Джиллиан

Мотылёк

Часть первая

1

Космический лайнер летел в холоде безграничного пространства, бережно защищая тех, кто доверился ему - и легко и безмятежно проводил своё время на его борту. Чрево его походило на небольшой курортный городок или на богатый отель со всеми его особенностями, вплоть до бального зала, в котором основную, но незаметную роль играли распорядители отдыха - естественно, для тех, кто смог себе позволить билет на этот лайнер... Трое суток беззаботной светской жизни в глубоком космосе - не для всех по карману.

... Тривиальная блондинка... Лора смотрела в зеркало, осторожно натягивая на руки тончайшие бирюзовые перчатки, а камеристка, стоящая сзади, лёгкими движениями расправляла и вытягивала её короткие после завивки локоны, придавая им шарм небрежно разбросанных по плечам - модная причёска нынешнего сезона. Кожа обнажённых плеч, шеи и декольте, слегка припудренная, выглядела идеально бархатной. Цвета морской волны, приталенное, платье ниже колена состояло из "небрежно сшитых лоскутков", разлетающихся при движении, и замечательно обрисовывало идеальную же фигурку. Туфельки на тонком каблучке - расчёт на танцы. Пара колец на пальцах, тонкий браслет на кисти, изящное колье, подчёркивающее тонкие плечи, - всё в меру и рассыпает мельчайшие искры под искусственным светом...

Мимолётно думая о бале, Лора пристально вглядывалась в отражение. Ну, что ж... Тонкое лицо, тёмные брови вразлёт; большие светло-серые глаза; небольшой носик, слегка вздёрнутый; прелестный, нежно очерченный рот и покой всех черт лица - идеальная кукла. Пусть... так думают. Она и не возражает. Прятаться легче. Так легче держать себя, а умение держать себя в свете много значит.

- Лора! - окликнул её муж, в соседней комнате апартаментов отчаянно сражавшийся с шейным шёлковым платком. - Помоги!

Она выждала, пока отойдёт камеристка, и приблизилась к мужу. Эмиль покраснел от напряжения, пытаясь разглядеть, что за узел у него получился.

- Пожалуйста, убери руки, - сказала Лора и, едва муж отдёрнул пальцы, мгновенно вывязала нужный узел.

- Спасибо, Лора, - с облегчением сказал Эмиль. И шагнул мимо, к зеркалу. Взгляд на себя - и довольно просиял. Глаза блестят давно - от предвкушения, с какими женщинами он сейчас будет общаться и как легко очаровывать их. Последнее у него получается весьма и весьма.

Поженились они с полгода назад. До замужества, со стороны глядя на Эмиля, импозантного, красивого молодого мужчину, Лора неясно мечтала, как он разбудит в ней чувственность, как будет гордиться тем, что у него такая красивая и нежная жена... Месяц они пытались стать друг другу ближе. Первым сдался Эмиль, снова начав бегать за каждой мало-мальски хорошенькой женщиной. А Лора так и осталась в недоумении, отчего знакомые светские дамы так жалеют её (пару раз она нечаянно подслушала их беседы), когда обмениваются сплетнями об изменах её мужа. Она знала всё. И ей было всё равно. Не получилось - так не получилось. Ревность? Никакой. Правда, постели разные - она настояла. Но это единственное. И Эмиль не возражал.

Когда Лора пыталась определиться с отношениями "она - муж", всего лишь спокойно думалось, что дружеские отношения - это тоже неплохо. Постель ей как-то не понравилась, а когда слышала, как восторженно говорят об Эмиле как страстном любовнике, лишь мысленно пожимала плечами: может быть - для кого-то. А может, ей постель и не нужна? Сколько вокруг семей, супруги в которых часто живут без пресловутой востребованности секса... На светских вечерах без партнёров по танцам она всё равно не оставалась, будучи в курсе основных событий в обществе и в политике, чтобы поддержать тему, предложенную собеседником. И поговорить с нею желали многие. Она знала, что красива, светски раскованна. Чего же больше - для разнообразной жизни? Тем более что ни она, ни муж не работали. Будучи младшими в своих семьях, довольно богатых, они жили на выделенные им родителями финансы, достаточные, чтобы не заботиться о хлебе насущном. Оба не стремились обзаводиться хозяйством, часто путешествовали и принимали самое активное участие во всех светских мероприятиях, в каких бы местах ни побывали. "Порхаем, как мотыльки", - улыбнулась она, глядя, как прихорашивается муж.

Эмиль нетерпеливо предложил ей руку, и они вышли в просторный коридор, а затем к лестницам, спускающим в бальный зал. Здесь уже оживлённо переговаривались люди, нетерпеливо ждущие разгара празднества. С молодой парой здоровались и раскланивались. Снизу доносились радостные для сердца звуки оркестра, а середина зала уже оказалась занята танцующими. Пара переглянулась: блеск зального пола под паркет, переливчато-хрустальное освещение сверху и со стен, сверкающие наряды присутствующих, "живая" музыка, лёгкая мебель у стен, обвитая настоящей зеленью, - у обоих немедленно поднялось настроение.

- Мы опаздываем, - нетерпеливо заметил Эмиль. - Котильон уже начали.

- Боишься, распорядитель подсунет тебе древних старушек для начала? - улыбаясь, спросила Лора, сама загоревшись предвкушением праздника при виде блестящего и праздничного зала.

- Этикет. Придётся выполнять. - Эмиль дёрнул кончик шёлкового платка.

Она снова улыбнулась. Это - да. В самом начале любого бала необходимо оттанцевать с постаревшими дамами (ей - с господами), прежде чем те отступят для болтовни к креслам у стен или уйдут в комнаты с зелёными столами.

Но появилась пара в бальном зале всё-таки вовремя. Заметивший их даже в этой кутерьме (впрочем, неудивительно: парадный вход - один для всех), один из распорядителей мгновенно подлетел к ним и увёл Эмиля танцевать с какой-то богатой старухой. Тот сначала вздохнул и поморщился, а потом, как ни странно, пошёл охотно - почти побежал. Приглядевшись к его паре, Лора улыбнулась. Риена - величайшая сплетница, которая и в тысячном зале знала всё и каждого. Эмиль получит информацию обо всех молодых дамах сразу и сможет все трое суток на лайнере провести с самыми привлекательными девицами и женщинами. Да и поболтать с ехидной старухой, обмениваясь светскими сплетнями, он любит в огромное обоюдное удовольствие.

Итак, распорядитель извинился перед Лорой и вкрутился в толпу. Он тоже прекрасно знал всех присутствующих и поэтому легко мог оставить Лору, за которой закрепилась репутация спокойной дамы, невозмутимо дожидающейся своего часа танца и беседы. В зале мужчин много, но большинство - старики, а распорядитель даже для неё, одинаково любезно относившейся к любому партнёру по танцу, не хотел такого начала бального вечера. Лора опустила глаза, слегка подняв уголки губ в лукавой улыбке: иногда распорядители на балах казались ей узаконенными своднями, которые только и делают, что сводят мужчин и женщин в пары.

Лора отступила к стене и оглядела зал, принявшись за старую игру. Она любила всматриваться в собравшихся людей и пытаться понять их или узнать что-то новое для себя.

Сегодня интересных личностей для изучения оказалось довольно много. Да и она сама быстро оказалась предметом пристального изучения. Поэтому распорядителя ждать долго не пришлось.

Почти сразу её скользящий по знакомым-незнакомым лицам взгляд наткнулся на высокого молодого человека, с длинным белокурым "хвостом". Незнакомец выглядел ухоженным до последней, самой незначительной детали внешности, был одет весьма изящно, двигался просто великолепно и явно был не просто знаком с этикетом, но знал его блестяще - легко и непринуждённо раскланиваясь с теми немногими, кто, кажется, ему здесь знаком. Но чувствовалось в нём нечто, что выделяло его в толпе - как хищника. Так что Лора некоторое время озадаченно присматривалась к нему, не понимая, почему она не знает столь искушённого в светских условностях человека. Пока он не обернулся, оказавшись достаточно близко. По шёлковым отворотам смокинга вился, светлей основного цвета, вышитый стилизованный дракон, поэтому Лора и сообразила, кто это. Вот как... Это не человек. Ну-у... Близок, конечно, по основным характеристикам к гуманоидным... Уиверн.

Он улыбнулся ей, выделив среди толпы, - и она кожей почувствовала его заинтересованность. Она тоже улыбнулась, стараясь заглушить некоторую капельку вины: если он попробует пойти дальше обычного лёгкого флирта (а по постепенно теплеющему взгляду видно, что он попробует), ему придётся сильно разочароваться... Лора давно заметила, что многие на балах бывают именно для того, чтобы найти себе партнёра для более приятного времяпрепровождения, как считают её знакомые, как считает её муж. Ей же хочется - лишь танцевать, особенно если партнёр хорош. А уиверн - хорош, судя по его мягким, вкрадчивым движениям... Она перевела спокойный взгляд чуть в сторону от уиверна, зная, что произойдёт дальше. А пока...

Промелькнули танцующие пары, толпа впереди немного раздалась, и на некоторое время часть зала перед Лорой оказалась свободной. Что дало ей возможность заметить интересную троицу мужчин, стоящих в толпе зрителей чуть сбоку от неё. Она сразу поняла, что из них, как минимум, один точно не бывал на таких грандиозных балах, как сегодняшний. Бросая на заинтересовавшую троицу быстрые изучающие взгляды, она с минуту следила за мужчинами, поверхностно думая, что такой азарт исследования, наверное, владеет только какими-нибудь полицейскими детективами. Но ведь и она любит разгадывать загадки. Или загадывать новые.

Первый из троих - высокий молодой темноволосый мужчина, красив и явно знаком со светскими правилами: он держит себя довольно свободно, чувствуется в нём определённая утончённость. Есть в его внешности лёгкий недостаток: когда он улыбается, улыбка похожа на узкий, крысиный оскал. Его загадка - бледность, словно он болел и недавно вышел из больницы.

Третий - непонятен. Он тоже молод и симпатичен. Если у первого волосы довольно длинные, но в рамках стильной причёски, то третий обрит полностью. Он загорелый, костюм на нём сидит как влитой, особенно на плечах. Чувствуется - что под одеждой тело тренированное.

Второй из троих (потому, что стоит между этими двумя) - абсолютный человек-загадка. Он старше своих спутников, которые почтительно к нему обращаются время от времени, и не так заметен, как они. Ему лет за тридцать. На балах явно бывает редко: в костюме бального дресс-кода он мешковат, мало того - время от времени недопустимо сутулится, словно стесняется или... боится быть увиденным? У него светлые волосы и, кажется, светлые глаза. Лицо несколько необычное: пока он рассматривал танцующих, оно выглядело каким-то усталым, даже обеспокоенным, но вот темноволосый сказал что-то с видимой усмешкой - и Второй рассмеялся, сразу преобразившись в неожиданно обаятельного насмешника. Да так рассмеялся - что Лора от неожиданности улыбнулась его задорному смеху. А он... Он словно почувствовал её внимание - посмотрел в её сторону. И, даже привычно насторожённая, мгновенно сморгнув его острый взгляд (я смотрю не на вас!), женщина поняла: он успел заметить устремлённые на него глаза.

Слава Богу, не дольше как через секунд пять к ней подлетел распорядитель, таща на буксире белокурого уиверна. Или это уиверн его тащил? Во всяком случае, тонкое лицо будущего партнёра по танцам светилось интересом и нетерпением - дозированно, как и полагается представителю света.

- Леди Лора, позвольте представить вам представителя уивернского дипкорпуса Монти Альпина.

Она взглянула на распорядителя, слегка подняв бровь: ну зачем вы так с представителем - знаете же, какая у меня репутация! Почему не предупредили его?

Распорядитель сделал намёк на движение, чтобы развести руками, а затем изобразил вздох: предупредил! Но что вы хотите? Эти уиверны такие настойчивые!

Пауза затягивалась, уиверн выжидательно улыбался ей, не обращая внимания на распорядителя (хотя Лоре показалось: он заметил все быстрые знаки невербальных переговоров), и Лора спокойно присела и протянула Монти руку. Поцелуй, как она и ожидала, был тоже весьма светский, хотя пальцы уиверна, которыми он придержал её ладонь, против этикета, хоть и незаметно сжали её пальцы. Первый знак: он собирается не только танцевать с нею, несмотря на предупреждение распорядителя, несмотря на кольцо замужней женщины, которое он, конечно же, немедленно отметил. Даже жаль, если подумать, какое его ждёт разочарование... Лора подавила усмешку: может, познакомить его со своими светскими подругами? Некоторые из них с восторгом прыгнут к нему постель! Она будто услышала восхищённый писк одной из них: "Это так пикантно!"

- Очень рада, Монти.

- Котильон продолжается! Третий тур, господа! - объявил распорядитель, и крепкая ладонь уиверна немедленно легла на тонкую талию Лоры.

Хм... В его руках, властно направлявших её в середину зала, она чувствовала себя... глиной, из которой лепили нечто против её воли. Впрочем, мужчинами, знающими, чего именно они хотят, она всегда восхищалась. Какой бы ни была лояльной к мужу, но Эмиль, в её глазах, плыл по течению жизни. Впрочем, "плыл" о нём - это хорошо. Потому что саму Лору этим течением несло.

Но сильные руки Монти ей понравились. Сначала она осторожно откинулась на его ладонь, когда они пошли первый круг. Это чудесно - чувствовать себя уверенной в партнёре и не страшиться, что он сделает что-то неправильно. И Лора уже полностью откликнулась на его желание властвовать её телом в танце. Она расслабилась, с удовольствием слушая музыку и руки Монти, и покорно шла следом.

Когда они присоединились к одному из кругов танцующих, Монти спросил:

- Вы всегда молчите во время танца?

- Да, если партнёр прекрасно танцует.

- Благодарю вас.

Она развернулась под его властной рукой, прошла круг, меняясь с партнёршей из пары напротив, затем вернулась. Мягко поворачивая её, Монти с загадочной улыбкой быстро склонился к ней и коснулся губами её обнажённого плеча. От тепла его губ на прохладной коже - мурашки по телу. Но, встав снова перед ним, Лора спокойно сказала:

- Простите, Монти, мне не хотелось бы быть грубой. Но распорядитель, кажется, вас предупредил? Или вы из тех, кто не считается с предупреждениями?

- Простите, Лора, - чуть насмешливо передразнил он, - мне показалось, что ваш комплимент моему умению танцевать равнозначен началу несколько иных отношений.

Она подавила вздох.

- Я всё испортил? - уже серьёзней спросил он.

- Если продолжите в том же духе - да.

- В таком случае, я прекращу устраивать покушения на вашу верность. Но мне бы хотелось поговорить с вами. Не часто встречаешь на балах женщину, с которой... - Он запнулся в затруднении, и Лора договорила:

- Можно только танцевать? Хорошо. О чём бы вы хотели поговорить?

- Начнём с этого: вы ходите на балы только танцевать. Неужели вам нравится только движение? Нет, я не возражаю против любви к танцам, но, мне кажется, танцевать несколько часов подряд - это всё же перебор. Итак?

- Буду банальной, если скажу, что мне нравится рассматривать людей. Но это так.

- И сочинять о них нечто? Хорошо. Это тоже несколько банально, но уже интересней. Что вы думаете обо мне?

Договорив, он выпустил её руку, чтобы она снова поменялась с дамой напротив, а когда Лора вернулась, она мягко сказала:

- Не знаю, понравится ли вам такое определение, но я думаю о вас, что вы хищник. Вы весьма цивилизованный, но всё-таки хищник. Наверное, вы любите охоту и всё, что связано с нею: азарт погони и преследование, торжество сильнейшего, когда вы стоите над телом поверженной добычи.

- Смело, - оценил он её откровенность.

- Хотите сказать, что ошиблась? - улыбнулась Лора. Она прекрасно знала, что он немного сбит с толку расхождением между её внешностью и умением оценивать - и слегка ошеломлён. - Что вы белый и пушистый?

- Первое - соответствует действительности, но второе?.. О, вы оценили меня, исходя из того, что я уиверн! - шутливо обвинил он.

- Ну что вы! - засмеялась Лора. - Я не так умна, как представители дипкорпуса, но всё же помню, что уиверны - раса старше человеческой. Вряд ли мне пришло в голову называть вас хищником лишь из-за того, что вы уиверн. - С Монти она могла быть прямой. Она чувствовала интуитивно, что он правильно понимает её чуть наивную откровенность.

- Хотите сказать, что здесь есть ещё хищники, кроме меня? - усмехнулся он. - Скажите, Лора, откуда такое пристрастие к разгадыванию человеческой природы?

- Боюсь, вы будете снова смеяться. Я начиталась детективов и порой пытаюсь сыграть этакого Шерлока Холмса в юбке. И - да. Здесь, в этом зале, хищников много. Например, если вы обернётесь к лестнице в зал, увидите двух мужчин в чёрных одеждах. Они не придерживаются дресс-кода, потому что не считают это нужным: они твёрдо уверены, что помещение зала - это охотничьи угодья. И у них глаза хищников. Причём очень откровенных. Если ваш хищник прячется под маской великосветского человека, эти двое даже не пытаются скрыть... Простите, я заболталась.

- Лора, вы правы, - серьёзно откликнулся Монти, бросив взгляд на лестницу - причём именно таким образом, чтобы мгновенно повернуться к ней спиной (она еле сдержала улыбку: таящийся хищник!). - Этим двоим - цивилизованными никогда не стать, несмотря на то что их теперь вынужденно всё-таки приглашают на мероприятия вроде нынешнего. Это и-морги - ударение на первом И. Раса разумных, недавно присоединившихся к Содружеству.

- Уиверны были против? - Лора неожиданно почувствовала любопытство.

- Да. Против. У и-моргов цивилизация всегда стремилась к вырождению. Едва только они взлетали к определённым высотам развития собственной цивилизации, как внутри их общества немедленно начинались гражданские войны, больше похожие на войны социопатов. Нет, они объединяются в сообщества, у них есть города. Но в какой-то момент вдруг одна группа и-моргов начинает агрессивно нападать на другую. Агрессия мгновенно расходится по всей планете, уничтожая мечом и огнём все селения, и крупные, и маленькие. После чего и-морги с трудом восставали из пепла и пытались наладить хоть что-то на своей планете. Мы считаем их расой самоубийц и стараемся не допускать их появления на нашей собственной планете - даже в качестве дипломатов.

Некоторое время Лора молчала, расслабленно танцуя, ведомая сильными руками Монти и бросая взгляды на двоих в чёрном. Жёлчные лица, насупленные брови... Бр...

- Я... читала о них, но впервые вижу так близко.

- Складывается впечатление, что вы, Лора, довольно начитанная, - легко засмеялся Монти. - И как? Кто ещё, по-вашему, достоин в этом зале нашего внимания?

Несмотря на лёгкость тона и явное желание уиверна переключить её внимание с представителей мрачной расы на что-либо более увлекательное, Лора не поддалась искушению проверить, знает ли он, кто этот светловолосый человек в сопровождении двух молодых людей. С самого начала третьего тура котильона она чувствовала, что этот светловолосый следит за нею, пару раз снова сморгнула его взгляд, стараясь исподтишка сама взглянуть на него. Пока она чувствовала, что ей приятно это внимание. Но, когда она спрашивала себя, почему именно, ответ был один: он необычен - в отличие от остальных, здесь собравшихся, поэтому ей нравится быть в точке его внимания.

И всё-таки она старалась сосредоточить внимание на партнёре. Тем более есть основания. В очередной раз вернувшись к Монти, она с улыбкой сказала:

- Уиверны не любят и-моргов. А как относятся к уивернам и-морги? Такое впечатление, что они к вам неравнодушны.

Уиверн напрягся.

- Они у меня за спиной?

- Да.

Короткого ответа хватило, чтобы Монти, непринуждённо подхватив партнёршу за талию, буквально улетел вместе с нею в противоположную сторону зала. Лора про себя хмыкнула: уиверны не любят и-моргов, а те - уивернов. Будем иметь в виду.

Зато за время танца Лора успешно познакомила Монти с теми, кого он на этом балу не знал. И с удивлением почувствовала, что он по-настоящему благодарен ей за это. Не выдержав, она спросила:

- Вы полагаете, что не смогли бы без меня познакомиться с присутствующими?

- Мне нравятся ваши интуитивные характеристики, - серьёзно ответил он, но она ощутила его внутреннюю улыбку. - Они знакомят меня с этими людьми гораздо глубже.

Наверное, он хотел сказать что-то ещё, но в эту секунду где-то рядом один из распорядителей бала провозгласил:

- Четвёртый тур котильона!

И только они успели поклониться друг другу перед следующим туром танца, как перед ними возник ещё один распорядитель, позади которого маячила фигура высокого темноволосого человека. У Лоры вздрогнуло сердце. Один из тех троих.

- Прошу прощения, леди и джентльмен! Леди, позвольте представить вам Дэниела Гранда! - торжественно, хоть и с долей усталости, едва ощутимой в голосе, произнёс распорядитель. Обычный бальный намёк для сведущих: молодой человек хочет танцевать следующий тур с выбранной дамой - и через распорядителя испрашивает разрешения.

Лора подавила желание немедленно протянуть Дэниелу руку, только с улыбкой оглянулась на Монти и пожала плечами.

Тот засмеялся и поклонился ещё раз, снова поцеловав ей руку.

- Был искренне рад нашему знакомству.

- Взаимно, Монти, - склонившись в коротком реверансе, ответила Лора и оперлась на руку Дэниела.

Если Монти был опытным светским человеком - по определению, то от Дэниела Лора ждала чего угодно, но только не разговора. Однако с трепетом вслушивалась в его движения и гадала, зачем он пригласил её. Он оказался столь же уверенным, как и Монти, только немного в другой манере. Его руки тоже оказались сильными - и приятными, именно потому, что на них можно опираться всем телом и быть спокойной. Не мямля. Поблизости его бледность, слегка удивившая вначале, подтвердилась: да, Лора была права, расценивая её больничное происхождение. Кажется, молодой человек - из забияк. Пара шрамов, видимо с трудом залатанных хирургами, осталась на скулах в виде небольших ниточек. Но Лору не волновало состояние лица молодого человека. Стараясь удержать на лице приветливую и слегка отстранённую улыбку, она с отчаянно бьющимся сердцем ожидала, когда закончится эта часть котильона.

Молчание, как видно, не тяготило и Дэниела. Он спокойно улыбался ей и танцевал с явным удовольствием. Судя по тому маршруту, который он выбирал, кажется, Лора угадала, где сейчас окажется. И внутренне напряглась... Рассчитанно точно под последние звуки котильона Дэниел подвёл даму к своей компании. Шаг - и он развернул её перед светловолосым, который вглядывался в неё блестящими зелёными глазами.

- Лора, разрешите представить вам моего друга и покровителя - Эрика Кроу.

2

Она шагнула вперёд - на его движение поцеловать ей руку. Шагнула машинально, не отводя глаз от него. Шагнула в его взгляд, как в светлую уютную комнату.

А вперёд, потому что он слишком высоко, против правил, поднял её руку. Но Лора затаила дыхание, когда поняла - почему: этот странный, неожиданный для неё Эрик не хотел опускать глаз. Он хотел смотреть на неё - даже целуя ей руку. Пауза, как при знакомстве с Монти, затягивалась, только если с Монти Лора чувствовала себя привычно спокойно, то теперь оставалось ощущение чего-то тяжёлого... Лора даже слегка растерялась, потому что при ближайшем рассмотрении вдруг увидела, что глаза у Эрика не зелёные, а близки к прозрачному тёмному аквамарину. Почему-то редкий цвет его глаз её смутил. Но момент неловкости прошёл, и Эрик отпустил её ладонь, с каким-то сожалением, хоть и ласково проведя пальцами по ней напоследок.

Она вдруг горько пожалела, что перерыв между танцами очень длинный - целых три минуты! Тогда бы Эрик не отпустил её ладони... Зато она осталась с этими интересными людьми, которые беседовали между собой спокойно и обо всём подряд. Ей представили третьего, того самого тренированного молодого человека - только по имени. Сандар. А дальше появилось впечатление, что мужчины не просто беседуют, но незаметно вовлекают её в свою маленькую компанию.

Тему задал именно Дэниел. Он насмешливо рассказал историю, более похожую на анекдот - в его исполнении, о том, как Эрик стал его "другом и покровителем". Лора с удивлением, мысленно убирая все анекдотические моменты и переводя историю с шутливого на нормальный язык, поняла, что Дэниел и Сандар - профессиональные бойцы, которых Эрик продюсирует, что ранее Дэниел выступал с другим агентом, а боец Эрика, Сандар, недавно победил его в одном из боёв, после чего агент Дэниела отказался от своего бойца, и Эрик принял в избитом Дэниеле чуть не отеческое участие... Про себя Лора кивнула: она оказалась права с больницей.

Но чем далее она общалась с этими тремя очень занимательными людьми, тем больше понимала, что Эрик относится к тому типу людей, от знакомства с которыми её предостерегал отец. По его, отца, настоянию, она затвердила наизусть портрет такого типа, видела таких людей издалека на некоторых светских раутах, но вот он, этот тип, перед ней, а она легкомысленно стоит рядом и смеётся в нужных местах, интуитивно понимая, где именно мужчинам смешно. Хотя от некоторых подробностей истории Дэниела ей стало страшновато. Впрочем, подробностей было мало. Эти мужчины смотрели на неё с улыбкой, как смотрят обычные люди на прелестного пушистого котёнка, и, оберегая даму, оставляли самые страшные моменты истории в стороне...

Но отец предупреждал. Как же теперь вежливо удалиться и больше не приближаться к этим мужчинам?..

Он говорил, что люди, вроде Эрика, пробились в высший свет не по праву рождения, а потому, что добились успеха в своём бизнесе - не всегда законном. Разговор, только что услышанный, вроде подтверждал его мнение. Эрик абсолютно точно являлся одним из представителей этих выскочек, как называл таких мужчин её отец. И теперь Лора терялась в догадках: почему же ей нравится стоять рядом с этими людьми? Привлекает необычность - и опасность, исходящая для неё от них? Но если она и исходит, то заранее предрешённая. Как предубеждение. Самой опасности Лора не почувствовала. Правда, первый флёр очарования уже развеялся, и она более ровно смотрела на мужчин.

В их негромкую беседу внезапно ворвался чёткий голос распорядителя:

- Танго Santa Maria!

Лора, встрепенувшись было, вскоре с сожалением оглянулась на толпу. Интересно, где Монти? Кажется, эти мужчины не слышали распорядителя, а ей уже наскучил их разговор. В нём она не могла принять участие, не понимая тех реалий, которые так хорошо были известны им. Хотя они и пытались вовлечь её. А что ещё хуже... Есть особенность у неё: когда она начинает понимать, что происходит, ей становится скучно. Хотя сказать по правде, скука мгновенно исчезала, стоило ей снова взглянуть в тёплую глубину тёмных аквамариновых глаз - с внутренним вздохом: так хочется танцевать!.. Странно чувствовать себя беспечным мотыльком, усевшимся на оранжерейный цветок, по которому вдруг ударил порыв холодного ветра тревоги.

- Леди...

Обернуться не успела, а мягкая, но сильная ладонь Эрика оказалась на её талии. Чуть скользнула назад - и вот он уже обнимает её, придерживая за спину.

- Леди, вы позволите пригласить вас?

Не совсем по этикету - успела вспомнить Лора. Он уже ведёт. Но молодые люди расступились перед ними - и мужчина уверенно повёл её к центру зала. Он держал её близко к себе - в допустимых границах танго, но слишком близко.

Машинально переставляя ноги, реагируя скорее на движения Эрика и легко угадывая их (чему сама поражалась: танго танцуют все очень разно!), чем на музыку, Лора покорно уносилась в объятиях мягких, но властных рук. И - Эрик поймал её: заботливо вглядываясь в её глаза, он не отпускал её из колдовской западни собственных глаз. Странно, но от его заботливости Лора почувствовала себя... больной: слишком слабой, слишком уязвимой. И, чтобы не переходить в это состояние всё глубже (а погружение она ощущала отчётливо и с испугом), она с трудом сумела опустить глаза и начала думать о Монти: как легко с ним было! Никаких обязательств. Сразу предупреждённый, он, конечно, пытался флиртовать с партнёршей. Но это нормально. Так обычно делали все мужчины, как ни предупреждали их распорядители. Ими даже овладевал азарт - сделать то, что никому из других мужчин не удавалось... Но зато она не чувствовала рядом с ними... смятения. Она привычна к игре флиртующих. Вот бы Монти подошёл пригласить её на следующий танец! Или... Пусть даже не Монти! Но ведь есть в этом зале её знакомые. Почему бы не попасть на глаза им?..

Разворот - и танго закончилась. А рук Эрик так и не разомкнул. Как будто вот прямо сейчас дожидается нового танца, а чтобы Лора не сбежала, не выпускает её. Это не насилие, но... Лора скользнула взглядом мимо - и наткнулась на Монти, стоящего неподалёку в какой-то созерцательной задумчивости. И неприлично уставилась на него с жалобным мысленным воплем: "Помогите!" Он поднял глаза, обвёл зал ищущим недоумённым взглядом, будто его окликнули. Но кто и откуда?

- Лора, вы... - обратился к ней Эрик - она обернулась к нему, но его прервали.

- Простите, вы разрешите танцевать следующий танец с вашей дамой? - учтиво спросил представший перед ними Монти.

- Эрик Кроу - Монти Альпин, - представила их друг другу Лора по праву светской знакомой и того, и другого. Мужчины кивнули друг другу.

Эрик нехотя выпустил Лору из своих объятий. И молодая женщина поспешно, едва дождавшись приглашения Монти, обращённого лично к ней, сразу подала руку своему спасителю, виновато улыбнувшись Эрику.

- Контрданс, леди и джентльмены! - объявил распорядитель.

Лора с облегчением вздохнула и присела перед уиверном, после чего он подал ей руку и повёл к уже образованному ряду танцующих пар. Когда они прошли несколько шагов "дорожки", после чего, встав на месте, поменялись местами, Монти с нескрываемым любопытством спросил:

- Что произошло, Лора? Этот человек вас обидел? Вы смотрели так, будто испугались. И я чувствую себя настоящим спасителем. - Последнее прозвучало слегка насмешливо, но с явным участием.

- Монти, вы представитель дипкорпуса, - задумчиво ответила Лора, обходя его, присевшего на одно колено. - Вы по должности наверняка тоже умеете составлять характеристики людей. Что вы думаете об этом человеке? От которого (она улыбнулась) спасли меня?

- Он опасен и жесток, - спокойно откликнулся уиверн, вставая и помогая ей развернуться. - Но в свой трудный час я хотел бы, чтобы он был другом у меня за спиной.

- Это не парадокс? - нерешительно спросила Лора.

- Нет. Если иметь в виду дружеские отношения. Но между нами их не может быть.

- Почему?

- Ваш Эрик ревнив. Он знает вас меньше часа, но с начала нашего танца идёт в толпе вслед за нами, постоянно следя за всеми нашими передвижениями. Э... Лора, не пытайтесь оглянуться. Так что же произошло? Он не захотел внять доводам рассудка и чего-то требует от вас?

Про себя Лора признала, что Монти довольно мягко завуалировал то, чего именно мог требовать Эрик. Но спокойно сказала:

- Нет. Он и его сопровождающие просто разговаривали со мной. Но я почувствовала себя с ними крайне... неловко.

Озадаченная тем, что не может точно сформулировать своё впечатление, Лора предпочла сменить тему разговора. Тем более танец уже заканчивался. Едва Монти повёл её к своему месту, как уже по дороге партнёршу у него перехватили - один из знакомых Лоры. И до конца первой части бала - до смены оркестра - Лора танцевала то с уиверном, то с кем-то из своих светских знакомых, чувствуя самое настоящее счастье: деликатный говорок танцующих, любимая музыка, уверенные руки равных по положению партнёров, блеск и роскошь одежды присутствующих - это праздник!

По корабельным часам наступила полночь, и Лора поспешила к себе переодеться. В старом, опробованном в первой части бала платье она уже чувствовала себя неудобно - слишком много двигалась. Они с Монти успели поужинать, и Лора познакомила его со своим мужем - встретив его (не одного, естественно) за "шведским столом". Последний партнёр по танцам проводил её к апартаментам.

Эту часть космического лайнера Лора знала хорошо. Все коридоры с апартаментами сходились в одной точке - в бальном зале. Получалось нечто вроде цветка, если думать о расположении зала и коридоров к нему. Правда, некоторые лепестки-коридоры слегка ветвились, распадаясь на несколько других лепестков. Лепесток, в котором жила пара Лора - Эмиль, был довольно длинным. Правда, насколько - Лора не знала. В сторону тупика она никогда не ходила. Но их апартаменты находились неподалёку от выхода в бальный зал... Лора вдруг с грустью поняла, что даже о лайнере она думает с точки зрения мотылька. Цветок, его серединка, его лепестки... Прибежавшая по звонку камеристка, из прислуги на лайнере, помогла ей снять платье и переодеться в домашний брючный костюм, после чего Лора отпустила её. Она собиралась немного вздремнуть, после чего снова начать подготовку к бесконечному, точнее - к трёхсуточному балу.

В общей комнате апартаментов что-то стукнуло, и, уже сонная, Лора медленно вышла из своей комнаты. Эмиль стоял с наслаждением на лице, прислонившись к входной двери - и босой. Мужские туфли валялись рядом.

Лора тихонько засмеялась.

- Я же сказала, что не стоит брать эти туфли!

- Лора, ты была права, - жалобно сказал Эмиль и прохромал мимо жены, бегло поцеловав её в подставленную щёчку. Но уже у двери в собственную комнату он приободрился и сказал: - Десять минут отдыха - и я буду снова готов к подвигам! Ты как? Выйдешь со мной?

- Нет, чуть позже. За мной обещал прийти Даймонд, а он пока занят.

- Даймонд мне сегодня перешёл дорогу, - проворчал Эмиль, заходя в комнату.

Дальнейшего его бурчания Лора не различала, но краем уха уловила, что эти двое пытались отбить друг у друга одну и ту же красавицу, а та явно старалась флиртовать с обоими, никому не выказывая предпочтения. Лора такого не понимала. Нет, она знала, что дамы устраивают флирт-игры с двумя ухажёрами, но это ей казалось уж слишком изощрённым.

Она вернулась в свою комнату и некоторое время постояла в рассеянности. Потом вспомнила, что хотела вздремнуть, и села в глубокое кресло, укрывшись шёлковым покрывалом. Пригревшись, она постаралась уснуть хоть на минутку. Но перед закрытыми глазами замелькали тени и послышалась музыка последнего танца. Она сегодня тоже стала добычей, которую пытались завоевать двое. Монти приходилось постоянно выручать Лору, едва на горизонте появлялся Эрик. В конце концов - ведя её ужинать - уиверн со смехом сказал, что благодаря Лоре, он близко познакомился со своим соперником и очень рад, что может общаться с таким интересным типом.

Интрига постоянного потенциального бегства от Эрика волновала и превращала обычный бал в увлекательное времяпрепровождение.

Дремотно Лора ещё удивилась: они такие разные! Но Монти считает, что Эрик - хороший собеседник и очень интригующий человек. Странно. Молодая женщина всегда думала, что Монти, идеальный представитель света, и такой простой и грубый человек, как Эрик, вряд ли смогут иметь точки соприкосновения. Но издалека, танцуя, видела, как эти двое увлечённо разговаривают, а сопровождающие Эрика молодые люди стоят в стороне, явно не собираясь мешать их беседе... Лора усмехнулась. А ведь есть в Монти и в Эрике и кое-что общее: сегодня с нею пытаются общаться два блондина!

Вздохнув, Лора решила больше не думать о серьёзных вещах, а подумать о последней ночи на космическом лайнере. Ведь трёхсуточный бал должен закончиться маскарадом! Вспомнив о маскараде, она проснулась окончательно и принялась в задумчивости накручивать на палец почти развившийся локон. Она знала, чего ждут её светские знакомые от маскарада. Но, даже будучи под маской, она опять-таки не испытывала ни малейшего желания остаться с кем-то чужим наедине, даже если этот чужой - Монти, Эрик или собственный муж.

Лёгок на помине. Эмиль заглянул в полуоткрытую дверь и, завидев, что жена не спит, вошёл в её комнату.

- Ты даже не собираешься?

- Рано ещё, - улыбнулась Лора. - А ты? Даже спать не будешь?

Он свалился на мягкую софу, повозился, устраиваясь поудобнее среди подушек, и самодовольно сказал:

- Времени мало. Что это - каких-то трое суток?

- Но ведь на Сангри нас пригласили на бал у Даймонда!

- Сравнила - бал на планете и бал на корабле! - мечтательно сказал Эмиль. - А ты как, Лора? Тебе весело? Мне показалось, тот тип, уиверн, слишком часто ошивается рядом с тобой. Тебе он нравится?

Приглушив усмешку: он говорит как ревнивый мальчишка (это моя девочка!) - не мужчина! - Лора пожала плечами:

- Монти прекрасно танцует.

- Ты обиделась? - немедленно спросил Эмиль.

- Нет, конечно. Ты же знаешь, что я пристрастна ко многим партнёрам по танцу. А Монти очень внимательный партнёр. Он прекрасно чувствует музыку.

- Был бы рад, если бы он разбудил тебя, - раздумчиво сказал муж.

Лора посмотрела на него без замешательства. Привыкла. Хотя кому постороннему скажи, что такое может высказать её муж, - наверное, тот возмутился бы. Или решил бы - шутит. Но Эмиль серьёзен.

- Я уже ко многому привыкла рядом с тобой, - медленно сказала она. - Но иногда мне кажется, что ты мне не муж, а старший брат.

- Может, это и глупо, но я иногда себя им ощущаю, - без доли насмешки сказал Эмиль. - Я сознаю, что наш брак - это совершеннейшая глупость. Сказать больше - пустышка. Мы соединились - лишь бы образовать пару. Но пары нет. И я хотел бы, чтобы ты была счастлива. Пусть и без меня. Но только... Лора, - поколебавшись, сказал он. - Пару раз я замечал, что за тобой следует человек совершенно не нашего круга. Я знаю, что ты не падка на деньги. Не поддавайся, если этот тип будет настаивать на чём угодно.

- А что ты сказал бы, если бы Эрик мне понравился?

- Понравился? - Эмиль несколько секунд смотрел на неё, сдвинув брови. - Я бы сказал - нет. Вот если бы ты сказала, что он волнует тебя... Я бы сразу развёлся с тобой. Учти. Именно это я имею в виду. Ты должна захотеть быть частью этого Эрика. Но если захочешь, не обращай внимания на всех, кто привык видеть тебя только светской дамой. Я мало философствую, но, глядя на тебя, думаю, что однажды ты всё-таки почувствуешь желание. Мне кажется, ты из однолюбов. И когда ты влюбишься... - Он поднялся.

- Что тогда? - невольно поднялась за ним Лора.

- Тогда закрой глаза - и бездумно прыгай в омут своей любви, - обернувшись к ней от двери, сказал Эмиль. - Тогда не думай: плохо ли, хорошо ли то, что ты делаешь, в глазах света. Если не прыгнешь, будешь всю жизнь мотыльком-однодневкой. И какая-то прекрасная часть жизни пройдёт мимо тебя. Навсегда. Потому что эта часть будет лишь однажды. Так я думаю.

- Ты настоящий философ, - удивлённо сказала Лора, машинально следуя за ним к входной двери в апартаменты. - Никогда не думала, что ты так видишь меня.

- Полгода близкого знакомства! - усмехнулся муж и надел туфли. - Как я выгляжу?

Лора одёрнула ему полы фрачного жакета и отступила.

- Ты великолепен.

- Правда? - приподнял брови Эмиль и поцеловал её. - Лора, одевайся. Не оставайся в номере. А вдруг именно сегодня ты встретишь свою судьбу?

- Мечтатель! - погладила его по щеке молодая женщина. - Иди, мой рыцарь, на покорение всех вершин, которые тебе встретятся на твоём пути! Я скоро тоже там буду.

Он засмеялся и снова поцеловал её. И открыл дверь, впуская странные, совершенно неожиданные звуки из коридора в апартаменты.

И внезапно согнулся, резко выдохнув, как будто его ударили в живот. И быстро, всё так же согнувшись, попятился, словно пытаясь удержать равновесие.

Лора было открыла рот спросить, что с ним, и застыла - с ужасом глядя в проём открытой двери.

В темноватом коридоре, где свет до сих пор был и так не очень ярок, виднелись три чёрных силуэта. Один из них метнулся вперёд, в апартаменты, и снова ударил Эмиля - ногой в живот. На этот раз сбоку. Эмиль отлетел в сторону. Отступившая Лора, забыв дышать, увидела, как он упал головой на цветочную полку под мрамор. Услышала глухой стук... Голова Эмиля замерла на мгновения, а потом безвольно сдвинулась набок. Больше муж не шевельнулся.

Ничего не понимая - с ними в этом мире такого быть не может! Только не с ними! - Лора медленно отступала, пока не наткнулась на открытую дверь в свою комнату. И остановилась, просто не понимая, что делать дальше.

Первый ворвавшийся в апартаменты почти по-звериному прыгнул к её мужу, взялся за его тёмные волосы и быстро приподнял ему голову. Оглянулся - что-то сказал. И разжал пальцы. Двое быстро вошли в апартаменты, плотно закрыв за собой дверь. Первый поднялся от Эмиля и приблизился к снова попятившейся Лоре. Встал перед ней, схватив её за руку и удерживая на месте.

Лихорадочно дыша ртом, остолбеневшая от нереальности происходящего, Лора уставилась в его глаза. На нём чёрные глухие одежды, скрывающие все части тела, но не мешающие свободно двигаться. Даже на руках - чёрные перчатки. Мясистое плоское лицо с небольшим носом, торчащим словно горбатый сучок, длинный узкий рот; длинные, будто раздавленные сверху вниз, глаза грубым взглядом ввинчиваются в её перепуганные глаза. Голова лысая - кажется, Монти упоминал, что и-морги безволосы.

- Уиверн - кто тебе? - быстро и гундосо проговорил и-морг на общефедеративном, давя на горло.

- З-знакомый, - пискнула Лора и вскрикнула, когда и-морг резко скрутил ей за спину руку и заставил повернуться.

- Идти и молчать, - монотонно сказал и-морг тем же давящим на связки голосом. И подтолкнул вперёд, к входной двери. В коридор.

Но Лора уже опомнилась. Она не совсем понимала, что происходит, но Эмиль...

- Что вы сделали с Эмилем?! - изгибаясь от боли (и-морг слишком сильно завёл ей руку назад и продолжал тянуть её кверху), простонала молодая женщина. - Что вы сделали с моим мужем?!

Ей никто не ответил. Двое других и-моргов быстро заглянули в обе комнаты апартаментов, а затем, обогнав первого с его пленницей, открыли дверь в коридор. Лора на секунды забыла об Эмиле: коридор уже не был просто темноватым и полным странных, но недавно тихих звуков. Он стрелял, шипел вспышками выстрелов из лучевого оружия, рычал гундосыми голосами, а человеческими - кричал, плакал, визжал от страха. По нему пытались бежать, падали и рвались встать люди в блестящих одеждах, а кто-то уже и не вставал, лёжа страшно неподвижно и нелепо. А между ними мелькали люди в чёрном, стреляли в кого-то, кто от неожиданности сопротивлялся, некоторых грубо хватали за руки и толкали идти куда-то в тупик

Но когда Лору ударили в спину переступить порог апартаментов, она очнулась и словно взбесилась. Всегда уравновешенная, она, сама того от себя не ожидая, бросилась было назад - к Эмилю, с криком:

- Ему надо помочь! Подождите! Нельзя его так оставлять!

Схвативший её и-морг цапнул Лору за спинку домашней курточки так сильно, что она едва не задохнулась от ворота, жёстко врезавшегося ей в горло. Подскочивший один из двоих и-морг вскинул какое-то оружие - и короткая очередь прочертила сверкнувшую белым сиянием дорожку в полутёмном воздухе. Белая дорожка упёрлась в грудь неподвижного Эмиля. Его тело вздрогнуло и снова обмякло.

- Что... что вы делаете... - пролепетала Лора, понимая и не понимая.

- Идти и молчать, - вновь монотонно сказал стоящий за спиной и-морг.

- Я никуда не пойду! Эмиль!

Она начала извиваться, чтобы вывернуться из нового захвата. Но нечаянно дёрнулась так, что снова вскрикнула от боли в скрученной руке. Ад, обрушенный на её глаза и на уши, быстро подсказал вспомнить основные инстинкты. И Лора почти прижалась к руке и-морга, чтобы жалящая боль, от которой временами темнело в глазах, прекратилась, и покорно пошла в коридор. Здесь идти стало сложней. Хотелось крепко закрыть глаза и уши. Трое и-моргов равнодушно перешагивали трупы и плачущих. Другие (а их оказалось много) сгоняли людей в коридорный тупик. Тех, кто отказывался идти, и-морги не уговаривали. Пристреливали сразу.

Вскоре Лора уже не обращала внимания на нудную боль в руке.

Когда она впервые опустила босую ногу на ковёр, пропитанный кровью, во влажный ворс, она скривилась от отвращения и жалости. Но ближе к концу коридора эти чувства притупились. Она шла, только напоминая себе плотней прижиматься спиной к руке и-морга. Чуть вперёд - её скрученная за спину рука взрывалась раздирающей болью.

В тупике её, отпустив руку, сильно толкнули в спину.

Поневоле Лора переступила порог незнакомых апартаментов. Дверь хлопнула, и она осталась среди плачущих и кричащих людей.

3

Эти апартаменты оказались очень большими и богатыми. Побольше, чем их с Эмилем. Но сесть некуда. Все диванчики, софы и кресла заняты. Некоторые люди сидели на полу. И-морги согнали сюда столько народу... Лора осторожно присела на пол у стены, инстинктивно постаравшись занять такое место, чтобы видеть всё и всех вокруг.

Внутри, в душе, пусто. Но один взгляд на руку с двумя браслетами - и глаза наполнялись слезами. Тот, узкий, с еле заметными вкраплениями сапфира, подарил ей Эмиль. Как он по-мальчишески хвастался - под цвет её глаз. А теперь Эмиль лежит там, брошенный, мёртвый, необычно неподвижный для недавно энергичного человека, который так любил жизнь!.. Лора стиснула руки, чтобы не расплакаться.

И внезапно поняла, что, если и будет плакать, то не горько... А... Со злостью! Потому что эта смерть несправедлива! Так быть - не должно!

И совершенно детская, сердитая мысль: "Я им отомщу!"

Слёзы, переполнявшие глаза, так и не пролились - высохли. Лора снова стиснула руки. Уткнулась подбородком в колени. "Я не дурочка. Я читала много. Значит, у меня развитые мозги. Но ведь мозги тоже для чего-то нужны. Не только затем, чтобы запоминать прочитанное. Они нужны, чтобы думать. Думай!"

И Лора начала думать. Чтобы думать, нужен материал для мыслей. Так говорил её любимец Ниро Вульф - толстяк, обожавший выращивать орхидеи, для содержания которых ему приходилось работать - за деньги расследовать странные истории с убийствами или ограблениями. А может, такие слова говорил и не толстяк Ниро. Может, говорил второй её любимчик - лейтенант Уиллер. Но в любом случае они правы. Итак...

Лора оглядела часть апартаментов, в которой находилась.

Три огромные, просторные комнаты с дверями нараспашку. Набиты людьми, которые ей пусть даже только внешне, но хорошо знакомы. То есть все люди, собранные здесь, - из её коридора-лепестка. Вывод? И-морги захватили только этот коридор. Есть пара человек, незнакомых ей. Но они вполне могли прийти сюда в гости из другого коридора-лепестка. Ладно. Так и решим. Лора осторожно огляделась ещё раз.

И-морги собрались у двери. Кто-то сидел на подтащенном к двери диване, кто-то выглядывал в коридор, в раскрытую дверь которого виднелись и остальные и-морги.

Выстрелов больше не слышно. Скорее всего, сюда согнали всех жильцов этой жилой части лайнера. Но как самих и-моргов оказалось столько на этом празднестве? Вряд ли хозяин лайнера пригласил этих... социопатов, как назвал их Монти, в таком количестве. Особенно, если они только-только приняты в Содружество. Впрочем, в политике Лора разбиралась плохо.

Она подняла глаза. Потолок привычно переливался звёздами и созвездиями, уходящими вдаль и вызывающими ощущение, что они и в самом деле видны, как через обычное окно. Хотя все прекрасно знали, что эти экраны - всего лишь имитация, а за стенами лайнера все очертания светил смазаны из-за скорости космического корабля... А если остальные и-морги прятались здесь всё время? Или они следовали за лайнером всё это время? Если они социопаты, они наверняка ещё и... как называют этих, которые думают, что весь мир против них? Ну - которые излишне подозрительные. И поэтому, будучи приглашёнными на корабль людей, они заранее устроили так, чтобы за лайнером летел их собственный корабль. Вот и объяснение, почему их так много.

Тупик. О чём думать дальше - Лора не знала, поэтому снова начала осматриваться, чтобы отвлечься от назойливых мыслей о погибшем Эмиле.

В самих апартаментах крики и рыдания утихли. Женщин оказалось много. Теперь они тихо плакали. Некоторые - потому что были испуганы. Некоторые - от боли.

Приглядевшись, Лора поняла, что ей повезло больше всех. Присевшая на ближайшем к ней диване рыженькая женщина машинально оттирала кровь, идущую из разбитого носа, дышала полуоткрытым ртом и со страхом смотрела на лежащую на полу девушку, которая, скорчившись, зажимала ладонью бок. Между её пальцами медленно текла кровь. Сама раненая быстро дышала и время от времени всхлипывала.

Первое, о чём подумала Лора, это гардеробная. Правда, та находилась далековато. Потом Лора огляделась. Зато в этой комнате напротив дивана, рядом с которым она сидела, есть декоративная решётка для вьющихся растений. Но кроме зелёных плетей вьюнка, на решётке сверху висят какие-то тряпки. Наверное, хозяйка этих апартаментов, поспешно переодеваясь ко второй части бала, бросила одежду на цветочную решётку. Чуть откинувшись в сторону, Лора заметила, что декоративная решётка стоит близко к стене, от которой на ней и вьются ползучие плети комнатного растения. Если интерьер этой комнаты такой же, как в её апартаментах, значит, у стены притаился фонтанчик для опрыскивания цветов.

Стараясь двигаться плавно, Лора поднялась с пола и медленно подошла к цветочной решётке. Она где-то читала, что двигаться медленно нужно, чтобы бандитская охрана не бросалась сразу, успокоившись при виде спокойного человека. Пересекла комнату и сняла с решётки топ и длинную юбку. На женщину, которая почему-то заинтересовалась тряпками, и-морги и правда не обращали внимания, глянув на неё раз. И она, отложив топ, разорвала по шву юбку на несколько лоскутов и два из них намочила в фонтанчике.

Иметь хорошую память неплохо. В одном из детективов угрюмый полицейский перевязывал рану, мысленно думая о том, как надо это делать.

Лора подошла к лежащей девушке и присела перед ней на корточки.

- Потерпи, пожалуйста, - прошептала она, положив себе на колени лоскуты.

Чтобы не испугать раненую, к которой почему-то никто не подошёл (может, её родных тоже убили, а остальные просто боятся подходить?), Лора осторожно погладила её по голове. Та с усилием открыла слезящиеся глаза и только прерывисто вздохнула. Лежала она на боку, поэтому, заранее содрогаясь от страха, как бы не причинить её боль, Лора расстегнула ей застёжки на спине. Платье стало свободней, и Лора осторожно приподняла ладонь незнакомки, а затем отлепила от раны край платья. В какой-то миг её затошнило при виде кровавого пятна, но Лора сглотнула и начала промокать рану мокрыми тряпками. "Только не сидеть! Пока охрана лайнера разберётся, что произошло, многое может случиться! Но я сложа ручки сидеть не собираюсь!"

- Вы умеете перевязывать? - спросили шёпотом прямо в ухо.

Лора покосилась. Рыженькая, с разбитым ртом, сидела на корточках рядом.

- Нет. Не умею. Но я читала, как это делается. Надо очистить рану, а потом перевязать так, чтобы кровь не проступала.

- Я тоже не умею. Но я могу помочь, если понадобится. Меня зовут Нея.

- Лора. Помочь? Знать бы, где в этих комнатах вино. А ещё лучше коньяк.

- Зачем?

- Им можно дезинфицировать раны.

- Кажется, бар в той комнате... - неуверенно сказала Нея. - Я могу спросить у хозяйки этих апартаментов. Она вон там сидит, плачет.

Странным вопросом о спиртном Нея, кажется, заставила плачущую женщину отвлечься от личных бед. Так что рану лежащей девушке удалось промыть, хоть раненая и ахала и шипела от жгучего спирта, которым её промокали. Затихала лишь тогда, когда взглядывала в глаза Лоры, которая про себя уговаривала её: "Успокойся, пожалуйста, успокойся!.." Объединив крохи знаний в медицине, три женщины пришли к выводу, что рана не опасная, и смогли заставить мужчин-заложников (последнее стало ясным сразу) перенести девушку на диван. После чего уже втроём начали потихоньку (Лора предупредила двигаться без резких жестов) обходить всех, кто ранен, и помогать с перевязкой. Слава космосу, что тяжёлых не оказалось. Видимо, и-морги либо напрямую убивали и оставляли трупы в коридоре, либо запугивали мирных гостей лайнера болезненными, но лёгкими ранами, а то и ушибами.

Оживились и мужчины-заложники, которые успокоились и начали потихоньку оглядываться. Но Лора точно могла бы сказать, что большинство из них не способно на активное действие. Слишком хорошо она знала породу эту беспечных, как и её муж, людей.

Когда все более-менее успокоились, Лора снова присела в облюбованном уголке и смогла продолжить своё мысленное расследование... Зачем? В любом детективе полицейские или сыщики в первую очередь искали мотив преступника. Зачем и-моргам нужно было вступать в прямой конфликт с Содружеством? Они же заставили всех ополчиться против себя? Неужели они не понимают, чем для них это грозит?

Хорошо. Можно принять во внимание, что и-морги обладают чуждой Содружеству логикой. Тогда вопрос в том, что заставило их, несмотря на опасность со стороны могущественного Содружества, действовать смертоносно, но самоубийственно? Если они социопаты, то они эгоцентристы. Значит, что-то личное. Но что?

Почему они убили Эмиля, но оставили Лору в живых? Хотя нет. Теперь, когда Лора успокоилась, она "взглянула" на убийство Эмиля под другим углом. Его не хотели убивать. Иначе убили бы выстрелом из огнестрельного или лучевого оружия. Его же ударили - и очень сильно. А второй удар отправил его на мраморную подставку для цветов. Это была нечаянная смерть... Лора удержала всхлип. Всё равно - убийцы.

Зачем же нужны и-моргам заложники?

Лора уже поняла, что все гости, проживающие в этом коридоре, - заложники. Но залогом чего они стали?.. Молодая женщина перестала дышать. "Уиверн - кто тебе?" - спросил один из и-моргов.

Монти сказал: и-моргам достаточно слабой причины, чтобы они развязали войну. Если им нужен представитель уивернского дипкорпуса - представитель тех, кто протестовал против их вступления в Содружества, значит, они ненавидят уивернов? Настолько, что готовы умереть, забирая с собой жизни первых попавшихся под руку, лишь бы убить одного-единственного уиверна?

Сколько вопросов... Но как и-морги собираются обменивать? Её, Лору, на Монти? Или всех заложников на Монти? Значит, они не убьют уиверна, пока не окажутся вне зоны действия объединённых войск Содружества. Если убьют - лишатся козыря, позволяющего им оставаться в живых... А захочет ли Монти стать жертвой и-моргов?

Лора окончательно запуталась и печально подумала, что её мозги больше тренированы на быстрое чтение детективов, нежели для детективных разгадок.

Задумавшаяся, она не сразу заметила, что в комнате вдруг стало тихо. Потом и она, измученная размышлениями и тревогами почуяла: что-то не то происходит рядом. Она подняла голову. В мёртвой тишине, среди застывших от страха людей прямо к ней - бесшумно по коврам - шёл один из и-моргов. До него оставалось шагов пять-шесть - и Лора поспешно встала. Она не собиралась стать жертвой, которую могут забить ногами (сердце тоскливо сжалось).

- Идти и молчать, - прогнусавил высоченный и-морг, нависший над молодой женщиной, жёстко взялся за её локоть и повёл за собой.

Перепуганная до готовности вот-вот свалиться в обморок, Лора послушно вышла из комнаты в коридор, где тела убитых оказались оттащенными к стенам. Ещё бы ей не быть послушной, если жёсткие, словно деревянные, пальцы и-морга вцепились в её болезненно занывший локоть мёртвой хваткой.

Стараясь не глядеть на мертвецов, похожих в своих нарядных одеждах на небрежно брошенных кукол, стараясь не думать о брошенном в апартаментах теле Эмиля, Лора с безразличным от напряжения лицом смотрела в конец коридора - с выходом на лестницы к бальному залу.

Внезапно боль от цепких пальцев и-морга стала резче. Лора от неожиданности вскрикнула и остановилась. Оказывается, именно этого хотел от неё и-морг. Остановились они в таком месте, где мёртвых тел оказалось больше всего. Навстречу им поспешили ещё два и-морга. Не успела Лора опомниться, как оба очутились рядом, быстро нагнулись к мертвецам, а когда разогнулись... Движения их были такими быстрыми, что молодая женщина сразу не поняла, что именно они делают. Только от неожиданности отшатнулась было, когда они подняли руки к ней.

- Стоять. Молчать, - последовал гнусавый приказ.

Два и-морга, обмакнув ладони в кровь с погибших, вымазали в их крови уже дрожащую от ужаса Лору: левая половина её лица оказалась настолько мокрой, что на подбородке скопилась тяжёлая капля. Она была страшно раздражающей, и Лоре захотелось брезгливо мотнуть головой - стряхнуть кровь. Но страшный приказ всё ещё звучал в её памяти: "Стоять. Молчать". Она стиснула челюсти - и стояла молча, молясь лишь, чтобы её дрожь не заставила их сделать нечто ещё более страшное.

Они обляпали чужой кровью не только её лицо, но и домашний костюм и отступили, словно любуясь произведением искусства, а потом ушли. А и-морг, крепко державший Лору, подтолкнул её и повёл дальше. Придя в себя от страшного действа лишь через несколько шагов, она прекрасно поняла происходящее: и-морги решили нарисовать картинку пожалостливей. И более жестокой.

Хоть на что-то отвлечься, но только бы не думать о том, куда её ведут и зачем! Только бы не чувствовать на лице влажного холода чужой крови! Холода, от которого, казалось, кожа на лице сама подёргивается в нервном тике...

И она смотрела на сидевших между трупами и-моргов в их однотипно чёрных одеждах, пытаясь сосчитать их. Впрочем, они не только сидели, а как-то деловито копошились: то переворачивали трупы, то обхлопывали их. Сначала Лора ничего не понимала: ищут живых? Потом уловила глазом - не больно-то посмотришь, пока быстро ведут мимо: они обыскивают мертвецов, снимая с них драгоценности! А потом, после нескольких шагов, упёрлась взглядом в одного из сидящих на коленях, довольно разглядывающего в полутёмном коридоре горстку украшений на своей ладони. От неожиданности Лора взглянула ему в лицо. Она прошла ещё несколько шагов, прежде чем до неё дошло, кого именно она видит. Изумлённая, она даже забылась и попыталась обернуться, но железные пальцы её сопровождающего впились в локоть так, что она застонала от резкой боли и покорно поспешила далее.

Это не и-морги! Это люди!

Но что же получается? И-моргов всего трое? Но почему эти люди в чёрных одеждах? Почему они повернули оружие против своей расы?

Но тут стало не до размышлений. Её подвели к проёму коридора, возле которого стояла целая толпа, как Лоре со страху показалось, и остановили.

Да, толпа, которая негромко переговаривалась и сразу замолчала при виде молодой женщины, которую и-морг выставил вперёд, словно защищаясь ею.

Шагах в десяти от проёма стоял капитан пассажирского лайнера (Лора узнала его), чуть за ним - бывшие на трёхсуточном балу официальные лица от Совета Содружества, кто-то ещё из шишек. Всего Лора насчитала человек двенадцать, причём за спинами всех в последнем ряду стоял Эрик. Скромно так, не выделяясь. Он - и среди шишек?..

Началась нудная торговля на общефедеративном. Демонстрируя окровавленную Лору, самоуверенный и-морг напрямую заявил, чего он желает. Как и угадала Лора - единственного на лайнере уиверна.

Пока представители человеческой расы старались сами раскрутить ситуацию, взывая к здравому смыслу и-моргов, Лора горестно смотрела на всех на них. Вскоре она поняла, что ничего не произойдёт волшебного и она останется во власти и-моргов. Её взгляд печально скользнул по разгорячённым лицам людей, впервые нарвавшихся на конфликт с и-моргами. И замер.

Издалека тёмные, глаза Эрика неотрывно смотрели на неё.

Едва он понял, что она глядит только на него, он медленно поднял руку и провёл ладонью по волосам, а потом опустил пальцы, слегка задержав их у своего тяжёлого рта. Кто-кто, а уж Лора точно машинально проследила за движением его руки.

Тяжёлые губы выразительно шевельнулись.

"Лора, ты сильно ранена?"

"Нет. Ран - нет", - ответила она беззвучно, одними губами.

Один из горячо убеждавших и-морга людей запнулся, заметив, что пленница что-то говорит. Потом заметили другие. Чуть не выдали. Но среди этой начальственной толпы оказались люди поумней и поопытней. Они сразу смекнули, что пленница общается с кем-то из их компании, и с и-моргом заговорили наперебой, отвлекая внимание от Лоры.

"Чего хотят и-морги?"

"Обмен. Монти. Уиверн", - стараясь говорить короче и информативней, ответила она, тоже выразительно шевеля губами, потому что помнила, что кровь на ней попала и на рот, а значит - возможно, движение губ не очень отчётливо.

