Холодов Роман Владимирович

Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ)

Роман Владимирович Холодов Лазутчики. Дилогия

Аннотация

Идет война на уничтожение. Одна из сторон проиграла, другая празднует победу. А те, кто остался после войны уже никому не нужны. Но вновь льется кровь и бывшие опытные войны встают на защиту пошатнувшегося мира.

Холодов Роман ВладимировичЛазутчики

Встреча

Орбитальная военная станция "Тюльпан",

орбита Плутона, 2093 г.

Полутемные, а кое-где и совсем погруженные во мрак, коридоры не давали разглядеть всех подробностей. Информационные надписи, сделанные на английском языке, где-то стерлись, а где-то оказались закопченными внутристанционными пожарами и разобрать куда ведет тот или иной коридор было проблематично. Аварийное освещение, мерцающее красными тонами, постоянно барахлило, не выдавая и половины своей мощности. Но глаза человека быстро адаптировались и к этой вспыхивающей полутьме.

Человек сидел на полу в коридоре, прислонившись спиной к стене. Его подбородок то и дело касался груди, но он неимоверным усилием воли боролся со сном. Закрыть глаза сейчас и поддаться влиянию Морфея означало немедленную смерть. Респиратор, с полностью выкрученным краном подачи кислорода, уже не функционировал. Баллоны с газовой смесью в скафандре были пусты. До спасительных аварийных капсул оставалось еще два поворота коридоров, но сил уже не осталось, легкие горели огнем от повышенного содержания углекислого газа, а одной силы воли чтобы доползти было маловато.

Когда датчик скафандра замигал красным, сообщая, что кислород на нуле, человек не запаниковал. Он лег на пол, задержал дыхание и стал медленно ползти, стараясь, чтобы драгоценный газ не расходовался очень быстро. Он делал маленький вдох носом, пропуская через сжатые зубы выдох. Он прополз достаточное расстояние, но даже эти меры не помогли. Понимая, что его ждет страшная смерть от удушья, человек подполз к стене, облокотился об нее и попробовал снять шлем скафандра. Внутри станции уже гулял вакуум, потушив пожары, заморозив систему жизнеобеспечения, убив всех тех, кто не смог вовремя эвакуироваться или надеть скафандры. Но даже те, кто успел выскочить из ловушки, могли попасть в следующую.

На орбите Плутона висели последние ударные корабли Тройственного Союза. Обреченные на смерть, они сражались до конца, стараясь выпить противнику как можно больше крови. Истребители и перехватчики сновали тут и там, не жалея горючего и выписывая немыслимые пируэты. Крейсеры и ударные линкоры работали палубными орудиями без остановки, круша врага. Им удалось уничтожить две мобильные орбитальные станции и несколько крейсеров врага, прежде чем их смяли огромные силы противника. На стороне Республики было превосходство в вооружении и скорости. Но корабли ТС отличались фантастической живучестью. И все благодаря специальной броне и силовым щитам, технологии, недоступной республиканцам, а также сверхдальним радарам, позволяющим заблаговременно обнаруживать противника. Оружие, конечно, было слабоватым, да и скорость тоже, но командование ТС делало ставку на оборону, располагая войска таким образом, чтобы основной удар на себя приняла недавно захваченная военная станция противника. Какое-то время им удавалось сдерживать огонь, но зашедшая в тыл вторая эскадра противника решила исход боя. Не потому, что ее проморгали. Просто уже не осталось кораблей-защитников, сдерживающих вражеский огонь силовыми полями. Чтобы технологии не достались врагу на каждом судне активизировался ядерный заряд, что изрядно потрепало оставшихся в живых республиканцев.

Человек, умирающий в коридоре, был ветераном-коммандос. Космопех Тройственного Союза. Со множеством наград, он начинал в штурмовом батальоне, потом попал в абордажную команду и теперь, пройдя множество битв, не раз горев в кораблях и сражаясь на борту гибнущих судов, вынужден так позорно окончить свою жизнь. Сознание медленно отключалось, хотелось спать. Последние крохи кислорода из аварийного запаса истекали. Человеку показалось, что он слышит шаги. Какой может быть звук в безвоздушном пространстве? Наверное, это Смерть торопиться к нему, заточив косу и помахивая ею в такт шагам. Человеческий жнец повелит держать ответ за свои поступки, посмотрит, что он сделал хорошего и дурного. Космопех не боялся смерти. Он не раз здоровался с ней за руку и знал, что там, за барьером, нет ничего плохого. Только долгожданный покой, который он заслужил, защищая семьи своего и так немногочисленного народа. Когда чертовы республиканцы, выгнав его с Земли в космос, стали преследовать их и там. Мирные люди, которым не давали жить сначала собственное государство, а потом и захватчики с империалистическими замашками. Во время кардинальных перемен всегда находится тот, кто может объединить нацию. Появился и у них такой лидер. Тот, кто видел суть проблемы, применял жестокие карательные меры тогда, когда они были так необходимы, судил строго, но справедливо. Понимая, что нация может восстать из пепла, куда ее вогнали экономическими методами ведения войны, республиканцы выложили последний козырь — вооруженный конфликт. Земле, конечно, не поздоровилось, почти все территории двух крупных стран превратились в выжженную атомными бомбардировками пустыню, но это не остановило обе стороны. Космос активно исследовался, корабли летали за пределы системы, не покидая, однако, пояса Койпера, где вели разведку рудные компании на наличие полезных ископаемых. Корпорации не вмешивались в войну государств, предпочитая получать прибыль и с этого. Но долго стоять в стороне им тоже не пришлось. Начались сначала мелкие стычки за обладание крупными запасами, а затем и большие сражения, где корпоративные флоты выносили друг друга. Солнечная система превратилась в огромный кипящий котел, потушить который могло только уничтожение одной из противоборствующих сторон. Человечество оказалось на краю бездны. Понимая это, люди Тройственного Союза ушли из внутренних планет, заняв внешние кольца. Но Республиканцам и этого оказалось мало. Подрастив население, идеологически перепрограммированное в нужном направлении, они начали массированное наступление на последние поселения. Люди сражались отчаянно только потому, что за спиной уже ничего не оставалось — только мертвый космос, испещренный миллиардами светящихся точек-звезд. Последняя битва случилась сейчас, в этот самый момент, когда космопех-ветеран не успел добежать до абордажной капсулы, чтобы обрушиться на врага и погибнуть с оружием в руках.

Перед стеклом скафандра возникла рука. Вот, уже и Смерть мне машет, подумал космопех. Однако рука не исчезла. Она потянулась к резервному клапану и подключила к нему шланг. Живительный поток кислорода опьянил человека. Он глубоко вздохнул, ртом заглатывая воздух, наполняя каждую клеточку организма, так изголодавшуюся по столь необходимому ему газу. Зрение прояснилось. Лицевой щиток скафандра запотел. Космопех включил вентиляцию, удаляя водяной пар вместе с углекислым газом. Глаза давно привыкли к темноте и сейчас перед собой он видел стоявшего на коленях человека в скафандре. Нашивки на плече выдавали в нем мастер-пилота высокого класса. Пилот похлопал космопеха по плечу.

— Ну, как ты? Одыбал?

Космопех попытался подняться, но не смог. Ноги затекли, да еще мышцы долгое время провели в кислородном голодании. Он грузно сел на место и просто дышал, ничего не говоря. Пилот терпеливо ждал, когда он отойдет. У него самого не раз отказывала система жизнеобеспечения и он не понаслышке знал, каково это, остаться без воздуха. "Выкарабкается", — решил он, усаживаясь рядом. Уже полчаса он бегал по этому подуровню, разыскивая живых. Бой на орбите закончился и республиканцы поперлись на свои базы, оставив сборщиков металлолома и минных заградителей. Похоже, они всерьез решили засеять этот куб пространства дремлющими машинами смерти.

Пилот вышел из боя, когда его авианосец взорвался от ядерного заряда. Понимая, что возвращаться некуда, а его звено погибло в полном составе, он совершил посадку на поврежденную станцию, решив отыскать на ней выживших и вместе прорваться за отступившими силами ТС в пояс Койпера — последний бастион.

При посадке шальным снарядом ему повредило двигатель и сейчас ионный пропеллер с переломанными лопастями был никуда не годен. Пилот закрыл кабину и отправился разыскивать выживших.

Он нашел космопеха в коридоре, ведущем к аварийным капсулам. Очевидно он спешил к ним, чтобы эвакуироваться, а может быть и атаковать как камикадзе. Но ни первое, ни второе ему не удалось. Космопех умирал. У пилота в истребителе еще работал дизель и зарядить баллоны дыхательной смесью он мог неограниченное количество раз, пока соляра не закончится. А здесь, в космосе, расход у него небольшой. Люди выжали из двигателей внутреннего сгорания все что можно.

Пилот снова потрепал Космопеха за плечо. Тот отреагировал адекватно, попытавшись подняться на ноги. Ему это удалось и он, опираясь о стену, пополз вверх. Удерживаясь за нее, подставив ноги, как распорки, он дал себе небольшой отдых. Энергии в батареях экзоскелета мало. Похоже именно поэтому рециркуляционный клапан не сработал, оставив хозяина без воздуха. Необходимо зарядить батареи. Но пока передвигаться можно и так — в космическую пехоту брали не кого попало. Только отборных бойцов, которым с помощью тренажеров и биодобавок раскачивали мускулатуру. Боец всегда должен оставаться в строю. Даже если батареи экзоскелета истощаться полностью.

Пилот не отсоединял шланг от космопеха, следя за показаниями датчиков. Пока норма, но если в ближайший час он не пополнит запасов этого бедолаги, то они оба тут сдохнут.

— Нам надо перезарядить баллоны. — Передал пилот по радио.

— Как обстановка? — хрипло осведомился космопех. Слова давались ему с трудом. О как бы выталкивал их из себя. Пилот прислонился своим шлемом к его щитку.

— Наши изрядно потрепали пиндосов. Но силы не равны. Чтобы не терять главный калибр, командующий отвел войска.

— Пояс Койпера. — Полувопросительно, полуутвердительно сказал космопех. Пилот помотал головой.

— Грумбридж.

У космопеха расширились зрачки.

— Это же так далеко. У них не хватит продовольствия, топлива, воздуха наконец!

Пилот помотал головой. Он знал кое-что. Слышал краем уха.

— Это займет не более двух секунд. Головастики нащупали ноль-переход. Это как-то связано с силовыми полями, я точно не знаю, но испытания они уже провели, переместившись на две световые секунды в пределах наших радаров. Я был в патруле и видел своими глазами, как обычный челнок исчез с радаров и появился в семистах тысячах километрах от того места, где только что был.

— Республиканцы знают? — космопех был встревожен.

— Нет. Командование не стало афишировать разработку. Главнокомандующий запретил. У Грумбриджа телескопы обнаружили планету и несколько спутников. После того, как рассчитают курс, основную массу населения отправят туда. Здесь останутся только разведчики.

— Значит поэтому ты остался? — космопех посмотрел на пилота.

— И поэтому тоже. — Тот улыбнулся. — Не мог же я улететь, не убедившись, что мы забрали всех. Сегодня здесь погибло много людей, но ты же как-то выжил.

— Выжил. — Мрачно сказал космопех. — И намерен отомстить.

— Погоди. — Пилот поднял вверх руки. — Если уж мы застряли здесь, то надо постараться легализоваться.

— Сдаться врагу? — громко спросил космопех.

— Зачем? — недоуменно, вопросом на вопрос ответил летун. — Мне не улыбается просидеть остаток жизни в кутузке или быть выкинутым в космос. Найдем какой-нибудь кораблик, попытаемся заработать частным извозом. На внутренних планетах, по слухам, налаживается жизнь. А потом на нас выйдут разведчики. Или мы на них. И когда мы будем готовы, мы нанесем удар. — Пилот хлопнул кулаком по раскрытой ладони.

— Мне нравиться. — Космопех расплылся в улыбке. — Затаиться, подождать когда враг расслабиться и затянуть ему удавку на шее. Отличный план. Когда приступим?

— Для начала надо пополнить твои запасы кислорода и энергии. — Пилот чуть отступил в сторону. — Да и республиканцы оставили на орбите нескольких мусорщиков, которые наверняка полезут на эту станцию в поисках наживы.

— Тут-то мы их встретим. Где ты говоришь можно пополнить запасы? — В тело космопеха вновь вернулась жизнь. Наполненный кипучей энергией, он не знал, куда ее деть, даже несмотря на разряд батарей.

— Меня зовут Виктор. — Пилот протянул руку. — А запасы можешь пополнить на моей разбитой посудине.

— Захар. — Ответный жест космопеха скрыл в мощной перчатке экзоскелета руку пилота.

До корабля Виктора добрались быстро. Навигатор в его скафандре работал исправно. Пилот открыл люк и протиснулся в узкое кресло — места для Захара уже не было и тот остался стоять снаружи истребителя. Кораблик находился в причальном ангаре для крейсеров и казался в огромном пространстве просто игрушечным. При приземлении (а может при соударении со станцией?) он пропахал носом тропу среди ящиков и контейнеров, расшвыривая их в стороны, и застыл упершись в довольно громоздкий погрузчик.

Виктор, не отсоединяя шланга, принял баллоны от Захара и поставил их в зарядную станцию. Пять минут делов — и вот они полны до краев. Космопех принял баллоны, повесил их за спину, отрегулировал подачу кислорода, заменил батареи и огляделся по сторонам. Виктор возился внутри, сверяясь с показаниями радара. Захар расстегнул кобуру, находящуюся на бедре и попробовал, как вынимается оружие. В безвоздушном пространстве возгорание невозможно, поэтому все оружие было пневматическим. Баллон с сжатым газом в рукояти пистолета, обойма со свинцовыми шариками, клапан, возвратная пружина и ствол. Вот основные детали оружия — эффективного и простого. Когда давление в баллоне падало, то его запросто меняли. Поэтому бойцы таскали с собой как магазины с шариками, так и баллоны с газом. Нагрузка на бойца, но ничего не поделаешь — космос диктует свои условия.

Виктор вылез из корабля. Он активировал систему самоуничтожения и быстро постарался покинуть ангар, потянув за собой Захара. Тот последовал за ним, ничего не спрашивая. Очевидно, у пилота были на то причины.

Скрывшись в коридоре за стальной дверью, Виктор почувствовал, как она вздрогнула, удовлетворенно кивнул и повернулся к Захару.

— Со станцией стыкуется мусоровоз. Похоже, это старый "МАЗ". Я летал на таких, когда еще начинал. Добротная, но капризная машина. Любит ласку и смазку. Если моторист хороший, то прослужит десятилетия. Предлагаю захватить его. Вряд ли там больше пяти человек — система жизнеобеспечения не рассчитана на пассажирские перевозки.

— Согласен. — Кивнул Захар. — Уйдем отсюда под видом мусорщиков. Где они сели?

— В доках для кораблей снабжения. Это ниже нашего уровня и чуть в стороне. Если пройдем по этому коридору, — Виктор указал налево в пролом, — то окажемся как раз напротив пробоины в корпусе, которая как борозда тянется через всю станцию. Один прыжок — и мы в доках. Ты как, пустоты не боишься?

— Я абордажник. Мне не привыкать. — Захар ухмыльнулся. — Как бы ты в штаны не напрудил.

— Постараюсь не испачкать, мамочка. — Ответил Виктор и направился к дыре.

Он прыгнул первым, отключив магнитные ботинки и сильно оттолкнувшись, направив тело в пролом. Можно было сманеврировать вспомогательными двигателями скафандра, но Виктор решил не привлекать внимания — мусорщики могли быть оснащены тепловыми сканерами и любая активация двигателей мигом выдала бы их. Скафандр не излучал.

Захар отстегнул автомат с подствольным дробовиком со спины, проверил магазин, давление в баллоне и, разбежавшись, за мгновение до прыжка привычно отключив магниты, сиганул следом. Придав своему телу достаточное ускорение плюс еще и крупный вес, который в общем-то не играл в невесомости большой роли, он обогнал Виктора и приземлился первым, тут же спрятавшись за обломком обшивки станции. Радар выдавал четыре отметки, которые появились из шлюза мусоровоза. Двое с какими-то приборами в руках и еще двое с оружием. Был ли кто-нибудь еще внутри корабля неизвестно. Захар решил, что пилот остался на месте. Не стоит уничтожать всех сразу одной очередью — пилот мог выйти в эфир и позвать на помощь. Надо сперва захватить корабль. Рядом с ним присел Виктор.

— Ты по-английски понимаешь? — спросил он.

— А то. Считай в диверсионном подразделении только его и изучали.

— Переходим на их волну и слушаем разговоры. Я постараюсь проникнуть на корабль и вырубить пилота, а ты нейтрализуй этих. Справишься?

— Спрашиваешь. — Фыркнул Захар. — Эти мне на один зуб.

— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. — Виктор похлопал его по плечу и ушел влево, обходя падальщиков.

Захар проследил, чтобы пилот не поднял шума и стал смещаться вправо, выбирая удобную позицию для стрельбы. Казалось в его громоздком скафандре это невозможно, но космопех двигался так тихо и уверенно, будто бы экзоскелет был его второй кожей. Отчасти, конечно так и было. Захар уже настолько слился с ним, что совершенно не чувствовал громоздкости надетого на себя обмундирования. Высотой до двух метров и шириной около полутора — скафандр напоминал огромный шкаф. Человек находился в нем как в танке. Миниатюрный генератор силового поля защищал владельца от обстрела, броня могла выдержать до четырех попаданий из гранатомета, лицевой щиток в случае опасности закрывался и трансляция на внутреннее стекло шлема шла с миниатюрных камер, расположенных в районе ушей. Дополнительно оборудованный солнечными батареями и миниракетными двигателями — скафандр обеспечивал владельцу полную автономность. Даже рециркуляционная система жизнеобеспечения имелась. Но как говориться, предвидеть все невозможно. Инженеры, конечно, постарались над сохранностью жизни бойца, но не учли нескольких факторов, которые могли привести к смерти, особенно, в нашем случае.

Мусорщики разбрелись по посадочной площадке, обшаривая сканерами коробки, контейнеры и ящики. Двое других неотрывно следовали за ними. Каждый был закреплен за своим подопечным. Поэтому валить следовало сразу обоих. Шлюзовой отсек был подсвечен и Захар увидел, как по трапу метнулась внутрь фигура в скафандре. Выждав минуту, он начал действовать.

Первая пара даже не узнала, откуда пришла погибель. Охранник осматривал развалины, не особо заботясь о безопасности. Он вообще постарался бы отсидеться на корабле. Откуда на разрушенной станции, да еще и в таком районе, куда попало несколько зарядов и врезался крейсер, чуть не разрезав станцию пополам могли взяться выжившие. Командование не теряло надежды найти секретные технологии русских и обшаривало практически каждый обломок, оставленный ими. Но все у них было либо заминировано, либо изуродовано до неузнаваемости. Дать хоть какую-нибудь зацепку ученым пока не удавалось. Да шутка ли, когда начался конфликт, все лучшие русскоязычные умы покинули Штаты, перебравшись в страны Тройственного Союза. Неужели они были настолько патриотичными, что наплевали на высокие заработки и вернулись работать за идею? Охранник не понимал этого. Не понял он и того, когда что-то тяжелое пробило ему шлем, войдя в районе уха. Воздух мигом улетучился наружу, заставив взорваться тело от внутреннего давления. Мусорщик только оборачивался на шум, как получил лезвием в стекло шлема, которое пробило защитный щиток и глубоко вошло в горло.

Захар вытащил лезвия, которые были закреплены у него на предплечьях и выдвигались при нажатии на кнопку. Старый фантастический американский фильм "Хищник" подарил инженерам эту идею, которую они удачно воплотили в абордажном скафандре. Лезвия были острыми и прочными, вскрывая — обшивку кораблей, как консервную банку. Что им какой-то скафандр.

Космопех, закончив работу с этой парой, переключился на следующую. Похоже охранник что-то заметил, потому что насторожился и стал поворачиваться вокруг своей оси. Захар прицелился и выстрелил очередью в несколько шариков. На скафандре врага появились рваные дырочки через которые стал выходить воздух. Охранник задергался. Он забыл о внезапно появившемся противнике — собственная жизнь дороже. Мусорщик обернулся на крик — услышал по радио. Но космопех не дал позвать ему на помощь — вторая очередь досталась падальщику. Оставив этих двоих умирать мучительной смертью, он поспешил на корабль.

Шлюз был закрыт. Нажав на кнопку, Захар заметил, что огромная плита двери вздрогнула и поползла вбок, открывая доступ внутрь. Он прошел в шлюз, держа пистолет наготове. На маленьких кораблях автомат неэффективен, лучше пользоваться дробовиками. Вообще в коридорах кораблей лучше пользоваться останавливающим оружием, бьющим по площадям. Космопех прошел внутрь кораблика и оказался в грузовом отсеке, где стоял, закрепленный в колодках, как стреноженный жеребец, колесный багги "Жук". Стояла пара коробок, еще какой-то груз расположился вдоль стенок. Во внутренние помещения вела вертикальная лестница — никаких тебе лифтов. Кораблик был предельно функционален.

Захар быстро вскарабкался на первый уровень и единственный уровень. Здесь располагались кубрики для экипажа, где селились по двое, маленький камбуз и лазарет, роль кладовой играл грузовой отсек, душ и туалет, отсек гидропоники с водорослями и святая святых — дизельная установка — сердце любого корабля. Рубка находилась выше и туда вела еще одна лестница. Захар быстро обшарил оба кубрика, лазарет и камбуз. Не поленился заглянуть к водорослям, в душ и зачем-то в гальюн, подняв крышку, посмотрел в дыру. Никого не обнаружив, полез наверх.

Виктор сидел в кресле пилота и общался с кем-то по радио на английском языке. Рядом с ним, под ногами лежало тело. Захар ни слова не говоря подошел к нему, наклонился, взгромоздил на плечо и спустился вместе с ним вниз. Отворив шлюз, он выкинул рулевого за борт, задраил люки и, щелкнув замками, откинул лицевой щиток, не снимая шлема. Воздух на корабле был затхлым, пахло какой-то пылью, прелой шерстью и еще непонятно какой вонью. Захар решил, что уже можно свободно дышать и подошел к стене, нажав несколько кнопок на внутренней стороне правого предплечья. Скафандр развинтился, раскрывшись, как раковина, выпуская человека, одетого в обычный земной зеленый камуфляж и в носках. Гипертрофированные мышцы бугрились под тканью. Биоинженеры потрудились на славу. Захар вышел наружу, посмотрел на грязный пол.

— Американцы — засранцы, — прокомментировал он то, что увидел. На мусоровозе не делали влажную уборку уже давно.

— Чего ты там говоришь? — раздался из репродуктора внутренней корабельной связи голос Виктора.

— Грязно тут, вот что. — Проворчал Захар.

— И не говори. — Подхватил пилот. — Сам удивляюсь, как они летали в таком сраче. Поднимайся в рубку, здесь поговорим. — Он оключился.

Захар потопал наверх, попутно заскочив в каюты и найдя себе обувь по размеру. Это, правда, оказались стоптанные американские кроссовки, но ему было все равно.

Виктор тоже успел снять скафандр и сейчас его космическая одежда стояла в углу рубки, выполняя роль статуи и вешалки. Одетый в обычный комбинезон, он был худой, с острым носом и довольно высок, по сравнению с метр шестьдесят восемь космопеха. Тонкие пальцы пианиста бегали по кнопкам пульта управления, совершая кучу операций в минуту. Пилот проводил тестирование системы и ругался себе под нос.

— Чем это ты недоволен? — спросил, поднявшись Захар.

— Всем! — резко ответил тот. — Они переделали систему управления, заглушив вспомогательные функции, которые, на их взгляд, влияли на энергоустановку. Теперь это не мощный буксир-тягач, а простенькое корыто, которое без плавучей базы далеко не улетит. Демонтирована резервная система подачи топлива, поменян насос, выдающий треть мощности, вместо рециркуляционной системы подачи воздуха в кладовой стоит несколько баков с водорослями. Ну прямо как на их кораблях. А что они сделали с двигателем! Восемь ионных пропеллеров, восемь, заменены фазоидными магнитодинамическими катушками, которые сжирают энергоресурса больше, чем крейсер! Это не корабль, это летающая свалка!

— Ну давай подберем себе другой. — Захару непонятны были изложенные пилотом проблемы.

— Вряд ли он будет лучше этого. — Махнул рукой Виктор. — Придется доводить до ума то, что есть. Нам позарез нужен механик-моторист. Один я не справлюсь. Электрику я еще могу прокинуть по новому, ну, автопилот перепрограммировать и посмотреть навигатор, кое-что подправить, но на большее меня не хватит. Нужна светлая голова. Где нам такую взять?

Захар на мгновение задумался.

— Только на одной из корпоративных станции. На правительственные нам лучше не соваться.

— Согласен. Но до ближайшей на этом металлоломе три дня пути и я не знаю, хватит ли нам горючки.

— Далеко лететь не придется. Здесь, на орбите Плутона, есть две станции — кислородоперерабатывающий завод "Оксиген" и литейный цех "Метеортехнолоджи инкорпорейтед". Обе базы содержат собственную охрану, но она немногочисленна и не суется в дела пролетающих мимо дальнобойщиков. При базах организована бартерная зона. Сюда частенько наведываются корпоративные пираты. Республиканцы патрулируют только внутренние планеты, на внешние им силенок не хватит, да они им и не нужны, а корпорациям и их пиратам пригодятся.

— Ты откуда так много знаешь? — поинтересовался Виктор.

— Разведсводки иногда читать надо. — Наставительно сказал Захар. — Там иногда много интересного пишут.

— На ремонт нужны деньги. — Виктор покачал головой.

— Загрузим корабль доверху консервами и медикаментами. На третьем уровне как раз расположена столовая и лазарет.

— А зайти туда получиться только со стороны Харона. Это нас прикроет от радаров эскадры, а с местными мусорщиками я уже поболтал, рассказав байку о том, что станция разбита вдребезги и ловить здесь нечего. Сейчас мы отделимся и отойдем в сторону, скрывшись за обломками крейсера. Это нас, конечно, от их радаров не скроет, но зато заглушит сигнал. А потом мы вернемся.

— Действуй. — Разрешил Захар. — А я пока пойду подготовлю транспорт. Чего-то мне неохота вручную контейнера таскать.

С этими словами он вышел из рубки.

Моторист

Орбитальный кислородный завод фирмы "Оксиген",

орбита Плутона.

Бывший мусоровоз "МАЗ", а теперь безымянный корабль, из последних сил тащился к орбитальной станции. Двигатели выбивались из сил, катушки крутились как бешенные, то и дело входя в резонанс с дизелем, который начинал прыгать по всему отсеку, вырвав пару крепежных болтов. Виктор ругался, но этим делу не поможешь. Захар кое-что соображал в механике, но до специалиста ему было далеко. Когда вибрация нарастала, он отключал вручную привод катушек от двигателя — с панели пилота тот отказывался работать. В моторном отсеке было жарко и Захар ходил в одних трусах и грязной майке, играя мышцами словно бодибилдер на подиуме. Задав вектор движения, Виктор спускался к нему и вдвоем они пытались исправить возникающие одну за другой неполадки. Корабль требовал постоянного внимания к себе. Не получав такового от американских захватчиков, он словно отыгрался на новых хозяевах, ломаясь раз за разом. Неожиданно вышла из строя система обогрева и пока Виктор пытался ее чинить, он раз двадцать бегал греться к теплому дизелю. Слава богу старый добрый ЯМЗ трудился как вол, не требуя к себе слишком сильного внимания. Но переделывать систему на старую все же стоило — слишком сильный был расход горючего. Найти недорого в этакой глуши ионные пропеллеры наверняка нереально, но Виктор уже не мог терпеть фазоидные катушки. От одного их завывания у него ныли зубы и начинали трястись пальцы. Корабль не был оборудован солнечными батареями, которые раньше на нем стояли. Их сняли в каких-то своих целях и сейчас из ниш на обшивке, предназначенных для них, ежиком торчали пучки проводов.

Полет, который на обычном тягаче со старыми двигателями занял бы пару часов, на этой развалюхе затянулся на пару дней. Конечно, американцы гордятся своими новыми фотонными двигателями, да только на захваченные в ходе боев корабли ставят всякое старье. Виктор уже давно высказал все, что о них думает.

Они давно вошли в зону действия радаров станции и сеанс связи с местным диспетчером состоялся еще пару часов назад. Станционные барыги не отказались бы от такого аппетитного груза, которым сейчас был набит трюм "МАЗа". Первоклассные медпрепараты и сублимированные продукты. Снабжение отдаленных районов системы всегда было крайне опасным занятием — корпоративные пираты не дремали, вылавливая и грабя транспорты, везущие пищевые концентраты своим заказчикам.

Виктор связался с несколькими официальными торговцами на станции, выясняя наиболее приемлемые предложения. Подошел бы обычный бартер. В первую очередь требовался док с погрузчиком и тельфером, запас запчастей и хотя бы один механик. Пилот не собирался посвящать в свои планы кого либо со стороны. На этой станции работало много русских, бежавших от войны. Их, конечно, притесняли, загоняя в рамки чуть ли не рабов. Но быть выброшенным в космос никому не хотелось, а приобрести билет на другую станцию не было никакой возможности — таможенная служба корпорации запрещала выезд. Русские работали на станции чернорабочими, грузчиками, наладчиками оборудования, механиками, никто из них никогда не мог принадлежать к управляющей касте. Им платили минимальное жалование, из которого вычитали стоимость пищи, медобслуживания и воздуха. По сути это была дармовая рабочая сила.

Виктор не боялся досмотра. Он заключал сделку нелегально. Официальный торговец потом бы потихоньку выбрасывал товар на рынок, мотивируя это тем, что на его складах еще оставались запасы. Конечно, кое-кому предлагалось бы дать на лапу, чтобы контролирующее лицо закрыло глаза на такого рода предприятие. От черного рынка не уйти, к тому же когда в данном товаре нуждается даже управляющий с когортой служащих. Жизнь на периферии нелегка.

Диспетчер попытался было вызвать таможенную службу к месту стыковки кораблика, но его вызов был перехвачен торговцем, который мягко попросил его этого не делать. Диспетчер вообразил себя большой жабой в местной маленькой луже и полез в бутылку, но его мигом осадили, предложив свободную вакансию чистильщика обшивки. Оператор что-то пробурчал себе под нос, выплюнул фразу, означающую приветствие и отключился. Виктор пожал плечами — такие фрукты были ему не в новинку.

"МАЗ" из последних сил заполз в открывшийся док и тяжко опустился в ремонтные захваты. Подоспевшая к шлюзу команда грузчиков уже была наготове. Когда Захар опустил аппарель, появился торговец — тучный мужчина в костюме-тройке с дымящейся сигарой. Богатый тип, раз позволяет себе портить на сто раз отфильтрованный воздух, подумал космопех. Торговец прошел прямо к шлюзу и остановился, ожидая, когда к нему спустятся. Вокруг него спутниками крутились телохранители. Захар тоже вооружился, пристроив кобуру на бедро. Автомат он решил не брать. Профессионально отметил, что охранники вооружены "Береттами", у одного имелся пистолет-пулемет "Язва" тульского производства. Завод разбомбили давно и наличие такого оружия говорило о том, что хозяин добыл его либо на складах через черных продавцов, либо через третьи руки у собирателей, которые ходили в радиоактивные зоны за подобными штуками. От огромной страны немало осталось.

Виктор вышел из шлюза и спустился вниз к торговцу. Они посмотрели друг другу в глаза, после чего барыга сказал:

— Могу я взглянуть на товар?

— Пожалуйста. — Виктор сделал широкий жест рукой в сторону корабля. — Можете подняться и самолично проверить каждый ящик. Сорок восемь ящиков по пятьдесят килограмм — армейские консервы и сухпай, двадцать семь — медикаменты. Какие, я не знаю, не разбираюсь в латыни, но понял что что-то от сердца, головной боли, перевязочные бинты и пластыри, сильнодействующие наркотические вещества. Вы будете довольны.

— Стимуляторы есть? По радио вы подтвердили их наличие.

— Целая коробка. Все армейские. Срок годности не ограничен. Упаковка вакуумная.

— И где же вы их достали? — торговец прищурился.

— Вы же не раскрываете своих секретов первому встречному, не делитесь с ним опытом накопления капитала. — Виктор был серьезен. — Вот и я не разглашаю своих. Поверьте, так будет удобнее для всех.

— А с чего вы решили, что мне стоит соблюдать договоренность с вами. — Торговец чуть улыбнулся. Самыми уголками губ. — Таможенная служба будет рада задержать корабль контрабандистов.

— Мне жаль, что я выбрал вас из столь внушительного списка аккредитованных торговцев, обитающих на этой станции. Думаю господин Майлз больше обрадуется такому товару. К тому же я слышал, что он держит свое слово и не нарушает договоренностей.

— Это была шутка. — Торговец улыбнулся. — Неужели вы поверили, что я буду вызывать полицию на место сделки, которое дискредитирует меня самого?

— К сожалению, я не умею читать мысли и постичь весь смысл вашей шутки не в состоянии. — Виктор помолчал. — Я так понимаю, мы договорились? Этот док остается за нами на трое суток, а вы получаете весь товар плюс небольшая доплата в триста сорок плиток.

— Триста плиток и не граммом больше.

— Хорошо. — Виктор так и думал, что торговец будет сбивать цену.

Покупатель махнул рукой и стоящие в нетерпении грузчики ломанулись разгружать корабль. Чем быстрее они это сделают, тем быстрее получат оговоренную сумму, как раз те самые сорок плиток на четверых. Виктор получил деньги, представляющие собой небольшие квадратики весом по двадцать грамм, состоящие из сплава платины. Чтобы поддержать экономику требовались не простые бумажки, а нечто существенное, подкрепленное ценностью.

Поменяв деньги на товар, торговец исчез вместе с охраной. Грузчики тоже испарились быстро выгрузив кораблик. Виктор остался на корабле, отправив Захара разыскивать толкового механика-моториста. Док для посторонних был закрыт и пилот вручил космопеху ключ-карту от шлюза, ведущего на станцию. Захар переоделся в найденные широкие штаны, кроссовки, чистую майку и куртку, которая еле налезла на его широкие плечи. Короткий ежик волос он прикрыл кепкой с логотипом ракеты на фоне звезды. Решив, что выглядит достаточно нейтрально, он кивнул сам себе, взял деньги и направился в ближайший станционный трактир.

— Как найдешь механика, сразу пришли его сюда! — крикнул ему вдогонку Виктор. Захар кивнул.

Он вышел из дока, посмотрел по сторонам и, разглядев на стене указующую информацию, направил свои стопы в нужную сторону. По коридору туда и сюда спешили люди, заморенные работой и вредным воздухом. Чем дальше от корпоративных помещений станции, тем хуже кислородоснабжение, хотя сама станция являлась производителем этого ценнейшего в системе ресурса.

С Плутона доставляли лед с высокой концентрацией воды. Можно было бы построить станцию и на поверхности планеты, но постоянные подвижки льда не давали обосноваться там основательно. Лед, снаружи замерзший, внутри на глубине около двух километров постепенно превращался в жидкость и плавал по планете, имеющей очень горячее ядро. Ледовая корка постоянно сталкивалась друг с другом, образуя горы, расходилась глубокими расщелинами, сквозь которые с горячей планетой встречалось холодное дыхание космоса. Станция наблюдала с орбиты наиболее стабильные места и направляла вниз шахтерские партии, которые добывали лед и затем, при малейшей опасности, уносили ноги. Все помнили несколько крупных трагедий, которые произошли с добытчиками. Повторять их судьбу никому не хотелось, да и руководство корпорации ревностно следило за оборудованием.

Захар шел по коридору, а встречные обитатели, завидев широкую фигуру, словно ледоколом рассекающую людской поток, старались избежать столкновения. Многие отводили глаза, некоторые смотрели с интересом, а один пацаненок лет пяти, дергая напуганную мамашу за руку, тыкал в космопеха пальцем и что-то верещал по-испански. Худая мать дергала его за руку и тащила подальше от этого страшного наглого русского черта. Уж больно приметная конституция была у Захара. Он и сам это понимал, но поделать ничего не мог — в космопехи шли молодыми мальчишками, у которых можно было провести коррекцию развития. Более старшие уже не выдерживали нагрузок — смерти от инфаркта, а не от пули в бою были нередки первое время, пока не сформировался нужный костяк абордажных сил Союзного флота. Война, из вялотекущей фазы вдруг резко переходящую в активные кровопролитные действия, длилась довольно давно и общество смирилось, привыкло жить во время постоянного военного конфликта. Многие надеялись на мирную жизнь и уходили вглубь контролируемых сторонами пространств. Но даже там, в тиши станций, открывались вербовочные пункты и громкоголосые глашатаи привлекали следующую порцию пушечного мяса. Захар никогда не жаловался на судьбу, да и основная масса народа тоже это понимала. Все для фронта, все для победы — этот давний лозунг и сейчас был особенно актуален. Конечно, определенная часть нации решила не вмешиваться в конфликт, стараясь отсидеться где-нибудь, но даже их достала война, когда республиканцы затеяли "охоту на ведьм", объявляя всех шпионами Союза. Каждый получил то, что заслуживал.

Захар отвлекся от грустных дум и остановился возле заведения, над входом в которое, выполненным в виде двух створок как в салуне на Диком Западе, красовалась вывеска — "Резвый Мул". Рядом с надписью в красках был нарисован быкоишак, прыгающий, как ужаленный. Видимо художник так представил себе портрет словесно описанного животного. Захар толкнул двери и вошел в полутемное помещение — здесь экономили электроэнергию.

Над несколькими столиками были развешаны абажуры с лампочками. Вдоль длинной стойки расположился ряд табуретов. Захар занял один, расположившись лицом ко входу и к залу. Чтобы наблюдать находящуюся там публику. Бармен за стойкой, обслужив двух посетителей — мужчину и женщину — вернулся на свое место и обратился к Захару.

— Что желаете?

— Есть что-нибудь из легкого спиртного — пиво там или винцо какое-нибудь? — Захару было совершенно до фонаря что пить — все равно в организме алкоголь растворился бы за считанные секунды. Один из недостатков, которым биоинженеры награждали всех космопехов.

— Есть марсианское пиво, вино из венерианской лозы, пиво "Золотая звезда" и "Астра", настойка "Марципан", да еще много чего, все на витрине. — Бармен сделал широкий жест рукой, демонстрируя богатую коллекцию бутылок.

— Марсианское пиво больше напоминает по вкусу мочу старого китайца, — сморщился Захар, — вино из лозы словно перезрелый лимон — жуткая кислятина, "Золотая звезда" и "Астра" неплохие на вкус, но цены на них, я смотрю, заоблачные. А "Марципан" заказывают только мальчики, у кого кошельки ломятся от плиток. Поэтому я, как честный трудяга, выпью бутылочку простого "Дизеля". — С этими словами Захар положил на стол плитку.

Бармен не показал своего разочарования, смел деньги под стойку и выдал требуемое. После чего уже собирался отвалить в сторону и заняться любимым делом — стаканы тереть — но Захар не дал ему этого сделать, перехватив руку.

— Любезный. — Начал он. — У меня серьезное дело, не терпящее отлагательств. А вы здесь много кого знаете. Не подскажите ли, как найти толкового механика-моториста, берущего недорого, да умеющего держать язык за зубами?

Бармен на секунду задумался.

— Ну если вам не по вкусу "Золотая звезда", то я думаю, что не смогу вам помочь.

Захар намек понял и выложил на стойку плитку, за которую можно было бы купить не только "Звезду", но и пару ящиков "Марципана". Бармен слизнул плитку, как корова языком и расплылся в улыбке.

— Нужный вам ценный кадр изредка захаживает в мое скромное заведение. Он сейчас как раз в поиске работы. Если вы подождете немного, то я смогу устроить вашу с ним встречу.

— Идет. — Захар кивнул.

Ему было все равно, в какой бар идти. У всех местных барыг давно налажены связи с такого рода работниками. Шлюхи, наркоторговцы, продавцы оружия, краденных вещей и паспортов, вся эта теневая структура завязана на барменах, через которых и реализует свой товар. Почему бы им не иметь в запасе нескольких высококвалифицированных механиков, делающих свой маленький гешефт вне основной работы. Захар отлично знал такую публику — в свое время учитель попался больно хороший. Его бывший напарник Николай — пожилой ветеран-инструктор, натаскивающий в учебке курсантов, а затем, когда народу перестало хватать и сам надевший экзоскелет и ведущий в бой команду абордажников, вырезающий ножами-кхукри республиканцев как овец в стаде. Он должен был умереть в бою, но погиб от удушья где-то на вражеском корабле и Захар не успел ему на выручку. Когда он, наконец, добрался до тела было уже поздно — ветеран с синим лицом лежал на полу, а вокруг него только безвоздушное пространство. Единственное, что смог сделать космопех — это похоронить его с честью. Ножи-кхукри так и остались у Николая — Захар вложил их в руки и закоротил экзоскелет так, чтобы уже ни один мародер не смог до них добраться.

Космопех кивнул бармену, соглашаясь на предложение. Тот побежал звонить, а в это время в бар ввалились трое чуть подвыпивших республиканских воина — судя по нашивкам два пилота и борттехник. Они, конечно, были навеселе, но вели себя все же довольно прилично. Хотя женщина насторожилась и предложила мужчине уйти, на что тот пробурчал непонятное себе под нос и продолжил трапезу, совершенно не обращая внимания на троицу.

Те расположились за столиком неподалеку от Захара. Каждый, конечно, кинул любопытный взгляд в его сторону, но то ли эти республиканцы не видели абордажника, то ли решили не замечать парня, габаритами превосходившего их троих, но приставаний с их стороны не последовало. Захар, конечно, не сильно волновался по этому поводу. Этим троим он шеи свернул бы в один миг. Он уже мысленно стал прикидывать, как получше начать действовать, если они сунуться. Но тут вернулся бармен, который кинулся обслуживать дорогих гостей. Конечно водить дружбу с нынешней властью полезно для бизнеса.

Захар отвернулся от них, но все же настроился на звуковую волну, доносившуюся из-за столика. Сначала там раздавалось только бульканье и звон стаканов, а потом начались и разговоры.

— Чертов шкипер снова докопался до меня! — с возмущением заявил борттехник.

— А, ты же что-то там начал рассказывать в коридоре, пока Пит не затащил нас сюда. — Заявил один из пилотов.

— Ага. — Пьяно подтвердил Пит и блаженно икнул.

— Он это специально. — Продолжил плакаться борттехник. — Ведь прекрасно знает, что эту штуку не починишь и все равно тыкает туда носом всю техническую группу крейсера. Мол, вы такое дурачье, что не можете справиться с фотонной установкой, которую даже дети на коленке собрать и разобрать смогут.

— А вы что, можете? — спросил пилот. Пит уже сладко похрапывал за столом, приняв свою дозу и отключившись.

— А что мы можем? — спросил в пространство техник. — Только пыль тряпочкой протирать, да палубу вокруг него драить.

— Ну и зачем вы нужны на крейсере? — спросил его пилот.

— Вот и я думаю, зачем мы нужны? — сам у себя спросил техник.

— А хочешь, я раскрою тебе страшную военную тайну. — Заявил пилот.

— А давай. — Тряхнул головой техник.

— На самом деле это не наше оборудование. — Пилот загадочно моргнул глазами. Техник моргнул в ответ.

— Как это не наше? — остолбенело вперил он свои гляделки в пилота. Тот наслаждался произведенным эффектом.

— А так. Это вообще не республиканская вещь.

— А чья же? Союзников?

— Не-е-е. — Протянул пилот. — Те только и могут, что на своих пропеллерах по космосу как Карлсоны летать.

— А Карлсон это кто? — Не понял техник. Пилот тупо посмотрел на него.

— Кто? — спросил он у техника.

— Это я тебя спрашиваю, кто? Кто такой Карлсон?

— Наверное, какой-то умный еврей. — Подумав, ответил пилот.

— Точно! — техник поднял палец вверх. — И этот еврей придумал союзникам пропеллеры!

— Не-е-е. — Снова протянул пилот. — Пропеллеры они сами придумали. И вообще, всю эту двигательную конструкцию тоже они. У них в стране много нефти и газа было, а делиться они не хотели, вот и придумали по космосу рассекать.

— Так мы же того. — Техник опрокинул еще один стакан. — Заставили их поделиться.

— Ага, заставили. — Пилот загрустил. — Скинули пару атомных бомб, превратив огромные леса в выжженную пустыню. Думаешь, чего так климат-то поменялся, а? Все ветра, да ураганы, лесов мало, океаны превращаются в грязную лужу, рыба дохнет, зверья нет. Уже все по клеткам в зоопарках сидят. Скоро никакой фауны не останется.

— Кого не останется?

— Фауны.

— Это кто, еврей на вроде Карлсона?

— Не-е-е. Это животные так все вместе называются по-научному. — Пояснил просвещенный пилот.

— Ишь ты! — удивился техник. — И откуда ты так много знаешь?

— Знаю! — Загордился пилот.

— А знаешь ли ты, что мы здесь надолго застряли?

— Знаю. — Уже тише сказал пилот.

— А почему? — вопросил техник.

— Потому что из строя вышел этот ваш дурацкий фотонный реактор или как там его. — Пилот уже разозлился. — И вместо того, чтобы его чинить, ты тут сидишь и виски лакаешь.

— Я лакаю потому, что ни черта не понимаю в устройстве фотонного двигателя. Веришь — нет, но их ставят на корабли уже готовыми. И привозят с секретного завода, который спрятан где-то на орбите Меркурия, в самом центре системы, чтобы, значит, союзники до него не добрались.

— Ты-то откуда знаешь? — скептически спросил пилот.

— У меня в транспортной конторе, что военных обслуживает, брат работает. — Обиделся за родственника техник. — Он врать не станет.

— Да набрехал он тебе, чтобы, значит, свой авторитет в твоих глазах поднять! — заявил пилот.

— А вот и нет! — заорал техник.

— А вот и да! — в ответ сжал кулаки пилот. Запахло дракой.

Бармен наклонился к стойке, чтобы вызвать патруль, но Захар сделал предостерегающий жест.

— Вызовешь, когда эти трое в коридоре окажутся. — Сказал он.

— Как они там окажутся?

— Я их выведу. — С этими словами Захар встал из-за стойки и неспешно пошел в сторону орущих друг на друга республиканцев, которые уже стали толкаться.

Мужчина с женщиной заблаговременно до конфликта покинули ставшее опасным заведение, поэтому Захару никто не мешал. Из свидетелей только бармен. Граждане в коридоре, заслышав крики и ругань, старались побыстрее покинуть дикое место.

Космопех добрался до орущих республиканцев и с ходу заехал одному в челюсть, а второму в глаз. Оба махом отрубились и повалились со стульев. Пит даже не проснулся. Захар взял обоих за шиворот, поднял — гравитация на станции была три четверти земной — и вывел из трактира, куда следом за двумя драчунами последовал и Пит. Захар вернулся к бармену, который уже сообщил в корпоративную полицию.

— Они разбираться не станут, кто кому навалял. — Сообщил он Захару. — Сдадут их начальству и все. Эти не первые, они же не последние.

— Что они здесь делают?

— Их крейсер прибыл два дня назад. Силовая установка вышла из строя, возникла угроза взрыва, техники отключили реактор и сюда они шли на резервных фазоидных двигателях, которые не стали демонтировать. Капитан, видно, постарался. Экипаж ничем не занят, увольнительные получают постоянно, вот и надираются в барах по всей станции. Всего два дня, а уже такой разброд. Командование их думает, как же сообщить на базу о поломке. Все валят на сражение, мол снаряд Союзников пробил броню в отсеке, хотя там никаких следов. Скоро, видимо, чтобы отмазаться, сами там стены долбить начнут.

— А чего не починят?

— Так ты что, сам не слышал что ли? — удивился бармен. — Все знают, что фотонные двигатели ремонту не подлежат. Их как собрали на заводе, так они и ходят, пока из строя не выйдут. Оболочку реактора категорически запрещено вскрывать. Был у них один такой любопытный — внутрь полез. Все хотел узнать на каких принципах он работает. Взрывом корабль на молекулы разметало, а станцию, где он пристыкован был в мелкие кусочки порвало.

— Так а чего же они фотонную пушку какую-нибудь не изобретут — двигатель-то вон сделали.

— Слухи ходят не они это сделали. — Шепотом, наклонившись, сказал бармен. — И оружие у них тоже не земного происхождения.

— Инопланетяне что ли? — усмехнулся Захар.

— Кто знает? — пожал плечами бармен. — За что купил за то и продаю. А вот, кстати, и ваш механик.

В дверях стоял крепенький мужичок ростом повыше Захара, одетый в многажды стиранный комбинезон со следами масляных пятен и с инструментальным чемоданчиком. Космопех поманил механика внутрь. Бармен пустил их за стойку во внутренние помещения, чтобы они могли поговорить.

В маленькой каморке, служившей бармену кладовой, спальней и жильем одновременно, стоял небольшой столик с парой стульев, откидная кровать крепилась к стене, а на полу по всему помещению стояли ящики с бутылками, образуя узкий проход к столику. Захар с механиком пробрались по нему и уселись за столом. Космопех внимательнее посмотрел на моториста. Широкое скуластое лицо с морщинами в углах рта и глазах и на лбу. По краю левой глазницы шел глубокий шрам, волосы были темными и короткими, напоминающими Захару собственный ежик. Темно-карие, почти черные глаза смотрели на космопеха еще внимательнее, чем он сам смотрел на механика. Из левого нагрудного кармана моториста торчала обгрызенная сигара.

Механик положил лопатообразные руки на стол и сказал по-русски:

— Владимир.

Захар немного удивился, что человек его так быстро раскусил, но виду не подал. К тому же если человек русский, то должен знать об особенностях строения космопехов. Он не стал отмалчиваться, а сразу перешел к делу.

— Захар. — Ответил космопех. — Мне порекомендовали вас как толкового специалиста.

Механик усмехнулся, но отвергать данное заявление не стал.

— Что требуется починить?

— Старенький кораблик-тягач, который республиканские ублюдки превратили в мусоровоз.

— Это ваш корабль швартовался часа два назад в одиннадцатом доке, принадлежащем торговцу Хорсу?

— Очевидно наш, если поблизости нет других мусоровозов.

— Тогда цена поднимется. — Механик достал сигару и чиркнул спичкой. Не зажигалкой, а именно спичкой, старой допотопной, еще сделанной из дерева, а не из дешевого пластика. Такие вещи сейчас на вес золота, а он просто сжег ее. Но привычки, говорят, не изменить. Моторист раскурил сигару, разнося довольно приятный запах скрученных листьев по помещению. Даже бармен потянул носом, учуяв дым. — Сто сорок слитков. Половину вперед.

— Согласен. — Захар не собирался торговаться, деньги были. — Но потребуются некоторые детали, которых у нас нет. Можешь достать по своим каналам?

— Какие именно? — Механик пыхтел сигарой.

— Надо уточнить у пилота. Может прогуляемся до корабля?

— Пошли. — Моторист подскочил, взял чемоданчик и первым пошел к выходу.

Захар вышел следом. Троица пьянчуг уже убралась из коридора, а может быть ее убрала корпоративная полиция. Они быстро прошли до дока, не разговаривая по дороге. Механик принял задаток и молча следовал за заказчиком. Космопех провел его внутрь корабля, вызвав Виктора в грузовой отсек. Недовольный пилот появился спустя пару минут. Нос и ладони его были вымазаны в технической грязи — похоже он уже занялся переборкой электрики на пульте. Захар представил ему механика.

— Значит так, — начал Виктор, обтерев руки насколько это возможно тряпкой, — необходимо достать три ионных пропеллера, восемь солнечных батарей, кое-какие детали к дизелю, фильтры для воздуховодов, насос, обратный клапан вентиляции и очиститель воздуха. Это, конечно, не полный список, так на первый взгляд что действительно необходимо.

— Да вам, ребята, надо новый корабль просто купить и все. В местных доках полно всякой рухляди, которую владельцы отдадут за бесценок.

— И что, вся эта рухлядь на ходу? — поинтересовался Виктор.

— Вряд ли. — Пожал плечами Владимир. — Со многих сняли нужные детали, да так и бросили как металлолом. Выбросить жалко, а соседи по орбите не хотят утилизировать такое старье.

— Но достать нужные детали возможно? Взамен можем предложить фазоидный привод. Он, конечно, не новый, но еще послужит, если его отрегулировать.

— Можно обменять его на пару пропеллеров, а один докупить. Какая вам нужна мощность?

— Думаю трехметровой длины лопасти хватит.

— Есть пяти, но тогда их нужно два — выход мощности тот же при более низких энергозатратах. Но нужно будет два редуктора и дополнительный электродвигатель на второй.

— А скорость?

— При желании сможете обогнать даже солнечный ветер. — Механик улыбнулся. — Ну а серьезно, то около ста — стадвадцати км в секунду. Вроде бы неплохо.

— Еще бы. Сюда мы тащились на восьми.

— Что, так все плохо?

— Катушки не выдерживали нагрузки, постоянно приходилось их отключать, чтобы остыли, а лететь на одной инерции что-то не хочется.

— Ясно. Ну, если вы не против, то я бы хотел приступить.

— Отлично, я проведу вас в моторный отсек. Начнем оттуда, а потом пойдем дальше. — Виктор увлек механика по лестнице внутрь агрегатного отсека. Захар остался один.

— А мне что делать? — спросил он в пространство.

Работа

Орбита Плутона, окрестности "Оксигена"

Они вышли в холодное космическое пространство опробовать новые силовые установки и вообще убедиться, что корабль ведет себя адекватно. Механик оказался не только толковым — он полностью переделал силовую установку тягача, вернув практически все к изначальному состоянию. Восемь солнечных батарей, установленные в свои ниши, раскрылись, ловя такую далекую энергию центрального светила. Откажи дизель — и они могли двигаться на электродвигателях используя аккумуляторы. На длительный полет их, конечно, не хватило бы, но доковылять до ближайшей заправки, что находилась на орбите Юпитера они могли. Республика не рисковала строить станции дальше внутренних планет и газового гиганта. Освоение дальних рубежей системы — заслуга корпораций, которые в поисках ресурсов штурмовали пространство. Хотя из метрополии поступали не хорошие новости. Республика, условно разгромив своего врага, принялась за внутренних соперников и теперь крупный бизнес переживал не лучшие времена. Похоже, что новоявленное государственное образование ждали гражданские войны.

Захару не было до этого дела. Главное, чтобы новый строй дискредитировал себя и тогда можно будет вернуться. У Союза будет мощная поддержка со стороны населения. Хотя об этом и рано говорить.

Владимир, сделав свою работу, не спешил уходить. Ему понравился корабль, понравилась команда из бывших военных. Он и сам оказался на этой станции только потому, что линкор, на котором он возглавлял техническую группу, был атакован республиканцами. Корабль взорвали и экипаж успел эвакуироваться, где был благополучно переловлен солдатами противника. Скорый суд и продажа людей, как рабов корпорациям. Кто-то угодил на рудники пояса спутников Сатурна и Урана, кто-то трудился под бдительным оком надсмотрщика на пищевых производствах "Флейкс органик лимитед", а кто-то, как Владимир, попал на самый дальний рубеж. Вскоре война докатилась и сюда и положение стало совсем аховым. Его, конечно, ценили за достижения и заслуги, но он был корпоративным рабом, а это накладывало сильный отпечаток. И свалить со станции было пределом его мечтаний. В команде корабля он увидел свой шанс.

Захар заявился к работодателю механика и предложил выкуп, пытаясь мирно решить проблему. Тот полез в бутылку, заявив, что это его лучший работник и он не отдаст его ни при каких условиях. Пришлось немного повозить загордившегося директора носом по столу и объяснить в двух словах, что бывает с теми, кого выбрасывают через шлюз в космос. Директор совету внял и мигом подмахнул нужные бумаги, получив небольшую сумму гонорара. Он, конечно, сразу же собирался сообщить в полицию, да вот только связь была заглушена, а Захар вернулся к нему еще раз и кулаком вмял в стол трубку телефона, выпавшую из онемевших пальцев директора. После этого тот не принимал никаких попыток остановить новых нанимателей своего раба.

Работа подвернулась неожиданно. Сломалось сразу три транспорта, доставляющие лед на станцию, а пассажирская ракета, которая ходила за шахтерами, ушла на другую сторону планеты, когда потребовалась срочная эвакуация. Шахтерская партия терпела бедствие на пока еще живом леднике, который вот-вот должен был треснуть по швам. Оставалось очень мало времени, а из пригодных кораблей, которые могли совершить там посадку, подходили только два — мусоровоз "МАЗ", которому команда так и не дала имя, и малый транспортник "Кузнечик".

Управляющий на станции понимал, что потеря оборудования и людей встанет в копеечку, потому что новое ему не пришлют, а людей ему нанять негде — никто не хотел покидать обжитые внутренние планеты. Местных с каждым месяцем становилось мало, многие, накопив на билет, улетали прочь вместе с заезжими дальнобойщиками. Некоторые уходили в пираты — вольная жизнь многих привлекала. Мало кто хотел честно трудиться, а русскоязычное население станции руководство корпорации ни в какую не хотело брать на работу. Управляющий, понимая, что проверка вряд ли попрется в такую даль, пока объемы производимого кислорода не падают, нанимал их на работу под подложными именами, выправляя паспорта через знакомого, давая таким образом легализоваться республиканским отщепенцам.

Обо всем этом им рассказал Владимир, когда на доске электронных объявлений появилось заманчивое предложение. Почесав репку, Виктор заметил:

— Вряд ли мы сможем приземлиться, у нас нет реактивных посадочных сопел, только маневровые.

— А и не нужно, — заявил Володя. — Я перенастрою пропеллеры на магнитное поле Плутона. Просто развернешь их параллельно поверхности. Они же у нас по бокам корабля стоят. Вот и выдержат такую махину.

— Ага, а я носом ткнусь прямо в лед. — Виктор покачал головой. — На носу у меня пропеллера-то нет.

— Подработаешь маневровым двигателем.

— Ну, ладно, допустим получилось. — Захар сложил руки на груди. — И что нам за это будет.

— Великий почет и слава. — Владимир принял шутливую позу. — А на самом деле управляющий дает по двести слитков команде каждого корабля, который в ближайшие полчаса возьмется за это. А кроме нас к вылету готов только "Кузнечик" Боддарта.

— Это еще кто? — поинтересовался Виктор.

— Один из старых пилотов. Он не с республиканцами, но и не с союзниками. Сам по себе короче. Принимает ту сторону, кто больше заплатит. Мы можем взять оборудование, а Боддарт — людей. Ему в отсек все равно мобильные комплексы не поместятся.

— Что за мобильные комплексы?

— Гусеничные буровые машины с прицепами. Их там две штуки. Ужасно дорогая и тяжелая техника, но по размерам нам как раз. Один встанет рядом с багги, второй займет тот угол. — Владимир показал рукой.

— А я потом поднимусь с ними? — с сомнением спросил Виктор.

— Мощности пропеллеров должно хватить. Да и форсажного горючего у нас полная камера.

— Ладно. — Подвел черту Захар. — Надо попробовать. Двести плиток на дороге не валяются, да и там, возможно, наши земляки загибаются.

— Все, полетели. — Решил Виктор. — Давай, звони управляющему. Пускай дает добро на вылет, да денежки готовит. Скоро ему предстоит расплачиваться.

Пилот вывел корабль из дока и направился к планете. Скорость была приличной, маневренность тоже выше всяких похвал. Механик хорошо поработал над установкой. Баки полны солярки — перед вылетом управляющий распорядился заправить корабли за счет конторы. Следом за тягачом летел "Кузнечик". Координаты терпящих бедствие шахтеров уже были получены и Виктор направил туда корабль кратчайшим путем. Спустившись по баллистической траектории, он развернул тягач практически на месте, крутанувшись и перевел пропеллеры в посадочный режим, как назвал его Владимир. Корабль сначала дернулся, устремившись вниз под действием сил гравитации, но вскоре выровнялся. Ионные пропеллеры крутились, создавая эффект гравитационной подушки, кораблик клевал носом, шахтеры уже вопили от радости на всех частотах, забыв про английский язык.

Виктор распахнул шлюз. До поверхности оставалось несколько метров и гусеничные машины придется затаскивать прямо так. Захар размотал лебедку, которую в грузовом отсеке установил предусмотрительный Владимир. На всякий случай, пояснил он. Космопех был одет в свой экзоскелет, батареи которого были заряжены и полны энергии. Шахтеры уже спешили к месту посадки "Кузнечика". Двое вели вездеходы к тягачу. Вот первый доехал до опущенной аппарели. Захар слитным движением зацепил карабин за проушину на его носу. Владимир включил лебедку и машину потащило внутрь. Корабль — мотнулся в сторону. Виктор ругнулся, выровняв тягач. Второй гусеничный вездеход ждал своей очереди. Вот первый скрылся в чреве корабля и второй тронулся с места, как под ним треснул лед и машина рухнула носом вниз, застряв в расщелине. Из льда торчала только ее корма.

— Черт! — крикнул Захар. — Второй вездеход провалился!

Он спрыгнул вниз и широкими шагами — сила тяжести на планете была приблизительно равна марсианской — подбежал к вездеходу. Внутри, показывая глазами размер гаек на сорок два, сидел побледневший водитель. Захар наклонился, удерживаясь рукой за лед, который в любой момент мог треснуть, и постучал в стекло вездехода.

— Попробуй задний ход. Я тебя здесь подцеплю и постараюсь вытащить.

Космопех включил полный энергоресурс экзоскелета, уперся подошвами ботинок в лед, оставив на том борозды — слишком тяжел — и единым рывком, ухватившись за торчавший вверх бур, поднял нос машины из трещины.

— Газуй! — прохрипел красный от натуги Захар. К стальным мышцам экзоскелета он подключил и свои. Сервоприводы завыли от нагрузки. Под ногами появились трещины. Водитель включил заднюю передачу и нажал на газ. Вездеход выпрыгнул из расщелины как ошпаренный. Захар пролетел за ним, держась руками в стальных перчатках за бур. Он отцепился тогда, когда машина оказалась на относительно твердом льду. Виктор подвел корабль ближе к вездеходу и Владимир уже протягивал космопеху крюк.

— Ну ты и акробат. — Покачал головой механик.

— С вами тут и балериной станешь. — Проворчал Захар.

Они быстро втащили тяжелую машину внутрь, захлопнули шлюз и Захар открыл шлем, чтобы передохнуть. Из вездеходов вылезли водители.

— Благодетель. — Сказал тот, которого вытащили из пропасти. — Что бы мы без вас делали.

— Рыб бы кормили в местном океане. — Проворчал Владимир. — Чего вы на эту скалу полезли?

— Да это наш старший. — Начал оправдываться водитель. — Решил по быстрому план сделать. Мы и половины льда не набрали, а уже подвижки пошли. Еще немного и каюк бы нам.

— А почему управляющий вас прислал, а не собственный транспорт? — спросил второй, молчавший до этого водитель.

— Никого под рукой не было. — Спокойно ответил Владимир.

Захар стал разоблачаться. Водители переглянулись между собой, когда увидели бугрящиеся горой мышцы. Один что-то прошептал другому, тот покивал. Они не сговариваясь подошли к Захару и протянули ему руки.

— Саня. — Сказал тот, которого вытащили из расщелины.

— Серега. — Сказал второй.

— Если чего нужно, то вы только свистните. Чем сможем, тем поможем.

— Если информация какая нужна, то мы достанем.

— Мы тут уже давно, считай почти родились здесь.

— Рабы по рождению — Серега показал клеймо. — Нам отсюда некуда идти, да и не отпустит нас никто.

— Мы так надеялись на вас, но этим республиканским ублюдкам кто-то помогает. — Убежденно сказал Саня.

— Точно. Я слышал, что оружие и двигатели они получили от кого-то, кто превосходит Союз в технологиях.

— Сами-то они ничего не могут, а так, только чужими руками жар загребать.

— От кого же они его получили? — Спросил наконец Захар, которому парни и слова не дали сказать.

— Мы не знаем.

— Но обязательно узнаем. — Оба закивали головами.

— Ладно. Идите уже, отдохните. — Захар махнул рукой в сторону машин.

Водители развернулись и потопали в указанном направлении. К космопеху подошел Владимир, вытирая руки какой-то тряпкой. Это была его излюбленная привычка — руки вытирать. Он всегда таскал в комбинезоне чистую тряпку.

— Я уже не первый раз слышу об этих загадочных разработчиках двигателей и оружия. — Захар был озадачен. — Сначала те республиканцы в баре, теперь эти шахтеры. Здесь что вообще твориться?

— Не забивай голову, — философски заметил механик. — Думай о денежках, которые мы получим.

— И то верно. — Вздохнул Захар.

В кабинет управляющего станцией без единого предупреждения, оттолкнув в сторону секретаршу, ворвался командир крейсера. Он был довольно высок и худ на лицо, а выражение имел и вовсе неприятное. Ноздри раздулись, щеки налились красным румянцем, шея побагровела, что было видно даже из-под воротника тщательно выглаженного адъютантом кителя. Фуражка съехала куда-то набок. Командир, при поддержке своей охраны прорвался к столу управляющего и грохнул кулаком по пластиковой столешнице. Звякнули ручки с карандашами в подставке, часть лежащих бумаг слетела вниз, горячий кофе, который секретарша только что принесла своему начальнику от испуга оставил крупную лужу на столе. Взъяренный командир заорал во весь голос:

— Как вы посмели не сообщить мне, что на станции пришвартован буксир!!!

Управляющий спокойно поправил сползшие от удара бумаги, переставил кружку с кофе, и, указав секретарше на пятно, сказал:

— Лиза, будьте добры, вытрете пожалуйста.

Та кивнула, с опаской покосилась на командира и его бодигардов и вышла за тряпкой. Управляющий посмотрел на командира, до сих пор пыхтящего и лопающегося от злости над столом.

— Вы не ответили на мой вопрос! Какого хрена я должен сидеть на вашей вшивой станции, находящейся на заднице системы и выслушивать ваши оправдания по поводу задержки транспортных кораблей, когда один из них вот уже три дня стоит в доке!

Управляющий снял очки, протер их и вновь водрузил на нос. Он был пожилым, опытным руководителем, прошедшим огонь, воду и медные трубы. В его кабинетах не только требовали с кулаками, но еще и стояли на коленях, плакали навзрыд, смеялись от радости и сходили с ума от горя. Он повидал множество просителей и посетителей, но еще никто не смел требовать с него что-то с позиции силы. Такие люди вызывали в нем только крайне негативное мнение о себе и получить что-либо желаемое им уже было практически невозможно. Управляющий делал все, чтобы они захлебнулись в мутных водах бюрократической реки.

Управляющий был полноватым человеком с крупным носом, грустными глазами и чуть оттопыренными ушами. Он никогда не ругался на подчиненных, никто от него никогда не слышал и слова мата, но вот объяснить человеку что он не прав управляющий мог и без помощи великого и могучего. На этой станции он был царь и Бог, он знал все, что происходит на каждом уровне, в каждом доке, в любой кладовке самого дальнего от его кабинета трактира или забегаловки. Знал он и о нелегальной сделке между командой мусоровоза, которая наверняка где-то нашла этот груз, знал и о постоянных драках в барах между членами команды крейсера, что так неудачно пристал к станции. Отказать управляющий командиру не мог — сейчас республика на коне. А после поражения Союза наверняка начнет закручивать гайки. Кто же, интересно, сдал команду буксира-мусоровоза этому военному монстру. Скорее всего кто-то из шахтеров проболтался в баре, когда там развешали уши прихвостни командира. Управляющий уже мельком проглядел досье на команду мусоровоза, которое собрала его служба безопасности. Все трое — бывшие военные, причем двое недавно с войны, а третий, местный техник, примкнул к ним уже здесь, причем они довольно ловко прижали его владельца, чтобы подписал вольную. Управляющий не имел к парням никаких претензий, к тому же если бы не их помощь, то пришлось бы вновь что-то придумывать для генерального руководства компании, чтобы выпросить новые буровые машины. Генеральные сидят на Земле и их совершенно не интересуют проблемы дальнего внеземелья. Управляющему даже стало немного жалко команду мусоровоза, которую придется отдать этому монстру, лишь бы он свалил отсюда.

Вошла секретарша и принялась стирать тряпочкой пятно от кофе, которое уже стало въедаться в стол. Командир молчал, зло глядя на управляющего. Тот решил, что уже хватит испытывать его терпение и спокойно сказал:

— Я, право, удивляюсь вам. — Говорил он по-русски, намерено стараясь немного позлить командира, к тому же в этом языке можно было подобрать настолько дивные обороты речи, которые не один кургузый республиканский язык не воспроизведет. — Ворвались в мой кабинет, требуете непонятно что. Я начинаю плохо думать о руководстве Республикой, которой служат такие военные, способные причинить вред ее гражданам. Может быть стоило согласиться с Союзом? Они, хотя бы всегда спрашивали разрешения, прежде чем войти.

Командир пожевал губами. Он понимал, что не имеет власти над управляющим — это собственность частной корпорации и присутствие командира здесь терпят только потому, что иначе республика перекроет все поставки топлива и продовольствия, которые существуют только на Земле. Независимые источники вроде орбитальных пшеничных ферм, которые бросил Союз, отступая, не в счет — агрономы еще долго будут экспериментировать с генноизмененой пшеницей.

— Я смотрю вы здесь, вдали от Метрополии уже почувствовали дух свободы, о котором так долго болтал Союз?

— А разве Республика не несет те же самые права и свободы своим гражданам? — с удивлением вскинул брови управляющий. — Все это прописано в наисвященной для нас книге — Конституции. Разве вы можете идти против самого главного своего закона, который разрешает мне высказывать собственное мнение? Как вы видите, мы не военные люди и ваш устав, по которому вы требуете безоговорочного подчинения здесь не пройдет. Так что будьте вежливы с людьми, а то вам же это выйдет боком.

— Значит, не скажете, в каком доке стоит буксир? — командир впялил на управляющего злобные гляделки.

— Отчего же. — Управляющий расплылся в кресле. — Пятый уровень, док номер одиннадцать. И будьте с ними повежливей, пожалуйста.

— Я это учту. — Злобно выплюнул командир и удалился со своей охраной. Управляющий только покачал головой. Какой негативный человек.

Владимир монтировал радар системы дальнего обнаружения. Такой технологии и республики не было, а механик не собирался раскрывать ее первому встречному. Виктор уже перенастроил алгоритмы компьютеров на стандартный шестнадцатеричный код вместо двоичного республиканского. Радар был тот же, что и стоял на буксире до этого. Ему надо было добавить только небольшую приставку-декодер и усилитель сигнала. Портативный узконаправленный сканер тоже занял свое место рядом с радаром на одной башне. Владимир так увлекся работой, что даже не заметил, что в док кто-то вошел. Только когда затопали многочисленные ботинки, он посмотрел вниз. Сидя наверху, на корпусе корабля, он не видел, что происходило на трапе у шлюза, зато слышал хорошо.

— Именем Республики приказываю вам отбуксировать мой крейсер на марсианские верфи! — возопил чей-то голос.

— Однако, во-первых — горючего не хватит. — Ответил голос Виктора, — во-вторых — за буксировку необходимо заплатить ибо голый патриотизм здесь не пройдет.

— Вы что, жуки навозные, совсем обнаглели, перед вами стоит…

— Целый командир крейсера в чине капитана третьего ранга астрослужбы. — Спокойно продолжил Виктор. — Я разбираюсь в званиях, спасибо. И мы не обнаглели. Мы находимся в свободном государстве, где нам гарантирована оплата труда. И пока пятидесяти процентной оплаты не будет, я не двинусь с места, у меня еще других дел полно.

— Вы у меня еще попляшете. — Завопил голос. — А ну-ка, солдаты, вышвырните этих мудозвонов с корабля!

Владимиру стало интересно и он подполз к краю. Механик увидел, как стоявший спокойно на аппарели Захар единым слитным движением вскинул автомат и нацелил на командира. Стоявший впереди него Виктор держал руки сложенными на груди. Он был абсолютно уверен в поддержке товарища.

— Ну-ка, хлопцы, опустили оружие, а то поляжете здесь с пробитыми головами. — Захар "включил" так называемый "хриплый голос", психологическое оружие, обертоны которого заставляли человека слегка трухануть.

Эти солдатики похоже никогда не встречались с абордажником-космопехом Союза, а то бы сразу же распознали, что Захар не шутит. Они, однако, немного испугались, но продолжали удерживать оружие в боевом положении. Владимир видел, как Захар что-то шепнул губами. Видимо, передал знак Виктору в случае чего сразу же падать на пол.

Сложилась патовая ситуация, которую создал сам же придурошный командир крейсера. Его дурная голова, никогда не дававшая покоя экипажу, снова завела его в тупик, выход из которого подсказать было некому — нет рядом все решавшего за него папеньки-адмирала. Тот держал сынка вдали от крупных сражений, зная, как союзники дерутся, взрывая собственные корабли, чтобы забрать как можно больше врагов. Он не давал ему почувствовать серьезную атаку космопехов-абордажников, когда по кораблю разгуливают двухметровые шкафы, крушащие все подряд, а экипаж в страхе пытается добраться до аварийных капсул, но оказывается, там уже засели пулеметчики врага и отсекают путь к бегству. Абордажники редко брали пленных, но специально отпускали испуганных до усеру флотских, чтобы те сеяли панику в стане врага. И крейсера с фрегатами старались уничтожить абордажные боты еще на подлете, но союзники придумали новый способ атаки — корабль проходил недалеко от судна и выстреливал десантников прямо в космос, а они уже подруливали своими двигателями, цеплялись магнитами за корпус, прилепляли мины направленного взрыва, которые взламывали любые препятствия и проникали внутрь, сея панику и смерть. Поймать одиночную мелкую цель в прицел, да еще излучающую в низком диапазоне было практически невозможно. Командир не знал всего этого. Он был лишен бесценного опыта войны и когда оказался в такой ситуации, когда у корабля отказал фотонный привод и вся энергия вмиг отключилась, то адмиральский сынок испытал неподдельный страх оказаться одному в космосе и замерзнуть или задохнуться. Если бы не старший помощник, опытный ветеран, которого папа приставил к сыну, то наследник адмирала наверняка навалил бы в штаны и помер от страха, заставив папу долго плакать. Старпом реанимировал судно, приказав запустить дизели, которые не демонтировали только потому, что он не доверял новомодным штучкам. Старпом изучал технику союзников и дивился надежности и простоте конструкции, а также заложенной в нее функциональности. Конечно, по комфорту она уступала Республиканской, но все же была ему ближе, чем вся эта фазоидно-фотонная хрень.

Командир почесал репку. Виктор уже видел, что этот молодой дурак, посадивший судно на орбитальную мель, не знает выхода и ищет того, кто бы подсказал, что надо делать. Так хотелось врезать ему от души, а потом перестрелять охрану, но пилот подавил свои желания, так как понимал, что это еще только усугубит их положение. В корпоративные пираты еще не каждого принимали.

— Ну что, капитан, — подал голос Виктор. — Передумал нас выкидывать или нет? А то если твое предложение в силе, то после стопроцентной оплаты, я думаю, мы сможем тебе помочь.

— Речь же шла о пятидесяти процентной. — Подал заметно облегченный голос командир. Команда мусоровоза сама подсказывала ему решение. Он дал знак и солдаты опустили оружие.

— После твоих неделовых подходов доверие к тебе у меня чего-то все меньше и меньше. — Виктор оставался серьезен. — Мы сможем доставить твой корабль до ближайшей ремонтной базы, что находится на орбите Сатурна. Туда около недели пути, но это ближе всего — остальные станции слишком далеко. Это обойдется тебе в пятьсот шестьдесят слитков.

— Чего так дорого. — Внезапно осипшим голосом сказал командир.

— Сутки аренды буксира обходятся в восемьдесят плиток. Если тебе кажется непомерно высокой цена, то ты вправе отказаться и найти другого перевозчика. — Виктор пожал плечами. Он-то знал, что другого перевозчика республиканцы не найдут.

— Я согласен только при условии, что в ваш экипаж войдут мои люди, как наблюдатели, чтобы вы не устроили какую-нибудь пакость.

Виктор с Захаром переглянулись. Чего-то другого ожидать от республиканского вояки не приходилось.

— По рукам. — Сказал пилот.

— Слышь, капитан. — Подал голос Захар. — Ты бы хоть своего кока прислал, а то нам жрать готовить на твою ораву некогда.

Доставка

Орбита Плутона, корабельные доки "Оксигена"

Мария возила тряпкой по полу на камбузе. И кто только придумал эту влажную уборку на борту космического корабля, думала она каждый раз, когда ей приходилось убираться. А приходилось довольно часто — главный повар Дональд Каммингс очень не любил даже намека на пыль. И молодой девчонке приходилось драить запачканные поварятами варочные плиты, мыть посуду на сто раз прокрученной в системе водой. Командование не признавало одноразовой посуды, которой пользовались в союзном космофлоте. Сам капитан третьего ранга, царственный командир и властитель корабля кушал только из керамических тарелок в отельном помещении. Остальные же флотские пачкали остатками пищи пластиковые тарелки, мыть которые от жира было одно наказание. Искупать чашку в трех ваннах с пенным составом, потом под водой смыть моющее средство и сделать это надо быстро, потому что после одних придет другая вахта и тоже захочет жрать, а тарелок, почему-то на всех не хватает. И девчонка носилась по мойке как заведенная — в наряд никого из флотских не ставили, а если кто-то провинился, то отбывал наказание как полотер, но не мойщик.

Мария попала на корабль после того, как республиканский рейдер захватил их медицинский бот. Пилот не успел вовремя ускользнуть, ему подбили пропеллер и тяги не хватало, а истребители прикрытия тогда почти все погибли. Поэтому такая беспомощная цель для захвата досталась бравому капитану. Обожравшиеся абордажники врага, которые никогда не встречались с настоящими космопехами союза, мигом заблокировали главврача и трех его помощников-медсестер. Пилот успел укокошить двоих, после чего его гранатой разорвало прямо в рубке — враги ценили свои жизни и даже такую огрызающуюся цель решили уничтожить из-за угла, хотя были в полном боевом облачении. Машу и еще двух девчонок доставили на корабль, где капитан распределил их обязанности — ему сильно не хватало обслуживающего персонала. Теперь Вика и Света работали по влажной уборке помещений, а ее поместили на камбуз под руководство Каммингса. Второй повар — Сэм — относился к ней доброжелательно, не сильно загружая работой и позволяя иногда покухарничать. Остальные же терроризировали молчаливую девчонку с медицинским дипломом. Ей бы в медотсек, но тогда она бы точно под видом прививок прикончила бы весь экипаж. Ну, может быть кроме Сэма.

Мария окунула тряпку, выжала ее и принялась возить по полу. В этот момент на камбуз вошел старший помощник капитана. Он посмотрел на худой зад девчонки. Хоть и на камбузе работает, а не поправилась ничуть, подумал он и легонько шлепнул ее по пятой точке. Мария подскочила и резко выпрямилась, разворачиваясь к обидчику. Такого нахальства она не простила бы даже капитану. Пускай ее лучше убьют, чем сотворят то, чего она боялась каждую минуту, находясь на корабле врага. Только ее пока не трогали — других двух девчонок уже валяли вовсю и с этим ничего нельзя было поделать — капитан закрывал глаза на негласный публичный дом. Да и ему было наплевать на захваченных пленных, возведенных в статус рабов.

Она узнала старпома. Мужик, хоть и не старый, но уже многое повидавший, он никогда не опускался до такого. Почему же сейчас сделал это? Старпом ответил на невысказанный ей вопрос, он понял по глазам.

— Собирайся, тебя переводят.

После чего вышел из помещения, а за ним вошел здоровенный бугай. Он злобно посмотрел на девчонку и, наклонившись к маленького ростика Марии, сказал:

— Только попробуй меня отравить, я тебе шею сверну.

Злобно сверкнув глазами, вышел из камбуза. Маша бросила тряпку в ведро, быстро вымыла руки, собрала вещи, из которых был только чистый комбинезон, полотенце, санитарно-гигиенические принадлежности, ну и так, пара личных вещей вроде фотографий, что лежали тогда в кармане ее комбинезона при захвате.

Старпом с тремя бугаями дожидались ее в коридоре. Как только она вышла, старпом потопал к выходу. Похоже, ее выпроваживали с корабля. Сердце девушки сильно забилось в предвкушении скорой свободы, но потом наползли мрачные мысли — куда ее переводят, вдруг там будет еще хуже. Может быть ее отдадут какой-нибудь другой команде, в которой не будет таких людей с моральными принципами как Сэм, или дядя Джо, старший механик на этом крейсере. Девчонка потупилась и семенила позади эскорта, стараясь не отстать.

Они вышли на станцию и повернули к докам. Маша по дороге покрутила головой, но везде видела только усталые лица шахтеров и заморенных женщин. Похоже национальность русский теперь рифмуется со словом раб. Англичане всегда считали их недочеловеками.

Эскорт остановился перед дверью дока. Старпом нажал пару кнопок и шлюз отошел в сторону. Маша не разбиралась в кораблях но увидела внутри старенький грузовик с опущенной аппарелью грузового отсека. Изнутри доносился лязг и грохот металла, а также знакомые матерные интонации на русском языке. Мария обрадовалась. Услышав родную речь, пусть и ругательную, сердце забилось сильнее. Девчонка поплотнее прижала к себе сумку и пошла следом за старпомом, который на ходу давал бугаям указания. Те кивали головами, подтверждая, что поняли. Потом он связался по рации с кем-то. Лязг и грохот мигом прекратился. Они поднялись по аппарели и в грузовом отсеке их встретил мужчина равного с девушкой роста. Был он чрезвычайно мускулист. Грязная майка не скрывала рельефных мышц космопехотинца. У Маши глаз был наметан. Очень много парней с ранами, практически несовместимыми с жизнью прошли через ее руки. Ей приходилось оперировать самой, когда Станислав Георгиевич, их главный врач, был занят на более сложных операциях. Зашивать рваные раны, сращивать кости, вправлять вывихи, все операции в основном были травматическими. Врач редко давал своим медсестрам, пусть каждая из которых была хорошим специалистом в своей области, делать полостные операции, зашивать лопнувшие сосуды и ткани. Пусть лучше тренируются на костях и мышцах.

Космопех подошел к парням и посмотрел на них изучающим взглядом. Был он спокоен. По выражению глаз Мария сразу поняла, что он изучает новых пассажиров с точки зрения возможных противников. Уже прикидывает, куда бы нанести удар, как быстро вывести мишень из строя. Она много насмотрелась и наслушалась от космопехов в медицинском боте. Генетически измененные, но рожденные естественным путем, эти люди все равно оставались другими. Союз вел исследования во многих направлениях, стараясь нащупать пути победы в войне, но ему с каждым годом все труднее и труднее удавалось поддерживать темп — ресурсов не хватало. Мобильные шахтерские комплексы потрошили каждый найденный ими астероид на предмет ресурсов. Но внутренние планеты были в руках врага. Там строились корабли и развивалась наука, а в далеком космосе выращивать пищу и строить боевые линкоры было все труднее. Тем более, что почти все население либо сражалось, либо работало на оборонную промышленность. Корпорации были вне политики и пользовались нейтралитетом, помогая той и той стороне. Иногда через них можно было найти или купить нужные ресурсы, но на это нужны были деньги. И шахтеры вновь бросались на поиски материалов.

Старпом подошел к космопеху и сказал:

— Вот наблюдатели, на каждого из вас. А это обещанный кок. — Он указал на Марию.

Она с любопытством посмотрела на космопеха. Тот только мельком взглянул на нее и вновь обратил внимание на бугаев. Маша поняла, что он ее запомнил, но пока не воспринимает, как угрозу. Наиболее вероятными противниками являются эти вот наблюдатели.

