Галина Хребтович

Тебе не скрыться

Пролог

Ушел вместе со снегами февраль, и март, с каждым днем набирая силу, возвещал о приходе весны надоедливыми ветрами и беспрестанными дождями.

Сегодняшнее утро выдалось столь же промозглым и серым, как предыдущее. Появилась странная мысль взглянуть на календарь, чтоб убедиться, что весна наступила, и надоедливая сырость — всего лишь каприз непостоянной, как ветреная девушка, погоды.

Мобилка заработала громко и неожиданно, и именно в тот момент, когда Ольга в спешке натягивала колготки. Чертыхаясь про себя, девушка допрыгала до телефона на одной ноге и ответила яростным шепотом:

— Зачем ты звонишь? Я уже одеваюсь, скоро спущусь!

— Оль, прости, я не смогу сегодня за тобой заехать…

— Ка-ак?! Я же специально заранее попросила! — она в отчаянии покосилась на часы, — что же мне делать? Кость, я же опоздаю!

— Ну, возьми такси.

— Где я возьму такси в это время?! А-а!.. — она бросила телефон и заметалась по квартире.

Вылетев из подъезда, Оля почувствовала на лице первые капли дождя: «Да что ж за день такой!..» Но возвращаться за зонтом было решительно некогда. Она и так рисковала опоздать на встречу, и тогда не видать ей первой в этом году выставки, как своих ушей…

Но, вероятно, звезды сегодня выстроились по своему, мало-кому понятному плану: беседа не состоялась, потому что главный редактор отбыл в какую-то срочную командировку, да еще по дороге от редакции до университета припустил холодный мартовский дождь. Оля смирилась с тем, что вымокнет до нитки, но водитель проезжающей маршрутки сжалился и остановился в неположенном месте. Странный все-таки день.

Охнув, Оля почувствовала, что зацепилась ногой за чей-то зонтик «конец колготкам…», стиснув зубы, она в который раз помянула незлым, тихим словом Костю, погоду и будильник… Но ехать все равно надо — сегодня третьей парой — химия…

* * *

— Ледовская, вам трудно дается мой предмет?.. — Олег Семенович склонился над ней, положив «по отечески» руку на плечо, — возможно, нам стоит позаниматься индивидуально?

— Олег Семенович, я обещаю подтянуть.

— Смотрите, Ледовская, впереди зачет…

* * *

Выходя из маршрутки, она вдобавок чуть не подвернула ногу, но чья-то заботливая рука подхватила ее под локоть, помогая удержать равновесие. Оля повернулась к спасителю, чтобы поблагодарить его — но увидала лишь профиль удалявшегося парня. Не нужны ему ее благодарности. Неудивительно — вид у нее жалкий — вся вымокла по дороге до остановки, и продрогла до костей. Как же сложно жить самостоятельно…

Можно было бы конечно вернуться к родителям — тогда у нее было бы все — и деньги, и жилье рядом с институтом, и… и даже папина машина. Но сделать этого она не могла. Или не хотела. Это уж, с какой стороны посмотреть…

* * *

— А с чего ты взял?

— Дина сказала.

— О… Ну если Дина сказала… Нет! Ну откуда Динка все знает?!

— А, по-моему, вранье! Зачем бы дочке проректора так усердно учиться? Даже на лекции ходит. Сейчас новая мода — золотая молодежь образцово-показательно учится?

— Да нет, не слышал…

— На это есть какая-то причина… вот бы узнать.

— Далась она тебе? Не все равно?

— Неа. Я хочу знать, почему она перевелась к нам.

— Может, искусство любит?..

— Не смеши меня.

Алина не знала, отчего злится. Было в этой новенькой что-то такое, отчего поневоле начинаешь интересоваться человеком. Даже Серега интересуется, а ведь она уверена, что он без памяти влюблен в нее еще с первого курса.

И вот, на тебе! Дочка проректора… Вот, отчего она такая одиночка, ни разу не попыталась подружиться хоть с кем-нибудь. Считает, что здесь никто не достоин ее высочества? Очень надо. Сказать по правде, Алине вовсе не улыбалось видеть ее в своем кругу, и все привилегии ей до лампочки. Спесь с нее сбить не помешало бы…

— Она перевелась с МЭО (международные экономические отношения — прим. авт.)

— Откуда?! Мда… Кто их поймет, этих мажоров. — Она огляделась по сторонам, — а где Игорь, не видела его сегодня.

— Соскучилась?

— Вот уж нет! — Алина ответила слишком быстро, и от досады чуть не прикусила себе язык.

— А я думал, вы порвали.

— Я тоже так думала. Но он вчера звонил мне…

— Должно быть, ему здорово пришлось наступить себе на горло. Если это правда, что ты от него ушла.

Глава 1

Одна

Когда Оля забежала в аудиторию, лекция уже началась. Лекционный зал представлял собой амфитеатр, длинные слегка закругленные столы располагались ступенями, поэтому последний ряд находился далеко и высоко. Ей пришлось присесть с краю на одном из первых рядов, как оказалось впоследствии, возле местной «шумной компашки» — видимо, они тоже опоздали, поэтому расположились сегодня на первых рядах. Ольга сама была раньше в такой же компании. В той, прошлой жизни. Здесь, в новой группе, ей даже в голову не пришло попытаться примкнуть к ним, скорее, наоборот, она избегала контактов с нарушителями дисциплины. Да, собственно, ее там никто и не ждал, а одна из девушек, самая симпатичная, Алина, кажется, испытывала к ней неприязнь. Возможно, знай они только, что Ольга — дочь проректора… Но это была одна из ее маленьких тайн.

И вот теперь Ольгу угораздило усесться как раз на место Алины, рядом с ее парнем. Бывшим парнем, если верить слухам…

— Опаздываем?

Не ожидавшая, что он заговорит с ней, Оля не придумала ничего лучшего, как просто пожать плечами.

— Игорь. — Он протянул руку.

— Оля, — она автоматически ответила на пожатие.

— Почему ты опоздала?

— Пробки.

— А в метро пробок не бывает.

Оля недоуменно покосилась на него, чего ему от нее надо?!

Через минут десять сосед заглянул в ее тетрадь и увидел, что та пишет не лекцию, а что-то свое.

— Что ты пишешь?

У Оли чуть было не вырвалось: «А тебе не все равно?», она повернула к нему голову, и слова замерли у нее на губах.

— Откуда это у тебя?

— Что? — Он проследил за ее взглядом, — ах, это… — Он спрятал цепочку с небольшим изображением за воротник, — это просто украшение…

— Это же старинная работа, да?

— Так что ты пишешь?

— Э-э… это по работе.

— Ты работаешь? А где?

— Ты же не говоришь, что это за украшение.

— Не знаю. Подарок, — по-видимому, ему не хотелось отвечать.

Она вздохнула и принялась дальше строчить статью.

Но, то ли лекция сегодня была особенно скучной, то ли парню захотелось разговорить новенькую, но он снова завел разговор:

— Ты ведь у нас недавно? Как тебе удалось попасть в группу посреди учебного года?

— Для большого желания нет невозможного.

— Ты что-то темнишь…

Девушка удивленно приподняла брови. Да отчего вдруг столько внимания?..

Наконец, пара закончилась, и студенты двинули к выходу. Ольга немного задержалась, дописывая мысль, пока она не ускользнула, и, встав, обнаружила на столе чью-то тетрадь:

— Эй, кто тетрадь забыл?

Несколько человек обернулись, но никто не отозвался. Она быстро пролистала тетрадь и обнаружила фамилию хозяина на обороте:

— Мочалкин — кто? — теперь на нее смотрело гораздо больше человек, — тетрадь забыл, Мочалкин!

От толпы отделился ее недавний знакомец Игорь, в два шага перемахнул несколько ступеней, и, подойдя, процедил сквозь зубы:

— Молчалин. Ты читать не умеешь? — Его глаза метали молнии.

Рядом раздались смешки его приятелей:

— Игорь, я это запомню…

— «Мочалкин», хе-хе…

На скулах парня заиграли желваки, но он сдержался, молча взял тетрадь из ее руки и направился к двери.

Эх, уехать бы домой сию же минуту! Но следующим предметом по расписанию — химия…

— …И те, кто напишет самостоятельную работу на оценку не ниже четверки, могут претендовать на зачет автоматом. Конечно, при условии хорошей посещаемости и наличия конспектов. Сейчас я раздам вам листки с заданиями, чтобы вы могли ознакомиться с ними и иметь приблизительное понятие о предстоящих заданиях.

«Это катастрофа…» — разглядывая свой листик с заданием, Оля постепенно впадала в отчаяние, «в жизни не напишу эту самостоятельную…»

— Писать будем в следующий понедельник, так что у вас есть неделя на подготовку. Нужно срочно что-нибудь придумать. Но что? К отцу не обратишься. Может, к Косте? Должен же он помочь. Ему, конечно, сейчас не до того, но ради сестры можно и напрячься. Потому что не сдать химию, означало — возвратиться на МЭО. И переехать обратно к родителям. И впредь сидеть тихо, как мышь по веником.

Это было одно из условий. Или она ведет совершенно самостоятельный образ жизни, «Хочешь жить отдельно — живи! Но ты не получишь никакой помощи. Ни-ка-кой!», или она учится на том факультете, на который ее уже благополучно «поступили». «Хочешь другую специальность — учись! Сама! И никаких связей. Чтоб даже намека не слышал. Ни от тебя, ни от преподавателей».

И теперь все ее усилия могли обернуться ничем. Подработка в кафе, статьи для журналов, написанные бессонными ночами… Да что там говорить! А ее практически стопроцентная посещаемость! Это же немыслимо, вся группа, наверное, решила, что она законченная ботаничка. И уж точно, никто бы не подумал, что дочь проректора станет ходить на лекции, вместо того, чтобы просиживать по барам и кафе, как это частенько бывало на первом курсе, когда она пыталась пойти по той дороге, которую выбрали для нее родители. Пока не поняла, что не хочет быть экономистом; и, вообще, все противно, и это постоянное тыканье носом как котенка, что она ничего собой не представляет, и если бы не отец, вуз ей и не светил…

И тогда Ольга решила попробовать воплотить свою мечту, и перейти на специальность искусствоведа — реставратора.

О, это был даже не скандал — скандалище! Мама пригрозила выгнать ее из дому, но, правда, передумала. По сути, Оля давно уже не жила с родителями, предпочитая жить у Коти. Их родители были хорошо знакомы (Котя был из хорошей, «подходящей» семьи), и очень надеялись, что дети рано или поздно оформят свои отношения официально. Он был ее единственным другом (не считая, конечно, Костика) и подружкой. Да, да. При всей своей внешней привлекательности, Котя был безнадежным геем (увы, Котька вынужден был скрывать свою жизнь от собственных родителей, а, значит, и от всего мира). И, несмотря на принадлежность к богеме, Котя предпочитал вести тихий, уединенный образ жизни, он был очень серьезным и хозяйственным. Родители Ольги были спокойны за свою дочь, они знали, что у Коти хорошие жилищные условия, и здесь Оля будет под присмотром.

Тогда, после всех скандалов, ей предъявили ультиматум: Меняй специальность, но, с этой самой минуты больше не можешь рассчитывать на помощь. Утверждаешь, что можешь сама принимать решения — покажи это на деле. И, только проучившись год на выбранном тобою факультете и благополучно сдав летнюю и зимнюю сессии, ты докажешь свою состоятельность.

Как же это тяжко. Привыкнув к легкой необременительной жизни, достатку, наличию свободного времени, нелегко стать самостоятельной — пришлось изменить привычки.

Труднее всего было вставать по утрам — просто невыносимо! Даже теперь, прожив в новом режиме столько времени, Оля ненавидела будильник. К тому же, новое жилье располагалось несравнимо дальше, чем родительская квартира. Она пыталась засыпать пораньше, но из этой затеи ничего не вышло. Иногда, вечерами, девушка писала статьи в различные околохудожественные журналы. Порою, «тусовалась» в «нужных» кругах, приобретая столь необходимые знакомства и сведения о новых именах, направлениях, и культурных веяниях. Благо Котька (в миру Николай Осокин, молодой перспективный художник) всегда обеспечивал ей эту возможность. Она забывала ужинать (разве что, перекусывала), не успевала завтракать, а обедала чаще всего в кафе, в которое устроилась официанткой на неполный рабочий день три раза в неделю. Конечно, Котька обеспечивал ей питание и пропитание, но просить у него деньги на личные нужды у Оли не поворачивался язык, хотя, он, несомненно, выделил бы ей необходимую сумму.

От хронического недосыпа девушка стала хмурой и ворчливой, а, чтобы выиграть хоть немного времени на сон, свела время для ухода за собой к минимуму, и декоративную косметику применяла, в основном, только для «выходов в свет» с Котей. В институт выбегала в последнюю минуту, не накрасившись, и, даже волосы теперь чаще всего были собраны в простой хвост или пучок. Пришлось забыть об элегантных блузках и блейзерах, и перейти на «быстроодеваемые» джинсы и свитера, а каблуки сменить на кроссовки. Вообще-то, у молодого дарования была машина, но он «творил» свои шедевры по ночам, и по утрам отсыпался, и будить его было строжайше запрещено. А о том, чтобы доверить кому-то свой «порше» он не хотел даже слышать. В общем, жилось ей… не то, чтобы трудно, но напряженно. Постоянно приходилось прикладывать усилия и заставлять себя пошевеливаться.

И вот теперь эта химия. Катастрофа.

Двумя неделями ранее

На улице уже практически стемнело, но на носу районные соревнования, поэтому Игорь все еще оставался в спортзале. Серега тоже остался, но не от спортивного рвения, а от нежелания идти домой. Они перескакивали с темы на тему, и, заговорив о девушках вообще, заговорили о конкретной, вызывающей обоюдный интерес.

— Серый, а ведь она тебе нравится…

— Алина?..

— Ага…

— Она всем нравится…

— Не, брат, не скажи… Может, ты влюблен?

— А ты?

— Я? — Игорь на мгновение отвлекся, и потерял мяч.

— Ты любишь ее?

— С ума я сошел? — Он сбегал за мячом и вновь принялся методично отрабатывать броски, — влюбляться в Алину вредно для здоровья.

— А в кого полезно?

— Ни в кого! — он бросил мяч и направился к перекладине, — это… не по мне. Голова должна оставаться холодной. А женская логика — это брат… — Он неопределенно помахал рукой с пренебрежительным выражением лица.

— Ага, — Сергей хихикнул, — например, эта новенькая. Перейти с МЭО на наш факультет — где логика, брат?.. Странная она.

— Ты про эту блондиночку? А че, ничего так, симпатичная.

— Это и все ее достоинства. Недалекая, и в связях не слишком разборчива. Мажорные детки, они такие.

— Мажорные?

— Дочка проректора, ее фамилия — Ледовская.

— Ты уверен?! — Игорь оперся на перекладину, — что-то не похожа она на проректорскую дочку. И учится, на лекциях сидит… Что она вообще забыла на нашей специальности?

— Вот и Алина задает тот же вопрос…

— Алина?! — Игорь спрыгнул на пол и подошел к Сергею, — а с каких это пор Алина интересуется новенькими?

— Она ее терпеть не может. — Игорь кивнул Сергею, чтобы тот продолжал, — уж не знаю, отчего взъелась, разве она ей конкурентка?

— Не скажи, не скажи, — Игорь задумчиво прищурился и потер подборок, в голове начала сформировываться пока еще не ясная, но мысль.

— Да видел бы ты, сколько у нее дружков, те еще… к тому же дочь проректора… Говорят, папашка ее чуть ли не из дома выгнал за то, что живет с каким-то типом.

— С кем?

— Не знаю, художник какой-то… А богема — сам понимаешь… Небось устраивают такие «художества»… Вот родитель и осерчал. Девочка и упорхнула с МЭО к нам.

— Серега, откуда ты все это знаешь?

— Динка рассказала.

— Ну, Динка соврет — недорого возьмет.

— Зато и новости обо всех первая знает, — он вдруг сменил тему, — ты вообще собираешься мириться с ней?

— Она хочет, чтоб я побегал за ней… А мне пока и так неплохо. — Игорь собрал мячи в корзину. — Пусть поскучает немного, а там и помиримся. Я вот думаю, может, заставить ее поревновать? К этой, новенькой… Как ее зовут хоть?

— Оля.

— Ол-ля… — произнес он нараспев, — посмотрим, что за… Оля. — Он подтянулся в последний раз и направился к раздевалке:

— Я в душ, потом домой. Ты как?

— Тогда и я пойду. Мне-то до дома два шага, — Сергей покосился на него, — Игорь, зачем тебе Алина, сам же говоришь, что с ней хлопотно?..

— Серега, перестал бы ты сохнуть. Вон, сколько девчонок симпатичных. Вот мы сейчас расстались, а тебе толку — ноль.

— Ты не понимаешь, Игорь, я именно ее хочу. — Он развернулся и ушел, не попрощавшись.

Когда дверь за ним захлопнулась, Игорь пробормотал себе под нос «и я ее хочу…» и забросил трех-очковый мяч, после чего воскликнул «Есть!» и вышел вслед за Серым…

* * *

Выходя из кабинета химии, Ольга провела глазами пачку заданий в руках преподавателя, которые он спрятал в шкаф, и вышла, раздумывая по дороге над тем, ехать ли ей в редакцию или плюнуть на все и податься домой, и, поэтому не сразу услыхала:

— Ледовская!

— А? — Она крутила головой в поисках позвавшего, пока не увидела Антона, чрезвычайно прилипчивого молодого человека из своей бывшей группы, его родители — успешные бизнесмены, довольно приятные люди, чего не скажешь об отпрыске, попадающем с завидной регулярностью в разные неприятности из-за наркотиков и алкоголя.

— Олечка, — он обнял ее за талию, — солнце наше, куда ж ты пропала? Я уж, было, решил, ты покинула родные пенаты и подалась с Котиком своим на вольные хлеба!.. (Для всех людей, не входящих в тесный круг друзей художника, Ольга выступала в роли его девушки, любовницы или гражданской жены — в зависимости от ситуации; как выражался сам Коля — была его прикрытием.)

Ну, все. Теперь Антон от нее не отстанет, пока не получит более-менее внятный ответ. Девушка предпочла сказать ему правду о переводе на другой факультет.

— Искусствоведа? Реставратора? — Его удивление было неподдельным, — зачем?

— Мне так захотелось.

Он еще какое-то время удивленно смотрел на нее, потом ухмыльнулся:

— А-а… понимаю… — Он многозначительно подмигнул, — должен же тебя Осокин как-то оформить, чтоб взять с собой за счет спонсоров, вы же официально никем друг другу не приходитесь, — он противно захихикал, — так сказать, свободная любовь! Ну, дорогая, рад был повидаться! — С этими словами он смачно чмокнул ее и удалился.

Оля брезгливо отерла щеку, и только теперь заметила в двух шагах от себя Игоря — он подпирал спиной стену возле соседней аудитории, должно быть кого-то ждал. Что из их разговора он услышал? Судя по цинично-брезгливому выражению лица — многое. Ну и ладно! Не оправдываться же теперь перед ним?

В буфете Оля взяла чашку чая, и села за крайний столик, поздно заметив, что за соседний присели девушки из ее группы, среди которых была Алина. Перипетии их с Игорем личной жизни частенько бурно обсуждались девчонками из группы, и Ольга не могла не услышать всех животрепещущих подробностей о том, кто кого обставил в очередной раз. Какие-то девочки ей приветливо кивнули, а некоторые, покосившись на Алину, сделали вид, что не заметили.

Алина, видная колоритная брюнетка, даже не посмотрела в ее сторону. Точнее, посмотрела — сквозь нее.

Она была красива. И, что уж совсем несправедливо, умна — преподаватели ее любили, и, часто бывало, относились снисходительно к дисциплине на экзамене, увлеченные беседой с ней, что значительно облегчало жизнь всей группе. Редко какой мужчина мог остаться равнодушным, и девушка принимала всеобщее внимание, как должное. И только Игорь оставался все таким же независимым, что, с одной стороны, жутко раздражало красавицу, а с другой, удерживало возле него.

Возможно, все дело в том, что Игорь был самым старшим группе (он пришел в институт после какого-то колледжа — мало кто был в курсе), или оттого, что отличался равнодушием, и его не заботило мнение окружающих… Единственное, что его бесило, когда кто-то пытался им командовать. Оттого у них с Алиной постоянно случались ссоры — просто искры летели! Но последующие примирения… они того стоили!..

В этот раз она, видимо, переусердствовала в попытках взять верх в и без того непростых отношениях. Игорь даже не психовал, просто молча ушел и вот уже месяц, как ни разу не позвонил и не пришел. Теперь они виделись только в универе, но он вел себя так, как будто они просто знакомые, и даже никак не отреагировал, когда она демонстративно сидела вчера на руках у защитника сборной (в прошлый раз за такое он закатил замечательную сцену, а уж потом… даже спустя долгое время, при воспоминании о соединении после ссоры, у нее начинала быстрее бежать кровь).

А сегодня он флиртовал с новенькой. Вероятно, ищет способ отомстить ей за вчерашнее. Но эта дура все испортила. Надо же додуматься — «Мочалкин». После такой выходки он больше и не посмотрит в ее сторону.

Оля пила кофе и раздумывала, стоит ли пытаться застать редактора — у нее было сильное подозрение, что секретарша соврала, и он не уехал в командировку, а просто проспал, когда встретилась глазами с парнем, сидящим за соседним столиком. Что-то в нем показалось ей знакомым. И, только, когда он наклонился над тарелкой, тем самым представив взору иссиня черную шевелюру, она поняла, где его видела — это был тот самый незнакомец, поддержавший ее, когда она утром «выпала» из маршрутки. Девушка дождалась, пока он поднял глаза, и благодарно ему кивнула. В его внешности было что-то необычное, цепляющее, то ли высокие скулы, то ли брови вразлет. В ответ он криво усмехнулся и вдруг… подмигнул. После этого нахлынувшая толпа первокурсников полностью закрыла обзор между ними. Но настроение поднялось, словно с дружеским подмигиванием из-за туч выглянуло солнце. У девушки появилось стойкое ощущение, что все еще сложится хорошо.

* * *

За две оставшиеся пары удалось сделать довольно сносные наброски статьи о позавчерашней выставке (благо, это были лекции, и ее склоненная голова не вызывала лишних вопросов).

Уже выходя из здания университета, она зацепилась взглядом за парня в униформе, стоящего сбоку от выхода. Что-то до боли знакомое почудилось ей. Ольга обернулась на него один раз, второй, и, не веря глазам, вскрикнула:

— Алешка!

Охранник недоуменно повернулся на голос, всматриваясь, глаза его округлились, и, уже через минуту, он поймал в объятия подлетевшую Олю, закружил ее, прижимая к себе.

— Олька! Глазам своим не верю!

— Лешка, что ты здесь делаешь?! — краем глаза она заметила Игоря, который, как оказалось, выходил из университета следом за нею. Он даже оглянулся на них один раз. Да ну его!..

— Ты давно здесь?

— Три недели, как демобилизовался.

— Отчего же не позвонил ни разу?

— Да не до того было, работу искал, то, се… Вот, только устроился.

— Здесь? А как… а дома?

— Лиза устроилась в районную поликлинику — работа прямо рядом с домом — мечта!

Оля облегченно вздохнула, значит у них все в порядке.

— Как же быстро летит время! А вроде только в армию пошел… А! — она махнула рукой, — ужасно рада тебя видеть.

— Ну, теперь мы будем часто видеться, — он усмехнулся, и Оля улыбнулась в ответ.

— Заходи к нам в гости!

— Не думаю… что Лиза будет мне рада.

Он почесал затылок:

— Да, погодить пока надо… Но мы придумаем что-нибудь, может, с кем-нибудь зайдешь?..

Оля шла к остановке, не замечая холода. День, так неудачно начавшийся, закончился самым невообразимым образом — она встретила Лешку! Увидев его, она вспомнила, как ценна бывает дружеская поддержка, или, даже, знание, что где-то рядом есть друг.

Хотя обстоятельства, сведшие их вместе, были далеко не благоприятными.

После окончания школы она работали в детском летнем лагере. Хотя, работала — это, пожалуй, громко сказано, больше отдыхала. Родители отправили дочь подальше из города, чтоб не влезала в неприятности во время летних каникул. Алексей работал там же — вожатым. Вместе им довелось пережить не самое приятное приключение в их жизни.

В тот далекий день в лагере пропал ребенок. В лесу, в котором они располагались, дикие животные страшнее белок, не водились, но это было небольшим утешением. Поиски затянулись до поздней ночи (позже выяснилось, что мальчишка просто сбежал в соседнее село к приятелям). И надо ей было отбиться от общей поисковой группы и наткнуться на лагерь отдыхающих местных. Она вышла к костру, в надежде, что кто-то видел ребенка. Ребенка никто не видел, но и молодую девчонку, так вовремя явившуюся разбавить пьяную мужскую компанию, никто не собирался отпускать. Ее крики услыхал Лешка, и, примчавшись, не побоялся ввязаться драку. События разворачивались, как в плохом кино — Лешку ранили ножом, он сидел на земле, держась рукой за бок, а Оля истошно кричала. Парни быстро ретировались, оставив их одних в темном лесу. Оля помнила, как разорвала Лешкину и свою футболки, чтоб перевязать его, как они долго приноравливались, пытаясь идти, Лешка старался не взваливать на нее всю тяжесть собственного тела, но это у него получалось плохо… темнота… дорога… Алексей, еле переставляющий ноги… Эта ночь связала их навсегда.

Вот только Лиза, его девушка, ужасно ревновала. Она и до происшествия хмурилась, если видела их вместе, а уж после… Ну, теперь она его жена. Значит все хорошо. И если она придет с Котей, может, она не будет так отчаянно ревновать? Все-таки, он очень красивый мужчина. У него же не написано на лбу, что он — гей, в конце-концов.

Она села в маршрутку в совершенно радужном настроении, с трудом удерживая улыбку. Кто-то напирал на нее сбоку, но ей было наплевать, сегодняшний день удался на славу. Уж не давешний ли незнакомец поделился с ней удачей?..

Глава 2

Трудно быть другом

Прошло несколько дней, но подготовка к химии практически не сдвинулась ни на шаг, предмет не давался, хоть плачь.

— Котька, что мне делать?

— Учиться, учиться и учиться…

— Дурак! Нет, чтоб помочь — еще и издевается.

— Вовсе я не издеваюсь, предлагал ведь позаниматься с тобой, сама виновата, что ничего не получается. Тупи-ица.

Оля выбежала из его комнаты, и, зайдя в гостиную, упала на диван, уткнувшись лицом в подушку. Весь этот каждодневный цейтнот, накопившаяся усталость давали о себе знать — сил больше не оставалось. Неужели придется сдаться?

Почувствовав у себя на затылке руку, она в который раз удивилась непредсказуемости природы, по непонятной прихоти наделившей ее друга такими крепкими мужскими руками, прекрасным телом, классическими чертами, но не давшей способность любить женщин.

— Оль, ну прости, погорячился… Вовсе ты не тупица. Ну, не плач, ну Оль…

— Я не плачу, — она села и выпрямилась, — я думаю, что мне теперь делать. Просить помощи у отца, а?

— Эх, были бы у тебя все задания, я б тебе решил все быстро, а тебе только осталось бы умудриться списать.

Оля нахмурилась.

— Да. Это идея. Похоже — это единственный выход…

— Что ты имеешь в виду? У тебя они есть?

— Нету. Пока. Но я знаю, где их взять. — Она кивнула самой себе, — Да, так и сделаю.

Оля начала быстро переодеваться в спортивки, не стесняясь друга.

— Видимо это судьба, не зря же я на днях Леху встретила.

— Какого Леху?

— Ну, помнишь, я рассказывала тебе, про лагерь?

— Но он же в армии?!

— Представь себе, уже нет. Демобилизовался и сейчас в универе охранником работает.

— Познакомишь?

— Обязательно. Мы к ним даже в гости пойдем. — Она усмехнулась, увидев, как он скривился, — Лизка его ревнивая очень. Да ладно тебе, чего ты кривишься? Я ведь ходила с тобой к Мазуркевичам!

— Можешь не ходить.

