Кротова Дарья Владимировна

Виктор 1. Memory

Аннотация:

ВНИМАНИЕ! 18+. История о жизни одного человека. История о том, как много можно отдать за победу. История о психическом изменении людей в процессе жизни. История о странной и страшной любви, о смерти, о войне... В общем, о жизни. Действие происходит в космической Империи, состоящей из множества планет. Земля - Б16 - лишь одна из "закрытых" планет, на которых об Империи не знают. Главный герой в результате потери близкого человека становится врагом Империи.

ГЛАВА 1.

Б16. Земля. 1582г.

Крики, людские гневные крики, подгоняющие, страхом отзывающиеся в сознании двух маленьких детей.

Еще недавно они были счастливы. Юные дети графа, маленькие господа, но лица людей их отца всегда встречали их искренней, неподдельной радостью. Маленьких графьев в любом крестьянском доме всегда ждал теплый хлеб и парное молоко в угощение. Графа, щедрого и рачительного, любили, как и его красивых приветливых детей. Где же сейчас добрые улыбки на загорелых натруженных лицах? Еще недавно они желали детям хороших снов по вечерам, а сейчас эти же голоса изрыгали проклятия и желали только мучительной смерти. Вместо еды или простеньких поделок из дерева в подарок на именины - топоры и вилы. Простое оружие, что не смогло бы защитить городок от набегов врагов, с ним даже на охоту не сходишь, но вот для травли детей оно годилось вполне.

Темнота леса нисколько не помогала несчастным, скорее наоборот, мешала. Ветки хлестали по лицу, оставляя кровоточащие царапины. Мальчик крепко держал сестру за руку и старался не плакать, и без слез было тяжело разглядеть дорогу. А останавливаться было нельзя, иначе их тут же настигнут и зверски убьют, как недавно расправились с их матерью. Её останки, наверное, до сих пор догорали на костре. Детям совершенно не хотелось разделить ее участь, поэтому они, измотанные, уже на пределе своих сил, убегали подальше в лес, пытаясь там затеряться и уйти от преследователей.

Неожиданно девочка споткнулась.

- Виттор, я больше не могу, - заплакала она.

Мальчик помог ей подняться и молча потащил следом за собой, стараясь не слушать ее всхлипывания. Пока поднимал, машинально отметил, что на поясе сестры по-прежнему висел меч. Они успели, убегая, схватить с собой первое попавшееся оружие - два коротких клинка, они были старыми, и отец повесил их в коридоре родового замка. Виттор уже пару лет учился фехтованию, а вот его сестра ничего тяжелее ложки не держала, как и положено графской дочери.

Мечи не смогли бы их спасти от разъяренной толпы. И все же это была хоть какая-то защита от преследователей.

Мальчик бежал чуть впереди своей сестры и крепко держал ее за руку, не давая споткнуться и упасть. Он постоянно затравленно оглядывался назад. Ощущение безысходности крепко угнездилось в его душе, ребенок знал, что далеко они не убегут. Но любовь к своей сестре и страх за неё не позволяли ему остановиться и достойно принять смерть.

Внезапно Виттор резко остановился и дернул сестру за руку, чтобы та, заплаканная и ничего уже не видевшая, по инерции не побежала дальше. Перед ними чернотой провала зиял обрыв.

Шум толпы приближался. Все, бежать больше некуда. Почему-то это придало ему немного сил. Мальчик повернулся к обрыву спиной и, хищно оскалившись, обнажил клинок. Девочка испуганно забилась за спину брата, судорожно хватаясь за край его рубашки.

Вскоре из леса к ним выбежали преследователи. Сейчас они мало чем напоминали людей. Лица искажены в гримасе ярости и гнева, по лбу стекает пот от долгой погони. Их дыхание смешивалось с рычанием и жаждой крови.

Они ли желали когда-то спокойных снов? Пели протяжные старинные песни зимой, у камина в графском замке? Распевали веселые частушки на праздниках?

Девочка прижалась к брату и сказала дрогнувшим голосом:

- Виттор, мне страшно.

Мальчик глубоко вздохнул и, стараясь казаться спокойным и уверенным, ответил:

- Не бойся, Анни, я не дам им прикоснуться к тебе. Не позволю, - на последних словах его голос наполнился злобой.

Крестьяне остановились, и можно было заметить, что они боялись. Боялись двух маленьких детей. Потом кто-то из толпы крикнул чуть дрожащим голосом:

- Выкормыши Дьявола! Убить их!

Через миг люди поддержали его, и толпа взорвалась криками:

- Убить! Убить! Убить!

Кто-то самый смелый выбежал вперед, бросившись на детей с топором. Мальчик по-звериному оскалился и чуть повернулся, пропустив противника сбоку. Мужчина по инерции сделал шаг и развернулся с намерением все же убить щенка. Но тут ребенок, скривив рот в жесткой усмешке, вонзил ему клинок в живот. Крестьянин от удивления открыл рот и даже силился что-то сказать... Впрочем, Виттора это совершенно не интересовало, и он пнул его в сторону обрыва, освобождая меч. Мужчина пошатнулся и, не удержавшись, свалился вниз. На губах мальчика играла дикая, полусумасшедшая улыбка.

'Они нас не достанут! Предатели!'

Неожиданно позади него громко и испуганно закричала Аннира. Виттор резко обернулся. Его любимую сестру схватили и куда-то утаскивали. Он еще успел увидеть, как она беспомощно дергается, пытаясь вырваться. А потом все заслонили окружившие его крестьяне. Они размахивали оружием, выкрикивали проклятия, но ни один из них не решался подойти ближе, на расстояние выпада клинка.

- Виттор! - долетел до него голос сестры, - Виттор! Помоги мне! Аааа... Не надо!

Вздрогнув, мальчик резко рванулся вперед, выставив меч. Ближайший к нему крестьянин не успел отшатнуться. Он удивленно схватился руками за лезвие меча, проткнувшего его живот.

- Анни?! - позвал сестру мальчик, судорожно пытаясь найти ее взглядом.- Держись, я иду! - крестьянин, хрипя, медленно оседал на землю, и Виттор машинально рванул меч на себя, высвобождая.

Но девочка больше не отзывалась, а его самого снова оттеснили к краю обрыва. Один из крестьян, массивный, с тяжелым взглядом, напирал больше всех. И в глазах остальных было уже больше злобы, чем страха. Любая толпа слегка безумна, и страх не способен долго ее удерживать.

- Что вы с ней сделали?! - закричал Виттор.

На его глаза навернулись слезы. Очень глупый вопрос, и он сам мог на него ответить. Только какая-то часть его все еще не верила в реальность происходящего. Не могло все так произойти. Ведь совсем недавно он приходил к этим людям в гости, играл с их детьми, ел их еду. А сейчас все они словно обезумели, будто в них вселился сам Дьявол из рассказов священника в маленькой городской церквушке и управлял ими, как марионетками.

- Где Анни?! - еще раз выкрикнул он.

Массивный, оскалившись в улыбке, ответил:

- В Ад отправили, и ты скоро последуешь за своей драгоценной сестренкой.

- НЕЕЕТ!!! - взвыл Виттор и кинулся на него.

Тот перехватил мальчишку и столкнул его с обрыва...

Д41.

2072 г. от создания Империи.

Я проснулся весь в поту. Опять. Снова один и тот же сон, кошмар и воспоминание одновременно. Мне было всего двенадцать, когда это все произошло. С тех пор прошло уже четыреста шестнадцать лет, но пережитый тогда ужас иногда возвращался с новой силой, и я снова падал...

Когда эти кошмары прекратятся? Хотя я знаю ответ на свой вопрос. Когда достигну цели, тогда и прекратятся. Тогда все закончится, и, наконец, наступит долгожданный покой.

Мои размышления прервал чертов будильник. Да, да, да! Знаю я, что пора вставать! Боги, как же раскалывается голова, впрочем, как обычно. Переизбыток телепатического общения.

Я сел и вытер остатки пота с лица.

Ко мне в палатку вошла моя жена Сэлл. В каждом её движении была неизменная кошачья грация. Сэлл - оборотень, при перекидывании превращается в огромную кошку, что-то наподобие рыси, только раза в три больше. Точнее не знает даже она сама.

- Виттор, вставай, - промурлыкала она, подходя ко мне.

Мое истинное имя, данное мне матерью при рождении... Из ныне живущих его знала только Сэлл. Я поморщился, в сознании снова зазвучали крики давно погибшей сестры. Сэлл, увидев это, присела рядом, обняла за плечи. Спросила с затаенным беспокойством:

- Опять кошмары?

Я отрывисто кивнул, а потом, посмотрев на неё очень пристально, спросил:

- Что ты здесь делаешь?.. Ты должна быть...

- Знаю, знаю, - чуть раздраженно прервала она меня, - Я должна быть с Крисом, и уже давно... - Она немного помолчала и неожиданно для меня продолжила: - Зря ты так...

Я сразу понял, о чем она, и мысленно застонал. Сколько можно?

- Сэлл, не начинай, пожалуйста. Я поступил так, как считал нужным. Всё, точка. И давай больше не будем говорить об этом, - сухо отрезал я.

У меня не было никакого желания обсуждать такие темы с утра пораньше. Но Сэлл, нахмурившись, все же продолжила:

- Ты всегда поступаешь только так, как считаешь нужным... - проворчала она.

- Да, - ответил я. - И еще ни разу не ошибся. И с Крисом тоже... - я вздохнул и посмотрел на неё. - Сэлл, прошло двадцать восемь лет, и я ни о чем не жалею.

Впрочем, в верности своего последнего утверждении я и сам сильно сомневался...

Сэлл это прекрасно знала и, лукаво на меня посмотрев, спросила:

- Так-то и не жалеешь? - в глазах у неё плясали чертики.

- Да, не жалею, - выдавил из себя я, - будет лучше, если он будет жить подальше от меня... - потом я на секунду замолчал, но все-таки продолжил: - Для него же лучше.

- Ты не можешь знать, что ему лучше, - тихо сказала Сэлл, - ты не он...

Мой взгляд невольно упал на нашу общую фотографию, лежавшую на раскладном столике около кровати. Как раз вчера перед сном я разглядывал ее и забыл убрать. Я, Сэлл и Крис. Наше свадебное фото... Сердце сдавило болью... Черт! Не хватало ещё и в эти воспоминания погрузиться, без того хватает.

Я резко встал с кровати, возможно, даже излишне резко. Сэлл встала следом за мной, тихо вздохнув, поцеловала меня в щеку и пошла к выходу. Прежде чем она полностью скрылась за пологом палатки, я успел сказать:

- Помни, он не должен ничего обо мне знать.

Она помедлила с ответом, но потом все же кивнула и, обернувшись ко мне, долго смотрела в глаза... Порой ее взгляд, как сейчас, мог становиться очень тяжелым, и даже мне было сложно его выдерживать. Но я всегда справлялся, и этот раз не стал исключением. Сэлл снова вздохнула и молча вышла.

Я быстро привел себя в порядок, надел строгую имперскую форму. Привычка ее носить за долгие годы службы Императору въелась в подкорку головного мозга. И, хоть мне и противно от осознания того, чью сторону она символизирует, нельзя не признать ее положительные качества. Сделанная из 'умной ткани', она обладала повышенной износоустойчивостью, могла некоторое время удерживать тепло и не пропускать холод, не мялась, к ней почти не липла грязь. К тому же можно затеряться в толпе среднестатистических имперцев, ведь, к счастью, далеко не все знают меня в лицо. Привычными движениями собрал в хвост черные волосы, доходившие по длине до середины лопаток. Надел высокие черные сапоги со шнуровкой и вышел из командирской палатки.

Перед моим взором раскинулся лагерь. Мой лагерь...

Повстанцы. Оппозиция. Как угодно. Люди и нелюди, которых я собрал для достижения своей цели. Все они пойдут за мной куда угодно, и даже на смерть...

Кто-то проходил мимо и, увидев меня, отдал честь. Я сухо кивнул. Пора собираться. Сегодня нужно подобрать новое место для моей боевой группы, а то это скоро раскроют.

Мой взгляд упал на помост в центре нашего нынешнего места дислокации. Пора объявить о первой готовности к отправке.

Вздохнув, я направился к нему. Такой помост ставился в каждом нашем лагере, специально для того, чтобы делать объявления, отдавать массовые приказы.

Конечно, связаться со всеми можно было бы и мысленно. Для меня это не составит особого труда. Но мой энергетический фон и так силен, временами приходится прикрывать, чтоб имперцы не засекли, а при использовании каких-либо способностей на нем возникает вспышка, и потом образуется, правда, ненадолго, пятно. Все это очень легко засечь, а за мной идет охота, поэтому некоторые способности лучше не использовать. Тем более, фон у каждого свой, как узоры на подушечках пальцев. Но папиллярные линии можно убрать, срезав тонкий слой кожи с рук, а энергетический фон исчезает только с физической смертью индивида. Именно из-за моего фона мы и меняем время от времени стоянки лагеря.

Дойдя до помоста, я взошел на него, и вокруг тут же воцарилась тишина. Ни звука, ни движения, только несколько сотен людей и нелюдей смотрели на меня с немым вопросом во взгляде. Иногда своей преданностью они напоминали мне собак... Если я захочу, они умрут молча. Без лишних слов. Никто не спросит: зачем, для чего? Они всегда слушались меня беспрекословно. Шли за мной уже много десятилетий, и ни разу я не слышал от них каких-нибудь вопросов, возмущений, недовольства. Ни разу не было бунтов или волнений, каждый делал свое дело, и никто никому не мешал.

Они умрут за меня, и я это знаю...

- Объявляется первая готовность к отправке. Что делать и в каком порядке вы и сами знаете. - Не люблю много говорить, не считаю нужным. - Все, свободны.

Через секунду лагерь вновь пришел в движение. Все делали то, что должны. Никакого хаоса, беготни или спешки. Времени у них было до вечера. Вполне хватит, чтобы собраться и погрузиться на корабль. А я тем временем подыщу подходящее место для нового лагеря, затем скину старшему навигатору на ЛК* всю необходимую информацию и данные того места, куда надо лететь.

Все, теперь можно и своими делами заняться.

Зайдя к себе в палатку, я тут же открыл портал на А8 и шагнул в него. Привычная прохлада, и я уже на месте. В первый раз, когда я осознанно зашел в портал, я дико, почти до паники, испугался. Тогда меня вытащил мой наставник - Дэниэл Варт, начальник Императорской охраны. Тогда он ещё был, сейчас он мертв, и уже давно...

Дэниэл... Он, можно сказать, вырастил меня, после того как я в буквальном смысле свалился ему на голову. В тот день он отправился на одну из планет типа Д. На ней начались беспорядки, и оказалось, что на Д попадали обычные люди с Б-16. Естественно, они были напуганы, оказавшись вместо своей Земли непонятно где, и не знали, как себя вести в новом месте. Возникали конфликты между землянами и имперцами с Д. Император послал группу подразделения, которое специализировалось на закрытии пространственных разрывов, во главе с Вартом. В тот момент, когда они уже почти закрыли последний разрыв, из него вывалился я, прямо на голову одному из группы. Тут же я вскочил на ноги и кинулся на них с мечом. На тот момент я ничего не соображал, в ушах стоял шум ветра и крики сестры...

Как мне позже рассказывал сам Дэниэл, ему пришлось успокоить меня ментальным ударом. Я просто потерял сознание, но перед этим умудрился ранить трех из группы, в том числе и самого Варта. Много позже я любил рассматривать след от своего меча у него на груди. А он с улыбкой говорил, что специально не стал его сводить...

Я благодарен ему за то, что он для меня сделал. За его воспитание, опеку, обучение, выработку характера... А с другой стороны, у меня от него и переломы были, и постоянные синяки, нервные срывы и истерики... И все-таки он практически создал меня. Благодаря ему я жив и не нахожусь в псих. лечебнице. Благодаря его смерти я поступил в Академию, самое престижное высшее учебное заведение Империи. Раньше меня отказывались зачислить туда. Он был для меня... я даже не знаю, кем. Даже спустя двести лет после его смерти я так и не могу окончательно определиться в отношении к нему... Иногда я хотел его ударить, избить, убить. А иногда расцеловать, обнять и сказать, что кроме него, у меня никого нет, да никто и не нужен. Зачастую я делал и то и другое...

Дэниэл Варт был...

Дэниэл был...

Был...

Эта мысль отдалась в душе тупой болью. Кто-то думает, что я бесчувственная машина... Что ж, может, он отчасти и прав. Во мне почти нереально вызвать какие-то эмоции. А вот старые раны в сердце по-прежнему кровоточат... Впрочем, несмотря на малоэмоциональность, я почти постоянно испытываю душевную боль. Порой она достигает таких размеров, что нервы словно перегорают. Например, когда я приказываю закрыть люк в отсек, который затапливается, а там еще есть люди. Мои солдаты. И я отдаю приказ закрыть, ибо так надо, иначе погибнет намного больше народу. Так надо. Хотя... может, это все оправдания? Может, я и вправду бессердечная тварь? Убийца. Враг Империи. Не знаю. Но сердце болит.

Я потерял много близких мне людей, больше не хочу...

Именно поэтому отправил Криса подальше от себя.

Мои размышления прервались из-за того, что кто-то толкнул меня в бок, проходя мимо. Ах да. Я совсем забыл...

Губы скривила ироничная усмешка, я по жизни слишком рассеянный, а в последнее время особенно.

Я огляделся...

А8

Оказывается, я, как вышел из портала, так и остался стоять в центре торговой площади. Иногда удивляюсь, почему я все еще жив, с такой-то беспечностью. Варт бы меня за это избил, сильно и не раз... Он вообще страдал приступами необъяснимой агрессии. Временами вспыхивал и начинал крушить все вокруг. Или пить, а потом крушить... ну а если ему в этот момент попадался кто-нибудь под руку, он просто избивал этого человека. Избивал он долго и зверски, некоторые потом умирали... К счастью, об этих его приступах знали далеко не все. Я знал, и испытал полный спектр ощущений на своей шкуре. Варт часто срывался на мне, иногда я сам его провоцировал, лучше на мне, чем на ком-то другом. Тем более, Варт чувствовал приближение приступов и порой просто запирался со мной в комнате со звукоизоляцией. Потом, если сильно расходился, то отправлял меня в госпиталь, втайне ото всех. Хотя я был ему слишком дорог, и обычно он быстро успокаивался, не успев нанести мне особых повреждений.

Сунув руки в карманы темно-синего пальто, какое обычно носили граждане Империи, я двинулся сквозь толпу шумных и суетящихся людей. Мне нужно было пересечь эту огромную торговую площадь, затем пройти через квартал металлоизделий, там, в начале квартала керамики, и находилась моя сегодняшняя цель. На А8 торговые кварталы зачастую располагались совершенно нелогично, поэтому при выходе из портала каждый мог взять путеводитель, бумажный или скачать в электронном виде, да и электротакси всегда готово отвезти тебя в любой уголок этой шумной планеты.

Здесь всегда царили неразбериха и хаос. Многие этим пользовались... На А8 организовывались заговоры, заключались нелегальные сделки, получались заказы на убийство и еще многие договора. Тут невозможно было кого-то найти, особенно сейчас, в разгар сезонных скидок. Здесь находилось множество различных существ, в основном, правда, гуманоиды. Все они были в различных одеждах, чаще в национальных. Имперскую форму здесь носили лишь те, кто был, так сказать, при исполнении какого-либо задания. Таких тоже было довольно много. Вообще, по моему мнению, это одна из немногих планет, где люди хоть как-то проявляли эмоции, и их за это не отправляли на переподготовку.

'Проявление эмоций нежелательно, главное - самоконтроль. Держа свои эмоции и чувства в жестких рамках вашего сознания, вы становитесь сильнее, ибо исключается вероятность свершения чего-либо в состоянии аффекта. Бесконтрольное же появление эмоций и чувств ведет к вашей же слабости. Поэтому если вы не можете самостоятельно справиться со своими эмоциями, то пройдите добровольную переподготовку...' Слова Кодекса поведения внезапно всплыли у меня в голове. Это говорил один из профессоров на А7. Вот такой дурью там забивается голова каждого студента.

Стандартный возраст поступления в Академию, как и в любое другое учебное заведение, - пятнадцать лет. Но если по каким-то причинам существо не поступило в этом возрасте, то может поступать во сколько угодно. Там происходит тестирование, после которого определяется направленность, потенциал, и начинается обучение. Длительность обучения разная, от двух лет до... практически бесконечности. Это для фанатиков, которые хотят знать все.

С такими мыслями я прошел через площадь и оказался в квартале металлоизделий. Большая часть моего лица была закрыта платком, но, думаю, здесь на это никто не обратит внимания. На секунду я остановился, чтобы осмотреться. Торговые лавки расположены в два ряда, а между ними снуют люди. Над головой висит голографический трехмерный рекламный щит:

'Поступайте в Академию! Мы можем предложить вам:

а) Качественное обучение;

б) Качественное снабжение всем необходимым для обучения;

в) Высококвалифицированных преподавателей.

Поступайте в Академию! У нас все качественно'.

Это вещала девушка с поистине имперским лицом, которое не выражало ничего. Будто каменную статую научили разговаривать и дали выучить текст. Одета она была в строгую имперскую форму. Странно... У них что, студентов стало меньше? Или просто Академия перестала пользоваться популярностью и утратила былой престиж? Молодым кадрам Империи совсем необязательно было проходить жесткий отбор и большую конкуренцию, для поступления именно в Академию. Можно просто пройти стандартное обучение на своей планете или месте проживания большого количества народа. Образование можно получить почти везде, кроме планет-тюрем и еще небольшого количества исключений. Конечно, оно, возможно, будет не таким качественным или престижным, но все же...

Я пошел дальше, на ходу вспоминая...

- Они отказали! Эти ублюдки не хотят принимать тебя в Академию, Вик! - Варт был в ярости. Он опирался руками на стол и с ненавистью смотрел в экран монитора, на котором чернели строки официального отказа.

Я сидел рядом и молчал. Меня это не волновало. Тогда прошло только три года с тех пор, как я попал в империю, и мне по-прежнему было безразлично, что происходит вокруг. Плевать на все и всех. Первые несколько месяцев я просто молчал, только Варт смог меня разговорить, и убедил, что если я не хочу в психбольницу, то надо жить. Он взял меня под опеку и стал воспитывать. И все равно я был угрюм и молчалив.

Варт снова выругался:

- Вот ведь твари!

- Дэниэл, вам не стоит проявлять такие яркие эмоции, а то вас отправят на переподготовку, - слегка съязвил я.

Он обернулся и, больно вцепившись мне в плечи, зашептал с легким маниакальным блеском в глазах.

- Вик, ты должен поступить в Академию! Должен, - он слегка встряхнул меня.

- Зачем? - я тогда удивился.

- У тебя огромный потенциал. Просто огромный! Ты станешь Великим! В этом я уверен. Но чтобы твой потенциал раскрылся, тебе надо отучиться в Академии, - уже успокоившись, сказал он, а потом неожиданно добавил: - И ты туда попадешь, - с этими словами он отпустил меня и сел за компьютер писать апелляцию...

Я снова остановился и опять осмотрелся. Так. Вон там нужный дом, туда я и направился.

После того случая Варт постоянно посылал новые и новые просьбы, апелляции, но ответ всегда приходил один и тот же. 'В поступлении отказано'. Потом мне даже удалось узнать причину отказов. В Академии какой-то провидец, увидев мою фотографию, резко сообщил, что в будущем я несу великую опасность Империи и, следовательно, не надо меня ничему учить. В принципе, он, наверное, был прав... Эх, найти бы его сейчас и... А что 'и'? Сам не знаю...

Дойдя до нужной мне двери, я постучал три раза, затем два и девять подряд. Все, как условились. Через тридцать секунд мне открыли. Молодая девушка, лет шестнадцати на вид, не больше. Эх... опять он новую завел.

- Вам Ниирберга? - задала мне вопрос эта девушка. Голос у нее был очень красивый. Джек, наверное, обещал ей карьеру певицы в одной из своих забегаловок. Ага, конечно. На моей памяти у этого пройдохи девушки менялись как перчатки. По одной за неделю.

В ответ я лишь кивнул.

Девушка отодвинулась от двери, пропуская меня. Я зашел в знакомую мне комнату. Обычная, разве что освещение несколько интимное, этакий полумрак романтичный. Тьфу! Надеюсь, его когда-нибудь схватят и отправят куда-нибудь на Д-51, чтоб ему там весело жилось.

- Эээээ... друг! Ты пришель. Я так дёлго ждал! - раздался вопль Джека Ниирберга, и ко мне навстречу устремился мужчина лет сорока. С пивным брюшком и ужасным акцентом. Он добывал для меня артефакты, хотя даже не знал моего имени. Меня от него тошнило, такие, как он, недостойны даже презрения. Хотя пока Джек мне нужен, я потерплю. И его ужасные манеры, и страсть к малолетним девочкам, которых он после использования просто продает на одну из планет типа В. Официально она находится в резервации, а неофициально там публичный дом с рабовладельческими порядками. Но никого это не волнует. Безразличие - одна из главных 'болезней' Империи... Я же, как это ни противно, не имею права светиться, пытаясь что-то сделать.

- Где товар? - сухо спросил я у улыбающегося Джека.

- Товар? Ах, да! Джейн, принъеси! - крикнул он девушке, и та тут же умчалась куда-то. Интересно, а Джек вообще тихо говорить умеет? После трехминутного разговора с ним у меня начинала болеть голова так же, как после тринадцати часов телепатического общения.

Через минуту девушка вернулась, неся в руках сверток сантиметров десять в ширину и где-то пять в длину. Подойдя, она протянула его Джеку, тот взял его и, шлепнув ее по попке, приказал убираться в спальню. Она с улыбкой кивнула и убежала. Меня передернуло. Как с рабыней... А что? Пусть привыкает...

Джек протянул мне сверток и тут же спросил:

- Сто пхятьдесьят?

Принимая сверток, я молча кивнул, потом, вспомнив кое-что, спросил:

- Код?

- 18ПL29.

Отогнув свой рукав, я ввел в ЛК код операции перевода 18ПL29. Потом ввел число 150000. Это плата за артефакт. Деньги уже на счету.

Джек улыбнулся.

- С тобой приятно имьеть дьело, друг. Обрахщайся!

Я кивнул и молча вышел.

Все. Артефакт мой, с его помощью я смогу найти следующий. А их всего три. По крайней мере, так говорил мой провидец, перед тем как выброситься в открытый космос. Я не знаю, что он увидел в будущем такого, что решил покончить жизнь самоубийством, но мне он сказал лишь то, что я должен найти три артефакта и последний из них поможет достичь моей цели. Путано и не особо понятно, но предсказания всегда бывают такими. Пока главное делать, со временем все прояснится.

Артефактов три, и второй теперь у меня, но как искать третий? Был бы жив Грег, тот мой провидец, мне было бы легче. А так, наверное, придется искать еще одного провидца. Артефакты, конечно, обладают необычными свойствами, но эти свойства еще узнать надо, и инструкций по применению на них не написано. А жаль, было бы меньше проблем.

До точки телепортации я дошел с чистой головой, ни о чем не думая. Потом открыл портал для начала обратно на Д-41, оставил там артефакт, прекрасно зная, что его никто не посмеет тронуть. А потом пошел шататься по планетам, сканируя и анализируя полученную информацию в поисках подходящего места для лагеря. Такое я нашел, по своим подсчетам, только часов через десять, жутко при этом вымотавшись, и последнее, что осознанно сделал, это скинул координаты своим. Им лететь досюда, с гипером, около четырнадцати часов. Я успею выспаться.

На этой планете было море и много песчаных пляжей. Существ, хоть разумных, хоть неразумных, не было. Я растянулся на песке, сняв с себя лишь пальто, потом закрыл глаза и погрузился в воспоминания, которые плавно перетекли в сон. Я снова был на А1 в доме Дэниэла Варта... Улыбка скользнула по моим губам. Воспоминания...

А-1. (Империя).

1712 год от создания Империи.

- Вик!!! - по дому разнесся гневный вопль Варта.

Я улыбнулся, сидя в кресле и закинув ногу на ногу. Сейчас Дэниэл ворвется в комнату и начнет меня отчитывать. Может, даже бить...

Я снова нарушил его прямой приказ и не жалел. Мы были на задании, и его захватили в плен. До этого от него поступил приказ за пленными не возвращаться. Ни в коем случае. А я вернулся!

Улыбка вновь исказила мое лицо. Я часто нарушаю приказы и всегда оказываюсь прав. Всегда! От этой мысли я даже слегка рассмеялся. В этот момент в комнату вихрем ворвался Варт. Подбежав ко мне, Дэниэл схватил меня за руку и резко выдернул из кресла, затем крепко прижал к себе. При этом одну мою руку больно завернул за спину. А потом прошипел сквозь зубы:

- Ты гаденыш!.. Вик, ты снова нарушил приказ. Причем мой прямой приказ! - последние слова он почти прокричал.

Я поморщился. Как бы у него срыв не случился. Слишком зол.

Дэниэл резко встряхнул меня, отчего рука за спиной заболела еще сильнее. Но на этот раз я лишь сцепил зубы и подавил стон. Потом, нагло и дерзко глядя Варту в глаза, улыбнулся. Я прекрасно знал, что он ненавидит такое мое поведение.

- Вик, хватит улыбаться! - прорычал Варт. - Объясни, почему ты на этот раз нарушил приказ?!

Я молчал. Каждый раз одно и то же. Я сам не мог ответить на его вопрос... Почему я не бросил его там, в плену? Не знаю! И меня это бесит! Причем дико! И на этот раз я снова почувствовал волну злобы, поднимающуюся из глубины души.

- Почему, Вик?! - понизив голос, снова спросил Варт.

Я отвернулся, почти ненавидя его за то, что он заставляет меня чувствовать боль. Да и просто чувствовать тоже!

Дэниэл развернул меня и прижал к стене. Затем свободной рукой повернул мою голову к себе. Я злился, до помутнения сознания хотелось расцарапать ему лицо в кровь. И наслаждаться его гневными криками, которые смешаются с болью. Скорее всего, после подобной выходки я быстро окажусь в мед. блоке с многочисленными травмами, но сейчас мне было плевать на это, ну или почти, остатки осторожности еще сдерживают меня... Да что ему вообще от меня надо?!

- Что ты молчишь? - более спокойно спросил он.

Я снова промолчал. Не хочу ему ничего говорить. Не хочу. Не хочу! Я резко вздохнул.

Дэниэл нахмурился. Он всегда быстро чувствовал изменения во мне. Хотя в свои пятьдесят шесть лет я прекрасно усвоил имперскую выдержанность и хладнокровие с виду, пусть даже не оканчивал Академию.

- Вик, просто ответь на мой вопрос. Почему ты постоянно нарушаешь мои приказы? Вик, почему? - тихо спросил Варт.

Я отрицательно покачал головой.

Он снова схватил меня за подбородок и заглянул в глаза. Его глаза были черные, как сама ночь, и иногда мне казалось, что я могу разглядеть в них звезды.

Я закрыл глаза. И почувствовал, как он обнял меня. Крепко. Молча. Зачем? Зачем он это делает?!

Я вырвался и отбежал к кровати.

- Вик? - в голосе Дэниэла звучал вопрос и легкая растерянность.

- Уйди! - почему-то крикнул я.

Он, естественно, не послушался и даже наоборот, сделал три шага ко мне, и я опять оказался зажат. Но на этот раз между ним и кроватью. Взгляд его черных глаз был спокоен, что наводило на мысль о том, что он что-то задумал.

- Виктор, успокойся, - тихо сказал Варт.

- Я спокоен, - в свою очередь ответил я. Потом добавил: - Совершенно.

Неожиданно Варт расхохотался, запрокинув голову к потолку.

- Что смешного? - раздражаясь, спросил я.

Варт, ничего не отвечая, продолжал смеяться. Я снова повторил свой вопрос, все больше и больше злясь. А Дэниэл смеялся. В итоге, не выдержав, я дал ему хлесткую затрещину, испытывая при этом садистское удовольствие.

Дэниэл замолчал, на губах у него выступила кровь от моего удара, а в глазах разгорелся огонь злобы. В следующий миг я полетел на пол, больно ударившись головой о железную спинку кровати. В глазах на секунду потемнело, и тут же я почувствовал пинок по ребрам. Свернулся в клубок, заранее прикрывая руками голову. Но ударов не последовало. Варт схватил меня за воротник и поднял, в глазах опять потемнело... Так было всегда: когда я допускал оплошность или сильно злил его, Дэниэл начинал меня бить. Я постарался приготовиться к новой боли, но на этот раз он поступил совершенно неожиданно. Просто посадил меня на кровать и, сам сев рядом, спросил:

- Вик, так зачем ты нарушил мой приказ? - голос его звучал почти нежно.

- Захотелось, - съязвил я. - Соскучился по твоим пинкам, хозяин, - когда я сильно злился, то начинал называть его хозяином. Варта это унижало.

Дэниэл вздохнул.

- Вик, я тебя вырастил и хочу знать, что с тобой?

- Ага, конечно! - меня прорвало. - Старый педофил хочет узнать, что творится с его маленькой тупой игрушкой! Почему она перестала выполнять его приказы! Непорядок! - меня начинало трясти. Тут уже речь не о работе...

Дэниэл всю мою тираду выслушал совершенно спокойно, лишь один раз поморщившись при слове педофил. Потом со вздохом произнес:

- Вик, ты прекрасно знаешь, что это неправда. На самом деле мне практически плевать на то, что ты нарушаешь приказы, находясь на службе. Меня волнует то, что творится у тебя в душе. Вот тут, - с этими словами он положил свою руку мне на грудь.

Я дернулся, но Варт удержал меня, схватив за руку. Я гневно посмотрел на него и выпалил:

- Тебе этого никогда не понять!

- Почему? - с интересом спросил Варт.

- Почему?! - взвыл я. - Почему?! Да потому, что ты тварь бездушная! У тебя самого нет ни души, ни чувств! Ты мертв! Как и все имперцы! Ненавижу! - прокричал я ему в лицо, ожидая, что на меня посыплются удары. Но их не последовало.

Лицо Дэниэла исказилось, как от сильной боли, а потом он поцеловал меня. Я попытался отодвинуться, но мне не позволили. Поцелуй был нежный и с легким оттенком горечи...

Когда поцелуй закончился, оказалось, что я лежу на кровати, а Дэниэл лежит ко мне полубоком и слегка улыбается.

- Мертвый? Бездушный, говоришь? Вик, внешность обманчива. Запомни. Возможно, ты сам станешь таким, как я: бездушной тварью, ходячим мертвецом... - он немного помолчал, разглядывая меня. И я молчал. Варт, когда хотел, мог лишить меня всей моей силы одним поцелуем, и я уже не знал, кто я, где, зачем?..

- Но поверь мне, - продолжил Дэниэл, гладя меня по лицу, отчего я закрыл глаза, просто наслаждаясь, - я этого не хочу. Не хочу, чтобы про тебя говорили: бессердечный ублюдок, тварь бездушная. Я хочу, чтобы ты жил. И жил, плюя на идиотские законы Империи о самоконтроле! Чувствуй! Живи! И приложи все свои силы, чтобы сохранить душу.

Я открыл глаза. Дэниэл смотрел куда-то... в никуда. В глазах цвета ночи плескалась боль. Мне захотелось как-то помочь ему, и я произнес:

- Дэниэл, все хорошо.

Его взгляд стал осмысленным, и он взглянул на меня. Потом улыбнулся и, склонившись к моему лицу, прошептал прямо в губы:

- Конечно.

А потом... в целом свете остались только его губы, руки и... мое бесконечно податливое тело...

Планета вне классификаций.

2072 год от создания империи.

Разбудили меня поцелуем. Да таким, что я не сразу осознал, где нахожусь. Открыв глаза, я увидел Сэлл. Лучи рассветного солнца озаряли ее, и она была похожа на ангела. Улыбнувшись этой мысли, я решил оставить вопросы о том, что она здесь делает, на потом, и просто поцеловал ее, крепко прижав к себе. Сэлл ответила мне со всей своей кошачьей страстью. Прекрасное и удивительное создание. Я восхищался каждой клеточкой её тела, каждой частичкой её души. Сколько раз она спасала меня от смерти, как от духовной, так и от физической. Благодаря Сэлл я шел дальше, выбираясь из душевных пропастей. Это ей нужно поклоняться, а не мне, как думают многие. Моя Сэлл...

Наверное, погрузившись в свои мысли, я сжал её слишком сильно и она недовольно мяукнула.

- Раздавить решил? - спросила она с легкой улыбкой на губах.

Я молча покачал головой, ослабил объятия и улыбнулся в ответ.

Я жив, Дэниэл, потому что люблю. Люблю её. Люблю Кристиана.

Возможно, я жив не целиком, а лишь частично, но жив. И жив только благодаря им...

Сэлл, посмотрела пристально на меня, и сказала:

- Доброе утро, муж мой.

Я лишь опять улыбнулся, а потом, поцеловав её еще раз, сказал:

- А я бы хотел поспать еще немного...

Сэлл рассмеялась и ответила на поцелуй, протягивая руки к застежкам имперской формы.

У нас осталось лишь сорок минут до прибытия моего лагеря...

Потом, обнимая ее, я наткнулся пальцами на старый шрам между лопаток и нахмурился. Она получила его из-за меня. Тогда мы все еще работали на Империю, и во время очередного задания она чуть не умерла. Меня сильно ранило, а она в последний момент, когда здание уже почти разрушилось, кинулась под обломки. Меня к тому времени уже вынесли, и я не смог ей помешать. Она спасла самую тогда дорогую для меня вещь. Фотографию. На ней были мы с Вартом. Он не любил фотографироваться, только однажды сделал исключение. И она спасла её от разрушения... Но какой ценой?..

Тогда она ждала ребенка. Нашего ребенка. И у неё случился выкидыш. Мы были слишком далеко от больницы. Телепорты не работали, а целителя к тому времени уже убили. Я же своими маленькими целительскими способностями смог спасти только её.

От моих невеселых мыслей меня отвлекла Сэлл. Её поцелуй был теплым и нежным. Я не представляю, почему она по-прежнему со мной, но безумно рад этому.

- Вик, пора вставать. Сюда скоро прибудут твои люди, - сказала она.

Я кивнул. Да, наверное, пора вставать, надевать одежду, надевать маску холодности и прочее. Но так не хотелось. Сейчас мне было так спокойно и хорошо, что хотелось растянуть этот момент на долгое, долгое время... Я знал, что это невозможно.

Я повернулся к Сэлл и спросил:

- Сэлл, а почему ты вообще здесь? Ты должна быть с Крисом...

Она почему-то отвела глаза в сторону и немного тяжело вздохнула. Мое сердце сжалось от плохого предчувствия.

- Что-то с Крисом? - тревога нарастала.

Не надо... Прошу... Всех Богов прошу, не трогайте его...

Я в немом ожидании смотрел на Сэлл, надеясь, что она, как обычно, успокоит меня и скажет, что с ним все в порядке.

Но она кивнула. Мое сердце пропустило ход.

- Что с ним?

- Он исчез на очередном задании Империи. Его послали с простой задачей на Г-35. Он должен был убить одного из поставщиков. Тот в последнее время отказывался работать, и Империи это очень не понравилось, они ему и замену уже нашли... Крис прибыл туда, но потом связь оборвалась, и все... - Сэлл вздохнула, а я молча слушал. - Империя созвала совет, чтобы решить посылать за ним ССС** или нет. Но ты же знаешь, что пока они решают, Крис может умереть раз триста. Бюрократы, блин! - последнее она произнесла с легкой злобой в голосе.

- Ясно, - сухо сказал я.

Крис с Сэлл по-прежнему работали на Империю. Я 'выгнал' их из группы, оставив их в Империи. Во-первых, мне нужны были 'уши', а во-вторых, я знал, что им там безопасней. На них почти не падало подозрений, хотя все знали, что Крис мой муж, а Сэлл моя жена. Но доказательств того, что они все еще связаны со мной, у Империи не было. Сэлл меня понимала. А вот Крис нет. Он сильно обиделся на меня за то, что я оставил их в Империи, и стал искать меня повсюду, со временем это стало его идеей фикс. Но я благополучно избегал встречи с ним. Чем дальше он от меня, тем безопаснее для него.

По крайней мере, я так считал. Но, видимо, и в Империи он не в полной безопасности.

Небо над нашей головой расчертил огненный след входящего в атмосферу планеты корабля. Прилетели. Пора работать. Вначале разобраться с лагерем... затем Кристиан.

Мы с Сэлл встали и быстро оделись. Потом, несколько минут спустя, перед тем как Сэлл телепортировалась, я сказал ей:

- Я найду его, Сэлл... найду.

Она слегка улыбнулась и кивнула.

- Я знаю, Вик. Знаю, что ты его не бросишь. Только не 'светись' сильно, ладно?

- Хорошо. Постараюсь. Иди.

Она исчезла.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на небо, где по-прежнему был виден след от корабля. Я не прощу себя, если с Крисом что-то случится. Но если в Империи смогут понять, кто его спас... то ему все равно конец.

Через пять минут корабль приземлился в паре километров от меня, и я направился к нему быстрым шагом. Когда я дошел до корабля, передо мной тут же возник старший навигатор, и затараторил, докладывая:

- Сэр! ГК*** "Вихрь" прибыл. Все члены команды и пассажиры корабля в полном порядке. В данный момент мы располагаемся на планете.

Я сухо кивнул:

- Свободны.

Он отдал мне честь и тут же убежал по направлению к кораблю.

По моему приказу часть техников первым делом начала настраивать переносной телепорт. Этого времени мне как раз хватило, чтобы вспомнить все, что я знал о о Г-35 или Планете Доменных печей, как ее называют в простонародье. Там рабовладельческий строй. На Г-35 начинают работать лет с семи, кидают уголь в горящие печи. Если кто-то не может больше работать или умирает, то его кидают прямо туда, куда же и уголь. Так, чтобы не вонял и не хоронить. Эта планета поставляет обожженные изделия из глины и прочих материалов на разные планеты Империи.

Именно с этой планеты Крис родом. Я его забрал оттуда, когда ему было восемь. До сих пор помню эту встречу...

Я во главе группы по заданию Империи прибыл на Г-35, со стандартной проверкой. Что да как? Всю ли продукцию отправляют в империю? Все ли печи работают? Иногда форма правления в самой Империи напоминает мне тот же рабовладельческий строй. Почти те же порядки, особенно для тех, кто ниже рангом...

Тогда, во время проверки, мы ходили по ангарам, где находились печи. Ангаров было ужасно много, они были понастроены по всей планете, как уродливые наросты. Но судьбе было угодно, чтобы мой провожатый, толстый и мерзкий, вечно лебезящий мужичок, завел мою группу именно в этот цех.

Первое, что я увидел, войдя туда, это группу людей в углу цеха, яростно спорящих между собой. Наш провожатый, почуяв неладное, сразу захотел вывести нас оттуда, но я приказал остаться. Когда мы подошли ближе, выяснилось, что эти люди столпились вокруг мальчика, забившегося в угол, лет семи-восьми от силы. Он же, в свою очередь, не хотел сдаваться и отбивался от них киркой, которая была уже в крови. Рядом с ним лежало тело мужчины с пробитой головой. Мальчик дико озирался и рычал. Когда мы подошли ближе, то все остальные разошлись, а он испуганно замер с киркой в руке. Взглянув ему в глаза, я вдруг вспомнил себя самого, когда появился на Д-45. Тот почти панический страх и ужас, которые тогда руководили мной.

- Что здесь происходит? - четко и с расстановкой спросил я.

Мне тут же ответил смотритель цеха.

- Этот ублюдок мелкий убил моего помощника! - очень эмоционально, почти брызжа слюной, выкрикнул он.

Я поморщился.

- Попрошу вас выражаться более уравновешенно и цивилизованно. Вы все-таки не дикарь и живете в Империи! - на последнем слове я сделал особое ударение.

Мужчина побагровел от злобы, но промолчал. Ещё бы он посмел мне что-нибудь сказать. Быстро бы отправился на переподготовку. Я продолжил:

- Теперь подробней. Зачем он это сделал? Как он это сделал? Сколько ему лет? Кто его родители? Как его зовут?

Ответить он не успел, за него ответил мальчишка. Голос его слегка дрожал от страха и гнева, но сам он распрямился и гордо вскинул голову, потом, смерив надсмотрщика ненавидящим взглядом, он представился:

- Меня зовут Кристиан Дерек Вандерлоган-третий!

Оппа!.. Да этот мальчик аристократ. Интересно, как он здесь оказался? Разве что его родителей сослали сюда. Только за что?..

- И эта мразь только что сожгла мою мать в печи! - выкрикнул мальчик и плюнул на тело, лежащее рядом.

- Ах ты, тварь! - заорал на него надсмотрщик и одним хорошим ударом в лицо свалил мальчика с ног, потом тут же добавил еще пару увесистых пинков, по ребрам.

Мальчик не пикнул, только всхлипнув, свернулся в клубочек, словно его неожиданно покинули все силы.

Смотритель обратился ко мне.

- Простите меня за это недоразумение. Этого гаденыша скоро отправят вслед за его родителями...

Говоря это, он смотрел только на меня и совсем забыл про мальчишку. А тот дотянулся до своей кирки и, опередив всех, с размаху вонзил её в бедро смотрителю. Сверху вниз. Так, что она застряла где-то над коленом. Смотритель дико взвыл и, схватившись руками за бедро, откуда толчками била кровь, свалился на пол.

Я внимательно посмотрел на мальчика. Его глаза блестели и от страха, и от решимости убить как можно больше народу до того, как убьют его. Ребенок с полностью искалеченной психикой...

К нему уже бежали другие помощники надсмотрщика с явным намерением убить.

А мальчик, выдернув кирку из ноги смотрителя, чем вызвал его новые дикие крики, стоял и ждал. Готовился умереть.

Я смотрел на него и вспоминал себя. Страх, боль, отчаяние, которое ты никому не можешь показать, и затаенное желание жить. Хотя сознание говорит, что ты сейчас умрешь, но все же что-то в тебе еще надеется. Слепо и безумно. Внезапно мальчик посмотрел мне в глаза, и я убедился в правоте своих ощущений. В его глазах был страх.

Как у меня... Тогда, давно... Больно...

Задохнувшись, я выдохнул:

- Остановитесь.

И тут же поставил энергетический щит между мальчиком и теми, кто хотел его убить. Все в недоумении уставились на меня.

- Прекратите! Хватит! - я взял себя в руки и придал голосу особую жесткость, чтобы никто не посмел что-либо сказать или тем более ослушаться моего приказа.

Наступила гробовая тишина. Лишь слабо стонал раненый надсмотрщик. И куча недоуменных взглядов. Мальчик тоже смотрел на меня, но страх в его глазах становился только сильнее, потому что я дал ему надежду на спасение. И эта надежда тут же выпила часть его решимости убивать. Черт! Я не мог его там оставить! Набрав воздуха в легкие, я заговорил. Как обычно - холодно, слегка надменно, кратко и четко. Я просто ставил всех здесь присутствующих перед фактом, который никто не осмелится оспорить.

Я имел право забрать отсюда мальчишку. На этой захолустной планетке мои права были ограничены разве что самыми высшими чинами Империи. Которых здесь, естественно, не было.

- Этого ребенка я заберу с собой. В Империи с ним разберутся.

Некоторое время стояла такая же гробовая тишина, как и до моего заявления. Потом кто-то из помощников смотрителя слабо и неуверенно сказал:

- Но он убил человека и заслуживает смерти...

Я резко обернулся к нему и позволил своему гневу проскользнуть во взгляде. Мужчина съежился и застыл на месте.

- Вы, я полагаю, тоже неоднократно убивали? - произнес я ледяным тоном. - Значит, тоже заслуживаете смерти. Мне что, решить вашу судьбу? Я имею на это право. Так же, как и на то, чтобы забрать этого ребенка. Ну как? Мне восстановить справедливость?

Я пристально посмотрел ему в глаза. Мужчина съежился еще сильнее и сделал шаг назад. Потом мелко потряс головой в знак отрицания. Правильно, жить всем хочется. Наверное, всем, кроме меня...

Я снова обернулся к мальчику и, протянув ему руку, сухо сказал:

- Пойдем со мной... - потом, увидев, что мальчик сомневается, так же сухо добавил: - Это твой единственный шанс выжить.

Мальчик еще раз посмотрел в мои холодные глаза и молча сделал шаг вперед. Потом посмотрел на мою руку и покрепче вцепился в кирку.

Я убрал руку. Сообразительный малыш растет. Нужно взять его под свою опеку.

Тогда, в тот день, мы вернулись на А-1. Там я без лишних слов накормил его и отправил спать. Мальчик был красив, особенно после того, как я его отмыл. Правда, его излишняя худоба немного пугала, но это можно исправить, а вот его глаза... Глаза загнанного в угол волчонка. Мне постоянно казалось, что он готов броситься на меня, если я сделаю что-то не так, и он почует в этом опасность. Но я все делал сухо и спокойно.

Только потом, поправив на нем одеяло, я понял, что меня всего трясет. В прямом смысле этого слова. Трясет мелкой дрожью. Это меня сильно поразило. Ведь такая дрожь означала лишь одно. Страшный диагноз для любого имперца. Психоэмоциональная дестабилизация. Я должен был немедленно отправиться на лечение с последующей переподготовкой. Где мне снова вольют в мозг то, как я должен себя вести. Естественно, я никуда не пошел...

- Сэр? - голос одного из техников отвлек меня от воспоминаний. - Портал готов.

Пора. Я шагнул в портал, небольшую каменную площадку в форме квадрата, окруженную почти невидимым силовым барьером. Передо мной тут же проявилась полупрозрачная сенсорная панель. Я ввел координаты той планеты, где когда-то спас Кристиана. Тогда я и представить себе не мог, насколько дорогим станет мне этот мальчишка с глазами волчонка...

*ЛК - есть практически у каждого имперца(исключением являются существа имеющие индивидуальную непереносимость вживления в тело, так же те кто живет на планетах с очень низким уровнем развития и существа обитающие на планетах который находятся в резервации) Личный компьютер, вживляется под кожу на левом запястье и имеет форму небольшой таблетки. При нажатии на , разворачивается небольшой голографический интерфейс. Сворачивается так же. ЛК совмещает в себе функции телефона, портотивного компьютера, аудио и видео записи.

**ССС (или 3С) - специальная служба спасения. Высылается на поиски пропавших солдат, особо важных для Империи. Решение об отправлении ССС принимает Совет Империи (состоящий из главнокомандующих имперских войск).

***ГК - галактический корабль.

ГЛАВА 2. Странная знакомая.

Г-35.Планета Доменных печей.

2072г. от создания Империи.

Я вышел на закопченную планету. Цеха. Всюду цеха, насколько взгляда хватает. Дым, копоть, гарь. Дышать без специальной маски очень тяжело и смертельно опасно. Воздух, пропитанный насквозь всякими смолами и веществами, которые выделяются при сгорании, просто сжигал человеческие легкие изнутри. Не сразу, конечно, а так, со временем.

Я надел дыхательную маску. И дышать в разы легче, и лица не видно.

Мимо меня бродили люди. Полумертвые. Кругом слышался кашель и стоны. Но люди шли... Кто домой, на законные пару часов отдыха, кто на работу в цеха. Каждый день здесь в муках умирали сотни людей и тут же присылались новые. Империя велика. По-настоящему велика. Сотни тысяч планет и миров в её владениях. Поэтому недостатка в людях Г-35 никогда не испытывала. Сюда попадали те, кто не угодил Империи. Те, кого не могли посадить на Д, из-за недостатка материала обвинения. Поэтому их просто ссылали сюда. С глаз долой, из сердца вон. Все прекрасно знали, что здесь умирают быстро и тихо.

С такими мыслями я зашагал на восток. Туда, где находился центр управления этой планетой.

Вначале нужно узнать, где в последний раз видели Криса. Все происходящее на этой планете записывалось на камеры, а записи хранились в центре. Проникнуть туда мне не составило особого труда, причем даже незамеченным. У них слабая защита и плохие блоки на телепортацию - видимо, недостаточность финансирования. При желании можно точно рассчитать точку перемещения - и вперед. Если сил хватит. А у меня их было достаточно.

Подойдя к внешней стене центра управления, я прикрыл глаза и сосредоточился, мысленно сканируя все здание.

Раз... первый этаж. Полностью забит людьми.

Два... второй этаж. Офисы. Люди в избытке.

Три... третий этаж. Полупустой.

Четыре... хм, как раз то, что надо.

Задав координаты, я открыл портал и уже через секунду был на четвертом этаже. Там был всего один охранник, и я его быстро отключил ментальным ударом. Все. Накинув на себя невидимость, я прошел к терминалу. Теперь нужно немного поторопиться. У охраны раз в полчаса происходит проверка связи.

Мои пальцы быстро запрыгали по клавиатуре, вводя данные Криса. Терминал начал обработку. Через пятнадцать минут на экране появился результат. Последний раз Кристиан был замечен в цехе ? 28. Туда я и отправился, перед уходом приведя в чувство охранника, правда, немного подправив ему память.

Пока я шел к нужному ангару, в моей душе зрело убеждение, что я помню его. Я там был, правда, очень давно, но у меня слишком хорошая память...

И, правда, когда я подошел к этому цеху, я его узнал. Именно отсюда я забрал Криса много лет назад. И кажется, мне предстояло сделать это снова.

Вокруг цеха мельтешили люди, но внутри него было подозрительно тихо и пусто. Печи горели, а людей не было. Как только я вошел в цех, за мной с хлопком закрылись двери.

Очень интересно...

Полумрак и нереальная тишина. Свет от печей рассеивал темноту лишь немного, и я почти ничего не видел. Тем не менее, я не волновался. Незачем... Мне вот только интересно, кто меня тут запер? Выходи...

- Добрый вечер, Виктор, - тут же раздался приятный женский голос откуда-то сверху. Абсолютно мне незнакомый.

Я кивнул, будучи полностью уверенным, что эта неизвестная меня видит. Только что ей от меня надо?

- Я вас долго ждала.

- И зачем же? - спросил я.

- У меня к вам предложение, - ответила незнакомка.

- Какое?

- Вы ведь пришли сюда за Крисом?

Я нахмурился.

- Так это вы...

Договорить я не успел.

- Да, это я, Виктор. Я задержала Кристиана у себя в гостях.

- Ясно. Так что у вас за предложение ко мне? - через силу произнес я. В душе зарождалась смутная тревога. Все это мне не нравилось. Очень.

- Предложение заключается вот в чем: я хочу с вами поиграть.

- Поиграть? - я немного удивился.

- Да. Поиграть. И в случае победы я верну вам Криса.

- А в случае проигрыша? - спросил я.

- Вы умрете, и Крис тоже.

Да. В принципе, логично.

- В чем суть игры?

- Вы должны пройти через этот цех и забрать ту вещь, которая лежит в его конце. Если вы доберетесь живым, то вы выиграли. Если нет, то, увы, Крис умрет. Обязательное условие: никаких способностей. Ни щитов, ни телекинеза. Ничего. И поверьте мне... Увижу - вы труп. Согласны?

Голос незнакомки, которую я по-прежнему не видел, звучал нежно, ласково и вкрадчиво. Создавалось впечатление, что она хочет проникнуть в душу. Но в моей она ничего не обнаружит, Дэниэл слишком хорошо меня учил. Так что я не беспокоился. А вот играть мне с ней не особо хотелось. С другой стороны, если я откажусь, Крис, скорее всего, умрет. Моя интуиция подсказывала мне, что она не врет и Кристиан действительно у нее. Так что, на мой взгляд, выбора на самом деле и не было.

- Согласен. Только где гарантии? - спросил я.

- Гарантии? - кажется, она даже удивилась. - Я не банк, чтобы давать гарантии. Так что придется тебе поверить мне на слово. Да и вообще, пожелай я тебя убить, сделала бы это давно. Все равно в этом цехе ты уже не сможешь использовать свои способности. Крышка захлопнулась с твоим словом 'согласен'. Ты в игре.

Я прислушался к себе. Действительно способности были полностью заблокированы. Видимо, она очень сильный псионик, если так в полминуты смогла меня ограничить.

- Ну, - вновь раздался голос незнакомки, - вперед. Игра начинается.

- Подожди, - попросил я. - Могу я тебя увидеть?

Раздался тихий смех.

- Ну, хорошо, можешь. Только зачем?

И вправду - зачем?

- Не знаю, - я пожал плечами, - просто хочу тебя увидеть.

Снова смех. Потом прямо передо мной появилась девушка. Невысокого роста, брюнетка с голубыми глазами. Судя по бледности кожи, не человек. Ее кожа почти просвечивала и слегка сияла. Одним словом, она была красива.

- Ну? Довольны? - спросила девушка.

- А имя? - неожиданно для себя спросил я.

Она опять рассмеялась, и я понял, что мне нравится ее смех. Что за наваждение?

- Имя... если захотите, узнаете его после. А сейчас вперед, в игру, - и она исчезла.

Передо мной снова раскинулся глубокий полумрак. От света печей даже стало как-то уютно. Захотелось расслабиться, сесть прямо на пол и сидеть смотреть в огонь, как дома перед камином... никуда не торопиться, не идти... сидеть и отдыхать...

Что за черт!

Я резко дал себе пару пощечин, в голове сразу прояснилось. Откуда такие мысли?! Над головой опять прошелестел смех.

Ну да. Конечно. Кто сказал, что она не будет мне мешать? Ладно. Сыграем.

И я двинулся через полутемный цех. В конце него, была еще одна дверь. Кажется, туда я и должен был добраться. Вокруг тишина, только мягкий шорох моих шагов. В далеком прошлом, еще на Б-16, я очень боялся темноты, почти до паники. Но с тех пор прошло очень много времени, и я пережил многое, поэтому сейчас темнота меня не пугала, а скорее раздражала. Просто при таком освещении я почти ничего не видел и не знал, что мне уготовила таинственная любительница поиграть. Огонь в печах плясал странными отсветами на стенах. Они заставляли постоянно быть в напряжении. И мне это тоже очень не нравится.

Неожиданно я услышал шорох слева от себя. За одной из печей... Естественно, ничего не было видно... Я остановился. Шорох повторился снова. Медленно положив пальцы на рукоять пистолета, я тихо извлек его из кобуры. Потом сделал пару шагов в сторону шороха.

Тут мне сзади на голову спикировала, и весьма удачно, какая-то летучая тварь. Треск ткани, резкая боль, и буквально через пару секунд по моей спине потекла кровь. Теплая, похожая на подогретое вино. Тварь торопливо полезла мне на голову, глубоко впиваясь острыми когтями. Рыча от боли, я все-таки скинул с себя это чудо природы и тут же расстрелял, даже не пытаясь рассмотреть, что это было.

Отдышавшись, мысленно оценил раны. Неглубокие, но многочисленные, и сильно кровоточили. В основном на спине, пара на лице и еще несколько ран на груди. Кровь заливалась в глаза и мешала что-либо видеть.

Крепко ругнувшись на себя за рассеянность - никогда нельзя забывать о тылах - я прислушался. Шороха больше не было. Снова наступила тишина, и только кровавое месиво на полу и раны напоминали о случившемся.

Я решил не думать над тем, что это было, и просто пошел дальше. Примерно половину цеха я прошел спокойно. Никто мне на голову больше не пикировал, и шорохов тоже не было. Только тишина и мои шаги.

А вот потом я услышал плач. Почти у конца цеха. Детский плач. Я пошел на него, но теперь помнил о своем тыле и оружие держал наготове. Дойдя до одной из печей, я увидел рядом с ней скрюченную тонкую фигурку. Она плакала, тихо, с всхлипами. Аккуратно, шаг за шагом, я приближался к девочке. А потом она подняла голову, и я резко остановился. Передо мной сидела Аннира. Моя давно потерянная сестра с Б-16. Что это? Очередной фокус?!

Девочка смотрела на меня испуганными заплаканными глазами. Этого не может быть! - твердил мой разум, а глаза убеждали в обратном. Вот она! Живая! Она здесь. Одна из двоих самых дорогих для меня людей, ради которых я все это и затеял, это восстание - только ради них. Я хотел, чтобы мы были вместе, и вот...

Стоп! Но сколько прошло лет? Больше четырехсот. А Аннира повзрослела совсем чуть-чуть! Такого быть не может! С одной стороны, а с другой - возможно, у нас время течет по-разному...

- Виттор? - прервала мои мысли девочка. И я даже пистолет от удивления опустил. Откуда... откуда она знает мое настоящее имя?! Его никто не знает...

- Виттор? - снова повторила девочка дрожащим голосом. - Виттор, это ты?

Я медленно, как во сне, кивнул. Девочка встала и несмело сделала пару шагов ко мне. Я же стоял как вкопанный. Неужели это на самом деле она?..

Девочка неожиданно разревелась и, бегом преодолев расстояние, разделявшее нас, крепко обняла меня.

- Виттор, я так скучала. Я очень боялась, что ты умер. Тогда... - и она снова заплакала.

Я, больше не в силах сдерживаться, обнял ее в ответ. Так мы и стояли. Она плакала. Я нет. Не мог. Но так больно мне давно не было. Мы просто стоял, крепко прижавшись друг к другу. Потом, минут через пятнадцать, я все-таки отпустил ее. Она же по-прежнему обнимала меня.

- Анни? - неуверенно спросил я.

Она со слезами на глазах кивнула, но на губах уже возникала улыбка.

- Я думал, что потерял тебя, - горло сдавили давно невыплаканные слезы. Слова давались с трудом и даже какой-то болью. Даже дышать было трудно.

- Я тоже думала, что потеряла тебя. Боги, как я рада, Виттор! - радостно сообщила мне Анни. - Как я рада!

- Я тоже рад... тоже...

Боль постепенно отпускала, и сердце заполнялось радостью. Она действительно живая, теплая, и сердце бьется, и улыбка на губах. Моя любимая сестренка. Посмотрев на нее, я снова улыбнулся. Потом опять сжал ее в объятиях, так крепко, что она счастливо пискнула. Радость переполнила мою по жизни истерзанную душу. И теперь я заплакал. Мне не было стыдно или наоборот. Я просто плакал. Слезы текли сами по себе. Я был счастлив...

А потом меня пронзила боль. Острая, где-то в районе лопаток, и через секунду я почувствовал, как кровь струится вниз по спине. Отпустив Анни, я в удивлении сделал шаг назад. Лицо ее исказилось в злобной гримасе, и раздался жуткий смех. Моей сестры больше не было. У той, что стояла передо мной, было ее лицо, но не более. Она резко толкнула меня. И я упал...

Что-то острое проткнуло меня насквозь и вышло из груди. Боль и удивление. Нереальность происходящего. Во все это я погружался медленно, не торопясь. Я ничего не делал, просто лежал, не в силах поверить, что это произошло со мной. Не могу поверить, что это я лежу в луже собственной крови и руками сжимаю клинок, пронзивший меня. Слишком короткий для меня, он был похож скорее на игрушку, чем на оружие. Сделан для детской руки, но очень острый. В недоумении я провел по нему пальцами и порезался.

Он реален. А значит, я умираю. Наверное? Или нет?..

