Ливийский вариант

Второе издание «Золото Каддафи»

Николай Николов

Эта книга из раздела fiction, выдумка, вранье и фикция. Любые совпадения имен, дат и фактов случайное. Текст ни на что не указывает, не критикует и не призывает к каким либо действиям. Редакция и издатель не несут никакой ответственности. Приятного чтения!

Ваш Николай Николов. 23 октября 2013

© Николай Николов, 2014

© Tim Felce, фотографии, 2014

© Ник Па, иллюстрации, 2014

Редактор Геннадий Фоменко

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1. 11 сентября 2012, Бенгази, Ливия

Солнце медленно садилось прячась за домами с плоскими крышами. Яркие краски осеннего заката постепенно уступали место вечерней мгле. В небе появились первые звезды, стал ярче холодный полумесяц луны. Через несколько минут солнце скроется и у мусульман закончится вечерний намаз. Два часа назад в американском представительстве объявлена «оранжевая» степень угрозы. Выше бывает только «красная» и похоже скоро этот момент наступит.

Крис Стивенс стоял, прислонившись горячим лбом к прохладному стеклу зарешеченного окна в своем кабинете, и думал о том, что числится одним из первых в черном списке «Аль-Каиды». Но с другой стороны, послу хотелось верить, что собравшаяся у ворот толпа местных жителей протестует после появления в Интернете скандального ролика, который бесчестит великого пророка. Видеоролик сделан в США и за последние дни набрал на YouTube рекордное количество просмотров. И теперь толпы осаждали посольства США по всему Ближнему Востоку. Самые крупные из них собрались в Египте после показа ролика на местном кабельном салафитском канале, спонсируемом Cаудовской Аравией и Катаром.

Но была и еще одна новость: в Пакистане убит ливиец Абу-Яхья аль-Либи, заместителя Аймана Аз-Завахири и довольно-таки популярная личность среди экстремистов не только из «Аль-Каиды». После окончательного ухода со сцены Бен Ладена в мае 2012 Аз-Завахири стал общепризнанным лидером организации.

Красные блики на окнах словно исполняли магический танец — клубы огня и багрового дыма вырывались из горящей за воротами представительства «тойоты». Из толпы, освещенной этим зловещим светом, стуком маленьких молоточков ударили первые короткие очереди автоматов Калашникова. Пока что стреляли в воздух. Возможно, что всё обойдется, как в Тунисе, разбитыми камерами наружного наблюдения и парой сгоревших автомобилей…

Посол никогда не курил, но сейчас в пепельнице на столе дымила сигарета. За полтора года событий в Ливии мистер Стивенс насмотрелся акций протеста. «Если это просто не довольные чем-то местные, то скорее всего пошумят и разойдутся. Но если это запланированное выступление, то так просто всё не закончится».

А на то, что акция запланирована, очень похоже. Несколько часов назад сотрудники бенгазийской полиции, охранявшие представительство США, бесследно исчезли. Как будто, сразу после того как толпа начала собираться, они получили прямой приказ из Триполи.

Боевикам из «Батальона 17 февраля», с которыми изначально сотрудничали американцы, платить перестали, и они давно уже не обеспечивали безопасность этих нескольких арендованных в Бенгази зданий. А ведь еще совсем недавно посол курировал помощь, поступавшую для свержения законного правительства Ливии, и договаривался с лидерами повстанцев. И он отлично знал, на что способны их вооруженные отряды.

Новая власть совсем недавно начала выводить из игры батальоны боевиков — катибы, которые не так давно были основной силой в войне против Каддафи. Национальный совет пытался взять власть в свои руки при помощи новой армии и полиции. Но бывшая Великая Народная Социалистическая Джамахирия фактически разделена по географическим районам проживания основных племен — восточную Киренаику, Триполитанию и пустынный Фецан. Во многих районах реальная власть это советы племен или командиры катиб. В Бенгази, одна из нескольких крупных группировок салафитская «Ансар аш-Шариа» («Сторонники шариата»).

На крыше здания включили мощные, направленные в толпу прожектора. Среди протестующих за воротами выделялся один из активистов: сидя на плечах товарища, парень возвышался над толпой. В правой руке он держал мегафон, а левой возносил книгу в обложке, густо переплетенной арабскими узорами.

Если протест закончится штурмом и закрытая информация попадет не туда, куда надо, вполне возможен крупный политический скандал. «Ливийский вариант» в одной из стран региона шел со скрипом и спецслужбам пришлось активно влиять на процесс. План операции был только что согласован с одним из основных зарубежных партнеров и дожидался шифровальщика на одном из жестких дисков.

Судя по новостям из Египта захват представительства вполне возможен. В Каире протестующие мусульмане атаковали посольство США и заменили американский флаг на черный аль-каидовский. Их смогли остановить только при помощи местной армии и полиции. А там здание посольства больше похоже на крепость за четырехметровым забором.

Мистер Стивенс принял решение повысить степень тревоги до «красного» уровня и распорядился об эвакуации. И с этого момента начальник службы безопасности представительства обязан уничтожить секретные документы, изъять секретное оборудование и доставить американцев в безопасное место. Такое здание находилось неподалеку, но был риск нарваться на засаду боевиков. На территории оставались только три бывших спецназовца, один солдат-ливиец и господин Джон Кристофер Стивенс, известный дипломат, посол США в Ливии.

В правой руке Крис держал наполовину полный бокал виски, пальцы левой обжигала почти выкуренная сигарета. Пепел странно, большими симметричными узорами ложился на бежевый ковер с высоким ворсом. Сигарета простая, армейский «Кэмэл» без фильтра из пачки офицера ЦРУ, который пытался обеспечить защиту посла, не дожидаясь приказа сверху.

Курить в служебных кабинетах строго запрещалось, впрочем, как и приближаться к окну и, тем более, касаться защитной пленки.

Пропал сигнал телевидения и кабельный Интернет. Работала, правда, с переменным успехом, коротковолновая рация «уоки-токи». По ней отвечающий за безопасность офицер начал докладывать послу об эвакуации секретных документов и людей. Он только успел сообщить, что группа из пяти легковых автомобилей выехала за территорию и продвигается по соседней улице, как в динамике раздался щелчок и связь прервалась. Теперь рация только иногда тихо потрескивала.

Спутниковый телефон тоже еще работал, зеленым светился индикатор прямой линии связи с Госдепартаментом США. В Ливии вечер, а в Америке — бизнес-тайм. Посол даже слышал, как секретарша в Вашингтоне скрепляет степлером распечатки.

Крис пытался понять, почему нет ответа на его запросы. Почему-то никто не спешит принимать решение и посылать помощь.

Два дня назад из МИДа, который по традиции называется в США Госдепартаментом, пришло предупреждение о возможных акциях протеста, но конкретных мер принято не было. Старое здание посольства в Триполи разгромили еще при Каддафи, а после того как город перешел в руки оппозиции, офис посла разместился в одной из гостиниц. Летом у входа в отель взорвался автомобиль, начиненный гексогеном, и посол уехал в Бенгази. Именно здесь решались многие конфиденциальные вопросы, но офис в Бенгази не считался официальным посольством и носил весьма расплывчатый статус «почетного представительства посольства США в Ливии». Сами американцы называли его проще — station, станция.

В свете прожекторов густые черные клубы дыма отливали металлом. Вырывавшиеся из горящей машины языки пламени подсвечивали столб дыма короткими вспышками, — казалось, там начинается дорога в ад. Толпа уже несколько часов бесновалась за забором, появились лестницы и боевики с гранатометами. Но разрешение открыть огонь на поражение из Вашингтона так и не поступило. Хотя как раз в этот момент нужно нейтрализовать стрелков и активистов, а толпу попытаться разогнать выстрелами поверх голов.

Бывший спецназовец, сотрудник ЦРУ Глен Догерти вошел в кабинет посла без приглашения и предложил выключить свет внутри представительства. Крис молча кивнул. Теперь, когда задний двор и южную часть ограждения подсвечивала только свежая бирюза бассейна, казалось, стало тише и спокойнее. Погасли бесполезные мониторы стационарных компьютеров. Дипломат подтащил кожаное кресло к окну и попытался расслабиться неразбавленным виски.

Он приехал сюда, в Бенгази, в самом начале операции по свержению законного правительства. Еще до начала восстания сюда шли рыбацкие лодки, прогулочные катера и яхты с ящиками оружия, амуниции и запасом трехцветных флагов. Этот флаг символ мусульманского религиозного ордена Санусийа, образованного еще в начале 19 века в восточных областях Киренаики, проповедующего жесткий шариат и идеи Халифата, схожие с саудовским ваххабизмом. Во время второй мировой войны орден взял сторону антифашистской коалиции и после победы из трех североафриканских областей сделали государство Ливия. Может показаться странным, но по договоренности стран-победителей, Ливия отошла под протекторат проигравшей в войне Италии. Советский Союз пытался закрепиться в Средиземном море и предложил взять под контроль этот участок северной Африки. Но союзники по Второй мировой дружно выступили против. Это были первые признаки скорого начала холодной войны. Тогда и появилось решение об итальянском протекторате. Союз расчитывал, что в Италии к власти придут коммунисты, и не протестовал.

Вскоре потомок основателя ордена — Идрис ас-Сануси провозгласил себя королем. Его то и свергли молодые офицеры, одним из лидеров которых — Муаммар Каддафи.

Крис Стивенс попытался заставить себя не думать о плохом. Наверное он просто устал нервничать и анализировать ситуацию. Происходящее просто не укладывалось в голове. Казалось — эта же толпа, размахивая русскими автоматами, совсем недавно приветствовала его приезд в этот город. А теперь у посла появилось ощущение, что он смотрит блокбастер на экране темного кинозала. Состояние нереальности происходящего, смешанное с холодным ужасом. 11 сентября 2001 года он ждал пересадку в транзитном зале аэропорта Балтимора. Все рейсы отменили. На больших мониторах, без конца и без звука, словно кадры спецэффектов из голливудского боевика, повторялись сцены со взрывающимися самолетами и рушившимися башнями ВТЦ. Люди, в отчаянии, прыгали из окон небоскребов. На манхетеннских улицах камеры, крупным планом, выхватывали лица покрытых пылью людей, в ужасе пытающихся скрыться от надвигающегося апокалипсиса.

Глен Догерти прикурил сигарету в темноте коридора. Он зачищал территории еще в Ираке и умел хладнокровно оценивать критические ситуации. Сейчас, имея в распоряжении трех бойцов, вооруженных автоматическими винтовками со стандартным запасом патронов, пистолетами и парой ручных гранат, можно держать оборону. В толпе за воротами среди сотни протестующих дюжина вооруженных боевиков. Всего лишь пару гранатометов и две сотни патронов и посла Соединенных Штатов можно спасти, даже если начнется штурм. Но, если у боевиков появятся джипы-гантраки с минометами или зенитными пушками в кузовах, шансы продержаться до прихода подкрепления упадут до ноля.

Но Глен Догерти не из тех ребят, которые в случае опасности сидят сложа руки. В закрытой от простых смертных, секретной комнате шифровальщиков во всех посольствах стоит большой стальной шкаф с амуницией. Для экстренных случаев там должны быть патроны, гранаты, пара пулеметов, средства связи и даже гранатометы FMG-172 SRAW/Predator. Из этих одноразовых пластиковых гранатометов можно стрелять из закрытых помещений. Но разрешения вскрывать эту комнату не было, даже посол без команды из Вашингтона не мог отдать такое распоряжение.

Следующий вариант — подарки из серверной. Там для срочного уничтожения под компьютерами заложены мины, а при оранжевом уровне тревоги в них должны установить детонаторы. Если игрушки правильно заложить, то ими можно подорвать перекрытия здания и устроить еще один рубеж обороны.

Бывший морской пехотинец вошел в серверную без проблем — стальные двери оказались распахнуты настежь. В темноте только голубые огоньки источников бесперебойного питания освещали гнезда вырванных с корнем жестких дисков. В железных выдвижных ящиках под системными блоками мин не оказалось. Глен сплюнул почти догоревший бычок сигареты прямо на пол. Здесь явно успел побывать начальник безопасности представительства, который смылся первым под прикрытием эвакуации. Осталось проверить секретку в подвале.

Армейским ботинком с толстой рифленой подошвой офицер привычно растер окурок, скрипнув по пластиковому покрытию. Подсвечивая фонариком, он спустился в подвал. В секретке, кроме пары картонных упаковок с патронами для автоматической винтовки, ничего не нашлось.

За окном в темноте, разрываемой адскими красными всполохами, доносились гортанные крики толпы, верещание мегафона и жесткий треск автоматных очередей. Наступал переломный момент — если толпа пойдет на штурм, придется открыть огонь. Нужно продержаться до прихода помощи. Послу хотелось верить, что приказ наверху уже отдан, и остается только ждать. Два вертолета с ближайших кораблей Шестого флота США могут рассеять эту толпу за три минуты. Или самолет огневой поддержки спецназа, которому лететь с военной базы в Италии чуть больше часа.

По соседнему окну в кабинете секретаря с треском ударила очередь из автомата. Стекло, затянутое специальной пленкой, выдержало, не посыпалось. Бутылка из-под виски укатилась куда-то под стол. Теперь точно — это не просто толпа демонстрантов, а вооруженный штурм. Господин Стивенс встал и подошел к барной стойке. Лед в ведерке уже начал таять. Из Вашингтона сообщений все еще не поступало.

После свержения Каддафи обстановка в Ливии оставалась напряженной. Наверх уходили донесения о том, что безопасность этого представительства под угрозой, но реально никто ничего не делал. Государственный департамент сокращал расходы.

Стаканы звякнули. Посол по еще державшему зеленую линию спутниковому телефону еще раз запросил срочную помощь. Он не знал, что Президент США наблюдает за происходящим в реальном времени из Ситуационной комнаты Белого дома. В район событий один за другим на разведку отправлены два беспилотника. С них по закрытому армейскому каналу прямой видеосигнал шел в Пентагон, ЦРУ и Белый дом. На самом деле, в Вашингтоне просто никто не мог поверить в то, что повстанцы, так щедро подкармливаемые в свое время, начнут реальный штурм станции. Это не соответствовало поступающей из Госдепартамента президенту информации о ситуации в Ливии. Демонстрации протеста — да, возможны, но вероятность вооруженного нападения, которое не сможет остановить местная полиция и армия, считалась нулевой.

Глен поставил двух бывших морских пехотинцев у окон помещений справа и слева от офиса посла и через оптический прицел винтовки осматривал периметр. Если начнется штурм, то можно попытаться охладить пыл нападающих отсекающим заградительным огнем. Даже если подберутся к самому зданию, то остановятся у стальных решеток на входе и на окнах, где придется угостить их парой гранат.

Ждать оставалось недолго. Один из активистов акции, араб лет 20ти, сидел на заборе, свесив ноги в тяжелых армейских ботинках. Он громко и хлестко орал что-то на арабском в мегафон, а вместо книги размахивал автоматом «Калашников». В перекрестье прицела винтовки Глена четко видны безумные глаза боевика. Еще минута и толпа фанатиков во главе с этим арабом пойдет на штурм.

Глен решил стрелять, но не убивать парня. У того на ногах морпеховские, из светлой, под цвет песка, замши, армейские ботинки. Однотипный рисунок подошвы и носки защитного болотного цвета. Местные жители такие не носят, а тем более, не заворачивают носки сверху на ботинок. Так делают опытные бойцы, которые целый день по жаре на ногах, а не в тапках. Глен взял прицел ниже, правее и выстрелил арабу в ногу. Мегафон заткнулся. Парень, взмахнув руками, завалился на улицу. Раненого быстро подняли и куда-то понесли.

Несколько человек с оружием прорвались на территорию, и, пригибаясь, побежали к зданию. Перемещались они неумело, по прямой. Один остановился и дал длинную очередь по окнам посольства. Глен лично отдал приказ открыть огонь на поражение. Времени на предупредительные выстрелы не осталось. Из окон посольства полетели ручные гранаты. Раздались хлопки взрывов, секунд десять ничего не было видно — сектор обстрела заволокло пылью и дымом.

Когда дым начал рассеиваться, нападавших на территории и заборе уже не наблюдалось. Толпа на улице тоже заметно уменьшилась. Те, кто пришел развлечься — покричать, пострелять в воздух и сжечь пару флагов, не станут лезть под пули.

Глен точно знал, что армейские вертолеты не прилетят. Районы морского базирования вертушек на кораблях не входили в радиус подлетной зоны к Бенгази. Можно, конечно, поставить лазерные метки для наведения крылатых ракет, но бомбить территорию у здания посольства командование не рискнет. И самолет огневой поддержки для разгона «мирной демонстрации» в городском районе не пришлют. Стрелки-операторы могут вести огонь и точно сбрасывать бомбы ночью, но для точного определения целей, особенно если враг это отряд головорезов с опытом ведения уличных боев, нужно тесное взаимодействие с наземными наводчиками, которых нет.

Реально изменить ситуацию мог только отряд спецназа, на переброску которого самолетом нужно всего около двух часов, и то, если будет отдан приказ. Но его не будет. Сажать борт в аэропорту Бенгази тоже не рискнут и Догерти наверняка об этом знал.

На улице появился грузовой внедорожник. Он быстро проехал через разбегающуюся, как тараканы, толпу и резко затормозил у самого забора. Стоявший в кузове боевик перестал цеплятся за крышу гантрака и нагнулся за оружием. Догерти держал его на прицеле. У араба в руках появился гранатомет и через секунду он уже наводил его на цель. Глен открыл огонь одиночными. Первый выстрел, и боевик, резко вскинув руки, упал в кузов. Второй, третий, четвертый, пятый — по кабине. Дернувшись, внедорожник зигзагами ушел в темноту ночи. Глен перевел винтовку в режим стрельбы очередями и через прицел осмотрел улицу. От бурлившей толпы осталось человек тридцать. Он дал пару длинных очередей над головами, и через минуту место, где кипела демонстрация протеста, опустело. Только дым от горящей «тойоты» и чадащих покрышек. Первая часть плана сработала. Стрельбой из окон, на уровне обороны офиса посла, атаку удалось отбить.

«Но если будет еще одна, похоже, мы долго не продержимся, — Глен снял бронежилет и развалился в кресле у окна в кабинете посла. — Можно попробовать перебраться в другое место, в соседний, расположенный примерно в миле, комплекс зданий, но пробираться в темноте по переулкам слишком рискованно». И, казалось, уже не имело смысла. По спутниковому телефону наконец-то сообщили: в Триполи вылетел самолет со спецназом США. Отправлять самолет напрямую, в Бенгази, военные все-таки не рискнули.

Мистер Стивенс зачерпнул шейкером из серебряного ведерка остатки льда, налил почти до краев виски и добавил ликер «Болс». Вишенки для украшения бокалов, к сожалению, закончились.

За окном белым коротким рассветом полыхнул взрыв. Боевики ударили из гранатомета по южной части забора. Глен извлек из минибара посла следующую бутылку односолодового виски и поделился с Кристофером сигаретами из последней пачки. На часах по местному времени 21.30, но помощь все еще не пришла. Из темного переулка, словно по команде, подряд грохнули два выстрела из гранатомета. Стреляли издалека и особого вреда не причинили, но удары выдавали серьезные намерения атакующих. В правом крыле здания, в стене одной из комнат, оседала пылью пробитая кумулятивной гранатой брешь. Взрывом двери выбило вместе с рамой, загорелись мебель и шторы. Взвыла и сразу заглохла сирена пожарной сигнализации.

Согласно инструкции, посол должен спустить оставшиеся документы и личные записи в специальную трубу, уходившую под землю на глубину 15 метров. Об этом варианте мало кто знал, так как «труба» в обязательной архитектуре представительств появилась не так давно, только после реальной угрозы захвата посольства США в Тбилиси. Но в этом здании ни тайника, ни специальной безопасной комнаты — стальной коробки с фильтруемой вентиляцией — не было.

Вдруг, за окном, белым слепящим светом молнии блеснула вспышка мощного взрыва. Казалось земля вздрогнула и зашатались стены. Выстрел из переносного зенитного комплекса порвал решетки и раметал в клочья двери на входе в здание. Догерти различал взрыв гранаты из противотанкового гранатомета и миниракеты на слух. Оконные стекла покрылись трещинами. Эта атака уже точно похожа на грамотно организованный штурм. Глен жадно, тремя полными глотками, хлебнул виски из бутылки.

Бахнуло взрывом у небольшого вспомогательного помещения в тридцати метрах от основного здания. Наверняка сработал один из сюрпризов, которые маринес оставили для незваных гостей: значит, атаковали с разных сторон. Морские пехотинцы выбросили из окон шашки со слезоточивым газом. Временная мера, но территорию вокруг здания густо заволокло багровыми клубами газа.

Крис прикурил одну сигарету от другой, еще не догоревшей до конца. В коридоре резко хлопали одиночные выстрелы из американской винтовки. Патроны надо беречь.

Посол запер свой личный дневник, с исписанными за последние часы восемью страницами, в ящик стола. Там ясно написано, что секретные материалы по его приказу эвакуированы из представительства отвечающим за безопасность офицером.

Слезоточивый дым быстро рассеивался. С фланга, через дыру в заборе, боевики в камуфляже проникли на территорию. Теперь они шли на штурм. Глен, передернув затвор пистолета, взял на мушку одного из них. Патроны в рожке автоматической винтовки, как всегда, закончились слишком быстро. Стрелять из пистолета с такого расстояния по силуэтам на фоне слабо освещенного бассейна не имело никакого смысла. Надо ждать и подпустить их поближе.

Боевики профессионально разделились на пары и, прикрывая друг друга, перебежками приближались к зданию станции. Лица атакующих скрывали повязанные по-особому, с узлом на боку, куфии. Глен задержал дыхание, мягко положил палец на спусковой крючок пистолета и, на выдохе, выстрелил. Похоже, один из боевиков успокоился навсегда. Глен упал и перекатился к другому окну. Атакующие залегли и открыли шквальный огонь из автоматов. От бетонной стены, за которой он укрылся, градом полетели осколки. Судя по звукам выстрелов, доносившихся с разных сторон здания, «вооруженных лиц без воинских знаков оличия» блоьше сотни. Пачка «Кэмэл» без надписи «Курение убивает» почти опустела. Зато почти полной оставалась бутылка виски.

Полковник Белов неохотно снял трубку телефона ВЧ. Сегодня Алексей Емельянович приехал в контору пораньше и ждал этот звонок по вертушке, но все-таки в душе надеялся, что срочного разговора не будет.

В Бенгази шесть часа утра, а в Москве уже восемь. Прогноз аналитиков по ситуации в Ливии ушел наверх вчера вечером. Но он не оправдался. Меньше надо доверять информации из Вашингтона.

Посол США убит.

Скандальный художественный видеоролик, в котором один из эпизодов запечатлел момент убийства темноволосой женщины с христианским крестом на груди, вполне профессионально сделан и размещен в сети Интернет почти за неделю до атаки на американские посольства. Те, кому это было нужно, сумели превратить негромкое событие в разрывающую мусульманский мир новость.

Впрочем, полковник сам указывал в докладе, что это не причина, а только медиа-завеса предстоящих событий. Такие видео в сети уже появлялись, но в этот раз очевидно, что событиями в разных странах пытаются управлять из одного центра. Полыхнуло в Тунисе, Египете, Ливии, Йемене. Список погромов у американских посольств удивительным образом совпадал со странами, по которым прокатились волны «арабской весны». А ведь завтра протесты наверняка пройдут и в Иране, Индонезии, Пакистане. И тогда «горячих точек» на карте может стать еще больше.

Выслушав дежурные пожелания по вертушке, полковник Белов вытащил из дальнего ящика стола початую пачку сигарет «Кэмэл». Ее в качестве сувенира ему подарил генерал из оперативного управления НАТО на одном из совместных заседаний в Брюсселе. Простые армейские сигареты без фильтра. На пачке отсутвовала большая предупредительная надпись о вреде курения.

Алексей Емельянович не курил уже два года. Не курил, когда при эвакуации сотрудников российского посольства в Ливии колонна автомобилей заехала в зону артиллерийского обстрела. Не курил, когда английская разведка слила координаты танковой колонны правительственных войск в Сирии террористам. Не курил, когда по всем телеканалам показывали окровавленный труп полковника Каддафи.

И сейчас курить не хотелось. Нужна просто короткая пауза для обдумывания полученного по телефону приказа. Похоже, что в Штатах, накануне выборов президента, трагическая гибель посла в Ливии могла оказаться кому-то выгодной. Или Аль-Каида ответила на убийство Абу-Яхья в Пакистане. Таких «или», как всегда в политике, слишком много. «Или» переплетаются с «и», «из не проверенного источника», «предположим», «считается» не давая однозначных ответов.

Конечно, при воплощении в жизнь теории управляемого хаоса потери неизбежны, но убийство посла, который проработал на Ближнем Востоке более десяти лет, выводило событие на совсем другой уровень.

Щелкнула зажигалка, и полковник закурил, глубоко, до головокружения, затягиваясь забытым вкусом сигареты без фильтра. Задача стояла ясно: собрать и проанализировать всю необходимую информацию, сделать выводы, прогноз и наметить план дальнейших мероприятий. В письменном виде таким суконным, бюрократическим языком описывалась работа Алексея Емельяновича, но не реальная жизнь, в конце концов. Он честно служил Родине, пытаясь охладить головы рвущихся в бой военных и политиков, причем не только своих, но и чужих.

Полковник аналитического отдела Белов резко открыл дверь туалета в комнате отдыха своего кабинета и щелчком отправил недокуренную сигарету в унитаз.

Предстояло почти полностью, с учетом поступающей информации, проанализировать сложившуюся в Ливии ситуацию. Если вчера захват американского представительства в Триполи или Бенгази представлялся маловероятным, то сегодня он стал реальностью. Информация, развертка, аппликация, перспектива и рекомендации для политического руководства. Полковник приступил к работе.

Глава 2. Агент Рембрандт

На стол Алексея Емельяновича легли глянцевые отпечатки полученных со спутника изображений. Полковник предпочитал изучать их на больших листах фотобумаги, напечатанных в красной комнате техотдела. Еще отдающие чем-то химическим, черно-белые фото отражали хронику ночных событий. Комплекс зданий «посольства», бассейн пятном света, прожектора, горящий автомобиль, толпа… На соседней улице — попытка боевиков остановить колонну из пяти легковых машин, видимо, с уезжающими из представительства американцами. Джип, что шел во главе колонны, горит у самого перекрестка, но остальным удалось уйти.

Следующая серия снимков: слезоточивый газ или дым у основного здания представительства, группа людей что-то тащит на улицу — похоже, труп. От посольства удаляется легковой автомобиль. Короткая, без подготовки, атака боевиков на второй комплекс зданий, расположенный примерно в километре. Вспышки выстрелов: несколько гантраков — грузовых внедорожников — ведут огонь из установленных в кузовах пулеметов. Но здесь атакующие получают жесткий отпор, отходят, их подбирают гантраки и уезжают.

Реальной информации для анализа ночных событий слишком мало. Данные от военных, внешней разведки и по линии МИД не складывались в мозаику, противореча друг другу. В распечатке из военной разведки — график полетов двух американских беспилотников в районе Бенгази. В записке из Конторы «соседей» — боевики из катибы «Батальон 17 февраля», которые почти два года охраняли арендованные под представительство дома, убили посла. По официальному заявлению Белого дома, господин Стивенс погиб почти случайно во время демонстрации протеста. Информагентства выдавали версии одна фантастичнее другой. «Аль-Джазира», например, озвучивала мнение, что за убийством стоит Иран. «Викиликс» утверждал, что это ответ на поддержку США планов штурма эквадорского посольства в Лондоне и ареста Джулиана Ассанжа. И т. д. и т. п.

Нажав кнопку интеркома, полковник Белов вызвал в кабинет секретаршу:

— Тамарочка, не заварить ли нам кофейку?

— Кофе, Алексей Емельянович? — брови Тамары заметно поползли вверх. — А я думала — печатать.

— Рано еще. Будут спрашивать, скажи, что как только — так сразу. Там поймут.

С зафиксированными в верхнем положении бровями секретарша вышла из кабинета.

Ситуация с убийством посла не вязалась со многими обстоятельствами. Кристофер Стивенс отнюдь не новичок, который мог растеряться в экстремальной ситуации. Он был опытным дипломатом, работал в Африке и на Ближнем востоке не один десяток лет. Конкретно в Ливии с 2007 до 2009 и с самого начала событий 2011. Не понятна и позиция США — слабая охрана посольского комплекса, отсутствие реакции на запросы о помощи, с которыми посол обращался задолго до трагической ночи. Отряд спецназа, который вылетел в Триполи и так слишком поздно, а потом два часа искал транспорт для перемещения в Бенгази. Беспилотники, которые в режиме реального времени передавали видео прямо в Пентагон.

С другой стороны, явно спланированная акция по захвату представительства и убийство посла. Ответом на гибель дипломата легко могла стать военная операция и прямой ввод наземных сил НАТО на территорию страны. К Бенгази уже приближались два боевых корабля с морскими пехотинцами США на борту. Когда гибнут дипломаты, начинают говорить пушки. И работать спецслужбы.

Тамара, как всегда, принесла вместе с кофе свежую прессу. Стройная, точеная фигурка Томы вносила в почти армейские будни Белова легкий диссонанс. Даже не то, что она наверняка стучала в «контору», а то, что ее пытались уложить ему в постель. Слишком уж явно она проявляла свои симпатии: то пушинку с пиджака снимет, то пирожки из дому притащит, то вообще — билеты в театр. Только вот с оформлением допуска к секретной компьютерной сети «Алмаз» ее кураторы прокололись, оформили слишком быстро, всего за три дня, когда нормальный срок глубокой проверки не меньше месяца. Но с поставленной задачей аппетитной разведенке не удавалось справиться уже два года. Томины выщипанные брови, даже на очень симпатичном лице, почему-то напоминали Белову старый анекдот о противогазе.

Страницы с гороскопами, кроссвордами и картинками «найди восемь отличий» Тамара обычно оставляла себе. Алексей Емельянович считал занятия, придуманные для проведения досуга, частью жизни которая прожита зря. Даже если заполнить все клеточки кроссворда, текст не имеет смысла. Призовое слово, составленное из набора букв на отмеченных полях сетки, не дает практического результата. Это называется «убить время». А у полковника никогда не было лишнего времени. И, тем более, он не собирался его убивать. Алексей Емельянович решил продолжить сбор объективной информации. В Бенгази оставался уцелевший местный агент. И если сигнал-задание он получил вовремя, наверняка раскопал что-нибудь интересное.

Ливийский агент под псевдонимом «Рембрандт» завербован еще во времена дружбы Каддафи с Советским Союзом и работал за деньги. Это один из личных агентов полковника, которых ему удалось сохранить во время безудержной перестройки различных ведомств.

В процессе разработки своих будущих агентов Белов использовал методику установки ментальной связи. Не всегда, но часто это давало результат. Профессор из секретной лаборатории, в которой будущий полковник проходил курс обучения еще в СССР, уверял: чувство, желание — он называл это «пакет» — можно передать на расстоянии другому человеку. Главное, чтобы он хотел принять сигнал. Однажды вечером после занятий на спецкурсе Алексей увидел в метро очень симпатичную девушку на эскалаторе, движущемся на встречу. Неосознанно возникшее чувство удалось оформить в «пакет» и отправить. С Ольгой они прожили в счастливом браке почти двадцать лет.

После того как вчера пришла срочная информация — в Бенгази начинается заварушка у американского представительства, — Алексей Емельянович попробовал переслать «пакет» агенту. Полковник расслабился, установил правильное дыхание и около десяти минут мысленно повторял: «Хасан, пойди и посмотри». Профессор говорил, что повторять фразу нужно для самого себя, чтобы сконцентрироваться на желании. А вот когда мысль полность овладеет мозгом, он сам пошлет необходимый сигнал. Сработает это или нет — гарантии никакой. Иногда срабатывает.

Хасан и ведать не ведал, что проходит по картотеке у русских под странным именем «Рембрандт». Он наблюдал за происходящим у посольства в полевой бинокль, устроившись на плоской крыше двухэтажного дома на противоположной стороне улицы. В этом спокойном районе обычно не происходило особых событий. А сейчас улица бурлила, словно поднявшийся после ливня горный ручей. По толпе валом шли волны истерии и ярости. Парень с автоматом забрался на забор представительства и кричал в мегафон обидные для американцев слова. Араб, но акцент совсем не похож на ливийский.

«Похоже гость из Сирии, — подумал Хасан, — или вообще турок. Но не ливиец, точно. И без бинокля видно».

За спиной, где-то слева среди жилых домов, резким узнаваемым треском раздались очереди из АК. В ответ послышались выстрелы из американских винтовок. Полыхнула белая вспышка и ударил раскат грома от взрыва ручной гранаты. Но то, что происходило у перекрестка, отсюда рассмотреть не удавалось. Агент Рембрандт, бросив, что бы не мешали, на крыше бинокль и спортивную сумку, поспешил к месту перестрелки. Делал он это отнюдь не из праздного любопытства — русские хорошо, а когда удавалось добыть что-то ценное, то и очень хорошо, за это платили.

«Простому мусульманину никогда не повредит немного денег от друзей, — подумал Хасан. — Это очень хорошо, что я прилег сегодня отдохнуть после обеда».

Проснувшись, он уже знал о задании. Он прекрасно помнил, что русских обычно интересовали документы или переносные компьютеры, и, если повезет, то сегодня можно неплохо заработать.

Узкую улочку заволокло черным дымом из горящего армейского джипа. Видимо, здесь боевики пытались заблокировать и атаковали машины с американцами, но те ответили плотным огнем и теперь откатывались назад, к перекрестку. Боевики, беспорядочно стреляя на ходу, устремились за ними. Сейчас оттуда доносились звуки стрельбы из «калашниковых», крики и короткие, по три патрона, но частые очереди американских винтовок. Глаза заслезились от дыма, но Хасан, прикрывая лицо бурнусом, почти прижимаясь спиной к стенам, стал медленно подбираться поближе. Взрывом из машины выбросило труп солдата. Очевидно, этот джип шел во главе колонны и, приняв на себя первый удар, до последнего прикрывал отступающих.

Еще несколько шагов и Хасан присел на корточки, накрыв бурнусом валявшийся у самой стены брезентовый армейский мешок со штампом USA. На ощупь там какие-то угловатые железки. Взвалив мешок на плечо, Хасан медленно и осторожно отошел метров на двадцать назад, в самую темноту улочки, перелез через забор и растворился в ночном городе. Его армейский бинокль так и остался на крыше, но сейчас было не до того. В мешке оказались какие-то компьютерные запчасти, почти все смятые и рассыпающиеся на мелкие детали. Но одна увесистая коробочка из темного пластика сохранилась почти как новая. Хасану не нужны дополнительные инструкции, он знает, что делать — как можно быстрее организовать передачу.

Похоже, удача — таки улыбнулась ему. Можно, конечно, использовать тайник, но это займет слишком много времени и цена на товар может упасть. Лучше подать условный сигнал о срочной встрече и напрямую передать товар русским. Там можно будет и поторговаться. А если появится тот блондин, что в прошлый раз, появится возможность пощекотать ему одно место острым клинком.

Хасан вставил специальную симкарту в старую потрепанную «нокию», набрал пин-код и дождался выхода в телефонную сеть. Через десять минут выключил аппарат, вынул симку, а затем повторил все сначала. Теперь русские точно выйдут на связь. Как именно они поступят в этот раз, Хасан не знал. Однажды его просто выкрали на пару часов, затолкав в проезжавшую легковушку прямо на улице, в другой раз пришло известие о смерти родственника в дальнем горном селении и пришлось ехать на похороны. Слава всевышнему, оказалось, что муж двоюродной сестры жив и здоров.

Полковник Белов получил сигнал 22. Это значило, что в мобильную сеть два раза подряд выходил один из его личных агентов. Наверняка это Рембрандт. Алексей Емельянович спокойно допил кофе, пока технари проверили источник и подтвердили его расчеты — в этот раз ментальная связь сработала.

За время сотрудничества ливийский агент, похоже, сколотил целое состояние. Но деньги, которые долгие годы платили арабу из секретного фонда практически ни за что, не были потрачены зря. С 2011го услуги Хасана стали просто бесценными. Одно из последних заданий он выполнил весьма успешно: полтора года назад агент доставил по назначению важную информацию. Флеш-карта из фотоаппарата Оксаны Терещенко, личной медсестры Муаммара Каддафи, помогла расставить многие точки над i. Для начальства, да и прикрывая Оксану, материал представили как сообщение от высокопоставленного ливийского чиновника. Возможно, если бы не эти фото, сценарий событий в Ливии оказался другим.

Сегодняшний выход в сеть два раза подряд означает, что Рембрандт раскопал что-то интересное.

По личному номеру Белов набрал адмирала Новикова:

— Нужно срочно организовать встречу с художником.

— Заглянешь? — не по-уставному ответил адмирал. По уставу полковнику он не подчинялся.

— Обязательно. Как там насчет водочки да с пивом?

— Будет.

Разговор шел не о дружеских посиделках. Полковник попросил, а адмирал подтвердил, что задание поручат капитану Ершову.

Еще ночью Хасан переложил компьютерные железки в непромокаемые бумажные пакеты из-под натовского сухого пайка. Болтики и прочую ненужную мелочевку он надежно спрятал, а мешок выбросил на помойку. Оставалось только ждать. В уличном кафе время пойдет быстрее. Удобно присев на низком обтрепанном диванчике, Хасан заказал большой кальян с буковым углем и, прикрыв глаза, погрузился в неспешные размышления.

Год назад назад русские очень хорошо купили карту памяти из фотоаппарата личной телохранительницы самого Каддафи. Женщина приехала откуда-то из России. Да, ее звали Наташа-Оксана. Аппетитных размеров, с яркими глазами цвета неба, такую бы он с удовольствием оседлал. Оседлал и промчался, словно на дышащем жаром скакуне по ночной пустыне так, чтобы ветер донес крики и стоны неверной до самого горизонта.

Хасан понимал почти все, когда говорили на русском, и даже мог произнести несколько слов. Еще совсем молодым он провел три осенних месяца в Болгарии, в лагере спец. подготовки. После того как, по указу правительства Каддафи, у его семьи отобрали лучшие земли, весь их род переехал в Тунис. Но Хасан остался и отомстил активистам из революционного комитета. Но после этого пришлось скрываться у кочевников в пустыне. Старейшины племени приняли его хорошо, однако полностью доверять чужому племени нельзя. Лучшего варианта, чем перебраться за границу и переждать горячее время, пока его ищут по всей Ливии, в голову не приходило. Но в Тунис без документов не сунешься. За определенную сумму можно попробовать уйти с попутным караваном в Чад, но что он будет делать в жаркой пустыне? Всю жизнь, без паспорта, кочевать с бедуинами?

В случайном разговоре один из русских, словно зная о его проблемах, предложил поездку в учебный лагерь. Три месяца в Болгарии, плюс еда, дорога туда и обратно и даже наличные. Этому человеку араб доверял. Советским инженерам, ставящим железные мачты и тянувшим по ним через пустыню провода линий электропередач, Хасан перекидывал кое-что из контрабанды, и проблем никогда не было. Русские даже не торговались, оплачивая заказанный товар. По словам инженера, в лагере обучали стрельбе, рукопашному бою и иностранным языкам. Тайная от властей поездка, без всяких паспортов и других бумажек, сначала на грузовике, потом на одном из кораблей, доставлявших в Ливию из Союза оборудование.

Хасан долго, целую ночь, лежа на кошме и глядя на мерцающие звезды, думал. Если его будут заставлять отойти от веры или кто-то посмеет оскорбить ислам, он просто перережет глотки неверным любым осколком стекла. А так ему терять нечего. На все воля всевышнего. В разговоре инженер намекнул: если все будет в порядке, можно будет сделать в Болгарии документы на другое имя. И тогда Хасан вернется на родину и ни одна полицейская собака не сможет его найти.

Утром он нашел русского и дал согласие.

Сразу после приезда в лагерь солдат с автоматом проводил его в один из двухэтажных домов, разбросанных по заросшему лесом горному ущелью. На пороге его встретил военный в форме, но без знаков различия. Они прошли наверх и там, в одной из комнат без окон, он предложил Хасану сесть на высокий неудобный кяфирский стул. Оказалось, что этот — среднего роста с короткой стрижкой и серыми, блеснувшими металлом глазами русский — самый главный начальник спрятанного в горах лагеря.

Через переводчика военный расспрашивал мусульманина о Ливии, о семье, даже о погоде. А вот о том, почему он согласился приехать сюда нелегально, офицер спрашивал несколько раз. Как будто забывая то, что Хасан ему уже сто раз обьяснял. Разговор шел несколько часов. Все, казалось, устали. Неожиданно командир спросил:

— Хасан, почему сидишь, сгорбившись, и прячешь руки под стол?

Спросил он по-русски, но Хасан до сих пор помнил эти слова и жесткий немигающий взгляд. Удивительно, но он понял все сразу и без перевода. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Хасан встал и ответил:

— Я буду разговаривать стоя.

— Тебе, наверное, просто неудобно сидеть? Пойдем со мной.

Вдвоем они вышли через дверь в конце коридора на уютную, под крышей и с видом на горы, террасу в восточном стиле. Там удобно устроились на ковре с подушками и не спеша раскурили кальян. Переводчик оказалось не нужным — офицер плохо, с каким то не понятныи акцентом, но говорил на арабском. Низкий столик украшал турецкий кофейник ручной работы с крепким, сваренным по арабски напитком и они беседовали допоздна. Емельянович, так звали русского, вызывал уважение. Он показал точное направление на Мекку и оставил араба в покое на время вечернего намаза. Хасан и сам мог определить где святыня, даже среди гор, но со стороны кяфира это, по меньшей мере, казалось необычным.

В лагере его поселили отдельно, в маленьком домике у ручья. Хасан заметил, что с ним, в отличии от других курсантов, проводилось не много. Утром приходил инструктор и они отправлялись на стрельбище или в горы. Иногда дрались, не в полную силу, на деревянных ножах. Инструктор умело наносил и уворачивался от ударов, но почти всегда проигрывал схватку. Хасан владел холодным оружием одинаково хорошо правой и левой рукой. Кроме этого, он часто использовал один из арабских приемов ножевого боя: прятал обе руки за спину, и противник не мог определить, в какой руке в следующую секунду окажется клинок.

Позже русский инструктор показал ему пару ударов небольшой стальной лопаткой с остро заточенными краями, насаженной на короткий деревянный черенок. «Малая саперная» лопата обязательной элемент экипировки советского армейского спецназа — десантно-штурмовых бригад. Хасан понял, что удар такого боевого топора он бы не отразил. Инструктор, почти без замаха, начисто срубил лопаткой молодую березку. И уйти от такой атаки тоже очень тяжело.

Общаться с другими людьми, покидать территорию и ходить в столовую, даже когда показывали кино, Хасану не разрешалось, да и не хотелось.

Два или три раза в неделю они ужинали с Емельяновичем, а после долго пили кофе на террасе.

Хасан учил русские слова и пытался понять, что скрывает и что хочет от него офицер. Беседы текли неторопливо, паузы бывали большими, тогда, казалось, каждый думал о своем. Вопросы веры в разговорах не затрагивали, бороться с исламом никто не предлагал. Договаривались о том, как будут держать связь, что может интересовать русских и сколько это будет стоить. Временами просто молчали.

С самых первых встреч на террасе русский, иногда, просил добавить ему в чашку горячий кофе на арабском. Хасан младше по возрасту, ничего позорного здесь нет и он с уважением делал это. Потом Емельянович стал обращаться с этой просьбой на русском. Через месяц Хасан уже мог определить желание собеседника без слов: по жесту или взгляду, даже когда кофейника на низком столике не было. Еще через месяц наступило такое время, что просьбы русского араб стал понимать, казалось, мысленно. Позже они стали играть в игру — угадай желание. Офицер прятал что-нибудь сначала среди диванных подушек, а потом и в лесу, а Хасан должен был понять что именно и найти тайник. Теперь им уже не нужно договариваться и назначать следующую встречу. Хасан просыпался утром и знал, ждет его сегодня вечером на террасе Емельянович или нет. Прошла еще неделя, и араб обнаружил, что знает, когда они встретятся за кальяном на террасе в последний раз.

Именно в этот вечер Емельянович принес с собой не новый ливийский паспорт с фотографией Хасана. Даже имя оставалось прежним, но все остальное стало другим. Русский приготовил ему в подарок еще и толстую пачку наличных. Со своей стороны араб нарочно коряво подписал какую-то бумагу на непонятном ему кяфирском языке и на следующее утро покинул лагерь.