— Все, все, я была неправа. Ну Коти-ик, ну пожалуйста-а…

— О'кей. А через два месяца поездка в Мюнхен, ты помнишь?

— Опять вся организация на мне?

— Из нас двоих только ты знаешь немецкий.

— Хорошо. Только представь меня своей невестой, а то эти бюргеры в прошлый раз достали меня…

— Ты же натуральная блондинка — они это любят.

— Котя!!!

После гневного окрика он отскочил, смеясь и подняв руки кверху, сдаваясь.

— Ладно, ладно! Никогда не понимал, почему я всегда поддаюсь на твои уговоры. Гипноз, не иначе.

* * *

Игорь опять задержался в спортзале до последнего, домой ехать не хотелось. Он врал Серому, что ему и так неплохо — ссора с Алиной действовала на нервы. И ему не доставало ее, несмотря на изматывающие тренировки. Надо еще немного подождать, и Алина сама придет. Надо только дать ей время. А если он ошибается? Плохо, плохо… Была, конечно, у него мыслишка, насчет этой Оли… Вот только, Серега правду говорил, идиотка, подвела она его с этой тетрадью — Игорь скрипнул зубами, — в тот момент он, действительно, пожалел, что вообще с ней заговорил… Судя по тому, что он видел, Серый оказался прав.

Игорь шел по пустынному темному коридору, о стены разбивалось тихое эхо шагов, когда какой-то посторонний звук заставил его замедлиться, а потом и вовсе остановиться. Недалеко в темноте кто-то шептался. Может, лучше обойти вокруг, чтобы не стать свидетелем чужой интимной встречи?

— Стой ты, вот балбес! Я же ничего не вижу в темноте, упаду сейчас!

— Будешь обзываться — отдам ключи, разбирайся, как знаешь.

— Ну, прости, прости. Я больше не буду.

— Будешь, я тебя знаю.

Приглушенные голоса, доносящиеся из-за угла, мало напоминали воркование влюбленных, и, поразмыслив, Игорь начал осторожно прокрадываться в сторону шепота.

Поскольку глаза его уже привыкли к темноте, он без труда различал все предметы в залитом лунным светом коридоре, голоса раздавались из-за открытой двери, похоже, кабинета химии. Первой мелькнула мысли, что это первокурсники или лицеисты, пытаются достать реактивы для проделок. Но в двери торчала связка с характерным брелоком охранников — сомнительно, что охранник пошел на поводу у проказливых недорослей.

Игорь стремительно вошел в аудиторию и немедленно включил свет. Увиденное было настолько неожиданным, что у него даже приоткрылся рот. Впрочем, те, кого он спугнул, мало чем отличались. Прямо посреди аудитории стоял тот самый охранник, с которым обнималась в пятницу эта ненормальная, а сама она стояла возле шкафа, и держала в руках кипу листков, которые при более внимательном рассмотрении оказались заданиями по химии.

Первым пришел в себя Игорь:

— Ё…! Это че, кража?! Или… саботаж?

— Нет, нет! — Оля сделала к нему два шага, — я верну их через час.

— Что значит, через час? Что здесь происходит? Какую аферу ты затеяла?

— Это не афера, нет! Просто… просто так… так надо.

— Ничего себе надо! Какого черта я должен тебе верить?

— Отстань, а? — В разговор вмешался Алексей.

— Ты вообще молчи, — Игорь уже и забыл про охранника, который вдруг выступил на передний план, — нарушение должностных обязанностей повлечет за собой, минимум, увольнение. Ладно, она — без царя в голове, но ты-то знал, на что идешь.

— Он здесь не при чем, — Оля стремительно подошла к Алексею и начала выталкивать его из аудитории, — я украла у него ключи.

— То есть, как украла? Что ты выдумываешь?! — Алексей попытался встать в позу.

— Украла! — она заговорила с ним вполголоса, — мне ничего не будет, а тебя уволят! Да еще и по статье. Уходи сейчас же!

— Что ты выдумала уже? Я никуда не пойду.

Но Оля вытолкала его и захлопнула дверь.

— Давай поговорим. Считай, что ничего не было. Ты же видишь — я ничего не украла.

— А это? — он указал на пачку листков у нее в руках.

— Стопку бумаги? Не смеши меня! Это не воровство!

— Да что ты говоришь? А давай позовем кого-нибудь и спросим, как это называется?

— Я верну их через час!

— То есть, несмотря на то, что я сейчас тебя поймал, ты все равно собираешься их взять?

— Да.

— А ты еще более беспринципная, чем я думал. Но это даже и хорошо… — он задумчиво почесал затылок. Потом прошелся из угла в угол, Оля все это время молчала. — Да! Это именно то, что нужно!

— Что ты хочешь этим сказать?..

— Ты для меня кое-что сделаешь.

— Я не стану ничего для тебя делать.

— Станешь. Иначе твоего дружка уволят.

— Не уволят. Я скажу, что украла ключи. А мне ничего не будет.

— Врешь!

— А давай проверим!

Игорь невольно восхитился ее бравадой. Он понимал, что она блефует, но все равно слегка напрягся.

— О'кей, я вызываю милицию и сообщаю, что в аудитории находится кто-то посторонний, эй, проверьте — вдруг это террористы, ищут взрывчатку? — краска, бросившаяся в лицо девушки, выдала ее. — Ну, так что, продолжаем в том же духе?.. В любом случае, ты отсюда с этими бумагами не выйдешь!

Оля положила пачку листков на стол, и, вздохнув, облокотилась на него:

— Чего ты хочешь?

— Так… небольшая услуга… — Он говорил медленно, старательно подбирая слова, — Мне нужно, чтоб ты на время стала моей девушкой…

У Оли вытянулось лицо. Но Игорь всегда славился способностью быстро принимать нестандартные решения.

— Ты ненормальный, да?

Его глаза сузились:

— Почему? Тебе никто не предлагал встречаться?

— Но, не таким эмм… своеобразным способом! К тому же «на время». Бред какой-то… Да и не нравлюсь я тебе.

— Отчего же… — он окинул ее взглядом с головы до ног. Даже в спортивках было заметно, что фигура у нее — вполне, раскрасневшиеся щеки, глаза огромные, так и сверкают, а выражение лица… Похоже она сейчас вцепится в него, как дикая кошка. Игорь улыбнулся:

— Ты мне очень даже нравишься. Думаю, мы сможем договориться, — и он подмигнул ей.

Оля растерялась, она несколько раз открывала и закрывала рот, не в силах выдавить из себя ни звука.

— Иди ты…!

— О'кей, — неожиданно ее ослепила вспышка от мобильника, когда Игорь сделал фотографию, после чего набрал на мобилке номер, — алло, милиция? — Ольга подскочила к нему, пытаясь вырвать телефон, но он легко увернулся, и продолжал разговор, удерживая ее на расстоянии вытянутой руки, — простите, ошибся, мне нужна скорая.

После чего победно улыбнулся:

— Моя взяла?

Девушка молчала, опустив голову и кусая губы.

— Отлично, я рад, что мы поладили…

— Сколько времени тебе нужно?

— С месяц… Но, может, понадобится больше…

Оля закатила глаза:

— Господи, да он сумасшедший! — потом глубоко вздохнула и попыталась успокоиться, — и, как ты себе это представляешь?!

— Я буду проводить время с тобой… некоторое время. И еще! Тебе придется подкорректировать имидж, чтоб все поверили, что я запал на тебя всерьез.

— Все? Может, тебе еще что-то нужно? — Оля не скрывала сарказма, — оказать тебе весь комплекс услуг?

— Я бы не отказался.

Оля резко запнулась. Но сдаваться так просто не хотелось.

— И кто же должен поверить, что ты на меня запал? Твоя бывшая?

— Она не бывшая, — «А, черт! Ну кто за язык тянул!», — ты задаешь слишком много вопросов!

— И этот человек называет меня беспринципной… — она отвернулась, задумавшись. — Четыре недели и ни днем больше.

— Договорились! Но только при условии, что ты честно будешь исполнять условия договора.

Она чуть не застонала, похоже, она слишком легко согласилась. Ну да ладно, месяц можно потерпеть. Она повернулась и пошла к выходу, и была уже около двери, когда услышала:

— Постой!..

Оля молча повернулась к нему.

— В пятницу у моего друга день рождения. Он будет отмечать его в «Зебре». Давай там встретимся. Тогда все будет правдоподобно.

Глава 3

Ты — мне, я — тебе

Весь следующий день Оля злилась на себя за это соглашение, она даже рассказала об этом Коле, на что он просто рассмеялся: «Не волнуйся, ему это надоест через неделю». Котька добросовестно решил все задания, а Ольга сфотографировала их на мобильный.

Настал вечер пятницы. Ничего не поделаешь, скрепя сердце она направилась в клуб. «Зебра» был одним из престижных заведений, поэтому сопровождение ей не понадобилось. Она не сомневалась, что там будет много знакомых, впрочем, так и оказалось.

Ольга переходила от одной компании приятелей к другой, когда дорогу ей преградил Игорь. Окинув ее одобрительным взглядом, он изрек:

— Я тебя не сразу узнал, классно выглядишь. Это даже больше, чем я ожидал.

— Ну, спасибо, что хоть ожидал.

Длинные светлые волосы, спадающие свободной волной, лиловое платье, не настолько короткое, чтоб быть откровенно вызывающим, но позволяющее рассмотреть идеальной формы ноги в полусапожках на невообразимо высоченных шпильках.

— И как долго ты сможешь на них продержаться?

— А ты испытай меня… — она допила свой бокал и поставила его на стойку, — ну что, пошли знакомиться? Как видишь, я честно выполняю условия контракта.

Ему нечего было ей ответить на эту циничную реплику. Может она и беспринципная, но отчего теперь стыдно ему?..

Вообще-то, увидев ее, он слегка обомлел. И. теперь не сомневался, что она произведет такое впечатление, что только глупец не поверит, что Игорь «запал». Здесь, в окружении ярких огней и громкой музыки, ему казалось, что они — люди разных миров, их пути не должны были пересечься. И, тем не менее, их связал договор.

Оля пробыла еще совсем недолго, засветилась с ним везде, где он просил, после чего заявила, что у нее болит голова и она «ушла». А он может оставаться и наслаждаться обществом своих приятелей, которые ей уже «вот где» (при этом она выразительно провела себе по горлу). К ее чести надо было признать — она стойко выдержала вопросы (просто не отвечала), недоуменные взгляды и намеки.

Девушка вышла из клуба и дошла до такси, когда Игорь догнал ее:

— Эй, давай я проведу тебя!

— Дай я подумаю… Нет!

— А как же…

— Я доеду на такси, не беспокойся. Отдыхай. — Она села в машину и захлопнула дверь, не дожидаясь ответа, такси выехало на проезжую часть.

Возвращаться назад было глупо, он понадеялся, что никто не видел их прощания, и взял ближайшее такси.

Зайдя а аудиторию в понедельник, она сразу встретилась взглядом с Игорем, который все это время выжидательно посматривал на двери — в его глазах отразилось легкое разочарование, но когда Оля прошла в самый конец помещения и села отдельно ото всех, к разочарованию прибавилась злость. Он взял свою папку и подсел к ней:

— Мы же договорились? Почему ты не подошла ко мне?

— Мы договорились, что я буду изображать интерес, а не бегать за тобой как собачонка.

— Ну и изображай!

— А разве первым инициативу должен проявить не мужчина? Представь себе, я старомодна.

— Ты?!

— Эй! Я ведь обидеться могу.

Игорь выругался себе под нос.

— Но чтобы я… ээ… проявил интерес, ты должна… хоть немного постараться. Посмотри на себя — ты же сливаешься с мебелью.

— В пятницу тебе так не показалось.

— Вот именно! Я же видел, какая ты настоящая.

— Дурак ты. С чего ты решил, что там я была настоящая?

— А разве нет?! Ну… ты ведь обещала сменить образ и все такое…

— «И все такое…» — передразнила его Оля. — Врешь, этого я не обещала! Ты просил, но я ничего не обещала.

— Ты еще более бесчестна, чем я думал!..

— Что?.. По-моему, самое время послать тебя ко всем чертям!

Она даже не думала, что можно кого-то так ненавидеть.

Чувствуя, что перегнул, Игорь сменил тон:

— Я не прошу много. Ты так здорово начала. Сейчас ты все перечеркиваешь.

Оля насупилась:

— Ладно. Но всего один раз.

— Пять!

— Два!

— О'кей, три! И я помогу тебе с химией.

— Да пошел ты. Без тебя справлюсь.

— Надеешься опять украсть задания?

Оля быстро огляделась по сторонам:

— Чего ты орешь? — убедившись, что их никто не услышал, добавила, — этот семестр последний, больше химии не будет.

— А коллоквиум? — Он упрямо встретил ее полный отчаянной злости взгляд, — у тебя нет другого выбора, кроме как подружиться со мной, тем более что я знаю все твои постыдные секреты, — он насмешливо приподнял брови.

— Все?! Ты и вправду думаешь, что я настолько примитивна?

— Гхм… Оставим в покое мое мнение, а то мы рискуем так никогда и не договориться. Ты только пойми, сотрудничество со мной может быть крайне выгодным. Я помогу тебе получить зачет. Будь же и ты человеком.

— Два раза.

— Ты упряма, как ос… а-а, — он махнул рукой, — но хоть эти четыре недели сдержи слово.

Оля нехотя кивнула.

Эта была небольшая победа, но у него заметно улучшилось настроение:

— Пожмем руки? — В его глазах плясали смешинки.

Оля, чуть помедлив, протянула свою руку. Его пожатие было аккуратным, рука теплой, потом он неожиданно склонился и поцеловал ее запястье.

— Ты что?!

— Ты же просила проявить активность, — он посмеивался.

— Псих…

Игорь рассмеялся и отошел от нее, но кожа в месте поцелуя зудела.

Она повернула голову, почувствовав что-то, и напоролась на пылающий ненавистью взгляд Алины.

— Можешь радоваться, твоя выходка не осталась незамеченной, — прошипела она, когда он уселся рядом с ней на паре. Алина периодически посматривала на них.

Игорь довольно ухмыльнулся и, наклонившись непозволительно близко к Ольге, прошептал:

— Как видишь, я был прав.

Оля состроила гримасу, и принялась готовиться к самостоятельной работе.

— Ты совсем не понимаешь химии?

— Чуть-чуть.

— И что, некому с тобой позаниматься?

— Есть. Ничего не выходит.

— Ничего удивительного, для этого нужны моз… — он встретился с ней взглядом и осекся. — А, хочешь, я с тобой позанимаюсь?

— Нет.

— Ты всегда так лаконична?

— Странно, а говорят, мужчины от природы молчаливы.

— Да что ж ты злая такая?

— А с чего мне быть доброй? Ты меня шантажировал, заставил изображать черт знает что, кривляться перед всей группой. Сплошное удовольствие.

— А ты не попадайся.

— Иногда ты бываешь невыносим!

— Только иногда?.. Даже обидно как-то…

Остаток дня они все-таки сидели рядом.

Иногда она исподтишка наблюдала за соседом.

Большую часть времени, когда не было необходимости писать, Игорь развлекался с телефоном, еще она заметила, у него привычку при сильном умственном напряжении чесать затылок. В общем, куча дурацких привычек.

На следующий день Игорь поймал себя на том, что все время в нетерпении посматривает на двери. Наконец, когда Ольга показалась, он даже прищелкнул языком от удовольствия. В элегантном пиджаке и юбке, сапожки на каблуках подчеркивают идеальные лодыжки, волосы собраны в аккуратный пучок — в сочетании с общим нарядом и легким макияжем, ее облик представлял разительный контраст с привычным видом.

— Отлично выглядишь!

— Мне пришлось встать на сорок минут раньше, я тебя ненавижу.

Он рассмеялся, а одногруппники, увидев перемену в Ольге, с интересом оглядывались на них, даже когда началась пара.

Он и сам время от времени поглядывал в ее сторону, ему нравилось, как весеннее солнце просвечивает сквозь прядку волос, выбившуюся у виска, которую она время от времени убирала за ухо.

А еще ему нравилось смотреть на ее ножки, когда она шла впереди него в другую аудиторию.

— Почему ты все время так не одеваешься?

— А ты попробуй в колготках в маршрутке проехать…

— Ты в маршрутке ездишь?! Я думал, тебя на машине привозят…

— Кто?

— Ну, этот… твой…

— Кто мой? — Она повернулась к нему, — ну же, договаривай.

Он смешался.

— Эх ты… Сплетни — бабье занятие.

Игорь вспылил:

— Еще скажи, что ты не живешь с мужчиной!

— Какая разница, что я скажу, если ты давно уже все выводы сделал.

— Но ты же даже не скрываешь…

— А мне нечего стыдиться.

Настроение упало. Если с утра намечалось какое-то взаимопонимание, то сейчас оно испарилось без следа.

На следующий день Игорь стоял на ступенях, ведущих ко входу в здание, надеясь поговорить с Ольгой без свидетелей и как-то уладить свою бестактность. Нет, конечно, не просить прощения, но…

Почти к самому крыльцу подъехал серебристый «Ниcсан». От нечего делать Игорь наблюдал за подъехавшей машиной, ожидая, кто из него выйдет: студент или преподаватель. Из машины вышла Ольга, обернулась и послала водителю воздушный поцелуй. Игорь ушел на пару.

В последующие дни они много времени проводили рядом. В кафе, в коридоре, на паре. Оля буквально наслаждалась, когда ей удавалось побыть одной, без вынужденного спутника.

Вот как сегодня, когда она смогла, наконец, спокойно собраться с мыслями, чтоб дописать статью, начатую еще до этого жуткого договора.

Хотя, если быть честной, ничего жуткого пока не произошло. Игорь ни разу не вышел за рамки, он всего лишь находился рядом. Все время… кошмар.

Вчера в кафе недалеко от них сидел тот самый брюнет с приятной улыбкой. Оля поглядывала на него, надеясь встретиться глазами и, хотя бы поздороваться, но он даже не посмотрел в их сторону.

Их странные «отношения» уже создавали неудобства, и при этом Игорь вел себя так, что предъявить ему было нечего. Разве что только, его постоянное присутствие. И дурацкая привычка обнимать за талию и шептать что-то на ухо… Оля не очень понимала, отчего ее так раздражают эти показные проявления близости. Может, оттого, что от них за милю несло фальшью?.. Или, потому что от его шепота бежали мурашки по шее?

Иногда Оля приходила, не выспавшись, и это совершенно не улучшало ее настроения, что раздражало Игоря. Он невольно вспоминал комментарии Сергея касательно богемных вечеринок.

И все же, ее резкость и прямота суждений импонировали Игорю. И, что странно, при том шлейфе сплетен, которые окружали ее, девушка вовсе не выглядела распущенной, практически не отвечала на откровенные шутки и иногда даже краснела. Оставалось только удивляться, сколь обманчивой может быть внешность.

Их отношения перестали быть конфликтными, но и в дружеские не перешли. Проще говоря, Ольга пыталась действовать на нервы Игорю, даже не подозревая, что их перепалки все чаще доставляют ему удовольствие, в то время, как она испытывала отвращение к самой себе, опасаясь, что превращается в мегеру.

Тем не менее, затея Игоря оправдала себя — Алина позвонила ему под каким-то правдоподобным предлогом. И, в течение разговора, как бы невзначай, поинтересовалась, что за отношения связывают его с новенькой.

— Как-то у вас все быстро… или мне показалось?

— А чего медлить? Она привлекательна. Я чертовски привлекателен… — Алина рассмеялась в ответ грудным смехом, отчего Игорь слегка затосковал. — Это так… несерьезно — именно такой ответ должен был укрепить ее в подозрениях о серьезности намерений в отношении Ольги.

Вторая неделя прошла на удивление спокойно, они ни разу не поругались, если не считать спонтанных споров из-за «показательных выступлений» (так Ольга теперь называла внезапные проявления нежности на глазах у всех).

— Ну что ты опять хватаешься за меня? Все уже давно поняли и поверили.

— Еще не все.

— Даже я верю, что ты от меня без ума.

— Ты что, боишься меня?

Ну, вот как с ним быть? Порою казалось, что он нарочно провоцирует ее — эта мысль казалась бредовой, но иначе пришлось бы думать, что ему нравится эти прикосновения, а с этим согласиться она никак не хотела.

А Игорь и не скрывал, что ему нравится ее обнимать — а кому бы не понравилось? Несмотря на маленький рост, Оля обладала потрясающе женственной фигурой, и его ладонь чувствовала себя довольно уютно, расположившись на изгибе талии. Вот целоваться с ней было бы, наверное, неудобно, очень уж низко голову наклонить пришлось бы. Другое дело — Алина, высокая, статная, она практически достигала его роста, и губы ее всегда находились в приятной близости. Не то, что у этой малышки… Странно, что он вообще подумал об этом…

Глава 4

Все не так

Прошло еще немного времени, и Оля перестала реагировать на подколки Игоря, а может, они перестали быть обидными? Во всяком случае, их беседы становились все более мирными, темы все более нейтральными, а мнение друг о друге более объективным.

Порою ей казалось, что он вовсе не такой, каким его все видят. Что внешняя жесткость на самом деле упорство и воля к победе, а равнодушие просто… скука. Иногда он становился настоящим.

Что для нее оставалось загадкой, так это его внезапные перепады настроения: только что был сама любезность, и вот уже в голосе сквозит холод, а выражение лица — отстраненное. Но если раньше в такие периоды он становился язвительным, то со временем стал просто замыкаться в себе. И еще неизвестно, что хуже.

А иногда он улыбался и смотрел так, что хотелось сделать для него все, что ни попросит — такое происходило довольно редко, но это желание угодить крайне настораживало и вызывало опасения.

Весна, наконец, внятно заявила о себе, деревья, казалось, вот-вот взорвутся зеленью, птицы уже призывно кричали по утрам, и желание скинуть с себя лишние одежды останавливал лишь ветер, норовящий застигнуть врасплох расслабившегося, разогретого на весеннем солнышке прохожего.

К пятнице настроение у студентов стало, мягко говоря, нерабочим.

Алина приблизилась к Игорю, как бы невзначай наклонилась к нему. Длинный, безупречный локон защекотал щеку.

— Сегодня вечеринка. Придешь?

— Постараюсь.

— Один?

— То есть, я хотел сказать, постараемся… — он проклинал себя, — просто мы с Олей пока не обсуждали планы на вечер.

Алина хмыкнула и удалилась, поводя бедрами. Игорь какое-то время смотрел ей вслед, потом заставил себя отвести взгляд. Блин, ему нужна женщина… ему нужна Алина.

Он нашел Олю уже возле выхода.

— Сегодня важный вечер. Нам нужно пойти на вечеринку…

И вдруг поймал себя на мысли, что любуется ее лицом. Просто любуется. Не может оторвать глаз. Изящный узкий овал, маленький носик, тонкие брови, чуть припухлые губы…

— Нам?! Мне нужно пойти на работу. А ты можешь идти куда угодно… — то, что произнесли эти губы, не вязалось с картинкой, нарисовавшейся в уме.

— Какая работа может быть вечером? Ты ж не эта?.. — он неопределенно помахал рукой в воздухе.

— Иди к черту!

— Ну, серьезно, где ты собралась работать вечером?

— В «Мускате».

— Это где?

— На Октябрьской.

— И кем же ты там работаешь? — В его голосе сквозило недоверие.

— Официанткой, — бросила она отрывисто и направилась к выходу.

— Подожди, — Игорь догнал ее и схватил за руку, — как официанткой? Ты серьезно?

Но она выдернула руку и пошла своей дорогой, не оглядываясь. Иначе увидела бы, что он так и остался стоять.

Заметив вечером Игоря в «Мускате», она почти не удивилась. Ожидала, что он сразу же подойдет, но он всего лишь кивнул ей и уселся за дальний столик, заказав себе чашку кофе. Потом еще одну. В конце концов, Оля все-таки подошла к нему, и, сдерживая улыбку, поинтересовалась, как ему здесь?

— Неплохо. И официантки такие симпатичные.

— Не подлизывайся, я все равно никуда не пойду.

— И не надо. Что я, не понимаю, что ты устанешь… Да ты уже устала.

Она остолбенела от внезапного проявления сочувствия от того, кого считала жестким и, в какой-то степени, даже безжалостным. Что, собственно, и неудивительно, учитывая, что он капитан университетской сборной. Девушка моргнула от неожиданности и поспешила убраться восвояси.

Она и вправду уставала, особенно в последнее время, когда хронический недосып усугубился весенним авитаминозом. Но мысль о его жалости была неприятной. Хотя… Игорь и жалость так же несовместимы, как лед и пламя.

В следующий раз, проходя мимо него, она поинтересовалась, почему он не уходит?

— Кофе здесь подают вкусный. — Игорь прикурил сигарету.

Оля пожала плечами и удалилась.

А он пил кофе и наблюдал за тем, как она грациозно проходит между столиками, автоматически улыбается клиентам, подает на расстоянии какие-то знаки бармену. И невольно пересматривал свое к ней отношение. Значит информация о том, что она живет на содержании у кого-то — лживая. Вряд ли она работает здесь для собственного удовольствия. Что же еще из того, что он слышал о ней — ложь?..

Игорь расплатился, дождался, когда Оля окажется поблизости, махнул рукой и вышел.

В понедельник состоялся коллоквиум по химии. Все прошло отлично исключительно благодаря Игорю. Теперь зачет был в кармане.

Когда преподаватель продиктовал претендентов на «автомат», она поблагодарила соседа.

— Вот как? Ты оценила мои усилия?

— Я умею быть благодарной.

— В таком случае сделай действительно доброе дело. Пойдем еще раз на вечеринку. Это в последний раз.

— Когда?

— В пятницу. Ты ведь не каждый день работаешь?

— Нет. Но по пятницам и субботам иногда приходится выходить внепланово.

— И что, прилично платят?

— Ты смеешься? Нет, конечно. Основной заработок — чаевые.

— А почему именно «Мускат»?

— Ну, все-таки не забегаловка какая-то… К тому же он через дорогу от дома.

— А что, ты допоздна работаешь?

— До одиннадцати. Иногда до двенадцати, если моя очередь закрывать.

— Разве это — не работа охранника?

— Работа охранника — охранять.

— Ладно, понял.

Он не поднимал больше тему с вечеринкой до окончания пар. В конце дня, когда они должны были попрощаться, он снова спросил:

— Ну, так как — пойдешь?

— Но у меня есть еще одно условие.

— Угу, — он кивнул.

— В конце мая мне нужно поехать за город на день рождения к одному приятелю.

— К приятелю?

— И мне нужно, чтоб меня сопровождал кто-то.

— Кто-то? Почему я? А в качестве кого я туда поеду? А почему ты не поедешь с… — он недоуменно посмотрел на нее, — постой, что-то здесь нечисто. Это не просто приятель, я правильно понял?

— Ну, э…

— Ну конечно. А твой парень будет тебе только мешать. А меня-то можно в подходящий момент засунуть куда-нибудь, верно? Я прав?

— Не то, чтобы совсем…

— Какая же ты бессовестная. А я надеялся, что ошибся…

Блин, отчего ему это так неприятно?.. Не все ли равно, какие дела она затевает за спиной у своего парня.

— Что, у нас с тобой много общего? — неожиданно сказала она.

В его глазах мелькнуло странное выражение, похожее, возможно, на стыд.

— Мне пора, — протискиваясь мимо него, она задела плечом его руку и вздрогнула. На какую то долю секунды показалось, что Игорь остановит ее. Но он только сказал ей вслед:

— Я поеду.

— Да, я поняла. — Она торопливо кивнула и ушла.

Ну не могла она рассказать ему, что Влад, сосед по даче — ее первая любовь. Что уже с четырнадцать лет она боялась показаться ему на глаза с немытой головой или в грязных джинсах. И как отчаянно она пыталась казаться взрослой. И как больно было, когда Влад приезжал на дачу с девушками. Но со временем боль притупилась. И, видя, что каждый раз девушка новая, Оля все больше торжествовала — значит и на этот раз все несерьезно.

А потом, со временем, она поняла, что Влад — не лучший человек. Но, по-прежнему, при его виде краснела и терялась. И ей все так же хотелось завоевать его, доказать ему, что она лучше всех его девушек. Хотя нет, пожалуй, уже не так, как раньше.