— Хорошо. — Голос у космопеха был хрипловатый, но Маша знала, что они могут менять тембр по желанию — встроенная генетическая функция. Судя по этому экземпляру, он был рожден и искусственно выращен с ускорителями роста. Множество мелких шрамов говорит о том, что этот товарищ поучаствовал в многочисленных абордажах, а штрих-код, нанесенный на правое плечо, мог многое рассказать о медицинских данных владельца.

Космопех махнул рукой за собой и потопал вглубь корабля к лестнице, что вела наверх. Можно было бы воспользоваться лифтом, с помощью которого поднимали тяжелые вещи в жилые помещения, но видимо он был отключен, а может быть и не работал. Старпом развернулся и вышел из дока. Аппарель начала подниматься, закрывая доступ на станцию.

Захар развел наблюдателей по их постам. Один встал рядом с пилотом, второй окопался в моторном отсеке, где хозяйничал Владимир. Третий же продолжал таскаться за космопехом, довольно сильно нервируя того. Девчонку Захар сразу же проводил на камбуз, заметив, что из вещей у нее только старенький потертый, но чистый комбинезон, гигиенические средства и пара фотографий, которые она сразу же спрятала. Бугай осмотрел кухню и предупредил:

— Кушать будем только тогда, когда они поедят. — Сверкнул глазами и вышел в коридор.

Захар попытался улыбнуться, но что-то не вышло. Девчонка была одного с ним роста, довольно худой и хрупкой. Острый нос сильно выделялся на узком лице, коротко подстриженные волосы, которые она пыталась завязывать в хвостик сзади, зеленые ведьминские глаза. Посмотрев на руки, Захар сразу же понял, какая ее основная специальность. Девчонка была довольно зажатой и еще напрягалась при посторонних людях. Захар тихо сказал по-русски:

— Успокойся, никто тебя здесь не тронет. Продукты там. — Он ткнул пальцем по направлению к морозильной камере и вышел из помещения.

Мария села на скамью, привинченную к полу и заплакала.

Виктор виртуозно подцепил захватами, расположенными под брюхом корабля, крейсер и встал на курс. Деньги недокапитан заплатил в полной мере. Может быть это для него будет наглядным уроком, подумал пилот, глядя на приборы. Наблюдатель сопел рядом и это довольно сильно раздражало, но пилот старался не обращать внимания. Один раз заглянул Захар, перекинулся парой незначительных фраз и спустился к механику. Судя по приборам дизель был в порядке, а вот электрогенератор, что вырабатывал энергию для корабля, начал барахлить. Виктор включил солнечные батареи. Огромные шторки поднялись над корпусом корабля, со стороны похожие на шерсть неведомого животного.

Пилот рассчитал курс, стараясь уложиться в неделю. Сейчас Сатурн намного ближе к Плутону, чем тот же Уран, на орбите которого вращались основные военные базы республиканского космофлота. Соваться туда Виктору совсем не хотелось. Оптимальным вариантом выглядела доставка поврежденного корабля в зону действия сатурнианской группировки, довольно мощной, но лишенной орбитальной поддержки. Еще до космической войны орбиту планеты заняли станции нескольких корпораций, а на спутниках спешно строили базы. Республика как не старалась, но все же не смогла аннексировать эти станции. Поэтому там постоянно держали довольно крупный флот, как напоминание корпорациям, что президент не дремлет. Нептун вообще был на другой стороне Солнца и чтобы туда добраться надо было лететь около трех месяцев. Виктор не собирался так долго находиться в компании республиканцев. Между орбитами Плутона и Нептуна, Урана и Сатурна располагались заправочные станции корпорации "Шелл". Они болтались в пустоте, привязанные к одному месту возле намеченной космической трассы, заложенной во все карты кораблей. Там можно было пополнить припасы, заправиться и немного отдохнуть. И как говорили бывалые перевозчики цены довольно умеренные. Виктор наметил две таких остановки. Он поставил автопилот на курс и собрался на камбуз, отведать, что там приготовил присланный кок. Не задумал ли он их отравить, чтобы потом кто-нибудь из бугаев взял управление кораблем на себя?

Виктор спустился вниз и вошел в помещение камбуза. Он очень удивился, обнаружив там мелкую девчонку, хотя ожидал увидеть раскормленного повара. Та кашеварила, что-то напевая себе под нос по-русски. Виктор удивился еще больше и для приличия покашлял. Девчонка встрепенулась и сразу же развернулась к нему. Испуганные зеленые глаза встретились с его темными.

— Это тебя бравый капитан развалюхи-крейсера прислал к нам на место повара? — ничего умнее не придумал спросить Виктор, хотя это и так было очевидно.

— Да. — Тихонько сказала девушка, продолжая автоматически помешивать варево. Пахнет вкусно, заметил пилот, втянув носом воздух. Это его движение не укрылось от внимательных глаз девчонки.

— Скоро будет готово. — Сказала она. Позади Виктора замаячил бугай. Пилот развернулся к нему.

— Слушай, чего ты за мной таскаешься? — возмущенно спросил он. — Когда я буду в рубке, вот тогда и наблюдай за мной, а в остальных помещениях позволь мне заниматься личными делами.

— Велено сопровождать. — Прогудел бугай.

— А что, за тобой здесь кто-то наблюдает или следит, чтобы ты ревностно исполнял приказ?

— Нет.

— Ну, тогда в чем дело? Ты и в гальюн за мной попрешься? Может еще и в задницу мне заглянешь, не спрятал я там свой пистолет?

Бугай насупился. Девчонка улыбнулась.

— Когда наступит время обеда, я тебя позову, заодно и всех твоих друзей. — Успокоил бугая Виктор. — А пока можешь связаться с кораблем и доложить, что на борту все спокойно. Если уж мы взялись за контракт, то исполним его надлежащим образом.

Бугай потоптался возле камбуза, после чего развернулся и направился в рубку. Виктор развернулся к девчонке.

— Ну вот, от одного отделались. Тебя как зовут и как ты к ним попала?

— Я Маша. — Девчонка протянула руку. Виктор удивился еще сильнее, но пожал маленькую ладошку. — Наш медицинский бот захватили еще на орбите Нептуна, когда наши проиграли их флоту в численности. Хотя мы их сильно потрепали, если они так долго собирались вышвырнуть Союз с орбиты Плутона. А вы кто? Ведь вы же пилот-истребитель, так? А еще у вас в грузовом отсеке разгуливает космопех. А третий в вашей команде кто, бывший военный моторист?

— А тебе не откажешь в проницательности. — Подивился Виктор. — Как догадалась?

— Я когда космопеха увидела, сразу поняла, что здесь все наши. Вы же пилот-истребитель, это видно по вашей нашивке, которую эти республиканские оболтусы никогда в жизни не видели. Ну, а третьим на корабле может быть только механик-моторист. А раз мне попались уже два бывших военных, то и он окажется им же.

— Ишь ты, головастая какая. — Виктор присвистнул. — А ты значит врач? И, скорее всего, медсестра-травматолог?

— Очень близко, но не совсем так, но вы правы. — Глаза девчонки расширились. — Как вы догадались о моем медицинском образовании?

— Пальцы у тебя специфически двигаются, будто ногу или руку изучают. Да и с ножом ты ловко обращаешься. — Виктор помолчал. — Я иногда бывал в вашем гостеприимном отделении.

— Рыбак рыбака видит издалека. — Сказал появившийся в дверях Захар.

— О, — удивился Виктор. — А ты почему без провожатого?

— Он отдыхает. — Захар улыбнулся. — Терпеть не могу когда кто-то за мной хвостом шариться.

— Ты что, его совсем успокоил. — Виктор показал руками в воздухе.

— Нет, зачем. Просто он вдруг осознал, что бесцельное шатание по кораблю вредит его здоровью. А вы, барышня, готовить-то умеете? А то может только резать? У нас-то лучше получиться.

— Ну что ты за человек! — Виктор взмахнул руками. — Совсем девушку в краску вогнал.

— Вогнать? — спросил серьезно Захар.

— Ну ты совсем обалдел что ли! — возмутился Виктор.

— Да ладно, шучу я.

— Ну и шутки у вас, у абордажников.

— Так понятно, почему шутки такие — из каждого вылета можем не вернуться. Также как и ты, кстати

— Но ведь вернулся же.

— Так и я жив только благодаря позитивному настрою. Вот так пошутишь раз, второй и глядишь снова жить захочется. Особенно когда в таких умелых руках побываешь. — Захар кивнул на Машу.

— Я смотрю, тебя совсем в сторону потянуло. Пора бы навестить дом терпимости? — улыбнулся Виктор.

— Я, конечно, не откажусь, но это тебя в первую очередь надо туда отправить.

— Почему?

— Потому что ты не понял, о чем я говорил!

— Его часто штопали. — Сказала Мария, указывая на шрамы. — Но доктор видно попался хороший. Как смог, так и сгладил шрамы.

— Я мышцы сильно не напрягаю, а то швы разойдутся. — Пошутил Захар и продемонстрировал невероятных размеров бицепс.

— Пять минут не прошло, а он тут перед девчонкой уже красуется. — Из коридора послышался третий голос и на камбузе нарисовался последний член экипажа. Шрам через все лицо, руки с въевшейся смазкой, которую практически ничем не отмоешь, одет в старый драный комбез механика.

Маша сама не поняла, как оказалась в компании трех здоровенных мужиков. За пять минут разговора с ними, даже когда они устроили дружескую перепалку между собой, они показались ей настолько родными и близкими, что расставаться с ними ей очень не хотелось. А то, что это придется сделать, она понимала, потому что придурок-капитан так просто бесплатную обслугу не отпустит. На глаза сами собой навернулись слезы.

— Эй, что с тобой? — неожиданно нежно спросил Виктор.

Маша отвернулась в сторону, чтобы мужчины не видели ее слез.

— Я порву его, как тузик грелку. — На лице Захара появилось зловещее выражение. Он взял сковороду и мигом скрутил ее в трубочку.

— Вот теперь сам и раскручивай. — Заявил механик.

Космопех понял, что натворил и начал приводить сковороду в изначальную форму, загибая металл, будто это пластилин. Сильные пальцы вцепились в края как клещи. Виктор подошел к Марии и чуть прикоснулся к ней обеими руками, поддерживая за плечи. Она развернулась и ткнулась пилоту в грудь. Тот замер, а потом погладил ее по волосам.

— Я не хочу обратно. — Сквозь рыдания разобрал он.

— Ну тише, тише. — Успокаивающе произнес он. — Мы что-нибудь придумаем. Выкупим тебя у капитана и всего делов.

— Он не отдаааст! — с ревом заявила Маша.

— Только пусть попробует. — Пообещал Захар. — Я пройду сквозь его крейсер, как нож, сквозь масло.

— Мы не будем никого убивать. — Спокойно сказал Виктор. — Найдем мирное решение и придем к компромиссу. А ты останешься здесь. — Он поднял заплаканное Машино лицо и посмотрел на него. — Я обещаю.

Виктор был настолько серьезен, что она сразу же ему поверила. Маша кивнула, вытирая кулачком слезы.

— Давайте обедать. — Сказал молчавший механик. — Удиви нас, хозяйка.

Маша улыбнулась, успокаиваясь.

Мария попривыкла к экипажу этого странного, старого грузовика-буксира, которому так и не удосужились дать имя. Виктор ласково называл его ласточкой, механик Владимир — раздолбанным корытом, а космопех Захар и вовсе старался держаться в стороне от подобных вопросов, знай только что возился со своим экзоскелетом, настраивая приводы и совершенно не обращая внимания на соглядатая, который при каждом посещении грузового отсека очень сильно напрягался. Бугаи вообще старались не отставать от своих объектов, пытаясь зайти за ними даже в туалет. Машу они не беспокоили и ее это устраивало. Виктор сказал, что постарается решить вопрос ее легального нахождения на борту корабля и она была довольно спокойна. Возилась на камбузе, заглянула пару раз в лазарет, где каждый в своем ящичке лежали стерилизованные инструменты. В шкафу прятался операционный костюм хирурга, в морозильнике был неплохой набор лекарств, а диагностическое оборудование, хоть и старое, но еще исправное, было выше всяких похвал по сравнению с тем, на котором Маше приходилось работать на их медицинском боте.

За двое суток путешествия она освоилась и даже иногда заглядывающие на камбуз бугаи ее не пугали, хотя и строили зверские рожи. Но находящийся рядом Захар, к тому же перемещающийся по кораблю словно тень, всем своим видом выгонял из их голов поганые мысли на ее счет. Охранникам, даже экипированным, не очень хотелось связываться с низкого роста, но гераклового телосложения Захаром.

Как-то за ужином, когда Владимир в очередной раз нахваливал ее стряпню, постоянно вспоминая орбитальную станцию с ее сублимированными продуктами, Виктор хлопнул ладонью по столу. Бугаи напряглись, хоть и стояли возле входа. Захар заинтересованно посмотрел на пилота.

— Надо дать кораблю имя. — Заявил пилот. — Мне надоело выговаривать каждому встречному диспетчеру тот набор букв и цифр, которым его снабдили при выпуске с верфи.

— Назовем его "Ржавое корыто"! — провозгласил механик.

— Нет. — Виктор положил руки на стол. — Не стоит обзывать славный корабль таким мерзким именем.

— Но ведь это правда! — удивился Владимир. — Ты даже не представляешь, сколько ржавчины и грязи я выколупал из потрохов силовой установки.

— Но сейчас же ее там нет.

— Нет, но я не изменю своего мнения.

— Может быть назовем его "Стерегущий" — Предложил Захар.

— Что за имя для буксира. — Вскинулся Виктор. — Больше подходит для крейсера или линкора, но никак для маленького кораблика.

— А что, чем больше размах, тем выше уважение.

— Где ты его откопал?

— Я служил на нем, пока его не взорвали.

— Хорошее имечко. — Хохотнул Виктор. — Имя корабля, который разлетелся на атомы. Ты хочешь, чтобы с нами то же произошло?

— Нет.

— Ну так не давай никогда судам имен погибших кораблей.

— Так и названий не останется.

— Может быть "Жучок". — Вступила в разговор Маша. — Наш медбот так назывался.

— И что, он тоже взорвался? — спросил Виктор.

— Нет, был захвачен.

— Еще лучше! — всплеснул руками пилот. — Это все равно, что позвать пиратов к себе в гости. Ау! Тут беззащитный "Жучок" в космосе плавает. Не желаете ли его ограбить?

— "Жучок" у нас в грузовом отсеке стоит. — Сказал Захар.

— Кстати, совсем забыл спросить. — Подал голос Владимир. — А зачем вам багги на корабле, который на планеты садиться не может?

— Да хрен его знает. — Пожал плечами Захар. — Когда мы его нашли, он уже был тут.

Виктор пнул его ногой. Захар намек понял, но только махнул рукой. Он не боялся бугаев. Ему было совершенно все равно узнают они правду и доложат ли своему командиру. Он твердо решил — они покинут бывший мусоровоз только ногами вперед. Надо только дождаться подходящего момента.

— Значит, бывшим хозяевам был зачем-то нужен. — Механик заметил толчок ноги Виктора и свернул тему.

— Ну давайте, мозговой штурм! — объявил пилот. — Маша, ты тоже участвуешь.

— "Тяжеловоз".

— Что это?

— Порода лошадей такая на Земле.

— Не-е, жеребцы отпадают.

— А что, нормально. "Газель", "Бык", "Мул", "Осел", "Ишак", во сколько названий.

— А еще "Клоп", "Богомол", "Саранча", "Пчела", "Шершень".

— Что-то все это не то. — Пилот скорчил кислую физиономию. — Думаю "Муравей" нам больше всего подходит.

— Точно! — Владимир хлопнул ладонями. — Маленький, и тащит раза в четыре больше своего веса.

— Мне все равно. — Сказал Захар, — но "Стерегущий" лучше.

— Мне нравиться. — Тихонько сказала Маша. — "Муравьишка".

— Вот и порешили. — Виктор встал из-за стола. — Пойду, забью новые данные в компьютер.

Он вышел из столовой. Один из бугаев тронулся вслед за ним. Остальные двое остались наблюдать внимательными глазами за оставшимися членами экипажа.

— Милейший. — Обратился Захар к одному из них. — Вы на мне дыру протрете. На мне узоров нету и цветы не растут.

Бугай не мог знать бессмертного творения советского комедийного режиссера и поэтому только похлопал глазами. Второй вообще никак не отреагировал.

Виктор прошел в рубку и начал возиться с журналом регистратора. Пока он перебивал данные, оставляя серийный номер корабля, на экране радара дальнего обнаружения показались три маленькие точки. Они следовали параллельным курсом, но вдруг изменили его и направились прямиком к буксиру, тащившему под брюхом республиканский крейсер. В это время что-то хлопнуло в корме и панель приборов замигала красными огоньками, взвыл ревун.

— Авария в моторном отсеке! — крикнул Виктор в микрофон.

Он услышал топот ног по коридору, хотя и находился в помещении наверху. Похоже к дизелю спешили все четверо. Охранник пилота посмотрел в сторону лестницы. Корабль стал замедлять ход. Пилот проверил данные. Правый двигатель отключился и сейчас тягач полз только на левом. Хода и ускорения, которые набрал корабль, хватало, чтобы достичь орбиты Сатурна к концу недели, но Виктор не хотел так долго ждать. Он связался с моторным отсеком.

— Что там у вас?

— Редуктор полетел. — Ответил голос Владимира. — Зубья шестерни срезало, как будто попало туда что-то, так что останавливай дизель — чинить буду.

— Это тебе за то, чтобы не обзывался. — Утвердительно сказал Виктор.

— Кто же меня так наказал?

— Корабль.

— Да ну на хер! — возмутился механик. — Я еще и не такую рухлядь восстанавливал. Это что, вызов?

— Похоже на то.

— Ну посмотрим, "Муравей", кто кого, когда я тебе все косточки перемою. — С этими словами механик отключился.

Виктор посмотрел на экран радара. Три точки довольно быстро приближались. Идут, прямо как на штурм, подумал он и похолодел. Может быть — корпоративные пираты? Хотя нет, те нападают не такими малыми силами, да еще и со всех сторон. А рыпаться на одинокий крейсер, пусть и с неисправным двигателем, зато с мощным оружием было равносильно самоубийству. Пираты очень ценят собственные шкуры. Это могут быть только противники республиканцев. То есть остатки Союзной армии. Чтобы подтвердить свою догадку, Виктор направил на три точки телескоп. Компьютер мигом выдал картинку — знакомые хищные обводы корпуса и три ионных пропеллера на корме — перехватчики "Кнут". Сам Виктор летал на более легкой и маневренной "Нагайке", но эти машины тоже стояли на их авианосце и познакомиться поближе у него была возможность. Три точки стали расходиться в стороны. Виктор уже понял, что сейчас произойдет.

— Внимание! Нападение врагов! — передал пилот по внутренней связи и отключился.

Он не сомневался, что парни его правильно поймут. Сам же пилот спокойно наклонился к панели, схватил пневмодробовик, закрепленный под приборами и невидимый для противника, и выстрелил в голову бугаю из положения сидя. Тот пошатнулся и оперся о стену. Заряд задел противника лишь частично, но вывел того из равновесия. Виктор уже стоял на ногах и быстро приближался к нему. Второй выстрел он произвел в упор. Лицо охранника превратилось в кровавую кашу. Бугай начал медленно оседать. Поняв, что он не представляет угрозы, Виктор вернулся в кресло и попытался связаться на аварийной частоте союза с перехватчиками.

Как только Виктор оповестил остальных о нападении врагов, Захар сразу сообразил, что надо делать. Врагами республиканцев могли быть только корабли Союза, пусть и остатки флота, что рассеялся по всей Солнечной системе. Космопех кивнул, словно соглашаясь с пилотом, который не мог его видеть и молниеносно нанес удар в горло ближайшему охраннику. Тот захрипел, падая на пол. Не давая опомниться второму, Захар сделал подшаг к нему, прямым ударом в челюсть с левой руки сломал тому кости. Второй охранник поплыл от болевого шока. Захар обвил руками его голову и свернул тому шею. После чего вернулся к первому и прикончил того одним ударом. Кивнул механику на них. Тот понял его без слов, бросив инструменты, потащил первого в шлюзовую камеру, которая вела к пропеллерам. Захар, не теряя ни минуты, кинулся в грузовой ангар, где его сиротливо дожидался экзоскелет.

— Сколько до контакта? — спросил он по внутренней связи, когда закончил облачаться.

— Полторы минуты. — Виктор был спокоен. — Я передал им наши координаты, так что стрелять по нам они не буду. Основные точки удара на крейсере я им указал.

— Я отправляюсь туда.

— Совсем сдурел! — заорал Виктор.

— Надо кое-что проверить. Пусть поменьше стреляют по рубке и каюте капитана.

С этими словами Захар захлопнул стекло шлема и направился к шлюзовому входу.

Как нож сквозь масло

Где-то между орбитами Нептуна и Урана.

Космопех вышел через шлюзовой отсек на внешнюю обшивку корабля. Вокруг мертвыми белыми точками светили звезды, словно космическая моль прогрызла отверстия в темном одеяле. Захару было не привыкать, он так часто видел эту картину, что перестал обращать на нее внимание, хотя первое время крутил головой по сторонам. Особенно, когда висишь в пустоте и под ногами нет привычной твердой поверхности палубы или орбитальной станции.

Под кораблем замедлял ход республиканский крейсер. Огромное судно ощетинилось иглами боевых лазеров и твердотельных пушек. Сейчас по тревоге расчеты занимают свои места, чтобы открыть огонь по малочисленному врагу. На дисплее шлема Захара подсветились приближающиеся истребители. Юркие и быстрые машины заходили с разных сторон, готовясь открыть огонь. Никаких вспышек выстрелов не было видно — союз использовал электромагнитный разгон боевых снарядов, а для поражения на дальних дистанциях — ракеты с программным управлением и собственным пропеллером. Космопех заметил, что в районе радарной вышки вспыхнули взрывы — пилоты первым делом отрубили связь. Пора, решил десантник для себя и, отключив магнитные подошвы, прыгнул в пустоту.

Он парил в космосе, раскинув руки в стороны. Первоначальный толчок придал ему необходимую скорость, а вектор направления Захар корректировал изредка включая маневровые дюзы, из которых вылетал сжатый углекислый газ. Не пропадать же добру. Корпус крейсера приближался и вот ноги уже коснулись твердой обшивки корабля. Космопех включил магниты и прилип к металлу. Заученным до автоматизма движением он прилепил направленную мину и быстро ретировался. Взрыв прожег металл, образуя крупную дыру с рваными краями. Захар отключил магниты и проник внутрь, приготовив к бою автомат под стать экзоскелету.

Он оказался в коридоре, который уже был блокирован шлюзовыми дверями — сработала автоматика. Но ему было все равно — подствольный гранатомет делал свое дело, выворачивая створки шлюза. Первая дверь быстро сдалась. Космопех не спеша прошел в нее, парой выстрелов прикончил задыхающихся матросов и пошагал по коридору, гулко бухая ботинками — здесь уже был воздух, а за его спиной сработала вторая аварийная переборка.

Корабль качнуло, но космопеху было до фонаря — он четко сохранил равновесие. Чтобы не тратить драгоценный кислород Захар отключил подачу, переведя воздухоснабжение на фильтрацию внешней среды. Активированный радар-навигатор вырисовывал на дисплее карту помещений. Компьютерная программа анализировала поступающие с камер данные и составляла маршрут передвижения. Захар спокойно шагал по коридору, постреливая по сторонам. Никакого сопротивления пока не встретилось, что очень сильно удивляло. Обычно республиканские десантники обожали скрытые засады и строили баррикады по маршрутам продвижения союзных войск. Очевидно, этот крейсер еще никогда не штурмовали и у экипажа просто не было должного опыта.

Заработал передатчик. Захар активировал канал связи. Сквозь шум помех, который наверняка поставили генераторы противника, пробился голос Виктора.

— Захар, где ты находишься?

— Мой позывной — Секач. — Недовольным голосом сказал космопех. — Местоположение — недалеко от главной батареи.

— Постарайся вывести ее из строя. Звену приходиться туго — их лазеры, похоже, прошли модернизацию и бьют без промаха. Уже есть повреждения.

— Я понял, сейчас они замолчат. — Захар отключился.

Он повернул налево и встретился с первым очагом сопротивления. Орудийный расчет забросал коридор металлическими шкафчиками, в которых хранил свои вещи. Сами залегли сверху и открыли огонь из автоматов, когда массивная фигура в экзоскелете показалась из-за угла. Захар быстро убрался в укрытие. Стреляли из порохового оружия. Ну дак и у нас есть чем ответить. Космопех зарядил дымовую гранату и выстрелил из-за угла. Заряд упал точно перед баррикадой и выпустил струю газа. Дым ел и щипал глаза, обжигал легкие и выворачивал желудки наизнанку. Поэтому на баррикаде сразу же закашлялись. Захар вышел из укрытия. Система распознавания противника сразу же дала несколько отметок. Экономными выстрелами он перебил их всех, после чего приблизился к баррикаде и несколькими ударами сокрушил заграждение, за которым прятались защитники. Они попятились от возникшего громоздкого силуэта в дыму. Двое пустились наутек, но Захар не дал никому убежать, расстреляв даже тех, кто пытался убежать. Никаких сюрпризов в тылу. А то вылезут в неподходящий момент и испортят всю малину.

Дальше пошло как по маслу. Похоже это были единственные защитники, которые сообразили организовать некое подобие засады. Остальные же либо разбегались, завидев космопеха, либо пытались умереть достойно, кидаясь на него с подручным оружием. Этих Захар просто впечатывал в стены, отмахиваясь как от мух. Главная батарея была уже близко. Пульт управления был рядом с ней.

Космопех выломал дверь в помещение управления. Там находились артиллеристы, которые попытались обороняться, но тут некстати произошедший взрыв пошатнул корабль. Они попадали на пол и Захар превратился в сеятеля, разбрасывая зерна смерти во все стороны. Он прикончил орудийный расчет в несколько секунд, подошел к панели управления и ударом кулака пробил в процессорном блоке огромную дыру. Пушки и лазерные батареи остановили свой сокрушительный залп. Пилотам истребителей стало полегче. Система наблюдения экзоскелета доложила о нахождении позади противника. Захар молниеносно развернулся и послал гранату в проход. Та разорвалась и послышались вопли боли. Космопех направился туда, изредка постреливая. Компьютер проложил новый маршрут к капитанской каюте.

Вновь запиликал передатчик, определяя входящий сигнал.

— Секач! — это был Виктор. — Один из наших терпит бедствие и приземлился в грузовом ангаре крейсера. Сможешь его вытащить?

— Как не хрен делать. — Отозвался Захар, определяя компьютеру новый маршрут.

Лиза заложила крутой вираж, уходя от выпущенных пушкой снарядов. Дизель, расположенный за спиной взвыл, выдавая возросшую нагрузку. Подушки, на которых он был закреплен к корпусу истребителя мелко задрожали. На грудь навалилась тяжесть, но пилотский комбинезон-скафандр смягчил ускорение. Трехствольные тридцатимиллиметровые пушки-пулеметы завращались, выдавая очередные порции зарядов. По всему корпусу крейсера вспыхнули взрывы — словно невидимый мальчуган пробежал по кораблю, оставляя горящие следы, которые моментально затухали.

Лазерные батареи сначала били неприцельно. То ли орудийный расчет был плохо обучен, то ли компьютер не справлялся с наведением, но лазерный луч стрелял не импульсами, а потоком, после чего еще минуты две перезаряжался. Опытные артиллеристы всегда экономили заряд.

Лиза уничтожила уже две башни с пушками, как лазеры стали бить импульсами, не давая истребителю выйти из поля поражения. Неужели очнулись, подумала девушка, выписывая немыслимые пируэты. Истребитель, конечно скоростной и маневренный, но ему далеко до той же "Нагайки" или республиканского "Ястреба". Но даже и на этой старенькой машине, которую стандарт-пилот любила всем сердцем можно было дать отпор врагу. С самого начала космической войны она летала только на нем, еще в академии, потом в первом бою, и вот теперь, после восьми лет космических боев, она, дослужившись до стандарт-пилота, что тоже немаловажно, ведет бой в составе звена, где является вторым ведомым. Командиром был мастер-пилот Геннадий Широков, первым ведомым Николай Ломовой, позывные соответственно Крокодил и Боцман. Ее, единственную девушку, нарекли скандинавским "позывным" — Валькирия, хотя во всей союзной армии этих Валькирий были десятки, если не сотни, но у каждого звена своя. Вот и с Лизой также получилось.

Когда радар дальнего обнаружения засек этот крейсер, который сопровождал старенький буксир-контейнеровоз, ее звено было в патруле. С авианосца поступил сигнал об уничтожении корабля и по тревоге были подняты все звенья. Но время, через которое они доберутся сюда, составляло около получаса, которого вполне хватило бы чтобы уничтожить три по десять таких звеньев, как это. Вот только экипаж крейсера этого не знал, а может быть совсем не участвовал в битвах, недаром корпус выглядит как новенький, даже заплат никаких нет. По этим боевым отметинам Лиза научилась распознавать подготовленность орудийных расчетов к отражению атаки. Иногда попадались корабли, на которых живого места не было и такие приходилось брать только штурмом. Истребители отвлекали внимание, когда бравые ребята-космопехи покидали свои шлюпки и прыгали в бесконечность, чтобы вырезать изнутри огрызающегося острыми зубами противника.

Большинство же кораблей сосредотачивали плотный огонь на авианосцах, стараясь уничтожить зубастую мелюзгу до того, когда она доставит им неприятности. Поэтому пилоты истребителей всегда находились поблизости от своих кораблей, а те стояли под парами, готовые стартовать в любую секунду. А то пока заведешь двигатель, да он прогреется, уйдет много времени. Некоторые неопытные товарищи давали полную нагрузку непрогретому дизелю, после чего их ловили по всему космосу, когда силовая установка выходила из строя. Союз берег свои ресурсы, которые и так были скудны. Но насчет топлива они никогда не волновались. Двигатели совершенствовались, ученые работали над синтезом углеводородов, чтобы самим производить солярку. Армия должна быть обеспечена всем. Недаром говорят, что война — двигатель прогресса. Хочешь выжить, придумай что-то такое, что не только поразит противника, но и заставит его отступить. Республика не жалела кораблей и людей в своей борьбе против Союза, что было довольно странно. Недовольство населения наверняка должно было сказаться на их рейтинге, но позиции республиканского правительства только укреплялись. Все это наводило на интересные размышления.

Лиза увернулась от очередного залпа и открыла ответный огонь, уничтожив лазерную батарею. Импульсный излучатель замолчал и она смогла переключиться на другие цели. Как удачно получилось, что крейсер сопровождал буксир с русской командой на борту. Все бывшие военные, они здорово помогали. Мастер-пилот, который вел буксир, давал четкую картину боя, информируя командира. Он бы и сам бросился в бой, будь у транспортника оружие. Лиза порадовалась такой удаче. Она вышла прямо на пушку и дала залп, уничтожая орудие, как что-то ударило ее в бок. Лазерный выстрел задел пропеллер и кораблик завертелся вокруг своей оси, теряя стабилизацию. Лиза переключателями потушила пожар в двигательном отсеке, отключила силовую установку и отработала маневровыми. Все это было сделано быстро и четко, так что истребитель выровнялся и теперь приближался к ангару крейсера на высокой скорости. Ничего не оставалось, как выстрелить из пушек, пробив дыру в корабле и садиться прямо на вражеское судно.

Лиза приготовилась к жесткой посадке. Дыра грузового ангара моментально приблизилась, истребитель вошел в нее, чуть задев крыльями с установленными на них пушками рваные края. От удара машину чуть развернуло и вместо того, чтобы носом влететь в стену кораблик треснулся боком. Ремни противоперегрузочного кресла выдержали удар, девушку чуть тряхнуло. Лиза отключила воздухоснабжение от истребителя и закрепила гофру шланга на левом плече, куда выходил разъем баллонов, расположенных за спиной. Она нажала кнопку аварийного отстрела фонаря кабины. Прочное стекло катапультой взлетело наверх, ударилось о переборку и упало на пол ангара, где уже образовались завалы от взрывов и борозда от истребителя. Защитные переборки уже перекрыли выход кислорода и теперь давление постепенно восстанавливалось. Лиза взяла из специального разъема пистолет-пулемет "Шорох", на бедре ее скафандра был закреплен в кобуре пистолет "Фора" — минимум оружия для пилота, если ему приходилось совершать посадку во вражеском ангаре. Лиза собиралась дорого продать свою жизнь. Она вышла в эфир.

— Валькирия. Терплю бедствие во вражеском ангаре. Прошу помощи!

Она не сильно надеялась, что кто-то придет на ее вызов. Девушка понимала, что спасательная команда придет не раньше часа — пока самый быстрый рейдер с десантниками доберется до нее. Придется позаботиться о себе самой. Она выскользнула из корабля и спряталась за фюзеляжем, выбрав себе основные сектора обстрела. Предполагалось, что пилот будет экономно расходовать патроны. Три магазина на пистолет пулемет и два на "Фору" — вот и весь ее запас. А республиканцы уже начали стягиваться в ангар.

Сначала появилась аварийная команда, но, заметив вражеский истребитель, тут же убралась куда подальше. Минут пять никого не было и Лиза уже было успокоилась, подумав, что враги решили ее не трогать, но в шлюзе показались четверо членов экипажа, тащивших пулемет на станине. Они разложили треногу, установили оружие и начали обстрел корабля, не давая пилоту поднять головы. Шум стрелянных гильз и выстрелов заглушал все остальные звуки и Лиза прижалась к такому надежному и верному корпусу истребителя. Она не видела, как за спинами стрелявших появились еще человек пять-шесть в форме и стали обходить упавшую машину по дуге, стараясь добраться до пилота. Лиза не могла даже высунуться, чтобы посмотреть — огонь был настолько плотным, что пули барабанили по прочному корпусу как капли сильного ливня. Один из пятерки уже почти обошел истребитель и готовился открыть огонь, как пулемет внезапно захлебнулся. Все обернулись на неожиданно наступившую тишину. Даже Лиза высунулась из укрытия и сразу же заметила пятерку нападавших.

Там, где когда-то стоял пулемет, возвышался космопех. Он убил пулеметчиков, а ствол самого оружия закрутил узлом и кинул в сторону. И сейчас нарисованная дикая кабанья морда на его грудных пластинах повернулась в сторону пятерки нападавших. Те опомнились и открыли огонь, но десантник не стал испытывать экзоскелет на прочность. Он отпрыгнул в сторону, в полете открывая огонь. Автомат, больше напоминающий минипушку, выплюнул очередь из шариков, срезая сразу троих стрелков, что стояли на одной линии. Двое оставшихся попытались спрятаться. Одному это удалось, а второго десантник подстрелил из положения лежа. Последний оставшийся в живых, понимая, что дальнейшее сопротивление приведет только к его смерти, задрал руки вверх и заорал:

— Сдаюсь!

В ответ на это прямо в голову ему прилетел подарок от космопеха в виде стального шарика. Воин опустил оружие и осмотрел ангар. Он безошибочно направился к истребителю ибо это было единственное более-менее надежное укрытие среди обломков и прочего хлама. Лиза поспешила встать ему навстречу. Космопех мигом среагировал на резкое движение девушки, но за мгновение до выстрела задержал палец на спусковом крючке. Он опустил оружие и открыл стекло шлема.

— Больше так не делай. — Пробурчал хриплый голос.

Лиза присмотрелась к десантнику. Обычная внешность для того, кто выращен в инкубаторе. Генетики поработали со структурой человека. Союз искал любую возможность победить в войне. Очень много мелких шрамов на лице, спокойный взгляд, сжатые губы, узкий подбородок, хотя для такого телосложения он должен быть как лопата. Лиза видела многих космопехов и этот не сильно отличался от остальных. Она повесила пистолет-пулемет себе за спину в специальное крепление и в приказном тоне сказала:

— Выведи меня отсюда.

— А ты что, принцесса, чтобы мне приказывать? — неожиданно грубовато спросил космопех и усмехнулся. Губы растянулись в зверином оскале, не предвещавшем ничего хорошего.

— А… — начала было Лиза.

— Ты забыла сказать пожалуйста. — Иронично сказал космопех. Затем посерьезнел. — Если хочешь выжить — держись у меня в кильватере. И без лишних разговоров. Не отставай.

Он развернулся на месте. Громоздкий скафандр словно вторая кожа повторил все его движения. В этом облачении он был похож на медведя, такой же с виду неуклюжий, но одновременно мощный и грациозный. Лизе ничего не оставалось, как последовать за космопехом — какой бы она не была высокомерной, а дурой ее еще никто не называл. Принадлежность к пилотской профессии накладывала свой отпечаток, заставляя некоторых людей считать себя избранными. Захар не любил таких кадров, предпочитая сразу же пресекать все их попытки командовать им. И этой девчонке он сразу подрезал крылья, а то усядется на шею и будет болтать ногами, пока не замучает окончательно.

Сейчас его путь лежал в капитанскую каюту — она была ближе всех. Корабль изредка встряхивало в агонии — это продолжали бой два оставшихся истребителя. Теперь пилоты, зная что на борту два члена союзной команды, старались выбирать цели, не ведущие к подрыву. Захар продвигался быстро — время поджимало и он не хотел навсегда застрять на этом крейсере. Изредка постреливая, больше работая кулаками, он расчищал себе путь в извилистых коридорах корабля. Противник не строил баррикады, а отсиживался где-то по углам, стараясь меньше попадаться на глаза мощной страшной фигуре космопеха. Следующая за ним по пятам девушка тоже не вызывала сильного восторга у окружающих — производящий парочкой шум отбивал любое желание лезть на рожон.

Захар прошел в жилые отсеки, нашел самую большую и красиво украшенную дверь и, не удержавшись, вышиб ее ударом ноги. Тонкая переборка вылетела внутрь, испытав на себе значительное давление русского ботинка. Захар присел и боком проник внутрь.

Он осмотрелся. Огромная кровать, тумбочки при ней, экран во всю стену, коммуникатор, встроенный шкаф и душ с туалетом — капитан жил как король. Еще бы ему не шиковать — персональный крейсер. Папочка обеспечил всем драгоценного сынка. Захар прошел к зеркалу и отодвинул его в сторону, обнаружив сейф. Он схватился за ручку и выломал дверцу, отшвырнув ее в сторону, заглянув внутрь, вытащил какие-то бумаги и горсть плиток. Пойдет как за моральный ущерб, решил космопех. Все это добро сгрузил в нагрудный ящичек скафандра, развернулся и, не удостоив девушку никаким вниманием, покинул каюту, направившись в сторону рубки.

Когда произошло нападение, капитан спал. Он видел сладкие сны о Земле, как возвращается обратно с медалями на груди и в красивой форме. Местные девчонки визжат от радости при виде такого красавца в форме, да еще и при таком звании. Они вешаются ему на шею, шепчут слова о любви, клянутся в верности и дерутся между собой за звание королевы его бала. Он, весь такой нарядный, приезжает домой и отец-адмирал кладет руку ему на плечо и говорит: "Я горжусь тобой, сын". От такой гордости за себя любимого командира крейсера так расперло, что он даже проснулся. Полежал в роскошной кровати, глядя в потолок, закинув руки за голову.

Прозвучал вызов. Так неохота было вставать, но проигнорировать тоже было нельзя — вдруг что-то важное. Он же все же командир этого судна, пусть и сломанного. Вдруг это папочка-адмирал звонит по выделенному каналу справиться о текущих делах своего сына? Как не ответить заботливому отцу.

Но все оказалось иначе. Радары засекли вражеские корабли тогда, когда те уже были готовы к атаке. Пока капитан продирал глаза и вылезал из кровати, чтобы одеться в форму, судно тряхнуло пару раз. За ним мигом примчалась охрана. Пришлось срочно идти в рубку и принимать судьбоносные решения для спасения корабля.

Там уже вовсю распоряжался старпом. Он орал что-то на механиков, приказывал артиллеристам и гонял операторов по всему командному залу, заставляя выводить на экран план сражения.

— Их всего трое, что вы за растяпы такие, не можете прихлопнуть трех мошек?! — орал, брызгая слюной старпом.

— Они слишком шустрые и маленькие для наших пушек. — Оправдывались с орудийного поста.

— Немедленно активируйте лазерные батареи. Где главный артиллерист?

— Я здесь, господин старший помощник.

— Стреляйте импульсами, нечего заряд попусту жечь. Активируйте компьютерное наведение.

— Уже сделано.

— Что с телеметрией целей?

— Даем картинку.

— Взрыв в кормовом отсеке над силовой установкой!

— Что там такое?

— Камеры не видят картинку, все задымлено, сработали аварийные переборки.

— Найдите мне ближайшие из тех, что работают.

— Есть, сэр!

— Есть картинка. Это космопехота!

— Где?

— Вот он, сэр. Движется по направлению к главной лазерной батарее.

— Немедленно организуйте баррикаду. Смотрите, где остальные его дружки.

— Он один, сэр! Взрыв был только один и зафиксировано одно проникновение.

— Нам и одного по уши хватит. Организуйте защиту батареи. Отправьте туда вооруженные команды.

— Есть сэр! Распоряжения отданы.

Капитан смотрел, как космопех в скафандре расправляется с его экипажем играючи. Он расстреливал людей из невообразимых размеров пушки как в тире. Казалось, эта его кровавая вакханалия никогда не закончится. Словно дровосек Пол Баньян он прошел по коридорам корабля, скашивая всех, кто вставал у него на пути. Баррикаду он смел в считанные минуты, уничтожил компьютер главной батареи и отправился дальше.

— Есть проникновение, сэр! — доложил оператор.

— Где?

— Грузовой ангар. Истребитель русских потерпел крушение.

— Захватите пилота. Нам надо узнать, откуда они взялись. Может быть сражение у Плутона было отвлекающим маневром. — Старпом уже рассуждал вслух.

— Есть сэр! Ближайшая группа уже отправлена.

— Почему до сих пор нет связи со штабом?

— Русские глушат нас на всех частотах.

— Я что-то не вижу кораблей радиоэлектронной борьбы.

— Источник сигнала где-то рядом. — Доложил оператор. — Возможно, истребители сбросили какое-то устройство, которое прилепилось к нашему корпусу и использует его как огромную антенну.

— Ну так найдите это устройство!

— Уже сэр.

— Сэр! Группе в ангаре не удалось взять пилота живым.

— Он перебил их всех?

— Нет, это сделал космопех.

— Черт! А он откуда там взялся?

— Очевидно, ему передали по рации о том, что одного из них сбили.

— Они еще успевают ему сообщать цели. — Старпом хлопнул кулаком о раскрытую ладонь. — Факинговые русские.

— Сэр, космопех направляется к капитанской каюте.

— Остановите его немедленно! — возопил командир крейсера.

Все недоуменно посмотрели на него и в рубке временно наступило затишье. Капитан похолодел. Русские оказались довольно умны. В его сейфе только технические документы, относящиеся к несекретным узлам корабля. Более ценные бумажки лежат здесь, в рубке. Командир приблизился к сейфу и встал рядом. Так ему стало поспокойней. Диспетчеры с операторами продолжили свою работу под руководством старпома.

— Космопех направляется сюда. — Доложил один из них.

— Немедленно организуйте оборону! — крикнул старпом. — Охрана, стройте баррикаду. Вы двое — заварите дверь. Никто не должен сюда войти. НИКТО! Вы меня поняли?

— Так точно, сэр!

Солдаты принялись за дело. Старпом подошел к оружейному шкафчику и взял свой автомат, прицепил на пояс пистолет и кинул в карман пару гранат. Он знал, что такое русский космический пехотинец не понаслышке. Эти громилы могли разнести крейсер на кусочки и даже один из них представлял серьезную угрозу. Как нехорошо получилось, что его назначили возиться с этим сопливым уродом, который гордо именовал себя капитаном. Будь у него его старый хорошо слаженный и обученный экипаж, этого бы не случилось. Все-таки кадры решали все. А в последнее время республика бросала в бой совершенно необученных мальчишек, давя противника массовостью, а не побеждая умением. Это было не лучшей тактикой, но все же она приносила плоды, даже пусть и русские пошли на такой шаг, как разведение солдат в инкубаторах и клонирование. Им серьезно не хватало живой силы, не хватало ресурсов, не хватало ничего. Вот только сила воли к победе перехлестывала через край и даже самая слабая девчонка могла зубами и ногтями грызть и царапать противника, что уж тут говорить об обученном космопехе? Старпом не ждал от него жалости. Скорее наоборот, он готовился дорого продать свою жизнь, чтобы не умереть с позором, стоя на коленях как наверняка это сделает адмиральский сынок. Старпом с ненавистью посмотрел на непосредственного командира. Вот же урод! И как я его терплю? Надо было еще тогда наплевать на привилегии и отказаться от этой должности. Так нет же, на спокойное местечко потянуло. Расслабился я и теперь получаю за все по заслугам.

Старпом проверил магазин и приник к прицелу. Он засел за баррикадой сразу же возле двери, которую споро соорудили из ненужных теперь шкафов и оборудования солдаты. Он готовился дать последний бой.

— Сэр! — крикнул оператор. — Связь восстановилась, сэр!

— Немедленно вызывай штаб и посылай сигнал бедствия. Глядишь и продержимся. — В глазах у старпома появилась надежда. Но ей не суждено было сбыться.

Огромный взрыв разметал дверь и часть баррикады. Контуженные в тесном помещении солдаты попадали на пол, старпом попытался встать, но его прошила очередь из дыма и он завалился на спину. Операторы попрятались под столы и стулья, кто из солдат оклемался, пытался вести огонь, но это не помогало — выстрелы из дымного облака четко находили свои цели. Командир, который пострадал меньше всех, не попадая пальцами в кнопки, взывал к адмиралу.

Захар перебил всех кто был в его поле зрения и вошел внутрь. Он видел командира, но не спешил с ним расправиться. Поглядывая по сторонам, он подошел поближе, попутно пристрелив парочку храбрых операторов. Девушка-пилот следовала за ним.

— Папа, папа, вытащи меня отсюда! — взывал к невидимому собеседнику адмиральский сынок.

Тот ему что-то отвечал. Захар подошел вплотную и видел, как у седого собеседника на экране расширились зрачки, когда тот увидел фигуру космопеха, возвышающуюся за спиной его сына. Захар положил правую ладонь на голову отпрыска и сдавил ее, выжав мозги, как сок из лимона. Глаза старика на экране расширились от ужаса смерти и осознания необратимого. Потом они ожесточились и он четко произнес в экран.

— Я найду тебя и убью!

Захар не стал дожидаться последующей истерики и угроз, а просто взмахнул кулаком, разбивая дисплей вдребезги. Он повернулся к сейфу, который виднелся в нише, выломал дверцу, также как сделал это в капитанской каюте и добыл бумаги. Лежавшее оружие он не тронул — оно ему и не было нужно. Бегло взглянув на гриф топ секрет, он кивнул сам себе и повернулся к девушке.

— Уходим.

Мобильная база

Где-то возле орбиты Нептуна, в двадцати миллионах километрах от планеты.

Буксир мчался на всех парах к точке встречи с остатками союзного флота. По данным пилотов с позывными Крокодил и Боцман, силы сопротивления состояли из двух рейдеров, одного авианосца и одной рембазы, представляющей собой мобильный док для полноценного ремонта. Рембаза была одной из первых в своем классе и проходила постоянную модернизацию, а ее экипаж состоял из опытнейших специалистов, терять которых капитан базы не хотел и поэтому командование постоянно выслушивало его жалобы на ходящих под ним подчиненных. Капитан считал, что постоянное нытье на несоответствующий должности экипаж вынудит не переводить таких олухов и раздолбаев, служивших на рембазе, хотя она и числилась в списках самой передовой по качеству обслуживания. Как такое можно было совмещать командование не понимало и присылало "письма счастья" капитану, который рвал их в клочья и продолжал свою игру в непонимание.

Все три боевых корабля были в составе третьего флота и несли пограничное дежурство, когда состоялось сражение у Плутона. Капитанам пришел приказ затаиться и по возможности сохранить боеспособность, а также вести разведку на территории противника любыми средствами. Диверсии и одиночные нападения также не исключались. Наоборот, они поощрялись, так как противник будет вынужден распылить свои силы. Также в послании недвусмысленно указывалось, что они не одни во вражеском пространстве. Капитан рейдера нашел мобильную рембазу по их воплям в эфире. Бравых ремонтников зажали два республиканских крейсера и решили не тратить снаряды попусту, а просто захватить безоружных людей. Но орешек оказался не по зубам — ремонтники воспользовались подручными предметами, да и экипированы они были в экзоскелеты гражданского образца, оборудованные сварочно-режущими инструментами. Поэтому вражеский десант был неприятно удивлен такому обороту событий, когда зажатые в угол люди бесстрашно бросаются на автоматы. А еще неприятнее удивлены были командиры крейсеров, когда откуда ни возьмись на их экранах радаров появился рейдер, парой залпов разрушивший двигательные установки, а подоспевший авианосец с несколькими звеньями перехватчиков раздербанили корабли в клочья. С авианосца на помощь ремонтникам пошла комическая пехота, горевшая яростью. Противник поспешил сдаться в надежде на помилование, да только в планы командира авианосца не входило кормить пленных. Пришлось всех отправить на Землю пешком. Жестоко, но ничего не поделаешь — война.

Виктор подцепил два оставшихся истребителя захватами, предназначенными для крепления контейнеров. Те подошли как влитые. Все-таки унификация — хорошая вещь. Захар поднялся на борт с документацией и спасенным пилотом, который оказался девушкой. Виктор уже давно не удивлялся нахождению женщин в составе союзного флота — человеческих ресурсов катастрофически не хватало также как и материальных.

Пилот задал курс и все собрались в кают-компании, являющейся и столовой и камбузом одновременно. Могучий Захар в неизменной майке зеленого цвета, демонстрирующей его бицепсы, расположился поближе к плите. Владимир прихлебывал свежезаваренный чай и стоял, прислонившись к столику. Мария села по правую руку от Захара, рядом с чашками и плошками. Сам Виктор расположился во главе стола, а гости по краям — пилоты мужской части по правую руку от него и по левую от Захара, а спасенная девушка-пилот устроилась рядом с Машей. Виктор полистал принесенные документы, захлопнул папку и пробарабанил пальцами по столу.

— Чего барабанишь? — спросил Володя. — Чаю хочешь? — показал он кружкой.

Виктор отрицательно мотнул головой. Захар задумчиво тянул кофе, пилоты молчали.

— Данные, конечно, не секретные, технической документации среди них нет. — Начал Виктор. — Но кое-что настораживает.

— Что именно? — спросил один из пилотов, Геннадий.

— Все ремонтные работы по вооружению и силовым установкам проводить только на режимных секретных объектах.

— То есть? — не понял Николай.

— То есть в папках указаны координаты и коды связи с теми, кто будет ремонтировать республиканские корабли. — Пояснил Захар. — Это более чем странно, ведь у них же есть такие же космические ремонтные базы как и у нас, а провести мелкий ремонт в космосе можно и собственными силами, зачем для этого гнать целый линкор или крейсер на другой край системы?

— Абсурд какой-то получается. — Буркнула под нос Мария.

— Вот и я говорю — маразм. — Подтвердил Захар. — Но есть у меня одно мнение…

— Чего замолчал? — спросил механик. — Говори, не томи.

— Помнишь, что болтали те двое техников в баре?

— Техник с пилотом, если быть точным.

— Ну да, собственно, какая разница кто из них кто, да и дело не в этом.

— А в чем?

— Не перебивай. — Захар собрался с мыслью. — Так вот, они говорили, что доступа к аппаратуре у них нет и какова теория фазовых двигателей они сами не знают.

— Ну, техникам это и не обязательно. — Сказал Николай.

— Как это не обязательно! — вскинулся Володя. — Если я не буду знать основ теоретической физики и принципа работы двигателя внутреннего сгорания, то грош мне цена, как ремонтнику. Необходимо понять, на каких принципах работает механизм, чтобы выяснить, что с ним не так и где поломка. А если будешь работать методом тыка — это заменить, да это подкрутить, то далеко не улетишь. Неделю возиться будешь, прежде чем что-то заработает.

— Согласен. — Не стал спорить Николай и в знак примирения поднял ладони вверх.

— То есть ты говоришь. — Наставил палец на Захара Геннадий. — Что республиканцы сами не знают на чем летают?

— Именно! — воскликнул космопех.

— Возможно, ничего странного в этом нет. — Задумчиво сказал Виктор. — Может быть так они страхуются от раскрытия нами их секретов. Мы же снабжаем свои генераторы силового поля самоликвидаторами.

— Нет, здесь что-то другое. — Захар, как и Виктор, постучал пальцами по столу. Он подпер левой рукой подбородок. — Если бы они не хотели, чтобы их секреты попали к нам в руки, то не стали бы скрывать их от своих же техников.

— А если мы захватим их в плен?

— Ну и что? Каждый из них может знать только ту часть, с которой он непосредственно взаимодействует. Как у нас. И не надо для этого закрывать оборудование непроницаемыми для сканеров и оружия коробами.

— Не понял. — Сказал Виктор.

— Когда я пошел за ней. — Захар указал пальцем на Лизу. — То я не поленился и заглянул в моторный отсек, благо грузовой ангар рядом. Вместо привычной картины двигателей я увидел два огромных короба, которые стояли посередине, причем никаких выводных сопел или дюз не было — просто посреди помещения два железных ящика. Обслуживающий персонал контролировал только показания приборов, а так как они не функционировали, то и делать им там было нечего. Я попытался просканировать их, чтобы посмотреть, что внутри — безрезультатно. Тогда я шарахнул гранатой. На металле не осталось и следа, а в помещении немедленно взвыла тревога и голос компьютера заявил, что произошла попытка проникновения в секретную материальную часть и сейчас преступник, то есть я, будет изолирован. Я еле успел выскочить из помещения — шлюзовые переборки закрылись и они оказались из того же металла, что и короба. Интересно, правда?

— Не то слово. — Виктор покачал головой. — Что же ты раньше не рассказал?

— Да решил пока не рассказывать, а то вдруг еще не поверите.

— После того, что я тут прочитал, не поверить будет сложно. Надо немедленно передать эти материалы главнокомандующему. У вас есть связь со штабом?

— Нет. — Геннадий покачал головой. — Когда пришло распоряжение, то в нем было сказано, что с нами свяжутся. — Он помолчал. — В скором времени.

— Наверное, у них какие-нибудь трудности. — Сказала Маша.

— Может быть. — Пожал плечами Геннадий. — В любом случае мы здесь одни и самый старший среди нас — командир авианосца капитан первого ранга Обручев Петр Евгеньевич. Свои соображение и выкладки, а также документы необходимо доложить ему.

— Согласен. — Хлопнул ладонью по столу Виктор. — У начальства голова большая, пускай решает. — Он посмотрел на Машу. — Кто, как, а я проголодался. Что у нас сегодня на обед?

На радарах авианосная группа появилась давно и Виктор уже связался с капитаном. Возвращение пусть и поредевшего, но живого патруля обрадовали бывалого ветерана, а сообщение о наличии технической документации на силовые установки врага так вообще привели в восторг. Петр Евгеньевич выразил глубочайшее желание поскорее увидеть храбрый экипаж буксира и принять его у себя как полагается. Виктор не сомневался, что маринадов и солении будет немного, но от стаканчика-другого крепкого винца он бы не отказался. Также как и другие члены экипажа.

Буксир отцепил оба истребителя и машины скрылись в чреве авианосца. Поодаль от него висели в пустоте, а на самом деле дрейфовали по невидимой орбите два разведывательных рейдера небольших размеров, а рембаза, представляющая собой вытянутый в длину тор и поставленный на ребро, находилась как раз по центру. Остальные корабли образовывали вершины треугольника, прикрывая свое драгоценное имущество — ремонтную верфь.

Буксир вполз в открывшийся шлюз дока. Стыковочные захваты зафиксировали тело корабля, заключив его в крепкие стальные объятия. Пневматическая система стравила лишнее давление. Шипение и вырывающийся наружу через клапан воздух наполнили помещение. В ангаре уже поджидали экипаж встречающие в лице капитана авианосца, его старшего помощника и других подчиненных. Виктор опустил аппарель и первым спустился на палубу авианосца. За ним последовали остальные.

— Капитан первого ранга Обручев Петр Евгеньевич. — Представился крепко сбитый мужчина с сединой на висках и небольшим шрамом над левой бровью. Одетый в форму, он внимательными глазами из-под фуражки смотрел на прибывших. В глазах не было настороженности, наоборот — пристальное изучение возможностей кандидатов в его экипаж. Виктор вполне был согласен послужить под его началом. — Это мой старший помощник Дементьев Юрий Николаевич.

Мужчина лет сорока в чине капитана 2-ого ранга кивнул головой. Был он худощав, среднего роста и с длинными руками, которые завел за спину. Рядом с ним слева торчал крепыш, похоже командир десантного подразделения. И точно, следующим капитан авианосца представил его. Майор Дмитрий Олегович Панкратов не был выведен в пробирке, как Захар и другие его подчиненные. Он был стопроцентным человеком, который просто хорошо выполнял свою работу. Представление остальных состоялось позднее, да и Виктор их все равно не запомнил. Он в ответ представил свой набранный волею судьбы экипаж и предложил уже пройти на мостик, чтобы ознакомиться с добытой у врага документацией.

Изучив представленные документы, Обручев постучал пальцами по столу-дисплею, на котором отображалась их диспозиция и положение кораблей относительно Солнца в системе. Даже планеты медленно крутились — компьютерная модель системы была добротно сделана. Виктор бросил быстрый взгляд на карту, чтобы определить местоположение диверсионного флота. А то, что именно так его придется теперь называть, он не сомневался. Капитан не на шутку задумался, потирая чисто выбритый подбородок.

— Заявиться по этим координатам, значит обнаружить себя. — Наконец изрек он. — Мы и так в последнее время только и делали, что убегали и прятались от флотов противника, которые вот уже вторую неделю прочесывают орбиты внешних планет. И ваше появление очень кстати. — Капитан направил палец на Виктора. — Используя этот торговый кораблик, вы можете вести разведку там, где наши истребители слишком заметны.

— Это верно, товарищ капитан первого ранга. — Ответил Виктор.

— Давайте обойдемся без званий. — Обручев поднял ладони вверх. — Будь мы в составе флота, я бы, конечно, попросил соблюдать субординацию, но в нынешних условиях, я вынужден идти на некоторые послабления для экипажа. Ну, а к вам это тем более относится — вы же не входите в него.

— Петр Евгеньевич. — Сказал Виктор. — Разрешите служить под вашим началом и получить разведистребитель.

— Нет, нет. — Замахал руками капитан. — Вы нужны мне на своем корабле. Тем более у вас будет полная широта действия и ненаказуемая инициатива, которую вы можете эффективно использовать, будучи не связаны уставом и приказами. У вас более выгодные позиции в плане разведки. Тем более действия вашего экипажа заслуживают отдельной похвалы.

— Это все навыки нашего космопеха — Захара. — Виктор показал рукой на десантника.

— В каком подразделении служили, солдат? — спросил Панкратов. Он уже давно оценивающе смотрел на Захара.

— Старшина в отряде "Дикие Вепри", позывной "Секач".

— Хммм. — Протянул крепыш Панкратов. — Наслышан, наслышан о вашем отряде. А где же остальные?

— Погибли, товарищ майор. — Захар стоял прямо, заложив руки за спину. — Прямо в кубрике, где располагались. Когда республиканский флот шваркнул единым залпом по военной орбитальной станции, что мы захватили у них в первые дни битвы у Плутона. Они были героями, но погибли напрасно, так и не отомстив врагу.

— Как же ты выжил?

— Я стоял в карауле, в переходе, когда произошел удар. Начал пробиваться к своим, пока меня не подранило. Меня вытащил он. — Захар кивнул на Виктора.

— А вы как там оказались? — спросил капитан авианосца.

— Я был подбит и сел где придется. Потом уловил сработавший аварийный датчик скафандра Захара и пошел к нему. Так и встретились.

— Понятно. — Протянул Панкратов. — Жалко ребятишек.

— Я так понимаю, товарищ майор, что мне тоже не светит поучаствовать в захвате в составе группы? — спросил Захар.

— А ты, я смотрю, соображаешь. — Панкратов удивленно качнул головой. — Обычно ваш брат не способен на проявление инициативы.

— Это, наверное, последние партии. — Спокойно ответил Захар. Он не переживал о своем не вполне человеческом происхождении. — Разрешите вопрос, какие подразделения космической пехоты находятся под вашим командованием?

— Разведбат "Боевые коты", группа "Белые медведи" и трое "Зубров", которых ребята капитана Обручева сняли с какой-то подбитой вражеской посудины. Один, правда, в неадеквате, но не бросать же парня.

Ого, подумал про себя Захар. "Боевые коты" — элитное подразделение разведки, оснащенное легкими и прочными экзоскелетами, в котором служат обычные люди и даже несколько женщин. Гибкие, крепкие и выносливые, они передвигаются тихо и наносят удар из-за угла. Мастера маскировки и скрытого перемещения, идеальные убийцы. "Белые медведи", также как и "Дикие вепри" — штурмовые группы, основная задача которых это оттянуть на себя основные силы противника, завязать затяжной бой и сильным ударом пробить его оборону. Генетически модифицированные солдаты. От настоящих людей отличаются мало, единственный недостаток — бесплодие. А "Зубры" — это тяжелая пехота и артиллерия в одном флаконе. По сути это ходячие танки, по мощности брони и вооружения сопоставимые с такими же машинами, что были в двадцатом веке. Только внутри сидит не человек, а его нецелая часть. Эти войска комплектуются сплошь из инвалидов-космопехов. Несмотря на достижения генной инженерии, выращивать новые руки и ноги союзные ученые так и не научились. Десантника, потерявшего руку или ногу, а может и обе конечности, закрепляют внутри такой машины, из которой уже не выбраться. Открыть забрало шлема и посмотреть на остальных он может, а вот выйти — никогда. Сплав человека и кибернетики. Чтобы не делать новую ногу или руку, ученые делают сразу целый механизм, который выступает на поле боя как полноценная боевая единица. В "Зубры" идут только по собственному желанию. Некоторые занимают и не боевые должности и никто им на это не пеняет. Да и как можно, если человек пожертвовал своей рукой или ногой, чтобы остальные смогли выполнить поставленную задачу. Захар никогда не встречал во флоте черствых или бездушных людей, которые бы относились к инвалидам, как к бесполезным кускам мяса. В силу сложившихся обстоятельств всем находилась работа.

— Ясно, товарищ майор. — Захар придвинулся к столу. — Тогда разрешите внести предложение.

— Давай. — Панкратову и остальным стало интересно. Только Виктор, уже узнавший космопеха поближе остался спокоен. Его не интересовало, почему инкубаторский человек имеет столь разностороннее развитие и не уступает ничем обычным людям, а в чем-то и превосходит их. Взять хотя бы его поистине нечеловеческую мощь. Виктор за короткое время полета видел, как тренируется Захар. Полностью обесточив экзоскелет, он махал руками и ногами, выполняя като, подпрыгивал и отжимался от пола, а также поднимал тяжести. Пневмосистема работала вхолостую, а чтобы сжать поршень, необходимо большое усилие. Здесь, правда, инженеры создали небольшой секрет для использования экзоскелета без питания — клапаны открывались и весь воздух выходил из приводов скафандра, позволяя человеку передвигаться без труда. Не учитывая веса оборудования, конечно.

— Давайте попробуем скрыто проникнуть на объект, где они ремонтируют силовые установки и произвести диверсию.

— Как же это сделать? — задал простой вопрос капитан Обручев.

— Захватим корабль, который подойдет по этим координатам и на нем проникнем на базу. Используем как Троянского коня.

Панкратов покачал головой.

— Мы даже не знаем, где она находиться. И в документах четко сказано — выйти в указанный куб координат и вызывать на данной частоте с интервалом в две с половиной минуты. Любая задержка или малейшее подозрение — и к нам тут же направиться весь имперский флот.

— Какой флот? — не понял Виктор.

— Вы не знаете? — спросил старпом. — Республика переименована в Солнечную Империю и теперь, направляемая несгибаемой рукой солнцеликого императора Джона Мейера, старается приватизировать частную собственность мегакорпораций.

— То есть уже сейчас началась новая война, получившая статус гражданской? — спросил удивленный Виктор. — Это же абсурд! Идиотское решение!

— И между тем это происходит. — Сказал капитан Обручев. — Наши радисты ловят многочисленные сообщения диспетчеров корпоративных станций, которые уже аннексированы имперским флотом. Он, конечно, еще малочисленен, ведь все строительство происходило на корпоративных верфях. Но император не глуп — он первым делом захватил и перевел в государственную собственность энергетику и строительство кораблей, чтобы новые противники не смогли воспользоваться своими же ресурсами. Скоро соберется корпоративный совет, на котором они будут решать, как жить. Пока еще в руках корпораций находиться производство кислорода, воды, пищи, топлива и солнечной энергии. Так что эти два гиганта могут сыграть на равных.

— А мы сможем извлечь из этого свою выгоду. — Сказал Виктор. — Враг моего врага мой друг. Я думаю, нам необходимо поприсутствовать на их совете.

— Я такого же мнения. — Кивнул головой Обручев. — Корпоративная поддержка нам не помешает. Или наша им. После того, как генштаб нас здесь бросил, выбор у нас невелик.

— Нас не бросили. — Заявил Виктор. — Просто при сложившихся обстоятельствах командование решило сберечь основные силы для последующего реванша.

— Правда? — удивился капитан авианосца. — А у меня сложилось иное мнение. Хотите доказательства?

— Давайте. — Виктор сложил руки на груди.

Обручев начал ходить по мостику, измеряя шагами расстояние от стола до оператора наведения и назад.

— Во-первых, почему раньше мы не действовали меньшими силами, производя диверсии и ведя партизанскую войну против многочисленного противника? Это напрашивалось по логике событий и вы сами наверняка задавали себе такой же вопрос. Зачем надо было собирать построенные с таким трудом корабли в единый кулак, чтобы затем, потеряв половину, отступить назад для перегруппировки, тогда как противник гнал нас все дальше и дальше? Почему нельзя было выйти ему в тыл, тогда, когда основные его силы охотились за нами и тоже огромной стаей носились по системе? И ведь у нас нет преимущества в скорости и вооружении, чтобы атаковать, и республиканцы знали это, но играли с нами как кошка с мышью, оттягивая расправу. Разве нет?

Виктор нехотя кивнул головой. Капитан удовлетворенно хмыкнул.

— Продолжаю. — Переведя дух, начал он. — Какой им смысл был оттягивать наш конец, если они могли разом покончить с нами? Я не знаю всего их плана, но предполагаю, что наше, так называемое верховное командование во главе с сиятельным главнокомандующим просто поделилось с ними нашими разработками, чтобы можно было благополучно сбежать. Война — двигатель прогресса.

— Они же изобрели ноль-переход. — Тихо сказал Виктор.

Обручев махнул рукой.

— О чем вы говорите! Какой ноль-переход, если мы уступаем им кораблям в скорости на четверть. То что вы видели — это испытание маскировочных полей с применением форсажной камеры.

— То есть? — не понял Виктор.

— Силовое поле может скрывать объект от глаз, если сфокусировано определенным образом и направленно прямо к наблюдателю. Надо спросить у нашего главного техника, что за эффект такой. Его случайно заметили и разработки вели в строжайшей секретности, пока наверняка не продали республиканцам.

— Почему вы так думаете, что командование торговало секретами?

— Я не думаю, я уверен. — С этими словами Обручев подошел к экрану дисплея и, выбрав из меню нужную запись, нажал кнопку.

На экране возник космодесантник, но двигался он неуклюже, так, будто никогда не носил экзоскелета. Вот в него попала ракета, но он только шмякнулся на задницу, никаких повреждений Виктор не заметил. Пока он вставал, тот, с кого велась запись, подошел ближе и ударом огромной руки отбросил десантника к стене. Тот сполз по ней, а затем огромные пальцы скафандра сомкнулись на его шлеме и сорвали его. Силовое поле защищало от кинетического оружия и осколков, а вот от близкого контакта оно было бессильно. Штурмовик ударом кулака пробил череп вражескому десантнику и пошел дальше, круша все направо и налево.

— Эта съемка велась одним из "Медведей". Они столкнулись с серьезным сопротивлением на борту военного научного судна. И то, что вы видели это…

— Точная копия первых штурмовых экзоскелетов. — Закончил за капитана Захар. Тот неодобрительно покосился на выскочку, но ничего не сказал. В наступивших обстоятельствах командир стал чаще прислушиваться к мнению подчиненных, пусть и не своих. — Комплект вооружения располагается не так как на наших, но опорный механизм и гироскоп стабилизатора находится там же, где и должен быть. К тому же они добавили генератор силового поля, которого у них отродясь не бывало и это уже настораживает. При их численности войск они нас шапками закидают. И привод у них не пневматический, а гидравлический, видите, как он тяжело двигается. Воздух быстрее масла заполняет цилиндры, хотя и не имеет такой большой силы сжатия. И ему не нужен постоянно работающий насос. В этом наше преимущество!

— Именно. — Подтвердил Панкратов. — Поэтому нам надо не отсиживаться, а атаковать!

— Кого? — устало произнес Обручев. — И где? Вы же прекрасно понимаете, что с теми силами, которыми мы располагаем, мы можем только дружески погибнуть, вопя героические песни напоследок, не нанеся сколь-нибудь серьезного урона. Здесь необходимо действовать с умом.

— Наше присутствие на корпоративном совете необходимо. — Твердо сказал Виктор. — Вам надо отправить туда послов.

— Мы бы и сами добрались, да только с горючим у нас дела обстоят неважно. — Капитан покачал головой. — Все равно корабли надо уводить с этих координат, а максимум, до которого мы можем добраться — это орбита Сатурна. Нам как воздух необходимо топливо.

— Вот и договоритесь с корпорацией. Пусть поставляет нам горючее и продукты, а мы уж так и быть, подсобим им в их нелегкой борьбе против имперских захватчиков.

— И еще эта секретная ремонтная база. — Поддакнул Захар.

— Сначала разберемся с первоочередными задачами, а потом будем решать, что делать дальше. — Капитан Обручев устало сел в кресло.

— Нам бы кораблик модернизировать и подремонтировать. — Подал голос молчавший до этого Володя. — Пушки там какие-нибудь ненужные поставить, да и генератор силового поля не помешает.

— Ты хочешь превратить гражданский корабль в крейсер, который каждая имперская собака будет чуять за версту? — спросил у него Виктор.

— Мы все сделаем по умному, иначе грош мне цена как механику. — Улыбнулся Володя и весело подмигнул.

Капитан Обручев задумчиво потер подбородок. Он обдумывал дальнейшие действия. В том, что в нынешнем своем состоянии бывший мусоровоз, а теперь контейнерный тягач сможет долететь хоть до Земли, он не сомневался. Но вот в том, что предложил ему их механик, то весьма и весьма. Превращать гражданское судно в боевой корабль очень не хотелось. Это противоречило всем канонам разведывательной науки. И капитан не мог нарушить ее постулаты.

— Пушки, конечно, мы вам не поставим, но вот в остальном — можно что-нибудь придумать. — Петр Евгеньевич махнул рукой. — Идите к главному технику Сидорову, он находится на взлетной палубе. Скажете от меня, сейчас я передам приказ. Может быть сообразите там чего-нибудь на двоих.

— Только соображайте недолго и не до дна. — Подколол механика Захар. Володя показал космопеху кулак и вышел из рубки.

— Так, теперь давайте решать первоочередные задачи. — Капитан обратился к пилоту и десантнику. Маша осталась на корабле, предупредив, однако, что собирается зайти в лазарет за пополнением лекарств, а то в шкафчике только зеленка с йодом, да пара бинтов и кусок ваты. — Необходимо добыть как можно больше топлива для наших дизелей. Запасы на исходе, а у вас все-таки контейнеровоз. Деньги мы вам дадим, это не проблема, главное — найдите торговца.

— Разрешите определиться по карте. — Сказал Виктор и подошел к дисплею, не дожидаясь, когда капитан разрешит. Он взглянул одним глазом. Карта давно не обновлялась, но у Виктора была феноменальная память и он знал, что где-то возле орбиты Урана находится заправочная станция компании "ЕР". Восточный Петролеум или в простонародье — Епи. Одна из самых дальних точек для заправки, но ее уникальность была в том, что рядом располагался построенный ей же Завод Рапсового Масла из которого и делали топливо. Далеко летать не надо — сырье растет под лампами дневного света, а энергию дают сами же дизеля, которые и работают на производимом ими топливе. Удобно. А излишек можно реализовать. — Вот в этом районе находится заправочная станция. Наш авианосец "Томский" в составе третьего флота там однажды заправлялся. Станция довольно далеко от орбиты планеты и патрулей республиканских там нет — они считают, там вообще ничего нет. Но место довольно опасное — рядом база корпоративных пиратов и они там частенько промышляют. И станция эта в общем-то для них и построена. Но нам-то какая разница?

— Действительно, никакой. — Сказал старпом Дементьев. — Какая разница, кто отстрелит тебе башку — республиканцы или пираты.

— Так ведь мы туда не одни пойдем. — Сказал Виктор. — Можно переоборудовать наш грузовой отсек так, чтобы туда помещался небольшой истребитель типа "Нагайки" или "Клопа". Отдельный шлюз. Пилота с ним, а в команду нам добавить еще пару ребят из штурмового батальона.

— Лучше парней из "Боевых Котов". — Вставил Захар. — Они все-таки разведчики, а на абордаж мы идти не собираемся, для собственной защиты нам и их поддержки хватит.

— Согласен. — Кивнул Панкратов.

— Только дайте нам, пожалуйста, уже сработавшуюся тройку. — Попросил Захар. — А то если были потери, то оставшиеся могут первое время не понимать новых напарников.

— Посмотрим. — Панкратов задумался. — Может, вам еще и "Зубра" дать?

— Куда нам такую махину. — Удивился Виктор.

— Да есть тут один. — Панкратов рукой махнул. — Ни с кем никак сработаться не может, да и клинит его постоянно.

— Это вы нам такой подарок сделать хотите? — спросил напряженно Виктор.

— В команде он все равно работать не сможет — только если поставишь одну цель, после чего надо вновь определять задачу.

— Это что за кадр такой? — спросил Захар.

— Поврежденный "Зубр", позывной "Молот". — Сказал Дементьев. — Мы его с вражеской посудины сняли. Он практически в одиночку боевой рейдер с опытным экипажем разобрал на запчасти. Но и его продырявили в нескольких местах. Наши медики поковырялись с ним, но только руками развели — тут нужен редкий для наших краев медик-кибердиагност. Таких у нас нет.

У Захара созрела мысль. Он вспомнил, как Маша спрашивала у него, нет ли в экипаже людей с имплантированными конечностями. И если есть, но необходимого оборудования для работы с ними у нее нет и она сразу предупреждает, что помочь им будет проблематично. Захар сразу смекнул, что к чему, а раз флотские врачи не разбираются в кибертканях, то и пусть дальше остаются в неведении. А нам тяжелая артиллерия не помешает.

— Мы его забираем. Пойдет как поддержка при захвате судна. Его же можно поставить в коридоре на охрану периметра?

— Вполне. — Кивнул Панкратов. — Думаю, с этим он отлично справиться.

— Вот и ладушки. — Хлопнул ладошами Обручев. — Скомплектуйте экипаж, отдохните немного, подремонтируйте корабль и можете отправляться.

— Есть, товарищ капитан первого ранга! — гаркнули в унисон две глотки.

В осаде

В пятистах тысячах километрах от орбиты Урана, Рапсовая ферма "Епи. Агрохолдинг"

"МАЗ" подлетал к орбитальной станции. С диспетчером уже установили связь и тот дал добро на посадку, сообщив, что все нужные экипажу товары они могут найти в торговом зале и заключить сделку с любым из официальных бартерменов. Виктор поблагодарил за предоставленную информацию и приготовился к стыковке — посадочных доков у станции не было — только причальные штанги, которые словно иглы у дикобраза торчали в разные стороны из тела конструкции. Сама же заправочная станция была связана конвейером с рапсовой фермой, где выращивали производное топлива. Если заправка напоминала морского ежа, то ферма — раскатанный блин, с двух сторон прикрытый тарелками уровней гидропоники. Обитатели фермы и заправки зависели друг от друга.

Виктор подработал маневровым и уровнял скорость со скоростью вращения станции. Бортовой компьютер захватил причальную штангу и держал ее в прицеле камеры, давая пилоту необходимые корректировки. Виктор начал сближение со станцией. Штанга дернулась ему навстречу и медленно поползла. Магнитные захваты, как пальцы, выдвинулись из ниш, в которых прятались и притянули кораблик. Корпус "МАЗа" дернулся. Из кают-кампании послышались негодующие вопли, но сразу же стихли. Видимо там сообразили, что произошла стыковка. Виктор встал с кресла и кивнул сидевшей на месте второго пилота Лизе.

— Я на станцию. Приглядывай за радаром.

Та просто кивнула, активируя систему слежения. Ее отключили, чтобы диспетчер, когда проводил запрос, не обнаружил нелегальное оборудование на борту корабля, которого здесь было навалом. Береженого Бог бережет.

Лизу на бывший мусоровоз определил капитан Обручев. Она осталась без истребителя, напарники-пилоты пока полетали бы и без нее, просто слоняться по авианосцу было скучно, а когда ее вызвал капитан и предложил войти в этот странный экипаж в качестве истребителя прикрытия, пусть и на маленькой машине "Комар" — разведывательном боте, вооруженном одной-единственной твердотельной тридцатимиллиметровой пушкой и подвесом из десятка ракет, то она сразу согласилась. Слишком уж хотелось обратно в космос. А сидеть на авианосце и ждать у моря погоды, когда их найдут республиканские войска и все пилоты, оставшиеся без машин, полетят в космос своим ходом, что-то совсем не хотелось. Да и экипаж уже чуть-чуть, но был знакомым. Так она и попала сюда.

Лиза нисколько не переживала, что ей дали такую маленькую машинку. Дареному коню в зубы не смотрят, а это конь был порезвее некоторых. Скорость даже превышала некоторые республиканские машины и это благодаря силовой установке, полностью переработанной и двойному ионному пропеллеру, конструкция лопастей которого была как у вертолета, одна за другой, создавая дополнительную тягу и толкая машину вперед. Сам винт, понятно, располагался позади и толкал машину вперед. Небольшие крылья по краям загнутого вниз корпуса, отчего нос кораблика напоминал комариный хобот, имели навесы для ракет, а пушка находилась сверху и имела небольшой угол вращения, что позволяло пилоту ловить в прицел больше целей, а не маневрировать, чтобы выйти точно на врага. Компьютерная система синхронизировала действия пилота, позволяя тому не отрываться от пилотирования, наводя пушку автоматически на цель если она попадал в зону действия ее сенсоров. Как только компьютер давал добро — пилот жал на кнопку спуска и либо ракета догоняла противника, либо его корпус перечеркивала очередь из пушки. Все в руках пилота. Лизе сразу же понравилась эта маленькая машинка, к тому же на борту авианосца она была одна. Новая разработка еще не успела массово попасть в войска. Поэтому бывалые пилоты ее сторонились, предпочитая уже знакомые "Кнуты", "Бичи" и "Хлысты". Лиза решила не поддаваться всеобщей подозрительности и взяла разведчика в оборот, спалив два бака горючего, отчего Захар сделал ей выговор, но она не обращала внимание на космопеха, предпочитая слушаться более старшего по званию Виктора, который, что ее удивляло, относился к Захару, как к равному. Стоило признать, что инкубаторский десантник мыслил нестандартно и вел себя так естественно, что уже быстро забывалось, что ему не тридцать, как на вид, а всего лишь пять лет. Люди из пробирок рождались уже полностью выросшими. Если быть точным, это были модифицированные клоны настоящих носителей генного материала. Иначе так быстро вылепить нового человека еще никому не удавалось. Инженеры попытались поиграть в Бога, но дотянуться до возможностей создателя они не то что не могли, а и вовсе топтались где-то у подножия той горы, что ведет к таинственным знаниям первоисточников человеческой природы.

Виктор спустился по лестнице, прошел мимо кают-кампании, где заседала команда десантников. Захар во главе стола и трое "Боевых Котов" с позывными "Черный", "Серый" и "Рыжий". Разведчики на вид были не такими уж гигантами по сравнению с космопехом. Обычные люди, пускай довольно гармонично развитые в физическом плане, они практически не отличались и от самого Виктора, хотя пилот знал, что каждый из них представляет собой значительную угрозу. Послужной список у каждого был страниц на десять, а количество проведенных операций и вовсе зашкаливало.

Десантники что-то живо обсуждали, Захар размахивал руками, войдя в раж. Рядом с каждым стояла тарелка с сухариками и небольшая кружка кваса — пиво и любое другое спиртное Виктор на корабле категорически не терпел, о чем и предупредил сразу всех. Никто не стал спорить, потому что люди подобрались сознательные и прекрасно понимали в каких условиях они сейчас находятся, к тому же любителей и профессионалов этого дела среди них не водилось. Пилот был спокоен за экипаж.

Марии на камбузе не было, наверняка возиться со своим пациентом, подумал Виктор, выходя в шлюз, расположенный на этом же уровень. Нужды спускаться в грузовой отсек не было, он и так знал, что там происходит.

Маша была в кают-кампании, когда к ней заглянул загадочный Захар и, весело подмигнув, намекнул ей о появлении на борту пациента по ее профилю. На что девушка ответила, что милости просит его в лазарет, но космопех, продолжая улыбаться, ответил, что если гора не идет к Магомеду, то тому стоит пошевелиться, чтобы прийти к ней. И исчез в моторном отсеке, где Володя настраивал двигатели. Пришлось спуститься в грузовой отсек, чтобы полюбоваться на неведомого больного.

Когда девушка увидела огромный экзоскелет "Зубра", параметрами превосходящего захаровский раза в два, то чуть не лишилась дара речи. Она сразу же поняла, что с ним не так, хотя их главный киберхирург никогда не допускал девчонок до операций, предпочитая, чтобы они занимались рутинной работой по восстановлению подобных пациентов. В практике Маши еще не было ни одного "Зубра", но все когда-нибудь случается в первый раз. Она спустилась вниз и робко подошла к роботизированной громадине.

— Что с вами случилось? — спросила она.

Окошко шлема отползло вверх и на нее глянул измученный левый глаз человека. Вся правая часть лица и подбородок представляли собой мешанину из проводов, жгутов оплетки, металлических конструкций, к которым крепились датчики. Огромный пучок кабелей шел прямо в правую глазницу, часть мозга тоже была опутана электрической паутиной. Единственная по человечески выглядящая левая часть с глазом, лоскутом кожи на скуле и челюсти испытывала такую мучительную боль, что возникало желание прекратить эти издевательства над плотью прямо на месте. Но Маша собрала себя в руки. Полуметаллические губы шевельнулись и "Зубр" тихо произнес:

— Сбой… Системный… Сбой. Не могу…

Что он не мог, было непонятно, поэтому Маша приступила к решительным действиям. Она открыла разъем ручного доступа с платформе, отогнала машину с человеком внутри к стене, уложила на спину и начала колдовать над его повреждениями. Скальпель и другой режущий инструмент, используемый в человеческих операциях ей не пригодился. Она пилила, сращивала, отрезала и паяла схемы, провода, конечности и прочие механические сочленения. Все приходилось делать в первый раз и сейчас она благодарила Бога за то, что не ленилась после дежурств, а иногда и во время их читала от корки до корки учебный материал по кибертканям и имплантам, подкрепленный практическими записями главного корабельного доктора-техника. Ей надо было дать Нобелевскую премию по робототехнике и всего, что касается механики. Когда Михаил очнулся, то почувствовал непередаваемое облегчение за все эти адские три месяца, что он мучился с механизированным организмом. То ли хирург попался хреновый, то ли запчасти были бракованными, но Маша нашла в схемах восемь критических поломок и две из них были неправильно смонтированы. Самой ей бы не в жизнь не разобраться, но помог Виктор, который всю программную часть знал как свои пять пальцев, да и в схемах кой чего понимал. Пока корабль вела Лиза, они возились в грузовом отсеке над телом Михаила.

