О. Л. Коношенко, В. Л. Мельников, Я. Н. Шередеко, Т. В. Шередеко

Дыхательные практики для оздоровления, релаксации, высвобождения подавленных эмоций и многого другого

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Отзывы о книге

Сергей Всехсвятский

Все, что создается, некоторое время существует в устной традиции. В древности этот период занимал сотни и тысячи лет – старики рассказывали истории у костра, буддийские монахи заучивали Трипитаку наизусть. И только потом кто-то – в пещере или келье – высекал или выцарапывал на камне или пальмовых листьях текст. И идея или методика, технология или рецепт начинали существовать в традиции письменной. В наше информационно-технологическое время, время диктофонов, цифровых камер и компьютеров, традиция письменная способна фиксировать первые секунды зарождения идеи, хотя все равно первый период воплощения любой идеи обрастает мифами и легендами. Наверное, такова наша человеческая природа, и мы не можем жить совсем без сказок!

«Свободное Дыхание» попало в промежуточное время – у костра мы уже не собирались, но каждый свой шаг в те – почти столь же далекие, как каменный век восьмидесятые годы, не фиксировали и не записывали. Это было волшебное время – на стыке двух эпох – время открытий и экспериментов, время интенсивного внутреннего роста, время внешних и внутренних путешествий. «Свободное Дыхание» – методика, но также и традиция самосовершенствования и духовного роста, настоящее дитя этого времени, рожденное на стыке культур и стран, в первую очередь американской и российской, на стыке различных методов, идей и открытий.

Как и положено в настоящей традиции, сейчас очень трудно восстановить те первые годы, они остались в памяти всего нескольких человек – почти полностью, и в опыте нескольких сотен – небольшими кусочками. И, конечно же, как положено в настоящей традиции, нашелся человек, решивший перейти в традицию письменную!

Ольга Коношенко и ее команда взяли на себя масштабную и очень важную миссию – зафиксировать письменно столь субъективную, столь изменчивую и отчасти противоречивую область, как дыхательные психотехники и, конкретно, «Свободное Дыхание». Мне, как создателю самого термина и определенной идеологии «Свободного Дыхания», – в первую очередь идеи танца между «я дышу» и «тело дышит» – было очень тревожно открывать эту книгу. Но чем больше я вчитывался, тем больше тревога сменялась радостью и благодарностью!

Команда центра «Подорожник» систематизировала и структурировала огромное количество материала, и, самое главное, что можно сказать об этой книге – она вся выросла из практического опыта, за каждой строчкой стоят тысячи проведенных дыхательных процессов, тысячи часов обсуждений в завершающих кругах, бессонные ночи в кухонных спорах, и… бесконечная преданность своему Делу и своему Пути!

В книге коллектив авторов сумел коснуться всех уровней «Свободного Дыхания». Там присутствует и теория – настолько, чтобы не делать изложение занудным и скучным. Там сделан большой акцент на методологии – не случайно во внутренней переписке книгу всегда называли «методичкой» – и после ее прочтения пути освоения «Свободного Дыхания» становятся очень ясными. И в ней щедро описано большое количество «вкусных» технических деталей процессов «Свободного Дыхания» – подарок даже опытному «дышащему».

Книга останавливается за один шаг до того, чтобы стать своего рода самоучителем по «Свободному Дыханию», но, к счастью, на это не претендует. К счастью, потому что в этой области самоучители невозможны, нужна живая передача традиции, нужен Наставник! Так зачем же тогда книга? А книга нужна для того, чтобы успокоить свой ум – и с этой задачей она справляется великолепно! Книга нужна для того, чтобы заранее разобраться со своими страхами и «глюками» – и с этой задачей она прекрасно справляется! Книга нужна для того, чтобы еще больше людей узнали о волшебном мире дыхательных психотехник, о легкости, простоте и естественности «Свободного Дыхания», чтобы они прошли свои первые десять сессий и стали бы применять этот подход в своей жизни. И я уверен, что и с этой задачей книга справится!

Ольга, спасибо! Команда, спасибо! Спасибо и тебе, читатель, я тебе даже отчасти завидую ☺. То, что мы двадцать пять лет назад находили вслепую, на ощупь, тебе достанется в столь ясной и четкой системе!

Сергей Всехсвятский, основатель и координатор Международной ассоциации «Свободного Дыхания», соучредитель International Breatwork Foundation

www.svoboda.pro

Михаил Молоканов. Дыхание свободных изменений

Каждый из нас по жизни в целом или в какой-то из своих ролей – работника, менеджера, собственника, мужа/жены, родителя, дочери/сына, друга/подруги – сталкивается с желанием и необходимостью что-то изменить. Перестают греть душу те ценности, которыми жили, цели, которые достигали, задачи, которые выполняли день ото дня. Надоедают даже привычные эмоции и чувства. Нестерпимо хочется чего-то другого.

Кто-то называет это «очередным кризисом среднего возраста», хотя не знает, во сколько лет он должен наступить, кто-то машет на все рукой, пытаясь не обращать внимания или «встряхнуться», уехав в отпуск или, наоборот, уйдя с головой в работу. В крайних случаях мы разводимся/вступаем в брак, заводим интрижки, меняем род деятельности, неоправданно тратим деньги, пускаемся во все тяжкие.

И, конечно же, ищем ответа: «Что же мне делать и почему так со мной происходит?» Ищем у друзей/подруг, близких людей и специалистов всех мастей: от психологов до астрологов и экстрасенсов. Нам дают советы или с нас «снимают порчу», мы привыкаем, успокаиваемся, снижаем ожидания от жизни и судьбы… и так до следующего «кризиса среднего возраста».

Возможно ли изменить это привычное «хотели как лучше, а получилось как всегда»?

Да, если заранее подготовиться.

К чему? – К изменениям в своей жизни.

Как бы мы ни хотели, как бы ни сопротивлялись им, но изменения есть и будут всегда. Изменения – в самой сути жизни. Они исчезают только со смертью. Хотя, может быть, и продолжаются, но уж не с вами таким, какой вы есть сейчас.

Пока вы живы, вы будете изменяться. И вокруг вас все будет изменяться. Причем то, что находится вокруг вас, вся внешняя среда – близкие и незнакомые люди, организации и структуры, к которым вы принадлежите, с которыми взаимодействуете, и те, с которыми никогда не хотели бы иметь ничего общего… все это по определению гораздо сильнее вас. Изменения во внешней среде часто непредсказуемы, но самые радикальные из них могут как катастрофически ухудшить вашу жизнь, так и осчастливить.

«Очередной кризис среднего возраста» наступает, когда мы либо попадаем под пресс негативных изменений – потеря перспектив на работе, в бизнесе, в семье, в отношениях с детьми, в близких отношениях, – либо понимаем, что «годы прошли», а мы не воспользовались тем благоприятным, что приносили нам позитивные изменения: возможностью перейти на другую работу или войти в бизнес, вступить в новые отношения или чему-то обучиться.

«Кабы молодость знала, а старость могла!» – с иронией успокаиваете вы себя. Но дело в том, что «молодость» никогда не будет знать. Изменения во внешней среде (кроме не самых значительных, а значит, не несущих ни больших угроз, ни великих возможностей) предсказать нельзя. Как же тогда заранее подготовиться к тому, что неизвестно – так, чтобы будущее не сломило, а лишь усилило вас?

Ответ и прост и сложен: заранее изменяться самому! Заранее признать, что те ценности, которыми живешь, те цели, которые ставишь, те задачи, которые выполняешь, те эмоции и чувства, которые привык переживать, могут в какой-то (пусть и отдаленный момент) оказаться совершенно несостоятельными и даже губительными не только для процветания и самореализации, но даже и для достойного выживания.

Многие это понимают и в поисках совета, в каком направлении изменяться и куда дальше двигаться, идут к различным специалистам и штудируют груды литературы по саморазвитию, личностному росту или достижению успеха. Но вот в чем засада: любой такой совет оказывается полезен лишь на коротком промежутке времени. Продолжительное следование ему ведет к очередному застою.

И еще что очень важно. Это ведь иллюзия, что вы следуете чужому совету (специалиста ли или из книжки). Выбор, чему следовать, каким советом воспользоваться, всегда лишь ваш собственный и ничей другой. Советчиков (любителей и профессионалов) вокруг сколько угодно, источников информации – масса. Но что-то вы отсекаете как «глупость», а что-то все же принимаете близко к сердцу.

То есть во фразе «я решил воспользоваться этим советом» ключевыми словами являются не «этот совет», а «я решил». Ваша способность подстроиться под грядущие изменения, а значит, и качество вашей жизни в будущем, зависит не от качества рекомендаций (их вокруг вас полно самого разного рода), а от качества вашего решения, выбора, каким из них следовать.

Есть очень много методик, техник, систем, специалистов, учителей, гуру, которые обучают и тренируют вас, как «надо жить». Но очень мало методик, обучающих, как делать выбор, чему следовать. Ведь любая из этих методик была разработана человеком, столкнувшимся с определенными трудностями, ситуациями, изменениями в своей жизни. И именно для этих ситуаций она и годится. Но кто вам сказал, что ваша ситуация именно такая?

В отличие от большинства психотехник, «Свободное Дыхание» развивает способность быть гибким, изменяться и принимать решения в преддверии возможных благоприятных и угрожающих изменений, которые нам готовит внешняя среда. Это практический инструмент, который, после овладения им на начальном курсе, возможно будет применять везде и всюду, как только возникает состояние «очередного кризиса среднего возраста» или даже просто стресса.

В «Свободном Дыхании» вы не научитесь тому, какой выбор в какой ситуации будет правильным. Никто не сможет решить этого за вас, находящегося в этой конкретной ситуации. Вы научитесь тому, как правильно делать выбор. Только самостоятельно выработав необходимые навыки, вы научитесь:

• осознавать любую ситуацию здесь и сейчас такой, какая она есть, в ее значимости и ценности лично для вас;

• непредвзято рассматривать все возможные оценки и выборы в данной ситуации, основанные как на прежнем жизненном опыте, так и креативные и новаторские;

• доверять собственной интуиции и делать выборы, ведущие к максимальному использованию возможностей и избеганию угроз, скрытых во внешней среде.

И все это есть в книге «„Свободное Дыхание“: прагматичный подход», которую вы сейчас держите в руках. При этом она написана с таким ясным раскрытием нюансов этой методики, что у вас возникнет соблазн самому начать экспериментировать с ней. Ну что ж, не буду отговаривать. Ведь это противоречило бы проповедуемому мной подходу: «Чтобы приспособиться к будущим изменениям во внешней среде и, избежав „очередного кризиса среднего возраста“, получить от них максимум полезного для себя, нужно прислушиваться к себе и пробовать новое, экспериментировать и опережающе изменяться».

Но если вы по-хорошему достаточно ленивы и любите сваливать работу на профессионалов, то начнете с вводного курса с ними.

Ольгу Коношенко, редактора и одного из авторов книги, я знаю с тех пор, когда профессионально работал почти только как инструктор по «Свободному Дыханию» и был координатором научных исследований Международной ассоциации «Свободного Дыхания» (МАСД). За прошедшие с тех пор 20 лет я много в чем изменялся, экспериментировал и рос. Смог посмотреть на «Свободное Дыхание» с самых разных профессиональных сторон. И мне крайне приятно, что Ольге и ее соавторам-соратникам-коллегам удалось сохранить методику «Свободного Дыхания» в ее кристальной чистоте, без внедрения в нее искусственных дополнений и «заморочек».

Перед вами книга, которая открывает дверь в методику, позволяющую более интуитивно и качественно справляться со всеми внешними и внутренними изменениями в вашей жизни. Доброго пути в самоисследовании, самоосвоении, самоуважении и самообладании!

Михаил Молоканов, кандидат психологических наук, президент Профессиональной ассоциации «Клуб бизнес-тренеров» www.molokanov.biz

Предисловие

Эта книга – изложение опыта многолетней (с 1992 года) работы с дыханием одного из авторов, а также команды инструкторов и стажеров Центра интегративных психотехнологий «Подорожник».

Своим делом мы занимаемся в большей степени ради возможности наблюдать за чудесами: за возрождением чувства собственного достоинства, появлением жизнерадостности и ощущения счастья в людях, которые пришли в наш Центр. Нам нравится радоваться вашим и нашим успехам.

Кроме того, проводя тренинги, мы тоже развиваемся, ведь опыт каждого участника группы обогащает всех присутствующих.

А еще нам очень нравится быть вместе, оказывать поддержку друг другу, делать общее дело и делиться нашим опытом с вами.

Мы искренне уважаем всякого человека, отважившегося изменить свою жизнь. И нам будет очень приятно, если вы, прочтя эту книгу, решите освоить технику «Свободного Дыхания».[1]

Ведущий инструктор, Ольга Коношенко, преподает данную практику с 1993 года. Своими учителями она считает Сергея Всехсвятского (человека, благодаря которому «Дыхание» пришло в Советский Союз, именно он предложил термин «Свободное Дыхание») и Владимира Козлова (доктора психологических наук, профессора Ярославского государственного университета, академика МАПН, РАСО, БПА, вице-президента Ассоциации трансперсональной психологии и психотерапии, человека, предложившего термин «интегративные психотехнологии»). Остальные в разное время пришли к Ольге как участники ее тренингов, да так и остались…

Об авторах

Ольга Коношенко:

«К началу 1990-х годов я переживала то, что сейчас часто называют синдромом хронической усталости. Подруга посоветовала обратиться к людям, практикующим Рэйки, и вскоре жизнь вернулась ко мне. Мой мастер Рэйки оказалась еще и ребёфером. Так в мою жизнь пришло „Дыхание“, и я практикую эту технику по настоящее время.

Практика „Дыхания“ мне дала все, что я имею. Меня настоящую, любимую работу, добросердечные отношения с родителями и дочерью, команду друзей-сотрудников-единомышленников, мужа, дом, наш Центр. Мир, наполненный всеми красками бытия…

И встречаясь с трудностями дня сегодняшнего, я искренне считаю себя счастливым человеком».

Владимир Мельников – соавтор и партнер, находившийся при написании этой книги и внесении многочисленных правок рука об руку за одним ноутбуком с автором этих строк; он же директор нашего Центра.

Ян Шередеко – соавтор, первопроходец и систематизатор. На его долю пришлось самое сложное – первичное изложение и обработка всего накопленного за годы практики материала, почти трехлетние поиски подходящих слов и наблюдение за тем, как его труд видоизменяется стараниями других соавторов; инструктор «Свободного Дыхания».

Татьяна Шередеко – соавтор, клинический психолог, научный редактор этого текста, соотносящий наш опыт с данными психологической науки; инструктор «Свободного Дыхания», руководитель направления по работе с детьми Центра «Подорожник».

Алексей Гуцев – инструктор «Свободного Дыхания», его вклад в это издание заключался в чтении и отборе самых ярких фрагментов сочинений выпускников наших тренингов.

Что побудило нас к написанию

Выпуская эту книгу в свет, мы хотим не только помочь выпускникам наших тренингов, но и привлечь внимание к практике «Дыхания», к тому, как она преподается именно в нашем Центре, и к нашему Центру вообще.

Мы будем рады, если люди, искренне заинтересованные вопросами освоения собственных глубин, найдут в этих текстах что-то полезное для себя.

Кому адресована эта книга?

Желающим изменений

То, что вы прочитаете, может помочь по-иному оценить свои чувства, взглянуть на события, проблемы, изменить мировосприятие, стать более понимающим, доброжелательным и осознанным, а может быть, просто повзрослеть. Вы получите возможность по-другому взглянуть на ваши отношения с родителями и детьми, с сослуживцами и начальством, с возлюбленными и супругами, с друзьями и другими людьми.

Любопытным

Тем, для кого в их жизни важнее всего состояние творчества, кому важны новые ощущения, необычные переживания (но иногда не хватает энергии даже на самые обыкновенные дела), и тем, кому хочется разобраться в некоторых философских вопросах, может оказаться интересным узнать про возможность погрузиться в измененное расширенное состояние сознания. Вы сможете на практике убедиться в том, что обновленное восприятие – как ощущение «вечного праздника жизни» – возможно и вполне достижимо.

Людям бизнеса, уставшим от бремени ответственности

Многим людям с трудом удается расслабление, но для людей бизнеса это состояние еще более актуально и одновременно труднодостижимо. Находясь в условиях необходимости принимать решения при недостатке нужной информации либо имея ее некачественную, неполную или намеренно искаженную, человеку бывает трудно сохранять ясность и спокойствие ума. Он часто зацикливается на попытках принять решение. От жизни в вечных сомнениях в правильности сделанного выбора, в постоянном напряженном ожидании какого-то события, в состоянии раздражения и внутренней суеты страдает здоровье, отношения в семье.

Практика «Дыхания» может помочь таким людям научиться прислушиваться к своей интуиции, выйти на качественно иной уровень понимания как человеческой природы вообще, так и мотивов человеческих поступков, обрести внутреннюю устойчивость и мудрость. А высказывание: «Делай лучшее из того, на что ты способен в данный момент, и спокойно жди, когда ситуация созреет, чтобы сделать решающий и точный шаг» – сделать частью своей жизни.

Кроме того, практика позволяет наработать навык по считыванию многоплановой информации о состоянии окружающих людей, об общей атмосфере вокруг. Одним из эффектов практики является развитие интуиции, что позволяет лучше чувствовать потенциальные риски для бизнеса.

Мы с удовольствием предложим вам наши программы, в том числе и специально адаптированные под определенные задачи.

Выпускникам наших дыхательных тренингов

Во-первых, мы столкнулись с тем, что чем больший опыт работы с «Дыханием» мы имеем, тем сложнее становится накопленную нами и очень ценную с нашей точки зрения информацию втиснуть в рамки лекционной части тренинга.

Во-вторых, мы часто наблюдали, как во время прохождения тренинга людям бывает сложно воспринять и запомнить материал, предлагаемый нами для дальнейшей самостоятельной работы.

Эта книга написана для того, чтобы дать возможность участникам тренинга еще раз обратиться к содержанию лекций при последующей самостоятельной работе и повысить свою эффективность.

Инструкторам других направлений

К сожалению, хороших книг о практике «Свободного Дыхания» очень мало. Уважая специфику или иную направленность работы других инструкторов, нам хотелось рассказать здесь о нашем подходе, поделиться опытом.

Психологам и психотерапевтам

У нас есть достойные внимания специалистов, проверенные многолетней практикой модели, которые мы рады будем предложить вам освоить как эффективную практику для работы с клиентами и собой.

Глава 1

Почему именно дыхание?

Уникальность дыхания состоит в том, что оно одновременно может происходить само собой и управляться нами произвольно.

С одной стороны, тело дышит само, с другой – мы можем вмешиваться в этот процесс.

Дыхание – непроизвольная психофизиологическая функция, которая регулируется без нашего сознательного участия, автоматически. Оно само происходит, и мы обычно даже не задумываемся, как именно мы дышим в данный момент. И для того чтобы дышать, нам не обязательно управлять этим процессом. Однако мы можем легко регулировать дыхание произвольным образом. Например, мы можем когда и как захотим изменять глубину, частоту, скорость вдоха и выдоха, длительность паузы между ними.

Дыхание всегда с нами, всегда «под рукой», за него удобно и просто «зацепиться», чтобы повернуть внимание на то, что происходит внутри нас – внутри тела, сознания, эмоционально-чувственной сферы.

Ведь каждый при наблюдении за тем, как он дышит в разных ситуациях, может заметить, что разным эмоциональным состояниям соответствуют разные «рисунки», или паттерны, дыхания. Практикующие «Дыхание» заметили это и стали использовать эти, как прямую, так и обратную зависимости, изменяя свое дыхание определенным образом для достижения различных состояний.[2]

Пауза в дыхании – как мы ее используем?

Вспомните, как замирает ваше дыхание, когда вас что-то сильно удивляет, восхищает или пугает. Пауза в дыхании – это естественный механизм концентрации внимания (например, в практиках йоги), возможность «остановить мгновенье», сделать «моментальное фото» потоковой, вечно меняющейся реальности. Мы это делаем для того, чтобы иметь возможность рассмотреть, изучить именно этот отдельно взятый эпизод нашей жизни или переживание не только в момент его возникновения, но и потом, в любой другой момент времени. Анализируя наш практический опыт, мы предполагаем, что пауза в дыхании используется людьми как неосознаваемый механизм фиксации и накопления жизненного опыта.

Когда же этот опыт неприятен, мы используем паузу для подавления собственных переживаний.

Вспомните, как дети, пытаясь научиться справляться с нахлынувшими чувствами гнева или обиды, делают это. Они намеренно, волевым усилием, используют напряжение – сжимают кулаки, немного сутулятся, зажимая диафрагму, напрягают шею, плечи, крепко сжимают зубы и, конечно же… увеличивают паузу, то есть задерживают дыхание. И все это, чтобы не выплескивать наружу неодобряемые родителями чувства, не проявлять их.

Постепенно объединение трех компонентов – волевого решения не проявлять чувства, физического напряжения и паузы в дыхании – становится единым «комплектом» – механизмом подавления и «запирания» чувств внутри нашего тела.

С возрастом такой способ взаимодействия с чувствами осваивается все лучше и в конце концов становится неосознанной привычкой и используется нами уже автоматически.

Привычное отношение к боли в нашем социуме – напряжение, желание избавиться – то есть сопротивление. Люди используют паузу в дыхании, чтобы не находиться с болью в контакте, чтобы иметь возможность «забыть» и не чувствовать, подавить и удержать в подавленном состоянии болезненные эмоциональные и физические переживания. Так пауза становится механизмом не только подавления, но и капсулирования (изолирования) неприятных переживаний.

Заметьте, как сложно использовать по отдельности эти абсолютно разные вещи (волевое усилие, физическое напряжение, пауза в дыхании) – ведь при попытке использования любой его составляющей, как правило, автоматически используется весь комплект. Понаблюдайте за собой: как часто, желая достичь определенного результата, вы замечаете, что напрягаетесь и задерживаете дыхание? Замечаете ли вы, что в момент повышенной физической нагрузки ваше дыхание прерывается? А когда вы пытаетесь вспомнить что-то важное для себя, бывает, что вы одновременно напрягаетесь и задерживаете дыхание?

В самом механизме кратковременной блокировки (подавления) своих чувств и переживаний нет ничего плохого, в некоторых ситуациях он нам нужен и полезен. Например, он позволяет нам преодолевать страхи в тех ситуациях, когда это необходимо для выживания (при прыжке с парашютом, при действии в экстремальных ситуациях). Плохо то, что мы его используем и когда надо и когда не надо. И каждую секунду нашей жизни для того, чтобы удержать в подавленном, «запертом» состоянии недопрожитые чувства, мы тратим огромное количество сил (об этом подробнее в главе «Стереотипы поведения в нашей жизни и методы работы с ними»).

Если мы следуем привычке неосознанно подавлять неприятные переживания, то теряем возможность впоследствии осознанно вернуться к подавленным страхам, обидам, протестам, чтобы перепрожить их, находясь уже в более безопасной ситуации. Это приводит к накоплению большого количества недопрожитых болезненных ситуаций, на удержание которых в подавленном состоянии мы и затрачиваем свою жизненную силу. И чем больше таких ситуаций накапливается, тем больше сил мы тратим на их подавление, тем больше очагов напряжений, «блоков» содержится в нашем теле. И тем меньше сил остается для того, чтобы жить активной, творческой и яркой жизнью. А наличие постоянных очагов напряжений в нашем теле приводит нас к заболеваниям так называемой психосоматической природы.

Так, исследуя этот простой, привычный и незаметный механизм нашего организма – паузу в дыхании, – мы можем заметить, что связана она с вполне определенными и значимыми для нас явлениями, и использовать ее в качестве их маркера.

А что с нами случится, если мы начнем дышать без паузы?

Мы частично перестанем подавлять те переживания, которые «запирали» внутри тела с помощью паузы!

Дыхание без пауз называют свя́зным дыханием. Оно дает нам возможность вновь обратиться к недопрожитым когда-то ситуациям и, используя технологии «Свободного Дыхания», перепрожить их, освободив подавленные чувства, высвободить заключенную в них энергию, а также не тратить свои жизненные силы на их подавление в будущем.

Связное дыхание – тропа к бессознательному

Редко кто может намеренно изменить ритм биения своего сердца усилием воли, а вот глубину или частоту вдохов-выдохов – очень легко. Благодаря этому, в частности, мы можем «убирать паузу», то есть дышать связно.

Используя связное дыхание, мы получаем доступ не только к болезненным переживаниям, но и ко всему, что мы накопили за все время своего существования, – к своим богатствам, к своей природной мудрости. Ко всему, что мы когда-то знали, чувствовали и переживали, но давно забыли. И можем научиться использовать эти давно забытые богатства в своей повседневной жизни.

Опираясь на опыт практики, мы можем сказать, что дыхание является тропой к нашему бессознательному, «мостиком» между нашим рациональным и интуитивным.

«Слоеный пирог» нашей психики

Давайте представим нашу психику как «слоеный пирог», в нижних слоях которого лежат переживания, полученные нами во время зачатия, внутриутробного развития, родов и первых мгновений жизни, а в верхнем слое – переживания, получаемые нами в данное мгновение.

Для достижения определенной «глубины» (получения доступа к тем или иным переживаниям) использование того или иного типа дыхания может оказаться наиболее эффективным.

Одни типы дыхания дают возможность проникнуть в самые глубокие, нижние слои «пирога». Для описания этих слоев используются разные термины – например, трансперсональный (внеличностный), архетипический и перинатальный слои[3] нашего сознания.

Другие – лучше «работают» с личной историей и с детскими травмами, которые мы, конечно же, можем помнить, но, скорее всего, забыли давно, еще в глубоком детстве (средний слой «пирога»). И несмотря на то что многие детские обиды кажутся нам сейчас несерьезными, а иногда и просто смешными, именно они лежат в основе многих наших нынешних проблем.[4]

А есть и такие типы дыхания, применение которых наиболее эффективно при «работе» с теми проблемами и трудностями, которые возникли уже в сознательном возрасте, хорошо нами помнятся и распознаются (верхние слои «пирога»).

Мы рассматриваем «Свободное Дыхание» как практику, рожденную благодаря синтезу трех основных дыхательных направлений – ребёфинг, вайвейшн, холотропное дыхание – с элементами гештальт– и процессуального подхода в психотерапии.[5] Именно их сочетание, по нашему мнению, позволяет эффективно работать с разными задачами разных людей, используя эти техники в индивидуальных пропорциях, в зависимости от тех задач, которые стоят перед людьми. Несмотря на существующие различия, все эти дыхательные техники основаны на осознанном связном дыхании.

Разные возможности использования практики «Свободного Дыхания»

Многообразие возможностей, которые заключены в дыхательных психотехниках, столь велико, что каждый инструктор может по-своему расставить акценты и приоритеты в своей работе. При этом два человека с весьма разными задачами могут говорить, что практикуют ребёфинг. Получается два ребёфинга? Для того чтобы избежать терминологических неясностей, мы коротко расскажем здесь о некоторых существующих вариантах и о том, как именно предпочитаем работать.

Физическое оздоровление

Дыхательные техники часто используются для излечения от телесных заболеваний. Некоторые психологические проблемы, будучи проявленными на уровне тела, в виде мышечных напряжений или регулярных биохимических процессов, становятся причиной физических расстройств.

В практике «Свободного Дыхания» мы рассматриваем физическое оздоровление как один из побочных эффектов, и хотя оно не является нашей главной целью, тем не менее, решая свои психологические проблемы, люди часто становятся более здоровыми и в физическом плане.

Релаксация

В современном социуме очень актуальна проблема глубокого расслабления и отдыха. Люди часто не умеют восстанавливать свои силы, накапливая физическое, эмоциональное и другие виды напряжения, которые становятся источником многих проблем.

Есть возможность использовать работу с «Дыханием» именно для достижения состояния глубокого телесного расслабления. При этом человек быстро ощущает облегчение. Есть инструкторы, которые считают этот факт достойным результатом своей работы.

С нашей точки зрения релаксация – важный момент практики, но еще важнее научиться не накапливать напряжения и использовать практику не как таблетку временного действия, а как исцеляющее лекарство, работающее с причиной заболевания, а не только с его симптомами.

Высвобождение подавленных эмоций

Многие человеческие чувства в силу разных причин находятся под запретом. Не будучи выраженными, они накапливаются в течение долгих лет, и высвобождение их из подавленного состояния часто приносит человеку большой заряд энергии (см. «Связное дыхание – тропа к бессознательному»). Ведь не надо больше тратить силы на удержание, например, гнева в запертом состоянии.

Если хорошенько прокричать «невыкрикнутый» когда-то крик, выплакать не пролитые слезы, дать волю своей ярости или обиде, которые невозможно было излить в ситуации, в которой они когда-то возникли, то это дает очень сильный целительный и психотерапевтический эффект.

Некоторым людям этого бывает вполне достаточно, чтобы почувствовать себя обновленным и снова радоваться жизни. Но часто случается так, что причина, заставляющая человека копить свои чувства и мешающая их проживать конструктивно в обычной жизни, а не только на тренинге, так и остается не осознанной. Значит, по привычке человек и дальше будет подавлять свои чувства, снова накапливая эмоциональное и физическое напряжение. И вновь искать способы освободиться от дискомфорта, участвуя в новых тренингах.

Нам нравится докапываться до причин, до корней, и тогда любая эмоция, например гнев, будучи выраженный, становится весьма наполняющим энергией состоянием. Когда мы научимся, применяя практику, осознавать чувство на небольшой интенсивности, мы сможем осознанно выбирать форму для выражения этого чувства, регулировать его интенсивность, а значит, нам будет легче направлять его в конструктивное русло.

Получение необычного опыта, «полеты» в «иные пространства»…

Человеку свойственно желать выйти за рамки привычного, испытать необычные переживания, получить новый опыт. Достижение измененных состояний сознания может обогатить повседневную жизнь, а может и стать своеобразным «наркотиком», уводящим от проблем.

Мы предпочитаем анализировать необычные переживания, которые случаются в процессах, для того чтобы изучить свой внутренний космос, освоить бесконечное разнообразие своего внутреннего мира, для того, чтобы у человека появилась возможность изменить отношение к самому себе и улучшить качество своей жизни.

Прагматичный подход – наша отличительная черта

Как вы уже могли заметить из вышесказанного, мы предпочитаем использовать все, что может нам дать практика «Свободного Дыхания» в быту, для улучшения качества нашей жизни. Мерилом успешности практики мы считаем достижение конкретных результатов в повседневной жизни за пределами тренингового пространства, а не достижение даже самых прекрасных состояний самих по себе, без привязки к реальной жизни.

Наш девиз: «Пусть каждое ваше переживание принесет вам конкретную пользу». Мы поможем вам научиться этому.

Как и за счет чего «работает „Свободное Дыхание“»

В разделе «Пауза в дыхании – как мы ее используем?» мы довольно подробно описали неосознанное использование паузы в дыхании как механизма «капсулирования», подавления неприятных переживаний. У этого явления есть еще один аспект – снижение чувствительности.[6] Ведь переживание, даже будучи запертым в нашем теле, никуда не исчезает и причиняет нам дискомфорт. И мы, из страха «разбираться» с этим переживанием (страха боли от очередного контакта с ним), предпочитаем «закрывать на него глаза», то есть не чувствовать, словно говоря, как в детстве, себе и другим: «Курице не больно, курица довольна». Тогда очередное воздействие окружающих, которое могло бы ранить нас, «как бы» не достигает своей цели, не выбивает нас из колеи привычного существования (см. рис. 3).

Таким образом, переживание есть, а контакта с ним – нет. Плюсом этого является своеобразная защита от неприятных чувств. Если бы мы одномоментно почувствовали все недопрожитые нами истории, то такую интенсивность боли мы бы не выдержали. Минусом, или ценой за это, является общая унылость жизни, ее «серость» и однообразие – ведь все силы уходят на подавление переживаний. Некоторые люди привыкли вносить разнообразие в свою жизнь, обеспечивая себе интенсивные переживания – например, ругаясь с кем-то, меняя партнеров или занимаясь экстремальными видами спорта.

Когда мы дышим связно, то есть без пауз, то повышаем свою чувствительность. Мы расширяем границы своего восприятия, и в них попадает тот опыт, который до этого был скрыт от нашего внимания (см. рис. 4).

На уровне тела проявляются физические напряжения, на уровне эмоций мы получаем доступ к собственным состояниям, обычно подавляемым нами, на уровне ума возможны озарения. Важно, что при помощи связного дыхания мы лишь проявляем то, что и так находилось в нашем теле или подсознании, но в угнетенной, скрытой форме. Мы ничего не привносим от ума или из каких-то благих побуждений – своих или инструктора… Мы просто внимательны к тому, что само раскрывается перед нами.

Таким образом, связное дыхание дает нам повышение чувствительности.

Плюсы повышения чувствительности очевидны. Мы можем, применяя практику методично и последовательно, работать с теми переживаниями, которые оказываются в зоне нашей повышенной чувствительности, осваивать эти переживания и таким образом постепенно расширять зону комфорта. И жизнь вновь начинает играть всеми цветами радуги, а жить становится ярче, интереснее, любопытнее.

Но у повышения чувствительности есть и минус. На некоторое время, пока не наработается навык по обращению с повышенной чувствительностью, вы можете стать более эмоциональными: более ранимыми, более плаксивыми, более обидчивыми, более раздражительными, более агрессивными, более возбудимыми, одним словом, БОЛЕЕ какими-то.

Здесь возникает вопрос: действительно ли вы хотите вернуться к своим когда-то подавленным переживаниям? Готовы ли вы относиться к ним с интересом, азартом, с желанием обнаружить их, рассмотреть получше (как следопыт или сталкер), а затем разобраться, изучить? Если да, то ваши шансы понять «а что же с вами происходит, почему оно именно так и что с этим можно делать» довольно велики. Кроме того, на тренинге мы даем рекомендации, как именно работать с этим переживанием.

Если же ваша мотивация на изменения в своей жизни недостаточно сильна, то вам, скорее всего, будет сложно отнестись к поднимающемуся из глубин бессознательного материалу бережно, с интересом и уважением. Сложно будет и усердно выполнять наши рекомендации. А свою повышенную чувствительность воспринимать как: «Ура! Наконец-то я это почувствовал и теперь могу это изучить и применить к этому практику», а не как: «Ой! опять я чувствую то, ради избавления от чего я и пришел на тренинг, надо немедленно это прекратить», или: «Наверное, со мной опять что-то не то». Людям, которые колеблются и не знают, «хотят ли они изменений», мы обычно рекомендуем подождать еще какое-то время с освоением практики «Дыхания». Может быть, проблема, которая вас беспокоит, носит локальный характер и вскоре перестанет вас беспокоить – со временем пройдет сама собой или кто-нибудь решит ее за вас. Такое тоже бывает.

Если же дискомфорт от имеющейся проблемы растет, то часто параллельно с этим растет и мотивация изменить свою жизнь, а значит, растет и готовность заниматься практикой последовательно и методично.

Далее вас ждет пошаговое освоение технологий «Свободного Дыхания» (СД) и упорный труд по принципу «делай раз, делай два, делай три», пока вы не наработаете новые навыки действия (навыки восприятия, поведения, реагирования) в тех или иных ситуациях. И это – серьезный, кропотливый труд.

Такая работа требует терпения. В отличие от «феерических» тренингов, на которых все легко и празднично, наша методика выстроена так, что порой напоминает писание палочек и крючочков в первом классе. Но если бы первоклашка не корпел когда-то над ними, он не смог бы научиться писать буквы, составлять их в слоги, слоги – в слова, слова – в предложения… И написать потом из них роман своей жизни.

Пример использования практики «Свободного Дыхания»

Представьте себе, что на тренинг приходит человек, который постоянно ссорится со своей матерью и очень страдает от того, что у него не складываются отношения с очередной женой. Он чувствует себя в ловушке, часто раздражается на нее.

В дыхательном процессе он вспоминает такую историю:

Весна, ледоход. Он мальчик 11 лет, договорился с друзьями пойти и покататься на плоту по реке. И вот уже плот готов, бутерброды в кармане, осталось только рюкзак взять, но… тут его ловит мама, выясняет, куда он собрался, и категорически отказывается его отпускать.

В такой ситуации ему трудно не начать спорить, и обычно такие споры заканчиваются наказанием.

Его наполняет ненависть, протест, возмущение: ведь ему очень обидно. Он чувствует себя униженным – его наказали несправедливо, «ни за что». Ему стыдно перед друзьями – договорились же, а он не пришел. Его чувство собственного достоинства уязвлено. И во всем этом виновата мама, которая ограничила его свободу.

Это переживание мальчиком вскоре забылось, но вполне конкретное восприятие матери осталось: «Мама – это источник постоянных ограничений. Она попирает свободу личности, препятствует самовыражению, вечно все контролирует и унижает меня в глазах друзей». Когда мальчик вырос, это отношение к матери спроецировалось на всех женщин вообще: «Все женщины постоянно ограничивают мою свободу» и «женщины постоянно „опускают“ меня перед другими мужиками».

Вряд ли наличие таких сильных и скрытых убеждений способно привести к счастливой семейной жизни. Ведь при таком восприятии любое проявление заботы со стороны жены кажется попыткой женщины ограничить его свободу и вызывает раздражение. Даже такое невинное предложение, как: «Уже холодно, может, наденешь зимние ботинки (шапку, шарф, перчатки и т. д.)?», вызывает гневное: «Что ты мне все время указываешь?! Я не маленький, сам разберусь!»

В истории нашего клиента тот факт, что другие мальчишки, которые все-таки выбрались из дома и пошли кататься на плоту, случайно перевернулись и утонули, для тогдашнего мальчика в момент следующей ссоры с мамой не имел значения. В его восприятии это были две совершенно разные истории. Одна история – о погибших друзьях, другая – об ограничениях со стороны матери. И ему довольно сложно было воспринять контроль матери как заботу о нем, даже несмотря на то, что такая забота однажды спасла ему жизнь.

Во взрослом состоянии эти истории так и остались для него разными. История о встрече со смертью, об утрате друзей и история об ограничениях.

С течением времени количество подобных историй на тему «женщина – источник ограничений» росло. С каждой последующей ситуацией росла и интенсивность испытываемого раздражения, ведь подавленные чувства копятся. И человек страдал и одновременно удивлялся тому, почему же он выдает такую бурную и неадекватную реакцию, казалось бы, в мелких и незначительных ситуациях.

В процессе СД, используя повышенную чувствительность, уже с учетом опыта своей взрослой жизни, он заново перепрожил и переоценил эту забытую историю. Высвободилась энергия накопленных когда-то недопрожитых им и подавленных чувств, запертых в этой и подобных ситуациях. И за счет возможности в дыхательном процессе находиться одновременно «внутри» и «снаружи» травмирующей ситуации вдруг возникло озарение: мама, запретив ему когда-то пойти с друзьями, на самом деле спасла ему жизнь. Это понимание, искренне прожитое на эмоциональном уровне, позволило изменить отношение к этой и подобным ситуациям, к маме и к женщинам вообще. Он почувствовал благодарность своей маме и сострадание к ней. Ведь она любила его так, как могла, и заботилась так, как умела. И просто не могла найти приемлемую для него форму выражения своих чувств.

Теперь ему стало не нужно затрачивать энергию на подавление всякий раз, когда в ответ на проявление заботы со стороны женщин в нем по привычке все еще появляется раздражение. Интенсивность этого привычного раздражения стала намного меньше (ведь все, накопленное ранее, было прожито в дыхательном процессе), и с ним довольно легко справиться, достаточно просто обратиться к процессному опыту и напомнить себе: «Ну вот, опять мне кажется, что она меня ограничивает». И проверить, так ли это на самом деле: «А может быть, все-таки заботится? А если даже и пытается ограничить, то не из вредности, а может, по каким-то своим причинам?» Понимая это, человек уже получает возможность эти причины выяснить, понять, чего же его жена или мать опасается, и приложить силы для поиска компромиссных и конструктивных вариантов, устраивающих их всех.

Четыре «САМ» «Свободного Дыхания»: от самоисследования и самоосвоения к самоуважению и самообладанию

Наш подход заключается в том, что мы предпочитаем не рассматривать человека как неправильного и поэтому нуждающегося в «улучшении».

Мы считаем, что нужно не переделывать себя любой ценой, пытаясь соответствовать требованиям других людей, а вначале исследовать все те богатства, которые содержатся в нас. Изучить, как и в каких ситуациях те или иные навыки были освоены нами, а какие навыки освоены недостаточно или отсутствуют из-за того, что жизнь наша сложилась определенным образом.

Затем, изучив себя, мы предлагаем себя освоить. Понять, «как я могу применять себе на пользу тот опыт, который уже получил в своей жизни, и как научиться получать недостающий опыт, опираясь на самого себя». Самоосвоение приводит к бережному контакту с разными частями себя, их принятию и осознанному выбору из множества вариантов вместо стереотипов и автоматических реакций.

А отсюда – прямая дорога к самоуважению и самообладанию как внутренней устойчивости и зрелости.

Ну и главное – мы не занимаемся «работой над собой» как «работой над ошибками». Мы призываем к «самоосвоению» – к «работе над собой» как к «радости творчества».

Результаты практики. Изменение взаимоотношений с миром возможно, или как становятся счастливыми

Для начала давайте проясним, что мы вкладываем в понятие «счастья»?

Мы называем этим словом состояние осознаваемой удовлетворенности тем, что есть в данный момент. По нашему мнению, счастливый человек сохраняет контакт с источником состояния внутреннего спокойствия и живет в согласии с самим собой. Он умеет искренне удивляться, радоваться и любить, проявлять и ценить чувство юмора и получает от жизни удовольствие.

Заметьте, что мы не пишем здесь об отсутствии проблем, о здоровье и деньгах, так как и среди здоровых и больных людей, равно как и среди бедных и богатых есть как счастливые, так и несчастные люди. А уж наличие проблем жизнь гарантирует нам всегда, вопрос лишь в том, что некоторые из них воспринимаются нами как интересные задачи, а другие – как постигшие нас несчастья.

И различие между счастливыми и несчастными людьми обычно заключается именно в том, что человек выбирает делать дальше с «постигшим его несчастьем». Страдать по поводу того, что это случилось, что это случилось именно с ним, именно сейчас и именно так, или согласиться с тем, что «это есть», изучить ситуацию и найти наиболее эффективные способы выхода из нее.

Опираясь на анализ историй клиентов и своих собственных, мы заметили, что человек чувствует себя несчастным, когда он считает себя таким, каким он на самом деле не является. Когда расходится его мнение о том, как он должен себя вести, и то, как он ведет себя на самом деле. Когда он искренне считает, что должен оправдывать ожидания окружающих, но либо не может это сделать, либо действия в этом направлении приносят вред ему самому. Когда человек не получает от жизни и от окружающих его людей того, чего хочет (внимания, качества услуг, событий, денег), или получает совсем не то, чего хочет. Когда другие люди не оправдывают его ожиданий. Когда отсутствует принятие ситуации такой, как она есть. Когда человек имеет претензии к окружающему миру, и мир в его восприятии не таков, каким он должен быть.

То есть, когда человек находится в состоянии войны с самим собой и/или окружающим миром.

Эта война заканчивается, когда человек готов согласиться с тем, что физическая боль, переживание неудач и поражений является такой же частью этого мира, как и все остальное, и перестает придавать слишком большое значение своим страданиям, которые время от времени, пока мы живы, неизбежно возникают по объективным причинам.

Если вы согласны с тем, что мы написали выше, то вам легко будет согласиться и с тем, что в основе войны с самим собой прежде всего лежит незнание себя, а отсюда – отсутствие уважения к самому себе и окружающим.

Поэтому первый шаг на пути к миру с самим собой и счастью – это САМоисследование. Соприкосновение со своим внутренним разнообразием, с глубинами внутреннего мира приводит к искреннему удивлению, восхищению и пониманию (через опыт, а не умозрительное знание) собственной уникальности и неповторимости, равно как и уникальности других людей.

Изучив себя разным и просто признав за собой право на существование, человек фактически испрашивает у самого себя позволение быть разным («я – не только такой, но и такой, такой и еще неизвестно какой»). Он соглашается видеть и принимать себя во всем многообразии своих проявлений и, как следствие, соглашается принимать других во всем их многообразии. Это переживание согласия с самим собой – очень искреннее, глубинное, очень интимное, часто наполненное благоговением и трепетом…

При этом какие-то части нас мы можем развивать, а какие-то игнорировать, не поддерживая их проявления в нашей жизни. Так же и с другими людьми – какие-то их проявления мы выбираем поддерживать, а от каких-то – дистанцироваться.

Мы искренне убеждены, что в человеке нет ничего однозначно «плохого», а есть лишь качества, которые мы не научились использовать конструктивно.[7] Когда мы перестаем закрывать глаза на якобы «плохие» наши качества, мы получаем возможность осваивать их и использовать так, как считаем нужным.

Освоение разных качеств себя приводит к свободе, многовариантности проявлений, собственной пластичности, т. е. к САМоосвоению. И одновременно к пониманию и уважению себя и других. Так появляется САМоуважение.

Понимая очень разного себя, становится легко понять другого, поэтому такой человек больше склонен к проявлению сопереживания и доброжелательности. При этом он искренен, уверен, устойчив и комфортно ощущает себя внутри самого себя. Это значит, что он достиг САМообладания.

У такого человека повышается ощущение защищенности и внутреннего спокойствия, изменяются реакции на внешние раздражители, снимается значимость наличия проблем и меняется отношение к ним. Даже в конфликтных ситуациях такой человек сохраняет способность к сотрудничеству, он открыт и честен. Он способен сохранять мягкость, бережность и главное – чувство юмора в отношении к происходящему.

Так у практикующего человека развивается способность добиваться своих целей, одновременно заботясь об интересах и других людей. Другие люди чувствуют изменение отношения к себе и, как правило, тоже меняют свое отношение к вам.

Постепенно вы начинаете ловить себя на том, что живете уже совсем в другом мире.

Так практика «Свободного Дыхания» помогает прийти к новому качеству жизни.

Нужно ли именно вам добираться до уровня первопричин?

Как мы уже писали выше, нам интересно добираться до уровня первопричин. Мы считаем важным использовать опыт дыхательных процессов (мы его называем процессный опыт) и опыт повседневной жизни для обнаружения и изменения тех глубинных убеждений, которые лежат в основе нашего мировосприятия. Тех убеждений, опираясь на которые, мы делаем выводы относительно себя и мира, оцениваем себя и его и выбираем раз за разом поступать именно так, а не иначе. И поступая определенным образом в жизненных ситуациях, мы получаем совершенно определенный результат, приводящий к определенным реакциям (как физическим, например, в виде привычного рисунка мышечного напряжения, так и эмоциональным – например, в виде чувства вины, обиды, раздражения и т. д.).

И, как показывает практика, изменить эти напряжения без обнаружения и изменения тех убеждений, из-за которых они образуются, крайне сложно. Практика показала, что это возможно, например, при помощи массажа, но проходит неделя или 2–3 месяца, и напряжения снова накапливаются в тех же местах.

Если же удается эти убеждения обнаружить, причем не на уровне ума, а именно пережив как личный опыт, то становится возможным изменить к ним отношение с «такова реальность и по-другому быть не может» на «это всего лишь мое убеждение». И задать себе вопрос: «Действительно ли оно ВСЕГДА соответствует реальности?»[8]

Имеет смысл находить, в каких ситуациях это убеждение соответствует действительности и на него можно опереться, а в каких ситуациях его нужно проигнорировать как реальности несоответствующее (несмотря на всю силу привычки воспринимать мир именно таким).

Тогда мы можем выбирать, как именно нам воспринимать те или иные ситуации, как нам в них действовать, чтобы не накапливать тех самых напряжений. Или, по крайней мере, знать, где и почему они копятся, и работать с ними более прицельно и эффективно, выбирая дополнительные практики.

С детства большинство из нас усваивает модель отношений с миром, которую можно описать словами «или-или».

– Или он хороший, а я плохой, или я – ангел, а он – сосуд зла…

– Я или сильный, или слабый…

– Или я злой, или я добрый, но тогда мне злиться нельзя…

– Я или кричу на своего ребенка и тем унижаю его, или я его уважаю, и тогда кричать на него нельзя…

Вариаций на эту тему бесконечное количество. Это – базовая установка сознания, которая редко кем замечается, но именно через ее призму человек часто воспринимает все, что с ним происходит.

Подход, который мы осваиваем на наших тренингах, можно назвать «и-и». И то и другое равновозможно и равноценно. И тому и другому есть место, причем одновременно, хоть и в разных областях себя. И нам нужно лишь научиться выбирать, с чем из всего многообразия наших проявлений мы хотим отождествиться именно сейчас, и какое из своих качеств мы хотим проявить в данный момент. С чем в себе или в других предпочитаем иметь дело, к чему обращаемся. Какую часть мы выбираем выделить, акцентировать, и что мы выбираем не поддерживать в себе и/или в окружающих нас людях. Фактически – кем и каким считать себя или других в данный момент.

Но реализация этого подхода требует устойчивой мотивации на достижение изменений и кропотливого труда во время освоения практики и после, во время ее применения в повседневной жизни.

Далеко не все люди нуждаются именно в этом.

Вот пример из практики одного психотерапевта.[9]

Однажды к нему на прием пришла дама, жизнь которой стала невыносимой из-за того, что с некоторых пор ее стало посещать желание убить своих близких и домочадцев. Женщина эта была из состоятельной семьи, у нее был муж, хороший дом, друзья, много детей и родственников, и по большому счету она была всем довольна и совершенно счастлива. И вот с какого-то момента она поймала себя на том, что становится все более раздражительной, часто ругает членов своей семьи, и чувство ненависти по отношению к ним растет в ней с каждым месяцем. Будучи человеком по натуре добрым и искренне любя своих близких, она решила, что страдает душевным расстройством, и обратилась к психотерапевту.

В процессе расспросов психотерапевт выяснил, что началось это примерно год назад. Именно в это время они с мужем отметили тридцатилетие своей супружеской жизни, и к этой дате муж воплотил давнюю заветную мечту своей жены – подарил ей большой персидский ковер ручной работы, очень редкий, очень дорогой и красивый, с высоким ворсом. Ковер был торжественно постелен в зале, в который выходили двери спален всех членов семьи. И с этого дня начало происходить вот что: когда кто-то проходил по этому ковру, он оставлял большие вмятины в пушистом ворсе. Естественно, наша героиня, будучи примерной домохозяйкой, за долгие годы привыкшей содержать свой дом в образцовом, безукоризненном порядке, брала пылесос и выравнивала многочисленные следы, приводя ковер в идеальное состояние. Через некоторое время кто-то проходил по нему снова…

Закончив расспрашивать пациентку, психотерапевт понял, что его клиентка всего лишь стала тратить огромное количество сил на содержание ковра в безупречном виде. Из-за этого она перестала успевать по хозяйству, и жизнь ее превратилась в постоянный стресс.

В данном случае не было никакой необходимости «рыть» до глубинного уровня. Ведь там ей пришлось бы познать и ту часть своей личности, из которой ей действительно хочется уничтожить все и вся. Ту часть, в которой живет убеждение «я – все, другие – ничто, и все должно быть только по-моему». Осознать это убеждение (дремлющее в глубинах каждого из нас) и принять его как часть себя, освоить скрытые в нем ресурсы – большой труд. В процессе такой работы нашей героине пришлось бы не только обнаружить огромный внутренний потенциал и встретиться со своей личной силой, но и расстаться с огромным количеством иллюзий относительно себя и окружающего мира. Встретиться со своим перфекционизмом и тем, что стоит за этим. То есть фактически изменить и свое мировосприятие и свои отношения с миром. А нужно ли ей это? Скорее всего – нет. Ведь ее проблема – локальная, и до появления этой досадной трудности клиентка нашего психотерапевта была полностью довольна и своей жизнью, и всем, что ее окружало…

Поэтому психотерапевт попросил ее закрыть глаза и представить, что ее ковер девственно чист. На нем нет никаких вмятин, его поверхность идеально ровная, и он находится в таком состоянии уже давно и будет оставаться таким еще очень долго – просто потому, что некому оставить на нем свои следы: она одна, и в ее доме нет ни одного человека, кроме нее самой. Клиентка возмутилась: «Нет, что вы! Я люблю своих близких и я не хочу, чтобы они исчезли!» Тогда доктор успокоил ее, попросил снова закрыть глаза и представить, что следы на ее ковре – это свидетельство того, что в ее доме много любящих и любимых ею людей…

Проблема была решена.

Таким образом, становится очевидно, что вам самим придется сделать выбор, насколько глубоко хотите «копать» именно вы. И если вы решите «докапываться» до уровня первопричин, то мы будем рады видеть вас на наших тренингах.

Немного о базовом курсе «Свободного Дыхания»

«Базовый курс „Свободного Дыхания“» – это восемь (на момент написания книги) занятий один раз в неделю, которые проходят обычно по воскресеньям.

Первое занятие строится так: сначала мы знакомимся и выясняем ваши запросы, то есть чего вы хотите получить, идя на этот тренинг. Далее небольшой перерыв на чай. Затем следует теоретическая часть, представляющая собой краткое изложение техники дыхания. На самом деле эта лекция почти не имеет практического смысла, так как пока у вас нет опыта, любые теоретические построения остаются весьма абстрактными. Но поскольку уму нужна информация, для того чтобы он «отпустил» вас в измененное состояние сознания, мы читаем эту лекцию в краткой форме.

После лекции мы еще раз повторяем основные рекомендации и пробуем применить их на практике. Собственно, практическая часть называется у нас словом «процесс» и длится обычно от полутора до двух часов. После нее идет «проговор», выдача домашнего задания, далее мы пьем чай и расходимся. Чай с возможностью перекусить (а иногда и хорошенько подкрепиться) является обязательной частью нашего расписания.

Словом «проговор» мы называем беседу в кругу, когда вы рассказываете о полученном вами опыте, а инструктор комментирует ваш рассказ, помогая выделить важные для вашей дальнейшей практики эпизоды, и дает вам индивидуальные рекомендации. Проговор – это своеобразная индивидуальная работа в группе. На нем приходит в действие важная составляющая всего процесса – осмысление полученного опыта и «связывание» его с жизнью за пределами тренинга.

Слушая других участников, вы имеете возможность почерпнуть в их опыте нечто ценное для себя, а инструктор, как правило, говорит сразу для всех присутствующих. Проговор очень важен и нужен еще и для того, чтобы мы могли соотнестись друг с другом и выработать общий понятийный аппарат. Важное замечание: как бы ни был опытен инструктор, он – такой же человек, как и все остальные, и подобно всем остальным людям может ошибаться. Поэтому если вам кажется, что инструктор вас неправильно понял и говорит не о том, не стесняйтесь останавливать его и уточнять, что вы имели в виду. В наших общих интересах достигать взаимного понимания.

Со второго занятия у нас вводится так называемая «Настройка». «Настройка» – это минитренинг в тренинге. Ее целью является обнаружение связи между эмоциональными состояниями или состояниями ума и различными типами дыхания, сопровождающими эти состояния. А поскольку эта зависимость «работает» как в ту, так и в другую сторону, мы учимся применять свое дыхание для достижения определенных состояний и использовать их в нашей обычной повседневной жизни.

Итак, второе занятие начинается с проговора по домашнему заданию и прошедшей неделе, который завершается перерывом на чай. Затем следует объяснение формата Настройки, сама Настройка и проговор по ней. Обед, небольшой отдых и далее следует теоретическая часть, то есть лекция. На втором занятии вам будет прочитана та же самая лекция, что и на первом, но в расширенном и дополненном варианте. На этот раз у вас уже будет хоть и небольшой, зато свой собственный опыт, с которым вы сможете соотнести услышанную информацию. После лекции небольшой перерыв и практическая часть (дыхательный процесс). Далее – проговор по процессу и завершающий чай. Тема второго занятия – отработка техники «Дыхания».

Далее распорядок тренингового дня будет выстроен по аналогии со вторым занятием, только каждое занятие будет начинаться с Настройки.

Тема третьего занятия – «Техника работы с ощущениями».

Тема четвертого занятия – «Стереотипы поведения и методы работы с ними».

Пятое занятие посвящено тем самым «Базовым перинатальным матрицам» С. Грофа,[10] о которых довольно много написано в психологической литературе. Мы рассказываем о них в свете практики «Свободного Дыхания», поскольку наш опыт использования этой модели показал некоторые отличия от ее классического толкования.

На пятом занятии процесс выстроен таким образом, что у вас будет возможность получить доступ к тому, что находится на перинатальном уровне именно у вас.

Шестое занятие посвящено более глубокой проработке информации, полученной вами на пятом занятии и на последовавшей за ним неделе.

Тема седьмого занятия – «И что теперь со всем этим делать?». То есть, как извлечь максимальную пользу из информации, полученной на пятом и шестом занятиях для своей повседневной жизни.

Тема восьмого занятия – как сохранить и приумножить полученные за время тренинга результаты.

О временны́х ориентирах

Уже за время «Базового курса» ваша практика даст какие-то результаты. Но изменения будут: а) локальны (ограничены узким кругом ситуаций) и б) нестабильны (при отсутствии поддерживающей практики они легко теряются).

Для появления локальных стабильных изменений нужно активно практиковать где-то полгода.

Для того чтобы изменения в вашей жизни и структуре личности вышли на качественно иной уровень (то есть легли в основу и стали той базой, на которую вы всегда сможете опереться, и к старому способу существования вы уже не вернетесь), нужно практиковать около 2,5–3 лет.

Это ОЧЕНЬ короткий срок для таких изменений, что бы вы сейчас ни подумали. Изменения за это время происходят настолько интенсивно и быстро, что иногда участники наших тренингов говорят о том, что им хотелось бы помедленнее.

Три года практики вовсе не означают, что вы должны весь этот срок постоянно ходить на наши тренинги. «Базовый курс» создан для того, чтобы вы могли получить практический опыт как инструмент для самостоятельной работы. А как часто и для чего вы будете им пользоваться, зависит только от вас.

Однако если вы захотите еще какое-то количество шагов сделать вместе с нами, то у нас есть и другие тренинги, которые продолжают и развивают то, что начато на базовом.

Также мы проводим для занимавшихся у нас людей еженедельные занятия, на которые вы можете приходить, если захотите или почувствуете необходимость в поддержке, в безопасном пространстве или компании единомышленников.

Вне зависимости от того, ходите ли вы после «Базового курса» к нам на тренинги или практикуете самостоятельно, мы всегда будем рады предложить вам воспользоваться нашей поддержкой на разных этапах вашего развития. Вы можете звонить нам, писать на e-mail, задавать вопросы.

В общем, возможностей много – вплоть до стажировки и инструкторского обучения.

Главное – помните, что практика нужна для жизни, а не жизнь для практики; что вы практикуете только для себя и для того, чтобы жить счастливо. Не следует практику делать смыслом своей жизни, превращать из средства в самоцель. Тогда вам интереснее станет применять «Свободное Дыхание» как инструмент. Ведь любой инструмент нужен лишь для того, чтобы им пользоваться.

Сложности на пути практикующего

О внутреннем саботаже

Если вы все-таки решили освоить практику «Свободного Дыхания» как инструмент работы над собой, то мы хотим предупредить вас о тех сложностях, с которыми вам придется встретиться.

Одну из основных сложностей мы называем «эффект внутреннего саботажа» (специалисты-системщики называют это «инновационное сопротивление»).

Психика человека – сложная система и, как любая система, она стремится к стабильности и отказывается принимать то новое, что может ее изменить.

Мы ведь неспроста когда-то обучились вытеснять из своего сознания часть информации. Для появления каждого нашего «блока», «стереотипа», «рисунка мышечных напряжений в теле» в свое время существовали веские причины.

Все наши личностные структуры формировались нами с единственной целью – обеспечить наше выживание. На этом уровне система оценки нарабатываемых нами реакций и способов поведения – двоичная: «выжил – не выжил». Это критерий первостепенной важности. И тот факт, что вы сейчас читаете эти строки, говорит о том, что до сих пор все ваши структуры справлялись со стоящей перед ними задачей успешно. Эффективность решения проблем, а уж тем более способность радоваться жизни в момент формирования этих защитных структур не имеет значения.

Пример

В детстве на ребенка громко и, по его мнению, незаслуженно кричала мать. В тот момент мама была для малыша и источником любви, необходимой для его выживания, и источником боли одновременно. Перенести столь высокую интенсивность травмирующих переживаний психика ребенка была неспособна. Поэтому ребенок быстро обучился навыку вынесения внимания за пределы этой ситуации.

Те, у кого есть дети, наверное, хорошо знакомы с таким явлением: во время очередного внушения у ненаглядного чада глаза стекленеют, и взгляд его становится отсутствующим. В этот момент ребенок, чтобы спастись от интенсивных переживаний, которые могли бы повредить его психику, впадает в легкий, почти незаметный транс, с тем чтобы, когда «буря» утихнет, быстро протараторить «прости-меня-мамочка-я-больше-так-не-буду» и побежать дальше по своим делам…

Данный пример мы обычно разбираем на одной из лекций «Базового курса». Здесь мы приводим его лишь для того, чтобы показать: стереотип под кодовым названием «вынос внимания из ситуации, когда на меня кричит значимый человек» был выработан этим ребенком с одной единственной целью – чтобы выжить. Ведь наша психика, личность, индивидуальность – это самое ценное, что у нас есть, и угроза нарушения динамического равновесия нашей психики воспринимается как угроза выживанию и оценивается по описанной выше двоичной системе.

На уровне «выжил – не выжил» не важно, как работают ваши стереотипы, насколько они адекватны, насколько эффективны, каков их КПД.[11] Иначе говоря, для вашего выживания не имеет значения качество вашей жизни – хорошо вам живется или плохо, комфортно или нет. Важно лишь одно: ваши стереотипы охраняют вас, и благодаря их работе вы до сих пор живы.

Когда ребенок из нашего примера вырастет, он сможет заметить свою неадекватную и неэффективную реакцию, когда на него кричит кто-то значимый, например, начальник. Внимание его в этот момент куда-то улетучивается, ему становится трудно соображать, сложно привести примеры, свидетельствующие о его на самом деле высоком профессионализме. Выйдя из кабинета, он не понимает, почему же так несправедлив к нему руководитель… И неважно, что данный стереотип мешает строить карьеру и/или спокойно работать – на глубинном уровне он записан как необходимый для выживания и будет использоваться, пока вы его не замените более эффективным и менее энергозатратным.

Мы говорим об этом так подробно потому, что если вы действительно настойчиво будете практиковать «Свободное Дыхание», то несомненно начнете меняться. И когда количество локальных изменений достигнет уровня, при котором возможно уже качественное изменение, все ваши защитные структуры, подобно кобрам перед атакой, раздуют капюшоны, поднимутся в полный рост и «закричат»: «Ты что, с ума сошел? Все эти годы мы обеспечивали тебе выживание – но только такому, каков ты есть. Мы не знаем, сможем ли гарантировать тебе безопасность в случае, если ты изменишься. Ну-ка, сейчас же перестань заниматься всем этим!!!»

Это и есть проявление внутреннего саботажа. И хотя мы понимаем, что изменения желанны для нас и в них нет ничего опасного, голос разума в данном случае намного слабее голоса подсознания.

Конечно же, описанное выше – это метафора, а внутренний саботаж обычно принимает вполне приемлемые для нашего ума формы. Спектр их богат и вариации до смешного разнообразны:

«Ой, что-то мне сегодня не хочется на тренинг… Целый день… В помещении… А за окном такая погода… Да и дел надо переделать – невпроворот… Дай-ка я сегодня пропущу одно занятие… Подумаешь – ничего страшного…»

«У бабушки юбилей… Юбилей один раз в жизни, а тренингов – много…»

«Подумать только: я, взрослый, нормальный человек, раз в неделю хожу заниматься такими странными вещами… И что мне не живется, как всем? Мне что, больше всех надо?»

«Вот уже два занятия отходила, а что-то пока нет особых результатов. Может, мне это вообще не нужно?»

«По дороге на тренинг я пропустила свою станцию в метро (долго нет автобуса, уехала не в ту сторону). Наверное, это знак!..»

Бывает, дело доходит до разнообразных мелких физических расстройств.

У некоторых участников «Базового курса», когда количество их наработок «грозит» перейти в качество, перед очередным занятием, как у школьника перед контрольной, начинает болеть голова, внезапно поднимается температура, появляются симптомы гриппа, диареи… Если человек все-таки выходит из дома, то – вот чудо! – к нам он часто добирается уже почти здоровым, а к концу занятия и температура часто приходит в норму.

Все это не обязательно произойдет именно с вами, но наш долг – предупредить о том, что такое возможно. В конце концов, кто предупрежден – тот вооружен. Более того, мы желаем вам, чтобы внутренний саботаж проявился у вас во время «Базового курса» – в рамках тренинга вам будет легче его преодолеть, чем в самостоятельном режиме.

Единственное, за счет чего можно преодолеть внутренний саботаж, – так это за счет силы вашего намерения практиковать и меняться, то есть за счет вашей мотивации. Если мотивация сильна, то вы будете заниматься и сможете пройти дальше, преодолев сопротивление старых структур. В противном случае, дойдя до пика интенсивности, вы постараетесь «выпустить пар», снизить интенсивность пропуском занятий. Если будет так, то нужного количества локальных изменений для перехода в новое качество вы не наберете, тренинг закончится, и вскоре вы заметите, что вернулись в привычное знакомое состояние. Потом вы, возможно, вновь пойдете на какой-нибудь тренинг или займетесь какой-нибудь практикой и, вновь дойдя до чего-то значимого, привычно «откатитесь» обратно.

Подобным образом «кататься» туда-сюда можно бесконечно. Опасность такого «катания» состоит в том, что люди в этот момент искренне верят в то, что занимаются «работой над собой», им всегда есть что рассказать о своих переживаниях, они целую лекцию могут прочесть на тему личностного или духовного роста… Но в повседневной жизни, в их отношении к миру и себе, по сути, ничего не меняется…

Поэтому мы хотели бы, чтобы вы, если примете решение осваивать практику в нашем Центре, взяли на себя ответственность за то, чтобы пройти курс от начала до конца, ничего не пропуская.

О первичной мотивации

Другая сложность на пути практикующего связана, на наш взгляд, с самой коварной стадией практики, когда человек уже научился распознавать и собственные стереотипы, и автоматические реакции, сценарии других.

Если самым разным людям, приходящим на всевозможные тренинги и семинары и занимающимся саморазвитием, задать вопрос: «Для чего вы это делаете?» – ответов будет много. Но если дотошно доискиваться: «А это вам для чего нужно?» – то в конечном итоге все ответы, так или иначе, сведутся к одному: «Я хочу стать лучше».

Тогда вопрос о первичной мотивации будет звучать так: «А для чего вы хотите стать лучше?» И вот тут, как показывает наш опыт, все ответы могут быть сведены к двум вариантам.

Вариант № 1

Я хочу стать лучше для того, чтобы быть лучше (круче, сильнее, умнее) всех. Безупречно правильным… особенно хорошим… Всегда быть выше обстоятельств. И чтобы никто не мог меня обидеть, чтобы я стал неуязвимым.

Вариант № 2

Я хочу стать лучше для того, чтобы другим возле меня становилось лучше, и мне от этого становилось бы еще лучше…

В каждом человеческом существе присутствуют оба начала. И это нормально – так мы устроены. Вопрос лишь в том, каково процентное соотношение между ними и чему мы выбираем отдать предпочтение.

Коварство и великое благо практики состоит в том, что с ее помощью возможно достичь как первого, так и второго варианта. Как и любой инструмент, она может быть использована для достижения разных целей. И здесь мы считаем своим долгом рассказать о «цене», о том, чем вам придется платить за реализацию каждого из этих вариантов.

Плата за неуязвимость – одиночество.

Тут как в игре «Царь горы», в которой задача – забраться на вершину и никого туда не «пущать» или, как в фильме «Горец» по книге Грэгори Вайдена, – множество воинов в погоне за могуществом сражались друг с другом, а девиз у них был такой: «Должен остаться только один».

В практической плоскости это означает следующее. Обучаясь распознавать собственные стереотипы поведения, скрытые, неосознанные мотивы поступков и действий, и научившись не «вестись» на них, вы также начинаете видеть работу аналогичных стереотипов в других людях. И когда кто-то будет пытаться манипулировать вами привычным для ваших отношений способом, вы сможете не «вестись» и на это. Если раньше ВЫ в отчаянии били тарелки в тщетных попытках докричаться до ваших близких (чтобы сообщить им, что вам больно, что не надо так обращаться с вами), то теперь ситуация может обернуться, стать зеркальной – ваши близкие могут начать бить посуду в тщетных попытках докричаться до вас, а вы будете с любопытством и без всякого эмоционального вовлечения наблюдать за тем, что происходит.

В некоторых жизненных ситуациях уметь это бывает полезно и оправданно. Но если вы увлечетесь этим энергетизирующим переживанием собственной неуязвимости, то через некоторое время сможете обнаружить, что количество искренне любящих вас людей, с которыми возможны теплые, сердечные, доверительные, дружеские отношения, сильно уменьшилось, если они не исчезли из вашей жизни вовсе.

Плата за вариант «хочу стать лучше, чтобы другим стало лучше, чтобы мне от этого стало еще лучше» – громадный труд.

Это работа, которую придется проделывать вам, чтобы помочь своим близким научиться иметь дело с вами «новыми». И это обучение близких новому обращению с вами потребует от вас, с одной стороны, мягкости, терпеливости и сострадания по отношению к ним, а с другой – четкости, честности, настойчивости и последовательности в отстаивании своей позиции.

Любой минисоциум – это тоже система, которая стремится к стабильности. Если изменится одна ее составляющая, то и всей системе придется либо измениться, либо отторгнуть эту часть. Ведь наши близкие причиняют нам боль, манипулируя нами не столько из корыстных побуждений, сколько от того, что по-другому получить от нас то, что им жизненно необходимо, они не умеют. Просто так сложилась их жизнь, так они привыкли…

Мы в течение долгих лет подтверждали эффективность их способов общения, поскольку эти способы на нас действовали. Поэтому, когда мы, проделав значительный путь в своей практике, достигаем существенных изменений, наши близкие обнаруживают, что старыми и привычными способами они не могут добиться от нас того, в чем нуждаются…

Те, кто застал советские времена, возможно, помнят автоматы с газировкой по три копейки. Каждое утро, отправляясь на работу, многие пользовались ими. Бросаешь три копейки, жмешь на кнопку, получаешь стакан воды с сиропом. Теперь представьте, что к такому автомату пришел монтер и усовершенствовал его, перенеся кнопку на более удобное место… И даже если он повесил громадное объявление, яркими буквами написав: «Граждане! В целях общего удобства КНОПОЧКА перенесена вот сюда!» – но кто же из нас читает объявления, идя утром «на автопилоте», едва продрав глаза?

Подходит к такому автомату наш человек, совершая свой обычный, годами не меняющийся ритуал похода на работу. Бросает, не глядя, в привычную дырочку привычные три копейки… жмет на привычную кнопочку… А воды с сиропом нет!

Что делает наш человек в таком случае???

Вот таким «аппаратом с газировкой», по которому время от времени норовят с раздражением ударить, в какой-то момент вы себя возможно и почувствуете. И вот тут вопрос о первичной мотивации встанет в полный рост.

Вам придется признать, что ваши близкие имеют полное право не хотеть меняться вслед за вами. И возможно, они будут всеми силами пытаться вернуть вас к прежнему способу взаимодействия. И даже если они, напротив, очень давно ждут и хотят произошедших с вами перемен, нельзя забывать о силе привычки, об инерции… В конце концов, вы посещали тренинг, практиковали, и ваши результаты являются следствием работы, которую ваши близкие не проделывали.

Тех, кто перенес некоторые формы инсульта, в процессе реабилитации иногда приходится заново обучать простейшим двигательным навыкам. Так же и вам придется обучать своих родных новым способам обращения с вами. С величайшим терпением вам придется брать их руку и (возвращаясь к приведенному выше примеру) буквально подносить ее к новой «кнопке» и говорить с любовью, внятно и медленно: «Если ты хочешь от меня стакан воды с сиропом, смотри – кнопочка теперь вот ту-у-ут!»

Это невозможно, если у вас не будет большого терпения, понимания, любви и сострадания к самому себе. Ведь только уважая свои недостатки, можно уважительно и бережно относиться к несовершенствам других людей.

При этом нужно учитывать, что некоторые люди меняться уже не могут (например, у пожилых родителей на это просто может не хватить сил), а некоторые – и не хотят. И здесь вам придется решать, что вы будете с этим делать. Ведь ваши близкие привыкли к вам именно такому, а ваш партнер когда-то выбирал вовсе не эту «обновленную версию» и имеет полное право настаивать на сохранении предыдущей, которая для вас уже, возможно, абсолютно неприемлема. И тогда отношения могут закончиться.

Бывает, что люди выбирают сохранить отношения. Даже тогда, когда близкий человек настаивает на «старой версии», а для вас ее сохранение уже настолько болезненно, что стало невозможным, вы можете научиться демонстрировать ему привычную реакцию, но уже не вовлекаясь эмоционально в этот процесс так, как это происходило раньше.

Например, если ребенок привык игнорировать вас, пока вы на него не накричите, то он не сразу научится воспринимать нормальную речь. Но если раньше вы «выходили из себя», крича на него, а потом мучились чувством вины и пили валерьянку, то теперь вы сможете прикрикнуть на него (а что поделать?), но внутри останетесь спокойны. И даже во время своих бурных проявлений по-прежнему будете чувствовать себя любящим и уважающим своего ребенка родителем.

Чтобы научиться этому, нужно терпение, время и настойчивость. И это огромный труд! Но результат стоит того – мир вокруг вас станет добрее и мягче, а взаимодействовать с ним будет легче и радостнее.

Вот, пожалуй, и все о первичной мотивации.

Халявы не существует!

Обычно к окончанию тренинга люди чувствуют себя более энергичными, вдохновленными. Мир становится ярче, решения принимаются легче, результаты радуют. И вот тут возникает еще одна ловушка – соблазн «отдаться чуду». Зачем продолжать что-то делать, зачем продолжать практиковать, когда и так все хорошо?

Если вы по окончании тренинга перестанете практиковать, то через некоторое время (обычно от пары месяцев до года) ресурс, полученный за время тренинга, будет вами исчерпан, и жизнь вернется на круги своя. Однако к хорошему мы привыкаем легко, и такое возвращение, скорее всего, будет восприниматься вами не как «то же, что было раньше», а как «стало хуже, чем было». Это может стать поводом для расстройства или для поиска очередного тренинга.

Кроме того, считаем важным вас предупредить: если вы собираетесь пройти тренинг ради того, чтобы получить некую универсальную «таблетку», единожды приняв которую, у вас все станет хорошо само по себе без дальнейших усилий с вашей стороны, то вы разочаруетесь. Когда тренинговая «таблетка» перестанет действовать, вы обнаружите, что на самом деле цена халявы весьма велика.

Начинать заново намного труднее, чем в первый раз, так как обучается достигать цели при помощи практики не только та ваша часть, которая меняться хочет, но и те защитные структуры вашей личности, которые отвечают за стабильность и изменений не хотят (помните, мы говорили, что практика – всего лишь инструмент?).[12] А это означает, что при повторной попытке освоить практику «внутренний саботаж» будет проявляться сильнее и хитрее.

Если же вы планируете пройти тренинг и думаете, что после него у вас больше никаких проблем уже никогда не будет, то мы хотим предупредить, что это не так. «Свободное Дыхание» – не волшебная палочка. Изменятся ваше отношение к проблемам, скорость и эффективность их решения, но проблемы как таковые из жизни никуда не исчезнут! Ведь именно наши проблемы – неистощимый источник нашего интереса к жизни. И повод к постоянному совершенствованию.

Можно ли освоить технику без инструктора?

Есть люди, которые считают, что всему можно научиться по книгам и инструкциям. Мы считаем, что это относится далеко не ко всем видам обучения.

В начале освоения практики «Свободного Дыхания» необходим непосредственный контакт. Инструктор создает необходимые условия и оказывает поддержку в процессе освоения практики, делится своим собственным дыхательным опытом и опытом других людей, накопленным за время многолетней работы. Создает максимально безопасное пространство, для того чтобы ваше путешествие в глубины себя могло состояться и стало для вас максимально комфортным и эффективным.