На день рождения ее приглашали каждый год. Ее и Костю. Костя дружил с Владом, но Олю всегда предостерегал от любых отношений с ним и грозился устроить головомойку, если заметит их вдвоем. Но в этом году Костя вряд ли поедет — беременность его жены протекала сложно, и все свое свободное время он старался проводить с нею. А, значит, у нее будут развязаны руки.

Выйдя из института, Оля постояла какое-то время в раздумьях. Мало того, что последние две пары отменили, сегодня у нее планировался свободный вечер. И так захотелось изменить ставший уже привычным распорядок. Ноги сами понесли в университетское кафе, ей вдруг вздумалось повидать старых знакомых, и просто окунуться в атмосферу безделья и праздности. Сравнить, может быть.

В кафе не оказалось никого из приятелей, что и неудивительно в такую погоду. Скоре всего, они уже где-нибудь в парке, а, может, и к морю укатили. Эх, вот бы так же… махнуть куда-нибудь, чтоб можно было не вставать по утрам, не учиться, не работать по вечерам… Ну вот, приехали. Неужели она такая слабачка? Стыдно.

Глаза привыкли к полумраку после яркого солнца, и девушка разглядела в конце зала того самого парня из маршрутки. Не раздумывая, она пересекла площадку и присела рядом.

— Привет!

— Привет, — он не улыбнулся в ответ, а ей так этого хотелось.

— Меня зовут Оля.

— Даня. — Потом добавил, — Данил.

— Давно тебя не видела.

— Твой парень тебе обзор загораживает.

— Мой парень?! — Оля фыркнула, — вот еще!

Данил приподнял брови:

— Но вы часто рядом…

— С тобой я тоже сейчас рядом, но это ни о чем не говорит.

Данил, наконец, улыбнулся, словно солнечный луч прошелся. У Оли даже настроение поднялось. Они болтали ни о чем, а, когда кофе был выпит, и пришло время уходить, он вышел вслед за нею и проводил до ворот.

— Ну, мне пора. Приятно было поболтать.

— А мне не хочется прощаться.

Такая прямота удивила Ольгу, но и подкупила.

— Ну, я не последний день в универе. Прогуляемся как-нибудь.

Он усмехнулся:

— Предлагаю прогуляться прямо сейчас.

— А куда?

— А куда бы тебе хотелось?

— К морю. — Оля засмеялась, увидев его приподнявшиеся брови, — можно в парк, на озеро.

— К морю, так к морю. Экипаж подан — с этими словами Данил подошел к «Хонде», стоящей неподалеку, и в приглашающем жесте распахнул дверцу. Оля недоверчиво посмотрела на него:

— Ты же в маршрутке ехал.

— Ты тоже.

— Но у меня нет машины.

— А я тебя видел несколько раз, когда ты приезжала на «Тойоте».

— Это папина.

— Эта — тоже папина. — Было заметно, что он сдерживает улыбку.

— Откуда ты знаешь, на чем я приезжала? Ты что, следил за мною?

— Малая, у тебя паранойя, — он уже откровенно посмеивался, — просто ты иногда подъезжала к бару, а я здесь кофе пью.

Оля хотела возразить, что она бы его заметила, но подумала, что не стоит признаваться вот так сразу, что она выделяет его среди остальных. Мало ли, может, она и вправду его не заметила? Кого она вообще тогда замечала?

Оля села в машину, зашвырнув сумку на заднее сиденье. Какая-то мысль не давала ей покоя, пока Данил разворачивался и выруливал на основную дорогу. И, только когда он, выровняв машину, и принялся настраивать радио, она осознала — он сказал ей «малая». Словно давний знакомый.

Говоря строго, он ее давно и знает. Но как теперь ко всему этому отнестись? До сих пор так ее назвал только Костя, родной брат по матери. И двоюродный по отцу. (Ситуация в их семьях сложилась непростая, сериалы отдыхают. Когда мать Ольги ушла от мужа к его брату — своему деверю, сын от первого брака, Костя, остался жить с отцом. А во второй семье родилась девочка — Ольга. Как ни странно, дети подружились и сроднились. Фактически, Костя был для нее одним из самых близких людей.)

Конечно, Данька ей нравится, но, скорее как приятель, без романтики. Хотя он и симпатичный. Возможно, кто-то из его предков прибыл с востока, и это немного отразилось в чертах лица. Но, когда он поднимал глаза, их чистый голубой цвет заставлял забыть о первоначальном впечатлении, а на ум приходило сербское происхождение.

Когда Оля очнулась от размышлений, оказалось, что Данил уже выезжает за пределы города.

— Куда мы едем?

— Как ты и хотела — к морю.

Девушка ахнула от удивления. Первым порывом было остановить его, но затем она посмотрела за окно на проносившийся пейзаж, залитый солнцем, скосила глаза на руки, уверенно и спокойно ведущие машину, и смолчала. Разве не об этом она мечтала менее часа назад?

Когда Данил свернул на заправочную станцию, Оля вышла в магазин, купить «Эм-энд-Эмса», печенья и минералки, а Данил купил там же несколько батончиков шоколада. Они выпили по стаканчику кофе и двинулись дальше — путь предстоял неблизкий, почти триста километров.

И, хотя они ехали довольно долго, время пролетело незаметно. Чем дольше Оля находилась в его обществе, тем вернее убеждалась в его несомненных достоинствах. Вот только… что, если Данил рассчитывает на более близкое знакомство? (А так он, вероятно, и есть. Стал бы он везти так далеко девушку, к которой испытывает всего лишь приятельскую симпатию?)

И вот уже на горизонте заблестело море отраженным солнцем, когда они заехали в прибрежный поселок. (Это был самый популярный поселок среди молодежи, в соседнем предпочитали отдыхать только семьями — там было тихо и скучно, а в городке рядом море было «курице по колено» — туда вообще только с детьми ездили.)

Сезон еще не начался, поэтому они смогли подъехать к самому пирсу.

Первым делом Оля подошла к воде и опустила в нее руки, но тут же с визгом отскочила в сторону от набежавшей волны. Глядя на ее прыжки, Данька рассмеялся, и Оля, зачерпнув воды, плеснула в его сторону, надеясь отомстить. Парень успел увернуться, лишь немногие соленые капли достигли его, но и те остались на куртке, не причинив его владельцу ни малейшего беспокойства. Он снова рассмеялся и предпочел сразу ретироваться подальше.

Затем они просто гуляли по берегу, на котором, в отсутствие обычной толпы, валялось множество выброшенных морем раковин, камней и, даже, крабов.

И все же людей вокруг хватало — в основном, это были парочки, держащиеся за руки, а то и просто целующиеся. Ближе к вечеру все стали сходиться к центральной улице. Оля оказалась права насчет своих приятелей — они тоже были здесь, и их трудно был не заметить, столько шума они производили. Но девушка была очень рада их всех увидеть. Они по очереди обнимались, пока Данил ждал в стороне.

— Какой интересный парень с тобой, познакомишь? — Лиза бросила на Даньку заинтересованный взгляд.

— Да, это Данил, — она повернулась к парню, — Дань, познакомься, это мои бывшие одногруппники. Это — Лиза, Аня, Вика, Олег и Артур.

Данил кивнул девочкам и, подойдя, поздоровался с ребятами за руку.

— Я тебя, по-моему, в университете видел?

— Артур, ты там не настолько часто бываешь, — рассмеялась Аня.

— Значит, в баре видел, — не унимался Артур.

Они еще немного поболтали и пошумели, угостили Олю вином и вскоре, погрузившись в две машины, скрылись.

— Веселые у тебя одноруппники.

— Да уж, в этом им не откажешь, — Оля улыбнулась, прогулка чудесным образом развлекла ее, встреча с приятелями была забавной, а вино приятно согревало и слегка туманило мысли.

— И все же я рад, что они уехали, — он подошел ближе.

Оля понимала, к чему он клонит, но не могла еще решить для себя, как ей быть.

Данил провел большим пальцем по щеке девушки:

— Ты красивая. Тебе, наверное, говорили это много раз. Позволь мне, — он склонил свое лицо и легко поцеловал ее, едва коснувшись. Когда Оля не запротестовала, он поцеловал ее еще раз. Теперь это был настоящий поцелуй, сперва нежный, но все более убедительный и жаркий, губы властно диктовали свою волю. Приобняв одной рукой, он положил вторую на затылок, взяв ее словно в плен. Приятный, возбуждающий плен. Но, несмотря на удовольствие, она не отдалась эмоциям целиком, ее чувства делились на части, словно кусочки картинки: аромат туалетной воды, шум моря, теплые руки, легкий хмель в голове, его рот, язык, губы («а он классно целуется!»). Все было просто отлично, но… она словно наблюдала за собой со стороны. Странно. Наверное, это усталость. Возможно, оттого, что в последнее время она не видела ничего кроме работы и учебы, и сегодняшних впечатлений слишком много, чтобы уместиться в одну картинку?

Данил, похоже, был иного мнения о происходящем. Оторвавшись от нее, он прошептал:

— Давай останемся здесь, а в город вернемся утром?

— Дань, извини, ты мне нравишься, но я не готова к такому повороту.

— Нет проблем, прости. Я немного… — Он закусил губу. — Мы сейчас поедем домой. Похолодало.

Пока она ехали обратно, стемнело, и потому дорога заняла больше времени. Разговор, как и прежде, был обо всем и ни о чем, но все время ощущалась небольшая напряженность.

Последний час Оля просто слушала музыку и дремала, в то время как Данил вел машину, изредка поглядывая на соседку.

Когда они приехали, Оля вышла из машины, и между ними повисло несколько неловкое молчание.

— Оль, ты прости, что я так сходу…

— Нет, что ты, все нормально.

— Нет, я неправильно себя повел, я не должен был предлагать тебе остаться. Но ты не бери в голову, ладно?

— Ладно.

— Вот и ладно, — он облегченно вздохнул, потом наклонился и легко коснулся ее щеки, — мы ведь еще увидимся? Я имею в виду не только универ.

— Дань, я… только пойми меня правильно, ты классный. Ты мне нравишься. Но я не уверена, что у нас что-то выйдет.

— Я тоже не уверен. Но мы ведь можем попробовать, верно?

— Нда… только не дави на меня, я… не хочу тебя обманывать.

— На тебя надавишь, как же, — он невесело усмехнулся. — Какие планы?

— Работаю завтра.

— Да? Где?

— Да вон, через дорогу, в «Мускате», официанткой подрабатываю.

— Я к тебе зайду как-нибудь? — Если он и был удивлен, то никак этого не показал.

— Заходи. Но я буду занята, и не смогу уделить тебе время.

— Ничего, я в бильярд поиграю. Ну, спокночи, малая!

Он уехал, а Оля стояла у подъезда и размышляла. О том, какой Данька классный, любая другая девчонка после сегодняшней прогулки влюбилась бы по уши. Странно, что этого не произошло с ней. Что у нее не скачет сердце, нет никакого волнения о предстоящей встрече или страха, что он передумает. Что с ней не так?

Может, это из-за Влада? И она ошиблась, когда думала, что освободилась от него?

Глава 5

Непредвиденный поворот

Подойдя утром к универу, Оля сразу заметила Данила, стоящего в кругу своих приятелей на крыльце. Он отделился от них, двинулся навстречу, и Оля справедливо забеспокоилась, что он как-то обозначит их отношения на виду у всех, но Данил не стал, видимо, памятуя о ее просьбе. Они всего лишь перекинулись парой слов, после чего парень вернулся к своим приятелям, которые с интересом посматривали на них, а Оля поспешила к себе.

Игорь тоже стоял на пороге. И тоже внимательно на них смотрел.

— Оль, пойдем в боулинг.

Оля находилась в состоянии полудремы от усыпляющего тона лектора, поэтому не сразу сообразила и удивленно покосилась на Игоря:

— Ты уверен, что собирался обратиться с этим именно ко мне?

— Да ладно тебе, мы же можем вести себя просто как приятели. Не врагами же мы останемся? — Упреждая ее ответ, он добавил, — да, наше знакомство началось неудачно. Но ведь между нами что-то изменилось?

— Эмм… — Она старалась подавить легкий шок, вызванный его словами. Тем более что в них была правда. — Я не умею.

— Я научу, это несложная наука. Ну, так как? Ты ведь завтра не работаешь?

— Ты выучил мой график, с ума сойти. Только за одно за это, наверное, стоит пойти, куда ты пожелаешь.

— Куда пожелаю?.. — Он приподнял брови.

— Это была фигура речи, если ты не понял.

Она все же согласилась пойти с ним, но только после того, как пообедает.

Когда Игорь подошел к ее дому, оказалось, что она еще не собрана. Чтобы не нервировать, Оля пригласила его к себе, выпить кофе и подождать, пока она оденется.

Игорь удивился. Растерялся. Но в гости зашел.

Каково же было его удивление… Нет. Правильно было бы сказать, ошеломление, когда двери ему открыл… Котя. В переднике и с лопаткой в руке — по квартире разносился умопомрачительный запах отбивных.

— А… это ты. Заходи. Кофе будешь? Хотя, я бы посоветовал перекусить, пока эта копуша собирается.

— Я бы тоже перекусила, если ты не против, — Оля вышла в коридор, услыхав шум, — привет, Игорь. Знакомься, это — Коть… Коля.

Она повернулась к Коте:

— Ну а это, как ты понял, Игорь.

— Да понял я, не дурак.

— Игорь, я сейчас оденусь, пара минут буквально. Выпей кофе. А, может, лучше поешь?

Перед тем, как ответить, Игорю пришлось прочистить горло:

— Я бы, пожалуй, выпил кофе. Правда, пахнет классно.

— Да?! — Коля явно обрадовался, — тебе нравится? Вымой руки, попробуешь.

Игорь, все еще пребывая в шоковом состоянии, прошел в квартиру. Пока он стоял в ванной, в голове, словно заело, крутилось одна фраза: «Что происходит?».

Что, черт возьми, происходит?! Если они вместе, то как Коля может принимать его в гостях? Может, она наврала ему что-то про Игоря?.. Даже если и так, почему он угощает приятеля своей девушки, или кем там она ему приходится? Тем более, если она собирается с этим приятелем на развлекательную прогулку. Или про это Оля тоже наврала?

— Вы куда пойдете, в «Амиго» или «Эль Рэйно»?

Ага. Про боулинг не соврала.

— В «Амиго» — там дорожки лучше и шары есть «шестерки». А в «Эль Рейно» самые маленькие — «семерки».

— Ты не думай, это она с виду такая малышка, а на деле знаешь, какая сильная? С ней как-то случай один произошел, если б не Лешка, кто его знает, чем бы закончилось… мда. Так вот, после него Костик и заставил пройти курсы самообороны.

«Лешка…Лешка… где же я это сл… Лешка?!» Оказывается, последнее слово он произнес вслух.

— Ты его знаешь?

— Ну, охранник, — Игорь произнес это таким будничным тоном, что мог гордиться собой.

— Ага. — Коля ловко перевернул отбивную на сковороде. — А я смотрю, вы подружились — с Олькой по-другому и нельзя, — ему показалось, или Коля произнес это с гордостью? — Когда она жаловалась на твой шантаж, я так веселился. Так и знал, что этим кончится. Смотри, не влюбись еще в нее.

— Почему? — с какого дуру он это спросил? Этого все равно никогда не случится.

— Ну… у нее голова другим занята. Но это не мое дело.

«Кем — другим? Или — чем? И, почему не его дело?! Или они ненормальные? Дом-2 какой-то.» Видимо, весь спектр эмоций отразился на его лице, потому что Котя добавил:

— Не бери в голову, бери лучше отбивную.

Отбивная оказалась отменной, сочной, с прижаренной корочкой, поданная на куске черного хлеба.

— Очень вкусно.

— Ха! Вот и скажи ей…

— Я смотрю, вы тут спелись. — Оля смотрелась потрясающе в, казалось бы, обычных голубых джинсах и бежевом свитере. Она попыталась украсть отбивную и зашипела, ухватив горячую.

— Ну что ты, как маленькая, честное слово! — Коля машинально стукнул ее по рукам, — вон, возьми на тарелке.

Игорь смотрел на всю эту картину, и ему хотелось ущипнуть себя. Оля, съев отбивную, облизнула пальцы:

— Ну что, пошли, «Вовка-тренер»?

По дороге в «Амиго» его все время подмывало спросить, что за отношения связывают ее с Колей? Но он понимал, что теперь, после всех его подозрений, задать такой вопрос — невозможно. «Ясно же, что они просто соседи. Друзья. Очень близкие — она все ему рассказывает. Может быть родственники? Вероятно, так оно и есть. А Сереге надо по шее дать, чтоб меньше сплетни распускал.»

Оля показала себя отменной ученицей. Впрочем, Игорь, после предупреждения, не особо удивился. Так легко было «ставить» ее руку, корпус — девушка была послушна словно в танце. От нее пахло чем-то свежим, волосы щекотали его виски, когда он становился сзади, беря ее за локти, чтобы показать правильный бросок.

Выбив «страйк», она смеялась и прыгала, как подросток, да он и сам рад был ее успехам.

Час времени пролетел незаметно. Ему не хотелось уходить, но хорошего понемногу. Да и пальцы у девушки уже еле сгибались, что бы там она не говорила.

По дороге домой у Оли только и разговоров было, что о новом умении. Еще бы, Игорь оказался отличным тренером. И отличным… парнем. Когда он был увлечен, куда и подевалась вся его язвительность, он радовался вместе с ней каждому достижению. Ей нравилось, как уверенно он учит тому, что умеет сам, как направляет ее, едва касаясь руками, теплыми, с легкими шероховатостями мозолей. Когда исчезла необходимость актерствовать, жесты стали скупыми, выверенными, ни одного лишнего движения. И в то же время она теперь гораздо сильнее ощущала его близость, когда он стоял у нее за спиной. Она не слышала его дыхания, но чувствовала его тепло, когда губы находились где-то совсем близко.

Ольга мимолетно задалась вопросом, отчего так изменилось ее отношение к этому парню? По сути, ведь ничего не произошло. Но они, несомненно, стали ближе друг другу. Почему? Может, оттого, что почти подошел к концу срок договора, и фальши стало меньше?

Наступили сумерки, но на улицах было светло, из придорожных бутиков лился свет, в витринах стояли манекены, и Оля с интересом рассматривала новые весенние модели.

— Ой, посмотри, как раз для меня, верно?

— Наверное, я в этом не понимаю.

— И тебе никогда не хотелось купить девушке… ну, например, платье?

— Не в этой жизни.

— А как же ты подарки выбираешь?

— Я не выбираю, я только оплачиваю.

— Банально.

— Зато никакого риска.

— Это скучно.

— А ты любишь подарки?

— Да, наверное…

— Расскажи мне, какие подарки ты любишь?

— Не знаю… — она растерялась, — они ведь все разные.

— Тогда расскажи про самые любимые. Такие, знаешь, самые-самые.

— Самые-самые?..

Она помолчала, вспоминая.

— Помню, когда мне было тринадцать лет, я заболела ангиной. Летом, представляешь? Родители в командировке были, соседка приглядывала за мной, но сам понимаешь… обидно ужасно, на улице жара, все купаются, а меня лихорадит, и ничего не хочется. И тут приходит Костя, с лукошком клубники. — Она даже зажмурилась, вспоминая. — Я ничего есть не могла, а клубнику эту слопала. И сразу пошла на поправку. Ха! А вот еще вспоминаю, — она захихикала, — зимой дело было. Я тоже, вероятно, болела, потому что с градусником сидела. Мне было лет шесть. Скучно, время тянется неимоверно долго — я тогда у бабушки была, в пригороде. А Костик увидел, как мне скучно, и говорит, погоди, я тебе сейчас со двора что-нибудь интересное принесу. Вышел на минуту, заходит и вручает какую-то корягу. Я ее потом приперла домой, мать ругалась ужасно — она засмеялась, — она и сейчас где-то валяется.

Он ожидал чего угодно, но клубника?.. коряга?!. В голове не укладывается.

— Костя — это твой родственник?

— Ну да! Брат. Я думала, ты знаешь. Он ведь меня в универ иногда привозит. На серебристом «Ниссане».

— Так это твой брат?! — «Убью Серегу!»

— Тьфу на тебя! Вот дубина.

— Не… не могу не согласиться… дубина.

— Ну вот! Теперь с тобой даже поссориться невозможно!

Он облегченно засмеялся, неожиданно притянув ее к себе, но потом так же неожиданно отпустил.

Они как раз уже подошли к ее дому, парень коснулся губами ее щеки и исчез в темноте. Пройдя несколько кварталов, он закурил, усевшись на бордюр, даже не озаботившись его чистотой. Ему было плохо — и еще более плохо оттого, что он был неправ.

На следующий день Игорь не показался в университете, и Оля понадеялась, что вечеринка отменяется. А вечером Данька пришел прямо в кафе. Ее как раз донимала особо дотошная клиентка, и, Оля, еле сдерживалась, чтоб не фыркнуть, возведя глаза к потолку, когда заметила, что за соседним столиком расположился Данил с приятелем, и внимательно слушает монолог дамы, посматривая на Олю с сочувственной усмешкой.

Каково же было ее удивление, когда, спустя несколько часов, подошел еще и Игорь. Она даже не сразу заметила его приход, поскольку стояла с Данькой и его приятелем возле служебного входа — те только закончили играть в бильярд, и теперь беспрестанно острили, и девушка заливалась смехом.

Увидев, что за дальним столиком расположился Игорь, девушка замерла на мгновение, и, ответив на вопросительный взгляд Даньки, недоуменно пожала плечами.

Но Игорь всего лишь выкурил сигарету за чашкой кофе и, кивнув ей на прощание, ушел.

Несколько дней его не было, и Оля решила, что все отменяется. И вдруг поняла, что почти жалеет, что больше ничего не будет.

Но Игорь позвонил ей и, извинившись, объяснил, что вечеринка не состоится, поскольку он в отъезде, но он все же надеется, что в следующую пятницу Оля пойдет с ним. «…да, она ему ничего не должна. Но ведь вечеринку она ему пообещала. Просто пришлось перенести ее на неделю. Ну пожалуйста!..»

А в четверг вечером, ближе к десяти он опять пришел к ней на работу.

— Оль, я пришел напомнить, если ты забыла, что завтра встречаемся.

— Да помню я, уже попросила подменить.

— Сделай мне кофе, пожалуйста, — когда Оля вернулась, он неожиданно спросил, — он ведь из нашего универа?

До Ольги не сразу дошло, что он говорит про Даньку.

— Вообще-то да, — она не удержалась от подколки, — а ты, никак, ревнуешь?

— Ты бы поосторожнее с ним.

Ей не понравилась ни его серьезность, ни то, как он говорит по Даньку — снова это поверхностное несправедливое суждение.

— И что с ним не так?

— Я видал его друзей. Они не внушают доверия.

— Кто б говорил.

— Я с тобой серьезно.

— Позже десяти я серьезно не разговариваю.

— Ты повзрослеешь когда-нибудь? — Игорь неожиданно разозлился.

— Не раньше, чем ты научишься признавать свои ошибки.

Он безнадежно махнул на нее рукой и уставился в телевизор над барной стойкой.

Уже забирая посуду, Оля поинтересовалась, отчего он не показывается на парах.

— Выездные игры, и завтра опять. Устал как собака, — он вымученно провел рукой по волосам.

— Так может, не ходить?

— Пора заканчивать эту комедию, — сказал он с каким-то ожесточением. — Ладно, мне вставать до рассвета, уходить пора. Про твои планы я не спрашиваю. Тогда до завтра. — Он ушел.

Оля нахмурилась — какая муха его укусила?

И все же следующий день внес свои коррективы: после обеда Оля позвонила Игорю, чтоб предупредить, что задержится. Сменщица не пришла.

После десяти Игорь пришел сам. Он заметил, что девушка устала, под глазами залегли легкие тени, улыбка стала вымученной. Он чувствовал себя неуютно из-за того, что уговорил ее идти на эту дурацкую вечеринку.

— Оль, ты уже думала, что будет дальше?

— Да. Для всех мы поссоримся. И ты получишь вожделенный приз. А я — свободу.

Он хотел, было, возразить, но, махнув рукой, вышел в темноту.

Наконец, она вышла: тщательный макияж скрыл усталость, и, хотя сегодня Оля не была одета столь сексуально, как в самый первый раз, в своих обтягивающих черных брючках и черной рубашке она выглядела стильно. И убийственно красиво.

Выходя, Оля попросила напарника закрыть сегодня кафе самому, попрощалась с охранником, и они скрылись в ночи.

Заходя в клуб, Игорь взял ее за руку:

— Так надо, пожалуйста…

Громкая музыка оглушала, но и бодрила. Они так и подошли ко всем, держась за руки, Оля заметила, что Алина с каким-то парнем. К чести Игоря, он никак не отреагировал — казалось, он неплохо проводит время. Периодически он обнимал ее, шептал что-то на ухо, и чем дольше тянулась вечеринка, и большее количество рюмок было опрокинуто, тем чаще обнимал, так и оставаясь, в обнимку. Но ей это не мешало, как это бывало раньше — может, оттого, что это в последний раз?..

Ближе к середине ночи, выходя в туалет, Оля заметила, что Алина поспешила за ней. Ну что ж… давно пора.

Она нарочно осталась у зеркала, поправляя макияж, когда Алина зашла, и стала прихорашиваться рядом.

— Если ты думаешь, что значишь хоть что-то для него, то ошибаешься. Он просто использует тебя, чтобы досадить мне.

— Ну и как? Досадил? — Оля чуть не рассмеялась, глядя на остолбеневшую Алину

— Ты совсем блондинка, да?

Оля устала. От Игоря, с его выдумками, от собственной неуживчивости, и от стерв.

— Отвали, — сказала она сквозь зубы.

Видимо, было в ее лице что-то такое, что Алина отступила в сторону, давая пройти.

«Вся эта история закончится… уже закончилась…»

Вернувшись, она забрала у Игоря номерок, намереваясь уйти. Он догнал ее и попытался остановить:

— Погоди, не уходи.

— Игорь, я устала. Моя миссия выполнена — Алина готова из себя выпрыгнуть.

— Откуда ты знаешь?

— От верблюда. Мы поговорили, в туалете. И вообще, она уже давно глаз с нас не сводит. Так что твой идиотский план сработал, даже удивительно.

— Оля… — он приблизился к ней почти вплотную, намереваясь… поцеловать?.. — Давай поставим жирную точку, пусть все нас увидят.

— Довольно! — Она отступила на шаг, — достало вранье. Хватит с меня, не хочу!

— Да ладно тебе, ну что ты ломаешься, — он наступал, и она оперлась спиной на зеркало за спиной, — какая тебе разница? — Увидев возмущение на ее лице, он истолковал его по-своему, — вот только не надо мне рассказывать про верность…

— Не смей!.. — Он накрыл ее рот поцелуем, заглушив ее протесты и голос своей совести. Он хотел этого. Последние часы он только об этом и думал.

… Губы… нежные и свежие, как ранняя клубника. Это было много лучше, чем он ожидал, тело такое манящее, женственное… Темная волна желания накатывала из глубин его тела, отключая разум, отдавая его на растерзание инстинктам. Прервав поцелуй, он был почти трезв, хмель отступил, повинуясь более мощному импульсу, но останавливаться он не собирался. И склонился к девушке, когда почувствовал неожиданный толчок в грудь, потом еще один, настолько сильный, что пришлось отступить на шаг, чтобы устоять на ногах. Парень мотнул головой и машинально поднял руки, и встретился с ней взглядом… Вот черт, почему у нее на глазах слезы?!. В следующее мгновение она скрылась.

Он в бессилии прикрыл рукою глаза, с ним происходит что-то неладное. Наверное, оттого, что слишком много выпил. Через секунду, опомнившись, Игорь поспешил за ней. Его кто-то отвлекал, говорил с ним, но он плохо соображал, что нужно отвечать.

— Это наша песня, милый. Давай потанцуем.

Игорь повернулся:

— А я и не знал, что у нас есть песня, Алина…

Когда он все-таки добрался до выхода, Оли уже и след простыл. Смутно догадываясь, что произошло непоправимое, он тоже вышел в ночь.

С самого начала все пошло не так. С того момента, как он взял ее ладошку в свою руку.