Внезапно мне опять стало очень спокойно и хорошо, как в тот момент, когда я стоял в начале цеха. Но сейчас я даже не хотел сопротивляться этому сладкому ощущению. Скоро все закончится, потому что я проиграл. Проиграл, а это значит, что Крис умрет. Тогда и мне незачем жить. Не хочу. В этой проклятой жизни и так было много боли. Я заслужил смерть. И бедный Кристиан, которого судьба привела в мои объятия, тоже заслужил отдых.

Я верю в то, что мы с тобой скоро встретимся.

Верю... и очень тебя люблю.

Мы встретимся, и я познакомлю тебя с Вартом. Ты ему понравишься. Прости, что так вышло, но happy-end - это глупая сказка. Прости. Ты не должен был со мной встречаться. Лучше бы ты умер... Тогда, давно...

Я опять не заметил, как слезы потекли вниз по щекам, смешиваясь на полу с кровью.

Я глуп. И поэтому... Крис умрет.

Как?! Зачем?! Люди шли за мной! Умирали за меня! С моим именем на губах... А меня оказалось так легко сломать.

Так легко...

Додумать я не успел, мысли спутались, и, наконец, наступила темнота.

Г-35. Планета Доменных Печей.

2072 год от создания Империи.

- Вик, вставай, - шептал самый нежный голос на свете. А губы целовали меня так, что просыпаться точно не хотелось.

Ох, Сэлл. Опять она не с Крисом.

- Вик, ты проиграл. Вставай, глупышка, - в голосе прозвучали торжествующие нотки. Незнакомые.

Я резко открыл глаза и попытался сесть. Но тут же со стоном упал обратно. Оказалось, что я лежу на достаточно удобной кровати. А надо мной склонилась та самая таинственная незнакомка.

- Доброе утро, спящий красавец, - с улыбкой сказала она.

Я промолчал, разглядывая комнату. Та была небольшой и вполне уютной. Все мои раны были перевязаны.

- Вик, не будь грубым, тебе не идет. Ответь мне, пожалуйста.

- Доброе утро, - выдавил из себя я, внимательно смотря на нее. Она по-прежнему была красива и спокойна. На губах играла улыбка, в газах плясали огоньки.

- И что дальше? - не выдержав, спросил я. - Я проиграл. Что теперь? Почему я еще жив?

- Спокойней, - она улыбнулась. - Ты жив, - она неожиданно положила руку на мою перебинтованную грудь, - потому что я так захотела, - ее голос упал до шепота.

Я удивленно посмотрел на нее. Странная женщина, но чем-то притягательная. Она же наклонилась и снова поцеловала меня. Нежно, бережно, как будто боясь причинить мне боль. Я не ответил. Хотя это было трудно.

Она отстранилась и сказала:

- Ты холоден. Почему? - в глазах был интерес.

Я вздохнул.

- Из-за меня умер Крис... И после этого ты ждешь от меня какой-то реакции?

Она рассмеялась.

- Ты глупый...

- Возможно, но скорее просто дурак, - возразил я. Я не считал ее в чем-то виноватой. Хотя ничего не знал ни о ней, ни о ее целях.

- Нет, - с улыбкой ответила она. - Ты не дурак. Не дурак. Ответь мне на вопрос.

- На какой?

- Почему ты не кричишь на меня, не требуешь объяснений, не оскорбляешь?

Я удивился.

- А зачем?

Теперь, кажется, она удивилась.

- Зачем? - снова повторил я. - Во всем виноваты только мы сами. И если Крис умер, то в этом только моя вина. Это я попался на твою удочку, и весьма удачно. Это я не смог сохранить свой разум чистым.

Она с улыбкой слегка покачала головой.

- Странный ты человек, Виктор.

- Аналогично, - ответил я.

- Я не человек.

- А кто ты?

Девушка внимательно посмотрела на меня.

- Существо с одной из далеких планет. До которых Империя еще не добралась.

Я хмыкнул.

- И что ты здесь делаешь?

- Ну, у нас там очень скучная и размеренная жизнь. Вот я и отпросилась... поиграть.

- Поиграть?!

- Да.

- Хорошо. А я тут при чем? Почему надо со мной играть?

Она снова засмеялась.

- Ну как?! Представь, я, ничего не знающая, приезжаю на чужую планету, как говорится, в поисках приключений. И что я слышу? Кругом ходят легенды про некоего Виктора. Главного врага всей Империи! Мне стало интересно, кто ты? Чем живешь? Кого любишь? Кого ненавидишь?

- Зачем тебе это?

Она пожала плечами.

- Не знаю. Мне было скучно. А ты меня развеселил.

- И из-за этого надо было убивать?! - упавшим голосом спросил я.

- Кого убивать? - она даже удивилась.

- Криса.

На ее лице снова возникла улыбка.

- Он жив.

- Жив?!

- Конечно. У меня не стояло целью сделать тебе больно. Просто я хотела посмотреть на твою реакцию. Изучала.

- Изучала? - кажется, до меня все плохо доходило.

- Да. Расслабься, пожалуйста. Все в порядке.

Я молчал. Она всего лишь играла.

- Эй, Вик? Ты жив? - она озабоченно потрогала мой лоб.

Я молчал.

- Вик. Все в порядке. Мне было интересно с тобой, и я отпущу и тебя, и Криса.

- Правда? - почему-то спросил я. Как-то по-детски.

- Правда. Вы уйдете, а я пойду дальше.

- Куда?

- Вначале домой, а потом... не знаю. Пока не знаю.

- И все-таки я не понял, зачем тебе это?

- Я уже объяснила. Возможно, что ты и не поймешь... Все, вставай. Тебе пора... и мне тоже.

Она встала и подала мне руку. Я принял ее и с трудом поднялся. Все болело, но боль меня сейчас не сильно беспокоила. Больше беспокоило ощущение нереальности происходящего. Как будто это был не я, а кто-то иной. Глупый и несмышленый...

Она отошла от меня, и я покачнулся.

- Ну, ну. Не падай, - произнес ее ласковый голос.

- Не издевайся, пожалуйста, - сказал я.

- Я не издеваюсь, - потом добавила, - если честно, ты мне нравишься... И я бы осталась здесь. С тобой, если бы ты того захотел...

Я молча слушал. А она, теперь почему-то грустно, продолжила:

- Но мне пора идти. У нас ограничено время пребывания вне нашей планеты. И мое истекает. Скоро я просто исчезну.

- Но ты сможешь вернуться?

Почему-то мне вдруг захотелось, чтобы она осталась. И она, и Крис, и Сэлл...

Она неуверенно пожала плечами.

- Не знаю. А если и да, то очень не скоро. Ты успеешь меня забыть.

Я отрицательно покачал головой.

- Нет. Я мало кого забываю.

- И зря. Неумение забывать - это плохо...

- Наверное. Я по-другому не умею.

- Или просто не хочешь. По глазам твоим вижу, что ты привык к боли, свыкся с ней, сжился и теперь не хочешь отпускать ее. Те воспоминания, что причиняют тебе боль... Отпусти их. И живи дальше.

Я слегка задумался.

- Да, ты права. Я привык жить с болью в сердце и считаю, что заслужил это. На моих руках много крови. Я убийца.

Она снова подошла ко мне и провела ладонью по лицу. От ее ладони пахло ванилью. Не сдержавшись, я поцеловал руку, скользившую по моему лицу. Она снова улыбнулась.

- Ты просто глупый... с одной стороны, очень сильный, а с другой, уязвимый и слабый...

Я просто молча смотрел на нее. Что она за странное существо?! Я был почти влюблен в эту странную, хрупкую женщину, которая узнала обо мне в короткий срок больше, чем я сам о себе знал. Она каким-то неуловимым образом смогла сломать меня и одновременно не унизить...

Она снова отошла. А потом неожиданно сказала:

- Знаешь, в бреду он постоянно говорил о тебе.

- Крис? - догадался я. - И почему в бреду? Что с ним?

- Все нормально. Уже. Просто его организм не выдержал моего натиска и кое-где сломался. Не бойся, я его уже вылечила. Сейчас он спит. Но пока бредил, много говорил о тебе...

Я вздохнул.

- И что он говорил?

- Многое. Но, в основном, просил тебя не уходить.

Я закрыл глаза. Сколько он этого не просил, я все равно ушел, я всегда ухожу. Всегда.

- Ты ведь его бросил?

Этот вопрос резанул меня по сердцу. И я счел возможным не отвечать на него. Но она не оставила меня в покое.

- Ответь. Это правда?

Я кивнул. Пусть. Пусть будет так. Хотя я считаю, что я его не бросал. Я его оградил от опасностей, которые ходят рядом со мной.

- Ты глупый, глупый, глупый, - трижды повторила она и начала таять в воздухе.

- Стой, - выдохнул я, - останься.

- Не могу, не могу. Иди. Крис в соседней комнате, он проспит еще часов десять. Вам никто не помешает уйти...

Она почти полностью растаяла. Я протянул руку и коснулся ее щеки. Она же тоже просто поцеловала ее.

- Как тебя зовут? - спросил я.

- Ты проиграл, а имя мог узнать только в случае выигрыша, - ответила она с улыбкой и окончательно растворилась.

Моя рука упала, и тут до меня долетел шепот:

- Мирелла, мое имя Мирелла.

Я улыбнулся. Мирелла. Буду помнить. Хотя она говорила, что помнить всех - это на самом деле плохо. Я не знаю.

Держась за стенки, я, превозмогая боль в теле, пошел к двери. За ней оказался довольно длинный пустой коридор, тускло освещенный несколькими лампами на потолке. Я медленно осмотрелся и заметил, что соседняя дверь была приоткрыта. Так же, по стеночке, я добрался до нее. Тело от движения начинало болеть сильнее, и я сжал зубы, чтобы сдержать стоны. Видимо, меня она подлечила лишь слегка.

Взглянув на бинты, я увидел на них кровь. Раны открылись, надо поторапливаться. А то еще немного, и я лягу прямо тут. И уж вряд ли мне кто поможет.

Добравшись до двери, я открыл ее и зашел в комнату. Там царил полумрак. Обстановка была спартанская. Кровать, на которой спал Крис, и стул.

Я подошел к кровати. Крис спал. Вот он. Живой. По-прежнему красивый, как и двадцать восемь лет назад, когда я его выгнал из группы. Не удержавшись, я погладил его по волосам, потом по лицу. Он сквозь сон улыбнулся. Эта теплая знакомая улыбка моего любимого человека...

Внезапно у меня закружилась голова, и я плавно осел на пол рядом с кроватью. Слишком много странного произошло за последнее время. Много необычного нового и хорошо забытого старого. Мозг отказывается работать.

Когда головокружение прошло, я проверил, не стоит ли здесь блоков на телепортацию. Их не было. Я с трудом открыл портал, взял взяв Криса на руки, и шагнул вперед, в чуть мерцающую дымку подпространства. На сердце было тяжело... И даже не знаю, от чего именно.

Портал открыл на А1. В дом Сэлл и Криса. Думаю, моих сил еще хватит, чтобы остаться незамеченным хотя бы пару часов...

А1. Империя. Планета Правителя.

2072 год от создания Империи.

Из портала я буквально вывалился. К счастью, на полу лежали маты. Видимо, Сэлл занималась гимнастикой. Поэтому мы с Крисом приземлились весьма удачно. Но от удара, пусть даже обо что-то мягкое, у меня снова потекла кровь. Я сжал зубы и чуть приподнялся, чтобы посмотреть как Крис. Он находился подо мной, по-прежнему спал.

- Вик?! - раздался удивленный и обеспокоенный голос Сэлл.

Я обернулся. Она выбежала из душа, в одном полотенце и с мокрыми волосами. Такая красивая и обеспокоенная, что я не выдержал и сказал:

- Какая ты красивая.

Она резко нахмурилась.

- Вик! Что ты тут делаешь, да еще в таком состоянии!

- Криса принес, - меня забавляла ее злость. Сэлл, когда сильно переживала, всегда злилась. И от этого становилась еще красивее.

- Я вижу! Блин, Вик - ты придурок! - и с этими словами она бросилась ко мне. Присев рядом со мной на колени, Сэлл вначале осмотрела Криса на предмет внешних повреждений, а потом со злым взглядом принялась за меня.

- Ты, ты... ааа! Витторио, еще будешь меня пугать! Сама убью!

Не выдержав, я рассмеялся и тут же получил хороший удар, как раз по ране. Мой смех резко оборвался, и я закашлялся.

- Вик! Прости... - Сэлл осторожно оттащила меня от Криса и уложила на пол. - Прости. Прости. Я сейчас тебе помогу. Просто не надо меня пугать.

С этими словами Сэлл принялась за дело. Ее руки замелькали над моей грудью. Она более сильный целитель, чем я, но не абсолют, поэтому лечит очень редко, это отнимает у нее много сил. Боль стала утихать, а вместе с нею и ослабленное сознание. Я засыпал. Последнее, что было перед моим лицом, это руки Сэлл...

***

Проснулся я на кровати. Бинтов больше не было, раны тоже, остался только шрам. Рядом никого не было.

Аккуратно встав, я двинулся к двери, и тут как раз в нее вошла Сэлл с подносом, на котором была еда. Желудок тут же услужливо напомнил мне о том, что я жутко голоден. Сколько не ел, не помню. Никогда не считал еду чем-то особо важным. Сэлл выглядела очень уставшей. Еще бы! Сколько она потратила на меня сил.

- Уже проснулся? - спросила она. Голос тоже был уставший. - Я тебе еды принесла. Ешь, тебе силы надо восстановить, а потом уходи, пока тебя не заметили. И пока Крис не проснулся.

Она поставила поднос с едой на прикроватный столик, а сама устало осела на кровать. Наступило молчание...

Я по наитию подошел к ней и, сев прямо на пол, обнял ее за ноги. Что говорить, я не знал, да и просто не хотелось ничего говорить. Хотелось молчать и сидеть вот так, наплевав на все и всех.

Сэлл устало вздохнула.

- Вик, когда все это закончится? Ты знаешь, я сильная, и многое могу вынести, но всему есть предел...

Я слушал. Она давно со мной нормально не разговаривала. А ведь Сэлл женщина, пусть даже сильная. Ей это необходимо. Но ответить на ее вопрос я не мог. Не знал, что ответить. Поэтому просто обнял ее крепче. Сэлл продолжила.

- Я устала за вас волноваться. За тебя, за Кристиана, - она глубоко вздохнула. - Устала сдерживать ярость и слезы, когда слышу очередную ложь про тебя. Устала смотреть на измучившегося Криса, который месяцами пропадает на самых опасных заданиях в надежде найти тебя. Он сейчас спит и не знает, что тот, кого он так жаждал найти, находится в соседней комнате. А я буду снова лгать ему. Что-то придумывать, - она снова вздохнула, на этот раз более судорожно и продолжила, но уже со слезами в голосе, - мне больно, Вик...

Мне даже не надо было поднимать глаза вверх, чтобы видеть, что Сэлл плачет. Я встал и, присев рядом с ней на кровать, просто обнял ее. Она вздрогнула и вжалась лицом мне в грудь.

- Мне больно, - снова заговорила она, - больно смотреть на то, что ты делаешь. Ты же уродуешь людей.

Она плакала. А мне словно передалась вся ее боль, и я с какой-то мазохистской благодарностью неизвестно кому, наслаждался ею.

- Ты делаешь больно всем, кто рядом с тобой. Всем тем, кому ты дорог, - с этими словами Сэлл крепко вцепилась мне в плечи. - Иногда мне кажется, что ты делаешь это специально. Специально стараешься сделать больнее...

Я молчал и просто крепко обнимал ее. Ничего не хочу говорить.

- Но я знаю, что это не так. Ты не специально, не специально, просто по-другому не можешь, не получается...

И она вновь замолчала. Только слезы текли и текли. Никаких рыданий, истерик и прочего. На это у нее не было сил...

Сэлл плакала долго. Я же молчал и держал ее у себя в объятиях. Потом она отодвинулась от меня и, вытерев лицо рукой и посмотрев мне в глаза, произнесла:

- Вик, знаешь, чего я хочу?

- Чего? - впервые за долгое время спросил я.

- Хочу спокойно жить с тобой и Крисом. Нарожать детей, и длинными вечерами, уложив детей спать, сидеть у камина с вами в обнимку и вспоминать все, что сейчас происходит, со смехом.

Я улыбнулся и продолжил:

- А утром вставать и дружно готовить завтрак. Потом детей отправлять учиться, а самим сбежать куда-нибудь на планету Пушистиков или на А9. Вечером возвращаться уставшими, но счастливыми, и так всегда...

Теперь уже она улыбнулась и кивнула.

- Это невозможно, - сказал я.

Сэлл снова кивнула.

- Я знаю. Знаю, что даже если мы все выживем и завоюем свободу... Даже тогда такой идиллии не будет. Такая безмятежная жизнь не для нас. Но можно создать что-нибудь подобное... В это я верю... Мы достойны счастья, Вик, достойны...

Я кивнул и, крепко обняв ее, сказал:

- Я постараюсь, чтобы ты осуществила свою мечту.

- Ага, - почему-то с легким смешком сказала Сэлл, - и начнем мы с малого. Постараемся выжить. И для этого ты сейчас телепортируешься отсюда и постараешься рисковать как можно меньше. Хорошо?

- Хорошо, - ответил я.

Сэлл уже улыбалась. Это хорошо, значит, она приходит в норму.

Неожиданно в коридоре раздался голос Криса:

- Сэлли, Сэлли...

Я вздрогнул. Сэлл метнулась к двери и заперла ее.

- Иди, Виктор, иди, - шепотом сказала она.

- Сэлл,- это снова Крис.

Такой родной, знакомый голос. Сердце опять сдавила боль. Сколько этот кусок камня может болеть? Может, хватит?!

- Вик, иди уже отсюда, если хочешь сохранить свою глупую тайну! - прошипела Сэлл.- Еще секунда, и я свяжу тебя, а сюда пущу Криса. Думаю, целителя для тебя тоже сразу вызову...

Она начинала злиться. А я улыбнулся. Да, если сейчас сюда пустить Кристиана... Будет много интересного... Улыбка снова скользнула по моим губам.

- Вик!!! Твою... - это Сэлл.

В дверь постучал Крис.

- Сэлл? Ты здесь? - голос у него был слегка растерянный.

Прежде чем Сэлл успела что-то сказать, я быстрыми и тихими шагами подошел к двери. В нее снова постучал Крис.

- Сэлл?

Не удержавшись, я положил свою ладонь на дверь примерно на уровне лица Криса. Как же я давно не прикасался к нему. Не считая сегодня, когда я нес его спящего. Крис... Мне вдруг дико захотелось открыть дверь и, заключив его в объятия, зацеловать... и не только зацеловать. Желание возникло резко и сильно, так, что мурашки по коже... Как бы хотелось... Вот прямо сейчас...

Я с тихим стоном сжал ладонь в кулак, царапнув ногтями дверь и уткнувшись лбом в нее же.

- Сэлл?! С тобой все в порядке? Объясни, что происходит? - это опять Крис. Он начинал нервничать. Милый мой человечек...

Сзади мне на плечо легла рука Сэлл. Я вздрогнул.

- Вик, теперь точно пора. Иди. Ты можешь приходить ночью, если хочешь его увидеть, не раскрывшись.

Я криво усмехнулся. Потом, порывисто обняв ее, открыл портал на планету, где стоял мой лагерь, и исчез...

ГЛАВА 3.

Планета "Вечная ночь"

Планета вне классификаций.

2072 год от создания Империи.

В лагере все было по-прежнему. Все работали, занимались своими делами. Я же быстро прошел в заранее приготовленную мне палатку и, достав артефакт, стал его мучить.

Артефакт представлял собой камень с какими-то письменами. Их расшифровкой я еще не занимался, но точно знал, что на этом камне зашифрованы данные следующего артефакта. Но для начала это надо было расшифровать. Ну что ж, за дело.

Включив ЛК, я отправил на него отсканированное изображение артефакта и подал запрос в официальную базу данных, на предмет расшифровки или хотя бы нахождения подобного языка. Теперь ждать.

Пока ЛК обрабатывал информацию и искал ответ, я в задумчивости крутил артефакт в руках. Интересно, что дальше? Где находится следующий? И удастся ли мне его забрать?.. Хотя в том, что удастся, я не сомневался... Ни капли. Только чем придется пожертвовать на этот раз? Или кем...

Раздался писк. ЛК обработал данные. Расшифровать не удалось, и языка, даже похожего, тоже не было. Я так и думал... Ну ладно, поищем по-другому. Через неофициальные базы данных... займемся взломом.

Мои пальцы забегали по клавиатуре...

Через 1,5 часа я устало выключил ЛК, предварительно сохранив всю найденную информацию. Мне удалось выяснить, что это за язык, и даже расшифровать письмена. Там было написано какое-то пророчество, про святой крест и паломников. И были координаты.

Пробив по базе, я узнал, что эта планета одна из тех, где не знают про Империю. Уровень развития низкий, есть рабство. Верят в Бога. Имя его труднопроизносимо. Вероисповедание чем-то похоже на христианство на Б-16. А артефактом является тот самый святой крест, который, по преданию, висел на шее у их Бога.

Бог пытался донести людям добро и научить их жить в мире и согласии. Но люди не слушали его, и Бог оставил их, и по всему миру наступила тьма. Солнце зашло и, согласно пророчеству, взойдет только тогда, когда вернется Бог. А он вернется лишь тогда, когда в него вновь уверуют люди и захотят его слушать...

Так они живут уже несколько сотен лет. Питаются тем, что растет под луной. А Богу поклоняются очень немногие. Единственное из доказательств его существования - это святой крест, который может защитить и уберечь от любых напастей того, кто его носит, а еще он может указывает дорогу к богу. Но никто не знает, где он находится. Он может годами находиться у одного человека, а может внезапно оказаться совсем в других руках, словно бы он сам выбирает себе носителя.

Я задумался, как же мне найти этот крест. И как мне вообще вести себя на той планете? Большинство людей там живет, не задумываясь о душе и высших ценностях, фактически, живут только ради себя. Мало кто стремится помогать другим и подчиняет свою жизнь высшим ценностям. И только некоторые пытаются вернуть Солнце и Бога...

Скорее всего, прикинусь паломником. Все равно в пророчестве было сказано, что, если людям станет совсем плохо, то кто-нибудь из паломников может попробовать дойти до него, руководствуясь крестом. Вот я и стану паломником, может, смогу найти крест.

С такими мыслями я неожиданно для себя уснул. Снился мне Дэниэл. Правда, что именно, я не помню. Он мне просто снился.

С утра проснулся от будильника. Занялся мелкой бумажной работой.

В палатку вошел один из моих людей, с очередным докладом о проведенной работе. Я, как обычно, безэмоционально выслушал его и отправил куда подальше. То есть дальше нести службу.

В голове царила какая-то пустота, и мне было очень сложно поймать хотя бы одну мысль. Они как будто бы специально разбегались от меня. Еще и язык показывали... Я снова откинулся в кресле и закрыл глаза. Перед ними плыли разноцветные круги. Красные, голубые, желтые, зеленые, сиреневые и еще много, много разных цветов. Что-то со мной не так... Это очевидно. Но что? Дело даже не в психике. Теперь уже тело барахлит...

Тут неожиданно резко заболело сердце, как бы подтверждая, что да, у тебя проблемы. Я с тихим стоном схватился за грудь. Оно же продолжало болеть, и даже сильнее прежнего. Что такое?! Через минуту я понял, что почти не могу дышать от боли. В глазах помутнело. Опершись о спинку кресла, я попытался встать. Мне, кажется, нужно в мед. часть.

Встать не получилось. Новый приступ, сильнее прежнего, заставил меня свернуться клубочком в кресле, вжавшись головой в колени. На лбу выступил холодный пот. Сердце на каждом ударе отдавалось такой сильной болью, что в глазах темнело. Я попытался наладить мысленную связь с начальником мед. части. Но не смог сосредоточиться. Новая волна боли заставила меня резко вздохнуть, отчего стало еще хуже. Последнее, что помню, это быстро приближающийся пол...

Очнулся я все там же. У себя в палатке, на полу. Стол опрокинут, стул лежит на мне. Сильно болит запястье. С трудом, но мне удалось подняться.

Сердце тихонько ныло. Левую руку я почти не чувствовал. Запястье болело правое, видимо, при падении я повредил его. Голова немного кружилась, и я просто сел обратно на пол. Сколько я провалялся в беспамятстве и почему мое сердце опять шалило, я не знал. В идеале мне сейчас надо к целителю, но почему-то не хотелось. Они обязательно положат меня на обследование, а это затянется надолго. Я же считаю, что на такие мелочи, как здоровье, не стоит тратить много времени. Нужно просто взять что-то вроде валидола с Б-16 и идти заниматься своим делом. Встав, я аккуратно вышел из палатки. Последнее время я многое делаю аккуратно.

Лагерь по-прежнему кипел жизнью. Никто и не заметил, что я валялся, не знаю, сколько времени, без сознания. Правильно... я же был в палатке.

Окружающие останавливались и отдавали мне честь, вытягиваясь по стойке смирно. Я же шел твердой походкой с гордо поднятой головой и иногда отдавал корректирующие приказы для исправления той или иной ситуации.

Дойдя до мед. части, я отогнул полог палатки и вошел внутрь. Там было тихо. Сама палатка была большой, лечебные капсулы стояли вдоль стен палатки, их было двенадцать штук, и одиннадцать из них пустовало. Одна была занята моим солдатом. Подойдя поближе, я заглянул в капсулу. Я его помню. Рядовой Франт Шниккер. В данный момент он спал. В мед. части во время лечения все в основном спали, так время летит быстрее. Бегло взглянув на его анамнез*, приклеенный на стекло, я узнал, что у него перелом голени. Курс лечения почти окончен. Хорошо, когда у целителей и медиков нет работы.

Осмотревшись, я нашел глазами нашего начальника мед. части. Он, как обычно, сидел, уставившись в монитор. Меня он еще не заметил.

Я тихо подошел к столу, за которым он сидел и поздоровался с ним:

- Добрый вечер, Игорь Александрович.

Начальник мед. части от неожиданности аж подпрыгнул на стуле. Потом, увидев меня, вскочил, вытянулся по стойке 'смирно' и отдал честь.

- Вольно, - произнес я. Наверное, мой голос прозвучал устало, потому что Игорь, внимательно посмотрев на меня, спросил:

- Виктор Александрович, с вами что-то не в порядке? - обеспокоенно спросил Игорь. Из всего лагеря только он называл меня по имени-отчеству. Я чувствовал, что Игорь очень привязан ко мне. К счастью, у него есть жена и замечательная дочь, а ко мне он привязан просто по-дружески.

- У вас есть обезболивающее? - спросил я.

Нач. мед части удивленно вгляделся в меня.

- Да, сэр.

- Дай мне пару пачек.

- Куда вам столько?

- Надо, - я хмыкнул. - Буду себя резать по кусочкам и кормить домашнюю пиранью. И, дабы мне не было больно, буду горстями глотать твои волшебные таблеточки.

- Что?! - начальник мед. части аж голос повысил, видимо, на миг забыв о субординации. Но потом тут же осекся и проговорил: - Прошу простить меня! Я забылся!

Я улыбнулся. Он и вправду за меня беспокоится, а я его напугал.

- Отставить оправдания. Я пошутил, Игорь, - успокоил его я. - Просто в последнее время что-то сердце расшалилось. А мне работать надо. Вот и прошу...

Игорь тут же принял профессиональный вид и быстро заговорил, даже перейдя на 'ты':

- Тебе срочно надо пройти обследование и начать лечение... Я сейчас же соберу остальных...

Я поднял руки, чтобы остановить этот поток речи.

- Стоп, стоп, стоп, Игорь. Я не буду проходить никаких обследований, у меня нет на это времени. Выдай мне таблетки, и я пойду.

- Как это? - от моего ответа Игорь аж впал в легкий ступор. - Вы, видимо, не понимаете...

Началось...

- ...сердце - это не шутки! А если вас во время ваших дел инфаркт настигнет?! Тогда все! - от избытка эмоций он начал жестикулировать. Да, он давно не общался с нормальными имперцами. За такие бурные проявления эмоций Игоря давно бы отправили в лечебницу.

- Игорь, успокойся, - попросил я.

- Успокойся?! Виктор Александрович, не просите меня успокоиться! Вы всегда, сколько я вас знаю, занимаетесь чистой воды самоубийством! И даже не позволяете себе помочь! - от такой речи Игорь слегка запыхался. Глаза возбужденно блестели, голова гордо приподнята. Такое ощущение, что своим мнением он бросает мне вызов.

Я улыбнулся. Хороший парень. Ему, помнится, лет тридцать пять, не больше. Немного импульсивный, но хороший. Я чувствовал, что недовольство давно зрело в его душе. Игорь молчал, но, судя по блеску его глаз, он еще не закончил. А мне даже стало интересно, что он еще может сказать. И поэтому я поддел его:

- Ну? И это все? - в моем голосе звучали нотки провокации. Я хотел, чтобы он выговорился.

И он продолжил, с новой силой.

- Нет, это не все. Я давно хотел это вам сказать. Пусть меня потом публично убьют. Пусть! Я не могу смотреть на то, как вы себя уничтожаете! Это невыносимо... Вас любит весь ваш лагерь. Весь! Иначе бы нас здесь бы не было... А вы!.. - он на мгновение замолчал.

Я молча слушал и думал, что и этим людям я делаю больно.

- ...Вы не позволяете вам помочь. Такое ощущение, что вы просто неспособны любить!!! - последнее он почти выкрикнул и тут же, сообразив, что сказал лишнее, резко замолчал.

Я в удивлении приподнял одну бровь. Вот тебе на! Никогда бы не подумал, что почти посторонние люди будут инкриминировать мне это. Но я по-прежнему молчал, смотря на Игоря. В принципе, я почти не видел его. Я думал. Что ему сказать?.. Я не знаю. Никогда не знал, что говорить в таких ситуациях.

Внезапно Игорь молча вышел из-за стола и так же молча прошел к одному из шкафов. Потом достал из него что-то и пошел обратно к столу. Положил передо мной три коробки и сказал, сухо и официально:

- Вот, возьмите. Две коробки с обезболивающим и одна с адреналином. На случай остановки сердца. Надеюсь, в этот момент рядом с вами будет кто-нибудь, кто сможет сделать вам инъекцию, - с этими словами он отвернулся от меня и зашагал к лечебной капсуле Шниккера.

Я некоторое время смотрел на эти коробки, потом взял их и направился к выходу. Когда я уже почти вышел, мне вслед долетел голос Игоря:

- Сэр, позвольте одну просьбу.

Я обернулся.

- Какую?

- Когда вернетесь, пройдите, пожалуйста, полное обследование и, если понадобится, последующее лечение.

Я задумался, затем ответил:

- Пройду, если будет время.

- Надеюсь, у вас оно будет.

Я кивнул. И я надеюсь...

Выйдя из мед. части изрядно озадаченный, я прошел в свою палатку. Странно, видимо я действительно мало внимания уделял своим солдатам... Я привык решать свои проблемы сам, ни с кем не советуясь и не прося помощи. А ведь они тоже живые. Многое замечают и даже переживают за меня. Но у них нет возможности высказать это - я сам не даю им это сделать. Возможно, стоит быть внимательнее к ним...

Почему-то мне опять захотелось спать, чем я и занялся.

Проснулся я на рассвете. Медленно восходящее солнце освещало одну из стен моей палатки. В лагере было тихо, слышались только негромкие разговоры часовых. Потянувшись на койке, я сообразил, что уже довольно давно не ел. Желудок напомнил о своем существовании. Я быстро встал и прошел в столовую. В это время в ней еще никого не было, поэтому я спокойно подогрел себе норму еды, оставшуюся со вчерашнего дня, и поел.

Почему-то мне совершенно не хотелось ехать на ту малоизвестную планету за артефактом. И, сидя в столовой, я понял, что сознательно тяну время. Частый сон, еда, разговоры с Игорем... Это лишь способы оттянуть неизбежное. Я не мог понять, почему мне не хочется туда. Интуиция, наверное. Просто не хотелось, но надо.

Доев, я снова вернулся к себе в палатку и по интернету заказал одежду того времени. Заказ будет готов через три часа, скорость у машин высокая. В ожидании заказа я снова сел изучать тот мир, куда собирался. И даже нашел его шуточное название, которое не признавали официальные органы. 'Вечная ночь', так ее иногда называли. Номер такой-то, атмосфера пригодна для жизни, развитие - где-то средневековое и т.д.

Я как раз дочитал всю информацию и даже успел 'влить' в мозг базовое знание языка, когда мне пришел отчет о готовности одежды. Теперь мне нужно было ее забрать.

Позвав одного из своих солдат, я воспользовался своим служебным положением и послал его за одеждой. Заодно отправил и в банк, поменять кредиты на золотые и серебряные монеты. Сам же снова погрузился в раздумья. Но ничего из этого не вышло, мысли снова разбегались. В итоге я дождался, пока мне принесут одежду, сообщил Сэлл о том, что ухожу, и, собрав вещи, открыл портал. Затем с глубоким вздохом - на сердце почему-то по-прежнему было тревожно - шагнул в него...

Планета 'Вечная ночь'.

2072 год от создания Империи.

Резкий порыв ветра в лицо, судорожно вдыхаю воздух, и падаю. Примерно с трехметровой высоты. Не особо много, но вполне хватило, чтобы выбить воздух из легких.

Странно, по-моему, я открывал портал по точным расчетам и должен был оказаться сразу на земле... Что-то с этой планетой не так. С тихим стоном я медленно повернулся на спину. Так как я приземлился лицом вниз, нос был немилосердно разбит. Я чувствовал, как он горит от боли, и это очень мешало сосредоточиться. Я осторожно ощупал его пальцами. Да, как всегда, он был в очередной раз сломан. Ну и хрен с ним, заживет.

Сфокусировать взгляд я смог только через пару минут, и то с огромным усилием. Темнота. Туман... И приближающийся ко мне человеческий силуэт с факелом в руке, свет которого разгонял туман. Я попытался встать, но ушибленные ребра дали о себе знать острой и резкой болью. Подавив стон, я упал обратно на прохладную землю. Все-таки приземление не прошло даром. Человек с факелом приблизился, и я увидел обычного паломника.

Вообще в этом месте, куда я открывал портал, их должно быть довольно много. Я надеялся, что крест у кого-то из них. Раз уж он сам выбирает себе носителя, то, наверное, это должен быть кто-то, верящий в пророчество. А здесь, в этой небольшой стране, расположенной на равнинах, их целое скопление. Каждый идет, следуя своему предназначению. Они верят, что на каждую душу, которая пребывает в человеческом теле, выпадает свое испытание. И, чтобы в следующей жизни все было лучше, чем здесь, человек обязан его пройти.

По мне, так очень странная философия: будем мучиться в этой жизни, чтобы не страдать потом. А кто точно знает, что будет потом? И зачем тогда мучиться сейчас, проходя какое-то мистическое испытание, если и без него страданий хватает?

Паломник был одет в серую хламиду до пят, из-под неё выглядывали такие же серые от времени штаны и грубо обработанные ботинки из непонятного мне материала.

- Что с вами? - обеспокоенно спросил паломник, мужчина лет сорока на вид, но уже с абсолютно седыми волосами. При себе никакого оружия, по крайней мере, на виду, что меня немного успокоило.

- На вас напали разбойники? - задал еще один вопрос паломник. - Я услышал шум и прибежал. Моя стоянка недалеко, - пояснил он. - Так на вас напали? - уже почти утвердительно сказал он. - Этот путь небезопасен...

Я кивнул, решая, что лучшая ложь - это та, которую придумал сам человек.

- Да, на меня напали, но вы, кажется, их спугнули, - ответил я. Собственная речь показалась мне немного странной, какой-то более тихой, чем в Империи. Паломник подал мне руку, помогая подняться. Я встал, все еще морщась от боли в ребрах, и отряхнулся. Из сломанного носа по лицу неприятно стекала кровь. Увидев это, паломник протянул мне какую-то тряпицу.

- Вот, возьми, брат, - сказал он более мягким тоном, переходя на ты.

- Брат? - удивился я.

- Ну да. Ты же тоже паломник, как и я. Правильно? - немного удивленно сказал он.

Действительно, что это я туплю. Дезориентация после падения, видимо. Я ведь заказывал сшить себе одежду, похожую на паломничью. Серый балахон, простые ботинки из грубой кожи, под балахоном рубаха и штаны. Сумка через плечо. Я посмотрел на паломника и кивнул.

- Пойдем к костру. Возможно, ты голоден, я как раз приготовил поесть. Пойдем, брат. Ты плохо выглядишь, - сказал паломник и потянул меня за рукав.

Скорее растерянно, нежели плохо.

Послушно прошагав за ним несколько метров, я увидел отблески костра. Подойдя к нему, мы сели, и паломник тут же положил мне тушеной картошки с мясом.

- Ешь, - голос его звучал мягко и словно успокаивающе.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я, все еще пребывая в легкой растерянности. Меня не оставляло ощущение, что что-то не так...

Некоторое время мы ели молча. Потом мужчина сказал:

- Меня зовут Сельвано, для тебя брат Сельвано. А тебя как зовут?

Я задумался и, решив, что мое имя здесь никому ничего не даст и его не опасно назвать, представился:

- Виктор.

- Я рад с тобой познакомиться, брат Виктор. Ты тоже совершаешь паломничество к Святым? Да? - в его вопросе слышалось утверждение. Кажется, этот мужчина сам себе отвечает на заданные вопросы. Что ж, для меня это очень удобно.

Вспомнив кусочек истории этого мира, я кивнул. Святые - это те паломники, которые видели Бога. И Он их наградил разными мелкими способностями. Понемногу лечить, дарить успокоение душе, находить источники воды, пропитания. По крайней мере, такая информация содержалась в базе Империи.

Не знаю, сколько я просидел, думая о своем, но в реальность меня вернул мягкий голос брата Сельвано.

- Ты молчалив, брат...

Я в удивлении посмотрел на него. Молчалив? А что мне тут еще делать? Попусту воздух тревожить не хочу.

- И это хорошо, - продолжил Сельвано. - Я вот слишком много болтаю, - он улыбнулся. - Это плохо.

- Почему? - спросил я, все-таки решив поддержать диалог.

- Боги любят молчаливых. Ты разве не знал? - кажется, он искренне удивился моему незнанию. - Только молчаливые могут хранить тайны Бога, и только им Он их и доверит.

Я слегка удивился, но промолчал. Кажется, Сельвано был добр, от него не исходило и капли опасности или какой-то тревоги. Этот человек был почти счастлив, его душа пребывала в абсолютном покое. Понемногу мне удалось расслабиться.

Я встал и отошел от костра на пару шагов.

- Брат Виктор, позволь узнать, куда ты? - Кажется, Сельвано слегка обеспокоился.

Я обернулся и, вполне искренне улыбнувшись, ответил:

- Хочу смыть кровь с лица, не найдется ли у тебя воды, брат Сельвано?

- Да, конечно, - он протянул руку к сумке и достал оттуда кожаный мешок, наполненный водой.

Я с благодарностью принял его и, отвернувшись, стал смывать кровь с лица. Нос немного болел. Надо бы вылечить. Я положил свою ладонь на нос и сосредоточился, пытаясь вытянуть боль...

Ничего не получилось. В удивлении я отнял руку от лица и посмотрел на неё, словно она могла мне что-то объяснить. Так, главное, не беспокоиться, нужно расслабиться и еще раз сосредоточиться.

Но и во второй раз у меня ничего не вышло. И в третий, и в четвертый. В душе начала разрастаться паника, ничего не получалось. Я попытался телекинезом поднять камушек, что лежал рядом, но снова потерпел крах.

Я ничего не мог. Вообще ничего! Я больше не чувствовал своей силы! Ее как будто бы не было! Я был пуст! Обычный человек... На миг меня сковал дикий, панический ужас. Даже дыхание остановилось. Никогда еще не чувствовал себя таким пустым...

Наверное, не стоило даже пробовать применять силу. До моей попытки вылечить нос я ничего не чувствовал. И оставался бы в таком счастливом неведении и далее...

Кажется, я застонал, схватившись за голову.

- Брат Виктор, тебе плохо? - долетел до меня озабоченный голос Сельвано.

Я медленно выдохнул. Надо успокоиться. Ничего, и не в таких ситуациях бывал. Выберемся, разберемся, усвоим.

- Со мной все хорошо, брат Сельвано, - отозвался я, - просто немного устал.

- Ааа... - улыбнувшись, протянул паломник. - Ну, приляг, поспи... И вообще, брат Виктор, у меня появилось предложение. Господь Бог никогда ничего не делает просто так. Если Он нас познакомил, давай тогда и дальше пойдем вместе?

Я задумался. В принципе, если учесть, что у меня временно нет способностей, думаю, лучше согласиться. Хотя бы 'политическую обстановку' выясню.

- Хорошо. Пойдем вместе, брат Сельвано. Только сейчас я посплю.

После сна мозг очищается от лишних мыслей, как бы перезагружается. Сейчас мне это не помешало бы.

- Доброй ночи, брат Виктор. Пусть Бог пошлет тебе хорошие сны.

Подумав немного, я ответил ему той же фразой. Потом лег на одеяло, которое мне дал Сельвано. И тут же провалился в сон.

***

Мне снились глаза Дэниэла. Такие прекрасные и затягивающие, такие идеальные и завораживающие... Такие мертвые.

Я проснулся и сел, над головой звезды... словно и не просыпался. Мои губы скривила ироничная усмешка. Бывает, возлюбленные говорят друг другу: 'Твои глаза как звезды'. Они, наверное, и представить себе не могут, что такие глаза на самом деле существуют.

Я взъерошил себе волосы, думая, что же делать дальше. Потом осмотрелся.

Сельвано сидел неподалеку от меня, грел что-то в котелке. Вокруг была тишина, только треск поленьев нарушал покой ночи. Так безмятежно и спокойно, что аж подозрительно. Не верю я в хорошее...

- Доброй ночи, брат Виктор, с пробуждением, - сказал мне Сельвано.

Я ответил ему такой же фразой. Судя по всему, она была у них дежурной. Правильно, где-то бывает доброе утро, а тут и утра-то нет, всегда ночь.

- Сейчас поедим и отправимся дальше в путь.

Я кивнул, соглашаясь, и сел поудобней, принимая свою долю еды в тарелке. Съев немного, я спросил:

- А куда мы пойдем?

Сельвано пожал плечами.

- Не знаю. Пусть наши души ведут нас.

Я едва слышно вздохнул. Очень абстрактные координаты, я привык к другому. Впрочем, надо ассимилироваться на время и принять чужие правила игры. Здесь не я командую, к сожалению. Так что пусть ведет душа, но скорее его, чем моя. Его душа, думаю, уже привыкла работать проводником в этой тьме, а моя... А своей я давно не пользуюсь, может, уже засохла где-то в недрах меня и рассыпалась в прах.

Доев, мы быстро собрались и пошли. Просто дальше по дороге. Шли мы почти весь день, ну, по крайней мере, для себя я назвал это днем. Вокруг нас медленно менялась местность, проходили какие-то люди, изредка пробегали дети. Их невинный и легкий смех пронзал тишину и мрак этого места и словно окрашивал его сполохами пламени. Как будто каждый из детей был маленьким костром. Только, я думаю, никто не заботился о поддержании огня и света в них, и дети со временем вырастали и гасли, становясь такими же, как и все вокруг.

Каждый житель этой планеты был погружен сам в себя, в свои проблемы, дела и мысли. Люди, которых нам довелось встретить по дороге, не обращали на нас никакого внимания. Им не было никакого дела до окружающих, ну разве что убить или ограбить ближнего, и то только ради себя.

Мне было жалко их, хотя, если посмотреть, то Империя не лучше, но там с этим легче. Проявление чувств и эмоций практически полностью запрещено, и люди с рождения привыкают почти ничего не испытывать. Поэтому никакого эгоизма, эгоцентризма, зависти, ревности, злобы... Все эти понятия просто не успевают нормально развиться в человеке, и в итоге люди не знают, что они должны испытывать в той или иной ситуации. Моральные инвалиды. Я в очередной раз порадовался тому, что меня воспитывал Дэниэл.

По вечерам мы останавливались и разводили костер. Во время готовки еды непринужденно болтали о чем-то философском или мирском. Сельвано оказался очень интересным и образованным, по меркам этой планеты. Он знал много интересных историй и мифов. А еще мог разговаривать на трех языках, учитывая, что образование здесь было далеко не повсеместным, это очень много. Когда я поинтересовался, как он смог выучить столько, Сельвано слегка задумался.

Я молчал и просто наблюдал за ним. Глубокие морщины прочертили его лоб, седые волосы падали на глаза, но паломник словно не обращал на них никакого внимания. Его глаза смотрели куда-то в пустоту, мне по себе был очень знаком этот взгляд. Сельвано вспоминал.

Я посмотрел на небо. Как обычно, темное и усеянное звездами. К сожалению, ни одно из созвездий не выглядело знакомым мне. Наверное, надо как-нибудь спросить у Сельвано, может, он знает...

- Когда-то в детстве... - неожиданно заговорил он.

Я снова перевел взгляд на него и стал внимательно слушать. На костре медленно поджаривалась тушка кролика.

- Когда-то, в то время, которое я не особо помню, в силу своего маленького возраста, нас с моим братом отправили в соседнюю деревню. Сейчас даже не упомню, зачем, да и, думаю, неважно... - Сельвано поднял голову к небу и некоторое время молчал. Судя по выражению его лица, эти воспоминания были для него крайне неприятны.

Я молча ждал, шевеля углы в костре. Не хочу настаивать, хотя очень интересно узнать жизнь этого необычного человека. Но раз ему неприятно, то пусть решает сам, рассказывать или нет.

- Наша дорога пролегала через темный и густой лес, - снова заговорил паломник. - Весь путь занимал неделю. Брат был старше меня лет на десять, и поэтому я не боялся. Ровас всегда был для меня примером. Сильный, смелый и очень добрый, он часто говорил, что если верить в чудо, то оно обязательно произойдет. На пятую ночь, когда мы готовили себе еду, Ровас что-то услышал и, взяв меч, сказал мне: 'Сель, сиди тихо, я скоро вернусь'. 'Обещаешь?' - спросил я тогда. Брат потрепал меня по волосам и, светло улыбнувшись, ответил: 'Конечно, Сель, ты, главное, верь'.

Сельвано снова замолчал. Я молча ждал, почти с замиранием сердца, словно мне открывали какую-то тайну. Хотя это была всего лишь история одного странного паломника, о котором я, после завершения своих дел здесь, быстро забуду. Но все же что-то было в нем такое, что заставляло слушать и вникать в его истории, рассказанные тихим проникающим в душу голосом.

- Он не вернулся, - продолжил Сельвано. - Я ждал и верил, как мне и говорил Ровас. Но его все не было и не было. На второй день ожиданий я решил пойти и поискать его. Маленький, глупый, уставший и отчаявшийся ребенок... Я нашел лишь разбойников, их лагерь оказался неподалеку от того места, где мы с братом остановились. Они схватили меня и продали в рабство, далеко, за Грейское море. Больше я никого из своей семьи не видел, мне так и не удалось узнать, что случилось с братом.

Я удивился. Сельвано был рабом? По нему не скажешь, в его поведении не проявлялось никакой деформации личности, свойственной рабам.

- Мой хозяин, его звали Батрук, был довольно мягок со мной. Я прислуживал по дому и выполнял мелкие поручения, - говорил дальше паломник. - В его доме часто бывали разные гости из разных стран и порой дарили ему своих рабов. Вот от этих рабов я и научился разным языкам. Через семь долгих лет для Батрука наступили сложные времена безденежья, и он продал меня за хорошую сумму одному из здешних монахов. Тот, в свою очередь, купил меня только из-за знания разных языков, он совершал паломничество, и ему нужен был переводчик. На одной из проселочных дорог на нас напали и ограбили, того монаха убили, меня просто оглушили, но приняли за мертвого и не тронули. Придя в себя, я понял, что нахожусь неизвестно где, без денег, лошадей и даже без еды.

Сельвано неожиданно тихо рассмеялся.

- Но, по крайней мере, я был свободен, что не могло не радовать. Я добрел до ближайшей деревни и смог найти там работу - стал подмастерьем кузнеца. Жил, работал, обучал азам грамоты местных детей. Так прошло еще несколько лет. Собрав достаточно денег, я решил найти свою семью. Мне было шестнадцать, и я был молод и наивен. Меня ограбили и жестоко избили в первом же городе. Валяясь на улице, весь в крови, я думал, что вот он - мой конец...

Сельвано опять замолчал, я не торопил его. Он и так рассказывает гораздо больше, чем я просил или ожидал. Паломник проверил кролика и неодобрительно покачал головой:

- Еще сырой, ну да ладно, зато я смогу продолжить свою историю. Я еще не утомил вас, брат Виктор? - Сельвано снова чисто и светло улыбался.

- Нет что вы, - успокоил я его. - Ваша жизнь очень интересна.

Сельвано пожал плечами и продолжил.

- Меня подобрал один из местных монахов и отнес в церковь, где поклонялись Святым. Пока я находился у них, мне удивительно легко удалось проникнуться их идеями и мыслями. Моя душа наконец успокоилась, после долгих скитаний и бед. Выйдя за стены церкви, я понял, что смотрю на мир другими глазами. Все стало казаться гораздо проще и светлее. В нашем мире ведь так не хватает света, тепла и добра. Я решил, что буду проповедовать среди мирных жителей, я ходил по городам и рассказывал людям о Святых. Об их силе и доброте. Конечно, далеко не все меня слушали, но я старался.

В одном из городов я встретил Хэвну. Она так быстро прониклась моей идеей, что я не смог с ней расстаться.

Сельвано как-то блаженно улыбнулся и продолжил:

- Мы поженились через год, а через два у нас родился сын.

- У тебя есть жена и сын? - удивленно спросил я.

- Да, есть, - паломник еще раз улыбнулся. - Мы назвали его Ровасом, в честь моего брата. Я до сих пор не знаю, что с ним. Когда я смог, наконец, добраться до мест, где родился, мне сказали, что все мои родные уже мертвы.

Его улыбка погасла, и он умолк. Чтобы как-то разрядить атмосферу, я спросил:

- А что случилось с твоей женой и сыном?

- Ничего, они живут в нашем маленьком домике, в одном небольшом городе. А я просто ушел в паломничество.

- И твоя жена не была против? - удивился я.

- Нет, Хэвна умница, она знает, что мне это путешествие очень нужно. После всего я вернусь к ней, и мы заживем как прежде.

Я не знал, что сказать и потому лишь улыбнулся. Сельвано с виду такой простой человек, но жизнь у него была насыщенная.

Паломник еще раз проверил кролика и весело сообщил:

- Готово.

***

Все время нашего дальнейшего пути Сельвано либо чему-то улыбался, либо просто молчал. Я его не беспокоил.

Несмотря на то, что здесь не восходило солнце, на этой планете было тепло. Само ядро грело почву так, что она была теплой на ощупь. Мне было интересно это явление, но, так как в Империи никто его не изучал, информации у меня было крайне мало. А самому начинать подобные исследования сейчас было как-то не с руки.

Через десять дней пути мы увидели еще одного паломника. Он сидел на площади одного из маленьких городов и занимался самобичеванием. В легком недоумении я замер, наблюдая за ним. Сельвано тоже остановился. Я смотрел на паломника, тот же с каким-то мазохистским наслаждением избивал себя плетью. Плеть на концах была утяжелена железными шариками, и с них уже капала кровь. Но паломник, похоже, этого не замечал.

- Зачем он это делает? - спросил я Сельвано.

Сельвано чуть удивленно взглянул на меня.

- Брат, ты разве не помнишь, что путь к Святым - это испытание для паломника? И для каждого оно свое. Видимо, это его испытание. Испытание болью.

- А каково твое испытание? - снова спросил я, мне стало действительно интересно.

Сельвано пожал плечами.

- Я пока не знаю. Всему свое время. - Потом задал встречный вопрос: - А твое испытание, брат Виктор, какое?

Я тоже пожал плечами.

- И я этого пока не знаю.

Потом мы пошли дальше. Тот паломник так и остался на площади наедине со своим испытанием. А каково мое? Всю дорогу до остановки на сон я думал об этом. Как-никак, я тоже паломник. Ответ явился мне скоро, очень скоро. Во сне.

На остановке мы поели, немного поговорили и легли спать. Точнее, я лег. Сельвано сказал, что здесь небезопасно, и лучше спать по очереди. Он вызвался дежурить первым, я согласился. Едва я погрузился в дремоту, меня настигли воспоминания, причем не самые приятные...

А-1. Империя. (планета правителя).

1673 год от создания Империи.

Как он мог?! Совсем с ума сошел! Власть опьянила!

Во мне кипела ярость. Сегодня днем Дэниэл прилюдно казнил одного из нашего лагеря, обвинив его в предательстве. Даже не казнил - убил, без суда и следствия! Он даже не дал тому парню что-то сказать в свое оправдание, просто убил, одним движением отрезал ему голову... И все! А после этого преспокойненько отправился к себе домой, на А1. Отдыхать! Интересно, он хоть кровь того бедного парнишки смыл с рук, или так, засохнет, сама отвалится?! Ненавижу его! Его идиотские выходки! Самодур! И как его могли назначить Начальником Императорской охраны, он же псих! И на лечение никак не отправится.

Зачем? Зачем он его убил?! Мне нужна его истинная цель. И я ее узнаю...

С такими мыслями я шел по коридору дома Дэниэла, в ту комнату, в которой он, собственно, и находился. Дойдя до двери его спальни, я чуть ли не вышиб дверь ногой. Дэниэл сидел за столом и пил...

Как обычно. Когда у него начинаются приступы агрессии, он всегда запирается, пьет вдали от всех, а потом что-нибудь рушит.

Но в данный момент меня это не интересовало. Причем совсем. А зря. Наверное, тогда, в далеком прошлом, мне стоило хорошо подумать и тут же выйти из его комнаты. Тогда бы ничего не случилось... Но я этого не сделал. В то время я все еще был слишком эмоционален. Мне было всего семнадцать лет, и я был зол.

Подойдя к столу, за которым сидел Дэниэл, я с размаху опустил ладонь на столешницу и злобно спросил:

- Зачем?!

Дэниэл поднял на меня абсолютно трезвый взгляд, в котором читалось искреннее удивление.

- Что зачем? - тихо спросил он.

Я снова ударил ладонью по столу. Виски в стакане Дэниэла задрожало.

- Не притворяйся! Ты знаешь, о чем я! Зачем ты его убил?! - мой голос почти сорвался на крик. В душе кипела ярость и праведный гнев на этого морального урода, спокойно сидевшего передо мной.

От моего крика Дэниэл поморщился и слегка напряженным тоном сообщил:

- Вик, ты не в себе. Если хочешь, мы поговорим об этом, когда ты успокоишься. Но не сейчас. Поверь, так будет лучше для нас обоих.

- Нет! - прокричал я. Благо, в доме никого больше не было, и это никто не слышал. - Я-то в себе! А вот ты, - я ткнул в его сторону пальцем, - совсем ума лишился. Псих чертов! Убиваешь людей почем зря! Просто так!

Дэниэл нахмурился и встал из-за стола. Я тоже выпрямился, гневно сверля его взглядом. Ах, ребенок! - хотелось мне сказать себе тогдашнему. Глупый ребенок, который любил играть с огнем...

- Вик, первое: не смей орать на меня, - его голос слегка повысился, - я этого не позволю. Второе: выйди вон из моей комнаты и успокойся. Ты меня понял?

Я издевательски улыбнулся.

- Да, конечно! - Потом резко добавил: - Ага, щас! Размечтался! Я не уйду отсюда, пока ты мне все не объяснишь!

Лицо Дэниэла исказилось от едва сдерживаемой злобы. Он никогда не терпел неповиновения. Я же продолжил подливать масла в огонь.

- Объясни, если сможешь! Почему ты его убил? Он не предавал ни тебя, ни Империю. Он был мне почти другом. А ты его убил! Даже не предоставив весомых доказательств! - я снова закричал: - А теперь объясни! По какому праву?!.. Ты убиваешь невинных людей?!

Дэниэл резко вышел из-за стола, а через секунду оказался напротив меня. В глазах было столько же ярости, сколько и у меня.

- По какому праву?! - зашипел он. - Хочешь знать, да?!

Мне стало немного страшно, но я кивнул.

- Да, хочу! Объясни, если сможешь, конечно, - и я снова издевательски улыбнулся.

- Да потому, что я всегда прав! - закричал Дэниэл совершенно неожиданно. Я чуть вздрогнул. - Прав, черт побери!!! Хотя иногда охота ошибиться! Слышишь, Вик?! Я всегда прав, поэтому я его казнил. Он предатель!

Я посмотрел Дэниэлу в глаза и рассмеялся.

- И все?! Поэтому ты его убил? Да ты просто сумасшедший! - прокричал я ему в лицо. - Тебе лечиться надо, и давно! Тебе еще голоса не слышатся?! А, Дэниэл?! - я смеялся. Зло и с удовольствием.

Дэниэл схватил меня за воротник рубашки. И снова прошипел в лицо, от чего запах виски ударил мне в нос, заставив поморщиться.

- Знаешь, Вик. Я тут подумал, что надо было тебя убить еще тогда, когда ты свалился мне на голову, - теперь он улыбнулся. - Или оставить в приюте, чтобы оттуда тебя отправили прямо в психушку. Тварь ты неблагодарная, вот ты кто!

Мое лицо опять исказила усмешка.

- Убить, говоришь? А что? Неплохая идея. Давай. Закончи дело! Исполни мечту! Ведь тебе пофиг, кого убивать! Давай, убей! - я снова кричал на него. - Убей! Ну, что?! Кишка тонка? А?! Ты, урод хренов!

Это было последнее, что я успел выкрикнуть. В следующую секунду кулак Дэниэла врезался мне в челюсть. От удара потемнело в глазах, голова взорвалась болью. Я упал на стол и опрокинул виски. Дэниэл тут же, вцепившись мне в рубашку, поднял меня и еще раз ударил, на этот раз в солнечное сплетение. У меня наступила дезориентация. Перед глазами все плыло. Потом был еще удар, снова в челюсть. Она хрустнула. На этот раз я упал мимо стола, сломав стоящий рядом стул. Из глаз лились слезы, и я ничего не видел. Чуть приподнявшись на локтях, я почувствовал хороший пинок по ребрам, затем еще один, и еще. Спустя несколько ударов я просто свернулся клубочком, защищая лицо руками.

Внезапно удары прекратились. Я осторожно открыл глаза. Дэниэл в ярости крушил мебель, всю, которая попадалась на пути. Кресло, стулья, кровать. Он разносил комнату, всю до основания. Носился по ней, как дикий зверь. Про меня как будто бы и забыл. Тогда, пользуясь моментом, я попытался отползти к выходу. Но как только пошевелился, тело свело острой болью, и из груди вырвался стон. Варт резко обернулся и, подбежав ко мне и вцепившись в воротник, слегка приподнял. Я слабо попытался защититься, но, кажется, мои попытки он даже не заметил. В его глазах была животная ярость.

Таким я его еще не видел. Это потом я насмотрелся на него в разных состояниях, как и он на меня... Но тогда мне стало страшно. Очень. Дэниэл замахнулся для нового удара. И я рефлекторно, как-то по-детски, зажмурился и закусил губу, чтобы не кричать. Но удара не последовало. Я медленно открыл глаза и в удивлении посмотрел на него. Дэниэл смотрел на меня, как будто бы борясь с чем-то. А потом, взглянув мне в глаза, почти прошептал.

-Прости. Я не хотел.

А потом поцеловал меня. Грубо, яростно и жестко. Моя сломанная челюсть отозвалась дикой болью, из глаз снова хлынули слезы. Я застонал, пытаясь вырваться. Мне было больно. Очень. Но это оказалось только началом...

Дэниэл перевернул меня на живот и, почти сорвав с меня штаны, изнасиловал. Грубо и по-звериному жестоко. А я даже кричать не мог от боли в челюсти. Только стонал и мычал, до последнего предпринимая слабые попытки вырваться, чем приводил его в еще большое бешенство. И он снова бил меня.

Не помню, сколько это продолжалось, но я наконец-то потерял сознание...

Планета 'Вечная ночь'.

2072 год от создания Империи.

Из этого кошмара меня выдернул Сельвано, сказав, что моя очередь дежурить. Я сел у костра и еще долго пытался отойти от ужасного воспоминания-сна.

Тогда, в 1673-ем, я сам был виноват. Сам. И даже тогда я это осознавал. После той ночи я пришел в себя в мед. блоке, где и пролежал около четырех недель. У меня оказалось сломано два ребра, челюсть, нос, плюс множественные гематомы по всему телу. Не знаю, что Дэниэл сказал целителям, но мне никто ни разу не задавал вопросов. Сам же Варт в мед. блоке не появлялся. А я все время пребывания там думал. И пришел к выводу, что не виню его в том, что случилось. Стечение обстоятельств и моя глупость. Но видеть его я пока не хотел. Поэтому сначала я через ЛК отправил ему заявление на отпуск, которое он подписал без лишних вопросов. А потом, вернувшись на работу, я просто посылал ему прошения на задания, связанные с отдаленными от центра Империи планетами. И он все подписывал. Дэниэл ни разу не пытался со мной связаться. Он как будто бы специально давал время, чтобы разобраться в себе.

То, что он со мной сделал, повергло меня скорее в задумчивость, чем во что-то еще. Я думал о том, что отныне нужно быть осторожнее и тщательнее следить за языком и проявлением эмоций. Потом постепенно осознал, что мою душу это почти не задело. И со временем вообще постарался забыть этот эпизод жизни.

Но на этой планете он вернулся ко мне. Во сне. Почему?

Через несколько часов я разбудил Сельвано и мы отправились дальше в путь...

***

Последние три дня нашего пути вокруг было подозрительно тихо. Ни людей, ни паломников, животных и птиц тоже не было. Сельвано не выказывал никакого беспокойства, и мы продолжали свой путь в неизвестность. Еще через день я все-таки спросил его:

- Брат, а что это за странные места? Ни людей, ни животных, ни птиц?

Сельвано посмотрел на меня и, чуть замедлив шаг, сказал:

- Это проклятые места, брат, они всегда появляются там, где в тот момент находятся Святые, они словно блуждают вслед за ними, дабы неготовые не могли добраться до Видевших Бога.

Святые живут в этих местах?! Да здесь воды почти нет, не то что еды.

- А ты уверен, что нам туда?

- Да, - ответил Сельвано, положив руку на грудь, - меня ведет Бог.

Угу, подумал я. А я вот никаких богов не чувствую...

Мои размышления прервала стрела, пролетевшая в опасной близости от лица. Рефлекторно вздрогнув, я пригнулся.

- Разбойники! - крикнул Сельвано, доставая маленький кинжал. Паломникам запрещается носить оружие длиннее, чем кинжал. Только что мы можем сделать с двумя кинжалами против вооруженной темноты...

Следующая стрела вонзилась рядом с моей ногой. Я отпрыгнул, вглядываясь во мрак. Мне бы сейчас сюда хоть чуть-чуть моих способностей. А так - как слепой котенок...