Не раз нам звонили с вопросами: «Что делать, если дома во время дыхательного процесса я засыпаю?», или: «Прочитал книжку о дыхательных практиках. Решил попробовать. Когда начал, у меня перехватило дыхание, начало все болеть. Я не знал, что делать. Испугался. Прекратил дышать. Заболела голова. Что делать?», или: «Начал дышать, вдруг дыхание стало очень интенсивным, я не мог его остановить. Затем у меня были очень странные переживания. Не могли бы вы их объяснить?» «Я дышал, у меня все получалось. Но не пойму, почему я то смеялся, то плакал. Что это значит?» – и так далее.

И мы не можем ответить на эти вопросы так, чтобы быть уверенными в том, что наши объяснения принесут пользу этим людям. Ответить на эти вопросы вне системного подхода невозможно. Ведь мы не видели этого человека, не общались с ним, не знаем, зачем он начал «дышать», что хочет изменить в своей жизни. Мы не видели, как именно он дышал, как проходил сложные моменты процесса, а значит, у нас нет той информации, которую мы могли бы соотнести с его словами. В таких случаях наши советы могут оказаться неадекватными, неточными и принести больше вреда, чем пользы, создавая у человека ложное представление о том, что же с ним происходило.

Глава 2

Обучение технике дыхательного процесса

Общие рекомендации

На нашем базовом тренинге большинство дыхательных процессов проводится в положении лежа. Одежда должна быть удобной и не сковывающей, без ремней, молний, жестких пряжек, пуговиц и других стягивающих, давящих или жестких деталей. Украшения, цепочки, часы и прочие предметы, которые создают дополнительные физические ощущения, мы также просим снять.

Наличие косметики на лице может помешать свободному выражению эмоций, поэтому не стоит делать макияж перед процессом. Мы также просим в день посещения тренинга не пользоваться косметическими средствами, имеющими запах, а также не употреблять накануне и в день тренинга спиртных напитков, не есть лук и чеснок. Из-за повышения чувствительности во время практики запах может помешать вам и другим участникам тренинга.

На протяжении всего процесса глаза остаются закрытыми. Если веки поднимаются автоматически, можно накрыть глаза темной тканью. Кроме того, не рекомендуется двигаться.

Все это нужно лишь для того, чтобы вам легче было сохранять свое внимание внутри тела и сосредоточиться на практике «Дыхания».

Пять стадий дыхательного процесса

Словом «процесс» в «Свободном дыхании» называется активная часть практики, которая на нашем тренинге длится обычно полтора-два часа. Как уже говорилось в главе «Как и за счет чего работает практика», основной фактор, за счет которого достигаются результаты, – это повышение чувствительности.

В процессе связного дыхания мы получаем доступ к ранее подавленному материалу за счет того, что не делаем паузы между вдохом и выдохом, а также между выдохом и вдохом (сам вдох и выдох мы также рекомендуем стремиться делать непрерывным).

Мы убеждены, что одним из физиологических аспектов механизма вытеснения и подавления нашего опыта в область подсознания являются паузы в дыхании. Поэтому осознанный отказ от пауз приводит к повышению чувствительности, что дает нам расширенное состояние сознания: то, что было ранее скрыто от нашего восприятия и осознания, проявляется. И нам одновременно становится доступно и переживание, и наблюдение за ним (подробнее см. главку «Расширенное состояние сознания» ниже в этой главе).

Дыхательный процесс состоит из пяти стадий. Ни одна из этих стадий не является более важной, чем остальные. Ни одной из них не следует пренебрегать. Каждая стадия создает возможность эффективного протекания следующей. Вот они:

1. Плавный вход.

2. Активная стадия с акцентом внимания на дыхании.

3. Активная стадия с акцентом внимания на переживаниях.

4. Интеграция.

5. Плавный выход.

Границы между ними условны так же, как, например, границы между временами года – если не смотреть на календарь, трудно сказать, что вот сегодня в три часа дня весна закончилась, и в три часа одну минуту уже наступило лето. Также и здесь: все эти этапы постепенно перетекают друг в друга. Поэтому не нужно беспокоиться и во время процесса думать: «Ой, сейчас у меня третья стадия или уже четвертая?»

Представление о структуре дыхательного процесса нужно лишь для того, чтобы вы освоили технику. Со временем вы научитесь, опираясь на технику, слышать голос своей интуиции и делать не то, что «правильно» по инструкции, а то, что правильно лично для вас в данный момент. Любая крайность тут вредна:[13] если вы будете слепо воспроизводить выученные когда-то клише, вы ограничите свое развитие; но если вы будете попустительствовать себе, то тем более не сможете развиваться.

Рассмотрим подробнее эти пять стадий.

1. Плавный вход

Первая стадия обеспечивает мягкое и плавное погружение в расширенное состояние сознания. Для этого мы рекомендуем вам расслабиться и возвратить внимание внутрь своего тела.

Если вас еще беспокоят какие-то мысли или заботы текущего дня, не нужно тратить усилий и избавляться от них, а просто постарайтесь подумать о чем-то приятном для вас,[14] некоторым это хорошо помогает отвлечь свое внимание от тяжких дум и легче перейти к практике.

Если вы обнаружите какие-то ожидания относительно того, каким должен быть ваш процесс, постарайтесь не обусловливаться ими, а переведите внимание на то, что само уже происходит с вами.

Самое лучшее настроение для практики – готовность ко всему, предвкушение путешествия и заинтересованная открытость.

Почувствуйте, как лежит ваше тело, ощутите легкое прикосновение одежды и одеяла, а также то, как ощущается давление вашего тела на поверхность, на которой вы лежите. Обратите внимание на другие физические ощущения. Максимально расслабьтесь и просто позвольте себе найти максимально комфортное для вас состояние, все более и более наполняя своим присутствием собственное тело. Пока что ничего другого делать не нужно – полежите так несколько минут.

Постепенно переведите свое внимание на то, как вы делаете вдохи и выдохи. Если есть пауза (или несколько), обратите внимание, где именно она возникает: между вдохом и выдохом или между выдохом и вдохом, если пауз несколько, какая из них длится дольше. Бывает, что паузы разбивают на несколько частей один вдох или выдох, или наоборот – дыхание уже само стало связным. Оно может быть поверхностным или глубоким, частым или медленным – каким угодно. Важно: сейчас вы просто наблюдаете за своим дыханием «как оно есть» и ничего специально с ним не делаете.

Если дыхание меняется само по себе, вы не мешаете этому, а просто наблюдаете за тем, как это происходит.

Понаблюдайте за тем, как происходит ваше дыхание, несколько минут. Затем еще некоторое время понаблюдайте за самими переходами вдоха в выдох и выдоха во вдох. Еще через какое-то время вы, возможно, обнаружите, что паузы исчезли сами. Если этого не произошло, начните мягко, плавно «подтягивать» вдох к выдоху, а выдох ко вдоху. Все прочие параметры вашего дыхания пусть остаются естественными для вас на данный момент. И вскоре вы сможете заметить, что дышите связно.

Теперь можно расширить амплитуду дыхания. Начните дышать «от копчика до макушки». Конечно, физиологически это невозможно – у вас нет легких в копчике… В данном случае под словами «дышать от копчика до макушки» мы имеем в виду синхронизацию вашего внимания и дыхания, при которой внимание выделяет какие-то области тела, двигаясь по ним в одном направлении во время вдоха и в обратном – во время выдоха.

Почувствуйте область копчика: если это удалось, значит, ваше внимание выделило эти ощущения из прочих. Теперь выше… Так, выделяя разные участки, оно может подниматься вдоль осевой линии тела вверх во время вдоха до самой макушки и вместе с выдохом вернуться обратно. При этом направлению «от копчика до макушки» соответствует вдох, а обратному пути – выдох. Вы словно сканируете свое тело собственным вниманием: снизу вверх во время вдоха и сверху вниз – на выдохе.

Не нужно заменять этот процесс фантазиями и «картинками» – важно именно чувствовать. Но если воображение способно помочь вам управлять своим вниманием (еще раз отметим: не заменить, а помочь!), тогда вы можете представить себе, например, что вдоль центральной оси вашего тела расположен тоннель, по которому поднимается (вдох) и затем опускается (выдох) поршень вашего внимания. Либо что этот тоннель или канал заполняется воздухом, а ваше внимание, как поплавок, опускается и поднимается, отмечая «уровень заполнения». Сам канал (тоннель, труба, столб… – выбирайте или найдите свой образ) может быть любого диаметра, может быть смещен к задней или к передней поверхности тела – это не важно.

Если на каком-то участке пути от копчика до макушки вы не чувствуете свое тело, не стоит расстраиваться. Возможно, на этом уровне находятся очаги повышенного напряжения, и вы привыкли не чувствовать эти места. Тогда вы просто продолжаете методично и целенаправленно дышать «от копчика до макушки», предполагая, что и сквозь эти «слепые» зоны ваше внимание проходит. Так, своим вниманием вы, словно ершиком, прочищаете «засорившуюся трубу», увеличивая амплитуду своего «внимания-дыхания». Со временем «слепые» зоны либо изменятся, либо исчезнут.

Подышав так какое-то время, начните набирать интенсивность – глубину и частоту вдохов-выдохов. Делать это нужно тоже постепенно. Сначала вы каждый свой вдох делаете немного глубже предыдущего, а каждый выдох – чуть-чуть расслабленнее. Акцентируйте именно вдох, не выдох. Вдох – это ваш волевой акт, а выдоху позвольте происходить самому по себе, без вашего намеренного усилия. Можно выдох озвучивать – как протяжный вздох облегчения. Вдох – активный, выдох – расслабленный. Вдыхая, вы наполняетесь свежим воздухом, выдыхая – отпускаете то, что вашему организму стало уже не нужно. Вдох – приглашение, и мир входит в вас, наполняя всем своим разнообразием. Выдох – отпускание всего, что нет больше смысла удерживать, легко, как птицу с руки… Пусть летит!

Нет нужды всегда представлять себе эти метафоры, со временем они станут не нужны.

Вскоре благодаря такому постепенному вхождению в процесс вы научитесь осознанно регулировать глубину, скорость и интенсивность его протекания.

2. Активная стадия с акцентом внимания на дыхании

Цель этой стадии – повысить чувствительность, для того чтобы получить доступ к ранее подавленному материалу. Благодаря этому, вам будет с чем работать. Мы называем такой тип дыхания «рабочим». Вам важно продолжать дышать связно (без пауз), «от копчика до макушки», глубоко и довольно часто, то есть интенсивно.

На этой стадии дышащих нередко поджидает так называемое «болото». Этим словом мы называем естественное сопротивление защитных механизмов психики, которые оберегают границу между сознанием и подсознанием. Однако если вы хотите получить доступ к ранее подавленному материалу, пройти ее все же нужно.

Мы предлагаем не проламывать эту границу грубо, быстро и резко, а напротив, пройти ее очень бережно, мягко, уважительно. При таком отношении она сама становится проницаемой, и вам не нужно будет совершать насилия над собой. Но тут очень важно использовать ваше намерение практиковать, так как «болото» проходится только на силе намерения. Конечно, инструктор в сложный момент напомнит вам и о необходимости поддерживать интенсивное дыхание, и о расслаблении, но дышать за вас он не сможет.

«Болото» проявляется как желание уснуть или как постоянное «проваливание-улетание» в трансовые состояния. Внимание становится вязким, и вы не замечаете, как оно отключается, либо рассеянным и норовит куда-нибудь сбежать.

Если вам трудно, лень, хочется перестать поддерживать «рабочий» ритм дыхания, скучно, возникают сомнения в том, что все это нужно делать… – вспомните, зачем вы начали процесс, зачем вы вообще занялись этой практикой, и на силе этого (собственного!) намерения все-таки продолжайте дышать в описанном выше формате. Единственная рекомендация, которую мы можем вам дать: если чувствуете, что засыпаете, скучаете или думаете о какой-то ерунде, дышите интенсивнее (глубже и чаще) – и это пройдет. Ваша задача – 90 % своего внимания посвятить тому, чтобы отслеживать соблюдение «формата» дыхания. А оставшимися десятью процентами вы наблюдаете за тем, что с вами происходит.

Мы не даем точного указания на продолжительность каждой стадии и считаем правильным не обуславливаться этим. Один из критериев перехода второй стадии в третью таков: вы замечаете, что для того чтобы поддерживать осознанность, связность и рабочую глубину-частоту дыхания, вам уже не нужно затрачивать много сил. Процесс запущен. Дыхание начинает поддерживаться как бы само собой при небольшом количестве ваших сил и внимания. Отлично – значит, уже началась третья стадия.

3. Активная стадия с акцентом внимания на переживаниях

Теперь все наоборот: почти все свое внимание вы переводите на происходящее с вами, и лишь в фоновом режиме продолжаете наблюдать за дыханием и поддерживать его связность и интенсивность.

Что происходит на этом этапе? Чувствительность к вытесненному, подавленному когда-то, материалу повысилась, и вы получаете к нему доступ. «Получить доступ» в данном случае значит – получить возможность прожить его заново. Вы сможете «перепрожить» когда-то травмировавший вас, не прожитый конструктивно опыт. И хотя такая возможность могла появиться и на второй стадии процесса, именно сейчас вы можете в максимальном объеме погрузиться в переживания, которые приходят к вам, одновременно, как бы со стороны, наблюдая за ними.

Переживания могут быть какими угодно.

На физическом уровне могут проявляться самые разные ощущения: покалывание, скручивание, растяжение, онемение, распирание, давление… – буквально все возможные и «невозможные» телесные переживания. Невозможные – это не оговорка, речь идет о фантомных ощущениях. Например, вам может показаться, что тело выворачивается наизнанку, или что оно парит, оторвавшись от земли, либо вовсе исчезло, либо что у вас десять пар рук и ног. В этот момент не надо открывать глаза и проверять, какие из них настоящие, а также, где и как они лежат – это может прервать ваш процесс.

Иногда, особенно в течение первых процессов, пока человек только приступил к освоению практики и еще не умеет расслабляться, физические ощущения могут быть довольно болезненными.

На эмоциональном уровне также может проявиться все разнообразие чувств. Не стоит искать причину, по которой вы вдруг заплакали, а через мгновение засмеялись. Состояния (вся палитра – гнев, удивление, страх, счастье, обида, радость, одиночество, восторг, тоска, спокойствие и т. д.) могут спонтанно сменять друг друга, и лучшее, что вы можете сделать, – это безоценочно осознавать, замечать свои чувства, проживать их и по возможности запоминать свой опыт.

Вы также можете видеть образы, абстрактные картины или вспоминать и заново переживать какие-либо ситуации из прошлого.

Процесс может протекать и на других уровнях восприятия – на слуховом, обонятельном и даже вкусовом.

На ментальном уровне вы можете оказаться в центре целого роя пчел-мыслей. Это могут быть потоки мыслей, рваные клочки и длинные цепочки. Не стоит пытаться остановить или прогнать их. Но и намеренно думать (то есть целенаправленно развивать, пытаться в них разобраться, стараться вспомнить только что «улетевшую» идею или прийти к какому-то выводу и т. п.) тоже не следует. Работу ума можно наблюдать так же, как и ощущения в теле – не вовлекаясь, но и не тормозя этот поток. Есть мысли – и хорошо, нет – отлично.

Наблюдая, старайтесь включать в сферу своего внимания и область чувств: что вы чувствуете, когда ум думает именно об этом?

Помимо суетных мыслительных вихрей на ментальном уровне иногда происходят действительно важные, ценные и новые осознания. Вы что-то вспоминаете или осознаете какую-то важную истину (возможно, даже банальную, но вот теперь наполнившуюся подлинным смыслом для вас), или же в голову приходят решения ранее неразрешимых проблем…

От обычной суеты ума эти озарения отличаются тем, что в этом процессе вы не делали ничего специального для того, чтобы прийти к этим выводам, а придя к ним, не сомневаетесь в их ценности и большой значимости для себя. И хотя обычно такие озарения являются результатом долгой практики, бывает, что они случаются и на первых процессах.

Происходит это тогда, когда в течение вашей жизни какая-то тема была вами прожита и уже почти проработана, и вам не хватало лишь последней «капли», которой вдруг оказывается ваш процесс.

4. Интеграция

Интеграция – это объединение части с целым.

Представьте, что вы однажды сжали в кулаке ручной эспандер, но не отпустили его, а вместо этого приучили свое тело не чувствовать напряжения, возникающего в этот момент в кисти, «закапсулировали», отторгли от себя, изолировали это напряжение.

Вы привыкли к тому, что постоянно носите с собой этот эспандер. Привыкли настолько, что даже не замечаете его, не чувствуете, сколько энергии тратите и на постоянное его сжимание, и вдобавок на то, чтобы вытеснять эти ощущения.

Этот почти абсурдный пример иллюстрирует механизм образования устойчивых напряжений, так называемых блоков, в нашем теле.

И вдруг вы обратили внимание на это накопившееся напряжение, ощутили боль, но вместо того чтобы выпить анальгин или как-то еще подавить ее, стали медленно расслаблять пальцы, оставаясь в контакте с этими ощущениями. В конце концов вы отпустили эспандер и позволили себе отдохнуть.

Примерно то же самое происходит с человеком и во время процесса связного дыхания. Накопившееся напряжение сменяется расслаблением и растекается волной ощущений по телу. Та энергия, которая ранее «запиралась» в самом напряжении, и та, которая затрачивалась на постоянную анестезию (в переводе с греческого – не-чувствование), высвободилась благодаря применению практики СД.

Обычно этот этап процесса сопровождается тонкими, радостными состояниями или довольно интенсивными энергетическими переживаниями, приятными и удивительными ощущениями. Это и есть «интеграция».

Пока ваше внимание еще не приучено замечать и оставаться в контакте с интеграционными переживаниями, вы можете «засыпать» (не путайте с «болотом», которое бывает на второй стадии). Со временем вы заметите, что это не совсем обычный сон, и научитесь наблюдать происходящее с вами во время интеграции.

Также не стоит в это время начинать новый виток интенсивного дыхания. Поступив так, вы рискуете уподобиться человеку, откусившему большой кусок пирога, но вместо того чтобы пережевать его, кусающему следующий. Ваша задача – максимально расслабиться, устроиться комфортнее и позволить телу стать «губкой», которая впитывает и усваивает приобретенный опыт и освободившуюся благодаря вашей практике энергию, чтобы затем иметь возможность использовать ее на что-то другое.

5. Плавный выход

Итак, вы позволяете себе отдыхать.

Хорошо, если у вас получится одновременно с отдыхом вспоминать все, что произошло с вами с момента входа в процесс. Это поможет вам сохранить полученную в процессе информацию в сфере осознанности, помнить какие-то важные детали.

Вскоре вы почувствуете, что вернулись в «обычное» состояние сознания. Отдохните еще немного, не торопитесь вставать. И только тогда, когда вы будете абсолютно уверены в том, что ничего «этакого», даже совсем незначительного, с вами более не происходит, процесс действительно подошел к концу. Теперь можно открыть глаза и аккуратно, медленно подниматься.[15] Имеет смысл записать все значимое и важное из того, что принес вам процесс, пока память не скрыла от вас эту информацию как вчерашний сон, прежде чем проговорить свой опыт с инструктором.

Что нужно делать в процессе

Наблюдать и расслабляться. Это все. Так просто.

На практике оказывается, что не очень-то это и просто…

Мы привыкли контролировать или, по крайней мере, пытаться контролировать все, что с нами происходит. Если нам что-то не нравится, мы стараемся от этого избавиться. И наоборот, если мы чего-то хотим, контроль выражается в том, чтобы «обеспечить себе», притянуть это (например, состояние) и удерживать его максимально долго.

Те чувства и ощущения, от которых мы обычно хотим избавиться, мы называем «негативными», «плохими», «неправильными» и т. д. Однако, что значит избавиться? Мы же не можем «удалить» свои чувства и ощущения, «остановить» процесс их возникновения – это невозможно даже физиологически. Человек не несет ответственности за возникающие у него чувства. Он ответственен лишь за то, что он с ними делает.

Получается, что у нас есть всего лишь два варианта: первый – конструктивно прожить чувство, воспринять ощущение… и второй – понизить свою восприимчивость к ним, вытеснить какие-то переживания и мысли из сферы осознанного внимания, анестезировать боль, перестать замечать то, что уже есть. Иногда первое просто невозможно, и тогда наши механизмы подавления – это спасательный круг, который стабилизует и защищает психику. Но зачастую мы могли бы уже прожить тот или иной опыт конструктивно, да вот все еще по привычке подавляем его – автоматически, неосознанно.

Понижение чувствительности и подавление возможно лишь до определенного предела и требует от нас затрат большого количества жизненной энергии, что при частом применении чревато психосоматическими заболеваниями и является причиной многих других проблем…

Однако мы бы сами удивились, насколько часто мы прибегаем к этому способу, если бы смогли увидеть весь объем пережитого, но «недопрожитого», непрочувствованного, «неотреагированного», неосознанного нами опыта, который «заархивирован» в нашем теле.

В дыхательном процессе за счет повышения чувствительности мы часть этого опыта «разархивируем» и делаем доступной для высвобождения и перепроживания. Но привычное отношение к нему, как к «негативному» и как к тому, от чего нужно избавиться, по-прежнему остается.

Когда нам становится больно (физически или эмоционально), мы сразу же по сложившейся многолетней привычке реагировать именно таким образом пытаемся прогнать «негативности», несмотря на то, что умом понимаем, что находимся в дыхательном процессе, который затеяли именно для того, чтобы получить доступ к этому материалу.

Получается, что одной рукой мы раскапываем ямку, а другой старательно закапываем ее обратно. Этот процесс может длиться долго и он крайне неэффективен. (Именно здесь помощь грамотного и опытного инструктора может оказаться весьма кстати.)

Вот почему важнейшим условием успешной практики является отношение к собственной боли и несовершенствам как к «желанной добыче». Практик, вместо того чтобы бегать от своего бессознательного, начинает его исследовать и включать его в сферу внимания. Перестать «закапывать ямку» можно только благодаря силе намерения действительно что-то изменить в своей жизни.

Обычно мы существуем внутри одной из двух крайностей: либо надо подавить желание (ощущение, чувство и т. п.), либо реализовать его. Например, или съесть булку, или подавить чувство голода. Но в процессе «Свободного Дыхания» вы осваиваете одновременность этих двух «полюсов»: и не подавляете переживание, и не реализуете его. Вместо этого вы остаетесь с ним в контакте, проживаете его. Какая-то часть вас – назовем ее Наблюдатель – фиксирует происходящее и по возможности запоминает все самое ценное.

Если вам печально – печальтесь, если смешно – смейтесь, если вас переполняет гнев – гневайтесь и не мешайте себе плакать, если через минуту вы обнаружили, что у вас потекли слезы. Позвольте переживаниям и состояниям сменять друг друга, никак не интерпретируя это и намеренно не влияя на этот процесс.

Если у вас онемели ноги, не надо шевелить ими, чтобы прогнать это ощущение и убедиться в том, что с ногами все в порядке – исследуйте онемение, заметьте, как оно распространяется и меняется. Если вам хочется подвигаться, не прогоняйте это желание. Но и не реализуйте его! Просто наблюдайте: как оно нарастает, меняется, проходит, что приходит ему на смену…

И также поступайте с любыми другими, даже (и прежде всего!) с дискомфортными ощущениями.

Эти рекомендации не есть догма. Важно понимать их смысл. Мы предлагаем не двигаться в дыхательном процессе (особенно в его начале и в период обучения практике) лишь для того, чтобы вы не избавлялись от дискомфорта, не отказывались от того, чему только что сами же и открылись. Но иногда в дыхательном процессе движения возникают спонтанно, сами и независимо от вашего «хочу» или «не хочу». И тогда они, наоборот, помогают прожить то или иное состояние более полно. В этом случае нет смысла их пресекать только потому, что «правильно было бы не двигаться». Одно дело, если вы сами решили пошевелить рукой и сделали это, и совсем другое, если руки стали подниматься вверх неожиданно для вас. Первому не следуйте. Второму не мешайте. Или, например, на стадии интеграции смена позы иногда помогает более полноценно расслабиться, впитать новый опыт и отдохнуть. Тогда, конечно, двигаться можно и нужно.

Но если вы еще новичок в практике или если знаете, что склонны к самообману, или вам тяжело дается практика, то лучше сначала освоить первый способ (неподвижный) и лишь потом экспериментировать. В конечном итоге – это вопрос внутренней честности: где-то в глубине души вы ведь хорошо знаете, что вы делаете, – проживаете более глубоко то, что с вами происходит, или просто сбегаете от неприятных ощущений и переживаний.[16]

Итак, во время процесса не нужно ничего делать в привычном понимании этого слова. Вы уже все сделали, когда намеренно поддерживали заданный формат дыхания. Дальше вы просто наблюдаете, расслабляетесь и позволяете быть всему.

Практические рекомендации

О типах дыхания

Мы рекомендуем такие типы дыхания:

а) вдох через рот, выдох через рот;

б) вдох через нос, выдох через нос (после как минимум четырех активных процессов дыхания через рот);

в) вдох через нос и рот одновременно и выдох через нос и рот одновременно.

Не нужно вдыхать через рот, а выдыхать через нос или наоборот – это другой вид практики.

Иногда у людей, давно и успешно практикующих, в процессе самопроизвольно возникают такие состояния, которым соответствует дыхание «рот-нос» или «нос-рот» – в этом случае не надо этому препятствовать, но не стоит и специально дышать таким образом. Если же вы довольно часто обнаруживаете, что, будучи новичком в дыхательной практике, непроизвольно переключаетесь на один из этих типов дыхания, попробуйте намеренно изменить формат дыхания и посмотрите, что это вам даст.

Также непроизвольно может появиться форсированный выдох, когда он делается с энтузиазмом, с напряжением. Нами акцентируется именно вдох, а выдох остается расслабленным, поскольку форсированный выдох приводит к гипервентиляции.[17] Вдох мы делаем, а выдох происходит сам.

Дыхание через рот способствует более интенсивному протеканию процесса, через нос – более мягкому и тонкому. Поскольку у нетренированного человека внимание не приучено замечать тонкие переживания, мы просим на первых занятиях нашего тренинга дышать только ртом. Если у вас от интенсивного дыхания через рот пересыхает во рту и вам это якобы мешает сохранять нужный формат дыхания, дышите интенсивнее, и вскоре у вас появятся куда более интересные ощущения, и вам будет не до пересохшего рта.

При этом, даже когда вы перейдете к дыханию через нос, желательно продолжать держать рот приоткрытым. У дыхания с приоткрытым ртом есть еще один плюс: в нижней части лица многими из нас накоплены весьма сильные напряжения, заметить которые обычно бывает довольно сложно. Приоткрытый рот помогает обнаружить их, а возникающие при этом вибрации и другие ощущения – освободить накопленную в этих напряжениях энергию.

И это все.

Более никаких ограничений, никаких заранее заданных, «правильных» и «неправильных» типов дыхания. При наличии у дышащего осознанного принятия происходящих с ним процессов – любой тип дыхания – правильный. Очень важно это понять, поскольку существует связь между типами дыхания и эмоциональными состояниями, состояниями ума. И в разное время для одного человека актуальны разные состояния. Соответственно глубина, частота и амплитуда дыхания также будут меняться.

Об амплитуде дыхания

Вот одно из определений значения слова амплитуда – это то, что находится между крайними проявлениями чего-либо.

В практике дыхания такими крайними точками часто бывают: низ туловища – копчик или промежность, иногда – стопы, и верх – сердечный центр или голова (макушка). Ваше внимание перемещается в одном направлении синхронно со вдохом и затем возвращается в обратном направлении синхронно с выдохом.

Формат дыхания «от копчика до макушки» мы еще называем «дыханием полным циклом», поскольку амплитуда в этот момент захватывает все основные центры тела. Слова инструктора «расширьте амплитуду дыхания» обычно означают просьбу постепенно включить в зону внимания бо́льшую часть тела, например «от копчика до макушки» или от ступней ног до центра грудной клетки.

О «дыхании» разными частями тела

Можно «дышать» любым участком вашего тела – хоть пяткой, хоть шеей, хоть областью сердца. Это образное выражение означает, что вы помещаете внимание в эту часть тела, чувствуете ее, как если бы в этом месте у вас был рот или нос и воздух входил в тело и покидал его именно через это место.

Так же, как и с амплитудой дыхания, тут работает синхронизация внимания с вдохами и выдохами. Отличие «дыхания какой-либо частью тела» от, например, «дыхания от копчика до макушки» состоит лишь в том, что здесь внимание не перемещается по заданной траектории, а локализовано в какой-то части тела. Другими словами, «дышать сердцем» значит сохранять свое внимание в центре грудной клетки, направляя его через эту область внутрь со вдохами и вовне с выдохами. Либо даже никуда не направляя, а просто одновременно осознавая и эту область тела, и дыхание.

Совет: если во время процесса вы чувствуете сильное давление, тяжесть, как если бы вам положили что-то на грудь, можно подышать под этой областью, максимально помогая себе расслабить это место, давая войти чему-то, отвергнутому ранее. Если, наоборот, вместо давления вы чувствуете распирание, имеет смысл подышать над этим ощущением и вокруг него, позволяя чему-то выйти.

Можно дышать сквозь часть тела, вдоль нее – как угодно в трех измерениях. Можно менять фокус внимания – сужать и расширять ту область, через которую вы дышите.

Важно понимать, что речь идет именно о внимании, а не о воображении. Ваше внимание, будучи синхронизированным с процессом чередования вдохов и выдохов, просто концентрированно присутствует в заданном участке. А дыхание помогает вам оставаться в контакте с телом. Это и называется «дышать» какой-либо частью тела.

О вреде сравнения с другими

Бывает, что участники тренингов с сожалением говорят: «Вот у него такие переживания! И полеты, и картинки. А у меня всего лишь какие-то ощущения по телу бродят…»

«У других людей в процессе возникают прозрения, какие-то инсайты, озарения, понимания. А я только смеюсь да плачу…»

«У меня сплошные мысли да образы, а вот у других – да, действительно получается: и ревут, и кричат, и смехом заливаются, и телом чувствуют разные ощущения…»

Все это – ошибка. Чужой процесс не может быть критерием для оценки процесса вашего.

У разных людей в разное время их жизни ведущими могут являться разные каналы восприятия. Кто-то больше чувствует телесные ощущения, у кого-то перед глазами возникают образы, «картинки» и даже целые «фильмы», кто-то слышит внутренние голоса, становится чувствителен к музыке и звукам вокруг… Есть и «нюхачи» (люди, для которых очень важно обоняние как канал приема и переработки информации), и люди «вкусового» типа.

Кроме ведущего канала восприятия люди отличаются и уровнем протекания процесса. Для кого-то процесс протекает преимущественно на ментальном уровне, для кого-то – на эмоциональном, для кого-то – на уровне физических ощущений. Поэтому не нужно сравнивать свой процесс с процессами других людей. Это не только бессмысленно, но и вредно для вашей эффективности.

…Со своим же процессом

Если вам понравился ваш опыт недельной давности, это вовсе не значит, что «хороший» процесс должен быть именно таким или похожим. И если того, что было тогда, нет сейчас, это не означает, что что-то идет неправильно.

Помните: не бывает двух одинаковых процессов! Самое конструктивное отношение к вашей практике – искренний интерес и безоценочное принятие того, что есть в данный момент.

Первая ловушка начинающего практика

В эту поразительную ловушку попадают многие и обозначают ее так: «У меня ничего не получается». Человек лежит в процессе и искренне переживает, что процесс у него «не такой, как надо»…

Эта ловушка – несоответствие ожиданиям. Если вы в нее попали, значит, у вас имеется четкое представление о том, что такое «правильный процесс». Это представление в большинстве случаев неосознанное. Просто у вас есть некий идеал, эталон, которому ваш нынешний, вот прямо сейчас получаемый опыт не соответствует. Иначе как бы вы поняли, что у вас что-то неправильно? А между тем такого явления, как «правильный, эталонный, идеальный процесс», не существует! И единственный вывод из этого тезиса звучит так: не бывает неправильных процессов. Каждый процесс по-своему правильный.

А вот само это состояние под кодовым названием «у меня ничего не получается» – это очень ценное процессное переживание. Обнаружив его, наблюдайте себя в нем, идите в него и проживайте это состояние, отмечая, как оно меняется и что приходит ему на смену. То, что вы чувствуете, когда считаете, что у вас ничего не получается, и есть то, что у вас получается в данный момент! Кроме прояснения, какой именно процесс оценивается как правильный, также имеет смысл в этот момент спросить себя о тех чувствах, которые сопровождают это переживание. Что вы именно сейчас чувствуете? Обиду, недовольство, скуку, уверенность, гнев или что-то еще? Обнаружив чувство, дышащий может извлечь пользу для себя, прожив его, сохраняя осознанность.

Вторая ловушка начинающего практика

Обозначают обычно эту ловушку так: «Я ничего не чувствую». Она родная сестра предыдущей, так как если нет чувств, значит, и наблюдать не за чем, и проживать нечего, и интегрировать, выходит, тоже нечего, и вообще я тут просто напрасно время трачу, и процесс «не получился».

Это механизм защиты нас от нашего же опыта. Устроен он очень просто. Огромное количество чувств и ощущений находятся у нас под запретом, под грифом «неправильно» или «опасно». А есть и такие, которые мы просто никогда не испытывали ранее. К первым у нас понижена чувствительность, вторые же нам трудно назвать. Первые мы не просто «не чувствуем», а запрещаем себе чувствовать, вытесняем их. Переживая вторые, мы опять же не «ничего не чувствуем», а чувствуем нечто из того, что нам неизвестно, незнакомо. А это, согласитесь, разные вещи.

Когда мы оказываемся внутри такого переживания, наш «внутренний локатор» просто не может зафиксировать и назвать это состояние, как если бы он работал на другой частоте. Экран «локатора» не идентифицирует сигналы. Он может показывать, что ничего нет, хотя на самом деле внутри нас происходит очень много всего разного и, как правило, невероятно ценного.

Постарайтесь хотя бы на ментальном уровне, хотя бы в виде гипотезы, хоть на некоторое время допустить истинность такого тезиса: ничего не чувствует только труп, человек же всегда что-то чувствует, пока он жив. (Кстати, никто еще не доказал, что способность чувствовать (переживать) исчезает во время и после смерти.)

Допустив, что какие-то переживания у вас есть всегда, хотя бы на время практики, начните «настраивать локатор». Самый лучший способ такой настройки – спросить себя: «А что я чувствую по поводу того, что я ничего не чувствую?» Психологи называют этот защитный механизм отрицанием, но он, при бережном внимании к внутреннему процессу, перестает держать вас в своей железной хватке. Стоит только стать чуть внимательнее, и вы обнаружите, что за «ничего не чувствую» находится возмущение, волнение, злоба, зависть, спокойствие или что-то еще. И идите в это переживание – проживайте его и наблюдайте.

Грубый пример: лежит человек в процессе и «ничего не чувствует». И думает: «Вот ведь плохо-то как, вот опять я… опять ничего нет, поубивал бы, черт возьми, всех…» Далее он вспоминает про эту рекомендацию и замечает, что он чувствует раздражение и гнев… А если – «Ну вот, как всегда, и сегодня – ничуть не лучше…», – чувствует уныние и беспомощность…

«НЕ-стул» и другие способы не называть собственные чувства

Инструктор обращается к группе дышащих с просьбой: «Покажите мне любой предмет в этой комнате, который является „НЕ-стулом“». Участники тренинга пожимают плечами, переглядываются… Наконец, кто-то говорит непонимающим тоном: «Ну вот, стол, например… Ковер, занавески, табуретка, мячик – да все вокруг, все, кроме стульев!» А инструктор хитро улыбается и отвечает: «Неверно! Стол – это стол. А я просил показать мне „НЕ-стул“. Ковер – это ковер, мячик – мячик… Ясно?»

Этот простой «ход» помогает нам проиллюстрировать другой вариант защиты от собственных чувств. Основана эта структура на принципе: если опыт не назван, то его как бы и нет. И действительно: так гораздо легче его проигнорировать, спрятать, забыть. И продолжать жить так, словно бы и не было у нас этого опыта. Например, того или иного «негативного» переживания. Хотя многие удивляются, обнаружив, что они также избегают и так называемых позитивных, положительных чувств. Старательно отводят внутренний взор и от различных оттенков радости, благоговения, благодарности, влюбленности, интереса, восторга, любви, не позволяя себе пребывать в этих состояниях, даже замечать их.

Все эти, по большей части неосознанные, запреты возникли не просто так (подробнее об этом в главе «Стереотипы поведения в нашей жизни и методы работы с ними»). Поэтому, когда благодаря практике мы повышаем чувствительность и получаем доступ к тому, что находилось под замком, включаются защиты, одна из которых проявляется как «НЕ-стул». В психологии этот защитный механизм называется избеганием контакта с чувством.

Как можно не назвать чувство, если прозвучал прямой вопрос о том, что вы сейчас чувствуете? Для этого обычно используются четыре простых, но сильных приема. Первый из них – говорить о том, чего нет. Это уклонение от прямого ответа. Пример:

– Что ты сейчас чувствуешь?

– Мне не страшно.

– А как тебе?

– Беспокойство прошло.

– А что пришло?

– Боли нет.

– А что есть?

– Ну, мне было очень некомфортно, а сейчас опять все в порядке. Но спокойствия тоже пока нет. Да, не могу сказать, что я спокоен.

– А что ты можешь сказать? Что ты сейчас чувствуешь?

Человек сделал несколько попыток ответить на прямой вопрос, и для него самого его ответы выглядят адекватно. Но по сути в них нет ни капли информации о его актуальном состоянии. Внимание успешно переключается на то, чего еще или уже нет сейчас. Действие этого механизма: называется то чувство, которого нет, а то, что на самом деле есть, остается неназванным и обычно неосознанным.

Второй – человек говорит не о своих чувствах, а использует описание через действия, например:

– Что ты чувствовал в этот момент?

– Партнер по процессу не соблюдал формат (взаимодействия).

– И что ты чувствовал?

– Ну, я хотел, чтобы он соблюдал формат.

– И что ты чувствовал при этом?

– Что он мне процесс портит!

– Так что же чувствовал?

– Ударить хотел!

– А что ты чувствовал, когда хотел ударить?

– Я не понимаю, чего вы от меня хотите! Я же сказал: я хотел, чтобы он соблюдал формат!

– А что ты сейчас чувствуешь?

– Я хочу, чтобы вы отстали от меня!!!

Если инструктор не предложит названия различных чувств, которые человек мог бы испытывать в этот момент – раздражение, гнев и т. п., то, скорее всего, участник группы так и не поймет, чего же хотел от него этот въедливый инструктор…

Третий распространенный способ: вместо того чтобы назвать свое состояние, дать ему оценку. Пример:

– Что ты сейчас чувствуешь?

– Мне хорошо…

– А какое именно чувство ты сейчас оцениваешь как хорошее?

– Ну, мне нравится это состояние, я давно хотел в нем оказаться.

– А что именно тебе нравится? Что это за состояние, в котором ты хотел оказаться, и вот сейчас оказался? Как оно называется?

– Да елки-палки, говорю же: приятное, позитивное, положительное чувство.

– ?..

Варианты: неприятное, негативное, отрицательное, не нравится, плохое, нейтральное, ни то ни се, нормальное, дурацкое, обычное, как всегда, замечательное, лучше/хуже, чем вчера…

Действие этого механизма: дается оценка чувству, а само чувство остается неназванным, труднодоступным для осознания. Если бы мы собирали статистику ответов на улице, то лидировали бы, вероятно, «нормально» и «хорошо». Понаблюдайте, а какие переживания прячутся именно у вас за этими словами.

Четвертый вариант еще тоньше.

Его можно обозначить так: «Это не передается словами». Человек апеллирует к невозможности точной вербальной передачи состояния.

Довольно часто человек обнаруживает, что он все же чувствует что-то, но описать это словами просто не может.

Тут есть два комментария.

Во-первых, это действительно так: слова не могут в полной мере передать состояния. Л. С. Выготский[18] приводил метафору: мысль – это туча, а слова – это дождь. Но мы не можем увидеть мысль, поэтому все, что мы можем узнать о ней, приходит к нам через капли дождя, слова. В своей работе «Мышление и речь» он писал: «Мысль никогда не равна прямому значению слов». Они, безусловно, не могут передать природу и все содержание тучи. Но эти капли-слова – это все, что у нас есть, и мысль невозможна без слова.

Во-вторых, подбирать слова для описания состояний все равно нужно. Замените задачу «точно описать словами» на задачу «насколько возможно точно описать» и начните подбирать слова, словно примеряя наряды, – какое из них больше подходит, какое определение ближе, какое слово точнее…

Иногда на помощь приходит метафора, сравнение. Для этого используют обычно слова и словосочетания «как», «словно», «как если бы», «как будто».

Например: я чувствую себя, как сытый удав… Теперь уже проще найти верные определения: как именно чувствует себя сытый удав? Он спокоен? Доволен? Удовлетворен? Сонлив? Расслаблен? Или, например, «я чувствую себя, как если бы я был на необитаемом острове, мимо которого проплывают корабли, – я кричу, а меня не слышат… Одиночество? Покинутость? Бессилие? Обида? Протест?

Почему называть свои чувства и состояния нужно?

Если опыт назван, вероятность получения из него ценной информации, которую можно было бы использовать для совершенно конкретных изменений в своей жизни, намного выше. Если опыт не назван, он очень быстро улетучивается (забывается, вытесняется структурой нашей психики, в которую его трудно вписать).

В процессе тренинга (и далее – самостоятельно) вам нужно научиться называть вещи своими именами, особенно собственные состояния, переживания, чувства.

Однако вот поразительный факт: много людей, если их спросить об их переживаниях, напрочь забывают о том, какие в этой сфере вообще бывают слова. Даже те, чей словарный запас весьма богат, а знания энциклопедичны. Ведь получается, что вот я живу, у меня есть какие-то чувства, переживания… а если спросить самого себя, окажется, что ничего как бы и нет, все это богатство закрыто, и я даже не могу описать его… Зачастую весь мой внутренний мир определяется одним-двумя десятками слов, из которых половина – «НЕ-стулья» и разного рода оценки вроде «нормально»…

У некоторых людей волосы дыбом встают на голове, когда они осознают этот факт.

Это следствие действия описанных выше механизмов. Прожить такую вот «нормальную» жизнь – перспектива безрадостная. Такая жизнь – как прочерк между датами рождения и смерти.

Итак, что делать?

Называть. Учиться подбирать слова. Проговаривать свой опыт на специальных «проговорах» в группах. Записывать все ценное в тетрадку.

Еще одно простое упражнение, которое довольно быстро поможет исправить ситуацию: в течение дня время от времени задавайте себе вопрос: «Что я сейчас чувствую?» Ответы не должны быть «НЕ-стульями» и оценками, но должны содержать не менее трех содержательных описаний. Выполняя это несложное домашнее задание, начните у себя в тетрадке составлять свой личный словарик прилагательных и наречий, а также подходящих метафор.

Еще один шаг в сторону утонченного различения состояний – полутона. Одним и тем же словом могут быть названы очень разные переживания. К примеру, можно говорить о спокойствии воина, готового к бою, или о спокойствии засыпающего ребенка, или загорающего отпускника, смотрящего на блики воды, или рыбака, наблюдающего за поплавком. Разные ведь состояния? А слово «спокойствие» одно.

Когда мы начинаем внимательнее вчувствоваться в радость, грусть, интерес, обиду, оказывается, что у нас много разных по переживаниям радостей, грустей и т. д. Поэтому, когда вы научитесь различать и называть всевозможные качества состояний, исследуйте их оттенки, полутона, нюансы…

Ваш процесс важнее

В конце процесса, когда ведущий предлагает собраться в круг, чтобы обсудить полученный опыт, а в зале зажигается свет и люди начинают подниматься со своих мест, чтобы собраться в круг для проговора, – в этот момент нередко случается, что кто-то из дышащих еще находится в стадии интеграции или в стадии плавного выхода из процесса.

Это нормально, так как процесс не может закончиться сразу по команде и одновременно у всех. Однако довольно часто человек в такой ситуации начинает испытывать неловкость и думать как-то так: «Ну вот, все уже собрались, один я лежу. Я всех задерживаю. На меня, наверное, смотрят…» Из-за этого он выходит из процесса, «не долежав» до его естественного завершения.

Каковы причины, побуждающие людей так поступать, и какие убеждения лежат в основе такого отношения к себе и своему процессу – вопрос, ответ на который необычайно ценен.

Будьте бережны к себе и своему опыту. Помните, ваш процесс важнее ваших представлений о том, что «неприлично продолжать лежать, когда другие уже рассказывают о своем опыте» или о чем-то подобном. Каким бы ни был ваш процесс, не стоит прерывать его раньше времени.

Если вы все-таки не долежали, недоинтегрированный вами опыт может интегрироваться в течение следующего дня и даже недели. Не обязательно, но иногда это может сопровождаться легким недомоганием или эмоциональной нестабильностью. Кроме того, резко прервав (или поспешно завершив) свой процесс, вы, скорее всего, забудете часть важной для вас информации. Плавность перехода между расширенным и «обычным» состояниями сознания позволяет сохранять в памяти полученный вами во время дыхательного процесса опыт. Поэтому если вам покажется, что нужно себя поторопить и скорее закончить процесс, чтобы не мешать окружающим, вспомните, что ваш процесс важнее.

Расширенное состояние сознания

Для ясности понимания определим, что мы подразумеваем под «обычным» и расширенным состояниями сознания.

Под первым мы имеем в виду привычное состояние самоощущения и восприятия себя и своих переживаний. Оно нам знакомо по тем состояниям, в которых мы ходим в магазин, на работу, домой. Это, безусловно, целый спектр состояний, они разнятся от человека к человеку, и объединяет их именно привычное переживание себя. При «обычном» состоянии сознания в каждый момент времени оно присутствует как фон.

Расширенным состоянием сознания мы называем такое безоценочное состояние, когда становится доступно одновременно и привычное переживание, и наблюдение за ним.[19]

Термин расширенное состояние сознания более точно называет то, с чем мы работаем, чем термин измененное состояние сознания, так как задача состоит в объединении, и здесь также реализуется наш методологический подход, подход интегративный – «и-и».

Образно говоря, наше внимание не «исчезает» из обычного состояния сознания и «появляется» в измененном, а «расширяется» настолько, что начинает охватывать собой обе области, описанные выше.

Например, мы можем переживать опыт, когда-то вытесненный в детском возрасте, получить доступ к связанным с ним ситуациям различной давности (и забытым, и тем, которые помним), попасть в архетипическую или трансперсональную область и одновременно наблюдать данный процесс из своей актуальной, взрослой части. Это позволяет переоценивать, менять выбор и отношение к заново проживаемой ситуации или теме. Кроме того, это позволяет с большой эффективностью запоминать информацию, полученную в процессе, и использовать ее в жизни.

Представим себе условную «границу», «барьер» между обычным состоянием сознания и расширенным.

Нередко люди, практикующие дыхательные техники, особенно новички, стремятся к тому, чтобы быстро преодолеть, как бы проломить этот барьер. С места в карьер, наскоком, сразу начать дышать, глубоко, напряженно и быстро, как паровоз… Одним из следствий такого типа дыхания является потеря внутреннего наблюдателя в активных фазах процесса. «Летописец» исчезает. Платой за это является низкий уровень осознанности, зачастую потеря ценнейшей информации. Полученный опыт после завершения такого процесса в большинстве случаев забывается как сон, эффективность практики существенно снижается.

Слишком резкий и быстрый набор интенсивности часто приводит дышащего к гипервентиляции. При ее возникновении физические переживания бывают настолько интенсивны, что осознание опять-таки не выживает. Человек быстро доходит до так называемой «шоковой зоны», как бы «засыпает» и, пробудившись, мало может вспомнить годного для практического применения дыхательного опыта в жизни.[20] Неуважительное отношение к собственному подсознательному приводит лишь к тому, что постепенно доступ к ранее подавленному материалу все более затрудняется. Со временем граница, столь грубо нарушаемая, начинает «уплотняться». Практиковать становится все сложнее и сложнее, поскольку чем яростнее человек «пробивает» собственные защитные структуры психики, тем больше они крепнут, стремясь удерживать защиту.

Мы предлагаем противоположный подход: вместо того чтобы грубо вламываться в царство неосознанного и с высокой долей вероятности перемещаться из состояния осознанности в состояние полного беспамятства, мы учимся делать этот барьер проницаемым, «разреженным», бережно входя туда с глубоким уважением и любознательностью.

О чувстве голода и различных желаниях во время процесса

Если в процессе у вас появляется желание что-то сделать, например встать и уйти, или подойти к кому-то и немедленно ему помочь, или придушить этого гада-инструктора, или еще что-нибудь – не нужно подавлять эти желания… Но и реализовывать их – не нужно! Позвольте себе желать все, что душе угодно, и наблюдайте за этим состоянием и за тем, что придет ему на смену. Что вы чувствуете, когда вам этого хочется? Назовите для себя это чувство и идите в его тотальное проживание, пока оно не сменится чем-то новым.

Много пользы принесет наблюдение за желаниями тела как за процессными переживаниями, а не реальными потребностями. Например, если вас посетило зверское чувство голода, не стоит думать о том, что бы вы сейчас хотели съесть, и мечтать, как вы будете это делать. Вместо этого понаблюдайте, в каких именно физических или энергетических ощущениях оно проявляется, где в теле они локализованы и как они меняются.

Об индивидуальной скорости развития

Когда вы на собственном опыте убедились в том, что практика работает, и поняли, за счет чего это происходит, когда для вас стало очевидным, что любое запертое нашим собственным неприятием и напряжением состояние, переживание, ощущение или какая-либо иная форма нашего опыта может быть перепрожита и интегрирована, вас поджидает еще один соблазн. Вы можете начать себя торопить.

Этот внутренний механизм – щедрый источник недовольства собой и своими достижениями, эффективный способ остановиться и перестать что-либо делать. В процессе он может принять такую форму: «Ага, у меня появилось чувство вины. Сейчас я его быстренько приму, позволю ему быть, и оно у меня быстренько пройдет… Что-то не проходит… Ну вот, ничего у меня не получается». В этом примере есть два подводных камня: во-первых, ни о каком приятии на самом деле тут речь не идет; а во-вторых, вот это самое «быстренько»…

В наше время постоянно растущих скоростей умение делать что-либо быстро стало одним из критериев успешности. Кроме того, это одна из главных «палок-погонялок» в современной системе воспитания (вспомним до боли знакомые с детства фразы: «Ну, сколько можно тебя ждать?», «Ешь быстрее», «Почему ты такой копуша?», «Опять ты самый последний» – и т. п.). И ведь действительно: мир по очень многим параметрам ускоряется, и воспитывать в ребенке медлительность охотников нет.

Однако в традиционной системе образования и воспитания редко учитывается такая важная особенность любого человека, как личная скорость, индивидуальный ритм. Каждый из нас может ускоряться или замедляться, но в естественных условиях у каждого есть своя внутренняя скорость протекания всех значимых процессов. Если десять человек идут с тяжелыми рюкзаками через перевал, они могут растянуться длинной цепочкой и идти с разной скоростью, но в конечную точку прийти одинаково уставшими. Если же кто-то из них будет идти быстрее, чем ему комфортно, он израсходует все свои силы и переутомится уже на полпути…

Мы живем в мире навязываемых потребностей и ритмов, в разотождествлении с нашими собственными желаниями и скоростями. И мы приучены требовать от себя постоянного ускорения. Это причина многих наших проблем, в том числе и в освоении практики «Свободного Дыхания».

Одна из наших клиенток подарила нам анекдот:

Мама зовет мальчика, играющего во дворе:

– Петя! Петя! Подойти ко мне!

– Что, мамочка, я замерз?

– Нет, ты хочешь кушать!

Выход из этой ситуации состоит в том, чтобы научиться уважать собственную скорость развития. Именно уважать. Это не значит попустительствовать себе в торможении и лени. Это значит – не тратить силу на разочарования или завышенные требования к себе. Как отличить одно от другого? Критерий находится только внутри вас – в глубине души вы всегда знаете, тормозите ли вы или следуете естественному для себя ритму. Просто будьте внимательны и честны с собой – этого достаточно.

В качестве подспорья предлагаем вам иногда вспоминать такую метафору: было бы нелепо тянуть цветок вверх за стебель и листики, побуждая его расти быстрее.

Расслабиться относительно того, что не удается расслабиться

В основе нашей дыхательной практики лежит наблюдение и расслабление. Обычно мы либо сопротивляемся тому, что считаем «негативным», либо стараемся перестать замечать, чувствовать, то есть игнорируем, вытесняем и подавляем. Практика же позволяет перевести оба эти подхода в конструктивную плоскость и совместить их: мы наблюдаем, не вмешиваясь в происходящее (расслабляем сопротивление), и чувствуем то, что происходит, и остаемся с ним в контакте. Это единственное и главное, что нужно делать с поднимающимися чувствами и ощущениями. Другими словами, ничего не делать, но присутствовать, сопровождать своим вниманием, максимально расслабляясь и позволяя быть всему.

Однако понять эту задачу гораздо проще, чем выполнить. Мы привыкли практически все делать за счет напряжения. Избыточное напряжение приводит нас к боли, а боль мы купируем, запирая ее силой нового напряжения. И это наш основной способ выживания – осознаем мы это или нет.

Поэтому иногда расслабиться просто невозможно. Принять, разрешить, простить, позволить… невозможно, и все тут.

Значит ли это, что все без толку и процесс все-таки не получается?

Ответ заключен в названии этой главки. Это универсальный способ. Когда вы поймете всю мудрость и глубину этого простого приема и станете практиковать его в жизни, вы заметите, насколько сильно она изменится в лучшую сторону.

Итак, если вы не можете расслабиться, расслабьтесь по поводу того, что вы не можете расслабиться. Если же вы не можете расслабиться по поводу того, что вы не можете расслабиться, – расслабьтесь и по этому поводу…

Это – базовая позиция по отношению к себе и своему опыту. Заняв ее, вы всегда сможете обогнать свои собственные стереотипы – просто встать на ступеньку выше и принять все вместе, включая сам стереотип и его неприятие. Позволить себе и само чувство, и собственное свое непозволение его чувствовать… Простить себя за то, что не удается себя простить… Перестать беспокоиться хотя бы из-за того обстоятельства, что вы беспокоитесь. Снять с этого тотальную значимость, расслабиться… А если это не удается… понимаете, да?

Это не может не получиться.

Помеху процессу сделать темой процесса

Очень часто людям что-то мешает жить… В процессе вам могут мешать самые разные, иногда неожиданные факторы. Если это процесс групповой, вы можете отвлекаться на смех, или крик, или слезы соседей… Инструкторы ходят туда-сюда, мешают… Музыку поставили какую-то не такую – мешает… Сосед вот руку подвинул, и она соприкасается с вашей. Под окнами на улице разговаривают, проезжает машина, а у вас тонкие переживания…

А иногда что-то мешает не извне, а изнутри: человеку кажется, что ему мешают мысли или, он считает, что какое-то чувство не дает ему полноценно провести работу с собой…

Тот факт, что дышащему кажется, будто нечто может помешать, – феномен, достойный исследования. Ведь это опять-таки означает, что где-то там глубоко внутри себя вы знаете, каким должен быть ваш процесс… То есть существует образ того, что вы бы назвали словами «процесс получился» (см. главку «Первая ловушка начинающего практика»). И этому образу не соответствует то, что происходит в данный момент, поскольку есть какая-то помеха… Но ваш процесс – это как раз то, что происходит с вами в данный момент, а не мифический идеал (зачастую даже неосознаваемый), которому вы никогда не будете соответствовать. А значит, любая так называемая помеха – это тоже часть вашего процесса. Причем одна из самых ценных, поскольку вы даже не замечаете, как настаиваете на истинности вашего представления о том, как все должно быть.

Поэтому каждый раз, когда вы будете обнаруживать, что вам что-то мешает, вспоминайте вот об этой рекомендации: помеху процесса нужно делать его темой.

Это значит, что если вам мешает музыка, инструктор, сосед или что-нибудь еще, спросите себя: «Что я чувствую, когда это мне мешает?» и переведите свое внимание на это чувство, дайте ему место. Например, если вы находитесь в ситуации, которую описываете для себя как-то так: «Мне мешает эта противная музыка», превращение помехи в тему процесса выглядит следующим образом: «Эта музыка меня бесит, я чувствую раздражение, хорошо – буду его чувствовать и наблюдать». Ясно, что все эти слова произносить вовсе не обязательно, они – просто иллюстрация.

Зачастую музыку считают самоценностью в дыхательном процессе. Наш опыт показывает, что музыка зачастую помогает на разных стадиях процесса лучшему вхождению, набору рабочей интенсивности, проживанию, интеграции, плавности выхода. Но довольно часто бывают процессы, когда музыка не соответствует актуальным переживаниям дышащего, и тогда он ее просто не замечает.

Главное – понять принцип: это не музыка мешает, это ВЫ чувствуете что-то. Это не инструктор негодяй, это ВЫ чувствуете протест. Это не сосед, бедняга, плачет, мешает вам радоваться, а ВЫ чувствуете жалость и желание ему помочь, одновременно запрещая себе это… Любые внутренние состояния, которые «мешают» вам чувствовать что-то другое, якобы более правильное, – это и есть то, с чем вы прямо сейчас находитесь в контакте. Любые внешние факторы – лишь повод перевести ваше внимание на тот отклик, который они находят в вас. Любая «помеха» процессу – это одна из его тем.

О внутренней честности

Несколько слов о том, что выше было обозначено словами «критерий находится только внутри вас». Для эффективного проведения процесса мы просим вас соблюдать наши инструкции. Однако многие из них относятся к числу тех, соблюдать которые невозможно без контакта с этим самым внутренним «барометром» честности.

Например, мы просим не двигаться во время практики. Выше мы уже уточняли смысл этой рекомендации и пришли, казалось бы, к противоположным выводам: с одной стороны, двигаться не надо, а с другой – иногда это очень правильно. Это лишь вопрос вашей внутренней честности – написали мы.

Как же так? Как это понимать? Так все-таки – двигаться в процессе или нет?

Давайте уточним: цель сохранения неподвижности состоит в том, чтобы обеспечить максимальную концентрацию вашего внимания на внутренних переживаниях. Движения же – произвольные или автоматические – зачастую уводят внимание изнутри вовне. Кроме того, сохранение неподвижности помогает вам не вмешиваться, не контролировать свой процесс, при этом оставаясь в контакте с переживаниями.

Однако, как мы писали, иногда бывает так, что рука или нога сама поднимается, или тело само делает какое-то движение. Обычно, заметив это, человек удивляется. Если в этот момент вы станете упорно настаивать на том, что двигаться нельзя, – вы таким образом, наоборот, будете контролировать свой процесс и навязывать ему свой сценарий… То есть получается, двигаться – можно! И искреннее удивление – признак, что вы находитесь в зоне развития, получаете незнакомый опыт. Начинающие же практики довольно часто двигаются для того, чтобы избавиться от ощущений, возникающих в процессе, – вот это как раз и приводит к неэффективности. Одно и то же действие – движение – в этих случаях наполняется разным содержанием.

Этот же эффект возникает при обучении искусству регулировать уровень интенсивности вашего процесса.

При низких интенсивностях очень тонкие и важные процессы проходят не просто в приятном ключе, но часто сопровождаются пребыванием в состоянии наслаждения, блаженства, в ощущении чувства благодати. Это дает возможность восстановить силы, отдохнуть. Когда такие процессы становятся «нормой», трансформационная их ценность резко уменьшается.

Поэтому если ваша задача – взорвать границы привычного и выйти за их пределы в новое состояние сознания и жизни, вам придется выйти за рамки комфортной для вас области.

Когда человек обучится искусству управления процессом, он понимает, что, плавно повышая его интенсивность, он постепенно перемещается из комфортной зоны в направлении к шоковой. Дышащему сначала становится удивительно, чуть позже – странно, затем «странность» может превратиться в «страшно» или «неприятно», а «неприятно» – в «больно».

Когда уровень боли выйдет за пределы ваших возможностей эффективного взаимодействия с ней, вы окажетесь в «шоковой зоне». При этом эффективность процесса невелика, так как вы оказываетесь поглощенными вашей болью и теряете способность управлять своим процессом. В «шоковой зоне» вы уже не можете наблюдать и расслабляться и находитесь где-то вне контакта с самим собой и своим телом.

Поэтому важен правильный баланс, при котором уровень дискомфорта не превышает уровня вашей заинтересованности в происходящем. Таким образом, ЧТО вы делаете, когда снижаете или повышаете интенсивность (глубину, частоту) дыхания, на самом деле известно только вам. Вы можете таким образом убегать от неприятного переживания, а можете, наоборот, увеличивать эффективность его проживания, не позволяя ему захлестнуть вас с головой.

Ваше намерение быть честным с самим собой также понадобится при выполнении домашних заданий, рекомендаций, которые инструкторы дают на тренинге. Они эффективны, лишь когда вы делаете их с интересом и желанием, а не мучаете себя. Но и лениться, попустительствовать себе тоже нельзя, так как вы просто не наработаете навыки, необходимые для эффективности вашей практики. И нет точных, верных для каждого участника тренинга, «дозировок» выполнения домашних заданий – вы должны нащупать их самостоятельно.

Внутренняя честность поможет сориентироваться и тогда, когда инструктор во время процесса предлагает вам подышать каким-то образом (например, глубже или мягче), напоминает о связности дыхания или советует озвучить выдох и т. п. Такие рекомендации основаны на опыте многолетней инструкторской работы и нередко помогают более конструктивному протеканию вашего процесса. Но каждый человек уникален, поэтому прислушайтесь прежде всего к себе, и если вы всей душой чувствуете, что сейчас надо делать именно так, как вы делаете, – помните: ваш процесс важнее.

Да, мы даем рекомендации и инструкции, но для эффективности вашей работы нужно при их выполнении опираться на внутреннюю честность. Ведь, как мы уже писали, в глубине души вы всегда знаете, что вы на самом деле делаете: играете с собой в прятки или действительно двигаетесь в желаемом направлении. Позиция инструктора в этом отношении проста: мы апеллируем к взрослому ответственному человеку внутри вас. К той части вас, которая знает: обманывать кроме себя некого. И результаты в первую очередь нужны именно вам.

Притча о лягушке

Каждый раз, когда вы сталкиваетесь с чем-то, что вам в себе не нравится, вы хотите избавиться от этого, верно? Вы воспринимаете физическую боль, или эмоциональный дискомфорт, или «дурацкие» мысли, или какую-либо иную свою проблему как нечто «негативное», «отрицательное», «плохое»… как своего внут-реннего врага, который мешает вам жить счастливо.

А что нужно сделать с врагом? Убить? Победить? Изолировать?

Теперь задумайтесь: ваша боль, ваши комплексы и стереотипы, эмоции, физические напряжения – это все части вас так же, как рука – это часть тела. «Побеждая» их в себе, вы занимаетесь саморазрушением. Дело это неблагодарное и, кстати, намного более трудное, чем кажется на первый взгляд. Но главное – оно не приведет вас к счастливой жизни.

Вот притча, которая может помочь вам не наступать на эти грабли.

…Скачет Заяц поздней осенью по лесу. Он уже перелинял, готовясь к зиме, и с гордостью щеголяет красивой пушистой белой шубкой. И вдруг ему навстречу выползает Лягушка. Заяц посмотрел на нее и удивленно спросил: «Лягушка! Отчего ты такая холодная, мерзкая, склизкая и противная?» А она вздохнула и ответила: «Да вот, не любил меня никто. Оттого и болею я долго, а на самом деле я – белая и пушистая».

Так же и все наши «негативные» и «плохие» комплексы и боли – на самом деле белые и пушистые. А «противными» они стали от недостатка нашей любви и внимания к ним.

Если вы будете использовать различные практики и методы самосовершенствования для того, чтобы избавиться от них, вам будет все труднее и все более «невкусно» жить. Если же вы станете относиться к ним не как к врагам, а как к больным детям, которые нуждаются в вашем внимании и заботе, то любая практика будет исцелять вас, а ваша жизнь будет становиться радостнее.

Поэтому нам не очень нравится словосочетание «работа над собой». Оно, как мы писали в начале этой книги, часто несет в себе смысл «работы над ошибками», которые нужно исправить. Вместо него мы любим говорить: «самоосвоение», то есть познание себя разных плюс эффективное освоение всего этого разного, всего, что в нас заложено природой. Мы практикуем заботу, исследование и исцеление себя, что приносит радость в нашу повседневную жизнь.

Боли нет (но она, конечно, есть)

Зажгите свечку и поднесите руку близко к вершине пламени… Вы сразу отдернули руку, потому что вам стало больно?

Если вы действительно это сделали, вам, должно быть, покажется смешным и абсурдным заявление о том, что боли нет. Однако это так: ее не существует.

Многие ученые (медики, нейрофизиологи, психологи, этнографы) исследовали феномен боли и не обнаружили в человеческом теле рецепторов боли. Есть температурные рецепторы, хеморецепторы (то есть чувствительные к химическим раздражителям), фоторецепторы (чувствительные к свету), есть рецепторы, реагирующие на давление, растяжение и т. д., но рецепторов боли они не обнаружили.

Конечно же, боль есть. Если руку не убрать от пламени, можно получить ожог. Но такого ощущения – боль – не существует…

Пожалуйста, не поленитесь и поднесите руку к свече еще раз, но теперь поднимите ее повыше – так, чтобы до пламени оставалось сантиметров двадцать. Как вы сейчас назовете ощущения в своей ладони? Это просто тепло, возможно, приятное.

В обоих случаях (и когда вы поднесли руку близко к огню, и когда подняли ее повыше) воздействие на кожу вашей ладони было одним и тем же – тепловым. То есть та боль, которая могла появиться при первом поднесении руки к свечке, это на самом деле не боль, а такая интенсивность теплового воздействия на единицу площади поверхности вашего тела, которую вы комфортным образом пережить не можете.

Если вам наступили на ногу – это может быть больно. Но это не боль, а такая концентрация давления на единицу площади поверхности (или объема) вашего тела, которую… Далее подставьте формулировку из определения выше. Причем заметьте: при равном весе наступившего, мужской каблук причинит гораздо меньший дискомфорт, чем дамская шпилька.

Что общего в этих двух примерах?

Они иллюстрируют высказывание о том, что боли – нет. Есть лишь слишком большая ИНТЕНСИВНОСТЬ воздействия на тело того или иного качества. В одном случае – тепла, в другом – давления. И если уменьшить концентрацию этого воздействия, увеличивая площадь и/или объем тела, которое ему подвергается, или уменьшить интенсивность этого воздействия, то боль превратится в то, чем является на самом деле, – в ощущение тепла, или давления, или во что-то еще, в какое-то другое качество, которое мы воспринимаем.

Наши внутренние напряжения имеют ту же природу: они заперты в маленьком объеме тела и находятся словно бы под сильным давлением. Это верно как для эмоциональных, так и для физических переживаний. Поэтому, когда в процессе вы сталкиваетесь с эмоциональной или физической болью, зовете инструктора, просите совета, он часто советует вам, казалось бы, совершенно абсурдные вещи: «позволь этому ощущению занять как можно больше места в твоем теле» или «отдайся этому чувству, проживи его тотально».

«Ну не бред ли это? – возможно, подумаете вы. – У меня опять подкатывает к горлу ком, а он хочет, чтобы я позволил этой обиде снова разрывать мое сердце? У меня ужасно ломит руку, а он хочет, чтобы заломило все тело целиком?»

Вспомните, что случилось, когда вы подняли руку над свечкой, или разницу между тонкой шпилькой и широким каблуком…

Когда в процессе вы сталкиваетесь с ощущением боли, это в абсолютном большинстве случаев означает, что она у вас не ПОявилась, а ПРОявилась. То есть благодаря повышению чувствительности вы получили доступ, начали чувствовать ощущения, которые до сих пор жили у вас в теле, но находились в подавленном состоянии.

Сам факт контакта с этими, в той или иной мере запертыми, переживаниями – это уже благо. Теперь, образно говоря, ощущения могут уменьшить свою «концентрацию». Для этого важно предоставить им столько места, сколько возможно, чтобы ощущения заняли все необходимое им пространство. Так они становятся более разреженными, уменьшается их «концентрация». Таким образом, напряжение в теле может смениться вибрацией, теплом, легкостью или чем-то еще, а обида проживется и сменится какими-то другими эмоциональными состояниями.

И тогда в процессе интеграции вы обнаружите, что эта боль стала тем, чем она была на самом деле до того, как была заперта, – просто волной вполне приятных ощущений, которая проходит сквозь все ваше тело.

Инь-ян: дерево, перекошенное на один бок

Предлагая модель иньских и янских качеств, мы не имеем в виду в полной мере то, о чем писали древние даосы. Говоря ниже о «мужском» и «женском», мы не подразумеваем гендерное, половое, разделение (то есть данная модель верна как для мужчин, так и для женщин).

С этой оговоркой предлагаем вам мысленно разделить человеческие качества и свойства, характер личностной энергии и ее проявления, способы действий и достижения целей на две категории – «мужскую» и «женскую», на ян и инь.

Примерно такие качества, как рациональность, активность, оформленность, завершенность, концептуальность, структурированность, прямолинейность, направленность, четкость, жесткость, импульсивность, точность, проявленность, энергичность, бодрость, нацеленность вовне, освоение нового, упорядоченность – мы относим к категории ян.

Инь – интуитивность, пассивность, бесформенность, мягкость, текучесть, округлость, витиеватость, пластичность, податливость, статичность или медленность, размытость, расслаб-ленность, обращенность внутрь, сохранение имеющегося, неопределенность…

Каждый из этих списков можно продолжать и пополнять. Ясно, что между этими двумя группами всевозможных качеств есть такое же отличие, как между двумя полюсами батарейки.

Для эффективной работы батарейке нужны оба полюса, а значит, ни один из них не лучше и не хуже другого. Для полноценного развития и реализации человеческой личности также нужно гармоничное развитие и освоение как янских, так и иньских качеств в жизни.

Однако на практике дела обстоят иначе.

Каков образ успешного человека в современном обществе? Кто он: пример для подражания, антипод неудачника, какими качествами обладает?

Попробуйте сначала ответить для себя на этот вопрос, а потом сравните с тем, что предложено абзацем ниже.

Активный, никогда не устающий, всегда веселый, бодрый. Лидер. Занимается спортом, постоянно развивается в разных направлениях, ответственный, делает очень многое, всегда берет на себя большую нагрузку. Не карьерист, но растет в карьерном плане. Если ситуация сложная и неясная, он придет, разберется во всем, внесет конкретные предложения, сделает самую трудную часть работы и спасет положение. Ну и так далее. Вы уже заметили, что тут нет ни одного иньского качества?

Как вы думаете, что проще: обучать детей слышать свою интуицию и действовать с ее учетом в каждой ситуации по-разному или только лишь дать им список фиксированных норм и правил поведения?

Обучить их (вспомним об индивидуальной скорости развития) слушать свой внутренний ритм – или действовать, «как положено»?

Учить их самоуважению и воспитывать в них чувство собственного достоинства (вне зависимости от уровня престижности получаемых ими результатов) – или «уважать» только за достижение общепризнанных идеалов и за соответствие примерам для подражания вроде описанного выше?

Проявлять чуткость к разным состояниям каждого ребенка, помочь детям освоить себя разных, научить их проживать и использовать любые свои состояния конструктивно – или же требовать от них всегда максимально проявленной внешней результативности и активности вне зависимости от характера внутренних процессов, протекающих в данный момент?..

Конечно, освоению иньских качеств обучать труднее. Для этого, во-первых, учитель должен быть сам гармоничной личностью, а во-вторых, сама система образования должна быть выстроена так, чтобы поддерживать столь тонкое и сложное развитие каждой индивидуальности в группе (классе, школе, вузе). Тогда дети, вырастая, становятся свободными людьми, а свободных людей не только сложно воспитать – ими, как известно, труднее управлять и невозможно манипулировать…

В результате, каждый из нас рос, как дерево, перекошенное на один бок: янская компонента у нас гипертрофирована, а иньская – наоборот, недоразвита.

Мало кто думает о важнейшем законе человеческой природы: если мы подавляем какую-то часть себя, она все равно вырвется на свободу, и, как правило, в самый неподходящий момент. Если мы не учим и не учимся реализовывать конструктивно свою иньскую составляющую, она все равно «вылезает», но деструктивно.

Это верно и для янской компоненты: есть задачи, которые не решаются янскими методами, есть периоды времени, когда янский ресурс исчерпан и нужно просто ждать. В этот момент нужны противоположные качества, но они не освоены… и мы пытаемся продавить ситуацию привычным образом… Получается деструктивный аспект ян.

Поэтому списки иньских и янских качеств нужно дополнить списками деструктивных проявлений инь и ян.

Деструктивный аспект ян: неоправданная агрессия, жестокость, постоянное напряжение (неспособность к отдыху и восстановлению сил), черствость, загнанность, гиперответственность… любые чрезмерные проявления конструктивных янских качеств.

Деструктивный аспект инь: вялость, аморфность, лень, разболтанность, несобранность, инертность, безвольность, безответственность, «болото», неряшливость… – любые другие чрезмерные и неадекватные проявления конструктивных иньских качеств.

Еще раз уточним этот механизм: если подавлять конструктивное развитие какого-либо (например, иньского) начала, то оно все равно будет проявляться, но деструктивно; если использовать какие-либо (например, янские) качества, когда ситуация требует противоположных проявлений, используемая энергия также обернется своей деструктивной стороной.

Например, человек постоянно побуждает себя к активности, очень много работает, а просто так полежать на диване или еще как-либо отдыхать он себе не позволяет, да и не умеет (либо считает, что единственный вид отдыха – активный, экстремальный или же просто переключение на другой вид работы).

Это значит, что в какой-то момент он вполне может обнаружить себя в состоянии «лени», апатии и так называемого болота, безвольно валяющимся на диване безо всякого куража и интереса к чему-либо, да и, скорее всего, в депрессивном состоянии, зато с сильным нежеланием делать вроде бы интересные и нужные ему дела. Вроде бы сам хочу и считаю нужным это делать… а не хочу… надоело… тягостно…

На самом деле это просто «иньский ресурс» нуждается в восстановлении и берет свое. При этом значительная часть дел вполне может быть выполнена без привычных напряжений, другими, неосвоенными им способами, либо вообще не нуждается в немедленном завершении. Но человек этого не видит, и вся ситуация ему очень не нравится.

Вместо того чтобы позволить себе качественно отдохнуть и восстановиться, он ругает себя, испытывает дискомфорт и недовольство, и когда к нему вновь возвращается его привычное активное состояние, он лишь убежденно говорит себе: «Да, действительно: отдых и лежание на диване – это ужасно, я столько времени зря потратил, нельзя позволять себе расслабляться. Надо быть активнее и больше работать». Это только один пример нарушения баланса инь-ян, а в жизни встречается бесконечное количество разнообразных вариантов.

Поэтому наша задача состоит в том, чтобы восстанавливать гармонию, баланс этих двух начал в нашей жизни. Для этого большинству из нас нужно достраивать, выхаживать и восстанавливать ущербную иньскую составляющую, обучаться действовать, исходя из нее. И в то же время перетруженную янскую часть необходимо возвращать в конструктивное русло.

В процессе «Свободного Дыхания» мы именно так и поступаем.

С одной стороны, мы отдаемся на волю интуиции, которая ведет нас по процессу как навигатор, и принимаем все – что бы ни предложило нам для проживания наше мудрое интуитивное начало. Так мы учимся конструктивно проявлять иньские качества.

С другой стороны, вместо вмешательства в процесс и навязывания себе «правильного» развития событий мы бдительно наблюдаем, осознаем происходящее, фиксируем его и реализуем волевое намерение соблюдать формат дыхания. Это – конструктивный ян.

Формат дыхания – это намеренно реализуемый паттерн дыхания с его частотой, амплитудой, траекторией, наличием или отсутствием пауз и т. д. для достижения большей эффективности в тех или иных дыхательных процессах.

Понаблюдайте за собой: обычно привычна как раз обратная реакция. Начать контролировать то, что вы чувствуете и ощущаете, запрещать или досадовать на то, что есть что-то не устраивающее вас, и затрачивать энергию на то, чтобы привести себя к какому-то идеалу (деструктивный ян). И в то же время следование привычке уводить взгляд от реальных проявлений своего внутреннего мира, терять себя (внимание), выпадать в транс, болтаться, как в вязком тумане (деструктивный инь).

