Екатерина Верхова

История чаровницы о магии, любви и королевских особах

Часть 1

Ученик никогда не превзойдет учителя, если видит в нем образец, а не соперника.

(с)Виссарион Белинский

Пасмурное утро. Дождь сообщал о своем присутствии тихим перестуком по карнизу. А я лежала в постели и думала, а на кой мне все это надо.

Я, Ланари Лис, экстерном и с отличием окончила академию боевых чар этим летом. Но вместо того, чтоб выдать мне диплом чаровника, весь преподавательский состав во главе с директором сообщили мне, что вместо обычной распределенной практики — в какой-нибудь глухой деревне или при дворе, я буду проходить практику в Академии, причем…тадааам…в должности преподавателя!

Возможно, это очень престижно и многие действительно мечтали бы получить такую должность, но мне нужно содержать и защищать младшую сестру. На срок моего обучения в Академии я отдала ее тете и отправляла на ее пропитание небольшую часть нашего наследства, поскольку вот уже десять лет, как мы с Мари остались сиротами. И именно поэтому я приняла тяжелое решение стать чаровником в боевой магии- человеком, у которого очень редко появляется семья, но при этом получающим кругленькую сумму… Наши родители тоже были чаровниками, но мать лечащим, а я пошла по стопам отца — стала боевым чаровником, специализирующимся на атакующих заклятиях. Десять лет назад, на последней войне, как ее называют сейчас — Страшная война, они трагически погибли защищая столицу от наших воинственных соседей, которые натравили на нас целые полчища нежити, посему им было присуждено звание герчара (прим. автора-героя чаровника) посмертно. Возможно, именно благодаря этой регалии меня и приняли в академию, ничего не потребовав за обучение. Директор когда-то неплохо общался с моим отцом. Я же, в ответ, постаралась досконально выучить то, что нам преподавали: до ночи засиживаясь в библиотеке, а в свободное время развивала магический потенциал.

Профессия боевого чаровника очень высоко оплачивается, а, исходя из того, что я была лучшей на курсе, я планировала проходить практику при королевском дворе, где давным-давно работал отец, подрабатывать, купить дом и жить там с сестрёнкой (благо, наследство родителей позволяло задуматься о серьезных покупках), но спасибо моим любимым преподавателям…Туда направили этого напыщенного и высокомерного индюка Кенaра.

Но факт фактом в том, что теперь я преподаватель с небольшой зарплатой, моя двенадцатилетняя сестра еще на год остается у тети, у которой, помимо нее, еще семеро по лавкам, и сегодня у нас собрание преподавателей, на котором решится, какие дисциплины мне преподавать…

Закончив самобичевание я встала с постели, умылась и одела красивую синюю преподавательскую мантию, которая была будто бы с чужого плеча, но это уже особенности моей фигуры, на которой нормально одежда смотрится лишь сшитая на заказ — достаточно широкие плечи и грудная клетка, узкая талия, не очень широкие бедра и длинные ноги. Я никогда не любила свою фигуру, которая, по моему мнению, была похожа на треугольник из которого торчат кости. А вот лицом довольна: пухлые губы, большие серые глаза и курносый нос. Не смотря на то, что я обладаю вполне милой внешностью и мне 20 лет, у меня никогда не было даже подобия отношений. Ни один парень даже не думал взглянуть на меня не как на друга или человека, у которого можно списать, а как на девушку. Может беда в моем характере? Или в том, что я все эти пять лет мало с кем общалась, проводя почти все свободное время в библиотеке?…

Раздался стук в дверь.

— Ланари, пора идти — это была моя любимая преподавательница по теории стазических фаер — боллов — таких штук, которые при соприкосновении с поверхностью делают большой бабах, а представляют они собой небольшой жесткий шар, бурлящий магией. Милатриса Кантербель- женщина, которой уже глубоко за сотню, но при этом больше пятидесяти я бы ей никогда не дала, во многом, благодаря ее неунывающему характеру и жизнерадостности.

— Секунду, профессор- я последний раз глянула в зеркало, пригладила непослушные каштановые волосы, спрятала крупную седую прядь, появившуюся после смерти родителей, в пучок и направилась за любимой преподавательницей.

Мы направились в сторону кабинета директора, в котором прямо перед началом учебного года собирались преподаватели и готовили план по обучению нас — студентов. Еще никогда до этого я не заходила в этот кабинет почти как равная остальным преподавателям. Все это очень непривычно для меня, да и судя по лицам остальных присутствующих- им тоже. Что ж, сами решили, что моя практика должна происходить в Академии.

— Присаживайся, Ланари- сказал мне наш директор, Нарлан Пач, мужчина лет сорока с хвостиком, что для чаровника фактически подростковый возраст, при этом в магическом плане любому из присутствующих до него пилить и пилить, да и в своих управленческих решениях он никогда не ошибался. Ну…если только с назначением моей практики. В общем, мастер Пач (а именно так обращались к нему студенты) был директором от бога. Тем не менее, он продолжил:

— Мы понимаем, что для тебя это все ново, но привыкай. На весь по следующий год, ты почти полноправный преподаватель. А если хорошо себя проявишь, и у тебя появится желание, сможешь остаться здесь на постоянной основе.

Ну уж нет… Совсем меня не привлекает преподавание, как бы сильно я не любила свою профессию. Я хочу стать достойной своим родным, достичь успехов на боевом поприще, чтоб на меня смотрели жители Aанарила и восхищались, точно так же, как когда-то моим отцом.

— Студентка Лис — сказала профессор Кантербель — мы решили, какой предмет вы будете преподавать. Ваша тема дипломной работы «боевые чары во время Страшной войны». Пожалуй именно это дисциплину вы и будете преподавать студентам. Разумеется, без запрещенных чар, которые вы уже наверняка умудрились найти, скорее в рамках истории…

Я мысленно застонала, ведь я понимала, что это значит что…

— Мы понимаем, что тебе будет тяжело преподавать среди практически своих ровесников — спокойно произнес мастер Пач, — Но, если ты справишься, то это лишний раз докажет, что мы в тебе не ошиблись.

Я вздохнула, а выбора то и нет. С преподавателями лучше не спорить, иначе плакал мой диплом, который мне ой как нууужен. Вся проблема в том, что я поступила в академию в 15 лет, когда остальные поступили в 18,то есть я всегда была младше моих одногруппников. А ту дисциплину, которую я буду преподавать, можно читать только на последних двух курсах, то есть мои студенты будут на год или два меня старше… Вот это задачка… Может наплевать на диплом?… Хотя нет, зря я что ли 5 лет училась не покладая рук и мозгов своих?…

Ладно, будем разбираться с проблемами по их поступлению…

— Когда я могу ознакомиться с расписанием? — поинтересовалась я.

— Cегодня пришлю вам вестника, — произнес директор, в чьих глазах я увидела удовлетворение.

— Благодарю. Могу я идти?

— Лана, ты бы хоть улыбнулась. Тут такая честь, а ты рожи недовольные корчишь! — услышала я голос молоденькой преподавательницы по скучнейшему предмету история моделирования низшей нежити. Наверное, эта единственная преподавательница, которую я очень не любила за ее вредность и мстительность. Как-то раз, еще на первом курсе, я НУ АБСОЛЮТНО СЛУЧАЙНО, вот честно-честно, пролила на ее новую пару обуви реактив собственного производства. Лишь благодаря тому, что рядом оказался директор, получилось избежать взрыв и спасти ноги Присцилы, а вот ее любимую белую пару туфель из кожи дракона сохранить не удалось. А вот нечего живодерничеством заниматься! Драконы и так вымирающий вид…

— Ничего я не корчу — начала заводиться я, в этом весь мой характер, то спокойная, как удав, то превращаюсь в тигрицу, защищающую своих детенышей. В роли тигрят, как правило, выступает чувство собственного достоинства. Но пока нужно проглотить недовольство. Очень не хочется расстраивать директора и начать качать права. Улыбнусь и пойду дальше. Готовить программу к занятиям…

— Я бы хотел, чтоб ты задержалась и поприсутствовала на обсуждении — мягко произнес мастер Пач.

— Да, директор.

— Ты будешь вести четыре группы. Свою специальность — боевых чаровников, чаровников — лекарей, поскольку они должны изучить последствия подобных заклятий. Чаровников — практиков, им необходимо понять принцип работы таких чар, чтоб создавать амулеты и прочие щиты и чаровники — некроманты, который помимо прочего специализируются на простейшей нежити.

Мои бывшие преподаватели обсуждали самые разные моменты, касающиеся дисциплины и самого обучения в целом. Узнать обо всем, как говорится «изнутри» было очень интересно, а в некоторых вопросах еще и поучаствовать. Закончили мы ближе к ночи, а завтра начинаются занятия…

* * *

Я стояла перед дверью в аудиторию и подавляла желание сбежать. За те 5 лет, что я проучилась в Академии — общалась и замечала преимущественно мою группу, поэтому студенты, которых мне выдалась возможность обучать, мне не знакомы. Но это не значит, что они не знают меня, не слышали шуточек про возраст, не видели, как я, наплевав на всех, круглые сутки училась. Моя первая задача — вызвать их уважение. Подготовилась я тщательно, разработала методику, нашла свитки в библиотеке, которые могут показать все наглядно. Черт возьми, даже накрасилась, чтоб казаться старше!

Первое занятие я провожу у чаровников — лекарей. По данным, полученным от преподавателей — спокойная группа, немного флегматичная, но при этом жадная до знаний — думаю, мы сойдемся. Пора! Пусть великий бог удачи — Канис уберегает меня от ошибок.

— Доброе утро! — поздоровалась я со студентами, которые удивленно на меня взирали из-за каменных академических столов, — Меня зовут Ланари Лис, я буду преподавать вам дисциплину «Боевые чары, используемые во время Страшной войны». Вопросы?

— А мы будем изучать запрещенные чары?

— А как к теб…к вам обращаться?

— А сколько тебе лет?

Такс, а вот эту очаровательную брюнеточку с ехидным голосом я запомню.

— Обращаться ко мне практик Лис. Запрещенные заклинания запретил изучать директор, но я никогда не откажу в вопросах. А последний вопрос я, пожалуй, проигнорирую, поскольку он никакого отношения к дисциплине не имеет.

Ребята скептично на меня посмотрели.

— Вы будущие чаровники, я преподаватель, от которого зависит ваша оценка на зачете. Но, поверьте, я с удовольствием поделюсь с вами теми знаниями, которые по крупице собирала самостоятельно, которые могут нам пригодится при защите наших домов, семей. Я прекрасно понимаю ваш скепсис, который можно выразить одной фразой: «Чему может нас научить эта девушка», но поверьте… — мой голос немного дрогнул, тяжело без подготовки с абсолютно незнакомыми людьми, — Если вы будете с уважением относиться ко мне, то я расскажу вам про войну именно с магического ракурса. Вопросы.

— Что вы делаете сегодня вечером? — С задней парты раздались смешки.

Черт, меня тут совсем не воспринимают всерьез. Ну что ж, ребятки. В нашей Академии нет запрета на магические наказания.

Я сплела небольшое заклятие и отправила магический пузырь в сторону шутника. Теперь, вместо смешков раздалось приглушенное мычание, а потом хрип.

— Дорогой, предлагаю тебе заткнуться, иначе ты задохнешься, — я и сама не успела заметить, как разозлилась, видимо, сказывается нервное напряжение, — Итак, дорогие студенты. Безвоздушный пузырь класса Е. Свойства — чем больше человек разговаривает, пытается кричать, тем меньше у него остается воздуха и пузырь сжимается. Во время войны использовался для нейтрализации врага с последующим допросом, поскольку пузырь не убивает, а полностью блокирует дееспособность соперника. Создатель Корнелиус Фам. Если немного изменить векторы, то вместо нейтрализации воздуха — сжигания, если ударится в точные науки, происходит наполнение сонным газом, либо, так называемым газом правды. Ваша задача, как лекарей — нейтрализовать последствия. В принципе, таким пузырем и убить можно, но мы же не хотим, чтоб обучающийся сильно пострадал.

Нерадивый студент внимательно слушал все то, что я говорила его одногруппникам, которые, в свою очередь стали прощупывать пузырь магическим взглядом. В их глазах я наконец увидела интерес.

— То есть по сути, подобные пузыри достаточно безобидны? — спросила та самая брюнетка, стремящаяся узнать мой возраст.

— Назовитесь, студентка — надо постепенно знакомится с обучающимися.

— Нана Карп, практик Лис.

— Студентка Карп, представляете, какие сведения могут открыться врагу, если «нашего» хорошенько накачать газом правды. Ваша задача нейтрализовать яд, если подмога подоспела вовремя. Либо… — мне в голову пришла идея, я даже слегка хлопнула в ладоши от мысли, так неожиданно пришедшей мне в голову — А что вы скажите на то, если заранее придумать антидот широкого действия. Как раз ваш профиль…

Из шара начали раздаваться хрипы и он начал сужаться. Я заставила шар исчезнуть.

— Ну что же вы, студент…Эээ… Назовитесь — уже почти успокоившись спросила я.

— Наркель Барц — потирая горло специальными пассами, восстанавливающими дыхание, протянул он.

— Студент Барц, из вас вышел отличный практический материал.

— Практик Лис, мне в голову пришла идея антидота. Даже не антидота, а… — с загоревшимися глазами произнес студент. Ну точно мои люди, так стремящиеся к новым знаниям и открытиям…

— Слушаю…

— А если внутри пузыря по этим же векторам формировать новый пузырь? При этом враг будет думать, что он одержал победу, а «наши» смогли бы ввести соперника в заблуждение.

— Слишком энергозатратно для одного чаровника. А остальные в отряде не обладают и минимальным магическим потенциалом — на секунду задумавшись, ответила я — но ваша идея хороша для чаровничей разведки. Именно эта идея была использована Марниусом Тихим на третий год Страшной войны. Благодаря этому нам удалось избежать колоссальных потерь.

Я оглядела аудиторию и призадумалась. Что — то не так. Не в той стезе мы работаем…

— Вы сейчас стали думать, как маги — практики. Но вы лекари, ваша задача в другом, придумать антидот от порошка правды и сонного газа, при воздействии через этот пузырь. Это помогло бы больше.

— Но, наверняка, ответ уже придуман… — с сомнением протянула студентка Карп.

— Разумеется, придуман. Вам всего лишь надо учесть вектора пузыря класса Е. Это будет вашим домашним заданием. Могу открыть вам небольшой секрет. Ответ на эту задачу можно усовершенствовать… Именно потому что пузыри класса Е уже давно разобраны и нами и сторонними государствами, после Страшной войны их никто не использует. Это вроде как низшая форма пузырей в принципе. А вот пузырь класса D — я оглядела аудиторию, некоторые как — то странно напряглись, но не изверг же я, без повода нападать не буду… — Еще практический материал найдется?

— А вы можете без наглядного примера? — задумался Барц.

— На живом человеке удобней объяснять, как работать с векторами. Готовы предложить свою кандидатуру? — ну конечно, я то знала, что с ним ничего страшного не случиться, класс пузыря не тот, да и я в любом случае смягчу последствия. Просто я не понаслышке понимала, как тяжело изучать подобный материал по книгам- тяжело усваивается. — студент Барц? Я сделаю так, чтоб вы на собственной шкуре… эмм, коже, прочувствовали все вектора и хорошенько запомнили материал.

— Я насколько понимаю, пузырь этого класса лишит меня сознания? — спросил Барц — А мои коллеги должны будут понять, в чем подвох.

— Вы уже сталкивались с подобным? — удивленно спросила я. Все же то, что я им рассказывала, находилось в закрытом доступе, мне во всем разобраться помогли записи матери.

— Мне дед, что-то подобное рассказывал… Но я не очень понял…

— Именно поэтому мне и нужен подопытный…эмм, желающий.

— Давайте — вздохнул Барц.

Как оказалось, не только его и меня захватили исследования. Над бессознательным телом студента склонились все его одногруппники и начали прощупывать вектора, выдвигая самые различные идеи.

— Паралич? — спросила тихая девушка с большими черными глазами.

— Мимо.

— Стазис клеток головного мозга? — с сомнением уточнил парень, который вместе с Барцем подхихикивал в начале занятия.

— Мимо.

— Фиксация нервных окончаний?…

— Так, близко. Посредством чего?

Аудитория замолчала.

— Вам необходимо прощупать векторы. Ведь если вывести человека из подобной «комы» не правильно, то он останется инвалидом. Думайте!

— Протезные чары? — робко уточнила та девушка с большими черными глазами.

— Назовитесь, студентка — позволила себе улыбку я

— Хари Мар.

— Вы правы, умеете снимать подобные чары?

— Нас этому учили на первом курсе.

— Вперед. Действуйте. Студенты, кто мне расскажет, почему для пузыря такого класса используются такие элементарные чары?

— Протезные чары — чары, которые обычно используют при долгом и болезненном лечении. Тело полностью деревенеет, человек ничего не чувствует, при этом, как само собой разумеющееся тело не двигается и не может никак противостоять до 24х часов. Поскольку именно такой срок действия у этих чар без вмешательства лекаря…

— Вопрос в другом. Я не дура, чтоб спрашивать у лекарей их профильные вопросы на последнем курсе. Я уверена, что теорию вы знаете на отлично — произнесла я, как только Карп с сомнением замолчала, — Повторю. Почему именно эти чары?

В этот момент очнулся Барц. А я выполнила свое обещание и вернула его телу память, поэтому все, о чем мы говорили и все вектора, которые были направлены на его тело, он осознал в один момент. От его реакции вздрогнула даже я, потому что он с огромным энтузиазмом закричал:

— Эврика! Я понял!

— Чуть тише, студент. Чары немоты проходили и на лекарском профиле, хотите опробовать их в каком-нибудь новом для вас качестве? — засмеялась я, некоторые студенты тоже заулыбались. Кажется, стена отчуждения разбита, — Итак, ваша идея?

— Протезные чары трудней всего ощутить в магическом плане, а если произойдет неправильное вмешательство лекарей — парализованному будет тяжелей помочь.

— Верно, студент. Садитесь все на свои места — я подождала пока студенты рассядутся, — Именно в такие моменты вы должны понимать, насколько важны чаровники лекари, насколько дорого ваша ошибка может обойтись пострадавшему, насколько вы не имеете права на ошибку при лечении чар, наложенных искусным чаровником боевиком. Я думаю, что вам много раз это говорили, но я лишний раз хотела бы это подчеркнуть и показать воочию…

— Практик Лис, а почему вы так хорошо разбираетесь в лекарстве, ведь ваш профиль чаровник — боевик, — спросил Барц.

— Ну… тут несколько факторов. Первый — мне всегда было интересно изучать одинаковые воздействия с точки зрения разных профилей, а во — вторых, моя мама была лекарем.

Раздался колокол, обозначающий окончание занятия.

— Все свободны, встретимся через 3 дня. И не забудьте про домашнее задание.

Студенты со мной попрощались, пожелали удачного вечера. Некоторые поблагодарили за урок. Как только последний студент вышел за порог я села за стул и облегченно вздохнула. Что ж, первое занятие пройдено успешно, я бы даже сказала, что сама получила не малое удовольствие. Эти ребята — очень не глупые и я искренне восхитилась, как быстро они сообразили. Мне в свое время потребовалось больше времени и усилий.

Все же чаровничество по части лекарства и боёв мне очень неплохо давались, и я очень хорошо разбиралась в этом профиле. Во многом благодаря наследству, оставленному нам с сестрой нашими родителями — огромное количество разных свитков, тетрадочек и книг, заботливо собираемыми на протяжении всей их жизни. На полях всегда были приписаны расшифровки и доработки, поэтому даже после их смерти, благодаря их записям я будто бы общалась с ними. Помимо записей нам с сестрой был оставлен в наследство небольшой домик недалеко от столицы, но из-за того, что мне нужно было обеспечивать сестру и себя и не было никакой возможности ухаживать за жильем — домик, даже домище, мы продали. А спустя несколько лет я ушла учиться в Академию, договорившись с тетей о том, что Мари останется с ней, а я буду высылать им деньги, на ее проживание.

С практиками и некромантами будет сложней, потому что их профиль я изучала самостоятельно. И если с чаровничеством практиков я разбиралась достаточно не плохо, то с некромантами я немного плавала.

Мне все просто давалась, потому что я хорошо помнила слова отца: «Магия — это искусство. Твори то, на что хватит фантазии, но не забывай, что логика — это неотъемлемая часть искусства».

— Заучка Лана! — черт, только не этот голос. Что он тут забыл?! Кенaр Босн — человек, донимающий меня своими язвительными шуточками на протяжении пяти лет, человек, от чьих выходок меня бросало в дрожь от злости, человек, которого распределили проходить практику при королевском дворе…

— Кенaр, что ты тут забыл?… Надоело подтирать сопельки аристократам при дворе?… — сделала вид, что абсолютно расслаблена и допустила ехидную улыбку. Надеялась, что судьба больше не будет сталкивать меня с этим человекам, хотя бы на время практики, но видимо бог удачи — Канис решил, что хватит с меня на сегодня его милости…

— Лана, подтирать сопельки, как ты выразилась, аристократам при дворе вожделела ты — он присел на мой преподавательский стол — а теперь подтираешь сопельки студентикам… Злодейка судьба…

Я пустила по своему столу небольшой заряд тока, направив прямо на пятую точку, так нагло пристроившуюся на казенном имуществе. Надо отдать Кенару должное, он вздрогнул лишь на миг, а потом нейтрализовал простейшие чары первого порядка — распределение тока.

— Ммм, а при дворе тебя быстро научили нейтрализовать чары первого порядка. Кажется, ты на протяжении всей учебы велся на эту безобидную шутку… — протянула я.

— Мой разум просто затмевала твоя реакция на «заучку Лану». Студентики научили тебя терпению?

— Просто повторяешься, уже не интересно…

— Оправдывайся, оправдывайся… Как тебе суровые преподавательские будни?

— Специально прибыл для того, чтоб поинтересоваться, как у меня дела. Всегда знала, что ты ко мне не ровно дышишь! — допустив в голос побольше яда, сказала моя разозленная персона.

— Ты себя в зеркало видела? Ни рожи, ни кожи — только глаза торчат! — по голосу заметно, что Кенар тоже разозлился.

— Всегда знала, что у тебя плохой вкус!

— Можешь не метать из глаз молнии, от них я тоже умею ставить блоки…

— Тоже при дворе научили?

— Ланари, вот что ты за человек такой?!

— Искренне не понимаю о чем ты — я встала из-за стола и направилась в коридор. Надеюсь этот Кенар отвянет. У меня сегодня еще занятие с некромантами, а перед ними лучше не падать в грязь лицом.

Но вопреки моим ожиданиям Кенар направился следом и продолжил меня донимать. Вот шандарахнуть бы моим личным изобретением — навозной бомбочкой, но я хотела приберечь это на вручение диплома…

— Лана, а что это ты накрасилась? К встрече со мной готовилась?

— Если б знала, что ты приедешь — подготовила бы сюрприз посерьезней.

— Вообще — то сегодня большинство наших приезжает, на промежуточный отчет, — блин, точно. Это я всегда на виду, а остальным моим одногруппникам нужно приезжать, фиксировать магический потенциал, отчитываться о проделанной работе и прочее, прочее, — Но ты, видимо, со своими студентиками все на свете позабыла!

— Студент Босн, практик Лис, ко мне в кабинет — спокойно сказал директор, который буквально за мгновение до этого вышел из-за угла.

— Да, мастер.

— Здравствуйте мастер Пач — тон Кенара сразу стал серьезным.

Мы проследовали за директором прямиком в святая святых нашей Академии. Мастер Пач сразу сел за стол и рукой махнул, чтобы мы присаживались напротив. Мы с Кенаром переглянулись, все же интересно — что директору потребовалось.

— Кенар, я просил по приезду сразу ко мне! — пристально посмотрел он на моего бывшего одногруппника.

— Простите директор, мне стало интересно, как поживает моя одногруппница — сделал честные-честные глаза Кенар.

— Мне от твоего «интересно» на протяжении двух лет, как она поступила сюда — приходилось ее успокаивать!

Кенар с любопытством посмотрел на меня. Вот директор, вот удружииил! Действительно было дело. Как только я поступила сюда — Кенар меня пару раз доводил до слез, которые я тщательно скрывала за маской ехидства и безразличия. А потом я как-то переросла тот возраст, когда любая безобидная шутка достаточно сильно задевала, научилась противостоять. Иногда подобные баталии даже приносили удовольствие. А до этого директор один раз заметил, как после таких перепалок я крушу деревья в лесу Академии и реву, и приводил меня в этот самый кабинет и давал успокаивающего настоя, рассказывал мне разные забавные истории. И только когда я полностью успокаивалась — отпускал меня в комнату. Но зачем же о таких моментах рассказывать Кенару?!

— Кенар, тебе стоит пройти тест на магический потенциал и совместимость, потом напечатаешь письменный отчет. Свободен.

Кенар вышел из кабинета с очень озадаченным лицом. Еще бы — тест на магическую совместимость — это тест на того мага, с которым ты сможешь работать в связке и фактически удвоить свой магический потенциал. Общий же потенциал — это едва ли не удесятерит. Решает все специальная магическая система, в которой большая база чаровников разного уровня. Обычно подобный тест проходится по окончанию Академии, но видимо на этом курсе решили не ждать окончания практики, потому что подобный тест я прошла уже несколько недель назад. Система пока не выдала ответ. Но это нормально — иногда приходится годами ждать «идеального напарника» и знака Дара.

— Лана, я хотел с тобой поговорить — произнес директор, устало откидываясь на свое кресло.

— Мастер Пач, я не знала, что вы сплетница… — обидчиво протянула я. При посторонних я, разумеется, не могла себе подобного позволить, но как уже говорилось ранее, он неплохо общался с моим отцом и очень помогал после трагедии, поэтому наши неформальные отношения были скорее дружескими. Он был мне как добрый дядюшка, который всегда поможет и утешит советом.

— Кенару следовало бы знать, что ты девушка, а не жертва словесных махинаций, иногда даже не только словесных. Я неплохо разбираюсь в мужской логике — это пойдет ему на пользу. А ты всегда сможешь доказать ему, что он меня не правильно понял… При необходимости.

— О чем вы хотели поговорить? — если я и обижалась на Нарлана Пача, то не так сильно, как следовало бы.

— Как поживает Мари?

— Сестренка соскучилась. Но пишет, что у нее все хорошо… — с грустью ответила я.

— Не хочешь ее забрать сюда? — удивил меня директор своим вопросом.

— Но в Академию же нельзя посторонних…

— Ты сейчас в должности преподавателя, у тебя теперь привилегий больше. Но при этом, я не говорю про то, что она будет жить в Академии. От нас уходит профессор Дранг, он оставляет свой домик Академии, ты могла бы туда заселиться с сестрой…

Эмоции пришли мгновенно. Мне хотелось визжать от счастья, моя сестренка теперь сможет быть со мной! В порыве чувств я едва не обняла директора.

— Ключи отдам тебе через неделю, когда она приедет. Я уже написал письмо и отправил карету, чтоб ее забрали.

— Спасибо! У меня просто нет слов… Спасибо огромное!

— Иди. Мне нужно работать.

Я выскочила в коридор и направилась в столовую, через час занятие с некромантами. Нужно подкрепиться.

Уже когда я подошла, я опять услышала этот надменный голос.

— О, быстро ты.

— Кенар, у меня слишком хорошее настроение для того, чтоб ругаться! — весело ответила я и пошла брать еду. В столовой уже собрались студенты. За дальним столом сидели лекари, которые весело помахали мне рукой.

— Такая счастливая, потому что директор одарил тебя своим вниманием? — зло выплюнул Кенар.

— О чем ты? — беззаботно спросила я, выбирая между булочкой с маком и рожком с корицей.

— Ну как же… Все знают, что ты директорская любимица, все видят, как он на тебя смотрит… Признавайся Лана, ты с ним спишь?

В следующий момент я поступила совсем не как чаровница, не как взрослый человек, но как женщина. Я залепила ему звонкую пощечину. Как ни странно, он абсолютно спокойно отреагировал и даже мимолетно улыбнулся. Совсем я не понимаю мужчин!

— Еще одно подобное высказывание и я вызову тебя на магическую дуэль! — прошипела я.

— Практик Лис, с вами все хорошо? — к нам подошел тот самый практический материал — Наркель Барц.

— Да, Наркель. Все хорошо!

Я развернулась и вышла из столовой прямиком в лес. Крушить деревья. Надо успокоиться перед занятием с некромантами.

Я уже второй раз за день стояла перед входом в аудиторию, в которой мне уже второй раз за день нужно провести занятие. Итак, некроманты. По словам преподавателей группа тяжелая, надо очень постараться, чтоб их заинтересовать.

— Здравствуйте, уважаемые студенты. Мне зовут Ланари Лис, вы можете обращаться ко мне практик Лис — я осмотрела класс. Колоритненько: половина абсолютно безразличны, половина взирают с усмешкой. — Я буду преподавать вам дисциплину «Боевые чары во время Страшной войны». Вопросы?

Вопросов нет? Странно. Тишина… Работать действительно будет тяжело, я не могу понять, что они хотят… Что ж, попробую так…

— Всем прекрасно известно, что во время Страшной войны привлекалось огромное количество разного класса нежити. Как это делалось?

— Обычное заклятие повиновения — произнесла девушка, сидящая за первой партой.

— С низшей нежитью — да. А что делать с нежитью, которая умеет мыслить?

— Ну людей то что-то заставляло воевать — с сомнением протянул парень, как капля воды похожий на ту девушку. Похоже близнецы.

— Да. Семьи, патриотизм… Но что может заставить воевать высшую нежить. Как известно, к каждому из них нужен подход, а большинство заклинания попросту отскакивает от них. Что за чары могут заставить высшую нежить самозабвенно воевать?

— Широкоизвестных и долгосрочных нет…Есть заклинание Парликия второго, но оно действует не больше часа и если просто поиграть с векторами дольше оно действовать не будет.

Молодец. Умная девочка. Но я уже была готова к такому ответу. То, что я им сейчас собиралась рассказать — действительно нет в широком доступе. В документах отца я нашла одно единственную книгу по некромантии, но такую, что с начала меня жуть взяла.

— Есть одни чары… — начала рассказывать я, с удовлетворением замечая, что безразличие и ехидство сменилось на интерес.

Я чертила вектора, объясняла нюансы, а ребятки — некребятки записывали, радуя меня своей заинтересованностью… Когда я закончила объяснять и только перевела дыхание.

— Я все равно не понимаю… — растеряно произнесла Нара — девушка за первой партой — как влияет вектор ХТ на общий вид, судя по рисунку он просто болтается.

— Да… С лекарями проще найти практический материал, чтоб наглядней показать — проборматала я. — Тогда так, ваша задача найти скучающую высшую нежить. Но, прошу, не агрессивно настроенную — русалку там, водяного. И на следующем занятии будем векторить.

— Но русалки и водяные не наш уровень — с уверенностью заявил брат Нары — Кнад — все же мы некроманты, специализируемся на умертвиях и демонах…

— Но если вы найдете какого-нибудь развитого зомби, чёрта или демона, агрессивно настроен будет уже директор. А принцип работы тот же…

Зазвенел колокол и я отправила задумавшихся некромантиков на следующее занятие. Второй этап пройден. Завтра практики и боевики, а потом целый день выходной… Надо будет сходить в библиотеку и на ярмарку, приезжает сестра, нужно закупить продукты… Ведь мы будем жить отдельно! Ура!

А что сейчас? Я так привыкла, что во время обучения у меня был заполнен занятиями весь день, а сейчас?… Что ж, пойду в любимую библиотеку, посмотрю общую теорий чар практиков…

В читальном зале сидело от силы студента три. Еще бы, начало учебного года, тут либо провинившиеся, либо те, у кого сегодня особо зверствовали преподаватели. Я подошла к стойке и попросила у сухонькой старушки библиотекарши общую теорию.

— О, Ланочка. Уже здесь. Может чайку? — улыбнулась мне она.

— Спасибо, Карнолита, не очень хочется…

— Сейчас принесу книжку, дорогая. Только твой любимый столик у фикуса уже занят…

Да обратила я уже внимание. Может воспользоваться привилегиями преподавателя и подвинуть этого студента? Не думаю, что это будет очень нагло. Все же тот закуток мне очень подходил и в нем как-то спокойно. От остальных чуть-чуть скрывает большой фикус, а за ним чувствуешь себя, как за стенкой и не замечаешь окружающих.

— Держи книжку, Ланочка. — дала мне огромный том библиотекарша. А я уверено направилась в сторону своего любимого фикуса.

— Студент…эээ… Барц? — не ожидала его сейчас тут увидеть. У лекарей вроде сейчас самоподготовка, которую они должны проводить в медицинском пункте… Но когда он поднял голову, я удивилась еще больше, под его глазом разместился огромный такой уже фиолетовы фингал — Барц, что у вас с лицом, ты же лекарь!

— Упал — как-то растерянно произнес он.

— А лестница скрасила удар векторами?… — было видно, что в удар кто-то вложил слоновью долю чар. Если не понять что за чары, то год Наркелю ходить с подобным украшением. Я положила книгу на стол и присела. — Кто тебя так?

— Слишком предприимчивая лестница — улыбнулся Барц. А он милый, высокий, светловолосый и достаточно крупный. Идеальный боевик и по мышлению и по физическим параметрам, что его потянуло на лекарство, — Но я никак не могу понять, что за чары…

— Помочь? — сочувствующе спросила я.

— Нуу… — замялся он.

— Сейчас глянем, не шевелись…

Я начала медленно магически прощупывать направленность векторов. Очень странно и не понятно. Они как-то не так текут, не как при ударе. На просроченное проклятие не похоже, слишком коротки направления, на чары стазиса тоже… Да что ж это такое?

— Наклонись.

Наркель послушно выполнил требуемое, а я начала прощупывать руками края фингала, так острей ощущались вектора. На секунду руку пронзила боль, от неожиданности, я зашипела. Что ж, поняла я, что это за лестница такая предприимчивая и что это за чары. Причем моего собственного изобретения! Вот что они, спрашивается, не поделили?!

— За что он тебя так? — спросила у покрасневшего Барца я.

— Не сошлись в характере — буркнул он.

— Рассказываю. Тебе очень повезло, потому что эти чары мое личное изобретение. Но снять можешь лишь ты… — я достала из сумки пергамент и начертила ему направления. — Действуй, я буду на подхвате.

Он минут за пять избавился от фингала. Очень мастерски, очень чисто работает с векторами, я думаю, что из него выйдет толк. Наркель поблагодарил меня.

— А это чары действительно ваше изобретение?

— Ага, осталось только выяснить, как разобрался в направленностях Кенар. Помню, когда он очень сильно меня достал и этими чарами я вырастила ему небольшой зеленый рог. Он недели три с ним проходил, гордо отказываясь просить прощения…

— Хех, а я думал, что я попал, когда вы меня в пузырь засунули.

— Бывало и хлеще.

— Практик Лис, можно не скромный вопрос?

— Слушаю

— А как вы стали преподавателем?

— Это моя практика. Преподаватели решили, что у меня талант к преподаванию… — на самом деле, Ничего они не решали, но совсем не обязательно знать это студенту. Понятия не имею, какие цели они преследовали…

— Ну у вас действительно талант! — пылко ответил Барц — Ладно, мне пора, спасибо за помощь…

И убежал. Забавный парень. Ладно, читать…

* * *

Проснулась я рано утром, еще едва расцвело. Спать не хотелось вообще, и поэтому решила прогуляться по красивому академическому саду.

Птички пели, ветерок ласково трепал листочки на кустах и деревьях. Тишь да гладь — благодать. С собой я взяла книгу по древнему языку карни. Карни — это нация, которая жила давным-давно, именно они начали развивать этот мир в магическом плане и являлись когда-то самыми первыми и лучшими чаровниками. Сейчас, считается, осталось лишь одно небольшое поселение этих сверхсуществ, которые мало отличаются от людей внешне: немного выше, черты лица более смазливые, пальце на руках длиннее. У них есть еще одна особенность, они с самого рождения не стригут свои волосы, потому что считают, что все векторные потоки проходят именно через них, а не через руки, как принято считать в современном магическом обществе. За свою жизнь я видела лишь одного карни, при дворе…

— Практик Лис, доброе утро!

— Барц, ты что, меня преследуешь? — отвлеклась я от воспоминаний. Так таак, а мальчик то из женского общежития чапает. Как же смотрительница Нара не доглядела? Ведь она считается самой ярой моралисткой, наверно, во всем королевстве. Мальчиков на порог не то, чтоб не пускает, даже дышать им в сторону женского общежития не позволяет. Среди мужского населения нашей Академии даже ставки ставят, кто сможет противостоять Наре. Стоит ли говорить, что никому не удавалось? По крайней мере, если мои наблюдение касательно Барца оказались ошибочны.

— Нет, просто мимо проходил — как-то замялся студент.

— Мимо женского общежития? — сделала строгое лицо я, хотя на самом деле мне было смешно и интересно…

— Нууу… — Наркель покраснел до кончиков ушей — Вы не правильно поняли…

Я чуть не засмеялась, ей богу, я академию окончила буквально несколько месяцев назад, а этот студент, который еще и на год или два старше меня мнется, как маленький мальчик. Неужто я действительно внушаю такое уважение?

— Наркель. Идите. Через три часа начнутся занятия, а вам еще выспаться надо — решила проявить понимание я, а потом вспомнила, что вроде как преподаватель и должна следить за дисциплиной, но…

— Спасибо, Ланари — и убежал, вот засранец, мог бы и по правилам Академии обратится. Что ж, теперь я точно знаю, на ком буду показывать следующую тему у лекарей.

И вновь погрузилась в изучение языка Карни. Зачем? На самом деле, я планировала побывать в их поселении и полностью раскрыть свой магический потенциал. Разумеется, я понимала, что разрешение посетить их мне придется действительно ЗАСЛУЖИТЬ. Для этого мне сперва следует встать на ноги, обзавестись домиком, дождаться, пока сестра станет самостоятельней, для того, чтоб можно было на несколько месяцев оставить ее без присмотра. Но язык я начала изучать еще 3 года назад. Он был чертовски сложным, но частые занятия приносили свои плоды, и я уже неплохо знала разговорный карнийский. Почему я так туда стремилась? Что ж… Когда родители были живы, в столице состоялось празднество и мои родители, как первые чаровники королевства были приглашены. Именно тогда, на том празднике, я впервые и увидела представителя нации карни: высокий, кареглазый блондин, чьи волосы были почти до колен и заплетены в маленькие косички, именно из-за этих кос я приняла его за девушку сперва.

— Мама, мама, смотри, какие у тети длинные волосы — сообщила пятилетняя я, дергая маму за подол длинного платья.

— Ани, доченька, это мужчина — прошептала мама, сдерживая смех.

— Не правда! — топнула я ногой и вырвалась по направлению к «длинноволосой тете», пока мама еще даже ахнуть не успела. Да-да, когда-то я была очень избалованным ребенком.

— Извините пожалуйста — решила я хоть как-то изобразить нормы приличия и сделал умелый реверанс, а потом меня было уже не остановить. — А вы тетенька или дяденька?

К чести мужчины, он не стал истерить и говорить «Чей это несносный ребенок». Он присел передо мной на корточки и заглянул мне в глаза. Я до сих пор помню этот взгляд, пронизывающий насквозь, властный, но при этом добрый.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Ланари Лис, но мама с папой называют меня Ани… — улыбнулась я.

— А я Карнет Надинар — он взял меня за руку и поцеловал пальцы, в общем, поздоровался со мной, как со взрослой леди. Именно в тот момент я поняла, что передо мной мужчина, но мне почему-то совсем не было стыдно.

— Очень приятно! У вас очень длинные волосы, — я невинно потрогала их, на ощупь они были, как шелк — наверно тяжело за ними ухаживать? Мне мама запрещает их остричь и каждое утро приходится их расчесывать, а у вас они совсем длинные… Тяжело наверно…

— Это традиция моего народа, — улыбнулся мне Карнет.

— Ани, дочка… — подоспела мама, — Прошу прощения милорд, я проведу с ней воспитательную беседу.

— А вы, как я полагаю Манари Лис — он поприветствовал маму, как ранее меня, — Наслышан о ваших лекарских достижениях.

— Благодарю — скромно улыбнулась мама.

— Мама ты была права! — потупилась я — Это самый настоящий дяденька!

«Дяденька» засмеялся.

— Ланари, сколько тебе лет? — неожиданно спросил он, после чего мама как-то странно напряглась.

— Пять — гордо ответила я.

— Будешь моей невестой? — снова присел он на корточки передо мной.

— Неее, вы старый… — ответила я, а мама шумно выдохнула и взяла меня за руку.

— Ну вот… — наигранно расстроено произнес он.

— Прошу прощения, милорд, мы пойдем, — произнесла мама…

— Леди Лис — он галантно поклонился — когда вашей дочери исполнится 16, жду вас с супругом и с дочерью в Ланарэле.

— Благодарю за приглашение, — как- то убито произнесла мама.

Я все это помню, как сейчас. Именно эту странную встречу. Мне уже давно не 16, но я все равно хочу посетить Ланрэль, встретить того странного карни…

* * *

И вот уже третий раз я стою перед знакомой аудиторией и морально настраиваюсь на очередное занятие, которое мне предстоит провести у чаровников-боевиков. Моя специальность, которою я стремлюсь изучить вдоль и поперек. По крайней мере, те знания, которые дались мне в Академии, я выучила на отлично, но это лишь капля в море…

— Доброе утро, меня зовут Ланари Лис… — начала уже привычно я, оглядывая класс. Любопытно. Практически все смотрели на меня с интересом и каким-то уважением, то ли предыдущие группы уже успели рассказать, что я не строга, не особо требовательна и стараюсь интересно преподнести материал, то ли они меня знают, как лучшую выпускницу предыдущего года. Знакомых лиц много. Вон та девушка на задней парте три раза пересдавала травоведенье. А тот парень на первой парте любит заседать в библиотеке и интересуется историей королевского рода.

— Какие боевые чары, используемые на Страшной войне вы знаете? — что ж, прочувствуем почву.

— Пузырь мгновенной смерти.

— Заряд луча.

— Заклятие Бразиса.

— Стоп — я даже растерялась от интенсивности ответов. Заклятие Бразиса? Любопытненько, сколько закрытых книг по Страшной войне прочитал этот паренек на первой парте, чтоб разобраться с методикой этих чар — Что вы можете сказать про заклятие Бразиса.

— Оно свертывает кровь, заставляет гнить суставы и все это мгновенно… — ответил парень. Даже не смущается того, что я преподаватель? Заклятие Бразиса, вот черт, если мы начнем это разбирать, директор меня прибьет…

— Представьтесь, студент…

— Марак Ивко.

— Вы изучили это заклятие настолько подробно?

— Слишком мало информации в открытом доступе. Пытаюсь разобраться с векторами.

— Студент Марак, вы в курсе, что использование этих чар в мирное время карается смертной казнью? — решила уточнить я.

— Как и многие другие, — прямо ответил студент.

— И как вы изучаете направленность векторов?

— Так же, как и вы, — и взгляд леденящий душу, прямо в глаза. Как он узнал? Или это лишь предположение? — Теоретически.

На этом я облегченно выдохнула. Каюсь, в своем желании познать запретное, мне иногда приходилось нарушать закон. Ни в коем случае не на людях и, разумеется, не на животных, их даже жальче. Я создавала болванчиков, полностью моделирующих структуру человеческого тела, и применяла заклятия на них. Лишь в мирное время нашему королю принципиально важно, чтоб все чаровники использовали лишь простейшие чары, которые достаточно просто отразить, обладая достаточным уровнем подготовки. Но как только на королевство нападает очередной враг, люди гибнут из-за своей некомпетентности. Я искренне не понимаю, как наше королевство до сих пор держится на плаву, наверное, из-за того, что многие, как и я желают понять материал с практической точки зрения.

— Теоретически, я готова поделиться с вами той информацией, которую я знаю, — я приняла решение… Через три года договор о перемирии с соседним королевством иссякнет и опять начнется война, нам надо будет защитить себя, родных и близких. Как мы это сможем сделать, если мы изучаем пузыри класса Е и обычные боллы, которые легко отражаются? Они должны быть готовыми.

Тяжеловато будет применить знания без практики, но и на эшафот я тоже не стремлюсь попасть.

— Насколько я понимаю, будет лучше, если мы не станем распространяться о теме наших занятий? — хитро посмотрел на меня студент Марак.

— Этим вы существенно облегчите мне и себе жизнь. Но если из вас есть люди, отличающиеся особой болтливостью, то хочу подчеркнуть, закон будет соблюден. На практике мы это использовать не будем, — разочарованные вздохи и лишь несколько ухмылок, чувствую они то как раз будут, но где-то в ооочень в далеком и тихом местечке. — Начнем с общих векторов…

Группа, как по команде достали специальные пергаменты, на которых из-за разлиновки было удобней рисовать направленности, и приготовились внимать.

Что ж, боевики, как всегда, отличались особой усердностью. Настолько отличились, что вопросами замотали даже меня, ту, которая сама очень дотошно относилась к преподаваемому материалу. Мы провели за разбором все два часа занятия и весь обед. Лишь потом группа, поблагодарив за занятие, направилось на следующие. Я понимала их желание изучить этот материал. Редко, кто из преподавателей отваживались преподавать такие темы, а тех, кто решился, всегда слушали с особым усердием. Студенты не дураки, как принято думать, и они впитывают те знания, которые приобретались на практике — на войне. Они понимают, что ситуация в мире такова, что рано или поздно это пригодится…

— Лана. Ты пропустила обед, — опять Кенар, что ему снова от меня надо?

— Тот яд, которым ты сдобрил мою порцию куриного супа, канул в небытие?

— Что, я по твоему мнению настолько ужасен? — усмехнулся Кенар, в очередной раз усаживаясь на краешек преподавательского стола, — Там всего лишь были почесоточные черви.

Меня передернуло от отвращения. Почесоточные черви собираются с давно разложившегося трупа. Было у нас одно занятие, на котором мы занимались этим, весьма не аппетитным действом, после которого всю нашу группу объединило то, что мы вместе оставляли остатки завтрака в кустах. Кенар, насколько я помню, особо постарался, а его бледности могли бы позавидовать все дамы королевства, так стремящиеся выбелить свое лицо до состояния снега. Впрочем, я от него не далеко ушла, а может даже и перескочила — свое лицо я не видела. Но запах, разложившуюся плоть и копошащихся там длинных желтых червей я помнила долго.

Кенар немного понаслаждался отвращением на моем лице, а потом взглянул на доску и его глаза немного расширились, как я понимаю, от удивления.

— Что? Решила рассказать студентикам про запрещенные чары? Да ты рисковая…

— Сам- то давно перестал быть студентикам? — принялась защищаться я, параллельно стирая вектора с доски — К тому же, сугубо теорию. Закон не нарушен.

Я не стала говорить, что если нарушу закон, меня не повесят. Но это уже совсем другая история.

— А то ты не понимаешь, что они это все опробуют?

— По себе людей не судят, — неуверенно буркнула я.

Как оказалось, стерла я все очень вовремя, потому что зашел наш многоуважаемый директор.

— Ну конечно! Где еще искать нашего неуловимого Кенара — язвительно произнес он — Вы когда-нибудь от нее отлипните?

— Простите, мастер Пач, но сейчас свободное время… — кажется, наш Кенарик осмелел.

— Студент Босн, почему вы до сих пор не прошли тест на магическую совместимость? — грозно спросил директор.

