Мелисса Макклон

Победительница

Глава 1

Громкий раздражающий лай, доносящийся с заднего двора их величественного семейного поместья, подтвердил самые ужасные опасения Калеба Фейрчайлда. Его бабушка всерьез увлеклась своими собаками. Тихо выругавшись, он нажал кнопку дверного звонка. Восхитительная симфония колокольного звона перекрыла надоедливый лай собак. Не Моцарт и не Бах. Его бабушка, Гертруда Фейрчайлд, попросила одного знаменитого нью-йоркского композитора сочинить эту мелодию на заказ. Она вместе с его покойным дедушкой создала косметическую компанию, производящую средства по уходу за кожей. Сегодняшним визитом Калеб надеялся покончить с ее нездоровой, по его мнению, привязанностью к лучшим друзьям человека. Он должен позаботиться о том, чтобы их семейная компания «Чистый образ» оставалась успешной и приносила доходы.

Входная дверь распахнулась, и он почувствовал дуновение прохладного ветерка, передающего тонкий цветочный аромат духов бабушки. А вот и она сама. Ее белокурые короткие локоны задорно подпрыгивали при каждом ее движении. Бабушка выглядела на пятьдесят с лишним лет, и все благодаря десятилетиям использования созданной ею же самой косметики по уходу за кожей. На самом деле ей уже было семьдесят семь.

— Калеб! Я заметила через систему видеонаблюдения, как подъезжала твоя машина, и сказала миссис Харрисон, что сама открою дверь. — Бабушка говорила быстро и возбужденно, она была явно безумно рада его видеть. — Что привело тебя сюда? Твой личный помощник сказал, что на этой неделе у тебя много работы и ты не сможешь выбраться. Поэтому я и отправила тебе образцы продуктов для ухода за собаками по почте.

Калеб совсем не ожидал, что его бабушка будет так рада его визиту. Он поцеловал ее в щеку:

— У меня всегда найдется время для тебя.

В ее чистых светло-голубых глазах искрилось счастье.

— Ты сделал мне такой приятный сюрприз своим приходом.

Калеб почувствовал, как пот проступил на спине, и он даже не мог винить в этом жаркий июльский день. Он поправил свой желтый галстук и провел руками по воротнику пиджака. Но как бы профессионально он не выглядел, бабушке в любом случае не понравится то, что он собирался ей сказать.

— Я пришел сюда не как твой внук, а как главный исполнительный директор «Чистого образа».

— Ох, дорогой… — Любовь и теплота в ее голосе только заставили его чувствовать себя еще хуже. — Ты всегда будешь в первую очередь моим внуком.

Ее слова застали Калеба врасплох. Он был обязан ей… всем.

Бабушка распахнула дверь пошире:

— Заходи же. Давай пройдем на веранду и поболтаем.

Калеб стал осматриваться. Чего-то явно не хватало. Произведения искусства, достойные музеев, все так же висели на стенах. А вот резиновые мячики и потрепанные мягкие игрушки, разбросанные по наполированному паркетному полу, были ему в новинку. Но витрин, которые он ожидал увидеть дальше, не было на их законном месте.

Калеб почувствовал ком в горле.

— А где… — начал он.

— В гостиной комнате.

Калеб зашел за угол и наконец заметил трехфутовую модель американского авианосца «Рональд Рейган», размещенную в новой витрине.

— Я произвела некоторые изменения в этом доме. — За его спиной донеся голос его бабушки. — Подумала, что они достойны находиться в каком-нибудь более подобающем месте, нежели в прихожей.

Калеб повернулся к ней:

— Дедушке бы это понравилось.

— Я тоже так решила. Ты уже обедал?

— Я успел перекусить по дороге сюда.

— Тогда ты не откажешься от десерта. У меня есть пирог, я испекла его сама. — Она прикоснулась своей хрупкой, покрытой выпирающими венами рукой к плечу Калеба. — Морковный, к сожалению, не шоколадный, но все равно он очень аппетитный.

Бабушка всегда остро чувствовала необходимость накормить его. Калеб понимал, что она не успокоится, пока он не съест хотя бы немного.

— Хорошо, я попробую кусочек твоего пирога.

Ее покрытые нежным перламутровым блеском губы растянулись в довольной улыбке. По крайней мере, один из них был счастлив.

Пройдя обратно в прихожую, Калеб пнул теннисный мяч, валявшийся на полу.

— Это просто чудо какое-то, что ты еще не упала и не сломала себе бедро со всеми этими игрушками для собак, разбросанными повсюду.

— Я, может быть, и старая, но все еще шустрая. — Бабушка посмотрела на него с теплом во взгляде. — Боже мой. Каждый раз, когда я на тебя смотрю, ты все больше напоминаешь мне своего отца. Царство ему небесное.

В животе у Калеба что-то неприятно перевернулось. Он изо всех сил старался никак не походить на своего никчемного отца, человека, который не желал участвовать в работе их семейной компании, но с безумной страстью и упорством успевал тратить ее доходы. Его отец вместе со своей любовницей погиб в катастрофе на своей яхте, на Лазурном Берегу.

Бабушка внимательно осмотрела его с ног до головы, затем категорично щелкнула языком:

— Тебе пора уже перестать одеваться как высококлассный гробовщик.

— Только не начинай. — Калеб приподнял подбородок и последовал за ней из прихожей. — Была бы твоя воля, я бы одевался как отчаянный и рисковый герой приключенческих фильмов. И вероятнее всего, ходил бы с обнаженным торсом, если судить по фотографиям, которые ты выкладываешь на Фейсбуке.

Они прошли через огромную гостиную комнату, где две замысловатой формы хрустальные люстры висели над искусно сделанным дубовым столом, рассчитанным на двадцать гостей.

— Ты очень красивый молодой мужчина, — продолжала бабушка. — Покажи все свои достоинства.

— Я — главный исполнительный директор компании. Мне нужно всегда поддерживать свой профессиональный образ.

— Я уже не говорю о твоих костюмах. — Она указала рукой на его грудь. — Твой галстук слишком невзрачный. Красный символизирует силу. Нам стоит пойти вместе по магазинам. Девушки в наше время пошли очень требовательные. Им нужен мужчина со стильной прической и с отменным вкусом в одежде.

«Еще не хватало одеваться по советам своей бабушки».

Они зашли на кухню. На мраморной поверхности разделочного стола стояла большая корзина с фруктами и накрытый пирог на подставке.

Что-то шипело на плите. Воздух наполнился запахом шафрана. Все казалось таким привычным, таким нормальным, но Калеб не мог забыть причины, по которой сегодня вернулся домой.

— Женщинам интересно только состояние моего банковского счета, — заметил он.

— Некоторым, но не всем. — Бабушка подошла ближе, взяла его за руку и сжала ее. — Ты найдешь женщину, которой будешь интересен ты сам.

— Мне нравиться быть холостым.

— Ты наверняка предпочитаешь отношения на одну ночь, или у тебя есть друзья с привилегиями.

Калеб поморщился:

— Ты слишком много времени проводишь на Фейсбуке.

В его голове появилась совершенно неожиданная мысль. Обсуждать сексуальные отношения со своей бабушкой, возможно, гораздо проще, чем говорить с ней о линии средств по уходу за собаками.

Бабушка с возмущением положила руки на бока:

— Я хочу, чтобы у меня появились правнуки тогда, когда я еще буду в состоянии играть с ними. Ты думаешь, почему я создала линию натуральной детской косметики?

— Да все в компании знают, как сильно ты хочешь правнуков.

— Что еще женщина в моем возрасте может хотеть? — Она подняла руки ладонями вверх. Многочисленные золотые браслеты звонко загремели. — Ты и твоя сестра не спешите подарить мне правнуков, пока я еще жива.

— Ты вообще можешь представить Кортни в роли матери?

— Ей просто нужно немного подрасти, — спокойно заметила бабушка, в ее голосе не было ни тени упрека или разочарования. Она прошла в комнату отдыха с удобными кожаными диванами, огромным плазменным телевизором и стеллажами, от пола до потолка заставленными книгами. — По крайней мере, ты хотя бы попытался — сделал предложение этой мисс Загребущие Руки.

Калеба тут же охватили неприятные воспоминания, и сердце отдалось болью.

— Кассандра.

Они познакомились на официальном ужине. Кассандра была невероятно привлекательной и хитрой, она знала, как себя вести, чтобы стать центром его вселенной. Она позволила ему чувствовать себя настоящим воином, а не просто бизнесменом. Калеб никогда не задумывался о браке, но, когда она поставила ему ультиматум, он тут же романтично сделал ей предложение и вручил шикарное обручальное кольцо с бриллиантом в три карата, и только потом узнал ее истинную сущность, только потом понял, что их отношения были фарсом, ложью.

— Мисс Загребущие Руки подходит идеально. — Бабушка начала загибать пальцы. — Первое — отказалась подписывать брачный договор. Второе — все это время изменяла тебе. И наконец, наняла адвоката по разводу еще до свадьбы. Совершенно неудивительно, что ты теперь боишься серьезных отношений.

Калеб ссутулил плечи:

— Я не боюсь отношений.

Он просто старался быть… осторожным.

После того как Кассандра отказалась подписывать брачный договор, он тут же отменил свадьбу и расстался с ней. Она умоляла его дать ей еще один шанс, и надо признать, что какое-то время он обдумывал такую вероятность, но все закончилось тем, что частный детектив, которого он нанял, смог доказать, что Кассандра оказалась такой же искательницей наживы, как и его мать.

— Мне не стоило напоминать тебе о ней.

Калеб еще легко отделался, если не считать потерянного достоинства и разбитого сердца. В отличие от своего отца, который остался с двумя детьми, которых никогда не хотел.

Бабушка направилась во двор через стеклянные французские двери комнаты отдыха. Калеб последовал за ней и заметил на веранде новую мебель: деревянный стол, окруженный удобными креслами, и несколько шезлонгов, укрытых зонтами. Солнце беспощадно палило. Он выдвинул для бабушки кресло, она села за стол.

— Так что же ты думаешь о моей новой линии средств по уходу за собаками? — спросила Гертруда.

Не было слышно чириканья птиц. Даже сверчки, казалось, куда-то пропали. Калеб предпочел бы оказаться сейчас в своем офисе, разбирать квартальные отчеты. Да кого он обманывает? Он хотел бы быть где угодно, но не здесь.

— Очень интересные образцы, — ответил он. — Приятный запах и консистенция.

Гертруда присвистнула:

— Подожди, пока ты увидишь результаты их действия.

Из-за угла появилась группа собак, бегущих к ним на полной скорости. Серая, коричневая и черная остановились в ногах у Гертруды, высунув языки и радостно виляя хвостами.

— Кожа собак такая же чувствительная, как и у человека. Именно поэтому косметическим компаниям необходимо использовать натуральные, органические ингредиенты. Никаких химикатов или добавок.

Не обращая внимания на серую собаку, которая терлась об его ногу, Калеб поднял руку, чтобы остановить свою бабушку:

— Наша компания не производит косметику для животных.

Она продолжала улыбаться:

— Пока не производит, но будет. Я и моя помощница протестировали эти продукты. Мы использовали их на моих собаках.

— Я не знал, что ты наняла помощницу.

— Ее зовут Бекка. Тебе она должна понравиться.

Калеб очень сильно в этом сомневался. Большинство помощниц волновала только сумма их ежемесячного чека. Ему нужно будет проверить компетентность этой Бекки.

— Ты ведь понимаешь, что компания «Чистый образ» занимается производством косметики для ухода за кожей. Человеческой кожей.

— Кожа или шерсть. Две ноги или четыре ноги. Изменения… нововведения очень важны для дальнейшего успеха компании.

— Да, но не в этом случае. — Ему нужно быть осторожным, чтобы не обидеть бабушку. — Мы направили все ресурсы компании на продвижение линии натуральной детской косметики. Сейчас не время брать на себя еще больший риск.

Герти сжала губы:

— Твой дедушка сильно рисковал, когда только создал нашу компанию. Иногда просто необходимо отважиться на изменения.

— Я не могу рисковать. Я отвечаю за благополучие тысячи ста тридцати трех сотрудников.

— Я не прошу тебя идти на необоснованный риск. Формулы продуктов уже готовы к производству. Просто начни работу над их продвижением, и этого будет достаточно.

— Бабушка, все не так просто. «Чистый образ» — это транснациональная компания. Нам нужно будет провести дополнительные тестирования, чтобы оградить себя от возможных судебных исков. — Калеб говорил медленно, вкрадчиво и убедительно, но в его словах не было и капли эмоций. Бабушка была самой умной женщиной, которую он когда-либо знал, и она привыкла добиваться своего. — Я не хочу, чтобы компания выходила на незнакомый ей рынок.

Герти тяжело вздохнула, этот вздох ему был знаком, в последний раз он слышал его, когда Кортни потеряла паспорт в Праге, когда должна была быть на самом деле в Милане.

— Иногда мне так хочется, чтобы ты больше походил на своего отца и не был таким чопорным и правильным.

Калеб почувствовал, как напряжение в его плечах распространяется по всему его телу.

— Это не дело личного характера. Я не могу позволить себе совершить ошибку, а тебе стоит наконец начать наслаждаться жизнью после ухода на пенсию и прекратить работать в своей лаборатории.

— Я химик. Это то, что мне нравиться делать. И у тебя не было никаких замечаний, когда я создавала натуральную косметику для детей. — В каждом ее слове явно слышалось раздражение. — Я поняла, в чем дело. Тебе просто не нравятся мои средства для ухода за собаками.

— Я никогда этого не говорил.

— Но это абсолютная правда. — Бабушка стала внимательно на него смотреть, как будто пытаясь найти доказательства своей гипотезы.

Калеб попробовал найти к ней другой подход. Он придвинул свое кресло к ней поближе.

— Помнишь дедушкин слоган для нашей компании?

«Для самого прекрасного лица…»

— Его слова все еще отражают главную идею. А уже прошло пятьдесят лет. — Калеб склонился к своей бабушке, стараясь хоть как-то облегчить для нее эту неприятную новость. — Мне очень жаль, но косметика для собак, какой бы она ни была натуральной и органической, не будет производиться нашей компанией.

— Это все еще моя компания, — четко произнесла Герти, выпрямив спину.

— Я знаю, но это не только мое решение.

Над их головами пролетел самолет. Одна из собак тут же залаяла. Затем наступила продолжительная напряженная тишина. Калеб собрался с силами, чтобы сказать своей бабушке то, зачем пришел сегодня.

— Я провел встречу с начальниками отделов, прежде чем прийти к тебе. Показал им твои образцы продукта. Представил бизнес-план. Описал расходы.

— И?…

— Все ожидают огромного успеха от твоей линии детской косметики, — сказал он, — но согласились, что производство косметики для животных негативно отразится на репутации компании.

Калеб ожидал увидеть ее бурную реакцию, услышать возражения. Но бабушка продолжала молчать, крепко прижимая маленькую собачку к своей груди.

— Все начальники отделов думают так?

Он просто кивнул.

На ее лице отразилось неверие. Она выглядела точно так же, когда впервые узнала, что у дедушки обнаружили болезнь Альцгеймера. Но затем в ее глазах загорелся огонь.

— Что ж, тогда все понятно. Тебе лучше знать, что хорошо для нашей компании. — В голосе Герти не было ни капли огорчения или разочарования. — Мы с Беккой придумаем что-нибудь другое.

— Придумаете что-нибудь другое? Как это понимать?

Глаза Герти потемнели до темно-синего цвета.

— Производство. Ты и эти белые воротнички из компании сильно ошибаетесь. Существует огромный рынок для моей косметики.

Бекка Тейлор чувствовала тепло ярких солнечных лучей на своей щеке. Доносился нежный аромат роз. Она прошлась по убранной лужайки на заднем дворе дома Герти с двумя собаками — Морисом и Сноуи.

Обе собаки обнюхивали траву в поисках, возможно, упавшего кусочка собачьей еды или же подходящего места, чтобы справить нужду. Бекка положила телефон в передний карман шорт.

— Не отвлекайтесь, ребята. Герти уже ждет нас на веранде.

Бекка не имела ни малейшего понятия, что ее работодательница задумала на этот раз, да и ей было все равно. Герти приютила ее точно так же, как и многих дворняжек, которые жили в ее поместье.

Морис приподнял уши.

— Ты услышал голос Герти? — спросила Бекка.

Обе собаки тут же метнулись в сторону веранды. Бекка поспешила за ними. Когда она завернула за угол, сразу заметила Герти в компании какого-то мужчины, сидящими за столом под тенью зонта. Пять собак бегали вокруг них, пытаясь привлечь их внимание. Герти помахала ей рукой. Мужчина, сидящий с ней, тут же повернулся.

Бекка подошла на веранду. Мужчина тут же поспешил встать. По телу Бекки прошла волна мурашек. Большинство мужчин, которых она знала, не вставали в присутствии женщины. Также они не открывали для них двери, не выдвигали стулья.

Он вышел из-за стола. Деловой костюм в тонкую полоску был искусно сшит и подчеркивал широкие плечи и статность фигуры. Он двигался с грацией атлета, и это заставляло ее думать о том, что скрывалось под тканью. Казалось, все в незнакомце идеально, кроме, пожалуй, его волос. Такую донельзя короткую деловую прическу носили почти все бизнесмены в Бойсе. Ему бы стоило отрастить волосы подлиннее, немного растрепать их, чтобы придать им сексуальный, беззаботный вид.

Герти отвлеклась от собак, кружащихся у ее ног.

— Бекка, я хотела бы тебя кое с кем познакомить.

Мужчина был высоким, выше шести футов ростом. Бекка доставала ему только до подбородка. Она сделала два шага к нему навстречу:

— Здравствуйте.

Его зеленые глаза напоминали нефриты, немного холодные, но никто не идеален. А вот ресницы у него были длинные, темные и густые.

Она вытерла свою ладонь о шорты, затем протянула ему руку:

— Бекка Тейлор.

Его рукопожатие было сильным. По телу Бекки тут же растеклось приятное тепло, ее пульс участился.

— Калеб Фейрчайлд. — Томный низкий голос напомнил ей о горячем шоколаде.

Подождите-ка минутку. Фейрчайлд. Так, значит, он…

— Мой внук, — объявила Герти.

Мужчина, от которого зависело, сможет ли Бекка наконец-то реализовать свою мечту и стать вожатой для собак на постоянной основе. Если линия косметических средств по уходу за собаками будет успешно продаваться, как предполагает Герти, Бекка сможет путешествовать и участвовать в различных собачьих выставках, и ей не нужно будет работать по совместительству где-то еще, чтобы прокормить себя.

Калеб Фейрчайлд. Она не могла поверить, что он здесь. Что ж, теперь она даже не может просто тайно пускать по нему слюни. Он являлся главным исполнительным директором компании «Чистый образ» и был невероятно богатым. Настолько богатым, что, даже если ей повезет выиграть в лотерее, ее финансовое состояние все равно никак не сравнится с его.

— Приятно познакомиться. — Как только Бекка поняла, что все еще держит его за руку, она тут же его отпустила. — Я многое о вас слышала.

Калеб скучающе бросил на ее взгляд, в котором читалось, что он оценил ее и понял, что она не стоит его времени.

— А я ничего о вас до сегодняшнего дня не слышал.

Его чопорному заносчивому тону мог бы позавидовать мистер Дарси. Не было и тени сомнения в том, что мистер Фейрчайлд посчитал ее недостойной своего внимания.

— Расскажите мне о себе, — попросил он. — Сухой деловой тон приводил ее в бешенство, но она не могла это никаким образом показать.

— Я очень люблю собак.

— Я думал, вы работаете помощницей.

Помощницей? Бекка попыталась придумать подходящий ответ, но ей не удалось.

— Я… я…

— Бекка консультант по собакам, — объявила Герти. — Она находит общий язык с животными. Ее навыки ветеринара очень помогли в разработке наших средств. Я даже и не знаю, что бы без нее делала. — Герти осуждающе посмотрела на Калеба: — Если бы ты навещал меня чаще, то давно бы узнал обо всем этом.

Калеб растянул губы в улыбке, полной очарования. Не то чтобы Бекка как-то поддавалась на его чары. Собакам он явно нравился, но она не спешила с выводами.

— Мы обедаем вместе каждое воскресенье в загородном клубе. — В голосе Калеба нельзя было не слышать любовь к своей бабушке. — Ты просто никогда не говоришь о себе.

Герти пожала плечами, но Бекка увидела, как на ее лице на мгновение отразилась боль.

— Просто обычно мы говорим про тебя и Кортни.

— Что ж, сегодня я здесь с тобой, — ответил он.

Герти положила руку на сердце и закрыла глаза:

— Да, пришел, чтобы разрушить все мои надежды и мечты.

— Что это значит? — спросила Бекка.

Калеб прикоснулся к руке Герти:

— Просто моя бабушка драматизирует.

Открыв глаза, она произнесла:

— Имею на это полное право. Ты не хочешь заниматься нашей косметикой для собак.

Нет, нет, нет. Если это правда, то рухнут все ее планы. Герти не будет продвигать линию косметики по уходу за собаками без поддержки своей компании.

Бекка постаралась заставить себя дышать ровно:

— Я ничего не понимаю.

Герти только покачала головой:

— Мой внук, главный исполнительный директор, и его недальновидные коллеги думают, что производство косметики для собак подпортит репутацию нашего бренда.

— Это глупо и необоснованно, — тут же выпалила Бекка.

Калеб посмотрел на нее, словно она была неприятной надоедливой букашкой, которую нужно раздавить.

— Смелое заявление для… простой помощницы.

— Но не для вожатой собак. — Слова, сорвавшиеся с ее губ, прозвучали намного резче, чем Бекка ожидала, но, если ей не удастся повлиять на решение Калеба, ей придется вернуться к проживанию в трейлере по соседству с Отто. Отто был давним соседом ее родителей, он всегда носил камуфляж, а его любимым занятием было разделывание белок. — Вы знаете, сколько денег в год люди тратят на своих питомцев?

— Миллиарды.

— Больше пятидесяти миллиардов долларов. Большая часть этих денег уходит на покупку еды и оплату услуг ветеринара, но по статистике свыше четырех миллиардов долларов отводится на средства по уходу за животными. Косметика, которую создала Герти, просто замечательная. Намного лучше тех средств, которые сейчас есть на рынке.

Герти согласно закивала.

Калеб нахмурился, не желая снова возвращаться к обсуждению этого вопроса.

— «Чистый образ» и так на пути развития. У нас есть хорошо продуманные планы на будущее.

Бекка из всех сил старалась побороть желание швырнуть чем-нибудь в него.

— Так поменяйте свои планы.

— Когда вы успели получить бизнес-образование?

— Я не занималась бизнесом. У меня есть лицензия ветеринара, но самый полезный опыт я получила в школе жизни.

А точнее, в женской исправительной колонии штата Айдахо.

— Как я уже объяснил своей бабушке, решение о том, что компания не будет производить косметику для ухода за собаками, принято не только мной.

Спокойный вежливый тон Калеба удивил Бекку, но ничто не могло смягчить ее огорчение.

— А если бы решение зависело только от вас?

Он холодно посмотрел ей прямо в глаза:

— Я бы все равно не стал ее производить.

Его слова были для Бекки настоящим ударом. Она неосознанно сделала шаг назад. Но она не могла так просто сдаться:

— Как вы можете так поступить со своей бабушкой?

Калеб открыл рот, чтобы ей ответить.

Герти положила руку ему на плечо:

— Я поговорю с Беккой, и она все поймет.

Калеб тихо пробормотал «спасибо».

— Это решение принято, учитывая интересы нашей компании. — Голос Герти прозвучал на удивление спокойно. — Все хорошо.

Глава 2

Несколько минут Бекка провела у стеклянных французских дверей, выходящих на веранду. Она стояла спиной к Калебу и Герти, не желая, чтобы они увидела, как ей грустно. Собаки тяжело дышали, высунув языки, в ожидании, когда она снова бросит для них мячик. Так она могла отвлечься от печальных мыслей.

— Посиди с нами, — позвала Герти.

Кожа Бекки покрылась испариной, но, несмотря на жаркий день, она задрожала.

Состояние Калеба насчитывало десятки миллионов. Герти — сотни миллионов. У Бекки же были восемь тысяч четыреста двадцать восемь долларов на счете. Ей не нужно было многого, просто иметь крышу над головой, любимую собаку и шанс доказать себе и всем, что она настоящая профессиональная вожатая собак. Разве это много? Но этим ее мечтам не суждено было сбыться, а все благодаря Калебу Фейрчайлду.

— Пожалуйста, Бекка. — В голосе Герти звучала мольба. Возможно, она была гораздо больше расстроена тем, что ее собственная компания не хочет производить ее новые продукты, чем она показывает.

Бекка повернулась, натянула фальшивую улыбку и направилась к веранде.

— Конечно, я могу немного посидеть с вами.

Калеб все еще стоял, возвышаясь над столом, напоминая Бекке, как легко он может разрушить все ее планы на светлое будущее. Приблизившись, она старалась не обращать на него никакого внимания.

— Мне очень жаль. — Она почувствовала ком в горле. В глазах защипало от подступивших слез. Бекка несколько раз моргнула, чтобы успокоиться. — Вы так много и упорно работали, потратили столько времени, и в итоге ничего не вышло.

Герти взмахнула рукой, словно волшебной палочкой, способной отвести все печали.

— Дорогая, не все еще потеряно. — Герти улыбнулась. Это не была натянутая улыбка, за которой люди обычно прячутся, когда им больно, это была счастливая улыбка, полная надежды. — Средства, которые я создала, являются высококачественными. Ты сама это сказала. Наши планы не сильно изменились, несмотря на решение Калеба.

Калеб недоуменно покачал головой. Он определенно не был согласен с бабушкой. Но Герти его реакция никак не смущала. Бекка уже совершенно ничего не понимала. Она присела на кресло рядом с Герти.

— Но если «Чистый образ» не хочет производить средства для собак…

— Мы с тобой создадим свою собственную компанию, — радостно объявила Герти. — Мы сможем производить наши средства без помощи «Чистого образа».

Собственную компанию. Еще не все потеряно. В глазах у Бекки потемнело. Ее мечты еще могут сбыться. У нее все получится. И хотя она еще не знала как…

— Х… хорошо.

— Твоя помощница выглядит не очень-то уверенно, — заметил Калеб. — Ты должна понимать, что ты химик, а не деловая женщина. — Он посмотрел на Бекку. — Возможно, хотя бы вам удастся убедить мою бабушку в том, что это сумасбродная идея.

Бекка сжала ладони в кулаки. Конечно же она мало что понимала в бизнесе, но заносчивое высокомерное поведение Калеба ей было совсем не по душе.

— Мне кажется, это просто отличная идея. Я за.

— Замечательно. — Герти радостно захлопала в ладоши. — Тогда нам нужен бизнес-консультант. Калеб?

На лице Калеба появилось выражение ужаса. Он сделал шаг назад и наткнулся на одно из кресел.

— Только не я. У меня нет на это времени.

То, что он начал сразу же искать причину для отказа, ничуть не удивило Бекку. Он часто посматривал на свои часы. Она могла бы поклясться своей жизнью, что его день расписан по минутам, а календарь на его смартфоне забит бесконечными напоминаниями о делах.

— Ты же не хочешь оставить нас одних и совершенно беспомощных в такой ситуации? — Герти начала хлопать ресницами. — Найди время помочь нам.

Калеб сжал челюсть, он предпочел бы ходить по раскаленным углям, нежели помогать им с их дурацкой затеей.

— Прости, бабушка. Я не могу.

Отлично. Бекка не хотела его помощи так же сильно, как он не желал ее предлагать.

— Мы найдем кого-нибудь другого, кто смог бы нас проконсультировать.

На губах Герти появилась ухмылка, которая появляется у всех ученых, когда они сделали открытие и вот-вот закричат «эврика».

— Или…

— Или что? — одновременно спросили и Бекка и Калеб.

— Возможно, другая компания заинтересуется нашей продукцией и захочет стать нашим партнером. — Герти начала перечислять конкурентов «Чистого образа», что заставило Калеба сжать губы и запыхтеть от возмущения.

Бекка изо всех сил пыталась сдержать улыбку. Герти не только была невероятно умной, но также хорошо знала, как добиться своей цели. Поэтому-то Бекка и жила теперь в поместье. Она задумалась, понимает ли Калеб, что у него нет ни единого шанса на победу.

— Ты не можешь так поступить, — выпалил он.

— Я создала эти формулы за свои деньги и в своей домашней лаборатории, — ответила Герти. — Я могу делать с ними все, что пожелаю.

Это правда. Но Герти все еще является владелицей компании «Чистый образ». Бекка почти ничего не смыслила в бизнесе, но даже она понимала, что такое бунтарское поведение Герти приведет к весьма плачевным последствиям.

Калеб положил ладони на спинку кресла. Его пальцы настолько сильно сжались, что его костяшки побелели.

«Пожалуйста, скажи нет».

Бекка не хотела, чтобы он консультировал их. Безусловно, ей с Герти нужна будет помощь. Но Бекка не желала больше никогда видеть Калеба. Она не могла отрицать, что ее влекло к нему. И это было весьма странным. Обычно она встречалась с «плохими» рисковыми парнями, и ей совсем не нравились такие высокомерные снобы, как Калеб.

Калеб оказался в западне, ловко подстроенной его же собственной бабушкой. Такого от этой встречи он явно не ожидал. Сейчас ему просто было необходимо исправить ситуацию.

