; все окна и двери в нем открывались, внутри он был обставлен с необыкновенной пышностью: шелковые занавески и балдахины, золоченые троны, крохотные стульчики, зеркала; поистине королевская спальня, располагалась на втором этаже, куда вела широкая лестница; галереи, увитые гирляндами и устланные коврами, были даже светильники, напольные вазы, картины и статуи. Были даже настоящие часы, укрепленные над главным входом. Правда, они остановились давным давно, но ведь это нет так уж и важно.

Девочки увлеченно играли. Обитатели замка: прекрасные принц с принцессой, их друзья и подруги (ничего нет проще: достаточно нанизать на сухую былинку цветочный бутон, и вот уже красавица в пышной юбке спешит на свидание к своему возлюбленному, а возлюбленный – такая же былинка, только вместо камзола – зеленый лист, да лихая шляпа-ромашка на голове…). Самые лучшие наряды, конечно, были у принцессы и принца. Для этого Ириша уговорила бабушку, чтоб та позволила ей сорвать недавно распустившуюся сочно-бардовую георгину, а Наташа принесла с собой несколько розовых бутонов. Дамы одевались в юбки из ноготков, жасмина, полевых цветов. Принц щеголял в голубом мундире из лепестков колокольчика. Замок и всю обстановку Ирише помогли сделать ее тетки-студентки, приехавшие на каникулы. Ириша долго рассказывала им о своей мечте и, наконец, начала рисовать, чтоб было нагляднее. Тетки увлеклись, так постепенно возникла идея создания такого мини-дворца для волшебных человечков. На чердаке нашлась большая обувная коробка; затем была разорена Иришина коллекция конфетных фантиков, ведь требовалось большое количество разноцветной фольги. В дело пошли старая пудреница с овальным зеркальцем, сломанная брошь с зелеными камешками, несколько сережек, оставшихся без пары, кусочки цветного шелка и разноцветные нитки из бабушкиной коробки с рукоделием. Дворец вышел на славу! Изнутри и снаружи стены его были оклеены картинками, вырезанными из поздравительных открыток, крохотная мебель, тщательно выполненная из бумаги, кусочков ткани и ореховой скорлупы. Целый месяц Ириша вместе со своими тетками создавала этот шедевр и, наконец, он был готов.

Подруга Наташа первая удостоилась чести увидеть чудо-дворец. Налюбовавшись, девочки решили идти играть на луг, прямо за огородом.

Ириша несла коробку очень осторожно, боясь повредить. Когда они благополучно миновали заросли кукурузы, тропинка уткнулась в провал копанки – колодца с черной водой, дедушка закрывал его деревянной крышкой, чтоб ненароком никто не свалился. Но девочки часто поднимали крышку и всматривались в непрозрачную глубину, пытаясь определить, есть ли у колодца дно. Ириша утверждала, что колодец бездонный, потому что ведет прямиком в подводное царство.

– Ты все придумываешь, – пугалась Наташа, и подружки, с замирающими сердцами ложились на траву и опускали головы через низкий борт деревянного сруба. Вода даже в самую жаркую погоду оставалась холодной и неподвижной. Девочки бросали в колодец листья, и они неподвижно лежали на поверхности, как будто она была стеклянной.

Но сегодня колодец не интересовал подружек, поэтому они равнодушно прошли мимо, открыли покосившуюся калитку и направились к старой иве – там, в тени ее ветвей, было излюбленное место их игр.

Наташа увлеченно наряжала дам и кавалеров, а Ириша снова начала мечтать:

– Вот, представь себе, если бы в этом дворце жили настоящие маленькие люди, – сказала она.

– Скажи, ты правда их видела? – отозвалась Наташа, раскладывая цветочные головки о оценивающе их рассматривая.

– Правда… Вчера…

– А тебе не показалось? – спросила подружка.

– Нет. Я незаметно вернулась в палисадник, – ответила девочка, – они думали, что я еще в доме, а я потихоньку подкралась и спряталась за цветами. Они были там.

– Маленькие люди?

– Да. Такие крохотные человечки со стрекозиными крылышками в серебристых платьях, тоненьких, как будто светящихся…

– Здорово, – вздохнула Наташа, она заслушалась, отложив в сторону былинку-принцессу в пышной юбке георгине.

Становилось жарко, цветочные головки привяли и уже не казались пышными нарядами, а стали просто умирающими цветами. Игра наскучила.

– Пойдем на реку? – предложила Наташа.

– Пойдем, – согласилась Ириша, – только надо дворец отнести домой и бабушку предупредить.

– Да мы быстренько сбегаем, никто и не заметит, – уговаривает Наташа, – а дворец оставим на огороде, потом заберем, на обратном пути.

Ириша засомневалась, но потом решила, то так будет лучше и быстрее. Играть надоело, а на реку хотелось.

Подружки поспешно собрали разбросанные по покрывалу цветы, закрыли коробку с дворцом и потащили все это на огород, положили аккуратно рядом со срубом копанки, коробку заботливо накрыли покрывалом.

– Ну вот, так хорошо, – приговаривала Ириша, – побудь тут, – сказала она, обращаясь к дворцу, – мы скоро вернемся.

Большая белая кошка Мурка вышла из зарослей кукурузы и уставилась на девочек.

– Мурка, посторожи, ладно, – попросила Ириша. Мурка молча проводила взглядом мудрых зеленых глаз убегающих девочек и вспрыгнула на крышку колодца…

Подружки скрылись за калиткой. Мурка растянулась на прогретой солнцем дощатой крышке и прикрыла глаза.

Легкий ветерок прошелестел в стеблях кукурузы, пробежал по траве, подкрался к покрывалу и откинул его с заветной коробки. Серебристые тела замелькали в воздухе, снизились. Мурка чуть приоткрыла любопытный зеленый глаз. Крохотные человечки скользили по покрывалу и крышке коробки легкими ножками, перелетали с места на место, заглядывали в прорези окон картонного дворцы. Некоторые наиболее бесстрашные уже проникли внутрь коробки, другие только толпились у двустворчатых дверей, сбившись кучкой. Мурка не двинулась с места, только чуть шире приоткрыла оба глаза. Коробка наполнилась жизнью: трепетом крылышек и шорохами ножек чудесных малюток.

Человечки бродили по залам и лестницам, смотрелись в овальное зеркало, прикасались к стенам, вазам и картинам, ложились на кроватки и садились в кресла. Мурку они не боялись, как будто знали ее раньше и были уверены, что кошка их не тронет. Они вели себя беспечно: схватившись за руки, водили хороводы, играли в прятки, забираясь в цветочные головки, оставленные девочками в покрывале; их голоса звенели тихими серебряными колокольчиками, почти неслышными.

За низким штакетником, на лугу появилась маленькая сгорбленная женщина в серых лохмотьях. Она погоняла корову, лениво бредущую среди высокой травы. В зарослях ивняка сердито прокричала какая-то птица. Крупная лиловая стрекоза неизвестно откуда появившаяся на огороде, стрелой мелькнула в воздухе и зависла над картонным дворцом. Глаза Мурки хищно распахнулись, сверкнув изумрудами. Кошка вскочила и угрожающе зашипела на слишком любопытную самозванку. Но та и не подумала улетать. Она опустилась на край покрывала, недалеко от дверей дворца и притаилась, словно захотела поохотится на его обитателей. Не тут-то было. Мурка, громко мяукнув, прыгнула прямо на стрекозу. Той каким-то чудом удалось увернуться, она буквально выпорхнула из-под когтистых лап кошки, оставив на память кусочек блестящего жесткого крылышка. В коробке произошел быстрый переполох, крохотные летуны, спохватившись, бросились вон из-под сводов дворца, серебристыми стрелами взмывали в жаркий воздух и быстро таяли, не оставляя следа.

Мурка облизнула усы, нервно отряхнулась и вернулась на прежнее место. Все стихло. Только где-то далеко слышался глухой колокольчик одинокой коровы.

Глава 3. Лиловая стрекоза

До реки – рукой подать, сразу за лугом – поле с высоченной травой; по полю бежит узенькая мелкая речушка, сплошь заросшая камышом. У моста речушка немного шире, там глубина по шейку, дно и берег песчаные. Но там купались незнакомые мальчишки, и подружки отошли немного в сторону, к деревянным мосткам, на которых удобно сидеть, свесив ноги в воду. Здесь совсем мелко и дно илистое, только побродить можно. Зато мостки спрятаны в камышах. Тихо, голоса мальчишек едва слышны, поют кузнечики, и множество стрекоз танцуют свои замысловатые танцы над водой.

Девочки молча наблюдали за стрекозами, как те, то стремительно проносились мимо, то замирали у самой воды, чуть подрагивая слюдяными крылышками. Но тут, их внимание привлекла весьма необычная стрекоза, крупная, лилово-радужная, с бархатными крыльями. Она уселась на высокую камышину недалеко от девочек и сидела, уставившись на подружек, огромными бусинами таких же блестящих, как все ее тело, глаз.

– Ух, ты! – прошептала Наташа, – вот бы поймать! Я такой не видела никогда. Она тихонько сползла с мостков в воду и протянула руку к невиданному чуду. Но стрекоза мгновенно взмыла ввысь и исчезла, как будто ее и не было. Наташа огорченно вздохнула:

– Жаль, сачка нет… Может, сбегать, принести?

Ириша смотрела в одну точку в пространство, куда, как ей казалось, улетела стрекоза:

– Не надо, – произнесла она.

– Почему? – Наташа снова уселась рядом.

– Представь, если бы тебя ловили скачком?

– Но я же только посмотреть хотела поближе, а потом бы выпустила, – объяснила Наташа.

– Все равно, – настойчиво не соглашалась Ириша, – вот, выйдешь ты гулять, а тебя сачком начнут ловить, да потом рассматривать, понравится тебе?

– Но она же насекомое! – раздельно произнесла Наташа.

– Откуда ты знаешь? Может, они так наблюдают за нами.

– Кто?

– Волшебные человечки, – быстро сказала Ириша. – Смотрят, какие мы, можно ли с нами дружить. А мы с сачками за бабочками бегаем и стрекоз ловим, вот они и не хотят нам показываться. Только иногда, как вчера… или, вот, эта лиловая стрекоза… Может, это разведчик, превратился в стрекозу и наблюдает.

– Сочиняешь! – восхитилась Наташа.

Но подруга только покачала головой.

– Нет, я так думаю, что они нас видят и все о нас знают, а показываются только тем, кто им нравится.

Ириша замолчала и задумалась, что-то никак не давало ей покоя, что было не так с этой стрекозой? Вдруг, она вспомнила:

– Ты видела? У нее крылышко сломано!

– Как-то, не обратила внимания, – призналась Наташа.

Одинокая корова, позвякивая колокольчиком, прошла совсем рядом. Маленькая женщина в сером изношенном платье и грязном фартуке остановилась и скользнула взглядом по девочкам, свесившим ноги с мостков в быструю воду. Ириша заметила этот взгляд и поежилась. Женщина ей не понравилась.

Наташа тоже посмотрела на коровницу:

– Видала, – шепнула подружка, – мама никогда у нее молоко не берет.

– Бабушка к тете Наде ходит за молоком, – тихо ответила Ириша, – а эту я не знаю, кто она?

Наташа пожала плечами:

– Она совсем недавно переехала, в тот дом, что в конце улицы

– А-а, – протянула Ириша, я – думала, там никто не живет, дом-то совсем развалился.

– Теперь она живет. – Утвердительно кивнула Наташа, – Говорят, корова у нее злющая и бодучая, и сама она…

– Кто говорит? – заинтересовалась Ириша.

– Мальчишки, – Наташа махнула рукой в сторону речного пляжа; потом она снова понизила голос и зашептала – теперь на лугу надо смотреть в оба, потому что она корову не привязывает, выгонит со двора пастись, а корова так и ждет, как бы кого боднуть! – Наташа сделала страшные глаза.

– И кого корова уже забодала? – Испугалась Ириша. Не то чтобы она была трусливой, но к коровам и гусям относилась, все-таки, с опаской, потому что кто же знает, что в голове у шипучего гуся или у рогатой коровы?

– Некоторых забодала, – с важным видом подтвердила Наташа.

– Знаешь, пойдем домой, – быстро предложила Ириша.

– Пойдем, – так же быстро согласилась подружка.

Назад возвращались задумчивые.

Мурка по-прежнему дремала на крышке колодца. Когда девочки приблизились, она поднялась, выгнула спину и зевнула во всю пасть. Спрыгнула на тропинку и пошла себе. Дворец был в целости и сохранности, только край покрывала откинут, да цветочные головки перемешались, наверное, ветер…

Коробку Ириша отнесла на чердак, поставила на крышку сундука с игрушками, «так он целее будет» – решила девочка.

Глава 4. Ворота Луны

Вечером Ириша долго смотрела в окно, песчаная гора мягко поблескивала в свете уличного фонаря, качала узловатыми ветвями старая груша. Мурка сидела на заборе, задрав мордочку к темнеющему небу.

Но что это? Девочка всмотрелась внимательнее. Ночные бабочки? Нет, не похоже… Но тогда… не может быть! Над Муркой вились несколько маленьких летунов, вот именно сейчас Ириша поняла, что ее кошка совершенно спокойно общается с волшебными человечками, именно общается, потому что кошка сидела совершенно спокойно и мордочка, обращенная к фигурке в серебристом платьице, была серьезной и даже очень сосредоточенной.

– Кис-кис-кис, – позвала ее Ириша, высунувшись в форточку, но кошка не удостоила ее вниманием, а летуны тут же исчезли, как будто их и не было.

– Мурка! – Ириша чуть не заплакала. Так обидно ей стало. Подумать только, с кошкой они дружат, разговаривают, а с ней с Иришей – нет.

Теперь-то уж Мурка не отвертится! Ириша видела, точно видела волшебных летунов!

Мурка мягко спрыгнула с забора и исчезла в цветах. Ириша снова позвала ее, но в палисаднике, как и на улице, было тихо, ни один листочек не шевелился. Только яркая луна заливала все вокруг бледным светом.

– Ну ладно же, – шепнула девочка, спрыгнула с подоконника и на цыпочках, чтоб никого не разбудить, торопливо выскользнула из комнаты, пробралась на веранду и распахнула входную дверь.

Не прошло и минуты, как Ириша уже была в палисаднике. В двойном свете луны и фонаря на земле и песчаной горке лежали резкие причудливые тени. Ни один листочек не шелохнулся, так было тихо; стебли цветов и ветви деревьев казались нарисованными черной тушью. Вот здесь сидела Мурка и рядом с ней были маленькие человечки, Ириша точно видела. Но куда же они все подевались? Девочка тщательно осмотрела все вокруг, проверила каждую травинку, заглянула под разлапистые листья ревеня. Нет, нигде и ничего.

Ириша оглянулась, подняла голову, и вдруг, странный отблеск показался в чердачном окне. Девочка присмотрелась. Так и есть. На чердаке кто-то был. Потому что теперь Ириша поняла: огонь, привлекший ее внимание, не один, их там несколько, как будто горят свечки и их неверные огоньки вспыхивают и затухают, как будто… гирлянда! Елочная гирлянда, что собрал дед. Конечно!

Это что же? Выходит, на чердак пробрался кто-то посторонний, залез в сундук с игрушками и включил гирлянду с бегущими огоньками?! Но ведь там, на сундуке стоит ее Иришин волшебный замок!

Больше не раздумывая, девочка бросилась к лестнице, ведущей на чердак, и мгновенно взобралась по ней. Но странно, дверь на чердак была закрыта, как обычно, на деревянную щеколду. Что же, выходит, этот самый посторонний сам себя закрыл?

«Что-то здесь не так» – подумала Ириша. Она осторожно, стараясь не дышать, приникла к узкой щелке между досками. Оттуда по-прежнему пробивался свет, и еще Ирише показалось, что она слышит музыку, как будто звенят серебряные колокольчики, тихо и нежно.

На чердаке действительно был свет, но никакого отношения к бегущим огонькам он не имел, потому что чердак был наполнен светлячками, они были повсюду: кружились в воздухе, сидели на балках перекрытий, на сундуке, пробегали по полу. Особенно много их собралось у Иришиного картонного дворца…

– Это никакие не светляки, – одними губами прошептала Ириша, – это волшебные человечки со своими фонариками.

Действительно, света было так много, что Ириша отчетливо видела стрекозиные крылышки и легкие, почти прозрачные тела волшебных летунов. Их тончайшие одежды переливались и светились, они казались то серебристыми, то нежно розовыми, то отливали в золото, то переливались перламутром.

Рука девочки сама собой потянулась к щеколде, она осторожно повернула ее и слегка приоткрыла чердачную дверцу.

Всего одно мгновение – еще мелькали перед глазами девочки крохотные фонарики, еще раздавался звон серебряных колокольчиков, но, увы: на чердаке никого не было. Пахло теплой пылью, да за окошком светил уличный фонарь.

Ириша протерла глаза, покачнулась и чуть не свалилась с лестницы. Она покрепче ухватилась за перекладину и пошире распахнула дверь. Никого и ничего.

Девочка поднялась еще на одну ступеньку и вошла. Она почти ощупью добралась до сундука и, взяв картонный замок, поднесла поближе к окошку. Нет, сейчас ничего не разглядеть. У нее нет с собой ни фонаря, ни лампы, а света с улицы недостаточно. Ириша вздохнула и отнесла замок на место.

Может быть, остаться на чердаке и ждать, когда человечки снова появятся? Вряд ли они придут, если Ириша будет здесь. Да и дома могут хватиться ее. Придется слезать и дожидаться утра. Но уж утром-то она все тщательно осмотрит и найдет доказательства существования маленьких летунов!

Ириша снова вздохнула, выбралась наружу, закрыла чердак на щеколду, осторожно спустилась по лестнице и бегом побежала в дом.

Бесшумно миновала все скрипучие половицы и юркнула под одеяло. «Ничего, ничего, вот, утром я все узнаю» – подумала Ириша, засыпая.

Глава 5. Васильковая фея

…она летела над землей, невысоко так, чтобы Ириша могла хорошенько разглядеть ее черные волосы и волны василькового платья, красиво развеваемого встречным ветром. Она была как нарисованная акварелью картина, и все-таки живая, смеющаяся, удивительная. «Фея» – решила девочка.

Она смеялась и звала.

«Вот бы и мне так летать» – подумала Ириша и побежала следом за васильковой женщиной. Это было нетрудно: она летела медленно, оборачивалась, улыбалась ободряюще и взмахивала полной рукой: «за мной, за мной…»

«Волшебница! Она научит меня» – Ириша бежала и бежала, пока, вдруг не потеряла ее из вида.

Проселочная дорога, по которой бежала девочка, привела ее к полуразрушенному дому, с пустыми проемами на месте окон и дверей; у стен не было крыши, она провалилась внутрь, но Ириша все-таки вошла.

И сразу почувствовала ее за своей спиной. Хотела обернуться, но она взяла девочку за плечи и не позволила.

– Кто ты? – спросила Ириша.

– Зови меня Яной, – чуть помедлив, ответила женщина.

– Яна… очень красивое имя, как ты, ты тоже очень красивая…

Женщина тихонько засмеялась.

– А меня Иришей зовут, – сказала девочка.

– Я знаю…

– Правда! – обрадовалась Ириша, – ты, наверное, фея?

Кто-то был еще. Они не одни стояли среди почерневших обломков стропил, слежавшейся древесной трухи, кирпичных обломков, лежалого мусора. Рядом был еще кто-то, и этот кто-то приблизился.

– Кто здесь? – Ириша попыталась повернуться.

– Стой, – прикрикнула черноволосая, – не шевелись!

– Почему? – Ириша улыбнулась и замерла, вдруг так надо, может быть, именно сейчас начнется волшебство.

– Я должна тебе кое-что рассказать, – просто ответила женщина.

Ириша поверила. Это было похоже на игру, женщина улыбалась за ее спиной, и девочка чувствовала эту улыбку.

– Ты научишь меня летать? – с замиранием сердца, спросила Ириша.

– Я научу тебя всему, что знаю сама – пообещала фея. Она продолжала крепко держать ее плечи, а может, уже и не держала, только Ириша не могла пошевелиться.

– Но это – потом, а сейчас я расскажу тебе, как попасть в волшебную страну.