— Ну директор, это же все простая формальность. Боевые пары формируются очень редко… — протянул Кенар — лишь двое из тысячи могут похвастаться идеальным боевым напарником… И то, последние лет десять…

— Кенар, — прорычал директор, — тебе напомнить правила Академии?…

— Прошу прощения, уже иду…

Мы остались с директором наедине.

— Не хочешь поведать, как проходят твои занятия? — спросил мастер Пач, присаживаясь на краешек учительского стола. Да что ж они все так стремятся водрузить свою пятую точку на мое рабочее место?

— Начитка разного материала с элементами практики, мастер.

— Многие преподаватели обращаются ко мне по имени. — неожиданно сказал директор — Постараться последовать их примеру.

— Но… — слегка опешила я от такого заявления.

— Ты меня услышала.

После чего он развернулся и вышел. Странное поведение. В аудиторию начали заходить чаровники — практики. И я сразу отложила размышления, рассматривая студентов. Отличительная черта чаровников этого типа — огромное количество разных цацек. Они весь во магически потенциал постепенно вмуровывают в разные артефакты, амулеты и прочее-прочее. Как чаровник — боевик я в этом вижу лишь недальновидность. Потому что одна цацка отвечает лишь за одни чары, а мало ли какие могут потребоваться? А из-за частого вливание магии в предмет — они постепенно истощают свой потенциал. Хотя с дрогой стороны, чаровники практики необходимы другим чаровникам, потому что во время боевых действий или просто каких-нибудь важных миссий своей магии нам не хватает и мы пользуемся амулетами.

— Здравствуйте — поздоровалась со мной высокая светловолосая девушка, зашедшая последней. — Меня зовут Кати Ларн. А вас?

Ого-го, а девушка то из очень знатного рода достаточно близкого к королю. При этом ни грамма высокомерия на лице, наоборот добродушье и открытость. Кажется, в детстве, я несколько раз ее видела при дворе.

— Ланари Лис, — улыбнулась я в ответ, — Буду преподавать у вас дисциплину, связанную с чарами, используемыми во время Страшной войны. Присаживайтесь. С вашей группой сегодня мы разберем амулеты — защитники от сильных заклятий.

— Простите пожалуйста, а как к вам обращаться — спросил брюнетистый паренек

— Практик Лис.

— Практик Лис, а вы делали когда-нибудь амулеты? — спросил он. Не в бровь, а в глаз, делала лишь пару раз и то, интереса ради.

— Чем обусловлен ваш вопрос? — нахмурилась я, ожидая абсолютно любой ответ от «а как вы нас учить будете» до «такие простые амулеты и в детском саду делают», но услышала другой.

— У вас очень большой магический потенциал.

— Кхе… — закашлялась я. Магический потенциал может почувствовать только носитель! — С чего вы взяли?

Паренек достал из кармана серебряный треугольник, окантованный каким — то голубым камнем.

— Этот амулет помогает видеть магический потенциал за счет смещенности векторов ровно в центр, благодаря этому образовывается пространственный континуум, который помогает видеть скрытые вектора…

Это же гениально! Еще никому до этого юноши не удавалось сделать что — то подобное. Куда наши преподаватели смотрят?

— Позвольте взглянуть… — протянула я руку.

Все именно так, как он объяснил и взяв амулет в руки, я начала видеть потенциал учащихся.

— Как тебя зовут? — спросила я, отдавая занятную вещицу.

— Нерд Кам.

— Нерд, почему ты до сих пор не запатентовал эту идею?

— Ну… — замялся он, — Я занимаюсь этим, потому что мне интересно.

— Но твое изобретение, в будущем, сможет повлиять на ход войны…

— Я как- то пока не думал об этом…

— Не буду давить, но подумайте, — улыбнулась я, — Что ж продолжим занятие.

Я начала рассказывать о известных чаровниках — практиках, о том, какой вклад они преподнесли в историю Страшной войны. Мы начали обсуждать, чем примечательны их изобретения, как вдруг мое запястье пронзила страшная боль. Я постаралась применить обезболивающее заклятие, но оно почему — то не сработало. Я зашипела от боли, а группа удивленно на меня смотрела. Первая сообразила Кати. Она сняла с пальца какое — то кольцо и произнесла несколько слов над ним, играя векторами. Потом подошла и надела на руку. Боль начала постепенно исчезать…

— Это снимет боль — взволновано произнесла она. — Я вас поздравляю!

С чем это она меня поздравляет?

— О чем ты? — после чего поднесла запястье к глазам и поняла, в чем проблема… Точнее даже не проблема, а огромная неожиданность. На моей руке был знак Дара: небольшой круг с дыркой посередине. Знак был похож на бублик и означал, что нашелся мой идеальный боевой напарник…

Вот черт… Или, вот счастье? Я даже не знаю, как на это реагировать…

— Вам наверное надо к директору? — подсказал Нерд, — Мы тихо досидим занятие, не беспокойтесь.

— Спасибо…

Я шла по коридору и не замечала никого и ничего. Меня что-то гложило, какой — то дурное предчувствие, что — то я упустила и о чем — то я буду жалеть. Секретарь Баланд встретил меня угрюмым взглядом и сказал, что директор сейчас занят, на него я тоже не обратила внимание и отбив чары леденения, которые заставили бы меня замереть минут на 10, вошла в директорский кабинет.

Нарлан Пач полулежал на диване и читал какие — то свитки. Впервые я видела директора в настолько неформальном виде: с расстегнутой мантией, из — за которой торчала рубашка, взъерошенные темные волосы и очень усталое лицо.

— Прошу прощения… — отвлекла его я.

— Ланари?… Как ты вошла?… — надо отдать ему должное, он даже позу не поменял, показывая что это я его отвлекла и прерывать занятие он не намерен. Только усталость сменилась заинтересованностью. — Чаю?…

— Ага… — я присела на соседнее кресло и дождалась, когда ко мне подлетит большая чашка с наивкуснейшим изумрудным чаем.

— Что — то случилось?

Я неожиданно для самой себя всхлипнула и показала ему запястье, на котором изображался знак Дара. Но вот его реакцию я совсем не могла предугадать. Директор мгновенно встал, опрокинув свитки и чай на пол, прощупал знак и очень грязно выругался. Что я, та, которая обучалась в группе, где из тридцати человек лишь три девушки, покраснела…

Странно, директор должен радоваться, что в его Академии организовалась пара, ведь магический потенциал подобного дуэта в десятки раз превосходит магический потенциал обычного чаровника.

— Своими же руками… — пробормотал он. — Была бы жива твоя мама, она бы меня прикончила…

— О чем вы…

— Мастер Пач! — в кабинет влетел Кенар, увидел нас, недобро зыркнул в мою сторону, оглядел директора и его «растрепанный» вид, подумал, зыркнул еще раз. — эээ… А что с секретарем?

Упс, кажется, в него отлетело его же заклятие, и он слегонца не может пошевелить ничем кроме глаз. Перемудрила я с векорами…

— Какого черта ты вломился в кабинет? — спросил директор, собирая свитки.

— Ну… это… — Кенар задрал рукав и продемонстрировал такой же знак, как и у меня

Тут уже грязно выругалась я. Настолько грязно, что цветок, стоявший на подоконнике немного подвял, покраснел уже директор, а Кенар с ужасом уставился на мое запястье, замечая знак.

— Это получается, что… — Кенар шумно сел на соседнее кресло, а директор застонал, пряча лицо в руки.

Следующие минут 15 мы молчали и мысленно грязно ругались, разглядывая знаки Дара друг друга. Как так вышло, что человек, который меня ненавидит и старается сделать гадость стал моей боевой парой, то есть человеком, по сути, ближе семьи — я не знаю. Он тоже. Первый в себя пришел директор, но ему по статусу положено.

— Может оно и к лучшему… — тихо пробормотал он, а потом уже погромче — То, что я вам сейчас расскажу, должно остаться между нами… Боевые пары уже не формировались около десяти лет, а после Страшной войны их осталось критически мало, так что вы, в некотором роде считаетесь униками. А так, как вы считаетесь руками королевства, для вас уже запланировано задание.

— А… — произнесли мы хором с Кенаром, недовольно переглянувшись.

— Не перебивать, — строго произнес мастер, — Ваша магическая сила на двоих сейчас намного выше, чем сила одного или десяти чаровника без связки. Ваш потенциал сейчас равен потенциалу карни…

Я шумно выдохнула… Кенар, кажется, сделал тоже самое…

— Поэтому… — продолжил директор — Вы направляетесь в их поселение и решаете некоторые вопросы, о которых сообщит вам король.

— Король?… — кажется, у меня начинает ехать крыша.

— Завтра вы направляетесь в столицу. Твои занятия отменю, практику засчитаю обоим.

— А… — начала я.

— О сестре позабочусь. То, что вам предстоит сделать очень важно для королевства. Настолько важно, что я вас отправлю телепортом.

Мдаа… Попала, так попала. Еще и этот телепорт, о которого будто кишки выкручивают…

— Когда выдвигаемся? — спросил Кенар.

— Завтра с утра. Кенар на выход, Ланари задержись.

— Вообще-то теперь я имею полное право присутствовать на приватных беседах, — неожиданно произнес бывший одногруппник.

— Вообще — то я директор этой Академии, а у тебя еще нет диплома, — ехидно ответил НарланПач.

— Понял, не дурак, — после чего вышел.

— Ты как Ланари?… — спросил директор, присаживаясь на диван напротив меня.

— Нормально,… Что с сестрой?… Как она тут теперь без меня?

— Не волнуйся. Она поживет у меня. У меня отличная домработница, именно она за ней присмотрит, поскольку я в Академии практически все время…

— Спасибо… Я могу идти?…

— Да… Иди… мне еще надо расколдовать секретаря.

Я шла по коридору и понимала, что слишком много мыслей, слишком много вопросов, но если сейчас буду это все выяснять, но голова будет пухнуть и взорвется. Ноги сами привели меня к воротам Академии, за которые я вышла и направилась в близлежащий город. Прогуляться и отвлечься. Если б я знала, чем все закончится, я бы заперлась в комнате и привязала бы себя цепями к кровати.

Мне было очень холодно, поскольку заснула я без одеяла. Пошарив рукой по кровати, я обнаружила, что справа от меня что-то очень теплое. Прижавшись, я невнятно пробормотала: «Тепло…Хорошо…» и только спустя минут 10 безмятежного сна в тепле, до меня дошло, что в моей постели не может быть ничего «большого и теплого»!

Резко вскочила, открыла глаза, поборола тошноту, сфокусировала зрение и поняла, что это крах. И самое главное, я ничего не помню! Вообще ничего! Подчистую.

Во — первых, я находилась в какой — то незнакомой комнате и на чужой кровати. Во-вторых, из одежды на мне была лишь мужская рубашка, в третьих, в голове будто шаром прокатили, не помню ничего. И в- четвертых, рядом со мной спал Кенар…

Мозг отчаянно советовал поступить по-женски и уйти, пока он не проснулся. Я решила не пренебрегать подобными советами и начала тихонько искать свои вещи. Мантия оказалась под кроватью, рубашка с юбкой на торшере, а лифчик на столе. Решив подумать об этом после я начала пробираться к выходу…

— Ну и куда ты собралась?… — раздалось за спиной, после чего меня примагнитили чарами, я опять оказалась на ложе.

— Да как ты?… — начала возмущаться моя обиженная персона.

— После того, что между нами было, имею право!

— И что между нами было? — затихла я.

— Ты что, ничего не помнишь? — подозрительно посмотрел на меня Кенар

— Последнее, что я помню, как я пришла в бар и выпила 5 стопок горейки… — поднапрягла память я.

— Слабенько…

— Кенар, что вчера было?

— Нууу… Продолжили мы пить вместе, ты уложила в армреслинг хозяина таверны, встретила своего студентика с лекарского, пожаловалась ему на жизнь, он проникся и сказал, что его плечо всегда к твоим услугам и тебе стоит только попросить. Потом мы гуляли и дошли до пруда, в котором мы искупались. Потом мы пришли ко мне… — тут Кенар усмехнулся, — Знаешь, не знал, что ты можешь быть такой горячей!

— Черт… Черт…Черт…

— Милая, я еще не самый худший вариант. Было бы хуже, если б ты проснулась с тем же хозяином таверны…

— Уж лучше с хозяином таверны и вообще заткнись!.. — я метнула в него подушкой.

— Дорогая, полегче, — отправил он мне ее в ответ, — Ты просто не помнишь этого хозяина таверны. Поверь, он абсолютно не в твоем вкусе…

Даже после рассказа Кенара в моей голове ничего не прояснилось. Никаких образов, воспоминаний — ничего…

— Слушай, ты же меня ненавидишь, какого черта провел со мной вечер?!..

— Попытался узнать поближе моего напарника… — спокойно ответил Кенар потягиваясь. Кстати, одеяло было у него…

— Достаточно близко узнал? — ехидно спросила я.

— О большем и мечтать не мог.

Кенар выбрался из под одеяла. Я еле успела отвести взгляд, поскольку он был полностью обнажен. При этом мой женский взор успел оценить хорошо сложенную фигуру. Действительно не самый плохой вариант, если б на протяжении всей учебы мы не были врагами и если б в данный момент он не являлся моей боевой парой.

— Ты помнишь, что нам сегодня к королю? — спросил Кенар натягивая рубашку.

— Черт…

В дверь раздался стук. Кенар, на ходу застегивая рубашку, направился к ней. Вошел директор.

— Кенар, я нигде не могу найти Ланари… — после чего он осекся, увидев меня возлежащую на кровати в весьма помятом виде. Как стыдно-то… — Какого черта?

— Сегодня я слишком часто слышу слово черт — пробурчал Кенар.

— Простите директор. — я вскочила и пошатнувшись упала обратно, ударившись головой о спинку кровати. — Твою мать…

— Ооо, «твою мать», хоть какое — то разнообразие… — кажется, Кенар наслаждался ситуацией.

— Ланари… Не ожидал — после чего директор развернулся и направился к выходу, — Через 10 минут в зале телепортации!

— Я пойду переоденусь. Не могу же я перед королем предстать в таком виде… — после чего, я пошатываясь направилась в сторону своей комнаты, пытаясь вспомнить заклинания анти-похмелья…

* * *

Королевский дворец, как всегда, сверкал дороговизной и роскошью. Голубые стены были окантованы красивой мозаикой, изображающей драконов и рыцарей. Казалось бы, как королевство, которое практически всегда воюет, может позволить себе такой не укрепленный дворец. Но все это иллюзия, в военное время, голубые стены с мозайкой преобразуются в каменные, хорошо закрепленные магией.

Я часто бывала тут в детстве, играла с принцами и принцессой, иногда общалась с королем и королевой. Мои родители действительно были первыми магами королевства, и не смотря на то, что у меня нет никакого титула, мне позволялось здесь делать все, что вздумается. Но после их смерти все изменилось. Мне пришлось заботиться не только о себе, но и о сестре. Король, конечно же, предлагал помощь, которой я изредка пользовалась. Он позволил нам с сестрой жить во дворце, пока я не поступила в Академию, после чего я поблагодарила короля Наринаса и королеву Лантиру, попрощалась с принцами и принцессой, с которыми мы умудрились крепко сдружится, отправила сестру к тетушке, живущей в небольшом городе на краю королевства и отправилась учиться, для того, чтоб не позорить имя моих знаменитых родителе, чьи имена стали забываться, по прошествии десяти лет.

Увидев этот замок вновь, на меня накатили воспоминания о счастливых днях, когда родители были живы, когда я была беззаботной и легкомысленной.

Дверь перед нами открыл старый дворецкий и, тепло улыбнувшись мне (видимо узнал), пригласил проследовать за ним.

Внутри замок ни сколько не изменился, все такие же длинные коридоры, все такие же огромные окна и красивые картины. Все такая же широкая лестница, по которой спускается королевская семья во время разных мероприятий.

Я услышала громкий стук каблучков по этой лестнице и отвлеклась от своих воспоминаний, поднимая взгляд. По лестнице быстро спускалась Ее Высочество принцесса Корнелия. Как же она повзрослела: ее лицо обрамляли светлые крупные кудри, фигура стала тоньше и намного длинней. Красивая…

— Ани…Ани, ты вернулась, почему ты не писала, я так соскучилась! — она подбежала, и крепко обняла меня. Помнит, приятно, — Как ты? У тебя теперь есть боевая пара? Это так замечательно! Я упросила отца, чтоб ты осталась здесь еще на несколько дней. Мне столько всего тебе надо рассказать!

Кенар с огромными глазами наблюдал за происходящим. Да уж, никто и подозревать не мог, что я когда-то была очень близка с королевской семьей.

— Ваше высочество! Мы не окончили занятие, — раздалось откуда — то сверху.

— Профессор Ланд… Ну тут же…

— Принцесса должна научиться держать себя в руках. На занятие!.. Здравствуйте, Ланари, раз вас снова видеть при дворе!

Профессор Ланд. Помню-помню. Он обучал королевских отпрысков почти с младенчества, а я всегда вызволяла их с его занятий, потому что мне было скучно, потому что я была маленькой и избалованной девочкой, не знающей слова нет. Но потом король предложил моим родителям заниматься вместе с принцессой, моей одногодкой. И стало веселей. И мне, и Корнелии…

— Ну что, Ваше высочество, все как в старые добрые времена — засмеялась я, — Иди… потом пообщаемся…

— Еще раз назовешь меня не по имени, я тебя побью! — засмеялась подруга и пошла за занятие.

— Принцессам не престало кого-либо бить, — смеясь ответила я.

Давно я не чувствовала себя так легко, так дома. Давно я не смеялась и не радовалась так легко и искренне.

— Могла бы хоть и предупредить! — произнес Кенар — я тут догадки строю, как бы представить тебя королю… А тут…

— Кенар, неужели ты думаешь, что при статусе моих родителей, я не была знакома с королевской семьей? — не подумав, ляпнула я.

— О чем ты?… — нахмурился он

Все дело в том, что в Академии, я никому не рассказывала о том, кем были мои родные. Никто и не расспрашивал, считая, что я какая- нибудь дальняя родственница «тех самых Лисов». Но раз уж учеба закончилась, а Кенар теперь моя боевая пара…

— Никогда не слышал о Манари и Ларке Лис? — съязвила я. Разумеется, он слышал. Не мог не слышать…

— Они… твои родители? — расширились глаза Кенара. Вот забава. Сам является сыном герцога…

— Ну да — делано безразлично ответила я.

— А ты с каждым часом открываешь передо мной новые грани своей жизни, — спустя несколько минут, вернув своему тону обычную надменность проговорил Кенар.

— Какие люди почтили нас своим присутствием… — протянул кто-то сверху.

А вот и Маркус — старший из Его Высочеств. Он тоже изменился за эти пять лет. Стал мужественней и серьезней. Темные, как шоколад, волосы принца стали длинней, видимо специально не стрижется, пытается придать себе некую аристократичность.

— Доброе утро, Ваше Высочество — сделала заученный в детстве реверанс я.

Маркус степенно спустился с лестницы, чеканя шаг. Кенар в это время тоже поклонился, получив кивок от принца.

— Ваше Высочество, значит? — как- то зловеще произнес принц.

Я тепло улыбнулась старому другу, с которым мы в детстве тырили булочки с кухни и скрывались в потайных ходах для прислуги, делясь нашими трофеями с Корнелией и Мэттом. Нам было всегда весело вчетвером, наверно, потому что у нас не было большой разницы в возрасте. Маркус меня старше на три года, Мэтт на полтора, а с Корнелией мы ровесницы.

— Ты почему не писала и не приезжала? — строго спросил Маркус.

— Училась… — вздохнула я.

— Оправдание… — сказал принц, — ты знаешь, что я твой спаситель?

— Это еще почему? — возмутилась я

— Корнелия хотела устроить большоооое празднество, по случаю твоего возвращения — я напряженно замерла. Совсем, ну вот совсем не хочется. — Но я сказал, что тогда придется тебя делить с остальными гостями. Она передумала.

— О, мой спаситель — патетично выдохнула я.

— Поэтому не занимай вечер. Ты сегодня наша! — спокойно ответил он, а потом взглянул на Кенара. — А это твоя боевая пара? Кенар Босн, если не ошибаюсь…

— Смотрю, сплетни разлетаются со скоростью света — ответила я, перебивая Кенара, который хотел ответить что-нибудь, наподобие «Да, Ваше Высочество».

— Моя разведка работает неплохо. Наверно, поэтому я в курсе, что этот молодой человек доставал тебя на протяжении всего обучения в Академии.

Кенар закашлялся, вот он час возмездия…

— Так же я знаю… — продолжил его высочество, — Что ты провела всю ночь в его комнате. И возблагодари великого Каниса, что я не рассказал про это Корнелии, она бы пока не узнала все подробности, с тебя бы не слезла!

Тут уже густо покраснела я… Не та подробность, о которой я хотела бы рассказывать Их Высочествам.

— Маркус, ты знаешь, что это вмешательство в личную жизнь?

— Может, пожалуешься королю? — усмехнулся принц.

Кенар засмеялся. Зря он это сделал, ой зря… буду мстить.

— А с вами Кенар, мы еще поговорим — строго сказал принц, — Она нам, как сестра. Её интересы мы будем всегда учитывать, так что в ближайшее время свадебку сыграем.

Кенар подавился своим смехом и испуганно посмотрел на меня, я не менее испуганно глянула на него.

— Маркус, не вздумай! — панически ответила я. — Я вообще ничего не помню!

— Что?! — пораженно произнес принц, а я прикусила язык. Кенар закашлял громче.

— А где Метт? — мгновенно перевела тему я.

— Он строит из себя смертельно обиженного на тебя. Еще бы, пять лет не давать о себе знать! Тебе еще придется заглаживать вину! И кстати, вам пора к отцу. Где кабинет помнишь!

После чего мы последовали в приемную короля, а Маркус в противоположную сторону — по своим королевским делам.

— Эээ, Ланари, я не готов к семейным отношениям — произнес Кенар, пока мы шли по коридору, — Я еще молод и все такое…

— Кенар, ты будешь последним человеком, за которого я выйду замуж!

— Звучит, как вызов, — было мне ответом.

Я подошла к двери, возле которой стояли два стражника и постучалась. После чего мы вошли. А вот и месье король Наринас. Вот он совсем не изменился, все такой же крепкий и величественный мужчина, с едва седыми волосами, пронизывающим взглядом и доброй улыбкой.

— Доброе утро, Ланари, Кенар… проходите!

— Здравствуйте Ваше Величество — сказал Кенар и поклонился. Я последовала его примеру.

Служанки принесли чай и сладости, поставив их перед нами. Надо же, то ли король помнит, как я люблю снежный зефир, то ли это простое совпадение. Он частенько угощал меня разными вкусностями, пока… пока родители были живы… Наверно, именно поэтому я постаралась меньше бывать в замке, меньше общаться с королевской семьей, все это напоминало мне погибших родителей…

— Во-первых, мне хотелось бы вас поздравить с обретением друг друга, — на этих словах мы с Кенаром синхронно поморщились, — Во-вторых, я рад, что в такой миссии будут учувствовать дети столь высокопоставленных родителей… В-третьих, перейдем к самой сути миссии. Ни для кого не секрет, что мы поочередно воюем со всеми нашими соседями за территории. Каждый раз наше королевство теряет людей, великих людей, — на этих словах он сочувственно на меня посмотрел. И от этих сочувствующих взглядов я тоже бежала. Они причиняли бОльшую боль, потому что с остальным я уже смирилась, — Несколько лет назад нам стало известно, что у поселения карни есть свиток Мира, как его иначе называют свиток Истины…

Я изумленно ахнула. Самый древний свиток, способный примирить самых злейших врагов. Сила этого древнего писания практически безгранична…

— Да, Ланари… До этого считалось, что свиток уничтожен, но король Ланарэля поведал нам, что готов подарить нам этот свиток, если за ним придет боевая пара чаровников и пройдет испытание…

— Что за испытание — поинтересовался Кенар.

— Об этом сказано не было… — погрустнел король.

— Ваше Величество — обратилась я к нему — Мы сделаем все от нас зависящее…

Если мы добудем этот свиток, то войне придет конец, не будут гибнуть люди, не будут выжигаться поселения. Настанет долгожданный мир…

— Я знаю, Ланари… — улыбнулся король. — Очень повезло, что два лучших студента Академии оказались в боевой паре… Я очень на вас рассчитываю.

— Когда мы выдвигаемся и как добираемся? — перешел к делу Кенар.

— Корнелия выпросила три дня, после чего мы вас экипируем и вы отправитесь в путь. До определенной точки вас добросит телепортом, но потом вам придется добираться самостоятельно…

— Где мы сможем взять карту. К сожалению, место нахождения карни известно лишь очень узкому кругу людей…

— Карни вас ждут, они сами укажут путь… — туманно сообщил король — Сориентируетесь на местности.

Отлично, иду туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… Звучит оптимистично…

— Завтра у Лантиры день рождения. Будет бал — он взял два конверта со стола и протянул нам — вы почетные гости!

Ой, а у меня, как и всегда, платья нет… Сейчас я в ученической мантии, которая удобна тем, что в разные карманы можно напихать по амулету и прочую ерундистику. Кстати, кольцо, которое дала мне Кати — чаровница — практик, со мной. Я разобралась в векторах и поняла, что оно бесценно, так, как снимает любую боль за считанные секунды. Разумеется, я попыталась вернуть ей кольцо, но она сообщила, что подобные боли в запястье я буду испытывать переодически еще пару месяцев, поэтому лучше, если это кольцо пока побудет у меня.

— Для нас будет честь посетить это торжество, — взял два конверта Кенар, один протянул мне.

— Вроде с организационными вопросами покончено, — король немного расслабился и облокотился на спинку кресла, — Ланари, как Мари?

— Через несколько дней прибывает в Академию… Просто все это так неожиданно вышло…

— Хочешь я пошлю за ней телепорт? Побудет во дворце, пока тебя нет…

— Нет… Спасибо… Не хотела бы я, чтоб Мари в таком возрасте проходила телепорт. А каретой слишком долго для маленькой девочки… Пусть будет в Академии…

— Она не маленькая. В ее возрасте ты уже пыталась тянуть вас двоих, прокормить… — король вздохнул, — Даже не смотря на то, что я настоял на том, чтоб взять вас на попечение…

— Я не хочу, чтоб она проходила через все то, через что прошла я, — твердо ответила я — Пусть радуется счастливому детству…

— Справедливо. Ладно отправляйтесь отдыхать… Ланари, твои покои все те же. Кенар — дверь напротив. Лана покажет…

Мы молча вышли из приемной короля.

— Кто такая Мари?… — неожиданно спросил Кенар.

— Сестра.

— Какие у нас планы на сегодня? — спросил Кенар спустя какое — то время пока мы шли по коридорам дворца. Приходилось петлять, потому что по потайным ходам Кенара не проведешь — это вроде как закрытая информация.

— Не знаю, как у НАС, а я собираюсь по магазинам. На такое торжество в учебной мантии не пойдешь.

— Ты с принцессой?

— Нет, у нее занятия до обеда. К обеду и вернусь — мы дошли до того крыла, в котором я раньше периодически обитала, подошли к красивой резной деревянной двери — Вот твои покои. Покойся с миром. Удачного дня…

— Вот что ты такая язва — перехватил меня за руку Кенар — я стараюсь по- хорошему, а ты…

— Мне нужно смириться с тем, что придется наблюдать твое лицо практически ежедневно! — с ехидной улыбкой ответила я.

Наша с ним «война» началась с того самого момента, когда я впервые появилась в Академии. После пяти лет, после встречи с тем самым карни я начала отращивать волосы. За десять лет мои волосы спускались почти до колен. Даже после смерти родителей я их не обрезала, берегла, ухаживала… Но юному восемнадцатилетнему Кенарчику срочно понадобились волосы девственницы, для проведения какого-то странного ритуала и вместо того, чтоб отрезать небольшую прядь (это я бы простила), он обкорнал меня, как мальчишку. Тогда я впервые заплакала после смерти родителей. Было такое ощущение, что я лишилась чего-то очень мне дорогого. Разумеется, свои слезы я не показала никому. Никому, кроме директора…

Чуть поднаторев в магическом смысле, я начала мстить, изобретая новые чары, будто рисуя на холсте. Поэтому спустя пару недель Кенарчик ходил с волосатыми ушами, причем волосы я сделала рыжими. Потом они сами отвалились. Не уши, волосы.

Его ответная месть заключалась в том, чтоб приклеить меня к стулу чарами, им же и изобретенными, чтоб не могла найти отвод. Сейчас мне кажется, что это было не очень по взрослому, но тогда меня ужасно разозлило, что мне пришлось щеголять с огромной дыркой на мантии в кхм… самом интересном месте. Но зато с гордо поднятой головой.

Я долго думала над тем, какие умения в ответ мне продемонстрировать. Решила — что чудеса зельеварения — бесценны. Подсмотрела в закрытой секции, как изготовить порошок правды. Целый месяц на это потратила… Зато Кенарчику и двоим его друзьям, которые решили распить вино вечерком после занятий не повезло на целых три дня… Ну нельзя мешать такое зелье со спиртом — результат долговечней. Но с другой стороны — нечего пить в учебное время.

Разумеется, Кенар догадался, кто за этим стоит. И потом целый месяц я ходила с голубыми волосами… Я прокляла тогда все на свете, мало того, что в тот момент они не отросли и я была похожа на мальчишку, так еще и такого цвета!

Таким вот образом мы и провели пять лет.

— Думаешь, мне будет легко? О, Великий Канис, мой напарник женщина! — прервал мои размышления Кенар.

— А это еще что за шовинизм? — возмутилась я — Мужчины тугодумы, так что возрадуйся, что хоть кто- то в нашем дуэте будет обладать мозгами!

— И этот кто- то явно не ты! — мимо прошли две служанки, испуганно на нас поглядывая. Нет, так не пойдет, сор из избы я выносить не намеренна. Но доказать этому зазнавшемуся идиоту, что он не прав, я обязана. Поэтому затолкав Кенара в его же покои и закрыв на щеколду дверь, я отбросила чарами его, не ожидавшую подвоха, тушку на диван.

— Ммм, детка, хочешь вспомнить ночь? — иронично спросил этот рррр… этот нехороший человек, этим разозлив меня окончательно.

— Не было ничего ночью!

— Ага, женская логика. Не помню, значит, не было!? А как же наша большая и светлая любовь? — зло спросил Кенар, запуская моими же чарами в меня, отправляя на диван напротив.

Я больно ударилась о спинку дивана. Наверно это стало последней каплей моей выдержки и у меня началась самая настоящая женская истерика, с киданием все, что попадется под руку на пол. Причем, абсолютно не магическим киданием, а, так сказать, вручную, по старинке. Мне было больно от того, что мой первый раз был с человеком, которого я тихо ненавидела на протяжении пяти лет; Мне было больно от того, что мой первый раз был не по любви и на пьяную голову; Мне было больно от того, что я не помнила ни секунды с того самого вечера. Стыд то какой, как настоящая портовая шлюха, именно так они и начинают. Мои последние капли уважения к себе улетели в тартарары… А помимо этого всего с этим самым человеком мне предстояло провести всю жизнь, потому что так уж устроен знак Дара. Магическая подпитка друг от друга, а если долго находится порознь, то силы иссякнут. И не только магические, но и жизненные!..

Как только я разбила последнюю вазу в комнате, я села на диван и заплакала. Мне было уже все равно, что кто-то увидит мои слезы… Кенар, пока я все громила, сидел на диване и молча за этим наблюдал, а когда я начала плакать метнулся ко мне.

— Эй, Лана, ты чего?… — удивленно спросил он, поглаживая меня по спине — Ну что ты ну прекрати!..

Я молча продолжала завывать и всхлипывать.

— Эй, ну хватит… Не плачь, ты же сильная до ужаса… Парни даже ставки делали, после какой по счету шалости мне удастся довести тебя до слез… А ты не плакала… Даже, когда я тебе в сумку разъедающих слизней подкинул, а там был твой доклад, который ты месяц делала… — я продолжала реветь, никак не реагируя на его слова… — Лан, ну прекрати! Да не спал я с тобой! Я бы не смог ТАК воспользоваться ситуацией, я же не ублюдок!

— Ч…ч…честно? — подняла свои зареванные глаза я, — А почему мы тогда раздеты были?

— Честно-честно… — вздохнув, ответил он, продолжая поглаживать меня по спине, — Просто после того, как мы в пруду искупались, наша одежда была насквозь мокрая, а мы были так пьяны, что было не до норм морали и нравственности.

— Тогда почему ты сказал?…

— Ну… — Кенар устало вздохнул, — Позлить тебя захотелось…

Вот ведь чудак на букву «м»!.. Позлить… Ладно, вдох выдох…

— Ну что, мир, дружба, алкоголь?… — спросил он.

— Пожалуй обойдемся без алкоголя…

— Ничего… Я еще научу тебя пить!

— Ага, если выживем на испытаниях у карни.

— Предпочитаю об этом не думать…

Я обвела комнату взглядом и поняла, что «повеселилась» на славу…

— Что с этим всем делать?…

Кенар удивленно на меня посмотрел.

— Ланари, ты лучшая студентка девушка на всем курсе и не знаешь, как это все исправить?…

— Я вообще — то чаровник — боевик, а не домохозяйка, — огрызнулась я.

— Смотри и учись!

Кенар встал в центр комнаты, закрыл глаза и начал работать с векторами, сцепляя некоторые, для того, чтоб восстановить разбитое и меняя расположение, для того, чтоб поставить на место. Спустя 20 минут комната вернулась в свое первоначальное состояние. Чары были не сложные, но я поняла, что многое упустила, не изучив их. Можно было бы не убираться в комнате, не выкидывать разбитые колбы, а просто восстановить… Вот как я, человек, который знает действительно много трудных заклятий, не удосужился изучить такие простые бытовые чары?…

— Хозяяявушка — протянула я, специально коверкая слова, — А готовить ты умеешь?

— Ну я вообще-то сын герцога, если ты забыла.

— Это не ответ.

— Умею… Настоящий аристократ должен все уметь… — поморщился он, — Ходил пару раз с отцом в походы, помогал с пропитанием, как самый мелкий…

— Теперь я знаю, кто в нашей миссии будет ответственным за еду и прочую ерундистику…

— Да я уже понял твою бесполезность… — сказал Кенар, но увидев мой не добрый взгляд, сразу же исправился — Разумеется, только в бытовом плане.

С этим действительно не поспоришь… Готовка и уборка — мои самые не любимые занятия.

В дверь громко постучали. Кенар вопросительно посмотрел на меня, я на него мол, это его комната и ему открывать, я вообще никого не жду.

Он лениво поперся открывать дверь, в которую вошел импозантный светловолосый мужчина лет пятидесяти, как две капли воды похожий на Кенара, только старше. Зашел и сразу же увидел меня, оглядев придирчивым взглядом, устроился напротив.

— Герцог Ранкаст Босн, ваше имя леди?… — и такой пронзительный взгляд, кажется, это первый мужчина, которого я чисто на интуитивном уровне опасалась.

— Простите Ваша Светлость… — я встала и сделала подобающий реверанс, — Ланари Лис, но я не леди…

— Ланари, значит… — кивнул он каким — то своим мыслям, — А кем вы приходитесь, прошу прощения… приходились Ларке и Манари?…

— Отец! — укоряющее начал Кенар, но я его перебила. Понимаю желание его отца понять, с кем его сын находится в боевой двойке. Ведь это долговечней даже брака, потому что разводы в нашем королевстве разрешались, а вот разорвать связь с таким вот напарником невозможно.

— Прямая наследница, — спокойно ответила я, — Дочь.

— Ланари, присаживайтесь — указал герцог на кресло, с которого я вскочила, чтоб поприветствовать Его Светлость. Что ж, я послушно села.

— Во-первых, хотелось бы поздравить вас двоих с таким великим событием. Во- вторых, вы уже пробовали чаровничать вместе?

— Не представилась возможность… — ответил Кенар.

— Ну, все впереди, — разочаровано протянул герцог Ранкаст, — В-третьих, Ланари, вы приглашены сегодня на ужин в наш дом. Наша семья хотела бы познакомиться с вами.

— Отец, она сегодня занята, — испугано проговорил Кенар.

— Может, объяснишь это матери? — приподнял брови герцог. Видимо, мое мнение вообще не учитывалось.

— Может, объяснишь это королевским детям? — вызывающе ответил Кенар. А он молодец, помнит, что на вечер у меня планы, но начинать таким образом знакомство с семьей Кенара не хотелось, а Корнелии, Мэтту и Маркусу я все объясню, в конце концов у нас будет впереди целая ночь.

— Ваша Светлость… — перебила я Кенара, который, видимо хотел продолжить спор — Я буду присутствовать.

— Благодарю — улыбнулся герцог, а улыбка у него приятная — В таком случае, до вечера.

Как только герцог вышел, Кенар тяжело вздохнул, подошел к шкафу, в котором хранился алкоголь, наполнил один стакан коричневой жидкостью, посмотрел на меня, на бутылку, вновь на меня и второй стакан наполнил водой.

— Прости… — произнес Кенар, усаживаясь на диван.

— За что?

— За испорченный вечер. А он у тебя будет испорчен…

— Это еще почему?

— У меня достаточно тяжелая семья… Старых традиций…

— Поверь, я умею себя вести в обществе и тебе не придется за меня краснеть, — отрезала я, — А сейчас я по магазинам… А ты сильно не напивайся.

Кенар наливал уже второй стакан.

— Поймешь вечером…

Я пожала плечами и удалилась, оставив Кенара пьянствовать в одиночестве.

Столица, после моего последнего здесь пребывания очень сильно изменилась: открыли новые лавочки, построили новые домишки, в замен старых. Такое ощущение, что я попала в совершенно другой город. Либо просто я стала другой и совсем по-иному смотрю на привычные ранее улочки.

Торговые ряды я нашла достаточно быстро, осталось только определиться с самими нарядами. Итак, ужин с семьей герцога. Как незамужней девушке, мне полагались наряды более ярких цветов: красный, желтый, оранжевый, зелёный, голубой — тоже подходит… Разумеется, в пол. На тему открытости декольте и спины этикетом ничего конкретного не говорилось, но мне почему — то захотелось предстать перед семьёй Кенара очень ответственной и серьезной девушкой. Поэтому буду искать платья с закрытой спиной, высоким декольте, но открытыми руками, на которые можно будет накинуть шарфик. С этой покупкой я достаточно быстро справилась и приобрела красивое, но скромное платье насыщенного голубого цвета, с широким синим поясом на талии и подолом, как говорится «в разлёт». Стоило оно не хило, но в любом случае, хорошими платьями стоило бы обзавестись. С учетом того, что жить после миссии я собиралась в столице, а значит, придется достаточно часто «выбираться в люди». Родители оставили кругленькую сумму в наследство, плюс мы с сестрой продали дом (в котором все слишком сильно напоминало о родителях), поэтому финансами я располагала, к тому же, я почти боевой чаровник (осталось только диплом забрать), мои навыки пригодятся даже, если мы добудем свиток Мира и война закончится. Ведь есть еще нежить, на которую этот свиток не распространялся, есть разведка, есть куча разных органов, где мои знания могут пригодиться. А значит, будут вознаграждены, и мы с сестрой не будем жить на голодном пайке.

Мама всегда говорила, что девушка может быть разной. На работе собранная, скромная, аккуратная, а на светских раутах она должна блистать не только умом и сообразительностью, но и внешностью тоже. Именно она привила мне вкус в одежде. Научила меня этикету и умению подать себя правильно. И даже не смотря на то, что мне было лишь 10, когда ее не стало — уроки я запомнила хорошо.

С платьем для завтрашнего торжества я промучилась дольше. Но потом увидела платье моей мечты изумрудного цвета с расшитым лифом и юбкой пышными воланами. Да, оно было излишне открытое, на мой взгляд, с достаточно глубоким декольте и с открытой спиной, но на подобных торжествах это ни коем разом не возбранялось. Когда я его примерила, оказалось, что оно отлично гармонирует с моей светлой кожей и длинными, чуть ниже спины, каштановыми волосами. Платье скрывало мои недостатки — широкие плечи, но отлично подчеркивало мою узкую талию. Оно стоило ну очень дорого, все же я осмелилась зайти в лучший магазин столицы, но вздохнув, я приобрела и его, и туфли к обоим платьям. На протяжении пяти лет я себе практически ничего не покупала, думаю, можно себя так порадовать.

Осталось приобрести какой-нибудь подарок семейству герцога и подарок королеве. Считается, что прийти на первый ужин с пустыми руками — верх дурного тона. Как правило, приносят разные картины, статуэтки или резные заслонки для камина и прочую, на мой взгляд, бесполезную мелочь. Тут я тоже быстро справилась. Нашла одну оригинальную вещицу — серебряную розу, бутон которой был обрамлен рубинами, а листья изумрудами. Очень тонкая работа. Ювелир пытался убедить меня, что это древняя работа карни заломив небесную цену, но уж простите, я этими созданиями интересуюсь с малолетства и прекрасно знаю то, что карни из принципа не работают с серебром. Ювелир удивился моей осведомленности и втрое скинул цену, заявив, что знающему человеку приятно продавать. Цена все равно осталась запредельной, о чем я и сообщила ювелиру, продолжая торги. Он вздохнул и предложил выбрать себе подарок, но цену он не снизит. Ну я и выбрала небольшой изумрудный кулон к платью и колечко с тем же камушком, заявив, что только на таких основаниях, я готова произвести расчет. Сделка оказалась совершена.

Конечно, я могла выбрать бы что-нибудь попроще, но в дом герцога, по моему мнению, стыдно идти с чем-то проще. К тому же, с ними мне предстоит достаточно тесное знакомство. Спасибо знаку Дара за это.

Отправив покупки с посыльным, предварительно наложив чары от кражи, во дворец, я направилась искать подарок королеве Лантире. Она всегда была ко мне по особенному добра — поощряя мои маленькие шалости, то доброй улыбкой, то звонким смехом. После того, как родителей не стало — она очень меня поддерживала. Иногда часами отвлекая меня приятной беседой с наивкуснейшим чаем, помогала советом. На какое — то время после смерти любимых мне людей, она взяла Мари на свое обеспечение, выделив лучшую нянюшку, потому что несколько месяцев после произошедшего я была будто в тумане и не то, чтобы о сестре позаботится, о себе не могла… Поэтому ее мне хотелось порадовать особенно…

До ужина с семейством Босн было еще несколько часов и я бродила по торговым рядам, пытаясь найти что — то действительно оригинальное. Я уже почти отчаялась, когда услышала заливистое тонкое пение. От неожиданности я вздрогнула. Нет, не может быть… Это просто невозможно. Так умели петь лишь один вид птиц… Очень редкий вид птиц, я бы даже сказал САМЫЙ редкий… Птицы Либрути… Поспешив на пение, я увидела небольшую клетку, возле которой стоял огромный мужик и орал на какого — то мальчонку. А в клетке, да, так и есть… Пара Либрути…

Эти птицы всегда живут парами, самец — красный, а самочка — синяя. Размером эти птички как ладошка маленького ребенка, но не смотря на свои малые размеры, они могут стать самыми настоящими защитниками, привязываясь, к человеку, который их кормит, поит и трепетно к ним относятся. Они издали чуют яды, поэтому никогда не позволят своему хозяину выпить или съесть отравленную пищу. А при нападении их клюв преобразовывается в тонкую иглу, которая выделяет яд мгновенной смерти. При этом птицы абсолютно не агрессивны, благожелательно относятся к незнакомцам, но при этом хорошо чувствуют эмоциональный фон и врага даже близко не подпустят к хозяину. Либрутти совершенно не нуждаются в клетке, так как никогда не покинут человека, к которому привязаны. Эти птицы настолько редки, потому что живут в лесах, редко контактируя с человеком. Увидеть этот вид — это совершенная удача. Эти, наверно, были найдены еще в яичках, иначе бы они никогда не позволили усадить себя в клетку.

Подойдя поближе, я обнаружила, что их хозяин идиот. Меня хватила такая злость, что я готова была проломить этому извергу голову и сказать, что так и было! Вода в поилке грязная, а вместо зернышек и червячков насыпана какая — то жухлая трава. Вся клетка, извиняюсь, засрана донельзя. Бедные птички! В уме я уже перебрала несколько боевых чар, как вдруг я услышала:

— Леди, не хотите приобрести этих забавных птичек, они совсем неприхотливы… — он их продает?! Ну точно идиот, такое сокровище нужно любить, холить и лелеять.

— Сколько стоит? — я приготовилась к самой заоблочной цене.

— 10 серебрушек, Вам, так и быть, сделаю скидку! — масляно улыбнулся торгаш.

Я чуть не опешила! Этот хм… очень не умный человек продает их по цене обычных попугаев, за такой бесценок… Я даже торговаться не буду, пусть подавится десятью серебрушками, потому что скидывать цену за таких птиц, даже если б он назвал цену в сотню раз превышающую — кощунственно.

Молча протянув ему деньги, я забрала клетку. Птицы радостно защебетали, чувствуя мой эмоциональный фон. Бедные, совсем оголодавшие… Убила бы этого торгаша. Видимо на моем лице отразилось что- то такое, отчего он испуганно попятился.

— Леди, птицы действительно неприхотливы… Вы не ошиблись с покупкой… — бормотал он.

Еле взяв себя в руки, я отправила в него скрытыми чарами недельной диареи. Пусть помучается… И направилась во дворец, предварительно поменяв воду и насыпав зернышки, используя чары отвода глаз, чтоб птицы ко мне не привыкли. Подарок Лантире выбран. Воистину королевский подарок…

Добралась я до дворца, когда у меня оставался целый час до выхода. Разместила я птичек в ванной, клетку, предварительно вычистив, поставила на подоконник, накрывая ее чарами отвода глаз и шумовым пологом, чтоб никто не слышал из прекрасные трели. Выпускать пока побоялась. Могут улететь и попасть в действительно плохие руки. А у королевы доброе сердце, она сумеет о них позаботиться.

А теперь надо переодеться к ужину и привести себя в порядок. Именно когда я принялась расчесывать еще мокрые после ванной волосы, прибежала Корнелия.

Она почти не обиделась на то, что вечер мне придется провести не с ней.

— Ани, дай я помогу, — она забрала у меня из рук расческу и принялась мягко расчесывать мои длиннющие космы, рассказывая, чем она занималась прошедшие пять лет.

Она сделала мне красивую прическу, собрав волосы наверх и выпуская несколько прядей. Седую, как всегда, спрятала.

— Не знаю, какое у тебя платье, — ведь все это время я сидела в легком халате, специально принесенном в эту комнату для меня, — Но эта прическа тебе очень идет. Я бы на твоем месте еще чуточку бы подкрасилась.

— Не буду — поморщилась я — Во-первых время осталось совсем мало, а во-вторых, это всего лишь ужин…

— Некоторые леди красятся на завтрак и считают это аксиомой, — засмеялась Корнелия, она красилась только на балы. Но с ее чертами лица любая косметика — лишнее. А я просто ленилась, если честно, — Ладно, одевай платье. Оценим образ.

Я послушно переоделась. Корнелия похвалила мой выбор. А в мои апартаменты вошла Ее Величество королева!

Я присела в положенном реверансе, а она подошла и крепко меня обняла.

— Как же ты выросла… И такая красивая стала… — прошептала она.

— Здравствуйте… — в горле образовался комочек.

Она отошла, оглядела меня с ног до головы и перешла сразу к делу. В этом вся королева Лантира.