После его возвращения в Ливию нечасто, но продолжало происходить это необычное общение — проснувшись утром, Хасан знал: Емельянович приготовил для него деньги. Иногда можно догадаться, за что тот готов заплатить. Иногда нет, тогда нужно выйти на связь. Вскоре Хасан перестал удивляться и стал выполнять просьбы Емельяновича без лишних вопросов: русские платили в любой валюте.

Задание установить контакт с Наташей-Оксаной и половину оговоренной суммы в ливийских фунтах он получил от незнакомца по дороге на те самые несостоявшиеся похороны. Неверная любила пить водку, и Хасан лично шесть месяцев подряд, каждый понедельник, доставлял ей две бутылки контрабандного «Абсолюта». Переезжая в другую спальню, а очень может быть и в кровать Самого, Наташа-Оксана испугалась, что у нее найдут строго запрещенный личный фотоаппарат. Тогда он подарил ей на прощанье еще две бутылки и получил цифровую камеру тоже как бы в подарок. Никаких картинок на карте памяти аппарата не оказалось — женщина наверняка их стерла. Странно, но за пустышку русские хорошо заплатили.

Хасан отдал бы полжизни, чтобы провести ночь с такой роскошной Наташей. Ее бедра напоминали большие куски свежезамешанного теста. Еще перед тем как пекарь разделит его на части, раскатает и сунет в горячую печь. Но о знойной ночи тогда и мечтать было нельзя — женщина из окружения Самого. Но если на пути попадется еще одна такая блондинка, придется совершить тяжкий грех. И неважно, сколько при этом пострадает неверных.

Глубокая живительная затяжка позволила освободиться от грешных мыслей. Дымок со сладким запахом набирал влагу в кальяне и шел особенно хорошо. Грехом будет не попробовать снять с русских в два раза больше денег, чем они рассчитывают. За время войны против Каддафи цены на все выросли. На счету в одном заграничном банке удалось накопить немалую сумму, но пусть раскошеливаются.

Сейчас в трех бумажных пакетах товара минимум в пять раз больше, чем раньше удавалось достать. За такие деньги можно купить шесть наложниц или четырех жен. Или денег наконец-то хватит, чтобы спокойно уехать к своим, в Тунис. А там купить дом на самом берегу моря. Главное, не позволить застать себя врасплох, как в тот раз. Недаром почти как новая, тяжелая, словно набитая золотом, пластиковая коробочка срятана не в бумажных пакетах для передачи, а здесь, за широким поясом.

Тогда агент Рембрандт чуть не провалил задание. Хасан должен был, держа Наташин фотоаппарат на виду, прогуляться по одному из оживленных районов Триполи. На вечерней набережной аппарат нужно было передать человеку, который обратится к нему с вопросом-паролем, который придумали русские. Хасан вышел на прогулку, но положил розовый, явно женский, аппарат в небольшую холщовую сумку. Иначе можно привлечь недобрые взгляды.

Почти час Хасан ходил по торговой улице, останавливаясь, словно разглядывая ювелирные изделия, выставленные за толстыми стеклами витрин. Оказалось, опасения не напрасны: он только один раз вытащил камеру из сумки, но через минуту опять спрятал, заметив, что прохожие и особенно охранники ближайшего магазина обращают на него пристальное внимание.

На залитой ярким электрическим светом набережной полным полно народу: кяфиров в светлых штанах, спешащих военных в форме, каких-то индийцев в чалмах. Хасан в темном запыленном бурнусе топтался на месте, словно не зная, куда ему дальше идти. Обжигая, на голову капнуло холодной водой из торчащей над улицей трубки кондиционера. Араб начал злиться, стало жарко, пришлось на виду у всех вытирать воду и пот со лба не совсем чистым платком. Казалось, полицейский на углу, постукивая бамбуковой дубинкой по начищенным черным ботинкам, смотрит только на него.

Настырным сверчком в голове трещала единственная мысль: «Пора убираться с этой проклятой набережной». Не оглядываясь, Хасан куда-то зашагал и через минуту торопливо свернул в первый попавшийся темный проулок.

Араб явно нервничал и покидал место условленной встречи. В этой ситуации ничего не оставалось, как изъять агента Рембрандта прямо на улице, поместить в автомобиль и получить нужный предмет. Розовая фотокамера попала по адресу в полном порядке, но к арабу пришлось применить силовые методы воздействия — Хасану запомнился русский парень с раскосыми глазами, который уложил его лицом вниз на заднее сидение белой «Камри».

Капитан Ершов Сергей Николаевич, диверсант, двадцать шесть лет, крепкий, выше среднего роста, с открытым лицом и татарским разрезом глаз, доставшимся от деда, почти блондин со стрижкой ежик, начал доклад Новикову: «Прибыл в Ваше распоряжение согласно…», но адмирал только махнул рукой и протянул Ершову папку с грифом «Секретно». В кабинете за дубовым рабочим столом в адмиральском кожаном кресле работал с документами полковник Белов. Емельяныч — в очках для чтения — это уже серьезно. Судя по по всему задание будет не из простых.

Сергей в четвертый раз внимательно изучал мелкомасштабную карту глубин одной из неприметных бухт на ливийском побережье Средиземного моря. Под надзором командиров надо просидеть над материалами минимум час. Хотя задание, ситуацию, план он прочел и запомнил минут за десять. Хорошо, что не затеяли выход через торпедный аппарат подлодки. На водомете с ребятами подойдем к самой бухте. А там агент Рембрандт вообще старый знакомый, но как бы чего не учудил. Вспыльчивый, склонный к непродуманным действиям, но смелый и до сих пор не подводивший араб должен оставить материалы в условленном месте.

Дополнительных вопросов у Ершова не возникало, хотя как раз сейчас и время их задавать. Во время проведения операции капитан принимал решения сам и мог выйти на связь только в самом экстренном случае.

Адмирал Новиков и полковник Белов смотрели выступление президента США по ТВ. После гибели посла президент был явно не в себе. Обещал ответить, сохранить, усилить. Даже на экране заметно, что в команде царит растерянность. Госсекретарь Хиллари Клинтон стояла рядом с трибуной и смотрела прямо президенту в рот, словно боялась, что он скажет что-нибудь лишнее.

Американцы официально заявили о решении приблизить боевые корабли к береговой линии Ливии, но речь о высадке пока десанта не шла. Реакция явно не предусматривала быстрых силовых решений и сводилась к усилению охраны зарубежных представительств. Вокруг посольства в Каире возводилась дополнительная стена из каменных блоков, протестующих в Йемене пулеметным огнем разогнала местная армия.

Ершов поднялся из-за стола и спросил, обращаясь к адмиралу:

— Разрешите выполнять?

— Выполняйте.

Белов про себя отметил легкий мандраж. Волнуется, как перед важной партией в шахматы с серьезным соперником, а повода для беспокойства нет.

Короткий, без лишних деталей, оперативный план контакта с агентом Рембрандтом составлен и утвержден, приказ отдан: Ершов с двумя бойцами морского спецназа вылетает ближайшим гражданским рейсом в Тунис.

Старая «нокия» для связи с русскими давно выключена. Другой мобильник, с обычным ливийским номером, коротко вздрогнул, приняв СМС на арабском от анонимного отправителя. Посылку следовало оставить после вечернего намаза в рыбацкой лодке двоюродного брата, живущего в маленьком поселке у моря. А вот как русские найдут ночью лодку на каменистом пляже, отличив ее от десятка других, агента не должно волновать.

С тихим стуком перекатывая гальку, легкий ночной прибой плавно вынес аквалангиста в темном гидрокостюме на дальнем конце пляжа. Здесь, у подножия окружающих бухту отвесных скал, совсем темно. Метрах в двадцати, на каменистом пляже, в неярком свете звезд угадывались очертания вытащенных из воды рыбацких лодок. Некоторые перевернуты так, будто сохнут после покраски или что бы их не промочило дождем. Но дождя здесь в сентябре не бывает. При наблюдении через прибор ночного видения свежей краски на бортах не обнаружено. Облезлые, все как одна, посудины. Пляж и тропинка, ведущая вверх, без посторонних.

Сняв баллон, ласты и другое, лишние на берегу снаряжение, темная фигура двинулась к седьмой лодке во втором ряду. Вдруг со скалы справа, со стороны тропинки, с шумом покатились камни. Боец мягко прыгнул вперед, перекатился и залег, слившись в темноте с силуэтом ближайшей лодки. На черно-белой картинке прибора ночного видения не появилось ничего настораживающего. Последний камешек из камнепада, щелкая по гальке покатился и затих. Минут через десять можно будет двигаться дальше.

Уже много часов наблюдая за бухтой Хасан терпеливо лежал под одной из перевернутых лодок. Узкий кинжал с богато украшенной вязью рукояткой он держал в ножнах, пряча оружие в левом рукаве грубошерстной рубахи. Аквалангиста на берегу араб заметил сразу, но буквально на секунду отвлекся на шум камнепада, и черный силуэт исчез.

Глава 3. Арабский клинок

На галечном пляже бухты тишина, только небольшие волны, накатывая на берег, легко шумят прибоем. Человек в гидрокостюме, притаившись, лежал в густой тени у борта рыбацкой лодки. Оружия, кроме ножа аквалангиста, у капитана Ершова не было, а все снаряжение сделано в Китае. В случае нештатной ситуации принадлежность трупа пловца к какой-либо спецслужбе по этикеткам не установят.

Прошло восемь минут, затем еще пять. Сергей по-пластунски переместился под прикрытие развешенной на деревянных кольях рыбацкой сети. Отсюда открывался широкий обзор всего пляжа.

Несколько лодок сушились на небольшом каменистом холме. Устроившись под одной из них на шерстяном коврике, Хасан тоже старался не шуметь. В широкую щель между бортом перевернутой лодки и галькой в свете звезд виден почти весь берег. Араб пытался понять, куда делся аквалангист и нервно перебирал четки. Много подобных ночей провел Хасан в этой удобной для контрабандистов бухте, часами лежа в засаде. Но, кажется, раньше он так не нервничал — обычно на дело они ходили вдвоем с братом.

Левую руку холодил пристегнутый на предплечье под рукавом старинный кинжал в ножнах. Этим оружием Хасан не лишил жизни ни одного человека, даже неверного — не хотелось расставаться с такой красивой вещью. Ножны и рукоятку клинка густым арабским узором украшала инкрустация из драгоценных камней. Старики поговаривали, что обагренный человеческой кровью кинжал должен поменять хозяина: его лучше кому-нибудь подарить или продать. И поэтому, хотя убивать ему приходилось, это оружие оставалось чистым.

Попало оно к Хасану благодаря двоюродному брату — тот украл из дома своего отца старинный кинжал и передал ему как раз перед боем. Спрятанные под одеждой ножны играли в схватках роль защиты — ими прикрывалось предплечье безоружной руки от кисти до локтя. Поэтому и выпал один из камешков.

Это случилось около пятнадцати лет назад на старом базаре — Хасан отбил левой рукой удар турецкой сабли. Клинок в ножнах оказался у него незаметно, когда он как бы случайно спрятал руки за спиной. Брат был рядом.

Соперник — бедуин, не желавший платить за охрану верблюдов у караван-сарая, размахивая саблей, и подумать не мог, что какой-то мальчишка сможет оказать ему достойный отпор. Ножны Хасан засунул в левый рукав, а в правой стиснул кинжал. Бедуин ударил сверху, Хасан подставил предплечье левой руки под наклоном, кривая сабля рассекла домотканую рубаху и соскользнула по ножнам вниз, не причинив вреда. В тот же миг старинный клинок оказался у самого горла караван-баши. Еще одно движение, как при свежевании ягненка, и кровь забрызгает песок под ногами. Тогда-то Хасан, совсем еще мальчишка, и понял, что такое взгляд полный предсмертной тоски. Толпа зашумела, окружающие оттащили Хасана подальше, но эту первую, самую важную схватку в жизни, он выиграл с честью и стал настоящим мужчиной.

Бедуин быстро отсчитал двойную цену и убрался вместе со своими верблюдами. Отец двоюродного брата не стал требовать вернуть клинок назад.

После этого прошло много лет, и в схватках араб использовал это оружие редко, хотя почти всегда носил его с собой. В добрые былые времена один вид неизвестно откуда появившегося в руке клинка останавливал многих горячих парней. И в ночной бухте кинжал еще не один раз пригодился Хасану — одним коротким ударом легко рубились веревки или вскрывались мешки контрабандистов для проверки и бакшиша. И без разницы, висят они с бортов шлюпок или ждут в общей куче отправку наверх, по тропинке. Если дань снимали еще до разгрузки товара на берег или контрабандисты пытались уйти из залива не рассчитавшись, мешки срезались за считанные секунды. Дельцы держали их привязанными за бортом лодок так, чтобы иметь возможность, в случае появления патрульных катеров, быстро сбросить контрабанду в воду. Срезанные с бортов в бухте, даже распоротые мешки с сигаретами или гашишем выносило утренним отливом в открытое море совсем недалеко. На рассвете Хасан с братом выходили из бухты на рыбацкой лодке и собирали товар.

Если перевозчики были старыми знакомыми и платили деньгами, только что сгруженную у кромки прибоя партию товара проверяли редко. Но чаще они с братом действовали по другому. Тяжелые упаковки с алкоголем или электроникой удобней всего брать у почти метровой ступеньки на тропинку, которая шла вверх, через скалы, к дороге. Контрабандисты должны останавливаться у ступени для передачи товара наверх. Бесшумно появившийся из темноты Хасан обычно без лишних вопросов, только пожелав добра и мира, получал положенную долю. Здесь, у этого уступа, нередко доставалась самая крупная добыча.

Попадались и наложницы. Но ни Хасан, ни его брат никогда не использовали право первой ночи на мусульманской земле. С контрабандистами давно установились негласные правила. Если у единоверцев не хватало наличных на оплату дани, их пропускали, назначая долг. Такие долги иногда стоили дороже, чем деньги. Да, в этой бухте прошли, пожалуй, лучшие времена.

Шум камней, скатившихся с горы, мало беспокоил Хасана. Он знал, что, если кто-то пойдет по тропинке сверху, мелкие камешки посыплются прямо на отполированную за много лет площадку у подножия высокой ступени, и звук будет совсем иной. Хасана все больше волновало другое — где прячется русский.

Только сейчас он понял, что видел человека в матовом костюме аквалангиста, но не слышал его шагов. Араб начинал не только нервничать, но и злиться на самого себя. Хотелось просто проконтролировать получение товара и немного увеличить оплату, а теперь этот русский прячется и неизвестно, что у него на уме. Отсюда, сверху, светлые бумажные пакеты с компьютерными железками отчетливо видны. Они лежат недалеко, метрах в десяти, на корме одной из лодок. Это лодка брата, с нарисованным на борту масляной краской знаком, который наверняка знают русские.

Похоже, того, кто пришел за товаром, насторожил шум камнепада, и он затаился. Оставалось только перебирать четки и отдавливать бока на гальке. Но еще час тихо лежать под лодкой Хасан просто не мог — сильно поджимал низ живота. Один раз он уже отлил, но сейчас хотелось еще сильнее. Надо попытаться расслабиться и закрыть глаза хотя бы на пару минут.

Тяжелая, как золотой слиток, пластиковая коробочка давно спрятана за широким поясом. Пожалуй, это самая ценная часть товара, и теперь главное — удвоить сумму. Как это сделать, Хасан пока не знал. В старые времена брат, почти не различимый в темноте, бесшумно подкрадывался и накидывал удавку на шею недовольного. Сейчас такой вариант не пройдет, брата рядом нет.

Раньше они делили ночь в бухте на две равные части. Хасан любил поспать под утро, и тогда брат дежурил, укрывшись под другой лодкой. Если раздавался незнакомый звук или «сигнал опасности» — брошенный в борт лодки камешек, Хасан моментально просыпался и брал ситуацию под контроль.

К рассвету похолодало, и он пожалел, что не прихватил у родственников одеяло. Не хотелось говорить лишнего и признаваться в своих тайных делах с русскими. Хотя, кажется, брат догадался, куда он ушел после вечернего намаза. Большой молельный коврик из верблюжьей шерсти Хасан привез с собой, а кинжал как всегда при нем.

После того как перед самой войной в бухте стали появляться серые военные катера, а по тропинке контрабандистов начали переправлять большие, темно-зеленые ящики, от сбора дани пришлось отказаться. На каменистом пляже становилось небезопасно. Катера, прикрывая суденышки с грузом, подолгу светили прожекторами, обшаривая каждый уголок бухты. По гальке расхаживали люди, вооруженные автоматами, и под их прицелами рисковать не хотелось.

Когда война началась появились новые клиенты — нелегалы. Раньше они пытались добраться из Африки до ближайшего итальянского острова Лампедуза, отправляясь в море на лодках и катерах на свой страх и риск из другой части Ливии — Триполитании, в районе границы с Тунисом. Правительство Каддафи с этим боролось, и при нем нелегалов просачивалось немного.

А с началом восстания и в течение почти двух месяцев желающие найти счастье в Европе толпами, со всей Африки, валили через регион со столицей Бенгази — Киренаику. Им нужны были лодки и возможность спокойно отчалить от берегов Ливии. Тогда Хасан обзавелся парой автоматов Калашникова и вместе с братом и парой крепких ребят снова взял бухту под свой контроль.

Мощный поток живого товара превратился в пересыхающий ручеек после того, как суденышки с нелегалами стали загонять обратно катерами блокирующего ливийское побережье иностранного военного флота. Зато контрабанда шла почти в открытую. Появился героин, порошок и таблетки, а гашиш теперь вывозили из Ливии.

В последнее время по ночам в бухте стало тихо. На рассвете рыбаки, пользуясь отливом, спокойно выходили в море. Зато все чаще с просьбой об отправке товара стали обращаться бородатые из катибов повстанцев. Куда теперь отправлялось оружие, Хасан предпочитал не спрашивать. Платили они мало или совсем никак, но ссориться было опасно. Когда удавалось, он запоминал маркировку на ящиках и оставлял записки с данными для Емельяновича в тайнике. Но товар в стандартных ящиках шел редко, чаще попадались завернутые в брезент стволы. Пару раз удалось засечь упакованные отдельно от снарядов трубы, следить за которыми очень просили русские. На перегрузке у высокой ступени пару раз Хасан надрезал брезент, оказалось, что контрабандой шли еще советские или китайские ручные противотанковые гранатометы. За эту информацию заплатили не плохо, но обещали еще более круглую сумму, если удастся быстро сообщить об отправке переносных зенитных комплексов, советских или новых, все равно. Почти такие же трубы, но стреляют из них по самолетам.

Уже наверняка прошел целый час, как аквалангист появился на пляже, но после камнепада его не ни видно, ни слышно. На всякий случай араб вытащил из-за пояса тяжелую коробочку и спрятал ее по коврик.

Хасан закрыл глаза, отложил четки и улегся поудобнее. На фоне слабого шума прибоя движение русского мог выдать любой звук.

Развешенная для просушки рыбацкая сеть пахла морем. Капитан Ершов по квадратам, слева направо изучал обстановку. Три пакета с передачей обнаружились в условленном месте, на кормовой банке лодки с нарисованным на борту характерным знаком.

Продолжая наблюдение, Сергей обнаружил интересную деталь. На одной из перевернутых лодок явно читались следы не так давно побывавшего здесь мужчины. Об этом свидетельствовали темные разводы мочи на днище. Ершов перевел взгляд ниже. Свежие отпечатков шагов на каменистой ряби гальки обнаружить не удалось. Кромешной тьмой выделялась щель между грунтом и бортом соседней, тоже перевернутой, но приподнятой с одной стороны на камне, посудины. Свежей краски ее ободранное днище не видело уже минимум год. Если выбирать место для засады, то лучшего, пожалуй, не найти. Стоило присмотреться внимательнее.

Хасан мысленно повторял суры, но нервы, похоже, сдавали. Все сильнее хотелось освободиться от переполнявшей мочевой пузырь жидкости. Араб рискнул и, подвинувшись, на секунду, выглянул из укрытия. Русского не было. По телу, от холода или от волнения, или от всего вместе, пробежала мелкая дрожь. Высовываться из под лодки слишком опасно — аквалангист, не разобравшись, мог прихлопнуть его одним выстрелом.

Через прибор ночного видения Ершов за секунду четко зафиксировал в памяти лицо человека, выглянувшего из-под приподнятого борта. Короткая стриженая борода, усы, без головного убора. Неужели Рембрандт? До начала отлива оставалось не так много времени, а до рассвета еще предстояло выбраться из бухты и как можно дальше отплыть в открытое море. Сергей легонько бросил камешек в одну из сушившихся на пригорке лодок.

От раздавшегося громом небес стука по деревянному борту лодки Хасан на миг потерял голову. Привычка сработала быстрее, чем разум: старый сигнал тревоги заставил его выскочить из укрытия.

Капитан наблюдал, как араб ловко, ужом выбрался из-под борта, отбежал на пару шагов, на ходу разматывая широкий пояс, остановился, спуская штаны. Ершов бросился к лодке с пакетами. Содержимое бумажных упаковок из-под натовского пайка в мгновение ока переместились в специальный водонепроницаемый чехол. Рембрандт, между тем, закончил свое дело и, подтягивая шаровары, смотрел прямо на капитана. Что-то здесь не так.

Неслышное движение за спиной и Сергей, шестым чувством ощутив угрозу, попытался резко присесть, чтобы уйти в сторону прыжком с переворотом. Но он не успел — в ту же секунду у него на шее захлестнулась наброшенная сзади удавка. Тонким шелковым шнурком брат Хасана ловко заарканил бойца.

«Теперь его, словно бычка, можно стреножить, обыскать и пустить на корм рыбам», — подумал араб, держа удавку натянутой, как струна.

Хасан, неспешно приближаясь, спросил по-русски:

— Ты зачем здесь?

— Получить товар от хороших людей, — с трудом проcипел Сергей.

Удавка немного ослабла. В руке Хасана, словно появившись из воздуха, блеснул длинный клинок. Араб подошел совсем близко и, пристально глядя в глаза, продолжил:

— Я тебя узнал.

— И я тебя помню. Что теперь?

— Самое время рассчитаться.

Хасан медленно приблизил острую как бритва сталь к шее пленника. Ершов мог бы, одновременно с ударом головой назад, попробовать выхватить нож из неопренового чехла на бедре, но вместо этого только слегка тряхнул зажатым в руке чехлом с железками:

— Дорого стоит? — в папке с делом агента «Рэмбранд» отмечалось, что араб прекрасно владеет техникой ножевого боя и стоило попытаться решить вопросы мирным путем.

— У меня есть еще кое-что, но сумму придется удвоить.

Капитан отвел взгляд, как будто пытаясь разглядеть что-то в чернильной темноте скал за спиной Рембрандта. Торговля — любимый арабский вид спорта. Если соглашаться сразу, то продавец может обидеться… Через несколько секунд он снова смотрел арабу в глаза:

— Ты знаешь, что мы тебя никогда не обманывали. Посмотрим и заплатим, если того будет стоить.

Хасан сделал еще шаг вперед и теперь стоял практически лицом к лицу с Ершовым. Их немигающие взгляды скрестились как стальные клинки. Страха в глазах русского не было. Араб понял, что ссориться и мстить за разбитый в прошлый раз нос не стоит, а лучше завершить начатое дело. Хасан легким движением кинжала рассек удавку, слегка порезав на шее капитана гидрокостюм:

— Сейчас принесу, это ценная вещь. А ты, — он коротко взглянул на брата, — не вздумай тронуть этого человека. Он заплатит нам позже.

Заднего можно убрать ударом с разворота, а в уходящего Хасана метнуть нож. «Цель ростовая, удаляющаяся, в условиях плохой видимости», — но Сергей погасил адреналиновую вспышку. Капитан лишь медленно поднял правую руку и провел пальцами по разрезу:

— Мне пора уходить.

Через минуту мусульманин вернулся с черной пластиковой коробочкой и, передавая ее капитану, словно вспомнив о чем-то важном, нахмурил брови:

— У меня украли бинокль.

Ершов улыбнулся — вечно муслики друг у друга что-то крадут, хотя по шариату за воровство рубят руку:

— Бери мой. Будешь видеть даже в темноте.

Получив подарок, Хасан тоже слегка улыбнулся и, символически обнимая Ершова на прощанье, на ухо прошептал:

— Деньги на счет: двойная сумма, плюс десять тысяч сверху.

Слава Аллаху, все прошло хорошо, и брат оказался рядом.

Темная коробочка — прибор весом около трехсот граммов в прочном пластиковом корпусе с характерными разъемами на задней панели — очень похожа на внешний жесткий диск. Возможно, на нем сохранилась информация, либо файлы удастся восстановить. Важная сведения или нет — разберутся в Москве.

А сейчас пора сматывать удочки. Начался отлив. Ершов рассчитывал с его помощью быстро покинуть бухту и, подхватив течение, удалиться от берегов Ливии на максимальное расстояние.

Надувной неприметного зеленоватого цвета плотик течением и попутным ветром уносило все дальше на северо-восток. Непромокаемый чехол с передачей от агента Рембрандта плывет в прозрачной воде Средиземного моря, принайтованый метровым линьком. Сброшено в море лишнее снаряжение. На всякий случай Ершов оставил только гидрокостюм и нож аквалангиста в неопреновом чехле. Нож пригодится, в случае внештатной ситуации железки отправятся на дно. А такие ситуации, как не страхуйся, бывают.

Как запасной вариант отхода планом предусмотрен даже многокилометровый заплыв с ценным грузом к всплывшей подлодке. Но, где та лодка и станет ли она светиться ради него, это типичный армейский вопрос на засыпку.

Капитан Ершов отправил в эфир условный сигнал и проверил работу радиомаяка. По основному варианту плана операции в течение часа его должен подобрать гидросамолет с греческими опознавательными знаками.

Глава 4. Советы, ракеты, корабли и самолеты

На экране радара боевого корабля Шестого флота ВМС США в Средиземном море исчез один из подсвеченных объектов, перемещавшихся в зоне интереса. Цель «медленная», распознаваемая как низколетящий гражданский самолет. Для наблюдения в этот квадрат направлен беспилотный летательный аппарат.

Волны монотонно покачивали надувной плот, солнце припекало совсем по-курортному. Послышался звук мотора приближавшегося самолета, который в небе выглядел игрушечным. Ершов развел руки в стороны, словно сам собрался взлететь. Пилот гидроплана заметил сигнал, самолет ушел на разворот и через несколько минут приводнился, обдав плотик пеной бурунов. Сергей распорол ножом плот в нескольких местах, и тот стал медленно тонуть. Плыть к самолету совсем недалеко.

Сигнал о пропавшей с экрана радара цели поступил на командный пункт «Маунт Уитни» — флагманского корабля Шестого флота ВМС США. Дежурный офицер взял ситуацию под контроль и попытался связаться с гражданским пилотом.

Летчик гидросамолета, приветливо распахнув дверцу, помогая Ершову забраться внутрь:

— Хелло, друг.

— Хеллоу, как ты?

Грек в солнцезащитных очках на пол-лица дружелюбно улыбался, но по-английски говорил плохо:

— Все ок, летим на Кипр.

— Топлива хватит?

— Должно хватить, есть запасные баки. Основные я тоже дозаправил.

В головных телефонах, наушниках пилота, неразборчиво послышалась речь. Он прижал один из них к уху покрепче и улыбка на лице сменилась выражением легкой озабоченности:

— Вызывают янки, военные моряки.

Ершов, пригибаясь в крошечном салоне за высокими креслами, лихорадочно стягивал гидрокостюм:

— Ответь им и скажи, что у тебя легкая поломка, уже взлетаешь.

— Они спрашивают, нужна ли помощь?

— Взлетай, разберемся.

Дежурный офицер вел переговоры по радио и одновременно смотрел на мониторе видео с камеры дрона в реальном времени. Гидросамолет начал разбег для взлета.

С трудом удерживая на ходу приоткрытую дверцу, Ершов сбросил в воду ставший ненужным гидрокостюм. Новенький нож аквалангиста в неопреновом чехле тоже пошел на дно. Щелкнула, закрывшись, дверца. Самолет оторвался от воды и, качнув крыльями, начал плавно набирать высоту.

А на видео с беспилотника дежурный заметил, как из гидроплана в воду упало что-то темное.

— Повторяю вопрос. Вам нужна помощь?

— Нет спасибо, все в порядке, — с ужасным акцентом ответил летчик. — Мы летим дальше.

Дежурный офицер отметил несколько странностей в этой простой, на первый взгляд, ситуации и зафиксировал точное время для рапорта. Зачем гидросамолет делал остановку, что упало в воду, почему он сказал «мы», когда в кабине был явно виден только один человек — может, причина в плохом знании английского? И еще: самолет взлетал с необычно длинным разбегом, словно с перегрузом. Офицер решил продолжить плотное наблюдение и отправить внеочередной доклад.

Оператор дрона подвел беспилотник ближе к точке, где темным пятном выделялся погружавшийся под воду предмет.

Похоже на гидрокостюм, но подтвердить это по ускользавшему в глубину силуэту трудно — слишком быстро тонул. Еще один, большего размера, тонущий предмет был зафиксирован на расстоянии примерно сорока футов от места приводнения гидросамолета.

Старший офицер дежурной смены, получив внеочередной рапорт, изучил материалы. В маршрутном листе частного гражданского самолета пунктом прибытия указан Кипр. Опознавательные знаки соответствовали, на запрос летчик ответил. Оператор дрона, успевшего обогнать гидросамолет, снял картинку с видом кабины — в ней два человека — пилот в светлой и пассажир в гавайской рубахе в одинаковых очках от солнца. Тяжело взлетел наверняка из-за навесных емкостей для горючего. Что в них, военных не касается.

— Наверняка тянут порошок. Запроси, куда летят, возьми на проводку, если больше ничего странного не будет, срочно не докладывай, включишь в доклад по смене. Передай информацию греческой и кипрской полиции.

— Да, сэр.

Из Южной Америки кокаин идет морским путем до Гвинеи-Бисау, потом перекидывается в Мали, а оттуда проложен свежий маршрут в Европу транзитом через Ливию. Кроме того регион оживленный, в небе сотни гражданских самолетов, а у военных хватает своей работы — неизвестно где затаились подводные лодки русских.

Ершов, устроившись в пассажирском кресле, надел параллельный комплект головных телефонов. Один из пунктов плана операции по доставке ценного груза — просидеть весь полет скрючившись в салоне минисамолета у полупустого ящика с греческим коньяком — Сергей решил забыть прямо на выходе из приемной Новикова. Американцы запросили конечный пункт полета и, получив ответ, похоже, успокоились. Самолетик летел ровно, словно по линеечке. Сергей почему-то вспомнил про выброшенные в воду галеты из сухого пайка боевого пловца, хотя есть еще не хотелось.

«Как могучий горный поток, помчались охотники по пескам пустыни. Волк услышал погоню и побежал. Он бежал изо всех сил, он прятался в руслах сухих арыков, но его поднимали собаки. Он хоронился за барханами, зарывался в песок, но везде его настигала погоня. Волк обессилел, но он был хитер: он прыгнул в заброшенный колодец и притаился на дне».

Полковник Алексей Емельянович Белов, сидя в своем кабинете за ореховым журнальным столиком, читал «Туркменские народные сказки». Он уже знал, что два часа назад Ершов вызвал для отхода самолет. Плоский монитор на рабочем столе полковника из кресла не видно, он развернут в сторону глухой, без окон, стены, завешенную дорогим персидским ковром со скромной коллекцией холодного оружия. Если придет сообщение от адмирала Новикова, компьютер отзовется звонком колокольчика.

Полковник пытался найти подходящие тексты для вечернего воскресного чтения трехлетней внучке Алисе. Коллеги, зная о новом хобби Емельяныча, подкидывали литературу. В сказках герои разили друг друга мечом, травили ядом, сажали в печь или, в крайнем случае, обманывали. Проводили разведывательные и диверсионные операции, шли на вооруженный конфликт, убивали или снабжали дезинформацией. Причем, так вели себя и хорошие и плохие персонажи. Побеждали, правда, всегда хорошие. Может быть, они потому и оказывались хорошими, что одерживали победу любой ценой? Полковник закрыл книгу и отогнал посторонние мысли.

После убийства посла жестких мер пока не последовало, американцы играли в пас. Не поднялись в воздух самолеты, не встали на боевой взвод ракеты. И хотя два корабля Шестого флота со 180 крылатыми ракетами и морскими пехотинцами на борту приблизились к берегам Ливии, но маневрировали вне территориальных вод. Явно не 1986 год.

Тогда, второго января, Муаммар Каддафи выступил со своей знаменитой речью, в которой заявил, что будет «сражаться с Америкой до конца», «экспортировать терроризм на ее территорию» и «преследовать американцев везде, на улицах их же городов и в их же постелях». Действующий в то время президент Соединенных Штатов республиканец Рональд Рейган ввел жесткие санкции против Ливийской Джамахирии. Были запрещены любые экономические контакты между странами. Граждан США обязали покинуть Ливию под угрозой судебного преследования своими же властями. Одновременно шла мощная медиа-пропаганда.

Начало противостоянию США и Ливии положено еще в 1969 году, когда Муаммар Каддафи и его единомышленники — офицеры ливийской армии, свергли короля Идриса. По приказу новых революционных властей военную базу «Уиллис» в районе Триполи, где размещались самолеты американцев, закрыли. Филиалы нефтяных компаний «Шелл», «Шеврон» и «Онако» национализировали. Иностранцам, особенно американцам в Джамахирии стало очень не уютно. Сотню тысяч итальянцев постепенно выслали из страны.

В те времена Каддафи был одержим планами объединить арабские страны в некоторое подобие халифата. Примером для подражания служил Абдель Насер, офицер танкист, ставший президентом Египта тоже в результате военного переворота и создавший Объединенную Арабскую Республику (Египет и Сирия). Изучив труды Михаила Бакунина и других радикальных революционеров конца 19 — начала 20 века, полковник считал террор всего лишь одним из способов добиться реализации своих амбициозных планов. И главным пунктом — создание нового халифата под зеленым знаменем ислама на основе теории анархистов и собственных идей. На территории Ливии обосновались экстремисты из разных стран: филиппинские партизаны, западногерманская «Красная Армия», палестинские боевики, и это далеко не полный список. По данным МОССАД около семи тысяч «борцов против сионизма и капитализма».

Боевиков использовал в своих интересах не только Каддафи, такая практика была скорее общепринятой в плане решения политических вопросов. Например, СССР в свое время только в одной из горячих точек поддерживал Организацию Освобождения Палестины, Демократический Фронт Освобождения Палестины и Народный Фронт Освобождения Палестины. В советских газетах в открытую писали о поддержке какого-нибудь фронта имени Фарабундо Марти. Со своей стороны, США вооружал и финансировал десятки организаций по всему миру, среди которых и «Аль Каида». Бойцов, в зависимости от политических предпочтений, называли борцами за свободу и независимость, революционерами, партизанами, экстремистами, радикалами, террористами или наемниками.

Некоронованый король террористов 70х Ильич Рамирес Санчес (Карлос-Шакал), сын венесуэльского миллионера, наверняка завербованый КГБ во время учебы в московском Институте дружбы народов имени Лумумбы, лично уничтожил более 80 человек.

Гражданские самолеты летевшие в Израиль взрывали, обстреливали из гранатометов и брали пассажиров в заложники. Европейские государства платили выкуп и освобождали из тюрем подельников Шакала. Во время одной из самых дерзких террористических операций, в 1975 м, в Вене захватили здание ОПЕК. В заложниках оказалось 79 участников совещания, среди которых 11 министров стран-экспортеров нефти. Самолет с террористами и выкупом 50 млн долларов отпустили в Алжир, откуда Санчес с подельниками перебрался в Ливию.

В конце декабря 1985 года в аэропортах Вены и Рима у стоек регистрации израильской авиакомпании «Эль-Аль» лица арабской внешности расстреляли из автоматов 18 и ранили более сотни человек. Ответственность за теракт взяла на себя организация «шакала» Санчеса.

Кроме международного терроризма полковнику Каддафи Штаты вменяли в вину покупку у СССР зенитно-ракетных комплексов С-200ВЭ («Вега-Э»). В 1982 году, во время арабо-израильского конфликта, такой комплекс с расстояния в 190 километров сбил ракетой американский самолет дальнего радиолокационного обнаружения E-2C Hawkeye, стартовавший с авианосца. Позиции кораблей Шестого флота США оказались уязвимыми, и американцам пришлось отойти. С мая 1981-го по июнь 1982-го сирийские ПВО, вооруженные советской техникой, сбили 34 воздушные цели — 27 боевых самолетов, три вертолета и четыре беспилотных летательных аппарата.

В январе 1986 Ливия разместила на своей территории два комплекса С-200ВЭ и приготовила площадки еще для семи. Тогда же, из такого зенитно-ракетного комплекса — SA-5 по классификации НАТО, сбит американский боевой самолет палубного базирования F/A-18.

С 1979 по 1983 годы Ливия закупила у Советского Союза вооружения почти на шесть миллиардов долларов. Однако, несмотря на то, что закупалось военной техники много, использовалась она слабо, чаще всего, просто ржавея на складах. Для грамотной эксплуатации, к примеру, С-200ВЭ нужно, как минимум, девять специально подготовленных офицеров. И поэтому в стране начали работать тысячи говорящих по-русски военных специалистов, которые занимались, по легенде, только обучением личного состава.

В период с 1980 по 1986 год военные корабли США провели в Средиземном море восемнадцать учений. Семь из них проходили непосредственно в заливе Сидра, который мятежный полковник называл «Большой Сирт» и считал своим. В заливе располагались ливийские нефтеналивные терминалы и одно из крупнейших в мире мест вылова тунца.

Ракетами SA-5 Каддафи перекрыл большую половину залива Сидра и обозначил так называемую «линию смерти» от Бенгази до западного мыса залива в городе Мисрата, давая всему миру понять, что отныне это — официальные территориальные воды Ливии.

Однако снова отступать в Средиземном море Шестой флот США не собирался.

С января до марта 1986 года Соединенные Штаты провели в регионе серию из четырех широкомасштабных учений. Развернув и усилив флот во время пятых маневров, сформировали 60-е авианосное ударное соединение, состоявшее из тридцати боевых кораблей, включая авианосцы «Saratoga» CV-60, «Coral Sea» CV-43 и «America» CV-66 с 250 реактивными боевыми самолетами на борту, плюс 50 самолетов обеспечения, пять десантных кораблей и четыре подводных лодки. В составе ударного соединения находилось 25 тысяч военнослужащих, в том числе морская пехота. Шестой флот был готов обрушить всю свою военную мощь на Джамахирию.

И операция «Огонь в прерии» началась.

Ранним утром 24 марта с палуб авианосцев взлетели истребители-бомбардировщики F/A-18 Hornet с полным боекомплектом. Экипажам поставлена задача по отработке заходов на наземные цели, но сначала они маневрировали на удалении 100–130 километров от береговой линии, не нарушая воздушного пространства Ливии. Самолеты выполняли учебные полеты и возвращались на авианосцы, сменяя друг друга в воздухе.

Боевой «Хорнет» F/A-18 компании «Макдоннел-Дуглас», сегодня известной как «Боинг», это истребитель и штурмовик одновременно, на девяти точках подвески которого можно разместить семь с половиной тонн различных типов ракет, бомб или устройств для сбора разведывательной информации. Лучший в мире на то время ударный самолет палубного базирования. Выполняя маневры, реактивные самолеты должны были вызвать ответную реакцию со стороны ливийцев — запуск радаров зенитно-ракетных комплексов, постановку ракет в боевое положение, активные переговоры по радио. Внимательно фиксируя эти и другие действия противника, американцы на самом деле готовились к атаке. Поднявшийся в воздух в 7 утра Е-2С Hawkeye на этот раз следил за событиями, прячась от ракет SA-5 на расстоянии более 300 километров от побережья.

В 13.15 группа из трех кораблей Шестого флота США при поддержке с воздуха пересекла «линию смерти». В 13.50 ливийцы произвели запуск ракет «земля-воздух» комплекса С-200 и вывели из строя два боевых самолета американцев. К пяти часам вечера, по неподтвержденным данным, повредили еще один. Используя самые современные средства ведения боевых действий и многократный перевес сил в воздухе и на море, ВМС США не добились полного превосходства.

Около восьми часов вечера ливийский ракетный катер Vohid приблизился к американским кораблям на опасное расстояние и его вывели из строя ракетой «Гарпун». Тем же вечером крейсер 60-го авианосного ударного соединения Шестого флота Yorktown вошел в залив Сидра. Стоило ливийскому ракетному катеру в 20 морских милях от Бенгази на короткое время включить радар, как его тут же определили как боевую цель и уничтожили двумя ракетами. Еще один корабль ливийцев был атакован с воздуха высокоточной бомбой.

Поздним вечером командующий Шестым флотом ВМС США получил разрешение на первый боевой пуск противорадиолокационных ракет AGM-88M Harm. В почти полной темноте с палубы авианосца Saratoga взлетел штурмовик А-7Е. Позиции зенитно-ракетных комплексов С-200ВЭ, размещенных в районе города Сирт, атаковали двумя ракетами: одна попала в антенну радиолокационной станции, другая ушла мимо цели. Утром корабли США отошли подальше от берегов Ливии, но разведывательные, беспокоящие ПВО полеты продолжались еще несколько дней. Американцы считали задачу выполненной.

Ночью 25 марта ливийские ПВО сбили еще американский палубный истребитель F-14A Tomcat и тем самым довели счет до четырех уничтоженных воздушных целей.

По данным Пентагона, за всю операцию совершено 1546 самолето-вылетов, из них за «линию смерти» Каддафи — 375, установлены точные координаты ЗРК SA-5 (С-200ВЭ) и других средств противовоздушной обороны. Ливийские военные осуществили пуск 12 ракет класса «земля-воздух», повреждения получил только один F-14A Tomcat.

Данные по количеству сбитых самолетов различались, но при нормативе в две восьмитонные ракеты на цель, это был неплохой для арабов результат. Ливийцы научились стрелять из SA-5, но не все дивизионы использовали технические возможности комплекса полностью: для точного попадания ракете, которая под разгоном ускорителей взлетает в стратосферу и пикирует на атакуемый объект сверху, нужно уточнять реальное положение цели специальными радиолокаторами подсвета. Тогда при взрыве боевой части десятки тысяч металлических шариков — поражающих элементов, создают в воздухе рой радиусом 60 метров, и шансов уцелеть у воздушной цели не остается. Некоторые ливийские военные просто боялись включать радары подсветки, опасаясь невиданных прежде, наводящихся по излучению, ракет Harm. С другой стороны, американские летчики получали информацию о старте ракет ПВО от Hawkeye буквально через несколько секунд и успевали грамотно провести противоракетные маневры.

Муаммаp Каддафи не считал схватку проигранной, а войну законченной. Со свойственной ему эксцентричностью он провозгласил победу.

В начале апреля в салоне пассажирского Боинга B-727 американской авиакомпании Trans World Airlines в небе над Грецией сработало взрывное устройство. Раздался хлопок, почти одновременно жуткий удар по барабанным перепонкам, повалил дым, вылетел с корнем вырванный кусок обшивки, откуда-то сверху посыпались кислородные маски, раздались крики ужаса. Четырех человек взрывной волной выбросило в воздух. Однако крушения удалось избежать — только благодаря мастерству пилотов самолет приземлился в аэропорту Афин. Позже выяснилось, что заложили пластид под пассажирским креслом, зарегистрированным на женщину с палестинским паспортом. За террактом стоял Фронт Освобождения Палестины, членом которого был и неуловимый Санчес. Но с Каддафи и кураторами из ГБ к этому времени он уже давно поссорился. Ливия его не принимала, а социалистичекая Венгрия попросила покинуть страну.

Ночью 5 апреля на дискотеке «Ла Белль» в одном из районов западного Берлина раздался оглушительный взрыв: яркая вспышка, падающий подвесной потолок, кровь, пыль, разрушенные стены. Оказалось, что две блондинки занесли в клуб и оставили у стойки бара сумку, в которой находилась бомба из трех килограммов пластиковой взрывчатки и стальных обрезков. Постоянными посетителями дискотеки были, в основном, американские солдаты из расположенной неподалеку военной базы. Одного джи-ай и турчанку из персонала взрывом буквально разметало на части. По официальным данным, всего пострадало 230 посетителей дискотеки, из которых 53 — военнослужащие США.

Спустя пять дней президент Рейган, не скрывая эмоций, выступил перед конгрессом, где заявил, что «этот взрыв — дело рук режима Каддафи», и добавил, что располагает «прямыми уликами». Одной из таких улик стали данные радиоперехвата сообщений, которыми обменивались Триполи и народное представительство Джамахирии (посольство) в одной из европейских стран.

Намного позже отставной офицер израильской разведки довольно подробно описал проведенную Моссад операцию по дезинформации американцев.