Мы встали спина к спине. Достав свой кинжал, я оглядывался по сторонам, стараясь различить хоть какое-то движение. Сельвано тоже осматривался. Еще одну стрелу мне удалось, по-моему, только чудом, отбить кинжалом. Но дальше везение покинуло меня, и следующая вонзилась мне в плечо. Я громко вскрикнул от боли и схватился за стрелу свободной рукой. Судя по ощущениям, она засела довольно глубоко, еще один их выстрел - и мне конец. Я не могу защищаться в таком состоянии. В глазах противно мутнело, а к горлу подступала тошнота.

И тут произошло что-то странное. Неожиданно стало светло, мне даже показалось, что взошло солнце, но такого просто не могло быть. Не здесь.

Свет померк так же внезапно, как и появился, и я почувствовал, что падаю...

***

- Брат Виктор, очнись, - долетел до меня чей-то знакомый голос.

- Брат Виктор, ты меня пугаешь, брат Виктор, открой глаза, если слышишь меня,- в голосе звучало беспокойство.

Я с трудом открыл глаза. Надо мной, склонившись, сидел Сельвано.

- Все почти нормально, - смог простонать я, плечо разрывало от боли.

- Ну вот, брат, мы снова вместе. Я рад видеть твой взгляд, - лицо Сельвано прямо-таки излучало радость.

Попытавшись приподняться, я застонал и рефлекторно схватился за раненое плечо. Сельвано аккуратно отвел мою руку от раны.

- Не надо, брат. Не трогай. Она еще не успела затянуться. После того, как разбойники убрались, я вытащил стрелу и перевязал тебя, осталось только надеяться на то, что стрела не была отравлена.

- А что произошло? Последнее, что я помню, это свет... - спросил я.

- Нас спасли Святые и Бог.

- Что? - не понял я.

Сельвано запустил руку себе под рубаху и вытащил оттуда тот самый крест, за которым я и пришел в это богами проклятое место.

- Вот, брат Виктор, этот святой крест ведет нас и защищает. Значит, мы держим правильный путь. Мне кажется, что скоро мы придем к Святым, а там и к Богу.

Сельвано мечтательно улыбнулся. Возможно, и придем, только теперь мне нужно придумать, как забрать крест и вернуться в Империю. По крайней мере, я хотя бы знаю, где он. Это уже что-то. Можно, конечно, просто убить Сельвано, но очень не хотелось делать этого. Паломник оказался хорошим человеком, что является крайней редкостью. Да и как мне потом убраться с этой планеты, а так, действительно, вдруг Святые существуют и смогут помочь мне.

Сельвано на секунду отошел от меня и стал копаться в сумках. Потом что-то достал оттуда и протянул мне. Это оказалась маленькая фляжка.

- Это от возможных ядов, хотя я совсем не уверен, что это поможет. Но ты все равно выпей, а я за тебя помолюсь.

Я мысленно хмыкнул, но все же принял фляжку из рук паломника. Глотнув этой вещи, я понял что, кажется, нашел самый мерзкий вкус на этой планете. Даже не знаю, на что это было похоже, но мой желудок резко скрутили спазмы. Я зажал рот рукой и глубоко задышал.

- Да, брат, на вкус оно не очень, но у меня нет другого.

Я с трудом восстановил дыхание и поборол рвотный рефлекс.

- Спасибо за заботу, брат, - выдавил из себя я.

Сельвано же просто мягко улыбнулся. Он действительно был добрым и чистым. Такие люди встречаются редко.

- Не за что, брат, не за что. Я рад тебе помочь. Ты хороший человек.

Хороший человек?! Я рассмеялся и тут же закашлялся от боли.

- Ты ошибаешься, Сельвано. Я очень грешный и темный.

Сельвано удивленно воззрился на меня.

- Нет, нет, - он даже замахал руками, - что ты говоришь? Ты не плохой. Нет. Может быть, грешный. Но не плохой, не темный. Что ты, брат, я неплохо разбираюсь в людях, я не мог ошибиться. Ты хороший. А грехи всегда можно искупить.

- И как? - с интересом спросил я.

- Пройди свое испытание с достоинством, и тебе станет легче.

Я улыбнулся и покачал головой.

- Нет, это не поможет. Ты же совсем меня не знаешь, брат.

Но Сельвано продолжал смотреть на меня с доброй всепрощающей улыбкой.

- Я чувствую, что у тебя было много боли, и вся она скопилась на душе. Отпусти ее. Прости себя.

Я вздохнул. Мирелла тоже говорила что-то подобное. Я часто вспоминал ее и эти слова. После единственной нашей встречи я много раздумывал над этим. Должен признать, Мирелла права, но как простить себя? По-моему, легче горы свернуть, к тому же некоторые вещи не прощают.

- Я не заслужил прощения, брат Сельвано. Не заслужил.

- Это ты так думаешь, а Бог могет думать по-другому. А теперь спи, брат Виктор. Скоро наш путь завершится, и каждый получит свое прощение.

Сельвано отошел от меня и стал что-то напевать, разводя костер. Его тихий и мягкий голос убаюкивал и успокаивал. Я лежал, прикрыв глаза, и наслаждался, вроде бы нас чуть не убили, я ранен, а на душе становилось спокойнее. Может быть, это от песен паломника. Я улыбнулся и почувствовал, как боль стала отступать. То ли я просто засыпал, то ли это Сельвано волшебник... Вскоре я мягко провалился в свои воспоминания.

Б-13.

1678 год от создания Империи.

Я смотрел в глаза пятнадцатилетнему мальчику и не мог поверить, что он только что убил премьер-министра финансов, своего отца. И не только его. Он убил пятерых людей всего лишь потому, что считал, что у них неправильная политика.

Ему всего пятнадцать.

Хотя я начал убивать раньше него... Но я никогда не убивал только за то, что кто-то мне просто мешал...

Дуло моего плазменного пистолета смотрело ему в лоб, поэтому он не двигался, а просто сверлил меня своими ярко-голубыми глазами. Красивый мальчик. И выглядит таким наивным, что мне самому захотелось поверить в то, что это не он застрелил своего отца. Прямо из этого пистолета, который сейчас находится у меня в руках. Я его сумел отобрать, а вот спасти премьер-министра финансов не успел.

Мы находились в спальне мальчика. Я за ним охотился полгода. И нашел. А сейчас стою и думаю, что делать. Камеры записи малец предусмотрительно отключил, вырубив электричество. Так что никаких доказательств, кроме моих слов, не было. Но мне интересно, кому поверят: мне, простому парню, которому даже в поступлении в Академию отказали, или сыну премьер-министра финансов, пай-мальчику, отличнику и умничке.

Словно прочитав мои мысли, мальчик, коварно улыбнувшись, сказал:

- Вам никто не поверит. И доказательств нет, и на пистолете ваши отпечатки.

Я взглянул на пистолет. Вот ведь идиот! Боги, самому, что ли, застрелиться?!

Мальчик снова улыбнулся.

- Вот видите? Вас казнят, а я продолжу дальше. У меня еще много дел. Очень много.

Что же делать? Мысли бегали, как белки в колесе. Этот щенок прав. Не сомневаюсь, что он сможет доказать мою виновность.

- Хотя у меня к вам есть предложение, - продолжал мальчик, - давайте сотрудничать.

Я от удивления чуть приоткрыл рот. Сотрудничество? С этим мелким монстром?!

- Вы талантливы, но вам не хватает опыта. У меня же он уже есть. Если согласитесь, то я вас научу многому... - он чуть помолчал, давая мне время осмыслить сказанное, потом продолжил: - И потом мы сможем вместе править всей финансовой структурой Империи. Согласны?

- Зачем тебе это? - в удивлении спросил я. - Твой отец и так бы все тебе оставил.

- Нет, - мальчик отрицательно покачал головой, - не оставил бы. Он считал меня недостойным такой чести. Поэтому я сам решил позаботиться о себе и своем будущем. К тому же я считаю, что он вел абсолютно неправильную политику. А я этого не хочу. Я люблю Империю.

- Патриот, - съязвил я.

Мальчик спокойно кивнул.

- Ну так как, по поводу моего предложения?

- Нет, - просто, даже не задумываясь, сказал я. Власть никогда меня не привлекала.

- Верны Империи? Так же, как и я? Достойно, - мальчик кивнул. - Хорошо. Будь по-вашему. Только тогда вас казнят. Мне даже почти жаль вас.

Я молча взвел курок. Мальчик слегка побледнел. А ты что думал, малец? Я тебе не ангел. Отпускать не буду и на суд не поведу. Иначе тебя быстро освободят, а меня даже слушать не будут.

- Вы не посмеете, - слегка дрожащим голосом произнес он, - ни один истинный и уважающий себя имперец не станет убивать без суда и следствия.

- Ой ли? - ответил я. - А сам? Ты дал им возможность говорить? Ты отвел их на суд? К тому же я не истинный имперец.

- Я сам им судья! - гордо вздернув голову, сказал мальчик.

Я посмотрел на него и подумал, что его лучше застрелить из моего пистолета, а этот вложить ему же в руку. Второй рукой я достал свой пистолет.

И тут в дверях комнаты возник женский силуэт.

- Сынок, почему... - увидев меня, она сразу замолчала, а я автоматически навел свой пистолет на нее. - ...свет не горит, - закончила женщина. Потом спросила: - Кто вы? И почему вы угрожаете нам пистолетом?

Тело своего мужа, валяющееся в углу с простреленной головой, она еще не видела. Мальчик неожиданно заплакал. Вот ведь гаденыш!

- Мам, он убил папу! - теперь мальчик рыдал. - А теперь хочет убить меня! Мама, он ненормальный!

- Заткнись! - рявкнул я, переводя взгляд на него, и зря. В этот момент женщина рванулась и исчезла в коридоре.

Черт! Бросить парнишку и побежать за ней? Нет. Вначале мальчишка. Быстро вскинув оружие, я прицелился, и в этот момент в дверях снова появилась женщина, но на этот раз у нее в руках был такой же пистолет, как и у меня.

- Стойте! - крикнула она мне. - Я уже вызвала охрану. Так что отпустите моего сына и бросьте пистолет.

Я медленно покачал головой. Ну уж нет. Потом быстро рванулся в сторону, параллельно стреляя в мальчишку. Его мозги живописно растеклись по стене. А я отлетел в другую сторону, словив заряд, выпущенный его матерью, прямо в ребра. Всего несколько секунд я был в сознании, но этого мне хватило, чтобы осознать: я успел. Успел...

***

За дверью моего каземата раздался голос моего охранника:

- Сэр, вы уверены, что хотите с ним поговорить? Он иногда бывает очень агрессивным.

- Да, уверен, - ответил чей-то знакомый голос.

Я здесь сидел уже две недели. Дыру в ребрах заделали, но не полностью. Чтобы не рыпался много, и так, чтобы больно было. А больно было. При каждом вздохе. Но ничего. Суд скоро, а там и плаха. Потерплю как-нибудь. На лице возникла улыбка.

Дверь в камеру открылась, и вошел... Дэниэл. Вот кого не ожидал увидеть, так это его. Дверь за ним закрылась, а сам Варт подошел ко мне. Потом сел напротив и стал молча меня разглядывать. А я его...

Он изменился. Я его не видел с 1673-его года. После той ночи я просто посылал ему прошения на задания вдали от основных планет, и Варт их подписывал. Теперь, спустя пять лет, мы снова встретились...

Дэниэл выглядел осунувшимся и уставшим. Глаза запали, вокруг них виднелись синяки от постоянного недосыпа. Но взгляд был по-прежнему цепким и внимательным. Изучающим и проникающим в самые тайные уголки души. Когда я посмотрел в его глаза, у меня возникло странное ощущение: как будто бы я погружаюсь в космос. Хотя нет, скорее падаю, и вот уже видны галактики, созвездия, звезды... У меня аж дыхание перехватило от такой красоты. Тюремная камера перестала существовать, и остались только его глаза...

- Виктор, очнись! - привел меня в себя резкий окрик Дэниэла.

Я моргнул и судорожно вздохнул. Оказывается, я не дышал все это время.

- Так уже лучше. Дыши, Вик, дыши, - теперь уже с улыбкой сказал Варт. - И больше так не делай.

Отдышавшись, я спросил:

- Как - так?

- Не забывай про дыхание, когда смотришь в глаза таким, как я.

- А ты кто? Всю жизнь думал, что ты человек...

- Кто, кто, но не человек, это точно. Сейчас мы поговорим, но не обо мне. У тебя серьезные проблемы.

Я кивнул.

- Он действительно сам убил своего отца?

- Да, но ты можешь мне не верить. У меня нет доказательств.

Дэниэл вздохнул.

- Я тебе верю, и мне не нужны доказательства.

Я удивился.

- Почему? Ты же можешь ошибиться, поверив мне.

- Я всегда прав. Ты забыл? Я не ошибаюсь.

Я скривился.

- Не надо так говорить, Дэниэл. Даже ты когда-нибудь ошибался.

- Нет, я не ошибался. И не ошибусь.

Я хмыкнул и съязвил:

- Ну, раз ты так думаешь, то это другое дело.

Неожиданно Дэниэл взял мое лицо в руки и торопливо заговорил:

- Вик, ты понимаешь, что можешь умереть? Тебя убьют, если мы ничего не сделаем. Ты это понимаешь? - глаза его заблестели.

- Ну и что? Тебе какая разница. Помнится, ты сам хотел меня убить!

- Вик, перестань. Я хочу, чтобы ты жил. Понял?

- Как прикажешь, хозяин, - снова съязвил я.

- Перестань, - попросил Дэниэл, поморщившись.

- А что? Это ведь правда. Я жив только благодаря тебе. Тебе и служу. Ну чем ты мне не хозяин?

Дэниэл молча убрал руки от моего лица и встал. Я тоже встал, слегка поморщившись от боли.

- Я улажу это дело, - сухим, имперским тоном сказал Дэниэл, - и ты вернешься к своим обязанностям.

Он уже развернулся, чтобы уйти, когда я наконец-то сказал то, что думал на самом деле.

- Я скучал...

Дэниэл замер. Потом развернулся и внимательно посмотрел на меня.

- Ты ненормальный, Вик, если скучал по мне после всего, что я с тобой сделал...

Я кивнул.

- ...и я этому рад, - закончил Дэниэл и обнял меня.

Я ответил ему тем же. Странно, но я действительно скучал по нему... Он - это то немногое, что было у меня в этом чертовом мире.

Дэниэл отодвинулся от меня и сказал:

- Я тебя вытащу.

Потом он ушел. А меня накрыла боль...

Планета 'Вечная ночь'.

2072 год от создания Империи.

Я проснулся от боли. Болело все тело, каждая его клеточка, было ощущение, что в моих венах не кровь, а плазма. Я застонал. Ко мне тут же подбежал Сельвано.

- Боже! Брат Виктор, кажется, стрела все-таки была отравлена, - его голос звучал так сочувственно, как будто меня уже отпевали.

- Ничего страшного, - выдавил из себя я, - все в порядке.

Сельвано положил руку мне на лоб и с ужасом произнес:

- Ты весь горишь!.. Давай приложим крест к твоей ране, и я буду молиться за тебя. Бог услышит и поможет.

Я улыбнулся. Наивная вера в Бога. В существование доброго и всесильного кого-то, кто обязательно спасет в трудную минуту. Я же привык доверяться только себе.

Сельвано снял с себя крест и приложил к ране, приказав держать. Я послушно держал. А он начал молиться. Первое время я ничего не чувствовал, но потом, к своему удивлению, понял, что боль уходит. Телу сразу стало легче. О чем я и сообщил Сельвано. Тот улыбнулся.

- Ну, вот видишь. Теперь мы можем идти дальше. Боги благосклонны к нам.

Я, слегка улыбаясь, кивнул. Странно, но его молитвы помогли. Мне действительно стало легче...

***

Еще через четыре дня мы вышли за пределы этих мертвых мест. Первое, что я услышал, это пение птиц. Потом увидел животных. Сельвано был рад, и во время одного из наших перерывов куда-то отлучился и принес птичьи яйца. Мы их зажарили и с удовольствием съели.

- Видишь, брат, - обратился ко мне Сельвано, доедая свою порцию, - нужно верить в Бога, и Он тебя не покинет.

- Да, наверное, ты прав, - согласился я, прожевав очередной кусочек яичницы. Он был очень вкусным. У меня даже настроение поднялось. Рана немного мешала, но не сильно. Жара и боли больше не было.

Я вздохнул и посмотрел на небо. Здесь оно было просто великолепным. Почти как глаза Дэниела... только те были еще красивее...

Внезапно у меня резко заболело сердце. Я вздрогнул и схватился за грудь, чуть согнувшись. Дыхание сбилось, и онемела левая рука. Ах, да. Как я мог про тебя забыть, мое родное сердце?

- Брат Виктор? Что с тобой? Тебе плохо? - он приподнялся со своего места, чтобы подойти ко мне.

Я приподнял руку, останавливая его.

- Не надо, - прошептал я сквозь приступы, - сейчас пройдет. Вы не сможете ничем помочь. Это... - я смог выдавить из себя улыбку, - мое испытание.

С чего я это взял? Сам не знаю. Но и правда, через полминуты приступ прекратился. Я вздохнул более спокойно.

- Знаешь, брат Виктор, а если болит сердце, это значит, что ты слишком долго сдерживал эмоции.

Я кивнул.

- А почему? - неожиданно спросил Сельвано.

- Меня так воспитали. Я по-другому не могу.

- Это всего лишь отговорки, - фыркнул Сельвано.

- Возможно... - я слегка задумался.

- Эх, брат, - вздохнул Сельвано, - ты упрям, как горный козел. Да простят мне Боги такое сравнение.

Я рассмеялся.

- Возможно.

Сельвано подхватил мой смех. Теперь на равнинах темной планеты смеялись два совершенно разных человека, с разными целями, но пока бредущих по одной дороге, и даже не знающих, куда.

Чуть погодя Сельвано сказал:

- Знаешь, мне кажется, что это не твое испытание. Я имею в виду сердечную боль.

- А какое же тогда?

- Не знаю, брат, - потом неожиданно улыбнулся, - но сердце там тоже будет присутствовать. А теперь давай ложиться спать.

Во сне я опять стал погружаться в неприятные воспоминания. В болезненные и мучительные... Кажется, я сам стал догадываться о том, какое у меня испытание...

А1 - Империя. (Планета правителя).

1713 год от создания Империи.

- Почему ты всегда такой?! - я орал на Дэниэла, рискуя получить хорошую трепку.

Но Варт пока спокойно меня слушал.

- Какой?- спросил он меланхолично.

Я задохнулся, не находя нужных слов.

- Ты... ты... ты просто чокнутый убийца! Иногда мне кажется, что ты и меня убьешь когда-нибудь!

Дэниэл отвернулся от раковины, где смывал с рук кровь после очередной перестрелки и, посмотрев на меня, спокойно сказал:

- Если понадобится. А тебе не мешало бы сбавить тон.

Я вздохнул. Он прав, не стоит злить его раньше времени. И уже более спокойно спросил:

- Дэниэл, ну почему ты такой? Я знаю, что ты кого-то ищешь, чтобы убить. Но кого и за что?

Варт, ничего не ответив, прошагал мимо меня в зал. Я пошел следом, продолжая расспросы:

- Что тебя так убивает? Дэниэл, скажи мне, пожалуйста, на чем ты помешан?

Дэниэл сел на диван, я опустился рядом.

- Дэниэл...

- Хватит, - резко обрезал он.

Я нахмурился.

- Нет, не хватит! Если хочешь, можешь избить меня, но я должен знать, почему ты себя так убиваешь! Для меня это важно. Понимаешь?!

Дэниэл вздохнул и сказал:

- Вик, когда ты повзрослеешь? Некоторые вещи тебе совершенно необязательно знать. И эта вещь одна из них.

Я резко встал с дивана и теперь смотрел на Дэниэла сверху вниз. Меня душила злость. Он никогда ничего не говорил мне о себе! А я так хочу знать. Все файлы в интернете про него засекречены. И сам молчит.

- Знаешь, Дэниэл, никогда не стану таким, как ты! - выпалил я. - Не хочу стать глухим, слепым, бездушным и бессердечным вдобавок!

Дэниэл улыбнулся, глядя на меня, и грустно сказал:

- Станешь, со временем станешь. Но, надеюсь, только внешне. - Потом, помолчав, добавил: - Хочешь знать, почему я такой?

- Да, очень хочу!

Варт еще раз внимательно на меня посмотрел. Потом кивнул.

- Хорошо.

- Ты согласен рассказать, что сделало тебя монстром?! - воскликнул я.

Дэниэл встал с дивана и пошел к флэш-проигрывателю.

- Не рассказать, а показать. Только учти: тебе это не понравится.

Варт достал флэш-карту и вставил ее в порт проигрывателя, потом, вздохнув, включил его и снова сел на диван. Я последовал его примеру.

На экране возникла синяя заставка. Потом какая-то комната крупным планом. Хорошо обставленная, красивая. Затем камера слегка отъехала назад, и я увидел два кресла. К ним, за руки к подлокотникам, были привязаны два человека. Молодая женщина лет двадцати на вид и мальчик лет двенадцати. Мальчик сильно походил на женщину, из чего я сделал вывод, что он ее сын. За камерой раздался приятный мужской голос:

- Я не буду тебе ничего говорить. Ты и так все понял. Тебя предупреждали. Теперь смотри.

После этой фразы к девушке подошло двое мужчин в масках, которые отвязали ее от стула. Она при этом сильно сопротивлялась. Мальчик тоже рвался как дикий зверь. Молча, яростно, безумно. Но единственное, чего он добился, это удара по лицу от одного из мужчин. Голова мальчика дернулась, на губах выступила кровь.

На полу расстелили большую клеенку. Мужчины достали ножи и выволокли женщину на середину комнаты.

Мальчик снова забился, с утроенной силой.

Я взглянул на Дэниэла. Тот сидел и, не моргая, смотрел в экран. Кажется, я догадываюсь, кто на записи. Он говорил, что у него была семья. Но никогда не говорил, что с ними случилось. Отводя взгляд от Варта, я снова стал смотреть запись, уже догадываясь о том, что будет дальше.

Женщина гордо выпрямилась и, глядя на мальчика, сказала:

- Будь храбр, сын мой, и не бойся смерти...

В этот момент один из мужчин ударил ее ножом в бедро. Женщина с тихим стоном осела на пол. На клеенку потекла ее кровь. Она попыталась достать из себя нож, но мужчина опередил ее, вытащил его, а потом снова ударил. На этот раз в руку. Она вскрикнула.

- Мама!!! - закричал мальчик. - Мама!!! Перестаньте!

Женщина посмотрела в его сторону и протянула к нему руку, по которой тут же прошелся удар, отсекая ей три пальца. Она снова закричала. Мальчик тоже, безуспешно пытаясь освободиться из кресла. Кровь снова хлынула на клеенку. Женщина упала в собственную кровь, рефлекторно зажимая кисть другой рукой.

Мужчины же стали ходить вокруг нее, как бы ища место для следующего удара. Потом один из них с размаху пнул ее в живот. Женщина снова застонала. Второй мужчина тоже присоединился к избиению. Они били ее ногами, изредка добавляя удары ножами. Мальчик все время кричал, выл и рвался к матери. Минут через пятнадцать они подняли то, что осталось от некогда красивой женщины, и повернули лицом в камеру. Хотя лица как такового там уже не было - сплошная кровавая маска. Один из мужчин, недолго думая, выколол ей глаза. Второй через несколько минут перерезал ей горло. Да так хорошо, что почти отделил голову от тела.

Потом, бросив ее прямо тут, они направились к мальчику. Тот по-прежнему вырывался. Они отвязали его и тут же засыпали ударами. Но мальчик все равно сопротивлялся, до самого конца. А запись была длинной, полтора часа.

В конце записи за кадром снова послышался бархатный голос мужчины:

- Во всем виноват только ты.

Запись кончилась.

Я снова посмотрел на Варта. Тот сидел с закрытыми глазами. Я, не удержавшись, провел рукой по его лицу. Он моргнул и открыл глаза. Потом поцеловал мою ладонь и уткнулся в нее лбом.

- Это была твоя семья? - спросил я.

- Да. Жена и сын. Они такие же, как я, поэтому умирали долго, - бесцветным голосом ответил Варт. - Я живу только ради того, чтобы найти их и убить. Тех, кто это сделал.

Я кивнул. Достойно.

- И если я не успею это сделать, сделай ты... - неожиданно сказал он.

Я удивленно заморгал...

...и проснулся. Меня разбудил Сельвано. Настало мое время дежурить.

Планета 'Вечная ночь'.

2072 год от создания Империи.

Когда Сельвано выспался, мы двинулись дальше. В середине нашего дневного путешествия у меня вновь разболелось сердце. Резко, неожиданно, остро. Аж дыхание перехватило. Я остановился, слегка согнувшись и приложив ладонь к сердцу, как будто это чем-то могло помочь. Сельвано, сделав несколько шагов, обернулся и обеспокоенно спросил:

- Брат Виктор, вам опять плохо?

Я сжал зубы и отрицательно покачал головой. Сельвано сделал шаг ко мне, но я поднял руку, останавливая его. Боль усиливалась. В глазах начинало темнеть. Я потянулся в сумку, там обезболивающие. Нащупав рукой, я достал шприц и сделал себе укол. Боль сразу отступила, но не исчезла, а где-то затаилась.

Сельвано все-таки подошел и помог мне разогнуться. Потом спросил, глядя на использованный шприц:

- Что это?

- Это шприц. У нас на родине, за морем, это новейшее открытие, - соврал я.

- Ясно. Значит, скоро и до нас дойдет.

Я кивнул. Потом достал коробку с адреналином и, показав ее Сельвано, сказал:

- Брат, если мне станет совсем плохо, пожалуйста, вколите мне это прямо в сердце, между ребер. Хорошо?

Сельвано кивнул. Понемногу мы продолжили путь.

Боль так полностью и не ушла. Она сидела где-то внутри и, когда ослабевало действие обезболивающего, возвращалась с новой силой. Поэтому всего через четыре дня пути у меня кончились инъекции. В тот же вечер я выкинул коробку со шприцами в костер и задумался. У меня есть всего два шприца с адреналином... и все. Боль скоро снова вернется. А бороться с ней больше нечем. Хотя Сельвано утверждает, что мы совсем рядом со Святыми. Может, успею?..

По ночам мне продолжали сниться кошмары, но я почти не запоминал их. К счастью.

***

Утром после того, как у меня кончились обезболивающие, мы с Сельвано были вынуждены остановиться. Наш дальнейший путь преграждала застава. Высокие деревянные стены тянулись на много километров в обе стороны, поэтому обойти не представлялось возможности. На вышках, расположенных каждые пятьдесят метров, стояли люди. Мы с Сельвано направились к ним, в надежде договориться и получить возможность пройти. Но стоило нам появиться в зоне их видимости, как один из постовых вскинул арбалет и крикнул:

- Стоять, больше ни шагу! Кто такие? Куда путь держите?

Ответил Сельвано:

- Доброй ночи вам. Мы паломники. Идем к Святым.

На вышке рассмеялись. Потом раздался ехидный голос:

- А Святых не существует. Дальше наши земли, и вам туда дороги нет! Убирайтесь!

Сельвано нахмурился и сделал шаг вперед.

- Пропустите нас, мы не несем никакой опасности...

- Стой, где стоишь! Иначе пристрелю нахер! И Святые тебя не спасут! - голос сочился злобой.

Наступила тишина. Сельвано остановился. Я же просто не двигался. Сердце, как нарочно, снова начинало болеть. Потом Сельвано сделал еще шаг вперед. Просвистела стрела, я вздрогнул. Стрела вонзилась у ног Сельвано. Сердце екнуло, и у меня вырвался судорожный вздох. Что он делает?! Они же его пристрелят!

Я сделал шаг к нему. У моих ног тоже воткнулась стрела.

- Еще шаг, и стреляем на поражение! - раздался крик с вышки.

Сельвано обернулся ко мне и, сняв с шеи крест, кинул его. Я рефлекторно поймал. Сельвано улыбнулся и, отвернувшись от меня, сделал шаг вперед...

Мое сердце пропустило ход, а потом взорвалось такой болью, что я вскрикнул. В глазах снова потемнело, но я успел увидеть, как стрела пронзила шею Сельвано, и ее наконечник вышел сзади. Его тело упало. А вслед и я. От боли. Стрелы полетели и в меня, но вокруг меня возник солнечный купол. Я взглянул на крест. Он светился. Вот, значит, как...

Я попытался дотянуться до сумки, чтобы достать адреналин, но даже пошевелиться не смог. Левая рука полностью отказала, правая почти не шевелилась. По всему телу растеклась боль... Вот, наверное, и все... На границе сознания я неожиданно обнаружил, что рад этому. Рад своему концу. Только бы быстрее кончилась и боль...

Краем глаза я увидел, что чья-то фигура вошла в сферу, где лежал я. Надо мной склонился... Сельвано!!! Живой! Он улыбнулся и погладил меня по голове. Потом произнес:

- Святые есть, брат. Есть и Бог.

Я выдавил из себя всего несколько сдавленных хрипов, хотя хотел спросить о многом. Сознание покидало меня. Но я успел разглядеть, как Сельвано потянулся к моей сумке...

Потом были звезды. Много. Галактики. И боль прошла. Совсем. Было хорошо. Я летел. И дышал... свободой...

Но продлилось это недолго. По моему телу как будто бы пустили ток. Мышцы задергались, и в мозг снова ворвалась боль. Я закричал. Мне было больно и обидно, что не дали умереть... Потом я услышал голос. Незнакомый.

- Уходи и забирай то, что тебе надо. Но знай: никогда боле ни ты, ни кто-либо из вас не сможет сюда попасть. Это не ваш мир. Это Мой мир.

Потом меня куда-то выкинуло, и я снова потерял сознание...

ГЛАВА 4. "Да, я убийца..."

Планета вне классификаций.

2072 год от создания Империи.

Очнулся я у себя в палатке, лежа на полу, на спине. Левую ладонь успокаивающе покалывали острые грани креста. Мне удалось его заполучить... Чудом удалось... Одежда на мне была та же, что и на 'Вечной ночи'. Я с трудом поднялся. Голова сильно кружилась, и сердце по-прежнему болело. Боль постепенно нарастала. Вот теперь точно надо к Игорю.

Подойдя к столу, я положил крест и, шатаясь, побрел к выходу из палатки. Обо всем буду думать потом. Вначале, раз уж не дали умереть, надо выжить. Аккуратно прощупав способности, я с безграничным облегчением обнаружил, что могу ими пользоваться. Остановившись, мысленно попытался связаться с Игорем. Но смог лишь произнести его имя, потом связь оборвалась. Я осел на пол перед выходом из палатки. Сил не осталось.

Через полминуты в палатку бегом ворвался Игорь.

- Виктор Александрович! - его голос показался мне таким родным, что я, лежа у его ног, улыбнулся. Боги, неужели я вернулся?!

Игорь опустился рядом со мной на колени и, приподняв мою голову, начал быстрый осмотр. Что не мешало ему отчитывать меня как маленького ребенка.

- Виктор Александрович, сейчас мне помогут, и вы отправитесь на принудительное лечение. Именно на принудительное! Если понадобится, то я, плюнув на субординацию, свяжу вас, и... - он замолчал.

Я снова улыбнулся. И что ты сделаешь? Боль больше не усиливалась. Стало так хорошо, что глаза от облегчения закрывались сами собой. Как же хочется спать.

Игорь истолковал это по-своему и, положив руку мне на сонную артерию, торопливо, сбивчиво, заговорил. На секунду мне даже показалось, что он сейчас заплачет.

- Не смейте. Слышите?! Не смейте мне тут умирать! Только не при моей жизни!

Я с огромным усилием приоткрыл глаза. Хотя очень не хотелось.

В палатку вошли еще люди, подняли меня, положили на грави-носилки и отправили в мед. часть. Я вдруг понял, что улыбаюсь, широко и бездумно. Все закончилось. По крайней мере, пока. Всю дорогу Игорь продолжал ворчать что-то по поводу моего отношения к себе. Я же просто наслаждался этим знакомым голосом, в котором звучало искреннее беспокойство. Но когда меня завезли в палатку, я совершенно неожиданно почувствовал, что куда-то проваливаюсь!

Легкий вздох. Глаза закрылись. В голове зазвенело от возникшей там пустоты. Сердце снова сдавила резкая боль. Я рефлекторно дернулся.

- Черт! Быстро обезболивающие, адреналин, и на стол его, на стол! - закричал Игорь.

И что он кричит? Все будет хорошо, вот и боль постепенно затихает, оставляя мое измученное сердце в покое. Я расслабился, наслаждаясь вновь обретенным покоем. Сознание понемногу растворялось, и обрывки слов, которые до него долетали, начинали сплетаться в причудливые узоры.

- Быстрее! - снова раздался крик Игоря. - Собрался он тут умирать! У меня на руках! Ну уж нет. Извините за хамство, но хер вам, а не смерть! Я... - его голос стал затихать в моем сознании.

А потом мне стало легко...

***

Я снова пришел в себя. Сколько можно? Так неохота, но все равно умереть не дают. Заставляют жить. Я скрипнул зубами от злости. Тут же мне на лоб легла чья-то рука.

- Очнулся, - раздался голос Игоря. - Если вы еще раз доведете себя до такого состояния... я вас сам убью.

Я открыл глаза. Передо мной стоял Игорь, проверяя показания датчиков, прикрепленных ко мне. Шнуры от них тянулись куда-то под лечебную капсулу.

- А ты не забыл, что за такие слова я тебя могу убить? - хрипло спросил я.

Игорь улыбнулся. Чисто, открыто, дружелюбно. И сказал:

- Нет, не забыл. Но мне, уважаемый Виктор Александрович, глубоко плевать на это. Я, надеюсь, ясно выразился? Можете убить меня, вот только я сначала долечу вас, и все. Делайте со мной, что хотите. Хорошо? - он снова улыбнулся, глядя на меня. Глаза Игоря лучились теплом и заботой. Такой взгляд обычно присущ только докторам от богов.

Я улыбнулся ему в ответ. Конечно, я не буду его убивать за то, что он говорит и делает. Хотя надо бы как-то наказать. Хотя бы палок сорок всыпать. Но я не хочу. Мне нравится Игорь. Я благодарен ему за то, что он есть. И за эти его нравоучения тоже очень благодарен.

Игорь отложил анамнез и, подойдя ко мне, расстегнул мою рубашку. Мой взгляд тут же уперся в свежий шрам на левой стороне моей груди. Игорь тут же объяснил:

- Вы умерли. И я делал вам прямой массаж сердца. Так как оно, послав вас в пешее эротическое путешествие, отказалось работать. В отпуск уехало. Но потом все же вернулось. И теперь вы снова живы.

- Угу, - грустно сказал я.

Игорь тут же вспылил.

- Что значит угу? Вы не рады?.. Да даже если и не рады. Мне плевать, я вам не дам умереть... - он как-то резко затих, и голос упал почти до шепота.

Я снова улыбнулся и лукаво посмотрел на Игоря. Он что, смущается? Я приподнял бровь и решил съехать с темы моего здоровья.

- Не кричи, Игорь, а то можно подумать, что ты и не имперец вовсе.

Игорь выдохнул и, помолчав немного, сказал:

- Между прочим, кое-кто очень ждал, пока вы придете в себя.

- И кто это? - я даже удивился.

А Игорь издевательски сообщил, что-то чиркнув в моей истории болезни:

- Вечером придет, узнаете. Все, я ушел, а то, судя по звукам, ко мне привезли нового пациента.

Он кивнул мне и вышел в смежную палатку, где обычно принимал пациентов. Я вздохнул. Ну вот. Опять меня заставляют думать. Не легче ли просто сразу сказать, кто ко мне приходил, пока я был без сознания. Конечно же, нет. Надо помучить мой бедный мозг. Как будто мне больше не о чем думать. А мне ведь есть над чем поразмыслить. Например, что это за голос был, там, на 'Вечной ночи' и почему я вернулся живым. Оно меня оживило? Или все это было просто плодом умирающего сознания, и я всего-навсего каким-то образом вывалился обратно, сюда? Почему я видел Сельвано? Ведь он умер? Или это был вовсе не Сельвано, а кто-то другой? Но тогда кто?

От этих мыслей у меня разболелась голова. Я по привычке прощупал свои способности. Они были, и это радовало, но их уровень можно было оценить процентов в десять от ста. Это немного пугало. Я сейчас беззащитен. Если кому-то вздумается меня убить, я даже пикнуть не успею.

Думая об этом, я не заметил, как задремал. Из блаженного состояния полусна меня вырвал чей-то крик. Даже вопль. Полный чего-то такого, отчего у меня волосы дыбом встали. В этом крике был ужас, животный, неописуемый. Я так боялся только один раз в жизни. Когда падал со скалы на Б-16...

Крик повторился, на этот раз более приглушенный, видимо, кто-то пытался заткнуть ему орущему рот. Я тихо встал и, застегнув рубашку (после Игоря она так и осталась расстегнутой), вышел в смежную палатку, откуда и доносились крики. Сделав пару шагов, я понял, что не только беззащитен в смысле способностей, но еще и слаб, как котенок. Дойдя до источника шума, я уже запыхался, как будто пробежал километров десять.

Когда я, откинув полог палатки, вошел внутрь, на меня тут же набросился какой-то парень. При этом он кричал:

- Нет! Нет, не надо! - он вцепился в меня обеими руками и продолжал орать: - Помогите! Я не хотел! Я не специально! АААААА! Не надо, пожалуйста!

Я молча смотрел в глаза обезумевшему по какой-то причине парню. Не мог его вспомнить, хотя точно знал, что он из моего лагеря. Его глаза лихорадочно бегали, губы дрожали, лицо исказилось в гримасе ужаса. Казалось, еще чуть-чуть, и он просто умрет от страха. Хотя, возможно, так оно и было. Надо отвести его к Игорю. Не знаю, что с ним произошло, но ему нужна помощь. Взяв его за плечи, я, глядя ему в глаза, сказал:

- Все хорошо. Ты в безопасности.

На что парень лишь сильнее вцепился в меня и забормотал:

- Нет, нет, нет. Они меня найдут! Я в этом уверен. Я их вижу. Они здесь, они хотят мстить...

Тут в палатку с другого входа вбежал Игорь с какой-то инъекцией в руках.

- Держи его! - крикнул он.

Я машинально крепче сжал парня. Тот, в свою очередь, забился в моих руках, пытаясь вырваться и крича:

- Нееет! Отпустите! Они идут! Я должен бежать! Должен. Вы не понимаете...

- Держи этого психа! - это опять крикнул Игорь, подбегая к нам. - Держи, - он выдохнул и обратился теперь уже к парню, - я сейчас сделаю тебе укол, и твои призраки отстанут от тебя. Ясно?

Парень затряс головой в знак отрицания:

- Нет, не отстанут! Они меня убьют! Доктор, вы меня не понимаете!

Игорь, меланхолично кивнув, всадил ему укол, от которого парень сразу обмяк и повис у меня на руках. Игорь забрал его у меня и куда-то понес, а парень в бреду повторял лишь:

- Помогите, помогите...

Игорь же, неся его, спокойно отвечал:

- Поможем, поможем.

Я задумчиво посмотрел Игорю вслед. А потом пошел за ними. Мне нужно узнать, что с этим парнем.

Когда я, наконец, дошел до них, Игорь уже успел уложить парня в лечебную капсулу и погрузить его в сон. Увидев меня, он выругался:

- Вот ведь! Еще один недобиток ползает. Вы что, все сговорились сегодня?

- Игорь, а ты не обнаглел? Такими словами со мной разговаривать? - тихо и спокойно спросил я. Я на него ни грамма не злился. Но все же ему стоило помнить о том, кто я.

Неожиданно для меня, как и для себя, я думаю, Игорь смутился и покраснел:

- Простите, Виктор Александрович, просто я немного устал за сегодня. Вначале угрозы, потом вас еле вытащил, еще и психа буйного привезли. Для нашего лагеря это много.

- Угрозы? - спросил я. - Кто и зачем тебе угрожал?

Игорь молча смотрел в пол, держа в руках анамнез парня. На мой вопрос он не ответил.

- Игорь, кто тебе угрожал? - снова спросил я, но на этот раз с легким нажимом.

Игорь опять промолчал. Кажется, он пожалел о своей оговорке. Ну что, мне его пытать теперь, что ли?

- Игорь. Ответь, или я сам все узнаю. Просто мне бы не хотелось так поступать с тобой... - сказал я устало.

Игорь вздрогнул. Он знал, что я могу просто взломать ему мозг и узнать все сам. Но эта процедура болезненная и с последствиями. Хоть сейчас у меня и не было на это сил, но память у меня хорошая, я могу сделать это чуть позже.

- Ну так как, Игорь Александрович, давайте по-хорошему? - в очередной раз предложил я ему.

Он же, не поднимая головы, пробормотал:

- Сэллеверина кир Лан. Ваша жена.

Я удивленно заморгал.

- Сэлл? И зачем она тебе угрожала?

- После того, как я вас еле откачал, вы впали в кому из-за истощения сил, то есть жизненной энергии. Как раз в это время пришла Сэлл... И, угрожая мне смертью, заставила сделать одну вещь... - он замолчал.

- Какую? - с нажимом спросил я. Мне не нравилось, когда Игорь молчал.

Тот в ответ молча протянул мне левую ладонь. Там красовался свежий рубец.

- Твою... ж... - выругался я. Сэлл что, совсем рехнулась?! Потом, сжав зубы, спросил у Игоря: - А ты чем думал? Ты же теперь будешь жить намного меньше!

Игорь меланхолично сказал:

- Почему, ненамного. Я же не всю энергию вам отдал, а только часть. Да молод я еще, время пожить есть.

Я зарычал от злобы.

- А что вы хотели? Только так можно было вытащить из полусмерти существо, которое не хочет жить. Я, в отличие от вас, жить хочу, поэтому так и сделал, - голос Игоря был таким же бесцветным.

То, что он сделал, мне кажется ужасным. Он отдал мне часть своей жизни. Пусть даже под угрозами Сэлл. Я не верю в то, что она бы его убила. Теперь он будет жить лет на пятьдесят меньше, чем должен был. А я больше. Зачем?.. К счастью, чтобы так сделать, нужна определенная способность, и она есть далеко не у всех...

Я просто подошел и обнял Игоря. Крепко. Так меня обнимал Дэниэл, когда не мог выразить мысли словами... Игорь вначале напрягся, а потом обнял меня в ответ. Так мы стояли довольно долго. Наконец, отпустив Игоря, я спросил:

- Что с этим парнем?

- Он сошел с ума. По роковому стечению обстоятельств он убил десять невинных людей, и теперь ему кажется, что их призраки преследуют его и хотят убить. - Потом спросил меня: - А вас такие видения не беспокоят?

- Нет, - ответил я. Если это и была попытка поддеть меня, то она не удалась.

- Это хорошо. - Игорь снова посмотрел на парня. - Я думаю, что со временем смогу его вылечить, - сказал он, потом опять внимательно посмотрел на меня и добавил: - А вам для восстановления нужно проваляться в кровати под моим наблюдением еще недельки две. И я вам это говорю, как ваш лечащий врач. И даже не думайте мне перечить.

Я улыбнулся:

- Ладно, ладно. Думаю, недели две отдыху я заслужил.

- Да, кстати. Ваша жена придет где-то через час, - сказал Игорь. - А сейчас прошу вас покинуть отделение интенсивной терапии и отправиться в свою палату.

Хмыкнув, я вышел. Добрел до своей 'палаты', хотя это скорее просто комната, отделенная хрупкими 'стенами' палатки. Сев на койку, я задумался, а почему мне стало так интересно, что произошло с тем парнем. Наверное, потому что я тоже убивал невинных, и меня тоже мучили. Конечно, не призраки, а так, кошмары.

Я прикрыл глаза. Да, я убийца. Может, Империя права?.. В голове всплыли воспоминания...

В-25.

1715г. от создания Империи.

Я не понимал, что делаю здесь. Среди этих людей. Не понимал, зачем мне дали пистолет, и чей-то ласковый голос шептал мне на ухо:

- Убей их. Очисти этот мир от скверны.

Я обернулся. Вот та, из-за которой я здесь. Красивая бортпроводница, живущая на этой же планете. Мы познакомились на одном из ее рейсов. У меня был отпуск, а на В-25 был прекрасный санаторий. Вот по дороге в него я с ней и познакомился. Наверное, это была страсть с первого взгляда. Не любовь, а именно страсть. Первый раз я овладел ею прямо в самолете. А потом мы начали встречаться и на твердой поверхности. Мне она нравилась тем, что не лезла мне в душу, не строила планов. А я ей нравился, в принципе, тем же, только плюс еще я был для нее отличным любовником. Все было прекрасно. Бурный роман, потом обмен контактами, и мы разлетелись кто куда. Но три месяца назад она нашла меня и сказала, что беременна. Для меня это был шок. Поэтому я, ни слова не сказав никому, взял отгулы и улетел к ней на В-25.

Встретила она меня в самолете, по-прежнему красивая и страстная. Я слегка засомневался в том, что ребенок мой. И, приземлившись, мы решили провести генетическую экспертизу. Результат был положительным. Ребенок мой. Но что дальше делать, я не знал. Жениться в мои планы пока не входило, но и бросать ее с ребенком я тоже не собирался. Я быстренько купил нам домик и улетел обратно на А1, к Дэниэлу. Продолжал работать по-прежнему, просто теперь чаще брал отпуска и выходные. Никто ничего по-прежнему не знал.

Примерно через месяц я узнал, что она состоит в какой-то странной нелегальной группе 'Очисти мир от скверны'. Чушь какая-то. Один раз она уговорила и меня сходить к ним. Их главный был симпатичным мужчиной средних лет. А проповедовал он убийство нечестивых, то есть убийц, насильников и т.д. Идея хорошая, но способы мне не очень нравились. Хотя Империя делает более худшие вещи, и даже не во имя веры. Поэтому я не стал возражать против того, чтобы она ходила туда. Раз в неделю и сам тоже заглядывал.

И не заметил, как втянулся. В Империю больше не возвращался, на звонки Дэниэла не отвечал. Мне было хорошо здесь, где на первом месте вера, а не деньги и политические интриги. И вот однажды, когда моему еще не рожденному ребенку было восемь месяцев, меня вечером привели сюда.

Большой ангар далеко в пустыне, где никто ничего не услышит. Ангар забит всякими коробками и прочими вещами. В центре, далеко от выхода, пустое пространство. Судя по всему, обычно пустое. Но сейчас там стояли до смерти напуганные люди. Мужчины, женщины, подростки. Грешные. Наш глава вложил мне в руки пистолет и сказал:

- Убей их, ибо они грешны.

Я ничего не понимал. Они стояли передо мной, испуганные и беззащитные. Я их не знал. Ни одного. В своей жизни я убивал много раз, и женщин, и детей. Но я был уверен в том, что все они заслужили смерть. А здесь... Я не был уверен, и даже когда она, тихо подойдя сзади, прошептала: "Убей их, очисти мир от скверны" - я все равно не был уверен. Но тут кто-то из грешных совершил роковую для себя и других ошибку. Воспользовавшись нашей заминкой, он бросился на меня. За меня все сделали вбитые в голову рефлексы. Выстрел, и его тело с дырой в животе рухнуло на пол. Толпа вскрикнула, какая-то женщина бросилась к мертвому и принялась рыдать, при этом громко проклиная меня. Я снова услышал голос над ухом. Опять ее. Нежный, ласковый, расслабляющий и убеждающий.

- Отправь ее к мужу, пусть их души освободятся от греха и воссоединятся на небе. Помоги ей. Помоги всем им. Будь милосерден. Им тяжело жить во грехе. Отпусти их. Дай свободу.

Я молчал. В голове постепенно становилось пусто. Я слышал только проклятия несчастной женщины, мужа которой я только что застрелил. Может, ей и вправду лучше отправится за ним.

Прервав мои мысли, она, видимо обезумев от горя, тоже кинулась на меня. И так же упала с разнесенной на мелкие кусочки головой. Куски ее черепа разлетелись по полу, ошметки мозгов и кровь запачкали тело ее мужа. В толпе раздался чей-то рев, и на меня бросилось уже несколько людей. А я стрелял. Толпа пришла в движение, на меня бежали люди. Кто-то бежал сам, кого-то толкали, кем-то прикрывались. Мне было без разницы, я стрелял. Тела падали. Позади меня слышался тихий, довольный женский смех. А потом, когда один из толпы все-таки добежал до меня, ему тоже разнесли голову. Но уже не я.

Я увидел Ее с плазменным пистолетом в руках. Она смеялась. Ее платье запачкала чья-то кровь. Она отвернулась от меня и убила еще одного бегущего, потом еще и еще. По-своему она выглядела просто великолепно. Красивая, с длинными распущенными волосами и большим животом, добивающая выстрелом в голову очередного человека. Чем-то она походила на богиню. Жестокую, беспощадную, прекрасную.

Сзади меня тоже стреляли. А люди все не кончались и не кончались. Я стрелял, теперь я уже не мог остановиться, меня бы просто разорвали, и поэтому я убивал всех, кто пытался на меня наброситься. Сколько времени длилось это 'отпущение грехов', я не помню. Но, в конце концов, в ангаре наступила тишина. И только легкий смех матери моего ребенка нарушал ее. Потом она вытерла свои окровавленные руки об одежду какого-то трупа и сказала:

- Хорошо повеселились. Правда?

Все поддержали ее одобрительными возгласами, кроме меня. Я недоуменно посмотрел на нее. О чем она? Повеселились? Мы только что расстреляли несколько десятков людей, которые, скорее всего, этого не заслужили. А она говорит - повеселились. Это слишком. Даже для такого, как я.

- А ты, Виктор, почему не рад? - спросила она. - Ведь мы только что хоть ненамного, но сделали мир чище.

Я посмотрел на нее. В глазах у нее плясали искорки веселья. Да она просто чокнутая. Как и все они. Господи, что же я сделал?!

- Вы психи, - произнес я, крепко сжимая пистолет.

- Мы? Нет, Виктор, мы не психи. Мы несущие добро, - с улыбкой сказал главный, у которого с рук капала чья-то кровь, а на ногах мелкими крапинками был разбрызган чей-то мозг.

Я с горечью и ужасом вдруг понял, что должен их убить. Если все оставить так, то они будут продолжать 'Дарить свет' и 'Приносить облегчение'. Опустив пистолет, я тихо подошел к главному.

- Ну вот, - сказал он, выбрасывая пистолет и протягивая ко мне руки, - ну, вот ты и прошел крещение 'правдой'. Давай я обниму тебя.

Я улыбнулся, кивнул и, подойдя к нему, быстрым движением нырнул ему под руки. Оказавшись за его спиной, упер ствол ему в затылок.

- Руки подними, - приказал я.

- Виктор, что ты делаешь? - спросила Она.

- Руки! - еще раз повторил я для главы. Тот послушно поднял руки.

- Все вы! Бросить оружие, и подальше от себя. Вон в ту гору трупов! - голос звучал спокойно, но меня самого трясло от гнева. - Иначе я 'отпущу грехи' вашему пастору.

Они послушно бросили оружие.

- Виктор, - подал голос мой заложник, - ты поступаешь неправильно. Ты просто перенервничал, успокойся.

Я промолчал. Сознание лихорадочно строило варианты развития события. Вызвать 'охранную службу'? На этой планете они жутко неторопливы. А несколько часов до их появления я вряд ли смогу продержаться... И тут я придумал. Дэниэл. Он приедет быстро, а там и охрану можно вызвать. Свободной рукой я набрал на ЛК его данные. Мысленно связываться отсюда долго, и нужен покой, которого здесь нет.

Дэниэл ответил сразу:

- Да, - лицо его выражало беспокойство. - Вик? Ты где был?!

- Варт, мне нужна ваша помощь, - сказал я, не отводя глаз от остальных.

- Не сомневаюсь, - он хмыкнул. - А то ты бы не стал мне звонить. И почему так официально?

- Дэниэл, как можно скорее отправляйтесь на В-25 и прихватите с собой пару ваших ребят.

Он молча слушал. Варт всегда очень быстро соображал, и сейчас понял, что перебивать вопросами не стоит.

- За основным городом есть пустыня. В ее центре ангар. Я буду ждать там. Поторопитесь. Объяснения получите на месте. Прибыв на В-25, вызовите охранную службу и прямиком ко мне в ангар.

- Через тридцать минут буду, - ответил Дэниэл и отключился.

Наступила тишина. Потом глава спросил:

- Ты ведь на самом деле хочешь нас убить? - голос его звучал ласково и вкрадчиво. - Хочешь, я это чувствую, - в его голосе прозвучало издевательство.

И ведь эта тварь права. Я действительно хочу их убить, но нельзя. Тем более что одна из этих 'несущих свет' носила под сердцем моего ребенка.

- Ну так поддайся своему желанию, - вновь заговорил глава.

Я вздрогнул. Желание перебить их всех стало почти нестерпимым. Черт! Что он делает со мной?! Никакого вмешательства в свою голову я не чувствовал. Или просто не заметил?

- Виктор, ты же понимаешь, что мы не пойдем под суд. Да и смерть нас не пугает. Так что придется тебе нам помочь еще раз. Ты и так хорошо нам помог. Такой маленький и глупый.

Я растерянно заморгал. Но ничего не спросил. Хотя хотелось. Вместо вопросов я просто поплотнее прижал дуло к его затылку. Глава хмыкнул:

- Ну, Виктор, давай, убей. И начни с нее, - он кивнул в сторону моей любовницы. - Милая, ты ведь хочешь умереть?

- Да, - ответила она, улыбаясь и делая шаг вперед.

- Стой! - приказал я, но она не послушалась и сделала еще шаг вперед.

- Ну, теперь твоя очередь, - обратился ко мне глава, - переведи пистолет на нее...

Я с диким ужасом обнаружил, что именно так и делаю. Моя рука с пистолетом медленно отодвинулась от его затылка и повернулась в ее сторону. И я не мог остановиться! Я весь дрожал, и по лицу уже стекал пот от напряжения, но движение собственной руки не мог контролировать. Где-то в глубине сознания часть меня в восторге крикнула: 'Вот это способности!!!', и даже зааплодировала. Но мне было не до радости.

- Молодец, - сказал глава, отходя от меня и разворачиваясь. - А теперь целься ей в живот и спускай курок, - его голос был переполнен радостью.

Моя рука медленно поползла вниз, целясь в выпирающий живот женщины. А она спокойно стояла, широко раскинув руки, и улыбалась. Я же собирался убить своего ребенка.

- Вот так. Хорошо... - говорил глава, явно издеваясь надо мной. - Теперь стреляй.

Мой палец лег на спусковой крючок. В глазах стояли слезы. Я не любил эту сумасшедшую женщину. Но в ней мой ребенок! Я не хочу его убивать. Не хочу!

Раздался легкий щелчок, и ее тело отлетело назад, потом несколько раз конвульсивно дернулось и замерло. А я даже пистолет не опустил. Команды не было... Сознание отказывалось верить в реальность происходящего...

- Ну, вот и умничка, - ласковым голосом произнес главный. - А теперь иди, попрощайся с ней, и не забудь убить себя.

Мои ноги двинулись вперед, а потом... я, на свое счастье, поскользнулся на чьих-то внутренностях и упал, хорошо приложившись затылком об пол. В глазах заплясали звезды, и даже слух на мгновение отключился. Я приподнялся и рефлекторно положил руку на затылок.

Меня слушались руки! Эта мысль радостно вспыхнула в пылающей болью голове. Потом вернулся слух.

И первое, что я услышал, был голос главного:

- Вставай и иди.

Я мысленно хмыкнул и встал. Потом без лишних слов вскинул пистолет, который чудом удержал в руках при падении, и одним точным выстрелом вышиб главному мозги. В моем сердце запела злоба. Вот тебе, урод! Вздумал поиграть мной?! Теперь собери-ка свою голову с пола. Тоже очень интересная игра.

Остальные застыли в молчании. Я же стоял и улыбался. Все эти суки были у меня перед глазами. Двинутся, пристрелю. А если нет, то пусть дождутся Дэниэла. Он разберется.

Но буквально через тридцать секунд один из оставшихся со словами:

- Ах ты, ..., - кинулся на меня.

Я широко и с удовольствием улыбнулся, а потом, сказав:

- Угу, - нажал на курок.

Его тело по инерции прошло еще несколько шагов, а потом рухнуло. На меня уже неслись еще двое одновременно. Их я тоже убил. Последнему из всех не повезло. Он оказался сообразителен, и, перед тем, как побежать, причем не ко мне, а к выходу, он кинул в меня чей-то ботинок с торчащим из него куском ноги. Отчего я отвлекся, и выстрел, вместо того, чтобы оторвать ему голову, оторвал руку. Вот к чему приводит излишняя сообразительность. Побежал бы как все, давно бы умер. А так валяется тут сейчас и что есть силы орет, пытаясь отползти от меня.

Я подошел, навел на него пистолет и, пристально глядя в эти полные ужаса и боли глаза, сказал:

- Прощаю.

Спуск. Брызги крови и чего-то еще. Почему-то захотелось слизнуть с губ ошметок этого парня. Попробовать его на вкус. Мммм... ням. Но я сдержался. Вместо этого просто стер эту гадость с лица, встряхнул руку, вытер ее о штаны умершего. Потом встал и, посмотрев на их тела, еще раз улыбнулся. Снова навел дуло пистолета на одного из них и выстрелил. Зачем? Не знаю. Захотелось.

Подойдя к телу своей любовницы, я увидел голову ребенка, торчавшую из ее живота, развороченного моим выстрелом. Он так и не родился. И ему, наверное, было страшно умирать.

Я склонился над ее телом, потом встал на колени в лужу крови и человеческих останков. Затем взял голову своего нерожденного ребенка и погладил ее. Пальцы скользили по липкой от крови и материнской воды в утробе голове. Но мне было плевать. Я держал ее в руках, совсем еще крошечную и мягкую, и плакал. Слезы смывали с лица часть крови убитых мною, но совсем малую. Остальная часть плотно присохла к коже, а в душу просто въелась. Навсегда...

Взглянув на голову ребенка, я заметил, что у него открыты веки. Он смотрел на меня голубыми глазами, такими же голубыми, как у нее. Мне это показалось дико смешным, и я расхохотался. Мой смех эхом разлетелся по ангару. А я все смеялся и смеялся, сидя в луже крови, держа пистолет в одной руке, голову ребенка в другой.

Таким меня и увидели Дэниэл и еще три его парня. Здоровые такие, молчаливые. Привыкшие ко всякому... Но, наверное, такое они видели впервые, потому что когда они зашли, то кто-то удивленно спросил, глядя на меня:

- Что за ...?

Дэниэл быстро подошел ко мне, наступая на трупы, и спросил:

- Что это за резня, Вик?!

Я, глядя на него снизу вверх, прижал к себе голову ребенка и снова рассмеялся. Громко, истерично. Дэниэл молча поднял меня за шиворот и, придерживая так, три раза подряд ударил. Но я стал смеяться только громче. Тогда Дэниэл приказал своим 'мальчикам':

- Прочесать все. Выживших... - он посмотрел на меня, а я смотрел в застывшие голубые глаза, и у меня зрела мысль... - добить, - договорил Дэниэл, и потащил меня за шиворот к выходу. Я спотыкался, но брел. Выйдя на относительно чистое место, он толкнул меня к стене и, отойдя от нее, начал ходить взад-вперед, как зверь. Хотя почему как?..

- Кто их убил? - жестко спросил он у меня.

- Я, - просто ответил я, по-прежнему держа и пистолет, и голову в руках.

- Ясно, - он помолчал. - А это кто? - снова задал вопрос Варт, кивая на голову у меня в руках.

Я улыбнулся и, посмотрев на нее с нежностью, сказал:

- Мой ребенок. Точнее, его красивая голова. Я его убил, - на лице у меня застыла улыбка.

- Ясно, - снова повторил он. - Выкинь ее и пошли. Нам нужно убраться отсюда поскорее, пока не приехала охранная служба. Я ведь вызвал ее, как ты и просил.

- Вот и хорошо. Я их дождусь. Я достоин наказания, - меланхолично сказал я, в задумчивости глядя на пистолет. А может, и не стоит никого ждать? Хорошая идея.

- Ага, щас. Не будешь ты здесь сидеть. Я этого не позволю. Понял? - зло бросил мне Варт.

Я кивнул. Поднимая руку и быстро приставляя пистолет к виску. Дэниэл резко выдохнул. Прям как будто испугался. И даже руку вперед выставил:

- Стой. Ты не в себе, - голос его чуть дрожал.

- Дэниэл, я убийца. И должен умереть.

- И что? Я тоже убийца! - голос его чуть повысился. - И, поверь мне, на моих руках крови куда больше, чем на твоих. И я останавливаться пока не хочу.

- А я хочу. Хочу уйти. Устал, - я прикрыл глаза. И зря.

Варт в мгновение ока оказался рядом, выбил пистолет, а меня крепко сжал в объятиях. Я стал вырываться. Голова упала и куда-то укатилась. Я заплакал. Возникло ощущение, что во мне тоже что-то умерло. До сознания долетел голос Дэниэла:

- Уйти он хочет. Устал он... А я не хочу, чтобы ты уходил! - внезапно он закричал на меня, при этом безжалостно тряся. - Слышишь, не хочу! Запрещаю тебе умирать! И клянусь всем, что у меня осталось, что если понадобится, я запру тебя дома, свяжу и буду кормить сам. Насильно. Лишь бы ты жил. Понял? Я хочу, чтобы ты жил, - последнее он уже прошептал мне на ухо.

От его слов я разревелся еще сильнее и начал вырываться с удвоенной силой. Дэниэл не отпускал. Лишь крепче сжимал, и все. Я дергался, вырывался и орал от боли, что разрывала мою душу на части. Мои крики эхом разносились по огромному ангару, заваленному трупами. Я не мог замолчать, воздух в легких почти закончился, вдохнуть нормально я тоже не мог.

Дэниэл прижал меня лицом к себе:

- Тише, тише...- расслышал я.

От его слов новый приступ рыданий сотряс мое тело. Варт, не переставая крепко прижимать меня к себе, сел на пол. Я продолжал орать, задыхаясь от слез и срывая голос. Потом, от невозможности освободиться, стал бить Дэниэла по спине. Я царапал его и кусался, вырывался как безумный.

- Тише, - шептал он мне, - Все прошло, я с тобой... я рядом...

Я рыдал довольно долго и никак не мог успокоиться, в глазах начало темнеть от нехватки воздуха, и я стал просто задыхаться. Отчаянно хватая ртом воздух, я схватился руками за горло. Дэниэл, внимательно посмотрел на меня и ударил рукоятью пистолета в висок.

Наступила блаженная темнота.

А-1. Империя.

1715 год от создания Империи.

Пришел в себя я в ванной. Ванна была теплой, но красной от крови. Дэниэл аккуратно, губкой, смывал всю грязь с меня. Взгляд его был направлен в никуда. Но заметив, что я очнулся, он проморгался, посмотрел и провел мокрой губкой мне по лицу.

- Очнулся? - спросил он. - Хорошо, а то я уж думал, что слишком сильно приложил тебя.