Поэтому еще раз о правильном соотношении: позволение быть всему, бдительность стороннего наблюдателя плюс любопытство и намеренное следование формату дыхания.

Законодательная и исполнительная власть: перевертыш

Развивая предыдущую метафору, рассмотрим инь и ян как законодательную и исполнительную власти, установленные в нашем внутреннем мире.

Власть законодательная знает ответ на вопрос «ЧТО»: что нам нужно на самом деле, что есть наше призвание, в какую сторону надо двигаться, в чем состоит наша истинная потребность.

Власть исполнительная знает ответ на вопрос «КАК»: как этого достичь, какие действия нужно совершить, чтобы реализовать это, как прийти к желаемому результату.

Первая власть, дающая «закон», по которому мы должны жить, – это наше интуитивное начало, эмоциональность, наше сердце, то есть инь. Это та часть нашего существа, которая ведает, но не рассуждает. Вторая власть, исполняющая закон, – это рациональное начало, ум, логика, знание, воля, то есть ян. Та часть нашего существа, которая способна проводить границы, делать выводы, определять стратегию, совершать действия.

Это идеальный вариант. Однако в силу многих причин у нас на глубинном психофизиологическом уровне живет страх любых изменений. В перинатальный период у большинства из нас в той или иной степени сформировалось недоверие к окружающему миру, когда, родившись, мы сделали вывод о том, что этот мир опасен. А ведь привели в этот мир нас интенсивные изменения, сопровождавшиеся крайне интенсивными ощущениями и переживаниями (подробнее об этом – в разделе «Вернемся к „корням“»).

В этот момент и возник перевертыш: законодательная власть отдала приказ о защите всего нашего существа от невероятных, опасных для жизни потрясений – от всех этих переживаний, от чувств – то есть от изменений. Исполнительная власть взяла под козырек и… превратилась в контролера, который стал защищать нас от наших собственных чувств, в меру своих огромных сил уберегать нас от любого рода перемен…

Однако, захватив контроль в сфере чувств в иньской сфере, исполнительная власть оказалась на месте законодательной, так как она, в попытках защитить нас от интенсивных переживаний, стала диктовать, что нам чувствовать можно (безопасно), а что – нельзя (а вдруг – опасно?). А поскольку свято место пусто не бывает, иньской, законодательной власти, пришлось занять освободившееся место власти исполнительной. Сюда уходят корнями все случаи, когда мы достигаем своих целей при помощи чувств (через гнев, обиды, истерики, неосознанное манипулирование: «Я обижусь на тебя, если ты не…», «Если ты не хочешь сделать меня несчастной, ты должен…» – и т. д.).

Другими словами, две власти поменялись местами. Янская, став законодательной, превратила конструктивную волю в деструктивный контроль. А иньское, интуитивное начало превратилось в эмоционального манипулятора.

Предлагаемая нами практика позволяет вернуть каждую «власть» в рамки ее естественных компетенций. В частности, при работе в случае с физической болью и дискомфортом.

Именно этот подход лежит в основе «Техники работы с ощущениями».

Глава 3

Техника работы с ощущениями

Введение. Природа контроля

Как уже упоминалось во вступлении, книга, которую вы держите в руках, изначально задумывалась как сборник методических материалов к тренингу «Базовый курс „Свободного Дыхания“». Этот тренинг представляет собой набор тщательно подобранных техник и практик, вместе дающих системный эффект. Но каждая из них имеет и самостоятельную ценность. Самоценной является и предлагаемая ниже «Техника работы с ощущениями».

В предыдущей главе мы описали природу телесной боли как чрезмерную концентрацию и интенсивность физического ощущения, запертого в том или ином объеме нашего тела. Но что значит «запертого»? Как происходит это запирание?

Человек – целостное существо. Западная наука, конечно, разделяет изучаемые предметы: психику, отдельные психические функции – память, воображение, эмоции, мышление и т. д., организм, отдельные органы и системы – сердечно-сосудистая, мочеполовая, нервная и т. д., отдельные уровни изучения – биохимический, социальный, генетический и т. д. В каждом из них есть многочисленные направления и разделы знаний, с которыми работают целые институты. И это органичный способ работы ума: для того чтобы исследовать и познать, нужно из потока естественной жизни выделить некий сегмент (провести границы рассмотрения) и вычленить его для изучения. Но в жизни все в человеке сосуществует одновременно. И тело, и чувства, и мысли, и все, что мы осознаем, и все, что не замечаем в себе и в мире, – все это разные грани одного алмаза, проявляющиеся в каждый момент времени.

Один из практических выводов из этого утверждения звучит так: каждому движению нашей души и ума соответствует какое-то телесное движение, у него есть психофизиологическая основа. Иногда оно заметно, но чаще оно более тонкое, внутреннее: выброс адреналина, мышечное напряжение, спазм, расслабление…

Каждый раз, когда мы, например, испытываем страх перед негодующим начальником, своим телом мы реагируем на это эмоциональное состояние – проявляется определенный рисунок внутренних напряжений. Но мы ведь не должны показывать, что боимся… Тогда силой самоконтроля мы сдерживаем свои чувства, стараясь выглядеть спокойно… То есть еще больше напрягаемся.

Испытывая интенсивные переживания, которые мы не можем сразу же осознать и как-то изменить ситуацию в комфортную для себя сторону, мы предпочитаем насколько хватает сил подавлять их, вытеснять этот опыт в сферу бессознательного, чтобы не чувствовать дискомфорт или боль. Но это происходит не только в психике – в теле тоже.

Силой самоконтроля мы локализуем проявившийся рисунок напряжений и понижаем свою чувствительность к нему. Как? Целостное научное описание этого механизма до сих пор еще не выработано психофизиологами.[21] Практический же ответ таков: во-первых, за счет нового напряжения, которое обеспечивает нам подавление переживаний, их «запирание» в теле, а во-вторых, за счет привыкания к этому напряжению, локальной «анестезии».

Образно говоря, чувство сопровождается физическими напряжениями, которые мы запираем в «коробочки», стенки которых состоят опять-таки из напряжений. И эти «коробочки» накапливаются в нашем теле, становясь причиной психосоматических расстройств.

В процессе, когда наша чувствительность повышается, некоторые «коробочки» начинают ощущаться нами, и если мы продолжаем наблюдать за ними, то «коробочки» хотя бы частично приоткрываются… Мы начинаем чувствовать запертые в них эмоции и физические ощущения. Но всю свою жизнь мы учились подавлять свои чувства и ощущения, и наш контроль, образующий «стенки» этих «коробочек», так просто не сдается.

Поразительно, но факт: именно силой своего сопротивления боли, когда-то вытесненной нами, мы удерживаем ее в себе. И это – наработанный, автоматически реализуемый нами навык. Воля, направленная на подавление собственной боли. Мы называем это словом «контроль». Та самая исполнительная власть, которая, став законодательной, везде, где только может, вмешивается в мир наших чувств и физических ощущений. Контроль говорит боли: «Нет! Стоп!», а поскольку избавиться от нее невозможно, он запирает ее в теле, фактически удерживая ее там, не давая ей протечь и покинуть нас.

Основной принцип техники работы с ощущениями

В основе данной техники лежит конструктивное использование собственного контроля как янского качества. Мы поручим контролю «важную» задачу – внимательно наблюдать и точно описывать наши ощущения. Выполняя ее, контроль будет тратить значительную часть своих сил. А поскольку ресурс этих сил не безграничен, его хватка рано или поздно вынужденно ослабнет. Стенка «коробочки» станет проницаемой, и запертое в ней болезненное ощущение получит возможность занять большее место, протечь, куда ему было нужно, то есть трансформироваться в то, чем оно на самом деле и было когда-то.

Вернемся к примеру с женской шпилькой, которой вам наступили на ногу: помните, это не боль, а лишь такая концентрация входящего сигнала (в данном случае давления) на единицу объема вашего тела, которая воспринимается как боль. Если же распространить то же самое давление на бо́льшую площадь тела, то боль окажется тем, чем она по сути и является – просто давлением, возможно, даже приятным. Вот так это и происходит, когда мы, находясь в контакте с ранее вытесненной болью, снимаем часть контроля.

Как это делать?

Мы будем загружать контроль максимально детальным исследованием болезненного ощущения. Делать это надо либо во время дыхательного процесса, либо во время выполнения техники в медитативном формате (этот формат, а также упражнение для развития навыка управления собственным вниманием дается инструктором на тренинге). Обязательно надо находиться в контакте с самим ощущением, то есть делать практику в тот момент, когда вы чувствуете какое-то ощущение, боль или физический дискомфорт.

Практикуя связное дыхание и сконцентрировав все свое внимание на болезненном участке, начните изучать это ощущение в разных модальностях восприятия и предлагать ему меняться так, как оно само захочет (а не так, как вам покажется правильным).

Модальность восприятия – это качественная характеристика ощущения. Таких модальностей у каждого ощущения много. В словосочетании «жгучая боль» отражена модальность температуры: ощущение такое, словно этот участок тела горит. Можно сказать, что модальности восприятия – это составные части ощущения. Например, если то, что я чувствую, похоже на идущую от шеи к лопаткам стальную, острую, холодную, серую, пульсирующую, тонкую иглу, то это ощущение состоит как минимум из пяти модальностей: материал, из которого «сделано» это ощущение (сталь), форма (острая и тонкая игла), температура (холодная), цвет (серая), динамика (пульсирует). А еще можно добавить: (гладкая) – качество «поверхности», (твердая) – фактура, (тяжелая) – вес, (жесткая) – плотность и т. д. Все, что перечислено вне скобок, – модальности.

Иногда, для того чтобы «раскладывать» ощущения по модальностям восприятия, приходится затрачивать много сил: внимание ускользает, способность к дифференциации ощущений понижается, да и само пребывание в контакте с ранее подавлявшимся рисунком напряжений (то есть «неподавление» его) тоже поначалу дается непросто. Благодаря этому большому труду рано или поздно контроль вынужденно ослабевает, и ощущение начинает меняться.

Принципиальным условием работы данной техники является искреннее приятие вами любого изменения. Любого! Даже если вам кажется, что изменений вовсе нет, сам факт наличия контакта с ощущением (вы же заметили его) означает частичное снятие контроля и высвобождение напряжения. И даже если ощущение начинает меняться в худшую, на ваш взгляд, сторону, эффективным будет приветствовать это. Даже если игла стала еще острее, холоднее и длиннее… Критическое же отношение, оценка этих изменений и желание повернуть их в какую-либо сторону означает, наоборот, усиление контроля.

Выполняя данную технику, люди нередко занимаются самообманом: они применяют ее для того, чтобы «избавиться от…», не понимая, что сам принцип, лежащий в ее основе, – противоположный. Пример такого отношения: «Я принимаю это ощущение, позволяю ему меняться в любую сторону… ну давай, скорее становись из стальной холодной иглы теплым пушистым шариком…» Если вы заметили что-то подобное в своем отношении к практике, знайте: это не работает. Важно понимать, что самовнушением можно добиться некоторого недолговечного эффекта, но в основе его будет лежать лишь еще большее усиление контроля и увеличение степени разотождествленности со своим телом.

Поэтому любым изменениям – зеленый свет.

Иногда ощущение начинает меняться, как только на него обратили внимание. Иногда сила наложенного на него запрета настолько высока, что оно начинает меняться лишь после различения нескольких модальностей восприятия. Но нередко мы сталкиваемся с такими блоками и психосоматическими напряжениями, на подавление которых у нас уходило чрезвычайно много сил в течение многих лет, и так просто отпустить контроль не получается. У него (у контроля) очень большой запас сил, которого хватает и на выполнение техники, и на сохранение своих позиций. Тогда, чтобы исчерпать этот запас, мы еще сильнее усложняем задачу.

Мы берем каждую модальность отдельно и оцениваем ее по критерию «нравится (или оставляет равнодушным) – активно не нравится». В итоге мы получаем два «списка» модальностей и приглашаем меняться лишь те качества, которые нам не нравятся. По сути, этот «ход» является для контроля лишь еще более энергозатратной задачей.

На нашем примере это выглядит так: то, что игла серая, гладкая, стальная, тонкая, – не имеет значения, а вот то, что она острая и холодная, – вот это нам активно не нравится. Тогда мы приглашаем меняться только эти качества. И ждем, сохраняя внимание в этой области, – наблюдаем, искренне поддерживая все, что происходит.

Но бывает и так, что мы настолько сжились с болью, что отпустить ее на свободу не удается даже после этого шага. Тогда мы говорим себе: ну что ж, значит, пока – так. И переводим внимание на другие области в нашем теле, например – какое-то время дышим полным циклом. Если что-то притягивает наше внимание, мы позволяем себе увлечься этим новым переживанием… Но через какое-то время мы возвращаемся обратно к нашей «игле» и смотрим: а не изменилась ли она? Бывает, что именно в этот момент удается позволить себе отпустить особенно напряженные телесные зажимы. Казалось бы, мы как будто махнули рукой: ну не меняется, ну что тут поделаешь? А это – смирение и подлинное приятие. И это работает…

Но если и это не привело к изменениям, если игла так и осталась такой же в точности, какой она была раньше, нам остается лишь искренне поблагодарить себя и свое ощущение за то, что в течение этого времени у нас была возможность хотя бы просто оставаться с ним в контакте. Помните, сам факт переживания этого ощущения и в то же время осознанного наблюдения за ним – это уже выход за рамки привычной, годами укреплявшейся реакции подавления. А значит – шаг в нужную сторону. Через некоторое время можно вернуться к данной практике и сделать следующий шаг…

Итак, еще раз перечислим этапы выполнения техники работы с ощущениями.

1. Войти в контакт с болезненным ощущением (используя медитативный формат, или в процессе, или в повседневной жизни).

2. Описать болезненное ощущение через разные модальности восприятия. Пригласить его к изменениям.

3. Объединить найденные описания в группы по критерию «нравится – не нравится». Пригласить меняться только те модальности, которые вам не нравятся, наблюдать за изменениями.

4. Если видимых изменений нет, перевести внимание на другие ощущения в теле. Через какое-то время вернуться к исследованному ранее и посмотреть-почувствовать, что происходит с ним сейчас.

5. В любом случае, с уважением и благодарностью отнестись к полученному опыту.

Почему так важно находиться в контакте с ощущениями и чувствами? «Баллада о треугольниках»

Борьба с собой – одно из известных и главных препятствий для практики. Мы привыкли бороться не только с болезненными ощущениями, но и с «негативными», «плохими», «неправильными», болезненными чувствами. Учитывая то, что человек существо целостное, и процесс подавления одинаков как для чувств, так и для ощущений, мы для описания выхода из процесса борьбы с собой предлагаем вам эту наглядную схему.[22] На ней наша психика представлена в трех ее составляющих: Воли, Осознания и Чувств, расположенных в вершинах треугольника. Направление векторов, образующих стороны в этом треугольнике, играет ключевую роль.

Воля направляется на чувства

Люди часто подавляют такие чувства, которые им неприятны, говоря себе: «Я не должен этого чувствовать (или так поступать), это плохо». Поскольку именно вырвавшиеся из-под контроля чувства часто являются причиной наших нежелательных поступков, воля вновь старательно подавляет чувства, ставя барьер на их пути, не давая свободно течь. Чувства копятся.

Чувства направляются на осознание

Настает момент, когда происходит что-то, что является последней каплей, переполняющей чашу. Поток чувств вырывается из-под контроля воли, рушит плотину, выстроенную на их пути волей. Интенсивность потока чувств такова, что они топят осознание. Про это состояние говорят: «Я не владел собой», «Я не ведал, что творил», «Я был сам не свой». На раздражитель небольшой интенсивности – неадекватно сильная реакция.

Осознание направляется на волю

Едва поток чувств схлынет и затопленное чувством осознание начинает функционировать, мы обращаем внимание на то, что натворили, и приходим в ужас. Осознание комментирует произошедшее: «Ты что, с ума сошел/ла, – выпустил/а чувства! Посмотри, что произошло! Что теперь скажут (подумают) обо мне люди?» Осознание, создавая запрещающие законы, сковывает активную волю.

Воля вновь подавляет чувства как источник всех бед

В этот момент человек решает: «Я никогда больше не должен так поступать», и оказывается в плену конфликта между «хочу» – желанием, продиктованным чувством, и «не должен» – негативной оценкой сознания, озабоченного нашим социальным благополучием. И воля снова нацеливается на чувства, стремясь их подчинить. Круг замкнулся.

Так можно бесконечно тратить свои силы на войну с собой. Воля сковывается оценкой Осознания. Человек теряет свободу проявлений. Так, не умея быть бережными со своими чувствами, мы превращаемся из существ бесконечно сильных и свободных в обессиленные и страдающие автоматы, лишенные своей воли, полностью зависимые от мнения других людей.

Все дело в том, что язык чувств – это тот язык, на котором Бог разговаривает с человеком. Наши чувства заставляют нас познать правду о себе. Они неподкупны и никогда не врут, они просто есть. Мы боремся с силой, превосходящей нас, и в этой борьбе нет победителей.

Что же делать?

Выход прост – осознавать свои чувства. То есть направить свою волю на осознание чувств, «развернуть векторы» в обратную сторону. Иными словами, в каждый момент времени – осознавайте, что вы чувствуете.

Тогда:

Осознание направляется на чувство, освобождая его

Осознавая, вы в каждый момент времени знаете, с каким своим чувством вы имеете дело, трезво оцениваете его интенсивность. Это дает ощущение безопасности и возможность позволить тоненькому ручейку чувства (каковым на самом деле оно и является) протекать живительной струей ощущений по телу, питая и наполняя вас энергией, позволять ему просто быть.

Когда чувство беспрепятственно протекает, оно не накапливается и не становится огромной силой, которую нужно сдерживать.

Освобожденное чувство устремляется к воле и освобождает ее

Человек, осознающий свои чувства, знает, что он хочет сделать, когда чувствует именно это. Трезвое осознание позволит ему найти наиболее приемлемый и эффективный способ добиться того, чего он хочет. Человек, действующий в гармонии со своими чувствами, честен, искренен и свободен в своих проявлениях.

Освобожденная воля направляется на осознание и поддерживает его

Мы больше не тратим свои силы на борьбу с собственными чувствами. И высвобожденную силу воли мы направляем на осознание. Тогда воля из жесткого контролера превращается в реализуемое намерение. А осознание – из критика в стороннего наблюдателя-комментатора. Внутренний полицейский становится заботливым советником, а запрещающий и ругающий внутренний Родитель – верным помощником Взрослому в реализации себя.

Воля осознавать чувство – это основа эффективной практики.

Глава 4

Стереотипы поведения в нашей жизни и методы работы с ними

Введение. Матричная структура сознания[23]

Представьте, что какая-либо ситуация произошла с вами впервые в жизни. Вы в ней как-то себя проявили, что-то почувствовали, что-то сделали, то есть получили какой-то опыт. Этот опыт как некий алгоритм ваших восприятий, действий и реакций в данной ситуации останется в памяти вашего тела и сознания. Если после этого вы выжили (а раз вы читаете эти строки, значит, так оно и есть), то в следующий раз, когда какая-либо ситуация будет распознана вами как похожая на эту, вы, скорее всего, повторите именно этот ранее «записанный» алгоритм. И если вы опять останетесь в живых, то опыт подтвердится и вероятность его автоматического воспроизведения в будущем повысится… Так образуются матрицы.

Матрица (от лат. matrix – «матка», «мать», «первопричина», «первоисточник», «основа», «начало») – это многомерная структура опыта.

Матрица – устойчивый комплекс телесно-эмоционально-интеллектуальных восприятий и реакций, основанных на прошлом опыте, являющийся механизмом выживания.

Развернем это определение.

…устойчивый комплекс…

Устойчивость и сила матрицы зависят от двух факторов: 1) насколько опасной в нашем восприятии была ситуация, во время которой сформировалась матрица (чем опаснее – тем устойчивее); и 2) как часто подтверждалась данная матрица. Чем чаще мы повторяем алгоритм, заключенный в матрице, тем устойчивее она становится.

…комплекс телесно-эмоциональных <…> реакций…

Термин «матрица» был предложен С. Всехсвятским до появления известного фильма, хотя, по сути, он близок к некоторым идеям, выраженным его режиссерами. Потребность в нем возникла оттого, что другие психологические термины – «сценарий», «стереотип поведения», «психологический комплекс», «установка» и т. д. – отражают лишь часть описываемого явления, затрагивая не все аспекты опыта, а лишь какие-то отдельные его части. Мы же говорим о всей совокупности аспектов структуры опыта, включающих такие разные грани жизни человека, как рисунок мышечного напряжения, тип дыхания, интонации, особенности восприятия, привычную последовательность реакций, действий, характерные сопровождающие мысли и т. д.

Представляя «Технику работы с ощущениями», мы упомянули о том, что человек целостен, что каждому движению нашей души соответствует движение физическое. Ясно, что в постоянной взаимосвязи находятся все составляющие человеческого существа. Однако без учета именно телесно-эмоциональной компоненты со стереотипами ничего не сделаешь.

…основанных на прошлом опыте…

Собственно, матричная модель сознания – это и есть структура всего нашего опыта. Полученный нами опыт «упаковывается» в матрицы, которые хранятся в памяти тела. В любой момент нашей жизни мы активно сканируем пространство органами восприятия, и каждая ситуация, в которой мы оказываемся, представляет собой набор сигналов, исходящих из окружающей среды, попадающих на наше встречное восприятие (великий отечественный психофизиолог П. К. Анохин подробно описывал это как работу механизма предвосхищения – акцептора результата действия). Уже на этапе входа в ситуацию мы, сопоставив ее с прошлым опытом, совершаем выбор, какая матричная структура будет активизирована. Обычно людей приводит на тренинг желание изменить автоматически совершаемые выборы.

…являющийся механизмом выживания.

На том уровне, где образуется матрица, есть только один критерий оценки, своего рода двоичный код: выжил – не выжил (как мы и писали выше). Цель, которой служат наши матрицы, – защищать нас от опасностей. И если какая-то ситуация сегодня кажется нам смешной или слегка неприятной, то когда-то, например, в раннем детстве, похожая ситуация могла угрожать нашему выживанию – физическому или психическому (при интенсивных эмоциональных переживаниях).

Зная это, вы сможете проявлять больше сострадания и уважения к самим себе в процессе своего развития.

Более упрощенное понимание матрицы, по которому ее легко заметить в жизни, может быть и таким:

Матрица – это механизм восприятия и реагирования на подобные ситуации подобным образом (повторяющиеся переживания, поведение).

Матрица не враг, а друг

Даже самые коварные и ненавистные нам собственные стереотипы не являются нашими «врагами». Матрица не есть зло, которое надо искоренить. Без понимания этого факта вы рискуете исказить самую суть практики и начать заниматься чем-то совершенно отличным от того, о чем идет речь на этих страницах. Вспомните о белой и пушистой лягушке и не попадайтесь в ловушку «работы над собой как над ошибкой природы»…

Более того, матрица – друг. У матричной структуры сознания есть безусловные достоинства, так называемые плюсы, которыми мы пользуемся.

Во-первых, матрицы – это наше личное и самое надежное хранилище информации об окружающем мире.

Если выученный урок (информацию, при помощи зазубривания загруженную вами в память) вспоминается с трудом, то матричные структуры «забыть» невозможно.

Если человек прослушал курс лекций в университете, но ни разу не воспользовался полученной информацией, то через десять лет он вряд ли ее вспомнит. Если же он научился кататься на велосипеде, а потом сел на него после десятилетнего перерыва, навык будет восстановлен если не сразу, то довольно быстро. Другими словами, ни один фрагмент личного опыта, полученного в течение всей нашей жизни, никогда не будет потерян. Чем более проявлен опыт на различных слоях – эмоциональные переживания, двигательная активность, визуальный, вербальный, тактильный каналы информации и т. д., тем легче он воспроизводится.

В каждую секунду нашего существования в нашем теле и сознании растет «слоеный пирог», слой за слоем увеличивающий наш опыт выживания в этом мире. И ни один из этих слоев никуда не пропадает, вся бесценная информация о том, каков этот мир, как в нем действовать… все, что мы накопили с момента нашего появления в этом мире, есть у нас в каждый момент времени. Вопрос только в доступе к этим богатствам, в том, насколько осознанно и произвольно мы можем ими распоряжаться (подробнее об этом – ниже).

Во-вторых, матрицы обеспечивают нам мгновенное обучение новому.

Например. Одно время у подростков было принято носить в школу в нагрудном кармане рубашки лезвие от безопасной бритвы. И один из авторов этих строк как-то раз, залезая в карман, случайно им порезался. После этого много лет подряд, залезая в карман рубашки, каждый раз вспоминал этот порез и проверял, а что лежит в кармане, несмотря на то, что лезвия он туда больше никогда не клал и быть его там не могло. Навык проверки содержимого кармана был сформирован за один раз – мгновенно. Без объяснений, без повторений, без размышлений о необходимости этого – сразу и на много лет вперед.

А у другого из авторов был такой случай.

Однажды, выходя из дома и случайно бросив взгляд на урну рядом с подъездом, он заметил рядом с ней странную бумажку, которая оказалась смятой стодолларовой купюрой. Как вы думаете, куда был направлен его взгляд в первую очередь, когда он на следующий день выходил из подъезда? Правильно, на то же место. И продолжалось это очень долго. Взгляд автоматически устремлялся к урне, несмотря на то, что больше купюр там не находилось.

В-третьих, происходит мгновенное автоматическое применение ранее усвоенных навыков.

Представьте: вы намереваетесь перейти улицу и уже сделали первый шаг на проезжую часть. Но вдруг боковым зрением замечаете, как из-за поворота, скрипя шинами, выскакивает машина и мчится к вам на большой скорости. Заметьте: вы не размышляете о том, насколько это опасно для вас в данный момент, не прикидываете расстояние до машины и ее скорость, не оцениваете свои физические возможности. Вы не потратите даже секунды, чтобы принять решение, вернуться вам на тротуар или нет. Вы сразу же это сделаете – автоматически и мгновенно. И, возможно, именно эти доли секунды спасут вам жизнь.

В-четвертых, вы экономите силы и повышаете свою эффективность в случаях, когда нет нужды изобретать велосипед.

То, как вы подносите ко рту ложку, чистите зубы, завязываете шнурки или пишете записку, – это тоже типичные примеры матриц… Поскольку матрицы такого рода удобны для нас и не мешают нам жить, в дальнейшем их проявления мы рассматривать не будем.

О деструктивных аспектах матричной структуры сознания

Это были полезные аспекты матриц. Однако тренингами, подобными нашему, в большинстве случаев люди интересуются из-за минусов, или деструктивных аспектов матричных структур. Перечислим некоторые из них.

Попадание в зависимость от сформированных нами матричных структур

Если текущая ситуация по каким-либо признакам воспринимается как похожая на ту, что когда-то уже случалась с вами, то ваши эмоциональная реакция, поведение и даже отношение к происходящему с высокой долей вероятности будут обусловлены опытом прошлой ситуации. Ваши выводы о том, каков этот мир, причем не важно, осознаются они вами в данный момент или нет, будут использованы автоматически.

Пример. Вы ехали в лифте вместе со своим новым соседом. К моменту выхода из лифта вы уже составили мнение о нем, как о хмуром, мрачном человеке, потому что он ответил на ваше приветствие угрюмо и недружелюбно…

В подобных ситуациях, в следующий раз встретив такого человека, люди обычно воспринимают его уже не как «просто соседа», а как «угрюмого хама». Мы можем осознавать это или нет, но, думая так о человеке, мы невольно демонстрируем свое отношение к нему. У тела есть очень много выразительных средств, используемых даже тогда, когда мы молчим: мимика, микродвижения, изменения позы, взгляд… Сосед это отношение к нему «считывает» и реагирует на него вряд ли радостно и приветливо, подтверждая тем самым тот образ, который о нем уже сложился…

Но если сам этот образ «сосед-хам» мы осознаем, то о причине его возникновения, то есть почему сосед повел себя именно так, а не иначе, мы часто даже и не задумываемся. Или же эта причина нами вытесняется.

А причина вполне могла быть в нас самих. Например, перед тем как новый сосед в первый раз угрюмо и неприветливо нам что-то сказал или просто отвернулся, мы его задели чемоданом или случайно пихнули локтем, входя в лифт, или наступили на ногу и не извинились (или это девушка в дорогих колготках, а вы их нечаянно порвали, задев острым углом сумки… или… ну, вы понимаете, да?) – этого мы привычно не замечаем и не помним. А в памяти остается лишь следствие – сформированное у нас первое впечатление, и для того чтобы его изменить, нам нужны уже особые обстоятельства, усилия и время.

В результате мы живем в мире, частью которого является сосед-хам или соседка-грубиянка, хотя в реальности они, может быть, милейшие люди.

Совокупность таких «частей мира», малых и великих, образует восприятие мира как фильтр, сквозь который наше сознание взаимодействует с реальностью. И это определяет нашу жизнь.

Наша зависимость от сформированных нами же матричных структур поддерживает себя сама. Обычно люди видят то, что готовы видеть. И это не магия или абстрактная мудрость, а обычная бытовая практика. Наше внимание выделяет именно те части мира, которые нам знакомы, и находит им подтверждение, укрепляя нас в уверенности, что мир именно таков. Многим известна фраза О. Уайльда «Красота – в глазах смотрящего». А часто ли вы видите красоту? Или восприятие больше настроено на что-то еще?

Ограниченность восприятия. Восприятие мира через призму когда-то сделанных выводов и оценок

Сначала рассмотрим модель формирования картины мира.

Когда человек рождается, он в течение первых лет жизни активно накапливает информацию о мире. Огонь обжигает, мама любит, рукой можно что-нибудь взять; если хочется есть, надо совершить такие-то действия…

Эта информация накапливается в виде матричных структур. Более всего это напоминает процесс написания книги под названием «Картина мира»: человек страница за страницей создает свое описание действительности, где на каждой странице записана своя матрица. Страницы объединяются в главы: в одной – правила поведения, в другой – набор определений и характеристик себя, в третьей – описания других людей, в четвертой – свойства предметов, в пятой – отношений, в шестой – перечень различных явлений и состояний… Главы множатся, количество страниц в них постоянно растет, между ними устанавливаются новые связи – человек знакомится с миром.

В этот период он полностью зависит от своего окружения (от родителей, членов семьи, других старших), поскольку самостоятельно пока не может выжить в социуме. И бо́льшую часть материала для своей книги он напрямую заимствует из «книг» окружающих его людей, не подвергая сомнению содержание, непроизвольно копируя страницы у родителей, родственников, друзей и другого окружения.

Когда ребенок взрослеет, он перестает ориентироваться на взрослых так, как он делал это раньше. Он в большей степени начинает апеллировать не к мнению родителей, а к собственному жизненному опыту, уже накопленному к данному моменту. В это время он активно отстаивает свое право самостоятельно писать страницы, весьма критично относясь к предложению использовать уже готовые «наработки» близких. К концу пубертатного периода (времени полового созревания) человек постепенно теряет способность вносить новые главы, но активно дополняет уже имеющиеся. То есть процесс открытия абсолютно новой информации о мире постепенно уступает место процессу соотнесения поступающей информации с тем, что уже есть в копилке опыта на данный момент. И это совершенно естественно, так как позволяет осознать и изучать себя как самостоятельную единицу, как отдельную от его окружения личность.

Если человек сам не развивает осознанно свои способности к образованию новых глав и страниц как основные необходимые для жизни навыки (а современные системы образования в большинстве своем эту цель не преследуют), то способность воспринимать мир по-новому сильно снижается годам к 25–30 и почти полностью исчезает к 60.

Это означает, что при взаимодействии с миром мы пользуемся ограниченным набором когда-то освоенных моделей поведения.

В психологии известно описание такого эксперимента. Построили два одинаковых лабиринта, но в разных масштабах: один для людей, другой для крыс. В каждый положили соответствующую вкусам испытуемых приманку: для крыс – сыр, для людей – приличную денежную сумму, 50-долларовую бумажку. Задача проста: зайти в лабиринт, если нашел – приманка твоя. Ученые наблюдали за процессом и сравнивали эффективность испытуемых. Сначала студенты выигрывали у крыс за счет интеллекта: используя правило правой руки, студент быстрее находил приманку, а крыса последовательно обследовала каждый тупик лабиринта. На следующий день приманка обнаруживалась там же. И еще через день. И еще… Эффективность людей сразу же выросла на порядок по сравнению с крысами: они сразу шли в тот тупик, в котором приманка находилась вчера, и находили деньги. Крысы же по-прежнему обнюхивали все подряд. Но через какое-то время и крысы обучились – поняли, что приманка всегда лежит в одном и том же месте – и сравнялись в эффективности с людьми. И вот в некий момент ученые переместили приманку: положили ее в другое место… Когда крыса добежала до сектора, в котором приманка лежала «всегда», и не нашла ее там, она побежала дальше. И стала обнюхивать каждый закуток, как и прежде, – до тех пор, пока не нашла ее. Но вот когда до места, где деньги лежали «всегда», добрались студенты, обнаружилось забавное отличие…

«Денег нет. Но ведь они были тут ВСЕГДА!» – студенты садились на землю и начинали думать: «Что-то здесь не так». Они начинали искать в стенах лабиринта, рыли землю, переворачивали камни… «Наверное, деньги все-таки здесь, но их как-то хитро спрятали…» – думали испытуемые. Однажды экспериментаторы обнаружили, что студенты и ночью подкрадывались к стенам лабиринта, пробирались в тот же самый тупик и продолжали искать деньги на прежнем месте. Потому что ВСЕГДА было ИМЕННО ЗДЕСЬ.

Крысы опередили людей. У них просто не было склонности настаивать на своем представлении и навязывать его окружающему миру.

Изменения и безопасность. Самообман ради иллюзии стабильности

Поскольку опыт, полученный нами при рождении, был интенсивным и болезненным настолько, что можно смело говорить об угрозе выживания, мы оценили этот мир как гораздо более дискомфортный и опасный, чем тот, в котором мы находились внутри мамы. Учитывая то, что в этот мир нас привела череда резких изменений, одна из наших корневых матриц гласит: «Изменения опасны для жизни!»

Когда-то определив любые изменения как потенциально опасные для нашего выживания, мы учились жить, нарабатывая навыки по игнорированию изменений или сопротивлению им. И таким образом отказались нарабатывать эффективные навыки взаимодействия с изменениями.

Получилось, что вместо того чтобы жить в вечно меняющемся мире и получать от этого удовольствие, мы отказались замечать эти изменения и живем в постоянной тревоге.

Пытаясь уйти от боли, мы создали у себя защитный экран – иллюзию неизменности, а значит, и безопасности этого мира для нас. И старательно поддерживаем эту иллюзию, используя ограниченный набор когда-то освоенных моделей поведения, впихивая реальность в прокрустово ложе наших представлений о ней.

Пестуя в себе комфортное и необходимое для нас ощущение безопасности жизни в мире неизменном, мы стремимся избежать неизвестности, отгородиться от изменчивого, неведомого мира щитом, сделанным из наших знаний и представлений. Нам удобно думать, что мир таков, каким мы его себе представляем. Даже если мы оцениваем его как весьма скверное место.

Например, если мы знаем, что на свою реплику «X» мы получим ответ «Y», который вызовет у нас некую реакцию «Z», а это, в свою очередь, повлечет скандал по ранее не раз повторявшейся схеме, – даже если весь этот алгоритм нам очень не нравится, то на глубинном уровне все равно присутствует ощущение безопасности и устойчивости.

Оно возникает оттого, что данный сценарий нам хорошо знаком. Мы уже не раз его проживали. Значит, у нас есть опыт выживания в этой ситуации. А это, в свою очередь, значит, что мир знаком и безопасен, мир именно таков, каким мы его знаем. И для любой повторяющейся ситуации у нас заготовлен выход из нее, гарантирующий наше выживание. Даже если качество этого выживания нас не устраивает, главная задача все равно выполнена – мы до сих пор живы.

И мы перестаем редактировать и обновлять свое представление о действительности. Карта местности под названием «Мир» фиксируется в более или менее неизменном состоянии и меняться практически перестает. А сама местность меняться продолжает – и обычно довольно активно… Появляются новые ландшафты, вулканы, горы, реки меняют русла, но на нашей карте изменения не отражаются, и адекватность ее отражения мира падает.

Никогда не бывает двух абсолютно одинаковых ситуаций. Стрела времени необратима – всегда есть отличия и изменения. Если мы игнорируем этот факт, мы начинаем обманывать самих себя.

Таким образом, ощущение стабильности мира, а значит и его безопасности для нас, которое мы себе обеспечили, игнорируя изменчивость мира, является иллюзией и самообманом, приводящими нас к неадекватности, разобщенности и в результате – к страданиям.

Кроме того, наше восприятие ограничено, и мы видим в каждый момент времени лишь малую толику бесконечных цепочек причин и следствий, деталей, фактов и факторов, влияющих на актуальную ситуацию. Мы не можем воспринимать мир как бесконечный поток изменений в бесчисленном количестве измерений. Поэтому мы «нарезаем» его на отдельные кирпичики, рисуем картинки-представления о некоторых частях этого потока и уже с ними имеем дело. Иными словами, мы взаимодействуем не с миром, а с его проекциями в нашем сознании. В описываемой здесь модели – с матрицами. И когда мы перестаем «обновлять» и пополнять свои представления об окружающей реальности, мы начинаем врать самим себе.

Как именно это происходит?

Представьте себе, что некая ситуация записана у нас в виде матрицы, и она во внутренней реальности схематически обозначена как «квадрат». Когда мы попадаем в похожую ситуацию в следующий раз, мир уже изменился и проявились другие, ранее нами не замеченные факторы. И новая ситуация на самом деле является не «квадратом», а квадратом плюс или минус что-то еще… другими словами, чем-то, хотя и похожим на имеющийся у нас образ, но отличающимся от него. Но мы настаиваем на том, что это именно «квадрат», для того, чтобы нам было проще остаться уверенными в том, что мир таков, каким мы его себе представляем.

Мы накладываем «трафарет» (свое «квадратное» видение) на живую ситуацию, и все, что находится за границами квадрата, мы словно обрезаем, игнорируем. Этот механизм называется в психологии вытеснением. А все, что, по нашему мнению, должно быть внутри этого квадрата, но в реальности отсутствует, мы «достраиваем», дополняем своим воображением… «Мир – именно таков, у меня есть опыт выживания в этом мире, следовательно, я гарантированно выживу, можно быть спокойным». Так, в погоне за ощущением безопасности мы и обманываем себя.

Вот пример того, к чему это может привести.

Человек сидит в своей комнате на подоконнике ногами наружу и наблюдает происходящее во дворе. Этаж высокий. Но себя он убедил в том, что сидит в своем кресле и смотрит телевизор. До тех пор, пока он не двигается, расхождение между реальной ситуацией и тем, как она отображена в сознании, несущественно. Но вот захотелось ему сходить в туалет… Последовательность действий, необходимых для выполнения задачи «поход в туалет», из точки «кресло в комнате» одна, а из точки «подоконник» – другая. Но человек настаивает на своей картинке. Абсурд ситуации состоит в том, что в основе этого механизма лежит стремление к безопасности (поэтому мы и говорим об «иллюзии безопасности»). Цена возникающей ошибки предельно высока: если человек будет продолжать настаивать на том, что мир именно таков, каким он его себе представляет, он сделает шаг вперед…

Или, другими словами, получит много боли. Чаще всего люди в этот момент делают вывод о том, что мир еще опаснее, чем они думали раньше, и надо еще больше сил затрачивать на то, чтобы оградить себя от этих опасностей. И начинают еще более упрямо настаивать на своих представлениях о мире, обеспечивающих такую иллюзию.

Потому что им кажется, что нет ничего опаснее, чем неизвестность, неопределенность и постоянные изменения.

Создание искаженного образа себя и других

Это фактически тот же эффект, что и описанный выше самообман относительно того, каков мир, только обращенный на нас самих и на других людей.

Мы составляем себе некое представление, образ того, каковы мы есть (кто мы есть), и настаиваем на том, что мы именно такие. И мы прилагаем колоссальные усилия для того, чтобы убедить в этом не только себя, но и окружающих людей – сделать так, чтобы они думали, что мы именно таковы.

С другой стороны, с самих этих окружающих мы точно так же «пишем портреты», то есть отождествляем их с какими-то фиксированными образами-представлениями и закрываем для себя саму возможность хотя бы просто допустить, что люди – это не то (или не только то), что мы о них думаем.

В результате мы имеем дело не с человеком, а со своим представлением о нем. «Петя – это твердо стоящий на ногах, спокойный, уверенный, заботливый друг», «Вася – это подлец, хитрый прихвостень, хамелеон, недостойный человек», «Мама – это…», «Я – это…» Про всех все ясно!

И точно так же, если мы обнаруживаем что-то, не вписывающееся в этот образ, мы отсекаем это (игнорируем, вытесняем), а недостающие в реальности черты – дописываем. «Нет, я не такой! Во мне этого нет…» «Вася обязательно отреагирует на это так-то, поэтому я даже не стану ему этого предлагать…» Наш друг Вася, многомерный и разнообразный, превратился в определенного и понятного.

Когда каждый из нас был маленьким, различные проявления всего вокруг – людей и обстоятельств – воспринимались еще без критики. Для большинства главными людьми в этот формирующий период жизни являются родители. Для остальных – люди, среди которых этот человек рос. Слова и оценки родителей «входили» в нас и становились нашими, обеспечивая нашу социализацию. Психологи называют этот процесс интериоризацией – «переход извне внутрь», или интернализацией. Формирование образа себя было связано с тем, какими нас видели и как именно оценивали наши качества родители. В их описаниях сквозило отношение:

«Молодец, что так вдумчиво и неторопливо делаешь уроки», или: «Ну разве можно так долго возиться?!»

«Мальчик у нас такой скромный, хороший», или: «Ой, он у нас тихоня, безынициативный».

«Какая умница! Поделилась с подружкой, добрая девочка», или: «Зачем ты раздаешь свои вещи?! Разве так можно?! Мы тебе больше покупать не будем».

И внутри складывается образ себя. Мама и папа постоянно дают нам ответы на вопрос: «Какой я?», и мы, даже если и сомневались, через какое-то время, чтобы сохранить себя, начинаем «точно знать»: «Я такой-то и такой-то, а вовсе не…» Для того чтобы задать себе снова вопрос: «Какой я?», необходимо усомниться в образе себя, уже довольно твердом и четком, а иногда, как следствие, и в само́м своем существовании. Вот так у образа себя появляется все более и более затвердевающая граница.

По аналогии происходит то же самое и с образом другого. И мы обманываемся и неадекватны как в отношении себя, так и других.

Затрата энергии на поддержание иллюзий

Мало того что самообман невыгоден с точки зрения гармоничного развития человека в мире, но дело еще и в том, что мы затрачиваем свою энергию каждый раз, когда создаем новые или пытаемся сохранить уже созданные нами иллюзии «я такой» и «я не такой». Одновременно обладая всем разнообразием качеств и чувств, люди старательно демонстрируют одни из них и всячески стараются скрыть или подавить проявление других. Они ограничивают себя не адекватностью и эффективностью проявления чувств в данной ситуации, а тем, «плохими» или «хорошими» эти чувства и качества являются в принципе, с их точки зрения. Ведь гнев и страх, скупость и лень могут быть конструктивны в определенных условиях – гнев праведным, страх спасительным, скупость окажется бережливостью, а лень – восстановлением ресурса.

Много энергии уходит у нас на создание определенного образа себя и подавление возникающих в связи с этим противоречий, а уж поддерживать у других людей определенный образ себя еще более энергозатратно.

Например, создав представление о себе как о человеке отзывчивом и добром и стараясь поддержать этот образ, вы будете тратить огромное количество сил, помогая своим друзьям, знакомым и другим людям, часто жертвуя своими интересами и игнорируя собственную усталость и ограниченность материальных и временны «х ресурсов. А создавая впечатление человека активного и энергичного, часто будете не позволять себе отдыхать, когда устаете, рискуя довести себя до истощения и депрессии. Также трудно спокойно позволить себе грустить, а тем более плакать, если вы привыкли считать себя человеком веселым и жизнерадостным или спокойным и сдержанным. Вы, скорее всего, потратите свою энергию на подавление печальных переживаний как не соответствующих вашему мнению о себе, и уж наверняка это сделаете, если постарались создать такое мнение о себе у окружающих. И так очень часто происходит с людьми, несмотря на то, что слезы естественны и уместны при некоторых событиях нашей жизни.

Помните, выше мы писали о том, что для того, чтобы не чувствовать физическую боль, мы постоянно «оплачиваем» своей энергией процесс подавления-анестезии-уменьшения чувствительности? Здесь – то же самое: в процессе коммуникации с миром мы и в психологическом плане также «финансируем» процесс настаивания на знакомом образе себя и вытеснении всего, что ему не соответствует. В погоне за сохранением «хороших» иллюзий отказываем себе в свободе проявлений, затрачивая энергию на подавление своих реальных чувств.

Реакции влечения и отвращения как причина страданий

По отношению к любым проявлениям мира у нас есть два базовых типа реакций: реакции влечения и реакции отвращения. «Хочу» и «не хочу». Как они устроены?

Представьте себе ленточный конвейер: широкую ленту, которая движется из бесконечности в бесконечность, и себя, сидящего рядом с ней.

На этой ленте мимо вас проплывают разнообразные дары этого мира: то прекрасные, то ужасные, то вкусные, то отвратительные, то красивые, то… еще более красивые. Вы не можете определять содержание даров и скорость их поступления, так как и содержание, и интенсивность этого потока постоянно меняются. Этот конвейер – метафора потока жизни, который предлагает вам разнообразные ситуации, события, предметы, свершения, обстоятельства…

Вот как на примере этой модели выглядит реакция влечения.

Вы сидите возле «ленты» и еще издалека разглядели, что к вам приближается вкусный, ароматный, спелый, любимый вами плод, допустим, ананас. Вы увидели это и страстно его захотели. Вы стали ждать, стали смотреть на то, как он приближается, гадать, как быстро он попадет в ваши руки, представлять, как вы его возьмете, ощутите его упоительный аромат, как разрежете его, и каков будет на вкус первый кусочек…

В этот момент ваше внимание целиком сосредоточено на том, чего еще нет. Вы смотрите на пока еще далекий ананас и не замечаете того, что прямо под вашим носом проплывает точно такой же фрукт, либо нечто совершенно другое, но не менее прекрасное… Вы даже могли закрыть глаза и, затаив дыхание, предаться мечтам о том, что будет, когда желанное очутится в ваших руках…

В это время ананас доплыл до вас, но вы (поскольку мечтали с закрытыми глазами или устали ждать, или отвлеклись, или еще по какой-то причине) не заметили этого и опомнились, когда он уже удалился в зону недосягаемости. Тогда вы смотрите ему вслед, вы переживаете, вы страстно хотите вернуть его назад, корите себя за упущенную возможность. Ваше внимание вновь сконцентрировано на том, чего нет. Уже нет. А тем временем прямо перед вашим носом, оставаясь незамеченным, вновь проплывает нечто уникальное и бесценное…

А вот как выглядит реакция отвращения. Вы сидите у ленточного конвейера и еще издали видите неотвратимо приближающееся к вам нечто «плохое», вонючее, мерзкое и ужасное, допустим, ведро гниющих отбросов. Вам очень не хочется, чтобы они оказались в непосредственной близости от вас. Вы смотрите на них, страдая оттого, что скоро это неизбежно произойдет, думая, как бы себя от этого оградить…

А тем временем прямо перед вами в этот момент может оказаться нечто прекрасное или полезное (да хоть утилизатор отходов с освежителем воздуха…). Но оно останется обойденным вашим вниманием – ведь внимание приковано к тому месту вдали, где к вам неотвратимо приближается нежеланная помойка.

Когда помои уже приближаются к вам, вы в попытках защититься от них говорите: «Нет!» – и выставляете руки, сопротивляясь движению ленточного конвейера, пытаетесь устроить защитную «плотину» на пути потока или задержать его движение. В результате все то, что находится между вами и нежелательным объектом (а там может быть много всего разного, возможно, очень приятного), начинает смешиваться, спрессовываться в одну кучу, ломаться, превращаться в непотребную массу. Но сила потока жизни больше, чем сила любого человека, и «помойное ведро» все равно оказывается рядом. Вот оно уже добралось до ваших рук, выставленных для того, «чтобы предотвратить контакт с этим», смешалось со всем тем, что накопилось перед плотиной к этому времени, и чем дольше вы сопротивлялись ее приближению, тем больше вы с этой помойкой контактируете. Более того, вы находитесь в очень плотном контакте – вы же руками все это держите. И, тем не менее, вы не сдаетесь и напрягаете все свои внутренние и внешние ресурсы для того, чтобы всячески укрепить возведенную плотину. Но когда ваша энергия иссякает, плотину прорывает.

В результате вы не просто встретились и разошлись с «помойным ведром», вы сидите по уши в его содержимом.

А когда появляются силы, еще какое-то время смотрите ему вслед, грозя кулаком или беспокоитесь о том, как бы такое не повторилось впредь… и конечно же, не обращаете внимания на то, что происходит возле вас в данный момент.

Красивая метафора, не правда ли? Она справедлива практически для каждого из нас с вами. Именно так работают реакции влечения и отвращения. Или же, другими словами, привязанности со знаком «плюс» и привязанности со знаком «минус».

Но жизнь наша сера и наполнена болью часто не потому, что что-то страстно желаемое нами отсутствует в ней или мы лишились чего-то ценного, она грустна и больна оттого, что мы тратим свои силы не на то, что могло бы принести нам радость. Нам больно потому, что мы очень настойчиво и напряженно желаем или не желаем чего-то «именно этого», и не замечаем бо́льшую часть того, что жизнь предлагает нам в данный момент. Не обращаем внимания на то, как меняется наша жизнь, и отказываемся следовать за этими изменениями, меняясь вместе с жизнью.

Мы тратим много сил на достижение таких целей, как «не допустить» и «предотвратить», то есть на сопротивление потоку жизни. В результате мы всего лишь мешаем «плохому», нежеланному быстрее смениться чем-то новым. Мы остаемся в контакте с ним гораздо дольше, чем оказалось бы, если б мы просто позволили ему войти в нашу жизнь и покинуть ее (заметьте, что в этом варианте вы можете качественно подготовиться к неприятному визиту и облегчить себе жизнь, приобретя дезодорант либо просто проветрив помещение).

Важно понять, что проблема заключается не в самих отрицательных или положительных оценках различных проявлений жизни. Это естественное свойство человека – иметь предпочтения и давать оценку всему, что с ним и вокруг него происходит. Нам важно определять свое отношение и делать выбор, проводить границы рассмотрения безграничного мира и внутри них принимать решения…

Например, решать, что есть добро и зло. Определять свое положение относительно каждой жизненной ситуации: что я поддерживаю, в чем участвую, что игнорирую, чему противостою, от чего дистанцируюсь и поддерживать не желаю. Все это соответствует человеческой природе.

Проблема заключается лишь в чрезмерной напряженности и косности, в привязанности к своему ви́дению. В категоричности и в упрямом настаивании на своей правоте. В завязании в своих болезненных переживаниях как в топкой трясине. В инертности, негибкости, в закрытости новому. В неспособности и/или нежелании заметить, что мир изменился, провести границы его рассмотрения заново и измениться самому в соответствии с новой ситуацией, а в пределе – стать полностью адекватным миру и меняться вместе с ним, реализуя свои устремления и используя силу потока жизни.

Итак, когда мы пытаемся избавиться от чего-то «негативного», страдания возникают не только и не столько из-за самого́ наличия этого «плохого», появившегося в нашей жизни, сколько из-за нашего напряженного сопротивления ему. Так же и в случае, когда мы не можем достичь желаемого. Мы страдаем не оттого, что чего-то «хорошего» пока еще нет в нашей жизни, а из-за нашего напряжения по этому поводу.

Деление мира на «так» и «не так» и его последствия

Проецируя вышеописанный опыт на отношения с миром, можно заметить, что весь мир в восприятии человека страдающего делится на зоны «так» и «не так».

В зоне «так» находятся те явления мира, которые принимаются без сопротивления самому факту их существования (даже если они нам не нравятся, и мы осознанно прикладываем усилия к их изменению). А раз мы не сопротивляемся самому факту их существования, то мы можем осознанно выбирать: нарабатывать ли нам навыки по конструктивному прохождению этих ситуаций или осознанно избегать их, соглашаясь с последствиями этого избегания. При таком отношении человек обустраивается в этом мире с наибольшим уровнем комфорта, возможным в данных условиях, то есть вписывается в реальность, взаимодействует с ней.

В зоне «не так» находятся те явления, право на существование которых в этом мире мы отрицаем, считая их несправедливыми, неправильными.

Мы отказываемся от взаимодействия, от контакта с этими явлениями, тем самым отказываясь от изучения и ситуаций, связанных с ними, от наработки навыков конструктивного прохождения этих ситуаций. И значит, при столкновении с этими явлениями мы не можем ни чувствовать себя комфортно, ни быть достаточно эффективными (навыков-то нет), вновь получаем не устраивающий нас результат и вновь страдаем. Подтверждая тем самым свой вывод о том, что это явление – плохое. И нужно еще сильнее напрягаться, стараясь защититься от него. Получается, что отказываясь обучаться в «негативных» ситуациях, мы получаем постоянное нарастание их интенсивности, а следовательно, и болезненности. А мы даже на прежней их интенсивности не обучились… Вывод? Правильно: снова сбежать, прекратить, замазать, перестать чувствовать…

Когда интенсивность проблемы вырастает настолько, что избегать ее уже не получается, мы оказываемся во сто крат менее подготовленными, чем если бы осваивали нужный опыт еще на ранних стадиях ее развития. И мы «получаем по голове», оказываемся в кризисе, обойти который уже никак нельзя. Но вот что интересно. Оправившись от последствий такого кризиса, мы снова делаем тот же вывод: надо было лучше избегать этой проблемы…

Теперь вам, возможно, понятно, отчего следующий «удар по голове», скорее всего, будет сильнее предыдущего.

Итак, мы получили от мира болезненный удар, но не стали учиться, а повесили ярлык «не так» на эту область жизни. Потом то же самое произошло в другой области… В третьей… В отношениях с противоположным полом, в дружбе, в работе, в здоровье…

Таким образом, мы постепенно перемещаем в область «нетаковости» почти весь воспринимаемый нами внешний мир. И ничего, кроме потери вкуса к жизни и обретения депрессивных состояний, нам это не дает.

Более всего это напоминает игру в «ножички». Многие ее знают. Правила просты: очерчивается круг, игрокам даются равные доли этого круга, а далее они бросают ножик в землю противника, и если он воткнулся, проводят новую границу, расширяя свою территорию, стирая старую границу. В нашем примере все то же самое, только игроку принадлежит весь мир, но он сам постоянно отсекает от своей территории куски, уменьшая зону комфортного («такового») и увеличивая зону опасного, болезненного («нетакового»). Это не так, и то не так, и здесь мне больно, и этого я не хочу видеть. И вон те люди – гады, и общаться я с ними не буду. И вот в этой области я неудачник – не буду даже пытаться…

В результате человек оказывается стоящим на одной ноге на маленьком кусочке реальности, а вокруг него куда ни кинь – всюду клин, ему везде больно. И у него – депрессия, безрадостность, страдания, опустившиеся руки.

Однако и «плюс» в этой ситуации есть: для некоторых людей она оказывается поводом для попыток разобраться, почему же ему так плохо живется, и это становится началом изменений.

Раздробленность сознания

Вспомним, что матрица – это многомерный кусочек опыта, «записанный» на уровне тела, имеющий проекции в эмоциональной сфере, в уме, в памяти, в поведении… во всех областях жизни человека.

В матрице, как в архиве, упакованы навыки, знания, информация о мире… Что в такой-то ситуации нужно действовать так-то, в таких-то условиях активизируется вот этот сегмент памяти или запускается определенная биохимическая реакция в теле (выброс адреналина, например).

Механизм включения матрицы примитивно можно описать следующим образом: мы постоянно «сканируем» мир органами чувств, непрерывно принимаем входящую информацию, состоящую из сочетания разных качеств. А матрицы обрабатывают эту информацию, сравнивая поступающие сигналы с уже записанными в них (с тем набором качеств, который был зафиксирован в момент возникновения этих матричных структур). Если какая-либо матрица «видит», что в данный момент времени происходит что-то, похожее на «ее» набор качеств, она считает текущую ситуацию «своей» и активизируется – начинает предлагать нам вновь использовать записанные в ней алгоритмы выхода из создавшейся ситуации.

Чем большей угрозой для вашего выживания (мнимой или реальной) является текущая ситуация, тем меньшее количество сигналов (качеств восприятия) нужно матрице распознать как «свои», чтобы активизироваться.

О матрицах можно говорить и как о банке данных… только «банки» эти не подписаны, информация о содержимом на этикетке отсутствует, стоят эти «банки» на разных полках в темном чулане: матричная структура сознания раздроблена. И когда мы нуждаемся в определенном содержимом, найти «банку» с ним трудно.

Что это значит? Действительно, если матрица «распознает» ситуацию как свою, она мгновенно открывает доступ к спрятанному в ней навыку выживания-реагирования. Если реализация этого навыка адекватна ситуации, все прекрасно. Если неадекватна, возникают сложности, о которых мы говорили выше. А если навык, содержащийся в этой матрице, адекватен и нужен, но… в другой ситуации?

Сравните два кадра.

1. Мальчик вечером сидит один в своей комнате в уютном кресле, закутавшись в плед поверх мягкой домашней одежды, и учит наизусть стихотворение, заданное на дом. Из кухни раздается звон посуды, которую моет мама, и запах пирожков, которые печет бабушка. Свет торшера мягок и приглушен, а за окном темно.

2. Середина второго урока, класс затих. Голос учительницы строго произносит: «Иванов, к доске!» На него смотрят двадцать пар глаз, люминесцентные лампы заливают помещение ярким светом, за окном утро, на мальчике другая одежда, в напряженной тишине слышен шепот и смешки одноклассников…

Матрица, в которой лежит алгоритм воспроизведения этого (честно заученного, между прочим) стихотворения, содержит в себе набор качеств восприятия, соответствующий кадру № 1. Включая доброжелательную атмосферу, запах пирожков, плед поверх одежды, кухонные звуки и бесчисленное множество прочих факторов. А ситуация, в которой нужно активизировать этот алгоритм, проявляет другой набор этих качеств (кадр № 2). Включая эффект неожиданности в момент вызова к доске, смущение перед классом, особенности освещения и т. д. Этому актуальному состоянию соответствуют другие матрицы, и вот они-то и «запускаются»! А тот, нужный опыт, оказывается труднодоступен.

Мальчик молча глядит в пол. Неопытный, уставший или формально подходящий к делу учитель поставит ему двойку. Если же преподаватель – мудрый и добрый человек, он, скорее всего, отпустит мальчика на место. Потом мягко обратится к нему: «Ну, ты учил ведь это стихотворение? Как оно называется? О чем там говорилось? А первую строчку помнишь?..» Так он снизит интенсивность ситуации и поможет ребенку построить «мостик» между двумя матрицами и «достать» информацию, упакованную в другом «архиве».

Еще пример.

Мама грубо накричала на свою маленькую дочку. По мнению ребенка, мамины обвинения несправедливы.[24] В глазах взрослого человека инцидент не стоит особенного внимания, уже через час отношения восстановлены. Но ребенок в момент проживания этой ситуации обнаруживает страшное противоречие: главный источник любви и гарант выживания в этом мире (мама) становится источником агрессии.

Ребенок еще пока не может оценить правоту родителя, не может сделать скидку на личностные особенности мамы и отделить смысл слов от формы его донесения. Он живет текущим моментом и абстрактное «через час мама успокоится и все будет хорошо» в этот миг для него не существует. В результате конфликт переживается девочкой как угроза выживанию.

И в этот момент ребенок мгновенно обучается прекрасному приему самозащиты: «выносить» свое внимание из ситуации, находиться в которой для него невыносимо.[25] Защита сработала. Это плюс. Но из-за чего именно была сердита мама, девочка не поняла. Это, конечно же, минус…

Со временем эта девочка выросла, стала самостоятельным человеком, а в кабинете начальника никак не может спокойно выслушать претензии в свой адрес – внимание постоянно куда-то улетает, в горле ком, в коленях слабость, суть критической позиции руководителя ускользает… Где уж тут конструктивно изложить свою точку зрения, отличную от мнения начальника, не говоря уж о способности спокойно аргументировать ее и, возможно, даже отстоять… Начальник не сможет донести свои требования, а выросшая девочка и в следующий раз не выполнит задания в соответствии с ними, ведь они предъявлялись, пока сознание было вынесено. Итог: программа, записанная в матрице, действует, хотя уже совершенно неадекватна.

Однако когда соседи за стеной включают музыку или под окнами началась стройка и мешает спать, или на кухне капает кран, или у соседа в машине испортилась сигнализация… во всех случаях, когда что-то мешает или отвлекает, любому из нас очень пригодился бы этот навык. Взять бы, да и вынести внимание, игнорировать и звук капающей воды на кухне, и шум стройки, и спокойно заснуть…

Но в этот момент навык, усвоенный в детстве, оказывается скрыт в другой «баночке», записан в другой матрице, которая в данный момент «спит» и скрывает от нас свои богатства…

Все у нас есть, да в нужный момент использовать не получается. Наше собрание жизненного опыта напоминает библиотеку со множеством книг, но без каталога (когда невозможно найти нужную книгу в нужное время) или Интернет без гиперссылок: компьютеры с ценными базами данных есть, сайты в Сеть выложены, но связи между ними не построены. Опыт не проиндексирован, поиск информации (перемещение с сайта на сайт) затруднен или невозможен.

Война с самим собой. Битвы матриц

Вспомните историю, рассказанную известным баснописцем И. А. Крыловым, где лебедь, рак и щука тянут воз в разные стороны, обеспечивая ему неподвижность. У каждого персонажа этой басни есть свои аргументы, каждый считает, что надо реализовывать его сценарий. А воз и ныне там.

Ежемгновенно сканируя реальность органами восприятия, мы нередко оказываемся в положении, когда в одной и той же ситуации сразу несколько матриц, содержащих порой взаимо-исключающие сценарии действий, узнают «свои» качества и настойчиво требуют реализации. Мы думаем, что затрудняемся в выборе, а на самом деле просто автоматические программы спорят между собой, кто из них сильнее. На этот спор уходит огромное количество энергии. А если учесть, что воюющие стороны – это части нас самих, то получается, что мы воюем с собой, выматывая себя в этом процессе и получая множество неприятных переживаний. При этом, на каком бы варианте мы ни остановились, почти всегда окажемся недовольны принятым решением.

Настоящий, удовлетворяющий нас выбор мы можем сделать лишь тогда, когда осознаем процесс принятия решения, «слышим голос» каждой матрицы, трезво оцениваем ситуацию и с учетом этого определяем, как поступить. Но обычно матричный хор звучит в бессознательном, мы замечаем лишь результаты этих глубинных процессов – нашу неудовлетворенность и сомнения.

Пример

Немногие уже помнят, что лет за двадцать до начала этого тысячелетия в нашей стране существовал дефицит практически на все товары народного потребления. В продаже постоянно чего-то не было. А если это «что-то» вдруг появлялось, за ним выстраивались громадные очереди. Денег у населения тоже было немного, и выдавались они двумя порциями в месяц – это называлось «аванс» и «получка». Часто за несколько дней до получения зарплаты человек испытывал финансовые затруднения…

Итак, советские времена, полная дама, мать большого семейства, незадолго до «получки» идет в булочную, чтобы купить хлеба. И вдруг – о, чудо! – прямо перед ней на прилавок «выбрасывают» лоток со свежими, несказанно ею любимыми, довольно дорогими и катастрофически дефицитными пирожными. За дамой мгновенно вырастает очередь не верящих своей удаче покупателей… А тем временем внутри нее воюют матрицы. Одна из них кричит: «Хочу, хочу, купи, я ведь так люблю эклеры!», другая вопиет: «Ты толстая, толстая, тебе нельзя, нельзя», третья вторит: «Не покупай – последние деньги потратишь», четвертая: «Это же такая удача! Когда еще повезет…», пятая: «Купи, но не себе – все отдай детям»… А в спину дышит очередь, решать надо быстро…

Если нет осознания матричных структур, то как бы ни поступила бедная женщина, что бы она ни выбрала, какому бы мат-ричному совету она ни последовала, все остальные матрицы все равно будут недовольны. Любой ее шаг вне зависимости от мотива, на основании которого он будет сделан, обеспечит ей плохое настроение.

Альтернатива этой войне с самим собой такова: осознать каждую матрицу в отдельности и перестать их проявления считать собой (то есть – перестать отождествлять себя с ними); учитывать их интересы, но не поступать только так, как они диктуют, то есть не быть обусловленными, ограниченными рамками этих матриц. При этом сохранить уважительное отношение к ним, как к частям своего опыта, оставаться с ними в контакте и не закрывать глаза на информацию, которую они содержат. Эта информация – о вас, о ваших потребностях, опасениях, желаниях… А затем выстроить все матрицы по ранжиру.

Например. Потешить внутреннего ребенка, который хочет эклеров, купить ему сладость; голосу, ратующему за стройность, пообещать пробежать с утра два круга по стадиону (или как-то иначе договориться); внутреннему бухгалтеру пообещать взять в следующем месяце дополнительную работу или сдать в приемный пункт накопившиеся бутылки (увеличить доход); а заботливой маме («все отдать детям») за то, что она разрешит себе съесть часть эклеров, – запланировать поход с детьми в кино или в «Детский мир».

Либо выбрать другой вариант – экономический или диетический – не важно. Важна лишь степень осознанности и способность делать настоящий выбор. Так можно не просто сдвинуть воз с места, но и направить его в нужную сторону.

Единственное условие эффективности – честное выполнение этих обещаний, ибо себя обмануть, конечно, можно, но в следующий раз успокоить встревоженный гул матричных голосов окажется намного труднее. А потом и вовсе станет невозможным.

Что со всем этим делать?

Попадание в зависимость от структур, которые мы сами же создали ради выживания…

Самообман… Колоссальные энергозатраты на поддержание иллюзии стабильности… Создание неадекватного образа себя и искаженных представлений о мире… Настаивание на привычном как способ закрыться от нового… Разделение мира на «так» и «не так»; реакции влечения и отвращения как причина страданий… Война с самим собой… Раздробленность сознания…

Все перечисленные «минусы» – это деструктивные свойства матричной структуры сознания.

Что же со всем этим делать?

Прежде всего нужно понять, что именно вас не устраивает в матричной структуре сознания. Ведь каждая матрица сама по себе – надежный инструмент, ценный опыт, время от времени необходимый нам в жизни.

На наш взгляд, проблема состоит лишь в том, что матрицы запускаются в автоматическом режиме – и когда это нужно, и когда это совершенно не адекватно, не эффективно. В каком-то смысле это не мы действуем, а наши матричные структуры управляют нами, реализуя заключенные в них сценарии-алгоритмы.

Поэтому первое, что нужно сделать, – это обнаружить и изу-чить их содержимое.

Научиться узнавать-осознавать работу матриц в момент их активизации. Слышать их советы.

Это позволит нам в каждый момент времени самостоятельно выбирать, как действовать, и мы перестанем быть обусловленными матричной структурой. Мы сможем сами выбирать, опытом какой из актуализировавшихся матриц воспользоваться или, может быть, поступить как-то совсем по-новому.

Второе – простроить доступ к нужным нам навыкам, которые содержатся в матрицах, в любой момент времени, то есть именно тогда, когда их применение необходимо или желанно, а не только тогда, когда активизировалась содержащая их матрица. Образно говоря, в этом «Интернете без гиперссылок» наладить связи между «сайтами». Подписать баночки, и составить каталог с указанием, где что хранится.

И из модели «так – не так» перейти в модель «Можно так. А еще вот так. И так тоже – можно». То есть «так и так тоже…». Вместо «или-или» выбирать «и-и». Другими словами, перейти от дискретного (фрагментарного) к объемному восприятию мира.

Возникает вопрос: «Как?»

Для этого мы и предлагаем вам освоить инструмент, который называется «Матричная методология». Она состоит из двух шагов:

• составления «матричного досье» и

• выполнения «тренировочной программы».

Первый нужен для правильного понимания, второй – для превращения этого понимания в конкретные действия.

Освоение матричной методологии необходимо для получения конкретных результатов, меняющих нашу жизнь к лучшему.

Матричная методология: составление досье на самого себя

Первая часть матричной методологии – изучить, понять, то есть осознать свои матрицы. Для этого мы составляем на каждую из них отдельное описание. Важно: это письменная практика, и ее надо выполнять буквально по пунктам.

Матричное досье можно составлять в блокноте или на компьютере. Его имеет смысл сохранять, так как по мере накопления описанных вами матриц, из них, как из пазлов, будет выстраиваться все более интересная картинка, уникальный личностный матричный узор.

Для работы лучше всего выбирать те матрицы, которые именно сейчас для вас актуальны. Начинать удобнее и проще с названия.

Название не должно быть абстрактным. Наилучшая формула, к которой мы пришли за годы практики, выглядит так:

ВСЕГДА, КОГДА… (тут краткое описание конфликтной ситуации или условий возникновения матрицы), Я… (тут краткое описание того, что с вами происходит). Или «каждый раз, когда…», или «часто, когда…». Или еще как-нибудь, но главное, чтобы была видна цикличность, повторяемость ситуации.

Примеры:

Каждый раз, когда мама идет мыть посуду или делать что-то по дому, я начинаю нервничать и ссорюсь с ней.

Когда я знакомлюсь с девушкой, чувствую скованность и не могу вести себя естественно.

Каждый раз, когда я возвращаюсь домой ночью через парк, нервничаю и за каждым поворотом боюсь встретить хулиганов.

Всегда, когда меня вызывает начальник, я испытываю сильное напряжение и чувствую себя виноватым.

Каждый раз, когда я вижу большую рыжую собаку, впадаю в ступор.

Когда меня грубо подрезают на дороге, я часто догоняю обидчика на ближайшем светофоре, выскакиваю из машины и лезу в драку.

Ниже перечислены семь пунктов, из которых состоит описание каждой матрицы. И еще два, ради которых мы и пишем первые семь. Если вы хотите эффективности, нужно заполнить каждый из них. Обычно сразу это не удается, тогда заполните хотя бы то, что можете записать уже сейчас. Даже если вам удалось сформулировать только название, это уже успешное начало. Потом можно будет вновь и вновь возвращаться к досье – до тех пор, пока описание не будет окончено полностью.

1. Описание ситуации. Качества восприятия, комбинации сигналов, поступающих по разным каналам восприятия.

2. Чувства, ощущения, изменения в дыхании.

3. Выбор (так – не так). Так – сигнал приятия. Не так – сигнал отторжения.

4. Поведение.

5. За что можно сказать «спасибо» этой структуре. Как она защищала вас, помогая вашему выживанию, выгоды именно такого поведения. Жизненный опыт: чему научился, какие навыки развил в попытках уйти от неприятных переживаний.

6. Эволюционный минус. В чем ограничения данной структуры? Чем она мешает?

7. Эволюционный плюс. Новые возможности для развития личности.

8. Тренировочная программа.

9. Первый шаг.

Сначала напишем подробнее о первых семи пунктах.

В качестве примера возьмем две ситуации – первую, в которой молодого человека вечером в парке сильно побила компания подростков, и вторую, разобранную выше, где родитель кричит на ребенка.

1. Описание ситуации

Качества восприятия, комбинации сигналов, поступающих по разным каналам восприятия.

В этом пункте мы описываем внешние признаки ситуации. Значимым может оказаться все: время года и суток, погода, место действия, наличие тех или иных людей, животных, предметов, звуков, голосовых интонаций, запахов и т. д.

В первом примере это темная летняя ночь, безлюдный парк, шумная подвыпившая компания коротко стриженых молодых людей, одетых в кожаные куртки, в сопровождении повизгивающих девушек, громкая музыка и смех, вопрос: «Закурить есть?»…

Во втором (уже хорошо знакомом нам примере) – «значимый другой» человек громко ругается.

Для того чтобы запуститься, матрица должна в постоянно воспринимаемом нами потоке информации от внешнего мира обнаружить качества, соответствующие ситуации, в которой она образовалась.

Такими качествами могут быть как простые сигналы вроде запаха, цвета, внешнего вида какого-то человека, так и сложные обстоятельства. Главное – понимать, что любые отдельные качества восприятия могут являться значимыми элементами, необходимыми и достаточными для запуска матрицы.

Например, если у вас есть аналогичная нашему второму примеру матрица и она запускается на крик человека, который воспринимается вами как «значимый другой» (начальник, родитель), то вполне возможно, что на крик других, не значимых для вас людей, она запускаться не будет.

2. Чувства, ощущения, изменения в дыхании

Здесь вы описываете то, что с вами происходит в момент, когда возникает эта ситуация: что вы чувствуете, каковы ваши переживания, как реагирует ваше тело, что происходит с дыханием. Иногда для заполнения этого пункта нужно какое-то количество раз, оказываясь в этой ситуации, наблюдать за собой и собирать информацию. Иногда вы легко можете восстановить ситуацию и описать ее по памяти.

В примере с избиением в парке человек может так описать свое состояние: ноги становятся ватными, в солнечном сплетении появляется неприятное тянущее ощущение, низ живота сжимается, появляется тремор рук, холодный пот выступает на спине, сильное волнение превращается в липкий страх, голос дрожит, дыхание становится судорожным, с большими паузами между выдохом и вдохом.

В ситуации «значимый другой ругает меня»: леденеют ноги, возникает чувство вины и безвыходности, появляется ком в горле, дыхание поверхностное, с большими паузами, иногда оно как бы замирает. Низ живота сжимается, возникает ощущение, будто меня поймали с поличным на месте преступления. Возникает ощущение отстраненности, слова слышатся как бы издалека, их смысл ускользает.

3. Выбор: так – не так. Так – сигнал приятия. Не так – сигнал отторжения

Этот пункт не надо заполнять. Мы внесли его в шаблон матричного досье как постоянное напоминание о том, что вы относитесь к данной матрице негативно.

Наверняка вы считаете, что это плохо – бояться темных ночных парков, или начальника, или собак, или вздрагивать от неожиданных звонков. «Так не должно быть», – считаете вы где-то в глубине своей души. Это общее место: если какая-то матрица приносит человеку много неприятных ощущений, он ее «не любит в себе», то есть относит к «нетаковой» части своего мира. И практику такой человек начинает применять для того, «чтобы от этой гадости избавиться»… победить «этого врага»… Побеждать некого – это вы и есть. Матрица – воин, стоящий на защите вашего выживания, и в целом, матрицы – это сокровищница вашего опыта.

Поэтому мы напоминаем этим пунктом, что без смены данного отношения на внимательное и бережное исследование и принятие вы ничего изменить не сможете.

4. Поведение

Здесь вы подробно описываете свои действия, свое поведение. Фактически вы фиксируете тут ту программу, которая запускается данной матрицей.

В примере с парком: молодой человек, возможно, впадет в ступор или начнет сбивчиво что-то мямлить. Может начать нервно дергаться в ответ на резкие движения, пытаясь защититься или проявить агрессивность в ответ…

В примере «значимый другой ругает меня» – хочу оправдаться, но не могу произнести ни слова, или – не могу спокойно аргументировать свою позицию.

Если вы заметите, что, описывая разные ситуации во втором пункте, вы фиксируете одно и то же чувство, например испуг, а в четвертом пункте у вас получаются разные действия, это нормально. В разных ситуациях даже один и тот же человек может по-разному действовать в состоянии испуга (начать на кого-то нападать, убегать, прятаться, цепенеть) – это нормально. Это просто работают разные матрицы, и разбирать их нужно по отдельности.

5. За что можно сказать «спасибо» этой структуре

Как она помогала вашему выживанию или помогает до сих пор.

Жизненный опыт: чему научился, какие навыки развил в попытках уйти от неприятных переживаний.

Этот пункт – самый важный, и именно он зачастую вызывает больше всего сложностей. Ведь, казалось бы, что хорошего в том, что причиняет вам страдания из года в год? Тем не менее это хорошее есть, и его немало. Главное – найти это ценное и научиться его использовать.