Израильская разведка имела сведения, что радикальные исламисты готовят где-то в Европе террористический акт против американских военных, и решила извлечь из этого свою пользу. Несмотря на то, что палестинские боевики чаще всего устраивали взрывы без помощи, а, тем более, без приказов из Триполи, Израиль счел это отличной возможностью спровоцировать следующий удар США по Ливии, а то и убрать Каддафи руками американцев.

За две недели до взрыва в Берлине, в ночь с 17 на 18 февраля пловцы армейского разведывательно-диверсионного подразделения Израиля «Сайерет Маткаль» и морского спецназа на ходу покинули патрульные ракетные катера у самой границы прибрежных вод Ливии. С помощью подводных мини-транспортеров восемь коммандос добрались до побережья в районе Триполи и незаметно высадились на пляже. В тридцати метрах, на шоссе Триполи-Сабрат, их поджидал неприметный фургон с водителем — агентом «Моссад». Четыре спецназовца разместились в грузовом отсеке и переоделись в гражданскую одежду. Примерно через час два бойца и агент занесли в заранее снятую и оплаченную квартиру на пятом этаже многоквартирного дома на улице Аль-Джамхурийя свернутый ковер. Казармы Баб-Аль-Азизия, в которых находилась штаб-квартира и жил Каддафи с семьей, находились всего в трех кварталах.

В ковре был припрятан увесистый металлический цилиндр с секретом. В арендованной квартире коммандос сняли с него колпак, вытащили антенну-минитарелку, развернули и направили ее через окно на север. После проверки диверсанты включили радиостанцию-ретранслятор внутри цилидра и поставили на боевой взвод мину, срабатывающую от несанкционированного физического доступа. Объект Моссад «Троянец» начал выполнять задачу по дезинформации.

Радиосообщения на арабском языке, зашифрованные кодом Моссад, шли с израильского военного корабля, перешифровывались «Троянцем» и транслировались в эфир прямо из Триполи так, словно передачу вели сами ливийцы. Специальные службы США смогли засечь и определить место передатчика, но не c точностью до несколько сотен метров.

На самом деле, радиосообщения под ливийским шифром о том, что задача выполнена, выпущенные в эфир после теракта, а тем более ответы из Триполи, просто не могли быть отправлены ливийской разведкой как минимум по двум простым причинам. Во-первых, бойцы невидимого фронта Джамахирии вообще очень редко пользовались радиосвязью, а во-вторых, передавать или подтверждать сообщения о погибших на дискотеке не имело никакого смысла — репортажи о трагедии шли в новостях.

Окруженный со всех сторон врагами, народ Израиля защищал свою историческую родину как мог. Ситуацию удалось разогреть, и, чтобы дожать Вашингтон, через ЦРУ израильтяне слили неподтвержденную инфу о готовящемся покушении на президента Рейгана. По этим сведениям Каддафи уже нанял террористов-убийц.

Пропавшие чайные ложечки нашлись, но гораздо позже. Оказалось, что на самом деле предполагаемые исполнители — жившие в штатах ливийцы, это сбежавшие из Джамахирии политэмигранты и о замыслах полковника ничего не слышали даже краем уха.

В те годы европейские партнеры США по НАТО прохладно относились к действиям Шестого флота США в Средиземном море — они покупали у Каддафи нефть отличного качества и опасались бомбардировщиков советского производства, имевшихся у Джамахирии. Тем не менее, 10 апреля 1986 года действующий второй срок президент США Рональд Рейган (бывший актер Голливуда, снявшийся в более чем 50 фильмах, но совсем не звезда экрана, а ставший политиком первой величины при помощи друзей-спонсоров) смог убедить конгресс и премьер-министра Великобритании в необходимости дать зарвавшемуся полковнику достойный ответ.

И, спустя всего два дня, англичане объявили о начале военных учений «Солти Нэйшн», в которых было задействовано большое количество американских сверхзвуковых бомбардировщиков-истребителей F-111, расположеных на британских базах. Этот, первый в мире самолет с крылом изменяемой стреловидности, в то время очень грозное оружие, поскольку мог нести восемь тонн бомб, в том числе атомных и имел возможность летать на низкой высоте, следуя рельефу местности в любое время суток.

Около шести вечера 14 апреля с британских аэродромов взлетели и взяли курс на Ливийскую Джамахирию двадцать четыре F-111F, самолеты радиоэлектронной борьбы F-111Е и топливозаправщики. Шесть бомбардировщиков после первой дозаправки в воздухе развернулись и ушли обратно, имитируя учения. На самом же деле началась операция «Эльдорадо Каньон».

После заката авианосцы Шестого флота США находились на ударных позициях: «Америка» — в 100 милях к северу от Триполи, «Корал Си» — в трехстах морских милях от Бенгази для атаки зенитно-ракетных комплексов в этом районе.

Для захода на атаку Триполи с разных сторон F-111 разделились на три группы по шесть бомбардировщиков и одному самолету-постановщику помех.

В полночь две группы F-111 3-й воздушной армии ВВС США зашли на Триполи со стороны пустыни и атаковали казармы и аппартаменты Каддафи Баб-Эль-Аззизия, центр подготовки морского спецназа и военный сектор аэропорта. Группу, атаковавшую со стороны моря, встретил мощный заградительный огонь противовоздушной обороны. «Шилки» палили в воздух так, что летчики не стали рисковать и повернули назад, сбросив бомбы не по целям. Ураганный огонь ливийцев из всех стволов создал такую огненную завесу над побережьем, что был похож на праздничный салют.

За десять минут до бомбового удара с авианосца взлетели самолеты радиоэлектронной борьбы, которые активно глушили радары средств ПВО ливийцев. Через пять минут по РЛС зенитных комплексов выпустили противорадиолокационные ракеты. На средние высоты поднялись ложные цели — беспилотные летательные аппараты, на экранах радаров распознаваемые как боевой самолет. На улицах Триполи даже не успели выключить свет, а авиация Джамахирии так и не поднялась в воздух.

Бомбардировщики шли на предельно малых высотах в 50–60 метров, на которых ЗРК С-200ВЭ не эффективны. Наземные войска ливийцев пытались отвечать всеми имеющимися в наличии средствами ПВО, например, советскими зенитно-ракетными комплексами «Куб» и французскими ЗРК «Кроталь», системы наведения ракет которых, в принципе, могли быть подавлены путем постановки радиопомех. Но полторы сотни «Кубов» и шестьдесят «Кроталей» ливийцев оказались не эффективными. Американские военные летчики, оставшиеся в живых после первого налета, наблюдали запуски зенитных ракет, но несущимся со скоростью до 800 км в час над самой землей самолетам, они не причиняли вреда. За 12 минут они сбросили 60 тонн бомб.

Один F-111 ливийцы сбили огнем из «Шилки», зенитной самоходной установки советского производства. Вооруженная четырьмя автоматическими 23-мм пушками, совместно ведущими огонь по цели 3400 выстрелами в минуту, ЗСУ-23—4 имеет не только радар, но и простой механический прицел. Полковник Каддафи расставил эти скорострельные зенитки на улицах Триполи, среди жилых домов. Но неподготовленные арабские военные слабо разбирались в электронных системах. Скорее всего, боец-оператор смог быстро повернуть стволы в сторону бомбардировщика, визуально поймать в прицел низколетящую цель, дать упреждение по специальным меткам и нажать на гашетку. Это, конечно, сложнее, чем прицелится из детского пистолета, но «Шилка» — оружие мощное. Во время войны СССР в Афганистане из такой зенитной самоходки расширили вход в узкое ущелье, покрошив на щебень базальтовые скалы.

Ранним утром взлетевшие с авианосцев бомбардировщики и штурмовики нанесли еще два ракетно-бомбовых удара, теперь уже по целям в Бенгази.

Многоцелевые реактивные самолеты F-111 сначала планировались и производились как средства доставки ядерной бомбы на территорию СССР и стран Варшавского договора, но после войны во Вьетнаме США взяли их на вооружение и в качестве штурмовиков. В то время даже несколько десятков таких бомбардировщиков-истребителей могли нанести серьезный удар по группировке советских войск в Европе.

«Квадраты» (в экспортном исполнении «Куб») и «Шилки» прикрывали советские войска от таких самолетов на уровне дивизии на марше, в наступлении и обороне. В составе войсковой дивизии числился полк из двадцати «Кубов» и самоходных радиолокационных средств разведки.

Бомбы без самонаведения штурмовики могли сбросить точно в цель со сравнительно не большой высоты. Кроме того, чем ниже они летят, тем труднее их взять на котроль радарами. После «Эльдорадо Каньон» американцам пришлось утяжелить F-111, укрепив низ самолета броней, а Советы в ходе модернизации «Шилки» увеличили калибр пушек в два раза.

Позже ливийцы заявили, что сбили еще один F-111, скорее всего, пятиметровой ракетой ЗРК «Куб» с радиолокационной головкой самонаведения. Самолет упал в море, через некоторое время его подняли и подарили Советскому Союзу. Пентагон эту информацию не подтвердил, заявив, что F-111 был поврежден и улетел на аэродром в Испании. Но на программе по модернизации технологии «Стелс», благодаря которой военный самолет мог стать невидимым для радаров, Конгресс США согласился больше не экономить. В последующих военных операциях авиация НАТО больше никогда не залетала в район действия советских зенитно-ракетных комплексов без предварительного подавления их крылатыми ракетами.

Впервые «Куб» раскрыл боевые возможности в 1973 году, во время войны «Судного Дня». Египетские танковые колонны пошли вперед, навстречу вылетели израильские самолеты. Но отбомбиться удалось далеко не всем. Тридцать самолетов сбили в первые же часы. Ракета заходила на самолет сверху, летчикам казалось, что она прошла мимо, старые, отработанные противоракетные маневры не спасали. Полеты авиации в зоне действия советских ЗРК пришлось запретить. В ответ, впервые в бою, израильтяне применили безпилотные летательные аппараты (БПЛА). Тогда это были похожие на авиамодели из кружка при дворце пионеров самолетики, но они без проблем долетали до пусковых установок. Американцы срочно поставили Тель-Авиву ракеты с наведением на излучение радара. Дело в том, что в состав комплекса входили пусковые установки и отдельно машина наведения. Без радара «Куб» становился слепым. В следующих разработках узкополосный радар установили на каждую машину и «Куб» превратился в «Бук».

Отбомбившись по Ливии, уцелевшие F-111 вернулись на базы в Великобритании. Но, экономя топливо и время, американские летчики не стали облетать Пиренейский полуостров. Бомбардировщики заметили в небе Франции и Испании, без официального разрешения этих стран на пересечение воздушного пространства. Это заставило европейцев поволноваться: Каддафи мог, под этим предлогом, сбросить пару бомб на их мирные города, его бомбардировщики оставались целыми и невредимыми.

В апреле 1986 в Средиземном море проводила учения и фактически находилась в боевом режиме 5-я оперативная эскадра ВМФ СССР. Старт американских бомбардировщиков-истребителей с авианосцев Шестого флота командующий флотскими маневрами, начальник Главного штаба ВМФ, принял за тренировочные полеты. Когда бомбы посыпались на Ливию, он срочно доложил в Москву и получил приказ «принять меры по предотвращению дальнейшей эскалации агрессии». Согласно официальному отчету, в указанных точках «были выставлены корабли радиолокационного дозора из состава 5-й ОПЭСК». Уцелевшие ливийские средства ПВО стали получать информацию от расставленных в море, по цепочке от Гибралтара, радаров. В порты Ливии вошли и стали на якоря суда под советским флагом, в Триполи зашел ракетный крейсер «Вице-адмирал Дрозд». Советы вмешались в конфликт, демонстративно заявив о решимости поддержать мир в регионе.

В 1986 году страны Варшавского договора ни в чем не уступали НАТО, а многие виды оружия превосходили имевшиеся у потенциального противника. Советскому Союзу удалось добится военного паритета со штатами, но он заплатил за это слишком высокую цену. Лучшие самолеты, ракеты, ЗРК, космос, огромная группировка в Европе — а за окраиной Москвы люди жили в бараках и, кроме кильки в томатном соусе, в магазинах ничего не было. В СССР половина промышленности работала на ВПК, а военные расходы США составляли 10–15 процентов.

После ливийских событий 86го переговоры со штатами по сокращению ядерных вооружений пришлось отложить почти на год. А ситуация оказалась весьма сложной — если бы «холодная» война превратилась в реальную, то десятки тысяч атомных зарядов могли превратить планету в безлюдную пустыню.

В результате операции «Эльдорадо Каньон» погибло 50 и ранено около сотни ливийцев. Ракетно-бомбовыми ударами по аэродромам Джамахирии уничтожено с десяток истребителей, несколько вертолетов, пара гражданских «Фоккеров» и самолетов Ил-86. Убрать Муаммара аль-Каддафи в 1986 американцам не удалось: во время налета на Баб-Эль-Аззизия погибла его приемная дочь и ранены два сына. По счастливой случайности мятежный полковник в ту ночь спал в своем бедуинском шатре. Такие случайности иногда происходят в мире большой политики, особенно если фигура важная в большой политичекой игре. Когда-то давно, после очередного визита в Москву, Каддафи добавил в название Джамахирии слово «социалистическая», а в 1986 «великая».

В сентябре 2012 года, после трагической гибели посла в Бенгази, Министерство обороны США разместило дополнительные подразделения быстрого реагирования для усиления охраны посольств в Йемене и Египте. В Судан американских спецназовцев не пропустило официальное правительство этой страны. Экстремистски настроенные последователи пророка Мухаммеда атаковали посольства США также в Афганистане, Тунисе, Иране, Ираке, Индонезии, Ливане, Сирии, Бангладеш и Индии. Наверняка волна пойдет дальше, в Пакистан, Малайзию, центральную Африку. О возможном развитии событий в Сирии Алексей Емельянович предпочитал сейчас вообще не думать.

Пока было неясно, кто стоит за убийством посла США в Бенгази. В то, что это случайная трагедия, верилось очень слабо. Материалы, которые вез Сергей Ершов, наверняка помогут разобраться, но могут и оказаться пустышкой. С другой стороны, добытая из американского посольства информация может оказаться важной для оценки ситуации не только в Ливии.

Компьютер на рабочем столе в кабинете полковника Белова по особому звякнул колокольчиком. Пришло сообщение. Ершова успешно подобрал гидросамолет, но «союзники» заинтересовались эвакуацией и взяли перелет под контроль.

Офицер Шестого флота США сдал дежурство на пункте управления, но спокойно отдохнуть после обеда ему не удалось. По внутренней связи срочно вызвали наверх — для уточнения рапорта. Теперь, вместе со старшим смены, вытянувшись по стойке смирно, они отвечали на вопросы по поводу пропавшего на несколько минут с экранов радаров гражданского самолета и уже понимали, что это явный прокол, грозящий крупными неприятностями. О премии к Рождеству можно забыть. Похоже, пилот посадил гидросамолет на воду, чтобы подобрать диверсанта или шпиона, — в документах пограничных служб на борту вылетевшего из Туниса греческого самолета значился только летчик. А на фотографии с дрона-разведчика рядом с бородатым пилотом красовался пассажир в оранжевой гавайской рубахе с фиолетовыми пальмами.

Глава 5. Превосходство в воздухе

Светлые барашки волн на синеве моря с высоты полета казались неподвижными. Американские военные снова вызвали по радио пилота гидросамолета с греческими опознавательными знаками, пересекающего Средиземное море с запада на восток. Теперь они просили не только уточнить курс, но и запрашивали паспортные данные пассажира.

Изза того, что Ершов не стал прятаться в салоне операция перестала быть тайной для «союзников». Активность маринэс в эфире это подтверждала. Янки засекли подбор и сейчас следят за полетом. Вариант не самый простой, но если игру ведет Емельяныч, можно особо не волноваться.

Пилот грек отвечал невнятно, словно не очень понимал по-английски и плохо слышал из-за помех в эфире.

— Сообщите сведения о пассажире.

Когда эта фраза повторилась в десятый раз, Ершов убедился, что увеселительной прогулки не получилось и коротким, но понятным жестом напомнил летчику о вреде лишней болтовни в эфире. Сергей снял головные радиотелефоны и посоветовал:

— Ответь янки. Скажи, что на борту проблемы в системе электропитания.

Нарочито грубо произнося английские слова, грек сообщил американцам о неполадках и тоже снял гарнитуру. Под видом сообщения о проблемах с электропроводкой в эфир ушел сигнал — за ними плотно следят американцы.

Внимательным взглядом летчик обвел скопление низких кучевых облаков в отдалении слева по борту. В верхней части снежно белые, но по нижней кромке просматривался темно-синий слой. Если бы тучи были чисто белыми, не грозящими разразиться дождем, можно рискнуть зайти в них и держать курс без прямой видимости горизонта.

Поблескивая стеклами солнцезащитных очков, грек предложил:

— Можем снизиться и, пока нет дождя, лететь в облаках. Но, если сильно отклониться от маршрута, топлива может не хватить.

— А наши американские друзья начнут беспокоиться еще сильнее, — добавил Ершов, — Да и от радаров никакие облака не спасут.

— Будешь прыгать? — спросил летчик.

Желания еще раз сегодня поплавать у Сергея не возникало. До Кипра оставалось всего пару летных часов и он ждал ответ на сигнал.

— По-любому, летим дальше.

«По-любому» на английском звучало как «в любом случае». Пилот не изменил курс и не стал отвечать на запросы американских военных. Словно рация перестала работать из-за проблем с электропроводкой.

На данном этапе адмирал Новиков лично отвечал за доставку полученного от ливийского агента груза. Получив информацию, что все идет не совсем гладко, адмирал имел несколько вариантов развития ситуации. В принципе, он мог рассекретить атомную подводную лодку, висевшую над самым дном в квадрате между Кипром и Сирией. Но это самая крайняя мера, заготовленная, разве что, для предотвращения третьей мировой. Каждый заход подлодки в Средиземной море сложная задача. Еще сложнее стать на стабилизаторную глубину без хода незаметно для натовской разведки. Поэтому использовать ее для эвакуации агента никто не будет.

С другой стороны, если американцы заинтересовались, то уже получили полную информацию о греческом гидросамолете. В том числе и данные о том, как за последние два года он фрахтовался российскими гражданами восемь раз. Девяносто девять шансов из ста — янки уже вычисляют Ершова. Но фактически операцией руководит Белов и адмирал полностью ему доверял. Даже если «союзники» подберут диверсанта с грузом и начнут задавать лишние вопросы, наверняка у полковника есть запасной вариант.

Полковник написал короткое сообщение Ершову на бланке, очень похожем на обычный телеграфный, и передал шифровальщикам.

Сергей опустил солнцезащитный козырек ветрового стекла, снял давившие на переносицу очки и, немного повозившись, перестроил радиостанцию на открытую частоту, которую обычно используют для обмена сообщениями рыболовецкие суда. Минут через десять, среди других переговоров на коротких волнах, с интервалом примерно в 30 секунд сейнер «Пионер» начал вызывать базу. База не отвечала. Ершов понял сигнал, перешел на другую частоту, где сутками шла морзянка, почти всегда бессмысленная, и несколько минут вслушивался в эфир. Среди бесконечных наборов цифр и букв прошли подряд тройка, четверка и буква Д. Сергей начал быстро записывать идущие одна за другой группы знаков. Еще через десять минут он расшифровал сообщение — координаты сухогруза «Академик Петров», у борта которого можно кое-что сбросить, не сажая самолет на воду.

— Мой друг, ответь американцам, скажи, что пришлось менять предохранитель.

Не вынимая вечную вонючую сигариллу изо рта, грек произнес что-то вроде:

— Оуэсс.

— И еще: меняем курс, нужно найти по этим координатам корабль, — Ершов закрепил листок на панели приборов, поверх вырезанной из журнала картинки с грудастой блондинкой. — Будем сбрасывать груз.

Словно пережевывая, пилот переместил сигариллу из одного угла рта в другой. Отклонение от маршрута небольшое.

— Оуэсс, фрэнд.

При этом его борода смешно шевелилась.

«Сейчас бы пельмешек да со сметаной», — подумал Сергей, отстегнулся от кресла и протиснулся в салон готовить груз для сброса.

На роль контейнера подходил красный пластиковый биотуалет, на котором Ершов сидел и думал. Размеры ведра с крышкой в виде мини-унитаза выглядели подходяще, но на вес контейнер оказался неожиданно легким. На дне обнаружилась надпись «Orxid, made in China». Наверняка грек наблюдал за его упражнениями с биотуалетом в зеркальце. Сергей подошел к пилотскому креслу сзади и, слегка оттянув от уха летчика правый головной телефон, громко сказал:

— Хочу сбросить вниз большое красное ведро. Сейчас оно слишком легкое. Боюсь, будут проблемы с парашютом.

Борода перестала двигаться. Сергей, слегка согнув ноги в коленях, мгновенно, двумя ловкими движениями вытащил у пилота из ножен, крепящихся на правой лодыжке, аккуратный тесачок. Грек не успел даже дернуться. Нож, отлично подходящий для разделки камбалы, хорошо лежал в руке. «Только чтоб не дернулся за оружием», — Сергей засек похожий на ПМ пистолет в левой подмышечной кобуре бородатого еще при посадке на борт.

Не оборачиваясь и без лишних резких движений, пилот ответил:

— Нет проблем. Возьми минибар.

Ершов точно знал, что в отключенном холодильничке на четыре бутылки водки нет ничего, кроме просроченной банки с греческими оливками. Некое подобие холодной улыбки озарило его лицо:

— Думаешь, это поможет?

— Открой минибар и открути сбоку две гайки, агрегат весит около 15-ти килограммов, — скорость перемещения сигариллы явно увеличилась, — его стоимость, даже пустого, тысяча евро.

И таких, и даже еще более странных клиентов, он видел уже не раз. Этот, на первый взляд, в гавайке и бермудах, с легким ножичком в руках похож на обычного бухого туриста. Но на самом деле ребята серьезные и пытаться вытащить пистолет смысла нет. Эту русскую компанию из похожих на спортсменов парней за последние два года он изучил хорошо. Ребята крепкие, резкое движение — скрутят нах.

— Засунь холодильник в биотуалет, сверху положи то дерьмо, которое ты с собой притащил, и мы все это сбросим прямо на палубу твоего русского парохода.

— Все будет хорошо, минибар включим в счет, — ответил Ершов, доставая ключ на 12 из брезентовой сумки с набором инструментов. Нож ему пригодится чтобы нарезать крепежную ленту из пустого шкафчика для баллонов со сжатым воздухом.

«Крепкая лента, из похожей делают ремни безопасности, — подумал Сергей, — пригодится для изготовления спускаемого аппарата». И улыбнулся по-настоящему.

Полковник Белов решил никого не беспокоить и сварить кофе самостоятельно, чтобы в процессе спокойно сопоставить факты. Томины выщипанные брови отвлекали.

Видеоролик «Невиновность мусульман», конечно, мог послужить поводом для кое-каких волнений. Хотя скандальное видео разместили в Интернете еще в июле, особого ажиотажа оно не вызвало, так как было на английском. А вот версия на арабском появилась, как по заказу, к годовщине атак «Аль Каиды» на объекты в США. А 11 сентября 2012 в столице Йемена Сане боевики в масках в упор расстреляли легковой автомобиль и убили шефа охраны местного американского посольства. Только ни одна из террористических группировок не взяла на себя ответственность за это нападение. А штаты ввели в страну дополнительный контингент.

Постоянные посольства США представляют собой комплексы зданий, защищенные несколькими линиями обороны. От враждебной толпы почти всегда успешно прикрывала первая, внешняя линия из местной армии и полиции. Участники демонстраций в Египте и Тунисе сорвали и сожгли американские флаги, но не более того. Вторую линию обеспечения безопасности представительств составляли наемники, не граждане США. Американский МИД получал подтверждения того, что волнения будут, но, видимо, рассчитывал, что первая и вторая линии сдержат возможное нападение.

Погибший в Бенгази Крис Стивенс был опытным и грамотным дипломатом. Последние десять лет работал в Багдаде и Претории, два года служил заместителем посла в Джамахири. В ту ночь он на сто процентов понимал ситуацию и адекватно судил обо всех линиях обеспечения безопасности. Третьей линии из состава специальных подразделений морской пехоты практически не существовало. Количество маринес сократили до минимума по распоряжению госсекретаря США с целью экономии средств. Белов был уверен, что мистер Стивенс, трезво оценивая ситуацию, не раз просил Вашингтон о помощи. Но по какой-то причине так ее и не дождался. По официальной версии, дипломат задохнулся от дыма в одной из комнат представительства. Хорошо хоть, не появилось дополнения, что задымление произошло в результате нарушения правил противопожарной безопасности, курения в кабинете, например.

Судя по тому, как вовремя испарились все ливийские и другие наемники, охранявшие на внешних линиях почетное представительство США, их кто-то предупредил, что сжиганием флагов дело не закончится. Если была цель, значит, был и план, как ее достигнуть.

Полковник Белов почти машинально открыл один из ящиков тумбочки офисного стола.

«Штирлиц, откуда у вас вражеские сигареты?» — подумал он.

В 86-м Алексей пачками курил жуткие сигареты без фильтра «Охотничьи» из солдатского пайка группы советских войск за рубежом. Иногда, как праздник, попадались «Северные», но табак с вирджинским нельзя даже сравнить.

Военнослужащие США за рубежом давно снабжались другими сигаретами с фильтром и надписью о вреде курения. Алексей Емельянович надел очки, чтобы еще раз внимательно изучить початую пачку Кэмэл, которую ему подарил один американский генерал на совещании в Брюсселе.

Кофеварка, издавая характерное утробное чиханье, наполнила чашку до краев. Белов бросил пачку обратно в ящик стола — ничего нового на ней обнаружить не удалось. Стоило проверить штрих-код, но не сейчас.

Мысли вновь вернулись к гибели Стивенса. Ведь, с другой стороны, даже самые громкие убийства часто совершались не по политическим, а по более простым мотивам. Месть, например, могла стать одним из них. Скоро будет год, как убит Муаммар Каддафи.

Это в 1986-ом американцы не смогли его достать — Каддафи уцелел во время бомбежки резиденции благодаря вовремя поступившей информации от одной из зарубежных спецслужб. Позже в «Зеленой книге» мятежный полковник писал, что после того, как его бедуинский шатер бомбили 170 самолетов, тот стал знаменит на весь мир, а целью атак была рукопись, черновик этой книги. «Зеленую книгу» на самом деле многие считали «не правильной», даже в СССР ее запретили. А вот шатер на самом деле засветился на страницах самых известных газет. Во время зарубежных визитов — в том числе в Москву, Киев, Нью-Йорк и Париж, Каддафи разбивал его в центре столиц.

Некоторые эксперты, при взгляде со стороны, наблюдали у вечного полковника некоторые признаки диагноза «паранойя». Было время, когда, опасаясь восстания офицеров, Каддафи сократил свои регулярные войска почти до нуля, объявив все племена Джамахирии одной народной армией. Он сам пришел к власти 27-летним офицером в результате военного переворота в 1969 году и отлично знал, чем могут закончиться собрания единомышленников. Полковник правил страной до 2011 года, и за сорок лет убрать его пытались неоднократно — и внутренние, и внешние враги.

Так, 27 июня 1980 года ночью на собственном самолете марки «Туполев» лидер Народной Ливийской Арабской Джамахирии возвращался из Варшавы в Триполи. Два «Миража» французских ВВС вылетели на перехват с целью уничтожения. Предупрежденный, скорее всего, итальянской разведкой, Каддафи приказал экипажу срочно сесть на Мальте.

Той же ночью с аэродрома в Ливии для встречи и сопровождения гражданского «ТУ» поднялся в воздух МИГ-23 (Flogger).

Ливийский пилот Эзедин Коал не знал, что полковник Каддафи уже приземлился на Мальте, не получил приказ о возвращении на базу и продолжал полет в северном направлении. Для контроля «быстро движущегося объекта», приближавшегося к воздушному пространству Италии, взлетели два находившихся на боевом дежурстве НАТО американских штурмовика A-7 «Corsair II» и три итальянских истребителя F-104S. В поисках самолета Каддафи МИГ-23 развернулся почти у берегов Сицилии и пристроился к рейсовому самолету DC-9 итальянской авиакомпании Itavia, летевшему на юг. Он зашел сбоку, чтобы убедиться, что это тот лайнер, который ему поручено сопровождать.

В темноте «Туполев» и DC-9 выглядели очень похоже. Пилот французского перехватчика неверно идентифицировал цель — он был уверен, что это лайнер Каддафи — тем более, что рядом летел «Flogger» сопровождения. «Мираж» выпустил ракету класса «воздух-воздух» по самолету с мирно спавшими пассажирами рейса Болонья-Палермо. В результате точного попадания погиб 81 человек. Ракета, пробив обшивку, взорвалась внутри самолета, смерть пассажиров наступила мгновенно.

Ливийский МИГ-23 развернулся для атаки, но «Миражи» плотно взяли его в клещи. Эзедин Коал провел воздушный бой до конца — выполняя маневры, поврежденный пулями французов истребитель врезался в гору на юге Италии в регионе Калабрия. Итальянские и американские боевые самолеты под эгидой НАТО в происходившие события не вмешались. А озвученную в итоге прессой версию о том, что МИГ-23, уходя от атаки, прятался за пассажирским самолетом, сочинил человек, игравший в самолетики только в глубоком детстве.

Истребитель советского производства, маневренный скоростной перехватчик с изменяемой геометрией крыла, состоял на вооружении 36-ти стран мира. Недорогой в производстве " Flogger» отлично показал себя во время боевых действий арабо-израильского конфликта в начале 80-х. В составе Сирийской военной авиации МИГ-23 сбил 12 самолетов противника, в том числе три новейших в те времена истребителей четвертого поколения американского производства.

Сначала, без поддержки радарами с земли, МИГи-21 сыпались под ударами F-15A, наводимых на цель с борта самолетов дальнего радиолокационного обнаружения. Поступившие в срочном порядке из СССР МИГи последних модификаций уравняли шансы в воздушных боях. А танки Т-62 и Т-72 превосходили «Центурионы» и M60 израильтян. Сирийцы установили на легковые автомобили 120 переносных противотанковых комплексов «Фагот» советского производства и сожгли 150 танков противника. Такой успех привел сирийцев в близкое к эйфории состояние, их дальнейшее наступление пришлось сдерживать общими дипломатическими усилиями Советского Союза и США.

Парижским политикам мятежный полковник тоже не давал спать спокойно. Большая половина Африки говорит на французском еще со времен колоний, а с недавних пор Каддафи стал негласным лидером Организации Африканского Единства. Продавая нефть, он на вырученные деньги практически финансировал «борцов против колонизаторов» всего континента: в Анголе, Гвинее-Бисау, Мозамбике, Намибии, Зимбабве, Центральной Африканской Республике. Помощь при свержении правительства белых в ЮАР получали и сторонники будущего президента этой страны господина Зума. В Эфиопии, Сомали финансовая и военная помощь Ливии во многом определяла политическую ситуацию. Каддафи щедро снабжал деньгами и обучал местных жителей, с оружием в руках боровшихся против французского влияния в Алжире и Марокко.

Но, решающую роль в принятии решения о его физическом устранении в 1980, скорее всего, сыграл конфликт в граничащем с Ливией Чадом. В этой бывшей французской колонии во время гражданской войны, которая продолжалась уже несколько лет, Каддафи помогал оружием и деньгами главе Переходного правительства национального единства Уэддею, тогда как на Елисейских полях ставили на практически совершившего военный переворот министра обороны Хабре. При этом Джамахирия предъявляла претензии на разделяющую Чад и Ливию спорную 100-километровую полосу пустыни — Аузу. В этом районе были обнаружены нефть и стратегические залежи урана. Полковник давно мечтал о собственной ядерной бомбе.

После неудачной попытки сбить самолет Каддафи противостояние в Чаде разгорелось с новой силой. В июне 1983-го объединенные вооруженные силы Уэддея и Ливии начали мощное наступление на севере страны. Под ударами танков и МИГов Хабре отступал и терял один ключевой город за другим. В ответ Франция перебросила из соседней Центральной Африканской Республики войска, включая вертолеты для уничтожения бронетехники и истребители-бомбардировщики. Наступление удалось остановить, к январю 83-го в Чаде установилось хрупкое равновесие.

В январе попытку продолжить наступление с севера французы пресекли авиаударами двух боевых самолетов. Практически признав разделение страны на две части, Франция договорилась с Ливией о выводе войск к 10 ноября 1984 года.

Франция выполнила свою часть договора, но Каддафи не поспешил последовать ее примеру и оставил в Чаде около трех тысяч военнослужащих. В феврале 1986 ливийские танки пересекли условную линию перемирия и атаковали укрепленный пункт Куба-Оланга. Полковник планировал путем слияния Ливии с Чадом значительно расширить народное арабское государство. Уэддей в этом не собирался участвовать и перешел на сторону своего бывшего противника Хабре.

Сплотившиеся против Каддафи чадские группировки оказывали активное сопротивление армии Джамахирии. Конфликт длился до конца 1987 года. Ливийские войска имели возможность оказать решающую поддержку в гражданской войне, но захватить, а главное, удержать власть в стране не могли.

Бомбежки американцами Триполи в 1986-м тоже сыграли свою роль. Франция вернулась в Чад и активно, огневой поддержкой с воздуха, помогала выбивать воинов Джамахирии из страны. Войска Каддафи под командованием генерала Халифа Хафтара удерживали только несколько отдельных районов на севере. Когда же французы снабдили отряды дружественных африканцев четырьмя сотнями внедорожников «тойота», на которых установили легкие противотанковые ракеты «Милан» или крупнокалиберные пулеметы, ливийцам пришлось уйти из страны. Боевой генерал Халиф Хафтар испугался гнева Каддафи за проигранную войну и удрал в США. Ливийским спецслужбам был отдан приказ на его устранение.

В сентябре 1989-го взрыв пассажирского самолета французской авиакомпании UTA над территорией Нигера унес жизни 170-ти человек. Французская полевая жандармерия нашла в Африке следы бомбы, заложенной в самолет: взрывчатку чехословацкого производства и специальные взрыватели. Парижская пресса назвала этот теракт местью полковника Каддафи за поражение в Чаде. Судя по материалам, руководил терактом соратник полковника еще по свержению короля генерал Юнис. Этого руководителя одной из спецслужб Ливии, выполнявшую личные распоряжения Муаммара Каддафи, и боялся больше всего на свете Халиф Хафтар.

Кофейная чашка на ореховом столике полковника Белова давно опустела. Алексей Емельянович отметил про себя, что до сих пор держит в руках чайную ложечку. И мало того, периодически постукивает ею о высокую кромку чистой хрустальной пепельницы. Старая привычка, от который он вроде бы давно избавился. Однажды такое звяканье по богемскому стеклу помогло ему выйти сухим из воды в одной из операций в Европе: звук сильно мешал работе чувствительных микрофонов врага и своих, впрочем, тоже.

Белов отложил ложку в сторону и продолжил изучение материалов, хотя, казалось, уже выучил содержимое этой папки наизусть. Вклеенную на странице черно-белую фотографию полковника Каддафи в диктаторской парадной форме на прогулке в Москве вместе членами политбюро КПСС во главе с Брежневым Белов изучал, наверное, в десятый раз. Тогда Леонид Ильич лично встретил ливийского лидера в аэропорту, у трапа приземлившегося самолета. На компьютере фото из досье смотрелись совсем иначе, чем напечатанные на бумаге.

Муаммар Каддафи родился в бедуинском шатре в 30 километрах южнее города Сирт — по прямой через залив до Бенгази около 300 километров. Закон кровной мести в Ливии никто не отменял. По шоссе от Сирта до Бенгази около 500 км. Фотография мистера Стивенса, улыбающегося и показывающего пальцами знак Victory, у тела убитого Каддафи есть даже в Интернете. Характер ножевых ранений посла и полковника совпадают. Версия рабочая, фактами не подтверждена. Если бы сторонники Каддафи решили отомстить, то рвануло бы в Париже или Лондоне еще пол года назад.

Папка цвета морской волны отправилась в сейф, кофейный набор — в распоряжение Тамары, а «хрустальная» пепельница, одна из немногих, сохранившихся в бесконечных переездах, осталась на своем рабочем месте.

Когда Белов курил, — а курил он с 18 лет, — то собирал коллекцию пепельниц. Дарили друзья, покупал, иногда уводил понравившийся экземпляр из кабака. Позже стал привозить сувениры из загранкомандировок. Эту, на самом деле из богемского стекла, он привез с собой из Чехии.

Теперь на глухой стене в новом кабинете висел персидский ковер, украшенный коллекцией холодного оружия. Стоило, пожалуй, найти и повесить на него штык-нож образца 1954 года, который крепился на автомат АКМ. Им в 1986 году пехотинец советских войск мог поразить в наступлении в центре Европы живую силу противника. Или, особым способом соединив ножны и штык-нож, разрезать колючую проволоку.

Общевойсковой дневальный по роте вооруженных сил СССР при попытке поиграть в «ножички» неизбежно портил оружие — незакаленная сталь лезвия не выдерживала такой нагрузки, и нож ломался. В случае атомной войны, по Уставу, штык-ножи отбирались у личного состава и срочно проходили процесс закалки стали в специально оборудованных печах.

«Привет матросам гражданского и военного флота от защитников Севастополя», — подумал Ершов. Он окончательно закрепил парашют на красном биотуалете с надежным грузом в виде минибара и целой банкой оливок. Настроение у Сергея было хорошее. Он знал, что Белов проводит операции красиво, как шахматные партии, и у каждой фигуры на доске есть своя, уникальная роль.

Глава 6. «Нас не догонят»

Веселая картинка — аквалангист с сигарой и подпись «Не догонишь» по борту летящего турбовинтового гидросамолета, хорошо читалась на мониторе дежурного офицера TFCC (Tactical Flag Communications Center). Радиосвязь с пилотом установлена, вся доступная информация проверена — оказалось, греческий самолет наняли русские. Они бы еще нарисовали дым от сигары — как раз для рекламы подводного плавания.

Офицера, лишившегося законного отдыха, поставили дублером в текущую смену. Он не любил карри, но с утра в меню окозалась только курица, и сейчас ему очень хотелось пить. Однако держать жидкости под рукой на боевом посту запрещалось.

В нескольких десятках морских миль, почти по курсу гидросамолета, медленно перемещался теплоход «Академик Петров». Многоцелевой вертолет SH-60B «Sea Hawk» находился в районе и следил за тем, как к русскому сухогрузу приближается гидросамолет. «Морской ястреб», не входя в зону визуального контакта держался за линией горизонта.

Кока-кола в почти пустой пластиковой бутылочке на полке у входа в оперативный отсек TFCC уже была теплой. Офицер передал наблюдение коллеге, основному оператору, и на одну минуту покинул пост, чтобы набрать в кулере воды без газа.

Звук постукивающей по пепельнице ложечки напомнил полковнику Белову совсем другие события. Звучание, конечно, не то, что у горного хрусталя, да и ложечка не серебряная. Казалось, что это происходило очень давно — хрустальная пепельница на белой скатерти и мадам в коротком красном платье с глубоким декольте, курившая венгерские сигареты «Фэчкэ» (Ласточка) без фильтра, но через длинный мундштук темного дерева. В 1990-м в Будапеште в табачной лавочке Алексей, не разобравшись, купил «Кэмэл» тоже без фильтра. В пачке, как обычно, двадцать штук, но стоили они дешевле всех других импортных. На их покупку Белов не мог списать командировочные, а то, что они без фильтра, было написано на ценнике по-мадьярски. На четвертый день пребывания в стране, без знания языка, с запретом входить в контакт с посольством и венгерскими коммунистами, он просто зашел в магазинчик и купил сигареты. Самый дешевый «Кэмэл» аккуратно ложился под легенду о загулявшем в столице Венгерской Народной Республики иностранце, оставшемся почти без денег.

До этого Белов три дня практически не выходил на улицу из частного пансиона «У Илоны». Добрейшая содержательница притона, Лилона, как он ее называл, записывала в счет, оплачиваемый оффшорной фирмой, любые прихоти. Коллекционное токайское лилось рекой, девушки, все как одна — брюнетки, отплясывали чардаш на столах, а цыганский оркестрик — скрипка, контрабас и цимбалы — просто поселились в заведении. Встреча с «деловыми партнерами» на второй день прошла в этой дружеской деловой атмосфере и завершилась весьма успешно. Через пару дней мастера своего дела, — знаменитые будапештские медвежатники, провели такую выемку документов, что деньги на командировочные в Венгрию долгие годы списывались полковнику без лишних вопросов.

В то яркое солнечное утро, когда он с жесточайшего бодуна в первый раз за эти дни вышел из пансиона на улицу, вкус первой затяжки «Кэмэла» без фильтра запомнился на всю жизнь.

Рабочий день заканчивался, Белов старался в это время находиться оффлайн — начальство любило ставить задачи под вечер. Сегодня наверх ушел короткий доклад о том, что убийство посла США в Бенгази явно планировалось. Кем, чем и зачем — за неимением дополнительной информации, в докладе не значилось. Иншалла, что хоть на время освободили от событий в Сирии.

Компьютер предательски молчал. В интересах дела оставалось только выкурить одну сигарету из верхнего ящика тумбочки рабочего стола. Но задерживаться на работе, даже развлекаясь с Томочкой на условиях обоюдного согласия, совсем не хотелось.

Покурить можно и в бронированном «Мерседесе» — по делам и домой Белов ездил на служебной машине. По ходу есть возможность связаться с Новиковым по засекреченной релейной линии и сделать это очень просто: воткнуть шнур USB мобилки в неприметный штепсель у прикуривателя в машине и — закрытый канал обеспечен.

Уезжая из офиса, Белов выпадал из оперативной связи с Ершовым, но полковник знал, что Сергей парень толковый, и был почти уверен, что ничего особого с ним не случится. Врядли янки станут брать его на абордаж. Да и операцией официально командовал Новиков. Но мелкая оговорка «почти» держала повышенный уровень адреналина. «Взялся за фигуру — ходи».

В адмиральском офисе можно следить за происходящим в Средиземном море по интерактивной карте, отодвинув «стыдливую» занавесочку-портьеру. Добираться до Новикова, если без пробок, то чуть больше часа. И хотя резиденция адмирала всего лишь украшенная коврами и адъютантами казарма, там можно перехватить отварной семги под чесночным соусом, выпить 20 граммов холодной водки и выкурить под нее сигарету без фильтра. Мигалки на крыше служебки Белов давно запретил включать. Коллеги в интересах своей нелегкой службы использовали собственные автомобили, разъездной «по умолчанию» числился за ним. Организация скромная, неприметная, и в автопарке всего один бронированный мерседес. Даже мигалки Белов давно запретил включать.

Небольшой синий ранец запасного парашюта отлично смотрелся на красном контейнере. Сергей еще раз проверил прибор автоматического раскрытия — главное, чтобы высота над уровнем моря заранее была выставлена правильно. «Запомни, салага, если у тебя не раскрылся основной парашют, лучше ничего не делай, запаска сама сработает, главное — не выдерни чекующий шнур красного цвета», — это он помнил еще из учебки. При падении на минимальную для раскрытия высоту — около 200 метров, в «боевом» режиме срабатывает пиропатрон, и пружиной выбрасывается небольшой вытяжной парашют — «медуза». Она, раскрывшись, вытягивает из ранца стропы и большой купол. Дело обычное, на учениях Ершов не раз сбрасывал с вертолета «куклу». В Баренцевом море отрабатывались не только операции по спасению утопающих.

«Помнится, в сброшенных „куклах“ бывали приборы и посерьезней», — подумал Ершов. Есть такие подводные мины: сбрасываются в одном месте, после управляемого дистанционно перемещения замирают в другом, а если их активировать, то срабатывают при появлении магнитометра противника. И не просто взрываются, а выстреливаются из под воды примерно на высоту полета противолодочного вертолета.

Сергей занял кресло рядом с пилотом, надел темные очки и головные телефоны:

— У тебя не найдется для меня сигареты?

Грек жестом указал на открытую пачку:

— Что ответить янки?

Судя по всему, корабль торгового флота «Академик Петров» находился где-то недалеко.

— Скажи им, что пассажир русский и зафрахтовал самолет на три дня, врать нехорошо. Давай снизимся и пойдем над морем.

«Этот русский явно не летчик — искать корабль лучше с высоты», — пилот передвинул дымящую сигариллу из одного угла рта в другой:

— Оуэсс, фрэнд.

С наступлением кризиса богатые немцы словно испарились, некого стало катать с острова Корфу в Италию и обратно. Русские платили хорошо, и чем они занимаются, кроме дайвинга, лучше никому не говорить. Это не мелкие делишки с порошком, и пилот догадывался, чем рискует. Но и запчасти от атомной бомбы он возить не собирался.