— Прекрасной выбор для знакомства с семьей Босн, — похвалила она мой образ.

— Спасибо — улыбнулась я этой прекрасной женщине, на которую Корнелия была похожа, почти, как две капли воды.

— Ты гото… Здравствуйте Ваше Величество, — в комнату без стука вошел Кенар, облаченный в темно синий смокинг и зачесав волосы назад. Вот теперь я вижу в нем настоящего аристократа, а так, в Академии — парень, как парень. Он склонился перед королевой в подобающем поклоне.

— Молодой человек, а вас не учили, что перед тем, как войти в комнату девушки, полагается как минимум постучаться? — в глазах королевы играли смешинки. Кенар бросил взгляд на меня, удивился. Да я сама удивилась, когда увидела себя в зеркале. Слишком привыкла, к себе в академической мантии. Наверно уже забыла, как полагается носить платья… Ничего, вспомним.

— Прошу прощения Ваше Величество, — проговорил Кенар, изучая мой новый облик с ног до головы.

— А прощение, Кенар, следует просить у девушки, к которой ты вломился, — нравоучительно произнесла королева.

— Прошу прощения, Ланари, — все еще меня рассматривая произнес Кенар.

Под его продолжительным взглядом сделалось как-то неуютно и я не выдержала.

— У меня на лбу что-то есть? — спросила я у него, но ответ дала Корнелия:

— Нет, просто ты прекрасна!

Королева звонко рассмеялась.

— Вам пора. Ани, поговорим завтра. Нельзя опаздывать к герцогу.

Ага, а оставлять королеву толком с ней не поговорив можно. Но мы действительно направились в сторону выхода. Напоследок Корнелия прошептала, что она с братьями придет, когда я вернусь и пожелала удачи. Я взяла коробку с розой и направилась к выходу.

Пока мы шли по коридору, я почувствовала от Кенара запах спирта и заметила немного не трезвую походку. Ну не мог, что ли перед встречей с родными не напиваться?… Ладно, он взрослый мальчик, сам разберется, как правильно…

Все так же молча, мы сели в карету. Кенар, неожиданно проявил чудеса галантности и пропустил меня вперед, открыв дверь и предложиво блокотится на его руку. Я не удержалась от ехидного «Вау, смокинг делает из тебя человека». На что молчание было мне ответом. После чего я не смогла придумать ничего разумней, как помахать у него перед глазами рукой.

— Ты чего? — удивился Кенар.

— Да вот, проверяю, жив ли ты… — протянула я, — А то подозрительно долго молчишь…

— Ты что не понимаешь, что я нервничаю? — немного раздраженно ответил он.

— А что нервничать то? — устроилась на скамье кареты я, — В любом случае, выбор Дара твоим родным не изменить, а значит, если я им уж совсем не понравлюсь, то им придется смириться. И вообще, расслабься. Не на смотрины едем, а на простые герцогские посиделки. Должна же твоя семья познакомиться с твоей боевой подругой.

— Легко тебе говорить…

— Из-за чего ты нервничаешь?

— Что моя мать может что-то ляпнуть супер обидное и ты разнесешь там все к чертям! — выпалил он.

— Я произвожу впечатление неуравновешенной идиотки? — пфф, даже обидно как — то…

— Просто я тебя достаточно хорошо изучил.

— И что- же ты там наизучал? — нарочито спокойно спросила я.

— Что ты достаточно невосприимчива к критике в свой адрес.

Я немного помолчала, переваривая информацию.

— Впрочем, ты права. Им придется смириться… — вздохнул Кенар, когда мы подъехали к их родовому имению.

Ну что Кенарчик, продемонстрирую тебе сегодня кроткую овечку.

Имение было большим и красивым, как бы примитивно это не звучало. Огромные светящиеся окна, широкая лестница у входа, ухоженный сад. Несколько слуг уже встречали нас, для того, чтобы проводить в общую залу. Не смотря на то, что сама я не дворянка, все этапы проведения подобного вечера известны мне назубок, так же, как и все правила этикета. Ну тут уж извиняйте, я пять лет жила в королевском дворце.

Семейство Босн расположилось в большом просторном зале с камином и множеством кресел. Именно тут нам предстоит провести первую часть вечера, после чего нас пригласят в столовую.

Герцог сидел в широком кресле с большим кубком рубинового вина, о чем то разговаривая с герцогиней Патрисией- женщиной, с очень тонкими чертами лица, большими карими глазами и с тонкой длинной шеей. Справа от него сидели двое юношей, на вид чуть младше Кенара, то есть мои ровесники, увлеченно о чем-то споря. А возле герцогини сидела женщина в возрасте, которую у меня язык бы не повернулся назвать пожилой, настолько она была ухожена, аккуратна и величественна. Думаю, что это Сицилия Босн — бабушка Кенара. В свое время она считалась очень талантливым чаровником — практиком, но с годами исчерпала свой магический потенциал.

Как только дворецкий сообщил о нашем приходе, все семейство разом отвлеклись от своих дел.

— Рик, — представился один из младших братьев Кенара, такой же светловолосый, но голубоглазый. Очень симпатичный, между прочим. Хотя тут у всей семьи отличный генофонд. И все очень друг на друга похожи.

— Марк, — представился другой, оценивающе меня разглядывая.

Тут я опомнилась. Все же по статусу я должна представляться первой. И если к младшим детям дома это не относится, то герцогиню с герцогом мне следует поприветствовать первей.

— Мое почтение герцогу Босн и всему его семейству — склонилась я в низком реверансе, — Мое имя Ланари Лис.

Герцогиня придирчиво меня разглядывала. Я готова поспорить, что она заметила каждую торчащую ниточку и каждый выбивающийся из общей прически волосок.

— Проходите, присаживайтесь — произнес герцог, приглашающе махнув на свободный диван.

— Примите этот скромный дар в вашу семью — произнесла я с вежливой улыбкой, соответствующей регламенту, протянув красивую коробочку с розой.

Ранкаст Босн принял коробку и принялся ее раскрывать. Я поблагодарила моего покровителя, бога удачи — Каниса, потому что как только герцог достал розу, освещение легло таким образом, что она засверкала, распространяя блики по всей комнате. Получилось эффектно и зрелищно.

— А дар то, не такой уж и скромный, — впервые заговорила герцогиня. Голос ее оказался достаточно высоким и немного надменным, — жаль, что я ненавижу изумруды. Напоминает карнийскую работу. Я права?

Так она это произнесла, как будто я принесла в их дом палец мертвяка и сунула ей под нос. Как- то даже неуютно. Кенар тихонько шепнул:

— Мама ненавидит карни…

— Прошу прощения, герцогиня, — вежливо произнесла я, — Но карни не работают с серебром…

— Серебро я тоже не люблю, — поджала губы герцогиня.

— Мама, подарок прекрасен! — сочувственно глядя на меня, произнес Рик. Честно говоря, от слов его мамочки мне было не горячо не холодно, у каждого свои тараканы и мне остается лишь принять этих злосчастных насекомых герцогини Патрисии Босн. Как я уже говорила Кенару, другого выхода, кроме как смирение, нет.

— Подарок действительно замечательный. Рик прав — подмигнула мне миледи Сицилия — Патрисия, если тебе так не нравится, я поставлю его у себя в комнате.

А старушка то не любит невестку. Или просто подзуживает. Забавненькая семья…

— Спасибо, за дар, — произнес герцог, — Присаживайтесь, расскажите о себе…

— Благодарю — я присела, не забывая о осанке. Честно говоря, рассказывать о себе не было ни малейшего желания, да я и не знала, что рассказать…

— Мисс Лис, хочу вас сразу предупредить, что бы вы не заблуждались… — вновь произнесла герцогиня, а все ее домочадцы тяжело вздохнули, — Ваш приход в нашу семью наложил некоторые трудности…

— О чем вы, герцогиня? — удивила, так удивила. Кенар вжал голову в плечи. Герцог извиняющее не меня поглядывал, а Сицилия приподняв одну бровь поглядывала на Патрисию…

— Нашему Кенарчику — хаха, не только я его так называю, — теперь будет сложнее найти достойную партию в супруги…

— Прошу меня извинить, — тщательно подбирала выражения в уме я, — но как мое присутствие может повлиять на брак вашего сына?

— Когда с наследным сыном герцога постоянно крутится какая-то простолюдинка…

— Мама! — возмущенно произнес Кенар.

— Дорогая, она дочь Манари и Ларке, если ты не забыла, они однажды спасли твою жизнь. Будь благодарной — твердо произнес герцог. Я уже люблю этого мужчину! Не в романтическом плане, разумеется. Патрисия удивленно на меня посмотрела, а потом произнела:

— Это мало что меняет. Какая достойная девушка даст согласие на брак, если рядом постоянно будет крутиться другая.

— Миледи, я достаточно много времени проводила при дворе в детстве. Знаю много достойных вашего сына девушек — ага, достойных Кенара — поломоек, к примеру. Ладно, пора заканчивать этот фарс и расположить к себе герцогиню. Ну, или попытаться, — Обещаю, что лично подберу ему супругу статусом не ниже дочери герцога. Разумеется, с вашего позволения. А то мне, право, неудобно, так влиять на судьбу вашего сына.

От елейности моего голоса саму тошнило, но я все равно старалась скрыть тот сарказм, с которым это все говорила. Но видимо, не очень получилось, потому что Сицилия громко засмеялась и сказала:

— Главное, до замужества не знакомь эту девочку с Патрисией, а то сбежит, а ты виновата останешься…

Герцог улыбнулся в кулак. Братья Кенара засмеялись в открытую, а он сам переводил возмущенный взгляд с матери на меня. У меня едва получилось сдержать смешок, поэтому я последовала примеру герцога и совершила злодеяние в кулак.

— Вот как… — сразу же просекла все махинации герцогиня, — Вот как вы меня любите?! Пришла эта и вы сразу же встали на ее сторону?!

— Прошу прощения, Ваша Светлость — в очередной раз решила взять ситуацию в свои руки я — Но мне бы хотелось рассказать об устройстве знака Дара. Магическая система ищет двух магов, чей потенциал идеально совпадает, при этом дополняя друг друга. Выбор системы, к сожалению, никак не зависит от выбора Дара. При этом, как только у двух чаровников появляется этот знак, ничего поделать уже нельзя, они зависят друг от друга и либо способны стать лучшими магами современности, либо… умереть, расторгнув какие-либо отношения. Я ни в коем разе не претендую на руку и сердце вашего сына, у меня вообще жених есть, — слова про жениха, как то сами выскочили, но по разгладившемуся лицу Патрисии, я поняла, что попала пальцем в небо, — Но чтоб сохранить свою и, собственно говоря, его жизнь нам с Кенаром следует находиться рядом. И разлука больше года нас, однозначно, убьет. Но, как только вы примите решение, что вашему Кенару пора женится, я готова объяснить его невесте, что нас связывает лишь деловое сотрудничество и отдалится на одиннадцать месяцев, чтоб у вашего сына была возможность завести семью.

Выпалила почти на одном дыхании я, наблюдая за лицами Кенаровских домочадцев. Герцогиня о чем — то задумалась, герцог внимательно на меня смотрел, Рик и Марк отчего — то беззвучно веселились, Кенар облокотился на спинку и прикрыл глаза, наверно какой-нибудь психологический тренинг, чтоб не нервничать. А Сицилия вдруг спросила:

— А у вас правда есть жених? — всё семейство Босн выжидающе уставилось на меня. Кажется, даже охранник, стоящий у двери, вытянул шею, чтоб лучше услышать. Ээх, знать бы мне еще этого жениха… Впрочем, меня один раз приглашали вступить в ряды невест, ну и что, что мне тогда было пять и я отказала…

— Да, есть.

— И кто же он? — продолжила расспросы Сицилия, хитренько улыбаясь, — Неужто лучше нашего Кенарчика.

— Я его видела один единственный раз, когда мне было пять — улыбнулась я, — собиралась заняться этим вопросом после прохождении практики.

— Этот договор о браке был заключен родителями? — черт, а Сицилия умна, правильные вопросы задает, беспокоясь о своем внуке.

— Моя мама присутствовала при том, как мне сделали предложение, — туманно изреклась я.

— И ты, будучи в пятилетнем возрасте так хорошо это запомнила? — еще хитрей глянула на меня Сицилия. А семейство Босн переводило взгляд то на меня, то на нее.

— Да, я прекрасно помню своего жениха, — вот влипла я с этим женихом, который мало того, что карни, так еще и думать забыл о пятилетней девочке, которая не раздумывая назвала его «тетенькой», — У него есть одна отличительная… эмм… черта. Но его личность я бы пока хотела оставить в тайне.

Шах и мат. Все вежливости соблюдены и намек о том, что я больше не хочу разговаривать на эту тему принят. А в будущем, мне следует при Сицилии тщательно обдумывать каждую фразу, для того, чтоб не попасть впросак.

— Ланари, а ты действительно в детстве много времени проводила при дворе? — совершенно другим, спокойным, голосом произнесла Патрисия.

— Когда я увидел ее сегодняшнее приветствие с монаршей семьей, даже мне стало как-то неудобно… — засмеялся Кенар, — А если вспомнить, как меня отчитала Ее Величество…

— Кенааар… — тихо перебила его я, а потом еще тише — Если ты не заткнешься, я точно рассержусь.

— Ужин подан. — в гостиную вошел дворецкий.

Мы прошли в шикарную столовую с темной мебелью и бардовыми гардинами. Мрачноватенько на мой взгляд, но то, что шикарно — бесспорно.

Весь оставшийся вечер мы с Кенаром рассказывали его родным об Академии. Оставшийся вечер прошел на отлично, даже герцогиня как — то смягчилась и даже, о великий Канис, похвалила мое платье. Сицилия сообщила, что я всегда буду желанной гостью в их доме и попросила не спешить, с выбором невесты для Кенара. Его братья, кстати, весь вечер над ним подтрунивали на тему, что его напарница, цитирую «Очаровательная девушка, которая может поставить его на место при этом не допустить физической близости». Кенарчик разозлился и в обычной мужской манере «не думать, а говорить» заявил «В тот день, когда у нас появился знак Дара», но я его перебила, закончив «мы были очень удивлена, поскольку совсем не общались в Академии», пнув при этом напарника под столом. Нашел тоже время, чтоб рассказывать о том, что я даже не помню.

Мы долго вели беседы на самые разнообразные темы, начиная от новомодных фасонов и заканчивая политикой. Сицилия сообщила, что на бал, по случаю торжества королевы, они отправятся всем семейством и показала мне огромную картину, на которой была изображена юная дева с единорогом, которую они собираются преподнести Ее Величеству. Работа очень известного во всех королевствах художника ныне покойного ФабиоЧинкансо.

— Если твой подарок Ее Величеству будет такой же шикарный и подобранный со вкусом, то на тебя обратят внимание многие охотники за богатствами, — Прошептала мне Сицилия на ухо, когда все семейство Босн выразили желание сопроводить нас до кареты, — Родители позаботились о твоем будущем, но будь осторожна.

— Благодарю… — совершенно искренне ответила я.

Когда мы немного отъехали от имения Босн, Кенар начал снимать бабочку и расстегивать манжеты.

— Как же меня раздражают все эти формальные наряды. Меня даже к завтраку заставляли одеваться правильно, а спустится в брюках и рубашке — это крах… — устало произнес он, пытаясь справится со вторым манжетом, честно говоря, у него не получалось.

— Эй, давай помогу, — я взяла его руку и начала расстегивать эти дурацкие пуговички. Кенар исподлобья наблюдал за моими действиями.

— Ланари, а что это за твой несуществующий жених? — спросил он, когда я закончила.

— Почему это несуществующий?

— Милая, я с тобой проучился пять лет. Мы строили друг другу разные козни. Я тебя изучил, как никто другой. За эти пять лет ни разу никто не приезжал, не посылал тебе подарки на день рождения, никто, кроме сестры, не писал. И после этого ты будешь убеждать меня, что у тебя есть жених? Да твоему рассказу никто не поверил, кроме матери.

— Зато она спокойна, — решила не отпираться я, — Но жених действительно был. Просто сперва я назвала его тетенькой, а потом старым и… в общем, мама была не очень за…

— Это что ж за жених такой? — засмеялся Кенар

— Ну… он был карни… — смех сразу прекратился.

— Мдааа… И после этого ты все равно хочешь туда отправится? Карни злопамятные.

— Мы разошлись с миром, — убедила я его, хотя сама на этот счет была не особо уверенна.

Во дворец мы прибыли за полночь, а я очень надеялась, что Корнелия, Метт и Маркус не очень сильно устали и дожидаются меня. Так оно и оказалось. Когда Кенар закыл дверь в свои покои, а я вошла в свои, Корнелия и Маркус сидели в моей комнатке отдыха с больший количеством разных диванчиков и кресел и пили чай.

— О, вернулась- улыбнулась Корнелия — Как все прошло? Патрисия сильно мегерствовала?

— После того, как я обещала ее Кенарчику найти выгодную партию невесты, она успокоилась — улыбнулась в ответ — А где Метт?

— Он все еще делает вид, что обиделся — ответил Маркус.

— Пойду налаживать мосты. Он у себя?

Получив утвердительный ответ и оставив наследника с сестрой у себя в комнате, я отправилась в покои второго принца Мэтта. С каждым из королевских детей у меня была особая связь. Если с Маркусом мы совершали набеги на кухню, шалили и шутили над слугами, с Корнелией болтали на всевозможные девичьи темы, придумывали платья и гуляли по саду, обсуждая мальчишек пажей, то с Мэттом у меня всегда была духовная связь, с ним всегда можно было поговорить по душам, поделится самым сокровенным…

Подойдя к его покоям, я поняла, что сильно нервничаю. Я не видела Метта пять лет и поняла, что действительно скучала… Тихонько постучавшись и услышав усталое «Входите» и прошла в его покои. Он лежал на постели в одних брюках, с растрепанными светлыми волосами и читал какую-то книгу. Да, за эти пять лет нескладный мальчишка превратился в настоящего мужчину. Если раньше он был очень худ, то теперь под его кожей переливались точеные мышцы. Лицо его было слегка небрито, что опять же придавало ему мужественности. Красавец — мужчина, как только до сих пор не женился?…

— Смотрите, кто к нам пожаловал… — холодно поприветствовал меня он.

— Добрый вечер, Ваше высочество… — сделала реверанс, скрывая улыбку я, — Я прошу прощения за столько поздний визит. Я рада отметить, что вы не изменили своим привычкам поздно ложится… Разрешите просить вас о аудиенции…

— Ну и зачем же ты пожаловала? — откладывая книгу в сторону и чуть приподнимаясь на подушках, спросил он.

Я подошла к кровати, присела на краешек…

— Метт… Мне очень, очень стыдно, что я не писала… Сперва мне было тяжело втянутся в учебный процесс… Ну ты же понимаешь, я была самой младшей… — начала я, понимая, что к горлу почему-то подступил комок, а видеть почему то стало трудней. Странно, я обычно при посторонних не плачу… Хотя какой Мэтт посторонний?… — А потом мне было больно вспоминать все, что тут было… Потому что в Академии я узнала очень много нового о родителях и о войне… Прости, я не права… Я хотела убежать, убежать от действительности…

Голос начал срываться, по щекам уже текли крупные слезы. Метт нахмурился, наклонился ко мне и начал вытирать мои слезы.

— Простого «прости» было бы достаточно… — наконец сказал он, внимательно вглядываясь в мое лицо, — Я не сержусь, просто обидно, что обо всех твоих достижениях я узнавал от разведчиков Маркуса, а не от тебя. А твоего этого Босна вообще хотелось порвать на сотню маленьких Кенарчиков…

— Я сама неплохо справлялась… — пробурчала я.

— Именно поэтому мы и не вмешивались… А ты очень сильно изменилась. Стала такой… девушкой…

— Ой, а сам- то давно в зеркало смотрелся? — слезы почти высохли, и я улыбнулась — Еще и кубиками обзавелся. Мущииина…

— Пришлось подналечь на фехтование, пока тебя не было — вдруг он меня обнял, — Ани, не пропадай больше так надолго. Я… Мы скучали. Корнелия до сих пор не может найти себе подругу, говорят, что они блекнут по сравнению с тобой. Маркус ударился в политику и забыл про шалости, а я… А я занялся фехтованием.

— И тебе пошло на пользу! — я высвободилась из его медвежьих объятий и потыкала пальцем в его пресс — Когда с невестой познакомишь?

— С невестой? — удивленно посмотрел он на меня.

— Ну неужто еще не нашлось претенденток?

— В основном какие-то дурры набитые… — поморщился Метт, а потом вдруг улыбнулся такой знакомой улыбкой, будто что-то задумал — Ланари, а ты хочешь искупить свою вину?

— Звучит подозрительно, но хочу.

— Пойдешь со мной завтра на бал.

— А… эмм, это нормально? Я же безродная, — я сразу же поняла его махинацию. Ну конечно, если с ним пойдет какая-либо девушка, другие не будут крутиться вокруг.

— Твой титул простая формальность. Только глупец не знает фамилию Лис, а ты еще и прямая наследница!

— Ну ладно, пойдем вместе, но если я потом обнаружу у себя в туфлях разбитое стекло или мышьяк в бокале шампанского, ты будешь виноват!

— Ты переоцениваешь этих девушек, максимум, на что они способны, это отрезать твои волосы либо залепить в них чарами слипания…

— Нет, нет, нет… Я на такое не подписывалась, — заявила я поглаживая свои длиннющие блестящие волосы, которые я уже успела расплести, — Я их только отрастила и не хочу ими рисковать ради твоего венца безбрачия!

— Ну ты же чаровница!

— У меня нет диплома, я практику не прошла! — шутя, ответила я, хотя уже знала, что обязательно пойду с ним на бал. А волосы? Волосы защищу как-нибудь, я же чаровница!

После пятиминутных препираний и моей безоговорочной капитуляции мы направились в мою комнату, к Корнелии и Маркусу. Честно говоря, предложение Мэтта играло мне на руку, потому что тогда, будет меньше мужчин, которые будут настаивать на танце с ними, либо на приватной беседе. Так уж тут заведено, если девушка пришла на бал с мужчиной, а ты решил выразить ей свою признательность в личной форме, то можно нарваться на дуэль. Мне же лишние проблемы ни к чему, а с Меттом точно никто не захочет связываться.

В комнате царил, эмм, хаос, кавардак, бедлам, бардак… Слишком много слов, но ни одно из них не отражает суть. А если по порядку, то на столе стояло две бутылки вина и две горейки. Одно вино уже было почти опустошено. Наш наследный принц стоял на моей кровати с подушкой в руке, а красавица — принцесса пряталась за диваном, держа в руках свою туфлю. На огромном кресле восседал Кенар и с интересом наблюдал за происходящим, попивая винище. Как мы с Меттом вошли, так и встали…

— Эмм… А что тут происходит?… — тихонько подала голос я.

— Она глупая блондинка! — заявил Маркус, воинственно размахивая подушкой над головой.

— Сам дурак! — раздалось из-за дивана.

— Как тебе вообще в голову пришло посоветовать матери эту тупую курицу? Нет, не курицу… Бегемотиху!

— Она хорошая! Это ты напыщенный петух!

— Ты что-нибудь понимаешь? — шепнула я Метту, он отрицательно покачал головой.

Брат с сестрой перешли к взаимным оскорблениям, которые я не рискнула бы употреблять даже в присутствии грузчиков и моряков… Вот тебе и королевская семейка, вот тебе и словарный запас!..

— Кенар, что здесь происходит? — постаралась перекричать Корнелию с Маркусом я.

— Ну… — он что-то произнес, что я из-за криков не услышала.

— Да замолчите вы наконец! — кажется, на меня даже внимания не обратили, что ж, сами напросились.

Я направила вектора пузыря класса Ж в сторону Корни и Маркуса. Их крики мгновенно перестали быть слышны.

— Ну так что? — выжидательно уставилось я на Кенара.

— В общем, Ее Высочество принцесса нашла Его Высочеству наследному принцу пару на завтрашний бал и, не советуясь с ним, пошла к Ее Величеству королеве.

В пузырь возмущенно затарабанили, что- то выкрикивая.

— Ну а в чем проблема?…

— Это миледи Вон…

— Черт… — в ужасе сказала я, — Корни ты о чем думала?

Миледи Вон была взбалмошной, невыносимой, истеричной дочерью герцога Вон. И ей бы это можно было простить, если б она отличалась красивой внешностью, но великий Канис решил, видимо, наказать ее за все грехи ее предков и наградить ее не то, чтоб избыточным весом, скорее супер избыточным. Уже пять лет назад она с трудом помещалась на три стула, а что теперь я и представить боюсь… Впрочем, Королева далеко не дурра, не станет же она своему сыну жизнь портить… Что я и сказала. Ответ Кенара меня не порадовал:

— Королева хочет пригласить эту леди завтрашней парой для наследного принца… Объяснив это тем, что она и так несчастна и надо дать бедняжке повод порадоваться хоть немного… Разумеется, речи о свадьбе не было и не будет, но провести с этой девушкой весь вечер… Бррр…

— Корни, за что ты отомстила братцу? — спросила я, позволяя ее пузырю пропустить звук.

— Этот идиот, — выдохнула она, — Сообщил нашей мамочке, что я спуталась с садовником!

— А ты спуталась с садовником? — с интересом уточнила я.

— Ну он такой красииивый, и накачанный, и так шустро подрезает розы… — с виноватой улыбкой произнесла она.

Теперь все понятно. Королева Лантира ненавидит, когда ее дети ябедничают друг на друга и решила проучить Маркуса за то, что заложил сестру… Хороший ход, но только они сейчас переругаются в пух и прах.

— О великий Канис, на кой тебе этот садовник? — спросил Метт, присаживаясь на соседнее кресло и наливая себе стакан с горейкой.

А эти мужчины хорошо устроились. Я тут, значит, пытаюсь примирить Корнелию с Маркусом, а Метт с Кенаром бухают, ну вообще замечательно. Ловите, дорогие мои, икоту. Чары простые, но ключик Кенар будет долго искать…

— Ик…

— Ик… — синхронно произнесли эти юные алкоголики.

— Твою… ик… за ногу… ик… — произнес Кенарчик, пытаясь прощупать Вектора — Ла… ик… нари, за ик… что?!

— Мешаете мне своим счастливым алкоголичным видом.

Принцесса начала смеяться… Принц, насупившись, наблюдал из своего поста.

— Братик, прости меня… — отсмеявшись, произнесла Корнелия, она всегда была очень отходчивой.

Я, тем временем, распутала оба пузыря, позволяя сестре с братом наладить отношения. Как же я соскучилась по Мари…

— Ты меня тоже прости, я не должен был вмешиваться в твою жизнь…

Вот и помирились. Вот и замечательно… Метт, икая, протянул мне бокал с вином, видимо понял, что у меня дурное настроение и хоть я и беспочвенно рассердилась, снимать заклятие тоже мне, поэтому надо подмазаться. Кенар гордо пытался расплести сам, но только сильней запутал и стал чаще икать.

Я пригубила вино, вкууусное, как компотик — именно такое я и люблю…

— Тебе… ик… напомнить, чем ик… твоя прошлая… ик… ик… выпивка… ик… закон… ик…алась?

Я решила, что в такой вечер буду доброй и распутала чары, любезно показывая Кенару, о чем была его ошибка.

— Милый, а ты что тут делаешь? — елейным голосом спросила я, присаживаясь на диван.

Метт с интересом разглядывал моего напарника, а я вспомнила его слова про «маленьких Кенарчиков». Но вроде принц тих, может обойдется.

— А я пришел просить тебя составить мне пару на завтрашний вечер, иначе мама подсунет таких вот Вон… — ответил Кенар, виновато глядя на Маркуса, который уже устроился возле меня, наливая сестре вина, а себе горейки.

— Боюсь тебе придется подсуетится в другом месте, поскольку на завтрашний вечер Ланари занята, — спокойно ответил Метт. На него разом посмотрели все.

— А как же… — почти шепотом произнесла Корнелия, но, почему-то замолчала под строгим взглядом Метта… Это что это еще за переглядывания?!

Кенар прищурившись посмотрел на принца и поступил, как истинный дипломат, ответив:

— Ну как я могу соперничать с Его Высочеством принцем?

— Могу посоветовать одну очаровательную леди, графиня Лернап — ответил Метт. После чего Корнелия с шумом выдохнула, а Маркус произнес тем самым холодным тоном, присущим будущему королю:

— Метт, ты зарываешься!

Мы Кенаром непонимающе переглянулись, обратив внимание на злостные переглядывания двух братьев и виноватый взгляд на меня от Корнелии…

— Кто-нибудь поведает, что происходит? — устало откинувшись на спинку, решила прояснить происходящее я. Все молчали, а потом Маркус нарушил тишину, не менее грозным тоном:

— Метт, мало того, что ты собираешься нарушить данное графине обещание, пригласив на бал Ланари, это я понять могу… Но какого черта ты подсовываешь ее другому мужчине, как последнюю портовую девку?! Тебе не кажется, что она более чем достойная девушка и если приглашена принцем, он должен хотябы сам извиниться, объяснить ситуацию и найти разумный из нее выход?… Тебе не кажется, что она имеет право выбора, а не передарения на ранг ниже?!

Вот черт, попала, так попала. Я слышала о семействе Лернап, буквально год назад глава семьи умер от болезни, над которой бились лучшие лекари в королевстве, но ничем не смогли помочь. Его жена скончалась от этой болезни двумя годами ранее. Из всей семьи осталось две дочери. Мелани — младшая и Лилия — теперь, глава семейства. Совсем не хочется обижать эту девушку, которая попала почти в ту же ситуацию, как я десять лет назад, тем, что пойду с Мэттом на бал…

— Я пойду только с Ланари, либо не пойду вообще, — спокойно ответил Метт. Кажется, у кого-то еще переходный возраст не прошел, а максимализм прет из всех дырок.

— И это твое отношение к матери? — неожиданно для самой себя вмешалась я, — Если ты не забыл, то это ее праздник…

— Ланари, эта Лилия мне совсем не нравится… К тому же я тебя не видел очень долго и лишь Канис знает, когда ты вернешься опять. Я скучал, вообще то… — начал оправдываться Метт.

— Это не значит, что ты должен так с девушкой поступать, — твердо ответила я.

— Ланари… Сын герцога Босна тоже не плохой вариант для нее — ответил Метт. Этот самый сын молчал, но желваки уже ходили по его лицу. Слишком заметно, что он раздражен, но молчит. Умничка.

— Сын герцога не принц, Мэтт, — успокоившись, произнес Маркус — Это оскорбление…

— Пойду лишь с Ланари и точка, — сказал второй принц.

— Вот что с ним делать? — спросил у меня первый.

— Понять и простить, — с наглой ухмылочкой произнес второй.

Я задумчиво крутила в руках уже пустой бокал. Идея пришла неожиданно. Такая идея, чтоб в выигрыше не поссорившись были все… кроме Кенара.

— Эм… Кенар… Можно тебя на минутку?… — он удивленно поднял на меня взгляд, но послушно проследовал за мной в мой бодуар. Королевские отпрыски задумчиво поглядывали нам в след.

— Я так понимаю, в твою голову вплыла идея, которая может мне не понравится… — черт, а он действительно хорошо меня изучил…

— Кенарчик, милый…

— Ага, уже страшно — сложил руки на груди он.

— Хочешь поработать на благо государства?

— Ты только скажи, — прищурившись, произнес он — Ты так хочешь пойти на бал с вторым принцем?

— Дело не в этом… Просто он всегда был такой, если что-то сказал, то так и сделает…а мне совсем не хочется расстраивать Ее Величество и чтоб ребята рассорились. К тому же графиня Лилия… Ее тоже ну совсем не хочется обижать…

— И ты придумала такое решение, которое решит эту проблему для всех сторон?

— Ага… — убито произнесла я — только тебе это решение не понравится…

— Слушаю…

— Маркус пойдет с Лилией…это не будет оскорблением, так, как он наследный принц…а ты…пойдешь с миледи… Вон…

— Ты смеешься, да?

— Ну Кенар… Ну все, что хочешь сделаю!..

— Прям таки все, что захочу?… — уточнил Кенар с каким-то предвкушением.

— Только ничего порочащего мою честь и никаких преступлений против короны… — быстренько исправилась я.

— Ну вот, а говорила, что все, что захочу… — с улыбкой протянул Кенар — Ладно, договорились… Свое желание я могу предъявить в любой момент.

— Договорились… — лишь бы Кенар не придумал чего-нибудь этакого…

Вернувшись в комнату, мы сообщили об этом королевским детям. С точки зрения этикета ничего не нарушено, поскольку приглашение миледи Вон не было отправлено, а желание «порадовать» ее приглашением высокопоставленного лица — соблюдено. Между Мэттом и Маркусом еще около часа было некое напряжение, но спустя добрую половину бутылки горейки напряжение прошло. Кенар остался с нами и мы наперебой жаловались друг на друга и рассказывали про козни в Академии.

Вечер, точнее ночь, мы провели весело. Разошлись ближе к рассвету. Как только я выпроводила Кенара с Мэттом, которые задержались до последнего, пошла и проверила, как поживают либрутти, комфортно ли им и легла спать.

* * *

За каждым успешным мужчиной стоит любовь женщины.

За каждой успешной женщиной стоит предательство мужчин.

Легла я спать видимо для того, чтоб спустя мгновение проснуться от того, что яркое солнышко светило прямо в глаза, а наша гипер — активная принцесса бодро порхала по комнате, расправляя подол моего платья и раздавая указания служанкам, чтоб те поторопились с завтраком и вызовом мастера Пю. Что еще за мастер Пю?!..

— Ваше высочество, вам конечно доброе утро, но что происходит?

— Ланари, милая, ну какое утро, сейчас уже давно за полдень, а через каких — то четыре часа начнется бал, — проговорила она, порхая над моим платьем, — Разумеется, ты не подумала о прическе и макияже, платье красивое конечно, но на одном платье ты не уедешь, а ты сегодня должна выглядеть по особенному на отлично!

Зачем это мне сегодня выглядеть как-то по особенному? В любом случае, по шикарности мне не переплюнуть многих герцогинь, да и саму принцессу. Это конечно замечательно, выглядеть «по особенному на отлично», но смысл…

— Корни, я хочу спать! — сказала я, как только служанки вышли за дверь, — Разбуди меня через пару часов.

Только я зарылась в подушки и с головой укрылась одеялом, планируя хорошенько отдохнуть, как на меня прыгнуло тело и принялось щекотать. Подавив желание запустить в это тело, что-нибудь тяжелое и магическое, я поднялась с постели и направилась в ванну, теша себя мыслью о том, что в горячей ванне тоже можно выспаться. Ага, как же… Ее Высочество приставучка направилась за мной.

— Ани, мы с Маркусом ушли в 4 часа. Во сколько же ушли Кенар с Меттом, что ты так не выспалась?! — спросила она, устроившись на узкой банкетке возле раковины.

— В семь… — пробормотала я, забираясь в горячую ванну…блаженство…

— Тем не менее, Кенар с 10 утра на ногах. Уже выслал приглашение леди Вон, как ты его уговорила только? А Мэтт до сих пор дрыхнет, — ну конечно, ему же не надо выглядеть «по особенному», — Могу ли я предположить, что он потом вернулся и вы…

— Не мели чепухи. Мы друг другу, как брат с сестрой — перебила я ее, — Вот ты бы стала спать с Меттом?!

— Значит, вернулся Кенар и попросту не стал ложиться спать после бурной ночки?

Я возмущенно брызнула на нее водой. Вот поганка…

— Милая, тебе не кажется, что ты немного озабочена? Есть теория Фенрира младшего, которая гласит, что люди нуждаются в психологической помощи, когда везде видят секс.

— Ерунда. Его теория гласит, что это нормально…

— А моя теория гласит, что тебе меньше надо смотреть на мускулистых садовников, — вздохнула я, окончательно понимая, что поспать не получится.

Корнелия обижено надула губки, просушивая и расчесывая свои уже вымытые волосы пальцами.

— Через двадцать минут к тебе придет мастер Пю и займется твоими волосами и макияжем… — проговорила она, нанося на волосы какую-то сладко пахнущую жидкость, — Поэтому у тебя 10 минут на ванну, потом перекусим, я заказала твои любимые крылышки в меду…

— Корнелия, у меня лишь один вопрос, — я встревожено посмотрела на принцессу, которая стала покрываться ярко красными пятнами, — Ты забыла про свою аллергию на мед?

— В этой мази нет меда. Мне ее лекарь Маним изготовил, только масла…

— Дорогая, глянь в зеркало…

Следующие пять минут я слушала отборную ругань и наблюдала за попытками смыть «эту гадость» в раковине. Устало вздохнув, я выбралась из ванной, завернувшись в длинный халат, завязала в полотенце волосы и усадила ну очень расстроенную принцессу на банкетку. В том, что успею, я не сомневалась…

— Не шевелись, — приказала я, если это слово можно употребить по отношению к монаршей особе, — Сейчас будет щипаться, но через минуту все пройдет.

Поработав с векторами, я вернула ее лицу нормальный цвет.

— Я тебе говорила, что я тебя люблю? — спросила Корнелия, разглядывая себя в зеркале.

— За минувшую ночь раз 100 — улыбнулась я

— Ну, тогда лови 101 и пойдем есть.

Завтрак-обед прошел в спешке, потому что пришел мастер Пю. Мдааа. Выглядел он, как кара Каниса. Высоченный темнокожий шкаф, с татуированными руками, короткими высветленными волосами с ярко-красными губами, в тон с его нарядом, который на поверку оказалось не платьем, а шароварами с жилеткой, которая оголяла его трицепсы, бицепсы и прочую накачанную ерунду. Узрев мой скептический взгляд на это чудо, принцесса уверила меня, что это лучший мастер в королевстве, упорхнула, попросив потом этого Пю зайти к ней. Он, тем временем разглядывал мое платье, делая какие-то зарисовки в большом блокноте.

— Вы отлично подобрали платье, изумрудный — очень хорошо с вашим цветом волос и кожи, — сказал он, не отрываясь от блокнота. Голос, кстати, приятный, будто бархатный, — Взгляните на то, что я планирую сделать с прической.

Пю протянул мне блокнот. Теперь у меня остались лишь отголоски сомнения о его профпригодности. Если он сумеет выполнить то, что он нарисовал, то тогда ему цены, как мастеру нет. Он будто угадал мое желание оставить волосы распущенными, но при этом планировал уложить очень пышно, закрепив тонкой витиеватой косой на макушке.

Как мастер Пю умудрился все это сделать так быстро, за каких-то полчаса — я не знаю.

Но результатом мы оба остались довольны. Макияж он сделал еще быстрей, слегка подкрасив глаза и брови, накрасив губы бледно вишневым.

— Помада продержится часов 8 — произнес он, придирчиво разглядывая меня.

Я же смотрела на себя восхищенно. Наверно, такой красивой я никогда не была. Очень люблю свои длинные волосы и в обычном состоянии, но сейчас они смотрелись восхитительно. Ту седую прядь, появившуюся после смерти родителей и так раздражающую меня и напоминающую о той трагедии, было не видно- за что я была очень благодарна этому странному мужчине, ведь никакая краска и даже ножницы ее не брали…

Лицо мое тоже преобразилось, ни следа усталости, глаза блестели, а брови это лишь подчеркивали. Губы стали немного пухлее и выглядела я ну очень хорошо. Именно сейчас я была очень похожа на маму…

— Прошу прощения, мисс… Вам что-то не понравилось? — обеспокоено спросил он, наблюдая, как мои глаза наполнились слезами от воспоминаний. Да что это такое, где моя выдержка? Почему по возвращению сюда я рыдаю направо и налево?!

— Нет, что вы… получилось удивительно! — проговорила я, смахивая слезы.

— Ланари, вы очень похожи на маму… Она была удивительной женщиной… — задумчиво сказал он — Радуйтесь этим воспоминаниям, а не печальтесь…

— Спасибо… — наверное, именно эти слова я хотела услышать.

После них он ушел, пожелав приятного вечера…

Так, а у меня есть дела. Поэтому с трудом надев старые, оставшиеся еще последнего моего пребывания здесь брюки и рубашку, я направилась к лекарю Маниму. Вот и выясним, с какого перепугу он забыл про аллергию Ее высочества. Может ему капли от маразма прописать… Ведь, если б меня не было рядом, все могло закончиться очень плачевно… Аллергия у принцессы протекала очень серьезно. Сперва она покрывалась пятнами, спустя пол часа распухала до состояния миледи Вон, а потом могла неделю отслеживаться в постели, если лекарь вовремя вмешался, дав настойку, а если нет…То день рождения королевы бы омрачало очень неприятное известие. Те чары, которые применила я, были последней разработкой моей матери. Разработкой, специально для принцессы, которую она очень любила… Я очень долго их тестировала, прежде, чем рискнуть здоровьем Ее Высочества. Сегодня я впервые применила эти чары…

Я шла по коридору, гонимая праведным гневом. Что это за лекарь такой… Если мои подозрения окажутся верны, то быть ему на плахе. Потому что это покушение на принцессу. Если же выясню, что это просто ошибка, то приложу все усилия, чтоб этот Маним оказался подальше от королевского двора, а лучше и от королевства. Пускай травит принцесс других государств.

Стража, расставленная по коридору (все же королевский дворец), не обращала на меня внимание. Видимо, кто-то из монарших особ предупредил, что я могу передвигаться по дворцу без ограничений. Черт, а приятно. Приятно, что помнят, любят, доверяют и по — прежнему заботятся.

Лекаря я застала за проведением какого-то опыта. Он смешивал разные жидкости, в колбах, параллельно их зачаровывая. Решив не отвлекать, я присела на стул, сиротливо стоящий сбоку от всех этих столов с колбами, и принялась наблюдать.

Насколько я поняла, то в данный момент он пытается разработать универсальное средство, которое помогает при мигрени и кашле. Немного странно, но тот сбор трав, которые он использовал, помогают именно от этого.

В комнату вошла молоденькая девушка и, удивленно на меня посмотрев, молча поставила какие-то разноцветные колбы на шкаф. Так же, не сказав ни слова, удалилась.

По комнате развеялся приятный запах, который доказывал, что изготовление лекарства закончилось, и я решила, наконец, дать знать о своем присутствии.

— Добрый день, лекарь Маним — твердо произнесла я — Я бы хотела выяснить несколько моментов…

— Здравствуйте, леди… эмм? — он вопросительно уставился на меня.

— Ланари Лис — представилась, не став разубеждать его в том, что леди.

— Какая приятная встреча! — радостно произнес он. Лекарь Маним выглядел достаточно типично для своей профессии: невысок, полноват, возраст… ну… думаю, около шестидесяти, хотя с лекарями никогда не поймешь наверняка.

— Прошу прощения, — немного резко произнесла я, — Но не могли бы вы мне напомнить, какой ингредиент ни в коем случае нельзя использовать при изготовлении препаратов для Ее Высочества Корнелии.

— Мёд, леди… — немного удивленно сквозь очки, — Половинки уставился он на меня, — Все во дворце об этом знают…

— Тогда почему, при изготовлении маски для волос вы об этом забыли?

Он как — то странно побледнел, посмотрел на дверь.

— Принцесса, с ней все в порядке?… — спросил он, начиная собирать по закромкам травы от аллергии.

— Не суетитесь, я вмешалась, — не меняя тона ответила я, — Так почему вы так грубо пренебрегли тем фактом, у принцессы аллергия?

— Леди Лис… — он облегченно вздохнул и присел на еще один сиротливый стульчик — Клянусь благословлением Каниса, что никогда не забывал про аллергию Ее высочества… Я бы ни в коем разе не стал добавлять туда мед… У меня просто в голове не укладывается, как он мог там оказаться… Все препараты для королевской семьи я изготавливаю лично… Учитывая их особенности организма…

А он не врет. Для такого случая я специально взяла амулет, который помогал видеть, врет человек или нет. Амулет, конечно, экспериментальный, но тут даже моя женская интуиция, которая еще ни разу меня не подводила, горланила, что этот лекарь не виновен. Порошок правды я применять опасалась, все же лекарь как-никак и он может совсем не оценить мое стремление разобраться в ситуации и посчитать это оскорблением, особенно, если он не виноват.

— Кто еще имел доступ к вашей лаборатории и мог незаметно…

— Не может быть… — он зазвонил в какой-то колокольчик, закрепленный на стене. — Моя помощница… Мелли… Она единственная, кто мог находиться тут, пока меня не было…

Видимо тот колокольчик, в который позвонил лекарь, был сигналом вызова для его помощницы. В комнату вошла та самая девушка, которая приносила колбы минут десять назад.

— Мелли, что ты натворила? — возмущенно проговорил лекарь.

— Я… что?… — потом она посмотрела на меня и ее глаза наполнись каким-то отчаяньем. Странная реакция, не думала, что произвожу такое впечатление на людей. Хотя, когда я после такого взгляда посмотрелась в зеркало, расположенное на стене напротив (для некоторых лекарств нужны зеркальные чары), поняла, чего испугалась эта дурра Мелли. Мое лицо, наплоенное жесткостью и гневом, действительно не предвещало ничего хорошего… В ее виновности я почему-то уже не сомневалась.

— Я… Я… не хотела… Но мой жених — Лан… Он… — похоже, что влюбленная дурра… Даже интересно, какого мужчину они не поделили с моей подругой. Не того ли самого садовника? — Он с нее глаз не сводит…

Эх, на что способны ревнивые любящие глупышки… Эта Мелли даже не погнушалась покушением на принцессу королевства. При этом подумать о том, что ее в любом случае вычислят, она не захотела. Это конечно забавно, когда «Я, конечно, не ревную, но думаю, что без волос ей будет лучше», я бы даже могла посмеяться. Но это произошло с принцессой, которая по совместительству являлась моей подругой. Интересно, я когда-нибудь полюблю так, что мне захочется сильно напакостить сопернице?

— Мелли, знаешь, о чем гласит народная мудрость? — задумавшись, сказала я ревущей девушке, до которой лишь сейчас дошло, что она натворила — Чтобы быть счастливым, нужно просто убрать из своей души три чувства — жадность, зависть и ревность.

— Простите меня… — проговорила она, жалобно на меня уставившись.

— Прощения надо просить не у меня. А у принцессы, у ее братьев, у короля с королевой… У всего королевства, потому что из-за тебя могло произойти непоправимое! И то, очень сомневаюсь, что тебя простили бы…

— Она была очень старательной и умной девушкой… Работает со мной уже год, — разбито произнес лекарь, — Я ей по настоящему доверял… Даже открыл доступ к лаборатории… Мелли… Ты разрушила всю свою жизнь…

Мне даже жаль эту девушку стало, ну… почти. Из-за мужика, который ее не ценит… Да будь Корнелия хоть трижды принцессой и в сотню раз обаятельней, если у тебя есть невеста… Все мужики — козлы. Почему — то я возненавидела этого Лана.

— Позвольте мне проститься с матерью, и я проследую на казнь.