У девочки перехватило дыхание.

– Ты ведь мечтаешь познакомиться с маленьким народом?

– Да, откуда ты знаешь?

– Я все знаю. А теперь слушай: в Волшебную страну ведет несколько ворот: солнечные лунные и радужные. Открыть их очень просто, достаточно запомнить и произнести заветные слова. Ворота Луны открывают лунный свет, бегущая вода и блеск серебра. Повтори, – велела она.

– Луна, вода и серебро, – поспешно повторила Ириша.

– Хорошо. Ты должна выйти в лунную ночь на улицу, положи в воду серебро и следи за лунным лучом, как только он упадет на серебро, произнеси:

Добавим немного лунного света,

И блеск серебра нам поможет при этом;

Лунной водою в небо плесни

Так ты откроешь Ворота Луны

Лунный луч в воде утонет

Серебро ту воду тронет

Этой водой над собою плесни

Так ты откроешь Ворота Луны

После этого зачерпни лунную воду и плесни над головой. Ты увидишь серебряную арку, смело шагай в нее, достаточно сделать только один шаг…

Голос ее звучал все глуше и глуше, и под конец, совсем затих.

– А ты разве не пойдешь со мной? – удивилась Ириша.

Но ей никто не ответил. Девочка пошевелилась, повернула голову. Из темного угла к ней метнулась чья-то тень.

– Где же ты? – спросила Ириша.

В ответ ей прозвучало тоненькое хихиканье.

– Яна! – крикнула девочка.

Но вместо красавицы феи она увидела маленькую серую старушонку в лохмотьях.

– Ты ведь не боишься меня, Иришенька? – слащавым, противным голоском спросила старуха.

– Вот еще, – фыркнула девочка. – Где Яна?

– О, она очень торопилась. Важные дела, не терпящие отлагательства, – затараторила оборванка. – Ты ничего не забыла?

– У меня хорошая память. А почему я должна тебе отчитываться? – Ириша неприязненно разглядывала противную старуху. – Кто ты такая?

– А я помощница Янина, Маринкой кличут, – представилась бабка. – У меня к тебе маленькое дельце.

– Какое еще дельце?

– Как же, а за лунный ключик кто платить будет? – напомнила Маринка. – В Волшебную страну хотела? – старуха начала по очереди загибать грязные пальцы, – хотела! Ключик получила? Получила! Ты что же, думала, бесплатно, что ли?

Ириша растерялась:

– Яна мне ничего такого не говорила, – начала она.

– Да ты не волнуйся, – перебила ее Маринка, – я с тебя денег не возьму, я же понимаю, что с ребенка денег брать нельзя, какие у дитяти деньги! Мне и надо-то совсем ничего – капелька твоей крови…

– Что? – У Ириши округлились глаза.

– Да маленькая такая капелюшечка, – засуетилась бабка. – Кыль, и все! Из пальца врачи больше берут.

Ириша поморщилась:

– Чем же ты меня колоть станешь? У тебя инструментов нет, и вообще, тут условия антисанитарные.

Старуха заплясала на месте, задергалась, она что-то прятала в своих лохмотьях, и только присмотревшись, девочка увидела, что она крепко сжимала маленькими когтистыми лапками диковинный изогнутый нож, с узким лезвием и костяной рукояткой.

– Куда бы тебя уколоть? – Старуха размышляла вслух, – в левую лопатку, – решила она. Сначала девочка уловила движение воздуха кожей на затылке, и внезапно, словно отстранившись, увидела, как красивая женщина в ярко-голубом платье занесла нож для удара и точно примериваясь, медленно опустила его к спине Ириши, коснувшись лезвием левой лопатки.

Тот час сама Ириша ощутила прикосновение холодного острия, кольнувшего кожу сквозь ткань ночной рубашки.

– Нет! – крикнула она.

И тут старуха дико взвизгнула, присела, закрываясь руками от невидимого врага, мигом исчезла васильковая Яна, а Ириша оказалась на своем диване, спиной все еще ощущая прикосновение ножа.

Белая Мурка стояла на подоконнике, и грозно шипела, выгнув спину со вздыбленной шерстью.

Глава 6. Не спалось…

Заметив, что девочка проснулась, Мурка прыгнула с подоконника на диван, прошлась по одеялу, заглянула своими зелеными глазами в Иришины, муркнула и улеглась рядом.

Девочка провела рукой по пушистой шерстке:

– Знаешь, Мурка, какой мне сон приснился, – шепотом пожаловалась она кошке, но та уже задремала.

А Ирише не спалось. Она лежала на спине, слушала, как мурлычет кошка, как поет невидимый сверчок, и все никак не могла успокоиться. Маленькие человечки, Яна в васильковом платье… А что если все это правда? Она еще раз повторила про себя слова, которые должны открыть ворота Луны.

– Вода, серебро… Где же мне взять серебро? Да ведь у деда есть старинная серебряная монета, он еще кладет ее в чайник, когда кипятит чай, говорит, что вода от этого становится вкуснее…

Но почему Яна хотела ударить её ножом? Зачем ей понадобилась кровь? Пусть даже самая маленькая капелька? И эта странная старуха Маринка… кого она напоминает? А вдруг, они хотят заманить ее в какое-нибудь страшное место, откуда нет возврата?

Ириша села на диване, свесив ноги. Мурка приоткрыла глаза, подняла голову.

– Спи, – сказала ей девочка. Соскользнула с дивана и подошла к окну. Небо было ясным, чистым, усыпанным звездами.

Ириша снова потихоньку выбралась на крыльцо, и стояла, ежась от ночной прохлады. Круглая бледная луна висела над лугом, от ее призрачного света резче проступала темная кромка деревьев за огородом.

Тихо. Бобик, по обыкновению, где-то разгуливал, спали куры, кролики, пчелы, чуть поскрипывала во сне старая груша…

Подобрав длинный подол ночной рубашки, Ириша спустилась с крыльца. Осторожно ступая босыми ногами по холодному бетону дорожки, подошла к бочке с дождевой водой, заглянула внутрь. Лохматая Иришина голова заслонила луну, отраженную в воде. Девочка тронула Луну пальцем, отражение колыхнулось, заплясало, рассыпалось на бледные лепестки. Ириша подняла палец и посмотрела, как лунная вода стекает с него медленными каплями.

«А что, если попробовать?»

– Если там будет что-нибудь страшное, я быстро вернусь назад, – сама себе пообещала девочка. – И потом, не обязательно что-то вообще будет, ведь это только сон… мне приснился сон, – попыталась убедить себя Ириша.

Но убеждение прозвучало слабо.

– Если это сон, то почему такой странный? Как будто и не сон, вовсе. Я все запомнила: и слова волшебные, и имена…

Ириша вздрогнула, вспомнив прикосновение острого лезвия к своей спине, она попыталась дотянуться рукой до своей левой лопатки.

– Зачем им понадобилась моя кровь? Добрые волшебницы никогда не колют детей ножами и не берут у них кровь. Об этом нигде не написано. Вот, была бы здесь сейчас Наташа, она бы удивилась! Жаль, что ей нельзя позвонить, ведь ночь. Все спят, кроме меня. Даже спросить не у кого. – Ириша замерзла в тонкой ночной рубашке; а решение все не приходило.

– Но ведь Яна обещала научить меня всему, что знает сама, так она сказала. А эта другая – Маринка? Может, ей просто завидно стало?

Девочка поспешно вернулась к двери, зашла на веранду, прислушалась. В доме было тихо. Тогда она осторожно, чтоб не звякнуть, подняла крышку чайника и запустила туда руку. Ее пальцы нащупали металлический кружок на дне – дедову серебряную монету. Ириша достала тяжелую кругляшку и, зажав ее в кулачке, снова выскочила на улицу.

Луна по-прежнему висела над лугом, по-прежнему ее отражение плавало в бочке с дождевой водой.

Девочка опустила руку с монетой в лунное отражение и увидела, как серебро наливается светом. Она зажмурилась и произнесла скороговоркой:

Добавим немного лунного света,

И блеск серебра нам поможет при этом;

Этой водою в небо плесни,

Так ты откроешь Ворота Луны

Не открывая глаз, Ириша зачерпнула пригоршнями воду и плеснула вверх.

– Надо сделать один только шаг, – сказала она, – ой, а как же бочка?

Ириша открыла глаза, но никакой бочки не было. Тонкая серебряная арка повисла у нее над головой, под ногами поблескивала лунная дорожка.

– Ух, ты! – восхитилась Ириша и шагнула, не раздумывая вперед.

Там, где только что мелькнул край ее светлой рубашки, уже стали проступать контуры старой металлической бочки, серебряное сияние меркло, превращаясь в бледную пыль, которая оседала, закрывая Лунные ворота. Но в этот момент что-то стремительно пронеслось в воздухе, распластавшись в немыслимом прыжке, Мурка сиганула с крыльца и, пролетев добрых два метра, исчезла вслед за девочкой в затухающем сиянии.

Звякнула и покатилась по бетонной дорожке серебряная монета. Темная тень отделилась от стены сарая и упала на светлый кружок. На луну набежало облако.

Глава 7. Серебро и капля крови

Послышался звук шагов, тень сгустилась, уплотнилась, приобрела очертания человеческой фигуры. Фигура приблизилась к бочке, бочка покачнулась, накренилась со скрежетом и опрокинулась с гулким стуком, разливая по двору потоки воды. В соседнем дворе залаяла собака, ей вторила другая.

Звук шагов поспешно прозвучал, хлюпая по разлитой воде, хлопнула калитка, прошуршали метелки кукурузы на огороде. А вот и низкий сруб копанки. Темный силуэт склонился, скрипнули ржавые петли крышки.

– Принесла? – послышался едва различимый шепот. Другой силуэт отделился от ствола дерева.

– Да

Теперь их было двое у колодца. Первая – высокая и вторая – маленькая.

– Давай, – сказала та, что поджидала у дерева.

Что-то тихо звякнуло, крохотная ярко-алая звездочка вспыхнула на мгновение, осветив две склоненные головы, накрытые низкими капюшонами. Звездочка упала на серебряный диск, выхватив из темноты тонкие пальцы, сжимающие старинную дедову монету, потерянную Иришей.

– Бросай, – проскрипела та, что пониже.

Пальцы разжались, монета медленно отделилась и, искрясь багровыми отблесками, полетела вниз в черную пасть колодца, с тихим всхлипом проглотила неподвижная вода нежданную жертву.

– Соединись! – страшным голосом крикнула та, что пониже. Она вскинула руки и замерла, ожидая. Вода в колодце вздыбилась, поднялась, завертелась воронкой, разверзлась темным зевом.

– Идем! – приказала женщина.

Громкий рык заставил обеих обернуться. Крупное тело грузно перепрыгнуло через низкий заборчик и, продолжая угрожающе рычать, двинулось на темных женщин. Это был Бобик, только теперь его трудно было узнать в разъяренном взлохмаченном звере, похожем, скорее, на медведя, чем на собаку.

– Ягина, быстрей! – Та, что поменьше, решительно схватила другую за руку, обе резко взмыли вверх и устремились в раскрытую темную воронку. Они влетели туда бесшумно, без единого всплеска. Пес дико взвыл и бросился следом. Вода чавкнула и захлопнулась, падая в колодец. Крышка с грохотом упала, закрывая сруб. Наступила мертвая тишина.

Глава 8. Сильфы

Ириша намочила ноги. Она удивленно посмотрела вниз и увидела, что стоит у кромки берега озера, или пруда, в темноте было не разобрать. Луна куда-то исчезла. Внезапно Ириша услышала шум, что-то пронеслось прямо перед ней, она испугалась, отпрянула, закрываясь рукой. Послышалось хлопанье крыльев.

«Это же ночная птица», – сообразила Ириша. Громко плеснула вода. – Кто здесь? – замирая от страха, спросила она.

Под рукой мурлыкнула кошка.

– Мурка? – опешила Ириша. – Как ты здесь очутилась?

Ответ сам собой появился в голове:

– Глупый детеныш, неужели ты думаешь, что я отпустила бы тебя одну?

Некоторое время Ириша просто ошеломленно хлопала глазами, потом обратилась к кошке:

– Мурка, это ты сказала?

– Не сказала, а ответила, – поправила Мурка, – болтать языком, как глупые человеческие детеныши, я, к счастью, не способна.

– Кошка из мира людей, с ней Человеческое дитя, – снова возник в голове голос, но он принадлежал не кошке, а кому-то другому.

– Мурка, кто это? – девочка обняла кошку и всхлипнула.

Кошка фыркнула:

– Страж Ворот, кто же еще, – ответила она, – пригладь волосы, ты очень растрепанная.

Ириша поспешно вскочила и пригладила руками длинные спутанные пряди волос.

– И вовсе я не растрепанная, – заявила она.

Воздух наполнился шумом и сильными хлопками, словно большая птица прилетела. Ириша инстинктивно закрылась рукой. Почти сразу вспыхнуло несколько светящихся шаров, и девочка увидела, что сидит на берегу лесного озера, рядом замерла Мурка.

Они были не одни. Прямо на Иришу смотрела тоненькая высокая девушка в странном одеянии, больше всего похожем на широкий, белый, ниспадающий плащ.

– Приветствую тебя, хранительница, – вежливо поздоровалась кошка.

– И я приветствуем тебя, Мурка. – Ответила ей девушка в светлом одеянии, – что привело тебя в наш мир?

– Эта девочка, – Мурка кивнула в сторону Ириши, – открыла ворота Луны, я последовала за ней. Дети так неразумны…

Она не договорила. Земля дрогнула, Ириша покачнулась, девушка вскрикнула. По озерной глади пошли волны, словно кто-то захотел выплеснуть из него воду. Светильники в миг погасли.

Чьи-то руки подхватили Иришу, ее ноги оторвались от земли, она почувствовала, что летит, так стремительно, что пришлось зажмурить глаза.

Сколько длился этот полет, Ириша не поняла, она все падала и падала в темноту, пока, наконец, не почувствовала, как ее тело мягко опустилось на влажную от росы траву. Тогда она открыла глаза.

Девушка склонились над ней. Мурка, немного помятая, жалась к ее боку.

– Девочка! – воскликнула хранительница. – Ты совсем замерзла, – она торопливо укутала Иришу своим длинным плащом. – Не бойся.

Она была так красива, плащ ее был мягким и белым, как снег, простое платье, расшитое цветными узорами, длинные серебряные волосы, увитые цветами и лентами. А глаза… Таких удивительных добрых и ласковых глаз Ириша не видела ни у кого, разве только у бабушки, да у мамы…

– Не плач, пожалуйста, – девушка заметила, что по щекам незваной гостьи побежали слезы.

– Я хочу домой, – тихо всхлипнула Ириша.

– Боюсь, сейчас ты не сможешь попасть домой, – с грустью произнесла девушка.

– Но почему?! – Ириша перестала плакать, белый плащ согрел ее, она, не отрываясь, смотрела на девушку, пытаясь понять, что же такое случилось, почему она такая грустная. И главное, почему Ириша не может вернуться домой?

– Кто-то разорвал твой след, – сообщила хранительница.

– Не успела! – простонала Мурка. – Я виновата! Не успела! Они взяли ее кровь!

Девушка посмотрели на Мурку, потом на Иришу.

– Скажи, девочка, как ты узнала о Воротах Луны?

Ириша быстренько стерла со щек слезы и выпалила скороговоркой:

– Фея в васильковом платье рассказала мне.

– Она была не одна, я видела другую, – добавила Мурка. – Я ее знаю, сумасшедшая старуха-коровница.

– Ну да, – согласилась Ириша, – с Яной была Маринка. Только она злая, хотела зачем-то каплю моей крови, а у самой во-от такой кинжал!

Ириша развела руки, показывая величину ножа, которым Маринка уколола ее лопатку.

Девушка резко распрямилась:

– Где твое серебро, девочка?

Ириша растеряно покачала головой:

– Не знаю,… наверное, обронила там, во дворе…

– Кровь, серебро, разорванный след, – чуть слышно повторила девушка, – Дело плохо, – сказала, – я должна предупредить королеву.

– О чем предупредить? Кто вы? – всхлипнула девочка, – вы говорите, а я ничего не понимаю! Где мы оказались? Яна обещала, что я попаду в волшебную страну и увижу маленьких человечков. Я сделала все, как она сказала. И теперь получается, что я все сделала не так, не правильно?

– Слушай же, – сказала девушка, – Ты действительно в Волшебной стране, как ты привыкла ее называть. Мы – изначальные. Хранители этого мира. Когда-то люди и народы нашего мира жили все вместе, хорошо ли, плохо ли, но мы ладили. Но потом случилась беда, люди пустили в свой мир зло. Было много битв, но не было между людьми согласия. А были и такие, кто больше всего желал могущества и власти, они стали требовать у нас волшебную силу, чтоб и мы тоже служили злу. Вот тогда-то мы решили уйти. Наш мир, как ты уже поняла, совсем рядом с человеческим, на расстоянии одного шага. Этот шаг – шаг ребенка, не взрослого, потому что только дети не разучились видеть нас. Но, все-таки, мы полностью зависим от вашего мира, ведь то, что ты видишь, лишь иллюзия. Мы все трудились для ее создания, у нас получилось. Но мы все равно скучаем по реальности. Некоторые из нас бывают в вашем мире…

– Крылатые человечки?! – встрепенулась Ириша.

– Люди называют их сильфами – духами воздуха, – сказала хранительница. – Они любопытны и беспечны, любят играть с детьми. Что ж, мы не препятствуем. Но и среди нас появился предатель. Ягина, некогда могучая волшебница, повелительница духов земли, гномов и дурфов, рассорилась с королевой сильфов, и ушла к людям. Там она почти утратила свои способности, ведь она превратила себя в человека. Чтобы поддерживать молодость, она начала воровать у людей частички жизни. В основном, у детей. Но, чем дольше она жила, тем труднее ей было.

– Ягина? – переспросила девочка.

– Да, Ягина. Яна, как она представилась тебе. Когда она совсем ослабела, злая колдунья Морана соблазнила ее, пообещав, что если она откроет проход в наш мир, то получит вечную жизнь, власть и талисман могущества. Дальше ты знаешь, Ягина выследила тебя, заманила в свой сон и украла каплю твоей крови. Только так они с Мораной могут открыть проход в наш мир через Гиблую Топь.

– Погоди, значит, Морана – это та самая старуха Маринка? – Ириша испугалась не на шутку.

– Мне бы очень хотелось ошибиться, – ответила хранительница. – Пока я могу только предполагать. Ясно одно: ты сможешь вернуться домой только со своим серебром, или через другие ворота. Вот и все. А теперь, мне пора. – Девушка ободряюще улыбнулась Ирише.

– Я должна вернуть монету, – вздохнула девочка, – но я не знаю, как мне ее найти. Выходит, теперь дедушкина монета у Мораны? – она встрепенулась, – Гиблая Топь? – спросила Ириша, – это далеко? Там что, болото?

– Когда-то на месте Гиблой Топи было королевство Ягины, но после ее ухода народцы, населяющие эти земли, постоянно вздорили между собой, некоторые покинули эти места, посчитав их несчастливыми, а те, что остались, закрылись в своих подземных жилищах и почти не дают о себе знать. Неудивительно, ведь Талисман Земли Ягина забрала с собой, поэтому ее королевство медленно гибло, превращаясь в Гиблую Топь. Волшебство покинуло страну вместе с талисманом.

– Подожди! – крикнула Ириша, – а мне-то что теперь делать? То есть, – она посмотрела на Мурку, – нам теперь что делать? Получается, из-за меня у вас большая беда. Значит, я должна помочь.

– Боюсь, ты слишком мала для этого, – покачала головой хранительница. – Я должны уйти. Вот твои провожатые, – она показала на маленьких светлячков, появившихся на поляне. – Маленький народ на рассвете откроет Ворота Солнца, ты вернешься домой.

Светлячки приблизились, и Ириша рассмотрела человечков в прозрачных одеждах со стрекозиными крылышками. Крохотные фонарики освещали им путь.

– Здравствуй, девочка Ириша, – хор голосов запел у нее в голове. Ириша улыбнулась и подставила ладошки. Несколько человечков бесстрашно опустились к ней на руки.

– Какие красивые, – одними губами прошептала Ириша.