Калеб посмотрел на бабушку, как будто видел ее насквозь. Но, к сожалению, она была занята радостно кружащимися собаками. Ничего, он знал, как с ней справиться. А вот ее так называемая помощница — это отдельная история. Бекка, казалось, была довольна тем, что он оказался в такой непростой ситуации. Она сидела за столом, выпрямив спину и бросая на него воинственные взгляды. Такого поведения и такой реакции от простой помощницы или же от вожатой собак он совсем не ожидал. Калеб мог бы поспорить, что это именно Бекка предложила бабушке заняться созданием косметики для собак. Она наверняка была очередной мошенницей, которая устроилась на работу помощницей в надежде урвать побольше денег.

Правда, Бекка больше походила на студентку колледжа, нежели на преступницу, особенно в футболке с надписью «Твой образ не завершен без собачьей шерсти» и коротких джинсовых шортах, открывающих длинные стройные ноги. А ноги у нее были просто восхитительными, надо отдать им должное. Но внешность часто бывает обманчивой. Когда-то Калеб уже позволил Кассандре, с ее привлекательным гламурным лицом, обмануть себя. Бекка же была далека от всякого гламура. С короткими взъерошенными каштановыми волосами и без капли макияжа на лице, она больше походила на соседскую девчонку. Но в ней была какая-то тайна, которую Калеб не мог разгадать с ходу, и этим она его привлекала.

— Из этой затеи ничего не выйдет, — наконец произнес он.

— О какой затее ты говоришь, дорогой? — уточнила Герти.

Чувственные губы Бекки растянулись в улыбке, она явно получала удовольствие от его неудобства.

— Если ты обратишься за помощью к одной из конкурирующих с «Чистым образом» компаний, пресса превратит нашу жизнь в настоящий ужас. И только представить, что подумают наши сотрудники. Ты являешься креативным разработчиком всей нашей продукции. Как ты вообще сможешь работать одновременно и с одной и с другой компанией?

— Для них я буду создавать косметические средства для животных, а для нашей компании — для людей. — Губы Герти растянулись в игривой усмешке. — По-моему, неплохое решение.

— Это настоящий шантаж с твоей стороны.

— Не могу поверить, что ты думаешь, будто я способна опуститься так низко.

Ну да, конечно. Калеб все еще помнил то время, когда стоял перед выбором колледжа, и как к его вариантам отнеслась бабушка. Военно-морская академия США — слишком опасно. Гарвард — слишком далеко. Беркли — слишком демократично. Она уверенно направляла его на путь, выбранный ею самой, — Стэнфорд, ее собственная альма-матер.

— Уверен, что ты способна и на худшее, лишь бы добиться желаемого.

Бекка тут же понимающе заулыбалась. Хоть кто-то находил в этой ситуации что-то занимательное. Но надо отдать ей должное, у нее была весьма привлекательная улыбка, которая заставила Калеба задуматься о теплых, солнечных, весенних днях — поре распускающихся цветов. Странные мысли, если учесть, что он очень мало времени проводил на улице, на природе.

— Мне не нужно прибегать ни к каким уловкам, — ответила бабушка. — Ты пообещал своему дедушке, что позаботишься о нашей семье.

Калеб поморщился:

— Я, как могу, стараюсь сделать твою жизнь лучше.

Герти стала гладить серую собачку по имени Блу, оставив его слова без ответа. Тактика молчания была ему прекрасна знакома.

— Бабушка…

— Герти, не вы ли недавно говорили мне, что беспокоитесь, что ваш внук так много работает? — вмешалась Бекка. — Может, лучше найти кого-нибудь другого, кто смог бы нас проконсультировать, если Калеб сейчас занят?

Бекка так неожиданно встала на его сторону? Это заставило Калеба еще больше забеспокоиться.

— Отличная идея, — ответил он, подыгрывая ей. Может, ему удастся застать Бекку врасплох и уличить во лжи. — Я не уверен, что вообще смогу продохнуть, ведь начинается компания по продвижению линии детской косметики. Ты и сама понимаешь.

— Да, конечно. — Герти приложила палец к подбородку. — Но мне бы не хотелось работать с кем-то не из семьи.

— Возможно, Калеб знает кого-то, кто мог бы нам помочь, — сказала Бекка.

Он бы предпочел, чтобы его бабушка бросила эту задумку, но все равно, когда она осознает, какое это трудно — начать собственное дело, она сама поймет, что лучше ей наслаждаться отставкой.

— Я могу предложить вам несколько кандидатур. Я даже знаю человека, который идеально подойдет на эту работу.

— Ну, попробовать можно, — ответила Герти.

— По-моему, замечательное решение. — Голос Бекки был полон энтузиазма. — У нас все получиться.

У нас? Бекка вела себя как полноправный партнер. Ему нужно будет серьезно поговорить с бабушкой и понять, насколько хорошо она знает свою помощницу. Что-то с Беккой явно неладно. Она что-то задумала.

— Я пришлю тебе информацию с именами и номерами телефонов, бабушка.

— Лучше пришли ее Бекке. Как ты успел заметить, я просто химик, а не деловая женщина.

— Ну хорошо. — Калеб быстро посмотрел на свои часы, нагнулся и поцеловал бабушку в щеку. — Теперь, если вы извините меня, мне нужно возвращаться в офис.

Герти тут же взяла его за руку. Ее хрупкие пальцы держали его крепко.

— Ты не можешь пока уйти. Ты же не попробовал моего пирога.

Морковный пирог. Калеб совсем забыл. Но на работе его ждет высокая стопка документов, требующих внимания. Он еще раз посмотрел на часы.

— Герти приготовила этот морковный пирог сама. Вы просто обязаны попробовать кусочек. — Тон Бекки был легким и принужденным, но во взгляде читалось предупреждение.

Интересно. Помощница, так рьяно защищающая чувства его бабушки. Обычно это была его работа.

Калеб обнял Герти:

— Я с радостью попробую твой пирог со стаканом холодного чая.

Собаки нарезали круги около Бекки, весело подскакивая и лая, гоняясь за мячом. Бекка стояла на лужайке, в то время как Герти зашла в дом, чтобы попросить миссис Харрисон приготовить им прохладительные напитки. Бекка предпочла играть с собаками, нежели сидеть на веранде вместе с Калебом. Она не видела никакого смысла в беззаботной беседе с мужчиной, который собирался как можно быстрее съесть кусок пирога и отправиться по своим делам.

— Только посмотри на себя, Блу. — Бекка начала вычищать палочки и листья из густой серой шерсти керри-блю-терьера. — Нам стоит привести тебя в порядок, пока Герти не вернулась.

Все собаки — и такие породистые, как Блу, и дворняжки, как Дозер, — просто обожали возиться в грязи. Герти ничего не имела против этого, а вот Бекка старалась, чтобы собаки всегда выглядели опрятно. Блу облизнул ее руку.

Наклонившись, она поцеловала его в голову:

— Какой ты хороший мальчик.

— Вы любите собак.

Бекка от неожиданности подпрыгнула. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы убедиться, что Калеб стоял у нее за спиной, но она все равно посмотрела из-за плеча.

— Я действительно люблю собак. Они — вся моя жизнь.

Калеб внимательно смотрел на нее своими холодными глазами, словно она была очередным пакетом акций, и он решал, купить его или нет. Бекка чувствовала себя некомфортно, беспомощно. Внезапно у нее зачесался нос. А воздух, казалось, отказывался наполнять ее легкие. Калеб подошел к ней:

— Вы работаете консультантом по собакам?

— Это Герти придумала для меня такую должность, — ответила Бекка. — На самом деле я вожатая и лицензированный ветеринар.

— Прямо мастер на все руки.

Можно и так сказать. Или же просто человек, отчаянно пытающийся превратить свою мечту о постоянной работе с животными в реальность.

— Да, если работа связана с животными и собаками в частности.

Сноуи и Морис гонялись друг за другом, громко заливаясь лаем. Дозер и Хантер отнимали друг у друга какую-то игрушку. Блу спокойно сидел в ногах Бекки.

— Мне нужно отвести собак в вольер.

На лице Калеба отразилось замешательство. С таким же успехом он мог бы высказать свои мысли вслух.

— Да, у Герти есть вольер, — произнесла Бекка.

— Как вы узнали, о чем я думал?

— Прочитала по вашему лицу. — Бекка громко засмеялась. — Думаю, вы не часто играете в покер. Если только вам не нравиться все время проигрывать.

Калеб был ничуть не огорчен ее колкостями, он выглядел на удивление повеселевшим.

— Эй, — ответил он. — В покер я играю даже очень неплохо.

— Наверное, ваши соперники были слепыми.

— Ха-ха.

— С вашим лицом в покер нельзя играть.

Калеб горделиво расправил плечи:

— Если хотите знать, в играх я часто оказываюсь победителем.

Бекке нравилось, что он был способен пошутить и посмеяться над самим собой.

— Да верю я вам.

— Нет, не верите.

Она почувствовала, как внезапно покраснела:

— Ну ладно, может, и не верю.

— Правда?

— Я стараюсь всегда говорить правду. — Речь уже шла не о карточных играх. — Очень важно, чтобы игра была честной.

Калеб приподнял бровь:

— А вы хорошо умеете блефовать в покере?

— Вы ведь поняли, что я не верю в ваши игровые способности, значит, у меня не очень-то получилось это скрыть.

— Разве вам нечего скрывать?

— Иметь секреты — не в моем стиле.

— А что в вашем?

— Главное — иметь определенную стратегию. — Бекка не знала, поверил ли он ей или нет, но она очень наделась, что да. — Именно поэтому я не сяду за покерный стол с вами. Вас легко можно прочитать. Выиграть у вас будет так же просто, как отнять игрушку у щенка.

— Щенка, ты серьезно? — спросил Калеб, от возмущения переходя на «ты».

— Это был бы весьма мужественный и сильный щенок.

Калеб широко улыбнулся:

— Конечно, мне бы не хотелось быть маленьким и беззащитным щенком.

Он не отрываясь смотрел ей прямо в глаза. Бекка также не могла отвести от него взгляда. Что-то вспыхнуло между ними. Искра. Появилась невидимая связь. Ее пульс участился. Калеб отвел взгляд.

Что только что произошло? Ей никогда не нравились такие мужчины, как он.

— Мне пора идти, — сказала Бекка.

— Мне хотелось бы увидеть этот вольер для собак.

— Хм, конечно. — Бекка ощущала себя неуверенно в его присутствии. Она указала рукой налево. — Вольер находится рядом с гостевым коттеджем.

Калеб шел бок о бок с Беккой, стараясь не шагать слишком широко.

— Как ты познакомилась с моей бабушкой?

Бекка подозвала к себе пять собак, которые тут же последовали за ней.

— «Роуз Сити классик».

Калеб в замешательстве посмотрел на нее.

— Его проводят в Портленде. Самая крупная выставка собак на Восточном побережье. Твоя бабушка наняла меня, чтобы я участвовала со Сноуи в соревновании на звание «Лучший в породе». Мы заняли тогда третье место. Это был неплохой день.

Блу побежал впереди всей компании, как будто начал гнаться за чем-то: игрушкой или мячиком, может, за белкой. Бекка просвистела. Он тут же вернулся к ней с печальными карими глазками.

Калеб приподнял подбородок:

— Третье место — это ведь хорошо?

— Герти была очень довольна таким результатом. После этого она предложила мне работу — ухаживать за ее собаками, породистыми и дворняжками, здесь в поместье.

— А что насчет косметики по уходу за собаками?

— Она рассказала мне о своей идее уже после того, как я сюда приехала.

На лице Калеба на мгновение появилось выражение удивления, но также быстро оно пропало.

— Мне показалось, ты действительно сильно помогаешь ей во всем.

— Я стараюсь быть полезной, — ответила Бекка. — Твоя бабушка по-настоящему удивительный человек.

— Да, это верно. — Он внимательно посмотрел на нее. — И мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь воспользовался ее доверчивостью.

Подозрение в его голосе заставило Бекку почувствовать себя настоящей преступницей.

— Мне бы тоже этого ужасно не хотелось.

Наступила продолжительная тишина. Калеб все еще не спускал с нее внимательного взгляда. Чувствуя себя до безумия некомфортно, Бекка стала теребить нитку с края своих шорт.

Калеб протянул руку к Дозеру, который шел рядом с ними.

— Ты помогла мне с бабушкой, — сказал он. — Помогла выкрутиться из сложившейся ситуации.

По крайней мере, он был честен. Бекка облизнула губы, негодуя из-за того, как просто он мог вывести ее из себя.

— Было понятно, что ты не хочешь работать с нами.

— У меня нет на это времени, — возразил он.

— Времени никогда не бывает достаточно.

Дозер снова метнулась вперед, вдогонку за бабочкой.

— Время — деньги, — заявил Калеб.

— Его очень легко потерять, если не использовать его с умом.

— Это ты говоришь из личного опыта?

— Скорее из наблюдения.

Морис подошел к Калебу. Ему никогда не было достаточно внимания. Калеб нагнулся к собаке. Но Бекка опомнилась слишком поздно:

— Подожди!

Калеб погладил пса. Затем резко отдернул руку. Огромный клок шерсти остался на его ладони.

— Что это за…

Морис потерся об ногу Калеба, оставляя еще больше шерсти на его брюках.

О, нет. Бекка прикусила губу, чтобы не засмеяться.

Калеб нахмурился, в его голосе явно читалось раздражение.

— Эта огромная лайка оставила на мне достаточно шерсти, чтобы набить подушку.

— Морис — норвежский элкхаунд. Сейчас он линяет.

Пес выглядел невероятно виноватым, точно так же как и тогда, когда оказалось, что он крал еду из мусорного ведра. Бекка подозвала его к себе и погладила по голове.

— Это происходит пару раз в год. Но убирать за ними совсем не весело.

— Да, это уж точно.

Голос Калеба был настолько заносчивым, будто это Бекка была в всем виновата.

— Посмотри на свое положение с другой стороны.

Калеб сжал губы:

— Это с какой же?

— На тебе могли бы быть надеты черные, а не темно-синие брюки.

Сначала он ничего не ответил, а затем лучезарная улыбка озарила его лицо.

— Да, пожалуй, я настоящий счастливчик. Ладно, это ведь просто собачья шерсть, а не конец света.

Если Калеб будет продолжать так привлекательно улыбаться, для нее может наступить конец света.

Калеб наклонился и попытался стряхнуть шерсть со своих брюк, но толку от этого не было, он только еще сильнее испачкался.

— Осторожно. — Бекка вспомнила, что ему потом снова нужно вернуться в офис. — Или ты сделаешь еще…

— Хуже. — Калеб тихо засмеялся. — Уже слишком поздно.

Бекка тоже начала улыбаться:

— У меня есть липкий ролик-щетка. Я быстро смогу почистить твой костюм.

— А я думал, тебе нравиться носить собачью шерсть.

— Хм?

— Твоя футболка.

Она прочитала надпись у себя на груди:

— О, верно. Но прилипающая собачья шерсть — это постоянный риск в моей профессии.

— Тем не менее ты носишь с собой щетку.

— Никогда не знаешь, когда она может понадобиться.

— И часто тебе приходиться чистить мужчинам одежду? — спросил Калеб игриво, казалось, что он начал с ней флиртовать. Но это не имело никакого смысла. Калеб бы не стал этого делать.

Бекка нерешительно облизала нижнюю губу:

— Нет, не часто.

Нечто похожее на интерес промелькнуло у него в глазах.

— Тогда для меня это настоящая честь.

Теперь Бекка начала нервничать по-настоящему. Связаться с таким мужчиной, как Калеб, было плохой мыслью. Она сделала глубокий вдох.

— У тебя есть с собой еще какая-нибудь одежда? Почистить собачью шерсть с твоих штанов будет легче, если ты их снимешь.

— Я думал, ты не ищешь легких путей.

Бекка тут же представила, как стоит перед ним на коленях и проводит щеткой по его брюкам. Она скрестила руки на груди, почувствовав, как ей стало внезапно невероятно жарко.

Калеб заулыбался:

— Я оставил свою спортивную сумку в машине.

Бекка сразу представила его в шортах и футболке, облегающей его широкую накачанную грудь и сильные руки. Он сказал «спортивную сумку»? Это значит, что у него есть время посетить тренажерный зал, но нет времени на бабушку.

— Пойди тогда переоденься, — сказала она. — Я отведу собак в вольер и захвачу щетку из гостевого коттеджа.

— Ты пользуешься гостевым коттеджем в качестве своего офиса?

— Нет, я живу там.

Калеб в замешательстве разинул рот, затем быстро поспешил его закрыть.

— Ты живешь на территории поместья, — наконец произнес он.

— Да.

— Почему? — Одно это слово было пропитано таким высокомерием, что Бекка ощутила, будто ей на голову вылили целое ведро ледяной воды.

Калеб терпеливо ждал ее ответа.

— Потому что Герти решила, что так будет лучше.

— Лучше для тебя.

— Да. — Но ситуация была гораздо более сложной. — И для Герти тоже.

На его лице явно читалось смятение.

— У моей бабушки есть все. Она ни в чем не нуждается.

— Герти подумала, что мне будет проще выполнять свою работу, если мне не придется ездить туда-сюда все время. Но также она попросила меня остаться, потому что чувствует себя одиноко.

— Моя бабушка чувствует себя одиноко?

В голосе Калеба явно слышались недоумение и неверие.

— Да.

— Этого не может быть, — тут же начал отрицать Калеб. — У Герти Фейрчайлд столько друзей, трудно сосчитать. Она настоящая светская особа. Бабушка может посещать званые ужины и другие светские мероприятия хоть каждый день. В поместье работает служебный персонал, готовый выполнить каждый ее каприз. Она не может чувствовать себя одинокой, это просто невозможно.

То, что сказал Калеб, когда-то действительно было правдой, но не сейчас.

— У Герти действительно много слуг, но они не ее друзья, они ее работники. Два раза в неделю она ходит пообедать со своими друзьями. Но с тех пор, как я стала здесь жить, она не сходила ни на одно светское мероприятие. Она предпочитает проводить время, работая в лаборатории.

— Вот именно, она не вылезает из лаборатории и поэтому так редко встречается со своими друзьями.

— Я думаю, что твоей бабушке больше хочется проводить время со своей семьей, а не с друзьями.

— Ты думаешь? — Калеб поморщился. — Я и моя сестра…

— Видитесь с ней каждое воскресенье за обедом в загородном клубе, я знаю. Но с моего переезда ни ты, ни твоя сестра просто так не заезжали к ней. И даже сегодня ты приехал не просто так.

— Как я уже сказал…

— Ты очень занят, — закончила за него Бекка.

Калеб задумчиво посмотрел на поместье.

— Все, что моей бабушке нужно сделать, — это поднять трубку и позвонить мне. И я дам ей все, что она пожелает.

— Герти попросила твоей помощи с продвижением линии средств по уходу за собаками.

— Это…

— Не то же самое?

На его шее проступила пульсирующая вена.

— Ты хорошо устроилась: получила работу, живешь здесь на территории поместья. Я уверен, моя бабушка платит тебе неплохие деньги за то, чтобы ты повозилась с несколькими собаками и поводила их по кругу на выставочной сцене. Почему ты так о ней беспокоишься?

— Герти очень сильно мне помогла. И я хочу, чтобы она была счастлива.

— Можешь мне поверить, она и так счастлива. Но тебе не занимать наглости, ты наговорила ей всякой ерунды, и теперь ее голова забита дурацкими идеями, как продвинуть эту собачью косметику. И ты еще упрекаешь меня в том, что я неправильно веду себя со своей семьей.

Теперь Калеб говорил до безумия самоуверенным тоном. Он не видел правды. Он был таким же, как все те люди, которые считали ее грязью, приставшей к подошве их дорогих дизайнерских ботинок.

Бекка протянула к нему руку:

— Дай мне свой пиджак.

— Ты собираешься мне помочь, после того как выставила меня полным козлом? — ответил он.

— Я предложила свою помощь. Все, что я тебя говорила, было правдой.

Казалось, что он не особенно верил ее словам. Теперь они квиты. Она тоже не доверяла ему.

— Правдой, которую видишь ты сама, — сказал он.

Она посмотрела ему прямо в глаза:

— То же самое я могу сказать и о твоей правде.

Какое-то время они стояли в тишине, не отводя друг от друга взглядов.

— По крайней мере, мы знаем, где стоим, — объявил Калеб.

Бекка забрала у него пиджак.

— Чтобы ты знал, я делаю это не для тебя, а для Герти.

Глава 3

Когда Калеб переоделся в шорты и футболку и вернулся на веранду, на столе уже стояли фарфоровые приборы, хрустальные бокалы и огромная ваза с букетом желтых и нежно-розовых роз, срезанных из сада. Все выглядело очень элегантно, по-другому его бабушка и не могла.

— Ты превзошла саму себя.

— Мне просто нравиться принимать гостей. — Бабушка сияла, выдвигая для Калеба кресло. — Садись и поешь.

Калеб присел рядом с ней, затем заметил Бекку, сидящую напротив. Что она вообще здесь делает? Он хотел поговорить с бабушкой наедине, разузнать у нее побольше о Бекке, рассказать ей о своих опасениях, что девушка просто пользуется добротой и щедростью Герти.

Когда они шли к вольеру для собак, Калеб почувствовал между ними связь, такого он давно уже не ощущал после Кассандры. Но он понимал, что не должен доверять своим эмоциям, ведь он ничего не знал о Бекке.

Калеб отломил вилкой кусочек пирога. Серебряный прибор звонко ударил по фарфоровой тарелке. Как будто ему нужно еще что-нибудь от Бекки Тейлор, кроме одежной щетки.

— Ты, должно быть, проголодался, — сказала Герти.

Кивнув, он начал есть пирог.

Бекка пила воду со льдом из высокого хрустального бокала.

— Собаки обычно остаются в вольере на весь день? — спросил Калеб.

По стенкам ее бокала стекали струйки конденсата. Бекка поставила бокал на желтую подставку.

— Нет, обычно они бегают по двору, но, если бы собаки были сейчас здесь, их было бы трудно оторвать от пирога.

Калеб молча попробовал охлажденный чай. Затем стал наблюдать, как Бекка отрезала кусок пирога вилкой и приоткрыла свои чувственные губы. Их компания «Чистый образ» выпускает помаду, делающую губы более пухлыми, и, согласно рекламному слогану, более желанными. Губы Бекки были и так идеальными. Словно мотылек, завороженный пламенем, Калеб не мог оторвать от нее глаз. Он поставил стакан на стол.

Что, черт возьми, с ним не так? Бекка работает на его бабушку, и она опасна. Калеб заставил себя отвести от девушки взгляд. Он ощущал себя сбитым с толку, раздраженным, увлеченным. Нет, не увлеченным, она отвлекала его внимание.

Калеб положил вилку на стол возле тарелки.

— Пожалуйста, не говори мне, что ты больше не будешь есть! — взмолилась Герти.

Калеб больше не хотел пирога, ему нужно было выяснить что-нибудь про Бекку, затем незамедлительно вернуться на работу.

— Я только решил передохнуть, чтобы еда лучше усвоилась.

Он посмотрел краем глаза на Бекку. Она провела кончиком языка по верхней губе, чтобы убрать остатки крема. Калеб потянул за воротник своей футболки. Из-за этой ужасной жары он потел.

— Пирог просто восхитительный. Тесто хорошо пропиталось, — заметил Калеб. — А крем не слишком сладкий, все как нужно.

С сияющими глазами Герти придвинулась к нему:

— Я так рада, что тебе понравился мой пирог. Я долго оттачивала этот рецепт.

Бекка мило улыбалась, продолжая есть свой кусок, от которого осталась только половина.

— Думаю, ты довела его до совершенства.

Герти засмеялась:

— Да, попыток у меня было много.

— Я никогда не отказывалась от кусочка вашего пирога. — Бекка выразительно похлопала себя по своему плоскому животу. — Как вы могли заметить.

— Глупости, — возмутилась бабушка. — У тебя отличная фигура. К тому же пару кусочков отменного пирога еще никому не навредили. И мужчинам нравятся женственные формы, не так ли, Калеб?

— Угу, — пробормотал он в ответ.

— Вот видишь, — победно заявила Герти.

Бекка тепло посмотрела на нее:

— Хорошо, вы меня убедили.

Калеб переводил взгляд с одной женщины на другую. Бабушка относилась к Бекке скорее как к другу, нежели работнице. Такое поведение было обычным. Герти вела себя так со всеми слугами, включая молчаливую миссис Харрисон — сорокалетнюю вдову, которая предпочитала, чтобы к ней обращались по фамилии. Тем не менее такая близость между двумя женщинами разного возраста, разного социального положения, обладающими абсолютно разными характерами, только еще сильнее настораживала его. Что-то здесь явно не так.

— Бабушка отлично печет.

— Тебе нужно было приехать сюда в понедельник, — сказала Бекка. — Герти превзошла саму себя, приготовив пирог «Черный лес». Просто пальчики оближешь.

— Пирог «Черный лес»? — переспросил он.

Герти закивала:

— Твой любимый.

Это было только три дня назад. Калеб уставился в свою тарелку.

— Как часто ты готовишь пироги?

— Зависит от того, как быстро мы их съедаем, — ответила бабушка.

— Мы?

— Бекка, весь служебный персонал поместья, ассистенты в моей лаборатории, — объяснила Герти. — Иногда Бекка забирает остатки в ветеринарную клинику, когда наступает ее смена.

Подождите-ка минутку. Калеб полагал, что бабушка хорошо платит Бекке и пригласила ее бесплатно жить в коттедже. Зачем Бекке работать еще и в ветеринарной клинике? Особенно если она была в процессе осуществления своего мошеннического плана?

— Значит, пироги ты готовишь часто. — Калеб пытался разобраться в ситуации. — Я и не знал, что ты так сильно любишь готовить.

Герти повела плечами, но в ее движениях не было легкости.

— Я же не могу позволить, чтобы у меня не оказалось лакомства для моих внуков.

Черт. Бекка была права. Бабушка действительно чувствовала себя одинокой. Калеба сжигало чувство вины, когда он думал обо всех тех многочисленных пирогах, которые она приготовила с любовью, в надежде, что кто-то приедет навестить ее.

Калеб открыл рот, чтобы что-то сказать, но не мог найти подходящих слов. Простых извинений было недостаточно. Он сжал губы.

На лице Бекки появилась маленькая довольная ухмылка. Она была безумно рада, что ей удалось доказать ему свою правоту. Как сильно бабушка успела привязаться к Бекке? Калебу нужно найти для Герти новую помощницу, кого-то с хорошим образованием, стилем и манерами. Кого-то, кому он мог бы доверять.

Бекка поднесла к губам вилку с очередным маленьким кусочком пирога, казалось, что она делает все нарочито медленно, специально мучая его. Но Калеб не мог отделаться от мысли, что ему нужно как-то исправить ситуацию с бабушкой.

— Ты мог бы съесть еще один кусок пирога, когда закончишь этот, — сказала Герти.

— На сегодня мне хватит одного, — ответил он. — Но ты обязательно скажи мне, когда ты будешь делать пирог «Черный лес», и я приеду его попробовать.

— Я так и сделаю, — радостно ответила Герти, лучезарно улыбнувшись.

Калеб-то думал, что он образцово-показательный внук: ведь он звонит и пишет сообщения, встречается с бабушкой каждое воскресенье в загородном клубе. Но Герти все равно необходимо больше проводить времени со своей семьей. Он должен найти выход…

Бекка провела вилкой по тарелке. Еда. Калебу на ум пришла одна идея. Ему ведь нужно есть. Так же как и бабушке.

Обед в воскресенье в загородном клубе никто не отменял. Вопрос состоял в том, как часто ему нужно будет это делать? Можно начать с одного дополнительного ужина в неделю.

— Поужинаем вместе в четверг на следующей неделе? Пригласи Кортни, — предложил он. — Я уверен, твой повар может приготовить для нас какой-нибудь кулинарный шедевр. Десерт можешь сделать сама.

Герти начала подпрыгивать на кресле, словно подросток, а не взрослая пожилая женщина.

— Отличная идея, — радостно сказала она. — Ты думаешь, Кортни сможет прийти?

Счастливое предвкушение в голосе бабушки заставило Калеба пообещать себе, что он обязательно уговорит свою сестру прийти, даже если ему придется купить ей самую дорогую пару дизайнерских туфель. Увидеть радость на лице бабушки стоило того.

— Конечно, думаю, она придет.

Герти была вне себя от счастья.

— Замечательно, потому что я не могу дождаться, чтобы познакомить Кортни с Беккой.

Калеб расправил плечи, пытаясь ослабить в них напряжение. Ему совсем не хотелось, чтобы Бекка была на этом ужине. Она уже и так зашла слишком далеко.

— Ты можешь присоединиться к нам на бокал вина в четверг, — произнес Калеб, фальшиво улыбнувшись.

— Мне бы не хотелось вам мешать.

— Какие глупости, ты не будешь нам мешать, — заявила Герти, до того как Калеб смог что-либо ответить. — Ты будешь ужинать с нами.

— Нет. — Калеб и Бекка произнесли это одновременно.

Бекка была непредсказуемой. Это еще одна черта, которая не нравилась ему в ней. Он не любил сюрпризы, но мог поспорить, что Бекка была от них в восторге.

Герти нахмурилась:

— Калеб!

Бекка не отрываясь смотрела на свою полупустую тарелку:

— Герти, все нормально.

Но это была неправда. Калеб заслужил услышать разочарование и неодобрение в голосе бабушки.

— Я имел в виду, что если не знать Кортини, первая встреча с ней может оказаться шоком. Я не удивлюсь, если в ее честь когда-нибудь назовут ураган в пять баллов.

— Твоя сестра может иногда вести себя… необычно, — признала Герти.