По хорошему, следовало бы незамедлительно проводить Мелли к стражам порядка, сообщить королю и уже завтра лицезреть, ее повешенное тело на площади. И я бы даже так и поступила, но каким — то шестым чувством я осознала, что эта девушка и так наказана. Ее руки были в мозолях, что доказывало, что она действительно много работает, под глазами залегли синяки, на платье было несколько заплаток, извещающих о том, что ее семья бедствует. Что странно, потому что быть помощником главного лекаря, это престижно и высокооплачиваемо. Мне было ее жаль. По-человечески жаль…

— Мелли, я конечно не вправе выносить такие решения… — я сомневалась в правильности своих действий. Но подвести эту девушку к эшафоту, я бы не смогла. Вот шандарахнуть какими-нибудь чарами — это пожалуйста… — Мы поступим так. Сейчас ты направляешься домой. Собираешь все пожитки и отправляешься в глухую деревню, подальше отсюда. Чтоб твоего духу тут не то, чтоб не было, чтоб ты даже мысль о возвращении не допускала… Разумеется, я расскажу обо всем Его Высочеству Маркусу, постараюсь объяснить твою глупость и раскаянье, но если он решит, что это слишком мягко, то я ничего поделать не смогу. О женихе своем забудь. Найдешь нового.

— Спасибо, леди… Я… — она разве что в колени не бухнулась — Я в необъятном долгу перед вами… Но Лан… я его люблю…

— Как полюбила, так и разлюбишь, — твердо произнесла я, — Если он согласится покинуть дворец вместе с тобой, то ради Каниса, но тут ты не останешься…

Ага, а если не покинет, то с ним разберусь я. Ишь, что удумал. Королевским дочкам мозги пудрить, когда у него есть невеста. При этом в том, что Маркус сделает все, чтоб эта Мелли не вернулась — я не сомневалась. Но и выносить решение о казни он не станет. В нем, как и во мне, не хватает жесткости. Только мне не светит быть королем, которому эта жесткость необходима. А вот Маркусу…

Девушка в очередной раз поблагодарила и убежала.

До бала осталось полтора часа. Обычно, девушки проводят это время в комнате, отдыхая, потому что праздник продлится всю ночь. Но у меня еще уйму дел. К тому же, я попросила у Маниса зелье бодрости для себя и Кенара. Послезавтра рано утром мы должны отправиться к карни, а нам еще нужно многое успеть: сходить на ярмарку, чтоб закупиться амулетами и прочей ерундой, к примеру. Миссия предстояла опасная, хотя бы потому, что мы не знали никакую информацию о ней.

Постучавшись, я зашла в покои Его высочества наследного принца и поведала ему о произошедшей истории и о своем решении.

— Ты, конечно, не должна была принимать такое решение без моего ведома, — строго сказал Маркус, — Но в свете последних событий… Ладно, я бы тоже так поступил.

— Что за события? — поинтересовалась я, разглядывая его комнату. То, что принц приложил свою руку в ее оформлении — это точно. Покои выполнены в темно синих и коричневых тонах. Никакой особой шикарности и блеска не было, но то, что выглядело это все очень стильно — бесспорно. Этакий королевский минимализм.

— Узнаешь на балу! — хитро ответил он. А потом зашел мастер Пю выпроводил меня, сообщив, что ему нужно подготовить принца. Ага, косички ему нужно заплести и губы подкрасить.

Следующим пунктом моей развлекательной программы была комната Кенара. Но перед этим я черкнула Корнелии записку: «С человеком, по чьей халатности у тебя началась аллергия, разобрались. Потом расскажу» и отправила со слугами. Эта записка бы успокоила принцессу.

В покои Кенара я зашла без стука, за что и поплатилась. За чайным столиком сидели три высокопоставленных персоны: Сицилия, Патрисия и, собственно говоря, сам Кенар. Женщины семейства Босн уже были облачены в бальные одеяния, что значило, что они прибыли на бал пораньше и решили пообщаться с внуком-сыном.

— Добрый день леди Патрисия, леди Сицилия — сказала я, сопровождая слова реверансом. Да, в узких брюках реверанс делать совсем не сподручно.

— Добрый день — кивнула Сицилия — Ланари, а вы знали, что заходить в покои одинокого холостяка без стука чревато последствиями?

Где-то я точно слышала подобную фразу.

— Ну что вы, мама, — елейным голосом произнесла Патрисия. Очень странно, она первая должна была рассердиться на мой «аморальный» поступок, — В ее скорообретенном статусе она вольна делать все что ей угодно.

Так тааак, что это за статус такой?! Я удивленно глянула на Кенара, он не менее удивленно на меня, а потом на мать. Сицилия молча посмеивалась в кулачек.

— Мама, о каком статусе ты говоришь?

— На балу узнаете — загадочно ответила она.

Эту фразу я тоже где-то слышала. Ладно, на балу так на балу. Будем решать проблемы по мере их поступления… Главное, чтоб меня не попытались выдать замуж, а с остальным точно справлюсь…

— Вы же пойдете на праздник вместе?… Думаю, что вы прелестно смотритесь рядом друг с другом. Кстати, Ланари, ты удивительно выглядишь, — сказала Патрисия. Тот добродушный тон мне определенно не понравился. Происходит что-то очень странное.

— Я иду с леди Вон — поморщившись сказал Кенар — Утром я выслал ей приглашение и она его приняла.

Удивление в глазах двух герцогинь — бесценно.

— Кенар, у тебя очень изменился вкус в девушках — строго произнесла Сицилия, — При чем в худшую сторону.

— Это вынужденная мера. В данный момент я не хотел бы это обсуждать — не менее строго ответил Кенар — Ланари, что ты хотела?

— Мне нужна была твоя помощь. Но мне бы не хотелось отвлекать тебя от семьи — улыбнулась я.

— Что вы, Ланари. — тем же елейным голосом произнесла Патрисия — Мы уже уходим. Нам еще нужно выразить свое почтение Ее величеству.

После чего они поднялись и ушли. Все странней и странней…

— Кенар, что это сейчас было?…

— У меня тот же вопрос.

— Ладно, потом все равно выясним. Но, на всякий случай, знай, что замуж за тебя я выходить не намеренна — весело произнесла я. Хотя была на 100 % уверена, что и не придется. Герцоги не женятся на «не леди».

— Веришь, нет, но я тоже не готов по прощаться со статусом холостяка, — так же весело проговорил он, тоже не веря в такой расклад, — Какая помощь тебе необходима?

— Нужно поговорить с одним садовником… — с сомнением протянула я.

Ночью я выяснила у Корнелии, какие чувства она к нему испытывает. Из всего того, что наговорила принцесса, я сделала вывод, что от скуки. Что этот Лан ей стихи посылает, крутится под ее окнами «подрезая розы», которые потом оказываются у нее на подоконнике. «А еще, у него такое тело…» — говорила она. Конечно, принцесса не очень — то будет рада, если я вмешаюсь в ее личную жизнь, но хотелось бы поговорить с этим Ланом и узнать, какие цели он преследует, а так же объяснить этому герою-любовнику, чем для него могут кончиться такие вот ухаживания. Долгой ссылкой… Но это, если он не последовал за своей невестой…

— Ты уверена? — спросил Кенар, — И что же ты хочешь у него узнать? И зачем тебе для этого я.

— Уверена. А ты поможешь мне держать себя в руках, если он сообщит мне что-то такое, что меня очень сильно разозлит…

— Так он и станет тебе говорить что-то такое…Хоть он и садовник, но… Не думаю, что он круглый дурак.

— Ты явно недооцениваешь садовников… Во всех романах, они всегда являются убийцами, к тому же…

Я достала из кармана небольшой мешочек и продемонстрировала содержимое Кенару.

— Порошок правды? — определил Кенар, — А твои методы все не меняются… Помню- помню, когда эта гадость оказалась у меня в вине… У меня, по твоей милости, были крупные проблемы, когда я сообщил профессору Присцилле, что ее предмет мне абсолютно не интересен.

— Кто старое помянет… К тому же, дисциплина этой Присциллы действительно весьма бесполезная…

— Ага, ага, горе ты мое луковое, пойдем уже.

Лана бы обнаружили в красивом саду, он сажал какие-то удивительной красоты цветы. Что ж, принцессу понять можно. Парень действительно очень красив: широкая, видно, что накаченная фигура, жесткие волнистые волосы, постриженные ежиком, ярко синие раскосые глаза, широкие брови и четко очерченные губы. С такой внешностью ему надо быть актером, музыкантом… Но никак не садовником.

— Мое почтение, — произнес он поклонившись.

Я же, чувствуя себя последней сволочью, извлекла мешочек и, взяв немного порошка в руку, дунула в него. Такой дозы хватит на полчаса. Хватит, для того, чтоб узнать все, что мне необходимо. Кенару, в свое время я подсыпала слоновью долю этой гадости.

— Лан, что ты испытываешь к принцессе? — начала опрос я, заметив, что его глаза наполнились характерным для данного препарата блеском.

— Она удивительная… — проговорил он, будто бы находясь в эйфории, — Добрая, умная, красивая…

— Какие твои дальнейшие планы на нее, — спросил Кенар.

— Я… Я же простой садовник, мне ничего не остается кроме как преклоняться перед ее идеальностью… — ну вот, а я ожидала услышать, что он хочет подняться по социальной лестнице. А тут еще один по уши влюбленный болван.

— А как же твоя невеста?

— Мелли? Она хорошая… Но я ее не люблю. Я хочу быть с Корнелией, но не могу. Иногда мы встречаемся с ней тайно, но я бы не позволил себе сделать что-то порочащее ее честь…

— Ты довольна? — спросил Кенар, — Или еще что-нибудь хотела выяснить?

— Все, что нужно, я узнала. Он не использует Ее Высочество, а с остальным пусть разбирается королевская семья…

После чего я развернулась и ушла. Кенар сказал Лану, чтоб он не распространялся об этом диалоге, применяя легкое внушение, и пошел за мной.

Королевский сад- самое красивое место, в котором я когда-либо была. Высокие кусты, с разноцветными цветами пестрели всеми цветами радуги. Красивые большие бабочки перелетали с одного яркого пятна на другое. Птицы пели свою песню так душевно, что хотелось им подпевать. Запахи были такими сладкими, что хотелось дышать этим воздухом постоянно. Нос чесался нещадно, и я утолила свое желание. Кенар как-то странно охнул.

— Милая, скажи, а какой рукой ты распылила порошок?

— Правой, — честно ответила я, чувствуя какую-то легкость и эйфорию. Потом до меня дошло, что нос я почесала тоже правой… — Черт…

— Ина сколько хватит такой дозы? — сладким голосом спросил Кенар

— Минут на десять… Черт… Не смей у меня ничего спрашивать! — возмутилась я.

— Ну, я бы был полным болваном, если б за эти десять минут не узнал все твои тайны… Вот скажи мне, я болван?

— Нет! — мгновенно ответила я, зажимая рот рукой.

— Странно, а я множество раз слышал другое… А кто же я? — протягивая гласные спросил он, догоняя меня, когда я позорно пыталась сбежать, схватил за руку, останавливая.

— Ты добрый, умный и красивый сын герцога. Еще и талантливый в магическом плане, — обреченно проговорила я

— Ммм, какая новость! — посмеиваясь, произнес Кенар, вот засранец… Воспользовался моей правдивой слабостью! — А что же ты ко мне испытываешь, милая Ланари?

— Уважение, иногда злость, — еще обреченней проговорила я, даже не пытаясь держать язык за зубами — бесполезно, — А еще, если б ты не был таким противным и вредным, я бы в тебя по уши влюбилась…

— Ух ты, какие откровения…

Кенар уже хотел задать следующий вопрос, но тут я, наконец, вспомнила, что я чаровница. Конечно, противодействовать этому порошку я не смогу, но вот заставить себя перестать говорить могу. Именно поэтому магическим импульсом я заставила свой язык замереть. Очень болючие чары, о чем я и сообщила своим мычанием. Но на войне очень действенный. Того потенциала, который я вложила в заклятие хватит минут на 20… Меньше бы не получилось, я и так рисковала замолчать дня на два, но подрезав вектора можно обойти и это… Спасибо папе, именно он постоянно говорил, что магия — это искусство… Иначе я бы не смогла так подстраивать под ситуацию такие банальные чары.

Кенар, надо отдать ему должное быстренько разобрался, что за чары я применила и обиженно нахохлился.

— Ну, я бы не стал у тебя выведывать все государственные тайны… — расстроено поговорил он, — Такие безобидные вопросы задавал.

Я скептично пожала плечами и направилась в свои покои. До начала торжества осталось минут тридцать. А мне нужно переодеться и законспирировать Либрутти, чтоб никто о них не узнал, пока я не подарю их королеве.

Одев платье и накинув на плечи небольшой меховой шарфик, я разобралась с птичками, поместив их в магическую клетку, которая исчезнет, как только Либрутти признают хозяйку и накрыла их тонким шарфом, который отталкивал шумы, которые исходили изнутри.

Спустя несколько минут после моих махинаций зашел Мэтт. Он был красиво причесан и одет в темно синий смокинг, идеально подчеркивающий его фигуру. Как только он зашел и увидел меня, уже облаченную в прекрасное платье, произнес:

— Ланари, ты прекрасна…

— Нужно соответствовать! — улыбнулась я, — Мне предстоит сопровождать принца…

— А это? — он кивнул на клетку, плотно покрытую тканью.

— Подарок Лантире, — ответила я, беря его под руку, — Пойдем.

* * *

Подобные торжества имели свой регламент. Обычно, празднество делилось на 3 этапа. Первый — все приглашенные поздравляли королеву. Для этого, кстати говоря, тоже было правило, поскольку поздравляли по иерархии. Начинали торжество члены королевской семьи- дарили подарки, потом в числе претендентов на одаривание Ее Величества оказывались герцоги, графы, бароны и виконты… Поскольку у меня нет титула, я должна поздравлять последней. При этом, я уверена, что мой дар произведет настоящий фурор. Вторым этапом являлся ужин. Как сопровождающая принца я буду сидеть за главным столом. Не хотелось бы привлекать лишнего внимания, но от этого никуда не денешься… И третий, завершающий, этап — сам бал… Танцы, шарады, песнопения и прочие развлечения.

В общей зале уже собрался народ. От самых разных цветов, выбранных для нарядов, пестрело в глазах. Все ожидали королевскую чету. Недалеко от трона стояли наследный принц с красивой темноволосой девушкой, одетой в красивое красное платье, которое идеально подчеркивало ее тонкую фигуру и пышный бюст- Лилия Лернап, я полагаю. И принцесса, которая сообщила, что пойдет на торжество без пары. Она нарядилась в бледно-розовое (ну конечно!) пышное платье, мастер Пю высоко поднял ей волосы и сделал легкий макияж, лишь слегка подчеркнув ее естественную красоту! Именно к ним мы и направились. Графы, герцоги и прочая знать разошлись, для того, чтоб пропустить второго принца и его пару на сегодняшний вечер-то есть меня. Они кланялись, а я испытывала дикое неудобство, но так, как я шла с принцем, мне ничего не оставалось кроме как нацепить вежливую (читай, немного виноватую) улыбку.

Как только мы подошли к Маркусу и девушкам, мы с Лилией синхронно поклонились друг другу.

— Добрый вечер, графиня… — произнесла я, — Мне бы хотелось принести извинения за то, что я так бесстыдно похитила вашего партнера.

— Ой, ничего страшного, — так открыто, простодушно и искренне произнесла она, — мне Маркус все объяснил. К тому же, мне тяжело было соперничать с такой прекрасной девушкой!

— Благодарю, — улыбнулась я в ответ, а эта девушка мне нравится. У нее очень добрая улыбка и видно, что она умна, — Но ваша красота ничуть мне не уступает, а даже во много превосходит!

— Заканчивайте обмен любезностями, — наигранно поморщившись произнесла принцесса, — Аж зубы сводит. Думаю представлять вас не надо.

Мы с графиней весело рассмеялись. Все это время оба принца переводили удивленный взгляд с меня на Лилию. Кажется, они думали, что мы сейчас будем ругаться и выяснять отношения на тему того, что мы не смогли поделить мужчину. Как же. Думаю, что с Лилией мы подружимся. Заметила я, каким взглядом Маркус на нее смотрит. Думаю, что в скором времени и свадебку сыграем. Надеюсь до того, как я вернусь от карни, если останемся в живых…

В зал вошел Кенар с бегемотом. Он что, планирует подарить королеве эту массивную зверюгу? А… Нет, не с бегемотом, а с леди Вон… Только, зачем она одела блестящее серое платье, которое лишний раз позволяло сравнить ее с этим животным? Разумеется, я не злая жучка на букву «с», которая считает, что если леди не достаточно красива и худа, то она не достойна любви и уважения. Ни в коем разе. Просто если девушка не красива и внутри, и снаружи, то иначе мыслить я не могла, в уме сравнивая ее то с бегемотом, то со слоном. А о характере леди Вон ходили слухи даже в Академии. И более не лестной характеристики я еще не слышала ни о ком. Эх, прости меня Кенар. Так и быть, то, что я тебе наговорила, когда была под порошком правды, будем считать оплатой за этот вечер… Хотя и не очень равноценной. Ради такого мне следовало бы час говорить правду… Независимо от того, что бы я произнесла…

— Кенар, идите к нам, — громко произнесла принцесса. Нет, не закричала, это слово не подходит королевской особе, а просто очень-очень громко произнесла. Ну, то, что позволено принцессе, не позволено обычным смертным, поэтому подданные, молча, а кое-кто и скрывая улыбки, разошлись, пропуская такую колоритную пару.

— Добрый вечер леди, — поприветствовал нас Кенар поклоном, — Добрый вечер ваши высочества…

Кенар был одет в смокинг на несколько тонов темней моего платья. Красивенько… А главное, гармонично. Эх, права была Патрисия, мы бы действительно бы смотрелись вместе. Впрочем, о своем выборе я точно не жалела.

— Добрый вечер, — склонилась в реверансе перед принцессой и принцами леди Вон. Нас с Лилией она не поприветствовала. Мы с графиней недоумевающе переглянулись. Такое нарушение этикета… — Вы, я полагаю Ланари Лис.

Я вздрогнула от неожиданности. Это «чудо» все же обратилось ко мне.

— Да, леди Вон, — я решила первой ее поприветствовать реверансом, но она уже повернулась к Лилии.

— А вы, графиня Лернап, — Лилия последовала моему примеру, но тоже не удостоилась ответного поклона.

Корнелия молчала, удивленно взирала на такой игнор. Пока молчала, прошу заметить. Моя подруга отличалась взрывным темпераментом. И если мне приходилось засовывать его в места не столь отдаленные, то Ее Высочество могла высказать этой дамочке все, что думает. Как уже говорилось, что позволено принцессе…

— Что ж, Лилия, вам этот цвет совершенно не идет, — проговорила эта Вон светским тоном, — У вашей матушки тоже абсолютно не было вкуса… Когда она скончалась? Год назад? Два?

Честно говоря, я опешила. Принцесса тоже. Принцы с Кенаром возмущенно уставились на эту бегемотиху. Лилия сразу как-то сникла. Еще бы! Мало того, что Карина Вон напомнила ей о такой утрате, так напомнила еще и такой отвратительной фразой.

— Прошу прощения, леди, — услышала я свой весьма разозленный голос, — Но не думаю, что вы вправе диктовать то, как должна одеваться графиня Лернап. Странно слышать это от девушки, которая оделась в цвета отречения и безразличия на торжество, на которое принято надевать яркие цвета. К тому же, ваши слова говорят о полном бескультурии.

Я не стала говорить, что мои слова тоже рознятся с нормами этикета. Но как человек, который в прошлом пережил ту же трагедию, что и Лилия, я не смогла промолчать и слова сами выскользнули у меня изо рта. Разумеется, как девушка, у которой нет никакого титула и весьма шаткое положение в обществе, основанное лишь на памяти о моих родителях, мне следовало бы промолчать. Но увидев благодарный взгляд Лилии, я подумала «ну и черт с ним, с этим этикетом».

Впрочем, леди Вон не обратила на эти слова никакого внимания, лишь посмотрела на меня пронзительным, убивающим взглядом своими глазками, заплывшими жиром. Ага, испугалась, бегу и падаю!

— А королевская чета опаздывает, — произнесла она, поглядывая на большие часы, расположенные в зале приема.

— Королевская чета никогда не опаздывает, это остальные приходят раньше, — строгим голосом произнесла принцесса, — Так что выбирайте пожалуйста выражения.

— Я думаю, что будет лучше, если мы пойдем к семейству Вон, — произнес Кенар, уловив общее настроение.

Я виновато на него посмотрела… И они отошли.

Спустя несколько секунд фанфары известили нас о приходе королевы и короля. Лантира была одета в прекрасное бордовое платье, расшитое золотом, сверкала украшениями и счастливой улыбкой. Все, включая нас, склонились в низком реверансе.

— Добрый вечер, я счастлива видеть вас на моем празднике, — произнесла королева, присаживаясь на трон справа от короля.

Глашатай сообщил, что пришло время поздравлений. Король, поздравил свою королеву в приватной обстановке, теперь черед принцев и принцессы, и далее по иерархии. Глашатай, сперва, объявил принца Маркуса, после чего он, держа в руках небольшую коробочку, поднялся к трону и, поцеловав матери руку, надел на нее очаровательный браслет с крупными бриллиантами и мелкими рунами. Ого, идеально выполненная работа браслета от абсолютного сглаза. Маркус, как всегда, отнесся к подарку и практично и эстетично. Королева поблагодарила сына улыбкой, и он вернулся к нам.

— Его высочество второй принц Мэтт.

Второй принц проследовал к трону, на ходу доставая из внутреннего кармана какую-то расписную бумагу, чтоб позже преподнести ее матери. Прочитав бумагу, королева звонко рассмеялась и поблагодарила второго сына.

— Что там? — спросила я, когда Мэтт вернулся.

— Еще полгода назад я, втайне от матери, открыл Академию для юных девушек, чтоб они могли обучаться там хорошим манерам и прочим женским хитростям. Там дарственная бумага и письмо от тех девушек, чьей покровительницей она теперь является. Она всегда хотела открыть такую школу, но никак руки не доходили.

— Отличный подарок, — искренне произнесла я.

— Ее высочество принцесса Корнелия, — объявил тем временем глашатай.

А Корни, подхватив какую-то корзинку, стоявшую несколько в отдалении, направилась к матери, радостно улыбаясь.

В корзинке оказался маленький хищник — леопардик, которому едва-едва исполнился месяц. Он сонно вылез из корзинки и потерся о ногу королевы. Очень разумный и поистине шикарный подарок. Если такого котика подарить в таком юном возрасте, впоследствии он станет замечательным защитником. Королева приняла подарок, поместив его на коленях и нежно поглаживая пузико. Леопард громко заурчал, что стало слышно во всем зале. На лице у придворных появились умиляющиеся улыбки. Корнелия вернулась к нам, радуясь, что ее подарок произвел такой фурор. Мэтт почему-то крепко сжал мою руку.

А тем временем, глашатай объявил, на секунду замявшись:

— Номинальное высочество, названная дочь короля и королевы леди… Ланари Лис…

Все в зале шумно выдохнули. А до меня дошло лишь спустя секунд пять… Черт, что… Какого?… Номинальное высочество? Названая дочь?… То есть я теперь почти принцесса?… Я в шоке…

Я непонимающе посмотрела на Корнелию, может хоть она объяснит, что происходит?

— Не стоит заставляет королеву ждать, — с улыбкой произнесла она, — Иди…

Я растерянно взяла клетку с Либрутти и не менее растерянно пошла к трону, на котором сидела королева и по доброму улыбалась.

— Ваше Величество… — я была совершенно не готова пройти сюда так скоро, поэтому язык немного заплетался, — Примите этот дар, достойный вас…

После чего сдернула с клетки ткань. Зал пораженно выдохнул, уже второй раз за вечер… и второй раз по отношению ко мне. Да я звезда… Глаза королевы Лантиры удивленно округлились, а король даже наклонился немного вперед, чтоб рассмотреть птичек.

— Это…? — сипло спросила королева.

— Это Либрутти, Ваше Величество. Боевая двойка, способная принести потомство. В данный момент они находятся в клетке, ожидая корма из ваших рук. После чего, они будут всецело вашими…защитниками и друзьями.

Я поднесла клетку и протянула мешочек с зернышками.

— Лучше покормить их быстрей, думаю, что им не очень комфортно в клетке.

Лантира, как зачарованная, приняла мешочек и протянула немного зерна на ладони, после чего клетка исчезла и птички радостно поднялись в воздух, расправляя крылышки, чтобы потом занять место над плечом королевы. Есть у Либрутти такая особенность, они могут замирать в воздухе, практически не шевелясь.

— Ты меня удивила, Ланари… — улыбаясь, прошептала Ее Величество.

— Вы меня тоже, — прошептала я в ответ.

Я вернулась к ребятам, которые стояли на том же месте и зачарованно смотрели на боевую пару Либрутти.

— Лилия, прости, но мне снова нужно украсть твоего партнера, — извиняющее проговорила я.

— Эх, я уже привыкла… — шутя, вздохнула она.

— Маркус, можно тебя… на секундочку.

Мы тихонько отошли на балкон, выход на который располагался прям рядом с местом нашей дислокации. Этикет это не запрещал, ведь дарение подарков продлится часа 2…

— Маркус, что это сейчас было?

— Ну, ты подарила замечательный подарок, думаю, что никто тебя не сможет переплюнуть, — ответил он, облокачиваясь на перила.

— Я не об этом…

— Ланари, я думаю, что ты прекрасно знаешь, ЧТО сделали твои родители для королевства и моих родителей в частности. Еще до того, как они спасли наш Аанарил, отец предложил им титул графа и графини с унаследованием, но они отшутились, сказав, что всегда успеют его по-настоящему заслужить. Как ты понимаешь, титул и графство они не приняли, а вы с сестрой остались абсолютно одни. Так, как у тебя нет мужа, тебе этот титул предложить мы не можем, а без него ты не сможешь хорошо выйти замуж. Замкнутый круг, — он немного подумал, пока я старалась осмыслить услышанное, — Но это, если рассуждать с меркантильной стороны. На самом же деле, мои родители достаточно сильно к тебе привязались. А как к тебе относимся мы — тебе прекрасно известно. Ты с нами провела все детство и почти всю юность. Ты нам действительно, как сестра.

Пока он все это говорил, я поняла еще одну причину, о которой сказано не будет. И скорей всего самому Маркусу она не известна, так же как и остальным. Скорее, это очередной «ход конем» короля. Я буду некоторой границей между королевской семьей. И для того, чтоб злоумышленникам неправомерно заполучить трон им придется пройти через меня. А это немного трудней, поскольку я чаровница… И, если отбросить ложную скромность, талантливая. А данный титул подразумевает, что я буду обязана присутствовать почти на всех королевских мероприятиях.

— Ты сейчас по статусу, как герцогиня. Как только ты вернешься от карни, в твоем распоряжении будут земли, а мама начнет подбирать тебе супруга. Ведь тебе двадцать…

— Корнелии тоже двадцать, а она не спешит выходить замуж, — улыбнулась я, что ж, тот статус, которым мне посчастливилось обладать, действительно не плох, будем благодарны, а не показывать норов, — Тебе двадцать три, а ты до сих пор холостяк…Правда не думаю, что надолго. Мэтту почти двадцать два, а он тоже не стремится обзавестись такой ответственностью. Так что и я пожалуй пока побуду свободной.

— Кстати об этом… — Маркус глянул на проход в залу и, удостоверившись, что там никого нет, продолжил — Вы с Мэттом… Он очень странно себя ведет…

— О чем ты? — не понимала, куда клонит наследный принц я.

— Мне кажется, он что-то к тебе испытывает, как к… девушке.

Я искренне рассмеялась.

— Этого не может быть, — с абсолютной уверенностью ответила я, — Поверь, он, как относился ко мне раньше, так и относится!

— Ланари, за эти пять лет он стал настоящим мужчиной и научился настаивать и убеждать. Не то, чтоб я был против ваших отношений, может оно и будет к лучшему. Просто будь осторожна. Он изменился…

Мы немного помолчали, думая каждый о своем, а потом к нам на балкон вышли Лилия и Мэтт.

— Насекретничались? — спросил второй принц.

— Леди Лис, — Лилия склонилась в низком реверансе, — пользуясь случаем, поздравляю с новым приобретенным статусом.

Теперь я понимаю, почему королевские отпрыски бесятся, когда я к ним обращаюсь, как должно. Это конечно замечательно, когда имеешь какой-то вес в государстве, когда к тебе прислушиваются. Но иногда хочется, чтоб любили и уважали за то, какой ты есть, а не за навязанный статус.

— Лилия, это лишнее, — строго проговорила я, а потом, хитро глянув на Маркуса, произнесла, — Я думаю, что мы с тобой еще не раз встретимся и будет лучше, если мы оставим этот светский тон…

После этих слов она так же хитро на меня посмотрела и мы рассмеялись.

— Дамы, меня поразило то, как быстро вы нашли общий язык, — произнес Маркус.

— Я тоже думал, что вы волосы друг другу повырываете, — вторил ему Мэтт, но увидев наш возмущенный взгляд, добавил, — Ментально, разумеется…

— Вот еще, ссорится с графиней Лернап из-за мужчины! — фыркнула я. Может, женской дружбы не бывает, нас, как минимум, объединяет единство взглядов.

— Вы, конечно принцы и все такое, но порой зарождающаяся дружба лучше, чем ссора за особь противоположного пола…

— В большинстве случаев… — дополнила я.

— Спелись… — страдальчески приговорили принцы.

После этих слов, дверь на наш балкончик начала открываться, каким- то странным образом задев большой вазон, стоящий подле. Он начал кренится, а я по инерции направила вектора, чтоб он не свалился наследному принцу на ногу. И тут, я неожиданно почувствовала чужое вмешательство. Так таааак, а это интересно: вмешательство было неумелым и построенным на интуитивном уровне. У принцев магических способностей нет, значит… Мы быстро переглянулись с Лилией и она глазами попросила не рассказывать о своей тайне, я кивнула. Мальчики- зайчики даже внимания не обратили.

А на балкон вышла принцесса.

— Ну и кто вы после этого? — возмущенно сказала она, — Бросили меня там совсем одну!

— Сестренка, там помимо тебя еще человек двести народу! — произнес Мэтт.

— Ага, но с ними даже не посплетничаешь и не по обсуждаешь их же подарки!

— И что, было ли что-то интересное?… — спросила я.

— Был один подарок, который точно переплюнул твой! — радостно произнесла принцесса, почему то глупо хихикая.

— Что же это? — спросила Лилия.

— Семейство Вон… — Корнелия начала откровенно ржать, — они решили, что королеве не обойтись без золотого… Унитаза…

Тут уж начали смеяться все вместе.

— Как Его Величество до сих пор терпит эту весьма эксцентричную семью? — поинтересовалась я, когда мы просмеялись.

— Графство Вон располагается прямо возле Лерманского леса, а как тебе известно, именно этот лес кишит разбойниками. И графу удивительным образом получается с ними взаимодействовать так, что они не совершают набеги на наши земли, — ответил Маркус.

— Граф Вон вообще отличается тонким умом, но он мало времени уделял жене и дочке, поэтому такой итог. Думаю, что про золотой унитаз он узнал лишь, когда его женушка достала его из-за пазухи…

Мы опять громко засмеялись. Карина Вон свои колоссальные размеры приняла от матери.

— Кенарсюсик, я же говорила, что они тут, — на балкон вплыла та самая Вон, таща за собой упирающегося Кенара.

Кенарсюсик? Я начала рыдать от смеха, не обращая внимание на то, что все остальные не разделили мою радость. Черт, Кенарсюсик… Леди Вон удивленно на меня уставилась.

— Вас что-то рассмешило? — спросила она, затаскивая Кенара на балкон.

С ее приходом стало как-то тесно. При этом, балкон был сконструирован на десять человек и с учетом того, что дамы, как правило, носят очень пышные платья.

— Не обращайте внимание, леди Вон, сказывается нервное напряжение… — сквозь смех проговорила я. Кенарсюсик, черт, моей фантазии хватило лишь на Кенарчик. Он, кстати, бросил на меня весьма убийственный взгляд, он то понял, почему у меня «нервное напряжение», после чего я очень сильно постаралась не смеяться.

— Ланари, а ты не напомнишь мне те чары, которые ты использовала в саду? — с намеком сказал Кенарсюсик.

— Хочешь восхитить своими умениями леди Вон? — спросила я.

— А что за чары?

— Леди Вон, а вы умеете хранить секреты? — у меня появилась идея. Все присутствующие на меня удивленно уставились. Ну конечно, такой болтушке, как леди Вон доверять какие-либо тайны…

— Понимаете, Карина, я ведь могу вас так называть? — снизилась до заговорщицкого шепота, но при этом, чтоб все присутствующие слышали.

— Да, да конечно, — было видно, как сильно она хочет узнать этот секрет.

— Понимаете, я очень быстро набираю в весе… И Кенар, зная такую мою особенность, разработал чары, снижающие вес…

— И что это за чары? — с интересом произнесла она, а Кенар, единственный, кто понял, что я задумала, поддержал игру.

— Да, да… В Академии ее называли пышечкой, но я по доброте душевной помог этой леди…

— Да что вы? И что это за чары? Можно их опробовать, ну… Скажем на мне???

— Есть один побочный эффект… — вздохнула я.

— Да… Это мы предотвратить не смогли…

— Побочный эффект? — переспросила она.

Лица королевских отпрысков и Лилии надо было видеть. Метт с Маркусом скептично на нас посматривали, Корнелия изображала активную работу мысли, а Лилия начала улыбаться, кажется, она поняла, что мы что-то задумали…

Скажем так, мне пришла в голову мысль, благодаря которой мы могли немного проучить эту леди за то, что она обидела Лилию. Впрочем, мне известно, что графиня не первая и не последняя «жертва» Карины Вон, как я уже говорила, слухи о ее характере ходили даже в Академии.

— Да, побочный эффект… — страдальчески произнесла я, — Понимаете, векторы так устроены, что отголосок идет в один важный человеческий орган, и он замирает на некоторое время…

— Что за орган? — обеспокоено спросила она.

— Язык…

— То есть, я… Ну гипотетически… Не смогу говорить какое-то время?

— Да, — сказал Кенар, с трудом сдерживая улыбку.

— Ну тогда применяйте ваше заклинание! — твердо сказала она, — А то я, вам ни капельки не верю…

— Вы уверены леди? Вы не сможете говорить час или даже два, но при этом потеряете лишь пару килограмм…

— Применяйте! — сказала она, но, увидев наши с Кенаром скептические лица, добавила, — Пожалуйста.

— Как скажите, леди.

Мы колдовали не в симбиозе, в котором могли, благодаря знаку Дара, а каждый по отдельности, не сливая потенциал воедино. Кенар направил на нее вектора, призывающие замолчать. Я, по ходу, немного подправила, потому что Кенар хотел продлить чары до завтрашнего утра, но я исправила на два часа. Иначе, эта девочка, привыкшая говорить постоянно, свихнется. Потом, посмотрев на ее глаза, наполненные надеждой и добавила чары, которые заставят ее тело немного усохнуть, испарив некоторые лишние жидкости. А что, она будет молчать и худеть, все, как мы говорили. И вашим и нашим, как говорится. Чары иссушения раньше использовались для того, чтоб полностью избавить противника, от так необходимой его телу жидкости, но я, в очередной раз, подрезала вектора. Поэтому Леди Вон действительно потеряет не больше двух- трех кило. Хотя, как мне кажется, это не особо отразится на ее фигуре.

Воцарилось молчание.

— Что ж, леди, чары применены… Проследуем в залу? — светским тоном сказал кенар, предлагая Карине руку.

Они покинули балкон.

— Эмм, Ани, не объяснишь, что произошло? — спросила Корнелия, пока Лилия и Маркус глупо хихикали, — Никогда не замечала за тобой излишней полноты, наоборот. Не в коня корм… В общем, насколько я понимаю, вы ее немного обманули, заставив замолчать?

— Ну как-то так… — я не стала говорить, что Леди Вон действительно немного похудеет.

— Не плохие чары, очень бы приходились на Общем Совете, — задумчиво проговорил Маркус, — А то советники зачастую такую ерунду говорят!

— Так у вас же есть придворный чаровник! — сказала я, — пусть займется.

— Он уволился, как и десятки до него… После твоего отца никто не задержался на этой должности дольше нескольких месяцев… — произнес Мэтт.

Странно, место королевского придворного мага очень почетно, из-за чего же тогда такая «текучка» кадров?

— Ладно, пойдемте в зал, а то это уже как-то даже не прилично… — произнесла Корнелия.

Маркус с Мэттом двинулись за принцессой, а придержала Лилию за локоток.

Королевские особи не обратили внимание на нашу заминку и проследовали в зал.

— Лилия, когда вошла принцесса…

— Прошу тебя, не афишируй мои способности…

— Почему?

— Тогда меня отправят в академию, но я не хочу оставлять сестру…

— Я могу тебя понять… Но Лилия, это опасно, если твои способности не будут находить выход, то ты можешь сильно пострадать…

— Но ей всего лишь 3 года… Она не сможет без меня пять лет…

Я оставила сестру, когда ей было 7, отправив ее к тетушке. Но тогда, это было необходимо, поскольку я хотела ее защитить, ведь знала, что рано или поздно придет война. Сейчас же, замерцал призрачный шанс остановить периодическое кровопролитие, найдя Свиток Мира. В данный момент судьбы этого королевства, этих людей в наших с Кенаром руках. А я в лепешку расшибусь, но приложу ВСЕ усилия, чтоб пройти эти испытания. Кенар, готова поспорить, тоже… Немного подумав, я произнесла.

— Лилия, найди учителей… Иначе, это действительно может плохо для тебя закончится и тогда, о твоей сестре не сможет позаботиться никто…

— Ланари, есть еще одна причина, по которой я не хочу афишировать свои способности, — тяжело вздохнув, сказала она, — А нанятые учителя не смогут, да и не станут сохранять это в тайне.

— О чем ты?

— Понимаешь, мои родители поженились по расчету, и их любовь друг к другу пришла не сразу… Спустя год, после их свадьбы отец… Отец изменил матери с одной чаровницей… — на глазах Лилии появились слезы, — Так появилась я… Ты не думай, все обставили так, будто меня родила женщина, которую я всегда считала настоящей матерью, она и любила меня, как свою собственную, сумев простить отца… Но в нашей семье никто не обладал магией и, если я обнародую свои способности, поползут слухи. А я совсем не хочу омрачать память о моей семье…

По щекам Лилии текли слезы, а я, честно говоря, абсолютно не знала, как ее утешить.

— Успокойся… — мягко произнесла я, — Никто не посмеет даже плохо подумать о твоих родителях. Мы оставим все в тайне, я честно-честно никому не скажу…

— Как же мне быть?… Ты сказала, что мои способности могут плохо на меня повлиять…

— После моего возвращения, я буду с тобой заниматься! Так мы сохраним все в тайне. Только старайся не применять чары при других чаровниках, они очень быстро сообразят, что к чему…

— Ланари… Спасибо… — выдохнула она.

Как только графиня избавилась от последствий ее расстройства мы проследовали в зал, присоединившись к своим парам на сегодняшний вечер и принцессе.

Мэтт возмущенно на меня посмотрел, а я в ответ ослепительно улыбнулась, побормотав «Прости, женские секретики». Корнелия бросила на меня ревнивый взгляд. С этим позже разберемся. Она всегда была моей самой лучшей подругой, и этот статус никакая графиня не займет. Может, я и не особо доверяю женской дружбе, но с Корнелией мы намного ближе, мы как сестры…

Подарки королеве дарили удивительные: картины, статуи, животных… Но время пролетело достаточно незаметно. Ужин сопровождался светской беседой и, так свойственными королевскому двору сплетнями… Наступило время бала, первый танец, как и всегда, исполнили король с королевой, после чего подключились и остальные пары. Мы с Мэттом тоже танцевали, весело посмеиваясь над Кенаром, которому, из-за этикета пришлось предложить потанцевать леди Вон. Зато молчит. Но как забавно он морщился, когда она наступала ему на ноги… Принцесса кружилась в танце с каким-то графом, своей внешностью очень сильно на поминающем одного знакомого мне садовника. Похоже, Корнелия все же влюбилась в этого Лана, поэтому дает согласия на танцы лишь молодым людям, которые хоть отдаленно его напоминают…

Спустя какое-то время наша компания: оба принца, Корнелия и Лилия, которая уже несколько раз потанцевала с другими партнерами, с позволения Маркуса, разумеется, стояли возле небольшого столика с фруктами и тихонько посмеивались над леди Вон, которая жестами общалась со своей матерью. Королева беседовала с Сицилией Босн, а, собственно говоря, герцогиня и герцог этой семьи кружились в танце. Братья Кенара разговаривали с двумя рыженькими близняшками. Кенар как-то пропал с моего поля зрения.

К нам подошел высокий светловолосый и голубоглазый (прям в моем вкусе) молодой человек и, вежливо поклонившись, произнес:

— Ваше высочество Метт, позвольте пригласить вашу даму на танец.

— Прошу прощения, но сегодня дама танцует только со мной! — строго ответил Мэтт.

Мы с Маркусом обеспокоено переглянулись. Странно… Молодой человек, который был очень даже в моем вкусе, извинившись, ушел.

— Ваше Высочество, боюсь мне вы отказать не в праве… — Кенар возник неожиданно и до того, как я успела урезонить Мэтта.

— Почему не в праве? — с наигранным любопытством спросил Мэтт.

На что Кенар расстегнул пуговку на рукаве и продемонстрировал знак Дара.

— Думаю, что всем известно, что боевой напарник имеет право хотя б потанцевать с тем человеком, с которым их связывают такие мощные чары…

— С этим не поспоришь… — недовольно вздохнул Мэтт, — Но я уже говорил…

— Я помню, Ваше высочество, — спокойно ответил Кенар, — Ланари, не составишь мне компанию в танце.

Ух ты, про меня вспомнили и решили, наконец, поинтересоваться моим мнением. Что ж, потанцуем. Есть у меня вопросы, на которые следует найти ответы…

Я молча приняла предложение, положив руку в его ладонь. Мы направились в центр зала, где танцевало множество пар. В тот же момент, король предложил руку своей дочери, Корнелии.

— Ланари, ты сегодня удивительно выглядишь, — сказал Кенар, когда мы включились в танец, — И спасибо за идею с «молчанием», я думал, что у меня уши завянут от всех тех гадостей, которые я успел выслушать.

— Скажи, а что имел ввиду Мэтт? — перевела тему я.

— Не думаю, что должен тебе говорить…

— Эй, от боевых напарников, как ты выразился, не должно быть секретов! — полу шутливо произнесла я, медленно следуя за мелодией.

— Он сказал, не путаться у него под ногами… — так же спокойно произнес Кенарсюсик.

— В смысле?

— Лани, ты умная девушка, неужели не понимаешь, что принц относится к тебе не как к сестре или другу, а как к женщине…?

— Не понимаю и понимать не хочу… Мы в детстве доверяли друг другу слишком много секретов, слишком много прошли вместе… Со всеми ними… Этого достаточно для того, чтоб быть лучшими друзьями, братьями, сестрами, но относится друг к другу иначе… Это как-то дико…

— Но вы ведь теперь не дети, ты стала очаровательной девушкой!

— Я, между прочим, и раньше была ничего, — перебила его я, — но он как-то не стремился стать со мной ближе. Не думаю, что и сейчас что-то изменилось!

— Ты совсем не разбираешься в мужчинах! — тихо выразил свое возмущение мой боевой напарник, — Еще бы, у тебя совершенно не было отношений!

— Именно потому, что я в них достаточно разбираюсь — и не было! — эх, давненько мы с ним не ругались.

— Что? Ждешь принца на белом коне?! Так вон он стоит, пожирает тебя влюбленным взором! — зло ответил он.

Оп, смена партнера. Теперь меня кружил в танце герцог Босн, собственной персоной.

— Ланари, поздравляю вас с новоприобретенным статусом.

— Благодарю, Ваше сиятельство…

— Теперь н6а вас лежит ответственность не только за миссию. В будущем, готов оказать вам любую посильную помощь. Имейте это в виду.

Очередная смена партнера, даже поблагодарить герцога не успела. Еще один партнер и мы вернемся с Кенаром к нашей перепалке.

— О, вы все же оказались в моих руках, — моим партнером оказался тот самый блондинчик, который в моем вкусе, — Воспользуюсь моментом и приглашу вас на свидание.

— Я подумаю, — улыбнулась в ответ. Ничего другого я сказать и не смогла, потому что все мои мысли были заняты тем, как бы подостойней ответить Кенару.

Оп-ля, вот мы и вернулись к обсуждению моей личной жизни. Я даже как-то немного поостыть успела.

— Никакого принца я не жду, Кенар, — уже спокойно ответила я.

— Наверно поэтому в свои двадцать даже ни разу ни с кем не встречалась? — ехидно спросил он.

— Кандидатов не было, — огрызнулась я.

— Вранье. Просто ты за горой своих книжек их не замечала!

— Зато умная, — признала свое поражение я. И танец закончился. Мы разошлись по разным углам. Он к леди Вон, которая наконец обрела голос. А я к Корнелии, которая после танца с отцом проследовала к королеве.

— Еще раз добрый вечер, Ваше Величество, — произнесла я.

— О, Ланари… — улыбнулась королева Лантира — Твои птички просто чудо! Где ты их нашла?

— Секрет, Ваше Величество… — улыбнулась я.

Она пригласила нас с Корнелией присесть за небольшой столик.

— Ланари, можешь не рассказывать, как обстояли дела в Академии, я и так все знаю… — произнесла она, — Твои родители бы очень тобой гордились… Лучше расскажи, как ты чувствуешь себя сейчас, когда вернулась…

— Я очень рада встретится с дорогими мне людьми, — ответила я, — Ваше Величество, скажите, а почему я теперь…

— Просто прими это, — сказала, как отрезала, — Твоя семья уже достаточно для этого приложила усилий. А еще твоя миссия… В общем, считай, что это благодарность. К тому же, ты росла и воспитывалась во дворце и стала нам родной. Так что это уже даже не обсуждается.

— Благодарю… Ваше Величество… Это большая честь для меня, — сказала я.

Мы еще немного поболтали с королевой и Корнелией. А потом мы с принцессой позорно сбежали в сад, потому что от музыки у нас разболелась голова, а Корнелия уже стерла весь язык, отвечая отказом на приглашения от молодых людей. Мэтт, в этот момент беседующий с каким- то графом, не заметил нашего побега. Надеюсь, не сильно обидится.

Мы действительно очень долго болтали с ней о многом… Я жаловалась ей на Кенара, она говорила о том, как сильно ее все достало и как бы она хотела сбежать и никогда не возвращаться в королевский дворец. Разумеется, она безумно любит свою семью, но ее душила окружающая действительность, достали навязываемые нормы морали и нравственности, которые сами же и нарушают на каждом шагу. Ей хотелось свободы. Свободы и счастья. Мы долго обсуждали все то, что на нее свалилось… Лишь, когда начало расцветать нас нашел Мэтт и Маркус с Лилией, сообщив, что мы пропустили заключительную речь королевы и не попрощались с остальными гостями. Мэтт сообщил, что совсем на меня не сердится и что он все понимает. Это не может не радовать, поскольку мне было необходимо пообщаться с Корнелией тет-а-тет. Лилия сообщила, что ей тоже пора и что будет счастлива меня видеть в любое удобное для меня время. После чего Маркус мы проводили ее до кареты и разошлись спать.

Бывают такие моменты, когда хочется спать, но столько мыслей в голове, что не получается. И вот, ты чувствуешь, что пришел сон, как тело вздрагивает, будто от удара током и тебя вновь захлестывают мысли. Мысли о прошлом, о будущем и настоящем.