– Пора. – Сказала хранительница.

Девушка уронила что-то на колени девочке:

– Можешь называть меня Лу, – сказала она, – я – хранительница Лунных Ворот.

Сказала и, вмиг обернулась чудесной птицей, только лицо осталось человеческим. Зашумели крылья, птица вскрикнула и пропала, словно и не было.

– Торопись, торопись, – запели маленькие человечки, – скоро рассвет!

Они взлетели и кружились, размахивая своими фонариками. Мурка поднялась и, потянувшись, отряхнула росу с шерстки.

Ириша, ошеломленная происходящим, никак не могла прийти в себя. Она коснулась рукой маленького мягкого комочка, оставленного Лу, взглянула на своих маленьких провожатых и Мурку:

– И это все правда? – спросила она, – я не сплю?

Тревожно звенели голоса крошечных летунов:

– Идем, идем!

– Но куда? – Ириша встала на ноги, комочек она зажала в руке, боясь потерять.

– Воспользуйся подарком! – зазвенели голоса человечков.

Ириша разжала пальцы.

– Встряхни! – услышала она. Девочка осторожно попыталась расправить слежавшиеся перышки, или нити, но комочек вдруг раскрылся, расправился, вырос в руках и превратился в пестрый плащ легкий и теплый.

– Накинь, – проворчала Мурка, – простудишься.

Ириша быстренько набросила плащ. Человечки взвились над ее головой. Часть из них полетела вперед, указывая дорогу. Мурка двинулась следом. Ириша, подхватив рукой подол длинной рубахи, поспешила за ними.

– Куда мы идем? – спросила она, когда вся кавалькада вступила в лес, и девочка едва различала тропинку у себя под ногами.

– К Золотой горе! – пропели человечки, – там Ворота Солнца, ты сможешь вернуться домой с рассветом.

– Но как же я брошу вас в такой беде? – Ириша едва поспевала за спешащими летунами.

– Мы справимся, справимся! – обещали человечки.

– Мне так стыдно! – призналась девочка. – Если бы я знала!

– Не болтай, – отрезала Мурка, – лучше поторопись.

Короткая летняя ночь кончилась. Ириша поняла это, когда стала различать силуэты деревьев. Вскоре фонарики сильфов потухли, и стало совсем светло.

Глава 9. Морок

– Сейчас взойдет солнце! – пообещали сильфы. Из леса они выбрались на бескрайне поле, утонувшее в предрассветном тумане. Ирише казалось, что она не идет, а плывет в белом молоке. Мурка совсем утонула, девочка не видела ее, она шла на звон голосов летящих человечков и думала, думала…

– Где же солнце? – начали беспокоиться ее провожатые.

– Туман густеет…

– Мы собьемся с пути!

– Нет, нет, вперед, вперед!

Ириша заметила, что туман действительно не рассеивается, а словно бы становится гуще, плотнее. Вот он поднялся до ее груди, вот окутал шею и плечи… В вязкой белой гуще тонули звуки. Сильфы снова зажгли фонарики, но их свет не рассеивал туман, а рассыпался тусклыми желтоватыми точками, показывая Ирише, что она не одна.

– Это морок, морок! – зазвенели человечки. – Морана наслала морок!

– Она закрыла солнце!

– Что же делать?

Ириша остановилась:

– Мы заблудились? – спросила она.

– Морана наслала морок, – грустно запели человечки. – Это очень, очень плохо!

– Почему вы решили, что это Морана? – перебила их Ириша, – обыкновенный туман, что я, туманов не видела. С дороги мы не сбились, или сбились?

– О, нет! – печалились сильфы, – это не туман, у нас не бывает таких туманов…

Мурка потерлась о ее ногу:

– Почему стоим? – спросила она.

– Мы сбились с пути, – сообщили сильфы.

Мурка фыркнула. Уж кто-кто, а она-то не могла сбиться с пути. Да она вообще могла закрыть глаза и все равно не потерялась бы.

– Вот еще! – кошка встала на задние лапы, передними упираясь в Иришу. – Идем, пока еще мы никуда не свернули, тропинка у нас под лапами, то есть, под ногами и лапами. Она снова прыгнула в белую муть и схватила зубами Иришин подол.

– Погоди, – сказала девочка, присмотревшись к человечкам, – мне кажется, наши друзья вымокли и устали, вот и пали духом. Идите ко мне, – сказала она приунывшим человечкам. И сразу стайка крохотных летунов устало опустились к ней на плечи. Вид у них был жалкий. Тонкие одежды не спасали от сырости, крылышки повисли, ведь они летали всю ночь!

– Привяжите себя моими волосами и отдохните, – посоветовала Ириша, – а мы с Муркой найдем дорогу.

Вскоре девочка и кошка совсем исчезли в тумане, как и весь просыпающийся мир. Ириша брела, подчинившись Муркиной способности чувствовать верную дорогу. На плечах, в капюшоне плаща, запутавшиеся в прядях густых длинных Иришиных волос, спали уставшие сильфы.

Тропинка начала подниматься в гору, под ногами зашуршал песок, туман стал реже. Мурка привела Иришу на пригорок с одиноким деревом и предложила передохнуть. Ириша села, стараясь не потревожить спящих человечков. Мурка начала нервно вылизываться.

– Я бы съела чего-нибудь, – сказала она.

– А я бы чаю горячего выпила, – призналась Ириша. – Интересно, далеко ли еще идти? В этом тумане ничего не видно.

Мурка поежилась. Она не любила сырость.

– Мурка, скажи, ты и раньше знала все о сильфах и волшебной стране? – спросила Ириша.

– Знала, конечно…

– А почему ты не познакомила меня с ними?

– Вот, глупый детеныш, – кошка дернула усами, – как же я могла! Ведь ты немедленно всем разболтала бы, и неизвестно, чем бы это обернулось. И не обижайся, – заметила она надутые Иришины губы, – разве я не права? Смотри, что ты натворила, стоило тебе узнать о Воротах Луны, и ты тут же побежала их открывать! И что теперь? Мы заперты в волшебной стране, всем нам грозит опасность. А что скажут дома?

– Ой, – вспомнила Ириша, – ведь уже утро! Все проснулись, а меня нет! Что же они подумают? В милицию, наверное, звонят!

– Вот-вот, – сердито подтвердила кошка, – хозяева волнуются, детеныш пропал, а детеныш ходит босыми лапами по сырой траве!

В этот момент Ириша увидела, как к ним кто-то приближается. Вскоре из морока выступила фигура в белом. И Ириша узнала ночную девушку, которая назвалась Лу. Девушка сгибалась под тяжестью ноши. Она наклонилась, опуская поклажу на землю, и подняться уже не смогла, села рядом, склонив голову.

– Лу! – обрадовалась Ириша, – она осторожно поднялась, чтоб не потревожить спящих сильфов, и подошла к девушке.

– Мы чуть было не заблудились, но Мурка прекрасно ориентируется в тумане, – сообщила девочка.

– Это твой пес? – спросила Лу, – и тогда Ириша увидела рядом с ней неподвижное собачье тело, заросшее рыжей шерстью.

– Бобик! – крикнула она, бросаясь к своему любимцу.

Встревоженные сильфы вспорхнули из своих гнездышек свитых в волосах девочки.

– Что с ним? – Ириша склонилась к безжизненному псу, обхватила его голову. Бобик заскулил.

– Он жив, только помят очень. Преследовал Ягину и Морану, – сообщил Лу. Бобик приоткрыл глаза и лизнул Иришину руку.

– Бобик, не умирай, пожалуйста! – Ириша прижала к своей груди собачью голову.

– Я… хотел… помочь… – услышала она.

– Где болит, Бобичек, где? – спрашивала Ириша, осматривая пса. Его бока были изодраны, шерсть висела клочьями.

– Это ничего, – приговаривала Ириша, – это мы вылечим, – помнишь, ты подрался с собаками и потом болел, бабушка твои болячки зеленкой мазала и этой, как ее… марганцовкой… Ой, где же я марганцовку-то возьму, – Ириша вспомнила, что бабушка далеко, как и всемогущие лекарства.

Мурка обнюхала поверженного пса и сообщила:

– Заживет, он же – собака.

– Много ты знаешь! – прикрикнула на нее Ириша, – видишь, как ему плохо! Надо лечить.

Сильфы парили над Бобиком и грустно звенели.

– Надо бы промыть чистой водой, а потом приложить подорожник и забинтовать, – авторитетно заверила всех Ириша.

– Сейчас, сейчас, – пообещали маленькие человечки. И некоторые из них скрылись в тумане.

– Куда это они? – удивилась Ириша.

– Здесь, совсем рядом… наш дом, – сообщили оставшиеся сильфы.

– Значит, мы пришли?

– Пришли, пришли! Золотая гора!

– Где же она?

– О! Она прекрасна! Когда светит солнце, наша гора видна далеко-далеко! Только сейчас нет солнца, – грустно добавили сильфы.

Ириша оторвалась от Бобика и посмотрела на Лу, она лежала на боку.

– Да ведь она тоже ранена! – Ириша подошла поближе. Длинное одеяние Лу было разорвано, хотя, крови видно не было, но все же, она совсем выбился из сил, пока летела.

– Что же делать? – Ириша с грустью смотрела на добрую Лу, такую усталую и беспомощную.

– Бобика надо перебинтовать, только вот, чем? – задумалась девочка. Мурка шарила в траве, в поисках подорожника. Ириша распахнула пестрый плащ и оторвала подол рубахи.

– Не очень чистый, конечно, но если я найду ручей или родник, то можно отстирать, сгодится на бинты.

– Послушайте, – обратилась она к человечкам, – Нет ли где-нибудь поблизости чистой воды?

– Есть, есть, – зазвенели сильфы.

В это время вернулся один из посланцев за помощью.

– Наши друзья уже близко! – радостно сообщил он.

– Сильфы говорят, надо идти в город, – еле слышно проговорила Лу. – Я совершенно без сил! Мое время – ночь. Но она кончилась, да еще этот морок! Гиблая Топь совсем лишила меня сил…

– Ты была в Гиблой Топи?

– Да… пришлось, – призналась Лу.

– Значит, злая колдунья уже здесь? – с ужасом спросила Ириша.

– Обе прошли. Ягина провела. Твой пес пытался помешать, но не вышло. – Лу опустила голову и тяжело вздохнула.

– Морана здесь! – воскликнули сильфы. – О, горе! Горе!

Ириша даже растерялась, она все-таки, надеялась на благополучное окончание своего путешествия. Думала погостить немного у своих новых друзей, посмотреть, как они живут, и вернуться домой. А теперь, выходило так, что Волшебная страна и ее обитатели по Иришиной вине, оказалась в страшной опасности.

И вот, оказалась она, всего лишь маленькая девочка, в чужом мире, вокруг непроглядный туман, а на ее ответственности горстка крошечных человечков, Мурка, раненый Бобик и хранительница Лунных Ворот, лишенная сил.

Ириша изо всех сил постаралась не заплакать, она сморщила нос, потерла лоб пальцами и решительно сказала:

– Спокойно, кто-то обещал показать мне чистую воду.

Тут же вызвались несколько сильфов. Родник оказался совсем недалеко, в небольшой ложбинке. И пока девочка отстирывала оторванный подол ночнушки, Мурка наконец-то нашла подорожник и была страшно горда этим.

Вскоре Бобик был перевязан. Он и Лу задремали.

Ириша сидела под деревом и рассуждала сама с собой:

– Странно, что солнце не прогоняет туман. Но, ведь солнце высоко вверху, а туман внизу, он стелется по земле, цепляется за траву и деревья… вот, если бы подул ветер…

Маленькие летуны в это время порхали над ее головой и разбирали спутанные пряди волос, перевивая их тонкой золотой нитью.

– У вас бывает ветер? – спросила Ириша.

– О, нет, ветер разрушил бы наши дома, – испугались человечки. – У нас ветра не бывает.

– Поэтому и туман не рассеивается, – объяснила Ириша.

– Как же быть?

Ириша встала и принялась ходить туда-сюда:

– Я знаю, чтобы подул ветер, надо, чтоб собаки лаяли. Знаете, как у людей говорят: собаки лают, ветер носит…

Мурка фыркнула:

– Ничего общего! Ветер – это когда деревья ветками машут.

– Вот глупая, – засмеялась Ириша, – да ведь они потому ветками машут, что их ветер качает. А ветер прилетает, когда хочет. Но, я думаю, что его можно позвать. Попросить громко, чтоб он прилетел. Собаки очень громко умеют лаять. У вас есть собаки? – обратилась она к сильфам.

– О, нет, у нас нет собак…

Ириша посмотрела на спящего в бинтах Бобика. Нет, его тревожить нельзя. Но и сидеть, сложа руки, Ириша не могла.

– Я попробую.

Она откашлялась и несколько раз гавкнула, подражая лаю собаки. Звук ее голоса утонул в тумане. Она стала лаять громче, вошла во вкус, рычала, заливалась звонким лаем, повизгивала даже. Бобик открыл глаза и посмотрел на хозяйку. Кажется, он понял, чего хотела добиться Ириша. Пес сначала слабо, а потом все громче начал вторить ей. Ириша почувствовала, как невидимый пузырь, окружавший холм и ее вместе со всеми друзьями, подался и лопнул. Лай девочки и пса раскатился далеким эхом, отразился от невидимой Золотой Горы и потек вниз, в долину. Вместе со звуками поплыл туман, зашелестели стебли травы, качнулись верхушки кустов. Воздух шевельнулся и наполнился свежестью горного луга и хвои.

– Ветер! – закричала Ириша.

Сильфы спрятались в капюшоне ее плаща, Бобик заходился в радостном лае. Морок сползал с холма длинными щупальцами, цеплялся за песок, траву и камни, но не мог удержаться, ветер скатал остатки марева в серый клубок и клубок укатился стремительно в сторону леса.

Солнце, все еще окутанное белесой дымкой, появилось над холмом.

Сильфы запели

– Солнце, солнце!

– Смотри, Ириша, вот она, – Золотая гора, – отозвалась Лу, она очнулась, и, приподнявшись на локте, смотрела мимо девочки.

Ириша обернулась. За ее спиной холм постепенно поднимался, и как бы перетекал в следующий, заросший лесом. А за ним, высилась невиданной красоты Золотая Гора, на вершине ее можно было различить очертания шпилей и башен Золотого города.

– Вот это да! – прошептала Ириша.

У подножия холма расстилалась широкая долина, окаймленная у горизонта горной грядой со снежными вершинами, потонувшими в шапках облаков.

– Тебе лучше? – тревожно спросила она у Лу.

Девушка улыбнулась одними глазами:

– Нам надо спешить, – сказала она. – Необходимо предупредить королеву сильфов. Я так и не добралась до Дворца Отражений.

– Дворец Отражений? – переспросила Ириша.

– Гиблая Топь граничит с королевством сильфов. Сильфам принадлежит вся эта долина, – Лу обвела вокруг себя рукой, – И горы на горизонте. Дворец Отражений можно назвать их столицей. Там живет королева. Надеюсь, она уже знает обо всем, что у нас произошло. Но этого мало. Сильфы в опасности. Ведь не в гости же Морана явилась. Я чувствую, что будут большие неприятности.

– Война? – испугалась девочка. – Но сильфы такие маленькие и слабые, они не могут воевать с Мораной и Ягиной.

– Моране не нужна война, – запели сильфы, – ей нужен Сильфидрион…

– Что? – не поняла Ириша.

– Сильфидрион, – пояснила Лу, – талисман могущества, который охраняют сильфы

Бобик медленно поднялся на все четыре лапы и встряхнулся

– Бобик, ты здоров?! – восхитилась Ириша.

– Конечно, – пес бросился ей на грудь и радостно залаял.

– Ты меня свалишь! – рассмеялась Ириша, обнимая собаку.

– Твой пес храбро сражался, можно сказать, он спас мне жизнь. – Сообщила Лу

– Да ладно тебе, – Бобик махнул лапой. – По мне, так это ты меня спасла, а не я тебя.

– Но как ты сюда попал? – спросила Ириша.

– Увидел ночью, как две чужих женщины что-то возле нашего колодца делали, ну и бросился на них. Они в колодец, и я в колодец. У них, у ворюг, серебряная монета твоего дедушки, – доложил Бобик.

– Это я монету взяла, – призналась Ириша, – а потом выронила, вот они ее и забрали.

– И проход открыли, – подхватила Мурка, – без тебя им сюда хода не было.

Ириша опустила голову.

– Я должна все исправить, – сказала она.

Мурка подошла и стала рядом, Бобик сел у ног.

– Мы пойдем с тобой!

Сильфы заплясали, зазвенели в воздухе:

– Мы хотим сражаться! – пели они восторженно.

– Грозное войско, – грустно пошутила Лу.

– Ничего, одолеем как-нибудь, – ответил Бобик.

– Идут только добровольцы, – строго сказала Ириша. – Оружие есть у всех?

Сильфы показали свои тоненькие, как иголочки шпаги.

– Не отставать, не хныкать и не трусить, – Ириша нахмурилась. Маленькие человечки отдали честь.

Девочка еще раз взглянула на золотой город, тонкие шпили башен и дворцов, вздохнула:

– Тогда, в путь! – приказала она своим солдатам.

Сильфы юркнули в капюшон Иришиного плаща, девочка подхватила Мурку.

Глава 10. Сильфидрион

И тогда на холме появились многочисленные маленькие летуны. Они сновали в воздухе и тревожно перекликались. Некоторые опустились на лежащую Лу, другие плотным облаком висели над Бобиком.

Неожиданно огненные блики вспыхнули на траве и листьях. Ирише даже показалось на мгновение, что мгла рассеялась, и появилось солнце. Потом она услышала резкий свист, похожий на громкое шипение, и на холм вползла здоровенная ящерица. Чудовище переливалось всеми цветами радуги и разбрасывало горячие искры. Маша вскрикнула и прижала к себе Мурку. Бобик залаял взахлеб. Ящерица зашипела, над ее узкой головой поднялся красный высокий гребень.

– Сола! – крикнула Лу.

Тогда Ириша поняла, что ящерица оседлана. На ее спине было укреплено что-то типа крытых носилок, такое большое кресло с балдахином. А в кресле сидела незнакомая девушка в короткой золотистой тунике, на ногах легкие сандалии, пшеничные волосы, перевитые золотыми нитями. Она поспешно спрыгнула на землю. Ящер замер, хотя Бобик продолжал надрывно лаять и норовил бросится на невиданное чудище, но Ириша схватила его за загривок и не выпускала.

Золотая девушка подбежала к Лу:

– Что с тобой, ты ранена? – спросила она – озабоченно.

– Нет, кажется, – Лу покачала головой, – но я только что вернулась из Гиблой Топи.

– Сола! Сола! – сильфы окружили наездницу ящера. – У нас гости!

– Я уж вижу, – улыбнулась девушка и кивнула Ирише. Бобик все-таки вырвался и подбежал к ящеру. Тот стоял смирно и делал вид, что не замечает страстного интереса неизвестного ему животного. Бобик тщательно обнюхал лапы ящера.

– Не бойтесь. Это саламандра, – объяснила Сола, – огненная ящерица. Бобик убедившись, что опасности нет, оставил саламандру в покое.

– Сола, – обратилась к девушке Лу, – эта девочка и сильфы отправляются во Дворец Отражений, ты не могла бы помочь им?

– Я как раз туда и собиралась, но тут прилетели ваши посланцы и рассказали о том, что произошло ночью, – ответила Сола.

Сола подошла к своему скакуну. На сиденье лежала старинная шкатулка, покрытая причудливой резьбой. Сола взяла ее и бережно передала Ирише.

– Вот, – сказала она, – это – Сильфидрион, именно за ним охотятся Ягина и Морана. В этой шкатулке скрыта вся волшебная сила сильфов. Ты должна доставить Сильфидрион во Дворец Отражений к королеве. Только там он будет в безопасности. Сильфы-провожатые снова опустились на плечи Ириши.

– Сильфидрион был в Золотом Городе? – удивилась Лу.

Сола пожала плечами:

– Мы только-только закончили строить Золотой Город. Ты же знаешь, для этого нужен талисман.