Это еще мягко сказано. Кортни была настоящей королевой мелодрамы. Она была уверена, что все люди на земле существуют только для того, чтобы быть ей полезными. Она оставалась до безумия эгоистичной. Даже после того, как Калеб заставил ее работать в их компании, чтобы Кортни имела возможность распоряжаться своим наследством.

— Мы ведь не хотим, чтобы поведение Кортни испугала Бекку, и она убежала от нас куда глаза глядят.

Хотя, с другой стороны, это ведь как раз то, чего он хочет.

— Бекка не из пугливых. Она намного сильнее духом, чем ты думаешь, — заявила Герти.

— Спасибо за приглашение, но я думаю, вам стоит провести время со своими внуками, — откликнулась Бекка. — У меня все равно бы не получилось прийти. Меня просили в четверг подменить ветеринара в круглосуточной клинике для животных.

— Как жалко, — произнес Калеб.

— Да, действительно жалко, — кивнула Бекка. — Но я уверена, что вы отлично проведете время.

Она явно чувствовала облегчение от того, что ей не придется присутствовать на ужине. Может, она правда видела его насквозь.

— Нам будет тебя не хватать.

Да, так же сильно, как ядовитой гадюки.

На лице Герти отразилось выражение потерянности. Она тут же ссутулилась.

— Ты должна пойти на работу в тот день, Бекка? — Ее голос дрожал.

Калеб немедленно пододвинулся к бабушке. Его охватило нарастающее чувство тревоги. Взяв Герти за руку, он ощутил, какой на удивление теплой была ее кожа. Ее пульс не был учащенным. Это ведь хороший признак.

— Бабушка? С тобой все в порядке?

Она посмотрела на их сцепленные руки:

— Я забыла, что Бекка работает в четверг. У меня есть личный помощник, который напоминает мне обо всем, но…

Герти медленно покачала головой. Калеб прекрасно понимал причину ее беспокойства. Его дедушка страдал болезнью Альцгеймера, превращающую жизнь человека и всех, кто его любит, в настоящий ужас. Но даже в те трудные для их семьи времена бабушка показала настоящую силу духа. Калеб никогда не видел свою бабушку такой потерянной.

— Тебе не стоит волноваться. В последнее время на тебя столько свалилось.

— Это правда, — вторила ему Бекка.

— Я должна была помнить рабочее расписание Бекки, — произнесла Герти.

— Но расписание следующей недели я вам еще не говорила, — мягко ответила Бекка. В ее голосе читалась явная забота. — Мне позвонили только сегодня утром и попросили заменить. Вы ничего не забыли.

— Не забыла? — неуверенно повторила Герти, что заставило Калеба забеспокоиться еще сильнее.

— Нет, — уверила ее Бекка.

Время позвонить бабушкиному доктору. Калеб погладил Герти по руке.

— Я собираюсь остаться здесь на вечер. — Конечно же его рабочий график был очень плотным, но сейчас бабушка нуждалась в нем. К тому же он сможет использовать это время, чтобы узнать побольше о Бекке. — Я могу закончить рабочие дела прямо отсюда, а потом мы поужинаем вместе.

Герти расправила плечи. От ее беспомощности и смятения не осталось и следа. Она распустилась, словно цветок на солнце. Улыбка озарила ее лицо, а глаза засияли.

— Это будет просто восхитительно.

Хм? Такая разительная перемена в ней привела его в полнейшее замешательство.

— Мора, наш новый повар, как раз собиралась готовить лазанью сегодня на ужин. Она будет использовать соус по моему рецепту, — объявила Герти. — Бекка обожает мой фирменный соус, не так ли, дорогая?

В глазах Бекки сверкали игривые огоньки.

— Это правда.

— Буду рад попробовать, но давай сначала позвоним твоему доктору.

— Со мной все в порядке, — тут же произнесла Герти. — Два месяца назад я прошла полное обследование. Доктор Лафам сказал, что я абсолютно здорова и у меня память как у слона.

Тогда что же случилось с ней пару минут назад?

— Мне ничего не стоит позвонить ему.

Герти удивленно раскрыла рот. Затем склонилась к нему ближе:

— Ты беспокоишься обо мне.

Не было никакого смысла отрицать это. Калеб просто кивнул.

Герти нежно прикоснулась к его щеке:

— Ты всегда был очень милым и добрым мальчиком.

Калеб раздражено выдохнул:

— Я уже давно не мальчик.

— И то правда, но я все еще помню, как ты голышом бегал по дому. — Бабушка посмотрела на Бекку, в то время как он залился от стыда краской. — Он отказывался носить любую другую одежду, кроме костюмов супергероев и камуфляжной формы.

Можно уже не звонить доктору, а просто заказать катафалк. Для него. Калеб был готов умереть от стыда.

— Сколько мне было? Три года?

— Когда тебе было три, четыре и пять. Кажется, что это было только вчера. — В голосе бабушки звучала тоска. Она поднялась с кресла. — Пожалуйста, не волнуйся обо мне. Со мной все хорошо.

Калеб не очень в это верил. Он также встал.

— Доешь свой пирог. Я пойду предупрежу миссис Харрисон, что ты останешься на ужин.

— Я пойду с тобой, — сказал он.

Бекка настойчиво показала, что ему нужно сесть обратно за стол. Калеб тут же вернулся на место.

— Но лучше я доем этот замечательный пирог.

— Так-то лучше. После можешь использовать мой кабинет для работы, — быстро произнесла Герти и немедленно направилась в дом. Французские двери захлопнулись за ее спиной.

Калеб склонился над столом. Бекка, может, и не нравилась ему, и он, безусловно, ей не доверял, но она была единственным человеком, у которого он мог это спросить.

— Что происходит с моей бабушкой?

— Я думаю, сейчас она судорожно копается в кладовке, чтобы найти ингредиенты для пирога «Черный лес».

Глаза Калеба потемнели и стали цвета изумруда.

— Что?

— Ты ведь помнишь, как говорил, что твоя бабушка любит использовать различные уловки, чтобы добиться желаемого?

Калеб нахмурился:

— Да.

— Герти дурачит нас обоих, притворяясь бабушкой-склерозницей.

— Не может быть.

— Это правда. — Бекка старалась из-за всех сил не начать смеяться во весь голос. — Как ты легко ей поверил.

— Хм?

— Ты ведь теперь не только поел пирог, ты еще и останешься на ужин.

Калеб потер шею:

— Бабушка так ловко обвела меня вокруг пальца.

— Твоя бабушка самая умная женщина, которую я когда-либо встречала.

— Ты тоже далеко не глупа.

Бекка почувствовала, как тепло разливается у нее в животе. Она надеялась, что не сильно краснеет. Никто, кроме Герти, никогда не отмечал ее интеллект.

— Спасибо, но это не так-то трудно было заметить.

— Как ты поняла? — спросил он.

Калеб откинулся на спинку стула, он выглядел гораздо более расслабленным. Его спортивная одежда сидела на нем весьма привлекательно.

— Бекка?

— Я не говорила Герти о моем графике на следующей неделе. Но когда она какое-то время смотрела на ваши сцепленные руки, я поняла, что здесь что-то не так.

— Я тоже подумал, что это странно, но бабушка всегда знала, на что давить. Она заставила меня беспокоиться о ее здоровье.

— Отчаяние подталкивает людей совершать поступки, которые при других обстоятельствах они бы не совершили.

Калеб посмотрел на Бекку в недоуменном замешательстве:

— Моя бабушка не в отчаянии.

— Я была бы в отчаянии, если бы люди, которых я люблю, стали бы забывать обо мне.

— Тебе не нужно каждый раз напоминать мне об этом. Теперь я буду проводить с ней больше времени.

— Рада это слышать. — Бекка ожидала, что Калеб будет раздражен, но он выглядел виновато. Эта его более нежная сторона ей очень нравилась. — Ты даже не представляешь, насколько тебе повезло. Герти просто замечательная. Не стоит воспринимать ее как должное.

— Ты действительно переживаешь за мою бабушку?

Бекка кивнула:

— Хотелось бы мне, чтобы она была моей бабушкой.

— Твои родные живут недалеко? — поинтересовался Калеб.

— В Северном Айдахо. Но я не часто с ними вижусь. — Бекке было не по душе, что разговор перешел на нее. Она поднялась с места. — Мне пора идти.

Калеб отодвинул свой стул:

— Куда ты собралась?

— Принесу твой костюм.

— Пока ты не ушла, — он также поднялся, — я хотел бы задать тебе один вопрос.

— Какой?

— Правда ли, что эти средства для ухода за собаками такие замечательные?

— А ты поверишь в то, что я тебе скажу?

— Я спросил твое мнение.

— Средства настолько хороши, что они обязательно станут хитом продаж.

— Ты говоришь об этом с уверенностью.

— Потому что я уверена в этом, — ответила Бекка. — Эти продукты принесут нам огромную прибыль. Но даже хорошо, что «Чистый образ» не будет их производить.

— Я думал, это как раз то, что ты и моя бабушка хотели.

— Раньше хотели, сейчас уже нет.

— Хочешь от меня избавиться?

— Что-то в этом роде.

Его глаза вновь потемнели.

— Почему?

— Если компания не верит в успех продуктов, она не активирует все возможные ресурсы для продвижения этого товара, — объяснила Бекка. — Компания сделает минимум работы, только чтобы не обидеть Герти. Возможно, линия и будет неплохо продаваться, но успех не будет таким же, как если бы на его продвижение были брошены все силы.

— Для простой помощницы ты много знаешь о бизнесе.

Бекка была в бешенстве от того, что каждое его слово вызывало в ней реакцию.

— Я почти ничего не знаю. Это просто логично.

— Если продукты не будут производиться «Чистым образом», значит, тебе достанется больше денег.

Об этом она не подумала.

— Больше денег — это всегда хорошо.

— Конечно.

Как будто Калеб знал, каково это — не иметь за пазухой ни гроша. Он никогда не голодал, потому что не хватало денег купить еды. Он никогда не носил заштопанные вещи или заклеенные изолентой развалившиеся ботинки. Он не покидал тюрьму, не имея ничего, кроме рюкзака за спиной.

— Задумалась о том, как потратишь эти деньги? — спросил он.

— Думаю о том, что нам нужно делать дальше, — ответила Бекка. — Я дам тебе свой номер. Напиши мне имена и номера телефонов возможных консультантов.

— Это ни к чему.

У Бекки на мгновение остановилось сердце.

— Почему это?

— У меня уже есть на примете идеальная кандидатура.

— Кто это?

— Я.

Нет, нет, нет. Только не это.

— Ты же сказал, что занят.

— Это было до того, как ты указала мне, что я мало времени провожу со своей бабушкой.

О нет. Бекка сама навлекла на себя эту беду.

— Тебе нужно весело проводить время с Герти, а не работать.

— Ты сама сказала, что она любит работать.

— Да, но… — Бекка сглотнула. — Ты же не хочешь забросить дела в компании.

— Просто доверься мне.

Она никогда не сможет довериться мужчине, который имеет столько много денег и власти.

— Мне бы не хотелось тебя утруждать. Тебе совсем не обязательно это делать.

— Не беспокойся. — Он очаровательно ей улыбнулся. — К тому же я делаю это не для тебя, а для бабушки.

Глава 4

После долгого рабочего дня в офисе Калеб сразу же отправился на лимузине в поместье бабушки. Он надеялся, что элемент неожиданности придется ему на руку. Калебу не хотелось, чтобы вчерашний день повторился, когда на него свалилось столько новой неожиданной информации, заставшей его врасплох. То, что Калеб согласился быть консультантом, было отличным предлогом, чтобы заехать к бабушке без приглашения. Таким образом, он сможет понаблюдать за Беккой, до тех пор пока не разузнает, что она задумала. Миссис Харрисон открыла ему дверь. Оказалось, что Герти в своей лаборатории, как он и ожидал, а Бекка работает в бабушкином домашнем офисе.

Калеб остановился в дверях офиса, наблюдая на Беккой. С левой стороны от нее на столе стоял ноутбук, она склонилась над бумагами, на которых что-то записывала карандашом. На ней была темно-зеленая футболка. Калеб полагал, что она также надела короткие шорты, но мог видеть только ее длинные босые ноги, которые выглядывали из-под стола.

— Вся в работе?

Бекка быстро подняла свои огромные от удивления глаза, затем положила карандаш на стол.

— Калеб, я и не знала, что ты собираешься сегодня заехать.

— Я решил, что, может, у тебя уже возникли вопросы по поводу бизнес-плана, о котором мы говорили вчера.

— Я как раз над ним работаю.

Как удачно. Если, конечно, она не врет ему сейчас. Он сделал шаг к ней навстречу.

— Дай-ка мне посмотреть, что у тебя получилось.

Она нахмурилась:

— Я начала работать над ним только с утра.

— Консультант здесь я, — произнес он серьезным тоном. — Это моя работа следить за тем, чтобы ты всегда двигалась в правильном направлении.

А также проследить за тем, чтобы она не смогла причинить вреда тем, кого он любит.

Бекка настороженно посмотрела на него:

— Я и не знала, что в обязанности главного исполнительного директора входит проверять каждое слово, которое написали его подчиненные.

— Ты не моя подчиненная.

У Калеба больше не осталось сомнений в том, что она хотела от него избавиться.

— Но я взялся быть вашим консультантом.

Он уже нанял частного детектива, чтобы тот расследовал это дело, пока же Калеб собирался быть как можно ближе, даже если его работе придется пострадать.

— И я серьезно отношусь к своим обязанностям.

Бекка собрала документы в стопку и передала их ему.

— Там много страниц, а ты начала работу только утром?

— Я не занималась плагиатом, если ты на это намекаешь.

Между ними повисла напряженная тишина. Нога Бекки под столом нервно качалась.

— Я ни на что не намекал. — Калеб не доверял ей. Но он не мог отрицать, что она его… привлекала. Он указал на стопку бумаг у себя в руках. — Просто мои наблюдения.

— Я нашла в Интернете пример составления бизнес-плана, — ответила она, к его удивлению. — На том сайте есть объяснения, что и как писать.

— Очень удобно.

— Да.

Калеб быстро просмотрел ее черновые заметки и положил их на стол.

— Ну и как? — тут же спросила Бекка, умирая от любопытства.

— Неплохо. — Он ждал от нее реакции, но не получил желаемого. Либо ей было все равно, либо она отлично умела скрывать свои эмоции. Калеб решил, что скорее последнее. — Пока не пиши пояснительную записку, сделай это после того, как весь бизнес-план будет готов. Так ты сможешь четче видеть цели и направление компании.

Бекка поставила локти на стол и склонилась ближе к бумагам. Вырез ее футболки обнажал нежную кожу полной груди, облаченной в светло-бежевые кружева. Калеб позволил себе пару мгновений насладиться видом, затем покраснел и отвел глаза. Сейчас было совсем не подходящее время, чтобы отвлекаться.

— Что еще ты можешь посоветовать? — спросила Бекка.

В ее голосе был слышен явный интерес, она действительно хотела знать недочеты своей работы, чтобы их исправить. Такого он не ожидал.

Калеб еще раз взял в руки бумаги с бизнес-планом и просмотрел их. За годы работы ему не раз приходилось заниматься подобными вещами, поэтому он мог дать Бекке несколько ценных советов.

— Для начала очень даже неплохо, но тебе нужно поставить более конкретные цели и определить направление своей работы. Описания продуктов просто замечательны, но тебе не хватает информации о ценах на рынке и маркетинговых исследований. Нужно определить начальную цену. То, что «качество этих продуктов говорит само за себя», не может быть маркетинговой стратегией.

— Это все намного сложнее, чем я предполагала.

— Как раз об этом я и говорил вчера вам с моей бабушкой. — Чем сложнее им будет, тем быстрее они откажутся от этой дурацкой идеи. — Есть много других способов заработать деньги, не обязательно создавать собственную компанию.

Бекка посмотрела на свои руки на столе:

— Мне и людям, которых я знаю, никогда не удавалось легко заработать деньги.

— Мой дедушка всегда говорил, что нет ничего зазорного в тяжелой работе.

— Я слышала, что твой дедушка был очень мудрым человеком, но иногда бывает так, что, даже если ты тяжело работаешь, ты все равно не в состоянии прокормить свою семью. — Даже не подняв глаза на Калеба, она продолжала делать заметки на бумаге. — Мне нужно что-то еще добавить?

— Сначала исправить то, на что я уже указал, затем я снова просмотрю твои записи. — Калеб передал ей стопку бумаг. — Когда ты переехала сюда?

— В феврале.

Четыре месяца назад. Неужели он так долго не приезжал навестить Герти?

— Тогда у тебя было много времени, чтобы хорошо узнать мою бабушку.

— Начальница из нее отличная. Лучше всех.

— Бабушке нравится, когда все получается так, как она того хочет.

Бекка внимательно посмотрела на него:

— Большинству людей это нравится.

— А тебе?

— Если бы со мной такое когда-либо происходило, уверена, мне бы точно понравилось. Но этого никогда не происходило, — ответила она. — И хочу тебе сказать — это настоящий облом.

Калеб никогда не встречал женщину, похожую на Бекку Тейлор. Возможно, она действительно была мошенницей, но то, как она высказывала свои мысли, было весьма… интересным. Она умудрялась расписывать обыденный мир чудесными, яркими красками. Когда она уйдет, ему будет этого не хватать. Но все-таки он сможет пережить эту потерю.

На следующий день Бекка возвращалась вместе с Морисом с утренней пробежки. Она вела собаку к вольеру, капельки пота сбегали по ее лицу, ее ноги тряслись после сильной физической нагрузки.

— Ты оставайся здесь, а я пойду посмотрю, что нужно Герти.

— Моя бабушка просит тебя подойти в поместье.

Услышав голос Калеба, Бекка почувствовала, как мурашки прошли по ее телу.

Три визита за три дня. Для человека, который клялся, что очень занят, у Калеба появилось достаточно свободного времени, чтобы следить за ней, то есть «консультировать» ее. Сегодня воскресенье, и, если судить по тому, как он одет — в шорты цвета хаки и футболку, — он не собирался возвращаться в офис.

— Ты бегала, — заметил он.

— Собаки бегали. — Бекка открыла дверь в вольер. Порыв прохладного ветерка успокоил ее разгоряченную кожу и ее нарастающее раздражение. — Я просто держусь за поводки и тащусь за ними.

— Тебе не нравится бегать?

— А по моему виду не скажешь? — Она взглянула на него. — Можешь не отвечать.

Калеб заулыбался.

Он прошел вместе с ней в вольер, закрыв за собой дверь.

— Зачем тогда ты бегаешь, если тебе это не нравится?

Бекке было совсем не по душе, что они остались наедине в тесном вольере. Калеб, с его высоким ростом и широкими мускулистыми плечами, казалось, занимал все пространство.

— Некоторые собаки любят бегать на прогулках. — Бекка открыла дверь в отделение для Мориса, где находились его мягкая лежанка и игрушки. Она нагнулась, сняла с собаки поводок и впустила его внутрь. Пес сразу же направился к своей миске с водой. — Поэтому приходиться бегать с ними.

— Ты действительно любишь собак.

— Очень важно поддерживать хороший мышечный тонус. Судьи на выставках собак не выбирают в победители вялых и разжиревших животных.

Бекке ужасно хотелось бы, чтобы Калеб пошел приставать к кому-нибудь другому. Может, он решил обратить на нее все свое очарование. Надо отметить, что выглядел он сегодня совсем не плохо.

— Я пойду еще раз гулять с собаками, если жара спадет.

— Да эти собаки — настоящие счастливчики.

— Конечно же им повезло, что жизнь связала их с Герти.

— И тебе?

— Мне повезло больше всех. — Бекка указала на дверь вольера. — Нужно пойти узнать, что хочет Герти.

— Я пойду с тобой.

Неудивительно.

— Я уверена, тебе хочется провести как можно больше времени со своей бабушкой.

— Это точно.

Обманщик. Бекка прикусила язык, чтобы не сказать это вслух. На самом деле Калеб проводил в два раза больше времени с ней, чем со своей бабушкой. Нельзя поспорить, его советы по поводу составления бизнес-плана были весьма полезными. Но то, как Калеб каждый раз внимательно смотрел на нее, словно ожидал, что она в любой момент может оступиться, заставляло Бекку нервничать и переживать. И ей это совсем не нравилось. Калеб ей не нравился.

Бекка нашла Герти на кухне. Она сидела за барной стойкой, одетая в черные брюки и белый лабораторный халат.

— Вы хотели меня видеть, — сказала Бекка.

— Да. — Герти громко ударила в ладоши. — У меня есть новости. Они одновременно и хорошие и плохие.

Бекка до сегодняшнего дня никогда не слышала плохих новостей от Герти.

— Начните с плохой части, чтобы закончить чем-то приятным.

— Я не могу поехать с тобой в Орегон на выставку собак на следующей неделе, — заявила Герти.

— Что-то случилось?

— Нет, дорогая, все в порядке. Со мной все хорошо. Я просто узнала, что один мой старый друг организовывает тайную вечеринку-сюрприз. Я не могу ее пропустить.

Ну, это не такие уж плохие новости. Бекке довелось услышать за свою жизнь достаточно действительно плохих новостей.

— Разумеется, пойдите и повеселитесь. Мне не привыкать ездить одной на выставки.

— Ты не поедешь одна. — Герти начала радостно подпрыгивать на месте. — И наконец, моя хорошая новость: Калеб поедет с тобой, чтобы самому убедиться в изумительном действии нашей косметики для животных.

Нет, только не это. Бекка в смятении отступила и столкнулась с кем-то большим и сильным.

Калеб. Бекка тут же отскочила от него:

— Прости.

— Ничего страшного.

Целый уик-энд в компании Калеба, который, несомненно, будет следить за каждым ее движением, ожидая провала. Бекка старалась не задумываться о том, что от его близости она каждый раз чувствовала дрожь во всем теле. Она не могла допустить, чтобы это случилось.

— Ты когда-нибудь был на выставке собак?

— Нет, но мне нужно видеть косметическое действие этих средств, чтобы я смог быть более полезным.

В понедельник Калеб снова появился в поместье бабушки. Его сердце, казалось, билось в такт быстрых уверенных шагов по деревянному паркетному полу. За время, проведенное с Беккой, он узнал о ней две вещи: она родом из маленького городка в штате Айдахо под названием Туин-Фолс и ее отца зовут Боб. Этой информации частному детективу, которого он нанял, было достаточно, чтобы провести расследование. И Калеб оказался прав. И теперь он держал в руках конверт, в котором были доказательства того, что Бекка Тейлор была настоящей мошенницей, задумавшей обокрасть его бабушку. Калеб уверенно направлялся в застекленную террасу с единственной целью — оградить бабушку от Бекки.

— Бабушка, здравствуй.

— Калеб. — Герти лежала в шезлонге, наслаждаясь теплыми солнечными лучами, попивая холодный лимонад из высокого стакана, украшенного розовым зонтиком. — Спасибо, что сам себя впустил в дом. Я весь день была на ногах и ужасно устала.

Калеб поцеловал ее в щеку:

— Где твоя помощница?

— В клинике для животных. — Герти поставила стакан на небольшой столик, искусно украшенный мозаикой, который она купила в Турции. — Тебе придется иметь дело со мной.

— Я к тебе и пришел.

Бабушка драматично приложила руку к сердцу:

— Я тронута. О чем ты хотел со мной поговорить?

Калеб присел на кресло, стоящее напротив шезлонга Герти.

— О Бекке.

В глазах Герти тут же появилась нежность.

— Бекка так много времени потратила на то, чтобы продумать бизнес-план. Я думаю, ты будешь приятно удивлен ее успехами.

Калеб очень сильно в этом сомневался, но напомнил себе еще раз, что должен попробовать как можно меньше огорчать бабушку.

— Сегодня я узнал кое-что весьма нелицеприятное. Бекка Тейлор не та, за кого себя выдает.

— Я хорошо знаю, какая Бекка на самом деле. — В голосе Герти звучала стопроцентная уверенность. — Она добрая и честная женщина и еще она мой друг.

— Бекка или Ребекка Тейлор — осужденная преступница. Она отсидела три года в женской исправительной колонии штата Айдахо. — Калеб ждал бурной реакции Герти, но ее не последовало. Может, бабушка еще не осознала всей серьезности этой ситуации. — И она получила срок не за мелкую кражу в магазине, бабушка. Кража с взломом и вандализм.

Герти прикоснулась пальцами к своей щеке:

— Как ты об этом узнал?

— Нанял частного детектива. — Калеб показал ей папку, которую принес с собой. — Я знаю, ты думаешь, что Бекка стала тебе настоящим другом, и она во многом тебе помогла, но на самом деле она пользуется тобой. Тебе нужно уволить ее, выгнать ее из гостевого коттеджа и из своей жизни, пока она не успела еще тебя обмануть и обокрасть.

— Если человек в прошлом сделал ошибку, это вовсе не означает, что он повторит ее в будущем.

— Она мошенница. — Калеб не знал, почему Герти относится ко всему этому с пониманием. Она должна быть в бешенстве, она должна расстроиться. Может, все это стало для нее шоком? — Могу поспорить, что в тюрьме Бекка узнала гораздо больше разных способов преступить закон.

Герти взяла в руки стакан с лимонадом и стала смотреть, как лучи солнца искрятся в тонких хрустальных гранях бокала.

— Бекка рассказала мне все о времени, проведенном в тюрьме.

— Так ты знала об этом?

— Она рассказала мне все до того, как согласилась у меня работать.

Калеб почувствовал нарастающее чувство гнева.

— И ты все равно взяла ее на работу? И позволила ей здесь жить?

— В молодости она совершила ошибку.

Он надменно фыркнул:

— Ошибку, которая довела ее до тюрьмы.

— Ошибку, за которую она заплатила сполна. Она выучила урок.

— Это не просто просроченная в библиотеке книга. — Калеб в замешательстве уставился на бабушку. — Ты не можешь принимать на работу бывшую уголовницу. Это опасно.

— Бекка никогда не причинит мне зла.

— Она осужденная…

— Я уважаю ее за ее честность и благородство, — перебила его Герти. — Я не собираюсь ставить ее прошлое ей в упрек. И ты должен поступить точно так же.

— Не выставляй меня каким-то бессердечным мерзавцем. Я, в отличие от нее, никогда не воровал, — раздраженно заметил он. — Я пытаюсь позаботиться о тебе, бабушка. Это то, что я обещал дедушке. У тебя очень большое и доброе сердце. В прошлом находились люди, которые пытались этим воспользоваться.

— Людям всегда нужно давать второй шанс.

— Ты давала моему отцу гораздо больше, чем один шанс на исправление. И он не воспользовался ни одним из них.

— Не сравнивай своего отца с Беккой.

— Верно, что тут сравнивать, — согласился Калеб. — Мой отец никогда не был в тюрьме.

— У твоего отца было много других проблем, — ответила Герти. — Но даже если бы он оказался в тюрьме, это никак бы не изменило моих чувств к нему. Люди всегда заслуживают шанс на исправление.

Калеб почувствовал, как чудовищный груз сдавливает его грудь, оставляя его легкие без воздуха.

— Как часто ты давала моему отцу такую возможность?

— Если бы сейчас твой отец был жив, я дала бы ему еще один шанс, точно так же, как я даю его Бекке. У тебя нет другого выбора, когда ты любишь кого-то.

— Ребекка Тейлор для нас абсолютно чужой человек.

— Для тебя, но не для меня. Меня волнует ее жизнь, — сказала бабушка. — И мне больше интересна та женщина, которой она стала, нежели девочка, которой она была в восемнадцать лет.

Калеб поджал губы. Он совсем не ожидал, что этот разговор так закончится.

— Ты не знаешь, сказала ли она тебе всю правду. Изучи информацию, которую накопал детектив, затем можешь сделать…

— Я уже все решила по поводу Бекки. И ничто не сможет меня разубедить в правильности этого решения, но тебе стоит поговорить с ней, рассказать о своих подозрениях.

— Ты так уверена в ее порядочности?

— Да, — прямо ответила Герти. — Я бы хотела, чтобы ты тоже в этом убедился. Поговори с ней. Она расскажет тебе правду.

Это будет бесполезной тратой времени. Что бы Бекка ни сказала, это не сможет повлиять на его мнение о ней. Абсолютно никак.

Как смел Калеб Фейрчайлд вмешиваться в ее личные дела! Бекка сжала ладони в кулаки. Она хотела быть где угодно, только не в этом холодном главном офисе компании «Чистый образ».

— Мистер Фейрчайлд вас ожидает, — сказал ей охранник среднего возраста, — следуйте за мной.

Бекка прошла по длинному безлюдному коридору. Толстая стопка бумаг хорошо продуманного и отредактированного бизнес-плана оттягивала сумку. Она поправила кожаную ручку на плече.

— Здесь тихо, — задумчиво произнесла она.

— Многие сотрудники уже ушли домой, — ответил он.

Ковролин приглушал их шаги, и Бекка почему-то вспомнила, как всегда громко отдавались шаги в женской колонии. Но вместо тюремных решеток и тяжелых металлических дверей она проходила мимо однообразных кабинетов с деревянными дверьми и именными табличками на них. Никто не шептал ее имя и не выкрикивал гадости. Никто не бросал на нее жестокие взгляды, полные ненависти, никто больше не пытался побить ее, пока не видят надсмотрщики. Но воспоминания об этой жизни никогда не оставляли ее. Звуки. Запахи. Ужасный холод, от ощущения которого она не могла избавиться даже в самые жаркие летние дни.