Каждый раз, когда возникала та или иная наша матрица, она обеспечивала нам выход из какой-либо ситуации. В попытках избежать боли или угрозы мы сформировали ценные навыки и до сих пор их используем, но неосознанно. Вот их-то и нужно выявить и записать. Заметьте: чем болезненнее ситуация, в которой образовалась матрица, тем более эффективные навыки мы нарабатываем для того, чтобы уйти от неприятных переживаний. И эти навыки, как мы уже неоднократно упоминали, являются великим сокровищем любой матричной структуры.

Заполняя этот пункт, вам не обязательно вспоминать конкретный прошлый опыт. Это облегчает работу, но не является абсолютно необходимым. Иногда такие воспоминания всплывают непроизвольно или при использовании практики дыхания.

Если вам уж совсем сложно дается этот пункт, спросите себя: что вы делаете, чтобы избежать болезненных переживаний, связанных с этой матричной структурой? Возможно, ответ на этот вопрос и будет разгадкой.

Мы уже говорили, что в примере «значимый другой ругает меня»: это навык выноса внимания за пределы ситуации, который дает способность ограждать свое восприятие от травмирующих факторов ситуации (сверления за стеной, работы сигнализации за окном и т. д.).

За что можно сказать «спасибо» матрице с избиением в парке?

Например, оказавшись в темном парке или в другом потенциально опасном месте, человек сканирует своим вниманием пространство и мгновенно замечает любые признаки возможной опасности. Это навык объемного внимания.

Этот молодой человек избегает конфликтов и слывет человеком очень комфортным и приятным (на работе, среди друзей, в семье), за счет чего может уживаться с разными людьми (соседями, сотрудниками).

Чует опасность конфликта «за версту» и может заранее предпринять что-либо для его избегания (в парке – задолго до приближения потенциальной опасности перейти на другую дорожку, с друзьями – сменить тему разговора, на работе – пойти на уступки, найти эффективное компромиссное решение).

Трудно перестать автоматически использовать деструктивный, неадекватный аспект матрицы до тех пор, пока вы не найдете ту выгоду (сохранность психики), которую вы имеете благодаря именно такой реакции, и не выработаете более эффективный (конструктивный, адекватный текущему моменту) способ достижения того же самого.

6. Эволюционный минус

В чем ограничения данной структуры? Чем она мешает?

Это, по нашему опыту, самый легкий для заполнения пункт. Здесь вы подробно записываете деструктивные, неадекватные проявления этой матрицы в своей нынешней жизни. Фиксируете то, из-за чего вы вообще хотите с ней работать.

Примеры:

Вынужден ходить домой длинной дорогой, хотя через парк было бы быстрее на 15 минут.

Постоянно чувствую опасность даже там, где ее нет.

Стоит мне:

увидеть (даже днем) идущую навстречу мне компанию подростков;

услышать (даже от друга) «дай закурить»;

оказаться на вечеринке с громкой музыкой;

оказаться на пляже, где постоянно раздаются повизгивания детей и девушек;

оказаться в магазине, где продают кожаные куртки —

я чувствую сильный страх, сопровождающийся крайне неприятными ощущениями, а также ловлю себя на том, что отношусь с недоверием к любому человеку с короткой стрижкой.[26]

В конфликтных ситуациях веду себя как жертва, провоцируя к себе агрессивное отношение.

Не могу конструктивно воспринимать критику со стороны начальства, обдумывать ее и спокойно выражать свое экспертное мнение по рабочим вопросам и отстаивать его.

Чувствую себя беспомощным, когда на меня повышает голос жена, злюсь, но на «разбор полетов» смелости не хватает.

7. Эволюционный плюс

Новые возможности для развития личности.

Здесь вы указываете на то, чего хотите достичь в результате работы с данной матрицей. Эти цели должны быть предельно конкретными. Пример абстрактно сформулированной цели: «Стать счастливее». Пример конкретной цели: «Буду ходить на занятия борьбой три раза в неделю, не пропуская занятий, в течение года».

Есть два вида выгод, которые можно извлечь при работе с матрицей.

Первый состоит в том, чтобы выйти за ограничения, описанные в шестом пункте («эволюционный минус»). Научиться комфортно, эффективно, адекватно и конструктивно проживать ситуации, в которых запускается эта матрица. Обнаружить нечто, чего вам не хватает для этого, и обучиться желанным навыкам. Например, «спокойно доносить свою позицию и уметь отстаивать ее».

Второй состоит в том, чтобы научиться использовать уже имеющиеся, перечисленные в пятом пункте («за что можно сказать спасибо этой структуре») ценные навыки, которым вы обучились в попытках избежать боли там, где они действительно нужны и уместны. Например, «научиться осознанно использовать навык выноса внимания и спокойно засыпать, даже если вокруг очень шумно». Эти навыки наверняка пригодятся вам в каких-то других жизненных ситуациях, находясь в которых, вы пока не можете их использовать. Это скрытая польза, на которую обычно не обращают внимания.

Примеры заполнения седьмого пункта досье:

Если конфликтная ситуация уже возникла, научиться достойно и конструктивно в ней участвовать. Научиться защищать себя. Спокойно возвращаться домой короткой дорогой. Использовать свою тревожность как сигнал локатора, позволяющий заметить опасную ситуацию, и в то же время соотносить уровень тревожности внутри с внешней опасностью для повышения адекватности, перестать быть обусловленным своими тревогами и страхами. Использовать навык объемного внимания там, где он действительно нужен – например, играя в футбол.

Научиться пропускать волну беспомощности, возмущения, обиды через себя, а не быть поглощенным ею. Внимательно выслушивать руководителя и сохранять внимание на сути предъявляемых претензий, а не на форме их изложения. Отстаивать свое мнение, когда это требуется.

Приведенные выше примеры – это лишь частные случаи, лишь иллюстрации. Матрицу с одним и тем же названием два разных человека распишут по-разному. Главное – понять принцип, лежащий в основе матричного досье: изучить матрицу и ясно, лаконично, подробно заполнить все пункты в письменном виде. Это позволит вам перейти ко второму шагу матричной методологии – к выработке тренировочной программы.

8. Тренировочная программа

Любое понимание нужно только для действия.

Люди часто об этом забывают. Само по себе, в чистом виде, понимание имеет весьма ограниченную ценность и мало помогает нам что-то изменить к лучшему в нашей жизни. Поэтому единственная цель написания досье на самого себя состоит в том, чтобы перейти к составлению тренировочной программы и первому шагу в ее реализации.

Тренировочная программа – это ваши действия, конкретные шаги, приближающие вас к достижению той цели, которая сформулирована в седьмом пункте.

Здесь имеет смысл либо намеренно выстраивать для себя ситуации, в которых проявляются те или иные качества восприятия, зафиксированные вами в первом пункте досье, либо способствовать их появлению в вашей жизни.

Обычно вы оказываетесь в этих обстоятельствах внезапно, против своей воли или, во всяком случае, не специально. Выполняя шаги своей программы, вы осознанно и намеренно организуете себе эти тренировочные события и нарабатываете необходимые навыки. Иногда бывает достаточно всего лишь держать в зоне внимания выбранные темы и не упускать возможности попрактиковаться.

Бывает так, что матрица запускается на такой интенсивности, при которой вам трудно что-либо изменить. Пока вы не найдете новых способов действия в критических обстоятельствах, вы будете вынуждены воспроизводить знакомые неудовлетворяющие вас программы. Если же вы «вырастили» рядом со старыми, неадекватными способами новые, более действенные, отказаться от воспроизведения старых алгоритмов будет значительно проще.

Тренируясь, вы сами дозируете интенсивность, постепенно поднимая ее по мере освоения. Таким образом, вы используете обстоятельства в своих целях, а не являетесь их жертвой.

Тренировочная программа – это ваше творчество, ваша импровизация. Если при составлении досье у вас есть рецепт, четкая инструкция, основанная на принципе «делай раз, делай два…», то тренировочная программа – это произведение искусства. Тут нет однозначных, верных для каждого человека, рецептов-алгоритмов. Тут все индивидуально.

Тем не менее есть вполне ясные правила и условия, соблюдение которых сделают вашу работу более эффективной и безопасной.

1. Правильный выбор интенсивности каждого шага.

Как уже сказано выше, программа – это шаги к цели.

Если цель находится далеко от вас и кажется вам недостижимой, нужно разбить это расстояние на несколько промежуточных целей. Каждый шаг должен быть четко сформулирован и проверен на выполнимость.

Если же вы сильно завысите требования к себе, то велика вероятность получения эффекта «сбитой планки». Повышать планку на тренировках, как известно, следует постепенно. И если вы ее все-таки сбили (получили вновь болезненный опыт), полезно вернуться к тому, с чем вы уже гарантированно справляетесь. И только после восстановления способности конструктивно вести себя в подобной ситуации на меньшей интенсивности, постепенно снова повышать планку. Поэтому огромное значение имеет правильный выбор интенсивности каждого шага.

Вот формула такой интенсивности:

«Чуть-чуть страшно (опасно, болезненно…) и очень интересно».

Именно так. Если вам будет очень страшно и лишь чуть-чуть интересно, ваш шаг в новое с большей вероятностью приведет к неудовлетворяющему вас опыту. Это может, в свою очередь, позволить вам в очередной раз убедиться в том, что у вас «ничего не получается», и что «дальнейшие шаги бесполезны», и в конечном итоге бросить все дело.

А если будет совсем не страшно, то это означает, что у вас и так есть навыки конструктивного проживания подобных ситуаций, и ничего существенно нового этот шаг тренировочной программы вам не принесет.

Ну а если и не интересно, то это, скорее всего, означает, что либо вы неправильно составили тренировочную программу, либо выбрали ситуацию, которая уже давно неактуальна для вас и находится не в зоне развития, а в зоне комфорта.

Пример постепенного повышения интенсивности в тренировочной программе.

Допустим, вы боитесь контролеров, проверяющих билеты в общественном транспорте.

Тем, кому этот страх незнаком, пример может показаться абсурдным, однако практически любая матрица, если посмотреть на нее со стороны, выглядит абсурдно, что не мешает воспринимать ее болезненно и серьезно тому, кто захвачен переживаниями и находится «внутри» активизировавшейся матричной структуры.

Итак, страх контролеров. Особенно актуально это было в прошлом, но и сейчас люди иногда ездят в автобусах и электричках без билета. И для них встреча с человеком, который требует: «Предъявите ваш билет!», может быть весьма неприятной.

А уж если у человека был опыт общения с «контролерами»-хулиганами, например, отнявшими у него билет и все равно потребовавшими заплатить штраф (бывает и такое), – тут и вовсе говорить не о чем. И даже оплатив проезд в общественном транспорте, некоторые люди обнаруживают, что страх контролеров никуда не исчез.

Каждый раз, когда в вагон кто-то (не обязательно даже контролер) заходит и начинает как-то активно передвигаться и что-то говорить, такие люди вздрагивают и чувствуют себя так, словно билета у них нет и сейчас их поймают. А когда к ним действительно подходит контролер, переживания становятся еще сильнее…

Завышением планки в этой ситуации было бы в качестве первого шага поставить себе цель спокойно и расслабленно поговорить с контролером о жизни. Даже просто успокоиться – это слишком высокое требование к себе в начале выполнения тренировочной программы, то есть неэффективный шаг.

Вот вариант постепенного, бережного и уважительного прохода к цели.

Шаг 1. Вспомнив о третьем пункте досье (выбор: так – не так), отнестись к своему страху не как к заразе, от которой надо избавиться, а очень уважительно, как к особенности своей личностной структуры; начните осознанно наблюдать за дыханием в транспорте, в особенности, когда заходит контролер или просто кто-то активно продвигается в вашу сторону. Исследуйте другие физические, телесные ощущения, в которых выражается волнение. Необходимо заранее приучить себя к такому наблюдению и уметь уговаривать себя снять, хотя бы частично, с наблюдаемых эффектов значимость.

Шаг 2. Начать предъявлять билет, не торопясь и глядя в глаза контролеру.

Шаг 3. Слегка задерживаться перед тем, как показать билетик – например, начать неторопливо искать его в тех карманах, где его нет, потянуть паузу, не забывая наблюдать за дыханием.

Шаг 4. «Признаться», что билет, наверное, утерян, и в последний момент, перед тем как контролер начнет говорить: «На выход!» или выписывать квитанцию на штраф, вдруг «найти» у себя проездной.

Шаг 5. Показывая билет контролеру, попросить, чтобы он тоже предъявил вам свои документы.

Шаг 6. Попросить контролера предъявить вам документы до того, как вы покажете билет.

Шаг 7. Сделать так, чтобы он не просто предъявил вам документы (т. е. помахал перед глазами удостоверением и маршрутным листом и сразу же убрал их обратно в карман), но чтобы вы могли действительно прочитать то, что в них написано.

Шаг 8. Предварительно изучив правила работы контролеров и права пассажиров, завести беседу с контролером о правильности заполнения его документов – так, чтобы он вам отвечал; а если в них что-то заполнено неверно или что-то не соответствует правилам – отказаться предъявлять билет и потребовать, чтобы контролер покинул вагон…

И через какое-то время у вас будет хватать энергии и внимания для того, чтобы заметить, что контролер – тоже человек, что он вообще-то и сам опасается, как бы вы не заметили, что путевой лист у него просрочен либо выписан не на этот маршрут, или еще хуже – на удостоверении наклеена чужая фотография.

А еще через какое-то время вы даже, возможно, посочувствуете этим людям, добывающим свой хлеб на такой склочной и тяжелой работе.

В примере с парком, если молодой человек в качестве тренировочной программы выбрал «научиться давать отпор хулиганам», такими шагами могут быть:

Шаг 1. Признаться себе, что чувствовать страх в подобных ситуациях естественно. Отнестись к себе и своим чувствам бережно, с уважением.

Шаг 2. Узнать о разных способах борьбы и выбрать для себя наиболее подходящий.

Шаг 3. Записаться в секцию (например, бокса или карате).

Шаг 4. Честно ходить на тренировки в течение определенного срока.

Шаг 5. Попробовать себя на ринге. Убедиться в своей успешности в условиях боя с четким соблюдением правил.

Шаг 6. Взять с собой друзей, имеющих опыт уличных драк, и под их присмотром «нарваться» на драку с хулиганом. Если хулиган окажется намного сильнее или их вдруг окажется много, друзья придут на помощь и даже оставят одного наблюдающего на случай внезапного появления полиции. В этом случае вы с большей вероятностью получите конструктивный опыт борьбы в уличных условиях, даже если у вас останутся синяки. В следующий раз, идя темным парком, вы будете чувствовать себя гораздо увереннее.

Вы, конечно, уже догадались, что каждый из этих шагов может быть дополнен, упразднен или разбит еще на несколько – все зависит лично от вас, от того, на какой отметке в данный момент застыла стрелка вашего личного барометра, измеряющего шкалу «страшно – интересно». Причем каждый из этих шагов нужно выполнять не однократно, а столько раз и столько по времени, сколько лично вам потребуется для достижения устойчивости и безопасности на занятой позиции. Нередко бывает так, что, проделав один шаг, вы лучше понимаете, каким должен быть следующий, и корректируете ранее составленный план. Или же, пройдя несколько шагов, вы обнаруживаете, что в остальных отпала потребность, так как задача уже решена удовлетворяющим вас образом.

2. Шаг должен быть конкретным.

Проделав тот или иной шаг тренировочной программы, вы должны четко знать, достигли ли вы успеха.

Для этого цели должны быть измеримыми. Цель «меньше волноваться», например, не годится. Уменьшение уровня вашей тревожности – это скорее результат вашей работы, а не локальная цель. Вот шаг «попросить контролера предъявить документы» – очень конкретный. Как только вы обратились с такой просьбой, ваш успех очевиден (кстати, важно: это будет успехом вне зависимости от того, как вам ответит контролер).

3. Хвалить себя за каждый пройденный шаг.

Еще одной распространенной ошибкой является предъявление претензий себе и лишение значимости своих достижений.

Например, имея цель, удаленную на километр, и проделав шаг длиною в метр по направлению к ней, человек обычно акцентирует свое внимание на тех 999 метрах, что еще не пройдены, ругает себя, расстраивается и опускает руки. Это любимый камень преткновения большинства начинающих практиков, который нужен… конечно же, для того, чтобы перестать что-либо делать.

Поэтому каждый раз, когда вы совершили какой-то шаг, выделяйте, акцентируйте и накапливайте свои маленькие достижения, а не обращайте внимание на то, что еще не достигнуто вами. Формула такова: не то плохо, что осталось 999 метров, а то хорошо, что один уже пройден.

Более того, уже достигнутый результат может показаться вам вновь потерянным. Например, вы опять что-то пролепетали и показали билетик, вместо того чтобы с достоинством рассмотреть удостоверение контролера. И это несмотря на то, что в прошлый раз было и удостоверение, и достоинство…

Значит, ситуация как-то изменилась. Наверняка ее общая интенсивность для вас повысилась. Поищите, за счет чего это произошло. И тогда окажется что-то вроде того, что в прошлый раз вокруг было много других пассажиров, контролер был женщиной, а сейчас в вагоне кроме вас едут три человека в дальнем углу, а контролерами оказались двое крупных мужчин.

В этом случае ваша прежняя реакция – это не откат назад, а просто следствие повышения интенсивности, при которой вы еще не научились действовать по-новому. И это ни в коем случае не повод для огорчения и потери самоуважения и веры в себя. Ведь ни одна из наших матриц никуда и никогда не исчезает. Они продолжают заботиться о нас, просто постепенно ослабляют «хватку». Меньше влияют на нас, становясь нашей копилкой опыта.

А вот способность не застревать в старых реакциях надолго и выходить из сложных ситуаций все быстрее и все с меньшими потерями – очень ценный навык.

Помните: способность ценить результат, даже самый маленький, достигнутый на первом шаге, – это источник энергии, необходимой для того, чтобы сделать второй.

4. Обеспечение безопасности.

Если вы боитесь, что в результате конфликта контролер уничтожит ваш билетик и потащит вас в полицию, возьмите про запас еще и проездной. Тогда, если ситуация окажется слишком интенсивной и не пригодной для получения конструктивного опыта, вы сможете сразу же ее прекратить, достав «туза из рукава».

Если в электричках вашей ветки контролеры агрессивны, обеспечьте себе поддержку в виде друга или находитесь в непосредственной близости от кнопки вызова полиции.

5. Обеспечение возможности восстановиться в случае получения неудачного опыта.

Хорошо, если у вас есть «тыл» – группа поддержки, состоящая из друзей-единомышленников. Или даже один человек, который вас поймет и поддержит. Жилетка, в которую можно поплакаться. Или ресурс, который поможет набраться сил – возможность уехать на отдых или просто сделать для себя что-то приятное. Место, в котором вы сможете отлежаться, успокоиться, собраться с силами…

Последние два правила – это обыкновенная техника безопасности. Следование им позволит вам увереннее чувствовать себя в процессе тренировки и сведет к минимуму последствия возможных неудач. Но главное – выполнение этих правил уже является свидетельством уважения и заботы о себе.

9. Первый шаг

Первый шаг – это перевод понимания, полученного в процессе составления досье и планирования тренировочной программы, в конкретные действия на их основе.

Даже если вы составили точное и полное досье на матрицу и выработали блестящий план по ее освоению, но так и не сделали ничего, грош цена проделанной вами работе.

В большинстве случаев первый шаг – это ответ действием на вопрос: «Что я могу сделать уже сейчас?»

Общие рекомендации по работе с матрицами

Говорить себе правду

Одна из самых важных рекомендаций – честно признаваться себе, что вы чувствуете, и максимально точно описывать свои чувства, не вводя себя в заблуждение относительно сути и источника возникающего (от отсутствия определенных навыков) дискомфорта.

Один и тот же дискомфорт, связанный, например, с неумением попросить у продавца на рынке разрешения выбрать себе товар самому, может иметь источником разные убеждения относительно себя (разные матрицы). Например: 1) неумение отстаивать свои интересы; 2) ощущение, что вы недостойны лучшего из того, что мир может вам предложить; 3) страх привлечь к себе внимание; 4) опасение нарваться на грубость; 5) стремление казаться «выше мирских интересов»; 6) что-то еще.

Подменяя истинное затруднение ложным, вы будете работать вхолостую, уподобившись человеку, который лечит не то, что у него болит, а то, что лечить приятнее.

Используя наблюдение за дыханием и связное дыхание в быту, вы как раз повышаете свою чувствительность к своим переживаниям в ежедневных ситуациях, и говорить себе правду вам будет легче.

Матрицы «кустятся»

При работе с матрицами в какой-то момент вы можете заметить, что некоторые из матриц, внешне отличающиеся друг от друга, имеют, тем не менее, что-то общее. Как веточки куста или дерева растут из более толстой ветки, так и более простые матрицы растут из какой-то более сложной.

Пример: человек работал с матрицей «не могу на рынке выбрать товар сам, а беру, что дают» и с матрицей «не могу отказать в просьбе знакомому, даже если выполнять ее очень не хочу». И в какой-то момент обнаружил, что у них есть нечто общее, а именно – невозможность отстаивать свои интересы.

Матрица «я не могу отстаивать свои интересы» и есть «более толстая ветка» для матриц «просить на рынке» и «отказать в просьбе». И проработав эту матрицу, то есть научившись конструктивно отстаивать свои интересы, человек легче научится и просить, когда ему нужно, и отказывать в неудобных для него ситуациях. А также всему тому, что связано с умением отстаивать свои интересы.

Так происходит во многих случаях – потянув за одну матрицу, можно обнаружить, что она и еще несколько похожих на нее растут из одной более масштабной матрицы. А та, в свою очередь, – лишь часть еще большей ветви, которая, соединяясь с другими, образует мощные стволы, а они, тесно переплетаясь между собой, уходят корнями в… Впрочем, корням будет посвящена следующая глава этой книги.

От «листьев» к «корням»

Здесь же отметим важный момент. В начале работы с матрицами мы идем от описания более частных случаев проявлений матриц к общим, а не наоборот. Почему?

Во-первых, чтобы не вводить себя в заблуждение, предположив наличие у себя какой-то глобальной общечеловеческой проблемы, и «в принципе», конечно же, «работая» с ней (пока вам самим не надоест), не имея никаких конкретных результатов этой работы, которые могли бы облегчить вашу повседневную жизнь. Этакая приятная интеллектуальная игра в самосовершенствование.

В процессе же реального освоения возникает действительно настоящее, истинное переживание «откуда у этой матрицы ноги растут», которое, в отличие от информации, полученной из внешних источников, не вызывает у вас сомнений и которое вы вряд ли спутаете с чем-то иным, так как основано оно на вашем личном опыте.

Во-вторых, идя «от малого к большему» и повышая интенсивность постепенно, мы быстрее осваиваем нужные навыки.

Когда вы научитесь легко описывать отдельные матрицы и успешно работать с ними, вы сможете позволить себе «откусывать кусок побольше», то есть разбираться с матрицами более глубоких уровней, отслеживая их частные проявления позже.

Справляться с матрицами по одной – проще

Ясно, что процесс работы с матрицами происходит нелинейно, и в разное время доступными для освоения оказываются разные по масштабу, величине и значимости участки «кроны».

При вашем приближении к какой-нибудь глобальной теме, актуальной для вашей жизни, матрицы начинают «роиться» в голове десятками. Это значит, что вы нашли какой-то важный и болезненный участок. Обрывки одной сменяются кусками другой – и все вместе рождают сумбур.

Большой и сумбурный объем информации вы сразу же обработать не можете, внимание соскальзывает, убегает, информация забывается, и в следующий раз вы вспоминаете о матричной методологии через месяц…

Чтобы этого не произошло, зафиксируйте эти обрывки сразу же по отдельности – позже вы сможете дописать их до полноценных матриц.

Лучше записать часть матрицы и похвалить себя за один сделанный шаг, чем потеряться среди многих возможностей и привычно поругать себя за то, что не сделано ничего.

Помните, что работа с матрицами требует великого терпения и уважения, а некоторые матрицы расписываются только на силе намерения, на мотивации изменить положение дел.

«Одну беру, на вторую смотрю, третью примечаю, а четвертая мерещится…»

Эта формула, которую девочка Женя из сказки «Кувшинчик и дудочка» освоила как способ собирать ягоды, отлично подходит для работы с матрицами.

На некоторые матрицы составлять досье приходится по крупицам – дописывать, наблюдать, возвращаться, снова дописывать.

Одновременно можно составлять досье на несколько матриц. Эффективно – на 5–7, но можно и больше. А вот для выполнения тренировочной программы лучше выбрать одну самую актуальную матрицу, и постоянно иметь ее в зоне внимания. Максимум – две. Предельный эффективный максимум выглядит так: «С одной работаю постоянно, со второй время от времени, третья остается на периферии внимания и ждет удобного случая, а четвертая ждет своего часа».

Почему? Да потому что объем внимания ограничен[27] и у вас просто не хватит сил для одновременной работы с большим количеством матриц.

Когда вы постепенно знакомитесь с той или иной матричной ситуацией, осваиваете ее шаг за шагом, в конце концов, она перестает быть для вас актуальной. Из проблемной области своей жизни вы переносите ее в рабочую зону и вполне можете о ней сказать: «Да, бывает и так, может быть, это не очень приятно, но вполне решаемо и уже не выбивает меня из колеи надолго». Со временем вы и вовсе перестанете замечать и выделять эту ситуацию как требующую вашего внимания, и сможете направить свои силы на освоение очередной матричной структуры.

Освоив матричную методологию, вы сможете вернуть себе богатства, когда-то спрятанные вами в ваших матрицах, и кусочек за кусочком сложить уникальную мозаику под названием «Это все я».

Осторожно: «петля ориентации на внешнее»

«Петлей ориентации на внешнее» мы называем нашу привычку неосознанно придавать первостепенное значение мнению других людей (а не своему собственному) и опираться на него в выборе оценок жизненных ситуаций и своего поведения в них. То есть привычку обусловливаться чужим (внешним) мнением.

Когда-то в нашем раннем детстве эта привычка была адекватна и полезна для нас. Даже первичное ощущение собственных границ приходит к нам через прикосновения других людей. Позже через мнение и реакции других людей мы познаем, каков этот мир и как себя вести в нем. На этом этапе ориентация на других людей приносила нам много пользы и уберегала от неприятных переживаний.

Теперь, когда мы выросли, мы уже можем ориентироваться на свой собственный жизненный опыт в выборе своей реакции в той или иной ситуации. Но неосознанная привычка опираться в большей степени не на себя, а на других, осталась. В результате, для того чтобы многим из нас поверить в то, что мы «хорошие», нам нужно сначала убедить в этом других. А затем… сделать так, чтобы они убедили в этом нас.

Не правда ли, забавная ситуация? Не говоря уже о том, что, идя на поводу у этой привычки, мы отдаем бразды правления своей жизнью в чужие руки. И наша возможность чувствовать себя счастливыми теперь уже зависит не от нас, а от других людей.

Человеческие отношения в этой модели строятся не как взаимная поддержка, а как взаимный шантаж и претензии. Вместо взаимной реализации, поддержки и радости – взаимные принуждения, упреки и страдания. При этом, обратите внимание, и в том, и в другом случае мы делаем одно и то же – то, что нужно другим. Разница лишь в том, ощущаем ли мы при этом себя источником своих решений и действий или чувствуем себя зависимыми…

Внутренняя свобода взрослого – реализация протеста против зависимости или желание соотноситься?

Делать что-то друг для друга, проявлять заботу о других – это естественная и необходимая человеческая потребность, один из способов обеспечения общего выживания.

Эта потребность соотноситься друг с другом при достижении личных и общих целей помогала людям с древних времен и формировала их культуру и жизненный уклад. С развитием цивилизации эта естественная потребность в заботе для многих стала не столь очевидной, отошла на задний план.

Но «взрослость» человека, его самореализация во многом как раз и определяются тем, насколько он умеет и считает необходимым соотноситься с «хочу» других людей, делая то, что он хочет делать. И тем, насколько человек при этом понимает, что та продукция, которую он производит, является материальным проявлением его заботы о других людях, его вкладом в развитие общества.

Бывает, что в сознании некоторых людей вместо формирования естественного для взрослого человека желания соотноситься так и остается детское ощущение болезненной зависимости.

Таким людям, для того чтобы повзрослеть, обрести самостоятельность, нужно освободиться от зависимости. Тогда они, протестуя против зависимости, отказываются выполнять просьбы и требования, что приводит к неосознанному отказу заботиться о близких людях, родителях, родственниках. А значит, автоматически отказываются и от самого процесса взросления.

В переживаниях человека желание заботиться о других и желание быть независимым существуют одновременно. Но для большинства людей, привыкших жить в модели «либо я, либо другие», это не очевидно. И тогда существование этих вполне естественных желаний становится источником постоянного конфликта и страданий: либо я соблюдаю собственные интересы и игнорирую чужие, либо делаю так, как нужно другим, но в ущерб себе.

Осознав оба этих желания как равноценно значимые для нас, мы переходим к жизни в модели «и я, и другие», обучаясь соотносить, сопрягать свое «хочу» с «хочу» других людей, находя наиболее эффективные способы достижения желаемого наилучшим образом из всех возможных.[28]

Как работает «петля ориентации на внешнее»?

Помните, мы уже писали о том, что люди имеют некие представления о самом себе и о других. У некоторых людей эти представления относительно легко корректируются, дополняются, расширяются. А другие люди жестко держатся за когда-то созданные образы себя и других, настаивая на своем видении реальности (об этом мы упоминали в главе про деструктивные следствия матричных структур).

Такой человек тратит огромное количество сил не только на поддержание некоего собственного представления о себе, но и старается убедить других в том, что он именно таков. Он фактически отдает формирование своей самооценки в чужие руки. Ведь если другие не согласятся с тем, что он именно таков, то он будет вынужден вновь и вновь доказывать им это, попадая в зависимость. А если, несмотря на все приложенные усилия, так и не докажет, то будет чувствовать собственную никчемность и несостоятельность и одновременно протест и недовольство.

Обычно это происходит приблизительно так.

Для подтверждения знаний о себе человек обращается к другому и спрашивает в той или иной форме: «А правда я такой?» Другой человек, получая в руки возможность манипуляции, отвечает: «Вот сделаешь то-то и то-то, значит, ты действительно такой».

Иногда, правда, чтобы не потерять возможность управления человеком, применяются иные варианты, например: «Ты сделал то-то и то-то, хорошо. Но, чтобы тебе быть таким-то, ты должен делать так-то. Постоянно», или: «Ты сделал то-то, но для того, чтобы быть… важно сделать еще и…»

Вот так и затягивается эта петля на «шее» нашей свободы и независимости, на нашей возможности чувствовать себя состояв-шимися или уважать себя…

Когда сигнал управления передан другому, по большому счету ни одна из сторон не выигрывает, не бывает удовлетворенной и счастливой.

Например, стареющая мать говорит сыну: «Если бы ты был заботливым, ты бы купил мне новую стиральную машину». Сын работает, старается, откладывает, покупает машинку, желая заслужить звание заботливого сына. Затем он приезжает, привозит заработанный подарок, целый день возится, устанавливая его, а в итоге мать говорит: «Ты так редко у меня бываешь. На самом деле заботливые дети гораздо чаще приезжают к своим матерям…»

Изменения матерью правил игры в одностороннем порядке, конечно же, дает ей возможность полагать, что именно она контролирует ситуацию, что она всегда «сверху» и сын все еще находится в ее полном подчинении, а значит, не посмеет оставить ее и не перестанет заботиться о ней.

К тому, кто управляет ситуацией, «аппетит приходит во время еды», и этот аппетит растет, как в пушкинской «Сказке о рыбаке и рыбке». Результат тоже известен – остается старуха у разбитого корыта. Выросшие дети просто исчезают из жизни родителей. А ведь они всего лишь хотят стать взрослыми…

На эмоциональном языке этот конфликт звучит примерно так: «Мама, я хочу о тебе заботиться, но я хочу заботиться о тебе самостоятельно, а не когда ты вынуждаешь меня к этому». Родители, боясь остаться без заботы детей, зачастую вынуждают их на что-то и в результате остаются без заботы… А дети остаются без признания своей самостоятельности, состоятельности, без уважения к ним со стороны очень важных людей – их родителей.

Что делать с «петлей ориентации на внешнее»?

Всего лишь обратиться с запросом к самому себе, опереться на себя. Если представить этот процесс как перенос центра тяжести снаружи внутрь, становится понятно, что ощущение основного веса внутри дает бо́льшую устойчивость и свободу действий.

Реализовать перенос внимания («центра тяжести») на себя очень просто – через наблюдение за дыханием (мы тренируем этот навык на «Базовом курсе „Свободного Дыхания“»).

Об одиночестве

Еще одно следствие «петли ориентации на внешнее» состоит в том, что человек, находясь среди себе подобных, чувствует тотальное одиночество.

Некоторые связывают это с непониманием. Конечно, причина может быть и в этом. Ведь даже произнося одно и то же слово, разные люди могут иметь в виду разные его значения.

Например, одни люди, говоря о ком-то «он хитрый», имеют в виду то, что «он умный, изворотливый, быстро ориентируется в изменяющихся условиях, может обратить себе на пользу любую, казалось бы, самую невыгодную для него ситуацию». Другие – «он подлый, коварный, способный на предательство, обманщик».

Не уточнишь вовремя, что именно хотел сказать человек, употребив слово «хитрый», – вот и готова почва для непонимания.

Но чаще человек чувствует одиночество потому, что он создает образ себя, проводя жесткие границы между «я» и «не-я», между «я» и другими, между «я» и миром. Я – такой-то. Они – такие-то… (Мы говорили об этом в главе «Создание искаженного образа себя и других».)

Есть «Я», и есть «Он», «Она», «Они» в этом мире, но искренний контакт осложнен жесткими представлениями о себе и о других. Созданием границ человек выделяет, отделяет себя от мира и других людей. И в обмен получает возможность приступить к изучению того, что находится внутри воздвигнутых им границ. Тогда, очутившись (а иногда и спрятавшись) внутри этих границ сам и втиснув в границы своих представлений «других», он и начинает чувствовать себя одиноким. Одиночество как отделенность и изоляция – вот цена за возможность первичного самоосознания и познания себя.

Когда человек при общении с другими исходит из своих жестких представлений о себе «я такой-то», он обращается к своему же жесткому видению других – «они – такие-то», а не к ним самим, какими они являются на самом деле – многообразными и непредсказуемыми. И другим людям тоже «подставляет» вместо «всего многообразия себя» некий ограниченный (своими же представлениями о себе) набор качеств. Так человек предлагает другим общаться не с собой, а с маской, неким образом себя, фасадом. В этом случае происходит контакт на уровне «представление-представление», а не «человек-человек» и ощущение одиночества и непонимания, часто возникающее при этом, вполне естественно.

Если же человек готов согласиться с тем, что, кроме наших представлений, у нас ничего нет, то он будет готов признать свое тотальное одиночество в этом мире – «других нет, есть только Я один во всей Вселенной». Признание одиночества и его причин как данности может привести к выходу за рамки представлений о себе и других. Благодаря этому мы получаем возможность обращаться к другому человеку как к чему-то большему, чем наше представление о нем. Это позволяет перейти к общению сущностными, а не фасадными частями, к переживанию подлинного контакта.

Получается, что, только согласившись с тем, что мы одиноки, приняв это как данность, мы можем перестать чувствовать себя одинокими.

Если бы Будда был бы «буддой»…

Здесь мы хотим воспользоваться довольно известным изречением. Звучит оно приблизительно так: «Если бы Будда был бы „буддой“, то он Буддой бы не был. Но поскольку Будда – не есть „будда“, то он – Будда».

Вспомните, как бывает тяжело описать ваши чувства точно. Как сложно «впихнуть» многообразие оттенков в прокрустово ложе слов. Эта фраза говорит о том, что если бы все разнообразие проявлений и качеств святого и просветленного Будды сводилось бы к всего лишь представлению о нем окружающих людей, то тогда действительно Будда Буддой бы не был. Ну, а поскольку настоящий Будда – это не только то, что о нем думают другие, а и бесконечное многообразие всего того, о чем мы можем даже не иметь никакого представления, то он все-таки Будда.

Говорят, что в каждом из нас спит Будда – пробужденный. Человек многообразен в своих проявлениях независимо от того, замечает ли он это.

И если мы, обращаясь к своим представлениям о каком-либо конкретном человеке, будем осознавать, что это всего лишь наши представления о нем, а не сам этот человек, что сам этот человек – гораздо больше, чем то, что мы можем о нем вообразить, то внутренне мы будем готовы корректировать свои представления и замечать то, чего не замечали ранее. Таким образом, мы будем готовы к общению с тем, что лежит за рамками наших представлений, – с вечно меняющейся, безграничной реальностью.

Как только человек в своем процессе самоисследования выходит за границы своих представлений о себе и о других людях, он начинает замечать, что «человек – это не только то, чем он кажется», но и многое другое, и тогда он может начать обращаться ко всей совокупности бесконечного множества качеств другого человека.

Тогда границы «я» становятся проницаемыми, и чувство одиночества как чувство отделенности себя от других исчезает.

Человек, который готов замечать в себе и других нечто большее, чем свои привычные представления, который готов обращаться к внутреннему бесконечному разнообразию других людей и себя, обращаться к скрытой сути себя и других, вряд ли будет чувствовать себя одиноким. Такому человеку интересно с самим собой даже тогда, когда рядом с ним никого нет.

Глава 5

Базовые перинатальные матрицы С. Грофа в свете практики «Свободного Дыхания»

Вступление

Понятие базовых перинатальных (от лат. peri – «вокруг», «около» и natalis – «относящийся к рождению») матриц было предложено Станиславом Грофом.[29] Он создал модель четырех базовых перинатальных матриц (БПМ), классифицировал опыт, полученный человеком в процессе внутриутробного развития и родов, к которому он и его клиенты и соратники возвращались в измененных состояниях сознания, и предложил оценивать перинатальные переживания как беспрецедентно важные для формирования личности.

В практике «Свободного Дыхания» первым эту концепцию использовал Сергей Всехсвятский и несколько видоизменил ее, привнеся дополнительные категории смыслов.

Ниже мы предлагаем описание модели Всехсвятского, которую мы расширили и детализировали, опираясь на собственный опыт работы с «Дыханием» в России с 1993 года.

Считаем необходимым упомянуть, что модель четырех базовых матриц, как и любая другая модель, – это всего лишь описание реальности, но не она сама. Мы предлагаем использовать ее как инструмент, позволяющий понять некоторые свои особенности и изменить качество своей жизни.

Как и у любой модели, у нее есть свои ограничения. И хотя в своей работе мы с этими ограничениями пока не встречались, не следует воспринимать написанное здесь как истину в последней инстанции. Будет лучше, если вы самостоятельно оцените эффективность широкого применения данной модели на практике по конкретным результатам, которых вы достигнете при ее использовании.

Вернемся к «корням»

В предыдущей главе мы упоминали о том, что матрицы имеют свойство «куститься» и уходить корнями в глубокое прошлое.

Если вы некоторое время работали с матрицами, то для вас становится очевидной справедливость следующих выводов.

Чем выше интенсивность сигналов, поступающих по каналам восприятия в момент возникновения матрицы (т. е. чем более опасной для жизни воспринимается формирующая матрицу ситуация), тем обширнее влияние этой матрицы на жизнь человека.

Чем чаще подтверждается матрица, тем сильнее она становится.

Чем раньше матрица сформировалась, тем слабее она осознается.

А теперь давайте зададим себе вопрос: какой опыт в нашей жизни: а) самый первый и б) наиболее интенсивный?

Ответ очевиден – это опыт нашего внутриутробного развития, родов и первого контакта с миром.[30]

По времени его приоритет ясен, а по степени интенсивности, по количеству изменений в единицу времени сравниться с ним могут только травмы с серьезной угрозой для жизни и около-смертные переживания при клинической смерти. Ничего интенсивнее и опаснее, чем опыт рождения, в жизни большинства из нас не было. Однако личность и память (в том виде, в котором память есть у здорового взрослого человека) в то время у нас еще не были сформированы. Вся информация «записывалась» на уровне тела без возможности разумного осмысления и произвольного запоминания. Поэтому доступ к полученной в то время информации в обычном состоянии сознания практически невозможен.

Получается, что матрицы, сформировавшиеся в перинатальный период, менее всего осознаются нами и в то же время более всего влияют на нашу жизнь.

Почему «базовые»?

В процессе получения этого опыта происходит формирование нашего восприятия себя и мира.

Ведь это первый опыт нашего контакта с жизнью. Первый опыт, в котором мы как-то этот мир восприняли, что-то в этой ситуации сделали и выжили. А значит, этот наш первый опыт записан где-то глубоко внутри нас как «годный для выживания в этом мире». И именно он становится той призмой, через которую мы воспринимаем и оцениваем весь последующий опыт жизни в этом мире. На каком-то обобщенном уровне мы видим мир именно таким, каким он оказался для нас в процессе первой встречи с ним. Вся последующая входящая информация воспринимается и оценивается через призму тех неосознанных выводов и оценок, которые мы сделали в то время, а наши реакции и поступки обусловлены ею.

Все последующие матрицы формируются на базе перинатальных и «растут» из них. А совокупность информации, заключенной в базовых матрицах, мы рассматриваем как своеобразный сценарий, которому мы неосознанно следуем, проигрывая раз за разом с разными вариациями и на разных уровнях сложности, в течение всей нашей жизни.

Перинатальные матрицы – наш эволюционный код

В процессе родов мы имели следующее – что-то с нами происходит, что-то мы с этим делаем, что-то в результате получается.

Физиологическая последовательность рождения у большинства людей одинакова: около 9 месяцев внутриутробного развития – схватки – потуги – появление на свет – встреча с миром. (Мы не берем в расчет отклонения от этой последовательности, о них поговорим отдельно.)

НО! Если в эту последовательность добавить наше отношение, наше восприятие и нашу реакцию на происходящее, которая для каждого индивидуальна, то последовательность становится такой: ожидания (предвосхищение) – событие – восприятие – действие (реакция) – результат – следующее событие – и т. д.

Например, у кого-то в первой матрице может «записаться»: «расслабься – все и так хорошо». Во второй: «надавили – напрягись, сопротивляйся», если последовательность такая: «схватки – восприятие давления как угрозы – реакция напряжения/сопротивления – в результате больно и страшно». Или, в другом варианте, «надавили – расслабься», если последовательность такая: «схватки – восприятие как просто давления – реакция расслабления – через некоторое время прошло», и стало снова хорошо. Или «не давит – спи» (когда схватка прошла). В третьей – «давит так, что терпеть больше невозможно – двигайся», в четвертой – «старался – и все зря», «меня здесь не ждали». И так далее.

Такая последовательность (программа) ожиданий-событий-восприятий-действий-результатов в родах привела нас к тому, что в итоге мы выжили.

А значит, такая программа воспроизводится (и используется) нами на протяжении всей дальнейшей жизни и целиком, и отдельными частями. Отдельные части этой программы (в примере выше «расслабься – все и так хорошо», «надавили – напрягись», «сильно давит – двигайся», «старался – и все зря», равно как и другие) мы можем объединять в произвольном порядке и использовать в разных сочетаниях и последовательностях.

Иными словами, все последующие матрицы образуются из программ, порожденных, заложенных в базовых перинатальных матрицах и состоят из сочетаний их фрагментов. Таким образом, БПМ являются эволюционным кодом нашей жизни, нашего развития.

Благодаря этому дыхательный процесс и эффективен: он позволяет использовать расширенное состояние сознания и «занырнуть» к источнику – к моменту образования той самой первой призмы (или матрицы). И распознать ее именно как призму, с которой можно разотождествиться, а не как объективно существующую реальность. А наше привычное отношение к миру, которое мы имеем до сих пор, – всего лишь как совокупность наших матриц, которые могут быть при необходимости пересмотрены.

Четыре базовые перинатальные матрицы

Станислав Гроф предложил разбить перинатальный опыт на четыре стадии, в течение которых сформировались четыре БПМ, соответственно периодам внутриутробной жизни и стадиям родов. Вот их периодизация.

Первая БПМ: от момента зачатия до начала родовой деятельности.

Вторая БПМ: от начала родовой деятельности до открытия родового канала.

Третья БПМ: движение по родовому каналу.

Четвертая БПМ: появление на свет, отделение от тела матери и первые дни, месяцы и годы жизни.

Отметим, что границы, отделяющие начало и конец каждой матрицы, не являются четкими. Как и стадии дыхательного процесса, они напоминают границы между днем и вечером, так же и здесь – переходы постепенные и плавные.

Весь опыт, получаемый нами в перинатальный период, может приводить к формированию как конструктивных, так и деструктивных матриц (см. приложение 6).

Конструктивные и деструктивные программы

Причина наличия конструктивных и деструктивных аспектов любой БПМ состоит не только в том, что не бывает абсолютно идеальных условий беременности, а и в том, что не бывает абсолютно одинаковых людей.

Разные люди относятся к одним и тем же условиям жизни по-разному, совершая различные поступки и делая различные выводы. Именно отсюда родом высказывание про стакан, наполненный водой наполовину. Для одних – он наполовину полон, для других – наполовину пуст, для третьих – наполнен весь, частично воздухом, частично водой. И те переживания, которые расцениваются как незначимые или вполне комфортные одним, могут быть трагичными для другого.

Личность матери и людей из ее окружения, культура родо-вспоможения, сформировавшаяся в социуме, неожиданные происшествия и обстоятельства во время беременности и после родов (стрессы, утраты, несчастные случаи, ссоры, бытовые проблемы…), состояние здоровья мамы и ребенка, мысли родителей об аборте, либо попытки его сделать – это неполный перечень факторов, влияющих на формирование матричных программ, а значит, и личности ребенка.

По этой причине во многих культурах существовало особенно бережное отношение к беременной женщине. Ее оберегали и старались окружить заботой и красотой. Стремились создать для нее самые лучшие условия при беременности.

Обращаем ваше внимание на тот факт, что у каждого человека есть и конструктивные, и деструктивные аспекты каждой из БПМ. Разница состоит лишь в том, в какой пропорции представлены эти аспекты той или иной матрицы и в интенсивности их проявлений.

Итак, какой же опыт обычно лежит в каждой из этих матриц?

Первая базовая перинатальная матрица

Описание

Как мы уже говорили выше, первая БПМ охватывает период с момента зачатия до начала родовой деятельности.

За это время с человеческим организмом происходит намного большее количество изменений, чем за все последующее время жизни. От маленькой оплодотворенной яйцеклетки до ребенка – за эти девять первоматричных месяцев человек проживает целую жизнь (см. приложение 5). И весь опыт, полученный за это время, остается в памяти тела на клеточном уровне. Что это за опыт?

Первую БПМ можно разделить на два периода.

В первом матка растет быстрее, чем плод, во втором – плод начинает опережать в скорости роста матку. Это означает, что вначале ребенок не чувствует границ (или, по крайней мере, ограничений) окружающего мира, свободно «паря» и плавая в пространстве матки. Он абсолютно свободен в своих проявлениях и ничем не ограничен в окружающем пространстве. Границы матки пластичны и мягко вписываются в ощущения реальности. Отсюда и ощущение отсутствия границ в привычном их понимании, океанической или космической растворенности. Ведь в первой БПМ человек еще не выделяет себя из окружающего пространства. Нет разделения мира на «я» и «не-я», осознания себя как отдельной личности еще не существует.

Еще одним важным аспектом первой БПМ является то, что ребенку не нужно предпринимать никаких собственных усилий для того, чтобы получить ресурс из окружающей среды. Все необходимое по пуповине приходит к нему «само» в достаточном количестве.

Связь у ребенка с матерью не только биологическая, но и эмоциональная – известно, что когда мать улыбается, трехмесячный ребенок в ее животе тоже улыбается.[31] Состояние счастья и любви напрямую передается от матери к ребенку. Но по «прямому каналу» эмоциональной связи с матерью не всегда приходит только ощущение счастья и радости. Точно так же через гормональные связи приходит и испуг, стресс, переживание опасности, испытанные мамой.

Однако если мама, испугавшись упавшей рядом сосульки, видит источник своего испуга, то у младенца такая возможность отсутствует. Для него переживание опасности и страха пришло «отовсюду».

По причине отсутствия разделения сознания на «я» и «не-я», любое переживание в первой БПМ воспринимается тотальным и вечным. То есть тотальное проживание жизни как «здесь и сейчас» превращается в «это было, есть и будет всегда» и «мир и есть это переживание».

А когда это переживание сменяется другим, другое также воспринимается тотально и навсегда. И опыт такой жизни – в растворенности и в безвременье – остается записанным в нашем теле.

Конструктивный аспект

Весь этот опыт в конструктиве рождает следующие переживания: единство с миром, любовь; доверие, открытость, естественность, непосредственность. Спонтанность, свобода, творчество, своеволие, игра. Изобилие, гармония, умение жить здесь и сейчас, чувствовать себя дома в любой ситуации, защищенность. Я – это мир, мир – это я, можно делать в мире все – абсолютный творческий аспект вседозволенности. Этот мир – для меня, и я творец этого мира и своей реальности.

Деструктивный аспект

Деструктивный аспект этого опыта выражается такими словами: «мир тотально опасен», «в любой момент может прийти угроза неизвестно откуда, то есть отовсюду».

Сюда уходят корнями такие глубокие душевные переживания, как безотчетная тревога, возникшая без видимых причин (причины взрослый человек обычно придумывает себе самостоятельно, привязывая переживание к событиям, людям и предметам).

Обратной стороной непосредственности, свободы творчества, конструктивной вседозволенности являются безответственность и инфантилизм, простота, которая хуже воровства. Убеждения: «Я не буду делать ничего, но у меня при этом должно быть все», «Я уникален, и все должны обеспечивать мое беззаботное существование», «Я никому и ничего не должен», «Мир тотально безопасен, мне не надо действовать, все само сделается…» – родом оттуда же.

Итак, деструктивные аспекты первой БПМ: наивность, заигрывание в детство (безответственность); неприкаянность; недоверие ко всему, что окружает, – тревога за себя, близких, свое благополучие; параноидальные состояния – безотчетный страх катастроф, катаклизмов; апатия, отсутствие стимула к жизни; переживание тотального одиночества; эгоизм, инфантилизм.

Вторая базовая перинатальная матрица

Описание

По мере роста ребенка в утробе давление постепенно нарастает. В какой-то момент малышу становится совсем тесно, и он отправляет маме сигнал – «пора!».[32] Ребенок сам «решает», что пришла пора рождаться. Происходит это в тот момент, когда выделение «я» из общего единства с миром еще не состоялось, а значит, ребенок не может зафиксировать, что это именно он запустил механизм родов. И воспринимает он это событие как случившееся «вдруг, ни с того ни с сего».

С первой схваткой и начинается вторая БПМ.

Именно в этот момент при появлении интенсивного давления, вплоть до боли, появляется то, что мучает (окружение), и тот, кто мучается. Так происходит разделение мира на «я» и «не-я».

Схватки – это сокращения мышечной сумки, которую представляет собой матка. Ребенок в это время испытывает колоссальное давление по всей поверхности своего тела, ему становится больно. Пуповина, по которой поступает кислород и все жизне-обеспечение, пережимается. И вдруг – все стихает (схватка закончилась). Передышка, и затем приходит новая схватка, сильнее прежней. А выхода нет, поскольку родовой канал все еще закрыт. Он раскрывается постепенно, но до тех пор, пока его раскрытие не достигло нужного размера, начать движение наружу невозможно.

Итак, основные характеристики второй БПМ.

Восприятие резких изменений в жизни как «вдруг ни с того ни с сего, без моего участия».

Периодическое сильное давление на все тело, которое через некоторое время прекращается и вновь возобновляется.

Разделение мира на «я» и «не-я». Рождение осознания через боль.

Выхода, возможности убежать от этого давления, пока нет.

Ограничения в потребностях.

Конструктивный аспект

В первую очередь ребенок приобретает способность переносить боль и невзгоды.

У него появляется выбор, какую часть происходящего выделить для себя, на чем поставить акцент – на той боли, которая возникает в период схватки, или на той передышке, которая наступает после ее окончания. Этот выбор индивидуален.

Вспомним: все новое воспринимается нами через призму предыдущего опыта. Поэтому чем более конструктивно ребенок воспринял опыт первой БПМ, тем больше у него шансов извлечь конструктивный опыт и из второй матрицы. Чем более безопасным воспринимается мир, тем проще научиться правильно относиться к боли и спокойно пережидать время схватки («сейчас плохо, но это пройдет, не нужно совершать лишних движений»). Чем больше конструктива накопил ребенок в первой матрице, тем проще отдыхать после схватки – расслабиться, максимально восстановиться и с большей готовностью встретить следующую схватку. Возникновение границ переживается как возможность самоопределения и гарантия безопасности, а сохранение контакта с потоком жизни – как внимательность к изменениям (любопытство). Впоследствии это дает возможность рассматривать (изучать) изменения как потенциальный ресурс.

Конструктивный аспект второй БПМ: смирение, умение держать удар, не капризничая; выносливость, терпение, гибкость, пластичность, податливость; умение приспособиться к внешним условиям, обучаемость; умение расслабляться и сохранять энергию, когда действовать невозможно (идти некуда), умение выжидать подходящего для действия момента.

Деструктивный аспект

Тот же опыт давления в ситуации, когда выхода нет, в деструктиве воспринимается совсем по-другому.

Если доверия к миру мало (в силу деструктивного восприятия внутриутробной жизни или еще по каким-то причинам), то выделяется главным образом боль, страдание, безвыходность ситуации и «от меня ничего не зависит», «мир – плохое место».

Материнское начало, которое «всю жизнь» холило и лелеяло, вдруг ни с того ни с сего превращается в источник мучений.[33] На смену первоматричному единству с миром приходит разделение на нечто внешнее и нечто внутреннее. Внешний мир внезапно врывается в мир внутренний, неся с собой угрозу выживанию. Питания и кислорода периодически не хватает.

Возникновение границ в деструктиве переживается как подавление и ограничение извне.

Этот опыт телесно связан с матерью и воспринимается как «предательство женского начала». В дальнейшем он дает основу многим матричным программам в отношениях с женщинами и не только с ними. «Меня предали, я жертва обстоятельств, ничего с этим не сделаешь».

Деструктивный аспект второй БПМ: комплекс «жертвы», пассивность, безволие (перенос ответственности за свое состояние на других людей и внешние обстоятельства), страдания, боль, озлобленность, ощущение мира как угрозы для существования, страх вторжения внешних факторов, обстоятельств во внутренний мир, на личную территорию, страх разрушения; апокалипсические переживания; страх любых изменений, отказ от контакта с потоком жизни.

Третья базовая перинатальная матрица

Описание

Все время, пока продолжаются схватки, родовой канал постепенно раскрывается, схватки переходят в потуги и в какой-то момент ребенок получает возможность покинуть матку и начать движение по родовому каналу. Выход свободен, двери открыты. Теперь можно действовать, причем не просто как-то, а целенаправленно. Ребенок получает ощутимый результат от своей активности, продвигаясь вперед.

Рождающая сила потуги похожа на волну, которая подталкивает ребенка к выходу из родовых путей, а затем отступает. И снова возвращается, постепенно увеличивая свою силу. Интервалы между потугами постепенно уменьшаются. Поступление питания и кислорода по пуповине в потугах все более ограничивается. Увеличение давления здесь свидетельствует о приближении момента освобождения.

Это первый в жизни человека опыт целенаправленного движения из точки А в точку Б, и одновременно это первый опыт действия. Здесь рождается отношение к деятельности как таковой и к достижению цели в частности. Возникает «я делаю», а значит, и возможность брать ответственность за свои поступки.

Границы в этом случае задают направление движения.

Кроме того, третья БПМ – это первый сенсуальный, тактильный опыт с такой высокой плотностью контакта. Проходя по родовым путям и прилагая к этому собственные усилия, ребенок получает первые настолько плотные телесные, физические ощущения от движения, от трения его кожи о стенки родового канала. Первое удовольствие от кинестетических ощущений. Сексуальность как аспект сенсуальности (чувственности) также зарождается в это время. Секс, борьба и удовольствие здесь зачастую образуют единую матричную структуру. Последствия образования такой структуры многолики…

Конструктивный аспект

Чем более конструктивный опыт младенец вынес из предыдущих двух матриц, тем больше у него шансов научиться конструктивному взаимодействию с рождающей силой – активными проявлениями мира в отношении него.

Именно здесь очень важно, как малыш себя ведет: чем расслабленнее (а значит, мягче) будет его тело, тем менее болезненным для матери и для него будет процесс родов, чем больше он старается продвинуться вперед во время схватки, тем быстрее и легче родится. Ребенок учится помогать рождающей силе, использовать ее во время потуг и отдыхать, восстанавливаться в перерывах между ними.

Границы – это то, на что можно опереться в своем движении. Активная жизненная позиция и готовность идти навстречу новому, которые формируются в третьей БПМ, дают основание для последующего использования ограничений как возможностей для развития.

Конструктивный аспект третьей БПМ: возможность поиска оптимального взаимодействия, сотрудничество; умение ставить и достигать цели, выбирать средства; делать любое дело, используя давление обстоятельств как ориентир, искать выход за пределами ограничений; получать удовольствие от процесса и результата своей деятельности; ответственность за свое состояние и место в мире; обязательства как возможность самореализации. Борьба как состязание, игра. Уважение к сопернику как к партнеру в совместной деятельности. Уверенность в своих силах.

Деструктивный аспект

В деструктивном варианте на сам факт физической боли реагировать расслаблением, а не напряжением для человека невозможно.

В основе естественного отношения к боли лежит принцип: «не подавляй без надобности». Базовая же реакция современного общества на боль – желание избавиться от нее, а когда избавиться невозможно – подавить настолько, насколько хватает сил. Делать это мы привыкли, напрягаясь. К чему это приводит в родах?

Не секрет, что между матерью и ребенком существует «канал связи». Эмоциональные переживания, телесные реакции, физическое состояние – все мгновенно транслируется и «передается» по этому каналу на уровне биохимии тела. Находясь в столь трудных условиях, ребенок (не словами, конечно) как бы спрашивает мать: «Что мне делать?» И мать всем своим существом отвечает ему: «Напрягись! Сопротивляйся…» Ребенок следует этой «инструкции» в силу своего выбора и по мере наличия у него деструктивного опыта предыдущих матриц. Он напрягается, упирается в стенки родового канала, его тело становится жестким. Матери становится еще больнее, и она еще больше напрягается… Так одно напряжение усиливает другое.

В этих условиях процесс родов идет сложно, болезненно, и в силу этих причин нередко тянется дольше, чем это могло бы быть. Ограничения в питании и кислороде из-за пережатия пуповины длятся дольше, и пережимается она сильнее. Нередко акушеры просто вынуждены прибегать к вмешательствам в процесс родов, чтобы ребенок наконец появился на свет, что часто усиливает болезненный опыт роженицы и рождающегося.

Здесь закладываются программы: «достичь цели можно только через напряжение», «настоящие результаты даются только ценой сильной боли», «чтобы достичь цели, нужно отказать себе во всем».

Напряжение и намерение чего-либо достичь «слипаются», и невозможно себе даже представить другой (расслабленный, спокойный) способ достижения целей.

Более того, родившись, то есть придя, наконец, к тому, к чему он шел в течение первых трех периодов, ребенок делает вывод о том, что результат его усилий ужасен, а значит, достигать своих целей опасно для жизни (см. описание БПМ IV). Поэтому именно здесь рождаются сценарии «вечных революционеров и борцов» или склочников, кляузников, любителей покачать права. «Борьба ради самого процесса борьбы». Процесс достижения – все, результат – ничто. Потребность во врагах, препятствиях и вечном их преодолении как смысл жизни является лишь способом задержаться в третьей матрице и уберечь себя от перехода в четвертую.

По той же причине (чтобы не оказаться в деструктивной четвертой БПМ) тело современного человека часто привычно накапливает напряжения и неохотно с ними расстается. Привычка человека как можно больше времени находиться в напряжении и, что еще важнее, обеспечивать себе эту возможность уходит корнями сюда же, в деструктив третьей БПМ. Ведь человек привык выделять и придавать значимость моментам напряжения и игнорировать моменты расслабления: «Я чувствую себя живым, только когда я напряжен, когда я действую». Поэтому некоторым людям так тяжело осознанно расслабиться даже тогда, когда они нуждаются в этом.

Бывает, что человек свернул горы ради получения результата, но вдруг, за полшага до достижения заветной цели, отказывается от нее, теряя к ней всяческий интерес. Либо лишает себя всей радости победы, отказывая себе в праве пожать плоды своего труда (например, «быстрей-быстрей» побежав к достижению новой цели). Обесценивая так плоды собственных усилий, человек не ценит и результаты чужого труда.

А бывает, что человек теряет смысл жизни, когда он достиг цели, к которой шел долгое время.

Люди часто проявляют активность, чтобы не достигать целей. Начинают суетиться, совершая большое количество ненужных действий, устают и выдыхаются уже к половине пути или просто ведут непродуктивную деятельность.

Бывает, что человек ставит себе заведомо недоступные цели (перфекционизм).

Все это следствия деструктивного опыта третьей матрицы.

Другие люди часто воспринимаются как соперники, конкуренты в борьбе за «место под солнцем». «Человек человеку волк» – и это деструктив третьей БПМ.

Любые интенсивные сигналы, приходящие извне, воспринимаются как причинение вреда, чей-то злой умысел. Ограничения – насилием над личностью, давление обстоятельств – как личная несвобода, а обязательства – как попытка лишить самостоятельности. Все эти переживания весьма болезненны, и человек вновь стремится подавить их, снижая свою чувствительность, пестуя раздражительность, протест, агрессивность и мстительность.

Нападая, защищается от воздействий внешнего мира, озабоченно доказывая себе и другим свою «крутизну» и значимость.

И отсюда же происходит взаимозависимость и сплетенность «боль – секс – удовольствие», когда эти три части опыта слипаются в своего рода «бутерброд» и чаще всего становятся доступны в комплекте друг с другом. Часто садомазохистические программы – родом отсюда.

Деструктивный аспект третьей БПМ: сопротивление изменениям, борьба с потоком жизни, личная сила используется для защиты от всего нового. Напряжение. Снижение чувствительности. Границы как ограничения, приносящие боль; давление как несвобода, унижение, вред, лишение ресурсов.

Привычка накапливать напряжение, выделять его как значимое из всех переживаний. Обеспечение себе постоянного напряжения. Борьба ради процесса борьбы. Нужда во враге. Протест, агрессивность, мстительность. Обесценивание результата. Перфекционизм. Неуверенность в себе. Суета. Садомазохизм.

Четвертая базовая перинатальная матрица

Описание

Четвертая БПМ включает в себя наше непосредственное появление на свет, отделение от матери и первые часы, дни, месяцы жизни. В ней формируются матрицы, связанные с тем, как мы воспринимаем этот мир на основании того, каким он был для нас в момент первой встречи. Это базовая матрица того, что можно ожидать от этого мира. Здесь же формируется наше отношение к изменениям, так как именно они привели нас из внутриутробного мира в этот внешний. А через призму оценки других людей складывается первое (отраженное) самоотношение – то, как мы впервые оценили себя. Сначала происходит восприятие оценки, которая дается другими людьми через взгляд, выражение эмоций при первой встрече с новорожденным, тактильный, звукоречевой (в интонациях) контакт. Поскольку другого ничего нет, то ребенок «соглашается» с этой оценкой.

Понимая важность момента перехода, мудрые люди во все времена уделяли особое внимание обеспечению мягкости, плавности перехода ребенка из мира внутриутробного в мир «большой».

Представьте себе: все девять месяцев, всю эту огромную жизнь от одной клетки до младенца, новорожденный провел в утробе у матери. Бо́льшую часть этого времени условия окружающей среды (качества восприятия) менялись постепенно. Редкий, еле проникающий свет (когда мама подставляла живот солнцу), звучание маминого сердца, кишечника и других органов, приглушенные звуки ее голоса, других голосов, звуков и шумов. Постоянная влажная среда. Определенный температурный режим, редко отклоняющийся от фиксированного значения. На протяжении всей внутриутробной жизни с момента начала его формирования позвоночник ребенка находился в свернутом состоянии. Дыхание происходило не через легочную систему, а как и питание, через пуповину. Эмоциональная связь с мамой была непосредственной. Со всех сторон ребенка окружали границы матки, давая ощущение защищенности, безопасности.

В результате родов эти и многие другие обстоятельства жизни (то есть качества восприятия) претерпевают мощнейшие и необратимые изменения. И от того, как именно эти изменения происходят и к чему они в результате приводят (то есть как этот мир встречает ребенка), в значительной мере зависит и то, как ребенок этот мир воспримет и какие программы, убеждения на уровне первичного, глубинного мировосприятия у него сформируются.

О самих программах мы скажем чуть позже, пока же обсудим, как по-разному может происходить наш переход из утробы в этот мир.

Раньше, до появления родильных домов как технологических предприятий, акушеры (как бы они ни назывались) старались, насколько возможно, обеспечить плавность изменений качеств восприятия при рождении. Их задачей было помочь ребенку совершить переход из одного мира в другой в наименее травмирующих условиях.

В идеале (и во многих культурах к нему стремились) процесс рождения старались сделать максимально естественным, мягким. Для этого роженицу заранее обучали способам расслабления во время схваток и потуг, в самом процессе родов не торопили, давая время и возможность применить эти способы, создавали ей максимально комфортное пространство.

И когда ребенок рождался, ему обеспечивали внешние условия (качества восприятия), максимально близкие к тому, что окружало его в утробе.

Освещение старались сделать мягким, приглушенным. Температуру воздуха – близкой к температуре тела. Звуки – негромкими. Пуповину не перерезали до тех пор, пока продолжала пульсировать плацента (от 2 до 12 часов) – ведь от нее по пуповине уже после выхода младенца из родовых путей в его организм поступает до 1/4 всего объема крови (по разным данным, от 70–100 до 200–300 мл), насыщенной кислородом, антителами, эндорфинами, жизненно важными стволовыми клетками. Все это необходимо крохе для того, чтобы справиться с последствиями родового стресса. Перевязывание пуповины не сразу после рождения, а хотя бы через несколько минут на 30 % снижает необходимость переливания крови у недоношенных деток. И для всех без исключения новорожденных – позволяет избежать развития многих заболеваний – анемии, сепсиса, респираторных, болезней глаз и т. д. В некоторых культурах пуповине дают высохнуть, она отпадает естественным путем через два-три дня после появления ребенка на свет.

Пока пуповина соединяет ребенка с плацентой, у него есть два способа дыхания: прежний, через пуповину, и новый, легочный. Поэтому первые вдохи он делал сам, постепенно – тогда, когда он был к этому готов, когда легкие, до сих пор находившиеся в свернутом состоянии, уже расправлялись в достаточной мере, чтобы начать функционировать. Ребенок знакомился с этим миром постепенно, с первым вдохом пробуя его, впуская его в себя.

Первые движения, в том числе и распрямление позвоночника, ребенок делал сам, постепенно, в комфортных, мягких условиях.

Защитная смазка, покрывающая кожу новорожденного, помогала ему постепенно адаптироваться к воздушной среде.

Живот мамы, еще недавно выпуклый, опадая, образовывал естественную «колыбель» – и ребенка в той же позе, в которой он находился до начала схваток, сразу после рождения клали в нее. Благодаря этому малыш чувствовал контакт с мамой, но уже не изнутри, а «снаружи» – слышал те же самые звуки: стук ее сердца, урчание кишечника, голос, встречался с нею взглядом. Почти со всех сторон ребенка вновь окружало тело мамы (живот, руки), вновь создавая то же, что и в утробе, – ощущение границ и защищенности.

Обычно дети, рожденные таким образом, спокойно берут грудь, а их организм в состоянии с пользой для себя воспринять ценнейшие вещества, поступающие в него вместе с молозивом – предвестником материнского молока. Мишель Оден, французский акушер, пишет: «Женщины бывают очарованы взглядом своих новорожденных младенцев. Ребенок словно подает сигнал, и очевидно, что контакт „глаза в глаза“ является важной вехой в становлении взаимоотношений матери и ребенка».

Именно в эти первые часы и дни общения между матерью, отцом, близкими родственниками и ребенком формируются детско-родительские чувства, пробуждается материнский инстинкт, происходит общение, значимость которого переоценить невозможно. Здесь через оценку ребенка извне (сначала – мамой, затем – папой, родственниками, другими) закладываются основы САМОоценки.[34]

После появления родильных домов и процесса приема родов как технологического процесса ситуация довольно сильно изменилась. Роддом – это предприятие, а совокупность роддомов страны – отрасль. Во всех родовспомогательных учреждениях алгоритм принятия родов до последнего времени был строго определен и приведен к единому виду. Вот его мы и рассмотрим.[35]

Как же встречались с миром те, кто родился в типовом роддоме?

Прежде всего, ребенок испытывает чрезвычайно высокую интенсивность переживаний. Поскольку роды проходят в операционной (или в родильном зале), родившись, ребенок сразу встречается с резким контрастом во всех сигналах, поступающих по каналам восприятия.

Свет операционных ламп ярок даже для обычного человека, ребенка он ослепляет. Звуковой фон нередко представляет собою крики других рожениц, лежащих по соседству, или, в лучшем случае, голоса посторонних людей. Температура воды, которой обмывают ребенка, редко когда совпадает с температурой его тела. Прикосновения чужих рук – деловитые и часто неласковые.

Но самое главное – ребенку практически сразу перерезают пуповину.

Что означает этот факт? Бесценные вещества, содержащиеся в плацентарной крови, которые должны были поступить в организм младенца в течение всего времени, пока плацента пульсирует, в него не поступают. Среди этих веществ – иммуноглобулины, стволовые клетки, кислород, эндорфины. Последние, являясь «гормонами удовольствия», в то же время помогают выводу из организма результатов только что пережитого стресса – шлаков и токсинов. Другими словами, ребенок не получает помощи в том, чтобы справиться с последствиями стресса и напряжений, испытанных во время движения по родовым путям. Также из-за искусственной остановки кровотока он лишается огромного подспорья из стволовых клеток, предусмотренных природой для адаптации новорожденного к новым условиям жизни и иммуноглобулинов, необходимых для формирования иммунитета.

Легкие также лишь постепенно разворачиваются. Но поскольку пуповина уже перерезана, для того чтобы ребенок не задохнулся, его берут за ноги, переворачивают вниз головой, встряхивают и хлопают по мягкому месту. Ребенок вынужденно делает вдох, переживая то, что называется «первичный ожог легких».

Позвоночник младенца в течение всей жизни внутри матки находился в свернутом состоянии. При переворачивании ребенка вниз головой, он расправляется слишком быстро. Умиляющий всех первый крик младенца – это крик боли, страха и протеста.

И резкий, внезапный, без подготовки переход к новым условиям существования вызывает ощущение катастрофы – мир рушится.

Можете себе представить интенсивность переживаний, возникающих у новорожденного? А ведь это еще не все. Затем ребенка моют, смывая с кожи смазку, необходимую в первые часы жизни для того, чтобы помочь коже адаптироваться к воздушной среде. Затем новорожденного взвешивают на холодных весах. Все эти действия далеки от того опыта, который дитя могло бы получить, лежа в «естественной колыбели» под грудью у мамы…

А затем у каждого из нас брали анализ крови – прокалывая пятку. Это взрослому человеку терпимо. Это взрослый может отнестись к процедуре, как к чему-то временному и нужному. Младенец на уровне тела получает опыт насильственного нарушения целостности тела. А после этого ребенка плотно упаковывают в пеленки, сковывая любую подвижность, и уносят от матери в комнату, где лежит еще пара-тройка десятков таких же кричащих, оторванных от своих мам, свертков.

В этой комнате новорожденных обычно держат до «отхода первичных каловых масс». Любой медик объяснит эту меру как необходимую – ибо пока организм не выведет токсины, он не готов к приему пищи. Ребенка, родившегося таким образом, действительно нельзя кормить, пока он не справит большую нужду. Однако с этим не было бы никаких проблем, если бы роды протекали мягким естественным образом. В итоге у многих из нас сформировалась глубинная матричная программа: «Сначала я этому миру что-то должен дать, иначе ничего от него не получу».

Какие же программы формируются в четвертой БПМ?

Перед тем как перейти к описанию матричных программ, напомним, что кроме внешних условий на их формирование влияет множество факторов. Восприятие младенца, опыт предыдущих БПМ, генетические предрасположенности… Но и влияние внешних условий, бесспорно, очень велико.

Конструктивный аспект

При мягком течении процесса родов, мягком переходе из утробы во внешний мир, ребенок получает опыт совмещения миров, опыт «и-и». И он теперь существует как самостоятельное существо, и мама остается рядом с ним, «прежний мир» рядом. Ребенок может осваивать, изучать все разнообразие нового мира, чувствуя поддержку и опору «старого».

Обычно такой опыт формирует следующие конструктивные программы:

«Мир – интересное место, его можно осваивать». «Этот мир – для меня». В мире бывают разные ощущения (опыт второй и третьей БПМ), но в целом после напряжения будет расслабление и удовлетворение (эндорфины-то получены). Программа на освоение мира, а не на борьбу и сопротивление.

Я старался (проходя вторую и третью БПМ), я достиг цели, я получил результат. И это – хорошо. Программа «Результаты приносят удовольствие и удовлетворение». И раз процесс изменений ведет к ним, то и изменения – хорошо.

Если ребенка встречают радостно, если первая оценка, которую он получает от тех, кто его встречает, позитивна, то рождается самооценка: «я замечательный», «я достоин», «со мной все в порядке», «меня принимают», «меня ждали».

«Расслабляться – хорошо!» Поскольку напряжение в третьей БПМ привело к освобождению и расслаблению в конструктивной четвертой матрице, расслабление воспринимается безопасным.

Деструктивный аспект

Одиночество младенца, оторванного от матери, спеленутого и испытывающего голод, можно сравнить с холодным адом. Так формировалась программа, которую можно назвать «предательство мужского начала». Во многих мифах, сказках, религиозных преданиях говорят: «Она родила ему сына (дочь)». Ему, то есть отцу, мужчине. Женское начало рождает, мужское – зовет в этот мир и наделяет жизнь смыслом. Но если мир встретил меня вот так ужасно, а в итоге меня отлучили от матери и оставили одного – тогда зачем звали? Какой в этом смысл?

Здесь рождаются чувства постигшего предательства, собственной ненужности, непринятости и бессмысленности существования. Они часто как фоновое переживание сопровождают человека в течение всей его жизни. Зачастую это переживается как прерывание связи с Единым, с Богом, как тотальное одиночество.

У женщин способ защиты от этого переживания может проявляться через попытки удержать мужчину, схватить, следуя за знанием «он меня покинет», живущим на уровне тела. У мальчиков предательство мужского начала отчасти компенсируется во взрослой жизни. Повзрослев, они получают собственный опыт ухода из дома (на заработки, во взрослую жизнь), но не с целью предать и оставить, а с целью добыть пропитание и вернуться.

Также из-за того, что ребенок вкладывал свои силы в третьей матрице для достижения результата, а результат оказался очень болезненным, формируются программы «достигать результатов опасно для жизни» (подробнее мы писали об этом в разделе деструктивные аспекты третьей БПМ) и «уж лучше вообще ничего, чем такое!»

Быстрое обрезание пуповины и внезапный переход на легочное дыхание с резким распрямлением позвоночника, когда ребенок еще не готов, приводит к формированию программы «в любой момент может случиться все что угодно (потеря опоры и безопасности)». Да и вообще, восприятие мира как «опасного места». Что, в свою очередь, порождает протест против мира, сопротивление ему, а не освоение.

Брезгливое, пренебрежительное, непринимающее первое впечатление окружающих о ребенке, например: «Фу, какой сморщенный», или: «Ой, какой он фиолетовый (красный, розовый)», или: «Он какой-то не такой», – приводит к формированию оценки себя как неправильного: «Со мной что-то не так», «Я не такой, как надо».

В сравнении с напряжением в третьей БПМ, четвертая матрица в любом случае – это возможность расслабиться. Но поскольку вместе с расслаблением новорожденный получил «холодный ад» деструктивной четвертой матрицы, то часто неосознанно он делает вывод о том, что все эти переживания (предательство, боль, одиночество) существуют «в комплекте» с расслаблением. Формируется матрица: «Если расслабиться, то предадут, бросят, сделают больно». Поэтому в попытках защититься от неприятных переживаний мы, образно говоря, «продлеваем» свое существование во второй и третьей БПМ и не позволяем себе расслабиться, нося постоянное напряжение в собственном теле.