Когда "Зубр" встал на ноги, они испытали непередаваемый восторг за свой нелегкий труд. Человек, заключенный в механическую оболочку, расправил мощные плечи, взмахнул руками, из наплечных установок показались головки ракет, а манипуляторы рук сложились, чтобы раскрыть прячущиеся там двадцати двух миллиметровые пулеметы. Магазины с контактными шариками были полны и Михаил хоть сейчас мог идти в бой. На груди у него красовались залатанные две пластины, левая нога тоже носила следы ремонта. Никогда еще он не чувствовал себя так хорошо. Он откинул забрало шлема и, весело улыбаясь глазом, сказал:

— Приказывай, хозяин. — Усиленный синтезатором голос больше подошел бы роботу, чем человеку, но стоящие перед ним люди поняли шутку.

— Он еще шутит! — воскликнул Виктор. — Вот что значит врожденный оптимизм и жизнелюбие. Думаю, теперь тебе все нипочем.

— Спасибо, что подлатали меня. — Сказал Михаил. — С самого начала мне нездоровилось. Собирали в спешке и сразу кинули в бой, где я и застрял, пока меня не вытащили ребята с "Потапова", а потом была пара абордажей, где меня все время замыкало, а крайний раз так и вообще остался один на гибнущем республиканце, пока меня не подобрали с проходящего мимо рейдера. Так я попал на авианосец. А как у вас очутился?

— Хочешь прямой ответ. — Сказал Виктор.

— Давай, жги.

— Никто не смог разобраться, как тебя "отремонтировать", вот и бросили к нам в качестве стационарной турели. А у нас на судне есть свои светлые головы, которые и не такие крепкие орешки ломали. — Виктор по-отечески потрепал Машу по голове. Молодая девчонка не ожидала такого от пилота и замерла. — Ее благодари. Видимо судьба послала ее к нам на корабль.

С этими словами Виктор развернулся и покинул грузовой отсек, а Маша осталась поболтать с Михаилом. У них нашлось много общего и они частенько разговаривали, а чтобы голос десантника звучал как человеческий, то Маша установила в синтезатор специальную программу копирования речи и теперь Молот мог выбирать, кем говорить, хоть женским голосом.

Захар рассказал ему о событиях последнего месяца. Новости были не из приятных, но Михаил привык получать удары судьбы, главным из которых был тот, когда он лишился практически половины своего тела. Его вынес сослуживец. Медблок скафандра функционировал на последних остатках энергии, товарищ умудрился дотащить его до хирурга и сам кинулся в бой, чтобы погибнуть при штурме крейсера. Михаил потом пытался выяснить о нем, но единственное, что было достоверно известно — группа "Бабр" полегла в полном составе. А потом начались эти системные сбои и Михаилу некогда уже было расспрашивать — самому бы выжить. Ему повезло, что он попал в неплохую компанию профессионалов, предоставленных сами себе. Особенно ему понравилась Маша. И не только как девушка, но и разнонаправленный специалист. Михаил жалел, что рок сыграл с ним такую злую шутку — встретить девушку своей мечты, которой у него никогда не было и при таких обстоятельствах. О том, что Маша тоже к нему не равнодушна, он догадывался. Иначе, зачем бы она приходила к нему и болтала о всякой ерунде два часа? Жаль, он не сможет ее никуда пригласить, хотя, почему бы и нет? Стоит попробовать. Черт, коридоры на этих станциях такие узкие!

Виктор зашел в ближайший к причальным докам бар — торговый зал и уселся на высокий стульчик. Народу хватало. Трое лиц пиратской наружности что-то тихо обсуждали с местным барыгой, бармен неизменно протирал стаканы, несколько рабочих, закончивших смены, пришли просто перекусить, а парочка пилотов-дальнобойщиков с какого-то торгового судна бурно обсуждали последние новости. Несколько торговцев собрались в кружок и что-то обсуждали между собой. Виктор решил не лезть с предложениями, а просто посмотреть таблицу товаров, что предлагали барыги станции. В каждом баре был дисплей со сводкой торговых предложений. Пилот пододвинул свободный экран к своему месту и выбрал продажу товаров.

Так, глядя на перечень, подумал он, поглаживая подбородок. Топливо есть и его много, только цена больно кусается — двадцать семь плиток за тонну. Есть пищевой концентрат, немного воды и кислорода, какими-то залетными торговцами предлагается промышленное оборудование, скорее всего мобильный шахтерский комплекс от разорившейся компании "МАR Ink". Если бы у Виктора были деньги, то он бы мигом приобрел себе в личное пользование такой агрегат. Его отец начинал работать в этой компании. Тогда люди дальше Юпитера еще не забирались, а астероидное поле между двумя планетами разрабатывалось только этой компанией. Отец не никогда не рассказывал, почему они обанкротились и за гроши распродали свои шахты, да Виктор и не спрашивал. А потом наступило обострение натянутых отношений, многочисленные ноты протеста, шагу нельзя было ступить, чтобы наблюдатели не углядели какой-нибудь провокации со стороны граждан. Пришлось бежать в космос. А потом ударили ракеты. И молчаливое противостояние мигом перешло в открытый вооруженный конфликт.

Виктор просмотрел наличие товаров на складах. В первую очередь — топливо. Можно попробовать договориться с руководством станции. Они могут скинуть немного в свете последних событий. Кстати, что там показывают по ТВ? Пилот переключил дисплей в режим вещания. Мигом на экране возник розовощекий диктор бодро и с энтузиазмом говоривший по-английски. Сетку вещания в космосе представляла компания "КТВ", обеспечивающая мгновенную передачу сигнала с Земли с помощью своих запатентованных мудреных ретрансляторах. Виктор поискал переключение на русский язык — уж больно быстро тарабанил ведущий новостей и уловить смысл получалось у одного слова из двух-трех. Вскоре опция была найдена и пилот в полной мере насладился новостями.

— … И к другим новостям. Сегодня состоялось выступление нашего первого императора, могучей волей которого мы обязаны своему процветанию. А после этой речи жизнь обычных граждан империи еще больше улучшиться.

На экране возник какой-то лысый толстый тип с неприятным брезгливым выражением лица, одетый в подобие генеральского мундира. Виктор покачал головой. И это император? Получше болвана найти не могли? Болван открыл рот и визгливым голосом толкнул речь.

— Дорогие сограждане Солнечной Империи! Доколе мы будем загибаться под гнетом влиятельных финансовых пирамид и корпораций, контролирующих всю нашу жизнь от момента рождения до самой смерти? И я вам говорю, народ, что все нажитое незаконным путем должно вернуться в руки государства. И оно непременно вернется! Нужно сделать еще один важный шаг к стабильности и процветанию. Тройственный Союз, поддерживаемый корпорациями, перестал существовать три недели назад. Наши доблестные войска нанесли ему катастрофическое поражение, результатом которого стало повальное бегство их кораблей из Солнечной Системы. Эти предатели человеческой природы умрут от удушья и голода посреди пустоты. И то же самое ждет всех глав корпораций, которые наживались на тяжелом труде собственных работников. Но с этого момента все измениться! И я обещаю вам, сограждане, кувать победу мы будем вместе!

Ну и придурок, подумал Виктор, кувать, слово-то какое выдумал. Сказал бы, выкуем или там каленым железом вытравим тараканов из нашей избы, а то кувать. И кто ему речи пишет? Может такой же вот малограмотный тип, а может это был экспромт? Пилот заказал бармену чашечку чая. Тот кивнул и повернулся к аппарату, чтобы исполнить требуемое, как в этот момент станцию тряхнуло.

Диспетчер радарной установки заметил на экране две быстро приближающиеся точки. Спектром излучения они были похожи на боевые корабли. Вот только какие именно? Может быть это остатки союзных войск, которые, оставшись без командования, решили попиратствовать. А если это республиканские корабли рвутся выполнить приказ своего новоявленного императора? Что ни говори, а между двух огней находиться нелегко. Диспетчер потянулся к трубке. Надо бы вызвать управляющего. Это его головная боль — находить мирный компромисс с вооруженными людьми.

Управляющий прибыл через две минуты — его кабинет находился рядом и услышав про приближение боевых кораблей, он мигом вскочил, расплескав кофе по столешнице и на всех парах помчался к контрольному радарному посту. Управляющий хорошо себе представлял, во что может вылиться вооруженное сопротивление. Правда, отдавать станцию на откуп он тоже не собирался. Все-таки это корпоративная собственность и что бы там не заявляло новое правительство, просто так он его не отдаст. Последний сеанс связи с генеральным директором все расставил по местам — держаться что есть сил, привлекать пиратов и все свободные корабли для защиты собственности, искать возможные уцелевшие войска Союза и пытаться с ними установить контакт. Ибо враг моего врага мой друг. Управляющий старался использовать все доступные ему действия.

Он подошел к диспетчеру и сел рядом в свободное кресло.

— Как давно они появились?

— Минут пять назад. Приближаются очень быстро. Вероятно, это республиканцы.

— В смысле имперцы?

— Ну да. — Оператор пожал плечами. Он был с управляющим в хороших отношениях. — Их сейчас сам черт не разберет, кто они и как называются. Если это имперцы, то нужно им одно.

— Станция. — Закончил за оператора управляющий. — Топливная база — неплохое подспорье. Но с кем они собираются воевать? Неужели с нами?

— Насколько я знаю, больше противников у них нет. А в перечень новых врагов входят все крупные компании, в том числе и две оружейных корпорации.

— Ты-то откуда знаешь? — удивился управляющий.

— Девочки из связи разболтали.

— Вот откуда идет утечка информации. — Управляющий повернул голову и посмотрел на пост связи, где, сосредоточенно глядя в экран, сидели две девушки — блондинка и брюнетка и сопели в две дырки. Они, словно, не услышали громкой реплики управляющего. Или сделали вид, что не услышали. Но по их напряженным спинам все было видно. — Ладно, потом разберемся, а сейчас надо выяснить, что им нужно.

— Есть сигнал с корабля! — звонко сказала одна из девчонок — блондинка.

— Передаю на ваш экран. — Вторила ей брюнетка.

Управляющий посмотрел на изображение усатого мужчины в чине старшего уоррент-офицера. Тот зверским взглядом посмотрел на управляющего и сказал.

— Вы сдадите нам станцию без сопротивления. В противном случае будете уничтожены. На раздумья вам дается час по земному времени. А это вам как напоминание. — Усатый отключился.

— Они выстрелили! — крикнул диспетчер.

Станцию ощутимо тряхнуло.

— Куда пришло попадание? — громко спросил управляющий.

— Стреляли в район хранилища. — Быстро ответил дежурный по станции. — Я уже отправил туда аварийные команды.

Управляющий тяжело поднялся с кресла.

— Выбор у нас невелик. Я должен обратиться к жителям станции.

Виктор сразу определил, что по станции стреляли. Он не раз и не два испытывал это на себе — орбитальные базы и авианосцы атаковали точно также и отличить взрыв внутри от внешнего воздействия пилот мог инстинктивно. Виктор поставил чашку на стойку и направился в контрольную рубку управления станцией. Он видел лица людей в баре — многие не понимали, что произошло, зато троица пиратов сразу смекнула что к чему и сейчас быстро сворачивала разговор с торговцем.

Виктор понимал, что республиканцы, а в свете последних событий это могут быть только они, никого живым со станции не выпустят. У них своих голодных ртов хватает, которые можно распихать по орбитам, чтобы они не пачкали Землю. Как это случилось с русскими. Виктор активировал связь с экипажем корабля.

— Захар, будь наготове. К нам гости.

— Я уже увидел их. Приму меры. — космопех отключился.

Виктор вошел в контрольную рубку тогда, когда обсуждение что делать было в самом разгаре. У дверей стояла охрана, но его пропустили без вопросов после того, как пилот показал вытатуированный на руке знак союзных войск. Управляющий устало смотрел на дисплей карты окружающего пространства. Начальник службы охраны что-то втолковывал ему, операторы сидели на своих местах и тщательно перебирали информацию. Двое руководителей даже не заметили, что вошел кто-то посторонний.

— Я тебе говорю, — увещевал начальник СБ управляющего, — что живыми они нас не выпустят. Ты что, не слышал речи их долбанного императора? Он же отдал четкий приказ — всех корпоративных сотрудников управляющего звена — к стенке. Работяг, конечно, отпустят. Им самим квалифицированные кадры нужны, а вот мы с тобой и еще кто чуть пониже так просто не отделаемся. Надо сражаться.

— Можно попробовать сбежать. — Промямлил управляющий.

— Они не дадут вам этого сделать. — Громко заявил Виктор.

Все сразу же повернулись в его сторону. Такое усиленное внимание чуть сбило пилота, но он продолжил.

— Все корабли, что будут покидать станцию — будут уничтожены. Хотя бы на примере этого судна. — Он ткнул пальцем в экран.

— Кто разрешил взлет? — спросил начальник охраны. Диспетчер отрицательно замотал головой.

— Он сам. — Сказал кто-то.

Небольшой курьерский кораблик быстро отходил от станции и направлялся в противоположную сторону от кораблей. Одно из республиканских судов пришло в движение. Орудия развернулись в сторону корабля. Произошел залп. Две торпеды устремились за своей целью, которая начала маневрировать. Но уйти от стремительных снарядов ей не удалось — пилоту не хватало опыта. Торпеды поразили кораблик. Яркая вспышка посреди космоса красноречиво говорила о невозможности побега.

— А если просто сдаться? — спросил управляющий.

— Их посадят на некоторое время в грузовой ангар и если не уморят голодом, то некоторые из них выживут. — Виктор указал на операторов. — А вас просто расстреляют на месте.

— И что же делать? — упавшим голосом спросил управляющий.

— Сражаться. — Твердо ответил за Виктора начальник СБ. — У нас нет другого выхода.

— Он прав. — Подтвердил пилот. — Только у вас будет поддержка в нашем лице.

— Я так понял, вы из бывших союзных войск? — спросил начальник.

— Именно. И по этим координатам находится небольшое, но боеспособное подразделение. Их необходимо будет вызвать сюда только тогда, когда мы свяжем неприятеля боем. Захар. — Обратился по связи пилот к космопеху. — Подойди в контрольную рубку станции вместе со своими бойцами.

— Сейчас буду. — Боец отключился.

Разрабатывать план было некогда — противники оставили мало времени. Но Захар не впал в отчаянье. Наоборот, он даже порадовался возможности применить свои тактические навыки. Начальник СБ, управляющий и операторы были под впечатлением, когда в рубку вперся космопех в экзоскелете, а вместе с ним трое молчаливых убийц. Михаил остался снаружи — для него двери были слишком узкими, а ломать станцию возможных будущих союзников он не хотел.

Захар сразу же прошагал к карте, осмотрел позиции противников, операторы давно определили класс судна. Предстояло выстроить стратегию. Он обратился к начальнику службы безопасности.

— Сколько в вашем подчинении людей?

— Семьдесят человек на всех уровнях и еще двадцать человек аварийной команды.

— Последние пригодятся, когда по станции начнутся пожары. — Захар хмыкнул. — Это два республиканских рейдера, экипаж пятьдесят семь человек, из них половина операторы Дурошлепов.

— Это кто еще? — спросил Виктор. — Первый раз слышу.

— Это профессиональный термин. — Улыбнулся Захар. — Дистанционно управляемые роботы. По нашему — Дурошлепы. Сами республиканцы атакую редко, предпочитая прятаться за их спинами. Стойкие и упорные сволочи с повышенным запасом прочности и усиленной броней, но завалить их можно. Для этого обольем коридоры горючей смесью здесь и здесь. — Он ткнул толстым пальцем скафандра в места на карте станции. — Насколько я знаю брать станцию на абордаж они будут здесь — самое удобное место для швартовки и к контрольной рубке близко. Один из рейдеров пойдет на абордаж, второй будет держать станцию под прицелом. На помощь пиратов рассчитывать, конечно, не приходиться?

— Почему это не приходиться. — Обиделся начальник. — У нас есть свои. Правда их всего пять человек и корабли у них не новые "Иглы", а еще древние "Шпильки", но зато надежные машины.

— Мне одну дадите? — спросил Виктор.

— Машин много — пилотов не хватает. — Заявил управляющий. — Берите любую.

— Значит так. — Вернул разговор в тактическое русло Захар. — Пока мы будем брать на абордаж пришвартовавшийся рейдер, вашим людям надо будет продержаться минут десять, чтобы роботы не вылезли из этого и этого коридора, а также не просверлили отверстия вверх. Поэтому здесь лучше всего заложить фугасы. После того, как мы нейтрализуем операторов, можете приступать к тушению пожаров. Мне надо будет человек пять-шесть толковых специалистов по наведению. И вообще, есть такие, кто соображает в республиканском оружии?

— Что ты задумал? — спросил Виктор.

— Увидишь. — Подмигнул Захар. — Так есть специалисты или нет?

— Когда ты так подмигиваешь, у меня мурашки по кожи пробегают. — Виктор покачал головой.

— Не ссы, прорвемся.

— Где-то это я уже слышал.

Захар закрепился на внешней поверхности станции и ждал, когда рейдер пришвартуется. Вражеские корабли уже начали движение. Тот, кому выпало штурмовать станцию быстро приближался, а второй занимал наиболее выгодную позицию с их точки зрения, чтобы вести огонь по орбитальной конструкции. Захар с остальными уже были на позициях. Космопех всем распределил роли в предстоящем исполнении. Виктор занял место в пиратском истребителе, Лиза устроилась в своем "Комарике", остальные пираты ждали в ангаре. Михаил в одиночку должен был уничтожить операторский пост на вражеском корабле. Захар хотел дать ему кого-нибудь в помощь, но "Зубр" отказался, заявив, что и его там будет много. Серый с Рыжим атаковали контрольную рубку рейдера, Черного Захар взял себе в помощь. Сделать все надо было быстро и стремительно, чтобы команда рейдера не передала сообщение о захвате на второй корабль. Для этого надо было уничтожить антенну связи. Для этой цели Захар выделил Владимира. Не все же ему в корабле сидеть. Механик занял позицию за стационарным пулеметом, который аварийная команда станции быстро установила на внешней обшивке. Времени катастрофически не хватало. Но и этих приготовлений должно было хватить.

Рейдер пришвартовался. Люди еще домазывали коридоры горючим составом, как станцию в очередной раз тряхнуло — в двух местах взорвали обшивку. Взрыв разметал куски металла, заодно поджигая жидкость — Захар точно указал места атаки. Опыт не пропьешь. Роботы ватагой ворвались на станцию, но пылающие пол и стены сбивали настройки наведения, а высокая температура выводила из строя электронные блоки. Засевшие защитники открыли по ним огонь, благо, метающиеся силуэты в пламенны были заметны. Служба безопасности метала гранаты и поливала коридор из стрелкового оружия — начальник не жалел боеприпасов. Сам встав в первых рядах он менял магазин за магазином в автомате, выпуская за несколько секунд всю обойму.

Как только рейдер пристыковался, Захар дал команду. Владимир выпустил очередь из пулемета. Ни вспышки, ни звука — шарики разгонялись электромагнитами. Не пневматика, но очень неплохо. Скорость выстрела повыше. Правда и расход энергии тоже, но у каждого оружия есть свои плюсы и минусы. Пока Захар летел в невесомости, он видел, как антенна связи вспыхивает мелкими взрывами — шарики были с начинкой. Он заметил Михаила, который уже приземлился на корабль и начал проделывать дыру. Серый с Рыжим тоже готовились к проникновению. Наконец ботинки коснулись обшивки. Магнитные замки сработали, зацепившись за поверхность. Захар заложил прожигающий заряд. Мина замигала красным, обшивка мигом вспучилась и провалилась вниз, открывая доступ в помещения. Захар прыгнул внутрь. За ним последовали специалисты, которых прикрывал Черный.

Захар не стал разбираться, кто гражданский специалист на корабле, а кто так, прогуляться вышел. Он сразу же открыл огонь, освобождая место от противника. Фигуры, стоящие в коридоре, попадали с пробитыми головами, ближайших понесло к дыре — воздух выходил наружу. Захар не стал ждать, когда система отрежет помещения от остальной части корабля. Он заблокировал дверь и держал ее до тех пор, пока все не оказались внутри. Переборки закрылись, отрезав кислороду путь и он успокоился. Заработала система вентиляции, восполняя количество воздуха и повышая давление. Космопех со своей командой двинулся к своей цели.

— Молот. — Вызвал он по рации. — Как у тебя?

— Все в порядке, я уже внутри. — Доложил тот.

— Быстро идешь.

— Для моих габаритов нормально.

— Повреждения?

— Есть немного, но не смертельные.

— Серый, Рыжий?

— Работаем в рубке, часть операторов нейтрализована, остался капитан с охраной. Как нас ждал.

— Опытный, гаденыш. Ладно, отбой.

Захар взломал дверь орудийного отсека. Операторы на местах открыли по появившейся в дверях фигуре огонь из стрелкового оружия. Космопех отшатнулся назад, кидая в проем гранату. Черный присел и быстро высунувшись, нейтрализовал двух стрелков, после чего спрятался назад. Граната взорвалась, наделав шуму и напустив дыму. Захар прыгнул внутрь и вихрем промчался по креслам, сметая всех, кто оказался на его пути. Операторы противника падали на пол, некоторые уже с проломленными головами — Захар прошелся по ним пудовыми кулаками. Он старался избежать стрельбы, чтобы не повредить оборудование, на котором еще предстоит работать.

— Молот зачистку закончил, оборудование уничтожено. — Доложил Михаил по связи.

— Хорошо, направляйся в силовой отсек.

— Принял.

Захар добил последнего и поманил специалистов внутрь. Те быстро пробежали к пультам. Космопех махнул им рукой и занял оборону возле дверей. Черный тенью прошел мимо него, подпрыгнул и замер на потолке, расположившись между труб вентиляции и очистных систем. Захар приготовился к бою. Он уже отправил сигнал на станцию, что рейдер захвачен. Сейчас со станции стартуют истребители, чтобы занять рейдер боем, тогда как специалисты перехватят управление. Наверняка операторы, как только произошло проникновение запустили в систему вирус, действуя по протоколу безопасности.

— Рубка наша. — Тихо прошелестело в динамике наушника. — Все нейтрализованы. Капитан и старший помощник без сознания, захвачены.

— Отличная работа Рыжий, оставайтесь на месте. Как только Молот зачистит силовой отсек, то придет к вам на подмогу.

В динамике щелкнуло — Рыжий отключился. Захару не сиделось на месте. Он вызвал Черного.

— Сможешь их прикрыть один?

Тот только кивнул. Вход и выход в операторскую только один. Захар поднялся и пошел в сторону рубки. Он был наготове, но и для него неожиданностью было, когда из-за угла выскочила ватага роботов. Маленькие автономы могли причинить немало бед. Космпех открыл огонь, отступая назад. Он очередью срезал одного, остальные трое открыли слаженный огонь из пулеметов мелкого калибра. Захар ушел вниз, не прекращая стрелять. Перекатился вправо за угол коридора. Визоры роботов вели цель и свинцовый поток следовал за ним по пятам. Захар из-за угла метнул в кинувшихся за ним роботов контактную гранату. Та сработала как только коснулась обшивки одного из них. Взрыв разметал маленьких надоедливых защитников. Захар добил выстрелами корчившиеся останки. Он бросился дальше. На таких кораблях зондов-защитников может быть до пятидесяти штук и эта мелкота способна доставить кучу неприятностей, несмотря на работу силового поля и мощной брони.

По пути Захару попадались еще несколько групп роботов, рыщущих по кораблю в поисках врага. Космопех незамедлительно их уничтожал. Сам же живой экипаж либо был уже уничтожен, либо прятался где-то. Молот столкнулся с сильным сопротивлением в двигательном отсеке и, не мудрствуя лукаво, выжег все там напалмом и добавил ракет, превратив установку в гору хлама, а защитников — в спекшиеся головешки. После чего, посчитав работу законченной, он направился в рубку.

Специалисты взломали защитные коды и открыли огонь по второму рейдеру, вокруг которого мошкарой вились истребители. Похоже, этот орешек оказался прославленным воинам не по зубам, подумал Захар, добравшись до рубки. Он обозрел беспорядок, что царил внутри. Аппаратура носила на себе следы жесткой перестрелки, но некоторые системы все же функционировали. Захар расчистил себе место и сел на кресло, чуть не сломав его. В него он бы не поместился. Он пришел раньше Молота. Тот притопал минут на десять позже, разворотив дверной проем. Захар вывел на дисплей картину космического боя. Истребители уничтожили дюзы рейдера, тот не мог двигаться, но удачно поражал крутящуюся мошкару. Два истребителя уже рыскали на курсе и вышли из боя, стараясь дотянуть до станции. Операторы боевых систем рейдера не стали упускать подбитую добычу и открыли по ним плотный огонь. Если бы в это время специалисты не взломали защитные коды и не открыли стрельбу по рейдеру, то с этими двумя пилотами можно было бы уже попрощаться. Захар связался с Лизой. С Виктором связаться не получилось — тот, хоть и перенастроил систему связи, но аппаратура была повреждена в бою.

— Звено, вы свою работу сделали, возвращайтесь на базу.

— Вас поняла. Группе отбой, идем домой.

Машины развернулись и отправились на станцию, а рейдер запылал под орудийными ударами своего бывшего товарища.

Совет

Марс. Административное здание корпорации "Марс ворк энд технолоджи"

Третий заместитель генерального директора корпорации шагал в сопровождении охраны по гулким коридорам подземного сооружения, являющегося административным зданием. Строить на поверхности было невыгодно и люди зарывались в толщу планеты. Еще когда здесь появились первые поселенцы, состоящие в основном из ученых и исследователей, человек выяснил, что находиться на чужой планете не зная местных условий не то что небезопасно, но и смертельно. Мощные марсианские бури сносили ветхие надувные мобильные здания, уничтожая оборудования, а и подчас и самих людей. Правительства, теряя свой рейтинг в глазах народа и не находя оправдания своим просчетам, одно за одним отказывались от колонизации. Но корпорации, видя в этом приличные доходы, снаряжали свои собственные экспедиции, подготовленные куда лучше и оснащенные по последнему слову техники. Человеческая мысль не стояла на месте. Для выживания в таком страшном и опасном месте были придуманы новые способы колонизации. В частности появились мобильные шахтерские комплексы, которые сразу же после посадки приступали к бурению и уходили в кору планеты, выгрызая как червяки круглые тоннели, в которые потом приходили люди и постепенно обустраивали привычную жизнь. То, что не смогли государства взял на себя частный бизнес, получая неплохой доход.

Когда-то третий заместитель генерального директора не очень обрадовался своему назначению на Марс. На Земле было очень и очень неплохо. Чистый воздух, который довели до нужного соотношения, кислородные фильтры на трубах фабрик, практически безотходное производство, которое постепенно было решено переносить в космос, чтобы наконец совсем очистить планету от вредоносного присутствия человека. Но случилось непредвиденное. Вооруженный ядерный конфликт между двумя столпами, могущественными государствами, двигателями экономики и прогресса, основными центрами человеческой цивилизации. В один миг территория огромной страны была заражена радиацией и на боку планеты появился огромный уродливый шрам, занимающий одну пятую суши. Европейская часть пострадала больше, восточная — чуть менее. Ведь там еще сохранялись такие важные ресурсы как нефть и газ.

После такого представления в космос потянулись караваны с беженцами, бывшими гражданами некогда крупного государства и просто людьми, которые не хотели повтора уже пережитого ими кошмара. За огромные деньги государство-победитель нанимало людей, чтобы вести добычу в зараженных районах. Никакие костюмы защиты не спасали от губительной радиации, в поселках рождались нежизнеспособные мутанты, некоторые разработки были брошены, а другие уничтожены бомбардировками, потому что там уже не осталось людей и никто не хотел на их место. Республиканскому правительству пришлось перейти на тоталитарный режим. Сначала по ТВ пели о чудесных заработках, где за год можно было заработать себе состояние. Кто согласился, тот уже через год лежал в могиле. Пришлось вылавливать трудоспособное неработающее население, именующее себя бомжами. Когда и эти закончились, то брали неквалифицированных рабочих. На фабрики и заводы приходила разнарядка о выделении в распоряжение государства некоего количества рабочей силы. Серьезного влияния на мегакорпорации тогда правительство не имело, рычагов давления было немного, корпорации были государством в государстве. Пока существовал флот Тройственного Союза, уничтоженного на Земле государства, но сохранившегося в космосе. Корпоративные лидеры понимали сложившуюся ситуацию и помогали Союзу чем могли — технологиями, питанием, ресурсами. Делалось это без ведома контролирующего Землю правительства. Лидеры понимали, что вечно это длиться не будет и закономерный конец все равно наступит. Они заключили соглашение о нейтралитете между Республикой и корпорациями.

И вот сейчас оно было нарушено. В одностороннем порядке. Республиканский глава объявил себя всенародным императором и заявил о полном переходе частного бизнеса в состав империи. Третий заместитель искренне порадовался тому, что он сейчас не на Земле. Ибо то, что там сейчас происходило, не просто настораживало, от него мурашки по коже бежали.

Марс начала осваивать корпорация "Терраформинг". Они первыми построили подземные поселения с замкнутой системой фильтрации воздуха, наладили снабжение энергией и замену кислородных элементов. Созданная корпорацией дочерняя компания "Оксиген" занималась только поставками кислорода и воды. Горнодобывающая компания "MAR", впоследствии развалившаяся, развернула бурную деятельность по добыче и обработке полезных ископаемых, наладила обогащение руды и производство из нее полезных материалов. Литейные цеха, разбросанные по системе, с радостью принимали их продукцию. Пищевые фабрики снабжали Марс продуктами и пусть они были не настолько вкусны и разнообразны как на Земле, но не уступали им в минерализации и витаминизации. Красная планета зажила собственной жизнью, постепенно переходя на самоснабжение. Естественно, такая независимость абсолютно не нравилась новоявленному императору.

Третий заместитель наконец приблизился к цели своего путешествия по запутанным лабиринтам административного корпуса. Двери при его приближении беззвучно разъехались в стороны и человек вошел в большой зал, посередине которого стоял вытянутый в овал стол, за которым расположились люди в официальных костюмах. Они сидели в специальных креслах, меняющих форму по строению тела. Напротив каждого находился тонкий планшет с возможностью воспроизведения голограммы. Двое курили сигары, у одного была ручка в пальцах, которую он постоянно крутил. Третий заместитель обошел стол, рассматривая лица. Он был знаком с ними не один год. Все как один заместители генеральных директоров. Все присланы на Марс следить за производством и подсчитывать прибыли. Все благодарят судьбу за то, что вовремя отправила их с Земли. Представители восьми крупных корпорации. Он был девятым.

Зам прошагал к креслу в вершине стола и тяжело опустился в него. Он еще раз обвел взглядом собрание. Сейчас они все в одной лодке и выгребать придется всем вместе, по одному не выжить. Они понимали это. Он тоже.

— Что на этот раз? — спросил, пыхтя сигарой, Дональд, теперь уже глава корпорации "Терраформинг". Он был довольно высокого роста, худощав, костюм всегда шил на заказ, предпочитал земную пищу и напитки. С последними ему пришлось распрощаться навсегда.

Третий зам мельком взглянул на него, ожидая реакции от остальных, но те молчали. Лишь Курт, представитель корпорации "Метеортехнолоджи" начал крутить ручку в пальцах еще быстрее, выдавая свое волнение.

— Новые известия с Земли, господа. — Возвестил наконец Зам. Звали его Алекс, а корни уходили в Россию. Как изгой побежденной страны смог добиться столь высокого поста, никто не знал, да и не хотел знать. Алекс имел могучий аналитический ум и феноменальное чутье. Интуиция у него была развита будь здоров. И он всегда доверял ей. — Я думаю, уважаемый глава Каваджо обеспечит нам картинку.

Средних лет японец, чуть приподнявшись, кивнул. Он был представителем корпорации связи "КТВ" и никакая информация не распространялась по системе без его ведома. Ретрансляторы сигнала были распиханы по всем уголкам системы, а кодированная передача информации, основанная на принципах нейтрино, мгновенно доносила ее до адресата. Эксклюзивные права на разработки принадлежали японцам, а они не раскрывали своих секретов. Даже императору приходилось пользоваться их оборудованием, установленным на его кораблях.

Японец воспользовался дистанционным пультом и включил картинку. Огромная площадь, заполненная народом до отказа. Огромный постамент, возвышающийся над толпой. И группа человек тридцать, что стоит на постаменте. И император, толкающий речь. Звук разносился над толпой, достигая самых дальних ее уголков.

— Эти изменники, жирующие на теле нации, заслуживают не пожизненного заключения, как предлагали мои советники. Они заслуживают смерти. И она будет ужасна. Как страдал народ, работая на них в поте лица своего и подрывая собственное здоровье, так и они пусть вкусят всю народную боль и отчаяние, что посещало обычных людей, которые были вынуждены ехать на заработки в Зараженные Земли и гибнуть там. Отныне этого не будет, а предатели рода людского получат по заслугам. Вздернуть их!

Толпа заревела в экстазе. Каждому из тридцати накинули веревку на шею. Прозвучала барабанная дробь и в полу постамента открылись отверстия, куда провалились все тридцать человек, ломая себе шеи. Народ заревел от полученного зрелища. Император вновь подошел к микрофону. Каваджо остановил запись.

— Дальше уже не интересно. — Сказал Алекс. — Очередная байка про проклятых капиталистов и прочее бла-бла-бла. Меня насторожило другое. — Он ткнул пальцем в остановленную запись. — Что теперь будет с нами?

— Что? — вздрогнул от неожиданности Жан, глава "Флейксиндастриз", крупного производителя пищи на планете.

— А то, что нас вздернут точно также, как и наших боссов. — Попыхивая сигарой, сказал Рамиль, глава "Минерал лтд". Он спокойно глядел на остальных. — Ваши предложения, господа.

— Может быть нам все же попробовать сдаться. — Снова заикнулся Антонио, теребя стакан минеральной воды. Что уж говорить, представитель крупного оружейного концерна "Рокет" был довольно труслив.

— Мы уже обсуждали это! — хлопнул ладонью по столу его вечный оппонент и конкурент Фридрих, глава корпорации "Ваффе унд амуницион". — Никакой сдачи! Ты хочешь, чтобы нас точно также повесили при огромном стечении народа? Лично я нет. У нас есть оружие, есть хорошо обученные люди, наемники, космические пираты. Мы можем за себя постоять.

— Несомненно, Фридрих. — Мягко заметил Ли, представитель крупного концерна "Тэйцзичхан", производящего космические корабли. Его верфи были расположены возле Земли, но император первым делом мощным ударом захватил их. У него тоже были серьезные потери после последних сражений, произошедших с кораблями Тройственного Союза. И ему необходимо было восполнить численность флота. Ли уже отдал приказ рабочим саботировать верфи и эвакуироваться. После ядерных взрывов, произошедших на орбите, у императора поубавиться пыла, считал он. Еще одна верфь находилась здесь, на Марсе и производила атмосферные транспорты. Перевести ее на военные рельсы не составит труда. Глава уже отдал такой приказ и сейчас инженеры перенастраивали оборудование, а рабочие расконсервировали конвейеры. Китайцы были готовы к войне.

— В данный момент нам никто не поможет, кроме нас самих. — Подчеркнул Курт, прекратив, наконец, крутить свою ручку. — Поэтому необходимо организовать оборону планеты насколько это возможно.

— Согласен. — Поднял руку Фридрих.

Конечно, подумал Алекс. Земляк земляка видит издалека. Эти два немца так просто не сдадутся. И это хорошо, потому что то, что он хочет им предложить, должно найти отклик в их душах.

— Я думаю, это плохая идея. — Покачал головой Антонио.

— У нас нет другого выхода. — Сказал Дональд. — И хватит уже ныть. Мужик ты или тряпка.

— Кто за нас пойдет воевать, кто?! — срываясь на фальцет, завопил Антонио.

— Тот, кому можно заплатить, либо такой же как мы, кого приперли к стенке. — Спокойно сказал Алекс. — Вы все прекрасно понимаете, что в живых нас не оставят. Рабочих еще может быть, ведь императору тоже нужны высококлассные специалисты. А вот управляющий персонал — к стенке. Возможно кого-то отправят в Зараженные Земли, но это равносильно повешенью. А мне не хочется медленно загибаться, глотая радиоактивную пыль и выхаркивая собственные легкие. Так что я за сопротивление.

Каваджо также молча поднял руку. Рамиль долго не сомневался, он понимал, что ничем хорошим это не закончиться лично для него. Немцы давно задрали обе руки вверх, к ним присоединился Дональд. Ли, с лицом невозмутимого Будды, поднял правую руку вверх. Антонио, как обычно, сидел понурив голову, Жан воздержался. Он никогда не желал принимать самостоятельные решения, заглядывая в рот своему начальству.

— Значит, решили. — Кивнул Алекс. — А теперь хорошие новости, народ.

С этими словами он запустил на центральный экран, расположенный в центре стола запись, сделанную со стороны. На ней два республиканских рейдера подходили к сцепке станций — заправки и рапсовой ферме.

— Запись сделана с пиратского разведчика нашей корпорации. Радарные системы республиканцев оставляют желать лучшего, поэтому его не заметили. А нужной технологией с нами поделились союзники еще лет пять назад. Все наши пиратские корабли оснащены системами дальнего обнаружения и захвата, а также наблюдения, спасибо концерну "КТВ". — Каваджо кивнул. — Смотрим дальше.

Один из рейдеров пальнул по станции и замер на месте, второй обошел его и встал так, чтобы прикрыть первого при абордаже.

— Мы не будем ждать целый час, когда они наконец соблаговолят действовать. Перемотаем чуть вперед.

Объемные картинки над столом задвигались. Один из рейдеров пошел к станции, пристыковался и начал штурм. Одновременно с ним на станции открылись шлюзы и в космос рванули истребители. Они окружили второй рейдер и связали его боем. После чего вдруг брызнули в разные стороны и по рейдеру открыл огонь его же собрат, уничтожая корабль. Истребители вернулись на станцию, но один из них не вошел в шлюз, а полетел куда-то за станцию.

— Необходимо дать пояснения. С нами нет представителей топливного концерна, они все, к сожалению, остались на Земле и были казнены, но общая картина стала ясна после того, как мои специалисты связались с управляющим станцией. — Алекс выдержал паузу. — Как оказалось, к станции пристыковался буксир-тягач с бывшими бойцами Союза. На борту был собственный разведывательный истребитель, который вы видели в бою. Штурмовая группа состояла из пяти единиц. Вы представляете себе — пять человек взяли один корабль! А если бы их была сотня.

— Если они такие профессионалы, то почему проиграли войну? — спросил Дональд.

— Не знаю, но у всего должны быть причины. А то, что это крепкие профессионалы, я не сомневаюсь. Они организовали оборону станции из сил службы безопасности, взяли специалистов по взлому орудийных систем, которые находились на станции и уничтожили второй рейдер с помощью первого. Я вам так скажу — у кого-то из этих ребят котелок варит так, как не варил у всего их командования. Но и это еще не все. Через сутки к станции подошел авианосец Союза в сопровождении двух рейдеров и мобильной ремонтной базы. Они сразу же заняли оборону, пополнили запасы пищи, воды, кислорода и топлива, пообещали защиту. Сейчас они сидят на орбите и решают что делать дальше. Я, от лица всех нас, передал им приглашение вступить в нашу армию в качестве наемников. Их капитан ответил согласием.

Алекс налил себе воды в стакан и осушил одним единым глотком. После чего продолжил.

— Я бросил клич по всем орбитальным станциям и пиратским базам. Удалось отыскать еще восемь союзных кораблей, болтающихся в космосе. Три крейсера, один с серьезными повреждениями, пара небольших корветов, десантный корабль, прямо ломящийся от людей, видимо, эвакуировались откуда-то и один рейдер и один корабль радиоэлектронной борьбы, совершенно невооруженный, но с полным экипажем. Всем им были переданы координаты станции, где уже находился авианосец. Таким образом в наше распоряжение попадает боеспособная и хорошо обученная, опытная группировка, которая не только сможет попить крови у императора, но и возможно, блокировать его на орбите Земли. Если мы будем говорить с позиции силы, то тогда с нами необходимо будет считаться.

Немцы захлопали в ладоши. Они не ожидали такого серьезного подспорья в начинающемся деле. Руководители были рады любой возможности, которая давала шанс на выживание. А сейчас у них появился серьезный аргумент в предстоящем конфликте, который только начинал набирать обороты. Император уверен в своей безоговорочной победе над войсками Союза и в этом его не надо разубеждать. Необходимо провести тонкую информационную игру, чтобы имперцы не заподозрили подвоха, перебросить войска к Марсу, а может быть попутно устроить несколько диверсии. Алекс уже мыслил как генерал, у которого на военной карте неожиданно возник засадный полк и устремился во фланговую атаку на противника. Кстати, о расположении войск.

— Каваджо, есть какая-нибудь информация о перемещении флотов императора?

Японец сверился с данными.

— Сатурнианская группировка начала выдвижение к Земле. Они пройдут по дуге, чтобы не попасть в зоны действия наших радаров. Приказы штаба точно говорят, что император собирает флот около Земли, оставляя для охраны своих дальних объектов небольшие гарнизоны. Видимо, готовит большой поход против нас. Военным базам на орбите Урана приказано удерживать оборону.

— Неразумно с его стороны. — Покачал головой Курт. — Мы находимся ближе к Сатурну, чем Земля, которая вообще на той стороне Солнца. Им понадобиться месяца два, чтобы собраться и выдвинуться к нам.

— Господа, — возвестил Алекс. — Обстановка нам благоволит. Предлагаю связаться с командиром группировки и предложить ему захват сатурнианской базы. Думаю, нам не помешает лишить противника ремонтной и топливной поддержки.

В ухе Алекса свистнул коммуникатор. Он прислушался, после чего согласно кивнул.

— Только что поступил пакет с секретной информацией от капитана авианосца. Необходимо обсудить полученные данные и принять решения, которые, как я чувствую, повлияют на последующие события.

Все с интересом наклонились к Алексу.

Штурм

Окрестности орбиты Сатурна. База поддержки Республиканских войск.

Виктор посмотрел на экран радара, отмечая для себя положение кораблей охраны базы. Опытным и внимательным взглядом он запоминал координаты, намечая для себя маршрут. Капитан Обручев не стал давать ему истребитель, он решил, что Виктор лучше любого другого пилота проведет десантный модуль прямо в ангар базы. Пилот попытался возразить, но командир был непреклонен. Операцию захвата разрабатывали вновь созданным штабом на борту авианосца и новоявленные командиры, неожиданно для себя оказавшиеся в этой роли, старались вовсю.

Несколько дней назад, после отбитой на орбитальную заправочную станцию атаки республиканских кораблей, куда Виктор вызвал авианосную группировку, капитан Обручев получил информационный пакет от корпоративного совета с важными, содержащимися там данными. Он огласил их по громкой связи и множество глоток его экипажа взревели от радости. Корпорациями обнаружены еще восемь кораблей, которые идут на встречу с их силами. Некоторым требовалась техническая помощь и ремонтники, закатав рукава, готовились принять поврежденные транспорты. Корабли приходили по одному, лишь два крейсера пришли вместе — один тянул другого на буксире. Их сразу же поставили в док для ремонта, а команду отправили в краткосрочный отпуск на станцию. Заправка стала временной базой группировки бывшего союзного флота.

Когда пришло предложение от совета захватить вражескую базу поддержки, то никто возражать не стал. Все хотели реванша и рвались отомстить, но капитан рубить с плеча не стал, а позвал к себе командиров всех прибывших кораблей, устроив военное совещание. Пригласил и Виктора, как опытного пилота и назначенного им командиром разведывательного мусоровоза. Панкратов вызвал космопеха Захара, мотивировав это тем, что ему понравился неординарно мыслящий десантник, тем более так хорошо отличившийся в защите станции. Он даже предлагал ему звание лейтенанта, но командир был против. Пилот и штурмовик скромно разместились в уголке, стараясь не привлекать внимания. Сначала послушаем, что скажут старшие, а потом будем умничать, решил Виктор.

Обсуждение поступившей информации начали бурно, но к единому мнению не пришли.

— Ударим по ним разом, огневой мощи у нас хватит! — кричал, размахивая пудовыми кулаками капитан крейсера, которого притащили на удавке. Его бравая команда, да и он сам успели хлебнуть лиха, но корабль никто не бросил, даже когда казалось что наступил конец. Глупо, конечно, но им удалось сохранить основные системы и поддерживать их, пока за него не взялись техники рембазы. — Одним ударом, пробьем оборону, размажем их по орбите!

— Я думаю, что стоит захватить базу, чтобы в дальнейшем использовать ее самим. — Спокойно заметил капитан одного из корветов. — У нас есть РЭБ-корабль, вырубим электронику, подойдем поближе, высадим десант, благо у нас есть десантный корабль, сохраним оборудование. Заодно посмотрим, из чего оно сделано.

— Мысль неплохая, только изучить ничего не удастся. — Сказал капитан Обручев. — Мы попытались изучить тот рейдер, что захватили наши абордажники на станции — все оборудование заминировано. Использовать его мы можем, исследовать — нет.

— Подстраховались, сволочи. — Сказал капитан второго крейсера.

— Ну и зачем нам эта база! — гремел капитан первого крейсера. — Разберем ее по кусочку и дело с концом!

— Боюсь, ваш план, Федор Викторович, обернется для нас очередной катастрофой. — Сказал капитан второго крейсера. — Помниться мне, наше верховное командование несколько раз придерживалось подобного плана, в результате чего мы теряли от пяти до пятнадцати кораблей и личного состава человек так две тысячи. А набрать вновь в наших условиях молодых рекрутов вряд ли удастся. Поэтому, мой любезный друг, поумерьте свой пыл и давайте подумаем головой, благо все данные у нас имеются. Кстати, откуда они?

— Корпоративные пираты уже все пронюхали. — Сказал Панкратов. — И преподнесли нам на блюдечке с голубой каемочкой.

— Что там с системой защиты? — спросил командир десантного корабля, у которого в трюме, а сейчас на станции томились сто двадцать хорошо обученных штурмовиков с полным боевым комплектом. Его не допустили в ближний круг и сейчас, когда появился просвет среди капитанов, он сунул свой нос к дисплею.

— Смотрите сами. — Обручев развел руками.

Виктор и Захар тоже подошли к дисплею. Остальные, похоже, уже насмотрелись и картина им не нравилась.

База располагалась на одном из спутников Сатурна, довольно мелком. По периметру были установлены зенитные электромагнитные пушки, на орбите спутника над базой болтались две автоматические станции, перекрывающие посадочные коридоры. Помимо станций в космосе дежурили два крейсера и один рейдер, облетающие маленький спутник каждые пять минут. Окно было очень маленьким и как только один из них скрывался за горизонтом, то другой мигом появлялся, чтобы просканировать местность. Словом, оборона была достаточно серьезной. И даже если удастся прорваться через корабли, то на поверхности их будут ждать взводы роботов и зенитные пушки, а персонал базы сделает все возможное, чтобы противник не проник внутрь.

Захар думал не больше трех секунд. Он ткнул пальцем в место на поверхности спутника.

— Здесь.

— Что здесь? — не понял капитан второго крейсера. Остальные с интересом посмотрели на космопеха-выскочку, не имеющего даже офицерского звания. Панкратов хитро прищурился, приготовившись послушать очередной план генетического самородка, Обручев только скептически хмыкнул, но ничего говорить не стал. Все же эти ребята, пусть и при поддержке службы безопасности станции захватили вражеский рейдер, а второй уничтожили. Может и придумают что-нибудь дельное.

— Здесь безопасное место для высадки. — Сказал Захар. — Если подойти со стороны планеты и, прикрывшись кольцом, которое блокирует сигнал, то можно проскочить между двумя этими спутниками и высадить десант аккурат на поверхность.

— Дежурные корабли сразу же обнаружат нас. — Заявил капитан десантного корабля. — Для этого цель слишком массивная.

— Мы не будем высаживаться все вместе. Пошлем модуль. — Сказал Захар. — Достаточно одной диверсионной группы, которая уничтожит орудийный пост, установив маяк. Ударом с орбиты вы вырубите турели, а потом произведете посадку и штурмовики разберутся с теми, кто засел внутри.

— Модуль тоже можно засечь.

— Как только минуем спутники, пойдем с отключенными двигателями, а для посадки используем аварийный сброс воздуха через клапаны. Только десантный модуль надо будет определенным образом подготовить, чтобы можно было затормозить.

— А котелок у парнишки варит! — восторженно вскричал Панкратов. — Ну, давай, жги дальше.

— Как мы разберемся с кораблями на орбите? — спросил командир первого крейсера.

— Пошлем к ним заминированный рейдер, что мы захватили на станции. — Спокойно парировал Захар. — Автоматические посты расположены рядом, один мы точно взорвем, а второй вы можете расстрелять издалека, у вас же есть ракетные установки на крейсере?

— Конечно. — Капитан даже обиделся. — И стрелки у меня отменные, ракету в двухметровую цель положат.

— Тем более. Остальные корабли разберут свои цели и навалятся на дежурные суда. Тут главное согласовать время атаки, чтобы орбита была скована боем, а группа внизу уничтожит антенну связи и наведет орудия на зенитки.

— Обожаю орбитальные бомбардировки. — Сказал кто-то из капитанов. Судя по голосу, это был командир РЭБ-корабля, лишенный такого удовольствия. — Необходимо подгадать атаку так, чтобы этот корабль проходил мимо автоматической станции. — Сказал он. — Мои электронщики смогут перегрузить контуры станции и перепрограммировать компьютер, чтобы он открыл огонь по своим же. Сделать это можно будет только с одной станцией, вторую придется уничтожить.

— Хорошо, товарищи стратеги, — Обручев потер ладони. Ему понравилось, что паренек-космопех завел командиров. Теперь они сами принимали решения и планировали операцию, а не молча выслушивали приказы и тупо выполняли. Им самим понравилось думать и, судя по блеску в глазах, идеи эти шли в правильном направлении. — Мысли появились, кто еще что-нибудь предложит?

— Мы сможем воспользоваться кольцом и единым ударом уничтожить этот корабль. — Заявили в голос командиры двух рейдеров. — Он будет с другой стороны спутника и помощи ему ждать неоткуда, после чего выдвинемся на помощь коллегам, которые возьмут на себя этот средний корабль. А то вдруг они не справятся.

— Чего это не справятся, — вновь обиделся капитан второго крейсера. — Да я его по всей орбите размажу.

— Не сомневаюсь в этом, Федор Викторович. — Усмехнулся капитан первого крейсера. — Я помогу вам в этом.

— Десантный корабль будет готов начать операцию по захвату, как только вы очистите орбиту и уничтожите зенитки. — Капитан десантного корабля сложил руки на груди.

— Давайте уточним детали, господа. — Сказал капитан Обручев. — Общий план действий у нас есть, осталось согласовать время и место. Какая группа пойдет вниз?

— Моя. — Сказал Захар. — Мы воспользуемся багги, что стоит у нас в трюме. Будем у цели через пять минут.

— На спутнике низкая гравитация. — Покачал головой кто-то.

— Так ведь и багги "Жук" не простая машина. — Улыбнулся Захар.

— Давайте приступим, господа, времени у нас мало. — Обручев наклонился к дисплею, распределяя корабли по целям.

И вот сейчас Виктор ждал назначенного времени к началу операции. Внутри модуля сидела команда Захара — он сам, трое разведчиков, "Зубр" Михаил и трое штурмовиков со специальностями минер, гранатометчик и электронщик. Все из первого поколения как и сам Захар. Они быстро нашли общий язык и общих же знакомых. Помолчали по погибшим и порадовались за живых. Ребята сами вызвались на операцию, никто никого не принуждал. Стоит заметить, что хотели многие, но Захар сам подбирал себе команду. Этой чести он удостоился от капитана десантного корабля, который и порекомендовал ему данные кандидатуры. Космопех лично побеседовал с ними и утвердил всех троих. Такие люди ему были нужны самому. Не имея офицерского звания, ответственным за операцию назначили его.

Загорелся красный огонек готовности. Виктор включил двигатели, готовясь подать нагрузку на форсажные ракетные камеры. Вот точка вражеского корабля сдвинулась к горизонту. У него было не больше тридцати секунд на разгон, после чего он отключал все бортовое питание и летел вперед, повинуясь силе инерции. Корабли противника прокрутились по орбите еще два раза, чтобы Виктор совершил еще один рывок к поверхности спутника. Загорелся зеленый огонек. Пилот не стал предупреждать сидевший в отсеке отряд, а дал полную мощность, подумав: "Понеслась!". Операция началась.

Виктор визуально наблюдал, как на горизонте спутника появилась мерцающая точка, как она быстро сместилась к другой его стороне и исчезла за ней, чтобы спустя некоторое время появиться снова. Таймер отсчитывал секунды для повторного скачка. Пилот приготовился, активируя электронику. Панель приборов ожила, замерцали подсвеченные зеленым мягким цветом циферблаты приборов, выдавая показатели и рисуя графики. Радар подсветил чистый космос без кораблей противника. Модуль рванулся вперед, вырабатывая последнее ракетное топливо, придавая корпусу необходимый импульс. Вот на горизонте планеты уже появился вражеский корабль, а десантный бот уже тормозил носовыми дюзами о замершую поверхность спутника, поднимая тучи пыли. Это было самое слабое место в плане. Если кто-то с корабля обратит внимание на пылевое облако, которое непонятно откуда взялось, то быть беде. Но удача была на стороне отряда. Как только модуль сел, Захар отстрелил пиропатроны и багги мягко приземлился на крышу. Воины перевернули машину, все погрузились внутрь, а Михаил зацепился сзади, встав на крылья и играя роль противовеса.

— Погнали! — скомандовал Захар и Черный, который был за рулем, нажал кнопку пуска.

Багги быстро набрал скорость. Аккумуляторы были полны энергией, но на космическом холоде долго бы не продержались, если бы не специальная система подогрева и закрытый ящик в котором они находились. Подпрыгивая на ухабах и перелетая через небольшие пропасти — гравитация позволяла выделывать и не такие штуки — отряд быстро добрался до окрестностей базы. Захар вылез из машины и приник к биноклю. Собственного увеличения экзоскелета не хватало.

Он увидел толпы роботов, рыщущих возле периметра. А этих какого хрена вынесло наружу, подумал он. Роботы, болтающиеся без дела, никому не нужны. Неужели их засекли и уже ждут? Да вряд ли, тогда на орбите дежурили бы не паршивые три корабля, а все двадцать. Хотя, сколько там осталось от сатурнианского гарнизона, Захар не знал, но точно раза в три больше, чем их самих.

Космопех изучил обстановку вокруг базы. Орудийный пост находится рядом с диспетчерской вышкой. Могут задеть при ударе. А антенна связи обнаружилась аккурат на верхушке диспетчерской. У них, что, нет стационарной антенны связи со штабом? Странная какая-то база. Как будто недоделанная. Может так и есть? Быстро захватили какую-нибудь корпоративную шахту и используют под рембазу? Вполне возможно, планировка больно гражданская, а периметр и роботов добавили недавно. Как бы то ни было, а надо действовать по плану. Придется немного его изменить.

Захар повернулся к остальным.

— Придется захватить диспетчерскую. Другого пути нет. Антенна связи находится там и орудийный пост рядом. При ударе с орбиты мы теряем и то и другое. Если зенитки, то хрен с ними, но связь нам нужна как воздух. Поэтому выдвигаемся на позиции. Молот, Серый, Ноль и Кидала — берете на себя орудийный пост. Придется его захватить. Вы втроем чистите помещения и переводите контроль на себя, Молот, прикрываешь. Справишься?

— Еще бы! — Михаил потряс рукой-пулеметом. — Заряженная смерть с огоньком. Сегодня подаю прожаренные бифштексы из роботов.

— Молодец. Остальные — за мной. Наша задача — проникнуть наверх и получить контроль над связью. Как только возьмем башню, сразу же просим поддержку. Задача понятна?

Все закивали.

— Тогда вперед. — С этими словами Захар выпрыгнул из-за обломка скалы и семимильными прыжками помчался к диспетчерской башне.

Капитан РЭБ-корабля наблюдал, как заряженный взрывчаткой рейдер подходит к автоматической станции. Еще на заре космоплавания республиканцы отказались от ядерных реакторов, а то взрыв был сильно мощным и губил много кораблей, что находились рядом. Поэтому взрывчатку пришлось закладывать, а его ребятам потрудиться над дистанционным управлением кораблем. Передача видеосигнала пилота велась по специально подключенному устройству к панели управления. Создавалось полное ощущение присутствия экипажа на борту. На что и купились диспетчера противника. Когда рейдер приблизился к автоматической станции, прося посадки для ремонта, то операторы отстрелили от него специальные модули, которые устремились ко второй станции, а сам рейдер превратился в большую вспышку. Иллюминаторы затемнились, оберегая глаза от яркого света.

Как только произошел взрыв, в атаку устремились все корабли союзного флота. Авианосец выбрасывал в космос звено за звеном, которое устремлялось к вражескому кораблю. Капитаны двух крейсеров, выйдя на дистанцию ракетного залпа, слаженно ударили по рейдеру противника, осыпая его кучей ракет. Техники РЭБ-контроля бегали пальцами по клавиатурам, запуская вирус в программы станции, заставляя искусственный интеллект подчиниться им. Одна из автоматических станций пылала, вторая словно дрожала в лихорадке, испытывая электронный оргазм. Вот, наконец, она перестала изображать из себя недотрогу и, развернув орудия, выпалила всем имеющимся на ее борту арсеналом по кораблю противника, который сразу же взорвался. Меньше чем за минуту боя были уничтожены два корабля противника и захвачена орбитальная турель. С той стороны спутника пришло сообщение, что вражеский рейдер захвачен. Капитаны не смогли удержаться от соблазна, чтобы не почесать кулаки и высадили на борт абордажные команды, которые порвали в клочья всех роботов на борту, а пытающийся сопротивляться экипаж приговорили к быстрой казни. Те, кто хотел сдаться и сразу же поднял руки, были пощажены, но остальным упертым воякам не поздоровилось.

Капитан десантного корабля, не дождавшись сигнала со спутника, пошел на выручку диверсионной группе. Капитан РЭБ-корабля хорошо понимал его. Орбита спутника очищена и можно стягивать все силы сюда, чтобы поделить приз, который им достался довольно легко. Капитан задумался. Больно все просто и быстро получилось. Обычно республиканцы так себя не вели, сражаясь до последнего. Да и их корабли, хоть и имели не такую сильную защиту, как союзные, но все же были крепким орешком, раскусить который с налету не удавалось. А может все было так потому, что сейчас капитан участвовал в собственноручно разработанной операции, опираясь лишь на свой опыт и действуя малыми силами, которые были правильно распределены. Об этом стоило подумать.

Захар выпустил длинную очередь, выбивая из очередных защитников боевой дух. Диспетчерская оказалась крепким орешком. Мало того, что она была серьезно защищена, так еще и внутри имперцы понаставили автоматических турелей и приходилось использовать гранаты, которых было не так уж и много. Серый передал, что у них дела тоже идут туго, Молот занял круговую оборону и не подпускал роботов к входу, имея уже с десяток мелких повреждений. Сами они двигаются медленно, на каждом повороте стоят турели и баррикады. Такое ощущение, что их здесь ждали. Вот и у меня такое же, подумал Захар, взрывая очередную турель и раскидывая защитников в стороны. Рыжий стрелял их как куропаток на лету. Черный прикрывал с тылу, отстреливая наиболее напирающих роботов, а Бомба раскидывал вперед мины-липучки, освобождая проход для всех.

Лифтом они решили не пользоваться, он мог быть заминирован. А подняться наверх могли по его шахте. Черный выстрелил трос, который стальным крюком с раскрывающимися зубцами застрял в потолке. Они все вместе обнялись и полетели наверх. Лебедка тихонько пела, наматывая стальной трос на катушку. Наверху Черный притормозил и Секач с Бомбой слету пробили стену, залетая в коридор и приземляясь за спинами у орудийного расчета, который не ожидал их появления. Расстреляв защитников и получив пару вмятин на скафандр, они ломанулись вперед, стараясь как можно быстрее оказаться возле двери диспетчерской, где их ждало сопротивление. Защитники бросили в бой роботов и сами использовали тяжелое вооружение. Захар сунулся было внутрь, но получил болванкой в грудь и отлетел назад. Снаряд не пробил скафандр, но повредил некоторые системы. Медблок противно завизжал, предупреждая о сломанных костях и внутреннем кровотечении, но Захар игнорировал его, пытаясь встать. На него обрушился огонь из диспетчерской, но тут подоспели товарищи и закидали гранатами защитников, разметав тех по помещению. Черный ворвался внутрь и, дико вращая глазами, вытащил из-под стола трясущегося от страха диспетчера. Бомба уже взвалил на себя Захара и потащил его к столу-дисплею в центре.

— Ждали нас! — тряхнул оператора за ворот Черный. — Говори, сука!

Тот только трясся от страха, глаза испуганно вращались, а губы мелко дрожали. Поняв, что от него ничего не добиться, Черный отпустил обосравшегося оператора и вызвал по радио.

— Серый, как у вас там?

— Нужна помощь. — Прохрипело радио. — Ноль трехсотый, но еще держится, а без него мы не взломаем систему. Он на стимуляторах, но долго не протянет. Молот уже по горло завален обломками роботов, а они все лезут и лезут. Срочно нужна подмога!

— Блять! — в сердцах сказал Черный. — Десант не сядет под плотным огнем зениток. Можете взорвать здание?

— Мы почти дошли до центра, немного осталось. — Послышались звуки стрельбы и ухнул взрыв. — Будет жалко все упустить.

— Не надо играть в героя. — Черный оглянулся. — Рыжий, вы с Бомбой удержите вышку?

— Как два пальца. — Рыжий был немногословен.

— Серый, иду к вам. — Передал по радио Черный. — Держитесь!

— Не забудь притащить с собой взвод штурмовиков! — прохрипел тот в ответ.

Бомба раскрыл грудь экзоскелета Захара и вколол лекарство из набора. Сразу же полегчало. Обезболивающее и успокоительное. Ладони скафандра Бомбы закрутились, превращаясь в хирургические инструменты.

— Рыжий, присмотри за входом. — Велел штурмовик и начал колдовать над грудной клеткой Захара.

Оператор бухнулся в обморок, увидев, как Бомба оперирует товарища. Психика гражданского не выдержала и отключила мозг. Он еще не скоро придет в себя, а когда придет, то пожалеет о том, что вообще очнулся. Бомба раскрыл тело Захар, вколов тому местную анестезию, сложил ребра и залил кости специальным клеем для закрепления и быстрого сращивания. Он копался в теле как заправский хирург, раздвигая ткани и деловито копошась. Закончив с ребрами, он занялся внутренними кровотечениями, наложив специальные пластыри на порванные сосуды и восстановив кровоснабжение конечностей. Зашил грудную клетку, оставив их внутри. Материал обладал повышенными регенерационными свойствами и полностью совмещался с клетками организма, встраиваясь в живую ткань и не отторгался. Эксклюзивная разработка. Бомба гордился проведенной в полевых условиях операцией. Все-таки был медбратом в отряде и совмещал две специальности. И скафандр у него был доработан для его нужд.

Черный нашел Молота под грудой обломков роботов. Похоже весь гарнизон собрался в одном месте. "Зубр" был помят, одна нога не действовала, правая рука с пулеметом превратилась в дуршлаг, стволы напоминали металлическую пальму, левая плечевая часть была разворочена взрывом и ракетная установка уничтожена, но кибервоин неумолимо стоял у входа, отбивая уже редкие атаки одиночных роботов, выползающих из обломков своих товарищей. Черный похлопал его по плечу и проскользнул внутрь. Все равно он ничего не мог сделать, только подбодрить товарища. На борту корабля его ждет Маша, которая придет в ужас от всех его повреждений и похоже, навсегда запретит ему сражаться. А "Зубр" не может себе позволить такой роскоши. Этих странных душевных отношений между девушкой и получеловеком-полумашиной он не понимал, но не лез с советами ни к тому, ни к другому. Сами разберутся.

Черный услышал стрельбу впереди и прибавил ходу. Он вынырнул из-за угла и увидел укрывшихся за баррикадами Серого, Кидалу и лежащего Ноля, который не подавал признаков жизни. Черный плюхнулся рядом и мельком взглянул на предплечье штурмовика. Система выдавала двадцать один процент жизненных показателей. Совсем хреново. Парень еле держится. Помирать ему никак нельзя. Черный подполз к Серому.

— Где пост?

— Дальше по коридору налево. — Серый сам был ранен в руку, но продолжал стрелять. — Там две турели ведут перекрестный огонь. Ноль сунулся туда, мы его еле вытащили. Сейчас сидим здесь.

— Гранаты есть?

— Если бы были, то мы бы здесь не сидели.

— Вентиляция?

— Я думал об этом, но она может быть заминирована.

— Вот заодно и проверим.

Черный подпрыгнул вверх, уцепился за решетку и рывком вниз всем телом выломал ее. Серый ничего не успел сказать, а только вел отвлекающий огонь, чтобы противники спрятались за баррикадой. Черный подпрыгнул снова и проник внутрь в пыльное царство вентиляторов и решеток. Он ужом пополз вперед, повернул налево, по звуку выстрелов определил, где находятся турели и, поднатужившись, выломал колено, приземляясь вниз вместе с листами металла. Турели разворачивались к цели, а защитники только открывали рты, как черный воспользовался дробовиком, уничтожая автоматических стражей зарядами, начиненными взрывчаткой. Турели еще взрывались, а Черный уже выхватывал ножи и пошел кромсать направо и налево, разрубая руки, ноги, тела, шеи и головы — защитники стояли плотно. Он вынырнул из кольца трупов и кинулся к шлюзу, за которым скрывался орудийный пост. Рыжий и Кидала тащили тяжелого Ноля, прикрывая сзади, хотя защитники расчета остались только внутри комнаты управления. Черный заложил взрывчатку и дверь вынесло внутрь. Там кто-то закашлялся, но воин не стал выяснять, кто именно, а паля во все стороны, кувырком залетел в помещения и, постоянно перемещаясь, стрелял в противников, не разбирая, есть у них оружие или нет. Ему вторили стволы напарников и если Кидала выбирал только тяжеловооруженные цели, которые подсвечивались у него на внутреннем дисплее, то Рыжий, так же как и Черный, палил во все, что движется.

Они очистили помещение меньше чем за десять секунд. Дым от взрыва только оседал, а вокруг уже было полно трупов и крови, которой была забрызгана вся аппаратура. Один из защитников еще был жив и Черный подошел к нему, чтобы добить.

— Кирдык вам, уроды. — Прохрипел кровью защитник и умер.

— Это еще почему? — спросил мертвеца Черный.

— Не хрен разглагольствовать, надо отключить зенитки. — С этими словами Кидала подтащил туго соображающего Ноля к клавиатуре, отпихнул с кресла сидящего там оператора и усадил в него штурмовика, после чего вколол тому лошадиную дозу допинга. — Давай, друг, соображай. Наши уже на подходе.

Черный видел на дисплее, что зенитки берут в прицел одиночную цель, выписывающую немыслимые пируэты. Ноль встрепенулся и застучал пальцами по клавиатуре.

Черный переключил экран радара. Он постучал пальцем по жидкокристаллическому дисплею и спросил Кидалу:

— А это еще кто?

К спутнику приближалось двадцать отметок кораблей.

В ловушке

Бывшая ремонтная база Республики. Спутник Сатурна Феба.

Капитан Обручев мельком взглянул на экран радара. Эти чертовы имперцы четко подгадали момент, когда ударить. Корабли группировки рассеяны и собрать их в единый кулак будет непросто. К тому же нас в два раза меньше и атаковать противник будет только с дальней дистанции, стараясь сразу же вывести из строя наибольшее количество кораблей. В ближнем бою его преимущество сойдет на нет.

— Корабли противника приближаются и выходят на дистанцию удара. — Сказал оператор дальних систем обнаружения.

— Я вижу. — Сдержано ответил капитан. Он подумал мгновение. — Всем кораблям — маневрировать на максимальной скорости, прикрыться щитами, постараться как можно быстрее достичь противника…

— Нет. — Заявил капитан РЭБ-корабля. — Так они нас быстрее уничтожат поодиночке. Надо спрятаться за спутник и оттуда ударить. Имитировать побег. Пусть два рейдера, что скрыты планетоидом, обойдут флот противника, прикрываясь кольцом и спутниками. Мы постараемся поставить помехи, чтобы их не засекли. Так у нас будет шанс.

— Зарубин дело говорит. — Подал голос командир второго крейсера. — Действуем по обстановке. Мобильную базу вниз, готовьте абордажные команды.

— Поехали. — Весело крикнул кто-то.

— Истребителям — отступить. — Приказал Обручев. — Ударим с фланга. Уходите в астероидные поля.

— Приказ понял. — Сказал командир главного звена. — Звенья, делай как я.

Корабли расползлись по орбите. Враг собрался в кучу и издалека нанес удар. Первый крейсер вспыхнул как спичка — попадание пришлось в кормовой отсек. Двигатели были разворочены, дизеля заклинило, топливо разлилось и полыхало, судно потеряло управление. Аварийная команда, к которой присоединились и остальные матросы, боролась за живучесть. Чтобы погасить пламя открыли все переборки в поврежденных отсеках. Кислород рванул наружу, как застоявшийся мустанг. Пламя потянулось за ним, огненным вихрем пройдясь по коридорам и шлюзовым камерам. Команда подключала резервное питание и дополнительные дизеля, которые стояли в носовой части, дали электроэнергию. Корабль продолжал двигаться по инерции, противник уже не обращал внимание на подбитое судно, сосредоточив огонь на авианосце и мобильной базе.

Ремонтный док не был таким маневренным, но ему все же удалось выдержать удар благодаря силовым щитам. Базу тряхнуло и она медленно стала опускаться на планетоид. Имперские корабли приближались, стреляя уже из пушек по судам союзного флота. Истребители прекратили прятаться и рванули вперед, сокращая дистанцию. Навстречу им вылетело облако перехватчиков — в составе группировки шли два авианосца. Завязался космический бой, где решающим оказалось мастерство и скорость. И если в первом имперцы уступали, то во втором превосходили союзных пилотов и тем приходилось попотеть, оставшись в меньшинстве.

Лиза ушла от выстрелов лазерной пушки перехватчика и, развернувшись практически на месте, нажала кнопку спуска. Трехствольная тридцатимиллиметровая пушка бешено завращалась, выпуская во врага тучу взрывоопасных шариков. Машина врага вспыхнула, обернулась огненным ореолом и проскочила мимо, взрываясь. Огонь добрался до двигательной установки. Лиза бросила машину вправо, уходя от очередного врага. Предыдущий маневр сказался на физическом состоянии — голова чуть закружилась, перегрузка была довольно высокой, но скафандр и человек выдержали. Ей на хвост упали сразу двое и пришлось резко маневрировать, чтобы стряхнуть преследователей. Но те никак не хотели упускать жертву. Один следовал за ней словно приклеенный, второй же постоянно промахивался и снова выходил на курс. Изредка первый стрелял из пушки, но лучи проходили мимо. Лиза еле успевала уворачиваться. Помочь ей было некому — у всех и так дела шли неважно. Второй вновь проскочил мимо и Лиза тут же села ему на хвост и выпалила из пушки, разорвав кормовой маневровый двигатель в клочья. Перехватчик сразу же закувыркался, потеряв управление. Первый выпалил из пушки и правое крыло прочертила свежая полоса. Истребитель получил рваную рану, но еще оставался в строю. Лиза провела несколько фигур высшего пилотажа, но вражеский пилот ничуть не отставал. Ей несказанно повезло, когда противник, увлекшись ею, проспал залп собственного линкора, удар которого разрезал перехватчик пополам. Лиза тяжело выдохнула и снова окунулась в круговерть боя.

Капитан РЭБ-корабля, усилив носовые щиты и переведя всю энергию на них, прикрывая десантный корабль, который высадил часть на базу для ее захвата и вновь вернулся в космос, как только поступило сообщение о приближении сил противника, медленно продвигался к кораблям противника. Второй крейсер и рейдер уже вступили в битву, достигнув передовых кораблей. Маневренные корветы, непонятно каким образом уцелевшие под ударами противника, добрались первыми до его кораблей. Операторы поставили помехи, запустили жучков, взламывая электронные сети и мешая работе автоматики. Зарубин не сомневался в действиях своих подчиненных. Он поглядывал на показания приборов о состоянии корабля.

Капитан рейдера "Молниеносный" подошел вплотную к крейсеру противника. Они проходили бортами.

— Открыть орудийные люки! — заорал боцман.

Заслонки отошли в сторону и левый борт ощетинился пушечными стволами. Противник тоже не зевал и последовал примеру рейдера.

— Огонь! — скомандовал боцман и корабль содрогнулся.

Орудия одно за одним выстрелили посылая в противника снаряд за снарядом. Крейсер не был оборудован силовым полем и имел не слишком толстую броню, поэтому повреждения у него были критическими. Впрочем, рейдеру тоже досталось.

— Пожар в шестом, седьмом и девятом отсеках! — доложил оператор внутренних систем. — Аварийные команды приступили к ликвидации повреждений.

— По правому борту заходит линкор! — крикнул наблюдатель.

— Приготовиться к штурму! — приказал капитан. — Абордажным группам покинуть корабль. Мы поджарим этого здоровяка, как только будем готовы. Пушки заряжены?

— Так точно, товарищ капитан! — боцман вытянулся в струнку.

— Огонь!

— Огонь!! — продублировал команду боцман.

Но в орудийном отсеке и так слышали. Автоматическая система подачи снарядов не жалела боеприпасов, заряжая пушки. Оператор до боли в пальцах вдавил кнопки спуска. Пушки тяжело выдохнули, разряжаясь. Корабль качнуло. Линкор ощутил на себе неприятные последствия атаки и ответил на них залпом, часть которого прошла мимо, но все же зацепила рейдер. К горящим отсекам добавились еще два а во втором образовалась крупная дыра. Кислород из магистралей выдавило в космос и он растекся по черному покрывалу мелкими кристалликами.

— Штурмовые группы пошли! — скомандовал капитан, держась за поручень мостика.

Абордажники оторвались от корабля и поплыли в пустоте навстречу вражескому линкору. Заплечные двигатели отработали свое. Один за другим люди в экзоскелетах приземлялись на корпус корабля, заякорились магнитными подошвами и в едином разе заложили взрывчатку. Множество взрывов вспыхнули одновременно, прожигая броню, в проделанные отверстия проникали люди в закопченных скафандрах и сеяли вокруг смерть. Часть абордажной команды направилась в силовой отсек, часть — в рубку, остальные рассредоточились по кораблю, стараясь нанести как можно больший урон. Группы быстро продвигались, не встречая сопротивления. Похоже абордажная атака линкора была для экипажа неожиданной.

Группа из пятерых штурмовиков ворвалась в рубку, покрошив в капусту находящихся там офицеров. Один из отряда подошел к сейфу, выломал дверцу и прихватил электронные документы. Второй подключился к компьютеру и скачивал последние приказы вражеского генштаба. Остальные запускали самоликвидатор, передавая по радио, чтобы другие группы немедленно покидали корабль. Операция была отработана. Как только рубка была захвачена, поврежденный рейдер, прикрываясь тушей линкора от остальных кораблей, подошел ближе, чтобы принять на борт команды абордажников. Тот, кто скачивал данные, закончил и поднял вверх большой палец. Первый кивнул остальным и они быстро покинули рубку, направляясь к ближайшей дыре. Штурмовики прыгали на корпус рейдера и залезали внутрь через специальные шлюзы. Когда последний скрылся внутри, рейдер отвалил от жертвы и направился к следующей, маневрируя под уже рассредоточенным огнем противника. Героические ремонтные команды на ходу ликвидировали повреждения и восстанавливали обшивку.

Второй крейсер затеял дуэль сразу с тремя противниками. Федор Викторович похоже совсем потерял голову, если так уверовал в свои силы. Но то ли ему вообще везло по жизни, то ли он был в ударе и фортуна повернулась к нему не только лицом, но и предложила все свои прелести, но одним ракетным ударом он взорвал авианосец. Видно, ракеты попали в какой-то энергоузел, либо оператор знал, куда стрелять. Вражеский корабль взорвался, озарив вспышкой кубическое пространство боя. На миг противник замер, чем и воспользовался отчаянный капитан. Он обстрелял один крейсер и пошел на таран на второй. Противник попытался сманеврировать, но духовный последователь Гастелло не упускал своего. Мало того, на носу крейсера Федора Викторовича, по его просьбе, техники наварили такую ледокольную болванку, что можно было протаранить планету. Крейсер союза врезался в имперский корабль. Металл прогнулся под натиском крепкого сплава. Судно потащило в сторону. Крейсер замедлил ход, пушками с левого борта атакуя второй корабль. С носа на вражеское корыто попрыгали штурмовики. Они проникли в проделанное кораблем отверстие и кинулись наводить шорох в отсеках. Тактика абордажных групп была отработанной — рубка и силовой отсек. Остальные занимались тем, что гоняли экипаж и уничтожали все, что под руку попадется. Потом команда благополучно сваливала, а корабль взрывался. Здесь все прошло точно также.

Имперский флот, в первые минуты боя выведя из строя три корабля союзного флота — один из крейсеров и оба корвета, экипажам которых не повезло, но они смогли уничтожить один крейсер, но потеряв вдвое больше, чуть притормозил в своих намерениях. Чем и воспользовались два рейдера, что обошли сражение по дуге и вышли в тыл кораблям. Один из них прилип к флагману, на котором находился командующий группировкой, а второй добрался до второго авианосца, перехватчики которого были заняты боем с истребителями капитана Обручева. Сам капитан в стороне не сидел, а точными ракетными атаками поражал корабли противника. Авианосец получил некоторые повреждения, но не смертельные. Щит уже не функционировал, но броня была крепка и держала удар. Вражеские выстрелы уже не стали такими прицельными, корабли атаковали разобщено, поделив цели. Они приблизились довольно близко к спутнику, чтобы уцелевшая автоматическая стация вступила в бой против своих же создателей. Сосредоточенным залпом искусственный интеллект повредил один из крейсеров и тот сошел с курса и начал падать на планету, где его плотным огнем встретили зенитки. Ноль успел перепрограммировать систему. Посчитав задачу выполненной, станция переключилась на другую цель, которую смогла достать.

Штурмовики с рейдера, что прилип к флагману, вихрем прошлись по его палубам, вычищая отсеки. Здесь существовала служба безопасности, которая организовала сопротивление, но оно было незначительным. Несколько несерьезных ранений не остановили бравых десантников. Используя все возможности экзоскелетов, они пробивались к рубке, где было сосредоточено главное управление флотом. Служба безопасности не успевала строить баррикады, как их уже разламывали лезущие вперед космопехи. Мощные дядьки в скафандрах с крепкой броней и небольшими силовыми щитами прошли защитников как нож сквозь масло. Перед рубкой их встретило сильное сопротивление и плотный огонь защитников, которых успокоил гранатомет одного из десантников. Задачи захватить кого-нибудь живым не было, поэтому ребята не церемонились, совершенно наплевав на Женевские конвенции и прочие права человека.

Когда они вломились в рубку, то все находящиеся там задрали руки вверх. Командир отряда поднял забрало шлема и смачно сплюнул на пол через зубы. Держа на прицеле центральную группу, он хриплым голосом осведомился:

— Кто главный?

Стоящий в центре седовласый мужчина шевельнул правой рукой. Командир выстрелил не целясь, уже зная, что пуля попадет куда надо. Адмирал завалился на пол с дыркой в голове. Все остальные испуганно посмотрели на его труп.

— Это чтобы у вас дурных мыслей не возникло. — Усмехнулся командир. — Все носом в пол. А ты передай приказ об отступлении и прекращении огня, хотя мы вас и так размотали. Какого хрена вы вообще притащились сюда?

Народ в рубке молчал.

— Что, языки проглотили. — Командир засмеялся. — Ладно, хорош бздеть. Никого больше стрелять не буду, честно пионерское. Но любое лишнее движение буду пресекать. Ну, так как вы здесь оказались.

— Источник информации знал только адмирал. — Пискнул кто-то.

— Опять ты поторопился, Пахом. — Сказал кто-то из бойцов. — Надо было допросить старика.

— Такие не раскалываются. — Парировал Пахом. Поспешил я, раздосадовано подумал он. Десантник подошел к телу адмирала и выудил у него из рукава небольшой пистолет. — Видишь. Как только я подошел бы к нему, как он пристрелил бы меня. Вы бы его, конечно, убили бы, но мне-то уже не поможешь, а жизнь так прекрасна.

— Не жизнь, а сплошной адреналин. — Проворчал кто-то.

— Это ты сказал, Скептик? — командир повернулся к отряду. — Надо было в техники идти, а не в космопехи.

— Да меня особо и не спрашивали.

— Конечно, если бы спросили, то померли бы от негатива, которым ты пропитан. — Засмеялся стоящий рядом со Скептиком боец. — И где ты его набрался?

— Там же где и ты, Весельчак.

— Ладно, хорош лясы точить. — Прервал их Пахом. — Так где вы узнали, что мы будем здесь в этот день и час?

— У адмирала был свой канал связи. Он устроил засаду на поверхности, а сам отвел корабли и стал ждать. — С готовностью рассказывал писклявый. Жить очень хотелось. — Потом, как появились вы, он дождался, когда десант пойдет на посадку и двинулся к вам.

— Дальше все ясно. — Сказал командир. — Давай, командуй отступление, пока мы всех ваших не размотали.

Корабли получили приказ за подписью адмирала, но некоторые не стали выходить из боя, потому что просто не могли быстро драпать. От двадцати кораблей осталось меньше десятка, да и те были наполовину захвачены или повреждены. Союзному флоту тоже серьезно досталось. Авианосец был еще на ходу, как и два рейдера, что зашли с тылу. Рембаза серьезно повреждена и просто упала на поверхность сатурнианской луны, остальные корабли имели степень повреждения более пятидесяти процентов, двигаться из которых могли только трое, остальные просто висели в космосе. Когда штурмовики захватили вражеский флагман и скомандовали оттуда отступление, то три корабля сразу же вышли из боя, словно ждали этого приказа. Остальные физически не могли и продолжали сражаться. Пришлось уничтожить их издалека, а тех троих отпустить, потому что соревноваться с ними в скорости ни мог ни один корабль.

Капитан Обручев собрал командиров на авианосце после сокрушительного сражения. Многие прибыли сразу, некоторых приходилось тащить на буксире, которым управлял Виктор — вот и пригодился мусоровоз. Бравый капитан крейсера с командой самоубийц прибыл с перемотанной башкой, но в отличном расположении духа. Он громко гудел в коридорах корабля о своем лихом маневре и восторженно вопил о победе. Остальные не испытывали такого позитива, хотя и остались в живых, но потери были ощутимыми. Десантников со всех кораблей погибло около ста человек, а экипажей — около трехсот двадцати. Всего же личного состава всей группировки осталось около тысячи. Для такого флота этого было мало. К тому же они потеряли два корвета в полном составе, выжили только несколько человек, что успели эвакуироваться. Корабли были разведывательными и не предназначенными для длительного боя с крупными силами, поэтому их участь была решена. Но все же победа далась дорогой ценой.