Иногда приходила мысль утопить самолет, оценочная страховая стоимость 800 тысяч евро. Если подвернется возможность, можно ткнуть его носом в море так, что ни один эксперт не подкопается. Особенно, если попасть в грозовой фронт.

— Нож тебе еще нужен?

Сергей, не прикуривая, пару раз втянул воздух через сигарку. Вкус хорошего табака с легким ароматом шоколада оказался весьма приятным. И почему так воняет, когда курят?

— Верну позже. Или ты рыбу собираешься чистить?

Пилот подал штурвал от себя и, зажав дымящую сигарку зубами, тоже попытался улыбнуться. Периодически бросая взгляд на панель приборов туда, где обычно красовалась свежая картинка топлесс-красавицы из глянцевого журнала, он успел выучить координаты наизусть.

«Сбросим это дерьмо, а на Кипре можно будет провести вечер с блондинками и получше, — он сорвал листок с координатами. — Да,…эс, у этой слишком крупные соски».

Ершов, снижая высоту до минимальной, хотел ускорить ответную реакцию американцев на сближение гидросамолета с кораблем, если они вообще отреагируют.

Двадцатиметровый «Морской ястреб» вылетел в район патрулирования час назад. Боевая машина с экипажем из четырех человек — два пилота, оператор наблюдения и стрелок, в этот раз экипирована дополнительным баком и противокорабельной ракетой AGM-119 (Penguin). В другом варианте, для борьбы с подводными лодками, на вертолет цепляются две торпеды. Сбрасывая гидроакустические буи в предполагаемом месте нахождения вражеской подлодки, её можно засечь по шумам. После этого с зависшего вертолета на тросе под воду опускают устройство магнитного обнаружения, магнитометр. Если этот датчик подтверждает наличие металлического обьекта, с вертолета сбрасывается торпеда. Mk 50 идет на цель самонаведением при помощи собственного сонара и уловителя шумов в разных диапазонах. На расстоянии двух километров и глубине до 600 метров у атакуемой подводной лодки остается мало шансов.

Сегодня у экипажа «Морского ястреба» одна из задач — присмотреть за гражданским сухогрузом под российским флагом. При Советах, в Карибский кризис 1962 года, суда такого типа тайно привезли на Кубу ракеты с атомными боеголовками и пусковые установки. На палубу похожего корабля среди контейнеров садился первый серийный, но неудачный истребитель с вертикальным взлетом ВМФ СССР Як 38 (Forger-A). Сейчас русские переправляли оружие в Сирию — каждый такой теплоход имел особую метку на радаре и под полным контролем.

Когда мессенджер затрясся в истерике, офицер дежурной смены большими глотками пил холодную воду прямо у кулера. На боевом посту оказалось, что гидросамолет пошел на снижение и явно приближается к сухогрузу «Академик Петров». Если и в этот раз пойдет что-то не так, ему придется поменять веселые бары Малаги с литровыми бокалами для пива на алюминиевые банки теплого Будвайзера где-нибудь на Аляске.

Получив команду, восьмитонный Sea Hawk заложил вираж и на скорости 250 километров в час пошел на сближение. Стрелку-десантнику вертолета давно и ужасно хотелось открыть сдвижную типа «купе» дверь и расстрелять из пулемета настоящую, не учебную, цель. Ребята рассказывали, как в Ираке, еще во время «Бури в пустыне», сами монтировали пулеметы в салонах вертолетов и мочили все, что шевелится. Пулемет M134 (Minigun) из шести вращающихся, чтобы не перегреться, стволов выпускает очередью до 2000 пуль в минуту. Они пропахивают борозду даже в асфальте. Может быть, сегодня удастся пустить машину в дело, окунуться в грохот выстрелов, горячих гильз, запах пороха, разогретого масла и ощутить все прелести настоящего боя. Стрелок потуже затянул крепление каски и засунул за щеку свежую пластинку жевательной резинки.

Полковник Белов опустил четырехсантиметровое боковое стекло. Шел мелкий дождь. Бронированный гелендеваген, похоже, надолго засел в пробке на Каширском шоссе. Дым сигареты без фильтра оказался крепким, почти без аромата и ничем не напоминал «Кэмэл» из табачной лавочки в Будапеште. Может быть, эта пачка была слишком долго открыта, сигарета слишком сухая или просто годы уже не те. Пробка двинулась, сигарета, мелькнув искрой, прилипла к мокрой дороге, Сергей Емельянович кнопкой поднял окно и набрал адмирала Новикова по закрытому каналу.

Греческий пилот первым заметил силуэт сухогруза на горизонте и жестом указал на него Ершову. Низко, почти касаясь волн, гидросамолет продолжил полет в этом направлении.

«Если все получится, пойду во флот, — думал Сергей, разглядывая небесно-синий аквамарин воды Средиземного моря, — плавать я умею».

До сих пор он официально служил в артиллерии, заместителем начальника штаба кадрированного полка в Забайкальском военном округе. Китель с пушечками он не надевал даже на 23 февраля. Адмирал Новиков предлагал оформиться к нему во флот и даже обещал квартиру в Москве. Если этот металлолом окажется ценным грузом, можно будет подумать. Тогда на радостях может и дадут что-нибудь, а не объявят благодарность с занесением в личное дело. Совместно нажитую двушку на Алтуфьевском шоссе Сергей оставил Вике.

Дежурного офицера-дублера в боевой части заставляла нервничать не только картинка на дисплее, но и мысли о том, что он больше никогда не увидит, как две европейских красотки, блондинка и брюнетка, тянут через длинные трубочки малиново-красную в лучах морского заката сангрию из запотевшего стеклянного трехлитрового кувшина. На мониторе радара из-за эхо-сигналов от морских волн точка гидросамолета часто мельтешила, хотя Sea Hawk плотно его «держал». Еще четыре минуты, и пилот вертолета визуально возьмет зону на монитор.

Движение на Каширке продвинулось метров на двести и снова стало как вкопанное. За окном шел серый противный московский осенний дождь. «Зеленая» линия Новикова все время занята. Полковнику снова пришлось ждать. А ждать и опаздывать он не любил больше всего на свете. «Пол жизни чего-то ждешь. А при этом пол жизни и проходит мимо», — Белов не неврничал, а просто хотел поторопить события.

«Сигарка, очки от солнца — почти вылитый греческий пилот, могут и перепутать, — Сергей опустил солнцезащитную шторку. — Хотя вряд ли. Бороды-то нет».

Их самолет летел низко, так, чтобы от разгоняемых волн шли дополнительные помехи на следящий радар.

Грек оставался на связи и на все запросы американцев отвечал:

— Оуэсс, роджер.

При этом его борода продолжала поступательные движения.

Жевать резинку стрелку советовал бывалый маринес, чтобы не так закладывало уши от перепада высот и грохота пулемета. Ядерная жвачка вызывала какое-то турбовыделение слюны. Очень захотелось сплюнуть, но плевать под ноги на борту вертолета не принято.

Свежий номер «Вашингтон Пост» оставался в пачке газет на кожаном сидении с подогревом слипшимися страницами непрочитанных новостей. Обычно полковник Белов просматривал прессу в машине, но сейчас читать текст на английском не хотелось.

Сергей на пальцах изобразил греку корабль и гидросамолет: как они проходят низко над теплоходом, затем с разворотом набирают высоту 500–600 метров и пролетают над «Академиком Петровым» еще раз на минимальной скорости.

Алексей Емельянович надел очки для чтения. Под рукой оказались «Туркменские народные сказки».

Стрелок боевого вертолета надел очки против ветра и пыли, сдвинул в сторону вертолетную дверь и наконец-то плюнул в открытое море. Sea Hawk приблизился на расстояние прямой видимости сухогруза.

Старый морской волк, капитан торгового судна, рассматривал происходящее в мощный бинокль. Полученная сегодня с утра радиограмма предписывала не поддаваться на провокации в связи с напряженной обстановкой в районе плавания. Если предупреждение прислали, тогда точно что-нибудь да случится. В сейфе капитана корабля хранилось несколько секретных конвертов под номерами, но вскрывать их команды пока не поступало.

Справа по борту приближался низколетящий гидросамолет с греческими опознавательными знаками. Вот он начал медленно набирать высоту, но направление не менял, явно собираясь пролететь над палубой «Академика Петрова». Прямо по курсу сухогруза со стороны солнца подлетал вертолет, однако рассмотреть его толком не удавалось.

Бородатый пилот греческого самолета в зеркальных очках от солнца постоянно держал во рту горящую сигарету. Эту картинку на мониторе в режиме реального времени изучал дежурный офицер, которому снова хотелось пить. На огонек сигареты, используя данные с прибора сбора информации в инфракрасном диапазоне, можно навести даже ракету. Однако личность пассажира на соседнем с пилотом кресле определить пока не удалось — мешала затянутая шторка от солнца. Во время полета такими шторками в кабине пилотов пользоваться запрещено. Только в кино однажды янки видел, как капитан пассажирского авиалайнера затянул такую до конца, ложась спать при полете на автопилоте в грозу, чтобы ему не мешали молнии. В боковое стекло гидросамолета дрон ловил только нечеткий силуэт пассажира.

Sea Hawk шел быстро. Видео-картинка со шлема командира вертолета, с зафискироваными пунктирными квадратами целями, передавалась прямым радиоканалом на командный пункт.

Капитан «Академика Петрова» уважал флотские традиции. Сегодня с утра на фалах неслучайно развешены флажки, на международном языке моряков всего мира гласящие: «Привет участникам соревнований». Еще с советских времен капитаны гражданских кораблей так подавали своим определенный сигнал. Со спутника видно, а эфир чист. Сегодня флажки обозначали то, что он получил радиограмму и готов «к труду и обороне».

Вертолет заходил на сухогруз грамотно, как при настоящей атаке с воздуха.

«Палочки должны быть перпендикулярны», — Сергей зажал в зубах не горящую сигариллу. Перемещающаяся по портрету темная полоса сбивает с толку продвинутую систему идентификации личности. Определять определяет, но подтверждения не дает, снова определяет, а контрольные точки не совпадают, особенно если сигарку правильно «жевать», и так по кругу. Способ дилетанский, работает только на устаревших системах, но выбора у Сергея не было. Ершов поднял солнцезащитную шторку. Через пару минут они пролетят над сухогрузом с правого траверса, пересекая палубу короткой прямой.

Sea Hawk резко сбросил обороты и отвернул вправо от корабля. Перемещаясь на малой скорости он должен наблюдать за происходящим и при этом обратить особое внимание на то, что, возможно, с гидросамолета произойдет сброс десантника или груза. Стрелок-маринес был готов открыть огонь в любую секунду и больше всего жалел о том, что в эти минуты его никто не снимает на мобильный телефон.

«Эти русские опять что-то придумали, — дежурный офицер так и не успел набрать воды про запас в картонный стаканчик с крышкой. — Если бы они хотели что-то сбросить с гидросамолета, то он бы летел вдоль борта, а не поперек». Сигнал флажками расшифрован компьютером — торговое судно «поздравляет всех участников с началом спортивных соревнований», но что это значит на самом деле, он понять не мог. Боевой вертолет получил команду зависнуть на удалении, но в прямой видимости торгового судна.

Гидросамолет пролетел над сухогрузом на высоте около 40 метров и дружески помахал всем крыльями. Сброса груза не было. Ершов проводил взглядом мостик и флажки «Академика Петрова».

«Не догонишь» — прочитал в бинокль капитан торгового судна на борту удалявшегося самолета и дал корабельным телеграфом самый малый ход. С мощного бинокля видео в высоком разрешении писалось на карту памяти.

Пить хотелось еще сильнее. В Малаге у офицера Шестого флота США была постоянная ангина. Пиво в приморских барчиках подавали в замороженных до инея бокалах.

Если надо будет, гидросамолетик можно принудительно посадить на воду одним шлейфом из турбин реактивного самолета. Или одним видом боевого вертолета с пулеметом. По новым, антитеррористическим правилам, дежурный офицер мог сам отдать приказ открыть огонь даже по гражданскому самолету или кораблю. Но, с одной маленькой оговоркой: вся ответственность за противоправные действия ложится на него, а атакуемые цели должны представлять непосредственную угрозу военным или мирным гражданам. «Посадить и выпотрошить, как положено, если он сейчас не сбросит груз или десантника». То, что он на боевом дежурстве упустил из виду диверсанта, могли придумать только эти гребаные аналитики. Наверняка, как всегда, греки тянут контрабандный порошок.

Греческий пилот прибавил газу и взял штурвал на себя. Пассажир в гавайке сложил пальцы самолетиком и показывал сам себе, как самолет выполняет фигуру почти высшего пилотажа. Гидросамолет, круто заходя на вираж, набирал требуемую высоту.

Морской пехотинец двумя руками крепко сжимал рукоятки пулемета системы Гатлинга. От шума лопастей зависшего вертолета в головных телефонах почти ничего не было слышно.

Каширское шоссе в Москве, казалось, застряло еще на два часа. Дворники гелендевагена неслышно раскатывали дождевую морось по лобовому стеклу.

Ершов, улыбаясь гагаринской улыбкой, расслаблялся в кресле пассажира, пока гидросамолет не набрал требуемую высоту и не лег на курс, параллельный ходу теплохода.

«Ярты Гулок глянул вверх и увидел врага: чёрный ворон пустыни кружился над его головой. Он с шумом хлопал своими крыльями и опускался всё ниже и ниже. Ярты пустился бежать. Но не так-то легко уйти от врага, если у тебя на голове тяжёлая ноша. Ворон стал настигать Ярты. Мальчик нырнул в густую траву и, спасаясь от птицы, стал делать петли: он бежал то направо, то налево. Но громкое карканье раздавалось всё ближе и ближе», — прочитал Сергей Емельянович в ярком, точечном свете лампы для чтения на заднем сидении Мерседеса и закрыл книгу, богато украшенную арабскими узорами.

Сергей с трудом открыл упирающуюся под нажимом воздуха дверцу салона гидросамолета и отправил биоконтейнер в свободный полет. 251, 252, 253, 254 отсчитывал секунды Ершов. Парашют спускаемого аппарата раскрылся и посылка успешно отправилась к грузополучателю.

Sea Hawk зафиксировал раскрытие парашюта падающего с греческого самолета груза и уже сканировал спускаемый аппарат не только радаром. «Излучения от контейнера и взрывчатых веществ не обнаружено».

Дежурный офицер зафиксировал время сообщения в журнале и дал команду командиру боевого вертолета: ни на миг не выпускать из виду красный контейнер.

Гидросамолет шел на разворот и набор обычной для полетов гражданских самолетов высоты.

Красный буй приводнился на расстоянии около 50-ти метров слева по борту, ближе к корме «Академика Петрова».

Капитан торгового судна следил за тем, что будет дальше, в бинокль. Срочных радиограмм не поступало, но на всякий случай матросы готовили к спуску шлюпку.

Командир вертолета получил приказ подобрать и доставить груз. Sea Hawk, рявкув турбинами, перелетел и завис над красным предметом с уже мокнущим светлым парашютом на высоте эвакуации. Стрелок-маринес, пригнувшись, держал на прицеле командный пункт потенциального противника — капитанский мостик русского сухогруза. Человек в фуражке на мостике, казалось, почти в упор рассматривал боевой вертолет в бинокль. На всякий пожарный стрелок поднял красный флажок предохранителя пулемета вверх и держал большой палец у самой пусковой кнопки. Ветераны морской пехоты ему объяснили, что оружие в боевой обстановке на предохранителе держат только новички.

«Академик Петров» медленно пропускал по борту плавающее в море большое красное ведро.

«И не тонет», — подумал старый капитан, переведя бинокль снова на вертолет. Подождал пару секунд и, налегая всей ладонью на большую синюю кнопку, дал затяжной гудок.

Неожиданный, мощный, почти инфразвук ревуна теплохода оглушил стрелка вертолета, заставил дернуться, покрепче ухватиться за оружие, и он автоматически нажал на гашетку. От движения дуло пулемета повело вправо и вверх, шесть пуль прошли над флажками сухогруза. Гильзы от Minigun, кувыркаясь, словно в замедленной съемке, просыпались из гильзотвода в специальный ящик на рифленом полу.

Дежурный офицер-оператор, мучимый жаждой, держал ситуацию под контролем. В тот момент, когда маринес-первогодка открыл огонь по мирному теплоходу, прибрежный бар с холодным пивом, похоже, переходил в разряд воспоминаний.

Sea Hawk не сдвинулся ни на сантиметр, система стабилизации держала боевой вертолет точно над объектом. Морской пехотинец с первого раза не понял вполне мирную команду на фиксацию красного груза для дальнейшей транспортировки.

«Интересное кино получается», — капитан торгового судна и так собирался сегодня сбросить видео через спутниковый телефон в спецотдел пароходства, но придется сделать это срочно и напрямую кураторам. Темнокожий пацан, похоже, оставил пулемет в покое и сейчас отрабатывал норматив по спасению утопающих.

Морской пехотинец открыл специальный люк на борту вертолета и помалу травил трос на нужную высоту для зацепа контейнера.

Капитан «Академика Петрова» отменил команду на спуск шлюпки, заменив ее сигналом «Тушение пожара за бортом». Из гидропушки удавалось отбивать атаки сомалийских пиратов. Сбить американский военный вертолет водой, если он приблизится к теплоходу еще на четверть кабельтова, вот это будет кино. Старый морской волк передавал видео с американскими военными в главной роли в центр не так часто, в основном, приходилось забивать эфир летающими над бортом или сидящими на поручнях чайками, на фоне Суэцкого канала или Гибралтара. Капитан перевел телеграф на «полный» и дал затяжной прощальный гудок.

Джон, которого командир вертолета называл по внутренней связи не иначе как Дик, никак не мог подцепить болтающимся на конце троса крюком стропы почти утонувшего парашюта. Контейнер не содержал радиоактивных элементов и совсем не похож на управляемую мину. Джон, как настоящий маринес, в специальных перчатках с устройством фиксации, скользнул вниз по тросу. На вертолете в наличии специальная веревочная лесенка, но спускать ее нет времени. Он закрепил узел крепления красного груза защелками и стал подниматься на борт вертолета точно так, как действовал на учениях.

Офицер-оператор отправил дрон в наблюдение за греческим гидросамолетом и вздохнул. Знакомая, почти подружка, барменша из Irish Pub сможет утолить его жажду в пятницу вечером. Если все будет хорошо, если груз окажется ценным, то на случайные выстрелы поверх флажков никто не обратит внимания. Повиснув на четырех метрах троса под вертолетом, красный контейнер русских шел на корабль базирования.

Пробка на Каширском шоссе двинулась, полковник Белов позвонил адмиралу, выдернув шнур засекречивающей аппаратуры связи из гнезда, по простой мобилке. Пошли длинные гудки, но сработал автоответчик. Новиков перезвонит обязательно: через минуту или в течении часа, просто опять нужно ждать. Домой ехать не хотелось. С Каширки можно свернуть налево, в «библиотеку», как Емельянович называл уютное гнездышко своей боевой подруги.

С Надеждой он познакомился в одной из командировок. Она работала переводчиком с немецкого, а он, под прикрытием научно-технической конференции, встречался с одним из агентов. Это было давно, но отношения сохранились. Самым главное в Наде то, что она не задает глупых вопросов. А еще у нее большая нежная грудь, тонкие длинные пальцы и умные глаза.

«Можно и свернуть, если б не Серега, раздолбайский гусар, — подумал Белов, — Займи, но выпей». Алексей Емельянович не увлекался алкоголем, но сегодня хотелось отвлечься. «Если этот ход окажется не верным и союзнички перехватят груз, копать мне дачный огород, не перекопать».

Дома, в деревянном бара в виде глобуса, виски и токайские вина. Лилона до сих пор присылалает пару бутылок на каждое католическое Рождество. В холодильнике дежурит, охлаждаясь, бутылка водки, но, обнаружив утром расход продукта, вся семья — дочка с мужем и даже внучка, дружно огорчаются. Да и малышку как раз в это время укладывают спать. Увидит деда, придется сказки читать.

Сергею опять захотелось домашних пельменей. Причем, с уксусом и черным перцем. Сбрасывать ценные компьютерные железки в море он ни минуты не собирался. Задача поставлена коротко и ясно — доставить металлолом точно по адресу и чем быстрее, тем лучше. Ершов планировал вылететь с острова Кипр через четыре часа — поздним чартерным рейсом российской авиакомпании прямо на Москву. Когда-то Вика лепила отличные пельмени, но приходилось есть их со сметаной: она читала женские журналы и считала уксус вредным для здоровья. Теперь пельмени мороженные, из магазина, но их можно обильно сдабривать специями. Тоже плюс.

Капитан сухогруза вставил карту памяти в гнездо спутникового телефона и перекачивал видеофайлы туда, куда надо.

Сентябрьские вечера в Испании на побережье Средиземного моря просто очаровательны. Марбелья расположена как раз посередине между Малагой и проливом Гибралтар. Бары, пиццерии, пабы, бильярдные, кафе, бистро, рестораны, сменяющие друг друга на пятикилометровой набережной порта Банус, ждут в это время своих редких и поэтому очень желанных гостей. Летняя жара уже схлынула, немецкие туристы разъехались по домам. Устроившись поудобней за одним из столиков с покрытым инеем бокалом пива можно спокойно наблюдать за «сменой караула».

Часов около пяти-шести на набережной, накинув лишь топики, шортики и пляжные тапки, начинают появлятся подруги высшей ценовой категории. В огромных темных очках, потому что не накрашены и прячут синие круги под глазами, динноногие модели посещают бутики, выходя из каждого с новым метровым брендовым пакетом. Перед тем как пройти на борт яхты, они обычно выпивают чашечку кофе на свежем воздухе. Здесь можно спокойно с ними познакомиться, но наверняка окажется, что девчонки работают по контракту и как раз сейчас, до понедельника, отрабатывают его условия. При удачном стечении обстоятельств девушка напишет телефон прямо на салфетке, но это будет номер её эскорт-агентства.

Подруги среднего класса занимают столики примерно с восьми. Причем садятся за четырехместный вдвоем и рядом с ними всегда есть еще два свободных стула для нормальных ребят, загулявших на набережной Абануса. Проститутки подешевле просто прогуливаются по набережной, когда стемнеет и клиенты становятся менее разборчивыми. В Puerto Banus стоит поехать на уикэнд.

Дежурный офицер-оператор мог позволить себе об этом помечтать — в флагманский центр управления и связи тактического соединения поступила информация об успешной доставке груза.

Обычно он устраивался за столиком на двоих и оказывался как бы в гордом одиночестве. Девушки в поисках кофе подсаживались, пили мартини или мохито, сверкали жемчужными зубами на фоне загоревшего личика, предлагали секс по-испански или удалялись в темноту вечерней набережной.

За тридцать евро можно получить море удовольствия. Вложить член между роскошных грудей, одной рукой она будет держать их, сжимая, вместе, другую положит сверху и раскачиваясь, исполнит экзотический танец, словно в такт не слышной музыки. И при этом будет смотреть прямо ему в глаза. Но вот взгляд у отрабатывающей тридцатник шлюхи будет совсем не обжигающим а тупым, с пьяной, а то и героиновой поволокой, как у жующей сено коровы. Это тоже надоедает. Уже через минуту после того как стянешь презерватив чувствуешь себя как после посещения привокзального сортира. Дело нужное, но удовольствие ниже среднего. Впрочем, он давно не тратил денег на проституток. Просто знакомился с нормальными девушками и весело проводил с ними время. Испанки не считали перепих тяжелым грехом и отдавались чувственно и страстно.

Холодная вода в картонном стаканчике с отверстием в крышке для пития стояла прямо на рабочем пульте дежурного офицера. Жидкости в рубку запрещено заносить не из-за угрозы проникновения террористов. Пролившийся на клавиатуру кофе мог вызвать необратимые последствия. А кола, говорят, за несколько часов разъедает даже резиновые предохранительные прокладки.

Глава 7. Секс по-французски

Адмирал Новиков смотрел на мониторе видео, правда пожатое и без звука. Темнокожий морской пехотинец из M134 (Minigun) чуть не в упор расстреливал рубку мирного российского сухогруза. Мощный морской бинокль бывалого капитана записал отличную картинку. Вспышки пороховых газов установленного на «Sea Hawk» пулемета четко зафиксированы. Пули прошли мимо, но капитан теплохода обязан занести данное происшествие в бортовой журнал. Прокол военных позволял сделать ответный ход конем.

Адмирал вызвал к себе полковника Белова по закрытой линии. Это операция Емельяновича, Новиков обеспечивает только необходимое взаимодействие и не собирался принимать никаких решений. Так, иногда, адмирал негласно подчинялся полковнику.

Когда пришел вызов, служебный гелендеваген Белова все еще полз по мокрому московскому асфальту. «Мерседес» гадко крякнул и, переливаясь световыми сигналами, словно синяя новогодняя елка, начал выбираться из пробки. Солдат без мата — как без автомата. Машина резко ускорялась, затем тормозила, снова крякала и, чуть не раздвигая бампером легковушки, нагло шла вперед. Алексей Емельянович не любил такой стиль езды, особенно в качестве пассажира. Полковник уже не мог и припомнить, когда он в последний раз сидел за рулем — в последнее время приходилось работать в основном головой. Нужно шаг за шагом разматывать события — из прошлого в настоящее и находить логические связи. Тогда, построив цепочку, можно прогнозировать будущее. За событиями в Ливии стояли денежные интересы, исчисляемые даже не в миллионах, а в миллиардах долларов. Цепочка редко получалась прямой, события переплетались узлами, в них можно легко запутаться, пойти в ложном направлении, поэтому приходилось обдумывать ситуацию по несколько раз и с разных точек зрения.

По средневзвешенной оценке зарубежные активы семьи Каддафи составляли двести миллиардов долларов. После его смерти за год совместными усилиями нашлись только тридцать шесть, хотя все зарубежные счета полковника и его приближенных давно заблокированы. В почетном представительстве США в Ливии в городе Бенгази до вечера 11 сентября 2012 года находилась и работала группа экспертов из 24 человек, по внутреннему релизу департамента «все они являлись агентами ЦРУ и занимались сбором информации о действующих на территории страны боевиках и членах ячеек исламистских организаций». Официальные власти повстанцев, естественно, не уведомляли о таком присутствии профессионалов.

Перед началом ночного штурма почетного представительства США в Бенгази американских экспертов эвакуированы в безопасное место. Один из агентов ЦРУ, Глен Догерти, который остался в основном здании, чтобы защитить посла, убит.

Среди почти нелегалов наверняка присутствовали не только дознаватели, но и специалисты по бухгалтерии и финансам. Вопросов к бывшим работникам ливийской банковской системы у экспертов хватало. Кроме глубоко спрятанных миллиардов семьи Каддафи стоило поискать и следы других банковских транзакций.

Информация о трансферах сумм свыше пяти миллионов долларов, даже если не сохраняется на материальных носителях, то почти всегда надолго задерживается в памяти служащих финансовых институтов. И легко может стать компроматом, подтверждением коррупции на самом высоком политическом уровне.

Так, 16 марта 2011 сын Муаммара Каддафи, Саиф аль-Ислам, заявил в интервью каналу «Евроньюс» буквально следующее: «Пусть Саркози сначала отдаст те деньги, которые он взял у Ливии для финансирования своей предвыборной кампании, это мы финансировали его кампанию… У нас есть все доказательства, банковские счета, документы на банковские переводы. Все это мы скоро обнародуем». Президент Белоруссии Лукашенко, который тесно общался с лидером Джамахирии, подтвердил, что полковник рассказывал ему о финансовой помощи будущему президенту Франции размером в сто миллионов долларов.

Саиф аль-Ислам Каддафи контролировал разветвленную сеть ливийских инвестиционных фондов по всему миру. Его отец часто платил за дружбу лидерам государств. Например, в 1996 году Б. Н. Ельцину выделели 26 миллионов.

После заявления сына ливийского лидера действующая французская администрация поспешила опровергнуть претензии семьи Каддафи. Но висеть на крючке у мятежного полковника президенту было явно неприятно. В любой момент документы могли появится в прессе.

Сказочная дружба главы Ливии и президента Франции началась сразу после того, как с Ливийской Джамахирии сняли жесткие экономические санкции ООН. Их ввели с 1990х после взрыва самолета над Локкерби, и отменили только в 2003, после того как Каддафи выплатил компенсации всем пострадавшим, кроме граждан США. Тогда то он и пообещал выдать международному сообществу все накопленные для производства атомной бомбы радиоактивные вещества.

Первый после снятия санкций зарубежный визит полковник совершил в Париж и разбил свой бедуинский шатер прямо на Елисейских полях. Когда в 2007 году господин Саркози выиграл президентские выборы, он объявил о намерении создать «Средиземноморский союз», куда должна войти и Ливия. Для Каддафи это был важный политический шаг, но дело заглохло на стадии разговоров. Убедительно врать — это главное искусство политика: в «Средиземноморский союз» пригласили Израиль, с чем арабские страны, теоретические участники альянса, никогда не согласились бы. Франция пообещала построить в Ливии АЭС, но предоставила реактор, практически непригодный для наработки оружейного плутония. Мечты Каддафи о собственной атомной бомбе опять оказались только мечтами.

В ответ правительство Саркози не получило разрешение увеличить добычу ливийской нефти, легкой для переработки из-за низкого содержания примесей, а наоборот: квоты французской «ТОТАЛЬ» урезали на 50 процентов и на нефтедобывающую компанию наложили штраф в 500 миллионов долларов. Ливийским руководство «забыло» и подписанных договорах о намерениях на крупные военные закупки. Сорванные миллиардные сделки совсем не укрепляли дружбу президента Франции с лидером Джамахирии.

По неподтвержденным в суде сведениям господин Николя Саркози увлекался продажей оружия и неплохо на этом зарабатывал. Еще на посту министра бюджета Франции он оказался замешан в скандале по организации откатов при продаже подводных лодок Пакистану. В декабре 2007 во время визита полковника Каддафи в Париж был подписан договор о проведении переговоров на поставку 14 новейших истребителей «Рафаль» (Rafale) производства фирмы Дассо (Dassault) в Ливию. Этот и другие крупные контракты на поставку оружия из Франции так и остались не реализованы. Те, кто занимался организацией этой сделки, оказались в полном расстройстве чувств — стоимость одного «Рафаль» более ста миллионов долларов, а общепринятый откат в торговле оружием — от двух до десяти процентов. При сумме контракта в тысячу миллионов получается неплохая сумма.

В апреле 2008 года, в ходе визита Владимира Путина в Триполи, было подписано соглашение о военно-техническом сотрудничестве. Ливию заинтересовали новейшие многофункциональные истребители Су-35 и истребители Су-30 на сумму около одного миллиарда долларов. Кроме продажи боевых самолетов, танков, зенитно-ракетных систем С-400 «Триумф» и С-300ПМУ2 «Фаворит», боевых вертолетов Ка-52 «Аллигатор» и Ми-17, ракетных систем залпового огня «Град» российские производители теснили с рынка традиционно продававшую Джамахирии морское вооружение Францию. В 2009 готовились договора на поставку подводных лодок проекта «636» и скоростных ракетных катеров типа «Молния». Остатки долгов советских времен пришлось списать, тем более что в РФ навечно застряла в ремонте подводная лодка ливийцев. Общая сумма новых оружейных контрактов составляла примерно 10 миллиардов евро.

Ливия, одна из немногих африканских стран, которым в свое время СССР помог на 150 миллиардов, рассчитывалась неторопливо, но оплатила около 80 процентов своей задолженности деньгами и нефтью. Кроме того, Россия получила крупный контракт на строительство железной дороги, а также ремонт и модернизацию советской военной техники. Но проблемы с современным вооружением Джамахирии не решались. Полковник подписывал договора о намерениях и в других странах, но при этом не спешил оплачивать контракты.

В марте 2011 года Франция первой официально признала повстанческий переходной национальный совет (ПНС) единственной легитимной властью на территории Джамахирии. На следующий день господин Саркози заявил, что Франция и Великобритания готовы нанести ракетные и авиаудары по целям в Ливии. Полковник Каддафи покрутил пальцем у виска и предположил, что Саркози «имеет проблемы с психикой и не дружит с головой».

19 марта в Париже состоялась встреча лидеров стран Лиги Арабских Государств (ЛАГ), а в Бенгази повстанцы учредили свой Центральный Банк Ливии и Национальную Нефтяную Компанию. Из 22 стран, участниц ЛАГ, во Францию приехали представители 11. Только девять из них проголосовали за обращение в ООН с просьбой о вмешательстве во внутренний ливийский конфликт. Но Саркози решился атаковать войска Каддафи без всяких санкций.

Во время первых налетов на военную базу «Аль-Джуфра» самолеты выпустили 15 малозаметных для радаров крылатых ракет SCALP (Storm Shadow) с навигацией по GPS. Ливийские новости сообщили об одном сбитом французском боевом самолете, но позже информация не подтвердилась.

С 19 марта по 30 сентября 2011 года самолеты и вертолеты Франции совершили четыре с половиной тысячи боевых вылетов на территорию Ливии — это более 30 процентов воздушных атак сил НАТО. Средние многоцелевые истребители «Рафаль» (Dassault Rafale-M) и истребители-бомбардировщики «Мираж-2000» (Dassault-Breguet Mirage-2000), действуя совместно, сбросили более 900 управляемых бомб и ракет класса «воздух-земля».

«Мираж» создавался во времена холодной войны как средство доставки французских атомных бомб и стал в те годы одним из лучших самолетов третьего поколения. К завершению противостояния с армиями Варшавского договора в массовом производстве истребителей-бомбардировщиков наступила некоторая пауза, но через какое-то время возник общеевропейский проект производства истребителя следующего поколения. «Eurofighter» Франция сначала поддержала, но затем отказалась от участия и продолжала разработку собственного самолета «Мираж». Самолет оказался удачным, особенно по соотношению цена-качество. С сентября 1984 до конца 1990 года экспортировано более 120 таких машин. Следующая разработка французской фирмы Дассо, многоцелевой истребитель «Рафаль» (Rafale), стал одним из лучших боевых самолетов четвертого поколения «плюс», однако с продвижением его на внешнем рынке возникли проблемы.

Изготовленный с применением композитных материалов, малозаметный для радаров «Рафаль» принят на вооружение Франции в двух вариантах: одноместный (для авианосцев) и двухместный. Самолет имеет 14 точек подвески и способен поднять в воздух девять тонн полезной нагрузки, в том числе, крылатые ракеты с ядерной боеголовкой, противокорабельные ракеты и контейнерную разведывательную систему.

Во время войны в Ираке истребители «Рафаль» выполняли только патрулирование — Франция не слишком сильно поддерживала войну с Хуссейном. Саддам предложил перевести расчеты за нефть в евро и закупал крупные партии фрацузского оружия. Сторонники доллара подкупили пять из семи командующих военными округами, а ночные охотники F-117А, стелс-невидимки разбомбили иракские ПВО. Источник нестабильности в регионе ликвидировали с минимальными потерями. Нехорошего президента Франции, грозившего наложить на эту войну вето в ООН, на следующих выборах победил более сговорчивый господин Саркози. Для этого его конкуренту предложили пост главы Международного Валютного Фонда. А сердца избирателей будущий президент покорил жестким, при помощи резиновых пуль, водометов и слезоточивого газа, разгоном мусульманских волнений в самой Франции

Французы пытались экспортировать «Рафали» и участвовали в тендерах на поставку истребителей четвертого поколения в Бразилию, Индию, Швейцарию, вели переговоры с Болгарией и Грецией, но до 2012 года не смогли заключить ни один контракт. Со Швейцарией Саркози даже пытался устроить что-то вроде дипломатического скандала, когда контракт на перевооружение местных ВВС собрались подписать с шведским Saab и решение утверждалось в общекантональном парламенте. Швейцарские военные летчики оттачивают боевое мастерство в пустынном небе над Швецией, а не в переполненном гражданским трафиком воздушном пространстве собственной страны. Кроме этого, обе страны ведут независимую от «старших братьев» политику.

В Бразилию Франция поставляет подводные лодки и участвует в строительстве атомного реактора, но тендер на покупку истребителей затянулся по экономическим причинам. Реальным оставался только контракт с Индией, эта страна на четвертом месте в мире по количеству боевых самолетов.

За победу в индийском тендере MMRCA на поставку и дальнейшее производство 126 многофункциональных средних истребителей с 2007 года боролись Дассо, американские Boeing и Lockheed Martin, шведский Saab, российский МиГ и европейский консорциум Eurofighter. США выпали из тендера, потому что предлагали Индии только готовые самолеты и не собирались делиться технологиями производства.

В 2009 году, после столкновения двух «Рафаль» во время тестовых полетов новой версии — «Рафаль М», Индия вычеркнула претендента из списка. На победу в тендеревполне реально расчитывал главным конкурент французов — концерн «Eurofighter». Фирма Дассо (Dassault) собиралась сворачивать производство. МиГи в смотринах не участвовали, так как, по оценкам про-французских экспертов, уже поставленные в Алжир российские истребители имели неустранимые недостатки. Алжир разорвал контракт, и новейшие боевые самолеты отправились на родину, где встали на вооружение РФ.

Кроме того, у Индии оставался открытым вопрос со взрывом на авианосце еще советского производства, купленного, впрочем у России, за небольшие деньги, но с условием модернизации. Асбестовую изоляцию, которая, если её растереть в порошок, вызывает рак легких, поставщики обязались заменить на огнеупорный кирпич. Российский ВПК купил продукт для выполнения контракта со стратегичеким партнером в Китае, из которого и смонтировал всё необходимое, — видимо потому, что не обладал секретами X века. Уже тогда для производства стройматериалов научились обжигать глину. Импортные кирпичи оказались низкого качества, на борту авианосца произошел перегрев и разрушение термоизоляции. От жары огнеупорные китайские кирпичи просто потрескались.

Во время военных действий в Ливии «Рафаль» подтвердил тактико-технические характеристики в ходе реальных боевых действий. Самолет хорошо сочетался в боевом звене с более легким истребителем предыдущего поколения «Мираж-2000». Сорок «Миражей» уже давно в составе индийских вооруженных сил.

В январе 2012, через три месяца после того как самолеты «Рафаль» отлично показали себя в небе над Ливией, Индия объявила о победе этого истребителя в тендере. Сумма сделки составила 10–12 миллиардов долларов. Сумма личных доходов организаторов могла дотянуть и до миллиарда.

Не оставалась Франция и без солидной доли в ливийском нефтяном пироге: Переходный Национальный Совет (ПНС) пообещал 35 процентов от будущей добычи.

Но, кроме личных амбиций и нефтяных интересов, играло роль еще одно, но, пожулуй, самое важное обстоятельство. Муаммаp Каддафи планировал отказаться и от доллара, и от евро, а вместо них ввести золотой динар. Для начала в Африке, а потом и начать переводить в эту валюту расчеты за нефть. Президент Саркози назвал это угрозой финансовой безопасности человечества. И это было правдой. Реально обеспеченный золотом динар мог взорвать финансовый рынок и сильно подвинуть основные валюты. Доллар превратился бы в ничем не обеспеченные бумажки. Это полковник Каддафи и назвал в одном из своих выступлений «арабской весной». Такой сценарий не устраивал в первую очередь основного патрнера Франции, забывшей о де-Голлевских принципах независимости.

Видео со стрельбой в направлении мирного теплохода смотрелось как боевик категории «детям до 12 лет запрещается» и выдавало сильную заинтересованность к пропавшим из представительства материалам на самом верху «союзников». Перед полковником Беловым стояла задача получить дополнительную информацию о ночных событиях в Бенгази, а не выводить мелкий инцидент с теплоходом на политический уровень.

До конца учебник по шахматам Белов так и не дочитал, но один из гамбитов, разработанных российским аристократом Урусовым, он запомнил хорошо. Для развития атаки в самом начале игры белые жертвуют пешку в центре шахматной доски. Черный конь забирает белую пешку, но если черные не делают следующий ход этим же конем, партию белыми можно считать выигранной, как по книжке — дальше там идет «детский» мат. Но если противоположная сторона, играя черными, пойдет конем правильно, то партия становилась интересной.

Семга на еще теплых тарелках из ресторана на Тверской издавала тончайший аромат. Чесночный соус подавался отдельно.

«Радио сказало: московское время — 19 часов», — Алексей Емельянович налил себе 30 граммов холодной водки и выпил. Адмирал Новиков, как всегда, не разделил тост, хотя помнил его хорошо.

Вместе с Беловым они прожили в одной квартире офицерской общаги почти год. Алексея Емельяновича тогда звали просто Лёшей. Он попал в аримю после университета, офицером двухгодичником. Культурная программа на базе подводных лодок шла по накатанной колее. Из громких развлечений была в наличии только радиоточка на кухне. Когда радио «Маяк» начинало отсчет точного времени и с началом шестого звукового сигнала наступало ровно 19 часов, Леша выпивал 50 граммов водки. Офицер морского флота Новиков уже тогда имел неизвестно где приобретенную привычку пить ром «Havana Club», подливая сам себе в высокий бокал для коктейлей. Будущий адмирал даже в холостяцкой кухне курил трубку прикрывая ладонью, словно на ракетном катере в море Лаптевых, где шквалистый ветер не позволяет дымить сигаретой.

На закрепленном на стене мониторе адмирала, спрятанном за ширмочкой из темно-бордового бархата, прямо на Кипр прерывистой линией пунктира проложен маршрут гидросамолета с греческими опознавательными знаками. Если капитан Ершов не выходит на связь, значит, все в порядке.

Сергей поправил головные телефоны. Пока янки доставят красный контейнер по месту назначения, пройдет минут сорок, а до приводнения гидросамолета у берегов Кипра примерно полтора часа. Получается временной зазор, но это не критично. Безымянным пальцем Ершов сдвинул очки от солнца вверх по переносице. Грек, похоже, просто счастлив от одной мысли, что избавился от неизвестного груза. Он даже перестал жевать свою вечную сигариллу. Нож-тесак Сергей не спешил ему возвращать.

Темно-розовый контейнер оказался несильно использованным биотуалетом «Орхидея» китайского производства. Шансы заказать темное пиво для себя и кувшин сангрии для двух веселых подруг приятным сентябрьским вечером на террасе у моря, похоже, приближались к нулю. Проведение операции контролировалось на самом верху.

Внутри объемного ведра обнаружилась еще одна упаковка — металлический шкаф типа мини-холодильника, и сейчас ее вскрывали саперы. Привкус карри снова дал о себе знать, как всегда, не вовремя, но запить гадостную изжогу было нечем.

В итоге, единственным ценным предметом в красном контейнере оказалась банка консервированных оливок.

Щит фактов не прикрывал дыры провалов асса. Дежурный офицер дал команду на перехват гидросамолета. Сильный ход черных фигур в сегодняшнем шахматном гамбите. Но, как известно, все ходы уже где-то и кем-то записаны.

Глава 8. Рейс 103

После второй принятой под отличную семгу стопки полковнику Белову почему-то вспомнились слова из Туркменских народных сказок. «Все молчали. Молчал и Ярты-гулок. Во все глаза он смотрел, что будет дальше. Судья раскрыл книгу, в которой записаны все законы. В ней он нашел такой закон, по которому правый становится виноватым, а виноватый всегда остаётся правым». Официальная версия Госдепартамента об убийстве посла в Бенгази разъяренной толпой фанатиков выглядела как официальная версия. Спецслужбы США имеют неплохой опыт перевода стрелок для локомотива следствия политических убийств и терактов.

Так, 21 декабря 1988 года в небе над шотландским городком Локкерби на борту Боинг-747 авиакомпании Pan Am, летевшего по маршруту Лондон — Нью Йорк, сработало взрывное устройство. Бомба взорвалась в одном из контейнеров в багажном отсеке. Образовалось отверстие, и по фюзеляжу мгновенно пошла трещина. Кабину пилотов оторвало от корпуса самолета. Пассажиров бизнес-класса просто выбросило в воздух, некоторых из них затянуло в турбины двигателей. А в следующие минуты жесточайший холод и недостаток кислорода в пассажирском салоне не оставили шансов на жизнь никому. Горящий самолет с сотней тонн топлива на борту и все еще работающими двигателями обрушился на городок. Трупы спешивших на Рождество повисли на деревьях и сараях. Сдетонировали и взорвались подземные цистерны с топливом на ближайшей бензозаправке, загорелся склад шин. На месте падения основной части самолета в земле образовалась воронка диаметром около тридцати и глубиной четыре метра. Погиб 281 человек — все, кто находились в самолете и 11 местных жителей.

Среди пассажиров рейса 103 оказалось необычно много сотрудников военной разведки США и ЦРУ. Они летели через Лондон из Ливана в Америку, проведя не слишком успешную и затянувшуюся на долгие годы операцию в Бейруте. Еще в 1982 году по Ливану прокатилась целая волна похищений американских граждан. Террористы захватили, а затем убили резидента ЦРУ, один из журналистов провел в плену почти семь лет.