Я думала о том, что же делать дальше, какие испытания нас поджидают в дальнейшем. Получится ли у нас заполучить такой желанный свиток Мира, который положит конец войне с соседними государствами и бессмысленным смертям. Для меня это стало вопросом номер один, потому что одна, даже две жизни положили на прошлую войну самые любимые люди в моей жизни. С начала, я воспринимала это как предательство. Ведь они оставили нас с сестрой абсолютно одних, а потом на меня снизошло озарение, что другого выхода не было. Что, для того, чтоб сохранить жизни сотням, то и тысячам — приходится забыть про жизнь свою. Когда-нибудь я вновь впущу в свой разум то событие, из-за которого они погибли, оставшись героями, но пока, я наставила на воспоминания все возможные блоки, чтоб не вспоминать все подробности. Так легче жить, так легче дышать, так легче стремиться стать светлей и чище. Так легче…

Стоит ли говорить, что в ту ночь я так и не уснула. Часы пробили десять утра, то время, в которое знатные дамы после такого масштабного мероприятия еще лежат в постельках и видят прекрасные сны, а знатные милорды лишь начинают трезветь и, после разговора по душам с лучшим другом, либо очаровательной куртизанкой, приходят в постель к своим женам или собакам — кошкам. Но я решила, что нужно делать дела. Ярмарка уже открылась и пора будить Кенара, чтоб найти то, что нам может пригодиться в нашей миссии.

Умывшись и кое-как расчесав волосы, заплетя их в тугую косу, я направилась к покоям Кенара, благо, идти не далеко.

Видимо, я выбрала не самое удачное время. Как всегда, впрочем. Как только я вышла в коридор из покоев Кенара выскользнула девица, прижимая к себе панталончики и шарф. Замечательно, могла бы хоть одеться… Красивая девица, надо отметить, темновалоса, худощава, но с большим бюстом и милым личиком. Кажется, я видела ее на балу. А Кенар молодец, время зря не терял даже сопровождая леди Вон.

Девушка, увидев меня, испуганно пискнула и убежала. Ну, по крайней мере, теперь я точно знаю, что Кенар не спит. Ту мысль, о какой-то странной досаде, я постаралась запихнуть настолько глубоко, насколько это возможно.

Тихо постучавшись, я зашла в покой Кенара. Он стоял и смотрел в окно, одетый в простую рубашку и брюки, с растрепанными волосами. Примерно так он всегда в Академии и выглядел.

— Ты что-то не так поняла? — холодно спросил он.

— А что я должна была понять? — уточнила я.

Он обернулся и увидел меня. Наверно, эти слова он хотел сказать той девушке, которая выбежала из его комнаты. Увы, Кенар, но не думаю, что она вернется.

— А, это ты.

— Ага, та девушка в расстроенных чувствах убежала, — ответила я, усаживаясь на кресло, — Что, Кенарсюсик, не сработала репродуктивная функция, не смог ублажить даму?

— Хочешь в подробностях узнать сколько раз и в каких позах я сумел ублажить эту даму?

— Пожалуй, что от таких подробностей меня стошнит, — поморщилась я, — Знаешь ли, это абсолютно не возбуждает!

— Это потому что ты абсолютно не опытна!

— Зато уверена, что после таких посещений чужих покоев, мне не надо будет мчаться к лекарю и выписывать себе препараты, избавляющие от разные заболеваний, — так же ехидно ответила я, — Знаешь, могу познакомить с местным лекарем, думаю, он тебе поможет избежать дальнейших!

— Ох, не волнуйся, я достаточно предусмотрителен!

— Очень рада, что иду на опасную миссию с человеком, у которого не отвалится нос в самый ответственный момент.

— Ланари! Ты невыносима! Тебе кто-нибудь говорил об этом? — тяжело вздохнув, Кенар налил в две чашки чай и поставил на небольшой столик печенье. «Хозяюшка».

— В основном ты и говорил! — ответила я, откусывая кусочек, — Но мама учила мне не доверять людям, которые глуповато выглядят.

— Кажется, буквально вчера ты назвала меня красивым! — он протянул чашку с чаем. Еще и заботливая «хозяюшка».

— Это было, давно, не правда и вообще не я! — спокойно ответила я, а потом принюхалась к чаю, — Так-так, дорогой, и что же мы туда добавили?

От чая явно пахло какими-то травами, но запах чая их затмевал и я не могла разобрать какие.

— Ты очень мнительная… — произнес Кенар, делая глоток из своей чашки.

— Ага, конечно… Так что там?

— Ничего для тебя опасного, клянусь.

— И все же?

— Ты вчера оставила мне зелье бодрости, но я его не использовал. Добавил сюда, ведь наверняка ты не выспалась… А у нас сегодня уйма дел, — спокойно произнес Кенар.

— Что это за альтруистические наклонности? — с сомнением проговорила я, — То есть, там даже нет почесоточных червей или на худой конец мышьяка?

Он молча забрал у меня из рук чашку и отпил из нее пару глотков.

— Удостоверилась? А теперь пей. Не хочу таскать твою уставшую тушку по всей ярмарке.

Ну я и выпила. Молча. Будем воспитывать характер. Кажется, что Кенар засунул свое желание постоянно мне пакостить в задний карман брюк и перешел к деловому сотрудничеству.

На ярмарке мы приобрели все необходимое: амулеты, походные сумки и специальные костюмы, сделанные из особого материала, который может противостоять незначительным боевым чарам и, как бонус, грязеотталкивающие.

Вернулись во дворец мы ближе к вечеру и разошлись каждый по своим делам. Кенар поехал к семье, сообщив, что переночует там же, а я немного поболтав с королевой, направилась к Корнелии. Позже, к нашей беседе присоединился Маркус. О том, где сейчас находится Мэтт, никто не знал. Хотелось бы с ним попрощаться. Ну так, на всякий случай… Король Наринас передал записку, что телепорт будет готов на рассвете и чтоб мы с Кенаром были готовы. Поэтому допоздна с ребятами я засиживаться не стала, попрощавшись с ними часиков в десять вечера.

Вернувшись в свои покои, я решила принять горячую ванну и лечь спать, но мои планы слегка нарушил стук в дверь.

— Входите! — прокричала я, заворачиваясь в длинный халат.

В комнату вошел Мэтт.

— Привет… — так просто проговорил он.

— И тебе. Ты где весь день был?

— Да так, искал кое-что.

— Надеюсь, нашел.

— Ланари, у тебя есть шанс отказаться от миссии, — вдруг произнес он.

— Даже, если б у меня было куча шансов от нее отказаться, либо меня вообще посадили на цепь, чтоб я этого не делала, я бы высвободилась и нашла бы этот чертов свиток, — твердо произнесла я, — Слишком много жизней сейчас зависит от успеха этой операции и я приложу все усилия.

— Я почему-то так и подумал… — вздохнул второй принц, — Что ж а подарок то хоть ты примешь?

— А вот подарки я люблю… — улыбнулась я.

Он достал из кармана небольшое колечко с крупным красным камнем и множеством рун на ободке.

— Это, очень мощный амулет, который хранит в себе магический потенциал одного сильного мага…

Ноги подкосились и я молча осела на постель. Черт… Это… Это бесценно, несмотря на то, что это очень черная магия… Подобные амулеты. Черт, да нет подобных, я слышала о таком лишь единожды. Такой амулет носит название кольцо Маркеша. Перед смертью этот самый Маркеш заложил все свои силы в одно единственное кольцо. После его смерти, оно досталось его потомкам, а лет сто назад бесследно исчезло. А сейчас нашлось вновь…

— Мэтт, я не могу его принять, — дрожащим голосом проговорила я.

— Почему? — удивленно спросил он.

— Потому что такому кольцу место в самой охраняемой сокровищнице мира, а не на моем пальце. Оно бесценно и я искренне не понимаю, где ты его раздобыл!

— Я его раздобыл для тебя и если не примешь, то я его случайно уроню в океан…

— Не смей! — я даже вскочила от такого заявления, — Говорю же, оно бесценно!

Мэтт резко метнулся ко мне и надел это кольцо прямо на мой безымянный палец, с которого я его тут же начала стягивать! Не получалось, хотя я даже попробовала воздействовать магически.

— Я сходил к одному чаровнику-отшельнику и он его зачаровал так, что теперь никто кроме меня не сможет его снять, — спокойно произнес этот безумец, глядя на мое возмущенное выражение лица. — Так что можешь даже не пытаться!

— Мэтт, сними сейчас же и тащи кольцо к отцу, чтоб он его хорошенько упрятал! — я вложила ладонь с кольцом в его руку, для того, чтоб он избавил меня от этой ноши. Но он отреагировал совсем не так, как я ожидала… Он схватил меня за запястья обеих рук, заводя наверх и резко прижимая к стене мое тело. Даже чуть-чуть наклонился, чтоб его лицо оказалось прямо напротив моего. Какой галантный, черт побери!

— Ты не поняла, моя дорогая… Это кольцо на случай, если Кенара не окажется рядом, а тебе срочно потребуются силы. А так же, если твоего напарника не станет… — прошептал он, почти касаясь меня губами, — То ты сможешь выжить и знак Дара тебя не сожжет. Я навел справки… Это единственный амулет, который тебя спасет. Моя женщина не должна страдать… У нее должна быть хорошая защита.

— А кто тебе сказал, что я твоя женщина?! — смотря ему в глаза, поинтересовалась я.

— Ланари, мне тяжело отпускать тебя… снова, — произнес Мэтт, а я так и стояла, боясь пошевелиться, — Пойми, я просто хочу защитить человека, которого я люблю вот уже на протяжении 10 лет…

Я не могла вымолвить ни слова, не могла пошевелиться… Я просто стояла и слушала, внимательно наблюдая за то расширяющимися, то за сужающимися зрачками человека, к которому я всегда испытывала только родственные чувства.

— Я ненавижу отца, который тебя отправляет на эту миссию. Ненавижу Кенара, с которым у тебя это дурацкая связь… Я с трудом подавляю желание схватить тебя и запереть в какой-нибудь башне, чтоб думать забыла про свои боевые чары и занялась, наконец, чем-нибудь безопасным, — Метт прижался ко мне почти всем телом, будто не замечая, что мне это не приятно. Я старательно отводила взгляд… Черт, кажется, Маркус и Кенар были правы, а я была слепой дурёхой, — Ланари, пообещай, что вернешься целой и невредимой!

— Мэтт, я приложу все усилия, чтоб вернуться со свитком, целой и невредимой, — тихо произнесла я, все так же не смотря на него, — Но это вовсе не значит, что я твоя женщина, я, если хочешь знать, своя собственная.

— Мне плевать на свиток, я вообще не верю, что он существует, — он наклонился к моим губам, а я инстинктивно дернулась, для того, чтоб избежать поцелуя, — Ани, я конечно не буду настаивать, но и свои чувства скрывать больше не намерен. Подумай об этом в поездке…

— Мэтт, да что с тобой? — не выдержала я, — С чего вдруг ты воспылал ко мне такой любовью?

— Я всегда пылал. Говорил с отцом о возможности брака… Но при этом никогда не забывал, что я не смогу тебя заставить… Что ты не простишь. Лишь недавно до меня дошло, что я могу опоздать, что меня может кто-то опередить. А значит, следует играть более грубо…

— Говорил с отцом о возможности брака? — резко перебила его я.

— Да. Он сказал, что не будет вставлять мне палки в колеса, но и помогать не будет.

— Но он нарушил свое обещание и помог, — немного подумав, ответила я. Поняла, что угадала, по помрачневшему лицу Мэтта, — Помог тем, что мой социальный статус можно сравнить со статусом герцогини, а значит теперь одному из принцев не так стыдно жениться на простолюдинке. И именно поэтому ты начал действовать?!

— Не так… Ты права, он действительно помог в этом. Но не специально и не преследуя лишь эту цель. Пойми, даже, если б у тебя не было этого статуса, я бы все равно на тебе женился…

— А у меня ты поинтересоваться на тему женитьбы не захотел? — я поняла, что закипаю, потому что пальцы покалывало от сгустившейся там магии, которая рвалась наружу, чтоб наказать обидчиков… — Знаешь что, дорогой Мэтт, забирай кольцо и уходи.

Я вырвалась из его объятий, отошла к окну и протянула ему руку, чтоб он снял кольцо. Спустясекунд 10 хлопнула дверь, и мы с колечком остались совершенно одни…

Часть 2

На дороге, полной обмана и ловушек, не дать себя запутать дьяволу, бежать прямо и укрываться в тенях, идти за своей жадностью, соперничать с могучими торговцами, швыряющими золото, вращаться в обществе особ королевской крови и судачить об их происхождении, на огромных кораблях сражаться с пиратами, терпеть предательство от самых доверенных партнеров и подчиненных — и дойти наконец до горы сокровищ. Подобные истории рассказывались веками — истории того, что называют обычно «приключениями».

ИсунаХасэкура. Волчица и пряности

Приключение! Люди говорят о нём как о чём-то стоящем, между тем это всего-навсего смесь из плохого питания, постоянного недосыпания и абсолютно незнакомых людей, с необъяснимой настойчивостью пытающихся воткнуть в различные участки вашего тела всякие заострённые предметы.

Терри Пратчетт. Интересные времена

Ни одно богатое приключениями путешествие не останется забытым. Путешествия без приключений не стоят того, чтобы им посвящали книги.

Льюис Кэрролл. Символическая логика.

Телепортация — это очень болезненный процесс, когда твое тело будто разрывает на миллионы маленьких частиц, потом проталкивают через мелкое сито и вновь собирают. Причем очень важно, чтоб собрали в том месте, где нет ни деревьев, ни кустов, чтоб ты не стал обладателем парочки деревянных рогов, вросших в мозг.

Его величество сообщил, что нас телепортируют на границе с карни, а в остальном путь нам придется искать самостоятельно. И получив карту от короля и собрав провиант, мы позволили седовласому чаровнику поработать с нашими потоками, для того, чтоб отправиться в путь.

Мы с Кенаром слишком поздно поняли, что этот самый седовласый не слишком осведомлен о том, как правильно подготовить вектора, для того, чтоб хоть как-то смягчить наше «приземление».

Поэтому, как только мы приземлились на небольшом абсолютно пустом участке в каком-то поле, мы банально «убежали в кустики», для того, чтобы отчистить свои желудки посредством «буэ»- рвоты, рвоты, если совсем просто. Ладно, на самом деле, мы никуда не убегали и извергли содержимое наших ventriculus прям на месте.

Было очень плохо, тело будто бы полностью истощено. Когда я вернусь, я приложу все усилия, чтоб этот «чаровник» почувствовал на себе эти незабываемые ощущения. Думаю, что Кенар испытывал то же само, потому что между «буэ» он умудрился вставлять изощренные ругательства, подслушанные, как я полагаю, у принцессы.

Пришли мы в себя лишь спустя час.

— Кенар, у меня в сумке корень жерна… — прошептала я, лежа на спине и очень задумчиво смотря на небо.

— Достань сама… Я не могу… — откуда-то сбоку произнес Кенар, — Если мы вернемся в королевский дворец, я этому чаровнику панталоны на уши натяну…

Корень жерна — это трава, которая нормализирует работу организма и желудка в частности. Поэтому я очень постаралась дотянуться до сумки и найти это спасительное средство. Я кинула половину Кенару и он отчаянно зажевал. Спустя минут пять нам стало значительно легче.

— Ланари, ты это чувствуешь? — очень обеспокоено произнес Кенар.

— О чем ты?

— Проверь резервы…

Вот черт, магический резерв полностью истощен… Для восполнения потребуются несколько дней отдыха и активного пожирания сладкого… Телепортация никогда не сжигает резерв, а значит…

— Пока мы были в телепортационной сетке, этот хмырь нас истощил… — произнесла я, чувствую полное бессилие, — Но зачем?…

Ответ пришел неожиданно и, как гром, среди ясного неба.

— Вот, вы где, голубчики… — раздалось сбоку, — Давненько мы вас разыскиваем…

Я перевела взгляд на звук и увидела людей, которые, по видимому, пришли по нашу душу. Выглядели они, как банальные разбойники: изорванные брюки, жилетки, подчеркивающие их накачанность и открывающие большое количество разных шрамов. Лица были тоже самые, что ни на есть разбойничьи. Попали так попали… Все дело в том, что небольшой меч, висящий на моем поясе — это обыкновенная фикция, обращаюсь я с ним с трудом, отдавая дань уважения и почитания магии, которой у меня сейчас нет… Насколько я знаю, у Кенара дела обстоят намного лучше, все же его этому с детства обучали. А я… Это большой пробел в моем образовании. Максимум, смогу достать одного, но с другими девятью придется сражаться Кенару… Черт… В его теперешнем состоянии, как и в моем, если честно, сражаться на мечах очень тяжело… Вот вернусь и займусь фехтованием! Если вернусь…

— Чаровник Красм, не смог дать нам точные координаты, но мы вас нашли — елейным голосом, будто собирался выпить с нами чаю, произнес главарь. А потом его тон резко изменился, — Убить! Все улики стереть, пусть король считает, что они пропали без вести!

И разбойники начали наступать. Кенар сориентировался мгновенно, встав в боевую стойку, беря на себя бОльшую половину противников. Я немного отползла, для того, чтоб выиграть время и достать из сумки несколько занимательных зелий. Первое, зелье безудержного чихания, полетело в главаря, который теснил Кенара к своим соратникам. Второе, зелье, изготовленное из почесоточных червей, полетело в разбойника, который медленно наступал на меня, приговаривая «кис-кис-кис». Его бравада немного спала, потому что тело начало покрываться язвами, которые должны были очень сильно щипаться. Я лишь позже поняла всю недальновидность своего поступка, потому что бандит лишь разозлился, почти не обращая внимание на свое тело. Он буквально за секунду приблизился ко мне, поэтому мне пришлось вскочить, оставив сумку на земле. От первого удара я увернулась, нанося свой собственный, который по дикой неожиданности немного ранил этого рыцаря с большой дороги. Лиходей слегка замешкался, потому что зелье начало ДЕЙСТВИТЕЛЬНО действовать и муки его тела отразились на его челе. Я же мешкать не стала и нанесла финальный удар. Разбойник вскрикнул и осел, больше он не побеспокоит.

У Кенара дела обстояли намного хуже. Из десяти разбойников лишь один направился ко мне, остальные наседали на моего напарника. Наверно, меня посчитали слабым звеном, справедливо, победила я по стечению обстоятельств. Кенар сражался, как лев и даже успел серьезно ранить троих, а одного зарубить. Он работал мечом скупо и уверенно, не тратя время на лишние движения и не подпуская к себе ни одного из злодеев. Как только главарь заметил, что я расправилась с одним из его людей, он, отчаянно чихая, направил ко мне еще двух, этим немного облегчая задачу Кенару.

— А можно эту красотку сперва опробовать? — плотоядно улыбнувшись, спросил один их них у главаря.

— Сперва обезвредь, потом я позволю вам всем с ней немного позабавиться, — чихая, произнес главарь, — Из-за этой сучки я не могу прирезать этого щенка.

Ага, зато можешь смести его своим чихом. Почему я не испугалась? Очень просто. Я вспомнила о подарке Мэтта, который скрыла тонкой перчаткой без пальцев. Осталось только дать знать Кенару, потому что если мои чары его заденут, будет не очень радостно. Но так, как двое лиходеев с плотоядными улыбками ко мне подбирались, не было времени выжидать, поэтому, надеясь на доверие, я громко крикнула.

— Кенар, ложись!

Надо отдать ему должное, но он выполнил мое требование почти мгновенно, а я сразу же направила очень мощную ударную волну, по окружающим его разбойникам. По тем двум, которые хотели меня «опробовать», я зарядила тем самым пузырем, который ранее применялся на допросе и, который я демонстрировала студентам лекарям, вот только если эти заговорятся, то увы и ах, пузырь взорвется.

Тех, которые разлетелись по всему полю, я примагнитила векторами обратно, свалив их в кучу и наложив парализующие чары. Пузыри двух других слишком сильно сжались и лопнули, убивая тех, кто находился внутри. Ну не успела я им сообщить, что лучше молчать, слишком занята была.

Кенар перерезал глотки всем, кроме главаря, который даже чихнуть не мог из-за парализующих чар.

— Доставай свой порошок правды, будем выяснять, что это были за черти, — зло произнес Кенар поднимаясь и зажимая бок. Все же ранен…

Я достала из своей сумки антидот от чихания, порошок правды и обезораживающее средство для Кенара. Кинув ему небольшую стеклянную бутылку, я направилась к главарю и от души зарядила ему ботинком под дых. Каюсь, нервы женские, не казенные, немного сдали.

— Опробовать значит? — поинтересовалась я, — Сейчас мы поднимем всех твоих соратников, и эти зомбаки будут тебя поочередно пробовать!

Разумеется, я такого сделать не могла, не тот профиль, но идея очень заманчивая, судя по расширившимся от ужаса глазам главаря. Я вылила ему на лицо антидот от чихания, ведь нам не хочется расшифровывать то, что он будет говорить между «апчхи». Потом дунула на него порошком, чьего действия хватит минут на 15. Надеюсь, успеем, а то порошка осталось не так много, мало ли где он может пригодиться…

— Кто тебя послал? — спросила я. Молчание было мне ответом, странно, казалось бы, что порошок уже начал действовать. Я опять от души зарядила главарю под дых.

— Лана, ты забыла снять парализующие чары, — напомнил Кенар, обрабатывая свои многочисленные раны. Кажется, что его все же не раз достали… Все намного серьезней.

Сняв, парализующие чары, я предупредила: «Дернешься, заставлю пожалеть, что родился. Будешь страдать так, что быть опробованным девятью зомби — покажется тебе сказкой», после чего повторила вопрос.

— Чаровник Красм послал, — ответил главарь судорожно сглатывая, — Он сообщил, что у вас не будет магии, а на мечах вы не мостаки.

— Тебе известно по чьему распоряжению он тебя послал? — задала следующий вопрос я.

— Нет. Он сообщил нам координаты, ваше описание и приказал убить на месте. Заплатил нам кругленькую сумму.

— Сколько? — из простого любопытства поинтересовалась я.

Когда я услышала сумму, я едва не присвистнула. На эти деньги можно было приобрести небольшое поместье недалеко от столицы. Без угрызения совести (да и откуда ему взяться?) я изъяла эти деньги у главаря. Ему они точно уже не пригодятся.

— Что еще нам необходимо узнать, чтоб выйти на заказчика?

— Все знает лишь Красм. Я сообщил все, что знал — обреченно проговорил главарь.

Я уже подняла свой меч для того, чтоб перерезать ему глотку, но неожиданно поняла, что не смогу. Не смогу убить человека вот так просто, не в бою. Даже не смотря на то, что буквально минут 10 назад он не стал бы с нами церемониться. Тот, первый человек, которого я убила, это была вынужденная мера. Двое в пузыре сами виноваты, нужно было тихо сидеть и молчать в тряпочку, пока разозленная чаровница буйствует. Разумеется, это сейчас, пока у меня зашкаливает адреналин я мыслю настолько цинично, может потом я даже напьюсь. Ведь так всегда, первых людей, которые пали от нашей руки, на войне или из-за самозащиты- мы будем помнить всегда. А вот так просто убить человека, который сидит и смотрит на меня обозленным и обреченным взглядом я не смогу. Пока не хватает жесткосердечности…

Я опустила меч и в очередной раз пнула разбойника от бессилия… Кенар, видимо поняв мое состояние, молча похромал к нам и, развернув меня спиной к разбойнику, перерезал ему горло. О хлюпающем звуке и большом количестве крови я старалась не думать.

Надо написать вестника Маркусу, чтоб он произвел тут зачистку и разобрался с этим седовласым судаком. Этим я и занялась, повернувшись спиной к кровавому месиву. Кенар сел подле, подсказывая, что писать и обрабатывая ногу, где зияла небольшая рана. От моей помощи Кенар отказался, сообщив, что с такими ранами он в состоянии справится самостоятельно.

Спустя какое-то время я закончила писать и отправила магического вестника, защищенного огромным количеством разных чар, для того, чтоб его мог прочитать ТОЛЬКО Маркус или король. Пусть разбираются, все известные мне данные я сообщила.

— Ланари, ты не хочешь мне ничего рассказать? — неожиданно враждебно сказал Кенар.

— Эммм, о чем ты? — искренне не поняла я.

— Откуда у тебя вдруг появилась магия? — испытывающе посмотрел на меня мой напарник.

Я молча сняла перчатку и продемонстрировала Кенару кольцо.

— Прости, что не сказала… Просто я не думала, что придется им воспользоваться…

Кенар удивленно разглядывал мою руку.

— Это амулет Маркеша?… — с придыханием спросил он, — откуда это у тебя?

— Мэтт дал во временное пользование… — тихо сообщила я.

— И абсолютно случайно надел его на безымянный палец? — спустя минуту спросил Кенар. Быстро же он отошел от шока, мне потребовалось куда больше времени.

— Совершенно случайно. Уверяю, — зло ответила я. В конце концов, это абсолютно не кенаровское дело!

— Ну- ну… — а потом его тон изменился с ехидного на строгий, — Ланари, я прошу, нет, я требую… доверия! В данный момент мы в ответе за жизни друг друга и если ты мне еще что-то хотела бы сообщить, я жду!

Я вывернула свою сумку, демонстрируя все, что я разработала во время учебы, и что когда-то поместилось в карманы учебной мантии. Он все тщательно рассмотрел, ненадолго задерживая в руках те зелья, с которыми раньше не сталкивался.

— Это все?

— Да.

— Не дурно… — кивнул Кенар. — Что мы делаем дальше? Наш…собственный магический потенциал на нуле.

— Кольцом пользоваться я не хочу. Потому что не знаю, что в нем таится… К тому же своим резервом управлять куда уж сподручней.

— Тогда так, идем в близлежащую деревню и приводим себя в порядок в течение нескольких дней.

— Согласна, придется ненадолго отложить нашу миссию, — ответила я, доставая карту.

Деревня Воськи располагалась к югу от нашего местоположения, топать до нее придется несколько часов, но другого выхода нет. Остановиться в лесу смерти подобно, ведь Кенару нужен нормальный отдых, от количества ран на его теле становилось не хорошо. От помощи он до последнего отказывался. Последним стало то, что он побледнел, и начал оседать прям на дорогу спустя два часа нашего пути. Я мгновенно очутилась рядом и начала осматривать раны на его теле.

— Твою мать, Кенар! У тебя заражение! — воскликнула я, наблюдая на серьезную опухлость возле его ребер, которое сопровождалось обильным нагноением. Кровотечение остановить у него мозгов хватило, а вот проверить рану на яды, которым наверняка были пропитаны мечи разбойников, ему в голову не пришло!

Мне срочно нужна какая-нибудь лаборатория, чтоб узнать, что это за яд. Я не смогу это выяснить в полевых условиях. Собственно говоря, именно поэтому я пошла в боевые чаровники, а не в лекари. У меня просто не хватило бы сноровки для работы вот в таких условиях, а от вида крови начинало иногда подташнивать. Хороший бы из меня лекарь вышел с такими данными.

— Кенар, какого черта ты отказался от моей помощи?!

Но он не ответил… Банально потерял сознание от боли. Так, еще пару часов в запасе есть. Это я выяснила по виду раны, но Кенару должно быть сейчас крайне больно, поэтому я стянула с пальца кольцо, которое мне когда то дала студентка Кати, оно должно утихомирить боль.

После чего взвалила напарника на плечи и чуть не упала. Нет, такую махину нести на себе я точно не смогу… Придется опять воспользоваться магическим резервом Маркаша.

Спустя час огромных магических трудов и полной бессознанки Кенара, я увидела небольшую деревню. А вот и Воськи.

Спустя еще десять минут, я приземлила Кенара и вещи на крыльцо самого ближнего домика, понимая, что смертельно устала…

Спустя несколько секунд, постучала в дверь, размышляя, как по быстрому объясниться с хозяевами.

Спустя еще несколько секунд дверь открыла скромно одетая девушка.

— Мелли? — удивленно воскликнула я, она достаточно быстро добралась до одной из самых дальних деревень…

— Леди Лис? — так же удивленно произнесла девушка, а потом, посмотрев на мое измученное лицо, на Кенара, произнесла, — Заходите скорей!

Мы с двух сторон подняли Кенара и зашли в дом, расположив того на столе. Какое удачное стечение обстоятельств! Спасибо Канис, что привел нас в тот дом, в который бежала помощница первого лекаря в королевстве! Наверняка тут есть и лаборатория, для того, чтоб выяснить свойство яда…

— Мама, подготовь лабораторию и много горячей воды, — крикнула Мелли, помогая мне разрывать одежду Кенара, чтоб изучить раны.

В скромно обставленную комнату вплыла старушка, двигая перед собой лабораторию на колесиках. Не говоря ни слова, она взяла тазик с водой, стоящий поодаль и поставила его на огонь, который тут же и развела.

Мелли начала собирать анализ на яд, а я доставала с полок те ингредиенты, которые могли пригодиться.

— Судя по анализам, это яд реньзилии. Очень хорошо, у нас есть шанс его спасти… — проговорила Мелли.

Пока я обрабатывала раны, она приготовила противоядие и ввела в каждую рану. Спустя несколько секунд дыхание Кенара стабилизировалось и Мелли начала его омывать горячей водой. Ее мать принялась помогать. А я, поняв, что опасность миновала, банально потеряла сознание. Последнее, что я услышала:

— Черт, они же связаны! Мама, дай шприц, она тоже заражена!..

* * *

Если вас трамвай задавит, вы конечно вскрикнете,

раз задавит, два задавит, а потом привыкнете.

Вера Полозкова.

Представьте, что вы набрали побольше воздуха и занырнули в море или речку. Представьте, что все законы физики не сработали и воздух в ваших легких не вытолкнул вас наверх, а вы застыли в состоянии полной невесомости, не чувствуя ни рук, ни ног…

Примерно такие ощущение я испытывала, а «выныривание» было болезненно и сопровождалось ломкой во всем теле. С начала я открыла глаза и уставилась в деревянный потолок, на котором нашло свое пристанище колесо от повозки с размещенными там свечами. Повернув голову, я увидела луну, слабо отсвечивающую в небольшое окошко. С противоположной стороны от окна располагалась лавка, на которой я обнаружила Кенара, заложившего руки под голову и согнув одну ногу в колене. Не очень то удобно так спать, наверно. Сама я лежала на достаточно широкой кровати, укутанная в теплый плед и судорожно вспоминала, как мы тут очутились и почему мы до сих пор не у карни. Вспомнила, прослезилась.

Проверив свой резерв, я определила, что спала примерно день, потому что он восстановился совсем немного. Пить хотелось нещадно. Возле кровати на небольшом стуле стояла кружка, к которой я потянулась, но сил не хватило даже на это, и я уронила ее на пол, разбудив напарника.

— Ланари? — сонно произнес он, — Ты как?

— Кенар, еще раз ты подвергнешь свою и мою жизни такому испытанию по халатности, я тебя убью, честное слово убью… — произнесла я, откидываясь на спину, пить все еще хотелось, но сил, поднимать кружку и искать источник, не было…

— Я как то не подумал, что их оружие может быть отравлено!..

— А голова тебе на что?

— Прости, — спокойно произнес он, хотя я ожидала очередной ссоры.

— Проехали, просто знай, что в лекарских моментах, я намного лучше соображаю.

— Ну как я мог забыть, что Ланари самая умная и все знает лучше других!

— Если ты уберешь из голоса это ехидство, то я с тобой соглашусь! — также шутливо ответила я, — Кенар, я хочу пить. И расскажи мне, что со мной было. На сколько я поняла, то все, что происходит с тобой, мое тело начинает испытывать, но не так, как ты, а через сердце, что опасней, верно?

— Поняла бы ты это немного раньше, нам не пришлось с Мелли вытягивать тебя с того света… — побормотал Кенар, — Она, кстати, рассказала мне о вашем знакомстве. Ты хоть какому-нибудь Высочеству рассказала или просто помогла девушке скрыться?

— Кенар, я не враг королевской семье, рассказала. Просто я не считаю, что люди должны умирать из-за дурости и глупой влюбленности! Это я и объяснила Маркусу, он проникся, но приложил все усилия, чтоб в будущем не допустить Мелли к королевскому двору. Согласись, что это лучше, чем плаха.

— Да я и не спорю. Было бы хуже, если б в Воськах не оказалось толкового лекаря…

— Сколько время? — спросила я, отпивая немного воды, которую мне любезно налил Кенар из кувшина, стоявшего неподалеку на небольшом столике. А я и не заметила.

— Вечер, часов десять… Голодная?

— Да… Мы у Мелли?

— Да, она любезно предложила нам свою комнату, а сама, вымотавшись, легла с матерью.

— Тут есть какой-нибудь постоялый дом?

— Нет, но есть таверна, там остановиться нельзя, но можно поесть…

— Далеко? — вздохнула я, пытаясь встать. Интересно, кто меня раздел, и остался ли цел мой красивый коричневый походный костюм, потому что сейчас я была облачена в длинную белую рубашку. Ну уж нет, я сильная, я смогу. Надо сходить и поесть, потому что у Мелли не хотелось брать ничего, к тому же, нам нужно большое количество сладкого, чтоб восстановить резерв.

— Через несколько домов.

— Отлично, Кенар, дай мне мою сумку.

— Тебе нельзя зелье бодрости, не знаю почему, Мелли так сказала, — ответил он, протягивая мне торбу.

— Да, если я его выпью, то в следующий раз просплю намного больше, — ответила я, доставая из сумки запасную одежду, — Я просто хочу избавиться от слабости, есть у меня одна травка в наличии…

О, нашла, не так много лекарей знает, что простой ментолин, который спасает от кашля, при правильном употреблении избавляет от слабости.

— А теперь, отвернись, девушке надо переодеться.

— Я уже видел все, что ты бы хотела от меня скрыть, — усмехнулся Кенар.

— Ну тогда не отворачивайся, но не гарантирую, что в тебя тогда не полетит что-нибудь тяжелое.

Постепенно силы возвращались, и я почти почувствовала себя человеком. Когда я оделась, мы направились в таверну. Вышли через окно, не хотелось будить хозяйку громким стуком двери.

Таверной являлся небольшой домик, от которого уже за несколько метров несло алкоголем. Но выбирать не приходится…

Мы расположились за дальним столиком, и к нам сразу подбежала молоденькая и симпатичная подавальщица, игнорируя других пришедших.

— Что бы вы хотели отведать? — произнесла она, проникновенно глядя в глаза Кенара. Кажется, что то, что хотела бы отведать я, ее не особо интересует. Прекрасно…

— А что у вас есть? — спросил Кенар, отвечая на ее проникновенный взгляд. А мой напарник время зря не теряет. Кобель.

Подавальщица начала перечислять блюда, которые есть в наличии. Мы заказали мяса и сахарный пирог с клюквенным вареньем.

— Может бы вы хотели что-нибудь выпить? — спросила подавальщица у Кенара, демонстрируя тому глубокое декольте.

— Кенарсюсик, — взяла дело в свои руки я, — Тебе сейчас нельзя пить. И активные телодвижения делать тоже. А вот мне принесите кувшин вина. Полу — сладкого пожалуйста. А ему компотика.

Девушка поморщилась, но ушла исполнять заказ.

— Ланари, неужто ты ревнуешь? — прищурившись, спросил Кенар.

— Ни в коем разе, просто если у тебя разойдутся раны, то мы задержимся тут надолго.

— Вообще-то Мелли приготовила для меня заживляющий настой, так что мои раны уже почти зажили.

— Какая Мелли молодец, — пробормотала я.

— Ну ты точно ревнуешь! — с улыбкой закивал Кенар.

— Было бы кого! — ответила я, — Раз твои раны зажили, я надеюсь, у тебя хватит ума не тащить подавальщицу к нам в комнату, заставив меня спать на коврике у кровати.

— Во-первых, там нет никакого коврика, а во-вторых, я не собирался ее никуда тащить.

— У тебя точно проблемы с репродуктивной функцией, — мстительно проговорила я, выбрав тот момент, когда подавальщица принесла нам напитки. Девушка ойкнула и немного расплескала вино на меня. Видимо, она поняла, про какую функцию я говорю.

— Девушка, вы бы поаккуратней, а то всех клиентов распугаете, — спокойно произнесла я, костюм не впитает вино, не зря мы их заговорили. А то постирушки устраивать совсем не хочется…

Девушка посмотрела на то, как вино соскальзывает с моих брюк прямо на пол, не оставляя пятна.

— Ой, а вы что чаровница? — удивленно спросила она.

— Ну да, — просто ответила я, наливая себе в стакан вино.

— А вы можете мне помочь? — немного заискивая глазами, поинтересовалась девушка.

— С чем? — а на Кенара она уже даже не смотрела.

— У меня мама заболела…

— Так у вас же есть превосходный лекарь… — вставил Кенар

— Мелли то? Так она же чужак.

— А я, что, своя что ли? — немного раздраженно ответила я, кушать хочется, а не лясы точить.

— Ну вы леди — это сразу видно. Вы не думайте, я заплачу! Я скопила денег!

— Дорогая, Мелли была помощницей первого лекаря королевства, а уехала она по семейным обстоятельствам. Можете смело доверять ей жизнь своей матушки! — ага, главное, жениха у нее не уводите, — А я, боевая чаровница, Мелли соображает в лекарстве побольше меня.

— Ну ладно… Спасибо, раз уж госпожа чаровница рекомендует… — протянула девушка.

— Я, между прочим, тоже чаровник! — не выдержал Кенар.

Мы с девушкой на него скептично посмотрели, после чего она направилась за нашей едой, которая должна быть уже готова. Сейчас я буду кушать. Сейчас меня накормят.

— Ты только что увела у меня девушку! — смеясь, проговорил Кенар.

— Ну я же беспокоюсь за здоровье своего напарника! — так же смеясь ответила я.

— А по какому поводу пьянство? — спросил Кенар, кивая на кувшин с вином, из которого я уже значительно отпила.

— Во-первых, мне нужно восстанавливать кровообращение, а во-вторых я вчера впервые убила человека!.. — произнесла я. Подавальщица вновь не вовремя подошла к нашему столику и услышала последнюю фразу. Клюквенное варенье оказалось у меня на брюках. Да что ж это такое?! Хорошо, что не мясо, от которого исходил пар.

— Девушка, ну что же вы! — воскликнула я, слизывая варенье с пальцев.

— Простите, госпожа чаровница… — тихо произнесла она, — а это правда? Про убийство. Просто в наших краях завелись разбойники… Десять человек, и главарь такой мерзкий…

— Думаю, что больше они вас не побеспокоят, если это те самые… — произнесла я. А варенье вкусное, совсем не сладкое, а кисленькое…

Мясо оказалось очень мягким и нежным, скушали мы его очень быстро, потом приступили к пирогу. О снежном зефире я могла только мечтать. Это лакомство отличалось тем, что оно было холодным и совсем чуть-чуть сладковатым, а поедая сахарный пирог, я морщилась и подавляла желание выплюнуть все обратно.

— Что у тебя за выражение лица? — спросил Кенар, когда очередной кусок я обильно запивала вином, которое хоть и было полу сладким, но все же не таким мерзким. Надо восстанавливать резерв.

— Я ненавижу сладкое!

— С такими вкусовыми потребностями, как ты стала чаровницей? Сахар — наш лучший друг! — произнес Кенар, запихивая в себя приторный пирог, — Как ты восстанавливаешь резерв тогда?

— В академии я выписывала себе снежный зефир…

— Ну, карнийских лакомств тут мы не достанем…

Позже, расплатившись по счету, мы вернулись в домик Мелли. Кенар, сняв рубашку и стянув одну подушку с постели, принялся устраиваться на лавке.

— Удобно? — ехидно поинтересовалась я.

— Отвратительно, — вздохнул Кенар.

— Один раз мы уже спали в одной постели, думаю, еще одну ночь я переживу, — мой напарник с сомнением на меня посмотрел, — Кенар, нам нужно поскорее восстанавливать резерв, а для этого нужен комфорт, ложись! Кровать широкая, места хватит и двоим.

— А ты не будешь приставать? — произнес Кенар, устраиваясь рядом.

— Кажется, про твою дисфункцию уже знает весь королевский двор и деревня Воськи, — пробурчала я, поудобней устраиваясь.

— Ты провоцируешь меня доказать обратное! — зло сказал Кенар, поворачиваясь ко мне.

— Дорогой, ты кое-что забыл! — елейным голоском произнесла я, — У тебя нет магии, у меня есть. Спи.

Осталось только язык показать. Кенар лег на спину и пожелал мне «Эротических снов с его участием», а потом вырубился, услышав мое пожелание: «Пусть тебе приснятся кролики». Я же промучилась дольше. Еще бы, больше суток дрыхнуть, но под конец заснула и я. То ли виноват Кенар, то ли мой уставший мозг, но мне действительно приснился эротический сон с его, Кенара, участием. Когда я проснулась, солнышко уже было в зените, ласково касаясь нашего одеяла. Кажется, сон продолжался, потому что моя скромная персона бесстыдно обнимала Кенара всеми конечностями. Он, между прочим, тоже недалеко ушел в распутстве, и обнимал меня чуть пониже спины.

Первое, что я увидела, это его безмятежное лицо. Челка, всегда тщательно убираемая на бок, сдвинулась на глаза, которые слегка подрагивали. Губы, будто нарисованные четкими линиями, почему-то притягивали взор как магнит.

— Кенар… — шепотом позвала я, стремясь разбудить, пока мои утренние фантазии не завели меня слишком далеко. Черт, кажется, мне нравится, что мой напарник меня так по-свойски обнимает. А тело мое очень хочет воплощение ночного сна в реальность. В ту, где Кенар будет ласково трогать мое тело, при этом страстно целовать…

На мой шепот он никак не отреагировал. Дрыхнет. Причем крепко! Вздохнула, подавляя желание дотронутся его губ своими. И не подавила… Мое тело само немного двинулось навстречу. И я его легко поцеловала, едва касаясь.

Неожиданно я получила страстный ответ на мой поцелуй и буквально через секунду оказалась снизу, получая ту ласку и страстные поцелуи, на которые мое тело не менее страстно отвечало. Мысли о том, что все это как-то не правильно я попыталась отправить в астрал и полностью расслабиться. Он целовал мою шею, ключицу, губы, при этом крепко сжимая мою грудь. Что я там говорила про дисфункцию? С этим как раз все в порядке, потому что его возбуждение было трудно не почувствовать сквозь брюки. Он уже начал снимать с меня длинную рубашку, а я расстегивать его штаны, перед этим насладившись его прекрасный торсом, как в комнату вошел третий лишний.

— Ой, а вам нельзя — ахнув, произнесла Мелли.

Кенар со стоном лег на спину, бросая ну очень выразительные взгляды на не вовремя вошедшую, а я, восстанавливая дыхание, одернула рубашку, которую Кенар задрал до подбородка. Мысли постепенно возвращались, а мне стало дико стыдно…

— В общем, закругляйтесь, — без тени смущения проговорила Мелли, — Но, как лекарь, я бы настоятельно рекомендовала вам не переусердствовать. У меня, с вашей легкой руки теперь куча клиентов, а вам надо принимать лекарства. Мама приготовила сахарный пирог, резерв у вас тоже оставляет желать лучшего, как я вчера поняла…

— Спасибо Мелли, — произнесла я, вскакивая с постели и натягивая брюки, хотелось куда-то трусливо сбежать. Но Мелли забыла или не захотела вспоминать про женскую солидарность и вышла, оставив нас вдвоем.

— Ланари… — произнес Кенар, развалившись в постели и наблюдая, как я судорожно переодеваюсь, старательно отводя взгляд, — Ты что, о чем-то жалеешь?

От такого вопроса у меня даже ботинок выпал из рук, подняв который с пола, я быстро надела и не зашнуровав, вылетела из комнаты, как стрела, поступив совсем по-женски. Оставив его вопрос без ответа. Щеки горели, и я чувствовала себя полной дурой. Надо бы чем-то себя занять, наверное, Мелли нужна помощь…

* * *

А в комнате, на кровати остался лежать парень, губы которого расплылись в широкой улыбке.

— Бегай, бегай, дорогая… Все равно далеко от меня не убежишь, — произнес он в пустоту, поглаживая знак Дара…

* * *

Весь день я старательно избегала своего напарника, помогая Мелли с больными. Видимо, вчерашняя подавальщица распространила слух, что новоприбывшая в деревню девушка была первой помощницей королевского лекаря. Кенар отловил меня между двумя клиентами: парнем, страдающим жуткой чесоткой в причинном месте и женщиной, которая мучилась от мигрени. Сообщил, что приобрел коней, а после сразу же ушел. Видимо, тоже пытается забыть утро.

Мама Мелли — Лариса, весь день откармливала меня сладостями, от вкуса которых хотелось утопиться. Но магический резерв постепенно приходил в норму, а значит, что завтра с утра мы отправляемся к карни. Осталось только пережить эту ночь.

Впрочем, зря я волновалась, Кенар так и не появился. Видимо, решил переночевать у той подавальщицы, которая вчера так прозрачно намекала на то, что не прочь с ним сблизится. От осознания этого я расколошматила кувшин с водой и пол ночи не могла уснуть, представляя в каких позах и сколько раз Кенар ублажит эту девицу, падкую на симпатичных мужиков, да к тому же и чаровников.

Утром меня разбудила Мелли, но посмотрев на мое помятое от бессонной ночи лицу, воскликнула «О, Великий Канис» и убежала за какими-то припарками. Выскользнув из постели и глянув в зеркало — захотелось взвыть. Синяки под красными глазами, лицо опухшее, губы искусаны до крови. Впору работать манекеном, который демонстрирует юным дурехам, как не надо себя вести, если влюбился. Кажется, влюбился…

Мелли заскочила с каким-то кувшином и заставила умываться жидкостью, той, которая внутри. От этого опухоль спала, синяки исчезли, а глаза так и остались красными. Ну ничего, зато магический резерв полностью восстановился.

— Ну вот и чего ревела то всю ночь? — приговаривала Мелли, пока я одевалась, — Было бы из-за чего!

— Если ревела, значит, был повод… — пробормотала я, — Кенар уже вывел лошадей, или еще… спит?

— Да Кенар этот твой на конюшне ночевал! Лишь бы тебя не смущать! — строго сказала Мелли, — Знаешь, когда-то ты мне помогла понять, что если мужчина не ценит и плетется за другой, значит это не твой мужчина и никакой яд… или мед… его к тебе не вернут. Тогда, ты мне показалась очень мудрой женщиной, которая еще и проявила сострадание. А теперь я вижу перед собой зареванного подростка, который в отношениях ничего не смыслит!

— Да нет у нас никаких отношений! — возмутилась я.

— Поэтому ты всю ночь подушку жевала? — и продемонстрировала мне эту самую подушку. Действительно жевала. Никогда не замечала за собой такую любовь к куриным перьям.

— Когда- то мне дала совет девушка, которая ничего не смыслит в отношениях, — с намеком произнесла Мелли, присаживаясь на постель, — Теперь позволь мне, девушке, которую фактически бросил жених, променяв на другую, дать тебе совет. Поверь, разочарованные женщины дают всегда самые верные советы. Так вот, оставь, как есть, будто ничего не было. Выжидай. Кенар — мужик настойчивый, сам возьмет все в свои руки.

— Мелли, ты счастлива? — вдруг произнесла я, — Это же деревня, а ты очень неплохой лекарь.

— Поверь, тут намного лучше, чем на плахе. А я слишком поздно поняла свою ошибку. Слишком поздно осознала, что ревность заполонила мой разум слишком неожиданно… За то, что помогла мне прийти в норму, спасибо. А сама не рыдай. Не стоят мужики того.