Дэниэл погладил меня по лицу. Я, скорее по привычке, нежели осознанно, ткнулся лицом в его ладонь и, тихо вздохнув, сказал:

- Дэниэл, пожалуйста, скажи, что это был сон, - я поднял голову и умоляюще посмотрел на него. - Ну, пожалуйста...

Он же, посмотрев мне прямо в глаза, сказал:

- Это был НЕ сон, - голос его звучал спокойно и немного жестко. Как у палача. Или у хирурга, который, ампутируя ногу, говорит пациенту, что так будет лучше.

Я, застонав, попытался отвернуться, но не смог. Дэниэл взял меня за подбородок и, не переставая смотреть мне в глаза, сказал:

- Позволь мне посмотреть, что произошло, открой свое сознание.

- Нет, - тихо сказал я.

- Позволь. Тебе станет легче. Отдай часть этой боли мне, - попросил он. И впервые я услышал в его голосе мольбу.

Я промолчал, постепенно растворяясь в его глазах. Как же хорошо. Вот так бы и остаться навеки, превратившись в статую. Его глаза, руки, лицо... Все его тело. Я так к нему привык. Я понял, что не знаю, что буду делать, если Дэниэла вдруг не станет. Он столько раз спасал меня, заставляя жить. И мне всегда было интересно: зачем ему это? Но я знал, что правду он мне вряд ли расскажет...

- Вик? - тихо позвал меня Варт.

Я моргнул.

- Вик, пожалуйста.

Я еще раз посмотрел на него и... расслабился, позволяя Дэниэлу проникнуть в мое сознание. Мир поплыл, теряя свои очертания.

***

Когда я очнулся, Дэниэл выглядел хмурым.

- Знаешь, Вик, он был очень сильным телепатом и легко захватил контроль над твоим телом.

- Я должен был нормально защищаться.

- Ты бы не смог. Не твой уровень подготовки. Даже из окончивших Академию далеко не каждый бы смог.

- А ты? - спросил я. - А ты бы смог?

- Да.

- Научи. Чтобы никто и никогда не смог бы проникнуть в мое сознание без моего согласия.

- Хорошо. Завтра приступим.

Наступила тишина. Пока я 'спал', Дэниэл перенес меня на кровать и накрыл пледом. Мягким, уютным. Одевать не стал. Сам сел рядом со мной и рассеянно перебирал мои волосы. Взгляд его был опять устремлен в пространство.

- Знаешь... - неожиданно начал я, отведя глаза от Дэниэла.

- Что, Вик? - спросил он, не переставая перебирать мои волосы.

- Я не хочу, чтобы ты умирал, - быстро, скороговоркой закончил я.

Его рука замерла. Потом он убрал ее и, отвернувшись от меня, сказал:

- Я умру. Мы все умрем. Это реальность.

- А я не хочу, чтобы ты умирал... Я не знаю, как дальше буду жить, если тебя не станет. Да и не хочу я без тебя жить.

Варт резко повернулся ко мне:

- Не смей так говорить! - в глазах у него промелькнула злоба. - Жизнь - это дар! И какая бы она ни была, ее нужно ценить!

Я усмехнулся.

- Варт, я убил уйму людей. Отнимая у них бесценные жизни. И даже невинных убивал! - я рассмеялся. - Ребенка своего я тоже убил. Собственноручно! И ты хочешь, чтобы после всего этого я жил?! Лично я жить не хочу!

Дэниэл встряхнул меня за плечи и сказал:

- Да, я хочу, чтобы ты жил! - Потом чуть спокойнее добавил: - Мы не провидцы. Мы не можем знать, что там впереди. Поэтому опрометчиво отказываться от жизни не стоит. Вдруг там что-то хорошее.

Я пожал плечами. Дэниэл улыбнулся.

- Знаешь, ты очень похож на моего сына характером, наверное, поэтому там, на Д, я забрал тебя. Иначе тебя бы просто убили... Мой сын был такой же упрямый, и тоже считал, что в жизни ничего хорошего.

- И он оказался прав, - вставил я.

Дэниэл пристально посмотрел на меня.

- Нет. Он был НЕ прав. Даже в его короткой жизни было много хороших моментов.

Потом он склонился совсем близко ко мне и прошептал в губы:

- И в моей жизни есть хороший момент.

Дэниэл провел пальцами мне по губам и поцеловал. Я уже забыл, как хорошо он целуется, и поэтому сейчас просто растворился в ощущениях. Рука Дэниэла опустилась мне на грудь, а вторая чуть ниже пояса. Поцелуй стал более страстным. Я отвечал ему тем же. Даже большим. Отдал себя всего, без остатка. Пусть делает со мной все, что захочет. Абсолютно все, хоть режет. Мне без разницы. Я растворился в нем без каких-либо сомнений.

Так было всегда рядом с ним. На некоторое время я словно исчезал. Не думал ни о чем, кроме него. Был только ОН, и мне это безумно нравилось. А Дэниэл всегда забирал меня. Иногда жадно и торопливо, иногда медленно и не спеша. Мне нравилось и то, и другое.

В какой-то миг, почти на пике страсти, я понял, что благодарен - судьбе, Богам или Богу, без разницы. Я благодарен им за то, что у меня в жизни есть Дэниэл. Не будь его, я бы давно умер. Даже если и не физически, то душевно точно. А он заставлял меня чувствовать и жить. Часто насильно, но потихоньку я и сам привыкаю испытывать эмоции, чувствовать. Боль, страх, наслаждение, радость - все это только благодаря ему...

Потом, несколько часов спустя, когда я мирно засыпал на груди у Дэниэла, я услышал, как он тихо-тихо прошептал:

- Я дико за тебя испугался. Думал, что потерял тебя. Не делай так больше... - Потом, еще тише, добавил: - Мне же больно...

В голосе Варта действительно сквозила боль...

Я молчал. Потому что знал: этого я слышать не должен был. Чуть зашевелился, устраиваясь поудобней. Дэниэл обнял меня крепче. Так я и уснул - слушая биение его сердца. Этот звук лучше всякой колыбельной.

Как ни странно, но Дэниэл разбудил меня ночью. Я сонно зевнул, в недоумении смотря на него.

- Одевайся и пойдем со мной.

- Зачем?

- У меня для тебя подарок.

Я удивленно заморгал. Что? Что?

- Идем, - повторил Варт. Сам он уже был одет.

Я быстро оделся и пошел за Дэниэлом. Мое удивление выросло, когда мы пришли на кухню. Варт усадил меня за стол и из кухонного шкафа достал коробку. Потом положил передо мной и сказал:

- Теперь закрой глаза и дай мне руку.

Я так и сделал. Мне на ладонь легло что-то маленькое и тяжеловатое. Я открыл глаза. У меня в руке оказалось кольцо необычного цвета: густо-черного цвета, но под бликами света оно отливало то прозрачно-синим, то серебристым. - Второе у меня. Больше таких не существует, - сказал Дэниэл.

- Спасибо, - пробормотал я, не зная, что еще сказать.

- Не за что, - с этими словами Дэниэл сел на стол, а потом и лег, широко раскинув руки.

Такого с ним еще не случалось.

- Дэниэл, что с тобой? - спросил я.

Он с улыбкой ответил:

- Ничего. Просто мне хорошо. Ты кольцо-то надень.

Я одел. Оно тут же подогналось мне по размеру. Дэниэл взял своей рукой мою и, посмотрев на наши кольца, сказал:

- Посмотри, как красиво. Это очень редкий материал, и кольца сделаны специально на заказ в единственном экземпляре.

Я растерянно кивнул. Такого Дэниэла я видел впервые. Он был рад! Даже счастлив! Беспечно валялся на столе, иногда болтая ногами.

Меня это слегка шокировало.

- А знаешь, - начал он, - пошли-ка, я покажу тебе прекрасное место.

- Пошли...

И мы телепортировались. Планета та же, просто место другое.

Мы оказались на высоком утесе, и как раз во время рассвета. Под ним раскинулся бескрайний лес. Лучи восходящего солнца опаляли своим золотом кроны деревьев. Легкий ветерок доносил до нас щебет давно проснувшихся птиц. Это место походило на сказку. Дэниэл обнял меня сзади, и мы еще долго так стояли, приветствуя солнце.

ГЛАВА 5. "Неразлучники"

Планета вне классификаций.

2072 год от создания Империи.

- Вик, Вик, проснись.

Меня будили. Я только хотел сказать, чтобы Дэниэл дал мне еще немного поспать. Но тут до меня дошло, что голос женский. Сэлл. Значит, вспоминая, я уснул.

- Ууу, - простонал я. - Сэлл, ну зачем ты меня разбудила? Мне такой сон приятный снился.

Я сел. Сэлл же с размаху отвесила мне такую пощечину, что в ушах зазвенело. Я проморгался, удивленно глядя на жену. Она быстрыми шагами мерила мою 'комнату'. Я молчал. Сейчас что-то будет. Щека горела, но почему-то мне кажется, что я это заслужил. Сэлл остановилась и, подойдя ко мне, начала:

- Вик! Ты... ты... ты просто придурок!

- Что случилось? - удивленно спросил я.

- Что случилось? Что случилось?! - Сэлл просто взъярилась и, сцепив руки за спиной, снова заходила по комнате. - Ты умер! Придурок! Почему ты не лечился вовремя? Почему? Тебе так нравится делать больно людям? Да?!

Я вздохнул, но промолчал. А Сэлл гневно продолжала:

- Я чуть Игоря не убила. Если бы он не смог тебя вытащить, то отправился бы следом.

- Сэлл, зря ты так. Игорь хороший человек.

- Я знаю! - рявкнула она. - Ты не представляешь себе, как я переживала...

Я встал и, подойдя к ней, взял ее за плечи, там самым заставив остановиться. Она посмотрела на меня гневным взглядом, но вырываться не стала.

- Сэлл, все хорошо. Я сделал то, что было нужно, теперь останусь здесь, пока Игорь не сочтет мое состояние хорошим.

- Ты здесь останешься навсегда, потому что я тебя убью, - почти беззлобно проворчала Сэлл и уткнулась лицом мне в грудь.

Я обнял ее покрепче. Вот оно, еще одно мое сокровище. Как же ей тяжело со мной...

- Знаешь, а ведь когда ты выйдешь, уже будет Новый год, - пробурчала Сэлл, по-прежнему утыкаясь лицом мне в грудь.

- Уже? - удивился я. Я и вправду как-то не заметил. - И через сколько он наступит?

- Через две недели и один день.

- Хорошо. Я буду пай-мальчиком, и Игорь, очень на это надеюсь, выпустит меня отсюда до Нового года.

- Хорошо бы, - сказала Сэлл.

- Как Кристиан? - спросил я.

- На очередном задании, на этот раз на Б-16. Неделю как отправился.

- На Б-16? - я даже слегка удивился. - Что Империя забыла на Земле?

- Не знаю, - она пожала плечами. - И знать не очень хочу. Устала от интриг и охот.

Потом она подняла на меня глаза и спросила:

- Вик, ты давно был у Дэниэла?

Я настороженно посмотрел на нее.

- Да, года два назад, а что?

- Неделю назад в Империи вышло постановление, касающееся планеты Б-13. В постановлении говорится о сносе планетарного кладбища, то есть, в частности, сектора А... - она замолчала, глядя на меня.

Я же понял, что давно так не злился. Отойдя от Сэлл, я сел на кровать. Я не позволю Империи уничтожить его прах. Из-за нее он погиб! А сейчас они хотят забрать у меня и его прах?! Не дождутся! Я должен его забрать.

С такими мыслями я встал и пошел к выходу, но меня перехватила Сэлл.

- Куда собрался?

- Заберу прах Дэниэла оттуда, пока его не смыли или не превратили в удобрение для домашних цветов.

- Ты обещал долечиться. Так? - спросила она вкрадчиво.

Я, скрипя зубами, кивнул. Да, обещал.

- Это во-первых, - продолжала Сэлл, - а во-вторых, сейчас его сносить не будут. Я постаралась. У них сейчас немного другие проблемы, - она улыбнулась.

- Какие?

- Бунт на В-29. У них давно зрело недовольство нынешней властью, - скромно сказала она.

- Ты устроила бунт?!

- Ну да, - еще более скромно ответила она. - Нужно же их было чем-то отвлечь.

Я кивнул.

- И все-таки, я прослежу, чтобы они не начали убирать сектор А без тебя. А ты вначале долечись. Хорошо?

- Ладно, - нехотя ответил я. - Отдам себя в мягкие и нежные руки Игоря.

- Мягкие и нежные? - с подозрением спросила Сэлл. - Ты что, обзавелся любовником?

Я улыбнулся.

- Нет. Не хочу портить Игоря.

- Ну ладно, - успокоилась она. - Если обзаведешься, предупреди.

- Хорошо.

Я чуть отодвинулся от нее и поцеловал. Она прекрасна. Понимающая, всепрощающая, очень терпеливая. Мне с ней очень повезло. Некоторое время мы с упоением целовались. Жаль, что мы сейчас в лечебной палатке, стенки тонкие, да и кто-то из медиков может зайти в любой момент.

- Вик, а про Игоря ты зря, - промолвила Сэлл, отодвинувшись и глядя на меня с лукавой улыбкой.

- В смысле?

- Ну, про то, что не хочешь его портить. Из вас бы вышла хорошая пара, - в ее глазах плясали смешинки, прямо-таки хороводы водили.

- Сэлл... - предупреждающе начал я.

- Ладно, ладно, и все же...

Я улыбнулся. И как раз тут зашел Игорь. Мы с Сэлл, посмотрев на него, рассмеялись. А он в недоумении посмотрел на нас и выдал:

- Кажется, в лагере какая-то болезнь. Признаки: безудержный смех, который заканчивается летально.

Мы засмеялись еще сильнее, потом Сэлл, схватившись за живот, запричитала:

- Игорь, не надо меня так смешить, а то у меня живот заболел.

- Могу выдать обезболивающее, - спокойно сказал Игорь и, кинув на стол какую-то папку, сообщил мне: - Жить будете, Виктор Александрович, вот по этому списку. И без пропусков. До свидания, - с этими словами он вышел.

- Что это с ним? - спросила Сэлл, перестав смеяться.

- Не знаю. Мне кажется, что он просто на нас злится... - и, чуть помолчав, добавил: - А ты права.

- В чем?

- Из нас бы вышла прекрасная пара, - сказал я и улыбнулся.

Сэлл внимательно посмотрела на меня и снова залилась смехом.

Я же, улыбнувшись, подошел к столику, где Игорь оставил мне расписание. Вчитался. Так, через 10 минут у меня ЭЭГ и РЭГ, потом кормежка. Ммм, Игорь меня еще и кормить будет? Интересно, чем? Небось разработает целую диету.

Я поморщился, а потом, тяжело вздохнув, направился прямиком в лапки Игоря. Сэлл меня проводила и телепортировалась на А1. Сказала, потом еще заглянет, проверить, не сбежал ли я.

Тоскливо посмотрев вслед уходящей Сэлл, я перевел взгляд на улыбающееся лицо Игоря. Что-то мне не нравится его улыбка. Он указал на стул и мягко произнес:

- Присаживайтесь...

Началось...

Планета вне классификаций.

2072 год от Создания Империи.

Игорь мучил меня. То посылал на разные обследования, то пичкал лекарствами. А я терпел. Иногда молча, иногда подшучивая над ним. За что он мне мстил... делая массаж. После его лечебного массажа у меня возникало ощущение, что меня переехали танком. Но большую часть времени я проводил в своей 'палате'. Делать тут особо было нечего, по мере сил я выполнял физические и умственные упражнения, спал, и думал, думал, думал... По вечерам я подолгу разглядывал крест и пытался понять, что же все-таки произошло на Вечной Ночи. О том, кому же принадлежал тот голос, который ясно дал понять, что на ту планету больше не сможет проникнуть ни один из имперцев. На его планету. Что это значило? Неужели он действительно - бог? И почему он не уничтожил меня, если ему так дорога неприкосновенность его планеты? Ну ладно, возможно, он просто не любит убивать. Но почему же он дал мне забрать крест, единственное доказательство его существования для жителей планеты, главный религиозный артефакт? Какая ему в этом выгода? Все эти мысли роились в моей голове, но ответов не было. Теперь планета закрыта, и, наверное, этого никогда не узнать. Постепенно мои мысли перетекали в иной русло. Кем же был Сельвано? Обычным паломником, избранным, некой мессией? Я допускал даже тот вариант, что он был чем-то вроде аватары Бога. Но опять же, зачем это ему? И почему он так настойчиво твердил мне про мою память, про необходимость простить себя? И раз он меня отпустил, означает ли это, что я прошел свое Испытание? И снова вопросы остаются без ответа. Хотелось бы мне все-таки когда-нибудь вернуться туда снова, понять все это... Впрочем пока нужно решать более насущные вопросы. Итак., планета Б-13, отведенная под кладбище. Огромная планета, практически девственно-чистая, никаких заводов или зданий, только леса, поля, небольшой океан. И вся суша усеяна могилами имперцев. Кладбище делится на сектора по важности. Сектор А - самое привилегированное место, куда можно попасть после смерти. Там похоронены различные высокие чины. Прах Дэниэла, долгое время бывшего начальником Императорской охраны, тоже находился там. Хоть там по традиции никогда не велось наблюдения, но я все равно посещал его довольно редко - боялся засветиться. Возможно, я все-таки где-то засветился. Тогда вся эта шумиха с постановлением - всего лишь инсценировка, созданная с целью попробовать вынудить меня совершить какую-нибудь ошибку. Император мог запомнить, как сильно я был привязан к Дэниэлу и сыграть на этом. Конечно, за мной охотятся не особо активно - у Империи масса других дел, а я пока сижу тихо, забот не добавляю. Но тем не менее, они про меня не забывают. Зарождающуюся болезнь лучше уничтожить в самом начале, поэтому периодически они предпринимают попытки меня найти, пока я не начал распространяться по всем планетам Империи, словно вирус.

Но я не могу дать им уничтожить прах Дэниэла. Нужно найти выход. Я должен. Мысли лихорадочно забегали. Не поехать не могу, совесть не позволит. А поехать просто так, наобум, не позволит осторожность. Пустить разведку? Они вряд ли что-нибудь выяснят.

Я устало откинулся на койку, которая тут же услужливо прогнулась под моим телом. Что же делать? Времени слишком мало, и с этим я ничего не могу поделать. Думай, Виктор, думай, думай. Ты всегда находишь выход. Найдешь и на этот раз.

Последние размышления показались мне смутно знакомыми, но явно не моими. Я закинул руки за голову и уставился в потолок палатки. Дэниэл... это он так говорил. Любил повторять это, давая мне очередное сложное задание. Конечно, он мог решить любую проблему намного быстрее, но заставлял это делать меня, тем самым развивая мой потенциал. И никогда не давал подсказок. Почему я в последнее время слишком часто его вспоминаю? Слишком... За все время после его смерти я периодически погружался в воспоминания о нем, выпадая из настоящей жизни, переставая обращать внимание на настоящую жизнь. Но никогда еще не выпадал настолько сильно...

Иногда мне кажется, что ничего, кроме памяти, у меня уже и не осталось. Сэлл? Крис? Я бы предпочел, чтобы они меня не знали. Но они, конечно, думают иначе.

Кажется, я задремал, потому что разбудили меня нежным поцелуем. Даже не открывая глаз, я понял, что это Сэлл. Она приходила ко мне каждый вечер.

- Ну как, еще не сбежал? - с улыбкой спросила она.

- Как видишь - нет.

Она присела рядом со мной и запустила руку мне в волосы, я закрыл глаза и улыбнулся, наслаждаясь. Так мы и сидели, точнее, я лежал, а она сидела. Потом я снова задремал. Когда мне делают массаж головы, я очень быстро засыпаю. Снилось мне что-то приятное. Что, точно не помню, в моей голове почему-то прочно оседают только плохие сны.

Проснулся я от напоминалки. Сейчас мне на ЭКГ.

Я встал. Сэлл тоже.

- Как Крис? - спросил я.

- Еще не вернулся. Говорит, что исследует череду исчезновений людей. Пытается найти дыру между мирами.

Интересно. Дыры между мирами - увлекательное явление. Ведь когда-то и я попал в Империю через подобную дыру, свалился прямо на Дэниэла...

Но как бы ни было интересно, мне туда соваться нельзя. Крис может почувствовать меня, он очень сильный. Поэтому мое любопытство останется неудовлетворенным.

Да и вообще, нужно лечиться, лечиться и еще раз лечиться. А потом заниматься делами, а не думать о всяких интересных явлениях.

***

Через четыре часа я, тихо постанывая, вернулся к себе. В голове зрел вопрос: а Игорь меня точно лечит? Или я ему просто надоел, и он решил избавиться от меня таким оригинальным способом? Залечив до смерти... У меня болело все тело. Даже хуже, чем во время тренировок с Дэниэлом. Тогда я хоть злиться мог, а сейчас даже злиться сил не осталось, я просто рухнул и уснул. Зря...

Д-43.

1716 год от создания Империи.

'Я найду выход. Я найду выход. Найду!'

Эти мысли бились в моей голове, пока нас с Дэниэлом вели по коридору. Варт был, как обычно, спокоен. А я нервничал. Здесь мы из-за Императора. Его похитили из собственной спальни, и Варт, как начальник его охраны, отправился на поиски лично. Я же просто увязался с ним. Искали мы долго, собирали информацию в огромных количествах, любую, которую могли найти. Кто видел его в последние дни, кто о чем говорил, с какой интонацией и выражением лица, кто где находился из недовольных и влиятельных лиц. По многу раз просматривали видеозаписи общения Императора с разными созданиями, пытаясь выловить какие-то намеки на агрессию, злобу. Бессонные ночи сменялись такими же днями. Наконец, мы нашли похитителей. Группа заговорщиков с разных планет, с общей базой на Д-43. Требований они не выдвигали, их мотивы были неизвестны, но нас они и не интересовали. Мы подготавливали план захвата, когда с Дэниэлом связались и выставили условия: они согласились на переговоры, но с нашей стороны должно было пойти только двое, иначе Император умрет. Мы не имели право рисковать его жизнью и были вынуждены согласиться.

Как только мы с Дэниэлом вышли из портала, нас тут же схватили, надели ограничители способностей и повели к главарю.

Всю дорогу я пытался развязать руки, связанные сзади простой веревкой. Тщетно, только в кровь стер запястья. С нами никто не разговаривал, просто сказали, куда ведут, и все.

Мы прошли в одно из зданий местной 'власти'. На планеты-тюрьмы просто скидывали осужденных, и они жили здесь до окончания срока. Потом их забирали. Способности легко ограничивали или блокировали совсем. Были охраняемые телепорты. Но никто не вмешивался в уклад заключенных. Поэтому тут налаживалась своя жизнь, со своими правилами. Наверное, именно потому, что имперцы на таких планетах появлялись крайне редко, заговорщики и выбрали одну из них для своей базы.

Нас провели по коридору и завели в комнату. И я вздрогнул. Впрочем, Дэниэл тоже. Это была именно та комната, в которой убили его семью! Те же кресла, те же стены, обои. Все то же. Вот только клееночки на пол не постелили. В одном из кресел сидел Император. Естественно, он был привязан, а рот был заткнут кляпом. В другом кресле, вольготно расположившись, сидел довольно молодой мужчина. Черные, коротко стриженые волосы, голубые глаза. Стройное, гибкое тело. Изучающий и спокойный взгляд. Он был красив, но в его застывшей фигуре таилось что-то страшное и смертельно опасное. Он напомнил мне кобру.

Он внимательно посмотрел на нас и заговорил:

- Добрый вечер, господа. Очень надеюсь, что путь сюда не был для вас слишком утомительным, потому что присесть я вам все равно не смогу предложить. Разве что на колени, но, думаю, такая поза будет не очень удобна для нашей беседы. - Его голос не был голосом того, за кадром.

Дэниэл, внимательно глядя на мужчину, спросил:

- Ты убил мою семью? - от его голоса даже мне стало холодно.

Руки за спиной Варта напряглись, возникло ощущение, что он готов при ответе 'Да' порвать веревки и просто перегрызть тому глотку. Но мужчина ответил по-другому.

- Нет. Не я. Я лишь приказал захватить твою семью, дабы ты не путался у меня под ногами.

- Кто? - почти прорычал Дэниэл. - Кто убил их?

Мужчина, глубоко вздохнув, встал с кресла и, подойдя к нам, четко и раздельно произнес:

- Он. Уже. Наказан. Все. Успокойся, - голос его отдавал грустью. Дэниэл дернулся в сторону мужчины, но наткнулся на щит. Правильно, у того же нет ограничителей. Сзади нас зашевелилась охрана. Но мужчина, подняв руку в останавливающем жесте, сказал:

- Все нормально. Он имеет полное право злиться и хотеть моей смерти. Но я не могу позволить себя убить, - голос его по-прежнему звучал грустно. Потом он обратился к Дэниэлу: - Меня зовут Джеймс Рональдсон, и я искренне сочувствую твоей потере и сожалею, что так произошло, - он приложил руку к сердцу. Но в его исполнении этот жест не был пафосен.

Дэниэл молча сверлил его взглядом. А Джеймс тем временем продолжил:

- Человек, который зверски убил твою семью, служил мне. Его звали Ларри Уолтер. Я приказал ему доставить твою жену и сына сюда, чтобы потом поговорить с тобой и найти выход из сложившейся ситуации. Ты очень мне мешал. Но еще раз повторяю: я не хотел убивать твою семью, - последние слова он выделил. - Но Уолтер рехнулся, до этого, за три дня, он был на другой планете и там подцепил болезнь, которая в первую очередь влияет на мышление. Он просто сошел с ума и совсем озверел. Я же был в другом месте, когда он убивал их. Вернувшись, я воздал ему по заслугам, - он замолчал.

Дэниэл, рыча, спросил:

- Как? Как ты его убил?

- Так же, как и он твою семью. Убил его я лично.

- Почему я должен верить тебе? - спросил Дэниэл.

- У меня есть видеозапись. Это раз. Два - ты же из Звездного народа? Судя по цвету глаз? - спросил он.

Звездный народ? Видимо, так называют расу Дэниэла...

- Да, - подтвердил Варт.

- Если хочешь, я ослаблю ограничение, и ты сможешь через меня посмотреть все сам. Я не вру, - устало произнес Джеймс.

- Хочу, - в голосе Дэниэла прозвучали нотки одержимости.

- Хорошо, - ответил Джеймс и, обойдя Варта, набрал на его ограничителях какой-то код. - Все, теперь можешь смотреть, - сказал Джеймс, снова становясь перед ним.

Дэниэл посмотрел ему в глаза... Я знал, что происходит, и мое сердце пронзила вообще неуместная ревность. Ведь таким образом он проникал только в мое сознание. Чтобы выкинуть из головы эти тупые мысли, я посмотрел на Императора. Он выглядел очень бледным, один глаз заплыл и почти не открывался, на губах запеклась кровь. Наверное, на теле, под одеждой, тоже были синяки. Но главное, что он был жив. И, как обычно, спокоен.

- Верю, - устало сказал Дэниэл.

Я обернулся обратно к ним. Дэниэл выглядел просто раздавленным. Я знаю, что он сам хотел убить виновного, а тут...

- Но ты не имел права убивать эту тварь. Это мое право! - почти прорычал Варт.

- Я знаю. Но не ты один был на него зол. Если бы я с ним не расправился, то расправились бы со мной.

- Я столько лет жил этим, - голос Дэниэла теперь звучал совсем устало. - Столько лет, - повторил он. - Охотился и мечтал... это было моим смыслом жизни.

- Найди другой, - сказал Джеймс, - тем более, лично я думаю, что этот смысл рядом с тобой.

Он посмотрел на меня.

- Я и так изуродовал его... - с горечью ответил Дэниэл, опустив голову.

Джеймс улыбнулся.

- Это не тебе решать... а ему.

Я молчал. Почему-то мне казалось, что именно этот человек может понять Дэниэла как никто другой. И даже помочь ему. Наверное, это интуиция. Поэтому я молчал. Пусть разговаривают. Особенно если Варту от этого станет легче.

- Ну, побеседовать мы еще успеем, - сказал Джеймс. - Сейчас давайте поговорим по поводу Императора. Мой народ требует смерти одного из руководящих лиц Империи. В данной комнате таких лиц находится два. Я должен убить одного из вас. Кого?

Я быстро понял, про кого он. Либо император, либо Варт. В груди у меня похолодело от ужаса, и я, рванувшись вперед, почти выкрикнул.

- Меня! Убей меня!

Меня сзади тут же схватила охрана, а Джеймс с грустью посмотрел на меня и сказал:

- Я бы рад выполнить твое желание, но боюсь, меня не поймут остальные, да и Дэниэл обретет еще один смысл жизни. Убить, на этот раз меня. Так что - нет.

Я снова дернулся, пытаясь освободиться. Зачем? Не знаю. Просто я не мог стоять на месте, когда Дэниэл говорит, так равнодушно и спокойно:

- Меня. А Императора и Виктора отпусти.

- Неет! - крикнул я.

По кивку Джеймса мне засунули кляп в рот. Кричать я больше не мог. Но вырываться продолжал.

- Хорошо, - сказал Джеймс, - но смерть твоя будет долгой. - Он достал из кармана шприц и сказал: - Здесь медленно действующий яд. Развяжите ему руки.

Дэниэлу развязали руки, и он их растер. А я продолжал вырываться. Безумно, яростно. К черту! К черту все! Не хочу! Не надо, Дэниэл, не надо!

Но он уже протянул руку Джеймсу. Тот вогнал иглу в вену и начал вводить яд.

Я забился, пытаясь вырваться. Но меня как будто никто и не замечал. Тогда я извернулся и ударил державшего меня парня затылком в нос. Что-то хрустнуло. Я вырвался и побежал к Дэниэлу. Но было поздно, шприц опустел. Кто-то из охраны подставил мне подножку, и я упал. Прямо на руки Дэниэла. Он подхватил меня и обнял. Крепко-крепко. Я чувствовал, как слезы катятся по моим щекам. Но мне было плевать. Дэниэл вынул кляп из моего рта, и я глубоко вздохнул. Из-за слез я ничего не видел. И не хотел. Ненавижу этот мир!!!

- Дэниэл, зачем? - все, что смог сказать я сквозь слезы.

Он же аккуратно стер пальцами мои слезы и сказал:

- Надо. Так надо. Потом поймешь.

Я не мог говорить и поэтому лишь отрицательно затряс головой. Не пойму! Не хочу понимать! Ради чего? Императора?! Да к чертям его! Я разрыдался. Дэниэл лишь крепче обнял меня.

- Развяжи ему руки, - кажется, это был Джеймс. Дэниэл развязал меня, и я вцепился в него почти онемевшими от веревок руками.

Джеймс тем временем продолжил:

- Яд будет действовать долго. Он будет ослаблять тебя, а потом разъест изнутри. Противоядие еще не изобрели. Вот на тебе будем пробовать, поэтому ты останешься здесь. А Император и Виктор могут идти.

Я резко перестал рыдать. И, отвернувшись от Дэниэла, жестко глядя в глаза Джеймса, сказал:

- Я не уйду, - мой голос почти звенел от ярости, а глаза блестели от слез.

Как ни странно, Джеймс, прошептав что-то вроде 'Неразлучники', кивнул. Я снова посмотрел на Дэниэла. Тот стоял и спокойно смотрел на меня. Я на него. Потом он положил руку мне на плечо. Я прошептал ему на ухо:

- Я вытащу тебя отсюда.

Он отрицательно покачал головой.

- Не надо, мое время пришло, - к моему ужасу, в его голосе звучала радость.

- Нет, - жестко отрезал я. Дэниэл лишь улыбнулся.

- Императора доставят к воротам телепорта и представят вам полный отчет с видеозаписью. А вы пока располагайтесь в комнате по соседству.

Нас вывели из комнаты и завели в другую. Дверь закрылась, наша охрана осталась по ту сторону двери. Я тут же накинулся на Дэниэла с кулаками.

- Зачем? Зачем?! Ты!.. Ненавижу! Я же... - орал я что-то бессвязное, захлебываясь слезами, и просто бил его. В конце концов, он поймал мои руки и поцеловал меня. Я попытался вырваться, но Дэниэл придавил меня к двери. Его поцелуй смешался с моими слезами, и вкус получился довольно необычный. Дэниэл собирал губами мои слезы, а я все плакал и плакал. Казалось, слезам не будет конца. Дэниэл что-то мне говорил, но я этого не помню. Помню только, что перестал драться и вместо этого крепко обнял его. Так мы и стояли. Я, полуобезумевший от горя, и он, спокойный и даже почти счастливый. Потом он заговорил:

- Прости, Вик, я... я... - он запнулся, и я сквозь слезы посмотрел на него.

- Что - ты? - спросил я. Сердце защемило от боли и догадки. Нет, только не говори этого, иначе я просто не смогу жить дальше. Да я и так не смогу.

- Я... очень... тебя... - слова давались ему с трудом, но он говорил. Говорил самую страшную для меня вещь. Нет! Я закрыл рот ему рукой и торопливо заговорил. Очень болела душа, ну или что у меня там.

- Я тебя тоже. Я тебя тоже, и это страшно, - я убрал руку от его рта. - Пусть... пусть все будет ложью. Не говори ничего. Не смей! Пусть наши чувства окажутся ложью! Я так хочу!

От такой речи я задохнулся. Дэниэл сказал, обнимая меня:

- Но это не ложь. Я и вправду тебя...

Открылась дверь, и Дэниэл осекся. В комнату вошел Джеймс с флэш-картой в руках.

- Вот. Императора уже доставили. Доказательство тут. Кстати, располагайтесь. Это ваша комната... до смерти Варта. Потом ты, Виктор, отправишься куда захочешь. Можешь даже мстить мне. Твое право. А пока вы здесь, Дэниэл каждый день будет проходить обследование. Еда по расписанию. Гулять можете только в сопровождении охраны. Ванна, туалет и прочее за соседней дверью, - С этими словами он вышел, оставив нас вдвоем...

***

Потом пошли дни. Почти все время мы проводили с Дэниэлом вместе, а я все думал, как отсюда сбежать. Варт больше не пытался говорить мне той страшной вещи. Разве что иногда беззвучно говорил губами. Я отчаянно делал вид, что не понимал. На душе было очень тяжело.

Но Дэниэл не давал мне думать о чем-либо, кроме него. Днем чему-то меня учил. Торопливо забивал мне голову нужной информацией, учил каким-то новым приемам, как ментальным, так и боевым, а ночью... А ночью он становился для меня моим миром, моей вселенной. Дэниэл делал все, чтобы я не думал о его смерти. Когда же я говорил, что умру следом за ним, он начинал меня целовать и торопливо, сбивчиво объяснять:

- Ты должен жить, Вик. Должен. Живи. Ты будешь счастлив, я знаю. Живи, пожалуйста, живи... - в такие моменты его голос наполнялся такой болью, что я замолкал, чтобы не делать ему еще больнее.

Мы были вместе почти постоянно, по двадцать два часа в сутки. Я почти все время держал его за руку. Он же иногда смеялся и говорил, что я еще ребенок. Никаких проявлений яда видно не было. Разве что он стал спать чуть дольше.

Мы были в плену. Но здесь мы позволяли себе намного больше, чем в Империи. Здесь не было запретов на эмоции... мы жили. Наши отношения сильно поменялись, теперь Дэниэл не злился, не психовал... Все свое время уделял только мне. Нас никто не будил на рассвете, и ЛК тоже не работал, не было никаких надоедливых звонков и важных дел. Я просыпался и засыпал рядом с ним. Ел, учился, пил, тренировался, все делал вместе с ним. Один раз Джеймс, глядя на нас, опять сказал:

- Неразлучники, - в голосе его, как обычно, звучала грусть.

Мы с Дэниэлом в ответ лишь улыбнулись. Благодаря его заботам, а Варт обо мне именно заботился, я почти забыл, почему мы здесь. И только иногда, просыпаясь от кошмаров, я вспоминал причину нашего нахождения в этом месте. Тогда я со слезами прижимался к Дэниэлу и слушал его сердце. Оно билось. И я боялся заснуть. Боялся, что когда проснусь, он уже умрет. По ночам я часто плакал, как ребенок. От этого просыпался Дэниэл и начинал меня целовать и успокаивать. И я снова против своей воли засыпал, теряя драгоценные крупицы времени.

К нам часто заходил Джеймс, и тогда мы просто сидели и беседовали. О разных вещах: о политике, о душе, о чувствах, об образе мышления, о пристрастиях. Почти что обо всем, кроме смерти и семьи. Джеймс оказался очень интересным собеседником. Только он всегда выглядел грустным и несчастным. Познакомься мы с ним при других обстоятельствах, скорее всего, стали бы хорошими друзьями. Но... как вышло, так вышло. Признаться, я иногда ненавидел Джеймса за его хладнокровную печаль.

Дэниэл все больше и больше спал. И иногда не просыпался, когда я его будил. Я всячески отгонял мысль о том, что это может быть из-за яда. И ходил вместе с Дэниэлом на обследования. Врачи изучали его состояние, брали анализы, делали какие-то уколы, проводили процедуры... Все это время я был неподалеку. Стоял вместе с Джеймсом в соседней комнатке, отделенной стеклянным экраном, и с беспокойством ждал. Чего ждал? Не знаю. Я многого не знаю.

В один из таких дней Дэниэлу что-то вкололи, и он перестал дышать. Тело его выгнулось дугой, врачи забегали. Я попытался ворваться туда. К нему. Но дверь была надежно и не поддавалась.

- Стой, - раздался спокойный голос Джеймса. Он стоял и невозмутимо наблюдал за тем, как умирает Варт. Я резко обернулся и как можно спокойнее, по-имперски, сказал:

- Отпусти.

- Кого? - Джеймс оторвался от созерцания задыхающегося Варта и посмотрел на меня.

- Нас. Отпусти нас, - я сам удивился спокойной холодности своего тона.

Джеймс просто пожал плечами.

- Он все равно умрет, тебе не спасти его, ребенок, - в его голосе была уверенность, безжалостная, равнодушная и хладнокровная.

- Нет! - так же спокойно и жестко возразил я. Дэниэл тем временем лежал без сознания, но возможность дышать доктора ему вернули. - Нет. Он будет жить. Я отведу его на А5, они найдут противоядие.

Он отрицательно покачал головой:

- Нет, не найдут... - он замолчал.

Я только открыл рот, чтобы возразить ему, но он внезапно продолжил:

- Но если ты хочешь, то я отпущу вас. Ровно через неделю.

Я не поверил своим ушам. Увидев мое лицо, Джеймс снова сказал:

- Через неделю я вас отпущу, - все такой же спокойный голос.

Я не стал переспрашивать еще раз, просто отвернулся к окну, за которым лежал Дэниэл. Внезапно прямо за спиной раздался голос Джеймса. Я вздрогнул. Но не повернулся. Он стоял настолько близко, что я чувствовал тепло его тела и дыхание на моем затылке. У меня пробежали мурашки.

- Не держи его.

Я сделал вид, что не понял.

- Кого?

- Его, - он взял мою руку и положил ее на стекло. - Его. Он устал. Я отпущу вас, а ты отпусти его. Пусть идет. Он это заслужил.

Я гневно сжал руку в кулак и со всей силы ударил ею по стеклу.

- Нет! - во мне нарастала злоба. Я обернулся, оказавшись лицом к лицу с Джеймсом, тот и не подумал отойти. - Он устал?! Да. Заслужил, значит, отпуск! - я повысил голос. - А я не заслужил?! Так, что ли?! - меня начало трясти, и я сжал руки в кулаки. - Знаешь, сколько раз эта сука не давала мне умереть?!

Джеймс молчал и просто смотрел на меня. А я все больше злился и продолжал:

- Я тоже устал и тоже давно хочу уйти. А этот урод все время мне мешал. Я существо мстительное, так что х...й ему, а не уход! Я много боли испытал, вот и он пусть мучается, живя! - от такой речи я даже задохнулся.

Джеймс посмотрел на меня и сказал:

- Я понял, почему он полюбил тебя.

Я дернулся.

- Не говори так! Нет никакой любви, это все неправда!

- Но это правда. Он любит тебя, а ты его.

- Нет! - крикнул я. - Нет. Это ложь. Всего лишь очередная форма извращения! Я его ненавижу! За все, что он сделал со мной!

Джеймс рассмеялся. Громко, заливисто, и я, не удержавшись, ударил его. Охраны здесь не было, а блок он поставить не успел. Поэтому удар достиг цели. Джеймс согнулся, а потом резко выпрямился и, схватив меня за горло, прижал к стеклу. Дыхание его участилось, а в глазах сверкала злоба. Что-то знакомое... Нет! Только не это...

Я попытался отвернуться, но было поздно. Джеймс поцеловал меня. В его поцелуе мне чудились боль, отчаяние и горечь. Я не ответил и, как только он отстранился, резко выдохнул. Начал вырываться из его объятий, и Джеймс отпустил меня. Я отбежал в другой конец комнаты и, пытаясь отдышаться, следил за ним.

Джеймс тоже отдышался и совершенно спокойным голосом сказал:

- Проведи со мной эту ночь, и завтра я вас отпущу.

Я от удивления даже рот открыл. Угу, готовясь, съязвил кто-то внутри меня.

- А если нет? - спросил я.

- То, как и обещал, через неделю. Только, думаю, будет уже поздно. Яд крепко укоренился в его организме и теперь разъедает органы. И с каждым днем все сильнее.

Я молча смотрел на него. Он на меня. Терпеливо и с предвкушением. Я подошел к окну и, приложившись к нему лбом, подумал. Дэниэл. Что бы ты сделал? Убивать одно. А быть подстилкой - это другое. Но ведь когда-то надо начинать... Я улыбнулся. Ничего, потерплю. Первый раз всяко было больнее. Еще раз глубоко вздохнув, я прошептал:

- Прости, Дэниэл.

Потом повернулся к Джеймсу.

- Я согласен. Только один вопрос.

- Какой?

- Зачем тебе это?

Он ответил совершенно серьезным тоном, без намека на ложь, да и зачем ему лгать?

- Хочу хоть немного побыть на месте Варта.

Я был в замешательстве. Хочет быть на месте Дэниэла? Да это каким мазохистом надо быть?!

- Помоги мне, и я отпущу вас завтра. Он все равно проснется только к утру.

Я снова посмотрел на Дэниэла, потом на Джеймса, и опять кивнул. Возможно, Дэниэл и не одобрил бы мой поступок. Но я это я, и иногда делаю странные вещи.

***

Джеймс привел меня в свою комнату и предложил сначала поесть. Я, немного удивленный, согласился. Еда была превосходна. Потом он разлил по бокалам вино. Рубиново-красное, оно красиво искрилось в бокале при свете свечей, настраивая на философско-расслабленный лад. Первый бокал я выпил залпом, нарушая традицию медленного распития подобных напитков. Но так легче опьянеть. Мне было тошно от того, на что я согласился. Терпкий вкус теплом разлился по моим венам, расслабляя напряженные мышцы и слегка туманя рассудок. Следующие бокалы я пил уже медленнее, сидя в кресле и стараясь выкинуть все мысли из головы. Понемногу отпивал рубиновую жидкость, ненадолго задерживал ее во рту и только потом глотал. Мне нравился легкий туман в голове. Почти все мысли затерялись в нем, и это было прекрасно. От удовольствия я почти растекся по креслу и стал наблюдать из-под полуопущенных век за Джеймсом. Я согласился провести с ним ночь, а вот начинать какие-либо действия первым?.. Нет, на это я не подписывался, поэтому я просто сидел, пил вино и ждал.

С Дэниэлом я привык ко всякому. И к связываниям, и к насилию, и к боли, даже к страху привык и полюбил все это. Поэтому, что будет делать со мной Джеймс, меня не особо волновало. Главное, чтобы я с утра мог двигаться. Остальное неважно. Я снова сделал глоток этого божественного вина и, расслабившись окончательно, закрыл глаза.

Потом почувствовал на своих губах легкий поцелуй. Как дуновение ветра. Я не ответил, лишь тихо вздохнул. Глаза тоже не хотелось открывать. Я так устал. Так что пусть делает, что хочет, а я буду спать.

Я почувствовал, как Джеймс сел на подлокотник кресла и, запустив руки в мои волосы, развязал шнурок, стягивающий их. Волосы рассыпались по плечам. Джеймс медленно и до дрожи приятно начал делать массаж головы. Тело слегка выгнулось от удовольствия, выдав стон наслаждения. Я убрал бокал на столик, стоящий рядом, а сам повернулся так, чтобы ему было удобнее. Потом Джеймс перевел массаж на плечи, я же просто получал удовольствие. Благодаря Варту я давно уяснил одну простую истину. Если кто-то хочет взять твое тело - отдай, это всего лишь тело. Не больше. А удовольствие можно получать от чего угодно. Нужно лишь расслабиться. Особенно, если это неизбежно. Что я и сделал. И... уснул!

Проснулся я от поцелуев... хм... в самом интересном месте. Это, конечно, хороший способ пробуждения, однако я предпочитаю, чтобы такие вещи делали, когда я в сознании. Но все же это было очень приятно, и я тихо застонал. Джеймс оторвался от своего увлекательного занятия и, поднявшись, поцеловал меня в губы. На этот раз я ответил.

- Проснулся?

- Как видишь, - ответил я чуть хриплым шепотом. - Ты всех пленных так будишь? - не удержался от язвительного вопроса я.

Джеймс улыбнулся, и в его глазах заплясали чертики. Его рука опустилась туда, где были недавно губы. Пара мягких, нежных движений, и мое тело выгнулось дугой. 'Немного же тебе надо', - шепнул мне язвительный голос в подсознании. Я закусил губу и что-то прошипел сквозь зубы. Джеймс издевательски сказал:

- Нет, только пятерых. А тебе не нравится?

Еще пара движений. Я заскрежетал зубами, но промолчал.

- Ответь, - Джеймс снова сделал несколько незамысловатых движений. Я закрыл глаза. Его рука обхватила мой затылок и чуть сжала мои волосы. Вот теперь я застонал. Голова всегда была моим слабым местом. 'Оно по тебе и видно', - сообщил мне все тот же голос. Я мысленно хмыкнул, отметая его в сторону.

- Ответь, - вновь сказал Джеймс. Бывают такие создания, которым нравится разговаривать во время занятий сексом. Я лично предпочитал молчать. Но сегодня он мой хозяин. Поэтому я прошипел, сдерживая стоны:

- Да, мне это нравится. Доволен?

- Да. А...

Он хотел спросить еще что-то, но я заткнул ему рот поцелуем. Все-таки не люблю, когда много болтают.

Утро наступило быстро...

Планета вне классификаций.

2072 год от создания Империи.

Я проснулся от будильника. И понял, что сон был слишком реален. Точнее, почувствовал это. Надо в душ. Желательно, в холодный.

На полпути к душу у меня зазвонил ЛК. Увидев, кто звонит, я в удивлении заморгал и даже споткнулся, но все-таки нажал на кнопку принятия вызова. И, с трудом сохраняя видимость спокойствия, произнес:

- Здравствуй, Джеймс...

- Здравствуй, Виктор, - ответил мне Джеймс Рональдсон. Живой призрак моего прошлого.

Вот к чему он мне сегодня снился. Хотя это было, скорее, воспоминание, а не просто сон. Так что вспоминался.

Наступило молчание. Он смотрел на меня с экрана ЛК, а я на него. Зачем он звонит? Через триста пятьдесят шесть лет после нашей единственной встречи. Зачем?! Чтобы сделать больно? Вряд ли. Что им движет? Что ему надо?

- Я хочу встретиться с тобой, Неразлучник... - сказал Джеймс.

Я поморщился. Неразлучник. Так меня называл только он... Меня и Дэниэла. Неразлучники. Только вот Варт ушел, а я все еще здесь. Тогда какой же я Неразлучник?! Во мне проснулась волна гнева. На себя. Хотя в чем я виноват - сам не знаю. С трудом подавив гнев, я спросил:

- Зачем? - мой голос автоматически стал ледяным.

Джеймс задумался, видимо, подбирая ответ. Он изменился. Все мы меняемся со временем. Сейчас он был дико измотан, много нервничал, мало спал. Наверное, у него проблемы. Но при чем тут я? Его ответ подтвердил мои подозрения.

- Я умираю... - он замолчал.

А я не стал переспрашивать. По его виду можно догадаться. И все же, при чем здесь я?

- И у меня к тебе просьба.

Вот так да! А с чего он решил, что я буду выполнять просьбы человека, который стал причиной смерти моего... Я по-прежнему не мог произнести это слово и даже полноценно подумать о нем. Поэтому мысли пресеклись. Мне всегда казалось, что легче терять друзей, а не любимых. Друзей мне терять приходилось, и не раз. Но Дэниэл не был мне другом, все же он был лю...

- Виктор? - прервал мои мысли Джеймс. Вот за это спасибо. Прошло триста пятьдесят шесть лет. Хватит. Пора уже забыть...

Хотя кому я вру? Его я никогда не забуду. Не хочу. Наверное, потому что я прожженный мазохист. И опять тебе, Дэниэл, спасибо.

Я криво усмехнулся.

- Так ты можешь со мной встретиться?

- Да, - неожиданно ответил я. - Но это не значит, что я буду выполнять твою просьбу.

- Хорошо. Просто выслушаешь ее и, если не захочешь мне помогать, то спокойно уйдешь.

Мое сердце почуяло неладное. Но отказываться было поздно.

Я снова кивнул и сказал:

- Координаты. Время. Место.

- Д-43...

Я поморщился. Д-43, а что я еще ждал. Ведь Джеймс там жил.

- Сегодня в 15.00 у телепорта. Я тебя встречу.

- Ясно. Отбой.

Я отключился. Ну почему моей заднице не сидится на месте? Вечно даже в относительно спокойное время мне удавалось найти неприятности на пятую точку. Всегда... Я посмотрел на время. Через час на процедуры. Даа, мне еще предстоит веселая беседа с Игорем. И еще Сэлл, ведь я обещал спокойно лечиться. А до конца лечения осталось еще три дня. Но придется отпроситься у Игоря часов на шесть. Потом нагоним.

В душ мне уже не хотелось, но я все-таки сходил. Потом оделся, не в больничную одежду, а в универсальный имперский костюм. Привычным движением убрал волосы и посмотрел на себя в зеркало. Я считал, что у меня самая обычная внешность и идеально отточенное имперское поведение. Но почему-то ко мне всегда тянулись существа разного пола и расы. Я их чем-то притягивал. 'Это харизма. Твой дар и проклятие. Так же, как память', - говорил мне Дэниэл. Харизма? Что ж, пусть будет харизма. Я привык, что люди хотят меня. Не все, к огромному моему счастью. Но многие. И я довольно часто даю им то, что они хотят. Это ведь всего лишь тело. Я положил руку на грудь. Это всего лишь тело... и мне плевать, что с ним делают. А если можно при помощи него сделать существо более счастливым... почему бы и нет? Пожалуйста. Мне не жалко. Пользуйтесь. Мужчины, женщины. Разные существа, разные расы. С кем я только не спал. Иногда чувствую себя просто подстилкой, которая ложится под любого, кто ее захочет. Но это всего лишь тело...

Я грустно улыбнулся. Душа застонала. Да, дорогая моя, я снова мучаю тебя. Наверное, пытаясь доказать себе, что все еще жив. Жизнь! Будь она неладна. Почти ненавижу...

Больно? Да, больно, очень. А в зеркале на лице, да и во всем теле, не дрогнул ни один мускул. Только в глазах, где-то очень, очень далеко, плескалась боль. Поэтому я часто ношу линзы. Такого же цвета, что и мои глаза, вот только не живые. Сейчас я без линз. Не хочу. Мне нравится смотреть на контраст в зеркале. Лицо спокойно, осанка прямая, на губах легкая полуулыбка, которую ничем не смыть. Даже пинками и избиениями. Наоборот, я только сильнее улыбаться буду. Красота! Имперец! Молодец! А в глазах плещется такая боль, что утонуть можно. Жизни сотен людей, убитых мною. Мои дети, погибшие из-за меня. Дорогие мне люди... Все они мертвы. И теперь тянут руки из этой пучины со стонами и криками 'Помогите!'

Я почти видел в своих зрачках их руки, лица, перекошенные болью.

'Тело - это всего лишь тело. Если кто-то любит тебя, то он должен любить душу', - так, кажется, говорил мне Дэниэл.

Но, Дэниэл, разве можно любить ТАКУЮ душу?! Я не верю в это и очень надеюсь, что нельзя. Не надо меня любить. Это смертельно. Ненавидьте, бойтесь, презирайте, восхищайтесь, молитесь на меня, но НЕ ЛЮБИТЕ!

Дэниэл, зачем ты заставил меня жить, а сам не захотел? Вот этого я тебе никогда не прощу. Я простил тебе все: побои, насилие, издевательства, твое обучение. Все простил. Но не это. За это я тебя почти ненавижу и по сей день. Триста пятьдесят шесть лет спустя. Поэтому, наверное, не могу сказать эти гребаные три слова!

- Виктор? - в палату вошел Игорь.

Я быстро проморгался, загоняя всю боль поглубже.

- Вы куда собрались?! - в голосе его прозвучали стальные нотки. Хороший он все-таки. Приглядеться, что ли?

Эта мысль вызвала во мне улыбку. Игорь чуть повысил голос:

- Не надо улыбаться. Вы куда собираетесь?! Курс лечения еще не закончен!

- Игорь, успокойтесь и послушайте, - я вложил в свой голос весь холод, который нашел. Мне не нужно, чтобы он начал возмущаться.

Игорь замолчал на несколько секунд, потом сказал уже спокойнее:

- Слушаю.

- Мне нужно уйти, часов на шесть, не больше. Ты сможешь потом чуть убыстрить мое лечение?

- Да, мы положим вас в лечебную капсулу. Сон в ней поможет сократить немного времени.

Сон. Это слово я и люблю и ненавижу. Спать-то я люблю, но именно в снах я возвращаюсь в прошлое.

- Хорошо. Тогда я пошел. Буду через шесть часов.

Игорь кивнул. Пай-мальчик. Но что-то мне подсказывало, что он как минимум обиделся.

- Игорь, - я обратился к нему, - прости.

Он удивленно заморгал. Я крайне редко прошу прощения, а у подчиненных тем более. Но мне показалось, что этот человек достоин простого слова 'прости'.

Потом Игорь кивнул.

- Вы всегда куда-то спешите, а про здоровье забываете... Я отпускаю вас ровно на шесть часов, - он демонстративно посмотрел на свои часы. Он один из немногих, кто носит ручные часы, большинство предпочитают ЛК. - Время пошло.

Я улыбнулся и открыл портал...

ГЛАВА 6. Неразлучники 2. Смерть

Д-43.

2072 год от создания Империи.

Я вышел из портала, на часах было 14:42. Я, как обычно, рано. Ничего, подожду. Вокруг было пусто. Серый смог все время окутывал эту планету, но дышать было легко. Я сел рядом с порталом, прямо на землю. Некоторое время сидел и ждал. Потом, чтобы не думать, погрузился в медитацию, на поверхности оставив лишь что-то вроде шестого чувства. Просто не хочу думать. Не хочу...

Очнулся, почуяв постороннее присутствие. Ко мне приближался корабль, воздушный. Он был просто великолепен. Огромен, красив, искусно сделан и обработан лучшими мастерами. Я даже засмотрелся. Обычно корабли в Империи более обшарпанные...

Корабль приземлился и сбоку открылся люк. Оттуда выехал на инвалидном кресле человек. Даже издалека я заметил, что у него нет обеих ног, что-то или кто-то оторвало их выше колена. Когда человек приблизился ко мне, я в удивлении узнал Джеймса. Несколько минут мы молчали...

Джеймс смотрел на меня, я на него. Мой разум отказывался принимать то, что видели мои глаза. Я не мог признать в этом изможденном умирающем инвалиде Джеймса. Человека, с которым я когда-то спал. Да, судьба странная штука, и кто знает, во что превращусь я?

- Еще раз здравствуй, Виктор, - произнес он.

Я лишь кивнул, продолжая смотреть на него.

- Удивлен? - спросил Джеймс.

Немного подумав, я снова кивнул.

- В жизни всякое бывает, вот и у меня неприятности... Впрочем, давай пройдем ко мне в дом. Точнее, пролетим, там и поговорим. Это не займет много времени, - договорил он, будто убеждая меня идти с ним.

Я кивнул, соглашаясь.

- Ты, как обычно, молчалив. По-прежнему не любишь разговаривать? - спросил Джеймс.

Я снова кивнул.

Он улыбнулся и, развернув коляску, направился к кораблю. Я молча пошел следом.

Мы сели на корабль и полетели. Я молчал, Джеймс тоже. Я почти физически чувствовал, как ему тяжело. Тяжело смотреть на меня, тяжело переносить свою инвалидность, тяжело начать разговор... Поэтому он ничего не говорил, а я его и не торопил. Если он не успеет, то... то я просто уеду через шесть часов, даже меньше.

- Дик, - неожиданно обратился Джеймс, кажется, к пилоту, - прибавь-ка ходу, а то песчаники опять бушуют.

Я чуть вздрогнул. Джеймс, заметив это, сказал:

- Прости, Неразлучник, я должен был разузнать обстановку в пустыне, прежде чем посылать вас к порталу.

Я промолчал. Должен, не должен... теперь-то какая разница?

- Неразлучник? - позвал меня Джеймс. - Ты меня вообще слышишь?! Почему ты все время молчишь?

Я посмотрел на него. А что мне говорить, Джеймс? Что? Можно, конечно, убить тебя. Но ты и так умираешь, сам же сказал... А что еще? Мне тебе нечего сказать. Все, что хотел, уже сказал давно... Вот и все...

- Неразлучник, неужели ты стал совсем бесчувственным? Ну хотя бы наори на меня. Ведь по сути это я виноват в смерти Дэниэла Варта!

Я молча смотрел на это существо. Он очень сильно изменился... Очень.

- Скажи что-нибудь, Неразлучник.

Меня разозлило то, что он назвал меня в очередной раз Неразлучником... И я со злостью сказал, надеясь пресечь его дальнейшие излияния:

- Прекрати меня так называть. Если бы я был Неразлучником, то умер бы вместе с ним! - я закипел. - А я, черт возьми, все еще жив! И еще, виноват ты или нет - сейчас мне плевать. Его уже не вернешь. Так что все. Хватит разговоров о Дэниэле! - Потом я перевел дыхание и добавил: - Говори, зачем меня вызвал.

Теперь Джеймс молчал. Тем временем мы уже долетели до его дома. Он оказался небольшим. Где-то два этажа, может, еще был цокольный. Мы зашли в него, по периметру его дома тут же рассредоточилась охрана. Изнутри дом выглядел очень уютно и совсем не по-имперски.

- Присаживайся, - сказал мне Джеймс, указывая на одно из кресел.

Я сел и стал смотреть на него.

- Вина? Сигар? - предложил он.

Я подумал и согласился на вино. Оно у него отменное.

- Ты не куришь? - чуть удивленно спросил Джеймс, наливая вино.

- Иногда, - сухо ответил я, - и принципиально сигареты.

- Травишь свой организм?

- Зачем ты меня позвал? - перевел я тему, беря бокал у Джеймса и поудобней устраиваясь в кресле.

- У меня большие проблемы, - начал он, - я перешел дорогу планетарным мафиози.

Я чуть приподнял голову. Это ж надо умудриться...

Джеймс скосил взгляд себе на ноги. На то, что от них осталось...

- Это предупреждение от них.

Я кивнул. Ясно.

- И при чем здесь я? - спросил я, делая глоток вина и жмурясь от удовольствия.

- Я хочу, чтобы ты мне помог.

- Чем? С мафией я разбираться не буду. У меня свои дела, и мне нельзя светиться.

- Я знаю. И именно потому, что ты очень хорошо прячешься, я и обращаюсь к тебе.

- Это тут при чем?

Джеймс помолчал. Потом сказал:

- У меня есть дочь.

Я слегка удивился, ну есть и есть... Могу поздравить.

- И именно она нужна тем, кому я перешел дорогу...

Уже интереснее... и, черт, кажется, я стал догадываться, что ему от меня надо...

- Иии...?

Джеймс вздохнул.

- Я хочу, чтобы ты ее забрал.

Я только рот открыл, чтобы отказать, как Джеймс буквально затараторил:

- Подожди, подожди, подожди. Выслушай меня, а потом откажи, если захочешь.

Подумав, я кивнул. Боги, зачем мне это?!

- Пятьдесят лет назад я познакомился с девушкой. Она была рабыней одного из мафиози. Я ее выкупил... Мы любили друг друга, и вскоре поженились... - он замолчал, а я просто слушал. - Жили спокойно, недавно, семь лет назад, у нас родилась дочь, Кэтти, - он улыбнулся. - Но потом тот мафиози решил забрать мою жену обратно себе, для опытов. Мы начали воевать с ним. Ее убили пять лет назад, и тогда он потребовал мою дочь вместо жены. Я отказался. С тех пор мы где только не прятались, а сейчас, после стольких лет, я снова решил вернуться на эту планету.

Наступило молчание... Потом я спросил:

- Почему он захотел взять на опыты именно твою жену или дочь?

- Моя Кэтти полукровка, она наполовину принадлежит к Звездному народу.

Я растерянно заморгал. То, что она, хоть частично, но принадлежит к расе Дэниэла, объясняет, почему за ней охотятся. Но...

- Но Звездный народ ушел в добровольную резервацию, почти сразу после смерти Дэниэла, - сказал я.

- Не все. Кто-то, как Мэг, моя жена, не смог. Кто-то не захотел. Но их ничтожно мало. Некоторые любители отлавливают их для опытов. Я хочу... нет, я прошу: забери Кэт. Я все равно умираю. У меня рак мозга, а он и сейчас толком не лечится. Да и нет у меня времени на лечение. Они скоро доберутся до меня. Я не смогу ее спрятать.

- А с чего ты взял, что я смогу? - спросил я. Захотелось курить. - Почему ты думаешь, что у меня ей будет безопасно?

- А у кого еще? Никто даже не знает, что мы знакомы, а даже если и знает, то им вряд ли придет в голову, что я мог обратиться, фактически, к своему врагу.

- У тебя есть сигареты? - спросил я. Боги! Я ведь не курил уже пять лет.

Джеймс кивнул и притянул телекинезом с полки пачку сигарет. Я взял одну и прикурил от пальца, в прямом смысле слова. Стало чуть легче. Я думал, а Джеймс ждал.

Вдруг дверь в нашу комнату открылась и в нее вошла девочка. Кэтти, как я сразу понял, по цвету ее глаз. Ночное безоблачное небо. Черт! Я сделал очередную глубокую затяжку.

- Папа, мне страшно, - девочка обошла Джеймса и обняла его. Он поднял ее и посадил на коляску.

- Не бойся, Кэтти... Кстати, познакомься с нашим гостем. Это Виктор.

Девочка перевела взгляд своих глаз на меня. Я сделал очередную затяжку. У меня возникло ощущение, что на меня сквозь время смотрит Дэниэл. Черт! Еще затяжка.

- Здравствуйте, дядя Виктор, - сказала девочка.

Я молча кивнул.

Девочка, потеряв ко мне интерес, снова обернулась к папе.

- Пап, они найдут меня, - в ее голосе звучал страх. - Я это чувствую.