Куда успешнее в те годы действовал один из специальных отрядов КГБ СССР — «Вымпел». На следующий день после захвата в заложники сотрудников советского посольства в Бейруте были похищены близкие родственники предводителей экстремистов. А после того, как террористы убили вице-консула Аркадия Каткова, спецназовцы стали действовать еще жестче. Отрезанные части тела мужчин — членов семей террористов, заинтересованным лицам доставили в пластиковых пакетах. Посылки сослужили неплохую службу.

Арабский мальчишка передал пакеты и записку с просьбой об освобождении заложников одному из организаторов у ворот его тайного жилища. Было очень похоже, что советские спецназовцы действовали совместно, или, во всяком случае, использовали методы израильской разведки МОССАД. Одновременно советский посол предупредил легитимного представителя экстремистов о возможном случайном залете советской ракеты на территорию Ирана и непреднамеренном разрушении одной из мусульманских святынь.

И через несколько часов незаконно удерживаемые советские граждане, среди которых два работавших под прикрытием офицера КГБ, оказались на свободе. Эта операция по освобождению заложников занесена в негласную книгу рекордов Гиннеса как беспрецедентная по скорости исполнения. После этого представителей страны Советов террористы в этом регионе довольно долго обходили десятой дорогой.

Когда по указу Б. Н. Ельцина «Вымпел» перепрофилировали из боевого отряда в милицейский, тысячи офицеров разведки подали рапорты об увольнении. Это произошло потому, что осенью 1993 года спецназовцы отказались выполнять приказ первого президента Российской Федерации — штурмовать московский Белый Дом с находившимся там парламентом, протестовавшим против изменения конституции страны. Бойцы отряда не стал убивать граждан собственной страны, как бы этого не хотели рвущиеся к власти политики.

Некоторые пассажиры рейса 103 Pan Am, сотрудники американских спецслужб, летели не только на рождественские каникулы. Судя по показаниям свидетелей под присягой, они были вызваны в Вашингтон для дачи показаний в ходе внутреннего расследования. Разбирательство касалось некоторых аспектов торговли опиумом и героином в Ливане.

Для взрыва рейса 130 специальную взрывчатку с полимерными связующими спрятали в кассетную магнитолу и снабдили взрывателем, реагирующим на высоту полета. Такие взрыватели в 70-х уже несколько раз использовали ближневосточные террористы при атаках на гражданские самолеты, летевшие из или в Израиль. После этого весь багаж а аэропортах стали пропускать через специальные барокамеры, имитирующие изменения давления воздуха, как при подъеме самолета на высоту. Спецслужбы ФРГ нашли магнитолу с таким же «пластидом» и взрывателем в 1988 у боевиков Народного фронта освобождения Палестины, имевших подпольную сеть в Германии.

Теракт над Локкерби — это месть за случайно сбитый американцами над Персидским заливом чартерный рейс с паломниками, летевшими из Мекки. Большая часть пассажиров граждане Ирана. В 1989 ЦРУ официально заявило, что, по сведениям спецслужб, за взрыв рейса 103 несут ответственность Сирия и Иран. Услуги по взрыву «Боинга» авиакомпании Pan Am оплатили из Ирана, 11 миллионов перевели через швейцарский банк. Заодно палестинские террористы порешали вопросы и с ЦРУшниками, которые вмешивались в торговлю наркотиками. Сирийские военные контролировали большую часть полей опийного мака в долине Бекаа.

Но в 1990 Саддам Хуссейн напал на Кувейт. Штатам пришлось срочно мириться с соседними в предстоящей войне с Ираком странами и делать виновником взрыва рейса 103 Каддафи. Летом 1991, сразу после «Бури в пустыне», которой Сирия и Иран не стали мешать, по-быстрому обнаружен новый «надежный» источник информации.

Им оказался бывший сотрудник ливийской разведки, который указал, что организаторами и исполнителями террористического акта были начальник службы безопасности «Ливийских Арабских авиалиний» (ЛАА) Аль-Меграхи и один из служащих этой авиакомпании на Мальте.

С тех пор делается основной и активно разрабатывается весьма хлипкая версия о том, что Аль-Меграхи сдал в багаж авиарейса чемодан со взрывным устройством на Мальте, а в конструкцию бомбы внесли некоторые дополнения. По новой легенде, службы аэропорта во Франкфурте должны были перегрузить багаж транзитного рейса с бомбой на самолет, летевший в Лондон, а в Хитроу — на «Боинг», летевший в США. Такую сложную и ненадежную схему закладки взрывчатки можно назвать, скорее, теоретической. Имеются документы о том, что в багажное отделение Pan Am в лондонском аэропорту Хитроу в ночь перед полетом проникли неустановленные личности.

Согласно новой версии, Аль-Меграхи купил одежду в магазине рядом с «народным представительством» — посольством Ливии на Мальте и сложил ее в чемодан вместе с начиненной взрывчаткой магнитолой. Обгоревшая этикетка от рубашки с надписью «Made in Malta», найденная среди десятков тысяч обломков самолета и багажа, как бы подтверждала эту версию. Позже английская газета «Гардиан» отметила, что «единственному человеку, идентифицировавшему Аль-Меграхи, — владельцу магазина, „в котором покупалась эта одежда“ на Мальте, США предложили вознаграждение в два миллиона долларов».

В 1992 Совет Безопасности ООН потребовал от Джамахирии выдать организаторов взрыва лайнера рейса 103. В ответ на отказ Каддафи ввели жесткие санкции. Военно-техническое сотрудничество Российской Федерации с Ливией тоже попало под запрет. Когда в 1999 подозреваемых ливийцы сами выдали для суда в нейтральной стране, режим санкций ООН приостановили.

В 2001 году в Нидерландах на территории британской военной базы суд над Аль-Меграхи и его потенциальным сообщником вынес приговор. Предполагаемого подельника освобождили, а начальник службы безопасности ливийских авиалиний получил пожизненное заключение.

Одним из основных доказательств причастности ливийцев к взрыву стал фрагмент часового механизма, таймера для бомбы. В конструкцию бомбы, спрятанной в магнитолу, был добавлен прибор, который активизировал схему по времени — после прохождения контроля багажа в барокамере. Через год после взрыва рейса 103, в 1989 году, таймер такой конструкции использовали для взрыва гражданского самолета французской авиакомпании UTA в небе над Нигером, во время конфликта Ливии и Чада. Считалось, что за этим терактом стояли спецслужбы Джамахирии, а покупали эти точные электроприборы в Швейцарии.

Почти расплавленная часть прибора размером с почтовую марку обнаружили среди обломков катастрофы в нескольких десятках километров от Локкерби, чуть ли не завернутой в обгоревшую мальтийскую рубашку. Оперативно найшли продавца таких таймеров, лично знакомго с Меграхи, швейцарца Эдвина Боллье. Службы фемиды США предлагали ему четыре миллиона долларов и прикрытие по программе защиты свидетелей за поддерживающие «ливийскую» версию показания. Через несколько лет он признался, что «совершенно ясно то, что этим фрагментом „таймера“ просто манипулировали. Это фальсификация — связывать Ливию с терактом в Локкерби». По версии Боллье из Цюриха, в районе авиакатастрофы найден фрагмент именно того прибора, который у него конфисковала местная полиция. Он действительно продавал таймеры в Ливию, но представленный в суде образец из его офиса на самом деле сделан из другого металла. Обгоревшая рубашка, которая вряд ли могла бы уцелеть в самом эпицентре взрыва, превратилась на суде над Меграхи из слова «ткань» в слово «обломки, остатки».

В начале декабря, за 10 дней до взрыва лайнера над Локкерби, МОССАД провел активную операцию по выемке документов из ливанской штаб-квартиры Народного фронта освобождения Палестины. Информацию о готовящемся взрыве самолета компании Pan Am, совершающего рейс из Франкфурта в конце декабря, срочно передали американским и немецким коллегам. В салоне летевшего перед самым Рождеством в Америку Боинга-747 оказалось 169 пустых пассажирских кресел.

Это очень много для начавшегося в это время сезона отпусков. От забронированных билетов на рейс 103 отказались почти все государственные служащие США из посольства в Москве, посол США в Ливане, помощник руководителя отдела разведки в Управлении США по борьбе с наркотиками, сын помощника исполнительного директора ФБР и многие другие. Напечатанное на стандартном офисном листе бумаги объявление о возможном теракте висело у входа в американское посольство в Москве. После того, как реальные обстоятельства взрыва пассажирского самолета над Локкерби стали общеизвестными, уже Джамахирия стала требовать от американцев компенсации в десятки миллиардов долларов за убытки во время действия санкций.

К 2007 году адвокаты Абдельбасета Али Мохмеда Меграхи подготовили 500-страничную апелляцию и подали материалы в Комиссию по пересмотру уголовных дел Шотландии. Новый суд не состоялся, а в 2009 Аль-Меграхи освободили из тюрьмы по состоянию здоровья. Руководство компании «Бритиш Петролеум» (ВР) не скрывало, что этот акт милосердия очень помог реализовать крупный нефтяной контракт в Ливии. Во времена «дружбы» Великобритании с Каддафи Ливия поставляла до двадцати пяти процентов необходимой острову нефти.

К этим же временам, по-видимому, относится и небольшой конфуз — скандальчик с защитой Саифом аль-Исламом Каддафи последипломной «докторской» диссертации в Лондонской Школе Экономики (LSE). Сэр Марк Аллен, бывший сотрудник МИ 6, специальный советник ВР, лично организовал встречу Каддафи и Тони Блэра для решения вопроса освобождения Аль-Меграхи. Одновременно сэр Аллен заседал в совете Лондонской Школы Экономики. Благотворительный взнос в полтора миллиона фунтов стерлингов на одну из программ школы из фондов семьи Каддафи позволил закрыть глаза на некоторые элементы плагиата в научной работе Саифа. Кроме того, его отец подписался закупать у Соединённого Королевства военные корабли.

В Джамахирии Аль-Меграхи встречали как героя. Он никогда не признавал свою вину. Не признавал вину за взрыв над Локкерби и Каддафи, хотя Ливия и выплатила 2,7 миллиарда долларов компенсаций семьям погибших. Пример разгромленного в 2003 Саддама Хуссейна сильно повлиял на строптивого полковника. Джамахирия отказалась от поддержки экстремистски настроенных группировок, в 2004 прекратила эксперименты с оружием массового поражения и организовала спонсорские фонды под руководством Саифа аль-Ислама Каддафи. Через эти фонды Ливия оплатила многомиллионные штрафы не только по делу о взрыве рейса 103 и берлинской дискотеки. Родственники пострадавших от боевиков ИРА (Ирландская Республиканская Армия) также получили денежные компенсации.

С Великобританией отношения Ливии всегда были непростыми. За четыре года до трагедии над Локкерби, в 1984, из окна «народного представительства» Джамахирии в этой стране расстреляли демонстрацию протеста против диктаторского режима Каддафи. Основная масса протестующих представляла собой недовольных полковником эмигрантов. С этим контингентом активно работали британские тайные службы. В результате протестов огнестрельные ранения получили 11 человек и убита женщина-полицейский. Великобритания разорвала дипломатические отношения с Ливией. В ответ мятежный полковник стал финансировать террористов из ИРА.

Поддержка и использование в своих целях радикально настроенных элементов была обычной практикой не только для Каддафи. Спецслужбы Великобритании финансировали и пытались организовать очередную попытку убийства полковника в 1996. По воспоминаниям Дэвида Шайлера, журналиста и бывшего сотрудника МИ-5, Секретная разведывательная служба Великобритании (Military Intelligence, MI 6) «установила контакты с Ливийской исламской боевой группой — организацией, которая сформирована в Афганистане в 1990 году из примерно 500 ливийских джихадистов, воевавших тогда против поддерживаемого Советами правительства». Боевики взорвали машину, но Муаммара Каддафи в ней не оказалось. Попытка внутреннего переворота в Джамариии при помощи радикальных исламистов и пары сотен недовольных ливийских военных в 1996 году успехом не увенчалась.

Большинство участников неудавшегося покушения закрыли в тюрьме «Абу Салим» в Триполи, которая оказалась просто переполненной боевиками и политическими противниками Каддафи. 28 июня 1996 года заключенные четвертого блока захватили охранника и подняли бунт. Охрана тюрьмы открыла огонь из автоматов на поражение, и бунтовщики вернулись в камеры. На следующий день в застенках без суда и следствия расстреляли около 1200 заключенных.

В марте 2011 спецслужбы королевства с самого начала активно участвовали в событиях в Ливии — британский SAS (Special Air Service) обеспечивал эвакуацию сограждан из предстоящего хаоса. И не только. Одна из диверсионных групп «засветилась» в окрестностях Бенгази, когда попала в плен к повстанцам: шесть спецназовцев SAS и два агента МИ-6 с оружием, боеприпасами и специальными средствами связи. Этот отряд корректировал удары авиации по наземным целям и по идее должен был помогать повстанцам, но репортаж просочился в прессу.

На мониторе БСЛ (большой стратегический локальный) траверс полета американского «Супер Шершня» мог легко пересечься с маршрутом гидросамолета. На всякий случай несколько эффектных кадров из видео со стрельбой в сторону корабля «Академик Петров» Белов переслал своему «оперативному контакту» — генералу из командования НАТО в Европе. Тому, который когда-то угостил его пачкой «Кэмела». Полковник сделал этот важный ход в игре, чтобы подстраховать капитана Ершова от принудительной посадки на воду. Следующий за «союзниками» и нужно помочь им пойти правильной фигурой в нужное место.

Адмирал Новиковстарался не вмешиваться, как всегда, когда Белов играл в свои игры. Лёха-Емельяныч реально плохо играл в нормальные шахматы. Но все его операции, в курсе которых был адмирал, отличались продуманностью на несколько ходов вперед. Будущий полковник как-то пытался объяснить будущему адмиралу на шахматных примерах, почему надо думать о прошлом, чтобы спрогнозировать будущее, настоятельно рекомендуя прочитать учебник по гамбитам. Но моряки выбирают футбол, и сейчас Новиков не мог определиться — какая он все-таки фигура в этой игре. По всей видимости, тяжелая. Бесшумно висящая на глубине средиземноморских вод атомная подводная лодка может выпустить двумя залпами двадцать четыре крылатых ракеты — от Шестого флота США останется только металлолом. Не так давно, когда авиация НАТО бомбила бывшую Югославию, «Курск» держал российский паритет в регионе ракетами с ядерными боеголовками. Местонахождение еще двух лодок, прикрывающих ракетоносец, тоже оставались тайной для потенциального противника. «Курска» уже нет. Но субмарины у России есть. Авианосцы боятся русских субмарин как огня — от Советского Союза по наследству достались подводные лодки серии 949А.

Адмирал, притаптывая, уплотняя голландский табак в хорошо прокуренной трубке, задернул шторки, прикрывающие БСЛ монитор. «Подводная лодка в пустыне Сахара», — по долгу службы адмирал Новиков следил за перемещением натовских охотников за подлодками. Но, когда на мониторе над Ливией появились пунктирные круги, нарезаемые авиацией в поисках золота Каддафи, он временно отключил эту функцию.

— Леша, будешь писать рекомендации? — Новиков знал что записки Белова идут на самый верх и решения по ним принимаются очень быстро.

— Да, а что?

— Отметь, что надо срочно провести стрельбы боевыми ПКР.

— А что такое ПКР? — «Вот уж черноботиночный, ему бы только палить во все стороны».

— Как был ты пиджаком, таким и остался. Это, мистер полковник, противокорабельные крылатые ракеты.

Еще в конце 60х, на десять лет раньше американцев, советские охотники за авианосцами вооружились ПКР со стартом из под воды. В боекомплект входили шесть ракет с обычными и две с ядерным зарядом. «Аметист» летела с дозвуковой скоростью, на высоте 50–60 метров на расстояние до 60 километров. Обнаружение-удержание цели по шумам и наведение крылатой ракеты по телеметрической системе оказалось не очень эффективным. При таком раскладе подлодка вынуждена следовать за авианосной группой на небольшом расстоянии. В середине 70х на смену пришел комплекс «Базальт» — шеститонные ракеты с радиусом стрельбы до 550 км, плюс система морской разведки и целеуказания космического базирования «Легенда». Скорость крылатой ракеты достигла двух скоростей звука.

В начале 80х появились ракетные комплексы «Гранит»: двадцать четыре десятиметровых семитонных ракеты П-700 на борту атомной подлодки. Ракеты стали «умными», у каждой появился собственный вычислительный центр и система навигации, они научились преодолевать помехи и выбирать цель сами, в зависимости от тактической обстановки. Эти ПРК могут атаковать авианосную группу в одиночку или стаей, когда одна из них летит в 2,5 раза быстрее звука на большой высоте и передает несущимся над водой крылатым ракетам информацию о цели. Если наводящую ракету сбивают, то еще одна из стаи поднимается вверх и держит вражеские корабли на прицеле.

На основе 20ти миллиардного контракта с Индией разработана и производится ПРК «БраМос», атакующая со скоростью 700 метров в секунду. Дальнейшие разработки российских ПРК летают в три раза быстрее скорости звука, стали легче, обмениваются информацией на неглушимых частотах, подбираются к цели незамеченными на высоте пяти метров над водой и умеют обманывать перехватчики, посылая им собственное отражение от воды. Крылатые ракеты упаковали в автономные модули, которые размещаются в обычных сорокафутовых морских контейнерах. Любой сухогруз может превратиться в «убийцу авианосцев».

«Лучше пельменей могут быть только вареники с вишней и со сметаной, — думал Сергей Ершов, — обязательно с домашней сметаной». Викина мама лепила их сотнями. Теща обычно приезжала в Москву с торбой, полной вишни, шматом домашней сырокопченой ветчины и тремя литрами самогонки. Но это пойло не шло даже в виде жидкой валюты при расчетах с водопроводчиками.

По радио оживились американцы. По радио прозвучало требование немедленно посадить самолет на воду для проведения досмотра. Повторившееся слово «антитеррористическая» ничего хорошего не обещало. Грек, похоже, начал нервничать и еще гуще задымил сигариллой.

Экстренно приводняться Сергей не собирался: до Кипра оставалось 30 минут полета, встреча с сотрудниками российского посольства назначена прямо в порту. С утра из Ларнаки на глубоководную рыбалку отправился помощник военного атташе и пара крепких ребят из торгового представительства. На всякий случай их яхта нарезала круги в километре от порта.

Из командировок капитан Ершов часто привозил полковнику колюще-режущие предметы для коллекции. И сейчас Сергей молча крутил в руках нож, думая, что для подарка он не подойдет. Так себе тесачок, огурчики порезать. Боковым зрением Ершов заметил, как грек недоверчиво, короткими взглядами, следит за движениями клинка.

Высоко в небе над ними чертил инверсионный след небольшой быстрый самолет.

«Похоже, военный», — подумал Сергей.

«Похоже, гидроплан», — подумал пилот «Супер Хорнета» (F/A-18E/F).

Многоцелевой боевой самолет палубного базирования «Супер Хорнет» стоимостью около сорока миллионов долларов в экспортном исполнении — основной конкурент «Рафаль», Су-30МК и «Еврофайтера» на мировом рынке. Малозаметный истребитель-бомбардировщик обладает высокой скоростью, дальностью полета, самыми современными системами наведения и разведки, 11 точками подвески для восьми тонн ракет и бомб различных типов. К осени 2012 американцы произвели 490 таких самолетов, 24 из них — для Австралии.

В вооруженных силах России к 2012 году насчитывалось около десяти Су-30. Весной этого года государство заказало 30 машин, в декабре еще столько же. А только на борту одного атомного авианосца Шестого флота США «Энтерпрайз» из 70 самолетов 48 «Супер Шершней». Оборудованный на базе F/A-18 — самолет радиоэлектронной борьбы EA-18G Growler — во время операции «Объединенный защитник» впервые участвовал в боевых действиях. Обкатка прошла на отлично. Успешно глушились не только радары устаревших советских средств противовоздушной обороны С-75, С-125, «Кубов» и С-200, но и более современных мобильных зенитных ракетных комплексов «Кроталь» (Crotal) и «Оса». Хотя в 1991 иракцы сбили «Осой» даже «Стелс». Но полковник Каддафи не спешил покупать современное российское оружие — он очень надеялся на своих новых друзей — президентов и премьер-министров европейских стран.

Growler успешно использовался и для блокирования радиосвязи наземных войск законного правительства Джамахирии. Танковые колонны, которые выдвигал Каддафи против вооруженных мятежников, превращались в обгоревший металлолом. Договора Ливии с Российской Федерацией на поставку вооружений, строительство железной дороги и разработку нефтяных месторождений в связи с непреодолимыми обстоятельствами в виде смерти заказчика остались на бумаге.

«Супер Хорнет», закладывая затяжной вираж, снижал высоту полета и заходил «в хвост» гидросамолету.

Грек начал елозить в кресле, лоб покрылся испариной, и он опять как-то странно посмотрел на Сергея. Истребитель прошел высоко, но в следующий заход он мог конкретно заставить их сесть в море. До взлетно-посадочного коридора аэропорта Ларнаки с интенсивным трафиком пассажирских самолетов, куда военный самолет не залетит ни под каким видом, оставалось минут десять полета. Грек, словно проверяя работу рулей высоты, дал штурвал на себя и через пару секунд от себя. Самолетик послушно, совсем немного рыскнув носом вниз, выровнялся. У самой воды, на предельно низкой скорости, таким кульбитом можно устроить настоящую авиакатастрофу.

«Кроме страховки можно будет требовать компенсацию от американцев», — грек потушил сигарку в откидной пепельнице, снял темные очки и опять пристально посмотрел на Ершова.

Сергею эти маневры с рысканием самолета совсем не понравились. Он знал, что пилоты предпочитают снимать очки от солнца при малейшей угрозе авиакатастрофы. По оливково-маслянистому, заискивающему взгляду бородатого похоже, что он, редиска, решился-таки утопить самолет. Как-то по пьяни он сам рассказал об этом варианте одному из коллег Ершова. То, что можно свернуть шею и операция по доставке груза сорвется, грека, судя по всему, не волновало.

Крепко зажав пальцами лезвие ножа, Сергей протянул его пилоту, при этом не до конца разгибая в локте дающую левую руку. Грек, потянувшись, положил ладонь сверху на ручку тесака и взялся за нее. Сергей слегка потянул нож на себя и вверх, заставляя пилота машинально ухватиться покрепче и давить вниз, а не сразу тянуть на себя, отпустил лезвие и провел молниеносный захват кисти. Сжимая кольцом пальцев основание кисти пилота сверху, в ложбинке после суставов предплечья, Сергей продолжил движение руки вниз и в сторону. Несильный доворот в направлении большого пальца и — нож упал на пол.

Приемчик называется «Дай закурить»: правая рука противника зафиксирована, продолжив движение, ее можно выкручивать дальше и завалить тушу лбом в асфальт. Или заставить попрыгать, дожимая кисть к предплечью и парализуя агрессию болью. Так можно отдавать во временное пользование зажигалку, пачку сигарет, кошелек, при правильной постановке вопроса — оружие или букет цветов. Главное, дать противнику предмет правильно, чтобы он взял его, накрывая ладонью сверху, и психологически на секунду расслабился от легкого получения добычи.

Почти одновременно Ершов отстегнул ремень безопасности и был готов вскочить из кресла. Доворачивая и немного приподнимая руку в захвате, он не причинял пилоту сильной боли, но дал понять, кто здесь командир.

«Если грек попытается вытащить пистолет из подплечной кобуры, переведу прием из болевого в парализующий, согну бородатого пополам и дам ребром ладони сверху по шее, — машинально подумал Ершов, — Только не сильно. Мужик вроде нормальный».

Глава 9. Фантомас, рыжий кот и другие

Что на самом деле сказал товарищ Ленин товарищу Луначарскому, точно установить уже не удастся. Собрания сочинений классиков марксизма-ленинизма, как и большинство исторических документов, редактируются потомками исходя из собственных интересов.

Алексей Емельянович, тогда еще просто Леша Белов, сам видел приписанную вождю мирового пролетариата фразу, когда они с друзьями иногда убегали со школьных уроков. В 1976-м большие белые буквы, выведенные масляной краской на красном кумаче транспаранта, растяжкой висевшего в холле кинотеатра, гласили: «Из всех искусств важнейшим для нас является кино». И подпись — В. И. Ленин.

Самым трудным и опасным считалось попасть на фильм «Фантомас» французского производства. Он попадал в категорию «детям до 16-ти», да и билет на широкий экран стоил целых сорок копеек. На сеанс в другом, небольшом кинозале билет покупали всего за десять копеек. Это подвальное помещение с десятью рядами деревянных посадочных мест называлось «Кинохроникой», и там показывали совершенно неинтересные ученикам четвертого класса репортажи со съездов КПСС и хлебоуборочных «битв за урожай». Поэтому задача номер один — незаметно проскользнуть из зала «хроники» в мужской туалет. Во время фильма старушки-билетерши в войлочных тапках запирали входы-выходы из здания и садились пить чай в дежурке. В этом отгороженном углу холла у самого входа имелось большое окно, как в кассе. Из туалета мимо этого окна в большой зрительный зал приходилось пробираться ползком, по-пластунски. Но оно того стоило!

На экране Фантомас летал на «ситроене» с выдвижными крыльями и реактивными двигателями. Эта машина на жаргоне школьников называлась «фантомаской» и признавалась нереалистичным эпизодом, хотя сам злодей зеленого цвета с шевелящимися губами и горящими глазами был как настоящий. В последней серии Фантомас улетал на огромной ракете, которую сбивали, но он оставался в живых и, надев маску с усами, уезжал с места происшествия на велосипеде. Страшный зеленолицый герой не садился в ракету, а заранее припрятал велик в кустах у космодрома.

Старушки-билетерши очень удивлялись, видя школьников, выскакивавших из кинозала через открытые двери выхода на улицу после просмотра запрещенного для детей фильма. Чтобы прекратить подобные «безобразия», стражи порядка и неокрепшей юношеской морали избрали новую тактику. Во время чаепитий дверь в дежурку закрывать перестали, и теперь проползти незамеченным мимо штаба врага не получалось. Кроме того, в большом зале постоянно, даже во время фильма, стала дежурить одна из надсмотрщиц. А план проникновения под прикрытием, когда в курилке или буфете можно уболтать незнакомого дядечку, чтобы он за руку провел на сеанс своего новоявленного сына, а то и двух, отличался нестабильностью результатов. Группе любителей незаконного кино пришлось разработать отвлекающий маневр.

Полковник Белов невольно улыбнулся воспоминаниям о детских приключениях и мысленно вернулся к событиям недавнего прошлого. Хотя, чтобы нащупать логику в бурном потоке информации, не стоит слишком часто прерывать течение мыслей усилием воли. Надо позволить сознанию течь ровно и спокойно, иногда даже уплывая в лабиринты памяти.

Волна цветных революций докатилась до Ливии в начале 2011. В середине февраля в Бенгази демонстрация протеста из шестисот человек, среди которых оказались парни с бутылками «коктейля Молотова», закончилась выстрелами и убитыми. Погибло около 16 человек. Большинство участников шествия и не думали бороться с самим Каддафи. Это родственники расстрелянных в 1996-м в тюрьме «Абу Салим» и выступали против ареста адвоката, представлявшего их интересы. Каддафи заплатил семьям погибших отступные — около ста тысяч долларов каждой, но многим сумма казалась слишком маленькой. Особенно, если сравнить ее с миллионами, которые Джамахирия выплатила семьям пассажиров взорванного рейса 103 и жителям Локкерби. Родственники подали в суд на правительство и наняли юриста, который попытался значительно увеличить суммы государственных компенсаций. После протестов его выпустили, но особой роли это уже не играло. Начало цветной революции шло по хорошо откатанному сценарию. Одновременно с юристом из тюрьмы вышли более сотни политических узников — раскаявшихся террористов.

«… демонстрации были мирными. У людей имелись претензии к властям, много претензий, но не было агрессии. А потом в толпе начались взрывы, кто-то вооруженный открыл огонь по военной базе, кто-то поджег полицейский участок, и все как будто покатилось под откос. Появились какие-то странные люди с оружием, началось насилие на улицах, — вспоминает первый представитель „Переходного Совета“ повстанцев в Париже, доктор Реджеб Будабус, — …никто из протестовавших тогда не предполагал, что НАТО стремится вмешаться, чтобы, будем честны, устроить реколонизацию нашей страны».

«Какие-то странные люди» оказались боевиками, ветеранами войны в Афганистане и Ираке. Фактически, с самого начала в протестах и волнениях участвовали несколько категорий: интеллигенция и молодежь, которым просто надоел государственный строй средневекового типа, обиженные при дележке нефтяного пирога бенгазийские кланы и племена, а также мусульманские экстремисты всех мастей, организованные в боевые группы. Доктор Будабус оказался наивным интеллигентом.

Спутниковый новостной канал «Аль-Джазира» срочно выпустил в эфир видео и комментарии о расстреле мирной демонстрации в Бенгази снайперами правительственных войск. Подробности — например то, что эта демонстрация шла под зелеными флагами Джамахирии, оставались за кадром. 17 февраля «День гнева» ливийской оппозиции прошел и в других городах, но над толпой уже появились трехцветные полотнища. Демонстрации протеста, как будто по одному и тому же сценарию, заканчивались грабежом армейских складов и захватом полицейских участков.

Спецслужбы Франции и Великобритании давно готовили операцию. В октябре 2010 шеф протокола Муаммара Каддафи, господин Месмари, попросил политического убежища в Париже. Он сдал все возможные и невозможные секреты и порекомендовал французам полковника ливийских ВВС из Бенгази, готового возглавить бунт против Каддафи. В январе господин Месмари встречался в Париже и с другими гостями из Ливии, приехавшими на консультации в связи с предстоящими событиями.

Французузские спецслужбы начали тайно переправлять в Бенгази «вспомогательные материально-технические средства». В конце января ливийские спецслужбы взяли полковника ВВС под арест и предъявили официальное обвинение в подготовке беспорядков в регионе Киренаика, но процесс уже запустили на полную катушку: военные ведомства Парижа и Лондона имели четко разработанный план операции по защите мирного населения от кровожадного диктатора в одной из стран северной Африки. В 2010 в сети ненадолго появился официальный сайт совместных франко-британских учений под кодовым названием Southern Mistral 2011.

За несколько дней конфликты «борцов за демократию» с войсками и полицией превратились в уличные бои. Власти Ливии отключили Интернет и трансляцию зарубежных каналов по ТВ. По трем государственным показывали совсем другие демонстрации. Однако у оппозиции появились мобильные телефоны с доступом в Интернет на египетских номерах.

20 февраля «Аль-Джазира» провела крупную дезинформационную атаку. По новостям сообщили о 200 погибших и более 800 раненых в результате обстрела мирных протестующих артиллерией и боевыми вертолетами Джамахирии. «Эта новость потрясла все прогрессивное человечество». Однако после анализа данных с российских спутников, постоянно следивших за событиями, информация не подтвердилась. Даже глава МИД США, Хиллари Клинтон, признала события «сильно приукрашенными прессой».

23 февраля президент США заявил, что Каддафи «должен уйти», но на самом деле просто пугал полковника, надеясь на египетский вариант. В самих Штатах далеко не все поддерживали вооруженное вмешательство. Выступая перед сенаторами, шеф Пентагона Роберт Гейтс поделился мнением о том, что сторонникам армейской операции «пора в психбольницу». Начальник военной разведки США прогнозировал поражение оппозиции. А ливийские власти вовсю трубили об атаках Аль-Каиды и продвигали войска к Бенгази, отбивая один населенный пункт за другим.

Хамад ат-Тани, правитель Катара — небольшого эмирата в Персидском заливе с населением около 2-х миллионов, поддержал свержение Каддафи, причем, не только показывая «кино» по каналам «Аль-Джазиры».

Катар, участок пустыни, коренное население которого всего около 380 тысяч, а все остальные — не имеющие никаких прав гастарбайтеры, занимает третье месте в мире по запасам природного газа и шестое по объему его экспорта. Огромными супертанкерами эмират ежегодно продает около 100 миллионов тонн сжиженного газа и наращивает экспорт.

Шейх (князь) Хамад Бен Халиф ат-Тани пришел к власти в результате дворцового переворота. В 1995-м он отобрал власть у собственного отца, который в это время находился на лечении в Европе. Его отец поддерживал Иран, и провернуть смену власти сыну помогли из-за океана. Всем недовольным просто заблокировали зарубежные банковские счета. А новый правитель инвестировал один миллиард долларов в строительство аль-Удейд — одной из самых крупных зарубежных авиабаз США. Оказалось, что отсюда очень удобно руководить операцией по освобождению Ирака от Хуссейна.

Через год после прихода к власти шейх стал финансировать телеканал «Аль-Джазира», организованный братьями Фридманами. Профессиональный источник новостей на арабском предоставлял эфир для высказывания самых различных мнений. Фридманы знакомили арабский мир с точкой зрения Израиля и давали высказаться представителям различных направлений ислама. Корреспонденты вели репортажи из горячих точек, часто новости не совпадали с информацией западных каналов. Фридманы пытались помирить Израиль с арабским миром. А во время войны в Ираке американцы даже грозили закрыть канал за неправильное освещение событий.

Но в 2005 один из братьев умер, и руководство «Аль-Джазиры» перешло к международной фирме Jtrack, владельцем и президентом которой являлся Махмуд Джибриль — выходец из Ливии. Основной вид деятельности Jtrack — консультации и создание позитивного образа политиков из арабских стран. При новом руководстве и значительных инвестициях телекомпания заметно увеличилась, появился англоязычный канал, а возглавил ее человек, близкий господину Джибрилю.

Сам Махмуд Джибриль, уроженец племени варфалла, исторически поддерживающих племя каддафов, стал работать в Ливии под присмотром Саифа аль-Ислама Каддафи. Занимая пост председателя Ливийского национального совета по планированию и Совета по развитию национальной экономики Ливии, он быстрыми темпами проводил либеральные реформы. Появились частные кафе, лавочки, парикмахерские. Но реформы по штатовским трафаретам продвигались медленно — Муаммаp Каддафи имел собственное видение устройства мира. Полковник считал любой парламент сборищем лгунов, зарабатывающих на этом деньги. В беседе с журналистом он мог спросить: «Вы живете в стране, в которой есть парламент? А сколько в нем простых бедуинов?». Список легко можно продолжить с учетом географии: фермеров, крестьян, рабочих, солдат, младших офицеров, учителей, врачей, таксистов, машинистов…

Муаммаp Каддафи хотел передать власть по наследству, но в 21 веке этот номер не проходит. Его старший сын, Саиф аль-Ислам, отказался от такого варианта, предложив создать парламент и провести выборы.

В то же время Махмуд Джибриль сообщил шейху ат-Тани об успешных переговорах с Парижем: 35 % ливийской нефти в обмен на поддержку. И 27 февраля в Бенгази появился Национальный переходный совет Ливии во главе с господином Джибрилем.

У шейха Хамада ат-Тани с полковником Каддафи были старые личные счеты. На одной из конференций Лиги Арабских государств в ливийском городе Сирт лидер Джамахирии унизительно обратился к шейху: «Брат мой, ты так разжирел, что напоминаешь бочку и уже не вмещаешь свой зад в шикарное золотое кресло». Черный юмор здесь состоял, видимо, в том, что больной диабетом ат-Тани весил около 160 килограммов, а в барреле нефти примерно 160 литров.

В начале марта 2011, еще до заседания Лиги Арабских государств, шейх протащил решение «о бесполетной зоне над Ливией» на уровне глав министров иностранных дел государств-членов Совета сотрудничества стран Персидского залива. При голосовании ЛАГ по ливийскому вопросу Катар и Саудовская Аравия обеспечили большинство в принятии резолюции.

10 марта Франция признала Переходный Национальный Совет повстанцев во главе с Махмудом Джибрилем законным правительством и сообщила о готовности защищать его интересы даже без поддержки других стран. Следующим, через две недели, законным ПНС признал Катар. Решать вопросы во Францию господин Джибриль летал на личном самолете шейха.

Судьба Ливии и Каддафи решалась 14 марта в Париже на неофициальной встрече министров иностранных дел стран большой восьмерки. Россия и Германия высказались против военного вмешательства, США в то время еще не приняли решение. Шейх Хамад ат-Тани рассказал Хиллари Клинтон о готовности стран Персидского залива участвовать в операции и о поддержке Лиги Арабских государств. Друг Саркози, Бернар-Анри Леви, вместе с эмиром Катара рекомендовали американскому госсекретарю встретиться после ужина для беседы с Махмудом Джибрилем. Хиллари Клинтон последовала их совету и убедилась, что господин Джибриль — успешный и образованный бизнесмен, политолог, бывший преподаватель Питсбургского университета. Участник беседы, Крис Стивенс, хорошо знал этого господина и очень похоже на то, что он сильно поддержал идею о немедленной помощи повстанцам. Госсекретарь доложила обстановку в Вашингтон. На следующий день на совещании у президента США военные предупредили, что одним перекрытием воздушного пространства над Ливией дело не обойдется. В тексте проекта постановления, который планировалось подать на рассмотрение Совбеза ООН, в пункте 4 утвердили небольшую поправку: «все необходимые меры для…».

Представитель США в ООН в частном разговоре поделился новостью со своим французским коллегой. Тот внес поправку в проект от имени Франции и зарегистрировал заявку в секретариате ООН с утра пораньше, опередив Штаты. Французское дипломатическое ведомство праздновало победу. Все шло по плану. Зная, что Россия категорически против наземной операции, Саркози лично позвонил президенту Медведеву и заверил, что во французском варианте такой возможности нет. Еще один звонок Саркози и — Бразилия не стала голосовать против. Президенты США и РФ обсудили вопрос по телефону. В Совете безопасности ООН резолюция набрала необходимое количество голосов.

Небо над Джамахирией на самом деле надо было закрывать для полетов ливийских боевых самолетов. Их использовали не только правительственные войска. Пилоты МиГов-23 воевали и на стороне повстанцев. 17 марта в боях за город Адждабия в атаках оппозиции участвовали танки, артиллерия, вертолеты и МиГи. Последний раз Flogger повстанцев поднялся в воздух в Бенгази 9 апреля, но срочно сел на ближайший аэродром после визуальных сигналов истребителей НАТО. Проще говоря, взлетевшим с авианосца летчикам пришлось открыть предупредительный огонь.

Из-за поправки в пункте 4 резолюции № 1973, имевшей весьма широкое толкование, разгорелся скандал в российском МИД. Потеряли посты два заместителя министра иностранных дел. Посла РФ, активно поддерживавшего Каддафи и пославшего в Москву срочную телеграмму с протестом против такой, похожей на предателськую, резолюцию отозвали из Ливии без замены. Стало понятно, чем это все закончится. Ливийская ПВО на основе устаревших советских комплексов С-75, С-125, С-200 и «Квадрат» — около 30 установок «земля-воздух», связанных с 15 радарными системами, как показали боевые действия в Югославии и Ираке, не могла противостоять современной авиации запада. Заказанные и частично оплаченные Джамахирией С-300 и МиГи планировалось поставить уже в 2013—14 году.

Но эта поправка дала возможность России отыграться на дипломатическом поле. РФ проголосовала в ООН ни за, ни против, причем первое — именно из-за наличия поправки. Россия не ссорилась с партнерами по большой восьмерке, которые в сто раз стратегически важнее, чем 6,5-миллионная Ливия, но и не участвовала в свержении Каддафи. Дипломатическими и политическими средствами РФ боролась против любого военного вмешательства и пыталась спасти жизнь полковнику.

В ночь с 19 на 20 марта два «Рафаля» французских ВВС остановили продвижение передовых частей Каддафи в направлении Бенгази. Уже на следующий день Катар выразил готовность присоединиться к операции. 21 марта боевые корабли и подводные лодки США и Великобритании выпустили по целям более сотни крылатых ракет «Томагавк». Перед стартом в ракеты загружали точные координаты и трехмерные модели целей. В первую очередь бомбили зенитно-ракетные комплексы еще советского производства. Второй удар пришелся на пункты управления, радары, узлы связи и резиденцию Каддафи. Третьей волной накатили бомбардировщики, среди которых три американских B-2 Стелс. Сорок бомб вывели из игры основную авиабазу ливийцев. Из двадцати намеченных целей восемнадцать — уничтожено.

Правительство Ливии официально сообщило о том, что прекращает военную операцию против повстанцев и признает резолюцию ООН. Но вариант 1986 года, когда Каддафи остался жив, не устраивал ни одну из заинтересованных сторон. В 2006 он сказал: «Нефтяные компании контролируются иностранцами, которые сделали на них миллионы. Теперь их место должны занять ливийцы, чтобы воспользоваться этими деньгами». Контракты переоформили, и доля добываемой иностранными компаниями нефти сократилась с 50 до 12 процентов. Полковник не собирался приватизировать Национальную Нефтяную компанию Ливии ни под каким предлогом. К 2011 для открытия Банка и инвестиционных фондов Африки — первого шага к золотому африканскому динару, Каддафи накопил и разместил на зарубежных счетах более 100 миллиардов долларов. Переходный национальный совет подписал договор об оплате расходов НАТО на «демократизацию» из этих денег.

После того как согласилась Турция, операция «Одиссея. Рассвет» переросла в натовскую «Объединенный защитник». К этому времени западная коалиция разместила у берегов Ливии двадцать пять боевых кораблей и подводных лодок, включая авианосец «Энтерпрайз», штабной «Маунт Уитни», десантные вертолетоносцы «Керсадж» и «Понсе». «Аль-Джазира» вбросила информацию о таинственном гараже, в котором сторонники Каддафи могут хранить десять тонн химического оружия — газа иприт.

В конце марта правительственные войска перешли в наступление и выбили повстанцев из трех городов. Войска Каддафи грамотно маскировались от авиации и перемещались по ночам. Боевики, при попытках выдвинутся организованными колоннами, попадали в засады. Оппозиция пыталась атаковать родной город Каддафи — Сирт, «Аль-Джазира» выпустила информацию о его захвате, но это оказалось очередным враньем. В это же время бои шли за один из ключевых городов — Мисурату, расположенный на побережье в 200 км от Триполи.

В начале апреля в Бенгази появился спецпредставитель США — Крис Стивенс. Его задача вместе с ЦРУ разобраться, кто есть кто из повстанцев, и установить тесные контакты. А воевать с армией Каддафи будут предатели, банды исламских экстремистов, наемники и недовольные племена.

В ПНС собралась довольно-таки разношерстная компания: прокатарский глава Махмуд Джибриль, военный главнокомандующий — бывший министр МВД Ливии генерал Юнис, при Каддафи успешно громивший джихадистов. Абдель Бельхадж — лидер вооруженных ветеранов, воевавших c американцами в Афганистане и Ираке. Его соратник по борьбе Исмаил аль-Салаби — командир отряда боевиков в Бенгази под названием «17 февраля». Министр информации ПНС — журналист из «Аль-Джазиры». Перед мистером Стивенсом стояла непростая задача, и ему приходилось буквально проявлять чудеса дипломатии — непримиримые враги собрались вместе, чтобы свергнуть Каддафи и добраться до ливийских природных ресурсов. А это — множество действующих лиц и факторов, которые нужно учитывать, выполняя распоряжения из Вашингтона.

В руках оппозиции оказалось оружие из разграбленных военных арсеналов. Для повстанцев Катар закупил во Франции средства связи, автоматические винтовки и легкие пехотные противотанковые ракеты «Милан». Из Саудовской Аравии умудрялись переправлять боевикам оружие «Made in USA». ПНС просил денег и жаловался на недостаточную поддержку НАТО. Правительственные войска, опасаясь выдвинуть колонны под авиабомбы, применили новую тактику: танки и другая тяжелая техника рассредоточились среди городских кварталов. В рейды солдаты уходили в гражданской одежде на грузовых джипах. Из Бенгази в Вашингтон по линии МИД и разведки ушел отчет: без активной военной поддержки шансов на победу у повстанцев нет.

Одновременно Триполи посетил еще один спецпредставитель США, который после переговоров передал президенту Обаме личное письмо полковника Каддафи с просьбой остановить войну. Сдаваться, уходить со своего поста, как это сделали правители Туниса и Египта, полковник не собирался.

Генеральный секретарь Лиги Арабских Государств выступил с критикой военной операции. Освобождение арабской страны от диктатора без участия других арабских государств выглядело, по крайней мере, нелогично. И 26-го марта катарские «Миражи» приняли участие в патрулировании бесполетной зоны совместно с французскими самолетами.