Нет. С того момента, когда он решил, что с ее помощью можно заставить Алину ревновать.

Его план потерпел крах, но по другой причине. Он сам оказалась тем камнем преткновения, который не смог преодолеть.

Надеясь разобраться, Игорь запутался еще больше. Сегодня ему все время казалось, что он пришел сюда со своей девушкой, и эта девушка — Оля. Он прикасался к ней, и думал, что имеет на это право. И весь этот проклятый вечер его преследовало желание почувствовать ее мягкость, вкус, узнать ее.

Теперь он это узнал. Вспышка, последовавшая за поцелуем слишком сильна, он с трудом приходил в себя.

Вообще, эта вечеринка была плохой идеей…

Все это вранье с самого начала было плохой идеей.

Когда произошел этот перелом, и он стал думать о ней слишком много? Когда эти мысли стали навязчивыми, забивая голос разума?..

Он всего лишь использовал ее, чтобы вернуть Алину. Вот оно! Он использовал ее…

Да что он сделал-то? Подумаешь, поцеловал. Силой. Идиот… при этом вспоминании желание нахлынуло с новой силой. Да что происходит, черт возьми?!

Игорь проснулся с дикой головной болью. Надо подумать, как помириться с Олей. Он не хотел, чтоб все закончилось настоящей ссорой. По сути, он не сделал ничего дурного, и, даже подозревал, будь на ее месте другая девушка, она бы не сбежала.

Но Оля — это Оля, и решать накопившиеся вопросы предстояло именно с ней. От этого голова начала болеть еще сильнее.

Игорь выпил таблетки и стал под душ. К тому моменту, когда сварился кофе, он почувствовал себя вполне сносно.

— Але… — голос был глухим, вероятно, звонок разбудил ее. Воображение услужливо нарисовало образ сонной, теплой девушки, вытянувшей руку из-под одеяла, но Игорь не дал ему разыграться

— Оль, я внизу. Я подожду.

Последовало продолжительное молчание.

— Ладно… — связь прервали.

Оля со стоном выползла из кровати. Несмотря на то, что пришла она домой гораздо раньше Игоря, заснуть удалось только под утро. Девушку буквально лихорадило.

В тот момент, когда он ее неожиданно поцеловал, она была так ошеломлена, что не знала, как реагировать. Организм отреагировал сам… его руки, рот, прикосновения… Ее затопила горячая волна, и стало трудно дышать. Испытав такое смятение чувств, она испугалась и попыталась прервать этот лишавший воли, чувственный напор.

Он удержал ее, преодолев сопротивление с легкостью, присущей сильным людям. Как только пришло осознание того, что ее удерживают силой, Оля запаниковала, у нее в мозгу буквально что-то замкнуло. Так случалось иногда после случая в лагере. Ужас заполонил ее, и Ольга начала отбиваться всерьез. И, только выбежав на улицу, и ощутив на лице холодный весенний воздух, девушка пришла в себя.

Как теперь быть? Игорь пришел выяснить, что случилось, он, вероятно, озадачен ее неожиданной реакцией. Подумаешь… Она тоже озадачена.

Почистив зубы, Оля, наконец, пришла к решению. Надо сделать вид, что ничего особенного не произошло. Все равно, вряд ли Игорь отчетливо помнит вечеринку, он здорово вчера наподдал.

Выйдя из подъезда, девушка выглядела, как нахохлившийся воробей.

— Молчалин, ну вот что ты за человек, в кои-веки в выходной можно выспаться, так нет же. Тебе не сидится дома.

Игорь обалдел. Он ожидал недовольства, но совсем по другому поводу. А! вероятно, она пытается заговорить зубы ему. Не выйдет.

— Оль, ты вчера расстроилась…

— Я?!

Не знай он ее чуть лучше, он бы повелся на этот блеф. Но только не теперь. Он упрямо продолжал начатый разговор.

— Я тебя так расстроил этим поцелуем? Да ладно тебе, Оль, ну перепил я слегка. Ты рядом была, вся такая привлекательная. Это все алкоголь, на трезвую голову я бы никогда тебя не поцеловал.

— Чего?

Неужели она настолько не в его вкусе, что он бы никогда ее не поцеловал? Хотя, с каких пор ее это волнует?

— Игорь, не бери в голову, ладно?.. ничего особенного не произошло.

«Здрасте, пожалуйста! У него крышу снесло напрочь, а у нее „ничего особенного“.»

— Ну и как мы теперь будем?

— А нас теперь ничего не связывает.

«Без комментариев.»

— Оль, можешь ответить на один вопрос?

— Нет… Я только проснулась.

— Это простой вопрос. Мы можем остаться друзьями?

Оля сдвинула плечами:

— Можем… наверное.

Хотелось прикоснуться к ней, но он спрятал руки в карманы.

Глава 6

Попробуй…

Неделю спустя…

Весна тем временем наступала семимильными шагами. С каждым днем все веселее зеленела трава, все новые голоса птиц вплетались в общий хор.

Жизнь текла своим чередом, и, вроде бы все шло, как раньше, если бы… Если бы ее так не раздражала эта сладкая парочка!

Стоило ей сегодня показаться в коридоре, Алина сразу обвила его как плющ и… поцеловала. А он отвечал. Вот, интересно, ей тоже жарко от его прикосновений?..

Оля тряхнула головой и попыталась сосредоточиться на том, что говорит преподаватель.

…С ней-то он мистификаций не устраивает, все по-настоящему… Вот блин, она опять об этом думает!

Вот ведь гад, все испортил!

…Войдя сегодня в аудиторию, она сразу увидела Игоря в окружении всей компании. Алина сидела рядом с ним, смеясь какой-то шутке. Что ж, тем лучше, он добился, чего хотел.

Заметив Ольгу, Игорь кивнул, и ей ничего не оставалось, как кивнуть в ответ. Девушка прошла в конец аудитории, как можно дальше от них. Игорь покинул компанию и подошел к ней (Алина состроила при этом уморительную гримаску, отчего девушки рядом с ней прыснули).

— Игорь, тебе незачем уделять мне столько…

— Привет! Ты не хочешь еще раз в боулинг?

— С твоими приятелями? Спасибо, не хочется.

— Я пока только тебя пригласил.

— Я не знаю.

— А когда будешь знать?

— Э-э… давай после пар поговорим.

Но после пар они не поговорили. Вероятно, он просто забыл.

На следующий день Данька предложил съездить на выставку, они бы успели до работы.

Как только преподаватель объявил об окончании пары, Оля поспешила к выходу. Она так торопилась, что Игорь едва успел догнать ее уже возле порога:

— Оль, погоди.

— Чего тебе?

— Я вчера был занят…

— Я так и поняла, что ты занят. А сейчас я спешу, извини!

Она сбежала со ступенек, возле которых ее подхватил под руку Данька. Он вручил ей коробочку с каким-то цветком, губы ее раскрылись в ослепительной улыбке. Игорю захотелось вышибить у нее из рук эту чертову коробку. Они немного постояли, совещаясь о чем-то, и скрылись за воротами.

Он закурил, но сигарета показалась горькой, и он выбросил ее, едва затянувшись. Уже, возвращаясь, Игорь наткнулся взглядом на Лешку, пристально следившего за машиной, в которой находилась Ольга со спутником. На лице у него читалась озабоченность.

— Ты его знаешь?

Лешка не стал валять дурака и переспрашивать, о ком идет речь.

— Неа… Но номер машины пробью.

Лешка давно обратил внимание, что Игорь и Оля все время вместе, но поговорить с Ольгой времени и возможности не было, они лишь перекидывались парой слов в те дни, когда он был на смене.

— Он уже давно возле нее крутится. — Игорь сам не знал, зачем провоцирует Леху.

— Черт с ним, пусть крутится, лишь бы не обидел.

Вот так вот. «Лишь бы не обидел.» Очередной воображаемый «поклонник» оказался всего лишь иллюзией.

— Лех, поговорить надо.

— Говори, — он все еще смотрел на ворота.

— Что там такое случилось, что она на курсы самообороны пошла?

Алексей развернулся к нему всем корпусом и посмотрел в упор:

— Кто тебе сказал?

— Коля.

— Коля?! — от неожиданности у него даже челка приподнялась. Но он быстро овладел собой. — Ну, если Коля… А почему ты у него не спросил?

— Да мы спешили… — он почти не соврал.

— А почему ты у нее не просишь?

— Я мог бы спросить, но… ей может быть неприятно. Не хочу тревожить.

— И правильно, что не хочешь. Тут такая штука… Мы в лагере вместе работали… Ну как работали… Она еще малая совсем была, больше дурака валяла. Выдумщица такая, — он улыбнулся, видимо, вспоминая ее проделки. — Во-от. И пропал у нас мальчишка. Лес, ночь, сам понимаешь, весь лагерь на ушах. Все ринулись в лес — искать. Олька забрела далеко, увидала костер. А там компания выпивших парней местных. — Игорь затаил дыхание. — А тут девка молодая, красивая. Это чудо, что ей удалось закричать, и что я услышал, думал — опоздал, но ей повезло, тот, кто на нее… который пытался изнасиловать, был слишком пьяный, и ничего не успел сделать.

Игорь перевел дыхание, и почувствовал, что у него вспотели ладони.

— Дальше все просто — я ввязался в драку, меня подрезали, и она меня потом через весь лес до населенного пункта тащила. У нее вся одежда моей кровью пропиталась… — Леха замолчал, но Игорь и не думал торопить. — Да что там, если бы не она, я бы сейчас с тобой не разговаривал.

— С ней психолог какой-нибудь беседовал после этого?

— Какой психолог, окстись! Это деревня была, в лесу. А своим она никому, кроме Кости, не призналась. Тот, конечно, постарался, чтоб эти подонки не отмазались. Но они понесли наказание только за меня, Оля нигде не фигурировала.

На тренировку Игорь не пошел в этот день. Он никого не мог видеть. А Серегу опасался просто избить.

Однажды, после полудня, когда вечера уже стали теплыми, а в воздухе разливался умопомрачительный запах цветущих деревьев, она получила от него смс с вопросом: «Что ты сейчас делаешь?». Ее ответ был: «Ты перепутал номера?»

Следующий смс гласил: «Пошли, выпьем кофе?» Зачем? Что ему опять от нее нужно?

В последнее время они виделись все реже, многие преподаватели разъехались по филиалам, и пар просто не было. К тому же Игорь теперь часто прогуливал. Их общение ограничивалось кивком. Оля всегда старалась не привлекать к себе внимания, но мимо него невозможно было проскользнуть — как бы он не был поглощен общением с окружающими, или с Алиной, он неизменно отвлекался и здоровался с ней. И ей не оставалось ничего другого, как отвечать на приветствие.

Для других, они расстались из-за «непримиримых противоречий», как он ей сказал. Собственно, ее гордость нисколько не пострадала, потому что Данька так часто встречал ее на выходе, что их, наверное, уже «поженили». Даже здесь он ее выручил. Правда, нечаянно.

Игорь предложил встретиться в «Мускате». Впервые, после начала самостоятельной жизни, Оля пришла сюда в качестве клиентки. Ей нравилась здешняя обстановка. Высокие потолки с деревянными балками, на стенках небольшие картины с видами города, нарисованные местными художниками — клиентам нравилось узнавать на них знакомые улицы и памятные места. Коричневая плитка на полу, прохладная летом и теплая зимой — довольно уютно…

Ольга поздоровалась с охранником и барменом и прошла в дальний угол, где ее уже поджидал Игорь.

— Привет.

— Привет.

— Отлично выглядишь.

На ней были черные, плотно обтягивающие брючки, и серый пиджак, из-под которого выглядывал джемпер алого цвета.

— Я теперь больше сплю. Пар меньше, времени свободного больше.

Он невесело усмехнулся.

— Извини, что я тебя третировал.

— Игорь, ты… изменился, — она приложила прохладную ладонь к его лбу, — хм, здоров.

— По крайней мере, хоть ты осталась прежней, — он расслабленно облокотился на спину кресла.

— Так чего ты хотел?

— Просто выпить с тобой кофе.

— Не ври мне, ты ничего просто так не делаешь.

— Можешь мне не верить. Но я действительно, просто хотел поболтать с тобой.

— А как бы к этому отнеслась Алина?

— Ты хочешь поговорить о ней?

— Просто расставляю точки.

— Алина разозлилась бы зверски. Не знаю почему, но к тебе она жутко ревнует.

«Не знаю почему. Ну, спасибо.»

— Так ты пришел сюда ее помучить?

— Она не знает, что я здесь. И не знает, что я скучаю за… нашими перепалками. С тобой весело.

— Да уж. Я только и делала, что язвила тебе и рычала.

— У тебя были на то причины. — Он взял в руки меню, — давай поужинаем?

— Меня Котя только накормил.

— Тогда… пойдем куда-нибудь?

— Нас здесь никто не потревожит. Мы можем остаться. Если ты действительно хотел поболтать.

Они молчали, пока официант расставлял кофейные приборы и менял пепельницу.

— Я все хотел спросить. Когда нам пора ехать?

— Куда?!

— На день рождения твоего эмм… приятеля.

— А-а, ты об этом… А я думала, ты забыл.

— И собиралась взять с собой этого своего?..

— Кого? Даню? — ему совсем не понравилось, как ласково прозвучало его имя в ее устах, — нет, его я бы не позвала. Он может подумать, что это всерьез.

— Ну да. Я уж точно не всерьез.

— «Не вздумай влюбиться в нее. — Почему?»

— Почему? — Он тряхнул головой, — в смысле, почему тебе нужен спутник? Надо кого-то заморочить?

— Не надо никого морочить. Надоело все. Я просто не хочу быть одна.

— Понятно. И как его зовут?

— Кого?

— Того, для кого ты не хочешь быть одна.

Она потупилась:

— Знаешь, ерунда все это. Не поеду я никуда.

— Поедешь. И я поеду с тобой. Мы ведь друзья?

— Д-да…

— Что за неуверенность я слышу в твоем голосе? — Он шутливо подергал ее за локон.

— Да сер! Так точно, сэр!

— Ну вот! — он хихикнул, — другое дело. А друзья должны выручать. И я не дам тебе сдаться. Мы всем покажем, что ты взрослая и самостоятельная. И в первую очередь этому…, как ты сказала?..

— Владу. Я не говорила.

— Неважно. Ты давно с ним знакома?

— Ну… с детства.

«Перспективка».

— Вы что, росли вместе?

— Не совсем. Он сосед наш, дружил с братом.

— Понятно, типичная история. Не боись, все будет в лучшем виде. И…а между вами… что-то было?

— Нет, что ты!.. так…целовались пару раз… — Игорь вздрогнул, но она не заметила, — скажи мне, почему я тут с тобой откровенничаю?

— Шш-ш… — он примиряющее положил ладонь ей на руку, — хочешь, я тоже с тобой пооткровенничаю?

— Хочу.

— Спрашивай.

— Ты любишь Алину?

Он поперхнулся.

— Ээ… не думал б этом.

— Эх ты! «Спрашивай», — она передразнила его так смешно, что он рассмеялся.

— Ладно, спрошу о другом.

— Я уже опасаюсь.

— Где ты учился до нашего университета?

— На медицинском. Акушерское дело.

— Обалдеть. А почему бросил?

— Я не бросил. Я закончил колледж, но засыпался на экзаменах в университет. Пришлось срочно поступать туда, где еще был набор.

— А почему ты не подождал год? Как раз практика была бы.

— Потому что с практики я прямиком попадал в армию. А у меня мать — сердечница, у нее только при мысли об этом приступ начинается.

— Мне жаль.

— Замнем для ясности. — Он вздохнул. — А теперь я научу тебя играть в бильярд.

— Ты и в бильярд умеешь?

— Ну должен же я как-то развлекаться, нет?

Оля с готовностью поднялась, в глазах ее прыгали бесенята.

— Учи, тренер.

Игорь прочел ей короткую лекцию о том, как правильно играть в бильярд.

— Но лучше всего, конечно, показать на практике. Вот смотри, — он стал позади нее вплотную, взяв ее руку в свою ладонь, — шар под номером восемь бьет в четверку. Я тебе покажу центральный удар, в уме прикидываешь здесь прямой угол, и… — он ударил кием в ее руке по восьмерке, та отправила четверку в лузу — и у нас все получилось! Что у тебя за духи?

— «Опиум». Можно, я теперь попробую сама?

— Валяй.

— Оля покружила вокруг стола, потом прицелилась, и отправила в лузу еще один шар. Потом еще. И еще.

— Вот, лиса! Почему не сказала, что отлично играешь в бильярд?

— Мне нравится, когда ты такой сосредоточенный.

— Нравится учиться? — Он ловко закатил очередной шар в лузу, — или нравится у МЕНЯ учиться?

Каким-то образом он оказался возле нее.

— Я весь к твоим услугам, — он склонился так близко, что от его дыхания шевелились волосы, — научу всему, что умею.

Ольге все же удалось сконцентрироваться, но следующий удар она промазала. Такой удар смазать!

— Смотри-ка! Я тебя сделаю!

Ах так!

— Ты не принесешь мне воды? Жарко… — Оля долго и тщательно прицеливалась, не спеша ударить.

Следующие два удара промазал Игорь.

Что-то изменилось, как если бы разбили пузырек с неизвестной, летучей субстанцией. Внешне они все так же играли, разговаривали, шутили… Но ощущение невысказанных слов витало в воздухе, обволакивало, искрило перекрещивающимися взглядами, предавало участившимся дыханием. Вспыхивал и медленно разгорался огонек флирта.

— Неужели уже так поздно? — казалось, она расстроена.

— Я проведу.

— Через дорогу? Не смеши меня.

— Оль, я все-таки мужчина, если ты еще помнишь.

Об этом она помнила очень хорошо.

Ей не хотелось прощаться.

— Ну… я пойду. Я… хорошо провела с тобой время, — стало жаль, чтоб этот чудесный вечер закончился. — Странно, я сейчас отчего-то вспомнила, что все время сердилась на тебя…

— Это потому, что я тебя нарочно задевал. Ты так смешно закипаешь.

— Ах, смешно?!. — Она замахнулась и шутливо толкнула его.

Он неожиданно поймал ее руки, и с легкостью притянул к себе. Но, увидев на ее лице растерянность, отпустил:

— Оля, ты ведь не боишься меня?

— Н-нет.

— Я не причиню тебе вреда. Никогда. Поняла?

Она кивнула.

Игорь коснулся ее виска на прощание. Странно, ей показалось, что его пальцы слегка подрагивают.

Глава 7

Поездка

Автобус отходил в семь утра, поэтому проснуться ему пришлось ни свет, ни заря. Учитывая изматывающие тренировки, отдохнуть он просто не успел, и теперь боролся со сном. И проиграл в неравной битве — стоило моргнуть, и глаза ему более не повиновались.

Оля разгадывала кроссворд, когда заметила, что спутника сморил сон. Ей было смешно и грустно одновременно. Зачем она согласилась ехать вместе с ним? Чего она хочет на самом деле: увидеть Влада или влезть в очередную авантюру вместе с Игорем?

Вероятно, оба ответа были верны.

Она тихонько его позвала, и, когда он не отозвался, легонько потрясла за плечо. Игорь открыл глаза, в них отразилось недоумение, как у любого человека, проснувшегося в незнакомом месте. Он повел глазами по сторонам, и остановился на ее лице, взгляд потеплел, но уже через пару секунд стал привычно бесстрастным.

— Скоро мы приедем?

— Уже почти приехали.

Наконец, они выгрузились.

Свежая майская зелень радовала глаз, воздух был насыщенным и свежим. В небе носились стрижи, где-то среди деревьев чирикали и щебетали на все лады всевозможные пернатые.

Сам дачный поселок, довольно обжитой, находился недалеко от деревни, благодаря чему здесь более-менее был налажен транспорт, а дачники всегда имели возможность купить свежее молоко, яйца, а летом овощи и фрукты (возле многих дач не было огородов — только газоны).

Дача Ольгиных родителей, а, точнее, еще ее дедушки, представляла собой большой двухэтажный дом с участком, большая часть которого приходилась на старый сад. Родители не уделяли достаточно внимания саду, поэтому в нем кое-где уже были заросли вишенника, а деревья требовали обрезки. Когда они приблизились к калитке, на кустах прыгала, чирикая, стая непуганых воробьев.

Они прошли по длинной тропинке к дому, справа и слева виднелись небольшие, скорее символические заборчики. В доме справа не наблюдалось никакого движения, в то время как слева слышался гомон и смех, а вскоре и стало видно группу молодых людей. В руках некоторых было пиво, долетали обрывки фраз — обсуждали место для мангала: за домом или перед порогом?

— Нам туда? — Игорь мотнул головой в сторону веселой компании.

Оля кивнула и быстро прошмыгнула к дому, стараясь не попадаться никому на глаза. Но, как назло, ей никак не удавалось справиться с замком. Понаблюдав некоторое время, парень аккуратно отодвинул ее в сторону, и открыл замок.

— Добро пожаловать, дорогой друг! — Произнес он в духе известного мультяшного героя, зашел внутрь, и, уже на пороге оглянулся, — ну и ты заходи.

Оля рассмеялась, напряжение покинуло ее.

Игорь осмотрелся, стоя на пороге:

— Что будем делать?

— Мне нужно предупредить соседку, которая включает нам полив, что я приехала. А ты располагайся. Здесь есть еще душевая, только включи, пожалуйста, бойлер.

— Одна на двоих?

— Кто?!

— Душевая!

— Почему на двоих? Здесь бывает гораздо больше народу, и ничего, никто не жаловался.

— А я и не жалуюсь. Я радуюсь.

Оля приподняла брови и пренебрежительно хмыкнула:

— Рановато радуешься.

— Эт точно, — он покосился на часы, — так рано в выходные я еще никогда не радовался.

— Тебе сейчас никто не мешает вздремнуть, занимай любую комнату первом этаже и располагайся. Я буду на втором.

— Так далеко? — Он выглядел огорченным, — а вдруг мне что-нибудь понадобится, чужая местность, чужой дом.

— Ты уже большой, поживешь пару дней без мамочки. В качестве бонуса разрешаю заглядывать во все полки и шкафы.

— Я надеялся, в качестве бонуса будешь ты за стенкой.

— Молчалин, умерь свои фантазии. — Оля поднялась по лестнице, и, обернувшись на самом верху, добавила, — не забудь включить бойлер!

— Включу, включу, — пробормотал он себе под нос, — только, зачем?..

Игорь побродил немного по дому, после чего завалился спать, и проснулся лишь спустя два часа.

Он позвал Ольгу, потом поднялся на второй этаж — все двери были открыты, но девушки здесь не оказалось. Игорь почесал затылок, и решил проведать местный магазинчик, но перед этим принять душ.

Оля уже час бродила по окрестностям, наслаждаясь свежим воздухом и свободой. Уходя из дому, она поскреблась к гостю, и когда он не открыл, еле слышно заглянула — Игорь спал на животе, свесив с кровати руку. Оля долго смотрела на него, пока он не шевельнул рукой, и она закрыла дверь, испугавшись, что он проснется и неверно истолкует ее любопытство.

Подходя к своей калитке, девушка замедлилась около соседней дачи, стараясь рассмотреть гостей. Как и всегда, их было много. Некоторых она знала с детства, с некоторыми познакомилась уже здесь, на прошлых празднествах, но попадались и незнакомые лица. Например, вон те две девушки — Оля видела их впервые. Зайдя к себе во двор, Оля получила возможность рассмотреть их поближе, и обнаружила, что одна из них… парень. Просто у него длинные волосы и сам он худощавый, ей стало так смешно от этой ошибки, что сдержать улыбку просто не было никакой возможности.

— Привет! Чему так весело улыбаешься?

Оля чуть не подпрыгнула на месте.

— Привет, мыслям своим улыбаюсь, — отчего так колотится сердце? Хотелось бы думать, что от неожиданности.

— Какая ты красивая стала. Почему до сих пор не заглянула, соседка? — Влад (а это был именно он) мало изменился с тех пор, как она его видела в последний раз: все та же белозубая улыбка, задорный взгляд.

Оля сдвинула плечами, не сумев собраться с мыслями.

— Не тяни, заходи скорее, мы же свои.

— Я не могу, я не одна.

— О, как! — он сразу же сообразил, что значит ее замечание. — Заходи не одна.

— Я уж вечером приду, ладно?

— Как знаешь. Приходи, как надумаешь. — Он кивнул на компанию, — видишь, как жаждут веселья.

Влад махнул ей и отошел по направлению к своим приятелям, а Ольга бросилась к крыльцу. Не глядя, она влетела в двери, и чуть не сбила с ног вышедшего в одних шортах из душа Игоря, руки взлетели — удержаться — и скользнули по гладкой прохладной коже. Девушка тут же отдернула ладони, парень выдохнул. После тряхнул головой и развел руки с вопросительной гримасой.

— Ты чего?

— Я это… спешила. Думаю. Вдруг ты проснешься. А никого нет.

— Я проснулся. Никого нет. Пока справляюсь, но приступ паники уже близко.

Оля хихикнула.

— Врешь ты, Олька. От кого бежала?

— Ни от кого, а от чего. Там гроза близится, а мне многое надо успеть.

— А мне надо успеть в магазин. Набросай-ка список.

— Э-э, нет. Я тоже хочу сходить в магазин.

— Дай мне минуту, одеться, о'кей?

Через минуту Игорь, и вправду, вышел из комнаты в свежей футболке и джинсах, стряхивая с волос остатки капель.

Магазин, а правильнее было бы сказать, магазинчик, находился в другом конце дачного поселка, и, к тому моменту, как они дошли до него, в небе уже довольно отчетливо слышались раскаты грома.

Оля выбрала минералку, две упаковки сосисок, упаковку овсяных хлопьев, шоколадку.

Игорь добавил к покупкам пиво, две буханки хлеба, коробку печенья, еще две упаковки сосисок и еще одну шоколадку, которую сразу же протянул Оле. Уже, рассчитываясь, он попросил добавить еще упаковку пельменей. («Лучше пусть лишние останутся, чем не хватит»).

На обратном пути начал накрапывать дождь. Игорь с Олей все ускоряли и ускоряли шаг, но дождь все же оказался проворнее, не просто настигнув их, а хлынув, словно из ведра. Благо в десяти метрах была уже остановка, на которой они сегодня выгрузились из автобуса — молодые люди забежали внутрь, прячась от дождя и разбушевавшейся грозы.

Дождь все шумел, и, казалось, только усиливался. Сполохи молний били все ближе, а раскаты грома становились все оглушительнее. Потом показалось, что дождь начал стихать, но это потому, что начался град — по счастью, не крупный; в воздухе ощутимо повеяло прохладой.

Игорь выглянул наружу, цокнул языком, и, повернувшись к Оле, заметил, что та обхватила себя, сжав руки под мышками, стремясь сохранить тепло.

— Ты что, замерзла?

Вместо ответа Ольга покачала головой, но очередной порыв ветра заставил ее содрогнуться от холода.

— Вот блин! — он принялся ощупывать ее одежду.

Тончайшая ткань была мокрой насквозь, Оля сразу почувствовала тепло его ладоней через рубашку:

— Тебе, похоже, грозит простуда. Иди-ка сюда, — он поставил пакеты на пол, снял мокрую футболку и раскрыл руки, словно для объятий.

— Н-ничего, не п-простужусь…

— Отставь глупости! Иди сюда, еще воспаления легких не хватало.

Несмотря на шутливый тон, Оля остереглась спорить с ним. Она действительно замерзла, и ей было удивительно то, насколько комфортно чувствовал себя парень. Она придвинулась вплотную, и прислонилась спиной к его груди. Игорь прижал ее к себе, стараясь согреть дополнительно теплом дыхания, и понемногу холод стал отступать.

— Неужели тебе совсем не холодно?

— Нет.

Как только дождь уменьшился, Игорь шепнул Ольге:

— Ну, беги давай.

— Я боюсь…

— Кого?!

— Я грозы боюсь. Пусть немного отойдет.

— Глупая, кто грозы боится в наше время?

— Я боюсь. У меня прабабку убило. Прямо на пороге дома.

— Ах ты, Господи! Ну, стой тогда, — он подышал ей в шею, — снова «Опиум»?