- Не найдут. Все будет хорошо, - ответил ей Джеймс, аккуратно поглаживая ее по спине. Девочка дрожала...

Я со злостью потушил окурок и сказал:

- Хорошо!

Я идиот! Не знаю, специально ли он позвал девочку или нет, но все равно его взяла. Я заберу ее с собой! Хотя потом, наверное, пожалею, и не раз...

Джеймс улыбнулся и сказал:

- Кэт, собирайся.

- Куда? - удивленно спросила она.

- Ты поедешь с дядей Виктором. С ним ты будешь в безопасности.

- А как же ты? Ты ведь не останешься здесь?

Джеймс замялся, а потом с улыбкой солгал:

- Я приеду к вам чуть позже. Папе надо закончить кое-какие дела.

Девочка кивнула, спрыгнула с коляски, еще раз посмотрела на меня и умчалась. Как только она вышла, я не выдержал:

- Ну ты и сволочь!

- Я хочу, чтобы она жила, - спокойно ответил он.

На этом разговор и закончился. Я закурил еще одну сигарету. Минут через пять, когда я докурил уже четвертую сигарету, Джеймс снова нарушил тишину:

- Я посажу вас на маленький планер, и вы быстро долетите до портала.

- А ты? - вдруг спросил я, доставая пятую сигарету.

- Я? Я останусь здесь и буду делать вид, что Кэтти никуда не уезжала, - как-то криво усмехнулся он. - А потом, где-то через двое суток, в канун Нового года, сожгу дом и застрелюсь. Вам этого времени хватит?

Я кивнул. Хватит. Вполне. Больше мы не разговаривали.

Через полчаса он прощался с Кэт. У той за спиной висел лишь небольшой рюкзачок.

- Кэт, слушайся Виктора, а я скоро к вам приеду, - с улыбкой врал Джеймс.

- Угу, - как-то неуверенно сказала девочка. Да, Звездных нелегко обмануть.

- Ну все, иди, - Джеймс подтолкнул Кэтти к планеру. - Иди, иди.

Мы сели в планер. Кэт помахала папе ручкой, а потом начала с интересом осматриваться. Я же смотрел на Джеймса и понимал, что вижу его в последний раз. Но никак не мог определиться, что же испытываю? Не знаю, что, но радости не было точно.

Когда планер поднимался в воздух, я просто положил руку на стекло. Джеймс в ответ поднял руку вверх и улыбнулся. По его губам я смог прочитать:

- Спасибо.

Пожалуйста, пожалуйста...

Вскоре Кэт заснула. Мы летели в другой телепорт, на другом конце планеты, поэтому она вполне могла выспаться. А я, глядя вниз на пустыню и ангары, вспоминал... Теперь уже сознательно.

Д-43.

1716 год от создания Империи.

Наутро он отпустил нас. Вот только Дэниэл стал совсем плох. Его еле привели в сознание. Затем нас посадили в планер, и мы начали долгий путь к телепорту.

Я всю дорогу держал руку на пульсе Дэниэла, тот был слабый. Иногда мне казалось, что он уже умер, и тогда я начинал немилосердно трясти его до тех пор, пока он не открывал глаза. Он стал таким легким, что у меня возникало ощущение, будто он тает на глазах. Я дико боялся. Что не успеем долететь. Что Дэниэл умрет у меня на руках...

Так сильно, как тогда, я больше никогда не боялся, и, скорее всего, не буду. От этого липкого, почти панического ужаса его потерять, я постоянно плакал. Просто не мог остановиться... Наверное, мужчине должно быть стыдно...

Мы летели совсем невысоко, метров десять, не больше, и, как мне казалось, очень медленно. Внизу под нами лениво менялся пейзаж. Ангары - пустыня, пустыня - ангары, изредка виднелись люди. Мы летели.

Вдруг я заметил внизу, возле одного из ангаров, слабую вспышку. Похоже на... Прежде чем мой мозг успел обработать полученную информацию, нас тряхнуло. Да так, что я головой ударился о потолок. В глазах потемнело. Слух уловил сигнал тревоги. Это сработала система оповещения планера. Вот блин! А то сами не догадались! Потом все завертелось и закружилось. Единственное, что я успел сделать, так это прикрыть Дэниэла собой. Мне в ногу что-то воткнулось. Я попытался посмотреть, что, и тут мне сверху по голове прилетело аптечкой... Я бы посмеялся, но не мог. Сознание погасло.

***

Пришел в себя я от запаха дыма. Он въедался в нос, раздражая слизистую. Я чихнул, голова взорвалась болью, по шее потекло что-то липкое. Наверное, моя кровь. Я попробовал пошевелиться и застонал. Ногу пригвоздило к полу. Взгляд никак не хотел фокусироваться. Я лежал на Дэниэле, и поэтому большая часть ударов от кусков обшивки и разных предметов пришлась на меня. К огромному моему же счастью. Я точно мазохист. Ну и плевать. К своей радости, я чувствовал дыхание Варта на своей щеке. Жив... Хоть и без сознания. Сейчас это даже лучше. Интересно, где пилоты?

- Эй! - крикнул я. - Есть еще кто живой?

Молчание. Ясно. Либо мертвы, либо без сознания. Разберусь потом. Сейчас главное выбраться отсюда, а то меня начинает беспокоить этот дым.

Надо освободить ногу. Я повернулся, насколько смог, и снова застонал. В моей ноге торчал штырь, видимо, какая-то из частей корабля. Я осторожно осмотрел рану. Кажется, кость не была задета, штырь проткнул бедро, ближе к паху. К счастью, артерии тоже не были повреждены. Я схватился за штырь и рванул его на себя. Мой крик, наверное, слышала вся планета, но сознание я не потерял. Скатился с Дэниэла, посмотрел на ногу. Вся штанина была пропитана кровью, и она продолжала идти. Плохо. Мутнеющим взглядом я поискал аптечку. Дотянулся до нее рукой. Жгут. Затянул. Теперь надо выбираться отсюда, дыма все больше... Я подполз к окну. Оно было разбито, только остатки стекла торчали из рамы. Той же аптечкой я выбил их. И начал вытаскивать Дэниэла из планера...

Мы упали где-то в пустыне. Что, в общем, не странно. Я оттащил Дэниэла метров на сто. А потом наконец потерял сознание.

***

Солнце. Вот от чего я пришел в себя в следующий раз. Оно жгло нещадно, наверное, полдень. А если полдень, то мы должны были почти долететь. Наверное, километров пять осталось, не больше. Я нащупал аптечку и вколол себе львиную дозу энергетика. В голове сразу прояснилось. Посмотрев на Дэниэла, я и ему вколол энергетик. Попил воды из фляжки, благо, есть привычка всегда носить ее с собой. С трудом привел Дэниэла в сознание и дал попить и ему. Сделав несколько глотков, он закрыл глаза, засыпая. Я накрыл его лицо белой марлей, чтобы солнце не так сильно жарило.

Нога. Снял жгут. Кровь остановилась, в рану залил медицинский клей. Встал. Шатает, но ходить могу. Ощупал затылок. Пустяковая рана.

Надо добраться до телепорта, потому что ограничители способностей можно снять только там. Я попытался снова растолкать Дэниэла. Получилось плохо. Но он хотя бы смог встать и опереться на меня. Мы сделали шаг, затем еще и еще... Но через сто метров Дэниэл упал, уронив и меня.

Я упал лицом в песок и тот тут же услужливо набился мне в волосы, нос, рот и даже в глаза попал. Я приподнялся на руках, и посмотрел на Дэниэла. Тот был без сознания. Я сел и перевернул его, затем решил нащупать пульс и, к своему ужасу, не обнаружил его.

- Дэниэл? - позвал я его. Мелькнуло ощущение затаенного страха.

Варт никак не отреагировал.

- Дэниэл! - на этот раз громче позвал я.

И снова никакой реакции. Дыхание тоже отсутствовало. Сердце не билось. Я почувствовал, что меня накрывает паника. Стоп! Аптечка.

В аптечке было все, кроме того, что мне нужно - адреналина. Его не было!

- Дэниэл, очнись! - я потряс его. Глупо, но больше я ничего не мог.

- Дэниэл, не смей умирать! - я понял, что злюсь на него. За то, что он, изуродовав мою жизнь, решил умереть.

Я снова потряс его, сильнее, чем прежде. Его голова безвольно моталась.

- Нееет! - взвыл я, прижимая его к себе . - Дэниэл, не смей умирать! Ты, тварь! После всего, что ты со мной сделал, ты еще собираешься оставить меня здесь одного?! Не смей этого делать! Не смей!

Я снова встряхнул его. Никакой реакции. Он был мертв. Во мне что-то словно сломалось, с тихим щелчком. Я встал и, запрокинув голову к солнцу, - заорал. Во всю мощь своих легких. Солнце жгло глаза, но я насильно заставлял себя держать их открытыми. Пусть оно выжжет мне глаза! Пусть! Не хочу видеть этот чертов мир! Пусть он весь рассыплется прахом, и я вместе с ним! Ненавижу его! Ненавижу!!!

Я со злобы, неожиданно для себя, пнул Дэниэла. Со всего размаху...

Дэниэл дернулся и застонал.

- Дэниэл?!

Я тут же упал на колени и припал ухом к его груди. Сердце билось.

- Ты жив, - из глаз хлынули слезы.

- Угу, - простонал Варт, - но еще пара таких пинков, и моя душа точно отойдет к праотцам раньше времени.

Эта маленькая речь истощила его, и он замолчал. Я же улыбался, плакал и слушал его сердцебиение.

Потом оторвался от него и спросил:

- Идти сможешь?

Он, подумав, кивнул.

Я помог ему встать, и он, опершись на меня, пошел. К вечеру мы добрались до телепорта. По дороге он несколько раз терял сознание, но пульс был. Мы дошли, и я тут же открыл портал на А1 в центр Императорской охраны...

Д-43.

2072 год от создания Империи.

- Прибыли, - обратился ко мне пилот.

Я выглянул в окно. Планер уже приземлился, как и положено, метрах в пятидесяти от телепорта. Я разбудил Кэт, и мы вышли из корабля. Бесконечный песок вокруг, вдали виднеются громады ангаров, впереди низкая бетонная площадка телепорта. Я здесь уже был. Много лет назад. Только ничего хорошего из этого не вышло...

Кэтти с интересом оглядывалась по сторонам, при этом крепко держа меня за руку, чтобы не упасть. Я же шел и тоже озирался. Вспоминая. Будь проклята моя память! Иногда я себе кажусь такой ужасной размазней, чтоб убить хочется. Великий! Ха! Да я даже свои воспоминания и мысли не могу контролировать.

Мы дошли до телепорта, и я остановился. Опять захотелось курить. Свободной рукой я достал взятую у Джеймса пачку сигарет и закурил. Потом посмотрел на телепорт...

'Вот здесь Дэниэл в очередной раз упал...'

Я глубоко затянулся. И задержал дыхание. Воспоминания всплывали, как утопленники из-под воды. Неожиданно и пугающе.

'Здесь упал уже я. Рана в ноге давала о себе знать. Было больно. Снова пошла кровь...'

Я выдохнул. Дым заклубился, растворяясь и уходя к нещадно палящему солнцу. Я проследил его исчезновение, и мне захотелось последовать его примеру. Просто рассеяться, как дым. Чтобы никто меня даже и не вспомнил.

'Я встал и помог Дэниэлу подняться. Надо идти. Всего каких-то три шага, и я смогу спасти нас. Смогу. Кровь течет, оставляя красный след на песке...'

Я снова затянулся. Когда прекратятся эти воспоминания? Неужели я вправду такая тряпка, что не могу прекратить в них копаться?!

Я крепко сжал кулаки. Злоба.

- Ай! Дядя Виктор! - укоризненно пропищал чей-то детский голос снизу. Кэт. Видимо, я сильно сжал ее ладошку.

- Прости, - я не смотрел на нее.

Боялся. Боялся встретить ее взгляд, так невыносимо напоминающий мне о нем.

Я испепелил сигарету в воздухе. Пора идти. Время на исходе.

- Вам больно, да? - неожиданно спросила Кэт.

Я не выдержал и посмотрел на нее. Золотистые кудряшки до плеч, худенькое лицо с недетской серьезностью... и его глаза... Вздохнув, я попытался взять себя в руки. Он давно мертв, а эта девочка даже не его дочь.

- Почему ты так думаешь?

- Папа всегда, когда ему больно, что-нибудь сильно сжимает. Он говорит, что это вместо криков и ругани.

Подумав, я кивнул.

- Твой папа прав.

Я посмотрел на небо. И тут Кэт опять задала вопрос:

- Дядя Виктор, а если они меня найдут? Я не хочу на опыты, - голос ее звучал жалобно.

Я ободряюще улыбнулся ей:

- Я не дам тебя в обиду. Никто тебя не найдет.

- Обещаешь?

- Обещаю. Они тебя не найдут, - заверил я ее. Хотя не был в этом уверен. - Пойдем, нам пора.

Я потянул ее за руку, и мы вошли в телепорт. Планер улетел обратно, а я набрал координаты на панели управления.

Планета вне классификаций.

2072 год от создания Империи.

Мы телепортировались ко мне в палатку. Я мысленно связался с Игорем. Тот тут же, без промедления, зашел ко мне. Увидев девочку, он мысленно спросил меня:

'Кто это?'

Я так же мысленно ответил:

'Дочь одного моего знакомого. За ней охотятся, и он попросил ее спрятать'.

'Ясно. Я отведу ее в столовую, а все разговоры отложу на потом'.

'Никаких разговоров. Я дал тебе всю необходимую для тебя информацию. Все. Займись ею'.

Мои нервы на взводе, а ему информацию подавай...

Игорь обиделся, я это почувствовал. Но виду он не подал. Лишь демонстративно отдал мне честь и улыбнулся Кэт. Та все это время молчала и по-прежнему держала меня за руку.

- Кэт, - обратился я к ней. Она внимательно на меня посмотрела. Я проморгался, чтобы опять не уплыть в воспоминания от ее взгляда.

- Кэт, это Игорь Александрович. Он мой... - я задумался, - друг. Иди пока с ним. Тебя никто здесь не обидит. Ты ведь хочешь есть?

Кэт кивнула. Впрочем, я и не сомневался.

- Вот иди покушай.

- А мы потом еще встретимся?

- Конечно. Иди, иди. У нас много вкусного есть.

Девочка улыбнулась и подошла к Игорю. Тот в свою очередь предложил ей руку. Но она отказалась.

- Я уже большая, - проворчала она, - и не боюсь ходить одна.

Игорь улыбнулся и кивнул.

- Хорошо. Тогда пойдем. А то дяде Виктору, - он выразительно посмотрел на меня, - нужно о многом подумать. В последнее время он этим занимается редко...

Они вышли. Я в задумчивости сел на стул. И над чем мне надо подумать? Над тем, что я привел сюда Кэт? Ну да, это глупость. И, наверное, большая. Но она слишком похожа на Дэниэла... глазами. Ну не мог я ее там оставить!

Минут через тридцать в палатку вошла Сэлл. Почему-то она выглядела хмуро и подавленно. Она молча обошла меня и села на кровать.

- Сэлл? С тобой все в порядке? - с беспокойством спросил я.

Она кивнула. А вот мне что-то не верилось.

- Точно?

Опять кивок. Все такое же хмурое выражение лица. Нет, с ней явно не все в порядке. Я подошел и присел рядом с ней.

- Что случилось?

Она отвернулась от меня. Да что происходит?! Я попытался обнять ее. Она вся напряглась.

- Сэлл, я очень тебя люблю. Скажи, что случилось.

Она встала, отошла и, резко обернувшись, спросила:

- Чей это ребенок? - голос ее звенел, кажется, она была на взводе. - Кого ты сюда привел?

Я глубоко вздохнул. Что это с ней?

- Это дочь моего старого врага. И все. Я не мог ее там оставить. За ней охотятся.

Сэлл неожиданно рассмеялась, громко, почти истерично. С ней явно что-то не так.

- Не мог он ее там оставить! Вик, не смеши. Ты сотнями убивал людей, а ее не смог оставить! - она снова рассмеялась.

Да что с ней такое?!

- Сэлл, она ребенок. Дети не виноваты в преступлениях родителей.

Она снова рассмеялась, не переставая шагать по комнате. Я подошел и, поймав ее за плечи, встряхнул.

- Что происходит? Как старший по званию, приказываю ответить на заданный вопрос, - голос мой звучал жестко, хоть мне самому хотелось обнять ее и успокоить. Но, зная ее характер, я прекрасно понимал, что она этого не позволит. Поэтому воспользовался запрещенным способом. Ведь она младше меня по званию, а субординация у оборотней в крови.

Сэлл пронзила меня яростным взглядом и выпалила:

- Ты действительно хочешь это знать?!

Я кивнул, по-прежнему держа ее за плечи.

- Ну, тогда слушай. Что происходит?! Да вот в чем дело! В том, что ты не видишь, что происходит вокруг! - она повысила голос.

Я не вижу?!

- Ты ни черта не видишь. Все время живешь в мире воспоминаний! Хватит!

Сэлл вырвалась и снова стала ходить по комнате. Я не стал ее удерживать. Пусть лучше кричит. Пусть. Так лучше...

- Вик, ты приводишь чужих детей с глазами Дэниэла. Ты постоянно в воспоминаниях о нем. Реальной жизни для тебя не существует!

Я внимательно слушал, хотя каждое ее слово болью впечатывалось мне в душу. Ведь она была права...

- Вик! - она посмотрела на меня. - Хватит! ОН УМЕР!

- Нет! Он не умер. Он жив, - я сглотнул и приложил руку к сердцу, - вот тут...

- Вик, пожалуйста, - теперь голос Сэлл задрожал. Она осеклась, несколько раз вздохнула и со слезами на глазах продолжила: - Пожалуйста, перестань. Хорошо, пусть он живет в твоей душе, но не надо так яростно стремиться к нему. Ты жив! Понимаешь?! - она всхлипнула. - И я жива, и Крис. Но ты нас не видишь. Для тебя нас нет! Для тебя по-прежнему существует только он. Я почти ненавижу вас! Его - за то, что даже после смерти он занимает все твои мысли. Тебя - за то, что не хочешь жить! - Она заплакала, но когда я попытался обнять ее, она отбежала и зашипела: - Не трогай меня!

Я опустил руку. Мне было больно. Очень. Правда всегда ранит. И иногда я тоже ненавидел Дэниэла за то, что постоянно думаю только о нем. Но это не его вина. Проблема во мне. Не знаю, почему, но я не хотел думать о чем-то другом...

Сэлл отвернулась от меня и, уткнувшись лицом в руки, плакала. Я все-таки подошел и обнял ее. Она, развернувшись, ударила меня. Я дернулся, но ничего не сказал. Из разбитой губы потекла кровь. А я просто держал Сэлл. Она вырывалась и что-то шипела. В конце концов, она разревелась, уткнувшись лицом мне в рубашку. Я ее просто гладил по голове. Я тварь. Я это знаю.

Сэлл подняла голову и сказала то, что меня действительно повергло в шок.

- У меня был выкидыш.

Я замер.

- Что?!

- Я же сказала тебе, что ты ничего не видишь вокруг. У тебя в мыслях только Дэниэл, - она вздохнула и утерла слезы. - Это был мальчик. Но срок был маленький.

Я молчал. У нее случился выкидыш, а я даже не заметил. Дэниэл, что же ты со мной сделал?! Я как живой мертвец. Но я не мертвый, нет!

Я посмотрел на Сэлл. Она больше не плакала. Просто смотрела на меня. Я снова обнял ее, крепко прижав к себе.

- Прости, Сэлл, прости... - прошептал я.

Она молчала. Я приподнял ее подбородок и поцеловал. Наверное, чтобы доказать себе, что живу. Мне было очень больно от того, что произошло. И я всю боль растворял в этом сладко-соленом поцелуе. Сэлл ответила мне, и некоторое время мы просто целовались. Наверное, я тоже плакал, но мне было без разницы. Пусть. Даже хорошо. Со слезами всегда выходит хотя бы часть боли.

Потом я подхватил Сэлл на руки и отнес на кровать. Она молчала. Я тоже. Так мы и лежали, иногда целуясь. Я не могу описать словами то, что творилось у меня в душе. Но я понял, что нужно вылезать из воспоминаний.

Я посмотрел на Сэлл. Она спала, свернувшись клубочком и прижавшись ко мне щекой. Я погладил ее по волосам. Я выберусь. Я найду выход. Обещаю тебе, Сэлл.

Я поцеловал ее в щеку. Она во сне улыбнулась. Я устроился поудобней и начал вспоминать. Чтобы выйти из лабиринта, нужно дойти до конца. Конечно, если у тебя нет вертолета, а его у меня не было. Да и лабиринт необычный - из памяти. Но я дойду до конца и успокоюсь...

Я закрыл глаза и, глубоко вздохнув, расслабился, отдаваясь во власть воспоминаний, которые, в свою очередь, перетекли в сон...

А-1. Империя.

1716 год от создания Империи.

Мы вывалились из телепорта, расположенного в кабинете для совещаний. Дэниэл безвольно повис на мне, я же обвел взглядом генералов, так кстати собравшихся здесь. Те, в свою очередь, молча смотрели на нас. Что, удивились, суки?! Думали, Дэниэл умер? Хер вам, он жив! И будет жить. Я бережно уложил Дэниэла на пол, а сам, встав по стойке смирно, с издевательской улыбкой на губах, отдал им честь.

- Доброго времени суток, господа генералы. Дэниэл Варт вернулся с задания с победой! - я тихонько рассмеялся.

По кабинету пронесся шепот недовольства. Потом один из генералов встал и жестким голосом спросил:

- Где вы отсутствовали почти три недели?

Три недели?! Так много? Казалось, меньше...

- Я все вам объясню. Только в начале отправьте, пожалуйста, Дэниэла Варта в мед. блок. Он находится на грани смерти, - сказал я.

Лицо генерала посуровело:

- Вы никуда, кроме карцера, не отправитесь, пока я не узнаю, где вы были.

Я задохнулся от злости и сделал шаг к генералу. Точнее, попытался. Из-за продырявленной ноги я упал. Ко мне тут же бросилась охрана, но явно не с намерением помочь. Меня схватили за руки и подняли. Кажется, меня уже тащат в карцер. Надо все-таки объяснить ситуацию.

- Господин генерал, - торопливо выкрикнул я, - мы выполняли операцию по спасению Императора... - меня уже куда-то тащили, но я заметил, как генерал нахмурился и сказал:

- Император ничего нам не говорил... - потом добавил: - В карцер... обоих. До выяснения обстоятельств.

- Нет! - я закричал. - Господин генерал, посадите меня одного. Дэниэл там умрет!!! - я рванулся, но лишь причинил себе лишнюю боль.

- Держите себя в руках! - рявкнул генерал. - Не позорьте Империю. Я не могу ничего предпринять, пока не получу на то приказа.

Я рассмеялся. Громко, и почти захлебываясь. Потом снова прокричал.

- К чертям приказы! Самый лучший гражданин Империи умирает на ваших глазах. А вы, как тупой идиот, твердите про приказы!..

- Вы не в себе, - проговорил генерал.

- Я как раз в себе! А вы все сумасшедшие, - я снова рассмеялся, - все!

Потом я снова рванулся и тут же почувствовал попытку проникновения в мое сознание. Ага! Хрен вам всем! Ни черта не выйдет. Я со злостью ответил ментальным ударом.

Один из генералов, сидящих за столом, со стоном упал со стула. Защита у него была слабовата... для генерала. Мои губы снова исказила злобная усмешка. Как же я их ненавижу, этих черствых тварей! Мне дико захотелось их убить. Всех!

Но тут я заметил кивок говорившего со мной генерала и тут же почувствовал удар по голове. Правильно, чем спорить, проще вырубить... Вот только я не потерял сознание. На тренировках с Дэниэлом я получал и не так. Я вновь рванулся и почувствовал, как вывихнул себе плечо. Упс! Перестарался. Боль, как обычно, услужливо поселилась в сознании, и я уже не заметил второго удара по голове.

Наконец темнота.

***

Очнулся я в темной камере на полу. И тут же взглядом нашел Дэниэла. Он лежал рядом. Без сознания. Я дотянулся до его запястья и проверил пульс. Он был, но слабый. Дэниэл лежал на спине, и поэтому я мог видеть его лицо. Оно выражало безмятежность. Такое ощущение, что он спит. Просто спит...

Я тихо подполз к нему и лег рядом, положив одну руку ему на сердце, а второй нащупав пульс на запястье. Так и уснул.

Снова проснулся я, когда в камеру принесли еду. Я есть не хотел, а вот Дэниэлу нужно поесть хотя бы немного. Но как я его не будил, он не просыпался. Это повергло меня в отчаяние. Он же может умереть, а эти ублюдки!.. Я подполз к двери и долго колотил в нее, кричал, срывая голос...

Но никто так и не обратил внимания.

Сколько времени мы провели там, я не знаю. Здесь словно не было дня и ночи, а ЛК не работал из-за защитного экрана, окружавшего камеру. Нас не трогали, не били, не допрашивали. И это навело меня на мысль, что этот генерал все-таки обратился к Императору. Но пока его обращение дойдет до Императора и пока тот что-нибудь предпримет... Сколько времени пройдет? Главное, чтобы Дэниэл выжил... Он должен выжить!

Именно в те дни, в карцере, я начал ненавидеть Империю, так запросто разрушающую жизни людей, убивающую их души в зародыше. Со временем ненависть чуть угасла, превратившись в твердое осознание того, что она, такая, какая есть, не должна существовать.

Империя. В те мгновения я готов был убить любого, кто произнесет это слово.

Я ничего не ел, ни с кем не разговаривал. Я просто сидел, прислонившись спиной к стене, и полными ненависти глазами смотрел на дверь. Те, кто приносил еду, натыкались на мой взгляд и быстро исчезали, что-то бормоча себе под нос. Я же просто сидел. В моей руке почти всегда была рука Дэниэла. Я постоянно держал руку на его пульсе. Кроме редких моментов хождения в туалет.

Через какое-то время рана на ноге загноилась. У меня начался жар, а с ним пришел и бред. Я видел какие-то лица, слышал голоса. Плавал в воспоминаниях и, счастливый, умирал вместе с Дэниэлом...

Но однажды дверь открылась, и в камеру вошел Император. С ним был и тот генерал, что отправил нас в карцер. Император подошел ко мне и, присев, заглянул мне в лицо.

Я попытался встать, но тут же рухнул обратно.

Император взял меня за подбородок и внимательно посмотрел в глаза. Я ответил ему взглядом, полным злобы, но не ненависти. К нему у меня ненависти не было.

- Ты смог... - чуть удивленно прошептал Император, вглядываясь в мои глаза, словно пытаясь влезть в душу.

Я отвел взгляд, сознание снова начинало меркнуть. За эти дни я уже полюбил это ощущение и лишь мечтательно улыбнулся, ожидая темноты в сознании.

Император потряс меня за подбородок:

- Посмотри на меня. - Это был приказ, и я с трудом открыл один глаз.

- Что за запах? - спросил он.

- Гниющего мяса, - с бессмысленной улыбкой ответил я.

Император обернулся к генералу.

- Что с вами будет, решит трибунал, - в его холодном, спокойном голосе не было ничего, никаких эмоций. - А пока распорядитесь, чтобы их обоих срочно переправили в мед. блок и занялись лечением. И вызовите целителей.

Генерал молча кивнул, в камеру вошли люди и, подняв нас на гравии-носилки, отнесли в мед. блок. По дороге я все-таки потерял сознание.

***

Прошло пять дней. Ногу мне вылечили и вообще подлатали основательно. Даже Дэниэла умудрились привести в сознание. Но не более, он по-прежнему умирал. Есть не мог, пить тоже. Его кормили через капельницу.

Как только я смог ходить, тут же отправился в его палату. Выглядел он просто ужасно и держался на этом свете только за счет целителей, которые раз за разом возвращали его к жизни.

Я пришел к нему и нежно провел рукой по его лицу. Он заморгал. Потом я склонился и поцеловал его. Сзади охнула медсестра. Я обернулся к ней и жестко сказал:

- Будешь болтать лишнего, убью. Ясно?

Она торопливо закивала.

- А теперь ид. 'Попей чай', и подольше.

Медсестра практически выбежала. Наверное, нельзя угрожать людям. Это плохо... Но сейчас я ненавидел всех этих уродов. И еле сдерживался, чтобы не взять автомат и не пойти перестрелять всех. Виновных, невиновных, всех! К черту!

- Зачем напугал медсестру? - едва слышно прошептал Дэниэл.

Я посмотрел на него и, не выдержав, снова поцеловал. Он ответил. Я долго целовал его запекшиеся губы, потом осыпал поцелуями его лицо и уткнулся носом ему в грудь. Он же гладил меня по голове и успокаивал.

- Вик, Вик, Вик. Чудо ты мое. Все хорошо. Все хорошо. Все закончилось.

Я понял, что плачу. Всхлипывая, я плотнее вжался в него.

- Все, все, все. Тише, Вик, тише, - успокаивал меня Дэниэл, как ребенка. А я плакал. - Ты молодец, Вик. Молодец. Ты нашел выход. Я и не сомневался.

Я посмотрел на него, и он стер слезы с моего лица.

- Я боялся, что ты умрешь, - прошептал я.

- Не надо бояться. Со мной все будет хорошо.

- Точно? - совсем по-детски спросил я.

- Конечно, - он улыбнулся, - мне уже не больно.

- Это-то и страшно. Не страшно, когда больно, страшно, когда уже не больно...

Он снова улыбнулся. А потом сказал:

- Дай листок с ручкой.

- Зачем? - в удивлении спросил я, но послушно телепортировал их и передал Дэниэлу. Тот перевел кровать в более удобное положение и стал что-то писать. Что именно, я не видел.

- Что ты пишешь?

- Потом узнаешь. Я пытаюсь хоть как-то облегчить тебе жизнь. Не подглядывай.

- Ладно. Не буду, - я положил голову ему на колени. Было не очень удобно, но зато рядом с ним.

Дописав это, он вызвал медсестру. Войдя, она испуганно посмотрела на меня и, взяв у Дэниэла листок, поспешила снова уйти.

А мы еще долго болтали. Потом он пододвинулся, и я лег рядом с ним. Так мы и уснули. Во сне у него остановилось сердце...

ГЛАВА 7. Возвращение

А-1. Империя.

1716 год от создания Империи.

У кровати Дэниэла стоял Император и его приближенные. Я тоже там стоял или, скорее, часть меня, потому что сознание отказывалось верить в реальность происходящего. Целители его, с огромным трудом, но вернули к жизни. Я знал, что ненадолго. Дэниэл дышал тяжело, с хрипом, но в глазах светилось счастье.

- Что я могу для вас сделать? - спросил Император.

- Выполните мое завещание. Не нарушая его, - прохрипел Варт.

Император, чуть подумав, кивнул.

- Но, Ваше Императорское Величество, это слишком опрометчиво... - раздался голос сзади.

Император, даже не обернувшись, бросил:

- Этот... это существо спасло мне жизнь, и я выполню любое его желание. Всё. Вы все свидетели.

- А теперь, пожалуйста, оставьте меня наедине с Виктором, - шепотом попросил Варт.

Все послушно вышли. Я тут же упал на колени рядом с его кроватью.

- Я не смог тебя спасти, - срывающимся голосом сказал я.

Дэниэл положил руку мне на голову и тихо погладил по волосам.

- Послушай меня внимательно, Виктор, - начал он.

Я кивнул, хотя мне было сложно сохранять спокойствие. Хотелось орать от ужаса, разрушить что-нибудь, заставить кого-нибудь его спасти.

- Я умираю, и мне осталось совсем чуть-чуть...

- Нет! - вырвалось у меня.

- Не перебивай, - попросил он, - у меня к тебе просьба. Выполни ее.

- Какая? - я попытался взять себя в руки.

- Найди себе цель жизни и живи. Не стремись ко мне. Раньше времени не пустят... - он закашлялся.

- Я не хочу жить без тебя. Не хочу... - прошептал я.

- Послушай меня, - снова начал Дэниэл. - Пожалуйста, живи. Ты молод, и впереди неизведанные дали. Путешествуй, учись, люби, воюй. Живи! Я свое отжил и... знаешь, что?

- Что?

- В последнее время я жил не ради мести... а ради тебя.

Я встал с колен и присел на край кровати, поближе к нему. В голове эхом отдались его последние слова. Ради меня...

- Месть, она помогает найти силы, чтобы жить. Но когда ты находишь нечто большее, - он провел рукой мне по лицу, я перехватил его руку своей и поцеловал, - тогда месть исчезает. Исчезает, и все. Я хочу, чтобы и ты нашел свое счастье. Мое - это ты, - он опустил руку с моего лица на мое сердце. - Я хочу, чтобы это сердце билось и любило. Я хочу, чтобы ты был счастлив.

- Так дай мне умереть!!! - крикнул я в отчаянии.

- Нет. Потом. Когда придет твое время, ты тоже умрешь.

- Это ни хрена не радует. Я хочу сейчас, с тобой!

- Нет, Вик. Обещай мне жить.

- Не могу. Без тебя не могу.

Дэниэл вздохнул.

- Хорошо. В моем завещании я дам тебе подсказку.

- Какую еще подсказку? - Что он вообще несет? Я хочу уйти с ним, а он в загадки играет.

- Я знаю, что может стать твоим шансом на счастливую жизнь, - терпеливо сказал Дэниэл. - Мне это никогда не было нужно, хотя я мог бы это взять. Но тебе это поможет. Так возьми его, и, может, мы еще увидимся.

- Ты про что, Дэниэл? - против воли я заинтересовался.

- Читай письмо в завещании...

Он закрыл глаза. Потом вздрогнул всем телом и снова их открыл, но теперь я видел в них смерть.

- Помни, - прошептал он, - я тебя всегда лю...

На датчиках, которые регистрировали сердцебиение, пошла прямая линия. Я стоял в шоке, по-прежнему сжимая его обмякшую руку.

А потом до сознания дошла суть происходящего, и я закричал, так громко, как только смог. Потом упал на колени, не отпуская его руки, и кричал, кричал, кричал. Горло саднило от напряжения, воздух в легких заканчивался, но я не мог остановиться. От жесткой боли, что рвала мою душу на части, заболело сердце. Я почти не обратил на это внимания. В комнату вбежали целители и спешно занялись попытками вернуть его к жизни.

А я, неожиданно перестав кричать, поднялся и, как робот, пошел в коридор. Ноги словно сами несли меня к окну. Всего 112-ый этаж. Я никого не видел и почти ничего не слышал. По дороге меня увидел Император.

- Ты куда собрался, Виктор?

Я ничего не ответил, лишь схватился за раму, распахивая окно.

- Держите его! - отдал приказ Император.

Меня тут же схватили и оттащили от окна. Я даже не сопротивлялся. Тупо смотрел на удаляющееся окно спасения. В груди нестерпимо болело. Что это? Сердце? Душа? Почему так сильно?

- Выходят через дверь, а не через окно, - долетел до меня спокойный голос Императора. - Тебя разве не учили?

Я посмотрел на него рассеянным взглядом. В груди болело сильнее и сильнее. В глазах помутнело. Я пошатнулся. Больно. Как же больно.

- Что с ним? - кажется, это опять Император.

- Не знаю, нужно в мед. часть. Вниз на...

Я не дослушал. В груди словно что-то лопнуло, и сознание погасло.

***

- Инфаркт, - долетел до меня чей-то женский голос, - в столь юном возрасте.

- Да уж. Я бы прописал психологическое лечение, но Император запретил.

Я открыл глаза. Мед. блок.

- Он очнулся, - сказал кто-то из медиков.

- Как самочувствие?

Я промолчал. Я не хотел говорить. Я ничего не хотел. В душе было пусто, как будто я все-таки умер. Надеюсь, это ощущение сохранится на всю мою оставшуюся жизнь.

- Не хотите отвечать? Хорошо, не надо. Я сама все проверю, - сказала доктор и забегала пальцами по панели диагностики. Запищали приборы, и через три минуты в руки к ней выполз листок с результатами обследования.

- Ну что ж, - начала она, глядя то на листок, то на меня, - все показатели в норме. Завтра мы вас выпишем. Но все же нервничайте меньше. Еще парочка таких вот случаев, и вас ни один целитель не вытащит.

Я смотрел в потолок пустым взглядом. До меня с трудом доходил смысл слов, сказанных доктором. Я себя-то с трудом осознавал. Больше всего хотелось просто закрыть глаза и никогда больше их не открывать.

Когда мне предложили поесть, я отказался. Потому что не хотел. Тогда доктор, покачав головой, поставила мне капельницу с питательным раствором.

***

Через день я с таким же отсутствующим лицом стоял перед печью крематория и смотрел, как туда уплывает гроб с Дэниэлом.

Самое дорогое в моей жизни сейчас сгорит при температуре тысяча градусов.

В душе по-прежнему было пусто и словно выжжено. Наверное, какая-то часть меня и вправду сгорела вместе с Дэниэлом в той печи. По крайней мере, я очень надеялся на это.

Потом, вечером, нотариус вскрывал завещание. Я сидел с отсутствующим взглядом и смотрел на муху, которая важно расхаживала по столу. Наверное, ищет, что поесть или просто гадит. За моей спиной сидели еще люди, все те, кого Дэниэл указал в завещании. Они были чем-то возмущены и раздражающе шумно все это обсуждали. Мне не нравился этот гомон, и хотелось уже окончить эту ненужную никому церемонию озвучивания завещания. Почему нельзя было просто каждому сообщить на ЛК, что ему полагается?

- Как такое может быть? - говорили они.

- А вроде бы разумное создание, - твердили другие, - и тут такое!..

Их шепот прервал Император.

- Я обещал ему выполнить то, что написано в завещании и, клянусь честью Империи, я сдержу свое обещание!

Разговоры сразу стихли. Император забрал зачитанное завещание и, протянув его мне, сказал:

- Теперь ты являешься начальником Императорской охраны, а также можешь поступить в Академию. Больше никто не станет тебе препятствовать. В твое распоряжение поступает триста человек, то есть существ, которые раньше подчинялись Дэниэлу Варту. Завещание также переходит в твои руки. Все пункты, написанные в нем, я не буду зачитывать. Всё. Все свободны.

Собравшиеся, все еще недовольно перешептываясь, разошлись. А я сидел в кресле, в растерянности, с завещанием в руках. Когда все ушли окончательно, Император присел рядом с креслом и заглянул мне в глаза. А я по-прежнему смотрел на муху.

- Виктор, - окликнул он меня, - посмотри на меня.

Я послушно поднял на него глаза и столкнулся с жестко-холодным взглядом. На секунду мне захотелось поежиться.

- Не опозорь его, - строго сказал он. - Дэниэл гордился тобой, не опозорь его имя. Не урони его честь.

Император встал, и я проследил за ним все еще растерянным взглядом.

- Что же мне делать? - этот почти детский вопрос вырвался сам собой.

Взгляд Императора чуть смягчился.

- Варт дал тебе в руки власть и очистил дорогу в Академию. Теперь перед тобой открыты все дороги. Живи. Он ведь этого хотел.

Он положил руку мне на плечо и добавил, как бы заканчивая наш разговор.

- Похороны через один месяц на Б-13, сектор А.

Сказав это, Император вышел, а я еще долго смотрел на закрывшуюся за ним дверь.

Я думал. Куда теперь мне деться? Своего дома не было, а в дом Варта я в ближайшее время не смогу зайти. Друзей у меня тоже не было. Было только завещание, по которому все, что было у Дэниэла, переходило ко мне. И еще кое-что. Поступление в Академию. Такое желанное для Варта, мне оно было совершенно безразлично и даже вызывало раздражение. К черту ее, эту Академию.

Подумав, я решил отправиться в лагерь, где расположились теперь уже мои подчиненные. Раз я их начальник, то они не посмеют что-либо мне сказать. Да и посмотреть надо, кто это...

Планета вне классификаций.

2072 год от создания Империи.

Я проснулся от ласкового, чуть грустного шепота Сэлл.

- Я тебя люблю. Слышишь? - она тяжело вздохнула - Вряд ли ты меня слышишь. Наверное, опять в своих воспоминаниях.

Кровать скрипнула. Это Сэлл собиралась уйти. Я поймал ее за руку и, притянув к себе, сказал:

- Я тебя тоже люблю.

Она смотрела на меня своими удивительными ярко-зелеными глазами, в которых все еще плескались отголоски боли.

- Сэлл, прости, - еще раз попросил прощения я. - Я действительно хочу жить здесь и с вами.

- Что-то сомнительно, - проворчала она.

- Но это правда, - я глубоко вздохнул и добавил: - Давай попробуем еще раз начать все сначала.

Она вдруг лукаво посмотрела на меня.

- А ты исправишься?

Я улыбнулся.

- Очень постараюсь.

- Тогда ладно. В очередной раз поверю тебе.

Сэлл поцеловала меня. А потом, отстранившись, сказала:

- Тебя тут, пока ты спал, искало одно очаровательное юное создание. Я аж приревновала, и еще один симпатичный типчик тоже интересовался, когда ты придешь к нему на экзекуцию.

- Первая, я думаю, Кэт.

Сэлл кивнула.

- А второй - Игорь?

- Какой ты у меня догадливый, - съязвила Сэлл. - Иди, а то Игорь точно убьет тебя.

Я кивнул, встал и, потянувшись, начал собираться к Игорю. Сэлл обещала дождаться меня.

***

'Нет. Он точно хочет меня убить! Это ясно как божий день'.

Игорь сделал очередное движение руками, и у меня опять хрустнул позвоночник.

Я застонал.

- Терпите, - чуть издевательски сказал Игорь и опять подналег на мою многострадальную спину.

- Может, хватит? - спросил я.

- Еще нет, - опять хруст. - Еще... - хруст, - пара, - хруст, - позвонков.

Игорь снова где-то надавил, и у меня в голове вспыхнула боль.

-Игорь! - взвыл я. - Ты меня убить решил?

- Нет. Просто нужно чаще ко мне ходить, чтобы потом не было так больно.

С этими словами Игорь отошел от меня и бросил через плечо:

- Все. Я закончил. Можешь одеваться, - в голосе явно была издевка.

Фраза прозвучала просто обалденно. Я улыбнулся, надевая рубашку. А что, если я его поцелую? Посмотрю я тогда на его лицо. Я снова улыбнулся. Эх, Игорь, не кидайся такими словами в мой адрес. Это очень опрометчиво...

Я встал и, улыбаясь, подошел к Игорю сзади. Тихо ходить я умел.

- Что у нас дальше? - я никогда раньше с ним не разговаривал таким голосом - вкрадчивым, интимным.

Он вздрогнул и резко обернулся, почти столкнувшись со мной. Я отступил на шаг назад.

Игорь проморгался и сказал:

- Во-первых, не пугайте меня больше, во...

- Я тебя еще не пугаю... - тем же тоном перебил его я.

- Это угроза? - довольно жестко спросил Игорь.

- Пока не знаю, - ответил с улыбкой я, - все равно я могу сделать с тобой, что угодно, - я его провоцировал. Он давно и сильно обижен на меня. Пусть лучше выговорится. Тем более, я это заслужил. Да и... настроение у меня сегодня какое-то... игривое.

Я снова улыбнулся.

Игорь же, покраснев от злости, молчал.

Нееет, милый, не выйдет. Я хочу, чтобы ты выпустил пар. И к черту, временно, конечно, субординацию.

- И ты даже не скажешь ничего против? Какой ты у меня послушный, - последние слова я протянул нараспев.

Игорь швырнул мой анамнез на стоящую рядом тумбочку и зло сказал:

- Я не знаю, что с вами, но попросил бы вас прекратить подобные издевательства, - голос его дрожал от едва сдерживаемой злобы.

Так. Отлично! Еще чуть-чуть. Мое счастье, что ты такой легковозбудимый. Мне это начинает нравиться.

- Ну, смотря как просить будешь... - с явным подтекстом ответил я. - Лично я могу предложить тебе много способов...

Игорь от возмущения даже приоткрыл рот, на что тут же получил мой язвительный комментарий:

- Молодец, направление правильное, только можно чуть шире, а то не влезет.

Что Игорь и сделал. Правда, от еще одного прилива возмущения.

Я, не выдержав, рассмеялся.

- Что вы смеетесь? - зло спросил Игорь.

- Меня забавляет твоя реакция.

Игорь на мгновение отвернулся от меня и, что-то пробормотав, снова повернулся и сделал пару шагов в мою сторону.

Я по-прежнему улыбался. А потом сказал:

- Знаешь, а команды 'ко мне' не было.

Игорь что-то прорычал и... дальнейшего я от него точно не ожидал.

Он поцеловал меня!

Довольно жестко и даже немного грубо. Я от неожиданности чуть прогнулся назад. Потом его поцелуй чуть смягчился. Вот тебе и своеобразная сублимация*! Ну, я сам нарвался. Хотел, чтобы он выпустил пар, вот он его и выпускает. Ладно, хорошо.

Я расслабился, отвечая.

Игорь обнял меня и одну руку запустил мне в волосы. Я слегка застонал и сам обхватил рукой его затылок. Теперь он застонал.

Потом его рука принялась расстегивать мою рубашку. Я не сопротивлялся. Мой мозг куда-то делся. Надо бы спросить: 'Ты что делаешь?!', но я не хотел. Потом подумаю... возможно.

Поцелуй по-прежнему не прекращался. Даже наоборот, стал более страстным с обеих сторон.

Рука Игоря прошлась по моей обнаженной груди. Я чуть выгнулся к нему навстречу. Мое тело с радостью реагировало на его прикосновения.

Он подтолкнул меня к кушетке, с которой я недавно встал. Я, прекратив поцелуй, укусил его в шею. С тихим стоном он вцепился мне в плечи. Потом посмотрел на меня, и я по его взгляду понял, что мы хотим одного и того же. Друг друга. У обоих прерывистое дыхание, расширенные зрачки...

А... к черту!

Я потянул Игоря к себе с намерением продолжить.

И тут по громкоговорителю раздался голос:

- Игорь Александрович, срочно пройдите в хирургию. Повторяю: Игорь Александрович, срочно пройдите в хирургию.

Игорь отпрыгнул от меня, метра на два сразу. Потом, не глядя на меня, схватил какие-то бумаги и вылетел из комнаты.

Ну воот...

Таак... В душ. Холодный... и вообще, что это было?!

***

Я вышел из душа и направился в свою комнату, к Сэлл. Душ находился на корабле, как и комната, в которой я обитал, пока проходил лечение. Когда дошел, то увидел, что она играет с Кэтти. Обе выглядели такими счастливыми, что я невольно залюбовался, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди. На дверь падала тень, и они меня еще не заметили.

Кэт воодушевленно рассказывала Сэлл, как она в детстве упала с лестницы, разбила коленку и долго плакала. Сейчас бы она не стала плакать, она же уже взрослая. А взрослые не плачут.

Ну конечно. Не плачут, никогда...

- Тетя Сэлл, а почему дядя Виктор всегда такой задумчивый и грустный? - вдруг спросила Кэт.

Я замер, прислушиваясь. Мне самому был интересен ответ.

- Потому что Боги дали ему силу, а вот про мозг забыли, - съязвила Сэлл.

Да, я тебя тоже люблю...

- А если серьезно, то наоборот, он слишком много думает...

- Ааааа... - протянула Кэт. - Мой папа тоже постоянно думает.

Я вышел из тени.

- Дядя Виктор! - весело крикнула мне Кэт. - А мы тут играли!

- Правда? - деланно удивился я. - А во что?

Кэт начала объяснять, во что они играли. Я слушал, но краем уха. А сам смотрел на Сэлл, она на меня.

Мы оба хотели детей. Но из-за моей жизни она теперь не могла выносить их. Хотя у меня уже появилась одна идея по этому поводу. Я вспомнил хорошего врача и собирался уговорить Сэлл лечь к нему на лечение. Врач, как и я, против Империи, но это и к лучшему, меньше будет болтать. Я свяжусь с ним после того, как наступит Новый год, а он будет совсем скоро. Завтра последний день моих мучений у Игоря. Хотя... захочет ли он меня вообще видеть после сегодняшнего. Не знаю. Но очень надеюсь, что он не будет творить глупостей...

- Виктор, уже вечер, давай-ка уложим Кэт спать, - прервала мои мысли Сэлл.

Я посмотрел на Кэт, та и вправду уже зевала и терла руками глаза.

- Ну что, Кэт, спать пойдешь? - я улыбнулся.

- Угу.

- Ну, пошли. Сэлл, веди нас в ее комнату.

Сэлл кивнула, и мы пошли на корабль, в одну из кают, которая стала временным пристанищем для Кэт. Здесь она будет жить, пока мы не подберем ей палатку в лагере.

В каюте девочка сразу ушла за ширму переодеваться в сорочку. Игорь уже успел купить ей одежду.

Когда она вышла, мы уложили ее в кровать и укрыли одеялом. Тут Кэт попросила:

- Дядя Виктор, расскажи сказку.

Сказку?! Я был в легком шоке. Я и сказки - это две совершенно разные вещи. Да я их даже и не знаю ни одной... Я оглянулся на Сэлл. Она улыбалась и явно не собиралась мне помогать. Но Кэтти смотрела на меня с такой надеждой... И тут мне в голову пришла идея.

- Ты не против грустных сказок? - спросил я.

- Нет, они тоже интересные, - ответила Кэт и уселась поудобнее, приготовившись слушать.

- Ну, тогда слушай, - начал я. - В одном далеком мире жил маленький мальчик. Жил он счастливо с мамой, папой и сестрой, - я на секунду замолчал, вспоминая, что там было дальше. - Но недолго продлилось его счастливое детство. В один день пришли злые люди и убили маму и папу...

- А почему они их убили? - спросила Кэт.

- Они считали маму мальчика ведьмой. И поэтому, опасаясь ее, они решили убить всю ее семью. Но мальчик с сестрой сбежали. А за ними началась погоня.

- Их догнали? - с беспокойством спросила Кэт.

- Да. Их загнали на вершину холма, и бежать больше было некуда, - я моргнул. В моей памяти опять всплыли горящие факела, крики и злоба... - Внизу под ними был лишь обрыв, и мальчик, отодвинув сестру за спину, взялся за меч. Но злые люди накинулись толпой и отобрали у него сестру, а его скинули вниз.

Кэт вздрогнула и, подавшись чуть вперед, спросила:

- Он умер?

- Нет, - я покачал головой, - он не умер. Его выкинуло в другой мир, и там его забрал к себе один странный человек. Хотя и не человек он был вовсе.

Сэлл уселась рядом со мной и обняла. Я поцеловал ее в волосы.

- А кто он был, если не человек? Оборотень? Призрак? Вампир? - засыпала меня вопросами Кэт.

Я улыбнулся.

- Нет, это была почти неизвестная раса, но они были мудры и сильны. Так вот, этот странный мужчина подобрал мальчика и обучил его всему, что знал сам. Ну, или почти всему... Мальчик рос и учился, учился и рос. А потом, когда вырос, поступил на работу к этому же мужчине. Работа была опасная, но он не жаловался. Однажды мужчину, который спас мальчика, похитили, и мальчик бросился на его поиски. Он нашел его и вернул. Но мужчина разозлился на мальчика и сказал, чтобы тот больше так не делал. Мальчик не послушался, и потом спасал его еще не раз. Он вырос и превратился в юношу. Жизнь у него была тяжелая, работа грязная, но необходимая. Жил он по-прежнему с тем, кто его спас. Больше было негде, да и не хотел он жить где-то еще. Юноша очень привязался к своему спасителю и не мог без него жить. С каждым днем он осознавал это и привязывался к тому мужчине еще сильнее. Он стал для юноши смыслом жизни...

- А потом человек, то есть то существо, что спасло мальчика, пожертвовало собой ради их короля и умерло. Да? - затараторила Кэт.

Я кивнул:

- Как догадалась?

Кэт улыбнулась и ответила:

- Это же сказка про Неразлучников. Мне ее папа рассказывал. Только без начала про погоню. Он его не помнил...

Я мысленно застонал. Боги! Он про меня еще и сказки своему ребенку рассказывал. Язык ему вырвать мало... Да только поздно.

- А потом юноша снова спас умирающего мужчину и отвел его в безопасное место. Но тот все равно умер. Юноша до конца своих дней помнил своего любимого и горевал по нему. Так ведь в сказке? - спросила Кэт, широко зевая.

- В сказке - да, - коротко ответил я ей, поправляя одеяло. Но жизнь не сказка, и в ней приходится следовать ее правилам. Я не могу себе позволить весь остаток жизни посвятить скорби по Дэниэлу, я нужен еще и другим.

- Вот видите, я ее знаю. Но все-таки мне нравится ее слушать снова и снова. Она такая интересная и необычная. Мне бы хотелось переписать ее концовку.

- На какую? - заинтересовался я.

- На хорошую, - уверенно ответила Кэт.

Она снова зевнула. Я поправил ее одеяло и сказал:

- Все, спи. Увидимся завтра.

Она улыбнулась и закрыла глаза. Мы с Сэлл тихо вышли и пошли ко мне.

Позже, сидя в моей комнате и наблюдая, как я разбираю скопившуюся документацию, Сэлл сказала:

- Твой враг многое о тебе знал.

- На то он и враг, - пожал я плечами.

- Знаешь, а я о тебе знаю довольно мало, - сказала Сэлл, подходя и обнимая меня за плечи.

- Ты - мало?! - искренне удивился я, оторвавшись от документов и поворачиваясь к ней лицом. Сэлл знала обо мне больше, чем кто-либо из живущих. - Если ты мало, тогда кто много?

- Не знаю... - протянула она, прикасаясь губами к моей щеке. - Может, враги? Иногда мне кажется, что ты их любишь больше, чем близких людей.

Я поцеловал ее.

- Ты говоришь глупости. Да, я люблю своих врагов. Без них я бы не выжил. Но я люблю их по-другому, нежели вас.

- Угу, - вяло отозвалась Сэлл. Кажется, она тоже засыпала.

Я взял ее на руки и отнес на кровать. Потом раздел и укрыл одеялом, сам тоже устроился рядом. Уже засыпая, Сэлл пробормотала:

- А завтра Новый год.

- Уже?!

- Угу. Как обычно, ночью. С наступающим тебя.

- И тебя.

Потом она заснула, а в скором времени и я. К моему огромному счастью, мне ничего не снилось.

***

Проснулись мы, по старой привычке, в шесть утра. Потом подумали и опять легли спать. В конце концов, сегодня канун Нового Года, и в этот день можно поспать подольше. Второй раз нас разбудил мой ЛК. Сработала напоминалка. Сегодня контрольное обследование всего организма. Я встал и, оставив Сэлл спать дальше, ушел в мед. блок, на ходу соображая, как вести себя с Игорем. Но его на месте не оказалось, и меня приняла его ассистентка, сообщив, что Игорь занят в хирургии.

Почему-то я в этом сомневался. Хотя... кто знает? Проверять не буду.

Рэйчел Хоут, так звали эту девушку, довольно быстро провела мне весь осмотр и выдала диагноз. Почти здоров. Все-таки молодец Игорь! Не только с того света вытащил, но и почти все восстановил.

После обследования я пошел готовиться к Новому году. Надо будет еще для Сэлл найти подарок... По дороге к себе я услышал смех Кэт. Заглянув в ее комнату, я увидел, что они вместе с Сэлл смотрят передачу для детей. Они выглядели так трогательно и мило, что я опять остановился, засмотревшись. Обе улыбающиеся, светловолосые, они сейчас так походили на мать и дочь.

Внезапно показ передачи прекратился срочным сообщением новостей.

- Мы временно прерываем показ телепередач для экстренного выпуска новостей. На тюремной планете Д-43 сгорел особняк одного из влиятельнейших глав планеты. В остатках дома было обнаружено два тела. Одно, судя по размеру, принадлежало маленькому ребенку, второе хозяину особняка. Тело ребенка не удалось идентифицировать. Череп же, найденный неподалеку от ребенка, был прострелен и принадлежал Джеймсу Рональдсону...

Я вздрогнул. Кэт... Она даже не пошевелилась, как будто бы не поняла.

-...а тело маленького ребенка, вероятнее всего, принадлежало его дочери, Кэттарине Рональдсон. Генетическая экспертиза невозможна. Похороны пройдут через неделю на Б-13 в секторе Б. На этом я завершаю наш экстренный выпуск новостей, - закончила девушка с типично имперским 'каменным' выражением лица.

Экран новостей погас и снова продолжилась прерванная детская передача.

В комнате царило гробовое молчание. Потом Кэт встала и подошла ко мне. В глазах ее сверкала злоба. Обычно она вела себя, как ребенок, но сейчас, посмотрев ей в глаза, я понял, что на меня смотрит взрослая злая женщина.

- Вы знали. Да? - почти прошипела Кэт. - Вы знали, что он умрет?

Я кивнул. Не вижу смысла отрицать очевидное.

- И ничего мне не сказали! - крикнула она.

Я молчал.

- Вы думаете, я маленькая, чтобы знать такие вещи заранее? Ошибаетесь! Лучше правда, чем ложь. Я бы все равно уехала, если бы отец сказал!

- Кэт, я...

- Помолчите, пожалуйста! Будь я постарше, я бы вас ударила. А пока не допрыгну! - у нее заблестели глаза. - А я ведь начала вам доверять! И вам, тетя Сэлл, - она повернулась к Сэлл, - но вас я не виню. Вы могли и не знать. Но он, - она, не оборачиваясь, ткнула в меня пальцем, - должен был сказать мне об этом заранее!

Она снова повернулась ко мне и почти что в приказном тоне сказала:

- Пропустите меня! - руки ее сжались в кулаки, губы чуть дрогнули. Но сама она по-прежнему держалась стойко. Как настоящий воин.

- И куда ты пойдешь? - спросила Сэлл.

- Не знаю. Все равно, - бросила девочка.

Я отошел. Пусть идет. Ей нужно подумать. Телепортироваться без посторонней помощи еще не сможет. За пределы лагеря тоже не пройдет, везде стоят защитные поля. Так что пусть идет. Кэт, проходя мимо меня, сказала:

- Знаете, я вас сейчас почти ненавижу! Странная эмоция для девочки семи лет?!

Сказав это, она вышла. Вскоре я услышал ее бег. Хорошо, что бежит. Это тоже выплеск эмоций.

- Ты и правда знал? - спросила Сэлл, подходя ко мне.

- Да, - я крепко обнял ее, - и иногда я кажусь себе самым жестоким созданием вселенной.

- Возможно. Но я тебя все равно люблю.

Я поцеловал ее, и прошептал в губы:

- Спасибо...

***

Вечером, перед речью, которую я должен был произносить на центральном помосте, я осматривал себя в зеркало. Терпимо.

- Он не мучился? - неожиданно раздался голос из-за моей спины.

Я обернулся. Передо мной стояла Кэт.

- Нет, - ответил я. - Он поджег дом, и потом застрелился.

Кэт кивнула. А потом неожиданно бросилась ко мне и обняла.

- Хоть вы меня не бросайте, - говорила она и плакала.

Я поднял ее на руки и, вытерев ей слезы, сказал:

- Постараюсь. Я очень постараюсь. Но если что, есть еще Сэлл.

Кэт посмотрела на меня и кивнула.

- Дядя Виктор, почему так? Почему я все время остаюсь одна? Мама ушла, папа тоже. Друзей у меня нет. Ну почему все так?! - она снова заплакала, уткнувшись лицом мне в рубашку.

Я гладил ее по голове, успокаивая. Потом сказал:

- Ты не одна. Меня тоже многие бросали, а от других я уходил сам. Но это не повод грустить. Мы, к счастью, все смертны, и какая бы ни была жизнь, заканчивается она одинаково.

Кэт, перестав плакать, посмотрела на меня.

- Как вы думаете, а где сейчас мой папа?

- Не знаю, но ему там явно лучше, чем здесь. Возможно, с твоей мамой.

- Я тоже на это надеюсь...

- Разрешите войти? - раздался голос снаружи палатки.

- Разрешаю, - сухо ответил я.

В палатку вошел парень из моего лагеря, один из старших лейтенантов.

- Сэр, пора. Все собрались и ждут вас, - сказал он, отдав честь и вытянувшись по стойке смирно.

- Вольно. Идите к остальным. Сейчас выйду.

Парень еще раз отдал честь и вышел.

Я посмотрел на Кэт.

- Ну, пойдем? Мне надо выступать.

- Хорошо, только я к тете Сэлл. Не люблю, когда на меня смотрят люди.

Я хмыкнул:

- Они и так будут смотреть на тебя. Ты же единственный ребенок лагере... Ладно, пойдем, - я опустил ее на пол и взял за руку.

Потом мы с ней вышли из палатки. В лагере стоял легкий гул. Люди и нелюди переговаривались. Все-таки через полчаса наступит новый 2073 год. Наверное, у каждого из них есть свои планы на жизнь...

Взглядом я нашел Сэлл и подвел к ней Кэт. Та тут же схватила Сэлл за руку. Сэлл выглядела, по-моему, просто восхитительно. Длинное, в пол, платье с рукавами, которые спускались колокольчиком до кончиков пальцев. Ее волосы были распущены и ниспадали на спину почти до пояса, они чуть мерцали под отсветами светильников. Глаза тоже светились легкой загадочностью...

- Эй! Вик, закрой рот и иди на помост. На меня еще насмотришься, - с улыбкой привела меня в себя Сэлл.

Я моргнул, улыбнулся и пошел на помост.

Как только я взошел на него, все сразу замолчали и внимательно на меня смотрели.

- Вы все со мной давно, - начал я. Никогда не планировал то, что буду говорить, всегда полагался на, так сказать, импровизацию. - Кто-то чуть дольше, а кто-то и имени моего еще не запомнил.

Некоторые заулыбались, но все по-прежнему молчали, и мой голос разносился далеко за пределы лагеря.

- Я вас собирал и даже выбирал лично. Практически все вы прошли жесткий отбор, вы лучшие умы и силы Империи, что оттолкнула вас своей жестокостью и беспринципностью. Это одна из ее больших ошибок, потому что даже сейчас, спустя много лет, я вижу, что не ошибся ни в одном из вас. Все вы идете за мной без вопросов и возражений, что особо ценно. И при этом не являетесь безвольными созданиями, подобными тем, кого Император набирает в свои ряды. Многие погибли в нашей неравной борьбе за право полноценно жить. Мир праху их. Но поверьте мне, они будут отмщены. Империя падет! - Я сделал паузу, подбирая слова. - До нашей цели осталось намного меньше того, что мы уже прошли. И в конце пути мы и наши дети сможем безбоязненно любить и смеяться. Наши внуки и правнуки не будут жить под страхом наказания за любовь. Мы уничтожим этот гнилой и бесперспективный режим авторитарного господства Императора. Он падет, это неизбежно. Мы не позволим уродовать наши души и калечить сердца той жестокостью и бесчеловечностью, что царит в Империи. Наш путь тяжел, все вы, здесь находящиеся, знаете, почему мы идем против нее, целой, монолитной системы! Мы хотим чувствовать, нам нужна свобода от оков правил и запретов! Наши сердца устали от страха, и мы больше не будем терпеть!

Я поднял руку вверх, и лагерь согласно выкрикнул: 'Не будем!'