В ночь на 1 мая полковника в очередной раз попытались убрать. По агентурным каналам пришла информация о месте пребывания семьи Каддафи. Первая тяжелая бомба пробила крышу и взорвалась у детской комнаты. Вторая влетела в ту же дыру и попала в бункер в подвале, но не взорвалась. Погибли три внука и сын Муаммара Каддафи — Саиф аль-Араб.

Махмуд Джибриль письменно поблагодарил Францию и НАТО за участие в операции, но при этом, пока что выступил категорически против присутствия иностранных наземных войск в Ливии. Он давно вынашивал собственные планы по приходу к власти в Ливии через выборы и другие, фиктивные в исламской стране псевдодемократические процедуры. Чтобы свергнуть Каддафи, нужны деньги и оружие, а воевать с регулярной армией есть кому. В 2010 ливийские власти выпустили из тюрьмы 214 боевиков и десяток лидеров Ливийской исламской боевой группы (ЛИБГ). Сделали это по инициативе Саифа аль-Ислама и по совету Джибриля — для подкрепления имиджа демократических преобразований. Господин Джибриль съездил в Париж и представил на утверждение кандидатуру лидера вооруженных боевиков — одного из командиров исламской боевой группы ЛИБГ, ливийца Абделя Хакима Белхаджа.

Когда в начале 80-х полковник Каддафи начал прессовать радикальных исламистов, Абдель Белхадж перебрался воевать против неверных в Афганистан. Тогда подготовку боевиков для газавата (одна из форм джихада — вооруженная борьба) против Советов финансировали через доверенное лицо ЦРУ и саудитов — Осаму Бин Ладена. Позже Абдель Белхадж воевал и против американцев, вместе с «Талибаном» и «Аль-Каидой». В 1995 ЛИБГ устроила мятеж на востоке Ливии. Армия и полиция под командованием генерала Юниса жестко подавила экстремистов. ЛИБГ четыре раза пыталась убить Муаммара Каддафи.

В 1998-м Белхадж второй раз встретился с Бин Ладеном в Афганистане, но, как он писал в покаянных письмах из ливийской тюрьмы, не принял фетфу-постанову — уничтожать неверных по всему миру. В том же году Ливийский суд выдал ордер на арест Бин Ладена и подал его в розыск через Интерпол, но тогда на это никто особого внимания не обратил.

После событий 11 сентября 2001 Совет Безопасности ООН добавил ЛИБГ в список террористических организаций. Белхадж уехал в Пакистан, где общался с Айманом аль-Завахири, человеком номер два в «Аль-Каиде» Бин Ладена, и ливийцем Абу-Яхья аль-Либи — правой рукой аль-Завахири. Через некоторое время Абдель Белхадж перебрался на войну суннитов против американцев в Ираке. Группировка боевиков — выходцев из Ливии, была у джихадистов второй по величине. После разгрома суннитского восстания в 2004-м Белхадж пытался получить убежище в Великобритании, куда собирался вылететь со своей женой из Куала-Лумпура. Он знал, что на Британских островах под крышей разведки спокойно жили и занимались своими делами многие из его коллег.

Но ситуация изменилась — премьер министр Великобритании посетил Триполи и стал дружить с полковником Каддафи. МИ-6 сдала Абделя Белхаджа ЦРУ и, после года интенсивных допросов в Таиланде, он попал в Ливию, в тюрьму. Чтобы освободиться в 2010, Белхадж и его сообщники написали 400-страничное покаяние, где признали борьбу мусульман в мусульманской стране против единоверцев неправильным джихадом. Получив свободу, Абдель Бельхадж уехал в Катар. Его возвращение в Ливию на самолете катарских ВВС совпало с началом волнений в Бенгази.

В начале мая ливийская оппозиция получила квоту на экспорт нефти от «контактной группы» стран, обеспечивающих выполнение резолюции Совета Безопасности ООН № 1973. У ПНС появилась возможность под контролем Катара экспортировать из Ливии 400 000 баррелей нефти в день на сумму 1,4 миллиарда долларов в месяц. Нефть — это хорошо, но ее надо еще добыть, продать и транспортировать. Во время войны добыча нефти застопорилась, Катар сам поставлял оппозиции топливо и перевел в специальный фонд помощи повстанцам 400 миллионов долларов.

После консультаций в Лондоне господина Джибриля с госпожой Клинтон США пообещали разморозить для ПНС 3,3 миллиарда долларов из зарубежных активов Ливии. Официально Штаты и другие члены «контактной группы» признали ПНС легитимным правительством Ливии только 15 июля 2011 года, но финансирование оппозиции уже шло. Присматривать за распределением денег из Америки поручили специальному представителю МИД в Бенгази, мистеру Стивенсу.

Идею отвлекающего маневра группе школьников — любителей кино «детям до 16», подсказали обстоятельства. В кинотеатре жил толстый рыжий кот. Билетерши звали его Пушистик, блюдечко с молоком для него было видно через окно комнаты для персонала. Пацаны называли его по-доброму — Фашистик, и подкармливали вареной колбасой. Кот был душевный, его можно было погладить по рыжей с белыми пятнами гладкой шерстке. Когда он видел ребят в синей школьной форме, подбегал выпрашивать колбасу. Однажды, не со зла, а ради эксперимента, Фашистика посадили на ствол огромного, как тогда казалось, фикуса, пылившегося в боковом коридоре кинотеатра.

Вернее, не посадили, а поднесли, кот сам вцепился в ствол и ловко вскарабкался на самый верх. Слезать вниз головой с трехметрового вечнозеленого дерева он не хотел или не умел, а прыгать боялся. Снять его оттуда без лестницы не представлялось возможным. Команда спешила на начало фильма, и Фашистик остался на качающихся под его весом ветвях.

Через двадцать минут раздалось настолько душераздирающее мяуканье, что его услышали даже в кинозале с идущим в это время фильмом про танкистов. При приближении к источнику звука группа заметила спешивших туда же старушек и обнаружила их полный комплект у фикуса с орущим на вершине котом буквально через две минуты после подачи сигнала. Будущие пионеры быстро притащили лестницу из мастерской по оформлению афиш и грамотно провели спасательную операцию. Кот был очень благодарен, но радость билетерш оказалась еще больше. Подозрительные ранее школьники получили контрамарки на бесплатное посещение одного сеанса широкоформатного фильма.

Если Фашистика раньше угощали колбасой время от времени, то теперь ребята стали его целенаправленно прикармливать. Улыбаясь свирепым старушкам, команда проходила контроль по десятикопеечным билетам и располагалась у стенда с фотографиями знаменитых киноартистов. Кот прибегал за колбасой. Один из мальчишек, стараясь не привлекать внимания, брал Фашистика на руки и транспортировал его за угол, где сажал на ствол фикуса. Лазутчик возвращался к налюбовавшимся на фотографию Штирлица в молодости камрадам, и все вместе направлялись дальше, согласно разработанному на этот день плану. Если имелись монетки, то шли в буфет пить газированный напиток «Буратино» по шесть копеек за стакан, или в зал «хроники», согласно купленным билетам, или просто в курилку.

После начала кошачьей тревоги старушкам давалось две-три минуты на скопление в районе мяукающего Фашистика, после этого можно смело выдвигаться в большой зал.

Группе приходилось импровизировать по ходу операции. Каждый раз рыжий толстяк начинал взывать о помощи через разные промежутки времени — от двух до десяти минут. Четко планировались только первый этап и легенда для родителей. Вариант отхода оговаривался в общих чертах и, в случае непредвиденных обстоятельств, действовать следовало по обстановке.

Назначался «пострадавший», который должен сдаться смотрительницам храма искусств сразу. Его задача слезами и разговорами тянуть время, прикрывая покидавших большой кинозал товарищей. Вариант приняли на вооружение после того, как это сработало без предварительного планирования. Один из пацанов, намертво зацепившись при побеге лямками ранца за дверную ручку, сдался, но на допросе смотрящих из администрации держался стойко, товарищей не выдал. Он рассказал полуправдивую историю о пьющем папе, токаре с завода «Большевик», который порет его ремнем и дает в школу на расходы восемь копеек. Сердобольными старушками он был отпущен на свободу через главный вход в кинотеатр. Папа мальчика на самом деле оказался токарем-передовиком, пил водку только на Первое мая и Новый год, ездил на собственном «Москвиче» последней модели и сыну, любя, выдавал на расходы рубль каждый день.

Хотя схема с пострадавшим практически больше не применялась и оставалась как запасной вариант, но разработанной легенды следовало придерживаться при любых обстоятельствах всем членам группы. Даже при попадании в милицию или кабинет директора кинотеатра. После второго случая кошачьей тревоги вариант спасения Фашистика собственными силами стал применяться только в исключительных случаях: если рыжий толстяк не проявлял громких признаков беспокойства слишком долго. Билетерши научились сами коллективными усилиями доставлять и раскладывать лестницу для спасения кота.

После четвертого покорения котом вершины фикуса раскладная лестница-стремянка, похоже, навсегда конфискованная из шараги рисовальщиков афиш, хранилась прямо за растением.

Как промежуточный вариант, особенно если в большом зале фильм уже начался, а Фашистик молчал, применялась схема оповещения работниц храма кино посыльными. Один из пацанов поднимал по тревоге дежурку, другой сообщал кодовую фразу старушке из широкоформатного зала. Слова «Кот убежал!» действовали безотказно. Похоже, рыжий вообще никогда не выходил на улицу, и все стопроцентно знали, что убежать он может только на экзотическое растение.

Надсмотрщица из большого зала умела вязать в полной темноте, но иногда, под звук идущего фильма, не реагировала на сигнал общего сбора. Кот громогласно требовал спасения, но старушка не двигалась с места, приставного стула у самого входа в кинозал. Тогда специальный агент со срочным сообщением отправлялся только к ней.

В зале проката широкоформатных фильмов места занимались тоже исходя из оперативной обстановки. Если зрителей много, садились среди них, если нет, перелазили через ограждение в «ложу», на виповские места. Они распологались вне поля зрения дежурной по залу.

Случались и срывы. Старушки, заметив как сильно любит Фашистик вареную колбасу, стали закармливать его этим продуктом. Рядом с блюдечком для молока часто оставались почти нетронутые порции нарезки. Конкурировать с любвеобильными работницами кинотеатра долькой, извлеченной из «булки с колбасой» — дальней родственницы Биг Мака — за восемь копеек из школьного буфета, было тяжело. Непредвиденные обстоятельства, не поддающиеся планированию, могли привести к краху разрабатываемых операций. Экспериментальным путем нашли приманку, на которую Фашистик бежал с поднятым трубой хвостом. Путь был долог и занял несколько недель. Испытания прошли: различные сорта колбасы и сосисок, тарань, селедка, копченая рыба и даже валерьянка. Чудодейственным оказался жареный хек из школьной столовой. Фашистик лез на фикус, старушки бегали, команда пересмотрела все фильмы за учебный год по два раза, а маляры обзавелись новой стремянкой.

В 2000-х, когда технология медийной обработки с использованием Интернета стала важной частью информационной войны, внезапно стал популярным факт: редактор журнала «Советский экран» использовал фразу о «важнейшем из искусств», взятую из комментариев пятого тома полного собрания сочинений Владимира Ильича. После этого фраза стала «крылатой» и размещалась во всех кинотеатрах страны. Но редактор, как всегда, немного сократил фразу классика. Ее полный смысл заключается примерно в следующем: «В условиях обострения борьбы капитализма с коммунизмом и низком уровне образования масс важнейшим из искусств для нас является кино». Эта, полная версия в современной интерпретации, используется до сих пор. А короткая запомнилась младшему поколению и теперь ее клещами разоблачений вытащили наружу и сделали негативной. Так, чтобы вымарать даже детские радостные воспоминания.

В первых числах января 2011, в то же время, когда заинтересованные в свержении полковника Каддафи уже претворяли свои планы в жизнь, на 16-й сессии Генеральной Ассамблеи выступил господин Пан Ги Мун, Генеральный секретарь ООН. Дословно он заявил: «Несколько комиссий, побывавших в Ливии, единогласно отметили приверженность руководства страны к защите и уважению прав человека. Доказательств этому собрано столько, что времени, отведенного согласно регламенту, не хватит, чтобы их озвучить с трибуны». Совет ООН по правам человека планировал принять резолюцию по отчетам комиссий до конца марта и предложил: «наградить полковника Муаммара Каддафи и Ливийскую Джамахирию за выдающиеся достижения в области соблюдения прав человека».

Глава 10. Объединенные защитники

Дежурный офицер-дублер оперативного центра управления пил холодную воду из картонного стаканчика, наблюдал за полетом и одновременно вел переговоры с пилотом F/A-18E/F. «Супер Хорнет» начал выполнять маневр для посадки греческого гидросамолета на воду. Если радиосвязи с принуждаемым нет, или переговоры не дают результатов, вступает в силу инструкция, сохранившаяся со времен холодной войны. Согласно правилам, военный самолет должен приблизиться к гражданскому сбоку, пилот обязан установить визуальный контакт с экипажем и жестами показать требуемые действия. Руководство к действию военные пилоты и офицеры на пунктах управления US NAVY знают наизусть. «Хорнету», расчитанному на современные боевые действия на сверхзвуковых скоростях, приближаться к легкому, летящему на сравнительно небольшой скорости гидросамолету не только сложно, но и опасно. Турбулентный воздушный поток запросто снесет гражданский самолетик. Однако сигналы в виде жестов остаются незыблемой частью инструкции.

Ершов тоже помнил эти правила. Но отвечать на запросы по радио не имело смысла, стоило тянуть время. И он переключил радиостанцию в режим «дежурный прием». Все прекрасно знали, что после неудачного сеанса радиосвязи и обмена неприличными жестами последуют предупредительные выстрелы из пулемета перехватчика: предписывалось стрелять так, чтобы трассы пуль смотрелись как уходящие вдаль перед самым носом гражданского самолета. Но холодная война давно закончилась, и все были уверены, что до стрельбы дело не дойдет. Обычно в тот момент, когда военный летчик дружески приветствовал пилота понятным жестом руки из кабины летящей в ста метрах боевой машины, принуждаемые начинали все понимать. Стоило перехватчику залететь сверху над любым гражданским самолетом и дать форсаж, как ради безопасности пассажиров летчики сажали лайнер там, куда им приказали по радио.

Чтобы грамотно сблизиться на визуальный контакт с греком, пилот F/A-18E плавно переложил самолет на крыло и стал сбрасывать скорость, снижаясь. Маневр «Хорнета» шел красиво, широкой петлей облета. Дежурный получал короткие сообщения от пилота: все выполнялось по инструкции. Внезапно поверх всех окон на мониторе появилось сообщение на черном фоне: «Access Denied» («Доступ запрещен»). Клавиатура заблокировалась, микрофон перестал работать, только в наушниках слышно, как старший смены срочным кодом отменяет задание: отзывает боевой самолет на базу. Дублер схватил пустой картонный стаканчик и зачем-то заглянул в него. «Солнечное побережье Коста-дель-Соль? Нет, Аляска. Если не Арктика, — офицер судорожно смял картон в комок. — Самое время начинать поиск кальсонов с начесом».

Катарский шейх Хамад ат-Тани хотел убрать Каддафи не только из личных побуждений: военная операция НАТО рано или поздно закончится, а Ливия с богатыми запасами нефти и пресной воды останется на карте. Но самое главное — в стране имеются крупные месторождения газа, который экспортируют в Европу по подводному 520-километровому газопроводу Greenstream. Основной оператор — итальянская компания ENI, стратегический партнер «Газпрома» и «Роснефти». В операцию по свержению Каддафи Катар вложил буквально миллиарды долларов. И не только в оружие и финансирование боевиков.

За деньги решались вопросы во многих странах на самом высоком уровне. Соседний с Ливией Алжир, который сначала поддерживал Каддафи, в обмен на катарские гарантии инвестиций, стал нейтральным, хотя и не открыл воздушное пространство для полетов авиации НАТО. Тунис, после переговоров с шейхом, разрешил переправлять через свою границу оружие для повстанцев.

Правитель Катара увеличивал влияние эмирата политическими, экономическими, медийными и другими эффективными средствами. Через благотворительные фонды шла финансовая поддержка экстремистам ваххабитского толка по всему миру. И не только в Йемене, Палестине, Сирии или северной Африке.

В пятницу, 6 февраля 2004 года, в вагоне московского метро произошёл взрыв. Погиб 41 человек, более 250 получили ранения.

В следующую пятницу, 13-го, в Дохе, после пятничного намаза «Тойота Лэндкрузер» Зелимхана Яндарбиева отъехал на 197 метров от мечети и взорвался. Сработало взрывное устройство, закрепленное под днищем машины. Не стало главного идеолога ваххабизма и куратора финансирования боевиков в Чечне. Через несколько дней двух офицеров ГРУ и дипломата арестовали на арендуемой посольством РФ в Катаре вилле. Вряд ли, конечно, военные разведчики сидели в аппартаментах и ждали, когда их арестуют. Скорее всего, ребята попали, как цыплята на гриль, на паспортном контроле в эмиратах, куда вылетели после операции. Российские паспорта, широкие плечи и короткие стрижки. Дружественные Катару спецслужбы передали подозрительных личностей в Доху. Не задолго до взрыва камеры наружного наблюдения на стоянке неподалеку от мечети зафиксировали двоих европейцев похожей внешности. Дипломата катарцы отпустили, а подозреваемые оказались за решеткой. Вскоре в аэропорту Шереметьево за неправильно оформленные таможенные декларации задержали двух катарских спортсменов.

Разгоравшийся скандал потушили дипломатическими усилиями президента России и шейха Хамада ат-Тани. Спортсменов отпустили. Офицерам катарский суд накатал пожизненное заключение, но через некоторое время разрешил отбывать наказание на родине. Анатолий Белашков и Василий Богачев вернулись в Москву на самолете президентской авиакомпании «Россия» и сошли с трапа в аэропорту на красную дорожку. РФ и Катар договорились об активном участии в организации по контролю над ценами на экспортируемый газ. Это призошло в далеком 2004-м, но со временем интересы РФ и эмирата начали пересекаться более жестко, «газовый союз» результатов не принес и восточные обещания крупных инвестиций на проверку оказались отвлекающими маневрами. В конце осени 2011 при попытке проверить дипломатическую почту в катарском аэропорту избили посла РФ.

В феврале 2012 на переговорах по Сирии в рамках ООН премьер-министр Катара предоложил России изменить позицию в обмен на тройное увеличение оружейных контрактов. На что дипломат Чуркин ответил:«… мы из тех, кто не признают военного вмешательства через резолюцию… То, что произошло в Ливии не было изначально ориентировано на военное вмешательство, но вы и ваши союзники перепрыгнули все интерпретации резолюции чтобы провести войну на уничтожение Ливии». А фразу «Ещё раз вякни что-то в таком тоне, и твой Катар не доживёт до завтра» неправильно перевела Русская служба новостей из неправильного сообщения агентства Algeria ISP.

Полковник Белов после телефонного разговора с директ-контактом, генералом из управления НАТО, вышел на стоянку к служебной машине проветриться и заодно прихватить очки для чтения. Гамбит Урусова шел как по книжке: черные забрали пешку и теперь вынуждены пожертвовать конем в центре шахматной доски, иначе проигрыш им обеспечен. Удалось выяснить у генерала и происхождение подарка — пачки Кэмел без надписи о вреде курения. Оказалось, что небольшие партии таких сигарет выпускают только под заказ. Они не облагаются налогами, не поступают в открытую продажу, а идут по категории снабжения некоторых госслужащих за рубежом.

На темном асфальте лужи смотрелись серым свинцом, промозглый дождь не располагал к длительным прогулкам. Книжка туркменских сказок оказалась открытой, и Белов прочел пару строк: «Все выбежали во двор и увидали, что стена, за которой стоял байский скот, обрушилась, а бараны, ишаки и верблюды с криком, воем и громким рёвом разбегаются из байской усадьбы. Арба, на которой только что привезли глиняные кувшины, лежит посреди двора вверх колёсами, и звонкие черепки устилают землю. А по двору, разрушая всё на своём пути, со взмыленными мордами, носятся заколдованные волы».

План быстрого захвата Триполи повстанцами при поддержке авиации — прорыв мятежников из Бенгази вдоль побережья залива Сидр на столицу — провалился. В начале войны повстанцы продвинулись по шоссе и захватили крупный прибрежный нефтеналивной терминал в районе города Марса аль-Брега (Marsa el-Brega). Войска Каддафи отбили его со второй попытки в конце марта. Оппозиция под командованием генерала Юниса несколько раз атаковала, но ее заставили отступить на 40 километров по шоссе по направлению к Бенгази до городка Аджабия. Французские и британские инструкторы пытались сделать из толпы организованные подразделения для боевых действий, но это плохо получалось. В очередном «наступлении» на Брегу оппозиционеры потеряли убитыми двух, ранеными 12 бойцов. Повстанцы удирали, едва по ним начинали стрелять, а позже жаловались на недостаточную поддержку с воздуха.

В апреле, при помощи Бернара Леви, генерал Юнис встретился с господином Саркози в Париже. В длинном списке оружия для войны с войсками Каддафи оказались даже 125 мм пушки. Попытки наступления по прибрежному шоссе на Марса аль-Брега не прекращались. В ночь на 4 июня впервые в наземной операции вместе с ударными самолетами задействовали боевые вертолеты: британские Apache атаковали радары и блокпост у города Брега. В ход пошли ракеты Hellfire AMG-114N (адский огонь) и 30-ти миллиметровые пулеметы. Ракета имеет систему точного наведения при любой погоде — радар плюс компьютер, и боеголовку со взрывчаткой вакуумного типа. Вертолеты Tiger, взлетевшие с французского вертолетоносца Tonnerre («Гром») типа «Мистраль», нанесли удары по наземной технике и армейским штабам. Но и в этот раз Марса аль-Брега захватить не удалось.

В начале мая на фронтах наступило некоторое затишье, и стало понятно, что по-быстрому убрать Каддафи не удалось. Ливия оказалась разделена на западную, под контролем Каддафи, и восточную части. В Киренаике с центром в Бенгази восстание поддержали местные племена: Зувайя, из которого происходил свергнутый король Идрис, аль-Авакир и Убейдат, из которых родом председатель ПНС Абдель Джалиль и генерал Юнис. В городе Мисурата после февральской попытки разогнать протестующих восстание местного племени переросло в блокаду города-оазиса правительственными войсками. В Триполи прошла конференция в поддержку Каддафи, в ней участвовали две тысячи представителей примерно 850 племен и кланов.

Несмотря на то, что все 28 стран НАТО дали согласие на проведение операции, фактически атаковали наземные цели только семьдесят самолетов из шести стран: Франция (29), Великобритания (18), Канада (7), Норвегия (6), Бельгия (6), Дания (4). Итальянские ВВС почти всегда возвращались на базу с полным боезапасом или вылетали на задание вообще без бомб. Самолеты Голландии, Испании и не членов НАТО — Швеции, Катара и ОАЭ, принимали участие в патрулировании или разведке. Турция, Румыния и Болгария предоставили только корабли для морской блокады.

Наступил момент, когда можно было заключить шаткий мир по схеме «дорожная карта» и провести выборы. С таким предложением Триполи посетил президент ЮАР Джейкоб Зума, и Каддафи ответил согласием. Но в день отъезда Зумы атаки коалиции с воздуха на столицу Ливии возобновились. Спецпредставитель президента России по Африке Михаил Маргелов поехал договариваться о прекращении огня сначала в Бенгази, а потом в Триполи. Полковник Каддафи, естественно, не стал с ним встречаться. Более успешно прошла миссия президента всемирной шахматной федерации Кирсана Илюмжинова. Он несколько раз побывал на переговорах, сыграл с полковником в шахматы — после нескольких ходов партию свели в ничью, и разослал от своего имени руководителям стран-членов НАТО письма: «Во время беседы я получил чёткое и недвусмысленное заверение полковника Каддафи о готовности безотлагательно начать переговоры о мирном разрешении конфликта в стране с представителями НАТО и стороной Бенгази без предварительных условий».

В конце июня авиация коалиции начала массированные атаки на Марса аль-Брега: за три недели уничтожены около 150 целей — танки, внедорожники, склады, командные пункты, казармы и блокпосты. Повстанцы снова и снова атаковали, используя танки T-72 и боевые машины пехоты, на джипы установили вертолетные установки для запуска неуправляемых реактивных снарядов (НУРС) и зенитные пулеметы, но занять город смогли только к середине августа.

Бои за один из ключевых городов, Мисурату, шли с февраля до середины лета. Это третий по величине, после Триполи и Бенгази, ливийский город находится в 190 км на восток по прибрежному шоссе от столицы, здесь расположены крупный порт и основная база ВВС Ливии. Элита местных племен всегда была недовольна правителем из племени Каддафа. В 1993 году полковник жестко подавил заговор и посадил в тюрьму старейшин племени Мисурата.

Еще в начале февральского восстания верные правительству войска блокировали оазис, но когда танки входили в город, их жгли выстрелами из гранатометов — повстанцам удалось переправить несколько сотен стволов из Бенгази. Уличные бои сменялись обстрелом города артиллерией Каддафи, авиация НАТО бомбила правительственные войска, но без особых успехов, аэродром и порт переходили из рук в руки. Представители повстанцев из Мисураты побывали в столице Франции через несколько недель после парижского визита генерала Юниса. Предварительно по новостям прошла серия репортажей о событиях в городе. Оазис спешно покидали мирные жители, не хватало воды, а улицы напоминали кадры из фильмов ужасов. Темнокожих парней, которым экстремисты отрезали пальцы за отказ воевать на их стороне и женщин, которым отсекали грудь за непокрытую голову, по телевизору не показывали.

На помощь повстанцам полетели тяжелые транспортные самолеты с опознавательными знаками эмирата Катар. Они везли оружие, боевые внедорожники-пикапы и желающих повоевать за деньги. Морским путем прибыли французские и британские спецназовцы. Участились атаки авиации альянса. В середине мая мятежники начали наступление по направлению на Триполи. Боевые самолеты расчищали путь отрядам повстанцев, но продвижение на запад шло тяжело. За месяц им удалось продвинуться только на 60 км — до города Злитен, жители которого поддерживали Каддафи. Бои за контроль над городом шли до 19 августа, но стрельба не стихала до конца года.

Еще в начале событий в Западных горах к юго-западу от Триполи против Каддафи выступили берберские племена. Через два месяца Франция начала секретную, даже от партнеров по коалиции, операцию по переброске оружия повстанцам. Если в Бенгази была взлетно-посадочная полоса, то в восточной части Ливии с доставкой грузов было сложнее. В районе Западных гор с транспортных самолетов контейнеры с автоматами, пулеметами, гранатометами и противотанковыми ракетными комплексами Milan для повстанцев сбрасывали на парашютах. Из восточной Ливии на помощь прибыли опытные боевики. В конце апреля боевая авиация стран международной коалиции — впервые с начала операции в Ливии — нанесла удары и в этом регионе. Вооруженные отряды пошли в наступление и, продвинувшись по направлению к Триполи, подготовили два аэродрома, на которые стали приземлятся катарские самолеты. К середине июня повстанцы вошли в окрестности города Эз-Завия, крупного нефтеперерабатывающего центра в 50 километрах по шоссе от столицы, но их выбили правительственные войска.

В то же время, 1 июня в Брюсселе, на встрече послов стран-членов НАТО приняли решение продлить военную миссию в Ливии ещё на 90 дней. В парламентах основных участников операции «Объединенный защитник» разгорелись нешуточные дебаты. По устаревшей военной технике ливийской Джамахирии выпущено около 200 крылатых ракет, стоимостью 1,4 миллиона долларов каждая. Авиация альянса выполнила около 8700 полетов, из них 3500 боевых. Авианосцы бороздили Средиземное море у побережья Ливии, подводные лодки успешно поражали цели крылатыми ракетами, инструкторы и наводчики выполняли поставленные задачи, по телевизору и в Интернете боевики в тапках обещали Каддафи скорую расправу, а полковник жил в столице, выступал на многотысячных митингах и сдаваться не собирался. Захват городов экстремистами — грабеж складов с оружием и нападение на полицейские участки — при подходе армейских частей заканчивался быстрым отступлением и трупами полицейских на виселицах. В больницах раненым солдатам экстремисты отрезали головы.

Согласно Конституции страны, президент США обязан отчитаться перед парламентом через 60 дней после начала вооруженного конфликта, но 3 июня из Белого дома пришло только краткое уведомительное письмо о продолжении участия в операции. Группа недовольных конгрессменов и сенаторов во главе со спикером палаты представителей пригрозила подать в суд на администрацию президента и потребовала разъяснить: почему и как Штаты участвуют в добровольно-принудительном движении ливийской Джамахирии к настоящей демократии и сколько это стоит? Парламентарии получили и другое послание — открытое обращение полковника Каддафи с просьбой разобраться в ситуации и остановить войну.

Саиф аль-Ислам Каддафи дал интервью итальянской газете. «Выборы, только выборы. В течение трех месяцев. Максимум до конца года. С полной гарантией прозрачности. При любых международных наблюдателях… В период до выборов необходимо подготовить новую Конституцию и систему контроля за голосованием без подкупа и угроз. Я верю, что в будущем Ливия станет системой мощных местных автономий и слабого федерального правительства в Триполи. Модель может быть по типу Соединенных Штатов, Новой Зеландии или Австралии». Его мнение совпадало с планами ставшего в мае официальным послом США в Ливии мистера Стивенса: создать федеральную страну либерального типа. Но Саиф верил в победу клана Каддафи на выборах, а новую Конституцию начали готовить задолго до арабской весны.

Так бывает — цели одинаковые, а методы достижения разные. В туркменском народном эпосе секрет заколдованных волов открывался просто: это маленький Ярты-гулок устроился между рогами у быков и ловко управлял упряжкой. Если бы в этом мире было все так просто, как в сказках для младшего детского возраста, то полковник Белов уже давно бы просиживал пенсию, играя в шахматы с соседом по даче. Для того чтоб начать войну, оказалось достаточным показать пару размытых картинок по телевизору. Судя по отчетам Human Rights Watch и Amnesty International, из 159 погибших в Ливии в первые дни волнений — 151 убит при нападении на военные базы и полицейские участки.

В середине июня из администрации президента США в конгресс пришел 30-ти страничный отчет. При голосовании мнения разделились, и решено «продолжать поддерживать миссию международных сил в Ливии, защищать мирных ливийских граждан и призывать полковника Каддафи к порядку», но ввели ограничения на финансирование военной операции. Американские вертолеты не принимали участия в атаках с воздуха, а крылатыми ракетами, запас которых весьма ограничен, перестали бомбить цели, которые в сто раз дешевле самой ракеты. Даже без дополнительных расходов на тайные операции, которые официально не светятся в бюджете, налогоплательщики США к этому времени потратили на войну около миллиарда долларов.

В парламенте Италии тоже началось движение. Одна из правящих партий резко выступила против увеличения военных расходов. Министр внутренних дел и министр обороны дали интервью о возможном ограничении сроков участия в «Объединенном защитнике». В итальянских газетах попытку французских спецслужб убрать Каддафи расписали по дням, часам и минутам. В планах значилось: после первых воздушных ударов армия разбежится, боевики займут основные города, а полковник вместе с родственниками покинет страну. Такой прогноз, видимо, базировался на оптимизме господина Месмари, шефа протокола Муаммара Каддафи, удравшего в Париж после вскрывшейся растраты казенных денег.

Премьер-министр Италии Сильвио Берлускони с ловкостью фокусника одновременно выступил за мир во всем мире и обозначил определенную решимость воевать до победного конца в Ливии: «Мы готовы активизировать наши действия, чтобы быстрее завершить операцию». В августе он заявил, что всегда был против войны с Каддафи, но выполнял решения ООН и итальянского парламента. К тому же, с другой стороны, на него давили Штаты. Хотя когдато, после свержения короля Идриса, революционеры и выгнали из страны сто тысяч итальянцев, отношения с Джамахирией остались тесными.

Дебаты в парламенте Франции закончились решением продолжать военную помощь оппозиции. Норвегия и Дания заявили о скором выходе из операции НАТО — заканчивались боеприпасы и трещал по швам бюджет.

Для придания легитимности вмешательству во внутренние дела Ливии основные заинтересованные стороны создали так называемую «Контактную группу». Страны НАТО, Катар, ОАЭ и другие политические организации на встрече в Лондоне еще в начале событий взяли на себя ответственность за претворение в жизнь резолюции ООН № 1973. Следующие заседания проходили в Дохе (Катар), Риме (Италия) и Абу-Даби (ОАЭ). В Дохе, например, сразу решили закрыть спутниковый канал телевидения Джамахирии, хотя основная государственная телестудия в Триполи давно не вещала, став одной из первых целей для крылатых ракет. На этих встречах решались вопросы финансирования ПНС, деньги выделялись из специального добровольного фонда стран-участников и очень быстро заканчивались. Что бы предотвратить на захваченной территории волнения привыкшего к безбедной жизни населения Временное правительство вынуждено было начать выплачивать пенсии, пособия и зарплаты. О реальном возврате денег спонсорам речь даже не шла. За время войны повстанцам удалось отправить Катару только один танкер с нефтью.

Четвертая встреча, в Стамбуле, на которой госпожа Клинтон объявила об официальном признании Штатами ПНС единственным и легитимным правительством Ливии, открыла новые перспективы оплаты боевых действий против Каддафи. Теперь американские налогоплательщики могли спать спокойно. Официально платежи могли идти из найденных в межбанковской системе ливийских миллиардов. Предложение Турции, которое предусматривало мирное разрешение конфликта, практически не рассматривалось.

Почти сразу после того, как повстанцам начали поступать крупные суммы с размороженных счетов, в самом Бенгази начались уличные бои. В наскоро сколоченном Переходном Национальном Совете шла своя игра: делить деньги всегда не просто. С одной стороны, — бывшие приближенные Каддафи, а с другой — его старые враги. При полковнике генерал Юнис одно время командовал батальонами спецназа — военной полиции. Он выполнял приказы правительства, в котором теперешний предводитель ПНС, Махмуд Джибриль, играл не последнюю роль. Документы с подписью господина Джибриля в самом начале его ливийской карьеры, в том числе распоряжения о скорейшем уничтожении врагов Каддафи — боевиков из «Аль Каиды Магриба» и ЛИБГ, найдут позже в трипольских архивах. Но теперь боевики входили в состав ПНС, захватили власть и установили законы жесткого шариата во многих городах и оазисах. Одному из участников игры, бывшему соратнику Каддафи еще при свержении короля, слишком много знавшему про господина Джибриля и кровному врагу боевиков, жить оставалось недолго.

За несколько дней до начала священного месяца Рамадан генерала Юниса срочно вызвали в ПНС, якобы для отчета. Под его командованием войска повстанцев не смогли взять окруженный город аль-Брега и отступили. А по прибытии командующего в Бенгази, на одной из улиц города его машину изрешетили пулями из крупнокалиберного пулемета. Генерал погиб. В городе разгорелся вооруженный конфликт между группировками повстанцев. На улицы вышли танки и патрули катарского спецназа: перестрелки затихли, а в переходном совете Джибриля произошли кадровые изменения.

Тем временем, Абдель Бельхадж стал главой восставших берберов. В Западных горах организовали настоящие лагеря подготовки боевиков. Под руководством опытных зарубежных инструкторов пятитысячный отряд повстанцев готовился к штурму Триполи.

Белов взглянул на часы: 19.24. В его офис пришел секретный пакет под шестью сургучными печатями. Только бывшие соседи могли отправить бандероль с уведомлением о вручении — пакет в приемную должен доставить офицер с зелеными погонами. Алексей Емельянович должен принять пакет из рук-в-руки, под подпись. Крупная капля дождя упала на открытую страницу туркменских сказок и растекалась мокрым пятном. Тянуться по ленинградке в пробках для получения пакета не было настроения. Полковник отправил подтверждение о готовности получить казенный конверт из вощеной бумаги по местонахождению. В черте города Москвы норматив доставки пакета от соседей — один час, курьер передаст его получателю лично в руки.

Глава 11. Операция «Рассвет русалки»

Через шесть месяцев после начала войны столица Ливии все еще оставалась в руках Каддафи. В первых числах августа отряды повстанцев, несмотря на жару и священный для мусульман месяц рамадан, начали активное наступление по направлению Триполи.

Подготовительный этап операции «Рассвет русалки» начался еще в мае, когда стало понятно, что уничтожить Муаммара Каддафи крылатыми ракетами не удалось: два раза подряд в одном и том же месте полковник не ночевал. Под видом мирных жителей в Триполи начали забрасывать боевиков. Их готовили в Бенгази британские спецназовцы и сотрудники службы внешней разведки МИ-6. Скромно одетые рыбаки занимали пустующие квартиры или платили символическую плату за аренду. Группы боевиков оборудовали нелегальные склады, явки и даже тюрьмы.

Им переправляли специальные средства связи, оружие и амуницию — все это накапливалось на тайных складах буквально тоннами. Планировалось, что по сигналу о начале штурма боевики выступят одновременно, забаррикадируют основные транспортные развязки и займут ключевые перекрестки. В Мисурате отрабатывал боевое взаимодействие с отрядами местных восставших племен британский спецназ SAS и бойцы специальных сил французской жандармерии GIGN. В Западных горах под руководством Бельхаджа и опытных инструкторов пять тысяч боевиков изучали технику уничтожения танков, тактику ведения уличного боя и методы зачистки зданий от живой силы противника.

Операция «Рассвет русалки» началась вечером в субботу, 20 августа. Сигналом послужила трансляция видеообращения катарским спутниковым ТВ-каналом, вещавшим на Ливию. Представитель ПНС произнес в эфире заранее условленную фразу. По команде скрывающиеся до этого боевики собрались в группы, вышли с оружием в руках на улицы, организовали блок-посты и взяли под контроль необходимые для успешного «thunder run» — прорыва с боем, перекрестки столицы.

Массированный удар авиации НАТО по 120-ти заранее намеченным целям был одной из основных частей плана. Многие сотрудники западных средств массовой информации оказались на самом деле разведчиками, определяющими первоочередные объекты для ракетных и бомбовых атак. Американские беспилотники и британские спецназовцы оперативно корректировали авиаудары. В ночь на воскресенье, 21 августа, самолёты коалиции вылетали на боевое задание 46 раз.

С разных сторон Триполи атаковали более дюжины различных отрядов повстанцев. Командиром самых крупных и хорошо организованных катиб оказался Бельхадж. Его отряды береберов шли на Триполи со стороны суши. Считалось, что с этой стороны столица Ливии надежно защищена верными правительству войсками. Но один из приближенных полковника Каддафи, командующий бригадой обороны города, оказался предателем. Его батальоны сдавали позиции без боя. Двух начальников секторов обороны и около 70-ти офицеров среднего звена противники Каддафи тоже подкупили, на их участках боевики Бельхаджа входили в город как горячий нож в масло.

Основное наступление шло со стороны моря, где натовская авиация заранее перемолола военные объекты ливийцев в груды щебня. С французских катеров высадился десант из Мисураты. В районе аэропорта разгорелся ночной бой, но атаки повстанцев на этом направлении отбили. В захваченных городских кварталах некоторые катибы повстанцев устроили такую резню, что начал нервничать даже глава ПНС. Местным жителям, которые и не думали ни с кем воевать, пришлось отстреливаться из автоматов, которые раздавали со складов всем, кто хотел принять участие в обороне столицы.

В воскресенье вечером элитные танковые части под командованием Хамиса, срочно прибывшие из района других боевых действий, выбили повстанцев из части города на подходе к правительственным кварталам.

В процессе подготовки к операции из приехавших повоевать против Каддафи ливийских эмигрантов для съемки «живых» репортажей организовали группу артистов.

Участие этих «героев» в штурме Триполи освещал специальный корреспондент британского агентства «Рейтерс» в бронежилете, но без каски. Он сопровождал живыми комментариями ведение боевых действий на окраине города. Группа из восьми похожих на повстанцев лиц для начала совершила короткую, совсем непохожую на боевую, пробежку толпой. Затем артисты вели огонь из автоматов Калашникова по воображаемому врагу вдоль улицы из-за угла дома, не глядя и не целясь, но одновременно давали короткие победные интервью.

Более серьезно к предстоящему освещению событий подготовились профессионалы из «Аль Джазиры». Ее руководитель был тесно связан с французскими и американскими спецслужбами. В катарской пустыне, неподалеку от города Доха, построили декорации, имитирующие Зеленую площадь в столице Ливии. На этой съемочной площадке сняли толпу статистов с пистолетами и автоматами в руках, как бы празднующих взятие Триполи. Девушка-корреспондент в бронежилете и сдвинутой набок каске неплохо сыграла свою роль. Но подготовка к съемке художественного фильма прошла быстро, режиссерам пришлось уложиться в две недели. Бюджет, по голливудским меркам, оказался тоже весьма ограничен и постановщики допустили ошибки. Так, в «прямых репортажах» с Зеленой площади фигурировала не существующая в реальности пальма, не там расставили бутафорские столбы освещения, не учтены архитектурные детали. На реальной площади в Триполи была вырыта яма под фундамент, которой на видео не оказалось. На ролики большими белыми цифрами поставили дату и время съемки, но при загрузке на You Tube сохранилась информация о настоящих дате и времени создания файлов.

«Аль-Джазира» начала крутить ролик с ездящими по кругу на Зеленой площади чисто вымытыми «тойотами», задолго до того, как враги Каддафи смогли захватить центр Триполи. Артисты без амуниции — запасных рожков к автоматам, гранат, разгрузок и т. д., изображая победу над ненавистным тираном, палили из девственно чистых калашниковых и устраивали перед камерами танцы с объятиями и поздравлениями. Никакой крови, никаких раненых, убитых солдат или плачущих, испугавшихся бомб детей. Но это совсем не кино. Одна из лучших новостных телекомпаний мира с аудиторией до миллиарда зрителей в умелых руках превратилась в часть операции по свержению Каддафи.

«Аль Джазира» поспешила заявить, что сыновья Каддафи — Саиф аль-Ислам, Саади и Мухаммед — захвачены при штурме Триполи, а младший — командир бронетанковой группы Хамис, погиб. Информация оказалась ложной, но сеяла панику не только среди населения, солдат и полицейских: почти все посольства в Триполи сменили зеленые флаги Джамахирии на трехцветные. Все системы связи — гражданской и военной — находились под контролем западных спецслужб или вообще не работали.

Ночью Саиф аль-Ислам появился в отеле, где находились иностранные журналисты, и дал интервью. А женщины из охраны дочери Каддафи — Аиши, отбили атаку катарских спецназовцев, и она решила покинуть столицу. Причем без содействия одного из командиров крупного отряда повстанцев вряд ли бы смогла это сделать.

На следующее утро бомбовые удары натовских самолетов стали еще интенсивнее. На укрепленные объекты с бортов бомбардировщиков Британских Королевских ВВС полетели особо мощные управляемые авиабомбы с комплексом высокоточного наведения — лазерным и по Global Positioning Satellite (GPS), бомбы Paveway-4. Бомба, внешне похожая на ракету, пробивает двухметровую стену и взрывается внутри помещения, выжигая все живое. Во время боевых действий против Каддафи британские бомбы с высокой точностью уничтожали боевые корабли, ангары и бункеры. После войны, для пополнения запасов, британское министерство обороны заказало продукции на сотню миллионов фунтов стерлингов.

В порту Триполи высаживались новые катибы повстанцев, отряды наемников и спецназ. Над улицами города появились вертолеты, пулеметами и ракетами расчищавшие путь для наступления катарского спецназа и «солдат удачи» со стороны моря. Вместе с бойцами SAS и французских специальных подразделений, переодетых повстанцами и вооруженных автоматами Калашникова, они клиньями продвигались к важным объектам. Главной задачей ставился захват Баб-аль-Азизии с резиденцией Каддафи. Следом шли боевики и давили оставшиеся очаги сопротивления.

Уличные бои шли днем и ночью. Штурмовать Баб-аль-Азизию нападавшим пришлось всем вместе, в понедельник, 22 августа. Но полковника Каддафи и членов его семьи там не обнаружили. Для них сигналом к эвакуации послужил видеоролик «Аль Джазиры» с празднующими победу на макете Зеленой площади артистами: его появление на ТВ подтверждало реальное начало операции по захвату столицы. Каддафи до конца не мог поверить в то, что начнутся наземные бои с иностранными войсками. Он созванивался с высокопоставленными друзьями из Италии и Великобритании, и все они в один голос заверяли полковника, что такого не произойдет. Во время боев в столице полковник и Саиф аль-Ислам говорили по телефону с Кирсаном Илюмжиновым, но кроме моральной поддержки не получили из России ничего. И тогда небольшая группа гелендевагенов выехала из Триполи в один из приморских городов.