Кто-то напрягается как во второй БПМ, сопротивляясь внешнему давлению, кто-то – как в третьей, постоянно определяя себя через действия («пока я что-то делаю – я существую»). Но и там, и там расслабление как качество освоено слабо, так как связано с последующими ужасами четвертой матрицы.

Человек делает вывод: если со мной происходит что-то приятное (например, расслабление), то надо быть настороже.[36] В этом непременно есть какой-то подвох.

А причина – деструктивная четвертая матрица.

Все не так уж плохо

Как и у любой матрицы, у деструктивной четвертой есть свой плюс.

Из-за того что у многих из нас утеряно переживание связи с Богом, количество людей, занятых поисками смысла жизни, в нашей стране огромно. Причем с довольно юного возраста. Это дает возможность изменить себя – свое восприятие и отношение к жизни в том возрасте, когда на это еще есть время и силы. Возможно, экзистенциализм как направление философской мысли и гуманистическое направление в психологии появились в XX веке тоже не случайно, а как следствия активного медицинского вмешательства в роды.

Другой плюс опыта выживания «не благодаря, а вопреки» состоит в том, что у таких людей очень развиты навыки по изощренному достижению целей. Примеров этому каждый найдет множество как в собственном опыте, так и в жизни близких. Кладезем этого опыта являются описания сатирика М. Задорнова, «коньком» которого стало именно обнаружение способов нашей с вами живучести.

Никакой из вариантов рождения не является окончательным сценарием на всю жизнь, строго зафиксированным вариантом развития. Дальнейшая жизнь позволяет корректировать, «достраивать» то, что нужно, получать недополученный опыт, компенсировать, переводить в конструктив.

Станислав Гроф склонен считать, что относительно безопасными и комфортными являются лишь первая и четвертая матрицы, а вторая и третья дают деструктивный опыт. Однако наша практика показывает, что любая матрица имеет свои как конструктивные, так и деструктивные аспекты. На всех этапах у каждого человека есть возможность получения различного опыта.

Даже самая идеальная мама, которая осознанно зачала, ждет ребенка, мечтает о нем, ходит каждый день на прогулку, заботится о себе и малыше, все равно может случайно заболеть и тем самым предоставить ребенку опыт внутриутробной интоксикации. Она может оступиться, и ребенок, как и она, будет переживать испуг, и таким образом он получит возможность из всего многообразия опыта выделить его деструктивную часть.

Даже у того ребенка, мать которого запоем пьет, курит и ей на все наплевать, или которая переживает во время беременности разрыв с мужем или побои, – и казалось бы, все неблагополучно – даже у такого ребенка, пока мать спит, есть возможность почувствовать, что все хорошо, мир вокруг теплый, безопасный, заботливый.

Тут важно понимать то, что выбор делает сам человек. Кроме самого опыта у нас есть еще и его восприятие. И хотя соотношение различного опыта у каждого свое (вопрос лишь в процентном его соотношении), все равно для кого-то стакан, наполненный на половину, будет наполовину пуст, а для кого-то – наполовину полон.

Да, опыт подталкивает в сторону какого-то определенного восприятия, но не предопределяет его. Конечно, важно обеспечивать все, что от нас зависит, но человек – это не программируемый робот. Поэтому даже в самом болезненном опыте четвертой БПМ мы можем найти конструктивные моменты. И выбирать не страдание по поводу своего прошлого, а методичное, последовательное взращивание своего настоящего и будущего, осознанно опираясь на конструктивные моменты прежнего опыта. Ведь свой выбор относительно сущностных вопросов – восприятия себя, мира, взаимоотношений между миром и человеком – каждый делает сам.

В базовых перинатальных матрицах содержится личный код эволюционного развития. Он записан в виде опыта нашего тела, влияет на нашу жизнь, и мы это чаще всего не осознаем, потому что, когда мы его получали, мы еще не могли рефлексировать. На основании этого кода мы делаем какие-то выводы относительно мира, какие-то выборы, не понимая, что эти выборы обусловливает. Именно доступ к этой информации является целью одного из процессов, который вы можете пройти на нашем «Базовом курсе „Свободного Дыхания“». Задачей этого процесса является изучить свой код эволюционного развития. При этом необходимо помнить, что ничего стереть нельзя, но можно рядом со старым опытом по зернышку собирать альтернативный вариант, когда мы действуем в тех же ситуациях по-другому и получаем более конструктивный опыт. К тому, что вы обнаружите в этом процессе, можно и очень эффективно применять матричную методологию. Работая с базовыми матрицами, вы выходите на уровень первопричин, а не следствий. Проявления этих глубинных структур труднее отслеживать, но благодаря осознающей компоненте появляется выбор поступать по-другому, опираясь на ваш процессный опыт и намерение меняться. Это получается не сразу, но это возможно.

А было ли что-нибудь до…

Иногда люди говорят, что в процессах дыхания у них были переживания осознания себя до зачатия. Как будто бы они зачинались, уже имея какую-то цель пребывания в этом мире, какое-то вполне ощущаемое предназначение.

Следуя этому предназначению, человек с большей вероятностью выделяет происходящее с ним уже в первой матрице как конструктивный или деструктивный аспект переживания. Например, одно и то же переживание растворенности может проживаться по-разному – как пустотность (отсутствие всего), либо как безграничность, наполненную смыслом, и это способствует возникновению соответствующих программ – «я ничего не значу» или «я все, весь мир – это я».

В данной модели мы не рассматриваем опыт прошлых жизней, несмотря на то, что иногда в дыхательных процессах дышащие имеют переживания, которые можно интерпретировать именно так. Нас интересует не столько «есть прошлые жизни или нет», сколько то, как можно использовать эти переживания в своей текущей жизни себе на пользу.

Глава 6

Как использовать модель четырех БПМ

Сначала – изучить

Для этого мы используем специальный формат дыхательного процесса, который открывает возможность для получения доступа к информации, содержащейся в наших личных БПМ. Благодаря этой информации мы можем осознать первопричины многих наших проблем и найти способы их решения. А зная особенности внутриутробного развития, процесса рождения и первых часов, месяцев, лет жизни наших детей, опираясь на модель четырех БПМ, мы можем с высокой долей вероятности спрогнозировать возможность формирования тех или иных личностных особенностей. Предположить, как эти особенности могут проявляться в дальнейшей жизни и, заблаговременно или при первых признаках их проявления, подобрать действенные способы их коррекции.

Затем – не застревать в сожалениях, а работать

Если мы хотим улучшить качество своей жизни, не имеет смысла долго сожалеть о том, что приключилось с нами когда-то («Моя мама думала об аборте», «В родах меня тянули щипцами», «Я родился через кесарево сечение»[37] и т. д.), или обвинять родителей, систему здравоохранения, государство. Все это всего лишь очередной способ переложить ответственность за свою жизнь на родителей, систему…

Ценным является обнаружение и изучение личных базовых матриц, записанных где-то глубоко внутри. По каким-то косвенным или прямым признакам эти матричные программы получается нащупать по «хвостам» переживаний, за которые удается ухватиться, используя определенные форматы дыхательных процессов на наших тренингах. Или изучая свои реакции в быту.

Вместе с наличием этой информации яснее становится ответ на вопрос: «Чего я хочу?» – хочу ли я продолжать действовать так, как раньше, или хочу попробовать по-другому? Если хочется по-другому, то можно обратиться к матричной методологии и планомерно, шаг за шагом, методично действовать, меняя то, что вы хотите, даже когда весь предыдущий опыт говорит: «Делай так, как раньше».

Не только работать, но и заботиться о себе

Как мы уже говорили, чем более конструктивно прожита первая матрица и получен запас уверенности в поддержке мира, ощущение связи с Богом, чувство безопасности, тем больше шансов прожить конструктивно вторую – переждать, потерпеть, смириться.

Чем проще и лучше прошел предыдущий этап, тем легче на следующем сделать выбор в пользу принятия и расслабления, а не борьбы и сопротивления.

Чем большее доверие миру сформировалось во время БПМ I, тем легче начало схваток воспринять не как конец света, а как данность.

Следующий этап – схватки. Чем больше сил вы сэкономили в БПМ II, не напрягаясь между схватками, а расслабляясь между ними и выжидая, смиряясь в моменты, когда они сдавливают, тем больше остается запас энергии для прохождения родового канала.

Начинаются потуги, переход из одного мира в другой. Чем больше у вас доверия, сформированного в БПМ I, и терпения и сэкономленных сил из БПМ II, тем больше вероятность, что при продвижении к цели вы будете не бороться с рождающей силой, а взаимодействовать с ней и впоследствии будете удовлетворены результатом.

Таким образом, в основании нашего опыта, в его фундаменте лежит первая матрица. Именно ее восстановление является задачей номер один. Как для тех, у кого сложности связаны с «матрицей жертвы» (БПМ II), так и для тех, у кого трудности с целедостижением (БПМ III) и общая неудовлетворенность собой и жизнью, потеря смысла (БПМ IV).

В связи с этим первостепенной по важности задачей является пестование первой БПМ – все то, что вы себе не позволяли либо вечно откладывали, хотели, но никак не доходили руки. Сейчас пришла пора все это реализовать, сделать это для себя любимых – заботливо и внимательно. Приятности, вкусности, баня, массаж, общение с друзьями… – все то, что доставляет удовольствие именно вам, без ориентации на то, чему принято радоваться вообще. Те, кто проходил этот процесс, рассказывали, что иногда порадовать себя можно чтением книжки, отключением телефона и другими неожиданными позволениями создать себе дополнительные удобства.

Это все способы восстановления своего первоматричного ресурса.

Позвольте себе бережно и неторопливо выпестовать себя.

Матричные программы

Ниже приведена таблица с некоторыми примерами матричных структур, которые представляют собой аккумулированный опыт, кратко записанный в виде убеждения («го́лоса» той или иной матрицы). Эту таблицу можно использовать для ориентации и соотнесения с тем, что у вас происходит в данный момент или для облегчения вспоминания прошлого опыта, который может снова стать актуальным в сложной жизненной ситуации.

Подробнее о работе с матрицами смотрите главу 4.

Коварство второй матрицы

Иногда люди предпочитают не замечать, как работает их вторая базовая перинатальная матрица. Однако она все-таки есть, но может хитро прятать себя под маской любой другой.

Если она маскируется под первую, то вы обнаруживаете человека, у которого «все хорошо», или с которым постоянно что-то «случается». Такие люди склонны рассматривать свою жизнь как череду происходящих с ними случайностей и чудес, не важно, приятны они им или нет. Эти люди часто производят впечатление оторванного от земли, витающего в облаках, инфантильного человека, стремящегося перепрыгивать через свои ямы с помощью воздушного шарика и удивляющегося, почему иной раз мир бывает к нему так несправедлив.

Если БПМ II маскируется под третью перинатальную матрицу, то реакции людей часто похожи на поведение подростка – демонстрация силы («кто на меня», «да я вам покажу»), под которой лежат страхи. При этом, если описывать метафорично, они «сидят в яме» и используют ее в качестве окопа.

Если вторая прикрывается четвертой, то это означает, что человек отрицает наличие у него ям. Он считает себя реализованным, духовно продвинутым, просветленным. Он идет напропалую, «ведомый» судьбой, роком или «высшими силами», попадая иной раз в наиболее глубокую из ям. Выбравшись кое-как, он снова продолжает находиться в иллюзии относительно происходящего с ним. При этом болезненные переживания воспринимаются с неким «патетическим придыханием», как великие откровения, уроки и подарки судьбы.

Такой человек может воспринимать свои проблемы не как следствие своей некомпетентности, неэффективности, своего неумения их решать, а как проявление своей уникальности. И он настаивает на том, что «мне это зачем-то надо», обеспечивая себе повышение интенсивности воздействия внешнего мира. Он заводит себя все глубже и глубже в море, отказываясь учиться плавать.

Такие люди, в конце концов, приводят себя в состояние тяжелейшей депрессии, ставя сам факт своего физического существования под вопрос.

Преодолеть коварство второй матрицы можно, говоря себе правду о своих чувствах. Этому помогает практика «Свободного Дыхания», позволяющая повысить вашу чувствительность.

Внутриматричные и межматричные переходы

Сориентировавшись, в какой области вы сейчас находитесь, очень просто сделать следующий шаг. Например, поймав себя на формулировке «я должен делать то, чего не хочу», можно сделать вывод, что вы находитесь в деструктивном аспекте второй БПМ. Отсюда есть два выхода, которые мы опишем ниже, как внутри– и межматричные переходы (под словом «переход» в обоих случаях подразумеваем изменение внутреннего состояния).

Внутриматричными переходами мы называем перемещение от деструктивного аспекта к конструктивному в рамках одной матрицы.

Оглядевшись, можно понять, что конструктив ситуации в том, чтобы наработать навыки выносливости, смирения, навык брать на себя ответственность. Следуя своему намерению методично переходить к конструктивной составляющей опыта, вы уже начинаете чувствовать себя гораздо комфортнее. Может быть, вы придете к выводу, что вы сами выбрали делать то, что делаете, руководствуясь своими жизненными принципами, и это вам для чего-то нужно (с конкретной формулировкой – для чего именно). А возможно, вы испытываете жгучий протест против привычного способа поведения. И тогда вам пригодится то, что мы описываем как межматричные переходы.

Межматричными переходами мы называем перемещение из одной матрицы в другую.

Всегда, когда вы чувствуете раздражение и протест, находясь в якобы безвыходной ситуации, это говорит о том, что у вас есть энергия для того, чтобы что-то изменить в вашей жизни. Все, что связано с изменениями и достижением цели, находится в БПМ III. Задавая себе вопрос, что именно вас не устраивает в этой ситуации, и осознанно выбирая способ достижения цели, вы реализуете конструктив третьей БПМ.

Если представить процесс перехода между базовыми перинатальными матрицами в виде рисунка, то результаты при работе с матрицей можно сравнить с постепенным закапыванием ямы, которую мы себе вырыли в прошлом. И всякий раз, попадая в нее, чувствовали свою беспомощность, а ситуацию считали безвыходной. Это состояние – страдание, безысходность и невозможность что-либо изменить – проявление второй базовой перинатальной матрицы.

Если расширить контекст и спросить у себя, какая матрица является наиболее устойчивой, в которой мы легко можем оставаться, не прикладывая усилий, то ответом для нашего социума будет БПМ II.

Ведь «детство» уже кончилось и невозможно вернуться туда, где было тепло и сытно, без малейших усилий с нашей стороны (то есть в БПМ I). А брать ответственность на себя, становиться взрослым, достигая целей, не хочется (БПМ III), так как вследствие полученного нами опыта при рождении мы склонны обесценивать результаты и далее нас ждет переживание бессмысленности собственных усилий и чувство общей неудовлетворенности (БПМ IV).

Исходя из этого, становится понятно, почему многие люди стремятся остаться в БПМ II: можно обвинять всех вокруг (от близких до правительства) и продолжать жить «как получается», ничего не меняя. Это самая устойчивая позиция. Исходя из жизненных реалий многих людей, совершать активные действия по изменению ситуации опасно, «лучше не высовываться, а то накажут», а «если поверить, расслабиться, сделать, как просят, то тебя используют и снова предадут». Иными словами, самостоятельно идти к силе не хватает доверия, а прийти к доверию не хватает сил.

Поэтому чаще всего практик начинает осознанное движение к желательному состоянию из БПМ II, поскольку именно там живет подавляющее количество опыта по выживанию в этом мире, то есть подавляющее количество матриц.

В этом путешествии к самому себе нам снова очень пригодятся навыки наблюдения за дыханием (оно позволяет сохранять осознание, даже когда нам тяжело, трудно, страшно, больно) и честность при назывании своих состояний.

Итак:

Идя в ситуацию осознанно и оказавшись в знакомой яме (во второй матрице), мы задаем себе вопрос: «Что я чувствую?»

М 1. Межматричные переходы

Из БПМ II мы можем идти в две стороны – либо в первую, либо в третью матрицу.

Если ответы в целом сводятся к тому, что «я устал», «замучился», «чувствую обиду», «хочу, чтобы от меня отстали», беспомощность, бессилие, жалость к себе, то это означает, что надо сделать осознанный шаг в первую матрицу для восстановления ресурсов. Ресурсы «живут» именно там. И следует осознанно делать то, что приносит нам удовольствие, заботиться о себе, выпестовывать себя любимых.

После того как стало понятно, что силы восстановлены, нужно сделать осознанный шаг в БПМ II.

Не имеет смысла долго задерживаться в первой матрице, поскольку поток жизни через некоторое время все равно вынесет из комфортной первоматричной ситуации в какую-то другую. Если надолго задержаться в первой БПМ, не желая решать поставленные жизнью задачи, то повышается вероятность воспринять настойчивость потока жизни не как мягкое давление в нужную сторону, а как «резкий пинок судьбы». При этом человек снова внезапно чувствует боль, теряет осознанность и воспринимает событие не как приглашение к обучению, а как предательство, сопротивляется изменениям, чувствует себя жертвой обстоятельств.

Заметьте, что при этом происходящее воспринимается как единственная «настоящая» реальность, сделать с которой мы опять ничего не можем, что вновь подтверждает опыт деструктивной второй матрицы (матрицы жертвы) (рис. М 1.2).

Сделав же переход из первой во вторую БПМ осознанно, мы имеем возможность вспомнить «выбившую нас из седла» ситуацию, и вновь задать себе вопрос: «Что я чувствую, когда со мной происходит такое?»

Если вы чувствуете бессилие, беспомощность и «руки опускаются», то нужно снова сделать осознанный шаг в первую матрицу. Если же вы восстановились качественно, то, скорее всего, при воспоминании болезненной ситуации вы почувствуете раздражение, праведный гнев: «Доколе со мной будет происходить такое!?»

Если при воспоминании ситуации, с которой вы работаете, возникает злость, раздражение, протест, агрессия: «Не хочу так больше», «Не позволю, со мной так дальше нельзя», – то это означает, что есть силы для осознанного перехода в третью матрицу. Необходимо только направить эти силы в нужное вам русло.

Для этого надо задать себе вопросы: «Чем конкретно меня эта ситуация не устраивает?» и: «Что конкретно я хочу изменить?» В этот момент часто тут же готовы ответы: «Всем не устраивает!!!», «Все хочу изменить!!!» Важно не попадать в эту ловушку глобализации, а еще и еще раз почувствовать «чем конкретно» и «что именно».

Далее нужно выбрать наиболее конструктивный способ для достижения желаемых изменений (см. в главе 4 «Матричная методология»). Что-то вы можете сделать уже сейчас, на что-то потребуется больше усилий и времени. Выполнение какой-то задачи может потребовать от вас составления четкого поэтапного плана и его реализации (тренировочной программы).

В любом случае, если вы позволите себе испытывать удовлетворение от каждого, даже, казалось бы, самого незначительного шага вперед, вы готовите себя к переходу в четвертую БПМ и приучаете себя жить, наслаждаясь достигнутыми результатами, получая энергию и удовлетворение от контакта с потоком жизни.

При этом, оказавшись в БПМ IV, вы можете обнаружить, что четвертая матрица – это объединение навыков трех предыдущих матриц в конструктивном их варианте. Это интеграция творчества, своеволия и чувства безопасности и любви мира из первой матрицы, умения смиряться и выжидать из второй матрицы, умение продвигаться к целям и достигать их, согласовывая свое «хочу» с внешними обстоятельствами – из третьей. Это дает в синтезирующей все четвертой БПМ незабываемое чувство: наслаждение двумя мирами – и «я сам сделал» (БПМ III) и «жизнь подарила» (БПМ I) – одновременно.

Результат – реализация в мире, изменение качества жизни.

Затем, какое-то время понаслаждавшись результатами, имеет смысл оглядеться и, опираясь на этот конструктивный опыт, вспомнить о других задачах, решение которых могло бы принести вам дальнейшее улучшение качества жизни. Это означает, что вы снова осознанно перемещаетесь во вторую БПМ за следующим «куском» вашего жизненного опыта, нуждающегося в переосмыслении и трансформации (рис. М 1.4).

Помните, что если вы не будете делать это самостоятельно, жизнь позаботится о вашем дальнейшем развитии сама, и вы, потеряв осознанность, окажетесь в деструктивном аспекте БПМ II автоматически, поскольку в жизненном опыте часто это то дно, на которое легче всего опереться.

Бывает и так, что вы «завышаете планку», требуя от себя сразу и многого. Если ваших навыков не хватает, то, скорее всего, вы не получите желаемого результата и будете испытывать обиду и разочарование, то есть снова вернетесь в БПМ II.

Когда зарождалась дыхательная практика в России, методы были более жесткими, чем сейчас, и было принято выводить «застрявших» в матрицах людей следующими способами.

Человека, пребывающего в первой матрице, рекомендовали на тренингах предавать, для того чтобы он почувствовал, что мир не только радужный и светлый, чтобы он почувствовал границы, свои ограничения, перейдя тем самым во вторую матрицу.

Того, кто выбирал оставаться во второй матрице, принято было злить, чтобы вывести на переживание подъема энергии и сказать ему: «Смотри! У тебя есть сила. Иди и делай».

С людьми, застрявшими в БПМ III (в злости, протесте, в раздражении и агрессии) и привыкшими жить в ситуации «весь мир против меня», рекомендовали играть. Вместо привычки воспринимать борьбу как противостояние, соперничество, предлагали освоить борьбу как состязание, сотрудничество, партнерство, как игру или совместный танец. Восприятие борьбы как танца готовит человека к переходу в БПМ IV.

Этот же процесс можно описать через метафору «закапывания ямы» или «заращивания», «стягивания краев», «зашивания» раны, «шнуровки» разрыва или «разлома» реальности. В БПМ II происходит разделение мира на «я» и «не-я» и через боль происходит рождение осознания.

Теперь же, используя осознание, мы можем самостоятельно «срастить» границы миров, придя к воссоединению внутреннего и внешнего мира в БПМ IV.

Этот процесс графически можно изобразить так:

Из рисунков мы можем увидеть, что чем большее количество «проходов» мы совершили, тем быстрее и с меньшим количеством напряжений мы выйдем из похожей ситуации в следующий раз. Так, с течением времени в том месте, где раньше было очень больно, остается лишь воспоминание об этой боли с ровным, спокойным, мудрым отношением к ней просто как к жизненному опыту.

Путешествие осознания к единству

Если, опираясь на теорию БПМ IV, рассмотреть фазы развития сознания,[38] то можно заметить следующее.

В первой матрице сознание едино. Личное, индивидуальное сознание растворено в сознании общем. Ребенок еще не может отделить себя от матери, он существует только вместе с ней, являясь ее частью. Осознание себя как отдельной личности, как самостоятельной индивидуальности отсутствует. Говоря проще, Единство есть, осознания нет.

Во второй матрице за счет возникновения боли становится возможным разделение мира на «я» и «не-я», появляется индивидуальность, рождается осознанность. Но именно за счет того же разделения мира теряется переживание Единства. Момент рождения осознания совпадает с потерей Единства. Осознание есть, Единства уже нет.

Третью матрицу можно описать как символическое путешествие осознания к Единству.

Проходя родовые пути, ребенок прилагает огромные усилия, которые на выходе (в конструктивном варианте) заканчиваются обретением единства с матерью уже как самостоятельного, отдельного, индивидуального существа.

В четвертой матрице, матрице «пожинания плодов» в ее конструктивном аспекте, есть и Единство, и осознание. Ребенок, уже отдельное существо, обретает единство с мамой, как вариант единства с Богом. И этот опыт единства при сохранении осознанности записывается на уровне тела и сопровождает человека всю его жизнь. Переживание того, что он не одинок в этом мире и что не просто так родился, а у него есть своя личная цель, свое предназначение, очень важно. Даже в тяжелых жизненных ситуациях такие переживания поддерживают человека, давая опору в жизни.

И тогда, в рамках данной метафоры, процесс рождения является своего рода эволюционным кодом развития сознания – как, оставаясь свободным, сохранять чувство единства. Или, наоборот, – как, чувствуя связь с Единым, реализовать свою индивидуальность.

Вполне возможно, что именно для этого и был задуман такой процесс нашего появления на свет. Процесс выделения индивидуального сознания из общего с сохранением ощущения связи между ними. Процесс, в результате которого мы сначала обретаем осознание, а затем – возвращаемся к Единству.

А теперь давайте посмотрим, что у нас получается в обычной жизни.

Из-за особенностей нашего рождения, описанных в главе про БПМ, мы имеем следующую картину.

В первой БПМ мы имеем единство без осознания, во второй – осознание без единства.

В третьей – путешествие осознания к единству, но вот в четвертой, по разным причинам, в частности из-за того, что нас надолго уносят от мамы, наш опыт заключается в том, что осознание мы сохраняем, но единства не приобретаем. И у нас «записывается» матрица «если есть осознание, то нет единства». И наоборот, чувство единства «живет» там, где нет осознания.

А поскольку для нас очень важно переживание Единства с миром (ибо именно оно наполняет нашу жизнь чувством безопасности и смыслом существования), и без этого переживания жить крайне тяжело, то мы для его получения пользуемся тем опытом, который у нас есть, который мы получили в процессе рождения – наличием в первой матрице «единства без осознания».

Поэтому у большей части людей вектор эволюционного развития сбит, развернут в обратную сторону («мама, роди меня обратно») – в сторону приобретения Единства ценой потери осознания. В жизни это означает наличие практически у каждого из нас программы по саморазрушению, программы, которая проявляется как желание растворения, развоплощения, потери себя, то есть суицидальная матричная программа.

В социальной жизни это выражается в разных формах – алкоголизм, наркомания, «запойное» чтение книг, погружение в кино, телевизор или компьютер, трудоголизм (растворение в работе) и т. д.

Поскольку «избавиться от матриц» невозможно, то нам остается лишь учитывать наличие этой программы и восстанавливать, нарабатывать конструктивный опыт жизни в модели «и осознание, и единство». Мы на наших тренингах любим упоминать об этом как о выборе модели мировосприятия «и-и». Как этого достичь, мы довольно подробно описали в главе про матричную методологию.

Эволюция человечества в контексте модели четырех БПМ

Как и любую достаточно продуманную модель, модель четырех БПМ можно применить для описания самых разных процессов.

Как мы писали выше, информация, содержащаяся в перинатальных матрицах, является своеобразным эволюционным кодом нашего развития. Действие этого кода распространяется не только на человеческую жизнь, но и на другие сферы.

Развитие общества и любых социальных образований часто происходит по тем же законам, что и развитие личности. Пользуясь знанием этих законов, можно прогнозировать возникновение различных сложностей и предлагать способы их решения на разных этапах развития как самого общества, так и отдельных организаций, заводов, фирм.

БПМ I – первобытнообщинный строй.

БПМ II – рабовладельческий строй, феодализм (есть тот, кто мучается, и тот, кто мучает).

БПМ III – капитализм (борьба, где, в принципе, каждый может побороться и победить).

БПМ IV – должен бы стать коммунизм, но, увы, эта идея была полностью дискредитирована и возвращение к ней возможно, лишь когда сознание человечества в целом дозреет до конструктивного аспекта четвертой матрицы.

Социально значимая единица измерения тоже менялась по тем же законам. Когда-то люди жили племенем, общиной. Индивидуальное сознание было растворено, размыто в общем. «Единицей измерения» являлась не личность, а народность, затем род, затем семья (БПМ I). Но потом проблемы и значимость личности выходят на первый план[39] (БПМ II и БПМ III).

В современном же обществе многие люди замечают, что, говоря о себе «я», они в разное время могут иметь в виду разные части себя. Субличности одного человека часто конфликтуют между собой. И то, что раньше могло описываться как патология развития, становится нормой для современного человека. Сейчас обнаружение внутреннего конфликта все чаще воспринимается не как граница нормы с патологией (которую нужно вылечить), а как закономерность развития, состояние, из которого усилия человека, направленные на разрешение внутренних конфликтов, приводят его к гармонии с самим собой и на качественно иной уровень достижения целостности (БПМ IV).

Описание развития личности через модель четырех БПМ

Развитие личности тоже можно сопоставить с четырьмя базовыми матрицами. Благодаря этому становится ясно, по каким законам развивается на том или ином этапе жизнь человека, какие навыки он приобретает и с какими сложностями может столкнуться.

Жизнь любого человека можно условно разделить на несколько этапов (детство, юность, взрослость, зрелость). Раньше эти этапы были довольно четко определены, человек имел представление, на каком этапе он находится, какие задачи перед ним стоят, куда он должен направлять свои усилия, чтобы быть уважаемым членом общества. Переходам между этапами придавалось большое значение. Эти переходы, как правило, сопровождались определенным ритуалом и поддерживались окружающими. Статус человека в обществе после такого перехода обычно существенно менялся, перед ним открывались новые возможности. Все это давало четкие границы, переживание определенности, и жить человеку было проще.

В нашей стране в советском и постсоветском обществе этапы жизни человека остались теми же, но из-за того что ритуалы, обозначающие переход, практически исчезли у большинства людей, границы между этапами стали более размытыми, и человек перестал уделять должное внимание важности осознанных переходов. Из-за этого многие люди перестали ориентироваться, на каком этапе своей жизни они находятся, стали жить по принципу «куда течение вынесет», теряя вкус к активной жизненной позиции.

Мы хотели бы способствовать восстановлению ритуализации переходов, дающих устойчивость при сохранении современного разнообразия индивидуальных подходов. И если раньше переходы обозначались, «потому что так заведено», то современный этап дает возможность сделать новый шаг в этом – совершение осознанного индивидуального ритуала. Это дает возможность самой сложной личности максимально точно развиваться в выбранном направлении.

Первая матрица – детство

В российской глубинке в XVIII–XIX веках и ранее в семьях, как правило, было много детей, и каждый член семьи имел четкие обязанности. Когда ребенок рождался, взрослые не имели возможности опекать его каждую минуту его жизни. Поэтому, как только ребенок подрастал и появлялась такая возможность, его отдавали на попечение старших детей.

Правила для ребенка были простыми и определенными. Список того, что «нельзя», был довольно коротким, но в то же время четким и, как правило, неизменным для данного возраста. Нельзя было то, что опасно для жизни или категорически неприемлемо в обществе. Ребенок точно знал, что можно, что нельзя, и какое наказание последует за нарушением запрета. Это создавало ощущение определенности и устойчивости правил. Это, в свою очередь, давало ощущение безопасности, ибо эти границы отделяли ребенка от большого мира, в котором он самостоятельно еще не мог выжить.

С другой стороны, в рамках этих четких границ ребенок был совершенно свободен. Он мог познавать мир любым способом – рассматривая, трогая, пробуя на вкус. Ребенок силой своей никем не ограниченной воли мог из самых обычных предметов (песок, палочки, щепочки и т. д.) строить целые миры. Так он, играя, становился Творцом собственной вселенной. Поскольку социум обеспечивал выживание, защищая ребенка от проявлений внешнего мира, то ребенок воспринимал свою личную волю как значительно превышающую волю потока жизни (см. приложение 6). (Обратите внимание, с какой силой и страстностью маленькие дети отстаивают свое «хочу».)

В конструктивном варианте этот этап жизни создает ощущение базового запаса творчества, доверия к миру, ощущение устойчивости границ и постоянства «правил игры».

Деструктивный вариант первой БПМ мы часто можем наблюдать, когда при воспитании ребенка границы дозволенного постоянно меняются. То, что сегодня «можно», завтра вдруг становится «нельзя», а через день – опять «можно». Родители, которые меняют свои требования и не способны спокойно и с уважением к личности ребенка и его «хочу» ставить ему четкие и устойчивые границы, формируют невротичность и у ребенка. Мир для ребенка оказывается непонятным, четких «правил игры» в нем нет.

Некоторые дети выбирают жить по правилу «что ни сделай, можешь оказаться виноват». В качестве базового переживания закладывается недоверие к миру, которое проявляется в тревоге и разнообразных страхах. Эти страхи часто влекут за собой и отказ от самореализации. «Лучше уж ничего не делать, тогда и виноват будешь только по этому поводу».

Иногда детям настолько страшно и больно в этом мире, или он настолько чужд для них, что дети выбирают уход в себя, аутизм, лишь бы иметь как можно меньше контактов с миром.

Другие выбирают считать себя сильнее родителей и пытаются устанавливать границы самостоятельно. Они чувствуют себя «главными», берут на себя ответственность за все происходящее в мире и диктуют окружающим, что и как в этом мире должно происходить, настойчиво добиваясь своего. Часто это выливается в детскую агрессию, когда события в мире происходят не так, как хочется ребенку.

Став взрослыми, такие люди часто чувствуют себя несчастными, не понимая, в чем причина. Настолько привычно для них становится чувствовать себя ответственными за все, что происходит вокруг них, а также за то, как себя чувствуют окружающие их люди.

Вторая матрица – отрочество, юность

И вот ребенок подрастал до того возраста, когда он мог самостоятельно выполнять какую-то работу. В этом возрасте его отдавали в ученики, часто сопровождая передачу ритуальными словами «кости – наши, мясо – ваше». С этого момента у ребенка заканчивалось детство (вспомните чеховского «Ваньку») и у него появлялось очень много обязанностей и пропадали почти все права. Личная воля оказывалась намного слабее внешней воли, воли потока жизни (см. приложение 6).

Начиналась вторая матрица в его жизни, матрица «жертвы». При этом «мучителями», то есть теми, кто ограничивал, наказывал, заставлял что-то делать, становились чужие люди. А родительский дом и семья оставались в памяти ребенка приятными воспоминаниями о БПМ I, опираясь на которые можно было легче перетерпеть то, что происходило с ним в БПМ II. Ведь, приобретая профессию, он, в конструктиве, должен был научиться терпеть и подчиняться чужой воле.

На этом этапе ребенок, выполняя требования других людей, всегда помнил о том, что у него есть родной дом, где ему всегда рады и куда он сможет приехать на каникулы. Там его ждут, и туда он сможет вернуться, завершив обучение, уже в новом качестве – человека с профессией.

В деструктиве вторая матрица может восприниматься ребенком как унизительный и разрушительный для его личности процесс, как «кастрация» его личной воли, что порождает протест и противостояние. Огромное количество сил тратится не на поиск наилучших способов действия, а на сопротивление. Учитывая то, что в современном социуме проживание второй матрицы обычно происходит в родительской семье, то и источником негативных переживаний, вызванных появлением большого количества ограничений и требований к ребенку, становятся сами родители. Из чувства протеста рождается, например, «не буду учиться вам назло», «отстаньте все от меня» и тому подобное. В современном мире протест такого рода часто приводит к отказу от интеграции в социум – «я сам по себе, не лезьте ко мне», «я вам ничего не должен и ничего не дам».

Человек воздвигает между собой и миром стену, отказываясь признавать свою нужду в других людях, не обучаясь навыкам конструктивного взаимодействия с ними. Он обрекает себя на искусственную изоляцию, отказываясь взрослеть. Обратите внимание, сколько вокруг физиологически взрослых людей, оставшихся в своем развитии на уровне детей или подростков, сидящих, например, на шее у своих престарелых родителей чуть ли не до самой их смерти.

Третья матрица – взросление и взрослость

Человек взрослел, обучался какому-нибудь делу. Он становился полноправным членом общества. Этот процесс хорошо описан в сказке П. П. Бажова «Каменный цветок»: «А как выточил зарукавье-змейку из цельного камня, так его и вовсе мастером приказчик признал <…> объявился у нас новый мастер по малахитному делу – Данилко…» На этом этапе человек обычно получал признание общества, возможность иметь свой дом, жениться. Наступала третья матрица – матрица борьбы и достижений.

Этот период можно условно разделить на три части.

Часть первая – стадия защиты. «Не подходи – зашибу»

Настрадавшись во второй матрице, еще не зная свою силу и не будучи уверенным в себе, человек использует свою вновь приобретенную волю как оружие в защите от всех, кто подходит слишком близко. Защищаясь, человек размахивает мечом своей воли направо и налево, даже не разбираясь, от кого или от чего он пытается защититься, и насколько реальна опасность. Таким образом он как бы расчищает пространство вокруг себя, обеспечивая себе необходимую степень изоляции, для того чтобы потом уже иметь возможность остановиться, оглядеться и подумать.

Это один из феноменов взросления, и он обусловлен тем, что сила у человека уже есть, а умения адекватно ею пользоваться – еще нет. И пока человек учится овладевать своей силой, он может ранить как себя, так и окружающих, иногда становясь неоправданно жестоким по отношению как к себе, так и к самым близким ему людям. Понимание процессов, происходящих с человеком на этой стадии, помогает ему пройти ее с меньшими травмами и потерями.

В этот период подростки часто чувствуют себя как слон в посудной лавке, когда самые невинные с их точки зрения действия вызывают сильные разрушения и связанную с ними бурную реакцию окружающих.

Часть вторая – стадия вызова. «Кто на меня?»

«Расчистив» пространство вокруг себя на предыдущей стадии, человеку становится интересно попробовать себя через сравнение с окружающими, выяснить, «а кто же я такой». Для этого он бросает вызов во внешний мир, желая лучше узнать себя, испытать, а что же он может – через соревнование, борьбу. Он пробует себя в разных направлениях, хватается за все – ему все интересно.

В этот период острой конкуренции люди часто набивают себе слишком много шишек и нарываются на неприятности, которых можно было бы избежать, учитывая особенности этого этапа. Чтобы пройти этот период максимально эффективно для себя, нужно осознанно учиться соизмерять свои «вызовы миру» с реальными возможностями. На этой стадии происходит познание своих возможностей, изучение своих границ. И человек выбирает из многих открытых для него направлений что-то свое, что-то, что ему максимально близко и интересно.

Часть третья – мастерство

Выбор сделан. Человек оттачивает свое мастерство в выбранном направлении. Изучив свои возможности и ограничения, он осваивается в своих границах с максимальной пользой для себя и окружающих.

Конструктив – становление равноправного и полноправного члена общества. Обретение мастерства как осознанного творчества, созидания. Спокойствие, уверенность в себе. Уважение личности (как своей, так и других) со всеми ее особенностями. На этой стадии уже не надо никому, в том числе и себе, ничего доказывать. Это стадия партнерства в отношениях с миром, когда воля потока жизни и личная воля выравниваются (см. приложение 6).

Деструктив – борьба с общественным порядком. Противопоставление себя обществу, то есть, фактически, разрастание одной из предыдущих стадий, застревание в ней.

Четвертая матрица – зрелость

Четвертая БПМ – интеграция, слияние всего того, чему человек научился во время освоения трех предыдущих этапов. Объединяются и детская непосредственность, и открытость миру, и интерес к жизни, и способность удивляться, и умение терпеть и ждать, и навыки соотнесения своего «хочу» с общими интересами. Это стадия, когда человек живет в согласии с потоком жизни. Человек просто делает то, что приносит ему удовольствие, что ему нравится делать. Он спокойно реализуется, исполняя свое предназначение.

Жизнь становится танцем равных партнеров – мастера и самой жизни.

Сохраняя свою индивидуальность в потоке жизни, человек выходит за пределы иллюзии двух воль, что рождает переживание «возвращения к Богу». И индивидуальность, и единство. Наслаждение двумя мирами одновременно – и внутренним, и внешним (см. приложение 6).

Наставничество, как вариант – подвижничество. Зрелый человек делится опытом, мудростью с другими.

Деструктив – это отсутствие четвертой матрицы. Устойчивое ощущение богооставленности и потери смысла жизни, что часто замещается цинизмом и вещизмом. Это выражается в потребительском отношении к миру, варварском отношении к ресурсам и невозможности достижения истинно партнерских отношений с другими людьми. Существование по принципу: «Урвать от жизни побольше, а после нас хоть потоп». Вряд ли такие люди могут сказать о себе, что они чувствуют себя счастливыми, удовлетворенными и спокойными.

* * *

В контексте вышесказанного некоторым нашим читателям, возможно, будет интересно рассмотреть относительно недавние события, используя модель четырех БПМ.

Благодаря свершившейся в 1917 году революции в нашей стране были разрушены религиозные и общественные устои, которые «проводили» человека по жизни от первой до четвертой БПМ. Через некоторое время старые устои были замещены идеей построения коммунизма. Эта модель общества тоже была разрушена – в годы перестройки и развала СССР. Вновь были сбиты ориентиры общественных устоев и система ценностей.

В это довольно непродолжительное с точки зрения истории время появилось огромное количество «потерянных» людей. Людей, потерявших направление и смысл жизни: безработных, беспредельщиков, бандитов, анархистов, бомжей. Но «нет худа без добра» – из-за того, что внешне опереться было не на что, появился огромный интерес к поиску внутренних ориентиров, что привело к возникновению интереса к разного рода духовным практикам, в том числе и к «Свободному Дыханию». Люди получили возможность найти опору внутри себя. Благодаря этому одновременно появилось и много истинно свободных и осознающих себя и реалии жизни людей с активной жизненной и гражданской позицией, способных к созиданию, честному бизнесу, искренних и открытых, уважающих права на самореализацию как себя, так и других людей.

Заключение

Будьте счастливы

После того как вы освоите практику, для дальнейшей эффективной самостоятельной работы важно помнить следующее.

1. Самое главное – наблюдать за дыханием! Без этой, простой, на первый взгляд, практики вам трудно будет вспомнить о том, что вы можете применить технику, когда будете находиться в конфликтных ситуациях.

2. Хвалите себя за то, что уже получилось сделать хоть немного по-новому, даже если это новое легко теряется на фоне того, что еще в силу привычки получается по-старому.

3. Накапливайте это новое как великие драгоценности, и тогда оно станет вашей опорой, от которой вы сможете оттолкнуться, делая свой следующий шаг.

4. Помните, что «у меня ничего не получается» – это не реальность, а всего лишь переживание. И работайте с ним как с переживанием (не забывайте: «Помеху процессу делаем темой процесса»).

5. Каждую большую задачу дробите на несколько этапов, состоящих из ряда последовательных шагов, и хвалите себя за самые небольшие достижения. Планируя следующие действия, выделяйте своим вниманием то, что вы уже достигли, а не ругайте себя за то, что вами еще не сделано.

6. Если вам вновь стало тяжело, это не повод считать, что техника перестала работать или вы разучились ее применять. Помните, что бо́льшая часть нашего богатого жизненного опыта родом из второй базовой перинатальной матрицы (матрицы жертвы). А значит, вы «занырнули» за очередной порцией того, что, применив практику, вы сможете превратить в прекрасное удобрение.

7. Если вам «подозрительно» хорошо, а ощущение радости и полноты жизни как-то «слишком» долго вас не покидает, и вы замечаете, что это вас настораживает или даже пугает, то понаблюдайте за этим (вероятно, тут сказывается привычка выживать, вместо того чтобы жить). Это поможет не воссоздавать себе знакомые проблемы лишь для того, чтобы ощутить иллюзию безопасности («привычно – значит не страшно»). Вместо этого направьте часть своего внимания на поиск новых возможностей для интересной жизни.

8. Помните, что любое неприятное переживание или чувство, впрочем, как и приятное, когда-то пройдет. Единственное неизменное правило, на которое мы всегда можем опереться, – это то, что все постоянно меняется.

9. Сохраняйте контакт с вашим внутренним наблюдателем, это даст вам возможность любоваться завораживающей красотой происходящего с вами и вокруг вас.

10. Восстанавливайте первоматричный ресурс, заботьтесь о себе. Помните, когда вы счастливы, окружающим людям намного приятнее и легче общаться с вами.

11. Уважение и бережное отношение к своей личности со всеми ее особенностями – залог искреннего уважения других людей.

12. Если вы заметили, что вновь очень озабочены тем, что о вас думают другие, вспомните о «петле ориентации на внешнее» и о том, что другим чаще всего вообще не до вас. Соотнесение с мнением других людей и зависимость от него – разные вещи.

13. Чаще задавайте себе вопрос: «Что я сейчас чувствую?», особенно в напряженных ситуациях, которые кажутся безвыходными. Честный и точный ответ помогает чувству быстрее протечь, а вам – понять, чего же вы хотите, и воспользоваться энергией чувства для достижения своих целей.

14. Применяйте матричную методологию.

15. Пользуйтесь вашими открытиями, сделанными во время «Настройки».

16. Вспоминайте о технике работы с ощущениями. Приучайте свое внимание присутствовать в теле. Это поможет вам жить в вашем сейчас, а значит, полнее проживать каждый момент жизни.

17. Время от времени перечитывайте материалы лекций. Не исключено, что вы будете в них находить что-то новое для себя.

18. Перечитывайте свои записи о процессных переживаниях и открытиях. Вы можете обнаружить в них что-то забытое, но очень значимое для вас. Или записанные когда-то рекомендации инструктора именно теперь окажутся весьма актуальными.

19. Помните, у вас всегда есть возможность получить поддержку у инструкторов и одногруппников! Если вы просто соскучились или не можете выкроить время на полноценный процесс, приходите в гости пообщаться, попить чайку. Бывает, что это тоже дает хороший результат.

20. Поместите эту памятку на заметном месте и как можно чаще перечитывайте ее.

21. Старайтесь относиться ко всему с легким чувством юмора, даже к данной памятке. Это поможет вам не ругать себя за то, что вы «ничего этого не делаете», а пойти и сделать для себя что-то приятное или полезное.

Подытоживая все вышесказанное – БУДЬТЕ СЧАСТЛИВЫ!

И вот вы счастливы – что дальше? Подводные камни

Что происходит с практикующим, когда он вдруг обнаруживает, что уже как-то подозрительно давно чувствует себя счастливым?

В этой главе мы уделим больше внимания сложностям, возникающим в этот период, поскольку с его подарками (радость жизни, легкость в решении проблем или смена отношения к ним, умение добиваться своего и т. д.) проблем у вас, скорее всего, будет гораздо меньше.

Надеемся, что наше описание некоторых способов сделать себя несчастными поможет вам быстрее и мягче освоить счастливую жизнь. Да и Мироздание говорит (см. приложение 3), что быть счастливым – это норма, а не отклонение.

Обычно первое, с чем сталкивается человек, почувствовавший, что у него «все хорошо» (еще раз повторимся – не «нет никаких проблем», а «все хорошо, в том числе и с отношением к проблемам»), – это удивление: «Как, неужели так можно?», «А что будет потом?»

Ключевой момент этого вопроса содержится в настороженном: «Мне за это потом ничего не будет?» Если мы проанализируем этот вопрос или понаблюдаем за собой в то время, когда он возникает, то сможем обнаружить, что вопрос этот рождается из страха. Страха, что счастье кончится и будет плохо. В основе этого страха лежит привычка считать реальностью именно то состояние, где счастья нет, то есть привычка неосознанно следовать убеждению, что в жизни все тяжело, сложно, плохо и «выхода нет». И тогда радость жизни начинает восприниматься как случайность, кратковременное облегчение.

И поскольку это убеждение уходит корнями в перинатальный опыт (который в обычном состоянии сознания недоступен), то распознать его именно как матрицу, а не как реальность очень непросто. Человеку сложно признать, что и в этом вопросе, а именно: каким для него является этот мир, у него есть свобода выбора, и он сам решает считать мир именно таким и только таким, исходя из своей же собственной неосознанной привычки.

Еще одна основа этого страха – наше привычное недоверие к миру, Богу. Отсутствие устойчивого следования убеждению «все, что ни делается, – к лучшему» уходит корнями в деструктивную БПМ IV (подробнее – в главе 5).

Поскольку у большинства из нас опыт конструктивной БПМ IV практически отсутствует, «лечится» это так:

1) методичным отслеживанием проявлений этой матрицы, постоянным напоминанием себе, что это – всего лишь матрица, а не реальность (хотя она и основана на нашем опыте);

2) целенаправленным обращением внимания на тот опыт, который подтверждает другую матрицу: «Счастье – есть!»

Тогда через некоторое время наше намерение выделять из потока жизни подтверждения тому, что «счастье – есть», окрепнет, а еще через некоторое время станет устойчивым и сформируется привычка ориентироваться на него.

При этом и тяжелые жизненные ситуации, и проблемы, и какие-то наши несовершенства остаются в нашей жизни, но уже не мешают нам быть счастливыми.

Постепенно мы учимся одновременно и активной жизненной позиции, и смирению. Перефразируя известную молитву К. Ф. Этингера[40] – изменять то, что мы хотим изменить, принимать то, что мы не можем изменить, и отличать одно от другого.

Мы обучаемся согласовывать свои действия с требованиями нашего окружения, двигаться в нужном нам направлении, «подгребая», используя руль, весла, парус и учитывая при этом силу несущего нас потока жизни – «я доверяю, наблюдаю и ответственно действую, понимая при этом, что может получиться не совсем то, на что я рассчитываю, но все равно буду стараться достигнуть поставленной цели».

Когда у нас появляется возможность осознанно наблюдать «а куда меня несет поток жизни?», нам нужно особенно тщательно отслеживать старую привычку «грести против течения», брать на себя ответственность за все происходящее в мире или «бросать руль на волю волн и ветра», когда силы закончились (жесткий контроль или полная безответственность). Потому что при резком повышении интенсивности воздействия на нас внешней среды (когда мы вдруг обнаруживаем, что «несет не туда») включение старых механизмов особенно вероятно, и мы обнаруживаем себя уже протестующими, борющимися, напряженными и несчастными. Если же в этот момент удается заметить, что это всего лишь работа старого механизма, то можно дополнительно расслабиться и намеренно вернуться к новому варианту отношений с миром.

Еще один момент, который часто вызывает затруднение, – это привычка (из далекого детского прошлого, а на самом деле – из БПМ I) считать счастьем отсутствие проблем.

Человек часто цепляется за первую матрицу в своей жизни, старается продлить ее как можно дольше. Он бегает от любых проблем, закрывая глаза на их существование и поэтому не получает опыт конструктивного прохождения «второматричных» ситуаций. Когда поток жизни выносит его во вторую матрицу, человек часто не понимает, что происходит, не успевает подготовиться, получает болезненный опыт, чем подтверждает ощущение «если сейчас хорошо, то потом за это придется платить (будет плохо)».

«Рецепт» прост – помнить, что кроме «первоматричного счастья» есть еще и другие. Например, радость от преодоления, от достижения цели, от реализации задуманного. Тогда ваше состояние счастья не будет ограничено только отдыхом, ничегонеделанием и «когда меня никто не трогает, и я никому ничего не должен».

Еще одна помеха, о которой мы хотели вам напомнить, – это привычка слушать только «громкую музыку» жизни и не замечать ее «тихих звуков», ориентация только на интенсивные переживания.

Если вы не осозна «ете это как привычку и не научитесь получать удовольствие от оттенков, нюансов состояний, то, скорее всего, с вами будет происходить следующее: когда в вашей жизни наконец-то наступит долгожданная тишина и спокойствие, вы почувствуете, как непонятно откуда возникает напряжение. Оно растет и внезапно разряжается ссорой или скандалом, казалось бы, на ровном месте. И в этот момент вам может показаться, что все вернулось на круги своя.

На самом деле это может быть проявлением вашей привычки получать удовольствие только от интенсивных переживаний. Отсюда и появляется желание «поддать жару» или «добавить перчика» в отношения. Если этот процесс не осознается, то вам сложно дозировать количество «перчика» или выбирать из разных «приправ», и вместо того чтобы разнообразить отношения, вы рискуете их испортить, а то и вовсе разрушить.

«Рецепт» – с одной стороны, осваивать оттенки и нюансы, что позволит чувствовать себя комфортно и получать удовольствие от спокойной жизни тоже. С другой – учиться дозировать «приправы» в отношениях с близкими. Особенно этот совет актуален для людей, которые уже давно живут вместе.

Еще одно следствие привычки жить «на пике» – обкрадывание себя. Оно заключается в том, что человек не умеет любоваться чередой повседневных жизненных событий как разворачивающейся на его глазах волшебной историей и наслаждаться ею как чудом жизни.

Редко кому во взрослом возрасте удается воспринимать обыденную жизнь как детям – непрерывной сменой удивительных и неповторимых ситуаций, переживаний, встреч и пониманий (вспомните булгаковское «как причудливо тасуется колода…»). И когда практик прорывается сквозь пелену обыденности и начинает привыкать к хорошему, бывает так, что старое восприятие мира как «серого, будничного, никакого» возвращается, и возникает переживание «ну вот, опять со мной все плохо, как и раньше».

Главное – не верить ему. Зная свою привычку жить «на пике» и уважая ее, несложно перевести потребность в острых ощущениях в конструктивное русло, обеспечивая себя время от времени безопасным экстримом.

Наконец, один из самых коварных подводных камней на пути уже почти счастливого человека – это страх быть свободным и страх собственной силы.

Казалось бы, мы все так сильно хотим и свободы, и силы, стремимся к яркой и красивой жизни. Но как только появляется возможность реализовать эти свои желания, все тело буквально сковывает страх и напряжение. Мы как будто бы тормозим, начинаем сопротивляться и отказываемся от реализации самых соблазнительных возможностей, говоря: «Не сейчас, возможно, позже», или: «Может быть, не так много».

Это проявление деструктивной БПМ III, пробуждение памяти тела о том, что в деструктивной четвертой плохо, и желание вернуться в привычную вторую, где «все, как всегда» и ничего не надо делать самому. «Кривая вывезет», «авось пронесет» и всегда есть виноватый во всех несчастьях. Там нет никакой личной ответственности, можно затаиться и переждать, когда буря перемен промчится мимо…

Что ж… иногда человек просто устает. Устает так, что ему не до наших советов и даже не до своей собственной практики, даже если она его не раз выручала в самых сложных ситуациях… И тогда ему часто хочется просто «страдануть»…

И это тоже можно!

Позвольте себе получить удовольствие и от страданий тоже, от их особенной глубины, сладости или горечи.

Когда человек твердо усвоил, что все в его руках, у него всегда есть возможность вспомнить, что страдает он всего лишь по привычке или по своему выбору – неосознанному либо осознанному, и в любой момент может отказаться чувствовать себя несчастным, когда ему страдать надоест.

В заключение – общая рекомендация для всех этих случаев: важно понимать, что для всего нужно время, что любое сопротивление или страх – всего лишь из-за неустойчивости новых навыков, которые дала практика. Будьте внимательны, добры, терпеливы, чутки и бережны к себе, заботьтесь о себе, любите себя, и у вас все получится!

Дополнительные инструменты самоосвоения

Мы, команда Центра «Подорожник», рады тем, кому с нами по дороге, и тем, кому по душе свойства этого растения: простота использования, доступность, целительная сила. Да-да, это некоторые из смыслов, которые мы вкладывали в название нашего Центра. Мы с вами попутчики. Поэтому специально пре-дупреждаем о том, что такие модели отношений, как «учитель-ученик», «врач-пациент» и «обслуживающий персонал-клиент», являются для нас неточными либо вообще не относящимися к желаемым нами отношениям. Мы реализуем партнерство, предполагающее совместное участие и сотворчество. Если вы прочли это методическое пособие, сориентировались и поняли, что нам с вами по пути, добро пожаловать на наши занятия.

Что еще мы предлагаем кроме «Базового курса „Свободного Дыхания“»?

Для желающих прикоснуться к практике – однодневный тренинг по «Свободному Дыханию»

Эта короткая программа занимает 4–5 часов в будни либо в выходной и предназначена для тех, кто хочет выйти за рамки обыденности, познакомиться с измененным и расширенным состоянием сознания. Каждый получит опыт первого дыхательного процесса.

«Ознакомительный курс»

«Ознакомительный курс» включает в себя четыре занятия. Лекционная часть ознакомительного курса сокращена до необходимого минимума и посвящена прикладным аспектам практики. Целью данного курса является дать возможность «попробовать на вкус» практику «Дыхания» и получить первые результаты.

Тем людям, которые захотят затем пойти на более продолжительный по времени и глубокий «Базовый курс „Свободного Дыхания“», «Ознакомительный» станет хорошей подготовкой, обеспечивающей бо́льшую эффективность.

«Интенсив»

Этот курс предлагается только тем, кто прошел «Базовый курс „Свободного Дыхания“» и решил двигаться дальше вместе с нами. Интенсив посвящен более тщательной проработке таких тем, как:

• контакт с личной силой, проход через «не могу»;

• преодоление запрета на выражение чувств;

• ощущение собственного внутреннего стержня, возможность опоры на самого себя;

• исследование страха, превращение его из врага в союзника;

• исследование иллюзорности конфликта между противоположностями.

«Гляделки»

Как и «Интенсив», этот курс предназначен для выпускников «Базового курса». Он посвящен исследованию взаимодействия мужского и женского начал в человеке. Исследование себя, своих внутренних Мужчины и Женщины. Изучение влияний первых мужчины и женщины в жизни каждого – его родителей, проживание недопрожитых отношений с ними, принятие их и внутренняя свобода. Изменения, достигнутые на этом курсе, в социальной жизни проявляются в изменении отношений между полами. В семье – между родителями и детьми, мужем и женой и т. д.

Если вам интересно открыть для себя другие возможности, попробуйте танцевально-психологические, медитативные и арт-терапевтические тренинги для взрослых. Также в нашем Центре проводятся психологические консультации для взрослых и семей с детьми. Бывает, что прежде всего хочется оказать поддержку своим детям. Используя наши знания в области перинатальной психологии, мы создали для них специальные развивающие программы. И, конечно, оставили для взрослых возможность «праздновать жизнь» вместе с детьми.

Вопросы и ответы

– Я занимаюсь (занимался в прошлом) разными другими практиками. Можно ли их сочетать с тем, что преподаете вы?

Бесспорно. Но есть три «но».

Первое: если вы читали какую-то литературу о ребёфинге, свободном, или холотропном, дыхании и других психологических практиках и, тем более, если вы уже «дышали» у кого-то, вам будет труднее, чем новичкам. По одной простой причине: для успешного обучения чему-то новому вам нужно будет постараться стать «чистым листом».

Наше восприятие так устроено, что всякую новую информацию мы стараемся адаптировать в пространстве уже существующего у нас опыта. В результате любой новый опыт, полученный вами на тренинге (если он хоть чем-то будет напоминать предыдущий), ум будет стараться сводить к тому, что вам уже знакомо. И воспринять этот опыт как новый, а значит, и извлечь из него что-то значимое и полезное, вам будет сложнее.

Второе: по той же причине не имеет смысла интерпретировать полученный на тренинге опыт в терминах и моделях других, ранее знакомых вам, направлений, практик и систем самопознания. Не стоит вписывать новый опыт в старые рамки.

Третье: прежде чем смешивать предлагаемую нами практику с любыми другими, сначала попробуйте ее «на вкус» в чистом виде. А уж потом экспериментируйте на здоровье! Освоив технику в чистом виде, впоследствии вы сможете отделять «мух от котлет», анализируя, какие эффекты от каких ваших действий произошли.

Ведь наш опыт, как инструкторов, лежит в определенных границах той техники, которую мы преподаем, и если вы будете делать что-то свое, то ваш опыт окажется за их пределами. А значит, наши рекомендации могут быть не актуальны и неадекватны для вас.

Если вы все-таки хотите воспользоваться нашим пространством, чтобы делать что-то свое, предупредите нас об этом. И если мы сочтем возможными ваши занятия у нас на таких условиях, то мы хотя бы не будем ломать голову над вашими странными для нас результатами и постараемся ограничить свое вмешательство в ваш процесс.

– Работаете ли вы с прошлыми жизнями?

На нашем тренинге различные видения, встречи с Учителями или воспоминания прошлых жизней и другой подобного рода опыт трактуется как язык образов, на котором наше подсознание (или коллективное бессознательное) говорит с нашим сознанием.

В таких случаях мы видим свою задачу в том, чтобы научиться понимать этот язык и переводить полученную информацию в конструктивную плоскость. Например, если с каким-то событием «из прошлой жизни» сейчас уже мы ничего сделать не можем, то сам факт процессного переживания прошлых инкарнаций является уже обстоятельством нашей нынешней жизни. Он содержит в себе информацию, с которой можно работать здесь и сейчас.

– Существуют ли у вас религиозные предпочтения?

Практика «Свободного Дыхания» не имеет никакого отношения к религиям, хотя процессные переживания не оставляют никаких сомнений в существовании чего-то более всеобъемлющего и значимого, выходящего за рамки человеческого знания и восприятия. Все религии нами одинаково уважаемы.

Послесловие

Дорогой читатель! Мы постарались вместить в эту книгу довольно большую часть нашего опыта работы по методу «Свободное Дыхание». Пусть этот наш труд послужит для каждого читателя вдохновляющим импульсом для внутреннего обновления и новых открытий. Нам бы хотелось, чтобы эта книга стала для вас поддержкой в вашем стремлении улучшить качество своей жизни и обратиться к практике «Свободного Дыхания». Нам будет приятно, если благодаря нашим стараниям все больше и больше людей будут чувствовать себя счастливыми!

Ждем ваших откликов! Пусть эта книга станет началом нашего знакомства друг с другом.

Мы будем очень рады живому общению с вами.

Приходите, звоните, пишите!

Наш адрес: 119602, Москва, Никулинская, д. 5, корп. 1, коттедж 5.

Телефон: (495) 437-41-01.

Наш сайт: www.psitren.ru

Наша почта: info@psitren.ru

Команда Центра «Подорожник»

Приложения

Приложение 1. Наши дышащие о практике, или Сочинение на тему «Что мне дало „Свободное Дыхание“»

К нашему великому сожалению, мы не смогли сочинения-отчеты поместить в этой книге все и полностью. Возможно, это будет отдельная книга в будущем. Отбор самых ярких фрагментов сочинений выпускников наших тренингов принес нам большие сложности. Тяжесть этой миссии заключалась отнюдь не в том, что пришлось перечитать сотни сочинений-откровений, а в том, чтобы выбрать «достойные», ибо «недостойных» просто не было. Более того, чтение и проживание возникающих в результате него чувств и эмоций было тоже важным внутренним процессом. В очередной раз мы испытали искреннее уважение и преклонение перед людьми, приходящими на наши тренинги. Перед людьми, которые, несмотря на всю свою боль, страхи и сомнения, приходят, ищут и находят. Описанием своих дыхательных и происходящих в жизни процессов и открытий заставляют задумываться, сопереживать, восхищаться и испытывать удовлетворение от проделанной работы. Во многом именно эти чувства легли в основу нашего желания стать инструкторами «Свободного Дыхания» в Центре «Подорожник».

Ж.

Есть ощущение перемен к лучшему – само по себе это ново, до этого практически все попытки что-то изменить в себе ни к чему хорошему не приводили. Вообще, эмоциональный фон стал более положительным, чем раньше. Периоды упадка сил стали не такими сильными и длятся меньше.

Раньше сильно зацикливался (особенно последний год) на своих проблемах, которые не мог решить, постоянно сравнивал себя с другими людьми, порой все это доводило до крайности, когда, кроме проблем, ничего больше в жизни не видно, теперь уже такого зацикливания не происходит. В жизненных обстоятельствах вроде ничего не изменилось, но появился навык наблюдения за различными внутренними состояниями без «цепляния» к ним. Появился реальный опыт использования практики дыхания в различных ситуациях…

…Стал более спокойным, менее напряженно вовлекаюсь в некоторые ситуации, вообще стало меньше напряжения в жизни. Есть опыт того, когда надо прикладывать усилия, а когда этого в данный момент делать не нужно. При подобном способе обращения с собой иногда возникает ощущение – все, что происходит, происходит как бы по себе, то есть без чрезмерных ощущений с моей стороны.

Стало немного легче общаться с людьми, раньше почти всегда – где бы я ни был – было чувство одиночества, ощущение стены между мной и людьми. Получалось так, что одному плохо, но и с людьми плохо.

Очень сильно давило чувство одиночества, отсутствие близких друзей, попытки их завести, периодически заставлял себя общаться – отношения оставались поверхностными, сейчас не хочу себя заставлять – ибо это бесполезно, и вообще не хочется себя заставлять. Сейчас внимание больше обращено внутрь, есть ощущение как бы внутренней самодостаточности, и изымать себя из этого состояния нет никакого желания…

К. П.

Что мне дало «Свободное Дыхание»…

Сложный вопрос. Я вроде такая, как и была, заморочки мои никуда не делись, но!.. Я научилась выползать из них, когда они нападают на меня. Не погружаться, принимать. Не могу сказать, что я верю в СД, как в волшебную палочку, которой взмахнешь – и все хорошо. Сомнения имеют место быть, но сомнения такого плана: действительно ли это чудодейственная сила, или это просто метод отвлечь организм от захлестывающего «негатива» – организм сосредоточивается на дыхании, и он уже не придает такого значения тому, что происходит? Вообще-то это не важно. Работает же! Факт в том, что при применении становится легче, свободнее.

А механика – это моя любовь поисследовать, поизучать и найти первопричину. Может, наступила весна, может, как-то уладились с кем-то отношения, а может, что-то изменилось во мне.

Мне кажется, что я начинаю учиться погружаться в переживания ровно до той степени, до какой мне этого хочется. Я принимаю их существование, но степень вовлечения уже зависит от меня. Может, это временно, но я надеюсь, навыки эти будут продолжать помогать мне, думаю, все зависит от меня.

Очень полезно для меня было узнать о матричном анализе, когда наблюдаю за собой, теперь все время нахожу матрицы, изучаю их, нахожу, в чем они проявляются. Пробую решать их. Потихоньку.

С. А.

Результат от «Свободного Дыхания».

Я считаю, что окончательно оценить результаты еще трудно, поскольку прошло мало времени, появился некоторый сумбур в мыслях и желаниях. Во время занятий практикой дыхания повторились многие ситуации во всех сферах жизни. Если раньше я от этих ситуаций бежала, то теперь приняла решение остаться, прожить, прочувствовать их, поэтому в этот раз не было такого накала страстей, как раньше, и взрыва эмоций.

На работе в отношениях с начальством стала более уверенной. С подчиненными была очень мягкой, лишний раз не хотела их просить выполнить их обязанности, теперь научилась отдавать распоряжения, больше почувствовала себя начальником. Раньше из-за чувства жалости не увольняла плохих работников, прикрывала их, теперь почувствовала себя более уверенно, поняла, что могу уволить за плохую работу.

В личной жизни позволила себе влюбиться, признала недостатки за своим избранником – раньше любые недостатки приводили меня в шок, и я бросала отношения. Теперь, мне кажется, я именно в этих недостатках нахожу колорит человека. Также перестала корить себя за многовариантность в отношениях. Ко мне опять вернулась моя беззаботность, стала менее загруженной, я почувствовала своего внутреннего ребенка, жизнь обрела краски. Я позволяю себе делать то, что хочу.

Вышли на новое качество отношения с мамой. Она не принимала раньше мою личную жизнь, я боялась шокировать ее своим выбором, теперь она признала за мной право жить с тем, с кем я хочу.

Выявила главную матрицу, которая программировала мою жизнь: «Я – жертва», теперь отслеживаю ее появление где надо и где не надо, это позволяет вовремя корректировать свои ощущения, не впадать в депрессию.

Лучше поняла свои ценности, это позволяет мне делать выбор решения в ситуациях, где раньше я входила в ступор и пропускала шансы…

…Вообще, стала чувствовать себя более уверенной, устойчивой, защищенной, могущей очень многое и имеющей право на недостатки и поэтому стала лучше принимать недостатки в других, это помогло мне стать более лояльной.

К. К.

Что мне дало «Свободное Дыхание»:

Стал понимать хоть что-то (что со мной происходит).

Наметил канву работы над собой.

Даже сделал пару робких шажочков.

Стал меньше клевать себя, стал более расп…дяем, что стало приносить удовольствие.

Появилось больше энергии, стал немного менее помятым и осунувшимся (более статным, загорелым и мускулистым).

Сохранил большой кусок здоровья, так как провожу выходной в приятной компании приятных людей, а не в употреблении вредных для организма веществ.

Появилась надежда, что я небезнадежен (появился инструмент – что радует и дарит надежду).

М. Л.

Итак, вот конкретные результаты:

Очертились примерно источники моих проблем и наметились пути их решения.

Иногда удавалось (за время курса) «растворить» наплыв тревоги (паники) путем отстранения ее от себя (не отождествляя ее с собой).

Сделала первые шаги по озвучиванию вслух своих потребностей (недовольство), и некоторые мои близкие это заметили, начала заботиться о себе, учиться прислушиваться к своим потребностям (иногда действительно осознаю их и удовлетворяю).

Освоила принцип «и-и», применяю его в жизнь и в результате стала меньше осуждать и обижаться, больше понимать людей.

Наконец-то поняла, что я чего-то достигла по работе, хотя мне и раньше это говорили коллеги 1000 раз, то есть повысилась немного моя самооценка (наконец-то).

Немного уменьшилось чувство вины.

Немного улучшились отношения с родителями (снизилась обида на них, вспомнились светлые моменты из детства).

Стала больше прощать себя, снизила требования к себе, больше, чем раньше, ценю свои успехи, стала чуть больше концентрироваться на том, что получилось.

Увидела взаимосвязь между наблюдением за процессами в теле (дыхание, ощущение и пр.) и состоянием, то есть я могу немного успокоиться при этом. В реальной жизни пару раз удалось применить эту технику (но чуть-чуть).

Четко увидела свои маски и учусь работать с ними.

Во время пятого занятия почувствовала радость от того, чтобы быть ребенком, увидела, что детство может быть радостным. Стала меньше бояться детей и того, что с этим связано.

Возникло ощущение чуть большей, чем раньше, собранности (психической), то есть немного прояснились механизмы моего поведения, реагирования в той или иной ситуации и пр.

Р. О.

Во время курса пришло несколько интересных мыслей. Точнее, увидел некоторые моменты, о которых думаю, и которые в принципе было интересно обнаружить.

1. Понимание того, что огромное количество реакций на внешний мир происходит автоматически. Удалось найти у себя такое количество матриц поведения, что стало немного обидно за такой «автоматизм» жизни. Важным для меня стало то, что я теперь вижу эти матрицы и могу действовать в некоторых ситуациях не автоматически, а имея право выбора. Получается не всегда и не стабильно. То есть порой я замечаю матрицу, уже «отработав» по полной. Но главное в том, что я вижу! И понимаю, над чем думать.

2. Важным для меня стало то, что я увидел: в моей жизни есть эмоции, но часто я просто не вижу их из-за слабой интенсивности. Заметил, что стало нравиться слушать музыку. Стал даже ловить себя на состоянии, когда от удовольствия от музыки «бегают мурашки». Стали нравиться классика и джаз…

3. С помощью дыхания появилась возможность не вовлекаться в «конфликт с головой». Проживая раздражение, злость, ярость, тем не менее, остаюсь в состоянии ясности ума и способности нормально мыслить.

4. Большое открытие! Раньше я думал, что независим от общественного мнения, я вне «стада», я вот такой особенный и мне все равно, что обо мне думают, а главное – я делаю только то, что мне нужно, а не то, «как все». Копаясь в себе, нашел, что это совсем не так. Наткнулся на ситуацию, что я не делаю определенное действие не потому, что я не хочу. А потому, что так делает большинство и мне не хочется, чтобы подумали, что я «как все». И я понял, что многое в жизни я не делаю, боясь осуждения, думая, «что обо мне люди подумают». И когда я понял, что зависим от общественного мнения даже больше, чем некоторые, ко мне пришло такое чувство, что я сбросил «цепи». Я стал делать то, что хочу, даже если в этом процессе я был банален, «как все», или «ненормальный». И я получаю удовольствие. Пока я еще натыкаюсь на свои мысли о том, чего я хочу, но опасаюсь того, что подумают. Но зная проблему, уже чувствую себя свободным и знаю, что качество жизни налаживается.

Т.

Сейчас в конце тренинга чувствую себя очень умиротворенной…

…Я стала меньше стараться оценивать людей или оценивать себя с помощью других людей. Большое откровение для меня – это мысль, что любая встреча заканчивается расставанием. Это придает мне больше уверенности и спокойствия и мира в себе. Расставание – это не нечто негативное и разрывное (как раньше), а какая-то отсрочка до следующей встречи, как волны. Мне кажется, я стала спокойнее и увереннее говорить о своих чувствах и своих желаниях и своих точках зрения по разным вопросам. Я благодарна за ощущение способности «ловить себя» на разных масках, матрицах, как сказал Ян, «выныривать» из состояний повторяющихся. Часто это дает мне забавное удовольствие.

А. О.

…Последнее время веселюсь или печалюсь, внутри идет постоянное отслеживание, как написание алгоритма («…ага. А что тут… Надо же, как интересно поступила/сделала/сказала. А потом? Любопытно. Сейчас, ну-ну. Ну вот, опять откат» – прошу заметить: все без восклицательных знаков!!!)…

Ш. М.

Что мне дал тренинг?

Скорее всего, самое яркое впечатление и влияние на меня произвело изменение моего отношения к беременности и всему тому, что происходит с ребенком в то время, когда он находится еще в своей маме, а потом проходит сложный или не очень, в зависимости от того, какими были его взаимоотношения в течение 9 месяцев с мамой, процесс рождения. Я совсем по-другому стала смотреть, просматривать «праздник» в моей жизни и жизни моих близких. Я поняла, что каждый день можно сделать чем-то бо́льшим, чем обычно. Это сделало мою жизнь более радостной и насыщенной…

…В разрезе того, помог ли мне семинар решить те проблемы, с которыми я пришла сюда, скорее он помог посмотреть на что-то другое (может, как раз на то, на что мне следует обратить внимание именно сейчас) и несколько изменил мое отношение к некоторым беспокоящим меня вопросам…

…Огромное спасибо всем инструкторам, которые проявили такую бережную к нам выдержку и помогли открыть нечто потаенное в каждом. За тот «праздник», который вы нам устроили и стали частью нашего нового «рождения», а также Ольге, которая хотя и редкими, но очень яркими и интересными появлениями вносила в атмосферу тренинга какое-то более глубинное знание жизни и понимания. Спасибо вам огромное.

Д. Т.

…Вспоминая себя месяц назад и сравнивая с собой сегодняшней, ощущаю себя «вскопанной, взрыхленной», одним словом, пушистой. Если быть более лаконичной, то результаты следующие.

…Проработала очень важный проблемный момент в своих отношениях с дочерью. Очень часто наблюдала у себя необоснованное чувство недовольства – раздражения по отношению к ней… Осознала, что любовь к ребенку была через чувство вины, пришло осознание беспричинной любви, просто так, ни за что.

Еще один интересный момент всплыл. Сосредоточилась на «кокетстве» через болезненный переход, поняла – увидела причину. В 8-м классе сделала моментальное фото, и их увидел двоюродный брат, который старше меня на шесть лет. С презрением он сообщил, что я еще такая маленькая, а уже кокетка. И получается, что я всю жизнь кокетничала с оглядкой, чувством вины, неприятия себя, вместо того чтобы наслаждаться этим естественным процессом…

…Не могу не сказать-написать о важнейшей роли инструкторов (Алексея, Володи) в моем замечательном процессе – осознавании-путешествии. Благодаря их точной подсказке и, конечно, моей работе честной, все это случилось. Ребята работали очень мягко, корректно, честно. Пространство было чистейшим. Честно копаюсь в голове, но замечаний нет. Спасибо!

К. О.

Что дала лично мне практика «Свободного Дыхания»?

Я стала свободней: я не обязана. Мне не обязаны… Я стала менее зависимой от чужого мнения.

Получила внутреннее понимание того, что нельзя ни при каких обстоятельствах забывать, что у меня всегда есть Выбор. Альтернатива моего поведения, моей реакции. Я учусь выбирать наиболее эффективные из них. Получается. Чувствую себя еще увереннее.

Я стала более открытой. Так говорят. Однако при этом получила опыт управления своей открытостью с разными людьми, так как многих из них пугает такая открытость…

Я больше понимаю мотивы поведения людей. Стала более проницательной. Стараюсь не втягиваться в игры «не в мою пользу», да и вообще в игры.

Я стала спокойнее.

Я больше люблю себя.

Я стала взрослее. Это понимание пришло ко мне на одном из сеансов.

Я принимаю то, что «жизнь – это совсем не то, что я о ней думаю»…

В. М.