– Да, конечно, – согласилась Лу, – но как же теперь быть? Ведь Сильфидрион необходимо вернуть королеве во что бы то ни стало. Вот что, Сола, бери Иришу и отправляйтесь.

– А как же ты? – вспыхнула девочка. – Неужели ты думаешь, что мы тебя вот так бросим?

– Не волнуйся, Ириша, – остановила ее Сола, – я останусь здесь, а ты прекрасно доберешься со своими друзьями. Можешь воспользоваться моим скакуном. Саламандра одинаково хорошо бежит как по ровной дороге, так и по отвесным скалам. Она доставит тебя к королеве. Дворец отражений находится среди скалистой гряды на высоком плато. Саламандра знает туда путь, да и сильфы были там не один раз.

Ириша с опаской посмотрела на огненную ящерицу:

– Да, но я не умею с ней управляться, – сказала она.

– О, моя саламандра очень послушна, – ответила Сола, – тебе достаточно подумать и она немедленно выполнит твое пожелание. Девушка погладила чешуйчатую голову и что-то шепнула ящерице.

– Отправляйся же! – поторопила Сола Иришу.

– А как же Лу?

– Я позабочусь о ней, – ответила Сола.

Глава 11. Ловушка

Они неслись к горным вершинам, застывшим на горизонте. Саламандра летела, едва касаясь земли. Ириша сначала зажмурившаяся, теперь немного успокоилась и открыла глаза. Ветер свистел в ушах, развевал волосы. Ириша подумала о маленьких человечках, как там они, в капюшоне? Повернула голову, посмотрела на лохматого Бобика, прижавшего уши. Ириша теснее обхватила Мурку, хотя кошка и так вцепилась когтями в плащ – не оторвешь.

Вокруг расстилалась долина с ее лугами и лесами. Но Ириша не могла насладиться красотами и полюбоваться пейзажем. Саламандра гнала с такой скоростью, что девочке казалось, будто она каким-то непостижимым образом оказалась сидящей на стреле, выпущенной из лука. Поэтому она предусмотрительно вжималась в спинку кресла и придерживала своих питомцев, чтоб не вывалились.

Дорога углубилась в густой лес, стало заметно темнее. Но саламандра, казалось, не заметила этого, да и дорога, прямая, как выглаженная лента, ничуть не изменилась.

– Впереди завал – предупредил Бобик.

И действительно, саламандра чуть замедлила бег, но, не останавливаясь ни на секунду начала штурм поваленных деревьев.

– Странно, разве здесь бывают бури? – проговорила Ириша.

– Засада! – Бобик отчаянно залаял, сразу же на саламандру и ее седоков упала веревочная сеть. Свистнув, шею ящерицы захлестнул аркан. Саламандра забилась, мотнула головой, из ее пасти рванулось яркое пламя, оно прожгло веревки, ящерица почти вырвалась, но тут отовсюду на кучу поваленных стволов полезли какие-то серо-коричневые твари, их было много; вот, несколько жадных корявых лап потянулось к Ирише, она взвизгнула, поджала ноги, обхватила шкатулку с талисманом.

– Кто вы такие, что вам надо! – завопила девочка, изо всех сил отбрыкиваясь пятками от наседавших врагов. Бобик, не раздумывая более, яростно кусал самых нахальных, Мурка шипела и царапалась. Саламандра била тяжелым хвостом и лапами, плевалась огнем во все стороны, но нападавших не становилось меньше.

– Это дурфы! – хором зазвенели сильфы. Они выбрались из капюшона и пытались жалить врагов тонкими иголочками своих шпаг.

Дурфы обступили плотным кольцом саламандру. Присмотревшись, Ириша с удивлением поняла, что дурфы оказались похожими на людей, или, скорее, на небольших обезьян, уж очень они были лохматыми, хоть и без хвостов. На них даже что-то было надето: какое-то подобие штанов и коротких жилеток. Ну, точно, как у той обезьянки в парке у уличного фотографа. Только обезьянка была с ошейником на цепочке, а у этих ошейников не было.

Из толпы дурфов выступил один, наверное – вожак. Он протянул к Ирише длинные волосатые лапы и сказал:

– Девчонка, отдай талисман!

Сильфы опустились на крышку шкатулки и стояли, обнажив шпаги.

– Разве он твой? – спросила Ириша, стараясь говорить спокойно, чтоб напавшие не заметили, как у нее дрожит голос.

– Отдай талисман и катись, куда хочешь, мы вас не тронем, – хмуро пообещал вожак дурфов.

«Что же делать?» – в отчаянии думала Ириша. Древесные стволы вокруг пылали, подожженные огнем саламандры, дурфы опасливо подались назад. И только вожак, сверкая глазами из-под спутанных волос, не испугался.

«Саламандрочка, ну давай же! Вперед, вперед!» – мысленно приказала Ириша. Ящерица напряглась и прыгнула, Ирише даже показалось на мгновение, что у саламандры выросли крылья. Завал остался позади, но дурфы уже были тут как тут. Они сыпались с деревьев, прыгали на спину саламандре, пришлось снова отбиваться.

– Ириша! – девочка услышала сильфов, – дурфы бессильны, они на нашей земле.

– Ничего себе – бессильны! – подумала в ответ Ириша, – они не дают нам пройти!

– Именем королевы Ягины, – заорал главарь, – отдай талисман!

Неожиданное решение пришло в голову:

– Хорошо, – крикнула девочка, – прикажи всем отступить, я должна посоветоваться со своими друзьями. Схватка прекратилась. Дурфы отодвинулись и хмуро ждали.

– Сильфидрион боится огня? – обратилась девочка к сильфам.

– Нет, он ничего не боится…

– Бобик, Мурка, прикройте меня, – велела Ириша. Бобик вспрыгнул на сиденье, Мурка села на колени к девочке, закрыв собой шкатулку. Ириша взялась за крышку, та легко приподнялась, девочка опустила руку внутрь и нащупала прохладный металл неизвестного предмета. Она сжала пальцы. «Саламандра сможет выбраться без нас?» – спросила Ириша у сильфов.

«Сможет, она же – дитя огня» – ответили сильфы, – «но что ты задумала?»

«Забирайтесь в капюшон» – приказала Ириша.

– Бобик, Мурка, за мной!

Ириша бесстрашно спрыгнула со спины ящерицы, сжимая в кулаке талисман.

«Саламандра, возьми это и спеши за подмогой» – девочка поспешно сунула в пасть ящерице Сильфидрион. Ей показалось, что ящерица подмигнула.

– Давай! – Ириша хлопнула ладошкой по шее саламандры.

– Эй, ты! – угрюмый дурф подошел совсем близко и потянул к себе шкатулку, зажатую у Ириши подмышкой.

Саламандра страшно зашипела, раздулась и взорвалась оглушительно, в небо взвился столб ослепительного пламени. Иришу отшвырнуло, и она стукнулась спиной о дерево, Мурка отчаянно мяукала, запутавшись в ветках, Бобик откатился в кусты, дурф валялся неподалеку, но шкатулку не выпустил из лап.

Ириша встала, потирая ушибленное место.

«Как вы?» – обратилась она к сильфам.

«Мы живы» – последовал не слишком уверенный ответ.

– Мурка, прыгай, – сказала Ириша.

– Легко сказать, – Мурка извернулась и ловко приземлилась на четыре лапы. Вскоре Бобик присоединился к ним.

– Быстро уходим, пока дурфы не очухались, – приказала Ириша.

– Куда? – осведомился Бобик.

– Прямо!

– Вы вперед, я прикрою! – пес обернулся к нападавшим.

Ириша что есть духу побежала по дороге, Мурка держалась рядом.

Дурфы очухались быстро. Их вожак, заметив убегающих, взвыл, и в погоню бросилась вся стая. Вот они уже всем скопом навалились на пса, и огромный воющий клубок покатился в пыли. Вожак вырвался вперед и прыгнул на плечи к Ирише, девочка отшвырнула его в сторону, но через несколько секунд на нее налетели, опрокинули, последним усилием она сорвала с себя плащ и крикнула сильфам: «Улетайте!». Крылатые человечки выпорхнули из капюшона, взмыли вверх, больше Ириша ничего не смогла увидеть, потому что ей пришлось отчаянно драться, она кусалась и царапалась не хуже Мурки, но врагов было столько, что они все-таки одолели трех смельчаков, скрутив их по рукам и ногам, а так же по лапам кусками обгоревших веревок.

«Как глупо» – только и успела подумать Ириша, как вдруг дорожная пыль вспыхнула, столб пламени поднялся совсем рядом и еще: слева, справа, вокруг! Их было множество – ящериц появившихся из огня.

– Саламандра! – радостно крикнула Ириша, увидев оседланную ящерицу Солы. Дурфы обступили свою добычу, но удача явно отвернулась от них. Саламандры быстро разметали врагов в стороны. Бобик зубами разорвал веревки и кинулся помогать Ирише и Мурке.

– Успели, успели! – пели сильфы, кружась стайкой над Иришей.

– Как вы вовремя! – Ириша подставила ладошки крохотным летунам, и когда она расселись у нее на плечах, погладила саламандру по шее. Та раскрыла пасть. Золотой цветок лилии сверкал среди пламени.

– Сильфидрион, – шепнула Ириша, – это он!

Бобик привел понурого главаря дурфов. Ириша забрала у него шкатулку, распахнула ее и талисман вернулся на своем место.

– Как же вам не стыдно! – покачала головой Ириша, обращаясь к дурфу.

– Мы служим нашей королеве, – буркнул он.

– Хороша королева! – вспыхнула Ириша, – сбежала от вас, украла ваш талисман, а теперь еще воровать и разбойничать заставила!

– Ягина – наша королева! – упорно твердил дурф.

– Что с пленными делать? – осведомился Бобик.

Ириша оглянулась на поверженных дурфов, окруженных огненными ящерами. На дороге повсюду валялись обугленные стволы деревьев, сломанные ветви, все было истоптано, дымился кустарник, трава почернела.

– Ну и намусорили же мы тут, – вздохнула девочка, – вот пусть пленные уберут все, а потом… потом, пусть отправляются по домам.

Главарь угрюмо пробормотал:

– Чего убирать-то, прикажи талисману, и все.

– С талисманом каждый дурак сможет, – фыркнула Ириша, – а то, как портить и пачкать, так вы первые, а как убирать – талисман? Нет уж!

Она услышала, как смеялись сильфы и улыбнулась.

– По-моему, это справедливо.

– О, да! Лучше не придумаешь! – согласились летуны. – Только возьми с них слово.

Ириша повернулась к дурфам:

– Дайте честное слово, что уберете здесь все и отправитесь домой. Больше никаких безобразий!

– А если не дадим? – спросил главарь.

– Скажи, что в этом случае им придется пойти с саламандрами, – подсказали сильфы.

– Вы слышали?

– Слышали, – нехотя ответил главарь. – Мы даем слово.

Дурфы хором подтвердили:

– Даем слово!

Саламандры сразу же оставили пленников, приблизились к Ирише и, поклонившись, стали исчезать.

– Спасибо, спасибо! – кричала Ириша в ответ.

Вскоре они остались на дороге прежним составом. Ириша подняла свой плащ, накинула его и взобралась на саламандру.

– Интересно, – обратилась она к сильфам, – а где живут саламандры?

– Духи огня, – с готовностью ответили летуны, – они живут в стране вулканов, среди озер из лавы и чистого пламени.

Ирише хотелось спросить еще, но она немного смешалась. И потом, вдруг саламандра услышит ее вопрос и обидится? Но девочка все-таки решилась:

– Почему наша саламандра служит у Солы? И вообще, почему огненные ящерицы нам помогли?

Вопрос развеселил сильфов:

– Саламандра не служит, а дружит с Солой. Ведь Сола – фея, волшебница, к тому же она хранительница Ворот Солнца. Нет ничего чище солнечного пламени, так что Сола и Саламандра почти родственники. А помогают нам огненные ящерицы потому, что в нашем мире принято помогать друг другу. Ты попросила помощи, и помощь пришла.

Саламандра свернула с дороги. Путешественники оказались на берегу тихой речушки, прозрачной и быстрой.

– Ой, как хорошо! – Ириша спрыгнула на песок и побежала к воде. Бобик обогнал ее и с шумом ухнул в реку, обдав Иришу тучей брызг.

Девочка умылась, рассмотрела свои исцарапанные в сражении руки и ноги. Бобик выбрался на берег и стал кататься по траве.

– Вот глупый! – сказала Ириша, – опять испачкаешься.

– Не, я отряхнусь, – ответил пес.

Мурка, конечно, в реку не пошла, неспешно вылизала шерстку, умылась лапой и терпеливо ждала, пока остальные приведут себя в порядок.

Сильфы бегали по воде, едва касаясь ее поверхности крохотными ножками. Самые смелые опускались на проплывающие листья и травинки, стремительно течение несло неверные плотики, переворачивало, бурлило, но сильфы успевали в последний момент вспорхнуть и вернуться к своим друзьям. Понаблюдав за играми летунов, Ириша вырыла ямку в песке у самой воды, получился неглубокий и безопасный бассейн.

– Идите сюда, – позвала человечков Ириша.

Каково же было ее удивление, когда летуны перед купанием сняли не только свои платьица, но крылышки, оставив их у Ириши на коленях. После этого они ринулись в бассейн и с удовольствием поплескались там.

Ириша сидела, боясь пошевелиться, прикрыв кольцом рук невесомые одежки и хрупкие крылья друзей. Она только теперь смогла пересчитать их, летунов оказалось шестнадцать. Девочки и мальчики носили почти одинаковые серебристые туники, у них были длинные волосы, так что Ириша не сразу разобралась кто из них кто.

– Вот это да! – сказала она сильфам, когда те, искупавшись, принялись одеваться. – Оказывается, ваши крылья снимаются!

– Конечно, – просто ответили сильфы, – было бы не очень удобно, если бы они не снимались, – и они засмеялись, наверное, представили себе, как трудно было бы спать с крыльями, да и одеваться тоже, не очень-то удобно.

Саламандра, казалось, дремала.

Бобик заметил что-то в камышах и бросился туда с лаем.

– Бобик, не надо, это ундина, – остановили его сильфы. – Фея, которая живет в этой реке. Она не причинит нам зла, она просто наблюдает за нами, не пугай ее.

Сконфуженный пес вернулся. Ирише очень хотелось посмотреть на водяную фею, но сильфы торопили, надо было ехать. Ириша поклонилась камышам и одними губами произнесла «спасибо». Камыши качнулись, чуть плеснула вода, по течению поплыли длинные голубые нити или водоросли.

– До свидания, – сказала Ириша.

Она позвала своих друзей, подошла к саламандре, погладила ее тихонько по шее, заглянула в глаза.

– Поедем?

– Садитесь, – услышала в ответ.

Помогла Бобику взобраться, подхватила Мурку, спросила у сильфов, все ли на месте.

Вскоре саламандра снова бежала по дороге, лес кончился, сменившись невысокими холмами. Скалистая гряда приближалась с каждой минутой.

После одержанной победы и купания все развеселились и без умолку вспоминали нападение дурфов, но теперь уже как забавное приключение.

Вот горы приблизились, вот уже закрыли собой половину неба, встали стеной, потом открылось узкое ущелье, и саламандра скользнула туда, ловко маневрируя между скал и обвалов, безошибочно находя в осыпях одной ей ведомые тропинки; от головокружительных скачков по скалам у Ириши мелькало в глазах. Она хотела только одного: чтоб эта бешеная езда наконец-то закончилась.

Саламандра вырвалась на плато и понеслась во весь опор. Прямо перед Иришей, возник, словно выросший из скальных камней, величественный замок, окруженный крепостной стеной с зубцами и бойницами. Вот только он был слишком мал для прибывших гостей.

– Если бы мы были такими же маленькими, как наши друзья сильфы, – вздохнула Ириша, и посмотрела на шкатулку с Сильфидрионом, лежащую на ее коленях. Что-то произошло, сначала краски и звуки окружающего мира поплыли и смазались, потом Ирише показалось, что она начала падать медленно, затем все быстрее и быстрее, ее закружило волчком в бешенном вихре, она ощутила толчок и все остановилось. Ириша опасливо осмотрелась. Она лежала, привалившись к поскуливающему Бобику, жалобно мяукала Мурка, шкатулку Ириша так и не выпустила из рук. Саламандра стояла, как вкопанная у высоченной полукруглой арки, выложенной желтыми кирпичиками, над головой девочки уходили шпилями в небо каменные башни, за аркой, высеченная в скале дорога вела прямо к крепостной стене. «Что случилось?» – только и смогла подумать девочка.

У ворот спешным порядком выстраивались в две шеренги молодые люди в одинаковых красных камзолах. «Наверное, стражники» – подумала Ириша. Ворота распахнулись. Не утруждая себя переговорами, Саламандра влетела прямиком во двор.

И здесь кругом был камень, серый, потрескавшийся от времени: ровная площадка, окруженная галереей с одинаковыми колоннами. Бобик спрыгнул первым и понюхал воздух. Мурка все еще жалась к рукам девочки.

– Приехали, – сказала Ириша, обращаясь к сильфам в капюшоне. Но никто не ответил ей.

– Где же все? – встревожилась девочка. – Неужели мы растеряли наших друзей по дороге?

Серебряные колокольчики зазвенели у нее за спиной, девочка обернулась и увидела удивительно красивых людей, издалека они показались ей взрослыми, но когда подошли поближе, оказалось, совсем дети, чуть старше Ириши, ну, может не чуть, но все равно: мальчишки и девчонки в легких полупрозрачных одеяниях, и что удивительнее всего, они были крылаты.

– Раз, два, три, – начала считать Ириша, – не может быть! Их шестнадцать!

– Ириша, не волнуйся, мы здесь! – запели сильфы.

Ириша онемела от удивления. Она медленно поднялась с сиденья и скользнула по боку саламандры.

– Вы так выросли? – недоверчиво спросила она, разглядывая своих друзей. Несомненно, это были они, но как такое могло случиться?

– Это не мы выросли, – ответил один из сильфов, – это ты стала маленькой.

– Я?

– Ты, твоя саламандра и Бобик с Муркой.

– Но почему?

– Ты попросил Сильфидрион, и он выполнил твою просьбу.

– Так гораздо удобнее, – подтвердила девушка сильфийка.

– Я только подумала, – начала оправдываться Ириша. Но договорить ей не дали. Потому что во двор откуда-то снизу поднялись еще сильфы юноши, одетые в одинаковые короткие алые камзолы и узкие зеленые штаны, на боку у каждого красовалась шпага. Юноши выстроились в два ряда, образовав широкий проход к лестнице, и церемонно склонились перед гостями. Прибывшие с Иришей сильфы отвесили ответные поклоны. Ириша, чтоб не показаться невежливой тоже кивала головой направо и налево. Саламандру куда-то увели. Один из юношей выступил чуть вперед и произнес:

– Приветствуем вас во Дворце Отражений. Королева ждет! Он взмахнул рукой, приглашая пройти на лестницу. Ириша и ее друзья двинулись вперед. Вместо холодных плит камня Ириша чувствовала босыми ногами чуть шершавую теплую поверхность, как будто кто-то позаботился и застелил двор и лестницу огромным ковром без ворса.

«странно» – подумала девочка. Но странности на этом не кончились. Стоило ей и ее спутникам ступить на первую ступеньку, как лестница, внезапно, кончилась и вся компания непостижимым образом оказалась у высоких распахнутых дверей.

– Заходи, Ириша, – подбодрили ее сильфы, и девочка робко пошла вперед.

И вот тут-то Ириша действительно приглушенно ахнула. Они оказались в бескрайнем зале, пол, потолок и стены которого сверкали драгоценными камнями, подсвеченными сотнями или тысячами светильников. Зал был полон народа, причем, Ириша поняла, что большинство присутствующих – сильфы.

Множество серебристых и золотистых крылышек сверкало в воздухе. На фоне всего этого блеска и великолепия Ириша почувствовала себя замарашкой, она застеснялась своих босых ног и растрепанных волос. Поспешно запахнув на себе плащ, Ириша постаралась спрятаться за своих друзей.