Бекка скрестила руки на груди. Ей так хотелось забыть обо всем! Но теперь ей придется снова пережить три года ужаса, чтобы утолить любопытство Калеба Фейрчайлда. Она найдет в себе силы поговорить с ним. Ради Герти.

В самом конце коридора охранник указал на открытую дверь кабинета. Внутри горел свет.

— Это кабинет мистера Фейрчайлда.

Бекка не удивилась бы, если бы узнала, что Калеб попросил охранника постоять за дверью его офиса, пока они будут разговаривать.

— Спасибо.

Затем она зашла в офис Калеба.

Бекка совершенно не ожидала, что кабинет окажется таким просторным, с большим деревянным столом, окруженным шестью креслами, диваном, журнальным столиком и массивными книжными полками по обе стороны от огромного, с пола до потолка, окна.

Калеб сидел за столом, не отводя глаз от монитора компьютера. Даже несмотря на то, что рабочий день уже давно подошел к концу, он все еще выглядел идеально: волосы лежали аккуратно, галстук плотно завязан на шее, рукава рубашки подвернуты. Калеб создавал впечатление сильного, гордого, требующего уважения мужчины. Но Бекка знала, что внешность порой бывает обманчивой. Калеб только ожидал подходящего момента, чтобы наброситься и разорвать ей глотку.

Калеб все еще не замечал ее присутствия в кабинете, поэтому она громко кашлянула. Он тут же обратил на нее свой холодный серьезный взгляд. Бекка смогла физически почувствовать холод его недоверия.

Он поднялся со своего места:

— Добрый вечер, Бекка.

Ничего доброго в этом вечере она не наблюдала. Как у него только хватило наглости нанять частного детектива? Как будто она подумает лгать о своем прошлом его бабушке.

— Закрой дверь, чтобы нас никто не потревожил.

Она послушалась.

— Спасибо. — Калеб указал на черное кожаное кресло напротив своего огромного стола. — Можешь присесть.

Бекка пересекла просторный кабинет, затем, сняв с плеча тяжелую сумку, села в кресло, на которое он указал. Она провела ладонью по приятной на ощупь кожаной обивке. Вся мебель была в десятки раз лучше и дороже, чем мебель в доме ее родителей.

— Герти сказала, что у тебя ко мне есть вопросы.

Он внимательно смотрел на нее:

— Ты не тратишь попусту время.

— Я слышала, что ты весьма занятой человек.

Калеб вышел из-за стола, обошел его и прислонился к краю недалеко от Бекки. Не зная, куда деть руки, Бекка стала снимать собачью шерсть со своей юбки. Она потратила целый час, чтобы решить, что надеть, и в итоге остановилась на костюме, который носила на выставки, — зеленовато-голубая юбка и пиджак с рукавами в три четверти, под которым была надета легкая кружевная блузка.

— Расскажи мне, как ты оказалась в тюрьме, — без всяких преамбул потребовал Калеб.

Бекка сделала глубокий вдох:

— Я была полной дурой.

— Что, прости?

— Я совершила много глупых поступков. — Бекка потерла свое лицо. — Влюбилась в одного парня. Думала, что он отвечает мне взаимностью, я доверяла ему. Это было моей главной ошибкой.

Один уголок губ Калеба приподнялся, но он не улыбался.

— Ты не единственная, кого неразумное сердце сбило с пути, — произнес он.

Казалось, Калеб хорошо знает, о чем говорит.

Бекка приподняла подбородок.

— Мне стоило подумать. Витли был братом одной девушки, с которой я познакомилась во время очередной выставки собак. Их семья была богатой. В отличие от моей. Но, казалось, Витли это совершенно не волновало.

— Витли — это имя того мужчины?

— Мальчишки, — ответила Бекка. — Я не могла поверить своему счастью, когда он пригласил меня на свидание. Мне хотелось ему понравиться, поэтому я всячески старалась показать, что могу быть такой девушкой, с которой он бы мог встречаться, даже несмотря на то что, это не была настоящая я. Я влюбилась в него по уши.

Чувство было настолько сильным, что Бекка частенько заглядывалась на журналы для невест, воображая, какими должны быть платья подружек невесты на их свадьбе.

— Тогда я только закончила школу. Было лето. Мы гуляли почти каждую ночь, затем…

Ее охватила волна неприятных воспоминаний. Бекка увидела синие и красные огни. Услышала слова обвинения. Почувствовала слезы, холодный металл наручников на своих запястьях, услышала, как ей зачитывают ее права.

Кто-то прикоснулся к ее плечу. Бекка вздрогнула от неожиданности. Калеб поднял руки. Его глаза потемнели. В его взгляде читалось явное беспокойство.

— Прости, просто твои мысли, казалось, были где-то далеко.

Да, она перенеслась на несколько лет назад. Бекка встала с кресла и отошла подальше от Калеба.

— Я просто… задумалась.

— Тебе нелегко переживать это заново.

Бекка просто кивнула, не доверяя своему голосу. Человек, относящийся к ней с сочувствием, тут же позволил бы ей закончить свой рассказ. Но не Калеб. Он не произнес ни слова, просто продолжал наблюдать за ней со своего места. Он был похож на хитрую хищную птицу — ястреба, ожидающего подходящего момента, чтобы напасть на свою жертву. На Бекку.

Глава 5

Бекка подошла к книжным полкам, поближе к двери кабинета и подальше от Калеба. Она отлично знала таких мужчин, как он. Что бы она сейчас ни говорила, он не услышит ее. Калеб с первой встречи подозревал ее.

— Я не плохой человек, — сказала Бекка.

— Я никогда этого не говорил.

Но он и не сказал, что не считает ее таковой. Никому не нужна правда. Только то, что Бекку признали виновной, имело для людей значение. Никто не сможет забыть о ее прошлом.

Бекка заметила на полке его фотографию с каким-то мужчиной, в черной рамке. Оба мужчины выглядели привлекательно и были в отличной физической форме. Рядом с фотографией лежал сложенный в несколько раз американский флаг.

Бекка вдруг осознала, что просто тянет время. Лучше уж побыстрее со всем этим покончить. Она посмотрела на Калеба. Его потемневшие глаза все еще следили за каждым ее движением.

— Я никуда не спешу, у тебя есть время собраться с мыслями.

— Мне бы не хотелось затягивать этот разговор. — Ей просто нужно было собраться с силами и рассказать ему правду. — Витли спросил меня, хочу ли я повеселиться в компании его друзей. Конечно же я согласилась. Я решила, раз он хочет познакомить меня со своими друзьями, он настроен на серьезные отношения.

— Весьма логичный вывод.

— Да, но неправильный, — призналась она. — Я его совсем не интересовала как девушка. Он и его друзья намеревались меня подставить. Выбрали меня в качестве козла отпущения. Дурочку, на которую смогут повесить взлом особняка президента банка с целью кражи денег, на которые они собирались купить наркотики.

— Не похоже, что это были дети из хороших порядочных семей.

— Большинство из них относились к золотой молодежи, остальные были просто тупыми спортсменами-качками. Но на самом деле они были ничем не лучше уличных хулиганов. Они просто носили дизайнерскую одежду и ездили на дорогих машинах.

— И ты была частью их компании.

— Нет. Я понятия не имела, что они задумали на самом деле. — Бекка читала названия различных книг по бизнесу, пытаясь держать свои эмоции под контролем. Она заметила на его книжных полках много изданий на военную тематику, а также книги по маркетингу и финансам. — Витли сказал, что они собираются просто перелезть через забор и воспользоваться бассейном с подогревом, пока хозяин на отдыхе за границей. Я для этого надела свой купальник под одежду и положила в сумку полотенце. Только когда мы не остались во дворе, а пошли дальше, в дом, я поняла, что что-то не так. Но я думала, что нравлюсь Витли, и поэтому… — Бекка прикусила губу. Она не могла себя заставить закончить предложение.

— Поэтому ты последовала за ним. — Калеб закончил за нее.

Охваченная смущением и сожалением, она просто кивнула.

— Я хотела найти себе место в мире Витли. Я боялась ему возражать и просто слепо следовала за ним.

— Как мне уже понятно, все получилась не так, как было задумано.

— Никто из них не знал о том, что в доме была установлена высококлассная система охраны. Полиция застала нас внутри дома, а потом… — Ее сердце сжалось, когда она вспомнила боль от предательства Витли. Бекка сделала несколько глубоких вдохов, которые вовсе не помогли ей успокоиться. — Все указали пальцем на меня.

Обвинили во всем меня. Стали говорить, что это была моя идея. Это я взломала замок. Украла деньги.

— Но полиция должна была…

— В полиции охотно им поверили. И почему бы нет? Мой отец отсидел срок за драку. Моя семья жила в трейлере. Никто и не был удивлен, что я способна на преступление. К тому же везде были мои отпечатки пальцев.

Калеб удивленно округлил глаза:

— И как это произошло?

Бекка отлично понимала причину его недоумения.

— Я полностью была под властью Витли. «Красавица, открой эту дверь. Подержи это, милая. Ты когда-нибудь видела так много денег? Хочешь их подержать?»

— Но вас всех застали на месте преступления, — настаивал Калеб. — И Витли тоже.

— Верно, но у них у всех были высокооплачиваемые адвокаты, которым удалось снять с них все обвинения.

— Это ведь нечестно.

— Конечно, это нечестно. Для таких людей, как я, жизнь никогда не казалась медом. Удача также не была на моей стороне. За два дня до этого мне исполнилось восемнадцать, и по закону я была уже взрослой. Мои родители не могли оплатить услуги адвоката, поэтому мне предоставили государственного защитника. Учитывая все улики и показания свидетелей…

— Витли и его друзья давали показания против тебя?

Бекка кивнула:

— Мой защитник посоветовал мне признать свою вину.

— И ты так сделала.

— Я хотела доказать свою невиновность, но мои родители посчитали, что три года в тюрьме — это меньшее из зол, и я послушалась совета защитника.

Калеб ничего на это не ответил. Это вовсе ее не удивило. Бекка, продолжая осматривать его книжные полки, заметила фотографию Калеба, окруженного стайкой облаченных в крошечные бикини моделей.

— Тебе, наверное, было очень страшно… — заметил Калеб.

— Я была просто в ужасе. — Иногда Бекка все еще ощущала этот ужас, но Калебу не нужно об этом знать. — Я пойму, если ты все равно мне не веришь. Но я рассказала тебе правду.

— Ты выучила тяжелый урок.

Бекка подошла к креслу, но не стала в него садиться.

— Я бы никому не пожелала такого. Даже тем мерзавцам, которые меня подставили.

— Ты сожалеешь о чем-нибудь?

— Я знаю, что люди часто говорят, что не стоит ни о чем жалеть, но если бы у меня был шанс вернуться в прошлое, я бы изменила события той ночи. Время, проведенное в тюрьме, было для меня настоящим… кошмаром. Но я отлично выучила урок. Я никогда больше не буду стараться быть той, кем не являюсь.

Бекка ждала, что Калеб начнет задавать неприятные вопросы про ее жизнь в тюрьме.

— Мне очень жаль, — в конце концов сказал он.

Бекка в замешательстве уставилась на него:

— Что?

— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через все это.

Бекка не могла вымолвить ни слова. Она не ожидала от него понимания.

— И что случилось после того, как ты вышла из тюрьмы? — спросил Калеб.

— Я хотела наверстать свою упущенную жизнь на свободе. Но это оказалось не так просто, как я думала.

— Почему?

— Я пыталась найти работу, но, куда бы я ни приходила, всюду получала отказы. Несмотря на то что я отсидела срок, люди все равно видели во мне преступницу.

Калеб заерзал на своем месте:

— И что же ты сделала?

— Планировала пойти в колледж и выучиться на ветеринара, до того как это все произошло. Я подавала заявку на участие во многие образовательные программы. В конце концов я смогла попасть в одну из них. Я использовала деньги, которые зарабатывала на выставках собак, и брала на себя всевозможную грязную работу, чтобы оплатить обучение. Но после того, как получила диплом, я столкнулась с другой проблемой. В своем родном городе меня не хотели брать на работу в ветеринарную клинику.

— Из-за твоего прошлого.

— Мое прошлое — это мое настоящее. И я боюсь, что так будет всегда. И наша сегодняшняя встреча еще одно тому подтверждение.

Калеб опустил взгляд. Чувствовал ли он себя виноватым? Бекка наделась на это, она не собиралась так просто сдаваться.

— Говорят, что за одно и то же преступление не судят дважды, но это неправда. Люди ничего не забывают. Я переехала в Бойс, потому что решила, что здесь у меня появится больше перспектив.

— И твои ожидания оправдались?

— В какой-то степени да, — ответила она. — Я устроилась на работу в клинику для животных. Профессиональный заводчик, с которым я была знакома еще с выставки для юниоров, сжалился надо мной и пригласил меня на выставку в качестве своего помощника. Там я и встретила Герти.

— Мою бабушку не волнует твое прошлое.

— Герти такая одна на миллион. — Вспомнив теплоту и понимание, с которым отнеслась к ней Герти, Бекке захотелось впервые после того, как она покинула поместье, улыбнуться. — Мне бы очень хотелось, чтобы больше людей были похожи на нее.

Но большинство людей были такими, как Калеб.

— У тебя есть еще ко мне вопросы? — спросила Бекка. — Я могу назвать тебе имя моего бывшего участкового. Но уверена, он не сможет дать тебе никаких гарантий, что я не собираюсь обмануть и развести на деньги твою бабушку.

На щеках Калеба появился румянец.

— Здесь нет ничего личного, — пытался оправдаться он. — Я пытаюсь ее защитить.

— И правильно делаешь, — согласилась Бекка. — И если бы я не была объектом твоих подозрений, я бы сказала, что твои попытки защитить Герти весьма доблестные, но беспричинные. Но это не первый раз, когда подобное случилось со мной. И уверена, это еще не раз случится.

— Ты уже успела с этим смириться.

— И меня это страшно раздражает. Но что мне еще остается?

— Ты можешь уехать из Айдахо, — заметил Калеб.

— Я и так уже уехала достаточно далеко от своих родителей.

— Для тебя семья важна.

— Это все, что у меня осталось.

— Как и у меня, — ответил он.

Они посмотрели друг на друга с теплом в глазах. Бекка обнаружила, что не в состоянии отвести взгляда от Калеба. Что происходит? Она никогда не думала, что они смогут найти что-то общее. Ну, кроме любви к пирогам с шоколадом и Герти. Калеб оказался гораздо более сложным и необычным человеком, чем она думала.

— Бабушка сказала мне, что ты много работала над бизнес-планом. Ты принесла его с собой? — спросил Калеб.

— Бизнес-план? — Бекка удивленно заморгала от такой неожиданной смены темы разговора. — Да, я принесла его. Но я и не думала, что ты и дальше будешь консультировать нас.

— Почему это?

— Ты с самого начала согласился только потому, что подозревал меня.

— Это верно.

Бекка почувствовала огромное разочарование:

— Ты все еще сомневаешься во мне.

— Я пообещал бабушке, что помогу, — ответил он. — И я собираюсь сдержать свое обещание.

Калеб оказался не прав насчет Бекки, насчет ее прошлого и настоящих намерений. Он ослабил узел галстука. Он несправедливо осудил ее.

Калеб принялся просматривать документ. Бекка все еще стояла у одной из его книжных полок. Она пыталась наверстать упущенное, мечтала найти свое место в этом мире. И Калеб начал осознавать, что ему хотелось узнать больше о ней.

Он верил ее истории про Витли. Он сам был знаком с такими людьми, как его отец, как Кассандра. Быть может, Бекка ничего не скрывала. Она — лишь обыкновенная вожатая собак, которую вовлекли в очередную авантюру Герти.

Бекка взяла с полки одну из книг, прочитала название и затем снова поставила ее на место. Так она сделала еще несколько раз. Настоящие мошенницы, такие как Кассандра, любили разыгрывать эмоциональные сцены, но Бекка вела себя естественно и непринужденно.

— Ты хорошо знаешь рынок и область, в которой собираешься работать, но маркетинговая стратегия очень важна, — объяснял он.

Калеб ждал, что Бекка подойдет к его столу. Но она продолжала рассматривать содержимое его книжных полок.

— Американский авианосец «Эссекс». — Бекка обратила свой взгляд на миниатюрную модель авианосца. — У Герти в коллекции есть такая же модель, но гораздо больше.

— Дедушка служил на таком во время корейской войны. Он просто обожал армию. Бабушка часто дарила ему модели военной техники.

— Это замечательный подарок. — Бекка наклонилась, чтобы лучше рассмотреть модель авианосца. Ее юбка задралась, обнажая немного больше кожи ее стройных бедер. — А это авианосец «Винсон».

Калеб старался на нее не пялиться, но вид был весьма соблазнительным.

— Верно.

— Эту модель я тоже видела. — Бекка выпрямилась. — У твоего дедушки хранились дома большие модели, а в офисе компании стояли маленькие?

— Нет, эти принадлежат мне.

Она удивленно посмотрела на него:

— Принадлежат тебе?

Калеб кивнул. В этот момент он мечтал о том, чтобы хотя бы на миг Бекка стала его.

Откуда вообще такие мысли взялись в его голове? Наверное, он совсем заработался сегодня. Бабушка не говорила ему, есть ли у Бекки парень, но Калеб полагал, что наверняка есть. Какой-нибудь мужчина, у которого всегда есть наготове щетка для одежды, чтобы счистить шерсть, и лакомства для собак. Абсолютная противоположность Калебу. Да он и не хотел серьезных отношений с женщинами. Он ходил на свидания тогда, когда у него было время, и старался держаться на расстоянии.

Калеб закрепил стопку бумаг с бизнес-планом канцелярской скобкой:

— Ты отлично поработала.

Ее чувственные губы растянулись в робкой улыбке. Он ждал, что это улыбка вот-вот расцветет, но Бекка как будто поняла, что сейчас не время радоваться, поспешила стереть со своего лица малейшие проявления радости. Она улыбалась по-настоящему только для Герти, но не для него. Почему-то это волновало Калеба. Он безумно хотел заслужить ее чистую настоящую улыбку.

Бекка рассеянно покусывала губу:

— Не думаю, что моя работа над ним еще закончена.

— Это сложный процесс, помнишь?

Она просто повела плечами.

— То, что ты уже успела сделать, выглядит весьма солидно.

Что-то… возможно, это была гордость… промелькнуло в глазах Бекки. Но она снова, казалось, одернула себя, скрывая свои истинные эмоции за маской безразличия.

— Ты правда так думаешь?

Калеб кивнул:

— Я заметил, что ты серьезно отнеслась ко всем моим замечаниям.

— Герти мне платит за то, чтобы я хорошо выполняла свою работу.

— И у тебя получается.

Бекка расправила плечи, наконец полностью обратив на него свое внимание.

— Есть кое-какие моменты, над которыми тебе стоит подумать, найти дополнительную информацию, — добавил Калеб.

— Определенно мне нужно больше узнать о производстве. А также упаковке. Я даже не думала, что выбор упаковки может оказаться такой головной болью. — Бекка была на шаг впереди него. — Не знаю, какой магией надо воспользоваться, чтобы сделать правильный выбор.

— Попробуй воспользоваться магическим шаром.

— Ты… — Бекка нахмурившись посмотрела на него, — шутишь.

— Но на минутку ты на это купилась, — шутливо заметил он.

Ее глаза радостно загорелись.

— Максимум на двадцать секунд.

— По крайней мере на сорок.

Ее губы растянулись в ослепительной улыбке, от которой у Калеба перехватило дыхание.

— На тридцать, — игриво ответила она. — И ни секундой позже. — Бекка испытующе посмотрела на него: — А ты сам когда-нибудь пользовался магическим шаром?

— Я сам нет, но моя сестра, Кортни, клянется, что он всегда говорит ей правду.

— Ты наверняка из-за этого часто подшучиваешь над ней.

— Конечно, я же ее старший брат.

— Я не удивлена, — сказала Бекка. — Ты не тот человек, который полагается на волю случая.

Весьма интересное наблюдение, а главное — прямо в точку.

— Почему ты так думаешь?

Бекка указала на его книжные полки:

— Книги про бизнес и про военное дело, про стратегии войны. Это говорит о том, что тебе нравится всегда быть наготове. Ты всегда знаешь точно, с чем тебе предстоит столкнуться. У тебя есть хорошо продуманный план действий, стратегия, пути отхода. Ты подходишь ко всему с умом и действуешь только после того, как хорошенько подготовишься. По крайней мере, так ты поступил в моем случае.

— Разведка предоставила неточную информацию.

— И такое случается. — В ее голосе не было раздражения или обиды.

— Ты весьма наблюдательна.

Бекка безразлично пожала плечами:

— Я просто гляжу в оба и поэтому замечаю, что происходит вокруг меня.

Она отлично выучила свой урок. Калеб тоже теперь всегда был настороже, и все благодаря Кассандре.

— Мне не нравится, когда меня застают врасплох.

— Мне тоже. — Она еще раз указала на его полки с книгами. — Этот флаг принадлежал твоему дедушке?

— Да, флаг с его похорон.

Бекка посмотрела на одну из фотографий в рамке:

— А кто это?

Калеб пересек комнату и взял рамку с фотографией, на которой были запечатлены он и Тай.

— Это мой лучший друг, еще со средней школы. Он морпех.

— Вас можно легко принять за братьев.

— Тай мне как брат. — Калеб проживал их общую мечту. Прямо сейчас Тай был на секретной миссии, место проведения которой было военной тайной. Калеб не мог дождаться того момента, когда они встретятся снова. — Мы хотели вместе пойти на флот.

Бекка заулыбалась:

— Значит, ты хотел последовать по стопам своего дедушки.

Мышцы Калеба тут же напряглись. Он никому, кроме Тая, никогда об этом не говорил. Казалось, Бекка видела его насквозь, и Калебу совсем не нравилось чувствовать себя уязвимым.

Он просто кивнул ей в ответ.

Бекка внимательно посмотрела на него, будто могла читать его мысли.

— Военная служба — это весьма почетное дело, но ты и так последовал по стопам дедушки, став исполнительным директором компании.

И это было правдой, но Калеб не чувствовал душевного удовлетворения.

Бекка указала на еще одну фотографию, на которой Калеб был окружен девушками-моделями в микроскопических купальниках.

— Многие мужчины убили бы, чтобы оказаться на твоем месте.

Калеб явно не входил в их число. Решение управлять компанией не принадлежало ему. Просто его бесполезный отец не захотел участвовать в работе.

— Как там говорят?… Трава всегда зеленее у соседа в саду, — произнес Калеб.

— Я даже не думала, что ты хотел от жизни чего-то другого.

— А кем ты хотела быть, когда была маленькой?

— Ветеринаром. Но тогда я была наивной и еще не знала, что на самом деле представляет собой мир.

— Да, я тоже, — согласился он. — Но этим дети и отличаются от взрослых. Они мечтают стать кем-то, по их мнению, невероятно крутым, не понимая, что реальная жизнь совсем не такая.

— Очень жаль, что ты не можешь на недельку-другую поменяться работами со своим другом Таем. Уверена, он будет рад потусоватся с моделями, в то время как ты будешь драить полы на корабле или подлодке.

Калеб чуть не рассмеялся. В руках его друга чаще оказывалась винтовка М-4, нежели швабра. Тай принадлежал к элитному подразделению морского флота, с главной базой в городе Вирджиния-Бич. Калебу безумно хотелось бы поменяться с ним местами.

— Отличная идея, но меня бы, конечно, не радовала перспектива драения полов.

— Значит, тебе больше по душе приключения, — заметила Бекка. — Уверена, тебе бы понравилось быть членом какого-нибудь суперсекретного военного отряда.

— Какому бы парню не понравилось?

— Не всем, ведь работа рискованная и опасная. Но я вижу, почему бы ты хотел так жить.

— Почему же?

Бекка склонила голову набок:

— Навыки лидера, которые ты приобрел, работая главным директором компании, были бы тебе полезными, даже несмотря на то, что окружение совершенно другое. Умение работать в команде также важно. Заключить выгодную сделку больше не будет являться твоей главной целью, на кону дела жизни и смерти. Частые опасные миссии, которые дадут тебе возможность испытать свои как физические, так и умственные возможности. К тому же тебя будут окружать далеко не глупые люди. Я полагаю, идиоты в армии долго не продержатся. Сейчас же, чтобы успешно подняться по карьерной лестнице, совсем не обязательно обладать блестящим умом. Ну или, по крайней мере, так заведено в компании «Чистый образ».

Возможно, у Бекки не было практически никакого опыта в ведении бизнеса, но она была весьма талантливой и проницательной.

— Если идея создания линии средств по уходу за собаками не понравилась сотрудникам компании, это вовсе не значит, что они все глупые.

— Если бы средства им понравились, я бы отметила, что они разумно смотрят в будущее. — Бекка еще раз взглянула на их фото с Таем. — Я думаю, самым привлекательным для тебя в работе твоего друга является преданность. Преданность своей стране, службе, своим сослуживцам. Для тебя это важно. Бог видит, как ты предан своей семье.

Калеб не мог пошевелиться, не мог дышать. Как Бекка могла так точно сказать все про него? Они же знакомы меньше недели.

— И я думаю, что для тебя быть на военной службе гораздо интереснее, чем проводить собрания, где обсуждается то, крем с каким уровнем защиты от ультрафиолетовых лучей будет продаваться лучше, — добавила она. — Мне только интересно: если ты всегда мечтал стать морпехом, почему ты не пошел на службу? — спросила она.

— Из-за моей семьи, из-за компании, — ответил он. — Они нуждались во мне.

— Ты бы не смог всю жизнь провести на флоте.

— Верно, но здесь нужно было мое постоянное присутствие. Мои мечты… — Калеб снова посмотрел на фото с Таем, — уже не имели никакого значения.

— Ты очень любишь свою семью.

— А кто не любит свою семью?

— Не всякий готов пожертвовать мечтой.

Калеб повел плечами, затем положил руку на шею, потирая напряженные мышцы. Ему совершенно не хотелось продолжать этот разговор. Он по привычке посмотрел на свои наручные часы:

— Уже поздно. Я провожу тебя до машины.

— Спасибо, но это вовсе не обязательно, — ответила Бекка с легкой дрожью в голосе. — Моя машина осталась на стоянке. Я приехала сюда на автобусе.

— На автобусе?

— Бензин сейчас дорогой.

Он был уверен, что Герти платила Бекке хорошие деньги, к тому же она бесплатно жила в гостевом коттедже. Еще работала в клинике для животных.

— У тебя ведь нет проблем с деньгами.

Бекка возмущенно посмотрела на него.

Калеб тут же поднял руки в знак примирения:

— Что я такого сказал?

— Я не имела в виду, что у меня нет денег на бензин, — раздраженно заметила Бекка. — Зачем тратить заработанные тяжелым трудом деньги на то, чтобы приехать сюда и услышать, как ты хочешь побыстрее меня уволить? — Она была весьма упрямой. И к тому же выглядела невероятно мило, когда злилась. — Мой дедушка говорил, что стоит беречь деньги, особенно на случай непредвиденных неприятностей. — Она сжала в кулаке ручку своей кожаной сумки. — Никогда не знаешь, что может ожидать тебя в будущем.

— Лучше уж быть готовым ко всему. — Но он совершенно был не готов к встрече с такой женщиной, как Бекка.

Калеб взял в руки свою сумку для документов и положил в нее ноутбук.

— Пойдем, я провожу тебя.

Глава 6

Проходя через мраморный вестибюль главного здания компании «Чистый образ», Бекка краем глаза наблюдала за мужчиной, идущим рядом с ней. Ее голова была забита вопросами, на которые она не могла найти ответов. Калеб Фейрчайлд выглядел и вел себя как истинный директор огромной компании. Но за этим мужчиной в дорогом, идеально пошитом сером костюме скрывался другой человек. Он мечтал о приключениях, о службе своей стране.

Бекка уже давно не велась на красивые лица и очаровательные улыбки, с тех самых пор, как судья в Туин-Фолсе объявил ее виновной. Сейчас если она и встречалась с кем-то, это были мужчины из рабочего класса или ковбои. Но даже с ними она не искала серьезных отношений, а просто предпочитала немного повеселиться. Бекка боялась обжечься снова.

Ее родители прожили в счастливом браке, несмотря на все финансовые неурядицы. Но Бекка точно знала, что найти мужчину, который примет ее такой, какая она есть, и не станет осуждать ее за прошлое, будет очень непросто. Может, поэтому она не особенно спешила найти своего единственного.

Калеб открыл одну сторону больших стеклянных двухсторонних дверей для нее. Бекка вышла на улицу, где все еще светило солнце и стояла душная жаркая погода, хотя было уже семь часов вечера.

— Температура совершено не изменилась.

— Добро пожаловать в летний Бойс, — отозвался Калеб.

На обочине стоял ярко-зеленый вагончик с едой, перед которым уже собралась внушительная очередь. В воздухе витал завлекающий запах чеснока и розмарина. У Бекки потекли слюнки. Она печально посмотрела на тарелку лапши со свининой, которую подавали в соседнем ресторанчике.

— Ты голодная? — спросил Калеб.

— Немного. — Она даже не обедала. — Что бы они там ни готовили, пахнет вкусно.

— Это правда.

Загудела сирена. Ее звук пробудил в Бекке много неприятных воспоминаний, о которых она мечтала забыть.

Она скрестила руки на груди и заставила себя идти дальше. Как же она хотела забыть обо всем! И как же ей хотелось, чтобы об этом забыли другие люди, чтобы они стали ей доверять. Пусть не все люди. Только один человек. Калеб.

Пронзительный звук сирены постепенно затихал. Бекка сделала глубокий вдох, затем указала на белую вывеску вдалеке:

— Вот там остановка.