Первый раз я попал на СД в тот момент, когда очень хреново себя чувствовал после того, как от меня ушла Надька. Хотелось разобраться и разложить по полочкам все чувства и переживания, хотелось отделаться от горячей кочерги, которая проворачивалась в сердце при каждой случайной встрече. Но так как отношение ко всему в жизни было довольно скептическое, то работал с дыханием – так себе – процентов на 39. Как работал, то и получил. Честно сказать – не очень. Но народ здешний понравился и захотелось еще прийти. А потом были танцы… Боже, какие это были дни, столько открытий на единицу времени! Просто невероятно! Я услышал свое тело, полюбил и почувствовал каждую его клеточку. И Мать Мария танцевала со мной танец нашей любви! Танцую до сих пор. Как легко протанцовывать все беспокойства и проблемы! Мой танец живет в этой вселенной.

Потом опять стал дышать, но что-то не шло: шажочек – и останавливался. Но однажды, когда ничего уже не ждал, случилось чудо. Чудо, ради которого не жаль ни потраченного времени, ни сил, ни денег и после которого в сердце горит огонек, то разгорается, то затухает, но уже никогда не гаснет. Это МАМА. Мама, которая нам с сестрой в детстве ни разу не сказала слова «люблю». Мама, при разговоре с которой я от злости сломал свою правую руку. Тогда я почувствовал в чистом виде ту любовь мамы, что была всегда, любовь, не затертую моими клише, моей упертостью в правоте, моими ожиданиями и близорукостью. Я не знаю, как все это работает и как это должно быть. Но это есть, это работает. И пусть тот день СД давно в прошлом, но в настоящем живут те ощущения, и в теле, и в чувствах, и в мыслях. В настоящем – радость от предвкушения встречи с мамой и комок благодарных слез в горле при одной мысли о ней.

Ольга, спасибо тебе, Мать Мария и архангел Михаил – спасибо! Это огромное счастье, когда прозрение наступает до того, как близкие люди уходят из этого мира, и есть необыкновенная возможность прямо сейчас отдать им свою любовь, и отдавать, отдавать, отдавать без оглядки и тормозов. Мама, родная моя, я люблю тебя!

И я кричу это всем сердцем, как не кричал еще никогда!

И с тех пор много других тренингов, прорывов, срывов, ошибок, взлетов и проигрышей, жизнь летит с неимоверной быстротой: семья, работа, общественные проекты, новые встречи, грустные расставания, друзья, на которых можно рассчитывать, как на самого себя… и мама, которая теперь всегда рядом.

К. К.

Результаты «Базового курса».

В первую очередь тренинг сыграл для меня роль тыла, защиты от окружающих людей, где можно было найти поддержку и помощь в том смысле, в котором мне трудно найти это в повседневной жизни. Мне кажется, на первом этапе ощущение себя в окружении единомышленников, а не осуждающих тебя людей, играет важную роль. В будущем, когда неуверенность в себе возьмет верх, можно будет, наверное, вспомнить, что я была на тренинге, и это реальность, а не переживать то, что навязывают посторонние.

Самое большое открытие во время тренинга было у меня после перинатального процесса: впервые за очень долгое время я испытала, что же это такое, не винить себя, не наступать себе на горло, а наоборот, с удовольствием исполнять свои желания, делать, что хочу, не думая о том, что надо. Такое доверие, наслаждение изобилием я не помню, чтобы испытывала когда-то. После процесса осталось незабываемое ощущение праздника жизни, которое позволило еще несколько дней проживать с наслаждением и удовольствием. Также удивительно то, что после каждого процесса или настройки у меня проясняется зрение – так приятно видеть все четко.

Пока еще нет таких дней, когда бы я себя не винила, но после каждого процесса чувствую, что что-то меняется – в «худшую» или в «лучшую» сторону – не важно, но становится одинаково приятно, потому что что-то меняется. Во время интеграции у меня пока стабильно ощущение недовольства, желание убрать чувство вины раз и навсегда, но, по-моему, с середины тренинга это желание стало не таким напряженным. Видимо, появилось больше опыта в наблюдении за ощущениями. Мне помогает использование связного дыхания и в быту при прохождении неприятных ситуаций.

На этой неделе удивилась своему поступку: я умудрилась заплакать в общественном месте (в супермаркете). Раньше, скорее всего, я бы себе не позволила, подавила, стыдно было бы, наверное, а тут было как-то наплевать, что думают люди, мне было важно выразить, что я чувствую, и это было важнее реакции окружающих. Этот случай еще раз показал, что я могу испытывать и обиду, и радость (от такого разрешения проблемы) одновременно.

Порадовало то, что за время прохождения тренинга я заметила и записала много матриц, которые раньше мне не приходили в голову: некоторые из ситуаций я стремилась как можно быстрее преодолеть, поэтому не замечала своих чувств (теперь в этих же ситуациях я стала замечать свои мысли, ощущения), некоторые странным образом начали всплывать из прошлого, некоторым важным вещам нашлись объяснения. То есть набрался целый список матриц, которые можно прорабатывать.

Ну и, конечно, я получила много советов, которые адресованы именно мне, навыков, которые можно применять повсеместно в любое время. В принципе, это был один из моих запросов на тренинг: узнать, как же это работает не на словах, а так, чтобы я поняла и смогла это применить сама на практике.

Спасибо всем инструкторам.

К. М.

Что дал курс?

Обрела любовь к своей младшей сестре. Изменились отношения в семье. Появилось больше близости с родителями. Простила многие обиды по отношению к своим родителям. Обрела благодарность к себе, чего раньше не было. Любовь к себе, бережность. Пересмотрела отношения с друзьями и, к сожалению, с некоторыми из них мне стало неинтересно.

Уменьшилась конфликтность и агрессия. Ушел цинизм. Получила знание о родах, что неоценимо.

Думаю, что, когда надумаю рожать, вряд ли пойду по обычному пути. Но многое стало еще более непонятно. Улучшилось здоровье. «Дыхание» повлияло как сказочная гомеопатия.

Увеличилась энергия. Я хожу на танцы. Появилось желание ухаживать за собой. Появились инструменты, как вести себя в разных ситуациях. И я это использую.

К. А.

«В детстве вообще-то говорили, что если приложить подорожник к ранке, то она заживет. О том, что сначала станет больно, ничего сказано не было. Вы предупреждали, и я этого ждала, но недаром говорят, что готовым к страху и боли быть нельзя, когда накрывает, то плевать на предупреждения – в какой-то момент становится просто невыносимо. Но дышать вы все же нас научили, так что хоть и невыносимо, но не смертельно. Я ждала большего, но, видимо, получила то, что мое сознание в состоянии принять именно сейчас, и за это огромное спасибо!

Я начала бесконтрольно плакать, и с одной стороны (старые матрицы, наверное), это ужасно, но с другой – после нескольких раз мне вдруг немного, но стало легче. И еще: хоть и не с самыми близкими, но я смогла поговорить о той обиде и боли, которую мне причинили. Возможно, для других это смешно и глупо, но для меня – это черта, за которой дальше пустота. Для меня – это достижение, так как уже многие годы «обиды» и «боли» от близких не существует, зато с другими, если что, проще расстаться.

Спасибо за «и-и». Ведь понимания, что близкий человек может быть «и-и» не было. По жизни с черно-белым вариантом вроде разобралась, понимаю. Что оттенки имеют быть. Но с близкими понимание вроде было, но на уровне чувств это отторгалось. У меня ведь самая замечательная мама, и все об этом говорят, следовательно, когда она делает мне больно, я сама во всем виновата. Ведь не может она быть такой. Оказывается, может, и она, и другие. Так сказать, закон «и-и». Наверное, частично и это позволило мне снизить порог чувства вины и ответственности за все. Конечно, полностью отделения еще нет, но уже во многих ситуациях, когда раньше умом понимала, что я не виновата, но чувство вины было, сейчас вместе с мозговым пониманием пришло и понимание на уровне чувств. В таких случаях я действительно не чувствую вины. Спокойнее и рассудительнее стала реагировать на то, на что раньше я только изображала спокойствие – и в жизни, и в работе это стало очень помогать, многое, что раньше давалось с трудом, сейчас приходит легко, и самое главное – я стала воспринимать это как должное, а не думаю, чем потом буду расплачиваться. Что касается окружающих, то некоторые заметили изменения в моем лице. Говорят, что оно стало как-то спокойнее, умиротвореннее. Правда, учитывая, что я логик, частично я списываю происходящее на отсутствие такого фактора, как выставка (психически, у меня во время подготовки к ним как бы крышу сносит), но с другой стороны, я вижу свою реакцию на другие раздражители, и она не стандартна – в хорошем смысле этого слова. Частично вернулся тот оптимизм, что был раньше, стал возвращаться «вкус» к жизни, к работе, который некоторое время назад утратила. Становится интересно, а не нужно. Грустно по-хорошему, что это начало, ведь докопавшись до некоторых моментов, пришло понимание, что это не дно, а лишь один из этапов, до которых смогла спуститься, и рыть надо глубже. Вопрос: смогу ли? Надо ли?..

…Спасибо Яну, Володе, Татьяне за мягкость и тактичность в рытье ям в моей душе. Вообще спасибо всей вашей команде, и Лене, и Наде, и Ирочке. Вы все создали замечательную атмосферу, и я вам по-хорошему завидую, так как то, чем вы занимаетесь, безумно интересно. Хочется надеяться, что когда-нибудь и я присоединюсь к столь прекрасному обществу.

Когда-то, пройдя через боль и увидев, что может быть хуже, я приняла решение не допустить этого с собой и работать на опережение. Так я отрезала очень многие куски жизни. Сейчас начинаю пытаться их пришивать. Надеюсь, до встречи!»

Б. Е.

Сегодня наступил самый тяжелый момент из всех процессов – написание сочинения. Ой, не силен я в этом жанре…

Но все же о том, что дал мне курс «Свободного Дыхания»?

Описать то, что я получил, очень сложно. Скажу вам, было тяжело, но очень полезно. Я наконец стал воспринимать себя более целостно. Перестал торопиться, ускорять себя и нервничать. Ушло ощущение суеты; того, что не успею что-нибудь сделать; обвинения себя в тупости и лени.

Взамен пришли ощущение покоя и осознание того, что все правильно и гармонично в этой жизни. Я осознал, что есть выбор, и это приятно радует. Теперь я не обвиняю людей в своих грехах. Каждый человек, встречающийся на моем пути, – есть отражение моих чаяний, моих глубоко сокрытых переживаний. Раньше я не часто шел на контакт. Да и вообще тяжело схожусь с людьми, но при этом никогда не страдал от этого. Сейчас на контакт иду еще реже. У меня всегда была цель, а сейчас еще появился метод ее достижения.

Теперь я буду с вниманием и уважением выслушивать мнение любого человека, даже если оно будет враждебно на тот момент времени, и не буду осуждать человека, если он не окажет мне такого же внимания. Надеюсь, у меня хватит сил и смирения справиться с собой.

От курса «Свободного Дыхания» я получил внутренний покой. Покой этот пришел, когда я начал замечать знакомые черты очень знакомых мне людей в малознакомых людях. И осознал, что со смертью не заканчивается процесс жизни. И что жизнь – это школа, где есть второгодники и отличники. А кто встретил достойного учителя, смог вынести правильный урок из ситуаций самим же созданных, думаю, счастлив. Жизнь – это не спринт. Жизнь – это марафон. И если я не успел на первых километрах, это не значит, что все пропало. Настройся и не выходи из процесса. И все станет на свои места.

Я осознал, что все, что мне мешало в этой жизни, меня и защищало. Защищало от многих неприятностей. И слава Богу, это произошло и есть. Ибо это величайшая истина для меня!

Г. А.

За время прохождения курса я получила опыт, я заглянула без страха в «туманы» своей души, и этот процесс не наводил на меня страх. Я узнала на одном из процессов, что страх может превратиться в абсолютно другое, не страшное, а приятное ощущение. Мне очень понравился результат, когда в очередной раз, когда мне казалось, что «все плохо», я расписала, что конкретно плохо, что я имею и чего я себя лишаю. Я рада, что наконец-то я осознала, пропустила через себя эти ситуации со своим «плохо» и «я такая несчастная».

Очень ценными и удивительно красивыми были последний процесс и предпоследний, после которых я вижу вокруг меня интересных, доброжелательных людей, я чувствую себя красивой женщиной, уверенной в себе, и даже ошибки, которые я делала, я воспринимаю как очень ценный и значительный опыт. Мне очень помогает дыхание, мне интересно дышать и наблюдать, что я чувствую, как меняется мое состояние и отношение к окружающим или внешней ситуации. Я довольна и горда за себя, что прошла до конца этот курс, преодолела непонимание и страх не посещать и не изучать себя.

Д. О.

Итак, мой приход на «Свободное Дыхание» был обусловлен рядом причин, которые на тот момент казались очень важными и значимыми. Огромную часть моего внимания занимали кастанедовские представления о мире и его философия, свой вклад в мировосприятие внесли также некоторые психотропные вещества.

Однако уже на первом процессе стало ясно, что измененных состояний сознания можно достичь менее травматичными для организма методами…

…До прихода на «Дыхание» отношение к жизни было как к неизбежной череде неудач и напрягов, которые надо было принимать с чувством неизбежности, фатализмом. Моя сконцентрированность на проблемах, напрягах и прочем была настолько сильной, что ничего хорошего даже и не замечалось. Теперь, однако, очень приятно обращать внимание на все хорошее: как поют птицы, как идет дождь, как приятно ощущать себя главным, а проблемы – отодвинуть на второй план, хотя их значимость и необходимость решения никуда не прошли.

Еще внутри воспитался внутренний наблюдатель, который теперь все чаще, отслеживая какую-либо ситуацию, еще и задает вопросы типа: «Зачем тебе это?» или: «А почему ты так поступил?», что наводит иногда на очень интересные мысли. Например: чтобы ощутить свою уникальность и особенность, отличие от «обычных людей», я не должен делать все, что делают они, то есть смотреть телевизор, читать газеты, а также заниматься фитнесом. Желание выделяться из толпы лишает меня очень многих интересных вещей просто потому, что это делает толпа.

Понимание таких вот штук, а также матричной структуры изменило очень многие аспекты в отношениях с людьми. Одним из главных своих достижений я считаю умение вовремя смолчать, а также не выдавать первую попавшуюся фразу, а подумать прежде. Иногда хватает и полсекунды, а смысл сказанной фразы меняется и не доставляет впоследствии дискомфорта…

Д. Л.

По воле судьбы или жизненной необходимости я попала на базовый курс «Дыхания» к Ольге Коношенко. Данный курс оказался для меня как бы тем наполнителем, который заполнил пустоты моей жизненной основы. Я получила, то есть осознала, ответы на многие свои вопросы, очень отчетливо увидела, ощутила все это вплотную, у меня стали меняться жизненные ситуации, причем так все бурно, что я не успеваю наслаждаться всеми изменениями, которые происходят как само собой разумеющееся.

Для меня открылся мой внутренний мир! И маленькие чудеса не заставили долго ждать. Порой я ощущала себя очень могучей, сильной, могущей сделать абсолютно все, порой очень слабой, очень беспомощной. Сейчас у меня как бы установилось равновесие – покоя и мира, радости и счастья в душе, силы и добра, и других ощущений, которые готовы по моей воле всегда оказать мне поддержку в любой моей жизненной ситуации. Стоит только захотеть, как все начинает закручиваться вокруг меня и появляются те ситуации, которые исполняют мои мысли. Появилась ответственность за все происходящее вокруг меня! И это наполнило меня новыми ощущениями. Жизнь безумно прекрасна и интересна! И все, что со мной происходит, создаю я.

Все мои надумывания отошли-ушли навсегда! Слава Богу! У меня откуда-то взялось красноречие – могу очень красиво, витиевато философствовать, талантов стало проявляться много. Всплывают в голове многие жизненные, технически осознанные проекты. И знаю, что легко воплощу это в жизнь. Я стала очень отчетливо видеть то, что хочу!!!

Я очень благодарна этому тренингу!

Всему коллективу низкий поклон.

К. С.

Самое главное, что дал мне курс СД, – это бережное отношение к своей реальности. Это жемчужина.

Я сюда шла, чтобы поработать со своими подавленными переживаниями. Поработала:-).

Я была очень рада, что они выходили на меня не штормовой волной, а постепенно, на мои отвергнутые внутренние части. На «Базовом курсе» СД я присмотрелась и с удивлением увидела, что у меня есть внутренний ребенок, внутренняя женщина, еще подавленная сексуальность и подавленная агрессия. Про ребенка надо отдельно. Всем большое спасибо! За что? За то, что в процессе ваших занятий нашелся еще и внутренний взрослый, которого я искала столько лет в других людях. Взрослый… У него есть опыт, накопленный за всю жизнь, и интуиция. Удивительно то, что все эти субличности могут сосуществовать вместе. Еще помню ярко, что на второй неделе занятий я с удовольствием заметила, что жизнь уже не кажется ужасной. Жизнь становится больше похожа на приключение. Отдельно надо про настройки. Наблюдение за дыханием – это супер! Просто наблюдая за дыханием, можно столько в себе увидеть!..

Из неподписанного сочинения

Что мне дал тренинг «Гляделки».

Странно, что заданное сочинение может вместить в себя это невообразимое, огромное чувство БЛАГОДАРНОСТИ за такую работу! Какое огромное пространство внутри открылось для меня в жизни. Теперь только я понимаю, что означает формула «Познай себя, и ты познаешь мир». «Гляделки» – это тренинг, где произошло настоящее познание себя, где мое «я» избавилось от ложных представлений, потому что я увидела себя, как ТВОРЕНИЕ Бога. Во мне нет ничего неправильного, неверного, во мне есть ВСЕ. И все это чудо. У меня до сих пор замирает душа от этого главного ощущения.

П. С.

Самое важное для меня на курсе стало понимание важности бережного отношения к себе. Не насиловать и заставлять, а осваивать – это являлось для меня чудом, что можно любить себя, исследовать, можно направлять в интересах развития, а не ломать, бить, заставлять.

Я отдаю себе отчет, что впереди меня ждет серьезная работа, но я на нее настроена и в будущее смотрю с оптимизмом.

Я очень благодарна всем инструкторам за бережное отношение ко мне, за старание даже травмирующую информацию изложить наиболее щадящим образом.

Мне хотелось бы продолжить практику дыхания в центре, пройти другие курсы и, возможно, стать стажером на «Базовом курсе».

О результатах я говорить пока не буду, они есть, и меня радуют. Но главная работа – впереди, и о достижениях своих я обязательно расскажу.

П. О.

Что мне дал курс «Свободного Дыхания»?

Хочу поблагодарить всех инструкторов, помощников за то, что они для меня сделали. А сделали очень многое. Если вспоминать два месяца назад мое психологическое и физическое состояние, то можно отметить его как «никакое», потому что я была в такой ж…пе.

Курс СД меня потихоньку оттуда вытягивает, и есть подозрение, что еще чуть-чуть – и все будет нормально, а в дальнейшем в моей жизни все будет хорошо!

Я не ожидала, что при помощи дыхания можно управлять собой, а как следствие и ситуацией, в которой я нахожусь, то есть быть всегда «здесь и сейчас», а от этого многое зависит. Зависит, какой я чувствую себя в данной ситуации. Поразило меня и то, что существуют разные типы дыхания, при помощи которых я могу владеть ситуацией, так как обладаю определенным качеством, необходимым для этой ситуации…

…А вообще, я хочу сказать, что при помощи «Свободного Дыхания» я получила много ценных опытов, я знаю о себе гораздо больше, чем раньше. Близкие мне люди, коллеги, друзья говорят мне, что я сильно изменилась, да и я сама это чувствую, и по-другому быть не должно. Это все СД, которое, повысив чувствительность, заставляет смотреть на те же самые вещи совсем по-другому и поворачивать жизненные ситуации в нужном мне направлении.

Спасибо вам огромное за ценный, мощный, плодотворный курс СД!

Я не собираюсь останавливаться на достигнутом и буду двигаться дальше в своей работе над собой, мне это очень-очень интересно, а самое главное – наступает чувство собственной значимости и удовлетворения, когда есть результаты, и результаты положительные. Спасибо!!!

Л. В.

Что дал «Базовый курс»…

Опыт. Я стал немного опытнее, мудрее и освоеннее в себе.

Важное, что я вынес из этого курса, – интерес к применению данных инструментов, и не только дыхательных процессов, в быту и вообще по жизни.

Я стал расслабленнее, свободнее. Стал отлавливать «крючки» – момент зарождения мысли, которая раньше, как правило, становилась навязчивой (что-то не то сказал, не так сделал, не так себя повел) рефлексией. Сейчас я это замечаю, и происходит что-то конструктивное (вывод, заметка) или отпускание (неловко? ОК! Неловко, так неловко – двигаем дальше).

Меньше сожалений. Больше принятия ситуации, которые не могу изменить, и действия внутри ее.

Был запрос взъерошить себя и еще раз перебрать – чтобы улеглось погармоничнее. Похоже на то, что расслабился эмоциональный орган – я стал позволять себе, что раньше не позволял, хотя это порой и кажется безумством. Я больше себя воспринимаю, какой есть, и больше себя люблю.

Чувствую себя собраннее, целостней.

С. М.

Путь к себе…

…Главным моим запросом на «Дыхании» было – слышать и слушать себя. Для меня это значит быть свободной от стереотипов, комплексов и т. д. Это состояние мне удалось в себе найти где-то после третьего процесса. А еще на седьмом процессе я искренне поблагодарила себя. И вот эта искренность во мне и есть путь к себе. Я была счастлива это обнаружить.

После 6-го процесса я прочитала Ольгину сказку «Домик тигренка». Она сработала как щелчок, который выстрелил в моем сознании. Я пришла к гениальному открытию, что путь к моему домику – это моя искренность и честность к себе. Я поняла, почему мне неуютно во всех местах, почему я испытываю раздражение к моим близким людям, почему у меня таким образом складываются отношения с мужчинами. Я поняла, что человек, которого я встретила, пришел в мою жизнь с другой функцией, совсем не для того, чтобы заполнить пустоту, у него другая роль, дополнять, а не заполнять. Для начала мне должно быть не скучно самой с собой, а все остальные и все остальное – это цветы, небо, солнце вокруг моего любимого домика.

Это открытие я сделала 17 ноября после шестого процесса. Меня это очень сильно потрясло, и я решила попросить у моего партнера прощения за то, что я не так его воспринимала. Я не стала ему объяснять за что, просто сказала: «Прости меня». А он и не просил объяснения – за что.

Теперь мне хочется строить свой домик, и я думаю, что у меня впереди много открытий.

А. Т.

После того как я пришел на «Базовый курс», мне казалось, что я поставил амбициозные цели, которые достиг уже к третьему занятию. Дальнейшие занятия были для меня увлекательным путешествием в свой собственный внутренний мир, с его возможностями и потенциалом. К окончанию курса я четко представляю себе, в каком направлении мне развиваться и работать над собой, у меня есть инструмент для этого и с каждым новым личным успехом усиливается мотивация. Если говорить метафорично, то чувствую себя бабочкой, которая вылезла из кокона, и теперь осталось только научиться летать. Понимание того, что предстоит еще продолжительная и непростая работа, меня не пугает, потому что я знаю, что техника эффективна, и я с удовольствием наблюдаю, как меняется мой взгляд на мир внутри меня и как это отражается в мире вокруг меня. За время курса я завершил несколько бессмысленных конфликтов, стал контролировать контрпереносы в работе с клиентами, вышел на более конструктивный уровень общения с близкими родственниками и с противоположным полом. Очень благодарен команде инструкторов за благодушное отношение, за мудрость и терпение, за приверженность собственным обещаниям и за атмосферу любви и принятия, созданную на занятиях.

М. А.

Что мне дали вы и «Базовый курс».

Улучшение психологического состояния. Отличный опыт самоанализа истинных чувств и эмоций, а также их проживание (именно проживание), что позволяет не растрачивать силы на борьбу с ними. Настроение, кстати, тоже стало более хорошим. Применение техник дыхания в жизни, которые помогают конструктивно перенести дискомфортные ситуации, но, конечно, пока еще не все техники и не во всех ситуациях. Первые шаги к взрослению! Принятие некоторых своих психологических особенностей, тех, в которых либо я не мог себе признаться ранее, либо знал об их существовании, но не мог принять и понять. Опыт переживания настоящей внутренней гармонии. Знание и понимание, что такое матрицы и что, собственно, с ними делать. Улучшение физического самочувствия.

Все это больше чем то, на что я рассчитывал.

Спасибо вам большое.

А. Ю.

На занятия я пришла с целью найти в себе гармоничное состояние, жить с ним, дружить с собой, быть целостной личностью, любить и уважать себя.

На процессах я смогла получить несколько минут такого состояния, причем назвала пережитые эмоции не сразу, мысль о том, что я как раз таки испытала состояние гармонии, пришло позже. А на следующем занятии, на процессе, очень четко почувствовала себя очень цельной и сильной личностью. Что было очень и очень приятно.

Состояние это пока не постоянное, как этого хочется, но это будет уже следующий шаг. Главное, что оно – состояние (гармония, целостность) – было найдено, прочувствовано, прожито, то есть появился личный опыт данных переживаний и состояний.

Ц. О.

Никогда прежде мне не приходилось бывать на психологических тренингах. Но представление о них сложилось (видимо, по эпизодам из зарубежных фильмов про психоаналитиков), как о большом формализованном занудстве…

Но совсем не так оказалось здесь, на тренинге по СД. Мне было очень интересно и подарков – целая корзина (эффективных и простых инструментов, чтобы понять себя лучше, стать чуточку счастливее…)

Раньше я пребывала (говоря «в крупную клеточку») в «бинарном» состоянии:

• борьба с собой и миром (с одной стороны);

• отдых в медитации, набор энергии и т. д. (с другой стороны).

При этом я не понимала, где та щель, через которую несанкционированно утекает энергия (как газ на Украине). Оказалось, что «щель» – это противопоставление себя миру, поддержание иллюзии отдельности, конфликтность матриц… Для меня это важно.

Произошла коррекция моей модели мировосприятия (как я надеюсь), смена модели «либо-либо» на модель «и-и», ну это просто бальзам на израненную и растерзанную душу… За это отдельное спасибо.

Совершенно отчетливо ощущается психологическая и эмоциональная разгрузка…

Однажды к нам в гости приехал старинный друг мужа вместе со своей собакой колли. Мы пошли гулять в лесопарк. Колли отбежала к кустику и смотрит вопросительно на хозяина, а тот говорит псу: «Можно». И только тогда колли поднял лапу и облегчился… Я просто «отпала» от такого взаимопонимания. Вот так и я сняла тяжелый рюкзак с камнями со сгорбленной спины, когда сказала «можно снять с себя ответственность за все»… Стало значительно легче… Спасибо. Еще одна коррекция моей модели взаимодействия с окружающим миром – возможность смены категорий НАДО на ХОЧУ… просто опрокинула и оглушила. Эту матрицу НАДО вряд ли удастся растворить. Всю жизнь так воспитывали в семье, так долбало государство, так 23 года работала в «закрытых ящиках» системы АН, так что перестроиться на воздушное ХОЧУ трудно.

Понимание своих стереотипов восприятия, мышления, поведения…

Нет навыков скрупулезно и последовательно простраивать свою жизнь так, как хочется…

Собственно, не очень-то и понятно, а как хочется. Были мечты… которые все время откладывались на потом. В детстве очень хотелось собаку… А любимая бабушка, объясняя невозможность этого, уговаривала: «Вот вырастешь, выучишься, окончишь институт, выйдешь замуж, получишь квартиру, вот тогда и заводи…»

Ощущение жизни, отложенной на потом, ощущение жизни в стиле «вокзальной суеты» (бестолково и наспех).

Сам процесс Свободного Дыхания позволяет быстро набрать энергию, отпустив свои внутренние зажимы. После процесса – состояние «свежепостиранной» изнутри тушки, которая сохнет на солнышке, отражая его лучи на каждого встречного-поперечного…

Большая помощь – связанное дыхание. Оно позволяет мне эмоционально не включаться в ситуацию, и это здорово разгружает…

…Раньше я расценивала ваш тренинг как «тренинг обучения счастью». Но теперь… у меня повысилась оценка восприятия тренинга по СД, теперь расцениваю вашу деятельность как Подвижничество… Потому что (и здесь голосом кота Матроскина) счастливый человек – это хороший человек, а если хороших людей будет больше…

В общем, СПАСИБО!

Б. И.

Есть ощущение Пути, перспективы, и в моих руках достаточно инструментов, чтобы двигаться дальше.

Стали понятны способы работы с бесконечно повторяющимися «кругами» моей жизни. Безысходность, невозможность ничего изменить исчезли, появилась готовность к действию. Это поле можно пахать и пахать!

Я чувствую, где внутри меня живет состояние определенности, устойчивости, достоинства, защищенности, и это позволяет более расслабленно, спокойно относиться к изменениям внешнего мира и меня самой. Отношение к этой изменчивости сменилось с «опять насыпалось проблем – придется разгребать» на «мир приносит разнообразие в мою жизнь, делает ее интересней, позволяет получать новый опыт».

Теперь я знаю, что могу опереться на различные типы дыхания в сложных для меня ситуациях. Да и сами подобные ситуации я сейчас рассматриваю как пространство для исследования собственных возможностей и закономерностей мира. Стало интересно пробовать свои силы.

Я могу более открыто воспринимать других людей, нет необходимости отгораживаться. Не так страшно обретать новых. И можно бесконечно открывать неизвестные качества у старых знакомых…

…Изменилось отношение к физической боли. Раньше я считала ее просто помехой в выполнении моих планов или обязанностей. Теперь я уважаю ее право на существование, принимаю возможность возникновения боли как часть жизни. Чувствую, что порой боль может являться индикатором переживаний, которые я сама от себя прячу.

Интересно продолжить осваивать конструктивную инь. Полученный опыт – многообещающий!

Г. Л.

Курс «Свободного Дыхания» открыл для меня двери в новое прекрасное будущее и настоящее. Возможность получать удовольствие и радость не только от каких-то суперзначимых событий, но и от повседневной жизни!

Появилось море энергии! Стали меняться отношения с некоторыми людьми. Я стала ближе к себе. Больше прислушиваться к собственным желаниям. У меня появился друг, который всегда рядом, потому что живет внутри меня!

Еще в моей внутренней квартире начался ремонт с увеличением жилой площади и значительным улучшением качественных условий.

Спасибо вам за то, что смогли приоткрыть дверь в этот чудесный мир.

КВА!!!

Р. Н.

Одной из целей курса было понять, насколько я в ладу с собой, насколько я себя знаю и насколько я воображаемая (представляемая) соответствую себе реальной. Соответствую не очень хорошо. Я лучше, чем думаю о себе, у меня есть такие качества, о которых я и не подозревала.

Помимо найденных в себе новых качеств (например, способности сосредоточиваться, силы воли) до меня дошло много всяких интересных вещей. Самыми интересными и удивительными было понимание того, что моя самореализация и мой комфорт для осуществления нуждаются в других людях (а не в самоизоляции). Что мое счастье связано с наличием людей вокруг меня. И, кстати, за ними можно не бегать, они сами приходят, оказывается.

Еще очень удивительно, что не нужно себя насиловать, заставлять что-то делать, решаться на что-то. Само как-то все получается. Не нужно себя воспитывать, за собой следить, делать из себя человека – ощущение, как будто я на каникулах и отдыхаю. Многие мои страхи, как оказалось, связаны с заставлением себя что-то делать. А если делать не когда надо, а когда хочется – то ничего не страшно, а даже приятно. Чудеса. И хорошо так, легко и весело!

Спасибо!

Р. С.

Записываясь на «Базовый курс», я делал запросы, связанные с различными страхами, социальными фобиями и другими «занозами», которые не позволяли мне быть в гармонии с собой. В мыслях было ощущение потерянности в этом мире, непонимания, куда я иду.

В процессе занятий произошли изменения у меня в сознании. Одно из самых главных знаний, которые я приобрел, было то, что не надо гнать, ругать, избавляться от всего того, что мешает, а наоборот – принять, согреть и подружиться с ним.

Все, что во мне есть, никуда не девается, поэтому ключ к гармонии – это принятие не только хороших, но и плохих качеств, и очень важно научиться менять свое отношение к своим реакциям на те или иные обстоятельства для того, чтобы знать и любить все свои качества, которые на поверку оказываются совсем не такими, как кажется на первый взгляд. К таким мыслям я пришел в результате прохождения «Базового курса СД», за что выражаю огромную благодарность его устроителям.

Благодаря знаниям, полученным на «Базовом курсе», для меня открылись новые горизонты в понимании человеческих взаимоотношений, стало намного легче выявлять настоящие причины возникновения различных неприятных ситуаций. В то же время стало понятно, что изменения окружающего мира надо начинать с себя самого.

Это был хороший опыт. Спасибо большое!

Д. С.

…Техники «Свободного Дыхания» позволили мне остановиться в суетном беге, осмотреться. Я понял, что все ответы лежат во мне, внутри. Надо только уметь их видеть, слышать, короче, воспринимать. Появилась некая расслабленность в мыслях. Даже передалось это на тело, оно стало ощутимо мягче и гибче, что ли.

Поменялось восприятие окружающего. Уменьшилась полярность восприятия – плохое и хорошее. Даже физическая боль, оказывается, – это не значит плохое.

В общем, БОЛЬШОЕ ВАМ СПАСИБО!!!

М. Е.

…У меня выработалась привычка наблюдать за ощущениями в теле, когда возникают эмоции и чувства, но особо я эти ощущения не замечаю, они не так ярко выражены, кроме чувства страха – оно конкретное, жгучее, яркое, в области солнечного сплетения, и особенно конкретно я стала его ощущать после последнего занятия.

На днях ко мне привязался полубомжеватый мужичок, обиженный на весь мир и ищущий к кому прицепиться, и, идя за мной по тротуару, стал цепляться ко мне, что я не так одета, у меня нет ума и прочая ерунда. К сожалению, я всегда в таких ситуациях пугаюсь, боюсь чего-то, злюсь, расстраиваюсь и потом очень-очень долго вспоминаю такие случаи и обида сидит во мне иногда годами, как бы я ни объясняла себе логически, что эта ситуация не стоит такого моего внимания, что ничего страшного не произошло, все равно я тупо отдаю ей энергию, обидные слова звучат у меня в голове долго. В этот раз на приставания мужика у меня возникло привычное чувство страха в животе, и я автоматически начала отслеживать это ощущение (просто вы выработали во мне эту привычку, все время прося следить за ощущениями в теле), наблюдала за этим ощущением вроде чисто механически, по привычке, больше была сконцентрирована на словах мужика и мыслях о том, как бы он от меня отстал. Потом я ускорила шаг, и мы разошлись, и дальше у меня должно было, как всегда, разлиться по всему телу возникшее в этой ситуации чувство страха (из живота поползти по телу), потом должна была бы наступить слабость и пр. И естественно, должен был быть поток тревожных и обидных мыслей. Но в этот раз произошло чудо: ощущение страха из живота исчезло. Ну ва-а-ще!!! Ведь было, конкретно. В теле тоже ничего не возникло, что должно было (скованность мышц, дрожание и пр.). А главное – это не запустило «словомешалку», перемалывание ситуации, переживания и пр. То есть я думала об этом случае потом, но очень мало и НЕ ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ СТРАХА И ФИЗИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНЕННОСТИ В ТЕЛЕ И ОПУСТОШЕННОСТИ В ДУШЕ, а больше через ум, который слегка проанализировал эту ситуацию и отпустил ее (не мгновенно, но быстро). Не было болезненной эмоциональной вовлеченности, разрушения и всего того, что было раньше и что так отравляло мою жизнь. Неужели это произошло только из-за того, что я в нужный момент понаблюдала за ощущением в теле? Если это так, то это такой ключ к разрешению других проблемных ситуаций! Получается, что этот механизм тревожных мыслей запускается через изначальное физическое ощущение в теле? Или сначала мысли – потом ощущения – потом снова мысли? Или все эти вопросы не важны? А что тогда важно? Мне бы очень хотелось понять, как и почему все это работает. Я так устроена, что хочу все знать, мне это дает уверенность. Но, с другой стороны, если это знание спугнет синюю птицу, клюющую зерна в тайниках моей души, то ну его в болото…

М. С.

У меня было довольно непростое отношение к времени своей жизни (прошлое, настоящее, будущее). Отношение к прошлым событиям – это все неправильно, мне не хочется многое вспоминать, «это было не со мной». Чувство брезгливости, стыда. Вывод: «там я плохая». Причем я могу сказать это про все периоды прошлой жизни.

Отношение к будущему – ожидание волшебства, чуда.

Отношение к настоящему – это какой-то «перевалочный пункт», «зона ожидания».

Прошлые события – это вещи, КОТОРЫХ Я НЕ МОГЛА ИЗБЕЖАТЬ, так как это мой путь, все, что я прошла, это благодаря моему опыту на тот момент, знаниям, возможностям. Ко всему этому надо относиться с уважением, в противном случае это выступает как неприятие себя и соответственно отражается на настоящем времени.

Теперь для меня очень важно настоящее, так как оно было раньше только маленькой точкой между большими отрезками. Настоящее – это большое пространство, в котором много красок, форм, запахов, чувств и опыта…

Ш. М.

Язык образов, послесловие.

Трудно подбирать слова, чтобы точно описать ощущение себя после опыта этого тренинга.

Попробую начать с такой аналогии: я знакома с работой часовых мастерских и знаю, что многое зависит от инструмента, которым работает Мастер. Самую ювелирную и сложную работу по починке механических часов подчас можно выполнить только при наличии тонкого выверенного дорогого инструмента.

Таким «инструментом», которым теперь я пользуюсь при наладке, настройке или починке «внутреннего механизма», являются медитации языка образов.

Теперь я чувствую себя не только своим другом, но и тайной, и ведуньей.

Теперь любая сложная ситуация для меня – повод увидеть ее.

Сложное чувство – повод обратиться к нему, заметить его, узнать.

Опыт оказался богатым. Разных открытий так много, что не могу выбрать, о чем рассказать. Оказывается, богатства находятся совсем не там, где я искала их раньше. Безусловно, я ощущаю себя богатым человеком.

Хотя, что греха таить, подчас мне бывает стыдно, что я, имея такой богатый выбор вариантов взаимодействия с миром, действую по привычке, убеждая себя, что сейчас вот с этой «засадой» разберусь по старинке, а в следующий раз в аналогичной ситуации начну пользоваться полученным опытом. (Как дракон, умирающий на злате в своей темной пещере…)

…Я хочу двигаться дальше в этом направлении. Освоенные мною ранее методы взаимодействия с миром, конечно, хороши, но так скудны. «Имею сопилку из семи дырочек, а дую в две или три

« Хотя нет, имею-то я орга «н, не меньше.

Хочется использовать свои возможности в полной мере. Соответствовать щедрому, многообразному миру, наделившему меня от любви ко мне такими богатыми возможностями по образу и подобию своему.

Спасибо, Оля, Таня. Ну и мне тоже.

Л. И.

Мне стало интересно жить – сейчас и здесь.

У меня появилась уверенность в своих силах и возможностях. Я стала наблюдать за своими чувствами и ощущениями, стало немного проще разбираться в своих «хочу».

Я научилась (я еще не волшебник, я только учусь) слышать себя, а следовательно, и других.

Я перестала чувствовать себя ненужной, лишней, мешающей всем. Я ощущаю любовь, уважение (как я, так и ко мне).

С. Е.

Что мне дал тренинг на данный момент.

Тренинг позволил расширить палитры восприятия. Вместо привычных тропок обнаружились привычные тропки и новые пути: проходимые и непроходимые. Асфальт, леса, болото – все имеет свои свойства и все это годится для использования в определенных ситуациях. При этом движение жизни не тормозится ни на входе, ни на выходе меня: каналы расширяются.

Они стали шире, чем это было, и это позволило жизни протекать в большем объеме во всем своем многообразии. Есть и хорошее, и плохое в категориях «той жизни». Но ко всему этому поменялось отношение: оно стало одинаковым.

Я научился с радостью и пользой для себя брать и возвращать в жизнь свое особенное «я».

Связь между разными частями самого себя начала проявляться, начала становиться видимой.

И начали выстраиваться такие «причинно-следственные» связи, до которых в «той» жизни не додумкал бы ни за что. Процесс изучения себя стал процессом связи себя разного в себя единого и общего.

В. А.

Что я получил от «Базового курса» СД.

Появилось гораздо большее принятие и понимание Людей (в том числе себя самого), различных ситуаций, принятие и понимание негативных событий прошлого (они перестали или постепенно перестают быть травмирующими, вызывающими дискомфорт, печаль, злость и т. п.). Сильно увеличилось чувство так называемой Божественной Любви, Единения с миром, с людьми (люди воспринимаются в контексте: «Ты – это Я, Я – это Ты», что заставляет более чутко, бережно с ними обращаться). Видимо, увеличилась энергетика организма, так как я стал менее чувствовать усталость к концу дня, и вообще… Я начал по-новому смотреть на Мир (в гораздо большей степени глазами Ребенка, что меня очень-очень радует), с большей Радостью, Интересом и другими положительными чувствами. Стал более раскрепощенно чувствовать себя психологически во время общения с людьми (меня это очень радует, так как по жизни это всегда было одной из самых главных моих проблем).

В общем, я доволен, что прошел этот курс.

Инструкторы очень хорошие, душевные ребята (а ведь это очень важно, во всяком случае для меня, чтобы тренер, наставник вызывал личную симпатию).

Л. Л.

Моя жизнь стала прекрасной… Я наполнилась нежностью, мягкостью, удовольствием. Когда смотрю вокруг, мне кажется, что в моей жизни возможны чудеса и для исполнения желаний нужно только четко знать, чего хочешь на данный момент. И в то же время я не склонна принимать все за чистую монету.

Мои структуры «Мир опасен» и «Кругом одни враги» работают. Но я с ними начинаю дружить, они нужны мне – это мой инстинкт самосохранения. Теперь я называю их «Партизанскими структурами». Я сразу же и безоговорочно не отвергаю то, что дает мне жизнь, саму жизнь, а посылаю своих «партизан» на разведку. Там они все вынюхивают, высматривают все под лупой, пробуют на вкус и мне докладывают. И я принимаю решение по поводу проявления этого события в моей жизни. Да, и на самом деле я с удовольствием и интересом, и наслаждением провожу разведку. Я испытываю интерес, любопытство к жизни, ко всем ее проявлениям. Я почувствовала, что у меня есть своя жизнь, свои интересы. Захотела заглянуть в себя. Хочу ее наполнить, насытить, напоить всем тем, что мне доставляет наслаждение, счастье, удовольствие. Всем тем, что у меня вызывает радость, смех, счастье. Всем тем, от чего я испытываю удивление, интерес, любопытство. Конечно, это дело не одного дня и не двух недель.

Мужчины вызывают у меня интерес и любопытство. Я стала наблюдать за ними, всматриваться в них. Я изучаю их, все их части: детскую, взрослую, женскую, мужскую. Так удивительно мне их анализировать и изучать. Они действительно бывают разные-разные. Даже моя сестренка заметила, что за все это время я ни разу не сказала, что все мужики сволочи и твари, и уроды – все как один. Я вообще перестала их обзывать, да и вообще, по их поводу расслабилась и хожу – тащусь от жизни.

В своей жизни прежней я чувствую, что мне стало мало места, я была такой, такой, такой. А теперь я могу быть и такой, и такой, и такой. Меня раздуло, как воздушный шар, от моего разнообразия и вытолкнуло из коробочки, в которой я жила. Вытолкнуло из границ, которые я себе определила и всеми силами их поддерживала в себе и в окружающем пространстве. Сейчас воздушный шар привязан к этой коробочке на ленте узлом. В моей жизни дует ветер перемен, и шар колышется – он рвется ввысь. От каждого порыва лента натягивается. От каждого события происходят изменения, и узел на коробочке ослабевает. Я сейчас коплю силы и осознаю все то, что происходит в моей жизни и во мне, напитываюсь переменами, которые случились во мне. Для меня они очень мощные, такие, что все отражается на психосоматике. Мне нужны силы и время, чтобы все это впитать. Я думаю, что близки тот час и та минута, когда узелок совсем ослабнет и развяжется, и я полечу в другую свою жизнь. От жизни, в которой принципы: страдать, ныть, маяться и затаиться, к свободной светлой жизни, в которой главный принцип – счастье. Я стала мягкой и открытой, и жизнь открылась мне и стала мягкой.

Отец мне пишет смс: «Здравствуй, моя золотая старшая доченька!» А я ему пишу: «Здравствуй, мой родной и любимый папочка, мое солнышко!» Я поняла свои приступы агрессии и ненависти к нему, и прийти к такому диалогу для меня очень важно.

Все время «Гляделок» моя младшая сестренка защищалась от меня. Я менялась, становилась мягче, а она меня такой не знает, так же, как и я. И по любому поводу она орала на меня. Сейчас она меня уже не боится. У нас с ней дружба и взаимопонимание, я стала еще больше ее понимать и еще меньше опекать. Становлюсь свободной, и вокруг всё и все освобождаются.

На этом и закончу, ведь писать это сочинение можно бесконечно. Отправляюсь жить своей прекрасной новой жизнью. Очень благодарна вам за помощь и поддержку.

Г. Е.

Разве заданность формата сочинения может вместить в себя это невообразимое огромное чувство БЛАГОДАРНОСТИ за такую работу, которая была проведена с нами, со мной в этом путешествии вглубь себя этой весной! И называлось путешествие самым лучшим образом – «Гляделки». Еще не завершилась эйфория, и мое сочинение будет наполнено словами, продиктованными состоянием, которое во мне нечасто возникает. Но сейчас без этого состояния никак нельзя. Итак! Если уж из эйфории, то… Какое огромное пространство внутри открылось для меня в жизни! Теперь только я понимаю, что означает формула «Познай себя, и ты познаешь мир».

«Гляделки» – это тренинг, где произошло настоящее ЧУДО, где мое «Я» воссоединилось с теми «я», которые жили во мне, но – в изгнании, на чужбине, за колючей проволокой неприятия, осуждения, закиданные руганью, непризнанные, сирые и убогие… А теперь – умытые и сытые – сидят за общим столом и пируют! Наливаются силой, жизнью и огромным чувством ПРАВА БЫТЬ… Им есть что пировать. Пир в честь избавления от ложных представлений, от ИГА «правильности», от каждодневной, если не ежесекундной уплаты энергетической дани за свою принадлежность мне, потому что выбранный мною по неведению когда-то Канцлер Разрушения запретил признавать право на существование этих частей меня.

А значит, запретил мне жить. И тогда я согласилась с этим запретом. Теперь наступил мир. Подписан кровью и закреплен ДОГОВОР: уважать и признавать каждого, узнавать и уважать ВСЮ себя.

Вот потому что я увидела себя, как ТВОРЕНИЕ Бога, во мне нет ничего неправильного, неверного, во мне есть ВСЕ. И все это чудо. У меня до сих пор замирает душа от этого главного ощущения – библейского ощущения «Я ЧУДНО создан… я дивно сотворен…»

…«Гляделки» завершились. Я ОЧЕНЬ благодарна Ольге Коношенко, Яну, Вовке за это путешествие. В себя, в страну моих героев и героинь.

Я ОЧЕНЬ благодарна нашей группе: мы так работали, как ни одна группа до нас.

Да!

Я сказала жизни: «ДА!»

Б. И.

История, основанная на реальных событиях…

Однажды на стене нового здания в городе великий Художник написал чудесную фреску. На ней были изображены короли и королевы, воины и юные красавицы, старые мудрецы и дети, честные труженики и веселые бездельники. Художник был очень талантлив, и картина получилась живая, все персонажи жили своей жизнью.

Жители города приходили посмотреть на фреску, и им становилось радостнее.

Шли годы, здание немного обветшало, и во время ремонта как-то так получилось, что фреску покрыли штукатуркой и закрасили. Стена стала чистой и свежей, но картины не было видно. Потом на стену повесили рекламу, просто белая стена – это ведь скучно. Через некоторое время снова потребовался ремонт, новые слои штукатурки и краски. И так раз за разом. Иногда стена оставалась чистой, иногда мальчишки рисовали на ней смешные рожицы и писали хулиганские слова, иногда на стену вешали разные плакаты.

Прошло много веков, и жители города Z забыли о чудесной фреске. Кому-то нравилась чистая стена, кому-то – яркие плакаты, но все привыкли к тому, что есть. А персонажи картины без света и воздуха, под толстым слоем краски в темноте потеряли свои места и совсем перепутали роли, которые им определил Художник. И было им невесело.

Но однажды в городе Z случилось землетрясение, совсем легкое – никто не пострадал. Только штукатурка на одном здании немного потрескалась и местами отвалилась. А из-под нее проглянуло творение великого Художника, о котором все забыли. И те, кто был написан на картине, вдруг вдохнули свежий ветер и солнечный свет. Они почувствовали себя нужными, они стали возвращаться в свои дома, к назначенным делам и заботам. Воины ощутили свою силу и стали уважать эту силу, находить для нее работу. Королевы стали мягче и спокойней, они вспомнили, что битвы – это не их удел, королевы теперь в безопасности. Веселые бездельники начали придумывать новые забавные шутки, дети побежали играть. И все обрели достоинство, это оказывается очень легко, когда каждый на своем месте.

А жители города Z вдруг заметили, что знакомая стена изменилась, им стало интересно, что скрывала краска. Люди стали подходить поближе и разглядывать открывшиеся фрагменты фрески, многим нравились эти перемены. Полная картина остается тайной, но треснувшая штукатурка не очень прочна и постепенно отваливается, позволяя увидеть все больше чудес.

П. Т.

Я приехала очень уставшей и не выспавшейся за последние дни. Рассчитывала, что засну посреди процесса. А было все не по плану моей чудесной рациональной части. В последние недели она словно обнаружила и смирилась с моей чувственной частью.

Процесс.

Лежу удобно, дышу медленно, размеренно. Замечаю: не боюсь и не стесняюсь назвать себя королевой, не паясничаю, а уважаю это чувство. С удивлением обнаруживаю, что очень естественно быть королевой.

Я – королева, у меня прямая осанка, царственная походка. У меня есть трон и свое королевство. Во мне говорит обнаруженное достоинство, причем очень спокойное и мягкое, без гордыни, самоутверждения, высокомерия и стыда. Я знаю, что имею право на это место, на этот трон, и это право принадлежит мне по праву рождения. Королевство мне дано свыше, в моих жилах течет королевская кровь, я спокойна, и корона не стесняет меня и не надо за нее оправдываться. Я не претендую на чужие земли, я бесконечно уважаю чужие королевства. И если мне придется отвечать за свои действия перед своим народом, я отвечу, оставаясь королевой. Здесь подходит слово «pride». В этом слове больше спокойной уверенности во мне, чем в русском «гордость». Гордость без гордыни. Если будет революция и меня свергнут и казнят, допустим, отрубят голову, то я умру настоящей достойной королевой. Достойной своего народа и своей революции. С приятием такого поворота событий, с поворотом истории, с бунтом моего народа.

Я могу преклонить голову перед моим народом. Я не горда, я смиренна. В лохмотьях и побираясь, я сохраню свое достоинство. Где-то в рыцарских романах и у Шекспира было мнение, что человек знатного рода всегда узнается, даже в лохмотьях и в унизительной ситуации: по осанке, манере говорить, по поступкам, походке.

Мой народ – это я сама. Много «я», «я», «я», и еще «я», и бесконечное количество разных «я». Я – разная, разный, разные. Мой народ имеет множество лиц, бесконечность. Но это мой народ и мы принадлежим друг другу. Он весь во мне. И я принимаю себя всю, всю и всю.

Бесконечно прекрасная и страшная до крайности, нелепая и совершенная. Великодушная и мстительная. Равнодушная и сердечная. Жестокая и мягкая. Завистливая и открытая, святая и убийца. Гордая и жалкая, уступчивая, твердая, слабая и глупая, хитрая, умная и удивительная. И это все «я». И это только то, что я про себя знаю. И множество лиц своих я не знаю или пока не знаю. И какие-то лица я не узнаю и не увижу никогда. Это осознание наполняет меня всю и наполняет меня еще больше. И я вдыхаю больше, жаднее, глубже. Жадно вдыхаю, как зверь или губка, как растение, как лист. Не боюсь ничего из того, что в меня входит, потому что и это – я. А «Я» – бесконечность. И я могу вдыхать бесконечность бесстрашно. Я не боюсь самой себя, тех сторон, которые я не вижу. В меня течет поток приятия себя и мира. Мир и я – одно целое. В нас бесконечность граней и оттенков.

Я не боюсь себя, я не знаю себя, я преклоняюсь перед собой, я уважаю себя, я люблю себя, я восхищаюсь собой и удивляюсь себе. Я не могу гарантировать себе, какой я буду (так как я не знаю, какой «я» буду – кем я буду) в определенный момент жизни. Я никогда не смогу чего-то до конца пообещать себе, быть ответственной перед одной своей гранью другими гранями. Они все имеют право быть. Они все есть. Как я отреагирую на внешние воздействия и обстоятельства в моей жизни, я не могу знать. Потому что о себе я знаю малую часть айсберга. Так как Я – бесконечность, то и поступать могу бесконечно по-разному. Я лежу и наслаждаюсь дыханием. Оно глубокое и не страшит меня, не ранит. В моем теле не возникает никакого зажима или протеста против этого глубокого дыхания. Пробую дышать сердцем – и мне не страшно, не больно. В теле вообще нет блоков, так как с каждым вдохом я принимаю все. Я принимаю все, и поэтому не больно. Нет сопротивления. В запястьях рук, где раньше боялась болезненного покалывания и онемения, бегают мурашки, они теплые. Под коленками мурашки, по внутренней стороне ног и рук. Кисти наливаются, колени, голени наливаются, по внутренней стороне стоп бегают мурашки, токи. Чувствую, что кисти и стопы набухают, как шары. Целостность, монолитность, тягучесть. Руки и ноги бесконечно продолжаются. Я излучаюсь. По телу бродят токи. Конечности превратились в энергетические потоки, которые уходят как лучи прямых в бесконечные плоскости. Ощущение себя трепещущей, натянутой, сильной и пружинистой. Руки раздвигаются почти сами по себе. Играю дыханием, дышу по-разному. Наслаждаюсь им, играю с ним. Дыхание наполняет меня, протекает через меня и не разрушает. Оно дает мне все. И я могу дать все. И даю все. Даю всю себя. Я понимаю, я знаю истину. Она существует, она есть. Все есть истина. Бесконечность есть истина. Истина – есть бесконечность. Все есть любовь. Бог есть истина. Бог есть любовь. Все существующее истинно, божественно, все наполнено. Я это чувствую. Это говорит во мне на разных языках. Чувствую себя проповедником, который ничего не боится, он знает. Знает истину. Он не может не говорить ее. Не может ее не проповедовать. Она излучается из него. Он – проводник этого знания. Опять вылезает английское «I know truth» как выражение из песни, надпись с майки, девиз. «Я знаю правду, я знаю». Это осознание очень спокойное, мягкое, уверенное, бесстрашное. Опять смиренное. Это знание с преклонной головой, но без унижения и ложного самоуничтожения. Да, я знаю, истина – это все. Все – это любовь. Все – это Бог. Бог – это любовь. Мир – это любовь. Истина – это Бог. Это самое первое, самое совершенное знание. Оно наполняет меня, ощущается, чувствуется всем моим существом. Я – часть этого мира. Мир – часть меня. Мир во мне, и я в мире.

Чем глубже и сильнее я дышу, тем шире раздуваются границы моего тела. Я дышу уже всеми своими порами. Границы моего тела уже дальше конечностей. Мое тело больше и дальше моей реальной телесной оболочки. Руки огромны, ноги бесконечны. Чувствую огромное удивление и таинство. Чувствую мистическую, неосознаваемую, таинственную сторону всего открывающегося. Здесь нет сознания логического, рационального, здесь больше чувственность и смирение, но и свобода огромная и покорность. Покорность всему, что происходит, я тонкий лист на ветру. Хочу полностью покориться всему: и себе, и миру, и непознанному. Чувства сменяются очень быстро, как на ветру хлопает листок. Приятие, открытость, удивление, восхищение, трепет, волнение, удовольствие, радость, смех, умиление, слезы. Все это быстро чередуется. Здесь приятно быть. Приятно и волнительно покориться, пропускать все. В этом полном смирении огромная цельность, гибкость, безболезненность. Тонкий лист дрожит на ветру, а жилки, паутинки уходят в бесконечность. Свобода и покорность одновременно. Уверенность и смирение.

Часто в конце процесса я складывалась зародышем, стремясь отдохнуть в своем панцире. Я сжималась и подтягивала к себе конечности, превращаясь в маленький клубок. Панцирь, мое убежище и защита, был меньше размеров моего тела. А теперь я лежу и ощущаю ненужность сжатия. Мой панцирь стал огромен, я уже в нем с раскинутыми руками и ногами. Он намного дальше размеров моего тела.

Я очень благодарна себе и миру за этот подарок. Я удивлена и открыта. Все очень естественно. Так и должно быть. А иначе и быть не могло. Спасибо. Этот подарок всегда со мной. Он очень ценен. Спасибо.

Л.

Сочинение по итогам «Гляделок» (март-апрель 2010 г.)

Если Бог пришлет своих ангелов

Если Бог пошлет знак…

Будет ли все так, как надо?

U2 «If God will send his angels»

Пролог

Очень трудно описать словами, да еще в доступной форме все пережитое за полтора месяца тренинга. Это можно сравнить со штормом, который бушевал внутри меня все это время, переворачивая все с ног на голову, и прежде всего представления о самом себе. Не успевала одна волна схлынуть, а сознание очухаться и переварить полученный опыт, рассмотреть выброшенные на берег сокровища, как налетала новая, и все повторялось, и не было времени и сил перевести дух. И это было захватывающе прекрасно, потому что этой стихией был поток жизни, который прорвался через все мыслимые и немыслимые преграды, принеся с собой глоток свежего воздуха, свободу и бескрайние горизонты Нового, в которое хочется устремиться всем своим существом, истомившимся от долгой спячки. И он принес Дух Перерождения, ощущая который каждой клеточкой своего тела, невозможно остаться прежним, не сделать шага вперед…

Сокровища из Зазеркалья

И все-таки от лирики, навеянной бурей эмоций, к найденным сокровищам! Постараюсь описать самые ценные находки, дабы поделиться с вами и переварить, упорядочить самому.

Одной из ключевых тем стала тема взаимоотношений с партнерами и в целом с окружающими меня людьми. Был обнаружен страх БЫТЬ САМИМ СОБОЙ: увидят какой я есть на самом деле, со всеми недостатками, – отвернутся, отвергнут; вывод – нужно скрывать свою истинную сущность, маскироваться, приспосабливаться, быть угодным всем, и тотальная невозможность этого достигнуть, потеря энергии и жизненных сил, вывод о том, что все козлы («я к ним с лучшими чувствами, а им не угодишь!»). Расписал это как матрицу, назвав ее «Иллюзионист» – детская часть, творящая реальности: тонкое чувствование партнеров и выдача им той картины/информации, которую они хотят видеть/слышать.

«Плюс»: чувствование людей, умение находить с ними контакт в любой ситуации, достижение за счет этого своих целей.

«Минус»: я сам начинаю верить в создаваемые мною иллюзии, не могу отличить их от реальности, отсутствие правдивого контакта с партнерами, потеря своих целей из-за вечного желания угодить, предательство себя.

Забегая вперед, скажу, что сейчас продолжаю работать с этой матрицей, стараюсь замечать ситуации, в которых она запускается, замечать ее действие и делать осознанный выбор: действовать ли по этой схеме или нет. В процессах же был получен практический опыт того, что быть самим собой не только безопасно, но и невероятно клево – состояние наполненности энергией, удовольствие от общения с партнерами не фасадами и масками, а истинными сущностями – это приводило в восторг, наполняло душу и сердце нежностью, трепетом, позволяло увидеть в себе и партнере красоту внутреннего мира, безусловное принятие всех его частей, ощущение цельности партнера и себя, божественную сущность каждого, в том числе и себя! Это знание гармонизировало все (и внутри, и снаружи), позволяло почувствовать таковость Бытия! И параллельно с этим было звенящее удивление: Господи, ведь это же так просто! Просто быть собой! И что характерно для моих парных процессов: сначала я замечал в партнере, затем отражался в нем и замечал в себе – это вызывало во мне глубокую благодарность и уважение к партнерам, а как выяснилось в конце, и к самому себе…

Интересными оказались процессы с женщинами: вылез страх перед женской (иньской) частью, страх поглощения ею на уровне смерти. Предыдущий жизненный опыт общения с женщинами строился либо из моей детской (см. «Иллюзионист»), либо из женской части (какая сука главная в стае) – как следствие, отсутствие доверительных и стабильных отношений. В процессах был найден выход в конструктив за счет опоры на свою янскую часть, из которой чувствую внутреннюю силу, уверенность, возникало желание реализовываться через любовь, заботу о женщине, стремление к партнерским отношениям вместо вечной и безрезультатной борьбы «кто кого».

Другую важную тему, прошедшую красной линией через весь тренинг, можно обозначить коротко: «Путь к себе». Началось все со знакомства с «чужаком» в зеркале, обнаружения страха и непринятия своего партнера, а по сути самого себя – своих качеств, своих проявлений, своей сущности. И проход получился через интерес ко мне со стороны партнера в зеркале, его сочувствия, понимания и «принимания» меня, мудрости и великодушия с его стороны, а через все это стала возможна интеграция с партнером и с собой. В тот самый момент мне еще пришло важное откровение-переживание: я теперь смогу прощать других людей по-настоящему, искренне и любить без долженствования. В следующем процессе с партнером в зеркале было уже идущее с моей стороны желание сотрудничества, сожаление и сострадание к партнеру, которого я так долго не любил и не замечал, то есть, по сути, отвергая какую-то важную часть себя. И после проживания этих чувств на смену им пришел потрясающий образ, рожденный пламенем стоявшей передо мной свечи, отраженной в моих глазах: словно они (глаза) – это окна дома, в которых горят свечи, а дом – это Я, то есть то место, где меня всегда ждут… ЛЮБОГО меня! И у меня всегда есть Я, то есть тот партнер, который никогда не предаст и не бросит, который всегда подставит свое плечо в трудную минуту, а я… отвечу тем же.

После этого процесса у меня родилась фраза: «О, сколько нам открытий чудных готовит в отраженье друг!»

В эту же копилку можно отнести открытие своих частей: Ребенок, Родитель, Взрослый и взаимоотношений между ними. Обнаружение того, что зачастую я живу и функционирую из своей детской части, имея соответствующие плюсы и минусы, что было описано ранее. А мой внутренний Родитель постоянно гнобит и критикует Ребенка, который огребает еще и с этой стороны. Из взрослой же части я действую редко, неосознанно и скорее интуитивно, так как потребность в этом есть и она огромна (ведь «деточка» созрела!).

В процессе удалось примерить на себя все эти части, обнаружить конструктивные схемы их взаимоотношений и принять, интегрировать их в себя. Опять же, забегая вперед скажу, что в Доме, где живут эти трое, стало гораздо спокойнее ☺.

Обнаружение своей женской и мужской частей. Обнаружение функционирования из своей женской части (качества: хитрость, изворотливость, артистизм, сучность и др.), что давало мне частое достижение результата, а с другой стороны – усталость, заезженность этой части. Кроме того, проявилось «залезание» женской части на территорию мужской. А так как это было осознано мною некоторое время назад (еще до тренинга), то в последнее время к этому добавилось еще и ругание себя за любые иньские проявления. В процессе было сочувствие и сострадание, принятие этой части и, как следствие, нежелание давать ее в обиду, желание использовать, «включать» ее по делу, осознанно. В мужской части был найден маленький мальчик, подросток – испуганный, боящийся идти на контакт из страха, что обманут, подставят, обидят. В процессе подросток вырос в мужчину, обладающего качествами силы и уверенности, желанием партнерских отношений, а местами даже желанием соперничества и стремлением помериться этой силой. Но самым удивительным стал процесс знакомства внутренних мужчины и женщины: к сожалению, я не запомнил деталей, но это было словно первое свидание подростков – очень тонкое, трогательное, даже робкое, пропитанное невинностью и жгучим желанием… словно встретились Ромео и Джульетта! О результатах совместной жизни сообщу дополнительно ☺.

Еще одной темой, ставшей фоном всего тренинга, явилось соприкосновение с божественной сущностью Мироздания, людей и себя. Эти переживания стали неоценимо важными для меня, так как прервали мой вечный конфликт, мою личную войну с Богом, которая была, по сути, противостоянием с собственными непринятыми частями. Точно как в песне БГ: «по новым данным разведки мы воевали сами с собой». И воцарившийся Мир, основанный на принятии, таковости бытия, всего сущего и себя как части Целого, и в то же время осознание своей уникальности и божественной природы наполнил меня теплом и светом, залечил раны, позволил довериться, открыться Потоку Жизни.

Пишу эти строки, а перед глазами стоит картина: словно окопы зарастают зеленью, скрывая воронки от взрывов и колючую проволоку, и так хочется, чтобы штыки переплавились в плуги для возделывания истосковавшейся по урожаю почве… как в той же песне:

«… Эта земля была нашей, пока мы не увязли в борьбе.

Она умрет, если будет ничьей, пора вернуть эту землю себе!»

Детско-родительские отношения

Важный контакт с отцом состоялся еще до детско-родительского круга через диалог со своим отражением в зеркале: обнаружение своего внешнего сходства с отцом; отец как образ Родителя и Взрослого в конструктиве, интеграция через это со своим Взрослым. И следующее за этим мистическое переживание: диалог с умершим отцом, контакт на уровне душ, переживание разлуки с ним и ощущение того, что он ТАМ гордится мной. На детско-родительском круге этот диалог продолжился и закончился отцовским благословением на возможность идти своим путем, своеобразной передачей эстафеты от отца к сыну, которая не состоялась при его жизни.

Тема взаимоотношений с мамой является, пожалуй, самой актуальной и болезненной на сегодняшний день: формальное общение с ней, формальная забота, образ минного поля между нами (любая попытка сближения – гарантированный обоюдный взрыв) и желание сблизиться, найти понимание на уровне душ, принять маму такой, какая она есть, и т. д. На детско-родительском круге удалось выплеснуть хотя бы часть той горечи, боли, обид и обвинений, что жили во мне с детских лет. И не это было откровением для меня – удивило то, что под этим слоем я обнаружил невероятное количество любви к ней, как будто мой внутренний канал общения с ней был забит этими невысказанными, невыплаканными обидами словно пробкой, а сейчас эту пробку вышибло, и по каналу пошел чистый воздух. Для меня еще много неясного в нашем с ней будущем (я, кстати, благодарен вам за идею с минным полем: поиск не самих мин, а тропинок между ними), но процессный опыт дает мне надежду, что наши отношения потеплеют, и я рад отметить, что это уже происходит…

Но самое большое удивление на детско-родительском круге меня ждало в роли Родителя, выслушивающего своих детей. Я испытал какую-то совершенно новую гамму чувств, которую назвал «Сопереживающий Родитель»: в ней было искреннее сострадание и принятие детей, несмотря на всю боль и гнев, которые они выливали на меня. Я не очень разобрался во всех оттенках и смыслах полученного опыта, но думаю, эти новые для меня переживания помогут как во взаимоотношениях с мамой, так и с собственными детьми.

Эпилог

И в заключение я хотел бы рассказать о финальном процессе, который явился для меня во всех смыслах кульминацией тренинга и интеграцией всего полученного опыта.

В кругу с каждым из партнеров проживались самые разные чувства, и это было похоже на фейерверк по красоте и палитре переживаний и их оттенков. Все это наполняло меня изнутри, и я отдавал столько же, и от меня не убывало! Я вспоминал, какие ярлыки я навесил, какие мнения я составил об этих людях и какую глубину, многогранность, неповторимость каждого видел я в тот момент. Что даже те «червоточины», которые партнеры видели в себе, мне казались узорами невероятной красоты, нарисованными рукою Бога. На выходе из круга меня переполняла душевная теплота и благодарность ко всем моим партнерам. Сев дышать в свой личный процесс, я ощутил чувство преклонения и глубокого уважения перед этими людьми, которые, несмотря на всю свою боль и страх, шли вперед, открывали свои сердца, говорили о своих чувствах, не боясь быть честными перед партнерами и самими собой – меня восхищали эти люди! И тут я осознал, что те же самые чувства я испытываю по отношению к себе, но боюсь себе в этом признаться! Что это я преодолел страх, это я был открыт и честен, это я прошел этот путь вместе с ними, это я смотрел на себя и в себя! Меня восхитило то, что в каждом из нас есть смелость и отвага исследователей, что все мы рабы Божьи, а глубина и многогранность каждого (как бы мы сами ни относились к этим граням) и есть бриллианты его божественного замысла: души – как частички Мироздания. И меня осенило: отказ от себя – это отказ от Бога, а принятие себя (да, да вот таким!) – это принятие Бога. Осознав все это, приняв Бога внутри себя, увидев в отраженье своих глаз свою божественную сущность… я простил и принял себя.

Спасибо вам за меня!

P.S. Еще раз спасибо всей команде за создание удивительно тонкой, душевной, доверительной атмосферы, которая послужила благодатной почвой для всех свершившихся открытий и чудес! Признаться честно, в какой-то момент, видя с каким удовольствием вы работаете, я испытал огромное удовлетворение, что, как клиент, даю вам возможность реализовываться как инструкторам ☺.

Храни вас Бог!

Отдельное спасибо Ольге за создание этого потрясающего тренинга и за те «песни», которые она «пропела» по его ходу – для меня это еще был и мастер-класс.

P.P.S. Во время этих двух недель, прошедших после окончания тренинга, пока я переваривал полученный опыт и писал сочинение, в моей голове неустанно звучала песня группы U2 «If God will send his angels», настроение которой очень точно резонировало с моим. Решив, что это знак, я включил слова из нее в качестве эпиграфа.

И еще, как бы пафосно это ни прозвучало, я благодарен Господу за то, что он прислал мне своих Ангелов… спасибо, что вы, читающие эти строки, есть в моей жизни! А еще за понимание того, что Они всегда рядом со мной – это те люди, которые меня окружают… просто раньше я не видел Их в них. И теперь я могу сказать: все так, как надо!

М.

Я решила написать заново начатый ранее отзыв. Как-то не лежит душа и не поднимаются руки к предыдущему. Хотя некоторых моментов из черновика я все же коснусь. Интеграция продолжается, а я буквально постигаю смысл образа из последней настройки «Базового курса» – синтезатор. И не зря он был связан со словом «синтез». Именно синтез различных занятий постепенно открывает дверь в мир прелестной незнакомке, которой я становлюсь. Хотя в последнее время ощущение себя как приятного незнакомого человека сменяется постепенно на ощущение новичка в моем теле, вероятно, по чуть-чуть я отождествляюсь с новыми обретениями.

Возвращаясь к синтезу, я поняла, почему мне сложно было сесть и написать раньше – нет четких границ, где было до «Базового» и после. Семена, брошенные долгими зимними пребываниями в… на буддистских церемониях в течение года, на семинаре по архетипам, на пяти «ритмах» летом – все они задали определенный контекст, в котором шли процессы на «Базовом курсе», плюс что-то шло от мудрости сердца, что-то, как наболевшая рана, прорывалось независимо от запроса… А после «Базового» – «Гуделки», и снова 5 «ритмов», расстановки по Хеллингеру, балансировка на UCL… В любом случае, начиналось все со «Свободного Дыхания», и везде, во всех моих путешествиях и в повседневной жизни практические навыки, полученные на БК, закрепляются и являются моими основными инструментами. Это внимание, осознанность, контакт с чувствами, контакт с телом и умение расслабляться (да, теперь у меня получается гораздо чаще ☺).

Все же я выделю и опишу основные акценты, помогающие мне сейчас в жизни, проявившиеся в течение последнего полугода – самоуважение за прошлое и настоящее и просто так, здесь и сейчас; благодарность к себе и к близким, осознанная терпеливость и понимание себя в трудных ситуациях и по мелочам (жить реально легче, легче внутри, с собой, и именно через это у меня получается быть эффективной), самоподдержка, защита и отстаивание своих интересов, причем вежливо, корректно и спокойно, право быть слабой, право выражать свои эмоции, право ошибаться. Все это очень устойчивое и в то же время легкое, правда, гибкости иногда не хватает.

Гораздо меньше болей в спине и в плечевом поясе. Осанка немного выровнялась. Что любопытно – я стала получаться практически на всех фотографиях, неважно, кем и чем они сделаны (раньше – на одной из десяти-двадцати). Причем это касается не только лица, которое стало красивее (удивляюсь и радуюсь, будто очередную маску сняли), но и тела. Тело не меняло своей массы и объемов за это время, но почему-то выглядит соразмерным и нигде на фото не вылезает лишних рыхлостей и складочек, которые вроде есть по факту. Раньше – то не так села, то не туда повернулась, сейчас – почти в любом ракурсе красота. (Здесь, пожалуй, поясню – сразу после «Базового» я попала на танцевальный тренинг в день открытых дверей, пришло очень много людей, 30 или 40 человек… о-о-о-чень много. Сессия была мощной, прорывной для меня, впервые удалось двигаться в хаосе среди толпы без привычного головокружения, тошноты и быстрой потери сил. На следующий день я вдруг обнаружила у себя наличие тела, всего полностью, любые части которого я могла ощущать как одновременно, так и перенося внимание по частям. Еще неделю провела в блаженстве от присутствия в своем теле и от простейших водных процедур и кремов.)

Значительным считаю проход на настройках…

Это позволило сгладить проявившееся у меня в какой-то момент высокомерие и относиться к окружающим уважительно. Также дыхание подобным образом или просто внимание… дает мне чувство равновесия, гармоничности противоположностей.

Другой тип дыхания дал мне чувство защищенной спины, опять же не только на момент обнаружения, но и по сей день. Такое ощущение, что нашлось, куда складывать крылья. А в расстановке по Хеллингеру я с радостью смотрела на заместителей женщин моего Рода, так же стоящих за спиной, какими я видела моих двойников на настройке.

Упомяну прекрасный образ служения между Небом и Землей. Вдохнув воздуха, ныряю в темно-синюю глубину, беру со дна жемчужину и выныриваю из воды, где ярко-голубое небо и ослепительный солнечный свет, и я восторженно протягиваю руку с жемчужиной этому свету. Радость бытия, счастье быть человеком, обладать телом, связывающим Дух и Душу с миром материальным, Землей. Возвращаясь к осознанию смертности тела, я поняла, что человек ничего не имеет в этом мире, и даже тело дано ему как дар, во временное пользование, как инструмент творения, познания, реализации и, наверное, еще много для чего. Честно говоря, мне даже стало стыдно за обращение со своим телом в прошлом. А вместо пренебрежительной аскезы по отношению к материальным составляющим этого мира опять же появилось уважение и понимание необходимости баланса между делами земными и небесными.

Отдельно еще раз упомяну умение расслабляться. Как бы трудно это ни давалось, все-таки у меня понемногу получается. Вместе с установленной связью с телом это приносит свои плоды. Я равномерней трачу свои силы, чередуя отдых с постепенной деятельностью, чаще получается отключаться от чрезмерного умствования (фишкой этого БК была именно излишняя умственная активность).

Страх перед мужчинами значительно ослаб («дышала» на БК сексуальное насилие), стала проявляться сильная застенчивость. Краснею как мак в майский полдень за долю секунды. Либо слюни текут как у тигра при виде мяса. Тренироваться пока не на ком, ибо стали подходить ближе, но не настолько. Хотя бы дистанция сократилась с полного отсутствия до полутора метров… ☺ Пока так.

Немного отступая от темы, хотя кто знает, где у нее границы…

Расстановка по Хеллингеру прошла довольно тяжело – заместитель моей матери был абсолютно равнодушен к моему заместителю. Я заново пережила пропасть отчуждения между мной и матерью. Проплакавшись дома, я заметила, что плачет Ребенок, тогда я напомнила ему, что у него есть я и заявила себе, что с этого момента я себя удочеряю. (Подобную договоренность я упустила раньше, а умолчания, как оказалось, было недостаточно.) Внутренний ребенок сразу перестал плакать и согласился. На второй день меня снова захлестнуло волной переживаний. Но, кажется, здесь плакала уже я-Взрослый. В какой-то момент мой Внутренний Родитель предложил мне опору, поддержку опытом, который у него есть, а Ребенок предложил стать трамплином вдохновения для моего взлета. При условии, что решения буду принимать я-Взрослый. Две фигуры, справа и слева от меня, плотно прижались ко мне. А потом я сразу уснула. К чему я это рассказываю? Думаю, только благодаря СД, я стала своим собственным психотерапевтом.