Аккуратная Мурка быстро привела себя в порядок, умывшись собственной лапкой. Бобик выглядел героем. Не говоря уже о сильфах, прибывших с Иришей, они-то были неизменно прекрасны, словно не провели несколько часов в капюшоне плаща, не плутали в тумане, не дрались с дурфами, а все это время готовились к королевскому балу. Ну, может, самую малость примялись их чудесные одежды. В любом случае, они выглядели лучше Иришы, это уж точно.

В этот момент заиграла чудесная музыка, все присутствующие разом заговорили, задвигались, расступились, создавая проход. Ириша выглянула и увидела, как прямо навстречу ей шла тоненькая девочка в струящемся красном платье, ее длинные золотистые кудри развеваются, она улыбалась и смотрела прямо на Иришу.

– Королева, – чуть слышно сообщили ей на ухо.

Подбежав, красавица поздоровалась со своими соплеменникам, и обратилась уже к Ирише:

– Приветствую тебя, девочка, во Дворце Отражений. Я рада тебе и твоим друзьям. Что же ты прячешься?

Ириша вышла вперед и встала перед хозяйкой, опустив голову.

– Ты знаешь, кто я? – спросила девочка.

Ириша слегка кивнула:

– Ты – королева сильфов, – сказала она.

Девочка улыбнулась и протянула обе руки:

– Я рада тебе!

– Королева, – Ириша протянула шкатулку, – мы привезли Сильфидрион.

– Спасибо! – королева приняла шкатулку и поклонилась Ирише.

Потом она опустилась на корточки и немного шутливо обратилась к Бобку:

– Чем наградить тебя за верность и бесстрашие, доблестный пес?

Бобик смутился:

– Да чего уж, там… я и не сделал ничего…

Королева засмеялась и потрепала Бобика по загривку.

– А ты, добрая, мудрая кошка, чего хочешь ты? – спросила она у Мурки.

– Ваше величество, – кошка приосанилась, – с Вашего позволения, у меня все есть.

– Какое бескорыстие, – улыбнулась королева. – Но, на правах хозяйки я, все-таки, кое-что могу для вас сделать. Вы ведь очень устали… Всю ночь в лесу, Бобик сражался, как лев… Вам надо хоть немного отдохнуть и подкрепиться. К сожалению, сейчас я не могу отправить вас домой. – Она развела руками, – сами понимаете. Ворота Луны нарушены, Ворота Солнца не откроются, пока морок полностью не исчезнет. Есть еще Радуга, но… нужен дождь…

– Нет, нет, – поспешно перебила ее Ириша, – мы никуда не пойдем, мы решили остаться и помочь чем сможем.

Бобик и Мурка выступили вперед. Друзья сильфы встали плечом к плечу с Иришей.

– Славная команда, – королева улыбнулась. – А теперь, позвольте, я представлю вас.

Королева обернулась к залу и звонко крикнула:

– Друзья мои, вы все знаете, какая беда обрушилась на наш мир. Морана и…, – она слегка запнулась, – Ягина сумели проникнуть в Гиблую Топь. Мы в опасности. Всем нам известно, чего хочет Морана, она хочет безраздельно править нашим миром. Но для этого ей нужен Сильфидрион. – Королева подняла резную шкатулку над головой. – Девочка Ириша из мира людей со своими спутниками сегодня доставили Сильфидрион во Дворец Отражений, – продолжила королева.

Крики приветствий раздались со всех сторон. Ириша совсем растерялась, она замотала головой и проговорила:

– Спасибо вам большое за добрые слова. Но я никакая не героиня! Это я виновата в том, что произошло. Я из-за своего глупого любопытства открыла Ворота Луны, потеряла серебряную монету, с помощью которой Морана и Ягина смогли открыть проход в ваш мир. Я поверила Ягине, когда она пообещала мне, что сделает меня волшебницей, – Ириша опустила голову и всхлипнула.

Крики смолкли. Насупила тишина.

Королева успокаивающе коснулась ее руки, Мурка потерлась теплым боком, Бобик ткнулся носом, сильфы плотнее обступили ее.

– Но, ты же не знала, – услышала она, – Морана, она кого угодно обманет. Главное, что ты быстро разобралась и хочешь все исправить. Мы справимся, не волнуйся…

– Мы правимся, – зазвенели сильфы.

– Мы справимся, – шепнула королева.

К Ирише подходили, жали руки, гладили по голове, успокаивали. И скоро она начала улыбаться и благодарно кивать всем.

– Ну вот, теперь, вам действительно надо отдохнуть, – напомнила королева. – Пойдем, я покажу тебе твою комнату. О друзьях не беспокойся, для них найдется все, что только душа пожелает.

И королева увлекла Иришу за собой.

Они вышли из зала, миновали ряд коридоров с отполированными, как зеркало, стенами, наполненными отражениями; поднялись по белой лестнице, закрученной, как спираль, причем, стоило поставить ногу на ступеньку, как ты уже оказывался вверху, именно там, где надо. На каждой площадке несколько причудливо украшенных дверок вели в комнаты. И только присмотревшись, Маша поняла, что это и не комнаты вовсе, а небольшие домики, они окружали лестницу, словно гирлянда ветку елки.

– Проходи, – пригласила королева.

Ириша робко ступила в распахнутую дверку и снова удивилась: «какая уютная комнатка» – подумала она. Стены и окошко покрыты чем-то блестящим, будто изморозью, но при этом в комнате тепло, весело горит огонь в очаге, пышная кровать так и манит ко сну, мягкое кресло на толстом ковре, старинный шкаф у стены, свечи потрескивают и оплывают воском в своих подсвечниках…

– Вот, ты сможешь переодеться и отдохнуть, – сказала королева.

– Спасибо, – только и смогла произнести Ириша.

Королева открыла шкаф, там Маша с удивлением обнаружила свою собственную ночную рубашку, только чистую, выглаженную и не рваную. На плечиках висело длинное золотое платье, расшитое драгоценными камнями и чудесный охотничий костюм: короткая куртка и брюки того же, золотисто-желтого цвета. Королева выдвинула нижний ящик, там оказались сапожки, под стать костюму, бальные туфельки и домашние мягкие тапочки.

Ириша с любопытством рассматривала содержимое шкафа:

– Можно спросить? Кто это все делает? Ну, я имею в виду, кто шьет вам платья и делает разные вещи?

– Все что нам нужно, мы делаем сами, – начала объяснять королева. Правда, многое берем из вашего мира. Например, мы используем шерсть животных, конечно, не так, как вы, ведь из одной шерстинки мы можем сделать целое платье, – она засмеялась. У нас много помощников: шелкопряды прядут для нас шелк, пауки дают паутину, шмели поставляют пыльцу, пчелы – воск и нектар. Конечно, без Сильфидриона нам было бы очень тяжело, потому что наш мир построен при помощи волшебства, и все-таки он – не больше чем иллюзия, иллюзия, в которой все возможно.

– Как странно, – произнесла Ириша.

Она взяла тапочки и посмотрела с сомнением на свои запыленные босые ноги.

– Стоит тебе чего-нибудь пожелать, просто подумай об этом, —

Сказала королева. – Думаю, тебе не повредит легкая закуска, ведь ты сегодня не завтракала.

Ириша покачала головой:

– Честно говоря, я меньше всего думаю о еде, – призналась она.

– Я оставлю тебя.

– Погоди, – спохватилась Ириша, – я не знаю, как тебя, то есть, – она смешалась, – как вас зовут, Ваше величество?

Королева немного подумала и ответила:

– Знаешь, Ириша, наши имена отличаются от ваших. Ведь мы общаемся, чаще всего, мысленно, поэтому передаем друг другу образы, а не слова.

– У вас совсем нет имен? – удивилась Ириша.

– Есть, конечно, только тебе очень трудно будет произнести сильфийское имя, как набор звуков, но я попробую сейчас воспроизвести, – пообещала королева, – примерно так и она пропела: – А-ди-фли-сса-эн-ге-ра-тто.

– Ой, – Ириша растерялась, – но хранительница Ворот Луны представилась как Лу, а у девушки, которая приехала из Золотого города на саламандре, имя – Сола.

– Ну, во-первых, они все-таки, феи, волшебницы; а во-вторых, ты тоже можешь называть меня, например, Диссой.

– Дисса! – обрадовалась Ириша, – очень хорошее имя получилось.

– Будем считать, что познакомились. А сейчас, тебе необходимо отдохнуть.

– Но, как же… – спохватилась Ириша.

Королева остановила ее жестом руки.

– Я отвечу на все твои вопросы, чуть позже. Тебе и твоим друзьям необходим отдых. Впереди очень много дел. – И Дисса, кивнув, вышла.

Ириша в растерянности посмотрела на свои грязные ноги, перевела взгляд на безупречное покрывало и подушки на кровати.

– Я так и не поняла, где можно умыться, – сказала она вслух.

Едва она произнесла это, как стена ее комнаты куда-то исчезла.

Ириша очутилась в круглой комнате с зеркальными стенами и бассейном вместо пола. В голубоватой воде бассейна плавали лепестки цветов, пахло свежестью и ванилью. Ириша робко посмотрела на одно из своих отражений. Вместо лохматой грязной девчонки, какой она ожидала себя увидеть, Она с удивлением уставилась на немного бледную девочку с аккуратно уложенными и перевитыми золотой нитью волосами, пестрый плащ был похож на мантию, он скрывал остатки рваной рубахи и выглядел очень пристойно.

«Спасибо Лу и сильфам» – подумала Ириша.

Как восхитительна может быть теплая благоухающая вода! Как славно баюкает и согревает она усталое тело! Ириша быстро привела себя в порядок, выбралась из бассейна и вернулась в комнату.

«Как же это все получается?» – думала девочка, садясь на кровать. Она еще вспомнила слова Диссы и представила себе чашку с горячим чаем. И увидела эту чашку на столе у окна. Не переставая удивляться, Ириша попробовала напиток, почувствовала вкус меда и каких-то незнакомых трав. Усталость как рукой сняло. «Надо бы взять рецептик» – подумала она. Эта мысль заставила ее вспомнить о доме и о том, что вот уже несколько часов никто не знает, где она и что с ней. Она представила себе, что сейчас чувствуют ее бабушка и дед; знают ли родители о ее исчезновении?

«Может быть, можно послать им какую-нибудь весточку, – подумала Ириша, – надо спросить у королевы, возможно, она поможет мне…».

Ириша вернулась к пышной кровати и прилегла. Едва голова ее коснулась подушки, девочка тот час погрузилась в глубокий сон.

Глава 12. Дворец отражений

Ирише показалось, что она только что легла, как в голове ее зазвенели голоса:

– Вставай, Ириша, вставай! Пора, пора!

Она резко вскочила, отчаянно протирая глаза.

– Разве уже утро? – спросила она, оглядываясь. И, вдруг, вспомнила, что она очень далеко от дома.

Ириша встряхнула головой.

Она торопливо вскочила,

– Мне нужна одежда, – сказала она негромко.

Дверцы шкафа распахнулись. Ириша увидела охотничий костюм: короткая куртка, лосины, мягкие сапожки…

Вскоре она уже ступила на витую лестницу и в мгновение ока очутилась перед входом в довольно большое, но странно пустое помещение. Она вошла и огляделась. Стены матово поблескивали, ни колонн, ни украшений, только одинокое кресло с высокой прямой спинкой в центре. С кресла поднялась Дисса, она по-прежнему улыбалась Ирише, но улыбка у нее выходила грустной. Ириша поспешно подошла к королеве и спросила:

– Плохие новости?

Дисса лишь кивнула в ответ.

– Смотри, – сказала она, взмахнув рукой. Стены зала осветились, пошли волнами и какой-то мутью, как будто вокруг девочек волновался водный поток. Ириша всмотрелась и вздрогнула: вокруг нее стояли безжизненные остовы деревьев, сожженные неведомым огнем, серый пепел падал на них с серого тусклого неба, нависшего низкими сплошными тучами, уголь и зола покрывали землю, потрескивая черными огнями.

– Что это? – вырвалось у Ириши.

– Морана, – ответила королева и всхлипнула. – Здесь совсем недавно шумел чудесный Гайский лес.

– Почему Гайский? – тихо переспросила Ириша.

– Деревья в лесу перекликались между собой «гай, гай, гай…», и всегда узнавали меня, когда я бывала там.

– Морана сожгла все? – ужаснулась Ириша. – Но зачем?

– Видимо для того, чтобы к ней невозможно было подобраться, – откликнулась королева, не в силах оторвать взгляда от открывшейся мрачной картины, развернувшейся вокруг нее.

Ириша тронула королеву за руку:

– Как можно остановить ее? – спросила она.

Дисса посмотрела на нее блестящими от слез глазами:

– Чем остановить смерть? Жизнью! Настоящей, побеждающей все любовью, истинным бесстрашием, бескорыстной дружбой, самоотверженностью!

– Тогда мы победим, – твердо сказала Ириша.

Дисса улыбнулась:

– Пойдем, наши друзья ждут нас. Я смотрю, ты надела дорожный костюм и плащ с тобой, ты хочешь уйти?

– Не время устраивать балы. – Ириша вздохнула. – Платье очень красивое, может, когда-нибудь, я смогу надеть его. Когда настанет день радости.

Ириша немного замешкалась:

– Можно я спрошу тебя еще кое о чем?

– Разумеется.

Ириша вспыхнула от смущения:

– Скажи, у тебя есть крылышки?

– Конечно, ведь я – сильфийка.

– вот бы и мне научиться так летать! – мечтательно произнесла девочка.

– Я тебя научу, – шепнула Дисса и звонко хлопнула в ладоши. Две пары сверкающих крылышек порхнули прямо к королеве.

– Надевай, – Дисса заговорщицки подмигнула. У Ириши глаза загорелись, она тронула трепещущие крылья, не зная, как с ними надо обращаться. Но Дисса скоро приладила крылья на спину Ирише, оказывается, они надевались просто, как рюкзачок, раз, два и готово.

– А теперь, оттолкнись от пола.

Ириша подпрыгнула и сразу же зависла в воздухе.

– Ух ты! – радостно крикнула она.

– Смелей!

Дисса подхватила ее за руку и девочки вспорхнули к самому потолку.

– Вперед!

Мгновение, и они покинули зал с его мрачными картинами и понеслись вдоль крытой галереи в зал, где их уже ждал накрытый к ужину стол и друзья.

Восторг, испытанный Иришей во время полета, сменился тревогой.

Ириша заметно нервничала, не зная, как объяснить Диссе свое состояние, но та догадалась сама:

– Ты беспокоишься из-за своих родных?

– Конечно, – ответила Ириша, – как подумаю, вот: встала бабушка утром, а меня нет… Теперь ищут, наверное в милицию звонили. – Она тяжело вздохнула. – А я никакой весточки подать не могу.

– Я успела остановить время, – сообщила Дисса.

– Как это? – удивилась Ириша.

– Полетели, я кое-что покажу тебе.

Коридор услужливо изогнулся, и летуньи оказались у главного входа. Дисса указала Ирише на старинные часы, укрепленные над дверью. Девочки подлетели к самому циферблату.

– Видишь, благодаря этим часам можно распоряжаться временем. Посмотри, который час.

– Двенадцать часов, – ответила Ириша.

– По-прежнему двенадцать, то есть, именно столько, сколько было, когда ты открыла Ворота Луны. – Объяснила Дисса, – в твоем мире не прошло и секунды.

– Как же это может быть? – удивилась Ириша.

– Наши миры взаимосвязаны, но они живут совершенно разной жизнью, – призналась Дисса, – с помощью этих часов можно уравновесить наше время, а можно и изменить его, или остановить, что я и сделала.

Ириша еще раз посмотрела на остановившиеся часы, представила себе темный дом, спящих деда с бабушкой… Интересно, тикают ли часы в ее мире? Но она не стала об этом спрашивать. Их ждали, надо было торопиться. Девочки взялись за руки и покинули зал с часами.

Ириша быстро освоилась с крылышками. «Летать, это как ходить или бегать, главное знать, куда и зачем. Ты же не задумываешься, когда идешь» – так говорила Дисса. И действительно, Ириша перестала думать, как она это делает, и у нее стало получаться почти так же хорошо, как и у Диссы.

– Скажи, почему ты живешь тут, а не в Золотом Городе? – спросила Ириша.

– Разве ты еще не поняла? – удивилась Дисса, – это же дворец отражений, место, где я должна находиться. Я та, которая все знает и видит.

– Понятно, – протянула Ириша, хотя ей, честно говоря, не совсем было понятно.

Королева продолжила:

– Дело в том, что Дворец Отражений живой.

– Как?!

– Ну, представь себе дерево, или цветок, ведь они живые? Так и мой дворец. Когда наш мир еще только создавался, когда волшебники создали талисманы, мы – сильфы, вырастили при помощи Сильфидриона Дворец Отражений. А я стала его хозяйкой, потому что могу понимать его. Так уж получилось. Он сам меня выбрал.

– Поэтому ты – королева? – спросила Ириша.

Дисса засмеялась:

– Скорее я – хранительница Дворца Отражений. Мой народ не нуждается в королеве, как таковой. Но в человеческом понимании – да, наверное.

– А Ягина? – не унималась Ириша, – ведь она – такая же, как и все вы. Она тоже была королевой своей страны, и у нее был волшебный талисман. Почему она стала злой колдуньей и помогла Моране проникнуть в ваш мир?

Дисса посмотрела на девочку с легким укором:

– Ягина была могучей и прекрасной волшебницей, но ей хотелось большего. Собственное королевство наскучило ей, она мечтала о власти над всем миром. А для этого, как ей казалось, достаточно стать хозяйкой Дворца Отражений и завладеть Сильфидрионом… Но Дворец ее не принял. Ягина затаила обиду, она покинула иллюзию, навеки поселившись с людьми. Постепенно она растратила свои силы и лишилась волшебства. Талисман иссяк. Ягине было нечем восполнять утраченное. Тогда она стала потихоньку воровать у человеческих детей капельки крови. Только так она смогла поддерживать себя. Ягина брала совсем немного, по капле, по вздоху. Она прокрадывалась в ребячьи сны и где обманом, где обещаниями и посулами, заманивала жертву на Дорогу Сна, в Дом на Перекрестке, там, в отражении отражения она могла забрать кроху жизни, уколов ребенка острием древнего магического ножа, которым некогда совершались жертвоприношения.

Морана все это время не дремала, она пристально наблюдала за Ягиной, и когда та сильно ослабела, Морана пришла и разрушила Дом на Перекрестке. Ягине оставалось только умереть. Она не могла вернуться в Иллюзию, хотя хорошо знала дорогу. Ведь, как ты помнишь, наши миры отделяет один только шаг, но это – детский шаг. Ягина не была ребенком, и она перестала быть чародейкой, растратив свое волшебство и питаясь чужой кровью, она изменилась. Морана завладела ритуальным кинжалом и под страхом смерти заставила Ягину поклясться в верности.

– Кошмар! И ты всегда знала об этом? – спросила Ириша.

– Да, с тех пор как стала осознавать себя. Я всегда все знаю. – Устало ответила Дисса.

Ириша ненадолго задумалась:

– Выходит, ты знала, что я попала в ваш мир?

– Конечно. – Согласилась Дисса. – Я знала, что Ягина выследила тебя, знала и все, что произошло в твоем сне и после него, когда ты открыла Ворота Луны.

– Но ведь ты могла предотвратить! Как-то остановить меня, я не знаю…

– Не могла, – грустно вздохнула Дисса. – Я та, которая видит, но я не умею предотвращать. Ты не представляешь себе, как это порой ужасно: знать и ничего не делать!

– Разве тебе никто не помогает? – удивилась Ириша.

– Почему же, мы все помогаем друг другу. Мой народ разносит новости по всему миру. Но сейчас, к сожалению, это невозможно.

– Это из-за Мораны?

– Да, если Морана сможет подчинить Сильфидрион. Тогда нашей стране – конец! Не забывай, что наш мир – иллюзия, она создана усилиями многих чародеев и волшебниц, но если забрать у них силы, то наш мир рухнет, съежится, как лист бумаги, попавший в огонь…

Ириша вздрогнула.

– Я могла бы быть твоей связной, – сказала она. – Ты знаешь, где теперь Морана?

– Да…

Девочки мягко приземлились перед входом в пиршественный зал. И Ириша подумала, что вот сейчас они с Диссой довольно долго порхали под сводами дворца, слово он давал им возможность побыть вдвоем подольше и поговорить.