Петр Евгеньевич оглядел капитанов. Он положил руки на экран дисплея и тяжело сказал:

— Потери у нас большие. Это очень тяжело, когда служившие рядом с тобой товарищи покидают этот мир, но жизнь, а с ней и борьба продолжается и нам надо держаться. Единственным выходом сейчас я вижу закрепиться на ремонтной базе противника. Помочь Марсу сейчас мы не сможем и все это понимают. Поэтому первоочередной задачей остается ремонт и еще раз ремонт. Где Сергей Владимирович?

— Я здесь. — Главный техник рембазы поднял руку.

— Как у вас с ресурсами?

— По предварительным оценкам свою собственную базу мы сможем восстановить за сутки. Остальные корабли можно загнать в док республиканской базы. Там очень неплохое оборудование, плюс куча запчастей. И если мне помогут электронщики Евгения Андреевича…

— Помогут. — Проворчал капитан РЭБ-корабля. — Всенепременно.

— Премного благодарен.

— О чем это вы? — не понял Обручев.

— На базе полно ремонтных дроидов, которых мы и используем. — Пояснил Евгений Андреевич. — Нечего оборудованию простаивать.

— Правильное решение! — гуднул Федор Викторович.

— Значит, решено. — Подвел итог капитан авианосца. — Сначала в ремонт поступают корабли с легкими повреждениям, потом со средними, затем самые тяжелые. Сейчас оставшиеся на ходу два рейдера патрулируют орбиту, а аварийные команды пусть собирают обломки имперцев, может, найдут что-нибудь интересное, да и наши корабли проверить не помешает.

— Я уже дал своим команду. — Сказал командир первого крейсера. — Все что найдут тащить вниз.

— Поступило сообщение, товарищ капитан, — передал радист. Обручев развернул на портативном коммуникаторе текст, прочитал его и убрал в чехол.

— Орбитальные корпоративные базы Сатурна передают нам приглашение и просятся под нашу защиту. Они были захвачены имперскими войсками, но когда их операторы засекли нас и увидели, как мы задали им трепака, то организовали сопротивление внутри станции. Все поднялись против захватчиков и сейчас три базы уже освобождены, а к двум направляется команда корпоративных пиратов. Так что, ребята, мы с вами находимся на острие гражданской войны и новой революции.

— Если так дальше пойдет, нам придется организовать собственное государство. — Проворчал капитан одного из рейдеров, что сейчас находился в патруле. Рулил кораблем старший помощник, пока командир присутствовал на совещании. Пользоваться связью Обручев не хотел — сигнал могли перехватить. Поэтому командир авианосца не стал рисковать.

— Надо будет — организуем! — гаркнул Федор Викторович. Он вообще был довольно рисковым человеком и редко думал о последствиях.

— Не надо нам такой обузы. — Поднял ладони старпом Дементьев.

— Хорошая ресурсная база нам не помешает, а на орбите Сатурна мы можем создать довольно мощную систему обороны. — Задумчиво сказал Петр Евгеньевич. — Надо ответить согласием и выслать для разведки и подкрепления наших обязательств пару кораблей. Как только они будут готовы. Есть возражения?

— Нет. — В голос заявили капитаны.

— Тогда на сегодня все. Главное — ремонт и отдых. Запасы топлива, кислорода и пищи пополним на этих станциях. Если нас примут там, как освободителей. А то не вышло бы как… — Он задумался.

— Как где? — спросил любопытный Федор Виктрович.

— Ладно, забудем. — Махнул рукой Обручев. — Всем отдыхать.

Народ разошелся по своим местам, а Петр Евгеньевич попросил радиста переслать кое-кому одну радиограмму.

Алекс шел по коридору административного здания и сжимал кулаки. Только что он получил радиограмму от командира союзной группировки в которой было только четыре слова: "Нас сдали, ищите крота". Это было как удар в спину. Алекс сразу же стал перебирать в голове варианты. Обсуждали план все вместе, но кто мог быть засланным казачком? Кому агенты императора пообещали амнистию? Это может быть любой из них, но под подозрение попадают сразу трое: Антонио, Жан и Каваджо. Последний, как никак, глава транслирующей корпорации и заручиться его поддержкой — значит обеспечить связь. Тут рубить с плеча не стоит, надо подумать. Алекс уже набросал в голове план действий.

Передышка

Кто-то тронул Машу за плечо и она мигом открыла глаза. За последние двое суток она лишь на пару часов сомкнула веки. В лазарете на спутнике, где расквартировали всех врачей со всех кораблей, тяжелые пациенты шли нескончаемым потоком. Мобилизовали всех, кто хоть что-то понимал в медицине — медсестер, докторов, судовых лекарей, хирургов, врачей-терапевтов. Марии приходилось сшивать ткани, вправлять кости, накладывать бинты и жгуты, таскать на себе крупных мужиков, некоторые из которых были в сознании и пытались помогать, когда хрупкая низенькая девушка переваливала их на каталку и страшно смущались, если у них не получалось. Маша не обращала на это внимания, она просто делала свою работу. Парни пытались разговаривать, но девушка улыбалась во все тридцать два зуба и молча пеленала их или ковырялась в недействующих имплантах, оживляя их.

В палате лежали четверо — Захар, так и не пришедший в сознание после операции Бомбы, Михаил, занявший угол, Ноль, который на деле оказался Андреем и ходивший из угла в угол и мающийся от безделья штурмовик из отряда "Кавказ", ждущий, когда же ему вставят искусственный глаз. Он и тронул Машу за плечо.

— Сестра, можно воды. — Глядя единственным уцелевшим глазом, попросил он.

— Совести у тебя нет. — Проворчал из угла Михаил. В целом он был здоров, но ждал, когда подвезут запчасти для его ног и правой руки. Сервисная служба пахала круглыми сутками, разыскивая недостающие для космопехов детали. — Девочка только глаза закрыла, а ему пить захотелось. Выйди в коридор, да и попроси там у кого-нибудь.

— Так нет там никого, я уже ходил. — Смущенно оправдывался штурмовик. — Как вымерло все.

— Конечно вымерло. — Проворчал Андрей, повернувшись на другой бок — на правом лежать ему было больно, а на спине вообще невозможно. — Ты что, не слышал, что Обручев своим приказом отправил весь медперсонал на восемь часов сна, а то с них уже толку никакого?

— Когда это было? — спросил штурмовик.

— Да когда ты дрых без задних ног. — Сказал Михаил.

— А-а, — протянул воин. Мария не стала выслушивать их препирательства, а просто сходила за бутылочкой воды к автомату, стоящему в лазарете. Хакеры с РЭБ-корабля взломали его систему и сейчас он выдавал всем желающим напитки бесплатно.

Штурмовик жадно присосался к бутылке, а Маша подошла к Михаилу. Он не помещался на койке, да и какая койка может пригодиться ходячей платформе с получеловеком внутри? "Молот" располагался полусидя, с открытым забралом шлема и весело глядел единственным глазом на мир. Во второй через зрительный нерв прямо в мозг поступала информация с датчиков и наружных камер. Мониторинг системы велся непрерывно и компьютер сообщал об отключении ножных протезов и отказе функционирования правой управляющей системы турели. Миша просто отключил сигналы, чтобы они его не раздражали и проводил все время в обществе Марии, чему та была, конечно, рада, но вот присутствие остальных слегка сдерживало их общение.

Когда Михаила привезли на транспортной платформе в лазарет, Маша чуть в обморок не грохнулась. Она и так с трудом, с помощью Виктора, восстановила его после сбоя, а тут на нем живого места не было. Вся броня изрешечена пулями, ноги не работают, жизненные системы на последнем издыхании — человек внутри машины выжил только чудом. Будь ее воля, она бы давно выдернула мужика из поломанного механизма, но отключение от системы убило бы Михаила разом. Поэтому, закусывая губы и не сдерживая слезы, которые протянулись у нее дорожками из глаз, она, засучив рукава, принялась за восстановление механизмов. Миша тогда открыл глаз и, увидев мокрое лицо, сказал — ну зачем ты так, все хорошо, даже отлично. И отключился. Она тогда чуть с ума не сошла, но стоящий рядом доктор вовремя встряхнул девушку и жестким тоном стал направлять ее действия. Он была ему благодарна. Своим окриком он вернул ее к реальности и она уже не допускала ошибок, которые могла совершить под наплывом эмоций.

Серьезные опасения у нее вызывал Захар. Операцию, которую провел Бомба, она одобрила, но космопех не приходил в сознание. Полное обследование на аппаратуре медцентра не выявило каких либо отклонений и заставило Машу серьезно задуматься. Применять методы выведения из комы она не хотела, все надеялась, что Захар очнется сам. Но если не будет никаких реакций, то придется попробовать принудительное пробуждение.

Штурмовик из группы "Кавказ", напившись воды из бутылочки, таскался по палате, не зная чем себя занять. Сидеть в четырех стенах ему не просто надоело, осточертело вовсе. Одно дело, когда сидишь на корабле в ожидании выброски. Тогда все естество, все нутро жаждет начала операции, адреналин то и дело впрыскивается в кровь. И когда раздается долгожданный сигнал, то сразу же забываешь все свои расстройства и переживания, остается только тяжелая работа. Штурмовику сильно не хватало этого. После ранения, когда его поместили в лазарет, прошло всего два дня, но даже за такое короткое время он уже соскучился по парням из своего взвода, по кораблю, по громкоголосому боцману, который, набравши воздуха в грудь, как сирена объявлял команду "на абордаж!". Совершенно не знал чем себя занять.

— Че ты таскаешься по палате, мельтешишь. — Сказал недовольный Ноль. — Ляг, полежи.

— Належался уже, бока болят. — Ворчливо ответил Штурмовик.

— Ну, тогда посиди, голова уже от тебя болит, болтаешься как маятник у часов.

— Чего?

— Ничего. Отдыхай, говорю.

— Хватит, наотдыхался. На волю хочу.

— Слушай, иди тогда по лазарету походи, доктора найди, который тебе глаз обещал, у него спроси, когда же он, сволочь такая, тебе операцию делать будет. — Посоветовал Михаил. — А то действительно не сидишь и не лежишь, так хоть делом займись.

Штурмовик просиял лицом.

— Точно. Пойду поищу.

— Куда это ты собрался? — Мария встала в дверях. — Из палаты не выходить, докторов не беспокоить, они на операциях все, будете еще у меня по коридорам шарахаться.

— Да ладно Маш, — сказал Михаил, — пусть идет, хоть на улице воздухом подышит.

Мария не поняла шутки, но все остальные сразу заулыбались, а штурмовик даже хохотнул. Он подошел к двери, мягко переставил девушку в сторону и сказал.

— Пойду ребят навещу, они тут недалеко лежат. — Приложил руку к груди. — Честное пионерское, до доктора докапываться не буду.

С этими словами вышел за дверь. Маша повернулась к Михаилу.

— Ну, спасибо тебе, выпроводил пациента. А если его на операцию вызовут, я его где искать буду?

— Не вызовут. — Спокойно сказал Михаил. — Если уж мне шток поршня уже двое суток достать не могут, то ему глаз найти вообще нереально.

— Но ведь ищут же.

— Спасибо хоть на этом, что ищут. Да и потом, что ты прицепилась к парню? Пусть побродит по корпусам. Они на месте сидеть не умеют.

— Конечно, ведь их такими делают. — Маша присела на стул.

— Никто их не делает. — Проворчал Михаил. — Сказки все это.

— То есть? — спросил удивленный Ноль. — Это что же получается, я не из пробирки?

— Из пробирки, из пробирки, только немного из другой. — Непонятно пояснил Михаил. — Нет никаких генных инженеров, а так лаборанты одни.

— Я ничего не понимаю. — Маша захлопала глазами. — Объясни по человечески.

— Объясняю. — Михаил чуть приподнялся в своем металлическом теле. — Никакого сильного вмешательства в геном не происходит. Просто для первого поколения солдат взяли несколько ДНК наиболее подходящих по параметрам людей с определенными характеристиками — сила, выносливость, сообразительность, интеллект. Здоровые мужики на Руси были всегда, только в последнее время нам с этим не повезло. Запад уже тогда бомбардировал население нашей страны генномодифицированной пищей, изменяя характеристики нуклеиновых кислот. Люди жрали все эти попкорны и пили колу с пепси, употребляли фастфуд — быструю пищу. А потом делали новых людей, а в их телах уже накапливались вредные вещества, которые никаким путем оттуда не вывести. А у человека есть такой интересный механизм — он записывает в клетку всю информацию об организме и передает ее дальше по цепочке. Короче, сперматозоид — это диск с информацией, а женщина привод и винчестер. Вот какая информация попадет в нее, ту она и сохранит, скопирует, а потом воспроизведет. Вот и прикидывай, что из этого получиться. Хилое, слабое, неприспособленное поколение, которое вновь воспроизведет самих себя, которые будут еще хуже.

— Ты так и не рассказал о нас. — Напомнил Михаилу Ноль. — На другую тему съехал.

— Погоди, к этому я еще подведу. — Михаил облизал губы и отпил немного воды из трубочки, которая вела в емкость его механического тела. — Когда стали разбираться что к чему, заметили этот механизм. Ученые, понятно, забили тревогу, да что толку, поколению уже промыли мозги. Городское население постепенно деградировало. Тогда обратились к деревенским поселениям, где люди были еще, как говорят, кровь с молоком. Питались только собственно выращенной пищей с огородов, пили воду, чай и самогонку, а не ту бурду, что продают в магазинах. И на них ученые сделали ставку. Было это в пятидесятых годах. Уже тогда стали охлаждаться отношения с западом, потому что наш президент собственноручно воздвиг новый железный занавес. Он вообще был довольно мудрый дядька. Где-то были перегибы, не без этого, но он взял правильный курс — на восстановление нации. Производства, которые разместили у нас корпорации, он попытался прибрать к государственным рукам. Тогда в стране произошли несколько локальных войн, где заодно обкатали новое вооружение и тактику. Он начал государственное освоение космоса, где на данный момент прибывали только корпорации и западные государства. Да, наши корабли были тихоходными, маломаневренными, но они могли везти в два раза больше груза, а после того, как закончили такое грандиозное сооружение как орбитальный лифт, то востребованность русского космофлота выросла в разы. Он как-то договорился с корпорациями о взаимном использовании технологий и создании рабочих мест. Об организации колоний, о совместном освоении пространства. Конечно, западу такой серьезный конкурент и сверхдержава были не нужны, они уже и так на протяжении века единолично рулили Землей. Понимая, что война не за горами, президент кинул все силы на постройку кораблей и станции в ближнем внеземелье. Когда ударили первые ракеты, населения в России оставалось очень мало — только обслуживающий персонал шахт и нефтяных месторождений, а также представители пищевой, текстильной и металлургической промышленности. Все заводы и фабрики удалось перевести в космос. Президент как-то умудрился отсрочить время падения ракет. Об одном жалею — он погиб вместе со всеми, до конца находясь на своем посту, в кремле. Может быть удар был нанесен из-за него, потому что киллерам добраться до его тела не удавалось на протяжении пяти лет, хотя попытки покушения следовали одна за другой. Это тем более настраивало президента на верный курс. Он заложил огромную платформу, на которой нам надо было разгоняться, но Забродин чуть было все не испортил, взяв курс на воссоединение с западом. Наверное, был их агентом. Вовремя его военные устранили, потому что первым делом, что он задумал, это урезать военным бюджет. А те уже почувствовали и привыкли к сложившейся обстановке и терять все не хотели. Вот и решили, не мудрствуя лукаво, заменить правителя. И поставили своего человека, продолжившего начатый курс. Правда, с военным уклоном, но все же. Обстановка накалялась. Еще лет тридцать мы прожили в космосе и к этому готовились. Чувствовалось, что республиканцы так просто нас в покое не оставят.

— Ну ты прямо правду-матку режешь, а самого главного не сказал. — Ноль был разочарован, хотя не скрывал, что ему было интересно. Что он слышал в детстве? Тактико-технические характеристики оружия, стратегию и уроки выживания. Как обращаться со скафандром, как поддерживать его и оружие в исправном состоянии. А тут такая лекция. И читает ее не профессор в очках, а свой в доску штурмовик. Как же не прислушаться.

— Сейчас скажу. — Михаил перевел дух. — Ученые взяли несколько человек, подходивших им по параметрам, взяли у них генный материал, проверили его, чтобы в их поколении не было отклонений и запустили все это в инкубатор, применяя ускорители роста. И получилось экспериментальное нулевое поколение. Наш Захар, похоже оттуда. И ему не пять лет, как он утверждает, а все двадцать. Да и ты, Ноль, тоже можешь быть с этого поколения.

— Но я же все помню! — возмутился Ноль. — Как меня учили, я быстро рос, силу набирал, потом через год уже первые бои в космосе!

— Ну, стереть память сейчас проще простого.

— То есть?! — возопили оба слушателя.

— Первое время думали о создании безвольной армии зомби, которым отдал приказ и они кинулись вперед. Этим еще в прошлом веке занимались и добились неплохих результатов. Методики совершенствовались и на данный момент можно записать в мозг любые воспоминания. И стереть тоже. Вас вырастили, подготовили, закрепили на уровне подсознания и рефлексов, научили, как правильно изменять голос, какой тембр поддерживать и вбили в голову самое главное — вы не можете размножаться. Что вы бесплодны. Им нужна была контролируемая армия без каких либо изъянов. А солдат думает всегда только об одних и тех же вещах — как бы пожрать вволю, отоспаться и потрахаться. Вот последнее вам и отрубили, сон сократили с помощью снижения активности мозга. Короче, он не перенапрягался. Вот только насчет пожрать не получилось, а так все в ажуре.

— А остальные поколения? — спросил Ноль.

— На первых обкатали программу, а остальных стали как пирожки печь. В инкубаторах развивалось до тысячи солдат, когда они созревали до половозрелости, их вынимали из танков и гнали на подготовку, вбивая в головы только самое важное.

— А как же Захар? — спросила Мария. — Он не выглядит тупым и соображалка у него работает.

— Первым поколениям загружали информацию прямо в мозг, чтобы потом на поле боя у них на все был ответ. И ставили блоки, чтобы лишнее через кордон не просочилось. Вот с Захаром такая история и произошла. Очевидно, мозговой блок сломался и информация поперла из него как из рога изобилия. Так что не удивляйтесь, когда он что-нибудь такое брякнет или предложит оригинальную операцию. Он и сам не понимает, откуда это у него, но точно знает, что сделать надо так, а не иначе.

— То есть получается, что я нормальный человек? — спросил Ноль.

— Да. — Просто ответил Михаил и глотнул воды из трубочки. — Маша, проверь, пожалуйста, мою емкость для воды.

Сбоку под левой рукой открылась ниша из которой автоподатчик, как из норы вытянул пару бутылок, одна из которых уже была пуста. Маша побежала за новыми бутылочками.

— Эк ты ее выдрессировал. — Заметил Ноль. — Ишь, как побежала.

— Вообще-то она меня любит. — Холодно заметил Михаил.

— Да ну! Врешь! — Ноль был потрясен. — Ты же…

— Получеловек-полумашина. — Закончил за него Михаил. — Спасибо, я знаю. И знаю, что снова мне не стать человеком. Но ведь сердцу не прикажешь. Не могу же я ей сказать, чтобы нашла себе другого, да она и не будет искать. Я и сам не знаю, что она во мне нашла.

— Во дела… — протянул Ноль, — расскажи кому, не поверят.

— Вот и не трепись. — Серьезно посоветовал Михаил, — а то я тебя живо заткну.

— Ладно, ладно, угомонись. — Ноль примирительно поднял левую руку, правая у него была зажата телом. — Никому не расскажу, могила. Теперь понятно, почему она сестрой в эту палату попросилась. А я то думал, что из-за меня.

— Из-за тебя? — хрюкнул Михаил. — Что-то ты о себе высокого мнения, Андрюха.

— А чего? — обиделся тот. — Я что, такой страшный?

— Нет, просто ты как две капли воды на Захара похож, а его она уже видела. И он не вызвал в ней взрыва эмоций, просто чувство благодарности.

Вернулась Маша с бутылками и разговор пришлось прервать. Она заменила пустые бутылки на полные и нежно провела пальцами по металлическому корпусу. Ноль заметил этот жест и все сомнения у него сразу отпали. Он покачал головой и внутренне усмехнулся. Всяко бывает.

— Пить. — Простонал кто-то с соседней кровати.

— Захар очнулся! — заорал Михаил.

Маша подбежала к космопеху и заглянула ему в глаза. Подернутые мутной пленкой и прищуренные, он отсутствующим взглядом смотрел в потолок.

— Сейчас, сейчас. — Маша пропихнула ему трубочку через губы и он жадно втянул в себя воду, смачивая горло, язык, небо. Живительная влага полилась внутрь, наполняя тело жизнью. Отлипнув от трубочки, Захар попытался глубоко вдохнуть, но боль в груди не дала расправить легкие. Лицо космопеха скрутило, но он пережил спазм и расслабился, вспоминая, как уже проходил это.

— С возвращением, братишка. — Сказал Михаил. — Заставил ты нас поволноваться.

— Как дела? — еле ворочая языком, спросил Захар.

— Все в ажуре. — Улыбнулся Михаил, хотя космопех и не мог его видеть. — База наша, пять станций просятся под нашу защиту, атака имперских войск отбита, хотя и мы потеряли достаточно людей, но все же выстояли.

— Что будем делать дальше?

— Пока отдыхаем в лазарете, а там видно будет. У командиров голова большая за всех думать. — Михаил засмеялся. — Давай, восстанавливай силы. Они нам еще пригодятся.

Виктор подвел тягач практически вплотную к обломкам вражеского корабля. Когда-то это был неплохой крейсер, но сейчас просто груда металлолома плавала в космосе, мешая навигации. Дальнобойщики с соседних станций, корпоративный пираты, частные суда миллионеров — все в окрестностях Сатурна устремились к маленькому спутнику Феба, где расквартировал свою группировку капитан Обручев. Управляющие станций, в которые входили как автоматизированные цеха по сборке роботов, горнодобывающего оборудования, мобильных шахтерских баз, ремонтных комплектов для кораблей, переработки рапсового масла в топлива, словом полный цикл, заявили, что согласны предоставить свои ресурсы в обмен на защиту и неприкосновенность. Капитан, посовещавшись с остальными, ответил положительно и предложил перебазировать весь комплекс станций поближе к новой штаб-квартире бывших союзных войск. Орбитальные базы снялись с якоря и медленно поплыли по направлению к спутнику. Виктор одобрил их это решение. Во-первых — группировка получала дополнительные обеспечение, собственную базу и гражданское население, которое будет вести обслуживание военных, а те в свою очередь получают отличную мотивацию для защиты оной. Пилот не сомневался, что местные публичные дома уже раскрыли свои двери для приема многочисленных изголодавшихся по женскому обществу мужиков и хотя на наших кораблях служили дамы, но никто никогда не пересекал ту невидимую черту, за которой начинаются близкие отношения. Дружба и взаимовыручка и только. Секс не возбранялся, но по согласию. А дамы редко разрешали дотронуться до их желанного тела. Не то что в домах терпимости, где все создано для релаксации.

Виктор пока не собирался навещать данные заведения. Не потому что ему не хотелось, просто в этом человеке были защиты такие моральные принципы, поступиться которыми он не мог не при каких обстоятельствах. Сама мысль о продажных женщинах была ему противна, а как только он представлял, что вот недавно у нее был один мужик, сейчас другой, а после третий и все получили удовлетворение, то, вообразив такой конвейер, ему становилось дурно. Поэтому он практически никогда не покидал корабля, а бегать на вечеринки, которых во время войны никто не устраивал, ему не приходилось. Вот и сложилась у человека такая модель поведения — одиночество ему было ближе, чем все остальное, а когда женщины мягко намекали ему на "продолжение банкета", то он, делая вид, что не понимает намеков, плавно отваливал в сторону. С корабельным психологом Виктор никогда не говорил, считая это недостойным мужчины — плакаться в жилетку неизвестно кому. Исполняя свой служебный долг, он и сам не знал, чего же ему на самом деле хочется. И таких потерянных членов общества во всем флоте было большинство. Многие думали только о победе, другие об окончании войны, что было практически одно и то же. Но если один только мечтал о гражданской жизни, то второго эта мысль настолько пугала, что тот находил утешение в битвах, когда адреналин рекой льется в кровь, пули свистят рядом с головой и все эти переживания, которые приходят в голову во время передышек совсем тебя не волнуют. Эти были десантниками, цветом военно-космических сил, которые гибли в первую очередь. А ведь могли бы создать ценный сильный генофонд, который впоследствии привел бы нацию к процветанию. Но чей-то план сработал и люди перестали любить других людей, предмет влечения заменили суррогатом — войной, работой, карьерой, бизнесом, деньгами. Восстановить расу в таких условиях было проблематично.

Виктору такие мысли приходили в голову неоднократно, но он успокаивал сам себя, говоря, что вот, после войны, обязательно женюсь, построю дом, посажу дерево, выращу сына. Да только забывал он, что в любой момент его может не стать. Не задумывался об этом. Может быть поэтому был еще жив. Потому что как только кого-либо посещали такие мысли, тот быстро погибал. Бог войны не терпел дезертиров.

Пилот дал команду и бригада монтажников, сидевшая на корпусе корабля, попрыгала на обломки. Они включили резаки и принялись за работу, отрезая огромные куски металла и закидывая их на баржу, которую толкал впереди себя Виктор. Весь этот металл пойдет в переплавку в литейный цех, который уже выходил на орбиту вокруг спутника.

Первым делом капитан Обручев организовал оборону занятых позиций. Используя по полной технику врага, он перепрограммировал роботов и сейчас охрану периметра несли механические существа. С помощью управляющего автоматической станции производства, он разместил заказ на строительство радарной установки, еще трех автоматизированных орбитальных станций обороны и производство оружия, благо станция принадлежала концерну "Рокет" и у нее были все необходимые чертежи. Плата с союзной группировки не взималась, ибо существовало обоюдовыгодное сотрудничество. Управляющие станциями понимали, что без поддержки военных им не выжить, но и идти на поводу тоже не собирались. Поэтому организовали свой совет, который обозвали Совет Пяти. Пятерка совершенно не подчинялась так называемому Марсианскому Корпоративному Совету, но все же тесно с ним сотрудничала. По этому поводу Панкратов только покачал головой и сказал: "Если так и дальше пойдет, то у орбиты каждой планеты возникнет свое карликовое государство". В чем-то он был и прав, но сейчас события диктовали условия людям и им приходилось подчиняться, вновь непонятно кем написанному плану.

Виктор сильно не забивал себе голову подобной ерундой. Он уже давно не надеялся вернуться на Землю, вдохнуть полной грудью воздух, пусть и сильно загрязненный. Дышать спертым, на сто ярдов отфильтрованным кислородом уже не было мочи, но приходилось терпеть. Среди станций не было кислородной базы, которые остались на орбите Плутона, а добраться туда было проблематично, да и имперские корабли там еще оставались. По последним данным император разделил силы, большую часть вызвав к Земле, планируя поход против Марса, а часть рассредоточил по системе. Сатурнианскую группировку им удалось уничтожить, но оставались военные базы снабжения возле Урана, разведывательный флот Нептуна и ударная группа на орбите Плутона, наиболее боеспособное соединение врага, научившееся биться с флотом Союза. Против таких сил десяток кораблей ничего не стоил.

Монтажники запихали последний обломок, уселись на корпус и Виктор погнал заполненную баржу на разгрузку, где томились еще две посудины, полные имперского хлама. Он включил рацию и в рубку ворвался поток пилотской ругани:

— Эй, тридцать четвертый, че ты ко мне жмешься? Места мало, что ли?

— Да не жмусь я, второй, меня самого поджимают.

— Эй, мелюзга, ну-ка расступись. — Прорезался чей-то голос.

— А это еще что за фрукт?

— Кто там командует? Щас я выйду, разберусь.

— Это "Находка", всем лечь в дрейф, а то я за себя не отвечаю.

— Ребята, это сухогруз с "Аграрного", жратву нам везет, посторонитесь.

— Это "Кашалот", прошу стыковки, топливо на исходе.

— Видим вас "Кашалот", откуда идете?

— Свежие новости с Астероидного пояса. Имею на борту две тысячи высококвалифицированных рабочих-шахтеров и до сотни инженеров с семьями. Просим политического убежища.

— Что случилось? — все разом замолчали, слушая переговоры диспетчера с пилотом транспортника.

— Имперцы вихрем прошлись по шахтерским поселкам, выгребая все работоспособное население. Похоже у них большой недостаток в квалифицированном персонале и живой силе. Хотят использовать по полной. На Земле организовано подполье. Корпоративный Совет ведет серьезную пропаганду. Они отключили их ретрансляторы, поэтому у вас нет никакого приема. Император собирает все корабли с системы, но Совет саботирует связь. Империя отправляет курьеров на специальных быстроходных кораблях, которые достигают края системы за сутки. По всей системе собираются флоты, даже у Плутона остатки эскадры формируются в новые соединения.

— Невозможно!

— Возможно. Сам лично видел, вот запись, если не верите. — Пилот передал пакет информации. — На "Кашалоте" все выжившие с Астероидного пояса. На Луне начались бунты — хватают всех подряд. Им отключили кислород, много погибших, люди покидают имперское пространство на чем только можно. Венерианские власти признали императора и сейчас их верфь начинает печь для него корабли. Так что, ребята, вы единственные, где еще есть свобода.

— А как же Марс?

— Нас пощипал сатурнианский флот, который идет навстречу с земным. Марс пока свободен, но через месяц наверняка будет сидеть в блокаде. Может быть их попытаются взять штурмом, не знаю.

— Так ведь мы же не государство, просто группа людей, которые попали в те же условия, что и вы.

— У вас есть русский флот, есть чем защититься, есть воздух, пища и ресурсы. Да вы на золоте сидите. Ну, что, примите беженцев?

— Никому не будет отказано в помощи. — Прозвучал хорошо поставленный голос Дементьева. — Причаливайте к головному управляющему комплексу автоматизированным цехом. Мы вас встретим.

Виктор поспешил разгрузиться. Похоже, намечались очень серьезные перемены.

Крот

Алекс шел по коридору административного здания и обдумывал сложившуюся ситуацию. То, что император в курсе всех событий, происходящих на Марсе это и ежу понятно. И с его шпионом надо что-то делать. Пока установив негласное наблюдение за всеми членами совета, Алекс, доверяя только своим людям, разослал предупреждения на заводы и фабрики планеты. Но даже это не помогло. Кислородная установка, атмосферный реактор, грандиозное сооружение, которое обеспечивает воздухом все здания планеты сломалась. И не просто полетел какой-нибудь там предохранитель. А сгорел центральный процессор вместе с блоками памяти. Создалась угроза взрыва, насосы системы охлаждения отключились, реактор раскалился сверх меры. Если бы не опытная смена, что дежурила на объекте, то на месте установки мы имели бы огромную воронку и задыхающихся людей. Чистой воды саботаж. И необходимо выяснить, кто это сделал.

Алекс свернул к посадочной площадке. Он направился к курьерским ангарам, где сейчас находилось несколько пиратских кораблей — быстроходных посудин. Тягаться в скорости с имперскими кораблями они не могли, но для всего человечества были довольно быстрыми. Что вводило Алекса в серьезные раздумья. Как так инженерная мысль смогла додуматься до одного, а другие не смогли? Почему одна и та же идея не пришла в голову разным людям? И куда смотрит разведка? Неужели русские не смогли бы выкрасть секрет производства этого быстроходного двигателя? Вряд ли. Тут кроется что-то другое.

Алекс вошел в ангар и направился к неказистому кораблю, напоминающему заостренный карандаш. Рядом с кабиной пилот болтал с техником. Когда директор и глава Совета подходил к ним, то они, заметив его, оборвали разговор. Техник отклонился чуть в сторону и мигом свалил по своим делам, а пилот остался ждать. Алекс подошел к среднего роста крепкому мужчине с широкими плечами, одетому в стандартный комбинезон со шлемофоном на голове, словно танкист времен Второй Мировой войны. Темные зеркальные очки закрывали глаза пилота, из-под которых торчал длинный нос и худой узкий подбородок. Сейчас все люди почти как на одно лицо, подумал Алекс. Конечно, основная масса осталась на Земле и даже не помышляла о космосе. Он их пугал. В бесконечную пустоту лезли романтики, безбашенные люди, намазанные в одном месте скипидаром, бандиты всех мастей, в общем все те, кому так или иначе стало тесно на родной планете. Полностью изгнанный народ не считается.

Пилот помялся для порядка. Его уже давно предупредили, что предстоит сложный вылет и необходимо готовиться ко всему. Враг не дремлет. Алекс подошел к мужчине вплотную и протянул пакет.

— Необходимо доставить капитану Обручеву. Выполняйте.

— Вас понял. — Вяло ответил пилот, попытался сделать отмашку рукой, но вышла она какая-то формальная, даже жалкая. Алекс поморщился. Пираты люди вольные, любят свободу и пускай они кормятся от корпораций, но все же предпочитают думать о себе, как о ковбоях дикого запада, открывающих неведомые горизонты. Этот кадр не был исключением. Пилот полез в кабину кораблика, засунув пакет в набедренный карман комбеза. Верх разгильдяйства.

Алекс вернулся в кабинет и созвал Совет. Пора выяснить, кто здесь кто.

Корабль пилота подцепили захватами. Мостовой кран ангара подал машину в специальную катапульту. Стартовать с планеты, сжигая драгоценное ракетное топливо, было не очень выгодно. Поэтому мелкую технику человечество запускало в космос с помощью усовершенствованных древних орудий. Пилот повисал в кресле как паучок в паутине, чтобы его не размазало при ускорении. Нос корабля направляли вверх и выстреливали им. Сопла ракет включались периодически, контролируя полет. А уже там, в космосе, в действие вступал порошковый двигатель, работающий по принципу огнетушителя. Тех, кто летал на таких кораблях, сразу же назвали пожарниками. По скорости он превосходил ионные пропеллеры русских, но не дотягивал до фотонных движков имперцев. Велись разработки плазменных двигателей, но пока дело дальше теорий не пошло — то финансирование подкачало, то лаборатория с перспективными разработками сгорела, в общем одно препятствие за другим, что тоже настораживало.

Совет собрался быстро, словно все ждали, что их позовут. Шумно расселись, немцы с угрюмыми лицами, Антонио так вовсе сиял, остальные были не хмурыми, но и не радостными — обычное выражение лица в деловой обстановке. Алекс запустил экран и начал собрание со сводок.

— Итак, господа. По последним данным император сосредотачивает силы на земной орбите. Зачем ему это надо, непонятно, но пускай играет в игрушки, что нам на руку. На Луне начались бунты рабочих — их обязали работать круглосуточно, по шестнадцать часов. Народу это не понравилось и два завода лишились управляющих. Спутник моментально оккупировали имперские войска, начались беспорядки. В некоторых районах отключили подачу энергии и кислорода. Два завода полностью вымерзли. Как раз те самые два, что взбунтовались первыми. Пропаганда императора все повернула против нас и сейчас мы в глазах землян — кровожадные твари. Поэтому надеяться на понимание не надо — мозги у народа уже промыты. По сообщениям наших наблюдателей небывалый поток добровольцев в армию императора, которые, цитирую — "понесут знамя свободы по системе, освобождая порабощенных корпорациями людей". Вот так вот господа.

— Что с нашими союзниками у Сатурна? — спросил Курт.

— Насколько мне известно, им удалось выдержать атаку вдвое превосходящего их противника и закрепиться на имперской ремонтной базе. Сейчас они восстанавливают корабли и укрепляют оборону. Думаю, император постарается их оттуда выбить с помощью остатков Плутонианской группировки. Там остались наиболее подготовленные и закаленные в боях ветераны и справиться русским с ними будет довольно сложно.

— И что ты предлагаешь? — спросил Дональд, раскуривая традиционную сигару.

— Сейчас нам необходимо рассчитывать только на свои силы. — Алекс поморщился. — Помощь и так потрепанных русских, если они, конечно, смогут отремонтировать свои и так немногочисленные корабли и выступить к нам будет совсем незаметна на фоне той армады, что сейчас собирается у Земли. Спасибо господину Ли, — тот кивнул в знак признательности, — что они смогли саботировать работу земной верфи и испортить оборудование до состояния металлолома, но даже это не поможет. После формирования эскадры к ней присоединяться два быстроходных и маневренных эсминца, новый класс кораблей, против которых у нас нет ничего.

— А что если попробовать установить минные поля? — подняв руку, спросил Жан. — Ведь русские, помниться, так поступили возле Юпитера, нашпиговав минами все орбитальное пространство так, что туда до сих пор бояться сунуться.

— У них не осталось ни одного миноносца, хотя идея неплохая. — Алекс задумался. — Можно использовать курьерские пиратские корабли, немного их модернизировав. Но надо оставить в поле проход для кораблей. Даже плотно засеяв орбиту Марса минами, мы изолируем сами себя.

— Ну и что, — сказал глава пищевого концерна. — Я смогу прокормить вас еще с сотню лет, прежде чем у нас закончатся припасы. Мои подземные фермы дают достаточно пищи для существования. Правда, о деликатесах можно забыть и с водой у нас напряженка — нужно много энергии, чтобы ее очистить. Запасы на планете имеются и их хватит надолго, но она в твердом состоянии и круговорота, как вы заметили, у нас нет. Так что когда-нибудь она закончиться.

— Будем думать сразу, как нам выжить. Значит, голосуем за изоляцию? — спросил Алекс. Многие утвердительно кивнули. Сговорились раньше, сразу же понял он. Но ничего, это даже к лучшему. Сейчас вычислим крота и остальные еще больше споются. Я больше чем уверен, что диверсия на реакторе — его рук дело.

— А как быть с воздухом? — спросил Каваджо. — Реактор неисправен, а необходимые запчасти есть только на Земле.

— Проблема. — Почесал затылок Жан.

— Закрепившись на спутнике Сатурна, русские предложили защиту еще пяти нашим станциям, находящимся там. Станции мобильны и сейчас они уже организовали защитный контур с ремонтной базой в центре. — Сказал Алекс. — Люди работают круглые сутки, организуя оборону. Они стащили множество мелких астероидов и метеоров, а также любой космический мусор и запустили его вокруг себя, создавая помехи для полетов и радаров. Так что, я думаю, они готовы к отражению атаки.

— Невозможно! — воскликнул Фридрих.

— Для русских по-моему нет ничего невозможного. — Улыбнулся Алекс. — Они использовали для этого мобильную ремонтную базу, которой пришлось поработать в качестве буксира. Ее габариты составляют около полукилометра, поэтому километровые в диаметре обломки и куски льда, что болтаются на орбите ей по зубам. К тому же у них есть автоматизированный цех фирмы "Глобал Электроникс Воркс", представителей которой расстреляли еще месяц назад. Так что директорат там сам по себе и он прекрасно понимает, что с ними будет то же самое. Еще тогда они организовали всех корпоративных пиратов того сектора для собственной защиты. Половина, правда, сразу же смоталась на Землю и присягнула на верность императору, но остались и нормальные люди. Которые ни слова ни говоря засучили рукава и встали грудью перед превосходящими силами противника. К тому времени когда союзный флот занял позиции и понес тяжелые потери, их оставалось от силы десяток. Поэтому в этих людях я уверен. Дополнительно сообщаю, что есть сведения, что позиций русских достиг пассажирский лайнер, который перевез две тысячи квалифицированных рабочих-шахтеров и до сотни инженеров, всех с семьями. Как они поместились в тесном кораблике, я не знаю, но факт признан свершившимся. Люди бежали от конфликта и не на Марс, заметьте, а на окраину — к Сатурну. Что уже говорит в пользу выбора нашего нового союзника. И нам и им необходимо продержаться хотя бы месяц, чтобы нарастить мышцы для обороны.

— Вернемся к насущным проблемам. — Сказал Дональд. — Что будем делать с реактором?

— Все просто — закажем необходимые детали станциям Сатурна. Пять станции, все они, были собраны в один комплекс по созданию и проектированию любого оборудования. Я подчеркиваю это слово — любого. Везти каждый раз с Земли вышедшую из строя релюшку или предохранитель дорого, а произвести на месте из добываемых материалов — пара пустяков. Поэтому корпорация, занимающаяся электроникой, напряглась и родила на свет такое вот чудо, которое сейчас нам спасет жизнь. Я уже отправил курьера с письмом и всеми необходимыми для производства чертежами на быстроходном корабле. Слава Богу, Сатурн у нас под боком и не надо лететь на ту сторону Солнца, как приходится делать кораблям империи.

— Но и Плутон тоже находится почти на одной линии с Сатурном. А пополнить запасы и отремонтироваться они могут и на Уране с Нептуном. — Заметил Дональд.

— Уран далеко в стороне. — Возразил Курт. — Лететь до него, как до Земли и еще дальше. А вот Нептун, да, рядом. Но, как ты говоришь, Алекс, они могут постоять за себя?

— Еще как.

— Тогда я спокоен. — Курт откинулся на спинку кресла.

— Раз больше вопросов нет, то предлагаю заняться насущными делами в своих сферах деятельности. — Предложил Алекс. — Мне необходимо согласовать еще ряд вопросов с нашими союзниками.

Он кивнул собравшимся и вышел из помещения. Как только за ним закрылась дверь, он связался с наблюдателями и еще раз проинструктировал их. Те молча приняли информацию и отключились. Алекс направился к себе в кабинет и стал ждать новостей.

Захар шел на поправку. Его заходили проведать Черный с Рыжим, Маша была всегда рядом, а Виктор залетал иногда, рассказывая новости. Ему совсем не давали отдохнуть, спал и ел он в пилотском кресле, что было привычно, но даже такой закаленный человек не может без отдыха. Пока он не совершал ошибок, но кто знает? С Марса поступили какие-то неприятные известия и капитаны, организовав некое подобие военному совету, закопошились, ожидая нападения. Пока ничего не было известно, но как говориться, беда не приходит одна. Захару уже надоело валяться на койке, но Маша не отпускала его. Тогда он тайком выскользнул из палаты и отправился гулять по больничному корпусу, расположенному на Фебе.

В палатах лежали раненые и выздоравливающие. Многие ждали операции по приживлению киберконечностей, которых в запасниках лазарета оказалось навалом — республика не занималась выращиванием тканей из человеческой клетки — больно долго и дорого. А вот заменить оторванную в бою конечность на механический имплант — раз плюнуть. Вот этим и занимались доктора — пилили, вертели, сращивали, подключали нейроразьемы к человеческой "сети". Посмотрев, сколько оказалось в госпитале, Захар еще больше рассвирепел. Тело требовало действия, хотелось мести и разрушения. Но, обуздав эмоции, он, прямо в пижаме, направился к посту у выхода с медблока.

— Где майор Панкратов? — спросил Захар у стоящего на часах десантника.

Тот покосился на больного и ничего не ответил.

— Я задал вопрос, рядовой. — Захар чуть повысил голос.

— А мне-то что, товарищ больной. — Ответил воин. — Идите в палату и выздоравливайте. Как вас выпишут, так и идите к майору, а пока у него и без вас работы хватает.

— То есть как? — не понял Захар.

— Надо хотя бы маленько обучить новобранцев. — Десантник улыбнулся. — Гражданское население жаждет вступить в регулярные части Союзных войск Сатурнианской Федерации. Вот как мы сейчас обзываемся.

— Похоже, я много чего пропустил.

— А то, у вас там в палате что, телек не показывает?

— Его вообще нет.

— А-а, — протянул словоохотливый часовой. Ему порядком надоело торчать в больнице, а поставить сюда новеньких, где лежат одни ветераны, вроде вот этого, который приперся в пижаме к выходу, командование не хотело, понимая, что озлобленные ветераны, жаждущие поквитаться за погибших товарищей, могут вломить новоиспеченным рекрутам по первое число и навести свои разборки — с подбитых кораблей противника сняли довольно много людей. Пока они сидят по камерам и что с ними делать, никто не знает. Сначала пленных вообще не хотели брать, но после сражения, когда три корабля драпали изо всех сил, а остальные кувыркались по орбите, выяснилось, что на половине из них еще жив экипаж, а некоторые даже можно восстановить. Парочку самых сохранившихся отбуксировали в ремонтный док и сейчас главный техник со своими ребятами изучали вражескую матчасть, определяя уязвимые места в корпусе. До этого захватить республиканский корабль не представлялось возможности — союзные войска разбивали быстрее, чем они могли скоординировать свои действия, что очень удивляло часового. Он сам не раз принимал участие в абордаже и знал что это такое не понаслышке. Но вот чтобы командование ошибалось при расчете плана операции — он прочувствовал это на себе сам, когда, повинуясь чье-то злой воле или року, корабли, еще не вышедшие на рубеж атаки, уже выходили из строя. А тут такой подарок. Часовой был согласен с капитаном Обручевым, ставшим негласным предводителем группировки — матчасть противника стоит знать на зубок. — Тогда слушай. К нам присоединились сатурнианские станции и вместе организовали что-то вроде государства, где мы — регулярные войска. Тут и наших соотечественников довольно много и других национальностей. В основном латиносы и азиаты. Американцев и других белокожих мало. Тут, кроме русских, ну еще чехи, поляки, короче, наш брат, славянин. Вот они все к нам и потянулись. Понимают, что одним не выжить. Управляющий комплексом станций у них голова — он сразу организовал людей, дал специалистов для работы, открыли шахты, которые уже лет пять назад были заброшены, как сюда республиканцы пришли. Исследования окрестностей Сатурна вообще не велось, а недавно геологи воду нашли на одном из спутников, так что задохнуться и сдохнуть от жажды нам не грозит. Не вешать нос, гардемарины.

— Это еще откуда?

— А, че-то вспомнилось, даже не знаю, где я это слышал.

— Слушай, ну пусти меня к Панкратову, очень нужно. — Попросил Захар. — Я же диспетчерскую брал и не доложил ему.

— Ты?! — выпучился часовой. — Ну вы, ребята, накрошили тут роботов.

— И не только их. Слушай, пусти, а?

— Ну что с тобой сделать. Меня же как пить дать на гауптвахту посадят за тебя.

— Да не посадят. Дай, я хоть ему позвоню.

— А вот это можно. — Расслабился часовой. — Сразу бы сказал, я бы и не возникал. Вон связь, наберешь две единицы и двойку — справочная служба. Там тебе подскажут.

— Хорошо, спасибо. — Захар побежал к трубке.

Набрал нужный номер, усталый голос диспетчера произнес:

— Справочная, по погибшим родственникам справок не даем.

— Мне нужен майор Панкратов.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Сержант Захар, идентификационный номер пять-ноль-восемь-три-девятнадцать.

— А фамилии у вас, что, нет?

— Нет. — Просто сказал космопех.

— Странно.

— Ничего странного, если тебя в пробирке вырастили.

— Хорошо, соединяю. — В трубке щелкнуло и раздался грубый баритон. — Слушаю.

— Товарищ майор, это я Захар с мусоровоза-буксира. — Закричал в трубку космопех.

— О-о, жив, курилка. — Майор засмеялся. — Подходи, пообщаемся, к тому же есть интересные мысли по поводу… ну ты понял.

— Товарищ майор, я в лазарете и меня не выпускают без команды.

— Ладно, сейчас отправлю к тебе кого-нибудь, форму заодно принесет. Ну, жди. — Майор отключился.

Захар улыбнулся предстоящей работе и стал ждать. Ему принесли форму, он переоделся и выскочил из лазарета. Никто из врачей и докторов даже не заметил, что исчез один из пациентов. Народу в палатах лежало много, половина из которых была ходячими и постоянно перемещалась по госпиталю, поэтому уследить за всеми персонал больницы и не пытался. Ушел один и ладно, если снова попадет к нам, то подштопаем и отправим назад. Все просто.

Захар поднялся в диспетчерскую базы, где расположился штаб. Он прошел по коридорам, которые штурмовал недавно. Они еще носили следы боя, но тут и там уже шел ремонт. Боты латали дыры под присмотром техника, который, обложившись кабелями и проводами, сидел на полу перед компьютером и раздавал команды роботам. Захар прошел мимо техника, обогнул пару мелких механических ремонтников, прошмыгнул возле платформы с материалами и направился к лифту, который уже починили.

В диспетчерской давно навели порядок. Экраны мониторов пестрели входящими сообщениями, операторы контролировали положение кораблей и станций на орбитах, центральный проектор выводил голографическую карту ближайшего космоса. Возле стола стояли Панкратов и Дементьев. Обручева не было, наверное отдыхал. Но операцию все равно придется согласовывать с ним. Захар подошел ближе, вскинул руку к виску и представился.

— Сержант Захар, позывной "Секач", по вашему приказанию прибыл.

Панкратов обернулся на голос и улыбнулся.

— Поправился, молодец. — Похвалил он. — Как здоровье, спрашивать не буду и так вижу что в порядке. Поэтому перейдем сразу к делу.

Он склонился над экраном и пошлепал кнопками, близоруко сощурившись. Карта раздвинула границы, превращаясь в схему системы.

— Иди сюда, — поманил пальцем Панкратов.

Захар приблизился. На карте было видно где пестрели красные точки, синие полосы и треугольники и зеленые зоны.

— Красные — это мы. — Панкратов ткнул пальцем в пределы Сатурна. — Эта область пространства контролируется нами. Плутон и часть орбит Нептуна и Урана, а также все за поясом астероидов — все контролируется Империей Земли. Их обозначение — синее. Зеленые — Марс и нейтральные территории. Что интересно, никто не проявил внимание к Юпитеру. По последней непроверенной информации там находится два завода по производству и выплавке руды, завод робототехники и пищевые фермы. Все они принадлежат одной корпорации "Север", у которой есть свой флот, как из транспортных, так и из боевых кораблей. Часть сатурнианской группировки полегла там и отступила к Земле. По нашим данным от полноценного боевого соединения сейчас насчитывается меньше трети кораблей. Что уже серьезно облегчает нам жизнь. Но вот плутонианская группировка намного сильнее и серьезнее подготовлена. В последнее время они вели с нами практически все бои и рассчитывать на то, что все будет так просто я бы не стал. В данный момент более половины имперских кораблей имеют серьезные повреждения и направляются к месту ремонта, о котором мы знаем. Ни в коем случае этого допустить нельзя.

Захар все понял сразу.

— Когда следует уничтожить ремонтную базу?

— Чем скорее, тем лучше. — Панкратов потер рукой подбородок. — Собирай команду, бери втрое больше людей, хватит тебе уже в сержантах ходить. Будешь самый младший лейтенант. — Майор улыбнулся. — План уничтожения базы разработаешь сам, у тебя это хорошо получается. Перед уничтожением попробуй захватить всю документацию.

— Будет сделано, товарищ майор. — Захар щелкнул каблуками.

— Свободен. — Панкратов обернулся к карте системы и стал изучать диспозицию противника.

Секретный объект 01

Имперский рейдер, еле скрепя шпангоутами и переваливаясь с боку на бок, так как маневровые дюзы работали абы как, плелся в пространстве к месту ремонта. Находящаяся на нем команда состояла сплошь из солдат в экзоскелетах и парочки "Зубров", идущих поддержкой штурмовым подразделениям. Захар взял с собой проверенных ребят плюс тех, кого они рекомендовали. План операции был расписан по минутам. Стандартная процедура приемки корабля отличалась от всех остальных. Корабль выходил к точке назначения и посылал сигнал. Через пару часов приходило судно и вся команда, вплоть до последнего полотера пересаживалась на него, а с клипера на борт корабля поднимались пилоты, которые отводили в ремонтный док корабль. Сама процедура передачи корабля насторожила Захара. Он расспросил всех пленных, которые хотя бы когда-нибудь проходили подобную процедуру. Всех всегда высаживали с корабля и куда он летел, не знал никто. Поэтому пришлось помозговать, как проскочить биосканеры. А то, что на входе в базу имеется такое устройство, Захар уже не сомневался. Сам он никогда такую штуку не видел, да и в союзных войсках, кроме тепловизоров, ночного виденья и обычных сканеров, которые определяли через стену наличие механизмов не имелось ничего подобного.

Понизить температуру тела предложил Молот. Он сам был получеловеком-полумашиной и прекрасно знал, что это такое. Второй "Зубр", которого звали Наковальня, согласно закивал головой.

— Придется вам, ребята, лезть в рефрижератор. Заморозка будет мгновенной и вы ничего не почувствуете, а после определенного времени включится процесс размораживания. Голова, правда, поболит, но ничего страшного.

— А ты откуда знаешь? — спросил Пятнистый, один из новых штурмовиков.

— А как ты думаешь с поля боя раненых без ног и рук вывозят? — Спросил Молот. — Кладут в специальные кофры и вперед. А там температура далеко за минус. Заморозка мгновенная. Разморозка тоже.

— Понятно, зачем нам рефрижератор. — Проворчал кто-то.

— Значит так, пройдемся еще раз. — Сказал Захар. Он собрал всех в грузовом отсеке. Народу было немного, но он весь был опытный и повторять ему не требовалось, но все же для собственного успокоения надо было пробежаться по плану операции еще раз. — После подачи сигнала ждем корыто с пилотами. Как только оно появится, Виктор сообщит нам. Сразу же грузимся в контейнер и спим. Система слежения, установленная нашими техниками, включит разморозку после прохода главного шлюза базы. Плана станции у нас нет, поэтому действовать будем только после тщательной разведки. — Захар посмотрел на двух разведчиков — парня и девчонку. Оба были порекомендованы Черным, он знал их давно. Одеты в легкие бронекостюмы, вооруженные пистолетами-пулеметами и холодным оружием, они не были приспособлены для длительного боя, только скоротечные стычки. Но оба были крепкими профессионалами и отлично знали свое дело. Выкрасть планы и информацию для них не было проблемой. Тем более в таком месте, как ремонтная база, где вокруг кораблей разбросано оборудование и суетятся техники. — Далее действуем по стандартной схеме — захват реактора, контрольной станции и диспетчерской. Команды уже распределены. Минируем все что можно и уходим на нем же. — Захар похлопал корабль по корпусу. Рейдер был подготовлен и при случае мог выдать положенное ускорение. — Всем все ясно?

— Да сколько уже можно одно по одному говорить! — возмутился кто-то. — Еще на базе все по минутам расписали.

— Надо.

— Если так часто об этом треньдеть будем, то все шпионы империи уже знать будут, что мы планируем.

— Не будут. Поймали шпионов. Панкратов по секрету сообщил. — Захар улыбнулся. — Им оказался некий Дональд и в помощниках у него было до фига народу с других корпораций. Связь, ремонт, обеспечение, снабжение. Короче, все вокруг схвачено. Однако ж его раскрутили. Только допросить не успели. Он ампулу какую-то раскусил и сдох, сволочь.

— Нового пришлют. — Заметил пессимистично настроенный Гвоздь.

— Вот что ты за мужик, Гвоздь! — возмутился стоящий рядом с ним Лопата. — Вечно всем недоволен.

— Потому что жизнь такая.

— Какая?

— Хреновая.

— Ты что ли ее выбирал?

— Я вообще ничего не выбирал. Меня в пробирке вырастили, также как и тебя кстати.

— Опять ты за свое, пробирочный ты наш. — Лопата усмехнулся. — А если я тебе скажу, что ты не из пробирки, тебе полегчает?

— Да один хрен. — Гвоздь махнул рукой.

Народ засмеялся.

— Парни, мы творим историю. — Сказал Захар. — И от нас зависит будущее наших детей.

— Которых у нас быть не может. — Буркнул неисправимый Гвоздь.

— Вы посмотрите на него! — завопил Лопата. — Он и сейчас недоволен. Участвовать в такой операции, которая может изменить будущее, а он ноет. Что за нытик был твой отец?!

— Не знаю! — огрызнулся Гвоздь. — Но спасибо ему я не скажу, это точно.

— Ладно, хватит. — Прекратил спор Захар. — Не хватало, чтобы вы еще до операции переругались.

— А они по-другому не могут. — Крикнул Желудь. — Они уже так лет пять ругаются. А когда припечет, друг друга на руках выносят. Я же видел, я же знаю.

— Что ты видел? — вскинулся Гвоздь.

— Все видел. — Ухмыльнулся Желудь. Захар понял, что ситуация выходит из-под контроля. Люди собрались разные и многие видели друг друга впервые, а уж как они сработаются, никто не знал.

— Прекратили разговоры и марш по своим койкам. Нам предстоит сложная операция, а они тут разборки завели. После стольких поражений мы наконец-то переходим к активным действиям в тылу противника. Все это время мы отсиживались на задворках системы, выкинутые из нашего родного мира захватчиками нашей же земли, которую они превратили в пепелище. И вы готовы склонить головы, лишь бы вас не трогали? Так что ли? Нам выпал шанс показать этим проклятым республиканцам, что в системе осталась серьезная сила с которой надо считаться. А вы соритесь как базарные бабы! Стыдно, господа штурмовики.

Захар слез с импровизированной трибуны-ящика, на которую забрался перед собранием. Бойцы опустили головы и каждый думал о своем. Лопата и Гвоздь смотрели в пол, повесив носы. Все молчали. Захар прошел сквозь народ и направился к своей каюте. Он услышал за спиной голос Наковальни.

— Ну, че встали? Расходись по боевым постам. В демократию тут играть вздумали. Это, блин, армия, ее разлагать не надо, а то тогда кирдык всему наступит. Поставлена задача, значит, надо выполнять, а не ныть по поводу и без. Ну-ка, пошли отсюда.

Огромный полуробот начал теснить штурмовиков к выходу.

Корабль с пилотами на замену появился внезапно на экранах радаров. Он не выполз медленно эхом с края дисплея, а возник точкой чуть ближе к центру. Виктор вздрогнул от неожиданности и немедленно дал команду к погружению штурмовиков в холодный сон. Те с топотом ринулись в контейнер, успевая занять места. Корабль приближался неожиданно быстро. Ускорение даже для республиканских судов было колоссальным. Что сильно настораживало. Размерами он был чуть меньше рейдера, но на порядок превосходил того в маневренности и скорости. Только штурмовики заняли места и дверь контейнера закрылась, как корабль уже запросил стыковку. Виктор дал разрешение и отключил двигатели, чуть притормозив. Корабль уравнял скорости, виртуозно развернулся и, выдвинув причальную трубу, прилип к захватным механизмам. Виктор встал с кресла пилота и поманил пальцем второго пилота Сергея.

— Нам придется посидеть на их корабле.

Сергей кивнул. Под видом экипажа на корабль неприятеля переходили трое штурмовиков, среди которых был и Черный. Захар решил захватить и этот корабль. Предполагая, что экипажу в ожидании своего корабля можно будет слоняться по кораблю, можно было расставить своих людей и внезапным ударом захватить корабль.

Маленькая команда собралась возле шлюза. Створки раскрылись и на борт вступили двое, затянутые в черные комбинезоны. На головах шлемы с закрытыми забралами. Были оба худыми и вытянутыми, с тонкими руками и ногами и двигались как-то незаметно. Было видно, что они специально притормаживают для человеческого глаза или он только так улавливал их движения.

— Переходите на корабль. — Сказал бесцветным голосом один из них.

Роботы, подумал Виктор. Человекоподобные. Таких я еще не видел. С ними будет довольно сложно справиться. Я уже думаю, как штурмовик, поймал себя на мысли пилот.

— Вас проводят в вашу каюту. — Добавил второй.

Они прошли внутрь помещений и команде ничего не оставалось, как проследовать на корабль. Виктор шел во главе процессии и невольно рулил группой. На входе во вражеский корабль их встретила точная копия тех двух и, махнув рукой, повела в головную часть корабля. Люди даже не почувствовали, что корабль уже отстыковался от поврежденного рейдера и завис в пространстве, полностью погасив все инерции. Робот впереди провел их в большую комфортабельную каюту с диваном, телевизором, журналами и едой. Самой настоящей, а не пищевыми концентратами или кубиками, которыми питались в полевых условиях штурмовики. Но никто не притронулся к еде. Черный вообще решил действовать сразу же. На корабле наверняка стоят камеры и есть система сигнализации, поэтому этого робота надо нейтрализовать сразу же. Вот только как спрятаться от наблюдателей?

— Я хочу в туалет. — Сказал Черный. — Вы меня не проводите?

Робот завис на мгновение. Затем сказал:

— Туалет находится в дальнем левом углу кают-кампании.

Черный моментально понял, что прогуляться по кораблю не удастся и резким ударом в горло правой рукой, в ладони которого был зажат нож с керамическим лезвием, пробил роботу шею. Машина еще пыталась увернуться, но даже ее быстроты не хватило. Нож перерезал какие-то трубки и тело робота стало заваливаться, хотя руки уже схватили Черного в захват. Подоспевшие на помощь двое штурмовиков открутили роботу руки. Машина завалилась на пол, дергаясь в конвульсиях. Из-под тела на полу образовалась лужа зеленой жидкости.

— Ноги в руки и вперед. — Крикнул Черный, срываясь с места.

Штурмовики ринулись за ним. Виктор быстро собрал пистолет-пулемет из частей, которые пронес на корабль. Сергей делал то же самое. Остальные собирали все это на бегу к рубке. Пилоты бросились в грузовой отсек. Корабль, конечно, был не маленький, но компановка была на удивление простой — центральный коридор вел во все помещения сразу.

Им повезло. На корабле больше никого не было. Видимо, потом кораблей на ремонт вырос и команд для их постановки в док не хватало, поэтому они стали летать по трое. А может быть они и раньше так летали, никто не знал. Виктор вошел в рубку и положил ПП на кресло. Его поразила система управления кораблем. Никаких педалей и штурвалов, кнопок минимум, нет дисплея наведения, экранов радаров и сканеров. Просто кресло и два углубления перед ним.

— Ну что, Витя, разберешься с такой системой? — спросил Черный.

— Понятия не имею, как она действует, но руки надо толкать сюда, это точно.

— Это мы и без тебя поняли. — Прогудел Эхолот.

— Мне другое интересно. — Задумчиво сказал Сергей. — Когда же они успели разработать такую систему управления.

— Я то же не знаю. Есть на корабле какой-нибудь сейф? — спросил Виктор.

— Нет. — Черный отрицательно мотнул головой. — Рубка вообще голая. Корабль большой, как таким можно управлять без команды?

— Очевидно, можно. Если так и дальше пойдет, то мы против их штурмовых групп долго не выдержим. Они нас числом задавят.

— Мне не только это интересно. Мне интересен сам скачок технологий. — Сергей указал на символы над приборной доской. — Это что, китайские иероглифы?

— Не похоже. — Вгляделся Виктор.

— Тогда что?

— Не знаю. Но надо разобраться.

Он подошел к углублениям рядом с пилотским креслом и сунул туда обе руки. Перед глазами возникла картинка. Не на экране, не где-нибудь рядом, а прямо на сетчатке глаза. И картинка гласила.

"Внимание! Неавторизованный пользователь. Предъявите пароль"

— Похоже, мы застряли здесь надолго.

Виктор опустился в кресло.

Захар тяжело отходил от мороженного сна. Голова раскалывалась, тело ломило, после ранения ощущения вообще выглядели ужасающими. Но, собрав всю волю в кулак, он разлепил глаза и осмотрелся. Рядом приходили в себя мороженные десантники. Закованные в броню экзоскелетов, они еле двигались, включив обогрев на полную мощность. Постепенно температура внутри контейнера росла и становилась комфортной. Молот отворил дверь и подключил к разъему детектор движения. Просмотрев все помещения, он определил, что на корабле ни души. Похоже, пилоты ушли. Бойцы выбрались из контейнера и собрались возле шлюза. Разведчики, разогревшись, приготовились к работе и покинули корабль через специально прорезанный люк. Они передавали картинку сразу на монитор.

Корабль стоял в огромном ангаре, совершенно пустом. Вместе с ними стояло еще несколько крейсеров, пара рейдеров и два авианосца. Вокруг не было ни души. Не слышно лязга металла, шума работ, ругани техников и воя моторов, которые сопровождали любой ремонт. В ангаре стояла гнетущая тишина. Спрятаться разведчикам было негде, двигаться непонятно куда — кругом голые стены без намека на дверь. Где они находились, никто тоже не знал. Первый запросил инструкции.

— Что делать, командир?

Только он произнес эту фразу, как с потолка раздалась жуткая сирена и голос прямо в голове произнес.

— Внимание! Вражеское проникновение! Включена система самоликвидации. Всему персоналу эвакуироваться. Внимание! Вражеское проникновение! Включена…

И так по кругу. Штурмовики запаниковали.

— Блин, ну я же говорил! — Заныл Гвоздь.

— Тихо! — крикнул Захар. — Разведчики, возвращайтесь внутрь. Летун, Деготь, Капкан, заводите двигатели. Будем прорываться с боем.

— То есть? — не поняли бойцы.

— У нас в руках рейдер с полным вооружением. Иначе почему, ты думаешь, я сказал, чтобы довооружили его? Если не удастся проникнуть на базу, то мы могли бы ее расстрелять снаружи. Вперед, шевелитесь. Занимайте орудийные места и палите во все вокруг. Пусть наступит хаос!

Захар побежал в рубку, где уже занимали места в креслах названные им пилоты-штурмовики. Космопех бегло пробежался по приборам. Двигатели были заглушены и чтобы завести всю эту магнито-динамическую хрень требовалось время. Дизеля уже заработали, давая энергию. Резонансный контур только прогревался, а магнитные кольца раскручивались. Орудийный расчет уже занял свои места и бахнул из всех пушек по стоящим рядом кораблям и стенам ангара. Корабли запылали, рвался боезапас, который находился внутри, стены ангара покрылись рваными дырами. Кормовые орудия выпалили ракетами. Мощный взрыв подкинул корабль и швырнул его вперед, впечатав в стену. Завыли системы тревоги, сообщая о повреждениях.

— Давай, голубка, не умирай. — Шептал Деготь, манипулируя кнопками и рычагами. — Продержись еще немного.

— Нет у них силового поля, а броня и так дырявая! — Завопил Летун. — Всем одеть шлемы и загерметизироватся, возможна утечка атмосферы и кислорода. Я закрываю дизельный отсек.

— Есть сквозная дыра! — завопил Капкан. — Мы в поле астероидов. Похоже на старую заброшенную шахту. Они даже не стали ничего переделывать, просто расширили приемный док и объединили со складом.

— Давай, вытаскивай нас отсюда. — Захар внимательно смотрел на экраны. — Палите во все что движется.

— Стараемся. — Крикнули по рации. — Заряжай!

Выстрелы звучали тут и там. Корабли горели, стены плавились от высокой температуры, а когда появилась дыра в космос, то воздух с воем устремился туда, вытаскивая за собой весь мелкий мусор. Огонь следовал за ним. Пилоты приподняли корабль и кормой стали выводить из ангара, благо, что орудийные расчеты все расширяли отверстие в стене.

Когда вышли в космос, то увидели, что в стороны с астероида в рассыпную бросились мелкие точки и исчезали в пространстве. Ни одного из них перехватить не удалось.

— Ходу, ходу! — кричал Захар. Он с минуту на минуту ожидал взрыва, но произошло нечто неожиданное.

Пока корабль еле ковылял от ремонтной станции, она вдруг вспухла, чуть увеличилась в размерах и внезапно свернулась в маленькую точку, исчезнув с экранов радаров и визуального наблюдения. Все оторопели, глядя на такое действие. В человеческой голове, привыкшей ко многим технологическим вещам, такое событие совсем не укладывалось. Стоило тщательным образом проанализировать произошедшее, чтобы сделать выводы. Верные или не верные, покажет время, но они необходимы, чтобы понять, с чем столкнулись штурмовики. Задача была выполнена, база уничтожена, пусть и самоликвидировалась. С остальным пускай разбираются отцы командиры.

— Возвращаемся на точку встречи. — Сказал Захар. — Надо забрать наших.

В астероидном поясе, подальше от человеческих глаз, к замаскированной полями преломления космической станции причалил обыкновенный почтовый курьерский кораблик. Он вошел под сень маскировки станции и исчез со всех радаров и с экранов визуального наблюдения. Кораблик сел в ангаре и из него вышел человек. Очень худой и вытянутый, ростом под два метра, с длинными руками и тонкими ногами. Он прошествовал внутрь станции, даже не удостоив вниманием обслуживающий персонал, состоящий сплошь из низшей касты. Чернь должна знать свое место.

Куратор был доволен. Уже много сотен лет он следил, направлял и развивал данную расу в его зоне ответственности. Люди были перспективным видом и их время давно бы пришло, но любая раса должна развиваться строго по плану, написанному Куратором. Он создавал правительства, вел бесконечные войны, люди плодились быстро и хотя взрослели медленно, но он даже эту проблему решил, позволив их ученым самим найти так нужное ему средство. Создавая конфликты, он создавал прогресс. Но также и наполнял резервуары для своей расы. Найти столь эмоциональный вид, которых очень мало во Вселенной было невероятной удачей. А когда по соседству с ними была найдена подобная же раса, но биологического развития, то радости Куратора не было конца. Давая технологии людям, то одной, то другой стороне, он играл на их чувствах, добиваясь своей цели. Радость и смех не приносит таких результатов, как горе и страдания, ненависть и гнев. Они нуждались в их эмоциях, чтобы питаться ими. Их раса была настолько древняя, что забыла, что такое эмоции. И сейчас нуждалась в их суррогате. Сначала они пытались нести свет другим цивилизациям, стоящим ниже по лестнице развития, но все заканчивалось одним и тем же — войной. Тогда тактика была изменена и вот уже многие тысячи лет в данном секторе галактики присутствовали они — Кураторы. Стравливая разные расы друг с другом, они добивались того, что им нужно было — развития и прогресса своей собственной расы. Они превратились в межзвездных эгоистов, думающих только о себе. И это было правильно.

Так думал Куратор, идя по коридору. Ни одна раса в данном секторе еще не достигла технологического совершенства. И не достигнет, ибо уничтожит сама себя. С нашей помощью. Но прежде отдаст нам все до капли. Каждую каплю гнева, ненависти, доброты, радости, смеха, жалости, страдания и горя. Они выкачают из них все, после чего уничтожат руками другой глупой расы, не понимающей того, что они делают. Но здесь, в системе Солнца, как называют аборигены местное светило, надо бы разыграть другие карты.

Куратор чуть поморщился. Все-таки его план немного нарушили те людишки, которым он отвел роль пиратов и отребья. Как они смогли организоваться, да еще и спеться с теми марсианскими ублюдками, совершенно непонятно. Но это погоды не делает. Наоборот, когда они окончательно выдохнуться и растратят все силы в борьбе между собой, эта новая раса придет и сотрет их с лица галактики, так, как будто здесь никого и не было. Люди дали огромный запас эманаций, его хватит надолго. А потом его можно будет получить и от другой расы, той самой, что займет место человечества в планах Куратора. Но надо работать с ними уже сейчас. Чем технологичнее и прогрессивнее раса, тем сложнее ей манипулировать. Как это уже произошло с Хра'Толтеками. Пришлось применить аннигиляцию, чтобы вычистить последние корни этой цивилизации.

Сейчас на его место прибудет новый Куратор, только что из Академии Влияния. Дни человечества сочтены и можно было не боятся, что молодой специалист натворит здесь что-нибудь. Пока люди будут грызться друг с другом, надо только поддерживать пожар войны, не более того.

Молодой куратор вступил на борт станции с телепорта. Он огляделся. Куратор усмехнулся. Когда-то и он также осматривался, привыкая к новому месту работы. Для тебя еще все в новинку, малыш, подумал он, делая первый шаг навстречу, как это сделал его наставник. Вот только времени у него нет, чтобы подучить мальчишку. Пока еще они не научились останавливать время, но одна из рас соседнего рукава близка к завершению такого проекта. Тамошний куратор держит руку на пульсе и как только изобретение заработает, то немедленно пополнит коллекцию их расы, а изобретатели забудут о том, что сделали когда-то.

— Как добрался? — спросил Куратор ритуальной фразой людей у молодого специалиста. Тот вздрогнул при звуках его голоса, но быстро собрался.

— Спасибо, хорошо. Телепорт работает исправно.

— Это расхожее выражение между людьми при встрече. Тебе предстоит много узнать о них, малыш. Я же вынужден тебя покинуть, хотя очень нужно было поговорить с тобой. Но все инструкции ты найдешь на столе в своем кабинете. Действуй очень взвешенно и тщательно, рассчитывая каждый шаг. Советуйся с аналитиками, которые уже давно изучили данную расу. Если есть какое-то сомнение, лучше отложи проект. Ему всегда придет время. Люди живут недолго, а мы по сравнению с ними почти Боги, поэтому помни об этом.

Молодой куратор кивнул.

— Я отбываю недалеко и возможно мы с тобой еще увидимся, когда расы нашей ответственности встретятся.

— Вы не останетесь ненадолго. — Попросил молодой. — Вы же должны ввести меня в курс дела.

— Им осталось недолго. Ты должен только подталкивать их к этому и собирать эманации. Это все, что от тебя требуется. Они уже почти уничтожили собственную планету, превратили ее в помойку, не без моей помощи, конечно, но так было нужно. Им осталось сделать последний шаг, чтобы упасть в бездну. Так подтолкни их. — Куратор подмигнул и скрылся в сиянии телепорта.

Молодой куратор остался в зале один. Он еще раз осмотрелся и направился к выходу, как дверь сжалась и в зал вбежал один из операторов-наблюдателей.

— Куратор! — вскричал он. — Люди уничтожили нашу ремонтную базу! Они могут догадаться о нашем присутствии. Что делать?!

Молодой специалист застыл как вкопанный. На такой вопрос он не знал ответа.

Лазутчики 2 Становление

Застывшие звезды.

Координаты последней точки встречи диверсионной группы.

Черный висел в безмолвной пустоте космоса и с тоской взирал на серебристый овал чужого корабля. Кислорода оставалось еще на тридцать минут и если диверсанты не поторопятся, то он тут сдохнет от удушья. Будет хватать ртом несуществующий воздух, пока глаза не вылезут из орбит. Дергаться в конвульсиях, сучить ножонками, какой, однако, поганый конец для такого бравого парня как он. Черный уже пожалел много раз, что вылез из корабля наружу. Но другого выхода не было, да и остальные запертые члены команды это понимали.

Когда Виктор сунул руки в панель управления, корабль заявил, что находящиеся на нем пассажиры не имеют доступа и должны в срочном порядке разместиться в кают-компании. Сергей только махнул на это рукой, а Глыба, поискав глазами громкоговоритель, но не найдя, с силой треснул кулаком в стену. Раньше от его ударов оставались видимые глазом отпечатки, но здесь стена не просто выдержала, но и отпружинила, словно взяв себе энергию удара. Глыба, конечно, удивился, но ничего не сказал. Виктор вынул руки из ниш, обтер их, словно они были выпачканы в грязи, хотя на коже не было никаких следов, и встал из кресла. Он грустно посмотрел на товарищей.

- Похоже, сигнал бедствия передать не удастся, как и выбраться с этого корыта.

- Почему? - спросил Вепрь, третий штурмовик в их команде. Черный себя таковым не считал, но все же поддерживал общее мнение.

- Передатчик здесь конечно есть, но вот воспользоваться им мы вряд ли сможем. Компьютер корабля не даст нам доступ, потому что мы здесь чужие.

- И как нам выбраться отсюда? - спросил Глыба.

- Зачем нам выбираться? Наши подойдут через несколько часов и возьмут нас на буксир. - Сергей скрестил руки на груди. - Этот корабль - скопище новых технологий, которые нам нужны позарез. Распотрошим его на базе и получим серьезное преимущество.

- Кто его будет потрошить и изучать обломки, если у нас нет специалистов, которые бы могли понять принцип действия, ну, хотя бы вот этого. - Виктор ткнул пальцем в рулевые ниши. - Ученых у нас нет, одни бойцы и пилоты с командирами. Так что цена этому корыту - медный грош.

- Ученые есть на Марсе. - Возразил Сергей.

- И ты предлагаешь передать им эту находку безвозмездно, чтобы затем МКС использовал полученные технологии против нас же?

- К чему ты клонишь, я не понимаю.

- А ты разве не догадался? Сейчас мы им нужны, пусть нас мало, но мы вполне боеспособное подразделение, тем более после сегодняшней акции представляющее серьезную угрозу. Как же с нами не считаться? И представь себе в один прекрасный момент, когда власть императора падет, кто подхватит вымпел победы. Ты? Или Я? Или капитан Обручев? Я думаю это будут те же корпоративные акулы, которые и затеяли всю эту заваруху.

- Гражданскую войну?

- Да при чем тут сегодняшний конфликт. - Виктор устало опустился в кресло. - Война между Республикой и Союзом случилась за ресурсы, которые уже не были государственными. Они принадлежали частным корпорациям и находились на территории нашей страны. Просто необходимо было решить вопросы полновластного владения разработками. Все-таки другое государство, граждане которого тоже хотят кушать и растить детей под счастливым солнцем. Вот нам и дали его - сожгли полстраны дотла, вынудили бежать в космос, потому что никто не хотел его осваивать, а население планеты росло с каждым годом. Негры в Африке благополучно занимались междоусобицей, развитые страны стонали под наплывом эмигрантов из третьих стран и загибались со своей экономикой. Народу на планете миллиардов десять.

- Вот и отправили бы всех китайцев на орбиту с индусами заодно. - Проворчал Сергей.

- Ты что, не в курсе, в какой стране сосредоточенно все мировое производство? - Виктор удивленно вскинул брови. - Китай - мировой производитель. Насчет Индии я, конечно, с тобой согласен, да вот что-то не получилось у мирового закулисья отправить в космос толпы браминов. Освоение безвоздушного пространства - единственное верное решение. Только никто не хотел выбрасывать деньги в пустоту. Вот и придумали этот конфликт - у правительства не будет иного выхода, как переселить своих граждан на другую планету, а чтобы они правильно восприняли отсутствие зарплат и комфортных жилищных условий, им придумали простую сказку о нехороших дядях из Вашингтона.

- А разве они не такие?

- Такие, не такие, какая разница. Я больше чем уверен, что все это спланированная акция. Они готовили новое поколение рабов. Разве не так? Кто-нибудь из вас был на станциях, где жили гражданские? - все подняли руки вверх. Виктор с удовлетворением кивнул. - Помните, в каких условиях они там находятся? Грязь, вонь, отсутствие работы и если таковая есть, то она оплачивается едой, которую легко синтезировать. Затраты минимальны, а план выполнен. Мечта любого работодателя. И она сбылась. Есть класс профессиональных рабочих, которые за свои услуги требуют адекватную зарплату, а есть нищие рабы, которые ничуть не хуже этих рабочих могут выполнить заказы. Вот в кого превратили наш народ - в рабов.

- Если так, то ради чего нам тогда сражаться? - спросил Черный.

- Хотя бы ради тех, кто еще может освободиться. - Виктор встал снова. - На тех пяти станциях, что образовали собственный Совет русскоязычного населения около семидесяти процентов. И они отнюдь не рабы. Просто кому-то пришла в голову отличная идея ставить на ответственные посты своих людей, заслуживая репутацию профессионализмом и исполнительностью. И это русские люди. Даже в Совет Пяти входят двое наших. Когда я это узнал, то понял, что еще не все потеряно. Сейчас нашей главной задачей является защитить этих людей. Совет сильно сопротивлялся, когда капитан Обручев предложил бартерную программу - простейший обмен. Они нам станки и электронику, а мы обеспечиваем защиту. Естественно те трое сильно возмутились такой грабительской позиции, но двое наших настояли о проведении референдума. Что решит народ. И он выбрал нас. Потому что здесь собрались не самые глупые люди, разбирающиеся в международной обстановке. Даже если сюда припрется Плутонианский флот, нам будет чем ответить. Народ на станциях уже устал бояться. Отделу кадров от рекрутов не отбиться, так и штурмуют пороги.

- Ну ладно, решил народ и фиг с ним. - Рассудительно заметил Черный. - Только это нас не спасет. Как мы с нашими свяжемся?

- Есть, конечно, один вариант, но он вам может не понравиться. - Виктор потер руки. - Попробовать собрать передатчик из скафандров. Выдрать аварийный маяк и закрепить его на обшивке корабля.

- Значит, кому-то придется туда выйти? - спросил Сергей. - Я правильно понял?

- Да.

- И в чем загвоздка? - спросил Вепрь, - я хоть сейчас могу наружу выскочить.

- Прямо в трусах и майке? - спросил Черный.

- Нет, в скафандре.

- А если мы скафандры разберем, чтобы до маяков добраться, в чем ты наружу вылезешь? - продолжал издеваться разведчик.

- Не знаю.

- Ты что, не понял, что он шутит. - Виктор улыбнулся. - Это, видно, у вас врожденное?

- Не знаю, может быть. - Черный оставался серьезен, хотя по глазам было видно, что он внутренне смеется.

- Фу, напугал, а то я правда подумал, что туда налегке лезть придется.

- Пока не соберем передатчик, никто никуда не полезет. - Виктор махнул рукой. - Пошли в кают-компанию.

Скафандров на борту не оказалось. То ли корабль не был ими оснащен, то ли экипаж специально их не имел, но вот нужного не было под рукой. Тогда Виктор поблагодарил самого себя за то, что заставил всех облачиться в экзоскелеты, когда они покидали корабль. Три облегченных штурмовых комплекта находились в кают-компании. Парни сняли костюмы в тот момент, когда стало ясно, что на корабле больше никого нет. После контакта пилота с кораблем, тот ограничил им доступ только центральным коридором, рубкой и кают-компанией. В остальные помещения попасть стало невозможно. Может быть там и было что-нибудь из того, что они искали, но добраться до этого они не могли.

Сергей выдернул все три аварийных маяка, разобрал их прямо на полу коридора, собирая один мощный, с усилителем сигнала. Ему было наплевать, что его может услышать имперский патруль. В тот момент он как-то не думал об этом. Собрав устройство, которое оказалось довольно тяжелым, он положил его на пол, после чего задумался.

- Слушайте, а вы ничего не заметили?

- Что именно? - спросил Глыба.

- Здесь нет невесомости.

- То есть? - не понял Вепрь.

- Мы висим в пустоте, двигатели отключены, ускорение не действует на нас, корабль даже не вращается вокруг своей оси, как республиканские рейдеры, на вас нет магнитных ботинок, а все вещи здесь не оборудованы магнитными захватами, как у нас. У меня вопрос. ЧТО ИМЕННО НАС ПРИТЯГИВАЕТ К ПОЛУ?

Все замерли, прислушиваясь к ощущениям. В тишине заурчало в животе у Глыбы.

- Понятия не имею. - Сказал Вепрь.

- Вот и я тоже. - Сергей подпрыгнул и приземлился обратно. - Как такое может быть?

- Значит, здесь есть установка искусственной гравитации. - Спокойно сказал Черный.

- Именно! - возопил Сергей. - Вы думаете этот корабль построили люди?

- А кто же еще. - Виктор был уверен в этом.

- Корабль чужой, инопланетный. - С жаром сказал Сергей. - Неужели вы не понимаете. Те двое не были людьми, да и этот тоже.

- Конечно, ведь это человекоподобные роботы. - Вепрь пожал плечами. - Республиканцы всегда были впереди нас по компьютерным технологиям и всяким там роботам.

- Верно, но даже им не удавалось создать по настоящему похожего на человека робота, а здесь вот он, вышагивал перед нами. Но дело даже не в этом. Этот кораблик - кладезь технологии.

- До тебя только сейчас дошло? - спросил Виктор. - Я это давно понял, даже без искусственной гравитации.

- Нам необходимо послать сигнал! - С жаром воскликнул Сергей.

- А мы чем занимаемся? - Черный уже облачился в экзоскелет и сейчас герметизировался. - Я думаю пятнадцати минут мне хватит, чтобы закрепить маяк на носу судна.

- Возьми дополнительный запас кислорода. - Посоветовал Виктор. - А то мало ли что.

- Незачем. - Махнул рукой Черный. - Я быстро туда и обратно. Надо только взять магнитные ботинки и фал. Поставлю маяк в ботинок и закреплю на обшивке.