— Спасибо, — улыбнувшись, ответила я, — Мелли, на столике я оставила плату за ночлег и еду.

— Я не возьму. Забирай.

— Даже не спорь. Вам с матушкой нужно сделать ремонт, обзавестись хозяйством… В общем, прими деньги.

После чего я вышла из домика, тепло попрощавшись с Ларисой, которая готовила обед.

* * *

Теплый ветерок ласково растрепал мои волосы, которые я заплела в легкую косу. Солнышко ярко светило в глаза своими яркими лучиками. Погода стояла настолько удивительная, что хотелось смеяться и носиться по улице, как безумная буренка.

Кенар стоял под небольшим деревом, придерживая двух отличных коней. Не королевские рысаки, конечно, но тоже сойдут.

— Доброе утро, напарничек. Всем в деревне доказал, что нет у тебя никакой дисфункции? — весело произнесла я.

— И тебе не хворать, Ланари. Конечно доказал!

— Кобылам доказывал? Ведь всем известно, что ты ночевал в сельской конюшне.

— Я конечно знал, что ты не лучшего мнения о местных девушках, но называть их кобылами… Фууу… — закатил глаза Кенар.

— Ну если хоть одна из местных девушек согласилась совокупляться на навозе, то иначе я их назвать не смогу.

Что странно, от него совсем не пахло вышеупомянутым навозом, что заставило меня слегка засомневаться в том, что он действительно ночевал на конюшне.

— Ланари, вот знаешь, почему ты такая злая?

— Я не злая, я добрая, — отрезала я, вскакивая на лошадь. Она повела себя понимающе и не взбрыкнула. Вот она, женская солидарность, присущая даже животным. Впрочем, как позже оказалось, лошадка ввела меня в заблуждение, показывая свой истинный норов. Но это позже.

Когда мы выехали в то самое поле, от которого до поселения карни всего пол дня пути, ко мне прилетела магическая весточка от принца.

«Ланари, были приняты все возможные способы, чтоб схватить Красма, но он бежал. Будьте осторожны.

П.С. По вашему возвращению на твои плечи, по распоряжению Его Величества, будут возложены обязанности по поиску чаровников для разных сфер. Оставили только лекаря, остальные уволены, некоторые повешены.

Маркус»

Мдааа, новости, мягко говоря, не очень. Я отдала записку Кенару, сняв предварительно защитные чары. Он тоже не особо остался доволен новостями.

— Ну и почему я такая злая? — наконец решила поинтересоваться я, чтоб как-то перевести тему и не думать о плохом.

— Потому что неудовлетворенная! — торжественно известил меня Кенар. Долго же он этот ответ в голове держал.

— Ну вот вернусь во дворец и направлюсь удовлетворяться, — ехидно ответила я, наблюдая за его реакцией.

— Ага, только попробуй! — пропел Кенар, — Сперва твоего удовлетворятора сварит в кипятке Мэтт, а потом и я добавлю.

— Классно вы обязанности разделили. А моим мнением никто поинтересоваться не хочет?

— Не думаю, что в подобной ситуации твое мнение в принципе учитывается.

— И на каких правах планируешь вмешаться ты? — поинтересовалась я, сдерживая норов лошади, которая за минувший час уже четвертый раз пыталась встать на дыбы, — Ладно Мэтт, он вроде как мой названный брат.

— А я, если ты забыла, твой боевой напарник.

Совсем не такой ответ я хотела услышать. Ну да ладно. Расслаблюсь и буду получать удовольствие. А этот Кенар пусть ко всем чертям катится. Лошадка опять вздыбилась, а я чуть не упала, совсем не готовая к очередной подставе и погруженная в свои мысли.

А спас меня, по законам жанра, Кенар, вовремя подхватив меня за талию, сажая на седло перед собой и придерживая мою лошадь за уздечку.

— Отпусти меня немедленно! Сама справлюсь.

Ну он и отпустил прямо в грязь. Моему костюмчику, конечно, хоть бы хны, но приятного все равно мало.

— Спасибо, — с гордым видом, усаживаясь на свою строптивую лошадь, произнесла я.

— Пожалуйста, — спокойно сказал Кенар, — Когда закончишь строить из себя обиженную невинность, поговорим. В логике тебе конечно не откажешь. Но есть одна проблемка, она женская!

— Извини, я последнее время какая-то взвинченная, — признала я спустя пол часа молчания, понимая, что во многом действительно не права.

— И ты прости, — произнес Кенар, — За то, что подзуживал.

Вот и отлично. Такой мир предпочтительней развернутых военных действий.

Спустя пять часов мученических подпрыгиваний в седле я была готова проклясть все на свете, но, судя по карте, мы почти прибыли, а это как — никак, но грело душу.

* * *

Кенар соскочил со своего коня, который ни в какое сравнение не шел с моей взвинченной кобылкой и сообщил, что надо двигаться в лес и что проход в поселение мы найдем там.

Так и поступили, ведя лошадей за уздечку. Лес был достаточно редкий, для того, чтоб можно было пройти с лошадьми, которых мы отпускать побоялись. Редкие животные: олени, лоси, барсуки, бесстрашно выходили к нам на встречу, с любопытством на нас взирая. Мы их не трогали, они нас не трогали — идиллия. Лес был наполнен магической силой, которую, как вампир, впитывало мое колечко, восполняя утраченные резервы. Один раз мы наткнулись на медведицу с медвежатами, но обратив внимание на то, что никакой агрессии по отношению к нам не было, прошли мимо.

Так мы и блуждали по лесу, в поисках прохода.

Вот зайка пробежал, а за ним лисица. Я уже хотела помочь зайцу, но вмешался Кенар, сообщив, что не правильно вмешиваться в естественный отбор. Вот если б напали на нас…

Что ж, справедливо. Остается только пожелать серому зайке удачи и быстрых ног.

Еще немного побродив, мы решили заночевать. Потому что в темноте ориентироваться было трудней и создавалось ощущение, что мы ходим кругами. Чертовы карни.

Как только мы организовали ночлег, вдали послышался вой волков, от которого мурашки по коже ходили, нет, бегали, призывая забиться в норку и сопеть в две дырочки, не привлекая к себе внимание. Настолько вой был проникновенный, что мне казалось, что было бы кощунственно его пресекать магическим вмешательством, оставалось лишь наслаждаться пением настолько гордых и грустных зверей, не обращая внимания на инстинктивный страх.

Вскоре к волкам присоединились сверчки, дополняя пение хищников своим стрекотанием. Звучало это, как прелестная музыка, от которой все же леденела кровь. Складывалось такое ощущение, что в этом лесу все живут в мире и согласии. А вообще, было очень страшно, поэтому (и лишь поэтому!) я прижалась к Кенару и заснула, почувствовав себя защищенной.

Проснулась я от какого-то шелеста неподалеку. Вскочили мы с Кенаром одновременно, сразу принимая боевую стойку и направляя свет в сторону звука.

Оттуда, уже не скрываясь, выполз огромный ящер и, не обращая на нас почти никакого внимания, прошел мимо и скрылся в кустах. И это ящер Смерти, который выплевывает свой яд в жертву мгновенно парализовав ее им? Да самые известные маги современности предпочти бы встретится с сотней мертвяков, а не с одной такой рептилией…

— Черт, так и инфаркт можно заработать! — прошептала я, — Я считала, что лес карни кишит опасностями, а тут все настолько мирно… Даже один из самых опасных хищников прошел мимо, даже не глянув! А про медведицу, которая, как правило, защищает своих детенышей даже от мнимой опасности — я вообще молчу! Не хило их карни выдрессировали!

— Странно это все… — согласился мой боевой напарник, — Будто лес ждет от нас каких-то действий.

— Осталось только выяснить каких…

— Есть у меня одна идейка… Но она немного абсурдна.

— Готова выслушать даже самые абсурдные предположения. Все равно спать как-то совсем не хочется…

— Ну сама посуди, король сообщил, что они ждут боевую пару, находящуюся в связке, а мы так ни разу вместе и не колдовали…

— Не так уж и абсурдно.

Долго споря на тему чар, которые нам применить в паре, мы сразу отмели все боевые… Решили, что чары света хоть и потревожат обитающих тут зверушек, но все же являются самыми безопасными из тех, которые мы знаем.

Плести вместе заклинания — это волшебно. Вот, ты направляешь вектор, стремясь поправить его по ситуации, но Кенар уже подправляет, перекидывая свой. А потом наоборот. Это похоже на совместно поглаживание милого котика, так же мило и внушает доверие, хочется расслабиться и получить по максимуму удовольствия от того, что кто-то настолько угадывает твои мысли и желания…

Чары получились действительно очень сильными, освещая почти весь лес, хотя, если б мы плели поодиночке, не осветил бы и одну десятую. Кенаровское «абсурдное предположение» возымело успех, потому что буквально через секунду перед нами возник портал. Подобные порталы — очень энергозатратные штуки, переносящие тех, кто через них прошел из точки А в точку Б. Карни хорошо защитили свое поселение, потому что открываются порталы только оттуда. За нами следили, наблюдали и, наконец, дождались наших действий. Жалко только, что идея пришла так поздно. Все же тело нуждалось в отдыхе.

Взявшись за руки (все же боязно как-то) и прихватив лошадей, мы прошли через портал, чтоб через секунду очутиться в поселении карни…

* * *

Лэнарель — старинное поселение карни выглядело удивительно. Сводчатые башни, которые будто вросли в массивные деревья, летающие по улицам маленькие феи, дома, которые тоже являлись продолжением местной растительности — все это притягивало взор.

Во всех книгах по этой расе поселение описывали именно так, но увидеть это воочию… Сказка, которая стала реальностью.

Мы с Кенаром приняли решение — отправится прямиком во дворец. На улицах уже собрался народ, не смотря на ранний час, они услужливо и крайне вежливо указали нам короткий путь до этого великолепного сооружения. Один даже предложил оставить наших лошадей у него. Что мы и сделали, не опасаясь того, что лошадям принесут какой-либо вред. Все же карни достаточно добродушный народ, не смотря на свою скрытность. А уж если тебе удалось пройти через портал, то ты будешь самым долгожданным гостем.

Стражники, стоявшие у ворот дворца (наверное, лишь для проформы), проводили нас в тронный зал, который сверкал великолепием и ни в какое сравнение не шел с любимым залом королевы Лантиры. Карни любят зеленый цвет, потому что считают, что он ближе всех к первозданной природе, поэтому зал был оформлен огромным количеством разных растений, а вдалеке возвышался трон, сделанный будто из корней большого дерева.

Чем ближе мы подходили к трону, тем сильней билось мое сердце. Сперва, от предвкушения, а потом от страха. На троне сидел тот самый карни — Карнет Надинар. Тот, которого я однажды назвала тетенькой, а потом отказалась выйти замуж за старого дяденьку. Этот старый дяденька, кстати говоря, совсем не изменился за прошедшие почти шестнадцать лет. Король, значит. Я схватила Кенара за руку, очень тихо прошептав «это крах». Он удивленно на меня посмотрел, но ничего не сказал.

Ладно, может он меня и не узнает, сколько лет прошло, да и я очень сильно изменилась.

— Приветствую вас, гости, — произнес он все тем же голосом, который так засел в моей памяти, — Я — король поселения Ланарель, Карнет Надинар. Представьтесь.

— Мое имя Кенар Босн, а это… — мой напарник поклонился и уже хотел представить меня, но…

— Мелли Пальк, — назвала имя, которое первым всплыло в памяти, и сделала заученный реверанс. Кенар удивленно на меня посмотрел, но оспаривать не стал. Работать с ним одно удовольствие!

— Мелли Пальк, значит… — с ехидцей протянул Карнет и я поняла, узнал, — А тебе не говорили, что врать старым дяденькам чревато последствиями?

— Если хочешь избежать навязанного в детстве замужества, это простительно, — тихо произнесла я, абсолютно сбитая с толку. Да, к такой встрече я явно не была готова.

— Кажется, ранее ты ответила отказом, назвав меня слишком старым, — произнес Его Величество, — Теперь, мой возраст и внешний вид тебя удовлетворяет?

— Стоит ли расценивать эти слова, как повторное предложение руки и сердца? — с сарказмом поинтересовалась я.

— Разумеется, — еще больше сбил меня с толку Карнет.

— А я думала, что вас тянет только на маленьких пятилетних девочек, — произнесла я, сразу же прикусив язык. Надо же такое королю ляпнуть… Но, на удивление, Его Величество засмеялся.

— Почему ты не прибыла ко двору, когда тебе исполнилось шестнадцать? Кажется, я пригласил всю твою семью, не думал, что такие талантливые чаровники упустят возможность поучится у карнийского народа.

— Обстоятельства, — немного приуныв ответила я, — Моих родителей больше нет в живых.

— Когда это произошло? — поинтересовался король.

— Десять лет назад, во время Страшной войны.

— Не твои ли родители активизировали…

— Замолчите! — только и успела крикнуть я.

А дальше все поплыло, голова нещадно заболела. Я закричала, свалившись на пол. Кенар попытался привести меня в сознание. Вот надо было этому королю произносить слова, на которые я давным давно поставила мощный блок, для того, чтоб не помнить, что именно сделали мои родители. Настолько мощный, что голова будто рассказывалась на тысячу маленьких кусочков, из носа пошла кровь, а мне оставалось лишь кричать от боли. Вдруг, я почувствовала на лбу чью-то холодную руку, спустя мгновение боль прекратилась и я вновь смогла трезво мыслить.

— Девочка, насколько сильно тебе было больно, если ты закрыла все воспоминания под такую страшную печать? — Карнет опустился передо мной на колени, водя руками над головой. А я совсем, ну ни капельки не чувствовала никакого магического вмешательства. Карни — действительно удивительный народ.

Его Величество все же избавился от косичек, с которыми я его наблюдала пятнадцать лет назад и теперь его волосы, закрепленные короной, светлыми волнами подметали пол. Как все же не практично…

— Ваше Величество, я думаю, что моей напарнице следовало бы отдохнуть. Можем ли мы просить вашей аудиенции завтра, после нее мы готовы пройти уготовленные нам испытания, — произнес Кенар, помогая мне подняться.

— Не нужно никаких испытаний, — твердо сказал король карни, поднимаясь с колен, — я дам вам свиток Мира.

— Без испытаний? — удивленно уточнил Кенар.

— Я вижу ваши души, я знаю, что вами движут лишь добрые намерения. Я дам вам свиток… завтра вечером. А сейчас идите отдыхать. Фея Миль проводит вас до ваших покоев.

Тут же в зал влетела малюсенькаяфеечка, облаченная в розовое платье. Ее крылышки трепетали, переливая всеми цветами радуги, а волосы, опять же розовые, спускались ниже пят. Тяжело ей, наверно, на таких хрупких крылышках переносить такую ношу.

— Следуйте за мной, — тонким голоском пропела феечка.

— Вечером, я жду вас на званном ужине, — произнес король нам в след.

Фея Миль провела нас в наши покои, по традиции расположенные друг напротив друга, а потом упорхнула.

Кенар проводил меня до постели. Моя комната была великолепна, обставленная в стиле тронного зала, то есть сплошь и рядом растительность. Мой боевой напарник усадил меня на постель и попросив меня поспать направился в сторону двери.

— Кенар, — окликнула его я, — Останься со мной, пожалуйста…

Он удивился, но развернулся и присел на кровать рядышком.

— Хочешь поговорить?..

— Карнету пришлось снять блок, чтоб мне было не так больно…

— О чем ты думала, когда его ставила? — разозлено спросил Кенар, — Твои родители — одни из самых известных людей королевства, они спасли нас от нашествия такого количества мертвецов, что страшно даже подумать о последствиях, если б не их вмешательство! Их имена на слуху и кто бы смог снять твой блок, если б кто-то в разговоре упомянул их поступок?

— Я приняла меры, чтоб никто не упоминал. Попросила короля, поговорила с директором… Думала, что мне больше не придется вспоминать… Это больно Кенар, знать, что твои родители, вырезая плоть друг другу ставили мощные блоки и активизировали самый сильный щит от нежити за всю историю мироздания!.. Кенар, — мой голос сорвался на крик, — Они резали друг друга, понимаешь? Самозабвенно резали, для того, чтоб спасти тысячи, нет, миллионы жизней. Они применили самое мощное заклинание крови за все времена, а когда полностью иссушили свое тело магией и кровопусканием, взявшись за руки, умерли, вкладывая все капельки силы, которые у них остались в защиту королевства и защиту от противника…

По щекам текли слезы. Слишком больно. Кенар обнял меня, гладил по спине, приговаривая «Ну что, ты Ланари, Ланочка, Лана, Ани… Не плачь… Твои родители были героями, не думай о плохом, не думай о боли, прими эту мысль…». Выплакавшись, я действительно немного успокоилась, размазывая слезы по всему лицу.

— Ты хочешь снова наложить блок? — осторожно поинтересовался Кенар.

— Нет. Я стала старше, думаю, я смогу с этим справится. Первый раз, когда я узнала, все было намного хуже… К тому же, я действительно знала это все, просто поставила щит. Так что за это время, мой защищенный разум все же смирился с этой мыслью… Сейчас мне намного легче и мне действительно надо поспать…

Кенар уложил меня в постель, накрыв легким, как пух, одеялом. После чего вновь направился к двери.

— Ну и куда ты направился? — нашла в себе силы на ехидный вопрос я.

— Ну тебе же надо поспать, — неуверенно пробормотал Кенар.

— А как же охранять мой сон? — обиженно поинтересовалась я.

Кенар уже во второй раз вернулся, присаживаясь на край постели и беря меня за руку. Я сразу же почувствовала себя смертельно больной, которую пытаются поддержать вот таким вот несуразным жестом. Я потянула его за руку, заставляя наклонится, а после и вовсе лечь рядом со мной. А после обняла, уткнувшись носом в, ставшую уже такой родной, грудь.

— Сегодня ты будешь моим плюшевым мишкой, — прошептала я.

— Я все же лелею мысль сменить статус напарника — жилетки на любимого мужчины… — произнес Кенар в ответ.

— Вот с тобой всегда так. То ты серьезен, то ты шутишь… — недовольно произнесла я.

— Я предельно серьезен, — засмеялся Кенар, опровергая свои слова. Вот как можно так смеяться, если ты серьезен?

— Кенар, я не терплю конкуренции и всех девушек, к которым ты подойдешь, ожидает страшная участь под названием фаер-болл, — поддерживая игру засмеялась я, — Вот нужно тебе такое счастье?

— Ланари, у меня уже года два не было никаких сексуальных связей, а девушек тем более! — абсолютно серьезно произнес он.

— Я что, была права про дисфункцию? — ляпнула первое, что пришло в голову я. Как же это, взрослый парень, почти мужик двадцати трех лет и два года без секса. Просто в голове не укладывается!

— Глупая женщина, — взвыл Кенар, — Когда я только тебя увидел, ты мне показалась несмышленым утенком, над которым весело было подхихикивать, а потом, постепенно, ты начала превращаться в прекрасного лебедя, расцветая не по дням, а по часам. Стала действительно умной девушкой, настолько умной, что моя репутация первого студента в Академии значительно пошатнулась, пропуская тебя вперед. Когда ты заняла этот пост, ты была так счастлива, что я даже не хотел бороться с твоим талантом и самоотверженностью. Я наблюдал за твоей жизнью, изредка, ладно… часто, вступая с тобой перепалки. А после на других девушек стало противно смотреть. Они никуда не стремились, живя в своем маленьком мирке моды и платьев… Одна даже пришла к мои покои, тогда в королевском дворце, и потребовала, чтоб я взял ее сию же секунду… Стоит ли говорить, что она было послана очень далеко…

— Подожди-ка… — считала очень важным я прояснить один вопрос, — Сначала ты назвал меня глупой, а потом умной. Что-то тут не сходится…

Кенар зарычал, аки волк проклятущий и, перевернувшись, навис сверху, отрезая пути для отступления.

— Ты невыносима!

— Ты уже говорил, — поудобней устроилась я, вызволяя свои руки из плена и кладя ему на плечи, — Продолжай, мне нравится, когда ты так злостно рычишь!

После чего он наклонился ниже и поцеловал меня. С начала трепетно и нежно, а потом его губы стали требовательней и жестче, заставляя меня изгибаться от удовольствия. Я мгновенно стянула с него уже расстегнутую рубашку, впиваясь ногтями в его шикарную спину и обхватывая его ногами за бедра. Он расстегнул мою жилетку и кинул ее вглубь комнаты, за ней же полетела и рубашка. Он целовал мою шею так страстно, что я поддалась нашему сексуальному безумию и немного прикусила его за плечо, чтоб хоть как- то скрыть стон блаженства.

Из-за этого блаженства мы не сразу заметили, что в дверь кто-то отчаянно стучит. После чего она сама отворилась и влетела феечка с объемным свертком и словами «Наряд леди Лис для званного ужина». Этой фразой она и подавилась, обратив внимание, в каком виде мы находимся.

— Эээ… Оставьте пожалуйста на столе, — пробормотала я отчаянно краснея и чувствуя злобу на не вовремя вошедшую, вылезая из под Кенара и прикрываясь пуховым одеялом. Лицо Кенара надо было видеть, оно было таким злым и недовольным, что я испугалась за жизнь феечки.

Фея Миль без слов, и стараясь на нас не смотреть, пролетела к небольшому столу и положила сверток там, развернулась и быстро улетела, прошептав на прощание «Простите».

Я потихоньку выскользнула из под одеяла.

— Куда? — в очередной раз зарычал Кенар, — Стоять! Третий раз ты от меня не убежишь!

После чего он схватил меня, почти ускользнувшую, за руку и вернул обратно в постель резким рывком.

— Да я так, водички попить… — улыбнулась я, обнимая напарника и продолжая то, на чем мы остановились.

Только сейчас сверху оказалась я, это значительно упрощало мне задачу по расстегиванию кенаровских брюк, которые впоследствии улетели куда- то вглубь комнаты за моей рубашкой и жилеткой, за ними последовали и мои бриджи…

* * *

Я лежала на спине и рассматривала потолок, который тоже был произведением искусства, как и вся комната. Тонкие листики вились в разнообразные узоры, складываясь в картину, от которой невозможно было отвести взгляд. А еще, я, кажется, была счастлива, Кенар лежал возле и рисовал пальцем по моему обнаженному животу.

Как вести себя дальше, я не знала, но очень надеялась, что все, что сказал мой напарник — правда, что он действительно ко мне испытывает что-то большее, чем желание.

— Кенар, нам следует собраться на ужин, — вздохнув, сказала я. Из постели выбираться ну совсем не хотелось, как из объятий Кенара. Складывалось такое ощущение, что как только мы покинем эту удивительную комнату, то все волшебство исчезнет.

— А нам обязательно нужно идти? — обреченно спросил Кенар, прижимая меня поближе.

— Конечно. Отказ от званого ужина у карни граничит с оскорблением, — ответила я, выбираясь из кенаровских объятий, — Я в ванну, ты со мной?

Ну конечно же он пошел со мной. Ванна, к счастью, оказалась огромная и уже, к нашему удивлению, наполнена горячей водой, благоухающей запахами разных бодрящих масел. Сервис тут очень даже на уровне.

Когда мы покинули эту комнату, в которой совершали разные непотребства, противоречащие нормам морали и нравственности, о которых мы вдруг неожиданно забыли, я решила посмотреть, что за сверток так любезно и не вовремя доставила мне фея. Платье оказалось удивительным — с длинным шлейфом, открывающее бОльшую половину спины и совсем немного грудь. Красивого жемчужного цвета, чудным образом гармонирующим с моими темными волосами — прелестно…

— Знаешь, если ты оденешь это платье, мы точно никуда не пойдем, — произнес Кенар, — И дело даже не в моих фантазиях!

— А в чем же? — поинтересовалась я, разглядывая этот восхитительный наряд, который даже не помялся, не смотря на то, что так долго пролежал в свертке

— А в том, что король карни тебе вроде как сделал очередное предложение, а если ты оденешь это платье, это может его обнадежить.

— Ты совсем ничего не знаешь о традициях карни?

— Не так много.

— Наряды на званые вечера всегда предоставляет сторона, которая приглашает. Так что, если ты проследуешь в свои покои, ты обнаружишь там костюм и для себя. И вообще, иди переодевайся! Нам через 20 минут нужно быть на ужине, мы слишком много времени потратили на… водные процедуры.

— Зайду через десять минут, — улыбнувшись и поцеловав меня в нос, Кенар вышел.

Кажется, волшебство пока не исчезло. Я все так же чувствую ту эйфорию. Ни о чем не жалею, а Кенар?… Я лишь недавно поняла, насколько он мне дорог. Главное, чтоб я не ошиблась в выборе. Хотя судя по активному сердцебиению, я уверена, что все сделала правильно, но стоит ли доверять сердцу в таком щекотливом вопросе? Не будет ли потом так, что мы с напарником будем друг друга избегать, встречаясь лишь для того, чтоб знак Дара нас не сжег?

Сомнения неизбежны…

Я уже оделась и заплела пышную косу, когда вошел Кенар в темно синем костюме, который ему очень шел. Спустя несколько секунд залетела фея Миль и, отчаянно краснея, что очень гармонировало с цветом ее наряда, попросила нас проследовать за ней.

* * *

Зал для званого ужина был оформлен так же, как и остальные комнаты, в которых мне посчастливилось побывать. Уже даже не удивляет…

Недалеко от длинного стола стояли два представителя расыкарни, оба с длиннющими волосами, поэтому со спины определить какого пола существо можно было лишь по наличию платья. Как только глашатай объявил о нашем приходе, Кенар поклонился, а я сделала глубокий реверанс, выражая свое уважение. Карни ответили нам тем же.

— Леди Лис, — спустя мгновение произнесла высокая девушка неописуемой красоты, — А правда, что вы являетесь названной принцессой вашего королевства?

— Я совсем недавно приобрела этот статус, — скромно ответила я.

Обакарни, а именно девушка и молодой мужчина, вновь склонились в нижайшем поклоне. Все же монаршую особу принято приветствовать более бурно, пусть даже и названную.

— Не стоит, — сказала я, — Это мне следует чествовать ваши магические умения и доброту!

— У нас просто есть один секрет! — засмеялась та самая леди.

— Не поделитесь? — улыбнулась в ответ я.

— Вы — наши гости, мы должны вас развлекать разными историями! — произнес мужчина, который, по всей видимости, сопровождал эту леди.

— Истории будут позже, — произнес только что вошедший Его Величество Карнет, — Сперва ужин, не будем же мы морить наших гостей голодом.

Он окинул меня оценивающим взглядом, а потом, посмотрев на мое запястье, в его глазах проскользнула какая-то горечь. Я не удержалась и посмотрела на свое запястье. А это что-то новенькое, в круге, обозначающем знак Дара, появилась небольшая закорючка. Кенар тоже глянул на мое запястье, а потом на свое, там блестела такая же загогулина… Удивленно переглянувшись, мы дружно посмотрели на Его Величество, все же он король самой великой расы чаровников, он должен знать о магии все…

— Проследуем, к столу, — переводя взгляд на других гостей, произнес он.

Нас усадили друг напротив друга, по правую и левую сторону Его Величества- очень почетно. Мы пробовали восхитительную еду, скрашивая время в диалогах о школах карни, об их традициях. Я даже поговорила с ними на древнем карнийском, который так самозабвенно учила.

— Знаете миледи, между прочим, наши традиции ведут начало с древнейших времен, — произнесла леди Марналина, легко касаясь салфеткой губ, — К примеру, вы что-нибудь слышали об истиной паре?

— Нет, — удивленно ответила я, много пригубив восхитительное карнийское красное вино.

— Истинная пара — это то, к чему стремится каждый карни. Идеальный спутник жизни, который подходит карни по всем параметрам… — улыбнулась она, — Лишь мужчина может почувствовать в девушке ту самую. Девушка начинает это чувствовать намного позже… Это не объяснишь словами, это можно лишь почувствовать. Не обижайтесь, но вы, люди, уже давно забыли о такой вот истинности… А я могу похвастаться, что недавно обзавелась такой вот истиной парой…

Она влюблено посмотрела на своего спутника, он не менее чувственно на нее.

— Марналина, — почему-то недовольно произнес Его Величество, — Рассказала бы лучше про наши удивительные водопады!

— Братик, так про водопады не так интересно! — о как, оказывается, что Марналина- сестра короля, — Просто наше Величество все ждет свою ненаглядную…

— Марналина! — предупреждающе произнес Карнет, — Ты забываешься!

— Да ладно, тут же все свои! — засмеялась принцесса, — А люди, носящие знак Дара, это почти истинная пара, только в магическом смысле! Так что без пары тут только ты, братик!

— Я не теряю надежды, — произнес король, почему-то пристально глядя на меня, Кенар, сидящий напротив, как-то напрягся.

А спутник жизни Марналины- лорд Фионрис, заметив всеобщее напряжение, попробовал перевести тему на те самые водопады, но король его перебил:

— Ланари, ты не стала опять ставить блок, почему?…

— Я решила, что будет проще попробовать с этим смириться… — ответила я.

— Скажи, насколько хорошо ты помнишь нашу первую встречу? — задумчиво разглядывая бокал, неожиданно спросил он. Леди Марналина как-то странно охнула.

— Как сейчас… — подумав, ответила я.

— Вот тебе пример истинности, — не отрывая взгляд от бокала, произнес он, — Если б твоя душа была наполнена темнотой и негативностью по отношению ко мне, если б истинные силы не вмешались, ты бы меня тут же забыла. Но уже тогда, я увидел в тебе отголоски моей истиной пары, но списав все на твой юный возраст, пригласил тебя и твою семью погостить сюда спустя какое-то время, дождавшись, когда ты станешь старше… Я ошибся, нужно было забирать тебя прямо тогда, ведь сейчас твое сердце принадлежит другому мужчине… — он бросил взгляд на Кенара, который нахмурившись слушал то, что говорит Карнет, — Впрочем, человеческая любовь не вечна, а я все так же чувствую в тебе те же отголоски, так что я буду ждать. Век карни долог…

— Прошу прощения Ваше Величество, — проговорила я, чувствуя, как внутри меня разживается огонь, — Но меня возмущает такая тенденция, когда мужчины, окружающие мою скромную персону, все решают за меня!

Кенар и король скептично на меня посмотрели, хоть какое-то единение. Был бы тут еще и Мэтт, было бы вообще прекрасно! Не слишком ли много хороших мужчин на меня одну?! Мне бы хватило одного Кенара…

— Я дам вам свиток Мира сегодня! — твердо произнес король, — И сегодня же вы покинете поселение… Это невыносимо видеть, как сердце истинной пары так сильно бьется от чувств к другому. Но это не значит, что я потерял надежду. Как я уже говорил, век человеческих чувств недолог. Вскоре я нанесу визит в ваше королевство.

— Я извещу Его Величество, о том, что к нам с дипломатическим визитом приедет Ваше Величество, — вежливо произнесла я. Уже сегодня нам дадут свиток! Уже сегодня мы вернемся домой, а я заберу сестру в королевство, куплю домик и мы будем жить, так, как я мечтала… Я найму Мари учителей, а если у нее обнаружатся магические способности, отдам ее в Академию… Вот оно счастье… А об этих «истинных парах» я вообще думать не буду!

— Миль, — громко произнес Его Величество, — ты назначаешься хранительницей свитка Мира, принеси его.

— Да, Ваше Величество, — феечка появилась так же неожиданно, как и улетела.

— Фионрис, подготовь портал для Ланари, ее напарника и Миль.

— Да, Ваше Величество.

— Прошу прощения, — решила уточнить я, — а Миль отправляется с нами?

— Разумеется, — ответил король, — любому свитку карни нужен хранитель.

— А ей будет комфортно в нашем королевстве? — забеспокоилась я, — Там не так много растительности и воздух совсем другой…

— Я думаю, что ты о ней позаботишься до моего приезда, — спокойно ответил Карнет.

А феечка, тем временем влетела в зал, с небольшой сумочкой, из которой торчал крохотный свиток.

— В ваших руках, он примет стандартную форму. Идите собирайтесь. Ужин окончен.

* * *

Мы стояли напротив портала, сквозь который виднелся королевский сад. Феечка Миль сидела у меня на плече и крепко держала меня за волосы. Ее можно понять, ей страшно, ведь она никогда не покидала пределы поселения карни. Злой бяка Карнет, назначил хранителем такое милое и безобидное создание!

Кенар ждал меня возле портала, пока феечка на моем плече выслушивала ценные указания от короля, периодически кивая.

Закончив разговор на языке фей, потому что язык на котором он говорил я не поняла совсем, он обратился ко мне:

— Ну, что Ланари, до скорой встречи, — после этих слов он поцеловал мне руку. Вполне следует этикету, но мне стало как-то неуютно. Особенно учитывая красноречивый взгляд Кенара.

— До свидания, Ваше Величество, — поклонилась я и проследовала в портал, предлагая феечке пальчик, чтоб она не выдрала мне все волосы. Она с благодарностью приняла мой палец, совсем не детской силой в него вцепившись, да так, кто я всерьез задумалась что хуже, остаться без пальца или без клока волос.

* * *

— Ну что, вот мы и дома… — задумчиво произнес Кенар, разглядывая королевский сад, в котором не было видно ни единой живой души, — Теперь к королю?

— Можно и к королю, — весело ответила я. Феечка, слетев с моего плеча, перелетала с одного цветка на другой, сердито приговаривая «Вы мои хорошие, за вами совсем не так ухаживают! Стебельки надо подрезать с любовью, а не размышляя о формах местных дам!»

— Миль, ты с нами? — спросила я. А феечка вновь присела на мое плечо, очень удобный она выбрала транспорт.

— Я сюда еще вернусь! А сейчас к вашему королю…

Куда мы и направились, проходя между деревьями и кустарниками, как вдруг услышали громкий мужской смех. Удивленно переглянувшись, мы проследовали на звук. А смех то не зря показался мне знакомым.

— Добрый вечер Ваше Высочество, — сделала реверанс я, — Привет Лилия!

Застали мы их на небольшом покрывале, на котором лежало большое количество самых разных фруктов и сладостей.

Феечка Миль сразу же приметила снежный зефир, и начала медленно соскальзывать с моего плечика, для того, чтоб совершить варварский набег на еду для пикника аристократов.

— Ланари, Кенар, — сразу же встала с покрывала графиня, — Вы вернулись!

— Ланари, давай без Высочеств, — поморщился Маркус, — Как все прошло? И что это за чудо?

Он кивнул на феечку, которая очень забавно схватила два небольших кусочка снежного зефира и полетела ко мне. Один, она схрумкала в полете, а другой предложила мне. Я, с благодарностью, приняла угощение, нагло спертое прям из под носа наследного принца. И как только в такую крошку столько поместилось? Одно радует, вкусы у нас одинаковые!

— А это, дорогой Маркус, фея Миль — хранительница Свитка Мира! — торжественно произнесла я, облизывая пальцы, ммм, вкуснотища, на званом ужине десерт король зажал, выпроваживая нас из поселения.

Лилия с Маркусом восхищенно смотрели на фею, которая от чувства собственной важности выпятила грудь и высоко задрала подбородок, одной рукой опираясь на мое ухо.

— То есть у вас получилось? — с трепетом произнес Маркус, протягивая руку к моей фее, которая его тут же по ней стукнула и спряталась за мою косу.

— Разумеется, получилось, — ехидно сказал Кенар, — И я не причем. Ланари у нас водит дружбу со всеми королевскими особами, я полагаю. А некоторые ее еще и замуж зазывают. Причем активно.

— Завидуй молча, — огрызнулась я, феечка запуталась в моих волосах и это добавляло некоторый дискомфорт.

— Было бы чему завидовать! — буркнул Кенар.

— Миль, перелезай на плечо, плохой дядя Маркус тебя не тронет!

— Это я- то плохой? Феи исчезли из нашего мира сотню лет назад, я впервые увидел представительницу этой расы!

— Еще бы они не исчезли! Если каждый норовит их потрогать своими огромными лапами! — засмеялась я, помогая феечке выпутаться из своих уже окончательно спутавшихся волос, — А вообще, это так, на будущее, феи не терпят мужских рук, предпочитая женские. Но даже тут стоит быть аккуратным. Лишь, если фея сама проявила интерес, то до нее позволено дотронутся. А уж если разозлить или напугать фею, то ходить тебе… ммм, ну предположим, с ослиными ушами, пока особа этой расы тебя не простит!

Фея согласно закивала, вновь усаживаясь на мое плечо. На самом деле магия фей намного сильней человеческой или даже карнийской. Только направлена она на исполнения желаний, которые никак не связаны с боевыми чарами. Но остальным об этом знать совсем не обязательно, это, вроде как, закрытая информация и мне очень не хочется, чтоб Миль начали пользоваться.

— Я учту, — серьезно сказал принц, — А вы, леди Миль простите мою неосведомленность.

— Ваши извинения принимаются, — тонким голоском пропела эта нахалка.

— Ладно, мы ушли к Его Величеству, — сказала я, а потом добавила, подмигнув Маркусу, — А вы тут, отдыхайте!

* * *

Пока мы шли по коридорам дворца, мы с Кенаром успели поругаться.

— И что ты будешь делать дальше? — спросил мой напарник.

— Отправлюсь за сестрой, куплю домик и буду жить припеваючи! — улыбнувшись своим мечтам, ответила я.

— А что ты собираешься делать с королем карни?

— А зачем мне с ним что-то делать?

— Он серьезно настроен на то, чтоб вернуть свою истинную пару себе.

— Пока никаких грубых методов я не заметила. Ну а замуж выходить я точно не собираюсь, — уверено произнесла я, чувствуя, как обида заполняет мое сознание. Карнет ясно дал понять, что вернет меня лишь, когда век человеческой любви истечет, что, по его мнению, должно случится совсем скоро. А если Кенар так всерьез интересуется, то… Он тоже считает, что этот век недолог? Да и любовь ли? Значит, я ошиблась? — К тому же, я буду решать проблемы по мере их поступления.

Ладно, засовываем всю эту романтическую чушь далеко и надолго. Нужно собраться.

— А тебе не кажется, что ты не успеешь решить проблему, как только она поступит?

— К чему ты клонишь?! — постепенно злясь, уточнила я.

— К тому, что ты в восторге от этого Карнета!

— Я не в восторге, а просто хорошего мнения. А с чего мне думать о нем плохо? Он дал нам свиток, накормил ужином и отправил домой! Тебе не кажется, что он повел себя, как мудрый и добрый правитель?!

— Да он тебе нравится! — прищурившись проговорил Кенар, — Может еще успеешь вернуться и дать согласие быть его истинной парой?

— Кенар, да иди ты!.. иди ты, знаешь куда?! — у меня даже слов не было от обиды. Феечка, молча наблюдавшая за нашей перепалкой, вдруг решила мне тихонько подсказать:

— В задницу?

— Да, Кенар, в задницу!

После чего я ускорила шаг.

— Ланари! — окликнул меня Кенар, догоняя. Но я уже, предварительно постучавшись, открыла дверь в кабинет короля. Краем глаза, заметила, что Миль показала Кенару язык. Моя девочка…

— Здравствуйте Ваше Величество, — выполнила заученный реверанс я. Фея у меня на плече повторила те же действия.

— Проходите, Ланари, Кенар, мне уже доложили о вашем прибытии. Как все прошло?

Наш величественный монарх облокотился на кресло, отодвигая вбок бумаги, указал нам на два мягких стула, стоявших с другой стороны стола. Мы присели и все рассказали, умолчав лишь об истории с истиной парой и о том, что произошло в моих покоях. Об этом мне и самой не очень хотелось вспоминать. Я была очень зла на Кенара, который стал неизвестно в чем меня обвинять, да еще и предложил мне вернуться. Р-р-р…

— А еще, Ваше Величество, он собирается обрадовать нас визитом, — завершила рассказ я.

— Что ж, все вышло, как нельзя удачно… Спасибо Вам! — произнес король, — Вот только свиток можно будет активизировать только в следующее полнолуние, а пока, пусть он побудет у хранительницы.

— Сохраню его в целости и сохранности! — поклонилась фея.

— Ваше Величество, разрешите мне воспользоваться телепортом до Академии, мне нужно забрать сестру. Обратно мы доберемся верхом, — попросила я.

— Туда вы отправляетесь с Кенаром? — спросил король, звоня в колокольчик.

— Да, — ответил Кенар.

— Нет, — одновременно с ним произнесла я.

— Так да или нет? — прищурившись, посмотрел на нас Его Величество.

— Да, — дал окончательный ответ Кенар.

В комнату зашел секретарь Его Величества — полный мужчина в преклонном возрасте, однако свои обязанности, по слухам, он выполнял наилучшим образом.

— Организуй телепорт в Академию на две персоны на завтрашнее утро.

— Да, Ваше Величество, — произнес он.

— Спасибо, Ваше Величество… — в унисон произнесли мы с Кенаром.

После чего, раскланявшись, вышли.

— Ну и зачем тебе в Академию? — сердито поинтересовалась я.

— По двум причинам.

— Не расскажешь?

— Ну почему же, первая, мне нужно забрать диплом чаровника, нам обещали засчитать эту миссию за практику, — спокойно произнес Кенар шествуя за мной по коридору, — А вторая, неужели ты думаешь, что я позволю двум молодым девушкам путешествовать без мужского сопровождения?

— Я вообще-то боевая чаровница!

— А я отправляюсь с ней! — так же сердито, как и я произнесла Миль.

— Прошу прощения, трем молодым девушкам.

— Я фея!

— Я чаровница! — сообщили мы Кенару в унисон.

— А то я не знал! Но это не отменяет одного из главных правил этикета, леди не должны путешествовать в одиночку.

— Леди мы номинально, так что можешь не перетруждать себя.

— Не волнуйся, мне все равно пока что абсолютно нечем заняться! — так же едко сообщил Кенар.

— Вот и отлично, — после этих слов я свернула к покоям принцессы, а Кенар пошел к выходу.

— Человеческие мужчины такие ревнивые! — воскликнула Миль, когда я уже почти дошла до покоев Ее Высочества.

— О чем ты? — вынырнула из своих мыслей я.

— Ну как же, этот юноша очень ревнует тебя к Его Величеству Карнету, неужели не заметила?

— Я заметила лишь то, что он хотел меня ему спихнуть, — сердито ответила я.

— Это у него так ревность проявляется, — уверенно ответила феечка.

— Странная у него ревность… — вздохнула я.

— Это просто ты в мужчинах абсолютно не разбираешься, — авторитетно пропищала эта мелюзга, лениво дрыгающая ножками у меня на плече.

* * *

К Корнелии я привыкла заходить без стука, зная, что она ненавидит, когда в ее дверь долбятся. Так я и поступила, застав Ее Высочество в очень пикантной ситуации.

Она стояла и обнималась с садовником Ланом посреди своей комнаты. Не закрыв дверь, не выставив верную служанку, чтоб предупредила, если кто-то нагрянет. А если б зашла не я, а Маркус или, Канис упаси, король с королевой?!

— Вот дела… — тоненько пропищала феечка, соскальзывая с моего плеча, — это прям как в балладе принцесса и свинопас!

— Не свинопас, а садовник! — возмущенно произнесла принцесса, освобождаясь от объятий мужчины, — Ланари, с возвращением!

Она подошла и крепко меня обняла, немного зажимая феечку, которая очень бурно запищала что-то про «Произвол!».

— А это что за мелкая? — с умилением разглядывая обиженную Миль, спросила Корнелия.

— Ничего я не мелкая, это ты гигант! — пропищала в ответ феечка.

— Какая забавная! — засмеялась принцесса, — А какая красавица!

Миль высоко задрала носик, разглаживая волосы. Какая же она забавная!

— Ээм, Корни, а ты ни о чем не забыла? — аккуратно поинтересовалась я.

— У матери день рождения был недавно, у отца через 7 месяцев, у Маркуса через 5, у Мэтта через 8, у тебя через месяц, — начала перечислять она, загибая пальцы, — Нет, я ничего не забыла!

Я ей кивнула в сторону Лана, растерянно стоящего посреди комнаты.

— А-а, Лан, договорим позже, — кивнула она ему. После чего он вылез в окно. Ну а чего, всего- то второй этаж! Я не удивлюсь, если у них там еще и лестница стоит, на всеобщем обозрении. А что? Пусть все знают, что у принцессы и садовника роман. Хотя Корнелия может всех убедить, что в ее комнате он поливал цветы, которые она не особо любит и, которых у нее нет!

— И часто вы так разговариваете? — поинтересовалась я, присаживаясь в кресло.

— Не особо, раз в пару дней, — беззаботно ответила она, предлагая феечке переместиться с моего плеча на подушку.

— А о конспирации ты подумать забыла?

— А что, еще никто не ловил.

— Очень глупо, Корнелия, так нарываться… — вздохнула я, — Хочешь, чтоб отец тебя поскорей замуж выдал, чтоб не путалась с садовниками?

— Ани, мне так любви хочется… А принца на белом коне ожидать не приходится. Оба — мои братья. А отец никогда не отдаст меня замуж за принца того королевства, с которым мы воюем. Да и я сама не пойду! Вот и остаются простые садовники…

— А как же герцоги, графы, бароны… Все же лучше…

— Фи, напыщенные индюки, которые от слова «попа» из уст принцессы начинают нервно чесаться, а если употреблю что-нибудь покрепче, так вообще крах! Заикаются и нервно пятятся к выходу. Ну вот какой девушке понравится то, что после того, как она откроет рот и слегка позабудет о манерах, мужики разбегаются, как крысы с корабля… — принцесса тяжело вздохнула, — Ладно, лучше расскажи, как твои дела? Как ваша миссия?

Ну я и рассказала, всё, без утаек. И про разбойников, и про Мелли, и про Кенара, и про Карнета, и про истинную пару… Всё.

Это был очень долгий разговор: мы с Корнелией то лили слезы, то хохотали во весь голос. Феечка заснула после нашего пятого по счету «рёва», сообщив, что даже ее крепкой психики не хватит на двух ненормальных дурочек.

Спать я тоже легла у Корнелии, благо места было по-королевски много, а возвращаться в свои покои совсем не хотелось.

* * *

Проснувшись, я поняла, что опаздываю к телепорту. Нагло залезла в огромный шкаф Корнелии, я выудила оттуда коричневые брюки и просторную рубашку — нет времени идти за мантией. И так сойдет, я туда совсем ненадолго.

Феечка уже проснулась и красовалась перед зеркалом. Придирчиво меня осмотрев, она традиционно устроилась на моем плече. Так мы и выдвинулись в зал телепортом, я на ходу стягивая волосы в пучок, а Миль подпрыгивая от быстрого шага у меня на плече.

В зале телепортации уже ожидал Кенар, о чем-то беседуя новым магом, квалифицирующемся на телепорте. Чаровник Красм бежал, а на его место поставили временную кандидатуру.

Кенар, прервав разговор с чаровником, быстрым шагом подошел ко мне.

— Я его проверил, одолжив у тебя порошок правды, нам ничто не угрожает. Но где, черт возьми, ты провела всю ночь!

Я уже открыла рот, чтоб ответить что-нибудь едкое и противное, потому что хорошим настроением по утрам я явно не страдала, но Миль меня опередила.

— По мужикам шлялась, а что, завидно?

Я еле сдержала смех. А феечка то у меня с характером и с ярко выраженной женской солидарностью… Похвально, похвально. А Кенар скептично смотрел на мое, расплывающееся в улыбке лицо.

— Такая мелкая, а уже обманываешь! — с укором произнес Кенар.

— Малыш, я старше тебя лет на 50! — тоненьким голосом произнесла Миль. А об этой феечке новые факты всплывают.