Девочки сняли крылья, и они с тихим шелестом улетели. Ириша проводила свои крылышки взглядом полным сожаления.

Этот зал был поменьше того, первого, видимо, тронного. Ириша уже привыкла к зеркалам и отполированным стенам. Но в этом зале стены были закрыты мягкими драпировками, картинами и гобеленами. Длинные столы, уставленные всевозможными кушаньями на всякий вкус, завершали убранство и как бы являли собой главную его часть.

Увидев девочек, Мурка и Бобик подбежали к хозяйке. Их вид обрадовал Иришу, они выглядели вполне отдохнувшими, шерсть у обоих лоснилась и отливала шелком. Она обняла своих любимцев. Мурка проворчала, что вот, наконец-то девочка выглядит прилично. А Бобик искренне восхитился и лизнул Иришу в щеку.

Дисса пригласила всех сесть за столы.

Не смотря на обилие всяких вкусносетей, ужин проходил невесело. Гости и хозяева тихонько переговаривались друг с другом и тревожно поглядывали на свою королеву и Иришу. Пожалуй, лишь Бобик и Мурка отдали должное угощению.

После ужина Дисса позвала Иришу и ее друзей на военный совет. Она так и сказала «военный совет», хотя, наверное, это был первый подобный совет в ее жизни.

На это раз они мгновенно оказались у входа в большой кабинет, где на столе была разложена карта, а вдоль стен стояло множество стеллажей со всевозможными книгами, судя по переплетам очень древними.

Дисса направилась к одной из полок и извлекла огромный фолиант, в темном переплете с резными застежками.

Когда Ириша присмотрелась к карте, она поняла, что это и не карта вовсе… вот, она узнала по золотистому сиянию, уменьшенная копия Золотой Горы, тут – долина и лес, через который она шла ночью. По этой дороге она ехала на саламандре, в этом лесу на них напали дурфы, нашлась и речка, где Ириша видела ундину. А здесь, кажется, Скалистая гряда, вот он – Дворец отражений! Так-так, посмотрим, где же здесь Гиблая Топь? И тут она увидела: черное липкое пятно, словно ужасная клякса, неспешно расползалось по карте, Ирише даже почудилось, что запахло гарью.

– Какой ужас! – воскликнула она. – Карта горит! – Не раздумывая, Ириша схватила стоящий неподалеку графин с водой и обильно плеснула на пятно. Оно немедленно яростно зашипело и плюнуло черным Ирише в лицо.

– Ах, так! – крикнула девочка, ее рука непроизвольно потянулась к Золотой Горе, зацепила горсть песка и швырнула в черное пожарище. Пятно опало посередине, но края быстро стали расползаться по карте, поглощая с новой силой все новые и новые земли. Ириша сорвала с себя пестрый плащ и накрыла черную гарь.

Когда она подняла плащ, пятно подернулось пеплом, съежилось и больше не двигалось.

Ириша смахнула капельки пота со лба.

– Вот так, – сказала она, – дедушка учил меня, как надо гасить пожар.

Ириша обвела присутствующих взглядом и увидела, что все стояли, открыв рты от неожиданности, и даже Дисса замерла с книгой в руках.

– Я что-то сделала не так? – испугалась Ириша.

Дисса молча бросилась к столу и уставилась на злополучное пятно. Мурка, Бобик, сильфы, столпились у стола, рассматривая последствия Иришиного сражения.

– Не может быть! – шепнула Дисса. – Ты остановила его! Но как? почему?

– Я только хотела потушить, – начала Ириша.

– И ты потушила, потушила, понимаешь! – Вскричала Дисса.

– Это плохо?

– Да ты что! Ты пойми, что сейчас, именно сейчас колдовство Мораны остановлено, оно заглохло, захлебнулось, не знаю, как тебе сказать… – Дисса ликовала, – Ириша, милая, мой Дворец показывает то, что есть, понимаешь. Сейчас, после того, как ты пыталась уничтожить пятно на карте, ты, реально заставила Морану отступить!

Ириша недоуменно пожала плечами:

– Это просто обычный способ тушения огня, вот и все, – оправдывалась она.

– О-хо-хо! – крикнули несколько сильфов, – Прекрасный способ! Прекрасный!

Заплясали, взявшись за руки, летуны, бобик радостно запрыгал рядом, Мурка, вскочив на стол, обнюхала злополучное пятно и сообщила, что оно больше не горит.

– Не горит, не горит! – засмеялась Дисса. – признайся, Ириша, ты великая волшебница? – хитро подмигнув, спросила она.

– Никакая я не волшебница, – пробормотала растерявшаяся девочка, – я же не знала…

И тогда вдруг, кабинет наполнился сумраком, стены поплыли, исчезли полки с книгами, Ириша и ее друзья оказались среди темных сводов, клочья мокрой паутины свисали отовсюду, стены были скользкими, покрытыми пятнами слизи и плесени. Прямо перед собой Ириша увидела невысокую худощавую женщину в серой мокрой хламиде. Вода стекала по ее растрепанным тусклым волосам. Женщина пыталась стряхнуть с себя песок и перья, налипшие на ее платье и руки. Другая женщина, повыше в черном одеянии, с черными же гладкими волосами стояла в стороне и мрачно наблюдала за первой. Неожиданно серая женщина подняла глаза и посмотрела на Иришу. Взгляд ее глаз был тусклым и безжизненным, лицо – бледно, мертвенной бледностью. Тонкие губы покривились надменной усмешкой:

– Проклятая девчонка, – прошептала она, – я тебя еще достану!

Дисса хлопнул в ладоши, обе женщины и их мрачное жилище пропали.

– Испугалась? – спросила королева, заметив, как побледнела Ириша.

– Это была Морана? – спросила девочка.

– Да…

– Я узнала ее и ту, другую…

– Морана поняла, что это ты ей помешала, – сказала Дисса.

– Разве она не видела меня сейчас?

– Нет, она не может тебя видеть, но, наверное, может чувствовать, – предположила Дисса.

– Я не боюсь! – запальчиво ответила Ириша.

Все немного приуныли, напуганные видением. Но в этот момент высокое окно распахнуло свои створки, и в кабинет влетела большая белоснежная птица.

– Это же Лу! – крикнула Ириша и бросилась прямо в раскрытые объятия смеющейся девушки. – Лу, ты тоже стала маленькой!? Здорово, да?

– Это все проделки Сильфидриона, – объяснила Лу.

– А я знаю, – похвасталась, – его надо попросить, и он все сделает.

Лу мягко отстранила девочку и поклонилась королеве.

– Приветствую тебя, хранительница, – торжественно проговорила Дисса, склонив голову.

– И я приветствую тебя, королева сильфов, – улыбнулась девушка. – Я принесла вам радостную весть. Нам удалось остановить Морану!

– Урра! – закричали все хором.

– Правда, не обошлось без помощи неизвестного волшебника. Дела наши были очень плохи, мы вынуждены были отступать. Морана и Ягина заперлись в Доме на Перекрестке – это бывший замок Ягины. Морана беспрестанно насылала на нас злые чары. Земля горела у нас под ногами, мороки и наваждения косили наши ряды. Саламандры уже не могли сдерживать черного огня, ведь им необходимо отдыхать, а солнца, живительного солнца нет! Многие из нас впали в отчаяние. И вот, неожиданно, над ведьминым логовом разверзлись клубы тумана и пепла, хлынул ливень, и залил смрадное пожарище пустоши. Колдовство захлебнулось, огненный спрут попятился. Наши войска, окрыленные надеждой и нечаянной помощью, буквально заново родились. Чародейки и чародеи собрав последние силы, ринулись на приступ. Морана еще огрызалась, но после ливня, небеса послали на ее логово целую гору песка, что там гора! Перед нами разыгралась настоящая песчаная буря, добившая черный огонь и засыпавшая все подходы к Дому на перекрестке. В довершение ко всему, стаи бесчисленных птиц опустились на пустошь – несколько мгновений и от черного пожарища осталась лишь серая холодная зола, присыпанная золотым песком.

Мы с радостными криками ворвались Дома на Перекрестке, не встречая сопротивления.

– Какое счастье! – воскликнула Дисса.

– А где же Морана? – подала голос Ириша.

Лу вздохнула:

– Она успела скрыться, мы захватили только Ягину.

– Ягину? Вам удалось ее схватить? – ахнула Дисса. – Но как?

– Видимо, Морана бросила свою рабыню, когда почувствовала настоящую опасность. Когда мы ворвались в логово и стали искать подземелья, где томилось множество пленных, то обнаружили Ягину.

– Ягина хотела выпустить их? – спросила Дисса.

– Я бы не делала таких поспешных выводов относительно поступков Ягины, – Лу покачала головой, – Ведь именно Ягина предала нас.

– Да, к сожалению, это правда, – вздохнула королева. – Но в подвалах томились ее бывшие подданные, те, кто не согласился служить Моране. Вот я и подумала…

– Дисса, мне кажется, что нам рано праздновать победу, – Ириша была встревожена. – Морана скрылась, но она здесь, в вашем мире. Это только временная передышка!

– Ириша права, – отозвались сильфы.

– Ее и искать не надо, – ответила Дисса, – Морана рыщет по Гиблой Топи. Она ищет серебряную монету, ту, что Ягина украла у Ириши.

Ириша схватилась за голову:

– Ой, дедушкина монета! Я должна найти ее. Но зачем она Моране? – Ириша с удивлением посмотрела на Диссу.

– Монета – единственная реальная вещь в нашем мире. Монета – это и связь с тобой, и пропуск обратно.

– Я отправляюсь в Гиблую Топь, – коротко сказала Ириша.

Все замолчали.

– Что случилось? – Ириша обвела взглядом своих друзей.

– Но уже вечер, скоро начнет темнеть. И, дело в том, что никто из нас не сможет помочь тебе, – призналась Дисса.

– Это так, – кивнула Лу. – В Гиблой Топи мы бессильны, там кончается иллюзия, страна, лишенная талисмана медленно гаснет, разрушается. Там действительно гиблое место, бессильное.

– В таком случае, я пойду одна, – упрямо настаивала на своем Ириша. – Есть какой-нибудь способ быстро переправить меня к границе?

– Саламандра отвезет тебя, – сказала Дисса, – но в Топи она погибнет.

– Эй, меня не забыли? – всполошился Бобик.

– Разумеется, мы тоже пойдем с Иришей, – выступила вперед Мурка.

– Ну, что ж, – Хранительница с беспокойством оглядела девочку и кошку с собакой.

– О нас не волнуйтесь, – бодро заверил всех Бобик, – нюх у меня отличный, так что мы живо отыщем в Гиблой Топи монету, если она там.

– В этом мы не сомневаемся, – сказала Дисса, потрепав пса по лохматому загривку, – Топь очень опасна, мы боимся, что вы не сможете вернуться.

– Да я же выбрался! – гордо сказал пес, – я бежал за Мораной и Ягиной, значит, легко смогу обнаружить тропу обратно.

– Некогда рассиживать, – Ириша набросила на плечи плащ. – Я готова.

Троица направилась к распахнутому окну. Та самая площадка, на которую они въехали утром, оказалась вровень с подоконником. «Дворец постарался» – догадалась Ириша. Она уже не удивлялась, события разворачивались настолько быстро, что времени на ахи и вздохи не осталось.

Ириша прыгнула на каменные плиты. Сильфы юноши в зеленых мундирах деловито шныряли по площадке. Одни седлали саламандру, другие таскали какие-то припасы, крепили все это на боках у ящерицы.

Увидев рядом сильфов, прибывших с ней, Маша с сомнением покачала головой:

– Вам лучше остаться, – сказала она.

– Нет, нет, мы всюду с тобой, всюду с тобой! – зазвенели их серебряные голоса.

Ириша вздохнула и посмотрела на Диссу и Лу. Но те только пожали плечами: мол, решать тебе.

Все было готово, настало время отправляться. Ириша расцеловалась со всеми, прижалась к девушке Хранительнице, обняла Диссу:

– Я постараюсь, не волнуйтесь, – пообещала она.

Тревога и волнение ее новых друзей передались девочке. На самом деле, она не знала, какие опасности ее подстерегают, и что она должна делать, в случае, если ей придется столкнуться с Мораной лицом к лицу.

«по крайней мере, я должна попробовать, – решила Ириша, – а там… будь, что будет».

Она прижала к себе Мурку и взобралась на спину к саламандре. Усадив кошку, Маша приняла Бобика из рук сильфов и помогла устроиться ему. Все были в сборе.

– Готовы? – прозвучал вопрос Диссы.

– Да! – за всех ответила Ириша.

Саламандра скользнула в ворота, подбежала к высокой арке

И снова, как утром, Маша впала в странное забытье, закружившую воронку, ощутила долгое падение, а потом, очнувшись, открыла глаза, обернулась и увидела далеко внизу площадку, алое платье Диссы, мундирчики сильфов, и еще мгновенный отблеск – белоснежная птица, сверкнув оперением, взмыла и растаяла в небе.

На плечах девочки снова сидели крошечные летуны. Она вздохнула и удобнее устроилась на сиденье. Она снова стала большой. Но Ириша уже привыкла не удивляться, да и не до того ей было.

Гиблая Топь

Саламандра выскользнула из ущелья, и побежала по дороге среди глубокой узкой долины.

– Если ты посмотришь на лево, – услышала Ириша, – то увидишь озеро, и поляну, где мы с тобой познакомились, – сообщили сильфы.

И действительно, в стороне чуть поблескивало водной гладью горное озеро, потом дорога нырнула вниз, и Ириша увидела еще одно и еще…

– Озерный край, – объяснили сильфы.

Она всмотрелась:

– Лу здесь живет? – спросила она.

– Да.

Дорога делала резкий поворот. Саламандра на полной скорости заложила лихой вираж, и Ириша смогла увидеть еще одну гору, заросшую густым лесом, там в его дремучих зарослях раскинулся город. Терема и палаты, сторожевые башенки, все древнее, деревянное, словно лес сам вырастил из своих недр этот город.

Но и гора и деревянные терема остались позади, мелькнули невысокие холмы и перелески. Дорога снова стала прямой, их окружили высоченные деревья.

– Куда ведет эта дорога? – спросила девочка.

– В страну Ягины, – сообщили сильфы. – Раньше она называлась Добрый путь.

– А теперь? – снова спросила Ириша и осеклась, вспомнив о сожженном Гайском лесе, горелой пустоши, разрушенном Доме на Перекрестке и Гиблой Топи.

– И все-таки, я никак не пойму, – обратилась Ириша к сильфам, – зачем Моране понадобился Сильфидрион. Ладно, Ягина, она – такая же волшебница, как хранители, как Лу… и потом, она была королевой. У нее была надежда вернуть могущество, власть. А Морана? Ведь она обыкновенная деревенская старуха с коровой, правда, корова у нее злющая и молоко брать никто не хочет…

– Вот ты и ответила на свой вопрос, – запели сильфы, – кто Морана в вашем мире – тетка-коровница. А ведь на самом деле – она могучая ведьма, потомственная! Только кто же у вас верит в ведьм? Никто! Она даже зла толком никакого сделать не может, все ее зло рассыпается от человеческого неверия. Пакостит по мелочам. А у нас она мечтала обрести страшную власть, безраздельную! И Ягина ей нужна была только до поры до времени. Как союзник, которого можно использовать, а потом уничтожить. Двум королевам тесно на одном троне.

– Значит, Ягина ей нужна была только для того, чтоб попасть сюда?

– Не только. У Ягины было королевство, и до сих пор некоторые ждут ее возвращения. Ты ведь помнишь дурфов? Они из тех, кто остался на своей земле, после бегства Ягины. Самые верные слуги, самые надежные, не забывшие. Моране нужна была армия преданных солдат. Но солдаты пойдут за своей королевой, а не за чужой.

– Вот как она все придумала! – ужаснулась девочка. – И вы ничего не знали? Или, – она помедлила, – знали?

– Конечно, мы о многом знали, бывали в вашем мире, следили, – согласились сильфы.

– И не уследили, – вздохнула Ириша. – Я все испортила.

– Не вини себя, – попросили сильфы, – если бы мы не прятались от тебя, а первыми рассказали о себе, Ягина не смогла бы тебя обмануть.

Саламандра наддала так, что Ирише казалось, вместо лап у ящерицы появились колеса.. Бобик и Мурка прижали уши, Ириша зажмурилась.

Когда она рискнула открыть глаза, мир вокруг нее изменился, воздух словно бы сгустился, стал серым и неподвижным, вспомнился утренний морок. Вокруг стелилась унылая серая равнина. Дорога все еще тянулась к горизонту, но теперь она была пустынна.

Саламандра заметно устала, она тяжело топала по мертвой пыли, словно мертвая равнина выпивала у него последние силы.

– Пустошь, – услышала Ириша. – Земля, лишенная силы…

Серый пепел медленно кружил в сгустившемся воздухе, оседал мохнатыми кучами, кое-где присыпанными желтым песком. Черные остовы сгоревших деревьев торчали мрачными изваяниями из бесплодной земли.

Саламандра тяжело дышала, ее бока ходили ходуном, и Ириша предложила ей остановиться:

– Дальше мы сами, – сказала она.

Но ящерица тянула упрямо, вперед и вперед, пока, наконец, не осела тяжело на брюхо, подняв облако пыли и пепла:

– Барьер, – Ее голова опустилась на каменные плиты, дальше дороги не было.

Мурка опасливо принюхалась. Бобик залаял протяжно и хотел, было, завыть, но Ириша остановила его.

Сильфы стали похожи на хрупких сонных стрекоз, их крылышки мертво повисли, и серебристое сияние угасло. Ириша покачала головой:

– Говорила же я вам, надо было остаться, – посетовала девочка. Он сняла свой заветный плащ и, устроив в нем бедных маленьких человечков, оставила их на сиденье. Потом помогла выбраться Бобику и спустилась сама. Мурка бесстрашно пробежала по спине и склоненной шее саламандры, затем спрыгнула на землю и фыркнула:

– Фу, какая пылища!

К ним приблизился человек в длинном изорванном плаще, капюшон откинут, лицо уставшее.

– Приветствую тебя, человеческое дитя, – сказал он, поклонившись, – привет вам, замечательные звери, сильфы и тебе, Саламандра.

– Здравствуй, – Ириша, не ожидавшая никого увидеть, удивилась.

– Привет тебе, чародей, – услышала Ириша слабые голоса сильфов.

– Морана закрылась. Мы окружили Топь, но там мертвое место, выжженная земля, мы вынуждены были отступить, там нет ни глотка воды, ни одного живого кустика или травинки. Хранители, чародейки и волшебники дежурят на границе, опасаясь, что Морана пойдет на приступ, – сообщил незнакомец.

Он был очень слаб. Ириша сразу поняла, что чародей едва на ногах держится. Она поспешно бросилась к поклаже, притороченной к боку саламандры, достала флягу с водой, протянула:

– Вот, попейте, пожалуйста.

– Благодарю, дитя, – чародей припал пересохшими губами к фляге. Лицо его немного прояснилось.

– Зовите ваших друзей, – сказала Ириша, – мы привезли воду и еду, здесь много. – Она снова с благодарностью вспомнила о чудесном талисмане, ведь это благодаря ему у них сейчас была пища и вода. В то же время, девочка понимала, что именно хранители и волшебники создали талисманы, которые поддерживают Иллюзию. Целый волшебный мир, населенный чудесными существами. И у каждого народа свой талисман, своя страна, свое место в этом мире.

Ириша принялась поспешно распаковывать тюки и свертки. Бобик помогал, как мог. Вскоре подошли еще несколько мужчин и женщин, таких же усталых и запыленных. Ириша бросилась наливать всем воду, раздавала лепешки и неведомые фрукты.

– Вам нельзя здесь находиться, – говорила она, – эта пустошь вас убивает. Уходите.

Но они только качали головами. Благодарили за воду и снова уходили, каждый и каждая на свой пост.

– Да что же это такое! – разгневалась девочка. – Я немедленно иду в эту Гиблую Топь и поговорю с этой противной Мораной!

Она сунула фляжку какому-то чародею и пошла вперед. Бобик и Мурка рванули следом.

– Туда нельзя! – услышала девочка слабый окрик. Но голоса за спиной быстро угасли, словно стена опустилась между Иришей и теми, кто остался на дороге.