22 августа над казармами Баб-аль-Азизии подняли трехполосный, сануситского клана и катарский государственый флаги, но бои в городе продолжались. 24-го августа десантом высадились дополнительные подразделения спецназа Великобритании, Франции и Катара, количество бойцов которого перевалило за пять тысяч. Бои в различных районах Триполи не стихали до конца августа. Абдель Бельхадж занял пост военного коменданта столицы. 25-го посольство Ливии в Москве спустило зеленый флаг Джамахирии.

Россия признала ПНС легитимным правительством Ливии. Китай, Южноафриканская Республика, латиноамериканские страны и даже Израиль не торопились это делать. РФ приняли в «клуб друзей Ливии» и у нее появилась появилась возможность отстаивать свои экономические интересы: крупные контракты на добычу нефти, которые подписанны еще при Каддафи. Весьма спорное внешнеполитическое решение не укрепляло авторитет ООН и окрашивало в холодные тона отношения РФ с КНР, с которой они часто голосовали в Совете безопасности, предварительно согласовав позиции по данному вопросу. Китай действовал по-другому, более гибко — даже во время войны поддерживая работу своих торговых представительств и в Триполи, и в Бенгази.

Политики Российской Федерации изображали многовекторность по отношению к событиям в Ливии, но реально оставаясь в русле про-западного направления. Еще до введения ООН «закрытого неба», из одного ливийского порта срочно отозван торговый корабль с ЗИПами военного назначения. ЗИП расшифровывается просто — запасной имущественный пакет, но российский груз под таким скромным названием мог изменить ход военных действий. В контейнерах готового к разгрузке теплохода было много чего интересного. Например, пришли еще не оплаченные Каддафи свежие радиолампы для зенитно-ракетных комплексов «Вега». Советский компьютер, железный шкаф с начинкой образца середины 20 века, вполне мог справиться с задачей по уничтожению современных самолетов. Оружие устаревшее, но если бы ракеты стояли на боевом дежурстве, операция Souhern Mistral, или, как называли ее многие крупные политики — «новый крестовый поход», шла бы совсем по другому сценарию. Если бы вообще началась.

Господин Путин, в то время премьер-министр, выступая перед рабочими на оружейном заводе, назвал резолюцию ООН номер 1973 документом, напоминающим «средневековый призыв к крестовым походам». Президент Медведев поспешил сделать публичное замечание премьеру: «Ни при каких обстоятельствах неприемлемо использовать выражения, которые, в конечном счете, могут привести к столкновению цивилизаций. Такие как „крестовые походы“ и прочие». Тандем разыгрывал почти театральное представление про «плохого и хорошего парня». Президент РФ решал со Штатами важные вопросы. Помимо скорого вступления в ВТО Москву очень заботили планы размещения мощного радиолокационного комплекса в Польше, как бы прикрывающего Европу от иранских ракет. Медведев и Обама вели оживленные телефонные переговоры и собирались встретиться на очередном саммите «большой восьмерки».

Посол России в Триполи, Владимир Чамов, лишился полномочий. Знаток арабского мира, не совсем правильно сориентировавшийся в кремлевских раскладах, отправил в Москву официальную телеграмму, где характеризовал позицию родины как «близкую к предательству». Великобритания и другие участники коалиции не отзывали своих послов вплоть до начала мая и пошли на этот шаг только после разгрома представительств каддафистами.

На самом деле, первым назвал события в Ливии «крестовым походом» министр внутренних дел Франции, когда официально поздравил Николя Саркози с успешным началом операции. Сразу после того, как самолеты «Рафаль» остановили продвижение ливийских правительственных войск на повстанцев Бенгази — еще до принятия резолюции. И никто не собирался обижаться. Полковник Каддафи использовал это выражение в качестве ругательства и несколько раз пугал новым «крестовым походом» соотечественников и мусульман всего мира — громче всего эта фраза прозвучала на миллионном митинге 1 мая в Триполи. Тогда 32-я танковая бригада под командованием его сына Хамиса успешно громила повстанцев, несмотря на атаки натовской авиации.

С тех пор прошло четыре месяца, и сотни километров обочин шоссе Триполи-Бенгази оказались заваленными скелетами сгоревшей военной техники, улицы почти всех крупных городов превратились в руины, столица под контролем радикальных исламистов, а «новый крестовый поход» близился к логическому завершению. Только в этот раз поводом для войны стало не освобождение христианских святынь от неверных.

Ершов удерживал правую руку пилота гидросамолета в захвате. Летчик не делал лишних движений. Он не пытался выхватить левой рукой пистолет. Вряд ли бородач, как ласково окрестил его Сергей Ершов, держал патрон в патроннике. А для того чтобы произвести выстрел из пистолета, похожего на «Макаров», сначала нужно передернуть затвор, чтобы дослать патрон в патронник. Особенно если его там еще нет. А не имея в этом уверенности, следует передернуть затвор еще раз. Неиспользованный патрон выщелкнется, сверкнув гильзой, сам. После этого, если снять пистолет с предохранителя, можно нажать на спусковой крючок и произвести выстрел. Если те же самые действия собирается проделать противник и пытается приставить ствол вам ко лбу, можно попробовать вывернуть пистолет из его руки, обязательно при этом зажав курок-молоточек, который будет ударять по патрону для выстрела — вставив большой палец между взведенным курком и корпусом пистолета. Тогда он выстрелить не сможет. Как всегда, кисть противника нужно выкручивать в сторону большого пальца.

Если при попытке выкрутить пистолет у противника не поставить преграду в виде пальца между курком и патроном, оружие может выстрелить и тогда собственная кисть серьезно пострадает. Вообще-то хвататься за чужое оружие, пожалуй, не стоит. Но, если приходится выбирать между пулей в собственную голову и поломанными пальцами, стоит рискнуть.

Сильно «давить» бородача Сергей не стал. Он прекрасно знал, что такое боль в суставе. Правое плечо капитана имело привычный вывих, который он приобрел не после многолетних тренировок по выкручиванию рук, прыжков с парашютом или заплывов под ледяными волнами Баренцового моря. Вывих плечевого сустава это один из методов освобождения из смирительной рубашки — пару раз такую ситуацию тоже пришлось отрабатывать.

С тех пор в правом плече иногда ныла какая-то мелкая мышца. Сергей плавал, отжимал штангу, вертелся на турнике и преодолевал полосу препятствий на мастерский норматив без проблем. Но однажды, когда в постели оказалась очередная брюнетка, боль дала о себе знать. В самый неожиданный момент, когда красавица спала, а Сергей пытался дотянуться до пульта ДУ, который валялся под диваном, боль сковала руку. Пришлось перевалиться всем телом на пол и расслабиться, как для самовправления сустава. А для того чтобы все прошло правильно, надо лежать лицом вниз на твердой поверхности и свесить руку вниз, максимально расслабив мышцы. В ту ночь Сергей лежал на ламинированном полу на животе и пытался максимально расслабить мышцы минут десять. Вряд ли бы брюнетка поняла, чем он там занимается, доведись ей в этот момент проснуться. Врачи предлагали сделать три укола в район суставной сумки и гарантировали стопроцентное выздоровление. Но лечение и последующие процедуры постоянно откладывались на более поздние сроки. Не хватало времени, да и желания, впрочем, тоже не было.

Сергей отпустил руку пилота. Грек сразу потянулся за лежавшим на полу ножиком для чистки рыбы. Значит, с рукой у него все в порядке. Мужик вроде нормальный и самое время ему браться за штурвал:

— Дружище, нам нужно доставить груз, — успокоил пилота Сергей.

Грек спрятал нож в ножны на правой щиколотке и удивленно переспросил:

— Разве мы не сбросили это дерьмо возле русского теплохода?

— Мы сбросили только пустой минибар, мой друг, — ответил Ершов, снимая очки с затемненными стеклами.

Полет на автопилоте заканчивался, до захода на глиссаду аэропорта оставалось всего ничего, а «супер шершень» скрылся за низкими облаками, не пытаясь посадить их в нейтральных водах. Темные очки от солнца можно снимать — в этих широтах закат очень быстрый. Но грек, наоборот, надел очки и прикурил очередную вонючую сигариллу.

Следующая задача капитана Ершова — пройти паспортный контроль на одном из пирсов, где проверяют прибывших на гидросамолетах, и добраться до наземного аэропорта Ларнаки. На Кипре, по статистике, садилось и взлетало пять частных самолетов с пассажирами из России в день, но Сергей спокойно успевал и на чартерный туристический рейс. Если с грузом будет все в порядке.

Грек понял, что с планами получения страховой суммы пора расставаться. Он думал, что они уже доставили груз, когда сбросили розовый биотуалет в море. Если не довезти пассажира — грех, но не самый страшный, то за пропавший мешок русские точно открутят голову. А пистолет в подплечной кобуре стартовый. Из него по утрам, у морской стоянки самолета в марине, он обычно разгонял чаек. Птицы имели дурную привычку сидеть на крыльях и одновременно гадить, оставляя коричневые пятна. Да и с кобурой пилот выглядит солидней. Главное, не выхватывать пистолет резким движением, иначе можно нарваться на встречную пулю.

Полковник Белов получил пакет из темной, промасленной бумаги под сургучными печатями ровно через 40 минут. Курьер прибыл на мотоцикле. Из-под снятого шлема водопадом упали роскошные русые локоны. На секунду Белову показалось, что в сумрачном осеннем небе запахло весной. Голубые прозрачные глаза девушки светились неподдельным женским интересом. Не хотелось даже думать, что это очередная подстава службистов, может быть, просто такие нынче курьеры. Белов расписался о получении и вздохнул. Мотоцикл, мигнув задним красным фонарем перед выездом на главную, скрылся в суете слякотного вечера.

Из срочного сообщении стало понятно, почему самолет с морскими пехотинцами, спешившими на помощь американскому послу, не приземлился в Бенгази. Неподалеку от аэропорта в удобном для прицельной стрельбы месте обнаружен переносной зенитно-ракетный комплекс и следы пребывания двух человек. Место для пуска ракеты выбрано грамотно. Так, что самолет можно сбить при заходе на посадку или уничтожить на полосе после приземления.

В отличие от не внятной многовекторной политики МИДа, другие государственные службы РФ решали вопросы оперативно и в рабочем порядке. В таком же пакете в свое время пришла информационная записка: после взятия Триполи Абдель Белхадж раскопал документы с подписью Джалиля — приказы правительства Каддафи — физически уничтожать боевиков-экстремистов. Нынешнего военного коменданта Триполи в том числе. Для многих после такой находки в деле об убийстве генерала Юниса стало меньше «белых пятен». По информации от соседей, посланный Муаммаром Каддафи для разгона повстанцев в Бенгази генерал своим переходом на сторону оппозиции отодвинул от командования боевыми операциями в ПНС мистера Халифа Белкасима Хафтара. А это весьма болезненно воспринято одной из разведывательных служб США.

Халиф Хафтар, боевой армейский генерал армии Джамахирии, после возглавляемой им неудачной военной кампании в Чаде попал в немилость Каддафи. Из за этого он предпочел эмигрировать в США и с 1987 был sensored агентом секретной службы. Там, также как и в спецслужбах Великобритании, готовили для операций по свержению ненавистных диктаторов не только артистов. Плюс мистер Хафтар, в отличие от Юниса, имел опыт боевых действий. Наступление повстанцев на Брегу под руководством Юниса закончилось почти сразу после начала — как только головорезы наткнулись на минное поле. Генерал Хафтар учился в одной из военных академий СССР, умел организовать разведку, владел тактикой и планированием боевых действий. Попытка главы ПНС повесить убийство Юниса на сторонников Каддафи освещалась в новостях. Но на самом деле машину с генералом Юнисом остановили на блокпосту боевики одной из катиб, под каким-то предлогом пересадили в другую, вывезли в пустыню и убили. Для прикрытия его машину расстреляли из автоматов и гранатомета, а убитого пытались сжечь. Племя Варффала возмутилось так, что чуть не выступило в поход из Бани Валида на Бенгази войной.

В самом Бенгази начались волнения, для подавления демонстраций на улицы вышла катарская бронетехника и патрули. Несколько человек с зелеными флагами Джамахирии расстреляли. ПНС постарался замять скандал. Обгоревший труп Абделя Фатез Юниса похоронили со всеми армейскими почестями. Генерал Хафтар стал главой Генштаба повстанцев. Еще летом разногласия между бывшими военными армии Джамахирии и финансируемыми из Катара радикальными исламистами во главе с Бельхаджем превратились в откровенную вражду.

Тогда, после получения информации от соседей, Белову многое стало ясно, да и сегодня, похоже, мозаика стала постепенно складываться в картинку. Логично предположить: если американцы не прислали самолет со спецназом для спасения посла прямо в Бенгази, значит, они знали о том, что десант собираются уничтожить. И поступила эта информация явно через местную агентуру. Засечь точку стрельбы АНБ или военная разведка США наверняка смогли бы только после выстрела. Глен Догерти, который погиб в ту же трагическую ночь, что и посол, опытный кадровый сотрудник ЦРУ, работа которого и заключалась в контактах с агентами. Официально его группа искала переносные зенитно-ракетные комплексы советского производства.

Еще в апреле, сразу после появления на сцене повстанцев, Российская Федерация официально проявила озабоченность о ПЗРК, которые хранились на армейских складах Джамахирии. Выступления «революционеров», «суар» как предпочитали сами себя называть повстанцы на арабском, сопровождались обязательным грабежом арсеналов.

В свое время Ливия закупила у Советского Союза около двух тысяч ПЗРК «Стрела 2М», «Стрела 3», «Игла 1». Во время войны на это мало кто обращал внимание. Системы счиатлись устаревшими и особого вреда авиации НАТО принести не могли. Особенно «Стрелы», гарантийный срок применения которых давно истек.

Это в конце 80-х годов поставки американцев в Афганистан ПЗРК «Стингер» изменили ход войны советов против моджахедов. Современная военная авиация оборудована защитой против тепловых систем самонаведения таких ракет. Но если ПЗРК попадут в руки террористов, особенно «Игла 1С», то могут пострадать гражданские самолеты не только на Ближнем Востоке или Магрибе. Похищенные со складов комплексы боевики переправляли коллегам по всему миру. Только после захвата Триполи спецслужбы стран «друзей Ливии» занялись поисками серьезно. По опыту Афганистана, Ирака и Югославии самым действенным способом считался выкуп ракет у новых владельцев за наличные. Из государственных бюджетов стран, участвовавших в операции, выделили конкретные суммы.

Белов подумал, что за догадки и версии ему грамоту не дадут и по головке не погладят. Эта шахматная партия, похоже, только начало турнира. А грамот и благодарностей у него килограмм пять пылиться гдето на антресолях. Гидросамолет с Ершовым заходил на посадку у острова Кипр.

В тот момент, когда поплавки шасси коснулись моря, гидросамолет изрядно тряхнуло: вечерний бриз нагонял легкую волну. Дальше самолет заскользил по воде более уверенно. От встряски желудок напомнил Сергею, что он просто очень хочет жрать. Галеты из пайка китайских парашютистов капитан выбросил в море вместе с ненужным снаряжением. Вареники с вишней перешли в категорию отдаленных планов, а вот банка даже не разогретой тушенки, пожалуй, в самый раз. Но и холодной говядины, которую без хлеба все равно не съешь, тоже не наблюдалось. В салоне самолета, в наглухо закрепленном зеленом пластмассовом ящике для стеклотары, присутсвуют четыре литровых бутылки сомнительного греческого коньяка. Последняя закусь, оливки ушли на анализы НАТОвским экспертам.

Гидросамолет с логотипом курящего сигару аквалангиста еще гладко катился по мелкой ряби, когда Сергей открыл дверь в пассажирском салоне. По стечению обстоятельств, яхта с российскими дипломатами на борту, возвращаясь на место швартовки после глубоководной рыбалки, должна пройти примерно в десяти метрах от самолета. В принципе, это подстраховка, но на берегу под уже включенными фонарями ночного освещения Ершов заметил блики от следившего за событиями в порту оптического прибора.

Гидросамолет, грамотно подруливая двигателями, шел к пирсу, поворачиваясь к наблюдателю с набережной носом. Слева раздался звук хлюпнувшей по борту волны. Люксовая яхта с высокой мачтой выходила на параллельный курс и через минуту оказалась совсем рядом. Паруса на ней сегодня не поднимали, девочек на борту тоже не наблюдалось. Яхта шла медленно и почти бесшумно, два турбодизеля работали почти на холостых оборотах. На корме в полной боевой готовности находился пресс-атташе посольства РФ, который должен принять посылку Ершова на борт. Он смотрелся весьма экзотично: в темных брюках, светлой офисной рубашке, при галстуке и с двухметровым багром наперевес. Атташе снизу подсвечивал свое лицо ручным фонариком. Рожа тянула на Оскар в номинации лучший герой фильма ужасов. Во всяком случае, узнать его было тяжело. Очертания портрета совпадали с фото из оперативной папки только по ключевым точкам. Сколько нужно выпить на рыбалке и кто автор идеи такой подсветки, Сергей не знал. Но очень похоже на военных. По Уставу Караульной службы, сомневающийся часовой обязан приказать осветить лицо любому, приближающемуся к охраняемому объекту.

Ершов достал непромокаемый мешок с компьютерными железками и, широко размахнувшись, бросил его в направлении яхты. Многолетние тренировки сотрудника дипломатического представительства по поднятию на борт попавшегося на крючок голубого марлина или крупного тунца не прошли даром. Он ловко и без лишнего шума подцепил груз багром. В этот момент Сергей незлым тихим словом оценил планирование операции — длинная вечерняя тень самолета практически скрывала происходящее от наблюдателей с пограничного пирса, но с берега видно все как на ладони. В мешке, который он перекинул дипломатам, жесткого диска не было.

Более правдивой картинки, чем русский, доставленный на остров гидросамолетом, следует к паспортному контролю с бутылкой и при этом отхлебывает из горла, Сергей не мог себе представить. «И светят им не звезды на погонах, а звезды на бутылках коньяка», — он выдернул из ящика литровую «Метаксу», свинтил крышку и, правильно прополоскав коньяк во рту, выпил грамм пятьдесят.

Гидросамолет и яхта расходились по акватории марины в разные стороны.

Глава 12. Ливийский вариант

Колонна внедорожников, на которой полковник Каддафи и его приближенные тайно покинули столицу, ушла в неизвестном направлении. В охране по контракту служил бывший офицер русского спецназа, имевший опыт боевых действий.

Есть пара не очень сложных методов сделать машину малозаметной для современных средств сбора информации. За два часа до старта внедорожники нужно густо покрыть жидкой глиной. Сверху желательно посыпать еще и слоем песка из местной пустыни, или придорожной пылью. Грязь, подсыхая на солнце, образует корочку с температурой окружающей среды, а по цвету сливается с ландшафтом. При нанесении достаточного количества, на капот стоит нанести слой потолще, не высохшая внутри прослойка грязи послужит отличным изолятором — прикроет горячий двигатель в ИК диапазоне и поглотит c рассеиванием радиоволны радаров не хуже дорогостоящей технологии Стелс. Решетку радиатора покрывать не рекомендуется, лучше завесить ее полосками нарезанной влажной ткани. Если ехать ночью при свете фар автомобиль, а тем более колонна, останутся без маскировки. Чтобы уменьшить яркость фар, на стекла можно нанести машинное масло. Все поворотники и стоп сигналы перед покрытием слоем грязи заклейте скотчем или изолентой, тогда их потом можно будет легко и быстро очистить.

Колонна покинула Триполи ранним утром и незамеченной добралась до места назначения. Другая группа автомобилей выехала вполне открыто и без проблем с повстанцами, стоявших на блокпостах на выезде из города и на всем протяжении шоссе, добралась до границы. Из столицы в Алжир уехали супруга Муамара — Сафия Фаркаш, сыновья Мухаммед, Ганнибал и дочь Аиша. Авиация НАТО тоже не пыталась остановить эти машины, идущие под охраной бронетехники. Врагам полковника, после неудачной попытки убить его при штурме, было выгодно, чтобы он покинул страну. Тогда война могла считаться закончившейся победой повстанцев.

Вскоре интересующихся судьбой семьи Каддафи стало намного больше. Даже те, кого никогда не волновала политика, стали с интересом следить за новостями из северной Африки. После захвата Триполи многим не давало спокойно спать интервью директора Национального Банка Ливии. По его свидетельствам до войны в подвалах банка хранилось более 240 000 килограмм золота в слитках и около 1 000 000 000 наличных в валютах разных стран. А в бункерах резиденции Каддафи 140 000 кг золота и драгоценных камней на еще большую сумму. Мятежный полковник пережил десятилетия жестких экономических санкций и вполне мог организовать такой запас — на всякий случай. По официальным данным золотой запас Ливии до событий, в 2010 году составлял 143,8 тонны, а после — на 30 тонн меньше.

Арифметически подсчет выглядит правильно, за время войны около 30 тонн вполне легально продано. Но такой резерв Центробанк Ливии декларировал без изменений начиная еще с 1998 года. По оценкам банкира клан Каддафи мог вывезти с собой около ста тонн золота и драгоценные камни на сумму около восьми миллиардов долларов.

Даже если поделить вес сокровищ на десять, то для их перевозки понадобятся грузовики. Мысли о караване с золотом и брильянтами, вперемешку с наличными, звали на подвиги. Активным поиском занялись повстанцы, любители приключений, частные западные фирмы, разведки многих стран и даже военные самолеты с со специальными металлодетекторами. Закрепленные на внешних точках подвески контейнеры с такими датчиками обычно используются для обнаружения подводных лодок, но похоже золотая лихорадка охватила и командиров авианосцев.

Новости о перемещении Каддафи передавали средства массовой информации всего мира. В эти дни, за неимением достоверных данных, озвучивались самые фантастические версии. Колонну ливийских грузовиков с золотом обнаружили при пересечении границы с Нигером. Или драгоценности на пути в ЮАР, Венесуэлу или Зимбабве. Или — Каддафи уже давно улетел в Белоруссию на двух военно-транспортных самолетах российского производства, под завязку набитых банкнотами крупного номинала. По сведениям «просочившихся от доверенных лиц в компетентных органах» при закрытом небе из Триполи в Минск улетел только один частный самолет, но членов семьи Каддафи там не оказалось. В нем перевезли четыре тонны золота и брильянтов. Любители следить за гражданским авитрафиком по интернет засекли это рейс.

Ангола, Нигер, Буркина-Фасо и Гвинея-Бисау заявили о готовности предоставить беглецам политическое убежище. Жители израильского населенного пункта нашли бабушку Каддафи в списках умерших и назвали, с целью привлечения инвестиций, в ее честь одну из площадей городка. Вспомнили и бронированный Мерседес, оборудованный французскими инженерами системами маскировки от радаров, глушения и специальной радио связью, который продали Каддафи под контролем самого Николя Саркози, бывшим в то время министром МВД Франции. Еще тогда, когда дружба между ними цвела и пахла. Но, по понятным причинам, полковник давно не пользовался этим Mercedes-Benz 4х4, ML-класса с высшей степенью бронирования, стоимостью 5,5 миллионов долларов.

«Золото манит вас, но как всегда, обманет вас»: искатели приключений, обшаривающие пустыню с металлодетекторами в руках, еще долго будут пытаться найти сокровища. По слухам тайник находится в районе Хамада эль-Хамра, «красной пустыне» на западе Ливии, недалеко от границы с Алжиром и Тунисом. В нем хранится около пяти тонн золота и 200–300 миллионов наличными.

Первого сентября стало известно, что Муамар Каддафи переехал в Сирт. Его засекли по звонку спутникового телефона гражданской глобальной сети Iridium. Полковник звонил вполне открыто, с известного всем врагам собственного номера. В конце этого месяца истекал второй трехмесячный срок операции НАТО и он все еще надеялся, что иностранцы уйдут из Джамахирии.

Полгода Каддафи противостоял взбунтовавшимся племенам и катибам исламских экстремистов под бомбами и крылатыми ракетами альянса. Но в середине сентября НАТО продлил сроки операции еще на три месяца. Если бы не «Рафали» бывшего друга, то Каддафи передушил бы боевиков, которых он называл просто — крысами, максимум через две недели после начала восстания. Но теперь он сам оказался не проходной фигурой на большой, мирового масштаба, шахматной доске.

Коньячный спирт прокатился и лег горячим комом в голодном желудке Ершова. Самолет еще не успел пришвартоваться у пирса с пограничниками, а к яхте с дипломатами с разных сторон уже приближались два серых катера с проблесковыми маячками. Яхта ходила под флагом Кипра и неприкосновенной территорией не считалась. «Вряд ли наши, даже под видом дипломатической почты, смогут отмазать мокрый мешок от досмотра — подумал Сергей и дернул граммов двадцать, — хотя на этом острове решались вопросы и посложнее». Из бутылки за борт, почти незаметно, ушло еще как минимум двести. Перед сходом на пирс он засунул жесткий диск в задний карман бермудов, со стороны его не видно, с тыла прикрывает разрисованная гавайскими пальмами рубаха. «А на яхте, судя по всему, вечеринка только начинается», — атташе, прижимая мешок к белой рубашке, спорил с проверяющими. Ершов бодро прошлепал босиком по пирсу к будке пограничников, предъявил в окошко российский паспорт с визой и собственной фотографией, бахнул три полных глотка разведенного коньячного спирта по настоящему и сел в случайно стоящее на набережной такси.

«Даже тещин самогон мягче идет», — приятный ветерок из открытого в машине окна расслаблял.

Таможня не долго проверяла яхту c дипломатами. Тут все оказались старыми знакомыми, а вводные от американцев на греческой части острова Кипр всегда выполнялись спустя рукава. Запрещенных к ввозу на остров предметов, тем более наркотиков, на борту не обнаружено. Компьютерные железки, вместе со спиннингами, оказались в посольстве уже через сорок минут. Чуть раньше прибыл туда и Ершов.

У Сергея не было времени ждать жареную рыбу. Он по-быстрому наградил пресс атташе почти полной бутылкой конька. Тот за две минуты, не смотря на приближающиеся с двух сторон серые катера береговой охраны, сумел пересыпать компьютерный лом из водонепроницаемого мешка в чехлы для удочек. Школу не пропьешь. Ершов обошелся глубокой тарелкой наваристого борща, оставшегося от обеда у посольского повара.

«Странно, — подумал он, — Посольство российское а борщ украинский, со сметаной», — и завернул с собой четыре холодных котлеты. Простых, русских, а не по-киевски.

«Десантник, не надейся на прибор, выдерни кольцо», — главное закусь. По ходу Сергей одолжил сандалеты у водителя такси, оказавшегося посольским электриком на полставки, это он наблюдал за происходящим в порту в туристичекий бинокль и вылетел чартерным рейсом в Москву. Во фри шопе берется нормальная пол-литровая водяра, для снятия стресса, а у девчонок-стюардесс всегда есть стаканчики и хлеб с маслом.

Белов решил хлопнуть еще «малька». Ершова встретили и проводили на Кипре так, как положено. Закуска заканчивалась, но, похоже, хозяина кабинета это не интересовало. Новиков отпивал из высокого граненого стакана настоящий мохито со льдом и лаймом большими глотками, а не тянул из трубочки. А мятные листочки он иногда пережевывал. Белов видел это уже не раз. После очередных тридцати грамм холодной водки полковника вновь посетила мысль о сигаретах. Табак в этой пачке «Камэла» явно не вирджинский. Отличный штатовский табак был, как ни странно, в ливийских сигаретах с веселым названием «Спортсмен».

Дымить сигаретой без фильтра в штабе адмирала считалось неприличным. Тем более, что адмирал флота уже приколачивал в свежую трубку голландский табак — нарезной лист. Алексей прекрасно помнил распахнутую форточку в холостяцкой кухне, вытягивающую на мороз клубы дыма. Тогда на кухне в форточку курили все по очереди. А вот выкурить простую армейскую сигарету прямо сейчас, в столичной казарме, стоило в интересах дела. Тем более что в адмиральском кубрике вытяжка, как в подводной лодке.

Алексей Емельянович подтянул малахитовую, с медным донышком, скрепочницу по зеленому бархату адмиральского стола поближе, аккуратно стряхнул в нее пепел и вспомнил вкус почти точно такого же табака. В заштатных, с огромными рыжими муравьями, меблированных комнатах — недалеко от стамбульского Большого базара, где ему пришлось как-то провести ночь, он выкурил почти целую пачку. В соседнем с апартаментами узком переулке, у уличного торговца, он купил, соблюдая традицию и легенду о загулявшем туристе, пачку сигарет с одногорбым верблюдом без фильтра. Принимающая турецкая сторона курила бесконечный ароматный кальян. Всю ночь они пили чай и катали нарды со старым знакомым, владельцем этого притона, который как-то засветился в советском тренировочном лагере в Болгарской Народной Республике.

Да, у сигарет был тот же слабый аромат и крепкий вкус. Простую глиняную пепельницу из номеров он тогда не стал брать не в целях конспирации. Такие тогда стоили в Стамбуле на каждом углу 500 старых лир пара, примерно полтора доллара. А вот у Новикова отродясь нормальных пепельниц в хозяйстве не водилось, впрочем, как и скрепок в скрепочницах. После двух затяжек Белов затушил сигарету, ведь снова начинать курить он не собирался.

Сидя за адмиральским столом, он в который раз перелистывал синюю папку с красной полосой на уголке. Фотографии в прессе из местечка Локкерби внимательно изучали не только судьи трибунала, приговорившие Меграхи к пожизненному заключению. Тридцатиметровая яма в тихом шотландском городке от обрушившегося рейса 130 смотрелась так, как будто туда попала мощная бомба. Причиной грандиозного взрыва послужило топливо в баках «Боинга». Архитекторы башен-близнецов Мирового Торгового Центра в Нью-Йорке рассчитали силу удара врезавшегося гражданского самолета. WTC выдерживал удар. Но не учли силу взрыва почти сотни тонн авиационного горючего. Те, кто следил за событиями, сделали правильные выводы. Еще во времена Карлоса-Шакала террористы планировали направить захваченные смертниками гражданские лайнеры на Тель Авив.

Но, что будет в результате такой атаки, никто не знал. Израильтяне сбивали любой отклонившийся от маршрута самолет, так как они сделали с рейсом ливийских авиалиний, не реагировавший на предупреждения и летящий в направлении ядерного центра. В Алжире террористы захватили пассажирский лайнер, заправили топливом по полной и планировали направить смертника на цели в Париже. Точными выстрелами, прямо сквозь стекла кабины пилотов, их остановили снайпера французского полицейского спецназа.

Башни WTC сложились как карточные домики. Все повесили на бывшего партнера и друга, еще по войне с Советами в Афганистане, Осаму Бен Ладена. Он поссорился со штатами, да и саудовскими шейхами тоже, изза того что они разместили в стране главнейших мусульманских святынь иностранных солдат. Об этом попросили их сами саудиты, опасаясь Саддама Хуссейна, но зловещего диктатора давно уж нет, а американцы, неподалеку от стратегических источников нефти, есть.

Организатор и вдохновитель радикальных мусульманских боевиков стал, на долгие годы, главным пугалом Америки. В мае 2011, как раз тогда, когда война в Ливии не стала быстрой и победоносной, Бин Ладена уничтожили бойцы специального подразделения США. На операции прошли обкатку несколько новинок: устройство съема информации одновременно в инфракрасном, видимом и ультрафиолетовом диапазонах на одну картинку и портативные видеокамеры на шлемах бойцов, передающие видео в реальном времени. Впервые в боевой операции применен новейший беспилотник с двадцатиметровым размахом крыльев. На командном пункте, в Афганистане, «Трезубцем Нептуна» руководил генерал Дэвид Петреус.

Убийство зловещего лидера врагов Америки здорово подняло рейтинг действующего президента США, упавшего до критических величин: до операции Navy Seals «морских котиков» 53 процента опрошенных оценивали деятельность президента негативно. Отряд спецназа вылетел из Афганистана и высадился с двух темных, малозаметных «ночных» вертолетов прямо в Пакистане, не так далеко от столицы, напротив базы местного элитного военного училища во дворе жилого дома, окруженного высоким бетонным забором. Планировалась высадка десанта на крышу трехэтажного дома, но один из вертолетов не справился с управлением, как говорят летчики, «сел на собственную струю» из-под винтов и упал с малой высоты, задев хвостом ограждение. Второй сел на заднем дворе, где для начала бойцы расстреляли семью, жившую в отдельном доме для прислуги.

Старик Бин Ладен, опасаясь выдать свое месторасположение одним разговором по мобильному телефону и уже давно перемещавшийся на ослах, а не белых тойотах, оказывается, обосновался в Пакистане и практически никакой организацией не руководил, спокойно доживая оставшиеся годы со своими женами и автоматом «Калашников» под подушкой. Он прятался так, что даже мусор из его дома не выносили, а сжигали.

Один из местных жителей, побывавший за забором по мелкому хозяйственному делу, поспешил настучать о подозрительных личностях американцам, рассчитывая на премию. Позже появилась версия, что это курьер от Завахири, который специально сдал Бин Ладена американцам, но от нее на версту несет дезинформацией. Слежка с дронов и спутников подтвердила подозрительные факты сжигания мусора. Обнаружен проживающий в этом доме высокий мужщина, который изредка прогуливался во внутреннем дворе, прячась под тентом. Рост удалось определить по размеру тени. Напротив дома разведка организовала подставную торговую точку. Но конкретно сфотографировать Бин Ладена так и не удалось. Вероятность того, что это разыскиваемый предводитель террористов составляла около шестидесяти процентов.

Президент Обама во время проведения операции играл в гольф. С онлайн видео трансляцией операции «Трезубец Нептуна» в ситуационную комнату Белого дома с нашлемных камер спецназовцев ничего не получилось. Сигнал, который прямиком шел на дрон и транслировался в Вашингтон через спутник, где-то терялся. Всем пришлось перебраться в не столь удобный для просмотра тесный командный пункт и наблюдать за происходящим при помощи высоко висящего над Пакистаном военного безпилотника.

Картинка со шлемов морских котиков явно не подходила для показа в срочных новостях — красивого, заранее отрепетированного на макетах штурма, не получилось. Еще одну семейную пару — жившего в доме мусульманина и его жену — пришлось ликвидировать прямо у входа, правда держал в руках оружие.

Котикам проникли в прилегающий к дому бетонный коридор и взрывали стену. В здании их встретили автоматными очередями. Отстреливался сын Бин Ладена. Срецнац применил светошумовые гранаты и открыл огонь из штурмовых автоматических винтовок с термоприцелами.

Боевая тройка Navy Seals сбоем прорвалась на этаж, где находилась спальня Бин Ладена, но там их встретила дочь и одна из жен старика. Она бросилась на солдата и он был вынужден стрелять, так как теоретически на женщине мог быть пояс шахида. Сам саудовский шейх встретил смерть со спокойствием, достойным сына Аллаха. Он скрестил руки на груди и получил пулю сначала в грудь, а следом — на добивание — в голову.

Поврежденный секретный вертолет американцам пришлось взорвать. Спасать морских пехотинцев, не помещавшихся в уцелевший «ночной охотник», прилетели два вертолета «Чинук». Эти транспортники вылетели для подстраховки в след за основной группой и, приземлившись в пустнынной местности на территории Пакистана, затаились в ожидании приказа. Эвакуация прошла успешно, труп в черном пластиковом мешке захватили с собой. Боевая часть операции генерала Петреуса заняла сорок минут. Кроме трупа, удалось вывезти личный рукописный дневник, сотню флешек и пару компьютеров покойного.

Тело Усамы Бен Ладена морские пехотинцы доставили на авианосец и срочно утопили в море, захоронив по не существующему мусульманскому обряду. Смерть «главного врага Америки» подтвердила генетическая экспертиза. В составе отряда был врач, который взял образцы костного мозга для анализа. Через три месяца почти весь личный состав этого отряда спецназа трагически погиб в Афганистане, их вертолет моджахеды сбили из переносного ракетного комплекса с теплонаведением типа «Стингер». Ракета попала в топливный бак, от взрыва сдетонировали боеприпасы и фюзеляж вертолета разорвало на множество частей.

Операцию провели с досадными осечками, но злодей убит, и пошатнувшиеся, было, рейтинги президента США выросли до удобоваримых величин. Госпожа Клинтон долго уговаривала господина Обаму дать разрешение на проведение этой операции. Университетский профессор, доктор наук в области международного права, мистер Обама стал президентом, буквально очаровав избирателей на публичных выступлениях по всем штатам. Перед выборами он обещал вернуть домой солдат из Афганистана и Ирака, бороться за сокращение ядерного оружия и решать глобальные вопросы путем переговоров, а не войн. Его соперником на первых выборах, кандидатом в президенты, выступал ветеран войны во Вьетнаме, влиятельный сенатор-республиканец от штата Аризона, господин Мак Кейн. Если бы он пришел к власти в штатах, то времена холодной войны, вместе с проектом звездных войн, показались бы жалким комиксом на фоне современного фильма про конец света. Военный бюджет США сегодня это больше одного миллиарда долларов в день.

Мадам Хилари Клинтон, тоже один из потенциальных кандидатов на выборах 2008, проиграла праймериз (предварительные внутрипартийные выборы) и вынуждена была отдать голоса своих избирателей в пользу г-на Обамы. За это она получила пост главы МИДа.

Но предвыборные обещания это одно, а реальная политика совсем другое. Президент сменил руководство войсками в Афганистане — перевел генерала Петеруса на должность главы ЦРУ и назначил командующим хорошо зарекомендовавшего себя на зачистках в Ираке генерала. Тот, для полной и окончательной победы над талибами, затребовал еще несколько десятков тысяч солдат.

Президент дал разрешение на проведение операции по уничтожению Осамы Бен Ладена силами спецслужб, но армейскую операцию прикрытия, в которой планировали применить авиацию над территорией Пакистана, запретил. Это грозило еще одним конфликтом. Для пакистанцев «Трезубец Нептуна» стал полной неожиданностью. Во время пожара со взрывами в доме Бен Ладена они даже подняли в воздух свои плохо приспособленные для ночных полетов истребители, но на это потребовалось целых 16 минут и американские вертолеты были уже далеко.

Сообщения в срочных выпусках новостей об уничтожении зловещего лидера врагов Америки стало главной новостью этих дней во всем мире. Американские ветераны войны в Афганистане пытались рассказать, что Бин Ладен давно мертв и его тело годами хранилось в морозильнике, дожидаясь подходящего момента для представления широкой публике, но в США царила настоящая эйфория, люди выходили на улицы и праздновали победу добра над злом. Мак Кейн, игравший на патриотических чувствах, жестко критикуя Обаму за нерешительность, терял рейтинги.

Финансовый кризис и идущая с большим скрипом реформа медицинского страхования — это внутренняя политика государства, за которую отвечает президент, но внешней рулит госсекретарь. Маленькая победоносная война против нехорошего диктатора Каддафи, расстрелявшего и разбомбившего мирные демонстрации — это могло помочь избирателям отвлечься от внутренних проблем. И спасти Америку от краха — не обеспеченный ничем доллар держится в качестве мировой валюты благодаря тому, что в долларах идут расчеты за нефть. Поэтому «враги демократии» должны быть побеждены. И мертвы, как стало понятно после истории с двумя иракскими войнами. На спектакле под названием «трибунал» Саддам Хуссейн заявил, что все затеяно чтобы увеличить шансы на победу Джорджа Буша на следующих президентских выборах. Эйфория от быстрой победы в Ираке казалась неоспоримой и грандиозной, но американцы застряли там надолго и эксперимент по насаждению демократии обошелся налогоплательщикам в сотни миллиардов и тысячи погибших солдат.

19 октября 2011 госпожа Клинтон под охраной трех тысяч морских пехотинцев на несколько часов посетила Триполи, где потребовала у ПНС срочно убить или хотя бы арестовать лидера Джамахирии. Захват столицы с применением спецназа и авиации состоялся, а неуловимый полковник все еще жив. Если раньше речь шла о международном суде над Каддафи, то сейчас планы убийства полковника открыто озвучивались на высоком политическом уровне. Чтобы ускорить события, госсекретарь организовала дополнительные денежные вливания. Во время ее визита США выделили ПНС еще более сотни миллионов долларов, понятное дело, на гуманитарную помощь.

Отдельным бюджетом, в распоряжение некоторых категорий государственных служащих USA в бывшей Джамахирии, поступило еще около сорока миллионов. Деньги на поиск и выкуп переносных зенитно-ракетных комплексов теперь шли не через разведку. ЦРУ провалило операцию, добыв с начала войны только пять ржавых ПЗРК советского производства. Во время штурма Триполи специальные корреспонденты обнаружили только пустые ящики из-под тридцати двух ракет с теплонаведением, давно поржавевших «Игл-С». Судя по сложившейся ситуации, распределение наличных контролировал мистер К. Стивенс.

Президент Франции, премьер министр Великобритании и президент итальянской компании ENI посетили Триполи до визита главы внешнеполитического ведомства США и похожих кровожадных намерений не демонстрировали. Французы пообещали сократить количество своих бойцов в стране до пяти тысяч, что реально обозначало начало вывода частей Иностранного Легиона и спецназа. Решались вопросы по нефтяным контрактам и подрядам на восстановление страны. ENI и «Газпром» в середине сентября подтвердили соглашение о совместной реализации ливийского нефтяного проекта Elephant с запасами в 110 млн тонн и планируемой годовой добычей 6 млн тонн. Но, как долго продлятся форс-мажорные обстоятельства, никто не знал.

Племя Меграха по-прежнему контролировало часть на юге страны, на подступах к Бани Валиду давало отпор мятежникам племя Варфалла, племя Каддафа держало оборону в прибрежном Сирте, не сдавался стотысячный город в фецанском оазисе — Себха. Но эти племена так и не смогли забыть старые распри и вместе противостоять берберам, бенгазийскому, зинтанскому и мисуратскому кланам.

На Себху, поднимая шлейф на присыпанном песком шоссе через пустыню, двинулась крупная колонна танков и другой боевой техники. Среди «танкистов» много голубоглазых блондинов, а на автоматических винтовках крепится ударный колюще-режущий штык французского образца. У многих светлые, под цвет песка, американские замшевые армейские ботинки на толстой рифленой подошве с характерным рисунком. Вертолеты с катарскими опознавательными знаками не стали сопровождать колонну изза разыгравшейся песчаной бури и прилетели прямо к началу штурма.

Горный оазис Бани Валид в ста сорока километрах к юго-востоку от Триполи «революционеры» взяли в осаду в начале сентября и пытались атаковать несколько раз, высадился десант британских и катарских спецназовцев, но город так и не захватили силой. Из «зеленки», покрытой лесами горной местности, незваных гостей встречали залпы из установок «Град».

Праправнучка «Катюши», модель начала 60х годов «Град БМ-21» на самом деле пользуется популярностью во всем мире, до сих пор стоит на вооружении тридцати стран, включая РФ. Ракеты без особых приборов наведения запускают на расстояние до 20 километров по площадям и накрывают противника ковром взрывов. Пока повстанцы по спутниковым телефонам пытались сообщить координаты целей для уничтожения с воздуха, 122-мм реактивные системы залпового огня, установленные на грузовиках, успевали сменить позиции. Средства радио-электронной борьбы НАТО глушили все телефонные звонки через спутники в этом районе, не различая сигналы от своих и чужих. Как только эфир открыли, из осажденного города проскочил репортаж одной арабской телекомпании. На жутких кадрах — применение запрещенных во всем мире кассетных и напалмовых бомб с жидким фосфором, и боевого отравляющего вещества «горчичного газа». Версию о химическом оружии признали недействительной — иприт не обладает ни цветом, ни запахом, как показанный в репортаже газ, но фотографии с глубокими, до костей, ожогами пострадавших просочились в прессу. Горящую руку с фосфорным напалмом можно опустить в воду, но процесс горения не останавливается даже без свободного доступа кислорода.

Безуспешная осада Бани Валида продолжалась до конца октября. Повстанцев пустили в город без боя, чтоб остановить кровопролитие с экскурсионно-ознакомительной целью: передавать власть самозванцам главы племени Варфалла не собирались. Несколько представителей «революционеров» вошли в местный совет, но катибам еще до конца года пришлось уйти.

Сразу после захвата Триполи боевики продвинулись по шоссе к городу Сирт, но встретили ожесточенное сопротивление. Сил для штурма явно не хватало и ПНС пришлось обьявить перемирие. Но длилось оно не долго.

Ночью, 15 сентября, из Мисураты на Сирт выдвинулась колонна повстанцев — пять тысяч боевиков, восемьсот внедорожников-гантраков, грузовики, больше сотни танков и бронетранспортеров. Корабли НАТО начали обстрел города с моря. С востока к городу с боями прорывалась зинтанская бригада. К началу октября катибы замкнули кольцо вокруг Сирта. Десять тысяч боевиков и спецназ альянса вели бои за город больше месяца. В Сирте практически не осталось ни одного целого здания, не было воды и света, не хватало продовольствия и медикаментов, мирные жители в панике бежали. Скромную рыбацкую деревушку, которую Каддафи превратил в современный 70-тысячный город европейского типа пытались сровнять с землей.