"Понял. Эта кровь на тебе..." - Он поднял брови.

"Других убитых. Они убили моего мужа", - добавила она.

Он едва заметно, но высокомерно вскинул голову.

"Я тебя вытащу. Ничего не бойся".

"И-морги. Монти знает о них всё".

"Я поговорю с ним".

"Здесь ещё бандиты..."

Эрик снова слегка поднял брови. Озадачен. Наверное, сейчас он спросит, какие именно бандиты. Не успел.

Кажется, и-морга, сторожившего Лору, взбесили люди, накинувшиеся на него с уговорами. Он резко рванул женщину назад, отчего она, вскрикнув от неожиданности, чуть не упала, развернул её и, жёстко дёргая её локоть, заставил идти назад. И только раз обернулся к толпе у проёма и повелительно выкрикнул что-то - на каком языке, Лора не поняла. Остальные, в чёрных одеждах, мгновенно встали у проёма из коридора.

На обратном пути Лора попыталась заглянуть в свои апартаменты - а вдруг увидит Эмиля? И-морг вёл её на этот раз так, что она поневоле видела именно эту сторону коридора. Но дверь была лишь едва открыта, и, кроме темноты, Лора не заметила ничего.

Вернувшись в апартаменты, Лора уже у порога испугалась, когда люди ахнули, с ужасом глядя на неё. Ничего не понимая, она напряжённо прошла в свой уголок. Выждав, когда из комнаты выйдет и-морг, к ней подошла Нея.

- Что случилось?! - страшным шёпотом спросила она, жалостливо морща лицо. - Тебя избивали, да?

- Нет. Просто обмазали кровью, - после недолгого молчания, пока старалась сообразить, что имеет в виду подруга по несчастью, сказала Лора. - Сейчас схожу к фонтанчику - умоюсь. И всё будет в порядке.

- Лора, а кто это - такие одинаковые? - спросила Нея. - Как тот, что уводил тебя?

- Это и-морги. Их недавно приняли в Содружество.

Нея пошла вместе с Лорой, правильно рассудив, что та не все пятна увидит, а заодно по дороге объяснила всем, что Лору не били. Напряжение в комнате спало. Только после того, как вся кровь на лице Лоры была отмыта, Нея успокоилась, потому что, как поняла Лора, девушка сначала не поверила, что женщину не тронули. И уже потом, когда обе присели в уголке Лоры, рыжеволосая девушка шёпотом рассказала, что мужчины хотят попробовать прорваться мимо и-моргов в коридор. Лора внимательно выслушала и покачала головой.

- Надо бы всем сказать, что в коридоре сидят бандиты.

- Как это? Напугать, чтобы не выходили?

- Нет. Там в самом деле сидят люди в одежде и-моргов. - Лора заглянула в недоумённые глаза Неи и добавила: - Они грабят трупы, снимая с них украшения.

Последнее рыженькую потрясло и заставило поверить Лоре. А та договорила:

- Надо потихоньку сказать мужчинам, чтобы не выходили. Слушай, Нея. Меня выводили, чтобы показать, в каком положении мы тут. И-морги хотят выменять нас на кого-то. Так что капитан и другие знают, что происходит. И собираются нас выручать. Пусть мужчины ничего не делают. Иначе - умрут. Эти и-морги - они психопаты.

Они передали по цепочке вести, и Лора с грустью проследила, как мужчины с видимым облегчением обмякли, отказавшись от мысли сбежать. Кажется, здесь, на лайнере собрались представители сильной половины человечества, которые в процессе приобщения к богатству слишком разнежились, - с грустной усмешкой подумала Лора.

Потом она немного задремала, а проснулась от смущения, почувствовав даже во сне, как сердито забурчал голодный желудок. Но рядом никого не оказалось. Да и голодной была не только она. Хозяйка апартаментов неподалёку сокрушалась, что не сообразила устроить здесь ужин на двоих. Лора снова грустно улыбнулась.

Из коридора послышался странный шум, и в комнате все тревожно примолкли.

Шум приближался. Беспокойно прислушиваясь, Лора услышала знакомый гнусавый голос одного из и-моргов. На этот раз в голосе звучало чуть не кровожадное торжество. Голоса приблизились - и на пороге появилась целая толпа, во главе которой высилась знакомая Лоре фигура.

Его сильно ударили в спину, и Монти по инерции сделал несколько шагов в комнату. Остановился. Довольно низкорослые и-морги торжествующе что-то прогнусили, обходя его, высокого и широкоплечего, со всех сторон (как ликующие дворняжки вокруг пойманного породистого пса - с беспокойством подумала Лора) и пропали в коридоре. Зато в дверном проёме остались два человека.

Люди в комнате почти не дышали.

Лора, присматриваясь к уиверну, встала.

Монти держался очень неуверенно. Ничего удивительного - на глазах была кожаная повязка. Причём пришпиленная очень плотно и явно нарочито небрежно: его великолепные волосы, за которыми он ухаживал, иначе бы они не были такими волнистыми, вокруг повязки смялись и торчали во все стороны, наполовину оставшись в повязке. Он слегка морщился, потому что, натянутые, волосы или рвались, или стягивали кожу. Рот разбит в кровь - и, кажется, только что: весь подбородок измазан кровью. Монти был всё в том же, ослепительно когда-то белом костюме, сейчас тоже мятом и грязном. Руки - за спиной.

- Монти-и... - тихо позвала Лора, очутившись рядом с ним.

Рот уиверна неохотно дрогнул в усмешке.

- Лора?

Не отвечая, она обошла его и обнаружила его руки скованными за спиной. Нет, кроме книг, она, конечно, насмотрелась и множества фильмов. Но сейчас стояла в растерянности и полном недоумении: она ожидала, что руки Монти будут в наручниках или что они будут связанными. Но такое?.. Почему? Каждая кисть уиверна буквально втиснута в металлические пластины, больше похожие на закрытые плоские коробки.

4

Совершенно растерянная, Лора прошептала:

- Что я могу сделать? Хочешь - сядем где-нибудь?

- Неплохо бы, - негромко ответил он.

Она взялась за его плечо и за локоть и, осторожно направляя, повела Монти к дивану, на котором недавно сидела Нея. Он шёл уверенно, зато Лора себя чувствовала так, словно идёт почти на цыпочках и не по твёрдому полу, на котором лишь ковёр смягчает её шаг, а по тонкому стеклу, которое вот-вот предательски хрустнет под её ногами - и она провалится. В пропасть. А внутри горело сумасшедшее желание обнять Монти, вцепиться в него, потому что среди всех остальных в этих апартаментах, несмотря на своё шаткое положение заложника и даже пленника, он производил впечатление очень спокойного.

Остановились. Лора беспомощно взглянула на Монти. Он ведь в металлических штуках на руках, заведённых за спину. Они не дадут ему нормально сидеть на диване! Вконец дезориентированная, что делать дальше, она огляделась.

- Что случилось? Почему мы не садимся? - спросил Монти.

- Вот, - тихо сказал один из мужчин, украдкой оглядываясь на двери, где всё ещё стояли вооружённые люди, то и дело посматривавшие в комнаты, и поставил рядом с диваном стул. - На стул он сможет сесть.

Монти снова мельком улыбнулся, прислушиваясь. Лора ему объяснила, что произошло, и он, кивнув и сделав шаг в нужную сторону, сел сам. Лора же примостилась на самом краешке дивана, рядом с ним.

Почему и-морги завязали ему глаза? Они боятся, что Монти что-то увидит? Или запомнит расположение этих апартаментов в нужной части коридора? Глупо. Это можно запомнить и считая шаги. Монти умный - так и сделал бы.

И... Отпустят ли теперь и-морги её?

А ещё... Как теперь она сможет уйти, если здесь Монти?

Он сидел спокойно, слегка напряжённо, будто вслушиваясь в тихий шёпот, доносящийся со всех сторон. Слушать, наверное, тяжело: повязка закрыла ему и уши. Лора поднялась и, шепнув Монти: "Я сейчас вернусь!", подошла к фонтанчику намочить ещё одну тряпку из тех, что хозяйка уже сама рвала из своей одежды для перевязочного материала: слишком много оказалось тех, кому нужна была хотя бы такая помощь. Сначала женщины хотели прочистить пострадавшим раны косметическими средствами для снятия макияжа, которых здесь было довольно. Знали, что многие из средств на спирту, но, посовещавшись, решили, что там же слишком много парфюма, и неизвестно ещё, как он подействует. Поэтому и решились рвать лоскуты, чтобы раны промывать только водой, а потом уже протирать только настоящим спиртом - коньяком.

Возвращаясь, Лора увидела: уиверн всё ещё сидит на стуле, но развернувшись в её сторону и высоко подняв голову - явно прислушивается изо всех сил. Едва приблизилась, как он тревожно выдохнул:

- Ты куда-то отходила?

- У тебя кровь на лице. Надо стереть. Я намочила тряпку, чтобы легче было.

Она снова села перед ним на диване и принялась осторожно снимать мокрым лоскутом кровь с его подбородка, то и дело промакивая край рта, который, показалось сначала, распух от удара. Но когда кровь исчезла, опухлости Лора не заметила. Пролетел один момент, когда она подумала, что прикосновение к его разбитому рту - это очень интимный жест, и уж потом подумалось, что в такой обстановке любой интимный жест становится лишь жестом милосердия... Только для кого - спросила она себя. Кажется, для неё самой. Надо обязательно что-то делать, а то внутренняя зажатость может прорваться чем-то ужасным... Так, ухаживая за пленником, Лора и смогла начать тихий разговор.

- Монти, а что дальше? И-морги заберут тебя и улетят? Как же ты?..

- Пока ничего не известно. И-морги отличаются психопатичной импульсивностью. Не удивлюсь, если они захотят прихватить с собой пару-тройку человек. Для собственной безопасности. Им это присуще - внезапные решения.

- Они убили Эмиля, - тихо сказала Лора.

- Знаю.

Тряпка в её руках остановилась. Молодая женщина внимательно посмотрела на уиверна и нерешительно спросила:

- Ты разговаривал с Эриком?

- Да.

Она высушила его кожу другим лоскутом и унесла лишние тряпки к фонтанчику. Когда вернулась, Монти спросил:

- Лора, случайно, не знаешь, есть ли здесь у кого-нибудь вирты?

- Я свой оставила в своих комнатах. Вряд ли у кого они здесь есть. Разве только у Милли - у хозяйки этих апартаментов.

- Буду иметь в виду, - пробормотал уиверн.

- Монти... - Она помялась, но любопытство оказалось сильней. - Почему и-морги тебе завязали глаза? И руки закрутили так странно?

Он снова улыбнулся.

- Ты много чего читаешь и знаешь. Я думал - ты поняла.

- Нет. Не поняла.

- Уиверны - частичные метаморфы. Если я буду драться - могу пустить в ход данное мне природой оружие. Поэтому мне сковали руки. А глаза... Принадлежа к уивернам верхнего круга, я умею использовать взгляд, чтобы подчинить живое существо, если оно обладает мало-мальским разумом. Проблема только в том, что я могу проделать это только с одним существом, но не с группой.

- Значит, и-морги знают об этом?

- Знают, - он тихонько улыбнулся. - В далёкой древности, во времена рабовладельческого строя на Уиверне, рабов в большинстве своём мы брали с И-морга. Они воинственны, но очень восприимчивы к нашему взгляду. - Кривоватая ухмылка появилась на его губах. - Из них получались самые послушные рабы.

- Так, значит, всё это произошло... - Лоре не хватило дыхания, когда она поняла, по какой причине страдают все собранные здесь люди, почему погиб её муж.

Монти отвернулся.

- Мне... очень жаль, Лора.

Неизвестно, сколько времени понадобилось бы молодой женщине, для того чтобы понимание переросло в ненависть к уиверну. Только внезапно в соседней комнате раздался безумный вопль. Лору как подбросило на диване. Трудно было сказать, кто кричит - мужчина или женщина. Повскакивали все. И все с ужасом, не решаясь подойти и узнать, смотрели в сторону комнаты, в которой так и не прекращался дикий, надрывный крик. Лора мельком бросила взгляд на Монти. Тот сидел, вытянувшись. Теперь-то он не ухмылялся, а мучительно кривился. От незнания, от бессилия. Мельком же прошло понимание, что Монти, не будь он в таком положении, первым бы кинулся помочь.

Лора выдохнула - он услышал, повернул к ней голову.

- Я - сейчас! - бросила она и побежала в комнату.

Двое вооружённых людей у порога апартаментов насупились, но не входили.

Она почувствовала их взгляды, проследившие, как она выбегает из одной комнаты в другую. Ворвавшись в нужное помещение, Лора увидела, как хозяйка апартаментов катается по полу с тем же звериным воплем, бьётся головой... А вокруг всеобщая растерянность... Нет, не только растерянность. Две женщины, глядя на хозяйку, уже в голос плачут, а третья стоит, прижав ко рту ладони, - и слёзы блестят смазанными дорожками по её лицу. Мужчины стоят ошеломлённые и не двигаются.

Как будто подвижная картинка из книги, которую кто-то вытащил из склада её воспоминаний. Деревянным шагом Лора подошла к хозяйке апартаментов и, нагнувшись над нею, грубо ухватила её за блузку на груди, а когда та, всё ещё воя, приподняла голову, с силой ударила её по щеке.

Ладонь обожгло. Лора не поверила глазам, но бьющееся на полу тело резко опало. Значит, в книгах пишут правильно? Женщина затихла, будто захлебнувшись криком, и безумными глазами взглянула на Лору. А та, всмотревшись в её постепенно яснеющие глаза, встала рядом на колени и обняла её.

- Успокойся. Всё будет хорошо. Успокойся, Милли, успокойся...

Это было страшно: обнимать её - и думать, что она неожиданно может начать драться. Это было очень страшно. Но безвольное тело в руках ожило - и Милли сама прильнула к Лоре. Шёпотом прямо в ухо хозяйка апартаментов зашептала:

- Что со мной? Что со мной было, Лора?

- Ничего, ничего. Это называется истерика. Ты слишком долго сдерживала свои чувства, - сама с трудом дыша, чтобы не заплакать, объяснила Лора. - Это даже хорошо, что ты закричала. Выпустила негатив. Но долго кричать - нельзя. Извини, что мне пришлось тебя ударить.

Но Милли только крепче прижалась к ней. Отсидевшись на полу, обе тяжело поднялись, и Лора помогла Милли дойти до дивана. Оглянулась - к дивану нерешительно подошёл высокий мужчина в белой рубахе навыпуск, хоть и во фрачных брюках. Забылся, скорее всего. Да и не до этикета сейчас... Он присел рядом с Милли, и она сразу уткнулась в его грудь.

Лора медленно вышла из комнаты. Подошла к порогу "своей", где все с тревогой смотрели на неё. Только Монти сидел, слегка отвернувшись к стене и наклонив голову.

Она быстро подошла к нему. Встала перед ним. Он не виноват. Уиверны были правы, требуя не пускать и-моргов в Содружество. Что с ним-то ещё будет... Что его ожидает, когда он останется наедине с и-моргами, - если она правильно поняла, почему и-морги затребовали его и почему наплевали даже на собственную безопасность, когда решились на беспрецедентное в истории Содружества преступление против представителей двух рас.

- Монти, ещё несколько минут - и я сама начну кричать. Там Милли... С ней истерика. Я ударила её, чтобы она замолчала.... Я... с трудом сдерживаюсь, я боюсь, что закричу сама. Я ударила... Ударила...

- Ты правильно сделала. Ещё в таких ситуациях помогает холодная вода. Запомни на всякий случай.

- Я помню... Монти... Что тебе сказал Эрик?

Не дожидаясь ответа, она села у его ног и обняла его за одно колено. Сейчас ей стало всё равно, что скажут люди в этой комнате. Сейчас ей это было жизненно необходимо - держаться хоть так за кого-то сильного.

- Почему ты решила, что Эрик мне что-то сказал? - прошептал Монти.

- Ты слишком быстро пришёл. Значит, Эрик думает, как спасти меня. Всех. И он думает очень... хорошо... - Она запнулась, не зная, какое слово подобрать. - Он настолько хорошо думает, что сумел убедить тебя. Что придумал Эрик? Что надо сделать из того, что он задумал? Ты не объясняй. Ты только скажи. Ведь он не просто попросил тебя прийти сюда на требования и-моргов? Он же что-то придумал?

Монти просидел с минуту, прежде чем решился.

- Надо, чтобы кто-нибудь, кроме тебя, подошёл к двери и попросил поесть.

- Почему - кроме меня? Остальные могут испугаться.

- Ты уже выходила. Пусть и под конвоем. Ты должна быть испугана. Нельзя, чтобы и-морги на тебя косились с подозрением. Ты кое-кого знаешь здесь. Кто-нибудь из женщин сможет попросить, чтобы сюда принесли еды?

- Почему ты сказал об этом только сейчас?

- И-морги могут догадаться. Только я зашёл - и кто-то подходит к ним с просьбой.

- Попробую попросить Нею, - сказала Лора и щекой прижалась к ноге Монти. - Только подожди. Не сразу. У меня до сих пор руки трясутся.

- Подожду, - снова тихо ответил он.

Она чувствовала тепло, даже через ткань шедшее от него, и одновременно снова почувствовала свою горячую ладонь, которой она ударила Милли. Стыда не ощущала. Да, она ударила, потому что вовремя вспомнила, как называется это странное поведение Милли, которое в детективах описывается довольно точно. И давали пощёчины герои книг. Значит, она правильно сделала. И Монти так говорит.

Ещё раз вздохнув, Лора осмотрела помещение. Сначала она хотела подойти к кому-нибудь из мужчин. Но сообразила: для тех, кто охраняет заложников, мужчины, даже такие слабые и беспомощные, покажутся подозрительными и опасными. Значит, надо послать к ним женщин - и лучше тех, кто выглядит пожалостливей. Она выбрала Нею. Может, послать её, но с кем-то ещё?

Она снова обвела комнату испытующим взглядом. Да. Именно Нея. Она недавно плакала, негромко, но до сих пор всхлипывает, хоть и старается делать это тихонько. Косметика сошла, слегка размазавшись, глаза у неё красные, да и носом шмыгает часто. Выглядит жалостливо.

Опираясь на колено Монти, Лора встала. Отходить от уиверна не хотелось. После истерики Милли, несмотря на своё беспомощное положение, Монти всё равно казался полыхающим силой и уверенностью... Она положила руку на его плечо.

- Что, Лора?

- Мне страшно. Я боюсь подходить к кому-то и просить подойти к охране. А вдруг этого человека убьют?

Он наклонил голову и поднял своё плечо так, чтобы коснуться щекой её ладони.

- Нам повезло. Кроме и-моргов, в коридоре есть люди. По своим характеристикам они близки к социопатам, поэтому и-морги смогли нанять их. Но даже у этих людей есть внутренние тормоза, которые останавливают на грани перед недозволенным. Хочешь знать, что это за люди? Эрик уже собрал о них информацию.

- Хочу.

- Этот лайнер - прогулочный. Но тем не менее - пассажирский. И-морги нашли на нижней палубе человек двадцать, которым неплохо заплатили. Отбросы, бывающие на свободе от случая к случаю. Но даже они уровнем сознания и крепостью психики выше, чем и-морги. И, если к ним подойдут с естественной жалобой на голод, они поймут.

- Спасибо, Монти.

Она подошла к Нее с твёрдым намерением сразу попросить её о деле. Но при виде подходящей к ней Лоры рыженькая девушка сама порывисто шагнула к ней, быстро схватила её за руки и чуть не с новыми слезами сказала:

- С тобой так спокойно! Не уходи, пожалуйста. Побудь со мной хоть немного.

Лора молча отвела её к дивану, место на котором Нея уступила, едва Лоре пришлось сидеть рядом с Монти. Лора представила Нее уиверна, который кивнул им, а потом они сели, держась за руки, и некоторое время молча смотрели на людей, потерянно бродящих по комнате.

- Есть хочется, - обронила Лора, не глядя на Нею.

- Мне тоже, - призналась рыженькая.

- Если бы меня не выводили, я бы попробовала попросить, чтобы они накормили нас. А меня они запомнили... Эх... - почти угрюмо вздохнула Лора.

- А откуда им еду взять?

- Они для нас могут потребовать у капитана.

- Ты видела капитана?

- Да. Этим и-моргам нужен был Монти, - объяснила Лора. - Чтобы его схватить, они вывели меня к капитану и другим главным на корабле. И-морги думали, что Монти в меня влюблён, и хотели обменять меня на него. Но пока чего-то ждут. Вот я и подумала, что они могли бы потребовать для своих пленных (она не стала упоминать слово "заложники") еды. Мне кажется, эти люди и сами поесть не прочь.

- Наверное, ты права. Давай, я попробую к ним подойти?

- Не знаю, - с сомнением сказала Лора. - Нея, а ты подойди к ним с кем-нибудь. Тогда я не буду волноваться. Да и тебе легче будет. С кем можно поговорить об этом?

- Я знаю одну девушку, - оживилась Нея. - По-моему, она не побоится.

Слёзы Неи сразу высохли, а Лора с горечью подумала, что конкретное задание сразу успокаивает даже нюнь. Рыженькая между тем быстро встала и подошла к черноволосой девушке, стоящей у фонтанчика. Пока они разговаривали, Лора обернулась к уиверну, который слышал весь разговор:

- Это нормально? Думать про себя, что легче самой что-то сделать, чем посылать кого-то вместо себя?

- Нормально. У тебя младшие сёстры или братья есть?

- Есть. Две сестры.

- Ты часто возилась с ними?

- Да.

- Это из детства: легче сделать самой. Потому что ты в себе уверена, а в младших сомневаешься. Эта Нея... Ты видишь её слабой, младше себя. Она плакала?

- Да.

Они немного помолчали, а потом Лора для уиверна стала тихонько рассказывать:

- Нея и та девушка пошли к дверям. Остановились. Два охранника слушают их. Один кивнул и ушёл. Второй что-то им сказал, и они возвращаются к фонтанчику.

- Они молодцы, - задумчиво сказал Монти. - Пошли не к нам.

- Монти, - нерешительно сказала Лора. - А давай попробуем снять тебе повязку? Мы её таким образом потом натянем, что они будут думать, что у тебя глаза до сих пор завязаны. Что думаешь?

- Не получится. Там и-моргские узлы. А они - это целое искусство плетения. Их надо уметь расплетать. Я бы сам, но... Начать надо с наручников на моих руках. Но снять эти наручники вряд ли получится.

- Не получится, так не получится, - пробормотала Лора. - Ты не дёргайся. Я тебе попробую сейчас из-под повязки вытащить волосы. Я знаю, что легко не вытащу. Но буду стараться. Обещаю.

Вытащить волосы из-под повязки не удалось. Кожаная же. Удалось лишь слегка ослабить натяжение попавших под неё волос. И то уиверн вздохнул спокойней.

Потом они посидели, Монти - напряжённо вслушиваясь, а Лора - глядя. Постепенно она запоминала людей в "своей" комнате. И теперь вернулась к конкретике. В этой комнате двенадцать человек. Мужчин меньше, чем женщин. И, наверное, это оттого, что женщины чаще бывают в своих апартаментах, чтобы поправить косметику и прихорошиться, убрать следы усталости, взбодриться... Она бы долго размышляла обо всём, что не касалось их нынешнего положения, почти засыпая от усталости и нервного потрясения, но в коридоре раздался необычный шум и даже крики.

Лора встрепенулась. Как и Монти, который повернулся к дверям боком. Впрочем, встревожились не только они двое. Мужчины и женщины, сначала обернувшиеся к дверям с вопросительным выражением, почти одинаковым на всех лицах, после первых секунд вслушивания в шум (к дверям не подходили: охранники никуда не делись), кажется, инстинктивно отошли подальше, к стенам комнаты.

Один из охранников, глядевший в коридор, обернулся и весело сказал в комнату:

- Пожрать привезли, господа!

А потом вместе с напарником посторонился, и в апартаменты, задом и с трудом переволакивая тяжёлые тележки со съестным, вошли трое: парень и две девушки. Все трое - в привычной форме обслуги лайнера: синий брючный костюм, одинаковые ботинки и сине-белые береты на головах.

Втащив свои тележки в апартаменты, они быстро огляделись. Столов в апартаментах нет. Но ребята быстро сообразили: на все три комнаты они разделились - причём парень подбородком указал девушкам, кто куда идёт. А потом оставшаяся в комнате Лоры девушка споро принялась за работу. К ней не успели подойти первые оголодавшие, как она ловко и быстро наполнила одноразовую посуду, кажется, гарниром, после чего дополнила основное блюдо сверху чуть не композицией из кусочков, выглядевших достаточно аппетитно, и тут же быстро обошла всех присутствующих, раздавая глубокие тарелки с ложками.

Лора, боявшаяся столпотворения, с облегчением вздохнула. Она даже не тронулась с места, терпеливо выжидая, пока девушка обнесёт для начала всех тех, кто невольно выдал своё нетерпение. Одновременно Лора почти шёпотом рассказывала Монти, что именно происходит в апартаментах. Вскоре девушка-раздатчица добралась и до них. Выдав каждому тарелку (тарелку Монти, естественно, забрала Лора), девушка быстро отошла к своей тележке и снова начала готовить - уже высокие стаканчики, видимо, с десертом. Один из охранников подошёл к ней, и девушка без споров и пререканий вручила ему две быстро наполненные тарелки. Тот довольно хмыкнул и ушёл к своему посту - поделиться с напарником. А девушка продолжила готовить десерт. Одновременно она шустро поглядывала вокруг, поэтому и сразу, прихватив поднос, быстро собрала у едоков опустевшую посуду. К ней теперь вообще не подходили, сообразив, что она сама будет всех обходить, и терпеливо дожидаясь её.

Лора украдкой оглядела находящихся здесь. Утолившие голод, люди уже не выглядели потерявшимися. Они внешне приободрились и даже успокоились. А посматривая на высокие стаканы в руках раздатчицы, даже начинали робко улыбаться.

Если Эрик придумал, каким образом успокоить перепуганных людей, он сделал это гениально. Лора была очень благодарна ему.

Из другой комнаты вышел парень. Ищущим взглядом он окинул комнату, увидел девушку-раздатчицу, быстро подошёл к ней.

- У меня не хватает тарелок для второго.

- Возьми. - Девушка отодвинулась от своей тележки - и парень присел на корточки, вынимая с нижней полки тележки кучу тарелок.

Заглянувший в комнату охранник не выходил до тех пор, пока парень не поднялся, с трудом удерживая в руках одноразовую посуду. Девушка принялась помогать ему - слишком неудобно взял, и охранник снова вышел в коридор.

- Лора...

Она вздрогнула от шёпота, недоумённо подняла глаза.

Парень-раздатчик быстро глянул на неё и - быстро улыбнулся, уже глядя в пол.

Её сердце зашлось от радости и от страха: этот забавный, слегка крысиный оскал ни с чем не перепутаешь! Дэниел! Но почему он здесь - вместо обычной обслуги?

5

Поразительно... Она бы в жизни его не узнала! Ведь общались недолго, да и он тогда был с длинными тёмными волосами, которые сейчас заправлены под нелепую шапочку-берет обслуги с лайнера и которые скрывали половину лица. Если бы он не улыбнулся... Пока она растерянно хлопала глазами, Дэниел прижал к себе набранную посуду и, всё так же не поднимая глаз, быстро ушёл в другую комнату апартаментов.

- Этот шёпот, - тихо сказал Монти. - Что это было?

- Или ты говоришь, что придумал Эрик, или я промолчу, что это был за шёпот, - негромко пригрозила Лора.

Он замер, словно прислушиваясь - и словно тем самым мог определить, правду ли она говорит. А ей мгновенно стало стыдно: она требует шантажом у существа, которое абсолютно беспомощно, выдать ей то, что уиверн предпочёл бы утаить от неё - может, даже в целях безопасности, как это называется в книгах. Он даже плечи расслабить не мог, так жёстко ему сковали руки. Спина, наверное, болит от постоянного напряжения. Ему плохо, а она, Лора, ему ещё и грозит. Да, стыдно.

Она поспешно отложила тарелки, с которых кормила его, на диван, рядом с собой, и только обернулась сказать ему, что именно он услышал, как одновременно с нею Монти начал было говорить. И запнулся, услышав её голос.

- Сначала я, - сердитым шёпотом сказала Лора. - Я уже говорила, что нам принесли еду. И только что тебя кормила. Теперь выяснилось, что среди троих пришедших с кухни лайнера один - из людей Эрика. Вот.

- Только один? - чуть улыбнулся уиверн. - Он сказал - будут все его люди.

От неожиданности Лора изумлённо уставилась на девушку-раздатчицу. Та быстро взглянула на молодую женщину и отвернулась. Опомнившись, Лора виновато опустила глаза: так можно и заговорщиков выдать!

- Они принесли что-нибудь из питья? - спросил Монти.

При взгляде на его обескровленные губы Лора вздохнула. Даже после мягкого и сочного пюре сухие. Порезы на них чётко виднелись чёрными ниточками, подсохшими, отчего уиверну говорить было трудно: от движения ниточки рвались и сразу наполнялись кровью. Говорят, у уивернов высокая регенерация тканей. Судя по тому, как пропал кровоподтёк, как не опух уголок рта, куда его ударили, это правда. Но ведь, помнится, уходят на это внутренние силы. Поэтому Монти просит питья?

Как будто услышав просьбу уиверна, к ним подошла худенькая девушка-раздатчица, с высоким стаканом в руках. Она встала сбоку и оглянулась на дверь, после чего прошептала Лоре:

- Можно, я сяду на ваше место?

Лора тут же поднялась. Мнимая раздатчица присела на диван. Таким образом её скрыло от входной двери, у которой, прислонившись к притолоке и глядя в коридор, болтал с кем-то один из охранников, видимый из комнаты. Интуитивно Лора шагнула совсем закрыть девушку от глаз охранника, если ему вдруг взбредёт в голову обернуться. Быстрая понимающая улыбка в благодарность - и девушка склонилась над руками Монти, который после её вопроса немедленно повернулся к ней спиной. Теперь-то стало ясно, что девушка не просто худенькая, а довольно тренированная - так напряглись мышцы на руках, когда она протянула их к кандалам уиверна.

- Не шевелитесь.

Сделав вид, что беседует с раздатчицей, Лора, затаив дыхание, следила за лёгкими движениями девушки, которая ощупывала длинными пальцами странные кандалы уиверна. Наконец та кивнула - явно себе, словно что-то поняла, и вернулась к тележке. Лора снова села, пытаясь понять, что именно делала девушка.

- Монти, почему она не сняла с твоих рук эти штуки?

- У неё другое задание.

Вспомнив быстрые движения ловких рук девушки, Лора озадаченно приподняла брови: "раздатчица" - специалист по наручникам разного типа? Но почему она тогда не отомкнула их? Нельзя вытаскивать нужные инструменты для этого? Или пока нельзя?

Снова появился Дэниел. Демонстративной причиной его появления послужила теперь якобы лишняя посуда. Он подошёл к раздаточной тележке, возле которой стояла девушка, оглядываясь, все ли получили десерт. Здесь он присел, не спеша засовывая лишнее на нижнюю полку. Не глядя на него, девушка быстро что-то проговорила. Выпрямившись, Дэниел взял высокие стаканы и подошёл к дивану, где разместилась Лора и - Монти рядом. Парень снова вручил Лоре стаканы - и чуть шевельнул бровями, показывая на диван. Без лишней суеты Лора встала. И исподлобья огляделась.

Охранник, который проследил за движением Дэниела со стаканом десерта к дивану, снова отвернулся в коридор, беспечно болтая с кем-то невидимым из комнаты.

Остальные в комнате не обращали внимания на обслугу. Разве что Нея, стоявшая неподалёку, удивлённо взглянула на Дэниела: здесь ведь уже есть девушка-раздатчица! - но снова принялась тихо говорить со своей знакомой. Все заложники крепко держали в руках стаканы с новой порцией десерта. Девушка-раздатчица заранее предупредила, что, возможно, в следующий раз их, людей с кухни лайнера, могут не впустить сюда. Поэтому некоторые уже спокойней и не спеша наслаждались десертом, а некоторые, видимо наевшись, предпочли просто держать его в руках, приберегая на будущее.

Прикрытый Лорой, вставшей за его спиной, Дэниел вытащил из кармана своей служебной куртки связку тонких стержней. Быстро перебрал их и оставил три отдельно. Причём ни один не звякнул, как испугалась было Лора. Если честно, молодая женщина не знала, что делать в первую очередь: стоять ли, глядя на охранника, чтобы, чуть что, предупредить о нём, или же смотреть на то, что делает Дэниел, - потому что любопытно.

Звук щелчка она расслышала с трудом. Едва Дэниел начал подбирать ключи к странным наручникам Монти, девушка-раздатчица немедленно зашелестела, загремела посудой: если отдельные тарелки были одноразовыми, пластиковыми, то кастрюли всё же были металлическими. Впрочем, стержни звенели недолго. Дэниел мягко снял с рук уиверна кандалы и осторожно положил их рядом с собой, на диван.

Монти было вздрогнул, задвигавшись, но Дэниел шёпотом велел ему:

- Сиди!

Лора увидела, как шевельнулись губы уиверна - кажется, он хотел спросить, почему он должен сидеть, когда руки свободны. Но Дэниел быстро оглянулся, мимолётно улыбнувшись Лоре, и взялся за руки и плечи уиверна. Быстрыми движениями пальцев он размял ему застывшие мышцы... Монти с облегчением выдохнул, когда Дэниел закончил массаж и встал отойти. Лора невольно усмехнулась, заметив на лице уиверна почти неприкрытое наслаждение.

Почти одновременно девушка-раздатчица словно нечаянно грохнула половником. Лора быстро села на своё место, а Дэниел деловым шагом ушёл в другую комнату.

Охранник скользнул почти рассеянным взглядом по комнате и снова отвернулся.

- Сколько талантов у этого Дэниела, - пробормотал Монти. - Я думал, мне придётся дольше восстанавливать кровоток.

- Насколько я поняла, этот Дэниел - спортсмен, - сообщила ему молодая женщина, - возможно, поэтому он знает, как делать такой массаж.

- В таком случае любопытно, зачем спортсменам знать, как открывать наручники. Лора, я виден от двери?

- Почти нет.

- А теперь?

Он ссутулился, и молодая женщина, поколебавшись, решила, что охранник его не увидит. Медленно, всё ещё неуверенно подняв руки к голове, Монти нащупал узлы на повязке. Быстро распутал их, снова опустил руки. Повязка теперь еле держалась, хотя со стороны выглядела так, будто всё так же плотно обвивает его голову.

- Почему они просто не насыпали в еду снотворного? - задумчиво спросила Лора. - Ведь это так просто: усыпить всех - и освободить нас.

Держась за край сиденья за спиной, чтобы контролировать руки - для глаз охраны всё ещё связанные, уиверн объяснил:

- Кое-кто из капитанской команды предложил такой вариант. Но Эрик, кажется, неплохо осведомлён об и-моргах. Они не едят чужой еды. Всегда возят с собой. Я же говорил - психопаты и подозрительны во всём. От предложенной еды уснули бы только люди. Но на двадцать человек людей - девять и-моргов. Для социопатов этого достаточно, чтобы устроить здесь локальную войну.

Худенькая девушка-раздатчица подошла к другой комнате и негромко, но звучно сказала, словно поторапливая коллег:

- Вы долго ещё?

Охранник от двери оглянулся на неё и, ухмыльнувшись, снова продолжил беседу с неизвестным в коридоре.

Как только он отвернулся, Монти мгновенно содрал с глаз повязку. И некоторое время жмурился, приводя зрение в нормальное состояние. Отморгавшись, он взглянул на девушку-раздатчицу. Та кивнула и резко крутанула тележку. Раздался жёсткий, ударивший по ушам скрип колёсиков. Заложники сморщились, а охранник снова обернулся, уже недовольный.

Монти, не сводя с него глаз, встал со стула, и охранник непонимающе взглянул на него. Он не сразу среагировал на необычный внешний вид уиверна. Лора с испугом взглянула на Монти: что же он ничего не делает?

- Всё, - буднично сказал уиверн.

Охранник, как ни в чём не бывало, отвернулся к собеседнику.

- Что - всё? - с недоумением спросила Лора. Она ожидала, что уиверн не просто встанет, а вперится сощуренными глазами в охранника, тот, пошатываясь, побредёт к нему, и уиверн скажет ему грозно, чтобы тот...

Но на вопрос Лоры Монти ответить не успел. Из двух других комнат вылетели Дэниел и вторая девушка-раздатчица. Они поспешно тащили за собой тележки.

- Этот, - жёстко сказал Монти всем троим, кивая на стоящего в отдалении ото всех молодого мужчину. - И эти, - кивок, указывающий на рыженькую Нею и её подругу.

Лора решила не спрашивать, что происходит, а смотреть и делать выводы. Дэниел подошёл к указанному молодому человеку и увёл его в другую комнату. То же сделали и девушки-раздатчицы - только указанных Нею и её подругу они увели в ванную комнату. Ни молодой человек, ни девушки не возражали и даже не спрашивали, почему им куда-то надо идти. Монти молчал. А Лора боялась, что он устал после возможного гипноза, что ему проще восстановиться, отдыхая, и старалась не тревожить его вопросами.

Никто из заложников, находившихся в комнате, ничего не понял. Все оторопело посматривали то в сторону ушедших, то на Лору с уиверном. Пару раз обернулся поглядеть на заложников охранник, но всё так же молчал и снова отворачивался.

Прошло минут десять.

Первыми появились в комнате Дэниел и молодой человек.

Лору чуть не пробило на истерический смех.

Дэниел переоделся в бальный фрак неизвестного ей мужчины, а тот теперь красовался в наряде раздатчика с кухни. Так что молодая женщина нисколько не удивилась, когда из ванной комнаты вышли остальные. Нея и её подруга, на первый взгляд, ничем не отличались от тех, в чью одежду переоделись. Ни слова не говоря, все трое переодетых взялись за "свои" тележки и начали выкатывать их в коридор. Сколько Лора ни всматривалась, ни в одном лице не уловила ни намёка на страх. Бесстрастные лица людей, которым приходится выполнять страшную, но необходимую работу.

Вывод первый: Монти внушил им тоже.

Зато теперь она внутренне сжалась, слушая звуки из коридора.

Вопросительный возглас, невнятное бормотание, далёкий смех...

Застывший рядом Дэниел медленно выдохнул.

- Ушли. Хоть на троих меньше. Монти, как долго они будут под внушением?

- Ещё где-то с полчаса. Сделал с запасом, - сказал уиверн, снова поднимая повязку на глаза и укрепляя её на голове.

- Так. Ладно. У меня в комнате (Лора неохотно усмехнулась - "у меня") двенадцать человек. Здесь - с вами - восемь. Вероника?

Переодетая в платье рыженькой Неи девушка сказала:

- У меня семеро.

- Итого, заложников - двадцать семь человек. Работаем дальше. На плане-схеме лайнера, именно в этой комнате есть пара ходов, куда можно проникнуть.

Лора невольно оглядела потолок.

- Воздухопровод?

- Откуда такие познания? - удивился Монти.

- Нет, нижние ходы, - почти одновременно с уиверном откликнулся Дэниел. - Почти то же самое, что воздухопровод, но расположено на уровне полов. Сколько ещё продержится этот охранник?

- Сколько нужно, - спокойно сказал Монти. - Достаточно ему обернуться ещё раз, чтобы я снова заглянул ему в глаза. Проблема в том, что вместе с ним в апартаменты могут заглянуть и другие. Осилить несколько существ одновременно я не смогу.

- Я не совсем понимаю, - медленно сказала Лора. - Разве вы не собираетесь и дальше отправлять людей мимо загипнотизированных охранников?

- Опасно. Всё зависит от слишком многих обстоятельств, - ответил Монти. - Эрик предлагает следующее: нам надо забаррикадироваться в одной из комнат. Перед тем как пойти сюда, я вызвал ближайший корабль уивернов, объяснил ситуацию и договорился о помощи. Но пока они подойдут, надо спасать всех. А это примерно часов десять.

- Но ведь на лайнере есть своя охрана...

- Она не рассчитана действовать в условиях террористического акта, - на этот раз ответил Дэниел. - Это грубо, но это так.

- Но что может сделать Эрик? - растерялась Лора. - Вы хотите сказать, что он-то умеет - в этих условиях?..

Трое переглянулись. Уиверн немного опередил Дэниела, задумчиво сказав:

- Насколько я понимаю, этот Эрик просто очень хорошо умеет расценивать ситуации экстрима. И выходить из них.

- Угу... - пробурчал Дэниел, поглядывая на неведомо откуда вытащенный вирт. - И в данный момент он вот-вот появится. Наше дело заключается в том, чтобы немедленно перевести всех людей в такую закрытую комнату, чтобы суметь её оборонять от и-моргов и их наёмников.

- Но почему не перевести людей в воздухопровод? - спросила Лора, стараясь понять логику. - Потому что по нему можно передвигаться только по одному?

- Да, причём очень медленно, - ответил Дэниел уже от угла комнаты, изучающе разглядывая нижнюю часть стены. К нему медленно подходили все мужчины, слышавшие разговор и, кажется, готовые помочь ему. - Тут такая фишка, что времени очень мало и неизвестно, что могут придумать эти психи. Поэтому главное, как считает Эрик, собрать всех заложников в одном помещении и защищать их.

Одна из девушек (Лора запомнила: худенькую зовут Алиса) быстро подошла к нему и откинула край ковра, и Дэниел с треском начал выламывать плинтус. Вторая девушка, Вероника, быстро отбрасывала сломанный пластик в сторону, пока Алиса скатывала ковёр в сторону, чтобы не мешал. Женщины в комнате затихли, тревожно присматриваясь к действиям незнакомцев. Дэниел обернулся к ним лишь раз, попросив не подходить. Мужчины, напротив, придвинулись к стене и быстро начали ломать переборку между комнатами, обнажая часть воздухопровода. Монти сидел на месте - на всякий случай с повязкой на глазах, угрюмый и недовольный - слепой же, а Лора стояла рядом, готовая в любой момент сообщать ему об изменениях в дверном проёме апартаментов. Больше всего сейчас она боялась, как бы в коридоре не расслышали треска сломанных плинтусов.

- Отойдите все, - тихо скомандовал, разгибаясь, Дэниел.

- Но мы ещё... - начал один из помощников.

- Слышите?

Сначала Лора решила: он говорит о том, что в коридоре происходит нечто. Но шумок раздавался уже от пола. И шумок был настолько слышный, что она обеспокоенно взглянула на дверь.

Охранник стоял спокойно. Глядел прямо в комнату и спокойно созерцал происходящее, ничем не показывая, что оно, это происходящее, его волнует. Зато сердце Лоры стучало так, словно решилось выпрыгнуть.

- Они прорываются снизу. Надо бы всех заложников перевести в одну комнату, изолированную, - тихо напомнил Дэниел присутствующим. - И лучше, если это сделаете вы, как знакомые им. Пожалуйста, постарайтесь сделать это без шума. Объясните всем ситуацию и попросите войти туда... Лора...

- Я с Монти. Кому-то надо проследить за ним.

Уиверн улыбнулся. Лора вдруг подумала, а легко ли ему улыбаться - в непроглядную тьму, хотя есть возможность видеть всё?

С опаской оглядываясь на открытую дверь в коридор и на охранника, заложники из комнаты Лоры торопливо перебрались в другую. Один из них отправился предупредить людей из третьей комнаты. Приглядываясь к тому, что делается под сломанной переборкой, Лора одновременно следила, как из другой комнаты заложники начали торопливо переходить в нужную.

Когда дверь в комнату, где собрались все, закрылась, Дэниел попятился от стены, жестом показывая, чтобы от неё отошли и остальные. Едва оставшиеся отошли на безопасное расстояние, произошло сразу два события. Стена снизу взорвалась выбитыми обломками, явив глазам присутствующих ноги в крепких ботинках, а затем в комнату резко влетело чьё-то тело. Секундой позже у входной двери апартаментов завизжали - и Лора от ужаса чуть не ударилась о стену, к которой попятилась было: целая толпа от входа в апартаменты начала стрелять так, словно вознамерилась прострелить всё помещение насквозь.

Слетевший со стула Монти сбил её с ног и упал сверху. Она ещё не успела понять, что именно он делает, а его от неё уже буквально оторвали - и обоих под теми же выстрелами принялись толкать в какую-то непонятную сторону. Лора уже ничего не соображала. Изнутри начала расти паника. Она не слышала и не понимала, как только рефлекторно вскрикивала от страха, едва рядом свистели пули. Женщина только видела вокруг огненные и дымные прочерки выстрелов, мельтешащие фигуры, которых не узнавала. Слышала и не понимала разъярённых и командных воплей, вздрагивала от грохота выстрелов, ещё узнавала треск огня, стук и тяжёлое дыхание... Она полностью пришла в замешательство и только покорно подчинялась рукам, которые сильно толкали её куда-то.

Кто-то бежавший рядом вскрикнул от боли.

- Быстро, быстро!

- Не туда!

- Берите её - и вперёд! Мы прикроем!!

Внезапно, завизжав от ужаса, Лора почувствовала, что спотыкается и падает - на что-то, что неожиданно поддержало её. И снова внезапно ткнулась лицом в чью-то грудь. Промелькнуло внутри что-то благодарности - Монти! Обхватила его шею руками - крепко-крепко, чтобы не мешать ему с грузом на себе. Зажмурилась, доверившись тому сильному и тёплому, в которого вжималась и в которого поверила...

Ведь до безопасной комнаты всего несколько шагов! Почему же они всё ещё вне её?! Как тяжело дышать! Острый, горечный дым от частых выстрелов забивается в горло и глубже и заставляет кашлять, задыхаясь...

- Закрывай!!

Что-то хлопнуло - и звуки ужаса отрезало. Правда, не до конца, а лишь уменьшило их силу. Единственно - выстрелы прекратились. А через секунды в дверь начали ломиться с гневными и злобными воплями.

Человек, на чьих руках она лежала, сжавшись в комочек, быстро отошёл от двери. Лора, сама того не сознавая, всхлипывала и машинально слушала, как в ритм её неудержимому всхлипу бьётся чьё-то сердце. А потом услышала плач - со стороны.

Съёжившись на чьих-то неотпускающих руках, она осторожно повернула голову, испытав перед тем сильнейшее желание провести по ткани перед носом лицом и вытереть собственные слёзы. Серые глаза Лоры встретились с тёмными сине-зелёными. Эрик серьёзно кивнул ей.

- Ты как? Сильно испугалась?

От неожиданности: это не Монти! - она только и смогла, что кивнуть. Впрочем, ответить вслух она и так не смогла бы. Горло ощущалось настолько ободранным кашлем, что казалось, издай Лора хоть звук - и она выдавит из себя только сипение. Но она смотрела в эти внимательные глаза и испуганно думала только об одном: почему Эрик не поставит её на пол? А потом подумала, что они живы. И снова испугалась: а все ли живы? Ведь кто-то кричал от боли, в кого-то всё-таки попали?

Она нерешительно задвигалась на руках Эрика. Он с явной неохотой опустил её на пол. Лора привычно первым делом взглянула на свой костюм. Хорошо, что она успела переодеться в домашнее, для отдыха. Хорошо, что она не в платье, как большинство присутствующих здесь... А Эмиль успел переодеться и первым пошёл к своим любимым приключениям... Слёзы хлынули сами. Она пыталась задавить их, пыталась сдержаться. Она даже успела здраво подумать, что именно сейчас, когда она в безопасности, когда она под защитой, плакать бы не надо...

Тёплые ладони обняли её плечи.

- Выплачься, Лора... Выплачься.

И она, освобождённая этим разрешением, прильнула к Эрику и заплакала навзрыд.

6

Когда видение мёртвого мужа перед глазами перестало вызывать приступы плача, прильнувшая к Эрику Лора замерла. Дыхание успокоилось, лицо немного обсохло - до степени, когда не слишком неудобно оборачиваться к присутствующим, перед которыми допустила непоправимую слабость. Пора вспомнить о том, что необходимо соблюдать личный статус кво вдовы светского человека. Надо сделать всё, что потом не было стыдно перед равными себе. Отойти, например, от человека, к которому так бесстыдно прижалась в поисках утешения. Наконец она смогла осторожно, чтобы не обидеть, отодвинуться от Эрика и довольно чопорно сказала:

- Спасибо.

Они неминуемо встретились глазами: она - успокоенно отстраняющими, он - мягкими, понимающими, отчего стало хуже, но новую слабость она постаралась подавить.

Мир пришёл в равновесие, пусть и шаткое. Так что, временно освобождённая от необходимости ежесекундно опасаться за свою жизнь, Лора смогла, наконец, оглядеться и оценить ситуацию.

Первое, что привлекло её внимание, - помещение, в котором теперь все оказались. Оно было гораздо больше предыдущего. Спальня хозяев апартаментов. Вон и сама Милли. Куда-то идёт. Чем хороша сама спальня - в ней двойная дверь с простенком. Если будут стрелять в дверь, что, кажется, извне успели опробовать, то вторая дверь защитит. Но главное в этой комнате - выход в две отдельные ванные комнаты.

Ванная комната. Примерно представив, как сама выглядит, Лора ужаснулась и быстро прошагала от Эрика к ближайшей - к той, чья дверь была полуоткрыта. Здесь уже была темноволосая женщина, устало присевшая на край ванны. Оглянулась. Милли. Когда она успела войти? Ведь только что была среди остальных.

- Милли, мне нужно привести себя в порядок, - тихо сказала Лора.

Хозяйка апартаментов окинула её померкшим, равнодушным от усталости взглядом. Затем глаза ожили - и взгляд стал оценивающим. Наконец глаза полностью сфокусировались на Лоре.

- Да, тебе это очень нужно, - задумчиво сказала она, тем не менее не двигаясь с места. - Лора, как ты думаешь: как долго продержится этот ужас?

- Прости, Милли, но мне всё равно, как долго. Лишь бы он закончился, - ровно сказала Лора, чувствуя свои сухие глаза. Хотелось хотя бы умыться, а Милли держит её пустыми разговорами.

- Если бы я тоже могла так сказать, - вздохнула хозяйка апартаментов. - Когда с твоей помощью я пришла в себя, меня просто поразила твоя стойкость. Эмиль будет гордиться тобой. Ты волевая и сумела держать себя подобающим образом.

У Лоры перехватило дыхание, но внезапный всхлип она успела подавить.

Ничего не ответив, она приблизилась к зеркалу. Отражение превзошло все её ожидания. На неё смотрела молодая женщина, которую явно сбросили с высокого обрыва в реку и которая сама выбиралась из грязной воды. После того как и-морги обмазали её чужой кровью, волосы, до конца не отмытые, выглядели тем, что можно только было обозвать старинным словом из книг - "пакля". Хуже были только опухшие от плача веки и тёмные пятна под глазами. Опустила глаза - ноги чёрные. Напоминание, как шла босая по ковру, влажному от крови. И это она, Лора? Та самая, которая считала себя слабым, бездумно порхающим по жизни мотыльком?

- Я посторожу, - внезапно сказала Милли. - Иди в ванну. Я прослежу, чтобы никто не вошёл сюда. И подумаю, что тебе принести на смену.

И вышла.

Лора, сбросив непривычно заношенный домашний костюм, быстро включила воду в душевой кабинке, установила нужный температурный режим и встала под душ. Ванну она решила не принимать. Не то время, и место не то. Ванна расслабляет, а ей сейчас надо быть... стойкой, как определила её поведение Милли.

Сильная струя ударила по обнажённому телу, и некоторое время Лора просто наслаждалась возможностью постоять под водой, ласкающей её тело.

Но... Опять-таки времени мало. Женщина распенила гель для душа и быстро вымылась. Закутанная в полотенце, она подошла к зеркалу и взялась за фен.

Стук в дверь - и Лора обернулась. Милли. Принесла одежду. Тоже домашние штаны и лёгкую курточку.

- У тебя свои вьются, - удивлённо заметила Милли. - Я думала завивка.

- Завивка тоже есть, - ответила Лора и оделась. - Теперь ты?

- Меня сторожить не надо. Кэмерон стоит за дверью. Ну-ка примерь мои домашние туфли, а то босиком как-то... неловко.

Лора улыбнулась её заминке и обулась. Туфли оказались хороши тем, что мягко обхватывали всю стопу и не спадали. Почему-то сейчас это стало главным достоинством домашней обуви. Затем она поблагодарила Милли и вышла, уступив дежурство мужу Милли - Кэмерону.

Пусть и с полуобсохшими волосами, но освежённая, теперь Лора даже без косметики чувствовала себя уверенно. На волне этой уверенности она оглянулась на заложников - мужчин и женщин, скучившихся подальше от входных дверей в спальню. Все они до сих пор вздыхали и всхлипывали. Затем подошла к тем, кто собрался в другой части помещения, рядом с дверями. К мужчинам, во главе которых стоял, как она инстинктивно почувствовала, Эрик. Впрочем, здесь мужчин, как и среди заложников, тоже было мало. Прислушиваясь и присматриваясь, Лора поняла, что следом за Эриком в апартаменты прорвались только двое: Сандар и ещё один - худощавый темноволосый мужчина, которого называли Кристиан.

Лора встала чуть за Дэниелом, внимательно впитывая не только зрительную информацию, но и на слух.

Для начала она увидела, что мужчины (в том числе и Монти) и две девушки из команды Эрика сидят на стульях и пуфиках. Не все - стояли Дэниел и Сандар. Сидят они кругом, внутри которого лежит раненый человек, а чуть сбоку от него навалены какие-то громоздкие футляры. С огромным изумлением она узнала в раненом того самого охранника, который то и дело заглядывал в комнаты апартаментов и которого загипнотизировал Монти. Охранник часто дышал и не делал попытки подняться, поскольку, как поняла Лора, был ранен тяжело. Его уже перевязали. Судя по репликам - Алиса и Дэниел, умеющие это делать. Как сообразила Лора, недоумение у всех вызывал только один вопрос: что делать с охранником?

- А как он сюда попал? - тихонько спросила Лора и шагнула встать рядом с посторонившимся после её вопроса Дэниелом.

Они все переглянулись, и после недолгого молчания Дэниел объяснил: охранника ранили и-морги, решившие, что парень либо поддался провокации и помог с вторжением людей Эрика, либо слишком халтурил с охраной. В глазах и-моргов это равнозначно предательству. Тем более Монти-то так и сидел с повязкой на глазах - что они, и-морги, видели. Парня подстрелили, а в суматохе только что прибывший Сандар не понял, кто этот раненый, ползающий у всех под ногами, и с помощью Кристиана, который тоже был не в курсе происходящего, втащил его в спальню. И здесь-то Дэниел определил, кто оказался среди заложников.

- Ладно, - решил Эрик. - Бандит в таком состоянии нам не помешает. Передвигаться он не может, оружие мы у него вытащили. Давайте поговорим о дальнейших действиях. Что у нас есть, и чего у нас нет. У нас есть оружие, которое принесено Сандаром и Кристианом. Девочки и Дэниел своё уже взяли. Монти, ты как?

- У вас там был, кажется, огнемёт? - несколько безразлично спросил уиверн. - Я предпочту это оружие.

Так вот что это за футляры!.. От раскрытых футляров Монти передали огнемёт - короткую, на взгляд Лоры, где-то с её руку, тонкую трубу, с какими-то непонятными приспособлениями на ней. В одном из приспособлений предположила секторный прицел. Точно узнала только сложенный приклад. Лора пригляделась к футлярам и заметила знакомые очертания - в футляре этого маленького оружия закреплено было штук пять. Поколебавшись, Лора сказала:

- Мне - браунинг. Я вижу - у вас есть.

- Ты умеешь стрелять из пистолетов? - удивился Дэниел и передал ей браунинг.

- Муж научил, - ответила Лора и выщелкнула из рукояти магазин пистолета. Все тринадцать патронов на месте. Сразу стало как-то спокойней.

Она подняла глаза неожиданно и ещё успела заметить тёплые улыбки мужчин из команды Эрика. Хотя успела ещё и заметить, как поморщился Монти. Его реакцию она поняла: не может защитить и вынужден терпеть, когда рядом вооружается светская женщина. Мужчина...

Зато улыбнулся Эрик, и его улыбку она тоже легко прочитала: моя леди, вы прекрасны!.. Пришлось опустить глаза и задуматься: после того как она выплакалась на его груди, не посчитал ли Эрик, что они сделали друг к другу шаг? Папа будет против. Но под этим взглядом приятно - чувствуешь защиту. И - опять... Больше ничего. Как всегда.

Освобождаясь от взгляда Эрика, властного, хоть и пополам с лаской, женщина попыталась представить, как она выглядит в глазах этих людей: изнеженная, в простеньком домашнем костюмчике, в пушистых домашних туфельках - и с пистолетом в руках. И смешно стало самой. Хотя девушки откровенно были рады пополнению. Сразу подошла Вероника и помогла опоясаться ремнём с кобурой для браунинга. Худенькая Алиса передала ещё два магазина с патронами.

Заинтересованные происходящим, изумлённо поглядывая на оружие в руках Лоры, к команде Эрика подошли мужчины-заложники. Узнав, что есть возможность вооружиться, пятеро из десяти немедленно выпросили себе оружие. Глядя на них, повеселевших и даже как будто вздохнувших с облегчением, Лора затаённо улыбнулась. Чуть позже к ним присоединились ещё несколько человек, а с ними одиннадцатый - Кэмерон. Закончив вооружаться, эти мужчины остались на "совещание". Стараясь не слишком выделяться, Лора выслушала всё, особенно приглядываясь к уиверну. Что-то уж очень он сидел задумчивый.

С раненым решили просто: поскольку он не дееспособен, его оттащили подальше от двери и уложили на ковёр возле стены. Выглядел он очень плохо и, кажется, не соображал, где находится и что с ним. Несмотря ни на что, Лора робко понадеялась, что он не умрёт до появления квалифицированной помощи.

Совещание начал Эрик.

- Наша задача - продержаться десять часов до прилёта патрульного корабля уивернов. Они единственные в этом секторе космоса, кто ближе всех к нам на данный момент. И, вероятно, единственные, кто поможет обойтись без кровопролития против этих и-моргов и наёмников.

- А почему нельзя попробовать прорваться? - спросил один из мужчин.

- Есть несколько "но". Заложников двадцать пять человек. Из них только одиннадцать мужчин. Если попробуем устроить прорыв, без жертв не обойтись. А это, потенциально, в основном женщины. Рисковать людьми, заложниками и своей командой, я считаю, как минимум, нецелесообразным. - И, помолчав, добавил с кривой ухмылкой: - Если б я знал, что в развлекательное путешествие нужно брать всю команду или хотя бы держать её поблизости, я бы так и сделал. Но у меня самого сейчас на борту лайнера всего пять человек - и все они сейчас здесь. Итак, возвращаясь к нашей задаче... Мы должны продержаться десять часов. И не впустить сюда и-моргов (Лора на этих словах внезапно заметила странное движение уиверна: он быстро опустил глаза). Что у нас есть для этого? Есть оружие на всех дееспособных и готовых к бою и к защите мужчин. Есть небольшие порции еды, которые мои помощники оставили здесь, в этой комнате, когда пришли кормить вас. Есть вода - и достаточно...

- Но десять часов - это много, - возразил Кэмерон, муж Милли.

- Всего лишь средний объём времени на нормальный сон, что особенно хорошо для тех, кто уже сутки не спал, проводя время на балу, - усмехнулся Эрик. - Поэтому для начала установим дежурство - на случай, если этим ублюдкам (простите, леди) захочется поиграть в агрессоров.

С последним согласились без пререканий.

Затем остался лишь один вопрос, который мучал многих. Но задал его опять-таки Кэмерон:

- На лайнере у нас у всех есть свои телохранители, да и корабельная охрана довольно многочисленная. Почему ничего не делают они?

- Я разговаривал с капитаном, - поморщился Эрик. - Ему запрещено в случае террористических акций использовать частные структуры и свою охрану. Особенно когда узнали, что на борту и-морги. Меня-то, в сущности, сюда еле пропустили, предупредив о последствиях.

- И вы... не побоялись пойти против? - с любопытством спросил кто-то из мужчин помоложе.

- У меня крыша хорошая, - ухмыльнулся Эрик. - Прикроют, если что.

Для начала выполнили два действа: снова прямо на ковре отволокли подальше раненого, который так в себя почти и не пришёл, а затем - сбоку от входных дверей установили место для дежурства. Лора держалась чуть в стороне, наблюдая за всеми подряд. Правда, взгляд притягивал в основном Эрик. Что-то было странное в его простецкой манере общаться и разговаривать, когда вроде его обычные слова, сказанные обычным же тоном, заставляли людей немедленно подчиняться ему. Наверное, эта странность была уверенностью, чем все остальные похвастать не могли. Странно, но временами он напоминал ей отца. Такой же привычно для себя и окружающих властный. Правда, властность отца читалась и в его внешнем облике, в то время как Эрик в спокойном состоянии выглядел задумчивым и даже грустным.

А ещё очень сильно интересовал Лору Монти. Он присел на низком диванчике неподалёку от дверей, чуть сбоку от места дежурства, словно собирался сидеть рядом с дежурными, дублируя каждого, до победного. Присел весь зримо усталый, свесив голову и угрюмо глядя в пол. Белые волосы, грязные и нечёсаные, выглядели унылыми патлами - такими же унылыми, как и сам их хозяин. Складывалось странное впечатление, что он не доверял придуманному Эриком дежурству. Поразмышляв, она присела рядом с ним. И протянула ему расчёску, взятую из ванной комнаты.

- Лора, ты не боишься?

- Нет. Мне кажется, я побывала в аду, после которого бояться уже нечего.

- Всегда найдётся что-то пострашней... - угрюмо сказал Монти, вроде просто проворчав, выпуская пар. Но тем не менее напомнил Лоре своё странное движение, когда Эрик сказал, что главная задача - не пропустить и-моргов в помещение с заложниками.