— А? — ей понадобилось удручающе много времени, чтобы понять, о чем он спрашивает, что-то она сейчас плохо соображала. — Нет, я сегодня еще не успела надушиться. Может от одежды? Хотя, нет, это новая… — Определенно, мыслительный процесс сейчас не самая сильная ее сторона.

Дождь начал стихать, и, наконец, появилась возможность покинуть убежище.

— Теперь беги! Немедленно горячий душ и тепло оденься.

— А ты?

— Мне футболку одеть надо, пакеты, все такое. Давай, давай, быстро.

Оля исчезла, а Игорь присел на скамью и закурил.

Вода была такой горячей, что от тела поднимался пар. Мысли, против воли возвращались к Игорю. Она почти отвыкла от него за то время, что они провели вдали друг от друга. И, стоя там, на остановке, прижавшись тесно к его груди, вдыхая запах его туалетной воды, отчетливо припомнила все те дни, которые они провели бок о бок. В голове мелькали обрывки фраз, мимолетные улыбки, случайные взгляды… Теперь она вспоминала вынужденное общение с теплотой — когда сбился ее внутренний компас?

А ведь у него красивое тело… Она успела заметить, когда ворвалась в дом, как ненормальная. И руки… крепкие, с выступающими мышцами и четко очерченными венами, вероятно, от постоянных тренировок.

…Тэкс, пора прекращать этот неконтролируемый поток мыслей, куда-то они ведут ее не туда.

Выйдя из душа, и поднимаясь к себе, Оля слышала, как Игорь шумит на кухне. Совесть требовала спуститься вниз и помочь, но девушка не стала прислушиваться к ней, и предпочла заняться укладкой волос.

Пока она с помощью фена заставляла волосы лечь в нужном направлении, обстановка за окном кардинально изменилась — тучи ушли, и снова выглянуло солнце. Зелень, и без того по-весеннему яркая, стала еще сочнее, на листьях сверкали капли, изредка скапливаясь и падая вниз.

Оля распахнула настежь окно, любуясь окрестностями.

— Эй, принцесса, ты не сильно испугалась?

Влад опять застал ее врасплох, но, на этот раз, Оля легко справилась с волнением:

— Не успела.

— А я помню, как ты бежала за Костей, как только вдалеке были слышны раскаты грома, — сосед пытался ее подколоть.

— Ваши шашлыки не утонули? — Оля сама не ведала, откуда в ней столько самоуверенности.

— Есть немного, — Влад деланно вздохнул, — но мы сейчас заново поставим мангал. Будешь помогать?

— Не хочу мешать.

— А ты и не помешаешь, красивая девушка не может помешать.

Вот это да! Да он флиртует!

После того, как они поцеловались в прошлом году, Влад так старательно делал вид, что ничего не произошло, и так избегал ее, что Оля смирилась с этим обстоятельством. И теперь он сам подталкивает ее к чему-то большему.

В двери постучали.

— Хватит болтать, пошли обедать.

Оля поспешно закрыла окно, помахав Владу, и, натянув джинсы и сухую рубашку, поспешила вниз.

Игорь, молодец какой, отварил сосиски и поджарил омлет, и ждал ее голодный и свирепый.

— Игорь, я не буду много…

— Ты нормально поешь, иначе я не пущу тебя на праздник.

— Ты чего это раскомандовался?

— На правах старшего и более опытного. Если ты не пообедаешь нормально, то сразу опьянеешь, и вечеринка для тебя закончится быстро и банально.

Ольге не хотелось проигрывать в очередной словесной баталии, но логика и житейский опыт были на его стороне.

— Чем планируешь заняться до вечера?

— Еще не придумал. Пройдусь по окрестностям, может, что интересное увижу.

— Тогда я поведу тебя на экскурсию.

— А когда же ты планируешь красоту наводить, и все такое?

— А… успею. Я сама здесь давно не была и с удовольствием пройдусь и покажу тебе интересные места.

Прогулка удалась на славу. Места здесь, и вправду, были удивительные. Озеро — чистое, в нем водилась рыба, и на мостиках расположилось множество рыбаков с удочками. Игорь понадеялся, что им с Олей не придется уезжать утром сразу после вечеринки, и у него будет хотя бы немного времени порыбачить — в коридоре он уже приметил неплохие снасти. Под конец прогулки Оля повела его в узкий, почти неприметный переулок между домами:

— Сейчас я покажу тебе наше место.

— «Наше» это твое и?..

— И Костино.

Они вышли к зарослям ивы и ракиты. Оля прошла вперед, прямо сквозь кусты, и Игорь был вынужден протискиваться за ней. Неожиданно перед ними открылась небольшая полянка, с боков закрытая камышом, прямо посредине виделись остатки давнего кострища. А под ивой лежало бревно, которое, судя по всему, служило скамейкой тем, кто находил здесь убежище.

Куст ракиты склонился прямо над водой, и под ним нашла себе укрытие утка с выводком утят. Утята были крохотные и смешные, они довольно бойко шныряли вокруг матери, которая беспокойно закрякала, заприметив незваных гостей.

— Слу-ушай! Обалдеть, какое классное место! Кто его нашел?

— Вообще-то, Костя. Знают про эту полянку немногие, только те, кто здесь вырос.

— Еще бы! Если бы я здесь вырос, у меня тоже было бы такой тайник!

Оле очень понравилось то, как Игорь отреагировал на ее «секрет». Может, это и странно, но с каждым его поступком, она относилась к нему все более искренне, не опасаясь быть осмеянной или неправильно понятой. Наверное, они, и вправду, настоящие друзья? Конечно, нельзя сбрасывать со счетов, то, что они мужчина и женщина. Но они легко преодолеют это, ведь верно?

Назад возвращались, когда солнце уже повернуло на закат. Воздух потеплел, ласточки носились в воздухе, пронзительно крича. Оля шла рядом с Игорем, без умолку болтая. Она рассказала о проделках, которые учиняли они с Костей и соседскими ребятами, о тетке Верке, которую все боялись, и которая, впоследствии, оказалась единственным свидетелем, заступившимся за них, когда на одной из дач обнесли яблоки, и все подозрения пали на их компанию. Ребята усердно помогали ей по хозяйству весь остаток лета, а она кормила их замечательной выпечкой собственного изготовления.

Оля все рассказывала и рассказывала — она даже не могла припомнить, когда в последний раз была столь словоохотливой, а Игорь лишь изредка кивал, подшучивая или вставляя едкий комментарий. Но все больше отмалчивался, улыбаясь одними глазами. Он даже не закурил ни разу за всю прогулку — значит, ему и вправду было с ней интересно?

Придя домой, Оля в спешке помчалась на второй этаж, а Игорь переоделся в белую футболку и синие джинсы, и завалился на диван с журналом.

Наконец, наверху хлопнула дверь, и Оля сбежала вниз, на ходу застегивая браслет.

— Ты чего разлегся, давай скорее!

— Оба-на! — пробормотал он — Вот это да!

Для праздника Ольга надела белый сарафан с открытой спиной, подчеркивающий изящество фигуры и идеальную кожу.

— Ты не боишься замерзнуть, вечером может быть прохладно.

— Если я замерзну, ты меня согреешь.

Он как-то странно посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Оля закрыла двери, (и передала Игорю запасные ключи, на случай, если ему понадобится что-то в доме), и вскоре они были на соседнем участке.

Веселье здесь шло полным ходом. Гости расположились на летней веранде, громко звучала музыка, кто-то танцевал.

Из домика вышли двое парней заспанного вида — видимо, они не выдержали «интенсивности» праздника и сделали перерыв на сон.

Оля сразу нашла именинника и вручила ему подарок, поцеловав в щечку. Влад придержал ее в объятьях, задавая какие-то вопросы. Наконец, он выпустил ее из рук, и Оля смогла осмотреться. Куда же делся Игорь? Но вот мелькнула белая футболка — похоже, он куда-то направился. Хотя бы ненадолго — Оля чувствовала себя неуютно без сопровождающего.

Кто-то протянул ей бокал шампанского, кто-то потянул в круг танцующих. Постепенно круговерть затянула — новые лица, смех, музыка, танцы. Иногда Оля искала глазами Игоря — и, находя, немного успокаивалась. Словно чувствуя, он отвечал на ее взгляд кивком или подмигиванием, или, если замечал, что она попала в затруднительное положение, подходил, обнимал за талию, и уводил за собой.

Ближе к ночи похолодало, и Оля решила сходить домой за чем-нибудь теплым. Она огляделась вокруг и нигде не обнаружила Игоря. Странно, ведь он только что был здесь! Очень мило беседовал с Наташей после того, как они потанцевали. Оля сдвинула плечами и направилась к калитке.

Пройдя полпути по тропинке, Оля заметила в стороне знакомую белую футболку. Она, было, двинулась в ту сторону, когда обнаружила, что Игорь не один — Наташа стояла рядом, тесно прижавшись и положив руки ему на плечи. Возможно, они целовались.

Она не знала, почему ее так шокировала эта сцена — с этим она разберется после. А сейчас главное — убраться восвояси, пока ее никто не заметил. Девушка начала поспешно пятиться, но неудачно наступила на какую-то ветку, которая хрустнула с эффектом пушечного выстрела. Оля развернулась и бросилась прочь, в надежде успеть скрыться. Позади раздались голоса, но она не задержалась ни на мгновение, чтобы выяснить, к ней ли они относятся.

Забежав в дом, Оля поняла, что не хочет больше возвращаться на вечеринку. Нахлынула усталость и безразличие. Она по инерции достала шаль, закуталась в нее, выключила свет, но перед дверьми замерла в раздумье, и простояла какое-то время, когда дверь тихонько открылась и знакомый силуэт показался в проеме.

— Оля?

— Чего тебе?

— Вот ты где. — Он прошел в комнату и принялся на ощупь искать толстовку, — я уже начал волноваться.

— Что-то я не заметила.

— Ты сердишься? — Она могла бы поклясться, что он улыбается.

— Ничуть. Разве у меня есть на то причины?

— Вот и отлично! — Он нашел куртку, — ты готова?

— К чему?

— Продолжать веселиться.

— Знаешь, я потом подойду. А ты иди.

— Ты что, с ума сошла? Это же твои друзья, а не мои!

— Ничуть не проблема, ты прекрасно с ними сошелся, как я заметила.

— О! Да ты ревнуешь!.. Подглядывала?

— Нет, с чего ты взял?

— Не ври. Я тебя видел.

— Я не подглядывала, но вас трудно было не заметить, — в ее голосе слышался сарказм, — ты поставил меня в неловкое положение.

— Ты же сама просила, чтоб я отошел в сторону и не мешал тебе, пока ты флиртуешь со своим соседом.

— Я просила?! Разве что только в твоем больном воображении!

— Разве не за этим ты приехала?

Оля и забыла, каким он может быть отвратительным.

— Значит я здесь за этим?! — Она рванула на себя двери. — Учти, не я это предложила!!!

Оля сбежала по ступеням так стремительно, словно за нею кто-то гнался.

И, как назло, войдя в калитку, она чуть не сшибла Влада.

— Олечка, зайка, где ты была?

— Я замерзла…

— Неудивительно, твое платье очень красивое, но такой нежной девушке не стоит мерзнуть. Совершенно необходимо, чтобы кто-то тебя согрел. Можно я буду этим «кто-то»?

Оля со смехом положила руку на его плечо, другую вложила в раскрытую ладонь… и увидела Игоря с Наташей. Судя по всему, он был весьма доволен собой. Смех замер на губах, праздничное настроение, благодаря которому все виделось в розовом свете, растаяло…

Танец завершился, и Влад увлек ее под навес, они простояли там довольно долго. Он что-то рассказывал ей, его рука покоилась на ее талии, а лицо склонялось все ниже и ниже, казалось, еще немного, и он коснется ее губ. Он все еще продолжал ей что-то шептать, когда Оля, словно почувствовав толчок, выглянула из-за плеча Влада, но увидела лишь мелькнувший за деревьями знакомый силуэт.

Оля пробыла еще с пол часа, потанцевала пару танцев, и, почувствовав усталость, попрощалась с именинником.

Еще только подходя к крыльцу, Оля поняла, что в доме никого нет. Странно. Среди гостей его тоже не было. Мелькнула догадка, и девушка, запахнув покрепче шаль, вышла в темноту.

— Я так и думала, что ты здесь. — Она пробралась к заветной полянке сквозь заросли, и уселась рядом с ним на бревно. — Ты не удивлен?

— Неа, я тебя услышал задолго до твоего появления, ты топаешь, как стадо слонов.

— Ну как ты можешь так говорить?

— А как мне говорить?

— Я же девушка.

— Я знаю.

Они замолчали.

В воде что-то плеснуло. Где-то среди молодой листвы заливался соловей — это было так красиво, что и заговорить было бы просто кощунством. Соловей смолк, но они все так же продолжали молчать — Олю это вовсе не напрягало, а Игорь, похоже, вообще о ней забыл. Ей показалось, что он расстроен, возможно, их размолвкой?

Ощутимо наступал холод, и девушка зябко поежилась; надо бы уходить, но уходить не хотелось. Луна вышла из-за облака, заливая округу серебристым светом. Эх, жаль, Котьки здесь нет, он бы многое отдал, чтоб увидеть эту ночь. Оля вздохнула.

Игорь дернулся от ее вздоха, повернулся:

— Ты не замерзла? Иди сюда.

Почему-то это вдруг стало таким естественным — подойти к нему и сесть на предложенное колено. Это все от выпитого шампанского, надо полагать. Теперь его лицо было так близко, что даже при лунном свете можно было рассмотреть легкую щетину. Он обхватил ее талию и прижал к себе поплотнее, так, что ощущался жар его кожи сквозь ткань футболки. А если потрогать, какая она под нею? Оля все еще помнила случайное прикосновение утром — с тех пор прошло всего лишь несколько часов, а кажется, гораздо больше времени. И, только додумав мысль до конца, Оля подивилась своему неуместному любопытству. Опустив глаза, она заметила золотую цепочку, мелькнувшую сквозь вырез футболки.

— Можно спросить?

— Спросить можно. Ответить не обещаю.

— Этот образок тебя на шее, откуда он?

Игорь вздохнул.

— Это подарок. Бабушка подарила. А ей — ее дед, он был… незаконнорожденным сыном графа. Когда началась заваруха с революцией, граф собрался уезжать за границу и хотел забрать сына и мать, ее звали Ксения, с собой. Но она не захотела ехать. Она была уверена, что скоро настанет всеобщее равенство, и они поженятся, ведь сына он официально признал своим — тогда же и отдал ему фамильное украшение. Но он не вернулся… Ксения долго его ждала, потом началась разруха, голод… А она ни за что не соглашалась продать образок или поменять на продукты, все говорила, что потом он сможет найти своего отца. Дальше я не знаю…

Оля помолчала какое-то время, обдумывая услышанное.

— Ну а ты как же? Не хочешь найти своих родственников?

— Нет. Сомневаюсь, что они захотели бы с нами знакомиться. Если они вообще существуют.

— А образок?

— Теперь это память о бабушке. — Игорь взглянул на Олю, — такая вот история. А ты ждала чего-то сверхъестественного?

— Вообще-то история не такая уж и обычная. Любовь, разлука…

— Ты слишком романтичная.

— А мне так хочется. Почему в последнее время принято быть циничными и смешно — романтичными?

— Посмотрим, что ты скажешь завтра.

— А что завтра?

— Ты проспишься.

— Ерунду ты говоришь, я абсолютно трезвая.

— Да? — Его пристальный взгляд смущал, — ты уверена?

— Ну, разве что чуть-чуть…

— Чуть-чуть, — криво усмехнулся он.

Неожиданно раздался треск, сквозь заросли кто-то пробирался.

— Кто-то идет сюда.

— А вот мы сейчас увидим…

Ночные обитатели реки, услышав шум, тоже затихли, испуганно затаившись.

Наконец, на полянку вывалились несколько человек с вечеринки, и Влад в их числе. Сразу стало многолюдно и шумно:

— Ой, простите, мы не хотели помешать…

— А мы пришли салют запускать…

— Сейчас тут будет весело!..

— Здесь кто-то есть?

— Поберегись!..

Парень и девушка встали, чтоб не мешать прибывшим гостям продолжать веселье. Приятели развернули бурную деятельность, и вот уже несколько ракет с шипением вонзились в небо, разрываясь на тысячи разноцветных огней, какофония взрывов разнеслась по всей реке. Небо расцвело разноцветными огнями, освещая всех собравшихся. Глядя вместе со всеми в небо, Оля почувствовала, как теплая рука обвила талию, и она с благодарностью оперлась на нее…

Когда последние взрывы стихли, поднялась непонятная суматоха. Оказалось, один из приглашенных решил искупаться, и, несмотря на уговоры, все-таки нырнул, и… теперь не показывается. Влад был уже в реке, искал незадачливого купальщика. Игорь, не раздумывая, сбросил обувь и был уже по колено в воде, когда показался Влад. Он тащил за собой несчастного. Игорь помог ему вытащить пострадавшего, перегнул его через колено, освобождая рот, и нащупывая пульс, после чего перевернул парня на спину, и начал делать ему искусственное дыхание. Все сгрудились вокруг в немом молчании, какая-то девочка еле слышно всхлипнула. Оля не знала, чем может помочь, поэтому могла только беспомощно наблюдать за действиями Игоря. Казалось, прошло много времени с той минуты, как он начал действовать, хотя на самом деле счет шел на секунды; при сильном вдохе грудь парня поднималась, но ничего более не происходило. Ужас начал наполнять ее.

Наконец, парень слабо шевельнулся, потом еще раз, и зашелся в сильном кашле. Игорь сноровисто перевернул того на живот, и парня начало рвать тиной.

Когда все прекратилось, Игорь, как смог, проверил рефлексы парня:

— Сможете доставить его в дом?

Влад послал ребят в дом за раскладушкой, чтобы донести во двор.

Когда они доставили парня в дом, Влад вышел попрощаться с Игорем.

— Что дальше с ним делать?

— Лучше всего вызвать скорую. Не думаю, что его жизни еще что-то угрожает, но он нуждается в квалифицированном осмотре и уходе.

Они пожали друг другу руки, и Игорь, не оглядываясь, пошел к выходу. Оля догнала его:

— Эй, ты куда?

— Отмываться!..

Девушка поспешила вслед за ним. Ей показалось, что Игорь очень рассержен, сейчас он шел молча и быстро, так, что Оля еле за ним поспевала. Возможно, он даже не заметил ее.

— Да постой же!

Игорь замедлил шаг, и, хотя они уже почти пришли, на лице его читалось нетерпение.

— Что произошло? Тебя словно подменили.

— Что произошло?! На твоих глазах чуть не погиб человек! Ты это понимаешь?!

— Но ты спас его.

— Я до последнего момента не знал, получится у меня или нет, — он взволнованно провел дрожащей рукой по волосам.

— Но у тебя получилось! Только что ты сберег жизнь безрассудному болвану! Погоди! — Она догнала его. — Ты представляешь, как ему повезло, что ты оказался там?! А те, кто был при этом, вряд ли когда-нибудь в этой жизни повторят его глупость.

В горячности Оля схватила его за руку и даже не заметила этого. Прическа ее разметалась, щеки раскраснелись.

— Тебе надо не злиться, а радоваться!

— Чему? Тому, что вокруг полно идиотов, которые не ценят свои жизни?

— Тому, что сегодня ты помог уберечь одного из них…

Не отрывая глаз от ее лица, Игорь вдруг высвободил свои руки, заведя их ей за спину, и склонился так близко, что она ощутила его дыхание на своей щеке. Пьянящее тепло немедленно вскружило голову…

Сзади послышались голоса, слишком много голосов. Игорь резко отстранился, дыхание стало тяжелым и сбивчивым.

— Нам пора — проговорил он почти сквозь зубы.

Разочарование вперемешку с томлением заполонили Олю, нехотя, она освободилась от его объятий, почувствовав прохладу и пустоту ночи, и устремилась к двери. А Игорь остался, она слышала, как он чиркнул спичкой, закуривая. Почему он молчит?.. Впервые его привычное молчание так раздражало ее.

Оля поднялась на второй этаж и забралась в постель.

Но сон не шел к ней.

Почему он ничего не сказал?.. Такое впечатление, что он боится ее. Но это же невозможно…

Тогда, после дискотеки, он говорил, что не собирался ее целовать, что это случайность… Он мог наврать ей с три короба, но тело не обманешь. Когда он притянул ее к себе, она явственно ощутила, что он возбужден. Друзья… А вот интересно, могут ли друзья испытывать влечение друг к другу? А она сама хороша. Можно очень убедительно врать себе, но она чувствует этот жар во всем теле, даже сейчас!. И у нее учащается пульс, когда она думает о его желании — так значит, ее тоже влечет к Игорю? Вот уж в чем она действительно не нуждалась!

Наконец, Оля забылась беспокойным сном.

Проснулась она от сильнейшего грохота, и, испугавшись, буквально подпрыгнула на кровати. Комнату осветила вспышка молнии, и гром снова раздался практически одновременно со вспышкой. Оля зажгла ночник у изголовья, чтобы стало не так страшно. Она взяла книгу, и попыталась сосредоточиться на тексте, стараясь не думать о том, что молния может ударить в одно из старых деревьев во дворе. Неожиданно свет мигнул несколько раз и пропал.

Прекрасно! Оля захлопнула книгу и бросила на пол, а сама накинула халатик и подошла к окну, предпочитая смотреть на стихию, чем сидеть без движения на кровати. Снова ударила молния. Потом еще одна. Ей начинало казаться, что молнии бьют прямо по крыше, хотя это было и невозможно.

Раздался стук в дверь:

— Не спишь? — Он увидел, что она стоит у окна, — я так и думал…

— Да я это… проснулась.

— Еще бы не проснуться, такая буря разыгралась.

Словно в подтверждение его слов, снова ударила молния где-то совсем рядом.

— Если хочешь, я могу побыть здесь с тобой.

— Э-э… побудь.

— Боишься?

— Немножко…

— Не бойся, — даже в темноте было слышно, как он улыбнулся, — а почему ты шепотом говоришь? Ты меня не хочешь разбудить?..

Оля хихикнула.

— Ой. Это оттого, что темно…

Он уселся на кресле в углу, положив ноги на стул, скрестил руки на груди и прикрыл глаза.

Оле стало зябко. Почему бы ему не подойти и не обнять ее? Сидит там, как истукан.

Потом она вспомнила, как он сноровисто действовал на берегу. Все та же собранность и отточенность движений, которая все время восхищает ее. Какого черта он делает в универе, его место не здесь.

Оля тихо позвала его, но он не отозвался, то ли не услышал, то ли задремал. Тогда она позвала его громче.

— Эй, ты что, спишь?

— А?.. Что такое?..

— Спишь…

— Уже не сплю, что ты хотела?

— Прости, я тебя разбудила?

— Да! Говори уже, что там такое?

— Прости, прости, спи, больше не буду будить…

С другого конца комнаты послышалось рычание:

— Если ты сейчас же не скажешь, я встану, и тогда ты пожалеешь…

— Да я просто подумала… Наверное, медицина — это все-таки твое призвание… Ты так упрямо боролся за него…

— Ложись-ка спи. Иначе нет смысла, чтобы я тут сидел.

— Да, да. Уже иду. Извини, что разбудила…

Он снова откинулся назад, но сон оставил его.

Сегодня он смог остановиться. Но его надолго не хватит, а она не понимает. И не надо, иначе он может разрушить это хрупкое доверие.

Глава 8

Оля проснулась, когда только забрезжил рассвет — гроза ушла. Она первым делом оглянулась на кресло, и, не обнаружив там никого, расстроилась. Повернувшись на другой бок, девушка снова собралась спать, но в голове, почище всякого будильника, зазвенели вопросы.

Станет ли Игорь вести себя иначе? И как — иначе? И чего она сама хочет?

Ну, если не врать самой себе, то вчера ей было безумно жаль, что их так грубо прервали. Но ведь… ему не нужны поцелуи. Вернее сказать, не только поцелуи. Если, конечно, у него все в порядке. А у него все в порядке. Это она могла утверждать со всей уверенностью, даже, полагаясь на свой довольно-таки скудный опыт.

Интересно, кого он хочет больше — ее или Алину? Нет! Не интересно. Пусть разбирается сам. Она не станет терпеть унижение. И если он все таки встречается с Алиной, если они просто друзья, то… то какого черта он делает это с ней?!

С друзьями так себя не ведут! Нужно считаться с ее чувствами.

У Алины тоже, кстати, есть чувства. Вот только, если говорить начистоту, плевать ей на Алину, она все равно хочет еще раз ощутить его губы на своих губах, его руки… Вот оно — раздвоение личности!

Оля, отчаявшись заснуть, надела джинсы и футболку, заплела косу и спустилась вниз.

Игоря нигде не оказалось, отчего пришли облегчение и досада одновременно. В очередной раз убедившись, что верной дорогой движется к психиатру, Оля занялась приготовлением кофе.

Позавтракав, она пришла к единственно правильному выводу — не делать никаких выводов. А если Игорь все-таки хочет чего-то большего, то придется определиться в своих желаниях, она не собирается быть посмешищем.

С этими, такими правильными мыслями, девушка направилась к реке, и очень быстро увидала виновника своей бессонницы — он расположился на ближайшем мостике, с удочками. Заслышав ее шаги, Игорь обернулся, и, увидев раннюю гостью, улыбнулся так искренне и просто, что захотелось двинуть его по затылку.

— Ну, и как улов?

Парень с гордостью продемонстрировал четыре небольших карасика, плещущихся в ведре.

— И что ты станешь с ними делать?

— Я у Влада видел здоровенного котяру — будет ему подарок.

— А не много?

— Этому? Сомневаюсь…

— Держи, — она протянула ему пакет с бутербродами, — небось, и не позавтракал, чайник-то совсем холодный.

— Спасибо, солнышко. Не хотел тебя будить. Эх, сейчас бы кофейку… а? Ну, пожалуйста!

— Вот блин, стоило уехать на дачу, чтобы опять разносить кофе, — она пошла обратно к дому.

— Олюшка, я твой вечный должник!.. — Игорь крикнул ей вслед, почти смеясь, но как только она отошла, сразу посерьезнел, взъерошив и без того взлохмаченные после сна волосы.

Оля, спасибо ей, проявляет недюжинное терпение. Но вопросов у нее, надо полагать, масса. А ответов нет. И она дает ему выбор. Она, действительно, потрясающий друг…

Да какой, к черту, друг?!! Если он не сдержит себя, то все разрушит.

А, может… и не надо сдерживаться?.. Их влечение взаимно, все складывается отлично… и если они займутся любовью (при мысли об этом у него перехватило дыхание)… Нет. Для девушки все слишком серьезно и если он не хочет ее потерять, надо обуздать свои инстинкты. Вот только проблема в том, что он вообще никого не хочет, кроме этой маленькой ведьмы, у него было вдоволь времени, чтобы понять это.

Оля вернулась с двумя чашками кофе, когда Игорь стругал ножом небольшую палку с разветвлением на конце.

— Что ты делаешь?

— Хочу вогнать ее между досок, а сюда вложить удочку — так удобнее, — он зашипел от боли.

— Что? Что случилось?! Ты в порядке?

— Да. Ноготь все равно был не нужен…

Увидев, что Оля побледнела, Игорь обомлел:

— Да ничего страшного, я пошутил, всего лишь небольшой порез, — говоря это, он прикрыл его второй рукой, но кровь капнула на доску. Оля изменилась в лице, на лбу выступила испарина.

— Я… Мне… надо идти. — Она в панике широко раскрыла глаза, не в силах отвести взгляд от его руки, из под которой маленькие капельки крови продолжали падать на деревянные доски мостика.

Игорь ругал себя последними словами, но помочь ей не мог, не напугав ее при этом еще сильнее. Глупо стоять беспомощно, он быстро лег на мостик и опустил окровавленную руку в воду — инфекции он не боялся, гораздо больше его страшил остановившийся Олин взгляд. После этого он стремительно выпрямился, подхватив мастерку, которую взял еще утром, и обнял девушку, стараясь незаметно укутать раненую ладонь.