Танки, артиллерия, ракеты «революционеров» долбили по городским кварталам, сверху сыпались бомбы — но полковник, «вечный лидер революции», старался не ночевать два раза в одном и том же месте, предателей не было, а ключевые точки обороны заняли его снайпера и танки. Установки залпового огня разместили на крышах домов. Боевики при поддержке авиации НАТО упорно, с боями за каждую улицу, пробивались к центру и району Уагадугу, где предположительно скрывался Муамар Каддафи и его сын Муатассим.

Чтобы зачистить город бомбардировщики альянса сбросили самые мощные, из неядерных, бомбы с «воздушно-топливным» взрывом (Fuel-Air Explosive, FAE). После падения относительно не большой заряд обычной взрывчатки подрывает бомбу, за несколько секунд в воздухе образуется туман, аэрозольное облако из начинки бомбы — горючего вещества, которое проникает в негерметичные помещения и машины. Городской квартал накрывает тяжелым и вязким облаком маслянистого тумана, затем вспышка — и долго клубящийся огненный шар. После мгновенного воспламенения распыленного топлива объемный взрыв разносит в пыль все в радиусе сотни метров, плавиться даже бетон. Огонь сжирает кислород и создается «вакуум» — зона резко пониженного давления, окружающий воздух устремляется в эпицентр, словно схлопывая пространство. Поэтому бомба и называется «термобарической». На уцелевших стенах подвалов остаются только следы от человеческих тел, а на удалении выворачивает внутренние органы.

27 сентября катибы захватили морской порт Сирта.

Параллельно война постепенно переходила в следующую фазу — борьбу группировок между собой. Переходной Национальный Совет явно опасался оставаться без прикрытия, мнение его председателя о зарубежной армии изменилось на противоположное. За время событий повстанцы организовались и почувствовали вкус власти. Предстояла дележка 15 миллиардов долларов из размороженных ливийских зарубежных активов. Представитель ПНС пояснил ситуацию:«… французы и англичане намного сильнее Варфалла, и мы попросим их остаться на столь долгое время, сколь будет нужно». Но в ПНС опасались не только бунта племен, на свободу из триполитанских тюрем вышло около пяти тысяч террористов.

В начале сентября командир трехтысячной бенгазийской «Бригады 17 февраля» аль-Салаби открыто назвал ПНС сборищем предателей и посоветовал им убираться из страны на все четыре стороны. Он и его братья по оружию не могли согласится с тем, что золото Каддафи попадет в руки тех же чиновников, которые занимались финансами Джамахирии и теперь собираются рулить страной под крышей иностранных штыков.

А вот о чем думал полковник Каддафи, прячась в осажденном Сирте, в синей папке не значилось. Наверняка жалел о том, что наступил на горло собственной мечте: превратить Ливию в страну, владеющую атомной бомбой.

Еще в 1969 Советский Союз построил в Таджере, в 60 км на юге от Триполи, Центр ядерных исследований (NRC, переименован в REWDRC) с реактором мощностью 10 Мвт и термоядерной установкой Т-4М (токамак). В этом центре имелась возможность изучать ядерные процессы, но создать реальную атомную бомбу было нельзя. В начале 70-х Каддафи пытался купить ядерное оружие в Китае, зондировал вопрос в Индии, но получал отказы. В 1977 году Джамахирия договорилась с Пакистаном о поставках нигерийского урана в Азию в обмен на ракетные и ядерные разработки. Но официальный Пакистан, под давлением США, отказался выполнять условия договора. После этого в Триполи принято решение построить тяжеловодный реактор на природном уране для наработки оружейного плутония и начать готовить собственный атомный заряд.

Полковник обратился к руководству СССР и даже получил положительный ответ на самом высоком уровне. Если бы он заплатил обещанные десять миллиардов долларов, то скорее всего у Великой Арабской Джамахирии появилась бы атомная бомба. В те годы Советский Союз был жестко настроен против Израиля и такое развитие событий считалось вполне реальным. Но полковник тянул с оплатой. С другой стороны, из компетентных органов, в политбюро ЦК КПСС вовремя поступила информация о том, что Ливия не располагает указанной суммой.

Официально Джамахирия подписала международные соглашения по нераспространению ядерного оружия, но на самом деле продолжала искать способы заиметь бомбу. Для строительства в Рабате завода по производству тяжелой воды, без которой процесс деления ядер не удержать под контролем, в 1984 году заключен контракт с немецкой фирмой «Имхико». А в начале 90-х годов полковник предложил президенту уже отделившегося Казахстана — Назарбаеву финансовую помощь, чтобы тот сохранил в республике ядерные заряды и появилась «первая мусульманская атомная бомба». Господин Назарбаев, не раздумывая, отказался от такого предложения.

Через несколько лет ливийские агенты вышли на создателя пакистанской атомной бомбы. Вскоре Абдул Кадир Хану в одном из знаменитых отелей на Ближнем востоке передали чемодан наличных. Несколько партий центрифуг голландского производства и немного обогащенного урана перебросили из Пакистана в Джамахирию на гражданских самолетах без пассажиров. Но сделка не стала разовой, полковник щедро финансировал производство собственного ядерного оружия. Примерно в 1995 ливийцы стали обогащать уран до нужного изотопа 235 при помощи газовых центрифуг. В принципе, не особо сложный аппарат, похожий на большую кастрюлю, крутящуюся вокруг своей оси на высокой скорости, но для промышленного обогащения их должно быть несколько тысяч и конструкция только на вид такая простая. Для разделения изотопов радиоактивное вещество сначала нужно превратить в газ, а потом уже раскручивать в центрифугах.

Доктор Хан, создавший «с нуля» пакистанскую атомную бомбу, сохранил тесные контакты с поставщиками оборудования двойного назначения. Поставка комплектующих шла по сложным схемам и прикрывалась гражданскими контрактами. При помощи проверенных посредников заказы размещались в западной Европе и Малайзии, а затем, по цепочке, переправлялись через Дубай (ОАЭ) в Ливию. Для собственного производства по ядерной программе на территории Джамахирии организовали «Машинный цех 1001», закупив оборудование в Испании и Италии через британского посредника.

При таких темпах развития событий к 2007–2010 году у полковника Каддафи оказалась бы полноценная атомная бомба. Средства доставки — ракеты «Скад» у него тоже были. Еще в конце 70-х из СССР поступила сотня ракет Р-17 «Скад-Б». Одна из первых советских разработок баллистической ракеты на «твердом» топливе. Им можно заправить ракету-носитель и поставить на боевое дежурство готовой к старту на длительный срок, в отличие от «жидкостных» которые нужно заправлять непосредственно перед пуском и это занимает много времени. Во время конфликта в 1986 м несколько таких ракет с обычными боеголовками стартовали в направлении базы Береговой охраны США, но целей не поразили.

К началу «нулевых» Социалистическая Джамахирия находилась под жестким экономическим эмбарго уже около десяти лет. Нефтедобывающее оборудование устарело и износилось, его импорт — кроме буровых для поиска нефти и газа — запрещен. Выплаты компенсаций пострадавшим от взрывов самолетов на Локкерби и Нигером, отказ от помощи Ирландской Республиканской Армии и вооруженным оппозиционерам в других странах, освобождение из тюрьмы болгарских медсестер, обвиняемых в заражении ливийских детей СПИДом, обещания вернуть конфискованное зарубежным нефтяным компаниям, результатов не давали. США и Великобритания четко давали понять — Ливия должна отказаться даже от мыслей об оружии массового поражения.

Реальные переговоры на эту тему начались в 2002 и продолжались до конца 2003. В это время коалиция громила Ирак и дни Саддама Хуссейна были сочтены. Россия решала собственные проблемы, потеряла роль сверхдержавы и наконец-то прекратила оказывать безвозмездную военную помощь «братским народам». Да, — все это сильно повлияло на решение полковника Каддафи, но было еще одно важное обстоятельство. В начале октября 2003 на востоке Средиземного моря немецкие и итальянские военные корабли заставили сменить маршрут и зайти в в порт Таранто (Италия) гражданское судно «BBC China». Сухогруз под немецким флагом следовал из Дубая в Ливию. Во время досмотра корабля с участием представителей ЦРУ и МИ-6 в пяти контейнерах обнаружили, задекларированное под промышленное, оборудование для обогащение урана. После этого полковник и принял окончательное решение.

В декабре 2003 года секретные ядерные объекты открыли для посещения инспекторов Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Изъято 25 тонн документов, демонтировано четыре тысячи центрифуг, а обогащенный до 80 процентов уран отправили в РФ. Снаряды и бомбы, начиненные шестьюдесятью тоннами боевых отравляющих веществ, тоже пришлось ликвидировать. Ракеты «Скад» подлежали утилизации, но несколько установок, по тайному приказу Каддафи, припрятали.

В результате экономические санкции сняли, а международный дипломатический словарь пополнился новым выражением: «Ливийский вариант» — мирный отказ от оружия массового поражения под контролем международных организаций. Такой альтернативный, в отличие от иракского, вариант должен был служить примером для несговорчивых диктаторов.

Доктора Хана на родине, в Пакистане, конечно пожурили за подпольную сеть по распространению ядерного оружия, но восьмидесятилетний народный герой отделался легким испугом. Для создания ливийской бомбы он использовал именно тех людей, при помощи которых создавалась и пакистанская.

Полковник Каддафи, перемещаясь в окруженном городе из одного подвала в другой, явно перестал чувствовать себя лидером страны. Его подземный бункер в Сирте разрушили «умными» высокоточными бомбами JDAM (Joint Direct Attack Munitions) еще в начале войны.

Новейших сверхманевренных многоцелевых истребителей СУ-35, способных противостоять «Рафалям», у него не было. Закупить у России боевые самолеты, вертолеты, подводные лодки, танки и системы ПВО Каддафи не успел по собственной вине. Например в Алжир, вместо забракованных МиГ-29, прибыли СУ-30 и никаких проблем с НАТО у страны возникнуть не могло в принципе. А Венесуэла, ощетинившись российским оружием, даже грозила прекратить экспорт нефти в штаты.

Ливийские баллистические ракеты на мобильных установках тридцатилетней давности оказались никуда не годными. Еще в августе в районе Сирта каддафисты решились дать старт нескольким «Скадам», но ракеты упали так далеко от целей в пустыне, что даже не понятно, куда и по каким целям ими стреляли. Город Себху, в котором на всякий случай хранилось десять тонн иприта, повстанцы захватили в конце сентября. Во всяком, случае полковник вряд ли бы применил химическое оружие. Такое обвинение оказалось главным пунктом на трибунале Хуссейна и, кроме этого, иприт из бочек нужно поместить в специально предназначенную боевую часть бомбы или ракеты, а сделать это без специалистов и оборудования невозможно.

Зеленая книга Каддафи — ислам, смешанный с постулатами Бакунина «о революционных массах» и Насеровскими идеями, оказался неработоспособной теорией. Народ не поднялся джихад, а на это рассчитывал полковник раздавая населению автоматы «Калашникова». Две трети бойцов из 70-тысячной наемной армии разбежались и частично перешли на сторону противника еще в начале событий.

Планы объединения целого континента — Панафриканском Союзе остались в прошлом. Наемное пятитысячное войско, прообраз будущего Исламского Африканского Легиона, в основном из солдат Алжира, Египта и Туниса, оказалось бесполезным. Новые друзья из Европы, на которых он рассчитывал, забыли про него. Полковник не мог в это поверить. Он стал звонить по телефону за границу в открытую, не опасаясь, что на сигнал прилетит ракета, с почти такой же системой наведения как у той, что попала в радар зенитного комплекса С-200 в 86 м. Но переговоры оказались безрезультатными. Никаких гарантий, никакой поддержки, размытые, ничего не значащие фразы.

Впрочем, переговоры по спутниковому телефону вскоре заблокировали. К району Сирта номер Два все ближе и ближе продвигались катибы повстанцев. Муамару Каддафи, вместе с сыном Мутасимом, пришла пора выбираться из окружения. Для проведения эвакуации в город прибыла группа крепких темнокожих ребят из ЮАР. Задолго до этого председатель Ливийского фонда африканских инвестиций, финансовый советник семьи — Салех Башир разместил в Южноафриканской республике несколько миллиардов долларов на счетах и в виде драгоценностей. После взятия Триполи его арестовали французы и вместе с архивами семьи доставили в Париж.

Обмен мнениями и конфиденциальной информацией был не долгим, но плодотворным. Господина президента волновали порочащие сведения о финансировании его предвыборной компании. А господин Башир высоко ценил свободу и здоровье. После короткого пребывания в тюрьме, Салеха Башира поместили в очень даже неплохой отель и уже в декабре 2011 отправили на дипломатическую должность в Нигер, где он стал советником президента этой африканской страны.

По планам британской МИ-6 разработанным еще в начале войны, полковника следовало отправить в Экваториальную Гвинею при помощи бойцов из ЮАР. Гвинея одна из немногих стран не признающих решения Международного уголовного суда. «Специалист по охране и личной безопасности», гражданка Британии из частной фирмы в Найроби, даже подобрала исполнителей — наемников, а государственный секретарь по международному развитию объединенного королевства тайно договорился с гвинейцами.

Фотографии с ливийских переговоров по этому вопросу, отпечатанные с восстановленной памяти фотоаппарата агента «Наташа» в лаборатории скромной конторы Белова, видимо, попали туда-куда-надо. Мятежный полковник мог сохранить свою жизнь и спасать его, ссорясь с партнерами по большой политической игре не имело смысла. Такая помощь ему была не нужна. Покинуть родину и прятаться от врагов означало для Муаммара Каддафи потерять честь и смысл жизни.

План британцев был актуален весной или летом 2011, в начале или в разгар войны. МИ-6 могла одержать бескровную победу и припрятать козырный туз в рукаве. Но приехавшие осенью бойцы оказались мало похожими на солдат удачи, а были, скорее всего, из юаровского полицейского спецназа.

Окруженный в Сирте 69-летний полковник покидать страну не собирался. Он выступил с обращением через Бани-Валидскую радиостанцию. Каддафи сказал, что готов принять шахиду (мученическую смерть по шариату) в борьбе против «запада и его ничтожных агентов». Он составил письменное завещание с призывом продолжить борьбу и, по словам близких из его окружения, хотел сначала посетить родную деревню, а потом перебраться под прикрытие племени туарегов на юге страны. Этому племени не темнокожих африканских кочевников-берберов Каддафи здорово помог во время засухи и военных конфликтов в соседних странах, по которым они кочуют, не признавая границ. В армии Джамахирии и личной охране полковника служило довольно много туарегов, среди них даже генералы.

Покинуть город должны были ночью, ранним утром 20 октября, тремя группами в разных направлениях, но уцелевшего во время бомбежек транспорта оказалось слишком мало. Сборы затянулись и выехали только на рассвете. Колонну из пятидесяти машин, в которой шел «Лэнд Крузер» с полковником, заметил часовой из катибы «Тигры Мисураты», дежуривший на крыше зернохранилища в западном предместье Сирта. Боевики зашевелились, но без поддержки с воздуха опасались приблизится к готовым огрызнуться огнем джипам и гантракам.

По наводке суаров в этот район направился американский беспилотник и спарка боевых самолетов. Точным попаданием в головную машину ракета воздух-поверхность застопорила движение. Авиабомбы ложились рядом с легковыми машинами. Ударные волны буквально сметали машины с дороги, переворачивая в воздухе словно игрушки.

Единственным укрытием от бомб оказалась широкая дренажная труба под шоссе. Туда, оглушенного взрывом, полковника переместила охрана, но держать оборону до последнего патрона не стала. К месту событий подтянулся крупный отряд повстанцев. В короткой перестрелке полковника ранили выстрелом в спину и пуля вошла в брюшную полость.

Несколько часов пленников держали, ожидания решения сверху. Южноафриканцев повстанцы из мисуратской бригады, хотя и ненавидели всей душой, но вынуждены были отпустить на нескольких исправных машинах. Вскоре суары начали глумится над бывшим лидером и, пока из города пришла санитарная машина, успели нанести несколько ран, снимая развлечение на мобильные телефоны. Из галдящей и стреляющей в воздух толпы в тот момент, когда полковника на носилках грузили в «скорую», человек в пятнистой полевой форме «пустынке» и американских армейских ботинках из светлой замши с характерным рисунком на подошве выстрелом из пистолета в голову, почти в упор, добил Муамара бен Мухаммеда Абу Меньяра Абделя Салям бен Хамида аль-Каддафи. Офицер катарского спецназа сразу же позвонил по телефону в Доху и доложил об успешном выполнении приказа. Российский военный корабль-разведчик перехватил эти переговоры. Судя по записям катарские коммандос нашли в одной из машин личный архив полковника. Среди бумаг оказалиь документы о финансировании избирательной кампании г-на Саркози.

Но всеобщим героем-убийцей стал восемнадцатилетний суар, фотографии которого — с позолоченным пистолетом и перстнем погибшего — попали в твитер. Остальных пленных, около 70-ти человек, расстреляли у ближайшего забора выстрелами в затылок.

Госпожа Хилари Клинтон отвлеклась, на мгновенье, от айфона, на который ей скинули сообщение об итогах операции, и выразила глубокое удовлетворение.

После врачебного осмотра трупы полковника, Мутассима и министра внутренних дел Джамахирии поместили в пустующую морозильную камеру для хранения продуктов. Поток желающих поглазеть на трупы был таким, что перед открытым для посещения публики холодильником стояла очередь.

На то, что дело тут не чисто, указывали некоторые факты, но смерть полковника оказалась выгодной всем. Если мнимая — то даже родным и близким, потому что его наконец-то перестали искать. Первый ролик о событиях появился на YouTube еще ночью, в серии последующих видео не совпадал цвет туфлей полковника, рубашкався в крови, а потом, когда ее снимали с убитого, оказалась чистой. Махмуд Джибриль рассказал корреспондентам как раненного в руку полковника повезли в больницу, но машина попала под перекрестный огонь каддафистов и повстанцев. «Скорую помощь» на самом деле остановили, устроив на перекрестке аварию и кого-то перенесли во вторую машину. Она тоже остановилась, якобы из-за спущенного колеса, а в больницу доехала уже третья машина. Врач, несколько раз видевший живого полковника с близкого расстояния, произвел осмотр тела и отметил не высокий рост и отсутствие на животе шрама от давней хирургической операции. При осмотре не обнаружено следов побоев — синяков или сломанных ребер, в брюшной полости не успела накопится истекающая кровь, что характерно при ранении, после которого человек некоторое время еще остается жив. Обнаружены и сфотографированы два пулевых ранения, хотя на некоторых видео просматривалось и третье. Труп скорее похож на тело сорокалетнего двойника полковника по имени Ахмийд, с плоским, без морщин и волос животом.

Впрочем, Ахмийд, широко известный триполийской публике, всего лишь один из двойников. За тридцать лет спецслужбы полковника подготовили более дюжины подставных.

Аиша аль-Каддафи и жена полковника не поверили в смерть и заговорили об анализе ДНК. Ливийские врачи взяли необходимые образцы и отправили их в один из европейских институтов генетики. Погибших, после четырехдневной демонстрации в морозильной камере в городе Мисурата, тайно захоронили где-то в пустыне. А тем временем суары надругались над могилами родственников Каддафи, раскопали и сожгли всех давно умерших, уничтожая материалы, необходимые для точных результатов молекулярно-генетической экспертизы.

Намного позже в сети проскочила фотография полковника в инвалидной коляске, но сам факт того, что он ранен и выжил, в средствах массовой информации не обсуждался и особой роли в мировой политике уже не играл.

На самом деле мисуратовский суар, парень, красовавшийся с «золотым пистолетом диктатора» просто напросто стащил его из разбитой машины. Через некоторое время его отправят в составе делегации для переговоров в Бани Валид, где варфалы запытают его до смерти. Первые результаты экспертизы ДНК трупов из мисуратского холодильника окажутся довольно странными, свидетельствующими лишь о том, что погибший не может быть отцом Мутассима Каддафи. Больше открытой информации из института генетики не поступало.

Уже через неделю после трагических событий Совет Безопасности ООН единогласно проголосовал за скорейшее завершение международной военной операции в Ливии. Совет НАТО выполнил решение — 31 октября официальная дата прекращения огня. По данным альянса в ходе операции «Объединённый защитник» с 31 марта 2011 года общее число вылетов самолетов международной коалиции над Ливией составило около 25 000. Из этого числа 9 000 боевых вылетов. Уничтожено 5900 целей, около 570 ливийских военных баз, бункеров и других объектов, 355 зенитных ракет, более 500 танков и другой бронированной техники, около 860 складов с боеприпасами. Погибло не менее 30ти тысяч человек (по другим оценкам — около 50ти), более 50ти тысяч ранено, около 4х тысяч считаются пропавшими без вести и почти два миллиона беженцев. После этого словосочетание «ливийский вариант» приобрело совсем другой смысл.

В связи с окончанием Натовской операции в ноябре 2011 «группа друзей Ливии» собралась в Дохе и приняла решение о создании нового альянса для совместных действий по укреплению демократии. Главную роль стал играть Катар: его боевые самолеты, стартующие с базы на Крите, 7 000 солдат, вертолеты, артиллерия и бронетехника. В Триполи ждали эмира с официальным визитом.

Саиф аль Ислам, вместе с русскоговорящим охранником, выбрался из осажденного Бани Валида. Их легковая машина добралась, оставаясь незамеченной беспилотниками и спутниками, почти до границы с Нигером. Туда сбежал один из его младших братьев — бывший футболист, 38 летний Саади и несколько приближенных семьи. Но проводник, нанятый за один миллион долларов сдал их суарам. Он испугался и решил, что беглецы с ним не рассчитаются и убьют. Видимо, простой пастух не поверил, что кому-то легче заплатить такую сумму, чем перерезать горло, а валюта хранится на счетах в банках, а не чемоданах.

В кабинете адмирала вентиляция бесшумно затягивала клубы дыма голландского трубочного табака. Но все равно, то ли от дыма, то ли просто от усталости, Белов почувствовал в глазах неприятную резь. Пора закругляться. С борта гражданского чартера Ларнака-Москва доложили обстановку — Ершов предлагает стюардессам выпить водки на брудершафт. Значит все в порядке. На улице частые крупные капли дождя падали, нагоняя рябь в алюминиевых, под светом ночных фонарей, осенних лужах. Свежим воздухом после прокуренного кабинета дышалось легко, а мокрый желтый кленовый лист прилип к ветровому стеклу мерседеса.

По дороге домой Белов открыл свежую газету. Приближались президентские выборы 2012, и, озвучивая версию о бурной демонстрации протеста в результате которой погиб посол, американцы явно темнили. Президент Барак Хуссейн Обама произнес прочувственную речь, но ничего нового не сообщил. Госдеп предположил, что к смерти посла «возможно, были причастны некоторые террористические группы».

Все президенты рано или поздно становятся героями политических анекдотов. В этот раз свежий, но жесткий и не понятный большинству читателей, напечатан на второй странице. Пезидент попал в весьма щекотливую ситуацию, особо подчеркнув, что в расследовании ночного происшествия США будут активно сотрудничать с официальной властью в Ливии, с ПНС. А у убитого совсем недавно американским беспилотником террориста Абу Яхья Аль Либи (Abu Yahya al Libi) заместителя главы «Аль Каиды» есть брат — Идрис Аль Либи (Abu Idris Al Libi), который под новым именем Ваххаб Хасан Абдул Кайяд (Abd Al Wahhab Qaid) занимает должность в ливийском министерстве внутренних дел временного правительства. Не много, ни мало — отвечает за пограничный контроль и стратегическое развитие страны. В Афганистане и Ираке радикальные исламисты уничтожают американских солдат, а в Ливии с ними, оказывается необходимо сотрудничать. И не только совместными усилиями демократизировать Джамахирию, а еще и найти виновных гибели собственного посла.

Вероятность того, что радикальные исламисты решили отомстить за смерть товарища и организовали нападение на американское представительство считалась очень высокой. Тем более, что «Аль Каида в странах Магриба» (Северная Африка от Марокко до Египта) открыто заявила об этом. Но это всего лишь вероятность, это не их почерк. Если бы боевики хотели просто убить посла, то заложили бы фугас на дороге или влупили из гранатомета по машине на маршруте, а не шли в атаку на объект. И не очередная попытка запугать и вытеснить янки из Бенгази, как в июне 2012 года, когда у внешних ворот представительства сработало самодельное взрывное устройство. Неизвестные пошли на штурм и другого, более защищенного здания, куда эвакуировались сотрудники и документы.

Скорее всего нападение организовано для получения или уничтожения какой-то важной информации. Например, данные о црушной агентурной сети. Но, вряд ли они могли вызвать особый интерес. Списки стукачей, номера телефонов, явки и пароли спецназовцы Хамиса Каддафи заполучили еще в 2011, захватив архивы в штаб-квартире ЦРУ в Триполи. На следующий день уцелевшие остатки, в том числе левые паспорта и журналистские удостоверения, которые американцы пытались вывезти из страны, отбили при нападении на колонну джипов по дороге в столичный аэропорт бойцы «зеленого» сопротивления.

Договора по нефти и газу? В сейфах представителства могли храниться килограммы бумажек, подписанных с кем угодно, но борьба за реальную власть в Ливии к сентябрю 2012 явно не закончилась, и, когда это случится, никому неизвестно.

Американцам ливийская нефть вообще не нужна. США планируют полностью обеспечить внутреннее потребление за счет собственной добычи до 2020 года, а затем начать и экспорт. А вот притормозить бурное развитие Китайской Народной Республики — стратегическая задача. Китай вынужден импортировать нефть, и, после Ирана, Ливия была одним из крупных поставщиков.

Белов смутно помнил фотографии членов Ливийской Исламской Боевой Группы из досье Главного Развед Управления при Генштабе ВС. Даже не лица, а наличие отпечатанных на фотобумаге портретов в картонных папках военной разведки. Информация собрана еще во время войны СССР в Афганистане, но наверняка где-то есть фотографии и посвежее, и не только лидеров ЛИБГ и Аль-Каиды. Эта группа с международной сетью экстремистов контакты, конечно, имеет, но открыто не сотрудничает — многие участники подались в политику и теперь красуются на агитационных плакатах. Убийство посла им явно не в тему.

Понятное дело, что за всеми не уследишь, в Ливии оказалось более тысячи вооруженных группировок и версий все еще оставалось слишком много, но полковник надеялся, что удачный дебют в сегодняшней партии завтра станет победой на его скромной шахматной доске: «Посмотрим, что интересного привезет Ершов».

Служебный гелендеваген мягко остановился у подъезда дома, в котором жил Белов. Свет горел только в окне на кухне. Внучка, конечно, давно спала.

Глава 13. Секретно, особой важности

Каддафи убрали, официально война в Ливии закончилась, но внутреннее противостояние набирало обороты. ПНС, племена и катибы тянули одеяло в разные стороны. На территории шестимиллионной страны оказалось 200 тысяч вооруженных бойцов, не считая иностранный контингент и западные частные охранные фирмы армейского типа. Мисуратские, бенгазийские, зентановские — полевые командиры ссорились с друг другом в борьбе за власть, убирая политических противников привычными методами. У многих, даже не таких крупных катиб, есть танки и тяжелая артиллерия.

На «родине революции», в Бенгази, решили объявить полуавтономию, прихватив крупные месторождения нефти до самого Сирта.

Глава ПНС, который теперь обосновался в Триполи, активно протестовал, даже грозил применить войска, но быстро отказался от собственных намерений. Реальных сил не хватало даже на охрану уличного порядка. Еще в январе бенгазийский офис переходного совета забросали гранатами, а машину Джалиля сожгли.

ПНС обладал реальной властью только на 30-ти процентах территории страны. Былые вякания о независимости от запада остались в прошлом. Он пытался задержать уход НАТО из страны, предлагал разместить крупную военную базу, как в Катаре или Саудовской Аравии, вбрасывал информацию о якобы оставшемся после Каддафи ядерном и химическом оружии, но попытки не увенчались успехом. Штаты не собирались ввязываться в очередной Ирак.

С другой стороны, не названные в гневном обращении ПНС вслух, но понятно какие арабские страны пытались активно участвовать в процессе перераспределения нефтяных скважин.

Набравшие силу моджахеды имели в виду планы «переходников». Военный совет Триполи, контролирующий столицу 20ти тысячный катиб Белхаджа, полностью игнорировал решения ПНС и даже вынудил уйти «временного» прокатарского министра иностранных дел — Махмуда Джибриля в отставку. Пригодился компромат, найденые в столице приказы расстрелять моджахедов с его подписью.

Триполийский аэропорт держал зентанский отряд. Мисурата стала практически независимым закрытым городом с блокпостами и пропускным режимом на границах и занялась торговлей, но тоже держала крупный отряд в столице. Из Бани Валида представителей временного правительства выгнали — оазис отстаивал независимость на бесконечных переговорах, прерывающихся время от времени из-за попыток захватить столицу варфаллов силой. На западе начались вооруженные конфликты между берберами и арабами.

Летом 2012 устроили показательные ливийские «демократические» выборы, голосовать запретили военным и бывшим госслужащим. Победила партия Джалиля, ставленника американцев, а на втором месте оказались «Братья мусульмане». Но до реальной власти, также как и ПНС, им было далеко.

Тем временем радикальные исламисты не сидели сложа руки. От спонсоров поступил новый заказ. Следующей в очереди на свержение ненавистного тирана шла Сирия. Ливийский переходный национальный совет первый на планете признал сирийский национального совет единственным легитимным правительством Сирии и выделил 100 миллионов долларов помощи.

На бывших армейских базах в районе Себхи, предварительно разогнав в окрестностях местное племя тубу, развернули крупные, на несколько десятков тысяч, лагеря подготовки боевиков. Абдель Бельхадж не скрывал планы по захвату Дамаска. Когда-то, на заседании Лиги арабских государств после второй войны в Ираке, сирийский президент Асад громко рассмеялся, после того как полковник Каддафи спросил, — «Кто из нас следующий?» Впрочем, это уже другая история.

Было чем заняться и послу США в Ливии. Дело в том, что мистер Кристофер Стивенс за последние 15 лет не раз выполнял секретные миссии на Ближнем Востоке. В Палестине курировал Махмуда Аббаса, в Египте контактировал с «Братьями-мусульманами», когда-то решал вопросы по нефти в Саудовской Аравии. В Сирии, судя по контактам, он занимался отнюдь не укреплением дружбы с президентом Ассадом.

Полковник Белов пил утренний кофе, заботливо приготовленный Тамарой. Внешний жесткий диск, который привез Ершов, оказался резервным накопителем видеофайлов с наружных и внутренних камер наблюдения. Пятнадцать минут работы компьютера в сети и участники событий идентифицированы. Лица, даже под куфиями, определяются по расстоянию между зрачков и опорным точкам. И ни один хирург в мире не может изменить эти пропорции, а фотографии из картонных папок давно оцифрованы.

Со звоном колокольчика на компьютер из сети «Алмаз» посыпались сообщения об успешном поиске по базам данным. Перед представительством протесты подогревали стрельбой бойцы из катиба, который играл главную роль в бенгазийских событиях 17 февраля 2011. Два красавца по картотеке определены как сидевшие при Каддафи в тюрьме террористы. Компьютер словно завис на несколько десятков секунд и в очередной раз звякнул, определив командира катиба «Ансар аш-Шария». К каким именно группировкам относятся другие участники волнений у станции Белов точно не знал, это дело экспертов из другой конторы.

Организация «аль Каида» — база, основание, появилась еще во время войны с шурави в Афганистане. Приехавшие на газават джихадисты оставляли документы в Пакистане и, после подготовки западными инструкторами, переправлялись на войну под вымышленными именами. Реальные документы стали основой картотеки. Американцы потратили миллиарды долларов чтобы вытеснить советы из Афганистана. Им удалось напугать «красной угрозой» саудитов, те назначили куратором финансирования члена Бин Ладена. На каждые американский доллар они добавляли еще один.

По идее моджахеды должны были пойти газаватом дальше, через границу Афганистана и СССР. Но сделать Советский Союз врагом номер один для радикальных исламистов не удалось.

В 1998, после объединения джихадистов из разных стран, название стало другим: «Международный Исламский Фронт Джихада против крестоносцев и евреев», который журналисты прозвали Братством Бин Ладена. Одна из частей братства — ливийская «Ансар аш-Шария», в состав которой входит несколько группировок, в том числе и «Бригада 17 февраля», которой американцы платили за охрану станции. А включать в названия название слово «шариат» советовал еще Бин Ладен. Организации с таким название появились в Тунисе, Йемене, Судане и не только.

Собственно ливийский катиб «Ансар аш-Шария» базировался в городе Дерн, где ввели жесткий ваххабитский шариат еще в начале войны. В самом Бенгази, в городском госпитале, «на охране» постоянно находилась сотня боевиков из этой группировки. Летом 2012 «правая рука» доктора Завахири, нового лидера аль Каиды, ливиец Абу-Яхья аль-Либи, впрочем уже покойный, озвучил планы руководства организации перебраться из Пакистана в Ливию.

Тома, как бы поливая цветы, то входила, то выходила из кабинета, а теперь, когда поливать больше нечего и набор кофейной посуды убран, она просто стояла у рабочего стола и с интересом следила за происходящим:

— Печатать, Алексей Емельянович?

«Может тебе просто вдуть», — вдруг захотел спросить полковник, но передумал, — «Она хоть и отвлекает, но права. Пора закинуть инфу заинтересованным лицам». Видео он пересмотрит еще не раз, изучая буквально каждый кадр.

— Да, Тамарочка, садись печатай. Для начала сообщение нашему другу в штаб квартиру НАТО, — Белов решил отправить «союзникам» полученные данные. Полковнику стало ясно, почему боевые корабли США, направленные в Ливию сразу после гибели посла, так и не высадили десант. «Пусть полюбуются еще раз, с кем они свергали Каддафи. Радикальные защитники шариата, моджахеды, та же самая Аль Каида. А ведь это они атаковали дип. представительство. Если сейчас, перед выборами это всплывет то, полетят не только госсекретарь, директор ЦРУ но и президентом вместо мистера Обамы станет мистер Ромни. А он откровенно назвал „умирающую“ Россию главным врагом Америки».

Тамара под диктовку печатала быстро, пальчики с перламутровым маникюром так и порхали над клавиатурой. Не успела она отправить закодированное письмо, как мобильный Емельяныча трелью соловья сообщил о входящем от коллеги из Брюсселя. Начатая шахматная партия получала интересное продолжение, но Белов не стал пока снимать трубку. Пусть напишет ответ в письменном виде, да и вопрос, как будет использовать добытые материалы политическое руководство, решал не Алексей Емельянович.

А за окном шел серый дождь. Белов ждал результаты по компьютерным железкам из «технички», центральной спец. лаборатории. Записи с камер обрывались на том моменте, когда посол был еще жив, видимо, с объявлением красной степени тревоги. А ждать Белов не любил:

— Тома, тоже самое, только на русском, отправь на верх.

— А рекомендации потом добавим?

— Добавь сейчас, запиши:

1. Чтобы обезвредить переносные зенитные комплексы, попавшие в руки террористов, внести предложение о создании международной комиссии на Совбезе ООН.

2. Создать банк стран БРИКС для взаиморасчетов вне долларового поля.

3. Перейти в расчетах с Китаем на рубли или юани.

4. Предложить Индии и Бразилии совместную разработку самолетов пятого поколения.

5. Срочно провести учебные стрельбы боевыми противокорабельными ракетами.

6. Убрать с поста министра обороны РФ господина Сердюкова.

Похоже Томочка даже не успела удивиться, во всяком случае ее тонкие брови не успели поползти вверх.

— Ладно, я пошутил, иди работай, — усмехнулся полковник, — вычеркни последний пункт.

«Наверняка настучит, и мое скромное мнение дойдет туда-куда-надо», — подумал он, глядя на удаляющуюся точеную фигурку: шла Тамара красиво, плавно перемещая половинки булок. Округлости и в самом деле хороши.

«Результаты из „технички“ придут позже, хорошо, если к вечеру, а мы глянем, пока суд да дело, новое кино», — Алексей Емельянович просматривал гигабайты многочасового видео с разных камер по порядку, то быстро перематывая вперед, то останавливая поток, а то и возвращаясь на несколько секунд назад.

В кадре показался Guntruck, по русски — тачанка, с характерной аш-Шариевской окраской. На дверце тачанки удалось разглядеть логотип этой салафитской бригады: раскрытая книга, перст указующий на небеса, по бокам автоматы «Калашникова» и черный флаг с надписью позади. Боевые внедорожники повстанцы начали раскрашивать еще в начале Натовских бомбежек, после того как по ошибке авиация альянса пару раз сбросила бомбы на своих соратников по борьбе против Каддафи. Например, мисуратская бригада наносила на машины желтую полосу, а революционеры из Киренаики покрывали Тойоты тремя цветами ордена Санусийа, как старый, королевский флаг.

Тачанка медленно проехала мимо толпы и скрылась за поворотом, но на нескольких секундах удалось разглядеть установленный в кузове миномет.

Чаще всего висящие у всех на виду камеры наружного наблюдения, которые хулиганы разбивают в первую очередь, оказываются муляжами. Следующий видеофиксатор, похоже, спрятан в фонарь освещения у ворот и давал четкую, хотя слегка искаженную панорамную картинку. Один из эпизодов в начале «домашнего видео» оказался еще интересней. И очень похож на любительский фильм про шпионов.

За несколько часов до событий, буквально во время того как начала собираться толпа в представительство прибыл высокий, по военному подтянутый джентльмен, при чем подошел к воротам пешком, а не подъехал на машине. Встречать его вышел сам мистер Стивенс. Далее на записях их нет, посол и его гость удалились ровно на 52 минуты в кабинет, в котором камер не установлены, а потом американец лично проводил незнакомца до ворот. Лицо посетителя показалось знакомым и Белов по селектору попросил:

— Тамара, дай еще раз сеть, — чтобы войти в «Алмаз» при включенном в приемной втором компьютере, нужно вставить ключи в каждый из них.

Определение личности визитера шло очень долго, минут пять. На видео оказался старый знакомый, но теперь, с короткой стриженой бородкой, генеральный консул посольства Турции Али Саит Акин. Да, недаром вчера так захотелось покурить, а табак в американских сигаретах оказался турецким. Подсознание иногда подкидывает разгадки, но сознание не дает им превратиться в полноценные мысли. Белов вспомнил, что он сделал сразу после сообщения о гибели американского посла — он открыл ящик стола и достал давно забытую пачку.

Что-то здесь не так, для полного узора мозаике не хватало одного, но важного фрагмента.

За катибом «Ансар аш-Шария» числился с десяток переносных ракетно-зенитных комплексов, а в порту Бенгази стоял под загрузкой теплоход с тысячами тонн оружия для повстанцев в Сирии. Под контролем ЦРУ оружие переправлялось сначала в Турцию, а потом через сирийскую границу. Живую силу, которую готовили еще в двух крупных, кроме Себхи, лагерях — в Киренаике и берберских горах, отправляли тем же путем.

Минут через десять после ухода посетителя, среди демонстрантов стал заметен парень, который уселся у кого-то на плечах и стал заводить толпу. Поиск личности по базам данных результатов не дал.

Но в кадре мелькнул его американский армейский ботинок. С виду они все одинаковые — для пустыни светлая замша, а вот по рисунку подошвы можно определить кое-что интересное.

Белов снял скриншот экрана. Этот — с глубоким протектором на утолщенной подошве — иракский вариант. Подсознание снова за что-то зацепилось и полковник прикрыв глаза, стараясь не напрягаться, погрузился в размышления. Одним из главных поводов вторжения в Ирак стало наличие у Хуссейна оружия массового поражения. Вспомнилось, как кадры с ампулой со «смертельно опасными бациллами» прошли по новостям во всем мире. Такого оружия так и не обнаружили, но, как говорится, дорога ложка к обеду. Пробиркой грозил миру госсекретарь США на заседании ООН, а президент заверял нацию о скором создании иракской атомной бомбы. И если диктатора не остановить, то он обязательно поделится страшным оружием с Аль Каидой.

После Каддафи следующим кандидатом на «демократизацию» стал президент Сирии — Ассад. Там арабская весна марта 2011 года превратилась в вооруженный конфликт, который шел уже полтора года. А у сирийских военных на самом деле полным полно химического оружия, они держат его как альтернативу израильскому ядерному, но оно хранится под особой охраной в отдаленных районах и террористам к нему не подступиться. Стало ясно, что без натовской поддержки с воздуха и моря Ассада не свалить. Но для вмешательства и для красивой картинки на ТВ нужен повод и трупы мирных жителей. Если переправить из Ливии бочку с ипритом, а еще лучше газом снарядить бомбу или артиллерийский снаряд, тогда…

Звякнул, прервав течение мыслей, мобильный. Новиков приглашал на обед, но странно, не к себе в штаб, а в один из неприметных, но очень дорогих ресторанов на окраине Москвы. Судя по СМС будет и водка с пивом — Ершов.

С адмиралом Белов встретился на парковке у загородного ресторана. Они поздоровались и молча прошли метров сто по мокрой аллее парка. Прогуливаясь, Новиков явно собирался с духом, чтобы сообщить полковнику неприятное известие.

— Не тяни резину, военный, — Белов остановился и сковырнув крышку вытащил блок питания из мобильного телефона.

— Леша, похоже мир-дружба-жвачка кончились. Союзнички затевают что-то интересное. И серьезное. Материалы, которые привез Ершов, попали под четыре ноля.

Это высшая степень секретности, Белов такого допуска никогда не имел. Иначе за границу можно ездить только в составе официальных делегаций и под определенной охраной.

— Это хорошо или плохо? — спросил полковник в ответ.

Отвечать на вопрос Новикову совсем не обязательно. Напряженность в разговоре исчезла без лишних слов и объяснений. «Леша все понял правильно», — адмирал приобнял его за плечо:

— Пойдем, а то водка нагреется, да и Ершов…

Белов, как в былые времена, резко но не сильно оттолкнул руку Новикова и попытался провести захват с переходом на болевой прием. Новиков увернулся и стал в некое подобие борцовской стойки. В последний раз они так дурачились лет тридцать назад. Белов начал стаскивать пальто. По аллее, прижимая ларингофоны покрепче, уже бежали два охранника в темных костюмах. Друзья рассмеялись и двинулись за праздничный стол. Капитану Ершову с переводом на флот досрочно присвоили очередное звание. После первой и второй Алесей Емельянович вставил блок питания обратно в телефон. Два раза звонила Тамара, один раз из «библиотеки» и четыре пропущенных звонка из Европы.

Из Брюсселя пришел короткий емейл с благодарностями и пожеланиями хорошего дня. Похоже, эта партия закончилась вничью. Завтра будет следующая, Белов был в этом уверен. А сегодня он вернется домой пораньше и почитает внучке перед сном добрую сказку со счастливым концом. В конце-концов Ярты Гулок, этот туркменский мальчик-с-пальчик — симпатичный малыш.

…продолжение следует

*В Бенгази мирные жители соберутся и выгонят катиб суаров, окопавшийся в местном госпитале.

*Господин Президент США Барак Хуссейн Обама будет избран на второй срок и полностью пересмотрит политику страны на Ближнем востоке.

*Госпожа Хилари Клинтон долго будет отнекиваться от слушаний в сенате по поводу гибели американского посла ссылаясь на боль в животе, но в конце концов даст показания и слетит с поста.

*Глава ЦРУ генерал Дэвид Петерус уволится со скандалом, неожиданно и публично признавшись в супружеских изменах.

*Эмир Катара добровольно передаст власть сыну, сославшись на здоровье. Добывать нефть или газ в Ливии под контролем эмирата «повстанцы» не будут.

*Боевой самолет пятого поколения с элементами «стелс» для ВВС Индии создается совместно с Россией — на основе Т-50 ПАК ФА.

октябрь 2013

Content

Ливийский вариант
Второе издание «Золото Каддафи»
Николай Николов

Глава 1. 11 сентября 2012, Бенгази, Ливия

Глава 2. Агент Рембрандт

Глава 3. Арабский клинок

Глава 4. Советы, ракеты, корабли и самолеты

Глава 5. Превосходство в воздухе

Глава 6. «Нас не догонят»

Глава 7. Секс по-французски

Глава 8. Рейс 103

Глава 9. Фантомас, рыжий кот и другие

Глава 10. Объединенные защитники

Глава 11. Операция «Рассвет русалки»

Глава 12. Ливийский вариант

Глава 13. Секретно, особой важности