- Продолжайте верить в победу, идите к ней! Со мной или без... идите. Я не хочу, чтобы вы смотрели на меня, как на непобедимое существо. К счастью, это не так...

По лагерю пролетел легкий шепот возмущения. Но тут же стих. Сделав еще один глубокий вдох, я продолжил:

- Я смертен, и, быть может, не смогу вкусить вместе с вами плоды победы...

Я внимательно вгляделся в лица созданий, окружающих меня. Вон моя Сэлл, держит Кэт на руках и улыбается мне. Вон Игорь, в глазах которого злость и что-то еще. Или просто злость, но только на себя. Вон пара людей, которые служили еще Дэниэлу, как и Сэлл. Франц, один из лучших пилотов. Рэйчел, почти такая же талантливая, как и Игорь. И еще многие и многие... Все они здесь и идут за мной. Я их доведу до цели...

- Но я даже буду рад этому. Потому что победа и смерть всегда идут рука об руку. Для нас это будет счастье, но скольких мы еще убьем для достижения цели? Я не знаю конкретное число, но одно могу сказать точно: мы убьем всех, кто встанет на нашем пути. Смертей будет столько, сколько понадобится, и я хочу, чтобы ни один из вас никогда не жалел об убитых. Не смотрите на кровь на ваших руках, она прекрасно смывается холодной водой. Не смотрите под ноги, идите по трупам, в основном, они мягкие, все это неважно. Важен лишь результат. Важна лишь цель!

Я замолчал, а лагерь просто взорвался ликующими криками. Дождавшись, пока наступит относительная тишина, я продолжил:

- Скоро мы в очередной раз перебазируемся и начнем более активные действия. Время сбора информации подходит к концу, и у меня будет к вам много заданий и приказов.

Потом я позволил себе улыбнуться.

- И хоть сейчас Новый год, слушай мой приказ!

На лицах всех присутствующих, в том числе и Сэлл, отразилось разочарование и недоумение.

- Всем веселиться! - крикнул я, улыбаясь

Лагерь взорвался смехом и началась суета. Кто-то поджигал фейерверки, кто-то тащил музыкальные инструменты, кто-то накрывал гигантский стол. На лицах всех были улыбки.

Я вздохнул и спустился с помоста к Сэлл. Она опустила Кэт на землю и посмотрела на меня с нежностью.

Тут заиграла музыка. Я поклонился Сэлл и подал ей руку со словами:

- Потанцуем?

Сэлл присела в реверансе и кивнула. Кэт тем временем увидела Игоря и умчалась к нему.

Мы с Сэлл закружились в вальсе. Вокруг нас постепенно тоже образовывались пары.

- Ты наконец-то снова нормально улыбаешься? - сказала мне Сэлл.

Я улыбнулся еще шире. И вместо ответа сказал:

- Как же я вас всех люблю.

- С возвращением. Надеюсь, теперь уже навсегда, - улыбнулась Сэлл.

Тут танец закончился и через несколько секунд в небо взмыли сотни фейерверков. Наступил 2073 год.

- С Новым годом, Империя, - я посмотрел на небо, которое вспыхивало разноцветными огнями, и тихо добавил: - Я вернулся.

-----------

* Сублимация - защитный механизм психики, представляющий собой снятие внутреннего напряжения с помощью перенаправления энергии на достижение социально приемлемых целей, творчество. Впервые описан Фрейдом.

На данный момент сублимация обычно понимается шире - как перенаправление неприемлемых импульсов вообще, независимо от их природы. Сублимация принимает самые различные формы. Например: садистские желания можно сублимировать, занимаясь хирургией. Механизм сублимации трансформирует нежелательные, травмирующие и негативные переживания в различные виды конструктивной и востребованной деятельности.

-----------

ГЛАВА 8. Герберт. Тень Звезд

Планета вне классификаций.

2073 год от создания Империи.

Под утро мы с Сэлл сидели на краю помоста, а Кэт спала, положив голову на колени моей жены. Лагерь почти весь спал. Кто-то еще танцевал, но таких было очень мало. Неожиданно Сэлл спросила:

- Что думаешь делать с сектором А?

- Есть одна идея, только я не хочу снова встречаться с этим созданием.

- С каким? - спросила Сэлл.

- С отцом Дэниэла.

У нее от удивления аж лицо вытянулось. Правильно, я ей об этой старой встрече ничего не говорил.

- Когда успел? Расскажи, - попросила Сэлл.

- На похоронах Дэниэла. Тогда я целый день не пил, что в то время было для меня редкостью. Когда все ушли, я упал лицом на могилу Варта и зарыдал, - я вздохнул, вспоминая. - В этот момент над моей головой раздался приятный мужской голос. 'Не стоит Звездным любить людей', - вот что он сказал. Я поднял голову и увидел человека в простом костюме-двойке. Короткие черные волосы с сединой и глаза, такие же, как у Дэниэла... Он смотрел на меня с сочувствием. Я спросил его, кто он и что имел в виду. 'Я Герберт Альдэр э Вэга, представитель Звездного народа и отец Дэниэлларина Альдэр э Вэги, того, кто называл себя Дэниэлом Вартом'. Я сильно удивился и переспросил: 'Так вы отец Дэниэла?' 'Да. Я узнал о смерти сына и пришел попрощаться. Скоро Звездные исчезнут'. 'В смысле?!' Мужчина подал мне руку со словами: 'В смысле, уйдем. Вставай. Негоже возлюбленному Звездного валяться в грязи'. Я встал. Потом посмотрел на Герберта и спросил: 'Куда вы уйдете?' Он ответил: 'После нашего первого контакта с вами, то есть с Империей, слишком многие из нас погибли. Дэниэлларин был последней каплей. Через год мы уходим в добровольную резервацию. Никто не сможет проникнуть на нашу планету, а от нас уйти можно будет лишь по специальному разрешению. Нас слишком мало, чтобы общаться с такими, как ваша Империя. Вы убийцы...' Я молча смотрел на него, а он продолжал: 'Виктор? Тебя вроде бы так зовут. Послушай. Мы можем иметь лишь одного ребенка в жизни. Слишком сильна наша кровь, и все остальные, если случайно появляются, умирают еще в утробе матерей, забирая и их жизни. Поэтому мы время от времени выходим из своего мира, чтобы зачать полукровок. Для разбавления генофонда и в слабой надежде на то, что когда-нибудь мы сможем иметь и нескольких детей. Но на этот раз мы открылись слишком надолго, погибло много чистокровных... Мы не можем взять с собой людей. Климат другой. У нас могут выжить лишь полукровки. Теперь мы снова закроемся, и надолго. И о нас скоро забудут'. Я спросил, едва сдерживая слезы: 'Зачем вы мне все это говорите? И почему вы так спокойны, ведь умер ваш единственный сын!' Герберт улыбнулся: 'Я говорю с тобой только потому, что тебя любил мой сын. И я даже начинаю понимать, почему... Да и вообще, кто сказал, что он умер? Мы, Звездные, не умираем. Умирает всего лишь тело. Наша душа уходит к звездам и там существует дальше'. Я удивленно заморгал. А Герберт улыбнулся и сказал: 'Ты мне нравишься. Но мне пора. Знаешь, если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, просто приди сюда и позови меня. Я помогу. Только один раз, в память о моем сыне. Поверь, я могу почти все. Это глупый Дэниэлларин сбежал с женой в новый мир, даже не доучившись. А ведь он был моим наследником'. Я не удержался от вопроса: 'А вы кто?' 'Я? Как бы перевести на ваш язык. Ну, можно сказать, 'правитель' города под названием Куэлла. Наши языки, да и вообще расы, слишком сильно различаются. Мы существовали до создания Империи, будем и после. А вы нет. Вы впадаете из крайности в крайность, постоянно куда-то торопитесь... Развитие, технологии, войны. Порой я совсем вас не понимаю. И уж тем более не понимаю, что привлекло Дэниэлларина в вашем мире... Впрочем, мне уже пора. До встречи, Виктор, и не торопись к нему'. С этими словами он просто растворился в воздухе.

Сэлл тихо присвистнула.

- Ничего себе.

- Согласен, и, кажется, мне придется прибегнуть к его помощи.

- А что в этом плохого?

- Ничего. Просто... - я вздохнул и посмотрел на Кэт, - он же тоже со звездными глазами.

- Ну вот и проверим, насколько ты 'отклеился' от Дэниэла.

Я внимательно посмотрел на нее.

- Издеваешься?

- Есть немного.

- Сэлл, я...

Меня прервали. К нам подошел Игорь.

- Сэр, разрешите обратиться, - сухой официальный голос.

Начало мне уже не нравится.

- Разрешаю.

Он протянул мне лист бумаги. Я взял. Что тут у нас?

Ни х... себе! Заявление на увольнение!

- По какой причине вы хотите уволиться? - чуть жестко спросил я, спрыгивая с помоста. Потом посмотрел на Сэлл и сказал: - Прости, я отлучусь.

Она кивнула.

- А вы, Игорь Александрович, пройдемте со мной. Мне кажется, нам надо поговорить.

Я пошел к себе в палатку, по дороге мрачно раздумывая, что некоторых людей боги одарили талантом и неординарными способностями, а вот про мозг, кажется, забыли. Конечно, у него могли возникнуть проблемы, ставшие причиной для увольнения, но я был абсолютно уверен, что это из-за недавнего случая. Однако каким тупым надо быть, чтобы увольняться из-за одного поцелуя?! Игорь молча шел следом за мной. Зайдя в палатку, я сел на стол и спросил:

- Почему ты хочешь уйти? Только говори правду и без 'сэров'.

Игорь помолчал, я же смотрел на него, давая ему время. Наконец он ответил:

- Потому что я не хочу спать со своим начальником! - голос его звучал довольно жестко.

Я в возмущении заморгал.

- А тебя что, кто-то заставляет?!

- Нет! - он повысил голос. - Но, во избежание ваших провокаций, я должен уйти!

- Моих провокаций?! - я все больше злился.

- Да, сэр.

- Хватит сэркать! Что-то ты не больно сэркал, когда раздевал меня!

Игорь посмотрел на меня горящими от злобы глазами.

- Виктор Александрович, не пытайтесь меня провоцировать! Просто подпишите.

- Нет! - я швырнул лист на стол. Он легко проскользил по поверхности и упал на пол. Мне захотелось потоптаться по нему ногами.

Он сощурил глаза.

- Викто...

- Хватит! - вспылив, я хлопнул ладонью по столу.

Игорь едва заметно вздрогнул от громкого звука и слегка язвительно спросил:

- Сэр, вы не в себе?

- Я-то в себе, а вот ты - придурок! - совершенно нелогично ответил я. Он мой лучший солдат, и из-за какой-то ерунды я его никуда не отпущу.

Неожиданно Игорь развернулся и пошел к выходу со словами:

- Хорошо, тогда я дезертирую.

- Игорь, возьми себя в руки, - уже более спокойно сказал я. - И не делай глупостей. Зачем тебе вообще уходить?

Игорь остановился и, не поворачиваясь, с какой-то грустинкой ответил:

- Виктор Александрович, я должен уйти от вас. Я совершил глупость и более не могу здесь находиться...

- Ты сейчас совершаешь глупость! - как можно убедительнее сказал я. - Сейчас! А не тогда...

Игорь помолчал, а я продолжил:

- Не руби сплеча. Вспомни курсы психологии. 'Нельзя принимать решения в состоянии нервного возбуждения'.

- Я спокоен.

Я резко встал и в два быстрых шага оказался за его спиной. Чуть наклонился к его уху и, прикусив самый кончик, тихо спросил:

- Правда?

Игорь отпрыгнул от меня.

- Ну, вот видишь, ты не спокоен. И не ври, хотя бы себе.

- Подпишите, - вновь попросил Игорь.

- Нет, - теперь совершенно спокойно сказал я. Я понял: Игорь просто запутался. Тогда он сделал то, что хотела душа, а потом включился мозг, и сейчас идет противоборство. Глядя на него сейчас, мне захотелось окончательно свести его с ума. Соблазнить его, прямо здесь и сейчас. Медленно, со вкусом, впитывая и забирая все его глупые сомнения... Но я этого не стану делать. Не с Игорем. Он для этого слишком силен духом, и может получиться обратная реакция.

- Пожалуйста, подпишите, - вновь заговорил Игорь.

- Нет. Я могу дать тебе шестимесячный отпуск, - предложил я. - Разберешься в себе. Потом снова поговорим, и, если твое мнение не изменится, я подпишу твое увольнение.

Игорь задумался. Какое у него красивое лицо... Эх, Игорь, ну почему ты глупишь? Хотя я сам, после первого раза, исчез на пять лет. Но у нас-то и первого раза не было... Пока.

- Хорошо.

- Вот и отлично.

Я быстро набрал ему форму отпуска и распечатал. Потом подписал и отдал ему со словами:

- Только не глупи... и возвращайся.

Он ничего не ответил и вышел.

Ох, Игорь...

Через минуту в палатку вошла Сэлл.

- И что? - единственное, что она спросила.

Я вздохнул и пожал плечами.

- С трудом убедил взять отпуск.

- Правильно. Вечно эти молодые делают глупости...

Я кивнул.

- И я тоже так делал. Мозг, забитый стереотипами, мешает жить, а избавляться от них всегда немного страшно.

Сэлл кивнула и сменила тему разговора.

-Ты когда на Б-13 отправишься?

Я снова вздохнул.

- Посплю и отправлюсь. А где Кэт?

- У себя. Спит.

- Хорошо. И нам пора, - я посмотрел на нее. - Ты со мной или домой, на А1?

Сэлл поморщилась.

- Нет, я, пожалуй, здесь побуду.

Мы по очереди сходили в душ и легли спать. Засыпая, я почувствовал, что в душе опять зреет тревога...

***

Проснулся я от того, что кто-то шевелился рядом со мной. Скосив взгляд, я увидел Кэт. Та уже спала, и, судя по всему, давно. Теперь я лежал между двумя существами женского пола. Я улыбнулся. Кажется, мне пора вставать, а Кэт пусть спит рядом с Сэлл. Хотелось поскорее закончить с Б-13. Это дело было одним из самых неприятных за последнее время.

Я встал и оделся, но на этот раз не в Имперскую форму, а в обычные джинсы и рубашку. Все черное. На ноги надел высокие ботинки со шнуровкой, на руки перчатки с обрезанными пальцами. Хоть иногда я должен одеваться так, как нравится мне?..

Б-13, сектор А.

2073 год от создания Империи.

Я глубоко вдохнул чистый воздух этой планеты. Как же давно я здесь не был...

При входе в этот сектор купил у сидящей там бабушки цветы. Ничего не меняется. Пятьдесят лет назад здесь тоже сидела бабушка и продавала цветы. Может быть, эта же самая.

Я огляделся, заходя в ворота. Здесь по-прежнему тихо и спокойно, отдых для душ, мертвых и живых. И если мне удастся что-нибудь сделать, то все так и останется.

Дорогу к могиле Дэниэла я помнил наизусть, и поэтому шел туда на автомате, думая о чем-то. Вокруг пели птицы и росли деревья, изредка встречались надгробия. Нетронутая, почти девственная планета. Пусть так и останется.

Я дошел. Вот и его надгробие.

'Здесь похоронен Дэниэл Варт. Он отдал жизнь, служа Империи, пусть это послужит примером другим'.

Как я ненавидел эту надпись. Помнится, как-то раз, вспылив, даже пытался разбить надгробие, прямо руками. Но, конечно, ничего не вышло.

- Дэниэл, я снова пришел. Не помню уже, в который раз после твоей смерти. Я все такой же дурак, но стараюсь измениться, - я вздохнул. - Сейчас я даже не к тебе пришел, а к твоему отцу.

Я положил цветы ему на могилу. И сказал:

- Герберт Альдэр э Вэга, ты мне нужен.

Я не знал, что должно было произойти. Просто позвал. Через пять секунд за моей спиной раздался голос:

- И зачем я тебе нужен, возлюбленный моего сына?

Я обернулся. Герберт ничуть не изменился. Вообще. Некоторое время мы рассматривали друг друга. Потом он снова повторил свой вопрос:

- Зачем я тебе нужен?

- Давно, в день похорон Дэниэлларина, ты обещал мне помочь. Вот сейчас мне нужна твоя помощь.

Он кивнул.

- И в чем заключается твоя проблема?

- Это место хотят уничтожить. Я не могу этого допустить. Ты можешь это предотвратить?

Он задумался. Потом посмотрел на меня.

- Посмотри мне в глаза. Мне нужна вся информация, до мелочей.

Я подумал и, собравшись с духом, заглянул ему в глаза. Как обычно, все вокруг исчезло. Остались только звезды. Мне даже показалось, что я слышу их голоса...

Когда я пришел в себя, на кладбище уже опустились сумерки, отчего все вокруг стало жутковато-волшебным. Я огляделся. Красиво. Потом поднял взгляд на небо, на нем только-только проявлялись звезды. Я замер, любуясь ими.

Тихо. Как же тихо. Как хорошо... Только небо, звезды, могилы и стук моего сердца. Я глубоко вдохнул воздух. Почему-то он показался мне таким сладким и вкусным...

- Я помогу, но и ты помоги мне.

Я вздрогнул. Герберт, а я и забыл про него. И даже не обратил внимания, что он здесь, стоит, прислонившись к дереву и скрестив руки на груди.

- Как я могу тебе помочь?

- У тебя есть то, что я хочу забрать, - голос его звучал спокойно и уверенно.

Меня внезапно поразила собственная догадка, но я ничего не сказал. Просто молча смотрел на него.

- Отдай ее нам. Она наша, и должна, по крайней мере, воспитываться у нас.

- Она полукровка, - возразил я, - и свободное существо. Вырастет, сама решит.

Герберт вздохнул.

- Виктор, ты же знаешь, как здесь живется Звездным, - он выразительно посмотрел на могилу Дэниэла.

- Но она родилась здесь, ей должно быть легче, - снова возразил я.

- Не ври сам себе. Ей не будет легче.

Он посмотрел на меня. Я отвернулся. Я знаю, что Кэтти здесь легче не будет. Когда-нибудь ее поймают... Она будет чувствовать себя одинокой, и никто никогда не поймет ее до конца. Даже я, который провел рядом со Звездным долгое время... Все это я прекрасно знал. Но все же... За этот короткий срок я к ней очень привязался. И Сэлл тоже. Кэт стала для нас тем, кого у нас не было, - нашим ребенком. И я должен отдать ее?! Мне на плечо легла рука, и Герберт тихо произнес:

- Ты же умный. Отпусти ее.

Я обернулся и оказался почти вплотную к нему.

- Не хочу, - зло отчеканил я. - Я многих потерял, не хочу... - я вдруг почувствовал себя таким уставшим... Захотелось уткнуться Герберту в грудь лицом и попросить, чтобы он забрал меня туда, на свою планету, где у всех полные звезд глаза. Бросить все...

Но вместо этого я просто отошел от него и, достав из кармана сигареты, прикурил, как обычно, от пальца. На кладбище совсем стемнело. Загорелись звезды. Где-то далеко завыли волки. Я затянулся как можно глубже. Потом задержал дыхание и поднял голову к небу. Звезды. Наверное, где-нибудь там Дэниэл. Я медленно выдохнул сигаретный дым в небо. В голове звенело от пустоты.

- А что происходит с вами после смерти? - спросил я у Герберта, не оборачиваясь.

- Мы не умираем. Умирает лишь тело. А наши души возвращаются на небо. Туда, откуда и пришли. Я же уже говорил тебе.

Я снова затянулся. К звездам, на небо...

- Виктор. Решайся.

Я обернулся к нему. Потом просто кивнул. Кивок отдался болью в сердце. Боги, что я делаю?

- Завтра вечером приведи ее сюда и позови меня. Я ее заберу.

Я снова кивнул. Говорить было очень тяжело, и я просто в очередной раз затянулся сигаретой.

- Знаешь, а Дэниэл много о тебе рассказывал.

- Когда?! - я сильно удивился.

- Во сне. Мы можем ходить по снам.

- Ясно. Только почему тогда ко мне не приходил ни разу? - против моей воли в голосе прорезалась обида. Он даже при жизни никогда не говорил мне об этой способности Звездных. А я так хотел с ним поговорить и хочу...

Я молча смотрел на Герберта. Потом затянулся еще раз, но дым больше не поступал в легкие. В моих руках оказался пустой фильтр. Я раздраженно испепелил его. Взял еще одну сигарету и поднес ко рту. Мою руку перехватил Герберт.

- Хватит. Мы ей ничего плохого не сделаем.

- Я знаю, - ответил я, - просто я...

- Успел к ней привязаться, - закончил за меня Герберт.

- Да.

- У тебя будут свои дети, - сказал он.

Я скептически хмыкнул.

- И даже быстрее, чем ты думаешь. Просто следуй артефакту, который нашел.

Я сжег сигарету, не закуривая.

- Я не знаю, как его разгадать.

- Я подскажу. Иди в церковь на Б-13. В любую. Отдай крест священнику, монаху, послушнику без разницы. И слушай. Они предскажут тебе будущее.

Я снова кивнул. Спрашивать, откуда он это знает, мне не хотелось. Я вообще больше не хотел с ним разговаривать.

- Ладно. Иди. Завтра придешь с ней.

У меня опять заныло сердце, но я кивнул. Он исчез.

Постояв еще немного и выкурив еще пару сигарет, я отправился обратно...

Планета вне классификаций.

2073 год от создания Империи.

Попал я к себе в 'кабинет'. Недолго думая, я позвал Сэлл с Кэт. Не хочу тянуть.

Девочка зашла, весело болтая с Сэлл.

- Что случилось? - спросила моя жена. Сейчас она выглядела абсолютно счастливой.

Я поморщился и прямо сказал:

- Кэт, тебе придется уехать от нас, - голос мой звучал холодно и официально.

- Почему? - хором спросили Кэт и Сэлл.

- Тебе там будет безопасней.

- Где - там? - спросила Кэт. В ее голосе прорезалась сталь.

- На родине твоей расы. Они хотят забрать тебя.

Кэт нахмурилась и отчеканила:

- Во-первых, я не вещь, чтобы меня просто так забирать. Во-вторых, во мне половина человеческой крови, и я сама решу, с кем мне жить! Вы не вправе распоряжаться мной!

Я прикрыл глаза и вздохнул, потом подошел к Кэт и присел на корточки. Она хмуро смотрела на меня.

- Кэт, послушай меня. Ты умная, вот и подумай сама. Люди, которые тебя ищут, не остановятся ни перед чем, пока не найдут тебя. У нас ты в относительной безопасности, но это не навсегда. Мы часто путешествуем, заметая следы, и однажды они могут заметить нас и тебя. Их больше, но мы все равно будет сражаться. Только ничего из этого не выйдет... а там, со своей расой, ты будешь в полной безопасности.

- Это почему? - по-прежнему хмуро, но уже чуть мягче спросила Кэт. Я знал, что она умная и поймет.

- Потому что до них не сможет добраться ни одно существо. Кроме тех, в ком течет их кровь.

- А если доберутся такие?

- Тогда тебя все равно защитят. Их много.

Кэт замолчала и, кажется, задумалась.

- Тем более, - продолжил я свои убеждения, - тебе там будет легче. Тебя там поймут.

Я замолчал. Просто не знал, что еще сказать.

- Когда мне уходить? - неожиданно спросила Кэт.

Я вздрогнул. В ее голосе было столько боли и тоски, что могло показаться, как будто ей не одна сотня лет. Я посмотрел на нее и неожиданно сказал:

- Плевать! Кэт, ты можешь оставаться! - меня поразили собственные слова, но я продолжил: - Мы справимся. Мы победим! И никуда тебе не надо уходить!

Я весело улыбнулся и встал. Пусть! Будут нападать, как-нибудь отобьемся. А сектор А? Ну так тому и быть. Дэниэл все равно на небе, ну или где-нибудь еще, но никак не в урне с прахом. От этой мысли на душе сразу полегчало.

- Нет, - твердо сказала Кэт.

Я посмотрел на нее. Она стояла, прямая, как струна и с гордо поднятой головой. Маленькая королева.

- Я уйду.

Я сморгнул.

- Но почему? - как-то тоскливо спросила до сих пор молчавшая Сэлл.

Кэт подняла на нее взгляд и серьезно ответила:

- Рядом со мной все умирают.

Я вздрогнул. Рядом со мной тоже...

- И поэтому, если есть шанс это прекратить, я должна воспользоваться. Тем более, если верить дяде Виктору, а я ему верю, то там, куда я уйду, мне будет лучше.

Потом она снова посмотрела на меня и, сделав шаг вперед, сказала:

- Я решила. Я ухожу.

Чуть помедлив, я кивнул. На сердце снова навалились боль и тоска.

- Хорошо. Иди, собирай вещи. Завтра вечером пойдем.

Кэт кивнула и, развернувшись, спокойным шагом вышла. Мы с Сэлл остались одни. Я снова тяжело вздохнул.

- Почему она должна уйти? - спросила Сэлл.

- Ей лучше жить там, с такими же, как она. Здесь ей будет слишком тяжело.

Подумав немного, Сэлл кивнула. А потом тоже развернулась и собралась выйти. Я ее поймал и прижал к себе. Она была напряжена до предела, но меня не оттолкнула.

- Я знаю, что ты успела к ней привязаться, но...

- Так нужно, - закончила она за меня. - Знаешь, я бы хотела такую дочку.

Я обнял ее чуть крепче и пообещал:

- У нас будут дети, Сэлл. Будут. Обещаю.

Она молчала, но я чувствовал, как ее тело расслабляется. Я больше ничего не говорил. Не хотел. Да и не нужно было. Просто молча обнимал существо, которое любил и которому постоянно делал больно, сам того не желая. Почему она все это терпит и все всегда прощает? Почему? Наверное, лучше всего ей было бы уйти от меня и жить спокойно. Но она не уходила, а я не гнал. Потому что ясно осознавал: без нее я не смогу. Без нее я никто.

***

Утром меня разбудил будильник. Я его отключил и покрепче обнял Сэлл. Пока были новогодние праздники, ей было ненужно возвращаться на службу, и вчера она снова осталась спать у меня. Посмотрев на время - 6:30 - я решил поспать еще, но не удалось. В голове раздался обеспокоенный голос моего лейтенанта.

'Сэр, кажется, нас обнаружили. Полчаса назад на окраине этой солнечной системы были обнаружены непонятные объекты, количеством три штуки. Поначалу мы не поняли, что это, и не стали вас тревожить. Потом выяснили, что это корабли. Но не имперские. Они движутся в нашу сторону'.

'Тогда чьи?' - мой мозг уже работал как ЭВМ.

'Не знаю, сэр. Они слишком далеко, чтобы распознать. Но точно не имперские. Строение не то. Эти более обтекаемы'.

'Ясно. Боевая готовность номер 2. Выставить усиленную защиту. Накинуть на лагерь иллюзию'.

'Но, сэр. Иллюзию...'

'Я знаю, тяжело. Поднапрягитесь. Я скоро выйду и помогу'.

'Ясно, сэр. Выполняю'.

Связь исчезла. Я, кажется, догадываюсь, кто это. Но как они нас нашли, да еще и так быстро?

- Сэлл. Вставай.

Сэлл что-то протестующее заурчала. На что я, уже одеваясь, жестко сказал:

- Сэлл, боевая готовность номер 2. Подъем!

Она тут же вскочила и только потом проснулась.

- Ситуация? - спросила она, натягивая штаны.

Я внимательно посмотрел на нее и улыбнулся. Сэлл, увидев мою улыбку, замерла, а потом довольно зло спросила:

- Что смешного? Думаешь, боевая готовность номер 2 - это смешно?

- Нет, Сэлл, - я снова улыбнулся, еще шире, - смешно то, что это мои штаны.

Сэлл опустила глаза и через секунду разразилась смехом.

- А я и не заметила.

- Зато я заметил. Отдай, пожалуйста, их мне.

- Ну зачем? - глаза Сэлл лукаво блеснули. - Ты вон мои одень. Убей противника видом.

Я возвел глаза к небу. Потом все-таки получил свои штаны и оделся.

Когда мы вышли из палатки, лагерь уже был в движении. У всех в руках было оружие. Несколько самых сильных ставили защитный барьер вокруг всего лагеря.

К нам подбежала Кэт. И как ее в суматохе не сшибли?

- Что происходит?

- Нас обнаружили, - ответил я. Потом указал рукой в небо, где уже отчетливо виднелись корабли. - Вон там корабли, видишь?

Кэт проследила за моей рукой и кивнула.

- Они за мной, - с недетской уверенностью сказала она.

- Почему ты т... - начала спрашивать Сэлл, но не успела.

Мощный плазменный выстрел, пущенный с корабля, разбился о выставленный барьер и красиво рассыпался фейерверком по воздуху.

- У вас находится ребенок. Девочка. Отдайте ее, и мы уйдем. Если нет, то уничтожим вас, - раздался голос по громкоговорителю.

Я посмотрел на Кэт. Та заворожено смотрела на небо и остатки 'фейерверка'. Ко мне подбежал наш техник.

- Сэр, еще удара два мы выдержим, но не больше.

Я кивнул и сказал:

- Боевая готовность номер 1.

Техник кивнул и убежал.

Я взошел на помост, оставив Кэт с Сэлл. В лагере наступила тишина. Я начал:

- Я не знаю, кто это. Но они говорят правду. Эта девочка - Кэт, с ней вы уже успели познакомиться. И я приказываю: готовиться к бою! Бейтесь до последнего! Они посмели напасть на нас! Уничтожим их! Ничто и никто не смеет нам мешать в достижении нашей цели! - мой голос звенел. Речью я разогревался сам и подзадоривал бойцов перед битвой. - Мы победим! Так было и так будет!

Я спустился, а лагерь взорвался одобрительными криками. Я чувствовал, как у них закипает кровь и глаза загораются боевым азартом.

Подойдя к Кэт, я сказал:

- Мы не отдадим тебя им.

- Но вы умрете, - с мрачной уверенностью сказала она.

- Нет. Мы всегда побеждали. Всегда. Победим и в этот раз. А теперь беги и спрячься на корабле. Но не прячься слишком далеко от входа, в него тоже могут попасть.

Она кивнула и убежала.

В этот момент в барьер выстрелили еще раз. Потом еще и еще... Наш барьер разлетелся вдребезги. Стрелять перестали. Корабли уже подлетели настолько близко, что даже я увидел их отличие от имперских. Эти были более гладкие и обтекаемые, как и сказал лейтенант. Очертаниями они походили на дождевые капли.

- Сэр! Они сбрасывают десант! - крикнул мне кто-то.

Я пригляделся. От корабля нападающих отделялись маленькие точки. Наверное, они боятся нечаянно убить Кэт, поэтому больше не стреляют с корабельных орудий. А нам это только на руку.

- Огонь! - скомандовал я. - отстреливай их в воздухе!

'Франц', - мысленно позвал я.

'Да, сэр'.

'Быстро на корабль и пали по ним из всех орудий'.

'Так точно, сэр'.

Через несколько секунд мой приказ был приведен в исполнение. Со всех сторон замелькали вспышки. Попадая в десант, они сталкивались с защитой, что неудивительно. Некоторых подстреливали, но большая часть все равно приземлилась.

И началась битва.

Я стрелял с двух рук, во всех врагов, кого только видел. Их защита пробивалась лишь с третьего или четвертого удара, они были сильнее большинства наших, поэтому мы несли большие потери. Даже мне несколько раз приходилось менять защитный барьер, потому что его пробивали, а у остальных моих людей он был слабее.

Бились молча и ожесточенно. И мои люди, и захватчики умирали тихо. Не издавая лишних звуков и стараясь захватить с собой побольше врагов. Нам попался сильный противник, но мы все равно старались не уступать.

Нападающие все-таки применили тяжелую артиллерию - корабли. Они стали точечными выстрелами убивать моих людей. Франц, уже не мог ответить им тем же, у нашего корабля поражаемая зона больше, и он просто боялся зацепить своих.

Один из выстрелов противника вылетел в сторону Сэлл, которая дралась в человеческом облике. Я еле успел притянуть ее к себе за руку, и луч попал в ее противника. Оглядев наш, уже полуразрушенный, лагерь, я связался с пилотом.

'Франц, попробуй подбить сам корабль'.

'Пробовал, сэр. Их защиту нашему кораблю не пробить'.

Надо что-то делать. Думай, Вик, думай...

Я огляделся. Противник брал вверх, и мне это совсем не нравилось. Что бы сделал на моем месте Дэниэл.

Догадка блеснула в моей голове. Я вновь обратился к пилоту.

'Отключи всю электронику. 'Усыпи' корабль'.

'Ясно, сэр. Только, можно вопрос?..'

'Нет! Все ответы скоро увидишь. Выполняй'.

'Есть, сэр'.

Я поставил очередной щит и сосредоточился. Ко мне подбежала Сэлл.

- Что ты задумал?! Если ты это сделаешь, то вся Империя будет знать, где ты! - кричала она.

Я же сосредотачивал доселе дремавшую во мне силу. В голове зашумело. Давление.

- Ты идиот! Мы же не успеем убраться отсюда! Виктор! - кричала она, но ее голос уже затихал в моей голове. Видя, что я ее не слышу, она покрутила пальцем у виска и со злости застрелила мимо бегущего. К счастью, это был враг. Потом перекинулась в кошку и побежала убивать дальше.

Сила. Сила. Сила. Поток, струящийся по венам. Если забыться, то в нем можно утонуть. Как я давно вот так не растворялся в ее мощи. Постоянно скрывал ее и удерживал, а сейчас - свобода.

Я счастливо улыбнулся и развел руки. Потом медленно свел, тем самым сворачивая всю свою мощь в клубочек. Или пружину.

Эти пассы необязательны. Просто помогает сосредоточиться.

Внутри меня сила свернулась в пружину. И меня 'распирало' изнутри. В ушах звенело, из носа пошла кровь. Возникло ощущение, что меня просто разорвет, если я не отпущу эту 'пружину'. И подожди я еще немного, так бы и случилось... Но я отпустил...

Хлоп...

...и чуть не закричал от облегчения, мощного, опустошающего, восхитительно расслабляющего. Не сравнить ни с одним занятием любовью.

Вся электроника, которая была включена, на протяжении десяти километров вокруг, вверх, вниз и в разные стороны, вышла из строя. Слабая полностью сломалась. А такая, как у корабля, отключилась минут на двадцать. В бою это зачастую даже больше, чем надо.

Я упал, боль - плата за слишком сильный выброс энергии - скрутила все тело. Сейчас моя сила почти на нуле... И еще теперь вся Империя знает, где я. И скорее всего, собирает войска для захвата.

Я стер рукой кровь с лица. И, превозмогая боль, приказал пилоту:

'Включи корабль и быстро в атаку. Сейчас они беззащитны'.

'Есть, сэр'.

Этому трюку меня научил Дэниэл. Его мало кто знает, и еще меньше используют. Сила того, кто это делает, должна быть очень большой. Даже меня этот трюк 'обезвожил' надолго, а большинство имперцев он просто убьет. А вот Дэниэл однажды делал так три раза подряд и потом до конца боя оставался в сознании.

Ко мне подбежала Сэлл. Мяукнула и подставила спину. Я с трудом, но взобрался. Она тут же побежала к кораблю. Тот, в свою очередь, благополучно уничтожил три вражеских, и их остатки горели в нескольких километрах от нас. С теми, кто был в лагере, уже разобрались, и сейчас все спешно грузились на корабль.

Раненных было очень много, больше половины лагеря. Мед. часть не справлялась. Эх, Игорь, как же ты сейчас мне нужен...

Сэлл завезла меня в мед. блок и сгрузила рядом с другими раненными. Меня тут же обняла Кэт, которую уже успели сюда переправить.

Потом мы взлетели...

***

Мы парили чуть выше планеты. Ждали. Пришлет ли Империя войска или будут еще Совет собирать? Пока никого не было видно, хотя прошло уже часа два. Все-таки Империя ужасно медлительна...

Поругавшись с медиками, я добился того, чтобы мое лечение отложили на потом, а сейчас просто напичкали энергетиками и оставили в покое. Мне нужно еще кучу дел сделать, а не валяться в мед. блоке.

Выйдя от врачей временно посвежевшим, я отправился за Кэт. На часах время было 17:15. Я не хотел больше ждать. Нужно отдать ее Герберту, здесь находиться ребенку Звездных слишком опасно. А потом надо будет как можно скорее найти новое место для лагеря. Но вначале придется улететь с этой планеты хоть куда-нибудь, нам только еще сражения с кораблями Империи сейчас не хватало. Вот только куда?..

Я думал, идя к Кэт. Куда? Куда? Куда?!

Со мной кто-то столкнулся и извинился. Я рассеянно кивнул.

Куда? В открытом космосе нас быстро вычислят. Нужно место, где можно спрятать корабль. Корабль...

Есть! Рядом с нами в этой солнечной системе есть мертвая планета с астероидным полем. Туда. Прямо в поле!

'Франц', - мысленно обратился я к пилоту.

'Слушаю, сэр'.

'Через планету от нас есть мертвая планета с астероидным полем. Ты должен спрятать в нем наш 'Вихрь'.

'Что, сэр?' - удивленно спросил мой пилот.

'Не притворяйся. Ты все слышал. Я знаю, что это трудно, но ты был лучшим пилотом на А6. И я верю, что ты с этим справишься'.

'Мне бы в это верить. Но, сэр, я верю вам и поэтому попробую'.

'Пробуй. Я сейчас исчезну. Так что, если что, то ты командир'.

'Ясно, сэр. Выполняю'.

Я зашел к Кэт. Та сидела и о чем-то разговаривала с Сэлл. Заметив меня, она спросила:

- Уже?

Я кивнул. На сердце опять стало тяжело.

Сэлл что-то передала девочке. Я пригляделся. Ее кулон, подаренный ей матерью при рождении! По традициям оборотней это значит, что она признала Кэт своей дочерью. Конечно, юридически права наследования она не имеет, так как не является биологическим ребенком Сэлл, но формально она теперь ее старшая дочь...

Кэт просто надела кулон. Она не знала их правила и обычаи. Потом подошла ко мне и протянула руку:

- Пойдем.

Я взял ее за руку и рассеянно кивнул. Сейчас в голове бился только один вопрос: 'Зачем Сэлл это сделала?!' Я всегда думал, что кулон получит наш ребенок, когда он будет... Но об этом я спрошу ее позже. Сейчас нужно отвести Кэт.

Я посмотрел еще раз на Сэлл:

- Я скоро вернусь.

Она вместо ответа отвернулась. По возращении я обязательно с ней поговорю. Накопилось.

Мы с Кэт вышли и пошли по коридору к месту телепорта. Девочка шла, даже не оглядываясь. Сильная... А зря. Сильным и испытаний больше. Дойдя до телепорта, я набрал нужные координаты, и мы телепортировались.

Б-13. Сектор А.

2073 год от создания Империи.

И вот снова могила Дэниэла. Надгробие, вмонтированная в него урна с прахом. Наступающие сумерки и тяжелые облака придавали месту особую мрачность. Настроение у меня было хмурым, мерзким и серым, как небо над головой. Кэт по-прежнему держала меня за руку. Вид у нее был задумчивый и грустный.

Мне очень не хотелось звать Герберта. Как только я об этом подумал, он сразу же возник перед нами. Я рефлекторно сжал руку Кэт чуть крепче.

- Добрый вечер, Виктор, - поздоровался он, потом слегка поклонился Кэт: - И вам, юная леди, добрый вечер.

Мы с Кэт как-то синхронно кивнули.

- Ну что, Кэт, давай не будем мучить Виктора и попрощаемся с ним поскорее. А то ему и так плохо.

Кэт кивнула и сделала шаг вперед. Я не смог отпустить ее руку. Она развернулась и, посмотрев на меня, сказала:

- Не надо. Отпустите. Из-за меня и так погибло много созданий. Я больше не хочу, - она устало вздохнула.

Я внимательно и долго смотрел на нее. А потом резко присел на корточки и быстро заговорил, как будто боялся, что Герберт прервет меня:

- Кэтти, послушай. Кулон, который дала тебе Сэлл, не просто украшение. По законам ее планеты это означает, что она признала тебя как свою дочь.

Кэт удивленно заморгала:

- Значит, теперь она моя мама?

- Да, - я не колебался с ответом. Как Сэлл решила, так пусть и будет. Это ее кулон и ее право.

Девочка улыбнулась:

- А ты, значит, папа?

Я уловил очень неодобрительный взгляд со стороны Герберта, но все же ответил то, что думал:

- Да.

Герберт взглянул на меня осуждающе, но промолчал.

Кэт улыбалась.

- Если тебе когда-нибудь понадобится помощь - обращайся.

- Но разве мы увидимся? - удивленно спросила Кэт.

За ее спиной Герберт отрицательно покачал головой, на что я зло бросил вслух:

- Это точно не вам решать! - потом вновь обратился к Кэт: - Да, если ты захочешь.

Я взял Кэт за левое запястье, легким нажатием развернул экран ее ЛК. Быстро ввел туда наши с Сэлл номера.

- Теперь у тебя есть наши данные. Когда снова появишься в Империи, свяжись с нами. Мы будем очень этого ждать.

- Хорошо, - кивнула Кэт с улыбкой, сворачивая ЛК.

Мне на душе сразу же стало легче. Потом я ее крепко обнял и сказал:

- Все. Иди. Считай, что мы тебя отправили в закрытую школу для одаренных детей.

Она снова кивнула, а потом пошла к Герберту. Когда она подошла к нему, он, глядя мне в глаза, сказал:

- Первое: я сделаю так, чтобы кладбища не сносили. Второе: поторопись к своим, если они войдут в астероидное поле, то ты не сможешь попасть к ним. И третье: я передам тебе данные планеты, где можно расположиться лагерем.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я его.

- Не за что. Все, нам пора. Пока, Виктор, может, еще увидимся.

Они начали растворяться в воздухе. Последнее слово сказала Кэт:

- Я обязательно вернусь.

ГЛАВА 9. Дарованная Богами

ГК 'Вихрь'.

2073 год от создания Империи.

Я телепортировался на корабль как раз вовремя. Через минуту после моего появления он вошел в астероидное поле, и Франц отключил основные программы корабля. Перевел его в спящий режим.

Зайдя в центральную рубку, я нашел пилота и похлопал его по плечу.

- Молодец, Франц, молодец.

Он выглядел ужасно уставшим и в ответ лишь качнул головой.

- Ладно. Сделаешь еще одну вещь, а потом оставь своего зама и иди отдыхать. Это приказ.

- Ясно, сэр, - устало ответил Франц.

Я передал ему данные той планеты, которую посоветовал Герберт, потом вышел из рубки и направился к Сэлл. Мне нужно с ней основательно поговорить. Я чувствую, что с ней что-то не так, и давно. А все наши 'перемирия' лишь пустая болтовня. Сегодня я должен выяснить все.

Я зашел к ней в комнату. Она сидела на кровати, бледная и какая-то изможденная. Взгляд ее зеленых глаз был направлен в пустоту. Кажется, она даже не заметила моего появления.

- Сэлл, - позвал я ее.

Она вздрогнула и посмотрела на меня.

- Ты уже вернулся? А я и не заметила.

Я подошел к ней.

- Сэлл, мне нужно знать, что с тобой в последние месяцы происходит? - напрямую спросил я и присел рядом с ней.

Сэлл грустно улыбнулась.

- Что со мной происходит? Это неважно. Важна только наша конечная цель.

Я поморщился.

- Сэлл, расскажи мне, пожалуйста, что тебя так сильно беспокоит?

- Зачем? Это действительно неважно.

Я попытался взять ее за руку, но она ее резко вырвала.

- Не надо. Не прикасайся ко мне... никогда, - произнесла Сэлл все таким же бесцветным голосом.

Я нахмурился.

- Почему?

Она снова посмотрела на меня.

- А к чему такое внимание к моей особе? Сколько меня не замечал? А что сейчас?! - она чуть истерически рассмеялась. - Неужели у тебя сломалась игрушка, и нужно узнать, что с ней?!

Боги! Как же это знакомо. Я говорил так с Дэниэлом...

- Нет, Сэлл, ты не игрушка. Ты моя любимая женщина, и я хочу знать, что с тобой происходит, - как можно более ласково сказал я.

Я не врал. И она это знала.

Она долго смотрела мне в глаза, а потом встала и подошла к своей сумке. Подняла ее с пола, открыла, достала оттуда какой-то лист и протянула его мне.

- Хочешь знать, что происходит? Читай, - в ее голосе скользила боль.

Я взял лист. 'Карта больного...'

Я посмотрел на Сэлл.

- Читай! - ее голос стал чуть резче, а в глазах заблестели слезы.

'...Диагноз: бесплодие в связи с травмой матки...'

Прочитав это, я просто испепелил этот лист в воздухе. Сэлл смотрела на меня с вызовом в глазах. Я глубоко вздохнул. Б...ь! Имперские недоучки. Даже диагноз правильно поставить не могут! Она не бесплодна! Сэлл просто не может доносить дитя. Убить таких врачей! Жаль, что подпись не посмотрел.

- И ты им веришь? - спросил я Сэлл. - Ты не бесплодна, ты просто не можешь доносить их до срока.

- Я знаю! - рявкнула Сэлл.

Я сделал шаг к ней, чтобы обнять. Она отошла.

- Не прикасайся ко мне!

Я молча сделал еще шаг. Она опять отступила. Еще шаг вперед и ее шаг назад. В итоге она уткнулась спиной в стену. Я быстро преодолел оставшееся расстояние и положил руки на стену, тем самым отрезав ей пути к бегству. Я держался на вытянутых руках, чтобы не слишком сильно ограничивать ее.

- Отойди, - попросила она.

- Зачем? Ты моя жена, и я могу к тебе прикасаться, - спокойно ответил я.

- Давай разведемся, - предложила она.

Развестись?! Что за бред?

- Нет, - отрезал я.

- Тогда просто отойди.

- Почему я должен отходить?

- Потому что если ты этого не сделаешь, я тебя ударю, - говоря все это, она смотрела в пол. А я на нее. Внимательно и нежно. Я ее люблю. Очень.

- Я не отойду, - спокойно и уверенно сказал я.

- Прости, - тихо сказала она и ударила меня кулаком в челюсть.

В глазах потемнело, рот наполнился кровью. Я проморгался, но от стены не отошел. Когда ко мне вернулось зрение, то я увидел, что Сэлл, глядя на меня, беззвучно плачет. Слезы просто текли по ее щекам.

- Сэлл, я тебя люблю, - тихо прошептал ей я.

Она вздрогнула и прижалась ко мне, спрятав лицо у меня на груди. Я обнял ее и погладил по волосам. Она прошептала сквозь слезы:

- Они поставили мне ультиматум.

- Кто? - я удивился.

- Родные. Они решили, что если я не рожу в течение десяти лет, то меня изгонят из стаи.

Я вздохнул. Почему у оборотней такие жесткие правила относительно деторождения?!

- Мне уже четыреста один год! В моем возрасте внуков имеют! - продолжила Сэлл.

- У нас еще десять лет, - попытался успокоить ее я. - Тем более, у меня есть прекрасный врач на примете. Он поможет.

Она отрицательно покачала головой.

- Я устала ходить по врачам. Не хочу.

- Сэлл, пожалуйста, - я приподнял ее подбородок, - последний раз.

Она посмотрела мне в глаза и сказала:

- Знаешь, иногда я тебя почти ненавижу, а иногда понимаю, что ты мое все... Что это?

- Это любовь и боль, - я улыбнулся. - Сэлл, сходи к тому врачу, которого я найму. Хорошо?

- Ладно, - вздохнула она.

Я нагнулся и коснулся губами ее губ.

- Я тебя люблю, - тихонько прошептал я, как будто боялся спугнуть это чувство.

- И я тебя, - ответила она, а потом крепко обняла меня. Через минуту она сказала: - Я хочу спать.

Я молча поднял ее на руки и отнес на кровать. Положил, прикрыл покрывалом и держал за руку, пока она не заснула.

Потом я почувствовал, что энергетики ослабевают и тоже выключился.

Д-46.

2073 год от создания Империи.

Я очнулся и почувствовал дикую головную боль.

- Сэр? - чей-то голос, кажется, меня зовут.

Я застонал, давая понять, что в сознании.

- А я говорила, что сидеть на энергетиках чревато, - раздался чей-то укоризненный женский голос.

- Сколько я провалялся, - выдавил из себя я. Голос был сиплым. В горле першило от сухости. Я закашлялся, хотел было прикрыть рот рукой, но ее резко кольнуло болью. Кажется, капельница.

- Неделю, - раздался все тот же женский голос.

Я резко открыл глаза. Больно!

- Сколько?!

- Неделю, сэр, неделю!

Я тихо застонал. Столько времени потрачено впустую. И все из-за того, что мой ничтожный организм внезапно решил, что он может отдохнуть.

- Где мы?

- На той планете, данные которой вы мне оставили, - это сказал Франц, он тоже был здесь.

- И что это за планета?

- Д-46. Тут тихо, и Империя редко заглядывает. К тому же поле планеты создает сильные помехи на энергоуровне, и вашу силу сложнее вычислить.

- Это хорошо, - сказал я. - А где Сэлл?

Ответил Франц.

- Она ушла. На А1. Просила передать, что вернется, как только вы поправитесь.

- Я уже... - начал было я, но меня перебила Рейчел, она была главой мед. части, пока Игорь в отпуске.

- Вам здесь еще неделю лежать!

Я посмотрел на нее. Еще одна... Говорит почти как Игорь. Ладно.

- Ладно. Только без массажа, - я улыбнулся.

Рейчел удивленно заморгала, но кивнула. Франц, пожелав скорейшего выздоровления, ушел. Зам. Игоря возилась с капельницей, потом тоже вышла.

Я тут же связался с Сэлл. На экране ЛК возникло ее немного уставшее лицо.

- Ты очнулся? - такой же подуставший голос.

- Да.

- Как самочувствие?

- Нормально. Ты сможешь приехать ко мне? - спросил я.

- Да, но не сегодня. Завтра.

- Хорошо. Жду.

- Отбой.

Я улыбнулся. Солдат она все же. Моя Сэлл.

- Отбой.

Связь отключилась.

Я задумался, что делать дальше. Первое: поместить Сэлл в больницу. Второе: на Б16. Начнем с первого. Я набрал на ЛК телефон этого доктора. Пошли гудки. Ну же, ну же, бери телефон. Бери.

- Алло? - на экране возникло удивленное лицо мужчины. На вид ему было не больше тридцати. Леон Андреевич Карпински. Дикая национальная смесь, прекрасный врач. Скрывается от Империи по своим, тайным, причинам. Мой должник.

- Здравствуй, Леон.

- Здравствуй, Виктор, - удивление проходило. - Чем могу помочь?

Что мне в нем всегда нравилось, так это быстрый переход к делу.

- Мне нужны твои врачебные навыки.

- Какие именно?

- Моя жена... - я вздохнул, - она не может доносить моих детей. У нее постоянные выкидыши.

- Причина? - тон Леона тут же стал деловым.

- Травма матки. На одном из заданий ее проткнуло арматурой.

Леон тихо присвистнул. Потом сказал:

- Ясно. Сейчас скину координаты, пусть пакует чемоданы и ко мне. Месяца на три.

- Хорошо.

- А результат мне проверить? - подначил он меня.

Я хмыкнул.

- Только попробуй. Потом нечем будет проверять.

- Ты мне угрожаешь? - со смехом спросил он.

- Нет. Я тут не при чем. Сэлл сама справится.

- Ааа. Ясно, - он опять рассмеялся. - Ладно. Пока.

Я кивнул. Связь отключилась, и через минуту на ЛК возникли координаты места расположения Леона. Я их сохранил. Когда Сэлл придет, я передам их ей. И все будет хорошо. Я надеюсь...

В комнату вошла Рейчел.

- Сэр, вам сейчас придется поспать.

- Зачем? - я искренне удивился.

- Ну, во-первых, уже пора. А во вторых, вас ожидает серия очень болезненных инъекций, которые лучше переносятся в спящем состоянии.

- Ладно, - я кивнул. Спать так спать. По крайней мере, так время быстрее пройдет. Не будет ощущения, что зря трачу его на лечение.

- Сейчас я вам поменяю капельницу.

Рейчел подошла и стала возиться с ней.

- А я проснусь к приходу Сэлл?

Она пожала плечами.

- Если что, мы вас разбудим. А теперь - спите, - с этими словами она пустила раствор бежать по моим венам.

Неожиданно я почувствовал, что дико хочу увидеть Сэлл. Просто до безумия. Борясь со сном, я протянул руку к ЛК.

- Вы что делаете?! - возмущенно спросила Рейчел.

- Ничего, - с улыбкой на губах, заплетающимся языком.

- Ничего?!

На экране возникла Сэлл. Я совершенно по-дурацки улыбнулся ей.

- Вик? - слегка удивилась она. - Что с тобой? Ты какой-то странный.

- Ничего, - я снова улыбнулся. - Просто Рейчел что-то мне вколола, и я захотел тебя увидеть, - я глупо хихикнул. И почему снотворное на меня действует как алкоголь?

Над ЛК склонилась Рейчел.

- Простите, я ему вколола снотворное, а он неожиданно позвонил вам... - в голосе у Рейчел звучала растерянность. - Я не знаю, что с ним. Может, индивидуальная непереносимость?

Я снова хихикнул. Индивидуальная непереносимость. Смешно.

- Я знаю, что с ним, - с улыбкой сказала Сэлл. - Не беспокойтесь, ему просто хорошо.

Потом снова обратилась ко мне:

- Спи, любимый, я тебе приснюсь. А когда ты проснешься, я уже буду рядом.

Я, улыбнувшись, кивнул и уплыл в сон, в котором вспомнил встречу с Сэлл...

Б-14.

1716 год от Создания Империи.

Я телепортировался в лагерь, который теперь являлся моим. Новоиспеченные подчиненные встретили меня молчанием. Они уже знали, что отныне я их глава. Некоторых из них я знал, но большинство - нет.

Они смотрели на меня, как стая волков, готовая проверить силы нового вожака и в случае проигрыша - разорвать на куски. Однако со мной такое не пройдет, я не намерен мериться силами с теми, кто ниже меня по рангу. Такие глупости себе позволял лишь Дэниэл, ему это словно доставляло удовольствие.

Я набрал в легкие побольше воздуха и начал:

- Вы все знаете, что теперь я являюсь вашим начальником! - я говорил жестко, чеканя каждое слово и стремясь сразу расставить все точки над i. - И вам придется это проглотить! Не вы меня выбирали, но и я вас не выбирал. А так как я по факту ваш главный, то придется вам смириться с этим.

Лагерь молчал, но я уже почувствовал первые неодобрительные взгляды. Я был зол и допускал одну ошибку за другой. Они служили Дэниэлу, глубоко уважая его... а я... был зол.

- Поверьте! - продолжил гневно я. - Я тоже не в восторге от вашей компании. И, думаю, не зря! Дэниэл всегда собирал рядом с собой экспрессивных и глупых созданий.

Сейчас я скорее говорил о себе, нежели о них, но команда этого не знала.

В лагере зароптали.

- Тихо! - рявкнул я с помоста. - Молчать! Я не позволю неповиновения! Ясно?

Ответом мне была злая тишина. Я умудрился за три минуты настроить против себя весь лагерь.

Решив, что речь окончена, я направился в самую большую палатку, справедливо предполагая, что она моя. По дороге ко мне подбежал лейтенант, и я ему бросил:

- Водки мне.

- Простите, чего, сэр?! - он был сильно удивлен.

Я остановился и со злобой прошипел ему в лицо.

- Ты что, глухой, лейтенант?! - меня трясло от злобы.

Лейтенант выпрямился и, гордо подняв голову, ответил:

- Нет, сэр, я не глухой.

- Тогда принеси мне ящик водки и ящик мартини. Ясно?

- Ясно, сэр, - на лице лейтенанта промелькнуло то ли омерзение, то ли презрение. Впрочем, какая мне разница?

Резко откинув полог, я вошел в палатку. Чисто. После смерти Дэниэла все его личные вещи убрали. К счастью. Я подошел к столу и сел в кресло. Здесь сидел Дэниэл...

Через пять минут мне принесли два ящика алкоголя и молча удалились. Я достал две бутылки: водка и мартини. Взял стакан, налил и того и другого...

Эх, начнем...

***

Прошло три месяца, а я все продолжал пьянствовать. Беспрерывно, жестко и бесцельно. Лицо обросло щетиной, глаза заплыли. А я все пил. Временами ко мне заходили мои солдаты и что-то хотели... Я их всех посылал.

Мне приходили сообщения на ЛК. Их я тоже посылал. Я просто пил.

В итоге в один из вечеров, когда я откупорил очередную бутылку виски, ко мне в палатку ворвалась какая-то девушка в форме старшего лейтенанта Императорской охраны. Я недоуменно смотрел на это обнаглевшее создание.

- Кто бы ты ни была, убирайся, - сказал я.

Она лишь вытянулась по стойке смирно.

- Сэр, вынуждена доложить, что вверенный вам лагерь находится в крайне бедственном положении...

- Мне плевать! - рявкнул я, и девушка на секунду замолчала, но потом продолжила снова, чем разозлила меня еще больше.

- У нас закончилось продовольствие...

Я вскочил.

- Я же сказал, что мне плевать! И вообще, кто ты такая, чтобы бесцеремонно вламываться ко мне?!

Девушка слегка улыбнулась и отчеканила, все таким же сухим тоном:

- Сэллеверина кир Лан, старший лейтенант Императорской охраны.

- Оборотень? - слегка удивился я. Кир Лан - насколько я помнил, это один из домов оборотней.

- Да, сэр. Наш клан, или дом, по-вашему, третий от начала.

Мдаа. Вполне влиятельна. Но что она делает на службе Императора? Обычно оборотни не вмешиваются в дела Империи.

Да плевать.

- Убирайтесь отсюда! - снова повторил я.

Она замолчала, но не сдвинулась с места.

- Я что, неясно выразился? Убирайтесь! - я закипал. - Или убирайтесь, или я прикажу вам всыпать, как следует.

Она по-прежнему не шелохнулась, а потом неожиданно заговорила:

- Простите, сэр, но вы полное ничтожество.

Что?! Я подумал, что ослышался.

- Вы позорите имя Дэниэла Варта, одного из величайших командиров, - голос ее был сух и спокоен.

- Да как вы смеете?! - закричал я. - Охрана!

В палатку тут же вбежало два парня.

- Взять ее и два... нет, сорок палок! Прямо сейчас! На общей площади! - меня трясло от гнева, я даже протрезвел.

Виновница моего состояния спокойно и с гордо поднятой головой развернулась ко мне спиной и вышла.

Я пошел следом, проследить, как выполняется мой приказ. Мне хотелось, чтобы эта девка пожалела о сказанном.

Ее вывели к помосту, на который она так же молча и спокойно взошла. Лагерь быстро собрался рядом, и многие смотрели на меня с явным неодобрением.

Девушку приковали и вставили в рот деревяшку, чтобы громко не кричала.

У меня внутри что-то шевельнулось. Страх?!

Взмах палкой - удар. Девушка дернулась и приглушенно застонала. Еще 39 ударов.

Весь лагерь теперь смотрел на меня с осуждением, некоторые даже с презрением.

А может, эта девушка права?!

Я взглянул на свои руки, а потом ощупал свое лицо. Весь заросший щетиной. Глаза заплыли.

До меня долетел еще вскрик девушки. Я вздрогнул. Двадцать. Спина ее покрылась кровью. Боги! Еще двадцать ударов! Что я...

Я обвел взглядом лагерь. С моих глаз как будто упала пелена, мешавшая мне видеть.

Двадцать пять. Тишина. Она потеряла сознание. Парень, державший палку, снова замахнулся.

- Хватит! - чуть судорожно крикнул я. - Хватит. Снимите ее и отдайте целителям!

- Ясно, сэр, - кажется, парень сказал это с явным облегчением.

Ее сняли и унесли. Я снова обвел взглядом лагерь. Теперь на меня смотрели с недоумением. Все! Хватит. Я должен взять себя в руки.

Я направился в палатку, на ходу раздавая команды.

- Отчеты за последние три месяца! И заявки на то, чего не хватает.

Потом я ушел в палатку, нужно разобраться со всем, что накопилось, и подумать о дальнейшей судьбе этих людей.

***

Я стоял у ее двери и не решался войти. За эти две недели я потихоньку восстановил лагерь, и только чувство вины перед этой девушкой не давало мне покоя. Я должен был извиниться. И вот сейчас стою перед комнатой, где она проходит реабилитацию, и не решаюсь войти. Мне даже стало интересно, что это со мной?

Наконец я глубоко вздохнул и зашел. Двери здесь не запирались.

Сэллеверина кир Лан тут же вскочила с кровати и вытянулась по стойке смирно. Я поморщился, а потом спросил:

- Как вы?

- Здорова, сэр. Готова приступить к выполнению своих обязанностей, но медики требуют, чтобы я долежала положенный срок.

Почему-то я хотел услышать от нее что-то другое. Но что?

Я молчал. Она тоже. Наконец, я выдавил из себя:

- Вольно.

Она чуть расслабилась. Снова наступила тишина. Потом Сэлл сказала:

- Я вижу, вам уже лучше, сэр?

Я моргнул. Мне лучше? Не меня же били. Видя мое замешательство, она пояснила:

- Вы больше не пьете.

Это да. Я кивнул.

- Значит, я поступила правильно.

Я снова посмотрел на нее.

- Что вы имеете в виду?

Она улыбнулась.

- Понимаете, сэр, я хорошо знала Дэниэла Варта и не могла поверить в то, что он в вас ошибся. Вы просто ушли в себя, а я решила вас вытащить.

Я удивленно и тихо добавил:

- Ценой своей шкуры? - в голосе скользило смятение, я не понимал эту женщину.

Она рассмеялась, неожиданно и звонко.

- Да, сэр. После вашей трепки у меня весь мех на спине слез. Но все же я смогла.

Я растерянно кивнул и даже перешел на ты.

- Да, смогла. Но я же мог тебя убить.

- Могли, сэр. Но я думаю, весь лагерь бы взбунтовался и спас меня. Сэр, простите, что я так поступила с вами, но я больше не могла смотреть, как вы разрушаете лагерь и как вас начинают ненавидеть.

Я все больше поражался этой девушке. Она удивительна.

- Сэр, я хорошо знала: мой поступок поможет вам. И я прекрасно осознавала, чем это мне грозит. Я не жалею об этом.

Я снова кивнул. Опять воцарилась тишина. Что ей сказать? То, что я сожалею о своем поступке? Это еще мягко сказано. Сожалею... Да я просто в ужасе от самого себя!

Я вздохнул и развернулся, чтобы выйти. Я не знал, что ей сказать.

В дверях меня догнал ее голос.

- Сэр, я вас ни в чем не виню.

Я замер, потом медленно обернулся. Она стояла и смотрела прямо мне в глаза. Снова молчание.

- Спасибо, - это слово слетело с моих губ помимо моей воли, но зато из души.

Она улыбнулась.

- Пожалуйста, сэр.

- Не называй меня 'сэр'.

- Хорошо. Тогда попрошу об ответной услуге.

- Какой?

Она опять улыбнулась, как мне показалось - лукаво.

- Зовите меня просто Сэлл.