— Леди, лорд, вы готовы? — произнес чаровник, — На той стороне вас уже готовы встретить!

— Кенар, подумай раз сто, отправляешься ты с нами обратно или нет, — прошептала я, двигаясь в сторону специальной ниши, — Моя сестра отличается своим… эээ… В меру вздорным характером. К тому же мы действительно можем добраться самостоятельно. Всего день пути.

— Я принял решение и уже известил родных, чтоб не ждали к ужину.

— Какой молодец, — прошептала феечка и мы хором засмеялись.

* * *

Академия встретила нас мягкой посадкой и некоторым количеством встречающих.

— Ани… — ко мне сразу же подбежала Мари и принялась крепко обнимать.

— Привет, родная, — обняла ее в ответ я, сдерживая комок в горле. Как же давно мы не виделись. Как же она выросла…

Мари двенадцать, когда мы потеряли родных, ей было всего два годика, так что она плохо помнит события минувших лет. Я периодически приезжала к тетушке, у которой она жила на каникулах, но время всегда убегало слишком быстро, и мне приходилось возвращаться в Академию, так и не насытившись общением с сестрой. Характером моя сестра пошла в меня, добрая, милая, иногда ласковая, но если ее кто-то обидел или задел — начинает шкодить. На самом деле, я чувствовала свою вину, за то, что не уделяла ей должного внимания, которого ей, как мне кажется, сильно не хватало. Именно поэтому, я, да и тетушка, у которой она жила, закрывали глаза на многие ее шалости, к тому же, мы знали, что просто так, она не начнет шкодить. За тот год, что я ее не видела, она выросла на несколько сантиметров, начала обзаводиться более девичьей фигуркой и… обрезала волосы по плечи.

— О, Великий Канис, Мари, что с прической? — воскликнула я, потому что всегда строго настрого запрещала сестре резать волосы, считая, что карни в чем-то правы.

— Тетушка так больно драла волосы, что я их обрезала… — расстроено проговорила моя сестра.

— А если честно? — ну уж я-то хорошо знаю, когда моя сестра врет.

— Мальчишки… — вздохнула она, — Зарядили бомбочкой из смолы.

— А ты?

— А я прорезала им все брюки между ног, когда их мамаши вывесили их одежду на просушку.

— Фу, Мари, — поморщилась я, — Нельзя называть добрых женщин «мамашами», даже если их сыновья круглые дураки!

— Эти «добрые женщины» пытались догнать меня с розгами! — пожаловалась Мари.

— А ты?

— А я убежала…

— Мари… Я не это имею ввиду.

— А я подсыпала им пуд соли в тесто!

Кенар, стоящий сзади расхохотался, а это он зряяя…

— Лана, а я думал, что тебя опасно злить, — сквозь смех проговорил он.

— Ани, кто это?

— А это, дорогая, человек, который когда-то обкорнал меня, а потом покрасил в голубой цвет, по совместительству он мой боевой напарник!

— О своих достижениях ты почему-то смолчала, — прекратил смеяться Кенар, увидев изучающий взгляд моей Мари.

— Девушкам позволительны, самые безбашенные поступки! — продекларировала Миль с моего плеча.

— Ой, а это кто? — переключила свое внимание на феечку моя сестренка, — Какая мииилая!

Феечка сразу расплылась в улыбке.

— Я Миль, — сообщила она, — Ты тоже хорошенькая!

И эта предательница сразу перелетела на плечо к моей сестре, что-то шепча на ухо. После таких шептаний, Мари бросала уж очень злостные взгляды на Кенара. Мне его даже жалко стало.

— Миль, ты мне там ребенка не испорть! — предупредила я.

— А я не ребенок, — сообщила сестра.

— Может вы обратите, хоть капельку своего внимания на главу этого заведения? — услышала я голос директора.

— Ой, здравствуйте мастер Пач! — покраснев произнесла я, как-то даже неудобно…

— Мое почтение, мастер Пач, — произнес Кенар.

— Ну неужели. Заметили наконец! — полушутливо произнес директор, — Как прошла миссия?

— Успешно, — произнес мой боевой напарник.

— И как вы друг друга только не убили?!

— Ради великой цели можно и потерпеть, — притворно вздохнула я.

— Ладно, вечером жду с докладом. Будете получать дипломы, — улыбнулся мастер Пач, — а сейчас у вас свободное время.

Как только мастер Пач ушел по своим директорским делам, а Миль с Мари о чем-то шептались, ко мне подошел Кенар и задал вопрос:

— Дорогая, а где именно ты терпела ради великого дела? В твоих покоях в карнийском дворце или в ванной?

— Кенар, — как кошка зашипела я.

— Или ты ничего не помнишь? — сделав безобидное лицо, уточнил он.

— Мари, пойдем ко мне в комнату! — звонко произнесла я, прерывая наш с Кенаром диалог.

— Конечно, Ани, — оторвалась от феечки она, — А этот твой напарник с нами не пойдет?

— У этого, между прочим имя есть! — возмутился Кенарсюсик.

— Прошу прощения, Ваше Сиятельство, — и низенький такой поклон. Кажется, Миль рассказала что-то такое, из-за чего моя сестрица очень недовольна. Надеюсь, у феи все же хватило ума не рассказывать, в какой интересной позе она нас застала, когда приносила платье.

— Э-э-э, — удивился Кенар, еще бы реверанс она сделала по всем нормам этикета, при том, что пять лет прожила в деревне, — Можно без сиятельств, просто Кенар.

— Нет, Мари, этот мой напарник не пойдет с нами, его попросту не пустят в женское общежитие.

— Ну тогда пойдем, — с важным видом ответила моя сестрица.

Болтая обо всем на свете с Мари, мы зашли в мою комнату в женском общежитии.

Все, годами мною наработанное, все книги я отправлю каретой, взяв с собой лишь самое ценное. Осталось только собрать вещи.

* * *

Утро было раннее, Академия еще только начинала просыпаться, так же как и некоторые ее студенты — самые ранние пташки.

В желудке зияла черная дыра, и есть хотелось очень, ну очень, сильно. Поэтому я решила наведаться в столовую и захватить завтрак для Миль с Мари.

Выйдя из комнаты в столь ранний час, я никак не ожидала обнаружить там кого либо. Мало того, что обнаружить, так еще и мужчину! В женском общежитии! Сюда даже директор, опасаясь гнева смотрительницы Нары, заходить не стремится!

Прочистив горло и встав в стойку «руки в боки» я громко произнесла:

— Студент Наркель Барц, а ну-ка стоять!

Он мгновенно замер, медленно разворачиваясь ко мне.

— Ой, практик Лис, доброе утро…

— Не сомневаюсь, что доброе, студент Наркель.

— А я тут, это… цветочки поливаю, — а потом до этого героя-любовника дошло, что именно он сказал, после этого осознания Наркель густо покраснел.

— И что же за имя у этого цветочка? — сдерживая улыбку и смех, строго спросила я.

— Кати Ларн… Она чаровник-практик, пятый курс — вздохнув, произнес он.

— Отличный выбор, Наркель, только не забывай, что она относится к очень знатному роду и простым «поливанием» ты не отделаешься…

— Это то и проблема… Ее семейство меня не приняло… Ее хотят выдать замуж за одного из сыновей герцога Босна. А я титулом похвастаться не могу.

Одного из сыновей герцога Босна?! Вот черт. Ревность — ревность. Разумеется, я понимала, что у герцога трое сыновей и вероятность того, что тем самым окажется Кенар один к трем, но зная то, что Патрисия стремится женить своего старшего, вполне вероятно… Надо что-то делать… К тому же, Наркель действительно не плохой парень и если Кати решилась перейти на уровень «поливания цветочков», то значит, у них все серьезно и от ее брака с одним из младших Боснов никому лучше не будет.

— Наркель, как ты думаешь, а семья Кати изменит к тебе отношение, если ты будешь проходить практику первым помощником королевского лекаря? А в, последствии, если хорошо себя проявишь, будешь работать у него на постоянной основе?

Наркель с удивлением на меня воззрился. Все дело в том, что если у лучших студентов моей специальности есть возможность устроится на хорошее место при прохождении практики, то лекарей, обычно направляют в какие-нибудь глухие деревни, где их талант могут не заметить, а чаще всего и не замечают. А Наркель действительно стремится к знаниям, судя по тому, что я заметила на моем занятии. У него чуткий и пытливый ум, а я прекрасно знаю, что королевскому лекарю нужен помощник, почему бы не поспособствовать тому, чтоб студент занял это престижное место и не убить двух зайцев разом.

— Вы… Вы… Серьезно?… Это очень почетно…

— Но я направлю прошение только при одном условии… — нарочито медленно произнесла я.

— При каком? — с улыбкой спросил Наркель.

— Расскажи мне, как ты проник в общежитие! Нара ярая блюстительница морали и нравственности.

— Она очень любит орехи в меду…

— Но она не принимает угощение, а если принимает, то проверяет их на наличие снотворного и прочих вредоносных ингредиентов, — с уверенностью проговорила я, поскольку несколько раз присутствовала при таких «проверках».

— Ну пару раз проверит, а потом уже не будет ждать подвоха…

— Хитро, — подумав произнесла я, — Но не испытывал бы ты судьбу.

— Практик Лис, спасибо вам за назначение…

— Все будет зависеть лишь от тебя. Если ты серьезно накосячишь, я ничего не смогу, да и не стану делать, — прервала его я, — Я всего лишь даю тебе шанс.

— За это и благодарю, — произнес Наркель, — Не думаю, что родные Кати изменят из-за этого свое отношение, но я хотя бы постараюсь чего — нибудь добиться.

— Я побеседую с герцогиней Босн, но ничего не обещаю. Во многих вопросах она очень… своенравная леди.

— Спасибо… — с широкой улыбкой произнес он, — Кенар Босн, он же ваш напарник?

— Да, — ответила я, — А сейчас иди к себе.

Он, еще сотню раз поблагодарив, действительно ушел. А я поплелась в столовую.

Чтоб из общежития дойти до столовой, нужно выйти на улицу, где оказалось достаточно прохладно. Особенно, если учесть, что я выскочила в тонкой рубашке Корнелии. Поэтому я постаралась максимально быстро проскочить этот небольшой участок. Как говорится, «поспешишь, людей насмешишь». Я никого не смешила, но столкнулась с кем-то в дверях столовой. И моментально оказалась прижатой спиной к стене. Пустив эклектический разряд по телу, я, наконец, сообразила, что прижата я оказалась Кенаром, который подобные разряды уже научился отображать.

— Кенар, какого черта? — возмущенно поинтересовалась я, даже не пытаясь вырваться из подобного захвата.

— Вот ты и попалась, — несколько маниакально произнес он, — без сестры, без феи… Только мы вдвоем.

— Ага, и буквально через несколько минут толпа невыспавшихся голодных студентов, — ехидно ответила я, — романтика. И вообще, я с тобой не разговариваю!

— Кажется, сейчас ты именно это и делаешь.

Я хранила молчание, злостно смотря в глаза Кенара.

— Ну прости ревнивого дурака, — вздохнув, произнес мой боевой напарник.

Я принципиально молчала, не смотря на то, что сердце билось с удвоенной скоростью.

— Если ты будешь молчать, я утащу тебя к себе в комнату. У нас смотритель не такой блюститель морали и нравственности. Я вообще его видел раза два…

Я конечно была не очень против, но ему я об этом сообщать не собиралась, к тому же…

— Я хочу есть. Миль хочет есть, Мари хочет есть, — перечислила я, — Хочешь оставить нас голодными?

Кенар, вздохнув, отпустил, а потом сказал:

— Ты теперь не Лана-заучка, а Лана — мама утка!

— А ты, как былдураком, так в дураках и ходишь, — обиженно протянула я.

— У тебя просто на другое фантазии не хватит.

— Ха — ха- ха, — по слогам произнесла я.

В столовой, как и ожидалось, никого не было, поэтому я нашла повариху в ее каморке и попросила покушать. Она меня знала, поэтому без вопросов дала еды в необходимом количестве. Кенар предложил помощь при транспортировке, но я отказалась, не желая делиться.

Миль с Мари занимались полезным делом. Собирали мои вещи. Вроде там нет ничего взрывоопасного… Наверное…

— Ани, а правда, что мы будем жить во дворце? И то, что ты теперь принцесса? — протараторила Мари.

— Жить во дворце мы будем не так долго, купим дом. А на счет принцессы — НАЗВАННАЯ принцесса. Просто у меня теперь есть некоторые обязанности…

— Это какие? — плюхнувшись со мной на постель, чтоб перекусить, спросила сестренка.

— Присутствовать на светских раутах, хорошо выглядеть, чистить зубы по утрам, расчесывать волосы…

— То есть те, которые ты и раньше выполняла.

— Да, Мари, считай, что ничего не изменилось… — улыбнулась я.

— Лани, — пропищала феечка откуда то с полки, — а это что такое?

Она с легкостью притащила сверток с нее размером мне на колени. Действительно, что это? На нем написана дата, так что получила я сверток примерно год назад, в день моего рождения. Но интересно, почему я, человек, который очень любит подарки, его не раскрыла?

— От свертка воняет черными чарами… — пробормотала Миль, — Может просто его выкинем?

— Ну уж нет! — твердо ответила я, — Мне уже даже интересно, что там внутри.

Поэтому поставив все возможные блоки, отодвинув сестру подальше и попросив феечку быть на подхвате, я начала медленно разворачивать сверток. Внутри обнаружился кристалл на цепочке и записка. Сперва я решила прочитать записку.

«Приблизишься к королевскому дворцу, последуешь за своими родителями»

Посмотрев на Мари, которая обеспокоенно глядела, на меня из дальнего угла, я быстро разорвала записку. Миль, сидящая у меня на плече молчала.

— Ани? — испуганно поинтересовалась сестра, — Что там?

— Неудачные стихи на день рождения, — нашла в себе силы для улыбки я.

— А что это за кристалл? — поинтересовалась она.

Мы с Миль переглянулись, не зная, что ответить. Кристалл оказался выжигателем энергии. Если б я открыла сверток год назад, я бы серьезно пострадала, пролежала бы месяц в больнице, потому что тогда я еще не знала выжигающих чар и как от них защититься. Кто-то хорошо изучил нашу академическую программу.

От кристалла надо избавиться, что я и сделала. В комнате ужасно завоняло тухлыми яйцами. Вот такое свойство у чар уничтожения зловредных вещей.

— Фууу, Ани… Почему ты его уничтожила, теперь воняет…

— Мари, — театрально закатила глаза я, — Мало того, что стихи неудачные, так еще и амулет хорошего настроения просрочен! Если б я его оставила, то у нас бы у всех очень испортилось настроение.

— Это точно… — пробормотала Миль, но я жестом попросила ее не рассказывать Мари, какая опасная штука была у меня в руках.

— Я вот даже не знаю, что лучше, сидеть в комнате, в которой не воняет тухлыми яйцами, но с плохим настроением, или вот так вот… — проворчала она, не заметив наших с Миль переглядываний и открывая окно.

Подобный «доброжелатель» для моей скромной персоны, тем более год назад — это конечно сильно. Что же такое я могу найти во дворце, что значительно усложнит жизнь автору этой записки? Не знаю. У меня, конечно, выдающиеся способности, но не из ряда вон выходящие. К тому, же буквально недавно я провела время во дворце, но пока, тьфу-тьфу-тьфу, жива. И окончательно удостоверившись в том, что каждая новость имеет свой срок действия, я начала паковать вещи. Вдруг еще что-нибудь «интересное» обнаружу.

К сожалению, ту мысль, что иногда новости, как хорошему вину, следует хорошенько настояться, для того, чтоб открыть все грани вкуса, я почему — то во внимание не приняла…

* * *

Вечером я получила диплом боевого чаровника и грамоту, выдаваемую пяти лучшим студентам на курсе. Кенар, кстати говоря, тоже получил грамоту.

Директор Пач внимательно выслушал наш рассказ о миссии, которой, как таковой и не было. Он выразил свою обеспокоенность поведением Красма, с которым был знаком. «Хитрый жук. Своего никогда не упустит. Да и силен… В общем, будьте осторожны, пока его не поймают» — сообщил директор.

— Мастер Пач, — не уверенно произнесла я, — сегодня я разбирала вещи и наткнулась на подарок, посланный мне год назад, который я, лишь по счастливой случайности не открыла. Записка, в которой говорится, чтоб я не приближалась ко двору и амулет, выжигающий энергию.

Кенар обеспокоенно на меня поглядывал. А мастер Пач повел себя странно, он был совсем не удивлен, но о чем- то размышлял.

— Мастер Пач… — окликнула его я.

— Да, Ланари. В твой прошлый день рождения мне тоже пришла записка. В ней говорилось, что если ты приблизишься к королевскому двору, то тебя уничтожат. По магическим следам ничего вычислить не удалось… Именно поэтому я настоял на том, чтоб ты проходила практику в академии. А потом отпустил тебя лишь по той причине, что почти сразу же ты отправилась к карни и у злопыхателя не осталось бы шанса к тебе подобраться. К тому же, у тебя появился боевой напарник, а это значит, что если вы вместе, то тебя уничтожить в десятки раз трудней.

Мы с Кенаром молчали, удивленно переглянувшись. Да что же я такого сделала, что год назад на меня началась охота?!

— Пока вас не было, я провел темное таинство.

— Темное таинство?

— Мне нужно было время, чтоб собрать некоторые ингредиенты и приготовить зелья, которые требуют настойки. Темное таинство позволило мне узнать автора записки. Но это, в свете того, что вы мне рассказали, меня лишь запутало.

— Кто автор? — хрипло спросил Кенар.

— Красм…

— Ну тогда вообще ничего не понятно! Мне казалось, что Красм нас истощил лишь для того, чтоб помешать получению Свитка Мира, но какого черта ему нужно было от меня год назад?!

— Мне тоже это не известно. Но в любом случае, можешь не переживать, Красм теперь и близко не подойдет к королевскому двору, так что для тебя теперь там самое безопасное место.

— Не переживать? Вы меня конечно извините, но у меня есть сестра. И если до этого недоумка дойдет, что она — мое слабое место, если я не успею или не смогу ее защитить… То… — мой голос сорвался на крик.

— Ланари… — шепотом произнес Кенар, накрывая мою руку своей ладонью, — Мы найдем этого ублюдка…

— Мастер Пач, — решительно произнесла я, — В королевский дворец мы отправимся телепортом. Лучше рискнуть самочувствием сестры, чем ее жизнью!

— Справедливо. Я все организую… — кивнул директор.

— И еще, — уже почти спокойно произнесла я, — Это на тему одного студента.

— Слушаю, — удивился директор.

— Наркель Барц, студент пятого курса лекарского факультета. По моему мнению, он больше всего подходит для должности помощника королевского лекаря. Можете дать ему направление на практику именно туда?

— Признаюсь, я подумывал об этом, все же он лучший лекарь на курсе, но почему ты решила взять его под протекцию?

— Считайте, что во мне проснулась альтруистка, — улыбнулась я, разумеется, не сообщая настоящую причину.

Обсудив некоторые детали завтрашней телепортации с директором, мы с Кенаром вышли из его кабинета.

— Ну и почему же ты взяла этого студентика под протекцию? — поинтересовался Кенар.

— Осознание причины моего поступка не сделают тебя счастливым.

— Ланари, какого черта ты меня провоцируешь?

— В смысле? — искренне удивилась я.

— А тебе не ясно? — зло сверкнув глазами, произнес он.

— Нет.

— На ревность провоцируешь.

— Ну что ты, дорогой, мы с тобой не супруги, даже не встречаемся… Всего — то раз переспали.

Ага, ревнует он, как же! Значит, как к Карнету отправлять, так он первый, а как проявить понимание и заботу, так нет, не слышал!

— Ах, значит «раз переспали»?! — именно в этот момент мне стало страшно, потому что глаза Кенара налились кровью, а произнесон зловещим шепотом. Обычно, когда он злится, он говорит громко, а сейчас, я даже как-то внутренне сжалась, — Ну во-первых, это было не раз и не два. Во — вторых, мы напарники, а это ближе, чем супруги. В-третьих, если тебе так хочется замуж, то я тебе это устрою!

— Не надо мне ничего устраивать! — возмущенно сказала я, — Не хочу я замуж. У меня сестра есть! О ней надо заботиться.

— Ты еще долго своей сестрой прикрываться будешь?! — возмутился мой боевой напарник, — Как-то в течении пяти лет обучения ты не особо об этом думала, а тут неожиданно такие чувства!

Я натурально опешила. Да как он смеет говорить мне такое?! И даже чем-то опасным зарядить нельзя, в меня же отлетит из-за этого дурацкого знака Дара.

— Да будет тебе известно, Кенар, — до такого же зловещего шепота снизилась я, — Именно ради сестры я и поступила в Академию… Потому что не знала, что мы достанем свиток Мира, а назревала война… И я хотела ее защитить… А знаешь, в любом случае, это не твое дело! А с тобой я вообще никаких дел иметь не желаю! Предлагаю снизить наши встречи до необходимого минимума.

Развернувшись, я быстрым шагом направилась в сторону женского общежития. Через секунду меня схватили сзади и перекинули через плечо, куда-то пытаясь доставить быстрыми резкими шагами.

— Ну уж нет, мы не договорили! — зло произнес Кенар, ногой открывая ближайшую аудиторию, которая из-за позднего часа оказалась пустой.

Я брыкалась, пуляла чары, фаерболы, наплевав на осторожность. Все было мастерски нейтрализированно. Когда мы зашли, извиняюсь, меня занесли в аудиторию, Кенар захлопнул дверь, устанавливая чары, чтоб никто не смог ни войти, ни выйти.

А я полностью поменяла линию поведения, флегматично присаживаясь на парту и спрашивая:

— Ну и что дальше?…

— А дальше, дорогая, ты объяснишь мне, какие отношения тебя связывают с этим студентиком.

— Да успокойся ты! Он Кати любит, а она из герцогского рода, а он ну абсолютно не титулован! Решила помочь парню. Это нынче проблема? С учетом того, что он действительно талантливый.

— Это не проблема. Теперь, когда ты объяснила. — Кенар приблизился ко мне на расстоянии вытянутой руки, — Но есть другая проблема.

— Это какая же?

— А такая, Ланари, что ты женщина, а я мужчина, — приближаясь, проговорил он.

— И к чему ты клонишь?

— К тому, что ты отказываешься понимать мотивы моих поступков, а я абсолютно не приучен понимать женскую логику, — сказал он, становясь еще на десять сантиметров ближе.

— Ии? — сердце предательски билось в груди с бешеной скоростью, дыхание участилось.

— Нам стоит начать понимать друг друга и не выносить мозг из-за какой — то ерунды. Я ведь действительно испытываю к тебе…

Он наклонился уже совсем близко, почти касаясь своими губами моих. Именно на этом моменте я не выдержала и поцеловала его, присаживаясь на парту и обхватывая его ногами. Как же мне не хватало его рук, которые так умело и быстро расстегивали на мне рубашку…

* * *

— Ани, а Ани, а почему тебя так долго не было? — с обидой в голосе спросила Мари, когда я вернулась в комнату. Они с феечкой, сложив все мои вещи по коробкам, играли в карты. И все бы ничего, да только карты были гадальные и какой фантазией нужно обладать, чтоб придумать правила игры в них, я не знаю…

— Долгая беседа с директором, — не моргнув глазом, ответила я, — Зато у меня теперь на руках диплом!

— Ага, с директором, — не отрываясь от карт, произнесла Миль, вот поганка!

— Директор этот ваш, странный мужик, — произнесла Мари.

— О чем ты?

— Он то добренький, то у него дурное настроение и он все крушит. Вот именно добренький, а не добрый. Разница-то большая…

— Объясни, — не успевала за активной работой мозга моей сестры.

— Ну смотри, если человек добренький, то от его елейности, аж вешаться хочется. Помогает котятам, переводит старушек через оживленную ярмарку. Но в таком случае, об котенка он вытрет руки, а у бабушки стырит кошелек. Добренькие они все такие, везде преследуют определенную цель. Добрый же несколько раз задумается. А нужна ли котенку помощь или это научит его выживать в подобных ситуациях. Постоит, понаблюдает, дождется, пока котенок слезет с дерева, а лишь потом проведет старушку по ярмарке, схватив за руку того придурка, который вознамерится украсть у нее кошелек. Добрым все равно на благодарность, они самодостаточны и все делают безвозмездно. А этот ваш Пач именно добренький.

— Ну Мари, директор нам очень сильно помог в свое время, ты считаешь, что он преследовал какую-то цель? — готова была поспорить я. А сестра-то выросла. Уже совсем по-взрослому мыслит и уже во многом права. Но не согласна я, что мастер Пач какой-то добренький, он ни разу и не попросил меня ни о чем.

— Значит преследовал, — уверенно произнесла сестра, — Ани, я неделю жила в его доме, ожидая твоего возвращения. Общалась со слугами. Так вот, у Пача действительно дурной характер.

— Я с тобой не соглашусь, Мари. Я провела с ним пять лет и не заметила ничего плохого. А слуги любят подавить на жалость… — уверенно произнесла я.

— Я останусь при своем мнении, — обиженно надула губы сестра.

— Милая, мы завтра отправляемся в королевский дворец… — начала издали я.

— Да, да я знаю, день на коняшке. Это прикольно, — улыбнулась Мари.

— А что ты скажешь на то, если мы отправимся телепортом?

— Ух ты, но ты же говорила, что это отвратительно… Но я хочу попробовать!

— Отвратительно, но нам следует поскорей добраться до дворца и поскорей начать обживаться, а в дороге нас может что-то задержать.

— Ага, или кто-то, — опять подала голос Миль, а в ответ на мой осуждающий взгляд глубокомысленно произнесла, — Играть картами Таро в дурака к новым предсказаниям!

— Заканчивайте с дураками, давайте спать. Завтра трудный день.

Знала бы, насколько сильно я окажусь права, заснула бы сразу, а не рассказывала Мари о моем обучении, о карни, о их поселении. Кстати, карни моя малышка заинтересовалась всерьез.

* * *

Первый подарок, который дает нам мать, — это жизнь,

второй- любовь, и третий- понимание.

Донна Брауэр

До дворца мы добрались нормально. Даже Мари на удивление адекватно перенесла телепортацию. Но когда я взглянула на хитро улыбающуюся фею, я поняла, что благодарить нужно ее. Вещи я решила не отправлять повозкой, а сразу взять с собой. Поэтому в королевском телепортационном зале мы оказались вместе с большой кучей разных вещей, к которым сразу подбежали слуги и сообщили, что доставят все в мои покои.

Кенар поинтересовался самочувствием сестры, когда я заметила единственную встречающую и поняла, что свершилось что-то очень не хорошее.

На королеве Лантире не то, чтобы не было лица, она была разбита, раздавлена и уничтожена… Я побросав вещи на Кенара и слуг прямиком метнулась к ней.

— Что случилось? — посмотрела я в ее заплаканные глаза.

— Корнелия… Она исчезла… Даже записку оставила… Говорит, что ей все надоело и она хочет начать самостоятельную жизнь… Но это не моя, девочка, ты же знаешь ее, она же умная… Она бы подошла и рассказала…

— Меня же не было всего лишь день… — пораженно прошептала я.

— А до этого пять лет, — упрекнула меня королева, — А мы так в тебе нуждались… Ты всегда хорошо влияла на моих детишек, а теперь Корнелия… Как она так, моя девочка…

Обижаться на королеву за упрек я бы не стала даже под страхом смертной казни. Всем прекрасно известно, как трепетно относится Лантира к своим детям. А теперь такое потрясение. И что Корнелии за вошь в задницу попала?!

— Лантира, — прошептала я, обращаясь к королеве по имени, что я делала только при приватной беседе, — Я найду ее, обещаю…

— Честно? — она подняла на меня заплаканные глаза.

— Ну а как же иначе? Конечно, найду. А вы прилягте… — я взяла Лантиру за руку, ведя по направлению в ее покои, знаком показывая Кенару, чтоб они с Мари шли в мои покои.

Когда я довела Лантиру до покоев, там я обнаружила короля. Выглядел он, мягко говоря, не очень. Он сидел в кресле и задумчиво смотрел вдаль. Под его глазами залегли огромные синяки, а руки дрожали. Эх, Корнелия, что же ты натворила?… Вверив королеву королю и наоборот, я направилась к Маркусу. Он точно немного прояснит ситуацию.

Подойдя к кабинету Маркуса, который я нашла с помощью слуг, я услышала, как он отчитывает одного из своих «шпионов» за то, что он нигде не может обнаружить Корнелию.

— Неужели так тяжело найти взбалмошную девчонку?!

— Она умело скрылась от всех наших агентов.

— Двадцатилетняя девушка смогла скрыться от лучших разведчиков королевства?!

— Она принцесса, ей известны тайные ходы…

— Пошел вон!

С этим горе-разведчиком мы столкнулись в дверях. Вид у него был крайне испуганный и раздосадованный. Еще бы, чтоб настолько разозлить Маркуса, чтоб он на кого-то кричал нужно… быть Корнелией. Только она могла довести его до такого бешенства…

— Маркус, — кивнула ему я, — расскажи, что тут произошло.

— Эта дура сбежала со своим садовником! — гневно произнес Маркус, — И оставила, ты только представь — записку!

— Покажи записку, — попросила я.

Маркус достал из первого выдвижного ящика небольшую розовую бумажку, от которой за версту несло духами. Какой странный запах у духов. Не может быть! Корнелия в опасности… Или я ошиблась?…

«Мама, папа, братья… Простите меня, я больше не могу жить в вашей тени. Я люблю простого садовника, а вы никогда не сможете смириться с моим выбором. Поэтому мы решили бежать. Поцелуйте от меня Ланари и малышку Мари, хотя она наверно уже очень выросла. Простите. Всегда Ваша, Корнелия»

— Вот черт, — застонала я, — О чем она думала?!

— Вот и я про то же… Мы обратились к самым лучшим чаровникам — никто не смог ее найти…

Я задумалась. Есть у меня одна идейка. Но для этого придется обратится к тайным записям моих родителей. То, что они предприняли во время Страшной войны, это их разработка. Но помимо этого, у них есть еще несколько идей, как правильно использовать магию крови. Да, больно от того, что мне придется нарушить обещание и воспользоваться теми знаниями, которыми я обещала самой себе никогда не пользоваться. Да, опасно, потому что магия крови — это не шутки. Да… Да… Да… Но Корни, она же такая домашняя и такая принцесса… Она не сможет выжить там, за высокими сводами дворца, она абсолютно не приспособлена к этому…

— Маркус, скажи, вы сможете смириться с тем, что она будет с Ланом, когда вернется?…

— Да черт с ним с Ланом, пожалуем ему земли, будет виконтом, — устало ответил он, — Вот только она не вернется… Поэтому этого Лана придушить охота…

— Я найду ее, — твердо проговорила я.

— Но как? Ланари, ты конечно талантливая, но лучшие чаровники королевства…

— Не спрашивай. Это немного противозаконно, — поморщившись сказала я.

— Я уже давно понял, что законы пора менять. Твои родители нарушили закон, но спасли все королевство… — Маркус устало облокотился на кресло прикрывая глаза, а потом до него дошло и он тут же вскочил, — Стоп, ты что, собираешься применить ту самую магию?! Ты рехнулась? Это опасно! Я не собираюсь позволять тебе жертвовать своей жизнью, ради того, чтоб Корни вернулась. Найдем другим способом.

— Маркус, во-первых, если других способов не нашли, значит их нет. Ты сам сказал, что были задействованы лучшие чаровники. Так же, были задействованы лучшие агенты. А с каждой секундой она становится от нас все дальше и дальше. Насколько я поняла, она ушла вскоре после моего отправления в Академию, а значит, что прошел целый день. За день можно найти тихую деревню и залечь там на дно… Во-вторых, ты прекрасно знаешь расчетливость Корнелии. Она могла поразвлекаться с садовником, но бежать с ним… Тут задействован, — я взяла ту самую записку в руки, да, точно, я права, — Тут задействован любовный напиток… Очень сильный… Кто-то методично, но по чуть-чуть добавлял его в духи, поэтому я не заметила раньше, но сейчас от записки разит этим напитком.

— То есть этот Лан еще и травил Корнелию?! — разозлено спросил Маркус, вскакивая со стула и принявшись ходить по всей комнате.

— А вот в этом самая большая странность, каюсь, но я беседовала с Ланом, когда он был под порошком правды и, похоже на то, что он тоже был под воздействием эликсира, потому что говорил лишь о любви… Теперь задается резонный вопрос, а кому это надо?… Явно не Лану… Поэтому позволь мне найти принцессу. И поверь, жизни мне это стоить не будет.

Про жизнь соврала, но Маркусу совсем не обязательно знать то, что магию крови тяжело контролировать. А Корнелию найти надо… Иначе…

— После того, как все закончится, напомни мне пригласить тебя работать в мою службу, — ошарашено произнес Маркус.

— Знаешь ли, я всегда мечтала о тихой и спокойной жизни, но как-то не получалось… — скептично произнесла я, поднимаясь со стула, — У меня есть одна просьба, нет, требование!

— Слушаю.

— Кенару и остальным ты ни слова не скажешь про то, о чем сейчас велась беседа. Мне совсем не нужен балласт в виде сестры и феечки, которые потребуют, чтоб я их взяла с собой. А у Кенара будет другое задание.

— Как скажешь… Ланари… Спасибо…

— И кстати, не советую тебе дышать этим письмом, — напоследок произнесла я.

Добравшись до комнаты, в которой меня ожидали Миль, Мари и Кенар, я подготовилась к раунду номер два.

— Ребят, я за принцессой, — с улыбкой произнесла, доставая из шкафа сумку и скидывая туда амулеты, чтоб никто не заметил, какие именно я беру.

— Я с тобой, — тут же произнес Кенар.

— Понимаешь, нам с ней предстоит женский разговор, и твой мужской язык там явно будет лишний.

— Тогда я с тобой, — тут же произнесла сестра — Корнелия меня любит…

— Милая, мне предстоит долгий путь и я хотела бы совершить его максимально быстро, а о тебе я буду очень волноваться… — произнесла я, но заметив, как Мари открывает рот, я угадала ее вопрос и пресекла, — Да, да, я знаю, что ты большая. Поэтому, как большую, я прошу тебя выбрать нам дом.

Глаза Мари зажглись интересом. Еще бы, какая сбежавшая принцесса, если ей тут предлагают дом выбрать.

— А бюджет? — поинтересовалась Миль, у которой тоже зажглись глаза.

— В пределах самого неразумного, но в доме должно быть не больше двух этажей и пятнадцати комнат, — вот пусть и решают задачку.

— Кенар, а ты присмотришь за этими маленькими транжирами!

— Но…

— Не обсуждается, мне слишком нужна твоя помощь тут, — а потом, подойдя совсем близко произнесла, — Я смогу за себя постоять, Мари — нет. Так что, пожалуйста, пригляди за ней. Чтоб никакой Красм до нее не добрался!

— Но…

— Кенар, сделай это пожалуйста для меня…

— Ладно, — немного подумав, сдался он, — Только если ты поклянешься вернутся целой и невредимой.

Ага, где-то я это уже точно слышала. Кстати, как же хорошо, что в прошлый, да и в этот раз получилось избежать встречи с Мэттом. Спасибо Канису за это… Скоро бог удачи от меня отвернется, потому что я собираюсь использовать запрещенную магию…

— Кенар, я вернусь целой и невредимой, — так же, не моргнув, ответила я.

Поцеловав сестру и повесив сумку на плечо, я бодрым шагом направилась на выход. Миль, буквально на секунду подлетев ко мне пожелала «удачи» и я поняла, что она единственная, кто раскусил мою игру. На то она и фея — одно из самых могущественных созданий нашего мира. Как хорошо, что она останется с Мари. Они с Кенаром точно смогут о ней позаботится. Даже если я умру, Кенар останется жив. Я разобралась в свойствах кольца Маркаша. Оно сможет запломбировать мой знак Дара, чтоб он не иссушил Кенара.

Мне нужно в лес, чтоб никто не мешал, чтоб природная тишина… Лист с заклинанием я потихоньку выудила из общей кучи, пока беседовала с сестрой и сейчас бережно прижимала к груди.

Канис решил отвернуться от меня еще до того, как я использовала магию крови, потому что пройдя лишь один лестничный пролет, я наткнулась на Мэтта, который заметив меня, когда я уже развернулась, чтоб позорно сбежать. Он меня мгновенно догнал и сразу же схватил за руку.

— Ну и куда ты направилась?

— Да пойду, думаю, цветочки пособираю, — огрызнулась я, черт, как же не вовремя.

— Я, конечно, тоже расстроен побегом Корнелии, но не хамлю же!

— Какой молодец, — прошептала я, благо, он не услышал. Сказывается нервное напряжение, совсем не слежу за языком.

— Ты подумала над тем, что я сказал тебе перед поездкой к карни?

— Знаешь, как-то не досуг было… — честно произнесла я, — Но одно тебе могу сказать точно. Я испытываю к тебе только родственные чувства, и я очень сильно сомневаюсь, что когда-нибудь это изменится…

Мэтт отшатнулся от меня, как будто я его ударила.

— Я ожидал подобный ответ, — мгновенно пришел в норму он, — Поэтому я готов еще подождать и начать ухаживать за тобой по-настоящему!

— Мэтт! Очнись! — воскликнула я, — Говорю же, это не изменится… Мне больно говорить это, но и врать я не смогу.

— Но…

— Мэтт, я не хочу быть с тобой, как с мужчиной…

— Прости меня… — поник Мэтт, — Но, наверное, я не смогу тебя отпустить.

— А придется Мэтт, — твердо произнесла я, — Обещаю не попадаться тебе на глаза. А кольцо верну позже… Хорошо? Мне оно сейчас очень-очень нужно!

— Глупая, да? — сказал Мэтт, пристально посмотрев мне в глаза, — Кольцо — это подарок. Оно твое.

— А вот об этом мы поговорим, когда я вернусь!

После чего я убежала, помахав рукой и оставив его в одиночестве. Время не ждет, Корнелия может быть уже в ловушке, в которую ее заманили благодаря напитку любви…

* * *

Я стояла в лесу и настраивалась на настоящую магию. На магию крови, такою же древнюю, как боги и такую же темную, как глубины ада… Нацепив на себя все охранительные амулеты, которые было можно, я принялась чертить пентакль, сдабривая каждый изгиб небольшим количеством крови.

Мои волосы растрепались, как у самой настоящей древней ведьмы, глаза потемнели, а сердце затрепетало в страхе. Я уже начала чувствовать эту эйфорию, проговаривая слова, которые перекинут меня к принцессе. Вот она древняя магия, совмещенная с современными векторами. Она пьянит, она заставляет почувствовать себя всесильным. Так вот, что чувствовали мои родители в последние минуты жизни?…

* * *

…Вспышка, боль, еще одна вспышка и я оказалась на скалистом берегу. На самом краю стояла Корнелия, ее плечи вздрагивали от плача. Перевязав руки, с которых обильно стекала кровь, я поняла, что почти полностью истощенна… Магический резерв исчез почти весь… Вздохнув от облегчения, что с Корни ничего не случилось, я подошла к ней.

— Ну что, беглянка, поехали домой?…

— Ланари? — неверие в ее глазах сменилось радостью, после чего она повисла у меня на шее, — Ланари, а я, кажется, совершила самую большую глупость в своей жизни.

— Надеюсь, что бОльшую глупость ты никогда не совершишь, — улыбнулась я, — Да и вообще в этом твоей вины нет, кто-то систематично подливал тебе любовное зелье в духи…

— Да? А я думала, что мы просто разлюбили друг друга… — всхлипнула принцесса, — Вот я и расстроилась, что так быстро… Он сразу такой неприятный стал, сказал, что я испортила ему жизнь, что из-за меня его бросила невеста…

— Он дурак, милая, — обняла ее я, — Дурак, который был под любовным зельем.

— А я тоже хороша! Он же садовник! Вот куда ты смотрела?! — вот любят меня женщины королевской семьи в чем-то упрекать.

— Просто я не сразу догадалась, что ваша любовь не естественна, поэтому боялась, что разрушу ваши отношения, и ты будешь несчастна, — неожиданно для самой себя, я всхлипнула.

— Слушай, а кто подливал это дурацкое зелье?

Удар пришел неожиданно. И я уже ничего сделать с этим не могла. Мы с Корнелией оказались в пузырях, которые, если мы будем слишком много говорить, взорвутся и убьют нас. Черт, так глупо попасться… Как мастер Пач выдал мне диплом?!

Жестом, я показала Корнелии молчать. Она, наслушавшись моих рассказов с Академии, прониклась и кивнула. А на поляну вышел тот самый седобородый старикашка, который когда-то показался мне безобидным. Теперь он выглядел, как матерый волк, злостным прищуром обводя нас взглядом, он произнес:

— Я чуть не разрыдался, слушая ваши женские бредни. Все ждал, когда вы вспомните, что вы в опасности. И… ох, браво… Вспомнили, кто так красиво обвел вас вокруг пальца!..

А мы молчали. Корни испуганно смотрела на меня, ожидая, видимо каких-то действий, а я судорожно перебирала в голове варианты. Пока безуспешно. Единственный наш шанс — это кольцо Маркеша, бережно спрятанное за перчаткой без рукавов. Но пока я им воспользоваться не могу, так, как в пузыре…

— Молчите? Ну и молчите, целей останетесь, — и он безумно рассмеялся, довольный своей шуткой. Ага, оборжаться! — А сейчас, мы доставим вас на место.

Он поработал с телепорационными чарами, которые я опять же не смогла предотвратить. После чего мое сознание померкло. О великий Канис, прости меня дуру грешную… Зато моя сестра теперь точно в безопасности, Красм добрался до меня, только зачем?… Это было последнее, о чем я подумала.

* * *

Очнулась я от боли в запястьях и осознания того, мой меня в очередной раз истощили. Ну ничего, кольцо на месте, а значит шанс есть. Красм силен, но он не знает о моем тайном оружии…

Раскрыв глаза, я поняла, что подвешена за запястья в какой — то пещере. Передо мной алтарь и двое людей в мантиях. Корнелия справа точно так же подвешена за запястья. Черт, а почему людей двое, мне казалось, что Красм работал в одиночку, что я еще упустила?!..

— О, она очнулась, — обернулся ко мне Красм, скидывая капюшон и тыкая в бок второго, неизвестного мне, который продолжал стоять ко мне спиной, — Очнулась, а у малышки совершенно нет магии.

Ага, конечно. Есть, спасибо Мэтту за это, но тебе об этом знать совершенно не обязательно. Вас двое, а значит, что все немного труднее. Корнелия безжизненно переводила взгляд с Красма на второго участника этих событий. Видимо, она давно очнулась…

— Эй, ублюдка-Красма я знаю, — нагло проговорила я, пользуясь тем, что пока им что-то нужно, не убьют, — А вы представиться не хотите?

Вторая фигура мелко затряслась от смеха, такого знакомого смеха… Было больно от осознания того, что одного из главных злодеев я допустила так близко…

— Ой, девочка, а ты очень хорошо меня знаешь, — проговорил он и стало еще больней, потому что теперь я поняла, что ошибки быть не может… Он медленно развернулся, снимая с себя капюшон. А я до последнего надеялась, что у меня слуховые галлюцинации, бред, но только не он…

— Мастер Пач, вы еще больший ублюдок, чем Красм! — я совсем не по-женски сплюнула, выражая свое презрение.

— Нарланушка, слышал? — снова мерзко захихикал Красм, да он точно безумный, — Я всегда говорил, что я лучше тебя!

— Какого черта вы вместе? — поинтересовалась я.

— Ну что покажем девочке, самую главную ошибку, которую она допустила?

— Ну а что уж теперь. Нам все равно ждать ночь, так что время уйма. Магии у нее нет, так что можно и побеседовать, — облокотился Пач на алтарь, — А все дело в том, моя дорогая Ланари Лис, что мы в боевой паре с Красмом. Мы держали это в секрете в течении долгих лет. Выжидая.

Красм тем временем продемонстрировал мне знак Дара, а потом взяв Пача за руку и его метку тоже.

— И что же вы выжидали? — безжизненно поинтересовалась принцесса, пока я осмысливала ту информацию, которую получила.

— О, Ее Высочество подала голос… — зловеще прохихикал Красм.

— А вот это уже другой вопрос, — степенно произнес Пач, — Точнее два вопроса. И посредством двух таких очаровательных девушек мы собираемся их решить…

— Я конечно подозревала, что у ублюдков проблемы с обаянием, но не думала, что для того, чтоб они могли решить свои проблемы, им нужно заковывать девушек в цепи! — услышала я свой голос.

— Ланари, ты на себе испытала мое обаяние, — с улыбкой произнес Пач, — ты верила мне, доверяла. Первоначально планировалось, что ты влюбишься в меня, но этот Кенар постоянно крутился рядом, перетягивая все внимание на себя. Не срабатывал даже любовный настой, который я подливал в чай, когда ты приходила ко мне на него жаловаться! Поскольку ваша любовь была взаимна, то настой на меня не работал… Эх, обидно конечно, но с этим я ничего поделать не мог…

— Да зачем вам это все? — не удержалась я.

— Твои родители начали работать над магией крови очень давно, и я был в курсе их экспериментов, но не верил, что они добьются успеха. Однако, причина их смерти доказала обратное. Эта магия работает и благодаря ней можно добиться всего… Осознание этого пьянит, не правда ли? Так вот, когда они умерли, я знал, что вам оставили большое наследство, в которое входил и дом, в котором все записи, касающиеся этой магии. Обыскав дом, после продажи, я понял, что ты не глупа и спрятала их. Решил за тобой приглядывать, прекрасно понимая, что рано или поздно, ты придешь ко мне в Академию, так как у тебя уже тогда были способности. И представь мое удивление, когда спустя каких-то несколько лет ты действительно приходишь ко мне, прося, чтоб я взял тебя на обучение, не смотря на твой юный возраст… Ну я и не отказался. Идиот что ли, такой шанс упускать? А еще большее удивление было в том, что ты действительно начала учиться… Но до записей мы так и не добрались… Их не было и в твоей комнате. — Ага, нашел дурочку, все записи были во дворце, в небольшом сундучке, который облеплен такими чарами, что живым бы ты не ушел, жаль, что не добрался, — Напрямую спрашивать опасно, начнешь подозревать. Поэтому я стал выжидать, но тут возникла проблема номер два. Свиток Мира, который тоже дает огромную власть, который вы с Кенаром на блюдечке с золотой каемочкой преподнесли во дворец. План по вашему убийству, чтоб подослать к карни другую боевую пару, то есть нас, провалился. Поэтому мы опять стали ждать… А потом разработали гениальный план, убивающий двух зайцев. Мы убьем тебя, а из трупа, призвав свет месяца извлечем все нужную информацию, а принцессу обменяем на свиток… Гениально?

— А знаете, что самое смешное? — сказала я.

— Что же?

— А то что вам, мастер Пач, я была готова дать все записи без вопросов и подозрений. А за свитком вы отправили нас почти самостоятельно. В этом то и веселье, вы сломали все свои мечты о мировом господстве собственными руками…

— Мы все равно пришли к цели, просто более грубым путем.

— Нет.

— Это еще почему? — с нескрываемой злостью спросил Пач.