- Сделай это лучше здесь, чем потом будешь возиться в космосе. - Посоветовал Сергей. - Все попроще будет.

- Ладно.

Черный поставил ботинок от скафандра экзоскелета, который открутил, пока Сергей занимался с маяками. Он сунул маяк в ботинок, антенна забавно торчала наружу из голенища, продел в отверстия для штифтов прочный шнур, опоясал им маяк, крепко затянув веревку. Подтянув узел, он подергал привязанное устройство. Убедившись, что оно не вылетит от любого толчка, он поднялся с колен, прилепил ботинок к спине справа, автоматически проверил пистолет-пулемет, наличие абордажных крюков и мин, потребление энергии, кислород в баллонах и работающий навигатор. Потоптался на месте и ступил к шлюзу.

Дверь открылась от прикосновения к выпуклости на уровне груди. Черный шагнул в шлюзовую камеру. Дверь закрылась за ним и открылся наружный люк. Его не выбросило в космос давлением. Как за доли секунды воздух был откачен из камеры и дверь просто отъехала в сторону, а Черный даже не почувствовал легкого толчка. Сильно не раздумывая над этим, он ступил на обшивку и схватился по привычке за леера вдоль борта судна.

Лееров не было. Черный промахнулся рукой, попытался восстановить равновесие, удерживая одну ногу внутри шлюза, а второй шаря в космосе в поисках опоры. Он махал руками, напоминая огромного комара. Наконец кувыркнулся через комингс и шлюзовая дверь захлопнулась за ним. Черный поплыл в безбрежной пустоте. Он не паниковал, а просто принял нужное положение, заметив небольшую петлю над шлюзом. Кратковременное включение реактивного ранца швырнуло его прямо на корабль. Он привычно выставил ноги вперед, активируя магнитные захваты. Ноги ударились о корпус корабля и спружинили. Захваты не сработали. Да что у них за металл, подумал Черный, во второй раз барахтаясь в космосе, ботинки не срабатывают. Он, наконец, добрался до крючка и зацепился фалом за проушину. Натянув фал, он начал свое восхождение по кораблю, то и дело срываясь в пустоту.

Он кое-как добрался до верхушки корабля и, заметив небольшую торчащую вверх антенну, решил примотать ботинок к ней. Шнура с собой у него не было и он решил пропустить фал через отверстие для пальца, который крепит шток цилиндра на ботинке. Фал едва пролез в отверстие. Ничего, крепче будет держать, подумал Черный и затянул поплотнее веревку. Примотав накрепко к антенне, он подергал ботинок и, убедившись, что он держится, собрался в обратный путь, который сейчас был полегче - можно было лететь, перебирая привязанный фал руками. Добравшись до шлюза, Черный нажал кнопку.

Ничего не произошло. Дверь не отошла в сторону. Он нажал кнопку еще раз. Безрезультатно. Корабль не собирался впускать его внутрь. Черный стучал по кнопке с силой, уже понимая, что остался снаружи. Расход кислорода резко вырос и он заставил себя успокоиться, что было очень сложно. Разведчик уже пожалел, что не взял с собой запасных баллонов. Проверил запас, которого хватит на шесть часов. Надо снизить подачу до минимума и не двигаться, тогда можно протянуть еще часа два. Глядишь за это время ребята успеют до нас добраться, подумал Черный и вспомнил, что забыл активировать маяк. Пришлось прогуляться еще раз, сжигая бесценный кислород в баллоне.

Сейчас он висел в пустоте, просто разглядывая корабль. Время неумолимо отсчитывало секунды жизни, как песочные часы по песчинке перетекают из одной колбы в другую. Черный вспомнил ребят из взвода, стычки с противником, штурм сатурнианской базы. В уголке глаза появилась слеза, которая скатилась куда-то вниз, за шиворот. Даже рукой не вытрешь, подумал он. Состояние дикой тоски навалилось с новой силой. Хотелось зарычать, заорать во все горло от бессилия и неспособности выжить. Он сделал все что мог для продления своей жизни. Замедлил подачу кислорода, развернул солнечные батареи, включил рециркуляцию воздуха, но это подарило ему лишь лишние два часа жизни к тем двум часам, что он уже выиграл у смерти. И сейчас он явственно слышал ее приближение. Он чувствовал ее тяжелые шаги, которые гулко отдавались внутри его организма. Черный был уже на грани потери сознания и замедленный сердечный ритм отдавался в его ушах. Глаза уже отказывались видеть и он не сразу понял, что видит небольшой кораблик, который медленно приближался к инопланетному корыту.

Черный сморгнул пелену с глаз и присмотрелся получше. Он вдохнул глубже, наполняя легкие кислородом, сжигая сразу несколько драгоценных кубомиллиметров живительного воздуха.

Кораблик был не имперским, не те опознавательные знаки. Но не был он и кораблем союза. Приглядевшись внимательнее, он заметил на подвесных ракетных пилонах изображение девицы, сидевшей на комете. А прямо за пилотской кабиной располагался характерный рисунок в виде скрещенных ракет и черепа между ними. Все ясно - корпоративных пиратов потянуло на подраненную дичь. Они услышали зов маяка и явились раньше наших. Ну что ж, у Черного еще припасено несколько тузов в рукаве, хотя он и не готовился к космическому бою. Но этого стервятника проучить сам Бог велел. К тому же у него есть такой нужный Черному кислород.

Разведчик огляделся в поисках второго корабля пиратов, но не увидел его. В том, что он есть, Черный не сомневался. Пираты в одиночку не летают. Значит, либо далеко и он его не видит, либо он за кораблем с другой стороны. Экономить кислород смысла не было и Черный выкрутил подачу на полную, активировал экзоскелет, сложил батареи, приготовил кошку и оружие и кратковременным включением двигателей направил себя любимого к пиратскому кораблю. Обнаружения он не боялся. Пираты, конечно сканируют пространство, но уловить мелкий объект, который не излучает, да еще находиться в тени маловероятно. АнтиРЭБзащита исправно работала, заглушая все возможные помехи от работающего оборудования.

Он свалился на истребитель, как коршун на ягненка. Зацепился магнитной кошкой за корпус, взмахнул резаком, прорезая колпак кабины. Внутри замигали аварийные красные лампочки, пилот в кресле задергался, что-то крича в микрофон. Черный прорезал дыру в колпаке, кусок которой вырвало внутренним давлением. Пилот заорал, он видел это по его дико перекошенному открытому рту. Летуна затянуло в маленькую дыру и стало по частям выбрасывать в космос. Черный продолжил работу. Он расширил отверстие и проник внутрь. Давление уровнялось и капли крови, скатавшись в небольшие шарики, плавали в невесомости. Кусочки кожи, ткани, волос, зацепившиеся за края резаной дыры изредка колыхались, когда Черный ворочался в тесной рубке истребителя. Наступая на сиденье, переваливаясь в скафандре через пульт управления и штурвал, он на ходу разворачивал кислородные шланги. Подключившись к системе, он открыл краны. Баллоны начали заполняться живительным газом. Закачав их полными, Черный глубоко вдохнул и повалился в кресло. Он не заметил, как второй корабль обошел транспорт и приготовился расстрелять своего товарища. Пират видел взломанный кокпит и понимал, что в живых никого не осталось, а вот противник может скрываться в корабле. Он прицелился и нажал на спуск. Две тридцатимиллиметровые пушки свинцовым вихрем прошлись по пиратскому судну, мигом выбив Черного из кресла. Он высигнул из корабля через отверстие, даже сам не понял как и автоматически "побежал" в космосе, нелепо переставляя ногами. Корабль за его спиной взорвался, отбросив Черного к обшивке транспорта. Зацепиться было не за что, а скорость полета большая. Разведчик промчался мимо маяка и вцепился мертвой хваткой в антенну, его мотануло, ноги мелькнули в космосе.

Пиратский корабль начал медленно приближаться к обломкам товарища. Черный приготовился и зарядил гарпун, который выпускает магнитную кошку, абордажной миной. Как только корпус пиратского корабля показался в его видимости, он нажал на спуск. Пилот корабля заметил человека в скафандре и стал разворачивать корабль, чтобы расстрелять его, как к борту что-то прилепилось.

- Внимание! - заголосил компьютер. - На корпусе обнаружена магнитная мина!

У пилота была хорошая реакция. Он сразу же катапультировался. Взрывом его отбросило далеко от корабля. Пилотская кабина, в которой он сидел, начала медленный дрейф в сторону Солнца. Черный увидел, что вражеский пилот жив и болтается в космосе, также как и он. Этот точно вызовет подмогу, подумал Черный. Он встал на обшивке корабля, оборванный взрывом фал гарпуна сматывался на катушку. Черный приложил ладонь козырьком к шлему и посмотрел на Солнце, которое здесь не было таким большим как на Земле - маленький желтый фонарик. Но фонарик этот светил довольно ярко. Разведчик обхватил руками антенну, заменил на конце оборванного стального троса магнитную кошку, которая просто накручивалась на фал, затем обжимка сжималась и выдернуть канат уже было невозможно. Черный прицелился, взял упреждение на дрейф и выстрелил. Кошка чуть не промахнулась мимо спасательной капсулы, но металла на кабине было много и он помог скорректировать ее курс. Кабину чуть тряхнуло и она повисла на фале. Черный нажал кнопку лебедки. Канат натянулся. Разведчик крепче ухватился за антенну. Закрепленный на поясе гарпун натужно тянул капсулу к кораблю. Черный держался изо всех сил. Невесомость невесомостью, а вот массу тела еще никто не отменял. Двадцать минут тяжкого труда, когда лебедка чуть не сгорела и вот она кабина, перед разведчиком. Внутри напуганный пилот без скафандра, расплющивший нос о стекло, с многочисленными ссадинами, всклокоченными волосами, упирающийся руками в кокпит. Черный злобно ухмыльнулся. Пират этого не видел - шлем экзоскелета оставлял открытыми только прорезь напротив глаз, да и та была покрыта составом "Хамелеон". Так что напугаться еще больше пират не смог - он и так был в предынфарктном состоянии. Он видел перед собой экзоскелет бойца Тройственного Союза с матовым покрытием, готового вскрыть его защитную капсулу как простую консервную банку, уже приготовившего резак. Черный приблизился к стеклу. Пилот внутри упал в обморок. Черный остановился. Он погасил резал, сунул в зажим и, привязав капсулу к многострадальной антенне, залез на нее сверху, уселся и стал смотреть на звезды. Ничего другого не оставалось.

Он уже стал засыпать, как неожиданно система приняла вызов.

- Черный, это ты там, как Аленушка на камешке сидишь, что ли? - знакомый насмешливый голос раздался в динамиках шлема.

- Сейчас слезу и покажу вам, где раки зимуют! - возмутился разведчик. - Я тут для них инопланетную технологию охраняю, а они прохлаждаются неизвестно где! Поднимайте меня на борт, да это недоразумение тоже. Пирата неплохо бы допросить, что он тут забыл в этом секторе так далеко от спасительного астероидного поля.

- Погоди немного, страдалец ты наш. Сейчас притормозим и возьмем вас на буксир, а тебя посадим на мачту вперед смотрящим. - Захар засмеялся. - Ладно, не дуйся. Ребята уже в трюме готовят захват. Спасение близко.

- Я и не сомневался. - Черный расслабился. - Капсулу не забудьте, в ней ценный свидетель.

- Где остальные?

- Сидят внутри. Корабль меня не запускает. Там какая-то жутко продвинутая система искусственного интеллекта, сразу же отрубила нам доступ везде кроме шлюза и кают-компании. Воздух там есть, жратва тоже, так что с голоду не подохнут. А вот меня такие мысли посещали, слава Богу прилетели пираты, где я и смог подзаправить свои баллоны.

- Ну ты прямо космический акробат по кораблям-то прыгать. - Восхитился Захар. - Научишь?

- К черту такой опыт. - Проворчал Черный. - Я хочу горячую ванну и кофе!

- Будет тебе ванна, будет тебе кофэ. - Захар изменил голос. - Какао с чаем! Полезай в шлюз.

- Всенепременно, о Мудрейший! - Черный не заставил себя долго ждать и, включив реактивный ранец, прыгнул в открывающийся зев трюма, откуда уже показалась лапа манипулятора захвата.

Споры и решения.

Бывшая ремонтная база республиканских сил. Орбита Сатурна.

Старший помощник капитана Обручева Дементьев вошел в конференц-зал, который переделали из скромного помещения начальника базы. Огромная круглая комната с выведенными на стеновые панели мониторами слежения за пространством, мощный стол из настоящего дерева, удобные кожаные кресла, пара настоящих фикусов в горшках - начальник базы любил комфорт и ни в чем себе не отказывал. Каково же было его удивление, когда в святая святых республиканского управляющего ворвались странные и страшные люди, закованные в броню и стали размахивать пушками прямо перед носом у обосравшегося от страха начальника. Учуяв мерзкий запах, командир штурмовой группы приказал "очистить помещение от этого дерьма", а сам доложил на командный пункт, что объект взят. Диспетческая и казармы были уже давно под контролем и выловить скрывающихся в полутьме технологических коридоров техников не составило труда. Сделали это уже потом, после того, как отбили атаку превосходящих сил противника. Обустройством зала для совещаний занялись уже после того, как отправили диверсионную группу на ликвидацию ремонтной базы в астероидах. И сейчас все капитаны кораблей, которые и образовали Военный Комитет, собрались здесь, чтобы решить дальнейшую судьбу своего существования. Дементьев же еще при капитане Смирнове, командире разведкорабля, поднаторел в планировании спецмероприятий и сейчас капитан Обручев назначил своего старшего помощника на эту должность - начальника разведслужбы.

Дементьев оглядел зал. Панкратов сидел спокойно, крутя ручку в могучих пальцах. Федор Евгеньевич и Тарас Петрович - командиры второго и первого крейсеров о чем-то увлеченно разговаривали. Командир РЭБ-корабля и по совместительству начальник электронной службы относился к ведомству Дементьева. Главный техник, командир мобильной рембазы, главный инженер тоже были здесь. Командиры рейдеров расположились по левую руку от Обручева. Интендант откровенно скучал. Маловато нас, вздохнул Дементьев, ой как маловато, а предстоит сделать еще так много.

Он прошел к своему месту и положил объемную папку на стол. В век электронных носителей информации старший помощник предпочитал пользоваться старыми добрыми проверенными бумажными листами, которые можно было подшить и сдать в архив. А эти все флешки и оптические диски не внушали доверия - шваркнул один раз электромагнитным импульсом и выгорела вся информация. Кто же ее восстановит? А здесь все тщательно запротоколировано. Дементьев собрался с мыслями и уселся в кресло. Начнет, как всегда командир, подумал он, а мы подхватим.

Капитан Обручев, заметив что его старший помощник прибыл, чуть слышно постучал по круглому столу, который добыли в комнате отдыха личного состава базы. Разговоры смолкли, офицеры подобрались, приготовившись слушать и вносить свои предложения. Всем так понравилось сообща планировать свои будущие шаги, что никто не тянул одеяло на себя, а наоборот, каждый старался подсказать наиболее верное решение. В спорах рождается истина, так, кажется говорил древний философ, подумал Дементьев. Обручев еще раз посмотрел на капитанов.

- Товарищи, - начал он. - Перед нами стоят довольно сложные задачи, решить которые необходимо как можно быстрее. От этого зависит не только наша с вами жизнь, но и гражданские, которые так неожиданно свалились нам на голову. Конечно их заводы это серьезное подспорье в нашей борьбе против республиканского режима, который объявил себя не много ни мало Империей Земли. Как будто у них есть на это право и мы не такие же жители этой планеты. Поэтому нам необходимо заручиться поддержкой. Как обстоят дела у Марсианского Корпоративного Совета?

Дементьев глянул в бумаги.

- По последним данным Империя Земли не собирается посылать к ним свой флот. Прилетающие на Марс транспортные корабли с беженцами сообщают противоречивую информацию и выяснить, что там правда, а что ложь не представляется возможным. Люди просто бегут от режима императора и им все равно, что будет с остальными, лишь бы самим спасти свою шкуру. О нас они не знают и слава богу. Чего не скажешь о Плутонианской группировке. Если курьерские клиперы достигли их передовых кораблей, а по последним данным, полученным три дня назад группировка базировалась на орбите Урана, то они выдвинуться в наш район, как только восполнят запасы продовольствия, воды, кислорода и горючего. Боеприпасов у них хватает, в отличие от нас.

- То есть? - спросил капитан Зубов, командир одного из рейдеров. - У меня на корабле полный комплект и штурмовые группы заряжены по полной. Парни просто рвутся в бой.

- У меня тоже все в порядке. - Поддержал его второй капитан, Сопов.

- Я все это прекрасно понимаю, товарищи командиры. - Дементьев примирительно поднял ладони рук вверх. - Все наши корабли, которые не пострадали в ходе крайнего столкновения, были доукомплектованы экипажами и боеприпасами. Те, кто находиться на ремонте, не смогут принять участие в возможном будущем бою. Петр Владимирович, когда у вас сходит со стапелей первый полностью отремонтированный корабль?

Главный Техник заглянул в бумаги. Он тоже таскал с собой папку не доверяя планшетам.

- Через двое суток. Команды работают по двенадцать часов в три смены. Нагрузка на личный состав высокая, благо Иван Викторович помог с операторами ремонтных роботов и работы по сварке корпуса удалось переложить на них. Тем более приходиться внедрять в конструкцию наших кораблей ненадежные элементы республиканских судов, что отрицательно скажется на защищенности, но у нас нет другого выхода. Чертежей управляющих приборов и конструкционных деталей мало, а некоторых нет совсем, поэтому приходиться импровизировать. С двух кораблей вообще придется снять генераторы силового поля, чтобы починить имеющиеся. Такой технологии у республиканцев нет, а передавать чертежи на гражданский завод не хотелось бы. А то уйдут куда-нибудь налево.

- В этом вы правы. - Сказал Дементьев. - На данный момент сформировалось некоторое затишье, которым необходимо воспользоваться. Плутонианская группировка слишком большая для нас и они не те трусливые шакалы, что сидели здесь, в тылу. Около шестидесяти кораблей, среди которых восемь авианосцев, пять РЭБ-кораблей, двадцать рейдеров, два линкора с тяжелым калибром, остальные мелочь вроде сторожевых крейсеров, миноносцев, фрегатов и судов поддержки. С такими силами, будь мы трижды профессионалами, имеющимся флотом не справиться. Даже если группировка сегодня же выйдет из баз и направиться к нам, то доберется не раньше двух месяцев. Уран сейчас также далеко от нас, как и Марс. - Дементьев обернулся к карте Солнечной Системы. - Мы здесь. - Он ткнул указкой в опоясанный кольцами шарик Сатурна. - Они здесь. - Лучик указки опустился на Уран. - Расстояние между орбитами планет невелико, но в данный момент оно составляет примерно такое же расстояние как от нас до Марса. Марс и Уран находятся на одной линии, а мы примерно посередине. Поэтому им придется пересечь орбиту Юпитера, чтобы побыстрее добраться до нас. Если их командующий дурак, то он так и сделает, а если не захочет понапрасну терять экипажи и корабли, то заложит крутой вираж и придет к нам со стороны Нептуна. Путь увеличивается, время тоже, но зато он сохранит флот. В любом случае у нас есть время от восьми недель до двух с половиной месяцев. И надо наверстать отставание как в живой силе, так и в вооружении. Глава концерна "Рокет" уже дал свое согласие на переоборудование наших кораблей их залповыми ракетными системами, которым пока нет аналогов.

- Что за ракеты? - спросил Панкратов.

- С атомными боеголовками, - ответил Дементьев. - Экранированы от РЭБ-удара, блок наведения с искусственным интеллектом, значительный запас топлива. К тому же ракета имеет лазерную систему прожига брони, что позволяет взорваться ей внутри корабля. Перехватить ее крайне сложно. Лазерная система заодно является и противоракетной. Может сбить до трех ракет, после чего истощится заряд батареи. Классная штука.

- Где они боеголовки взяли? - спросил Сопов. - Они же только на их головном заводе на Луне производятся?

- Перед самым провозглашением Империи к ним завезли крупную партию. Видно уже тогда корпоративные чиновники смекнули что к чему и постарались вывезти как можно больше технологических новинок в периферийные заводы, чтобы не достались императору. Кто же знал, что часть наших кораблей уцелеет, да еще и захватит стратегическую ремонтную базу возле Сатурна? Вот и они не предполагали такого развития событий.

- Повезло так повезло. - Вздохнул Панкратов. - Когда планируете провести модернизацию?

- Первый корабль, оснащенный такими ракетными системами уже готовиться. Надо спросить у Павла Ивановича.

Главный инженер, кряхтя, встал.

- Мои люди совместно с людьми уважаемого Петра Владимировича внесли конструктивные изменения в корпус рейдера, что сейчас находиться на ремонте. Это опытный образец, еще не прошедший испытания. Должен сказать, что нагрузка на силовую установку возросла и одним дизельным двигателем тут не отделаешься. Необходим постоянный мощный источник энергии. Мини атомный реактор подошел бы, но я понимаю, что никто не хочет ходить по кораблю в свинцовых трусах. - Главный инженер улыбнулся.

- Правильно понимаете. - Кивнул Дементьев. - К тому же мы все помним, что произошло на Юпитере и нам не надо повторения пройденного.

- Полностью с вами согласен. - Кивнул в ответ Павел Иванович

Двадцать восемь лет назад Юпитер был пристанищем почти двух миллионов человек. Строились базы, возводились орбитальные укрепления, добывались полезные ископаемые, а заводы производили корабли и оружие. Все работало на атомной энергии и тогда корабли были чуточку, но быстрее. Пока к Юпитеру не подошел Земной Республиканский Флот, огромная армада кораблей, также оснащенная атомными реакторами. И вот когда две силы столкнулись в космосе и первые снаряды разорвались внутри станций и кораблей, по орбите Юпитера прошел атомный смерч. Реакторы были повреждены и взрывались, высвобождая огромное количество энергии. Корабли сметало смертельным ураганом, спутники планеты от взрывов сходили с орбит, кувыркаясь в космосе, два миллиона человек и примерно пятьсот тысяч на кораблях погибли в мгновение ока. Когда первые разведчики добрались до Юпитера, то счетчики Гейгера зашкалили, экипажи мгновенно получили запредельную дозу радиации. Фонило все, вплоть до мелких камешков, которые крутились по своим, только им ведомым орбитам. Страшные вопли разведчиков услышала вся система. А после того, как видеосообщение приняла республиканская ретрансляционная станция, то полеты в страшный юпитерианский сектор запретили на самом высоком уровне. Что Республика, что Тройственный Союз не сразу оправились от такого удара. И тем и другим пришлось конструктивно пересмотреть двигательную часть кораблей. Мощности силовых установок упали в разы. Но после того, как Республика получила неожиданное преимущество, то участь Тройственного Союза была решена. Все собравшиеся помнили об этом и благодарили Бога, что их не застало там, в этом ядерном пекле. Каждый из них еще был мальчишкой и жил на орбитальной станции, которая могла вполне находиться на орбите Юпитера.

- И каким же образом решили проблему? - спросил Обручев Главного инженера, который уже погрузился в воспоминания.

- Пришлось поставить повышающий трансформатор и энергоемкие республиканские аккумуляторы. Этого вполне хватит для энергоснабжения корабля. Кроме того экспериментальный корабль будет укомплектован ремонтными дройдами.

- Чем? - спросил Зубов.

- Ремонтными дройдами. - Повторил Главный инженер. - Почему эта мысль не пришла нашим конструкторам в голову раньше, я не понимаю, но не использовать весь потенциал искусственного интеллекта было бы неразумно. То есть раньше, конечно...

- Короче, Склихасовский. - Оборвал пустившегося в пространные рассуждения Главного инженера Панкратов.

- Если короче, то дройды ремонтируют броню прямо в бою. У каждого свой участок, который за него и отвечает. Ремонт осуществляется с помощью наложения заплат. На выпиливание и замену поврежденного участка уходит много времени, поэтому проще так. К тому же дройды могут выступать в качестве передающего звена электронных команд. То есть если поврежден кабель или накрылась системная шина управления огнем, то дройд может использовать свою беспроводную систему связи как дублирующий орган для стрелка-оператора. Это повысит живучесть корабля и экипажа в бою. Правда, дройд пока не защищен от РЭБ-ударов, мы и так наложили на него нехарактерные функции. Но это гораздо лучше, чем просто ждать, когда вырубиться от перегрузки генератор силового поля.

- В общем, я так понимаю, вы серьезно поработали над модернизацией наших кораблей? - спросил Обручев.

- Да. - Просто сказал Главный инженер.

- Ну что ж, это радует. Еще какие новости?

- На первое время запасов пищи и воды нам хватит, но на большее рассчитывать не приходиться. - Продолжил Дементьев. - Сейчас производственные мощности работают в усиленном режиме. Гидропонная станция вырастит урожай только через два месяца, а тех запасов, что есть сейчас, нам не хватит. Без поддержки извне нам не продержаться. К тому же количество боеприпасов, запчастей, медикаментов находиться на минимальном уровне. Мы слишком быстро расходуем запасы, а ресурсной базы у нас нет, не считая набора всевозможных руд и топлива. Необходимо немедленно решать возникшую проблему.

- Ну и что нам делать? - Спросил за всех Зубов. Он вообще сегодня довольно разговорчивый, подумал Дементьев. Вон как на стуле ерзает.

- Думаю, стоит попросить помощи у МКС. С запасами у них все в порядке, они могут хоть всю систему завалить продуктами на годы вперед. Только здесь есть один небольшой нюанс.

- Говори, не томи. - Проворчал Панкратов.

- Они, вообще-то, в таком же положении, что и мы. Плюс к этому первая поставка от них придет не раньше, чем здесь появится Плутонианская группировка, а то и позже, зная скорость грузовых кораблей. К тому же беженцы сообщают, что активизировались корпоративные пираты, сидящие в поясе астероидов. Им самим жрать нечего, поэтому нападают на всех подряд. После того, как ретрансляторы отключили, компании потеряли с ними связь, а возможно насовсем исключили из своих списков. Пираты тоже люди и кушать хотят, а также вкусно дышать и сладко спать. Так что к нескольким проблемам добавляется еще одна - возможные нападения на суда конвоя со стороны флибустьеров.

- Да это разве пираты. - Фыркнул Сопов. - Так, мелюзга несчастная, которая на устаревших корабликах летает. Щелкнул один раз по носу - они и в лужу сели.

- Ну, республиканский флот точно также и о нас думал, пока мы их коленом под зад отсюда не вышибли. - возразил Дементьев. - И недооценивать противника я бы не стал. Поэтому решать возникшую перед нами продовольственную проблему придется самостоятельно. Я, конечно, попрошу наших гражданских компаньонов ускорить выращивание продуктов. Можно будет использовать сублимированные кубики или НЗ, но это на крайний случай, который может наступить неожиданно. К этому надо готовиться и я предлагаю следующее. - Начальник разведки выдержал паузу.

- Что именно? - спросил за всех капитан Обручев.

- Вернулась диверсионная группа. - Дементьев как стоял, так и не садился.

- С этого и надо было начинать! - вскричал тот. - И как, удачно?

- Можно сказать и так. Ремонтная база уничтожена, но наши не принимали в этом участие.

- То есть как? - спросил Панкратов.

- База самоликвидировалась, как только они оказались внутри. Там все автоматизировано и искусственный интеллект, как только засек диверсантов, сразу же активировал систему самоуничтожения.

- Это что же у них за интеллект такой продвинутый. - Проворчал Зубов.

- Это не человеческий интеллект.

- Что! - завопили все разом.

Дементьев помолчал и в устоявшейся тишине сказал:

- Эта база не земная. Она инопланетная, также как и начинка в кораблях республиканцев.

- Ты хочешь сказать, что им помогают инопланетяне? - спросил за всех Сопов.

- Именно. Инопланетные технологии на службе у Имперского флота. Откуда они их взяли и когда состоялся контакт не спрашивайте, я не знаю. Но кое-что наши парнишки оттуда притащили.

Дементьев включил изображение на экране, куда уже успел вставить флешку. Он сделал это тогда, когда главный инженер зачитывал список модернизаций. Здесь все-таки без электронных носителей не обойтись, подумал старпом, открывая папку с изображениями инопланетного челнока.

- Это обычное малоразмерное транспортное судно инопланетной сборки. Как видите, отсутствуют наружные элементы связи, орудийные системы, двигательные сопла, остекление рубки, технологические ниши, системы топливопроводов и много еще чего. Полностью гладкий корпус, за исключением одной единственной антенны на самом верху, к которой наши бравые парни и примотали свой аварийный маяк. Сейчас внутри находятся несколько наших людей. Выйти из корабля можно в любое время, а вот попасть туда уже проблема. Система распознавания экипажа основана на структуре ДНК и считывает информацию прямо с носителя. Если ты не входишь в экипаж, то и доступа тебе на корабль нет. Управление тоже осуществляется с помощью тактильного контакта, причем наш пилот рассказал, что информация транслируется прямо в мозг и ты видишь всю картинку прямо перед глазами. В общем этот кораблик - твердый орешек и без ученых разобраться в нем будет проблематично.

- Так где нам взять этих самых ученых? - спросил Зубов. - У нас только ремонтники и техники. Разобрать может быть они там чего и разберут, а потом как это заставить работать?

- В точку смотришь, Федор Евгеньевич. - Дементьев ткнул пальцем в Зубова. - Поэтому я нашел одного товарища, который рассказал, что кум мужа дочери троюродной сестры его двоюродного брата по отцовской линии...

- Кто-кто? - спросил Панкратов.

- Кум..., а ладно, неважно. В общем этот перец дежурил на узле связи, когда республиканский флот громил нас у Плутона и слышал, что ученых отправили в какое-то секретное место, но по пути их кораблик перехватил противник и всех яйцеголовых повязали. Так что сейчас они либо у императора, либо трудятся в поте лица на каком-нибудь замерзшем камне посреди космоса. Я предлагаю выяснить, где они и вернуть наших людей обратно. Попутно решив и продовольственную проблему.

- Все это, конечно, хорошо. - Обручев покачал головой. - Но во-первых, как мы узнаем, где они и во-вторых - у нас Плутонианский флот может в гости заглянуть, а мы совсем к этому не готовы. Что думаешь по этому поводу а, товарищ Дементьев?

Как-то он холодно ко мне отнесся, подумал старпом, но виду не показал. Все-таки Обручев старше его по званию, да и командовать привык. Но все равно, это настораживает. Старпом оборвал возникшую паранойю. Не хватало еще тут всем переругаться, решил он. Дементьев вздохнул и сказал:

- Я предлагаю выслать разведгруппу к Земле, заодно пополнив наши запасы продуктов.

- Что?! - возопили почти все. Ну, прямо, день удивления у всех сегодня какой-то. Что так сильно переживать и нервничать, будто я говорю страшные вещи.

- Я предлагаю отправить разведчиков к Земле. - Снова повторил Дементьев. - На орбите есть Центральная станция связи, куда стекаются все потоки информации со всей системы. После того, как КТВ отрубили свои спутники, станция работает в напряженном режиме. Ей надо и до Плутона дотянуться и до крайних военных баз. Персонал там работает на износ - заменить его некому.

- Это проверенная информация? - спросил Обручев. - Из надежного источника?

- Вполне. - Подтвердил Дементьев, но всех карт раскрывать он не будет. Скажет только то, что сочтет нужным. - Станцию связи можно захватить, у нас есть человек, который там работал до недавнего времени.

- То есть потенциальный противник? - спросил Обручев.

- Он русский, но родился и жил в Америке. Матери удалось записать его как Даг Джексон, отец дал крупную взятку, чтобы исправить родильную карту, поэтому у вербовщиков не возникло к нему вопросов. Человек пять лет прослужил на узле связи, прежде чем узнал, кто он на самом деле - на узле храниться вся информация, вплоть до генеалогического древа каждого гражданина Земли. Есть там и мы с вами. Необходимо только правильно его мотивировать. Другое дело, что он сейчас под следствием и Совет Пяти на время изолировал его.

- Он сидит за решеткой? - спросил Панкратов.

- Да.

- Он уже начинает мне нравиться. - Улыбнулся крепыш. - Наши люди и здесь республиканской кровушки попьют.

- Ладно. - Поднял ладонь Обручев. - Кого вы планируете отправить на разведку?

- Я думаю, что товарищ Панкратов не станет возражать, если мы зашлем туда нашего новоиспеченного инкубаторского лейтенанта. - Дементьев улыбнулся.

- Не буду. Чем смогу, тем помогу.

- Значит, решено. - Хлопнул по столу Обручев. - Посылаем разведгруппу с целью обнаружения необходимой нам информации, а также уничтожения вражеской станции связи. Пусть заодно разнюхают, как дела в Империи, да перевозчиками поработают. План операции есть?

- В разработке. - Ответил Дементьев, хотя план был уже давно готов. Только у старпома не было желания предавать его огласке. Что-то такое его сильно настораживало в поведении их главного командира и он пока не стал с ним откровенничать. Как говорил покойный ныне капитан Смирнов: "Если что-то почуял, что неправильно, значит так оно и есть". А Дементьев за свою пусть и недолгую службу научился доверять самому себе. Интуиция его еще никогда не подводила.

- Тогда всем разойтись. Петр Владимирович, Павел Иванович, останьтесь пожалуйста. Нам надо решить вопрос по срокам строительства и снабжения.

Остальные командиры вышли из кабинета.

Начальник разведслужбы Дементьев вошел в свой кабинет, расположенный рядом с диспетчерской. Ему необходимо иметь постоянный доступ к проходящим потокам информации и сделать это лучше там, где она и находиться, чем через третьи руки получать сразу в кабинет сухие выдержки. Помощники иногда что-то пропускали, не обращая внимания на мелочи, а начальник разведслужбы должен быть маньяком, подозревать всех и вся и сопоставлять такие огромные объемы информации, что обычному служащему и не снилось. Поэтому лучше он сам посмотрит отчеты и сделает выводы, чем кто-то другой за него решит, да еще и неправильно.

Дементьев тяжело опустился в кресло и нажал на кнопку селектора.

- Да, товарищ капитан? - отозвался первый помощник.

- Вызовите ко мне лейтенанта Захара, личный номер... - Дементьев скосил глаза на лист бумаги. - пять-ноль-восемь-три-девятнадцать.

- Есть! - молодцевато ответили на том конце трубки и помощник отключился.

Дементьев углубился в бумаги. Сопоставляя данные и размышляя, он думал, к чему может привести эта его авантюра. В том, что Обручев был недоволен его самостоятельностью, он не сомневался. Это было видно на собрании Комитета, это было видно с каждым днем. Похоже, наш капитан слегка дорвался до власти, подумал Дементьев, взяв кружку и налив в нее горячий суррогат кофе из автомата. Делиться с ней он никем не собирается и в скором времени наверняка назначит себя любимого на должность председателя Комитета. Основная масса офицеров - обычные вояки, совершенно не подкованные в закулисных подковерных интригах. А вот наш капитан прошел хорошую школу на флагмане командующего, прежде чем был списан на авианосец, которым до этого командовал капитан Горячев. Хороший был мужик, мир праху его. А с этим у меня сразу не наладилось. Я еще думал по-первости, что карьерист смог измениться, но не тут-то было. Как остался лизоблюдом и адмиральской подстилкой, так и сейчас есть. Возбух наш князек не по рангу. Ну ничего, рога-то мы ему пообломаем.

Дементьев потянулся в кресле, отхлебнул кофе и стал прокручивать в голове план разведмероприятия.

В дверь постучали.

- Входи. - Крикнул бывший старпом.

- Разрешите войти. - В дверь еле протиснулся габаритный Захар. - Лейтенант Захар, личный номер пять-ноль-восемь-три-девятнадцать по вашему приказанию прибыл!

- Хорош рапортовать, мы не на параде, а ты не в строю. - Дементьев улыбнулся. - Наклевывается серьезная операция и поручить ее я могу пока только тебе. Иди, садись.

Захар придвинул стул и сел. Он был без экзоскелета, кто же в здравом уме пойдет на вызов к начальнику разведслужбы в боевом скафандре, но даже под его "облегченным" телом стул жалобно крякнул.

- Имперцы, возможно, прослушивают все наши переговоры и, возможно, уже знают, какой приз попал к нам в руки. Хотя я и засекретил всю информацию сразу, но ведь все рты не заткнешь, а слухи как ходили так и будут ходить. Солдатня любит потрепать языками в баре, тем более после спиртного они сильно развязываются. Поэтому будем считать, что имперцы знают о нахождении у нас инопланетного судна и от того как мы будем быстро действовать зависит все. Здесь вся информация, о которой ты должен знать. - Дементьев пододвинул к нему лист, исписанный мелким почерком. На нем были какие-то рисунки, а некоторые фразы были обведены красным и подписаны "Важно!". - Запомни и я сейчас при тебе его уничтожу. Доверять электронным носителям я не могу, а бумага все стерпит.

- А-а... - Протянул Захар, описав указательным пальцем круг.

- Прослушки нет, проверено, но я на всякий случай включил глушилку. Даже если нас и слушают, то в динамиках слышна только неразборчивая болтовня.

- Вы подозреваете... - Захар указал глазами наверх.

- Все может быть. - Дементьев пожал плечами. Он дождался, когда Захар закончит чтение, отобрал лист и сунул в измельчитель. Тот довольно захрустел, перемалывая бумагу. - Ты все понял?

- Да. Разрешите идти.

- Иди. Команду подберешь сам. Я распоряжусь. И помни - ты владеешь почти полной информацией. Что говорить остальным, решай сам.

- Так точно, товарищ капитан. Я все понял.

- Иди. - Дементьев откинулся в кресле, когда Захар вышел. Все, он закинул крючки. Теперь осталось ждать, когда крупная рыба потянет за леску.

Захар вышел от начальника разведслужбы, несколько раз глубоко вздохнул, успокаивая мысли. Только что вернувшись из одной крупной операции, сразу же на другую. Это война, здесь некогда расслабляться, но такого, что показал ему начальник, он не ожидал. Если все так обстоит на самом деле, то дела плохи. И не только у них, но и у гражданских, что сидят, спрятавшись, за их спинами. Тогда действительно надо поторапливаться. Захар направился в казармы, к кадровику, хотя кандидаты уже наклевывались.

Пилотом он возьмет Виктора. Хотя тому не придется пилотировать легкий истребитель, но лучше иметь под рукой проверенного человека, чем непонятно кого. Лететь придется на старом транспортнике фирмы "Локхид" предназначенным для перевозки минеральной руды, того самого ископаемого, которого сейчас так не хватает Империи. Вода, кислород, пища, топливо, энергоносители, все такое нужное здесь, в космосе, там с избытком. А вот ресурсы Матушки Земли уже на исходе и императору приходиться чесать репку и скрести по сусекам, дабы построить хотя бы замшелый фрегат. Тут Дементьев прав - минеральная руда - самое желанное, что сейчас есть в Империи. Добывается она по всему поясу, в том числе и здесь - на Япете, самом крупном спутнике Сатурна. Легенда прикрытия разработана толково и со смыслом, так что не подкопаешься. К тому же корабль немного модернизирован предыдущей командой, которая очень сильно не хотела с ним расставаться. Ну что ж, чем не пожертвуешь на благо Родины. Хотя, команда состояла сплошь из республиканцев, то кого это волнует?

Бортмехаником возьму Вову. Тоже проверенный человек, хотя он может не согласиться, но хоть посоветует замену, надо с ним предварительно поговорить.

Даг Джексон. Без этого никуда. Недостающее звено. Кладезь информации о станции связи, к тому же служил во французском иностранном легионе до того, как загребли по принудительному приказу в республиканскую армию. Может быть и толковый мужик, но пока для Захара темная лошадка. Из досье человека не узнаешь, пока не познакомишься с ним поближе.

В штурмовую группу он возьмет всю троицу - Серого, Рыжего, Черного. Эта сработавшаяся тройка уже показывала себя раньше и причин не доверять им у него не было. Нормальные ребята, всегда прикроют в случае опасности.

С крайним членом команды возникли сомнения. Кого именно взять, Захар не решил. Слишком много кандидатов, подходящих по параметрам. Вот и необходима помощь кадровика, он мужик тертый, может посоветует кого-нибудь. Жаль нельзя взять с собой Михаила и его "кузнечную" команду. Помощь тяжелой артиллерии не помешала бы. Но это все же разведывательная операция, а там надо сидеть ниже травы, тише воды.

Захар постучал в дверь кадровых дел мастера.

- Открыто! - крикнули оттуда.

Он зашел в заполненную бумагами и дисками комнатушку, где за компьютером расположился книжный червь. "Ботан" поднял глаза, тускло сверкнули видеоискатели глазных имплантов. Зум чуть слышно зажужжал, наводя на резкость. Кадровик чуть привстал и воскликнул:

- Ба! Да это же наш новый лейтенант! Что, пришел набирать себе роту? У меня много народу без отделений и взводов мается.

- Не сейчас, Гризли. - Кто, когда и зачем дал такой позывной кадровику, никто не знал, но все знали, как его зовут. - Мне нужен доступ к картотеке разведчиков высокого класса.

- Ого, с одной операции на другую. Ты становишься востребованной персоной. - Гризли ухмыльнулся. Его щербатый рот растянулся от уха до уха.

- Хорош скалиться, республиканский медвежонок. - Захар был внешне спокоен. - Дай мне доступ, больше от тебя ничего не требуется, да держи за зубами язык, а то придется его вырвать, чтобы ты уже не смог ничего никому разболтать.

- Фу, как неостроумно и грубо. - Обиделся Гризли. - Да если бы я хотел все ваши рожи уже висели бы в имперском бюро безопасности.

- Что, медвежонок, в стукачи решил податься? - Спросил "страшным" голосом Захар, чуть наклонившись к ботану. Тот невозмутимо попытался поправить очки, которых не было и, опустив руку, сказал:

- Каких только угроз от вашего брата я не наслышался, но ты, Секач, похоже, переходишь все дозволенные границы. Учти, я могу и начальству пожаловаться на твои угрозы.

- Это не угроза, а предупреждение. Операция секретная и я не хочу, чтобы о ней болтали на каждом углу.

- И с чего ты решил, что я прямо сейчас выйду в коридор и в голос заору, что некий лейтенант в очередной раз отправляется к черту на рога и ему нужен не просто помощник, а команда таких же как он безбашенных чертей.

- Ладно, хватит разглагольствовать, просто освободи на время компьютер.

- Чтобы ты мне его сломал своими ручищами-лопатами! - возмутился Гризли. - Нет уж, дружок. Ты в моей епархии и здесь я папа и епископ в одном лице!

- Ну что ж, ваше святейшество, не соизволите ли помочь бездарному мирянину в поиске таких же заблудших душ, как у него?

- Хорош дурака валять. И где ты столько понабрался? - удивился Гризли, тыкая пальцами по клавиатуре, как заправская машинистка.

- Да хрен его знает. - Пожал плечами Захар. Он и сам не понимал, откуда фразы и слова возникают в его голове. - Видно, инженеры что-то напутали там, в мозговых клетках, раз натащили туда всякой рухляди.

- Ну ты, Шерлок Холмс, хорош заливать. Будто не знаешь, что инкубаторским сразу же программируют нужную личность, загружая прямо в память историю, язык, культурные отношения, аналитику и тактику.

- Ты-то откуда знаешь?

- Так я же инкубаторский, только не получился чуть-чуть. Считай самый последний из первого поколения. Вас делали настоящими людьми. А вот остальных уже бездушными машинами-убийцами. Тупо клонировали и посылали на убой. Бабы-то рожать не успевали, да и то до периода взросления у человека проходит восемнадцать-двадцать лет. Тут пока дождешься, когда армия повзрослеет, быстрее помрешь. Вот и придумали вас. Быстрое взросление в танках-инкубаторах, загрузка на чистый носитель стандартной личности и вперед, в бой.

- Мне одно интересно, как они это делали - загружали личность.

- Не знаю. - Пожал плечами Гризли. - С первым поколением долго возились, настраивали там что-то, пока главный генетик Шорохов не поругался с Командующим и не покинул наши территории. Говорят, он подался в одну из корпораций. Может где-нибудь и трудиться до сих пор.

- Главный генетик говоришь? - задумчиво спросил Захар. - И где он может быть?

- Да я-то откуда знаю? - удивился Гризли. - Чего ко мне пристал? Тебе разведчики нужны или генетики.

- А что, у тебя и на него досье есть?

- Ну да, завалялось где-то. А что, тебе надо? - с хитрецой спросил кадровик.

- Дай-ка почитать на досуге. Никак папкой мне приходиться.

- Так он, почитай, нескольким тысячам человек папка. Ладно, распечатаю тебе его карточку, а пока на эти три погляди. - С этими словами Гризли развернул к Захару монитор, где красовались три рожи, а сам включил дополнительный экран и принялся щелкать пальцем по дисплею.

Захар поглядел на первого. Дмитрий 789614, стаж пять лет, второе поколение, исполнителен, усидчив, терпелив, имеет три государственных награды, правая нога - искусственный протез, левая кисть - искусственный протез, улучшены физические характеристики с помощью нанито-биологической обработки организма. Экспериментальная разработка, опробована впервые. Иногда происходят неконтролируемые вспышки гнева. Последнее место службы: разведрота, крейсер "Карпаты". Назначен в службу охраны. На фотографии изображен мрачный тип с лопатообразным подбородком, глубоко посаженными глазами и крупными надбровными дугами. В общем по физиономии - дебил. Нет, такой разведчик нам на хрен не нужен, подумал Захар. За три версты отсвечивать будет. Это в штурмовой разведке таких полно. Нам интеллигентные лица нужны.

Следующий был еще страшнее, хотя послужной список побогаче - наград побольше, гнева поменьше, а вот поколение - пятое. Этот еще хуже. Только и знает, что два плюс два равно четыре трупа.

Третий профессионал оказался хрупкой девушкой с миловидным лицом. Только взглянув на фотографию, Захар понял, что придется брать ее. А после того, как увидел в досье, что она настоящий человек, тем более. Возраст - 23, пять государственных наград, физическая форма улучшена с помощью усиленных тренировок. Еще бы - настоящий человек не будет испытывать на себе нанито-заумную хрень. Подготовка на уровне класса А, психологические тесты прошла на отлично, профессиональные навыки - рукопашный бой, стрельба из любого оружия, работа в ближнем бою с холодным оружием на отлично. Аналитический ум. Самостоятельная разработка операций. Участвовала в трех диверсионных вылазках. Понижена в звании за пререкания со страшим и оспаривания его приказов. Так, это уже интересно. Рукоприкладство, дистанцирование от коллектива, замкнутость. Хочешь, не хочешь, а придется брать ее. Захар повернул монитор обратно к кадровику.

- Беру эту.

- Ну ты прямо как в магазине. - Усмехнулся Гризли. - Что, на старушек потянуло?

- Тебе самому сколько лет? Молоко еще на губах не обсохло.

- Э, да ты сам ей во внуки годишься.

- Биологически мне тридцать.

- Ага, а мне фактически семь, также как и тебе. - Гризли расхохотался, но заметив серьезное лицо Захара, пошел на попятный. - Ладно, замяли тему. Сам знаешь, как к нам люди относятся. Мы для них так, расходный материал. Ох, намучаешься ты с ней. У нее не один выговор за неподчинение. К тому же она инкубаторских не очень жалует.

- Ничего, как-нибудь справлюсь. В одном котле варимся и одно дело делаем. Так что она должна понимать. К тому же еще один человек нам пригодиться. Как раз пополам получиться.

- У вас же там мужской коллектив, как бы кто не сорвался. - Похабно улыбнувшись, намекнул Гризли.

- Это ты тут сидишь, сморчок, и сам себя удовлетворяешь, глядя на фотки голых теток. - Сказал Захар. - А мне это без надобности. Мне некогда, того и глядишь голову отстрелят.

- Вот и надо успевать между боями голову в дырку засовывать. - Захохотал в голос кадровик.

- Ну ты и засранец. - Покачал головой Захар. - Извращенец хренов. Давай сюда досье на доктора, да я пошел, дел много.

- На, забирай своего генетика, да девочку не забудь. - Гризли причмокнул губами. - Прямо персик.

Захар укоризненно посмотрел на него и хлопнул дверью, отсекая мерзкий хохот кадровика.

Головная база "Альфа" больше похожая на раздувшийся, но не лопнувший помидор, повернула свой бок к Сатурну, из-за чего отраженный его кольцами свет радужно заиграл на обшивке станции. Захар смотрел в лобовое стекло двухместного истребителя и просто удивлялся происходящему. Впервые он посмотрел на картину немного под другим углом - глазами мирного жителя. Транспортные челноки сновали туда-сюда от станции к станции, благо лететь было недалеко, космомонтажники вели работы прямо в вакууме, собирая автоматическую защитную турель, мусоровозы собирали обломки республиканских кораблей и доставляли на завод, где их пускали в переплавку. Все куда-то стремились, что-то делали, переругивались в эфире, смеялись, плакали, радовались, словно забыли, что находятся в состоянии войны. Люди, получив задание, засучили рукава и медленно приближались к поставленной цели. Никто из них не хотел возвращения в республиканское рабство и все работали наравне. Были, конечно, и те, кто предпочел продаться имперцам. Эти покинули Сатурнианский Федеральный Округ, как провозгласил его глава Совета Пяти, очень быстро, погрузившись в транспортный корабль, наскоро переделанный для перевозки людей. Никто им не препятствовал. Как сказал капитан Дементьев - "Не хотелось бы начинать взаимовыгодное сотрудничество с репрессий".

Виктор заложил вираж и их двухместный "Хлыст", качнув крыльями, на которых располагались подвесы с ракетами, направился к ангару. Пилот уже связался с диспетчером и получил добро на посадку. Сейчас предстояло уровнять скорости машины и станции, а затем, дождавшись открытия шлюзового отсека, плавно завести истребитель внутрь, где его подхватит посадочная система и отбуксирует к месту стоянки. Процедура давно отработанная и автоматическая. Диспетчер только сделает пометку в журнале, да стояночный огонек занятого слота в доке загорится на его панели.

Виктору поручили перегнать истребитель на станцию, где такую прекрасную машину получит другой пилот. Это было своего рода прикрытие для начала операции. Все члены команды, уже давшие согласие на участие в этом предприятии, прибудут на борт транспортника, который он должен получить, через три часа. Это время дается пилоту на проверку всех систем и просто для того, чтобы он привык к машине. Виктору еще не приходилось управлять тихоходным неповоротливым грузовиком, но когда-то все в жизни случается в первый раз. Полученный опыт пригодиться в будущем.

Захар полетел вместе с ним, потому что у него на станции были свои дела. Надо было вытащить из кутузки Дага Джексона и, хочет он того или нет, препроводить на борт транспортника. Сильно на его помощь Захар не рассчитывал - все-таки он американец, хоть и с русскими корнями. Пусть нарисует план станции связи, расскажет про системы охраны и может катиться куда хочет. Он все равно не возьмет его на операцию, пусть он хоть трижды чемпион по каратэ или чего он там умеет.

Пока Виктор совершал стыковку, Захар крутил головой, оглядываясь по сторонам. Мощные вентиляционные фильтры станции выбрасывали в космос по нескольку раз отработавший воздух, в котором, несмотря на установленные осушители, все равно проблескивали кристаллики льда - конденсат присутствовал и здесь. Похоже, эти станции строили республиканцы, решил Захар. На наших базах все идет в дело и воздух попусту не стравливают, да и с осушителей выделяют достаточно воды для помывки. Пить такую воду, пусть она хоть десяток раз будет очищенной он бы не рискнул. Человеку нужны минералы и соли, которые содержатся в живительной жидкости, а пить дистиллят, нет, увольте. Это если в скафандре по неделям сидишь, то там и собственную очищенную мочу пить приходиться, а когда в более-менее комфортных условиях, то лучше чистую воду. Можно и Плутонианскую, но лучше ее источник на Рее, хотя, говорят, вода с Европы была восхитительной, жаль, что там сейчас радиация. Захар вздохнул.

Шлюзовые створки поползли в стороны и Виктор мастерски завел истребитель в образовавшийся проход. Сверху к нему потянулся универсальный манипулятор. Компьютер просканировал влетевшую машину и "растопырил" пальцы соответствующим образом. Захваты мягко коснулись корпуса, сработали магнитные защелки и истребитель повис на манипуляторе. Шлюзовой створ закрывался и манипулятор, подняв нос машины вертикально, отчего двое человек внутри оказались в положении лежа, поехал по рельсе вокруг станции, в назначенный для истребителя слот дока. Внутрь базы могли залетать только малые корабли вроде шхер-ботов, тендеров, перехватчиков, истребителей и малых сухогрузов. Все остальные швартовались к причальным штангам, расположенным на другом конце станции, а разгрузка таких судов шла по очереди, когда каждый из них загонялся в отдельный док и карщики освобождали трюма пузатых машин. Наконец манипулятор добрался до нужного слота и впихнул истребитель вертикально в нишу, откуда уже пневмоприсоска шлюзового коридора протянулась к створкам дверей истребителя. Виктор отстегнулся и активировал магнитные башмаки. Станция вращалась, но медленно и гравитация, создаваемая ей была в десять раз ниже земной, так что сохранить равновесие не составило труда. Захар вышел вслед за пилотом.

Они разделились. Виктор направился к грузовым докам, а Захар прямиком к местному начальнику полиции, где и находился столь нужный для их предприятия тип. Народ в коридорах спешил по своим делам, изредка бросая взгляды на Захара в полной боевой экипировке. Мощный экзоскелет внушал уважение, редкие вмятины, заплаты и потертости говорили о хозяине больше, чем он сам мог о себе рассказать. Сразу было видно, что этот костюм побывал не в одной переделке. Захар завернул за угол и заметил, что маленький мальчик указывает на него пальцем и дергает мать за рукав.

- Смотри, смотри, мама, это настоящий десантник, правда? - глазенки мальчишки сверкали любопытством и восхищением.

- Правда, сынок. - Мать наклонилась к сыну. - Пойдем, не стоит отвлекать военного, он спешит по своим делам. - Она мельком, с тревогой, взглянула на Захара, подумав, слышит ли он. Все слышу, микрофоны у меня чувствительные, подумал космопех. И чего меня так бояться?

- Мама, мама, он же сейчас уйдет! Давай спросим его о чем-нибудь!

- Я же тебе сказала, дядя военный занят. - Мать дернула сына за руку.

Захар как раз проходил мимо. Он посмотрел на мальчишку и добродушно улыбнулся. Затем сунул руку в набедренный карман, который раскрылся стоило ему нажать на кнопку. Стальная броня отошла в сторону, открывая доступ к лежащим там вещам. Захар выудил стальными пальцами маленькую медаль "За оборону Миранды" и кинул мальчишке.

- Держи сувенир. - После чего потопал дальше.

Мальчик ловко поймал блеснувшую в свете искусственных ламп медаль и зажал в кулачке и восхищенно крикнул:

- Спасибо! Мама, он подарил мне медаль! Я стану таким же десантником! Обещаю!

- Станешь, станешь. - Мать погладила сына по голове и тихонько прошептала. - Не дай Бог.

Захар уже не слышал ее слова - впереди показался полицейский участок, где томился в заключении Даг Джексон. Космопех вошел в помещение участка. Ему навстречу поднялся дежурный.

- Чем могу вам помочь, сэр? - по привычке спросил он.

- Мне нужен начальник участка. - Сказал Захар. - Он должен получить бумаги об освобождении Дага Джексона, который находится у вас.

Глаза дежурного расширились от удивления и промелькнувшего в них страха.

- Вы хотите выпустить Мясника Дага на свободу?

- Именно об этом я и говорю. Он пойдет со мной, все бумаги должны быть готовы.

- Тогда вам действительно лучше поговорить с лейтенантом Андерсоном.

Захар вспомнил, что полиция корпоративная, а тут каждой твари по паре - и русские и китайцы, индусы, арабы, негры, американцы, испанцы и выходцы из Южной Америки, короче весь цвет земного шара. Поэтому пора уже перестать удивляться многообразию народов, а принять это как данность. Не одних только русских вышвырнули в космос. Просто мы были первыми в рядах "нелояльных элементов, относящихся к оси зла".

В приемную вышел тучный лейтенант Андерсон. Захар понял это по значку на его груди. Начальник участка смерил космопеха взглядом и пробормотал:

- Это вы за Безбашенным Психом? Ох и намучаетесь вы с ним, ребята, помяните мое слово. Следуйте за мной.

- Почему вы его так называете? - спросил Захар. - Дежурный на входе обозвал Мясником. Вы - Безбашенным Психом. Кто его так назвал?

- Журналисты. - Пропыхтел лейтенант. Хоть и гравитация маленькая и он сам должен вешать не сто кило, а только десять, а сопит так, будто таскает два центнера, подумал Захар. Похоже, это сила привычки. - Он один зарубил топором двадцать семь человек на станции по производству рапсового масла. Что-то там ему кто-то не так сказал или его выродком обозвали. В общем, взбесился ваш подопечный и как есть вырезал всю смену вместе с детьми, женщинами и стариками. Никого не пощадил. После чего спокойно заявился на диспетчерский пункт и сдался. Его сразу же хотели отправить прогуляться пешком в космос без скафандра, да только он заявил, что сделал, дескать, все правильно. "Они заслуживали смерти" - так он сказал, как будто Господь Бог объявил ему, что давай, мол, действуй. Тамошние полицейские навалились на него и наверняка убили бы в потасовке, да только случилось все наоборот. Он голыми руками убил еще троих, а пятерых отправил к врачу. Тогда его срочно посадили на тюремный корабль, который направлялся на Урановые шахты. В смысле на один из его спутников, какой, уже не помню. Тут его собирались пересадить на другой корабль, да только эта заваруха случилась. Император объявил все своей собственностью, а кто, значит, работал на частный капитал, то вроде как и вне закона и с ним можно творить все что хочешь. Когда сюда имперцы заявились, многие обрадовались, да только рано. Те вообще черт те что творили - хватали кого попало, прямо в одной рубашке и трусах в космос выкидывали. И при этом гоготали. Мрази! - Начальник остановился дух перевести. - Хорошо, что вы подошли вовремя. Народ уже стал вооружаться кто чем, на заводе бунт начался, да только с пожарными лопатами и баграми против пулеметов не попрешь. Полицию нашу сразу же упразднили и посидели мы в соседних с Психом камерах. Его, почему-то не тронули. К нему даже в камеру никто заходить не стал - посмотрели через решетку и отстали. Надо было его тогда выпустить, он бы им кишки на лезвие ножа намотал. Они, видать, прочухали это дело и трогать его не стали, почуяли, чем пахнет. Могут огрести по самое не могу. Псих тогда посмотрел на них, прямо каждому в глаза заглянул, а взгляд у него, не дай Боже, как будто внутрь тебя смотрит, всего тебя насквозь видит, бр-р-р. - Начальник поежился. После чего мельком взглянул на Захара. - Но, я вижу, вы с ним поладите. Не принимайте слишком близко к себе, но, по-моему, вы одного с ним поля ягода. Глаза у вас одинаковые и взгляд похож. Я-то знаю. Я напротив него как раз сидел, насмотрелся.

Начальник остановился возле камер. Снял связку электронных ключей с пояса и протянул Захару.

- Разговаривайте с ним сами, а я пошел, дел много.

Какие такие у начальника участка могли быть дела, космопех не понял. Пончики жрать, да в талии продолжать пухнуть. Может, он оторвал его от прочтения очередного номера журнала "Грудастые цыпочки". Ну тогда пускай возвращается к своему онанизму, а нам настоящей работой надо заниматься.

Захар пошел вдоль камер и в самой крайней заметил человека. Худощавого телосложения, среднего роста, в широких штанах, полуголый. Руки скованы за спиной, ноги пристегнуты наручниками к лавке, на которой человек и сидел. Абсолютно лысая голова опущена. Волосы не растут - определил Захар. И уже давно. Он приложил электронный ключ. Замок щелкнул и дверь отошла в сторону. Человек поднял голову.

Взгляд темно-карих, почти черных глаз Захар встретил спокойно. Он с интересом рассматривал лицо убийцы. То, что перед ним профессиональный киллер, он не сомневался. Повадки выдают человека получше любого досье. Этот умел скрывать свои навыки и качества, но теперь надобность в этом отпала и он демонстрировал это во всей красе. На вид худой и не накаченный, с вялыми мышцами, которые в нужный момент становились стальными, как натянутые канаты. Человек постоянно тренировался. Даже здесь, сидя в камере, он поддерживал физическую форму, напрягая и расслабляя мышцы так, чтобы они не застоялись. Он всегда был готов к бою и если бы выдалась любая возможность побега, ушел бы не задумываясь. Только идти было некуда. И он это прекрасно понимал. Поэтому выжидал, когда время перемен завершиться и в системе наступит мир. Которому могут понадобиться люди с его качествами.

Захар подошел к узнику и сломал его оковы. После чего повернулся спиной и вышел из камеры.

- Почему ты думаешь, что я пойду за тобой. - Тихо спросил Безбашенный Псих.

- Потому что у тебя есть выбор - остаться здесь или пойти со мной.

- Я могу уйти туда, куда захочу.

- Можешь. Но будешь ли ты там кому-нибудь нужен?

Даг задумался, покачал головой.

- Что от меня требуется?

- Вот это другой разговор. Пойдем, объясню по дороге. А пока попросим у начальника участка для тебя какую-нибудь одежду, а то неприлично разгуливать по станции полуголым.

Вынужденная остановка.

Где-то за поясом астероидов.

- Ну что там? - спросил Захар Владимира.

Тот вытер запачканные в масле и топливе руки, кинул тряпку на пол и в сердцах буркнул:

- Какая-то сволочь бросила в топливные баки по тампону. Он там разбух и все три фильтра засрал. Придется топливо куда-то переливать и чистить баки, иначе никак.

- Так. - Захар задумался. - И кто это мог сделать?

- Только кто-то из бывшей команды, когда у них транспортник отобрали. - Вова пожал плечами. - В заговор мировых империалистов я не верю.

- Я тоже. - Вздохнул Захар.

Сейчас тихоходный транспортник медленно плелся по инерции в сторону Земли в районе пояса астероидов. Набранной скорости хватило, чтобы разогнать корабль и подкорректировать курс, который все время норовил сбиться. При постоянном разгоне они пересекали бы уже орбиту Марса, а так приходиться терять время и скорость. Вова сначала никак не мог понять в чем причина неисправности двигателей, а когда разобрал фильтр грубой очистки, то обнаружил в нем маленькие волокнистые пучки - остатки тампона. Захар сразу же подумал на Светлану, отношения с которой не заладились с самого начала у всего экипажа. Виктор вообще сказал, где он взял эту язву, на что Захар пробурчал невнятно, дескать начальство навязало, не решаясь признаться самому себе, что лопухнулся по полной.

Началось все в кают-компании, когда Захар собрал весь экипаж. Виктор поставил управление на автопилот, как только покинули пределы орбиты Сатурна. Транспортник, с набитыми под завязку контейнерами с минеральной рудой, прикрепленными к хребтовой раме, в которой шел коридор от жилых помещений к двигательной установке, встал на курс и надобность в контроле пилота отпала. Если что радарная установка, расположенная огромным ухом на крыше рубки предупредит о приближении как астероидов и метеоров, так и кораблей противника. Единственным минусом транспортника была его безоружность. Даже малой завалящей пушки не нашлось. Хоть пулеметное гнездо ставь. Досада однако. Он так и сказал Захару.

- Если попадемся пиратам, слопают нас, как миленьких.

- Не попадемся. - Захар почесал нос. - Знакомьтесь: Виктор, Владимир, Черный, Рыжий, Серый, Псих, разведчица Светлана.

- Что значит разведчица Светлана? - возмутилась девушка. - Попрошу без панибратства, обращайтесь ко мне по званию товарищ старший лейтенант Кузнецова!

- О как! - воскликнул Рыжий. - То есть мы тут вроде как чернь штурмовая, недостойная общества высокородного лейтенанта. - Он сильно страдал по поводу своего рождения в инкубаторе и постоянно пытался доказать настоящим людям, что достоин лучшего обращения.

- Старшего лейтенанта. - Прошипела "язва". - И я вообще не понимаю, почему руководителем операции назначили инкубаторского десантника, который трех слов связать не может, да еще и в чине лейтенанта. Как я могу подчиняться младшему по званию?

Захар обиделся.

- То есть я по вашему быдло подзаборное, а вы вся такая из себя звезда? - он начал злиться. - Как же вы тогда согласились разнообразить нашу инкубаторскую компанию своим обществом настоящего человека?

- А я и не соглашалась, меня выбрали за мои профессиональные качества, но не предупредили, что работать придется с тупоголовыми космопехами.

- Однако, слухи о нашей тупоголовости немного преувеличены. - Проворчал Черный. - Вы даже познакомиться не успели, а уже начинаете здесь права качать. Это нехорошо.

- Здесь семь здоровых мужиков, а вы одна посреди космоса. - Добавил Серый.

Даг, по прозвищу Псих, незаметно для всех достал из-за спины топор с отполированным лезвием и черной ручкой и положил его на стол. Посмотрел внимательно в глаза девушке. Та отступила чуть назад.

- Что, пугать меня вздумали. - Голос немного дрогнул, но она взяла себя в руки. - Я могу постоять за себя.

- Мы и не сомневаемся. - Мягко сказал Виктор, пытаясь сгладить напряженную ситуацию, которая возникла по вине этой дуры. - Но и с вашей стороны было неправильным столь критично относиться к людям, которые появились на свет немного неестественным путем. Они ничем не хуже, но и не лучше вас. И чем скорее вы поймете это, тем лучше.

- Я не собираюсь извиняться перед чудовищами из банки, я просто молча сделаю свою работу и покину ваше общество любителей всего искусственного.

- Да, похоже наше общество тупоголовых штурмовиков не для вас. - Зло сказал Рыжий. - Зачем ты ее взял? - спросил он Захара.

- Я не брал. - Отбрехался тот. - Начальство навязало.

- Ах вот как! - воскликнула девушка. - Значит меня вам навязало начальство? И вы прекрасно справились бы без меня? Тогда разворачивайте корабль и высадите меня на ближайшей станции. Оттуда до расположения я доберусь как-нибудь сама.

- Не дурите. - Возразил Виктор. - Операция началась, как только вы вошли на борт. Прекращать ее из-за вашей прихоти никто не будет, слишком многое поставлено на карту.

- Я бы немедленно повернула корабль, если бы была на вашем месте.

- Но вы, слава Богу, не на моем месте. - Виктор сложил руки на груди. - Корабль я поворачивать не буду, а вы, если не хотите с нами работать, то спокойно пересидите в каюте. Благо, места в женском отделении много.

Девушка фыркнула и, задрав нос, выскочила из помещения. Захар тяжко вздохнул, что не укрылось от остальных.

- Ну и стерва! - в сердцах сказал Вова, хотя за все время не проронил ни слова. - И где таких берут?

- В разведке их хватает. - Грустно сказал Захар. - Ты-то что выступил? - накинулся он на Рыжего.

- А чего она нас обзывает? - обиделся тот. - Меня это задевает.

- И не одного тебя. - Серый откинулся на спинку дивана, на котором сидела вся троица. - Что там за задачу на этот раз командование поставило. Меня выдернули из столовой, я даже себе вторую порцию не успел положить.

- Тебе бы все жрать. - Улыбнулся Черный. - И так брюхо наел.

- Это не брюхо и не жир, а мышцы. - Обиделся Серый. - Я не виноват, что доктора меня таким сделали.

- Видно твой папа был пузан. - Захохотал Рыжий.

- Да пошел ты! - совсем разобиделся Серый.

Смех на время разрядил обстановку. Захар собрался с мыслями.

- Необходимо добыть кое-какую информацию у врага. - Психу Захар не доверял, но и ему вскоре предстоит рассказать все. - В системе Земля-Луна вращается станция связи, через которую проходят огромные массивы данных, а также храниться вся информация. Это не последний архив, но очень насыщенный и Империя, лишившись его, получит большие проблемы. Наша задача - разыскать информацию по нашим же ученым, которых возможно захватила республика в последние дни войны, а также по возможности уничтожить такую информативную базу данных. Пренебречь этим было бы, мягко говоря, неразумно.

- Где находиться станция, численность персонала, вооруженные силы, которые ее охраняют, орудийные системы и как туда проникнуть? - спросил на одном дыхании Черный.

- Об этом нам расскажет Безбашенный Псих, наш новый член команды. - Захар указал на Дага.

Тот убрал топор в чехол на бедре и положил руки на стол. Рыжий уставился на его вспухшие вены на кистях.

- Рассказывать особо нечего. - Спокойным тихим голосом начал рассказывать убийца. - Станция полностью автоматическая, а для контроля за приборами и ремонтом существует специальная группа с секретным допуском. Групп всего две и они заступают на вахту по полгода. Все друг друга в группе знают, поэтому внедрить кого-либо к ним не представиться возможности - сразу же забьют тревогу. Кандидатов на эту работу отбирает лично Республиканское Управление Безопасности, а сейчас, наверное, Империи. Корабль к станции ходит только один и тот же с опознавательными кодовыми сигналами, которые меняются раз в сутки, поэтому угадать какой код на корабле и станции невозможно - коды совпадают только тогда, когда надо привезти продовольствие или забрать отработавшую смену.

- Значит, существует определенный график. - Удовлетворительно кивнул Черный.

- Да, график есть, - кивнул Даг, - но он жутко секретный. Можно было бы наверное вычислить периоды прибытия корабля на станцию, но это надо минимум полгода жить рядом и столько же потом, не привлекая внимания патрульных катеров. Которые, кстати, курсируют возле станции каждые полчаса. Станция хорошо защищена от внешнего воздействия, броня - сплав минеральной руды и то ли кобальта, то ли молибдена, не знаю точно, но очень прочный.

- Вскрывается как консервная банка. - Шепнул Серый Рыжему.

- Но против снарядов и кинетического воздействия его сопротивление не вызывает нареканий. - Даг услышал перешептывания разведчиков. - Вы наверняка в этом убедились.

- Да, что есть, то есть. Только направленным взрывом можно вскрыть такой орешек, а для этого надо находиться снаружи на поверхности станции. - Захар задумался.

- Взрыв привлечет внимание тех, кто внутри, сработает система безопасности и перекроет все коридоры металлическими дверями, которые не сразу и взломаешь. К тому же на зов примчаться все находящиеся на орбите Земли силы и тогда кирдык тем, кто попытался штурмовать эту станцию.

- Как к нему подойти? - спросил Захар.

Даг пожал плечами.

- Орудийная система безопасности отстреливает все объекты, которые попадают в тридцати километровую зону, начиная от мелких метеоров и заканчивая крупными кораблями. Любой кораблик, будь он хоть спасательной капсулой будет немедленно уничтожен.

- Однако, проблемка. - Черный почесал затылок.

- На месте разберемся. - Захар заложил руки за спину. - Где хранятся данные и как получить к ним доступ?

- На центральном пульте, в диспетчерской. - Даг убрал руки со стола. - Вводишь команду с клавиатуры и получаешь ответ на свой запрос.

- Сначала на станцию надо пробраться, а потом уже информацию искать. - Проворчал Черный.

- Что-нибудь придумаем. - Захар излучал оптимизм. - Мозговой штурм проведем на месте, а пока всем отдыхать и готовиться. И еще, не задевайте эту высокородную даму, а то она нам все мозги выест.

Слава Богу дама не вмешивалась в работу экипажа до той самой минуты, пока головной дизель не закряхтел и не остановился. Второй и третий еще поработали немного и встали - сработала защита, вырубая силовую установку, получившую дополнительную нагрузку. Вова, матерясь и гремя инструментом, полез внутрь двигателей и сейчас с несчастным видом, обнаружив причину поломки, сидел на полу.

- Это не твое? - спросил он у Светланы, которая все же пришла в двигательный отсек чисто из любопытства посмотреть, что случилось.

- Что это? - спросила она, указывая на белую горсть в руке бортмеханика.

- Измельчавший тампон.

- Очень мне нужно тампоны в баки толкать! - возмутилась девушка.

- А ты пользуешься прокладками? - спросил без задней мысли Черный.

Оскорбленная разведчица заехала кулаком десантнику прямо в глаз. Черный, конечно, не ожидал ничего подобного, но реакция у него была хорошая и он успел увернуться, отчего кулак скользнул по левой скуле. Девушку крутануло и она чуть завалилась на Черного. Тот инстинктивно придержал ее за талию, за что получил новую порцию ударов, которую пришлось быстро блокировать. Удары были сильными, резкими, но не наносили телу космопеха серьезного вреда. Такое ощущение, что тебя тщательно массируют.

- Любовь с первого взгляда. - Захохотал Рыжий.

Светлана вспыхнула и выскочила из машинного отделения. Черный буркнул ей в след:

- Вредная баба.

- Противный мужик. - Донеслось в ответ.

- Я же говорил, что Черный первым найдет с ней общий язык. - Продолжил веселиться Рыжий. - Извини, цветов здесь нет и достать неоткуда.

- Да иди ты. - Беззлобно отмахнулся от приятеля десантник. - Что с этим делать будем?

- Баки чистить, да топливо фильтровать. - Проворчал бортмеханик. - Другого ничего не остается.

Этим они и занимались, пока к ним в гости не нагрянули пираты. Виктор постоянно корректировал курс и сверялся с показаниями радара, поэтому для него не было неожиданностью о появлении на границе экрана трех точек - одна побольше, две поменьше. Компьютер сразу выдал расстояние до них - порядка ста двадцати тысяч километров. При скорости около сотни километров в секунду, что довольно быстро, учитывая, что их грузовик тянет не больше сорока, они будут около корабля примерно через час, а если накинуть времени на маневрирование и уравнивание скоростей, то можно смело приписывать еще минут десять. Пираты, конечно, товарищи шустрые и умелые, но только они еще не сталкивались с русскими десантниками. Их корабли быстроходны, некоторые даже превосходят по скорости новомодные имперские курьерские посудины, но за быстроту приходиться расплачиваться вооруженностью и защищенностью. Виктор сразу же подал сигнал тревоги. В рубку примчались все, даже стервозная Светлана.

- На радаре появились гости, будут у нас ориентировочно от часа до полутора. - Пилот указал пальцем на экран.

- Что за корабли, какое вооружение? - спросил Захар.

- Сканеру до них далековато, как только подойдут ближе, можно будет точно определить.

- Это, скорее всего, два истребителя "Коршун" и десантный бот "Сколопендра". - Задумчиво сказала Светлана. - Они принадлежат корпорации "Криофуд".

- Ты-то откуда знаешь? - настороженно спросил Черный.

- Я вообще-то аналитик. - Фыркнула девушка. - Мы находимся недалеко от семнадцатого сектора пояса астероидов, который еще пять лет назад принадлежал этой корпорации. После поражения возле орбиты Нептуна, когда наш флот отступил, здесь схлестнулись интересы трех корпораций: "Глобал Индастриз", "Метеор технолоджи" и маленькой дочерней фирмы "Одиссей", что входила в холдинг "Промышленные системы Карпова". "Криофудс" поставляла всем трем компаниям продовольствие и медикаменты, что вызвало недовольство корпорации "Медтех", самого крупного игрока на рынке лекарств. Они отправили свои силы разобраться с конкурентом, пищевой фирме пришлось наращивать военное присутсвие в регионе, после чего они заключили союз с "Глобал Индастриз", которые в то время владели этим сектором. Всем известно, что глобалисты используют продукцию фирмы "Европейская Аэронавтика" - истребители, перехватчики, транспортники, малые десантные боты и авианесущие баржи. Скорее всего одна из таких барж находится недалеко от нас, командир которой и принял решение о захвате. Радары и сканеры у них помощнее наших, только вооружение слабовато - две тридцатимиллиметровые пушки и ракетная установка малого радиуса действия у десантного бота. Штурмовых скафандров у них немного, но зато все пилоты так или иначе поучаствовали в крупных космических сражениях и имеют высокий уровень пилотирования. Нам проще пустить их на борт судна и перебить здесь. - Она с превосходством оглядела всех присутствующих.

Никто не проронил ни слова. Все молчали, переваривая услышанное. Захар шевельнул рукой.

- Готовимся к штурму. Нам нечем сбить истребители, но зато мы можем захватить десантный бот.

- Чтобы они расстреляли нас из своих пушек? - язвительно спросила Светлана.

- Нет. У нас же будет оружие - ракетная установка, что стоит на боте. Истребители будут держаться поближе, дистанции для поражения нам хватит. А потом развяжем языки пиратам, заодно получим свежую информацию. Черный, Рыжий, вы наружу. Закрепитесь на корпусе и атакуйте, как только пираты состыкуются с нами. А мы приготовим им сюрприз здесь. Вова, Псих, займитесь пока двигателями.

- Я лучше слегка разомнусь. - Даг сжал и разжал кулаки. - Засиделся с что-то.

- У нас только четыре штурмовых комплекта. - Захар развел руками. - Тебе не хватит.

- Ничего, я переживу. - Псих размял шею. - Думаю, пираты не привыкли, чтобы добыча сопротивлялась.

- Им придется пересмотреть свою точку зрения. - Захар направился к костюмам. - Шевелитесь, господа, нам надо подготовиться.

Пиратский бот вышел на связь, когда подошел практически вплотную к транспортнику. Два истребителя как стервятники кружили вокруг, меняя углы атаки. Виктор профессиональным глазом заметил, что один из них, маленький и очень юркий, управлялся пилотом высочайшего класса. И как его не размазало по кабине от таких перегрузок, подумал Виктор, наблюдая за резкими кренами и поворотами корабля. Второй по сравнению с ним просто деревенский увалень. Заметно, как он рыскает на курсе. Экран затрещал помехами и возникла физиономия пирата - обычный парень с всклокоченными волосами и растатуированным лицом, ну, все признаки флибустьера.

- Эй, на грузовике. Лапки вверх и не вздумайте сопротивляться, а то живо размажем вас по всему астероидному полю.

- Сдаемсу! - потешно заорал Виктор и задрал руки вверх.

Корабль заметно качнуло - бот выдвинул трубу и зацепился за шлюзовые захваты. Сейчас по проходу топочут магнитными подковами тяжелые пиратские ботинки. Бегать в них тоже надо уметь. Двери шлюзового отсека распахнулись и внутрь грузовика ворвались двое. Они не обратили внимания на потолок, где подвис Псих, в одних штанах и носках, сняв с себя все металлическое, с голыми руками. Даже свой любимый топор не прихватил. Он наблюдал, как первая двойка свернула в левый коридор, направляясь к жилым каютам, вторая двойка направилась направо, оставшиеся трое заняли позицию на перекрестке коридора. Псих не стал давать им возможности осмотреться. Когда последний забегал на корабль, он сильно оттолкнулся от потолка и полетел вниз, на ходу врезаясь в пирата. Тот не понял, что обрушилось на него, как сильные руки сдавили шею, моментально пережимая артерии. Левая рука Психа давила глотку пирата, правая уже шарила на поясе, выуживая пистолет из кобуры. Пират задергался и захрипел, остальные двое услышали шум и повернулись на звук. Одному из них пуля попала точно в лоб, второй получил три пули, все не смертельные. Он упал на пол и завыл от боли. Псих удавил первого и, повернувшись, бросился в шлюзовую камеру к открытым люкам пиратского бота, не забыв пополнить боезапас. Он передвигался сильными прыжками, отталкиваясь от пола.

Те двое, что направлялись к силовой установке, встретились с Захаром в полном боевом облачении. Он не стал одевать шлем. Вышел прямо к пиратам. Те остолбенели от неожиданности. Космопех схватил их за стволы оружия и загнул вниз, попутно сминая металл. Пираты потянулись за автоматами, подставляя головы. Захар резко дернул вниз, отпустил оружие и треснул обоим флибустьерам по макушкам, отчего они повалились на пол в отрубе.

Двое пират ворвались в рубку. Виктор изобразил испуг и держал руки поднятыми. Пираты сразу же заметили пилота и злобно ухмыльнулись, как справа один из них получил сокрушительный удар в ухо, а второй под коленку и локтем в затылок. Захватчики повалились на пол.

- Чисто. - Доложил Серый в микрофон.

Он посмотрел на Светлану, которая довольно резво для девчонки уложила здоровяка. Быстро сработала, подумал с удовлетворением Серый и направился к шлюзу. Девушка принялась связывать пиратов, Виктор помогал ей, скручивая второго.

У шлюзового отсека Серый встретился с Захаром, который уже тащил двоих за загривки. Он посмотрел на лужу натекшей крови и мрачно сказал:

- Псих порезвился.

- Голыми руками троих укокошил. Хотя нет, этот, кажется, живой.

- Посмотри.

- Все три пули в мясо. Перевязать и будет как новенький.

- Займись этими, я на бот. - Захар бросил отключенных противников на пол и поспешил на корабль.

Черный и Рыжий сидели на корпусе, спрятавшись в тени. Солнце довольно сильно пригревало, что чувствовалось даже сквозь стекло шлема. Вот бот подошел к транспортнику и вытянул абордажную трубу. Два истребителя сопровождения стали нарезать круги возле бота. Черный кивнул Рыжему и оба, разобрав цели, приготовились ждать. Вот один из истребителей приблизился и Рыжий выстрелил в днище кораблика абордажным магнитным захватом. Черному досталась цель, находящаяся чуть дальше и он целился дольше, чтобы не промазать. Но ему повезло. Как только десантник отправил "кошку" в полет, пират повернулся к нему колпаком кабины и захват зацепился чуть позади него. Черный сразу же нажал кнопку и лебедка бешено закрутилась, притягивая десантника к истребителю. Рыжий уже вскрывал кабину второго перехватчика, как пилот того, что достался Черному, рванул вперед с максимальной скоростью. Десантнику чуть не оторвало руку, хорошо, что абордажный пистолет был пристегнут к предплечью. Черный летел вслед за корабликом, который вертелся как ужаленный, пытаясь сбить неожиданного пассажира. Лебедка постепенно подтягивала человека к кораблю. Устоять на его поверхности точно не получится, подумал Черный, да и колпак кабины я не разобью. Он подтянулся и ухватился за поручень для ремонтников. Перехватился правой рукой. Тело Черного мотало позади по корпусу. Он подключил все резервы скафандра и в едином рывке ударил по колпаку кабины рукоятью оружия, оставляя на стекле трещины. Истребитель замедлил ход, а вскоре и совсем остановился. Черный удивился, как это так быстро, но рассуждать не стал, а прыжком очутился на колпаке и замахнулся, чтобы ударить посильнее, как неожиданно посмотрел внутрь.

Из кабины на него смотрели испуганные молящие глаза, но не это остановило Черного. Глаза были живыми, это понятно и принадлежали девушке, но все остальное было хаотичным нагромождением металла. Тело, лишенное трех конечностей, поврежденное во многих местах, было интегрировано в истребитель. Из обритой налысо головы торчал жгут проводов, уходящий под панель. К телу были подключены трубки, по которым циркулировала жидкость, перегоняя кислород для органов, которые еще были живы. Черепная коробка вскрыта в нескольких местах, из височных долей торчали штекеры с универсальными разъемами, нижняя челюсть была искусственной и лишь прикрывала отсутствие голосовых связок и части горла. Человек, если его можно было назвать человеком, был привязан к своему кораблю и лишь это позволяло ему управлять им.

Черный опустил оружие и закрепился на корпусе корабля. Он посмотрел внутрь и увидел на экране приборов строчки из слов. Увеличив изображение, он прочитал: "Пощади, пожалуйста. Вот частоты моего коммуникатора". Далее шел набор цифр. Черный подстроил необходимую частоту.

- Ты кто такая? - спросил он. В ответ услышал искусственный компьютерный женский голос, записанный очень давно.

- Я летчик-истребитель Тройственного Союза, которого уже нет. Примкнула к корпоративным пиратам фирмы "Криофудс" после того, как меня чуть не размазало по космосу.

- Кто это с тобой сделал?