Уиверн замолк, тяжело глядя на вялое движение в помещении: женщины пытались внять совету Эрика и готовили спальные места для себя и для мужчин, кто не в карауле. Мужчины разглядывали взятое оружие и негромко перекидывались замечаниями.

Занятые делом люди постепенно приходили в себя.

Несколько насмешливо Лора отметила, что Эрик минуты две кружил рядом с ними, прежде чем подошёл и присел к ним. С её стороны.

- Как настроение?

- Нормально, - бесцветно сказал уиверн, не глядя на него.

- Что-то мне кажется, что не очень, - пробормотал Эрик. - Лора, а ты?

Не отвечая на его вопрос, Лора обратилась к уиверну.

- Монти, прости. Но чего мы ещё не знаем об и-моргах?

Уиверн резко взглянул на неё. Выглядел он угасшим, и не только из-за волос, которые, поспешно причёсанные, всё равно являли собой зрелище довольно унылое. Голубые глаза тоже казались странно потухшими. Лора сочувственно пожала его кисть.

- Монти, лучше сказать сразу.

- Ты что-то скрываешь? - жёстко спросил мгновенно подобравшийся Эрик.

- Я не скрываю, - надменно выпрямился уиверн. - Только эта информация вам не даст ничего. Полезного.

- Монти, ты пугаешь меня, - напрямую сказала Лора. В обычных обстоятельствах она бы не говорила такого человеку... существу, с которым знакома всего сутки. Но она снова и снова вспоминала, как он резко опустил глаза, когда Эрик сказал, что они не впустят в помещение и-моргов. И внутри начал расти страх. Кажется, есть что-то ещё, чего стоило бояться. Потому что этого боялся и уиверн.

- Прости, Лора, но...

- Монти, ты пугаешь меня неизвестностью. Говори.

На этот раз Эрик промолчал, только его странные сине-зелёные глаза заледенели.

Уиверн снова сгорбился, посидел молча, а потом заговорил.

Слушая его, Лора сначала недоверчиво улыбалась, хоть и пыталась спрятать улыбку, пока внутри не похолодело от рассказываемого.

И-морги, как и сами уиверны, оказались существами с изюминкой.

Монти пытался рассказывать проще, понятней, без особых экскурсов в науку, но воображение Лоры было довольно богатым, чтобы "увидеть" воочию всё то, о чём он говорит. Если с первых слов Монти молодая женщина этих и-моргов представляла себе как плохо цивилизованных социопатов с сильной манией преследования, но всё-таки людьми, то теперь они в её понимании превращались в чудовищ.

И теперь она поняла, почему с ними могут справиться лишь уиверны, внушающие взглядом покорность, и почему, узнав, что именно происходит на лайнере, капитан и его команда отказались от помощи телохранителей и собственно охраны корабля. О последнем говорил Эрик. Связавшись с представителями Содружества, они получили указания не вмешиваться и никого не вмешивать, потому что там знали, что может произойти, и предпочли ограничиться малой кровью.

Симбиоты. И-морги - симбиоты.

Внутри каждого и-морга живёт некое существо полурастительного-полуживотного происхождения. Множеством тончайших корней оно изнутри обвивает желудок и-морга, выстилаясь подобием его второго слоя. Но когда и-морг приходит в определённое настроение, он выташнивает часть этого существа, а потом ментально направляет его в нужное место. Существо, разделившись на мельчайшие нити, вползает в любую брешь, после чего начинает мутировать: каждая белёсая нить высыхает, снова делясь на части, которые и превращаются в подобие жесткокрылых насекомых. Псевдожуки руководствуются лишь одним - не животными инстинктами или рефлексами, а эмоцией, введённой в их голову. Эмоцией голода. Они внедряются в чужеродное тело, спускаются до желудка, размножаются. Но только недавний хозяин может сосуществовать с этими псевдожуками. И паразит начинает пожирать своего нового носителя изнутри, выпуская в него во все стороны организма всё те же длинные белёсые корни. С угасанием живого существа гибнет и внедрившийся в него псевдожук. И эта особенность и-моргов и является причиной тому, что погибают целые селения самих и-моргов, стоит им впасть в ярость социопатов.

- На псевдожуков взгляд уиверна не действует, - монотонно закончил Монти.

Он замолчал, хотя Эрик и Лора в ожидании всё ещё не сводили с него глаз. Но постепенно оба пришли к мысли, что уиверн больше и в самом деле не собирается говорить. И тогда Эрик с недоумением спросил:

- То есть ты смирился с тем, что тебя и нас сожрут какие-то жуки?

- Это не смирение, - раздражённо сказал Монти. - Это принятие объективной реальности. Понимание, что на свете есть вещи, против которых нет возможности защититься. Это нормальная реакция на...

- Подожди, - перебил его Эрик и взъерошил свои светлые волосы, несколько странно глядя на Лору. Какое-то сожаление она успела прочитать во взгляде аквамариновых глаз и снова удивиться их цвету. И только потом поняла: он пожалел, что она слышала уиверна. - Подожди. Допустим, эти, чтобы добраться до тебя...

- Я не виноват! - уже рявкнул Монти, обращая на себя внимание, хотя должен был бы понимать: сейчас, когда нервы у всех напряжены, достаточно и резкого звука, чтобы в комнате началась паника.

- А никто тебя и не обвиняет, - спокойно сказал Эрик, глядя вперёд и приподнятой бровью отсылая всех тех, кто обернулся к нему и начал было движение приблизиться. - Итак, допустим, что и-морги, чтобы добраться до тебя, запустят сюда своих жуков. Чего боятся жуки? Если вы и раньше знали друг о друге, если и-морги знали, чем грозит твой взгляд, значит, ахиллесова пята есть и у них. Идеального оружия в природе не существует. Монти. Ещё раз: чего боятся жуки?

- Они. Ничего. Не. Боятся, - размеренно и явно с трудом сдерживаясь, сказал уиверн. - Как они могут бояться, если у них нет разума и эмоций? Они просто идут вперёд и влезают в живую плоть. Всё.

Глядя на него, сидящего в спокойной уверенности обречённого, Лора чувствовала, как её начинает трясти. Умереть таким образом, когда только-только ощутила радость пусть пока замкнутой - но ведь временно! - свободы?

Она чуть не подпрыгнула, когда сильная тёплая рука опустилась на её плечо. Эрик. Не глядя на неё, прислонил к себе. Он смотрел через неё на уиверна. Оценивающе.

- Монти, не ври мне. Есть способ убить этих букашек. Только ты боишься его - способа этого. Он явно прост, но опасен для нас всех. Ну? Что это за способ?

Плеснувшее изумление в голубых глазах уиверна подсказало уже запаниковавшей было Лоре, что Эрик прав. Прижавшись к человеку, который обладал обаянием не только сохранять спокойствие, но и передавать его, она с трепетом ждала ответа Монти.

Тот вздохнул, вцепившись в свой огнемёт и глядя в пустоту пространства перед собой. Ответил безразлично:

- Да, есть такой способ, известный уивернам испокон веков. И - да. Этот способ лёгкий. И опасный. Огонь. А теперь, Эрик, взгляни вокруг. Это помещение - сплошная еда для огня. Чиркни хоть в одном месте зажигалкой - огонь сразу вспыхнет по всем направлениям. Мы в ловушке, Эрик. В абсолютной ловушке, если ты этого ещё не понимаешь. Выхода нет.

- Нет, не понимаю, - спокойно отозвался Эрик, всё так же прижимая к себе Лору. - Я пойму, что я в ловушке тогда, когда у меня точно не будет выхода. Я понимаю, что иногда лучше не знать о том, что может произойти. Но сегодня не тот случай. У меня здесь команда, к которой только что примкнули две девочки и Дэниел. Здесь мои испытанные в экстриме ребята - Кристиан и Сандар. У меня здесь люди, которые поверили мне. И у меня здесь уиверн, который слишком много знает и оттого чувствует себя обречённым. Я не имею права паниковать, пока не начну умирать. Так что, уиверн, если у тебя есть ещё что-то в запасе, - говори.

- Я сказал всё, - пожал плечами Монти, снова упершись взглядом в пол.

- Хорошо, - сказал Эрик и встал, поднимая с собой и Лору. - Значит, будем искать варианты спасения. Если честно, уиверн... Дураками же мы будем, если будем стоять в шаге от спасения и не делать этого шага.

- Вы не дураки, - проворчал Монти, не поднимая головы, - вы, как многие люди, психи-оптимисты.

7

Ошеломлённая: что он себе позволяет, этот Эрик?! - Лора ещё и вконец растерялась, додумашись: "А почему я ему это позволяю - повелевать мной?!" Но покорно повернулась вместе с ним, ведомая его властной рукой... Правда, он сделал всего шага два - и резко замер, как будто внезапно что-то сообразил. Снова обернулся к уиверну, и снова Лора послушно повторила его движение.

- Как только ты связался со своими на патрульном корабле, - медленно, раздумчиво выговорил Эрик, - как только ты пошёл к и-моргам, вокруг этих апартаментов - со всех этажей: над ними и под ними, - начали эвакуацию. Ты сказал капитану лайнера об этой особенности и-моргов. - Последнее он выговорил утвердительно.

- Сказал, - равнодушно согласился Монти. Он даже не взглянул на Эрика. - Я знал, что и-морги, даже получив меня, не выпустят заложников. Им ведь понадобится корабль для вылета с лайнера. Чем больше заложников, тем легче вытребовать нужное.

- А сейчас ты выбрал огнемёт и сидишь у дверей в эту комнату, - в тон ему не спросил, а констатировал Эрик.

- Не пугай Лору, - не поднимая глаз, сказал уиверн и стиснул кулак на стволе огнемёта. - Ей и так сегодня пришлось многое пережить.

- Что... Будет лучше, если она узнает только за минуту до смерти, какую судьбу ты ей уготовил? - уже презрительно бросил Эрик, и Монти угрюмо поднял глаза.

Некоторое время мужчины прожигали друг на друга ледяными взглядами - Лора чуть отстранилась от Эрика и видела. Взглядами - полными ненависти: один - оттого что ему сказали не всё сразу, другой - от бессилия что-либо сделать. Она даже испугалась, как бы мужчины не бросились друг на друга. Уж очень свирепыми они выглядели. И мелькнуло даже: случись драка, крепкий и непредсказуемо незаметный Эрик, скорее всего, выйдет из неё победителем. На недавно грациозного, чисто светского уиверна, пусть сейчас даже слегка осевшего и внешне как-то отяжелевшего, кажется, трудно рассчитывать, что он победит в единоборстве, - пусть Лора ничего в этом не понимает. Но Эрик - уверенней. Поэтому он победит - вдруг подумалось ей.

А потом Лора начала быстро складывать части одной головоломки, которыми только что обменялись Эрик и Монти: эвакуация жильцов, огнемёт в руках уиверна, он сам - упрямо сидящий у входа в помещение. Когда она поняла, судорожного всхлипа удержать не смогла. Монти взглянул на неё - уже виновато, и Лора поспешно, сбиваясь на мысли и на словах, почти умоляюще заговорила:

- Но ведь Эрик снизу прорвался в апартаменты! Наверное, можно где-нибудь разобрать часть этой комнаты и спуститься или, наоборот, подняться - до того, как поджечь это помещение! Эрик! Ведь можно?!

Эрик ссутулился, отворачиваясь от её просительного взгляда.

Монти побледнел: до него дошло, что женщина всё поняла.

- Если бы мы раньше знали всю подноготную и-моргов... - тяжело сказал Эрик. - Лора, мы выбрали это помещение не случайно. Это в других комнатах можно было выломать стены, но не в этой. Спальня привлекла нас именно этим - герметичностью от вторжения со всех сторон. Мы ведь думали всего лишь отсидеться здесь до прилёта уивернского патруля. Монти нас всех загнал в ловушку. Герой чёртов... С самого начала готовился к самосожжению.

- Ты не знаешь, что это такое - эти псевдожуки! - вскинулся уиверн. - Это мы, уиверны, видели мёртвые города на И-морге! Это нам на Уиверне пришлось сжечь целый город! Если мы не сожжём их сейчас, хватит нескольких часов, чтобы ваш лайнер превратился в Летучего Голландца, мёртвым дрейфующим по космосу... Мы отговаривали вас включать и-моргов в Содружество! Изо всех сил!

- И не подумали сказать об этих псевдожуках! - прорычал Эрик.

- Мы сказали... - процедил сквозь зубы уиверн. - Мы объяснили всё!

- Хватит! - не выдержала Лора. - Хватит орать! Если этих ваших псевдожуков берёт только огонь, значит, надо придумать что-то такое, чтобы жуки сгорели, а мы - остались в живых. Так думайте об этом, а не соревнуйтесь друг с другом в обвинениях!

Оба уставились на неё, с трудом уходя от вспышки злобного раздражения, не дающего остановиться в запале. А она поспешно добавила - первое, что пришло в голову, лишь бы только переключить обоих с эмоций на рассудочность:

- Как эти жуки могут сюда проникнуть?

- Внизу дверей - небольшая прореха, почти невидимая, но достаточная, чтобы в неё заползли корни-щупальца, - снова угрюмо сказал уиверн. - Если только начать сжигать их у порога, вспыхнет покрытие на полу. От задымления мы не умрём - системы вытяжки здесь хорошие, но противопожарные системы отключены.

- Ты побеспокоился? - саркастически поинтересовался Эрик. Но голос у него уже был отстранённым. Ответ на почти риторический вопрос Эрика не волновал.

- Но что потом? - настаивала Лора. - Ну, вспыхнули покрытия! Но ведь с ними вспыхнут и псевдожуки! Пожар ведь не сразу перекинется на остальное! А если продолжится, можно затушить его - хоть одеялами!

- Жуки в первом огне пройдут дальше, - проговорил Монти. - Этим - простым поджогом - их не проймёшь.

- Что здесь происходит? - спросил подошедший Кристиан. - Если это, конечно, не страшный секрет?

Вместе с ним, заметив, что Эрик никого не гонит от образовавшейся маленькой компании, подошли и остальные члены команды Эрика.

Их наскоро познакомили с новыми обстоятельствами вынужденного заточения. То ли они не сразу прониклись ужасом будущего смертельного вторжения, то ли были на деловой ноте, только вся команда устроила что-то вроде импровизированного брейнсторминга. Присев на корточки, мужчины и девушки, с видимого одобрения Эрика, принялись выдавать и анализировать самые невероятные предложения, как спастись от жуков и не сгореть. Монти сначала смотрел на команду скептически. Потом - с изумлением. А под конец начал к ней всерьёз прислушиваться, тем более что на большинство предположений от него требовался не только анализ, но и оценка - с точки зрения существа, на деле знающего повадки этих симбионтов.

- Жаль, схватывающего материала нет, наподобие строительного клея, - задумчиво начал Дэниел. - Можно было бы отодрать плитки в ванных комнатах и быстро выстелить ими пол перед входом в спальню. А потом просто сжечь эту дрянь из огнемёта, не боясь пожара.

- Время, - напоминали ему. - У нас цейтнот. А на отдирание плиток и их склеивание уйдёт довольно много времени.

- Что будет, если свалить перед входом какие-нибудь искусственные материалы и поджечь их, когда в них влезут жуки? Они могут задохнуться в ядовитом дыму?

- Есть опасность в том же дыму пропустить хоть одного - в любом случае огонь сначала будет не сплошной, а пропуск хоть одного корня - это уже эпидемия в масштабах этой спальни, - это ответил Монти, невольно заинтересовавшийся обсуждением.

- А если попробовать всё-таки пробить дыру в полу или в потолке и пропустить туда всех заложников?

- Бесшумно это сделать не удастся. А едва и-морги...

- Понял-понял!

- А если перед дверью выстлать что-нибудь металлическое и сжечь их прямо на нём? Пока вползают?

- Вопрос единственный: откуда взяться этому металлическому?

- Ванна - в ванной комнате, - тихо сказала Лора, прислушиваясь к групповой работе команды Эрика и невольно поддаваясь очарованию мозгового штурма. Она уже даже не боялась, что её осмеют. Насколько Лора поняла, в компании этих людей можно выдвигать самые нелепые предложения. Их воспримут всерьёз и будут искать на них либо подтверждение, либо опровержение. Но практическое. Доказательное.

- Ну да! - усмехнулся Сандар. - Дело за малым - расплющить металлическую ванну таким образом, чтобы не услышали и-морги.

- И всё-таки пока на нашей стороне только одно, - задумчиво сказала Алиса. - Точный вход. И вход ограниченный. То есть мы всегда точно знаем, откуда приползёт эта мерзость. Из одного источника.

- Ванна... - отстранённо сказал темноволосый Кристиан. - Здесь, на лайнере, ванны не могут быть из тяжёлого металла. Если закрыться в ванной комнате, то режущего звука не услышать из коридора или из другой комнаты.

- Нарезать пластами... - тоже, словно витая в облаках, сказал Дэниел. И переглянулся с Кристианом. - Они ведь будут ползти вперёд? Алиса права. Посмотрите. - Он встал и шагнул в сторону, чтобы от места совещания были видны двери в спальню. - Этот вход - от двери в комнату - он где-то чуть меньше метра. Суженное пространство. А что? Это ведь мысль.

- Не подойдёт, - спокойно сказал Монти. - металлические листы будут неровными. Эта штука проскользнёт под незакреплёнными пластинами - мы и не заметим. А приборов для сварки у нас нет.

- Они всего лишь жуки? - спросила Вероника. - Ну, похожи на жучков?

- Да! - почти огрызнулся на её уменьшительно-ласкательное "жучков" совсем сникший уиверн.

- Пластика в здешнем интерьере полно, - заметила девушка рассудительно. - Особенно мягкого, который плавится. Можно его пластами, да и вообще на мелочь наломать, а потом уложить у входа в спальню. Но только нужен именно такой, который будет сразу превращаться в вязкую кашу, а не гореть. Есть же такие здесь. Как только эти корни появятся, надо сразу начать жечь пластик. Они в нём увязнут и сплавятся. Спекутся. И, кстати, пластика надо бы побольше: будем подкладывать, то есть подкидывать сверху и снова расплавлять, чтобы все-все в него вплавились.

- Неплохо, - заметил Сандар. - Получится этакая плавленая глыба. Довольно аморфная. А начни эти корни-жуки движение - пластик размякнет и расползётся-растечётся по всей поверхности пола перед дверями, а значит, не будет прорехи, сквозь которую жучки или корни смогут пройти. Если они живые, значит, у них есть органы дыхания. Задохнутся.

- Умные головушки! - оценил Эрик, скалясь по-волчьи. - Добавим только один штрих: прежде чем этот пластик укладывать у входа, надо б его заранее расплавить - до мягкости. Ищите, дети мои, нужный пластик!

Лора ещё успела сообразить, почему Вероника придумала такое: пласты металла - пластик. Потом представила: вот не горящий, но плавящийся пластик, он сминается под направленным на него огнём, смягчается и оплывает. Да, от этого пластика огонь не должен будет разбегаться по всем апартаментам сразу. Будет надежда, что обойдётся без общего пожара... Только бы на всякий случай... Лора оглянулась на шорох: девушки Эрика тащили к дверям одеяла и подушки. Пока Лора думала, Эрик уже скомандовал найти то, чем можно будет притушить огонь, если он всё-таки прорвётся.

Монти, сидя на своём диванчике, смотрел на все действия парней и девушек всё-таки скептически, но в общем выражении его тонкого лица появилось пока ещё трудноопределимое чувство. И, кажется, это чувство было надеждой.

Эрик и ещё двое из команды скрылись в одной из ванных комнат, откуда вскоре послышались глухие удары и треск. Поскольку дверь туда была полуоткрыта, Лора с любопытством приблизилась к ванной. Почти одновременно с другой стороны подошла насторожённая Милли.

- Лора, что происходит?

- Кажется, наши мужчины и команда Эрика придумала, как нас обезопасить, - чуть не шёпотом сказала Лора, вглядываясь в щель комнаты.

Милли тоже пригляделась.

- Что они делают?

- Плавят кое-какие предметы для защиты, - честно сказала Лора, которая перед тем видела, как Дэниел и Кристиан отнесли в ванную комнату пару прозрачных лёгких столиков. - Они боятся, как бы эти, которые нас терроризируют, не напустили в спальню газа. И хотят плотно закрыть нижнюю щель - под дверью.

Она рассудила, что Милли и остальным лучше не знать о псевдожуках.

Иначе - паника. А судя по всему, здесь, в спальне, хотя бы среди женщин сразу видны те, которые не могут успокоиться. Чуть что - и сразу или плакать, или нервничать. Лора вздохнула. Сама она держалась лишь потому, что рядом был Эрик.

Когда до неё дошло, о чём именно она подумала, рот открылся непроизвольно.

Она зависима от Эрика?

Её растерянные глаза встретились с загадочно тёмными аквамариновыми. Из глубины ванной комнаты Эрик смотрел на неё так, как смотрел Монти в пустоту, думая об и-моргах и их симбионтах... Только в отличие от уиверна, он еле заметно улыбался. Ей.

- ... дрожишь, - откуда-то издалека сказала Милли.

- Что? - переспросила Лора, оглядываясь на неё.

- Ты вся дрожишь, как будто замёрзла, - повторила Милли. - Пойдём. У нас с Кэмероном в баре остался довольно приличный запас выпивки. Мы уже всем женщинам дали. Кэмерон сказал, чтобы мужчинам не давать. Пошли. Согреешься.

- Нет, спасибо, - сказала Лора, поворачиваясь идти вместе с нею. - Я тоже пить не буду. Но я посижу немного с тобой, если не возражаешь. Мне кажется, я тоже немного перенервничала.

- Наверное, - вздохнула Милли. И шёпотом спросила: - Лора, ты думаешь, мы сможем отсюда выбраться живыми? Ты общаешься с этими людьми - можешь сказать что-то конкретное? И этот Эрик - он смотрит на тебя так странно...

- Милли, у меня мысли... я сейчас плохо соображаю - признаюсь честно, - тихо ответила Лора. - Но команда Эрика делает всё, что возможно. Не забывай: они в том же положении, что и мы. А что Эрик на меня так смотрит... Он знает, что Эмиль убит, и жалеет меня. Ничего более.

- Ну... Хм. Так смотрел на меня когда-то один молодой человек, с которым я чуть не сбежала в молодости по большой любви, - печально хмыкнула Милли.

В той части спальни, где устроились в основном женщины, Милли посадила Лору в кресло, накинула сверху тонкий шерстяной халат, как покрывало. Сначала Лора и в самом деле чувствовала начинавшуюся дрожь. Но скоро пригрелась и даже смогла задремать. Вот только уснуть не получилось. Сначала перед глазами стал крутиться эпизод, как Эмиль открывает дверь в коридор, а на пороге возникают три чёрные фигуры. Одновременно женщина размышляла, что это она стала виной смерти Эмиля: не увидели бы и-морги, как Монти пытается танцевать только с нею, муж был бы жив. Потом она устала и от повтора видений, и от заедающего чувства вины. И открыла глаза, изо всех сил стараясь прогнать дремоту. Странное впечатление бессонницы после встречи какого-то грандиозного праздника, когда хочется спать, а сна - ни в одном глазу.

Тогда она начала думать об и-моргах. Вот они озверели, потому что не могут добраться до желанной добычи. Вот первый падает на колени - и его тошнит белёсыми тонкими нитями. А нити, пошевелившись - будто оглядевшись, юркают под дверь помещения, перед которым, опираясь на руки, стоит на четвереньках и-морг. А с их стороны, со стороны заложников, нити мгновенно, потемнев, высыхают и рассыпаются в мелких беловатых жучков, которые быстро-быстро мчатся к своим жертвам.

Лора выдохнула. Не надо! Хватит таких видений!

Снова оглядевшись, она позавидовала тем, кто сейчас в ванной комнате работал с мягким пластиком, готовя ловушку страшным жучкам-симбионтам. Этим ребятам хорошо. Они работают. Им некогда впустую думать о потенциально страшном будущем.

Мимо кто-то прошёл.

Чтобы полностью прийти в себя из состояния странной пустоты, когда люди и предметы будто отходят в пространство, Лора начала разглядывать всё, что предстало её глазам. Предстало довольно многое, чтобы поразмышлять. Вот только времени на размышления не дали.

Прямо перед ней оказалась семейная кровать Милли и Кэмерона. На ней сейчас спали (или выглядели спящими) две женщины. Третья сидела напротив Лоры и, кажется, рассматривала туфельки, сброшенные то ли ею самой, то ли кем другим. Через кровать, за столиком, собрались остальные женщины - кроме тех, кто сидел со своими мужьями. Столик был уставлен бутылками, бокалами и вазочками с конфетами. Женщины вполголоса разговаривали - и, наверное, для многих из них эта беседа была большим облегчением. Кое-кто из беседующих даже неуверенно улыбался.

Лора как-то плывуще подумала, что неплохо бы присоединиться к ним...

Женщина напротив, черноволосая и какая-то вся смятая, сидела на краю кровати, обхватив свои плечи и ссутулившись. Одетая в короткое чёрное платье с блёстками, сейчас босая, она даже с опущенной головой выглядела так, будто её только что вынули из воды. Наверное, она много плакала. Косметика потекла, превратив довольно симпатичную молодую женщину в страшилище из рассказов про вампиров.

Всё так же сутулясь, женщина подняла голову.

Проснулась Лора мгновенно - от одного этого вонзившегося в неё взгляда чуть выпученных, округлившихся глаз.

- Потолок... - прошептала женщина и пригнулась ещё больше.

От её шёпота по спине Лоры прошла морозная волна. Облизав разом пересохшие губы, Лора взглянула на потолок. Ничего. Что увидела незнакомка на потолке? В свете недавней истории об и-моргах почудилось, что по потолку побежало что-то мелкое - и спина снова покрылась ледяными мурашками. Лора затаила дыхание, снова и снова щурясь на покрытие потолка, пока не сообразила взглянуть на черноволосую женщину. И только сейчас появилась мысль: почему она говорит о потолке, хотя на него не взглянула ни разу с момента, как Лора её заметила?

А черноволосая неожиданно съехала с края кровати на пол. Коснувшись туфелек, руку отдёрнула - скрестив обе на груди, словно пряча ту, которой дотронулась до обуви. Быстро метнула взгляд исподлобья на Лору и после паузы прошептала:

- Он опускается... Ты видишь?

Лора невольно вновь взглянула на потолок. Но тот оставался на месте. В чём дело? Почему эта женщина так странно себя ведёт?

- Эта стена - за твоей спиной... Раньше она была дальше... - шипящий шёпот полоснул не хуже крика.

- И стена, и потолок - на месте, - с недоумением сказала Лора.

- И когда он опустится, раздавит всех нас-с... - уже не шёпот, а шипение - сквозь пристукивающие из-за сильной дрожи зубы.

Лора никогда не видела, чтобы у человека так ляскали зубы. И ведь эта женщина, на первый взгляд, не боится! По внешнему её виду не скажешь, что она испытывает что-то жуткое... Черноволосая вдруг подтянула к себе ноги, обняла колени, сунувшись в них носом, - и громко завыла!

Лору как будто сдунуло с кресла. Она было бросилась к черноволосой - схватить её за плечи и начать успокаивать, но та на её движение завизжала - так пронзительно, что Лора шарахнулась от неё. Забыла, что позади кресло, наткнувшись - чуть не упала.

- Что ты с ней сделала?! - закричала подбежавшая Милли.

- Ничего! Она что-то говорила о потолке, а потом заплакала! - сама стуча от страха зубами, откликнулась Лора.

- Она же только что сидела спокойно! О каком потолке она начала говорить и почему - тебе?!

- Я сидела рядом! - уже не выдержала - закричала и Лора, с ужасом чувствуя, как глаза против её воли наполняются слезами.

- Зачем тебе надо было трогать её?!

Милли стояла перед черноволосой, опустив руки. А та легла всем телом на пол и, продолжая дико выть, пыталась втиснуться под кровать... Вскоре перед кроватью и вокруг неё стояли почти все заложники. Лора сдерживалась из последних сил. Подбежавший Кэмерон пытался взять черноволосую за подмышки, чтобы поднять её, но женщина завизжала так, что он отпрянул, выпустив её, и растерянно огляделся.

- Не подходи! - крикнула ему Милли так, как будто он находился далеко. - Её нельзя трогать! Не подходи! Господи, что же делать?!

Роль Господа на себя взял Эрик. Он шёл через комнату так спокойно и размеренно, что все застыли на нём переполошёнными, постепенно дичающими глазами. Даже Милли перестала обвинять Лору и с надеждой уставилась на него.

- Что тут? - бесстрастно спросил Эрик, встав почти у самого тела беснующейся черноволосой. На женщину он смотрел слегка недовольно.

- Сначала она говорила про потолок, а потом начала кричать, - с трудом выдавила из себя Лора, изо всех сил стараясь не заплакать.

- Ясно, - сказал Эрик так спокойно, что все сразу поверили: ему точно всё понятно. - Разойдитесь все. Чем больше вокруг неё народу, тем дольше и больше она будет кататься по полу.

Заложники немедленно отошли, наблюдая исподтишка за происходящим. А Эрик присел перед черноволосой, нисколько не смущаясь тем, что она то и дело задевала его ноги своим телом, движения которого явно не контролировала.

- Кто-нибудь знает, как её зовут?

- Надин, - ответила оставшаяся Милли, которая всё-таки попыталась спрятаться за кроватью. - Её зовут Надин.

- Хорошо. Лора, позови, пожалуйста, уиверна.

- Зачем? - подозрительно спросила Милли, стараясь не глядеть, как Эрик прижал бьющееся тело черноволосой к боковой стенке кровати.

- Раса уивернов известна своими медицинскими познаниями и врачами, - обстоятельно высказался Эрик.

Положившись на его знание и смутно сама припоминая что-то такое об уивернах, Лора поспешила к Монти. Тот сидел всё на том же низеньком диванчике и следил за её приближением. Женщина передала ему просьбу Эрика, и уиверн поднялся.

Пока он дошёл до черноволосой, Эрик успел всунуть ей в рот, между крепко стиснутыми челюстями, найденную на прикроватном столике расчёску.

- Зачем ты меня звал? - недовольно разглядывая черноволосую, спросил Монти.

- Леди, отойдите, пожалуйста, - попросил Милли Эрик. - То, что сейчас произойдёт, будет несколько отвратно выглядеть. - А когда Милли нерешительно удалилась, он очень спокойно предложил Монти: - Успокой её.

8

Уиверн вздохнул и снова с вынужденной из-за положения стоя надменностью посмотрел на совершенно истерзанную, взлохмаченную женщину. Та, рыча и визжа, лягалась и пыталась вырваться, жёстко прижатая к стенке кровати уже Дэниелом и Кристианом, подоспевшими на помощь своему боссу. Монти взглянул на Эрика, всё ещё сидевшего на корточках:

- Что с ней?

- Приступ клаустрофобии.

- И ты думаешь...

- Нет, чёрт бы всё подрал, я не думаю, я требую.

Он сказал это так повелительно, что уиверн невольно заглянул ему в лицо.

- Ты не имеешь права. Люди могут истребовать это только с разрешения...

- Здесь, в этом помещении, я имею право на всё. Успокой её.

Сидя, Эрик вроде смотрел на уиверна из приниженного положения, но Монти лишь дёрнул уголком губ и присел рядом. Он быстро взялся за выскальзывающий из пальцев подбородок подвывающей, мотая головой, Надин и почти мельком заглянул в её глаза... Тишина. Женщина замолчала в одну секунду, уставившись на Монти, но явно не видя его. Искажённые яростью и страхом, черты её лица медленно расправлялись, смягчались... Лора осторожно покосилась на уиверна, благо стояла чуть дальше. И всё? Вот это и есть - раса врачей? Или у уивернов есть и нечто другое в запасе? И - вспомнила: взгляд - которым уиверны укрощали и-моргов. Значит, сейчас Монти использовал своё умение внушать? Этого требовал Эрик?

Во входную дверь заколотили кулаками. Люди? И-морги?

Заложники сблизились немедленно, словно их это могло спасти. Мужчины ощетинились оружием на дверь. Но грохочущий стук скоро замолк.

Две женщины, спавшие на кровати, давно проснулись, разбуженные самым страшным образом - звериным воплем Надин, а теперь, устрашённые грохотом в дверь, сидели с другой стороны, прижавшись друг к дружке: одна тихонько плакала, другая её утешала, испуганно поглядывая на черноволосую. Кристиан быстро поднял успокоенную Надин с пола и положил женщину на кровать. Та снова села, но глаза уже не были безумными, а скорее - удивлёнными, пока она осматривала часть помещения, в которой неожиданно для неё оказались незнакомые мужчины.

Заложники, издалека наблюдавшие за происходящим, тоже будто вздохнули свободней. До сих пор встревоженно молчавшие, они тихонько заговорили между собой. Надин попыталась встать с кровати. К ней поспешила Милли и тоже негромко заговорила с нею, не скрывая радости.

Дэниел посмотрел на женщин, перевёл взгляд на входную дверь, у которой сторожили Сандар и Алиса, и неожиданно задумчиво сказал:

- Жаль, нельзя видеть, что и как происходит в другой комнате.

- Винтовки твоей здесь тоже нет.

Лоре показалось, что Эрик как-то очень спокойно сказал это - словно напомнил. Что это за особенная винтовка и как она связана с тем, что сейчас творится за дверью?

- Достаточно и любого другого огнестрельного, лишь бы заряженное и под рукой было, - отозвался Дэниел. - Сколько их там? И-моргов? Я почему-то подумал, что они не все сразу будут запускать сюда своих жуков. Есть идея. До прилёта уивернского патруля ещё довольно времени, а вдруг получится раньше выбраться? Всех удалить от двери так, чтобы оттуда никого не подстрелили. Я сяду за какой-нибудь преградой и попробую отстрелить и-моргов. Люди-то нам не так страшны, как они.

- Чревато, - задумчиво сказал Эрик.

Монти несколько секунд переводил взгляд с одного на другого.

- Вы... сумасшедшие. Пристрелить и-моргов за один раз...

- Ну, не совсем за один... Если бы я точно знал, что все девять за дверью, - спокойно сказал Дэниел, - если бы я точно знал их месторасположение... Я бы сам вышел к ним, - засмеялся он, снова забавно скалясь своей неподражаемой ухмылкой.

- Мальчишка! - махнул рукой на него тем не менее очень довольный Эрик. И, оглянувшись на Монти, объяснил: - Он снайпер, "мёртвый глаз", что значит - бьёт без промаха. На звук, на движение. Жаль, второго такого у нас нет. Выпустил бы не раздумывая обоих, даже без соображения, кто из них, этих и-моргов, где. Точнее, второй есть, но ведь... Подумать надо.

- Ещё вариант, - озорно сказал Дэниел. - Выпускаем к ним уиверна - и стреляем.

Монти было высокомерно вскинул голову, но Эрик спокойно сказал:

- Я думал о таком варианте. Слишком непредсказуемо - поэтому отказался. Предпочитаю вариант с просчитываемыми ходами.

- Вы здесь... все ненормальные, - изумлённо сказал уиверн.

- Нет, мы нормальные, - отозвался Эрик, отходя от роскошной кровати и не спеша возвращаясь к дверям. Остальные, как ведомые на невидимой ниточке, последовали за ним. - Это космос - такая штука, что приходится выбиваться из нормы, чтобы выжить здесь. Впрочем, и на Земле своего экстрима всегда хватало. - Эрик умолк, с едва уловимой улыбкой глядя на Лору, которая тоже, словно зачарованная, двигалась следом и остановилась только что. И вздохнул. - Ладно. Вернёмся к делам насущным. Что у нас есть? К встрече с псевдожуками мы более-менее готовы (уиверн что-то недовольно пробурчал, и Эрик нехотя усмехнулся). Но сейчас назревает проблема внутренняя. Монти, приготовься. Тебе придётся поработать - и немало.

- Что ещё? - бросил уиверн, и Лора с жалостью снова вгляделась в его запавшие от усталости и бессонных часов глаза и печально повисшие космы белых волос, на скорую руку собранных в "хвост" - увы, уже не такой элегантный, как на балу.

- Надин - первая ласточка, - тоном ниже сказал Эрик. - Насколько я понимаю, ещё две дамочки приближаются к порогу клаустрофобии. Причём одна из них похожа на кокаинистку, а значит - сорвётся первой, и жди не просто истерики. Ещё у двух дамочек замечаются признаки наркотической ломки. Ещё немного - и они тоже сорвутся.

- Среди мужчин - наркоман только один, - тихо сказал от двери Сандар. - К раздаче оружия он подошёл последним. Я сказал ему, что свободное закончилось, а оставшееся - личное оружие нашей группы. Я слежу за ним - он дрожит и мёрзнет. У него ломка начнётся вот-вот, а в спальне даже аптечки нет.

- Монти, ты как? Поможешь притушить пожар изнутри? - негромко спросил Эрик. - Я не знаю, как уиверны это делают, но хватит ли тебе сил?

- Хватит-то хватит, - тяжело сказал уиверн, - но тебе не кажется, что ты и твои люди слишком легкомысленны в данной ситуации?

- Если я сяду сложа ручки и буду оплакивать заранее собственную смерть, чем я помогу себе живому? - пожал плечами Эрик и снова упёрся взглядом в голубые, словно потухшие глаза уиверна. - Монти, ответь на посторонний вопрос. Я многое слышал об уивернах. Слышал, что это одна из старейших и сильнейших рас космоса. Чего ты какой... извини, если обижу, занудный? Проще говоря - почему ты так пессимистичен? У тебя в руках огнемёт. Ты обладаешь сильнейшим даром внушения. Так чего тебе не хватает, если ты во всём видишь, как говорят, лишь плохую сторону?

Они некоторое время стояли неподалёку от двери, разговаривая и исподтишка рассматривая заложников. Лора сама не заметила, как оказалась совсем близко к Эрику. Чуть сбоку. Он не видел её, она со своего места не видела его глаз, поэтому чуть не ахнула, когда его тёплые пальцы дотронулись до её ладони ("Ты здесь?"), а потом быстро переплелись с её пальцами ("Ничего не бойся!"). Словно передал тепло и убрал свою ладонь. И снова он разговаривает так, как будто ничего не произошло. И даже не обернулся к ней. А вместе с Монти снова присел на том же низеньком диванчике, неподалёку от входа в апартаменты.

Лора, полностью проснувшаяся из-за потайного пожатия, никем не замеченного (она украдкой огляделась), с интересом вслушивалась в их беседу, поэтому после вопроса Эрика до неприличия напрямую уставилась на уиверна, чтобы услышать его ответ.

- Потому что я один. С группой людей, которые действуют неожиданным для меня образом. Будь я с уивернами, мне было бы проще, потому что я понимал бы их. И знал, можно ли и в чём именно положиться на них. С людьми я ещё никогда не работал в таком тесном контакте. И, прости меня, Эрик, я не совсем вам, людям, доверяю.

После этих слов Лоре захотелось подойти к Эрику вплотную и положить ему на плечи руки. "А я тебе доверяю".

И сама испугалась, поняв, о чём думает и чего хочет: он слишком близко к ней! До сих пор она не допускала мужчин до такой степени близости, чтобы ей самой хотелось дотронуться до них!

- А мне плевать, доверяешь или нет, - спокойно сказал Эрик. - Меня больше интересует, вместе ли ты с нами? Или собираешься отстраниться? Поможешь ли ты нам потушить бурю, которая вот-вот разразится?

Лора внезапно увидела, как Эрик резко взглянул на неё. Затем снова обернулся к уиверну.

- Монти, Дэниел тут задал вопрос: сколько и-моргам нужно времени, чтобы выпустить корни псевдопауков? Или и-морги это делают сразу? Ты сможешь ответить на этот вопрос? О времени?

- Нет, и-морги не сразу выпускают корни. Им нужно на всё про всё, как минимум, от десяти до двадцати секунд.

- И при этом они не боятся, что эти нити убьют их самих. Так?

- Они симбионты. И выпускают их целенаправленно. Не забудь об этом.

- А ещё они не боятся, что умрут сами.

- Социопаты, - пожал плечами Монти. - К тому же, умирая, они будут счастливы при мысли, что захватили с собой столько народу.

- Хорошо, - задумчиво сказал Эрик, - подойдём к ситуации с другой стороны. Что будет, если ты выйдешь к ним с поднятыми руками? Как они себя поведут?.. Хотя, впрочем, какие поднятые руки... Что будет, если мы предложим им тебя взамен на заложников?

Уиверн взглянул на Эрика непроницаемо.

- Это вопрос из области просчитываемых ситуаций или практический, уже близкий к исполнению?

- Пока первое, - ухмыльнулся Эрик.

- Они оставят меня у себя, но заложников не выпустят. Если только со мной - корабля им улететь отсюда не дадут.

- Что-то в этом роде я предполагал, - пробормотал Эрик. И взглянул на вытащенный вирт. - Прошло полтора часа, как уивернский корабль развернулся к лайнеру. Ещё полчаса - и в этом помещении будет дом скорби и печали, а значит...

- Что такое дом скорби и печали? - перебил явно вполуха слушавший Монти.

- Так когда-то давно называли на Земле дома, куда помещали сумасшедших, - недовольно сказал Эрик. - Монти, перейдём к деталям. Просчитай ситуацию. Мы притворяемся наивными дураками и говорим и-моргам, что отдаём тебя - взамен на собственную жизнь. Есть гарантия, что они, все девятеро, столпятся у дверей от радости снова увидеть своего старинного врага?

Уиверн честно задумался.

- Им доставит радость не только мой вид. Если они увидят несчастных людей, услышат их жалобы и увидят их страх...

- Понял, - медленно сказал Эрик. - Ребята, вы выстелили вход пластиком?

Едва отзвучали его слова, как в дверь снова замолотили, да ещё - невнятно, но в приказном тоне что-то закричали из-за неё.

Сандар и Алиса поднялись, оглядываясь на снова затихшую дверь. Лора с интересом взглянула на мутную стеклянистую массу, толстым ковриком покрывавшую часть пола перед дверью. В этом должны застрять корни будущих псевдожуков?

- Пластик поднимается, - кажется, Сандар опередил вопрос своего босса. И взглянул на Монти. - Пройти его легко. Только скажите.

- Вы самоубийцы, - ледяным тоном сказал уиверн. - И, если вы думаете, что я последую вашему решению, то вы неправильно понимаете мышление уивернов.

Он резко закрыл рот, глядя на Дэниела, который, присев на колени у футляров с оружием, сбросил лёгкую куртку. Под ней оказалась лишь лёгкая майка. Дэниел ухмыльнулся и повёл плечами. Кристиан взглянул на Эрика. Тот кивнул. Лора сначала не поняла, а потом странный процесс одевания Дэниела просто очаровал её.

Процесс-то был отнюдь не из ординарных. Сначала Кристиан помог Дэниелу надеть ременную сбрую - выражение, слышанное Лорой от одного из телохранителей в доме отца. Затем облепил его плечи и руки ещё какими-то прометаллизированными наручами со скобами, которые застегнул, затянув так плотно, что они стали чуть ли не второй кожей на руках. После чего Дэниел опробовал их на движение: поразмял руки, то прижимая к себе, то резко вскидывая в стороны. Потом Дэниел оглянулся на Кристиана, и тот всунул в скобы наручей трубки-детали странного, ни на что не похожего оружия. И снова Дэниел опробовал его: он жёстко сжимал в кулак и разжимал пальцы - и трубки, на взгляд Лоры, резко влетали в его ладони и вылетали.

- Хорош, - весело сказал Дэниел.

Лора почувствовала за спиной движение и осторожно покосилась. За нею стояла вся толпа мужчин-заложников, кроме того, кого Сандар определил как наркомана. Недавно осунувшиеся от отчаяния, мужчины сейчас с восторгом следили за мини-тренировкой Дэниела, а их лица на глазах светлели надеждой.

- И что? - скептически спросил Монти, тоже поневоле не отрывающий глаз от движений Дэниела, обаятельных до колдовства. - Хотите уговорить меня тем, что?..

- Монти, мы тебя уговорим только на одно, а если честно - только на два момента, - ласково сказал Эрик. - Подари мне свой пиджачок - очень уж он у тебя приметный. И завяжи этими дурацкими узлами свою чёртову повязку на моих глазах и на моей голове.

- За... чем? - сипло спросил ошарашенный уиверн. Кажется, от неожиданной просьбы его горло пересохло.

- Затем, что, вместо тебя, к этим чёртовым и-моргам пойду я, - всё так же ласково, словно уговаривая ребёнка, ответил Эрик и тоже сел на колени - вместо вставшего на ноги Дэниела, который сейчас осторожно надевал на себя всё ту же куртку.

- Но мы...

- Монти, ты светловолосый. Я вроде как тоже довольно отчётливо блондинистый, разве что разница в длине волос. Только ведь под повязкой не будет видно, какой у меня они длины, - отвечал Эрик, внимательно присматриваясь к тому, как Кристиан закрепляет на нём оружейную сбрую. - Оба мы с тобой одного роста. А если пиджачка своего бального не пожалеешь, так и не только люди, но и и-морги подумать не успеют, в чём разница. Пиджачишко-то шикарный свой снимай, ага?

- Но как вы хотите...

- У нас два снайпера, работающих в манере "мёртвый глаз", - пожал плечами Эрик, снова глядя на него снизу вверх, но всё с тем же хорошо ощутимым снисходительным превосходством. - Второй, точней, первый из них - это я.

- Подтверждаю, - не глядя, кивнул Дэниел, проверяющий, как затянуты ремешки на наручах. - Именно что первый.

Уиверн неопределённо оглядел обоих, помедлив, сбросил фрачный пиджак - швырнул его на пол - и снова уселся на диванчик, ссутулившись и вцепившись пальцами во взлохмаченные волосы. Правда, Лора видела, что он обеспокоен: сидел слишком напряжённо, и нервные пальцы в волосах сильно вздрагивали. Да и руки, локтями с очевидным отчаянием упёртыми в колени, выглядели слишком напряженными. Кажется, он не успокоился, даже когда понял, что ему-то не нужно будет идти с этими ненормальными. Что же его заставляло нервничать?

Лора бросила взгляд напротив, на другую стену комнаты. Там, внизу, всё так же неподвижно лежал их недавний охранник. Сейчас он выглядел затихшим. Лора старалась не думать, что, возможно, он умер. Старалась думать только об одном: доживёт ли он до появления врачей? Пусть он и из вражьего стана, но жаль и его.

Через две минуты Эрик и Дэниел встали и критически осмотрели друг друга. Кажется, Эрик исподтишка пародировал уиверна: надменно выпрямив спину и слегка шутовски выпятив живот, он прохаживался перед невольными зрителями, настолько явно дурачась, что сам же и смеялся над собой и над Дэниелом. Монти поднял глаза, смотрел-смотрел на него, а потом не выдержал:

- Эрик, вы оба сумасшедшие! Вы сознаёте это? Или вы наркоманы, для которых наркотик - адреналин! Может, опомнитесь? Вернётесь к плану с расплавленным пластиком? Он выглядит более реальным в сравнении с вашим потенциальным самоубийством!

- Хватит болтовни, Монти, - добродушно оборвал его Эрик и повернулся к нему спиной. - Закрывай мне глаза.

Мужчины-заложники с интересом посмотрели на уиверна.

- Ну? - нетерпеливо спросил Эрик.

Монти, всё ещё сидевший, исподлобья покосился на него. Провёл пальцем по одной скуле, по другой, снимая капельки пота. Наконец уиверн встал с места, вяло поднял руки с кожаной повязкой - и приложил её к своим глазам.

- Мы... подкорректируем ваш план, - медленно сказал уиверн. - Вы выведете меня - и тогда ваши руки будут свободны. И-морги не поверят, что всего два человека, выводящих третьего, могут быть опасными.

Лора, затаившись, ожидала, что Эрик будет уговаривать его остаться. Но тот, в мгновения став серьёзным, подошёл к Монти, заглянул ему в глаза и пообещал:

- Если увидим, что план срывается, вталкиваем тебя сюда же в первую очередь.

Уиверн, не отвечая, быстро соединил тесёмки повязки, плотно закрыв себе глаза. И Лоре стало страшно за него. Он не верит людям, которые придумали смертоубийственный план. Сейчас он слепым выйдет к своим давним врагам. Но, кажется, его взяли на чисто мужские игрушки - на усмешку над смертью. Его заворожили тем, о чём Лора лишь читала в книгах, но никогда в своей жизни не встречала воочию - умением пойти против самой смерти, лишь бы спасти остальных. Его взяли обаянием, если можно так выразиться, умения жертвовать собой ради других. А может, пристыдили этим умением.

Правда, Лора заметила и ещё кое-что. Обречённость. Монти заворожён, но он не поверил Эрику. А тот... Тот обернулся к толпе заложников и повёл бровью. Как ни странно - его поняли с этого лёгкого движения сразу: все быстро разошлись от входной двери - с пути возможных выстрелов извне.

Всё. Монти, с завязанными глазами, с закрученными назад руками, выдохнул и шагнул вперёд. Эрик придержал его за плечо.

- Не торопись.

Он оглянулся на Лору - глаза в глаза. Ласковым, но властным взглядом.

- Лора, спрячься. Вероника, проследи.

Сандар и Алиса быстро свернули в коврик мягкий стеклянистый пластик от двери, чтобы убрать его, и попятились.

- Монти, - услышала голос Эрика Лора из-за стены. - Перед тем как запустить корни, и-морги будут предупреждать об этом?

- Да, - глухо отозвался уиверн.

- Прекрасно. - Эрик шагнул вперёд и сам энергично замолотил в дверь. После чего приник к ней. - Эй, есть там кто-нибудь для переговоров?

В помещении, затаившем дыхание, послышался далёкий, сильно приглушённый плотно закрытой дверью голос. Напряжённо вслушиваясь, Лора расслышала:

- Чего надо?

- Я думал - это вам что-то надо, - нагло ответил Эрик. - Мы тут вам подарочек приготовили - уиверна, из-за которого вы нас здесь держите. В том же виде, что и был - с повязкой на глазах, с завязанными руками. Он вам ещё нужен?

- А ... (Лора смущённо опустила глаза на нехорошее слово) он нам?

- Меняемся! Забираете этого субчика, а нас отпускаете. Как вам такой расклад?

За дверью сначала стало тихо. Во всяком случае, как ни вслушивалась Лора, она ничего не слышала. Судя по напряжённым лицам Вероники и Алисы, сидевших рядом, и до них не доносилось ни звука. Лора торопливо раздумывала, что делают там, за дверью. Наверное, бандиты-наёмники объясняют и-моргам, что предлагают заложники. И совещаются с ними. А может, и не совещаются. Может, просто передали, а теперь ждут, что скажут те, кто их нанял. И она представила, как и-морги в небольшом недоумении рассуждают между собой, что там затеяли эти странные заложники... Но Эрик прав. Они захотят иметь под рукой уиверна. Это их главная добыча. Так что...

- Эй, там! В комнате!

Приглушённый крик заставил Эрика снова приникнуть к двери. А Лора осторожно высунулась из-за угла посмотреть, как у них. Девушки, вслушивавшиеся рядом в переговоры, тоже подобрались за ней ближе к выступу стены. Отсюда всё достаточно хорошо видно, что происходит у двери. Зато чуть что - можно сразу отпрянуть за безопасную стену. Дэниел стоял, придерживая Монти за руку, заведённую за спину. В шаге от них Эрик прислушивался к самой двери.

- Что?

- Он выйдет сам?

- Ох...ли? - спокойно спросил Эрик. - Чтобы уиверн сам к и-моргам вышел? Да он уже тут перепсиховал по-страшному (выглянувшая из-за угла Лора заметила, как передёрнуло уиверна), упирается как чёрт - с трудом совладали с ним! Нет уж! Мы его выведем, а вы там делайте с ним, что хотите, только нас отпустите! Что скажете?

- Выходите! Но только без всяких штучек! Как только выведете - сразу назад! Иначе попадёте под перекрёстный огонь! Мы тут ждём вас шеренгой.

Эрик обернулся и переухмыльнулся с Дэниелом.

- Во дураки-то...

Кристиан, вставший в шаге от спины Дэниела, тихо заметил:

- Левый край беру я.

9

Ещё одна пауза, потом послышался тихий голос Эрика:

- Монти, ты хоть для виду посопротивляйся. Не поверят же...

- Попробую...

За их спинами Сандар быстро командовал мужчинами, кому куда встать. Дезориентированные в непривычной, новой для себя ситуации, кажется, мужчины-заложники с радостью восприняли тот факт, что ими кто-то командует.

- Идём.

Тихое слово в суетливых шорохах от множественного движения в помещении прозвучал почти шелестом. Но Лора машинально прижала руку к вздрогнувшему сердцу. "Пусть с вами ничего плохого не случится! Пусть всё пройдёт так, как ты задумал, Эрик!" Она ещё успела заметить, что Эрик и Дэниел просунули руки по бокам уиверна, успела вспомнить, что под рукавами их лёгких курток прячется оружие...

Секунду спустя её резко и сильно втянули за угол выступа и уложили на пол.

А ещё секунда - и Лора сама бы пригнулась от шквалистого грохота выстрелов. В свой браунинг вцепилась изо всех сил, прижав его к груди. И - зажмурилась. Крепко-крепко. Под тёплым телом кого-то из девушек, кто сильно пригибал её к полу, чтобы не дай Бог хоть одна пуля попала бы в неё, в Лору... Над ужасом и смятением мыслей витала одна отчётливая: это Эрик приказал, чтобы ни один волос с её головы!.. И почему-то эта мысль наполняла самым настоящим восторгом! Таким, что Лора еле повернула голову куда-то в сторону, чтобы только её услышали, покорно легла на пол плашмя и сквозь оружейный гром пообещала:

- Я никуда! Никуда!

Девушка над ней немедленно поднялась, освободив от своего удерживающего веса. И немедленно же куда-то исчезла. Лора даже не успела заметить, кто именно это был - Алиса или Вероника. Только расслышала в грохоте выстрелов торопливые шаги. Но встать надо - и быстро. Её закуток за выступом опустел. Не хотелось бы встретить любое изменение обстановки в таком уязвимом положении.

Лора поднялась сесть на бедро, опираясь на руки - и на пистолет, судорожно зажатый в пальцах, встала, всё ещё пригнувшись, чтобы оглядеться и понять. Она и правда не собиралась куда-то бежать и пытаться что-то делать. Есть браунинг, чтобы защищаться в крайнем случае, но пытаться влезать в войну?! Нет, она не восторженная дурочка. Война - для тех, кто умеет драться. Вот если бы их не осталось - тех, кто умеет, тогда бы и ей, Лоре, поневоле пришлось столкнуться со всеми, кто враждебен...

Она втиснулась спиной в угол, держа пистолет уже направленным вперёд. Здесь пространство небольшое - так, закуток, но она сможет постоять за себя, если только...

Подняла глаза: всё помещение спальни - перед ней. Забившиеся за кровать, в самый защищённый угол за нею, визжат и плачут женщины. Редко кто из них кого-то утешает. Пришедшая в себя полностью Милли, например, командует всеми - слышно отсюда. Мужчин среди женской компании не видно. Они по стеночке и постепенно - оружие наизготовку - подходят к входной двери, с приглядкой, напряжённо всматриваясь в то, что происходит впереди.

Лора вспыхнула: если они подходят к двери - значит, ребята Эрика продвигаются вперёд! Значит - они заставляют этих и-моргов и их наёмников отступить! Забыв обо всём, в том числе и о своих заверениях не высовываться, она поспешила встать и для начала припасть снова хотя бы к выступу, из-за которого и выглянула - приглядеться к ситуации на сейчас.

Дверь в апартаменты раскрыта нараспашку. Выстрелы грохотали уже не так оглушительно и не так часто. Перед дверью - никого! Только виден кусочек помещения, а там - на сдвинутых коврах неподвижно лежат люди... Лора вздрогнула, когда уже из той комнаты, за дверью, кто-то крикнул:

- Ещё минуты две! Не выходите пока!

- Кристиан! Садись! Не трогай руку!

- Эй, ты! Не скули! Сейчас подойду! Тебя предупреждали не высовываться!

- Выходим все в коридор! - раздался уже спокойный голос Эрика. - Никто без меня не суётся в другие апартаменты! Пристрелю сам, если что!

Удивлённая последним приказом, Лора оглянулась на мужчин-заложников. Ага, троих здесь нет! Следовательно, они с Эриком? Именно для них этот приказ?

- Лора!..

Она обернулась в сторону кровати. Ей махала рукой Милли. Лора отрицательно покачала головой. Нет, присоединяться к женщинам она не собиралась. Милли нервно улыбнулась ей и кивнула. Поняла.

"Тридцать шесть, тридцать семь... Что там с Кристианом? Ранен? Шестьдесят. Шестьдесят один... - Лора честно отсчитывала две минуты, заданные Эриком, чуть не подпрыгивая от нетерпения. - Что с Монти? Жив ли он? Ему ли кричала одна из девушек не скулить? Господи, быстрей бы добраться до наших апартаментов! Быстрей бы... Сто двадцать! Всё! Можно!"

Сначала рванули к двери мужчины-заложники - все с оружием. Затем, держась за край выступа перед входной дверью в спальню и с браунингом наготове, Лора выскочила из-за стены и мгновенно оказалась на пороге в сами апартаменты. Застыла, ошеломлённо разглядывая помещение. Мужчин уже здесь нет. Их голоса и торопливый шаг затихают, удаляясь по коридору.

Двое мужчин-заложников из тех, кого она не досчиталась в спальне, под командованием Монти стаскивали мертвецов в чёрных одеждах в одно место. Когда Лора вышла, они на её глазах доволокли двоих, а потом уже вдвоём же взялись ещё за одного. Женщина машинально, а потом с надеждой пересчитала тела. Они бросили девятого. Слёзы чуть не прихлынули к глазам: Лора уже видела в и-моргах знак отчаяния, а тут...

Третий бывший заложник сидел на стуле - и Вероника перевязывала ему руку ниже локтя. Несмотря на рану, несмотря на сердитые укоризны Вероники, мужчина сиял от радости. Оттого ли, что свободен? Оттого ли, что пришлось принять активное участие в страшной заварушке? Оттого ли, что всё закончилось - и он тоже этому помогал?

Тут же неподалёку Алиса сноровисто перевязывала грудь полуголого Кристиана. Тот морщился и что-то ворчал - причём так, что Алиса выговаривала ему что-то шутливым тоном. Остатки разорванной рубахи валялись на полу... Почувствовав движение, Кристиан резко поднял голову. Увидел Лору и неохотно улыбнулся ей. На его улыбку обернулась и Алиса, помахала рукой.

- Не бойся. Здесь безопасно!

Лора осторожно, но ничуть не страшась, переступила два трупа в других одеждах - наверное, наёмников, и подошла к уиверну, который стоял у двери, вглядываясь в чёрные трупы. Монти тяжело дышал, ладонью будто что-то пряча на плече. Его роскошный бальный пиджак (видно сквозь его пальцы) на плече темнел. Впрочем, о роскоши говорить уже не приходилось. Мало того, что уиверн несколько минут назад в сердцах бросил пиджак на ковёр, далеко не чистый, так теперь самому Монти в нём явно пришлось поваляться на полу.

- Это... не опасно? - тихонько спросила Лора, кивая на мёртвых и-моргов.

- Нет. Симбионты погибли первыми. Ваши снайперы стреляли в живот. А если корни не проходят через пищевод, они не адаптированы к самостоятельной жизни.

Не глядя, Монти нашарил за спиной стул и в изнеможении сел, так и не сводя глаз с трупов и-моргов. Лора вспомнила, как он говорил, что в экстремальных обстоятельствах не доверяет людям. Что же ему пришлось пережить, когда он решился принять участие в этой авантюре Эрика и его команды?

- Твоё плечо! Что с ним? Тебя ранили? - спросила она, смутно жалея, что не умеет делать перевязки.

- Нет. Задело поверху, когда упал. Кажется, кожу содрало. Кристиану больше не повезло: он оказался на виду, когда мне велели падать. Не успел отойти в сторону.

- Но, может, стоит перевязать?

Он усмехнулся.

- Мне бы немного поесть и спокойно посидеть - заживёт быстро. У нас, уивернов, регенерация тканей всегда идёт быстро. Особенно если есть белковая пища.

- А повязка на глазах? Не помешала?

- Узлы я затянул только внешне. Когда меня бросили на пол, чтобы не попал под пули, я её сразу сорвал. И тоже стрелял.

Лора оглянулась на выход из апартаментов.

- Там только Эрик со своими? Какие-то странные выстрелы. Издалека.

- Нет. Не только Эрик. - Монти устало смотрел в темнеющий коридор. - Он велел заложникам оставаться здесь, хотя эти трое неплохо показали себя. С той стороны коридора наконец смогла пристреляться охрана лайнера. Ну, когда услышала наши выстрелы. Поэтому он и велел остаться. Наёмников берут в клещи. Проверяют все апартаменты по коридору. - Он нехотя ухмыльнулся. - Охранники очень активно идут. Злые потому что. Дорвались до пострелушек.

В отличие от него, Лора смотрела в коридор жадно, с трудом сдерживаясь, чтобы не побежать. До приступа клаустрофобии ей ещё далеко, но сидеть в одном-единственном помещении с нервничающими людьми - это тоже тяжело. Хотелось побыстрей проникнуться мыслью, что все опасности и в самом деле позади, что можно идти на все четыре стороны и не бояться, что услышишь выстрелы. И хотелось наконец оказаться в своих комнатах. Быстро. Сию минуту.

Но хотелось и постоять рядом с уиверном, утешая его. Это как-то утешало её саму.

Но желания стоять рядом с Монти хватило ненадолго.

- Монти, как ты думаешь... Выстрелы слышны уже далеко, да и мало. Можно посмотреть, что в коридоре?

- Пошли вместе. - Уиверн дотянулся до поставленного неподалёку огнемёта, подтянул к себе, взявшись за ремень. - Судя по звукам выстрелов, последних наёмников загнали в чьи-то апартаменты. Коридор явно чист.

Лора опустила голову, боясь показать, что рада его предложению. Пока выстрелы слышны, пусть и глухо, всё-таки ей страшно - одной. Но рядом с высоким, широкоплечим уиверном, который хладнокровен и решителен, дышится гораздо легче.