— Ну, ну… успокойся. Это всего лишь маленький порез. Видишь, уже все хорошо…

— Не вижу…

— А и видеть нечего, — он поцеловал ее в висок… потом в нежную щеку…

…Что произошло потом, Оля не очень хорошо помнила. Вдруг оказалось, что она сидит у него на коленях, обхватив руками за шею, и самозабвенно целует, а он, завладев ее ртом и сознанием, доводит до сумасшествия своим насмешливым ртом, бесстыдно лаская свободной рукой.

Оля прервала поцелуи, и, попыталась вернуть самообладание, что получалось неважно. По его тяжело вздымающейся груди было заметно, что он тоже с трудом восстанавливает дыхание.

— Сюда могут прийти, — она попыталась встать с его коленей.

— Шшш… только без резких движений, — он слегка поморщился, помогая ей встать, и выпрямиться, после чего перебрался на край мостика и отвернулся к реке.

— Я… спасибо, что помог мне.

— Да не за что. Мне было приятно, — голос звучал хрипло, так что ему пришлось кашлянуть, чтобы договорить фразу.

Между ними застыло молчание…

— Расскажи мне… — он не оборачивался, но Оля сразу поняла, о чем. И она рассказала. Чуть ли не впервые после того случая, она рассказывала обо всем постороннему человеку. Хотя, какой уже он посторонний?

Игорь слушал ее, не перебивая и не уточняя. Если бы не напряженная спина, можно было бы подумать, что он просто смотрит на реку. Возможно, именно поэтому она могла рассказывать… Пока не заметила побелевшие кулаки.

…Ее голос затих. Игорь обернулся, и успел уловить мгновение, когда что-то проступило на ее лице — страх и отвращение, которые она тогда испытала. Он видел, что она пытается взять себя в руки, наблюдал, как она изгоняет страх, заставляя тени уйти.

И не посмел обнять ее.

Девушка довольно быстро справилась с собой, лицо приобрело обычное выражение. А когда она обернулась к нему, в глазах даже мелькнули искорки юмора:

— Помнишь, последнюю ночь в клубе, ну, когда я сбежала?..

Еще бы он не помнить, он до сих пор не оклемался…

— Ч-черт, какой же я кретин!..

— Ну почему же… Нет, ты, конечно, ты иногда ведешь себя, как кретин, — она, смеясь, встретила его гневно-возмущенный взгляд, — но… ты ведь не знал.

Игорь покосился на нее:

— Что я слышу, ты меня оправдываешь? — И добавил тише, — я тебя… испугал тогда?

— Совсем немного, — взгляд ее потеплел, — должна признаться, все было не так уж плохо. Мне… даже понравилось.

Он хмыкнул.

— И мне.

Потом улыбнулся.

Откровенность за откровенность… И неловкость ушла, им снова стало легко друг с другом… Они пробыли на мостике до самого обеда.

Удивительно, но ей совсем не было скучно провести столько времени всего лишь сидя возле реки и разговаривая с Игорем. Ольга отстраненно наблюдала, как он подсекает, как ловко меняет наживку, закидывает, словно полжизни провел на берегу — гармония движений завораживала, усыпляла…

Девушка сняла обувь, подкатав джинсы, и опустив ноги в воду, лениво болтала ими, глядя на водовороты, появляющиеся вокруг лодыжек.

— Ты змей не боишься? Я видел парочку…

— А здесь водятся только полозы и ужи, они не опасны.

— А ты смелая.

— Ничуть. Сам же видел. Я много чего боюсь…

— А я змей боюсь.

Оля небрежно откинулась на прогретые деревянные доски мостика, смакуя ощущение легкости и мира с самой собой. В небе плыли легкие белые облака, речка окутывала журчанием и голосами своих жителей, солнце поднялось высоко, и стало жарко. Она сняла мастерку и подложила ее под голову, оставшись в одной футболке, и закрыла глаза, наслаждаясь теплом. Периодически она открывала глаза и видела широкие плечи Игоря, на крепких мышцах которых натянулась футболка, его профиль, когда он менял наживку, гибкие запястья, ловкие пальцы. Она помнила, как эти пальцы дотрагивались до нее. Оля рассеянно посмотрела в сторону.

«Боже, помоги мне, я, кажется, вляпалась…»

Игорь покосился на нее один раз, другой, потом, едва касаясь, провел подушечками пальцев по влажной после холодного купания лодыжке. Его пальцы медленно скользили вверх и вниз, вызывая у нее ощущение тепла и неги.

— Зачем ты это делаешь?

Надо же, хватило смелости спросить.

— У тебя такая гладкая кожа. Мне нравится…

Нравится ему! Как у него все просто. Он понимает, что с ней происходит, когда он так делает?.. А она ведь еще помнила, каким он может быть расчетливым. Пора завязывать с этими играми. Оля умела гримасничать и актерствовать. Но не теперь.

— Ты знаешь, пора расставить точки над i: мы начали с того, что ты хотел заставить ревновать Алину. Ты так упорно добивался ее, чтобы теперь… подкатить ко мне?

— А ты что думаешь?

— Мне не до шуток!..

— Ты не поверишь, — он криво усмехнулся, и отвернулся к реке — мне тоже… не до шуток.

— Но ты не ответил.

Он помолчал какое-то время, и, словно приняв для себя какое-то решение, повернулся к ней:

— А если я скажу, что она меня больше не интересует?

— Что?

— Она меня уже давно не интересует.

— Что?

— Чтокни еще раз, и я встряхну тебя.

Лицо ее сохранило недоуменное выражение, но переспрашивать еще раз она остереглась.

— Неужели ты до сих пор ничего не поняла?

— Нет…

— Врешь!!!

— Я вру? — Она опешила. — Я?! Это значит, я встречаюсь с человеком, который меня не интересует?!

Игорь не сводил от нее внимательных глаз.

И тут ей стало…стыдно. Стыдно и больно. А как же тогда Данька?. Она попросила его не торопиться… А ведь должна была немедленно отпустить, сказать, что у них ничего не выйдет. Ведь с самого начала было понятно, что эта дружба односторонняя, потому что с его стороны это уже не дружба. Да и не была никогда. Какая же она бессовестная… А еще поучает. Извинившись, Оля поднялась и побрела к дому.

Игорь остался сидеть в одиночестве. Он был растерян и разочарован, он сказал ей… ну почти сказал. А она встала и ушла. И как прикажете это понимать? Он тихо ругнулся и принялся собирать снасти, почти решившись поговорить с ней начистоту. И вообще, надо успеть что-то сделать до того, как они вернутся в город, потому что эта неопределенность уже вымотала. Надо было не разговоры разговаривать, а просто обнять ее, поцеловать… До сих пор это действовало безотказно. Она отвечает ему взаимностью, что бы там не говорила…

Подходя к даче, он заметил серебристый «Ниссан», тот, на котором Ольга когда-то приехала в универ. Та-ак, только брата нам и не хватало…

Игорь увидел их во дворе, и по лицу Кости было заметно, что он взбешен. Он был удивительно похож на свою сестру, но их общие черты непостижимым образом приобретали у брата более мужественный вид. Те же брови вразлет, та же линия рта, светлые волосы. Правда, если Олины глаза согревали, то эти глаза смотрели зло и пронзительно.

Подходя, Игорь услышал окончание фразы:

— Оля, кто он?

— ОН присутствует здесь и может ответить на все интересующие вопросы, — Игорь, ничуть не смутившись, вышел вперед.

Ольгин брат окинул его взглядом с ног до головы, и, видимо, остался недоволен осмотром. Ростом он едва ли превосходил Игоря, разве что был слегка тяжелее, но Игоря это ничуть не смутило. Он расслабленно стоял напротив, глядя из под полуопущенных ресниц, и его поза выражала пренебрежение и вызов. Но это только внешне. На самом деле он прикидывал, как выйти из этой ситуации с наименьшими потерями для нее, да и ссориться с братом ему вовсе не улыбалось. Но каким-то шестым чувством он определил, что еще хуже дать слабину.

На пороге дома показалась высокая девушка, которая с укоризной посмотрела на них:

— Кость, ты же обещал…

— Саш, я тебя разбудил? Извини.

— Заснешь тут, — он еле заметно поморщилась. — Ну что ты кидаешься на людей? Разобраться сперва надо.

Оля вполголоса добавила:

— Кого-то это мне напоминает.

Девушка в дверях обвела всех взглядом, и добавила уверенно:

— Пройдите в дом, незачем посвящать соседей во внутрисемейные конфликты.

Только когда она повернулась, чтобы вернуться в дом, Игорь сообразил, что она беременна. Костя пошел вслед за ней, недобро оглянувшись.

Уже на кухне, когда все уселись за стол, на котором были выставлены чайные приборы и только что закипевший чайник, разговор возобновился.

— Оль, объясни, как это все понимать? — Костя явно старался быть сдержанным, но у него это плохо получалось.

— Никак, мы просто приехали вместе к Владу на день рождения…

— Гениально! Они приехали к Владу на день рождения. Как все просто!

— Может, мы сперва познакомимся? — Спутница Олиного брата, словно не замечала его нервозности.

— Игорь, — он протянул ей руку через стол, и она ответила на рукопожатие, и, судя по взгляду, которым проводил этот жест Костя, ему это все не нравилось.

— Меня зовут Александра, это — мой муж Костя, и, как ты, наверное, знаешь Олин брат.

— А в чем проблема? — Игорь посчитал возможным вступить в дискуссию.

— Дело в том, что… Оля поехала на день рождения Влада без сопровождения. Костя, в некотором роде, беспокоился, что она… эмм… наломает дров.

— Как видите, сопровождение было, — услышав это, Костя умышленно кашлянул. — И дров она не наломала. — Игорь произнес это спокойно и уверенно, но Костя только мрачно посмотрел на него. — Есть еще проблемы?

— Есть. Ты, в некотором роде… — Александра улыбнулась, чтоб смягчить сказанное, — понимаешь, Оля еще совсем юная…

— Да что вы опекаете меня, как маленькую! — Оля вскочила, но Игорь, дернув ее за руку, усадил на место, что не ускользнуло от Костиного внимания.

— Игорь мой друг, — произнесла Оля с нажимом.

— Я думал, Котя твой друг.

Ему показалось, или она наступила Косте на ногу под столом? Похоже, что так. Потому что Костя поморщился:

— Игорь, ты ни в каких ее выдумках не участвовал?

— Нет. — Он даже глазом не моргнул.

— Вот видишь, а ты себе напридумывал Бог знает чего, — Александра встала, — я к реке. Костя, ты со мной?

— Да! Одну минуту! — он повернулся к столу, — Игорь, на два слова.

Оля, показательно вздохнув, вышла за нею.

— ?

— Игорь, Оля год назад пережила… стресс.

— Я знаю.

— Что? Что ты знаешь?

— Я все знаю.

— Ну, тогда, я полагаю…

— Хватит, я все понял. — Игорь поднялся. Он сам не знал, что его так разозлило, но находиться здесь больше не мог. Черт знает что такое!

Костя вышел вслед за Олей и Сашей, а Игорь собрал за несколько минут свои нехитрые пожитки, и, закрыв двери, вышел на крыльцо. Никого уже не было. Ну и черт с ними!

Жаль вот только, что… с Ольгой так и не попрощался. И поговорить с ней не удалось…

Игорь тряхнул головой и пошел на автобусную остановку.

Глава 9

Меньше знаешь…

Приехав домой, он упал спать, едва сняв кроссовки — все-таки предыдущая ночь получилась бессонной, после разговоров ему едва удалось заснуть, а с рассветом он поспешил на рыбалку.

Проснувшись после обеда, Игорь потянулся к мобильнику, включить — пришло несколько сообщений о пропущенных звонках, в том числе и от Оли. Не откладывая, он сразу набрал номер.

Увидев, кто звонит, девушка почувствовала, как колотится сердце, и осознание этого привело в состояние легкой паники.

— Ты звонила?

— Ну конечно! Ты так неожиданно уехал! Даже не попрощался.

— Извини, вспомнил про неотложное дело.

— Можно было хотя бы позвонить.

— Мобильник сдох. Оль, не обижайся. — Он прикрыл глаза, — мне нужно завтра тебя увидеть.

— Но мы же завтра в универе, вот и увидимся!

— Я завтра на пары не иду. Какие у тебя потом планы?

— Вообще-то на работу…

Игорь хлопнул себя по лбу, как он мог забыть, что ей завтра на работу!..

— Тогда я к тебе в «Мускат» зайду. Или до смены. Как получится.

— Зачем? Что-то случилось?

— Поговорить надо.

— Сейчас говори.

— Не… мне не к спеху.

Не телефонный это разговор.

— Что-то важное?

— Нет, не бери в голову. Мне… посоветоваться надо.

— Ладно. До завтра!

— Бывай!

Он с тоской нажал на отбой. Что он скажет? Что он может сказать, если сам ничего не смыслит. Кроме того, что влюбился.

Вот так живешь себе, живешь, думаешь, что ты сильный, что тебе все по плечу… И вдруг в какой-то момент оказывается, что не все. Что ты не способен контролировать что-то важное. И ты вдруг перестаешь вести себя рационально, появляется навязчивое желание видеть ее снова и снова, а потом уже и этого мало.

Он попытался справиться с этим, долго не показывался в универе. Казалось, все уже позади, и он свободен, но, собираясь на пары, вдруг споймал себя на мысли, что с нетерпением ждет встречи.

И тогда он решил с нею встретиться. Убедиться, что все — выдумки, и нет причин так себя изводить. Взять ситуацию в свои руки… Безумец. Все запуталось еще сильнее. А затем… он разобрался во всем… когда честно признался себе, что влюблен.

Теперь нужно объясниться с Алиной, самолюбие которой будет сильно уязвлено. В лучшем случае, она расцарапает ему лицо. Да черт с ним, с лицом. Он беспокоился про другое — Алина может жестоко отомстить. Причем не ему — Ольге. Ох нелегкая это задача — уберечь девушку от разъяренной фурии.

С утра предстояла трудная игра, и освободиться Игорь смог только после обеда. Приняв душ, он тут же отправился к «Мускату», но Олина смена еще не началась, и он решил идти к дому. Двери открыл Котя, и, видимо уже предупрежденный, пригласил в квартиру, а сам скрылся на кухне.

Игорю впервые представилась возможность осмотреться без спешки.

Квартира большая, с высоченными потолками. Считалось, что эти дома строили для привилегированных должностей в советские времена. А вот ремонт в ней был обыкновенный, без каких-либо вычурных элементов. (Игорь ожидал, что квартира художника должна быть, как минимум, отделана в каком-нибудь новомодном стиле). Однотонные обои, окна с прозрачными занавесками и жалюзями вместо штор. Мебели почти нет, зато есть большой, на всю стену, шкаф-купе. Два дивана, плоский телевизор на стене.

Ему захотелось увидеть комнату, где живет Оля, хотя бы мельком. Он вышел в коридор и заглянул в соседнюю. Но это оказалась студия. Ну да, ведь Котя — художник!

Игорь переступил порог. В конце концов, Котя не говорил, в какой именно комнате он должен ждать.

…Некоторые картины были на подрамниках, другие висели на стенах. Были и такие, что стояли на полу, накрытыми белыми тряпицами.

Оказалось, что Николай — импрессионист, Игорь не ожидал, но ему понравилось его творчество. Он с интересом переходил от одной работы к другой, стремясь за короткое время увидеть как можно больше.

Когда осмотр был почти закончен, он обратил внимание на несколько незаконченных картин, отвернутых к стене. Игорь подошел к стене вплотную, и попытался их рассмотреть…

…Проклятое любопытство!..

…Она сидела на траве, подогнув ноги и обняв их руками. Поза скрывала все, что только можно было скрыть, но факт оставался фактом — на картине она была обнаженной. Ветер треплет светлые волосы, глаза чуточку прикрыты, но в них проскальзывает лукавство. Кожа словно светится, тонкие пальчики замерли, но руки лежат расслабленно… Она сидела совершенно свободно — такой можно предстать только перед человеком, которого совершенно не стесняешься, которому доверяешь безоговорочно. Или, который знает твое тело, как свое собственное, каждую его черточку, каждый изгиб. Оля, как же ты могла…

Он вышел из квартиры так стремительно, что Котя услышал только, как хлопнула дверь. Вышел из кухни и с удивлением обнаружил, что обуви Игоря в коридоре нет.

Парень стремительно шел по улице, адреналин злости гнал его вперед.

Стресс, значит. Опекают свою маленькую девочку? Ха! Поздно опекать!

Хотя… странно они ее оберегают. Знают, где и с кем она живет. «Я думал, Котя твой друг», вспомнил он слова ее брата. Еще раз ха!.. Видали мы таких друзей!.. А он-то дурак…

Зазвонил мобильник, на дисплее высветилась фотография Оли. Игорь прервал звонок. Через минуту Оля снова позвонила, захотелось высказать ей все, что думает обо всей этой богеме и о ней в частности, но сдержался… Она не узнает, какой он глупец, не посмеется над ним, над его идиотской влюбленностью. Да, он совершил ошибку, связавшись с нею, поверив. Но это была последняя его ошибка.

Прошла неделя. От Игоря по-прежнему не было никаких вестей. На звонки он не отвечал. Оля недоумевала. Что произошло в тот день, когда он хотел ней о чем-то посоветоваться? Возможно, у него проблемы? Оля уже почти решилась спросить у Алины, как у него обстоят дела, но передумала. Вряд ли она скажет правду, если, конечно, сама знает — в последнее время Алина была не в лучшем расположении духа, а на Олю смотрела с откровенной ненавистью.

Тем временем отъезд в Германию близился. Коля уже оформил все документы, она ехала с ним, как арт-директор и переводчик. И еще, как человек, на которого можно положиться. Не хотелось уезжать вот так, не разобравшись… Но, похоже Игорь решал вопросы радикально. От таких мыслей ей становилось тоскливо и обидно. И изменить его решение она не в силах.

Прошла неделя, и гнев Игоря поутих. Собственно, у него и не было права злиться. Мало ли, что там у нее было, в прошлой жизни. «Почему в прошлой?» — ехидно спрашивал внутренний голос. Да, она как-то жила до встречи с ним. «И сейчас живет» — не унимался все тот же противный внутренний голос.

Он сжал голову руками. Он хотел ее видеть. Он хотел спросить, и… не был уверен, что хочет знать ответ. Что связывает ее с Котей? Самое ужасное, что это не останавливает его, он все равно любит ее.

Воспаленное воображение рождало совершенно дикие мысли: может, Коля удерживает ее шантажом? Возможно, она нуждается в его помощи?

К концу недели Игорь решил, что так продолжаться не может. Он включил телефон, и в первое время сообщения о непринятых звонках звучали непрерывно. Много было и от нее. Надо позвонить. Позвонить и спросить. Он уже набрал номер, но сообразил, что после недельного молчания будет неправильно просто позвонить, и поспешил в «Мускат».

Охранник уже знал его, и окликнул на входе:

— Оли нет. Она уехала.

— Куда?

— В Германию.

— Как… в Германию? — Игорь похолодел.

Что еще произошло, пока они не виделись?..

— Не знаю, спроси у девчонок. Ань, поди сюда! — Он подозвал одну из официанток.

— Чего?

— Где Оля?

— Ну, сейчас уже, наверное, в аэропорту.

— Куда она летит? — Игорь был собран и деловит, и уже продумывал свои дальнейшие действия.

— В Мюнхен.

Они еще что-то говорили, но он их не услышал, потому что садился в ближайшее такси.

Он несся, как ненормальный, на ходу пытаясь связаться с девушкой. «…абонент находится вне зоны доступа…». Ччерт! Неужели он опоздал?

Игорь влетел в здание аэропорта. Где регистрация на Мюнхен? Он то и дело срывался на бег. Он не должен дать ей уехать, так и не поговорив. Так не должно быть!

— Оля!!!

Она стояла в окружении своих, невысокая, но заметная своими светлым волосами.

Услышав возглас, девушка сразу обернулась, и не смогла скрыть удивления. И без того огромные глаза раскрылись, а очаровательный ротик сам собой сложился в букву «о». Подходя, Игорь держал руки в карманах, чтоб не стиснуть ее. Это противоречило всем его убеждениям, но сейчас он был готов простить ей все прегрешения, и прошлые и настоящие. Девушка покинула свою группу, хотя они уже стояли в очереди на регистрацию.

— Что ты здесь делаешь?..

— Я не знал, что ты уезжаешь… улетаешь. Если бы я знал…

— То что?

— Что?

— Если бы ты знал?

— Но я же не знал.

— Ну, понятно. Я успела забыть, что ты псих.

— Ты уже успела меня забыть?

— О, Господи! — Она закатила глаза. — Игорь, где ты пропадал?

— Пропадал… Оль, ты не обижайся на меня, ладно? Я хочу, чтоб ты знала, что… что я здесь буду… а ты уезжаешь…

— Я через пару недель вернусь.

— Через пару недель?! А я думал…

У него на лице явственно проступило облегчение, смешанное со злостью на самого себя.

— Теперь ты жалеешь, что пришел сюда?

— Нет!!! — Потом добавил уже спокойнее, — нет, конечно, я должен был тебя увидеть… У тебя будет возможность выйти в инет?

— Думаю, да. У меня с собой ноут, а в отеле должна быть vi-fi зона.

— Заходи иногда в скайп, ладно?

— Да, хорошо… — Она недоверчиво смотрела на него, все еще не веря, что он здесь. Что он пришел. Потому что она улетает. Значит, между ними все-таки что-то происходит… Ей так хотелось задать ему пару вопросов, но надо уходить!

— Ну… мне пора!.. — И, не удержавшись, добавила, — я рада, что ты пришел!

Она встала на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку, ей показалось, что он напряжен.

— Я тоже рад, что успел, — он на мгновение прижал ее к себе, — веди себя там прилично.

— Постараюсь, — она вздохнула, посмотрев на провожающих ее родственников, Костя не скрывая своего недовольства, смотрел на них. — Ты тоже.

Она еще раз коснулась его руки, и ушла.

«Ну не спала она с Котей, не может этого быть!»

Вот почему он не спросил прямо? Да потому что не время сейчас… наверное. И можно сколько угодно внушать себе, что не имеет значения, что там было в ее жизни…

Оля всего один раз вышла на связь. Сказала, что сильно занята… рассказывала про какие-то сложности с хозяином галереи, но он слабо вникал в разговор. Он просто пялился на нее. Вид у нее и вправду, был слегка вымученный. Но Игорю было все равно, она выглядела жутко соблазнительной. А еще ему было обидно, он каждый день выходил в скайп, в надежде, что она появится, и это бесплотное ожидание выматывало.

Ничего, осталось недолго, Оля вернется домой, и… он что-нибудь придумает. Во-первых, она переедет от Коти. Во-вторых… дальше его планы не были столь конкретными.

Он привычно открыл сайт выставки, просмотреть новости.

«Николай Осокин со своей невестой прибыл сегодня на пресс-конференцию…»

С какой еще невестой? Он себе невесту там нашел?

Игорь кликнул на новость.

Открылась фотография, на которой молодой художник, улыбаясь, обнимает Олю.

Не может быть! Нет!!!

Он пробежал глазами интервью. «… Николай, как долго вы знакомы со своей невестой? — С Ольгой мы знакомы несколько лет, но только недавно решили пожениться. Правда, все равно придется подождать, пока моя девушка закончит университет…»

В глазах ненадолго потемнело, как от удара под дых… этого не может быть… Этого просто не может быть!.. Он еще раз посмотрел на фотографию — Котя придерживает ее за талию, ее голова склонена ему на плечо, глаза слегка прикрыты, на лице уже знакомое выражение безграничного доверия… Голова отказывалась верить. Между ними ничего нет!.. но он уже знал, что это — правда. Наверное, все время знал, и отказывался верить…

Глава 10

Возвращение, которого не было

Оля хотела домой. Все надоело: дотошные немцы, нервные «дарования», бесконечные «after-party», ее достал хозяин галереи — местный плейбой, он никак не мог взять в толк, что «русская красавица» совершенно им не интересуется. Он так откровенно домогался ее благосклонности, что пришлось во всеуслышанье объявить о помолвке с Колей. Котя, конечно, сделал все, от него зависящее, правда, сперва хотел устроить «головомойку» похотливому немцу, но Оля по здравому размышлению убедила его не учинять скандал, и так хватало предубеждений к «этим русским».

Выставка вымотала ее, и она стремилась домой, как никогда…

…Игорь будет ждать ее, он так сказал… примчался в аэропорт, когда она уезжала. Он не хочет обрывать то, что между ними происходит. Оля тоже не хотела терять его…

Она не знала как с этим справиться, и даже не хотела размышлять на эту тему. За время вынужденной разлуки девушка пришла к неутешительному для себя выводу — непостижимым образом Игорь затронул ее чувства, разбудил желания. Заставил ее нуждаться в нем. Как в друге и как… в мужчине.

Но может ли она требовать от него то, чего он не может дать? Или не хочет… Ведь она думала, что первый мужчина станет ее единственным, на всю жизнь… А Игорь вряд ли готов к такому повороту. С его стремлением к независимости, уходом от обязательств. Несомненно, он заинтересован в ней, даже более того, он в открытую признался, что… что не хочет Алину. Мда… Тоже мне признание… Ей-то он ничего не сказал…

И, тем не менее, Оля мечтала поскорее его увидеть. Еле дождалась, пока самолет приземлится. И, выйдя, сразу же набрала номер. Вот ведь!.. не слышит.

Их встречал Костя, поэтому попытки дозвониться пришлось отложить. Пока добрались, поговорили с родственниками, наступила глубокая ночь. Оля ужасно устала, но сон почему-то не приходил. Посмотрела на часы — полвторого ночи, Вот ведь! А назавтра предстоит зачет по ОБЖ. Она ничуть не беспокоилась — предмет был легкий, но ведь все равно надо хоть что-то соображать! Тем более, сдавать зачет придется один на один с преподавателем, поскольку вся группа уже, вероятно, сдалась, и только у Оли из-за этой дурацкой поездки остались задолженности.

С утра Котя сжалился и подбросил ее в университет на своей машине. У нее чесали руки позвонить Игорю, но она побоялась разбудить его. Выйдя из машины, девушка обернулась, помахать Коле, после чего направилась к зданию. И оцепенела… на крыльце стоял Игорь. С Алиной. В обнимку. Оля резко затормозила, ей вдруг стало не хватать дыхания. За что?.. Зачем?!. зачем он так?..

Она поднималась по ступеням медленно, словно на эшафот.

…Почему так трудно дышать?.. между нами ничего нет… не было. Почему. Так. Трудно. Дышать.

Увидев Олю, он сперва замер, затем молча кивнул.

«Зачем ты так смотришь на меня?.. Почему ты стоишь и смотришь?»

Обида перехватила горло, и она не смогла выдавить ни звука… лишь кивнула в ответ на его приветствие, и поспешила прочь, провожаемая пристальным взглядом его спутницы.

А он ощутил отчаянную, нестерпимую пустоту.

Он не ожидал встретить ее здесь. Но совпадения порою заставляют жизнь вращаться в совершенно непредсказуемых направлениях… а ведь он просто не сдал зачет из-за выездных игр.

Игорь зашел в аудиторию, и, первым делом посмотрел на Ольгу, словно знал, в какой стороне она находится. Он не знал, как себя с ней вести, его раздирали совершенно противоречивые желания. Встряхнуть ее, обругать… обнять.

Она же вела себя так, словно его здесь нет. Уставилась в окно, и больше не оборачивается в его сторону, что там такого интересного только нашла?

В аудитории, помимо них толпились еще с десяток претендентов на зачет. Препод попался не вредный, и особенно никого не мучил, поэтому толпа быстро рассасывалась.

— Тебя можно поздравить?

От неожиданности девушка вздрогнула:

— С чем? — в глазах затаилась плохо скрываемая обида.

— С предстоящей свадьбой.

— Чьей свадьбой?

— С моей! — бросил он сквозь зубы.

Она смотрела на него, как на законченного психа.

— Ё-маё, Оля, очнись! Ты на какой планете?..

Она как-то сникла, и, пренебрежительно махнув рукой в его сторону, направилась к преподавателю.

Что? Почему она смотрит на него так… как будто он ее предал?..

Ему нужно знать. Немедленно. Пришло время вытаскивать на свет все их долбаные секреты, и, в первую очередь, ему необходимо знать, что за отношения связывают ее с этим художником!