— Ну потому что свиток, вам не видать, как собственных ушей. К нему, как раз на такие случаи, приставлена хранительница, которой, честно говоря, глубоко наплевать на жизнь Корнелии. А на мои знания по части магии крови поставлен мощный блок. Я действительно училась, мастер Пач, и я знаю, какие знания могут навредить не только мне, но и окружающим меня людям…

Разумеется, говорить про то, что один листок по записям по магии крови у меня с собой — я не стала.

— Ммм, думаешь самая умная? А что если мы за космы приведем сюда твою дорогую сестренку? Кажется, ты говорила, что она — твое слабое место.

Вот мразь… Просто нет слов, одни эмоции. Так, срочно нужен план. То, что Пач с Красмом в паре — это очень плохо, потому что их сила сейчас в десятки больше моей, так же, на их стороне опыт. Но, кажется, Красм немного не в себе, может попробовать сыграть на этом?

— А Красм в вашей паре пассивен? — с намеком на пошлость, поинтересовалась я.

— Нет, почему же, он нашел человека, который будет периодически травить принцессу зельем. Не волнуйтесь, он уже мертв, нам не нужны свидетели. Так же он заманил вас в ловушку, истощив ваш с Кенаром потенциал и заставив хорошенько проблеваться.

— То есть получается, что главная задача Красма, — задумчиво произнесла я почти по слогам, — про-ва-ли-лась… Он не смог убить нас с Кенаром.

— Я не знаю, что тогда пошло не так! — взвизгнул Красм. Как же долго он скрывал свое безумие? Глаза красные, движения резкие, истеричный смех. Странно, что Пач не подхватил это безумие, они же в паре…

— А все очень просто, — ехидно ответила я, — Мы договорились с вашими разбойниками. Доплатили!

— Вранье, — заверещал Красм, ударив кулаком об стену.

— И вправду вранье, деньги мы поделили пополам, еще и посмеялись над вашим безумием!

Я почти добилась того, чего хотела. Красм стал бегать по пещере, сшибая все на своем пути и то зловеще смеяться, то сокрушать проклятия на весь земной род. Пач выловил его, сказав:

— Ну что ты, дорогой, эта девочка тебя просто провоцирует!

— О, я знала, что у вас нетрадиционные отношения, — спокойно проговорила я, перед этим подав знак Корнелии, чтоб она была готова бежать к выходу, как только я смогу отвлечь этих не хороших людей на себя. Главное, чтоб она сбежала… Нас двоих из этой заварушки я вытащить не в силах.

— Заткнись! — прокричал Красм, вырываясь из захвата Пача и подбегая ко мне, отвешивая звонкую оплеуху, ладно потерпим, — Ты… Ты… совсем ничего не понимаешь! Ты глупая девочка. Ты даже не осознаешь, какой силой обладает знак Дара!

Пач подошел и встал рядом, пора. На принцессу теперь никто не смотрит.

Скрывая работу своих чар, я создала иллюзию Корнелии, а ее наручники медленно открыла. Как хорошо, когда есть козырь в рукаве и о том, что у тебя есть магия, никто даже не подозревает. И хорошо, что Корнелию они не видят и она сейчас сможет выйти из пещеры и попытаться скрыться, чтоб ее не обнаружили…

— И какой же, — протянула я, сделав ощутимый магический тычок Корнелии, чтоб та начала действовать.

— В знаке Дара могут проявится три метки: безграничное доверие, самопожертвование и близость. Если ты обладаешь всеми тремя, твой потенциал увеличивается… Все этим метки появляются, если ты безгранично доверяешь партнеру, был с ним в телесной связи, а вот самопожертвование ты можешь проявить к кому угодно… Только смысла в этой метки нет, ее не возможно заработать не погибнув.

Красм тыкал в меня своими двумя метками, а я начала замечать, что за его спиной странно колеблется воздух. Это еще что за чертовщина? Корнелия, будь она не ладна, никуда не ушла, а взяла тяжелый камень и спряталась за алтарь. Вот идиотка! Как она этим камушком собирается двух чаровников в паре уделать?!

— У тебя, по нашим данным, есть только один знак — близость, — Красм подошел ко мне совсем вплотную и задрал рукав рубашки, — Пач, какого черта?! Откуда у нее самопожертвование появилось?!

Пространство за спиной злодеев начало колебаться еще сильней, да это же портал! Портал, который могут сделать только карни! Как бы запульнуть туда принцессу, ведь она спряталась за спиной противников, поэтому векторы я ей послать не могу, опасно…

И вообще, стоп, что за знаки, что за бред вообще и какого черта Пач с Красмом так внимательно разглядывают мою руку, вертя ее на все лады.

— Вам удобно? Или мне подвинуться? После того, как меня прикончите, можете оставить ее себе на память, я не против, — ехидно прошипела я.

На меня ноль внимания, так же, как и на Корни, которая подняв камешек, величиной с ее голову и подняв над оной, на цыпочках подходила к Пачу с Красмом. Раз уж она такая самоотверженная дура, то пусть у нее мозгов хватит стукнуть Пача. Он в их паре явно посильней…

Следующие события произошли мгновенно. Я вырвалась из пут за секунду до того, как на голову Пача (Корни-умничка) опустился камушек. В этот же момент я хорошенько треснула Красма в живот, но, кажется, я немного переоценила свои физические навыки, потому что Красм, хоть и шарахнулся, но тут же вскочил и запульнул в меня сильными боевыми чарами, которые должны были бы расщепить мое тело, если б я не успела поставить блок. В этот же момент, я толкнула Корни в портал, а сама отправила в Красма те же чары, что и он в меня. На автомате. При этом, краем глаза я начала замечать, что Пач постепенно приходит в себя.

Все. Конец. Есть только одно заклинание, которое поможет мне с ними справиться. Но оно затронет и меня. При этом, они ни когда не доберутся до моей сестры и до других дорогих мне людей… Решено…

Обреченно сплетая вектора, я вплела в чары всю энергию кольца Маркеша и всю энергию, которой обладала сама. А какая разница, умирать так красиво, забирая с собой жизни двух негодяев, от которых было совсем немало хлопот, которые стремились к мировому господству. Спасибо родители, благодаря вам я узнала, что умереть ради дорогих людей совсем не страшно.

Последнее, что я увидела, это крушащиеся стены, красное зарево и испуганные глаза двух боевых чаровников. Последнее, что почувствовала, как кто-то резко потянул меня за руку.

В глаза ударил свет. Так что, вот он конец? Тот свет в конце туннеля? Почему тогда он так напоминает расписные стены дворца? После этого вопроса я потеряла сознание.

Часть 3

Если вас загрызла совесть — выбейте ей зубы и пусть она вас нежно обсасывает!

(с) С просторов интернета

Все пчёлы прилетали с мёдом, а одна — такая маленькая и вредная — с дёгтем.

(с) С просторов интернета

Человек может все, пока он ничего не делает…

(с) С просторов интернета

Речка. Течение. И ты движешься по этому течению, размышляя о тщетности бытия. О том, что нет ничего по настоящему важного, о том, что все тлен и, наконец, о том, что подобное спокойствие и умиротворение- это самое важное в жизни… или смерти.

Но как же так?

У меня есть сестра, у меня есть любимый человек, друзья… У меня есть те, о ком хочется заботится. Они нуждаются во мне, а я в них…

После осознания этой простой истины, я вынырнула из этой речки, чувствуя, что это еще не конец…

* * *

— Она без сознания уже неделю… Маним, что нам делать? — услышала я родной голос Кенара. Хотела встать, но не получилось ни рукой пошевелить, ни глаза открыть. Я просто слышала…

— Кенар, она вложила всю энергию, которой обладала в мощные чары. Неужели ты считаешь, что она так быстро восстановится. Еще вчера я мог бы с уверенностью сказать, что она будет жить… Не требуй от меня невозможного!

После чего я услышала шаги и громко хлопнула дверь. Кто-то подошел к кровати, на которой я лежала, и присел на край, взяв меня за руку. Кенар…

— Какая же ты дура, — грустно произнес он, — Ты же знала, на что шла, почему тогда отказалась от моей помощи? Ведь вместе мы сильней…

Хотела бы я ему ответить, но не могла. Я вообще не чувствую свое тело… Дверь снова открылась, я услышала легкий перестук каблучков и тихий голос сестры:

— Кенар, как она?…

— Так же…

— Она справится. Она сильная, — вдруг твердо произнесла она, — Ты даже не представляешь насколько… Она думала, что я сплю, но я то помню, как она плакала ночами, хотя днем весело и заливисто смеялась… Она… Она сможет…

— Даже не сомневаюсь…

— Через неделю прибудет Его Величество король Карнет, может он что-нибудь сможет сделать… — услышала я тонкий голос Миль, — Он смог достать их с принцессой оттуда…

Так вот, что нам помог. Впрочем, я и не сомневалась. Нужно будет не забыть сказать спасибо.

В комнату опять кто-то вошел. Да что ж такое, даже поумирать нормально не дадут.

— Ну как она? — услышала я голос Корни, ну хоть с ней все хорошо, — Я ее с трудом втянула в портал, она там какое-то заклинание пыталась плести.

— И судя по всему, сплела успешно, — о, сам Его Величество пожаловал, — Пранийские горы разрушены к чер… Разрушены. Мы никогда их не обследовали, но теперь выяснилось, что там большие залежи разных камней…

— Я не понимаю, как этой девочке удается принести столько положительного в наши жизни, — задумчиво произнесла королева. О, она тоже тут.

— Дорогая, твои птички на меня странно косятся, — произнес король.

— Это все потому что ты никак не можешь выучить их по имени. Запомни Молли и Поль.

— Да помню я…

— Мари, ты выбрала дом? — спросил Маркус. Похоже, что тут все собрались…

— Да, но я хочу, чтоб сперва сестра оценила…

— Королевство возьмет на себя все траты, — твордо произнес Его Величество.

А вот этого совсем не надо. Я хочу начать НОВУЮ, САМОСТОЯТЕЛЬНУЮ жизнь.

— Отец, не думаю, что она этого оценит, — задумчиво произнес Мэтт. Не смотря на его сдвиги с любовью, он меня всегда очень хорошо понимал.

— Но как-то мы ее отблагодарить должны… — растеряно произнес король.

— Дай ей пост главного мага при дворе, — услышала я голос Маркуса, — Плюс, пусть поможет с назначением директора в Академию. Старый то — того…

— Да, я думаю, что это будет отличная мысль. Она хоть молода и пока что не опытна, зато от нее мы не будем ждать удар в спину…

Ну вот, о мечтах со спокойным и размеренным будущим — можно забыть… Похоже, мне и спать придется на работе… Судя по тому, что я наблюдала, дел на этой должности скопилось очень много…

В тело возвращалась жизнь, я ее чувствовала. Ощущала, как пальцы начали привычно покалывать, как к щекам припал румянец.

— А с чего это король карни решил поучаствовать в судьбе Корнелии и Ланари? — поинтересовался король, — Обычно они живут очень обособлено и не вмешиваются ни в какие войны…

— Я думаю, что скоро станет ясно, — немного раздраженно, но очень дипломатично ответил Кенар, — Через две недели с визитом…

— Надо будет подготовить дворец к приезду столь высокопоставленных гостей.

Пока они обсуждали, какого рода прием будут организовывать (тоже мне, нашили где), я поняла, что могу двигаться, чем постепенно и пользовалась, разминая окончания. Кажется, на меня тут вообще никто не смотрит…

— Эээ, всем доброго… времени суток, — хриплым голосом произнесла я, открывая глаза.

Последующие минут двадцать в комнате происходил бедлам и я очень пожалела, что мое «воскрешение» я не перенесла на тот момент, когда в комнате не будет людей.

Оказалось, что в отключке я была дня 3, но в такой, что не было до конца понятно жива я или мертва. Еще бы, когда я плела чары всепоглощающего взрыва, я вложила в них не только магию кольца, но еще и свою собственную энергию.

Зато сейчас я чувствую себя почти превосходно. Только вот никакими делами я заниматься не намерена… Хочу еще немного отдохнуть. А то, не одно, так другое…

* * *

Всю следующую неделю я страдала от безделия и отсыпалась. Ко мне приходили и король с королевой, и Кенар, и Мари с Миль, и королевские детишки. Но перед всеми, я строила из себя умирающую и бессовестно филонила от всех возможных дел, договорившись с лекарем, чтоб он меня не выдавал.

— Ланари, милая, ты как? — зашел ко мне как-то Кенар с большой коробкой снежного зефира. Ммм, вкуснятинка…

— Мне лучше, — деланно слабым голосом проговорила я, протягивая руки к зефиру.

— Судя по твоему голосу не очень. Так что зефир откладывается!.. — мой боевой напарник спрятал коробку за спину.

— Эй, мне нужно кушать сладкое…

— Вот сейчас служанки принесут сахарный пирог и будешь кушать…

— Кенар, ну почему? Ты же принес вкуснятинку, — проговорила я.

— Ланари, прости… Но я одолжил у тебя порошок правды… — спокойно произнес Кенар.

— И? — осторожно поинтересовалась я.

— И пошел к лекарю узнавать о твоем состоянии, — грозно произнес он, медленно ко мне придвигаясь, — Ты хоть понимаешь, как я переживал, а ты из себя тут больную строишь!

— Ну Кенар, я же героиня, хочу чуточку отдохнуть… А так, если все будут знать, что я здорова, мне будет стыыыыдно, — спрятавшись под одеялом, произнесла я.

— Сегодня вечером, мама ждет нас на ужин, — безапелляционно произнес Кенар.

Я выглянула из под одеяла. И ни грамма сочувствия на лице Кенара не увидела. Вот бы ему сначала родину спасать, а потом… опять родину спасать. А после всего еще и к его маме на ужин идти! Про неделю в промежутке между родиноспасанием и его родительницей я думать не буду.

Откинув одеяло и мгновенно встав, я направилась к зеркалу. М-да, неделька отдыха явно благожелательно влияет на мою кожу. Ну и что, что немножко помята, зато вид свежий!..

— Кенар, ты знаешь, что ты отвратительный человек?

— Это еще почему, — искренне удивился он, ага, еще спрашивает!

— Ты не мог зайти и уличить меня во лжи немного раньше, а то всего через час ужин, а я еще даже не готова!

— У тебя есть целый час!

— Для тебя это «целый час», а для меня «всего час»… Дай сюда зефир! — потребовала я. После чего, усевшись на кресло, я начала его поедать.

— У тебя же всего час! — ехидно произнес Кенар.

— И двадцать минут я потрачу на заслуженную вкусняшку!

В комнату зашел Мэтт. Мог бы и постучаться, а то мало ли чем я тут занимаюсь! Я инстинктивно пододвинула коробку с зефиром к себе.

— Да не буду я у тебя забирать твой зефир! — поморщился он и игнорируя Кенара подошел и сел рядом.

— Ваше высочество, мне бы не хотелось учить вас манерам, но заходить в комнату к молодой девушке и без стука, — спокойно произнес мой боевой напарник, — Мало ли чем она тут может заниматься…

Где-то я определенно слышала это фразу! Молча пожирая зефир, я следила за тем, как Мэтт и Кенар друг на друга злостно поглядывают. Кажется, Кенара уже не волнует, что Мэтт — принц.

— Кенар, твое замечание я принимаю. Но позволь выдвинуть ответное. Как холостяк может находится в комнате, когда девушка не в форме? Это ее может выставить в не лучшем свете…

Я посмотрела на свое «не в форме», и чем ему моя сорочка с рюшами не угодила?

— Не думаю, что Ланари против, — твердо ответил Кенар.

— Но тем не менее, не думаешь о ее репутации! — не менее твердо сказал Метт.

— А может она — моя невеста?

Мой любимый снежный зефир застрял в горле и я долго откашливалась. Метт с Кенаром на меня смотрели: один выжидательно, второй вопросительно.

— Нет, что вы, — прокашлялась я, — Вы тут дальше разговаривайте, а я пойду переоденусь. Очень у вас увлекательная беседа!

Давненько я не ехидничала. Навык теряю.

— Ланари, это правда? — спросил Мэтт.

— Ух ты, про меня вспомнили, — делано удивилась я, — Если ты о невесте, то Кенар, наверное, говорил о какой-то другой девушке, потому что я НИ ЗА КОГО замуж не собираюсь. А если о том, что вошел без стука. То да, я это не очень приветствую, но ты находишься у себя дома, так что указывать я тебе не могу.

— Ланари… — хором произнесли они. Эх, хороши мужики, да на одну меня как-то многовато.

— Я понимаю, что уйти от разговора не получится, — вздохнула я, — Поэтому… Мэтт, ты мне, как брат и в ином качестве я тебя воспринимать не желаю. А Кенар… Через сорок минут твоя мать ждет нас у себя, а я, как сказал Мэтт «не в форме», поэтому покиньте пожалуйста мою комнату, мне нужно собраться.

Что странно, они, в абсолютной тишине покинули мою комнату. Теперь можно и собраться…

Только почему щеки мокрые и взгляд помутился? Я что, опять рыдаю?…

* * *

На ужин мы все же немного опоздали. Зато выгляжу отлично. Одела красивое карнийское платье, подаренное мне Карнетом. Ну и что, что Патрисия не любит карни, а Кенар просто ревнивец? Зато оно мне идет и я нравлюсь самой себе, да и одеть то нечего…

Семейство Босн тепло меня поприветствовало в зале, как и в прошлый раз, находясь каждый на своем месте. С подарком, в этот раз можно не заморачиваться. Во-первых, первая встреча уже прошла, а во-вторых, у меня банально не было времени.

— Ланари, мы так рады вас видеть! — слащаво произнесла Патрисия. Кажется, после смены моего статуса, она в корне поменяла ко мне отношение.

— Кенар говорил, что вам нездоровится, но мы очень рады, что вы нашли для нас время, — произнес герцог Босн.

— Ой, да бросьте этот светский тон, — улыбнулась Сицилия, — Думаю, что у Ланари от вашей слащавости скулы сводит так же, как и у меня!

— Сицилия! — возмущенно начала герцогиня.

— Мама, лекарь прописал Ланари тишину и покой, — соврал Кенар, знает же, что я полностью здорова. Но за образовавшуюся тишину спасибо.

— Так если лекарь прописал, зачем ты тогда привел ее к нам? Знаешь же, что в этом доме о тишине и покое только мечтали! — засмеялась Сицилия, пока герцогиня метала в нее гневные взгляды.

После того, как всем мастерски удалось скрыть улыбки, братья Кенара перевели беседу в более мирное русло и принялись расспрашивать о наших похождениях у карни, а потом у меня в горах.

Немного погодя, дворецкий пригласил нас проследовать в столовую, где мы насытили свои желудки отменным мясом и прочими вкусностями. А на десерт вынесли целую гору снежного зефира.

— Кенар говорил, что ты очень любишь это лакомство, — произнесла Патрисия.

— Да, Кенар иногда бывает очень внимательным, — заворожено смотря на эту гору, произнесла я. Кажется, что меня скоро им закормят и я вообще на сладкое смотреть не смогу.

— А мы его тут женить удумали, — засмеялась Сицилия.

Я вздрогнула, но вид постаралась сохранить, как можно более непринужденный.

— Бабушка! — возмутился этот горе-жених.

— А что, уж ей то точно следует знать, — отчего-то развеселилась Сицилия.

— И что из себя представляет невеста? — пересилив себя, улыбнулась я, засовывая в рот побольше зефира, чтоб, как говорится, горе заесть…

— Оо, она замечательная девушка… Умная, добрая, чаровница, опять же, — начала перечислять она.

— Бабушка, — опять возмутился Кенар, — Эта невеста СОВЕРШЕННО не собирается замуж!

Кажется, что Кати все же невеста Кенара и у нас с Наркелем ничего не вышло… Будем с ним вместе проливать слезы во дворце и запивать горе горейкой, пока Кенар с Кати будут строить свое счастье…

— Ну так ты ее убеди! — твердо произнесла Патрисия, включаясь в разговор.

— Я никого не собираюсь заставлять. И вообще, перестаньте лезть в мою жизнь! — начал злится Кенар.

— Вот почему ты из всего устраиваешь такой цирк, Кенар?! — опять подняла тон Патрисия, — Ланари, ну скажи ему!

— Ну так ты ее убеди, — невнятно повторила я, жуя зефир. Теперь-то точно можно наплевать на фигуру.

— Эта девушка абсолютно мне не подходит, — я услышала в тоне напарника издевку, — Она циничная, нахальная, слишком много умничает и абсолютно, ну вот совершенно не хочет замуж!

Странно, не замечала заКати особой нахальности. Ну у Кенара наверняка было времени побольше с ней познакомится.

— Ну а что, должен же кто-то держать в узде твой характер, — включился в диалог герцог, почему- то посмеиваясь.

— Отец, ты что, не слышишь? — Кенар уже был почти вне себя, — ОНА не хочет!

— Это все из-за твоей матери! — произнесла Сицилия, — Это она ее отпугнула! Такая от тебя всех невест отвадит!

— Не правда! — возмутилась Патрисия, — Я почти сразу же начала хорошо относится к этой девушке.

Братья Кенара над чем-то смеялись, шепотом о чем-то переговариваясь. Повезло, их то никто скоропостижно не женит! А я ела зефир. Хоть он приносит радость в этом мире.

— Мне сколько раз еще повторить, что я хотел бы закрыть эту тему? — сквозь зубы проговорил Кенар.

— Ну уж нет, сынок, именно сейчас мы все и обсудим! — было заметно, что Патрисия тоже очень недовольна, — Она — отличный для тебя вариант! А ты нос воротишь!

— Да ничего я не ворочу!

— Вынуждена согласится с твоей матерью, — перебила его Сицилия, — Все при ней и мозги, и внешность… Не понимаю я, как ты мог увлечься этой сви… леди Вон!

— Да никем я…

— Да, да, сынок, для нас это был удар… Это семейство, не считая самого графа, самодуры! И причем ключевое слово дуры… Зачем тебе эта Вон?!

— Да не нужна мне Вон!..

— Сын, ты уже взрослый и тебе пора жениться! У меня в твоем возрасте уже ты появился! — вставил слово герцог.

— Да я…

— Да, Кенар, если ты так долго будешь тянуть, я точно не доживу до правнуков!

— О, Великий Канис, дай мне сил…

— Кенар, ну что за манеры. Мы с тобой разговариваем, а ты с всевышним!

— Черт, Ланари, скажи им…

— Что им сказать? — все так же жуя, поинтересовалась я.

— Да, Ланари, скажи нам! — сказала Сицилия. Ситуация все больше и больше доходила до абсурдного

— Да вправь ты уже мозги этому дураку! — хмурясь, сказала Патрисия.

— Эм… Так что я сказать, то должна? — мне даже стало интересно, каким боком тут меня присобачили.

— Скажи им, что ты мне отказала… — пресекая следующие выкрики, произнес Кенар.

В зале повисло молчание. Все выжидательно уставились на меня. Я бы тоже уставилась, но это было несколько проблематично.

— Ну я то, конечно, отказала, — важно произнесла я, до сих пор не понимая, что происходит и при чем тут я, — Но мне никто ничего не предлагал.

— А как же твое «я ни за кого замуж выходить не собираюсь»? — возмутился Кенар. И только тут до меня дошло, что речь была обо мне, а не о Кати…

— Ну так я и не собираюсь… — растерянно произнесла я, — Было бы странно, еслиб собиралась, хотя меня никто не звал.

— Так ты что, ее не звал?! — воскликнула Сицилия.

— Черт, сын… — поморщился герцог.

Кенар молчал. Все были недовольны, ну, за исключением меня.

— Прошу меня простить, но давайте представим, что этого диалога не было, — взяла дело в свои руки я, — А вы потом с Кенаром без меня побеседуете, а то право даже как-то неудобно…

Все сразу же принялись обсуждать погоду, лошадей и цветы. Как все просто… А я ела зефир. С горя, с счастья — зефир лучший друг.

Ближе к полуночи я раскланялась с семейством Босн и отправилась во дворец. Кенару больше не было необходимости оставаться во дворце. Он остался дома.

* * *

В своих покоях я обнаружила Корнелию и Мари с Миль. Они играли в дурака по традиции на картах Таро. Надо будет попробовать что ли…

— О, вернулась… — не отрываясь, проговорила Корнелия, — с выздоровлением тебя.

— Не поздновато ли? — пропела Миль.

— Ани, а что у тебя с Кенаром?

После этого вопроса две девушки и одна фея отвлеклись от игры и выжидательно на меня уставились. А Корни то что смотрит? Она то все знает…

— Ну он вроде как напарник мой боевой. Ну знаете, та штука, которая у нас на запястье именно об этом и говорит… — протянула я.

— Ани, ну что ты как маленькая, тут даже на Таро не гадай, — сестра кивнула на неразыгранную колоду, — Но вас определенно связывает что-то большее, чем знак Дара.

— Ну…

— А я вот один раз… — хитро на меня глянув, заговорила Миль и я сразу же поняла про какой «один раз» она вознамерилась рассказать.

— Он мне нравится, — перебила я ее, пока ее рассказ не дошел до эпической точки, — И я ему, кажется, тоже.

— Ну то, что ты ему не безразлична — это факт, — произнесла сестра, возвращаясь к игре.

— Это еще почему?

— Ну ты просто не можешь посмотреть на ситуацию со стороны. Как он на тебя смотрит, как себя ведет, как посылает других, между прочим очень красивых, девушек… Тут один вариант. Ты лучше скажи, что будет дальше? Вы с ним переспали?

— Мари, а не слишком ли ты мала для подобных разговоров? — пораженно произнесла Корнелия.

— Корни, я пять лет провела в деревне, я знаю откуда дети берутся!

Мы с Корни переглянулись и не сговариваясь принялись щекотать эту маленькую всезнайку. Миль взлетела в воздух, дабы ее не придавили и раздавала всем указания, как и где правильно щекотать. В итоге и ей досталось.

Все это помогло мне избежать вопросов и весело провести вечер, точнее часть ночи.

* * *

Наутро мы с Мари отправились смотреть дом, который она выбрала. Нежно оранжевого цвета двухэтажное строение с высокими окнами и небольшим садом — прекрасный выбор. Внутри дом оказался полностью обставлен хорошей деревянной и каменной мебелью, нет никакой вычурности, но в тоже время со вкусом. А сад — это маленький рай, потому что кусты по бокам полностью огораживали наш (а я уже согласна его купить) домик, а цветы и кустики приятно дополняли образ женской обители.

Хозяин — малоизвестный барон, попросил, чтоб мы въехали в дом через несколько дней, чтоб он успел вывезти свои личные вещи. Этот дом он продавал, потому что все тут напоминало о его жене, которая бросила его и укатила с бардом колесить по королевству. Поэтому цена оказалась более или менее низкая.

Немного побродив по ярмарке и прикупив разных нарядов, мы с сестрой отправились во дворец. Мне нужно было приступить к своим обязанностям главного чаровника, а сестру я планировала засадить за учебники. Пусть учится, ведь, знания — сила.

Однако мои планы потерпели поражение, поскольку, как только мы зашли во дворец, к нам подбежал слуга и сообщил, что Его Величество ожидает нас в тронном зале.

— Что-то случилось? — поинтересовалась я, отдавая ему сумки с обновками.

— К нам прибыл король карни, леди Лис, — ответил он.

— Но он же только через неделю должен был пожаловать… — пробормотала я, — Ладно, Мари, иди в покои…

— Но Ланари, я хочу посмотреть на карни! — закапризничала Мари.

— Но Мари…

— Ну пожаааааалуйста…

— Его Величество ожидает вас обеих, — прекратил споры слуга и удалился с нашими многочисленными сумками.

А мы пошли в тронный зал. Я, пытаясь просчитать, как поступать далее, а Мари с неописуемым восторгом. Зря я ей наверно так много про карни рассказала.

* * *

Любовь можно сравнить со сказкой…

у кого-то она хорошо заканчивается,

у кого-то трагично, а у кого-то ее можно

продолжать бесконечно.

(с)

Когда мы вошли в тронный зал, два короля о чем-то мирно беседовали за чашкой чая. Я поприветствовала обоих монархов низким реверансом, Мари последовала моему примеру. Тут я заметила кое-что странное. Карнет пожирал Мари глазами, его дыхание участилось, что стало заметно даже с моего ракурса. Я, на интуитивном уровне, закрыла сестру собой, и не заметив, тут же приняла боевую стойку.

Дверь позади меня хлопнула, вошел Кенар, и увидев мою реакцию, без вопросов встал рядом. Король, наш король, нахмурившись наблюдал за нашими действиями, а карни расхохотался.

— Ланари, кажется я спас вам с принцессой жизни, а ты меня так встречаешь?

— Благодарю за портал, — произнесла я, не отходя от сестры, но приняв нормальное положение, — Рада видеть вас в нашем королевстве.

Ага, катился бы ты отсюда куда подальше. Слишком уж ты плотоядно посматриваешь на мою Мари. Та, в свою очередь выскользнула из за наших с Кенаром спин, и чуть ли не с открытым ртом разглядывала Карнета.

— Привет, — поздоровался он с ней, подходя, — Я, Карнет Надинар, король карни, а ты?

— А я Мари Лис, — улыбнулась сестра, а потом кивнула на меня, — Королевством я похвастаться не могу, зато у меня отличная сестра.

— Да, с твоей сестрой мы знакомы…

— У вас такие длинные волосы, — не выдержала Мари, — Все, как Ани рассказывала…

— А она тебе рассказывала что-нибудь про истинную пару?…

После чего, он дотронулся до ее щеки. В зале откуда-то появилось сотня маленьких золотистых бабочек и запахло розами. Что за чертовщина? И какого лешего этот карни так пялится на мою сестру?

Я зашипела, как кошка, но Кенар взял меня за руку, призывая к спокойствию, которое полагается соблюдать в присутствии двух монарших особ. Черт, что за ерунда?!

— Нет, — Мари удивленно посмотрела на меня, — Не рассказывала… А что это значит…

— Трудно объяснить, но думаю, что скоро ты почувствуешь…

— Карнет, мать твою, Надинар, — воскликнула я, не сдержавшись, — Какого лешего?!

— Ланари… — тихо напомнил мне о том, что я веду себя непозволительно наше Его Величество.

— Прошу прошения, — поклонилась я исключительно перед нашим королем, игнорируя насмешливый взгляд Карнета.

— Ани, что такое? — удивилась сестра.

— Думаю, что нам с твоей сестрой есть что обсудить в приватной беседе, — подмигнул ей эта королевская зад… особа.

— В таком случае, мой тронный зал в вашем распоряжении, — ехидно произнес король, поднимаясь с трона.

— Благодарю, — кивнул ему Карнет. Что тут вообще происходит?!

— Мари, пойдем, — произнес Кенар. И он туда же? Вот предатель!

Когда все, кроме нас с Карнетом покинули зал, я уже была готова когтями вцепится в лицо этого короля карни. Какая — то женская интуиция кричала мне, что сейчас он скажет что-то, что мне очень сильно не понравится.

— Стол переговоров? — кивнул он на длинный стол, стоящий почти посреди зала.

— Очень внимательно слушаю, — произнесла я, присаживаясь.

— Помнишь, я говорил, что почувствовал в тебе отголоски моей истиной пары?

— Маразмом не страдаю.

— Так вот, к твоей сестре я почувствовал целую бурю, целую палитру самых разных красок… — произнес он, — Она… Моя истинная пара…

— И?… Чего ты хочешь от меня?…

— Я хочу ее забрать, — выдохнул он.

— Исключено, — отрезала я, — Твои истинные пары так стремительно меняются, что, возможно, еще парочку при дворе найдешь. Сестру не отдам, даже не рассчитывай.

— Ты не понимаешь… В тебе я почувствовал отголоски потому что вы сестры…

— Ты почувствовал ко мне эти самые отголоски еще когда ее не было.

— Все предопределено. А братские связи — являются очень крепкими. Просто я даже и не знал, что у тебя есть сестра…

— Сестру не отдам. Не верю я в ваши истинные связи…

— Ланари, — он облокотился на стул, — Чего ты хочешь? Деньги, знания?

— Ты мне предлагаешь продать сестру?

— Я расскажу тебе про твои метки, появившиеся у вас с Кенаром в знаке Дара, предложу программу по обмену в академиях, чтоб ваши могли изучить нашу магия, Ланари, все, что угодно…

— Повторю вопрос, ты предлагаешь мне продать сестру, как какую-то куртизанку?!

— Ланари… Я был слеп, теперь прозрел, ты просто не понимаешь, что значит для карни истинная пара…

— Как патетично… И все же я была права, тебя тянет только на маленьких девочек!

— Ланари, я не могу ее отпустить… Этот шквал в моем сердце… Я не смогу находится вдали от нее.

Вздохнув, я подумала. Быть сутенером для собственный сестрицы отвратительно! Но так же отвратительно решать все за нее, меня бы, к примеру, эту ужасно взбесило бы. Но пока она слишком мала, чтоб принимать подобные решения… К тому же, ссорится с самым могущественным, хотя б в магическом плане, королем — чревато последствиями. Сдается мне, что он попросту ее заберет, у меня не спросив, если я отвечу отказом. Где бы набраться мудрости, как найти правильное решение?…

— Карнет, — кажется идеальное решение есть, — Пока я являюсь опекуном Мари и я сказала «нет», но в шестнадцать она сама сможет принимать решение. Так что задашь все вопросы ей лично и через четыре года.

— Разумно…

— Это не все.

— Слушаю.

— Какой бы ответ она не дала, ты в любом случае организовываешь программу по обмену между вашими и нашими академиями.

— Тоже через четыре года? — иронично поинтересовался Карнет.

— Нет, в ближайшие сроки…

— И с чего вдруг? — спросил он беззлобно.

— Я думаю, что вам у нас есть чему поучиться, а нам у вас и подавно. Плюс, как мне кажется, вам пора открыть границы, хотя бы для того, чтоб улучшить демографию. Ведь вас осталось действительно мало и рано или поздно…

— Согласен, я и сам подумывал об этом. Но…

— Слушаю.

— Вы с Мари каждый месяц будете через портал приходить к нам в гости, чтоб я мог с ней видеться…

— Не обещаю, что так часто, но приложу все усилия. В ответ, ты пообещаешь не дурить девочке голову вашими истинными парами и прочей ерундистикой.

— Договорились. Это все? — улыбнулся он.

— На первое время да, — улыбнулась в ответ.

…Откуда мне было знать, что король, покинув зал, под строжайшим грифом тайны повел Кенара и мою сестру подслушивать через тайный проход. Да уж, любопытство присуще и королям.

* * *

Мари, выловив меня в моих же покоях, устроила мне самый настоящий разнос, на тему того, что все ее считают маленькой, а она уже взрослая. Я вежливо покивала, соглашаясь с ее точкой зрения, но все секреты ей раскрывать не спешила. Пусть делает выводы самостоятельно.

Спустя неделю мы переехали в наш домик и начали обживаться. Наняли экономку, чтоб следила за хозяйством и за Мари, к которой теперь приходили учителя.

С Академией все решилось достаточно просто, я предложила на пост директора свою старую учительницу МилатрисуКантербель, она всегда была достаточно строга, но справедлива, думаю, что она справится с возложенной на нее миссией.

А вот я не справлялась с тем объемом работ, который возложил на мои плечи Его Величество. Уволила к чертям собачьим почти всех чаровников, потому что один методично подливал королю настой усталости, второй, специализирующийся на животных, вкалывал им транквилизаторы, а после продавал. И так было в каждой сфере, куда ни сунься. Теперь понятно, почему на должности главного чаровника не задерживался ни один человек сроком дольше, чем на месяц.

Теперь буду ждать подрастающее поколение, которые в этом году будут оканчивать Академию. На практике посмотрим на что они действительно способны, а потом уже будем думать… А сейчас ограничилась чаровниками, нанятыми на временной основе, может некоторые из них составят нам компанию в будущем. Лекарь Маним, единственный, которого я оставила на посту, помогал мне во всем, чем только мог, потому что мне совершенно не хватало опыта, а я хотела справиться с работой на отлично, как это делал папа…

А еще, мне пришла весточка от Мелли, она писала, что Лан ее нашел и рассказал все, что произошло. Что зовут меня на свадьбу.

На свадьбу мы поехали с Кенаром, который наотрез отказался отпускать меня одну. Съездили, погуляли на свадьбе и решили, что с таким вопросом спешить нельзя. Да и вообще, я еще слишком молода, для того, чтоб обзавестись мужем.

Свиток мы активировали, а Мэтт направился подписывать его с главами других королевств. Жизнь постепенно входило в новое, такое прекрасное, русло.

Миль осталась с Мари, сообщив, что в поселении карни ей будет не так весело. Она, кстати, превратила наш садик в настоящее произведение искусства.

Я периодически навещала Лилию, проводя с ней тайные уроки по магии. У них с Маркусом все было прекрасно и, кажется, дело близится к свадьбе…

Корнелия крутила шашни с каким-то небогатым графом, но король с королевой на все закрывали глаза. Предварительно попросив меня проверить ее комнату на наличие любовных напитков. Такую же просьбу я потом услышала и от Корнелии.

Каждый месяц мы отправлялись к карни, и Мари налаживала контакт с местным населением. Кажется, ей у них нравится, и она уж очень странно поглядывает на Карнета, а он отвечает ей хитрой улыбкой. Как быстро дети растут…

5 лет спустя…

Маленькие детки — маленькие бедки,

Подрастают детки — подрастут и бедки.

(с) Пословица, впрочем, я бы назвала это народной мудростью.

Она стояла передо мной, прекрасная, как снежна роза. Подол ее платья, ласково касался зеленой травы, переливаясь капельками брильянтов. Волосы ее отрасли почти до колена, нежными кудрями охватывая ее тело. Наверное, лишь я знаю, сколько масел и зелий она втирала, для того, чтоб достичь подобной длины. Кожа ее, светлая, как топленое молоко, прекрасно гармонировало с каштановым цветом волос, который она унаследовала от отца.

Мари казалась прекрасной, как белый лебедь среди стаи уток. Комок застыл в горле, а по щекам текли слезы.

Сегодня моя сестра выходит замуж, а ей всего семнадцать… Я не успела ей рассказать все то, что знаю сама. Не успела наградить ее той любовью, которой ей так не хватало, как она меня покидает. Черт бы побрал этих карни с их истинными парами. Как же я без нее, как она без меня…

Мы стояли на небольшой полянке, окруженной шатрами. Буквально через час мне предстояло вывести ее к жениху. А мне ну совсем не хочется ее отдавать.

Жаль, что родители не увидели ее вот такой: взрослой, красивой, умной…

— Ани, ты что рыдаешь? — искренне удивилась Мари.

— Мама с папой бы очень гордились тобой… — смахивая слезы и улыбнувшись, произнесла я.

— Я знаю… — она грустно улыбнулась, — И тобой бы тоже…

— Значит так, — решила перевести тему, — Слушай. Карнету пакости не строй, он после того, как ты ему подсыпала в суп почесоточных червей месяц отходил. Мне даже жаль его стало.

— А зачем он меня заставлял есть пантерник. Ты же знаешь, что он на вкус, как навоз. Ну и что, что полееезный. Почесоточные черви тоже очень полезны… Для пищеварения!

— Не думала, что тебе приходилось пробовать навоз, — задумчиво сказала я, пресекая дальнейший спор, которым мы могли продолжать часами, — Во-вторых, позволь ему заниматься политикой самостоятельно, ну не суйся ты туда, о чем не имеешь представления!

— Ну откуда мне было знать, что с королем фей нужно разговаривать именно так, Миль совсем не такая…

— Ну заявлять Его Величеству про то, что он мельче, чем большинство фей… Я вообще удивляюсь, как у тебя не прибавилось свиного рыла или хвостика… Слушай дальше, как только тебе исполнится восемнадцать поступаешь в карнийскую академию. У тебя есть чаровнический дар и ты его прекрасно тут разовьешь.

— Ну не знаю, можно ли назвать даром то, что я заставила похудеть леди Вон на пятьдесят кило, после того, как она слишком уж разболталась про свои диеты…

— Поверь, это дар… — засмеялась я, — В четвертых, если он будет тебя обижать…

— Знаю, знаю, я всегда смогу пожаловаться старшей сестре, и ты вставишь на место мозги этому величеству. Даже странно, что он тебя не испепелил…

Ничего странного, если он хоть пальцем меня тронет, Мари ему этого не простит. А я этим бессовестно пользуюсь. Разумеется, когда рядом нет его подданных…

— О, Великий Канис, моя сестра выходит замуж… — вздохнула я.

— А моя, все никак не выйдет! — ехидно подбоченилась Мари.

— Это не моя вина!

— Тебя Кенар раз 7 уже звал! — возвела очи к небу сестрица.

— Главное не количество, а качество, — нравоучительно произнесла я, — Первый раз, он просто поставил меня перед фактом. Ну какой девушке это понравится?

— Ну моя свадьба была предопределена свыше… — задумчиво произнесла Мари.

— Все это брехня. Если б ты не захотела мы бы с этим «свыше» поборолись. Кстати, еще не поздно…

— Ани, я люблю его. А вот твоей любви явно не хватает, для того, чтоб ответить Кенару согласием!

— Мари, второй раз он действительно сделал мне предложение. Когда мы зачистили кладбище от восставших мертвяков и все были в кишках, мозгах и…

Посмотрев на позеленевшее лицо сестры, я быстро перестала перечислять то, от чего пыталась оттереться весь вечер.

— Романтика? Не правда ли? В третий раз, он заявился ко мне ночью, вусмерть пьяный и, не успев договорить, упал на ковер и заснул.

— А вот это я помню…

— Еще бы, он тогда весь дом перебудил! Но ты слушай, в четвертый раз, он пытался устроить мне романтический вечер, украсив мою комнату лепестками роз, положив кольцо на тумбочку…

— Ну вот видишь!

— Ага, а потом заснул, а проснулся, когда я зашла в комнату с Корнелией и леопардом Ее Величества… Кто ж знал, что Лео захочется попрыгать на Кенаре…

— Это тогда он возмущенно вышел и хлопнул дверью, пока вы с Корни ухахатывались?

— Ага, и кольцо забрал, — вздохнула я, — Хотя я была почти согласна…В пятый раз он меня опять поставил перед фактом, причем в очередной раз в нетрезвом состоянии…

— Все, — захохотала принцесса, — Я не удивлюсь, если в следующей истории ему кирпич на голову свалился или птичка на колечко нака… ну ты поняла.

— Ну однажды птичка действительно присутствовала при предложении. Она сперла его родовое кольцо прям у меня из под носа. Мы потом ее всю ночь искали… Но момент, был, как ты понимаешь упущен… После этого случая Мэтт подошел к Кенару и пожал ему руку, выражая свое сочувствие! Представляешь! Мэтт. А на счет свадьбы… А я хочу красиво. В моей жизни не так много романтики…

— Ани, но вы уже пять лет вместе. Почему бы просто не пойти и не пожениться без всякой романтики?

— Напомни мне, как тебе сделал предложение Карнет?

— Он привел меня в самую высокую башню, которую предварительно украсил… Шампанское, звезды… — она даже глаза закатила от воспоминаний.

— А чем я хуже-то? Почему я должна говорить «да», когда вся в гнили мертвяков?! И когда от Кенара воняет, как от хм… унитаза, а с его плеча свисают кишки?…

— Ну в этом тоже есть своя романтика…

— Ага, романтика для некромантов. Если, конечно эти два понятия можно употребить в этом предложении…

— Да над вами уже весь двор смеется, а Патрисия с Сицилией рыдают в уголке. Только одна от, что недоживет до правнуков, а вторая от того, что сыночку двадцать восемь, а он до сих пор в девках, то есть в холостяках…

— Вот как только сделает предложение по правильному, так и поговорим! — твердо произнесла я. — А пока… На все воля Каниса…

— Видимо, Канис решил тебя до старости в девках оставить… — вздохнула Мари.

— У меня жизнь только начинается, двадцать пять — это не приговор!

— Леди, вам пора, — к нам залетела Миль. Все уже ждут…

— Ладно, идем, — твердо сказала я, беря ее за руку.

Такое большое количество гостей. Самых разных… И карни и людей. Все родные и близкие собрались на одной большой поляне.

Я провела Мари через небольшой коридор между гостями. Карнет стоял возле жреца и улыбался во все тридцать два. Или сколько там у карни зубов?…

Приведя Мари к нему и передав лично в руки, я произнесла:

— Береги ее… Не обижай, а то…

— Знаю, знаю, — так же шепотом ответил мне жених, — Буду беречь, как святую реликвию…

— Я вам не мешаю? — шепотом поинтересовалась Мари, после чего я отступила назад. Понимая, что теперь сестра в надежных руках, жаль, что не в моих. Опять этот дурацкий комок в горле…

— Милая, — сзади подошел Кенар и приобнял меня, — Все будет хорошо. Карнет хороший мужи… эммм, карни.

— Да знаю я… — слезы удержать не получилось, и я рыдала всю церемонию, втихомолку злясь на свою несдержанность.

* * *

— Милая, вот чего ты хочешь? — спросил чуть позже мой боевой напарник, усаживая за стол.

— Сахарный пирог! — неожиданно для самой себя заявила я.

Глаза Кенара тот же час округлились, он то прекрасно знал, как сильно я не люблю сладкое.

— Эмм, сахарный пирог? — хриплым голосом переспросил он.

— У тебя с возрастом проблемы со слухом появились? — ласковым голосом проговорила я, — Да, я хочу сахарный пирог… С клюквенным варением!

— Ланари… А ты случайно не…

— Что?… — я цепким взором следила, как слуга наливает мне в бокал вина. Я уже хотела пригубить его, как Кенар вырвал у меня бокал из рук.

— А вот это ты не будешь!

— Кенар, какого черта? Свадьба моей сестры, думаю, что я имею право немного выпить!

— А тебе нельзя! — с какой-то маниакальной улыбкой произнес он, — Теперь ты точно никуда не отвертишься!

— Да в чем проблема? — я пыталась вернуть себе бокал карнийского красного, но с Кенаром без магии было справится сложней, а запускать чары на свадьбе у сестры? Я еще пока недостаточно выпила. В общем, замкнутый круг.

— А потому что ты беременна! — громко произнес Кенар, да так, что нас услышали все. Включая сестру, Лантиру, Нашего Величества и всех королевских деток! Услышали и сразу образовалась такая звенящая тишина… Даже карни молчали… Все мое лицо покрылось красной коркой, я не знала куда себя деть…

— С чего ты взял, — как кошка прошипела я.

— Ты ненавидишь сахарный пирог и не плачешь на людях, — торжественно объявил Кенар, — И ты выходишь за меня замуж, потому что ребенок должен расти с отцом!

— Кенар, — сдерживая злость тихо произнесла я, хотя, кажется, что все слышали, вот такая вот была тишина. Когда мгновенно замолкает человек двести, кажется, что сейчас провалишься сквозь землю, — Я не беременна… Мне просто захотелось пирога…

Карнет громко засмеялся:

— Кенар, чисто из мужской солидарности я бы мог соврать, но ее же сейчас удар хватит, а это расстроит мою жену… Так что, Ланари, ты не беременна!

Зал выдохнул. Кто-то от разочарования, кто-то от облегчения, как я.

Спустя несколько минут все снова заговорили на самые разнообразные темы.

— Ну ты когда-нибудь замуж за меня выйдешь? — тихо и зло поинтересовался мой боевой напарник.

— Когда-нибудь, дорогой, точно выйду! — уверенно ответила я, пригубив вино, отвоеванное мной на вполне справедливых основаниях.

— Ну, это меня явно обнадеживает! — взяв меня за руку, произнес Кенар.

Content

Екатерина Верхова
История чаровницы о магии, любви и королевских особах

Часть 1

Часть 2

Часть 3