Он прошёл вперёд и сразу повернул к выходу из коридора. Лора перешагнула порог апартаментов и оторопела: в метре от двери на коленях, лицом к стене сидели пять человек - руки на затылок. Их охранял неизвестный человек в форме.

- Спецслужбы лайнера? - поинтересовался Монти, спокойно проходя мимо.

- Они самые, - невозмутимо подтвердил неизвестный.

Лора догнала Монти и пошла рядом, сжимая в руках браунинг. Оказывается, ещё не всё закончилось. И, пока оружие в руках, всё-таки дышать легче.

- Ты хочешь просто взглянуть на то, что делается, или у тебя есть цель?

- Я... хочу к себе в комнаты. Там... Эмиль.

- Хорошо. Только не отходи от меня далеко, ладно?

- Буду рядом, - вздохнула Лора. Она и сама испуганно жалась к уиверну, потому что шли они по коридору, в котором никто не удосужился пока убрать трупы жильцов. А их было много. Когда Лора шла в первый раз по этому коридору, ведомая и-моргами, она запомнила расположение многих трупов по ярким одеждам. Сейчас ей трудно было понять, как могли и-морги и человеческие наёмники сидеть, стоять среди всех этих мертвецов. Ведь, насколько она понимала, все эти убийцы не уходили из коридора, карауля как пленников, так и само помещение от вторжения в него военизированных служб лайнера. Как они могли находиться, общаться, разговаривать - в сущности, на кладбище? Да ещё обедать среди трупов?..

Лора мало понимала реальный мир, зная о нём лишь по книгам. Но ей казалось чудовищным то, что сделали эти... чудовища. Она могла понять, что и-морги - это монстры, но они инопланетяне!

Но люди! Наёмники! Почему они так легко пошли на службу к социопатам - против собственной расы? Только из-за денег?..

- Которая дверь? - спросил Монти, обрывая её тяжёлые мысли.

- Следующая.

- Сразу не входи. Я проверю сначала.

- Но... Эмиль прямо у входа.

- Хорошо, войдём вместе, но ты останешься с... - Уиверн замялся, но договорил: - Останешься с мужем, а я пойду проверить комнаты.

Они дошли до апартаментов, и Монти первым вошёл в общую комнату.

- Заходи.

Уиверн сразу прошёл в спальню, держа наготове огнемёт.

А Лора приблизилась к телу мужа и, постояв немного в нерешительности, присела перед ним на корточки. Он лежал так, как она видела его в последний раз, перед уходом с и-моргами, на спине, раскинув руки в стороны, со слегка неловко повёрнутой набок головой. Красивый мужчина. Молодой, энергичный, деятельный, влюблённый совсем недавно - несколько часов назад... Эмиля ударили так, что он стукнулся головой. Хуже - в него стреляли. Вон осталась чёрная полоска на груди... Как же он неловко лежит... Лора, прикусывая губу, села уже на колени и потянулась подсунуть руку под плечи мёртвого мужа, чтобы уложить его удобней. Почему-то это сейчас казалось очень важным и необходимым для Эмиля - из всего того, что она могла сделать для него.

- Не трогай его!

От неожиданности Лора отдёрнула руки и шарахнулась от тела Эмиля. От резкого оклика холод плеснул по телу, заставил содрогнуться.

- Ты напугал меня!

- Извини, Лора, - сказал Монти, вприщурку всматриваясь в Эмиля. - Что ты хотела сделать?

- Положить его так, чтобы голова лежала нормально, - смущённо призналась Лора и оглянулась на Эмиля. - Что я сделала не так?

- Лора... - Уиверн смотрел на мёртвое тело, почти не мигая, странным, пронизывающим взглядом. - Кажется, твой Эмиль жив. У нас, уивернов, есть особенность - чувствительность к живому. Я его чувствую живым. Возможно, у него глубокая травма головы, сломаны шейные позвонки и пробиты лучевым оружием лёгкие, но он жив. Наверное, потерял сознание.

Она недоверчиво взглянула на уиверна. Эмиль жив? Но... Как проверить? Чувствуя себя абсолютно суеверной, она осторожно взялась за ладонь мужа. Холодная. Но пока всё, что говорил Монти, оказывалось правдой. Она вспомнила, что где-то на кисти надо поискать пульс, и попыталась найти его.

- Не получится, - сказал над её головой уиверн. - Если он без сознания, пульс можно прослушать только с помощью медицинского аппарата.

- И что теперь делать? - прошептала Лора, испуганно и радостно глядя на закрытые глаза Эмиля - и начиная верить уиверну: глаза мужа плотно закрыты! Почему-то эта особенность показалась женщине очень важной.

- Надо дождаться кого-нибудь с виртом и... - начал Монти и тут же оборвал себя. - Нет. Думаю, за пределами этого коридора уже дожидается команда из медицинского кабинета лайнера. Надо будет предупредить врачей, что он жив и что позвонки у него травмированы. Лора, ты останешься здесь?

- Да. Конечно. - Лора не отпускала ладони мужа, снова чувствуя себя до ужаса суеверной: отпусти она его руку - и он умрёт. Снова. Несколько часов она прожила с мыслью, что он умер. Хуже - убит. И вот, оказывается, он жив?!

- Я быстро посмотрю, что там с местными боями, - криво усмехнулся Монти.

Он развернулся и вышел из апартаментов.

А Лора придвинулась ближе к Эмилю. Сейчас ей как никогда изо всех сил хотелось сесть рядом с мужем так, чтобы всё-таки положить его голову к себе на колени. Ей казалось, он был бы рад открыть глаза - и увидеть, что она рядом, что она пытается помочь ему, что он не один.

Но она не притронулась к нему. Села близко - это да. Подтянула к себе ноги и обняла колени. Машинально стала разглядывать не видя - своё оружие. Браунинг был тёплый и тяжёлый, несмотря на многие пластиковые детали, заменившие металлические, о которых она читала в детективах.

Наверное, придётся отдать пистолет Эрику. Она даже глаза подняла на дверной проём - почудилось, он мгновенно откликнулся на её желание увидеть его... Но у двери никого не было, и Лора, повернувшись к мужу, осторожно погладила по его тёмным волосам. Знать бы, как чувствуют уиверны живых... Она вот, разумеется, не смогла бы отличить мёртвого от живого. Только поверить. Вот и сейчас... Монти сказал, что Эмиль живой - и она ощущает мужа таким...

Эрик. Он так смотрел на неё... А она - придумала тоже: положить ему на плечи руки... "О чём я думаю?! - ужаснулась Лора. - Здесь лежит Эмиль, с которым ещё неизвестно что будет, а я думаю о... - Она опустила голову, словно все её мысли мог бы прочесть каждый. - А я думаю о том, что меня впервые потянуло к мужчине..."

Она сжалась в комок, ещё сильней обнимая колени, нагнула голову, чувствуя себя виноватой: это из-за неё Эмиль чуть не погиб! Если бы она не танцевала с таким удовольствием с уиверном! Если бы она не думала о том, что лучше танцевать с Монти, чем с Эриком, с мужем ничего не случилось бы! Это она, она виновата во всём! В этих смертях, в этой боли, во всём этом ужасе! Это ей хотелось покоя, а Эрик тревожил, и всё из-за того, что не относился к кругу тех, кого отец называл ровней себе! И она пошла по стопам отца, не захотела общаться с человеком, который казался ниже положением... Это ей хотелось лёгкости в жизни! Так - на, получи эту лёгкость - в крови, в горьком запахе дыма и сгоревшей плоти... Лора затряслась в плаче, уткнувшись в колени. "Я не хотела! Я правда не хотела! Я всего лишь хотела порхать и никому не быть в тягость! Я не хочу быть виноватой! За что мне это, Господи?!"

- Что случилось, Лора?

Несколько шагов к ней - и Эрик очутился рядом, мгновенно опустившись на колени. Она вытерла слёзы и заглянула в его обеспокоенные глаза. Вздохнула, придавливая новый приступ плача, рвущийся из груди.

- Эмиль... Жив.

Эрик внимательно смотрел на неё, и она поразилась: сколько эмоций быстрым водоворотом сменилось на его лице!.. Она не успела считать ни одной, а тем более - понять их. Что с ним? Наконец он сказал каким-то глухим голосом:

- Хорошая новость, Лора. Не плачь. Всё образуется. Поверь мне.

Она сделала было движение к нему, но заставила себя сесть на место, опустила глаза.

- Я... верю. Спасибо, Эрик.

- Ты подождёшь? Я приведу врачей.

- Подожду. - Она снова опустила голову, лишь бы не смотреть на него, лишь бы он не понял, что её, такую спесивую и надменную, как её собственный отец, вдруг потянуло к нему - к такому надёжному и сильному.

Он встал и вышел. И сердце Лоры вдруг сжалось. Она не уиверн, который тонко чувствует, но почему ей сейчас кажется, что она больше никогда не увидит Эрика?!

Вдох больше был похож на всхлип.

Неизвестно, повезло ли ей, нет ли, но секундой позже в помещение вошли врачи, которых привёл Монти. Началась деловитая суета с перекладыванием Эмиля на специальные носилки, с немедленным оказанием ему первой помощи.

Ей сказали, что в медицинском отсеке места мало, что неплохо бы оставить Эмиля, и в самом деле живого, здесь, в апартаментах, но под наблюдением профессиональных медиков. Она согласилась, и мужа перенесли в спальню, где врачи быстро соорудили твёрдую поверхность на его кровати. Лора видела - присутствующие поняли, что она с мужем спит отдельно. Ни слова на эту тему, естественно. Не до того, да и тема неприличная - не спросишь напрямую. Поэтому для присутствующих догадка прошла простым невысказанным замечанием.

Прибежала камеристка, которая сопровождала Лору в этой поездке. Поохала, поахала, сообщила, что отец Лоры, узнав по космосети Содружества о ЧП на лайнере, уже выслал свой личный корабль, который отвезёт её и Эмиля в его, отца, дом, потому как он помнит, что молодая пара до сих пор так и не удосужилась найти себе постоянное пристанище... Лора кивала и соглашалась, что неплохо бы уже сейчас начать собирать вещи. И сидела, только смотрела на Эмиля, бледного и недвижного. С него срезали бальный пиджак и рубаху. Лежал он в одних брюках, и, кажется, на довольно долгое время его одеждой будут бинты и специальные медицинские салфетки, которыми его облепили как коконом и закрепили проводами. Лоре постоянно хотелось укрыть его хоть чем-то лёгким, ей всё казалось, что муж мёрзнет. Но врачи предупредили, что лучше до Эмиля не дотрагиваться, пока главный врач медицинского отсека не выскажет своего мнения о состоянии раненого.

После оказания первой помощи на некоторое время молодую пару оставили в покое. Только раз пришёл посыльный из ресторана лайнера, принёс поесть - ей одной. Эмиля уже подключили к искусственному питанию.

Потом пришёл усталый врач, за ним двое в медицинских халатах привезли диагностирующую аппаратуру. Врач пришёл очень поздно, и Лора его хорошо поняла: были раненые, которые нуждались в более ранней помощи. А Эмиль... Что ж, он как не приходил в себя, так и оставался без сознания до сих пор. Мог подождать...

Но возился с ним врач довольно долго. Считывал и не один раз показания аппаратуры, что-то высчитывал, снова проводил какие-то анализы. У Лоры уже слипались глаза, когда врач наконец вынес вердикт:

- Леди, ваш муж придёт в сознание. Боюсь, он не сможет двигаться. Травма головы дала повреждение двигательных центров организма.

Лора долго смотрела на него, пока он наблюдал за тем, как его помощники демонтировали диагностическую установку. Наконец она бесцветно сказала:

- Ничего страшного. Один он не останется. Я всегда буду с ним рядом.

Вторая часть

10

Тот же врач предложил не приводить Эмиля в сознание, пока совершается перелёт. Лора, поразмыслив, согласилась с ним. Мужу лучше прийти в себя уже в спокойной, стабильной обстановке.

За те часы ожидания до времени, когда ей придётся участвовать в суматохе перехода на личное судно отца, Эрик ни разу не появился. Несколько порывов поплакать она смогла преодолеть в самом их начале. Зато до конца с нею сидел Монти. И притаённая злость на него: почему ты, а не он! - помогала держать себя в руках.

Прибегали Нея и Милли. Нея плакала и благодарила, что её и подругу смогли заранее вывести из этого кошмара, и пыталась, как и Милли, утешить Лору. Приходили выражать почти соболезнования по состоянию её мужа капитан и какие-то другие облечённые властью лица. Лора принимала всех сдержанно, а однажды промелькнул момент, когда она была всё-таки благодарна Монти, который деликатно сумел намного сократить какой-то тяжкий для неё визит...

Наконец всё закончилось, и Лора, не оглядываясь, вслед за носилками с мужем ушла на отцовское судно.

Двое суток в тесной каюте пусть и довольно большого катера. Двое суток размышлений, приведших к пониманию: иногда бесцельная жизнь мотылька прекращается, и откуда-то сверху ему даётся предназначение. Очень странные, необычные для неё мысли, но совпадение с происходящим оказалось стопроцентным, и она решила, что это судьба.

В столичном пригороде планеты Сангри её из космопорта ждал отец. Лора только и успела посмотреть, куда отнесли Эмиля, и в каких комнатах она теперь будет жить с ним, и даже не привела себя в порядок после перелёта, как её вызвали к отцу. На пороге из личных комнат она столкнулась со спешащими к нему врачами.

Едва поздоровавшись, отец, сидящий за деловым столом в своём кабинете, напомнил ей, стоящей перед этим столом:

- Я выкроил немного времени, чтобы только дождаться тебя и решить некоторые вопросы. Ты знаешь, что семья твоего мужа отказалась помогать ему?

Как будто морозная изморозь прорезала сердце. Но Лора спокойно сказала:

- Меня не интересует семья Эмиля. Меня всегда интересовало твоё мнение. Ты всегда умел предупредить нежелательную ситуацию, а также вдумчиво подходил к создавшейся. Спасибо тебе, что ты сразу позаботился о врачах для моего мужа.

Смягчившись, отец всё-таки кивнул ей на кресло рядом со столом. Такого благожелательного отношения Лора от отца не ожидала. Он решил потратить на неё своё деловое время!.. Возможно, он снизошёл, оттого что ему понравилось её высказывание. Но ведь это правда!.. Семья Эмиля всегда была где-то там, на периферии их жизни, а вот её отец часто вмешивался в спокойное течение жизни молодой пары, время от времени приглашая (довольно безапелляционно, надо признать) молодых пожить в его доме. Мама - нет. Она поступила, как ребёнок с игрушкой, играть с которой по возрасту уже не может: пристроила дочь во взрослую жизнь - и удалилась. То есть она существовала - где-то, но дочерью больше не интересовалась. И Лора прекрасно знала: мать, встретив её в доме, поздоровается с нею, как с малознакомой женщиной, и пройдёт мимо. Она выполнила материнский долг - чего же больше? Таково её твёрдое кредо по отношению к детям.

А вот отец всегда считал детей своей собственностью и не собирался выпускать их из поля своего зрения, а если удастся - то и влияния.

- Что тебе нужно, Лора?

Отец задал вопрос и взглянул на дочь слегка свысока. Ещё бы... Задать такой вопрос, который каждого введёт в ступор. Но у Лоры было время подумать.

- Мне нужно, чтобы твой управляющий по дому решил, на какие средства мы с Эмилем сможем рассчитывать, проживая в твоём доме. Естественно, принимая в расчёт положение мужа, а также то, что я не собираюсь больше выходить в свет.

На этот раз отец внимательно пригляделся к Лоре.

- Ты считаешь, что готова к такому развитию событий?

- У меня было время подумать, - повторила она только что высказанное мысленно.

- Ты изменилась. - Он откинулся в кресле, оценивающе глядя на неё.

Лора еле заметно улыбнулась.

- Наверное, папа. - Про себя она вздохнула: уж её-то умный, проницательный отец должен понять, что чрезвычайное происшествие таких масштабов, как нападение представителей иной расы на мирный лайнер, непредсказуемое, на грани жизни и смерти состояние её мужа, несколько часов личного ожидания страшной, невиданной доселе смерти, уж конечно, может изменить любого человека, оставив в нём свой незаживающий след... А ещё изменяет влечение к человеку, которого отец никогда не пустит за порог своего дома, - будто шепнул кто-то изнутри...

- Хорошо, я буду иметь в виду твои пожелания, - холодно сказал отец. - Но ты будешь взамен выполнять мои. То есть в доме у тебя будут и личные обязательства.

- Надеюсь, они не будут задевать интересы Эмиля, - бесстрастно ответила Лора, ужасаясь, что может хотя бы таким образом перечить отцу.

Но тот лишь усмехнулся и взял в руки вирт.

- Что вы можете сказать? - спросил он невидимого собеседника. И спустя минуту кивнул - Хорошо. Я рад, что состояние мальчика стабильно.

Лора сжалась: он говорит об Эмиле!

Отец отложил вирт и поднял глаза.

- Здешние врачи подтверждают диагноз врачей медслужбы лайнера. Лора, девочка моя... Ты и впрямь готова к тому, чего ради собираешься теперь жить?

- Папа, мы с Эмилем венчались в церкви, и слова о том, что я буду с ним и в горести и радости...

- Я помню, - сухо сказал отец. - Но я знаю, как трудно бывает принять перемены. Такие перемены. Поэтому я и спрашиваю тебя: сможешь ли ты вести ту жизнь, которую придумала? У меня есть возможность дать Эмилю достойное существование в его положении. Если ты передумаешь, то я могу освободить тебя от всех клятв и от твоего супружеского долга.

- ... Я не слишком тверда в своих устремлениях, - после паузы откликнулась Лора. - Я бываю легкомысленной - да. Но сейчас, мне кажется, я получила некий знак. Ты можешь смеяться, но у меня впечатление, что я просто должна быть рядом с Эмилем в его горе. Да и с кем ему быть?

- Лора, девочка моя... - Отец замолчал, зорко приглядываясь к ней. - Ты всего лишь не забудь, что одно твоё слово - и я достойно смогу освободить тебя от обузы, лёгшей на твои плечи.

- Спасибо, папа. - Она не стала говорить, что Эмиль вовсе не обуза, что она с радостью будет за ним ухаживать, чтобы хоть так искупить свою вину перед ним.

- Можешь идти, - кивнул отец.

Она встала, нерешительно постояла, а потом обошла стол и, чуть нагнувшись над отцом, поцеловала его в висок. И, не дожидаясь отклика, вышла из кабинета.

В спальне Эмиля царило некоторое напряжение. Муж только что очнулся и недоверчиво улыбался, прислушиваясь к собственным ощущениям.

Врач корабельной медслужбы ошибся только в одном: Эмиль мог двигать руками. Он мог поднять их, согнуть в локтях и медленно шевелить пальцами. При виде жены Эмиль с трудом улыбнулся и удивлённо сказал:

- Лора, я не понимаю, что случилось. Тело словно не моё. Не могу шевельнуться.

Она подошла к нему, взяла за руку, прижимая его пальцы к своим губам, ласково проговорила:

- Эмиль, тебе придётся некоторое время прожить так, в неподвижности. Доктор сказал, что задеты двигательные центры и несколько дней бы будешь парализован. А потом... - У неё перехватило дыхание. - А потом всё это пройдёт.

- И какое же примерно время я буду валяться в постели в таком виде?

Глядя на жёсткий ортопедический воротник вокруг его шеи, испытывая острое желание прикусить губу, Лора всё-таки сумела ответить без слёз, которые подступили комом к горлу:

- Эмиль, наверное, пройдёт где-то около месяца.

Врач метнул в неё укоризненный взгляд, но она твёрдо выдержала этот укор и смогла не расплакаться.

- Месяц - это много, - сказал Эмиль и задумался. - Я почему-то не помню, как со мной это произошло. Ты расскажешь мне?

- Да, милый, расскажу.

Держась уверенно, она велела прислуге, приданной им, принести обед. Бригада врачей ушла, оставив сиделку - крепкую девушку, с которой Лора договорилась: с Эмилем та сидит только тогда, когда самой Лоре будет отчаянно некогда. Ну, и остаются прямые обязанности, как-то: переворачивать тело обездвиженного Эмиля, помогать ему с естественными потребностями и так далее.

После обеда она рассказала ему свою версию происшествия на лайнере и невольно усмехнулась, когда поняла: кажется, Эмиль даже гордился тем, каким образом он получил свои раны - почти в боевой обстановке.

Лора думала - это легко: самоотверженно ухаживать за лежачим больным, особенно когда есть помощь со стороны.

Но почему-то к ночи уже чувствовала себя вымотанной до предела: как многие мужчины, о чём она читала в книгах, Эмиль оказался крайне капризным пациентом.

Совсем поздней ночью, когда все их вещи были разложены прислугой отца по своим местам, а Лора накормила Эмиля ужином - жидкой кашкой и перетёртыми в густую жидкость овощами и фруктами, произошло то, чего она не ожидала. Сначала он поел - и даже с аппетитом. Сумел пошутить насчёт еды и даже вспомнил какой-то анекдот, которому Лора поневоле, но улыбнулась.

Их кровати стояли неподалёку. Лора подошла поцеловать на ночь мужа и думала выключить затем свет. Если её кровать была самой обычной - с привычной мягкой постелью, то Эмилю вынужденно приходилось спать на специальных носилках, поставленных на кровать без постели. Она подошла и увидела Эмиля странно съёжившимся. Поправив на нём термоодеяло, женщина спросила:

- Эмиль, тебе чего-нибудь хочется? Хочешь, мы посидим вместе некоторое время перед сном? Поболтаем?

- Нет, спасибо, Лора. Спокойной ночи, - несколько напряжённо сказал муж.

Немного удивлённая и насторожённая, она выключила свет и легла, натянув до подбородка одеяло и поневоле прислушиваясь к происходящему на другой кровати. Сначала было тихо, но Лоре уснуть было трудно. Новый дом, пусть когда-то родной. Новая обстановка. Новые обстоятельства. Бессонница подкралась исподволь, и женщина попыталась подумать обо всём, что пришлось пережить, как внезапный вздох, почти бесшумный, почти как дуновение ветра, раздался в тишине комнаты.

Лора вылетела из-под одеяла.

- Эмиль! Что?..

Включила ночник рядом с его кроватью и замерла: муж плакал, стараясь, чтобы плач не прорвался наружу всхлипами и рыданием. Он сумел поднять руки, но притронуться к лицу, чтобы приглушить плач, у него не получилось... Лора, остолбеневшая сначала от неожиданности, вдруг заметила, что он пытается сделать ещё какое-то движение. Сначала не поняла, а потом чуть не зарыдала сама: он изо всех сил старается отвернуться от неё, чтобы она не видела его слёз.

Поняв, что сейчас не выдержит напряжения всех последних дней, Лора стиснула зубы и вернулась к своей кровати. Отбросила к краю одеяло, и скатала тонкий матрас.

Носилки Эмиля стояли не на середине кровати, а чуть сбоку - так, чтобы все поддерживающие жизнедеятельность аппараты были под рукой. Лора решительно запихала свёрнутый матрас на вторую половину его кровати, потом сходила за подушкой и одеялом. Легла на сложенный пополам матрас, оказавшись на одном уровне с Эмилем. Он не мог повернуть голову, чтобы увидеть её, но плакать перестал, пытаясь сообразить, что она делает. Лишь дышал часто и тяжело.

Ночника Лора не выключила. Повернувшись к мужу боком, промокнула ему влажное лицо салфетками и тихо сказала:

- Эмиль, я всегда рядом. Если тебе чего-то хочется, ты только скажи, хорошо?

Он промолчал.

Лора убрала салфетки под матрас - вставать не хотелось, легла полностью набок и взялась за ладонь мужа.

- Спи, Эмиль. Спокойной ночи.

Она вспомнила, как Эрик переплёл с её пальцами свои и как легко ей стало после этого мимолётного жеста, и осторожно сделала то же самое с вялыми холодными пальцами Эмиля. Снова стиснула зубы, вспомнив об Эрике, снова с трудом проморгалась потеплевшими от подступивших слёз глазами. А секунды спустя она почувствовала слабое мышечное движение мужа сжать в ответ её пальцы. Не получилось, и тогда она сильней стиснула свои. Услышала вздох... Слушая длинное, прерывистое после плача дыхание мужа, пыталась думать только о том, как будет жить дальше... Прислушавшись, поняла, что дыхание Эмиля становится легче и спокойней... И уснула сама.

Но вместо придуманного спокойного времяпрепровождения всё пошло не так.

Через два дня дежурная сиделка, добродушная сильная женщина, похвалила больному его жену, сравнив её с теми легкомысленными кокетками, которые исчезают, едва узнав о безысходной инвалидности своих мужей. Безысходной... От потрясения, узнав правду, Эмиль сорвался в настоящей истерике. Сиделку пришлось уволить, чтобы она не напоминала Эмилю своим видом о пережитом ужасе. Вроде Эмиль успокоился, и Лора решила, что он постепенно привыкнет к своему безнадёжному положению.

Но ещё через три дня выяснилось, что Эмиль осознал себя инвалидом только сейчас, когда на пороге появилась новая сиделка - довольно яркая, хоть и грубоватая красотка. Эмиль, полусидевший на поднятой за спиной спинкой носилок, улыбнулся ей своей привычной улыбкой записного донжуана. Он уже заговорил с нею, издалека начиная привычный же флирт. Очарование закончилось в первую и единственную минуту, когда сиделка бодро осведомилась, давно ли ему меняли катетер. Он застыл и намертво замолчал.

А когда сиделка удалилась, он, вынужденно глядя в потолок, позвал:

- Лора!

- Да, Эмиль. - Она встала рядом так, чтобы ему не надо было напрягаться - смотря на неё. И сама взглянула в его странно усталые глаза.

- Лора... Только не ври мне... - прошептал он. - Это - навсегда?

Она взяла его за руку, прижала его ладонь к груди. Перед глазами почему-то маячила лишь одна картинка: Эмиль, сопровождаемый распорядителем бала, спешит к Риене - старухе-сплетнице... Красивый молодой мужчина, весь сияющий от предвкушения радости и интересной игры. И - сейчас: впалые щёки (последние два дня ел неохотно), с которых лишь специальный крем помогает снять щетину, потухшие глаза.

- Если честно, я не знаю, - тихо сказала она. - Врачи говорят, есть какой-то процент надежды, но точно ничего не говорят. Я спрашивала, - совсем уж жалко добавила она.

- Ты уйдёшь от меня? - сухо спросил он.

- Нет. Я буду с тобой.

- Уйдёшь, - утвердительно сказал он. - Это сделать легко. Лора, что будет со мной? Я слышал - есть дома... (у него перехватило дыхание) Дома, где оставляют таких, как я. Лора, ты оставишь меня там? В таком доме?

Говоря это, он не смотрел на неё, скашиваясь куда-то в сторону.

- Пока точно о твоём состоянии не будет известно, ты будешь жить со мной в одной комнате, - решительно сказала Лора. - И, хочешь - не хочешь, но каждую ночь я буду держать тебя за руку.

Она думала, он улыбнётся её словам, но он промолчал и не двинул ни единой чёрточкой лица. Напряжённый до того, что страшно на него смотреть.

И лишь когда его дыхание ночью успокоилось, а Лора снова думала об этой сцене, она внезапно догадалась: Эмиль вспомнил, как сказал ей, что он готов развестись и дать ей свободу, если только она влюбится в кого-то по-настоящему.

Наутро она взяла себя в руки и взялась за вирт: теперь, когда Эмилю делали необходимые процедуры, она изучала искусство сиделки. Она всё рассчитала. Основные обязанности она сможет выполнять. А массажиста придётся приглашать отдельно. Если же она не будет справляться с мужем тогда, когда потребуется физическое усилие, у неё всегда есть возможность вызвать кого-нибудь из прислуги отца.

Понадобилось три дня, чтобы разобраться с некоторыми нюансами первой работы в её жизни. Эмиль сначала воспринял её заботу с недоверием, а потом воспрял духом, когда понял: жена научилась делать грязную и тяжёлую работу только ради него.

Как ни странно, они сдружились. Когда не смотрели вместе фильмы и сериалы по широкому экрану вирта, Лора читала мужу свои любимые книги. Он даже научился немного смеяться. И сердиться, когда она придумала несколько игр, чтобы ему было нескучно. И это оказалось лучше, чем если бы он просто лежал, безучастно глядя в потолок.

Однажды, когда они досматривали какой-то детектив, тихо вошёл управляющий и передал Лоре приказ отца немедленно явиться к нему в кабинет.

Лора погладила по плечу встревоженного мужа и пообещала быстро вернуться.

Перед выходом она взглянула в зеркало, подняла бровь при виде растрёпанной девчонки, которая забыла о том, что такое косметика и красивые платья, потому что в домашнем брючном костюме легче справляться со всеми делами при больном. На ходу пригладила волосы и перед дверью в кабинет отца одёрнула домашний жакетик.

- Добрый день, папа. Ты звал меня?

Обычная форма вежливости, которая превращала переданный приказ в привычный зов. Но отец сразу не ответил. Он пристально разглядывал её саму, её одежду. Наконец как бы мимоходом заметил:

- Я всё ждал, что ты сорвёшься в первые же дни. Но ты, передали мне, выгнала всех приходящих сиделок и сама занимаешься мужем.

- Они оказались слишком грубы и не умели держать язык за зубами.

- Лора, ты... очень устала?

- Нет, папа. Иногда у меня впечатление, - задумчиво продолжила она, без разрешения присаживаясь в кресло, - что именно этого мне не хватало в жизни - какой-то цели. Теперь цель у меня есть. И когда я вижу, что могу сделать Эмиля если не счастливым, но хотя бы спокойным, я счастлива. Ой, извини, - спохватилась она, вскакивая с кресла.

- Сиди-сиди! - рассеянно махнул на неё рукой отец. - Я вызвал тебя вот по какому делу. Сегодня твоя мать приглашена на вечер к нашим знакомым. Мне же необходимо посетить один ресторан. Это деловой визит, но, тем не менее, этикет требует, чтобы я был там с дамой. Раньше, когда ты приезжала с Эмилем погостить ко мне, мы с тобой посещали такие вечера. Не составишь ли мне снова компанию?

Кресло было кожаное, и Лора съехала в его уютную глубину. Здесь, как в гнёздышке, она посидела, думая и прикидывая: новое платье, макияж, причёска, внимание со стороны, привычные ресторанные правила и еда. В конце концов, она взглянула на отца и призналась:

- Мне очень хочется в ресторан. Но, папа, поймёшь ли ты меня, если я сначала спрошу Эмиля, сможет ли он посидеть немного без меня?

- ... Пойму, - ответил отец, тоже задумчиво поглядывая на неё.

Она поспешила из его кабинета, пробежала на свой этаж, гадая, а почему он не захотел взять в спутницы младшую дочь - её сестру. Пусть та недавно замужем, но вряд ли отказалась бы сопровождать отца в таком походе. Но потом все предположения отступили перед мыслью, как сказать Эмилю, что именно отец хочет от неё.

- Эмиль, отец пригласил меня в ресторан, - напрямую сообщила она ему, присев на край кровати рядом с ним, чтобы заглядывать в его глаза. И чтобы ему не приходилось напрягаться, выискивая её.

Он сразу и ожидаемо нахмурился.

- И зачем ты мне это говоришь? Когда вы идёте?

- Понимаешь, Эмиль, - вздохнула Лора. - Когда папа пригласил меня (а пригласил он меня на деловой ужин с его друзьями), я ему сразу сказала, что сначала отпрошусь у мужа. И вот - отпрашиваюсь. Ты позволишь мне пойти в ресторан?

Он нахмурился ещё больше, пытаясь понять её или найти скрытый смысл, а то и насмешку в её словах. Но так ничего и не понял, поэтому спросил:

- А если... я не разрешу?

- Я звоню папе - и он идёт один, - пожала плечами Лора.

Он помолчал ещё немного. Потом вздохнул, словно озадаченный какой-то странной для него мыслью.

- Знаешь... Твой отец столько сделал для нас, - нерешительно сказал Эмиль. - Мы ведь, по сути, живём на его деньги, на его иждивении. Мои как всегда мелочатся... В общем, иди. Это неудобно, если ты откажешь ему. Но с тебя рассказ, что и как там было, в ресторане. - Он даже сумел улыбнуться.

- Спасибо, Эмиль, - серьёзно сказала Лора. - Я передам отцу, что ты разрешил мне пойти с ним. Остаётся один вопрос. С кем останешься ты?

- Договорись с управляющим, чтобы он велел прийти ко мне тому парнишке, который в прошлый раз помогал тебе поворачивать меня. Он тоже любит детективные сериалы. Вдвоём их смотреть интересней, а Рене, насколько я понял, неплохо разбирается в этом жанре. С ним я не буду скучать.

- Хорошо. Сначала я сбегаю к отцу предупредить его, а потом скажу о Рене управляющему. Не скучай.

Лора погладила его по плечу и убежала. Пока она выполняла всё, что перечислила мужу, она вдруг поняла, что делает поразительное открытие: привычные дела и вещи, стоило им стать недосягаемыми, приобрели изюминку и сладость, каких не чувствуется, пока они слишком доступны. Кажется, она начинает лучше понимать слова из Библии о том, что запретный плод сладок.

11

Если бы отец предложил ей пойти на какое-нибудь светское мероприятие, Лора отказалась бы. Стоять с ним под руку и выслушивать от каждого знакомого, подошедшего поздороваться, слова соболезнования - это... ужасно. Да и затягиваются такие мероприятия надолго. А отец, несмотря на всю свою весомость в обществе, не может покинуть своих знакомых, не отприсутствовав положенного для светского человека времени. Не может даже ради чего-то важного - как теперь это понимала Лора.

Но ресторан, где назначаются деловые встречи, - это другое, о чём она прекрасно помнила по более ранним походам.

В ресторане отец представил дочь тем, кто её не знал. В компании, собравшейся в отдельном кабинете, все, старше сорока, пришли со своими дамами - жёнами или родственницами. Лишь некоторые молодые мужчины позволили себе слегка проигнорировать этикет и пришли без пары.

Лору встретили хорошо. Несколько вежливых и равнодушных вопросов о состоянии Эмиля - и её оставили в покое, на что она и рассчитывала, сразу согласившись на ресторан. Деловой обед прошёл довольно уныло - для Лоры. Дамы привычно улыбались всем ослепительными улыбками, мужчины солидно обговаривали предстоящие изменения на рынке.

Несколько раз Лора ловила себя на мысли, что она забывает улыбаться, задумавшись об Эмиле: как он дома, не скучает ли - ведь он за эти дни привык, что она постоянно рядом с ним... Лишь раз на обеде её неприятно развлекло внимание мало знакомого мужчины, лет за тридцать, который попытался флиртовать с нею Причём отец в этот момент был настолько занят разговором с кем-то из интересных ему людей, что не смог подойти к ней на помощь. У Лоры даже возникла мысль, а не специально ли он это делает: может, он всего лишь делает вид, что ему интересен этот разговор, пока к ней кто-то пристаёт... Пристаёт?.. Лора поразилась сама себе. Не прошло и десяти дней, а она воспринимает происходящее совершенно в другом свете! Теперь лёгкий флирт - игра, которую она так хорошо понимала, да и сама хорошо умела в неё играть, для неё обуза?

Вежливо отделавшись от назойливого поклонника, Лора быстро - в рамках приличия в обществе - подошла к отцу и взяла его под руку, улыбнувшись старику, с которым тот беседовал. Старик расцвёл от её внимания и неожиданно более мягко заговорил с её отцом. А Лора, постояв немного рядом, под предлогом необходимости посетить туалетную комнату вышла из ресторанного кабинета, больше напоминающего небольшую залу. В туалетной комнате она вынула вирт и быстро набрала номер Эмиля.

Взял трубку, судя по голосу, Рене. Он же и приложил вирт Эмиля к его уху.

- Эмиль, ты не скучаешь?

- Не совсем, - спокойно ответил муж.

- А здесь так скучно, - призналась Лора. - Считаю минуты до выезда отсюда.

- Тебе всегда не нравились такие встречи, - вместе с ответом Лора услышала вздох и улыбнулась: уж Эмиль бы сейчас в этом ресторане чувствовал себя как рыба в воде, будь он в полном здравии.

Они поговорили насчёт того сериала, который муж сейчас смотрел. Лора ещё раз вслух позавидовала, что он смотрит фильм, пока она тут мается, и они попрощались.

Наконец деловой обед закончился, и Лора с отцом поспешили домой. Спешила, конечно, Лора. А отец, более чем довольный, не стал поддаваться на уговоры остаться и уехал вместе с нею.

- Тебе не понравилось? - спросил он в машине.

- Я... отвыкла от всего этого, - собираясь с мыслями, сказала Лора. - Даже не столько отвыкла, сколько смотрю на это времяпрепровождение иначе.

- С точки зрения человека, которому надо ухаживать за калекой?

- Эмиль не калека, у него только нервы повреждены. И слабая надежда всё-таки есть, - рассеянно откликнулась Лора, не обращая внимания на усмешку в голосе отца. - Скорее, я смотрю с точки зрения человека, который вынужден помнить, что смерть всегда рядом, а люди впустую растрачивают данное им время. Звучит высокопарно, папа?

- Нет, не высокопарно, - задумчиво сказал отец. - Ты права. Я постоянно забываю, что ты своими глазами видела смерть - и совсем не давно.

Лора внезапно широко улыбнулась, вспомнив.

- А ещё, благодаря Эмилю, мне дали браунинг, из которого мне так и не удалось ни разу выстрелить.

- Эмиль учил тебя стрелять? - изумился отец.

- Да. Мы как-то были на вилле одного его друга, и там был тир. Мне кажется, на лайнере мне было легче, чем остальным женщинам, только потому, что в руках я держала оружие. И это ощущение надёжности придавало сил.

- Хм... Тебе не побоялись дать браунинг?

- Может, и побоялись бы, но я вынула магазин и снова вернула его на место, - со спокойным удовольствием вспомнила Лора. - Мне поверили.

- Моя девочка знает, что такое магазин как деталь оружия, - снова хмыкнул отец и помолчал. Лора задумчиво смотрела в автомобильное окно. - О чём ты думаешь, Лора?

- Папа, я хочу у тебя кое-что попросить, - собравшись с духом, сказала Лора. - Я знаю, что это дорого - смотрела по вирту цены... Но... Папа, ты не мог бы для Эмиля купить инвалидное кресло? - И заторопилась: - Я бы тогда смогла бы выходить с ним в сад погулять. Я знаю, что говорить об этом рано, что он должен ещё адаптироваться к своему состоянию, но ведь...

- Да, Лора... Ты очень изменилась, - медленно сказал отец. - Уж не хочешь ли ты сказать, что полюбила наконец Эмиля - хотя бы из-за его положения?

Она молчала почти до самого приезда. И, наконец, сказала:

- Нет, папа. Не полюбила. Это другое. У меня с ним отношения как с человеком, с которым ты был очень долго. Так долго, что он стал твоим другом. Лучше я объяснить не смогу. Только я чувствую, что я не могу... бросить его в таком положении. Он мне доверился. И он мне близок. Как друг.

- Но он не станет для тебя гирей на ногах?

- Не знаю, - растерянно сказала Лора. И, в душе пометавшись, отчаянно сказала: - Пусть решит время, хорошо, папа?

- Хорошо.

- Но, папа, ты не ответил мне насчёт кресла.

- Настойчивая, да? - усмехнулся отец и пообещал: - Как врачи разрешат - сразу.

До дома они коротко переговорили о приёме: каждый, как выяснилось, получил личное впечатление - впрочем, последнему Лора не удивилась. Главное, что отец остался доволен. Они доехали, и отец помог Лоре выйти из машины. Вместе они поднялись на крыльцо и вошли в дом, после чего отец вошёл в лифт, вознёсший его в кабинет, а Лора почти побежала к своим комнатам.

- Привет! - Прямиком она добежала до кровати Эмиля, и Рене, стараясь быть незаметным, слегка поклонившись, вышел. - Фу-у, наконец я дома! Ты не представляешь, как надоели эти люди!

- А кто там был? - спросил муж, без напряжения вглядываясь в её лицо: Лора уселась на край кровати и чуть нависла над ним, чтобы ему было легче смотреть на неё.

- Деловые друзья отца, - пренебрежительно ответила она, смешливо сморщив носик. - Ничего интересного. А уж подруги у них все такие важные - прямо-таки не тронь, какие все значительные!

- Наверное, все мужчины старались познакомиться с тобой, - вроде как про себя заметил Эмиль.

- Наперебой! - страстно сказала Лора - и не выдержала, рассмеялась: - Видел бы ты тех мужчин - сплошные старые грибы на ножках! Зато папа сказал, что моя хорошенькая мордашка произвела впечатление на одного, очень нужного ему старикашечку, и теперь он за отличную, благодаря мне, сделку добавит нам карманных денег. Ура?

- Ура, - чуть улыбаясь ей, сказал Эмиль.

Довольная его улыбкой, Лора решила, что всё идёт замечательно. И до самого вечера осталась в этом убеждении. Но во время ужина что-то случилось с Эмилем: его тошнило всем, что он ни проглатывал. Даже самым жидким. В конце концов, отчаявшись и выждав, пока жена в очередной раз вытрет ему лицо, Эмиль тяжело сказал:

- Лора, мне, наверное, лучше поголодать. Захлебнусь ещё... Я слышал, голодание даже лечебным бывает. От одного раза ничего же не случится...

Она убрала остатки ужина и села рядом с ним, изучая вопрос по вирту. Лечебное голодание и в самом деле существовало. Внимательно прочитав содержание статей, Лора убедилась, что все они слегка разные, но есть кое-что общее: во время голодания надо обязательно пить соки - в них есть витамины, которые помогают голодающему продержаться столько, сколько ему потребуется. И она немедленно принесла нужные соки. И опять муж не смог выпить ни глотка. Тошнило немедленно после приёма. Совсем измученный, он отказался экспериментировать дальше.

Ни слова не говоря, только предупредив Эмиля, что она отнесёт соки на кухню, Лора взяла поднос и вышла в коридор. Постояла, лихорадочно размышляя, что же происходит. Потом поняла, что самой эту ситуацию не разрешить. Нужен специалист. Обратиться к отцу? Чтобы он посоветовал врача? Или...

Она вошла на кухню в хорошее время. Тут присутствовал Рене.

- Рене, скажите, пожалуйста, к какому врачу вы ходите, когда вам нужна медицинская помощь?

- В этом доме всех пользует домашний доктор, - охотно ответил Рене. - Помните, тот врач, который несколько раз был без халата - просто в костюме? Вот он и есть.

- А я могу посоветоваться с ним? Как это сделать?

Рене подошёл к стене, на которой висело нечто вроде стенда, и, взяв карточку из кармашка стенда, протянул Лоре.

- Вы можете звонить ему по любому вопросу в любое время. Сейчас, кстати, для врача не поздно ещё. Его рабочий день заканчивается через полтора часа.

- Спасибо, Рене.

Она спряталась в библиотеке и дозвонилась до доктора Стейна, которого и в самом деле вспомнила, едва услышав его голос. Это был высокий человек лет сорока, темноволосый и спокойный, с каменным на первый взгляд лицом, на котором, казалось, навсегда застыла лёгкая усмешка. После неуверенного объяснения Лоры, что происходит с мужем, он приехал сразу.

- Что-нибудь или кто-нибудь его заставили нервничать? - в первую очередь спросил он у выскочившей к нему Лоры.

- Он привык, что я постоянно рядом, но сегодня мне пришлось уехать с отцом на несколько часов. Он не оставался один, но...

- Назначим ему лёгкие успокаивающие препараты - на первый раз курсом на десять дней, - задумчиво сказал Стейн. - Вы зайдите к нему, а я войду чуть позже. Сделаем вид, что препараты назначены давно, а сегодняшний день первый из курса.

Несколько недоумевающая Лора вернулась к Эмилю. Он не может есть, из-за того что нервничает? Такое тоже может быть? Пока она пыталась разговорить необычно молчаливого мужа, усталого даже на вид, в комнату постучали, и вошёл Стейн. Он буквально отодвинул от кровати Лору и властно распорядился Эмилем, легко поворачивая его из стороны в стороны, одновременно объясняя свои действия стандартным осмотром. Медосмотр закончился быстро - финальным аккордом стали два укола. Эмилю сказали - витаминные. Лора знала - успокоительные. Она не совсем поверила доктору Стейну. Но пока решила всё принять на веру, а потом втихомолку проверить его слова, посмотрев материалы в космосети. Последнее становилось для неё привычным.

К изумлению Лоры, через час после ухода Стейна Эмиль сказал, что он голоден и попросил поесть. Изучив всё, что нашла в космосети, Лора пришла к выводу, что "от нервов" и в самом деле желудок напрягается и не принимает пищу. Она не стала ничего говорить Эмилю, но решила в следующий раз всё-таки не оставлять его. Даже если отец будет не просто просить, а требовать в приказном тоне.

Но, как чуть позже выяснилось, причиной беспокойства может быть не только её присутствие или отсутствие при муже.

За час до сна в доме появилась нежданная гостья - самая младшая сестра Лоры, Розалинда. Она влетела в их общую комнату с кроватью и с порога защебетала обо всём на свете - болтушкой была отменной. Лора только было обрадовалась сестре, которая светскими сплетнями вполне могла развлечь Эмиля, как та осеклась. И огляделась.

- Чем у вас тут воняет? - брезгливо спросила она.

Стоящая рядом с кроватью Лора обернулась к Эмилю. Слабая улыбка, появившаяся было на его губах, медленно растворялась.

- Розалинда... - мягко начала было Лора, но сестра перебила её.

- Ладно, не буду вам докучать! Мне сегодня ещё на юбилейчик один съездить хочется! Там сегодня так весело будет... - И снова сморщилась. - Фу-у... А у вас тут и правда воняет - надо бы потребовать, чтобы прислуга аккуратней относилась к своим обязанностям. Ладно, я побежала! Счастливо, голубки!

Глядя вслед семенящей на высоких каблуках сестре, Лора вдруг подумала, что очень хочется догнать Розалинду и... И пнуть её по вертлявой заднице! И ничуть не совестно было этого хулиганского желания!

Дальше всё пошло как по-накатанному: по расписанию все процедуры перед сном, последняя беседа, в которой Эмиль участвовал не слишком охотно, затем выключили свет, и Лора уже привычно взялась за руку мужа и закрыла глаза.

Проснулась мгновенно - от резкого всхлипа. Открыла глаза, прислушалась. И сердце вздрогнуло от бесконечного, еле слышного шёпота в ночи, как от удара:

- Я не хочу жить... Не хочу...

Она суетливо приподнялась, дотянулась до ночника.

- Что случилось, Эмиль?

- Ничего. Я не хочу жить.

Он продолжал говорить шёпотом, хотя глаза его были открыты, и от этого его слова звучали ещё более жутко.

- Мне хочется умереть, потому что это не жизнь. Быть куском мяса, который лежит и жизнь которого поддерживают всеми силами, - зачем?! Розалинда права. Что от меня? Только вонь гниющего. Зачем же мне жить?..

Лора уже стояла перед ним, смотрела на него, теперь уже кричащего, с трудом выговаривая слова, потому что его горло - даже она видела - сжато было судорогами. Она смотрела - и начинали проноситься странные мысли: вот, опять истерика, а она ничего не может с нею поделать, потому что ударить по лицу лежащего без движения человека - стыдно. Но что?! Что делать в этом случае?! И она не выдержала, закричала в ответ, прямо в его обострённое от худобы лицо:

- И что ты считаешь жизнью?!

От неожиданности он испуганно замолчал, зато она, с мокрыми от слёз щеками, склонившись над ним, злобно кричала дальше:

- Что?! Все эти балы, где каждый трясётся за своё положение и хвастает им?! Где каждый хвастает победами над женщинами или мужчинами, потому что ведёт себя, как животное?! Кому, к чёрту, нужна такая жизнь?! Ну и лежишь!! Ну и что?! Может, ты ещё только начинаешь жить и только начинаешь искать своё место в этой жизни! Откуда тебе знать?! Я тоже никогда бы не поверила, что смогу выполнять обязанности сиделки, но ведь выполняю!! Чего разнылся? Никто тебя не собирается бросать!! Никто! Усвой это! А если ты будешь прислушиваться к каждой тупой дуре, то сам будешь дураком! Понял?!

А потом она просунула руки под него, обняла за плечи и положила голову ему на плечо. Шмыгая ему в плечо, она, заикаясь, сказала:

- Ты всегда был везунчиком. Тебе не пришлось дожидаться, что к тебе вот-вот приползут какие-то дурацкие жуки, которые могут залезть тебе в живот и убить тебя, пожрав тебя изнутри. Несколько часов думать о медленной мучительной смерти - доводилось ли тебе? Ты потерял сознание - и очнулся здесь. На всём готовом. С терпеливой женой при тебе. С её терпеливым отцом, который взял на себя все издержки по твоему лечению. Ты не бежал под пулями и не думал, как спастись от этих жуков. Ты не видел этих страшных и-моргов... Тебе не пришлось оплакивать погибшую жену...

- Ты же не погибла, - сказал крайне удивлённый Эмиль.

- А я про тебя говорю, - хмуро сказала Лора. - Просто перевернула ситуацию. Я же думала - ты умер, что тебя эти и-морги убили.

- Ты переживала?

Она привстала и поцеловала его в щёку.

- Конечно.

Он затих, а через некоторое время оба спали...

... Хуже, что со следующего дня Эмилю уже не понадобились какие-то причины для истерик. Он вбил себе в голову, что он лишний, что никому не нужен.

Есть не мог, несмотря на успокоительные уколы. Доктор Стейн оказался оптимистом и старался пока не переходить на более сильные лекарства, а Лора с ужасом смотрела на худеющего Эмиля, который остатки сил тратил на плач и истеричные вопли, и, вконец потерянная, уже была готова опустить руки. К себе Эмиль подпускал только доктора Стейна - и то, лишь потому что тот не церемонился со своим беспокойным пациентом, а на раздражительные крики с требованием удалиться вон не реагировал.

Лору Эмиль терпел лишь постольку, поскольку на несколько минут ночью мог заснуть, если только она была рядом и держала его за руку. Он усыхал, превращался в скелет, на который она уже не могла без слёз смотреть... Вскоре сдался и доктор Стейн, предложив её подключить мужа к искусственному питанию...

А оглядев саму Лору, доктор предложил выписать успокаивающие таблетки и для неё. Это после того, как она расплакалась в его присутствии, зажимая себе рот, из которого против её воли рвались слова, словно списанные с дум Эмиля:

- Я устала! Я больше не могу так жить!

Ещё одна ночь. Лора лежала рядом с Эмилем, держала его холодные пальцы, которые теперь не согревались, и думала только о том, что утром должны привезти установку для искусственного питания. Может, тогда станет легче? А ещё она думала, что надо бы сообразить, где бы, на каких работах использовать Эмиля, чтобы он не думал о смерти. Эта мысль появилась недавно, когда она вдруг с тоской вспомнила, как команда Эрика устраивала брейнсторминг. Лора уже просмотрела документы об образовании Эмиля. Выяснилось, что муж закончил университет экономики. Узнать бы ещё, что за факультет. Может, удастся упросить отца найти ему место? Ведь Эмиль мог работать с компьютером вирта - правда, очень медленно. Но ведь можно найти ему применение, чтобы работа была не из требующих слишком большой скорости?

Эмиль знал, что жена не спит, как и он.

Слабо, всё тем же шёпотом он спросил:

- О чём ты думаешь?

- Я думаю о том, как бы упросить отца взять тебя на работу, - честно ответила она. Честно и сердито.

Молчание подсказало степень его ошарашенности.

- Ты... не понимаешь, - наконец сказал он.

- Ничего! Всё я понимаю, - сердито же сказала Лора. - Ты бесишься от безделья. Я посмотрела - у тебя есть экономическое образование. Что конкретно ты изучал в университете? Мне надо знать, прежде чем идти к отцу за помощью.

- Экономическая статистика, - послушно ответил Эмиль. И опомнился. - Ты думаешь, что я смогу?!

- Если у тебя, больного, хватает сил устраивать тут такие истерики - конечно, сможешь, - пренебрежительно сказала Лора. - И вообще, ты должен мне быть очень благодарен. Там, на лайнере, я привела в себя одну женщину, ударив её по лицу. А у неё была та-акая истерика... Тебя же я не бью.

- Ты? Ударила?! Расскажи, - потребовал муж.

Рассказ занял немного времени, зато после него заснули оба - так, как не спали давно. А утром, до привоза установки для искусственного питания, Лору вызвал к себе отец. Он, очень мрачный, вышагивал по кабинету из угла в угол и остановился, лишь когда дочь закрыла за собой дверь и приблизилась к столу.

- Доброго утра, Лора. Думаю, ты не смотришь последних новостей по вирту?

- Нет, не смотрю. А надо? - слабо удивилась Лора.

Отец проницательно взглянул на неё.

- Я не видел тебя три дня. Ты очень похудела и выглядишь больной.

- Воюю с Эмилем, - коротко ответила Лора.

- И как результаты?

- Пока один - один. У нас тупик. Правда, образовался один просвет. Но об этом потом. Что ты хотел мне рассказать?

Лора не хотела перебивать отца или разговаривать с ним в недопустимо жёстком тоне, но внизу ждал Эмиль, и она почти на сто процентов предполагала, что он использует её задержку на этаже отца как новую причину для истерики... Странно, что отец спустил ей эту дерзость.

- Эти ваши и-морги. Их исключили из Содружества. Но есть слухи, что эта раса весьма мстительна. Высокие чины Содружества выяснили также: есть основания предполагать, что главные фигуранты чрезвычайного происшествия на лайнере могут подвергнуться нападению представителей этой расы. Кораблям и-моргов вход в пространство Содружества воспрещён. Но они могут проникнуть к нам и с помощью закупленных ранее кораблей, на чьих маркерах отметка Содружества.

Лора бессильно села в кресло.

- Только не это... - прошептала она.

- Чтобы предотвратить покушение, правительство Содружества под большим секретом обязало частные охранные фирмы предоставить бесплатную охрану для домов, где живут потенциальные жертвы и-моргов. Я так полагаю, что помощь будет не совсем бескорыстной, - размышлял отец. - Скорее всего, хозяевам этих агентств снимут определённые проценты на налоги. В любом случае, та фирма, которая будет здесь охранять вас с Эмилем, довольно известная. И мы с тобой сейчас познакомимся с руководителем одного из отделений этого агентства. Он должен вот-вот появиться.

- Господин Конли, к вам... - предупредительно сказал мажордом, открыв дверь.

Он скрылся в коридоре, а в кабинет спокойно вошёл Эрик.

12

Лора ошеломлённо вжалась в спинку кресла, желая мгновенно превратиться в плоскую кресельную подушку, лишь бы он не увидел её.

Эрик ещё не взглянул в её сторону, а она уже съёжилась под тяжестью обрушившихся на неё кошмарных воспоминаний о самой себе: три дня не мыта голова, ногти без лака, кожа в кошмарном состоянии, она сама - о ужас! - без косметики и в затрапезном домашнем костюмчике, которого не меняла те же три дня; глаза потускнели и впали от недосыпания, под ними синие мешки, а ещё, а ещё...

Он спокойно шёл к столу её отца, а Лора провожала его затравленными глазами, когда он вдруг легко обернулся к ней с мягкой улыбкой. Она неожиданно ощутила, как по лицу словно теплым ветром повеяло, - и расслабилась. Как будто он с улыбкой сказал, что ему всё равно, как она выглядит.

В кресло перед письменным столом отца Эрик сел так, словно именно он здесь хозяин. Не понимая, о чём они разговаривают вполголоса, а лишь затаив дыхание и присматриваясь к Эрику, Лора стороной замечала странное противоборство отца и его делового гостя. Отец пытался разговаривать с Эриком, как с прислугой или наёмником из какого-нибудь бюро. Эрик же своей снисходительной усмешкой еле заметного превосходства сводил на нет все попытки принизить его.

Насколько поняла из быстрого делового разговора Лора, Эрик сообщил, что на нём и на его команде лежит ответственность в основном за первый этаж дома Конли, где и обитают Лора и её супруг. Все остальные помещения будут находиться под наблюдением камер. Ещё из важной информации, которой счёл возможным поделиться Эрик, оказалась следующая: и-морги сами не будут пытаться влезать в это дело, но, кажется, они заплатили немалые деньги наёмникам из незаконных формирований, которых на планетах Содружества больше, чем достаточно. Кое-кого поймали, но неизвестно, сколько их ещё осталось на свободе.

Отец вздохнул с облегчением: кажется, он больше, чем бандитов, боялся, что охрана будет шастать по всем этажам, то и дело мозоля глаза ему - деловому человеку, который не привык отвлекаться по мелочам. Он представил наконец дочь своему странному гостю и велел Лоре показать "руководителю одного из отделений известного охранного агентства" весь первый этаж - в основном ту его часть, которую занимает молодая пара.

Лора встала на дрожащие ноги и внезапно тонким голосом предложила Эрику - господину Кроу! - последовать за нею.

- Благодарю вас, - склонил голову Эрик и в самом деле пошёл следом за нею, отстав шага на два.

Пока они шли к лестнице, Лора вдруг попыталась вспомнить, с какого времени Эрик говорил ей "ты". Два танца и разговор с ним и его друзьями, которые ко всему прочему оказались ещё и его служащими прошёл под знаком общения двух светских малознакомых людей. Значит, тогда ещё они были на "вы". Вспомнила... И снова пережила мгновенный ужас: и-морг выставил её защитным щитом перед своей группой, когда её предъявляли в качестве заложницы в обмен на Монти. Именно тогда Эрик первым пошёл с нею на контакт, бесшумно, одним движением губ спросив, сильно ли она ранена. Вывели-то её, предварительно измазав в крови... Да, именно тогда он спросил: "Ты сильно ранена?"

Она привычно повернула к лифту, но Эрик успел перехватить её за руку и направить к лестнице.

- Не спеши.

- Господин Кроу... - чопорно начала она, но он перебил легко:

- Эрик, - и улыбнулся ей. - Если ты забыла, Лора, напомню: меня зовут Эрик.

- Мы не в той ситуации, чтобы тыкать друг другу. Ситуация изменилась и очень сильно, - тихо сказала она, опустив глаза. - Хорошо, спустимся по лестнице.

Теперь он шёл не позади, как полагается незнакомому с домом гостю. Лестница широкая. Эрик шёл наравне с нею.

- Мы поговорим ещё, но не хочешь ли ты мне рассказать, в чём изменилась ситуация? - спокойно предложил Эрик.

Как объяснить всё полузнакомому человеку, который вдруг решил, что она с первого взгляда будет обращаться с ним, как с лучшим другом? Очень самоуверен. На такого просто слова - не подействуют. Лора снова опустила глаза. Лучше будет, если он увидит всё своими глазами. И высказала это вслух:

- Слова не могут выразить всего, что происходит. Но ты... Но вы, господин Кроу, умный человек и, заметив всё, сделаете выводы самостоятельно.

Он усмехнулся - кажется, её странной, отстраняющей холодности. И, как ни в чём не бывало, молча принялся спускаться рядом.

Вторая лестница спускала в центральный холл дома и в боковой коридор, ведущий в комнаты молодой пары. Едва Лора повернула к коридору, как внезапно обнаружила целую группу людей, очень знакомых ей. От неожиданности она даже остановилась.

- Лора, привет! - весело сказал Дэниел и, склонившись, поцеловал ей руку.

Остальные рук целовать не стали, а просто окружили и радостно здоровались с нею. Лора изумлённо всматривалась: Сандар, Кристиан, Вероника, Алиса! Все они смотрели на неё с такой радостью, что она в скором времени сама почувствовала себя сияющей от счастья. Ей эти тоже полузнакомые люди очень рады! Она трогала их за пожимающие и даже похлопывающие её руки, не веря, что здесь именно эти люди, с которыми когда-то ощущала себя в безопасности, - и чувствовала себя счастливой - до слёз!

- Всё-всё, - чуть не самодовольно сказал Эрик. - Поздоровались - и хватит. Идём смотреть этаж и комнаты.

Всей толпой они вошли в коридор, и Эрик мановением руки разослал всех по заранее обговоренным местам. Молодёжь ушла: девушки - махая руками Лоре, а молодые люди - посылая воздушные поцелуи. Лора понимала, что они просто и в самом деле рады её видеть. Они ещё не знают, что их ожидает страшное зрелище состояния её мужа... А Эрик взглянул на Лору и предложил:

- Покажи свою комнату.

Он ещё договаривал фразу, когда дверь из спальни распахнулась, выскочил испуганный Рене и замер при виде Лоры:

- Леди? Леди, быстрее!

Но Лора уже услышала заикающийся плач Эмиля и рванула в комнату. Тихо по толстым коврам она добежала до кровати, наклонилась над отчаянно плачущим мужем, обняла его за плечи и торопливо заговорила:

- Эмиль, Эмиль! Я уже здесь, не бойся, милый мой! Не бойся! Я никуда не ушла!

Уговаривая и утешая его, она слегка приподнялась над ним и быстро начала осушать его лицо салфетками, не смея обернуться к Эрику. Но сквозь тревогу, как бы он не обидел мужа, не унизил его, в Лоре начинала пробиваться и чуть не бойцовская решимость: попробуй только сказать что-нибудь уничижительное о моём беспомощном муже! И, высушив лицо Эмиля, она склонилась над ним так, чтобы он своей холодной от слабости щекой почувствовал её тёплую кожу - в последнее время она уже знала, что это прикосновение его успокаивает. Из этого положения - щекой к щеке с мужем - она метнула исподлобья взгляд на Эрика.

Он стоял так, чтобы видеть Эмиля. И глаза были у него - потрясённые. Она понимала его. Видеть, что она обнимает едва ли не скелет...

Но вот его взгляд сдвинулся с лица Эмиля, обрел новое выражение. Более какое-то... жёсткое. На что он смотрит?