Калеб посмотрел на выстроившуюся очередь людей:

— Давай я отвезу тебя на стоянку, где находится твоя машина. Потом можем вместе поехать к бабушке в поместье и поужинать там.

У Бекки перехватило дыхание. Она приоткрыла рот, чтобы что-то ответить, но не смогла найти подходящих слов. Она собралась и попробовала еще раз:

— Спасибо, но тебе совершенно не нужно беспокоиться.

— Я тоже голоден. — Калеб достал из кармана свой телефон. — Узнаю, успела ли бабушка поесть или нет.

Это будет просто ужин с Герти, а не свидание. И Бекка должна бы вздохнуть с облегчением, но почему-то она была разочарована. Калеб все еще не доверял ей. Он не принадлежал к тому типу мужчин, которые обычно ей нравились.

Калеб показал ей экран своего телефона: он обменивался сообщениями с Герти.

— Миссис Харрисон собиралась как раз разогреть для бабушки что-нибудь на ужин, но Герти скорее хочет поесть пиццу. Как ты относишься к пицце с грибами?

— Хорошая идея. — Слова сорвались с губ Бекки еще до того, как она поняла, что говорит.

Калеб продолжал писать сообщение.

— Все готово. Бабушка уже заказала пиццу на дом.

Бекка посмотрела на автобусную остановку, затем перевела взгляд на Калеба:

— Тогда нам нужно вернуться к офису?

— Моя машина стоит на парковке соседнего здания, — сказал Калеб.

— А Герти говорила, что у компании есть своя собственная подземная парковка.

— Есть.

— Тогда почему ты не оставляешь машину там?

— Пусть лучше наши сотрудники и гости занимают места поближе.

Бекка не хотела находить все новые причины им восхищаться. Не хотела, чтобы Калеб ей нравился. Но ничего не могла с собой поделать. Калеб серьезно подходил к выполнению своих обязанностей. Она посмотрела на него краем глаза. Он был таким прекрасным, сильным и упорным. Может, он был слишком требователен к себе.

Через пару минут они добрались до нужного здания. Калеб вызвал лифт, дверь которого открылась, выпуская наружу прохладный воздух.

Бекка первой зашла в кабину, затем подождала Калеба.

— Только, пожалуйста, не думай, что ты должен добавить меня в свой список, — сказала она.

— Какой список?

— Список людей, о которых ты должен позаботиться.

Калеб в замешательстве открыл рот и округлил глаза:

— О чем ты говоришь?

— Ты заботишься о своей бабушке, сестре, о компании и всех ее сотрудниках. Я бы не хотела, чтобы ты решил позаботиться и обо мне тоже.

— Мне кажется, ты вполне способна позаботиться о себе.

Она кивнула:

— Это навело меня на мысль.

— Какую?

— А кто заботится о тебе?

Его глаза потемнели. Он тут же выпрямился:

— Я сам. Я также знаю, что Тай всегда готов меня выручить.

— Твой друг морпех.

— Лучший друг, — добавил Калеб.

— Мне бы хотелось иметь такого лучшего друга.

— У тебя нет лучшего друга?

— Последний раз лучшая подруга у меня была в седьмом классе.

Ее звали Сесилия Паркер, и она шесть месяцев жила в трейлере по соседству. Лучшие шесть месяцев детства Бекки. Они везде были вместе: сидели рядом в школьном автобусе, за столом в кафетерии, часто ночевали друг у друга дома.

— Однажды ее мама познакомилась с мужчиной по Интернету, и они переехали в Цинциннати. И с тех пор я ничего о ней не знаю.

— Что мешало тебе найти новую лучшую подругу?

— Никто не хотел дружить с девочкой, живущей в трейлере.

— Сейчас ты больше не живешь в трейлере.

— Нет, но с возрастом становится труднее находить друзей.

— Это верно.

Ей нужно было быть более осторожной с ним. Калеб будет продолжать консультировать их, помогать им с созданием своей компании.

После ужина Калеб вышел на веранду поместья бабушки. Он был очарован Беккой Тейлор. Но она и минуты не хотела провести в его компании. Она не произнесла ни слова по дороге к ее машине. Затем она села как можно дальше от него за столом. Бекка так быстро съела свою порцию пиццы, будто от этого зависела ее жизнь, и сразу поспешила удалиться, отказавшись от десерта. Никогда еще женщина так явно не давала ему понять, что он ей не нравится. За спиной Калеба открылась дверь.

— Я думала, ты уже поехал домой, — сказала бабушка.

Он собирался. Но что-то его остановило. Или кто-то.

— Я решил сначала узнать, как дела у Бекки.

— За ужином она была какой-то взволнованной, — заметила бабушка.

Калеб чувствовал свою вину:

— Вспоминать о том, что с ней случилось, было очень непросто для нее.

— Но она это сделала.

— Бекка была со мной откровенна.

— Ты все еще считаешь, что она замышляет меня обокрасть?

— У людей всегда есть скрытые мотивы и цели. — Бывшая невеста Калеба и мать, обе настоящие охотницы за деньгами, преподали ему хороший урок. — Это просто человеческая натура.

— Бекка никогда не причинит мне или еще кому-нибудь никакого вреда.

— Может, я буду также думать после того, как узнаю Бекку получше.

Хотя Бекка, казалось, знала все о Калебе. Она понимала его лучше, чем семья. Лучше, чем Кассандра, чем вообще кто-либо в его жизни, за исключением лучшего друга Тая. И это сильно беспокоило Калеба.

— Я уверена, так оно и случится. — Герти дотронулась до его плеча. — Уже поздно. Пойди попрощайся с Беккой и возвращайся домой.

— Хорошо. — Калеб обнял бабушку. — И пока не забыл, спасибо большое за пиццу и за пирог.

Герти засияла от радости:

— Это также твой дом. Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь.

— Спасибо.

Калеб покинул веранду и направился по освещенной дорожке в сторону гостевого коттеджа. Ночное небо было усыпано звездами. Луна висела низко над землей. Ночь была прекрасна. И он провел бы ее в своем пентхаусе, работая допоздна, если бы не Бекка.

Ночной воздух пронзил громкий плач. Не человеческий — собачий. Звук, наполненный болью. Калеб тут же сломя голову побежал на звук. Бекка. Он услышал чьи-то стоны. Несколько собак звонко лаяли. Что произошло? Что, если Бекка тоже пострадала?

Тяжело и сбивчиво дыша, Калеб постарался бежать еще быстрее. Свет горел только на входе в коттедж. Он направился в сторону вольера для собак. Дверь была распахнута, внутри горел свет. Он забежал внутрь. Собаки, находившиеся каждая в своем загоне, возбужденно лаяли и скреблись. Калеб осмотрелся. Бекка сидела на полу. У нее на нее был стетоскоп. Ее полупрозрачная кружевная блузка заманчиво прилегала к груди. На ее коленях лежала собака, которую она накрыла своим пиджаком. Это была как раз та собака, которая оставила на Калебе килограмм своей шерсти. Как же звали пса? Морис.

Калеб встал на колени около того места, где сидела Бекка. Он прикоснулся к ее обнаженному плечу и постарался не обращать внимания на то, насколько теплой и нежной была ее кожа.

— Что случилось?

— Морис. — Бекка гладила пса по голове. — У него вздулся живот, и ему больно.

Пес действительно страдал. Другие собаки продолжали громко и дружно лаять. Морис даже не шевелился.

— Это что-то серьезное? — спросил Калеб.

— Еще не знаю. Я не могу пока сказать, что с ним, — ответила она. — Прислуга в доме использует только средства, которые сделала Герти или которые она одобрила, поэтому химическое отравление сразу отпадает. А вот если Морис слишком много съел чего-то, то у него может быть заворот кишок. Элкхаунды достаточно выносливы, но я чувствую, как бешено бьется его сердце. Я пыталась дозвониться до Герти, но она не отвечает.

— Она была только что на веранде со мной.

— Я собираюсь отвести Мориса в клинику для животных. Не хочу рисковать.

Голос Бекки был тихим и спокойным, она держала ситуацию под контролем, но в ее глазах читалась явная тревога. Калебу хотелось поцеловать ее и отвести от нее все обиды. И конечно же он хотел, чтобы бедному псу стало лучше.

— Я скажу бабушке.

Когда Калеб собирался достать из кармана мобильник, он осознал, что все еще прикасается к плечу Бекки.

— Только скажи Герти, что ей не стоит волноваться, — предупредила Бекка. — Дверка в шкаф с собачьей едой была открыта. Морис, наверное, это заметил и съел все, что ему попадалось.

Пес жалобно заскулил, издавая такие звуки, что казалось, его внутренние органы находились в мясорубке. Его сородичи еще громче залаяли в ответ. Бекка продолжала гладить собаку и тихо с ним разговаривала:

— Ты нашел всю эту еду. Ведь так, мальчик?

Собака неотрывно смотрела на нее.

— Все нормально, — продолжила Бекка. — Ты не наказан. Вовсе нет. — Ее тихий мелодичный голос был полон нежности, и Калеб желал, чтобы она так же говорила с ним. — Нам нужно будет встретиться с ветеринаром. — Она поцеловала Мориса в голову. — Тебе это наверняка не понравится, но я все время буду рядом.

Калеб прикоснулся к бедному Морису.

— Я отвезу тебя.

— Спасибо, но в моей машине есть специальное сиденье. Мне нужно подогнать ее поближе, чтобы было легче переместить Мориса.

— Я побуду с ним здесь, пока ты будешь занята.

— Он линяет и испачкает тебя шерстью.

— Ничего страшного, это всего лишь собачья шерсть, — ответил Калеб. — К тому же у тебя есть щетка.

Бекка благодарно ему улыбнулась, затем встала:

— Спасибо. Я скоро вернусь.

Калеб поменялся с ней местами. Собака вовсе не возражала.

— Все хорошо, мальчик. — Калеб погладил Мориса по голове. — Ты в надежных руках. Бекка сможет о тебе позаботиться.

Калеб сделал глубокий вдох, затем наклонился ближе к животному и начал шептать на ухо псу:

— Ты просто настоящий счастливец. Мне бы безумно хотелось, чтобы я нравился Бекке хотя бы наполовину так же сильно, как ты.

Но этому никогда не суждено случиться. И это ведь к лучшему, уверял себя Калеб.

Бекка остановила машину недалеко от вольера, оставила мотор работать, затем поспешила открыть заднюю дверь.

«С Морисом все будет в порядке. По-другому и быть не может». — Повторяя эти слова про себя, как молитву, она забежала в вольер и тут же застыла.

Калеб сидел на полу все еще в своем дизайнерском костюме, положив голову Мориса к себе на колени. Он гладил пса по спине и тихо с ним разговаривал.

Бекка почувствовала, как у нее во рту пересохло. Калеб смотрел на бедное животное с нежностью и теплом, и это заставило ее сердце трепетать.

Ведь это тот же самый мужчина, который не доверял ей, которому она сразу же не понравилась.

Бекка громко кашлянула:

— Как у вас тут дела?

— Все еще чувствуем себя не в лучшей форме, не так ли, малыш?

— Спасибо, что посидел с ним. Теперь мне надо перенести его на заднее сиденье машины.

Бекка даже не успела моргнуть глазом, как Калеб поднялся с собакой на руках:

— Я сам отнесу его.

Когда Морис был уже надежно закреплен на заднем сиденье, Калеб открыл для Бекки дверь со стороны водителя.

— Я благодарна тебе за твою помощь. — Она никогда не знала, чего можно ожидать от Калеба, но то, как он повел себя с больной собакой, просто поразило ее. — Передай, пожалуйста, Герти, что я позвоню ей, как только что-нибудь разузнаю о его состоянии.

— Я еще раз проведаю остальных собак в вольере и буду ждать с бабушкой твоего звонка. Герти хотела поехать с тобой.

— Это дело может надолго затянуться.

— Как я и думал, — ответил он. — Это бабушка открывала шкаф с едой для собак. Она чувствует себя ужасно из-за того, что не проверила, действительно ли она закрыла дверцу.

— Скажи ей, чтобы она не переживала. Морис сможет быстро поправиться.

— А если не…

— Давай не будем даже говорить об этом.

Они посмотрели друг другу в глаза. Между ними крепла та связь, которую Бекка почувствовала во время их первой встречи. Но сейчас не тот момент, чтобы задумываться об этом.

Калеб наклонился и поцеловал ее в щеку. Это было всего лишь легкое прикосновение его губ к ее коже, но ее сердце тут же учащенно забилось.

— На удачу, — сказал он.

Бекка изо всех сил сопротивлялась желанию поцеловать его, только на этот раз страстно и в губы.

Только через четыре часа Бекка подъехала к входу в гостевой коттедж. Каждая мышца ныла от перенапряжения. Веки были тяжелыми, ей ужасно хотелось спать. Но сегодня ей вряд ли удастся отдохнуть.

— Ну что, красавец, мы дома.

Пес не издал ни звука.

Бекка захватила свою сумку, вылезла из машины и закрыла за собой дверь.

— Тебе помочь?

Калеб. Его фигуру, освещал свет с порога дома. На нем уже не было пиджака, он снял галстук, расстегнул две верхние пуговицы рубашки и закатал рукава.

— Ты все еще здесь.

— Мне не хотелось оставлять бабушку одну.

— Я надеюсь, она уже легла спать.

— Да, сразу после твоего звонка.

— Тебе следовало вернуться домой.

— Все нормально. — Калеб говорил это с такой небрежностью, как будто для него бодрствовать полночи было обычным делом. Возможно, так и есть, но она все равно была ему за это благодарна. — Кто же знал, что Морис решит съесть весь запас собачьего корма.

Бекка согласно кивнула:

— Ты бы видел рентген. Половина его желудка была забита едой.

— Это будет ему уроком.

— О нет. Он сделает все то же самое снова, если у него появится такой шанс. — Бекка открыла дверь на заднее сиденье. — Элкхаунды будут продолжать наедаться, пока им не станет плохо. Они настоящие обжоры. Я подозревала, что что-то не так, когда он не стал есть свой ужин.

Морис вылез из машины и медленно заковылял, будто каждый шаг причинял ему боль.

— Бедный пес. — Калеб поднял собаку на руки. — Куда его отнести?

— На мою кровать, — ответила она. — Сегодня он будет спать со мной.

— Ты действительно настоящий счастливчик, — обратился Калеб к псу.

Щеки Бекки залились краской.

— Не такой уж он счастливчик, если учесть, какой диеты ему теперь придется придерживаться, чтобы подготовиться к выставке на этих выходных.

Калеб должен был поехать с ними, но он никак не прокомментировал ее слова. Возможно, он уже передумал. Бекка надеялась, что это не так.

Входная дверь коттеджа была открыта. Бекка провела Калеба через гостиную в спальню. Кровать была застелена чистыми простынями, собаки так часто оставались с ней ночевать, что стирка превращалась в настоящее испытание. Калеб аккуратно положил Мориса:

— Вот так, счастливчик.

— Спасибо. — Бекка поправила простынь, затем погладила собаку. — Иди домой.

Калеб, нахмурившись, посмотрел на нее:

— Ты просто измотана.

— Сегодня был долгий день. Я тоже скоро лягу спать. — Она перевела взгляд на пса, который уже уютно устроился на постели. — Мне нужно убедиться, что ему точно не станет плохо.

— Ложись спать. Я сам присмотрю за ним.

— Очень мило с твоей стороны, но уже поздно. И тебе завтра рано вставать на работу утром.

— Я генеральный директор компании, — сказал он. — Бабушка не станет жаловаться, если я опоздаю на работу.

— Да, но следить за ним — это моя работа.

Калеб убрал выбившуюся прядь волос ей за ухо. По телу Бекки прошла приятная дрожь. Она не желала никак реагировать на него, но ничего уже не могла с собой поделать. Каждое его слово и прикосновение вызывало в ней весьма необычную реакцию.

— На сегодня это станет моей работой, — уверил он ее.

Бекка приподняла подбородок:

— Тебе не нужно обо мне беспокоиться.

— Не нужно, но давай доверим мне заботу о тебе и Морисе на следующие несколько часов?

Сердце Бекки бешено затрепетало в груди.

— Мне становиться все труднее недолюбливать тебя.

Калеб игриво приподнял брови:

— Меня есть за что любить.

Она улыбнулась ему в ответ:

— Возможно, но об этом сложно судить, когда на тебе так много собачьей шерсти.

Его губы растянулись в озорной усмешке.

— Ты тоже сейчас вся в шерсти.

Бекке не нужно было смотреть на себя, чтобы убедиться в правдивости его слов.

— На мне всегда много шерсти.

— Захвати что-нибудь из одежды. — Калеб снял свои кожаные туфли. — И пойди устройся поудобнее на диване.

— Это вообще-то моя спальня.

— Не сегодня. — Он забрался на кровать рядом с Морисом. Собака тут же придвинулась к нему поближе. — Сегодня мы, мальчики, захватили ее.

— Ты всегда любишь командовать? — спросила она.

— Да, — просто ответил Калеб. — А теперь иди поспи. С нами все будет в порядке. Правда ведь, Морис?

Пес лизнул руку Калеба.

— Вот видишь.

Бекке безумно хотелось, чтобы «мальчики» не в последний раз оставались в ее постели.

Глава 7

Господи, что это такое?

Калеб открыл глаза. Спальня была залита ярким солнечным светом. Прямо перед его глазами над ним стояла громада из серой и черной шерсти.

Кто-то лизнул его в щеку. Калеб тут же резко присел на кровати. Мокрый нос Мориса уткнулся ему в лицо.

— Неприятное утреннее дыхание — это одно дело. — Калеб отвернулся от пса. — Но твое дыхание, приятель, просто радиоактивное.

Собака часто задышала, высунув язык, явно довольная.

— По крайней мере, тебе стало гораздо лучше, — заметил Калеб. — Я прав?

Морис умостился прямо ему на грудь.

— Ты слишком большой и тяжелый, чтобы так делать.

Морис его совершенно не слушал. Он только поудобнее устроился.

— Ну хорошо, — вздохнул Калеб. — Можешь остаться здесь на минутку. Но на этом все.

— Что, мальчики, у вас какие-то проблемы? — спросила Бекка.

Калеб посмотрел на Бекку, стоящую у подножья кровати. На ней были удобные фланелевые пижамные штаны и яркая футболка. Волосы были растрепаны, словно она только что выбралась из постели. Она была безумно привлекательной.

Бекка зевнула и подняла руки, потягиваясь. Его взгляд тут же обратился на ее грудь, приподнявшуюся от движения ее рук.

— Ты меня не разбудил, — сказала она.

Калеб все еще продолжал пялиться на ее грудь. Пора бы заканчивать с этим. Он перевел свой взгляд на ее лицо:

— Ты была очень уставшей.

— Как и ты.

Он приходил проведать ее в середине ночи. Бекка во сне выглядела умиротворенно, на ее губах была еле заметная улыбка.

— Со мной все было нормально.

— Ты всю ночь провел на ногах.

— Не всю. — Глаза Калеба все продолжали возвращаться к ее груди. — Когда Морис наконец-то успокоился, я задремал.

Бекка подошла ближе к кровати. Ее особенный запах наполнил его легкие. Бекка прикоснулась к собаке, склонившись над кроватью. Ее рука нечаянно задела бедро Калеба, от чего он ощутил, как дрожь прошла по его телу.

— Похоже, ему гораздо лучше, — сказала она. — Я отведу его на прогулку.

— Я уже выходил с ним где-то в три часа.

Ее пухлые, нежные и соблазнительные губы приоткрылись. И если бы не тяжелая собака, лежащая у него на груди, Калеб попытался бы ее поцеловать.

— Я не слышала, как вы выходили.

— Мы вели себя тихо. — Он взглянул на часы, стоящие на прикроватном столике. — Сейчас только пять тридцать утра. Возвращайся в кровать.

— Ты занимаешь мою кровать.

Между ними промелькнула искра. Большая четырехспальная кровать. Красивая женщина. Несколько свободных часов до того, как ему нужно будет возвращаться на работу в офис. Отличный план.

— Я могу подвинуться. Морис будет не против. — Калеб пододвинулся ближе к краю кровати. — Пес останется на моей стороне. — Он говорил мягким и непринужденным голосом, чтобы не спугнуть Бекку. Он погладил освободившееся место на кровати. — Теперь тебе есть куда прилечь.

— Вам бы стоило быть осторожным. Думайте, кого приглашаете к себе в кровать, мистер Фейрчайлд, — сказала Бекка.

— Это твоя кровать.

— Тогда ты должен быть еще более осторожным. Ты же не хочешь раскрыть какие-нибудь важные секреты компании при разговоре в постели.

Калеб заулыбался:

— Кто сказал, что мы будем разговаривать?

— Ты просто полон сюрпризов этим утром.

Ему бы хотелось еще больше удивить Бекку. Только необходимо выгадать подходящий момент и получить ее согласие.

Черт. Калеб не должен быть так ею увлечен. И это не только из-за ее внешности. Она постоянно бросала ему вызовы, не давала ему ни минуты расслабиться. И ему это нравилось.

— Кровать вся твоя. — Калеб снял со своей груди собаку и поспешил покинуть постель. — Мне уже пора идти.

— Хорошо. — Бекка прикусила губу. — Спасибо. Еще раз. За… хм… все.

Она выглядела так же растерянно, как он себя чувствовал. Но это не имело значения. Самое время ему убираться отсюда, пока он не сделал что-нибудь действительно глупое, как, например, не начал целовать Бекку.

— Мне нужно наверстать упущенные часы на работе в преддверии выставки собак на этих выходных.

— Тебе не обязательно ехать со мной, — быстро произнесла Бекка. — Я справлюсь со всем сама.

— Я знаю, но мне нужно увидеть продукты в деле, и бабушка настаивает на том, чтобы я поехал.

— Она всегда очень волнуется, когда дело касается ее собак.

— Я не хочу разочаровывать ее.

— Герти поймет, если ты сильно занят или у тебя другие планы. — Бекка сжала губы. — Может, свидание или что-то в этом роде.

Она забросила удочку и ждала ответа. Калеб был рад попасться на ее крючок, только чтобы увидеть ее реакцию и утолить ее любопытство.

— Никаких свиданий. Только работа.

Линии ее губ расслабились.

— Ничего страшного, если ты останешься здесь, в Бойсе. Правда.

— Ну что ж, если ты не против…

— Я не против.

— Тогда я поговорю с бабушкой.

— Так и сделай.

Видимо, Бекка не хотела, чтобы они поехали вместе, может, она не хотела, чтобы он увидел, как она работает на выставке.

— Я не смогу так же часто приходить, возможно, меня не будет до самого конца недели.

— Хорошо. То есть… тебе стоит вернуться к своим делам в компании. — В голосе Бекки слышались нервозность и некоторое раздражение.

Губы Калеба растянулись в улыбке.

— Позвони мне, если у тебя возникнут вопросы по бизнес-плану.

— Ладно. Спасибо, что позаботился о Морисе.

— Не за что.

Прошло несколько мгновений.

— Ты собирался уходить? — осторожно напомнила Бекка.

— Точно. — Калеб взял пиджак и заставил себя двигаться по направлению к выходу. Лучше ему поспешить, или все закончится тем, что он проведет остаток утра здесь. — Удачного тебе дня.

— Подожди, — позвала Бекка.

Он тут же остановился, надеясь, что она предложит ему остаться.

Бекка протянула ему щетку для одежды:

— Возьми это.

Такого он не ожидал. Она разрушила все его надежды. Калеб засмеялся:

— Тебе она нужна.

— У меня есть не одна щетка, в моей машине лежит две таких.

— Всегда наготове.

— Просто не хочу, чтобы что-либо могло застать меня врасплох.

— Я тоже не хочу. Если я не смогу поговорить с тобой до выходных, удачи тебе на выставке собак.

* * *

Много раз после его ухода из гостевого коттеджа Бекка брала телефон, чтобы позвонить Калебу. Но так и не сделала этого. Сейчас она тренировала с Дозера.

— Сидеть!

Пес сел. Бекка отошла на шесть футов от него и включила секундомер на своем телефоне. Дозер оставался на месте. Теперь ему нужно было продержаться шестьдесят секунд — стандартное время для теста на послушание.

Шли секунды.

Бекка задумалась над тем, что Калеб сейчас делал. Он не покидал ее мысли с тех самых пор, как они последний раз виделись. У нее уже возникло много вопросов по поводу бизнес-плана. Она каждый раз открывала для себя что-то новое, не до конца ей понятное. Но Бекка вполне могла найти ответы на свои вопросы в Интернете, но ей очень хотелось слышать голос Калеба.

Бекке нужно забыть о нем и начать готовиться к отъезду. Ведь ее желание исполнилось. Она поедет одна.

Дозер поднялся на четыре лапы и радостно поспешил к ней. Бекка посмотрела на секундомер. Сорок пять секунд. Нужно еще пятнадцать. Она погладила пса по голове:

— Ничего, попробуем еще раз.

Ее телефон зазвонил, оповещая о новом сообщении. Она посмотрела на экран. Сообщение пришло от Калеба. Бекка взволнованно сжала телефон в руке.

«Как там Морис?»

Бекка почувствовала, как приятное тепло разливается по ее телу. Возможно, у Калеба и есть недостатки, но, кажется, он действительно переживал за собаку. Она быстро написала ответ:

«Как новый. И по-прежнему голодный».

Бекка ждала нового сообщения, но так его и не получила.

Бекка уже успела собрать чемоданы и подготавливала огромный фургон для поездки в Центральную Аризону. Она старалась не думать о Калебе.

Наступил четверг. Герти попрощалась с каждой собакой отдельно.

— Не шалите и не утруждайте Бекку.

— Все с нами будет нормально, — уверила Бекка пожилую женщину.

— Позвони мне, как только доберешься.

Бекка разместила собак по их отделениям.

— Я так и сделаю.

— Прости, что тебе приходится ехать одной.

— Калеб — очень занятой человек.

В глазах Герти появилось беспокойство.

— Слишком уж занятой. Он проснется однажды и поймет, что у него ничего нет.

Бекка подумала, что огромный счет в банке выглядит весьма убедительно, но что она могла знать, ведь у нее никогда не было много денег.

— Калеб разберется со всем, когда будет готов. Теперь он проводит много времени с вами, — произнесла Бекка.

— Ты права, положение меняется в лучшую сторону. Я просто хотела бы…

— Что?

— Мне не нравится, что ты будешь там совсем одна.

— Я не одна. Со мной ведь собаки, — ответила Бекка. — Все будет в порядке.

Но беспокойство в глазах Герти не исчезло.

— Я знаю, характер у тебя сильный. Но не могла бы ты уважить старую женщину?

— Что, если я буду присылать вам сообщения каждый раз, когда буду останавливаться, чтобы выпустить собак? И буду рассказывать, как обстоят дела во время соревнований.

Герти немного приободрилась:

— Да, так я буду меньше волноваться.

Какого черта он здесь делает? Повсюду выставочные ринги, огражденные белыми деревянными заборами, собаки разных пород и размеров, зеленая трава и яркий солнечный свет. Он должен бы сегодня работать, а не ходить на выставку собак. Бабушка сказала, что голос Бекки звучал уставшим, когда они разговаривали по телефону.

Конечно, Калеб мог отказаться, но Герти настояла бы.

Он нигде не мог найти Бекку. Женщины и мужчины, одетые в элегантные деловые костюмы, бегали с всякими расческами, щетками и спреями в руках от груминговых столов до выставочного ринга, где проводились сами соревнования.

Две массивные собаки дружно лаяли на стайку маленьких черно-белых той-спаниелей. Другие собаки с соседнего ринга присоединились к ним. Весь этот шум конечно же раздражал. Но что поделать, собаки лают. Около забора выставочного ринга номер семь стояла Бекка.

На ней был лимонно-зеленый костюм, который хорошо подчеркивал достоинства ее фигуры.

Калеб подошел к ней. Сноуи, заметив его первым, начал радостно лаять. Бекка повернулась и, увидев Калеба, широко улыбнулась. Ее глаза удивленно округлились и заблестели. Калеб почувствовал, как бешено бьется его сердце. Он и не ожидал, что Бекка будет рада его видеть.

— Привет.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

— Герти сказала мне, что вчера ты была уставшей.

— Что?

— Бабушка сказала, что ты сильно устаешь и тебе нужна помощь.

Бекка резко вздохнула:

— Так, значит, она направила тебя на выручку.

Калеб игриво поклонился:

— К вашим услугам, миледи.

— Спасибо, но я не понимаю, почему Герти так решила. Я вовсе не устала. Дела у нас идут совсем не плохо. Я раздаю пробники средств и анкеты для заполнения. Интерес к продуктам весьма большой. Восемьдесят процентов людей, с которыми я говорила, захотели попробовать. У меня осталось всего несколько пробников.

— Тогда почему я здесь?

Бекка сморщила носик:

— У Герти, наверное, быть на то причина.

Но что это за причина? Бабушка никогда не делала что-то просто так. Ну, кроме, пожалуй, походов по магазинам.

— Бабушка говорила тебе что-то?

— Только то, что ей не нравится, что я буду одна.

Одна.

Это слово раздавалось у него в голове. Герти не хотела, чтобы Бекка была одна. Также бабушка не хотела, чтобы Калеб остался один. Она хотела, чтобы они были… вместе. Это объясняет многое.

— Моя бабушка снова взялась за свои уловки.

— Что ж, это радует, — откликнулась Бекка. — На минуту я подумала, что Герти не доверяет мне.

— Это не так.

— Тогда в чем дело?

— Она занялась сводничеством.

— Сводничеством? — Бекка нахмурилась, затем удивленно приоткрыла рот. — С нами?