Ириша посмотрела под ноги: все тот же пепел и песок, да горелые головешки. Бобик убежал далеко вперед. Нос прижат к земле, ищет тропу. Мурка забралась Ирише на плечи и стала высматривать окрестности.

– Странно, – сказала девочка, – сухо, как в пустыне, а где же болото? Гиблая Топь?

– Топь дальше, за пустошью, – ответил Бобик.

– Мы успеем дойти до темноты? – беспокоилась Ириша, – у нас никакого фонарика нет.

– Успеем, если поторопимся, – ворчала Мурка.

– А где же этот Дом на Перекрестке? – не унималась Ириша.

– Наверное, его не видно, разрушен, – предположил Бобик.

Внезапно навстречу Ирише и ее друзьям шагнули несколько маленьких теней. Девочка остановилась на всякий случай, всмотрелась. Бобик принюхался и гавкнул насмешливо:

– Старые знакомые!

Дурфы подошли ближе. Ириша узнала вожака, его глаза все так же угрюмо поблескивали из-под нечесаных волос.

– Что же вы, слово не держите? – Ириша рассердилась.

Главарь засопел обиженно:

– Это почему же? Мы дали слово очистить дорогу и вернуться домой. Вот мы и дома, – он обвел вокруг себя мохнатой лапой.

– Прекрасно, в таком случае, разрешите нам пройти, нам нужно в Топь.

Главарь усмехнулся:

– Ну, раз ты просишь…

Дурфы расступились, давая девочке и псу дорогу.

– Надеешься победить Морану? – насмешливо спросил главарь.

– С вами же справились, – парировала Ириша.

– Мы что, мы – подневольные, – ответил главарь и почему-то вздохнул. Ириша обвела взглядом дурфов, и они показались ей маленькими и жалкими в своих обтрепанных жилетках и коротких штанах, со свалявшейся шерстью и испуганными глазами.

– Эх вы, – вздохнула девочка, – что же теперь делать будете?

– Нам бы, – главарь замялся, – нам бы талисман зарядить, чтоб снова все здесь ожило…

– Как это, зарядить?

Главарь о чем-то посовещался с дурфами.

– Вот, – сказал он, – протягивая Ирише костяной кинжал. Она сразу узнала его, вспомнила, как кольнуло под лопаткой.

– Откуда он у вас?

– Королева отдала, – признался главарь, – это наш талисман, был… Только он теперь пустой, все волшебство истрачено, бессильный.

– Ягина отдала вам нож? – удивилась Ириша.

– Да. Нас же Морана в подвале заперла, когда мы вернулись с пустыми лапами. А когда Дом на Перекрестке засыпало, Морана бросилась наутек, а наша королева к нам бросилась, спасать, значит… Ну и талисман отдала, прежде чем ее в плен взяли. Сказала, что может быть, когда-нибудь его можно обратно зарядить. Мы бы тогда возродились.

– Чтоб снова безобразничать? – прищурилась Ириша.

– Зачем, – обиделся дурф, – мы народец мирный, все знают. Раньше-то как хорошо жили, при королеве…

– Ну да, так хорошо жили, что она от вас сбежала, украла талисман, истратила его силу, а потом заставила вас воровать чужие талисманы?

Дурф потоптался на месте и произнес:

– Что ж, со всяким случиться может. Ошиблась Ягина, запуталась… А талисман мы хотели забрать по приказу Мораны, она грозилась нашу королеву убить, если мы Сильфидрион не добудем.

– Вот что, сказала Ириша, подумав, – я сейчас должна найти одну вещь, а потом, когда вернусь, я поговорю о вас с Диссой и Лу, может, они что-то смогут для вас сделать.

Главарь заметно повеселел:

– А королева вернется? – спросил он.

Ириша рассмеялась, неожиданно для самой себя протянула руку и погладила дурфа по голове. Шерсть была жесткой и упругой. Дурф смутился:

– А ты добрая…

– Ну, нам пора, ладно? А то совсем стемнеет, – спохватилась Ириша.

– Мы вас проводим, до Топи, – предложил Дурф. – в Топь нам нельзя, но до нее доведем.

– Что ж, вместе веселее, – согласилась Ириша.

Топь не заставила себя долго ждать. Вскоре почва под ногами стала зыбкой, кое-где выступила черная жижа. Она противно хлюпала, как будто насмехалась. Дурфы начали отставать, главарь еще бодрился. Но Бобик бежал вперед, не останавливаясь, и Ириша без опаски следовала за ним.

Идти становилось все труднее. Сухие островки совсем пропали, повсюду распахнутая черными окнами, раскинулась Гиблая Топь. Смрадные испарения клубились над ней, Ириша закрыла рукой рот и нос, но это не помогало.

Дурфы остановились, главарь сказал, что дальше им путь заказан.

– Гнилая земля, – чуть слышно сказал старший дурф, – еще не мертвая, а уже гнилая. Плохо. Силы забирает.

– Возвращайтесь, – приказала им Ириша, – сообщите там, на границе, что мы дошли, ну, идите!

Мурка кашляла. Только Бобик все еще упорно продвигался вперед, форсируя, вплавь, ставшие непроходимыми участки одному ему известной тропы. Ириша продвигалась с опаской. Теперь она следила за каждым движением Бобика и старалась не оступиться.

– Эх, жаль, что я не захватила палку, – сказала Ириша Мурке. Она порылась в многочисленных карманах куртки и обнаружила в одном из них носовой платок. Ириша поспешно разорвала платок и, смочив его водой из маленькой фляжки на поясе, одну часть платка завязала на мордочке у кошки, а другую прижала к своему носу.

Ее сапожки и брюки, сплошь залитые черной грязью, противно липли к ногам. Бобик выглядел еще хуже, одна Мурка еще сохранила чистоту шерстки и то лишь благодаря тому, что сидела у Ириши на плечах.

– Ненавижу болото, – брезгливо передернулась Мурка.

– Грязь бывает целебная, – беспечно сообщил Бобик.

– Я думаю, что эта грязь очень вредная, – отрезал Мурка.

– Интересно, почему здесь так воняет? – сама у себя спросила Ириша.

– Так у них тут всякая нечисть обитает, – объяснил Бобик, а она, понятное дело, пахнет не очень…

– Вот, здесь на меня такая тварь напала, – продолжил пес, – это когда я тех двух воровок гнал… Ну, мы дуг другу бока намяли, только, куда ему до меня, с моим-то опытом!

– Не хвались! – шикнула Мурка.

– А я и не хвалюсь. Говорю, как было. Вот в этом месте целой сворой набросились и давай шерсть драть, насилу раскидал, – мне потом сильфы разъяснил, что тут их великое множество, в топи. Только они вроде как спят. Ну а когда Морана пришла, то она их разбудила, чтоб, значит, союзников иметь. Вот с ними-то я и бился. Очень мне хотелось главную злодейку куснуть, я к ней рвусь, а эти не пускают. Так и бежали по всей топи, пока. И грызли они меня и драли, пока сознание не потерял, а когда опомнился, то тут уже Иришу увидел. Меня Хранительница вынесла отсюда, уж не знаю, как ей удалось.

Пес остановился:

– Кажись здесь, – сказал он.

Они стояли над здоровенной черной лужей.

– вот, отсюда мы все и выскочили, – доложил Бобик. – Только вода дыбом стояла, как воронка, а в ней проход.

Ириша ссадила кошку на ближайшую кочку и легла на живот, вглядываясь в стоячую затхлую воду.

– Ничего не видно, – сказала она и еще придвинулась, приблизив лицо к самой кромке, и тогда ей показалось…

– Не может быть! Бобик, там, с той стороны. Я хочу сказать с обратной стороны…

Бобик и Мурка уставились в черноту.

– Там звезда, – сообщила Ириша.

– Я тоже вижу! – обрадовался Бобик.

– Там определенно что-то светится, – подтвердила Мурка.

– Погодите, – Ириша подняла голову и посмотрела на Бобика, – где вы зашли? Ну, я имею в виду, то место, где ты бросился в воронку за Мораной и Ягиной.

– Так я же говорил: в нашу копанку они сиганули, а я – следом! – ответил пес.

– Значит, правда, – заключила Ириша, – мы сейчас с этой стороны, а с той – копанка, наш колодец в огороде. Только он, наверное, крышкой закрыт, поэтому только одна звездочка видна, там щелки в досках…

Бобик зашел в воду:

– У меня под лапами трясина, – сообщил он, – никакой копанки нет.

– Погоди, – остановила его Ириша, – дай подумать… Значит, – начала она рассуждать вслух, – мы все видим звезду, но здесь никаких звезд нет, звезда светит оттуда. Как можно видеть звезду из другого мира?

– Ну конечно! – Ириша хлопнула себя по лбу, – через отражение!

Бобик и Мурка удивленно уставились на нее.

– По-моему, ты отравилась здешним воздухом, – предположила Мурка.

– Ничем я не отравилась, – ответила Ириша, – дедова монета там, – она указала на черную воду. Она лежит как раз на границе миров и мы, с ее помощью видим отраженный свет звезды.

– А как ее оттуда достать? – спросил Бобик.

Ириша встала на коленки и снова начала шарить по карманам:

– Сейчас-сейчас, – повторяла она, – надо что-то, что отразит отражение.

– Что? – хором спросили Бобик и Мурка.

– Это! – раздался над ними насмешливый голос.

Ириша обернулась, за ее спиной стояла серая худая женщина, та, что была во сне мерзкой старухой, а потом в видении Дворца Отражений – мокрой засыпанной песком и перьями ведьмой. В руке у женщины тускло поблескивало круглое зеркальце.

– Вот и встретились, Ириша. Ты рада? – ехидно спросила Морана.

Бобик взревел и бросился на женщину, та ловко увернулась, словно ожидала нападения, и пес шлепнулся в грязь. Трясина утробно всхлипнула и множеством черных щупалец опутала пса. Бобик отчаянно рванулся и взвыл. Мурка выгнула спину, зашипела и бросилась на обидчицу. Острые зубы впились в руку Мораны, но ведьма с силой размахнувшись, стряхнула кошку и она улетела к Бобику.

– Не смей! – крикнула Ириша, и пошла на Морану.

Ведьма вытянула вперед сухие руки и потянулась к девочке.

– Иди, иди, – шептала она. Ириша сжала кулаки и уже собиралась стукнуть злую тетку, куда придется, но в этот момент скрюченные пальцы Мораны коснулись Иришиной головы. Дикий вопль огласил трясину. Удивленная Ириша увидела, как вспыхнули золотые искры, пробежали по вытянутым рукам ведьмы и Морана, дернувшись, упала на спину, скорчилась, съежилась, завертелась, окруженная золотой пылью, словно роем крошечных пчел, которые жалили и жалили, оставляя на коже Мораны глубокие язвы. Ириша растерялась лишь на секунду, Бобик и Мурка отчаянно барахтались среди топи, девочка кинулась к своим друзьям, бросив ведьму на произвол судьбы. И топь испуганно отступила, едва девочка приблизилась.

Перепачканные Бобик и Мурка с помощью Ириши выбрались на более твердую поверхность. Морана исчезла.

– Вот, поймаю, искусаю! – огрызнулся Бобик.

– Я выбила у нее зеркальце, – сказала Мурка, отряхиваясь.

Бобик начал искать зеркальце. Но, вскоре, остановился. И он, и Мурка пристально посмотрели на Иришу.

– Послушай, – задумчиво спросила Мурка, – чем это ты ее?

– Да, – присоединился Бобик, – здорово ты ее шарахнула!

– Я не знаю, – Ириша растеряно пожала плечами, – она протянула ко мне руки и вдруг загорелась. Может, я электричеством бьюсь…

– Не вдруг, – отрезала Мурка, – Морана хотела тебя схватить, у нее руки стали такие длинные, как будто резиновые. Она коснулась твоей головы и тут же покрылась искрами.

Мурка внимательно присмотрелась к Ирише.

– Постой, наклони-ка голову, – велела она, девочка подчинилась. – Твои волосы, – заметила кошка, – они растрепались, а была такая красивая прическа из косичек.

Ириша подняла руки и потрогала волосы.

– Сильфы говорили, что косички теперь не будут расплетаться, – сказала она. И тут ее осенило:

– Нить! Золотая нить! Ее нет!

– Точно, – подтвердил Бобик, – нитка-то исчезла.

– Она не исчезла, – догадалась Мурка, – Когда Морана коснулась нити, нить почему-то раскалилась и обожгла ее.

– Мне говорили, что из таких нитей сильфы делают струны к своим музыкальным инструментам, – вспомнила Ириша.

– А из чего нить? – спросил Бобик, – из золота?

– Я думала – да, – ответила Ириша. – Но мы после спросим. А сейчас нам надо достать монету и возвращаться.

Втроем они вернулись к болотному озерцу и стали вглядываться в черную воду.

– Где же она? – проворчал Бобик.

– Вот она, я вижу ее! – сказала Ириша.

– Возьми зеркальце, – напомнила кошка.

Ириша протянула, было, руку к зеркалу, но остановилась:

– Оно Моранино. Лучше, я сама, – Ириша двинулась по вязкому дну, стараясь не потерять из виду отражение звезды. – Где-то здесь. – Девочка нагнулась и начала шарить рукой у себя под ногами.

– Что там? – нетерпеливо вопрошала Мурка.

– Только грязь… стоп, кажется, я что-то нашла! – Ириша выпрямилась, на ее ладошке лежал светлый кружочек серебра.

– Вот она! – торжественно сообщила девочка.

– Урра! – Бобик радостно залаял и, подпрыгнув, стал носиться вокруг хозяйки.

– И все-таки, не пойму, как ты ее достала без зеркала? – Мурка смотрела на монету и хмурилась. – Если только… Ну, конечно, ведь ты смотрела на нее, и она отразилась в твоих глазах!

– Точно! – согласилась Ириша, – я с самого начала чувствовала, что могу достать ее без всякого зеркала. А уж тем более, без зеркала, принесенного Мораной.

Сумерки сгустились, и ночь упала на Гиблую Топь, словно ее прихлопнули огромной крышкой.

– Странно, – проговорила Ириша. – Только что был вечер, и уже ночь…

– Ничего удивительного, – заворчал Бобик, – здесь и так было темно, а теперь и подавно, ведь солнце-то село.

– Не нравится мне это, – добавила Мурка. – Подозрительно.

Топь заволновалась, послышались далекие всхлипы, вой тоскливый, жуткий, и все вокруг задрожало от надвигающихся шагов, да что там шагов, Топь ожила, наполнилась стонами и воплями неведомых тварей. А Ириша и ее друзья не видели ни зги.

– Вперед! – Бобик опомнился первым. – Я вас выведу.

– Ириша, не бойся, я буду твоими глазами, – Мурка вспрыгнула на плечи девочки и скомандовала:

– Шагай!

Ириша сунула монету за щеку, не доверяя карманам, и побежала. Никогда в жизни не бегала она так! Впереди и позади тебя – полная темень, то и дело ты проваливаешься в вязкие лужи, с риском сломать себе шею, падаешь, но снова поднимаешься и бежишь, не сбавляя темпа.

Бобик громким лаем задавал направление, Мурка дико шипела на плече, отбиваясь от невидимых врагов. Они здесь, рядом, хватают за руки, ставят подножки, норовят столкнуть с тропы. Вот, Бобик сцепился с кем-то, слышны возня и визг. Снова лай, значит, все в порядке, и Ириша бежала, бежала из последних сил, бежала, почти теряя сознание.

– Стой!

– Не уйдешшшш!

– Отдаааай!

Они настигают, они повсюду, они готовы навалиться и навеки заключить Машу в своей Гиблой Топи.

«Это мне только кажется, – думала девочка, – ничего нет, только морок и страхи, которые насылает Морана…»

– Не бойся! – твердила Мурка.

И снов слышался победный лай Бобика.

Далеко впереди разгорелось белое зарево. Ириша увидела узкую прямую тропу у себя под ногами, лохматое тело несущегося Бобика и какие-то сгустки тьмы, рваными ошметками кружащие над ним.

– Помощь! Помощь! – сообщает Мурка. – Мы спасены!

Но еще рано радоваться. Свет так далеко, а Топь – вот она! Зарево то разгоралось, то затухало, и тогда тропа становилась почти невидимой.

Зарево расширилось и закрыло собой пол неба. Топь осветилась, ошметки тьмы огромными сгустками опадали на землю, черными змеями спешили укрыться от света в расщелины и впадины.

Ириша поняла, что они не одни, рядом бежали низкорослые мохнатые дурфы, молча и сосредоточенно, отбиваясь от черных клякс лапами и зубами.

– Сюда, сюда! – услышала Ириша. Это саламандра, сияя огненной чешуей, грациозно изогнулась и замерла неподалеку. Сола спрыгнула с сиденья, Ириша бросилась к ней. Бобик тяжело поводя боками, припал мордой к лапе огненной ящерицы.

И тогда, обессиленная девочка опустилась на колени и сникла.

– Ириша, очнись, ну еще немного, – молила Мурка.

Девочка подняла голову. Множество крылышек трепетало в воздухе, звенели колокольчики, это эльфы пели победную песню, накрывая Гиблую Топь тончайшей сетью, сотканной из золотых нитей. Такая же сеть служила защитой саламандре. Хранительница Лу опустились рядом с Иришей, на ее плаще поблескивали золотые нити.

– Как я рада, друзья! – тихо произнесла девочка. Она попыталась подняться на ноги, но ей не удалось. Чьи-то руки заботливо подхватили ее и мгновенно подняли на спину саламандры. Там уже маленькие сильфы укрыли девочку пестрым плащом. Бобика и Мурку, завернутых в одеяла, уложили рядом.

– Но как вам удалось, – едва шевеля губами, спросила Ириша у сильфов.

– Отдыхай, отдыхай, – пели летуны.

– Ты все узнаешь!

– Королева ждет!

– Вперед! Вперед!

И девочка провалилась в сон.

Дымка, закрывающая небо исчезла. Вместо нее набежали быстрые облака, заклубились, налились, вздулись, и грянул гром, и треснул горизонт зигзагами молний, и хлынул очистительный ливень, связав воедино небо и землю.

Глава 13. Солнечные струны

Ириша не заметила дороги, не увидела, как саламандра вернулась на горное плато Дворца Отражений. Она не ощутила превращения, и как ее, спящую, потихоньку отнесли в уже знакомую комнату…

Когда она открыла глаза, сквозь неплотно задернутые шторы в комнату проникли солнечные лучи и разбежались по полу, забрались на подушку, щекотали ресницы и гладили щеки.

Ириша улыбнулась. Ужасы минувшей ночи остались где-то далеко-далеко. Девочка подбежала к окну и распахнула шторы. Солнце немедленно хлынуло и залило всю комнату. Туманной дымки как небывало.

– Получилось! – обрадовалась Ириша. – Ой, – серебряная монета все еще была за щекой, – девочка вытащила ее, осмотрела со всех сторон.

– Сколько я из-за тебя натерпелась, – сказала она.

В деверь тихонько стукнули и в комнату вошли легконогие сильфийки. Они сняли свои крылышки и теперь были просто красивыми девочками в легких светящихся платьях.

– Как я рада! – воскликнула Ириша и по очереди расцеловалась со всеми.

– Ну, теперь-то вы мне все расскажете, – попросила она.

Девочки наперебой принялись объяснять ей, как Дисса увидела поражение Мораны; как собрались все на великий совет.

– Сола первая догадалась, – сказала одна из девочек. – Она спросила, из чего сделана золотая нить.

– И мы рассказали о том, что золотая нить в Иришиных волосах прядется из солнечных лучей, золотого песка и наших древних песен.

– Мы делаем из нее струны для наших музыкальных инструментов.

Девочки показали Ирише один из таких инструментов, он представлял собой дугу с двумя перекладинами, двенадцать золотых струн были туго натянуты между этими перекладинами. Ириша тронула пальцем струны, долгий переливчатый высокий звук возник, сорвался со струн и полетел вверх, заполнил комнату, устремился к окну и, выпорхнув, устремился к солнцу.

– Чудо! – выдохнула девочка.