- Лора... Мне стало страшно, - прошептал Эмиль, всё ещё всхлипывая и глядя на неё какими-то опустошёнными мокрыми глазами. - Мне показалось, ты ушла навсегда...

- Ничего страшного, мой хороший, - сама боясь выпустить его из объятий, прошептала Лора. - Ничего страшного. Я здесь. И больше никуда не уйду... Сейчас ты успокоишься - и придёшь в себя.

- Куда ты уходила? Так долго...

- Папа вызвал, - объяснила она уже рассеянно.

Она наконец уловила направленность недолгого взгляда Эрика и сообразила, куда он смотрел только что. На матрас - рядом с носилками на кровати Эмиля. На матрас, на подушку и на одеяло. Странно, но её постельные принадлежности, кажется, произвели на него большее впечатление, чем бедолага Эмиль. С чего бы это?

- Эмиль, позволь представить тебе Эрика Кроу - руководителя агентства, которое папа нанял охранять нас.

- А нас надо охранять?

Эмиль сумел поднять отощалые, для постороннего глаза внезапно длинные руки, чтобы положить их на плечи Лоры, почти обнимая их, и никак не хотел опускать их. Он всё вздыхал от долгого плача: ещё со вчерашнего вечера обнаружилось, что муж впадает в панику, стоит ей только ненадолго выйти из комнаты.

- Ситуация дурацкая, - мягко сказала Лора. - Но ничего. Зато теперь будет кому вывозить тебя из дома в кресле. Представляешь, Эмиль, я всё-таки вытребовала у папы кресло! Он согласился. Только нужно разрешение врачей и их рекомендации, какое именно кресло для тебя покупать.

- А где? Где этот Эрик Кроу?

- Здравствуйте, Эмиль. Я здесь. - Эрик чуть оттеснил Лору от кровати и встал так, чтобы Эмилю не надо было напрягаться, рассматривая его.

Лора, которая не сводила глаз с мужа, проверяя, не произведёт ли на него плохого впечатления Эрик, внезапно заметила: искажённое страдальческим плачем лицо Эмиля вдруг очень быстро разгладилось и стало... упрямым?!

Мужчины глядели друг на друга довольно странно. Лора переводила чуть изучающий взгляд с одного на другого и не могла понять их. Они словно оценивали друг друга. И складывалось впечатление, что они знают о взаимном оценивании. Лицо Эрика тоже постепенно преобразилось, стало печальным и задумчивым... А вот Эмиль... Что-то вдруг вспыхнуло в его глазах, а сам он, привычно бледный, сильно побелел.

С недоумением поглядывая на обоих, Лора пыталась разгадать, о чём они думают. Кажется, сообразила, о чём думает Эмиль. Он должен помнить Эрика по событиям на лайнере... Но вот Эрик поднял глаза на неё - и улыбнулся неожиданно официально.

- Леди Лора, покажите мне, пожалуйста, все комнаты, в которых есть окна.

Обрадовавшись его ровному тону, Лора предупредила Эмиля:

- Я сейчас позову Рене. Потерпи ещё минут двадцать без меня, а потом мы завтракаем, и до вечера я от тебя - никуда.

Когда она вышла с Эриком, тот сказал:

- Я, конечно, собирал информацию, перед тем как приехать, но такого не ожидал. Что с мужем, Лора?

- Двигательные функции не работают, - вздохнула женщина. - Повреждён участок мозга, отвечающий за движение. Мышцы быстро атрофируются, потому что он часто нервничает. Поэтому он худеет.

За завтраком выяснилось, что Эмиля опять тошнит.

Ели они, как обычно, вдвоём: Лора, сидя на краю кровати, кормила мужа, а заодно ела сама. Приготовленная пачка влажных салфеток закончилась очень быстро. И Эмиль, чуть задыхаясь, признался:

- Лора, я пока есть не буду. Кажется, меня тошнит от появления новых лиц. Может, чуть позже. Только, пожалуйста... Не давай мне успокоительного. Я чувствую себя после него совершенно тупым.

- Хорошо, - покладисто сказала Лора. - Думаешь, тебя и на сок не хватит?

- Нет, лучше не надо. - Эмиль с минуту смотрел, как она собирает его личную посуду, и, поколебавшись, спросил: - А это надолго - охрана?

- Я слышала разговор Кроу и отца. Где-то с неделю придётся потерпеть их.

- А их много? Ты сказала - их? - удивился Эмиль. Он немного подумал, морща брови и вспоминая, и высказал: - Мне показалось... - Он помялся. - Мне показалось, приехал только этот Кроу.

- Нет, что ты! У него целая группа - Дэниел, Сандар, Алиса, Вероника и Кристиан.

- Знакомые имена, - пробормотал Эмиль, заметно успокоившись. - Почему они мне знакомы?

- Я тебе рассказывала о них. Это они пришли к нам на выручку, когда пришлось забаррикадироваться в той комнате - в спальне Милли. Помнишь? Я говорила, что Дэниел пришёл к нам в форме ресторанного служащего? Ну вот. С ним были девушки, а Сандар и Кристиан вместе с Эриком появились поздней.

- Вспомнил, - с облегчением сказал муж. - Значит, неделя. Потерпеть можно. Но ведь они не будут сторожить прямо в нашей комнате?

- Ничего пока не знаю. Всё будет решать Кроу.

- Ты называешь его так официально, - заметил Эмиль после паузы. - А ведь он был одним из спасателей.

- Эмиль, я знаю этого человека всего несколько часов, - даже улыбнулась Лора. - Где уж мне ему тыкать? - И осторожно поправила на нём одеяло.

После этого разговора, как ни странно, Эмиль сумел не поесть, зато выпить сока. А дальше по привычному для обоих расписанию они собирались смотреть вирт-экран - давным-давно выбранный фильм. Но к ним постучали, и Лора пошла открыть дверь: кричать не хотелось, а от прислуги она отказалась сразу, предпочитая мелкие дела по помещению делать сама.

За порогом обнаружились Эрик и Алиса.

- Лора, нам надо поговорить, - тихо и решительно сказал Эрик. - На время твоего отсутствия с Эмилем останется Алиса.

Худенькая девушка улыбнулась и кивнула.

- А вы сможете... - растерялась Лора.

- У меня медицинское образование и немного - психотерапевта, - сказала Алиса, с любопытством посматривая в сторону кровати Эмиля.

- Ну... Попробуйте, - всё ещё сомневаясь, разрешила Лора.

Подойдя к Эмилю, она извинилась перед ним и сказала, что снова требуется её участие в каком-то деле, так что она оставляет вместо себя девушку из группы охраны. Муж не успел до конца изобразить обиженную гримасу: "Ну вот! Опять!", как Лора поспешно представила ему Алису. Девушка улыбнулась Эмилю и присела в шутливом реверансе. Это вышло мило, так как Алиса была одета в джинсовый комбинезон.

Вирт-экран пришлось выключить, Алиса села напротив - так, чтобы Эмиль видел её лицо... Села и принялась болтать. Лора некоторое время постояла рядом, прислушиваясь и приглядываясь. А потом по заворожённому взгляду мужа, который отвечал на якобы случайные вопросы пока коротко, поняла, что можно этих двоих совершенно спокойно оставить наедине.

Она не просто вышла, а выскользнула из комнаты. Эрик кивнул ей и провёл в одну из пустующих комнат рядом. Затем близко придвинул к столику два кресла, и они сели.

- Поговорим? - предложил он. - Как получилось, что Эмиль оказался в таком положении? Ты знаешь, почему он не может двигаться?

- И-морги ударили его так, что он упал головой о мраморную подставку для цветов, - повторила уже много раз сказанное Лора. - Это привело к тому, что треснувшие шейные позвонки пришлось скреплять пластинами, а вот с травмированным мозгом ничего не удалось сделать. Это операция даже сейчас очень трудна. И не гарантирует удачного исхода. Так мне объяснили.

- То есть нужна операция. - Эрик, задумавшись, машинально поигрывал виртом, и Лора загляделась на его сильные длинные пальцы. - Вот как, значит... Шанс есть, но врачи за твоего мужа боятся браться. Так-так... Ладно. Попробуем одну комбинацию. Лора, я сейчас позвоню одному типу. Ты молчи, пока я не скажу. Возможно, впрочем, что говорить тебе и не придётся. Только скажи мне, Лора. Ты хотела бы, чтобы Эмиль был в полном здравии?

- Конечно! - возмутилась из-за самого вопроса женщина. - Мне так стыдно перед ним! Если бы я не танцевала с Монти, Эмиль и сейчас был бы здоров.

- Вот как... - протянул Эрик. - Тогда... - Он снова задумался. - Тогда дело и впрямь обретает иные нюансы. Итак, попробуем позвонить. - Он включил громкую связь и набрал номер. Взглянув на Лору, напомнил ей: приложил к губам палец.

- Кто это? - раздался в тихой комнате голос, который Лора не сразу узнала, поскольку не ожидала его услышать. И всё-таки узнала - после того, как он отзвучал... Монти! - Кто вы? Ваш номер мне неизвестен!

Лора от неожиданности прижала ладони ко рту.

- Старый знакомый, - ухмыльнулся Эрик.

- Эрик?! Откуда у тебя номер моего вирта? - поразился уиверн. - Мы никогда не даём своих номеров, если находимся в определённом месте.

- У меня в команде есть один умелец, который легко влезает в эфирное пространство любого вирта. Но это неинтересная тема для нашей беседы. - По впечатлениям Лоры, Эрик чуть не мурлыкал - огромной хищной кошкой, явно довольный, что сумел разузнать номер вирта Монти. - Мы побеседуем о другом. Ты знаешь, что с Эмилем, мужем нашей близкой подруги, произошло несчастье?

- Слышал кое-что, - осторожно сказал уиверн.

- Я собираюсь с помощью отца Лоры подать в междупланетный суд с требованием компенсации от планеты Уиверн.

- А-а... Что ты сказал?

Эрик ощерился, глядя на вирт.

- Я хочу добиться компенсации для человека, который не может жить обычной жизнью только из-за того, что уиверны умалчивали о грозящей всем расам опасности со стороны и-моргов.

- Что значит: человек не может жить нормальной жизнью?

- Эмиль парализован. Ему нужна операция, за которую боятся браться врачи Содружества. Его оборудование, с помощью которого он влачит жалкое состояние, стоит немыслимых денег. Его постоянно приходится кормить с помощью установки искусственного питания, потому что время от времени у него бунтует желудок, и Эмиль остаётся голодным. Он потерял две трети массы своего тела. Видеть этот скелет, обтянутый кожей, - довольно тягостное зрелище.

- Основу я понял. Теперь скажи, чего ты хочешь от меня. Не верю, что ты звонишь мне только из-за этой информации.

- Ты знаешь, чего я хочу. Мне обязательно это высказать вслух? - с затаённой угрозой спросил Эрик.

- Это слишком затратно - привезти человека для сложной операции на Уиверн.

- Боюсь, компенсация будет гораздо затратней. Уж я постараюсь навести на определённые мысли отца Лоры, который вынужден содержать их обоих. И уиверны будут запятнаны в глазах всех представителей Содружества.

- Это угроза? - насторожился уиверн.

- Монти, я нисколько не дипломат, - хмуро сказал Эрик. - Я простой человек, который не прочь пригрозить, если даже разговариваю с представителем старой и умудрённой опытом расы. Я просто не понимаю Мне не понять, почему бы не сделать операцию человеку, который страдает и будет страдать до самой своей смерти, в то время как ваши врачи считаются лучшими в Содружестве. Я не понимаю, почему рядом с ним должен страдать и человек, которому Эмиль дорог. Но это поэтика. Хуже, что я не понимаю упрямства уиверна, из-за которого Эмиль оказался в жутком положении. Монти, давай напрямик. Всё примитивно. Если б ты не танцевал с Лорой, Эмиль жил бы сейчас в своё удовольствие. Почему бы благородным уивернам не проявить благородство и не показать всему Содружеству, что значит умение ценить свою честь?

- Ты - шантажируешь? - нисколько не удивлённо спросил уиверн.

- Да, шантажирую. Я распишу эту историю в таких красках, что добьюсь скандала на межпланетном уровне. Эмиля прооперируют лучшие врачи Уиверна, но после того, как будут вынуждены это сделать. Монти, в твоих силах, чтобы этого не случилось.

- Когда-то я сказал Лоре, что ты человек, прекрасно умеющий действовать в экстремальных обстоятельствах, - уже задумчиво сказал Монти. - Кстати, как она?

- Посвятила себя мужу, - спокойно сказал Эрик, поглядывая на Лору, очарованную его натиском на уиверна. - Ты бы не узнал её в этой женщине, которая ухаживает за инвалидом, кормит его, обихаживает... Прошло всего каких-то несколько дней, а она сумела взять себя в руки и даже научиться ремеслу сиделки.

- Поразительно... Лора? Не ожидал, - признался после паузы уиверн. - Хорошо. Я посмотрю, что можно сделать.

- Но побыстрей, - предупредил Эрик. - Мало того, что Эмиль может не выдержать - сил у него почти не осталось, так у нас здесь ситуация такая складывается, что и-морги объявили охоту за всеми главными героями недавней трагедии. Мне нужен конкретное время. Что ты мне можешь сказать о сроках?

- Об охоте я не знал, - задумчиво сказал Монти. - Я сейчас в такой командировке, что просто удивительно, что ты смог до меня дозвониться.

- Мне плевать, в какой ты командировке. Ты позвонишь мне через час и скажешь, что успел сделать за это время.

- Жёстко, - оценил Монти. - Но я постараюсь.

Когда вирт замолчал, Лора нерешительно спросила:

- Эрик, ты правда не боишься выступить против уивернов? Я понимаю, что мой отец - довольно влиятельный человек и с его помощью можно многого добиться... Но захочет ли он?

- А мы не будем втравливать в это дело твоего отца, - спокойно сказал Эрик. - Хватит и своих сил.

- Но, Эрик, вас всего шестеро - и ты хочешь сказать, что...

- Лора, ты говоришь о том, чего не знаешь, - снова мягко улыбнулся ей Эрик. - Ты видела моих ребят и решила, что нас всего шестеро. Под моим началом в агентстве три с половиной тысячи человек. И это - считая только тех, кто непосредственно работает на меня, и не считая тех, кто может примкнуть ко мне в качестве наёмников. Так что будь спокойна: как бы ни крутился Монти, он сделает всё необходимое, чтобы Эмилю обеспечили нужную ему операцию. Ты рада?

- Сначала мне бы хотелось всё это обдумать, - озадаченно сказала Лора, хотя уже чувствовала, как внутри начинает вздыматься волна огромной радости и благодарности.

13

Естественно, она решила сначала не говорить Эмилю о возможной будущей операции, которая вернёт его в нормальное, здоровое состояние.

Почти забыв об Эрике, Лора помчалась в свою комнату, чтобы побыть рядом с мужем - счастливая, зная теперь, что у мужа появился шанс на нормальную жизнь. Толкнула поспешно дверь, боясь, что Эмиль опять будет расстроенным, поскольку она опять задержалась. И - осторожно замедлила движение двери хлопнуть: Алиса что-то азартно рассказывала Эмилю, а тот в редкие паузы в её истории о чём-то спрашивал её, кажется уточняя. Правда, Алиса ещё плохо знала её мужа, поэтому не реагировала на то, что Эмиль начинает пока незаметно задыхаться. Привычная же к нему, Лора сразу услышала трудности дыхания по голосу.

В одну из пауз в оживлённом диалоге - нет, скорее, в монологе, Лора легонько провела ногтем по дверному косяку. Муж не услышал, а вот девушка еле заметно вздрогнула и не сразу ("Молодец!" - улыбнулась Лора) повернулась в сторону странного звука. Лора кивнула на Эмиля и, склонив голову, прикоснулась сложенными ладони к щеке. Время дневного сна. Эмиль голоден - не смог поесть; утомлён новостями и непривычно энергичным общением. Говорить ему тяжело. В общем - устал.

Пока Алиса заканчивала разговор, Лора размышляла, стоя у столика с чашками для обеда. "В его положении он влюбится в любую девушку или хотя бы увлечётся ею, если только она проявит к нему, как к мужчине, внимание. Сейчас он такие вещи чувствует мгновенно. Смогла ли Алиса увлечь его? Вон он как внимательно слушает её... Она хорошенькая и стильная. Разговорила его и заставила забыть о капризах. А вдруг он понравился ей - даже в таком положении? Говорят, иногда из сочувствия тоже может родиться влечение или даже влюблённость..."

Но подошедшая к ней Алиса первой же фразой уничтожила все надежды на корню.

- Интересный случай, - тоном заядлого исследователя сказала она, и Лора с трудом заставила себя улыбаться девушке и далее.

- Алиса, предупредите, пожалуйста, остальных, что сейчас у Эмиля по расписанию сон. Пусть где-то с час-полтора в комнату никто не заходит.

Девушка кивнула и вышла.

А Лора подошла к кровати и оглянулась. Раньше в их комнату был вхож в основном Рене, парень из домашней прислуги. И Лора как-то не задумывалась, что кровать на двоих видна сразу от порога. Теперь же... Она встряхнула головой: ничего не изменилось, просто появились люди, которых надо воспринимать как наёмных служащих, пусть и хочется быть с ними в дружеских отношениях. Тем более что Лоре понравилось, как она встретилась с целой толпой новых знакомых совсем недавно. Как ей стало... светло от их радостных приветствий... Что ж, их она стесняться не собиралась.

Она сама не заметила, как рассеянно положила ладонь на исхудавшие пальцы Эмиля, машинально согревая их. А потом встала... Зато Эмиль чуть улыбнулся - даже с закрытыми глазами.

Памятуя, что мужу из-за недомогания завтракать не пришлось, Лора взяла несколько чашек с перетёртыми фруктами и, приподняв часть кровати-носилок, чтобы муж мог полулежать, села рядом.

- Эмиль, по ложечке? - предложила она. - Твой любимый киви с мороженым.

Он с сомнением скосился на посуду в её руках. И решился.

Как ни странно, поел он с аппетитом, хоть и съел из предложенного лишь по чуть-чуть. Он быстро устал от самого процесса еды и некоторое время следил, как жена готовит себе постель, чтобы лечь рядом.

- Лора, не оставляй со мной больше эту Алису, - вдруг сказал он, устало прикрыв глаза. - Она разговаривает так, как будто допрашивает меня.

- Хорошо, Эмиль. Мы будем пользоваться помощью только Рене, если мне придётся на какое-то время отойти от тебя.

Лора выговорила - и испугалась: а если у него сейчас опять слёзы будут? Он ведь не любит, когда начинается разговор о вынужденном одиночестве. Но Эмиль был, как ни странно, очень спокоен. Он выждал, когда жена осторожно причешет ему коротко стриженные тёмные волосы, когда она, опустив часть его носилок и укрыв его термоодеялом, ляжет рядом, и задумчиво спросил:

- Лора, ты ведь не любишь меня?

- У этого слова много значений, - осторожно сказала женщина. - Так что ты не прав. Я люблю тебя.

- Но не как мужчину, - спокойно же сказал Эмиль.

- Тебе хочется знать точно? - Лора задумалась. - Я люблю тебя как человека, рядом с которым жила долгое время. Я привыкла к тебе. Мне рядом с тобой хорошо. Как с лучшим другом, которого знаю всю жизнь.

- Даже сейчас, когда я немощен?

Она смотрела на потолок и изо всех вслушивалась, не звучат ли в его голосе истерические нотки. Нет, он и в самом деле спокоен. Тогда она перевернулась набок, лицом к нему. Заглянула в глаза, которые, как считала перед свадьбой, полюбила сразу и навсегда, в лицо, от которого сейчас остались лишь кожа да кости.

- Эмиль, для тебя этот разговор очень важен?

- Да.

- Хорошо. Мне с тобой хорошо сейчас, потому что я чувствую себя нужной тебе. Раньше я была придатком для тебя. Формальным основанием для того, чтобы легко заводить связи и легко рвать их. Ты всегда мог сказать женщине, что женат, что не можешь пойти на серьёзные отношения, потому что есть обязанности по отношению к жене. Сейчас между нами нет ничего. Никаких связей. Но теперь ты стал для меня законным основанием, чтобы я поняла, что ты нуждаешься во мне. Я не умею объяснять, что да как. Но я знаю, что и ты не бросил бы меня в такой ситуации. Может, поступил бы легкомысленней: продолжал бы бегать на светские мероприятия, но главное - не отдал бы меня в тот самый дом, которого ты неделю назад страшно боялся. Ты бы снял дом на двоих, выделил бы мне в нём комнату, нанял бы ухаживающую за мной прислугу, а сам время от времени прибегал бы ко мне и рассказывал новости о знакомых и с балов или с раутов. Но не бросил бы меня. Ты легкомыслен. Как и я. Но ты тоже привык ко мне. И есть между нами какие-то отношения, которые нам не позволят бросить в беде друг друга. Вот так я думаю.

- Ты веришь в меня больше моего, - прошептал Эмиль. - Лора, я мёрзну... Возьми меня за плечо, ладно?

- Хорошо, - улыбнулась Лора и сунула ладонь под его термоодеяло - положить на его плечо. Он мёрз довольно часто, и Лоре удобней было бы обнять его за плечо, но обнять - это положить вес руки на него. Что в его плачевном физическом состоянии сразу приводило к синяку. Поэтому она просто плотно прикладывала к его плечу ладони. Влажно холодное, оно не сразу разогревалось, но Лора слышала, как изменялось дыхание Эмиля, и понимала, что он успокаивается и согревается.

- Зачем тебя вызвал этот Кроу?

- ... Я не хотела говорить, пока всё точно не будет известно, - уже сонно отозвалась Лора. - Но, кажется, Эрик (она лежала и не увидела, как прояснели глаза Эмиля при этом имени из её уст) нашёл возможность вернуть тебя к настоящей жизни. Он сказал, что через час будет всё известно. Спи, Эмиль. Я надеюсь, что нам повезёт с этим Эриком.

Она уснула быстрей, чем Эмиль, который ещё долго вспоминал её слова о странных отношениях между ними, не позволяющих им бросать друг друга в трудное для обоих время.

***

Когда-то давно полицейский межпланетного соединения Валд Кроу добровольно поступил в мобильное военно-полицейское подразделение Содружества, поскольку платили там лучше, а на нём была большая семья, и долгое время мотался по делам службы по всем планетам, куда ни пошлют. Вернулся домой, будучи полностью комиссованным по инвалидности.

Вернулся и понял, что жизнь придётся начинать с нуля.

Пока он отсутствовал по службе в последней долгой командировке, погибли два его старших сына: один - в беспорядках среди студенческой молодёжи; другой - приставший к молодёжной банде, во время полицейской облавы. Младший, поздний ребёнок, ещё, как говорится, цеплялся за юбку матери и в жизни ничего не соображал.

Несмотря на двойную трагедию в семье, Валд жёстко взял себя в руки и понял: хочешь встретить старость спокойным за неё - надо вплотную взяться за правильное воспитание младшего. И он взялся. Прочитал учебники по научно-популярной педагогике, раскинул мозгами сам, принимая во внимание жизнь вокруг, и засучил рукава. Из учебников по педагогике, доступных пониманию не совсем рядового полицейского, он выделил главное: в идеальной семье воспитание ребёнка до четырнадцати лет - это жёсткий диктат со стороны старших. Это точный расклад, что хорошо, а что плохо. Это жёсткое, на уровне рефлексов ограничение, что можно, а что нельзя, с раннего детства, чтобы потом, уже взрослым, человек легко и свободно плавал бы среди этих ограничений, не замечая их.

Валд пренебрежительно отнёсся к тому, что учебник рассчитан на учителей, и тезис касается воспитания в школе. Он взял этот принцип на вооружение для домашнего воспитания. Только слегка расширил его. Он увеличил возрастной ценз до семнадцати лет и взял сына в ежовые рукавицы. Разве что не лупил. Живя в довольно благополучном городском районе для граждан среднего достатка, тем не менее он каждый день провожал в школу сына и встречал его после учебного дня, а заодно его одноклассников и друзей, которых знал всех по именам. После школы он делал с сыном уроки, вместе с ним проходя заново всю школьную программу, и обучал его всему тому, что знал сам, как полицейский. Мать не вмешивалась в воспитание младшего. Она чувствовала вину, что не выжили двое старших, что она не сумела справиться с ними одна, пока не было отца.

Ущербным Эрик себя не чувствовал. Если сначала его пытались поддразнивать в школе излишней заботой отца, то вскоре поняли, что к Эрику слова "излишняя забота" не относятся. Бокс, восточные единоборства, навыки следопыта и аналитика - всё это делало фигуру Эрика в школе слишком сильной, чтобы к нему можно было подступиться с детскими дразнилками. Да и сам Эрик чувствовал себя слишком взрослым, чтобы поддаваться на обычные детские провокации.

На семнадцатилетие Валд Кроу подарил сыну байк и, метафорически выражаясь, распахнул перед ним двери в огромный мир.

- Ты вырос. И ты не дурак. Сумеешь совладать с этим миром и с собой. Иди. Больше я не собираюсь нянькаться с тобой.

Эрику понравилось главное - "совладать с миром". Но высказанное словами - одно. Другое, что воспитание отца было вложено с небольшим нюансом. Эрик принял позицию отца. Ведь, воспитывая в сыне ум и силу, отец и неосознанно, и сознательно напоминал сыну о погибших братьях, их слабости в этом мире.

Практически позиция и место Эрика в мире стали выглядеть так.

Он вывел байк на улицу и огляделся. Следуя примеру отца, сначала он взял под крылышко двух соседей-сверстников, у которых тоже были байки, но ещё был реальный страх перед местными и соседними мотобандами. Поняв, что он никого, беря за глотку, не впихивает насильно в свою компанию, но есть возможность получить защиту, к ним вскоре присоединились ещё трое.

Эрик продолжал учиться в школе, а заодно на практике постигал азы будущего руководителя. Где силой, где хитростью он расчистил свой микрорайон от тех, кто пытался был единоличным диктатором округи. Его собственная компания так и осталась компанией: на главарей и подчинённых деления не было.

Было главное мерило - интеллект. И только потом - сила.

Поступал Эрик в университет с половиной состава своей компании.

Два года работы после университета - на основу для своего личного дела. Аналитики нужны везде. Первое дело было ему поручено человеком, чья вроде как неуправляемая внучка аккуратно была принята в мотокомпанию, практически приручена и пристроена к делу. После успешного выполнения первого "взрослого" задания Эрик получил протекцию и возможность расширить дело.

Понадобилось два года, чтобы его фирма стала известной, как умеющая беспроигрышно вести дела любой сложности. Заказы на аналитику посыпались регулярные. Теперь Эрик мог себе позволить расширение дела. Появились чисто детективно-розыскные отделы. А также необходимые для того, чтобы справляться с любыми затруднительными ситуациями заказчиков своими силами.

А Эрик, словно опытный коллекционер, продолжал набирать людей. Он ценил мозги и умение пользоваться ими. На каждой человеческой планете Содружества у него обязательно имелся свой человек, который умел работать со слухами и сплетнями, не попадавшими на экраны вирт-космосети. Поэтому он был в курсе всего.

Лора поразила его воображение лёгкостью порхающего мотылька, когда он впервые разглядел её на балу.

Она поразила его воображение, когда всё тем нежным мотыльком взяла в руки браунинг и одним движением показала, что не понаслышке знакома с оружием.

Потом она поразила его воображение, когда он понял, что вся работа с немощным мужем оказалась на её плечах. Даже самая грязная.

И с каждым разом, когда он её видел, странная, томительная игла всё глубже и глубже входила в его впервые растревоженное сердце.

Подруги по жизни у него были. Но ни в одной он не видел жены.

Он разом, ещё ничего не зная о ней, увидел свою жену в чужой, принадлежащей другому мужчине женщине, и осторожно подбирался к ней.

Он видел этих двоих в романтичном свете: два голубка прижались к оконной раме во время грозы, обрушившей на них сильнейший ливень. Причём недавно слабейший своими крыльями закрывает второго.

Но игла всаживалась всё глубже и больней.

Именно эта игла заставила его сказать всем лишь поверхностную правду о реальном положении дел.

Он сказал ей и её отцу, что и-морги хотят добраться до главных героев инцидента на прогулочном лайнере.

Голая правда состояла в следующем: будучи истинными психопатами, и-морги вычислили единственное, что соединяло и ненавистного им уиверна, с которого началась для них трагедия на человеческом празднике, и его, Эрика, который вроде как поставил в этой трагедии жирную точку, а сейчас выяснилось, что это была не точка, а всего лишь многозначительное многоточие.

Идефиксом и-моргов стала Лора. В их воспалённом воображении именно она стала целью и жертвой. Ведь с неё всё началось. И вся ненависть и-моргов, как расы, сосредоточилась на маленькой женщине.

С момента как аналитики Эрика начали сообщать о странной активности в среде киллеров и наёмных профессиональных военных убийц, Эрик немедленно сел за вирт и сам окунулся в мир космосети. И выяснил, что все нити этой странной активности ведут к Лоре. И сразу бросился ей на помощь.

В её дом он взял тех, кто не обеспокоил бы её своим видом и присутствием, - ребят, знакомых ей по лайнеру.

И теперь он сидел и с нетерпением ждал звонка от Монти. Его ребята бесшумно и почти незаметно для глаза, непривычного к такому действию, быстро устанавливали повсюду камеры слежения, а заодно проверяли дом на предмет проникновения в него. Сначала Эрик хотел спрятать Лору туда, где ни один киллер до неё не дотянулся бы. Он даже хотел использовать плачевное состояние её мужа как предлог, чтобы спрятать Лору на Уиверне, пока он разбирается с её врагами. Но теперь медленное угасание Эмиля оказалось не просто предлогом.

Самое последнее дело - связываться с делом, в котором присутствуют такие действующие лица, как наёмные убийцы. По последним данным его аналитиков, выходило, что и-морги обратились к одному из так называемых злых гениев (из людей) - тайных руководителей делами, которые не то что не вызывают одобрения Содружества, но и резко противоположны основным принципах, на которых строятся межпланетные отношения.

Эрик знал трёх таких гениев. Дела в его фирме велись на всех троих, поскольку опять-таки действовал принцип: врага надо знать в лицо. Определить, к которому из них обратились и-морги, трудно. Если его ребята, да и он сам сразу определили, что его жертвой станет Лора, то все нити, ведущие к гению, организовавшему её убийство, были слишком тонки, а то и расплывчаты. Эрик подозревал ещё, что сей злой гений позаботился создать эти нити - ко всем троим, чтобы запутать потенциальное расследование.

Поэтому выход из ситуации пока был только один: немедленно убрать Лору из-под пуль киллера. Или целой армии киллеров, подкормленных через гения-организатора и-моргами. Те, как понимал Эрик, не поскупились на средства для убийства единственного неугодного им человека.

Он сидел всё в той же комнате, из которой дозвонился Монти, чтобы успокоить Лору, и размышлял обо всём подряд в ожидании звонка от уиверна. В основном вспоминал. Для того чтобы отец Лоры поверил в то, что ему, Эрику, поручили дело Лоры, агентству пришлось повозиться, чтобы компетентные органы поддержали идею и могли бы при случае подтвердить правомочность Эрика и его людей "вести расследование", а на деле - защиту семейства от нападения со стороны и-моргов. Эрику пришлось здорово "побегать", дёргая за ниточки, позволившие ему легально явиться в частный богатый дом. Но, размышляя обо всём, он знал, что все его действия не впустую. Он нашёл себе цель и намеревался её достигнуть.

Он не потерял из-за Лоры голову, но размышлял обо всём сосредоточенно. Например, о том, что, если уиверны откажут, он прорвётся на Уиверн и заставит их провести операцию Эмилю. И тем самым выставит их на посмешище. Ведь они уверены, что защищены славой лучших бойцов Содружества, что планета закрыта для всех. Но он-то, изучивший Уиверн со всех сторон, уже знал несколько лазеек, которые уиверны не удосужились хорошенько прикрыть...

Лёгкий звонок вирта заставил его вздрогнуть и очнуться от дум.

- Монти? Что скажешь?

Уиверн включил экран - Эрик проделал то же самое. Выглядел Монти довольно потрёпанным: кажется, ему пришлось пережить час неприятных переговоров.

- Глава дипкорпуса согласен, что я должен компенсировать людям свою невольную причастность к инциденту. За вами прибудет корабль, который будет дожидаться вас на орбите. Ты знаешь, сколько лететь до Уиверна?

- Да. Трое суток.

- Прекрасно. Будь добр скинуть на мой вирт все медицинские документы Эмиля. Я перешлю их на Уиверн, чтобы там подготовились.

- Э... Монти, этот корабль, который вы прислали за нами... Он гражданский?

Уиверн преобразился в мгновение. Только что выглядевший утомлённым, он словно ушёл в себя, закрываясь от любого прочтения эмоций по его лицу. Эрик хмыкнул.

- Твой вирт не защищён. Поэтому все подробности получишь изустно, на борту.

- Откуда ты знаешь, что я буду там?

- Если бы я так ревностно относился к расовой чести, как это делают уиверны, я бы точно оказался там. Хотя бы и посланный старшими. По принципу: сам натворил - сам расхлёбывай... Ладно, встретимся через пару-тройку часов - поговорим.

Как Эрик и думал, на его едва заметную насмешку Монти отреагировал нормально: усмехнулся сам и кивнул, на прощание напомнив о передаче документов для медиков.

А Эрик занялся подготовкой к перемещению по городу до космопорта. Монти скинул ему на вирт точное время прибытия как корабля на орбиту, так и челнока в космопорт. Расписание сброшено только что. Наёмники не успеют передать его подпольному гению, а значит, есть возможность осторожно перевезти Лору и Эмиля. Проблема будет в космическом пространстве. Но Эрик сделал несколько звонков - и теперь на орбите дожидались не только его корабли, на которых он прилетел недавно.

Он мысленно пробежался по всем этапам будущего путешествия. Предусмотрено всё? Всё. Никаких "кажется" в таком деле. Только точность и уверенность.

Он встал и вышел из комнаты.

Дверь в комнату молодой пары была лишь прикрыта.

Мягко ступая по коврам, он дошёл до кровати, где спали оба, и присел со стороны Эмиля. Там был приготовлен стул, на котором обычно сидела Лора, насколько Эрик успел запомнить. Лора спала, повернувшись лицом к мужу, и Эрик застыл взглядом на её спокойном лице, которое было ещё и каким-то умиротворённым. Он не ревновал. Слишком хорошо знал о положении вещей между этими двумя. Но снедала досада. Ему хотелось, чтобы это его плечо было под её ладонями... Он как представил... Нет, лучше не представлять... Эрик понял, что лучше уйти... Только напрягся подняться, как краем глаза уловил движение. Эмиль открыл глаза. Эрик встал - так, чтобы муж Лоры увидел его. Эмиль приоткрыл рот, видимо, встревоженный. Но Эрик поднял к губам палец и покачал головой. После чего тихо вышел из комнаты.

14

Коридор пустовал. Только в конце, ближе к фойе, маячили две фигуры.

Эрик поспешил к ним.

Вооружённый сканер-очками, Кристиан медленно поворачивался на месте. Данные со сканера поступали на приборную панель в руках Дэниела, который набрасывал схему, каким образом окружается дом и как быстро, - и тут же передавал схему всем, кто поджидал агрессоров, спрятавшись на своих местах. Эрик встал рядом.

- На каком расстоянии просматриваете периметр дома?

- Триста метров.

- Сделайте пятьсот. Сколько сейчас посторонних вокруг дома?

- Тридцать семь человек. Если подождать до полного объёма по расширению... Готово. Семьдесят человек, и только что подошла машина с перекрёстка. В ней... Кристиан, увеличь проницаемость. Двенадцать человек.

- Связь у них общая?

- Нет. Их курируют три человека. Мы проследили по их вирт-связи.

- Хорошо. Хозяина предупредили?

- Да. Он временно отсутствует. Отсутствует и охрана дома. Вместо неё - наши наёмники. К обороне готовы.

- Что с воздухом?

- С воздуха атака вряд ли будет. На Сангри никто не нанимал воздушный транспорт - из тех, кого мы отслеживаем. Через подставных лиц - тоже не было попытки.

- То есть о нас они не знают, - пробормотал Эрик. Напомнил: - Что с грузовым лифтом?

- Носилки войдут. Наш вес лифт потянет.

- Когда прогнозируется начало штурма?

- Максимум через полчаса.

- В расписание вписываемся, - уже задумчиво сказал Эрик.

Мимо деловито прошли Алиса и Вероника. Заканчивался час отдыха для Эмиля. Теперь предстояло буквально в пять минут собрать супружескую пару для путешествия на Уиверн и вознести их на крышу дома, где их всех будет ждать вертолёт. С Эмилем-то проще. А вот Лора не будет ли задерживать с укладыванием своих вещей? Ей, как и мужу, не говорили до времени Х специально. А вдруг она захочет поболтать с кем-нибудь из подруг по вирту? А вдруг вирт будет прослушиваться?

Звякнул его собственный вирт - с коротким сообщением. Эрик взглянул на экран и... Сначала выругался, а потом бесшумно рассмеялся.

- Боги и дьяволы Вселенной!.. Впрочем, мог бы и раньше догадаться.

Досада и невольная усмешка с минуту попеременно владели его лицом, пока Эрик не махнул рукой.

- Всё равно уже ничего не изменишь!

И заторопился в комнаты Лоры и Эмиля. Дверь к ним была открыта, и оттуда доносились как встревоженные, так и успокаивающие голоса. По коридору же навстречу Эрику кто-то шёл. Когда человек оказался на свету из комнаты, Эрик узнал Сандара.

- Где Дэниел? - недовольно спросил тот. - Пора вытаскивать носилки, а он где-то возится. Кристиан с ним?

- Оба отслеживают последние перемещения наёмников, - рассеянно сказал Эрик, стоя у двери и приглядываясь к происходящему в комнате. Лора, чего он не ожидал от неё, не суетилась, а спокойно ходила, выбирая, что бы ещё взять с собой в поездку. Ощутив его наблюдение, она обернулась и тихо улыбнулась, после чего улыбка снова пропала, а Лора подошла к беспокойно звавшему её Эмилю и успокоила его одной фразой. Больше она от мужа не отходила.

Лора была рядом с Эмилем, когда носилки подняли с кровати и поставили на колёсики, которые до сих пор были сложены. Она была рядом, когда за носилки взялся Сандар и с помощью Эрика вывел в коридор. Она быстро прошагала вместе с ними в лифт - прихватив всего лишь небольшую сумку, в основном с вещами и лекарствами для Эмиля - сумку побольше, с лекарствами для растворов и системами к ним, держала Алиса. Оделась Лора в свободный брючный костюм серого цвета - дорожный, как она объяснила. В этом костюме Лора неожиданно для всех стала странно незаметной. Как признался чуть позже, например, Сандар, он постоянно забывал и о присутствии Лоры, и о том, что за полой её пиджачка, заткнутый за ремень, прячется всё тот же браунинг.

Едва Лора очутилась в лифте, она немедленно взяла Эмиля за руку и положила на носилки, рядом с его головой, салфетки, пачка которых высовывалась из сумки.

- Эмиль, вы боитесь высоты? - забеспокоился Эрик.

- Нет, - слегка удивился тот.

На приподнятую бровь Эрика Лора пожала плечами.

- Иногда Эмиля в лифте тошнит. Иногда - когда поднимаемся, иногда - когда опускаемся. Сейчас он ослабел, поэтому ему может быть плохо и в любом случае.

Эмиль еле заметно улыбнулся.

- Я и забыл про это...

Эрик с трудом заставил себя не смотреть на эту поразительную женщину, которая знала своего мужа так, как он себя не помнил. Несмотря на довольно странные взаимоотношения с ним.

Лифт бесшумно взлетел на последний этаж. Всё обошлось, и Лора спокойно сунула салфетки в сумку, пока мужчины выкатывали из лифта носилки с мужем.

Когда дверь на крышу открылась, Сандар, выкатывавший носилки, стоя перед ними и оттого видевший происходящее на крыше, досадливо застонал:

- Эрик, ты не говорил!..

- Я и сам не знал, - проворчал Эрик, невольно усмехаясь горячей реакции подчинённого.

- Вот дьяволы, - тихо сказал Дэниел, оглянувшись и тоже во все глаза глядя на маленькую женскую фигурку, присевшую на подножке небольшого вертолёта. Искусственный ветер от вертолётных лопастей трепал тёмные волосы, но девушку, кажется, эта маленькая неурядица не волновала, благо была она в чёрных очках. Она сидела с мечтательным выражением тонкого лица, бережно и даже любовно прижимая к себе внушительного вида миномёт.

При виде вышедших на крышу она не сразу встала - будто не сразу заметила. "Замечталась!" - хмыкнул Эрик, первым подходя к ней. Правда, она не стала ожидать, пока к ней приблизятся. Встала и пошла навстречу - быстро и сильно. Словно маленький, но опасный хищник.

- Думал обойтись без меня? Не выйдет! - громко заявила она и стремительно прошла мимо - к носилкам. - Ха, я уж думала - ты совсем скелетище, а ты ещё ничего. Тебя ведь Эмилем зовут? Слушай, красавчик, я видела твои снимки в космосети. Ты мне и тогда нравился, а сейчас, когда ты настоящий герой, - вообще лапочка! Как ты себя чувствуешь, о мой герой?

Кажется, от неожиданности у бедняги Эмиля язык отнялся. Он только молча таращился на темноволосую девушку, которая продолжала напористо болтать, не давая никому вставить ни слова, пока Кристиан не подошёл к ней со спины и не полуобнял, тут же закрыв ей болтливый рот своей широкой ладонью. Одновременно он слегка приподнял её, отворачиваясь в сторону и давая Сандару и Дэниелу возможность провезти носилки мимо - к вертолёту.

- Пристрелю! - услышал Эрик угрозу темноволосой, которую та пробурчала сквозь пальцы Кристиана. После чего Эрик придержал за локоть Лору и представил её девушке.

- Лора - Ингрид.

- Здравствуйте, Ингрид, - сказала Лора, спокойно глядя на девушку непроницаемыми серыми глазами.

- На твою новенькую не похожа, - заявила Ингрид, снова твёрдо встав на ноги.

Эрик было открыл рот, но Лора вклинилась.

- Я не новенькая. Во всех отношениях. Я жена Эмиля, - сказала она и снова с ледяным спокойствием прошла мимо.

Забыв о девушке, Эрик загляделся, как Лора идёт к вертолёту: неспешно, легко, словно над головой никакого ветра, который неподготовленного и с ног сбить может. Хрупкая лёгкая фигурка - того и гляди взлетит. Только у Эрика уже появилось твёрдое убеждение, что ветру сбить её с ног не удастся. Светлые волосы растрепались, но Лора даже руки не подняла, чтобы удержать причёску на месте. Ещё несколько шагов - и ей помогли войти в чрево вертолёта, где женщина села и лёгким движением пропустила волосы сквозь пальцы, уложив их в нечто приемлемое.

- Ишь, нос задрала - жена Эмиля! - передразнила её Ингрид, которая провожала фигурку в сером костюме пренебрежительным взглядом.

- Первое - она леди, в отличие от некоторых пацанок (не будем показывать пальцем), и ведёт себя как леди, не затевая свар, например, - ровно сказал Эрик. Так ровно, что Ингрид оглянулась и впилась в его глаза внимательным взглядом. - Во-вторых, она будет моей женой, поэтому прошу быть с нею вежливой.

- Эта кукла? - поразилась Ингрид. - Твоей женой? Не верю!

- Ингрид, отшлёпаю, свяжу и посылкой отправлю деду, - с лёгкой насмешкой сказал Эрик. - И, вообще, странно. Я раньше не замечал за тобой такой странной манеры - говорить что-то о человеке, не зная его.

- А чего знать? Сразу видно - ледышка и с гонором, - фыркнула Ингрид.

- И с браунингом на ремне, - с задумчиво мечтательной улыбкой сказал Эрик.

- О, - озадачилась Ингрид, взглянув на еле видимую из-за стекла в вертолёте фигурку. - Как в старом анекдоте, да? "Ты красивая, умная, у тебя замечательная фигура и отличный немецкий пистолет сорокового калибра..."

Эрик, не глядя, размахнулся. Ингрид отскочила от него с еле различимым из-за гудящего мотора смешком.

- И что мне теперь прикажешь делать? Тоже любоваться ею и благоговеть?

- Ингрид, она цель почти сотни убийц. Поэтому у нас задача одна.

- Не поняла. Ты сказал деду, что сопровождаешь Эмиля на Уиверн. Для операции.

- Это моя личная цель. Это мне Эмиль нужен живым и здоровым, иначе Лора никогда от него не уйдёт, - напрямую сказал Эрик. Он знал, что Ингрид, несмотря на внешнее, даже демонстративное легкомыслие, будет молчать о его личной цели. - На деле происходит ещё кое-что абсолютно нечто беспрецедентное: чуждая нам раса устроила охоту на Лору. О чём она, кстати, не знает. Не проговорись.

- Поняла. Потом расскажешь подробней. Хочешь - буду её личным телохранителем? - уже серьёзно спросила Ингрид.

Эрик пожал плечами. Бессмысленно соглашаться на то, что Ингрид уже решила - последнее хорошо чувствуется по её жёстко отвердевшему лицу.

Звякнул вирт.

- Эрик, штурм начался.

- Мы взлетаем. Уходите. - Эрик сунул вирт в карман и велел девушке: - Быстро в вертолёт!

Лора сидела сразу за прозрачным пластиком стены. Ингрид добежала до машины и запрыгнула прямо на пол кабины, пропустив ступени. Пока Эрик быстро шёл к вертолёту, она уже устроилась у ног изумлённой Лоры, свесив одну ногу за борт и держа наготове миномёт. Эрик про себя хмыкнул: "Ладно, у неё хоть цель появилась..."

***

Тёплая спина взбалмошной девицы упиралась в ноги Лоры, и женщина сидела напряжённо, боясь шевельнуться: эта девушка, Ингрид, сидит в позе стрелка, готового к бою (рядом - с другой стороны входа в кабину вертолёта - Кристиан, с таким же миномётом), - значит, мешать ей нельзя. Но... почему Эрик разрешил ей так вести себя?.. Впрочем, дальше стало не до странной девицы, уверенно прислонившейся к ногам Лоры. Вертолёт взлетел, и Лора крепко сжала руку мужа, которую держала с того момента, как села в кабине вертолёта. Салфетки были снова под рукой, и Лора не боялась, что в полёте может случиться непредвиденное.

Эмиль что-то сказал. Лора по губам прочитала: "Мне холодно..." Кивнула и, забыв о девушке у ног, подняла концы одеяла, на котором Эмиль лежал, и укрыла его. Сидевшая с другой стороны Алиса помогла ей. Оглядевшись, Лора заметила на заднем кресле куртку лётчика, положила на Эмиля сверху и снова сунула под неё руку - сжать холодные пальцы мужа. Тот благодарно улыбнулся и прикрыл глаза. Лора поймала взгляд Эрика, сидевшего ближе к лётчикам. Бесстрастный взгляд человека, который уверен во всём...

Они уже поднялись и летели над городом. Лора сжимала руку Эмиля и задумчиво смотрела в окно. Сейчас они прилетят в космопорт, сядут в космокатер для перелёта на орбиту, где их ждёт корабль уивернов. Смогут ли уиверны вернуть мужа в нормальное, здоровое состояние? Глубокий вздох она утихомирила на выдохе. Кажется, Эрик точно знает, что всё пройдёт замечательно. Ему довериться можно. Как можно будет довериться и Монти, который обещал всё сделать... Как перенесёт полёт Эмиль? Трое суток... Лора вдруг подумала, что Эрик был сама любезность, когда оставил ей браунинг. Странно, но с оружием, которое чувствительно упиралось ей в живот, она чувствовала себя спокойней.

Девушка у ног натянула на голову наушники и принялась негромко разговаривать - кажется, с Эриком. Лора машинально облизала губы. Кто они друг другу? Девушке лет двадцать с небольшим. Эрику - за тридцать. Хорошо знакомы. Как-то не хочется думать о них, что они могут быть любовниками. Хотя... Ей, Лоре, это должно быть всё равно.

Она вздрогнула, когда её бесцеремонно потрясли за ногу, привлекая внимание. Ингрид протянула ей наушники.

- Через двадцать минут будем на месте, - сказала Ингрид. - Как себя чувствуешь?

- Хорошо, - скрывая удивление, сказала Лора, с трудом удерживая сваливающиеся с головы наушники.

- Если что-нибудь понадобится, говори сразу.

- ... Спасибо.

Темноволосая голова внизу отвернулась. А Лора озадаченно засмотрелась на девушку, пытаясь понять её. То дерзит, то заботится - в довольно странной манере. Почувствовав чей-то взгляд, подняла глаза: Эрик улыбнулся ей и отвернулся к ветровому стеклу. Так ничего и не сказал, хотя она видела наушники на его голове. Некоторое время она раздумывала, почему он промолчал. Потом пожала плечами: в сущности, что он мог сказать? И наушники явно имеют единую связь, и говорить-то нечего.

И лишь минуты спустя Лора с удивлением поняла, что она очень бы хотела услышать его голос, обращённый лично к ней. Странно.

В космопорту после недолгих переговоров с администрацией им разрешили сесть на участке поля рядом с катером. Едва выгрузив своих пассажиров, лётчики немедленно подняли вертолёт и исчезли. А их бывших пассажиров уже встречали у катера.

- Монти? - снова изумилась Лора и оглянулась на Эрика.

Беловолосый уиверн быстро подошёл к ней и поцеловал ей руку.

- Рад видеть, что выглядишь всё так же потрясающе!

Лора услышала, как за её спиной кто-то тоненько что-то проворчал.

- Спасибо, Монти. Я как-то не ожидала...

- Давайте-ка быстро в катер, - деловито сказал Эрик и, кивнув, пожал уиверну ладонь. - По последним данным, вся наёмная шваль от дома рванула в космопорт.

- Согласен, - сказал Монти и, обернувшись, крикнул что-то на уивернском. От катера быстро прибежали три фигуры. Двое взялись за носилки, третий быстро пригласил всех на катер - и завершал процессию, хотя Лора мельком увидела, как темноволосая девушка упрямо пыталась остаться последней. Пока не обернулся Эрик, который чуть раздражённо рявкнул на неё.

Лора уже спокойно поднялась по трапу в помещение корабля. Когда она спросила себя, почему - спокойно, то вынуждена была признаться: ей понравилось, что Эрик прикрикнул на эту странную девушку... Лоре ещё повезло, что она не слышала, как Ингрид при явлении Монти, поцеловавшего руку Лоре, втихомолку и с недоумением спросила Эрика: "Я чего-то не поняла. Мне кого начать охмурять - мужа этой Лоры или этого блондинистого красавчика?" В ответ Эрик только рассердился: "Зачем?! Ингрид, зачем охмурять?!" Девушка только глазами хлопала: "Ну, ты же сам сказал, что хочешь её в жены!" Эрик только вытер испарину со лба и глухо проговорил: "Ну, Ингрид, логика у тебя!.. Ты сказала, что будешь телохранителем Лоры, - так, пожалуйста, больше никакой отсебятины! Со всем остальным сам справлюсь!" И Эрик тоже, отвернувшись от Ингрид и уходя от неё, не расслышал её снисходительного: "Ага... Справишься ты..."

Катер был временным пристанищем на пути к орбите, до которой, знала Лора, лететь часа полтора. Здесь, в салоне судна, кресла располагались как в самолёте - в два ряда, с проходом между ними. Поэтому здесь опять все сели - Лора рядом с носилками и так, чтобы Эмилю нетрудно было видеть её. Кстати, Монти кинул взгляд на носилки, на её мужа, и заметно побледнел, за что Лора была благодарна ему. Сочувствие сейчас важно не только Эмилю, но и ей самой. Сочувствие уиверна и Эрика показывало, что всё не зря. Что она, Лора, права, взявшись изучать не слишком сложную, но очень утомительную и грязную науку быть сиделкой при муже-инвалиде.

Проходя мимо неё по ряду, Эрик почти погладил её по плечу и сказал:

- Попробуй уснуть.

- Попробую, - улыбнулась Лора.

Севшая напротив темноволосая девчонка (даже в мыслях Лора не могла иначе назвать её) покивала ей, словно подтверждая слова Эрика, и проговорила:

- Спите-спите. Я прослежу за Эмилем.

Так как Эмиль не спал и слышал её, то Лора нисколько не удивилась, когда почувствовала: пальцы мужа слабо сжались.

- Руку - не уберу, - тихо сказала она, и Эмиль благодарно закрыл глаза.

Она тоже закрыла глаза и постаралась задремать. Сейчас в этом маленьком тесном помещении она всё равно для Эмиля больше не сделает. Значит, надо с пользой провести это время. Последнее, о чём она подумала: как хорошо, что Эмилем занимаются такие сильные люди, как Эрик и Монти. Ещё бы узнать про эту девочку... Зачем она здесь?.. Или Ингрид - из команды Эрика? Тогда почему все так удивились её появлению? Как будто не ожидали её увидеть... И Лора уснула.

Эмиля на носилках вкатили в небольшой лайнер сразу после стыковки. Спящую Лору на руках внёс на корабль Эрик, не дав никому прикоснуться к ней. Монти только ухмыльнулся вслед... Правда, чуть позже он поплатился за свою ухмылку: к нему пристала странная девчонка, которой он до сих пор не видел в команде Эрика, и начала у него страстно выпытывать, какое оружие предпочитают уиверны. Поскольку все уже перебрались с катера, отчалившего от лайнера, то уиверн от растерянности проводил приставучую Ингрид в мини-тир лайнера, где тренировались уиверны, кому не лень, во время перелётов.

Эрик опустил Лору на кровать, после чего к той же кровати Кристиан поближе поставил носилки-каталку с Эмилем, чтобы, проснувшись, Лора сразу увидела мужа.

Едва овальная дверь в отсек закрылась, Лора распахнула ресницы. Эмиль спал. Женщина села на кровати. Корабль. Летит в космосе. И-морги здесь до неё не доберутся, потому что боятся уивернов. Нет, эти психованные и-морги никого не боятся. Просто уиверны знают, как справиться с ними. Безопасность...

Она осторожно встала с кровати. Почему Эрик не захотел разбудить её? Почему он принёс её сюда на руках?.. Странное впечатление... Эмиль никогда не носил её на руках. А это, оказывается... нет, не приятно - какое-то другое слово... Лора задумчиво постояла перед дверью из отсека. Это... мужская забота?.. Наверное... Интересно. Эрику она нравится? Возможно. Он такой... Вот только эта девочка, которая ведёт себя с ним, как будто он её собственность. Если верить книгам-детективам, так себя вести может человек, который шантажирует другого человека. Ну, если посмотреть на ситуацию. Эта Ингрид обращается с Эриком, как с собственностью, хотя время от времени и слушается его.

Лора потаённо вздохнула. Нет, в таких отношениях ей трудно разобраться.

Она сняла жакет и огляделась. Здесь они с Эмилем пробудут целых трое суток. Значит, надо обживаться. Отсек небольшой. Но есть отдельная комнатка для умывания. Отдельный пищеблок на двоих - небольшой круглый стол и мягкий угловой диван. Пищеблок закрывается от основного помещения тоже отдельной дверцей. Прекрасно - на стол как раз можно выложить лекарства... Лора расставляла предметы из сумки, а сама думала о странном: никогда в её жизни такого не было, чтобы они с мужем так доверчиво вручали свои жизни в руки совершенно незнакомых людей. Хотя Эрик и Монти не совсем незнакомые. Но в глазах света... Нет. Надо думать по-другому. После того что произошло с Эмилем, их жизнь, а значит, и её правила сильно выбиваются из привычного русла. Оглядки на свет быть не должно.

"Надо бы попросить, чтобы каталку с Эмилем поставили плотней к кровати. Эмилю будет легче, если будет так, как он привык..."

Вирт, положенный на столик рядом с кроватью, привлёк её внимание. Время к обеду. Как узнать, каким образом теперь будет соблюдаться режим Эмиля? Позвонить Эрику? Или Монти? Ведь она с мужем на корабле уивернов. Значит, уиверны должны ей объяснить распорядок дня на корабле?..

Внезапный тихий звук заставил её обернуться к двери.

Кто-то поскрёбся ещё раз.

Лора, помешкав, открыла.

- Привет, - сказала Ингрид. - Я посижу у тебя, ага? Поговорить бы.

И, не дожидаясь ответа, прошмыгнула мимо. Лора не успела опомниться, а девица уже стояла у каталки, осторожно заглядывая в лицо Эмиля.

15

Испугаться, как бы эта шальная девчонка не разбудила Эмиля, Лора тоже не успела. Мужу надо выспаться, потому что для него последние часы - сплошной экстрим. Ведь ему тоже сказали о внезапной поездке только за минуты до неё. Лора видела, как небольшой ступор мгновенно овладел им и рассеялся лишь тогда, когда Эмиль понял, что они всё ещё в надёжных руках тех, кто решает за них. А случилось это понимание, когда Эрик забеспокоился в лифте из-за салфеток. Муж увидел, как Кроу, к которому он до сих пор подозрительно относился, с тревогой смотрит на него. И Эмиль успокоился. После этих секунд он уже - внешне, по крайней мере, - не выглядел растерянным. Правда, быстрая смена обстановки, да ещё чуть не в экстремальных условиях, повлияла-таки на него: Эмиль утомился - потому и заснул крепко, едва оказался в катере.

Девчонка, наконец, на цыпочках отошла от носилок и, оглядевшись, решительно вошла в пищеблок. Благодарная, что она всё-таки не разбудила Эмиля, Лора поспешила за нею. Та уже расположилась на угловом диванчике и, что-то ворча, пыталась справиться с напитками из встроенного бара. Из кофейного аппарата уже мягко и терпко пахло закипающим кофе.

- Я так и думала, что ты сразу проснёшься, как только окажешься в отсеке, - сообщила Ингрид, разливая горячий кофе по высоким стаканам. - Я тоже - сплю-сплю, а стоит попасть в какое-то чужое место - тут же и проснусь. На.

- Спасибо, - от некоторой неловкости, не совсем понимая, как вести себя с этой Ингрид, чопорно сказала Лора и пригубила кофе. И не смогла оторваться от стакана, пока не отпила больше половины. Кофе оказался хорош. Девчонка, к удивлению, предпочитала тот же вкус и ту же густую насыщенность напитка. А после недавних треволнений крепкий и горячий кофе подходил, чтобы прийти в себя, как нельзя кстати.

Ингрид же выждала, пока Лора допьёт кофе, налила ей ещё стакан и сказала:

- Поговорим?

Лора молча и выжидательно смотрела на неё. Будь перед ней девушка из общества, ей стало бы легче. Но эта девчонка выбивалась из её представлений о людях привычного круга общения. Кажется, Ингрид тоже ждала от неё какой-то реакции на её "Поговорим", кроме внимательного взгляда. И, не дождавшись, начала:

- Я знаю Эрика с детства. Несколько лет как. Ты знаешь, что у него была целая банда байкеров под началом? Когда я переехала к деду и нашла эту банду, я сразу к ним пристала и сказала, что буду деловиться и стану главой байкеров. Эрик сказал - посмотрим. Но через три месяца я и правда оказалась главной. Вот только через ещё три месяца я узнала, что он вычислил меня, хотя я прятала деда и хотела сама по себе быть главной. Эрик оставался в тени и продолжал вести своих ребят, а я командовала только внешне. Вот он какой. А потом я привела к байкерам деда - и он тоже сразу вычислил Эрика и сказал ему, что он всё про него и про меня понял. Эрик ему понравился. И теперь они уже вдвоём скрывали от меня настоящее положение дел. А сами вели всё больше совместных дел, про что я не знала. И только потом дед меня подключил к общей работе в фирме. И тогда я узнала всё. Но дед сказал, что я уже взрослая, и глупо думать, что я буду закатывать истерики. Пришлось сдерживаться. Но Эрика я точно знаю. Он хороший и умный.

- А зачем надо было прятать деда? - нерешительно спросила Лора.

- По протекции не хотела, - объяснила Ингрид. - Деду сначала было плевать, что я к нему переехала. Он выполнял все мои желания, только бы я не мешала ему. Он мог бы велеть Эрику взять меня в компанию - и тот взял бы. А я хотела сама.

Лора подумала ещё немного и пришла к выводу, что Ингрид не так проста, как кажется на первый взгляд. И всё дело в её деде. Если девчонку трудно узнать, поскольку та вряд ли часто бывает на светских вечерах, то, может, Лора знает её деда?

- А кто ваш дед?

- Логан.

Короткий ответ Ингрид подтвердил, что Лора должна знать этого человека.

Логан... Что-то очень знакомое.

- Он владелец фирмы, связанной с отелями?

- Это уже в прошлом, - махнула рукой Ингрид. - Сейчас фирмой заправляют отец и старший брат. А дед начал строительный бизнес и немного пиратствует.

Улыбнувшись, Лора другими глазами взглянула на Ингрид. При слове "пиратствует" она мгновенно вспомнила крепкого старика, с саркастической ухмылкой и пронзительным взглядом, появление которого в светском кругу обычно сопровождалось почтительным и даже боязливым вниманием всех - и таких мотыльков, как она с мужем, и крупных бизнесменов. Кое-что она слышала, конечно, об этом человеке, о его странном таланте виртуозно разорять других. Но как-то всё это было далеко от неё. И вот - его внучка. Впрочем, что тут такого?.. И только Лора хотела спросить, какое отношение имеет история знакомства Эрика и Ингрид к ней, к Лоре, как девчонка повторила:

- Эрик хороший. Он тебе нравится?

- Спасибо за кофе и за компанию, - улыбаясь, сказала Лора и поднялась с дивана.

Ей была симпатична эта воинственная девушка с тонким лицом, въедливыми, судя по всему - дедовскими глазами, но говорить с нею о личном Лора не собиралась. Не настолько она знакома с Ингрид, чтобы шушукаться обо всём на свете, как с закадычной подружкой. Или Ингрид думает, что, упомянув о деде, проводит тонкий шантаж? Да и вообще... Не любила Лора болтать о сокровенном. Она не понимала, как можно рассказывать о личных взглядах человеку, далёкому от её жизни.