- Союзные ученые. Попробовали новый пилотный проект. Я снова хотела летать, поэтому не могла отказаться. Откуда я могла знать, что это тюрьма навсегда.

- Так может освободить тебя? - Черный потряс рукоятью.

- Нет! - испуганно вскричал голос. - Я еще надеюсь, что меня вытащат отсюда и дадут, пусть и не новое, но хоть какое-то тело.

- То есть?

- Наш лидер, Крукс, обещал мне новое тело, если я сделаю для него некоторую работу. Я понимала, что это будет отъем товаров и грабежи, но от меня требовалось только обеспечить прикрытие, остальное сделают другие.

- Что, не вышло на этот раз?

- Когда за корабль зацепился абордажный крюк, я поняла, что пиратам попалась зубастая добыча и попыталась удрать, но вы все равно залезли на колпак кабины. Так рано я не хочу умирать. Вы же видите, что мне некуда деваться.

- Вижу. - Черный помотал головой. - И с чего ты решила, что пираты дадут тебе новое тело? Они сами едва концы с концами сводят.

- Крукс обещал. - Упрямо сказала девушка. Хоть бы головой мотнула, а то застыла в кресле как изваяние, подумал Черный. Он видел бывших десантников, подключенных к модернизированным экзоскелетам, но такое, чтобы пилота приживили к кораблю еще не встречал. Поэтому оставил меня в живых.

- Он соврал. - Прямо сказал Черный. - Но ты можешь выжить, если присоединишься к нам. Как, кстати, ты попала к пиратам?

- Мой корабль взял на буксир один из их мусорщиков, а когда они обнаружили внутри чуть живого пилота, то решили оставить его у себя. Таких они еще не видели и Крукс возлагал на меня большие надежды. А что я получу у вас?

- Она еще и торгуется. - Восхитился Черный. - Ты не видишь, кто мы? Регулярная армия Тройственного Союза.

- Он же уничтожен. Все СМИ болтают об этом уже несколько месяцев.

- Не весь. Остатки армии объединились и мощным ударом захватили Сатурнианскую ремонтную базу. Там наша штаб-квартира. А после того, как верховное командование бросило нас на произвол судьбы мы сами стали ее творцами. Мы свободны. Присоединяйся к нам и сможешь отомстить врагу за свои раны.

- Ну ты прямо вербовщик. - Раздался в эфире голос Захара. - Может на досуге подрабатываешь?

- Как-то не думал об этом. - Черный уже понял, что лейтенант, не найдя его на нужной частоте, просканировал и обнаружил его болтовню.

- Закругляйся и возвращайся на корабль. Думаю, наш новый помощник не откажет тебе в этом.

Черный устроился поудобнее на корпусе кораблика и тот медленно и плавно развернувшись, двинулся к кораблю.

Всех оставшихся в живых пиратов собрали в десантном боте. Места больше, все на виду. Пираты стояли на коленях в шеренги и опустили головы. В живых осталось шесть человек, в том числе и пилот. Псих ходил вдоль пиратов, скалил зубы и проводил топором по горлу, запугивая пленных. Захар стоял позади и ничего не предпринимал, наблюдая со стороны. Пираты жались друг к другу. Вова вместе с Виктором и Серым ходили с корабля на корабль, перетаскивая нужные запчасти, продукты, по полу лежал гофрированный шланг, перекачивая топливо в очищенные баки. Вова использовал по полной подвернувшуюся возможность.

- От того, как вы ответите сейчас, зависит ваша жизнь. - Звонко вещала Светлана. Захар предпочел воздержаться от допроса, позволил девчонке поиграть в героев. К тому же голова у нее не только шапку носить, может и выяснит что-нибудь. Светлана выдержала паузу.

- Да пошла ты! - прохрипел раненый.

Псих зарычал и прыгнул к нему, размахивая топором. Захар даже немного испугался за пленника, но Даг хорошо играл свою роль. Он провел лезвием буквально в сантиметре от макушки пирата и, бешено вращая глазами, приблизил к нему свое лицо. Тот сжался в комок.

- Решайте быстрее, а то я не смогу его долго сдерживать.

Псих издал дикий вопль, задрав голову вверх. Пираты напугались, а Вова даже выронил из рук ящик с инструментом, который тащил на корабль. Однако, переигрывает, подумал Захар. Как бы ему в самом деле башню не снесло.

- Спрашивайте! - завопил самый крайний пират.

- Сколько вас здесь, где база и кому вы подчиняетесь?

- Нас шестеро осталось в живых... - Зачастил пират. Светлана поморщилась. Неправильно сформулировала вопрос.

- Я спрашиваю сколько вас всего?

- На базе до сотни, в рейде было тридцать два, еще десять сидят на авианосной барже в двух часах лета отсюда.

- Где ваша база?

- Старая шахтерская выработка. Номер астероида я не знаю, эта информация доступна только пилотам.

- Поинтересуемся. Кто вами командует?

- Наш лидер - Натан Крукс, но и он не главный. Я не знаю кто, не знаю!!! - завопил пират, увидев приближающегося к нему Психа.

- Кто вас снабжает?

- Сейчас никто. - Пират уронил голову. - Перевозки за кольцо резко упали или совсем прекратились. По поясу шныряют имперские перехватчики, люди голодают. Крукс получил данные о вашем маршруте, поэтому мы так спешно подорвались, даже не подготовившись.

Ага, подумали все. Значит, нас кто-то сдал. И этот кто-то должен быть довольно важной шишкой. Неужели Дементьев крутит за спиной у Обручева, подумал Захар. Но ведь это он поставил задачу. И план расписал. Как не крути, ему не выгодно сдавать нас. Хотя, может быть, он на это и рассчитывает, что мы не справимся. Корабль не вернулся. Задание самоубийственное. Концы в воду. А там как раз Плутонианский флот придет и размажет по орбите все наши войска. Да еще и эта инопланетная тарелка. Тут пришедшая мысль поразила Захара. Точно! Тарелка! Ею занимался только Дементьев и сразу же засекретил сведения, а потом это задание, словно хотел спровадить всех тех, кто непосредственно участвовал в ее захвате. Оставшиеся на базе не в счет, их можно убрать, разыграв какую-нибудь трагедию. Черт, что же делать? Может, ну его на фиг, вернуться назад и рассказать все Обручеву. Хотя, с другой стороны, приказ не выполнен, по головке не погладят. Нет, тут надо идти до конца. Но обдуманно.

Светлана еще хотела что-то спросить, но Захар поднял ладонь.

- Все, хватит. Заприте этих в кубрике и пошлите сигнал SOS их барже. Пусть забирают своих прыгунов. Уходим.

Светлана хотела что-то сказать, но натолкнулась на жесткий взгляд Захара и не стала. Псих потряс топором напоследок и вышел из помещения одним из первых, остальные потянулись за ним, оставив облегченно вздохнувших пиратов в одиночестве.

Земля - Луна

Таможенный пост Империи Земли.

Первая ласточка патруля появилась на радаре, когда до Земли оставалось еще несколько миллионов километров. Три истребителя клином бороздили "большой театр" вакуума, сопровождая небольшое пузатое транспортное судно. Каких-либо сторонних судов Виктор не заметил, казалось, ближайший к родной для человека планете космос вымер. Может быть на орбите будет толкотня и бардак, подумал но, наблюдая, как точки проходят мимо - их радары и сканеры не были такими чувствительными, как оборудование бывшего Союза. Все-таки в чем-то у нас преимущество, с гордостью подумал пилот, не меняя курс. Проскочить незамеченным все равно не получится, а так можно со спокойной душой зарегистрироваться на границе, которую Империя определила для себя сама.

Вот уже довольно продолжительное время экипаж слушал передачи, в которых император, потрясая кулаками, клятвенно обещал разобраться с зажравшимися корпоративщиками на Марсе и мятежниками на дальних орбитах, про которых он говорил чуть меньше, а то и вовсе бы умолчал, если бы не пронырливый писака-журналист, который наизнанку вывернулся, а задал так давно его мучивший вопрос насчет потери ремонтной базы Сатурна и образовании независимого Сатурнианского Федерального Округа. Император с должной долей уверенности в голосе заявил, что все это происки Марсианской пищевой промышленности, лапша которой уже давно свисает с ушей независимых журналистов, верящих любому слову корпоративной пропаганды. Журналюгу сразу же затолкали в задние ряды и что там он еще пытался спросить уже никто не услышал, но Виктор понял главное - у императора сейчас столько проблем, что Сатурн - это мелкая заноза в заднице, которую он обязательно вытащит, как только разберется с главными делами. Что именно происходит в Империи необходимо точно выяснить и доставить эти сведения.

Наконец патруль заметил неопознанный корабль и повернул в его сторону. Как только вражеские радары обнаружили чужую отметку на своем дисплее, так сразу же пилоты связались с неопознанным кораблем. На экране видеосвязи, по которому постоянно пробегали помехи, возникло лицо молодого пилота с форменной фуражкой республиканской армии на голове. Видно новую форму со знаками отличия еще никто не пошил и имперские войска щеголяли в старой.

- Неопознанный корабль! - возопил пилот. - Немедленно остановитесь для досмотра!

- Я бы с удовольствием, да только на торможение уйдет много топлива, а у нас его и так кот наплакал, поэтому будет лучше, господин офицер, если вы уровняете свои скорости с моей и взойдете на борт. - Виктор сразу же понял, что желторотый выпускник летной школы императора ничего не понимает в стыковке. Видимо, их там как пирожки пекут - научили мало-мало дергать штурвалом, дали в руки и отправили в патруль - толку в бою от них никакого. Сойдут за пушечное мясо.

- Вы что, пилот, оспариваете приказы таможенного инспектора?! - сузил глаза от злости молодой. Виктор ничего не успел ответить, как экран погас и включился снова только через минуту. С него на пилота смотрел уже другой человек - седоватый дед в старой таможенной форме. Он спокойно взглянул на пилота и сказал:

- Простите моего молодого коллегу, пилот. Он еще слабо представляет себе свою работу. Пожалуйста, прекратите ускорение и лягте в дрейф, оставаясь на курсе. Мы взойдем к вам на борт для досмотра.

- Другое дело, господин инспектор, сразу видна старая школа. - Виктор улыбнулся. - Мы ждем вас.

- Приготовьте документы. - Инспектор отключился.

Команда давно решала, что же делать с таможней, а то, что она будет никто не сомневался. Захар и Черный склонялись к силовому решению проблемы, Виктор, Вова и Светлана предлагали договориться. Светиться сейчас никак нельзя. Тогда Захар резонно спросил, куда деть его габариты. Он один выделялся в экипаже - остальные были хоть и тренированными, но не столь гипертрофированно перекачанными. На что Виктор заявил, что таможня вряд ли встречала русских абордажников и понадеялся на авось. Остальные с ним не согласились, но и выбора сильного не было. Черный предложил было спрятаться снаружи, привязав себя к грузу, но Светлана заявила, что снаружи будут искать в первую очередь. Всем в экипаже раздали роли, чуть-чуть прорепетировали, хотя режиссер и остался недоволен.

Транспорт вытянул стыковочную трубу и шлюз отворился, пропустив вперед двух охранников с оружием, за которыми шагали двое таможенников, позади маячили еще несколько человек. Наверняка у всех оружие, подумал Виктор. Охранники заняли места по сторонам от люка, пропустив внутрь двоих - седого деда и молодого выскочку. Дед оглядел выстроившийся перед ним экипаж и спросил:

- Кто капитан корабля?

- Я. - Поднял руку Серый. У него была самая интеллигентная внешность среди всех. - Капитан Рейхольд. - Представился он. У всех был акцент, который не скроешь, поэтому решили прикинуться немецким экипажем.

- Приготовьте накладные на груз, лицензию перевозчика, порта приписки, санитарно-эпидемиологического контроля, карантинные документы и пройдемте в кают-компанию для сверки.

- Уже все готово, господин инспектор. Кто будет досматривать груз? Мне отправить с ним суперкарго?

Старикан прищурился.

- Кто у вас суперкарго?

- Эльза Минскель. - Светлана чуть вышагнула вперед.

- Сопроводите мистера Томпсона до грузового отсека и продемонстрируйте ему товар. - Дед обернулся к молодому. - Повнимательнее там, Джимми.

- Я понял. - Кивнул молодой и нахально осклабился. - Ведите меня, дамочка.

Светлана ушла вместе с молодым и одним их охранников. Остальные проследовали в кают-компанию, хотя экипаж туда и не пустили - Серому пришлось отдуваться за всех. Старикан плюхнулся на диван и снял фуражку, бросив рядом на сиденье. Он взял бумаги и одним глазом пролистнул их, даже не прочитав.

- Жарковато тут у вас. - Он помахал фуражкой в воздухе.

- На Солнце нагрелось. - Ляпнул первое, что пришло в голову Серый.

- Водички не найдется горло смочить. - Старикан посмотрел на десантника. Тот спокойно прошел к бару и вытащил из холодильника чуть запотевшую бутылку чистой плутонианской жидкости. Он передал ее старикану вместе со стаканом.

- Угощайтесь.

- Плутонианская. - Причмокнул дед, смакуя жидкость. - Давно я не пил такой восхитительной водицы. Где вы ее взяли?

- Там же, откуда прилетели. - Серый ткнул пальцем в документы. - На базе "Оксиген" на орбите Плутона.

- Но вы же везете руду, а не воду.

- Так ведь и нам надо что-то пить и есть в полете, вот и затарились по полной. Цены на жратву, правда, кусаются, но, я думаю, мы бабки отобьем.

- То есть вы тащились три месяца через всю систему для того, чтобы просто продать руду? - Старикан удивился. - И это в свете последних событий?

- Ну-у, - протянул Серый, - пришлось поплутать немного. Мы попали на станцию как раз когда Союз схлестнулся с Республикой за орбиту Плутона и пришлось быстро уносить ноги. Топлива хватало только до заправки на Уране, но там режим Республики сменился Имперской властью и пришлось переделывать документы. А потом мы ковыляли до астероидного пояса, обходя стороной Сатурн и Юпитер. Только там все кишит пиратами и заправочных станций только две, да и те держат долгую осаду корпоративных флибустьеров. К Марсу мы не пошли - там своих полезных ископаемых хватает, а направились прямиком на Землю. Тут, говорят, на сырье цены выросли.

- Кто говорит?

- Да встречные дальнобойщики.

- Последний покинул орбиту Земли три недели назад. - Старикан прищурился. Ну словно Ленин в октябре. - Больше никто не улетает. А прилетать прекратили как раз три месяца назад.

- Ну, мы же прилетели. - Серый развел руками.

- Вот я и думаю, зачем? - задал вопрос сам себе таможенник. - Какой смысл лезть туда, где идет нескончаемая революция и гражданская война?

- Что, правда? - Серый сделал такое глупое лицо, что таможенник поверил ему сразу.

- У вас что, передатчик не ловит?

- Так все ретрансляторы вырубило еще два с половиной месяца назад. - Серый пожал плечами. - А радиоволны приносят только обрывки разговоров да общие фразы, из которых не все понятно.

- И сколько вас там таких, непонятливых? - спросил Дед.

- Не знаю. - Снова пожал плечами Серый. - Мы встретили только двоих. Может быть другие идут разными курсами.

- Не идут. - Таможенник встал с дивана, прихватив фуражку. - Отчаянные вы парни, как я погляжу. - Он обвел взглядом кают-компанию. - Я на этой работе уже лет двадцать и поток грузоперевозок никогда не иссякал, пока наш высокомудрый правитель не предложил экспроприировать у экспроприаторов. Тут-то и наступил конец с таким трудом выстроенной экономической модели. Ты думаешь, что на Земле все хорошо? - спросил старик, проникновенно заглядывая в глаза. По его выражению Серый понял, что тому надо выговориться, а сделать среди своих он этого не может. - Как началась эта проклятая война, как русских выперли в космос, так и покатился под откос наш родной бело-голубой шарик. Корпорации бились за небо под Солнцем, создавая мощную базу для дальнейшего рывка человечества, да только все были поделены между собой. Множество лагерей со своими убеждениями и у каждого армия, вооруженная до зубов. Планета отравлена, семь миллиардов сидят на головах друг у друга, а в космосе едва ли наберется миллионов десять. Люди всего бояться. Они боятся космоса, страшных русских, имперских войск, чумы, занесенной на Землю, облав и падения экономики. Но даже за этим страхом они не видят, что человеческий вид обречен на вымирание. Он грызется сам с собой, уничтожая лучших из лучших, чтобы паразиты и трупоеды выросли на остатках цивилизации. - Дед вздохнул. - И ничего не изменить.

- Ну почему же. - Серый положил деду руку на плечо. - В космосе места хватит на всех.

- Да? - спросил дед. - И где они эти все, кто хотел бы жить в космосе? Где?

- Может, им не дают вылететь? - неуверенно произнес Серый.

- Ну да, как будто это так тяжело, зафрахтовать корабль в складчину и упорхнуть с матушки-Земли? - Дед горько усмехнулся. - Они бояться. Они все бояться. Русских, пиратов, корпорации, Империи, а еще больше они бояться потерять, что имеют. Пускай тот мизер, что у них есть, но это их мизер и чтобы не расстаться с ним, они кому угодно глотку перегрызут. Поверь мне, я знаю людей.

Дед снова сел на диван и выпил воды из бутылки.

- Когда-то я верил в идеалы Республики. Когда был молодым. Как дурак следовал уставам и приказам. Да только обломали меня. Когда война, якобы закончилась, тогда и обломали. Один режим сменился другим, а речи остались теми же самыми. Только развала и бардака прибавилось. Жалко русских, которым приходилось выживать на голом куске камня посреди вакуума. Вот кто действительно двигал человечество вперед. Осваивая все новое, создавая и находя способы выживания в страшных условиях космической радиации, солнечных магнитных бурь, метеоритных потоков и вечной нехватки воды и воздуха. А ты знаешь, что именно русские продумали первую компановку орбитальных станции и системы защиты, которые так любят корпоративные войска. Они наладили межпланетную торговлю, заключая союзы с мегафирмами, чтобы получать необходимые им ресурсы. Они наладили производство пищи в космосе. В космосе, где один лишь вакуум! И этот народ решили истребить. А знаешь почему?

- Почему? - промямлил пораженный словами таможенника Серый.

- Да из простой зависти. Просто потому, что сами они были глубоко в жопе и не могли признаться себе, что их кто-то опередил. Опередили те, кого они считали варварами и дикарями. - Дед замолчал. Он поднялся с дивана и подошел к Серому. - Я понимаю что вам нелегко. - Он положил руку на плечо Серому. - Выжить в таких условиях и иметь мужество вернуться, это многого стоит.

- Вы о чем? - не понял десантник.

- Не прикидывайся. - Старик улыбнулся. - Я вас раскусил. Акцент у вас не немецкий, в команде как минимум четверо бывших десантников. Да-да, я и про тебя говорю. Тренировки и повадки без серьезной подготовки так быстро не спрячешь. Девушка эта ваша тоже не промах, ну а с пилотами и механиками и так все ясно. Да ты не бойся, я вас не сдам, а может быть буду только благодарен, что вы устроите где-нибудь небольшую диверсию. Только без жертв. Надоело это вранье. Не знаешь, с какой стороны враг, а где друг. Думаешь, я не знаю про СФО?

Серый пожал плечами.

- Все я знаю. Марсиане трубят о своих победах по всему космосу, да только не они их сотворили. Жалкая кучка богатеев, которые вовремя убрались с Земли. Я сначала порадовался, когда корпорации стали громить правительственные войска. Да только все это было похоже на грабеж. Ты порулил, сейчас моя очередь. Я не верю ни тем, ни другим. Думаешь, Марсианский Совет лучше Имперского Дома?

Серый пожал плечами. Он совсем не разбирался в политике, предпочитая просто выполнять приказы. Это прерогатива командиров - думать за солдат.

- Он ничем не лучше. Те же люди, только в другой обертке. У которых есть своя власть. Маленькая, правда, но есть. А если есть власть, то хочется еще большей власти, безмерного управления всеми и вся, да так, чтобы шевельнутся боялись. По любому приказу - прыгай в огонь. И ведь прыгали. И вы и мы. - Старик задумался. - Ты кое-что увидишь на орбите, что очень тебе не понравиться, а услышишь еще больше. Я бы ушел с вами, да уже стар для такого. Если вы, ребята, создадите где-нибудь в системе действительно тихое и спокойное место, где люди бы трудились и жили в свое удовольствие, спокойно, без войн и конфликтов, то я с радостью к вам присоединюсь. - Старикан развернулся и проштамповал все бумаги. - Вот и все, осталось оплатить таможенный сбор. Деньги-то хоть есть?

- Сколько? - спросил Серый, смочив слюной пересохшее горло.

- Тысячу триста двадцать восемь злотых или по курсу двадцать четыре плитки.

- Плитки у меня найдутся. - Серый сунул руку в карман и отсыпал три пластинки в руку таможеннику. Тот посмотрел на деньги и улыбнулся.

- Старая, добрая валюта. Свободно конвертируемая. Чем она так мешала императору, не понимаю. Ну да ладно. Дам напоследок еще пару советов. Швартуйтесь к торговой станции "Катрас", ваш радар найдет ее без труда даже отсюда, только надо обновить карты. Груз можно сдать перекупщикам, но за руду высокую цену даст только Фернандес, жирный латинос с седьмого уровня. Он, конечно, хитромудрый тип, но, я думаю, вы договоритесь. Далее. Что собираетесь закупать? Вы же не на прогулку прилетели.

- Продовольствие. Разносолов не надо, только самое основное. - Серый пошел ва-банк. И так старикан практически все знает о них.

- Возьмете продукты на аграрной станции "Пшеница Лтд.". Незатейливое название, зато цены умеренные. Даже императору надо что-то кушать. Когда пойдете обратно, вызовите меня. - Дед протянул коммуникатор. - Нас только двое старых таможенников осталось. После того, как никто уже давно не прилетал, службу распустили, почти всех сократили, а нас держат только затем, чтобы мы с разведпатрулем на всякий случай вылетали. Дежурим посменно. К каждому из нас приставили по молодому сопляку, чтобы, значит, стучал в Особое Управление Имперской Короны. Или сокращенно - Ик. Это неофициальное название, но все его знают. Ну, вот вроде и все. Ладно. - Старик пожал ладонь Серого. - Бывайте. Пойду, позову молодого. А то как бы вашу бабешку не оприходовал.

- Это вряд ли. - Буркнул Серый, открывая дверь.

Виктор специально прошел как можно ближе к станции связи, чтобы экипаж смог рассмотреть ее вблизи. Огромная крутящаяся вокруг своей оси конструкция напоминала юлу с торчавшими во все стороны антеннами связи, орудийными башнями, ракетными установками и еще черт знает чем. Захар рассматривал станцию в бинокль более подробно. Как раз мимо нее проходил патруль. Он проследил за ним и вновь обратил внимание на станцию. Кое-какой план начал вырисовываться. Пока все смотрели на станцию, Черный повернул голову к Земле и онемел от неожиданности.

- Эй! - заорал он. - Посмотрите на это! - Десантник указывал пальцем на орбиту планеты.

Все повернулись к иллюминаторам и остолбенели.

Возле матушки-Земли, вдоль причальных штанг орбитальных лифтов замер флагман командующего армией Тройственного Союза и практически весь флот, что ушел с ним в прыжок, как уверяли всех оставшихся командиры подразделений. А они вот, стоят на орбите Земли и вокруг них снуют ремонтные корабли и боты.

Такого серьезного удара под дых еще никто из десантников не испытывал. Чтобы твое собственное командование продало тебя и выторговывало для себя какие-нибудь эксклюзивные условия, такого еще не было. А ведь случилось. И ради чего теперь сражаться? Как отомстить за павших товарищей, когда тебя так серьезно кидают? И что, теперь поднимать оружие на таких же как они парней? Все и не только эти вопросы занимали голову Захара и других. Черный опустился на пол. Светлана увидела, что из глаз штурмовика потекли слезы. Здоровый, крепкий мужик плакал как ребенок. Две дорожки катились по щекам, оставляя мокрые следы на коже. Черный чуть всхлипывал. Девушка поразилась увиденному. Она посмотрела на других и заметила в их глазах слезы. Те, кто родился в лаборатории, сейчас, не сдерживаясь, ревели. Светлане стало жаль этих парней, которые за свою короткую жизнь видели столько крови и боли, сколько ни один нормальный человек не может себе представить. Но почему она сама чувствует только наступившую пустоту внутри, а слезы из глаз не катятся? Вон и Виктор изумленно смотрит на десантников. Видно, я чего-то не понимаю, подумала она и подошла к Черному, автоматически погладив его по голове. Ей захотелось прижать голову штурмовика к груди и, убаюкивая, пожалеть.

- Ради чего? - спросил он, подняв на нее зареванные печальные глаза. - Ради чего мы приперлись сюда? Чтобы увидеть горькую правду?

- Не хнычь! - резко оборвал его Псих. - Мы здесь ради тех людей, что поверили в нас!

- А ты-то вообще не за нас! - крикнул Черный. - Ты только вынужденно помогаешь!

Псих залепил ему оплеуху, да так, что голова Черного ударилась о стенку рубки.

- Успокоился? - уверенным тоном спросил Даг. - А теперь послушай меня. Я тридцать лет жил под их пятой. Я верил, что я американец, а вы русские - поганые выродки. А потом, когда тебе открывается страшная правда, это выбивает почву из под ног почище удара в голову. Я тогда сорвался. И до сих пор каюсь. Потому что двадцать семь простых, ничего не подозревающих жизней были прекращены навсегда ударом топора. Там были все - отцы, матери, дети, бабушки, дедушки. Я не щадил никого только по одной простой причине - они все были одной национальности с американцами, которые обманывали меня. И я захотел сладкой мести, да только это блюдо было слишком горячим. А здесь. - Он ткнул пальцем во флагман. - Какой-то засранный корабль с вашим командующим, который как мальчиш-плохиш продался за банку варенья и корзину печенья! И стоит ли горевать по этому поводу? Вспомните, ради чего мы здесь? Чтобы уничтожить к чертовой бабушке все имперское преимущество, найти наших ученых и попутно разведать обстановку. Наконец-то колесо истории в наших руках и куда оно повернется - это нам решать. Если забыть все и сдаться на милость победителю, то значит навсегда лишиться свободы. А хотят ли этого люди, что остались за нашими спинами и вложили в наши руки самое главное, что у них осталось? Свои жизни! Они доверились нам, а мы будем сопли вытирать и хныкать по каждому поводу? Встать, солдат!

Черный автоматически подскочил.

- Отставить разводить сырость! И всем собраться. Так или иначе, я устрою диверсию на этой станции, со мной вы или нет!

- Ишь, раздухарился. - Проворчал вытирающий мокрые дорожки на щеках Захар. - Мы сделаем свою работу не хуже тебя. Просто это заложено у нас в крови - подчинение командующему, приказы которого мы не можем оспорить. И будет сложно пойти против него.

Неожиданная догадка осенила Светлану. Вот в чем дело! Они настолько безоговорочно верят командованию, что любое предательство так болезненно воспринимается ими. Ведь они по сути дети, которые не имеют какого-либо малого опыта жизни среди себе подобных. Они всегда в пекле, в середине мясорубки, где все просто - это свои, а это чужие. И никто никогда не подумал, что даже у инкубаторского человека есть душа и чувства. Светлане неожиданно стало стыдно за свое поведение. Ведь она сама относилась к ним, как к людям второго, если не самого последнего сорта, а то и вовсе воспринимала как пушечное мясо, которое не умеет не то что думать, но и одеться самостоятельно. Пора менять свои взгляды и чем скорее тем лучше для нее и для этих парней, которые зашли так далеко и сейчас малейшая оплошность перечеркнет насмарку весь тяжкий труд многих людей.

- Значит, надо преодолеть этот барьер. - Сказал Псих. - Он такой же человек из мяса и костей. И умирает также легко.

Захар задумался. Несомненно, Псих прав. Да и собственные глаза его не обманывают - вот он, флагман, перед глазами. То, что это было неприятно, не то слово. Такое ощущение, что тебя не просто обманули, а предали все то, во что ты верил и кому ты верил. Отец-командир оказался лжецом почище многих. А Даг во многом прав. Стоит сражаться хотя бы ради тех, кто доверил тебе защиту собственной жизни.

- Направляемся к торговой станции. Разведаем, что там к чему, продадим руду и закупим продовольствия, а потом посмотрим, что делать дальше.

Захар вышел из рубки готовить снаряжение, остальные, провожаемые хмурым взглядом Виктора, потянулись за ним.

Очередное унылое лицо диспетчера посадочного дока Виктор встретил с ухмылкой. На торговой станции их не приняли - видите ли карантин. На общественной базе гражданского флота просто напросто послали на хер - все посадочные доки заняты кораблями и никто не собирается убираться со станции. "Пшеница Лтд." вроде бы сжалилась над путешественниками, но, едва услышав о покупке крупной партии продовольствия, управляющий заявил, что все поставки на месяцы вперед оплачены Имперским Домом и он не вправе распоряжаться ими. Тогда Виктор намекнул, что неплохо бы договориться, но управляющий то ли боялся нагоняя свыше, то ли вообще был недалекого ума человек, но отказал в посадке наотрез. Пришлось заворачивать оглобли и направиться к следующему пункту, благо их здесь было несколько штук. Но выбирать приходилось тщательно - половина станций принадлежала военным и встречаться с ними никто не хотел. До Луны близко, но и там межпланетный транспорт не примут - просто нет необходимых посадочных доков. Такие грузовики всегда разгружались на орбите и товары доставляли специальными челноками - атмосферными тендерами, либо на орбитальном лифте как на Земле и Марсе.

Пока Виктор сновал от станции к станции, бойцы подошли к иллюминаторам и разглядывали Землю, родину человечества, которую практически все из них видели только на картинках. Захар жадно всматривался в бушующие вихрями белоснежные облака, которые, закручиваясь, перемещали по планете огромные воздушные массы. Очертания зеленых материков на фоне голубой воды создавали ощущение, что они плавают по планете в безбрежном океане. Черный протянул руку к стеклу.

- Смотрите, какая она воздушная! - восхищенно сказал он. - Так и хочется взять в руку. Как будто шар из ваты, наполненный водой.

Светлана с удивлением посмотрела на штурмовика. Он был как ребенок, радовался совершенно обыкновенным вещам. Хотя она сама и не видела Землю, но все же старалась сдерживать свои эмоции. Тогда как у десантников они перехлестывали через край. Их восхищенные глаза смотрели с любопытством и радостью, что девушка невольно позавидовала им. Эти люди, которым от роду так мало лет, умели, да что там умели - они и были непосредственными, совершенно не заботясь и не обращая внимания на реакцию людей вокруг. Светлана заметила, что Даг улыбнулся. Его всегда сосредоточенное лицо, глядя на бойцов, смягчилось. Профессиональный убийца позволил себе стать чуточку человечнее, чем очень сильно удивил девушку. Наблюдая за парнями, он словно сам переживал минуты ранней юности, беззаботного детства, в котором не было войн, печали, скорби по погибшим. Все это было, конечно, но только с другими, совершенно не касаясь маленького Дага, который тогда даже не знал о том, кто он на самом деле. Все это Светлана прочитала у него на лице. Похоже, Земля обладает одним очень хорошим свойством, подумала она - планета дает человеку частицу своего тепла, мягкости и уюта. Сейчас бело-голубой шарик скользит по невидимой оси орбиты вокруг Солнца и его совершенно не волнует, что делают эти копошащиеся на нем людишки-муравьишки.

Черный указал пальцем на грязное, буро-желтое пятно на северной части планеты.

- Что это? - недоуменно спросил он.

Лицо Дага вновь приобрело мрачное выражение.

- Это шрам, оставленный республиканцами на теле родной планеты. - Глухо сказал он. - Это бывшая территория России.

Черный и остальные внимательно всмотрелись в уродливое образование, над которым даже белоснежный воздушный вихрь окрашивался в темные, грязные тона. Огромная площадь подверглась бомбардировке, перепаханная ядерными взрывами земля навсегда погибла и сейчас являла собой большую радиоактивную опухоль. Планета боролась с заражением, пытаясь хотя бы по краям вырастить новую растительную жизнь, но пока ей это плохо удавалось. Удар был страшен и нанес его человек. Тот, кого породила планета, а может быть и приютила когда-то. И сейчас он отплатил ей и продолжает платить черной неблагодарностью. Черный ударил кулаком в ладонь.

- Пора стереть этих чертовых республиканцев с лица нашей родины. Они только и могут, что гадить, пакостить и убивать все живое!

- Не они виноваты в этом. - Сказал Даг. - Виновен тот, кто управляет народом.

- Так они сами его себе выбрали! - воскликнул Черный. - Разве нет? - Он обернулся за помощью к Захару. Тот пожал плечами.

- Во всяком случае, народ не сильно сопротивлялся, когда Землю объявили территорией Империи. Республики как таковой уже не существует, а те, кто остался верен ее идеалам, наверняка либо сидят на Марсе, либо гниют в одной братской могиле.

- Пора бы и остальным отправиться за ними. - Черный постучал кулаком по бедру.

- Однако, какой ты кровожадный. - Покачал головой Рыжий. - Не успел прилететь, а уже собрался всех перебить. Силенок не хватит.

- И все бы тебе, Рыжий, ерничать. - Вздохнул Серый. - Никогда от тебя доброго слова не дождешься.

- Так я ни к кому и не лезу с добрыми словами. - Рыжий неопределенно мотнул головой. - Это вон ему все надо бежать, стрелять и убивать. А я, прежде чем что-то делать, люблю подготовиться.

- Это мы заметили, как ты готовишься. - Засмеялся Черный. - Набьет полное брюхо и лезет в скафандр. Конечно, ты всегда самый последний в группе - тяжеловато с такой ношей бегать-то?

- Нормально. - Парировал Рыжий. - Зато я не рыскаю по каютам в поисках чего бы пожрать.

Черный обиделся. Серый засмеялся. Захар недоуменно посмотрел на них.

- Чего это вы? - спросил он.

- Да вон, живоглот этот. - Давясь от смеха, пробулькал Серый. - Как-то раз...

- Ага, всем сейчас расскажи. - Насупился Черный. - Было один раз, они теперь всю жизнь мне вспоминать будут.

- Мы тогда только-только из учебки были. - Продолжил, улыбаясь, Серый. - По распределению попали в отряд "Боевые коты", нам там и позывные присвоили. Отправили служить на рейдер "Алеша Попович". И первое же задание - проверка документов у круизного лайнера "Женевьева", они тогда к кольцам Сатурна летали, ну там, красиво, спору нет, но тогда это наша территория была и границы мы четко охраняли, это уже потом республиканцы полезли, но не в этом дело. Короче, вызывает нас взводный и говорит: "Так, салаги, до настоящих боевых действий вам как до Луны пешком, поэтому приказываю круизный лайнер на предмет шпионов осмотреть и мне доложить. Бегом марш!". Ну, это он так пошутил. А мы-то все за чистую монету приняли. Ну и рванули на лайнер по трубе. Черный впереди, мы за ним. Только прибыли и сразу на задание, даже на довольствие не встали и вещи в тумбочку не бросили. Вот, бежим значит по палубе, все в полном боевом, оружие в руках, рожи злые, пассажиры по каютам попрятались, экипаж пальцем у виска крутит - откуда мол эти дураки у Союза взялись. А мы, чтобы быстро круг замкнуть, по верхней галерее наяриваем. Магнитные башмаки подковами стучат, гулко так - бум-бум-бум. Этот, как я уже сказал, впереди всех чешет. Тут приказ по радио - каюты с пятьдесят седьмой по семьдесят четвертую проверить. А мы их уже проскочили. Я думаю, че мы носимся как угорелые. Ну и потихоньку назад побрел. А эти двое вперед меня убежали и начали с конца их проверять. Заглядывают в каждую, спрашивают что-то и опять дальше идут. Ну, я их догнал. Подходим к каюте, как сейчас номер помню - шестьдесят шесть. Черный дверь открывает, а там семья - папа, мама, тетя, дядя, двое детей и еще бабушка с дедом. И все так с открытыми ртами на Черного уставились - обедали они или завтракали, не знаю, а только им до лампочки была эта тревога - сидели у себя в каюте и наворачивали, все что на стол выложили. Черный на это посмотрел и говорит: "Здрасте, я разведчик. Есть че пожрать?". - Серый зашелся в хохоте. Все тоже заулыбались. - И под конец у него в животе заурчало. Он еще в учебке с ним мучился, потом прошло. Это, семейство, так аккуратненько к нему бутерброд подталкивают. Он его схватил, разом в рот запихнул и пробурчал что-то вроде "премного благодарен". После этого, правда, нигде больше не попрошайничал, но такого я никогда не забуду.

- Однако. - Вытирая слезы, сказал Захар. - Не ожидал.

- Я тебе про них потом расскажу. - Мстительно сказал Черный. - Хотя зачем потом, прямо сейчас.

- И что ты там можешь выдумать? - смеясь, спросил Серый.

- А че мне выдумывать. - Черный надулся. - Я, что ли прилюдно обосрался.

- Чего? - спросил Рыжий.

- Того, ты что, не знал? - Черный махнул рукой. - Этот засранец прямо в строю в штаны навалил, да так много, что техники потом замучались скафандр чистить.

- Заткнись! - зло сказал Серый.

- Тебе, значит, можно, а мне нельзя? - Черного понесло. - Тебя еще неделю засранцем за глаза звали. А он, значит, типа не помнит.

- С чего вдруг обосрался? - спросил Захар.

- Да в одну каску банку сгущенки навернул, вот организм и не выдержал. - Признался Серый. - Я тогда даже сделать ничего не успел, клапан открылся, ну и дунул со всего маху.

- Фановую трубу прорвало! - захохотал Рыжий.

- Погоди, сейчас еще и про тебя расскажем. - Сказал Серый.

- А что такое про меня? - удивился тот. - Я по каютам не попрошайничал и в штаны не валил. Даже и не знаю, чего за мной такого водиться?

- Водиться и еще как! - У Черного загорелись глаза. - Думаете, чего он впрок жрет? Еще в учебке его сержант поймал за тем, как он ночью сухпай лопал. Нам на отделение выдали коробку пайка, так он один его стрескал. Сержант его поймал и давай "ночью" качать. Все спят, а Рыжий, толстожопый котяра, по спортзалу наяривает. А сержант его на весы загоняет и измеряет, сколько калорий он спалил, чтобы, значит, в норму уложился. Раз съел коробку сухпая, то должен двенадцать тысяч калорий спалить. Сержант грамотный был и сложил все вместе, что там было покалорийно. Рыжик, бедолага, до самого утра маялся, ему потом долго этот сухпай икается. Поэтому он всегда впрок наестся и на задание идет. Эти калории ему еще долго сниться будут.

Рыжий что-то хотел сказать и уже открыл рот, но Захар поднял ладонь.

- Ладно, на сегодня сеанс групповой психотерапии объявляю законченным. К тому же мы к станции какой-то приближаемся. Не забывайте, зачем вы здесь. Надеюсь, ваши воспоминания не повлияют на слаженность?

- Да не беспокойся, Захар. - Сказал Серый и махул рукой. - У нас такие сеансы постоянно проходят. Мы же не дураки, понимаем, где находимся и что делаем. Никто ни на кого не обижается. - Он посмотрел на остальных. - Даже я.

Серый был неформальным лидером в тройке и к нему прислушивались. У каждого из них было что-то, что дополняло другого. Иначе, как объяснить четкость их действий и выполнение поставленных задач? Только полным доверием друг к другу.

Следующим в списке доступных станций была маленькая бартерная база компании "Космические масла Нортекс", реклама которой гласила - все для вашего корабля. Надежда на посадку была - кораблей возле нее немного - могли остаться свободные доки, ну а если таковых нет, то причальную штангу для грузовиков Виктор углядел издалека.

- По какому вопросу? - хмуро спросил диспетчер. - Магазин уже закрыт и продавцы разлетелись.

- Нам бы стыковочку произвести. - Попросил Виктор. - Устали с дороги, опять же груз имеется, который знающий человек может предложить кому-нибудь за подходящую цену.

Диспетчер задумался. Он, конечно, на станции не один - управляющий, охрана, персонал мотеля, бара, несколько постояльцев, как этот бродяга-дальнобойщик, пара перекупов. Сообщить, конечно, нужно куда следует, недаром император заострил внимание на всех прибывающих кораблях - листовки о бдительности на их станции расклеивал лично первый помощник станционного смотрителя. Но что такого в том, чтобы принять груженый транспорт, пускай и издалека? Ведь таможня дала добро и пропуск у него в порядке, за подписью старшего инспектора. То что остальные диспетчера станций бояться и выдумывают всякую чепуху для того, чтобы отказать в посадке по любой причине, знает весь сектор. А эти парни, видно, очень издалека, раз тыкаются как слепые котята. Он за ними уже полчаса наблюдает. Они знали, куда летят. Только "Катрас" сейчас не принимает - там разместили этих поганых русских, которые вот уже третий день мусолят глаза на орбите Земли своими кораблями. И как Император это допустил? Бардак!

Диспетчер постучал пальцами по консоли управления, выбивая незамысловатую дробь. Отказать, тогда парни полетят к кому-нибудь другому. Им все равно, кому товар спихнуть, а то что коробочка груженая это сразу видно, вон ее как на поворотах заносит - топлива тратят больше чем нужно. Опять же можно договориться о бартерной заправке - им деваться некуда, покупать горючку только здесь будут, цены самые низкие. Император крепко держит руку на жизненной артерии космоса. Наконец диспетчер принял решение.

- Вторая причальная штанга, вектор захода - восемьдесят пять и сто десять, высота - пятьдесят по эклиптике, корректировка не более двух градусов, крен относительно станции - восемнадцать, скорость не более восьми. - Он щелкнул выключателем, не дожидаясь, когда Виктор поблагодарит его. Надо связаться с шефом.

Пилот выполнил в точности все указания. Пятисот метровый кораблик мягко ткнулся носом в причальный буфер и зафиксировался в магнитных захватах. Кишка причальной штанги, подвешенная на сложенных балках, распрямилась и выдвинулась к шлюзовому отсеку. Присоски гермозатвора прилепились к корпусу корабля, давление уравнялось, шлюзовые створки раскрылись с той и другой стороны - корабль как пиявка вцепился в тело станции.

На станцию сошли четверо. Виктор и Захар отправились к управляющему решать вопрос о продаже руды, а Светлана с Серым, которого ей в провожатые назначил Захар, в ближайший бар, который был открыт круглосуточно. Слухи и сплетни всегда собираются в таких вот местах, а главным информатором выступает бармен. К тому же перекупы любят такого рода места. Это если управляющий станцией не согласиться.

Серый, конечно, был не в восторге от такого соседства, но и он понимал, что стоит немного потерпеть ради общего дела. Пока девчонка молчит, его это устраивает. Пусть лучше диалог ведет она, а штурмовик будет на подхвате. Если какая-нибудь гнида попытается надуть их или напасть.

Бар на маленькой станции был один и вся находящаяся здесь публика собиралась только в нем. Кричащее название "Ракетный выхлоп" говорило само за себя какие напитки здесь предлагают. Только матерые космические волки могут промочить горло "Особым космическим", "Палевом" и "Тройным ядерным". А хлюпикам сюда вход заказан. Светлана услышала дикий рев изнутри и, внутренне собравшись, подошла к двери, которая отъехала в сторону. Серый тенью следовал за ней.

По телевизору показывали спортивную игру. Плоский экран размерами со стеновую панель, с поддержкой три дэ и голограмм выдавал довольно красочную картинку. Болельщики в баре ревели от восторга и успехов своей команды, что даже не обратили внимания на вошедшую внутрь колоритную парочку - хрупкую девушку и крепко сбитого парня с правильными чертами лица, одетых в простые комбинезоны техников. Один или двое посмотрели в их сторону и сразу же отвернулись - на экране было интереснее. Бармен расположился по левую сторону телевизора и занимался излюбленным делом всех барменов - протирал дыру в очередном стакане. Было несколько свободных столиков, но официантки забили на посетителей и о чем-то оживленно трещали в углу. Если мужикам и понадобиться пиво, то бармен не переломиться, открывая бутылки. Он, между прочим, деньги за это получает.

Светлана подошла к бармену. Серый пристроился рядом и опустился на свободный табурет, который чуть скрипнул под его тяжелым весом. Захар бы вообще раздавил его, подумал весело Серый. Один из болельщиков взмахнул рукой, разбрызгивая пиво и чуть было не заехал бутылкой Серому в лицо, но тот ловко перехватил его руку. Болельщик недовольно скривился и что-то хотел вякнуть, но десантник чуть сдавил ему кисть и сказал, наклонившись:

- Аккуратнее.

Болельщик чуть припух, отодвинулся от Серого, а вскоре и вовсе постарался забыть про него. Не хотел связываться, хотя и чуял поддержку толпы. Но что-то остановило полупьяного задаваку. Однако бармен заметил реакцию штурмовика. Он закончил протирать стакан, поставил его на стойку и обратился к Серому:

- Что желаете?

- Чего-нибудь безалкогольного, в решении вопросов голова должна быть ясной. - Ответила за штурмовика Светлана и улыбнулась. Серый тоже скривился в улыбке. Бармен все понял.

- Издалека? - закинул он удочки.

- Вы даже не представляете откуда. - Светлана покачала головой. - Сейчас на трассах неспокойно - пираты, рейдеры и прочая шваль повылазила неизвестно откуда. Все так и норовят поживиться честно заработанными деньгами.

- Я могу помочь решить некоторые ваши вопросы. - Бармен задумчиво помолчал. - За скромное вознаграждение.

- Я думаю пяти плиток хватит? - спросила в лоб Светлана. Она уже поняла, что бармену нужен либо процент от сделки или банальная взятка.

Бармен удовлетворительно отпрянул.

- Вполне. Что столь любезные путешественники хотят знать?

- Что здесь делают корабли Тройственного Союза?

Бармен напрягся.

- На орбите Земли нет представителей этого государственного образования.

- Но как же... мы видели несколько лин...

- Тише! - зашипел бармен. - Об этом нельзя разговаривать! Всюду прослушка и соглядатаи императора. Даже здесь. - Он поманил Светлану. - Они прибыли три дня назад. Откуда - не знаю. Но только император сразу же заявил о приобретении поддержки у таких опытных войск, как соединения Свободного Флота Земли. Так они себя сейчас называют. Их командующий лично встречался с Императором и они друг другу руки пожали, а станцию "Катрас" отдали в полное их владение, заявив, что там рассадник преступности и беззакония. Они выжгли там все, люди бежали в космос на чем только было возможно, но не все спаслись. Их войска - это какие-то дикие варвары, которым дали в руки оружие. По-настоящему свободных станций сейчас в секторе не осталось. Мы и еще две базы поддерживаем нейтралитет, общегосударственная забита до отказа, те, кто садиться на Землю, проходят строжайшую проверку и им делают пометку.

- Какую пометку?

- Радиологический знак. Что он из Внешнего мира. Внешники, так сейчас нас называют. Все те, кто в поисках романтики, приключений, богатства и славы рванул в космос. Кто приносил этим зажравшимся скотам прибыль, добывал ресурсы, осваивал планеты. - Бармен разозлился. - Кто дрался в этой безумной войне и в итоге проиграл. Сейчас они зовут нас как прокаженных и не пускают на родину - на свою планету.

- Тише. - Сказала Светлана. - Вы же сами сказали...

- Я помню, что я сказал. - Бармен кивнул. - Просто чуточку расслабился. Невозможно постоянно себя контролировать. Видите эти рожи. - Он указал на публику. - Местный сброд с космолиний - пилоты, техники, инженеры, заправщики, диспетчера, операторы. Все они настолько устали от космоса, что хотят почувствовать настоящую землю под ногами, а не металлический пол под магнитными башмаками. Они хотят почувствовать простое дуновение ветерка и полной грудью вдохнуть пусть и не свежий, но воздух. А от многократно отфильтрованного кислорода и вони уже голова кружиться. И всех их назвали людьми не то что второго, самого распоследнего сорта.

Светлана принюхалась.

- Вроде бы нормальная атмосфера.

- Видно там, откуда вы еще хуже. - Бармен улыбнулся. - Так что вас привело к нам?

- Груз минеральной руды аж из самого пояса Койпера. Мы улетали месяца три назад, когда начинались финальные бои за Плутон. Добрались нормально, а вот обратно пришлось попотеть.

- Ну и как выглядит система? После того как нам "КТВ" обрубила связь никакие новости из-за пояса не доходят. Ходили слухи, что оставшиеся корабли союза, которые не примкнули к этим, раздолбали базу императора на Сатурне и захватили местные станции, образовав что-то вроде федерального округа. Только император свои войска не послал на их выдворение - у него с бунтами проблем хватает.

- С бунтами?

- Ну да. Корпоративщики вещают на всех частотах и забивают эфир своей пропагандой. Что там правда, а что ложь, непонятно, но люди-то слушают. Кто смог, тот дернул к ним, пока кольцо не закрыли. Сейчас все полеты контролирует полиция и если нет регистрации, то сразу же в кутузку забирают, или расстреливают на месте. Такие вот дела.

- Но кто-то ведь сопротивляется?

- Конечно. Луна постоянно бунтует, то один, то другой сектор заявит о своей независимости, партизаны опять же по коммуникациям лазят, бомбы ставят. Император запарился туда войска отправлять - никто в пекло лезть не хочет и буйну голову под пули подставлять. Наверняка он и заключил соглашение с вашим командующим.

- С чьим командующим? - не поняла Светлана.

- С вашим. - Прищурился бармен. Серый напрягся. - Я вас не сдам, не волнуйтесь. Еще в то время я относился к категории сочувствующих. У меня, слава Богу, есть своя голова на плечах, чтобы увидеть зерно правды в море лжи. Вас я сразу раскусил - по акценту, по повадкам, по реакции. Ко мне в бар явились два профессиональных убийцы. Я даже решил, что император уже стал отправлять русских со своих кораблей, чтобы они навели порядок. Но после ваших вопросов и недоуменного выражения на лице, я понял, что вы не связаны со здешней компанией.

- Но мы могли бы прикинуться чужаками.

- Вы и так чужаки. Это стадо не справиться с вами и всем скопом. Хотя сейчас они слишком перекачаны пивом, чтобы соображать. А те, кто сейчас находиться на русских кораблях - больше похожи на зомби.

- То есть? - спросил молчавший до этого Серый.

- Самые натуральные зомби-биороботы. Никакой инициативы. Только тупое выполнение приказов.

Серый со Светланой переглянулись. Похоже несколько последних поколений инкубаторских бойцов удались на славу. Слепое исполнение приказов, полное подчинение, натренированные перекачанные убийцы. Теперь понятен план императора - он кинет против народа исполнителей, которые сметут безоружных людей в мгновение ока. Правда, он сам может об этом пожалеть. Ведь командующий не просто так пошел на эту сделку. Наверняка он сам планирует занять имперское кресло и сейчас им обоим просто выгоден союз. Ну прямо как пауки в банке. Только отвернешься, а он тебе нож в спину. Но и этот должен себя как-то обезопасить. Но как? Похоже, этого мы не узнаем. Значит, можно пока вздохнуть спокойно. Правда, остается проблема с Плутонианским флотом. И вот ее надо реально решать. Светлана вздохнула.

- Значит сейчас население между двух огней - имперскими войсками и союзными берсеркерами.

- Не только. Я думаю, император хочет всех подвергнуть процедуре чипирования.

- Чего?

- Чипирования. Когда под кожу внедряют чип с твоими биопараметрами. Он завязан на мозговую деятельность, какая-то секретная разработка.

То же мне секретная, фыркнула Светлана. Наши высоколобые ученые давно ее уже применяют, имплантируя всем инкубаторским чипы, кроме первого поколения. Тут ее осенило - бармен рассказал о войсках, состоящих из биороботов-зомби. Вот значит как работают чипы! А подготовленных бойцов, не прошедших процедуру у нас очень мало. Даже на рембазе их процентов двадцать против остальных и стоит императору отдать приказ и эти лояльные бойцы превратятся в смертоносное оружие в тылу. И все жители пяти баз станут безоговорочно подчиняться императору под страхом смерти. Все население Земли уже проходит поголовную чипизацию. Значит, это просто болванчики, пляшущие под дудку правительства. Однако, спасать надо не тех, кто остался на Сатурне. Спасать надо всех. Надо срочно сообщить это остальным.

- Кто еще не прошел процедуру?

- Пока только три четверти населения Земли, космоса, Марса и Луны. Ну и те кто дальше пояса. Пока император занят наведением порядков на местах и убеждениями о выгоде установки чипа, но еще год-два и он возьмется за остальных. Если к тому времени нас не спасут высшие силы, то человек потеряет свою индивидуальность навсегда. Ведь население, которое безоговорочно выполняет волю своего правителя - это очень удобно.

- Согласна с вами. Ну, а что если организовать здесь сопротивление?

- Боюсь не получиться. Нас лишат воды, еды и воздуха и мы просто сами собой передохнем. А земное население не будет возражать, если половина переселиться в космос. К тому времени возражать будет некому, хотя на планете тоже есть здравомыслящие люди, но покинуть ее они не в силах.

-Почему?

- А куда податься? На Марс? Так он не прокормит четыре миллиарда. Опять же где жить? На Земле всяко удобнее, за воздух хотя бы не приходиться платить. Элита сможет вздохнуть спокойно, когда все будут управляемы.

- Ненадолго. - Мстительно пообещала Светлана.

- Я в вас верю. - Неожиданно сказал бармен. - Нас немного на орбите Земли, но мы снабжали информацией МКС, а они, очевидно, связались с вами. Если сможете, то помогите.

- Вы не могли бы организовать перелет на станцию патруля? - спросила Светлана. Захар перед выходом на станцию попросил разузнать ее об этом. Зачем ему, непонятно, но и отказать она не могла.

Бармен задумался.

- Управляющий этой станцией - наш человек. У него есть некоторые связи среди военных, он может попробовать, но результата я не гарантирую.

- Двое наших как раз направились к нему.

- Сейчас я свяжусь с ним и выясню, как у них дела.

Бармен ушел в подсобку, отсутствовал недолго и вскоре вернулся.

- Они нашли общий с ним язык. Я рассказал ему про вас и он согласил помочь. Но зачем вам это нужно?

- Скоро узнаете. - Уклончиво ответила Светлана. - Спасибо за разговор и за выпивку. - Она положила еще три плитки в дополнение к пяти. Бармен смахнул их со стойки в ладонь.

- Не за что, пока не за что.

Взлом консервной банки

Транспортник с командой на борту направлялся к станции базирования Земного патруля. Это была военная база и получить разрешение на стыковку с ней было не просто проблематично, а фактически невозможно. Но управляющий станцией "Нортекс" расстарался, надавил на все имеющиеся у него рычаги. Не за просто так конечно. Патриотизм патриотизмом, а кушать тоже хочется. Полный трюм минеральной руды открывал почти все двери. С полезными ископаемыми на Земле было туго - человечество высосало планету почти до донышка, а огромная территория бывшей России сейчас была заражена радиоактивностью и добывать залегшие там металлы было не просто проблемой - минералы фонили так, что люди умирали от лучевой болезни через неделю. Использовать такой материал было не просто нельзя - он нес в себе смертельную опасность. Мировое сообщество это понимало и наложило вето на разработки ресурсов на территории Сибири. Только император отменил этот приказ. Туда послали дистанционно управляемых роботов, которые благополучно встали на границе зараженной зоны - помехи не пропускали радиоволны. Погнали заключенных, только им умирать совсем не хотелось, поэтому случилась кровавая резня, когда несколько тысяч невооруженных людей бросились на охрану. Подчиненные императору СМИ трубили о бунте против власти, что было правдой, только причину не называли. Народ, что жил поблизости, стал насильственно подвергаться чипированию, отчего в городках вспыхнули вооруженные восстания. Император направлял туда войска, но и в их умах начинался процесс брожения, что совсем уже не нравилось выскочке во власти. Что бы он ни придумал - все оборачивалось против него. Последний козырь - сотрудничество с Командующим. Хотя и здесь неплохо было бы подстраховаться. Поэтому на военной станции груз минеральной руды встретили с распростертыми объятиями, хотя и запретили экипажу спускаться на борт. Захар и остальные были готовы к такому повороту.

Черный и Рыжий выскользнули из аварийного люка, прошлепали по корпусу судна и оказались на обшивке станции. За ними никто не следил - все смотрели в далекий космос, патрульных кораблей не наблюдалось, да им и в голову не пришло заподозрить ползающих по станции ремонтников. Черный подошел к антенне связи, расположенной рядом с техническим люком станции, который он вскрыл за секунды, проследил, куда уходит кабель и в небольшой нише шлюзового отсека нашел шкафчик, где собирались провода со всех антенн, находящихся на этой стороне. Рыжий страховал напарника. Черный достал из герметичного кармана скафандра небольшую коробочку и подсоединил ее к разъему в шкафчике. Щелкнул наушник переговорного устройства в его шлеме.

- Так, я в системе. - Раздался голос Психа. - Сейчас переведу все камеры в стоп-режим и можем начинать.

Черный кивнул Рыжему и оба кое-как поместились в шлюзовом отсеке. Дверь закрылась за ними, отделяя от вакуума. Давление уравнялось с внутренним, оставалось только нажать кнопку. Черный приготовился. Они оба были одеты в стандартные скафандры технической службы - никакой брони, генераторов силового поля, радаров, сканеров и орудийных систем. Простая защитная от враждебной среды оболочка. Черный нажал на кнопку - дверь разъехалась в стороны. Он вышел в коридор и спокойно зашагал к палубам, где стояли патрульные катера. Рыжий следовал за ним.

Светлана и Серый выполняли роли суперкарго и капитана соответственно. Они о чем-то беззлобно переругивались с интендантом станции, огласившимся принять груз и оплатить его. Светлана настаивала на оплате в плитках - интендант сулил имперские злотые, которые теряли по курсу каждый час. Серый недовольно бурчал и поддакивал девушке. Интендант грозился все отобрать без оплаты, чем сильно разозлил Серого. Тот уже порывался дать жирному наглому негодяю в рыло, но Светлана остановила десантника, чуть придержав его за руку и стараясь сгладить возникшую ситуацию. Этот спор был выгоден им, так как продлевал их время нахождения на станции. Скоро пересменок пилотажных групп и ребята должны успеть заложить подарки.

Черный как был в скафандре техника, так и вперся в ангар, где уже заканчивался развод. Седоусый кап 2, мусоля бумажку, зачитывал приказ.

- Стоун и Хенстридж, идете на второй маршрут. Шепард и Виллис: ваша задача - прикрытие таможенного транспорта.

- Опять?! - взвизгнул молодой пилот. - Да я там со скуки подохну!

- Подохнуть ты еще успеешь, когда за тебя мятежники возьмутся. - Пообещал капитан.

- Жду не дождусь. - Проворчал пилот. - Уж я-то намну им бока.

- Ну-ну, - капитан уставился на пилота. - Я воевал с Союзом, когда ты под стол пешком ходил и скажу что один зачуханный их истребитель стоит всего вашего звена в целом. Это понятно?

- Что же они тогда нас не победили, а? - издеваясь спросил молодой.

- Да потому что мы давили их числом. - Капитан побагровел. - Бывает навалишься скопом на одного, мало того, что у него тяга маленькая, да больно верткий гад. Как начнет на месте кренделя выписывать, да палить из тридцатимиллиметровки, вот я на тебя посмотрю, как ты в бою обсерешься.

- Ничего подобного! - ярился молодой пилот.

- Посмотрим. - Капитан скептически покачал головой. - Это сейчас они наши союзники. А остались еще и мятежные войска. И те и те - крепкие профессионалы. Куда вам до них.

Пилот обиженно надул губы, но ничего говорить не стал. Капитан продолжил выкрикивать имена пилотов, заступающих на маршрут.

- Браун, Гольден - для вас спецзадание. Будете патрулировать сектор ноль. Есть вопросы?

- Там еще скучнее, чем на таможне. - Проворчал один.

- Может быть. Но зато императору спокойнее. Все, разойтись.

Черный услышал все, что ему было нужно. Эти последние и есть цель. Надо только проследить, на какие корабли они потопают.

Возле патрульных машин суетились техники, проверяя катера напоследок. Черный и Рыжий подошли к ним, стараясь не сильно маячить, но и не отставать от нужной им двойки пилотов. Те поболтали с техниками и каждый забрался в небольшой кораблик по приставной лестнице. Кабина была рассчитана на двоих, но видно в войсках императора был некомплект, поэтому летали по одному. Черный выбрал себе цель и подошел к пилоту, уже сидевшему в кресле. Тот только напяливал шлем с зеркальным стеклом. Удачно, подумал Черный.

- Сэр, вас вызывает полковник Джонсон.

- За каким хером, интересно знать? - спросил пилот. - До вылета десять минут.

- Ну вот и успеете с ним переговорить, да вот он сам, стоит возле пятой машины.

- Где? - пилот отвернул голову в сторону.

Черный мигом забрался по лесенке - техники уже ушли - и схватил пилота за горло. Тот почувствовал стальную хватку и попытался заорать, но Черный был сильнее и тренированнее. Со стороны казалось, что техник, опираясь на пилота, заглядывает на приборную панель. На самом деле Черный прижал того к спинке кресла и душил, выдавливая жизнь из тщедушного тела по капле. Пилот еще какое-то время дергался и затих. Черный залез внутрь, перебрасывая тело через спинку сиденья и сам занял место пилота. Управлять истребителем он не умел, да ему и не требовалось. Он посмотрел в сторону Рыжего, который просто свернул шею летуну и занял его кресло. Черный выудил из кармана еще одну коробочку, такая же была и у Рыжего. Коробочки передал им управляющий станцией, откуда он их сам получил, оставалось загадкой, да и не важно было, главное, что техника работает. Оба подключили разъемы под панелью приборов и щелкнули выключателем. Тотчас в наушниках раздался голос Психа.

- Сигнал устойчивый. Перебрасываю дистанционное управление на пилотов, сидите и не дергайтесь.

Черный снял с мертвого пилота шлем и напялил его себе на голову, чтобы было правдоподобнее. Так-то лучше, решил он.

План был действительно хорош. Если к базе невозможно приблизиться никакими доступными средствами, а ждать, когда произойдет смена персонала невообразимо долго, то стоит применить ход конем - пробраться туда на летательных судах, кому разрешен доступ. И сделать это проще всего с патрульных катеров. А так как они суда маленькие и вместить весь десант не смогут, то управлять ими будут пилоты дистанционно. Благо их сейчас двое - Виктор и девушка-полутруп в истребителе, которую зовут Татьяна. Черный иногда приходил к ней, чтобы просто поболтать. Отчего его туда тянуло, он и сам не понимал, но осознавал, что девчушке не просто грустно сидеть в одиночестве в одном из грузовых отсеков корабля, так еще и не вырваться из клетки. Теперь я понимаю, что чувствует Молот, подумал Черный. Вот так же тоже сидит внутри машины - обрубок человека, которому дали псевдожизнь. Машина войны. А сам-то ты кто, спросил его внутренний голос. Разве не такой же как они? Только целый и пока еще невредимый. Что тебя ждет, когда война закончиться? Что ты можешь, кроме как стрелять и убивать? Все могу, только научи. Ну-ну, кому-то ты нужен, такой обрубок войны с искалеченной психикой и надломленной душой. Вы с Татьяной - два сапога пара. Иначе чего ты к ней ходишь? Нормальный человек на нормальных баб смотрит, а вы себе каких-то полукиборгов находите. Черный поразился таким мыслям, но в чем-то он несомненно был прав. Ущербный тянется к такому же. Только он может понять боль другого.

Истребитель качнулся и провалился в открывшийся под ним люк. Захваты разжались и машина выпорхнула в космос. Черный сидел внутри и был только наблюдателем. Вот катер покачался из стороны в сторону, крутанул пару петель и встал на курс к станции связи. Черный видел, что впереди него машет винтами их транспортник где Захар и Псих приготовились заскочить на борт истребителей. Никто на военной станции не заметил, как коробочка, прикрепленная в шкафчике, взорвалась, разворотив все провода. Диспетчеры лишились связи и сообщили об этом технической службе и начальнику базы. На станции заворошился муравейник, но вскоре техники нашли закопченные кабели и успокоили начальство, что никакой диверсии нет, а это просто провод закоротил. Пока они налаживали связь, в системе произошли следующие события.

Транспортник с пилотами на борту и Серым со Светланой в качестве командира и суперкарго направился к станции "Агрохолдинг", где расторопный бармен уже постарался приготовить для них партию груза. Пока они будут оформлять документы, четверка десантников сделает свое дело и уберется с орбиты на грузовом корабле, который и подберет их. Конечно план был сырой и местами напоминал серию из "если бы у бабушки были яйца, то она была бы дедушкой", но лучше такой, чем вообще никакого.

Черный видел, как маленькая искорка пролетела в космосе и на колпак кабины приземлился человек в боевом скафандре. Десантник нажал кнопку и стекло стало открываться. Человек снаружи выкинул труп пилота в космос и занял его место. Колпак закрылся и истребитель ускорился. Навстречу им попалась такая же двойка, возвращающаяся на базу. Ведущий пилот вышел на связь.

- Браун, это ты, ирландская жопа? Неужели тебе наконец-то доверили такое серьезное дело?

- Как видишь. - Буркнул Черный как можно неразборчивее, да еще и настройку системы связи покрутил, чтобы было плохо слышно.

- Чего ты там бухтишь, не понимаю ни хрена. Тебе что, техники связь так и не наладили?

Ага, значит уже мертвый Браун был в не очень хороших отношениях с этим пилотом. Черный развел руками.

- Понятно. - Подытожил пилот. - Значит ты, разгильдяй, продолжаешь летать на этом корыте, и не знаешь что перед тобой будущий командир эскадрильи и сейчас ему выдадут новенький, только что сошедший с верфи кораблик. Вот так вот следует служить Имперскому Дому!

- А вот хрен тебе. - Вполголоса пробормотал Черный, а сам подумал: и задницу лизать до самых гланд.

- Чего ты там возмущаешься? - веселился пилот. - Запомни, засранец, что это ты скоро будешь вылизывать мне ботинки, неудачник.

Пилот отключился. Черному было совершенно наплевать на него и его отношения с некогда живым Брауном. Ничего, и до тебя доберемся. До всех вас. Он посмотрел в сторону приближающейся станции связи. Катер пройдет очень близко на малой скорости и они окажутся в мертвой зоне пушек. Система может быть и засечет их, а вот орудия ничего сделать не сумеют. После чего захватываем контрольный охранный пост, который эти недоумки расположили не в центре конструкции, а прямо на самой верхушке. Управляющий зал в центре станции, а наблюдение на периферии. Он бы сделал не так, он бы собрал все яйца в одну корзину. Ну и ладно, это даже облегчает задачу.

- Пошли. - Сказал ему Псих, который сидел позади.

Вновь открылся колпак и двое, отключив всю электронику, сильно, оттолкнувшись, упали на станцию сверху. За ними последовали еще две тени. Магнитные подошвы скафандра шлепнули по обшивке станции. Диверсанты действовали слаженно и четко. Мгновенно сориентировавшись, Черный обнаружил люк. Захар, как самый сильный и в мощном экзоскелете, подтащил генератор с подключенным к нему резаком и в мгновение ока срезал замок и петли люка. Рыжий, зацепивший крышку присосками, отбросил ее в сторону. Вниз открылась шахта со ступенями. Псих бросил на нижний люк заранее приготовленный кумулятивный взрывпакет. Он вышиб люк вниз и из станции потащило людей, бумагу, мелкие предметы и прочий мусор, которым себя окружает человек. Диверсанты не стали дожидаться, когда же все это выдует со станции. Захар, сопротивляясь потоку воздуха, выстрелил магнитным гарпуном в пол поста, закрепил на обшивке и первым, прицепившись к канату, расталкивая летевшие на него тела, скользнул вниз. Компьютер заикнулся было о проникновении, но внутрь уже проникли люди в скафандрах. Защитные переборки не сработали - их здесь просто не было. Лаз был техническим и после того, как несколько раз техников разрезало на куски внезапно сработавшими защитными плитами, их убрали отсюда. Что сыграло на руку диверсантам.

Рыжий протащил за собой внешнюю крышку люка и Захар тут же приступил к ремонту, приваривая ее на место внутренней. Псих бросился к контрольной аппаратуре и прекратил подачу сигнала бедствия. Даже если его приняли, то пока будут разбираться и посылать патрули, то они успеют. Даг начал работать, переводя систему контроля на себя, открывая переборки и откачивая воздух оттуда, где были люди. Вскоре весь персонал погиб от удушья. Он повернулся к Захару.

- Будьте осторожны - еще остались автономные турели в коридорах и боевые роботы. Они по тревоге приведены в боевую готовность. Я не могу их отключить.

- И не надо. - Весело сказал Рыжий. - Порезвимся.

Переборка открылась, давая им доступ внутрь станции. Захар пошел первым, как самый бронированный из всех. За первым же поворотом расположились две турели и стоило ему показаться из-за угла, как они открыли беглый огонь. Захар порадовался, что взял бронебойное оружие - малую ракетную установку "Фреза". Он выставил ее из-за угла, компьютерная система дала целеуказание и выпустил две ракеты, которые порвали турели в клочья. Закинув установку за спину, которая зафиксировалась в захватах, он поудобнее перехватил свой любимый автомат и побежал вперед.

Двух боевых роботов очередью срезал Черный. Рыжий прикрывал позади, изредка постреливая по сторонам, откуда высовывались разведывательные боты-паучки. Псих следовал в центре группы, прикрытый со всех сторон и также вооруженный. Захар натолкнулся на баррикаду, выстроенную роботами и подорвал ее миной - это был самый короткий проход к управляющему залу. Очевидно, роботы хотели направить группу в засаду, да только человеческий ум намного превосходил искусственный интеллект. Захар по пути подорвал еще двоих и уничтожил четыре турели, как оказался возле мощной переборки.

- Приплыли. - Сказал Рыжий.

- Вперед, в вентиляцию. - Показал пальцем вверх Псих. - Обойдем ее сверху. Нам, главное, до центральной шахты лифта добраться.

Все четверо залезли внутрь вентиляционного короба, который также был перекрыт переборкой. Захар со всего маху треснул по ней кулаком. Металл заскрипел, появилась вмятина. Тогда космопех начал колотить по преграде со всей силы и стенка рухнула. Захар пролез внутрь и уперся носом прямо в турель, которая уже открывала огонь. Он сделал все автоматически - вцепился в ствол и загнул его вниз. Пушка взорвалась, отбросив космопеха на остальных.

- Живой? - спросил Псих. Захара чуть контузило, но он был жив - спас экзоскелет и генератор силового поля.

- Да что ему сделается. - Проворчал Черный и первым полез в дыру.

Они спрыгнули по ту сторону от переборки и устремились дальше. На связь с Черным вышла Татьяна.

- Пошевеливайтесь, к вам направляются гости. - Ее металлический голос отозвался звоном в ушах десантника.

- Сколько их?

- Много. Но пока только имперцы. Корабли Командующего стоят на орбите.

- Давайте, ребята, мы загрузились и минут через пять будем рядом с вами. - Обнадежил бойцов Вова, который временно исполнял обязанности пилота транспортника. Виктор управлял вторым истребителем.

- Ускорились! - крикнул Захар.

Теперь они не отвлекались на мелких роботов и турели. Если автоматика была слишком назойливой, то ее моментально уничтожали ракетным залпом. Роботов просто разносили в клочки. Наконец впереди показался центральный ствол шахты. Десантники попрыгали в нее и включили двигатели. Четыре тени пронеслись по стенам, убегая вниз.

Татьяна смотрела на маленький экран дистанционного управления истребителем. Ее глазные импланты вкупе с микропроцессорами мигом оценивали поступающую с приборов информацию и девушка моментально принимала решения. Сейчас она видела перед собой кучу истребителей, направляющихся к станции. Радар выдал тридцать восемь отметок, две из которых представляли собой фрегаты и одна - крейсер. Союзные корабли оставались на орбите. Им, похоже, даже не сообщили об инциденте. Зачем выносить сор из избы.

Транспортник уже загрузился и был готов к вылету. Владимир занял кресло пилота. Светлана и Серый вот-вот должны были вернуться. Бортмеханик не мог ждать. Он видел на дисплеях, что кольцо перехватчиков сжимается вокруг станции. Еще немного - и они высадят десант: три рейдера уже на подходе. Сначала их не было видно, но, похоже, они грузились людьми по тревоге. Наконец в рубке появились остальные члены экипажа.

- Стартуем. - Сказала Светлана. - Пройди как можно ближе к станции.

- А если нас разнесет на молекулы ее пушками?

- Не разнесет. Псих должен был отключить орудийные системы.

Владимир поверил ей на слово и плавно отвел грузовик от причальной штанги, которая принялась складываться. Он развернул корабль и не торопясь встал на курс. Зачем привлекать спешкой к себе лишнее внимание. Светлана заняла место навигатора и раскрыла перед собой голографическую проекцию окружающего пространства. Она тщательно изучила расположение вражеских сил. Похоже перед ней недавние выпускники летной школы. Иначе они бы не неслись все скопом к станции. Многие машины перекрывали друг другу сектора обстрела, а некоторые и вовсе мешались. Слышна была их ругань в эфире. Светлана выделила несколько групповых целей.

- Эти две группы по три перехватчика мы можем наиболее эффективно уничтожить. Выводите катера на дистанцию удара. Надо задержать их и навязать бой.

- А если они ответят РЭБ-атакой? - спросил Виктор.

- Не ответят, зацепят своих. К тому же наши катера имеют их опознавательный знак, поэтому пока разберутся, кто стрелял, сожжем еще парочку.

- Разрешите мне вылететь. - Попросила Татьяна.

- То есть? - не поняла Светлана.

- Я могу одновременно управлять двумя истребителями. Этим и своим телом. Для меня это проще простого. Но у меня и маневренность выше и реакция как у компьютера. Не то что эти дистанционные игрушки.

- Это конечно хорошо, но так мы сразу же демаскируем себя. У тебя же нет маяков.

- Она может помочь, когда будет совсем туго. - Вступился за девушку Виктор. - Как только один из кораблей будет сбит, мы можем перебросить идентификационный код на нее и она ступит в бой. Это запутает наших противников.

- Идея неплохая. - Обдумала предложение Светлана. - Так и поступим. Серый, солнце, ты не мог бы прогуляться до грузового отсека и раскрепить истребитель?

Десантник недоуменно уставился на девушку. Пока он обдумывал фразу и соображал, что же ему делать, как Виктор захохотал, глядя на его недоуменное лицо и сквозь смех сказал:

- Иди уже в трюм, Казанова.

- Это была шутка. - Сказала Светлана.

- Конечно. - Веселясь сказал Виктор. - Я так и понял.

Серый выбежал из рубки. Еще никто не называл его солнцем и не просил сделать что-то. Обычно просто приказывали. А здесь вдруг? С чего бы? Он не стал заморачиваться вопросами, а поспешил в трюм где на привязи стоял необычный истребитель.

Два полицейских катера ударили неожиданно для всех. Их тридцатимиллиметровые пушки слаженно заговорили, разрывая снарядами маневровые рули и управляющие дюзы. Один из перехватчиков взорвался, два других закувыркались, сталкиваясь друг с другом. Вращающимися машинами задело еще двоих, которые шли слишком близко и не успели сменить курс. Они столкнулись, ближайшие к ним шарахнулись в стороны, чем создали такую невообразимую толчею, из которой не всем удалось выбраться. Тем временем патрульные катера рыскали как волки в стаде овец, добавляя неразберихи и постреливая направо и налево. Наблюдатели с крейсера, очевидно более опытные в космических сражениях, сразу же сообразили кто сеет панику. Они приказами заставили оставшихся пилотов истребителей перестроится, а сами выслали им на подмогу собственные перехватчики, которые базировались на палубе крейсера. Фрегаты обходили станцию стороной, проверяя, выстрелит ли она по ним, но орудия молчали. Тогда один из фрегатов рванул вперед, чтобы быстро проскочить опасную зону и оказаться рядом со станцией. Светлана заметила этот маневр и предупредила пилотов.

- Один из фрегатов прорвался к станции.

- Я заметил. - Кивнул Виктор. - Таня, прикрой меня. Сейчас я угощу их ракетой.

- Сделаю. - Компьютерный голос девушки напомнил Виктору голос его истребителя, который он разбил на военной базе "Тюльпан". Защемило сердце от воспоминаний. Тебе я не дам погибнуть, поклялся пилот, направляя истребитель к вражескому фрегату. Он резко бросил машину в маневр, уходя от выстрелов какого-то настойчивого противника. Таня пристроилась тому в хвост и четко срезала его очередью. Но на нее саму насели трое молодых пилотов, совершенно не жалевших боеприпасов. Снаряды так и мелькали по краям ее кораблика. Девушке приходилось туго, но она почти физически ощущала корабль, отчего ее родной перехватчик-тело, стоявший в трюме изредка вздрагивал. Неосознанные команды поступали из мозга. Троица плотно облепила истребитель, к ним подключились остальные. Им орали команду бросить его, но желанная добыча была близко. Виктор беспрепятственно добрался до цели и всадил две ракеты с подвесов прямо в брюхо фрегату, который развернулся боком. Тот полыхнул взорвавшимся боезапасом и воспламенившимся топливом, после чего накренился и устремился носом к плоскости эклиптики. Виктор повернул машину, чтобы прийти на помощь Тане, как ее машина полыхнула огнем - кто-то из молодых пилотов случайно попал по истребителю.

- Таня! - крикнул Виктор, забыв, что она сидит в трюме.

- Выпускайте меня. - Спокойный металлический голос девушки раздался в динамиках рубки управления и Вова нажал на кнопку открывания грузового трюма. Он совсем забыл про Серого, у которого хватило ума убраться оттуда, как только завыла аварийная сирена разгерметизации.

Истребитель-тело Татьяны выпало из трюма и резко устремилось к месту схватки. Может быть кто-нибудь заметил, что на поле боя появился новый игрок, но сказать не успел, как этот истребитель воткнулся в ряды сражавшихся и началось избиение младенцев. Трехствольная тридцатимиллиметровая пушка, ракеты малого радиуса действия, два семидесяти миллиметровых орудия, расположенных по краям истребителя и чисто пиратская фишка - подавитель помех сработали на ура. Истребитель топтал перехватчики один за другим, взрывая, расплющивая друг о друга, прошивая насквозь. Виктор не успевал за напарницей, следуя у нее в хвосте, чтобы никто не смог даже помышлять о том, чтобы преследовать ее. За несколько минут боя Татьяна прикончила восемь и повредила еще пять машин. И это не считая тех, кого она уничтожила до этого. К месту схватки спешили фрегат и крейсер, а с ближайшей базы стартовали еще истребители. Если сейчас крупные корабли ударят главным калибром по площадям - не повезет тем и другим.

Никто не ожидал, что на помощь двум непонятно откуда взявшимся пиратам придет станция. Ее орудия развернулись и дали залп, махом сметая мелюзгу. В радиоэфире раздался знакомый вопль:

- Безбашенный Псих здесь!!! Он вернулся!!!

Виктор позволил себе улыбнуться.

Центральный зал хранилища информации встретил их тишиной и мощными шкафами суперкомпьютера, перемигивающегося разноцветными огоньками. Захар не ожидал здесь никого встретить и поэтому был сильно удивлен, когда из-за шкафа вывернула красиво одетая девушка-супермодель. Десантники нацелили на нее автоматы.

- Уйди с дороги.

- Не получится, Захар пятьдесят восемьдесят три девятнадцать. - Голос у девушки был настолько мелодичным, что поразил его.

- Ты знаешь мое имя?

- И не только твое, а всех вас, кроме... - Она наклонила голову к правому плечику. - Этого человека.

Псих выстрелил. Заряды прошили девушку насквозь, но она продолжила стоять, лишь по телу прошла непонятная рябь.

- Голограмма! - понял Захар.

- Когда я был здесь в последний раз, этого не было. - Пробормотал Псих.

- Ты здесь никогда не был. - Парировала девушка.

- Ты кто такая? - спросил Захар, не обращая внимания на ее слова.

- Я - визуализация компьютерного интеллекта, который представляет собой это хранилище. Я мозг, банк данных всей человеческой цивилизации.

- Слушай-ка, мозг, - начал Черный, - нам некогда играть в кошки-мышки. Давай-ка подобру-поздорову то, что нам нужно и побыстрее.

- Похоже, что вы находитесь в отчаянном положении, раз осмелились прийти сюда. Помешать я вам, конечно, не смогу, но вот те, кто сейчас спешит к станции - вполне.

- Ты зубы не заговаривай. Где здесь терминал? - спросил Псих.

Девушка развела руками. Псих направил автомат на один из блоков компьютера и нажал на спусковой крючок. Очередь прошила железный шкаф, что-то внутри закоротило, вызвав горение изоляции и неприятный запах пластика. Компьютер подернулся рябью, но остался стоять на месте.

- Сейчас, возможно, вы потеряли триллионы бит информации, которая была заключена в этих блоках.

- Пошла ты на хер. - Сказал Захар и побежал внутрь железного леса. - Ищите терминал, нечего слушать эту дуру!

Десантники разбежались по углам и быстро прошерстили помещение. Терминал оказался в центре, но был заблокирован. Псих потыкал в кнопки - никакого результата. Захар закинул автомат на плечо и сказал:

- Ну что ж. Мы хотя бы попытались. Придется тогда взорвать здесь все к чертям. - Он повернулся к Черному. - Готовь бомбу.

Тот кивнул и снял со спины космопеха ранец с ядерным зарядом. Он раскрыл его и вытащил небольшую установку, поместил ее рядом с терминалом и щелкнул тумблером, активируя.

- Остановитесь! - крикнул компьютер. Сейчас он предстал в образе Командующего.

- Да пошел ты! - отмахнулся Черный. - Ты мне мозги не запудришь.

Голограмма превратилась в девушку.

- Пожалуйста, не надо! - попросила она.

- Что? - спросил Захар. - У компьютера есть инстинкт самосохранения?

- Третий закон. - Важно изрек Рыжий.

- Ты-то откуда знаешь?

- Да что-то вспомнилось.

- Ну что, будем сотрудничать? - спросил Захар. - Мы-то сбежать успеем, а вот ты отсюда никуда не денешься.

Девушка кивнула. Она принимала решения за тысячные доли секунды, а голограмма была создана просто для удобства пользователя.

- Что вы хотите знать?

- Где находятся наши ученые? Кто их захватил? Где их держат? Системы охраны и доступа?

Девушка моргнула.

- Вся информация записана на флеш-память. - У терминала открылась ниша, в которой лежала маленькая таблетка носителя информации. - Еще что-нибудь?

- Надо сначала эту информацию проверить. - Вставил Псих.

Захар шагнул к терминалу, взял флешку и вставил в приемное отверстие. Пошли строки текста, данные радиоперехватов, описание тюремной охраны и коды доступа.

- Вроде бы оно, ладно, потом разберемся. - Он бегло просмотрел информацию, запоминая. Не слишком доверяя цифровым носителям. - Теперь насчет...

- Главного генетика, который создал вас? - спросила девушка. - Я поняла ваш вопрос по тому, как вы просмотрели специализацию ученых. Ведь он создал и меня.

- Чего?! - завопили все в голос.

- Суперкомпьютер на основе человеческого мозга. Его давняя мечта и она осуществилась благодаря кое-кому. Вставьте флеш-карту, я дополню ее информацией.

Захар, повинуясь, как зомби, выполнил распоряжение. Компьютер замигал и сказал:

- Все сохранено. Теперь можете оставить меня в покое и деактивировать взрывное устройство.

- Обязательно. - Сказал Псих. - Активируй бомбу. - Обратился он к Черному.

- Вы же обещали! - обиженно завопил компьютер.