— Это единственный логический вывод.

— Я, правда, не думаю…

— Ты видишь какой-то другой вариант?

— Я… что ж… — В ее глазах читалось явное замешательство. — Нет, не вижу.

— Герти всегда открыто говорила о своем желании иметь правнуков, но я никогда не думал, что она опустится до сводничества. Она уже создала линию косметики для детской кожи, и кто знает, на что она вообще способна?

Сноуи отошел от них, чтобы обнюхать маленького терьера, стоявшего недалеко, но Бекка потянула за поводок, чтобы остановить его.

— Я не думаю, что Герти занимается сводничеством. — Бекка указала на себя. — Я точно не подходящий материал для трофейной жены директора компании.

Калеб долго и внимательно на нее смотрел:

— Не будь к себе так строга. Мне нравится то, что я вижу.

— Я говорю не о внешности. — Ее губы искривились. — Только представь меня на каком-нибудь официальном рауте. Подумай о моем прошлом. Я не та женщина, которую ты захочешь с гордостью представить своей матери.

— Моя бабушка считает тебя замечательной.

Бекка выпрямилась. На ее лице появилась довольная улыбка.

— Это чувство взаимно. Но твоя бабушка — особенный человек.

— Правда. — Честность и открытость Бекки были куда более привлекательны, чем напускная претенциозность его бывшей невесты и матери. — Но ты должна знать, что моя мать даже не стоит с тобой рядом.

Бекка растерянно на него посмотрела:

— Герти сказала, что твоя мать умерла.

— Да, она уже умерла, но, если бы она все еще была жива, я бы не захотел тебя с ней знакомить. Моя мать вышла замуж за моего отца только из-за его денег. Потом она сбежала с личным тренером. И мы больше ничего о ней не слышали.

Бекка прикоснулась к его плечу:

— Это ужасный поступок — обойтись так со своими детьми.

Калеб пожал плечами:

— Даже до того, как она ушла, нас воспитывали дедушка с бабушкой. Выбор был только между ними и нанятыми нянями.

— Конечно же хорошо, что вы с сестрой остались с бабушкой и дедушкой.

Калеб кивнул, понимая, что они коснулись очень личного. Он никому, кроме Тая, не рассказывал о своей матери.

Собаки вокруг продолжали лаять. Люди сновали туда-сюда. На выставочном ринге номер семь зазвучали аплодисменты.

— Когда тебе нужно выходить? — спросил Калеб, меняя тему.

— После тибетских терьеров.

— Сноуи похож на ватный шарик.

— Я потратила много времени на то, чтобы вымыть и отбелить его шерсть, причесать и придать ей объем.

— Ты так работаешь с каждой собакой?

— С каждой породой по-разному, — ответила Бекка. — У меня есть специальный график. Я знаю, какой собакой и когда нужно заняться. Чтобы привести в порядок Сноуи, нужно очень много времени, но ему нравится быть на ринге, поэтому он ведет себя терпеливо и спокойно. Морису же не нравится, когда ему наводят марафет. Блу, кажется, все равно.

К ним подошел мужчина в костюме и галстуке в красную полоску.

— Ребекка, это ты?

Бекка кивнула:

— Здравствуй, Деннис.

Калеб пододвинулся ближе к Бекке.

Деннис улыбнулся:

— Этим утром ты отлично поработала с элкхаундом. Я думал, вам достанется звание «Лучший в породе».

— Спасибо, но Герти и так осталась довольна результатами, — ответила Бекка. — Это внук Герти — Калеб Фейрчайлд.

— Я — Деннис Джонсон. — Мужчина пожал Калебу руку, затем снова обратил свое внимание на Бекку. — Эта собака выглядит просто восхитительно. Какими средствами для ухода за шерстью ты пользовалась?

— Прототипами натуральных органических продуктов, которые создала Герти. Я использовала их со всеми собаками, — тут же заявила Бекка. — Я могу дать тебе пробники этих средств.

Мужчина выглядел так, будто выиграл джекпот.

— О да, пожалуйста.

— Подойди попозже к моему фургону. Я оставила так упаковки с пробниками и анкеты, чтобы ты смог написать свое мнение о продуктах.

— Я зайду, — ответил мужчина. — Удачи тебе на ринге.

Калеб подумал, что это был весьма интересный разговор. Мужчина заметил, что Бекка применяла какие-то особенные косметические средства по уходу за шестью.

— Раздавать пробники средств с анкетами — это хорошее начало, но, возможно, еще слишком рано, ведь они не скоро выйдут в производство.

— Пока мы можем делать маленькие частные поставки.

— Звучит как бабушкина идея.

Бекка закивала:

— Она очень нетерпелива.

— И ее трудно остановить.

Бекка поправила кожаный ошейник на шее Сноуи:

— Нам пора выходить на ринг.

Высокий худой мужчина с бородой, одетый с костюм-тройку, назвал номер Бекки. Она направилась вместе со Сноуи на ринг. Еще три вожатых с собаками той же породы прошли за ней.

Калеб не мог оторвать глаз от Бекки. Она прошлась по рингу вместе со Сноуи, затем остановилась напротив судей. После этого Бекка по диагонали пересекла ринг и вернулась на исходное место. Остальные вожатые делали то же самое.

Судьи вынесли свое решение. Сноуи выиграл и получил ленточку.

Бекка со счастливой улыбкой покинула ринг.

— Герти будет просто в восторге. Мне нужно отвести Сноуи в загон до групповых соревнований, а потом позвонить ей.

Глава 8

Бекка стояла за пределами ринга, на котором с минуты на минуты начнется соревнование на звание лучшей собаки на выставке. Все собаки Герти выиграли в определенных категориях. Косметические средства для собак многих заинтересовали. Герти была просто переполнена гордостью.

— Ты так спокойна и уверена в себе. — Калеб стоял рядом с Беккой. — Ты совсем не волнуешься?

Она посмотрела на него и почувствовала частое биение своего сердца. Бекка была безумно рада, что он сегодня приехал к ней.

— Я нахожусь в предвкушении. — Бекке хотелось себя ущипнуть, чтобы убедиться, что она не спит. Она крепче сжала поводок Сноуи. — Что бы сейчас ни случилось, Сноуи уже выиграл. Многие люди заинтересовались новыми продуктами Герти.

— И твоя репутация теперь на взлете.

— Как и репутация Сноуи. Он стремительно движется к чемпионству, — ответила она. — Но он никогда еще не получал титул лучшей собаки.

— Значит, сегодня его день.

Слова Калеба, произнесенные с такой уверенностью, поразили ее до глубины души. Бекка еще раз проверила, как надет ошейник на Сноуи, убедилась, что собака выглядит на все сто.

— Я на это очень надеюсь.

— Удачи. Хотя она тебе не нужна.

Сердце Бекки растаяло. Калеб не отводил взгляда, в его глазах нежность сменилась страстным желанием. Быть может, он захочет снова поцеловать ее.

«Пожалуйста, пожалуйста, сделай это». Внезапно Бекка осознала, что ведет себя как маленькая девочка.

Но ей было уже все равно. Она приоткрыла губы. А потом поняла, что… они были не одни. Сотни людей вокруг стояли или сидели за пределами выставочного ринга, многие из них знали Герти. Начинать какие-либо отношения с Калебом было бессмысленно и опасно. Возможно, он уже убедился в том, что Бекка не мошенница, но для него этот поцелуй не будет ничего значить.

Всего несколько минут отделяли ее от начала соревнования.

Бекка поджала губы. Один из организаторов объявил их выход. Она сделала глубокий вдох и приподняла подбородок.

— Ты сможешь всех поразить, — прошептал Калеб ей на ухо. — У других даже нет шансов обойти вас со Сноуи.

Его слова только укрепили ее уверенность. Она встала в ряд с еще шестью вожатыми. Расправив плечи, Бекка послала улыбку в сторону Калеба и повела Сноуи на ринг.

* * *

Лучшая собака на выставке!

Толпа вопила и аплодировала. Калеб заснял на видео всю церемонию награждения. Сноуи гордо выхаживал, будто знал, что он — победитель. Фотографы делали снимки призеров с судьями. Другие вожатые подходили пожимать Бекке руку, поздравляя ее с успехом. Бекка с трудом удерживала корзину с подарками, букет цветов и трехфутовую наградную ленту.

Калеб стоял недалеко от выхода с выставочного ринга и ждал ее. Ему хотелось, чтобы Бекка смогла вдоволь насладиться победой. Люди, встречавшиеся на ее пути, поздравляли ее, но она говорила каждому, что это заслуга Сноуи, который с охотой впитывал все внимание, которое получал, будто догадывался, что получит позднее вечером много собачьих лакомств. Толпа постепенно рассеивалась.

Бекка наконец-то добралась до Калеба.

— Лучшая собака на выставке!

— Поздравляю! — Калеб обнял ее.

Ее груди оказались прижаты к его груди. Чувство правильности, естественности этого прикосновения чуть не сбило его с ног.

— Ты поразила всех.

На щеках Бекки появился приятный нежно-розовый румянец.

— Спасибо, но Сноуи сделал всю работу за меня.

Бекка была очень скромной. Но это ему в ней и нравилось.

— Нам нужно отпраздновать такое событие. Уверен, здесь есть несколько приличных ресторанов.

— Я бы с радостью, но не хочу оставлять собак одних в фургоне.

Точно. Собаки. Калеб совсем о них забыл, даже несмотря на то, что здесь повсюду на глаза бросались собаки.

— Мы можем найти ресторан, который занимается доставкой.

— Я уже запаслась едой на эти выходные. Я никогда не покидаю территорию выставки после приезда, — сказала Бекка. — Уверена, Герти захочет отпраздновать победу, когда мы вернемся домой. Ее собаки никогда раньше не получали такого титула. Она наверняка устроит вечеринку.

— Да, это в стиле моей бабушки.

Ему хотелось сделать сегодняшний вечер особенным для Бекки.

— Мы все равно можем сегодня отпраздновать, — настойчиво добавил он.

— Я думала, ты собираешься улететь домой. Разве тебе не нужно в аэропорт?

— Да, я собирался… собираюсь поехать. — Но Калеб не был уверен, что хочет это сделать. — Если только ты не попросишь меня остаться.

— Тебе не стоит тратить на меня все свои выходные. Поезжай домой, чтобы успеть завтра на обед с сестрой и бабушкой.

Калеб устраивал такой обед каждую неделю, в воскресенье.

Бекка с трудом могла удержать все призы. Калеб забрал у нее корзину и огромный букет цветов:

— Я помогу тебе.

— Спасибо. — На ее лице появилась яркая улыбка.

Она пошла вперед, немного подпрыгивая при каждом шаге. И это не Калеб был причиной ее радости. Ему хотелось сделать Бекку счастливой, но такая честь доставалась только собакам. Зеленая площадка постепенно пустела. Слышались звуки мотора машин, раздавались гудки, собаки все еще продолжали отовсюду лаять. Люди расходились по своим номерам в отелях неподалеку. Некоторые оставались, чтобы переночевать в фургонах, припаркованных около места проведения выставки.

Бекка отвела Сноуи в его отделение в загоне и проверила всех остальных собак.

— Хочешь чего-нибудь выпить или перекусить перед тем, как тебе нужно будет отправиться в аэропорт? — спросила Бекка Калеба.

— Почему ты решила, что я сейчас уезжаю?

Глаза Бекки удивленно округлились.

— Я подумала, ты захочешь вернуться домой.

— Мой дом — это огромная квартира в пригороде Бойса.

Тихое и одинокое место. Калеб глубоко вдохнул чистый воздух и произнес:

— Для меня это хорошая смена обстановки. И мне не нужно никуда спешить.

— Тогда можешь поужинать со мной. Я приготовлю на гриле хот-доги.

— Хот-доги? — удивленно переспросил он.

— Мы ведь на выставке собак. Тематическая еда здесь как раз кстати, — игриво заметила она.

— Я могу поехать домой в Бойс после ужина и как раз успею к воскресному обеду вместе с бабушкой.

В глазах Бекки мелькнула паника, она нерешительно улыбнулась Калебу, будто понимая, в каком положении оказалась по своей же вине.

— И тогда все останутся довольны.

— Да, неплохой вариант.

После ужина Бекка стояла возле мойки в фургоне и выбрасывала использованные бумажные тарелки и одноразовые стаканчики. Она продолжала улыбаться, но внутри чувствовала нарастающую панику. Она всем телом ощущала близость Калеба.

— Я уже почти закончила, — произнесла она.

Калеб сидел в одном из кожаных кресел, вытянув ноги, и наблюдал за ней.

— Ты бы уже давно закончила, если бы разрешила мне тебе помочь.

Бекка положила в шкафчик чистую сковороду.

— Мне не так много надо было сделать, — ответила она.

— Может быть, не на кухне, — произнес Калеб. — А что насчет собак?

Она посмотрела на часы:

— Мне нужно вывести их на прогулку.

Калеб поднялся:

— Я пойду с тобой.

— А как же твой самолет?

— Это частный самолет бабушки. Он никуда без меня не полетит.

— Удобно.

Бекка все еще не привыкла к этому дорогому фургону, который Герти заказала специально для поездок на выставки.

Она протянула Калебу контейнер с печеньем:

— Хочешь еще?

— Если я съем еще кусочек, то лопну. — Он провел рукой по своему плоскому животу. — Я и забыл, какими вкусными бывают хот-доги.

— Да, это блюдо не принадлежит к высокой кухне, к которой ты привык.

— Жареные ребрышки — это, пожалуй, самое изысканное из того, что я ел, — ответил он. — В пристрастиях в еде я пошел в своего дедушку. Он любил простую пищу: картошку и мясо. К несчастью моей бабушки, которая обожала экспериментировать на кухне, так же как и в лаборатории. Когда я был маленький, у нас часто было два блюда на выбор. Одно готовил наш повар для моего дедушки, другое — экзотическое — моя бабушка.

— И какое из них ты ел?

— Оба. Иногда мне нравилось. Только однажды мне пришлось выплюнуть то, что приготовила бабушка.

— Детство, проведенное с Герти, должно быть интересным.

— Да, скучно мне никогда не было. Мои бабушка и дедушка всегда ужинали вместе. Это было наше особенное время.

— Звучит очень мило. — Бекка почувствовала укол зависти. — Мои родители работали на нескольких работах, поэтому поесть за одним столом нам редко удавалось.

— Тебе, наверное, было непросто.

— Я не знала другой жизни. — Бекка закрыла контейнер с печеньем и поставила его на стол. — Мои родители много и тяжело работали, чтобы мы смогли выжить, поэтому мне сложно жаловаться.

— Ты научилась такому отношению к труду от своих родителей?

Она кивнула:

— Я бы хотела, чтобы им было легче жить. Может, когда-нибудь…

— Пригласи их погостить в доме у Герти.

— Герти уже мне предлагала, но у моих родителей не совпадают выходные дни, — ответила Бекка. — Я присылала им фотографии поместья. Они сказали, что оно выглядит как роскошный особняк. Такие обычно показывают по телевизору. Папе понравился задний двор. Он мечтает иметь лужайку, за которой мог бы ухаживать, подстригать газонокосилкой.

— В поместье работают садовники, которые за этим следят, но я всегда думал, что было бы весело прокатиться на газонокосилке.

— Я так понимаю, у здания, где находится твоя квартира, нет заднего двора.

— Нет, но там есть терраса с растениями в горшках. За газонной травой слишком сложно ухаживать.

Бекка вышла из фургона. Калеб последовал за ней. Солнце уже скрылось за горизонтом.

— Работая на Герти, я смогла увидеть, как живут другие люди.

— И что же ты об этом думаешь?

Почему его волнует ее мнение? Оно вообще мало кого волновало, только ее родителей и Герти.

— Все так плохо? — продолжал он.

— Нет, вовсе нет.

— Так, значит…

Казалось, он действительно хотел узнать ее мысли по этому поводу.

— Если честно, это был чудесный опыт, — призналась Бекка. — Герти, конечно, весьма эксцентрична и любит предметы роскоши, но она гораздо более приземленная, чем я могла бы себе представить. Мне сложно будет с ней расставаться.

Калеб нахмурился:

— Ты что, собралась уходить?

— Не в ближайшем будущем, но я мечтаю стать вожатой собак на постоянной основе. Заниматься уходом за собаками в перерывах между выставками. Возможно, организовать курсы вожатых для детей и владельцев собак.

— И ты можешь так зарабатывать на жизнь?

Его удивление было понятным.

— Профессиональные вожатые получают неплохие деньги.

— Я даже и не думал, что люди могут заниматься этим на постоянной основе.

— Лишь немногие, — отозвалась Бекка. — У большинства есть другая работа, и вожатыми они работают только во время выставок. Для некоторых это просто хобби или источник дополнительного дохода.

— Чтобы отложить деньги на случай непредвиденных обстоятельств.

Бекка не могла поверить, что он все еще помнил их разговор в его офисе.

— Верно.

— Ты ведь понимаешь, что сможешь жить безбедно, если продолжишь работать на Герти, тем более если линия средств для собак будет иметь успех.

Бекка пожала плечами:

— Я все равно никогда не была деловой женщиной.

— Ты хочешь заниматься тем, что тебе нравится. И деньги здесь не играют роли?

— Почему же, я бы не отказалась иметь хорошую сумму на банковском счете.

Калеб улыбнулся:

— Ты принадлежишь миру выставок собак.

— Я так думаю. — Бекка верила всем сердцем, что именно здесь ее место. — Я безумно рада, что Герти дала мне такую возможность.

Бекка прицепила поводок к ошейнику Мориса и выпустила собаку из загона. Пес сразу же побежал к Калебу.

— У тебя появился новый друг, — заметила она.

Калеб погладил собаку по голове:

— Он пришел ко мне только потому, что на мне нет еще собачьей шерсти. Морис просто хочет пометить свою территорию.

— Хорошо, что он не отмечает ее по-другому.

Калеб возмущенно на нее посмотрел:

— Не подкидывай ему идеи.

Бекка взглянула на Сноуи. Собака спала, дергая зад ними лапами со сне. Она выведет его на прогулку попозже.

— Пойдем, Блу. — Она вывела серого восемнадцатимесячного щенка из загона. — Время прогулки, дружок.

Калеб шел рядом с ней. Известный вожатый из Калифорнии, выгуливающий четырех биглей, встретился им на пути и поздоровался. Калеб посмотрел на собак Герти, идущих впереди.

— Почему моя бабушка не выбрала какую-то одну породу?

— Герти любит всех собак. Она берет себе животных, от которых отказались другие. Она могла бы выбрать любого породистого щенка, но предпочитает тех, кому можно дать второй шанс.

— Зачем им нужен второй шанс? Они ведь породистые собаки.

— Верно, но не все породистые собаки попадают под идеальные стандарты породы. Опытные заводчики стерилизуют таких собак и отдают их в добрые руки. — Бекка указала на Блу. — Этот малыш был браком в своем выводке. Никто и не думал, что он сможет участвовать в выставках, но твоя бабушка что-то в нем увидела и дала ему шанс. Теперь он может победить.

— Я не удивлен, — сказал Калеб. — Бабушке всегда нравилось подбирать кого бы то ни было с улицы.

— Это точно. Она подобрала меня.

— И нас с сестрой.

— Она не подобрала вас с улицы, — возразила Бекка. — Вы ее семья.

Калеб пожал плечами:

— Герти относится к собакам, которых подобрала, к дворняжкам и к породистым собакам — призерам выставок — одинаково.

Бекка заметила, что он не особенно хотел говорить об этом.

— У твоей бабушки очень доброе сердце.

— Как и у тебя.

— Относиться хорошо к собакам с совсем не сложно.

— Как ты относишься ко мне? Из вежливости не говоришь, что хотела бы, чтобы я уехал несколько часов назад?

Бекка уже не понимала, что делает. Или чувствует. Но ей совершенно не нравилось то, что Калеб, казалось, видел ее насквозь, ее мысли и желания были открыты для него.

Уже стемнело. Крепче сжав кожаный поводок, Бекка подняла глаза на миллиарды сияющих на небе звезд.

— Только посмотри, сколько звезд.

— Ты меняешь тему разговора.

— А ты должен сделать вид, что не заметил, и подыграть мне.

Калеб остановился:

— Что, если я не хочу этого делать?

— Ты мужчина, который привык играть по правилам.

— Обычно да. — Он подошел к ней настолько близко, что Бекка могла ощущать тепло его тела. — Но это не обычная ситуация.

Бекка боролась с желанием отступить.

— Необычно находиться на выставке собак? — пролепетала она.

— Необычно быть с тобой.

Его лицо было в тени. Калеб был сильным, опасным и безумно привлекательным.

Бекка сглотнула.

Он посмотрел ей в глаза:

— А ты все еще хочешь продолжать играть по правилам?

Сердце Бекки бешено билось в груди. Ей нужно сделать шаг назад. Создать между ними дистанцию. Для ее же блага. И для его. Но она не могла пошевелиться. Она словно приросла к месту, на котором стояла, в ожидании, надеясь и предвкушая то, что случится.

Калеб наклонил голову, приблизив свои губы к ее губам. Бекка приподнялась на цыпочках и подалась вперед.

Их губы соприкоснулись.

Можно забыть обо всех правилах.

Калеб заключил ее в свои объятия, сильно прижав к себе и страстно лаская. Их поцелуй был горячим и необузданным. Каждым прикосновением он как будто пытался доказать, что она принадлежит ему. Бекка никогда раньше не ощущала ничего подобного.

Калеб углубил поцелуй, разжигая огонь в ее теле. Она выгнула спину, наслаждаясь каждым его прикосновением.

Гав!

Калеб отступил, выпустив Бекку из своих объятий. Она пошатнулась.

Морис и Блу рычали и бросались на двух оскалившихся пекинесов, с шелковыми бантиками на ушах.

Бекка потянула на себя поводок:

— Ко мне!

Калеб схватил Мориса за ошейник. Две маленькие собачки даже не собирались сдаваться. Их хозяйка, женщина небольшого роста с короткими светлыми волосами, на которой был надет легкий халатик и тапочки в цветочек, неодобрительно нахмурилась:

— В следующий раз найдите себе комнату.

Бекка страшно покраснела. Ее губы приятно саднило после поцелуя Калеба.

О нет. Она настолько была увлечена Калебом, что совершенно забыла про собак. Что, если бы они ввязались в драку и поранились?

— Все получилась не так, как я полагал. Возможно, бабушка понимает гораздо больше нас. — В глазах Калеба читалось нескрываемое желание. — Мы должны попробовать еще раз.

— Я не могу.

— Не можешь или не хочешь?

— А это имеет значение?

— Если бы не эти собачки с бантиками…

— Если бы не они, мы бы все еще продолжали целоваться.

На его лице появилась очаровательная ухмылка.

— Тогда давай продолжим с места, на котором остановились.

Ее желание было практически непреодолимым.

— Этот поцелуй был… просто восхитительным. Но я забыла обо всем, даже о собаках. Они могли пострадать. Я отвечаю за них и не могу отвлекаться.

В его глазах читалось понимание и уважение к Бекке, борющееся с желанием.

— Я прекрасно понимаю тебя.

Все, что она хотела, — это заработать уважение Калеба. Теперь, когда ей удалось добиться этого, она мечтала о его поцелуях.

— Спасибо.

— Только знай, что, когда ты вернешься в Бойс и собак поблизости не будет, я собираюсь снова тебя поцеловать.

Глава 9

Спустя два дня после той ночи Калеб прибыл на вечеринку, которая была уже в разгаре. Он передал ключи от машины парковщику. Для вечера понедельника на это событие пришло много людей. Но когда Герти Фейрчайлд высылает приглашения, немногие отказываются.

Зайдя в дом, Калеб направился в сторону веранды, попутно приветствуя людей, которых знал много лет.

Калеб искал в толпе двух женщин, которых он больше всего хотел увидеть — свою бабушку и Бекку. Первой он заметил Герти, на которой были розовые капри и блестящая блузка. К ней он и направился, пробираясь через толпу.

— Калеб! — Герти обняла его. — Я все ждала, когда ты приедешь.

— Мне нужно было закончить кое-что по работе.

— Сними пиджак и галстук, — сказала бабушка с улыбкой. — Возьми себе чего-нибудь выпить и расслабься.

Калеб осмотрелся по сторонам.

— Ищешь Бекку? — спросила Герти.

— Да.

— Она здесь. И Кортни тоже.

Его сестра никогда не отказывалась от приглашения на вечеринку, даже если средний возраст гостей на ней был вдвое больше ее.

— Я надеюсь, Кортни не успела влипнуть в какие-либо неприятности.

— Я бы не надеялась. — Бабушка дружелюбно помахала вновь прибывшему. — Тебе нужно найти Бекку и нарваться на неприятности вместе с ней.

— Бабушка!

— Что? — Она изобразила невинность. — Для тридцати одного года ты слишком серьезно на все смотришь. Общение с Беккой пойдет тебе на пользу. Она поможет тебе расслабиться и наконец научиться наслаждаться жизнью.

— Мы с Беккой уже догадались, что ты задумала нас свести.

Бабушка указала на себя:

— Я?

— Да, мы.

— Скажи Бекке что-нибудь по-французски, — произнесла Герти. — Женщины это любят.

Калеб покачал головой, но про себя отметил, что ему стоит как-нибудь последовать совету Герти.

— Бекка — особенная женщина, — тихо сказала бабушка. — Но только по-настоящему особенный мужчина сможет разрушить защитные стены, которые она возвела вокруг своего сердца.

— Мы просто друзья.

— Значит, какому-то другому мужчине крупно повезет.

Почему-то Калеб не мог думать о Бекке в объятиях другого мужчины. Эта мысль казалась ему отвратительной.

— Я пойду лучше поищу Кортни.

— Повеселись. — Бабушка направилась в дом продолжать играть свою роль самой гостеприимной хозяйки дома в Бойсе.

Калеб прихватил бутылку пива из бара, сделав глоток прохладного напитка, — как раз то, что ему было нужно после долгого рабочего дня, — и направился на поиски Бекки.

— Привет, братец. — Он почувствовал аромат духов своей сестры.

Кружевная мини-юбка Кортни едва прикрывала нижнее белье. Блузка тоже была весьма откровенной. Белокурые волосы были заколоты на затылке, несколько свободных прядей обрамляли лицо. Типичная Кортни.

— Я уже познакомилась с твоей девушкой.

Калеб чуть не поперхнулся:

— У меня нет никакой девушки.

— А Бекка?

— Она не… Что вообще наговорила тебе бабушка?

— Только то, что нашла для тебя идеальную женщину. — Кортни взяла бокал шампанского с подноса мимо проходящего официанта. — Бекка очень миленькая. Если немного поменять ей гардероб, добавить капельку макияжа и уложить волосы, она будет просто красавицей. Я могу помочь ей…

— Бекка и так хорошо выглядит.

— Тебе она нравится.

— Я не… — Калеб понизил голос. — Бекка очень хороший человек. Не нужно ее впутывать в бабушкины своднические планы.

— Лучше уж она, чем я. — Кортни медленно попивала шампанское. — С каждым годом бабушка становится все отчаяннее в своем желании заиметь правнуков.

— Не смотри на меня. Я и так делаю достаточно.

— Что ж, я точно не готова еще стать матерью. Я никогда не встречалась с мужчиной дольше месяца.

Калеб уставился на нее:

— Если учесть, каких ты всегда выбираешь мужчин, то это даже к лучшему. Может, тебе стоит попросить бабушку найти тебе подходящую пару. Уверен, она подыщет идеал.

— Ну да, конечно. Кого-нибудь честного, правильного и скучного, как ты. — Кортни покачала головой. — И не забудь о том, что я часто теряю все подряд. Что, если я забуду где-нибудь своего ребенка? Это будет ужасно.

— Да уж, — согласился он. — Не волнуйся. Бабушка когда-нибудь откажется от своей идеи фикс с правнуками.

— Я надеюсь, но думаю, мы не должны сидеть на месте, — ответила Кортни. — Давай подарим ей котенка.

— Бабушка любит собак.

— Это совсем не значит, что она не может разводить кошек. Котята ведь милые и ласковые. Почти как дети, но с ними не нужно постоянно возиться с подгузниками, только менять им лоток.

Калеб не был в настроении разбираться в странной логике сестры, особенно после того, как она назвала его скучным. Он допил бутылку пива.

— Не вздумай покупать пока никаких котят. И постарайся в ближайшее время не попадать в неприятности.

Кортни показала ему язык:

— С тобой скучно.

Калеб вдруг понял, что его сестра права. Раньше с ним всегда было весело. Когда он был моложе, они с Таем только и делали, что развлекались. Но после того, как Калеб заменил на посту своего дедушку, вся его жизнь стала вращаться вокруг дел компании и семьи. И больше ничего не имело значения.

Калеб направился по освещенной дорожке к гостевому коттеджу — свет горел только на пороге. Тогда он пошел в сторону вольера. Было слышно, как одна из собак лает. Кажется, Морис. Калеб зашел внутрь.

— Тише. — Бекка стояла около двери в загон Дозера.

Ее юбка с цветочным принтом была чуть выше колена; зеленая блузка без рукавов открывала изящные руки.

— Мы ведь не хотим, чтобы гости Герти нас услышали.

Собаки прекратили лаять. Морис встал на задние лапы и уперся в дверь своего загона.

— Что с тобой такое? — спросила Бекка, обращаясь к собаке.

Калеб остановился в двух шагах от нее:

— Так, значит, вот где ты прячешься.

Бекка быстро повернулась к нему. Ее глаза удивленно расширились, щеки покраснели.

— Калеб!