- Подожди, - напористо сказал Ингрид. - Я знаю, что иногда пру танком. Извини за это. Но мне искренне хочется, чтобы Эрик... стал твоим другом.

Задержавшись у выхода из пищеблока, Лора несколько секунд смотрела на девушку, прежде чем сказала:

- Вы знаете, Ингрид... Мне сейчас не до всего этого. У меня есть муж. Ему плохо. И ему немного легче, пока я рядом. Пока он в таком состоянии, мне абсолютно всё равно, что творится на свете и вокруг меня. Лишь бы никто не помешал мне заботиться об Эмиле. Простите, если прозвучало резко.

Она очень боялась, что девушка остановит её у двери с угрозой использовать имя своего деда, чтобы добиться подчинения. Но, отступая от двери, вспомнила, что Ингрид хотела самостоятельности, ещё будучи девочкой, и успокоилась.

В сущности, Лора сбежала от Ингрид к мужу, который всё ещё спал. Именно здесь её никто не захотел бы отвлекать странными, непривычными ей вопросами. Хотя сама она поневоле задумалась над ответами к ним. Да, Эрик ей нравится. Но что из этого? Если Эмиль встанет на ноги, вернётся обычная жизнь мотыльков. Ведь Эрик вряд ли заинтересован в долгосрочных отношениях. А порхать так, как это делает... делал Эмиль, она, даже если Эмиль вернётся к движению, не будет. Они просто снова будут жить той жизнью, которая была до сих пор. Глядя на Эмиля, Лора не сомневалась, что уж он-то точно будет прежним в своих желаниях. И это лучший вариант будущего. А если Эмиль навсегда останется калекой? Правда, она тоже слышала, что уиверны - великолепные хирурги. Но что касается человеческого мозга, она уже многое прочла из того, что смогла найти в космосети и что было доступно для её понимания. Так что большой надежды нет.

- ... Лора...

На шёпот она обернулась, уже сидя рядом с Эмилем.

Девчонка стояла посреди маленького отсека и смотрела на неё неопределённо.

- Сейчас будет обед, - тем же шёпотом сообщила она. - Ты будешь обедать с нами?

Лора покачала головой и кивнула на мужа.

- Я буду обедать здесь.

Ингрид взглянула на Эмиля и вышла.

А Лора положила ладони на ладонь Эмиля. Холодная. Надо бы разогреть.

Размышляя о состоявшемся разговоре с Ингрид, Лора призналась самой себе, что ничего не поняла. Нет, ей было интересно познакомиться с внучкой знаменитого пирата Логана... Но почему Ингрид заговорила об Эрике? Прозвучало так, словно девушка предупреждает. О чём?

Наверное, надо, в свою очередь, предупредить эту девушку, что она, Лора, не собирается предъявлять никаких прав на Эрика. И... Надо бы дать Ингрид пару-тройку виртовых номеров, чтобы близкие знакомые (не подруги!) могли бы подтвердить, что Лора не пытается играть, а говорит правду. Что Лора не охотница за мужчинами. И тем более - за Эриком. Хотя, честно признаться, ей приятно, когда он рядом и когда смотрит... Лора задумалась: а как он смотрит?

И испугалась: а зачем ей, Лоре, это знать? Ну, как он на неё смотрит? Она уже поняла, что немножко нравится ему... Но... Лора подняла подбородок. Для неё сейчас Эмиль - главное в жизни...

И тут же обеспокоилась. С тех пор, как их сюда вселили, никто, кроме этой взбалмошной девушки, не поинтересовался, проснулись ли они, не нужно ли им чего. А ведь Эмиля надо перенести на кровать вместе с его носилками. Надо выполнить все гигиенические процедуры, а того, что в сумках - мало для проведения этих процедур. Впрочем, кажется, ей, Лоре, придётся осваивать умение приспосабливаться к скудным условиям проживания на этом судне. Хорошо, что здесь есть комнатка для умывания. Душевая кабинка хоть маленькая, но достаточно и её для счастья быть чистым и свежим.

Только Лора хотела осторожно убрать ладонь с руки Эмиля, как муж открыл глаза. Сонные глаза скользнули по потолку.

- Где мы, Лора?

- На уивернском корабле. Летим на Уиверн, где тебе должны сделать операцию.

Глаза Эмиля обратились к ней.

- Ты думаешь, у них получится?

Он спросил без вопросительных интонаций. Устало.

- Ты сомневаешься?

- Было бы легче смириться со своим беспомощным состоянием, если не знать о надежде, - почти прошептал он.

- Будет ещё легче, если ты воспримешь эту поездку как возможность побывать где-то, прежде чем смиряться, - задумчиво сказала Лора. - Я, например, стараюсь это делать.

Он прикрыл глаза и еле вздохнул.

- Хочешь есть? - спросила Лора. - Я захватила с собой кое-что из того, что нам успели приготовить в доме отца. Хочешь чего-нибудь?

- Обычной воды бы, - облизал Эмиль пересохшие губы.

Стук в дверь раздался, когда Лора поила мужа минералкой через соломинку.

- Войдите, - сказала Лора, вздыхая в душе: неужели опять эта девушка?

Но в отсек вошли сразу несколько человек - все высокие, отчего помещение сразу стало очень тесным. Впереди - Эрик, за ним Монти и двое незнакомых уивернов, которых Монти представил Лоре как врачей. Понеслись минуты суеты и представлений, быстрого и чёткого объяснения на общефедеративном, что сейчас будет проведён первый из необходимых для будущей операции медицинских осмотров, что уиверны доверяют человеческим врачам, которые снабдили больного всеми необходимыми медицинскими картами, но нужны свежие анализы по состоянию больного на сейчас...

Лора отключилась уже на середине речи, пересыпанной медицинскими терминами, не воспринимая её смысла, а эти двое уивернов самоуверенно начали открывать принесённые с собой металлические чемоданчики, вынимать из них невиданные ранее предметы, которыми стремительно и ловко опутывали не менее сбитого с толку Эмиля. Причём один из них присел на кровать, где только что сидела Лора, и разложил на небольшом подносе какие-то баночки, объявив Эмилю, что это его обед.

Насколько смогла Лора понять, один из уивернов собирался снимать с Эмиля данные при помощи каких-то датчиков, которыми продолжал усердно облеплять больного, в то время как второй уже начал кормить его.

- Лора, выйдем, - тихо сказал Эрик, беря женщину под локоть.

Она послушно вышла и лишь потом спохватилась:

- Эмиль без меня...

- Лора, эти уиверны умеют обращаться с любым больным. А мы пока пообедаем, - тихо, но убедительно сказал Эрик, продолжая слегка тянуть её по длинному и светлому коридору.

- Но я даже не переоделась, - растерялась она, вспомнив, что на ней до сих пор костюм, которого она не меняла дня три, и это ужасно сейчас, когда её зовут на обед.

Эрик как-то легко пропустил её мимо себя и взялся за другой её локоть, словно собираясь приподнять её. Лора почувствовала, как он - нечаянно? - прижался к её спине, и почему-то очень отчётливо почувствовала тепло его тела. Она закраснелась от смущения, ощущая себя очень слабой в неожиданных объятиях. Упираться больше не хотелось, зная, что снова наткнётся на него и снова ощутит...

- Лора, ты сейчас поешь вместе с нами, а потом делай что хочешь. Мы ничего не хотим от тебя, кроме твоего присутствия на обеде. Лора, ты слышишь меня?

- Да, - пролепетала она, чувствуя, как мурашки бегают по коже - где Эрик касается её. Что происходит? Почему его прикосновения так... чувствительны? Как покалывания иглой, от которых хочется передёрнуть плечами?

Он по-хозяйски положил её ладонь на свой согнутый локоть и уже уверенно повёл её по коридору. Она ещё, всё ещё красная от нахлынувших странных впечатлений, поспешила за ним, боясь оглянуться на шедшего за ними Монти, а ещё думая о том, что в кают-компании они наверняка встретят Ингрид - и что тогда?

Несколько шагов - и мысли о кают-компании перебили совершенно другие раздумья: почему Эрик так сделал? Хотел утешить? Подбодрить? Но это так неловко - на глазах у всех, пусть все - всего лишь Монти, идущий позади. А она? Почему она не вырвалась из его рук, когда он позволил себе пренебречь этикетом? Потому что вырываться - это смешно и некрасиво?

Но Эрик, как будто так и надо, по-хозяйски ввёл её в кают-компанию, негромко и кратко представил её присутствующим:

- Лора.

Лора мгновенно собралась и выпрямилась. Больше она не опиралась на руку Эрика так, словно её заставили. Теперь её ладонь будто слегка притрагивалась к его руке - то есть Лора чувствовала себя так, словно она только что вошла в бальную залу.

Кают-компания представляла собой довольно просторное помещение, правда, с низким потолком. Здесь посередине помещения расположился длинный стол, за которым и сидели обедающие. Все четыре стены кают-компании представляли собой вырезанные из дерева затейливые решетчатые щиты. В отличие от коридора, в котором пахло деловитым запахом металла и ещё чего-то технического, здесь благоухало такими ароматами, что Лора только улыбнулась от удовольствия.

За столом оказалось довольно много народу. Лора не стала выискивать взглядом знакомых и незнакомых, ожидая, пока Эрик посадит её и тогда можно будет осторожно оглядеть присутствующих. Одного человека заметить пришлось волей-неволей: наплевав на все этикеты, с другого конца стола ей помахала рукой Ингрид. Как ни странно, её довольно... э... невоспитанный жест успокоил Лору: значит, девушка, рассказывая о своём знакомстве с Эриком, не думала предупреждать Лору, что Эрик и она... То есть из-за Эрика девушка злиться не будет - подумалось ей робко.

За столом её познакомили ещё с несколькими уивернами. Капитан судна осведомился, достаточно ли ей с мужем отсека, в котором их разместили, и успокоенная Лора горячо поблагодарила его. Затем, как выяснилось, за столом сидел главный врач, чьи помощники сейчас собирали данные по больному. Он обещал вскоре сказать Лоре, каковы шансы Эмиля на благополучный исход операции.

"Свиты" Эрика за столом не наблюдалось, хотя Лора втайне ожидала, что будут Кристиан, Дэниел, Сандар и девушки. Впрочем, и без них за столом оказалось довольно оживлённо. Беседа, к которой прислушивалась вскоре Лора, касалась и-моргов. Женщина с удовольствием ела то, что ей подкладывали, и внимательно слушала присутствующих.

А заодно исподтишка наблюдала. Больше всех, конечно, теперь её интересовал Эрик. Среди высоких длинноволосых уивернов Эрик не потерялся. Странно. Раньше Лора считала, что короткая стрижка или убранные назад волосы делают мужское лицо открытым. Как ни удивительно, уиверны выглядели очень замкнутыми и насторожёнными. Эрик среди них казался спокойно отдыхающим сытым хищником.

Наслушавшись рассказов, что и-морги - вырождающаяся раса, отчего и обладают поведением социопатов, Лора несмело спросила:

- Простите, если задам глупый вопрос... Но если и-моргам взбрело в голову убить без всякой выгоды для себя единственную женщину, не нападут ли они на этот корабль? Не может ли случиться так, что я буду причиной несчастья для всех тех, кто летит на этот корабле?

Капитан, высоченный уиверн с тёмными волосами, забранными в "хвост", как у большинства присутствующих здесь уивернов, усмехнулся и встал из-за стола.

Он подошёл к какой-то панели рядом с дверью и оглянулся.

Следуя его взгляду, Лора увидела экран. Эрик встал, одновременно помогая подняться и ей. Вместе они подошли к экрану, возле которого их уже ожидал капитан судна. Он и объяснил то, что они видели.

- Эта точка - наш корабль. Сейчас я увеличу его, чтобы примерно были бы видны и его размеры. А теперь взгляните. Видите вот эти точки?

Лора машинально сосчитала движущиеся точки вокруг "их корабля". После подсчёта был момент, когда она вдруг страшно испугалась: ей показалось, что эти точки - корабли и-моргов. Правда, становилось непонятным, почему капитан-уиверн так спокоен, показывая ей их.

А тот вдруг открыл экран таким образом, чтоб показать "их корабль" как будто заснятый совсем неподалёку. И - да, другие точки тоже оказались кораблями.

- Это наша армия, - буднично сказал капитан. - Поэтому, Лора, на борту моего судна вам бояться нечего.

Лора шагнула ближе к экрану. Сердце замерло - и сильно забилось: их корабль идёт в сопровождении целой армии? И все защищают её от и-моргов?

Нет, она, конечно, понимает, что эта защита дана ей, потому что и-морги - старинные враги уивернов. Но всё-таки от масштабов этой защиты становится как-то не по себе... Подскочила девчонка, присмотрелась к экрану.

- Лора, а приятно - да? Что у тебя в телохранителях целая армия? - засмеялась Ингрид. - У кого ещё такие были?

Лора хотела ответить, что она бы променяла всех этих телохранителей на минуту уверенности в том, что Эмиль когда-то встанет и пойдёт. Но сейчас, будучи среди уивернов, говорить об этом было неприлично: они ведь и в самом деле постарались окружить её охраной.

После обеда Лора хотела было немедленно вернуться к Эмилю. Но Эрик показал ей свой вирт, который транслировал происходящее в их отсеке. Как обнаружила Лора, совершенно серьёзный Эмиль, кажется, вообще забыл о её присутствии на этом корабле. Он лежал и внимательно слушал кого-то из двоих врачей, сидящих рядом с ним.

Наверное, успокоенность была хорошо видна, так как Эрик немедленно предложил зайти к его ребятам и посмотреть, как у них там.

- Они не отдыхают? - спросила Лора.

- Нет, я уже успел прозвониться. Нас ждут.

Он снова подхватил её под руку и вывел из кают-компании, в которой остался Монти, о чём-то оживлённо говоривший с капитаном.

Теперь по обе стороны от Эрика шли две женщины. Лора молчала, слушая Ингрид, а та то и дело хохотала, вспоминая, как ей пришлось помучиться, выбирая для охмурения кого-нибудь из мужчин.

- Между прочим, будь твой Эмиль на ногах, я бы попробовала и его соблазнить, - безо всякого стеснения заявила она. И секунду спустя спросила: - Стрелять ты умеешь. А какими-нибудь единоборствами занимаешься?

- Нет, - удивлённо сказала Лора и вопросительно взглянула на Эрика. - А это сейчас так обязательно?

Со вздохом мученика Эрик взглянул на хохочущую Ингрид и объяснил:

- Не знаю, прав ли я, рассуждая таким образом, нет ли, но, мне кажется, женщины все разные. Кто-то сидит дома и дожидается мужа. Кто-то, вооружившись, пытается стать бойцом. Я бы предпочёл, чтобы моя жена сидела дома и ждала меня. - Он задумчиво засмотрелся на что-то впереди и повторил: - Ждала бы меня и радовалась, когда я появлюсь на пороге дома.

- Это всё лирика! - с разочарованием сказала Ингрид. - Современная женщина должна испробовать гораздо больше возможностей, чтобы жить несколько иной жизнью, чем, скажем, десятки лет назад.

Но спора не получилось, потому что Эрик подвёл своих дам к неприметной двери почти в самом конце коридора и распахнул её.

- Прошу любить и жаловать! - крикнул он в комнату, едва дверь открылась.

Все "ребята" Эрика собрались в этой комнате. Кроме известных Лоре, были несколько человек незнакомцев, с которыми Лору быстро познакомили. И где-то с полчаса Лора, забывшись, полностью погрузилась в мир людей, которые знали, чего ради они срываются с места и чего ради возвращаются. Она большей частью молчала, слушая их, но ей было интересно даже без участия в их беседе. Она отметила, что Ингрид и правда чувствовала себя среди ребят как рыба в воде... А потом Эрик взглянул на вирт и сказал:

- Мы с Лорой идём в её отсек. Не теряйте нас.

- Что случилось? - уже в коридоре спросила Лора. - Что-то с Эмилем?

- Да, у него сейчас будет час сна. Уиверны попросили проследить за ним на это время. Хочешь, я посижу с тобой?

- Нет, что вы. Я и одна смогу посидеть с мужем.

Она так и не научилась говорить Эрику "ты".

16

Ситуация с обедом повторилась и в ужин. За Лорой пришли Монти и Эрик, а за ними - помощники главного врача с диетическими продуктами для Эмиля. Когда за столом Лора осведомилась, почему Эмиль должен есть то, что ему приносят уиверны, хотя есть уже предписанное для него меню, главврач уивернов ответил спокойно:

- Человеческая диета для вашего мужа - это диета в связи с его состоянием. Сейчас же он ест то, что необходимо для его организма при подготовке к операции.

После ужина, немного посомневавшись, Лора попросила капитана ещё раз показать ей зрелище военного конвоя при их корабле. Уиверн усмехнулся:

- Если вас до сих пор пугают и-морги, можете сами поглядывать на экран в минуту сомнения.

И предложил женщине запомнить кнопку, которую можно нажимать, сколько ей, Лоре, заблагорассудится, чтобы полюбоваться космосом и кораблями в нём. У Лоры быстро вошло в привычку, заходя в кают-компанию, первым делом включать космический экран и некоторое время смотреть на звёзды и миниатюрные корабли военного конвоя среди них. И только после этого, и в самом деле успокоенная, шла за стол, сопровождаемая Эриком... И сама себе признавалась, что счастлива: она может сидеть за столом с людьми своего круга! Она, наконец, снова обратила внимание, в чём ходит, как причёсана и как подкрашена! Последнее было как всегда на минимуме, так как она привыкла пользоваться косметикой, лишь подчёркивающей её черты лица. Ну а такая спокойно вмещалась в дорожную сумочку.

Кстати, скоро она поняла: с Эриком ей общаться тяжело. Он всё время вёл себя с нею таким образом, как будто они давно знакомы. Постоянно говорил ей "ты", постоянно прикасался к ней так, словно имел на это право. Даже пытался командовать ею. В рамках необходимого, конечно. Однажды, она, не запомнив, как располагаются отсеки по коридору, заблудилась в пустынной части корабля. И, когда Лора в очередной раз уткнулась в тупик и развернулась искать выход из него, она увидела перед собой Эрика. Он появился будто из ниоткуда - так неслышно подошёл. Эрик даже не стал спрашивать, что она делает здесь, в тупике. Просто молча предложил ей руку и вывел в нужный коридор. Она же так обрадовалась ему, что даже забыла поблагодарить, о чём вспомнила, лишь оказавшись перед дверью в свой отсек. Правда, Эрик сам взял эту благодарность: неуловимо быстро нагнувшись, он мягко скользнул губами по щеке Лоры... Очутившись в отсеке, она с трудом усмирила зачастившее дыхание и так долго была рассеянной, что это заметил даже Эмиль. Правда, он быстро забыл о её рассеянности, а Лора, время от времени машинально касаясь пальцами щеки, будто пытаясь вспомнить неожиданный поцелуй, снова погрузилась в размышления: как бы держать Эрика на расстоянии, если... если её тянет к нему?

Свободней она дышала только рядом с Монти. Он тоже раньше говорил ей "ты". Но тогда, на прогулочном лайнере, были обстоятельства, сблизившие их. Обстоятельства, когда не до церемоний и светского этикета. Сейчас же Лора для него снова стала леди из общества, отчего он учтиво "выкал" ей. С Монти было легко именно поэтому, что он легко приспосабливался к обстоятельствам. И не претендовал на Лору.

После посещения трапез в кают-компании Эрик обычно уводил её к своей команде. Как ни странно, с этими весёлыми парнями и девушками Лора чувствовала себя очень легко. Она чаще молчала, слушая их, но не ощущала себя лишней. Ей были интересны и симпатичны многие из них. Даже насмешник Дэниел или довольно агрессивная и бесцеремонная Ингрид. Может, Лоре было хорошо с ними, потому что после вынужденно аскетического общения только с Эмилем она попала в общество неожиданных для неё личностей? Она не задумывалась над таким вопросом. Только впитывала атмосферу задорного времяпрепровождения среди этих странных для её круга людей и чувствовала радость.

Один раз, заинтересовавшись, и Монти напросился в гости к ребятам Эрика. И зачастил к ним даже без Эрика. Стал своим - как выразилась Ингрид, которая быстро нашла, над чем в неожиданном госте посмеяться: длинные волосы уиверна, собранные в аккуратный "хвост", стали каждодневной мишенью для её насмешек. Монти обычно отшучивался и сам исподтишка проходился по излишней боевитости нахальной девицы. Та в ответ обычно предлагала сходить в тир и посмотреть, излишняя ли это боевитость. Монти тоже отшучивался, что светский этикет не позволяет ему оставаться на неопределённое время рядом с девицей таких юных лет... Кстати, услышав впервые от уиверна насчёт юных лет, Лора была несколько озадачена. Она как-то упустила из виду, что команда Эрика почти сплошь состояла из молодёжи - сверстницей которой была и она сама. И только сейчас вдруг подумалось, что она чувствует себя слишком... старой. Впервые об этом задумавшись, она мысленно пожала плечами: просто разное поведение. Эти ребята ведут себя весьма привольно, в то время как она соблюдает правила света. Оттого и кажется очень сдержанной и... слишком взрослой.

В мгновение, когда она так решила, её глаза нечаянно остановились на Эрике. Он смотрел на неё спокойно, без желания что-то сказать. Но почему-то Лоре показалось: он сказал бы, что разница между его ребятами и ею только в одном - они ведут себя более непосредственно, как и подобает молодости. Она же держит себя, словно опытная светская дама, - что особенно ощущается именно в её видимой неэмоциональности.

На ужине второго дня полёта Лора выяснила, что уиверны недовольны тем, что Эрик уводит её сразу после совместной трапезы. Правда, их недовольство выразилось в том, что они шутливо высказали порицание не Эрику, а Монти. Лора поняла их: если они летели с Уиверна на Сангри, а сейчас обратно, то им в этом непрерывном полёте просто не хватает общения с женщинами. Экипаж-то сугубо мужской. Она было предложила приглашать на трапезы в кают-компанию девушек из команды Эрика, но Монти, помявшись, объяснил, что среди женщин на борту уивернского судна лишь одна леди. А экипаж уивернов, да и врачи - сплошь родовитые офицеры, привыкшие к обязательному этикету и общению на определённом уровне. Лора лишь улыбнулась, про себя подумав, что уиверны - жуткие снобы. Пострашней, кажется, даже её отца.

Время, которое не надо просиживать с мужем, для неё стало благодатью. Она словно освобождалась от какого-то напряжения, которое чувствовала лишь тогда, когда не была рядом с Эмилем. Несмотря на ровное со всеми обхождение, перемена обстановки, хоть и незначительная, была для неё счастьем. Хотя в этом счастье всегда присутствовал привкус горечи - Эрик. Она не знала, как относиться к его желанию быть постоянно с нею рядом. Единственное чувство, которое она испытывала рядом с ним, - это страх перед возможными переменами в жизни. С Эмилем всегда и всё понятно. Пусть он беден и не нужен своей семье, но муж - из того же круга общения, что она сама. Но если находиться рядом с Эриком... Приходилось напоминать себе, что отец никогда не позволит ей такой мезальянс. И тогда почему-то становилось грустно... Лишь раз, оставленная неожиданно для себя в одиночестве (правда, ненадолго), Лора попыталась проанализировать свои чувства к Эрику, но почему-то испугалась и сильно обрадовалась появлению Монти, который предложил вместе посмотреть некоторые достопримечательности столицы Уиверна заранее, по вирт-экрану. Её прорвавшаяся радость не осталась незамеченной: уиверн внимательно посмотрел на неё, но промолчал, не спросил о странном возбуждении всегда такой спокойной дамы. И Лора виновато пообещала себе больше никогда... не срываться. Кажется, так называется несдержанность? Для неё, для Лоры, это непозволительная роскошь.

Сидя с Эмилем и продолжая вместе с ним читать или смотреть фильмы по вирт-экрану, Лора замечала: появились признаки, что муж поверил - скоро он встанет на ноги. Он начал говорить гораздо энергичней, чаще вспоминать балы и вечера, на которых они бывали вместе, заставлял и её вспоминать, в общем-то, незначительные происшествия, которые помогали отличить такие вечера, обычно довольно однообразные, друг от друга. И, слушая Эмиля, Лора молилась лишь об одном: быстрей бы это произошло! Быстрей бы закончилось сидение их двоих, вынужденно замкнутых друг на друге!

Корабельным "утром" третьего дня она обнаружила, что конвоя на экране нет.

- Что-то случилось? - спокойно спросила она.

Стоявший рядом Эрик объяснил:

- На Сангри переловлены все наёмники и-моргов. И есть ещё одна новость, о которой ты не знаешь, занятая мужем. Через три дня после ЧП на лайнере планета И-морг и её обитатели были исключены из Содружества.

- Тем самым развязав руки Уиверну, - спокойно сказал Монти, вставший с другой стороны Лоры. - Несколько часов назад наша армия посетила воздушное пространство И-морга и снесла с лица планеты все важные точки космического кораблестроения, а также сами корабли. Бомбардировка велась, как часть политики защиты от агрессивно настроенных существ, не включённых в Содружество. Так что никто не возражал. Скорее даже - этот наш налёт на И-морг втихомолку приветствовался. А для контроля за взлётом с планеты тех судов, которые не были обнаружены ранее, в атмосферу И-морга введены микроскопические зонды-наблюдатели, которые позволяют нам отслеживать все изменения, происходящие на планете. По итогам нанесённых разрушений результат таков: и-морги заперты на своей планете.

- То есть теперь можно не бояться и-моргов? - легко спросила Лора.

Эрик незаметно, но пристально вгляделся в её глаза.

Но жёстче всех оказался взгляд главврача, высокого темноволосого уиверна, имя которого она так и не смогла запомнить. Он будто медленно вонзил нож в её глаза.

- Всё это время вы очень боялись и-моргов?

- Немножко, - с легкомысленным вызовом ответила она, пряча под столом руки, которые внезапно задрожали. Усилием воли она подавила дрожь.

- Леди, вы не боитесь лекарств?

- Нет. Но и успокоительного мне не надо. Спасибо. - Лора очаровательно улыбнулась главврачу. И тот успокоился, перестал привлекать к ней внимание остальных.

По корабельному времени они попали на Уиверн к вечеру.

А дальше всё поехало-полетело, да так стремительно, что Лора потерялась бы, не будь у неё столько помощников. Эмиля и её не стали устраивать в отеле. Мужа сразу повезли в больницу, а Лора сказала, что она будет с ним и там. Операцию провели через день. Лору допустили к мужу на следующий день - и он продемонстрировал, как легко может поднять руки и живо шевелить пальцами, как может подвигать головой на ожившей шее. Он был счастлив. Он чуть не плакал от сумасшедшего счастья.

Затем была неделя реабилитации, когда Эмиля посадили на белковую диету и учили заново двигаться. В те часы, пока Эмилю было предписано заниматься, Лора гуляла по столице Уиверна, по его пригородам, разглядывая красивые старинные здания и любуясь странными, изысканными линиями старинных улиц. Естественно, что гуляла она не одна. Всегдашнее сопровождение - Эрик и Монти. Она брала их под руки и шла посередине, внимательно слушая лекцию Монти о столице. Эрик по большей части молчал. Лишь изредка, заинтересованный какой-нибудь древней историей, упомянутой вскользь, задавал вопросы, стремясь узнать подробности.

Его команда, пристроенная, чтобы не бездельничала, к экскурсоводу, тоже с не меньшим интересом изучала Уиверн.

Эмиль был всё ещё бледен и довольно тощ, но на ногах уже держался уверенно, когда их лайнер, уже пассажирский, следующий на Сангри, взлетел с планеты. Эрик со своими ребятами тоже был на борту. С Монти они распрощались на самом Уиверне.

Никаких происшествий на лайнере не было. Решившись поговорить с Эриком напрямую, Лора только и смогла выдавить из себя, что собирается продолжать свою супружескую жизнь с Эмилем. Эрик ничего не ответил, лишь взглянул на неё странными глазами с потемневшей аквамариновой глубиной.

В космопорту Эмиля и Лору встретил её отец и сразу забрал обоих к себе. Пока оба не встанут на ноги, фигурально выражаясь, - недовольно сказал отец. На деле он был очень доволен. Лора видела, как он то и дело дёргает уголком губ, явно думая о времени, когда сможет выводить Лору в рестораны, на свои деловые ужины.

Ещё через неделю Эмиль впервые собрался на небольшой вечер с танцами. Лора, конечно же, сопровождала его. Историю её мужа в обществе знали прекрасно, и Эмиль стал звездой вечера. Танцевали с ним многие дамы, польщённые знакомством с выжившей и довольно симпатичной жертвой страшных и-моргов. На следующий вечер - на раут - он пошёл уже без жены. Лора отказалась под незначительным предлогом - из-за головной боли. Ещё через день Эмиль, повязывая перед зеркалом шейный платок (отчего Лора испытала ощущение дежа вю, заставившее её вздрогнуть), спросил:

- Ты точно не хочешь пойти?

Глядя на робко намеченный румянец на его щеках, отмечая блестящие от предвкушения глаза, она сумела ответить легко и даже с усмешкой:

- Папа положил мне на карточку небольшую сумму. Надеюсь, ты не возражаешь, если потрачу её, совершив небольшой, но полноценный шопинг?

- Полноценный? Не поверю, - он покачал головой, на миг замерев перед зеркалом, но глядя на жену. - Ты слишком расчётлива и умеешь обходиться небольшой суммой.

- Ты считаешь меня расчётливой? - удивилась она.

- Лора, дорогая, мы же оба знаем, что ты очаровательна. И там, где другим дамам приходится изощряться в дорогих изысках, чтобы выглядеть хоть чуть близко к твоему совершенству, тебе всего лишь достаточно надеть что-нибудь простенькое, правда из чего-нибудь дорогого. Вот и вся твоя расчётливость.

- Спасибо за комплимент, Эмиль, - улыбнулась Лора, сидевшая в кресле.

Он подошёл к ней и рассеянно поцеловал. По его отсутствующему взгляду Лора сообразила, что он уже не здесь, с нею, а там, где его ждут, где ему можно будет... летать.

Когда он уехал, на вирт позвонил отец и спросил:

- Почему ты не с Эмилем?

- У меня сегодня шопинг, - весело ответила Лора. - На сегодняшнем вечере будут все мои знакомые, которые знают мои наряды наперечёт. Пришлось отказаться от поездки. Пусть Эмиль побудет там за нас двоих.

Отец что-то проворчал, но согласился, что покупками и в самом деле неплохо бы заняться. Хоть какое-то разнообразие в жизни.

У своего зеркала Лора присела медленно. Первым делом нашарила пудреницу и осторожно заново припудрила мешки под глазами. И только потом нанесла крохи косметики. Для выхода надела обычный брючный костюмчик, уютный и удобный. На улице летний тёплый вечер. Взяла сумочку. Телохранитель ей не нужен. Отца она заверила, что собирается гулять в довольно известном районе модных бутиков, а он неподалёку. И вряд ли там можно ожидать каких-нибудь серьёзных происшествий.

Но, выйдя на улицу, она мимоходом вспомнила, что забыла сделать заказ на такси. Потом забыла о такси и пошла по улице - туда, куда тянулся редкий здесь ручеёк прохожих. Потом ручеёк окреп. И Лора влилась в него, шагая бездумно и ни о чём не думая. Подспудно ей хотелось движения. Инстинкты требовали.

С застывшей на губах доброжелательной улыбкой, которая постепенно превращалась в странное раздражённое движение губ, она шла и шла, не замечая ничего: ни того, что свернула с ярких, всегда праздничных улиц; ни того, что бутики сменились магазинами пусть вроде и богатыми - но лишь внешне; ни того, что вечер наступил довольно поздний... Ни того, что, машинально следуя за какими-то людьми, вошла во двор какого-то высотного дома.

И тут она очнулась.

Высотный дом?

Пока ещё не понимая всей полноты произошедшего, она растерянно огляделась.

- Что, птичка, потерялась? - издевательски ласково спросили за спиной.

Она обернулась.

Перед нею стояли трое, которых она даже разглядеть не могла в темноте двора: здесь печально горел лишь один фонарь - прямо со стены дома.

- Глаза-то разуй, - снова сказали за спиной, отчётливо ухмыляясь. - Забрела куда - надо же. Слышь, красотка, и не боишься?

Она нерешительно снова оглянулась. Сердце болезненно заколотилась, и Лора с удивлением поняла, что она до сих пор шла до такой степени бессознательно, что возвращение в реальность оказалось почти настоящим возвращением из обморока. Она пыталась разглядеть тех людей, которые окружили её, но, сколько ни вглядывалась, не могла разглядеть ни единой чёрточки. Да и чем это могло бы ей помочь?

- А ведь и правда не боится, - удивился всё тот же издевательский голос - и снова за спиной, словно специально заставляя её поворачиваться, дезориентируя - и пугая.

Напряжение целого месяца, в котором Лора находилось, будто сдавило её ещё больше. Она почувствовала, что ей не хватает воздуха, что она уже дышит чаще, потому что... Издалека она услышала странный неровный треск. Рвётся бумага. И этот треск почему-то ассоциируется с последними словами невидимки из темноты: "... не боится". А потом Лора ощутила, что мелкой дрожью начинает дрожать живот, потом плечи.

- И-морги... - выговорила она, постепенно, исподволь начиная смеяться. - И-морги... Господи, и-морги!..

Она не могла выразить в словах того, о чём внезапно подумалось. Но этим людям и не нужно было, чтобы она что-то объясняла. Им нужно от неё было другое. Стороной она знала - что. Как же... Одинокая - на этой улице, по которой такие, как она, не ходят. Лёгкая добыча - по тем детективам, что ею прочитаны... Но её странно поразила ситуация, о которой она хотела сказать этим людям и которую она хотела им объяснить. И-морги, целая планета, охотились на неё - и она должна бояться этих? Которые сами всех боятся, из-за чего и прячутся в этой тьме?!

Смех нарастал изнутри, пока Лора, прижав к себе дурацкую сумочку, не зашлась в неостановимом хохоте, трясясь и всхлипывая от смеха. А у неё даже того браунинга с собой нет! Глупая сумочка - пустая! Но ведь целая планета за ней охотилась! И она так здорово защищалась от страшных, зловещих и-моргов с их жуткими корнями внутри организма! А тут - мелочь какая-то!.. Как смешно!!

И она плакала от смеха, заливаясь колокольчиком, звонко-звонко и не замечая, как первый спросивший, не потерялась ли она, вдруг болезненно крякнул, резко согнувшись и отлетая в тот же мрак. Как двое, стоявших рядом с ним, ещё не понимая, огляделись, шаря по себе в поисках оружия, которое не нужно было, пока запугивали свою хрупкую на вид жертву, - и рухнули на месте. Как серьёзная Ингрид, резкой тенью отделившаяся от тьмы, взялась за грудки того, кто первым спросил Лору, не боится ли она. Как та же Ингрид, не размахиваясь, кулаком в лицо разбила нос неудачливому грабителю и несостоявшемуся насильнику. Как побежавших хулиганов (или местных бандитов?) по одному ловили и учили по-свойски ребята из команды Эрика.

И как из темноты возник Эрик и прижал её к себе, уже плачущую навзрыд.

Ноги подломились - она не почувствовала ничего. Ни того, что могла бы упасть, не подхвати её Эрик на руки. Ни быстрого перемещения в машину, где Кристиан сидел за рулём и Эрику не пришлось отстранять плачущую женщину от себя.

- Что с ней?

Прозвучавшего во время паузы, пока Лора набирала воздуха после всхлипа, тихого вопроса влезшей в машину Ингрид она тоже не услышала.

- Отходняк, - тихо же ответил Эрик. - Слишком долго держалась. Последствия стресса.

... Он усадил Лору к себе на колени и крепко обнял. Машина тронулась с места, и Эрик начал почти незаметно раскачиваться, пытаясь хоть так утешить женщину. Лора инстинктивно вцепилась в его плечи и выла в полный голос, временами вскрикивая от непонятного ей самой горя и продолжая трястись от плача сама, а временами трясти и его. Он морщился, оттого что не мог помочь ей сразу, гладил по голове, по спине, негромко выговаривая лишние слова, которых она не слышала, исступленно рыдая.

Когда они доехали до его дома, она почти лежала на нём, бесстрастная, глядя в ничто, в точку между потолком машины и окном. Машина остановилась, и он осторожно дотронулся до её лба. И снова поморщился - от тревоги. Лора пылала в горячке, обманчиво расслабленная и обмякшая. Обмякшая, пока он не попытался встать. Вскрикнула в полный голос, вжалась в него, отчаянно повторяя лишь одно:

- Нет, не надо! Пожалуйста, не надо!

А потом снова выла беспрестанно.

Сидевшая напротив Ингрид уже кривилась от усилия не расплакаться.

Он вжал голову Лоры в своё плечо, продолжая раскачиваться.

- Ингрид, быстро за Сандаром. Пусть принесёт успокоительное.

Девушка выскочила из машины так, словно он ей разрешил покинуть ад и вернуться в рай. А он гладил голову насморочно бормочущей Лоры, вздрагивающей от судорожных всхлипов, и злился. Злился, что пришлось спасать её от бандюг, и теперь всё выглядит классически, а значит - подстроенно и театрально. И поверит ли она в совпадение? Злился, что не осмелился появиться раньше - и увести с полдороги в чужой ей район. Злился, что видел все признаки надвигающегося отката после стресса, но понадеялся, что взрыва не будет. Не учёл, что она ни разу не расслаблялась. Почти за целый месяц напряга. Даже вопрос главврача к ней насчёт успокоительных не принял к сведению и к действию...

Дальше злиться не дали. По ступеням ярко освещённого крыльца к машине сбежали двое - Ингрид и Сандар. У Сандара с собой небольшой кейс. Парень первым вошёл в машину и быстро оглядел Лору.

- Давно?

- С полчаса уже.

Парень кивнул и быстро приготовил шприц с нужной дозой. Быстро и профессионально обнажил плечо Лоры и сделал укол.

- Скоро подействует? - спросил Эрик.

- Через минуты две должно.

- Почему на крыльце такая иллюминация?

- Дед приехал, - вздохнула Ингрид.

Раздражённый рык Эрик сдержал, но печально подумал: всё, как нарочно, идёт к тому, что у него ничего не получится.

17

- А мне не нужна протекция в таком деле! Это личное! Слишком личное, чтобы здесь использовать твоё влияние! Всё должно быть естественным, понимаешь?

- Всё прекрасно понимаю, мой мальчик! Но, если по-другому не получается...

- Логан, ты меня слышишь? Нет? Отец Лоры не пойдёт на это, когда поймёт...

- Мальчик мой, ты меня, старого пирата, перебиваешь? Лучше послушай, что тебе скажет умудрённый опытом дед этой славной девчонки.

- Дед, прекрати.

- Ингрид, а твоего слова пока никто не спрашивал. Заткнись, моя милая девочка. - Логан подумал и, ухмыльнувшись, добавил: - И не рычи. У меня это лучше получается.

- Дед, пошли - выйдем?

- Выйдем. Только ты - сейчас, а я - через пять минут, когда только смогу убедить этого упрямого осла. - И Логан снова впился своим насмешливым взглядом в хмурые глаза Эрика. - Итак, вернёмся к нашим ослиным лепёшкам.

- Логан, я даже говорить об этом с тобой не хочу, - процедил постепенно звереющий Эрик. - И не трогай Ингрид! Она лучше тебя понимает ситуацию... Ещё раз для непонятливых: мне нужно, чтобы всё было по доброй воле.

- Разгорячился... Ха... Ты же сам сказал, что твоя девочка целиком и полностью зависит от отца. Где ж тут доброй воле быть? Поэтому я и предлагаю небольшой спектакль.

- Лора не совсем зависит от отца. - Расхаживавший по комнате Эрик встал и взглядом упёрся в пол. - Когда начинаешь копать, получаешь иной раз поразительные результаты. Во-первых и в-последних, тут проблема с мужем Лоры. И дело не в том, что она замужем. Всё дело, абсолютно всё - только в нём. Он не работает.

- Мой, мальчик, ты произнёс это с таким апломбом, как будто работает твоя ненаглядная Лора.

- Никаких "как будто", - хмуро сказал Эрик. - Работает. Только не знает об этом. Конли пристроил её в собственную семейную фирму. Втихаря. Время от времени она посещает с отцом званые обеды среди деловых людей. Он специально делает так, чтобы Лора иногда возвращалась в его дом - типа отдохнуть и пожить бесплатно, что в их с мужем финансовом положении весьма приветствуется. И он звонит своей дочери в тот момент, когда чуть позже ожидается или назначается какая-нибудь крупная коммерческая сделка. Звонит и говорит, что соскучился. И не надо ухмыляться. Он не подкладывает её под кого-либо. Он просто появляется с нею - это так порядочно, по-семейному: "Господин Конли с дочерью!" Она просто высиживает рядом с ним вечер до конца, а потом он кладёт на её счёт проценты от готовой сделки. Я бы сам не поверил, если б не видел его документы с финансовой отчётностью, где Лора вписана в качестве сотрудника пиар-отдела.

- Заинтриговал, - промурлыкал Логан. - И в чём связь: удачная сделка - Лора на вечере бизнесменов?

- Не знаю. Но связь есть. Как-то Конли проговорился, что его дочь обладает немалым обаянием.

- Финансисты и обаяние хорошенькой мордашки? Ты меня околдовал своей Лорой. Хочу её увидеть - и немедленно.

- Как только придёт в себя, - поправил Эрик.

- Ладно, пока её обаяние не доказано - всё это романтика. - Старый Логан с удовольствием принюхался к прозрачной жидкости в монументальном стакане, поднесённом им к самому носу, хрящеватому, оттого и хищному. - Почему у меня впечатление, что ты забыл ещё кое-что рассказать?

- Её муж существует только на деньги отца Лоры. Семья Эмиля давно и напрочь отказалась финансировать его, хотя она богата и в их среде это принято.

- То есть железный Конли содержит не только дочь, но и её мужа? - задумчиво переспросил Логан.

Эрик оглянулся на него исподлобья.

Логан поднял бровь, чувствуя, что сказано ещё не всё.

- Нет, это Лора содержит своего мужа на те деньги, которые поступают на их общий семейный счёт со счетов фирмы её отца. Причём, чтобы запутать, откуда именно они, поступления идут с разных счетов, поэтому Эмиль уверен, что и он на содержании своих родителей. Если Лора узнает об этом, она не будет разводится с Эмилем, потому что иначе ему не на что будет существовать.

- Хм... Сделки, совершаемые при помощи Лоры, приносят такой доход, что Конли может позволить себе содержать молодую пару? Интересно... Итак, суммируем. Первое препятствие на твоём пути к девочке - это её отец. Второе - муж, которого она не оставит в случае, если узнает о его плачевном финансовом положении. Первое решаемо, если ты перестанешь быть ослом. Второе - подвисает. Этот наш муж - что он умеет?

- Образование - экономическая статистика. Баллы неплохие. Но диплому жить - полгода. Далее он недействительный. Из того, что Эмиль действительно умеет, - это жить полной жизнью на балах. Малый, честно говоря, неисправимый донжуан.

- Лора знает?

- Знает. У них отношения не супружеские, - ответил Эрик и тут же раздражённо замкнулся: старый Логан опять сумел, непрерывно задавая вопросы по нарастающей и почти не давая подумать, вытянуть из него всё.

- Хм. Любопытная фигура - этот ваш Эмиль. Я давно приглядывался к таким мотылькам, порхающим на балах, в какой области их можно было бы использовать.

- Логан, не вмешивайся. Ты и так слишком многое узнал.

- Опыт, мой мальчик, - ощерился старик, с хищной теплотой поглядывая на остатки виски в своём стакане. - Всего лишь опыт, мой милый. А теперь, детки, дайте старому деду посидеть и подумать, как расколоть эту задачку его одряхлевшими мозгами, а то без пищи уму мозги вот-вот напрочь скукожатся. Идите, детки мои, идите.

Эрик и Ингрид переглянулись, подняв брови: ну что с этим въедливым типом сделаешь? Ингрид было открыла рот, но Эрик торопливо закачал головой, благо старик стоял - отвернувшись, и кивнул на дверь. Оба, жутко недовольные, вышли.

Старый Логан, снисходительно наблюдавший последнюю сцену в одном из зеркал, затрясся от подступившего саркастического смеха, и затем допил виски. Мелюзга... Думают, и правда без него смогут справиться... Он поставил стакан на стол с вирт-экраном, после чего зашёл в космосеть и набрал "Светские хроники". Задачка-то для него и впрямь любопытная нарисовалась.

... Темно. И эта темнота странная, как будто в ней отсутствует понятие твердыни. Нет низа и верха. Нет боковых сторон. Только неопределённое пространство, в котором тонешь. И свет появляется неуверенно. Лучше бы его не было. Ведь с его появлением начинают появляться те, из-за одного вида которых становится плохо. Плоские лица, будто с раздавленными сверху глазами и узким длинным ртом, надвинулись, быстро смещаясь: то одно заглядывало с холодным любопытством палача, то другое выезжало из-за плеча первого и постепенно заменяло его в этом странном оглядывании; потом появился длинный коридор, запруженный лежащими телами - в крови, беспорядочно раскинув руки; а среди них - сидящие на корточках фигуры, которые разглядывают на своих ладонях кучки тускло блестящих камешков... И исхудалое лицо Эмиля, который равнодушно смотрит в потолок, потому что знает: он никому не нужен - и готов умереть из-за этого... И хочется плакать от ужаса, но нельзя. Лучше зажмуриться, чтобы образы, наплывающие толпой, перестали быть такими многочисленными и угрожающими. Лучше пусть полыхнут искры на чёрном под закрытыми веками, только бы забыть о том, что заставляет быть в напряжении...

Порывом ветра, бушующего среди холодного ливня, мотылька швырнуло, намертво влепило в оконное стекло. Куда пропал тот блистательный мир светлых, просторных бальных залов, где мотылёк недавно порхал легко и безмятежно? Холодно, до внутреннего леденящего мороза...

Снова и снова с закрытыми глазами Лора вглядывалась в тёмный поток страшных видений и чувствовала, что замерзает - чем дальше, тем сильней. И уже не помогает старание сильней скорчиться, чтобы ощутить собственное тепло... На кого опереться в новой жизни, которая началась с того момента, когда Эмиль открыл дверь и его чуть не убили и-морги?

Такого человека рядом нет.

От осознания этой мысли Лора с трудом сдержала дрожь. Холодно... Боже, как холодно...

И вся жизнь теперь представлялась тёмным переулком на городской окраине. Она никогда не бывала в таких, но по книгам и фильмам представляла очень живо. Узкий, зловонный, с поблёскивающими в мутном свете издалека грязными лужами, сдавленный между высотными домами. И с обеих сторон выходов из него - неясные, неразличимые фигуры. То ли бандиты из людей, то ли и-морги, при одном упоминании вызывающие судорожную дрожь. И она - в одиночестве между ними...

- ... Иди. Теперь я посижу с нею... - сказал неподалёку спокойный низкий голос, от которого всё тело пронизало волной нервных мурашек.

Лора затаилась.

Место, где она лежала, вдруг шевельнулось и мягко выпрямилось - оказывается, рядом с нею кто-то сидел. Шаги - уходящие. Ощущение замкнувшегося пространства - закрыли дверь.

Снова прогнулся край её ложа под тяжёлым телом.

Теперь, приведённая в сознание голосами и движением рядом, Лора более отчётливо ощущала, что лежит на чём-то мягком и кожаном, покрытом явно тонким, но плотным покрывалом, в то время как её саму укрыли тяжёлым и шерстяным, которое - увы - так и не согрело её. С закрытыми же глазами она, напряжённая, вслушивалась в того, кто сел рядом, и прозревала. Она думала, нет на земле человека, который бы стал для неё опорой. Но вот же он, совсем близко. Тёмный поток мгновенно сменился яркими высверками: блестящий бал и танго, в котором ведут его сильные руки; его зеленоватые глаза, сразу обращающие на себя внимание, и губы, которые бесшумно шепчут вопросы, благодаря которым она осталась жива: он первым сообразил не торговаться с и-моргами, а спрашивать её саму; в её руках браунинг, который он встретил с одобрением; его помощь, когда пропала всякая надежда на нормальную жизнь...

Да и сейчас она рядом с ним... Почему? Что случилось, если она рядом? Нет, вопрос неправильный. Почему она решила, что рядом нет человека, который бы стал её опорой во внезапно враждебном мире?

Сердце забилось чаще. Как... Как сделать так, чтобы он оставался рядом всегда? Она не умеет кокетничать так, чтобы заставить его остаться навсегда рядом. Но ведь он уже проявлял к ней интерес. Значит, кокетничать не обязательно. Флирт? Заставить его хотя бы поверить, что она что-то к нему чувствует? Какие-то глупые мысли... Для начала надо "проснуться" и узнать, что с нею произошло и каким образом она оказалась здесь. И где это - здесь? Последнее, что помнила Лора, - она шла в толпе прохожих. А потом - темнота... И свет - Эрик. Его голос. Странно, как ощутимо она чувствует его сидящим поблизости. Значит, так. Она сейчас откроет глаза, узнает всё, что нужно. А потом, исходя из ситуации, начнёт флирт и сделает всё, что в её силах и умениях, лишь бы только остаться рядом с ним.

Она осторожно открыла глаза. И будто столкнулась с взглядом на себя. Здесь не слишком светло, но потемневший аквамарин его глаз она увидела, как будто прыгнула с обрыва в пронизанную солнцем морскую воду.

Он недоверчиво улыбнулся.

- Лора? Ты пришла в себя?

- Пришла, - слабо ответила она и даже замолчала ненадолго, испугавшись своего голоса, настолько он тоненько прозвучал. - А как я тут?.. Почему?

Эрик начал вполголоса рассказывать ей, как его ребята следили за нею (она чуть разогнулась, выпрямившись - оттаивая, от прилива благодарности: они следили за нею! Она была в безопасности!), как увидели, что она уходит от центра того пригорода, в котором жила, и заходит в район, который считается не самым приятным для таких посетителей, как она...

Что было дальше, Лора не узнала. В какие-то секунды она отключилась, заглядевшись на его рот. Её просто заворожило движение его губ. Она даже не заметила, как сама приоткрыла рот, лишь бы только полностью, не только ушами, впитывать звук его негромкого голоса, который омывал её волной покоя и уверенности. А потом он вдруг замолчал, и она нетерпеливо перевела взгляд на его глаза. Он смотрел как-то странно, и ей стало досадно, что он прекратил говорить и завораживающее движение его губ застыло.

Он смотрел на неё как-то непривычно - нахмурившись, будто чего-то не понимал. И его рот... Она снова сосредоточилась на его рте, она изучала его необычный рисунок: верхняя губа была небольшой в сравнении с тяжёлой нижней, которая слегка выпячивалась - и это был хороший признак, что он самолюбив, как она прочитала когда-то. И ей так захотелось дотронуться до этого рта, подтверждающего недавнюю мысль о крепкой опоре. И - испугалась. А вдруг ему не захочется? Ведь однажды она пыталась сказать ему, что навсегда останется с мужем. Он, наверное, помнит об этом. Но его рот...

- Эрик, - шёпотом сказала она.

Он сидел боком - лицом к ней. Едва только она откинула покрывало и шевельнула плечами подняться со своего ложа, как он нагнулся к ней помочь. Ликующая Лора схватилась за его плечи. Теперь она получит свою добычу! Только вот добыча резко обернулась охотником. Жёсткая ладонь поддержала её затылок, другая быстро сунулась под её спину и легла на лопатки, придерживая, а желанный рот сам приник к её губам.

Ледяной покров, обливший её когда-то давным-давно и крепко сковавший на долгие годы, дал первую трещину, едва только тёплый рот Эрика прижался к её губам. Вкус виски и лёгкое эхо мужского парфюма. Целоваться она так и не научилась, поэтому смогла лишь ощущать, как каждое движение его рта заставляет её гореть и забывать о холоде. А потом он чуть отстранился, а потом нежно, чуть прикасаясь, обвёл языком её губы, еле, но жарко дыша... Его выдохом - горячим всполохом огня изнутри опалило так, что Лоре показалось: она видит блеск падающей воды, которой раньше был ледяным панцирем вокруг неё.

А потом выяснилось, что целоваться не учатся, что она умеет целовать сама - и как! Эрик, задыхаясь, стонал под её натиском, изредка прорывался прошептать, что они оба с ума сошли, а сам в ответ обнимал её так, что иногда ей казалось - у неё такие тонкие косточки, что, нажми он сильней - и они не выдержат и сломаются. Но косточки не ломались, а Лора чувствовала себя гибкой-гибкой.

А ещё ей хотелось согреться полностью, но это возможно, понимала она, лишь в одном случае: если прижаться плотно своей кожей к его, горячечной. Почему - горячечной? Несколько секунд, пока он, оглаживая её тело ладонями и губами, лепил из неё нечто по своему вкусу, снимая всё лишнее, освобождая от лишнего, она держала ладонь распяленной на его груди, ничего не понимая, только ощущая жар от этой кожи, греясь от неё, а под нею гулко и неровно грохотало что-то такое божественное, что ей, Лоре, хотелось этот грохот, отдающийся в её пальцы, слушать бесконечно. И она прижалась к его груди и слушала, пока его руки вынимали её из одежды, а потом она возмутилась: это она придумала, что надо кожей к коже! И тоже неловко начала искать, что бы с него снять, чтобы побыстрее, побыстрее, а он ей машинально помогал, привставая и поднимая руки.

- Что мы делаем, Лора... - прерывисто и задыхаясь бормотал Эрик, стягивая с неё что-то, кажется, последнее. - Что мы делаем...

Она обняла его крепко, хотя он был очень большой, гладя по чувствительной спине и поражаясь, какой он горячий и пластичный. Она изумлённо слушала ладонями его мышцы, как они шевелятся, и целовала их шевеление на груди и на плечах, чувствуя на языке влажную терпкую соль. Она вздыхала от выгибающего её тело наслаждения, впервые узнав: даже всего лишь прикосновения могут быть такими поразительно чувственными, и плакала от счастья, что вот так вот на свете может быть ласково и уютно. А потом ей стало душно, потому что полностью его тело не было открыто для неё, и Лора сама вцепилась в остатки его одежды, издалека слыша его задыхающееся:

- Подожди... Подожди... Я сам, я сейчас... Господи, что мы делаем...

Она замотала головой: "Зачем он это говорит! Не надо!" Ноги инстинктивно поднялись обвиться вокруг его талии, как будто так и надо, как будто эта поза и предназначена для тех, кто хочет согреться, как будто только этим движением можно прижать его большое сильное тело к себе, потому что он до сих пор слишком далеко, пока снимает с себя... И будто упал на неё - только руки успел расставить.

Застыли оба, глядя друг на друга. Дыхания перемешались: её - жадное, всё ещё не согретое, его - горячее, оплавляющее. Медленно-медленно опустился к ней. Взгляд с её глаз на её губы, которые так и не закрылись. Чего он ждёт... Попробовать поторопить?

Лора осторожно подняла руку и погладила дрожащими пальцами его по щеке, а потом, наконец, с затаённым дыханием от восторга - можно! - коснулась его рта. Он провёл сухими горячими губами по этому пальцу, так неуверенно потрогавшему его рот... Она снова потянулась всем телом к нему - и это зовущее движение сорвало его с поводка запретов...

... Мокрые от пота, горячие от внезапно накрывшей их страсти, теперь, блаженствующие и обмякшие, они расслабленно лежали друг на друге. Наконец она под ним завозилась - и его тело напряглось, но не сдвинулось с места. А она всего лишь втянула под него руки, которым было холодно вне его тела. И он снова расслабился, когда понял, что она вся спряталась под ним. Она тоже его поняла и потаённо улыбнулась. Он дышал ей в ухо тёплым и частым дыханием, и она всё боялась, что это странное состояние покоя может кончиться.

- Ты понимаешь, что теперь я тебя просто так не отпущу? - прошептал он.

Ей пришлось помолчать некоторое время, пока она сумела усмирить идиотскую улыбку, вспыхнувшую из глубины самой души.

- Да, - шёпотом ответила она. - Понимаю. - И обняла, переплела пальцами его руку, обнимающую, лежащую перед ней. Пусть что хочет думает, но этот живой наручник на руке он не снимет, пока она сама его не отпустит.

- Пока никому ничего?

- Никому, - подтвердила она, снова улыбаясь. Одна тайна на двоих.

- Как ты оказалась на той улице, где мы тебя нашли?

- А где вы меня нашли?

И, пока он рассказывал, она не столько вслушивалась в смысл его слов, сколько в его негромкий глубокий голос.

- Я не помню, - нерешительно сказала она, когда он замолчал. - Я шла в Торговый переулок. Мне нужно было обновить гардероб. Наверное, я задумалась и заблудилась.

- Наверное... Хорошо так заблудилась, - усмешливо сказал он и вздохнул, что она почувствовала отчётливо, когда его тяжёлое тело чуть надавило на неё. Но эта тяжесть была... сладостной и обещающей надёжность. - Есть хочется. И очень не хочется знакомить тебя со старым Логаном.

- Дед Ингрид здесь?

- Откуда ты знаешь, что он её дед?

- Мы поговорили немного, когда летели на Уиверн. А почему ты не хочешь, чтобы я познакомилась с ним?

- Глядя на нас, он сразу всё поймёт. А я этого не хочу. Хотя бы сейчас.

- Тогда я тоже не хочу. - Она помолчала немного, а потом повернула голову, прижавшись щека к щеке к нему, и стеснительно призналась: - Но есть тоже хочется.

Он сказал - и она почувствовала его тёплое дыхание:

- Хочешь - сбежим?

- А как?

- В конце концов, именно я нанимал это здание. Наизусть знаю все ходы и выходы из него. Эта комната - проходная, хотя дверь, ведущая в следующее помещение, заперта. Открыть её - раз плюнуть. А там есть выход на улицу, о котором никто, кроме меня, не знает. Ну как?

- Тогда - бежим!

Лоре понравилась идея побега. Это так романтично! Да ещё какими-то переходами, о которых никто не подозревает. Прямо-таки детективно-приключенческий роман!

А начали подготовку к побегу с попытки одеться. Вот уж где ждало Лору потрясение, когда она обнаружила, в каком состоянии находится её одежда. Правда, заверенная Эриком, что они и в самом деле чуть позже займутся шопингом, она всё-таки смогла надеть эти мятые тряпки. Впрочем, пока она надевала их, ей было почти не до того, как они выглядят. Они оба стояли и одевались в опасной близости друг от друга и непрерывно целовались, время от времени забывая, где находятся и что делают. Первым всегда спохватывался Эрик, а Лора очень сильно об этом жалела. Втайне она постоянно ожидала, что он вот-вот, как разок выразился, плюнет на эту затею с шопингом и снова бросит её на это уютное ложе, при ближайшем рассмотрении оказавшееся широченным диваном. Она даже не выдержала и несмело высказала своё желание. Эрик только мечтательно вздохнул и напомнил, что послевкусие следующего раза будет отменно испорчено саркастическими замечаниями старого пирата, который наверняка встретит их у порога на выходе из комнаты. Но пообещал со "следующим разом" не затягивать.

Они переглянулись, замерев на мгновения. Эрик очнулся первым и быстро открыл дверь в смежную комнату, куда они проникли, после чего тщательно заперев за собой дверь. Ещё одна дверь, спрятавшаяся под искусственными коврами обивки, - и они оказались на улице. Теперь, рядом с Эриком, Лора ничего не боялась, и ночь предстала перед ней, как новая страница приключений.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

18

Эта ночь Лоре напомнила карнавал, который она вместе с Эмилем как-то смотрела по вирт-экрану. Это был настоящий итальянский карнавал, под старину, проходивший на Кэссии. Участвовать им в этом празднестве не пришлось, потому что они слишком поздно о нём узнали. Но оба жадно следили за происходящим, особенно за ночными съёмками, потому что те показались завораживающими. То тут, то там операторский вирт выхватывал в ночных тенях и вспышках разноцветно-фейерверкового света сценки, специально разученные большинством участников празднества. Вроде ничего особенного: здесь дуэль на шпагах, там - две пары раскланиваются, тут - парочка бежит друг к другу на свидание, но всё это - в волшебстве изысканных масок и в странных глазу роскошных костюмах... Они смотрели, смотрели, а потом глянули друг на друга, а в глазах обоих - такая зависть, что расхохотались, сообразив это чувство.

Личный карнавал Лоры начался с того, что Эрик спрыгнул на улицу из окна на первом этаже, а потом велел прыгать ей. И она ничуть не сомневалась: села на карниз и съехала, влетела в его сильные руки. Она-то думала: поставит на ноги - и вместе бежать от дома рука об руку. Ан нет. Он мгновения держал её за подмышки в воздухе, как ребёнка, не опуская на землю, а потом осторожно приблизил к себе. Она не сразу, но догадалась: обняла его за плечи и первой начала целовать его, время от времени изумлённо и радостно вглядываясь в его глаза, едва заметно мерцающие на свету из переулка. А потом почувствовала под ногами землю, но Эрик всё ещё был рядом - и они целовались, как в последний раз, не в силах оторваться друг от друга, не замечая, что стоят, закрытые от самой улицы высокими кустами, пока они, эти кусты, вдруг не зашелестели, хоть и предупредительно, но нагло обрывая поцелуй, в котором оба уже задыхались, но оторвись друг от друга - умрут... Не умерли.

Эрик всё-таки схватил её за руку и поволок за собой, нагибаясь под ветвями и уворачиваясь от кустов, встающих на пути. Они добежали до угла дома и остановились отдышаться. Взглянули друг на друга и прыснули, как нашалившие дети. Эрик замолчал первым, глядя, как она улыбается ему, с трудом дыша после бега. Уловив его взгляд не на глаза, а на губы, Лора сразу вспомнила, что торопиться им некуда. И чего стоят, когда время есть? Поражаясь своей смелости, всё ещё стесняясь своего нахальства, но сглотнула и всё-таки взялась обеими руками за отвороты его трикотажной куртки, потянула к себе. Сильная ладонь легла на её спину. Тепло... И снова, задыхаясь от счастья, Лора чувствовала, как Эрик нависает над нею, закрывая от всего мира, защищая от всего мира в кольце своих рук.