Как только Оля освободилась, Игорь попытался поговорить с ней, но она, казалось, не понимает его. Или не слышит. И словно ускользает.

И, естественно, по всем законам подлости, именно в этот момент его вызвал преподаватель.

— Да, да! Я сейчас! — он умоляюще посмотрел на недоумевающего препода.

— Молодой человек, вы зачем сюда пришли? Зачет сдавать? Так потрудитесь подойти и ответить на вопросы!

— Да, конечно! — Он задержал Олю за руку, — подожди меня в коридоре, не уходи, ладно?

Она ничего не ответила, и когда он вышел, кто бы сомневался, ее нигде не оказалось.

Игорь скрипнул зубами и поспешил вниз.

Перед глазами стояло ее лицо, когда она увидела его с Алиной. Она расстроилась из-за этого, никаких сомнений. Он улыбнулся. Мельком подумал, вот дурак, столько проблем, а он радуется.

Выйдя на крыльцо, он все еще улыбался, и Алина поспешила к нему. В последние дни он только хмурился и отмалчивался. Девушка улыбнулась ему. Со стороны выглядело так, словно они очень рады друг другу. Именно так и подумала Оля, глядя на них…

Первым делом Игорь перелопатил весь Интернет, но ничего не смог найти. Точнее сказать, информации о Николае Осокине было более чем достаточно, но ничего, что могло бы пролить свет на него, как на личность. Зато он «нарыл» массу фотографий, на которых Николай был запечатлен вместе с Ольгой. Такое впечатление, будто он демонстрирует ее всему миру…

Ну не мог он так обмануться!.. Этот ее взгляд, он его до косточек пронял, и потом, позже… она вела себя так, словно они едва знакомы. Так ведут себя, когда нанесенная обида слишком сильна. На кой ляд он стоял там с Алиной?!. Да, она подошла и осталась с ним… Идиот, дурак.! Он ведь все равно не останется с ней… и ни с кем другим… Это вселяло отчаяние, но это так — Игорь никогда не был склонен к самообману, ему нужна только одна.

Надо поговорить с Алиной, ситуация некрасивая, причем по отношению к обеим девушкам. Вероятно, это должно ему льстить. Но почему-то не льстит… А вот хлопот прибавилось. Что его хоть как-то оправдывало, так это то, что Алина его не любит. Пострадает только ее самолюбие. Но оскорбленная женщина опасна. Особенно такая, как Алина. В любом случае, как бы ни сложилось с Олей… Впрочем, что значит, как бы ни сложилось?! Он отберет ее. Отобьет. Украдет. Пусть кто-то попробует его остановить.

Игорь набрал Алину и договорился встретиться, заявив самым серьезным и мертвенным тоном, что им надо потолковать. Он не сомневался, что, связав этот звонок с его поведением, она не будет удивлена, и разговор не станет для нее неожиданностью.

Следующим пунктом стоял университет. Предстоял разговор с Лехой, и он возлагал на него большие надежды.

…Они облюбовали бар неподалеку от университета, где Игорь заказ по пиву. Леха не стал валять дурака и спросил напрямую:

— Чего тебе? С Ольгой что-то приключилось?

— Приключилось. Нужна помощь.

— Че такое?

— Вот я и пытаюсь узнать. За каким чертом она живет у этого Коти, — Игорь не сдержался и ругнулся.

— А твое какое дело?

— То есть, по-твоему, это нормально, что она с ним живет?! Эх ты! Друг, называется…

— Пусть себе живет, он ее не обидит.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. Так что зря ты этот разговор начал, здесь я тебе не пособник.

— Откуда ты знаешь, что он ее не обидит?! Они объявили, что женятся, но что-то радости особой я не вижу…

— Как женятся?! — Удивление Лехи было искренним. — Ты что-то путаешь! Они не могут пожениться!..

— Не путаю. — Игорь насторожился, — а почему они не могут пожениться, собственно?

— Ну… не могут и все.

— Да катись ты со своими тайнами!! — Игорь вспылил. — Она свою жизнь разрушает, ты это понимаешь?!

— Да какое тебе дело до ее жизни?!

— Такое… я не согласен…

У него вдруг сел голос, и пришлось сделать глоток, чтобы восстановить способность говорить.

— Да, брат, похоже, у тебя неприятности…

— Да знаю я… — Он встал, закурил, отошел к окну, потом вернулся.

— Это… неправильно. Ты бы видел ее.

— Я тебя вижу, ты от ревности бесишься, — он приподнял ладонь, призывая успокоиться возмущенного оппонента. — Ты ничего не знаешь про Котьку?

— А что я должен про него знать?

Леха закусил губу и задумчиво почесал в затылке.

— Ты будешь говорить?! Я тебя сейчас стукну чем-нибудь.

— Тихо! Ша! — Леха посмотрел по сторонам, — дай слово, что все останется между нами.

— Ну?

— Даешь?

— Ну что за детский сад, в самом деле! — Игорь был на пределе, и выпитое пиво только усиливало его несдержанность, — понятное дело, буду помалкивать, раз пообещал.

— Коля, он понимаешь… — Леха деликатно кашлянул, — он нетрадиционной ориентации.

Игорь нахмурился, соображая:

— Ты серьезно?

Леха кивнул.

— Так он гей?

Леха опять кивнул.

— Мать вашу!.. — Игорь стукнул кулаком по столу, — что же вы молчали!

— Мы?! Это не ко мне…

Игорь встал, положил на стол деньги, пересчитал те, что остались в кармане:

— Бывай, я поехал.

— Куда?

— По делам! — Его уже начала раздражать Лехина самоуверенность, несмотря на благодарность.

— Если ты к Ольге, так ее нет в городе.

— А где она?

— Так ты ж по делам…

— Леха!

— Ладно, — Леха искренне веселился, — хотелось бы тебя помучить, но… не стану. На даче она. Знаешь, где это?

— Знаю. Спасибо, буду должен.

— Сочтемся.

И они пожали друг другу руки.

Глава 11

Испытание

День близился к концу, она устало провела тыльной стороной ладони по лбу. Еще одно окно, и все, можно отдохнуть.

Смех у входной двери привлек ее внимание. Заметив, что Саша целуется с Костей, она отвела взгляд. Она никогда не завидовала им. Она знала, как тяжело далось им все, что они имели.

Костя обнял жену и скрылся среди зелени, откуда вскоре донесся шум мотора.

— Олечкин, что тебе приготовить на ужин?

— Я не хочу есть.

— Оля! — Саша с укоризной покачала головой, — ты ничего не ешь! У тебя неприятности? Ты с кем-то поссорилась?

К ее удивлению, Оля не стала огрызаться, а тихо вздохнула и пожала плечами. Саша с беспокойством взглянула на свою подопечную:

— Это тот парень, Игорь? Интересный такой…

Вместо ответа Оля только кивнула.

— Почему вы поссорились?.

— Мы не ссорились. Просто… просто у него есть другая.

Саша прошла через комнату и взяла Олю за руку:

— Я бы обрадовалась, что ты, наконец, обратила свое внимание на кого-то, но похоже, радоваться нечему.

Оля вздохнула и принялась мыть последнее окно.

Она уже закрывала его, когда услышала удивленный Сашин возглас. Оля выбежала в соседнюю комнату: Саша стояла и осматривала себя. Легкие летние брюки намокли.

— Ты чего?

— Это не я…

— А кто?

— Он, — она показала на живот, — воды… отошли.

— О, Боже! — Оля бросилась искать телефон, — ты скорую вызвала? Косте позвонила?

— Нет… когда бы я успела?

— Ах ты, Господи! — Оля уже говорила по телефону со службой. — Воды отошли, да. — Саша, схватки есть?

— Уже да. — Саша стояла, держась одной рукой за стену, а второй за поясницу.

— Сколько минут между ними?

— Не знаю, они же только начались…

— Мы еще не знаем. Да мы засечем, пусть выезжают скорее! Да, за городом, дачный поселок «Учебный», сразу за поворотом на Никольское. Вторая улица, участок номер 1354. Номера на калитках, их видно.

Следующим Оля набрала Костю, но он был вне зоны.

— Наверное, в лифте. Скоро отзвонится. — Саша была на удивление спокойна, хотя очередной приступ боли заставил ее согнуться.

Оля подавила нарастающую панику.

— А что ты знаешь о родах?

— Немного. Но, по-моему, схватки слишком частые, — она снова схватилась за поясницу.

Оля подбежала к ней:

— Может, тебе прилечь?

— Не знаю, — она позволила отвести себя к дивану, и прилегла на бок. И, хотя внешне она не выказывала никакого волнения, ее зрачки расширились от страха за себя и за малыша.

— Попробуй еще раз дозвониться до Кости.

Словно услышав ее, Костя позвонил сам:

— Саш, ты звонила?

— Да. Кость, роды начались. Кажется.

— Что значит, кажется? Ты скорую вызвала?

— Да. Только…

— Что?! Что там?! — Костя догадался по ее тону, что что-то неладно.

— Боюсь, они не успеют…

— То есть, как не успеют? Я только уехал, все же было нормально…

— Как-то все быстро происходит, — она снова скорчилась, проглотив последние слова.

— Дай мне Олю, быстро!

— Костя, я тебя прошу, езжай осторожно. Не хватало, чтобы еще с тобой что-нибудь приключилось!

— Я обещаю быть максимально осторожным, дай мне Олю!

Оля взяла трубку:

— Кость, я сама вызвала скорую…

— Оля, слушай меня! Будь рядом, если что — поможешь.

— Да, Костя, — Оля совершенно не представляла себе, что она станет делать.

— Я уже выезжаю — было слышно, как он завел мотор, видимо на протяжении разговора он бежал к машине, — скоро буду. Не волнуйся, ты все сможешь.

— Да, Костя.

Связь прервалась. Оля замерла, ее заставил очнуться стон, раздавшийся с дивана.

— Саш, давай я помогу тебе раздеться, — она принялась стаскивать с нее мокрую одежду.

Саша опять застонала

— Ой, прости…

— Нет, нет… Ты ни при чем…

Оля еще никогда в жизни не испытывала такого ужаса и чувства беспомощности, как сейчас, глядя на скорчившуюся на диване Сашу.

Раздался стук.

Оля кинулась к двери, в надежде, что приехала скорая. Но за дверью стоял… Игорь.

— Игорь! — она буквально выдохнула его имя.

— Что такое? Что с твоим лицом?!

— Саша!.. — Она отошла на шаг и показала на нее рукой. Игорь стремительно вошел в дом, двух секунд ему хватило, чтобы оценить обстановку. Он сел на диван рядом с Александрой, осматривая ее. Саша сжалась в очередной раз, и он посмотрел на часы, засекая время.

— Вы вызвали скорую? Давно у нее схватки?

— Нет, недавно. Воды отошли, и сразу началось. Скорую вызвали, я думала, это они.

— Понятно. На всякий случай, вскипяти воды и брось туда ножи и ножницы. Бинты стерильные есть? Неси сюда все чистые простыни. Быстро, быстро!

Его четкие отрывистые команды вернули ей самообладание, она бросилась выполнять распоряжения.

Вернувшись с простынями Оля увидела, что Игорь помог Саше раздеться. Он все время что-то ей говорил, задавал вопросы. Саша, почувствовав ощутимую поддержку, стала собраннее, она вспомнила все, чему ее учили на курсах, и старалась дышать правильно, прислушиваясь к тому, что он ей говорил.

— Ты поставила кипятиться воду?

Как он узнал, что она уже здесь, он ведь даже не смотрел в ее сторону. Все его внимание, казалось, было поглощено женщиной на диване.

— Да.

— Найди антисептики. И нашатырь, на всякий случай…

Оля умчалась.

Когда она спускалась в очередной раз, дорогу ей перегородил Игорь, он молча взял ее за руку и отвел в соседнюю комнату.

— Оля, мне нужно знать, сможешь ли ты помочь, если понадобится?

— Да.

— Будет кровь. Ты понимаешь, что мне некогда тебя откачивать?

— Думаю, я справлюсь.

— Думаешь?

— Я справлюсь.

Он как-то странно посмотрел на нее, потом неожиданно мягким движением, совершенно не вязавшимся с его жестким тоном, провел ладонью по ее волосам.

— Соберись. Нельзя бояться, нужно человека спасать. Бояться потом будем, договорились?

— Договорились.

— Вот и умница.

В его словах было столько теплоты и искренней веры в ее силы, что она смогла взять себя в руки. И Пошла за ним. Не боясь. Почти.

Следующий час впоследствии всплывал в памяти довольно смутно и как-то покадрово — бисеринки пота на лбу Саши, ее рука, до боли сжавшая Олины пальцы. Она старалась выполнять команды, больше на автомате, плохо соображая, зачем. Затем в кадре появился Костя… ну конечно Костя, ведь здесь Саша, и его появление вполне закономерно.

…На какой-то момент Оле показалось, что она смотрит слишком натуралистичный фильм… особенно, когда показалась голова ребенка…

…В ушах шумело, зрение подводило. Понимая, что может потерять сознание, она устремилась за двери… спустилась со ступенек, прошла несколько метров и осторожно присела на что-то. В поле зрения оказалась машина скорой помощи, люди в белых халатах деловитой походкой приблизились к ней. Шум в ушах никак не проходил, поэтому она не поняла, о чем ее спрашивают, и просто молча указала на дом…

Выйти вслед за ней у Игоря никак не получалось, здесь он был нужнее. Когда, наконец, объявились долгожданные медики, он дал краткие сведения и оставил их, выйдя на порог.

…На улице, оказывается, шел проливной дождь, и, судя по количеству луж, уже давно. Ну да, медсестра что-то говорила о том, что они застряли в глине, и оттого задержались… Оли нигде не было видно. Игорь постарался не паниковать, с каким серым лицом девочка вышла из дому. Как далеко она ушла?..

Он окинул взглядом окрестности, справа промелькнуло что-то светлое, Игорь двинулся туда.

…Она сидела на скамье и тихо плакала, и слезы смешивались с дождем. Промокшая насквозь, она, казалось, не замечает этого, и вновь и вновь вытирала глаза абсолютно детским движением и шмыгала носом.

Игорь осторожно присел рядом, провел ладонью по щеке:

— Оля, как ты?

— Ничего, — слезинка скатилась по его пальцам, обжигая кожу. Всхлипывая, она повторила: — Ничего, правда.

— Ну, ну… все хорошо, — он погладил ее по голове, провел теплой рукой по спине, рукам, — все хорошо. А теперь давай-ка зайдем под навес, ты продрогла.

Оля послушно встала и позволила отвести себя под крышу.

Игорь осмотрелся, и, не найдя ничего подходящего, стянул свою футболку:

— Переоденься!

— Чего? Вот еще!..

— Дурочка, ты схватишь воспаление легких. Не волнуйся, я отвернусь. К тому же, я и так уже все увидел — он с усмешкой приподнял бровь.

Оля посмотрела на себя. Майка, в которой она еще несколько часов назад мыла окна, промокла насквозь и прилипла к телу, девушка так смутилась, что даже шея покраснела. Сложив руки на груди, она попыталась принять невозмутимый вид.

— Поздно, — он криво усмехнулся, — собственно, приблизительно так я себе и представлял…

— Что ты несешь, дурак.

— Дурак будет тот, кто заболеет.

— Я не буду переодеваться. — Она демонстративно уселась прямо в мокрой одежде на скамью. Но уже через минуту начала мелко трястись, напоминая промокшего дрожащего котенка. Игорь, вздохнув, направился к выходу.

— Куда ты? — вскинулась Оля.

— Не бойся, я сейчас вернусь.

— Очень ты нужен, бояться еще, — последние слова Оля пробормотала себе под нос, потому что Игорь ушел. И тут же пришло осознание того, что да, очень. Нужен. И хотя она не знала, как он здесь очутился, это теперь не имело значения. Он пришел. Словно знал, что сейчас он чертовски необходим ей здесь.

Она и сейчас осознавала эту потребность…

Игорь быстро вернулся, принеся в руках свою толстовку, и Оля уже без возражений переоделась — рукава пришлось подкатить, к тому же его одежда была очень свободной. Но такой теплой и уютной. С легким запахом туалетной воды… Нет, об этом думать не стоит. Она так устала… Вымотана до предела.

— А… почему ты здесь? — теперь она чувствовала себя намного лучше. В физическом плане. А в моральном… полный провал.

— Пытаюсь спасти тебя от воспаления легких, — он взлохматил волосы, и она увидела дрожь его пальцев. — Оля, ты сможешь меня простить?

— Простить?.. Но мне не за что тебя прощать, между нами ничего не было…

— Нет, было!

Глупое сердце забилось, ухнуло куда-то вниз. Зачем? Зачем снова?

— Но… ты сейчас ведь с Алиной, — растерянно пробормотала она.

— Нет! Нет. — Он взъерошил мокрые волосы, — нет, я не с ней, пойми ты это.

— Но я же вас видела.

— Что ты видела? Как мы стояли рядом?..

— Как ты ее обнимал!..

— Нет, я не обнимал ее.

— Ты что меня, совсем за дурочку держишь? Вы обнимались, улыбались… — голос сорвался.

— Да нет же, не обнимались мы. Она меня да, обняла, но всего лишь на минуту. А тут как раз ты пришла.

— Надо же, какое совпадение, — ее растерянность сменилась сарказмом. — Ах, простите, что так не вовремя…

— Оля!

— Не кричи на меня!!! — Куда вдруг подевалась ее усталость и отрешенность?..

— Оля, послушай…

— Нет, это ты меня послушай! Ты все время играешь с людьми. И со мной. То «давай друзьями» — она перекривила его, — то целуешься, то пропадаешь, то появляешься. Причем не один. С подружкой. А потом у тебя хватает наглости утверждать, что между нами что-то было…

— Это потому, что я… ревную.

У нее округлились глаза.

— Я знаю, это глупо, но ты… ты все время заставляешь меня сходить с ума от ревности. Этот Даня, потом Влад нарисовался… а еще и Коля…

Она смотрела на него во все глаза. Огромные серые глаза, расширившиеся от удивления.

— Ты шутишь, да?

— Вот видишь, даже ты мне не веришь… Я бы и сам посмеялся, если бы мне не было так плохо.

— Плохо?.. Тебе?

— Ты даже не представляешь, как мне без тебя паршиво…

Оля еще больше растерялась, злость исчезла сама собой.

— Я думал, смогу уладить эту проблему, ты сможешь жить своей жизнью, а я своей… Что, перестав видеться с тобой и вернувшись к прежней жизни, я тем самым выкину тебя из своего сознания…

Оля попыталась встретиться с ним взглядом, но он смотрел на свою ладонь, которую медленно сжал в кулак, и постукивал им по колену.

— И что же?

Рука замерла. Он повернул голову:

— Этого не произошло.

Встав, он подошел к двери, зажег сигарету, но сразу отбросил ее и обернулся:

— Всю душу ты мне вымотала. Зачем вы объявили о свадьбе?.. Вы, правда, собираетесь пожениться?

— Мы?.. — Легкое недоумение на лице через мгновение рассеялось, — а!.. Нет, конечно, еще чего! Да это ерунда, так надо было. Для дела. — И добавила, — а ты откуда знаешь?

Он махнул рукой, подходя к ней:

— Интернет…

— Вот блин, я как-то и не подумала, замоталась совсем… Надо было все тебе рассказать, но у меня голова была другим занята. А потом… я не успела… Я ведь не знала… — Она замолчала, потому что Игорь подошел почти вплотную, и все слова куда-то разом испарились.

— Конечно. Откуда ты могла знать, что я… влюбился в тебя.

У Оли подкосились ноги, и она почувствовала себя счастливой и глупой.

— А… а как же…

— Ш-шш, тихо, молчи!

И она замолкла. Она видела рот, видела приоткрытые губы. Медленно и очень неотвратимо они приближались… алчущие, такие горячие, что их жар испепелил все мысли, еще остававшиеся в голове.

Едва коснувшись ее, он уже не мог остановиться, он просто был не властен над собой — опять вдыхать ее запах, ощущать под ладонями знакомые тепло и нежность — пытка и наслаждение одновременно. Он гладил ее плечи, затылок, лицо, знакомое, родное, заплаканное… любимое.

Позволив себе пойти навстречу своему желанию, Оля дотронулась до него, проведя кончиками пальцев под футболкой. Легкая дрожь, едва заметная, и то только потому, что она была слишком близко к нему, прошла по его телу. Словно во сне, она с наслаждением провела ладонью от талии к груди, и, почувствовала, как его рука сжалась на ее спине. Парень на мгновение прервал поцелуй, пробормотал что-то, но она не успела разобрать что, а он вновь овладел ее губами, соприкасаясь с ее языком. Это будило и голод, и наслаждение одновременно, хотелось прижаться к нему близко-близко, чтобы чувствовать прикосновение его тела, его ладоней, как тогда… Почему он не сделает это сейчас? Но он лишь сжимал ее одежду в кулаке и притягивал к себе. А ей хотелось снова ощутить жадные ищущие пальцы, горячие, бесстыдные… Жесткая рука легла ей на затылок, и она не смогла бы отстраниться, даже если бы захотела… Но она же не сумасшедшая…

…Во дворе поднялась суматоха, и девушке пришлось вырваться из его объятий. Она подбежала к медикам, которые выносили Сашу на носилках, следом шла медсестра с ребенком на руках и Костя. Он окликнул Ольгу:

— Я не хочу оставлять ее одну, поэтому поеду в карете скорой помощи, вот тебе ключи, пригонишь машину?

— Да, конечно!

Он вскользь оглядел ее, отметив чужую одежду, припухшие от поцелуев губы, горящие глаза, перевел взгляд на Игоря, стоящего в стороне.

— Игорь?

Он подошел.

— Я рад, что ты здесь оказался, — он протянул руку, и они пожали друг другу руки, и Костя поспешил к машине, в которой к этому времени разместили Сашу.

Карета скрылась за поворотом.

— С ней все будет в порядке?

— Будем надеяться, что да. Теперь она под наблюдением специалистов. Костя рядом, уж он-то ее в обиду не даст.

— А… это опасно, то, что роды прошли здесь?

— В какой-то степени… Стремительные роды всегда опасны. И зачастую проходят в неблагоприятной обстановке. Но, я надеюсь, все обойдется… А ты? Тебе, наверное, стоит принять успокоительное…

— Нет, нет! Со мною все в порядке. Просто… не думала, что все будет так… ужасно.

— Почему ужасно? Ничего ужасного…

— Да?! — Она повернулась к нему, — надо быть очень смелой, чтобы решиться родить ребенка.

Он пристально посмотрел на нее, и его губы изогнулись в усмешке, одновременно грустной и снисходительной, отчего ей показалось, будто он гораздо старше. Как будто прожил на свете много лет и знает что-то такое, о чем она даже не догадывается.

— Что? Я глупость сморозила, да?

— Ничуть. Иди ко мне, — он привлек ее к себе. — Сейчас мы здесь одни. Только ты и я.

Пусть привыкает к мысли, что ей никуда от него не деться. Конечно, он будет ждать, сколько придется. Но не отступит.

Но Оля не насторожилась после его слов. Напротив, она пригнула к себе его голову, ее рот разомкнулся, впуская его язык, позволяя ему проникнуть внутрь, отчего им завладело нечто более сильное, чем воля и убеждения, и он со стоном притянул ее к себе.

— Ты рискуешь, — прошептал он, — когда так делаешь, я и так едва соображаю…

— Я не боюсь тебя… — Она прижалась к нему теснее, заставляя забыть осторожность.

— А зря, между прочим…

Черт, до чего же она мягкая! Как же приятно, когда она рядом!

— Я хочу того же, чего и ты…Я не могу больше думать об этом…

С нею происходит то же самое?.. Ну да, конечно, он ведь с самого начала знал это. Просто в какой-то момент интуиция отказала, мозги ведь были забиты черт знает чем!

Оля обвила руками горячую шею, отвечая с какой-то яростной жаждой, смутно желая большего.

— Пропади все пропадом! — произнес Игорь хрипло — останемся здесь ночевать?

— А как же машина?

— Завтра, все завтра…

Она упивалась его нежностью и нетерпением.

— А если он сам за нею приедет?

— Ну и пусть приезжает, ты уже совершеннолетняя, — она почувствовала, как дернулись уголки его губ.

— Да что на тебя нашло? — спросила ошеломленно.

— Не знаю, но я больше не справляюсь…

Открывая двери, он придержал ее свободной рукой:

— Погоди, не заходи, вначале я все уберу…

— Ничего. Я больше не боюсь. Честно! — Добавила она, встретив его недоуменный взгляд, — я не знаю, почему, но так чувствую.

Они зашли вместе, но оказалось, что убирать практически нечего — все свидетельства произошедших событий Костя сгреб в мешки для мусора, правда, оставил их возле двери. Он даже широко распахнул окна, и сквозняк высоко поднимал занавески.

Оля подняла с пола какие-то мелочи, прикрыла одну створку окна, облокотилась на подоконник и вздохнула:

— Ну вот, Костя уже обо всем подумал.

— Хороший у тебя брат…

— А мне показалось, что вы с ним не ладите.

— Потому и не ладим, — он слегка нахмурился, — потому что, как хороший брат, он оберегает тебя от меня.

— Но я уже большая девочка, и сама решаю, от кого мне беречься, а от кого не хочу.

Приблизившись, он положил руки на подоконник по бокам от нее, едва прикасаясь, и от этого стало трудно дышать, голова немного закружилась.

— На его месте я бы и близко меня к тебе не подпустил, — проговорил он, опустив ресницы. Она видела, как часто бьется жилка на его шее, — у тебя еще есть время…

Она прижала подушечки пальцев к его красивому рту:

— Игорь, я ведь не вчера родилась. И знаю тебя. — Она провела ладонью по его груди, и ей нравилось, как он реагирует на ее прикосновение, — если у нас ничего не выйдет… я это переживу.

Игорь и сам думал об этом неоднократно, но когда она произнесла эти слова… ему это совсем не понравилось.

— У нас все выйдет, — прошептал он ей в губы, пока его ладонь легко поднырнув под свободную одежду, легла ей на грудь. Тихий ответный стон эхом отозвался в голове. О, да, сегодня ему придется нелегко.

Он подхватил девушку на руки и начал подниматься по ступеням:

— Эй, ты что делаешь? — она засмеялась.

— Ты будешь спать со мной, — прошептал он, и поставил ее на ноги. Они остановились возле двери в спальню. Он был бледен, глаза его больше не смеялись.

— А если я откажусь?..

— А… ты откажешься?..

Она запнулась на секунду, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Нет. Не теперь. — Она положила руку на обнаженную кожу, впитывая пальцами ее гладкость, я не смогу обойтись без тебя сейчас.

— Да, верно, прямо сейчас, — выдохнул он.

И не спеша, потянул вверх край одежды, открывая нежную кожу. Девушка не дышала. Игорь медленно вздохнул. Игривый тон пропал без следа. Внезапно ей снова стало страшно, готова ли она?.. Он начал целовать ее, жадно, но так нежно, что волнение наводнило вены всплеском чувств, головокружительных, безрассудных. Голова стала до странности пустой и легкой.

Бог свидетель, он старался быть сдержанным, пытался контролировать происходящее. Но неумолимо терпел поражение, наблюдая за тем, как краснеет ее кожа от его прикосновений, как она облизывает и кусает свои губы, как выгибается ее спина. Пожар в крови подстегивал, требовал забыть обо всем и прислушаться к зову плоти, и немалых усилий стоило подавить нарастающее желание. Прекрасная, нежная девушка доверчиво лежала в его объятиях, и невозможно было просто обрушить на нее силу которая, как ему казалось, сметет все на своем пути, включая ее доверчивость и хрупкость.

…Она много раз думала о том, каким он может быть в постели, но таким она видела его впервые. Он был красив, безумно хорош… Это стало для нее открытием, ведь ей уже приходилось видеть его, и не раз. Сейчас кожа его поблескивала, глаза горели, словно в лихорадке, под ладонями ощущался жар. Мужские пальцы медленно скользили по самым потаенным местам, и эти прикосновения дарили наслаждение, губы бесстыдно исследовали, кажется, каждый сантиметр, но и этого было уже недостаточно…

— Я… хочу тебя…

— Я бы хотел подождать… но не могу.