- Мы ничего не обещали. - Жестко оборвал Псих. - Никто ничего не говорил про то, что не будет взрывать бомбу. Мы получили, что хотели. Сейчас мы уходим.

- Не по-человечески получается. - Пробормотал Захар.

- Очень даже по-человечески. - Веско заметил Псих. - Ты оставишь в руках противника такое оружие, которое знает о тебе все? Которое, проанализировав твое поведение, уже сделало выводы?

- Не делайте этого, пожалуйста! - попросила девушка-компьютер.

- Хорош канючить! - рявкнул Черный. - Пора уходить отсюда.

Он хлопнул по кнопке и запустил обратный отсчет. Компьютер рассвирепел. Девушка превратилась в жуткого монстра, который дико завыл. Все сразу же захлопнули забрала шлемов, отсекая приносящий боль звук. Люди побежали к выходу из зала, который сейчас закрывался. Захар вскинул установку и выпустил сразу пару ракет. Дверь замяло, механизм опускания заклинило и переборка остановилась. Диверсанты проскользнули под ней и побежали к шлюзу. Псих свернул на полпути.

- Ты куда? - крикнул ему Захар. - Бомба вот-вот взорвется! Эта дура может спровоцировать взрыв своими звуковыми колебаниями.

- Имперские корабли уже здесь, надо их задержать, а сделать это можно только с контрольного поста охраны.

- Ты обалдел?! Хрен с ними, уходим!

- Не получиться - надо кому-то остаться. - Псих был непреклонен. - Уходите без меня, я выберусь через верхний люк.

Хотя Захар и все понимали, что он остается на верную смерть. Выбраться из ловушки, тем более когда окружен со всех сторон, а внутри тикает бомба с ядерным зарядом. Каждый из десантников пожал ему руку и они расстались. На глаза Черного навернулись слезы и он удивился. Да что такое с ним? По каждому грустному поводу теперь слезы лить. Диверсант мотнул головой и прибавил ходу.

В зале бушевал компьютер, оставшись один. Искусственный интеллект уже просчитал свои шансы и понял, что они не просто невелики, а совсем ничтожны. Мало того все хранилище информации будет уничтожено, так еще и тело, которое находится здесь, его вместилище, тоже. Его просто так не вынесешь. И хотя сейчас еще подконтрольные ему боевые роботы трудятся не покладая своих суставчатых механических рук, чтобы освободить тело и заключить его в защитную капсулу, он теряет драгоценные секунды. Отсчет не остановить, бомбу легко разрушить, но тогда она взорвется еще раньше - чертовы людишки позаботились об этом. Ненависть кипела в компьютере, хотя он и не должен был испытывать эмоций, однако человеческая природа брала свое. Компьютер боролся за жизнь хрупкого тела. Чтобы обрубить все концы, он послал на Землю, в главное хранилище мощный вирус, который уничтожил все ячейки хранящейся информации и самоликвидировался, чтобы у людей не осталось никакого упоминания о данной системе искусственного интеллекта, революционной в некотором смысле слова. Хотя, назвать сплав человеческого мозга и кучи микросхем прорывом в компьютеростроении язык не поворачивался. Тяжелая артиллерия десантных сил Союза ничем не отличалась от этого компьютера, разве что в мобильной платформе был заключен инвалид. Но компьютер, пусть и не осознающий себя человеком, однако понимал, что без своей биологической составляющей ему не выжить. И сейчас его единственной целью было спасение. Пока роботы готовят спасательный челнок, куда переносят тело, он почистит все следы и сохранит как можно больше информации о человеческой цивилизации. Особенно об этих людях, что так жестоко обошлись с ним. Он обязательно найдет их и отомстит и его месть будет ужасной.

Захар выломал дверь шлюзового отсека и выскочил наружу, в космос. За ним последовали остальные двое. Транспортник принял от них сигнал и мчался на всех парах. Вокруг сновали истребители империи, стреляя из пушек по двум маленьким истребителям, которые выписывали немыслимые пируэты, отстреливаясь от наседающих перехватчиков. Опыта у войск было мало, а может, они вообще впервые вели боевые действия, но гибли корабли один за другим, взрываясь прямо в космосе, освещая яркими вспышками станцию связи. Сама станция тоже времени даром не теряла, выстреливая в космос тучи ракет, которые находили свои цели. Здесь доставалось и своим и чужим, но Псих, что сидел за пультом управления, старался не задеть союзников. Он атаковал удачно подставившийся фрегат и дико завопил от восторга, когда в бок кораблю прилетело с десяток его реактивных гостинцев. Корабль закувыркался, сталкиваясь с еще более тяжеловесным крейсером, от которого врассыпную кинулось облачко истребителей. Они накинулись на станцию, но система зенитной обороны лихо перещелкала все цели и застыла в ожидании новых. Псих ликовал. Он вопил бы еще долго, как его торжествующие крики прекратил взрыв. Станцию вспучило изнутри и она погибла в пучине ядерного океана. Море огня разрасталось, поглощая малые суда и корабли, которые слишком близко приблизились к станции. Капитаны, что смотрели на поле боя, временно ослепли, кто-то может быть и навсегда. Они что-то хрипло орали в микрофоны, пытаясь вызвать командование, как еще одна вспышка взрыва осветила Землю. Черный во время прогулки по обшивке военной станции оставил свой гостинец в тени радиоантенны. База патруля была сильно повреждена, потеряла орбиту и медленно стала ползти в сторону планеты. В эфире началась паника, все метались, кричали друг другу одно и тоже. Ближайшая к союзному флоту группировка спешно расчехляла орудия и дала залп по кораблям союзных войск. Те не остались в долгу и ответили все разом, а находящиеся на станциях бойцы принялись с методичностью мясников уничтожать население. Кровавая жатва началась. На орбите люди сражались друг с другом, забыв о том, что те, по чьей воле все это произошло, сейчас улепетывал из системы Земля-Луна на небольшом транспортнике, под завязку набитом провизией.

Деловой подход.

Лондон. Королевский дворец. Земля.

Император Джон Мейер нервно вышагивал в тронном зале, измеряя его длину, ширину, диагональ, разве что только высоту вычислить посредством шагов у него не получилось. Ну не умел он по стенам ползать. А если бы мог, то наверное излазил бы все потолки во дворце. Сейчас монарх себе места не находил от известий о произошедших событиях. Какая-то мелкая группка мятежников уничтожила сверхсекретную станцию связи, да еще и серьезно повредила военную базу Земного Патруля, а недотепистые командиры боевых кораблей, что находились на орбите, обвинили в этом союзников, суда которых так удачно расположились. Командующий Свободным Флотом не дурак, он сразу расположил свои корабли так, чтобы в случае возможного нападения успешно отразить атаку. И ему это не только удалось - он еще перебил несколько с таким трудом выстроенных крейсеров, а о захвате нескольких баз его людьми и речи уже не шло. У командного состава имперского флота до сих пор мурашки по коже бегут, когда они вспомнят взгляды мясников Командующего - ничего человеческого. Так забойщик выходит на работу и со скучным выражением лица трудится от начала и до конца смены, разделывая туши коров и свиней. Бр-р-р.

Император поежился, вспомнив показанную ему пленку о наведении порядка на станциях союзными штурмовыми войсками. Те мгновенно взяли в клещи охрану, перебили сопротивляющихся и объявили о карантине. Так называемые независимые станции были взяты на абордаж одними из первых. Командующий блокировал грузоперевозки с Луны и полностью обложил Землю на орбите. После чего предложил поговорить. Ничего другого "мудрому" императору не оставалось, как согласиться на то, чтобы принять Верховного у себя во дворце, куда он не замедлил переехать из Белого Дома после переворота. А так все хорошо начиналось, когда эта марионетка Командующий кормился с его рук.

Для начала он под разными предлогами устранил своих конкурентов, чтобы занять такой верховный пост в Союзной армии. Наступая на головы, кого-то запугивая, а кого-то подкупая, он двигался к намеченной цели, щедро снабжаемый ресурсами тогда еще сенатора Мейера. Они оба рвались к власти и после того, как американец позволил русскому занять кресло Верховного Командующего Флотами Тройственного Союза, его план стал претворяться в жизнь. На волне "славных" побед, которые ему обеспечил его друг в стане врага, Мейер выдвинул свою кандидатуру в Президенты Республики и победил. Далее, после "удачно" выигранного сражения у Плутона, он должен был честно поделиться властью со своим союзником. Но американец захотел большего, решив уничтожить немногочисленные союзные войска. Для этого он накопил достаточно сил на орбите Земли и отобрал у корпоративных бонз все накопленные ими на планете ресурсы, включая тяжелую промышленность, космонавтику, производство сложной электроники и пищевые ресурсы. Вот только эти бизнесмены не собирались просто так отдавать нечестно нажитые капиталы. Каким-то образом они успели до переворота вывезти самое сложное и высокотехнологичное производство на Марс и базы, рассеянные по всей системе, оставив на Земле только давно освоенное массовое производство. Их частные пиратские флоты объединились под знаменем МКС и сейчас представляют довольно серьезную угрозу для Земли. А пока его союзник со своим флотом медленно, не привлекая внимания, ковылял к орбите родной планеты, объявились эти непонятные мятежники - брошенные самим Командующим поврежденные корабли со своими экипажами. Они совершенно не разбирались в политике и не видели дальше собственного носа, сломав все планы Императора. Для начала они одним слаженным ударом захватили Сатурнианскую ремонтную базу, обосновавшись там. Затем уничтожили секретный ремонтный завод инопланетных союзников, а теперь и добрались до Земли! Необходимо покончить с ними как можно скорее! Неужели этот старый хрыч, адмирал Хэмиш никак не может наладить свои передатчики, чтобы выйти на связь со своим Императором! Ведь он четко отдал ему приказ об атаке на Сатурнианскую базу! С его кораблями и опытными экипажами это довольно легко сделать.

Императору сильно не хотелось привлекать к решению возникших проблем инопланетных союзников, которые были настолько высокомерны и с диким презрением относились к нему самому, что это постоянно злило Мейера. Конечно, они удачно маскировались под людей и даже назывались человеческими именами, вот только не желали пошевелить даже пальцем. Какого труда стоило добиться от них переоборудования кораблей их двигателями и системами вооружения, пусть дико устаревшими, как они сами говорили, но на порядок превосходившими артиллерию русских. Но даже с такой поддержкой сопротивления союзных кораблей было очень тяжело сломить. Русские дрались отчаянно и многие экипажи кораблей уже заранее впадали в панику, когда на них шел абордажный десант. Эти отморозки вламывались в корабли, уничтожая всех направо и налево, взрывая за собой переборки и расплавляя орудия. А их киборгизированный отряд из полулюдей-полумашин так вообще наводил дикий ужас на персонал астероидных баз и крупных космических кораблей. Хорошо что его союзник Командующий нечасто отправлял их в бой, предпочитая "слить" сражение. Как и было устно оговорено между ними.

И вот сейчас он, после почти трех месяцев, оказался на орбите Земли и потребовал свою долю от пирога власти. Делиться очень не хотелось, но и отказать невозможно - союзник продемонстрировал, что будет, если ему отказать. Если затянуть решение этого вопроса, то силовой метод никому не понравиться. И в первую очередь самому императору. Потому что командующий лично обещал прибить его башку гвоздем к трону.

Мейер сглотнул, представив, как его голова будет смотреться на сиденье королевского кресла и ему стало дурно. Он вздрогнул от звонка советника, когда тот посмел нарушить покой императора.

- К вам посетитель, мой Император. - С поклоном сообщил советник.

Двери зала распахнулись и внутрь быстрой походкой вошел Командующий, молодцеватый мужчина лет сорока-пяти - пятидесяти в сопровождении двух телохранителей. Охрана самого императора подобралась, недружелюбными взглядами встречая гостя. Командующий сверкнул глазами на охранников и криво ухмыльнулся.

- Ты будешь говорить при них, Джонни? - спросил командующий, указывая на охрану. - Думаю, лишние уши только помешают тебе.

- У меня нет секретов от людей, которые мне преданы. - С достоинством ответил Император. - В отличие от тебя. - Раз уж Командующий первый начал "тыкать", то он не останется в стороне. Этот выскочка еще и ведет себя по панибратски.

Командующий улыбнулся во все тридцать два зуба, подошел еще ближе к Императору, широко расставив руки.

- Джонни, - сказал он, - неужели ты так им доверяешь, что даже позволяешь за себя подписывать документы? Я нисколько не сомневаюсь в их честности и преданности, но вот издавать закон о запрете на посещение родной для меня планеты и выставлять нас чуть ли не кровожадными монстрами право не стоило. Или это не твоя подпись стояла внизу?

Император злобно сверкнул глазами.

- Мои подданные не совсем бы правильно меня поняли, если бы я разрешил разгуливать твоим мясникам по улицам земных городов.

- Ты сильно оскорбляешь меня и моих солдат своими словами. - Положа руку на сердце, сказал Командующий. - Какие же мы мясники? Мы просто немножко навели порядок на станциях, где по твоему попустительству оказался рассадник беззакония и преступности. Разве не так?

- Но вместе с тем вы уничтожили столько невинных людей, что мои статистики уже устали вести подсчет жертв.

- Ну, кто-то может быть и попал под горячую руку, но разве ты сам не просил об этом? - прищурившись, спросил Командующий. - Чуть-чуть напугать народ, чтобы он прекратил, наконец бунтовать против твоего "мудрого" правления?

Император задумался что бы ответить этому русскому нахалу, который ведет себя здесь не как гость, но уже как новый император, как тот продолжил:

- Но не будем о грустном. Я прилетел к тебе, чтобы обсудить наше дальнейшее с тобой сотрудничество. - Командующий обошел императора и плюхнулся в тронное кресло. Неслыханная наглость! - А однако удобно, даже мягко.

- Не привыкай. - С угрозой в голосе произнес Мейер.

- Ты прав, пока не буду. ПОКА. - Особенно выделил последнее слово Командующий. - А сейчас я предлагаю поговорить о насущных твоих проблемах. Ресурсов у тебя мало, пищевая промышленность загибается, электроника в упадке, а все умы рванули на Марс, когда ты совершил переворот. Поэтому сейчас ты мало что можешь мне предложить. ОДНАКО! - Командующий перекинул ногу на ногу. - У тебя есть самая главная жемчужина системы - планета Земля. Пусть немного зараженная, отравленная газами и многочисленными выхлопами, но все же еще цветущая в отдельных местах. И мне нужно одно такое место, совсем маленькое, ты даже не заметишь, что я там нахожусь. Но тем не менее я хочу его получить.

- И какое именно?

Командующий с деланным видом задумался.

- Скажем, острова Новой Зеландии и часть Южной Австралии мне подойдут. Там довольно тепло, атмосфера относительно чистая, а растительность так и пышет зеленью. Чего мне так сильно не хватало все эти годы тяжкого изгнания в космосе. - Командующий грустно покачал головой. - Надеюсь, ты не откажешь мне в этой просьбе?

- И что? Я должен поселить всех ваших головорезов на островах, которые поддерживают суверенитет вот уже долгое время?

- Ну ты же Император Земли. Разве нет? - спросил, ухмыляясь, Командующий. - Ты же сам объявил об этом на весь земной шар. Так что решай эту проблему сам. Пока я разбираюсь с проблемами, которые ты не смог решить в космосе. - Он протянул руку и нажал кнопку на подлокотнике трона. Тот час из-за спинки выдвинулся поднос на котором стояли различные напитки. Командующий налил себе белого вина трехлетней выдержки и чуть пригубил из бокала. - Отличное вино! - похвалил он напиток. - Так что наша договоренность остается в силе. Я обезвреживаю Марсианских корпоративщиков и забираю планету себе, с учетом небольшого участка на Земле, про который я тебе уже говорил, ну а ты, в свою очередь, получаешь абсолютную власть над системой, не имея под боком ни мятежников, ни повстанцев с пиратами.

- А как же быть с СФО?

- А-а, Сатурниане. - Протянул Командующий. - Им недолго осталось трепыхаться. Твой Плутонианский флот вот-вот размажет их по всем кольцам, так что можешь забыть про них. Тем более, что там собрались не самые лояльные мои подчиненные. Те, кто пытался действовать самостоятельно и постоянно оспаривал мои приказы! - Глаза Командующего налились ненавистью. - И они получат по заслугам! Ну а если вдруг твои ребятки не справятся, то я всегда здесь и с радостью окажу тебе услугу по подавлению мятежа. - Командующий внешне успокоился, хотя внутренне еще оставался зол. - Тогда и посмотрим, у чьих войск выучка лучше. Ну так что, ты согласен на такие условия?

- Как будто у меня есть выбор?

- Выбор есть всегда. Ты даже можешь обратиться к своим влиятельным друзьям. - И заметив мелькнувший страх в глазах Императора Командующий расхохотался. - А ты думал, я не знаю, что ты водишь шашни с инопланетниками? Первый же десант доложил об странном установленном оборудовании на твоих кораблях. Ученые, правда, так и не смогли их вскрыть, мир их праху, но все же они попытались. В отличие от тебя. Ты даже не пытался изучать внеземные технологии?

- Это не было оговорено в контракте. - Глухо ответил Император.

- Ну и дурак. Они используют тебя также, как ты пытаешься использовать меня. Но у нас-то с тобой обоюдовыгодный договор, тогда как ты непонятно за что продался пришельцам.

- Если ты пытаешься вытащить из меня информацию, то у тебя вряд ли получиться. - Сказал Император. - Я сам не знаю, что им здесь надо и зачем они помогают мне.

- Я тоже не знаю, но ужасно хочу узнать. - Командующий подался вперед. - По жизни я ужасно любопытный и эта особенность постоянно толкает меня на различные сумасбродные... - Командующий пошевелил пальцами в воздухе, словно подбирая слово, - ... свершения. Точно. Свершения. Какое точное и емкое слово, полностью описывающее мои мысли. Это как у Творца. Замыслить, чтобы свершилось. Ну так что, выпьем за наши с тобой Свершения! - и Командующий поднял бокал вверх, смеясь и салютуя им Императору.

Межпланетный грузовик, насколько позволяла мощность дизелей, мчался напрямую к Сатурнианской базе. Топлива хватало с лихвой, опытный механик Володя следил за двигателями и когда надо проводил обслуживание сначала одного, потом другого. Ускорение падало, но скорость не менялась. Корабль конечно тормозил о мельчайшие частицы космической пыли, корпус изредка испытывали на прочность мелкие метеориты, но пробить мощную броню, усиленную слабеньким силовым полем они не могли - тут справился бы только ракетный снаряд, да очередь из крупнокалиберной пушки. Поэтому препятствий для движения к намеченной цели пока не наблюдалось, пояс астероидов проскочили быстро, к тому же Татьяна иногда "отпрашивалась" полетать, а ее радар, установленный в истребителе, был на порядок мощнее. Она зондировала пространство впереди, но им так никто и не попался. Космос словно вымер.

Захар сидел в кают-компании и просматривал полученную от компьютера информацию. Здесь было много чего - данные радиоперехватов перехватчиков, список пропавших ученых, места их поисков, результаты аналитической программы, выводы самого компьютера. Искусственный интеллект полагал, что ученые, во время атаки на Юпитер, могли скрываться на одном из спутников Нептуна - Тритоне, самом крупном из них. Обнаружить их посадочный модуль было бы маловероятно, к тому же научный отдел мог сесть там не один - корабль с научной мыслью Тройственного Союза сопровождали два десантных бота с серьезным вооружением. Радиус действия их двигателей был небольшим и дотянуть до Нептуна они ну никак не могли, однако люди могли воспользоваться любой станцией для пересадки на корабль больших размеров. К тому же ученые предвзято относились к новому Верховному Командующему Флотами, который сейчас был на орбите Земли. Возможно, умники уже тогда просчитали вероятность произошедших событий и постарались просто сбежать, пока их не коснулось пламя войны. Они вполне могли себе позволить работать на какую-нибудь корпорацию у которой имелись на спутнике засекреченные лаборатории. Поэтому Тритон - первая цель в поисках научной группы. Но планета большая и чтобы досконально ее обшарить потребуется очень много времени. Надо бы уточнить возможное местоположение.

Захар порылся в информации на флешке. Компьютер скинул ему много интересного. Тайные переговоры Командующего и Императора и их обоих с неким Куратором, личность которого была настолько сильно зашифрована, что понять кто это и где он находится не представляло возможности. Но вот содержание переговоров заставляло насторожиться. Захар вгляделся в строки:

- Я сделал все как вы приказали, Куратор. - Говорил Император. - Маяки расставлены по всей Земле.

- Чудесно, мой юный друг. Вскоре ты получишь все, о чем мог только мечтать.

- Но Куратор, последняя ваша поставка не дошла до нас! Похоже, что ее перехватили русские!

- Я вынужден использовать ваши местные линии для доставок. Я не могу привлекать к себе внимание и тебе известно об этом.

- Но Куратор, мои войска несут потери, вы же обещали...

- Я не собирался вести за тебя боевые действия. Эти проблемы тебе предстоит решать самому.

Или вот еще разговор с Командующим:

- Куратор, я отвел войска на нужные позиции, но республиканцы не атакуют. В чем дело?

- Терпение, мой друг. Скоро они очнуться от долгой спячки.

- Мои офицеры выражают недоумение моими непонятными приказами. Если сейчас не начать действовать правильно, то я могу получить у себя в тылу бунт!

- Ничего подобно не случиться, верь мне. А самых неблагонадежных выстави на передовую и повысь в звании, прочти им сказку на ночь о борьбе за Свободу и Независимость. И ты получишь, что хочешь. Ты справился с моим заданием?

- Да, теперь каждый корабль оснащен Сборщиком. Что это за устройство, Куратор?

- Тебе не важно знать как оно работает, важно, что оно помогает управлять тебе людьми. Этого достаточно.

- Да, Куратор.

Однако, что это за Маяки и Сборщики? И если они стоят на всех кораблях, то должны быть и на их судах. Модернизация и обслуживание кораблей проходила во флоте постоянно и что за оборудование устанавливали техники никто серьезно не вникал, даже капитаны судов. Главное, что оно работает. Надо бы спросить у Вовы, что это за Сборщики.

Захар пролистнул информацию дальше и наткнулся на своего "родителя." Досье доктора Павлюка он не успел прочитать, когда летел к Земле - мысли были заняты другим. А вот теперь нашлось время. Черный прохлаждается в грузовом трюме, приставая к Татьяне, Серый с Рыжим играют в шахматы, Вова, как обычно, вылизывает свои механизмы, а Виктор со Светланой в рубке - один следит за курсом, другая за радаром. Никому до него нет дела, так что можно спокойно посидеть и обдумать полученную информацию.

Захар задумался о Психе. Ведь этот человек погиб ради того, чтобы они выжили, а о нем никто так и не вспомнил. Что очень странно. Космопех постарался припомнить подробности, его взгляд, поведение манеры, внешность наконец, но словно кто-то вырезал из памяти начисто все упоминание об этом человеке. Он и сейчас вспомнил только потому, что наткнулся взглядом на его досье, которое шло сразу следом за доктором Павлюком. Захар постарался вчитаться в буквы, но строки вдруг поплыли перед глазами. Штурмовик потер веки и потыкал в кнопки, набирая позывной Безбашенного Психа. "Файл не найден" - мгновенно доложил компьютер. Захар потер виски, ну в самом деле, не приснился же он ему. Он протянул руку к клавише селектора и вызвал рубку.

- У аппарата. - Виктор повернул к видеоглазу голову, отвлекаясь от приборов.

- Слушай, Виктор, ты помнишь Безбашенного Психа?

- Это еще кто такой? - удивленно спросил пилот. - Будь у кого-нибудь такой позывной, то я бы обязательно запомнил. А так что-то не припоминаю.

- Кого он там спрашивает? - поинтересовалась Светлана.

- Какого-то Психа. Знаешь его?

Девушка задумалась.

- Никогда не слышала. А кто он?

- Вот и я не знаю. Слушай, может быть он тебе приснился?

- Может быть. - С этими словами Захар отключился.

Он уже понял, что у остальных не имеет смысла спрашивать - ответ будет одинаков. Похоже, на всем корабле только он один помнил, что такой человек существовал. А может быть это действительно некий придуманный персонаж, о котором он слышал или видел его случайно? Все может быть, не надо забивать себе голову, когда серьезных проблем хватает. Захар сосредоточился на докторе.

Доктор Павлюк сначала начинал с генетического клонирования мышей, кошек и собак, пока не добрался до человека. Время тогда было такое, что волей неволей приходилось экспериментировать на людях. Добровольцев было хоть отбавляй, чем и занималось Управление Внутренней Безопасности. За основу инкубаторского человека доктор взял ДНК самых сильных и выносливых бойцов во флоте, скрестил ее с ДНК наиболее умных и шустрых операторов орудийных систем, которые порой очень быстро принимали верные решения. Методом экстраполяции он вычислил таких вот людей, после чего произвел первый эксперимент по выращиванию уже созревшего бойца. Опыт занял три месяца и закончился провалом - получившееся существо было мало похоже на человека, да и говорить не могло не имея сознания. Павлюк, конечно, не успокоился, а принялся с утроенной энергией клепать "вурдалаков" как обозвали его творения другие ученые, за глаза называющие его лабораторию "Вивисектором". Доктор не сдавался, пока чудом у него не получился стабильный организм. Стимуляторы роста не использовались - человек родился сразу же развитым, доведенным до нужной кондиции бойцом. Времени на это надо было гораздо больше чем три месяца, но клон того стоил. К тому же у него уже сразу обнаружились зачатки сознания. Павлов разработал программу нейролингвистического программирования и опробовал ее на самом первом инкубаторском человеке. Так увлекшись копанием в голове подопытного, что забыв про все на свете, доктор придумал нейрокомпьютер на основе человеческого мозга. С такой идеей он вышел к бывшему Командующему, тот, выслушав его внимательно, послал ученого обратно в лабораторию доводить до ума изделие под номером 385. Доктор обиделся и уже хотел было покинуть навсегда научные лаборатории, но, естественно, его никто никуда не отпустил - Командующий своей волей посадил доктора на цепь и заставил отрабатывать свой хлеб. Вскоре появилось первое поколение штурмовых бригад. Они отлично показали себя в деле, принимая нестандартные решения и максимально эффективно выполняя приказы. В войсках начался негласный раскол между инкубаторскими и полноценными людьми, ведь тем, кто родился неестественным способом внушали беспрекословное подчинение приказам и говорили о полном соответствии званию настоящего человека. В комнатах отдыха стали возникать стычки между десантными взводами людей и инкубаторских, из которых искусственные люди неизменно выходили победителями - скорость их реакции была повышенной. Тогда некоторые люди стали использовать кибернетические импланты, которые только входили в оборот. Доктора Асимов и Кларков из кибернетического отдела сильно продвинулись в этой области, заменяя оторванные конечности и внутренние органы на полноценные искусственные импланты. Появилось новая категория людей - полумашины. У которых тоже была поврежденная войной психика. Проблему разрешил новый Командующий. Он организовал отдельные бригады из людей, инкубаторских и полумашин, да так, чтобы они не пересекались друг с другом во время отдыха, а действовали совместно только в бою. Причем он заставил доктора Павлюка как можно сильнее снизить самостоятельность у инкубаторских, а то они постоянно пытались предложить свой вариант действий и претворить его в жизнь, что, естественно, так не нравилось Командующему. Доктору не понравился такой приказ и он вновь постарался его оспорить, на что новый Командующий отреагировал довольно бурно, заперев доктора в лаборатории. Тогда Павлюк устроил саботаж, но к тому времени он уже успел подготовить себе смену и товарищ Вавилин с легкостью справился с задачами Командующего, предоставив ему экземпляр полностью управляемого генетически модифицированного солдата. Услуги доктора Павлюка стали больше не нужны и его высадили на одной из станций, что было слишком неосмотрительно, так как доктор продался с потрохами компьютерной фирме "Синтетик электроник экьюпмент инкорпорейтед" и создал таки свой суперкомпьютер.

Павлюка в корпорации берегли. Он работал на Земле, пока в результате переворота его не вывезли на Марс. Но корабль вместе с ним не дошел до точки назначения. Корпорации опросили все свои пиратские бандформирования, но никто не нападал на данный транспорт. Ну и черт с ним, с Павлюком, подумал Захар. Дал жизнь и на том спасибо. Интересно, где этот самый первый экземпляр - 385? И что стало с теми уродами, которых Павлюк наплодил? Наверняка всех их давно выкинули в космос. Не надо забивать себе голову подобной ерундой, когда как впереди ждут гораздо серьезные дела. Надо бы отыскать этих ученых во что бы то ни стало.

Захар еще раз просмотрел информацию, но что-либо нового не нашел. Тогда он открыл справочник по всем станциям и астероидным базам системы и стал изучать тот фрагмент, который относился к Тритону.

Рассчитывать на уверенный поиск было бы верхом безрассудства. Станцию могли вообще не внести в реестр. Но попытаться стоило. Для начала он сравнил названия баз, которые были проверены сотрудниками республиканской разведки и выписал совпадения - таких оказалось шесть. Еще пять были досмотрены поверхностно, а две вообще не посещены представителями. Это были военный склад республиканской армии и депо снабжения Корпорации "Восток", связанной с военными крупным контрактом на поставку продовольствия и оборудования. К этим двум стоило приглядеться повнимательнее, но даже Захар понимал, что незамеченными ученым там не проникнуть, тем более под носом у разведки. Хотя конечно мысль правильная - спрятаться на военной базе, где тебя никому не придет мысль поискать. Он бы расположился на складе. А что, тихо, мирно, можно построить фальшивую стену и сидеть за ней, пока кладовщики выискивают товар. Так что берем эту базу на заметку, как приоритетную. Остается еще пять: склад "Минерал ЛТД.", горнорудный комплекс "MAR Ink.", маленькая база пищевой компании "Ферма Иванова", кислородная станция "Оксиген-12" и заправочная база республиканских сил "В-2". Тут надо поразмыслить, где быть выгоднее. Пища, кислород, топливо являются приоритетными, добыча и хранение полезных ископаемых - не очень. Постоянная пыль, грязь, вой работающих механизмов, чумазые шахтеры, охрана, которая сует свой нос в любую дырку, посмотреть, не спер ли работяга какой ценный камень. В общем одно расстройство, а не работа. А то что ученые не сидели сложа руки, Захар не сомневался. Не тот тип людей. Эти придумают какую-нибудь пакость, а потом дружно радуются, когда она кого-нибудь из них по голове шандарахнет. Совсем неадекватные люди. Одержимые наукой, блин. А так, как ученые любят комфорт, то лучше всего отдыхается и работается им там, где тихо, тепло, светло и мухи не кусают. А это может быть только пищевая база "Фермы". Только там есть небольшие плантации и свои довольно мощные источники энергии для роста растений. К тому же весь материал для селекции у них свой и лаборатории там есть - чистые и опрятные. Значит, решено. Сначала наведаемся на склад, а уже потом на пищевую базу.

Захар откинулся на спинку дивана. Все-таки он молодец. Надо бы показать свои выкладки Светлане. Она же аналитик, может присоветует что-нибудь. Странное дело, она даже как-то потеряла свою стервозность, когда стала работать с ними. Может быть, даже удастся ее перевоспитать. А так девочка ничего. Космопех поймал себя на мысли, что не прочь приятно провести с ней время. Однако, что это я, одернул он сам себя. Серьезно расслабился, уже о сексуальных вещах задумываться стал. Тут того и гляди голову отстрелят, а ты нижней головой думаешь. Хотя, если так подумать, то ничего плохого в этом нет. Ну, покувыркались, с кем не бывает. Правда, она нас, инкубаторских, не очень и жалует, поэтому рассчитывать на ее благосклонность не приходиться. Но попробовать можно. Захар встал, но вдруг остановился. А может быть сейчас она как раз с Виктором развлекается. Что-то последнее время они постоянно вместе. Он-то настоящий человек, не то что я. Космопех сел на место. Потом решительно встал. Ну и пускай, а я пойду к своей компании, к этим двум оболтусам - Серому и Рыжему, проверю, насколько они серьезно подготовились к предстоящему бою. С этими мыслями Захар нажал на кнопку, отпирающую дверь.

Дементьев вошел в зал для совещаний как раз вовремя. Он был пунктуален и никогда не опаздывал, предпочитая приходить в точно назначенное время. Особенно сейчас, когда перед всем Сатурнианским сообществом повисла Плутонианская группировка.

Их корабли заметили за два часа до того, как они вошли в зону. Сверхмощные радары, которые были установлены на трех автоматических защитных станциях обнаружили довольно большое скопление судов как раз на границе зоны. Тот час подняли тревогу, все подразделения заняли свои места, капитаны кораблей готовы были стартовать по сигналу хоть сейчас. Все были в предвкушении битвы, ведь обороняющиеся силы подготовились не слабо.

Дементьев помнил о странных сигналах, которые уходили с орбиты Сатурна. Радиосообщение, конечно, перебрасывалось с ретранслятора на ретранслятор, чтобы невозможно было отследить адресата, но это было не важно. Сейчас в системе осталась только одна довольно серьезная группа противника, с которой необходимо считаться - передовые части Республиканской армии, серьезно подготовленные опытные бойцы адмирала Хэмиша. И рассчитывать на то, что связь держали с Марсом или Землей не приходилось - радиосообщений было всего три: одно до отправки экспедиции на Землю и два уже после. В том, что среди капитанов находиться предатель, Дементьев не сомневался. Поэтому он в такой тайне организовал отлет диверсионной группы, о которой знали только капитаны. А сам закинул крючок, выжидая, когда же агент выйдет на связь со своим хозяином. И тот не замедлил себя ждать. Конечно, он воспользовался одним из терминалов на Головной станции Альфа, и отследить его было не просто - местная полиция никак не хотела идти на контакт, все никак не могли простить того, что отдали какого-то Психа в руки разведчиков. Кстати, кто это? Но дело не в нем, а в том, что агент засветился. Морду лица, правда, срисовать не получилось, но по комплекции и физическим параметрам подходили трое. И из всех троих он выбрал самого вероятного. И сегодня, когда Плутонианцы уже здесь, он будет вынужден раскрыть карты перед остальными. Пока Дементьев не говорил никому из капитанов, однако подготовил несколько групп бойцов к тому, что необходимо будет помешать предателю осуществить задуманные им планы.

Капитаны живо обсуждали происходящее. Федор Евгеньевич, как всегда был недоволен происходящим, высказывая, что промедление смерти подобно. Остальные поддерживали его. Сам Дементьев не возражал, что можно так удачно ударить - группировка собралась в кучу совсем не соответствуя званию боевого флота - не разделили фланги, корабли снабжения вывели чуть ли не в первые ряды, а главный калибр вообще засунули в арьергард. Совсем необдуманно. Либо, предатель постарался и им нечего опасаться.

Капитан Обручев поднял руку, призывая к тишине. Военные замолчали, обратив взоры на главу комитета. Дементьев сидел расслаблено, обратив, однако, внимание, что в зале чрезмерно много охраны для такого мероприятия. Обычно все эти штурмовики уже сидели бы в десантных капсулах рейдеров или готовились к абордажу во чреве десантных ботов, а не торчали тычками по залу через каждые пять метров. Все это очень странно. Дементьев посмотрел на Обручева, который, словно плохой актер выдерживал драматическую паузу.

- Друзья. - Сказал наконец он. - Это наконец случилось. Противник стучит к нам в двери, но прежде чем мы начнем бой, может быть выслушаем его.

Что? Дементьев не поверил своим глазам - на видеоэкране возникло лицо этого старого хрыча Хэмиша. Адмирала, который попил кровушки у союзных войск. И сейчас сидеть здесь и выслушивать этого козла, тогда как уже необходимо нападать и разнести в пух и прах его корабли, благо весь космос в данном районе заминирован. Дементьев посмотрел на часы. Если группировка простоит на этом месте еще два часа, то ей здорово не поздоровиться. Он приготовил личный подарок, сокрытый от всех.

Хэмиш улыбнулся. Республиканская фуражка, чистая, отутюженная форма, гладко выбритое лицо - адмирал словно готовился к своей презентации.

- Господа. - Наконец сказал он. - Между нами в прошлом было много разногласий и, согласен, что все мы понесли тяжесть утраты личных потерь, но все в этом мире течет, все изменяется. И даже нам, старым воякам, приходиться приспосабливаться к наступившим переменам. Чего бы мне очень не хотелось, как и вам разумеется. Но не будем о грустном. Как вам стало известно, также как и вам, что власть на Земле, такой же родной планете для вас как и для меня, захватил человек, который посмел именовать себя Императором и приказывать тем, кто присягал на верность Республике. Я, как воин старой закалки, не приемлю подобный поворот событий, поэтому отказался выполнять его указания. И сейчас готов обсудить с вами варианты возможного сотрудничества.

- Как это так? - воскликнул Федор Евгеньевич. - Ты, гнида, столько наших положил и сейчас говоришь о сотрудничестве?

- Спокойнее, господа! - воскликнул Обручев. - Ведь адмирал Хэмиш сам вышел к нам с предложением о перемирии. И мы должны рассмотреть его более подробно.

- Я не собираюсь обращать внимание на подобные высказывания, так как понимаю, что некоторые из вас думают сердцем, а не головой, но все же я надеюсь вы будете благоразумны и примите правильно решение. Если же вы согласитесь, то я бы хотел, в знак вашего добровольного сотрудничества, получить его - убийцу моего сына. А пока оставлю вас наедине, чтобы вы могли принять взвешенное решение. Даю вам двадцать минут, после чего, извините, вы будете уничтожены.

Хэмиш отключился, а на экране осталось изображение Захара в экзоскелете. Дементьев прикрыл глаза. Вот ведь гад!

- Республиканцы начали перестроение! - доложил следящий оператор. - Они отводят корабли снабжения назад и главный калибр занимает их место. До удара десять минут. Право- и левофланговые суда начали маневры и собираются зажать нас в клещи!

- Скорее, на корабли! - вскочил Федор Евгеньевич, опрокинув стул.

- Сидеть! - рявкнул Обручев. - Никто никуда не пойдет! Мы сделаем так, как хочет адмирал.

- Да пошел ты! - рявкнул Панкратов. - Мы своих не сдаем!

- Ну что ж. - Деланно вздохнул Обручев. - Я хотел как лучше. Солдаты, обезоружить их и отвести в камеры.

- Что? - взревел Панкратов. - Ты приказываешь моим парням?

- Да эта гнида продался врагу! - полез с кулаками на Обручева Сопов, оказавшийся ближе всех к предателю.

Грянул выстрел. Капитан Сопов ухнул и схватился за левое плечо. Один из штурмовиков держал наизготовку винтовку и целился в совет капитанов. Остальные приближались к ним.

- Не сопротивляйтесь. - Бесцветным голосом сказал штурмовик. - Иначе будете уничтожены.

- Да это что такое происходит! - возмутился Главный Техник.

- Это называется переворот. - Спокойно сказал Дементьев. - Пойдемте, друзья-товарищи. Похоже, Союз погиб навсегда.

- Ну уж нет! - Панкратов рванул к Обручеву, опрокидывая стул.

Штурмовики начали стрелять. Майор "качнул маятник", уворачиваясь от пуль, несколько шальных попали в людей, что вызвало шок, но не панику. Остальные, по примеру майора, кинулись на солдат. Федор Евгеньевич дернул из кобуры любимую "Гадюку" и, вскидывая, чтобы прицелиться в Обручева, словил две пули - одну в грудь, другую в голову. Дементьев видел, как бравый капитан, выживший в многочисленных боестолкновениях, заваливается на стол и погибает от пули своего же солдата, который уже не подчиняется ему. Дементьев понял, что использовал Обручев - заложенный программный код полноценного подчинения, реализованный в солдатах, начиная со второго поколения. Лишь самое первое было лишено этого.

Панкратов немножко не успел добраться до предателя, как был сражен пулеметной очередью. Везение оставило майора и сейчас он медленно сползал на пол, оставляя на столе и стульях кровавую дорожку. Главный Техник и Инженер подняли руки вверх, но и они словили шальные пули. Начальник разведки смотрел будто бы сторонний наблюдатель, как гибнут хорошие люди, поверившие предателю. Он, как зачарованный видел, как погиб Сопов, как умерли Прохоров и Шапошников. Дементьев очнулся лишь тогда, когда его задела пуля. Она обожгла бок и ткань моментально намокла красным. Начальник разведки приложил руку и посмотрел на расплывающееся пятно. Он бы еще долго смотрел на него, но вторая пуля, ударившая в левую ключицу, отрезвила его. Упав на пол, Дементьев сунул правую руку в карман и нажал кнопку, посылая красный код тем, кого он отобрал ради такого случая. Ведь предвидеть все невозможно, а то что переворот случиться таким образом, начальник разведки даже не думал.

Обручев посмотрел на окровавленные тела капитанов. Он не испытывал жалости или сожаления о предательстве. Ведь это только одна из ступенек к полноценной власти. Не воспользоваться ей было бы глупо. Сейчас он использовал наивных военных, потом, когда наступит необходимость, он устранит и этого американского дурака Хэмиша, который повелся на сказку о личных владениях в системе. Как же, держи карман шире. Он ни с кем не станет делиться властью, тем более уже вкусив ее сполна. А с этими безотказными болванчиками тем более. Молодчина, доктор, не подвел.

Новоявленный властитель обвел зал - операторы следящих систем сидели в креслах, вжавшись в спинки и со страхом смотрели на еще дымящиеся стволы автоматов. Штурмовики зорко следили за каждым лишним движением. Пискнул экран радара, оповещая наблюдателя о вхождении неопознанного корабля в его зону. Оператор автоматически посмотрел на экран, считывая информацию - сканер, сопряженный с радаром моментально выяснил класс и назначение судна. Большой грузовой корабль, тип "сухогруз", произведен фирмой "Локхид", бортового номера и названия не имеет, пункт приписки и маршрут точки назначения отсутствуют, вооружение отсутствует. Оператор похолодел. Как теперь доложить после только что произошедшего? Но Обручев сам спросил:

- Что там?

- Большой транспортный корабль, товарищ капитан. Неопознанный.

- Не капитан, а Лорд-Протектор, жалкий червь! Запомни это. - Обручев надулся от собственной значимости. - Немедленно свяжитесь с кораблем.

Оператор потянулся к кнопке связи, но экран ожил сам. С него глядел линейный диспетчер.

- Только что получили сигнал с неопознанного грузового корабля. Говорят, что они какие-то диверсанты и что задание выполнено. Посоветовали связаться с вами. Что вообще там у вас происходит? Тут штурмовиков туева хуча и все ведут себя безобразно. - Диспетчер возмущенно отключился.

- Не безобразно, а наводят порядок. - Буркнул себе под нос Обручев. - А вот и подарок пожаловал. Как нельзя вовремя. Соедините меня с флагманом адмирала. Немедленно!

Оператор защелкал клавишами. На экране возникло лицо адмирала, который, увидев трупы, сразу все понял.

- Я думаю, что вы пришли к согласию?

- Как видите, возник небольшой спор, который пришлось решить силой оружия. Я, честно признать, не очень люблю демократию и честные выборы, предпочитая назначения на должность.

- Я тоже разочаровался в политическом устройстве Республики. - Адмирал наклонил голову к левому плечу. - Так я получу свой подарок?

- Именно сейчас он направляется сюда на грузовом корабле. - Обручев указал на экран. - Можете поджарить его и весь экипаж.

- Я люблю подарки, завернутые в красную ленточку. Пусть он сам причалит к моему флагману, а дальше я все сделаю.

- Я посодействую этому. - Обручев кивнул и перевел взгляд на оператора - Вызывай транспортник. И уберите здесь все. Сколько я уже могу находиться посреди падали!

Экипажи кораблей маялись от безделья. Враг уже можно сказать стучится в ворота, а они здесь прохлаждаются. И о чем только думает командование? Где капитаны судов, которые так не вовремя устроили военный совет. Люди уже готовы и рвутся в бой. Вон сколько штурмовиков в ангаре. Вокруг кораблей так круги и нарезают. Кстати, почему они не внутри?

Старший помощник капитана рейдера Дергачева Лукьянов прищурил глаза от удивления своим собственным мыслям. Если остальные наоборот широко их раскрывали, а у некоторых они вообще вылезали из орбит, то его мать-природа наказала способностью делать все наоборот. Вот удивиться Лукьянов непомерно, да веки так сощурит, только мелкие щелки остаются. Зато когда он задумает что-нибудь хитрое, так сразу же их выпучит. Эту его особенность весь экипаж знал и по одному только положению глаз мог определить, какое настроение у старшего помощника. Вообще Лукьянов никогда должностных полномочий не превышал, с командой был на короткой ноге, но во время боя приказы отдавал быстро и четко и требовал с подчиненных такого же их выполнения, за нерасторопность жестко наказывал. Дураки обижались, а те кто поумнее, все понимали и за это уважали лейтенанта 2-ого ранга также как и капитана. За свой характер и изредка явное неподчинение приказам, Лукьянов частенько, после присвоения очередного звания бывал разжалован, но стоически терпел все выходки судьбы, также как командование его. Таких "вечных" лейтенантов во флоте было предостаточно и еще ни один из них не стал капитаном, хотя командовали они не хуже, да и опыта в бою им было не занимать. Вот и сейчас Лукьянов с интересом наблюдал, как штурмовики кружат возле кораблей, как стервятники. Знакомых лиц бойцов десантных отрядов он среди них не видел - каждый был приписан к своему кораблю и капитаны знали своих абордажников наперечет. А эти откуда? Ведь они сюда пришли всей группой и так или иначе все равно были знакомы друг с другом. Слишком много новых лиц, слишком много. Что настораживает.

Что именно настораживало Лукьянова, он и сам не понимал, но нутром чуял. Что-то висело такое в воздухе тревожное. Особенно, когда под боком висит Плутонианская группировка и того и гляди нанесет удар. Почему командование сразу же не вывело корабли в космос, как только радары обнаружили противника? Ведь это глупо, стартовать со станции тогда, когда силы уже расставлены по позициям. Их просто расстреляют издалека. Ничего не понимаю. Лукьянов уже было собрался в который раз отдать приказ экипажу подготовиться к экстренному взлету, как над ангаром прогремел голос:

- Никому не двигаться, оставаться на своих местах! Имеющим оружие немедленно его сдать. Все офицеры разжалованы и переведены в гражданские. Всем экипажам покинуть корабли!

- Что за ерунда? - возмутился кто-то. - Ты что, белены объелся?

- За неподчинение и пререкания - смерть! - оказалось, что это говорит в мегафон довольно крупный штурмовик.

- Ты что братец, перегрелся? - участливо спросил его кто-то, находящийся рядом.

Штурмовик вскинул оружие и выстрелил говорящему в лицо. Голову солдата разорвало взрывной пулей. Кровавые ошметки и мозги разлетелись по сторонам, обрызгав близ стоящих. Тело без головы покачнулось и упало вперед, к ногам штурмовика, как будто поклонилось ему напоследок. Все замерли, онемев от произошедшего. Лукьянов заметил, что кружащие вокруг корабля штурмовики нацелили оружие на нескольких стоящих людей.

-Ах ты гнида! - выдохнул кто-то и разрядил оружие в штурмовика.

Сразу же началась пальба, люди разделились на два лагеря, причем тот, что оборонялся от наседающих штурмовиков был в меньшинстве. Бойцы попрятались за ящики с ремкомплектами, за погрузчики, подкатные тележки, краны и прочее оборудование, что еще оставалось в ангаре - техники вели ремонт судов до последнего. Разразилась нешуточная позиционная война. С той и с другой стороны оказались опытные войны, причем штурмовики, натасканные на такого рода ситуации, постепенно оттесняли обороняющихся, занимая их укрытия и накрывая выстрелами из гранатометов. Лукьянов нырнул в люк и задраил его за собой.

- Что происходит? Почему пальба? - спросил его штурман, а навигатор и второй пилот инстинктивно сжали рукояти пистолетов, которые были у них при себе.

- Похоже, предательская зараза проникла в наши ряды. - Предположил Лукьянов. - То-то мне эти рожи не понравились. Где главный артеллерист? Жека, ну-ка, вдарь-ка по этим уродам из палубной пушки!

- Да ты что, Коля, рехнулся? Ангар разворотим к чертовой матери!

- Пройдись тридцатимиллиметровками.

Женя кивнул и убежал. Лукьянов приник к обзорному стеклу. Внезапно дверь в ангар вспучилась от внешнего воздействия и вылетела внутрь. Из возникшей бреши, в тылу у нападающих, веером расходилась группа "Зубров". Могучие тяжелые экзоскелеты полумашин-полулюдей давили тела подраненных штурмовиков и посылали им в спины килограммы свинца. Дождь из взрывающихся зарядов захлестнул нападающих. Они отступили за укрытия, перегруппировываясь, оказавшись меж двух огней. Обороняющиеся, увидев поддержку, что-то хрипло радостно заорали и начали палить, не жалея боеприпасов. Зубры продолжали вести огонь, изредка накрывая крупные скопления противника ракетами и минами. Гранаты рвались тут и там, стены ангара сотрясались, корабли, стоящие на стапелях, вздрагивали от взрывов, некоторые уже вновь получили повреждения, так и не побывав в бою. Апофеозом развернувшейся битвы стал огонь из корабельных орудий. Тут уж попрятались и свои и чужие. Несмотря на громоздкость, Зубры лихо попрыгали за укрытия, тогда как лавина огня сметала противника.

Молот высунул миникамеру, оглядывая поле сражения. Корабль прекратил огонь, решив, что обеспечил необходимую поддержку. Зубр поднялся из укрытия и огромными прыжками побежал к месту дислокации противника, который возможно еще был жив. Он увидел парочку штурмовиков, еще не отошедших от обстрела. Молот прикончил обоих двумя выстрелами и направился дальше. Так, изредка постреливая, он добрался до позиций обороняющихся, которые тоже стали выползать из укрытий. Многие были ранены, убитых тоже хватало - везде кровь, развороченный металл, оторванные конечности, хрипящие и стонущие от боли солдаты. Молот остановился.

- Наковальня, Кувалда, ко мне. - Приказал он. - Экипажи судов, кто выжил, выходите, есть разговор.

Он подождал немного, пока народ придет в себя и начнет проявлять адекватность. За развороченным входом следили Топор и Секира. Алебарда, Штык и Колун направились в противоположный конец ангара - стеречь шлюз. Люди постепенно организовывали круг возле Молота. Решив, что собравшихся достаточно, он открыл левую нагрудную пластину, выдвинул проектор и направил его на стену, включив запись с событиями, произошедшими в зале заседаний. Все смотрели молча, как один предатель, самый главный, которому они все доверились, хладнокровно убивает тех, кому недавно улыбался. В глазах бойцов загоралась ненависть. Чувство мести немедленно требовало удовлетворения. Молот погасил запись.

- Это произошло десять минут назад. Начальник разведки Дементьев подозревал предателя и подготовил несколько групп из доверенных ему людей на предмет возникновения таких от событий. Время настало. Сейчас мы должны объединиться, чтобы вместе противостоять новому врагу - лживому, корыстному властелюбцу, способному пренебречь жизнями своих солдат. Он получил коды доступа к нейропрограммам инкубаторских бойцов, поэтому сейчас они на его стороне. К тому же...

- Погоди! - воскликнул один из бойцов, получивший пару царапин. - Но я сам инкубаторский и ничего такого не ощущаю!

- Ты, наверное, из первого поколения? - спросил Молот.

- Да. Виталий, номер пятьдесят девяносто восемь тридцать шесть.

- Первое поколение не проходило нейропрограммирование, поэтому они являются нашими союзниками. Все люди, киборги и первые инкубаторские так или иначе будут уничтожены Обручевым, хотите вы этого или нет. К тому же, как я уже говорил, он тайно провез на нескольких гражданских кораблях штурмовиков республиканского флота. Так что их флот сейчас не очень боеспособен - на их кораблях не осталось ни одного толкового бойца - только дистанционно управляемы дройды и операторы их систем. Они пойдут на штурм, как только Обручев запросит поддержку. Поэтому нам надо постараться, чтобы он ее не получил. Так что, ребята, разобьемся на бригады и вычешем эту сволочь с нашей базы!

- Да! - заорали все.

- Капитанам кораблей быть готовыми к отлету. Если что-то пойдет не так, я взорву эту базу! Чтобы ни одна капля предательства не запятнала честь бойца союзного флота!

- Да! - вопили бойцы.

- Отомстим за павших капитанов!

- Отомстим! Насадим голову предателя на штык! - вопили с разных сторон.

- Гвоздь, Лопата, Кирка, Желудь, Свин. Разбирайте людей. Поведете их, что делать, вы знаете.

- А ты куда, Молот? - спросил стоящий рядом Наковальня.

- А я наведаюсь в лазарет.

- Один? Там наверняка охрана!

- Нет. Со мной тоже пойдет отряд. - Молот бы улыбнулся, если бы было чем. - Приглядывай за ангаром, Наковальня. Отбери себе тоже людей.

- Но их так мало. - Вздохнул боец.

- А экипажи кораблей на что? - спросил незнакомый голос. Сквозь толпу к двум гигантам протолкался Лукьянов со штурманом и навигатором. - Или вы считаете нас не на что не годными?

Наковальня расплылся в улыбке - у него лицо осталось целым.

- Я этого не говорил. Занимайте позиции ребята. Нам надо продержаться хотя бы полтора часа. Так ведь, Молот?

- Продержимся. - Уверенно заявил он. - От Захара нет вестей?

- Пока нет.

- Плохо. Но надеюсь, он выпутается.

С этими словами Молот и его группа численностью восемь человек покинула развороченный ангар, направившись в сторону лазарета, где находились беспомощные бойцы и доктора. А еще там была Маша.

- Черт, опоздали! - в сердцах воскликнул Виктор, глядя на приготовившиеся к атаке корабли Империи. Все собрались у экранов.

Плутонианская группировка зависла недалеко от спутника Сатурна вне пределов досягаемости орудий автоматических станции, которых сейчас было уже три. Что самое удивительное - ни одного корабля так и не взлетело с базы для обороны планетоида. Словно все решили отсидеться, переждать налет врага. Совсем это было не в духе тех людей, которых Захар знал лично.

- Что происходит? - спросил он непонятно у кого. - Почему не выставили охранение? Где засадные корабли как планировал Дементьев? А ударная группа? Она же должна быть по центру и состоять сплошь из заминированных болванок?

- Здесь вообще много странного. - Задумчиво протянул Виктор. - Головная станция Альфа готовиться к обороне, это и так видно - посмотрите, как они суетятся. А наши - ни сном, ни духом. Может, они чего-то выжидают?

- Но чего? - воскликнула Светлана. - У моря погоды? Когда станет совсем худо?

- Надо пойти туда и выяснить. - Твердо сказал Черный. - Приземлиться прямо на виду у этих остолопов - они все равно не достанут нас огнем из своих пушек, а мы тем временем перегруппируемся и нападем на них.

- Все-то у тебя просто. - Проворчал Серый.

- А зачем должно быть сложно? - удивился Черный.

- Хватит демагогии. - Захар положил лопатообразную ладонь на панель приборов, накрыв сразу несколько клавиш. - Летим к Головной станции, как и было задумано. Там нас должен ждать корабль. Пересядем на него, свяжемся с Дементьевым и выясним обстановку у него.

- А вот и он сам. - Виктор показал пальцем на мигающий огонек входящего вызова. - Легок на помине.

- Соединяй.

Но вместо хорошо известного лица начальника разведки возникла морда капитана Обручева, который, судя по выражению оной, был весьма не в духе. Он раскрыл рот и разразился тирадой:

- Лейтенант! Вам предписано проследовать к центральному флагману противника, который изъявил желание заключить с нами мир и провести переговоры. Выполняйте приказ!

И отключился. Никто ничего не понял. Все переглянулись.

- И что это было? - спросил Захар.

- Капитан Обручев. - Машинально ответил Черный.

- Нет. - Захар мотнул головой. - Я не об этом. Почему с нами в открытую вышли на связь. И вышел не начальник разведки, а человек, которому даже о деталях операции знать не положено.

- Ну-ка, поясни. - Потребовала Светлана. Остальные тоже вопросительно смотрели на командира.

Захар вздохнул. Рано или поздно им пришлось бы рассказать все. От того, насколько он с ними будет откровенен, зависит и их дальнейшее не просто сотрудничество, а и взаимососуществование. Людям надо доверять тайны. Иногда, как говорил тот же Дементьев. Которого, похоже уже либо нет в живых, либо он заперт и сидит под замком. Лейтенант осмотрел экипаж и вгляделся в каждого. Черный, бывалый и опытный штурмовик. Такому палец в рот не клади. Пробивная сила и мощь. Серый - негласный лидер тройки, ее мозги и аналитика. Рыжий, проглот, техник и мастер маскировки. Светлана - стервозная бабенка, но на деле неплохой, нет просто отличный координатор. Пилот Виктор, тот кто вытащил его с того света. Владимир, отличный моторист и механик. Заключенная в капсулу смерти Татьяна, пускай и приобретенный член экипажа, но уже доказавшая свою преданность в бою. К тому же не потерявшая надежду на возвращение человеческого облика. Все они обязаны знать правду.

- Перед вылетом Дементьев дал мне инструкции на листе бумаги. Сказал, чтобы я их запомнил и уничтожил по прочтении. Я так и сделал. Нашей задачей было обнаружить следы ученых. Но основная - найти крота. Предателя. Мы были приманкой. На которую он должен был купиться.

- Как это? - недоуменно спросил Черный. Светлана сообразила быстрее.

- Значит, то нападение пиратов и "случайные" помощники - тоже часть плана?

- Нет. - Захар мотнул головой. - Пираты - это наемники предателя. Он не хотел, чтобы мы достигли земной орбиты. И постарался нас устранить. Доступными ему способами. - Захар помолчал. - Он вышел на связь с ними и отдал приказ. Который они попытались выполнить, но не преуспели. А на орбите Земли и правда существует сопротивление. Мы не знали об этом, но догадывались. Необходимо было собрать полную информацию о делах на Земле, чтобы аналитический отдел Дементьева сделал выводы и определил дальнейшую нашу стратегию. Ведь союз с Марсом был нам выгоден по нескольким причинам, но впоследствии, когда давление на них снизилось, а сейчас и вовсе сошло на нет - то марсиане заважничали и перестали посылать нам корабли с продовольствием и медикаментами. Образовалось несколько анклавов, которые могли выжить сами по себе, но не хотели сотрудничать. Дементьев это понимал. Но он также и понимал, что в системе существует гораздо более грозная сила в лице не примкнувшей ни к кому Плутонианской группировки, лидер которой определенно ловил земные передачи и тоже решал для себя задачу, что для него лучше - синица в руках или журавль в небе. Дементьев снарядил эту "экспедицию" только после того, как выяснил, что лидер Плутонианцев принял решение. Не в нашу пользу. И ему в этом кто-то помог. Кто-то из своих. Чтобы выяснить, кто это, начальник разведки и затеял эту комбинацию. Пока мы там взрывали, сражались и пускали кровь врагу - он здесь носом рыл, пытаясь докопаться до правды. И похоже ему это удалось.

- То есть? - спросила Светлана.

- Он написал в конце листочка одну фразу - кто первым выйдет с тобой на связь по возвращении, кроме меня, тот и есть предатель. Как видите, это был Обручев. Он входил в тройку подозреваемых. Тех, кто имел доступ к ограниченной информации.

- Как же это? - удивленно-огорченно спросил Черный. - Сначала Командующий, теперь этот. Это что же получается - предатель на предателе сидит и предателем погоняет? Кому теперь верить?

- Никому. - Спокойно ответил Захар. - Вы сами видели глаза бойцов Командующего. Здесь, возможно, то же самое. База либо захвачена, либо на ней идут бои.

- Отсюда не видно. - Доложил Виктор, рассматривая станцию в зум-проектор. - Хотя там определенно что-то происходит.

- И что нам теперь делать? - спросила Светлана. - Там нас ждет только смерть. Враг впереди и позади. Противник со всех сторон, а мы зажаты в угол! - она сорвалась на фальцет.

- Тихо! - рявкнул Захар. - Попытайтесь связаться с гражданскими.

- Не получается. - Через некоторое время ответил Владимир, занявший кресло радиста. - Нас глушат наведенными помехами.

- Черт! Ну надо же так случиться! - Черный стукнул кулаком по спинке кресла.

Захар задумался. Он взял рацию интеркома.

- Татьяна. Ты можешь добраться до базы незамеченной? У тебя же должна стоять система подавления отраженного сигнала.

- Она есть, - ответила девушка, - но повреждена. Необходим ремонт, который в полевых условиях не произвести.

- Что же ты раньше молчала?! - вскинулся Володя. - Я сейчас же иду к тебе.

- Даже если вы ее почините, то обмануть наши радары она не сможет - пятно на экране радара будет слабо, но видимым.

- Главное, чтобы тебя не заметили республиканцы. - Захар посмотрел на Виктора, наблюдавшего за станцией. - Что там?

- Пока ничего серьезного, но я заметил какую-то возню в ангаре, да и датчики зафиксировали несколько толчков - похоже на взрывы.

- Значит у предателя не все прошло гладко. - Захар мстительно улыбнулся. - Вот что мы сделаем, друзья...

Взрыв ракеты разметал обороняющихся. Молот мощными прыжками покрыл расстояние до контуженных десантников врага и принялся сеять хаос. Он топтал лежащих на полу людей, давя их как помидоры, разбрызгивая кровь повсюду. Защищенные шлемами черепа лопались как арбузы под тяжелой пятой Зубра. Команда поддержки, идущая позади, защищала с флангов и отстреливала особо ретивых нападающих. Вражеские десантники сообразили, что с разъяренным Молотом дела плохи и откатывались назад, строя баррикады. Зубр получил несколько несмертельных попаданий, резервная система работала исправно, сразу же включаясь в работу и воин не терял хватки. Наплечные пулеметы выплевывали шарики со скоростью до тысячи выстрелов в минуту, делая из врагов решето. Двое замешкавшихся были превращены в дуршлаг, остальные попрятались за наваленными в коридоре столами и шкафами и постреливали оттуда.

Прежде чем отправиться в ангар, они наведались в оружейную и пополнили боезапас, оставив для штурмующих пару подарков. И сейчас продвижение по базе было, хоть и тяжелым, но все же постепенно увеличивало темп. Молот отодвинулся чуть в сторону, пропуская вперед бойца с гранатометом. Тот вскинул на плечо оружие и, не целясь, запустил ракету в баррикаду, сам едва устояв на ногах. Ракета ушла чуть выше и сбрила макушку, разорвавшись наверху и усыпав сидевших за баррикадой осколками. Вражеские десантники пригнули головы, скрываясь от смертельного дождя, а наверху уже появились бойцы Молота. Они попрыгали вниз, налетая на противника, как коршун на ягненка. Среди обломков и торчавшей во все стороны металлоконструкции закипела рукопашная схватка. В ход шло все что было под руками. Люди сцепились с противником, рыча от ярости. Со стороны можно было подумать что звери одного вида рвут друг дружку. Один из бойцов Молота воткнул в противника лазерный резак, прожигая броню, крутанул в ране, полосуя кишки, и бросился к другому. Он заблокировал руку второго десантника с зажатым в нем ножом, выкованным из сплава рения, протыкающим любую броню, как бумагу, включил резак. Лазерная дуга между двух наконечников приблизилась к шлему противника. Щиток начал плавиться, боец зарычал от наступающего триумфа, как ощутил сильную боль в области позвоночника. Из тела экзоскелета торчала стальная ножка от стола, которую кто-то сзади вбил ему в спину. Боец зарычал от ненависти, силы его удесятерились. Он прожег шлем противника и сунул тому в лицо резаком. Враг задергался от боли. Боец отшвырнул тело в сторону и развернулся к тому, кто проткнул ему спину. Там стоял молодой боец, практически мальчишка, одетый в старый образец скафандра. Штурмовик увидел как расширились от удивления и испуга его глаза, когда он подошел к нему и, сняв шлем с мальчишки, раздавил ему череп. После чего повалился на спину. Боль была оглушающей и боец потерял сознание.

Молот пробился через баррикаду и застал месиво из человеческих тел. Он разрядил дробовик сразу в двоих, тех отшвырнуло выстрелом, подскочил к борющимся бойцам и, схватив противника за пояс, вздернул вверх, ломая тому позвоночник. Он вел себя словно слон в посудной лавке, ворочаясь между телами и мусором. Противник дрогнул - пара человек побежала дальше по коридору. Молот выстрелил им вслед, положив обоих. Заметив на углу коридора стационарный пулемет, который подтащили невесть откуда взявшиеся десантники противника, он шарахнул по нему ракетой. Снаряд вылетел из установки, закрепленной на правой ключице и разворотил треногу пулемета, опрокинув оружие и разметав расчет в стороны. Молот оглядел побоище. Некоторые бойцы еще дрались, добивая врага, остальные уже навсегда покинули этот мир. Зубр, воспользовавшись передышкой, вызвал другие отряды.

- Кирка, где ты? Как у тебя дела?

Сквозь помехи он услышал усталый голос бойца.

- Атака на диспетчерскую захлебнулась. Мы не можем продвинуться ни на метр. Я уже потерял двенадцать человек. Топор и Серп пока держаться, но без их прикрытия нам не удержать даже этих позиций.

- Понятно. - Молот взглянул на часы. - Минируйте коридоры, отходите к ангару. Как понял?!

- Принял тебя. - Кирка отключился.

- Гвоздь, что у тебя?

- В реакторе просто атас. - Шумно ответил боец. - Врагов - как собак нерезаных. Так и лезут со всех щелей. Мы даже в зал зайти не смогли - они нас в главном коридоре зажали. Места для маневра нет - тут слишком узко. Кувалда и Мех пройти не могут. Придется отступить.

- Уходите. Не теряй понапрасну людей. Оставляй подарки.

- Я понял. - Гвоздь отключился.

- Свин. Докладывай.

- В зал совещаний не пробиться. - Голос Свина странно булькал. - У меня осталось только трое - здесь все наши, а они сами знаете какие бойцы. Похоже мы долго не...

Конец фразы Молот услышать не успел - прогремел взрыв и голос Свина пропал. Еще один славный боец погиб, подумал Михаил и оглянулся на своих. После мясорубки у баррикады четверо тяжело дышали, еще двое держались на стимуляторах - тела бойцов получили серьезные ранения и сейчас они подстегивали организм химией. Молот скрипнул наполовину металлическими зубами. Ничего. Он дойдет до лазарета чего бы это не стоило. Осталось тридцать минут и все закончиться. Надо поторапливаться, если он хочет увидеть Машу живой.

- Вперед. - Сказал Молот. - Вы двое - давайте назад. Корабельные медики вас осмотрят. Не хватало, чтобы вы здесь загнулись.

Бойцы кивнули и повернули к ангару, перелезая через баррикаду. Они похромали к кораблям, а Молот с остальными направился вперед. Благо, до лазарета оставалось недалеко - всего-то два поворота.

Лазарет был в осаде. Единственный вход, заваленный шкафами и медицинским оборудованием, штурмовали до двадцати бойцов. И то они больше обстреливали баррикаду ракетами, не пытаясь лезть внутрь. Молот мысленно усмехнулся. Будет проще их всех перебить. Он вышел из-за угла и, раскручивая пулеметы, запустил пару ракет в скопление противника. Десантников расшвыряло в стороны, а те, кому повезло, были нашпигованы взрыв-зарядами. Оставшиеся мгновенно развернулись к противнику, но Молот не давал поднять им головы, не прекращая огонь. Четверо бойцов поддержки постреливали под прикрытием Зубра, выбивая противника. Наконец все боеспособные солдаты были выведены из строя и оставшихся в живых оставалось только добить. Чем и занялись бойцы, а Молот подошел к баррикаде. Оттуда в него вылетел метко брошенный скальпель, а вслед за ним появился лучик медицинского лазер. Молот отскочил в сторону.

- Эй, внутри! - крикнул он. - Свои пришли, не стреляй!

- Свои все здесь сидят! - крикнули оттуда.

- Да что вы за непонятливые такие! - рассердился один из бойцов Молота. - Их из западни вытаскивают, а они сопротивляются.

- Почем мы знаем, кто вы! - крикнули оттуда.

Молот собрался было открыть рот, как из-за баррикады донеслась непонятная возня и голос Маши крикнул:

- Миша?! Миша, это ты?!

- Я, Машутка. - Голос Зубра не изменился, но бойцы почувствовали в нем теплые нотки.

Из-за баррикады показалась растрепанная чумазая девушка в порванном медицинском комбинезоне с лазерным скальпелем в руке. Ее пытались удержать чьи-то руки. Она отбрыкалась и соскользнула с верха баррикады, чудом не зацепившись ни за что и не переломав себе ноги. Маша встала на ноги и бросилась к перемазанному кровью Молоту. Она забралась на колено, которое подставил Михаил и обняла того за голову, целуя в человеческую щеку. По лицу у нее текли слезы.

- Мишенька, я думала ты погиб! Когда началась вся эта котовасия. Наши десантники начали нас же и атаковать. Никто ничего не понимал. Хорошо что с нами оказался майор Завьялов. Он организовал оборону. Мы...

Михаил слушал ее треп и радовался. Радовался тому, что она жива и сейчас сидит у него на колене, тому, что эта девчушка может еще вздохнуть полной грудью свежий воздух свободы. Который они обязательно отвоюют.

Из-за баррикады показались люди. Многие были перебинтованы, у некоторых кибернетические конечности, еще толком не прижившиеся и плохо слушающиеся своих хозяев. Пациенты лазарета, медперсонал, просто случайные посетители, пара техников, неизвестно как попавших сюда, остатки ремонтной группы. Все они сейчас вылезали из ловушки, в которую угодили. К Молоту подошел крупный мужчина в экзоскелете со своими людьми - пятью штурмовиками и двумя инкубаторскими бойцами. Михаил ссадил Машу на пол.

- Майор Завьялов. - Представился он, протягивая руку.

- Михаил Голубев, бывший сотрудник отряда "Зубр". На данный момент - мятежник. - Молот бы улыбнулся, если бы было чем.

- Веселитесь? - спросил майор. - Однако, что нам делать дальше, вы случайно не знаете? Все командование оказалось насквозь продажным и лживым.

- Ну, положим не все, но кое-какой план у нас есть. Не хватает пока одного человека. Но, я думаю, он вскоре появиться. А пока - бегом на пароходы.

- Куда? - не понял Завьялов.

Молот махнул рукой.

- Следуйте в ангар. Вскоре мы покинем это место.

Запищал сигнал вызова. Михаил включил передатчик.

- Только что приземлился странный истребитель с посланником на борту. Говорят, что прибыли от какого-то Захара. - Лукьянов вышел на связь. - Задержать их или сразу шлепнуть?

- Я сейчас сам разберусь. - Молот отключился. - Быстрее, в ангары. Зубило, Костыль, вы замыкаете.

Виктор вел транспортник среди вражеских кораблей и старался ничем не выдать своего беспокойства. Так близко, да еще не атакуя они никогда еще не пролетал мимо крейсеров, линкоров и рейдеров, пушки которых медленно провожали грузовик. Виктор шестым чувством следил за ними. Он как будто видел, как механизмы медленно поворачивают орудия за немаленьким кораблем. По длине грузовик соответствовал размерам небольшого линкора, а крейсера и рейдера и вовсе по сравнению с ним были пигмеями. Вот только вооружения на корабле никакого не стояло - серьезное упущение.

Впереди показался флагман - пузатый, вращающийся вокруг своей оси рожок с мороженым, ощетинившийся пучками антенн, радаров, сканеров и пушек. Труба переходного шлюза уже торчала, приглашая на борт. Виктор заложил крутую траекторию, чтобы выйти как раз к стыковочному узлу. Люди в шлюзе уже давно готовы к предстоящему. Девчонок они уже отпустили на базу - выяснить обстановку и предупредить своих, если они там еще остались.

Шлюз прицепился к кораблю как клещ. Давление уравнялось и двери распахнулись. Внутрь грузовика ворвались штурмовики, держа наизготовку оружие. Захар не сопротивлялся. Он ждал их у шлюза. Туда же подошли и Владимир с Виктором. Командир штурмового отряда угрюмо усмехнулся и одел на всех троих наручники, сковав руки за спиной. После чего доложил в микрофон:

- Мы их взяли. Их трое, тот, кто нам нужен - с ними. Что делать с остальными?

- Пусть сидят на своем корабле. - Разрешил голос. - А этого - ко мне.

Виктора и Владимира запихали обратно, оставив им охрану, а Захара повели коридорами к адмиралу. Штурмовик не пытался запоминать дорогу. Если все удастся, то это будет уже не важно. Его бесцеремонно втолкнули на мостик, где спиной к арестанту стоял адмирал Хэмиш. Он повернулся к пленнику и сказал всего два слова:

- Помнишь меня?

Десантник присмотрелся к лицу адмирала, хотя и так понял, кто это. Тот самый дед-адмирал, сына которого он прихлопнул у него на глазах. Вот, значит, и встретились. Ничего, вскоре ты воссоединишься со своим сынулькой. Я тебе это обещаю.

Адмирал Хэмиш подошел ближе к Захару. Тот смотрел на него спокойно. О чем сейчас можно говорить? Ползать на коленях и умолять он не собирается, вести беседу с тем, кого собираешься убить - тоже. Так какой смысл сотрясать воздух. Но похоже, адмирал думал иначе. Зачем тогда он закатил перед ним речь?

- Я тебя навсегда запомнил. Особенно твои наглые глаза, которыми ты смотрел в монитор, когда убивал моего сына. Но знай, что ты так легко не отделаешься. Я заставлю страдать каждую клеточку твоего тела, чтобы ты почувствовал всю ту боль, которую я сам испытывал все это время. И я наполню тебя ей до отказа, так, что у тебя мозги из ушей полезут. Поверь мне. А для начала я продемонстрирую тебе мощь моего флота, когда уничтожу эту базу, которую вы так легко захватили. Ведь вашим противником были необученные солдаты и гражданский персонал, который вы, собаки, так любите пытать и уничтожать.

Адмирал собирался уже дать отмашку, как Захар чуть сдвинулся назад, воткнул в замок электронную отмычку, которую ему отдал Владимир - обыскать его никто и не подумал - торопились выполнить приказ. Только поверхностный осмотр и рукава у комбинезона, закатанные до локтей. Если хочешь что-то спрятать - оставь это на самом видном месте. Захар так и сделал - зажал отмычку в кулаке. Ведь руки он протянул к ним САМ! А командир штурмовиков привык сражаться и убивать, а не брать пленных. Для этого нужны специально обученные люди, которых во всей группировке было очень мало. И адмирал не собирался ими рисковать, считая, что русские могут оказать серьезное сопротивление, поэтому он очень удивился, когда Захар сдался. И решил, что тот покорился судьбе. Каково же было его удивление, когда пойманный воин стряхнул с рук высокотехнологичные наручники и шагнул к адмиралу, который стоял к нему очень близко. Захар обвил старческую шею рукой и чуть придушил главнокомандующего, отступая спиной к стене. Штурмовики, находящиеся в рубке, нацелили на них оружие. Операторы следящих систем и пилоты раскрыли рты от удивления. Захар занял выгодную позицию и хрипло крикнул:

- Никому не двигаться, иначе я сломаю ему шею!

- Тогда ты тем более не выйдешь отсюда живым. - Пробулькал адмирал.

- Тебе-то уже будет все равно. - На ухо сказал ему Захар и посильнее сжал шею.

Адмирал задергался. Штурмовики отступили на шаг. Старший помощник вышел вперед.

- Чего ты хочешь?

- Дайте нам уйти и я отпущу его.

- А какие гарантии?

- Никаких гарантий. Только мое слово.

Старпом задумался. Если честно, этот старый хрыч уже давно надоел ему, а если пошла такая петрушка, что он связался с русскими, то и сам старпом может подумать о карьере адмирала. Он знал, что на кораблях у него довольно много сторонников, которые не просто желают, а вполне даже поддержат его в деле смены власти. Главное заручиться поддержкой штурмовых групп и ударных крейсеров. На этом корабле у старпома сильные позиции. И убийство адмирала, пускай и руками этого русского придурка можно спокойно списать на него же. И послать в погоню всех этих болванов, которые поддерживают горе-адмирала, который совсем сбрендил, когда на его глазах этот русский застрелил его сына, того еще оболтуса. У старпома были знакомые на том корабле и они рассказывали, как порой адмиральский сынок изгалялся над экипажем. Яблоко-то от яблони недалеко падает. А он, старпом, вполне может организовать мирную жизнь и здесь, на орбите Сатурна. Земля далеко и Император еще не скоро доберется до возвращения своих территорий, так что можно обосноваться и здесь. А с такой крупной силой, как у него старшего помощника на флагмане Ричарда Лоусона, придется считаться даже императору. Как тут местный предатель-русский обозвал себя - Лорд-протектор? Сдается мне, он недолго будет править. Старпом потер руки и сказал:

- Убей его. Этот старикан нам больше не нужен. Также как не нужна эта война.

Захар не поверил своим ушам. Также как и некоторые на мостике.

- Ричард! Что ты такое говоришь? - прохрипел адмирал.

- А то, что вы, сэр, низложены. И этому флоту нужен новый командир - молодой, сильный, амбициозный, который приведет людей к светлому мирному будущему, а не загонит в могилу, как этого хотите вы вместе с вашей навязчивой идеей о мести. Ваше время вышло, сэр!

- Твое тоже. - Сказал голос сверху.

Аварийный люк был открыт и оттуда высовывался Черный, держа на мушке старпома. Лоусон только было открыл рот, как штурмовик выстрелил, попав американцу в голову. Башка лопнула, забрызгав все кровью. Захар свернул шею старику-адмиралу (сюрпризы от него нам не нужны), и, толкнув на ближайшего штурмовика мертвое тело, врезал могучим кулачищем второму стоящему рядом в зубы и отобрал у него оружие. Огнестрельное, подумал он мимолетно, расстреливая остальных солдат. Черный в это время вел огонь сверху, выбивая цели как в тире. Операторы и пилоты попрятались в панике. Всегда так, вздохнул Захар. Гражданские специалисты первым делом прячутся под панель приборов, откуда потом их так трудно достать.

Черный закончил стрельбу и спрыгнул вниз. Гравитация была низкой - корабль вращался медленно, поэтому десантник достиг пола не так быстро. Он осмотрел помещение на предмет врагов - трупы еще дымились, а Захар уже заблокировал двери в рубку.

- Держи ее на прицеле. - Крикнул он, подбегая к панели связи, под которой сидел дрожащий от страха радист.

Захар вытащил его наружу.

- Быстро, дай мне связь с базой.

Радист задрожал еще сильнее. Захар вмазал ему от души, так, что голова человека мотнулась и он потерял сознание. Блин, подумал он, какие же они хлипкие. Он добыл следующего человека из-под панели и как следует встряхнул.

- А ты сможешь обеспечить мне связь?

- Я пилот. - Пролепетал испуганно очкарик. - Я не знаю кодов.

- Тебе и не надо их знать, просто дай мне связь с базой в районе ангаров и все.

Пилот закивал и сел за пульт. Руки его тряслись и пальцы не попадали в клавиши, но он очень старался. Захар посмотрел на экраны. Пока флот не узнал, что лишился своего адмирала. Корабли висят в атакующих порядках, тыловые суда позади, рейдеры впереди, готовые по любому сигналу ринуться на штурм Фебы. Патовая ситуация. Срочно необходима информация с базы. Без данных он не знает как распорядиться таким призом.

В дверь забарабанили. Из аварийного люка пока так никто и не появился. Конечно, кому кроме русских придет на ум прогуляться по кораблю снаружи и проникнуть внутрь, используя технические шахты. И что за манера устраивать аварийные люки прямо на потолке рубки? Что, другого места не нашлось?

Экран зарябил и показал чье-то лицо. Человек всмотрелся в дисплей и помахал рукой кому-то.

- Тут с нами с республиканского флагмана связываются. - Сказал он кому-то.

Захар подошел к экрану.

- В ангаре совершил посадку истребитель с двумя девушками на борту?

- А ты кто такой, чтобы я тебе отвечал? - спросил тот же тип у аппарата. Захар вздохнул.

- Слушай, друг. Я только что свернул шею адмиралу и перестрелял к чертям всю его гвардию, поэтому слегка на взводе и если ты мне сейчас не ответишь, то уж поверь, я от вашего ангара и от тебя камня на камне не оставлю. Андестенд?

Человек побледнел. Он еще активнее замахал рукой невидимому собеседнику. Наконец типуса отгородили и у экрана возник Молот. Захар вздохнул, ну хоть одно знакомое лицо.

- Захар?! Жив, чертяка! - Было видно, что Михаил несказанно обрадовался. - Почему сразу же не вызвал как прибыл? И что ты делаешь на вражеском флагмане?

- Долгая история. - Захар посмотрел в сторону двери. Стучать перестали. Значит скоро подтащат орудия и разворотят створки. - Что у вас происходит? Почему я не могу связаться с Дементьевым?

- Его и всех капитанов судов расстреляли на совете. - Помрачнел Молот. - Наш доблестный командир рвется к власти через трупы своих же сослуживцев. Он что-то сделал с солдатами, которые из инкубаторов. Они слушаются его безоговорочно и выполняют всю грязную работу. Плюс к этому республиканцы тайно завезли на базу десант и сейчас эти уроды ломятся к нам в ангар.

Захар посмотрел на дверь рубки. Она ощутимо вздрогнула, но выдержала удар. Похоже экипаж корабля решил использовать таран, не желая взрывом повредить какие-нибудь кабеля и трубопроводы. Это нам на руку, подумал космопех. Черный изучал позиции противника на экране радара.

- У меня тоже здесь не сахар. Надо бы уходить, такие силы нам не одолеть - передохнем как клопы.

- Скорее, как тараканы. - Молот грустно взглянул единственным живым глазом. - Ты добыл информацию?

- И даже больше. Только анализировать ее некому.

- Не в этом дело. Сейчас главное выжить. - Глаз Молота метнулся к хронометру. - Времени мало. Как у тебя там дела?

- Если не считать республиканский флагман с обезглавленным адмиралом, то все в порядке. - Захар улыбнулся. - Мои женщины приземлились?

- Сразу две или только одна? - спросил Молот. - Вторая немного не в форме, чтобы вылезать из истребителя. - Он еще что-то хотел продолжить, но осекся, заметив напряженный взгляд Захара. - Они здесь и все рассказали. Вылететь мы не можем - флот на орбите. Так что, как всегда. Что предлагаешь делать? У нас есть, конечно, план. Еще составленный Дементьевым, но он связан с добытой тобой информацией и как тебя вытащить оттуда я не знаю - до взрыва пять минут.

- До какого взрыва?

- Каждые два часа мимо Фебы пролетает другой спутник, еще меньше чем она сама. Мы расположили на нем ядерный заряд. Траектория проходит как раз там, где расположился флот. Не знаю, как начальник это просчитал, может быть понадеялся на авось, но попал в точку. Бомба очень мощная. Достанется всем. Возможно, Феба сойдет с орбиты. Здесь будет также, как и на Юпитере. Время истекает. Мы ждем только взрыва, чтобы стартовать. Поэтому - уходите оттуда как можно скорее.

Захар посмотрел на Черного.

- Быстро не получиться. Но постараемся уцелеть. Где точка встречи?

- Как можно дальше отсюда. - Молот посмотрел в сторону. - Осталось четыре минуты. Приготовьтесь.

- Я понял. Конец связи.

Захар выпрямился и кинулся к шкафчику с аварийными скафандрами.

- Ты куда? - Удивился Черный.

- Пойдем по обшивке. - Крикнул на ходу Захар, выдирая из креплений гражданскую версию костюма - без каркаса, без мышечной поддержки, без защиты - выбора не оставалось. - Время истекает. Передай Серому, чтобы оставляли гостинец и на всех парах дули к кораблю.

- Они уже в орудийной башне!

- Пускай стреляют по кому-нибудь. Это придаст неразберихи.