... Он выглянул из-за угла и кивнул Лоре, снова взяв её за руку. Они пробежали тёмную полосу между двумя столбами с фонарями - Лора это заметила мимоходом, но заметила. Тут же забыв о том, потому что они вбежали на автостоянку, и Эрик, пригнувшись, пробежал между двумя рядами машин, быстро пощёлкивая чем-то в руках. Лора не пригибалась - и так за машинами её не видно.

- Никогда не пробовал уводить собственную машину, - несколько удивлённо сказал он, быстро позвякивая чем-то под ручкой дверцы. А потом открыл дверь и, развернувшись и взяв ахнувшую от неожиданности Лору на руки, аккуратно посадил её на сиденье.

Мягко чмокнула дверца с её стороны. Затем Эрик обошёл машину и сел за руль. Сел и замер, глядя вперёд, как будто чего-то дожидаясь. Лора искоса взглянула на него, придвинулась и осторожно просунула руку под его локоть и прилегла на его плечо. Взглянула вынужденно исподлобья. Улыбается? И сама улыбнулась.

Выехали со стоянки, и только сейчас Лора спохватилась:

- Эрик, а разве здесь нет камер?

- Переключил на стоп-кадр, пока забирал машину. Никто не поймёт, что машина взята, пока не обнаружат, что нас нет дома.

Она почувствовала его тёплое дыхание на своей макушке, почувствовала, как он коснулся её волос губами. Успела поднять голову и насладиться короткой невольной лаской, когда Эрик скользнул подбородком по её скуле. Заулыбалась от счастья. Мельком странная мысль: почему она никогда не ощущала такого с Эмилем? И забыла о том.

И лишь раз, тоже мельком, ещё одна странная мысль: она такая же, как Эмиль. Она тоже изменила мужу. Но мысль была благополучно похоронена валом воспоминаний о том, сколько раз изменял ей Эмиль...

Машина ехала по длинной, бесконечной улице, как будто специально давая Лоре возможность полежать на уютном сильном плече Эрика. На частых перекрёстках он безнаказанно целовал её, и, приходя в себя от его нежности, Лора обиженно смотрела на дорогу, которая так быстро становилась свободной. Потом понимала, о чём думает и на что обижается, и тихонько смеялась. А Эрик бросал на неё понимающий взгляд, и она вздыхала от желания сказать ему, как она счастлива, что он рядом... И снова и снова вглядывалась в верхнее зеркальце, чтобы увериться, что вот этот не очень красивый, с внешне тяжеловатым лицом, но очень обаятельный зеленоглазый мужчина негласно, но весьма ощутимо признался ей, что она... ну, нравится ему.

Однажды им пришлось отвлечься друг от друга. Лоре звонил отец - коротко, лишь удостовериться, что с дочерью всё нормально, а Эрик осторожно перевёл свой вирт на "вне зоны", а потом, смеясь, сказал, что дома уже всё поняли.

Потом Лора вспомнила, что должна бы одеться к ресторану, да и Эрик напомнил ей, что одежда на ней совсем не та, в чём привыкли ходить посетители ресторана. Правда, Лоре показалось, что об одежде на ней он выговорил со вздохом сожаления. И не оттого, что хотел видеть её прилично одетой. Как бы то ни было, но Эрик предложил выбрать более-менее походящую одежду, пока они едут, по вирту. Что Лора с удовольствием и сделала. Выбирать одежду мешало немного, что Эрик при виде виртуального магазина оживился и принялся тоже выбирать, насмешливо комментируя выложенный товар. Лора - нахохоталась, слушая его порой язвительные замечания по ассортименту.

Наконец заказ был сделан, а Эрик продиктовал адрес, по которому его должны доставить, и велел Лоре забыть о своей кредитной карточке.

- А куда мы сейчас? - спросила Лора, с счастливым ожиданием вглядываясь в ночную дорогу, яркую от светового разноцветья, и уже привычно обнимая свою необычную уютную подушку - плечо личного водителя.

- В ресторанчик один. Тебе там понравится.

Они вскоре и в самом деле подъехали к какому-то зданию, только Лоре показалось странным, что место какое-то тёмное. Опять переулок - только вот пока она с Эриком рядом, переулок этот не показался ей опасным, хотя был почти безлюден и фонарей здесь явно не хватало. Эрик буквально вынул её из машины и не дал даже ступить на землю. Так, на руках, он поднёс её к какой-то двери, которую ей пришлось открыть, свесившись с его рук и обнимая за крепкую шею. Оба смеялись над ситуацией, и Лора нисколько не боялась, что, даже хохочущий, Эрик может уронить её.

Она не стала спрашивать, что это за место, положившись во всём на Эрика, и оказалась права. Он пронёс её какими-то коридорами - на пути пару раз встретились люди, которые изумлённо улыбались им и сторонились к стенам, пропуская их. Наконец он велел открыть ещё одну дверь - и они очутились в комнате, где нашлись заказанные вещи, а также отдельная комнатка, где Лора могла умыться, расчесаться и переодеться: при Эрике она ещё стеснялась переодеваться. Тот предупредил, что ресторан, на "задворках" которого они находятся, что называется - средней руки, так что Лора выбрала костюм спокойного благородно-серого цвета, чтобы не слишком привлекать к себе внимания. А затем быстро наложила такой же лёгкий, почти незаметный макияж.

Когда она вышла, её встретил импозантный джентльмен в чёрном костюме, довольно улыбнувшийся при виде вышедшей к нему дамы, и предложил опереться на руку. Они прошли по коридору далее и оказались в самом зале, в котором, как обнаружила Лора, её спутник успел заказать столик.

- Я бы предпочёл отдельный кабинет, - с видимым сожалением сказал Эрик. - Но пришлось выбирать между ресторанами с кабинетами и великолепной едой.

- Ты прав, - призналась Лора, исподтишка, но с интересом оглядывая заполненный зал. - Я почему-то тоже очень голодна. А тут такие запахи - ммм...

После первых блюд Эрик, немного помешкав, сказал:

- Лора, я не силён в этикетах. Поэтому спрошу напрямую. Будь ты свободна, вышла бы ты за меня замуж?

В первые секунды после его слов она почувствовала оторопь. Вот так? Сразу? Может, он шутит? Но, всматриваясь в потемневшие от ожидания аквамариновые глаза Эрика, Лора узнавала того мужчину, который стоял позади встревоженных людей, пытавшихся договориться с и-моргами. Того мужчину, чей жёсткий взгляд не только пообещал вызволить её из страшной ситуации. И Лора поняла, что с Эриком нужно быть прямой - такой же, как и он. Если сначала с языка чуть не сорвалось: "Ты уверен, что настало время говорить об этом?", то сейчас, после недолгой паузы, она сказала:

- До того как Эмиля чуть не убили и-морги, он сказал: если я влюблюсь по-настоящему, он сразу подаст на развод. Да, вышла бы.

Она не думала поймать его в ловушку его же собственных слов. Чётко и ясно, как умела, объяснила, что она согласна и не собирается ждать.

- Это было до, - задумчиво сказал Эрик, тоже вглядываясь в её глаза. - Ты уверена, что сейчас твой муж всё ещё придерживается высказанного тогда?

- Я спрошу его сегодня же, - ответила она просто.

Больше они к этой теме не возвращались, только ели и говорили бесконечно. В основном - друг о друге. Интересовало всё - от привычек до предпочтений. Лора всё поражалась мимоходом: она? Так откровенна? Обычно она уходит от прямых вопросов и старается не отвечать тогда, когда её пытаются спровоцировать на откровенность. Но Эрик её не провоцировал, и на его вопросы она отвечала с радостью.

Жизнь её - что она сознавала - не была отмечена какими-то яркими событиями. Поэтому мимо её сознания как-то проскочил вопрос Эрика о том, как, например, её отец относится к Эмилю. А потом Лора удивилась, когда услышала совсем уж неожиданное для себя. Эрик признался:

- У меня есть дом. Личная собственность. Ты привыкла постоянно путешествовать. Захочешь ли ты осесть на месте?

- Твой собственный дом?

- Ну, не совсем дом - поместье. Он ждёт своей хозяйки, но...

- Поместье... - повторила Лора, с трудом заставляя себя улыбаться в рамках приличия, хотя её губы с трудом удерживали счастливую улыбку.

- Понял, - просто же сказал Эрик и улыбнулся в ответ.

Потом они танцевали, и, прижимаясь к Эрику, Лора думала только об одном: перевёрнута страница её жизни. Что ждёт её с новой, ещё не исписанной страницы? И решила: что бы ни ждало, она с Эриком, а значит - ничего страшного. И это главное. Он сильный. Она тоже постарается быть сильной. Думая о предстоящем, она видела лишь одну преграду - отца. Он, будучи снобом, может отказать Эрику в её руке. Но тогда придётся пойти против его воли. Ведь она, Лора, давно уже взрослый и самостоятельный человек. Значит, пора думать о самостоятельных решениях.

Он отвёз её домой - довольно поздно, во второй половине ночи. Попрощались не у подъезда в дом, а в машине. Слишком личным оказалось прощание. Хотя Эрик и обещал заехать с самого того часа, когда Лора выспится и сможет найти в себе силы быть рядом с ним, Лора всё никак не могла заставить себя выйти из машины и оставить его.

Наконец она вздохнула, и Эрик вышел из машины, чтобы открыть ей дверцу и проводить до двери. Кодовый ключ у неё имелся, поэтому Эрик выждал, пока она не скроется в доме, после чего она, не включив света возле двери - хватало из холла, - наблюдала в маленькое витражное окно, как он уезжает.

Медленно развернулась и, стягивая перчатки, стала подниматься к коридору на первом этаже, к тем же комнатам, где они снова жили с Эмилем. Рассеянно складывая тонкие перчатки, она думала, пришёл ли с бала Эмиль, не спит ли он, есть ли возможность поговорить с ним об обещанной свободе сегодня же. Для себя Лора решила, что поговорит с отцом об Эрике сразу после того, как Эмиль убедит её, что не будет отступаться от ранее данного слова. Она улыбнулся. Ну, почти данного. Любопытно, а как Эмиль будет жить дальше? Наверное, с бОльшим облегчением порхать по балам? Ведь теперь не обязательно возвращаться домой и всё-таки отчитываться перед женой (хотя бы в рамках этикета), где именно он был. Или теперь его будут донимать те дамочки, которые изо всех сил желают выйти замуж хоть за кого?

Сумка на длинном ремне оттягивала плечо. Одежды она купила мало, но сейчас Лоре казалось, что её и не нужно много. Если она собирается некоторое время общаться только с Эриком... Эрик - она снова неудержимо заулыбалась. Эрик!.. Ей хотелось кричать, выкликая его имя как заклинание. А вдруг появится?

Сама не заметила, как прошла коридор и оказалась у дверей в свои комнаты.

Странно. Свет из-за неплотно притворённой двери в их общую комнату подсказывал, что Эмиль дома. Так рано вернулся с бала? Что его заставило так быстро прийти домой?

Лора вошла и оставила сумку у самой двери. С вещами разберётся завтра, а сейчас не терпится поговорить с мужем.

По дороге к его комнате Лора сбросила жакетик от костюма на кресло и почти полетела к Эмилю. У двери в его комнату она снова обнаружила полуоткрытую дверь, в которую просачивался приглушённый свет. Слегка поцарапав ногтями его дверь, чтобы предупредить о своём приходе, она заглянула в проём и весело сказала:

- Если ты не спишь, можно к тебе?

Эмиль, лежавший на кровати (чему она немало удивилась - уже?), правда, нерасстеленной, сказал, что можно, и быстро свернул экран вирта.

- Лежи, - разрешила ему Лора, когда он сделал попытку подняться. - У меня к тебе вопрос. И дело.

- Слушаю.

- Эмиль, помнишь, ты сказал, что освободишь меня, если я влюблюсь?

Вместо ответа, муж внимательно пригляделся к ней и нехотя улыбнулся.

- Не только помню, но, если хочешь, могу повторить.

- Эмиль, я влюбилась, - призналась Лора и засмеялась, вороша свои волосы тем, что пропускала их с боков сквозь растопыренные пальцы. Она было села на кровать рядом с Эмилем, но радость её распирала, и сидеть на одном месте было трудно. Лора вскочила и прошлась перед его кроватью.

- Я понял, - чуть улыбнулся муж. - Когда ты хочешь подавать заявление?

- Чем раньше, тем лучше! - быстро сказала Лора и засмеялась. - Эмиль, я никогда не чувствовала себя настолько восхитительно легкомысленной! Это такое странное ощущение! И смешно, и немного... неловко.

- И кто твой избранник, если не секрет?

Лора всё-таки присела снова на край его кровати и, посерьёзнев, предупредила:

- Только не смейся, пожалуйста...

- Подожди. Дай угадаю... Эрик?

- А-а... А откуда ты знаешь? - недоумённо спросила Лора.

- Предположил, - таинственно, как показалось Лоре, улыбнулся Эмиль. - И, Лора, давай обо всё договоримся завтра, хорошо? У меня сегодня что-то голова побаливает, и я не вполне соображаю. Но завтра я это сделаю - напишу заявление о разводе.

- Я рада, что ты так спокойно всё это воспринимаешь, - уже полностью серьёзно сказала Лора и погладила его по тёмным волосам. - И я очень надеюсь, что ты останешься мне другом, как это ни наивно звучит.

- Лора, ты смешная, - сказал Эмиль, улыбаясь уголками губ. Глаза не улыбались. Они казались уставшими - и даже больше, и вправду болезненными. - Завтра, хорошо?

- Завтра - так завтра, - вздохнула Лора, вставая с его кровати.

У дверей она обернулась и пожелала ему спокойной ночи. Он кивнул и сказал, что полежит немного перед сном, погуляет по космосети.

Лора же вошла в свою комнату, на ходу размышляя, как же объяснить завтра отцу, что вот-вот произойдёт. Рассеянно вывалив новые вещи из сумки, она вдруг решила, что с отцом, как ни странно, поможет ей именно Эмиль. Отношения у мужчин очень спокойные, так что только Эмиль может утихомирить отца, в случае если тот разбушуется из-за непокорной дочери, посмевшей выбрать себе мужа из представителей не их круга. Сосредоточившись на этой мысли, она бросила перебирать купленные вещи и поспешила снова к Эмилю. Того не было на кровати, а из плохо закрытой двери в ванную комнату доносился плеск воды. Эмиль, кажется, умывался перед сном.

Странный звук со столика перед кроватью заставил Лору подойти ближе и заметить освещённый экран Эмилева вирта. Она подняла вирт и машинально прочитала последнюю запись: "Не понимаю, на что ты рассчитываешь, братец. Семья давно не высылала тебе денег. Твой тесть уже три месяца содержит как Лору, так и тебя. Поэтому держись этой семьи и, будь добр, больше не обращайся ни к отцу, ни ко мне со своими дурацкими предложениями и просьбами".

Лора осторожно положила вирт на место и бесшумно и поспешно вышла.

В своей комнате она села в кресло и постаралась подумать над тем, что происходит. Значит... Эмиль от своей семьи давно ничего не получал? Значит, он живёт только на деньги, выделяемые её отцом? Но при этом готов дать ей свободу? Стоп. Он ещё не видел последнего послания. А если он сейчас постучится к ней и скажет, что передумал? Что не собирается давать ей развода? Он промолчит насчёт причины, но будет ясней ясного, что дело в деньгах. Если он не будет её мужем, её отец, естественно, перестанет снабжать его деньгами. На что будет существовать Эмиль, оставшись без того минимума, который он обычно использовал?

Она машинально переоделась в шёлковую пижамку, непрестанно прислушиваясь к звукам из комнаты мужа и непрестанно ожидая его прихода. Но Эмиль не появлялся, и она озадаченно думала: может, он лёг спать, не посмотрев последнего сообщения? А ещё стороной формировался вопрос: а что предлагал своему отцу и старшему брату Эмиль? О чём он их просил? Подспудно Лора даже жалела, что не сообразила прочитать отосланное Эмилем, чтобы понять ситуацию в целом. Но понимала, почему не прочитала: у неё нет такой привычки - читать чужие письма. И сейчас-то она прочитала послание старшего брата Эмиля совершенно случайно... Она не заметила, как присела на краешек своей кровати.

Эмиль не пришёл. Наверное, и правда, уснул.

Теперь мысли Лоры приняли иной оборот.

А правда: на что будет существовать Эмиль, если он, как обещал, разведётся с нею?

Она вспомнила свою смешную и наивную попытку отвлечь его от унылых мыслей предложением поработать на её отца. И это её предложение прозвучало тогда, когда Эмиль был обездвижен. Образование у него есть. Но найдёт ли он работу? А если попросить Эрика помочь Эмилю? Но возможно ли попросить будущего мужа помочь с работой бывшему?.. Лора вздохнула. Кажется, у неё самой разболелась голова.

Но даже когда она выключила свет и потянула на себя одеяло, мысли об Эмиле преследовали её. Да, он никогда не был (и не скрывал этого) идеальным мужем. Но они вместе порхали по миру, и легче бы их назвать не мужем и женой, а друзьями. И сейчас она чувствовала... Она прислушалась к себе. Да, сейчас она чувствовала самую настоящую злость на родителей Эмиля. Она знала, что есть неписаный закон, когда младшим отпрыскам почтенных семей, повзрослевшим, но не нашедшим себя в жизни, назначают небольшое содержание. До сих пор она считала, что такое содержание есть у них обоих. Авантюристом или аферистом Эмиль никогда не был, с общего счёта никогда денег больше положенного не брал, а если что-то брал, обязательно предупреждал Лору. И узнать, что его семья... Нет, завтра она точно поговорит с Эриком и заручится его поддержкой в трудоустройстве Эмиля. Так просто бросить мужа она не собирается. Как это называлось в старину? Ну да - на произвол судьбы. Сейчас, она, Лора, оказалась среди сильнейших - и это замечательно. Она поможет Эмилю.

Твёрдо уверившись в этой мысли, Лора уснула.

Проснулась она ближе к полудню. Пока неспешно умывалась и вообще готовилась к активной жизни нового дня, несколько раз прислушивалась к шуму из комнаты мужа. Точней - к тишине. Наконец не выдержала и быстро подошла к его двери.

Постучала. Тишина. Ещё раз стукнула и, чуть приоткрыв дверь, позвала:

- Эмиль! Доброго утра!

В комнате Эмиля не было. Лора обошла комнату, странно опустевшую, на всякий случай заглянула в ванную комнату. Никого. Затем потерянно села в кресло. Рядом что-то звякнуло, и Лора, отсев чуть боком, увидела вирт мужа. Подобрала его.

"Лора, документы на развод я подал. Моё заявление с согласием уже лежит в суде. Рад, что ты нашла свою судьбу. Эмиль".

- Ничего не понимаю, - растерянно пробормотала Лора и быстро вынула из кармана халатика свой вирт - позвонить Эрику.

... Эрик впервые видел старого Логана настолько явно озадаченным.

- Что произошло, Логан? Ты выглядишь... даже не знаю, как это назвать.

- А тебе обязательно надо это как-то называть? - проворчал старый пират. - У меня сбой в восприятии человека, который, мнилось мне, понятен, как нечто абсолютно прозрачное. Этот ваш муж, Эмиль...

- И что с ним?

- Я обработал данные по нему. Всё, что нашёл. Вышло нечто неожиданное: с момента прилёта здоровым на Сангри он был на балах всего два раза, и оба раза с нашей первой загадкой - Лорой. Затем он нигде не появляется, хотя из дома тестя исправно уходил почти каждый вечер. Вопрос наклёвывается: где он проводил всё это время? Ведь насколько я помню, светские вечера заканчиваются отнюдь не в детское время.

19

- Лора, успокойся и помолчи немного, - неожиданно жёстко сказал Эрик.

Женщина всхлипнула и послушно замолчала. Слёзы прорвались, когда она начала объяснять, что у неё пропал муж. Застывшая до сих пор посреди комнаты, от непререкаемого тона Эрика она пришла в себя и огляделась. Кресло стояло неподалёку, и Лора села в него - забравшись с ногами и притискивая их к себе. Почему-то казалось, что это поможет не только успокоиться, но и спрятаться от чего-то страшного, что появится вот-вот... Но и эти движение и поза не отвлекали от настойчивой мысли, что внезапное исчезновение Эмиля, причём явно добровольное, всё равно опасно и страшно.

- Успокоилась?

- Да. - Лора вытерла слёзы с лица и с надеждой вслушалась в уверенный голос Эрика. - Ты поможешь?

Она не стала полностью спрашивать. Эрик наверняка сам догадается, какой помощи она просит. И оказалась права.

- Помогу. Только не плачь. Начнём?

- Начнём.

- Где его вирт?

- Здесь, в моих руках.

- Ты смотрела остальные сообщения?

- Он всё стёр. Здесь только предупреждение, что дело о разводе начато и будет производиться без него. Все документы он уже выслал.

- Дилетант... - пробормотал Эрик. - Стёр он. Лора, запомни главное: его вирт не трогай сама и никому не давай. У меня есть специалисты, которые смогут восстановить его записи и разобраться, что происходит. Поняла?

- Да, поняла. - И, пока не забыла, Лора сразу спрятала вирт Эмиля в карман пижамки. - А когда ты приедешь, Эрик?

- Я уже в пути.

Она услышала улыбку в его голосе и с облегчением вздохнула. Теперь стал понятен странный фон с его стороны в беседе. Лора ещё раз вздохнула и спросила:

- Как долго тебе ещё ехать?

- С полчаса. Всё. Отключаюсь. Если будут новости, перезваниваемся.

Последнее он сказал спокойно и твёрдо, так что Лора и впрямь уверилась, что всё будет хорошо. И полностью пришла в себя, когда опустила свой вирт. Огляделась. Маленькая спальня Эмиля. Пустынно, и везде порядок. Нет, вон рубашка еле держится на спинке стула. В ней Эмиль, кажется, был вчера, когда она входила к нему... Ой, забыла сказать Эрику о нечаянно прочитанном сообщении от старшего брата Эмиля! Ничего. Через полчаса Эрик будет знать об этом. Это новость из тех, что может потерпеть.

До разговора с Эриком комнатка-спальня Эмиля казалась мрачной и тусклой. Теперь она превратилась в обычную комнату с обычным интерьером для человека, который здесь почти не живёт, а лишь спит по ночам. У них обоих нет гардеробной, как у более достаточных людей, поэтому, как и в её комнатке-спальне, здесь стоит одёжный шкаф-купе, стол с большим вирт-экраном, пара стульев, кресло и кровать. Да, теперь здесь стало спокойней. И та пустынность, которая в начале разговора наводила самый настоящий ужас, была уже не страшна. Пусто и пусто. Жилец вышел.

Лора вдруг подумала, что Эмиль мог выйти и через обычную входную дверь дома. Быстро набрала номер пультовой охраны. Дежурный ответил, что ночью, после её приезда, из дома никто не выходил. Вот как значит... Эмиль ушёл не парадной дверью. Неужели выскочил через окно? Или воспользовался другим выходом?

Глаза машинально остановились на зеркале шкафа. С минуту Лора смотрела на зеркало, не видя его. И вдруг соскочила с кресла. Почему она сидит здесь? До приезда Эрика уже меньше получаса, а она всё ещё в домашней одежде для сна!

Лора вылетела из спальни Эмиля, проскочила общую комнату и остановилась перед собственным шкафом. К появлению Эрика она должна успеть - выглядеть на все сто! И точка! Лихорадочно вытянула ящик стола для косметических процедур, быстро принялась за кожу лица - обиходить её, быстро окуталась облаком лучших духов - тех, которые она выбирала по старому принципу: нравятся и не чувствуешь на себе - значит, твоё! Критическим оком вглядываясь в то, что постепенно появлялось в зеркале, она чуть не пела: Эрик сейчас приедет! Это для него, любимого! Это ДЛЯ него хочется быть красивой! Это РЯДОМ с ним хочется быть красивой! Чтобы ему нравилось, что рядом с ним такая женщина! Чтобы он мог гордиться ею!

Не дождавшись, пока кожа впитает привычный комплекс кремов и лосьонов, она вскочила со стула и бросилась к одёжному шкафу. Сердце пело! Значит... Значит, надо надеть что-то такое, чтобы пела она вся! Чтобы Эрик видел, какая она - ради него!

Выбрала что-то лёгкое, с ненавязчивым цветочным принтом - блузку-размахайку и брючки, сунула ноги в туфельки с каблучком, чтобы бегать как летать. И снова - к зеркалу. Быстро - лёгкий макияж на лицо. Снова быстро расчесала волосы, подняла сзади и сколола зажимом: длина хоть и небольшая, но хочется при Эрике выглядеть женственной.

Застыла, глядя в зеркало, - ни одной мысли.

И снова вскочила с места и бросилась к выходу. Если она хочет встретить Эрика по-настоящему, это надо сделать на улице. Здесь, в доме, в любой момент может кто-то войти! А значит - поцеловаться по-настоящему не дадут. Только в машине и можно будет.

Чуть споткнулась на лестнице вниз, к входной двери, - пришлось перескочить через ступеньку. Добежала до двери - и замерла. Да что она делает?! Как девчонка!

Вышла из дома уже неторопливо, хотя ноги горели от желания мчаться, но быстро повернулась к дороге перед домом: не пропустить бы, издалека бы увидеть! А ещё лучше пройтись по тротуару до самой дороги: здесь место старое, вокруг дома зелень, а перед входной дверью - голый асфальт. К самой двери могут подъехать лишь машины по делу.

И сжала руки: а если он приедет не один? И спросить не сообразила. На сердце сразу тревожно стало. Пусть! Пусть он приедет один, а потом, если понадобится, и остальные подъедут! Только это время - время его приезда, пусть всего несколько минут! - но останутся только для неё! Ну, пожалуйста, Господи!

На почти пустынной дороге появилась машина. Лора с облегчением и радостью улыбнулась. Эрик. Его машину - цвета светлый беж - она уж запомнила. Не выдержала и пошла навстречу. Как оказалось - правильно. Машина остановилась, не доезжая до подъезда дома. То ли Эрик догадался, о чём она думает, то ли думал о том же, только дверца машины открылась за несколько метров до Лоры.

Лора влетела в машину и очутилась в руках Эрика.

- Эрик...

Сначала была буря, в которой Лора почувствовала себя мягкой и гибкой, потом себя чувствовать перестала, ощущая лишь сильные руки мужчины, который неистово её хочет, который соскучился и который тосковал по её телу, по её губам. Когда начала соображать, задыхаясь под сминающими её тело руками, сама обнимая его и целуя податливый рот, ероша его короткие жёсткие волосы, услышала низкий стон:

- Чтоб я... тебя... оставил ещё на одну ночь... здесь...

Потом они сидели (она на его коленях) в обнимку, глядя ничего не соображающими глазами в ветровое стекло и лишь наслаждаясь близким и тёплым ощущением друг друга. И только одна мысль Лоры билась в виски, изумлённо раскачивая сердце: "Я? Могу вызвать такие чувства? И могу чувствовать ТАК?"

- А ты? Согласилась бы?

И она сразу его поняла, как он недавно - с полуслова.

- Конечно. Только... - Она замялась.

- Понял. Это не наш дом.

Он тоже понял с полуслова. И что здесь, в доме её отца, они не могут быть свободными, потому что это уже чужой дом, где они могут только приткнуться. И что у него, у Эрика, дом - всего лишь снятый им ненадолго... А с такими желаниями, как у них обоих, с такой полнотой обострённых друг к другу чувств, можно быть вместе только в своём доме, который ещё надо присвоить. Ведь насколько поняла Лора, поместью Эрика не хватает именно её, его любимой женщины, чтобы его... их дом обрёл гармоничность. Но... Эрик ещё не сказал, что любит её? По его силе, с которой он её присваивал, понятно всё. И всё же... Насколько Лора понимала мужчин, только сильное чувство может заставить мужчину выговорить вслух то, что он чувствует к женщине. Это как скрепляющая клятва - выговоренное вслух. Как заклинание, которое даёт женщине возможность понять и быть уверенной. Но она подождёт. Она так долго ждала, что найдётся мужчина, который разбудит её... Она подождёт его слов.

Эрик вздохнул ей в ухо.

- Твой отец пустит меня в ваши комнаты?

- Я пущу. Ой, я вся встрёпанная.

- Возьми расчёску.

Он вынул из бардачка под панелью расчёску и передал ей. Лора не любила пользоваться чужими предметами, но в эту расчёску вцепилась сразу и принялась приводить волосы в порядок. Это - его расчёска. Этот предмет ухаживал за его волосами, а теперь коснулся её головы... Господи, какие глупости... Она подняла глаза.

- Теперь тебя.

Несколько движений по его густым, хоть и коротким волосам. Какие плотные... Лора наслаждалась, причёсывая его и поневоле обнимая.

- Не хочешь выходить. - Он даже не спрашивал, глядя в её глаза.

- Не хочу, - подтвердила она.

- Быстрей выйдем - быстрей освободимся от дел.

- Знаю, но... Ладно. Тогда побежали.

До этого момента Лора как-то умозрительно воспринимала, что на Сангри середина лета. Но сейчас, когда она вышла из машины, лето будто позволило ей войти в невидимую дымку тёплого металла, вялых от недавней засухи трав, горячего воздуха, пронизанного терпким ароматом садовых цветов, колючей пыли и острыми запахами прогретой дороги.

Она вдохнула тёплый воздух и огляделась. Да, лето проходило мимо неё. Но сейчас оно повернулось к ней лучшей своей стороной. Появился тот, который это лето вернул. Эрик. И светлые дни внезапно стали совсем близко к ней. Будто до сих пор стояли где-то в стороне - забытой пыльной декорацией. А сейчас взяли - и ожили.

Эрик встал рядом и сказал:

- С этого момента мы только работаем. Ночь - наша. Согласна?

- Да, согласна.

Она взяла его за руку и повела к двери. Прекрасно знала, что охранник, сидящий на пульте, проследил её выход и теперь наблюдает, как она вводит в дом человека, уже знакомого ему. Скажет ли сразу отцу про Эрика или сообщит ему позже? Ведь Эрик был в этом доме несколько дней, и люди из охраны должны знать его.

Впрочем, не в этом дело. Главное, что в любом случае есть несколько минут, в течение которых Эрик без помехи со стороны успеет посмотреть комнату Эмиля и разобраться в ситуации - хотя бы поверхностно. Поэтому она зашла в дом спокойно.

Деловым шагом они пробежали наверх, на первый жилой этаж, - и немедленно свернули в знакомый Эрику коридор. Уже по дороге он спросил:

- Вирт Эмиля при себе?

- Вот.

Она осторожно вытащила вирт, с которым обращалась очень аккуратно и который переложила в карман, едва только переодевшись. Всё так же по дороге Эрик немедленно вынул панель из Эмилева вирта и восхищённо покрутил головой.

- Хм, я думал - дилетант. Это совершенно новый вирт, просто похожий на его старый. Поэтому сообщение - единственное. Других на этом и не было.

- Ну, детективы мы оба любили, - задумчиво сказала Лора. Они прошли ещё несколько шагов, прежде чем она спохватилась: - Эрик, прости, я забыла сказать, что вчера нечаянно прочитала сообщение от старшего брата Эмиля. Там было сказано, что семья не даёт денег Эмилю уже три месяца и пусть он больше ни на что не рассчитывает и не пристаёт к семье с дурацкими предложениями и просьбами.

- Лора, а ты не могла бы этому старшему перезвонить, чтобы узнать, что именно просил у семьи Эмиль?

Они вошли в комнаты, и Эрик, не останавливаясь, направился в комнату Эмиля, Лора - за ним. Нисколько не мешкая, он приступил к тщательному обыску, а Лора нерешительно спросила:

- Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас позвонила Тибби?

- Не только сейчас, но и спросила бы его об этом по громкой связи. Я хочу послушать, что он скажет.

- Хорошо. - Лора нашла номер Тибби и вызвала его.

Он откликнулся не сразу.

- Да, Лора, слушаю тебя.

- Добрый день, Тибби, - вежливо сказала Лора. - У меня такая ситуация. Я развожусь с Эмилем и...

- Что?! Ты разводишься с Эмилем?

- Да. Но он пропал со вчерашнего вечера, оставив мне все документы для развода, и я вынуждена спросить у тебя: не звонил ли он тебе вчера? Не говорил ли, куда он может или хотел направиться?

- Он просил очень смешную сумму денег, - после недолгого молчания сказал Тибби. - Причём выразился примерно так: нужна сумма для перелёта с Сангри в среднем классе. Я так понял, что он в очередной раз увлёкся и... Ну, ты же в курсе.

- Спасибо, Тибби, - суховато сказала Лора и хотела было отключить его, но Тибби поспешно сказал:

- Лора, значит, ты собираешься разводиться с ним? То есть ты сейчас свободна?

Эрик не повернулся, но замер. Сначала озадаченная, Лора, глядя на вирт, нахмурилась, а потом спросила напрямую:

- Да, я сейчас почти свободна. Но какое это имеет значение?

- Ну... Я хотел бы пригласить тебя в ресторан. Ну... Поговорить об Эмиле, - неторопливо сказал Тибби, и Лора с огромным изумлением уставилась на вирт. Будто воочию увидела Тибби: большой, грузный мужчина, самоуверенный донельзя, бизнесмен до мозга костей, он сидит, развалившись на стуле или в кресле, широко расставив толстые ноги, и, тяжело дыша, как после длительного бега (давно не был на корте? Опять вес набрал?), с непроходимой уверенностью ждёт, что Лора ответит ему согласием на его столь лестное для неё предложение

А потом Лора развеселилась. Мгновенно припомнился её любимчик из детективов - лейтенант Уиллер, потом, как будто по заказу, плеснула перед глазами картинка из недавнего прошлого: темноволосая девушка, обнявшись с гранатомётом угрожающего вида, сидит на краю вертолётной кабины. Сразу настроившись на нужную, озорную волну, она постаралась сдержать усмешку в своём голосе и довольно смиренно сказала:

- Прости, Тибби, но сегодняшний вечер занят. Мы с подругой собираемся в небольшой ресторанчик. Наверное, ты знаешь такой - "Меткий стрелок". Если хочешь посидеть с нами - приходи. Будем рады компании. - Она успела увидеть перед внутренним взглядом потрясающую картинку: Ингрид и она входят в ресторан, Ингрид заботливо, как ребёнка, несёт к столику своё оружие - под завистливые взгляды всех тамошних мужчин. А за нею она, Лора, в комбинезончике, изящно перепоясанном ремнём, с которого свисает кобура с браунингом.

- А... почему - "Меткий стрелок"? - озадачился Тибби.

- У подруги настроение пострелять, у меня - новенький браунинг, который надо бы испробовать, - нежным голосом послушной девочки ответила Лора. - А где ещё в нашем городе найдёшь ресторан, внизу которого расположился тир?

- Нет, я не буду мешать твоему времяпрепровождению, - всё ещё озадаченно сказал Тибби, - хотя, мне кажется, оно выглядит несколько странным для светской женщины в твоём положении. До свидания, Лора.

- До свидания, Тибби, - чопорно сказала Лора ("Странно для женщины в моём положении? А не странно, что женщина в таком положении мгновенно соглашается на свидание со страшим братом бывшего мужа?") и снова взглянула на Эрика. Тот сидел на корточках, спиной к ней, и спина его тряслась. - Эрик, ты смеёшься? - пожелала она убедиться. И тут попыталась разобраться, смешно ли это открытие: Тибби оказался достойным своего младшего брата в деле донжуанства! Едва только Лора стала свободной, он тут же пригласил её на свидание!.. Или это Эмиль пошёл по стопам старшего брата?

- Тебя это обижает? - Он встал и развернулся к ней.

- Нисколько! - засмеялась и она. - Что мне сделать дальше?

- Посмотри, брал ли Эмиль вчера деньги с вашего общего счёта.

Он закончил обыск и подошёл к ней. Вместе они оказались в общей комнате, где на стол он выложил свой вирт, настроенный на громкую связь.

- Ну что?

- Да, всё правильно, как и сказал Тибби. Он снял сумму - совсем маленькую, достаточную, чтобы заплатить за место в лайнере, за место на палубе среднего класса.

- Хорошо. - Теперь Эрик взялся за свой вирт и велел кому-то из своих ребят немедленно проверить все вылеты с Сангри за последние восемь часов, а также проверить, не было ли на борту любого из пассажирских лайнеров пассажира Эмиля Беркли. - Так, это мы сделали. Судя по комнате Эмиля, выглядит всё так, что собрался он довольно спонтанно, но задумывал исчезнуть давно. Интересно, что его подтолкнуло к побегу - если называть вещи своими именами?

- Боюсь, что подтолкнула его я, - уже серьёзно сказала Лора, задумчиво глядя на вирт. - Я пришла от тебя вчера ночью к нему и сразу сказала, что хочу обещанного развода. А потом зашла ещё раз - и вирт прислал сообщение от Тибби. Значит, когда я вышла первый раз, он начал звонить брату. Он... Эмиль, наверное, обиделся. Наверное, он не ожидал, что я так быстро воспользуюсь его обещанием.

- Скорее всего, здесь другое. И в его побеге не твоя вина. - Эрик подошёл ближе и взял её за руку. - Попробуй взглянуть с другой точки зрения на его поступок. А если ему как раз не хватало малости, чтобы совершить задуманное? И этой малостью, этим толчком и стал твой вчерашний приход к нему. Вот и всё. Не думай о себе, как о виноватой. Ещё пара суток - и ты будешь всё знать из первых рук. А сейчас... Лора, не хочешь собрать вещи для переезда ко мне?

- Что здесь происходит? - высокомерно спросили от порога.

Лора вздрогнула. Отец. Теперь объяснять всё ему. Но главное - "порадовать" его новостью, что дочь снова выходит замуж. Она некоторое время смотрела на отца. А может, он будет рад?

Но выглядел глава дома слишком грозно, чтобы можно было на что-то надеяться. И за его спиной стояли двое охранников - довольно крепких парней.

Правда, Эрика эти парни не смутили. Он рассеянно взглянул на них, а потом спокойно сказал отцу Лоры:

- Добрый день, господин Конли. Лора переезжает ко мне. Больше ничего особенного не происходит.

- Лора, что происходит?

- Папа, я развожусь с Эмилем и выхожу замуж за Эрика, - сказала Лора. После слов Эрика она почувствовала странное освобождение, даже какое-то раскрепощение и смогла легко выговорить слова, которых не выговорила бы раньше, страшась гнева отца.

Конли полуобернулся к охранникам и кивнул им в сторону. Те послушно удалились, а Конли закрыл за ними дверь.

- Почему я последним узнаю обо всём? - медленно спросил отец, приблизившись к Лоре. - Почему все новости я должен узнавать, ставя себя в неприятное положение?

- Папа, я сразу сказала бы, как только собралась, - объяснила Лора. - Дело в том, что я сначала хотела узнать, что случилось с Эмилем. Он ушёл ночью и пропал. Оставил мне документы для развода. Это, конечно, удобно, но мне бы хотелось знать, что с ним всё в порядке. Поэтому я вызвала Эрика, чтобы он посмотрел комнату Эмиля. - И, не давая отцу вставить слово, добавила: - Вчера Эрик сделал мне предложение. Я переезжаю к нему и больше не буду тебе обузой.

- Почему ты мне не сказала раньше?

- Я сомневалась в своих чувствах, - снова чопорно сказала Лора. О личном говорить с отцом она уж точно не хотела.

- Вы понимаете, что не можете рассчитывать на содержание за Лорой? - насмешливо обратился Конли к Эрику.

Тот чуть улыбнулся.

- Если вы беспокоитесь за Лору, то могу вас уверить, что содержать жену я сумею. У меня есть неплохо оплачиваемая работа и стабильный доход.

Лора с трудом сдерживала эмоции, чуть не подпрыгивая: "Эрик, скажи о поместье! Скажи о трёх тысячах сотрудников! Мне так хочется похвалиться тобой! Ну пожалуйста!"

Но Эрик промолчал, лишь глядя на её отца с той же усмешкой, что и Конли.

Звякнул на столе вирт Эрика, поставленный на самовключение, и раздался сочный голос:

- Эрик, мальчик мой! Твои детишки нашли след нашего беглеца! Он улетел на Кэссию. И попробуй только сказать, что ты не берёшь меня с собой. Мне тоже хочется взглянуть на этого весьма таинственного Эмиля!

Ошеломлённая Лора только поднесла ко рту ладони, как голос Логана решительно прервал раздражённый девичий голосок:

- Эрик, не бери с собой деда! Он с чего-то решил, что на Кэссии он сможет пострелять! Мне это не нравится! И вообще не бери его! Он так всеми командовать будет!

- Простите, - сказал Эрик, подошёл к столу и взял вирт: - Логан, поговорим обо всём чуть позже, как только заберу Лору. Пожалуйста, дождись меня и ничего без меня не предпринимай.

- Мой мальчик, ты слишком близко к сердцу воспринимаешь болтовню моей любимой внучки, - самодовольно сказал Логан. - Собирай свою Лору и со спокойным сердцем приезжай домой. Мы дождёмся тебя, а потом... - Он замолчал на такой нотке предвкушения, что стало ясно: старый пират потирает руки.

- Довольно знакомый голос, - сухо сказал Конли. - И имя - Логан. Какое отношение имеет этот человек к вам, Эрик?

- Мы сотрудничаем, - рассеянно сказал тот и напомнил Лоре, что пора собираться.

20

Собственно, вещей самой Лоры в доме Конли оказалось совсем мало. Она быстро собрала необходимое: что-то в дорогу на Кэссию, а что-то оставить здесь, на Сангри, а потом Эрик помог с грузом, перенеся его в машину.

С отцом распрощалась Лора уже спокойно. Он был задумчив и посматривал на дочь так, как будто она удивила его в очередной раз. Лора даже несмело поцеловала его в щёку и быстро отошла, боясь, как бы он не сказал чего обидного. Но если господин Конли и хотел бы что-нибудь сказать дочери на прощание, то просто-напросто не успел этого сделать. Едва она отошла, к Конли приблизился Эрик и протянул руку. Мгновение замешательства - и Конли протянул ему свою. Ещё несколько мгновений - не размыкая ладоней, мужчины испытующе вглядывались друг в друга. Наконец, как по команде, они убрали руки и обменялись лёгкими кивками.

- Может, помочь вам с билетами на лайнер? - нерешительно спросил Конли.

- Нет, спасибо. У меня на орбите свой катер, - по-прежнему рассеянно ответил Эрик: кажется, он уже витал думами в другом месте. - Мы сейчас доедем до ближайшей вертолётной стоянки - там нас ждёт вертолёт со всеми, кто полетит с нами на Кэссию. А от стоянки - рукой подать до космопорта. Так что - не стоит беспокоиться за нас, господин Конли.

Лора с торжеством было оглянулась на отца - и поразилась: не видя, что дочь смотрит на него в упор, Конли несколько секунд не мог убрать с лица явное выражение зависти, с которой вглядывался в Эрика. Уже приближаясь к выходу из дома, Лора некоторое время размышляла: что заставило отца завидовать? Явно не то, что косвенным образом он понял - Эрик богат. Неужели зависть возникла, когда Эрик перечислил, что именно им предстоит сделать? Неужели он завидует возможности двигаться? Странно.

В машине они сели так, как обычно сидят водитель и пассажирка. Лоре хотелось снова прильнуть к плечу Эрика, но она помнила обещание: до ночи - только деловые отношения, - и старалась сдерживаться. Но разговаривать им никто не запрещал.

- Эрик, я хочу объяснить, почему мне нужно найти Эмиля и удостовериться, что с ним всё в порядке.

- Объясни.

- Я столько ухаживала за ним, - медленно сказала Лора, пытаясь чётче сформулировать то, что чувствовала. - Я привыкла о нём заботиться. Он... как ребёнок для меня. Наверное, я пока не слишком доверяю ему, недавно вставшему с носилок. Слишком привыкла к его беспомощности. Поэтому мне своими глазами надо убедиться, что с ним и правда всё хорошо. Ты на меня не сердишься?

- Нет. Я понял подоплёку твоего желания сразу, - ответил Эрик и чуть улыбнулся. - Я на твоём месте тоже был бы озабочен. Особенно помня о его недавнем легкомыслии. А пока... Лора, посмотри мой вирт. Мне переслали списки пассажиров с того лайнера. Имя Эмиля под номером триста два. Имя под его номером вызывает вопрос: почему оно мне кажется знакомым?

- Рене? - удивилась Лора. - Это тот парень, который помогал мне ухаживать за Эмилем в доме отца. Только с ним Эмиль мог немного быть спокоен, когда я куда-нибудь уходила. Они ещё вместе смотрели сериалы, пока меня не было. А он здесь при чём?

- А если подумать? - спросил Эрик. - Мог он уговорить Эмиля на что-то?

- Не знаю. Единственное - теперь становится понятно, почему охрана не уследила за исчезновением Эмиля из дома. Он вышел вместе с Рене. А когда прислуга выходит из дома, охрана просто отмечает это. Значит, Рене вышел - охрана его отметила, а за ним вышел Эмиль. Всё правильно. Легко.

- Хм. Лора, позвони отцу и спроси его насчёт Рене. Хватились ли его отсутствия?

Лора взялась за вирт. Сначала она сомневалась, сможет ли говорить с отцом, но придумала начальные фразы, очень деловые, и всё же решилась позвонить ему.

Вскоре оба знали, что Рене взял очередной, давно обещанный ему отпуск и, скорее всего, полетел на свою родину - на Кэссию.

- И Эмиль просил денег у старшего брата именно на этот лайнер. Сумма сходится. А когда тот не дал, взял деньги с вашего общего счёта, хотя сначала не хотел. Вопрос пока наклёвывается лишь один: почему он деньги всё-таки взял? Появилась надежда их вернуть сразу? - размышлял Эрик, вглядываясь в дорогу впереди.

- А может, мы успеем перехватить лайнер где-нибудь? - нерешительно спросила Лора, которую всё более охватывало очарование погони и азартного желания немедленно разгадать эту загадку.

- Нет, ребята сказали, что лайнер на Кэссию улетел с орбиты ещё ночью. У них как минимум - восемь часов форы. То есть мы попадёт на Кэссию через дня три-четыре после их прилёта туда.

- Но зачем Эмилю было лететь на Кэссию? - снова удивилась Лора.

- Не думай пока об этом, - снова улыбнулся Эрик. - Узнаем по прилёте.

И он снова сосредоточился на дороге. А Лора сидела рядом и пыталась сложить воедино те факты, которые знала она лично, и те, которые раздобыли "ребята" Эрика. Пыталась думать, как детективы, но почему-то попытки разгадать происходящее пропадали за любопытством: кто встретит их на катере? Будут ли знакомые лица?

Глядя, как светлое полотно дороги бесконечно убегает под машину, Лора ещё попыталась представить, какие самые близкие события ожидаются вот-вот. Сначала они приедут на автостоянку, где их ожидает вертолёт. Любопытно всё-таки, кто будет их встречать у вертолёта? В воображении Лоры увидела лица Дэниела, Сандара, Алисы и других. А потом вспыхнула картинка с сидящей на подножке кабины Ингрид. Лора с изумлением поняла, что искренне соскучилась по яркой взбалмошной девице, да и по всем тем, кого успела запомнить из ближнего окружения Эрика.

А вспоминая невольно подслушанный разговор по вирту Эрика, Лора сообразила, что ей ещё предстоит знакомство с эксцентричным дедом Ингрид - со старым пиратом Логаном! Настроение сразу поднялось, и тревога, связанная с внезапным исчезновением Эмиля, улеглась. Вздохнув, она посмотрела в окно, снова загляделась на убегающую дорогу, чьё движение навело на вопрос:

- А почему вертолёт не прилетел сразу к дому?

- Мы движемся навстречу друг другу. Так быстрей. Если бы мы зависели от расписания лайнеров - следующий вылет пассажирского лайнера на Кэссию ожидается только к позднему вечеру, то могли бы не торопиться. Но у нас свой транспорт, так что можно ускорить некоторые события.

Машина свернула с дороги - за металлический забор автостоянки, внутри проехала вровень с ним и поднялась к вертолётной площадке. Эрик вышел первым и подошёл к дверце, чтобы помочь своей пассажирке выйти. А затем провёл к вертолёту, где ей помогли взойти по небольшому трапу и сесть в кресло. Внутри только что подъехавших действительно уже ожидали. Как и предполагала Лора, их приветствовали Ингрид и её дед. В кабине же лётчика сидели Сандар и Дэниел, которые весело помахали им руками, после чего Сандар спрыгнул к машине и немедленно уехал на ней - вместе с вещами Лоры, которые не нужны ей в пути. А Дэниел поднял вертолёт в воздух.

Старый пират Лору не разочаровал. Она с любопытством ожидала явления весьма оригинальной личности, но чтобы человек был настолько... сочным! Нет, после того как Ингрид сказала, что она внучка знаменитого пирата, Лора, конечно, когда появилась возможность, посмотрела в космосети снимки этого человека. Но чтобы он оказался таким!.. Гораздо выше, чем выглядел на снимках, широкоплечий, с короткими, ещё не совсем поседевшими волосами, с постоянно прищуренными всевидящими глазами, с длинным носом - слепком с мефистофелевского, с насмешливо искривлённым ртом, Логан притягивал взгляд сразу и намертво. Рядом с ним Ингрид выглядела именно тем, чем и была при нём, - маленькой, не сразу заметной девочкой-внучкой.

Он усадил Лору в кресло перед собой и мгновенно нацепил на неё наушники. Эрик сидел рядом, странно и хмурый, и довольный чем-то.

- Ну-с, красавица, наслышан о тебе много, - промурлыкал низким голосом Логан.

Лора хотела было скоситься на Эрика: это ты, мол, обо мне рассказывал? Но сочла неудобным в первые же секунды обращаться за поддержкой к нему. Тем более взгляд прилеплялся к сощуренным глазам Логана настолько, что оторвать его от созерцания въедливо изучающей насмешки этих глаз было ой как непросто. Но Лора робко улыбнулась - старый Логан от неожиданности приподнял брови и засмеялся.

- Хороша! Лора, ты знаешь, что очаровала моего протеже сразу и навсегда?

Лора от его откровенности залилась румянцем и хотела было опустить глаза, но вмешалась Ингрид:

- Вот тебе всегда надо сказануть что-нибудь такое! - накинулась она на деда. - Учти, Логан, не все привычны к твоим высказываниям. Нечего Лору смущать!

- Ишь, - усмешливо сказал старый пират, - девочка-то моя тебя защищает, Лора. Подружились уже, небось? Теперь в два фронта против старика будете воевать?

Ингрид снова надменно проехалась по поводу его характера, и до конца поездки Лора с интересом, а иной раз и с ужасом выслушивала азартную перепалку двух близких друг другу людей, которые умели и поссориться, и замять занявшуюся было вражду. А ещё заметила, что старый пират со странным выражением не то любопытства, не то какого-то почти научного интереса порой вглядывается в неё, в Лору.

В космопорте они сплочённой компанией (правда, Эрик чуть в стороне, ведя Лору за руку) быстро прошли на площадку с космическим челноком, который должен доставить их на орбиту, к катеру Эрика.

Летний вечер ещё не обозначился подступающей темнотой, но уже чувствовался привычным здесь, на Сангри, позёмистым холодным ветерком.

- Который наш? - спросил Логан, а сам уже свернул к небольшому судну. Сначала Лора не поняла, как он сообразил, что это судёнышко их, а потом узнала стоящего в дверях челнока Кристиана, который помахал им рукой, после чего Ингрид, подпрыгнув, как девчонка, помчалась к нему. А Логан предложил руку Лоре и пошёл с нею рядом быстро и сильно - она еле успевала за ним.

На челноке уже ожидали и остальные знакомцы - Алиса и Вероника, а кроме них ещё человек десять молодых людей - парней и девушек, с которыми Эрик наскоро познакомил Лору.

Несколько часов до орбиты, а там - переход на личный катер Эрика. Переход был быстрым и организованным, благодаря спокойным командам самого Эрика. Впрочем, его ребята были привычны к мгновенным перелётам и двигались скоординированно, как выразился довольный Логан. На катере быстро определились с местами, позанимав небольшие отсеки. Пока суд да дело, Лора украдкой заглянула на сайт своего бракоразводного дела: буквально на выходе из дома отца она отослала в суд свои документы на развод. Доискавшись решения, она некоторое время задумчиво смотрела на него, не зная, радоваться или нет. Разведены. Свободны оба. И она, и Эмиль. Вздохнула тоже украдкой - и занялась обживанием отсека, предназначенного для Эрика и для неё.

Отсек был скуден на мебель и так же скудно обставлен: единственная кровать-койка - хитроумная конструкция, которую только Эрик может выдвинуть из стены и снова спрятать её там; крышка-столешница откидного столика, который раскладывался одной своей стороной ещё и на зеркало; встроенный стенной шкаф; дверь в душевую.

Первый из пяти с небольшим дней на катере ознаменовался игрой, которую старый пират назвал "Отобьём Лору у Эрика". Едва все устроились, а катер начал пересекать космическое пространство к Кэссии, Логан попытался захватить Лору в единоличное пользование, начав устрашающе откровенный флирт: он старался сопровождать её по всем отсекам, куда ей только было интересно заглянуть, в кают-компании садился только рядом, время от времени даже гоняя от места недовольного Эрика. Лоре всё же удалось переиграть старого авантюриста уже к вечеру: она словно вернулась в то время, которое было совсем не давно, и "надела" непрошибаемый панцирь, защищающий её от насмешек и грубоватого соблазнения. Всегда спокойная и улыбчивая, всегда непроницаемая, когда дело касается чувств и предпочтений, она снова легко порхала среди людей неизвестного ей круга. Это дало свой эффект: старый пират поворчал немного - и прекратил попытки флиртовать с невестой (уже официально объявленной среди своих) Эрика.

Едва старый Логан прекратил шутливые старания увлечь молодую женщину, она, освобождённая от его порой назойливого внимания, внезапно для себя превратилась чуть не в шпиона, пытаясь изучить пассажиров катера.

В основном она приглядывалась к команде, к молодым людям, слегка завидуя их раскрепощённости. Привычная сдержанность пока не давала ей возможности полностью стать своей среди них. Она пока приглядывалась к их манере говорить и двигаться. И, только после того как Ингрид уговорила её попробовать пострелять в виртуальном тире, после того как Лора настрелялась вволю, она вдруг поняла, что смогла бы принять такую жизнь, как у этих молодых людей. Странно было лишь одно: хотя в команде кое-кто был постарше, чем она, Лора до сих пор воспринимала ребят Эрика как много младше себя. Оттого и хотелось подчас снова заговорить с ними отстраняющим, холодным тоном.

Особенно пристально она вглядывалась во взаимоотношения молодых людей. Как ни странно, в команде Эрика существовали свои, проверенные временем парочки. Лора, читавшая детективы и знавшая, что личные отношения в командах не приветствуются, сначала смотрела на проявления этих личных отношений с изумлением, но затем принялась просто наблюдать. Для себя она отметила, что среди ребят есть явные парни и девушки из светского общества. Правда, их определить не просто. Они, привычные к независимому и демократичному уровню отношений, общались со всеми запросто. Но изредка всё же выдавали себя - мгновенной холодностью на слишком грубую шутку, мгновенной сдержанностью, когда нужно сосредоточиться.

Но всё-таки больше всего Лора исподтишка следила именно за парочками. Она всё ещё никак не могла освоиться с Эриком - слишком быстро для неё промчались короткие часы их знакомства. Для него-то в общении не было никаких преград. Поэтому частенько бывало в их отношениях, когда она держала его на расстоянии, сама того не желая. Хотелось научиться быть ближе. Это раз. Было ещё одно. Видя, как парочки не стесняются в выражении своей привязанности и любви, она и завидовала, и прикидывала, сможет ли когда-нибудь обращаться с Эриком так, как эти смелые девушки обращаются со своими возлюбленными. Особенно ей нравилось, как вела себя парочка, которая, кажется, образовалась только после недавних событий. Кристиан и Алиса. Когда ребята собирались в кают-компании, сидя в основном на громоздких стульях, Алиса могла встать за стулом Кристиана и обнять его, скрестив свои руки у него на груди. А он, не оглядываясь, брался за девичьи руки и, продолжая разговаривать с кем-нибудь, нежно поглаживал их. И Лора в этот момент так завидовала им! И в мечтах представляла, что однажды тоже сможет быть такой откровенной, объявляя о своих чувствах... Пока же в команде Эрика она чаще молчала и старалась быть лишь приветливой со всеми.

Однажды, кажется, на третий день путешествия, когда Лора осталась наедине с двумя самыми интересными для неё мужчинами в кают-компании, старый пират подмигнул ей и с удовольствием сказал:

- Кажется, я придумал, как использовать вашего Эмиля в агентстве Эрика.

- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался Эрик.

Лора только улыбнулась старому Логану, хотя в душе почувствовала словно какую-то царапину. Использовать Эмиля. Да, он уже не муж ей. Но старый пират не имеет права говорить о людях так, словно они инструменты - каждый предназначенный для чего-то определённого.

- Он же отпрыск довольно почтенной семьи, - принялся объяснять Логан. - Пусть его семья отказалась содержать его, хотя такое содержание - в обычаях многих старых семей, но он всё же наследник имени. Что это нам даёт? Он будет продолжать ходить на балы и на различные вечера. Но только на те, куда его пошлём мы. Нет, сам он не будет использоваться в качестве шпиона. Он будет входить в залы каждый раз с новой красоткой под руку. Никто удивляться не будет. Ведь репутация - это надолго. А наш (Лора усмехнулась: уже наш?) Эмиль никого не удивит, продолжая шалопайничать и появляться с новой пассией. А пассия как раз и будет из Эриковых ребят. Вот она-то и будет собирать сведения о том, кто нам нужен. Проще говоря, Эмиль будет нам нужен, как светский человек, рядом с которым наша сотрудница будет выглядеть органично и никого не удивлять. Как там распорядители выкликают? Господин такой-то с дамой? Ну вот. Ведь, насколько я помню этикет (он радостно ухмыльнулся), мужчина имеет право привести на светское мероприятие женщину любого уровня общества, лишь бы одета была более-менее прилично да умела вести себя соответственно. Вот этот момент и используем. Как вам план?

- Неплохой, - задумчиво сказал Эрик. - Надо бы продумать его, а заодно терпеливо выждать, что скажет сам кандидат на приводящего на балы нашего шпиона.

- А по-моему, план безупречный! - заявил старый Логан и откинулся на спинку кресла. Он сидел свободно, со спокойной уверенностью человека, который знает наперёд, что его не только выслушают, но и прислушаются к предложенному им материалу для размышлений. - Если учесть, что Эмиль будет получать неплохое вознаграждение за свой, мягко говоря, труд, думаю, с утверждением кандидата на должность вводящего наших девочек на балы проблем не будет.

Лору ни о чём не спрашивали, но она была благодарна, что Эрик проронил слово в защиту Эмиля: "...скажет сам кандидат..."

Итак, Лора на катере разговаривала мало, в основном слушала - причём всё подряд, а не только о предстоящем событии. Ей пока было интересней только всматриваться в странную, ни на что не похожую жизнь этих странных людей.

А ещё интересней было наблюдать за Эриком. Лору невероятно притягивал этот мужчина, который уверенно взял её за руку и вывел из привычной ей жизни. Она подчас не только смотрела на него, но иной раз ловила себя на мысли, что подглядывает за ним. То есть вроде смотрит, но исподтишка. Ей казалось, что, не видящий её внимательного взгляда, он раскроется лучше.

Кое-что в нём она и правда узнавала и открывала для себя. Например, глаза Эрика, когда он общается со своими ребятами или даже со старым Логаном, чаще бывают холодного зелёного цвета. А когда он разговаривает с Лорой или просто смотрит на неё или когда он беседует с Ингрид, его глаза мерцают тем же глубоким мягким аквамарином, который так поразил её в первые минуты знакомства с ним.

За два дня до конца путешествия Эрик вошёл в своё отсек, где Лора сидела, отдыхая после похода в кают-компанию: каждый обед в присутствии старого пирата, зловредного и едкого на язык, часто стоил непривычной Лоре нервов, здорово утомляя её.

- Пришли данные с Кэссии, - сказал Эрик и присел на кровать - рядом с Лорой, которая устроилась перед зеркалом.

- Данные о чём? - Она немедленно, так и не опустив рук с собранными в уже привычный пучок белокурыми волосами, обернулась, хотя видела его в зеркале.

- Об Эмиле. Лора, ты говорила, у него экономическое образование?

- Да. Экономическая статистика.

- А специализации были? Чисто практические?

- Не знаю. - Лора от смущения покраснела: наверное, такие вещи о собственном муже жена должна знать.

- На Кэссии наш агент, - уже рассеянно сказал Эрик, сел ближе и рассеянно же взял её за руку - как она поняла в последнее время, это его любимый жест: брать её ладонь и слегка поглаживать. Как котёнка. - Он сообщил, что Рене и Эмиль, никуда не сворачивая, сразу помчались в столичный центр благотворительной помощи, где Эмиль немедленно же устроился в столовой для нищих бродяг. В качестве бухгалтера-экономиста.

Лора развела руками. Нет, об Эмиле такое как-то даже не думалось.

Забегаловка для нищих? По вирт-новостям она видела бесплатные столовые, но чтобы её Эмиль устроился в такое заведение?! Этот всегда изящный в движениях, всегда элегантно одетый сердцеед и дон жуан - среди нищих?

- Я не знаю, - нерешительно повторила она.

- Ты не помнишь, в каком университете он получил образование?

- Нет.

- Ну что ж. Найдём. Хотя что это даст? Придётся переговорить с ним самим, когда встретимся. Честно говоря, я такого от него точно не ожидал. Хотя, если он, побывав на грани смерти, вдруг начинает видеть свою жизнь и своё место в ней иначе, ничего удивительного.