Он толкнулся в нее, девушка тихонько ахнула от восхитительного потрясения, вызванного его движением. Поймав ее тихий звук ртом, он поднял ее ноги, обвил вокруг себя и начал входить в нее. Она охнула, но оказалось, что это совсем не так больно, как она опасалась. И даже, когда он начал двигаться, боли почти не было, ее переполняли эмоции, нежность, возбуждение, и все казалось очень правильным. Он не стал сдерживаться, понимая, что это совершенно ни к чему, да и вряд ли бы получилось. Когда он, тихо застонав, обрушился на нее всем своим весом, Оля обвила его руками и улыбнулась, сама не зная отчего.

…Дождь продолжал хлестать по крыше. Ольга сидела на краю кровати, глядя на спящего. Она все смотрела и смотрела, и не могла насмотреться, поражаясь себе самой. Выйдя из душа, она застала его абсолютно вырубившимся, одна рука бессильно свисала с кровати, на плечи, получившие первую порцию летнего загара, падали блики уличного фонаря, на безмятежном лице темнеет небритый подбородок. Сдержаться было выше ее сил, и она провела по нему ладонью, чувствуя легкую шероховатость. По-девичьи длинные ресницы дрогнули, он уставился на нее, плохо соображая со сна, потом взгляд прояснился:

— Эй, ты чего?

— Не спится…

— Иди-ка сюда, — он подвинулся, — тебя что-то беспокоит?

— Немного… думаю про Сашу.

— Не волнуйся, с ней все будет в порядке.

От него веяло уверенностью и спокойствием. Оля положила руку под щеку и тихонько вздохнула:

— Все равно не спится…

— Хм… — Он приподнялся на локте, — есть у меня одна идея. — Он лукаво посмотрел на нее, — и теперь не смей сопротивляться. Не спится ей, — последние слова он почти прошептал, склоняясь к ней.

— Ай, что ты делаешь?..

— Ш-шш… Доверься мне…

Запах листвы, врывающийся через форточку, дарил лето, и лишь упрямая гроза контрастировала с теплой, неуловимой сладостью двух тел, прижатых друг к другу в объятиях.

Глава 12

Расставание — маленькая смерть

Проснувшись утром, и не найдя рядом Ольги, Игорь испытал легкую досаду. Он натянул джинсы, почистил зубы и вышел из дома в поисках неугомонной девчонки.

Далеко идти не пришлось — она стояла на крыльце, подперев подбородок и глядя на тихий дождь.

— Что случилось, сладенькая? Дождь заставил тебя грустить? — Прежде чем она успела ответить, он наклонил голову и поцеловал ее.

— Пора уезжать… жаль, что все закончилось, — прошептала она, когда они, наконец, смогли оторваться друг от друга.

— Ты не права. Все только начинается.

Она улыбнулась:

— Звонил Костя. Пообещал, что намылит шею. Нам обоим.

— Пусть, оно того стоило. — Он не мог не улыбнуться, видя, как она покраснела. — Как там Саша?

— Сказал, что нормально. Уже кормит малую. А сам при этом разговаривает так, что слышать дико, какие-то муськи-пуськи, я даже не берусь пересказывать.

— Ты не любишь детей?

— Не знаю. Мне не приходилось иметь с ними дела.

Он хмыкнул и почесал затылок:

— Давай-ка позавтракаем и будем двигать, у меня сегодня масса дел.

— Я не завтракаю, — «мне сегодня кусок в горло не лезет», — но кофе выпью.

Игорь вернулся с чайником в руках — пригибая голову, чтобы не удариться о низкую притолоку, — и поставил чайник на стол, после чего сел напротив, и щедро намазал маслом большой кусок хлеба.

— Ты всегда так много ешь по утрам? — И чуть не поперхнулась, сообразив, что это их первый настоящий завтрак.

— Неа, не всегда, — казалось, он не замечает ее смущения. — Пожалуй, я поеду с тобой, пусть твой брат меня наругает, а не тебя.

— Я ему ключи на работе отдавать буду, тебя там только не доставатало.

Кривая ухмылка изогнула губы:

— Представляю…

— А, не важно… Он все время из-за меня бесится, — глядя, с каким аппетитом Игорь поедает бутерброды, Оля и себе отрезала кусочек. — На самом деле все не так уж плохо. После того, что ты сделал для Саши, думаю, он не будет против, что мы… гм… ну… встречаемся…

— А я ничего особенного не делал, она сама со всем справилась…

— И не вздумай ему это говорить, а то растеряешь бонусы, — она приподняла брови.

— Зато своей честностью заработаю бонусы у тебя, — он легонько щелкнул ее по носу.

— Кстати, о честности. Я буду говорить сегодня с Данилом.

На его лицо набежала тень.

— Зачем тебе говорить с ним?

— Затем. Ты тоже собирался выяснить что-то с Алиной.

— С Алиной просто нужно расставить все точки, чтоб она… не бесилась и оставила тебя в покое.

— Она не причиняет мне никаких хлопот, так что на этот счет…

— Мне виднее! — Он вспылил. Оля отшатнулась.

— В таком случае и МНЕ позволь самой улаживать МОИ вопросы.

— Извини… все же подожду тебя где-нибудь недалеко, пока ты будешь решать СВОИ вопросы с Данилом.

— Игорь, ну ты соображаешь, что говоришь?!

— Вполне. Я видел, как он на тебя смотрит.

Оля смолчала, чтоб не продолжать бессмысленный спор.

— Ну, пора! — Он взял со стола пачку сигарет и вышел на улицу.

Выйдя вслед за ним, Оля обнаружила, что Игорь уже вывел машину из гаража и прогревает мотор.

— Э-э, нет! Я за рулем!

— Оля!

— Игорь!

— Ты мне не доверяешь?

— Дурацкий вопрос, ну при чем здесь это?! Костя доверил машину мне, и это даже не обсуждается.

Игорь неохотно перебрался на пассажирское сидение. Почти всю дорогу он молчал и хмурился, отказался выходить из машины возле своего дома и предпочел проехать с нею до предприятия, на котором работал брат.

— Где твой этот… — Костя исподлобья посмотрел на Олю, забирая у нее ключи. — Все время от одного придурка предостерегал, а ты на другого нарвалась, — добавил он раздосадовано.

— «Этот» ждет меня. Вообще-то я думала, что после всего, ты не будешь против, что мы вместе.

— Но не в постели же!

— Вот и ты не лезь!

— Ого! — Костя удивленно покосился на сестру, — ты чего, старушка?

— Ничего! — Она насуплено отвернулась.

Костя повернулся к окну и поискал глазами — Игорь курил у крыльца, и, словно почувствовав взгляд, тут же уставился в ответ, слегка набычившись.

«Вот ведь. Упрямый.»

— Оль… ты все-таки того… не расслабляйся. Не забывай, что ты Ледовская. Он знает о том, что ты дочь проректора?

— Это что — клеймо?

— Оля, ты уже не маленькая…

— Костя! Если это моя ошибка, то я ее уже сделала.

Несмотря на сложности между Костей и ее родителями, Оля любила брата. Но она любила и отца. И, хотя у них были разногласия в последние годы, не переставала любить и уважать. И с трудом избавлялась от комплекса отличницы — всю жизнь, до самого университета, от нее требовалось быть лучшей. Лучшей ученицей, лучшей активисткой. Лучшей в поведении. Лучшей в одежде. Это привело к тому, что, внешне раскованная, на самом деле, Оля чувствовала дискомфорт от пристального внимания окружающих. И легко чувствовала себя только с друзьями, про которых мама не могла говорить без брезгливой усмешки. Некоторые из них были свободными художниками (не исключая Котьки, но его мама всячески привечала, наивная). В университете от нее не требовалось прилагать совершенно никаких усилий, по крайней мере, пока она «училась» на той специальности, на которую ее определили родители. Но фамилия продолжала ее преследовать, девушка по-прежнему никогда не могла знать, с ней ли хотят иметь дело, или с дочкой проректора Ледовского. Собственно, это был еще один повод к тому, чтобы настоять на смене специальности.

Что ж… В любом случае, Костя немного опоздал со своими предупреждениями.

«…Не расслабляйся». Она попыталась посмотреть на Игоря как бы «со стороны». Не получилось. Особенно, когда он, заметив ее, поспешил навстречу.

— Че там, проблемы есть?

— Игорь, какие проблемы?! Отдала ключ и все!

— А что так долго?

— Про Сашу выспрашивала. Да что такое, в самом деле! Сговорились вы, что ли? Чего это я должна оправдываться?!

— Ага, значит оправдывалась…

Оля от досады топнула ногою.

— Может, хватит? По-моему тебе пора! У тебя какая-то куча дел.

— Ты меня прогоняешь?! — Игорю от неожиданности стало весело. — Подождет моя куча, никуда не денется. Вначале я должен узнать, какие планы у моей девушки?

Она кокетливо изогнула брови:

— А я снова твоя девушка?

Он притянул ее к себе:

— Скажу тебе по секрету — ты и не переставала ею быть.

— А как же Алина?

— Ты ревнуешь? — Он поймал ее за руку, легонько пощекотал ладонь большим пальцем.

— И не надейся.

— Нежели ты меня совсем нисколечко не ревнуешь?

— А тебе очень хочется?

— Честно? — Игорь поднес тонкую ладошку к губам, — я все же думаю, что на дне рождения ты меня приревновала.

— Ты самовлюбленный тип, — она вырвала руку из его ладони, потому что от этих почти невинных прикосновений начала терять связь с реальностью, и это возле самой Костиковой работы! — Да, я тебя ревновала.

Игорь просиял:

— Видишь, как легко мною управлять, пара слов — и я на седьмом небе. Слаб стал. Из-за тебя, между прочим.

— Дурачок. Любовь не слабость — отважиться любить способен только сильный. И я горжусь, что люблю такого сильного человека.

Вот так, запросто, мимоходом, она произнесла эти слова…

Игорь слегка замер, притянул ее к себе.

— Я тебя правильно расслышал?

— Умгу…

— Повтори еще раз.

— Я теб… — окончание фразы потонуло в его поцелуе.

…Костя провел по лицу ладонью, отошел от окна, эта сцена точно не предназначалась для него. Похоже, этот Игорь запал на девочку всерьез, только б сволочью не оказался…

Спустя два часа

…Ей было очень плохо. Данил все понял. И знает, зачем она хочет встретиться с ним…

Она — ужасный человек, замышляет сделать ему больно. А ведь он даже сопротивляться не станет. Хотя, заслуживает гораздо лучшего. Лучшую. Эх, Данька… Угараздило же тебя влюбиться не в того. Не в ту. Оля тоже хороша, слепая дура! С самого начала можно было догадаться. Чем она заслужила эту безмолвную любовь? Только бы не расплакаться, ее слезы ни к чему, он не заслужил еще и этого. «Господи, помоги мне!»

Данька ее уже ждал, хотя она и пришла раньше минут на десять. Оля заказала кофе, чтобы как-то занять руки.

— Дань, мне следовало давно тебе сказать… Все это время… Я виновата… У нас ничего не выйдет.

— Я понял.

— Ты прости меня… если сможешь.

— За что? — Он удивленно вскинул брови.

— За то, что обманывала. — «Только бы не заплакать… только бы не заплакать…»

— Оль, ты никого не обманывала. Во всяком случае, не меня — я ведь не слепой и не идиот. И подобный… разговор должен был состояться… вот только раньше, чем я… надеялся.

— Ты должен меня ненавидеть…

— Этого не будет. Никогда.

Он сказал это спокойно и твердо.

А ей пришлось наклонить голову, потому что справиться со слезами не было мочи. Он вздохнул, дернул рукой, лежащей на столе, но остановился, сжал в кулак и опять положил с краю чашки.

— Все будет хорошо. Я не такой легкоранимый, переживу. — Он сделал знак официантке, чтоб та принесла еще кофе. — Да, я надеялся, что смогу, но… мы поздно встретились.

— Может, ты и прав… Возможно, я делаю сейчас самую большую ошибку в своей жизни, — Оля взяла чашку, пытаясь скрыть дрожь пальцев, но не справилась, и вылив горячую жидкость на руку, зашипела от боли.

Ну вот, теперь слезы можно было запросто списать на ожог… она вскочила, скривившись, и почувствовала, как ее обнимают заботливые руки. И сдерживаться дальше не было сил. Слезы хлынули неконтролируемым потоком:

— Прости! Прости меня пожалуйста…

— Ну, ну… Все хорошо… Ты всегда можешь рассчитывать на меня. — Он позволил ей промочить свою футболку, — а рано или поздно мы сможем просто дружить. — И добавил, невесело усмехнувшись, — если, конечно, ты не передумаешь.

— Да, — Оля вытерла лицо рукою, ей было стыдно за сцену, — я пойду, наверное, извини.

— Куда ты, на улице ливень.

— Ничего, хуже уже не будет… — Она почти выбежала из кафе.

Он вышел за двери следом за нею, и какое-то время провожал взглядом исчезающий в дождевой пелене силуэт.

Потом прошел к стойке, где взял коньяк, и, вернувшись за столик, так и остался сидеть, глядя прямо перед собою. Неизвестно, сколько бы он еще так пробыл, когда напротив него уселась ослепительная брюнетка. Даня вопросительно приподнял брови.

— Меня зовут Алина, — она протянула ладонь через стол.

— Я тебя знаю. Видел.

— Я тебя тоже видела, с Ольгой Ледовской. Вы ведь пара, да?

Данька прищурился:

— А какое тебе дело?

— Такое. Это мой парень отбил ее у тебя.

— Никто у меня никого не отбивал…

— Да ладно тебе, я все знаю! Но ты можешь ее вернуть, я тебе помогу.

Данил заинтересованно посмотрел на нее и незаметно отодвинул рукою погнутую, почти сложенную пополам ложечку:

— Ну?..

Глава 13

Игорь уже не думал, что ему удастся когда-нибудь поговорить с Алиной — каждый раз она откладывала встречу под разными предлогами. Собственно, если бы не Оля, он бы вообще прекрасно обошелся без излишних словоизлияний. Но она заслуживала определенности. С каждым днем он убеждался в этом. Хотя, порою, своей прямолинейностью она не на шутку злила его. Первая стычка произошла, когда он сказал, что снимет ей квартиру, чтобы она смогла съехать от Коли.

— Игорь, ты говоришь такую ерунду! Коля мне как брат!

— Видали мы таких братьев…

— Игорь, что ты несешь?! Он же… у него, кстати, есть пара!

— Вот пусть он у него и живет.

— Это невозможно. Его родители не смогут принять…

— Я тоже не могу принять. И вообще, ты думала, как я буду выглядеть, если моя девушка живет с посторонним мужиком.

— Да кто узнает?

— Осенью быстро все узнают.

— До осени далеко, может, к тому времени… мы уже не будем…

Игорь дернулся:

— Оль, ты серьезно? — спросил он тихо. — Тебе плохо со мною? Ты жалеешь о чем-то? Или о ком-то? — глаза его сузились.

— Ты когда-нибудь лопнешь от своей ревности. — Она успокаивающе положила ему руку на грудь, — я вовсе не себя имела в виду. Из нас двоих более непостоянный — ты. Сколько Алининых вещичек хранится в твоей комнате?

— Да уберусь я на днях! — он раздосадовано пнул пустую бутылку, валявшуюся на его пути, — мы назавтра договорились встретиться. Они как раз будут заседать на какой-то хате, просит прийти пораньше, пока никого не будет…

— И ты пойдешь? — она встревожилась, хотя и старалась не подавать виду.

— Оль, если бы я собирался изменить тебе, наверное, я бы не стал отчитываться, где и с кем я это сделаю, а? — он потрепал ее челку. — Малыш, ну неужели ты и вправду думаешь, что меня сейчас может кто-то интересовать?

Хотелось ему верить. Он и вправду словно… не мог ею насытиться. Но, может дело не в ней, а просто он такой темпераментный? Оля и сама потеряла голову. Раньше она не понимала, почему вокруг этого немудреного, в общем-то занятия столько шума… она раньше не испытывала таких желаний. Оказалось, что это так естественно — хотеть любимого мужчину.

Игорь говорит, что любит ее, но вместе с тем все чаще пытается навязать свою волю. И ей все труднее противостоять ему, ведь он такой умный, сильный, надежный. Она отстаивала себя и свою глупую, трижды никому не нужную независимость, наверное, из страха раствориться в нем, потерять себя. Сейчас он очарован, но что будет потом? Вдруг исчезнет потребность видеть ее, обнимать? Даже понимая всю глупость и бесполезность таких мыслей, девушка не могла избавиться от них.

Встреча Игоря с Алиной состоялась в кафе поблизости от дома, где предстояла вечеринка. Алина, улыбалась, называла его шутником, утверждала, что он сильно ошибается на ее счет. Когда он попросил забрать свои вещи, рассмеялась своим грудным смехом, попросила оставить их себе в память о ней. Потом предложила выпить на прощание. Игорь отказался, сославшись на тренировку, но она все равно сделала заказ официанту. Лицо ее вдруг стало серьезным:

— Игорь, опомнись. Неужели ты и в самом деле готов всю жизнь провести с одной только Ольгой? Это же не для тебя.

— Алин, жизнь покажет, что да как…

— Да, ты прав, жизнь покажет… — Она подняла свой бокал, — давай выпьем за то, чтобы я тоже нашла человека, с которым захочу провести всю свою жизнь! Ты ведь не откажешь мне в таком маленьком, но очень важном пожелании?

Они выпили за это. Потом за умение оставаться друзьями даже после расставания… Потом…

Что случилось потом, он так и не понял. Голова была словно в тумане, но не от алкоголя. Он плохо понимал, что происходит. Почему здесь Данил? Или это сон? Но это какой-то дурной сон. Так бывает, когда пытаешься что-то сделать, но тело тебе неподвластно, ноги подкашиваются…

Оля была на смене, когда получила от Игоря странный смс: «Мне срочно нужны деньги, возьми пожалуйста сто долларов и приезжай по адресу… […].» Оля попыталась перезвонить, но абонент уже был вне зоны доступа. Странно. К чему эта неизвестность? Зачем ему деньги? Почему не написать прямо, что произошло? Оля попросила девчонок прикрыть ее, благо людей пока было немного, и поспешила по указанному адресу. Она переживала, что адрес окажется ненастоящим, или что там какие-нибудь преступные личности. Но ей даже не пришлось стучаться. Дом был двухэтажным, в одном из тех маленьких дворов, где все друг друга знают. Входная дверь распахнута настежь, оттуда доносилась громкая музыка. Оля опасливо заглянула внутрь — здесь была вся университетская компашка. Зачем он позвал ее сюда, он что — рехнулся?

На нее, похоже, почти никто не обратил внимание. Она увидела приятеля Игоря.

— Сергей, ты Игоря не видал?

— Отчего ж не видал — в крайней комнате посмотри. — Ей не понравился его взгляд. Ей вообще не нравилось все происходящее. Все были в легком подпитии, вокруг царило веселье. Неужели Игорь веселится вместе со всеми? Ей был неприятен сам факт того, что он ничего ей не сказал. Она подошла к крайней комнате, дверь была прикрыта. Девушка зашла — это, видимо, была хозяйская спальня. Причем, здесь явно кто-то спал, буквально недавно. Но комната была совершенно пуста. Оля сдвинула плечами — может, она перепутала комнаты. Она заглянула во все помещения по очереди — и везде картина была приблизительно одинаковой — подвыпившая молодежь, музыка, сексуальная раскрепощенность. Оля в очередной раз попыталась позвонить Игорю — тщетно.

И вдруг она увидела Алину. Оля хотела тут же уйти, но не успела, глаза красивой брюнетки зло сверкнули:

— Сука! — от стены брызнул фонтан осколков от разбившегося бокала. — Думаешь, всегда так будет?! Всех не купишь, со всеми не переспишь!

Оля почти бежала по коридору, слыша вслед ругань и возмущенные вскрики, когда Алину пытались утихомирить. Потом раздались рыдания, но их она уже не слышала и никогда о них не узнала…

Во дворе она опять встретила Серегу:

— Я не нашла Игоря. Если увидишь его, попроси перезвонить мне.

— Как не нашла?! — Удивление его было искренним, — а Алину ты видела?

— О, да!

Было в ее восклицании нечто такое, что Серега торопливо с нею попрощался и поспешил внутрь.

Оля сперва собралась ждать Игоря, но, по здравом размышлении, предпочла убраться. К тому же, возможно, у него просто села мобилка, и он ищет ее.

… Ч-черт, как плохо… Его выворачивало наизнанку. Он тихо застонал, взявшись за голову. Постепенно сознание прояснялось. Игорь увидел, что находится в незнакомой комнате. Он осторожно выглянул за двери… тихо обошел квартиру. В хорошо обставленной «двушке» никого не оказалось. В ванной он умылся, и почувствовал себя немного лучше.

Надо убираться отсюда, выяснять будет потом.

Игорь попытался открыть двери — но не тут-то было. Дверь была закрыта снаружи.

Тогда он подошел к окну, вышел на балкон. Третий этаж. В принципе, в случае чего можно попытаться перелезть через перила… Но пока он не хотел идти на столь экстренные меры. К тому же голова болела и кружилась — не самое лучшее состояние для выполнения опасных трюков.

Игорь вернулся в комнату, оставив балкон открытым на всякий случай, и, присев в кресле, задремал, в надежде, что услышит звук открывающейся двери.

Не услышал.

Проснулся, оттого, что его тряс за плечо… Данил.

— Ты что здесь делаешь?!

— Я здесь живу, это моя квартира.

— В таком случае, что Я здесь делаю?

— А вот это, — он присел на диван, и жестом призвал Игоря к спокойствию, — я расскажу тебе, но… позвони Оле. Она, наверное, волнуется.

Как же он сам не додумался позвонить кому-нибудь?! Черт, что у него с головой творится?!

Игорь начал рыться в карманах:

— Где моя мобила?

— На тумбочке возле кровати.

Игорь опрометью кинулся к телефону, набрал ее номер и вышел на кухню:

— Игорь! Где ты?!

— Оля, родная, я скоро приеду к тебе и все объясню…

— Где ты? Я же волнуюсь, дурак такой!!!

— Маленькая, я скоро буду, обещаю.

Он вошел в комнату, силясь вспомнить события, предшествующие его появлению здесь.

— Ты что-то помнишь о вчерашнем?

— Р-разговор… с Алиной…

— И все?

— Все. А что?

— Как пил — не помнишь? -

Игорь начал отрицательно качать головою, но остановился, воспоминания начали постепенно возвращаться к нему.

— Думать надо — Данил выразительно постучал себя по лбу, — соображать, с кем можно пить, а с кем ни в коем случае. Хорошо еще, что твоя бывшая ко мне обратилась, а то фиг бы ты сейчас с Олей говорил…

— Почему? — Но пытался осмыслить услышанное, отчего ему стало еще хуже.

— Она вчера приехала на вечеринку, и должна была увидеть вас с Алиной в постели. Она тебя какой-то дрянью опоила, поэтому тебя сейчас так и штормит.

— А… почему Оля туда приехала?

— Получила с твоего телефона смс-ку. Мне пришлось участвовать во всем этом дерьме, иначе я не смог бы предотвратить…

— А как ты… предотвратил?

— Упер тебя. Вынес на себе, погрузил на машину и увез.

Игорь тихо выругался. Он начал осознавать.

— Неужели такое возможно?

— Но ты же здесь. — Данил обвел рукою комнату. — Хотя я бы предпочел, чтоб ты поскорее убрался.

— Да. — Игорь встал, — ухожу. Спасибо.

— Будешь должен. Захлопни дверь.

Он уже дошел до двери, когда Данил окликнул его:

Погоди, — он устало вздохнул, взял лежащие на столе ключи от машины, — мне надо в город, подкину. А то видок у тебя… не доедешь.

Они в молчании спустились вниз и сели в машину и так же молча ехали.

Игорь все хотел спросить: «Почему?» Этих «почему» было столько, что он не знал, с чего начать… Игорь вздохнул, потер лицо, и, задумавшись, не заметил, что машина давно стоит.

— Эй!.. тебе пора!

Он словно очнулся, мотнул головой. Вышел. И ничего не спросил.

Только услышал напоследок:

— Не говори обо мне.

Машина тихо отъехала.

А Игорь пошел к «Мускату». Он шел и думал… Думал. Если бы Оля осталась с этим парнем? От этих размышлений было некомфортно. Он понимал, что Данька любит ее, иначе не сделал бы того, что сделал. И теперь он навсегда обязан этому человеку. И тот ничего не потребует взамен. Уж лучше бы потребовал.

Он почти дошел, когда из здания вышла знакомая фигурка и, узнав, кинулась к нему навстречу. Солнце садилось, окрашивая все вокруг в золотистые цвета, и ее разлетевшиеся волосы тоже казались золотыми.

Оля подбежала к нему и уткнулась лицом в грудь, он еле удержался. Но устоял, прижимая к себе девушку, ставшую ему такой дорогой. И которую он чуть не умудрился потерять.

Отклонившись, Оля всмотрелась ему в лицо:

— Господи! Да что с тобою? Ты ужасно выглядишь… — она дотронулась прохладной ладошкой до его лба.

— Уже все в порядке. Я расскажу тебе. Все. На будущее. Чтоб нас никто никогда не смог разлучить. Чтоб ты знала и верила. А я буду верить тебе. Что бы ни случилось.

— Да что ж такое?! Ты меня пугаешь, честно.

— Оль, пойдем присядем, а?

— Да, да, конечно.

Они вместе пошли по дороге. Не замечая внимательных глаз, проводивших их.

Эпилог

Жара отступала, ночи становились прохладными. В воздухе пахло дынями и болгарским перцем. Лето еще не закончилось, но понемногу сдавало свои позиции.

Младшие Ледовские собрались на даче. И самые младшие тоже. Точнее, самая младшая. Вера действительно пошла в породу Ледовских — те же золотистые волосы и серые глаза. Если Костя сперва и сокрушался, что дочери не достались материнские глаза, то уже через пару недель считал, что красивее Веруськиных глаз в мире нет. Он совершенно не терялся, беря девочку на руки. В отличие от Оли, которая, порою, боялась прикоснуться к маленькой. Вера казалась ей такой хрупкой. Ее удивлял столь маленький человечек. Конечно, когда родственники настаивали, она соглашалась взять ее на руки, но только ненадолго, и старалась сразу же отдать ее кому-нибудь.

Сейчас Вера спала в своей коляске в беседке, Саша, устав, тоже прикорнула, а Костя с Игорем отправились на рыбалку. Странно, но Костя все терпимее относился к ее парню, и, даже сам предложил пригласить его на дачу в этот раз.

Оля читала книжку, но, незаметно для себя, отвлеклась от чтения и засмотрелась на спящего ребенка. Пальчики махонькие, словно креветки, темные реснички — все это так необычно… Вера беспокойно заворочалась. Хмыкнула. Оля покачала коляску, но надолго этого не хватило — Вера еще раз хмыкнула и требовательно вякнула. Оля попыталась уговорить девочку помолчать — куда там! Вера призывала все громче.

Саша только заснула, и Оля решилась. Она подсунула левую руку под голову ребенка, и осторожно вынула девочку из коляски. Почувствовав присутствие теплой тети, та примолкла. Ободренная Оля прижала Веру к себе, и пошла с нею в сад. Они гуляли, Оля тихо рассказывала ей о деревьях, которые посадил ее дедушка, о том, как весело по ним лазать, и какие вкусные здесь яблоки. Удивительно, но девочка вела себя тихо, словно понимала. Оля, вдохновленная внимательным слушателем, уже перешла к пересказу своих детских проделок, хихикая и шепча, не замечая высокого парня, стоящего в нескольких метрах, и наблюдающего за ними с улыбкой на насмешливых губах…

Content

Галина Хребтович
Тебе не скрыться

Пролог

Глава 1 Одна

Глава 2 Трудно быть другом

Глава 3 Ты — мне, я — тебе

Глава 4 Все не так

Глава 5 Непредвиденный поворот

Глава 6 Попробуй…

Глава 7 Поездка

Глава 8

Глава 9 Меньше знаешь…

Глава 10 Возвращение, которого не было

Глава 11 Испытание

Глава 12 Расставание — маленькая смерть

Глава 13

Эпилог