— Я не хотел тебя напугать.

Она посмотрела за него, будто проверяя, не пришел ли с ним еще кто-нибудь.

— Что ты здесь делаешь?

— Я собирался задать тебе тот же самый вопрос. — Ему было приятно снова ее видеть. Калеб не мог поверить, что они были вдали друг от друга всего два дня. Казалось, прошло гораздо больше времени. — Вечеринка в полном разгаре. А ты здесь, совсем одна.

Бекка указала на собак, наблюдающих за ними из своих загонов.

— Я не одна.

— Ты знаешь, что я имел в виду.

Она просто кивнула:

— Просто я немного… ошеломлена.

— Из-за вечеринки?

— И всех людей на ней. Гости, официанты, бармены, диджей, — перечисляла она. — Герти сегодня представила меня, наверное, сотне людей. Я никогда не смогу запомнить столько имен и лиц.

— Поэтому ты и сбежала сюда.

Она еще раз кивнула:

— Это мое любимое место в поместье. Я чувствую себя здесь…

— Комфортно, — закончил он за нее.

— Да, здесь я на своем месте.

Он подошел ближе к Бекке:

— Ты любишь собак, никто не поспорит, но твое место и среди тех людей в поместье.

Бекка опустила взгляд:

— Я не уверена в этом.

— Зато я уверен. — Калеб прикоснулся к ее подбородку и заставил ее посмотреть на него. — Ты умная, добрая и красивая.

Ее щеки покраснели еще сильнее.

— Можешь продолжать.

— Я и не собирался останавливаться, если, конечно, ты хочешь, чтобы я это сделал. — Калеб не хотел ее спугнуть. — Я бы хотел продолжить с того момента, когда нас прервали.

Ее губы заманчиво приоткрылись.

Калеб довольно улыбнулся:

— Я так понимаю, это приглашение с твоей стороны.

— Да, пожалуйста.

Калеб поцеловал ее. Он не ожидал, что Бекка так быстро растает в его объятиях, будто она так же сильно, как и он, ждала этого момента. Он припал к ее губам, наслаждаясь их вкусом и прикосновением. Бекка… Такая сладкая и теплая. Его. Калеб крепче сжал ее в своих объятиях. Бекка прильнула к нему.

Калеб приподнял подол ее юбки и начал ласкать бедро, ее кожа была такой же мягкой и гладкой, как он представлял.

— Провалиться мне на месте.

Бабушка. И Кортни.

Калеб тут же выдернул свою руку из-под подола юбки Бекки и отступил на шаг, тяжело дыша. Лицо Бекки залилось краской, ее припухшие губы были алыми от его поцелуев, она была невероятно привлекательной, и Калеб не хотел, чтобы бабушка видела ее такой.

В бабушкиных глазах горели озорные огоньки.

— Просто друзья, да?

— Так, значит, вот как это, когда не ты попадаешь в неприятности. — Кортни довольно улыбнулась. — Мне нравится это чувство.

Калеб вышел вперед, закрывая собой Бекку.

— Это не то, о чем вы подумали.

— Нет, это как раз-таки то. — Бабушка потерла ладони. — И я просто в восторге.

Сердце Бекки громко билось в груди, она чувствовала смущение, страсть и гордость. Ее губы задрожали. Она не могла выровнять дыхание. Все ее тело жаждало его поцелуев. Но что-то изменилась, будто она пробудилась после долгого сна и наконец увидела мужчину, который не будет судить о ней по ее прошлому и сможет принять ее такой, какая она есть.

«Это не то, о чем вы подумали».

Но могло бы быть. Она сделала шаг вперед и встала рядом с Калебом.

Герти поднялась на цыпочки. Она вела себя как восторженный ребенок.

— Гости хотят увидеть Сноуи, — сказала бабушка.

— Он готов выйти в свет, — ответила Бекка.

— Мы приведем его через пару минут, — добавил Калеб.

Герти подмигнула:

— Только долго не задерживайтесь.

Ее намек заставил Бекку еще сильнее покраснеть. На шее Калеба напряженно билась вена.

— Не волнуйся, — произнес он.

Выглядя так, будто они вот-вот взорвутся от смеха, Герти и Кортни вышли из вольера. Как только дверь за ними закрылась, Калеб опустил взгляд, качая головой.

Бекка прикоснулась к его плечу:

— Прости.

Калеб посмотрел на нее:

— Тебе не за что извиняться.

— Но теперь Герти подумает, что…

Калеб вновь поцеловал Бекку, нежно и легко. Затем отстранился. Бекка подавила грустный вздох. Ей бы хотелось, чтобы он никогда не переставал целовать ее.

— Не волнуйся о том, что думают бабушка и сестра. — Он снова прикоснулся к ее лицу, нежно проводя большим пальцем по ее подбородку.

Бекка кивнула, но все еще продолжала беспокоиться.

— Я так рад, что мне наконец удалось нормально тебя поцеловать, хотя в этот раз нам опять помешали. Теперь, когда нам удалась эта часть, мы можем перейти к следующей.

Его слова заставили сердце Бекки сжаться. У нее перехватило дыхание, а к горлу подступил ком. Калеб не говорил о простых поцелуях. Ему хотелось большего. Интрижки. Одной ночи, проведенной вместе. Именно поэтому он так и ответил Герти. Их поцелуи значили для него нечто другое. Плечи Бекки опустились.

— Я пойду приведу Сноуи.

Глаза Калеба потемнели.

— Что не так?

Она сделала глубокий вдох:

— А теперь мы…

— Мы… — Калеб играл с коротким шелковистым локоном ее волос, — идем на свидание.

Надежда снова проснулась в ее сердце, но она все еще была осторожной.

— На свидание?

— На ужин в ресторан «Пасифика».

Это был новый изысканный ресторан в городе.

— Я слышала об этом месте и знаю, что там почти невозможно заказать столик.

— У меня получится.

Самоуверенность Калеба привлекала ее и пугала одновременно. Бекку не интересовали его деньги и власть. Ей было по душе, как он заботился о близких людях. Ей было приятно, что он хотел отвести ее в одно из лучших мест в городе.

— Звучит замечательно.

— Ты свободна в среду? — спросил Калеб.

Это только через два дня. Можно не волноваться, за такое короткое время ему не удастся зарезервировать столик.

— Да, свободна.

— Это не займет много времени, — произнес он, набирая на телефоне сообщение.

— Что ты делаешь?

— Заказываю столик. — Его телефон зазвенел. Он опустил взгляд на экран. — В среду в восемь часов. Это свидание.

— Как тебе удалось?

— Я вырос в этом городе. — Он выглядел невероятно довольным собой. — У меня есть связи.

Глава 10

Вечер, проведенный в ресторане «Пасифика», превзошел все ожидания Калеба, и причина была в чудесной женщине, которая сидела с ним за одним столом. Бекка сделала этот вечер незабываемым.

Калеб сжал ее ладонь:

— Я говорил тебе, как восхитительно ты сегодня выглядишь?

Ее радостная улыбка, вызванная этими словами, заставила его чувствовать себя на вершине вселенной.

— Где-то десять раз. Но я вовсе не против.

— Тогда я и дальше буду тебе это говорить.

На Бекке было прекрасное платье, расшитое цветами с асимметричным подолом. Босоножки на высоком каблуке подчеркивали ее длинные стройные ноги.

— Ты самая прекрасная женщина в Бойсе.

Она покраснела, и румянец добавил ей привлекательности.

— Это только потому, что я попросила помощи у твоей сестры.

— Тебе не нужна дорогая одежда или макияж, чтобы быть красивой. — Он указал на ее сердце. — Красота — она там. Все остальное — это просто детали.

Глаза Бекки счастливо блестели.

— Спасибо.

— Не за что.

Калеб поцеловал ее ладонь:

— Но хотя твое платье чудесное, ты мне больше нравишься покрытая собачьей шерстью.

Ее задорный мелодичный смех согрел его сердце.

— Я очень сомневаюсь, что меня пустили бы сюда, будь на мне хоть один лишний волос или соринка. — Бекка посмотрела по сторонам, а потом заговорщицки понизила голос. — Я так рада, что мне удалось пережить ужин. Я все время боялась, что, если возьму не ту вилку или что-то в этом роде, меня тут же вышвырнут отсюда.

— Ты не сделала ни одной ошибки.

Она улыбнулась:

— Это не было так сложно, как я думала.

Официант, одетый в черный смокинг, положил на стол кожаную папку со счетом и кредиткой Калеба.

Бекка нежно провела пальцами по его руке:

— Спасибо тебе за сегодняшний вечер. Я никогда его не забуду.

Как и он.

— Нам нужно обязательно его повторить.

— Я бы с радостью, но…

— Что?

В ее глазах появились озорные огоньки.

— Ты показал мне свой мир. В следующий раз мне бы хотелось показать тебе свой.

— Хорошо, звучит неплохо. Как насчет пятницы? — спросил он.

— Этой пятницы?

Возможно, он и не хотел серьезных отношений, но несколько свиданий ничего не значат. Ему нравилось быть с Беккой. Он мог в любую минуту выйти из игры. Но сначала Калеб вдоволь насладится этой женщиной.

В пятницу вечером Калеб прибыл в заведение, похожее на салун времен Дикого Запада, где должно было состояться их с Беккой свидание. Он не видел ее два дня. И это были два самых долгих дня в его жизни.

Бекка стояла около входа. На ней были короткие джинсовые шортики, бордовый топ, декорированный кружевами, и красная клетчатая фланелевая рубашка.

Его сердце екнуло, как только он ее увидел.

— Ты пришел прямиком из офиса, — заметила она.

— Я задержался на встрече. — Калеб поцеловал ее в щеку. От нее заманчиво пахло клубникой. — Я слишком официально одет.

— Сними пиджак и галстук.

— Все нормально.

Она потянула его за галстук:

— Я серьезно. Тебе нужно это снять.

— Не волнуйся.

— Ты пожалеешь…

Калеб прикоснулся пальцами к ее губам:

— Ш-ш-ш.

— Тебе же хуже.

Калеб понятия не имел, о чем она вообще говорит.

— Как прошел твой день?

— Хорошо. Я проверяла, как работает наш новый сайт, и составляла список замечаний и пожеланий для веб-дизайнера.

— Скинь мне ссылку. Я сгораю от нетерпения увидеть, что получилось.

— Кортни придумала название для нашей компании — «Секреты чемпионов от Герти».

Калеб открыл дверь в ресторан:

— Я удивлен, что бабушка вовлекла в дело и мою сестру.

Бекка зашла внутрь:

— Кортни сама захотела помочь.

— У нее, должно быть, есть какие-то свои причины для этого.

— Разве она не может быть просто полезной?

— Только не моя сестра. — Калеб сделал шаг внутрь. Что-то хрустнуло под его туфлями. Он посмотрел на пол. Скорлупки от орешков. — Интересный декор для пола.

Заведение было весьма необычным. Гриль, расположенный в стенной нише, конечно же не мог сравниться с кухней в ресторане «Пасифика». В воздухе стоял запах хмеля и кипящего жира. Шумные эмоциональные разговоры посетителей и громкая музыка из динамиков заполняли ресторанный зал.

Бекка указала на табличку, на которой было написано: «Галстуки запрещены».

— Тебе все-таки стоит снять свой галстук.

— Никого здесь не волнует, как я одет.

— Больше я не буду ничего говорить.

На девушке — менеджере ресторана — тоже были коротенькие шорты и маленькая майка. Она проводила их к свободному столику. Калеб сел напротив Бекки.

Менеджер раздала им меню:

— Ваша официантка скоро к вам подойдет.

Калеб осмотрелся.

— Ты часто здесь бываешь? — поинтересовался он.

— Не часто, но это одно из моих любимых мест в городе.

— Я никогда не слышал о нем.

— Настало время открыть для себя одну из скрытых жемчужин Бойса.

Скрытое и никому не известное место, да. Но жемчужина? Бекке предстоит еще убедить его в этом. Но не было никаких сомнений, что Таю здесь обязательно понравится.

Калеб начал просматривать меню. Много блюд из мяса и картошки — жареной, вареной, во фритюре. Ну ладно, возможно, это и правда неплохое заведение.

— Ребята, как поживаете? Меня зовут Джеки, и я буду вашей официанткой. — Девушка с объемными формами и такими же объемными волосами появилась у их стола. На ней были маленькие джинсовые шорты и футболка на два размера меньше.

— Я так понимаю, в нашем уважаемом заведении появился новый посетитель. Добро пожаловать, сэр. Полагаю, вы не видели нашу табличку.

— Какую табличку?

Бекка покачала головой.

— Табличку «Галстуки запрещены», — ответила Джеки.

— Я видел ее, — признался он.

— Тогда мне ничего другого не остается. — Джеки достала из заднего кармана шорт ножницы, склонилась над Калебом, открывая ему превосходный вид на свои пышные формы, и отрезала галстук прямо под узлом.

— Что за… — Калеб уставился на место, где раньше был его галстук. — Это был дорогой шелковый галстук.

— Я предупреждала тебя, — заметила Бекка. — И не один раз, если помнишь.

— Но я и не думал, что они отрежут мне галстук!

— Вы видели табличку и не подчинились правилам этого заведения, поэтому вы заплатили цену.

Невероятно.

— И что теперь будет с моим галстуком?

— Он станет частью декора, — ответила Джеки. — Посмотрите наверх.

Калеб так и сделал. Сотни разноцветных галстуков свисали с потолка.

— Тебе нужно было меня послушать, — сказала Бекка. — Но я не сильно-то старалась тебя предупредить. Мне никогда не нравился этот твой желтый галстук. Не такая уж большая потеря, по-моему.

— Желтый слишком… — начала Джеки.

— Невзрачный, — закончила Бекка.

Невероятно. Герти сказала то же самое. Калеб чуть не засмеялся.

— У вас есть орешки, меню и хорошее чувство юмора, — произнесла Джеки. — Я вернусь через минутку. — Она удалилась.

— Я надеюсь, ты не слишком расстроился из-за своего галстука? — спросила Бекка.

— Вообще не расстроился, — признался Калеб. — Это моя вина. Ты ведь предупреждала меня. Я не послушал тебя. Урок понят.

Улыбнувшись, Бекка захватила с середины стола горстку орешков:

— Присоединяйся.

Калеб взял один орешек из миски:

— А потом ты просто кидаешь скорлупки на пол?

— Ты вел такую правильную жизнь. Смотри и учись. — Она продемонстрировала ему, что делать. — Твоя очередь.

Калеб взял еще один орешек. Расколол его, достал ядро и бросил скорлупку на пол.

— Все просто. — Бекка положила перед ним горстку орешков, затем указала на мишень в проходе между столами. — Теперь перейдем к серьезному делу. Выигрывает тот, кто попадет в поля с наибольшими цифрами.

— И какой приз получит победитель?

Она пожала плечами:

— А что ты хочешь получить?

«Тебя. В горизонтальном положении». Но Бекка к этому не готова. По крайней мере, пока.

— Мне все равно.

— Тогда я потом что-нибудь придумаю, а пока… приступим.

Его усталость после долгого рабочего дня потихоньку улетучивалась. Ничего уже не имело значения. Было только «здесь» и «сейчас». И Бекка была с ним. Она вернула радость и беспечность в его жизнь.

— Я отлично провел время сегодня, — сказал Калеб. — Хочешь встретиться завтра и купить мне новый галстук?

— Тебе лучше попросить свою сестру. Я совершенно не разбираюсь в галстуках, — ответила она.

Калеб прикоснулся губами к волосам Бекки, отчего ее коленки задрожали.

— Кортни, возможно, знает все о моде, но ты хорошо знаешь меня.

Ее сердце бешено забилось. Мысль о том, что она может провести еще один день с Калебом, была настолько соблазнительной, что Бекка всерьез задумалась, не отменить ли ей свои планы. Но она не могла.

— Я бы с радостью пошла с тобой, но завтра я уезжаю к родителям.

— Ты останешься там на ночь?

— Нет, — ответила Бекка. — Мне нужно вернуться, я не могу надолго оставить собак.

— Ну конечно же собаки… — Его голос звучал странно.

— Что ты имеешь в виду?

— Я никогда не думал, что буду ревновать кого-то к щенкам.

— Ревновать?

— Ты выполняешь любую их прихоть.

— Это моя работа.

— Признайся, — сказал он как ни в чем не бывало, — тебе нравятся собаки больше, чем я.

Он просто шутил, но в его словах была доля правды. Бекка любила собак сильнее, чем людей. Но больше Калеба?

— Это совершенно разные вещи, — ответила она. — Собаки любящие и преданные животные, и для них я — центр вселенной.

— Верно, но никакая собака не может сделать так.

Калеб припал к губам Бекки. Невероятно. Она почувствовала жар во всем теле от наслаждения, которое дарили движения его губ. Ей хотелось запомнить его вкус и каждое его прикосновение. Калеб отстранился слишком быстро.

— Ты прав. — Она потерла припухшие губы. — Они точно так не могут.

— Еще бы.

Бекка засмеялась:

— Спасибо за ужин. Вечер действительно был чудесным.

— Нам не обязательно останавливаться на этом.

— Может, нам не стоит торопить события?

— Ты права, — ответил он. — Но я бы хотел увидеть тебя завтра. Я поеду с тобой к твоим родителям.

Бекка посмотрела на него в замешательстве:

— Ты серьезно?

Калеб кивнул:

— Ты знаешь мою бабушку. По-моему, будет справедливо, если я познакомлюсь с твоими родителями.

— Хорошо, — неуверенно ответила Бекка. — Тогда договорились.

* * *

В полдень в субботу Калеб заехал на территорию парка трейлеров в пригороде Туин-Фолса. Он не знал, чего ожидать от этой поездки, но пока все вокруг выглядело весьма стереотипно. Разные по размеру, цвету и модели фургоны и трейлеры стояли на площадках. На узких улицах хаотично были припаркованы машины. Кошки грелись на солнышке. Собаки стайкой бежали и лаяли на его машину.

— Поверни налево после статуи Свободы. Ты ее заметишь, — сказала Бекка.

— Я жду с нетерпением встречи с твоими родителями.

— Они будут рады тебя видеть.

Шестифутовая копия статуи Свободы стояла у развилки дороги. Неподалеку стояли двое мужчин с густыми усами и татуировками на руках, они внимательно посмотрели на спортивную машину Калеба. На пороге одного из трейлеров в кресле сидела пожилая женщина, держа на коленях маленькую чихуа-хуа.

— Мои родители живут в трейлере с загоном для кур и с флагом «веселый Роджер» на крыше, — пояснила Бекка.

Калеб крепче сжал руль и припарковал машину. В загоне расхаживали настоящие живые курицы.

— Мои родители самые обычные люди, поэтому не волнуйся, — сказала Бекка.

В его голове промелькнуло несколько мыслей. Эта поездка обещала быть весьма интересной. Правда, вряд ли он снова увидит покрышки на своей машине. Хорошо, что у него была страховка.

— Я и не волнуюсь.

— Отлично, потому что я волнуюсь.

Калеб боролся с желанием поцеловать Бекку.

— Это же твои родители.

— Вот именно. — Бекка улыбнулась. — Если мой отец предложит показать тебе свою коллекцию оружия, откажись.

Калеб знал, что ее отец был арестован и отсидел срок в тюрьме за драку.

— Я понял.

— И если моя мама начнет говорить про НЛО и теории заговора, просто улыбайся и кивай. Но даже не думай упоминать Рузвельта.

— Может быть, мне стоило взять с собой шапочку из фольги.

— Если бы ты так сделал, ты бы мог пользоваться ее расположением всю жизнь. — Бекка облизала губы. — И я не шучу.

Ее серьезный тон уверил его в том, что она говорит правду.

Мужчина и женщина лет сорока стояли на пороге трейлера и радостно им махали.

— Это мои мама и папа — Дэбби и Боб, — представила их Бекка.

У женщины были такие же волосы, как у Бекки, но только гораздо длиннее. У мужчины волосы были светлее, зато глаза отдавали знакомой голубизной.

— Они выглядят так молодо, — тихо произнес Калеб.

— Моей маме было семнадцать, когда они поженились, а моему отцу — восемнадцать. Я родилась за неделю до того, как ей должно было исполниться восемнадцать.

— Дети, родившие детей.

— Тогда они думали, что достаточно взрослые, но уверяют меня, что я должна подождать с замужеством до того, как мне исполнится тридцать.

— Очень хороший совет.

Родители Бекки оказались весьма дружелюбными людьми. Боб пожал Калебу руку, а Дэбби обняла его. Они вчетвером зашли в дом. Трейлер был маленьким, но чистым и уютным. На стенах висели фотографии. На полочках примостились различные статуэтки и сувениры. Ни собаки, ни кошки видно не было. Это удивило Калеба, учитывая, как любила животных Бекка.

Калеб внимательно посмотрел на фотографию маленькой Бекки, катающейся на трехколесном велосипеде, и еще одну, на которой она выиграла ленточку на выставке собак.

Он указал на фотографию с ее выпускного:

— Раньше у тебя были такие же длинные волосы, как у твоей матери.

Бекка кивнула:

— Я больше не такая, какой была. Мне нравится носить короткие волосы.

— Мне тоже нравятся твои волосы такими, — сказал Калеб, замечая, что ее родители с интересом слушают их разговор.

— Бекка, почему бы тебе не пойти помочь своей матери на кухне, — произнес Боб. — Я составлю Калебу компанию.

Бекка послушалась.

Боб хлопнул Калеба по спине:

— Что ж, Калеб, ты интересуешься оружием и охотой?

Калеб помнил о том, что говорила ему Бекка, но решил ответить честно:

— Мой дедушка раньше часто брал меня и моего лучшего друга на охоту на оленей. Но мы использовали луки, а не ружья.

— Убили кого-нибудь?

— Да, самца оленя. — Калеб все еще помнил, как испытал невероятное удивление, когда ему удалось попасть в животное. — Это было огромное животное. Тяжело было тащить его до охотничьего домика.

Боб посмотрел в сторону кухни:

— Я когда-то охотился на медведя.

Калеб ждал, когда Боб предложит ему посмотреть коллекцию оружия.

— Никогда не мог принести свою добычу домой, Бекка тут же начинала плакать, — вдруг произнес он. — Тебе не стоит говорить ей о том олене. Она очень любит животных. И может тебя не простить.

— Спасибо за совет.

— Не за что. — Боб снова перевел взгляд на кухню и затем начал говорить тише. — Моя дочь в прошлом попадала в неприятности.

— Бекка рассказывала мне.

— Она очень много и упорно работает. Высылает нам с матерью деньги, даже если у нее самой их немного. — Боб посмотрел Калебу прямо в глаза. — Я не хочу, чтобы моя маленькая девочка снова пострадала.

— Я тоже. Она особенная.

— Мне приятно это слышать, — ответил Боб. — Бекка никогда раньше не приводила молодых людей к нам в дом.

Калеб расправил плечи, для него услышанное было настоящим сюрпризом. Наверное, Бекка серьезно отнеслась к совету своих родителей подождать с браком до тридцати.

Глава 11

Четыре часа спустя яркие передние фары спортивной машины Калеба прорезали темноту. Бекка удобно устроилась на мягком кожаном сиденье.

После того как он уехал, Бекка привела всех собак в гостевой коттедж.

— Я в таком отличном настроении, что разрешаю вам, ребята, спать сегодня со мной.

Переодевшись во фланелевые шорты и футболку, она задвинула занавески.

Зазвонил телефон.

Она посмотрела на часы, стоящие на прикроватном столике. Половина двенадцатого ночи. Достаточно поздно для звонков. На экране высветилось имя Кортни Фейрчайлд.

Бекка тут же ответила на звонок:

— Кортни?

— Прости, что так поздно звоню. — Кортни всхлипнула. — Со мной случилась кое-какая неприятность. — Голос был напряженным.

— Что случилось?

— Моя… машина оказалась на дне реки Бойс.

— Ты пострадала?! — воскликнула Бекка, разбудив собак.

— Я… я думаю, со мной все в порядке. — Голос Кортни дрожал. — А вот мою машину уже нельзя спасти. Калеб убьет меня, когда узнает. Поэтому я и позвонила тебе. Ты не станешь на меня злиться.

— Не волнуйся. — Бекка быстро переоделась. — Где ты сейчас?

Кортни ответила.

— Ты заметишь огни патрульных машин, — продолжила она. — Мне нужно, чтобы меня кто-нибудь подвез домой. Если, конечно, я не окажусь в больнице. Один симпатяшка-пожарный сказал, что мне стоит туда поехать.

— Послушайся его совета.

— Хорошо. Буду делать все, что он мне скажет. — Голос Кортни звучал странно, она явно была в шоке. — Я не могу поверить, что уничтожила еще одну машину. Калеб просто…

— Не беспокойся о своем брате. — Бекка надела сандалии. — Как только я заведу собак в вольер, тут же поеду к тебе. Если тебя не будет на месте аварии возле реки, я поеду в ближайшую больницу, хорошо?

— Спасибо. Я действительно благодарна тебе.

Бекка наделась, что Калеб не будет в бешенстве от того, что она не позвонила ему сразу же.

— Скоро увидимся, — закончила она.

Спустя пару часов после всего того, что случилось, Бекка дремала в комнате ожидания в больнице. Она все это время провела с Кортни, которой пришлось сделать несколько анализов.

— Что ты здесь делаешь?

Бекка открыла глаза и увидела перед собой недовольного Калеба. Он, нахмурившись, смотрел на нее. Его губы были сомкнуты в одну тонкую линию. Совсем неудивительно, что Кортни побоялась звонить ему.

— Мне позвонила Кортни. Она попала в передрягу, — ответила Бекка. — И была очень испугана.

— Моя сестра должна Бога благодарить. Набирать сообщения во время вождения. Она легко могла бы погибнуть или убить кого-нибудь.

— К счастью, ничего этого не произошло.

— Ее машина в реке.

— Воздушная подушка спасла ей жизнь.

Калеб был на гране взрыва. Бекка нежно прикоснулась к его руке:

— С Кортни все будет нормально.

— На этот раз. Ей и в прошлый раз повезло. — Калеб медленно выдохнул. — Но может настать время, когда удача отвернется от нее. Это убьет бабушку.

И его тоже.

Бекка понимала, что события этой ночи разрывали Калебу сердце. Она обняла его.

— Тебе не нужно было вмешиваться в дела моей семьи.

— Я и не вмешиваюсь. Я же сказала, Кортни сама мне позвонила.

В его глазах появилась тень подозрения, которую Бекка видела в то время, когда они только познакомились.

— Почему ты не позвонила мне?

— Кортни не была готова тебя увидеть. Мы все делаем ошибки.

И даже Калеб.

— Кортни делает их слишком часто.

— Ты ведь ее старший брат, — мягко произнесла Бекка. — Помоги ей понять, что она хочет от жизни, чем может заниматься вместо того, чтобы постоянно попадать в неприятности.

— Я уже пытался. — Отчаяние в его голосе еще больше ранило сердце Бекки.

— Значит, старайся лучше. Я понимаю, что на тебе лежит большая ответственность, но Кортни твоя сестра. Я только недавно с ней познакомилась, но даже мне понятно, что она умирает от скуки. Она ненавидит свою работу в «Чистом образе».

— Я не хочу, чтобы она закончила как наш отец.

— Никто этого не хочет, но она несчастна. Ты не можешь заставлять ее работать там, где ей не нравится. Возможно, ей будет лучше устроиться в другой отдел или вообще в другую компанию, — продолжала Бекка. — Помоги ей найти себя. Поддержи ее. Для этого и существует семья.

— Я вел себя как настоящий придурок.

— Кортни тебя простит.

— Я имел в виду, с тобой. — Калеб прикоснулся к ее лицу. Его взгляд стал мягче. — Я не ожидал увидеть тебя здесь. Ты застала меня врасплох.

— Я все понимаю.

Неделя была долгой для Калеба. Он не видел Бекку с той ночи в больнице. Он вел себя как настоящий мерзавец. Но ничего не мог с собой поделать.

В конференц-зале стояла странная атмосфера. Калеб внимательно посмотрел на сотрудников, устроившихся вокруг стола, держа в руках ручки и карандаши. Глен, начальник отдела маркетинга и продаж, непрестанно посматривал на часы. Эд, рассеянный начальник рекламного отдела, превратился в настоящую домохозяйку: протирал стол, поправлял кресла и выравнивал стопки бумаг. Джули, недавно присоединившийся к числу сотрудников компании начальник пиар-отдела, постоянно посматривала на дверь, будто чего-то ожидая.

Калеб постучал карандашом по столу:

— Есть что-то еще, что нам нужно обсудить?

Глен посмотрел на Джули, та перевела взгляд на Эда, который тут же перевел глаза на Глена. Притворяться они совершенно не умели.

— Что происходит? — спросил Калеб.

— Ничего.

— Все как всегда.

— Абсолютно ничего.

Все трое заговорили одновременно.

— Признавайтесь, — произнес Калеб властным тоном.

Глен прочистил горло:

— Я просто нахожусь в предвкушении выходных.

— Тогда давайте на этом закончим.

Джули вскочила со своего места, ее испуганные округленные глаза метнулись к двери.

— Подожди!

Глен и Эд начали отчаянно кивать.

— Я думал, вы хотите побыстрее уйти отсюда, — сказал Калеб.

— Есть еще одно дело. — Джули быстро обошла стол, ее рыжие волосы колыхались от ее резких движений, когда она подошла к двери в конференц-зал и открыла ее.

Тут же зал наполнился ярким светом.

— Что за… — начал Калеб.

В помещение ворвалась привлекательная женщина в бордовом костюме. Она держала микрофон и бутылку шампанского. Ее отбеленная улыбка была такой же ослепительной, как и свет от камеры, следующей за ней.