- Эмиль - в благотворительной столовой для бедных, - повторила Лора, с трудом представляя своего бывшего мужа в тесном кабинете.

А корабельной (по расписанию катера) ночью ей приснился странный сон.

Она увидела Эмиля, который стоит за стойкой той самой столовой (какой её себе представляла по ранее виденным фильмам Лора) и что-то говорит вставшему рядом Рене. А тот кивает и уходит. Эмиль будто смотрит ему вслед, а потом спохватывается и, распахнув на себе пиджак и приподняв край свитера, смотрит вниз. А там, на ремне, отчётливо просматривается пистолет. И Эмиль поднимает глаза, после чего, не глядя, поглаживает рукоять оружия.

Когда Лора рассказала Эрику этот сон "утром", тот пожал плечами.

- Я думаю, отразилось твоё впечатление от того, что ты услышала. Ведь благотворительная столовая для нищих - это всегда самые бедные районы города. Вот и ассоциации: это районы опасны - отсюда пистолет, который прячет Эмиль.

- Приземлившись на Кэссии, мы сначала поедем устраиваться в отель? - задумчиво спросила Лора. И лишь выговорив, спохватилась: странный вопрос она задаёт в беседе о её сне. Но Эрик как будто понял логику и этого вопроса.

- Нет. В первую очередь мы поедем именно по тому адресу, который у нас уже есть. Мне бы хотелось, чтобы сразу успокоилась. Странное решение Эмиля и район, в котором он начал работу, - всё это настолько неожиданно, что я понимаю твоё волнение.

И Лора с нетерпением принялась ждать встречи с бывшим мужем.

21

Пассажиров челнока, спустившего всю компанию с орбиты, в кэссийском космопорту встретил здешний агент Эрика. Незаметный мужчина неприметной внешности оказался организатором на уровне своего работодателя. Он деловито, не обращая внимания на возмущённые вопли (Ингрид, конечно, - вместе с дедом, дезориентированным тоном незнакомца, который отдавал команды столь непререкаемым тоном), впихнул основную компанию в вертолёт-маршрутку, лётчик которого немедленно поднял машину в воздух.

Открыв рот, Лора смотрела на удаляющийся вертолёт, пока её нежно не взяли под локотки и, почти приподняв над землёй, не пронесли к машине, за руль которой сел уже сам кэссийский агент. Эрик же, усадив её в салон, объяснил:

- Для ребят и старого Логана уже снято одно крыло отеля, поскольку мы здесь ненадолго. А мы с тобой сразу едем к Эмилю. Ты же этого хотела?

- Да-да, - поспешно подтвердила Лора. - Конечно, сначала - к Эмилю.

- Здесь недалеко - часа полтора по дневным улицам, - не оборачиваясь, спокойно сказал агент и рванул машину с места.

- Лора - Шэд, - представил их друг другу Эрик.

- Здравствуйте, Шэд, - от неожиданности снова чопорно сказала Лора.

- Угу, - пробурчал агент.

Не успела Лора удивиться его грубоватости, как нечаянно взглянула в зеркальце перед водителем. Шэд улыбался ей в зеркальце, и она от новой неожиданности улыбнулась ему. И несмело решила: кажется, рядом с Эриком ей постоянно придётся привыкать к быстро сменяющимся скоростям событий.

Потом Шэд переключил всё своё внимание на дорогу. Та, несмотря на ярусность, из космопорта в город была довольно загруженной: машины часто застревали в пробках, а некоторые, снабжённые устройством, переключающим с обычного наземного на воздушный транспорт, умудрялись взлетать с места в воздух даже при такой теснине, хотя обычно на разгон (знала Лора) требовались хотя бы несколько метров.

У Лоры глаза разбегались при взгляде на происходящую вокруг суету. Обычно в час пик она старалась не высовываться из дома, и сейчас тесно сдвинутые машины и необходимость сидеть в закрытом маленьком помещении заставили её поёжиться и почувствовать что-то вроде клаустрофобии.

На её ладонь легла ладонь Эрика. Лора обернулась к нему от окна. Он кивнул: всё хорошо? Она сжала его ладонь: пока ты рядом - да. И обрадовалась: он за нею присматривает. Сразу увидел, что ей не по себе!

Шэд оказался из нетерпеливых. А ещё - из водителей-асов. Лора расслышала, как он пару раз сердито пробормотал что-то неразборчивое по поводу плохо идущего, точней - ползущего транспорта, после чего, не оборачиваясь, предупредил:

- Перехожу на верхнюю трассу!

Чуть притормозил, оставляя перед машиной пространство, - и рванул кверху. Лора заледенела от страха и внезапного рывка. Но пальцы Эрика крепче сжали её ладонь, а машину лишь мягко качнуло на воздушной подушке, после чего по бокам выдвинулись острые треугольные крылья. Теперь - помнила Лора - их машина со стороны напоминает гигантскую моль. Лора таких машин побаивалась. Спортивная - это, конечно, хорошо, но она предпочитала ездить на обычных такси, риск которых минимален. А Эмиль мечтал о такой, но родительские средства не позволяли... Правда, через минуту полёта Лора мысленно призналась себе: ей нравится ощущение воздушности тяжёлой машины и странное ощущение стремительного движения, от которого захватывает дух.

"Наверное, это оттого, что я сама напряжена? - размышляла она, поглядывая в окно и время от времени сильнее сжимая ладонь Эрика. - Или мне хочется побыстрей увидеть Эмиля. Поэтому... - Она чуть не засмеялась. - Быстрей же, машина! Быстрей!"

Ответное тёплое пожатие Эрика, напоминавшего, что он рядом и бояться не надо, успокаивало её. Сидя в машине, которая не просто неслась по воздушным трассам, но иной раз влетала в переулки, чтобы обогнуть какую-нибудь наиболее загруженную даже здесь трассу, Лора, как ни странно, вспоминала.

Это был её третий бал... Она улыбнулась - третий. Хорошая цифра. Многое происходит на третий, почти магический раз. Отец ввёл её в зал и некоторое время стоял рядом, дожидаясь, когда подойдёт первый кавалер и пригласит дочь на танец. Лора, всё ещё непривычная к выходам в свет, робко поглядывала по сторонам, но чаще смотрела на танцующих. На бальных вечерах она гораздо уверенней чувствовала себя, только танцуя.

- Приготовься... - услышала она негромкое предупреждение отца и удивлённо взглянула на него, пытаясь определиться, куда он смотрит. Проследила направление его взгляда - и сердце замерло. Этот молодой мужчина, темноволосый и симпатичный (первое впечатление - очень красивый!), ей показался очень элегантным. Он подошёл и сразу улыбнулся Лоре.

Отец Лоры, оказывается, знал его и познакомил дочь с молодым человеком.

Это потом Лора узнала, что их родители уже договорились вовремя соединить младших, самых ненужных в семье отпрысков сразу, чтобы те не нашли себе нежелательных спутников жизни. Она тогда пожала плечами: что ж, это нормально в светском обществе - образовывать пары по взаимному уговору старших.

Месяц знакомства с Эмилем для неё был волшебной сказкой. Которая закончилась сразу после заключения брака. Именно тогда Лора выяснила грустную для себя, а для кого-то понятную сразу и даже элементарную вещь: внешность человека не главное. Чего-то не хватало то ли в ней самой, то ли в Эмиле, что они не смогли стать супружеской парой даже в первые дни близости.

Лора прислонилась-таки к плечу Эрика. Почему, сидя с ним, она вспоминает начало своих отношений с Эмилем? Чтобы не думать о том, что ситуация с бывшим мужем, неизвестность, что там с Эмилем, пугает её?.. Почему Эмиль ничего не сказал ей о том, что он собирается уйти? Побоялся, что она захочет остановить его? И почему он так резко решился на почти побег? Лора предполагала, что он уже думал о том, что делать. С бухты-барахты полузнакомый человек, которым для него являлся Рене, не взял бы его с собой на другую планету. Значит, Эмиль уже говорил с Рене, и тот предложил ему работу почти по специальности в благотворительной столовой. Только... Только Эмиль всё не решался так круто изменить свою жизнь. Так, как раньше, было всё-таки легче. Порхание мотылька могло быть бесконечным, если бы не... Лора склонила голову. Последним звоночком для Эмиля стало открытие, что он... содержанец на шее тестя. От родных содержание он ещё мог принять спокойно, как нечто естественное. Резкий, насмешливый ответ брата на его просьбу выслать денег на билет, наверное, ошеломил его. И, наверное, именно это подтолкнуло его сбежать, не глядя в глаза жены, тем более - почти секундами позже и Лора пришла к нему напомнить его же слова о немедленном разводе.

Она вздохнула. Как много всего переплелось - и за такое короткое время...

Машинально выглянула за окно. Начался тот самый район, в котором теперь работал Эмиль. Стало гораздо неуютней, так как дома здесь высились довольно плотно, а тесные переулки просто не созданы для такой летающей машины, как та, в которой они сидели. И стало ощутимей темней, так как солнце сюда почти не проникало.

Как выяснилось, она вовремя прислонилась к плечу Эрика, да ещё взялась за его руку. Машина резко вильнула в следующий переулок и вдруг затормозила так внезапно, что пассажиров качнуло.

- Что происходит? - резко спросил Эрик.

Не оборачиваясь, Шэд ответил:

- Переулок заблокирован полицией. Посмотришь ситуацию сам? Или влезть в их переговоры мне?

- Сам. Поищи пока пути обхода.

Машина медленно попятилась от переулка, окружённого представителями полиции, а затем повернула в обход следующего здания. Поддерживая Лору одной рукой - повороты стали не только резкими, но и опасно крутыми, Эрик вынул вирт, побольше обычного, и быстро перебрал страницы, включив громкую связь, чтобы слышал и Шэд.

Вслушавшись в переговоры полицейских и их начальства, Лора поняла: какие-то бандиты напали на небольшую банк-кассу, блокировав сигналы тревоги, и скачали деньги с известных им кодов счетов. Но только собирались уходить, как сработал недавно поставленный служащими банка ещё один радар тревоги - нового поколения, который преступники никак не смогли обнаружить ранее: радар был поставлен службой безопасности только что - этим утром.

Теперь бандиты не подпускают к дому никого, благо неплохо вооружены и пока численностью превосходят полицейских. Эрик быстро вывел на виртуальный экран, затрепетавший перед ним и Лорой, нужное здание. Лора, напрягшись, откинулась от его плеча. Первый этаж - помещения банк-кассы и различных магазинов, полуподвальное помещение под ними - столовая для нищих.

- Эрик, - прошептала она, пока ещё не вполне понимая значения этой информации. - Эрик, что это значит?

- Ничего особенного, - спокойно сказал Эрик и выключил виртуальный экран, обратившись к водителю. - Шэд, ты получил инфу?

- Да. Где остановиться?

- У любого полицейского ограждения. И вызывай ребят.

Пока машина осторожно приземлялась чуть вдалеке от людей в форме, Эрик снова взялся за вирт. Ждал меньше минуты.

- Логан...

- Я заявляю протест, мой мальчик...

- Логан, заявишь его чуть позже. Здешний мэр - твой знакомый?

- Есть такое, - уже осторожно сказал старый пират.

- Потребуй у него доступа в район, блокированный полицейскими, для меня и для ребят. И немедленно. У них своих людей мало. Пока соберут полицейских со всего города, мы можем потерять время.

- Понял. Звоню.

Лора, беспокойно вникая в разговор Эрика и Логана, вдруг поднесла ладони ко рту.

- Ты что? - обернулся Эрик на неожиданное движение.

- Сон. С пистолетом.

Машина мягко качнулась, вставая на колёса. И грузно осела на асфальте.

- Совпадение. В момент сна вы были на разных планетах - так что вряд ли этот сон мог бы быть провидческим, - уверенно сказал Эрик. - Лора, успокойся. Пистолет и тревога за Эмиля - взаимосвязаны. Но это не пророчество. Точно. Это всего лишь из-за места, где работает сейчас Эмиль. Не более.

Тёмный аквамарин глаз не успокаивал, но заставлял вспомнить, что в этот момент никому не нужна истерика. Так что Лора собралась и кивнула:

- Да, совпадение. Буду помнить.

И постаралась отстраниться от происходящего, быть чуть в стороне, чтобы не мешать Эрику. Ведь все его команды - это постепенная цепочка действий, чтобы выручить Эмиля. Так что лучше стать наблюдателем. Рядом с Эриком безопасно. И уже есть надежда, что он-то сможет помочь.

Восприятие Лоры обострилось. Она видела такие детали, на которые не обращала раньше ни малейшего внимания. Она видела, как жёстко собран вышедший из машины Шэд, - теперь-то она разглядела его: плотный крепыш, с карими глазами, он тоже разговаривал с кем-то короткими фразами, больше похожими на команды.

Она видела, как Эрик, едва почувствовал её отстранённость, стал говорить, кажется, с мэром города, так, будто Лоры рядом нет. И она подспудно поняла: для него это нагрузка большая - она рядом. И снова постаралась стать невидимкой при нём, лишь изредка напрямую взглядывая на него, словно проверяя, здесь ли он до сих пор.

То и дело Лора посматривала на полицейское ограждение: колючая проволока и решетчатые щиты, несколько полицейских машин и опасно одинокие фигурки полицейских рядом с ними. Сразу вспомнились слова Эрика Логану, что полицейских для разборок с бандитами городские власти собирают по всему городу.

Необычно ощущать себя в самых настоящих каменных джунглях, где сейчас развёртывается схватка между бандитами и простыми горожанами... Тем более необычно это в солнечный день - самый его разгар. Хотя то, что солнечно, - сразу здесь не разглядишь. Темно даже вблизи переулков. Вон люди стоят - все в летнем, лёгком, а выглядят словно тяжёлом тёмном цвете. Хотя по их поведению нипочём не скажешь, что они чего-то боятся или ожидают вестей о чём-то неприятном. И птицы летают - пусть и редко-редко. Голубей, во всяком случае, здесь, как в любом городе, полно. Громко воркуя, прохаживаются рядом с толпой - на крошки надеются? Лора даже кошку заметила, которая сидела на краю дороги, озадаченно разглядывая собравшуюся толпу.

Шум сверху заставил её запрокинуть голову. Два вертолёта, довольно большие. Наверное, ребята Эрика? Но почему вертолётов два?

Обе машины приземлились на перекрёстке, очищенном полицейскими от зевак, которые, разогнанные поначалу, снова собрались толпой сразу за ограждением. Лора хоть и стояла подальше от места приземления, но волосы взметнуло ей сильно, как обдало и колючей мелкой пылью.

Из первого вертолёта посыпалась и в самом деле команда Эрика - все знакомые парни и девушки. Кое-кто заметил Лору, помахал рукой. Она помахала тоже, с надеждой и тревогой вглядываясь в них. Эта компания одета разношёрстно. Как на прогулку вышли. В отличие от тех, кто сбегал по трапу второго вертолёта. Эти два с лишним десятка человек были одеты одинаково - в полувоенную форму.

Команда Эрика поспешила к ним на сближение, а потом - не успела Лора глазом моргнуть, как у каждого из ребят оказалось по трое подчинённых в форме. Остались без своих маленьких команд лишь несколько человек Эрика.

Эрик крупно прошагал к полицейскому, который командовал здесь, при заграждении. Быстро переговорили - и полицейский офицер закричал своим пропустить в переулок пассажиров вертолётов. Заграждение сдвинули - и увеличенная втрое команда Эрика, с оружием в руках, помчалась от пока спокойного места в разные стороны. Насколько несведущая Лора поняла - окружить здание, которое захватили бандиты.

К ней приставили Ингрид - в качестве телохранителя. Рядом с девушкой, одетой тоже в полувоенную форму, Лора, в своём дорожном костюмчике, чувствовала себя... странно. Ингрид была чуть ниже и моложе неё, но стояла абсолютно уверенно, время от времени зорко приглядываясь к движению вокруг.

- Ингрид! - не выдержала она, глядя, как Эрик и Шэд не отрываются от своих виртов, наверняка отдавая приказы и держа, как говорится в детективах, ситуацию под контролем. Рядом с Эриком стоял старый пират Логан и молча следил за их работой. - Ингрид, пожалуйста! Дай мне какое-нибудь оружие! Клянусь, я не буду стрелять или вмешиваться во что-нибудь ужасное! Мне просто нужно держать в руках любое оружие, чтобы я чувствовала себя полегче. Пожалуйста!

- Наш человек, - одобрительно проворчала Ингрид и, расстегнув верхнюю часть военного комбинезона, вынула из верхнего внутреннего кармана пистолет - маленький, как игрушка. - Смотри, осторожней с ним. Он на вид так себе, но сила у него убойная.

- Спасибо, - с чувствительным облегчением сказала Лора, вцепившись в оружие, на вид хоть и маленькое, но тяжёлое, и положила его в карман, который под его тяжестью оттянулся. Растревоженное сердце сразу не успокоилось, но стало намного легче. Особенно когда Лора время от времени проверяла пистолет, похлопывая по карману жакета. Ощущение твёрдого под пальцами давало уверенность в защите.

- А кто эти люди, которые на втором вертолёте прилетели?

- Наёмники. Эрик своих учит командовать на месте операций, так что мы обычно берём наёмников без командиров, а потом каждый из наших разбивает их на тройки. Ты очень волнуешься за Эмиля?

- Да.

- Не боись, - серьёзно сказала Ингрид. - У нас уже бывали такие ситуации. Бандиты, как правило, не умеют организовываться, а значит, не сумеют защититься. И потом... Дед сказал, что столовые для нищих тоже имеют свои заморочки вроде защиты. Так что твой Эмиль наверняка сидит в защищённом месте.

Ингрид ещё что-то болтала успокаивающее. Но внимание Лоры, пристально следящей за зданием, часть которого была видна отсюда, от машины Эрика, зацепила лишь одна фраза девушки:

- ... главное, чтобы стрельбы не было.

- Что ты сказала? - изумлённо переспросила Лора, решив, что ослышалась.

- Самый шик в таких операциях, что можно взять дураков без единого выстрела, - повторила Ингрид. - И, если это получится, операция проведена идеально.

- Мне казалось - наоборот, - смущённо сказала Лора. - Но просто пока не всё понимаю. Я сейчас жду, когда начнут стрелять, - что значит, операция началась. А ты говоришь - лучше, чтобы выстрелов не было.

- Нас больше, чем бандитов, - объяснила Ингрид и перехватила свой любимый миномёт поудобней. - Поэтому, если обходиться без выстрелов - это самый лучший расклад. Ещё веселей - если никого не ранят.

- Не поняла, - призналась Лора. - Если стрелять не собираются, то как это - никого не ранят? Или...

Договаривая, она уже поняла, в чём тут дело. Но Ингрид объяснила ей ещё раз: ни одного выстрела, ни ран от холодного оружия, заложники освобождены, а бандиты захвачены, - вот тогда операция считается идеально проведённой.

- А наёмники?

- Они заранее узнают условия задания и условия жёсткого подчинения своим временным руководителям. Если согласны с ними, то идут с нами. Нет - остаются ждать других нанимателей.

- Думаешь, это быстро закончится?

- Думаю. А ты про своего Эмиля не думай. Для него опасность только в одном: если бандиты захотят прорываться через "обеды" для бедноты. Но такого быть не может. Им легче выбираться не подвальным помещением, а поверху. А там, на крышах уже дежурят наши - на случай, если те решили драпать вертолётом.

Обе застыли, внимательно наблюдая за редкими перебежками у здания. Выстрелы слышались, но теперь Лора знала, что это стреляют бандиты.

К ним подошёл Эрик.

- Эри-ик, - упрямо протянула Ингрид, словно намекая на что-то, что было обещано, но не выполнено.

- Нет, - сказал Эрик, тоже не спуская глаз со здания. - Я сказал - будешь телохранителем, выполняй. Деда твоего тоже запрягли - убалтывать мэра, чтобы не мчался сюда, не лез куда не надо. Так что не думай, что будет всё просто. Лора, у меня к тебе вопрос. Даже не вопрос, а просьба, но только не удивляйся: ты не могла бы в воображении представить себе Эмиля?

- Зачем? - поразилась Лора.

- Я же просил не удивляться. Попробуй.

Лора пожала плечами и зажмурилась.

Она попыталась увидеть бывшего мужа таким, каким видела его в последний раз: он полулежит на кровати, на нём полурасстёгнутая домашняя рубашка и мягкие домашние же брюки. Лицо кажется обманчиво спокойным и расслабленным, когда Эмиль смотрит на вирт в своих руках. Попыталась увидеть его перед внутренним взглядом - и ничего из задуманного не получилось.

Зато перед "глазами" появился очень энергичный молодой человек, который кому-то что-то азартно рассказывает и время от времени азартно же хохочет. На этом странном Эмиле потрёпанные синие джинсы, которых бывший муж, вообще-то, терпеть не мог, тонкий белый джемпер с высоким воротником-стойкой и чёрный, из мягкой ткани пиджак - единственный предмет, узнанный Лорой из гардероба всегда щегольски одевающегося Эмиля. А вот лица Лора никак не могла уловить, и это была ещё одна странность, так как она видела, как он и смеётся, и разговаривает со своим собеседником.

Она попробовала ещё раз представить знакомое до мелких чёрточек лицо, попробовала увидеть Эмиля таким, каким он был, собираясь на бал - без неё, как она думала, и как потом выяснилось, на который он не пошёл.

- Не понимаю, - тихо сказала Лора, скорее - про себя, чем для кого-то.

Но Эрик услышал.

- Что случилось?

- Я вижу только того Эмиля - из моего сна. Того, кто был с пистолетом, - пожала плечами Лора. - Это странно. У него джинсы. А он их... не любит. Ничего не понимаю.

- Эрик! - позвали по громкой связи. - Мы тут переловили всех. Вероника упала с лестницы и вывихнула плечо. Один грабитель ранен - сам дурак, выскочил под выстрелы своих же. У нас - ни единого выстрела. Можешь сказать полиции, чтобы шли забирать добычу. Здесь люди. Никто не пострадал, правда, женщины очень напуганы. А в одном магазине свалили все стойки с одеждой. В общем, у нас здесь весело.

- Ну что, Лора? - кивнул Эрик. - Идём искать твоего Эмиля.

"Уже не моего, - мысленно поправила Лора. - Но всё равно тревожно".

А позади них, насторожённо посматривая по сторонам, пошла Ингрид, маленькая, но очень опасная со своим устрашающим оружием.

22

Казалось - всего лишь надо подойти к зданию и спуститься по лестнице в подвальное помещение, где и найдётся Эмиль. А там - поговорить с ним и вздохнуть свободно, что он жив, здоров и доволен жизнью.

Но идти пришлось медленно: навстречу шли вооружённые люди, которые ещё не весь адреналин исчерпали (объяснил Эрик). Они вздрагивали от любого резкого движения со стороны. Хорошо ещё, оружие лишь сильней сжимали, а не вскидывали сразу. Некоторые подталкивали, а то и пинали под зад бандитов - те шли еле-еле, руки за спину, грозно, хоть и безнадёжно ворча.

Поглядывая на всех подряд, Лора жалась к Эрику и отчаянно трусила. Ну и что, что штурм дома закончился? А вдруг откуда-нибудь ка-ак выпрыгнут какие-нибудь страшные! Эти-то, которых ведут ребята Эрика, более-менее на людей похожи, пусть и недовольные какие-то и то и дело огрызаются. Ой, лучше об этом не думать... Лора собралась с силами и спросила о постороннем, лишь бы отвлечься:

- Эрик, а зачем надо было, чтобы я представила себе лицо Эмиля?

- Проверить кое-что хотел, - рассеянно отозвался Эрик, и Лора больше не приставала с вопросами. Он явно уже думал о другом, глядя вперёд, - причём впечатление такое, словно он оценивает ситуацию, одновременно что-то вычисляя... А вот будет время посвободней - она снова спросит его.

Пока Лора отвлекалась на людей вокруг - непривычных людей и в ситуации, о которой когда-то только читала, - впереди неё и Эрика вдруг появились ещё двое. Оба шагали с оружием наготове, правда, не таким устрашающим, как у Ингрид. Не сразу, но Лора сообразила - это тоже их личная охрана. Эти двое даже не оглядывались на своих подопечных, и Эрик как-то словно и не заметил их, но Лоре сразу стало легче и спокойней. Особенно когда подошли к нужному зданию ближе, а из дверей множества магазинчиков на этой стороне здания начали выходить и выбегать люди: кто плакал, кто сильно тёр ладонями абсолютно сухое лицо, словно пытаясь очистить его от чего-то очень мелкого, кто, выбежав, вставал на месте, растерянно оглядываясь; кто кричал, выкликая кого-то, а ребята Эрика ходили среди этих ошеломлённых людей и успокаивали их.

Минуты через две, когда Эрик с Лорой подходили к незаметному пристрою, на улицу перед зданием выехали скорые и полицейские машины, и люди в форме тоже принялись за дело, в то время как к людям в заметных издалека медицинских куртках недавние заложники происшествия побежали сами.

Лестница была. Не слишком крутая. Ступени, скорее, были даже неудобно широковаты. Лора замечала сейчас всё в своём обострённом восприятии мира: она внимательно смотрела под ноги, потому что эти дурацкие ступени не давали спускаться как обычно - делая шаг за шагом вниз по отдельной ступени. Приходилось кое-где делать на одной ступени и два шага, вздрагивая, как бы не упасть на непривычном. Лора вцепилась в руку Эрика, шагая почти в темноте. Впрочем, вцепилась ненадолго: Эрик, чуть почувствовав её напряжение, обнял её за талию, прижал к себе.

- Не бойся. - Тёплый шёпот над головой.

- Хорошо, - послушно откликнулась Лора, напоминая себе, что их охраняют с обеих сторон. Вот только в этом странном пристрое было настолько темно и пахло старыми лежалыми вещами и ещё чем-то неприятным и гнилостным, что озноб от подспудного страха не проходил.

- Лора с вами?! - закричали снизу.

- Чего ты орёшь, Кристиан? - спокойно сказал Эрик в вирт, который держал в свободной руке и который мгновенно переключил на кричавшего, едва узнав его.

- Нам нужна Лора, - уже еле слышно и спокойней ответил вирт. - Тут эти благотворительные обеды забаррикадировались и не хотят открывать. Не верят, что бандитское нападение закончилось. Мы ему кричим-кричим, что свои, а он говорит, что по голосу не узнаёт никого из нас. И вообще - мало ли...

Лора отодвинулась от Эрика и, выпростав руку с его локтя, побежала вниз по лестнице, которая всё не заканчивалась: Кристиан говорит об Эмиле! Это Эмиль не хочет открывать дверь, не узнавая голосов давних знакомцев!

Чуть не врезалась в охрану, идущую всё так же неспешно впереди. Успели подхватить за руку, чтобы не упала.

- Ну куда ж ты так быстро! - проворчал Сандар - она узнала его в этом полуподвальном сумраке по знакомо обритой голове. - Здесь нельзя торопиться - все кости переломаешь!

- Лора! - позвал Эрик и как-то внезапно очутился рядом. Протянул руку. - Держись за меня. И правда - не спеши. Их там никто не убивает, так что могут подождать.

Но Лора продолжала тянуть его вниз - хорошо ещё, лестница всё-таки вывела их в коридор, по которому пришлось идти ещё несколько минут - мимо дверей и пустых помещений, в которые Лора испуганно заглядывала и ёжилась: очень уж страшно - а вдруг кто-нибудь выбежит?

Нужную дверь она увидела сразу - из-за скопления перед ней целой толпы, все в ней - из команды Эрика. Хотя, когда Лора, снова вырвавшись от Эрика, подбежала к этим людям, оказалось, что их здесь всего-то человек пять.

- Где?

Её вскрик заставил всех расступиться перед этой дверью.

- Эмиль!! Я здесь!!

Она закричала так отчаянно, как сама того не ожидала: словно маленькая девочка, которая потерялась и потеряла брата. Она чувствовала, что кричит странно для всех, кто слушает её с этой стороны, но не могла остановиться.

- Эмиль, открывайте! Это я!

- Лора... - приглушённо сказали за дверью.

- Леди здесь? - приглушённо же удивились за дверью.

Секунды тишины - и дверь осторожно начала открываться. По мнению Лоры - слишком медленно. Она нетерпеливо нажала со своей стороны, навалившись на дверь всей тяжестью тела, и принялась толкать.

- Лора, успокойся, - насмешливо сказал сзади Эрик. - Они тебя узнали. Просто не поверили, что ты - и здесь.

Он вовремя оттянул её от двери, которая распахнулась, выпуская на столпившихся перед ней волну слишком сытных, тяжёлых запахов, затхлости и невнятного испуганного гула. Впереди целой толпы стояли Эмиль и Рене. Эмиль изумлённо захлопал глазами на Лору, и Эрик выпустил её руку. Лора бросилась к Эмилю и чуть не прыгнула на него, обнимая и обливая слезами.

- Ты что... Ты что... - забормотал Эмиль, поглаживая её по вздрагивающим плечам и по светлым волосам и обескураженно глядя на каменно спокойного Эрика.

- Я так испугалась! - Она отпрянула от него, вгляделась в глаза и вдруг стукнула его по спине кулачком так сильно, что бывший муж охнул. - Так испугалась! Ты сбежал! Ничего не сказал - и сразу в драку! Зачем ты меня так напугал?! Эмиль!! Зачем?!

Эрик потом Лоре сказал, что они с мужем были похожи на двух потерявшихся детей, которых нашли поодиночке. И, честно говоря, тогда, в момент встречи с Эмилем, которого не видела лишь неделю, Лора себя чувствовала именно так.

Театральное представление. Это потом так грустно думала Лора о внезапной и слишком эмоциональной встрече с бывшим мужем, сидя за огромным длинным столом и наблюдая, как успокоенные, плохо одетые люди садятся за такие же столы; как Эмиль и Рене, а с ними ещё несколько человек носятся по плохо освещённому помещению с низким потолком, потому что здесь не хватает людей и каждый из работающих в "благотворительных обедах" выполняет сразу несколько обязанностей. Даже не зарегистрированный здесь Рене. Как чуть позже выяснилось, здесь работает его старший брат, которому Рене, приехав в отпуск, обычно помогает добровольно, хотя остальным платят из благотворительного фонда города.

Зато Эмиль работает здесь официально.

Сначала Лора поразилась, когда бедно одетые люди начали садиться за столы - до сих пор они плотной толпой стояли у двери. Они здесь пробыли по времени, которое она рассчитала, почти полтора часа. И - голодные? Но потом сообразила: страх не позволял вспоминать о голоде, а теперь, когда всё разрешилось, они вздохнули с облегчением и вспомнили, зачем пришли сюда.

Поняв, что бывший муж Лоры слишком долго провозится со своими обязанностями: и раздатчик, и разносчик, - Эрик кивнул своим ребятам - и те принялись за работу, хотя Алиса и Вероника уже давно не выдержали и встали за прилавок, помогая раздатчикам и быстро наполняя подносы с углублениями для еды.

В общем, когда напротив Лоры и Эрика присел старый Логан, под конвоем Ингрид был приведён упирающийся Эмиль. Тот был возбуждён и неудержимо улыбался.

- Представляете: я здесь третий день - и это уже второе ограбление здешней банк-кассы! У меня пистолет есть! Не такой, как в тире, но тоже ничего - приемлемо! Мне его выдали в фонде и даже разрешение в мэрии на него сделали!

Лора смотрела на него и понимала: хвастает, как мальчишка! Рад, как мальчишка! И это Эмиль? Всегда элегантный, изящно одетый молодой мужчина, благородно сдержанный в движениях и в словах?! Но сейчас... Тёмные глаза сияют, улыбка откровенно чуть не до ушей, волосы взлохмачены... Он счастлив!

Внезапно она обратила внимание, во что он одет сейчас, - и от неожиданности обернулась к Эрику. Не может быть! Джинсы, чёрный пиджак, а под ним - белый джемпер?! Что происходит?!

Эрик, сидевший рядом, пододвинулся на обычнейшей скамье ближе к ней и снова обнял за талию, усмиряя её вздыбившиеся чувства.

- Лора, про это потом. Сейчас - не надо.

Еле дыша, Лора сумела кивнуть человеку, который понял её с одного взгляда, и наконец обратилась к бывшему мужу:

- Эмиль, почему ты мне ничего не сказал? Почему... не предупредил?

- Ну... - замялся он.

- Про ответ Тибби я знаю, - сказала Лора.

Эмиль мгновенно замолчал. Опустил голову. Немного помявшись, выговорил:

- Лора, деньги, снятые со счёта, я тебе верну. Извини. Я вообще не хотел влезать, но... Думал обойтись присланными из дома, но...

- Эмиль, деньги меня не интересуют, - нетерпеливо (хоть что-то выяснить!) сказала Лора. - Меня интересует только одно - почему?

- Тут сошлись несколько обстоятельств, - неохотно ответил он и с силой потёр подбородок. - Рене уезжал в очередной отпуск, а я искал и не мог найти работу. На Сангри работы не нашёл, да и не больно-то хотелось менять жизнь именно там, где меня знают. И ещё. Я помнил твои слова насчёт жизни и балов, и хотелось найти такую работу, чтобы наказать самого себя - за то, что именно посчитал жизнью. Хотел сделать назло себе. После того как я вернулся с Уиверна, мы с Рене часто говорили о новой жизни, когда он приходил убираться в наших комнатах. И он предложил один день на пробу поработать в благотворительном фонде. Самое дно. И самое то, чтобы наказать себя. Я думал, скажу тебе: уезжаю просто пожить в другом месте - типа, друзья пригласили. Поэтому и не хотел, чтобы ты знала, что улетаю на другую планету, ну и счёт не хотел из-за этого трогать. Сунулся к брату с просьбой... - Он помолчал, не поднимая головы. - И тут выяснил всё. - Эмиль вопросительно посмотрел на Лору. - Я не слишком многословен? Ты выслушаешь меня? Полторы недели... Я столько всего передумал за эти дни. Буду рад, если ты выслушаешь и поймёшь.

Лора кивнула, втайне удивляясь, что он просит её о таком, словно не замечая остальных, кто его очень внимательно слушает.

... Он сидел на кровати - от неожиданности сел. До этого мгновения он вольготно валялся поверх одеяла. Сидел и неверяще смотрел на экран вирта, на послание старшего брата. Он... Он даже лишён привычного пособия от семьи? И он... Не будучи настоящим мужем Лоре, изменяя ей налево и направо, - он ещё и приживал на шее её отца?!

Пальцы задрожали, когда он понял весь ужас реального положения дел. Вирт выскользнул из рук и шлёпнулся на ковёр.

Он, мужчина, недавно побывавший в шкуре безнадёжного калеки, не будь рядом Лоры. Он, мужчина, который только-только начал набирать "мясо" на кости, которые чуть ранее, казалось, были такими тяжёлыми, что синяк появлялся в любой позе, в которой он только пытался устроиться, после того как смог двигаться... Эмиль смотрел на запись в вирте и чувствовал себя куклой, провисшей в воздухе на тончайшей нитке, которая вот-вот порвётся.

Пришлось зайти в ванную комнату и подставить голову под душ с холодной водой. Говорят - становится легче думать. С холодной головой... Эмиль вытер волосы и присел на край ванны. Думать всё равно было трудно. Слишком сильным оказалось потрясение.

Когда он вошёл снова в комнату и огляделся, всё вокруг вдруг показалось очень отдалённым и чужим. Он не знал, куда себя девать, как разговаривать с Лорой, если она снова войдёт, как входила недавно - сообщить, что хочет обещанного развода. А тут ещё снова вспомнилось, как она кричала на него, когда у него была истерика из-за обездвиженности. Стало совсем плохо.

Эмиль уселся снова на кровать, ссутулившись, закрыв ладонями лицо, и пытался хоть что-нибудь придумать. Но в голове пусто до ощутимой тошноты.

Он лихорадочно размышлял, вспоминая о том, что же умеет и куда бы мог со своими умениями податься, когда на вирт снова пришёл вызов. Эмиль поднял вирт с пола неохотно, но чуть оживился, когда увидел сообщение: "Вылетаю сегодня ночью. Вы как? Рене".

Подумал ещё немного. Рвать так рвать. Пусть ему же будет хуже. И позвонил.

- Рене, я смогу сегодня же заказать билет?

- В средний класс - да. Это на нижних палубах обычно многолюдно.

Последняя информация решила всё. Эмиль набрал код их с Лорой общего счёта и перевёл сумму билета, обозначенного в расписании, на счёт действующей компании космопорта.

После чего вскочил и уже новыми глазами обвёл комнату. Если он собирается попробовать себя на работе в самом низу, парадные костюмы не пригодятся. Он подошёл к шкафу. Итак... Сначала вытащить дорожную сумку, с которой однажды ездил к друзьям за город, на охоту. Затем положить в неё всё самое необходимое на первые дни пребывания в незнакомом месте...

- ... Почему же ты не предупредил меня? - спросила Лора, слушая его торопливый рассказ.

- Если б я сказал хоть слово - что бы ты сделала? - спросил в свою очередь Эмиль и пожал плечами. - Ты начала бы уговаривать меня остаться, сказала бы, что вместе придумаем что-нибудь другое, более стоящее, чем работа в богадельне. Возможно, сказала бы, что подключишь своего отца, чтобы он нашёл мне работу. А я и так из последних сил... Одного твоего появления хватило бы, чтобы я бросил всё и остался. Я очень боялся. И очень хотел, чтобы ты вошла. Даже несмотря на то что ты сказала про развод. - Он положил руки на стол, ссутулился. - Ну да, я слабовольный. Или слабохарактерный. Но теперь я думаю... Я думаю, какой это был бы ужас, если бы ты вошла и я остался. Я никогда бы не узнал, что такое жизнь. Настоящая. Да, здесь плохо пахнет. Да, мне приходится, кроме бухгалтерской работы, выполнять множество других небольших дел на подхвате, потому что рук не хватает. Но, Лора... Мне это нравится. Очень. А ещё... - Он вдохнул побольше воздуха, как будто боялся, что ему не хватит на дыхание из-за того, что он хочет рассказать. - Когда я проработал здесь два дня и ночью свалился спать, перед сном вдруг подумал странную вещь: здесь я и правда живу по-настоящему, а то, что происходило со мной там, в той жизни, на всяких балах и раутах, - это... Это как картинка в вирте. Что-то маленькое и суетливое. Из какого-то выдуманного мира. - Он снова взглянул на Лору, будто не замечая всех остальных, кто сидел рядом за столом. - И ещё подумал, что ты была права, когда кричала на меня, что это не жизнь.

В противоположном углу низкого помещения звонко стукнули тарелки. Эмиль вздрогнул и нервно оглянулся. Лоре показалось, он был готов мчаться туда, чтобы самолично разобраться, что именно происходит. Но он снова повернулся к ней лицом, всё ещё улыбаясь, правда теперь как-то более насмешливо. И его негромкий голос продолжал звучать отчётливо на фоне общего гула и позвякивания.

- Иногда мне кажется, я смешон на этой работе. Чужим себя чувствую, да и люди, которые сюда приходят, косятся порой. Но это когда работы мало. А начнёшь носиться - не до мыслей. Первый раз сюда пришёл - брезговал. Вонь, люди какие-то... Как ветхие тряпки... Хм. Был бы здесь твой отец - он сказал бы, что это не работа, потому что здесь нельзя заработать и нельзя подняться по карьерной лестнице. Нет роста. И даже возможности и стремления стать кем-то выше. Может, он и прав. Я... не знаю. Может, у меня пока эйфория, оттого что я занимаюсь чем-то другим. Может, это сейчас мне здесь нравится, а потом всё покажется сплошной глупостью. Всё может быть. Только, Лора, после этой работы я буду точно знать главное: чего я стою и чего я хочу.

Он замолчал, уже смущённо улыбаясь. Лора, кажется, поняла его смущение: разболтался неожиданно для себя. Это Эмиль-то, привычно спокойный и обычно выбирающий слова.

- Значит, ты нисколько не раскаиваешься, что работаешь здесь?

- Смешное слово - "раскаиваешься", - усмехнулся Эмиль и осмелился взглянуть на внимательно слушающего Эрика. - Пока я обрёл смысл в жизни. Пока. Потом, будет время оглядеться, может, найду что-то другое. Но сейчас... Сейчас мне нравится, когда эти люди, приходящие в эти бедные благотворительные обеды, хоть и побаиваются меня (а они сразу понимают, что я человек не их круга), но всё равно говорят мне спасибо. Лора, я знаю, это странно, что я здесь. Но иногда я думаю: вот уиверны - Эрик заставил их сделать мне операцию, не просто дорогостоящую, а вообще стоящую неимоверной суммы денег. А для чего? Чтобы я снова красовался на балах? Пусто как-то. Даже глупо.

- А где ты сейчас живёшь? - тихо спросила Лора.

- У старшего брата Рене - у Энтони. Он мне сдаёт комнату в квартире. У него семья, но поскольку я почти не бываю дома - прихожу только спать, то мне нравится. У меня есть вещи на первые дни. Скоро получу первые деньги за работу здесь - и себе оставлю, и на наш общий счёт буду откладывать - хотя бы за билет отдать.

Он говорил быстро, с подъёмом. Лора смотрела на него - и сомневалась, и прятала улыбку: долго ли он здесь продержится? Вон какой восторженный. Хотя что она сама понимает в этой жизни? Зато теперь она знала, что никогда не выпустит Эмиля из поля своего зрения, пока он до конца не встанет на ноги. Кстати... Она оглянулась на деда Ингрид. Он же хотел попробовать Эмиля в своих целях? Хотел взять на работу? Почему же сейчас он молчит? И смотрит на Эмиля изучающе. Тоже думает, что её бывший муж долго здесь не продержится?

Старый Логан так и не сказал ни слова, но, когда распрощались с Эмилем и вышли на улицу, тёмную даже днём из-за столпившихся здесь высоток, старый пират сказал:

- Эрик, присмотри за ним. Мальчишка явно не дурак, разве что практического опыта не хватает. А после такого опыта будет ещё ценней.

- Нашёл, кому напоминать, - пробормотал Эрик и чуть позже обратился к Лоре: - Теперь ты успокоилась?

- Да, - сказала Лора, посматривая на верхушки домов, запрокидывая голову. - И очень рада, что ты будешь за ним приглядывать.

Эрик положил её руку себе на сгиб локтя и повёл из переулка. Лора была ему благодарна, что он не сразу велел сесть на вертолёт, и потому можно пройтись. Она знала, что слова Эмиля, не всегда логичные и очень взволнованные, ей нужно заново прокрутить в памяти. И сейчас она была полна благодарности Эрику за то, что он выполнил её желание и нашёл Эмиля, дал возможность увидеть его и нисколько не обозлился, когда они, Лора и Эмиль, в порыве странного чувства давно не видевших друг друга родных людей бросились обниматься.

Так, в молчании, они прошагали улицу, прежде чем сели на вертолёт. На последних шагах к нему Лора взглянула в лицо Эрика. Странно было думать о том, что оставила в прошлом мальчишку, только-только начинающего жить, и идёт под руку с мужчиной, который многое повидал...

Остальные шли позади и тихонько переговаривались. По отдельным репликам Лора поняла, что команда Эрика делится впечатлениями о недавнем происшествии. Лишь старый Логан с Ингрид шли молча.

Но у вертолёта старый пират удержал за руку девушку, собиравшуюся сесть вместе с Лорой и Эриком.

- Мы полетим на другом транспорте! - категорично заявил Логан, и Ингрид пожала плечами и пошла за ним.

А Эрик помог Лоре зайти в салон и сесть. Когда вертолёт поднялся в воздух и набрал высоту, Лора задумчиво спросила:

- И что теперь? Что дальше?

Эрик поднял её ладонь - опять высоко, как поднимал её в первый раз, в первую встречу на лайнере, поцеловал и сказал, глядя в глаза:

- Лора, я люблю тебя. Согласна ли ты выйти за меня замуж?

На несколько секунд она беспомощно застыла взглядом на его сияющих тёмным аквамарином глазах, а потом выдохнула и сказала:

- Эрик, любимый, я согласна!

И даже его деловитое:

- Свадьба - через три месяца. Эти три месяца будешь жить у меня!

... не приземлило её впечатление летящего счастья.

23

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ

Запыхавшись, Лора почти домчалась до угла дома и только было вытянула левую руку к углу, чтобы для опоры вцепиться в выступ и крутым нырком завернуть за дом, как между лопатками что-то мягко и ощутимо нажало. Она стремительно развернулась и, уже привычно не глядя на цель (руку немедленно дёрнуло куда надо), выстрелила из пистолета.

- Так нечестно!! - завопила Ингрид, резко остановившись и обиженно глядя на засветившееся красным пятно на своём импульсном жилете - в районе сердца.

- Честно! Ты сама сказала - до первого выстрела в сердце! - крикнула Лора, сама в запале и сияя, что попала сразу, с первого выстрела.

- Но мы только начали!

- А я виновата? Ты же меня натренировала так, что у меня руку буквально тащит стрелять в цель! И что мне теперь делать? Это уже рефлекс! - Лора глубоко вздохнула, съехала по стеночке на разогретую солнцем брусчатку у дома и предложила: - Ингрид, может, хватит? Пошли в дом. Чаю попьём. Мне бы отдышаться надо от этой беготни.

Ингрид подошла к ней и мрачно свалилась рядом, поставив между коленями ствол импульсного пистолета. Она и одного раза выстрелить не успела.

- Мы и пяти минут не побегали, а ты - отдышаться, - пожаловалась она. И вздохнула, глядя на бесконечный приусадебный парк.

Поместье Эрика, расположенное на Тэе - планете густых и дремучих лесов и множества небольших озёр и мелких речек, впритык примыкало к одному из смешанных лесов и неплохо вписывалось в окружающие пейзажи. Приусадебный парк отличался от леса тем, что лишние кусты под огромными деревьями убрали, а между самими древесными гигантами проложили небольшие каменистые дорожки, чтобы по парку можно было и погулять. Тем более, защита от дикого зверья была невидима и давала возможность представлять, что гуляешь по самому настоящему лесу.

Девушки сидели у самого дома, а через дорогу и небольшую ухоженную, чисто парковую полосу кустов начинался сам лес.

Дойдя в своих мыслях до "гуляешь", Лора оживилась.

- Ингрид, а давай погуляем по парку, как в прошлый раз? Попросим на кухне собрать нам рюкзаки с ланчем - и вперёд?

Не двигаясь с места и не глядя на Лору, Ингрид спросила:

- Лора, тебе здесь нравится? Среди лесов?

- Да. А тебе? Разве нет? Ты же с удовольствием гуляла со мной в прошлый раз.

- У меня ощущение, что в этих лесах тесно и света мало, а мне пространства хочется и света, - пробурчала Ингрид, а потом откинулась прислониться к стене дома и мечтательно сказала: - Вот будут у меня деньги, найду себе место на какой-нибудь планете, где есть океан, а в нём острова...

- И купишь себе остров? - с любопытством спросила Лора.

- Нет. Куплю на нём дом. Только чтобы никто не знал, - уточнила Ингрид. - Я и сейчас бы купила, но дед все мои покупки контролирует, так что не утаишь. Ну, не потому контролирует, что я транжира, а потому, что, как он считает, я пока не умею тратить деньги правильно. Но когда у меня будет там до-ом... - Она потянулась. - Ты представь... Повсюду океан. Куда ни посмотришь, повсюду - вода. А наверху - второй океан, небо! И в воде купаешься, и в воздухе! И чтобы на острове скала была - и не одна. Ты когда-нибудь стояла на краю скалы? Внизу вода - конца-края не видно, глянешь наверх - воздух! - Она застыла, улыбаясь. А потом моргнула и сморщилась: - А здесь что? Куда ни глянешь - везде эти деревья торчат. Толстые. Обходи каждое... И чего Эрик в них нашёл? Ладно, хоть и тебе здесь понравилось...

- Не ворчи, - улыбнулась Лора. - Мне нравится там, где Эрик. Захочет переехать на океан, мне и там хорошо будет.

- Когда я поняла, что ты ему нравишься, я тебя убить хотела, - внезапно сказала Ингрид. - И убила бы, если б рядом с тобой твоего мужа не было.

Лора поёжилась, но любопытство победило.

- Ничего не поняла.

- А чего понимать? - пожала плечами Ингрид. - Я Эрика всю жизнь... ну, с момента знакомства своей собственностью считала. И вдруг ты появляешься тут - и ап, отняла. Ух, как я тебя ненавидела, пока твоего Эмиля на носилках не разглядела! Да ещё потом разглядела, как ты за ним, больным, ухаживаешь.

- А... за что ненавидела? - Лора осторожно положила рядом с собой импульсный пистолет-игрушку и снова, обняв колени, загляделась на парковую зелень.

- Ну, за это вот - что отняла. Понимаешь, я подслушала дедов разговор с Эриком. Эрик про тебя рассказывал, что и-морги на тебя охоту устроили и что он хочет установить охрану, чтобы тебя не тронули. Он никогда не говорил с дедом так. Никогда ни за кого не просил. А за тебя просил - чтобы Логан позволил ему распространить везде слухи, что охота ведётся на всех участников бала, а не только на тебя. Ну, я и озверела. Посмотрела в космосети все твои снимки и решила тебя убить. Мне трудно было понять, почему такая фифочка, в которую пальцем ткни - сдохнет, заставила Эрика так заботиться о себе. Поэтому, когда мы встретились, я всё изображала, что не знаю, кто ты, потому что легче убить незнакомого человека. А потом я зауважала тебя. Это когда ты твёрдо сказала, что ты не новенькая Эрика, а жена Эмиля. А потом Эрик сказал, что женится на тебе, потому что ты леди, и поэтому ему нужен здоровый Эмиль. И я решила приглядеться, почему он хочет жениться именно на тебе. И поэтому поставила себя твоим личным телохранителем.

- Подожди. Ты так спешишь, что я за тобой не успеваю, - растерянно сказала Лора. - Когда Эрик сказал, что хочет жениться?..

- Когда ты меня впервые увидела, - насмешливо объяснила девушка. - На крыше с вертолётом. А потом я решила убить этого вашего Монти. Он, блин, так поцеловал тебе руку! И так балдел от тебя! А я уже начала привыкать, что ты Эрикова подружка! Сначала я решила его охмурять, но он начал от меня бегать, а потом...

Лора расхохоталась. Бедный Монти!

Выждав, когда она перестанет смеяться, Ингрид грустно сказала:

- Тебе смешно, а мне пришлось столько натерпеться!

Лора с трудом подавила новый смех: с каким чувством девушка это сказала! И они замолчали, размышляя каждая о своём.

Игру с импульсными пистолетами-игрушками придумала Ингрид, когда узнала в (естественно для неё) подслушанном разговоре, что у Лоры есть некий дар. Лора-то была в смятении, когда ей сообщили, что она обладает умением воздействовать на людей и кое-какими другими эзотерическими навыками.

- О чём ты думаешь, когда отец берёт тебя с собой на деловые обеды? - напрямую спросил её Эрик однажды.

- Всего лишь о том, как надоедливы и одинаковы все эти деловые люди, - чуть не оправдывалась Лора. - Как долго тянутся эти скучные мероприятия. Быстрей бы они во всём согласились с отцом, чтобы можно было пораньше уехать домой. Ведь он будет здесь сидеть до конца, пока не добьётся своего!

- Причём ты думаешь об этом, глядя им в глаза, - подытожил Эрик.

... А вот Ингрид мгновенно придумала, как отшлифовать один из её потаённых талантов. Просто! Надеть игровые жилеты с импульсным полем, вооружиться пистолетами-игрушками - и бегом в догонялки! Кто кого "застрелит"! За пару месяцев этой примитивной, детской, но никогда не надоедающей игры Лора поверила, что она и в самом деле чувствительна. В придуманных Ингрид догонялках Лора и в самом деле чувствовала странные вещи, к которым ранее не прислушивалась. Оказалось, что мягкое нажатие между лопатками - это обычный человеческий взгляд. Оказалось, можно даже и не целиться, но стрелять точно в сердце того, о ком подумала как о цели.

Ингрид страшно завидовала ей, и был даже разговор, где она возмущалась:

- И ты - не хочешь использовать этот свой талант?! Зачем тогда тренируешься?!

- Я не собираюсь быть убийцей! - возмущалась в ответ Лора. - Пока мы играем - это хорошо! В будущем пригодится для защиты, но почему я должна постоянно заниматься этим? Мне этого просто не хочется! Мне хочется сидеть дома - с Эриком!

Друг друга не переубедили. Хорошо ещё, так и остались подругами, не рассорились. Единственно - Ингрид себя подругой Лоры не считала, а опять упрямо называлась лишь телохранителем. И то - ради Эрика, как она всем объясняла.

А Лора всё приглядывалась к Ингрид, поражаясь, что она не просто уличная девчонка, о которых лишь читала, а девушка из состоятельной и достопочтенной семьи. Все её ухватки, поведение в целом и просторечный разговор казались Лоре... экзотичными. А бесцеремонность в общении!..

Эрика Лора тоже спросила. Дело в том, что одно время, не совсем понимая его и своего положения при нём (это не Эмиль, с которым всё просто): а вдруг жена такого человека не то, что она думает? - Лора боялась, что Эрик потребует от неё развить свои способности ради участия в его делах, ради того чтобы стать членом его команды. Но когда она робко поделилась с ним своим беспокойством, Эрик покачал головой:

- Ни в каких моих делах ты участвовать не будешь. Забудь об этой мысли и не поддавайся на провокации Ингрид. Она слишком молода и пока расценивает всех людей в русле представлений о них своего деда. То есть практичность свойственна и ей. Ты - моя жена. И этим всё сказано. Развивать или не развивать свои способности - всё в твоей воле. Всё зависит лишь от твоего желания. Если займёшься ими, я буду рад, но лишь в том смысле, что мои дети всегда будут защищены.

От его уверенного "мои дети" Лора только смущённо и радостно прильнула к нему, а Эрик обнял её.

- ... Ты в чём будешь завтра? - спросила Ингрид. - В белом?

- Это моя вторая свадьба. В белом нельзя.

- Как будто сейчас соблюдают правила, - проворчала Ингрид. - Я слышала - фату нельзя надевать, а всё равно надевают.

- А ты в чём будешь? - уже со страхом спросила Лора, как наяву увидев на своей свадьбе Ингрид в какой-нибудь рваной джинсе - и это среди пышно и празднично одетых приглашённых. А что? С этой девушки станется!

- Мне тут прислали по моему размеру кое-что, - снова проворчала Ингрид. И объяснила более внятно: - По космосети я заказала штук пять нарядов невестиной подружки для свадьбы. При заказе уточнила, что необходимо что-нибудь попроще. Пошли - поможешь подобрать?

Лора потупилась, чтобы Ингрид не заметила её улыбки: надо же - Ингрид заказала наряд невестиной подружки для её свадьбы! Потом взглянула на парк, пожалела, что погулять по нему не пошли, а потом вспомнила, что гулять ей теперь по этому парку можно будет всегда, как только душе захочется, и поднялась с брусчатки, которой была выложена часть земли рядом с домом.

- Пошли, посмотрим, что тебе прислали, - весело сказала она.

... Вечер для приглашённых был в разгаре. Лора с интересом присматривалась к гостям, будучи полностью захваченной в плен собственным женихом - ой, уже мужем! Эрик не выпускал её ни на секунду, то и дело проверяя, лежит ли её рука на сгибе его локтя, и постоянно оглядывал гостей, будто сомневаясь в их лояльности: а вдруг невесту (ох ты ж - жену!) похитят?

Гостей было немного - все свои, как выразился Эрик. Его родители не приехали, потому что Эрик собирался ехать к ним в свадебное путешествие.

Ингрид, в своём наряде мягких розовато-сиреневых тонов, вызвала потрясение у всех. Так очаровательно она выглядела! Даже когда недовольно морщилась и втихомолку жаловалась, что чувствует себя в этом наряде страшно беззащитной. Для Лоры - Ингрид тоже выглядела великолепно, хотя, кажется, только она одна помнила, сколько ей с Ингрид пришлось потрудиться, чтобы запихнуть в подвязки чулок пару пистолетов таким образом, чтобы при движении не свалились. Ингрид после примерки платья бубнила и жаловалась, что чувствует себя без пистолетов неуклюжей и голенькой. Вот и пришлось изобретать. И пригодились знания Лоры из детективов. Чему удивлённая Ингрид потом даже позавидовала.

Вот отец Лоры. Он приехал без жены, проявив тем самым поразительную чуткость: Лора своей мамы, холодной и слегка высокомерной с детьми, побаивалась. Ингрид, между прочим, призналась ей, что своей мамы вообще не выносит, так как та сестра-близнец мамы Лоры по отношению к своим детям... Правда, Лора ещё побаивалась - на фоне странных способностей: не она ли заставила отца приехать в одиночку, - и тщательно и с тревогой вспоминала, не думала ли во время разговора с отцом чего-нибудь непозволительного о матери.

Кстати, как выяснили исподтишка, отец о необычных способностях Лоры не знал. Он просто заметил, что в её присутствии сделки совершаются быстрей и легче - и к выгоде его самого, конечно. Списал на обаяние дочери и её хорошенькую мордашку.

Отца в одиночестве на этом вечере не оставили. К нему немедленно подошёл старый Логан и занял беседой об изменениях на экономическом рынке - особенно на рынке бумаг. Польщённый таким близким знакомством с сильным и опасным человеком, отец Лоры с интересом заговорил со старым пиратом. Через некоторое время оба уселись в дальние кресла и, увлечённые беседой, совершенно забыли, что приехали на торжество праздновать, а не меняться сведениями о том, что интересует каждого из них в экономике. Им обоим привезли отдельный столик со всем необходимым для приятного вечера и оставили в покое.

Приехал Монти! Эрик пригласил и его! Высокий уиверн, на которого сразу и очень громко фыркнула Ингрид, чуть позже оказался в более гостеприимном дружеском кругу, так как на вечере присутствовали главные герои происшествия на лайнере - ребята из команды Эрика. Пустились в общие воспоминания - и уиверн растаял... Правда, прошло совсем немного времени - и Лора неприлично вытаращила глаза, заметив Ингрид под руку с Монти! С трудом заглушив подступающий смех, Лора некоторое время думала: зачем это сделала Ингрид? Спасала Эрика от необходимости расценивать уиверна как соперника?

Чуть не последним появился на вечере Эмиль. Он вошёл в залу привычно изящным ловеласом - под руку с двумя дамами, с Алисой и Вероникой. Дед Ингрид уже принялся за реализацию своей задумки и сумел совместить новую работу Эмиля, которую тот, как ни странно, до сих пор не хотел потерять, со своей задумкой - использовать светское происхождение Эмиля для введения женской команды Эрика на балы и рауты. Сделали просто. Нужные балы проходили не так часто, чтобы задействовать Эмиля на постоянной основе. Поэтому он продолжал трудиться в кэссийских благотворительных обедах, а когда его вызывали для отдельного шпионского дела - как правило, на пару-тройку дней, - его в столовой для бедных подменял кто-нибудь из Эриковых же ребят.

Эмиль уже полностью пришёл в себя. Мало того что он отъелся и перестал походить на несчастную жертву страшной войны, так время от времени ребята заменяют его на рабочем месте, чтобы он мог тренироваться вместе с командой на стрельбище и в залах для боевых единоборств. Правда и то, что Лора слышала пренебрежительное от Ингрид: Эмиль очень уж ленив, чтобы стараться на таких тренировках. Лора обычно ей возражала, что бывший муж всё ещё физически слаб, чтобы выдержать ту нагрузку, которую предпочитают ребята Эрика. Видела она их тренировки на вирт-экране. Такое требовать с Эмиля по полной?! Ужас!

Эмиль подошёл к главной паре вечера и поздравил обоих, перед тем извинившись, что не успел на официальное бракосочетание, проходившее в столицы Тэи.

Его извинение живо напомнило Лоре, как Эрик спросил её:

- Лора, ты не обидишься, если наша свадьба, наше торжество уложится всего лишь в один вечер с небольшим количеством гостей?

- Что ты!.. Обижаться не на что. - А заметив, что Эрик даже удивился её ответу, объяснила: - У нас с Эмилем свадьбы как таковой и не было. Мы расписались, а потом сразу поехали ко мне домой - смотреть, какие комнаты нам выделили для проживания на первый случай. У меня не было даже платья для бракосочетания. Всем распоряжался отец, а он решил, что свадьба - не такой уж сильный повод для покупки новых нарядов. А ты...

Она оглядела себя - своё платье любимого цвета морской волны, с любовью оглядела своего мужа - в строгом сером костюме. И поцеловала его.

... Сейчас, в качестве не только новобрачных, но и хозяев вечера, они обходили гостей, и Лора тихо радовалась, что рядом с ней всегда будет такой поразительный человек, как Эрик. Что она знакома с таким интересным человеком, как старый пират Логан. Что отец теперь не властен над нею.

- А вообще хочется побыстрей убежать в свою комнату, - склонившись к её уху и слегка щекоча его, тихо сказал Эрик.

- А что нам мешает? - прошептала она, шаловливо заглядывая в его необычные сине-зелёные глаза, сейчас необычные ещё и тем, что она видела их тёплый оттенок.

- Думаешь - пройдёт? - с сомнением спросил он.

- Конечно. Я попрошу распорядителя вечера присмотреть за гостями - и нас никто не хватится. - Она и в самом деле на секундочку отошла от Эрика и вернулась. - Всё. Дело сделано. Можем убегать.

Они сделали ещё один торжественный круг по залу, в котором кто танцевал, кто беседовал, и исчезли, убедившись, что их ухода и в самом деле никто не заметит.

Разве что оглянулся Монти. Но уиверны чутки к изменениям в пространстве.

Разве что оглянулась Ингрид. Но эта диковатая девушка не в счёт - она умеет быть молчаливой в нужных случаях.

Разве что тренированные ребята Эрика как по команде опустили глаза, тихо улыбаясь...

А старый пират усмехнулся неожиданно мечтательно.

Конец истории.

Content

Джиллиан
Мотылёк

Часть первая

1

2

3

4

5

6

7

8

9

Вторая часть

10

11

12

13

14

15

16

17

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

18

19

20

21

22

23 ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