В довершение всего – недавно я научилась вязать ☺. Учили меня этому неоднократно, но раньше ничего из этого не получалось. Теперь я случайно изобретаю то платочную вязку, то двойную с накидом. Прихожу и удивленно спрашиваю – я вот тут че-то такое связала, это чего за хрень такая? Подумываю связать себе платье.

Искренне благодарю.

Н.

Кто я? Где я?

Остаюсь в растрепанных чувствах. Мне проще в жизни, проще на работе. Но в голову лезут те вопросы, которые я дико боюсь себе задать.

Взаимоотношения с мужчинами?

У меня они есть? Я – олицетворение сексуальности? Но секс – это работа! Значит я – рабочий, ну или колхозница, в лучшем случае.

А еще я – ребенок, получается и вовсе тошнотворная смесь: корявая тетка, вульгарная и вызывающая, при этом сюсюкающая и прыгающая, как малыш.

Ай да я, ай да ё-моё.

Я замечаю, что в отношениях с мужчинами ведусь на то, что мне кажется, будто я ему нравлюсь. И делаю следующее… а что мне пока непонятно, почему при этом все не интересующие меня мальчики уже стоят буквально на ушах, но мой объект…

Причем я к нему не подойду ни за что! Это вызов! Странно, хотела написать что-то другое, но вдруг вспомнила: с самого детства вокруг меня были мальчики и они меня постоянно делили. Чья я буду? Я не пойму, неужели я создаю впечатление дикой дешевой потаскухи?!

За мою немаленькую «сексуальную» жизнь у меня было 3 партнера и 2 уж совсем фрагментарных. Почему эта сексуальность, как тяжкий грех, как печать, клеймо, когда тебя показывают в школе как достопримечательность, когда тебе с почти бессознательного возраста делают «такие» предложения, когда не можешь быть хорошей, только если…

Когда в тебе нет личности, человека, ума, тела, а только сиськи. Ведь что ты можешь из себя представлять?

Вот ты тянешься к тому, кому ты, кажется, не интересна как сексуальный объект. А человек в панике – баба меня домогается! Или уж не знаю, что там в других головах. Делаю больно себе и вокруг себя. Раз вы не видите во мне ничего, кроме сисек, так хотите меня, псы, хотите все, бля, и ничего вы от меня не получите. Потому что я хочу тепла, я на ручки хочу, я поговорить хочу. Я не силиконовая баба. Я в зеркало могу видеть лишь свое лицо (это уже большой плюс, раньше я не видела, не смотрела, не фотографировалась с определенного момента. У меня есть, видимо, некоторые представления о себе, которые помогают мне жить, пока я вдруг не увижу, как эта жизнь выглядит в зеркале, то ли красавица, то ли чудовище, какой-то обрубок, именующийся мной «бегемошка», а внутри я – маленькая и рыжая. Но никто этого не видит. А еще о мазохизме, мне всегда достаются лидирующие роли в принятии решений, действии, да даже в постели – просто очень наглядно.

Не меня берут – я беру. Не вяжется с образом мазохистки… Однако!

Я знаю, что мне предстоит, что будет, во что выльется.

Не форсирую или не могу донести до человека свои знания.

Чувствую себя виноватой (знала же – и ничего не сделала).

Могу за это получить наказание (быть униженной, даже побитой, получить от этого и какое-то непонятное удовлетворение).

Как в детстве:

Я не виновата или виновата. Я не знаю, в чем вина именно моя, но складывается фигово.

Обстановка накаляется, я жду.

Получаю (незаслуженное) наказание, чувствую дикое облегчение.

Но я уже взрослая тетенька, пора помириться с собой.

Мне кажется, что я так много прошла и так много могу.

Я не бреду по улицам, думая о том, что люди же на меня смотрят, что-то они обо мне думают, я им не нравлюсь, скорее всего, выгляжу глупо.

Я не задерживаю дыхание, проходя мимо людей, и не обливаюсь потом.

Я могу прыгать по клумбам на Кутузовском ночью и могу петь громким голосом.

Я могу, могу, могу…

По пути всплывают старые-новые темы, видимо пора! Специально оставила свой «опус» на день, и хоть он не соответствует теме, на которую должно быть сочинение, не могу не согласиться (пока) с каждой строчкой написанного, значит, это на сейчас честно! Значит, надо двигаться, есть над чем работать. Способы я уже знаю. Мне несколько стыдно, что я пишу не о глубоком смысле бытия, но пока я плаваю в этой мутной лужице, рассчитываю, что найду путь к морю!

Хочу сказать спасибо всем инструкторам!

Неизвестный автор

Сочинение-описание матрицы «Значимые люди»

Я пытаюсь быть такой, какой, как мне кажется, они хотят меня видеть, то есть соответствовать своим представлениям об их представлениях относительно меня. Бред, понятное дело. Зачем это нужно?

Чтобы они любили меня, ясно дело. А это зачем? А затем, что любовь – залог выживания. Но! Вспомни: ты уже выжил! Так что теперь любовь значимых людей не является необходимым условием моей жизни.

А теперь еще и такой изворот: Я решаю, что это существо – выше меня, или Высшее. И на основе опыта о том, что оно часто оказывается право относительно меня, моих действий и поведения, делается вывод, что оно право всегда, и значит, чтобы выжить (в комплекте с любовью: любят – если ты такая, значит, нужно быть такой), нужно детально соответствовать его указаниям, мнениям, желаниям. То есть, с другой стороны: не просто быть такой, но и считать также. То есть, что бы этот человек ни сказал – он прав. А значит, если я считаю по-другому – я не должна так считать, и мое мнение по практически любому вопросу (если это не касается специфических и технических знаний и навыков, от которых это существо далеко) в любой момент может быть не просто оспорено, но низвергнуто. То есть – в любой момент я могу оказаться г…ном. И это будет для меня правдой, реальностью.

И это не они делают, это Я делаю. Этот механизм – мой, он находится и работает внутри меня вне зависимости от оппонента. И это признание людей богами, которые раздают и отнимают право жить, самоценность, веру в себя, самоправие и самоволие, очень сильно подавляет мою личную силу, фактически уничтожая ее концептуально.

И так, естественно, жить нельзя. Жить, зная, что все, что я делаю, думаю, все, во что верю и что люблю, и даже сама я – все это в любой момент может быть уничтожено одним словом, одним взглядом, одним лишь изгибом брови. И в этот момент я принуждена выбирать между смертью от нелюбви (неповиновения и несоответствия) и смертью меня самой. И я выбираю смерть себя, смерть личности, в соответствии с детской матрицей «предательства себя, чтобы выжить» (настоящий ты не такой, как они хотят – тебя не любят – ты умираешь от одиночества; ты ломаешь себя, ты такой, как им нравится – тебя любят – тебе позволяют жить).

Но это не правда, я уже давным-давно выжила, и эта структура не соответствует реальному положению дел, она устарела.

Будем переключаться, по проводку…

Г. А.

Описание процесса

Я дышу. Дышу связно, как учили, как дышал уже много раз. И снова повторяется «любимая» ситуация – НИЧЕГО НЕ ПРОИСХОДИТ. Дышу, наблюдаю, ловлю полутона чувств, малейшие изменения в теле – пытаюсь зацепиться хоть за что-нибудь. Внутри НИЧЕГО. Пытаюсь найти источник снаружи: музыка, дыхание соседей, звуки зала – любые сигналы из пространства, рождающие во мне хоть какие-то ответные импульсы… НИЧЕГО. И даже это НИЧЕГО не вызывает ни одной эмоции. Такое уже привычное, знакомое НИЧЕГО. Что тут скажешь: и снова здравствуй, НИЧЕГО… Все ровно – тишь да гладь.

Продолжаю наблюдать за дыханием, прибавляю интенсивности. Какое-то время дышу так: ничего не происходит, дыхание постепенно становится более спокойным, поверхностным (оставаясь при этом связным), и я проваливаюсь в транс, в болото. Осознаю это, вспоминаю о намерении пройти глубже, получить результаты, достигнуть цели – опять начинаю дышать интенсивно, а затем опять проваливаюсь в полузабытье… И так несколько раз.

Такие своего рода качели от одного полюса к другому. Задумываюсь над этим образом – что-то в нем мне знакомо, что-то меня цепляет. Продолжаю дышать, прислушиваюсь, думаю… Похоже на растяжку, преследующую меня по жизни и касающуюся вопроса достижения цели, реализации себя: либо ломиться что есть силы к намеченной цели (испытывая колоссальное напряжение от затрачиваемой энергии и от значимости цели/процесса), либо топтаться на месте, вязнуть в болоте, по сути ничего не предпринимая (вязнув в сомнениях и страхах).

Параллельно с этим дышу, и постепенно нахожу комфортное дыхание: не поверхностное, не напористо-интенсивное, а что-то среднее – удобное для меня в данный момент. Дыхание, словно настойчивый ручеек находит себе дорогу внутри меня, огибая все неровности и обходя острые углы, омывая и сглаживая их. От этого мне становится легко, прозрачно и свежо изнутри после тех многочисленных бесплодных попыток пробиться на глубину, внутрь себя, раскачиваясь на качелях «полярного» дыхания. И тут меня осеняет – вот он ключ! Поиск своего типа дыхания, как поиск своего способа достижения цели в данной конкретной ситуации. Сосредоточение внимания на возможностях, а не на ограничениях.

Это понимание придает мне энергии. Я наполняю ею свое дыхание, чувствую, как ручеек превращается в реку, приобретая мощь и сохраняя при этом гибкость и текучесть. Я чувствую, что могу управлять этим потоком, направляя его в нужную сторону. Эта свобода действия в любом направлении превращает дыхание в танец – танец, вплетающий внешнюю реальность во внутреннюю и наоборот. Любые сигналы и импульсы как с одной, так и с другой стороны находят отклик, рождая новые. Это игра и мой внутренний Ребенок ликует! Жизнь – это Игра. Жизнь – это Танец. Танец с Богом. Танец равных партнеров, танец силы, танец взаимоуважения, танец возможностей… И, не смотря на всю серьезность происходящего – легкость и драйв напоминают, что это еще и Игра… Я чувствую себя наполненным и счастливым. Я впитываю полученную энергию, знания, опыт. Постепенно я проваливаюсь в мягкий транс, думая что процесс завершился… Но оказывается он только начинался.

Через какое-то время меня резко выбрасывает из уютного забытья, и я обнаруживаю дикое напряжение в теле (оно всё скрючено) и какой-то тотальный животный страх – страх смерти. Словно в доли секунды я, открывая глаза, обнаруживаю себя делающим шаг в бездонную пропасть. Я кричу внутри себя безмолвное «нееееет!!!», пытаюсь остановиться, но ничего не выходит (я слишком поздно заметил опасность) и я падаю…

И это напряжение взрывается внутри меня атомной бомбой. Тело в конвульсиях резко сжимается (верхнюю часть туловища и ноги поднимает над полом) и расслабляется. Как только сознание оживает после пережитого, приходит понимание: это дикое напряжение – мои накопившиеся страхи и сомнения, а выплеснувшаяся в результате взрыва энергия – моя Сила. Та самая Сила, что томилась в застенках этих страхов. И теперь Она доступна – Она моя.

Я чувствую Ее повсюду: в каждой молекуле воздуха, в каждой песчинке земли. Как губка я жадно впитываю Ее – жадно и ненасытно. И когда я осознаю, что напитался вдоволь – начинаю ощущать Ее в своем теле. Мне становится страшно от того, насколько Ее много. И одна мысль пульсирует в голове: «Ну все, п…ц – теперь меня ничто не остановит!» А потом почему-то приходит понимание, что чувствовал Илья Муромец, слезая с печи: «Главное – своих не зашибить…»

Следующая мысль: это я вобрал свою силу своей мужской частью, а как бы я это сделал своей женской?! И тут появляется Василиса Премудрая (такая деловая и шустрая) и быстро внутри по телу, словно веником и совком по углам избы подмела, собрала все в кучку, села, ручки на коленях сложила и говорит мне: «Я все!». Вот такие русские народные…

После интеграции с собственной силой приходит ощущение себя цельной, устремленной личностью. Ощущение это настолько мощное, реальное и объемное, что оно переполняет изнутри, излучается наружу, играя разными гранями и возможностями. Приходит образ себя в качестве Воина. Я примериваюсь к нему и понимаю – нет, это не мое. Ведь помимо всего прочего меня переполняет невероятное чувство свободы. И я понимаю: нет, я не Воин – я Странник. Странник, как собирательный образ: он и Воин, и Пахарь, и Философ, и Шут, и Бродяга, и Царь – ведь он может быть кем угодно! Позже Вовка на проговоре подсказал объединяющее слово – Творец. И я понимаю, что это все я.

Странник, как символ Свободного Духа. Точно такой же, как на нашей брошюре: путник, стоящий на скале. Удивительной цельный, не смотря на свои обветшалые одежды и истертый посох. Позади него пройденная дорога – это его опыт. И не смотря на все пройденные преграды, всю прожитую боль – есть только благодарность за то, что этот путь был именной такой, что позволил Страннику быть тем, кто он есть и находиться здесь и сейчас. Этот опыт – его знание, его оружие, его опора, которые теперь с ним всегда. А впереди, под его ногами простирается новый путь: неведомый, манящий и пугающий одновременно.

И переполняющие Странника цельность, сила и свобода настолько велики, что он мог бы перевоплотиться в птицу и пролететь оставшийся путь, встречая минимум препятствий и помех, достигнув своей цели быстро и легко. Но Странник не сделает этого, ибо внутри него растет и крепнет чувство Предназначения. Предназначение идти своим Путем, радуясь и огорчаясь, получая свой Опыт, проживая свою Жизнь. И он счастлив!

И счастлив я, осознавая и проживая все это…

Приложение 2. Другой опыт: кесарево сечение, щипцы, реанимация, стимуляция…

Каждый человек при родах переживает свою историю, получает свой опыт и одновременно делает свой внутренний выбор относительно обстоятельств, в которых он находится.

Внешние условия создают предпосылки для того или иного исхода в личном выборе, но не являются полностью определяющими. Иногда внешние факторы оцениваются как схожие, но проживаются совершенно по-разному. Именно поэтому мы считаем ценным обращение к своему опыту в дыхательных процессах для ответов на вопросы о содержании собственных базовых перинатальных матриц.

В основном тексте нами описана последовательность матриц в естественных беременности и родах – внутриутробная жизнь, переживания при схватках, прохождение родового канала, собственно рождение как выход в мир. Такая последовательность не соблюдается в ставших в последнее время довольно частыми появлениях на свет через кесарево сечение, нарушается или искажается при дополнительных вмешательствах – стимуляции, обезболивании, применении щипцов, выдавливании, вакуумных родах. В этой главе мы не будем обсуждать вопрос о показаниях к отклонениям от естественного протекания процесса родов, обоснованиях при принятии решения о них, влиянии на физическое здоровье. Затронем лишь аспект последствий в формировании структур опыта при различных вмешательствах при родовспоможении.

Связи иного опыта в рождении с дальнейшей жизнью описаны Мишелем Оденом. Он пишет, что независимо от способа появления на свет (через кесарево сечение или в естественных родах) исследования показали, что у детей, которые сразу после родов не почувствовали материнское тепло, часто присутствует чувство незащищенности, складываются напряженные отношения с родителями. При этом закладывается установка на завоевание любви, обладание мамой, что переходит в стремление к власти. К сожалению, внутренняя трудность такого человека состоит в том, что каких бы результатов он ни достиг, он всегда не удовлетворен собственными достижениями. Например, если кесарево сечение сделано при эпидуральной анестезии, мама может наблюдать за процессом родов и приложить ребенка к груди сразу после операции, то это снижает вероятность вышеописанных восприятий у малыша.

Из опыта в нашей практике: значимые внутренние изменения происходят при насыщении тактильным контактом и перепроживании личной истории по-новому в более широком контексте, с учетом уже имеющегося разнообразного опыта, в том числе опыта принятия, любви. Обращаясь к этому опыту и выделяя его как значимый, человек получает возможность опереться на новый фундамент. Иногда в Центр приходят люди, которые считают, что опыта любви и принятия в их жизни нет, и нам вместе приходится его собирать по крупицам, которые оказываются вполне заслуживающими внимания частями жизни, однако словно выпадающими из осознания.

Многие медицинские вмешательства (стимулирование, снотворное, обезболивание, щипцы) совершаются из-за того, что основные потребности женщины в родах не удовлетворяются в роддомах – чаще всего нет возможности перемещаться и занимать удобную для роженицы позу, нет возможности сделать перерыв, если родовая деятельность затихла, нет психологического сопровождения.

В книге «Изучение любви» Мишель Оден приводит следующие данные. Изучая факторы риска преступности, сотрудник университета Лос-Анджелеса Адриан Рейн и его исследовательская группа проследили истории 4269 мужчин, рожденных в одной из больниц Копенгагена. Они выяснили, что дети, перенесшие тяжелые роды и разлученные с матерью сразу после родов, с большой вероятностью могут стать жестокими преступниками в возрасте до 18 лет. Интересно, что само по себе раннее разлучение или отказ матери от ребенка не являются факторами риска, если роды были нормальными.

Также обнаружены связи между реанимацией в родах и саморазрушительным поведением. Ли Солк (США) и его коллеги изучили истории 52 самоубийц в возрасте до 20 лет. Группой сравнения были истории 104 пациентов контрольной группы. Статистическое исследование показало, что дети, реанимированные после родов, имеют гораздо большую склонность к самоубийству в подростковом возрасте, чем те, кто не пережил подобного опыта.

Бертиль Якобсон (Швеция) установил связь между типом родовой травмы и способом самоубийства. Он собрал истории родов 3313 человек, из которых 412 стали суицидентами, а 2901 – контрольной группой. Оказалось, что самоубийства с удушением тесно связаны с асфиксией во время родов; самоубийства путем жестоких механических травм связаны с механическими травмами во время родов. Кроме того выяснилось, что склонность к самоубийству у мужчин, получивших родовую травму, повышается в пять раз.

Влияние обезболивания при родах также не проходит бесследно. Карин Найберг и Бертиль Якобсон (Швеция) проанализировали истории 200 наркоманов, 1945–1966 годов рождения, употребляющих опиаты. Контрольными пациентами стали их родные братья и сестры, не употребляющие наркотики. Оказалось, что если мать получила определенный вид обезболивающего во время родов, ребенок имеет повышенный риск стать наркоманом в подростковом возрасте. Кроме того, Тинберген (Голландия) называл обезболивание среди факторов риска, приводящих к аутизму либо усиливающих его симптомы.

Психиатр Риоко Хаттори (Япония), изучая аутизм, выяснила, что дети, рожденные в больницах, где стандартной процедурой были стимуляция родов за неделю до естественного срока, использование при родах комплекса обезболивания и анестетиков, имеют значительно больший риск стать аутистами. Также к этим факторам он отнес глубокие щипцы, анестезию, реанимацию новорожденного и стимулирование родовой деятельности. Последнего мы коснемся, разбирая особенности «кесарят» – детей, появившихся на свет с применением кесарева сечения.

Кесарево сечение – это полостная операция, с помощью которой ребенка извлекают из тела матери. Иногда это вмешательство в естественный процесс происходит запланированно, иногда – нежданно, в срочном порядке. Таким образом, у некоторых «кесарят» опыт переживания схваток есть. Однако все дети, родившиеся посредством кесарева сечения, лишены в первичном опыте самостоятельного прохождения родового канала, у них меньше времени на адаптацию к изменяющимся внешним условиям (в зависимости от методики и сложности операции длительность ее составляет в среднем 20–40 минут), обычно осложнен первый контакт и прикладывание к груди из-за операционного наркоза. По разным данным статистики, количество родоразрешения через кесарево сечение колеблется от 10 до 40 % от всех родов. Мишель Оден приводит данные о том, что в некоторых частных клиниках Сан-Пауло (Бразилия) этот уровень достигает 80 %.

Опыт наших наблюдений и взаимодействия с клиентами, родившимися через кесарево сечение, говорит о том, что эти люди часто бывают вспыльчивы, эмоционально взрывчаты, имеют сложности с целедостижением, связанным с выстраиванием тактики достижения цели и поэтапным движением к желаемому, обычно хотят получать результат весь и сразу, не прилагая планомерных усилий, при резких изменениях во внешнем мире часто становятся пассивными, пережидают, не пытаясь менять ситуацию. Зачастую людям, пришедшим в мир через кесарево сечение, сложно нести ответственность за себя, так как первый опыт говорит о том, что «за него решили», «с ним сделали».

Исследования различных психологов отмечают, что «кесарята» в сравнении с остальной популяцией более замкнуты, труднее находят контакт с людьми, более агрессивны в эмоциях и пассивны в действиях, не умеют постоять за себя, среди них чаще встречаются гиперактивные дети, страдающие дефицитом внимания. Волевые качества снижены – «кесарята» хотят и могут заниматься только тем, что им интересно, а преодолевать трудности, даже незначительные, им сложно. Они не могут сами планировать дела и придерживаться своего плана; нужно, чтобы взрослые, друзья, коллеги их контролировали, а следовательно, и несли ответственность за возможную неудачу.

Среди особенностей «кесарят», не прошедших через этап схваток, описаны еще и боязнь перемен («вдруг будет еще хуже»), чрезмерная тревожность, склонность к преувеличению сложности ситуации, рассеянность, снижение способностей к планированию и самоконтролю; непризнание своих ошибок, они редко просят прощения. Своими проявлениями эти детки заявляют о том, что не были готовы к рождению. Подрастая, ребенок проявляет это через непослушание или пассивность. Именно неготовность к изменениям, нетерпимость к ним становятся яркой особенностью личности при плановых кесаревых сечениях.

Станислав Гроф считает, что дети, не прошедшие родовые пути, дольше адаптируются в новой обстановке. Он отмечает также, что они более открыты к духовному измерению опыта. Однако, по его мнению, у них не сформировано ощущение собственного места в мире, они не способны предугадать действия окружающих. «Кесарята» менее выносливы из-за отсутствия ощущений преодоления препятствий при появлении на свет. Гроф видит в качестве следствий этого – неподготовленность к будущим превратностям жизни, достижению целей, борьбе. «Кесарятам» свойственно желание брать, при достижении цели они выдвигают чрезмерные требования, при отказе же зачастую демонстрируют тенденцию к самоизоляции, уязвимость.

Исследование Е. А. Кошелевой (Омск, Россия), проведенное на подростках, показало, что всем исследованным подросткам независимо от того, как они появились на свет, свойственна высокая социальная эргичность (склонность к взаимодействию, активность в установлении контактов, общительность), социальная эмоциональность и низкая пластичность. В то же время на этом фоне у группы «кесарят» показатели социальной эмоциональности (высокая эмоциональность в коммуникативной сфере, высокая чувствительность к неудачам в общении) и темп речи были достоверно выше, а потребности в освоении предметного мира и эмоциональности (ощущения неуверенности, тревоги, высокое беспокойство по поводу работы, чувствительность к неудачам) – достоверно ниже, чем у подростков контрольной группы. Таким образом, предметный мир, по сравнению с миром людей, затрагивал рожденных путем кесарева сечения меньше.

Выполняя тест Люшера, «кесарята» достоверно чаще, чем подростки контрольной группы, выбирали в качестве предпочитаемого серый цвет, что не соответствует комфортному эмоциональному состоянию в норме. Это также может свидетельствовать об их пассивности в познавательной деятельности, тенденции отгородиться от внешних воздействий, освободиться от обязанностей, а также о неосознаваемом желании ограничить сферу общения, отойти от социальных контактов вследствие заострения социальной эмоциональности, опустошенности и усталости. Отчасти это может быть связано с необходимостью постоянного самоконтроля и рефлексии при выраженной потребности в общении.

При кесаревом сечении у рожениц чаще наблюдается послеродовая депрессия, и дети зачастую в первом своем опыте не имеют той любви, заботы, того контакта, который при естественных родах возможен чаще.

Однако и опыт кесарева сечения, хоть он является первым контактом с миром, можно компенсировать вложениями в целенаправленное достраивание матричных структур в жизни такого человека. На самом простом уровне для всех «кесарят» рекомендуют менять обстановку – расположение мебели в детской, пищевой рацион, площадки, на которые ребенка водят гулять, чтобы перемены перестали иметь эмоциональный привкус нежеланных. Так, например, для людей, не прошедших опыт БПМ II, рекомендуется проживание плотного телесного контакта – попросту говоря, родителям стоит больше гладить малыша, массировать, играть в контактные игры вроде «поймал – отпустил».

Для компенсации опыта БПМ III ребенка важно научить планировать свои дела, деля их на части, поэтапно достигать результатов, намеренно обращая внимание ребенка на то, как постепенно из маленьких шагов складывается один большой шаг – реализация задуманного. На первом этапе родителям очень важно вести за собой ребенка, структурировать его. При освоении совместного целедостижения важно передать ответственность самому ребенку, так как ответственность за себя – это одно из звеньев, нуждающихся в дополнительном внимании. Есть специальные занятия и игры, в которых у ребенка есть возможность достроить тот опыт, который он не прошел в процессе рождения. Очень полезны игры с проползанием по туннелям из ковров, одеял, телесные упражнения в плотном контакте с ограничениями и необходимостью выбираться, выпутываться, пролезать. Ценны для «кесарят» задачи, в которых необходимо мобилизоваться, проявить инициативу и т. д. в зависимости от конкретных особенностей, зафиксировавшихся в опыте.

К нам на занятия дыхательными практиками часто приходят люди, обнаружившие необходимость в перепроживании опыта своего рождения, в принятии, изменении некоторых собственных выборов.

Татьяна Шередеко

Приложение 3. Юлия Рублева. «Маша и мироздание»

Дорогое Мироздание!

Пишет тебе Маша Ц. из г. Москвы.

Я очень-очень хочу быть счастливой!

Дай мне, пожалуйста, мужа любимого и любящего и ребенка от него, мальчика, а я, так уж и быть, тогда не перейду на новую работу, где больше платят и удобнее ездить.

С ув. Маша.

Дорогая Маша!

Честно говоря, я почесало в затылке, когда увидело строчки про работу. Даже не знаю, что сказать. Маша, ты вполне можешь переходить на новую работу, а я пока поищу для тебя мужа.

Удачи!

Твое Мрзд.

Уважаемое Мироздание!

Спасибо, что так быстро ответило!

Но… бабушка моя говорила: кому много дается, с того много и спросится.

Вдруг я буду иметь и то, и это, а за это ты мне отрежешь ногу, когда я буду переходить трамвайные пути?

Нет уж, давай так – я перехожу на новую работу, имею мужа, но за это я готова вместе со своим любимым всю жизнь жить в съемной хрущевке.

Как тебе такой расклад?

Твоя М. Ц.

Дорогая Машенька!

Хохотало, увидев про ногу. Смысл бабушкиной поговорки совсем другой: кому много дается способностей, талантов, знаний и умений, от того люди много и ждут.

У тебя же заначено на «двушку» в Подмосковье, покупай на здоровье. Ногу оставь себе!

Твое М.

Дорогое Мрзд!

В принципе я обрадовалась, прочтя про ногу.

НО:

у меня будет муж, ребенок, любовь, квартира и нога. То есть ноги.

Что я тебе буду должна за это?(((

Маша.

Маша!

Уф-ф. Почему ты со мной разговариваешь, как с коллекторским агентством?

Меня попросили – я делаю. Я тебе где-нибудь когда-нибудь говорило, что ты мне что-то будешь должна?

М-ие.

…

Да!

То есть нет.

Просто не может быть, чтобы было МОЖНО, чтобы все было хорошо, понимаешь???

Я сегодня плакала всю ночь: отдала взнос за квартиру. Хорошая, окна на реку. Небось, муж будет урод. Скажи прямо. В принципе я к этому готова.

Маша.

Дорогая Маша!

Муж, конечно, не Ален Делон, зато и в зеркало так часто не смотрится. Вполне себе нормальный мужик. На днях встретитесь.

Да, отвечая на твой вопрос: МОЖНО, чтобы все было хорошо. В принципе мне все равно, хорошо или плохо мне заказывают. Лишь бы человек точно знал, что хочет.

Мрзд.

Уважаемое Мрзд,

А можно, чтобы ДОЛГО было хорошо?..

В принципе, если лет пять будет, я согласна, чтобы с потолка протекало…

Ц-ю, Маша Ц.

Машенька,

я тебе отвечу честно.

Долго хорошо может быть. ДОЛГО ОДИНАКОВО – нет. Все будет меняться, не меняется только мертвое. И когда будет меняться, тебе покажется, что все плохо. На время.

Ц-ю, Мрзд.

Мрзд!

Только не ногу. Пусть погуливает муж…

Мария, кончай со мной торговаться. Как на армянском базаре, ей-богу! Я судьбой не заведую, это в другом филиале с другими задачами.

Мое дело – предоставить человеку все, что он хочет.

Счет тебе никто не выставит.

Если так тревожно, можешь ежедневно ругаться с мужем матом. Он начнет погуливать. Шучу, не надо ругаться!

Единственная у меня к тебе просьба: когда ты будешь совсем-совсем счастлива, у тебя освободятся силы. Ты классно шьешь. Займись лоскутным шитьем, твои одеяла украсят любой дом, людям будет радость.

С уважением М.

Дорогое мое!

Я сегодня прыгала от радости.

Конечно!

Я сделаю все, что ты скажешь.

Я ТОЧНО тебе ничего не буду должна?

Мне предложили еще более клевую работу, а тот чувак из кафе назначил свидание. Йес-с-с!!!

(Так не бывает, так не бывает…)

(Купила швейную машинку…)

Целую тебя!

Дорогая Маша!

Все хорошо. МОЖНО делать все, что хочешь, в рамках Заповедей и УК.

И тебе ничего за это не будет. Наоборот. Если ты не будешь ныть, мы все (Управление р4562223) только порадуемся. Нытики увеличивают энтропию, знаешь. И возни с ними много. Я от них, честно признаться, чешусь.

Так что удачи!

Я откланяюсь пока. Тут заказ на однополых тройняшек, и опять торгуются, предлагают взамен здоровье. На фиг оно мне сдалось, их здоровье…

Твое Мрзд. Береги ногу! Шутка!

Мироздание, привет!

Как ты там?

Дочку назвали Мирой, в честь тебя.

Сшила самое лучшее на свете лоскутное одеяло, заняла первое место на выставке, пригласили на слет пэтчворкистов на Бали.

Летим всей семьей.

Я просыпаюсь утром, поют птицы…

Я иногда думаю, за что мне такое счастье?

Твоя Маша. От мужа привет.

Маша, привет!

Смущенно признаюсь, что я немного промахнулось с сыном, которого ты заказывала, перепутало… но, гляжу, ты счастлива и так.

Быть счастливым – это нормально. Воспринимай это не как подарок, от которого захватывает дух, а как спокойный фон твоей жизни. А дух захватывает иногда от таких мелочей, которые каждому даются без всякой просьбы: не мое это дело, заставлять птиц петь под твоим окном. Это по умолчанию полагается каждому, базовая комплектация. Твое дело – их услышать и почувствовать то, что ты чувствуешь… Эта способность и делает тебя счастливой.

Все, дальше думай сама.

Пиши, если что.

Твое Мрзд.

Приложение 4. Фредерик Лебойе. «За рождение без насилия»

Уважаемый читатель!

Перед вами несравненный труд Фредерика Лебойе о родах и рождении. Им когда-то поделились с нами наши друзья, которые занимаются подготовкой пар к зачатию и родам.

Этот текст – ошеломляющая искренность, выразительная правда жизни.

То, что мы хотели бы сказать сами, но это уже сказано Фредериком.

Глубинное, проникновенное, образное повествование о родах как они есть, об остроте переживаний рождающегося, о рождении без насилия.

К нашему сожалению, мы не смогли найти правообладателей этого текста, но и не смогли лишить вас этого прекрасного повествования, тем более что все, что здесь описано, используется нами в практике «Свободного Дыхания» при работе с людьми, стремящимися исцелить свои травмы, полученные при рождении.

Если вы сможете помочь нам связаться с правообладателями этого текста, а также с автором данного перевода (имя которого утеряно при многократных передачах из рук в руки), мы будем вам очень признательны.

Команда Центра «Подорожник»

Итак…

«За рождение без насилия»

«У них есть глаза, но они не видят».

– Думаете ли вы, что рождение может быть приятной вещью?

– Рождение… приятной вещью?!

– Да. Думаете ли вы, что дети должны быть счастливы, рождаясь на свет?

– Дети… счастливы родиться на свет? Что за вопрос! Вы это серьезно?

– Совершенно серьезно.

– Но в конце концов… новорожденные!

– Что же «новорожденные»?

– Новорожденный не сумеет быть ни счастливым, ни несчастным.

– Вот как! А почему?

– Новорожденные ничего не чувствуют.

– Вот те на!

– А вы так не считаете?

– Поэтому-то я и спрашиваю.

– Вам все так скажут.

– Это не очень веское основание.

– Я вам это докажу. В конце концов… Новорожденный… Не видит, не слышит. Как «это» по-вашему может быть несчастно?

– «Это» не видит, «это» не слышит… Все это не мешает «этому» очень громко кричать.

– Нужно, чтобы новорожденный разработал легкие.

– Разработал легкие! В самом деле, вы меня огорчаете.

– Я согласен, это не довод, но так говорят.

– И говорят, как вы знаете, немало глупостей. А вы, значит, считаете, что при рождении ребенок ничего не чувствует?

– Не сомневайтесь, это очевидно.

– Забавно, но лично я в этом не уверен.

– Полноте! Новорожденный!..

– Как это «полноте»! «Новорожденный»!

– Ну как вы хотите, чтобы в этом возрасте?..

– Вы огорчаете меня все больше и больше. Нужно ли напоминать вам, что огорчения детей не имеют границ, что печальной, но чудесной привилегией молодых является чувствовать все в тысячу раз глубже, чем мы чувствуем!

– Это верно, я согласен с вами. И все же новорожденный так мал…

– Как будто рост как-нибудь влияет на положение вещей!

– С этим я тоже соглашусь…

– И еще, каким чудом «это» может кричать так сильно и ничего не испытывать?

– Но я же вам говорю, новорожденный ничего не чувствует!

– Опять! А в силу чего?

– У новорожденного нет сознания.

– А! Вот что ставит все на свои места. Нет сознания… Вы хотите сказать, нет души?

– Нет, нет. Душа… я не знаю.

– Тогда – как сознание?..

– Сознание, это совсем другое.

– И вы можете объяснить мне эту тайну? Тогда – браво! Я слушаю вас, мой друг. Я весь внимание.

– Ну хорошо… Это значит… по правде говоря, сознание…

Дальше мы не пойдем. Не будем блуждать в зачарованном лесу диалектики. Откажемся приводить доводы. Скоро нас попытаются убедить, что Ахилл не сможет догнать черепаху.

Все очень просто. Только разум сложен. Когда ребенок рождается, он начинает кричать. И этот крик радует зрителей. «Вы слышите! Вы слышите, как он кричит!» – говорит счастливая мать, восхищенная тем, что такое маленькое существо производит столько шума. Эти крики новорожденных, о чем они говорят? Что рефлексы в норме. Что механизм функционирует.

Не правда ли, люди всего лишь машины?

А не говорят ли крики о страдании?

Возможно ли, чтобы младенец испытывал безграничное зло к себе лишь для того, чтобы кричать как следует? Будет ли рождение столь же болезненным для ребенка, насколько роды болезненны для матери? И если это так, кто об этом побеспокоится?

Боюсь, что никто, так как вижу не слишком-то большое внимание, с каким обращаются с ребенком при его рождении.

Увы! Эта твердая мысль, хорошо укоренившийся постулат, что «это» ничего не слышит, «это» ничего не видит – о новорожденном. Как «это» может печалиться? «Это» кричит, «это» горланит, вот и все. В общем, «это» – предмет.

А если все это не так? Если «это» уже личность?

Новорожденный – личность? Да нет же, полноте! Книги говорят совершенно противоположное. Книги… Такая «научная» правда сегодня становится ложью назавтра. Тогда как же узнать? – Не полагаться на научные труды. Верить только правде, только фактам. Верить только тому, кто заинтересован в этом.

К несчастью, если и случается, что какой-нибудь ребенок родится с зубом, то я не знаю ни одного малыша, который родился бы со словом: «Здравствуй, папа, здравствуй, мама». Как жаль, право, что юный путешественник не может передать свои чувства, что он лишен слов.

В самом деле, моя собака, моя кошка не нуждаются в словах. И все же я хорошо знаю, когда они в ярости, или ревнуют, или сердятся.

Пусть иностранец, человек, не говорящий на моем языке, случайно, по неосторожности, проглотит горячую жидкость, и я внезапно увижу, как красноречиво он «произносит» свою речь: быстрое сотрясение пробегает по его телу, в то же время как он с силой отплевывается; в исступлении машет руками; он вращает глазами, полными слез и сильно гримасничает. Будь он из Китая, Афганистана или Турции – стран, языка которых я не знаю, я очень хорошо его понял. Этот человек говорит, нет, он кричит: «Я обжегся. О, какое страдание!»

Между тем, если есть кто-либо, кто страдает и кричит об этом, то это младенец.

Появляющийся на свет ребенок не говорит? Смотрите же. Есть ли необходимость в комментариях?

Этот трагический лоб, кричащий рот, эти закрытые глаза и сомкнутые брови, эти трагические руки, умоляюще напряженные, отчаявшиеся, эти ноги с яростно толкающимися ступннями, которые, сгибаясь, пытаются защитить нежный живот, это тело, являющие собой лишь спазмы и потрясения.

Новорожденный ребенок не умеет говорить?

Он протестует, кричит всем своим существом: «Нет, не трогайте меня, оставьте меня!»

И в то же время умоляет: «Помогите мне! Помогите мне!»

Бросал ли кто когда-нибудь призыв более душераздирающий?

Однако кто слышит этот призыв, который бросает ребенок из мрака времени? Никто. Это ли не большая тайна?

– Значит, вы думаете, что… этот малыш, который кричит?.. Вы считаете, что этот младенец пытается сказать?.. Вы меня пугаете.

– Вам страшно? Я вас понимаю. Тогда все извинения хороши, «чтобы не видеть».

– Вы показываете здесь нам ребенка, которого мучают…

Увы, есть и дети-мученики, мы знаем.

«Чудовища! Что они делают с ним? Они его поколотили? Окунули в кипящее масло?

Положили на раскаленные угли?

Надо их приговорить, предать суду…»

Извращенные родители? Садисты? Чудовища?

Ничего подобного.

Обыкновенные люди, как вы и я.

«У них есть глаза, но они не видят.

Все для того, чтобы не видеть».

Это не издевательство над ребенком, это рождение.

Слепцы с широко открытыми глазами, не хотите ли признать, что это факт?

Итак, взгляните.

Святое семейство. По крайней мере, его современный вариант. Только что появилось на свет маленькое существо. Мать и отец рассматривают его с восхищением. Молодой акушер не может не разделить всеобщего ликования. Выражение счастья и удивления освещает все лица. Все светятся от удовольствия. Все, кроме ребенка.

Ребенок, какой ребенок?

Боже мой, это же невероятно!

Это маска невыразимой тоски, руки, поднесенные к голове…

Так выглядит смертельно раненный солдат, который через мгновение упадет, сраженный, на землю. Разве это рождение? Это убийство! И перед лицом такого страдания – такие восторженные родители! Это невероятно!

Да, это невероятно.

И все-таки это так.

Это ослепление просто необыкновенно. Каким чудом…

Чудом? Нет. Все, как всегда, все очень обыкновенно. Посмотрите-ка. Чему улыбается этот молодой врач? Счастью ребенка? Вовсе нет. Ему удались «его» роды. А это не всегда легко. Мать чувствует себя хорошо. Ребенок цел и невредим и громко кричит. Поэтому-то этот человек и доволен. Доволен сам собой, это понятно.

Теперь мать.

Восхищенное лицо. Эта женщина радуется красоте ребенка? Нет, конечно.

Она улыбается, потому что… все закончилось. Эти «безболезненные» роды, чему она верила лишь частично, – они удались! Она чувствует облегчение и даже гордость. И кто осмелится упрекнуть ее в этом?

Отец…

Этот человек, который, безусловно, не совершил ничего необыкновенного, все-таки верит в это. Ведь у него есть теперь наследник! Маленькое существо будет расти и, в свою очередь, производить потомство и воспроизводить – о, заблуждение! – бесценные совершенства автора. Естественно, что этот человек горд. В таком случае все бывают довольны. Довольны собой. Ибо, что касается самого ребенка… Нужно ли плакать?

Да. От такого ослепления.

Ведь только ослепление мешало понять смысл страдания матери и делало из родов Голгофу.

«Рожать будешь в муках». Слава богу… старое проклятие живо.

Но не пора ли теперь сделать для ребенка все то, что мы имели счастье сделать для его матери?

Да, да, совершим это новое чудо.

Но… как?

Рождение без боли может быть подготовлено.

Как же подготовить юного узника?

Давайте запустим тончайшие электроды через мягкий материнский живот, чтобы проникнуть в маленький череп?

О нет, ради Бога!

Мы знаем, какие подвиги совершает технология в наши дни. Но мы забываем, сколько садизма сокрыто порой в человеческом сердце: проникать, исследовать, разрывать, разрезать, рассекать…

Молодого исследователя, будущего нобелевского лауреата, вооруженного иглами, зондами, переполненного гордостью за свои электронные доспехи – что его вдохновляет? Любовь? Или амбиция?

Как некогда религия, так сейчас наука и исследования прикрывают преступления все тем же плащом респектабельности. Только чтобы спасти нас с вами, инквизиция пытала и сжигала на кострах, крестоносцы лили кровь рекой. Другие времена, другие нравы. Те же истоки вдохновения.

Умоляю, никаких электродов! Попытаемся просто понять.

Осмелившись задать себе вопрос: «Почему женщина страдает, рожая?» – мы поймем причину боли, истоки страха. Еще раз исполнимся смелостью, откроем наши сердца. Может быть, наконец удастся нам услышать, что так давно и безуспешно пытается сказать ребенок, появляясь на свет.

«Рождение – это страдание», – сказал Гаутама.

Рождение – это страдание. А не только роды. Рождаться на свет так же больно, как и давать жизнь. Когда говорилось «рождение – это страдание», Будда имел в виду не мать, а дитя.

А что касается ужаса рождения…

Ужас рождения – это не боль, а страх.

Для малыша этот мир – пугающий. Его разнообразие, огромность сводят с ума маленького путешественника. Он чувствует все! Абсолютно все, без фильтров, без выбора, без различия! Рождение – это гроза, ураган. А ребенок – терпящий кораблекрушение, уничтожаемый, поглощаемый стремительным приливом ощущений, которые он не умеет распознать. Наше единственное преступление в том, что мы не ведаем всей тонкости и остроты переживаемых новорожденным чувств. Эта свежесть чувств носит прекрасное название: юность. А мы, остальные, «взрослые люди», мы уже ничего больше не чувствуем. Наши чувства притуплены, пресыщены. Проклятие не возраста, а силы привычки делает нашу кожу такой же грубой, мертвой, бесчувственной, как шкура носорога, крокодила.

Новорожденный не видит? Это написано в книгах. Это в сознании всех людей…

Потому что иначе как представить себе, что кто-либо мог бы устремить на ребенка такие прожекторы, которые не вынес бы ни один хирург?

Может быть, уменьшить свет, когда дитя появляется на свет? Да разве со слепым церемонятся? Итак, новорожденный слеп?

Откроем же, наконец, глаза, что мы увидим?

Голова едва вышла, тело – еще нет, а ребенок уже широко открывает глаза.

Пусть он их тут же с криком закроет, а маленькое личико омрачится невыразимым страданием.

Глаза Михаила Строгова жгут саблей, раскаленной добела. Итак, когда же Жюль Верн проделал этот эксперимент?

Если бы хотели отметить ребенка печатью страдания и насилия, дать ему понять, что он попал к сумасшедшим, лучший способ доказать ему это, направив на него ослепляющие лампы.

Как готовится хорошая коррида? Как делают «хорошего» быка бешеным, пьяным от боли и ярости?

Целую неделю животное держат запертым в темноте. Затем его внезапно выпускают под ослепляющий свет арены. И тогда он нападает; надо, чтобы убивал.

Рычи, толпа!

Кричи, ребенок!

Слепой ли новорожденный? Ослепленный…

А что до слепых…

Теперь уши.

Глух ли новорожденный?

Не более чем слеп.

Когда он появляется на свет, он уже давно все слышит. В теле матери он узнает так много разных звуков! Скрип костей, урчание кишечника, и такой важный барабан, просто колдовской – сердце. И более грандиозная вещь, иногда как дуновение ветра, иногда как ураган, – «ее» дыхание. Затем – слово, «ее» голос, это единственный по тембру, модуляциям, настроению голос, с которым растет ребенок.

А шум окружающего мира!

Ребенок знает голос своего отца задолго до того, как встретит его. А все вместе – какой великолепный концерт!

Конечно, все это смягчено, ослаблено, притуплено околоплодными водами. Как грохочет этот мир, рожденный в волнах! Наши голоса, наши крики должны казаться несчастному младенцу тысячекратным раскатом грома. Кто помышляет говорить тихо в родильном отделении?

«Тужьтесь! Да тужьтесь же!»

Эти вопли должны очаровать ребенка.

Ах, несчастный ребенок, какое же это бедствие – родиться, в мгновение ока очутиться в океане нашего незнания, невольной жестокости! Может быть, твоя кожа, мой маленький, менее измучена?

Полноте, ведь младенец ничего не чувствует!

На самом деле ничего?

Чувствует ли что-нибудь эта боязливая кожица, которая не знает: друг или недруг к ней приближается, и начинает дрожать? Эта кожа, которая не знала ничего, кроме нежности и ласки прикосновений слизистых оболочек, что она встретит? Гигиенические салфетки, грубые ткани, а иногда даже щетку! О, терновый венец! Новорожденный малыш попадает прямо-таки на острые шипы. Вот он и кричит. А мы хохочем во все горло. При виде таких страданий хочется крикнуть: «Хватит! Достаточно!»

Да, ад действительно существует. Это не сказка…

И там горит настоящий огонь.

Но этот ад не на исходе жизни, в загробном мире, он здесь, в начале пути.

Это та мука, на которую, сами того не желая, мы обрекаем ребенка, но это те шипы, тот огонь, который мы зажигаем между собой и невинным младенцем.

Ну это-то, наконец, все, конец всем пыткам?

Нет, нет, этот огонь, обжигающий кожу и глаза, проникает внутрь и жалит ребенка изнутри. Да, еще худшим является ожог воздухом легких.

Это то же самое, что в первый раз затянуться сигаретой, вдохнуть дым.

О, эта икота, эти глаза, часто полные слез, красное лицо, исступленный кашель!

Но настолько более жесток ожог, насколько более ново и оскорбительно – проникновение воздуха внутрь! Да, этот ожог превосходит по ужасу все остальные пытки. В ребенке все сжимается, все протестует, все отвергает. И за этим следует крик! Первый крик – это «нет»!

Это потрясение человека, которого убивают, насилуют, это страстный, пылкий отказ от того, что на самом деле является жизнью!

Ну наконец-то все, не правда ли?

Увы, нет!

Ребенок рождается, его хватают за ногу и принуждают висеть вниз головой.

Маленькое тельце действительно очень скользкое, все покрыто белой густой смазкой.

Он может выскользнуть из рук и упасть. До некоторой степени такой захват хорош. Хорош… для нас. Но находит ли приятным сам ребенок качаться вниз головой?

Без сомнения, он испытывает головокружение. В дальнейшем – это тревога, приходящая к нам вместе с кошмарами, где лифт пробивает потолок, с внезапными спусками с высоты шестого этажа, мерзкими падениями, когда кажется, что пол уходит из-под ног.

Все головокружения, все страхи в этом плане имеют одну метку: рождение. Это один из простейших механизмов. Но чтобы лучше его понять, нужно вернуться назад, в материнское лоно, проследить все злоключения маленькой спинки. Воистину, сила – «в почках», страх – «между лопаток». Мои состояния души – это фактически «состояния моей спины»!

В материнском лоне существование ребенка имело два этапа, два сезона, противостоящих друг другу, как зима лету.

Сначала это был «золотой возраст».

Эмбрион, маленький росток, неподвижный, но непрерывно делящийся, который в один прекрасный день становится плодом. Растение превратилось в животное: его поглощает движение, которое усиливается от центра туловища к периферии. Деревцо машет ветвями; плод двигается и наслаждается этим. Пьянящая свобода.

Да, это золотой возраст: маленькое существо не имеет веса, не имеет никаких преград, его носят воды и дают ему свободу птиц, живость рыб. Его королевство не имеет границ и не имеет преград его свобода: в течение первой половины беременности яйцо (мембраны, окружающие ребенка, воды, в которых он плавает) растет быстрее самого малыша.

Ребенку хорошо развиваться, благоденствовать: его империя развивается быстрее.

Если и коснется он слегка границ, то кажется, что они тут же до бесконечности отодвигаются.

У нас есть изображение счастливцев этого возраста: на их лицах выражение безмятежности и восторга.

Увы, отчего же все в один день должно превратиться в свою противоположность!

Даже будучи принцем, даже в глубине пещеры не ускользнешь от закона. Проклятый всемирный маятник! Во второй половине беременности все меняется: ребенок начинает расти быстрее, чем содержащее его яйцо. Он встречает стены. Он о них бьется. Вселенная захлопывается и снимает свою добычу. Где вы, солнечные дни юности, сумасшедшая легкость и свобода!

Из принца, правящего безграничной, бескрайней империей, ребенок превращается в узника.

Тюрьма! И какая тюрьма! Такая тюрьма! Такая тесная одиночная камера, что можно коснуться сразу всех стен. Потолок так низок, что невозможно разогнуть голову. Мерзкая судьба, неумолимая и непреклонная. Что же делать? Смириться.

Ребенок приноравливается, пригибает голову, старается стать меньше. Он и не знает, что растет он сам! Не может быть большего смирения, покорности, унижения; но вот тюрьма оживает и, как спрут, сжимает свою добычу. Это сжатие будет длиться целый месяц, последний месяц беременности, и мягко подготовит ребенка к заключительной буре.

Сначала маленький узник пугается. После первого испуга привыкнет. И даже полюбит. Почувствует вкус в этих ласках, этих объятиях. То, что заставляло раньше дрожать, теперь навевает томление. Когда это происходит, он дрожит от удовольствия, он покоряется, подставляет спину, нагибает голову. Потому что это пока только ласки. И однажды игра кончается.

Любимая волна превращается в ураган, подруга – в фурию. Сила, сжимающая ребенка, становится злой. Она не обнимает ребенка, а раздавливает. Игра из радостной становится злобной.

«Меня не любят больше, меня гонят! Ты любила меня, а теперь давишь, толкаешь вниз, выдавливаешь, ты жаждешь моей смерти, ты хочешь, чтобы я прыгнул в эту бездну, небытие!»

Изо всех сил ребенок противится этому. Только бы не покинуть, не выпрыгнуть… Что угодно, только не эта пустота. Но что сделаешь с этой огромной, сумасшедшей силой! Сжатые плечи, втянутая голова, сердце, готовое разорваться, ребенок – не более чем сгусток страха.

Стены сжимаются снова. Тюрьма становится тоннелем, воронкообразным тоннелем.

Этот ужас, не знающий больше границ, переходит в неистовство. Пьяный от ярости, узник бросается на приступ. Он весь – ярость. Нужно, чтобы эта стена, о которую я разбивал голову, уступила. Эта стена, жаждущая моей смерти!

А эта стена… это моя мать, которая носила и любила меня!

Чудовище нажимает еще сильнее.

О! Моя голова, голова, вынесшая всю тяжесть несчастья, как она еще цела!

Конец близок, смерть очевидна. Откуда же знать этому несчастному ребенку, что чем больше сгущается тьма, тем ближе свет, свет жизни! Ну же, чудовище, еще раз…

И тогда, происходит взрыв, вспышка.

Стены рушатся.

Тюрьма исчезает.

Ничего!

Что это, взрыв Вселенной?

Нет, это я родился.

Вокруг меня пустота.

Невыносимая свобода.

Все раздавливало меня, сжимало. Но я имел тело, форму!

Проклятая тюрьма, моя мама, где она?

Без тебя от меня осталось одно головокружение, приди, вернись, верни меня, держи меня, дави, сжимая меня, но пусть я существую!

Страх подкрадывается сзади.

И враг всегда ударяет в спину.

Ребенок переполнен тревогой по одной простой причине – ничто не держит больше его спину.

Эта спина сжималась изо дня в день, напряжение согнуло ее в дугу, и вдруг, внезапно, она освободилась. Чтобы успокоить, убедить, умиротворить, нужно сложить, собрать маленькое тельце, защитить от пространства, дать ему от этой новой для него свободы ровно столько, сколько он может найти приятным для себя.

Так сжимают атмосферу вокруг водолаза, слишком быстро поднимающегося на поверхность.

А вместо этого ребенка подвешивают за ногу, и голова, вынесшая на себе всю тяжесть драмы, болтается и вертится в пространстве.

А куда кладут этого страдальца, ребенка, пришедшего из тепла, из нежного чрева? На чашу весов! Металлическую, грубую, холодную, как лед, обжигающе ледяную – это мог придумать только садист, не иначе!

Крики ребенка усиливаются. Публика в восторге: «Вы слышите, слышите, как он кричит!» – от того, что такое маленькое тельце может производить столько шума, и снова берут ребенка за пятки.

Новое путешествие, новое головокружение. Его кладут на стол… и непрерывно плачущего, ненадолго покидают.

Теперь капли.

Мало того что его глаза исколоты светом, их нужно защищать от инфекции, невесть когда исчезнувшей. Ребенок борется, сражается как одержимый. Но мы сильнее, мы взрослые.

В конце концов дело кончается тем, что, отогнув нежное веко, туда запускают несколько капель жгучей жидкости.

Вот наконец-то ребенок один.

Потерянный в этой враждебной, непонятной Вселенной, он задыхается от страха.

Даже если к нему просто приближаются, он все равно дрожит и ревет белухой.

Убежать! Спастись!

И тогда видят вещь необыкновенную: весь в слезах, изнемогая, ребенок бежит.

Он не убежит далеко: ножки двигаются, но не могут его унести. И он уходит в себя.

Он изгибается, сворачивается в комочек, скрючивается. И так складываются ручки и ножки, что он снова принимает положение плода в утробе. Он отвергает рождение и весь мир, и теперь, судя по позе, он в раю – символический узник материнского лона.

Увы, его снова берут, чтобы одеть.

Нужно быть элегантным, чтобы мама гордилась, и терпеть ради нее эти жмущие, тянущие, со всех сторон в узлах, вещи.

На этот раз чаша выпита до дна.

Силы ребенка иссякли, и он проваливается, погружается в сон. Это – его единственное спасение, его единственный друг. Отметины этого кошмара на всем: на коже, в костях, на спине… и в кошмарах, в безумии, в нашем сумасшествии: тюрьмы, пытки.

Мифы и легенды, Священное Писание, что они передают нам, если не эту трагическую Одиссею?

«Ответ – в вопросе»

1

Мы спрашивали: «Как готовить ребенка? Может быть, тонкими электродами?..» Мы растеряны.

Но не ребенка, а себя нам надо готовить. Это наши глаза надо открыть. Это наше ослепление должно кончиться. Просто нужно немного понимания, и все окажется чрезвычайно просто.

2

В общем, все начинается с парадокса. Ребенок был в тюрьме, и вот свободен, а он горланит!

Это, говорят, случается с заключенными.

Им открывают камеру, и свобода их опьяняет. Они не прекращают ни на минуту искать ту перекладину, которую проклинали. Как будто им не хватает тюрьмы.

Этому младенцу, которого сводит с ума свобода, хочется сказать: «Ну же, несчастный, прекрати орать! Ты в тоске, а должен ликовать, пойми, что с тобой произошло, наслаждайся своей свободой. Посмотри, как ты можешь резвиться, потягиваться. И как ты при этом можешь плакать?» Какой стыд.

Как это прекратить? Как понять этого малыша?

Очень просто.

Надо говорить с ребенком на его языке. На том всеобщем языке, на котором говорят везде; он не имеет слов, его понимают в любом возрасте – это любовь.

Говорить с любовью… с новорожденным!

Без сомнения.

Надо говорить с ним так, как беседуют влюбленные.

А что говорят друг другу влюбленные?

Они не говорят, они касаются друг друга. Чтобы сделать это, они гасят свет. Или просто закрывают глаза. Они создают темноту вокруг себя. И в сумраке, слегка касаясь друг друга, они ведут разговор. Они заключают друг друга в объятия, эту старую темницу, охраняющую от окружающего мира. Говорят их руки, понимают друг друга сердца.

Только так и нужно разговаривать с новорожденным, руками легкими, но – любящими, которые медленно-медленно привыкают к ритму «его» дыхания.

Но не будем торопиться! Шаг за шагом, чувство за чувством.

3

Начнем с глаз.

Сделаем, как влюбленные, – погасим свет.

Что может совершить любовь, освещенная прожектором?

Как умиротворяет темнота! Сама мать наслаждается сумраком. Не закрываем ли мы глаза, чтобы лучше слышать?

4

Теперь уши. Ничего нет проще: создадим тишину.

Просто?

Это менее просто, чем кажется. Мы настолько болтливы! В общем, остаться в молчании с кем-либо – эксперимент настолько волнующий, вряд ли кто-то осмелится на него. Создать тишину, быть внимательным к «другому», выслушать, почувствовать без «если». К этому нужно готовиться. Тренироваться. И понять, зачем это нужно.

Первые женщины, родившие в тишине, были настолько взволнованы, что об этом необходимо рассказать.

Уже в конце родов, перед изгнанием плода, мы говорили мало затем, чтобы не нарушить мира и приготовиться к принятию ребенка. Но как только ребенок появляется, мы не произносим больше ни слова.

Если нужно было иногда сказать что-либо, отдать какие-либо распоряжения, это проделывалось еле слышным голосом, почти без звука. Чтобы не смущать первые мгновения жизни младенца.

Этот способ ведения родов, совершенно естественный, но все же удивляющий многих, заставал женщин врасплох настолько, что они довольно быстро впадали в панику!

Вместо того чтобы кричать, как обычно, ребенок успокаивается после двух-трех мощных вскриков. И в наступившей тишине женщины слышат… что они не слышат плачущего ребенка!

Их глаза быстро наполняются удивлением и тревогой. Перебегая с одного ассистента на другого, они вопрошают о непонятном. Затем, не в силах более ждать: «Почему мой ребенок не кричит?» Это было ошеломляюще, душераздирающая сцена.

«Почему же он не кричит, мой ребенок?!» В этом восклицании столько удивления, столько сожаления и требования, что мы застыли, пораженные. Настолько привыкли, что надо, чтобы младенец кричал. Настолько бессознательно отпечатано в мозгу, что «рождение – это страдание».

Что сказать? Что ответить?

Эти женщины не были предупреждены, подготовлены, потому что для нас эта тишина разумелась сама собой. Мы настолько развращены, что вещь вполне обычная и простая застает нас врасплох, ошеломляет.

«Он неживой, мой ребенок!» – продолжает обеспокоенный голос.

Это было странно, жалко.

«Ваш ребенок в полном порядке», – говорили мы, жестами приглашая женщину говорить тише. Только для того, чтобы пощадить уши малыша. Но несчастную наши тихие голоса пугали еще больше! «Он умер! Мой малыш умер!» – восклицала она, заводя старую песню.

Умер? Ребенок лежал у нее на животе, шевелящийся, двигающийся.

«Ну же, – говорили мы, – мертвые не двигаются. Вы хорошо чувствуете, что ваш ребенок двигается, что он доволен».

Все это произносится опять же тихо. Как же сделать, чтобы они были счастливы оба, мать и дитя?..

Позднее, конечно, мы пытались объяснить женщинам причину этой тишины, необходимость уважать ребенка, защитить его уши, позаботиться о том, чтобы не напугать его раскатами своего голоса. Мы старались объяснить им, что больше нет необходимости страдать и плакать, приходя в этот мир, что совсем не обязательно мучиться при рождении. Напрасный труд.

Слишком поздно.

Наши объяснения не достигали их. Их глаза были полны сомнения. И сожаления.

В конце концов они все же начинали успокаиваться.

«Ваш ребенок чувствует себя настолько хорошо, насколько это вообще возможно», – повторяли мы вновь, чтобы их ободрить.

«Вы считаете?» – говорили они тоном, полным недоверия.

По правде говоря, действительно поразителен ребенок, который тут же после рождения, испустив один-два крика, принимается лепетать, зевать, потягиваться и входить в эту жизнь, как будто он очнулся от приятного сна. Это так же удивляет и пугает не имеющих к этому привычки, как и женщина, рожающая с улыбкой, без единого крика, с сияющим лицом.

Все вышесказанное – для того, чтобы сказать, что женщины должны быть подготовлены.

Не поставлены перед фактом! Напротив.

Необходимо, чтобы они участвовали в этом сознательно, все понимая. Нужно, чтобы они знали, что ребенок слышит, что его уши очень чувствительны. Их легко ранить.

Короче, нужно, чтобы они с первых мгновений научились любить ребенка ради него самого, а не ради себя.

Ребенок – это не игрушка, не украшение. Это существо, которое им доверили. Пусть женщины поймут, почувствуют: «Я его мать», а не: «Это мой ребенок».

5

Это обучение тишине необходимо в такой же мере тем, кто помогает во время родов, – акушерам и акушеркам.

В родильной комнате слишком много и громко говорят. Восклицания: «Тужьтесь! Да тужьтесь же, наконец!» – очень редко произносятся шепотом. К большому сожалению.

Громкие, гулкие звуки и возгласы гораздо больше пугают женщин, чем помогают им.

Говоря с ними тихими голосами, мы умиротворяем их. И гораздо больше это помогает им, чем крики. Пусть помощники тоже пройдут школу тишины. Пусть они подготовятся достойно встретить ребенка.

6

Темнота или полумрак, тишина…

И воцаряется необыкновенный мир.

И уважение, с каким подобает встретить прибывающего путешественника, младенца.

В церкви никто не кричит. Инстинктивно все снижают голос. Если есть еще столь же святое место, то оно здесь.

Полумрак, тишина, что еще необходимо? Терпение. Или, вернее, обучение необыкновенной медлительности. Почти неподвижности. Без согласия на это внутреннее спокойствие нельзя надеяться на успех. Невозможно будет понять ребенка. Согласие на эту медлительность, проникновение в нее – это еще одно упражнение, требующее подготовки. Как для женщины, так и для присутствующих.

Чтобы достигнуть успеха, надо еще вспомнить, из какого странного мира приходит малыш.

Сантиметр за сантиметром, или еще меньше, он приближается к падению в ад. Двигаясь все медленнее и медленнее, он собирал силы, накапливал значительную энергию. Не испытав на своем собственном теле этой крайней медлительности, невозможно понять и рождение. Невозможно встретить новорожденного. Чтобы это принимание, эта встреча произошли, нужно выйти из времени. Выйти из «нашего» времени, из привычек, личных вкусов, из всего, стремительно протекающего.

Наше время и время новорожденного практически непримиримы.

Одно обладает медлительностью, близкой к неподвижности. Другое, наше, – суета, граничащая с исступлением.

Впрочем, мы никогда не находимся «здесь». Мы всегда где-то там, в прошлом, в наших воспоминаниях. В будущем, наших проектах. Мы всегда находимся либо до, либо после. «Сейчас» – никогда.

Чтобы встретить новорожденного, нужно отрешиться от нашего времени, бешено текущего.

Вот что кажется тоже невозможным. Как выйти из времени, этой сумасшедшей войны?

Очень просто.

Достаточно быть здесь.

«Быть здесь», как будто нет больше будущего и прошлого. Нужно «быть здесь», как будто дальше времени не существует. И это «конец» времени. Потому что это начало. Все очень просто. А кажется невозможно.

Как примирить непримиримое, встретиться с нулем или бесконечностью?

Требуется пристальное внимание.

Наблюдатель открывает себе новорожденного, как будто до того никогда его не видел.

И испытывает такое удивление… что забывает все. Включая самого себя. Он сам исчезает!

Нет больше наблюдателя! Остается только младенец.

Прекратилось это древнее, вечное и иллюзорное деление на тех, кто смотрит, и тех, кого рассматривают.

Существует только этот ребенок, которого созерцают. Не такого, какого мы знаем, о котором прочитали или нам сказали. Его созерцают таким, какой он есть. На него смотрят. Или, лучше, дают заполнить всего себя. Без посторонних советов. Без предупреждений. Во всей невинности. Во всей новизне.

Все становится просто «им».

Акушер снова стал новорожденным.

Он снова пережил свое рождение. И он снова обрел свою чистоту. Не умея того, он отрешился от времени. Вместе с ребенком он на пороге вечности… И я, в свою очередь, лечу, приближаюсь к этому.

Но подождем ребенка.

7

Все готово: полумрак, тишина, сосредоточенность. Время остановлено.

Ребенок может появиться.

8

А вот он!

Он выходит… Сначала голова. Затем руки, которым помогают освободиться, просунув по пальцу под мышки. Поддерживая таким образом ребенка под каждой рукой, его поднимают, как его вытащили бы из колодца. И главное – не трогают голову! Его кладут прямо на материнский живот.

Какое место подошло бы лучше, чтобы принять ребенка? Это материнский живот, по размеру и форме точно соответствующий малышу. За мгновение до этого выпуклый, теперь впалый, кажется, что он ждет его, как гнездо.

Теплота и мягкость живота, его поднятие и спуск в ритме дыхания, его нежность, живое тепло кожи – великолепное место для новорожденного.

Наконец, а это главное, близость этого места позволяет сохранить целой пуповину.

9

Большой жестокостью является перерезание пуповины сразу же после того, как ребенок выйдет из материнского лона. И это очень плохо влияет на ребенка.

Сохранить пуповину целой, пока она бьется, – значит трансформировать рождение.

Во-первых, это обяжет акушера быть терпеливым. Это призовет его, как и мать, уважать жизненный ритм ребенка. Во-вторых, есть причина важнее. Как мы уже сказали, воздух, наполняя легкие малыша, производит эффект ожога. Более того. До рождения ребенок не знал ничего, кроме себя самого. Он не делал никакого различия между миром и собой, потому что снаружи и внутри было одно – он сам. Он не знал различий. Он не знал, например, холода. Холод – только противоположность теплу. Температура тела малыша, такая же, как и у матери, не давала повода для сравнений.

До рождения не существовало ни «внутри», ни «снаружи», так же как не было ни тепла, ни холода.

Приходя в этот мир, новорожденный попадает в царство противоположностей, где все либо хорошо, либо плохо, приятно или неприятно, сухо или мокро… Он открывает эти контрасты, неразделимые, как братья-враги.

А как ребенок выходит в царство противоположностей? Чувствами? Нет, это придет несколько позже.

Именно с дыханием открывается царство контрастов. С первым вдохом он переступает порог. Вот где вход. Он вдыхает. Со вдохом приходит его противоположность: выдох. Который, в свою очередь…

И вот запущен вечный маятник, принцип существования этого мира, где все рождаются из своей противоположности: день из ночи, лето из зимы, богатство из бедности, сила из смирения. Без конца и без начала.

10

Дышать – значит быть в унисон со всем миром, в согласии с универсальным и вечным биением.

Проще говоря, это значит использовать кислород и освобождаться от продуктов распада, главным образом – углекислого газа. Но в этом простом обмене встречаются две вселенные, встречаются друг с другом, пытаются смешаться, соприкоснуться: внутренний мир и мир внешний.

Два мира, теперь разделенные, пытаются обрести друг друга: мир организма, внутренний, маленького «я», и огромный внешний мир. В легких встречаются кровь, поднимающаяся из глубин, и воздух, поступающий сверху. Этот воздух, эта кровь текут навстречу друг другу, жаждут слиться. И не могут, разделенные, как стеной, тончайшей перегородкой альвеол. И одна и другой «вздыхают» о потерянном единстве. Кровь приходит в легкие темной, лишенной кислорода, тяжелой от отходов жизнедеятельности, углекислого газа и др., которые делают ее старой, бессильной, умирающей. Здесь она освободится от старости, наполнится энергией, молодостью. Перерожденная этим «купанием» в источнике Молодости, она течет далее живая, обогащенная, алая. И снова погружается в глубину, тратя там свои сокровища. И снова наполняется отходами. Возвращается в легкие и там обновляется вновь… Неразрывный, бесконечный круг.

А что касается сердца, то оно оживляет этот круг, посылая обновленную кровь к жаждущим тканям организма по так называемому большому кругу кровообращения. В то время как старая кровь, использованная, направляется им в легкие, к источнику молодости, по малому кругу кровообращения.

Путь большого круга далек, он ведет кровь из сердца к границам королевства: к макушке, конечностям, внутренним органам.

Малый путь короток – он ведет от сердца к легким и возвращается обратно.

А как состоят дела у плода, чьи легкие еще не работают?

Кровь плода, точно так же, как и наша, нуждается в обновлении. И чтобы это сделать, она возвращается в плаценту. Именно плацента выполняет роль легких, кроме остального. Туда кровь приходит по пуповине и возвращается: три сосуда, одна вена и две артерии, в одном чехле. В плаценте кровь обновляется не в контакте с воздухом, а в контакте с кровью матери, обновляющейся, в свою очередь, в легких. Мать дышит для младенца. Точно так же, как она питается для него, носит его, защищает. Спит и видит сны. Делает для него все.

Не находится ли ребенок в полной зависимости от матери до рождения?

А далее, после рождения, что происходит?

Необыкновенное происшествие, потрясение, революция: кровь, до этих пор идущая через пуповину, устремляется в юные легкие! Она покидает старую дорогу, родное русло. Она оставляет материнскую дорогу. Ребенок берет на себя дыхание, обогащение крови кислородом своими легкими. Он говорит: «Женщина, что общего между мной и тобой? Зачем нужен посредник между землей и мной?»

Вот что объявляет ребенок дыханием.

Это только первый шаг: во всем, кроме воздуха, ребенок полностью зависим от матери.

Но этот путь уже начат.

Дыша, ребенок становится на путь независимости, автономии, свободы. И в то же время он попадает из вечности во временно́е пространство. Из непрерывности в колебания.

Но покидает ли кровь старый путь, пуповина—плацента, внезапно, происходит ли это грубо?

Это когда как.

Чтобы этот переход произошел медленно, нежно – или внезапно, в панике и страхе, чтобы рождение стало пробуждением от приятного сна… или трагедией – это зависит от нас.

11

Говорят, что природа не делает прыжков. Рождение – один из них: перемена мира, уровней.

Как разрешить это противоречие? Как сама природа смягчает переход, который обещает быть грубым?

Очень просто.

Природа – мать суровая, но любящая. Мы игнорируем ее предупреждения. А потом проклинаем ее же!

Все есть для того, чтобы прыжок, приземление произошли с желаемой легкостью. А мы подчас настаиваем на опасности, которой избегает ребенок: аноксии.

Аноксия – это нехватка драгоценного кислорода, к чему очень чувствительна нервная система.

Ребенок, которому довелось испытать нехватку воздуха, получает непоправимую травму мозга. И перед нами существо покалеченное, изуродованное.

Таким образом, ребенок ни в коем случае не должен испытывать при рождении нехватку кислорода. Ни на мгновение.

Вот что говорит ученый. И он прав.

Впрочем, природа рассудила точно так же, как ее известный кум-ученый. Она сделала так, что во время этого опасного перехода ребенок получает кислород из двух источников, а не одного: через свои легкие и через пуповину. Две системы работают вместе, одна принимает эстафету у другой: прежняя, пуповина, продолжает питать ребенка кислородом до тех пор, пока новая, легкие, полностью не примет смену.

Ребенок, родившись, выйдя из матери, продолжает все же быть связанным с ней пуповиной, которая пульсирует еще очень долго. Четыре, пять и больше минут. Получая кислород через пуповину, защищенный от аноксии, ребенок может без опасения, без спешки привыкнуть к дыханию по своей воле. Кроме того, кровь тоже имеет время покинуть старую дорогу (которая вела ее в плаценту) и наладить легочное дыхание. В это же время, параллельно, закрывается отверстие в сердце: дорога назад отрезана. В общем, в течение этих четырех-пяти минут ребенок остается на развилке дорог в два мира. Получая кислород с двух сторон, он успешно, без грубости, переходит с одной дороги на другую. И едва ли он при этом закричит.

Как достичь этого чуда? Немного терпения. Ничего не ускорять. Уметь ждать. Уметь дать ребенку время привыкнуть.

Мы видим, что здесь необходимы тренировки. А иначе, как же оставаться без дела долгих пять минут, когда нас все толкает на противоположное – наша рассеянность, автоматизм, привычки. И странная нервозность, плод нашей тревоги, проистекающей… из нашего собственного рождения.

12

Для ребенка это наше благодеяние значительно.

От того, будет ли пуповина перерезана немедленно или тогда, когда она уже не будет биться, зависит исход опыта, проводимого ребенком при вхождении в наш мир: что он чувствует в этом новом для него состоянии; вкус жизни – он может быть различным.

Перерезать пуповину немедленно – значит грубо лишить мозг кислорода. На что все существо реагирует очень сильно: паника, бурное возбуждение, душераздирающие крики. Мы создали самый значительный стресс! Против этой агрессии поднимается вся система защиты. Если нужно проверить, как работает система тревоги в организме, то лучшего способа не найти.

Но в этом случае мы создаем условный рефлекс, один из «узлов», силу которых нам показал Павлов: мы объединили в единое целое навсегда «дыхание и агрессию»!

Жизнь – это то, от чего надо защищаться!

Мы связали воедино дыхание и смерть, жизнь и страх.

Великолепное начало!

Вот создающийся невроз. Мы ставим ребенка перед невозможным выбором: чтобы дышать глубоко, нужно дать себя поглотить огню, и крики достаточно ясно свидетельствуют об ожоге, или сдерживать дыхание, а это – восхитительный эксперимент… самоутопления.

Мы предоставляем юному аргонавту право выбора: погибнуть в волнах или в огне!

Чтобы чувствовать вкус этой паники, тревоги, страха, достаточно попросить вашего друга крепко зажать вам нос и рот. Секунд тридцать достаточно.

И вы упрекнете себя, что настаивали на этом.

Насколько мягче и нежнее вхождение в жизнь, если пуповина цела.

Ни на мгновение мозг не лишается кислорода. Наоборот, он получает его из двух источников.

Зачем включаться системе тревоги, если нет агрессии? Нет стресса. Нет паники. Гармоничный и быстрый переход из одного мира в другой. Кровь, в свою очередь, плавно, без толчка, меняет дорогу. Легкие не переполняются ни в какое мгновение этого перехода, ни снаружи, ни внутри.

Когда малыш выходит, он издает крик.

Грудная клетка, до этого сильно сжимаемая, внезапно освобождается от пут, и она расширяется. Создается пустота. Туда устремляется воздух. Это первый вдох. Он является актом пассивным. И это в то же время ожог. Раненый, ребенок отвечает выдохом. Он яростно выталкивает воздух. Это крик.

И часто на этом все и заканчивается.

Как бы удивленный этой болью, ребенок делает паузу. Бывает, что перед этой паузой крик повторяется два, три раза. После паузы мы сходим с ума от волнения. И по привычке… пощечины, шлепки, встряска.

Но мы воздержимся от вмешательства, так как более подготовлены, контролируем свои порывы, доверяем природе и мощному биению пуповины. И мы видим… дыхание ребенка восстанавливается само собой.

Еще нерешительное, робкое, делающее остановки.

Ребенок, питающийся кислородом через пуповину, не спешит, он спокойно переносит и ожог.

Еще остановка, и снова дыхание. Он привыкает, дышит глубоко. И по-видимому, получает удовольствие от того, что его поначалу так жестоко ранило.

Через некоторое время дыхание становится полным, глубоким, свободным и радостным.

Ребенок крикнул пару раз. И вы не слышите больше ничего, кроме его интенсивного дыхания, оттеняемого небольшими вскриками, короткими, как бы выражающими удивление, переполнение энергией. Почти «ах!», что издают лесорубы или воины. К дыханию примешиваются звуки, производимые малышом губами, носом, горлом. Это уже его язык.