— Меня зовут Саванна Мартин, и это программа «Доброго дня, Бойс». — Она четко произнесла каждое слово. — Примите наши поздравления, Калеб Фейрчайлд, вы стали холостяком года в Бойсе.

Молниеносным движением, которому бы позавидовал любой ниндзя, Саванна сунула ему в руки бутылку шампанского и угрожающе нацелила на него микрофон.

— Отличная новость, не правда ли?!

У Калеба тут же скрутился живот, казалось, его сегодняшний ужин ведет войну с его внутренними органами.

Взгляд репортерши был хищным. Калеб подумал, что ради рейтинга она готова на все, даже съесть своего первенца. Калеб замер.

— Спасибо, — наконец произнес он. — Это такая… честь для меня.

— Это точно. — Саванна игриво захлопала ресницами. Флиртует с ним? — Многие проголосовали за вас.

Кто вообще номинировал его на звание холостяка года?

— Это так неожиданно… Я просто… поражен.

— А я не удивлена. — Саванна пожирала его голодным взглядом. — Поверьте мне, дамы, этого холостяка вы точно захотите узнать поближе. Он по-настоящему горяч.

Горяч, это точно. Лампа от камеры беспощадно светила ему прямо в лицо. Калеб не знал, что на это ответить, поэтому просто натянуто улыбался, от чего мышцы на его лице начали болеть.

Но Саванна, казалось, не замечала его дискомфорт. Ее больше волновал успех ее репортажа.

— Это была Саванна Мартин с Калебом Фейрчайлдом, главным исполнительным директором компании «Чистый образ».

Яркий свет камеры погас. Калеб теперь мог нормально видеть и дышать.

— Увидимся во вторник, — пропела Саванна.

— Во вторник? — переспросил Калеб.

— В моей студии. — Она медленно осмотрела его с ног до головы, явно наслаждаясь тем, что видела.

Ей стоит прекратить на него так пялиться. Бекке это не понравится.

Джули сделала шаг вперед, все еще в восторге от случившегося.

— Ты будешь давать интервью в программе «Доброго дня, Бойс». Я уже обо всем договорилась.

Это просто какое-то безумие.

— Тогда до встречи во вторник, — произнес Калеб.

Саванна покинула конференц-зал, хлопнув за собой дверью.

— Сядьте, — рявкнул Калеб.

Сотрудники заняли свои места.

— Что, черт возьми, это было?!

Эд и Джули посмотрели на Глена, который нервно крутил карандаш в руке.

Раздражение Калеба нарастало.

— Глен!

— Моя жена рассказала мне об этой номинации, — ответил он. — Я подумал, что это будет хорошим пиаром для нашей компании.

— Я с ним согласен, — добавил Эд.

— И я, — сказала Джули. — Это просто фантастическая возможность.

— Холостяк года в Бойсе? — Каждое слово оставляло во рту Калеба неприятный вкус. Он взял со стола свой карандаш и начал стучать им по поверхности. — Вы уверены? — Калеб не знал, что думать, что делать дальше.

— Все очень просто, — произнес Эд. — Мы ведем компанию по продвижению линии косметических средств для детей. И все идет весьма удачно. Нам звонят матери, заказывают образцы новой продукции. Сейчас самое подходящее время.

— Такой пиар не купишь за деньги, — заметил Глен. — Поэтому мы и номинировали тебя.

— Вы втроем? — спросил Калеб.

— Кое-кто из наших родных, — признался Глен.

— И еще некоторые сотрудники. — Эд сказал это между прочим, но Калеб догадывался, что, возможно, вся его компания поучаствовала в номинировании. — Это просто беспроигрышный вариант.

Не для Калеба. Бекка может расстроиться.

Эд поставил локти на стол:

— Нам нужно, чтобы ты хорошо сыграл свою роль.

— Введите меня в курс дел.

Джули открыла папку с бумагами:

— Ты сейчас одинок, но планируешь завести семью.

— Стоп-стоп. Хочу завести семью? — пробурчал Калеб в замешательстве.

— Точно, — кивнула Джули.

— Что?!

— Это будет отличной рекламой новой линии косметики для детей. Герти ведь хочет правнуков?

Калеб заерзал в кресле:

— Правильно.

— Но тебе не нужно будет говорить о Герти. Главным героем будешь ты, а не твоя бабушка. — Азарт в глазах Глена сделал его больше похожим на акулу в галстуке. — Скажи, что ты ждешь с нетерпением, когда сможешь опробовать новую натуральную косметику на собственных детях.

Калеб представил Бекку с круглым животом, носящую под сердцем его ребенка. Какого черта?

— Я ведь не женат. И у меня еще не скоро появятся дети.

Джули явно была в восторге, она возбужденно подпрыгивала на месте:

— Самое время рассказать о конкурсе.

Эд кивнул:

— «Доброго дня, Бойс» хочет организовать конкурс на своем сайте.

— И какой же приз ожидает победителя? — спросил Калеб.

Глен улыбнулся:

— Свидание с тобой.

Калеб посмотрел на него в замешательстве.

— И это не просто свидание, — заметила Джули. — Свидание мечты. Поездка на лимузине, романтический ужин в ресторане «Пасифика», танцы.

— К тому же ты можешь делать что угодно после свидания, — заметил Глен, подмигивая ему.

— А кто выбирает победительницу? — поинтересовался Калеб.

Джули радостно потерла руки:

— Сваха.

— Отличный рекламный ход, — заметил Эд. — Если получится так, что ты станешь встречаться с победительницей…

— Только подумайте, если он женится на ней, — восхищенно добавила Джули.

Живот Калеба скрутило еще сильнее.

— Я встречаюсь кое с кем.

— Что-то серьезное? — спросил Глен.

Калеб замялся:

— Не то чтобы…

— Тогда с этим не должно быть никаких проблем, — заключил Глен.

Калебу хотелось бы быть таким же уверенным. Он не желал причинять Бекке боль. Ему не хотелось сделать что-нибудь, чтобы оттолкнуть ее.

— Пара или две новых туфель смогут сгладить все обиды, — предложила Джули.

Бекке было абсолютно наплевать на дизайнерскую обувь. Но, возможно, она будет рада новым ножницам для стрижки шерсти.

— Результаты тебя порадуют, — сказала Джули.

— Хорошо, — сказал он. — Давайте делать все, чтобы план сработал.

Глава 12

Бекка сидела напротив Калеба за столиком итальянского кафе в Бойсе.

— Спасибо, что пригласил меня на ужин. Я не ожидала.

— Рад, что у тебя не было никаких других планов.

— Что ж, должна тебе сказать, что выбор был непростым. Пойти на ужин с тобой или готовиться к отъезду на завтрашнюю выставку.

— Хорошо, что ты выбрала меня.

— Кажется, Кортни занялась созданием упаковки новой продукции. Она неплохо разбирается в дизайне.

— Подожди с выводами, ты еще не видела ее работу, — ответил он.

— Калеб…

— Ну хорошо, это было несправедливо с моей стороны. — Он посмотрел на нее. — Кортни каждые четыре недели будет работать в новом отделе, чтобы понять, что ей нравиться делать.

— Отличная новость.

— Посмотрим, что из этого получится.

— Поверь в ее силы.

— Ты никогда раньше не имела дела с Кортни.

— Нет, но я была на ее месте, — сказала Бекка. — Только представь, если бы Герти не захотела дать мне шанс. Мы бы сейчас здесь не сидели.

От одной этой мысли Бекка почувствовала, как холод прошел по ее спине. Она ждала, что Калеб отреагирует на ее слова какой-нибудь шуткой. Она хотела, чтобы он улыбался и засмеялся. Но Калеб просто продолжал внимательно читать меню. Это было весьма… странным. Может, сегодня у него был тяжелый день на работе…

— Как дела в офисе? — поинтересовалась она.

— Все как обычно.

— Решил, что будешь заказывать? — продолжала она.

Не отрываясь от меню, он произнес:

— Стейк из лосося. А ты?

— Жареный палтус, мне кажется, должен быть аппетитным.

— Согласен.

Бекка сжала меню, которое держала в руках. Она не могла больше этого терпеть:

— Что-то не так?

— Все хорошо.

— Что случилось? — Бекка старалась не выдать дрожь в голосе.

— Меня объявили холостяком года в Бойсе.

Бекка подавилась водой, которую пила, и начала кашлять.

— Ух ты. — Она пыталась придумать достойный ответ, хотя в голову лезло: «А разве ты не встречаешься со мной?» — Ты, наверное, рад.

— Я бы так не сказал.

Что ж, это помогло ей почувствовать себя лучше.

— Так, значит, это не такое уж важное событие? — уточнила Бекка.

Калеб положил меню на стол:

— В нашей компании все считают это отличным рекламным ходом.

— Рекламным ходом?

— На следующей неделе я буду давать интервью в программе «Доброго дня, Бойс».

— Ух ты. — Бекка не знала, что сказать. — Интервью — это очень ответственное дело.

— Я и раньше давал интервью.

Она подняла бокал:

— Поздравляю.

Калеб посмотрел на нее со странным выражением:

— Ты не… против?

— Почему я должна быть против? — спросила Бекка. — Я не вижу кольца на твоем пальце.

Калеб снова взял меню:

— Спасибо, что относишься к этому с таким пониманием.

— Разве я могу по-другому? — удивилась она. — Это ведь такая честь.

— Ты действительно чудесная, ты знаешь об этом?

Так вот что она получает за свое понимание. Что ж, тоже неплохо.

— Спасибо. Правда, теперь я думаю, женщины начнут бросаться тебе на шею, мечтая завладеть вниманием холостяка в Бойсе.

— Они могут попытаться, но у них ничего не получится.

— Приятно знать, — немногого повеселев, произнесла Бекка.

— Не волнуйся по этому поводу, — ответил Калеб. — Это просто рекламный ход для продвижения детской косметики.

— Холостяк и дети. Весьма необычное сочетание.

— В наше время все возможно.

Теперь ее стали терзать еще более необычные мысли. Может, он и не влюблен в нее, но она ему нравилась. Бекке просто нужно продолжать наслаждаться временем, проведенным с Калебом. Постепенно их отношения будут становиться только крепче.

Бекка радостно улыбнулась.

— Ты выглядишь счастливой, — заметил Калеб.

— Потому что я счастлива.

— Ты подняла мне настроение.

— Мне нравится быть с тобой.

— А я хочу, чтобы ты была счастлива.

* * *

Во вторник утром Калеб был на телевизионной студии. От жары и нервов по его спине стекал пот.

Саванна наклонилась к нему, кокетливо улыбаясь. Глубокий V-образный вырез ее платья открыл ему вид на ее грудь внушительного размера. Калеб отвел глаза в сторону.

— Главный вопрос, который интересует наших зрительниц… — говорил Тэд, ведущий.

— Наших одиноких зрительниц, — добавила Саванна. — Хотя наверняка там попалась парочка замужних.

Тэд громко засмеялся. Его смех показался Калебу фальшивым.

— Есть ли в твоей жизни какая-то особенная женщина? — продолжал Тэд.

Бекка. Ее образ тут же встал перед глазами Калеба.

Он сделал глубокий вдох:

— Нет. К моему огромному сожалению.

— Почему это? — спросил Тэд.

Ведущие заглотнули наживку, как и предполагал Эд. Самое время выложить карты на стол. Калеб выпрямился:

— Я собираюсь завести семью.

Саванна обменялась взглядами с Тэдом. В их глазах читался явный восторг.

— Холостяк года хочет завести семью?

Они произнесли это одновременно глупым тоном.

Калеб сглотнул подступивший к горлу ком. Он постарался выбросить образ Бекки из головы:

— Да, я хочу создать семью. Это очень важно для меня.

Саванна дотронулась до его ладони. Ее тонкая жилистая рука с длинными красными ногтями напоминала Калебу хищного паука.

— Какой же видит идеальную женщину красивый и богатый бизнесмен?

Идеальная женщина. Эти два слова заставили его вздрогнуть. Калеб точно знал, чего хочет. И кого хочет.

— Образованная, с хорошим чувством юмора, стройная, умеющая стильно одеваться, общительная, элегантная, любящая путешествовать и ценящая хорошую кухню и музыку, играющая в теннис.

Каждое слово было пустым и фальшивым. Такая женщина была правильной, безопасной. Как его жизнь.

Бекка была гораздо более многогранной: веселой, энергичной, любящей, нежной. Калебу хотелось рассказать ведущим и аудитории о ней, о том, что делало ее такой замечательной. Но успех компании зависел от него.

— Мне кажется, в Бойсе обязательно найдется женщина, подходящая под такое описание, — сказала Саванна.

Да, но он хотел только Бекку.

— Я надеюсь.

«Придерживайся сценария», — приказал себе Калеб.

— Мне бы хотелось попробовать новые натуральные детские косметические средства от «Чистого образа» на своих детях.

Саванна восхищенно вздохнула вместе со всей женской аудиторией студии.

— Моя бабушка готова стать прабабушкой. Она создала эту косметическую линию. Все, чего мне не хватает, — это…

— Жены, — радостно закончила за него Саванна.

— Возможно, мы сможем помочь тебе найти единственную, — весело сказал Тэд.

Саванна энергично закивала:

— Мы организуем на нашем сайте конкурс, чтобы найти для холостяка года идеальную женщину.

— Возможно, она сидит сейчас в нашей аудитории. Или смотрит нас по телевизору, — объявил Тэд. — Заходите на наш официальный сайт и узнайте, подходите ли вы под описание идеальной женщины для Калеба.

Главный приз — свидание с холостяком года. Кто знает? Это свидание может превратиться в нечто большее!

— Спасибо. — Эти слова оставляли после себя во рту Калеба неприятное послевкусие. — Чтобы найти ее, я готов на все!

Бекка продолжала смотреть на экран телевизора в гостевом коттедже. Она прижала в себе двух собак — Дозера и Хантера, которые сидели на кровати по обе стороны от нее. Каждый новый вдох давался ей с трудом. В горле стоял ком, к глазам подступали слезы.

Слава богу, она не сказала, что любит его.

Бекку начало тошнить. Она не подходит под описание идеальной женщины. У нее было лишь среднее образование, дорогим блюдам она предпочитала хот-доги, она никогда не путешествовала на далекие расстояния и уж точно была далека от моды.

Зачем Герти вообще решила свести ее с Калебом? Бекка сложила руки на животе. Ее сердце сжалось.

После интервью с Калебом интерес к новой линии косметики для детей возрос. У него больше не осталось никаких сомнений в том, что это была блестящая рекламная идея. Осталось еще одно незаконченное дело.

Бекка.

Его личный помощник позвонила ему через интерком:

— Мисс Тейлор хочет вас видеть.

Это странно. Калеб не ожидал, что она сама придет к нему.

— Пропустите ее.

Бекка зашла в его кабинет. Она была одета просто: в темные джинсы, голубую хлопковую рубашку и светлые кеды. Она была очень красивой, но она не улыбалась. И в этом был виноват Калеб.

— Ты видела интервью, — произнес он.

— Верно. — Она приподняла подбородок. — Полагаю, что серверу этого сайта будет нелегко выдержать поток заявок. — Ее голос был пропитан сарказмом.

— Это всего лишь конкурс. Пиар-ход.

Губы Бекки скривились.

— Тогда почему ты не рассказал мне об этом?

— Я не думал, что это так важно. Это просто часть моей работы.

— Работы? — в замешательстве повторила она. — Ты перечислил характеристики идеальной женщины. И я под это описание совершенно не подхожу.

— Отдел пиара придумал это описание.

— Мне было больно это слушать.

— Я же сказал, что это не мои слова, — произнес Калеб. — К тому же мы с тобой и не встречаемся.

— Понятно… — протянула Бекка.

— Я никогда не хотел причинить тебе боль.

Нижняя губа Бекки задрожала.

— И что же теперь? — спросила она. — И я не имею в виду твое свидание мечты. Я говорю про нас.

— Я сейчас не готов к серьезным отношениям.

— О, я это уже поняла.

— Ты занята производством линии средств для животных и находишься на пути к тому, чтобы стать профессиональной вожатой.

— Не пытайся обвинить во всем меня!

— Ты права, это моя вина.

— Верно. — Бекка облизала губы. — Я просто хочу знать, почему ты решил начать проводить время со мной.

— Нам было весело.

— Весело, — повторила она. — Я думала, что между нами что-то большее.

— Нет. Я не могу. Прости. В последнее время я очень рассеянный. Мне нужно сосредоточиться на работе.

— Так, значит, причина в компании?

— После смерти моего отца все надежды бабушки оказались связаны со мной. Я всю жизнь пытаюсь сделать все то, что не удавалось моему отцу. На мне и так лежит ответственность за семью и компанию. Я не могу взять на себя что-то еще.

— Ты имеешь в виду меня?

— Да.

— Я не хочу, чтобы ты отвечал за меня. Я сама отлично справляюсь со своей жизнью.

— Я не готов к серьезным отношениям, — повторил Калеб. — Я не могу сейчас отягощать этим себя.

— Отягощать себя?!

— Возможно, я выбрал неподходящие слова. Мне нужно сосредоточиться на работе компании. Я больше не смогу помогать вам с линией средств для собак.

Каждое произнесенное им слово болью отдавалось в сердце Калеба. Но у него не было другого выбора. Он больше не мог быть с Беккой.

Она сглотнула, но ничего не ответила. В ее глазах было страдание.

— Послушай. Я мог бы поступить в этой ситуации по-другому. Но не сделал этого. Нам было хорошо вместе. И давай закончим все это по-хорошему.

— Это первое, в чем я с тобой согласна. — Бекка посмотрела на него. — Спасибо, что открыл мне глаза на правду.

— Какую правду?

— Ты не заслуживаешь меня.

— Бекка…

— Ты делаешь вид, будто ты такой правильный и разумный, но на самом деле ты другой. — Ее голос стал громче. — Я думаю, ты начал встречаться со мной, только чтобы порадовать Герти. Чтобы убедиться, что я не задумала обокрасть твою бабушку и заодно немного поразвлечься.

— Нет. Я проводил с тобой время, потому что мне это нравилось. У меня не было никакой другой причины.

— Но как только мы начали сближаться и тебе нужно было пойти на риск, ты решил покончить со всем этим. Ты испугался.

— Это неправда, — неуверенно возразил он.

— Это правда. Однажды я была на твоем месте. Но я смогла противостоять прошлому, а ты не смог. Я не уверена, что ты когда-нибудь научишься жить по-другому. — Бекка выпрямила плечи и посмотрела Калебу прямо в глаза. — Я никогда не думала, что скажу это, но мне очень жаль тебя.

Бекка развернулась и направилась к двери. Калеб остался на месте, его сердце бешено билось.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь…

Но Бекка не оглянулась. Она покинула офис и его жизнь.

Глава 13

Бекка боролась с желанием перейти на бег. Она едва удержалась, чтобы не хлопнуть дверью. Но Бекка не хотела устраивать сцену или плакать. Внутри ее нарастал гнев.

Бекка быстро прошла к лифту. Калеб мог сколько угодно уверять ее, что виной всему его компания, семья и еще миллион разных вещей, но в действительности… Калеб просто не мог любить ее. А Бекка заслуживала любви. Она хотела найти ее.

Шли недели. Калеб старался думать о работе, но мысли о Бекке все так же отвлекали его. Он напоминал себе, что так лучше для всех. Положив конец этим отношениям, он избавил их обоих от ненужной сердечной боли. Настало самое время двигаться дальше.

По его спине стекал пот от яркого света камер и волнения. Возле их столика на двоих стоял оператор и записывал каждое мгновение ужина Калеба с красивой тридцатилетней блондинкой по имени Мэделин Стивенс. Она идеально подходила под описание, придуманное пиар-отделом компании.

Мэделин посмотрела на камеру:

— Я и не знала, что мы проведем этот вечер втроем. Может, мы оставим его здесь и найдем какое-нибудь тихое место, где мы могли бы… поговорить, — предложила она.

Ее намек был хорошо понятен Калебу, но ему хотелось поскорее закончить это свидание.

Оператор придвинул камеру еще ближе, затем поправил микрофон. Калебу нужно было поддерживать беседу, а с Мэделин ему удавалось это с трудом. С Беккой таких проблем никогда не было.

— Так, значит… у тебя есть какие-нибудь домашние животные?

— Нет, — ответила Мэделин. — Я много работаю. Кошки или собаки постоянно были бы одни.

— Поэтому я не завожу никаких животных или растений, — добавил Калеб.

Мэделин подалась вперед и пренебрежительно наморщила носик:

— Продаются искусственные растения из шелка. От них, по крайней мере, не будет шерсти.

— У моей бабушки живут несколько собак, они везде оставляют шерсть. Это не так страшно. Если только ты не носишь черное.

Мэделин сузила глаза, затем облизнула губы.

— О нет, я не имела в виду, что это плохо. Я люблю животных и когда-нибудь обязательно возьму себе собаку из питомника.

Ее слова так сильно напомнила Калебу о Кассандре, которая говорила то, что он хотел услышать.

— Собакам надо уделять много времени.

— Именно поэтому люди и пользуются услугами детского сада для собак.

Калеб поморщился. Бекка бы никогда так не сделала.

Что он натворил?

На следующее утро Калеб приехал в поместье бабушки и позвонил. Дверь открыла миссис Харрисон.

— Ваша бабушка наверху, в своей спальне.

— А Бекка?

— Она уехала на выставку собак.

Черт. Это усложняет дело. Калеб поднялся в комнату и застал Герти за упаковкой чемоданов.

— Куда ты собралась?

— В Энумаклав, штат Вашингтон, — ответила она, складывая розовую футболку. — На одну из самых крупных выставок. Мы организовали там лавку, где будут продаваться наши новые продукты.

— А Бекка будет там?

— Она уже уехала в фургоне со своими родителями. Собаки тоже с ними. Сегодня вечером я должна присоединиться к ним. — Бабушка закончила со своими вещами. — Ну и как прошло твое свидание мечты? Ты нашел свою идеальную женщину? — Сарказм в голосе Герти нельзя было спутать ни с чем другим.

Калеб сделал глубокий вдох:

— Я не буду снова встречаться с Мэделин.

— По крайней мере, у тебя повреждены не все извилины в мозгу. — Бабушка стала укладывать в чемодан еще какие-то вещи. — Пока не забыла, мне нужно, чтобы ты взял отпуск на неделю. Я передам все нужные данные твоему личному помощнику до того, как отправлюсь в дорогу.

— И зачем?

— Это мой подарок на твой день рождения.

— Мой день рождения только в январе.

— С твоим графиком работы мне надо действовать заранее.

— И куда ты меня отправляешь?

— В тренировочный лагерь для морпехов.

— А как ты…

— Я всегда покупаю тебе подарки летом, потому что твой день рождения так близок к Рождеству. Чтобы мой подарок был для тебя особенным.

— Но поездка в тренировочный лагерь…

— Бекка. Это была ее идея, — сказала бабушка. — Я не была уверена по этому поводу.

— Это просто идеальный подарок.

— Бекка тоже так сказала.

Бекка.

Конечно же только она могла предложить такую идею. Он оказался идиотом.

Он любит ее. Он хочет быть с ней.

— Бабушка…

Герти подошла к внуку и дотронулась до его лица:

— Ты бледный, словно призрак.

— Я сделал огромную ошибку. Самую большую ошибку в моей жизни.

— С Беккой?

Калеб кивнул.

— Ну и как ты собираешься все исправлять?

Бекка поспешила покинуть выставочный ринг. В одной руке она держала поводок Хантера, в другой — ленточку за звание «Лучший в породе». Солнце нещадно палило, но собаке, казалось, было все равно.

Возможно, немного кофе сможет взбодрить Бекку. В последнее время она выживала исключительно на кофеине. Ей нужно как-то выбраться из этого состояния. Но печаль и оцепенение не покидали ее.

— Пойдем посмотрим, как дела у твоих родителей в нашей лавке. — Герти наняла на работу родителей Бекки, чтобы они продавали на выставке новые косметические продукты для собак, а также регистрировали онлайн-заявки. — Еще я хочу похвастаться ленточкой Хантера.

Они прошли вдоль торговых рядов, расположенных под навесом, защищающим людей от палящего солнца.

— Кажется, у твоих родителей гости, — заметила Герти.

— Заинтересованные покупатели — это всегда хорошо.

— Не думаю, что этот человек здесь из-за наших продуктов.

Бекка посмотрела в сторону лавки и замерла. Калеб. Ее сердце тут же бешено забилось, она не могла дышать.

— Что он здесь делает? — спросила она дрожащим голосом.

— Пойдем узнаем.

— Нет. Вы идите.

Герти потянула Бекку за руку:

— Пойдем. Ты ведь не трусиха.

— Как раз наоборот.

— А ну-ка голову выше и шевели ногами, девочка моя.

Бекке пришлось идти, иначе бы она просто упала.

— Я не могу.

— Все ты можешь, — уверяла ее Герти. — Просто ставь одну ногу перед другой.

Бекка приблизилась к лавке, голова так сильно кружилась, что ей казалось, она вот-вот упадет в обморок.

— Калеб, — позвала Герти.

Он повернулся, затем улыбнулся.

— Привет, — произнес он так обыденно, будто между ним и Беккой ничего не произошло. — Я скучал по тебе.

Ее сердце наполнилось болью, в ней вскипела злость.

— Это какая-то шутка?

— Нет, это не шутка. — Калеб указал на лавку. — Похоже, новые продукты успешно продаются, а все благодаря вам.

Дэбби и Боб заулыбались. Бекка уставилась на Калеба, не в состоянии держать свой гнев под контролем.

— Ты избавился от меня, как от ненужного мусора! Причинил мне столько боли… А теперь заявился сюда как ни в чем не бывало. Поверить не могу.

— Ты права, — виновато откликнулся Калеб. — Ты всегда говорила про меня только правду. Я пойму, если ты не захочешь со мной разговаривать, но прошу — выслушай меня.

— У тебя есть пять минут.

Калеб отвел Бекку в сторонку и посмотрел на часы.

— Я слишком сильно привязался к тебе. Стал отвлекаться от работы. Я был очень счастлив. И это меня испугало. Ты пугала меня. Поэтому я решил остановиться. И в итоге потерял единственного человека, без которого не могу жить, который понимает меня, как никто другой, который делает меня лучше, сильнее, который заботится обо мне. Мне этого не хватает. Я скучаю по тебе.

Бекка едва не разрыдалась.

— Ты просто замечательная, одна в своем роде. Ты единственная для меня. Я не знал, что мне кого-то не хватает, до тех пор, пока не встретил тебя. И я поступил ужасно глупо, когда дал тебе уйти. Прости меня. Я люблю тебя. И если ты можешь найти силы в своем сердце, чтобы принять меня, я готов провести остаток своих дней, заботясь о тебе.

— И поэтому ты приехал сюда?

Калеб кивнул:

— Я бы просто сошел с ума, если бы прожил еще один день без тебя.

Ее сердце растаяло. Ничего уже не имело значения.

— Я думаю, у меня есть в запасе еще две минуты. Может, три. — Он был искренен. — Можешь ли ты дать мне еще один шанс?

Бекке хотелось ответить ему отказом. Ей хотелось сказать, чтобы он ушел, хотелось продолжить свою жизнь без него. Но сердце судило по-другому. Оно не отпустит Калеба.

Бекка сделала глубокий вдох:

— Сначала Герти поверила в меня, потом ты. Я поняла, что мне не надо ничего делать, чтобы меня любили.

— Это правда.

— Я прощаю тебя. — Она наконец-то простила и саму себя за ошибки прошлого. — Я готова подождать и посмотреть, что получится из наших отношений. Но я хочу видеть мужчину, который скрывается за суровым деловым костюмом. Мужчину, который всю жизнь мечтал стать морпехом.

— Этот мужчина полностью принадлежит тебе. — Калеб поцеловал ее в щеку. — Но я не могу больше ждать. Я уже нашел идеальную женщину. — Калеб встал на одно колено. — Бекка, ты выйдешь за меня замуж? Прошу тебя стать моей женой и спутницей моей жизни.

Морис подбежал к Бекке, ее отец держал его на поводке. Пес подошел к ней поближе, и она заметила, что белая лента была привязана к ошейнику, а на конце ленты… кольцо.

— Ты серьезно? — потрясенно спросила она.

Калеб кивнул:

— Я уже спросил разрешения у твоего отца. Так каков же твой ответ?

— Со мной багаж моего прошлого.

— А еще у тебя всегда есть щетка для одежды, — произнес он. — По-моему, сделка весьма выгодная.

Это все, что ей нужно было услышать.

— Мой ответ — да. — Ее тут же охватила волна счастья. — Я выйду за тебя замуж.

Калеб снял кольцо с ошейника Мориса. По всей окружности золотого украшения были инкрустированы маленькие бриллианты, обрамляющие более крупный камень в середине.

— Я подумал, слишком большой бриллиант будет мешать тебе в работе с собаками. Но если ты хочешь…

— Это просто идеальное кольцо. У меня нет слов.

Калеб надел кольцо Бекке на палец:

— Я люблю тебя.

— А я люблю тебя.

Он нежно поцеловал ее в губы. Морис гавкнул.

— Думаешь, он ревнует? — спросил Калеб.

Бекка посмотрела на сверкающее обручальное кольцо, затем подняла глаза на Калеба:

— Нет, так он выражает свое одобрение.

— Тогда давай дадим ему больший повод для одобрения.

Калеб припал к губам Бекки в страстном поцелуе. Сердце ее ликовало от радости.

Content

Мелисса Макклон
Победительница

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13