Я тоже улыбнулся и снова сказал то, чего почти не ожидал от себя:

- Давай тогда перейдем на ты. Только учти, это не приказ... скорее, просьба.

Ее улыбка чуть угасла, но потом возникла вновь.

- Хорошо. Давай на ты.

И опять наступила тишина. Только теперь мы просто стояли и глупо улыбались друг другу. Потом у меня запищал ЛК. Сообщение. Вздохнув, я пробормотав:

- Поправляйся, - вышел.

На душе было как-то странно... Немного потеплело, что ли?..

Сразу после ее выписки я поступил в Академию. Не знаю, почему так, но просто решил, что не должен позорить Дэниэла.

Где-то еще через месяца три я просто подошел к Сэлл и предложил ей пойти со мной на свидание. К моему счастью, она, слегка смущаясь, согласилась...

Вот так легко и просто завязались наши отношения...

Д-46.

2073 год от Создания Империи.

- Доброе утро.

От этих слов, сказанных нежным и ласковым голосом, я и проснулся. Потом открыл глаза и увидел Сэлл. Первое, что я сделал, это притянул ее к себе и поцеловал. Только потом осознал, что лежу у себя в палатке, а не в лечебной капсуле.

Оторвавшись от Сэлл, я посмотрел ей в глаза и сказал:

- Я благодарю всех Богов за то, что у меня есть ты. Я безумно тебя люблю. Иногда мне кажется, что так не любят, что так нельзя любить... Слишком сильно...

Сэлл удивленно моргала. Правильно. От меня такие словоизлияния редко услышишь. Потом она положила руку мне на лоб и обеспокоенно спросила:

- С тобой все в порядке?

Я кивнул. А потом просто дернул ее на себя и тут же перекатился сверху.

Сэлл опять удивленно заморгала.

- С тобой точно все в порядке?

Я снова кивнул.

- Я тебя люблю, - сказал я опять и поцеловал ее. - Очень, - снова поцелуй, - сильно, - опять поцелуй, - люблю.

Кажется, я ее сильно удивил.

Не знаю, что на меня нашло... Но я почти с болью осознал, что безумно люблю ее. Ее чудесные глаза, мягкий и почти всегда спокойный голос, ее стальной характер и ранимую душу... Всю ее, каждую клеточку ее тела и каждую частичку ее души.

Я снова ее поцеловал, на этот раз в шею, потом ниже и ниже.

- Вик, мне надо на работу, - протестующе сказала Сэлл.

А мне показалось, что она врет.

Я расстегнул ее рубашку.

- Вик?!

- Ммм? - спросил я, целуя ее грудь.

Она резко вздохнула и сказала, пытаясь подняться:

- Мне пора.

Я толкнул ее обратно и придавил запястья к кровати. Потом укусил в шею. Сэлл застонала и слегка выгнулась мне навстречу. Я улыбнулся и прошептал ей на ухо:

- Как же я тебя люблю. Слышишь? Ты дарована мне Богами, за что, правда, не знаю. Но ты мое спасение. Мой ангел.

Она чуть обеспокоенно смотрела на меня. Я склонился и поцеловал ее веки, потом лоб, нос, губы, в перерывах я продолжал нести какую-то чушь.

Но это была правда! Подумать только! Я, существо, которому подчиняются сотни, которого любят и ненавидят тысячи. Один из Великих! А я безумно, почти до остановки сердца боюсь потерять это маленькое создание кошачьего разлива. Тем более, она никуда исчезать пока не собирается. Но я боялся. Очень...

- Не уходи от меня, - сбивчиво зашептал я, целуя все ее тело, - не уходи, не уходи, не уходи...

Сэлл погладила меня по голове.

- Тише, тише. Я никуда не ухожу. Все хорошо, Вик, все хорошо.

Я зарылся лицом ей в шею и глубоко вдохнул ее запах. Меня трясло от какого-то внутреннего напряжения, руки подрагивали, дыхание сбивалось. Такого давно не было. Наверное, мне надо отдохнуть. Морально.

Сэлл по-прежнему гладила меня по голове и успокаивала, как маленького ребенка. Потом я, кажется, уснул.

Проснулся от запаха еды. Сэлл сидела рядом.

- Есть будешь? - спросила она.

Я кивнул.

Мы поели вместе и в абсолютной тишине. Сэлл не спрашивала у меня, что это за истерика была, а я просто любовался ею. После еды я сказал ей:

- Сэлл, я договорился с доктором. Тебе надо лечь к нему в больницу... на долгий срок.

Наступило молчание. Я помнил, что она согласилась поехать к врачу. Но что она скажет сейчас?

Сэлл вздохнула.

- Хорошо. Но это в последний раз. Я больше не хочу ходить по врачам, лежать в больницах и прочее. Устала.

Я тоже кивнул, соглашаясь. Просто если Леон не справится, тогда действительно можно уже никуда не ходить.

- Надолго - это на сколько?

- Где-то на три месяца.

Она снова задумалась и кивнула.

- Хорошо. Я сейчас вернусь на А1, кое-что улажу, с вещами приеду сюда и уже отсюда к твоему доктору.

- Ладно. Жду.

Сэлл встала и тут же исчезла.

Вернулась она часа через четыре. За это время меня успели напичкать лекарствами и едой. Когда Сэлл вошла в комнату, я как раз доедал очередную порцию таблеток. Она улыбнулась.

- Лечишься?

Я кивнул.

- Ладно. Я все закончила. Давай адрес своего доктора, и я пойду. Не хочу тянуть.

Я снова кивнул и скинул ей данные. Она отправила туда запрос, чтобы ее встретили у телепорта и, устало вздохнув, села.

Я обнял ее. Так мы и сидели несколько минут в тишине. Потом ей на ЛК пришел ответ. Она встала.

- Ну, я пошла, - голос Сэлл, немного дрожал.

Я встал и снова обнял ее. Она резко вздохнула и вцепилась в меня, как в спасательный круг. Я почувствовал как ее била мелкая дрожь.

- А если он не сможет?

Я ответил ей как можно более убедительно:

- Сможет. Он очень хороший врач. Он сможет. Поверь мне.

Я приподнял ее лицо за подбородок и посмотрел в глаза.

- Ты мне веришь?

- Тебе - да.

- Ну вот и все. Скоро у нас будут дети. Обещаю.

Она улыбнулась и кивнула.

- Все. Я пошла. Пиши.

- Зачем писать? Я звонить буду.

Она снова улыбнулась и, отойдя от меня, телепортировалась.

Все. Я устало опустился на кровать. Теперь остается только молиться и надеяться на Леона.

Тааак... Теперь Б-16. Туда отправлюсь прямо с утра. А сейчас - спать...

***

Проснувшись, я вызвал Рейчел и сообщил ей, что исчезну на неопределенный срок.

- Но, сэр, вы не закончили курс лечения. У вас еще десять уколов инсулина, - в ее голосе звучало искреннее негодование.

Я вздохнул.

- Ладно. Давай я заберу эти уколы и буду делать их себе сам? Обещаю обколоться вашим инсулином... - я положил руку на сердце.

Рейчел посуровела.

- Ну, во-первых: инсулин не мой, сэр. Во-вторых: уколы нужны не мне.

Да... уж. Дисциплина хромает.

- В-третьих: уколы вы все равно сделаете, иначе у вас не выдержит сердце.

Я молчал. Рейчел, закончив свою тираду, тоже замолчала. Я просто смотрел на нее и ждал...

- Простите, сэр.

Хм, долго и ждать не пришлось.

- Давай уколы, и я пошел.

Рейчел вздохнула.

- Хорошо. Только...

- Рейчел, не волнуйся, я закончу лечение.

Она вышла и через пять минут вернулась с коробочкой инсулина в руках. Я к тому времени уже успел собраться и переодеться. Теперь я был больше похож на парня лет 25, слегка неформального, чем на преступника, которого разыскивает вся Империя.

Черные джинсы заправлены в берцы. Черная рубашка, расстегнута на три верхние пуговицы. На шее болтается 'золотой кот' - амулет в виде сидящего кота. Волосы собраны в хвост, и весь образ заканчивается крагами и торбой за плечом.

Рейчел удивленно ойкнула и замерла.

- Рейчел, отдай мне инсулин.

- Ааа... - она проморгалась. - Да, простите, сэр.

Я кивнул и взял из ее рук коробку.

- Сэр, а кто будет управлять нами в ваше отсутствие?

- Никто. Я сам буду. Через ЛК.

Она снова кивнула.

- Ясно, сэр. Удачи вам.

- Спасибо.

Я телепортировался прямо из палатки...

Глава 10. 'А мы не ангелы...'

Б-16. Земля.

2073 год от создания Империи.

Земля встретила меня выхлопными газами. Здесь тоже было начало третьего тысячелетия, только не от создания Империи, конечно, а по местной религии, от Рождества Христова.

Я родился на Б-16 когда-то, но сейчас она казалась мне совсем чужой. Выхлопные газы, шум, агрессия. Даже моих скромных эмпатических способностей хватило, чтобы почувствовать всю злобу и гнев, скопившийся в душах здешних людей.

Глубоко вздохнув, я вышел из полуразрушенного дома, в котором находился телепорт. Мой путь лежал в церковь. Закинув торбу за плечо, я пошел. Мне здесь не нравилось, и чувствовал я себя неуютно. В мой мозг постоянно поступали сигналы об опасности, хотя никакой видимой угрозы не было. Но напряжение не исчезало. Хуже, чем в самой Империи.

Я шел по запыленной летней улице и тихо ужасался окружающему. Как здесь можно жить? Я почти задыхался от исходящего от окружающих 'запаха' безысходности и отчаяния. Хотя встречались и счастливые люди, но их слишком мало. Слишком...

Я ускорил шаг. Не хочу здесь долго находиться. До ближайшей церкви недалеко, дойду быстро. Несмотря на мой внешний вид, в церковь меня пустили без лишних слов и косых взглядов.

Свечи, толпа людей и голос местного батюшки. По-моему, он читал молитву. Я подошел к какой-то из икон. Особо в религии разных планет никогда не вникал, поэтому имя изображенной на иконе святой я не знал. Но саму икону написали очень красиво.

Минут через тридцать батюшка закончил читать молитву, и церковь как-то сразу опустела. Я продолжал стоять, через некоторое время сзади меня раздались шаги.

- Могу ли я вам чем-то помочь?

Я обернулся. Батюшка, тот самый, что только что читал молитвы.

- Да.

Я засунул руку за пазуху и вынул артефакт.

- Вот.

- Что это? - спросил батюшка.

Я протянул ему крест.

- Не знаю. Нашел рядом с вашей церковью. Может, кто из прихожан уронил?

Я врал. Внаглую. Да еще и в храме Божьем. Ха! Мне просто нужно было, чтобы он взял крест в руки.

- Возьмите, может, кто за ним придет.

Батюшка посмотрел на меня пристально, как будто чувствовал подвох. А он был, и еще какой.... Потом он все-таки протянул руку и взял артефакт.

Буквально через секунду в моей голове зазвучал голос:

'То, что у тебя уже есть и то, чего нет,

В начале века рождены они для побед.

Если успеешь - возьми, если не сможешь - убей.

Боги помогут тому, кто сильней'.

Голос смолк.

- Спасибо вам за крест, я поспрашиваю прихожан. Благословит вас Господь.

Я немного растерянно улыбнулся и побрел к выходу. Голова слегка побаливала. Что это за предсказание?

Выйдя на крыльцо, я глубоко вдохнул пропахший выхлопными газами воздух. Ну, хорошо, в части предсказания я уже разобрался. Судя по всему, на заре XXI века родятся какие-то одаренные дети, вероятнее всего, на Земле, и они мне нужны. Но что это за дети? Где именно они родятся, у кого?!

Я шел по городу и думал. Нет, все-таки я глуп. Дэниэл бы понял все гораздо быстрее.

Когда я проходил мимо какого-то из заборов, мой взгляд наткнулся на афишу. Сегодня в городе будет концерт с названием 'А мы не ангелы...' Какая-то местная группа.

Это название меня заинтересовало. И я решил... пойти туда. Мне не нравилось здесь, но я захотел послушать эту песню вживую. Билеты продавались рядом, в киоске. Концерт через три часа. Оставшееся время я решил скоротать в ближайшем парке. Подальше от людей. Заодно подумаю, что значит это туманное предсказание.

В парке, как я и предполагал, было тихо. Видимо, большая часть жителей Б-16 находились на своих рабочих местах. Я расположился на одной из парковых скамеек и прикрыл глаза. Вокруг пели птицы, шумела листва...

- Эй, мужик...

Меня кто-то тряс за плечо. Я не успел толком проснуться, тело среагировало на угрозу само - схватить за руку, заломить... Потом я проморгался, окончательно просыпаясь.

Парень, которого я скрутил и уложил лицом на скамейку, тихо вскрикнул.

- Ты чего?! - простонал он.

Я отпустил его и чуть отошел.

- Прости, рефлексы, - сказал я.

На вид ему казалось лет двадцать, не больше. Мне даже как-то стыдно стало. Парнишка растирал руку и смотрел на меня слегка испуганно.

- Прости, - еще раз искренне сказал я.

Парень посмотрел мне в глаза и, улыбнувшись, протянул руку.

- Я Игорь.

Я улыбнулся и ответил на рукопожатие. Только аккуратно.

- Виктор.

Парень моргнул, как мне показалось - удивленно, но снова улыбнулся.

- Странные у тебя реакции... Виктор.

Я пожал плечами.

- Выучка.

Игорь присвистнул.

- Мне б такую выучку, а то я от взрыва и то, наверное, не проснусь. А тут... - потом он сменил тему: - Я вообще иду себе из универа. Смотрю, парень сидит и не шевелится, как умер. Ну, подошел, посмотрел. Зову, зову - не отзываешься. Ну, я и потряс.

Он снова улыбнулся, потирая руку.

- Может, присядем? - предложил я. - Сколько сейчас время?

Игорь посмотрел на часы.

- Без двадцати семь. А что? - он присел, я устроился неподалеку.

- Ничего. Я на концерт к восьми.

- На 'Мы не ангелы', что ли?

Я кивнул.

- Хм, мне туда же, - задумчиво пробормотал Игорь. - Может... вместе. Если ты не против...

Парень совсем смутился. Как будто на свидание приглашал. Я рассмеялся.

- Конечно, не против. И не надо так смущаться.

Парень покраснел и отвернулся. Нет, он определенно забавный, и имя...

- Игорь, ты чего?

- Я? Ничего... просто я очень легко смущаюсь.

Я снова рассмеялся, но теперь и он присоединился ко мне. Смех его был звонкий и чистый. Отсмеявшись, он предложил:

- А давай сходим, поедим? Я знаю одну кафешку поблизости.

Я кивнул. Мы поднялись и зашагали по аллее. Деревья сдерживали солнечные лучи, и тень от них красиво стелилась под ноги. Шли мы в молчании, просто наслаждаясь моментом. Красиво, тихо и вполне спокойно.

- Вон она, - Игорь махнул рукой в сторону виднеющегося впереди пятиэтажного здания.

Минут через десять мы дошли до кафе, оно имело какое то непримечательное название и такую же обстановку внутри. Столики располагались в три ряда по четыре в каждом. Мягкие и вполне удобные стулья были обиты черной кожей, что подчеркивало лаконичность интерьера.

Я сел за один из пустующих столиков, а Игорь разместился напротив меня.

- Что будешь? - поинтересовался он.

Я пожал плечами и ответил.

- Без разницы. Давай что-нибудь мясное.

- Любишь мясо? - кажется, Игорь был удивлен.

Я кивнул.

- А что?

- Ничего, просто я вегетарианец и большинство моих знакомых тоже. Отвык от мясоедов, - он улыбнулся, словно пытаясь сгладить свои слова.

Я рассмеялся.

Игорь нахмурился. Кажется, теперь я его задел смехом. Взяв себя в руки, я почти что сжевал собственный хохот.

- Не смешно.

- Прости.

- Ничего. Я салат буду. А тебе посоветую пару котлет. Они здесь очень вкусные. По крайней мере, я часто видел, как их заказывают.

Я согласился, и мы сделали заказ. Ели молча. Надо же, оказывается, я проголодался. Во время еды я, не удержавшись, почти внаглую разглядывал Игоря. Он заинтересовал меня. С одной стороны, по меркам Б-16, уже взрослый, а с другой, чистый и наивный. Легко смущается, легко обижается, но так же легко прощает. Мне определенно нравится этот мальчишка. Охота изучить. У меня даже мелькнула мысль забрать его в Империю. К себе, в лагерь.

Пока Игорь доедал, я посмотрел на время. Полчаса до концерта. Как раз чтобы дойти.

Мы расплатились и вышли. По дороге он молчал. Пока мы шли, я несколько раз замечал, что он искоса смотрит на меня. Но стоило мне взглянуть на него, как он тут же смущенно отводил взгляд. Его явно что-то напрягало, скорее всего, я. Что ж, подожду, пока он созреет для открытого разговора. В итоге через некоторое время Игорь робко спросил меня:

- Виктор, можно тебе задать вопрос?

Я хмыкнул.

- Можно.

- Эээ... А почему ты так смотрел на меня там, в кафе?

Я взглянул на него. Он тут же опять смутился.

- Честно, хотелось бы тебя помучить, молчанием, например. Но, так и быть, не стану.

- Спасибо, блин, - пробурчал Игорь. - Ты и так все время издеваешься.

Он выглядел таким обиженным и надутым, как ребенок. Я рассмеялся.

Игорь пихнул меня локтем в бок.

- Хватит ржать! - кажется, он разозлился.

Я шутливо схватился за бок.

- Ай! Убьешь, и я до концерта не дойду, - нет, он точно меня забавляет. Такой непосредственный и эмоциональный. Я с такими редко общаюсь.

- Слушай! - Игорь схватил меня за шиворот. - Ты можешь сказать или нет?!

- Что с тобой? - а вот это уже не забавно. Он явно нервничает.

- Ничего! - он отпихнул меня и, отвернувшись, пошел дальше. - Ни-че-го.

Я остановился и поймал его за руку. Тут явно что-то не так... Я развернул Игоря лицом к себе.

- Рассказывай. - Пришлось надавить на него ментально.

- Отпусти, - почти прошипел он.

Я надавил чуть сильнее.

- Нет. Расскажи.

Он сдался.

- Ты ничего не помнишь?

Я заморгал. Что я должен помнить?!

- Нет.

- Тогда ладно. Все, забудь.

- Эй, Игорь. Просто расскажи мне, что я должен помнить.

Игорь глубоко вздохнул.

- Мы уже знакомы. Ты работаешь в милиции. И как-то раз ты спас на улице от гопников.

Черт! Надо ж было так вляпаться! Я здесь уже есть. Такое бывает. Империя очень велика, тысячи обитаемых планет. А поскольку все живые существа состоят из материи, то всегда есть небольшой шанс, что частицы материи сложатся во внешне идентичные организмы. Так что любой может встретиться со своим двойником, и, кажется, мне, как обычно, 'повезло'. Вообще такие встречи нежелательны, особенно на планетах, находящихся в резервации, как Б-16. Я-то, как житель Империи, хорошо знаю о такой возможности, ее последствиях и прочее, а вот для психики двойника это может быть травмоопасно. Ведь на Б-16 почти никто не знает про Империю, ну и про теорию существования двойников, естественно, тоже. Вот так живешь, живешь, выходишь утром и видишь на улице себя же... Но здесь еще и хуже. Я встретился со знакомым двойника и не сразу это понял. Дурак.

- И насколько хорошо мы были знакомы? - не отпуская Игоря, тихо и вкрадчиво спросил я.

Игорь уставился на меня, а потом ударил в челюсть. Я отшатнулся, но его не отпустил.

- Ты... ты... - от злобы Игорь не мог выговорить слово.

Я сплюнул кровь. Блин, опять зубы подправить надо будет, слишком часто в последнее время доставалось, то Сэлл, то вот Игорь...

- Что я?

- Ты что имел в виду?! Ты просто спас мне жизнь, и когда я открыл глаза, я увидел тебя, вот и все. И звали тебя по-другому. - Он снова дернулся, пытаясь освободить руку.

- И как же меня звали?

- Да ты что, издеваешься?! - выкрикнул Игорь.

- Нет, я просто не помню. Меня на одном из дел хорошо приложило, и с тех пор я не помню некоторые вещи. - Шито белыми нитками, конечно, но что поделать, про двойника я ничего не узнаю.

Игорь вздохнул.

- Пусти.

- А драться больше не будешь? - с иронией спросил я.

- Я подумаю.

Я отпустил его. И мы молча уставились друг на друга. Мне этот парень определенно нравится.

- Ну и как меня звали?

- Велеслав, - буркнул Игорь. - И мы с тобой были просто знакомы, - он слегка отвернулся.

Снова наступило молчание. Я его разглядывал. Красивый и такой 'чистый'. Душа не испорчена. Я улыбнулся. Игорь, краем глаза увидев мою улыбку, нахмурился.

- Чего улыбаешься?

Я улыбнулся еще шире.

- Пошли на концерт. Не люблю опаздывать. А тему моей памяти обсудим после. Хорошо?

- Ладно. Только не надо больше намеков, - он покраснел.

Я не смог сдержать улыбки, сделав шаг, обнял его и тихо, на ухо, прошептал:

- Каких намеков?

Игорь шарахнулся от меня. Я расхохотался и отошел.

- Ладно, пойдем. А то действительно опоздаем.

- Это была ш-ш-шутка? - слегка заикаясь, спросил меня Игорь.

- Конечно, - я хлопнул его по плечу.

- Ну, у тебя и шуточки, - уже более спокойно сказал Игорь. Кажется, поверил.

'Ты меня еще плохо знаешь', - подумал я, мысленно усмехнувшись.

Мы пошли дальше...

На концерт все-таки немного опоздали. Группа уже пропела какую-то песню. Когда мы зашли в зал, люди, собравшиеся там, аплодировали. Помещение было небольшое, и мы с Игорем расположились у одной из четырех стен. Отсюда очень удобно просматривался весь зал. Как только я устроился, удобно прислонившись к стене у танцпола, у меня на руке тут же запищал ЛК, напоминая, что пора делать укол.

- Что это? - прокричал мне Игорь.

В зале было очень шумно, и я, притянув его к себе, спросил:

- Где здесь туалет?

- Там. - Игорь махнул рукой куда-то направо. - Все в порядке? - в его голосе звучало искреннее беспокойство.

- Да. Я сейчас вернусь.

Он кивнул. А я пошел пробиваться через толпу людей в туалет.

К счастью, там было пусто. Достав уколы, я сделал один себе. Потом подумал и использовал туалет по прямому назначению.

Выйдя из него, я с трудом, но все же пробился обратно к Игорю. Тот стоял на месте у стены, но чем-то был сильно обеспокоен.

- Что-то не так? - спросил я.

Игорь вздрогнул.

- Да... нет. Все поправимо, - голос его вздрогнул. - Слушай... Велеслав, я сейчас должен уйти.

Я нахмурился. Интуиция подсказывала, что тут что-то нечисто. А Игорь тем временем продолжал:

- Ты оставайся. Они тут еще часа два будут. Был рад снова встретиться.

Он протянул мне руку. Я пожал ее. Игорь вздохнул и другой рукой протянул мне свернутый листок бумаги. Потом отошел:

- Прочитай, когда я уйду, ладно?

Я хмыкнул. Угу. Конечно. Что-то ты темнишь, Игорек.

- Хорошо. Прочитаю потом.

Он улыбнулся и стал медленно пробираться к выходу. Я быстро развернул лист.

'Вот мой адрес. Зайди после концерта... если сможешь'.

Ага. Ясно. Я быстро догнал его и схватил за руку, останавливая. Потом склонился над ухом.

- А в лицо сказать?

Игорь дернулся. Я, естественно, не отпустил.

- Ты обещал... - голос прозвучал слабо.

Какой же он все-таки наивный. Можно подумать, все всегда держат слово. Да и надо ли? Я могу многое обещать. Но если выполнять все свои обещания, можно многое упустить. Или испортить. Тут уже от ситуации зависит.

- Я сказал 'хорошо'. Это не обещание.

- Отпусти. Мне надо идти, - его голос дрожал.

Я вздохнул. Ладно, пусть пока идет. Все равно еще поговорим, он же сам дал мне адрес, вряд ли куда-то денется.

- Я приду, - сказал я мягко. - Обещаю. И мы поговорим. Согласен?

Он как-то рвано кивнул. Я отпустил его руку, и Игорь, не оборачиваясь, торопливо ушел.

Вернувшись к 'своей' стене, я закурил. Вот как бывает... Неожиданно узнал о существовании двойника. И все бы ничего, но что теперь делать с Игорем? Как объяснить ему, кто я такой, да и стоит ли? Меньше знает - крепче спит. Но если нет, то я вряд ли смогу долго притворяться не собой. Я же абсолютно ничего не знаю о своем двойнике. И стоит ли забирать его в Империю? Почему-то мне по-прежнему хотелось сделать это. И это желание только усиливалось. Интересно, почему... Интуиция? Как-то странно...

Я задумчиво потушил сигарету и тут же закурил новую. Мысли поплыли в другом направлении. Кристиан... Я сделал глубокую затяжку, потом медленно выдохнул.

Где ты, Крис?.. Где... Должен быть здесь же, на Б-16. Снова затяжка. Сердце сдавило от чувства вины. Крис, я тебя бросил. Нет, даже хуже. Я тебя выгнал! Боги... Все-таки я тварь. Я так давно тебя не видел. Знаю только то, что ты жив и ищешь меня. А я не хочу, чтобы ты меня нашел, нельзя! Или хочу...? Ааа! Черт!

Я сжал кулаки и зажмурился. Ну разве по прошествии стольких лет может быть ТАК больно? Реальность показывает, что да. Убиться об стену. Хм... как раз рядом.

Я докурил вторую и закурил третью. На сцене объявили ту песню, ради которой я здесь. И все-таки мне без Криса чертовски плохо...

Солист запел:

'Ты открывал ночь,

Все, что могли позволить,

Маски срывал прочь,

Душу держал в неволе.

Пусть на щеке кровь -

Ты свалишь на помаду,

К черту барьер слов,

Ангелу слов не надо...'

Я затянулся. В этом он прав. Я перевел взгляд со сцены на противоположную стену. Солист продолжил:

'А мы не ангелы, парень,

Нет - мы не ангелы...'

Сердце опять защемило. Блин! Память.

'Темные твари, и сорваны планки нам,

Если нас спросят, чего мы хотели бы,

Мы бы взлетели, мы бы взлетели.

Мы не ангелы, парень,

Нет - мы не ангелы,

Там на пожаре утратили ранги мы

Нету к таким ни любви, ни доверия

Люди глядят на наличие перьев

Мы не ангелы, парень...'

Я снова затянулся и заметил, как на другой 'стене' кто-то еще курит.

'Сотни чужих крыш -

Что ты искал там, парень?

Ты так давно спишь,

Слишком давно для твари

Может, пора вниз,

Там, где ты дышишь телом?

Брось свой пустой лист,

Твари не ходят в белом...'

Я снова затянулся. Человек там тоже затянулся. Отсвет сигареты осветил его лицо. Я поперхнулся... Быть не может! КРИС!!!

'А мы не ангелы, парень,

Нет - мы не ангелы...' - продолжал петь солист.

Я стоял и моргал. Крис тоже увидел меня, и я даже прочитал по его губам неуверенное: 'Виктор?' Я тоже не верю, что это ты... Не верю. Может, тоже двойник? Но два двойника в одном месте - это уж слишком.

'Темные твари, и сорваны планки нам...'

Крис рванулся ко мне, а я к выходу. Нельзя! Он не должен меня поймать. Нет!

'Если нас спросят, чего мы хотели бы,

Мы бы взлетели, мы бы взлетели...'

Да, не помешало бы. Но здесь слишком много обычных людей. Нельзя. И везде это слово 'нельзя'.

Я бежал, расчищая себе дорогу локтями. Бежать. Вот выход. Я вылетел из здания и рванулся налево. Там оживленный перекресток, больше шансов затеряться.

- Виик! Стооой!!! - раздался вопль Криса позади меня.

Я лишь ускорился. Нет. Не могу! Прости, Крис, не могу... Сердце болело. От чего?

На полной скорости я вылетел на перекресток. Людей здесь действительно было много, но я бежал, не сбавляя скорости, порой расталкивая не успевших отскочить с моего пути. Я знал, что Крис все еще бежит за мной. Не надо, мальчик мой, не надо. Я недостоин этого... Через квартал я свернул направо, там виднелся частный сектор и несколько разрушенных домов, в них легче спрятаться. И почему на Б-16 точечные телепорты?! До ближайшего полчаса езды на автобусе.

Добежав до частного сектора, я обернулся. Криса не было видно, но я знал, что он бежит за мной. Видимо, где-то задержался. На мое счастье...

Я пробежал еще немного и забежал в один из домов, закрыв за собой дверь и подперев ее стулом. Глупо, конечно, потому что окна первого этажа были выбиты, и залезть в них не составило бы труда. Но все же. Сам я быстро поднялся на второй этаж и тут услышал, что Крис добежал.

Я прислонился к окну. Снизу слышалось тяжелое дыхание Криса. Я сжал зубы и съехал вниз по стене. Снизу раздался тихий вой.

- Виик! Я знаю, что ты меня слышишь! Знаю! - он кричал, и в этом крике было столько боли, что я зажмурился. Из-за меня ему больно...

- Я не понимаю, ПОЧЕМУ? - голос Криса сорвался. - Почему?! ОБЪЯСНИ МНЕ!

Но я молчал. Я не мог ему объяснить, почему я покинул его тогда. Признаться честно, я сам сейчас не особо понимал это, но отступать было поздно.

- Ты чего орешь?! - раздалось откуда-то сверху. - Хорош уже.

Это было адресовано Крису.

- Вик, - не обращая внимания, сказал тот, - я найду тебя, и мы поговорим, - я явственно представил, как он сжал руки в кулаки. - Слышишь? Я больше не ребенок. Хватит со мной играть.

Не знаю, Крис, не знаю. Отчасти ты все еще ребенок.

- Парень, у тебя что-то случилось? - снова заговорил мужчина сверху. - У нас здесь нет никаких Виков... Может, ты ошибся?.. Эй, куда ты? Тебе помочь?

- Нет, - зло бросил Крис.

Я выдохнул. Все, кажется, он ушел. Не сомневаюсь, однажды он найдет меня, и тогда мы действительно поговорим. Есть о чем... Но не сейчас.

Я встал. Отряхнулся, затем вышел. Нужно к Игорю. Вытащил листок из кармана, прочитал и, не торопясь, пошел. Через квартал не выдержал и закурил...

Б-16. Земля.

2073 год от создания Империи.

Когда совсем стемнело, я как раз дошел до нужного мне адреса. На душе было паршиво. Даже очень.

Игорь жил в девятиэтажном доме на восьмом этаже. Замок был кодовый. Я задумался, огляделся по сторонам. Никого. Отлично. На седьмом открыто окно на лестничную площадку.

Я взлетел. Быстро, чтобы никто не заметил. Да даже если и заметят, то подумают, что это привиделось. На Б-16 люди очень зашоренные и боятся во что-нибудь поверить. В моем детстве все было по-другому. Там хотя бы в ведьм верили... А сейчас люди ни во что не верят. И души, по их мнению, тоже нет...

Я закрыл за собой окно и поднялся на восьмой. Вот она, 81-ая квартира. А вот и звонок. Я протянул руку к звонку и принюхался. Какой-то странно знакомый запах. Причем нехорошо знакомый. Тело автоматически напряглось. Рука все же нажала на звонок. Раздалась мелодичная трель. Запах усилился...

- Кто там? - раздался голос Игоря.

- Я. Велеслав, - вспомнил я другое имя.

Тишина. Потом щелчок замка, и дверь тихонько приоткрылась. Запах ударил мне в нос. Обоняние у меня лучше, чем у местных людей. Я поморщился. Игорь выглядел очень уставшим, и лицо какое-то странное. Что такое? В моей голове начала оформляться нехорошая мысль.

- У тебя проблемы? - спросил я.

- С чего ты взял? - Игорь отвернулся, и я заметил синяки у него на шее. - Проходи.

Я-то пройду...

Игорь отошел от двери, пропуская меня в квартиру. Потом закрыл ее. Как только он это сделал, я за плечо развернул его лицом к себе и спросил:

- Какие у тебя проблемы? Что с тобой?

- Никаких, - он оттолкнул меня и прошел в комнату. Я разделся, торбу бросил на тумбочку и прошел следом. Игорь оказался на кухне.

- Чай будешь? - не оборачиваясь, спросил он.

- Да.

Я снова принюхался, запах исходил от Игоря. Такой неприятный и... Кажется, мои догадки все-таки верны, а мне так этого не хочется.

Игорь развернулся в сторону стола с двумя кружками чая. Он сделал шаг к столу, и я своими слабыми эмпатическими способностями уловил вспышку боли. Игорь споткнулся... Чай пролился.

- Черт, - прошипел Игорь и поставил остатки чая на стол.

Я схватил его за плечи. Еще вспышка боли. Он поморщился.

- Ты чего?! Отпусти.

Я не отреагировал и принюхался. Запах. Я не хочу, чтобы это было правдой. Игорь попробовал отодвинуться от меня.

- Тише. Не мешай, - шепотом проговорил я ему на ухо.

Он замер. Я убрал руки с его плеч на спину и полной грудью вдохнул его запах. Игорь вздрогнул. Я чувствовал, что он слегка испуган...

Бедный. На мои глаза навернулись слезы. Я окончательно вспомнил этот запах. Запах паленого мяса...

Я рванул рубашку на Игоре. Тот вздрогнул и отвернул голову. Пуговицы в полной тишине прокатились по полу.

- За что тебя так? - спросил я.

Вся грудь Игоря была в ожогах. В основном, сигаретных, и уже почти заживших, но был и один свежий, от утюга... Игорь молчал. Помимо ожогов на нем были и синяки. На шее, на руках. По-моему, были и ниже... Везде, кроме лица. Чтобы не бросалось в глаза.

Я просто рассматривал его раны. Толк в пытках я знал. Следов было достаточно много, разной давности, то есть такое с ним проделывали периодически. Нет, я точно заберу его отсюда.

- Ты едешь со мной.

- Куда? - глаза Игоря расширились.

- Далеко.

- Никуда я с тобой не поеду, - он сделал шаг назад.

Я улыбнулся. Наивный. А я и спрашивать не буду. Я протянул к нему руку. Одно касание...

- Не надо! - внезапно вскрикнул Игорь. - Не делай этого!

Я опустил руку. Игорь сел на стул.

- Не делать чего? - слегка удивился я. Разве он мог почувствовать мое намерение?

Игорь вздохнул и покачал головой. Я присел на стул, напротив него.

- Не знаю... Мне показалось, что ты хотел сделать что-то странное... - он вздохнул. - Я не знаю. Не могу объяснить.

Я хмыкнул. А мальчик особенный...

- Так кто тебя так? И почему ты это позволяешь?

Игорь опять отвернулся. Но на этот раз я взял его за подбородок и, посмотрев ему в глаза, сказал:

- Я могу помочь тебе. Поверь.

Игорь молча смотрел на меня, а я на него. В его взгляде читалось, что он хотел бы верить, но это тяжело.

Я поднял руку и положил ее прямо на свежую рану от утюга. Игорь вздрогнул. Вспышка боли, а потом я просто забрал её. Это может почти каждый имперец. Через несколько секунд я убрал руку. Игорь удивленно смотрел на меня. Раны остались - боль ушла.

- Ты не Велеслав, - прошептал он.

Я молча кивнул. Посмотрев на чашку, притянул ее к себе взглядом.

- Кто ты?

- Я. Долго объяснять. Даже не скажу, что я хороший. Но я предлагаю тебе отправиться со мной. Там на месте ты быстро все поймешь. А так, в общих чертах: я человек, просто у меня работает больше пятидесяти процентов головного мозга.

- А я смогу так?! - Игорь кивнул на чашку. В глазах загорелся огонек.

- И не только так, - я рассмеялся. - Только давай вначале разберемся с твоими проблемами. И не говори, что их нет. Я еще и мысли читать могу. Но это будет тебе неприятно...

- Я сам, - торопливо сказал Игорь.

Я снова улыбнулся. Самостоятельный? Ну-ну...

- Это меня так за долги.

- И много должен?

- Да. Сейчас со всеми накрутками около трех миллионов. Я отдаю по пятнадцать тысяч в месяц. А они... - он замолчал. - Ну, ты сам видел. Главарь просто садист.

- И как тебя угораздило?

- У меня была сестра, - голос Игоря дрогнул. - Она с детства болела. Рак крови...

Да уж, здесь, с их 'пещерной' медициной любой рак - серьезная болезнь.

- Мы с отцом работали, как могли. Мама умерла родами сестры, Ольги... Денег постоянно не хватало. Когда ей исполнилось четырнадцать, умер отец. - Игорь опять замолчал, а я слушал. - Мне было восемнадцать. Я даже пытался пойти за ним, - он закатал рукав, показывая два глубоких шрама, тянущихся от запястья до локтя. - Вены вскрывал. Сестра вовремя нашла, позвала соседа - тот сумел откачать. Скорую вызывать не стали, чтоб потом в психушку не отправили. Оля взяла обещание, что я буду жить. Если бы не это обещание... Я стал работать еще больше и даже в универ поступил. В медицинский, думал, связи обрету. По ночам работал охранником. Там и познакомился с главарем одной из банд. Разболтались. Вначале я не понял, почему он обратил на меня внимание. А когда он предложил мне огромную сумму денег взаймы, под низкий процент, я вообще задумался. Но все быстро выяснилось. Он - садист. Он не спит со мной, просто делает больно. Ему это нравится. Когда я ему нужен, он звонит... Сестра все равно умерла, - он нервно хихикнул. - Ее сбил грузовик. Смешно, правда?

Я промолчал. Вопрос был чисто риторический.

- Я снова пытался умереть. Меня откачали люди 'главаря'. Не хочу называть его имя. Противно. Он сказал, что перестал накручивать проценты, и, когда я расплачусь, то поможет мне устроиться в жизни. На праздники списывал по 5 % долга. А я в обмен - жил. Сам не знаю, зачем. Может, тебя ждал, как какое-нибудь знамение.

Я снова улыбнулся.

- Наверное. И хорошо, что дождался. Я заберу тебя. А деньги ты отдашь, не беспокойся.

Он вяло улыбнулся в ответ. На кухне воцарилась тишина... К счастью, здесь не было тикающих часов. Какое-то время мы просто молча сидели.

- А может, это сон? - внезапно спросил Игорь и посмотрел на меня каким-то опустевшим взглядом. - Может, это плод моей больной фантазии? И тебя нет? - он встал и отошел к плите. - Может, я уже давно сошел с ума?! - Игорь нервно хихикнул.

Ну вот... началось. Я называю это откатом. Рациональный мозг отказывается воспринимать то, чего, по его мнению, не может существовать.

Я тоже встал.

- Игорь.

Он обернулся. Я тут же ударил его наотмашь по лицу. Игорь не удержался на ногах и упал, уронив чайник с плиты. Потом обернулся и сфокусировал взгляд на мне.

- Я реален. Ясно? - четко, раздельно произнес я.

Игорь стер кровь с губы и кивнул.

- Хочется верить.

Я помог ему подняться и снова усадил на стул. Потом взял мокрую тряпочку с раковины и стал стирать кровь с его лица. Он упал неаккуратно и поцарапал щеку.

- Просто иногда я кажусь себе психом.

- Почему? - спокойно поинтересовался я.

- Не знаю... Иногда мне снятся сны...

Я насторожился.

- А потом они сбываются. Я вижу, как умирают люди, а с утра, включив телевизор, узнаю, что опять кого-то взорвали или убили. Весной и осенью я просто боюсь спать...

Он опустил голову. Я бросил тряпку в раковину и приподнял его за подбородок.

- Это ведь не все? Что ты еще видишь?

Игорь глубоко вздохнул.

- Не имеет значения. Я просто псих.

- Игорь... - чуть угрожающе произнес я.

- Ладно, ладно. Я несколько раз видел, как умирает моя сестра, как ее кости ломаются под огромными колесами грузовика... Но я никогда не доверял своим глюкам. И зря - тогда они тоже сбылись... Иногда я начинаю бредить наяву и не могу это остановить. Аж глаза охота выцарапать.

Удивительно, но, кажется, я встретил провидца-стихийника. Им тяжелее, чем обычным, но видеть они могут гораздо больше... Их сила трудноконтролируема, и они часто уходят в видения, путая их с реальностью. Многие действительно сходят с ума, выцарапывают себе глаза, убивают окружающих. Чтобы хоть как-то контролировать видения, они должны быть постоянно отдохнувшими, спокойными и прочее. Иначе... Я посмотрел на Игоря. Он выглядел понурым.

- Ты не псих. И ты не один такой. Скоро ты в этом убедишься. Собирай вещи, а я пока улажу денежный вопрос.

- Ты собираешься за меня платить?! - удивился Игорь.

- Да. Если тебя что-то смущает, то отдашь потом. Мы живем намного дольше, чем обычные люди. А теперь иди и собирай вещи.

Он послушно вышел.

Я набрал на ЛК Рейчел.

- Да. Здравствуйте. Вы делаете уколы? - тут же спросила она.

Я кивнул.

- Рейчел, я скоро вернусь... на время. И привезу тебе подопечного.

- Какого? - удивилась она.

- Я в этом плохо разбираюсь, но, похоже, провидец-стихийник. Об Империи ничего не знает, способности не контролирует. Твоя задача - объяснить, научить и потом передать его Францу. Задача ясна?

- Да, сэр.

- Тогда отбой.

Я отключился. Потом почти такие же инструкции передал Францу. На все это у меня ушло 6 минут. Так, теперь деньги. Снова погрузившись в ЛК, я перевел деньги со своего счета сюда, на карточку Игоря. Выяснить ее номер не составило особого труда.

Когда через полчаса Игорь снова появился на кухне, я мирно пил остывший чай.

- Я собрался.

- Молодец, - я встал. - А теперь свяжись со своим главарем и скажи, что готов отдать весь долг сразу.

У Игоря округлились глаза, и даже приоткрылся рот от удивления.

- Как?..

- У меня есть, я уже перевел необходимую сумму со своего счета на твой. Если им понадобится, можем снять и отдать наличными.

- А как... а как... - он вздохнул. - А как я их тебе отдам? Мне до смерти столько не заработать.

Я ухмыльнулся.

- Считай, что это зарплата.

- В смысле?

- В прямом. Мне нужен качественный провидец в лагере.

- Кто?! Куда?!

- Так, Игорь. Давай без эмоций. Привыкай, - отчеканил я. - Ты согласен ехать со мной?

- Да, - немного подумав, ответил он. - Но...

- Никаких но. Приедешь, тебе все объяснят. А пока надо убраться отсюда. Не нравится мне здесь.

Я и вправду чувствовал, как вокруг сгущается воздух. Не к добру это, не к добру.

Игорь застыл. Потом дернулся.

- Нет, - прошептал он, хватаясь за грудь...

- Игорь! - окрикнул его я. - Что, что ты видел?

Он проморгался.

- Меня застрелили. Сегодня.

- Ясно. Бросай все вещи.

- Зачем?

- А тебе нужен лишний груз?! Бросай и пошли отсюда, - я поставил чашку в раковину и направился к выходу. По дороге подцепил под локоть застывшего Игоря. Он почти ничего не понимал. А я знал лишь одно. Бежать. Моя интуиция опять трубила 'Опасность!', 'Опасность!' Я ей доверял.

Мы дошли до входной двери. Оделись и вышли. На площадке было темно. Я принюхался. Обычный подъезд, как и большинство в этой части Б-16, пропахший мочой и сигаретами. Но в данный момент здесь было что-то еще. Или кто-то. Игорь возился с замком...

Рядом мелькнула тень с ножом в руке. Я успел перехватить и одним резким движением сломал руку нападавшего. Подъезд огласил дикий вопль. Нападавший упал, держась за сломанную руку. Я схватил Игоря за шиворот и потянул за собой.

- Бежим. Сейчас весь дом проснется.

Мы побежали. В подъезде больше засад не было. Выбежав на улицу, я рванулся налево и побежал, постоянно держа Игоря за руку.

- Ты куда? Главарь в другой стороне.

- К чертям! Я к телепорту.

- Куда?! Ты же хотел отдать деньги.

Я хмыкнул.

- Игорь, ты думаешь, он тебя отпустит живым?! А я не могу здесь драться нормально. Тогда от этой планеты вообще ничего не останется.

- Но... - пробормотал Игорь, а потом молча побежал следом.

До ближайшего телепорта пять километров. Нужен транспорт. Желательно, общественный... Мы выбежали на автобусную остановку, на конечную. Так. Нам в центр города.

Найдя нужный автобус, я затащил туда Игоря. Тот послушно сел, а потом спросил:

- Слушай, а зачем эти шпионские страсти? А? Погони, бег? К чему все?! - он был немного не в себе.

Я склонился к нему.

- Это жизнь. Ты привыкнешь. Пока... пока просто не думай. Не анализируй. Хорошо? Доверься мне...

Он подумал и кивнул.

Мы поехали, в принципе, ехать было недалеко, но я все равно нервничал. Интуиция по-прежнему говорила, что вокруг опасность. Игорь, кажется, вообще погрузился в какую-то дрему. Может, оно и к лучшему?

Когда мы почти подъехали, я растормошил Игоря.

- Через одну нам выходить.

Он проморгался, сосредотачивая взгляд на мне. Я напрягся. В его глазах была паника. Внезапно Игорь вскочил и рванулся к водителю, заорав на весь автобус.

- Останови! Тормози, мужик! - голос Игоря сорвался.

Весь автобус испуганно посмотрел на нас. Я подобрался к Игорю и рванул его за руку на себя.

- Что случилось? Ты что-то видел?

Лицо Игоря исказила гримаса ужаса. Он ничего не сказал, только отшвырнул меня и снова заорал на водителя:

- Мужик, твою мать, ТОРМОЗИ!!!

- Че ты орешь? Обколотый, что ли?! Ща остановлю и высажу на х... . Щенок... П...ц молодежь пошла, я...

Договорить он не успел...

Я поднялся с пола и увидел, как на дорогу выбежал мужик.

- Стооой!!! - еще один вопль Игоря.

А потом прогремел взрыв...

На Б-16, на оживленном перекрестке одного из городов, террорист-смертник взорвал себя...

Автобус отбросило. Игорь упал на меня, я, в свою очередь, приложился затылком о ручку сиденья. Крики, дым, темнота...

ГЛАВА 11. Единственный шанс на победу

Б-16. Земля.

2073 год от создания Империи.

Вначале вернулось зрение, сильно расфокусированное, но все же я мог видеть. Тишина. Вокруг шевелятся люди; кровь, дым. Кажется, автобус лежит на боку... Я поискал взглядом Игоря. Вот он. Без сознания. На него упал телевизор. Который, хрен знает зачем, некоторые водители ставят в салон.

Потом вернулся слух. Стоны, просьбы помочь. Многие лежат без движения. Я осмотрел себя. У меня в ногах торчало несколько осколков стекла, и еще одно в руке. По спине, начиная от шеи, текло что-то теплое. Наверное, должно быть больно... Зря я это подумал...

Боль вернулась третьей. Я задержал дыхание и сжал зубы, чтобы переждать первый наплыв. Потом пошевелился, выпутываясь из-под обломков. Снова это 'приятное' свидетельство того, что ты жив - боль.

Переведя дух, я дополз до Игоря. Скинул с него телевизор и перевернул на спину. Через все его лицо тянулась глубокая рваная рана, сочилась кровь. Сквозь прорезанную щеку виднелись зубы, нос тоже был разрезан. Хорошо, что глаз не задело, все остальное в Империи легко можно вылечить, а вот глаза не восстановить и там.

Так... Пульс. Есть, но слабый. Что-то мне это напоминает. Я почти так же вытаскивал Дэниэла...

Он выглядел ужасно. Сильно же его потрепало. Все тело в мелких ранах, из которых торчат куски стекла, затылок разбит, возможна трещина в черепе. Еще и лицо...

Надо его поскорее отсюда вытаскивать, а то живым до лагеря не дотащу. Боги, как же раскалывается голова... Я еще раз осмотрел себя и вытащил из ног осколки стекла.

Неподалеку в разбитое окно снаружи просунулась рука.

- Эй, там, держитесь. Мы вас вытащим. Милиция, скорая и пожарники уже едут.

А, ясно, люди на улице, которых взрывом не задело. Я схватился за руку, и мне помогли выбраться. Все вокруг было разгромлено. Полуразрушенная остановка с остатками раскуроченного киоска рядом. Множество перевернутых машин, лежащие на асфальте тела. Стоны, крики, кровь. Я посмотрел на мужика.

- Почему так много?

- Этот ублюдок был не один.

Я кивнул и поморщился от боли. Игорь...Снова посмотрел на мужика и попросил.

- Помоги, у меня там брат.

Тот кивнул и спрыгнул вниз. Некоторое время я помогал вытаскивать посторонних мне людей. К тому времени на улице появилась и скорая, и милиция, и все прочие службы, которые приезжают при таких происшествиях.

Наконец-то мы вытащили Игоря и положили его на асфальт. Держись, держись, провидец, ты мне очень нужен. Тут же подбежали санитары и уложили его на носилки.

- Пульс слабый, обильное кровотечение. Капельницу. Обезболивающие. В реанимацию его. В 21-ую, - затараторил один из врачей.

Куда? Какая, к черту, ваша реанимация, да вы в медицине как слепые котята. Мне бы дотащить Игоря до телепорта, а там Рейчел.

- Его нельзя в больницу, - хромая, догнал я врача.

Тот обернулся и посмотрел на меня оценивающе:

- А вы что тут стоите? На каталку его, и тоже в 21-ую, - быстро сообщил он.

Ко мне подошли санитары.

- Я отказываюсь от госпитализации.

У врача брови на лоб полезли.

- Вы что, рехнулись?! У вас травма головы, множественные ранения конечностей. Я вообще удивляюсь, как вы на ногах стоите, - голос его дрожал от негодования.

- Я отказываюсь от госпитализации, - еще раз повторил я, добавляя ментального давления.

- Хорошо. Подпишите отказ, вон там, - врач немного недовольно махнул рукой куда-то налево. И крикнул своим: - Все, поехали.

Я дождался, пока Игоря загрузят в машину. Потом все врачи побежали к очередному пациенту. Я подошел к водителю и просто 'взломал' ему мозг.

- Выйди из машины и стой здесь десять минут. Потом очнешься, - скомандовал я ему.

Тот послушно вышел. Его ждет очень сильная головная боль, когда он придет в себя. Моя голова, конечно, тоже была не в восторге. Я сел за руль и под общую шумиху уехал, конечно же, не в больницу. До телепорта я добрался через три минуты.

Пошатываясь, вышел из машины. Голова начинала кружиться. Все-таки тело очень хрупкая штука, даже у имперцев.

Я тряхнул головой. Не смей терять сознание. Осталось совсем чуть-чуть. Отстегнул Игоря от каталки и взвалил на плечи. Когда начал спускаться из машины, у меня перед глазами все поплыло, и я упал... Лицом вниз. Хруст, вспышка боли, темнота...

Пришел в себя почти сразу. Хорошо, что здесь народу вообще не было. Все ушли туда, где взрыв...

Я аккуратно встал и пошел к телефонной будке, которая являлась телепортом. Попал я в нее с третьего раза.

Игорь был едва жив. Пульса на запястье я не чувствовал, только на шее, и то очень слабый.

Я набрал код и мы телепортировались...

Д-46.

2073 год от создания Империи.

Мы вывалились прямо к Рейчел.

- О, боги! - вырвалось у нее.

- Спасибо за комплимент, - смог съязвить я, а потом все-таки отключился.

***

Очнулся я очень нескоро. Больничный блок, лежу на кровати. По ощущениям ничего не болит.

Раздался писк ЛК. Я с трудом поднял руку, чтобы ответить. Это была Сэлл.

- Очнулся? - улыбаясь, спросила она.

- Да. А ты как? У тебя вымученная улыбка.

- Я?.. Нормально. Через неделю первая операция. Странный у тебя друг...

- В смысле? - настороженно спросил я, инстинктивно ожидая подвоха.

- Не бойся, он мне пока ничего плохого не сделал. Просто смотрит на меня, как на очень интересный объект для изучения. Я не привыкла.

- Это нормально. Поверь мне.

- Ладно, - она улыбнулась. - Не вляпывайся больше в такие истории. Я за тебя очень переживала.

- Постараюсь. Можно я тебе позвоню вечером?

- Конечно. Давай, пока, - она улыбнулась так нежно, что я не выдержал и улыбнулся в ответ.

- Пока.

Сэлл отключила связь. Я мысленно вызвал Рейчел. Зам. Игоря пришла через несколько минут.

- С пробуждением.

Я тут же задал интересующий меня вопрос:

- Как Игорь?

- Кто? - удивленно спросила она. - Ах, этот человек-фарш, которого вы принесли?

- Почему человек-фарш? - теперь удивился я.

- А вы его не успели рассмотреть? - в ее голосе звучало неприкрытое ехидство.

Я молча и многозначительно посмотрел на нее. Рейчел прекратила улыбаться.

- Хорошо, уже перестала. Простите, сэр, но я поражаюсь вашей способности калечить всех рядом находящихся, хоть в физическом, хоть в моральном плане. Так вот, этому парню досталось явно больше, чем вам. Трещина в черепе, перелом правой руки в двух местах, смещение позвонков... синяки, ссадины и прочие мелочи я перечислять не буду, - она снова улыбнулась, - многочисленные осколочные ранения, а самое главное, через все его лицо наискось проходит огромный шрам. Слева направо. Так что судите сами, он и впрямь человек-фарш. Мы его залатали, и сейчас он даже в сознании. Перелом зарастет через две недели, трещина в черепе где-то через столько же. Ссадины и прочие мелочи заживим за неделю. А вот с лицом хуже. Останется огромный и уродливый шрам, - она пожала плечами, - у нас нет аппаратуры, которая сводит шрамы. Она есть только у Имперцев, либо на А5, либо на А4. Но лично я считаю, что посылать туда моего пациента - это верх безрассудства. Он слишком ценен и неопытен, чтобы отдавать его в руки врагов.

- Ты тоже почувствовала, что он способный? - с улыбкой спросил я.

- Да, он очень способный. Ему бы Академию закончить, сам Император бы за него планеты отдал.

- Угу. Только хрен Императору, а не Игорь! Я его нашел, и я его выращу. Мне нужен толковый провидец в лагере.

- Согласна, сэр. Только можно я спрошу?

- Спрашивай.

- Вы его отбирали, как и всех нас, по способностям, или вы его забрали с Б-16 по каким-то еще причинам?

Я задумался. В принципе, я мог и не отвечать на этот довольно дерзкий вопрос подчиненной, но не ответь я на него, какая-то часть уважения будет утеряна. Не люблю я этого.

- Я не могу дать четко оформленного ответа на поставленный тобою вопрос. Но скажу одно: я узнал о его способностях уже после своего решения забрать его в лагерь.

Рейчел кивнула.

- Спасибо, сэр. А что насчет его лица? Он, как узнал, что изуродован, сразу впал в истерику. Нам пришлось вколоть ему снотворного. Откуда он это узнал, я не знаю. Ему никто и ничего не говорил. Быть может, увидел?

Я пожал плечами, может и увидел. Предел его способностей пока никто не измерял.

- Там видно будет. Пока рана все равно должна зарубцеваться, так что есть время что-то решить. Все, Рейчел, вы свободны.

- Есть, сэр. Через три часа вас увезут на перевязку.

- Хорошо.

Рейчел ушла. А я через пару минут уже снова спал.

Меня выписали через три дня, и первым делом я направился к Игорю.

***

Игорь лежал в лечебной капсуле, но не спал. Лица его почти не было видно, все закрывали бинты. Только глаза моргали, и губы чуть дрогнули, растягиваясь в робкую улыбку при виде меня. Рука, правая, была в гипсе, а в остальном он выглядел явно лучше, чем когда я его сюда принес.

- Здравствуй. Как ты?

Я присел на рядом стоящий стул. Он улыбнулся и тихо ответил:

- Хорошо. Только лицо жалко. Я и так не был красавцем, а сейчас вообще, - он махнул левой рукой и снова улыбнулся.

- Ты красивый, - сказал я, - поверь мне. А лицо... У нас есть технологии, которые позволяют убирать шрамы. Так что все будет хорошо.

- Да, я знаю. Пока я тут прохлаждаюсь, мне в мозг вливают всю информацию об Империи, - он поморщился. - Эта твоя Рейчел просто садистка. У меня и так голова болит, а она еще и по четыре часа в день заставляет запоминать всю информацию.

- Есть в кого. Ты еще ее учителя не видел, кстати, он твой тезка, тоже Игорь. Вот он вообще пыточных дел мастер. На своей шкуре испытал, - я невольно улыбнулся, вспомнив Игоря Александровича.

- А где он? - спросил Игорь.

- В отпуске, - я вздохнул.

Игорь прищурился.

- А чего таким грустным голосом?

Я улыбнулся и шутливо махнул на него рукой.

- Игорь, отстань. Подрастешь, поймешь, а сейчас тебе пора учиться. Я позову Рейчел.

- Не надо! У меня и так болит голова, - Игорь снова улыбнулся. - Она сама придет минут через тридцать, - он вздохнул.

- Ничего. Через недельку будешь в курсе того, что вообще вокруг происходит. Так что ученье - свет!

- А в темноте лучше спится, - буркнул Игорь. - Слушай... - оживленно начал он и резко замолчал.

- Что?

- А у нее есть семья?

Я улыбнулся. Симпатия?

- Семья - это, в смысле, мама-папа, или муж?..

Игорь отвернулся, покраснев. Я рассмеялся.

- Нет у нее ни мужа, ни детей, ни парня. У нее есть работа.

Игорь обернулся. В глазах появилась надежда.

- Так что дерзай, Игорь, дерзай. Только сперва поправляйся.

Он кивнул. Я попрощался и ушел. Нужно купить эту машину, которая убирает шрамы. В первую очередь для Игоря. А так... как говорится, в хозяйстве все пригодится.

Я пошел к себе в палатку и занялся документами. На одном из листков доклада разведки я обнаружил интересную информацию. Кто-то из глав первой пятерки планет неосторожно обмолвился в близком кругу о том, что ему не нравится нынешний правитель. За одно это можно и головы лишиться. Но дальше еще интересней. Через месяц после этой фразы на А2 была создана организация по физической подготовке молодых имперцев. Все бы ничего. Но моих людей это заинтересовало, и они пошли туда заниматься. Тренировки нормальные, вот только параллельно с ними идет сильное мозговое внушение. В чем оно заключается, они еще не выяснили. Просят разрешение на продолжение операции.

Я разрешил. И даже отправил туда дополнительных бойцов, решив уделить этой планете особое внимание. Должен же я знать, кто и как хочет свергнуть Императора? Я давно жду, что кто-то попытается, естественно, в удобное для меня время. Но такие попытки происходят крайне редко и караются уничтожением целых планет и смертями миллионов невинных людей. В этом Император жесток. Возмутится один, вырежет всех под корень, дабы другим неповадно было. И этот метод действует. Пока...

С трудом разобрав довольно приличное количество документов и докладов, я, шатаясь, добрел до кровати и уснул, как только коснулся подушки головой.

Д-46.

2073 год от создания Империи.

Проснулся я от того, что меня кто-то поцеловал. Я попытался открыть глаза, но мне на них положили руку. Поцелуй был легким и нежным. Опасности не чувствовалось. Я ответил. По телу пробежала волна удовольствия. Я себе порой поражаюсь... Неизвестно даже, кто меня целует, а мне уже хочется продолжения. Впрочем, кто попало вряд ли стал бы это делать.

Поцелуй прекратился. И мне позволили открыть глаза.

- Доброй ночи, Вик.

Я улыбнулся. На сердце потеплело. Дико рад его видеть.

- Доброй ночи, Игорь. Знаешь, я... - почему-то я запнулся.

- Знаю, - с улыбкой сказал он и опять поцеловал меня.

Вот так просто... Знаю, и все.

Я тихо застонал. Игорь плавно провел рукой мне по животу и, прекратив поцелуй, сказал:

- Я скучал...

Взгляд Игоря светился теплом и нежностью. Я улыбнулся и прикрыл глаза. Тело расслабилось, и сознание стало уплывать куда-то в блаженство.

Самому не верилось, но впервые, кажется, за последние двадцать лет, я почувствовал себя в безопасности. Такое ощущение у меня было рядом с Крисом. Я знал, что он убьет любого, кто попробует причинить мне вред. Даже с Сэлл я такого не испытывал. За нее я боялся. А за Криса, да теперь, кажется, еще и за Игоря, не особо.

Я потерся щекой о его руку. Игорь погладил меня по волосам.

- Я решил... - начал он.

- И что же ты решил? - почти мурлыкая от удовольствия, спросил я.

- Я увольняюсь.

Мои глаза резко распахнулись, я сел на кровати. Игорь, сидевший и до этого, чуть отодвинулся.

- Почему? - единственное, что я смог спросить.

- Потому что я не могу себе простить своей оплошности. Я не должен был тогда целовать тебя. Это была огромная ошибка, - спокойным тоном объяснил мне Игорь.

- Но... но к чему тогда... - я замолчал. - Неважно. Раз ты так решил, то будь по-твоему.

Я встал и подошел к принтеру.

- Сейчас я распечатаю бланк об увольнении и все оформлю.

На душе было, мягко говоря, мерзко. Возникло ощущение, как будто меня жестоко обманули.

Принтер с тихим гудением выдал мне лист. Я, не оборачиваясь к Игорю, включил ЛК и вбил в базу данные об увольнении. Потом почти то же самое написал на листе.

- Знаешь, - раздался позади меня голос Игоря. Я обернулся. - То, что я сделал сейчас, тоже было грубой ошибкой. Потому что...

Я не дал ему договорить.

- Вот, - я протянул ему лист. - Распишись, и все. Ты уволен.

Он встал, подошел ко мне. Взял лист в руки и, прочитав его, поставил подпись.

Я отвернулся и положил лист на принтер. Вот теперь точно все... Иллюзия защищенности, иллюзия нежности... Все! Хватит... хватит.

Я опустил голову... И тут же меня развернули. Игорь посмотрел мне прямо в глаза.

- Это было грубой ошибкой, потому что я сделал тебе больно... Прости.

Я удивленно заморгал. Но времени подумать мне не дали. Игорь толкнул меня на кровать, сам сел сверху и поцеловал.

На этот раз поцелуй вышел страстным. Я застонал. Да что он делает?!

Игорь начал расстегивать мою рубашку. Я перехватил его руки. Он отстранился от меня и удивленно посмотрел.

- Что ты сейчас делаешь? - выдохнул я.

- Я? Разве не видно? Расстегиваю твою рубашку.

- Зачем?

Он склонился и поцеловал меня в шею. Я, против своей воли, со стоном подался вперед.

- Как зачем? - с легким смешком продолжил Игорь. - Чтобы было удобней тебя целовать.

С этими словами он снова поцеловал меня... Садист! Сволочь и прочие нежности.

- Игорь! - крикнул я, как можно более жестко.

- Что?