Во всяком случае, нет криков ужаса, стонов отчаяния, истерики. Нужно ли, чтобы ребенок кричал, входя в наш мир?

Безусловно.

Но зачем заставлять его рыдать?

13

Ребенок, получающий удовольствие от этого испытания, пробуя на вкус его новизну, безболезненно забывает тот мир, который он оставил. Ни одного взгляда назад, ни одного сожаления. Он входит в мир, как мы обычно просыпаемся от доброго, приятного сна, а не от кошмара. Когда настоящее так отрадно, к чему хвататься за прошлое?

Теперь прекратила ли биться пуповина?

Тогда отсечем ее.

Ни одного вскрика! Нет ни волнения, ни испуга, нет даже легкого содрогания. Просто отпала мертвая связь.

Ребенка не «отрывали» от матери. Один отделился от другого.

Зачем юному путешественнику, ступившему уверенно и основательно на берег, возвращаться к прошлому?

Как восхитительно и разумно подобное рождение!

Продолжая снабжать кислородом малыша через пуповину, мать сопровождает его и помогает сделать первые шаги в этом грозном мире. Точно так же, как позже он получит поддержку руки матери, чтобы опереться, делая первые свои шаги. Руки, чистосердечно открытой, подаренной, за которую ребенок может браться или отпускать по мере того, как он все более верит своим собственным силам. Какой матери придет в голову отнять свою руку у малыша, который неуверенно делает первый шаг?

14

Учитесь уважать этот момент рождения.

Момент хрупкий, тонкий, неуловимый, как сон в предрассветный час.

Мы находимся на развилке двух дорог, двух миров. Ребенок перед нами, он нерешителен. Ради бога, не подталкивайте его! Не хотите же вы, чтобы он упал? Позвольте маленькому существу войти по собственному усмотрению, в своем собственном темпе и ритме. Позвольте ему не спешить.

Птица учится летать.

Она тяжела и неловка, волочит громоздкие крылья. Вы видите ее неуклюжей, а потом… вот она уже летит! Она оторвалась от земли и парит в воздухе, который делает ее легкой и грациозной. Как перешла она из одного царства в другое? Это настолько тонко, что глаз не может это уловить. Это неуловимо настолько же, как отрешение от времени. Или волна, которая поднимается неуловимо и неотразимо, и снова опускается. В какой момент все переменилось? Достаточно ли чувствительны ваши уши, чтобы услышать дыхание океана? Не касайтесь грубыми руками рождения, этой волны, идущей вслед за другой волной, рожденной из моря и покидающей его. Вы ничего не поймете в этой тайне.

Позвольте ребенку прийти самому; он знает как. Оставьте его, и вы увидите: одна волна вытолкнет его на берег, другая подхватит и поднимет немного выше. Третья – еще, и вот, наконец, он вышел из воды.

Его держит земля.

Он вышел из бездны.

И опьянен своим существованием.

Не нарушайте ничего.

Подождите.

Это первый восход.

Оставьте же первой заре всю ее величественность. Подождите и позвольте рождению быть медленным и достойным. Этот ребенок просыпается в первый раз. Не трогайте его, пока он совсем не оставит царство сна. Посмотрите, одна ножка еще бежит и задерживается в саду сновидений, а другая только что соскользнула с края постели! Он вступил в течение времени и покинул вечность.

Ребенок принялся дышать!

15

Остальное – это детали.

Все сказано и все сделано, раз дыхание установлено. Все достигнуто. Или упущено навсегда.

Но и детали, как всегда, очень важны.

Как устроить ребенка на материнском животе? Положить его на бочок, на живот или на спину?

Самое неправильное – на спину! Это значило бы одним ударом разогнуть то, что требовало изгибания долгие месяцы – позвоночник. Это значило бы – освободить безо всякой осторожности огромную скрытую энергию. Шокирующее насилие будет невыносимым. Это будет настоящий взрыв.

Позвольте ребенку по собственному желанию распрямить свою спину. Ведь каждый новорожденный имеет свой характер и темперамент. Каждый из них входит в мир на свой лад.

Есть такие, что, едва появившись, гордо распрямляются, выгибаются, вытягивают руки перед собой. Это сильные дети. Они водворяются в новую для них обстановку, как короли.

Их позвоночник распрямляется мгновенно, как будто туго натянутый лук выпускает стрелу.

Случается, что потрясенные жестокостью шока, испуганные собственной смелостью, они тотчас делают шаг назад. Или, сначала свернувшись в клубок, затем быстро распрямляются.

Либо отваживаются на этот шаг с осторожностью. Так что лучше всего положить ребенка на живот, подвернув под него ручки и ножки.

Это его родная, привычная поза, она позволяет ребенку двигаться вперед, к распрямлению, вытягиваться, раскрываться в собственном темпе. Кроме того, положив ребенка на животик, мы будем видеть его спину, наблюдать за ним и его дыханием.

Мы следим за этим дыханием, наблюдаем, как оно наполняет тело малыша. Не только грудную клетку, но и животик. И особенно – бока. Бока, которые у взрослых людей уже давно не шевелятся. И ребенок – это целиком дыхание, одно дыхание, мощные волны которого пробегают по его спине от макушки до копчика.

Можно представить себе бегущие волны, что вынесли этого ребенка и рассыпались на берегу, волны, зародившиеся в матке матери. И по мере того как дыхание заполняет тело новорожденного, поверите ли, какая неожиданность, но мы видим, что деревце растет!

Вот ручка, чаще правая, освобождается из-под живота.

Эта ручка вытягивается. Скользит, гладит материнский живот. И возвращается.

Другая решается… Медленно, как бы удивляясь, что ничего не мешает, не противостоит. Пораженная, что пространство вокруг может быть столь обширным. Кажется, что ручки растут, рождаются из дыхания, материализуя избыток сил, оживляющих это растущее дерево!

А теперь ножки. Они вытягиваются одна за другой. Им гораздо страшнее. Но они вытягиваются, двигаются, бегут. Опьяненные тем, что ничто их не держит и не останавливает.

Они столько вынесли, столько боролись, чтобы родиться, чтобы избежать страшного!

Чтобы успокоить их тревоги и страхи, надо предложить им поддержку. Это может быть легкая противостоящая рука. От которой можно оттолкнуться.

Этим избавим ребенка от ужасного впечатления «потерянной ноги».

И вот все в гармонии, все движется вместе. Нет ни одного кусочка тела ребенка, которое не наполнило бы движение.

Все это – страстные потягивания, все более напористые. Спящий просыпается, выходит из чарующего сна.

Теперь можно положить ребенка на бочок. Ручки и ножки чувствуют себя теперь легко и непринужденно. Позвоночник принял самое для него удобное положение. Но всегда надо предложить точку опоры. Одну руку кладут под ягодицы, другой поддерживают спинку.

Головы лучше совсем не касаться. Она чрезвычайно чувствительна. Именно она вынесла на себе всю тяжесть драмы. Она «проложила» дорогу. Любые прикосновения напоминают ей малоприятное.

Ребенок уже приручен.

Пуповина не бьется.

Ее перерезали.

Мы готовы к следующему этапу. Но, опять же, приблизимся к нему медленно.

16

Какой путь нами проделан!

Мы вышли из вод, коснулись ногой земли, покинув темные владения рыб. Нас носит земля.

Как это удивительно. Она нас носит, и она нас держит. Как же мы тяжелы! Приходится ползать. А небо рядом.

С него падает на нас свет, оно зовет нас, оно поддерживает в нас жизнь. Именно оно заставляет нас подниматься вверх. Эту долгую, долгую, долгую дорогу, ведущую от минералов до человека, повторяет каждый ребенок в рождении.

Так происходит с человеком, творящим молитву: он склоняется, либо только голову, либо всем телом; он преклоняет колени, сложив руки на груди, затем – поклон, голова опускается и касается лбом земли. Он покорен, смирен, унижен. Человек целует землю, покоряясь ей. И в этом медленном погружении в самого себя он умирает.

И вот опустошен, лишен дыхания, совсем как ребенок, который еще не изведал вкуса жизни.

Целуя ту, что носит нас, кормит и примет нас в свое лоно, когда придет наш последний день, мы возрождаемся.

Как в первое утро спина человека распрямляется, раскрывается.

Воздух наполняет его!

Вознесенный этим дыханием, охваченный светом, он дрожит, чувствуя переполняющую его радость.

Да, это молитва, это возрождение.

Можно ли молиться на бегу?

Можно ли согласиться с мгновенным рождением?

17

Несколько слов о руках, держащих младенца.

Эти руки – первое, что встречает перворожденный в этой жизни.

Они говорят с ним на его первом языке – языке кожи, касаний. На том языке, который он знал в материнском лоне, когда матка любовно гладила его спину, когда они разговаривали кожа к коже. Вот ребенок снаружи, его спина обнажена, растеряна. И ее касаются руки… не имеющие ничего общего, увы, с любовной лаской. Ни тепла, ни медлительности, ни ритма. Руки врача, акушерки, медсестры, как они торопливы. Невнимательны.

Первый контакт с этим миром.

Первое удивление и чаще всего первый ужас. И ребенок бунтует. Чтобы наш юный путешественник принял наш мир, его странность, холод, нужно смягчить этот переход, сделать так, чтобы в новом он обнаружил и старое.

Пусть руки будут нежными, но сильными, и обязательно медленными, их движения должны быть продолжительными, а не резкими. А затем они не только ласкают ребенка, но и массируют его. Все животные принимаются вылизывать свое потомство. И известно, что от этого во многом зависит выживаемость. Пусть руки пробегут по спинке. Это делается в то время, когда ребенок лежит на материнском животе и пуповина еще бьется. Пусть руки найдут ритм, силу нажатия – это сила сжатия матки, ее медлительность, ее ритм и продолжительность действия, которые ребенок «впитал кожей».

Что должны сказать эти руки?

То, что сказала бы мать.

Мать не испуганная, не неистовая, выведенная из себя как ожесточенный зверь, не ураган, обрушивающийся на ребенка и угрожающий поглотить его.

Нет.

Это должна быть та мать, которую он узнал в первые дни, прекрасные дни любовных объятий, которые его баюкали, ласкали. Это была сама любовь. Эти руки пробегают по спинке медленно, не успеет одна дойти до конца, как другая уже продолжает поглаживать маленькую спинку. Одна рука продолжает движение другой, как спокойно и неумолимо движутся друг за другом волны. Этот простой, но таинственный ритм инстинктивно чувствуют влюбленные.

Но в конце концов… вы учите любви этого ребенка!

Дать ему любовь – значит попытаться излечить раны и сгладить боль разлуки. Это значит вернуть его в рай, это – паломничество к истокам, к началу, это – погружение в древний Океан, откуда истекают, куда впадают все реки и речки, где отменяются, упраздняются все различия, даже время теряет свой смысл, потому что здесь ничего никогда не кончается и не начинается.

Вот что касается ритма, движения.

Но руки могут просто оставаться неподвижными.

Через касание этих рук ребенок чувствует все: нервозность или спокойствие, растерянность или уверенность, нежность или насилие. Он знает, любят ли его эти ладони. Или они равнодушны, или, что хуже всего, они не желают его.

Во внимательных, любящих руках ребенок доверчив, раскрыт. В руках грубых и враждебных он замкнут, недоверчив. Так что лучше вначале оставить руки неподвижными на спине ребенка, чем сразу с воодушевлением браться за ее массаж.

Руки – не мертвые, безразличные, отсутствующие, посторонние. Но руки – внимательные, живые, наблюдательные, видящие малейшее трепетание. Это руки легкие. Они не приказывают. И не вопрошают. Они просто здесь, рядом. Легкие. И тяжелые от переполняющей их нежности. И спокойные.

18

Какие руки должны держать ребенка? Очевидно, руки матери. При условии, что эти руки имеют все то… о чем тут только что говорилось.

Но как часто это забывается.

Сколько матерей, бывает, ударяют своего ребенка! Трясут его, думая, что укачивают или даже ласкают его… У скольких женщин руки грубы, мертвы, неумелы. Сколько женщин, переполняемых эмоциями, душат, давят в буквальном смысле своего ребенка! К счастью, женщина, которой удалось родить без боли, знает реакции своего тела. Эта женщина сможет держать, трогать своего ребенка. Чтобы рожать без боли, в радости, она должна была заново изучить, открыть свое тело. Узнать, как можно контролировать малейшие неблагоприятные признаки. Я уверен, что такая женщина, несмотря на поглощающую ее радость, сможет при этом не навредить ребенку.

Она будет помнить, когда новорожденного кладут ей на живот и когда она кладет свои руки на него: для нее испытание кончено. Для малыша оно только начинается. Этот ребенок пробуждается от своего первого сна. Он делает первый шаг в безумном приключении. Он пронизан страхом. Он познал этот страх.

Я знаю, насколько он обеспокоен, и знаю то зло, которое страх может причинить. Я хочу защитить от страха этого ребенка. Не двигайтесь. Не станем добавлять еще и еще к панике, охватывающей дитя. Просто будем здесь. Не двигаясь, не спрашивая, не выказывая нетерпение.

Прежде всего – не пугать малыша, не увеличивать его волнение. Затем, из побуждений истинной любви, а не эгоизма, женщина просто положит руки на спинку малыша.

Неподвижные руки. Не экзальтированные, дрожащие от волнения, а спокойные и легкие. Руки мира. Через такие руки переходит к ребенку любовь, умиротворяя его, успокаивая его угрызения совести.

Угрызения совести?

Да, именно так. Это поразительно, но это так. Могут сказать, что новорожденный испытывает страх, грусть, но угрызения совести!? Это слишком. И все же именно так.

В основном все представляют себе рождение таким образом, что ребенок не принимает в нем никакого участия. Его видят пассивным в этом процессе. Всю работу якобы делает мать, либо в крайнем случае просто маточные схватки.

Ничего подобного.

Греки, Гиппократ в частности, считали, что ребенок сам старается родиться.

Они говорили, что к концу беременности ребенок чувствует, что истощаются его жизненные запасы. Чтобы спастись, ему нужно бежать из пещеры, которая до той поры его укрывала. И чтобы выйти, он принимается толкаться ногами, пробивая себе путь к свободе.

Древние предугадали истину. Теперь известно, что именно в теле ребенка образуется гормон, ответственный за начало схваток.

Похоже, что ребенок решает, когда ему родиться.

Во всяком случае, он ощущает необходимость яростно бороться за свое рождение. Но вся драма в том, что, родившись, он не может перенести своей победы: его мама «исчезла», он ее убил. Безмерное горе, ощущение вины.

Руки матери, их нежность умиротворяют ребенка, говорят ему: «Я здесь, я рядом. Не беспокойся ни о чем. Мы спасены оба, я и ты».

19

Многие женщины не знают, как дотронуться до своего малыша.

На самом деле они просто не осмеливаются.

Что-то их останавливает. Кажется, они чем-то парализованы. Из-за внутреннего запрета они с трудом решаются коснуться младенца кончиками пальцев. Это из-за того, что ребенок только что вышел из такого места, которое, употребляя эвфемизм, называют «естественным путем».

Настолько естественным, что, безусловно, о нем просто не говорят. И не показывают. И никогда не обсуждают!

Да, малыш приходит «оттуда».

Из тех частей тела, которые замалчиваются, считаясь постыдными, и где сожительствуют, что любопытно, лучшее и худшее, секс и дефекация.

Невинный ребенок самым естественным образом трогает свои половые органы. «Не трогай, – говорят ему. – Это грязно». И естественно, попка грязная.

Вот так разделяют хорошее, плохое, разрешенное и запрещенное.

Итак, ребенок пришел «оттуда». Весь горячий и липкий.

Презрительно мы называем это «маленьким местом», «маленьким уголком», короче, эти места не называют, не упоминают, они просто не должны существовать.

Потрогать… это?

Невозможно!

И вот женщина парализована старым запретом.

Охваченная необыкновенным смущением, она больше не знает, испытывает ли она к этому существу, что лежит у нее на животе, пылкий интерес или глубокое отвращение. Остается только взять ее руки и положить на ребенка. Ясно ощущается сопротивление.

Это как непреодолимая застенчивость. Но вот первый шаг сделан, контакт установлен и… ах! Какая радость! Упала преграда, отделяющая мать от ребенка и обозначавшая границу между хорошим и плохим, добрым и злым. Себя обретает женщина, касаясь своего ребенка. Она снова чиста, совершенна, непорочна, безгрешна, незапятнанна.

20

Вернемся к ребенку. Который уже дышит.

Пуповина перерезана. Это уже позади.

Как идет время!

Кажется, что уже прошел целый… век. А на часах? Три минуты, пять или чуть больше.

Но внимание было так сосредоточено на ребенке, что мы вместе с ним вышли из времени.

Где мы? Эта тишина, это спокойствие так контрастируют с криками родов… Как будто мы еще смущены и испытываем недоверие перед безболезненными родами, будто мир, безмятежность такого рождения застают нас врасплох. И теперь мы не решаемся заговорить. Однако как бы ни были прекрасны эта тишина, это спокойствие, нас ждет еще большее восхищение.

Теперь ребенок покидает мать. Раз и навсегда.

Они встретились, открыли себя друг для друга. Сейчас они должны разделиться. Новый шаг ребенка по дороге к свободе.

А теперь будем осторожны.

Куда положить ребенка?

Как сделать, чтобы «отделение» от тела матери не стало ни шоком, ни испугом, а радостью?

На весы – грубые и холодные? Ни в коем случае! В салфетку, белье! Как бы ни были они тонки, после нежного материнского лона все покажется грубым. Тогда?

Нечто похожее на материнскую нежность и любовь ребенок может испытать в воде.

Вернее, вновь испытать.

Вода вы «носила его, она его баюкала, делала его легким как птица.

Купание подготовлено в маленькой ванне или баке. При температуре воды 38–39 градусов ребенка берут и погружают в воду. Опять же, очень медленно.

Как только малыш погружен, его вес исчезает. Исчезает его тело, которое только его обременяло. Он плавает? Опять нематериален и легок. И свободен, как в те далекие дни, когда он мог играть, двигаясь в свое удовольствие в бескрайнем океане. Его удивление и радость безграничны. Вернувшись в свою стихию, он забывает то, что только что покинул. Он забывает о матери. Он в нее вернулся!

Это первое разделение, далекое от того, чтобы стать разрывом, страхом, становится радостью, игрой. Руки, поддерживающие ребенка в ванне, чувствуют, что ребенок полностью доверился им. То, что могло порождать страх и напряжение, тает теперь, как снег под солнцем. Все, что еще может оставаться в теле малыша зажатым, напряженным, застывшим, начинает жить, двигаться.

И – о чудо! Ребенок широко открывает глаза.

Этот первый взгляд незабываем.

Эти огромные, внимательные, глубокие глаза спрашивают: «Где я? Что со мной случилось?»

В них чувствуется такое внимание, удивление, столько вопросов, что это потрясает.

Мы открываем, что безо всякого сомнения перед нами личность. Она была спрятана за страхом. Только ужас заставлял закрывать глаза. Мы видим (как будто это не было очевидным!), что рождение далеко от того, чтобы считаться началом, это лишь переход. И что это существо, что смотрит на нас, вопрошая, давно уже было личностью.

Все, кто присутствовал при этих родах, кто видел, как открываются эти глаза, кто почувствовал тяжесть их вопросов, восклицали с наивной недоверчивостью и удивлением: «Но… но это невозможно, он видит!»

Он «видит» не потому, что мы этого ждем, нет, конечно, новорожденный не умеет притворяться как мы. Он общается с нами присущим только ему способом, который мы, увы, позабыли; то, что для нас – далекое воспоминание, но в этом уже невозможно сомневаться.

«Новорожденный – он слеп, он не слышит, не чувствует. У него еще нет сознания. И что вы хотите, чтобы в этом возрасте…»

Перед этими вопрошающими, внимательными глазами так говорить просто смешно. И стыдно.

21

То, что следует за этим, ничем не уступает чуду.

Свободный от страха, принимая новое как волшебство, ребенок, находясь в своей стихии, изучает свое королевство. Малыша теперь поглощает движение. Голова поворачивается влево, вправо. Медленно, до конца, на всю возможность шеи повернуться. Фас становится профилем.

Оживает и открывается, затем закрывается одна ладонь. Она всплывает, покидает воду. Рука тянется вверх. Ладонь ласкает небо, ощупывает пространство, снова опускается. И другая отправляется в тот же путь, поднимается, описывает арабески, опускается. Две руки играют вместе. Они встречаются, обнимаются и разделяются. Иногда одна останавливается помечтать. Открывается и закрывается с медлительностью моря ладонь. Другая замечталась, в свою очередь. Эти ладошки – как цветы, распускающиеся на наших глазах. Морские анемоны, они дышат в медленном ритме, их баюкает океан, качают невидимые течения.

Ноги, сначала робкие и поджатые, не решаются вступать в игру, оживают, в свою очередь. Внезапно одна нога разгибается. Затем другая, встречающая край ванны, и вот все тело малыша подается вперед. Ребенок получает удовольствие от своего приключения. И начинает снова и снова… Он был водорослью, рыбой, и вот он – рак!

Он играет!

Только десять минут прошло после его рождения!

Весь этот балет – в глубокой тишине, размеченной только легкими и краткими вскриками, выражающими лишь радость или удивление. То серьезный, то игривый, поглощенный исследованием, ребенок изучает, зондирует пространство снаружи, изнутри. С неослабным вниманием. С вниманием, не ведающим такого бича, как рассеянность. Весь целиком «здесь», страстный исследователь своего тела, он следует за ним, открывает его возможности.

Ребенок весь – единство, целостность. Ни одна точка его тела не остается чуждой действию. Все в нем двигается. Все шевелится, все живет в согласии и в полнейшей гармонии.

Как не позавидовать этому ребенку, как не быть ревнивыми нам, состоящим из кусочков и отрывков. Нам, потерявшим это первоначальное единство. Мы рассеяны и разбросаны. Мы не перестаем мечтать и всегда находимся «где-то там». Мы не способны находиться просто «здесь».

Теперь оживает лицо. Открывается рот, затем закрывается. Смыкаются губы. Высовывается и прячется язык. И когда, наконец, как бы случайно рука находит тело, она скользит по нему и обнаруживает рот, ребенок засовывает туда палец и с наслаждением сосет его!

Рука снова отправляется в путь. Еще раз охватывает пространство и вновь обнаруживает рот в этом месте радости!

На этот раз он пытается засунуть туда не только палец: если бы мог, он отправил бы туда всю руку. Да, это сад наслаждений. Новый мир, очаровательное место! Зачем ребенку сожалеть о прошлом?

Безусловно, в этом саду прячутся чудовища: еще не появился страшный зверь – голод.

Это не важно. Все так хорошо началось, что теперь навсегда ребенок почувствовал вкус к приключениям. Его уже ничто не испугает, пусть приходят чудовища. Он их встретит смело.

Как долго держать ребенка в ванне? Пусть он сам решит.

Надо уловить момент, когда напряжение спало полностью, что в этом маленьком теле нет ни малейшего сопротивления, колебаний, напряжения, нет даже упрямства, маленького узелка, слабого сомнения. Необходимо понять, что двигается все, все в движении, все свободно.

И что все хорошо.

Теперь, когда все страхи рассеяны, когда прошлое и переход забыты, настало время оставить водную среду и ее соблазны. Покинем еще раз море. Решительно ступим на берег. Четвертый шаг на пути рождения. Четвертая станция.

Ребенок сейчас снова всплывает, еще раз родится. Но на этот раз сознательно.

Выходя из воды, он вновь обретет хозяина, своего тирана: вес. И новую тяжесть своего тела.

Чтобы она не тяготила его, чтобы он принял эти новые узы охотно, нужно, чтобы это стало игрой. Нужно, чтобы это доставило удовольствие.

Из воды малыша вынимаем медленно. Так же медленно, как перед этим погружали его в воду. Он обнаруживает тяжесть своего тела. Испускает крик. Снова погрузим его в воду. Все исчезает. И снова вынимаем.

Ощущение сильное. Но оно не ново. И становится приятным, если узнаваемо. Такое сильное и такое приятное, что все дети в мире снова и снова хотят его повторить. Всеобщая универсальная игра в прятки – это не что иное, как желание потеряться и снова найтись. Совсем как качели, которые раз за разом то делают тело тяжелым, то возвращают ему легкость, это – игра с весом, от которого, как в первый день, то освобождаются, то вновь ощущают его груз…

Прирученный, наслаждающийся новыми впечатлениями, ребенок может теперь с охотой покинуть ванну. Его кладут на белье, которое предварительно согрели. Его заворачивают в хлопок и шерсть. Этот мир так холоден! Открытыми оставляют головку и ручки, которые должны сохранить свободу для игры.

Ребенка кладут на бочок. Не на спину. Мы знаем почему.

На боку руки и ноги шевелятся в свое удовольствие. Животик дышит. Головка двигается без труда.

Мы позаботились о том, чтобы поддержать спинку малыша, дать ей опору. Чтобы он спинкой почувствовал «нечто», на что можно положиться, опереться. И мы оставляем его.

Пятый шаг, пятая остановка на пути от рождения.

В первый раз ребенок остался один.

Он открывает… неподвижность. Необычный эксперимент! И пугающий своей абсолютной новизной. Девять месяцев, как Улисс, ребенок был в море. Его вселенная не переставала двигаться. То нежно, то пугающе. Ведь тело его матери беспрерывно находилось в движении! Когда же она была неподвижной или спала, сильный ветер ее дыхания, ее диафрагмы беспокоили его. Ребенок жил в постоянном движении. Иногда в слабом, иногда в сильном. И чаще всего это был ураган, а не зачарованное озеро.

А теперь – пугающая перемена, все остановилось!

В первый раз! Больше ничего не движется. Вселенная погибла, застыла.

В течение своего путешествия, в своем далеком прошлом – никогда ребенок не проводил подобного эксперимента. Охваченный паникой, малыш принимается кричать. И каждый раз, просыпаясь в тишине, он заново будет открывать для себя эту неподвижность, грубость мира – будет плакать. Эти слезы скажут о тоске, о нежелании оставаться в одиночестве в мире, где ничего не движется, где все замерло, оледенело.

Ничего подобного не произойдет с нашим путешественником. Потому что он свободен от страха. Он шагает от открытия к открытию, от нового к новому с такой осторожностью, так медленно, внимательно, разумно, что ничто не сможет напугать его.

Он знает, что мы поняли.

Поняли его.

Он знает, что мы знаем, что он знает, что он уже здесь. С этого времени он доверяет нам. И вместо того чтобы защищаться от нового, он принимает его. Изучает, пробует и, конечно, наслаждается. Тогда как другие новорожденные кричат, наш герой остается спокойным, с широко открытыми глазами. Или испускает крик, иногда, когда выражает нам свое удивление или свою досаду: когда его вынимают из ванны, он протестует.

Нет рыданий, нет паники, нет истерики. Просто этот ребенок знает, что он любит, а что нет, и выражает это. И конечно, протестует против прерывания купания. Но, открывая новое удовольствие, проводя новое исследование, он умолкает. И в тишине пробует, изумленный, это новое, которое в другом случае напугало бы его – неподвижность.

На смену миру вечного движения, которое он уже изучил, пришел мир стабильности.

Бог мой, как это непривычно!

И все же, все двигается.

Но двигается в самом ребенке: ноги, руки. Руки не перестают трогать, изучать. С необыкновенным спокойствием, с глубокой серьезностью ребенок проверяет свое новое царство. От этого молчаливого новорожденного исходит сила и мир. Окончательно проснувшись, в высшей степени внимательный, он просто сияет. Это ребенок-король, ребенок-святой, о котором говорит Писание: «Если вы не уподобитесь малым детям…»

Об этом говорит Лао-Цзы: «Тот, кого переполняет неиссякающая благодать, святой, – совершенный – похож на новорожденного ребенка».

«Неиссякающая благодать» – это сила, это жизнь, исходящая от тихого ребенка, лучащаяся и озаряющая все вокруг, умеющая чувствовать, понимать, молчать и слушать.

«В поисках знаний мы продвигаемся день ото дня все дальше. На дороге познания каждый день мы открываем добродетель покоя. И кончается тем, что мы любой ценой избегаем действия.

И только тогда происходит удивительное! Да, только не нарушая ничего в себе, мы ставим все на свои места.

И исполняется все».

Лао-Цзы

22

Счастлив, как Улисс…

Большое путешествие подходит к концу.

Выйдя из волн, вновь родившись, но на этот раз сознательно, с широко открытыми глазами, ребенок обретает мать. Перед этим обретением он без содрогания встретил чудовище: одиночество, которого он больше никогда не будет бояться. И полностью пробудившись, осознавая себя, свое тело, преисполненный благополучия, ребенок встречает материнскую грудь, которая здесь не для того, чтобы успокоить его тоску.

Ребенок не бросается к ней, как хватают первую попавшуюся ветку утопающие.

Нет, эта грудь знаменует собой жизнь. Она говорит, как жизнь добра и тепла, щедра и полна.

«Наслаждение мира, молочный сад, сад меда, моя мама, как добра ты, как прекрасна!»

Да, прекрасна, ребенок видит ее, пьет ее глазами.

Он впитывает этот взгляд, идущий сверху, восхищающийся им, тем, как он хорош. И любовь наполняет его сердце точно так же, как молоко наполняет его живот.

Оставим этих двоих, которые столько сражались, они не перестают теперь наслаждаться экстазом друг друга.

Все исполнено, все замечательно.

А что касается нас, то мы тоже совершенно удовлетворены. Мы хотели узнать, в чем заключается весь ужас рождения, мы говорили: «Если бы только можно было понять, о чем кричат несчастные дети, входя в наш мир! Что говорят они своими криками, что пытаются объяснить с помощью ног, рук, пальцев?»

Они говорят: «Мне плохо. Я страдаю». Но еще больше они говорят: «Мне СТРАШНО!»

Страх и боль – это одно и то же.

«Мне страшно: Я боюсь! Я боюсь!»

Они говорят, они кричат, эти несчастные, то, что кричали матери, производя их на свет.

Ни одна из них не выражала это словами, но их тело, тело женщин «в страдании» – это настоящий спазм, потрясение, заторможенность, напряжение, протест. Что же это, если не паника, ужас?

Это ужас, который женщины переживают в процессе родов. Этот страх приходит из мрака времени и из поколения в поколение, женщины верно передают его, трансформируя роды.

То, что мы делаем для матери, не лучше ли сделать для ребенка?

23

Страх – это неизвестное, совершенно новое, неузнаваемое. Это нельзя сравнить, идентифицировать. В чуждом нет странного. Чтобы избавить от страха новорожденного, ему надо лишь дать ориентиры. А окружающий его мир, его новое королевство, показать ему исключительно медленно, очень осторожно.

Изо всех новых ощущений надо давать ему только те, которые он может различить, выделить.

И делая это, стараться усилить его воспоминания, чувства о прошлом. Наконец, он осмелеет.

Он станет уверен в себе и осмелится идти вперед, если вновь обнаружит в неизвестной и даже враждебной вселенной что-то близкое, привычное.

Попробуем еще раз представить себе, что значит «родиться».

Что видим на самом деле мы, взрослые, старшие?

Ничего. Или почти ничего. Наши чувства притуплены. Они утратили ту тонкость и свежесть, имя которым «юность». Они пресыщены. Не умеют ни удивляться, ни восхищаться.

Мы закрыты в наших собственных условностях, которым придаем так много значения и которые являются лишь тем, чем являемся мы сами.

Что это значит?

Следите за моей мыслью.

Что мы видим в ландшафте?

Земледелец – земли, где вырастает урожай. Финансист – разделение на участки. Инженер мостов и дорог – мосты, которые надо соорудить, дороги, которые надо проложить. Художник – тени, облака, горизонт. А артиллерист – место для пушек!

В реальности – тысяча пейзажей.

Кто видит ландшафт в целом?

Слава Богу, никто: несчастный мог бы мгновенно сойти с ума.

Таким образом, наши условности, привычки прячут от нас мир, защищают нас от его ошеломляющего, бесконечного многообразия.

Ничего подобного у только что родившихся малышей: их ощущения полны, они не отфильтрованы, не упорядочены. Какие же уверенность и легкость нужны рукам, которые выведут маленькое существо на берег! Один неловкий жест, мгновение невнимания, нетерпение в движениях – и нить порвана! Ребенок принимается кричать.

24

Мы снова говорим:

«Что же, наконец, мешает нам увидеть, проникнуть в „другое“ в „его“ реальности?»

Теперь мы это знаем: это наше гаденькое «я», это туманная совокупность наших желаний, наших аппетитов, а еще больше – наших страхов.

На это ослепление, которое кажется собственностью человека, эпизод с обрезанием пуповины бросает особый свет.

25

Чего не хватает еще?

Рискуя упустить что-либо, нам надо в последний раз вернуться к крику. Этот крик стал нашей точкой отсчета.

«Нужно ли, чтобы ребенок кричал?»

Вопрос чрезвычайно важный. Здесь мы рискуем вызвать очень и очень большие недоразумения. Ответ ясен и прост: «Да, надо, чтобы ребенок закричал». Важно даже, чтобы крик был таким, что мы называем, хорошим. Звонким и сильным. Крик свободный, в котором участвует все тело малыша.

Этот крик – общий ответ всего тела, свидетель удовлетворительного тонуса. Если ребенок родился вялым, он слабо пищит, вместо того чтобы достичь крика свободного и удовлетворительного в самые короткие сроки. Все это должно быть ясно и не должно оставлять места никаким недоразумениям. Добавим к этому, что если ребенок родится удушенный собственной пуповиной, не раздумывая ни минуты, надо перерезать ее, чтобы освободить ребенка. Так же, как мы не будем готовить к безболезненным родам женщину, если мы наверняка знаем, что ей предстоит перенести операцию кесарева сечения. Может показаться, что здесь мы противоречим себе и перечеркиваем несколькими линиями то, что говорилось перед этим.

Ничего подобного.

Надо, чтобы ребенок кричал при рождении. Один вскрик. Или два. И этого более чем достаточно. А затем пусть он дышит. Или кричит от ощущения силы, жизни, удовольствия.

А не от боли, тоски, страха, горя. Пусть не будет плача, рыданий! Не надо обладать изощренным слухом, чтобы различить это. Достаточно слушать внимательно, чтобы открыть, как широк и разнообразен диапазон новорожденного. И как много он может сказать… не говоря ни слова.

После того как уделено столько внимания, никого не сможет испугать крик жизни, крик победы и крик огорчения, боли, испуга.

Всем ли детям дано родиться с подобной легкостью?

Да… и нет.

Вопреки тому, о чем говорят, пишут и чему учат, каждый ребенок сразу проявляет свой характер, свою личность. Все матери это засвидетельствуют. Не в пику психологам и психофизиологам будет сказано.

Каждый ребенок рождается по-своему.

Все дети, тем не менее, следуют через одни и те же этапы, которые можно пройти более или менее быстро, более или менее легко, но следуя собственному ритму, который, безусловно, подчеркивает их характер, их темперамент. Можно даже сказать: свидетельствует об их понимании.

Понимании…

Да.

Если внимательно следить за лицом ребенка, увидим, что он борется, протестует, так как он не понимает.

Не понимает? Чего же?

Да то, что он рожден!

Для того, кто берет на себя труд проследить за тем, что говорит выражение лица ребенка, оно так ясно: когда, наконец, открываются глаза, все в них говорит: «Но… где я? Что случилось со мной?» И борьба, конечно, кончается, когда ребенок окончательно почувствует и поймет: «Но… я родился!»

Можно еще сомневаться в том, что понимание уже есть?

Понимание? Сознание? Или просто смелость?

Это, возможно, одно и то же.

Никто не знает, насколько в этом случае различны человеческие качества. Голос матери утешит, успокоит, усмирит бурю. Если мать не здесь, если она находится под наркозом, пусть отец будет рядом: его голос так близок. И как бы то ни было, даже после травматического рождения ванна делает чудеса.

Еще – нужно уметь ждать, остаться неподвижным, нейтральным, ничего не ускорять, дать ребенку время «найти себя». Минут десять, иногда больше, необходимы, прежде чем мы почувствуем, что тело малыша расслабилось и страх начал таять. Если не постараться в это время стереть малейшие остатки пережитого, эмоциональный шрам останется навсегда. У этих детей останутся на всю жизнь иррациональные страхи.

Как понять, что «дело сделано»?

Очень просто: когда глаза открылись и больше не закрываются. После трудных родов как долго нужно ждать, прежде чем ребенок решится!

Он приоткрывает глаза. И снова закрывает. Ему так страшно. Он никак не осмелится. Глаза снова открываются и снова закрываются. Ребенок здесь, совсем близко. Не двигайтесь. Не делайте ничего, что может усилить его страх. Именно здесь надо стать «великим ловцом человеческой души».

Наконец глаза широко открываются.

«Да где же я? Что произошло со мной?» – Мы чувствуем, что малыш делает нечеловеческие усилия, чтобы понять. И наконец мы видим, что он понял! «Ну да… я рожден!»

Да, теперь все.

Ребенок здесь. Он останется.

Еще одна неожиданность: нет уродливых детей. Есть такие, кого уродует страх. Когда дети рождаются, они чаще всего напуганы. Как не отступить перед таким неблагодарным?

А ведь это уродство – лишь маска. Маска страха. Она падает, как только страх побежден. И появляется человек. Преображение невероятное. Даже самый страшный малыш становится красивым. Нет, не бывает уродливых младенцев. Те, кого мы называем обиженными судьбой, лишь носят маску.

Дело любви – заставить ее сбросить.

26

– Ну хорошо, допустим, – скажут некоторые, – возможно, вероятно, что в рождении нет ничего приятного для ребенка. И может быть даже, что для малыша – это ужасное событие. Но в этом возрасте нет памяти. О своем рождении не помнит никто. Значит, это просто неприятный момент в прошлом.

– Нет памяти? Позвольте!..

– Но с помощью чего ребенок запомнит, чем зарегистрирует происходящее? Все знают, что после рождения мозг, по крайней мере, его большая часть, еще не работает.

– Ну вот, опять! Может быть, мозг еще не функционален, но в нем происходит все, что можно прочесть на лице ребенка.

– Да, да, безусловно. Но что происходило в момент рождения, никто не помнит.

– Вот где ваша ошибка. Наоборот, рождение – в памяти каждого. Но эксперимент был настолько болезнен, что он находится глубоко в подсознании, откуда пытается иногда всплыть.

Иона и кит, Моисей, спасенный из вод, – символизм прозрачен: речь идет об этой смерти, об этом утоплении, которого удалось едва-едва избежать.

– Ладно, если вы так считаете, это вполне возможно на самом деле. Но знаете, эти символы мне никогда не мешали спать.

– В самом деле? И у вас никогда не было кошмаров?

– Правда, были…

– Вы никогда не просыпались, будучи ребенком, покрытый холодным потом, умирая от страха, прячась под одеяло?

– Но… да, это было.

– А в ближайшем прошлом вы никогда не имели проблем с дыханием?

– С дыханием?

– Не случалось ли такого, что в напряженный момент ваш голос срывался?

– Да, я это должен признать…

– Даже в области, такой близкой и простой, вы видите, насколько ограничена ваша воля. Ваш голос не слушается хозяина. Скажем так даже – он предает вас.

– Боюсь, что придется признать и это.

– А не начинается ли дыхание с рождения?

– Это очевидно. Вы знаете… Вы убедили меня.

Родиться – значит перейти в это измерение, всеобщие колебания и пульсацию, что и является жизнью. И что дыхание утверждает в нас? Это – открыться, отдаться ему, отплыть в путь в хрупком челне, который несет нас теперь от берега к берегу.

Это – участвовать в великом «все». Все, что наполнено дыханием. Сотворение мира – дни, ночи, смена времен года, солнцестояния – это лишь дыхание. И в нас – дыхание затруднено или свободно – вот перемены в нашей жизни.

Не приходилось ли вам говорить: «Да, мне надо поучиться дышать»?

Как будто этому можно научиться! Как ужасно, хотя бы частично, – существование, когда невозможен настоящий смех. Или даже вздох. Знаете ли вы, что психически больные люди не способны глубоко дышать? У несчастных как бы корсет на груди, который лишает их возможности полноты дыхания. Таким образом, свобода дыхания зависит просто от вашей спины, а значит, от позвоночного столба. Малейшая блокировка, малейшее напряжение – и дыхание затруднено. А ваша жизнь испорчена. Вы искалечены. И навсегда.

Когда устанавливается это?

В первые мгновения после рождения. Да, мой друг, не головным мозгом мы помним это событие, а просто спиной. Здесь наши огорчения и страхи. Именно спину надо освободить немедленно после рождения.

Иначе…

27

И наконец, скажем о главном.

– Хорошо, возможно, конечно, что рождение оставляет след и что от результата этого эксперимента зависит дальнейшее поведение, реакции ребенка, вкус, который он почувствовал от своего существования. Но он будет жить в мире насилия, злобы, лжи, он будет жить в джунглях. Так пусть он сразу узнает, в какое осиное гнездо он попал, где закон – съесть или съедят тебя.

Да, верно, наше общество – джунгли.

Один взгляд по сторонам – и волосы от ужаса шевелятся на голове. Перед тем как спросить себя, необходимо ли видеть все в этом свете, надо рассеять одно недоразумение. Дети, рожденные без насилия, избавленные от первого удара по голове, безвольны ли, отуплены ли они или способны противостоять жизни?

В последнем нет сомнения.

Они не агрессивны?

Безусловно.

Но агрессия – это страх, это просто маска, за которой прячется слабость. Сила уверена в себе. Она спокойна, улыбчива. И расслаблена.

Мы придаем большое значение агрессивности, не видя, что это бич, она провоцирует, притягивает удары. Если вы боитесь собаки, она вас укусит.

Счастливы те, кто не агрессивен: мир расстилается перед ними. Но не для того чтобы подпитаться от их слабости, а привлеченный их сиянием.

Вернемся к джунглям.

Это сказано не буквально: мы не встречаем больше на наших улицах тигров и медведей, страх не живет в наших городах. Значит, мы узнали этот страх давно, когда еще жили в лесу.

Но зачем же тащить его за нами теперь? И не ходят ли люди и теперь на рыбалку, на охоту?

Это ведь анахронизм.

Может быть, настало время проснуться и заметить, что диплодоки и динозавры исчезли, что мы выращиваем хлеб, а топор из обтесанного камня давно устарел. В Древней Спарте новорожденных бросали об землю. Этим воспитывались спартанцы. Нужны ли НАМ воины?

Да, ответят некоторые; так, втайне, мы еще делаем насилие. Пришел час, наконец, избавиться от этого тягостного прошлого.

А что касается тех, кто с раздражением отказывается открыться новому видению рождения, боюсь, что в глубине души они говорят себе: «Жизнь была жестока ко мне. Я получал удары. Это сформировало меня. Пусть же удары формируют моих детей». Они говорят: «Я страдал и раздражен этим. Пусть и их это коснется».

Око за око, зуб за зуб, отвратительный закон возмездия, возвращающийся с точностью удара за удар, неспособный простить малейший долг, заставляющий платить наших детей за то, что мы должны были сами уплатить, за страдания наших родителей.

«Родители ели зеленый виноград, а у детей оскомина».

Кто не видит здесь ужасного замкнутого круга, дороги боли, где распят Иксион?

Кто не захочет разорвать этот круг?

Злопамятные и усталые от страдания и зла говорили: «Женщина страдает от родовых мук? Значит так нужно. Бог этого хочет».

Это «так нужно» покрывает, как известно, грешника и покрывает прегрешения болью.

Хватит культа страдания!

Роды без боли, а точнее, без страха, открыли нам глаза.

Страдание бесполезно, оно не удовлетворит никакого бога, это какая-то неразбериха, чистое ослепление. И отсутствие понимания.

А что касается агрессивности, это протест против недостатка любви. Тем «негибким» людям, которые не хотят понять, надо повторить слова Лао-Цзы: «Приходя в этот мир, человек гибок и бессилен. А однажды умерев, он становится груб и негибок. Молодой тростник, деревья гнутся, они мягки. Вырастая, они высыхают и становятся ломкими. И мертвыми. Значит, сила и твердость приходят со смертью. Покорность, гибкость – друзья жизни. Сила на самом деле никогда ничего не достигала».

Вот и я, в свою очередь, заблуждаюсь: я аргументирую! Какое безумие! Приведение доводов еще никогда не убеждало. А уж скептиков и злюк менее, чем остальных.

28

В конце своего повествования или сказки я могу сказать только одно:

«Пробуйте», – все, что здесь сказано, просто. Так просто, что даже стыдно настаивать.

Да, надо так мало вещей, не нужны никакие хозяйственные новинки, чудеса техники и другие достижения – гордость технологий, а вернее – игрушки для слаборазвитых детей, которые так модны.

Ничего не нужно.

Только терпение.

И скромность.

Мир в сердце.

Тишина.

Внимание – легкое, но неослабное. Немного понимания, внимания к «Другому»…

Ах, да!.. Я забыл.

Нужна любовь.

Потому что без любви вы будете просто очень ловки. Комната родов будет великолепно освещена, стены вычищены до блеска, ванна нужной температуры, а ребенок не перестанет кричать.

Не обвиняйте книгу, я прошу вас.

Спросите у своей совести: должно быть, в вас осталась какая-то нервозность, злость.

Ребенок не ошибается. Он обладает, чтобы судить вас, удивительной и ужасной уверенностью.

Он проникает в сердце, он видит цвет ваших мыслей. Новорожденный – это зеркало. Он возвращает вам ваше изображение.

В ваших руках, чтобы он не плакал.

Приложение 5. Стивен Джуан. Из книги «Странности нашего тела. Занимательная анатомия»

Когда я впервые осознал, что существую?

Скорее всего, впервые мы осознаем свое существование незадолго до того, как появляемся на свет, но это трудно вспомнить. Считается, что мы не способны сделать это потому, что у нас в тот период отсутствуют понятия, благодаря которым впечатления удерживаются в памяти.

Плод обретает сознание примерно во втором триместре беременности. Тактильная чувствительность возникает на 7-й неделе – тогда плод впервые реагирует на прикосновение волоса к щеке. К 17-й неделе тактильная восприимчивость расширяется и затрагивает практически все части тела [1]. В 16 недель ребенок начинает пугаться громких звуков и отворачивается, когда на живот матери попадает яркий свет. Плод реагирует на рок-музыку, активно и яростно толкаясь; на спокойную музыку он откликается противоположным образом. Маловероятно, что плод ее слышит; скорее всего, он реагирует на физические ощущения от звуковой волны, которые похожи на восприятие шума, доносящегося из соседнего дома, где громко играет музыка. Вы слышите пульсацию баса, но не различаете слов.

С 12 недель плод начинает хмуриться и косить глазами. В 14 недель он пытается улыбаться или выражать недовольство. В 24 недели плод демонстрирует поведение, которое может указывать на истинное (познавательное) мышление. Он уже умеет сердиться, улыбаться и гримасничать. Но, что более важно, в процессе ультразвукового наблюдения плод в возрасте 24 недель, которого случайно ударили иглой во время процедуры амниоцентеза, отворачивался от нее всем телом, определив рукой положение иглы, и бил ладонью по ее стволу [2]. Существует предположение, что, демонстрируя беспокойство, плод, возможно, мыслит. В возрасте 24 недель плод, испытывающий тревогу, может сосать палец – иногда так активно, что на нем появляются волдыри.

В 26 недель плод в матке проделывает любопытные упражнения. К примеру, он умеет совершать изящное вращение вперед. Предполагается, что такие движения могут быть сознательными, а потому указывают на способность мыслить [3].

Когда я впервые начал чувствовать?

Надежные свидетельства говорят о том, что плод начинает чувствовать боль не позже 26 недель. Впрочем, некоторые утверждают, что такая способность появляется гораздо раньше. Есть исследование, которое подтверждает, что плод чувствует боль уже с 7-й недели жизни.

Отделы мозга, отвечающие за болевые ощущения, а также корковые и подкорковые центры, участвующие в восприятии боли, достигают полного развития в третьем триместре. Реакции на болевые раздражители зафиксированы у новорожденных всех жизнеспособных гестационных возрастов.

В 1969 году доктор Дэвенпорт Хукер из Питтсбургского университета обнаружил, что плод, удаленный на 13-й неделе беременности (но еще не умерший), рефлекторно реагирует на прикосновение волоса к губам. Также он сообщал, что ребенок, рожденный на 3 месяца раньше срока, рефлекторно отвечал на прикосновение волоса к любому участку тела [4].

Существует ряд свидетельств, что новорожденный в некотором смысле так же чувствителен к прикосновению, как и взрослый человек: кожа новорожденного тоньше, поэтому нервные окончания в ней более открыты и, кроме того, сформированы полностью, и их значительно больше, чем у взрослого человека. Участок мозга, обрабатывающий тактильную информацию (соматосенсорный участок коры), при рождении развит в большей степени, чем любой другой отдел мозга [5]. Но на полноценное развитие тактильных способностей нужны годы. Примерно до 6–7 лет дети не могут опознать на ощупь большинство предметов. Первые тактильные рецепторы появляются на коже плода примерно с 10-й недели, когда он все еще окружен водой. Впрочем, согласно исследованиям доктора Марии Фицджеральд, профессора эволюционной нейробиологии Лондонского университета, «хотя плод обитает в жидкости, он не чувствует влажности» [6]. Точно так же, как человек, плывущий под водой, не ощущает сырости, но «замечает давление волн» [6].

Когда я начал видеть?

До некоторой степени зрение развивается еще в утробе матери. Однако новорожденный очень близорук. Веки плода формируются на 10-й неделе, но остаются сросшимися, как минимум, до 26-й. Впрочем, плод реагирует на вспышки света, направленные на живот его матери [7]. Визуально младенцев привлекают две вещи – человеческое лицо и контрастные геометрические фигуры. Общие результаты исследований в этой области сводятся к следующему.

От рождения до 2 месяцев младенцы хорошо видят близко расположенные к ним объекты: примерно в 20 сантиметрах от глаз сразу после рождения и примерно в 30 сантиметрах – через 6 недель. Они различает форму, размер, узоры и больше внимания обращают на резкие контрасты, нежели на цвет или яркость. Они предпочитают узоры от самых простых до средней сложности и чаще смотрят на внешние участки рисунка, чем на внутренние элементы. С 2 до 4 месяцев младенцы начинают окидывать взглядом все видимое перед собой пространство и исследуют как внешние, так и внутренние участки изображения. Теперь прямым линиям и заостренным формам они предпочитают узоры большей сложности, изогнутые линии и округлые фигуры. Особенно их привлекают лица и плавные очертания. Младенцы начинают проявлять способность запоминать увиденное. После 4 месяцев младенцы могут фокусировать свой взгляд на близких или далеких объектах. Они видят все цвета и предпочитают изогнутые узоры и формы. В своем визуальном окружении они ищут сложности и новизны и постепенно начинают развивать чувство глубины [8]. Обычно дети учатся распознавать цвета между 3 и 7 годами. Если после этого возраста они путают цвета, возможно, у них дальтонизм.

Когда я начал слышать?

Слуховая система плода начинает функционировать к 16-й неделе, еще до того, как ухо будет полностью сформировано [9]. Удивительно, но факт – развитие чувства слуха у плода связано с рецепторами кожи. По словам доктора Дэвида Чемберлена, президента Ассоциации внутриутробной и перинатальной психологии и здоровья, в Арлингтоне, в штате Вирджиния, кожа представляет собой «мультисенсорный рецептор, объединяющий информацию механорецепторов, терморецепторов и болевых рецепторов (ноцирецепторов). Эта первичная форма слуха связана с вестибулярным аппаратом, отвечающим за гравитационное и пространственное восприятие, а также с улитковой системой по мере ее формирования».

Слух новорожденного великолепен. Мы знаем об этом уже несколько десятков лет благодаря опытам с рефлексом испуга. У младенцев слух развит гораздо лучше, чем зрение. В серии классических экспериментов было продемонстрировано, что прежде чем плод полностью выйдет из родового канала, в тот момент, когда снаружи еще только одна голова, при звуке, раздавшемся либо по одну, либо по другую сторону, глаза младенца повернутся к его источнику, словно ребенок знает, что там есть что-то, что необходимо увидеть [10]. Интересно отметить, что новорожденные слышат одинаково хорошо и когда спят, и когда бодрствуют.

Когда я впервые почувствовал запах?

Хотя плод окружен околоплодной жидкостью, он может ощущать запахи. Однако, по словам доктора Стивена Ропера, профессора анатомии и нейробиологии государственного университета Колорадо в Форт Коллинз, «плод не вдыхает запах. Молекулы, несущие запах, впитываются носовой тканью» [10]. Интересно, что у многих видов рыб есть точно такая же способность. Амниотическая жидкость, в которой плавает плод, наполнена запахами. Если мать ест ароматную пищу, жидкость может пахнуть, как средиземноморский салат. Едва заметные отличия в ее запахе есть у каждой матери, точно так же, как это происходит и с индивидуальным запахом тела. После рождения запахи помогают укреплять связь между матерью и ребенком.

Непосредственно после рождения младенец не может чувствовать запахи, поскольку в течение суток его носовая полость еще заполнена околоплодной жидкостью и другими субстанциями. Это напоминает насморк у взрослых. Обоняние пробуждается сразу, как только этот «насморк» проходит, примерно через пару дней после появления ребенка на свет. Есть даже свидетельство, что младенцы всего лишь нескольких дней от роду обладают столь же хорошим обонянием, как и взрослые.

Еще в 1934 году доктор Дороти Дишер обнаружила, что месячные младенцы начинают извиваться в своих колыбельках, почувствовав сильный запах, и естественно, чистый воздух их не беспокоит. Чаще всего младенцы реагируют на аромат фиалок, асафетиды, сассафраса, цитронеллы, скипидара, пиридина и лимона [11].

В своих, ставших ныне классическими лабораторных экспериментах доктор Джейкоб Штайнер из стоматологического отделения Хадасса Еврейского университета Иерусалима попросил группу взрослых людей выбрать из большой коллекции ароматов наиболее приятный и свежий, а также наиболее отвратительный запах. Самым приятным оказался запах меда, далее следовали банан, ваниль и шоколад. Запах тухлых яиц и тухлых креветок был назван самым отвратительным. Затем доктор Штайнер подносил тампоны с этими запахами к носикам младенцев, родившихся несколько часов назад. Они улыбались, чуя свежие запахи, и гримасничали, нюхая тухлые. Самые широкие улыбки вызывал запах меда, самые активные гримасу – запах тухлых яиц. Таким образом, выбор новорожденных детей оказался тем же, что и выбор взрослых людей [12].

Источники к Приложению 5

Chamberlain, D. The Sentient Prenate: What Every Parent Should Know. Pre– and Perinatal Psychology Journal, 1994, 9(1), 9-31, рр. 12–13.

Birnholz, J., Stephens, J. & Faria, M. Fetal Movement Patterns: A Possible Means of Defining Neurologic Development Milestones in Utero. American Journal of Roentology, 1978, 130:537-40.

Liley, A. The Fetus as a Personality. Australian and New Zealand Journal of Psychiatry, 1972, 6: 99-105.

Hooker, D. The Prenatal Origins of Behaviour. New York: Hafner, 1969.

Juan, S. For Baby, A Touch of Love Will Do Nicely. The Sydney Morning Herald, 14 december 1989, p. 17.

Morze, M. Life Inside the Womb. Parents, December 1994, p. 76.

Peleg, D. & Goldman, J. Fetal Heart Rate Acceleration in Response to Light Stimulation as a Clinical Measure of Fetal Wellbeing: A Preliminary Report. Journal of Perinatal Medicine, 1980, 8:38–41.

Juan, S. Baby’s Eye-View Described. Eye Care Australia, October 1989, p. 8.

Shahidullah, S. & Hepper, P. Hearing in the Fetus: Prenatal Detection of Deafness. International Journal of Prenatal & Perinatal Studies, 1992, 4:235–240.

Morze, M., op. cit.

Disher, D. The Reactions of Newborn Infants to Chemical Stimuli Administered Nasally, in Dockeray, F., ed., Studies in Infant Behavior, Columbus: Ohio State University Press, 1934, pp. 1-52.

Steiner, J. Human Facial Expression in Response to Taste and Smell Stimulation, in Reese, H. & Lipsitt, L., eds., Advances in Child Development and Behavior, New York, Academic Press, 1979, pp. 257-95.

Приложение 6. Базовые перинатальные матрицы. Конструктивные и деструктивные аспекты

Базовые перинатальные матрицы. Волевой аспект

ВП – воля потока жизни, ЛВ – личная воля.

Базовые перинатальные матрицы. Эволюционный код развития. Метафоры и модели

Таблица впервые предложена Сергей Всехсвятским, переработана и дополнена Ольгой Коношенко

Жизнь как беременность самим собой

Очень много трудностей связано с тем, что человек себя отождествляет не с плодом, а с эго-оболочкой, утробой.

Дыхательный процесс дает возможность расширить канал энергообмена и выйти за рамки обычного мировосприятия.

Таким образом, мы тренируемся «ходить» в бесформенное и обратно, готовимся к выходу в потоковую реальность, то есть готовимся к смерти как к родам вынашиваемого нами плода.

Примечания

1

Здесь и далее мы иногда будем сокращать название «Свободное Дыхание» до аббревиатуры СД или «Дыхание».

2

Одна из частей нашего Базового курса (так называемая «Настройка») посвящена именно этой практике.

3

В определении перинатального периода существуют различные мнения. Например, по Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10) перинатальным периодом называют период от 22 недель (154 дня) беременности до семи полных суток после рождения. Мы же согласны с определением Г. Г. Филипповой и называем перинатальным периодом время от подготовки к зачатию до трех лет жизни.

4

Леонард Орр, основоположник ребёфинга, выделял пять главных травм: травма рождения, синдром родительского неодобрения, специфические негативные идеи, бессознательное стремление к смерти, прошлые жизни (в современной психологии переживание прошлых жизней используется как терапевтическая метафора). Мы считаем «травмой» любое индивидуально значимое событие, которое осталось отделенным, не интегрированным, но эмоционально заряженным и активно воздействующим на жизнь человека. Это может быть травма лишения внимания, предательства, обмана, несправедливости, насилия, переживания потери. Все травмирующие ситуации в ребёфинге осознаются, перепроживаются с помощью дыхательного процесса и переосмысляются.

5

В настоящий момент Сергей Всехсвятский считает «Свободное Дыхание» отдельной практикой, основанной на «танцевальном» принципе организации взаимодействия произвольного («Я дышу») и непроизвольного («тело дышит») дыхания. На протяжении всей сессии СД личная воля участника осознает естественное, телесное дыхание и участвует в нем, но никогда полностью его не заменяет и не подчиняет себе.

6

О единой классификации видов чувствительности неврологи, физиологи и психологи на данный момент не договорились. Здесь и далее под повышением чувствительности мы имеем в виду увеличение интероцептивной (от внутренних органов и тканей) и проприоцептивной (от мышц, суставов и сухожилий) чувствительности, то есть чувствительности внутри тела, на которую обращено наше внимание в дыхательном процессе, а также эмоциональной чувствительности, непосредственно связанной с этими видами чувствительности.

7

Даже такое, казалось бы, «негативное» и неприемлемое многими проявление, как злость, в определенных обстоятельствах становится «благородной яростью» или «священным гневом».

8

Подробнее об этом – в главе «Пример использования практики СД».

9

Бэндлер Ричард, Гриндер Джон. Рефрейминг. Ориентация личности с помощью речевых стратегий. М., 2001.

10

Подробнее об этом – в главе 5.

11

КПД – коэффициент полезного действия.

12

Та часть, которая отвечает за стабильность, применялась нами гораздо чаще, растилась нами дольше и гораздо более устойчива. Та же часть, которая хочет изменений, появилась в более поздний срок, опирается на меньший жизненный опыт, поэтому она слабее и менее устойчива. Однако когда интенсивность давления жизни становится невыносимой, часть, желающая изменений, получает фору и на короткий срок становится гораздо сильнее. Когда жизнь становится более приемлемой, часть, отвечающая за стабильность, вновь берет верх. Помня об этом, мы можем силой своего намерения поддерживать ту часть, которая изменений хочет, то есть продолжать практиковать и тогда, когда «все и так хорошо», сохраняя и развивая достигнутые за время тренинга результаты.

13

По этой же причине мы утверждаем, что не существует «правильных» и «неправильных» форматов дыхания, – любой тип дыхания может оказаться наиболее эффективным в соответствующей ситуации.

14

Это не означает, что вам нужно убеждать себя в том, что вам хорошо, если у вас скверное настроение – никаких самообманов! Но вы всегда можете попытаться настроить себя на открытость и готовность к новому опыту, не борясь с тем настроением, в котором вы начинали свой процесс, а просто идя дальше.

15

Если вы почувствуете легкое головокружение или еще какие-то странные ощущения, вернитесь в комфортное положение «лежа» и отдохните еще немного.

16

Кстати, ни то ни другое не плохо. Важно лишь, чтобы любой из этих двух вариантов был для вас осознанным выбором, чтобы вы не водили себя за нос, думая, что «идете в переживание» в тот момент, когда на самом деле вы его избегаете. Ведь за процессом избегания тоже можно и очень полезно наблюдать!

17

Гипервентиляция (от др. – греч. «сверх» и лат. «проветривание» – в медицинской практике гипервентиляцией называют аномально учащенное дыхание в состоянии покоя, то есть когда это состояние наступает внезапно и не контролируется; в общесоциальном контексте гипервентиляция – это любое значительно учащенное дыхание. В обоих случаях результатом гипервентиляции является усиленное выделение углекислого газа легкими, из-за которого уровень углекислоты в крови падает ниже нормального уровня – 6 % (такое состояние называется гипокапния). Различают хроническую (гипервентиляционный синдром) и временную гипервентиляцию. Существуют различные причины, вызывающие гипервентиляцию, в частности неврологические и психические расстройства. В большинстве случаев причиной становится нервное напряжение. Мы бы сказали, что у человека начался спонтанный дыхательный процесс, и его в этом случае начинают лечить. Некоторые люди считают гипервентиляцию камнем преткновения при использовании дыхательных практик. Однако контраргументом заявлений о вреде связного дыхания выступают многолетние научные исследования физиологии этого процесса российскими учеными (Ю. А. Бубеев, В. В. Козлов, Н. Ф. Круговых), которые доказывают, что интенсивное связное дыхание не может нанести вред здоровью, так как организм человека имеет мощный защитный механизм, препятствующий прогрессированию гипокапнии. Его включение происходит с первых минут связного дыхания, достигает максимальной эффективности к 10–15 минутам и поддерживается на этом уровне в течение всего времени. Наш опыт показывает, что гипервентиляция чаще всего возникает при дыхании с акцентом на выдох, чего мы намеренно избегаем на наших тренингах. О безопасности гипервентиляции также пишут в своей книге «Чудесная сила дыхания» известный врач, психотерапевт и натуропат Р. Дальке и специалист в области дыхательной терапии А. Нойманн.

18

Л. С. Выготский (1896–1934) – советский психолог, основатель культурно-исторического подхода в психологии.

19

Речь идет не о рефлексии как мыслительном процессе, а об особом голографичном восприятии (целостном, или многомерном, полифоническом, многовременном, многоуровневом).

20

Поэтому мы не делаем ставку на фактор гипервентиляции, а стараемся работать в основном за счет повышения чувствительности. Иногда гипервентиляция самопроизвольно возникает на начальных этапах освоения практики, однако в предлагаемой нами технике доля этого фактора сведена к предельному минимуму.

21

В психологии и физиологии этот механизм известен как привыкание (габитуация) – ослабление реакции (вплоть до ее прекращения) на определенный раздражитель при его многократном повторении. Противоположный ему механизм (тоже механизм неассоциативного самообучения) называют повышением чувствительности, или сенсибилизацией (сенситизацией). Эти механизмы традиционно описывают довольно простые процессы типа реакции на регулярное воздействие у простейших или чувствительности к материи одежды при надевании и неосознание за счет привыкания к ней при ношении.

22

Это переработанная и видоизмененная нами модель С. Всехсвятского.

23

Данная модель была предложена на тренингах С. Всехсвятского.

24

Кроме того, зачастую в нашем обществе культура воспитания детей крайне невысока. Например, наказание у нас часто соединено с унижением. Истинный смысл и цель наказания – определить безопасные границы, внутри которых развивается растущий человек, и при этом вовсе не обязательно унижать его и травмировать чувство собственного достоинства.

25

Эту ситуацию и механизм вынесения внимания мы подробно описывали в главе о внутреннем саботаже.

26

Если учесть, что в подавляющем количестве подобных случаев человек не осознает причинно-следственных связей, не осознает того, что именно вызывает у него ту или иную реакцию, то в данном примере может оказаться, что человек обратится к психиатру из-за того, что он очень часто испытывает «беспричинное» чувство страха или панику. И будет много лет лечиться, испытывая дискомфорт уже иного рода, так и не понимая того, что же с ним происходит.

27

Ограниченность объема внимания доказана многократно в психологических экспериментах. Вновь и вновь на разных испытуемых и на разном материале исследователи получали результат 7 ± 2 единицы. Особый интерес представляет эксперимент Д. Канемана по методике вторичной зондовой задачи. Его результаты показали, что ресурс внимания ограничен. При одновременной работе над двумя задачами – чем больше внимания необходимо на первую задачу, тем менее эффективно решается вторая.

28

Психологи называют это механизмом интроекции.

29

Станислав Гроф (Stanislav Grof, род. 1 июля 1931 г. в Праге, Чехословакия) – чешско-американский психолог и психиатр, доктор медицины, основатель трансперсональной психологии, один из пионеров в изучении измененных состояний сознания для лечения, роста и самопознания человека.

30

Еще Гиппократ полагал, что новорожденные чувствительнее к боли, чем более старшие дети и взрослые. Однако до середины 70-х годов XX века официальная медицина считала, что из-за незрелости периферических болевых рецепторов нервной системы и неполной миелинизации проводящих путей новорожденные не могут воспринимать физическую боль. Исходя из этого недоношенным детям (до 30 недель) делали все болезненные процедуры и операции без обезболивания. Лишь относительно недавно подтвердилось в экспериментах и наблюдениях, а затем было признано медициной, что новорожденные чувствуют боль. В 1969 году доктор Дэвенпорт Хукер из Питтсбургского университета обнаружил, что плод, удаленный на 13-й неделе беременности (но еще не умерший), рефлекторно реагирует на прикосновение волоса к губам (Hooker. Dv, The Prenatal Origins of Behaviour, New York, Hafner, 1969). А в 2007 году ученые обнаружили, что новорожденные чувствуют боль дольше и интенсивнее, чем старшие дети и взрослые (Susan Tucker Blackburn, Maternal, fetal, & neonatal physiology: a clinical perspective, Saunders, 2007).

31

Turner, E. K. The Syndrome in the Infant Resulting from Maternal Emotional Tension During Pregnancy. The Medical Journal of Australia 4 (1956): 221–222; Carlson, B., and R. C. La Barba. Maternal Emotionality During Pregnancy and Reproductive Outcome. International Journal of Behavior Development 2 (1979): 342–376.

32

Известно, что сигнал для начала родовой деятельности, своего рода «пусковой механизм», дающий старт родам, – это биохимическая реакция, запускаемая младенцем, а не матерью. См., например, подробные описания недавних исследований: Михельсон А. А., Михельсон А. Ф., Попова Н. Н. К вопросу о механизме инициации родов // Российский вестник акушера-гинеколога. 2008. № 3.

33

Напомним, что у ребенка нет памяти и мышления как возможностей впоследствии установить причинно-следственную связь между сигналом о начале родов, который ребенок дал сам, и началом схваток.

34

Мы рекомендуем вам ознакомиться с текстом Фредерика Лебойе «За рождение без насилия» (см. приложение 4).

35

Сейчас многое меняется к лучшему: алгоритм этот смягчается, в крупных городах появляется профессионально организованная компетентная альтернатива традиционным роддомовским родам. В самих роддомах описанный ниже сценарий меняется и даже появляется возможность создать совершенно иные условия для появления ребенка на свет. Но еще десять лет назад (а тем более двадцать и ранее) об этом не могло быть и речи. Поэтому, с некоторыми отклонениями от установленной нормы, мы все прошли через более-менее похожий опыт. Новость от 29 мая 2010 года: ученые университета Южной Флориды пришли к выводу, что «пуповину надо перерезать не сразу после рождения, как это принято сейчас, а по прошествии нескольких минут».

36

Поскольку весь мир воспринимается как источник внезапных подвохов, козней, ловушек, человеку тяжело находиться в состоянии счастья продолжительное время. И это одна из самых серьезных проблем. Появляется и усиливается переживание: «чем больше и дольше приятно, тем страшнее будет удар». Может быть, именно поэтому некоторые люди живут в постоянном ожидании предательства.

Почему люди устраивают себе разборки в семье, превращая в ад свою семейную жизнь? Возможно, еще и потому, что не могут долго быть счастливыми. Иногда в такой ситуации человек меняет партнеров. Но, не меняя себя, он получает ту же модель взаимоотношений, что приводит приблизительно к таким же результатам, как и с предыдущим партнером.

37

Подробнее про отклонения от естественного течения родов см. в приложении 2 – «Другой опыт: кесарево сечение, щипцы, реанимация, стимуляция…» Вкратце скажем, что «кесарятам», как правило, свойственны две базовые реакции – «спрятаться и переждать» или гнев, потому что в родах все произошло само, результат достался без усилий… и в жизни должно все происходить так же.

38

Здесь мы употребляем термин сознание в самом широком смысле слова.

39

Вспомните хотя бы традицию наследования профессий в семье или в роду. Раньше она была нормой, сейчас нормой стало то, что профессия выбирается человеком самостоятельно, исходя из интересов и склонностей его личности. Прежде в традиции образования семей личные предпочтения детей редко имели решающее значение. Обычно за молодых людей этот вопрос решали их родители или старейшины, и их слово было определяющим. Супружеские пары подбирались исходя из интересов рода или семьи в большей степени, чем из интересов конкретной личности. И старая поговорка «стерпится – слюбится» подтверждает это. В современном же обществе определяющее значение в выборе партнера имеет мнение самой личности.

40

Святой Франциск Ассизский, основатель Ордена францисканцев.

Content

О. Л. Коношенко, В. Л. Мельников, Я. Н. Шередеко, Т. В. Шередеко
Дыхательные практики для оздоровления, релаксации, высвобождения подавленных эмоций и многого другого

Отзывы о книге

Сергей Всехсвятский

Михаил Молоканов. Дыхание свободных изменений

Предисловие

Об авторах

Что побудило нас к написанию

Кому адресована эта книга?

Глава 1 Почему именно дыхание?

Пауза в дыхании – как мы ее используем?

А что с нами случится, если мы начнем дышать без паузы?

Связное дыхание – тропа к бессознательному

«Слоеный пирог» нашей психики

Разные возможности использования практики «Свободного Дыхания»

Физическое оздоровление

Релаксация

Высвобождение подавленных эмоций

Получение необычного опыта, «полеты» в «иные пространства»…

Прагматичный подход – наша отличительная черта

Как и за счет чего «работает „Свободное Дыхание“»

Пример использования практики «Свободного Дыхания»

Четыре «САМ» «Свободного Дыхания»: от самоисследования и самоосвоения к самоуважению и самообладанию

Результаты практики. Изменение взаимоотношений с миром возможно, или как становятся счастливыми

Нужно ли именно вам добираться до уровня первопричин?

Немного о базовом курсе «Свободного Дыхания»

О временны́х ориентирах

Сложности на пути практикующего

О внутреннем саботаже

О первичной мотивации

Что делает наш человек в таком случае???

Халявы не существует!

Можно ли освоить технику без инструктора?

Глава 2 Обучение технике дыхательного процесса

Общие рекомендации

Пять стадий дыхательного процесса

1. Плавный вход

2. Активная стадия с акцентом внимания на дыхании

3. Активная стадия с акцентом внимания на переживаниях

4. Интеграция

5. Плавный выход

Что нужно делать в процессе

Практические рекомендации

О типах дыхания

Об амплитуде дыхания

О «дыхании» разными частями тела

О вреде сравнения с другими

…Со своим же процессом

Первая ловушка начинающего практика

Вторая ловушка начинающего практика

«НЕ-стул» и другие способы не называть собственные чувства

Ваш процесс важнее

Расширенное состояние сознания

О чувстве голода и различных желаниях во время процесса

Об индивидуальной скорости развития

Расслабиться относительно того, что не удается расслабиться

Помеху процессу сделать темой процесса

О внутренней честности

Притча о лягушке

Боли нет (но она, конечно, есть)

Инь-ян: дерево, перекошенное на один бок

Законодательная и исполнительная власть: перевертыш

Глава 3 Техника работы с ощущениями

Введение. Природа контроля

Основной принцип техники работы с ощущениями

Как это делать?

Почему так важно находиться в контакте с ощущениями и чувствами? «Баллада о треугольниках»

Глава 4 Стереотипы поведения в нашей жизни и методы работы с ними

Введение. Матричная структура сознания

Матрица не враг, а друг

О деструктивных аспектах матричной структуры сознания

Попадание в зависимость от сформированных нами матричных структур

Ограниченность восприятия. Восприятие мира через призму когда-то сделанных выводов и оценок

Изменения и безопасность. Самообман ради иллюзии стабильности

Создание искаженного образа себя и других

Затрата энергии на поддержание иллюзий

Реакции влечения и отвращения как причина страданий

Деление мира на «так» и «не так» и его последствия

Раздробленность сознания

Война с самим собой. Битвы матриц

Что со всем этим делать?

Матричная методология: составление досье на самого себя

Общие рекомендации по работе с матрицами

Говорить себе правду

Матрицы «кустятся»

От «листьев» к «корням»

Справляться с матрицами по одной – проще

«Одну беру, на вторую смотрю, третью примечаю, а четвертая мерещится…»

Осторожно: «петля ориентации на внешнее»

Внутренняя свобода взрослого – реализация протеста против зависимости или желание соотноситься?

Как работает «петля ориентации на внешнее»?

Об одиночестве

Если бы Будда был бы «буддой»…

Глава 5 Базовые перинатальные матрицы С. Грофа в свете практики «Свободного Дыхания»

Вступление

Вернемся к «корням»

Почему «базовые»?

Перинатальные матрицы – наш эволюционный код

Четыре базовые перинатальные матрицы

Конструктивные и деструктивные программы

Первая базовая перинатальная матрица

Описание

Конструктивный аспект

Деструктивный аспект

Вторая базовая перинатальная матрица

Описание

Конструктивный аспект

Деструктивный аспект

Третья базовая перинатальная матрица

Описание

Конструктивный аспект

Деструктивный аспект

Четвертая базовая перинатальная матрица

Описание

Конструктивный аспект

Деструктивный аспект

Все не так уж плохо

А было ли что-нибудь до…

Глава 6 Как использовать модель четырех БПМ

Сначала – изучить

Затем – не застревать в сожалениях, а работать

Не только работать, но и заботиться о себе

Матричные программы

Коварство второй матрицы

Внутриматричные и межматричные переходы

Путешествие осознания к единству

Эволюция человечества в контексте модели четырех БПМ

Описание развития личности через модель четырех БПМ

Первая матрица – детство

Вторая матрица – отрочество, юность

Третья матрица – взросление и взрослость

Четвертая матрица – зрелость

Заключение

Будьте счастливы

И вот вы счастливы – что дальше? Подводные камни

Дополнительные инструменты самоосвоения

Для желающих прикоснуться к практике – однодневный тренинг по «Свободному Дыханию»

«Ознакомительный курс»

«Интенсив»

«Гляделки»

Вопросы и ответы

Послесловие

Приложения

Приложение 1. Наши дышащие о практике, или Сочинение на тему «Что мне дало „Свободное Дыхание“»

Приложение 2. Другой опыт: кесарево сечение, щипцы, реанимация, стимуляция…

Приложение 3. Юлия Рублева. «Маша и мироздание»

Приложение 4. Фредерик Лебойе. «За рождение без насилия»

«За рождение без насилия»

«Ответ – в вопросе»

Приложение 5. Стивен Джуан. Из книги «Странности нашего тела. Занимательная анатомия»

Источники к Приложению 5

Приложение 6. Базовые перинатальные матрицы. Конструктивные и деструктивные аспекты

Базовые перинатальные матрицы. Волевой аспект

Базовые перинатальные матрицы. Эволюционный код развития. Метафоры и модели

Жизнь как беременность самим собой

Примечания