– Солнце, против его света Морана бессильна, – объяснили сильфы. Когда все это поняли, то множество сильфов прилетели на Золотую Гору, принесли свои инструменты и весь запас струн. Потому что новую нить невозможно прясть без солнца, А Морана накрыла наш мир дымкой.

Потом саламандры отвезли нас и солнечные нити на границу с Гиблой Топью, там мы все вместе соткали сеть и накрыли ею Топь. Вот и все. Ты и твои друзья спаслись. Мы победили зло!

– Победа! Победа, – пели сильфы.

– Во Дворце готовятся к празднику. Ждут только тебя! Весь мир ликует!

– А где же дурфы? – спохватилась Ириша? – Я обещала помочь им.

– Все здесь! Все!

Ириша надела золотое платье, ожидавшее ее в шкафу, и вместе с девушками спустилась в пиршественный зал, где королева вышла к ней навстречу, раскрыв счастливые объятья.

О, какой это был праздник! Казалось, зал был без границ, так раздвинул свои пределы Дворец Отражений, чтоб вместить всех приглашенных. Но и тогда не хватило места. Столы ломились от всевозможных кушаний: огромные торты и пироги, невиданные фрукты, бесчисленные сорта мороженого, конфеты, сладости, шипучие напитки. Все окна были распахнуты, и Ириша могла видеть, как веселились жители волшебного мира, как в самом дворце, так и за его пределами. Столы стояли прямо на плоскогорье, над ними были раскинуты великолепные шатры. Большие гости пировали за стенами, но стоило им захотеть, они без труда могли войти во Дворец. Ириша видела, как к высоким аркам приближаются Хранители и волшебники, как мгновенно становятся они маленькими, и вот, среди широкого двора они уже танцуют, окруженные сильфами. Ириша уже давно поняла, что это происходит благодаря талисману Сильфидриону и самому Дворцу Отражений. Как ей объяснили сильфы, высокие арки перед Дворцом служили для того, чтоб пропускать внутрь больших волшебников и хранителей, а так же всех, кто прибывал в гости к королеве. Так ведь гораздо удобнее общаться, когда все одного роста, ну, или почти одного.

– Здорово! – шепнула Ириша.

Гирлянды цветов и волшебных фонариков украшали стены, деревья, башни и шпили Дворца. Повсюду били фонтаны, а в них резвились золотые, серебряные и перламутровые рыбки. Музыканты играли не переставая, их было очень много, и каждый хотел показать свое искусство, а потому никто не уставал и все могли потанцевать и подкрепиться. Всем девушкам сильфы дарили шапочки и косынки из солнечной нити, а юноши получали воротники и галстуки. Саламандры щеголяли в кольчугах. Ириша перецеловалась со всеми саламандрами, сильфами и хранителями. У Бобика появился ошейник с золотой медалью «За героизм и непревзойденный нюх». Мурка щеголяла в тончайшей солнечной сеточке – жилетке, украшенной бриллиантами. Сильфы в алых и зеленых мундирах наперебой приглашали Иришу танцевать. Но вот, к ней пробился знакомый чародей:

– Ириша, ты не узнаешь меня? – спросил он, улыбаясь.

– Конечно, узнаю! – обрадовалась Ириша, – мы с вами встретились у Топи.

Сразу же ее окружили другие волшебники и волшебницы, пожимали ей руки, благодарили.

Ириша старалась всем сказать хоть одно ласковое слово, никого не забыть и не оставить без внимания. Ей так хотелось поговорить с Лу, но никак не удавалось улучить минутку и подойти к ней.

Выбрав момент, когда все танцевали, Ириша потихоньку выбралась из зала. Здесь она хлопнула в ладоши и мгновенно пара крылышек оказалась у нее в руках. Ириша не нуждалась в посторонней помощи, а потому, быстренько надела крылья.

Вверх! Несколько взмахов, и она очутилась на верхней галерее, опоясывающей главную башню Дворца Отражений. Она стояла, держась за перила, и смотрела, как в небе кружились в танце крылатые сильфы.

Лу оказалась рядом, Ириша не заметила, как та появилась.

– Ты что-то грустная, – заметила хранительница.

Девочка обрадовалась:

– А я тебя ищу повсюду! Так много хочется сказать!

– Ты чувствуешь разлуку, – Девушка с нежностью притянула к себе Иришу. – Не грусти. За расставанием всегда наступает новая встреча.

– Да, я понимаю, – Ириша прижалась к старшей подруге, – я знаю, что мне надо домой, ведь там, в моем мире, часы остановились, и никак не кончится минута после полуночи. А здесь еще столько неясностей…

– Спроси у меня, я отвечу на все твои вопросы, – улыбнулась Лу.

Ириша отстранилась и посмотрела девушке в глаза:

– Идет праздник, все радуются победе, но мы ведь так и не захватили Морану!

– В этом нет нужды. Она бессильна под сетью солнца, там, в Гиблой Топи, ее заперли, не выбраться.

– А Ягина? Что будет с ней? – не унималась Ириша.

– Ах, добрая девочка! Тебе жаль ее? – спросила Лу.

– Не знаю, – вздохнула Ириша.

– Хочешь ее увидеть? – неожиданно предложила девушка.

– А можно?

– Конечно. Ведь Ягина здесь, во Дворце Отражений.

– Она в каком-нибудь подземелье? – Ириша уже схватила Лу за руку, готовая идти, куда та скажет.

– Зачем же, – девушка покачала головой, – у нас нет тюрем.

– Значит, Ягина свободна?

– Даже если бы она хотела уйти, то не смогла бы сделать этого, – сказала Лу, – Ягина очень больна, и ей нужно время, чтоб прийти в себя. Морана слишком долго распоряжалась ее волей. Силы Ягины были на исходе, мы едва успели спасти ее.

– Я не знала, – расстроилась Ириша.

– Идем же! – Лу подхватила девочку, и они заскользили по лабиринтам Дворца Отражений.

На этот раз переходы и лестницы вывели их в сказочный сад, где деревья переплетали свои кроны, образуя причудливые беседки и арки, трава сочно зеленая, так и манила поваляться на ней, по дорожкам бродили смешные зверюшки, перелетали с ветки на ветку и пели невиданной красоты птицы. Здесь тоже повсюду были расставлены столы и столики, и сотни сильфов плясали и пели своими серебряными голосами.

Увидев Иришу, они окружили ее плотной стаей, осыпали золотой пылью, поклонились и разлетелись, давая дорогу.

– Они полюбили тебя, – улыбнулась Лу.

– Как и я полюбила их и всех вас, – призналась девочка.

Они двинулись дальше пешком. И в самой густой и запущенной части сада, Ириша увидела небольшую избушку, сложенную из толстых бревен.

– Нам сюда, – пригласила Лу.

Она приоткрыла тяжелую низкую дверь, и пропустила девочку вперед.

В сумраке комнаты Ириша не сразу увидела хозяйку. Сначала она ощутила горьковатый запах трав, пучки которых сушились под потолком; потом увидела простой деревянный стол и стул с высокой резной спинкой. Несколько дурфов сидели у стола, они толкли что-то в маленьких ступках. Ириша присмотрелась, на блюдах лежали орехи, сотовый мед, какие-то пряности и специи.

Заметив гостей, дурфы не удивились и не бросили своего занятия. Только поздоровались, но тихонько и сдержано. Конечно, ведь в домике была больная, а они ухаживали за ней.

Высокая кровать стояла у единственного окошка. На ней, утонув в подушках, лежала совершенно незнакомая Ирише женщина. Она повернула голову и встретилась с гостьей взглядом. И только теперь Ириша узнала Яну – Ягину. Ее глаза остались прежними – огромные жгучие темные глаза, все так же они были прекрасны, но только теперь в них сквозила боль. Тяжелые мысли владели Ягиной.

– Подойди, девочка, – слабым голосом произнесла она.

Ириша приблизилась и робко присела на скамеечку рядом с кроватью.

– Ты пришла, – прошелестела Ягина, – она приложила последнее усилие, чтоб сказать это. Ее глаза закрылись, женщина отдыхала.

Ириша узнала главаря дурфов, он поспешно поднес к ложу больной кубок с питьем и передал его девочке. Ириша приподняла Ягине голову и осторожно напоила ее.

– Неужели ты простила меня? – спросила колдунья.

– Конечно, – Ириша утвердительно кивнула. – Вы не волнуйтесь. Вам вредно. Все вас простили, и никто не злится.

Бледное подобие улыбки скользнуло по лицу Ягины.

– Спасибо тебе, Ириша…

Лу сделала знак рукой, что пора уходить.

– Поправляйтесь, – пожелала Ириша больной.

Они вышли так же тихо, как и вошли. Теплый вечер опустился на сад, сладко пахло цветами, медом и яблоками.

– Скажи, Лу, возможно ли вернуть силу талисману дурфов? – спросила девочка.

– Это решит общий совет, – ответила Лу, – но, я думаю, мы сможем помочь дурфам возродить их земли.

– Хорошо бы…

Ириша вздохнула:

– Мне надо собираться, – сказала она, – скоро взойдет луна.

Глава 14. Принцесса сильфов

А праздник все продолжался. В небе появились первые звезды, и им навстречу брызнули искры фейерверков: зеленые, алые, оранжевые… Над башнями Дворца расцвели гигантские цветы, среди них мелькали золотые пчелы, они сменились переливающимися шарами и огненными змеями, которые с шипением проносились над головами пирующих, едва не задевая их своими хвостами. Взвились вертикальными столбами золотые спирали, полетели жар-птицы, распуская причудливые перья. Повсюду слышались крики восторга. Ириша как завороженная смотрела на все новые и новые картины, вспыхивающие в ночном небе.

Она стояла на широком балконе, здесь собрались все ее друзья: королева, хранители и хранительницы, сильфы и сильфийки, проделавшие с девочкой весь ее трудный путь.

Притихшие Бобик и Мурка сидели у ног девочки.

– Время близится к полуночи, – печально произнесла Сола, – пора прощаться.

– Пора! – Ириша оторвалась от грандиозного зрелища и повернулась к королеве:

– Я так хотела бы, чтобы ты была моей подругой, – сказала девочка.

– Я навсегда останусь ею, – ответила Дисса.

– Прощайте, – девочка подошла к хранительницам, – я вас никогда не забуду.

Девушки расцеловали Иришу в мокрые от слез щеки.

– До свидания, – шепнула Лу. – Сняла с шеи бирюзовые бусы и надела на шею девочке.

– До свидания, – повторила Ириша.

– На память, – улыбнулась она.

– Я никого не знаю лучше и добрее вас, – растроганно сказала Ириша.

– Спасибо за все!

– Это мы должны благодарить тебя, дитя, – Сола тепло обняла девочку. – Ты ведь не будешь больше плакать? – спросила она.

– Постараюсь.

– Будь всегда такой, какой мы узнали тебя, – сказала она.

– Обещаю!

Особенно яркая вспышка фейерверка осветила балкон и стоящих на нем. Тысячи сильфов запели вокруг.

– Сильфы избрали тебя своей принцессой, – улыбаясь, сообщил Дисса.

– Меня? – ахнула Ириша.

– Мы думаем, что ты заслужила этот титул, – сильфы кивнули головами.

– Заслужила, заслужила!

– Принцесса сильфов, принцесса!

Тысячи серебряных колокольчиков зазвенели в ночи.

Ириша прижала руки к груди:

– Друзья мои! Я так счастлива, что и сказать не могу! Я постараюсь быть достойной вашего доверия. Я вас люблю!

– Да здравствует принцесса!

– Принцесса сильфов!

Разнеслись под сводами Дворца Отражений приветственные крики, достигли залов и комнат, самых укромных уголков, вылились на плоскогорье, подхваченные и усиленные многими пирующими гостями.

Лепестки цветов полетели прямо с неба, закружились мириады светлячков. Ириша подставила ладони, зажмурилась, засмеялась. В это время Дисса приняла от сильфов маленькую золотую корону в виде золотой лилии и торжественно водрузил ее на Иришину голову.

Радостные крики достигли своего апогея. Ириша счастливо улыбалась сквозь слезы. Но вот, в ладонь ее ткнулся холодный нос Бобика, и Мурка потерлась о ногу.

– Пора…

Ириша с сожалением сняла и отпустила крылья.

Потом, последний раз поклонившись всем, направилась к саламандре. Она уже занесла ногу, чтоб подняться на ее спину, но в этот момент Дисса быстро сунула ей в руки небольшой сверток.

– Помни обо мне, – шепнула она.

– И ты вспоминай меня!

Придерживая подол длинного платья, Ириша поднялась на спину огненной ящерицы. Сильфы подсадили Бобика и Мурку.

– Прощайте, друзья! – крикнула девочка. А саламандра уже топала мощными лапами, уже миновала ворота, а вот и высокая арка. Сейчас наступит превращение.

Ириша глубоко вдохнула и зажмурилась. Когда она открыла глаза, то увидела крошечных летунов на своих коленях. Оглянулась, Дворец снова стал почти игрушечным. Но Ириша увидела балкон на самой высокой башне, а на нем Диссу и своих новых друзей.

– Мы проводим! – пели крохотные сильфы. Их по-прежнему было шестнадцать, и они все еще были с ней.

Совершив широкий круг почета среди тех, кто пировал на плато, саламандра понеслась прочь.

Дорога домой

Луна медленно выбралась из-за скалистой гряды. Бежала к ней на встречу. Ириша знала, что они держат путь к горному озеру, туда, где она оказалась так недавно, а кажется, так давно.

Притихшие Бобик и Мурка жались друг к другу, словно им было холодно. Но холода Ириша не ощущала. Прогретые за день солнцем, скалы щедро отдавали тепло; ночной воздух чуть влажный из-за недавнего ливня, освежил Иришино лицо и успокоил ее.

Вскоре они миновали последнее ущелье, и саламандра, повернула влево, там под Луной поблескивала гладь горного озера.

– Вот мы и прибыли.

Вспорхнули сильфы. Ириша спустилась, придерживая Мурку. Бобик храбро прыгнул сам.

– Саламандра, – Ириша погладила яркую чешую на шее ящерицы, – я буду скучать по тебе.

– Я тоже, – услышала она в ответ.

– Милые мои друзья, – вы больше не будете прятаться?

Сильфы подлетели к самому лицу девочки, они коснулись крохотными ладошками ее щек:

– Мы теперь всегда будем рядом, Ириша!

Девочка всхлипнула и побежала к воде:

– Мурка, Бобик, за мной! – крикнула она.

Лу стояла на берегу.

Озеро за ее спиной раскинулось прозрачным зеркалом. Девочка слышала шум водопада, но водопад не мог возмутить спокойствия озера. Луна отражалась в нем, протянув светлую дорожку, ровную и гладкую.

– Лу! Ты здесь!

– А как же иначе, ведь я – хранительница ворот Луны, – улыбнулась девушка. – Ты готова?

– Да!

Серебряная монета сразу легла в руку. Девочка склонилась над водой, окунув серебро в лунный свет:

Добавим немного лунного света,

И блеск серебра нам поможет при этом;

Этой водой в небо плесни,

Так ты откроешь ворота Луны.

Скороговоркой произнесла она. Зачерпнула полные пригоршни воды и плеснула вверх. Бобик ловко подхватил на лету выпавшую монету. Серебряная арка повисла над их головами:

– Вперед! – Ириша шагнула, прижимая к себе Мурку, Бобик прыгнул следом…

– Ой! – Ириша отпрянула от железной бочки с дождевой водой. Мурка фыркнула недовольно и спрыгнула с рук. Она слегка замочила передние лапы. Бобик сидел рядом, весело постукивая хвостом по земле. В зубах у него блестел кружок серебра – дедова монета.

Ириша встряхнула головой.

– Ой! – Ириша едва успела подставить руки, как на ее ладони упал крупный цветок Золотой Лилии.

Сверток, который она получила от Диссы, лежал у ног. Девочка наклонилась. Это была ее ночная рубашка, аккуратно свернутая. Когда она развернула ее, то увидела несколько разноцветных перышек и круглое зеркальце в необычной оправе. Маша коснулась груди. Бирюзовые бусы – подарок Лу по-прежнему были на ней.

Бальное платье внезапно заструилось и растаяло. Ириша поспешно набросила ночнушку.

– Как странно, – произнесла она.

Потом аккуратно собрала свои сокровища, подняла голову и только тогда заметила черную тень, метнувшуюся к сараю.

Бобик угрожающе зарычал и разразился резким захлебывающимся лаем. Кошка и собака со вздыбленной на затылках шерстью, двинулись за тенью.

– Убери собаку, – услышала Ириша знакомый голос.

– Ты? – опешила девочка.

Кошка и собака замерли в нескольких шагах от Мораны. Это была она.

– Удивлена? – усмехнулась ведьма, – ты думала, что я смогу остаться в волшебной стране без тебя и твоей монеты? Часы снова запущены. Между прочим, уже десять минут первого. Ладно, некогда мне тут с тобой разговоры разговаривать, давай назад монету. Кстати, зеркало, цветок и перья мне тоже пригодятся.

Морана шагнула вперед, протягивая руку.

– Не отдам! – Ириша спрятала свои богатства за спину.

Бобик взвыл.

– Молчать! – прикрикнула на него Морана, и пес захлебнулся собственным лаем.

– Давай сюда! – ведьма наступала, Ириша сделала шаг назад к крыльцу. Мурка и Бобик безмолвные и неподвижные с ужасом следили за своей хозяйкой и наступающей Мораной.

– Давай, детка, здесь тебе никто не поможет, – вкрадчиво произнесла колдунья.

Но в этот момент дверь скрипнула и распахнулась. На пороге появился дед, увидев внучку в одной рубашке, жмущуюся к крыльцу и какую-то постороннюю женщину, он не раздумывая, прикрикнул:

– В чем дело? Ты кто такая? Ты чего это ночью в чужом дворе делаешь, а? А ну пошла прочь! Сейчас милицию вызову!

Морана отступила в темноту.

– Убирайся сейчас же! – дед сбежал с крыльца и пошел на Морану. И тогда Бобика отпустило, он рванул на помощь хозяину и цапнул-таки ведьму за ногу, давно ему хотелось. Взвизгнув, Морана понеслась через огород и скрылась на лугу.

– Вот, зараза какая! – ворчал дед, запирая калитку, – шляются по ночам! Ириша юркнула в дом и быстренько опустила монету в чайник. Теперь все было шито-крыто, и она, пробежав на цыпочках по прохладным доскам пола, юркнула под одеяло на своем диване.

Чуть позже к ней прокралась Мурка, мордочка у нее была очень довольная, как будто кошка улыбалась каким-то своим мыслям.

Маша подвинулась, давая место своей любимице.

– Мурка, ты теперь не будешь со мной разговаривать? – шепотом спросила она. Кошка мурлыкнула и свернулась клубочком.

– Понятно, это – наша тайна, – согласилась Ириша.

Она слышала, как звякает цепь Бобика, и как дед что-то выговаривает псу. Потом он вернулся и спросил, зачем внучка выходила во двор.

– Бобик лаял, я решила посмотреть, – девочка слукавила, потому что не знала, что надо отвечать.

– А если бы тебя обидели! Когда собака лает, должен выходить кто-то из взрослых!

Дед еще поворчал и отправился спать.

Эпилог

Простоволосая женщина сосредоточенно танцевала на пыльном деревенском перекрестке.

– Ба, чего это она, а? – спросила Ириша.

– Зло свое переплясать хочет, ведьма она! Пойдем отсюда. – Быстро ответила бабушка. Взяла внучку за руку, и они скоро покинули перекресток и танцующую женщину.

Ириша тихонько улыбалась.

– Как у тебя волосы-то от солнца выгорели, прямо, чистое золото, – заметила бабушка.

Но Ириша-то знала, что это золотые нити сильфов так и остались в ее волосах.

Content

Ирина Щеглова
Принцесса сильфов

Глава 1. Мечтательница

Глава 2. Дворец из картона

Глава 3. Лиловая стрекоза

Глава 4. Ворота Луны

Глава 5. Васильковая фея

Глава 6. Не спалось…

Глава 7. Серебро и капля крови

Глава 8. Сильфы

Глава 9. Морок

Глава 10. Сильфидрион

Глава 11. Ловушка

Глава 12. Дворец отражений

Глава 13. Солнечные струны

Глава 14. Принцесса сильфов