- Либо расскажи, зачем ты это делаешь, либо уходи.

- Ничего себе! - воскликнул он, отстраняясь - Ты ставишь мне ультиматум!

- Я не люблю загадок. Ясно? Я люблю правду...

Игорь внимательно посмотрел мне в глаза. Потом выдал:

- Насколько я тебя знаю, и правду ты тоже не особо любишь...

Я молчал, ожидая ответа на свой вопрос.

- Хорошо. Я уволился, так?

- Да, - пока все равно ничего не понятно.

Игорь склонился и прошептал мне прямо в губы:

- А это значит, что я могу быть с тобой, не нарушая правил.

Я проморгался. Боги! Я тупею с каждым днем все больше и больше.

- И поэтому, - тихо продолжил Игорь, - я буду с тобой, если ты этого захочешь. И работать тоже буду, как обычно. Если захочешь.

Он поцеловал меня. Потом, через несколько минут, я обнял его и сказал:

- Конечно, хочу.

Уснули мы только на рассвете...

***

Проснулся я опять от поцелуев.

- Вставай, Вик, - прошептал Игорь мне на ухо.

- Угу, - автоматически сказал я. А потом подумал и изменил свой ответ: - Неа, не хочу.

- Надо. И тебе, и мне нужно работать. Тем более, пока ты спал, со мной связалась Рейчел и сообщила, что есть очень интересный пациент.

- Игорь, что ли?

- Да, мой тезка. Хочу с ним пообщаться. Да и Рейчел отдохнет. Так что...

- Ладно, ладно. Уже встаю, - пробурчал я, потягиваясь.

Игорь спрыгнул с кровати и пошел одеваться. Я тоже встал, сходил в душ и оделся. Когда я вышел оттуда, Игоря уже и след простыл. Так спешит познакомиться с еще одним Игорем или просто по работе соскучился? Вполне возможно, что и то, и другое...

Я вышел из своей палатки и сразу направился к Францу.

Тот сидел в рубке корабля и что-то сосредоточенно печатал. Я тихо подошел к нему и, склонившись, спросил:

- Чем занимаешься?

Франц только вздрогнул и молниеносно свернул записи.

- Ничем, так, кое-какие документы разбирал. Рад, что вы поправились. Я хо...

- Ага. Бла, бла, бла и все такое прочее, - с улыбкой проговорил я. - Я хочу знать, что ты сейчас печатал.

- Текст, - слегка заикаясь, проговорил Франц. - Просто текст.

- Франц, - обратился я к нему, - я бы тебе с легкостью поверил, но ты абсолютно не умеешь врать. И еще ты ни разу не сказал 'сэр'.

Франц молчал, чуть приоткрыв вот. Я в этот момент быстро протянул руку к клавиатуре и развернул текст.

- Сэр! - возмутился Франц.

- Ти-хо! - сказал я, вчитываясь в текст.

'Он думал, что его никто не видит, и поэтому взял артефакт в руки. Вокруг было тихо, и полумрак рассеивала только луна, в провал разрушенной крыши. Вот он, момент истины. Что случится, когда артефакт решит откликнуться на его зов? Он так долго его искал, так жаждал прикоснуться к ребристой грани чуда...'

- Сэр! Я же сказал вам, что... - снова начал Франц.

Я его грубо перебил:

- Ты пишешь книги?

- Да, - выдохнул Франц. - Но, сэр, это абсолютно не мешает моей работе. Вы...

Я расхохотался.

- Сэр?!

- Расслабься, Франц, - я утер слезы, которые появились от смеха. - Я не над тобой смеюсь. И я абсолютно не против того, что ты пишешь книги.

Франц немного расслабился.

- Тем более, в нашей жизни полно диких событий и можно писать автобиографии, как боевики. Я бы тоже, наверное, начал писать, если бы время было. Так что пиши на здоровье.

- Спасибо, сэр, - улыбнулся Франц.

- Пожалуйста, но я не для этого пришел к тебе. Ты уже в курсе, что у нас появился новый член группы. Он пока лечится...

Франц молча слушал. Я продолжил:

- Когда поправится, берешь его под свою опеку. Заодно научишь управлять кораблем. Это раз. Второе: у тебя есть знакомые, которые могут 'мимо' Империи доставить нам аппарат Е-401, убирающий шрамы?

Франц задумался.

- Была парочка, но мне нужно немного времени, чтобы договориться с ними. И деньги.

- Договорись и скажи мне сумму.

- Хорошо.

- Все, - я улыбнулся. - Сиди, пиши. Допишешь, дашь почитать?

- Конечно, сэр.

Я снова улыбнулся и вышел. Теперь в мед. блок. К Игорям...

***

Войдя в мед. блок, я увидел интересную картину.

Оба Игоря и Рейчел сидели за маленьким кругленьким столом и пили чай. Я проморгался. Почему-то это меня удивило. Значит, работа теперь так выглядит? Кажется, кто-то мне наврал...

Заметив меня, Рейчел встала.

- Здравствуйте, сэр.

Я кивнул, укоризненно глядя на Игоря.

- По какому поводу чаепитие?

Все трое синхронно пожали плечами.

- А должен быть повод? - хитро спросил меня Игорь Александрович.

Второй Игорь в это время почти неотрывно смотрел на стоящую к нему спиной Рейчел. Кажется, я догадываюсь, кто и с какой целью устроил это чаепитие.

Я обратился к Рейчел.

- Возможно, скоро у нас появится аппарат Е-401.

Рейчел просияла.

- Буду с нетерпением ждать. Этот аппарат очень облегчит нам с Игорем Александровичем работу.

- Виктор. Я знаю, что тебе делать... - раздался внезапно голос второго Игоря. Он звучал странно, как-то очень низко и глухо.

Рейчел встревожено обернулась к нему. Игорь Александрович невозмутимо продолжал пить чай. А Игорь-предсказатель смотрел на меня каким-то пустым взглядом, как будто и вовсе не видел меня, а видел что-то другое, тайное, недоступное нам.

- И что же? - осторожно спросил я, подходя ближе.

Он ответил тем же глухим монотонным голосом.

- Ты должен занять место Велеслава. У него есть подруга Марина. В конце этого года у вас должен родиться ребенок. Это твой единственный шанс. Вообще, ваши дети будут очень сильными, что и поможет тебе в достижении цели. - Неожиданно он судорожно вздохнул и замолчал. Глаза стали более осмысленными, и он растерянно обвел комнату взглядом.

- Ты видел что-нибудь еще? - спросил я.

- Вроде бы нет... - неуверенно ответил он. - Это и есть видение?

- Да, они обычно так и выглядят, - ответила ему Рэйчел. - По крайней мере, со стороны. Подробно рассказать я тебе не могу, это уже вопрос к провидцам. Но в нашем лагере ты единственный такой, - она ободряюще улыбнулась ему. - Когда-нибудь ты обязательно встретишь таких же, как ты, и они тебе все объяснят.

- Угу, - неожиданно раздался голос Игоря Александровича. - Если тебя до этого не убьют. Ну, или сам не сдохнешь.

- Игорь Александрович! - возмутилась Рэйчел.

- Да ладно тебе, я просто шучу, - улыбнулся Игорь.

Игорь-провидец растерянно моргал.

Я рассеяно слушал их, раздумывая над услышанным пророчеством. Так вот, значит, чьи это дети... Довольно неожиданно. Я думал, все будет намного легче. И быстрее. Ведь пока вырастут дети, пройдет много лет, а еще им нужно дать должное воспитание... И, наконец, мой двойник...

- А что мне делать с Велеславом? - задал я вопрос, скорее, в пустоту, чем кому-либо.

- Можешь его убить, можешь выкинуть в другой мир, можешь просто стереть память, можешь стереть память и отправить в другой мир. В общем, фантазируй, - сказал мне Игорь Александрович, мирно отхлебывая чай из чашки.

Я ощетинился в улыбке.

- Спасибо, Игорь Александрович, за предложенные вами варианты.

Игорь еще раз отпил чаю и с милейшей улыбкой ответил:

- Обращайтесь, Виктор Александрович, обращайтесь. Всегда рад вам услужить.

Наступила тишина. Все, как ни в чем не бывало, продолжили пить чай, а я размышлял. Цель мне ясна, но вот что же все-таки делать с Велеславом?

Неожиданно мне в голову пришла одна мысль. Сэлл говорила, что Крис на Б-16 по заданию Империи. Там начали пропадать люди. Дыра между мирами... Нужно ее найти и проверить, куда она ведет, если что, туда и отправлю Велеслава. Убивать его не хочу, это будет еще одна бессмысленная лишняя смерть. Но и не отправлять же его на обычные имперские планеты - еще примут за меня, милосердней самому убить.

Я кивнул сам себе. Потом обратился к своему провидцу-стихийнику.

- Спасибо за информацию.

- Пожалуйста, - сказал он уставшим голосом. Видимо, первый раз дался ему нелегко. - Надеюсь, научусь контролировать предсказания.

- Научишься, - ответил я. - Все, я пошел.

- До свиданья, сэр, - с улыбкой сказала мне Рейчел.

Кивнув им, я вышел.

***

Дойдя до своей палатки, я сел за ноутбук. Надо хотя бы примерно знать, в какой части Б-16 может находиться эта дыра. То есть нужно узнать, где за последние полгода пропало большее количество народу.

Заварив себе кофе, я занялся поиском...

Часа через четыре у меня была вся информация, которую я смог собрать. Все. Теперь надо спать. Потом, с утра, решу, когда ехать на Б-16.

Уснул я быстро. Ночью меня разбудил Игорь. Я проморгался.

- Что случилось? - спросил я.

Игорь Александрович молча смотрел на меня с какой-то задумчивой нежностью. Я улыбнулся.

- К чему улыбка? - спросил меня Игорь.

- Да так, второй раз вижу тебя ночью, и второй раз у тебя светятся глаза. Может, это все же радиация? - я снова улыбнулся.

Игорь фыркнул и лег рядом на живот.

- Дурак ты, и не лечишься.

- Ну, значит, ты плохо стараешься, ты же у нас медик, - язвительно сказал я.

- И как же я, по-твоему, должен тебя лечить от дурости? - фыркнул он.

- Думаю, пары инъекций эндорфина каждую ночь будет вполне достаточно, - я с усмешкой хлопнул его по заднице.

Лицо Игоря приобрело профессиональное выражение.

- Лечить будут вас, Виктор Александрович, так что инъекции тоже вам, - голос его был абсолютно серьезным.

Я не выдержал и расхохотался. Игорь слегка улыбнулся. Отсмеявшись, я обнял его. В палатке воцарилась тишина. Ее нарушало только наше дыхание. А дышали мы, оказывается, синхронно.

- Знаешь, - через некоторое время нарушил молчание Игорь.

- Что? - я проморгался, стряхивая с себя дремоту.

- Я много думал перед тем, как вернуться... - он замолчал.

Я ждал. Через минуту Игорь продолжил:

- Очень много... Не хотел вспоминать тот случай, убеждал себя, что это была минутная слабость, но все равно против воли вспоминал, часто думал о тебе. Даже злился на тебя за это, - он усмехнулся. - Жена постоянно спрашивала, что со мной. А потом я решил. Решил, что ты без меня пропадешь.

Я не смог сдержать улыбки - какая наивность, ведь на свете все заменяемо. И даже Игорь не исключение. Просто на его место пришел бы кто-то другой, он ведь не последний медик в мире... Но, конечно, говорить это вслух я не стал. Не хотелось его обижать.

- И еще я понял, что по-другому просто не смог бы поступить, сказал он серьезно.

- Почему? - спросил я.

- Ты говоришь, что наша цель близка, но я точно знаю, что чем ближе финиш, тем труднее до него дойти. И чем больше будет у тебя сподвижников, тем легче будет достичь цели.

- Возможно, - этого я не мог отрицать.

Игорь протянул руку и поправил прядь моих волос, выбившуюся из хвоста. Взгляд его теплых карих глаз словно согревал меня. Потом Игорь обнял меня и вновь спросил:

- Ты скоро уйдешь?

- Да. Впрочем, как и обычно.

- Но ты же вернешься? - голос Игоря чуть дрогнул.

- Да. Надеюсь. Не переживай. Я же как бумеранг - от меня сложно избавиться, - я улыбнулся.

- Глупая шутка, - буркнул Игорь куда-то мне в плечо.

И снова тишина.

- Игорь, - позвал я его.

- Ммм?

- У меня к тебе будет задание. Тяжелое.

Он посмотрел на меня.

- Какое?

- Ты должен будешь создать, точнее, усовершенствовать, одно ядовитое вещество, ну или вирус, а заодно найти противоядие от него. Тьфу, блин, - выругался я. - Ну, в общем, ты меня понял?

- Не совсем, но понял.

- Ничего, по ходу дела поймешь, что от тебя требуется. В начале я дам тебе совсем мало этого вещества. И ты...

- И я должен его размножить, - закончил за меня Игорь.

- Да, но и про противоядие не забудь. Пока его нет.

- Ясно. Когда приступать? - тон Игоря уже стал совсем деловым. - Только одна просьба.

- Какая? - я слегка удивился.

- Расскажи мне, зачем тебе это?

Я вздохнул. Ну вот...

- Сделаешь, потом скажу.

- Ладно. Подопытные? - он сел на кровати, продолжая внимательно смотреть на меня.

Все. Игорь окончательно стал тем Игорем, у которого в голове одни вирусы, пробирки, опыты и прочее.

- Игорь, мы где сейчас находимся?

- На Д-46, а что? - озадачился Игорь.

- Ну иии?.. - подсказал я.

- Что 'и'?

- Д-46. Тюрьма. Подопытные.

Игорь хлопнул себя по лбу. Я поморщился. От этого хлопка даже у меня голова заболела.

- Точно! - крикнул он. - Я дурак. Отловлю самых 'хороших' и буду над ними ставить опыты. Как ты думаешь? - глаза Игоря снова заблестели, но на этот раз блеск был фанатичным.

Я покачал головой. Маньяк. И как это в нем сочетается в докторской добротой? Хотя медицина может как исцелять, так и убивать...

- Или лучше, - продолжил Игорь, - найти смертельно больных и пообещать им лечение. Если выживут, то вылечу.

Он снова посмотрел на меня.

- Не знаю. Бери и тех, и других. Только количество смертей - к минимуму. Хорошо?

Игорь кивнул.

- Все. Жду вирус, - вздохнул я. - А сейчас спать.

Игорь снова лег, обнял меня и еще с полчаса о чем-то мечтательно вздыхал. Только потом уснул.

А я еще долгое время лежал, глядя в потолок. И все же Империя права. Я чудовище...

ГЛАВА 12. Двойники, двойники...

Д-46.

2073 год от создания Империи.

Проснувшись, я позвонил Сэлл. Игорь к тому времени уже ушел.

- Да.

Она выглядела уставшей.

- Как лечение?

Сэлл пожала плечами.

- Операции, обследования, затем снова операции и опять обследования. Надоело, хочу проветриться.

- Могу дать тебе такую возможность.

- В смысле? - Сэлл подобралась.

- Мне нужна твоя помощь. Ты должна ненадолго вернуться в Империю, на А1. Далее влезь в центральный компьютер. Это ты сможешь. И узнай, куда дели кровь Дэниэла Варта, - Тогда, после его смерти, часть его крови сохранили для последующего изучения, так как она была заражена неизвестным ядом. Насколько я знал из докладов разведки, ее до сих пор почти не изучали, у имперских исследователей до нее руки не дошли. - Потом достань мне ее и приходи в лагерь.

По мере моего 'рассказа' лицо Сэлл все больше и больше вытягивалось от удивления, и, когда я закончил, она спросила:

- Зачем все это?

- Сделай, вернись в лагерь, дождись меня, и я все объясню. Ты сможешь это сделать?

- Да, но с трупами. Двумя или тремя.

- Мне без разницы. Главное, сделай это и возвращайся.

- Ясно, сэр, - отчеканила Сэлл. Потом добавила: - Придется прервать лечение...

- Я разберусь с этим. Все. Собирайся.

Она кивнула.

- Сэлл...

- Что?

- Я тебя очень люблю, - искренне сказал я. А на душе скребли кошки. Из-за меня она не может иметь детей, а я еще и лечению мешаю. Но никто, кроме нее, не справится с этим. У нее много лазеек. И это нужно сейчас. Медлить нельзя.

- Я тебя тоже люблю, - она улыбнулась и отключилась.

- Ты любишь чудовище, - прошептал я и связался с Леоном.

Леон понятливый, и мы быстро договорились. Даже лечение прерывать не пришлось. Просто он даст Сэлл лекарства, которые она будет пить, и все. А операции немного подождут.

Разобравшись с Леоном, я встал с кровати. Потом сходил в душ.

Так. Теперь на Б-16. Когда Сэлл справится, она меня найдет.

Я связался с Игорем и сообщил, что ухожу.

- Можно с тобой? - неожиданно выпалил Игорь.

Я в растерянности пожал плечами.

- Хорошо. Уже иду, - он истолковал это по-своему и отключился.

Что это с ним?

Через две минуты он был у меня в палатке. Одетый в более подходящую для Б-16 одежду. Я к тому времени тоже успел переодеться.

Мы отправились...

Б-16. Земля.

2073 год от создания Империи.

Б-16. Как обычно, выхлопные газы, вонь, ругань, отчаяние. Мне захотелось приобрести респиратор. Игорь тоже поморщился.

- Ну и местечко. Бывает, конечно, хуже, но реже.

Я кивнул, соглашаясь.

- Надеюсь, мы здесь долго не задержимся, - пробурчал Игорь.

- Сколько надо, столько и задержимся, - бросил я сухо.

Игорь вздохнул.

- Знаю, знаю. Пошли.

Мы пошли к оживленному перекрестку, потом сели на автобус и поехали. По моим расчетам дыра должна находиться на юго-западе города. Среди домов под снос. Возможно, в одном из них.

Ехали молча. Игорь смотрел на пассажиров, я в окно. Водитель замученным и немного охрипшим голосом объявлял остановки. Был час пик. И люди, толкаясь и что-то ворча себе под нос, лезли в автобус, как будто он резиновый. Но, оказавшись вне автобуса, радостно вдыхали загрязненный воздух и были почти счастливы, только от того, что выбрались из 'маленького передвижного ада'. Как же мало им надо для счастья. Не то, что мне...

Я смотрел в окно. Мимо мелькали дома, люди, собаки. Какой-то человек опаздывал на работу и, опасливо озираясь по сторонам в поисках гаишника, перебегал на красный свет. Водители, сжигая резину, давили по тормозам и, высовываясь в окно машины, дико матерились. А человек на другой стороне, весело махнув рукой, побежал дальше.

Как-нибудь он не успеет. Или водитель не успеет надавить на педаль тормоза.

Жизнь жителей Б-16 очень коротка. В этом виновата и экология, и продукты питания. Но, в основном, их поведение. Возникает ощущение, что они специально укорачивают и без того короткую жизнь. К счастью, в Империи все, почти все, запрещено. Никому из имперцев и в голову не придет перебегать дорогу, как бы он ни торопился. В Империи куча недостатков, но живут там долго. Если не умирают на войнах или не балуются суицидом...

- Эй, Вик! Приехали. Конечная. - Игорь прикоснулся к моей руке.

Я проморгался. Опять задумался.

Мы вышли.

Окраина города. Старые дома под снос. Сгнившие заборы. Где-то лаяли собаки. Мусор и прочие прелести...

- И куда теперь? - спросил Игорь.

Я пожал плечами.

- Здесь около тридцати домов. Можем начать с любого. Все равно никуда не уйдем, пока не найдем эту дыру.

Игорь горестно вздохнул. А я почему-то сказал:

- Слушай, Игорь, не надо так горестно вздыхать. Тебя сюда никто не звал! Ясно?!

Игорь от такой нападки слегка стушевался. Я отвернулся и материализовал себе сигареты. Чертова Б-16! Нервы сдают.

Мне на плечо легла рука.

- Не надо...

Игорь забрал у меня сигареты и испепелил в воздухе. Я обернулся.

Он смотрел на меня с беспокойством и заботой. К счастью, не врачебной. Я глубоко вдохнул и задержал дыхание. Досчитав до семидесяти - выдохнул.

- Легче? - это опять Игорь.

- Немного. Легкая асфиксия всегда прочищает мозг, убирая лишние эмоции и мысли.

- Ага, - кивнул Игорь. - Главное, не перестарайся.

- К чему такая забота? - съязвил я.

- Я не о тебе забочусь. О себе. Я ведь не некрофил, а бросать тебя не буду, вот и волнуюсь.

Все это было сказано с таким серьезным видом, что я расхохотался.

- Ладно, - отдышавшись, сказал я. - Пошли искать.

***

Искали мы пять дней. Ночевали там же, выставив защитный и отпугивающий щит, чтобы 'местные жители' не беспокоили. Изредка Игорь телепортировал сюда что-нибудь съедобное, и мы ели. Потом опять брались за поиски.

И вот нашли. Двухэтажный дом на самой окраине. Дыра находилась посередине лестницы, ведущей на второй этаж. Теперь осталось выяснить, куда ведет эта 'дыра'. А вот тут нас ждала загадка.

Проход был. Я его даже мог увидеть, если стоял близко. Но попасть туда не мог. Обычно создание телепортируется, даже слегка задев такую 'дыру'. А здесь - нет. Я и ходил сквозь нее, и прыгал, и что только не делал. Как же туда попадали люди?

Вечером шестого дня мы с Игорем сидели на лестнице наверху и оба дружно курили! В голову уже ничего не приходило.

Игорь затянулся и выпустил кольцо дыма мне в лицо. Я поморщился.

- Хватит думать. Мозг взорвется, - он улыбнулся. - Дай ему передышку.

- Жиром заплывет, - огрызнулся я. Хотя мозг действительно хотел взорваться. Голова болела дико. Да и Сэлл не выходила на связь. Я нервничал.

Докурив, я испепелил сигарету. Потом положил пальцы на виски и помассировал. Думай, думай, думай. Ты должен найти выход. Ты его всегда находил. И этот раз не исключение. Тем более, задачка простая. Найти 'ключ'. Но какой?

Игорь встал и, уничтожив сигарету, положил руки на мой лоб. Они у него были прохладные. Я застонал, прикрыв глаза. Боль уходила. Игорь хмыкнул. Я уловил его движение, и в следующий миг почувствовал поцелуй.

Я ответил. Голова почти перестала болеть. Видимо, он применил свои способности. Целитель... Я улыбнулся. Игорь чуть отодвинулся. Потом сел рядом.

- Спасибо, - вздохнул я.

- Не за что. Мне даже было приятно, - он улыбался.

- Ах ты... - я толкнул его локтем в бок.

Игорь рассмеялся.

- Вик, ты обижаешься на шутки, как маленький.

- А ты не шути.

- Ладно, ладно. - Игорь примирительно поднял руки.

У меня запищал ЛК, я быстро нажал кнопку ответа. Это была Сэлл.

- Приказ выполнен. Кровь у меня, я в лагере. В Империи мое появление не было замечено. Убито три создания, - сдержанно отрапортовала Сэлл.

Я вздохнул с облегчением.

- Сама как?

- В порядке, сэр, - тем же тоном ответила она.

- Сэлл...

- Не волнуйся, Вик. Все хорошо. Лекарства пью, ем по расписанию, - сказала она уже более мягко и улыбнулась. - Я соскучилась. Жду в лагере.

Я кивнул.

- Буду максимум через два дня.

- Хорошо. Пока.

Она отключилась.

- Видишь, - сказал мне Игорь, - с ней все в порядке. Цвет лица здоровый, взгляд не замутнен, речь ровная.

Я улыбнулся.

- Одной головной болью меньше.

- А теперь надо решать проблему с дырой. А то ты весь на нервах. Эмоциональный слишком, - Игорь рассмеялся.

У меня в голове что-то щелкнуло. Точно, эмоции! То, ради чего мы восстали. Оно нужно и здесь, это ключ.

- Игорь, ты гений! - крикнул я, обнимая его.

- Эээ... спасибо, конечно, но чем заслужил?

- Эмоции!

Игорь покрутил пальцем у виска и сделал скорбное лицо.

- Ты перенапрягся, - он протянул руку, чтобы пощупать мой лоб.

- Нет, - отмахнулся я. - Мы испробовали почти все способы, чтобы попасть туда. И бегали, и прыгали, и с закрытыми глазами шли. Ничего! А вдруг чтобы туда попасть, нужна какая-то эмоция или чувство. Так ведь бывает изредка, помнишь классификацию произвольных порталов?

- Хм. - Игорь задумался. - Возможно, возможно.

Потом он посмотрел на меня.

- Вик, можешь на минутку встать.

Я удивился, но встал.

- Да, а что...

Договорить я не смог. Игорь со всей силы толкнул меня, и я полетел с лестницы. Сердце рефлекторно сдавил приступ страха.

Но я не упал. Точнее, упал, но на землю, не на ступени. Над головой светило солнце, заставляя жмуриться. Я приподнялся. Сухая растрескавшаяся земля, редкая пожелтевшая трава, метрах в двадцати от меня виднелись бараки, их было довольно много, наверное, поселок. Там же ходили люди. Кто-то увидел меня и подошел.

- О, еще один. Ха! Летуны, блин. За...ли падать. - Голос был грубый и охрипший.

- Я... - хотел я что-то сказать, но опять не успел.

Рядом упал Игорь.

- Да что ж за... - снова что-то начал мужик и сделал еще один шаг к нам.

Я, недолго думая, парализовал его. Потом разберусь. Игорь встал, отряхнулся, потом посмотрел на меня:

- Вот и нашли...

Д-48.

2073 год от создания Империи.

Я накинул на нас невидимость, и на мужика тоже. Потом снял с него паралич и спросил:

- Где мы?

Мужик расхохотался.

- Эх, все вы, летуны, одно спрашиваете. Д-48. У черта в заднице, вот мы где.

- Ясно. Вопрос второй. Сколько 'летунов' здесь было до нас?

- Я че, считал?! Мне оно надо?! - ответил мужик. - Здесь работать надо, чтобы с голоду не сдохнуть. Так что не считал я их. Так, попадались иногда.

- И вопрос третий: кто здесь главный?

Я, естественно, имел в виду не имперцев.

- Главный тебе нужен? - мужик хмыкнул. - Ну давай, провожу. А то вы ведь пол-лагеря разнесете, если откажусь? Вы же явно сами из Империи? Инспекция какая, что ли?

- Именно, - добродушно подтвердил я.

Лагерь я разносить не собирался, но если ему так удобно, то пусть думает.

'Вик, зачем тебе их главарь?' - мысленно спросил меня Игорь.

'Подготовлю новое место жительства для своего двойника с Б-16'.

'Здесь?! Ну, ты добр'.

'А как же. По крайней мере, я его не убью'.

- Меня звать Гвоздь, - представился мужик, с опаской и любопытством одновременно разглядывая нас.

- Поздравляю, - хмыкнул Игорь, подходя и хлопая его по плечу. - Ну, давай, веди, пока тебя куда-нибудь не вбили.

Гвоздь испуганно посмотрел на него и зашагал впереди нас. Невидимость я пока снимать не стал. Мало ли. Так безопасней. Я следил за Гвоздем, а Игорь шел сзади, засунув руки в карманы штанов. Можно подумать, на прогулке... Но на самом деле, я постоянно получал от него мыслеобразы. Что и где находится в этом лагере. Где еда, оружие (а такое тут имелось), и прочее.

Через семь минут мы дошли до небольшого одноэтажного здания, стоявшего чуть поодаль от остальных бараков. Наверное, это и есть 'хата' их главного.

- Прибыли, - сказал Гвоздь. - О вас доложить?

- Сами как-нибудь, - хмыкнул Игорь. - Ты иди вперед.

Мы зашли в здание, и я снял невидимость, но зато сразу поставил просто щит. Чтобы ненароком не убили.

В центре комнаты стоял стол. По бокам охрана. А за столом сидела довольно красивая девушка в камуфляже. Волосы собраны в хвост, взгляд жесткий, но словно слегка уставший. Бледное лицо, выглядело изможденным, что впрочем, только добавляло ей красоты.

'Красивая...' - мысленно послал мне Игорь.

Я ответил:

'Ты бываешь невыносим'.

'Да я вообще ненормальный, когда не в халате', - Игорь мысленно рассмеялся.

Я вздохнул.

- Гвоздь, у нас гости? - тихим, но ледяным голосом спросила девушка.

Гвоздь вжал голову в плечи.

- Да. Они вас искали. Ну, я и, того, этого, ну решил, в общем, чтобы они лагерь не разнесли, я их сюда и привел.

Девушка закусила губу. Хм, значит, она главарь. Забавно.

- Гвоздь, пшел вон отсюда! - голос девушки слегка повысился. Она явно с характером.

Гвоздь пулей вылетел из палатки. Девушка обратилась к нам.

- Кто вы? Откуда пришли и с какой целью? - голос ее был все так же спокоен.

Я мысленно улыбнулся и поклонился этой железной леди.

Ее глаза слегка расширились. Кажется, мне удалось ее удивить.

- Мы жители Империи, но так же, как и вы, не в ладах с ней. Пришли с Б-16. Там дыра, которая ведет к вам...

Она кивнула. Мол, знаю. Я продолжил.

- Но мы попали сюда не случайно. Нам нужно с вами поговорить.

- О чем? И почему я должна с вами разговаривать? Не легче ли убить? - она слегка улыбнулась. Улыбка была такой же холодной, как и голос.

Я отрицательно покачал головой.

- Нет, не легче. Вы не сможете. Во-первых, на вас ограничители, как и на всех заключенных, во-вторых, я один сильнее вас всех, даже без ограничителей. Тем более, со мной еще и друг.

Она медленно, словно через силу, кивнула.

- Я слушаю. О чем вы хотите поговорить?

- Мы не первые, кто попадает сюда через дыру?

- Да. Вы не первые. Всех до вас мы отправляли к границе. К имперцам. Нам лишние рты и смерти ни к чему.

- Хорошо. У меня к вам предложение.

Она приподняла брови.

- Я скоро выброшу сюда одного человека. Подержите его здесь лет десять. Но не убивайте. Просто пусть живет. Сделайте фальш-браслет, а Имперцы вряд ли всех в лицо помнят.

- И что взамен?

А вот дать мне ей нечего.

- Ничего. Я вас убивать не буду. Подойдет?

'Даа... - мысленно протянул Игорь. - Ну, ты и дипломат'.

Девушка молчала. Как будто обдумывала мое предложение. Я чувствовал, что она умна. Иначе она бы здесь не сидела, а лежала бы под кем-нибудь. Она должна догадываться, что мы опасны. Согласись. Пожалуйста, согласись...

- Нет, - ее голос резанул мне слух, как ножом по стеклу. Аж зубы свело. Девочка... ну зачем?

- Убейте их, - этот приказ она отдала таким же спокойным тоном, как и во время нашего разговора.

Нас с Игорем стали медленно окружать. Ошибка.

- Игорь. Щит. Чтобы Империя не унюхала, - быстро сказал я ему.

Он кивнул и через секунду палатку окружил барьер, не пропускающий звуки и никого не впускающий. А еще он прекрасно гасил отголоски моей Силы. Империя меня не почувствует. Правда, Игорь ничего, кроме этого щита, сделать не сможет. Ну, ничего, я сам справлюсь.

Первых двух я уложил параличом. Остальных просто усыпил. Полминуты. Все.

Девушка, сидевшая за столом, не шелохнулась. Потом медленно подняла руки и поаплодировала.

- Может, передумаете? - спросил я, направляясь к ней.

- Нет, - от голоса повеяло Арктикой с Б-16. Холодное местечко.

Я приблизился и, перегнувшись через стол, заглянул ей в глаза. Голубые, такого красивого яркого оттенка. Она не шелохнулась.

- Зачем тебе это? Ты же знаешь - я сильнее, - спросил я ее.

- Не хочу жить... Убей! - почти выкрикнула она мне в лицо.

- Нет, - сухо ответил я. - Ты будешь жить. И сделаешь то, что я хочу.

- Убей, - снова попросила она. - Все равно не выйду отсюда.

- Может, и выйдешь. А может, и умрешь. Потом. Сейчас ты мне нужна, - голос мой стал более жестким.

- Я ничего не буду делать.

- Будешь. Все, что я прикажу. На протяжении десяти лет, - я разозлился на эту глупую девчонку. Дура! Умереть захотела! Ага!

Она хотела сказать что-то еще, но я просто 'вломился' ей в мозг...

***

Через час все было сделано, и мы с Игорем шли прочь от лагеря. За ним простиралась пустыня. Я хорошо почистил мозг всем свидетелям и участникам нашего разговора. Потом внушил, что мы договорились, и теперь я могу спокойно отправлять сюда Велеслава. О нем позаботятся...

Шли молча. Просто шли. Я знал, что Игорю не понравился мой поступок. Мне самому от него тошно. Но это было нужно.

Молчание затягивалось. Я не выдержал первым.

- Да, я тварь, а для кого-то это было секретом?

- Нет, - спокойно ответил Игорь.

Меня это взбесило, я даже не понял, почему. Я остановился. Захотелось избить Игоря. До потери сознания...

Я схватился руками за голову. Боги, я становлюсь похожим на Дэниэла! Из груди вырвался тихий стон.

- Что, демоны мучают? - язвительно спросил Игорь, подходя ко мне.

- Уйди! - почти взвыл я. Ударить, ударить, ударить! Чтобы замолчал. Но он продолжал:

- Перестань, Вик. Сколько можно? Ну, взломал мозг десятку человек, ну, использовал их. И что? Сопли теперь на кулак мотать будешь?! А?! - мне показалось, что с языка у Игоря капает яд.

Я его ударил.

Но он ожидал этого и легко увернулся. Потом сделал мне подсечку и уронил лицом в песок.

Я попытался перевернуться и завел руки за спину. Но бесполезно. Игорь, сев сверху, удерживал меня. Дышать я не мог. Дергался, выплескивая всю свою злобу и агрессию. Что-то даже пытался орать. Потом удушье взяло свое, и я замер. Сознание таяло.

Игорь резко перевернул меня и посадил. Глубокий вдох, и песок в легкие. Я закашлялся. Игорь бережно придерживал меня, пока я приходил в адекватное состояние.

- Полегчало? - заботливый, врачебный, голос Игоря. Он ласково обнял меня.

- Да, - выдохнул я. - Только больше так не делай.

- А ты не заставляй! - крикнул Игорь. - Прекрати заниматься х...ней. Как дебил какой-то! Разбил мамину вазу и потом тридцать лет убивался! - Игорь кричал, но продолжал крепко обнимать меня. - Все, хватит. Иди до конца, не жалея никого и ничего! Ты ступил на этот путь, и обратно уже поздно!

Я просто слушал его.

- Убей всех, если надо. Убей меня, Сэлл. И не смей жалеть! У тебя нет такого права. Скольких бы ты ни убил, спасешь больше! - голос Игоря стихал. - И плевать, кто и что о тебе говорит.

Он развернул меня лицом к себе и, посмотрев в глаза, сказал:

- Мне плевать... и Сэлл тоже... Понимаешь?

Я молчал. Игорь встал, потом, вцепившись мне в плечи, заставил и меня встать.

- Ты хоть понимаешь, насколько ты нам дорог? - шепотом спросил он.

- Видимо, нет, раз заставляю вас так переживать, - ответил я ему так же тихо.

Палило солнце. Здесь не росли даже кактусы. Кое-где в этой пустыне встречались голые человеческие кости, отполированные ветром и песком до белизны... Посреди всего этого стояли мы. Игорь держал меня за плечи. А я стоял, опустив голову, и думал. Я ведь и вправду не знаю, насколько и кому я важен. В теории я знаю... но чувствовал ли когда-нибудь?..

- Все. Хватит, - долетело до меня.

Игорь порывисто обнял меня.

- Хватит, - снова выдохнул он.

Действительно. Хватит.

Я тоже обнял его. Хватит думать, кто что чувствует. Я готов убить за них, они за меня. Мы любим друг друга, это - главное. Остальное - чушь.

У меня запикал ЛК. Я ответил.

- Вик, тебе там еще долго? - это была Сэлл. - Просто я обещала вернуться пораньше, по возможности, конечно. А перед уходом хочу тебя увидеть.

- Скоро буду, - ответил я.

Сэлл кивнула и отключилась.

Игорь попытался отодвинуться от меня. Я его удержал.

- Нам пора, - сказал он. - Отпусти меня.

- Угу. Скоро пойдем, - с улыбкой сказал я и поцеловал его.

Игорь был немного ошарашен. Я крепко прижал его к себе. Кажется, у меня появилось еще одно дорогое существо...

Игорь снова попытался отодвинуться. На этот раз я просто повалил его на песок и сел сверху.

- Что ты сейчас делаешь? - четко и раздельно спросил меня Игорь.

Я улыбнулся и стал расстегивать его рубашку.

- Я? Разве не видно? Расстегиваю твою рубашку.

Игорь опешил. Что, не ожидал поменяться местами? Моя улыбка стала еще шире.

- Зачем?

Ну вот, прямо по сценарию. Но на этот вопрос я ответил встречным вопросом:

- Ты когда-нибудь занимался любовью в пустыне?

- Что?! - возмущенно выкрикнул Игорь.

Я заткнул ему рот поцелуем. Потом, оторвавшись от него, прошептал:

- Ну вот, будет что детям рассказать.

Игорь отрицательно покачал головой.

- Не надо. Пошли лучше. Сэлл ждет.

- Угу, - с улыбкой ответил я. Мои руки тем временем с успехом снимали с него штаны.

Игорь сдавленно застонал, словно сдаваясь.

- Вик, - позвал он меня чуть хриплым голосом.

- Мммм? - я был слишком занят, чтобы ему отвечать.

- Ты садист, - выдохнул он.

- Угу.

***

Теперь Игорю точно будет, что рассказать детям...

Я улыбнулся и встал с песка. Игорь уже одевался и просто бросил мне через плечо:

- Этого я детям рассказывать не буду.

Я рассмеялся.

- А я-то надеялся, книгу издашь. 'Камасутра от Виктора. Самые неожиданные места и позы'.

- Вик, не льсти себе, - огрызнулся Игорь. - И вообще, на песке лежать неудобно. Забивается везде, где можно, особенно, там, где нельзя. Благодаря тебе, - язвительно уточнил он.

Я громко рассмеялся.

- Ну, ничего, вымоешься.

Игорь зло посмотрел на меня, но промолчал.

Мы уже были оба одеты, и я искал место будущей дыры, то есть самое тонкое место между мирами. Я его порву, и мы выйдем отсюда. Ну не идти же на границу к имперцам, в то единственное место, где работают телепорты. А так, Игорь накинет купол, а я выпущу Силу 'погулять'.

- Ставь щит, - сказал я Игорю.

Тот поставил. Теперь никто не заметит всплеска моей силы. Я начал рвать 'материю'.

- И вообще. - Это я. - У тебя, по-моему, до меня опыта не было. Может, я и впрямь 'Бог', - я улыбнулся.

Игорь фыркнул.

- Чтобы я признал тебя Богом в этом деле, тебе очень нужно постараться.

- Прибудем в лагерь, займусь.

- Упс, что-то я лишнего взболтнул, - спохватился Игорь.

Я расхохотался и последним рывком дорвал 'материю'. Все, можно отправляться. Попытаемся попасть сразу в лагерь, но такие временные порталы нестабильны, куда он нас приведет, не знаю. Там сориентируемся, если что.

Но на этот раз нам очень повезло, и мы телепортировались сразу в наш лагерь.

Эпилог. Другая женщина

Д-46.

2073 год от создания Империи.

Сэлл в лагере не оказалось. Как только я телепортировался на Д-46, у меня запикал ЛК, это был Леон.

- Слушай. Прости, что забрал Сэлл, но она мне срочно нужна. Зато, может, увидишь ее раньше, чем через полгода.

- Ясно. Отбой, - говорить с ним мне не особо хотелось, и я отключился.

Через три минуты позвонила Сэлл.

- Сама не смогла сообщить, была на процедурах.

Я улыбнулся.

- Лечись, лечись.

- Кровь у тебя в тумбочке. Ой, прости, - она обернулась и крикнула кому-то: - Иду, - потом опять мне: - Все, мне пора.

Я улыбнулся. Она выглядела более живой, чем обычно. Это не могло не радовать.

- Знаешь, - неуверенно начала она.

- Что?

- Леон - волшебник. Он смог меня убедить в том, что у нас с тобой будут дети. Он просто чудо. А еще с ним так интересно разговаривать, давно таких не встречала.

Она улыбалась так открыто, когда говорила о Леоне. Это почему-то больно резануло меня по сердцу. Но я невозмутимо ответил.

- Я рад. Ты еще любовника заведи, - а вот последнее вырвалось непроизвольно.

Сэлл нахмурилась.

- Вик? Ты что, ревнуешь?

- Нет! - слишком торопливо ответил я.

Сэлл улыбнулась.

- Дурак ты. Я тебя люблю, и никто мне больше не нужен.

- Да, я дурак. Я тебя очень люблю. Помни, пожалуйста, об этом.

- Хорошо. Все. Постараюсь скоро приехать.

Я кивнул. Она отключилась. Я не знаю, как сказать ей про детей, которые должны у меня родиться, но не от нее. От другой женщины...

Из раздумий меня вывел Игорь.

- Вирус.

Ах да. Я прошел к тумбочке и достал оттуда маленькую темную баночку, миллилитров тридцать, не больше. Вот она, оставшаяся часть Дэниэла. Почему-то сейчас это не вызвало никаких душевных волнений во мне...

Я развернулся и протянул баночку Игорю. Тот взял ее.

- Вот. Все, что есть. Вычлени оттуда яд и найди противоядие. Подопытных бери, откуда угодно. Но только тех, о ком потом не будут плакать.

Игорь кивнул и посмотрел на баночку.

- Чья это кровь?

- Не имеет значения.

Игорь пожал плечами.

- Как скажешь. Я пойду, займусь. Если что, то я в лаборатории.

- Иди.

Он вышел. Я немного посидел и мысленно вызвал к себе Франца. Тот появился у меня в палатке через две минуты.

- Звали, сэр?

- Да. Проходи, присаживайся.

Франц удивленно заморгал. Я редко предлагаю присесть подчиненным. Но все же он присел на стул.

- Как продвигаются дела с Е-401? - задал я вопрос.

- Я нашел тех, кто может его достать. Но это только месяца через три.

- Сумма?

- Два миллиона кредитов.

Хм. Недешево, на такие деньги можно купить небольшой галактический корабль. Ну ладно, торговаться нет ни времени, ни желания.

- Хорошо. Я их переведу к тебе на счет. А ты потом сам с ними разберешься. Не хочу тратить на это время.

- Ясно, сэр.

- Еще сейчас ты мне поможешь.

- Чем? - чуть удивленно осведомился Франц.

- У меня есть двойник на Б-16. Найди про него ВСЕ, до самых мелочей. Ясно? - я внимательно посмотрел на него.

- Ясно, сэр. Когда приступать и сколько времени дается на выполнение задания?

- Приступишь сейчас. Время - максимум месяц. Я тоже буду искать. Начнем вместе, а направления поиска разделим потом.

- Ясно, сэр. Разрешите идти?

- Иди.

Франц встал со стула, отдал мне честь и ушел. Я сел на то место, где сидел он и притянул к себе ноутбук. Мне тоже надо искать. Времени слишком мало...

***

Прошло три недели. За это время мы с Францем собрали довольно много информации о Велеславе. Теперь я знал, что он:

- работает в МУРе следователем. Я даже побывал у него на работе. Естественно, в его отсутствие. Разницы между нами не заметили;

- у него есть брат - Валериан. Подрабатывает курьером у Велеслава. Валериан занимается теннисом. Работает много;

- у него есть невеста - Марина. Как раз она мне и нужна. Марина терпеливая, любящая Велеслава, женщина. Когда я ее увидел, был дико удивлен, так как она являлась точной копией той девушки с Д-48, куда я собираюсь отправить Велеслава. Если он сможет найти общий язык с той 'Мариной', то, может, там и приживется;

- Велеславу 25 лет, Марине - 24, Валериану - 17;

- у них погибли родители в автокатастрофе. Это случилось, когда Велеславу было двадцать (к тому времени он уже жил с Мариной, и они собирались пожениться, но так до сих пор и не поженились), а Валериану двенадцать;

- после смерти родителей Велеслав ушел в работу окончательно. Даже забыл жениться. Все деньги уходили на квартиру и обеспечение брата;

- у них есть бабушка. Появляется временами где-то раз в полгода. И, в основном, к младшему. Ибо Велеслав вечно в работе. Он вообще немного фанатичен. Иногда зарабатывается до такой степени, что забывает поесть. Его кормит либо невеста, либо брат. А отвечает он им одинаково: 'Спасибо, Марина';

- и еще много-много разных мелких фактов. Манеры, привычки, жесты, фразы, выражения лица...

Мне повезло, потому что последним его делом было дело о пропаже людей. Тех самых, которые падали через дыру на Д-48. Поэтому мне не составит особого труда отправить его туда же. Воспользуюсь его фанатизмом и желанием найти виновных. Заманю его в дом, а там... ну, скину с лестницы. Очень надеюсь, что он испугается, тогда у меня проблем будет меньше. А то ведь начнет рыть, что да как... Хотя, думаю, с ним потом можно будет договориться. Но это потом.

Вжиться в его образ легко. Вот только времени мало, чтобы все было сделано на 100%. Мне нужно в течение двух недель занять его место и сделать детей Марине. Хотя, думаю, сделать детей можно и раньше. Только его все равно придется убрать.

И еще меня немного беспокоил его брат Валериан. Он слишком... не знаю... подозрительный, что ли. У него очень цепкий ум... Ну ничего. У меня нет времени на ювелирную работу. Если будет мешать - убью. Хотя жалко, конечно. Парнишка талантливый...

Все. Теперь буду потихоньку начинать общаться с ближайшим окружением Велеслава. Мариной и прочими. Его уберу в самый последний момент.

За эти три недели я спал четыре раза. Постоянно сидел на энергетиках. В итоге Игорь подсыпал мне снотворное в энергетик. Я отключился тут же...

***

Очнулся я в кровати. Рядом, с ангельским выражением лица, спал Игорь. Скотинка... Я ему сейчас устрою... Я склонился к его уху, но потом передумал и для начала сковал его парализацией. Оставив 'свободной' голову.

Игорь резко распахнул глаза. Я его тут же поцеловал.

'Ты что творишь, извращенец!' - мысленно и слегка возмущенно обратился ко мне Игорь.

'Я? Мщу', - чуть весело ответил я, продолжая целовать его. Руки же пустились в путешествие по его телу. Я чувствовал, что ему очень приятно и хочется ответить, но он не мог этого сделать.

'За что?'

Я снова поцеловал его и провел рукой чуть ниже пояса.

'Не надо меня насильно 'выключать'. Я же не закончил работу'.

Игорь возвел глаза к небу. Потом ответил:

'Нет бы 'спасибо' сказать. Я тебе как врач говорю, спать надо и не...'

Договорить я ему не дал. Просто опустился губами туда, где была моя рука.

До меня долетел стон.

'Ты садист'.

'Ты мне это уже говорил. Повторяешься', - мысленно ответил я ему.

Он ничего не ответил, только чаще задышал. Даже стоны сдерживал. Вредничаешь, значит? Я чуть ускорил свои движения.

Игорь застонал.

'Вик, освободи меня', - мысленно попросил он.

'Неа, не сейчас, - не отрываясь, ответил я. - Я еще не закончил'.

Игорь тихонько заскулил. Отлично!

'Отпусти'.

'Нет'.

Снова тихий стон, на этот раз со всхлипыванием. Как будто бы ему делали больно.

'Виктор, отпусти... пожалуйста, - между стонами снова попросил он. - Не издевайся'.

'Я не издеваюсь. Я наказываю'.

Игорь снова застонал, но уже как-то жалобно. Правильно мыслишь, пока я тебя отпускать не буду.

'Не надо...'

'Это что-то новенькое', - хмыкнул я.

'Ты...', - договаривать он не стал.

Закончил экзекуцию я где-то через полтора часа. К тому времени Игорь умудрился даже сознание потерять. Когда он очнулся, я его освободил. Он проморгался и сказал уже вслух:

- Ты тварь...

Я улыбнулся. Игорь попытался встать, но упал обратно.

- Блин! - вырвалось у него.

- Угу. Блин, - подтвердил я. - Устал?!

- Нет! - рявкнул он. - Бодр, как огурчик.

- Ну, тогда, может, продолжим?

Игорь отполз от меня.

- Давай потом. А пока я в душ.

- Ладно, иди. А я за работу. Немного осталось. Мешать еще будешь? - угрожающе-вкрадчиво спросил я.

Игорь подобрался и, гордо подняв голову, сказал:

- Если будешь загоняться, то - да! И ничто не изменит мое решение.

Я рассмеялся. Он неисправим... И это замечательно.

- Иди уже... в душ.

Он ушел, а я сел за ноут и доделал оставшуюся работу.

***

Прошла еще одна напряженная неделя. Игорь мне больше не мешал, а даже наоборот - помогал. Отправлялся со мной на Б-16 и наблюдал со стороны, как я общаюсь с близкими Велеслава. Потом, по возвращении в лагерь, объяснял мне ошибки. Память всем тем, с кем я общался, я немилосердно стирал. Они просто не запоминали встречу со мной.

Я даже виделся с Валерианом, младшим братом Велеслава. Правда, мельком. Задание дал, сидя в кабинете. Перебросились парой незначительных фраз, ничего больше. Но память я ему все-таки подчистил, и основательно. Так, чтобы никто и никогда не смог восстановить этот момент его жизни. Парнишка очень сообразительный. И возможно, с ним могут возникнуть проблемы. Но у меня просто нет времени, нет. Придется действовать так, как есть. Надеюсь, никого убивать не придется.

Со всеми пообщался, с Мариной в том числе, и даже поцеловал ее. Точнее, она меня. Я же постоянно в работе...

Все. Готовность номер один.

***

- Сэр, разрешите обратиться, - отчеканила Рейчел, тем самым оторвав меня от бумаг с моим же отчетом о сделанном.

- Разрешаю, - устало ответил я.

- Я хотела вас поблагодарить.

- За что?

- Нам доставили Е-401, - счастливо засияв, ответила она.

- А, это... Ну, тогда спасибо Францу. Он доставал. Как Игорь? Прорицатель?

- Прекрасно. Все жизненные функции организма в норме. Потихоньку учится, и скоро я его отдам под шефство Францу. Он усердный, любит со мной заниматься, даже начал изучать медицину.

Рейчел сияла и вообще выглядела счастливой. Я вздохнул. Кажется, она до сих пор не догадалась...

- Ты ему нравишься, - спокойно сказал я, параллельно убирая часть документов в стол.

Улыбка Рейчел исчезла.

- Простите, что вы сказали, сэр?

- Ты нравишься Игорю-провидцу. Он мне сам об этом говорил. Просто он скромный.

Рейчел стояла и, разинув рот от удивления, смотрела на меня.

- Но, сэр...

- Я знаю, что у тебя работа, и все. Только подумай про Игоря. Так, на досуге. Все. Свободна.

Она закрыла рот, кивнула и вышла. Вечно личная жизнь хуже войны. У меня тоже.

Я положил подбородок на руки. Сэлл по-прежнему находилась на лечении у Леона и ничего не знала про Марину. А я не решался ей об этом сказать. Трус.

Я вздохнул и встал.

Так надо! Во имя дела.

Какая глупая заученная фраза...

Все, на Б-16. Сегодня я сделаю последний рывок. Я направился к телепорту. Не хотел прикладывать усилия к перемещению. Через телепорт легче. Выйдя из палатки, я пошел к помосту, там у нас всегда переносной телепорт. Вслед меня провожал чей-то взгляд. Я обернулся. Игорь. Точнее, два. Один смотрит чуть обеспокоенно. Второй, Игорь-провидец, с любопытством.

Ребят, я скоро вернусь... Я, тяжко вздохнув, шагнул в телепорт.

Б-16.

2073 год от создания Империи.

Почти ненавидимая мною Б-16. Газы, грязь, и все, как обычно. Я вышел из телепорта и пошел по дороге к той 'дыре', которую мы обнаружили с Игорем.

На ходу достал сотовый, заранее купленный, и набрал номер Велеслава.

- Алло, - раздался в трубке спокойный голос. - Слушаю.

Слушаешь, ну так поиграем в мистику. Ты ведь любишь загадки. Я-то знаю.

- Я знаю, что тебе нужно.

Тишина в трубке. Потом тихие щелчки. Ага. Сейчас он сделал две вещи. Включил громкую связь и проставил диктофон на запись. Наивный. Я все равно все это уничтожу.

- И что же мне нужно? - он явно тянул время.

Я хмыкнул.

- Я. Ты расследуешь дело о пропавших людях. Так вот, я их похищаю. Хочешь меня поймать, приезжай туда, куда я скажу.

- Одному?

- Да хоть с отрядом ОМОНа, мне без разницы.

- Когда?

- Сегодня в шесть.

- Куда?

Я сказал ему адрес и отключился...

***

Вскоре после звонка я сидел на лестнице и смотрел на дыру. Курил. Время 17:30. Он скоро приедет. Я точно знаю, что он приедет. Слишком амбициозен, чтобы оставить мою выходку без внимания.

С кем он придет, лично мне без разницы. Сюда зайдет только он один и выйдет отсюда тоже он, то есть, уже я. И все...

Я докурил и выбросил сигарету. Времени осталось считанные минуты. А я начал сомневаться, стоит ли мне это делать. Может, оставить все, как есть? Плюнуть на всех и жить себе спокойно с Сэлл? Но как же тогда все, кто умер ради меня, моей цели. Их жертвы напрасны?!

Хватит. Назад дороги нет.

- Эй, это ты мне звонил? - прервал мои размышлизмы голос Велеслава.

Я моргнул и перевел взгляд на него.

- Да. Поднимайся на второй этаж ко мне. Поговорим.

Велес задумался. Я знал, что он пришел не один, но купол, который я поставил, пропустил только его. Остальные же сейчас стоят и думают, что случилось.

Сам я был в бандане, и лица видно не было.

- Ну. Поднимайся, убивать не буду. Твоих все равно больше.

Вместо того чтобы подняться, он задал мне вопрос:

- Куда ты дел всех людей? Они живы?

Откуда я знаю, живы они или нет?

- Поднимайся, и я все расскажу. Надоело бегать, - сказав это, я встал и зашагал по лестнице наверх, бросив Велесу через плечо:

- И не вздумай в меня стрелять. Поверь мне, не получится.

Мне показалось, что я услышал, как он скрипнул зубами. Ничего, на Д-48 еще настреляешься.

Я услышал, что он поднимается за мной. Все-таки он ненормальный. Слишком любит загадки и тайны, любит в них копошиться и искать ответ. Любой другой мент, или даже имперец, вначале бы вырубил, а уже потом, где-нибудь в участке, задавал вопросы. А этот плетется за мной наверх, снедаемый любопытством. Это его ошибка, а, может, и нет? Кто знает?

Я поднялся наверх и обернулся. Велеслав уже прошел дыру и приближался ко мне.

- Хочешь знать, куда я дел всех исчезнувших? - спросил я его.

Он остановился на три ступеньки выше дыры и на одну ступеньку ниже меня. Должно хватить.

- Хочу.

В его глазах плескался почти маньячный интерес. Ну что ж...

Я толкнул его. Причем телекинезом. Велеслав открыл рот от удивления и полетел вниз. У меня почему-то екнуло сердце. А что, если он не испугается? Я не хочу ему смерти. Одновременно с этой мыслью исчез Велес.

Слава богам - испугался...

Я вздохнул. Все... Теперь Велеслав на Д-48, а я здесь, на Б-16. Честно, мне Д-48 нравится больше, чем эта Земля.

Немного выждав, я вышел к 'своим'.

***

Их оказалось около десятка. Все в милицейской форме и при оружии. Велеслав неплохо подготовился к встрече со мной. Они столпились за барьером, недоуменно глядя, как я спокойно выхожу.

- Велес, что случилось? - спросил кто-то из них.

Я ответил:

- Ничего. Этот урод обманул нас. Там никого не было.

- А почему мы не могли проникнуть туда? Мы даже стреляли. Пули просто исчезали где-то, - продолжил тот паренек.

- Без понятия. Потом разберемся. Все, ребят, по коням. Уже вечер, а мне еще отчет составлять.

Все, тихо переговариваясь, разошлись по машинам. Еще при выходе из здания я накинул на себя иллюзию одежды Велеса. Потом переоденусь.

До участка мы добрались быстро. Я сам уже бывал здесь, и не раз, поэтому я уверенной походкой отправился в свой кабинет. Сел за стол и стал составлять отчет для работы Велеслава. Параллельно думая, что нужно куда-то исчезнуть, но ненадолго. Немного привыкнуть.

Так, забыл одну вещь. Я сосредоточился. Опять силы тратить.

Через три минуты у меня дико болела голова, шла кровь из носа, но зато у меня теперь был телефон Велеслава. То-то он удивится, когда поймет, что его телефон просто исчез из его кармана. Впрочем, у него там будет еще очень много поводов для удивления... А телефон ему все равно больше не нужен, на Д-48 земная сотовая связь не дотянется, она работает совсем иначе, чем имперская.

Я закончил с документами за полночь, и отправился 'домой', к Марине. Не думать... Не думать.

***

Как только она открыла дверь, я ее тут же схватил в охапку и поцеловал. Велеслав был способен на такое, только об этом мало кто знал.

Марина была легкой, поэтому я чуть приподнял ее, и, отойдя от двери, захлопнул оную, дабы соседи не развращали свои умы.

В тот момент я себя почти ненавидел. Меня тошнило от себя. Сэлл... Она столько раз рисковала ради меня жизнью... а я... А я целую другую женщину, которую, в принципе, едва знаю. Да еще и собираюсь делать ей детей. К этой бедной женщине я не испытывал ровным счетом никаких чувств. И не собирался. Разве что чуть-чуть жалости...

Я почувствовал, что меня сейчас и впрямь вырвет, поэтому мягко отстранился от Марины. Она улыбалась. Правильно, женщине для счастья мало надо...

- Соскучился? - спросила она.

- Очень, - с улыбкой солгал я. Чего мне стоила эта улыбка...

- Пошли есть, я ведь знаю, что ты ничего сегодня не ел, потому что я не смогла прийти.

Она снова широко улыбнулась и пошла на кухню. Через минуту оттуда раздалось пение. Поет она очень хорошо, только скрывает почти от всех.

Я зашел на кухню, и мы поели. Потом еще болтали о разных мелочах, и в итоге в два тридцать я сказал, что пора спать. Марина, зевнув, согласилась. Она хорошая, только мое сердце, если такое есть, уже отдано одной-единственной женщине.

Марина разделась, легла в кровать и свернулась клубочком, глядя на меня из-под полуопущенных ресниц. Я, подавив тяжелый вздох, обнял ее и поцеловал.

Не хочу. Не хочу! НЕ ХОЧУ я с ней спать! Тупо использовать это несчастное создание как инкубатор. Мерзко... но надо.

Я быстро взял себя в руки и в прямом и в переносном смысле. Потом снова поцеловал Марину.

Пора делать детей...

***

С утра меня разбудил писклявый будильник. Тьфу, блин. Нормальный звук нельзя придумать? Я нащупал его и выключил.

Марина спала рядом. Она выглядела такой нежной и беззащитной, что я почувствовал себя еще большей скотиной. Дабы хоть как-то облегчить муки совести, я пошел в душ.

Когда я вышел из него, то застал конец разговора Марины с кем-то по телефону.

- Хорошо, приеду.

- ...

- Да, скоро. До свидания.

Она повесила трубку и повернулась ко мне.

- У меня мама заболела. Это звонил врач из больницы, - голос у нее был очень обеспокоенный. Мама все-таки.

Я тоже сделал скорбное лицо и спросил:

- Когда едешь?

- Завтра.

- Я с тобой.

- Но... - попыталась возразить Марина.

- Я с тобой, - снова, четко и раздельно, произнес я.

Она замолчала, потом вздохнула и кивнула.

- Только на работе отпросись.

- Хорошо, - кивнул я. - Я отпуск возьму. Или нет. Что-нибудь придумаю.

- Ладно, я на работу, договариваться со своими. Вечером увидимся, - сказала Марина.

Она, в отличие от меня, уже была одета и через пятнадцать минут ушла.

А я решил появляться там урывками. Чтобы Валериан не заметил меня. Задания буду слать по смс или оставлять папки с делами на столе.

Поев, я съездил на работу, договорился, что пока буду появляться редко, но дела не брошу. Просто семейные обстоятельства. Конечно, я больше использовал ментальное давление, чем объяснения. Но главное результат.

***

Весь день я провел дома. Ну, или почти весь. Один раз сбегал в участок и оставил папку своему 'братишке'. Дело я мог вести долго. Ведь я-то знал, что происходит на самом деле...

Сейчас моя главная цель состояла в делании детей, ну и надо стараться не засветиться. Я мог ненадолго телепортироваться с Б-16, если мне будет нужно в лагерь. А пока со всеми я общался через ЛК. В лагере все в порядке. Каждый занимается своим делом. Игорь-предсказатель лечится, учится и ухаживает за Рейчел. Другой Игорь с головой ушел в работу над кровью Дэниэла. Франц пишет книги и каждый день проводит диагностику корабля. Другие тоже заняты делом: тренируются, учатся, собирают информацию по разным делам Империи...

И только я занимаюсь хрен знает чем.

Вечером вернулась Марина, отказалась от еды и легла спать. Она очень переживала за маму. Ее отец на тот момент был уже мертв, и поэтому мама - это все, что у нее осталось.

Этой ночью я просто обнимал ее. А на следующее утро мы отправились к ее маме.

***

Мама Марины жила в другом городе. До него довольно долго добираться.

Всю дорогу до дома Зинаиды Алексеевны я успокаивал Марину как мог. Один раз мне даже удалось рассмешить ее, но она все равно была сильно напряжена.

Смотря на нее, я понял, что дико скучаю по Сэлл. Для меня переживания Марины ровным счетом ничего не значили. Я смотрел на нее и ничего не чувствовал. А успокаивал ее, потому что так бы поступил Велес. Не более. На Б-16 я себе вообще казался безэмоциональной скотиной.

Поэтому я хочу к Сэлл, Игорю и даже к Крису. Но пока приходится общаться с ними только по ЛК, хотя с Крисом я и этого не могу себе позволить.

Пока нельзя. Пока я должен быть здесь. С людьми, которые мне никто. Которые мне самому абсолютно не нужны, нужны только для дела...

Боги! Почему все так? Почему, один раз ступив на дорогу перемен, мы не можем с нее свернуть? Становимся заложниками своих идей?!

Я не знаю ответов на свои же вопросы...

Поживем - увидим.

- Слава, пойдем, - позвала меня Марина. - Нам пора...

Я кивнул и подошел к ней. Она меня обняла. Я тоже обнял ее.

- Слава, что будет дальше? - чуть испуганно спросила Марина.

Я пожал плечами.

- Не знаю. Но все будет хорошо.

Я врал. Я знал, что будет дальше. Для нее, например, ничего хорошего.

Я знаю...

Content

Кротова Дарья Владимировна Виктор 1. Memory