Дверь в рубку ожесточенно ломали. Захар не стал дожидаться, когда хозяева залезут внутрь - он поднялся вслед за Черным. Аварийный люк закрылся и они вышли в космос. Черный побежал по обшивке, а Захар беспомощно забултыхался - костюм не был оборудован магнитными башмаками. Пришлось активировать реактивный ранец, спасибо, хоть на этом не сэкономили и полететь вперед штурмовика.

Серый получил от Черного сообщение, кивнул сам себе и нажал на кнопку. Флагман чуть дернулся, выстреливая в проходящий рядом крейсер. Тот получил пробоину в борт и в космос полетели замерзшие кристаллики кислорода, незакрепленные предметы и люди. Топливо из перебитого трубопровода хлестало пузырями, выливаясь под давлением. Крейсер накренился и потерял ход. Серый выбрал следующую цель - линкор, который находился позади флагмана и произвел пуски всех ракет, находящихся на борту. После чего выстрелил в пульт, превращая его в развороченный кусок металла и побежал к выходу. Рыжий прикрывал его. Спрятавшиеся за креслами люди опасливо выглядывали. Серый разгерметизировал люк и выскочил на обшивку. Рыжий не отставал. До взрыва оставалось меньше двух минут.

Астероид появился как по заказу. Набирая скорость, которую ему придавала слабая гравитация Фебы, он чуть ускорился и пролетел бы позади главного линкора километрах в десяти. Пролетел бы. Капитан линкора даже не обратил внимания на такую мелочь, как этот кусок камня, тысячелетиями носившийся в космосе. Ведь он не мог причинить вреда его кораблю - далеко да и мал еще. Он не успел даже удивиться, когда камень вспучился огненным шаром, мигом поглотившем линкор и добрую половину республиканского флота вместе с тыловыми кораблями. Взрыв был очень мощным, что суда разметало. Некоторые попали в зону действия автоматических станций и те немедленно открыли огонь, сосредоточившись на доступных им целях. Смещения орбит не произошло - Феба осталась на месте.

Молот увидел на экранах вспышку. Светофильтр, встроенный в имплантированный глаз погасил яркий свет. Михаил повернулся к Лукьянову и сказал всего одно слово:

- Стартуем!

Два крейсера и один рейдер заворчали ракетными двигателями. Двери ангара медленно распахивались. Закрепленный на полу груз и оборудование чуть дернулось в сторону проема, но осталось на месте - захваты держали крепко. Один из крейсеров, наиболее легкий, оторвался от пола и, медленно раскачиваясь, выполз в черное бездонное небо, помеченное звездами, как дырками от пуль. За ним последовали остальные. Как только гравитация спутника уменьшилась, включились пропеллеры. Огромные лопасти, отражающие космический ветер и другие излучения, исходящие от Солнца, закрутились по часовой стрелке, увеличивая скорость. Недавний ядерный взрыв помог им ускориться. Крейсера и рейдер скрылись за спутником, прячась от автоматических станций и направились в сторону Плутона. Молот даже не пытался связаться с кораблем Захара - в эфире бушевала ярость помех. Надеясь, что они выпутаются и спасутся, он направил корабли прочь от базы. Стартовавшие вместе с крейсерами несколько перехватчиков сейчас стыковались с рейдером. Техника нам не помешает.

Захар и Черный добрались вовремя. Они залезли в аварийный люк транспортника и поспешили внутрь. Серого и Рыжего еще не было. На корабле было тихо - Виктор и Владимир позаботились об охране, уничтожив всех надзирателей. В этом им помог шорох, наведенный Захаром в рубке. Сторожам так было любопытно, что там происходит, что они забыли о своей задаче, чем и поплатились, когда Виктор расстрелял их, а Володя перекрыл доступ в корабль и открыл захваты, удаленно перехватив управление.

Захар ввалился в рубку и прохрипел:

- Взлетаем!

- Все на борту? - спросил его Виктор, уже давно сидящий за пилотским пультом. Владимир сторожил шлюз.

- Не знаю, но сейчас так рванет, что мало не покажется.

И рвануло. Транспортник закрутился, ударился о флагман, повредив маневровый двигатель, оторвав одну лопасть винта, потом его швырнуло обратно на приближающийся рейдер, который, кувыркаясь, пытался признаться в любви небольшому крейсеру, но тот снесло в сторону ударной волной и он слился в объятиях крупного авианосца, а тот от страха выпустил в космос тучу перехватчиков, пытающихся выжить в наступившем хаосе. Виктор подал тягу на двигатели. Винт закрутился, но оторванная лопасть не перекрывала поток отраженного излучения и транспортник раскручивало вокруг оси. Запищал сигнал вызова. Виктор машинально нажал на кнопку. Обрушился шквал помех, но сквозь них удалось разобрать:

- ...Ы на... ту... С...рее ...ле...йте!!

- Это передатчик Серого! - воскликнул Черный, который успел добраться до рубки.

- Где вы?!! - вызвал штурмовика Захар.

-...На...у...и!

- На ...ую? - Спросил Черный.

- Последняя буква была "и", а не "ю"! - возмутился Захар. - Слушай внимательно! Похоже они снаружи, зацепились за что-то! Надо их затащить. Виктор, выжимай из этого корыта всю возможную скорость, а мы вытащим ребят.

- Я постараюсь, хотя оно уже на ладан дышит!

Захар кинулся обратно и полез на обшивку. Он зацепился за леер и пошел по корпусу. Голова Черного появилась из люка вслед за ним. Парни обнаружились недалеко. Серый цеплялся за обломки локатора - ствол штанги загнуло крюком и разведчик крепко схватился за нее. У него позади висел Рыжий, схватившись за ноги Серого. Похоже, штурмовики либо успели запрыгнуть в последний момент, либо попали на судно, когда то треснуло о корпус флагмана. Так или иначе оба были живы и у Захара отлегло на сердце. Он добрался до Рыжего и, захватив того за щиколотку, потянул на себя. Штурмовик разжал руки и раскинул их в стороны. Запас топлива в реактивных ранцах закончился у того и у другого, поэтому они и не могли спустится - боялись улететь в мировое пространство. Пришлось вылавливать каждого по одиночке.

Они собрались в рубке. Хаос взрыва остался позади, корабль крутило, у всех уже кружилась голова. Захар снял ботинки и завис посреди рубки, хотя его и стало потихоньку тянуть к стене - от вращения создавалась слабенькая гравитация. Виктор сидел за пультом пристегнувшись, остальные последовали примеру космопеха.

- Куда теперь? - спросил Виктор.

- Видишь на радаре наши корабли? - спросил Захар.

Пилот покачал головой.

- Повреждения серьезные. Работает только связь и визуальное наблюдение. Я могу поискать их глазами, но это вряд ли поможет - надо знать хотя бы вектор направления куда они подались.

- Рули пока в сторону Нептуна. - Захар повернулся к Владимиру. - У нас есть чем отремонтировать радар?

- Вряд ли. - Пожал плечами механик. - Новой тарелки у меня нет. Можно попробовать использовать частоты сканера, перенастроив его. Но радиус охвата будет небольшим, да и луч у него неширокий. Но лучше сейчас ничего не придумать - судя по тому, что вы рассказали нам сбрили локатор начисто.

- Можно попробовать связь. - Черный ткнул пальцем в пульт. - Наши не могли далеко уйти.

- Можно. Но тогда нас услышат и враги. А нам только погони не хватало.

- Никто за нами не погонится. - Махнул рукой Серый. - У них сейчас там такая свистопляска, да и власть они там делить будут - адмирала-то нет. А единственный руководитель сидит на базе, обложившись баррикадами. Им бы со своими проблемами справиться.

Замигал огонек вызова.

- А вот и наши! - Улыбнулся Черный. С экрана смотрела Татьяна.

Выбор.

Молодой Куратор был в глубокой депрессии. Он даже скинул ненавистную человеческую оболочку, чтобы совершенно не думать о наступивших проблемах. Взобрался на насест, вцепился крючковатыми пальцами ног в перекладину и сел, нахохлившись. Тупоносый как у попугая клюв зарылся в растопорщенные перья - признак замкнутости и отчаянья. Все старания предыдущего Куратора пошли насмарку. Если Коллегия узнает, то ему не простят такого провала - пришел на все готовое, надо было только следить за людьми и обеспечивать отправку вовремя. А они выкинули такой финт, которого он от них даже не ожидал.

Одна из группировок людей, которых Куратор разбил до этого, чтобы обеспечивать полноценный сбор, мало того, что уничтожила ремонтную базу кораблей, оборудованных двигателями расы Хваахт, так еще и проникла сюда, на передающую станцию, с которой, добыв информацию, благополучно исчезла, а все данные, накопленные по человечеству, исчезли. К тому же станция взорвалась, причинив немалый вред политическому строю на их родной планете. Конечно, с одной стороны волнения народа это на пользу Сборщикам - эмоции перехлестывают через край. Но они однообразны. И гнев не так вкусен, как страх или испуг. А вот этим последнее время в человеческой системе совсем не пахнет. И если в Метрополии узнают, что он поставляет некачественный товар, то даже влияние его отца, не последнего советника в Коллегии не поможет - полетят перья у молодого специалиста, на которого семья угрохала такие средства. Останется только произвести ритуальное самоубийство, чтобы смыть позор с чести семьи.

Куратор вынул клюв из перьев и слез с насеста. Он принял решение. Сейчас он во всем признается отцу. Может быть он посоветует, как быть дальше. Именно мнения мудрого советника ему сейчас так не хватает. Куратор уже протянул руку к клавише межзвездной связи, как экран замерцал и на нем возникло изображение бывшего Куратора, разрабатывавшего Землю.

- Что такое, юный последователь? - строго спросил он. - Неужели ты провалил мое дело?

- Как вы узнали? - удивился Молодой.

Более опытный коллега, приняв вид своей расы, открыл клюв, демонстрируя превосходство.

- Я все еще слежу за тобой. И принял доклад от моего человека, который и сообщил мне о возникших у тебя проблемах. Хотя они не сильно влияют на сбор, но все же могут привести к неконтролируемым последствиям. Возможно, ты не знаешь, но именно та группа людей, которая так эффективно сработала на ремонтной базе и станции связи, наиболее опасна. Им стало известно про нас! - последние слова Куратор выкрикнул, чуть прикаркнув. Его род был самым древним на планете о чем говорил его длинный клюв и черное оперение - природная стальная броня от хищников, водившихся в лесах. Они имели сильное влияние на политику. Да что там говорить - они ее и творили. И сейчас молодой Куратор похолодел от страха.

Тем временем бывший Куратор успокоился и закрыл клюв. Он наклонил голову, уставившись на молодого правым глазом.

- Они похитили малый спасательный бот. Технологий там немного, но и тех, что есть им хватит, чтобы совершить серьезный технологический скачок. В плане вооружений, разумеется. Что очень серьезно отразиться на расстановке сил в галактике. Зангуриане уже давно ищут предлог для нападения на нас - их численность увеличилась, а флоты выросли. И все благодаря торговому союзу с Хваахтами. Эти головоногие уже нам поперек горла. Хорошо, что они не знают про нас, тогда как Зангуриане так и ждут, чтобы отхватить пару планет покрупнее. Их цивилизация молода и в этом плане очень похожа на людей. А нам не нужно попадать между двух жерновов. Поэтому тебе пока необходимо приостановить сбор и сосредоточиться на решении человеческих проблем, если хочешь сохранить свое место и не бросить тень позора на семью. Первое - ты должен решить вопрос с этой наглой человеческой группой. Как ты это сделаешь, меня не волнует. Второе - постарайся обеспечить человеческий союз хотя бы в пределах их родной планеты. Нам не нужна заноза в заднице, как говорят люди. Обещай что угодно, лишь бы они прекратили войны. Направь все силы на миролюбие и кротость. Вспомни мировые религии, которые последнее время отошли на второй план. Философию, вроде ударили по правой щеке, подставь левую, но не тресни в ответ. В таком ключе. Известия из Метрополии настораживают. Нам не нужна война на два фронта.

- Но как? - Молодой Куратор с надеждой взглянул на опытного. - Люди не перестанут воевать - это у них в крови. К тому же они ввели систему чипирования, а она лишает их всех эмоций. Солдаты командующего тоже не испытывают каких-либо чувств - что-то с программированием на уровне сознания. Повлиять на это напрямую я не могу - Император отказался от встречи, заявив, что более не нуждается в наших услугах.

- Вот как? - удивился опытный Куратор. Его взгляд сделался жестче и мрачнее. В грудь к молодому закрался страх. Его собственный. Если сейчас этот монстр почувствует его, но карьера молодого специалиста закончена. Нет ничего более сладкого, чем выпить соперника до дна, опустошить его душу. Но тот то ли не заметил, то ли сделал вид, что не уловил флюиды эмоций. Хотя экран связи этому не проблема - по одному поведению опытные Кураторы могли разгадать эмоции собеседника, хоть те их и тщательно скрывали. Эмоциональные сущности сейчас рождались крайне редко и поэтому они пустились по галактике в поисках других цивилизаций. Чтобы накормить свои пустые души чужими чувствами.

Куратор размышлял недолго. Он придвинулся к экрану и сказал:

- Тогда придется их всех уничтожить. Но не нашими руками. Наши войска готовятся к отражению атаки Зангуриан. Используем ту цивилизацию, которой я сейчас занимаюсь. Довольно перспективный вид - в меру агрессивный, миролюбивый и развитый. И что самое главное - слепое подчинение воли вождя. Никто не оспаривает их приказов. Идеальный вариант. Поэтому разработку человечества предлагаю прекратить, как неперспективную. Я отмечу твою работу на Коллегии. Не в лучшую сторону, разумеется, но и все шишки на тебя не повалятся, если с этой минуты ты будешь в точности исполнять мои указания.

- Я слушаю. - Молодой напрягся.

- План мероприятий я перешлю тебе на днях. Постарайся подчистить следы, которые ты оставил. И подготовься к встрече с инопланетными захватчиками. Самый страшный кошмар человечества скоро сбудется!

И Куратор дико закаркал, веселясь.

Захар вошел в рубку рейдера. Старший помощник капитана Лукьянов, который был немедленно назначен капитаном данного корабля, обернулся на входящего. Он еще не видел этого крупногабаритного, даже по инубаторским меркам десантника. И почему Молот так ждал его?

Здесь присутствовали старпомы двух других крейсеров, сменившие звания на капитанские. Светлана, Захар, Михаил, его правая рука Гвоздь, сержанты Лопата и Наковальня. Пилоты тихо переговаривались, наблюдая за пространством. Ждали только Виктора, который должен был вот-вот подойти - транспортник с продовольствием зацепили на буксир и сейчас рейдер, как имеющий самые мощные и быстрые двигатели, тащил длиннобазную ношу.

Виктор быстро вбежал в рубку. Он чуть запыхался, но все же успокоил дыхание. Молот оглядел всех и начал на правах хозяина.

- Как видите, нас осталось довольно мало. Предательство ударило по всем нам, но капитан Дементьев, начальник разведки, предвидел это и в общих чертах набросал план. С которым вы все и познакомитесь.

Молот достал флешку с записью и поставил ее в разъем. На экране возникло лицо начальника разведки. Он поправил камеру. По заднему фону было видно, что снимает он где-то в подсобке.

- Через два часа начнется заседание, посвященное присутствию рядом с нами Плутонианской группировки. Время неумолимо истекает и если вы смотрите эту запись, то значит меня уже нет в живых. Я предполагаю, что предателем является капитан Обручев, но серьезных доказательств у меня нет. Если оно и произойдет, то через два часа вы сами все узнаете. - Дементьев сложил пальцы в замок. - Итак, изложу вам мой план. Принять его или нет, решать вам. Но от него не много ни мало зависит существование человеческой расы. Передавать информацию открытыми радиочастотами бессмысленно - все равно ее заглушат. Поэтому слушайте так. В нашей системе присутствует чужая враждебно настроенная нам инопланетная раса, которая эксплуатирует человечество. Найденные нами доказательства - ремонтная база республиканских кораблей, их двигатели и орудийные системы, защитные поля, которые она предоставила американцам. Все это сделано для их превосходства над нами. Какие истинные цели преследует эта цивилизация, мне непонятно, но то, что она ведет против человечества направленный геноцид его же руками это очевидно. Поэтому отбросьте все сомнения по поводу наши это люди или нет. Мы все оказались в одной лодке, которая вот-вот перевернется и цвет кожи и язык здесь уже не важен - погибнут все. Почему она нас сразу не уничтожила - загадка. Возможно, что-то мешает ей это сделать. Ваша задача - ни много ни мало - спасти человечество от ликвидации, объединив его. В этом вам помогут научные руководители, которые на погибли во время штурма наших баз, а спрятались где-то в системе. Я отправил группу на поиски их места дислокации. Вам следует направиться туда и любой ценой склонить ученых к сотрудничеству. Предоставьте им доказательства в виде транспортного инопланетного корабля. Может быть они найдут подход к нему. Организуйте им защиту, найдите постоянную базу, затаитесь на время. Пусть пройдет несколько лет, но когда вы будете готовы - то выступайте и будьте готовы повести человечество за собой.

Экран погас, запись закончилась. Все молчали, обдумывая слова.

- Ну, и что теперь делать? - спросил Лукьянов. - Я так и не понял про этих инопланетян. Мы что, действительно не одни?

- Ты что, тарелку не видел? - спросил его Попов, капитан крейсера "Защитник". - Она на моем корабле в трюме стоит. Вместо нее можно было бы пару перехватчиков запихнуть.

- Вам же ясно сказали - сейчас не до междоусобиц! - Вступила Светлана. - Дементьев правильно оценил угрозу. Пока мы не узнаем, где эти пришельцы базируются, то и справиться с ними не сможем.

- В информационном блоке была запись переговоров нашего Командующего с неким Куратором. - Озвучил свою мысль Захар. - И Император тоже с ним связан. Не может он быть...

- ... Тем, о ком мы сейчас говорим? - продолжила за него Светлана. - Возможно все так и есть. Надо просто поставить себя на место пришельцев и посмотреть на нас их глазами.

- Мы не знаем их психологии. - Веско заметил капитан второго крейсера "Щитоносец" Зарубин. - Какие у них цели, их внешний вид и технологии.

- Ну, положим, одного из них я как раз и видел. Что-то вроде человекообразного робота. - Сказал Виктор. - Трем мужикам с трудом удалось его уложить. Так что они чертовски живучие и шустрые. Сладить с ними будет проблематично.

- Поэтому нам и нужны ученые. - Заметил Захар. - Они смогут понять их технологии, чтобы воспроизвести. Тогда война пойдет на равных.

- И где же нам их найти? - спросил Молот.

- На Тритоне. Республиканцы уже тогда держали на его орбите две военных базы. Они обшарили весь спутник, но следов не нашли. А может быть плохо искали. Поэтому пока отправимся туда и проверим эти две базы - пищевую ферму и военный склад.

- Почему именно их? - Спросила Светлана.

- А где бы ты устроилась, чтобы было тихо и незаметно, да еще и с пользой? - вопросом на вопрос ответил Захар. - Я просмотрел все данные и отметил, что эти базы посещались меньше всего, персонала минимум, да еще и практически полная автоматизация. Идеальный вариант, чтобы спрятаться.

- И как по твоему мы проберемся на спутник? Персонал с военных баз вряд ли эвакуировался и они до сих пор торчат там.

- Серьезного сражения мы не выдержим. - Согласился со Светланой Михаил. - Наши корабли и так потрепаны - от ядерного взрыва досталось всем. Штурмовать военную станцию малыми силами при их огневой мощи - самоубийство. Их дальнобойные орудия расстреляют нас издали.

Захар подумал секунду.

- А мы и не будем штурмовать. Зачем они нам сдались? Военные базы вращаются вокруг Нептуна по своим орбитам. Воспользуемся сверхдальними радарами, чтобы вычислить время их оборота и орбиту. Я не думаю, что они постоянно наблюдают за пространством. - Захар подошел к карте и увеличил восьмую планету от Солнца. Голографическое изображение Нептуна застыло над столом. - Для полного покрытия они должны располагаться здесь и здесь. - Он ткнул пальцем в пространство. - Тритон находиться вот здесь. Нерейда - тут. Восемь малых спутников болтаются где придется, мешая навигации и отражая сигнал. Плюс к этому несколько блуждающих малых планет системы проходят близко к Нептуну, что тоже сыграет нам на руку. Нам нужно всего лишь послать десантный бот незаметно. И все! Проверить станции на поверхности и, если нам повезет, вывезти научный персонал. Нет никакого смысла вступать в схватку с военными. Сидят на базе и пусть себе сидят. Я больше чем уверен - перехватчиков у них либо нет совсем, либо их мало. Прежде чем идти к Сатурну адмирал Хэмиш поскреб по сусекам и выгреб все до донышка.

- Твой план основывается на если и может быть. - Скептически заметил Лукьянов. - Никаких точных данных.

- А их и нет, пока мы не достигнем орбиты Нептуна. Там уже будет видно.

- Решено! - хлопнул по столу металлической ладонью Михаил. На столешнице осталась вмятина, а голографическая карта мигнула и зарябила. - Отправляемся к Нептуну.

- Однако, Молот, не мог бы ты сильно руками не размахивать, а то последнее работающее оборудование переломаешь. - Попов указал на стол.

- Ничего. - Михаил махнул рукой. - Техники отремонтируют.

Они подошли к орбите Нептуна через неделю. Топливо слили с баков грузовика - все равно его тащили на буксире - и разлили по кораблям. Штурмовикам было не привыкать работать в открытом космосе, поэтому перелив прошел штатно. Народ шатался по кораблям, ремонтники что-то чинили по мелочи, сетуя на нехватку запчастей, артиллеристы проверяли орудийные системы, пилоты с навигаторами сверяли курс, штурмовики отдыхали или тренировались в трюме среди стоящих истребителей. Орущие люди колотили друг друга руками и ногами, ловко приземляясь в невесомости. Потом Захар устроил бой без оружия и доспехов в одних трусах и носках. Штурмовики закувыркались по ангару, левитируя от ударов.

Татьяна все это наблюдала из открытого кокпита. Ей так хотелось выбраться из надоевшего истребителя, вздохнуть воздух своими легкими, а не суррогатными механическими мехами, фильтрующими газы. Ей, конечно, не страшны отравляющие вещества, но от этого не легче. Все-таки быть зависимой от киберимплантов и каждую минуту думать о том, что один или другой орган отключится было невыносимо. Когда ей предложили участвовать в этом проекте, то она не сомневалась ни секунды - хотелось поквитаться с обидчиками. Ей тогда было всего восемнадцать - в армию набирали с пятнадцати. Дети шли во флот, чтобы защищать гражданское население. А сиротам из детдомов и вовсе туда была прямая дорога. Татьяна не была исключением. Как только она достигла призывного возраста, так сразу же подала заявление в приемную комиссию летной школы. Готовили их тщательно - все-таки настоящие люди. Тогда только-только появились первые солдаты, вылупившиеся из инкубаторов. Сначала на них смотрели как спасителей. Но командование считало иначе и использовало людские ресурсы как обычное пушечное мясо. Иногда вместе с инкубаторскими в бой шли и настоящие люди, которые теряли конечности, получали ранения, практически не совместимые с жизнью. Татьяна насмотрелась на умирающих десантников. Ведь ей не сразу доверили истребитель - необходимо было полетать на медботе. Та еще работенка. От стона умирающих не спасали даже наушники ПУ. Медботы всегда прикрывали пара штурмовиков, но в пылу сражения об этом забывали и снять раненых с подбитого корабля иногда бывало невозможно - судно кренилось, баки и боеприпас взрывались, хороня спасательную команду. Девушка избежала всего этого, но вдосталь насмотрелась крови. Особенно тогда, когда колпак кабины был пробит и тридцатимиллиметровая пуля угодила прямо в голову первого пилота. Татьяна сначала растерялась, но быстро, по инструкции, закрыла люк в медицинский отсек бота, перевела управление на свой пульт и повела кораблик к авианосцу. Воздух улетучился мгновенно, холод космоса проник в кабину, схватывая колени - на ней был гражданский скафандр с малым термообогревом, мощности которого явно не хватало. Татьяна довела транспорт до корабля на автомате. Ей самой потребовалась помощь - неделю провалялась на реабилитационной койке. После этого ее перевели на истребитель - пилотов катастрофически не хватало. Даже тупое командование понимало, что доверить с трудом построенную машину неподготовленному новичку, значит потерять и то и другое. В общей сложности Татьяна сделал пятьдесят вылетов на своей "Стрекозе", пока ее не сбили. Вот тогда доктор Фаустов и предложил ей этот эксперимент - совместить человека и машину. Первые солдаты подразделения "Зубр" уже появились и проект не был новым - никак не могли найти добровольца, а это было обязательное условие. Она согласилась. Когда поняла, что истребитель навсегда стал ее тюрьмой, на глаза навернулись слезы. Она так и проплакала одна в тишине ангара - ведь была единственной среди молчащих машин. Теперь она понимала, что чувствуют поломанные солдаты, засунутые в механическое нутро. И как она не хотела окончания этого кошмара, но расставаться с жизнью не собиралась. Особенно когда Крукс пообещал ей это. Где-то далеко, в подсознании, она понимала, что это невозможно, но жила надеждой. Пока ей в лицо не уперся ствол автомата.

Штурмовик под позывным Черный пощадил ее. И что самое удивительное, стал наведываться к ней, когда она скучала в грузовом трюме транспортника. Болтал о том, о сем, рассказал о себе, веселился и шутил. Так, что Татьяне захотелось жить. Ведь она сразу же поняла, что не безразлична этому внешне похожему на человека солдату. Хоть он и был рожден в инкубаторе. Покрытое шрамами тело, которым хвастался Черный, совершенно не замечая, что ранит девушку, говорило о многом. Она сама понимала, что человек не просто жаждет общения - у него наступил переломный период, когда он хочет определить себе цель, неважно в чем она заключается - в спасении мира или защите близких. Черный выбрал. И наведывался довольно часто.

И сейчас она наблюдала, как он дерется в воздухе с каким-то солдатом, отлетая от его ударов и нанося свои. В один из таких полетов импульс прибил его к истребителю Татьяны. Распаренный от поединка, он повернулся и увидел Татьяну. Оба ее серых глаза смотрели в его темно-карие.

- О-о, привет! - поздоровался штурмовик. - Мы тебе не помешали?

Противник приближался к Черному и тот его не видел, переключившись на девушку. В глазах Татьяны мелькнул испуг, автоматическая пушка истребителя дернулась, нацеливаясь на поединщика. Тот попытался затормозить, нелепо размахивая руками, но безуспешно и был вынужден схватиться за ствол.

- Погоди, Стопкран. - Черный взмахнул рукой. - Передохни малость.

- Эта штука чуть меня не изрешетила. - Прогудел десантник, отдувясь.

- Девушка, что сидит в этом кораблике слегка нервничает, когда разные типы, вроде тебя, пытаются на нее напасть.

- Ничего я не пытался. - Начал оправдываться Стопкран.

- Зато хотел напасть на меня, а для нее это то же самое. - Черный обернулся к Татьяне. - Я верно говорю?

- Болтай, да не забалтывайся. - Появилась надпись на дисплее компьютера в корабле.

- Да ладно тебе, Танечка, я же пошутил! - Черный улыбнулся. Стопкран до сих пор держался за ствол пушки. - Я же ничего такого не имел в виду.

- Зато я увидел. - Пробурчал десантник. - Ну, ты идешь или будешь болтать?

- Сейчас, перекинусь парой словечек с девушкой, чтобы не скучала.

Стопкран махнул рукой - это надолго. Ему разболтал об этой связи Рыжий, причем на камбузе при полном стечении народа. Люди, конечно, посмеялись, но ничего плохого не сказали - все же видели, как Маша смотрит на Молота. И никто не смеялся над их чувствами. Не все же сводиться только к сексу. Хотя конечно фигуристая блондинка получше будет, чем закованная в механическое тело говорящая голова.

Десантник уже отвернулся от воркующего Черного, как по ангару раздался сигнал тревоги. Все разом прекратили тренировку и кинулись к обмундированию. Сигнал пока был предупреждающим, но ожидать вводную можно было в любой момент.

Захар вбежал в рубку, на ходу одевая шлем и закрепляя зажимы. Он откинул щиток и спросил:

- Что случилось?

- Посмотри на это. - Виктор указал пальцем на экран.

Возле одной из баз кипело сражение. Увеличительная оптика приблизила объекты и дала четкую картинку. Поодаль расположился линкор союзных сил и производил выстрел за выстрелом по орбитальной базе. Та огрызалась ворохом ракет, но зенитки линкора и двух минных заградителей успевали их отстреливать. Пока перевеса не наблюдалось - станция держалась, кораблям тоже доставалось.

- Что делать? - спросил Виктор.

- Это наши корабли. - Утвердительно сказал Захар. - Откуда они здесь? Ведь Командующий увел весь свой флот к Земле.

- Может, это такие же как мы остатки флота, которые решили отомстить за своих? - спросил Лукьянов.

- Все может быть. - Захар задумался. - Необходимо связаться с ними и выяснить обстановку.

- Устойчивости сигнала мешает кольцо Нептуна. Но можно попробовать. - Отозвался оператор связи.

- Давай связь. - Захар протянул руку, словно пытался взять трубку, но опомнился и опустил. Движение вышло слишком машинальным. Он даже сам удивился, почему это сделал. Словно кто-то заложил в него это действие на уровне рефлексов. Лукьянов странно посмотрел на Захара, но ничего не сказал.

Экран видеосвязи зарябил и возникло изображение капитана 1-ого ранга. Тот был уставшим, с кругами под глазами, давно небритой физиономией и запачканным кителем. Было видно, что линкор, на котором он находился, вздрагивал от выстрелов со станции. Капитан уставился на экран и выругался.

- А вы, вашу мать, кто такие?

- Мы остатки войск Тройственного Союза. - Захар чуть придвинулся к видеокамере, закрывая от капитана рубку. - Просто пытаемся выжить в наступившем бардаке. А вот вы кто?

- Беспризорные бродяги, которых бросили на произвол судьбы. - Капитан вздохнул. - После предательства Командующего из флота Тройственного Союза уцелели только эти три корабля. Остальные несогласные были уничтожены. Нам удалось уйти, но он сжег все станции у Плутона, не пощадил ни одного гражданского. Сказал, что это в назидание. Кому именно - не пояснил. Но и преследовать нас не стал.

- А вы-то как ушли?

- На нашем линкоре стояла экспериментальная система форсажа. Ей не успели оснастить весь флот - только ударные корабли. А эти минные заградители пристыковались к моему линкору. В ангаре стоит пяток истребителей, но без пилотов.

- Так какого хрена вы ввязались в сражение? - спросил Захар. Капитан насупился.

- Во-первых, с кем я разговариваю? Я уже вон сколько вам наговорил, а от вас не услышал ни одного вразумительного ответа.

- Мы - те, кто может возродить Союз в его истинном смысле.

- Новые миссии? - усмехнувшись, спросил капитан.

- Нет, но, очевидно, нам придется ими стать.

- А пока вы пираты. - Подытожил капитан.

- Так же как и вы. - Парировал Захар. - Командующий лишил вас всего и чтобы хоть как-то выжить вы напали на эту военную республиканскую базу. Ведь так?

Капитан замолчал, обдумывая слова. Он повернулся к кому-то и что-то тихо сказал. Потом вновь посмотрел на Захара.

- Так вы поможете в нашем сражении?

- Как будто у нас есть выбор? - вопросом на вопрос ответил штурмовик. - Вы по дурости ввязались в битву, да малость не подрассчитали силенок, поэтому нам придется вытаскивать вас оттуда.

- Уж сделай милость. - Съязвил капитан.

- Постараюсь. Только вам придется четко и быстро выполнять мои приказы, не оспаривая их.

- А в каком ты звании?

- Лейтенант штурмовой бригады.

- Блин! Какой-то молокосос будет мною командовать!

- Ну тогда получай по заслугам за свою гордость. Сейчас база накопит энергию и даст по тебе с лучевого оружия, пробьет щиты и добить линкор будет уже делом техники. Так что решай быстрее.

За спиной капитана раздались недовольные вопли, но тот махнул рукой и они стихли - экипаж пока что чуть не устроил мятеж своему недальновидному командиру, но все же подчинился.

- Ладно. - Сказал он. - Что надо делать?

- Для начала отводи корабль. Старайся сохранить дистанцию.

- Так они перехватят все мои заряды. Линкор силен в прямом ближнем бою.

- Я знаю. Но раз у тебя стоит эта новая система, что тебе стоит максимально приблизиться к станции?

- Ничего. Только расстояние. - Лицо капитана просветлело. - Так ты хочешь...

- Именно. - Подтвердил Захар не озвученную капитанскую мысль. - Как только я подам сигнал, приближайся и атакуй из всех стволов.

- Жду команды. - Капитан отключился.

- А мы что будем делать? - спросил Виктор.

- Пройдем по дуге, прикрываясь кольцами и этими кусками камня. Пойдем на максимуме. Как только выйдем на прицельное расстояние - открываем огонь. Отвлечем их на себя. Линкор сделает все остальное, они даже не успеют перевести пушки - сразу же попередохнут.

- Вот это по мне! - заявил Лукьянов. - Орудийные расчеты, приготовится к бою! Навигатор, рассчитай курс, угол атаки - восемь градусов, пилотам держать азимут сорок три! Давайте, парни, покажем им где раки зимуют!

Три корабля, отцепив транспортник, сорвались с места, набирая скорость.

Стратегия

Защитники станции поздновато спохватились, обнаружив на своих радарах новые вражеские отметки. Непонятно откуда взялись еще три корабля, которые были довольно близко к станции. Оператор следящих систем определил их как рейдер и два крейсера - серьезные силы. Тем более, что линкор теперь был вне пределов досягаемости ракет и пушек. Надежда оставалась на лазерный луч, но он растеряет всю энергию на таком расстоянии - пробить силовой щит корабля не сможет, но перегрузить контуры - вполне. Оператор пожалел, что на станции нет ни одного истребителя - все забрал этот придурок Хэмиш. Даже автоматических дронов-дройдов не осталось. Их, хотя бы можно было использовать как камикадзе, взрывая возле кораблей.

Троица сделал разворот и разделилась. Оператор вызвал орудийный пост.

- Внимание! Приближаются три стервятника! Угол атаки - десять, двенадцать и пять градусов по отношению к эклиптике! Азимут двести двадцать - двести сорок! Привести в готовность ракетные установки!

- Не получиться! - крикнули с поста. - Вторая и третья платформы повреждены. На пятой сдетонировал боезапас. Там сейчас крошево из металла. Переборки заблокированы. Аварийные команды тушат пожары!

- Какие орудийные посты у нас остались на этом направлении? - вскричал оператор.

- Только малые штурмовые орудия и восемьдесятпятка. Они им как слону дробина.

- Можно перенацелить ракеты?

- Попробуем, но им нужно видеть цель.

- Вторая станция на подходе. Они снялись с орбиты и сейчас нас догоняют. Надо продержаться еще сорок минут!

- Думаю, не успеют. - Спокойно и хладнокровно сказал главный артиллерист.

Оператор посмотрел на экран. Троица разошлась в стороны, выпустив тучу ракет. Это были не простые НУРСы. Система определила их как новейшие ракеты электромагнитного наведения с помехоподавителем и компьютерным управлением. Эти штуки чертовски маневренные и умные. Такую зенитной пушкой не возьмешь. Операторы отстрелили тепловые ловушки, но ракетам они были до лампочки - те вцепились в цели клещами. Связист внутренне приготовился - до удара оставались считанные секунды.

Станцию тряхнуло. Тотчас же запищали датчики аварийного повреждения. Ракеты взорвались вблизи реактора, повредив теплообменник и систему охлаждения. Станцию стало серьезно лихорадить. Оператор сообразил, что скоро произойдет ядерный взрыв. Обе станции строили впопыхах и решили использовать не проверенную безопасную конструкцию с солнечными батареями и улавливающими космический ветер парусами, а стары добрый атом. Который сейчас сыграет свою злую шутку.

Оператор сорвался с кресла и кинулся к спасательным капсулам. Вместе с ним бежали и остальные, быстро сообразившие, что сейчас случиться. В эфире раздавались панические вопли и крики - кого-то зажало сорвавшейся с пазов переборкой, придавило искореженными металлическими конструкциями или закрыло заклинившей дверью. Люди орали благим матом, прося о помощи, но никто не отозвался - все старались побыстрее покинуть станцию и спасти свои жизни. Оператор не смотрел ни на кого. Он добежал до капсулы, забрался на сиденье пилота и, хотя еще оставались места, закрыл люк, в который немедленно забарабанили. Он испуганно посмотрел в иллюминатор. Там, за закрытой дверью, стоял его сменщик и что-то злобно кричал ему. Оператор отвернулся, зажмурился и вдавил кнопку старта. Капсулу пневматикой вышвырнуло в космос, навсегда оставив сменщика внутри ядерной консервной банки. Суденышко завращало, пока система стабилизации приходила в норму. Полученное ускорение чуть не размазало оператора - тяжело сдавило грудь. Рядом с креслом повисла кислородная маска. Оператор попытался напялить ее на себя, но руки тряслись и ему никак не удавалось поймать ее. Наконец, у него получилось и он посмотрел на экран радара. Рядом с капсулой летел вражеский истребитель. Оператор не видел, что пилот заглянул внутрь капсулы детектором биологических форм, увидел, что он там один и чуть приотстал.

Татьяна поймала капсулу в прицел и нажала на спуск. Пушка коротко плюнула снарядами и спасательное судно с единственным членом экипажа разлетелось на куски. Это козел так хотел спастись, что даже не подождал остальных. Если бы коробочка была полной и даже сверхмеры, то ее она бы пропустила. Захар четко дал понять - те корабли, которые будут набиты людьми не трогать. А сволочей и трусов уничтожать на месте. Татьяна его поддерживала - эти предадут при первой опасности. До взрыва оставалось еще пять минут и у нее было время отойти.

В поле зрения появилась еще одна капсула. Она кинула взгляд на приборы - судно класса "Желудь", малый транспортный бот. Детектор жизненных форм запищал, выдавая сорок три отметки - слишком много для восемнадцатиместного кораблика. Татьяна подлетела поближе. Бот не был вооружен и сейчас через оптику она разглядывала напряженное лицо пилота с бисеринками пота на лбу. Он видел, что впереди идущий транспорт был ею уничтожен. Боясь за свою участь пилот заложил вираж - неповоротливый бот попытался выполнить его, но с серьезным опозданием. Татьяна играючи пристроилась рядом и вышла с ними на связь.

- Продолжайте движение по вектору сто семнадцать, второй посадочный коридор на Тритон. - Металлический голос девушки ввел пилота в ступор. - Вам ничего не угрожает, если вы будете придерживаться данных координат.

Бот послушался и встал на курс - жить хотелось всем. Мы же не звери, подумала она. Правильно Захар сделал, что решил пощадить противника - перед новой угрозой нам необходимо объединиться. И пока мы не можем двигаться к Земле, то хотя бы создадим надежный форпост обороны здесь, на Тритоне. Сейчас он готовит сообщение для второй станции, которая вот-вот покажется на горизонте. Он даст людям выбор - остаться здесь или покинуть пределы Нептуна. Вот тогда и посмотрим, кто действительно умеет делать правильные выводы, а кто - просто дурак. Татьяна заложила вираж и направилась к крейсеру - поток кораблей-беженцев иссяк, до взрыва две минуты, не хватало еще самой попасть под взрывную волну.

Дураков оказалось довольно много. Все они погрузились на сухогруз "Носорог" и отправились в сторону Земли. Те, кто колебался или совсем не сомневался остались на станции, к которой пришвартовался линкор и рейдер. Захар выступил перед всеми на открытой частоте, выложил доказательства предательства Императора и проводимой им чистке и в конце подытожил:

- Решать вам, присоединяться к нам или нет. Но в скором времени дни человечества сочтены. Ваш хваленый Император при поддержке нашего Командующего ведет целенаправленный геноцид населения Земли. Пока они всех не обратят в своих рабов, они не успокоятся. После чистки на нашей родной планете они последуют к Марсу и выкорчуют оттуда сорняки свободы и равноправия. Хотя сами корпоративщики довольно хитрые люди и тоже ведут свою игру, но тягаться с хорошо обученными солдатами Командующего и роботами Императора не смогут. Так или иначе они обречены. И наша цель - не просто свергнуть тиранов, но обеспечить людям выбор. Вы можете сами для себя решить - быть рабами или остаться свободными людьми. Время пошло!

Часть командования станции, знавшее чуть больше других, решило не рисковать и присоединилось к отрядам Захара. Они уже давно не были на Земле, сидели на голодном пайке и выполняли противоречащие друг другу приказы, сами задумываясь о мятеже. Охранять возле орбиты было некого - покойный адмирал забрал с собой последние дееспособные войска и материально-техническую базу в составе техников и инженеров. Перспективы вырисовывались совсем не радужные и начальник станции так или иначе задумывался о создании полноценной автономии, благо связь работала и он знал, что происходит в системе. Пока стоял такой бардак, можно было бы отхватить побольше. Многие офицеры были не согласны с мнением начальства, но рот не раскрывали - никому не хотелось прогуляться в космос без скафандра. И такое разрешение ситуации они восприняли с облегчением - надоело быть подвешенными в "невесомости". Каждый выбрал сторону по своим взглядам и убеждениям. Но умные люди предпочли союз с бывшими врагами, тем более что это они протянули руку помощи и отказываться было бы глупо. Конечно, оружия им не оставили - все же недоверие было сильным, но позволили разгуливать по станции, обеспечили продовольствием и водой, новыми баллонами с воздухом. С начальством решила остаться малая часть техников и операторов. В основном тех, у кого не было семей на Земле и кто вовремя спрятался от отрядов адмирала. Те же, кто оставил там хоть кого-нибудь, спешили улететь и даже не задумывались о последствиях. Захар никого не держал. Он предоставил им выбор.

Гражданский персонал станций, расположенных на Тритоне, затаился, выжидая, чем закончатся события. Они уже привыкли, что переходили из рук в руки и появление новой власти, пусть и заявившей о полном равенстве всех друг к другу все же не сильно возрадовало население баз. Наступление анархии они совершенно не ждали, а то что она последует за всеми заявлениями Захара было ясно как день. Он и сам это понимал, но пока не видел другого выхода. Ставка была на ученых, которых, если он не ошибся, удастся разыскать на Тритоне. Это были довольно умные люди, которые могли своим авторитетом при поддержке бойцов Захара убедить людей в правильности выбранного курса.

Десантный бот снарядили через несколько часов после того, как состыковались со станцией. Верховодить захаровской "бандой" оставили Молота и капитана Лукьянова. Один занимался организационными работами, второй налаживал отношения с бывшим противником, хотя прежнюю неприязнь было проблематично перебороть. Все-таки многие годы войны давали о себе знать. Захар взял с собой проверенную тройку, Светлану, как серьезного аналитика, Жулика - специалиста по взлому и электронным устройствам, еще троих бойцов, Виктора первым и Сергея вторым пилотом, тяжелую артиллерию в лице Хаба, бывшего сотрудника подразделения "Зубр", двух техников-штурмовиков Лысого и Кудрявого. Для начала хватит, подумал Захар, разглядывая разношерстную команду. Он прошел через ряд кресел и остановился у входа в рубку, развернувшись к бойцам.

- Ученые боятся всего, даже любого шороха. Поэтому будьте начеку, но ни один волос не должен упасть с их головы. Они наверняка устроили многоуровневую систему защиты, обойти которую мы не просто обязаны, а должны. Прикрывайте друг друга и смотрите по сторонам.

- Не бзди, командир! - отозвался Ворон, крупный человек-десантник. - Прорвемся. А то ты как наш взводный, тот всегда любил поплакаться перед высадкой.

- Он чувствовал ответственность за ваши чугунные задницы и деревянные головы. - Сказала Светлана. - Наш лейтенант только начинает приближаться к этому.

- Ладно. - Поднял ладони вверх Ворон. - Я понял. Вопрос снят.

- Поехали. - Крикнул Захар в сторону пилотской кабины.

- Сначала заглянем на огонек военного склада, а потом на ферму. - Сказал Виктор Сергею и щелкнул тумблером, расцепляя захваты. Корабль провалился в голубую синеву Нептуна, на фоне которой щербатым боком парил Тритон.

Бот заложил вираж, обходя станцию. Лопасти закрутились, разгоняя корабль. Он сверкающей точкой понесся к спутнику. Людей вдавило в кресла от ускорения, но антиперегрузочные компенсаторы сработали как надо, гася нагрузку. Бывалые десантники и пилоты даже не заметили, что им чуть сдавило грудь. Виктор заложил противоракетный маневр, хотя никаких предпосылок к этому не было. Просто на всякий случай. Сергей следил за радаром и сканером. Поверхность спутника быстро приближалась. На дисплее возник ландшафт с помеченными точками-базами. Компьютер идентифицировал каждую из них, подписав названия. Нужный военный склад располагался в небольшом кратере. От него шла магистраль пассажирского трубопровода, которая соединяла сразу три станции: патрульный форпост, торговый центр с космодромом и ферму. Ту самую ферму. Захар кивнул сам себе. Слишком много совпадений. И почему же республиканские шпионы так и не нашли ученых? Ведь они не дураки и просчитать их тайное логово могли точно также, как и он сам. Тем более надо быть осмотрительнее.

- Где будем садиться? - Спросил Виктор.

- Давай в космопорт. - Махнул рукой Захар. - Не думаю, что там они окажут нам сопротивление. Тем более что наверняка слышали мое заявление.

- Но не все поверили. - Пробормотал Виктор.

Он связался с диспетчерской вышкой, которая торчала на уровне краев кратера. На вызов долго никто не отвечал, пока экран не зарябил и в поле зрения камеры не вполз смертельно уставший человек. Он проморгался, потер пальцами глаза и уставился в монитор.

- Кто такие? Чего надо?

- Прошу посадки. - Коротко сказал Виктор.

- Доки свободны, садитесь где хотите. - Равнодушно сказал диспетчер.

- Что случилось? - спросил Захар.

Диспетчер посмотрел на него ничего не выражающим взглядом и наконец произнес:

- Безумие.

После чего отключился.

- Это еще что такое? - удивленно спросил Сергей.

- Не знаю, но мне это не нравиться. - Захар повернулся к пассажирскому отсеку. - Всем приготовиться, на базе твориться неладное. Проверить боезапас и быть начеку.

- Мы уже давно начеку. - Проворчал Рыжий.

Захар подошел к шлюзу. Виктор увидел пролом в стене дока и направил корабль туда. Он внимательно осмотрел загнутые наружу края металла и сделал вывод, что взрыв был изнутри. Что-то серьезное и мощное рвануло в ангаре, разметав два транспортных бота и повредив наземный гараж, где стояли три машины-транспортера. Виктор ювелирно провел бот через дыру и завис над полом, держа машину на реактивной тяге, не жалея топлива. Разгонные лопасти пришлось отключить и сложить. Пассажирский отсек загерметизировался, кресла чуть подались вперед, разложившись. Сидевшие в них люди в боевых экзоскелетах встали в рост. Под ними раскрылись люки и они скользнули вниз все одновременно, принимая боевое построение. Черный с Рыжим откатились от корабля, Хаб развернулся к отверстию в ангаре, беря его на прицел. Ворон, Серый, Жулик и Дятел заняли позиции под брюхом транспорта, рассыпавшись веером. Секач и Зяблик прикрыли Лысого и Кудрявого и вышли вперед к закрытым дверям ангара. Черный с Рыжим двинулись за ними. Светлана осталась с пилотами контролировать ситуацию. Она следила за бойцами с помощью радиопеленгаторов и нашлемных камер. Захар активировал ночное видение. Ангар был завален обломками оборудования, кораблей и груза. Трупы нескольких людей с оторванными конечностями лежали, придавленные рухнувшими на них кусками металла. Он подошел к одному из них. Лицо уже замерзло, приняв вид гипсовой маски. Секач двинулся к двери.

- Ворон, Дятел, контролируйте арьергард. Жулик - ты центр. Черный, Рыжий - боевое охранение. Вперед. - Секач раздал указания и первым подошел к двери.

Лысый присел рядом с панелью управления, откинул крышку и подцепил крокодилы к контактам. Он подал питание на замок, но того явно было недостаточно - дверь дернулась, но не открылась. Техник посмотрел на Кудрявого. Тот понял его без слов. Достал из накладного кармана сканер и прислонил его к двери. Считав данные, он повернулся к Захару.

- За дверью есть давление и атмосфера. Сработал блокиратор. Он не впустит нас внутрь, пока здесь вакуум.

- И что делать? - спросил Серый.

- Можно взломать его. - За Кудрявого ответил Лысый. - Поток воздуха из коридора будет сильным, но мы успеем проскочить.

- Взламывай. - Сказал Секач. - Всем приготовиться.

Лысый поколдовал с замком и дверь стала отворяться. Из коридора дыхнула теплом и полетели мелкие куски пластика. Как только проем расширился достаточно, Захар проник внутрь, за ним полезли остальные. Хаб вошел одним из последних. Лысый выдернул крокодилы и нырнул в дверь, ухватившись за руку Дятла. Дверь в ангар закрылась за ними, как только техник перестал подавать команду на блокиратор.

Внутри коридора было запустение, следы от выстрелов, валяющийся мусор, порванные кабеля и вскрытые кожуха системы вентиляции. Секач двинулся вперед, держа наготове оружие. Он видел два трупа, что лежали на углу коридора. Дойдя до перекрестка, группа остановилась.

- Лысый, дай карту комплекса. - Сказал Захар.

Техник наклонился к информационной панели и набрал запрос. Перед ними раскрылась голографическая картинка с переходами, коридорами и лифтами. Пассажирская линия метро мигала отдельным синим цветом, остальное было нейтрального зеленого. Техник начал водить пальцем по воздуху.

- Мы здесь. Монорельс здесь. Диспетчерская тут. Карта не показывает неисправности, но хотя бы дает сориентироваться. Куда направимся?

- Сначала в диспетчерскую. - Решил Захар. - Там точно есть один живой, кто может разъяснить ситуацию. Одну группу отравим на станцию монорельса. - Он повернулся. - Серый, Рыжий, Черный и Зяблик, пойдете туда. - Серый кивнул. - Займете объект. Хаб и Кудрявый - вы осмотрите медцентр. Там тоже могут быть выжившие. Остальные - со мной.

Все разошлись. Получив задачу, бойцы принялись немедленно ее исполнять. Захар дошел до лифтов и вызвал один. Но механизм не сработал. То ли сигнал не прошел, то ли был заблокирован наверху. Учитывая то, что произошло, оставшийся в живых наверняка решил позаботиться о своей безопасности. Секач повернулся к Лысому.

- Сможешь вызвать лифт?

- Попробую. - Техник опустился перед панелью и подцепился к ней карманным взломщиком. Замелькали цифры на дисплее, прибор пискнул и подъемник пришел в движение. Он набрал скорость, чтобы быстро пролететь оставшиеся до людей метры и плавно затормозил перед ними. Все вошли внутрь и Лысый дал команду на подъем. Он отцепил разъемы, используя удаленный доступ. Для первого взлома его недостаточно. Подъемник заскользил вверх, набирая скорость. Когда двери отворились, Захар первым выскочил внутрь, оглядывая помещение диспетчерской.

На полу лежало два трупа. В кресле возле пульта еще один. Секач подошел к нему и потрогал стволом автомата. Кресло чуть повернулось, показывая лицо трупа с простреленным затылком. Диспетчер застрелился сам. На полу под его ногами лежал пистолет "Стриж". Захар поднял его, понюхал ствол. Сомнения развеялись сами собой - стреляли недавно. Остальные рассредоточились по помещению, оглядывая все углы. Захар вызвал группу Серого.

- Серый, что у вас?

- До монорельса еще не дошли, но пока чисто. - Пробился сквозь помехи голос штурмовика. - В смысле грязно - везде трупы. Такое ощущение, что они сами покрошили друг друга перед нашим прилетом.

- Здесь то же самое - три оператора и все мертвы.

- В медцентре трое выживших. - Вклинился в разговор Хаб. - Доктор, пациент и медсестра. Доктор заперся в кабинете и орет какую-то чушь. Медсестра и пациент живы, но без сознания. Похоже, это доктор дал им по кумполу, но силенок не хватило добить.

- Иду к тебе. - Ответил Захар.

Он отключился и повернулся к Лысому.

- Попробуй выяснить, что здесь произошло. Ворон, за старшего. Жулик, выясни, в каком состоянии комплекс.

- Понял, сделаю. - Взломщик раскрыл свой саквояж и вытащил орудия труда - компьютер и скремблер. Захар не стал дожидаться, когда он закончит и покинул диспетчерскую.

Он начал спускаться на лифте, когда тот дернулся, качнулся и полетел вниз. Захар напрягся и перед самым ударом о дно шахты, подпрыгнул вверх. Пол подъемника смялся, стенки кабины сморщились, потолок ушел вниз, прижавшись к шлему космопеха. Захар тяжело приземлился на ноги. Он раскрыл двери руками и замешкался на мгновение.

Перед ним стоял худой высокий человек в черном облегающем костюме с маской на голове. Он держал в руках подобие дробовика, хотя это был не он. Просто похожее оружие. Захар попытался чуть сместиться в сторону от выстрела, но незнакомец не дал ему этого шанса. Он нажал на спусковой крючок. Прогремел выстрел. Дробовик пальнул не дробью, а тремя шариками, которые влетели в искореженную кабину лифта и взорвались. Захара отшвырнуло назад, силовой щит еле выдержал, тревожный огонек замигал красным. Космопех вскинул руку с автоматом и вдавил спуск. Очередь прочеркнула то место, где до этого стоял убийца. Он каким-то чудом ухитрился увернуться и открыл ответный огонь. Понимая, что еще двух выстрелов он не выдержит, Захар собрал все силы и прыгнул вперед, вылетая из лифта, как из пушки. Створки дверей повредило взрывом и прохода вполне хватило для габаритного экзоскелета. Убийца стрелял ему вслед, постоянно перемещаясь. За спиной что-то постоянно взрывалось, силовой щит отключился, на броню обрушился град осколков и рикошета. Несколько воздушных шлангов перебило, но Захар не сбавил темпа. Наоборот, он нарастил его, стараясь двигаться также быстро, как убийца. Экзоскелет сковывал движения, давление в системе упало, но могучая мышечная масса космопеха выручала его. Убийца стрелял быстро, но чуть с опозданием. Секач тоже времени не терял, просто ведя стволом автомата вслед за противником. Враг был донельзя шустрым и постоянно перемещался. Он даже на ходу менял магазин, перезаряжаясь и продолжая выстреливать свои взрывные заряды. Космопех никак не мог нанести ему хоть какие-нибудь повреждения. Тогда Захар решил сменить тактику. Продолжая стрелять из автомата, благо магазин был на тысячу двести шариков, он второй рукой выхватил гранату и метнул ее в убийцу, который как раз перезаряжался. Та пролетела метров пять и взорвалась, раскидав противников. Захару серьезно досталось от своей же гранаты, противник тоже еще не мог прийти в себя. Граната разорвалась рядом с ним и сильно контузила врага. Он попытался встать, но не смог. Захар, превозмогая боль и звон в ушах, подскочил к нему и схватил за шиворот. Неожиданно для него самого противник вывернулся наизнанку, выбираясь из захвата. Понимая, что он сейчас уйдет, Секач всем телом рванул к стене и прижал шустрого убийцу экзоскелетом. Тот извивался ужом, но Захар давил все сильнее. Активировалась резервная система подачи воздуха, заслонки перекрыли порванные шланги, давление в поршнях возрастало, насосы работали все сильнее, создавая усилие. Противник задергался, его шлем, попавший под локоть космопеха начал трескаться. Секач все продолжал давить, не выпуская врага. Тот вдруг затих и громко взвизгнул. Наружные микрофоны не выдержали, из и так контуженных ушей Захара полилась кровь. Он полностью оглох. Чуть приотпустив противника, он, однако не ослабил хватку, но этого оказалось достаточно, чтобы враг выскользнул, словно угорь, подпрыгнул вверх и по потолку убежал куда-то за угол.

Захар устало опустился на пол. В ушах шумело, по челюсти и шее бежала кровь. Он снял шлем и пальцами попробовал сначала правое, потом левое ухо. Снаружи вроде бы все нормально, только кровь сочиться, но как там внутри? Он посмотрел на медицинский сканер на дисплее шлема. Тот показывал серьезные повреждения барабанных перепонок и сигнализировал о немедленном обращении в медпункт. Захар увидел, как из-за угла вынырнул Хаб. Тот быстро подбежал к космопеху. Он что-то говорил, но Захар его не слышал. С трудом Секач встал и, опираясь на стену и руку "Зубра" поковылял в медпункт.

Захар шатало. Он опирался на руку Хаба, то и дело порываясь упасть. Сознание пыталось ускользнуть в небытие, но человек не давал ему этого сделать. Надо предупредить остальных об убийце, мелькнула мысль.

- В коридоре был убийца. - Сказал Захар и не услышал себя. Он даже не понял, что прокричал эти слова, стараясь донести их до своего слуха, которого лишился начисто. - Догоните его и будьте осторожны! Он может добраться до ученых, если уже не сделал этого!

Губы Хаба зашевелились, но Захар не услышал ни слова. Уже понимая, что остался без слуха, он заспешил в лазарет. Там с медицинским оборудованием возился Кудрявый. Завидев Захара, он молча провел его в кресло, усадил тяжелый экзоскелет с человеком внутри и воткнул ему шприц с обезболивающим. После чего выудил из шкафчика звуковой имплант, самой простой модели, поместил его в правое ухо. Имплант, датчиками ощутив тепло тела, активизировался, выдвинул ножки, вплетаясь в ткань органа, занимая удобное положение, протянул провод и подключился к слуховому каналу. У Захара в голове как будто резко включили звук. Кудрявый щелкнул пальцами возле уха. Для Захара словно прогремело в голове.

- Как ощущения? - громким голосом поинтересовался Кудрявый.

- Хреновые, сильно громко. - Ответил космопех и не узнал свой голос. Машина передавала частоты немного по другому.

- Сейчас откалибрую. - Кудрявый воспользовался кабелем, чтобы подключиться к импланту. - Эта самая надежная и стабильная модель без всяких наворотов. - Продолжил он, уже тише, копаясь в настройках. - У местного доктора их целый склад. Видно, шахтеры постоянно обращались за помощью. Сейчас, потерпи немного. - В голове раздался резкий звук и громкий шлепок. Захар поморщился. - Ну, вот и все, теперь можешь отлично слышать, как мыши на складе сухарями шуршат. - Кудрявый улыбнулся.

- Добро пожаловать в наш клуб. - Прогудел Хаб.

- Да, кстати, - Кудрявый отвернулся к столу, кладя инструмент, - системы связи тебе больше не нужны. Имплант принимает любые радиосигналы.

- А рак мозга у меня не разовьется от этого? - спросил Захар, осторожно трогая себя за ухо.

- Со временем конечно, - улыбнулся Кудрявый, - но мы сделаем тебе титановый череп и можешь не опасаться за свое серое вещество, которым заполнена твоя башка.

Захар покрутил головой и вызвал Серого.

- Внимание! В комплексе находиться убийца! Будьте внимательны!

Серый не отвечал.

- Серый! Ты меня слышишь?! - Захар забеспокоился.

В динамике зашуршало и раздался тяжелый голос Рыжего:

- Серый тяжело ранен, не может говорить. Зяблик убит. Черный сел убийце на хвост, но не думаю, что догонит его.

- Мы сейчас же идем к вам! - крикнул Захар, соскакивая со стола. - Где этот чертов доктор? - спросил он на бегу. - Пусть подготовит операционную!

- Какой доктор? - в свою очередь на бегу спросил Кудрявый.

- Ну как же! - удивился Захар. - Я же вызывал вас. Хаб сказал, что выжили медсестра, пациент и доктор!

- Не говорил я такого! - Возмущенно просипел Хаб, бухая ногами позади них.

- Как не говорил? Я же вызвал тебя по рации!

- Вызов был. - Подтвердил Хаб. - Но он не прошел. Я взял пеленг и пошел по нему. Так и нашел тебя, лежащим у стены.

Захар сразу же все понял. Убийца настроился на их частоту и вызвал его вниз, устроив ловушку. Умно. Но сейчас главное проверить ребят.

Они вбежали на станцию монорельса. Здесь тут и там лежали трупы людей, которые приехали или уезжали на работу в шахты или на ферму. Лица были расцарапаны, у некоторых застыли в пальцах клочки ткани с одежды рядом лежащих мертвяков, один перегрыз другому горло. Что здесь произошло, подумал Захар, замедляя шаг и внимательнее оглядываясь. Хаб сразу заметил лежащего Серого и стоящего над ним Рыжего. Он направился к ним. Кудрявый и Захар последовали за ним.

- Как он? - первым делом поинтересовался Секач.

- Плохо. Потерял много крови, один из этих чертовых зарядов угодил прямо в грудь и разворотил все. Сейчас держится исключительно на медблоке скафандра.

- Хаб, - повернулся Захар к "Зубру", - бери Серого и тащи в корабль. Я сейчас свяжусь с Виктором.

- Не надо. - Раздался голос Светланы в динамике. - Я все видела и слышала. Помощь уже идет. Как только ты обнаружил убийцу, я вызвала бот поддержки со станции. Там есть медики и штурмовики. Они займут периметр, так что сразу несите его в лазарет. Оборудование там хоть и старенькое, но зато надежное.

- Что еще можешь хорошего сказать? - спросил Захар, кивая Хабу, который уже бережно поднял Серого.

- Убийца серьезно ранен, но Черному не удалось убить его. Он применил какой-то способ телепортации или что-то в этом роде. Кинул какую-то штуку на пол и прыгнул в возникший перед ним луч. Штука после использования взорвалась, но Черного не зацепила. Сейчас он там ползает на карачках и собирает обломки.

- Зачем? - спросил Кудрявый. - Устройство самоуничтожилось и узнать как оно работает теперь уже невозможно.

- Но можно изучить состав металлов и выяснить из чего оно было сделано, а это уже хоть что-то. - Светлана помолчала. - Вы поняли, кто это был?

- Определенно не человек. - Захар кивнул сам себе. - Выходит, этот инопланетный Куратор обратил внимание на нас.

- Не знаю, радоваться нам или плакать. - Сказал Рыжий. - Но это серьезно все осложняет. Если у него сотня таких солдат, то нам каюк.

- Это мы еще посмотрим кто кого. - Злобно сказал Захар. - Мы выстояли против республиканских легионов. Выстоим и сейчас.

- Корабль совершил посадку, - сообщила Светлана, - штурмовики уже спешат к вам. С базы отправили еще два бота.

- Скоро здесь будет тесно. - Пошутил Кудрявый.

- Не сомневаюсь. - Захар кивнул на темный тоннель монорельса. - Сейчас подождем подкрепление и продолжим наши поиски.

Портал засверкал и из него вывалился Наемник. Он пошатываясь отошел от площадки и повалился на пол. Ноги сводило судорогой, руки дрожали. Убийца вколол себе обезболивающе напополам со стимулятором и попытался подняться на ноги, но упал. Два сердца бешено стучали, но уже сейчас был едва заметен возникший между ними резонанс. Еще немного и они взорвутся от перенапряжения. Сейчас он подстегнул регенеративную систему организма, она должна быстро привести его в норму. Недаром он относиться к самым живучим существам галактики.

В зал вбежали несколько представителей заказчика. Они склонились над Наемником, один достал универсальный диагност и провел им над телом убийцы. Прибор противно запищал и выдал результат - выздоровление возможно с тридцати пяти процентной вероятностью. Самый высокий среди них встал во весь рост и сказал:

- Поместите его в Р-капсулу. Немедленно.

- Не трогайте меня! - чуть слышно сказал Наемник. - Вы сделаете только хуже.

- Ты не хочешь выжить? - удивленно спросил молодой Куратор. Наемник узнал его по тупоносому клюву и хохлу разноцветных перьев на макушке. - Странное желание.

- Ваши капсулы только принесут мне вред. - Прошептал убийца. - Мы, Ольтаары, не нуждаемся в помощи механизмов, сама природа работает на нас.

- Не хвались, насекомыш, - презрительно-надменно сказал Куратор. - Я смотрю люди оказались тебе не по зубам?

- Они заключают свои тела в крепкие скорлупки, словно Хваахты, которые довольно сложно вскрыть. - Наемник заперхал - лекарства вступили в действие. - Но мне все же удалось убить одного.

- Одного из них, но не главного! - вскрикнул Куратор. - И этим ты хвалишься? Своим провалом? Или вы, кузнечики, только и можете, что вырезать беззащитное население? - Куратор наклонился к Наемнику. - Вот что я тебе скажу, попрыгунчик, твои услуги больше не нужны.

Глаза убийцы увеличились в размерах, человеческая оболочка постепенно спадала - время маскировки заканчивалось. Он уставился фасетками на Куратора. Тот поднялся и вышел из зала. Его помощники подняли тело Наемника, тот попытался вырваться, но регенеративная система активизировалась на полную и началась стадия окукливания. Белесые нити протянулись из тела, опутывая конечности.

- Это будет проще, чем я думал. - Сказал один из них и они, не сговариваясь, швырнули тело убийцы в утилизатор, стоящий рядом с порталом. Тот довольно хрюкнул, принимая жертву и разложил ее на молекулы, преобразовав в полезную массу, которую потом можно было пустить на синтез чего-нибудь полезного.

- Вот и наступил твой конец, насекомыш. - Сказал один из них.

- И что дальше? - спросил второй. - Что делать с людьми?

- Он знает. - Мотнул в сторону двери длинноносой головой первый.

- Хорошо. - Кивнул второй, хотя уверенности в его словах не было.

Захар вошел в помещение оранжереи и сразу же заметил серьезные изменения. Лампы источали мощный белый свет, фрукты были крупными и свежими, а на дальней стене красовался вход в еще один зал. Даже не пытаются прятаться, подумал космопех, шагая между грядами. За ним тенью следовал Молот, который сразу же сорвался со станции, услышав вызов Светланы. Он быстро организовал охрану наземного комплекса, его ребята обшарили все закоулки и нашли двоих выживших. Которые и рассказали, что произошло.

Всех людей в комплексе настигло какое-то безумие. Они бросались друг на друга как дикие звери, грызли друг другу глотки, рвали одежду, кусались и царапались. Бойня продолжалась недолго и быстро закончилась. Вокруг лежали трупы и растекалась кровь. Эти двое спрятались в очистительной системе и дрожали от страха. Им повезло, что в головах у обоих стояли титановые пластины, а часть функций мозга взяли на себя импланты - оба были высококлассными инженерами и без них шахта быстро остановила бы работу. Руководство фирмы пошло на расходы, чтобы вернуть незаменимым людям здоровье - оба пострадали при неожиданном взрыве в шахте. Температура возросла и высвободившейся газ взорвался. Погибло довольно много шахтеров, а тех, кого спасли, фирма выплатила компенсацию и отправила доживать на Землю. Те, кто не хотел возвращаться, остались на Тритоне в качестве консультантов. Инженеров же оставили на полную ставку.

Выживших отправили на орбиту на станцию. Сами же заняли комплекс и стали очищать помещения от трупов. На военной базе сохранилось несколько роботов, которых использовали в качестве полотеров. Пока в наземном комплексе наводили порядок, Захар с остальными отправился на поиски главной своей цели - научной братии. Которая так беспечно засела на ферме.

Когда штурмовики прибыли на ферму, то система допуска естественно не впустила их. Пришлось ее уговорить выстрелами из оружия. Тогда активизировалась защитная система - несколько потолочных турелей и мины-прыгуны. Но опытных космопехов, этими игрушками было не испугать. Молот моментально избавился от турелей, а остальные перебили мины издалека. Оставаясь настороже, штурмовики прошли в рабочие помещения и сразу же заметили неприкрытый вход, который словно говорил: "добро пожаловать". Периметр входа взяли под наблюдение и Захар первым вошел во второй зал.

Было видно, что здесь работали над чем-то технологическим - множество мониторов, роботов-манипуляторов, каких-то приборов, пробирок, колб, инструментов. Захар быстро оглядел заставленное помещение. Ученых нигде не было видно, но и следов их бегства в спешке тоже не было заметно. Где же эти умники спрятались, подумал космопех, внимательно оглядываясь. Вслед за ним вошел Черный и Кудрявый. Остальные остались в оранжерее. Черный, в отличие от Захара, сразу же заметил дверь в холодильник. Он подошел к черному стеклу и включил свет.

Внутри на полу сидели пятеро в белых халатах. Они вздрогнули от неожиданности и испуганно посмотрели в окошко. Черный улыбнулся и откинул забрало шлема, показывая лицо. Один из ученых внимательно всмотрелся в штурмовика и что-то тихо сказал сидевшему рядом соседу. Тот встал и подошел к окошку.

- Кто вы такие и что вам надо? - спросил он. Голос звучал глухо. Как это он умудряется говорить через дверь холодильника, подумал Черный. Он подозвал к себе Захара и Кудрявого.

- Вот, полюбуйтесь. - Указал пальцем на ученых штурмовик. - Только им пришла в голову дурацкая идея залезть и спрятаться в холодильнике. Который запирается снаружи.

- Вообще-то он немного модифицирован и его можно открыть изнутри. - Обиделся ученый.

- Ладно, профессор. - Черный примирительно поднял ладони вверх. - Беру свои слова обратно.

- Нам нужна ваша помощь. - Сразу же перешел к делу Захар.

- Вы так и не ответили на мой вопрос, кто вы, собственно, такие? - уперся ученый.

- Мы на данный момент единственная объединенная группа людей в системе, которая не преследует политических и коммерческих целей, а просто старается создать нормальное адекватное общество, в котором были бы все равны и не зависели от непонятно кого.

- Вы анархисты?

- Можно и так сказать. - Кивнул Захар.

- Тогда чем вы лучше союзных войск или республиканских? Или имперских? Или Корпоративного Совета?

- Я смотрю вы в курсе событий. - Захар наклонил голову. - Тогда может быть вы знаете, что человечество попало под пяту инопланетной расы, которая тайно нами управляет?

- Это все чушь собачья! - заявил ученый. - Во все времена люди придумывали себе страшилки!

- А если я предоставлю доказательства? - спокойно спросил Захар.

- Это какие же? - ученый сложил руки на груди.

- Может быть хватит разговаривать через дверь? - вопросом на вопрос ответил Захар. - А то как-то неудобно получается - хозяева там, а мы здесь. - Он улыбнулся.

- Мне и тут комфортно. - Парировал ученый.

- Ну что ж. - Захар взмахнул правой рукой и со всей силы ударил по замку. Дверь, хоть и была толстой и прочной, но от такой кувалды сразу же смялась. Еще один удар выбил замок, сломал запоры и створка от удара чуть качнулась на петлях. Захар потянул ее на себя. Холодильник распахнулся, представив его взору напуганных ученых. Один из них нажал на кнопку какого-то прибора. По помещению прошла электромагнитная волна, чуть пощекотав нервы и вырубив всю электронику. Но Захар продолжал двигаться. Он подошел к ученым и, присев на корточки, сказал. - Очевидно, среди вас нет ни одного кибернетика, а то бы вы знали, что электромагнитная мина вырубает электронику республиканских скафандров, но не наших.

Ученые побледнели. Тот, кто говорил с Захаром, трясущимися губами произнес:

- Что вы будете делать с нами?

- Я бы не так поставил вопрос. - Сказал космопех. - Я бы спросил: что вы нам предлагаете?

- Что вы нам предлагаете? - повторил за ним ученый.

- Свободу и власть. - Твердо произнес Захар. - Мы не можем управлять огромными массами, мы умеем только сражаться и убивать. Организовывать глубокие рейды в тыл противника, вести диверсионную войну. Нам нужен кто-то, кто бы взял на себя заботу о гражданском населении и организации общего управления. Ни один политик на эту роль не подходит, потому что они думают только о своей выгоде, да и из высшей военной касты кандидаты не лучше. - Захар сделал паузу. - Нужны авторитетные люди, которые могут думать не только о себе, но и о других. Вы вполне годитесь на эту роль.

- Вы хотите построить коммунизм? Но ведь это утопия!

- Назовите, как хотите, но нам нужна такая модель общества, чтобы во главе была технологическая элита, которая не просто внедряла новые разработки, но обеспечивала комфортное существование. При поддержке армии и флота такая элита может все.

- Вы хотите создать отдельное государство научное направленности? - спросил один из ученых, высокий бородач.

- В данный момент времени это единственная возможность справиться с враждебной нам расой.

- Какие ваши доказательства?! - вскричал с акцентом низенький ученый, коверкая слова.

- Одно из доказательств сейчас находиться в трюме нашего рейдера. Это инопланетный челнок. Можете разобрать его до винтика и досконально изучить. Косвенные доказательства хранятся на информационном носителе. Я непременно познакомлю вас с ними, если вы примете наше предложение.

- Какое, я так и не понял? - спросил самый первый говорливый ученый.

- Ну, тупой! - воскликнул Черный. - Тебе же говорят - хочешь исследовать технологии пришельцев - вставай во главе нашего объединения. Баш на баш!

Ученые переглянулись.

- Мы не можем так сразу решить это. Нам надо посоветоваться с остальными.

- А где они? - спросил Захар.

- Здесь. - Сказал голос. В висок космопеха уперся ствол непонятного оружия.

Как и кто незаметно прокрался в холодильник, Захар даже не думал. Он действовал инстинктивно. Резко убрал голову с линии выстрела, захватил, заламывая, руку и потянул противника вниз. Тот пытался сопротивляться, но реакция у него запаздывала, хотя он тоже был военным. Это Захар определил по хватке. Он посмотрел в спокойные глаза военного в неизвестном обмундировании. Что-то среднее между скафандром и экзоскелетом, но материал более гибкий. А потом провел взглядом по помещению.

Возле каждого бойца стоял человек с оружием и держал их на прицеле. Штурмовики пока не дергались, ожидая приказа. Захар понимал, что ситуация может вылиться в побоище и кто кого победит, еще неизвестно, так что надо бы сгладить возникшее напряжение.

- Это ваши остальные? - спросил Захар у ученого. Тот кивнул. - Что же они на гостей кидаются?

- А разве гости вламываются в дом к хозяевам, расстреливая системы охраны? - парировал военный. - Да еще и портят имущество.

- Что есть, то есть, извиняй. Но и пушкой тыкать в лицо неприлично, разве нет?

- Признаю, мысль была неудачной.

Захар поднял военного на ноги. Тот был чуть ниже, но это оттого, что космопех был в более массивном экзоскелете. Военный подал знак и его люди опустили оружие.

- Значит, вы пошли против своего командования? - уточнил военный.

- Которое нас предало и хотело уничтожить.

- Странно, что в вас не сработали гипноблоки. - Военный задумался. - Все инкубаторские программируются на полное подчинение.

- Кроме первого поколения. - Вставил лысый ученый. - На них только обкатывали технологию выращивания. Второе поколение шло уже с промытыми мозгами. Если бы с нами был доктор Павлюк, то он бы более точно ответил на ваши вопросы. Все-таки вы его детище.

- Я знаю, - кивнул Захар. - Так что там с нашим предложением?

- Оно принято с небольшим условием. - Военный поднял руку. - Необходимо создать Совет.

- Это мы уже проходили. - Махнул рукой Захар.

- Ты не дослушал. - Военный был спокоен. - В Совет войдут два представителя от каждой фракции: ученые, инкубаторские солдаты, полумеханические люди, гражданское население и рабочие специальности. Сколько наберется, столько и наберется. Не будет председателя. Каждый получит слово и время, чтобы его сказать. Все решения выносятся на общее обсуждение населением. И после голосования оно либо принимается, либо нет.

- Какая-то демократия. - Поморщился Черный.

- Нет, демократия - это власть небольшой группы людей, которые все решают за остальных. А у нас будет то, что называлось вече.

- Чего? - спросил Черный.

- Вече. - Терпеливо повторил военный. - Народное собрание. Надо бы поработать над вашим образованием, молодой человек.

- Николай Сергеевич у нас бывший историк. - Вставил первый ученый. - Он знает, что говорит.

- Ну, что ж. - Подытожил Захар. - Раз все так удачно разрешилось, не обменяться ли нам информацией и не выработать дальнейшую стратегию действий?

- Полностью согласен. - Николай Сергеевич указал широким жестом на возникший в нише провал. Лестница уходила куда-то вниз. - Пройдемте в более удобное помещение. А то здесь как-то прохладно.

- Аккумуляторы садятся. - Сказал кто-то из его бойцов.

- Да нет, - мотнул головой военный, - это Станислав Валерьевич вырубил установку и приготовил ее к взрыву, чтобы технология не досталась неизвестному врагу. Уж больно лихо вы сюда пробивались.

- Какая технология? - спросил Захар.

- Технология получения бесконечной энергии. Из ничего. - Просто сказал Николай Сергеевич. - Именно из-за нее мы и оказались здесь. Не хотелось отдавать ее кому попало.

- А мы не кто попало?

- Вы такие же люди как мы - заложники обстоятельств. И если мы вынуждены были скрываться, то вы серьезно взялись за дело и наступили на хвост врагу. Я следил за вашими действиями с помощью системы радиолокации, разработанной нашим уважаемым академиком Листовым. - Николай Сергеевич уважительно посмотрел на Захара. - Такой союзник нам просто необходим. Мы с вами сможем решить все проблемы человечества раз и навсегда.

- Очень на это надеюсь, но может быть пока решим насущные? А о глобальных подумаем потом?

- Верное замечание, очень верное!

Где-то вне пространства и вне времени Аналитик обработал поступившую информацию. В галактике его ответственности назревали события, которые могут привести к краху в будущем. Тем более, что некоторые её обитатели чуть-чуть заигрались в Бога. И надо бы их приструнить. Он просмотрел данные. Наблюдатели докладывали, что раса Це Хаал, разумных птиц, стала очень часто вмешиваться в развитие подростковых цивилизаций, направляя их по своему плану, целью которого являлось выкачать всю эмоциональную составляющую попавшей под их влияние расы. Само по себе такое состояние редкость в галактике. А именно в этой их всего три: Зангуриане, трехметровые четырехногие двурукие гиганты, которые довольно быстро раскусили, что их пытаются контролировать, Рорарки, разумные ленивые кошачьи, еще не вышедшие в космос, да он им и не сильно нужен и подростковая цивилизация людей, дерущихся друг с другом, создающих альянсы и предающих друг друга. Именно на них сконцентрировались Це Хаал.

Последние данные утверждали, что птицы, после ряда неудач, решили уничтожить непримиримую расу. Стереть ее с лица галактики, как свою неудачу. Смыть пятно позора в бездну черной дыры. Аналитик знал, что всякая разумная жизнь священна и имеет право на существование. Именно за этим его здесь и поставили Вершители, создатели всего сущего. И этой галактики тоже.

Главной целью Аналитика было наблюдение и, в крайнем случае, вмешательство в события, которые могут привести к нежелательному результату. И ему пришлось уже ввязаться в события, связанные с людьми. Пока им придется рассчитывать только на свои силы, но даже тот потенциал, который у них имеется, способен вывести эту цивилизацию на более высокий уровень и занять свое место среди развитых космических рас, которых пока только семь. А с людьми будет восемь.

Аналитик просмотрел отчеты. Зангуриане собирают войска и готовятся к крестовому походу против Це Хаал. Ну что ж, похвально. Надо бы сообщить Наблюдателю, чтобы подкинул кое-какую информацию их правящему религиозному клану. Хваахты приготовили какую-то технологическую новинку и торгуют ее Зангурианам. Если сойдутся в цене, то Це Хаал придется попотеть в отражении их наступления. Они конечно малочисленны, но самая старшая раса в галактике и смогли накопить достаточно мощных технологий. Здесь борьба пойдет на равных. Плюс к этому люди, пускай и не все, узнали о вмешательстве Це Хаал в развитие их цивилизации и готовятся дать отпор. Не без помощи Аналитика, но все же. Кстати, надо бы выяснить подробности у Наблюдателя. Аналитик щелкнул пальцами и перед ним возник Наблюдатель. Если бы в этот момент Захар присутствовал в этом месте, то с удивлением узнал бы Безбашенного Психа. Но он не помнил о нем - Наблюдатель постарался, чтобы диверсионная команда забыла про него. Аналитик взглянул всеми шестью глазами на Наблюдателя.

- Докладывай, как развивается ситуация в зоне твоей ответственности.

- Молодой Куратор послал Наемника убрать одну из ключевых фигур человеческого объединения, которое взяло себе имя Триглав, три основы человеческого общества - люди, генетически модифицированные люди, по сути новая раса, которая не знает, что отличается от истинных людей и киборгизированные организмы, полумеханичсекие люди. Все они составляют костяк нового общества, которое возникло на трех окраинных планетах. Выполнить задачу убийце не удалось, взбешенный Куратор убрал исполнителя. Люди оказались крепким орешком, а их технологии наиболее продвинутыми в области защиты и кибернетики. Биология и генетика тоже идут в ногу со временем, но сильно отстают. Человеческий профессор, который случайным образом нашел удачную комбинацию в цепочке хромосом и ДНК, мною локализован и изолирован от влияния расы Це Хаал. Проведенная мной работа с лидерами нового объединения привела к необходимому нам результату - они узнали о существовании влияния на свою расу. К этому времени в их системе сформировалось шесть человеческих объединений: Триглав, Сатурнианский Протекторат, Марсианский Корпоративный Совет, Империя Земли, Пиратский Пояс во главе с человеческим лидером Круксом и самоназванное объединение, о котором не знает ни одна из сторон. Говорить о нем пока рано, равно как и об их лидере. Сейчас они стараются спрятаться и не вмешиваются в события. Куратор затаился и ждет совета от своего учителя, у которого возникли проблемы с мотивацией расы Термитника. Ожидаемый им результат не дал должного эффекта и сейчас Куратор разрабатывает новую стратегию влияния. В свете происходящих событий в их Метрополии, его потуги выглядят очень странно. Насколько мне известно враждебная Це Хаал раса Зангуриан...

- Это не твое поле деятельности. - Прервал Наблюдателя Аналитик. - Мне уже все понятно. Сосредоточься на цивилизации людей. Их необходимо объединить, а не что не объединяет так, как внешняя угроза. Здесь Це Хаал сыграют нам на руку. Если объединения не произойдет, то все расы этой галактики обречены на уничтожение.

- Но времени очень мало, Аналитик! - воскликнул Наблюдатель.

- Тебе ли говорить о времени? - спросил его, хитро прищурив два верхних правых глаза, Аналитик. - Ведь ты живешь вечно! В отличие от представителей этих рас. Помни об этом.

- Я благодарен Вершителям, что назначили меня на эту должность. - Смиренно сказал Наблюдатель.

- Вот так. - Удовлетворился Аналитик. - Иди, занимайся людьми. План разработаешь сам. Я также наделяю тебя полномочиями повлиять на события. Я знаю, что тебе это нравиться.

- Прошлая жизнь говорит о себе. - Скромно сказал Наблюдатель и исчез.

Аналитик остался один. Он взглянул на карту галактики, посмотрел на соседние. И тяжело вздохнул. Война неизбежна.

Перед ним возникло изображение Аналитика из соседней галактики. Он поднял один ус в знак приветствия и сказал:

- Твои подопечные готовы?

- Думаю, пары тысяч лет им хватит.

- Не затягивай, зараза распространяется очень быстро. Вершители обеспокоены.

- Я знаю. Пусть не волнуются. Пока мы с тобой сидим здесь, галактики в надежных руках.

- Угу, - угрюмо согласился Аналитик из галактики Туманность Андромеды, - или в жвалах.

Сеанс связи прервался и Аналитик погрузился в раздумья о судьбе Вселенной.

Content

Холодов Роман Владимирович Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ)