Алина Шустрова

Ваше счастье, что не я ваше счастье

Я сидела на стуле возле кухонного стола, закинув ногу на ногу, болтала тапком, висящем на кончиках пальцев, и сосредоточенно его разглядывала, под монотонные звуки маминого голоса.

— Альбина, тебе двадцать пять лет, тебя бабульки в роддоме назовут старородящей, а ты даже замуж не собираешься!

— О, боже мой! Я вынырнула из нирваны, отлепилась от тапка и закатила глаза.

— Мам, во всём цивилизованном мире, женщины сначала карьеру делают, а потом, лет в тридцать-тридцать пять выходят замуж и детей рожают. А тебя послушать так их из роддома должны пинком под зад выгонять, прямиком на кладбище.

— Ты хочешь сказать, что мне внук только лет через десять светит?

— Если ты настаиваешь, я могу выйти замуж! За Антона! Мама побледнела.

— Разве я настаиваю, — испугалась она, — так ворчу по стариковски…

— А ты не ворчи, а покажи, так сказать, на личном примере, как замуж выходят, сама бы при деле была и от дочери отстала, — подмигнула мне бабуля и поставила на стол миску с горячими пирожками. На радостях, что мама свернула свою любимую тему, я принялась за пирожки. В последнее время в гости к маме с бабушкой я ездила каждый день, привозила продукты, чтобы мать не носила сумки после операции. И вкусненько поесть я не против, а у меня самой руки не тем местом для готовки приставлены. Я слопала четыре волшебных пирожка, шевеля ушами от восторга.

— Ну, раз у вас больше ничего не осталось… Поцеловав маму и бабушку, я отправилась на работу…

По дороге меня обуревали совсем невесёлые мысли о моем невезучем существовании. А что я хотела, обычная провинциальная девушка. Вру, наверное, не совсем обычная, очень языкатая… В смысле? В смысле: язык мой — враг мой, о чём с детства твердит мне моя мама. Начнём с проблем в школе, нет, не с одноклассниками — одноклассники во мне души не чаяли (не все конечно и не сразу, но обо всём по порядку), не поверите с учителями! Действительно, как можно не любить милую девочку, со светлой головой и острым язычком? Сам по себе острый язычок не проблема, а даже достоинство, но в моём случае язык опережал мысль, то есть сначала брякну, а потом, с тоской, думаю: ну и за чем? А почему бы не по молчать…

Да ещё шуточки дурацкие! Сколько я уроков сорвала, не счесть, такой послужной список, не у всякого хулигана есть. Вот учителя и злобствовали. Не все конечно, очень меня любили физрук и учительница литературы. Вера Николаевна очень любила обсуждать со мной прочитанные произведения. Моё изложение мысли приводило восторг и её и одноклассников и втягивало в работу над произведением. Уроки проходили весело в живой дискуссии, ни кто не зажимался, ведь не надо поднимать руку. В результате литературу любили все, и в нашем классе не было двоечника, который не прочитал заданную книгу к уроку. Но потом грянул гром, любимая всеми Вера Николаевна вышла замуж за военного и уехала в другой город. И пришёл новый педагог. Которая с удивлением обнаружила, что мы от любви сильно у первой литераторши распоясались, а уж я особенно, что было для нас, с новой литераторшей большим сюрпризом. Физрук, а я была капитаном женской волейбольной команды, периодически вытаскивал меня из неприятных ситуаций, в которые я не уставала попадать. Так что тяжко мне пришлось уже в юности, что и отточило мой поистине волевой характер. Но мозгов не добавило, к сожалению…

Так я дожила до 25 лет. Закончила в Москве институт, и как многие иногородние девушки, без стабильного потока денег из родного дома, крутилась как могла, училась, подрабатывала в аспирантуре, за 3 рубля, а родной институт мне комнату выделил! Поди плохо! Начала помогать на кафедре, заменяла заболевших преподавателей, могла провести пару, принять зачёт и тут выяснилось, что я, мелкая пигалица, могу усмирить любую аудиторию! Всё просто как дважды два: выделяешь зачинщиков (ну которые самые умные и крутые) их и выделять не надо, они обычно, как меня увидят, так сразу и выделяются. Дальше, втягиваешь их милую беседу, а потом, растираешь их, втаптываешь в грязь, и если надо, даже унижаешь! А что делать, работа такая. Но всё словесно. Умники понимают, что если не заткнуться, то из объекта острот, можно быстро стать предметом насмешек сокурсников (ещё бы, пигалица «сопливая» отбрила). По быстренькому, сообразив, что встретил достойного соперника остряк, сворачивает на нейтральную тему, шутки становятся более уважительными, менее колкими, мы как бы расшаркиваемся ножками и переходим к занятием. Потом иногда, кто нибудь и поумничает, но это только добавляет пикантности занятиям, и что не маловажно, повышает посещаемость! Наш декан, поняв, какое сокровище попало к нему руки, вцепился в меня как клещ, опутал паутиной и вуаля! У меня комната от института, аспирантура, и плотный график. Согласитесь, что для лимитчицы, не плохой результат по московским меркам. Если учесть, что вырастила меня мама одна, без отца, которого я и в глаза не видела … так и выросла, як былиночка, как подумаю, так слёзы и наворачиваются…

Кстати о мамуле, и тут мамуля взяла и заболела, нет, не тут, забыла про любимого, чтоб ему… с его мамулей и моей подругой Юлей!!!

Но обо всём по порядку. В любимого, в любилась я ещё в институте. Увидела и влюбилась, дальше дело техники:

1. Привлечь первоначальный интерес.

2. Поразить красотой и умом.

3. Поразить красотой и умом его друзей.

4. А дальше, следует поразить мать любимого, но она зараза, отказалась поражаться!

И так мне об этом и заявила, а сыночке капала на мозги:

— Ей нужна московская прописка (обратите внимание, всем нужна российская, а лично мне, Московская!)

— С такой женой, одна головная боль, будешь жить как на вулкане! (Что есть, то есть, против правды не попрёшь!)

— Все друзья на неё облизываются, не углядишь, останешься без жены, без друга и квартиры! (Совсем москвичей испортил квартирный вопрос, ни чего святого! Носятся со своими квартирами, как с писанной торбой).

Но в результате, не углядела я!

Я на счёт, свекровушки не отчаивалась, доказывала ей, какая я замечательная: вот и жилплощадь меня ваша не интересует, и работа у меня уже есть, а ваш отпрыск всё ещё слоняется без дела, ну и прочее…

То есть двигалась в нужном направлении, пока не застукала любимого, с любимой подругой! На вопрос почему? Услышала невнятное блеяние:

— как со мной тяжело…

— всё время надо соответствовать…

— совсем нельзя расслабиться и прочий бред… что фейерверки хороши раз в год, а жить на фабрике фейерверков, совсем не праздник, а тяжкий труд а если рванёт? и осколками придавит?

И вот тут приболела мамуля! очень к стати, мне нужно было срочно сменить обстановку, состояние счастья уплывшего прямо из рук, от рикошетило, тяжёлым ударом по голове… Срочно требовалось забиться в нору и зализывать раны!!!

А куда бежит взрослая, самостоятельная, волевая женщина, когда ей прищемили хвост (при условии участия в ущемлении хвоста лучшей подругой и любимого?), правильно к мамуле!!!

И я прибежала в слезах к декану (слёзы были настоящие, и совсем не важно по какому случаю), и утопив его в слезах и соплях и губной помаде, поведала о тяжкой участи моего скорейшего переезда в родной Урюпинск, приглядывать за тяжело больной матерью. С клятвенными заверениями, с моей стороны вернуться, как только, так сразу, и с его стороны — попридержать комнату, сколько сможет… Мы и расстались на высокой ноте любви и дружбы и взаимопомощи (виртуальной естественно, кому нужны жертвы). Закинув пожитки, в кредитный ниссан микро, я отбыла, на историческую родину!

Мама была не так плоха, как я поведала декану, но и мы не молодеем, перебралась в дом бабушки, оставив меня одну в двухкомнатных хоромах. Шик…

Скажете что у меня офигенная маман? Как бы нет так, просто со мной ни так просто жить каждый день (про теорию жизни на заводе фейерверков от любимого, я уже повествовала)! Мама, прожившая без малого 18 лет, на оном заводе, решила прибиться в более тихой гавани к своей маме. Это очевидно, с её сердцем, лучше держаться от меня по дальше!

Я устроилась в местный Урюпинский институт, где мне были бесконечно рады. Ещё бы, с рекомендациями рыдающего московского декана, о потери бесценного сокровища, то есть меня! И даже слил мою кличку: «укротительница тигров», хотя, что тут лукавить. Детки пошли… ну уж зайчиками их звать, язык не поворачивается, да и «укротительница зайцев» — как то не звучит.

Все мои школьные подруги оказались замужем и с маленькими детьми. Дабы бы залечить душевную боль, занялась истязанием тела в спортзале! Завела интрижку с инструктором по фитнесу, утром пробежка, после занятий спортзал, ну а вечером — если совсем тоскливо, звонок Антонелло! Он парень опытный, с хорошей техникой — знает как доставить девушке радость — жалко поговорить с ним нельзя, с неандертальцем и то веселее! Попробую описать данный экземпляр павлино подобного самца — красивый, высокий парень с накачанным телом. Одет как денди «итальянского разлива» шарфики, белые пиджаки на голое (очень рельефное) тело, мне завидует вся округа… Они же не знают, что он каждые 3 часа, по будильнику в мобильном телефоне, он пьёт протеиновый коктель (а вы как хотели, красота требует жертв). Эпилирует воском грудь, смотрится конечно отпад (под пиджаком), но волосы отрастают и ужасно колются! Он улыбается обалденой голливудской улыбкой, когда позирует для фотографий, или складывает губы и как бы выпячивает их, что бы они выглядели полнее. Видимо следующий шаг — силиконовые наполнитель. Про маски, пиллинг и массаж лица — я вообще промолчу. Короче приехала я в российскую глубинку, а попала на передовую голливудского сюрреализма. Ну да бог с ним, всё равно я не могу выносить Антона больше 2 часов подряд, а в последнее время даже это становится подвигом.

Так и живу, еду на работу, мысли меня обуревают не весёлые, о житие моём бытие, о мамуле, выносящей мозг по поводу моего затянувшегося в девках состояния не стояния…

И тут меня подрезает какой-то козёл! Дернув машину в бок, чуть не выбив головой лобовое стекло. я собрала волю в кулак…

И очень ласково у него поинтересовалась, в какой уголок его большой шишковидной картофельнообразной головы, закатилась ореховая скорлупка с мозгами, когда он круто повернул на последнем крутом повороте? Пока парень переваривал, я сверлила его взглядом, от которого он должен был умереть на месте. В это время слева от меня остановился огромной чёрный джип (из окна моего нисана вообще всё огромное). В джипе открылось окно, в котором появилась холёная морда и поинтересовалась у моего обидчика (через меня, попрошу заметить, я молчу про то, что это не вежливо, а уж как это бесит!!!):

— Вадим, что случилось?

— Да вот пигалица, на пигалице — глазки строит. Скаламбурил Вадим.

На что водитель джипа сообщил сидящему слева, обладателю холёной морды:

— Сергей Владимирович, Эти девки, периферийные, совсем охренели, бросаются под колёса мерседеса, в надежде на выгодное замужество!!! И не боятся себе шею сломать, совсем до крайности дошли от тяжёлой жизни и отсутствия крепкой мужской руки.

Всё! Абзац! Я и так страдаю, а тут ещё вселенская не справедливость! Я потеряла дар речи, но это я знаю что потеряла, а они (в смысле обидчики) то нет, мой мозг замер, а язык работает без сбоев!!!

— О чём я не медленно и сообщила Сергею Владимировичу:

— Что каждая пигалица в самой глубокой глубинке давно знает, что бросаться под колёса больших джипов, в поисках семейного счастья, совершенно бесполезно. Так как ещё дедушка Фрейд заметил (это я приврала, он про джипы вряд ли слышал), что отсутствие интеллекта, их водители удачно маскируют толстым кошельком. А половое бессилие — габаритами авто, устанавливают глушители побольше, с грустью заглядывая в свои штаны. Но ведь главное в человека душа! А если её нет? Да ещё и импотент, то как можно осчастливить, бедную провинциальную девушку, да к тому же в браке?

Пока Сергей Владимирович переваривал поступившую информацию, зубы его скрипнули, глаза как то недобро потемнели, и я поняла — пора прощаться…

Отметив про себя давно горевший зелёный, со словами:

— адьёс, козлы, я отбыла с гордо поднятой головой…

Минуты через две, заметив в зеркало заднего вида, что ребята прощаться не собираются, я струхнула. Господа не знакомые, оторвут глупую буйную головушку, и даже не поморщатся…. Что делать? Время лучший лекарь — всплыл мамин афоризм, значит сматываемся, а там все по остынут дела там всякие важные мужские: жёны, тёлки, стрелки. И живёт Альбиночка дальше, починяет примус… Осталось оторваться. Пока мы тыркаемся по забитым улочкам, им меня не поймать, а на трассе мне хана, что я там им покажу? Как лягушонка в коробчонке по колдобинкам скачет?

Значит, едем пока можно, а дальше? А дальше бежим. Не зря же я истязаю себя бегом столько месяцев, выносите ножки, и плевать по какой дорожке…

А лучше не по дорожке а по лесенке в верх, там им меня не догнать, сидят в креслах целыми днями, да ещё и курят небось! Мысль хорошая, где взять лестницу повыше? Ну как же наш местный небоскрёб, 12 бестолковых этажей, с не работающим лифтом в самом центре! Господи помоги.

Данное строение это целая история, будоражившая местное население уже несколько месяцев. Наша мэрия решила, что им просто необходим в центре города крутой офисный центр. Тоже правильно, если собрать всех бездельников в одном здании, то сразу решится вопрос с автомобильными пробками. Начали строительство, согласовали проект, красивое стеклянное 12 этажное строение, с подземным паркингом и тремя лифтами в зеркальных цилиндрах по центру. С одной стороны здания, через арку, лестница, не рассчитанная на то, что толстые дядечки не дождавшись лифта, будут бегать по ней в зад вперёд и поэтому шириной всего метра два. Поскольку крутизна местных властей требовала внушительного декора, то и потолки забабахали высокие, ну а значит лесенка вышла соответственно «крутой». И так, закончилось грандиозное строительство, лифты заказали в Европе, а установку прибыло осуществлять официальное представительство производителя где? Правильно, в Москве.

Оборудование привезли, лифты поставили, красоту такую запустили, здание сдали в эксплуатацию, очень быстро, для себя ведь стараются и тут — все лифты встали. Вызвали представительство Московское (лифт естественно на гарантии), те приехали, и постановили — в результате скачка напряжения, сгорел блок. Заказали новые, привезли, поставили, через 3 дня та же петрушка. Мэрия рычит, представительство отбрёхивается, мол на такие условия импортное оборудование не рассчитано, напряжение должно быть постоянным, без резких скачков и экстренных отключений. Надо дорабатывать программное обеспечение и адаптировать конструкцию и взяли перерыв. Вот наша красота уже три месяца и стоит без движения. На днях у меня начал кран подтекать и я сразу побежала к своему соседу Лёшке, другу детства и местному умельцу. Лёшка ловко заменил мне прокладку в кране, а заодно поведал, как местное руководство, мечтая кататься на зеркальных лифтах, в нетерпении созвало местных мастеров, а вдруг сможет русская смекалка с импортной техникой тягаться. Лёха с мужиками почти сутки проторчал в шахте лифта, и в результате один лифт поехал. Но как то странно: он не вызывался ни одной кнопкой, ни на одном этаже, в него можно сесть и поехать, но сесть в него можно только на 12 этаже. Как только закрывается дверь пустого лифта, он вновь едет наверх и продолжает стоять на 12 этаже.

Резкий поворот с заездом на парковку, сумку бросаем в машине, берём ключи, машина поперёк парковки, рядом с лестницей. Бегу быстро, пока не успели опомниться. Сзади слышу: караулим машину, с матрёшкой я сам разберусь. Ага, Сергей Владимирович! Лично! Зацепило! Видать джипчик то сам выбирал…

Ну да ладно, бегу быстро, надеюсь что он курит, у него отдышка и лишних 10 кг веса. Господи, ну зачем ты надоумил меня одеться в короткую шелковую юбку и каблуки, ну ничего, лестница вам не марафонский забег, каблук тут почти не мешает. Ну а вид с низу на мои очаровательные ножки (в прекрасной спортивной форме, попрошу заметить, и попа, в миленьких стрингах), должен же он когда то начать спотыкаться? Бегу молча, боюсь сбить дыхание, не знаю сил противника. Ага, навернулся! Интересно сам или трусики понравились?

Так, глаз поплыл, оценил небось красоту мою небесную, ещё бы ноги от ушей, спортивная фигура, грудь тоже носим, а улыбка? Топит льды в Атлантике! Выносите ножки родные! Ну что ж добавим перчика, в наши и без того, острые отношения.

Что же вы спотыкаетесь, Сергей Владимирович, всего то 5 этаж? Я конечно понимаю, возраст, алкоголь, никотин, излишества там всякие не хорошие, импотенция опять же будь она неладная, ну право слово не стоит так расстраиваться и бегать за молоденькими провинциалками, выросшими на свежем воздухе и парном молоке, по лестницам, сейчас лекарств полно разных, виагра там! Что не помогает? Но вы не отчаивайтесь…

Сергей Владимирович видно совсем прибалдел от такой наглости и вкрадчиво так поинтересовался:

— Матрёшка, у тебя отец случайно не камикадзе?

— Вы знаете, вполне может быть. Видите ли папеньку то я не видывала, только я родилась, он меня поцеловал и наказал матери, береги дочь мою ненаглядную, и ушёл, а сам погииииб (дурила и кривлялась я на всё катушку, а что перед смертью то не повыкаблучиваться, терять то уже нечего), голосила я придурковатым голосом, вспомнив Маньку Облигацию…

— Как погиб? Где? не понял Сергей Владимирович.

— На Колчаковских фронтах, брякнула я и подумала, вот дура, почти ведь пожалел, глядишь не прибил, а только покалечил бы и то легко. А теперь каюк.

— Резвишься значит? Поинтересовался снизу Сергей Владимирович.

— Ага, кивнула я, усиленно разглядывая лифт, открытую дверь которого, я ищу уже 8 этажей, лесенка то не бесконечная, а прыгать с крыши в мои планы не входило. Не смотря на возможность дурных генов от папы камикадзе.

— А на вашем месте я бы так резвится то завязывала, вы только представьте каким ударом будет ваш некролог для вашей супруги: сердечный приступ в погоне за молодой спортсменкой, комсомолкой и просто красавицей! Кошмар, я бы не пережила, сразу бы руки на себя наложила.

— Я не женат.

— Ну да, ну да, я всё время про импотенцию забываю, вы так резво бегаете Сергей Владимирович. Тогда можно наоборот, красиво так всё подать, все друзья от зависти полопаются.

— Что подать?

— Как что, вы когда тут на лесенке от сердечного приступа то окочуритесь, то я рядышком прилягу, и буду всем рассказывать, что вы не от бега за мной, того, а на мне то есть в забеге… Прикидываете как почётно для такого старичка, а? А некролог какой забубенят… Закачаешься и про импотенцию все забуду т, представляете как круто. А я так и быть по дружбе, вы же меня не прибьёте, не успеете значит, на похороны приду, убиваться буду…

— Ага, конечно придёшь, в чёрненьком бикини!

— Тут я даже оторопела, а дядечка то, не безнадёжен!

— Ну Сергей Владимирович, вы меня сейчас поразили в самое сердце…, желание клиента закон, приду в чёрненьком бикини, шляпка у меня тоже есть черненькая такая, мини…

— Слушай, я понял, ты ненормальная? сквозь смех прохрипел СВ (очень надеюсь что это был смех — сипы, хрипы и прочий скрежет, увеличивает возможность моего печального исхода).

— Ага, сумашедшая, а папа камикадзе, (пора завязывать, 12 этаж, открытый лифт, последний рывок, пока он ржал, я ушла, влетела в лифт и нажала кнопку первого этажа, осталось совсем немножко).

Выскочив из лифта, бросилась на руки, водителю Сергей Владимировича, с воплями:

— скорее Сергею Владимировичу плохо, сердце, 12 этаж и задышала, как после марафонского забега, закатывая глаза.

Тот не дурак, прыгнул в лифт, и осталась я и мое сокровище! Ореховая скорлупка, наедине, здравствуй солнышко!

— Ты что стоишь болван, в скорую звони, ошалевший парень, судорожно начал жать кнопки в телефоне, я не унималась,

— ты что набираешь клоун, надо 911. И тут я даже замолчала от восторга, на бетонном полу, рядом с моей машиной, лежала горсть рассыпанных гвоздиков, нет, сегодня точно мой день!

— Здесь ловит плохо, это же цокольный этаж, пойди, поищи, где сигнал лучше. Сама тем временем лихо пристраивала пару гвоздиков у колеса мерседеса (ни когда не знаешь, куда сначала поедет машина, вперёд или назад, но мы не можем полагаться на случай). Вадиму ответили, он судорожно гудел в трубку. Скажешь упал приступ эпилепсии, пена изо рта, ул. Красная дом 18, 12 этаж, не унималась я, водичка есть попить, ну ладно, у меня была где-то. С этими словами я села в свой авто и отчалила… Вот теперь точно, адьёс, козлы…

Игорь, судорожно соображая, почему работает лифт, доехал до 12 этажа, где у двери тосковал живой и невредимый Сергей Владимирович.

— Где матрёшка?

— Внизу с Вадимом. Она сказала у вас с сердцем плохо!

— А про некролог она ничего не рассказывала? Ты бегом вниз по лестнице, я на лифте, а то может она решила тут кругами бегать!

Внизу Вадим радостно сообщил Патрушеву Сергею Владимировичу, что скорая уже выехала, выискивая в лице шефа признаки болезни.

— Понятно! Гдё матрёшка, а «скорлупка»? В это время появился запыхавшийся Игорь. Поискал глазами машину.

— Восхищённо присвистнул, Во даёт девка, слиняла …

— Ага, ну что господа хорошие, кто-нибудь номер запомнил?

— Обижаешь шеф, вы пока на лесенке резвились, я всё запротоколировал, Игорь протянул Сергей Владимирович листок.

— Хорошо, будешь жить, мрачно пошутил СВ.

— Погнали

Игорь тронулся первый, Вадим за ним, но из ворот с парковки, Прадо выехал один.

— Что там ещё случилось с нашим «скорлупкой»?

Игорь заржал, полез за мобильным, набрал Вадиму, через минуту радостно отрапортовал:

— Похоже, наша звёздочка, ему гвоздик в колесо воткнула…

Дальше они долго смеялись, вытирая мужские скупые слёзы.

— Боже мой, расскажи кому, всё хана, мне в этом городе ни кто не доверит построить даже сортир на фазенде. Стонал Патрушев. Полный капец. Отогнали машину на ТО, теперь ещё шиномонтаж нужен. Скажи Вадиму пусть меняет колесо, едет на сервис, и добирается сам, и так кучу времени потеряли. Всё.

Игорь, плавно тронулся в сторону офиса.

— Сергей Владимирович, а что с номером то делать будете?

— Я? Ничего, а вот ты уже к вечеру мне доложишь: кто, где живёт, с кем спит, что ест и где паркует свою метлу эта ведьма. Всё узнать, по тихому, на контакт не выходить и смотри не вспугни.

— Будет сделано. Ответил бывший начальник безопасности Владимира Николаевича Патрушева, а ныне, после оглашения завещания покойного, действующий начальник безопасности его старшего сына — Сергея Владимировича Патрушева.

Я же тем временем летела в институт, чертыхаясь на ходу, вся взмокшая, но живая и здоровая, что не может не радовать, благодарила господа бога, что в очередной раз спас мою задницу. Ведь всем известно, что господь бережёт убогих и юродивых вроде меня.

* * *

Я влетела в аудиторию, с опозданием на 10 минут, так что у нас, ага зачёт.

— Прошу меня простить, задержалась по независящим от меня обстоятельствам.

— А что случилось? Поинтересовался мой неуёмный грузинский поклонник Мишико Габридзе.

— Ну, скажем так, меня пытался переехать асфальт укладочный каток.

— Пытался? То есть вы его сами переехали?

— Ну что вроде того. Пишу задачи на доске, за своё опоздание даю на одну меньше…

— А можно минус две?

— Можно минус две, но тогда плюс три…

— Остановимся на первом варианте!

— Ваше желание мои глубокоуважаемые студенты, для меня закон.

Пока они пыхтели, я собрала мысли в кучу, а голову и лицо в порядок.

Сегодня надо заскочить к матери отвезти продукты, а фитнес у меня сегодня уже был, до сих пор руки трясутся. Надо будет прихватить бутылочку белого вина и вечерком за холодненьким бокальчиком почитать книжечку. На сегодня приключений достаточно. Лучше дома переждать.

День шёл своим чередом, лекции, ноющие студенты с хвостами и без. Во время одной из лекций открылась дверь, впихнули старшекурсника, он смотрел на меня молча, с обожанием, в глазах…

— Милый мой, что вы на меня так уставились? Я не витрина магазина и не кинозвезда! Парень судорожно дернулся и выскочил, за дверью раздался гогот и топот ног, всё резвятся мальчики, не фига об армии не думают.

Потрепалась с деканом, у нас ним застарелый диалог на одну и ту же тему:

— Альбина Александровна, вы прекрасны как всегда, как вам удаётся сохранять фигуру в столь великолепной форме?

— С такой зарплатой, Михаил Максимович, это совсем не сложно, пучок редиски в день и ни какого лишнего веса…

Что в подобном роде, в разных интерпретациях, иногда мне кажется что он вечерами сидит и дома придумывает, какой-нибудь заковыристый комплимент, что бы застать меня врасплох, но пока у него ничего не выходит.

Заехала в супермаркет, встретила знакомого, потрепалась, купила фруктов и вина для себя и продукты для бабули с мамой. И погнала на Сталеваров дом 8.

* * *

Игорь постучал в дверь, уже часа в 4.

— Можно, Сергей Владимирович?

— Да заходи, кивнул головой Патрушев, заканчивая телефонный разговор.

— Я по красавице нашей.

— Молодец, быстро ты,

— Да всё не так сложно оказалось, номера пробили. Альбина Александровна Тейрази, родилась 10 января 1980 года, окончила 11 классов, и тут сюрприз, она одноклассница вашего сводного брата!

— Да ладно, Петьки? Да уж тесен мир.

— После школы уехала поступать в московский институт, закончила его, пошла в аспирантуру, начала преподавать, в феврале этого года, её мать Вера Андреевна Тейрази попала в больницу с сердцем, перенесла операцию, Альбина вернулась в родной город, преподаёт в нашем экономика-статистическом институте, мать вроде поправилась, по крайней мере, два месяца как вышла на работу. Но проживает не с дочерью по адресу ул. Советская д.7 кв 19, а с матерью по адресу: Сталеваров дом 8. Там ей ближе на работу, ну и в доме наверное по удобнее, опять же её матери уже под 70.

— И правильно делает, когда сердце больное, жить со змеищей, чистое самоубийство!

Игорь замялся, Сергей Владимирович, я тут Вадика поприжал маленько, ну правда, не совсем же она больная на людей кидаться, иначе бы не дожила с такой прекрасной улыбкой до 25 лет, зубы бы уже давно пересчитали… Резанул он её хорошенько, она по моему даже лбом в стекло влетела. Бог с ней, Сергей Владимирович, пусть живёт!

— А ты что решил, что я её убивать буду? Сергей Владимирович мрачно улыбнулся. Я пока по лесенке бежал, много чего выслушал про то какой я старенький импотент, вот, вот отброшу копытца на лесенке, но она, козочка благородная, готова, прилечь рядом с моим прохладным трупом, и всем сообщить что помер я на ней, и тем самым прослыву я половым гигантом, об импотенции моей забудут, друзья от зависти лопнут, а над некрологом она обещала на досуге покумекать, что бы мне не было мучительно больно, за бесцельно прожитые годы! И при этом, с расстояния лестничного пролёта, которое моя милая козочка не позволила сократить! И это на каблуках! Я любовался потрясающим зрелищем в виде стройных ножек и очаровательной попы. Который будут меня преследовать в моих беспокойных снах, пока не излечусь я на ней от импотенции! Игорь крякнул.

— Вы, Сергей Владимирович, поаккуратней с такой козой, и правда окочуриться не долго, она действительно в хорошей спортивной форме, каждое утро бег, часа в 4 в фитнес клуб и бассейн. В приятелях у нас числится Антон Гревцов 29 лет от роду.

— Кто такой?

— Тренер в фитнесс клуба, красавец, качок, местный плейбой.

— Что значит плейбой? Бабник? Он ей что изменяет?

— Там вообще всё очень странно, она с ним спит и иногда выходит в свет, глумится над ним честенько, но на столько туп, что даже не догоняет. С её лёгкой руки к нему прицепилась кличка Антонелло, у него страсть к экстравагантным одеяниям, наш парнишка однажды съездил в Италию, и прибалдел как там мужики одеваются, и рядится теперь как павлин. А девкам нравится. Обслуживает местных дамочек молодых и в возрасте.

— Она что ему платит? Обалдел СВ.

— Не думаю, просто она у нас местная знаменитость, ещё бы такая красота и никому не досталась, да и на язычок бойкая. Знаете как её в институте окрестили?

— ?

— Укротительница тигров.

— По-моему, самка богомола уместнее.

Игорь рассмеялся,

— нет, не подходит, самка богомола откусывает голову партнёру после секса, а она до!

— Чего зубы скалишь? У тебя всё?

— Почти всё, Гревцов на ночь ни когда не остаётся, час на случку и пошел, ей наверное поговорить хочется, а не с кем…

— Это твои личные умозаключения или ты свечку держал? Игорь хмыкнул,

— Личные умозаключения. Судя по всему штучка горячая, может ну её, доведёт до цугундера, а вас ведь Сергей Владимирович, даже наследника нет, а братец ваш Петька всё на баб спустит.

— Ты чего сдурел совсем, причитаешь тут как бабка старая, мне всего 35, я сам таких штучек 10 в гроб уложу. Где она сейчас?

— В институте, потом скорее всего мать с бабкой навестит и домой.

— Понятно, вечером поедем к ней на квартиру, откроешь дверной замок и поедешь её пасти, доведёшь до дома, от звонишься и свободен. Вопросы есть? Игорь потряс головой и закатил глаза.

— Пойду готовиться. Я же не профессиональный взломщик, так любитель.

— Вот и давай готовься любитель часам к 8.

* * *

Часов в 9 я подъехала к дому, поздоровалась с бабой Нюрой, возглавляющей дворовые посиделки, и пошагала на 5 этаж своей хрущевки, надо ли добавлять, что лифта в ней нет?

Открыла дверь, поставила сумку включила свет, шагнула в комнату, и тут сердце моё упало куда-то в область желудка и трусливо там затрепетало.

— Здравствуй, матрёшка! В моем кресле сидел Сергей Владимирович, собственной персоной.

— И вам не хворать. Какими судьбами к нам такого красивого дядечку занесло?

— Да вот извиниться заехал!

— С этого момента поподробнее пожалуйста! Сергей Владимирович ухмыльнулся, сердце вроде бы встрепенулось радостно, но ждало подвоха. Моё везенье и так запредельно…

— Обидчик твой колесо пока чинил, про совесть вспомнил, и поведал нам, как безбожно он тебя подрезал и оболгал. Я приказал его расстрелять, завтра на рассвете приговор приведут в исполнение, если ты конечно, не помилуешь беднягу.

Я одарила его сногсшибательной улыбкой

— Милую, пусть живёт сердешный, и помнит мою доброту. Ну а вас значит, вместо табуретки по голове можно чаем угостить.

— Это можно! Ну раз с Вадимом мы закончили, то может перейдём прямо к нам и моему некрологу.

Сердце моё ёкнуло

— Ну, если это необходимо.

— Ещё как, ты ведь помнится мне, грозилась вылечить меня от импотенции? Вот я и пришёл…

Ну и на фига, спрашивается, я благодарила боженьку, что он надоумил меня одеть юбочку в это солнечное утро?

— Так я ведь на Виагру намекала.

— Поверь, ты теперь для меня и есть лучшая Виагра.

— Тогда может коньячку? пискнула я с надеждой.

— Я смотрю, ты быстро схватываешь?

— Ага, налету прям! Ну, я пошла, за стаканчиками… Я лихорадочно соображала, где у меня снотворное, на сыплю в стакашечку, раздену, рядышком прилягу, утром расскажу какой он был герой…

— Вуаля, я выскочила с двумя бакалами коньяка, — может сразу бутылку принести?

— Давай, чего потом отвлекаться. Я пыталась сдерживать улыбку, но сияние из глаз разве спрячешь. Я принесла бутылку.

— И льда если можно, попросил Сергей Владимирович. Извращенец какой-то испугалась я, Реми Мартин льдом переводит. Но промолчала, дабы не нарываться и пошлепала на кухню. И пропустила, как Сергей Владимирович выплеснул коньячок под мою любимую пальму, и налил себе новую порцию. Я принесла лёд, продолжая сиять как «лампочка Ильича». Сергей Владимирович удобно разместился в моём любимом кресле и улыбаясь произнёс:

— Я даже представить себе не мог, что моё предложение доставит тебе столько радости, ты прямо светишься вся. Да уж что есть, то есть, в покер мне нельзя играть, всё на лице написано.

— Я только за, если надо осчастливить ближнего, и если я смогу помочь в вашей плачевной ситуации, мне наверняка на том свете зачтётся, тем более, что как мне кажется, осталось мне совсем недолго. Опять же коньячку я предложила тоже из любви к ближнему: всем же известно как у старичков секс протекает, пока не выпьют не могут начать, а когда выпьют не могут закончить.

— Это ты, Альбиночка, старичков с алкоголиками перепутала.

— Да? Ну ладно, вам виднее, я ни в тех, ни в других не разбираюсь.

— Я в них тоже не силён, мне больше девушки нравятся, желательно в хорошей спортивной форме.

— Прошу меня извинить, и я опять удалилась на кухню, принесла коробку шоколадный конфет и лимон. Ну и ладно, перед смертью хоть шоколада облопаюсь, подумала я, присаживаясь в соседнее кресло, поближе к коробке с конфетами. Сейчас всю съем, сначала пятнами покроюсь, мечтала я, потом мне плохо станет, и скроюсь я от него на машине скорой помощи.

— А как вы меня нашли так быстро?

— В нашем городишке это в принципе не проблема, а если знаешь номер машины, так и вообще ерунда.

— А двери вскрывать? Тоже ерунда?

— А вот двери это не мой профиль, я знаешь ли, стройкой всё больше занимаюсь. Двери это мой начальник охраны расстарался, так что если решишь грабить банк, на меня не рассчитывай. Но за 50 % от выручки могу Игоря ангажировать.

— Дороговато, я, пожалуй, пока воздержусь, но приму к сведению. А что вы строите, если не секрет конечно?

— Ты не поверишь, здание, где мы с тобой резвились сегодня утром, я как раз и построил! Представляешь, а может это судьба, а Альбин! Я даже коньяком поперхнулась, Сергей Владимирович заботливо похлопал меня по спине, и сел на место когда я откашлялась. Я жевала конфету и разглядывала предположительно «судьбу» в соседнем кресле. Нет, не может быть, мне всю жизнь брюнеты нравились, а этот вообще, какой-то серо-буро-малиновый. То есть тёмно русый. Здоровый кабан, стрижка короткая, физиономия наглая, когда злится глаза темнеют и жутко становится, а когда улыбнётся, то ничего, даже красивый. Не то что бы я на брюнетах зациклена, скорее наоборот, меня бесят блондины с белыми бровями и ресницами, то есть если попадаются редкие экземпляры блондинов с чёрными бровями и ресницами, то я их приравниваю к брюнетам. По чему-то розовая просвечивающая кожа под белыми волосами ассоциируется у меня с белыми мышами, а крыс, хомяков и прочих грызунов я с детства не переношу. Сергей Владимирович смотрел на меня карими глазами с чёрными ресницами из под тёмных бровей.

— Ты даже не представляешь, как тебе повезло, что тебе попался такой парень как я, с чувством юмора! Сергей Владимирович радостно улыбался. А если бандюга какой ни будь? Ты бы уже наверняка выиграла поездку в травм пункт.

— Что вы, что вы Сергей Владимирович, повезло так повезло, и чувство юмора есть, и дома строите, и поездка в травм пункт отменяется, сегодня не день, а просто праздник какой-то. Радостно поддакивала я, недоумевая, он должен уже давно свалиться и храпеть! А Сергей Владимирович наоборот бодр и весел, а вот меня что-то развозить начинает, и это я ещё вставать с кресла не пыталась!

— Ты давно в нашем городе живёшь? Я тебя раньше не видел? Поинтересовался Сергей Владимирович.

— В городе живу с декабря, сейчас май, значит шестой месяц, замучила тоска по родине, вот и вернулась в родные пенаты. А не видели вы меня, потому как пути наши вряд ли могли пересекаться. Ну, сами посудите: вы всё по стройкам и кабакам, а я по институтам и музеям, ничего же общего!

— Обычная история, согласился, Сергей Владимирович, ты платья носишь и губы красишь, я бреюсь и храплю — полная противоположность. Может потанцуем, предложил он. Забрал из моей руки бокал и выдернул меня из кресла, как репку из грядки, я и распласталась у него на груди. Да, Уж Альбина Александровна, заныл мой внутренний голос, как не вовремя вы поднакидались.

— Надо музыку включить, предприняла я попытку отлепиться от Сергея Владимировича.

— Да ну её! Заявил Сергей Владимирович и принялся меня целовать. А я то, то же хороша, пьяница, взяла и увлеклась процессом. Как то странно этот нахал на меня действует? Недоумевала я. Вот что коньяк-то, животворящий делает!

Пока я сама с собой договаривалась, Сергей Владимирович оттранспортировал меня на кровать и ловко раздевал, между поцелуями. Ну и ладно, отбрыкивалась я от затихающего внутреннего голоса, вообще могли голову открутить, а так, глядишь ещё и удовольствие получу..

— Раздевайся, скомандовала я, будем дедушку лечить!

Через час начала процедур по излечению недуга, я довольно повизгивая, глядя на ухмыляющегося Сергей Владимирович, думала когда же ты отвалишь?

— Сергей Владимирович объявил перерыв процедурах, и потребовал еды.

— Еды? Недоумевала я?

— А тебе спать что совсем не хочется?

— Спать? Переспросил Сергей Владимирович, значит было что-то в коньяке! А я смотрю осадок странный, ну и вылил в цветочек. И показал на мою любимую пальму. Я закашлялась и поторопилась сменить тему.

— Тебе показалось, стаканчик может пыльный попался. А вот мужской еды у меня сроду не водилось, так редиска морковка, салатик! О чём я и сообщила пациенту.

— Понятно, хмыкнул Сергей Владимирович, оно и видно кожа да кости.

— Конечно, согласилась я, а иначе как по лестницам порхать?

Сергей Владимирович достал мобильник и набрал номер:

— Игорь, извини что беспокою в пятницу после рабочего дня, ты не мог поработать доставщиком пиццы?

— Что с вами делать! А что уже афродезиаки понадобились?

— Сергей Владимирович, рассмеялся, нет, пока требуется просто огромный кусок мяса и (Вопросительно посмотрел на меня)

— салат, пропела я медовым голосом,

— для дамы, добавил СВ. И чем быстрее, тем лучше.

Игорь появился минут через 30, не совсем вовремя, у нас как то спонтанно начались процедуры, Сергей Владимирович замотавшись в простыню почесал открывать дверь.

— Ага, раздался голос Игоря в коридоре, я смотрю укрощение строптивицы идёт полным ходом!

— Ага, сейчас подкреплюсь, и она начнёт просить пощады. Ну ни фига себе самомнение, ты у меня сейчас сам пощады запросишь и подкрепиться не успеешь.

Запахнув простынь на груди, я выплыла в коридор.

— Добрый вечер мальчики, смотрю вы тут победами хвастаетесь, дай думаю помогу, ты милый того не рано ли празднуешь, мы только до 5 этажа до бежали. Улыбнулась (на все деньги), повернулась спиной, и отпустила простыню, продемонстрировав совершенно обалдевшим Сергею Владимировичу и Игорю, свой обнажённый тыл, со словами: «я жду ковбой», я вплыла в спальню. Всё занавес!

Раздался голос ошеломлённого Игоря,

— Вы если что, то я готов!

— Что готов? Не понял Сергей Владимирович.

— Жениться, антураж мне нравиться, рекомендации соответствующие, терять мне нечего, сообщил Игорь радостным голосом.

— Чего зубы скалишь, марш отсюда!

— Есть, отрапортовал Игорь, закрылась дверь.

Я вспомнила своё призвание, и приготовилась к атаке! Лучшая защита, это нападение — не помню кто сказал, но это был явно человек не глупый.

— Значит, всего лишь 5 этаж милая? Недобрым голосом вопрошал Сергей Владимирович? А после какого этажа ты отправишь меня домой и вызовешь своего павлина?

— Оба, не чего себе подготовился?

— Какого ещё павлина? Это не честно, заявила я, судя по твоей сноровке ты вряд ли не изменял мне до нашего знакомства, выпалила я. Сергей Владимирович был в такой ярости, я даже растерялась, чего это его так разобрало? Ты чего взбеленился? Можно подумать, ты жениться на мне собрался? Потешил самолюбие и по домам. Чего лютуем? Сергей Владимирович смотрел на меня как то странно.

— А может и решил!

— Что решил?

— Жениться? Я вздохнула,

— Знаешь ли, в современном мире, ночь проведённая в одной постели — не является поводом для знакомства, а уж выходить замуж после 3-х часового знакомства — это верх легкомыслия. Милый, тебе точно пора перекусить, кровь прильёт к желудку и тебе полегчает, а то она рванула от сам знаешь от куда, к головному мозгу и видишь куда тебя занесло.

Сергей Владимирович лопал мясо и добрел на глазах, ну вот и чудненько, пора разведать обстановку.

— Дорогой, пропела я, а тебе домой не пора?

— Нет, отрезал Сергей Владимирович, до понедельника я совершенно свободен и перед свадьбой решил узнать тебя по лучше! Здравствуйте, приехали.

— Моя мама, она к стати в Загсе работает, будет так тебе рада, валяла я дурака, а что ему одному только можно развлекаться. Тут раздался звонок в дверь, я посмотрела на часы, 22.30, кого нелёгкая принесла?

— Кто это? Поинтересовался Сергей Владимирович

— Понятия не имею, честно ответила я и почесала к двери, как была в простыне.

— Ты там простынь покрепче держи, напутствовал меня Сергей Владимирович, а то я знаешь ли нервный в последнее время!

— Да знаю, мне ли не знать. Смотрю в глазок, сосед Лёшка. Я открыла дверь.

— Привет Лёш, тебе чего?

— Альбин, привет, извини ради бога, я тебя не разбудил?

— Да нет, я это, потенцию восстанавливала!

— Чего? Не понял Лёха…

— Забудь, шучу я, чего хотел, говори раз пришёл?

— Альбин, ко мне там друзья нагрянули, ты нам компанию не разбавишь?

— Не разбавит, донеслось из кухни, в дверном проёме могучая фигура в простыне. Леха оторопел.

— Здравствуйте Сергей Владимирович? Я обалдела, Сергей Владимирович силился припомнить оппонента, но судя по вопросу, не вышло.

— Мы знакомы?

— Ваша фирма, приглашала нашу организацию, мы лифты в домах устанавливаем, чиним, на лице Сергей Владимирович забрезжил лучик понимания.

— Так так… А ты случайно не в курсе, с давно ли один лифт в центральной высотке работает?

— Ну, так, это мы с мужиками вчера сутки ковырялись, фигня какая-то, стоят как заколдованные, один в результате поехал, но с кнопок не вызывается, а стоит на 12 этаже с открытыми дверями, садишься едет, только двери закроются, едет на 12 и опять стоит.

— Ага, и ты поспешил после тяжелого трудового дня доложиться Альбине Александровне, вкрадчивым голосом поинтересовался Сергей Владимирович. А глаза опять как то потемнели, не к добру, ой не к добру и мясо, поди, всё слопал антихрист.

— Да я вчера Альбине Александровне кран чинил, прокладка потекла, ну и между делом доложился. Закончил Лёшик.

— Понятно, ухмыльнулся Сергей Владимирович, как Альбине Александровне подвезло, вовремя кран то как потёк!

— Интересно, в чём мне это так подвезло? Что ты в кровати моей оказался? Кренделёк ты мой ненаглядный.

— Лёха сообразил, что запахло жаренным и решил ретироваться, пока не поздно.

— Ну, я пойду?

— Иди, милостиво разрешил Сергей Владимирович.

Мы стояли в коридоре в простынях и буравили друг друга глазами.

— Тебя не поймёшь, то стонешь как не нормальная, то не повезло ей бедной.

— Я тебя не звала, сам припёрся и под мерседес к тебе не бросалась и вообще, тебе на работу не пора? Ну там дела, дела, души, души… Пока Сергей Владимирович соображал как мне подоходчивей сообщить об отсутствии дел в пятницу ночью, за окном раздалось душераздирающее пение:

Облетела листва, у природы свое обновленье,

И туманы ночами стоят и стоят над рекой.

Твои волосы, руки и плечи — твои преступленья,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Эти желтые листья в ладони свои собираешь.

Отсверкали они и лежат на холодном лугу.

И ты сердцем моим, словно листьями теми, играешь.

И бросаешь в костер, не сжигай только нашу мечту.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Я зажмурилась, господи, этот день когда-нибудь кончится?

— Это ещё кто? устало спросил Сергей Владимирович.

— Влюблённый студент. Сообщила я.

— И много их там?

— Влюблённых вообще? Я не считала. А под балконом? Надо выйти и посчитать.

— Пойду считать, прошипел Сергей Владимирович. Я почесала за ним.

— Может, я сама разберусь? Но мне даже места не хватило на балконе, и я осталась маячить в дверях за могучей спиной Сергея Владимировича.

— Ну, здравствуй, чего разоряемся на ночь глядя?

Мишико, а это был именно он, оторопело смотрел на огромного голого дядьку на балконе любимой,

— Вы случайно не родственник Альбине Александровне?

— Случайно не родственник, слава богу.

— А то я подумал, вдруг отец нашёлся… Я прыснула.

— А ты не думай много, тебе вредно, марш домой, пока я не спустился и не одел гитару на твою буйную голову, усёк? И Злющий Сергей Владимирович вплыл вспальню.

— У тебя всегда так весело?

— По разному, пожала я плечами, ты зачем на балкон вылез? Хочешь, что бы о моём моральном облике завтра весь институт судачил?

— Это о каком моральном облике? Он у тебя вообще есть?

Я боюсь твоих губ, для меня это просто погибель.

В свете лампы ночной твои волосы сводят с ума.

И все это хочу навсегда, навсегда я покинуть.

Только как это сделать, ведь жить не могу без тебя.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя, потому что нельзя,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Голосил оклемавшийся студент. Сергей Владимирович дёрнулся в сторону балкона, но я его опередила.

— Может я сама, как ни будь разберусь? Поправив простыню на груди и расправив шлейф сзади, я по-королевски выплыла на балкон.

— Доброй ночи, Мишико, обратилась я ласково к парню. У тебя зачёт когда?

— Завтра, сообщил юный Ромео.

— Давай вместе по рассуждаем, ты у нас парень умный с аналитическим складом ума, а прогнозы какие делаешь, закачаешься! Так вот, представь, придёт завтра Альбина Александровна зачёт принимать, злая такая, не выспавшаяся и всей группе неуд поставит, и сообщит, что ты своим пением под окном всю ночь спать не давал. Что с тобой дальше будет? Раздался грустный вздох грузинского героя.

— Правильно, шашлык из тебя будет, однокурсники постараются, так что забирай свою волынку и не нервируй любимого педагога.

— А вы «шкаф» этот выгоните, тогда точно выспитесь!

— Ты ещё здесь?

— Нет, уже ушёл, грустно сообщил Мишико.

Я вернулась в комнату.

— Ты вообще когда-нибудь спишь? Какой-то дурдом не проходящий. Антонелло то ждать или может, на 6 этаж пока сбегаем.

— Мне уже всё равно, что воля, что не воля, сообщила я и как не странно быстро вырубилась под боком Сергея Владимировича. Да уж тяжёлый был денёк, ни чего не скажешь.

Утром я проспала, на пробежку не поспеваю, написала спящему Сергею Владимировичу записку: дверь закрыть, ключ под коврик, целую Пух. Ушла мстить юному Ромео.

Вернулась часа в 2, Сергей Владимирович свалил, застелив кровать, с ума сойти… Только я решила настругать себе салатик, как раздался телефонный звонок. Я нажала на громкую связь, дабы не прерывать процесс, зверски хотелось есть, утром успела проглотить только чашку кофе.

— Привет, дорогая.

— Привет, Петюня, что хотел? Одноклассничек нарисовался, как бы не испортил пищеварение.

— Да вот взбаламутила ты всю нашу меленькую деревню, говорят, бросила бедного Антонелло и завела себе огромного хахеля? Господи ну что за город. В носу поковырять не успеешь, как все уже в курсе.

— А тебе то что?

— А правда, что хахеля, зовут Сергей Вадимирович Патрушев? Я даже присела, ну и дела, Петюня то у нас — Патрушев Петр Владимирович.

— Чего-то я не припомню у тебя ни какого брата, я б такого запомнила.

— Ага, значит права народная молва.

— Права, был хахель, но он, само ликвидировался…

— Не понял?

— Мы решили что мы не подходим друг другу и решили расстаться друзьями. Всё? Допрос окончен?

— Ага, нашла дурака с тобой расставаться, я бы не в жизнь не расстался.

— Конечно, ты ни с кем не расстаёшься и как порядочный спишь со всеми по порядку!

— Ты что ревнуешь? Ты только скажи… Я вот Альбинка давно мечтаю, ванную с тобой принять…

— Петюнь, мы ж договорились, давным давно, МЫ ДРУЗЬЯ.

— Так мы по дружески, в купальниках…

— Петюнь, что за бред, ванная в купальниках! Не потрахаться, не помыться! Всё! Чао. Я отключила телефон так как в коридоре раздался сдавленный всхлип.

Я выскочила в коридор, а там сидит гогочущий Сергей Владимирович.

— Заколыхался, ни чего смешного. Давно ты тут сидишь?

— Прилично. А что у тебя с моим братцем? просипел Сергей Владимирович сквозь слёзы. Ну ты блин даёшь, так отбрить нашего осеменителя.

— Я его уже лет 10 брею. А ему всё как с гуся вода. Ты, конечно, извини он тебе хоть и брат, но козёл редкостный. Я его зову «Кобелирующая личность». Он меня в школе ещё на наличие девственности проверял?

— Не понял? Брови Сергея Владимировича полезли на лоб.

Он в классе 8 решил девчонок всех классифицировать на девственниц и не девственниц. Подходил со спины и засовывал руку за воротник платья, если визжит — девственница, если спокойно реагирует — не девственница, ну я-то про классификацию не знала, и двинула ему локтём в солнечное сплетение, он долго злился, толи больно стукнула, толи классификацию испортила…

— А ты чего притащился, не долечился что ли?

— Не а, не долечился! Сиял Сергей Владимирович.

— А если это вообще не излечимый случай?

— Тогда будем лечить до победного конца.

— Ладно, пойду перекушу пока, а то во рту с утра маковой росинки не было. Сообщила я и уплыла на кухню.

Сергей Владимирович прибыл следом, доложился:

— Я в магазине был, у тебя тут мышь повесилась, одна трава в холодильнике, а я не козёл что бы траву жевать, жалился на судьбу Патрушев, выгружая припасы в холодильник. Ты вино пьёшь? Поинтересовался он?

— А то, только его любимое и пью — красное сухое, белое сухое, а уж проссеко так просто обожаю, а зимой ещё коньяком греюсь.

— Откуда такие царские замашки, в столь скромной хижине?

— Да же и не знаю, небось батько — камикадзе, был голубых японских кровей.

— Ты когда нибудь перестаёшь трещать? Спросил Сергей Владимирович, сгрёб меня в охапку и утащил в кровать…

А через пару часов, она у нас сломалась! Ещё бы двух метровый кабан под 100 кг веса… В результате отвалилась спинка деревянного каркаса, в районе ног, а у железной подставке под матрас, сломалась ножка. Я ошалело сидела на полу рядом с Патрушевым, рассматривая железную ножку, отколовшуюся по сварочному шву.

— Ты какой то накладный пациент! Вывел из строя дорогостоящее оборудование…

— Сергей Владимирович закатился, чмокнул меня в нос. Торжественно объявил:

— Я сломал, я и куплю новое, одевайся, сегодня суббота, сейчас, что-нибудь найдём.

* * *

Весело хихикая, мы выбирали кровать, Патрушев требовал что нибудь попрочнее, а то уже вся задница синяя, складываются как карточные домики, жаловался он продавщице. Та, улыбаясь, с завистью поглядывала на меня. Как будто всю жизнь мечтала, что бы двух метровый детина сломал её кровать. Выбрали кованную, если она сломается, провалимся этажом ниже. Я вздохнула. Сергей Владимирович оплатил покупку, доставку пообещали в понедельник в первой половине дня.

— Поехали ко мне, радостно сообщил Патрушев, так и быть можешь в отместку сломать мою кровать.

— Ты так любезен. Ответила я и грациозно загрузилась в машину (как мне хочется надеяться). С радостными улыбками, двух, великовозрастных детишек, прикупивших себе новую игрушку, мы отправились домой к Сергею Владимировичу. Господин Патрушев проживал в кирпичном высотном доме в северной части города. Мы припарковали машину и поднялись на 5 этаж, Сергей Владимирович любезно открыл мне дверь, а на встречу мне выпорхнула полуголая мадам, с криком «СЮРПРИЗ». Вот уж по истине сюрприз: предназначался одному, а получили трое. Я, Сергей Владимирович и видимо Наташа…

— Наташа, какого хрена ты тут делаешь?

— Я хотела тебе сюрприз сделать… всхлипывала мадам…

— А ты и сделала, успокоил её Патрушев, ключи у тебя откуда?

— Я когда заходила в пятницу, тебя в офисе не было, ты не звонил давно, захлюпала Наташа, я и взяла без спросу запасные у твоей секретарши… уже рыдала она.

— Ну ладно, с меня хватит, заявила, вы тут долечивайтесь, а я пошла. Сергей Владимирович схватил меня за руку.

— Подожди!

— Иди к чёрту! Бабник!

— Ни фига себе, это кто говорит? Взвился Патрушев. Да у тебя не дом, а проходной двор, мужики из всех щелей лезут: в дверь, в окно, через телефон просачиваются, под балконом песни горланят, студенты, деканы, Антонеллы… Тут влезла Наташа:

— Я её знаю, она с тренером в фитнес клубе гуляет, её там все тётки от 30 лютой ненавистью любят… Ой. Извините.

— Ни чего, не извиняйтесь, что есть, то есть, против правды не попрёшь, ну если ты закончил, то я пойду, без меня тебе лучше будет, я точно знаю. Развернулась на каблуках и убежала. Ну и ладно… а то привяжешься, потом больнее будет. Поймала такси и уехала к маме сетовать на несправедливость судьбы.

* * *

Мама посмотрела на меня, чмокнула в нос,

— привет блудная дочь, чай будешь?

— давай согласилась я, а конфетка найдётся?

— а как же, у одиноких женщин конфетка, единственная радость…

— А я не одинокая вовсе.

— Уж лучше одной, чем с таким чудом заморским, я как глаза закрою, так сразу и вижу, как вы под руку с Антоном идёте, а следом три маленьких павлинчика: в пиджачках, в шарфиках, губки бантиком…

— Ба, конфетку передай. Бабуля подвинула вазочку, нарезала лимон, я взяла чашку с горячим чаем, красота. Тепло, вкусно и мухи не кусают!

Уже стемнело, когда я подъехала к дому, бабушка уговаривала меня остаться на ночь, но мне хотелось забиться в нору. В подъезде была темень, не пойму, что все лампочки перегорели сразу? Добравшись до 5 этажа я споткнулась и упала на что-то большое, и мягкое, и мокрое. Ни черта не видно. Кое-как пролезла к двери, открыла её, включила свет. И поняла, что стою вся в крови, а на лестнице лежит Антонелло. Я заорала, а дальше не помню, сознание вовремя меня покинула, дабы бы я не сошла с ума.

Очнулась у себя на кухне, сердобольный Лёха поливал меня водой.

— Ты не волнуйся, сейчас и скорая и менты будут, хотя скорая уже по-моему не понадобиться, я опять попыталась отключиться, но Лёха поймал меня, и вылил мне на голову ещё пол стакана воды.

— Уймись придурок, заголосила я, ты что, смерти моей хочешь?

— Я ни чей смерти не хочу, тихим голосом проговорил он и я заткнулась. Ожидая милицию раздумывала: как тут оказался Антонелло и мог ли Сергей Владимирович приревновав его грохнуть. Ну и мысли… скорее бы менты приехали. А они и приехали, но после скорой, врачи констатировали смерть от пулевых ранений. Вроде три, точнее вскрытие покажет, вызвали труповозку и принялись курить на лестнице. Мне казалось, что всё это не со мной, и я как то сверху на всё смотрю, словно кино. Какой-то дядечка меня трясёт за руку…

— Альбина Александровна.

Я начала возвращаться на грешную землю, передо мной стоял парень лет 30, в милицейской форме и взиравший на меня с раздражением. Судя по фуражке лежавшей на столе и крайне недовольному виду тряс он меня уже давно.

— Она в шоке, сообщил стоящий у окна моей кухни врач, дядечка лет 50,ей бы укольчик и поспать… Сейчас толку от неё всё равно не будет.

— Разберёмся, ответил он доктору и представился мне:

— Ваш участковый Старший лейтенант Анатолий Трунов. Я слегка кивнула, всё было пока как в тумане.

— Мне необходимо задать Вам несколько вопросов. Я опять кивнула.

— Может водички, и добрый дядечка доктор протянул мне стакан, у вас родственники есть? Спросил он, я опять кивнула, ну вот и отлично, с нашим Мегре пообщаетесь, таблеточек я вот тут вам насыплю, выпить и баиньки в тёплой кроватке. Держитесь, улыбнулся доктор и вышел из кухни. Я стёрла с лица, придурковатую улыбку и уставилась на участкового.

— Может продолжим знакомство. Представьтесь пожалуйста.

— Альбина Александровна Терайзи, 25 лет, преподаватель в Всероссийском институте экономики и статистике. Проживаю ул. Советская дом 7, квартира 19, что нибудь ещё.

— Вы знали убитого?

— Да, это Антон Гревцов, он был моим тренером по фитнессу в «Фитнесс amp; СПА Афродита»

— Только тренером? Или вас связывали более близкие отношения? С чего бы это он к вам на ночь глядя пожаловал?

Вы его ждали? Во сколько? Я вздохнула, что то я не нравлюсь нашей милиции, это факт!

— Мы состояли в близких отношениях, до недавнего времени, недавно расстались (а что, так и было, я просто Антонелло забыла об этом сообщить). Сегодня я его не ждала, не звонила ему и не видела его уже пару дней.

— Это он вам кровать сломал? Рекомендую выкладывать всё на чистоту, О Сергее Владимировиче Патрушеве тоже. Я с тоской взирала на лицо Анатолия Трунова, ни чего не нашла там интересного и со вздохом очень коротко поведала о своих злоключениях за два последних дней.

— И так, Патрушев знал, что у вас был любовник?

— Да, пискнула я. А от чего умер Антон?

— Это я хотел у вас и у вашего любовника спросить?

— У старого или нового? Обалдев, спросила я.

— Участковый смотрел на меня как на крайне падшую женщину.

— И эта женщина воспитывает нашу молодёжь… ни чего удивительного… дальше я даже не слушала, а зачем и так всё ясно… Версии две: первая — я убила своего старого любовника, что бы нового не упустить, по-богаче. Версия вторая: мой новый любовник в порыве ревности убил моего старого…

Мне предложили проехать в отделение, дело будут передавать в отдел расследования убийств, а меня как главную подозреваемую им и передадут… Я подписала протокол осмотра. Вот это да, я что действительно выгляжу такой дурой, чтобы скрыть любовника — додуматься и убить его на пороге собственного дома?

Но выбора у меня не было, я поплелась в уазик в месте с участковым, загрузив таблеточки от доброго дяденьки в карман, запасные ключи от квартиры я отдала Лёшке, попросила закрыть, когда закончат эксперты.

В отделении я давала показания. Сначала меня допрашивал толстый усатый мужчина, потом какой-то молодой незапоминающийся — вопросы разнообразием не отличались. Когда я видела последний раз Антона Гревцова? С кем он дружил? Где жил? Родственники друзья? Не заметила ли я чего необычного когда нашла Гревцова?…

Потом меня посадили в кабинет и забыли, нормально у нас преступников стерегут? Я даже задремала немножко.

Не знаю сколько прошло времени, в комнату боком вошел маленький, кругленький дядечка, и весело на меня поглядывая, сообщил:

— Избицкий Семён Михайлович ваш адвокат, я здесь по поручению Патрушева Сергея Владимировича.

Я молча смотрела него.

— А что возражений не будет? Сергей Владимирович уверял что вы будете категорически против.

— Я не имею к склонностей к самоубийству и совершенно не настроена закапывать яму в которой сижу, грехи господина Патрушева сильно померли, а в свете последних событий я уже с трудом могу их вспомнить.

Сергей Михайлович радостно захрюкал,

— Я приятно поражён, очень тяжело помогать дуракам, особенно если они против. Он поцеловал мою ручку и сообщил, что Сергея Владимировича вызывали для дачи показаний, а тот в свою очередь прихватил Семёна Михайловича. Антон Гревцов был убит тремя выстрелами в грудь в районе 19 часов (по заключению экспертов), пистолет был с глушителем, скорее всего, так как выстрела ни кто не услышал. Преступник разбил все лампочки в подъезде и курил на самом верхнем лестничном пролёте по дороге на крышу в ожидании жертвы. У вас и у Сергея Владимировича алиби на это время — сначала продавец в мебельном магазине, а потом Наташа, как раз около 19.10 я убежала из квартиры.

— Боже мой, выдохнула я, если бы я грешила с такой же пользой как Сергей Владимирович, мне не было бы цены в народном хозяйстве.

Семён Михайлович опять захрюкал, и радостно сообщил, что я нравлюсь ему всё больше и больше. Затем протянул мне визитку

— как бы не сложились, ваши дальнейшие отношения с господином Патрушевым, можете обращаться в случае необходимости. Я благодарно улыбнулась, убирая визитку в карман джинсов. Он, даже не представляет, с кем связался. Если бы я была побогаче, другие клиенты бы ему вообще не понадобились. Я вечно куда-нибудь влипаю. Дверь в кабинет открылась, вошёл Трунов, с красными от недосыпа глазами и очень злой.

— Поздравляю вас, Альбина Александровна, как вы и предполагали, вам и вашему богатенькому любовнику пока всё сошло с рук, и кроватка вовремя сломалась и даже бывшая любовница дала показания — первый раз такое вижу, обычно брошенные любовницы ведут себя совсем наоборот, ах да, я совсем забыл про финансовые возможности господина Патрушева. Наверняка у гражданки Фроловой в ближайшее время появится новый автомобиль или колье… но я обязательно проверю!

— Не мне вас учить, уважаемый Анатолий Михайлович, как вести следствие и версии выдвигать, но я бы на вашем месте, проверила моё алиби. Если как вы утверждаете Наташа дала лживые показания, что бы выгородить Патрушева и меня, значит я её ни когда не видела, то есть не смогу описать её внешность и в чём она была одета. Спросите меня, сравните наши показания с Патрушевым.

— Я думаю что вы могли обо всём договориться заранее! Упрямо фыркнул Трунов.

— Не слишком ли сложно для девушки, пытавшейся скрыть первого любовника от второго, грохнув его на пороге собственной квартиры?-

— Не волнуйтесь, Альбина Александровна, дело очень скоро будет передано в отдел убийств и будем надеяться настоящий преступник будет найден, миролюбиво сообщил Семён Михайлович, подхватил меня под ручку и распрощавшись с Труновым, вывел из кабинета. Я вся кипела, ну разве не придурок? Шерлок Хомс не доделанный. С таким следователем не долго и в тюрьму сесть не пойми за что! Хотя, что там говорил Глеб Жиглов: «не бывает без вины виноватых» — надо было с мужиками вовремя разбираться!

Избицкий вывел меня из отделения, открыл дверь, галантно посадил в машину Патрушева, пообещал СВ справляться о ходе расследования и держать его в курсе событий. Сергей Владимирович поцеловал меня в макушку, а я взирала на него как нашкодившая школьница, шмыгая носом. И мы благополучно отбыли на квартиру к СВ.

Дома я выпила таблеточки, любезно оставленные доктором со скорой, а СВ махнул коньячку и мы благополучно заснули. Я проспала почти до вечера. Потом я впала в какое-то забытье, СВ пытался меня развеселить, но я лежала на кровати, закутавшись в плед и смотрела в одну точку, если я закрывала глаза то видела свои руки и некогда белую футболку в крови. Наверное я больше никогда не смогу заснуть. Меня заставили почистить зубы, впихнули еду, я даже не поняла что, я самозабвенно себя жалела… и тут я услышала голос СВ, который мне радостно сообщил, что поскольку мне всё равно, не могла бы я посидеть пол часика на кухне, пока СВ не полечит свою потенцию в спальне с НАТАШЕЙ! А Я то думала что хуже быть не может! Туман в голове рассеялся мгновенно, жалость улетучилась, осталось только боль, злость и огромное желание выцарапать кому-нибудь глаза, и я со всей ненавистью влепила Сергею пощёчину. Он схватил меня за руку и потирая щёку весело ухмыльнулся,

— наконец-то очнулась! Солнышко, я пошутил, надо же было тебя в чувство приводить, ходишь как приведение.

— Ты пошутил? Ни фига себе шуточки?

— А ты у нас ревнивая, как я погляжу.

— Есть не множко. Сергей Владимирович подвигал нижней челюстью вправо и влево. Ничего себе не множко! Я попросила чаю, СВ налил мне огромную кружку горячего чая, меня слегка познабливало.

— Серёж как ты думаешь, кто его застрелил?

— Понятия не имею, я так понимаю, он в клубе обслуживал богатеньких дамочек, может кому-то из мужей, надоели ветвистые рога? Может перезрелые дамочки от не разделённых чувств? Может сам застрелился, три раза! Вот что меня на самом деле интересует, так это зачем он к тебе потащился? Ты ему звонила?

— Нет, конечно! А действительно, зачем он ко мне пришёл?

Но жизнь продолжалась, завтра на работу, Сергей Владимирович настоял что бы я переселилась к нему на время пока не найдут убийцу, в воскресенье съездил ко мне за вещами, у меня не было никакого желания подходить к своей двери. Я позвонила маме, наплела ей сказок, но она всё равно попыталась испугаться, пришлось сообщить о переезде к другу, она слегка успокоилась, конечно, свадьба забрезжила на горизонте. Долго расспрашивала о Патрушеве, порадовалась, что он такой солидный и с собственным жильём, значит не проходимец какой! Железная логика! Ну да ладно. Главное что бы не волновалась. Может её отдыхать куда справадить, пока тут всё поутихнет. Неплохая идея. Пойдем возобновим оздоровительные процедуры и озадачим г-на Патрушева сверх задачей.

— Серёжа, ты не мог бы мне помочь? Сергей бодренько пообещал мне всё что угодно, я очень беспокоюсь как вся эта история скажется на маме отправить бы её в какой-нибудь санаторий на месяц или два.

— Не проблема, завтра решим куда.

— Нет как раз проблема, у мамы денег не много, взять у меня или постороннего человека типа тебя она не захочет.

— Ага, я должен стать не посторонним? Ты просишь на тебе жениться? И радостно заржал. Я разозлилась, ну и болван.

— Конечно, нет, возмутилась я, надо рассказать какую-нибудь историю что пропадает путёвка у близкого друга или у тебя есть дом отдыха, в котором пустуют номера или ещё какую-нибудь фигню… Что после уплаты двух билетов на поезд, а если туда можно ещё и БЕСПЛАТНО доехать на машине… усекаешь? Сергей радостно закивал.

— Конечно, конечно и не надо так сердиться — я очень толковый, особенно когда мне грамотно ставят задачу.

Ночью я ворочалась, понимая, что с этой историей надо заканчивать поскорей, а поскольку милиция особенно не чешется, а если и чешется то не в нужном направлении, придётся всё делась самой. На этой радостной ноте я и заснула.

* * *

Утром любимый отчалил в офис, а я решала, откуда начать действовать, как вдруг раздался звонок мобильного.

— Доставка кровати, через час будем, ждите… Ну вот хочешь, не хочешь, придётся чесать в квартиру, кровь отдраивать, кошмар!

До моей первой пары оставалось ещё пара часов. И я стартанула к себе во двор, к нашей главной «умывальников начальник, и мочалок командир» двора — бабе Нюре, вот он дворовый Шерлок Холмс, у неё не одна мышь не проскользнёт не замеченной. Прикупив семечек для начала разговора и пару шоколадок для подкупа должностного лица не при исполнении. Я нашла Бабу Нюру на посту — на центральной лавочке детской площадки, они сидели с бабулей из крайнего подъезда и кому-то оживлённо перемывали кости — не удивлюсь если мне! Открыв пачку семечек, я пересыпала семечки в карман ветровки, выбросила пакетик и потрусила к лавочке.

— Доброе утро! Тускло улыбнулась…

— Ничего себе доброе, у неё утро, всколыхнулась баба Нюра, допрыгалась стрекоза? Мужики друг друга мочат из-за неё, а у неё утро доброе! А кто говорил что будет легко, пробормотала я и приготовилась выслушать поток нравоучений. Ни какого от меня покоя, то песни горланят, то смертоубийство творят. Я радостно поддержала нужную тему:

— Ой и не говорите, баба Нюра, я насыпала бабулям семечек, я чуть концы не отдала, представляете в подъезде темень, ни одна лампочка не горит, тут я на что то упала, дверь открыла, свет включила, вся в крови — и брык в обморок. Вся пробежала перед глазами, как кинолента, а вспомнить то и не чего, стрекоза и есть стрекоза, до сих пор спать не могу и захлюпала носом… Бабули застрекотали, да ладно, будет-тебе будет…

— А в милиции вообще ни кто ничего делать нее хочет, сказали что это я убила Антона, что бы Сергей о нём не узнал, на пороге собственной квартиры, хорошо ещё что мы с Сергеем были в гостях и как выяснилось, именно в это время произошло убийство. Вещала я, с видом разглашения особо секретных сведений.

— А чем его? Говорят из пистолета? Интересовались бабули.

— Три выстрела в упор в грудь! Шёпотом сообщила я. И представляете, ни кто ни чего не видел и не слышал! У милиции ни одной зацепки, вот и придумывают небылицы.

— Значит не твой хахель получается? Поинтересовалась баба Нюра, раз у него алиби есть.

— Значит не мой, согласилась я, гостей, т. е. свидетелей полон дом, вдохновенно пела я. Да что там милиция, если неустанные стражи покоя в нашем дворе ничего не слышали (может хлопочек там, а бабуленьки?) и не видели, то что тут говорить про нашу несчастную, низко оплачиваемую милицию!

— Володька Селиванов сегодня матери сказал, что в ваш подъезд часов в 18 мужик какой-то заходил. Я даже вздрогнула.

— Селиванов? Рыжый такой на велике?

Да нет, рыжий это Иваньков из 12, а Селиванов из 3, тёмненький такой, шустрый — мать у него в магазине угловом работает. Продавщицей. Вещала баба Нюра. Ага соображала я, щупленький, здоровается всегда со мной.

— ну ладно, за причитала я, пойду лестницу драить, а то на работу скоро, грустно сообщила я и с удивлением узнала, что верный Лёшка, выдраил всё после отбытия милиции и трупа, дабы пощадить мои нежные чувства. Вот и чудненько, по правде говоря, драить кровь на ступеньках я была ещё не готова. И так Вовка Селиванов квартира номер 3. Ни кто не открывает, очевидно мать на работе, а парень где-то носится. Ладно, времени совсем в обрез.

Привезли кровать, я договорилась с мужиками, за не большую мзду, моя сломанная кровать была доломана и вместе со старым матрасом была транспортирована на помойку. Я в это время, закрутив волосы на макушке, драила пол в спальне, после разбора старой мебели. Грузчики затащили новую кровать и доложили что всё отнесли на помойку, но дворовые мальчишки, тут же схватили матрас и поволокли его за гаражи, вынимать пружины.

— Пружины? В следующую секунду, закинув тряпку в раковину, я помыла руки, схватила сумку и сообщив ребятам, что они могут приступать к сборке мебели, а я буду через 10 минут, полетела за гаражи.

Ватагу сорванцов я нашла мгновенно, они очень бодро и весело драли матрас в клочья, добывая пружины.

— Володя Селиванов, это я, соседка твоя, Альбина — пыталась я привлечь внимание мальчишки, но он был слишком занят.

— Тебе мама просила передать 200 рублей, из кучи молы вынырнула тёмная макушка,

— привет Альбин. Давай деньги!

— Конечно, конечно, только давай кое что обсудим, наедине.

— Я сейчас занят, а то пружин не достанется…

— Э, видишь ли Вовка, этот матрас мой и я могу отдать его тебе. Ну а поскольку он теперь твой, то и друзья твои просто обязаны поделиться с тобой пружинами. Предложила я.

— Все слышали? Спросил Володька, матрас мой, так что с каждого по пружине, я по делам отойду! Обалдеть. Далеко пойдёт, парень то серьёзный!

— Вов, мне тут птичка на хвосте принесла, что ты в пятницу чужого дядьку в нашем подъезде видел? Володя внимательно на меня смотрел.

— откуда знаешь? Я никому не говорил!

— Что знают двое, то знают все! Глубокомысленно изрекла я.

— Ну ладно, тебе скажу, только скажи своему носатому, что б под окном орать завязывал, спать мешает.

— я за божилась, что перестанет (конечно, перестанет, я же временно переехала).

— я с мусорным ведром в подъезд вылетаю, а он как раз вошёл, и он как то странно шеей дернул, как будто потянул в сторону. Мне кажется, что я его раньше видел, а где не могу вспомнить.

— Ты фильм «неуловимые мстители» видел?

— Ну да.

— Так вот, там Капитан Овечкин дёргал шеей, точно как ты сейчас показал. Вот там ты его и видел. Володька насупился. — Всё шуточки шутишь?

— А одет во что?

— Да обычно чуть выше тебя, джинсы, ветровка синяя, бейсболка синяя, под козырьком особо не разглядишь, но волосы вроде тёмные.

— А ты в милицию не собираешься сходить, вдруг следствию поможешь?

— Ага, нашла дурака, ты что Альбин, совсем телек не смотришь? Там только так свидетелей отстреливают.

— Так то оно так, да только уже вся округа болтает о том что ты возможно убийцу видел, а если ты в милиции свои показания запротоколируешь, фоторобот оставишь, то вроде как и отстреливать тебя не зачем, показания уже даны, и ситуацию уже не изменить. Так что подумай на досуге. И друзьям болтай поменьше, а то у нас не город, а сорочье гнездо! Вручив Вовке 200 рублей на «мороженное» и шоколадку из сумки, я побежала в квартиру. Приняла работу, выдала дяденькам на пиво, не смотря на оплату доставки в магазине. Приняла душ, привела себя в порядок. Пора бежать на лекции.

В коридоре института меня отловила Людочка, секретарь нашего декана,

— Михаил Максимович просил тебя зайти, у него милиция была, интересовались твоим моральным обликом, доверительно сообщила Людочка, говорят у тебя труп нашли в кровати? С ума сойти, обалдела я, как же быстро распространяются сплетни и обрастают новыми подробностями. Далась им всем моя кровать?

— Вообще то, на лестнице в подъезде, уточнила я, ну ладно, спасибо за информацию пойду на ковёр, начальство ждать не будет.

Михаил Максимович сидел за массивным столом и что то писал в записной книжке, проходите Альбина Александровна.

— Спасибо.

— Альбина Александровна, не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к делу, сегодня приходили из милиции, Михаил Максимович, заглянул в записную книжку ст. лейтенант Трунов. Очень интересовался вашим моральным обликом. Я охарактеризовал вас как крайне серьёзную, умную и трудолюбивую особу, горячо любимую коллективом и студентами. Сказал что при необходимости могу предоставить письменные характеристики.

Господин Трунов сообщил мне что вы подозреваетесь в убийстве, ведёте беспорядочный половой образ жизни, запутались в любовниках, сломанных кроватях и если я вас защищаю, то либо я совершенно слеп и не вижу какой разврат творится под моим носом, либо являюсь вашим очередным любовником покрываю ваши грешки. И совершенно не понятно, чему вы можете обучить юных студентов, ну и как вы понимаете настоятельно рекомендовал вас уволить. Я тяжело вздохнула, размышляя, и чего это скунс ко мне прицепился?

Далее я вкратце поведала что не являюсь подозреваемой по делу об убийстве Антона Гревцова, так как со своим другом Патрушевым С. В. находилась у него дома в присутствии гостей (это я про Наташу, вряд ли стоило упоминать что это была любовница Патрушева, очень надеюсь что бывшая). И вся моя вина состоит только в том что я имела несчастье обнаружить труп на лестнице. Михаил Максимович, по отечески, потрепал меня по руке,

— Держитесь Альбиночка, всё будет хорошо! Знаете как мы с вами поступим? Я отрицательно покачала головой.

— Вы мне напишете заявление на отпуск за свой счёт! (Хорошо ещё не по собственному желанию).

— Вы хотите превратить мой месячный пучок редиски в пучок петрушки? Уточнила я? Декан улыбнулся.

— Вы напишете три заявления на каждый месяц отдельно с сегодняшнего числа до конца мая, с перового до 31 июня и на июль. И продолжите ходить на работу и выполнять свои непосредственные обязанности, если вдруг случится какой-нибудь скандал, я предъявлю его милиции или ректору, скажу что ничего не знаю, вы находитесь в отпуске. Если всё будет тихо, я просто буду рвать их в конце каждого месяца. Соответственно вы сохраните свою зп и место, а у меня будет бумажка на случай не предвиденных обстоятельств.

Да уж, молодец г-н Перов, силён старый лис, ну да ладно, мне ли жаловаться.

— Спасибо огромное, Михаил Максимович! Я взяла пачку бумаги из принтера и начала писать заявления.

Я шла по коридору и меня просто трясло, каков гадёныш этот Трунов — ему что делать нечего, лучше бы преступников искал, вместо того что бы законопослушных граждан грязью поливать… Поискала в сумке визитку адвоката, ага вот она Избицкий Семён Михайлович…

— Добрый день, Семён Михайлович, вас Альбина Терайзи беспокоит, у вас найдется пять минут для меня?

— Да, Альбиночка, добрый день, наверное даже десять минут найдется, я вас внимательно слушаю.

— Семён Михайлович, ко мне на работу сегодня приходил господин Трунов и требовал что бы меня уволили, как подозреваемую в убийстве.

— Альбиночка, на сколько мне известно в нащей стране существует призумция не виновности, и пока они не доказали вашей вины, мало того у вас есть алиби на моент убийства, вы не виновны, почему вас должны увольнять?

— Ну якобы мой моральный облик не соответсвует облику педогога.

— Ага, но про полицию нравов в нашем городе я точно пока ничего не слышал, захихикал Семён Михайлович, может вам замуж выйти Альбиночка, красивая не замужняя девушка всегда повод для сплетен. А ещё на сколько мне известно дело передано в отдел убийств и г-н Трунов им больше не занимается. Вы хотите что бы я разобрался с его самодеятельностью?

Буду очень признательна! А что касается замужества, то я, не уверена что свадьба, сразу после похорон любовника добавит святости моему моральному облику. Семён Михайлович рассмеялся.

— Не волнуйтесь Альбиночка, я постараюсь решить вопрос с Труновым в ближайшее время.

Я повесила трубку:

— Так тебе и надо, мент поганый!

— Чего это вы, Альбина Александровна, милицию нашу оскорбляете, у меня вот брат в отделе убийств, от зари до зари пашет, его жена скоро из дома выгонит, зп маленькая, детей не видит, а вы всё ругаетесь!

— В отделе убийств? Я зачарованно смотрела на Мишико Габридзе. Вот что мне нужно, узнаю о ходе следствия или хотя бы кто дело вести будет.

— Прости, Мишико, я не всю милицию ругаюсь, а на конкретного человека, прицепился как репей. Я то думала они все такие, ну милиционеры. Но раз ты говоришь, у тебя есть брат герой милиционер, то значит так и есть. И я просто обязана с ним познакомиться. Взирала я ласково на Мишико, надеясь в душе, что он меня простил за все мои былые прегрешенья. Мишико смотрел на меня, что-то соображая,

— хорошо, я вас знакомлю с братом, а вы идёте со мной в кино! Вот настырный поросёнок.

— Ладно, мне терять не чего. Звони брату, договаривайся о встрече на нейтральной территории, как можно скорее, а то могу и передумать. Пригрозила я и удалилась на кафедру.

Мишико появился следом минут через десять.

— Кафе «Ритц» на площади в 17.00, Леван нас будет ждать.

— А почему это нас? Я хочу, с ним может, тет-а-тет пообщаться!

— Я вас познакомлю и на улице подожду, засопел Габридзе. Ну ладно тогда в 16.40 у моей машины, распорядилась я. Зазвонил мобильный. Патрушев звонит, у него нюх что ли, только я «по делам» собралась и он тут как тут.

— Привет, Серёжа, заворковала я в трубку, поведала о нервном потрясении, пережитом благодаря стараниям «подлеца Трунов» а, и сообщила что мне надо снять стресс небольшим шопингом. СВ согласился о необходимости шопинг терапии, тем более что сегодня он хотел бы пригласить меня поужинать в ресторане «Райская птица», которым управляет не без известный мне Петр Владимирович Патрушев. Так что я могу не стесняться в средствах и гульнуть за его счёт. Для моей мамы он нашёл замечательный санаторий, куда её с удовольствием доставит через пару дней Вадим, а сам он пока ещё раз пообщается с Избитским, дабы отвадить от меня Трунова раз и на всегда. Если так дальше пойдет, то так и влюбиться не долго! Я быстренько повысила Патрушева в звании с Серёжи до любимого.

Договорилась встретиться в ресторане в 20.00. Закончила дела и поспешила на встречу с Леваном Габридзе.

Кафе «Ритц» располагалось в здании кинотеатра, на центральной площади, столы были отгорожены резными перегородками, что создавало ощущение единения с собеседником. Леван ждал нас за последним столиком у стены, с чашкой кофе. Крупный мужчина, лет так под тридцать, немного замотанный, одетый в брюки и светлую рубашку с коротким рукавом. Они с Мишико были сильно похожи, только Леван был тяжелее килограмм на двадцать. Нас представили, Леван обнял брата, спросил у Мишико, как родители себя чувствуют, посетовал на отсутствие времени. Пошутил на тему, что если бы в школе милиции преподавали такие красавицы, посещаемость бы зашкаливала, а милиция была бы заполнена супер специалистами. Поцеловал мне руку, сума сойти какая галантность. Я даже растерялась, не поймёшь этих милиционеров, то помоями обольют, то руку поцелуют. Тем временем Леван отправил Мишико за сигаретами, что то шепнув ему на ухо. Гобридзе младший ушёл. И Леван перестал балагурить, устало закурил.

— Я, так понимаю, Альбина Александровна, вы главный свидетель по делу, которое нам передали, и я согласился встретиться, поскольку всё равно планировал вызывать вас для беседы. Так что ж откладывать, тем более что неформальное знакомство, поможет нам разобраться в ситуации быстрее. Так что вы хотели узнать от меня? Поинтересовался Гобридзе старший.

— Меня беспокоит ситуация с господином Труновым. Вместо того что бы улики искать, он выдвигает какие-то нелепые версии, типа того что я убила одного любовника, что бы скрыть его от второго и была так мудра, что бы сделать это на собственном пороге, потом споткнуться об него, перепачкаться в крови и ждать милицию. Леван, усмехнулся. Меня интересует, в первую очередь, кто теперь ведёт дело?

— Дело передали мне. А что касается Трунова, не понравились вы чем то Анатолию, или наоборот слишком понравились. Он вообще то парень не плохой, а тут заклинило его и всё. Ребята решили что он на вас запал, но а когда увидел кровать сломанную, у него крышу и снесло. Обзавидовался наверное. Гоготал Леван. Я покраснела.

— Она от старости, пробормотала я, старая была очень. Платят преподавателям мало…

— Да ладно, вроде ничего, крепкая.

— Я вас что то не припомню на месте преступления?

— а я там и не был, продолжал веселиться Гобридзе, эксперты не удержались, фотографий наделали, боялись не поверят, второй день уже байки травят, какая вы страстная женщина, кровать сломана, мужики друг друга отстреливают, мой брат серенады под окнами поёт, ржал Леван.

— Я так понимаю других версий, у вас тоже пока не появилось? Сурово осведомилась я.

Да полно версий, Антон этот ваш ещё тот фрукт, дам у него было полно, последнее время он крутил роман с дочерью владельца фитнес клуба Амалией Скрупко.

— А папа господин Александр Александрович Скрупко? Он был в курсе? Поинтересовалась я.

— Выясняем. Плюс куча дамочек бальзаковского возраста, они правда в последнее время отошли на задний план, после вас и Амалии, но со счетов их скидывать нельзя, всех проверять придётся. Ревнивые мужья, сами отвергнутые поклонницы, вы с Патрушевым, алиби у вас такое странное… Честное слово, обычно брошенные любовницы, пакости творят, а Фролова вроде как спасает.

— Ну Патрушев ещё тот подарочек, может она до смерти рада от него избавиться. И я её понимаю. Предположила я.

— Не понимаю Альбина Александровна, я так понял, из показаний господина Патрушева, знакомы вы не долго, а согласно сломанной «улике» и показаниям Патрушева, уже состоите в близких отношениях?

— Видите ли, Леван, Сергей Владимирович относится к тому типу людей, которому проще сказать да, чем объяснить, почему нет. Далее мне пришлось в подробностях описывать тот злополучный вечер, ну и день до него. Леван хохотал как не нормальный.

— Да уж весело живёте, Альбина Александровна!

— Не то слово, мне только Мишико не хватает с его ночными песнопениями для полной картины.

— Он в носит национальный колорит, резвился Леван, но я по чему то на него не могла злиться. Веселилась от души, повествуя о свои злоключениях.

Я сегодня утром во дворе болталась среди бабулек, они мне сообщили, что Володя Селиванов, мальчишка 12 лет отроду, сказал матери, что видел постороннего мужчину входящего в подъезд в районе 18.00. Леван смотрел на меня заинтересованно,

— продолжайте.

— Я его подкупила слегка, он сказал что видел молодого парня в синей ветровке и бейсболке, он вошёл в подъезд, а Володька выскочил с мусором из квартиры, и парень от неожиданности дёрнул шеей, как буд-то у него тик какой-то. Вовка убежал на мусорку, а когда вернулся парня уже не было. Живёт Селиванов в 3 квартире, в моём подъезде с матерью.

— Спасибо, Альбина Александровна, за информацию, но я так понимаю вы решили в следователя поиграть?

— А что мне ещё остаётся, если вся милиция города кроме как о моей несчастной кровати, больше не о чём думать не может? Парировала я.

Леван улыбнулся,

— Вы обиделись?

— Нет, просто искренне хочу, не оказаться виновной в том чего не совершала.

— Не окажетесь, утешил меня Гобридзе, преступника найдём и посадим за решётку, с Мишико я разберусь, по мужски объясню, что сей час его выходки только увеличивают количество сплетней вокруг вас и нервируют Патрушева, он и так по-моему на пределе.

— Это точно, согласилась я.

— Информацию про парня надо проверить, наши эксперты сказали, что кто то, около часа торчал на верхней площадке, ведущей на крышу, мы там нашли около 4 выкуренных сигарет, марки марльборо лайтс. Кто то ждал. Гревцова, и этот кто-то должен был знать, что он собирается к вам. Так что вы там по аккуратней в следователя играйте, а то по голове схлопочете ненароком.

— Если что узнаете, звоните не стесняйтесь, я записала его номер в свой телефон. Сообщила что временно проживаю у Патрушева, так как находиться одной, в своей квартире пока страшновато, и надеюсь, родная милиция не будет это рассматривать как бегство…

Нарисовался Мишико, протянул брату сигареты, а мне розу.

— Ну что, Альбина Александровна, пойдёмте выбирать сеанс? Сообщил младший Габридзе. Леван удивлённо поднял брови.

— Это плата, за полчаса общения с вами, дорогой Леван, грустно сообщила я, вынимая сотовый, набрала номер Патрушева.

— Серёж, привет не отвлекаю, спросила я, тут Мишико меня в кино приглашает, ни как не можем с сеансом определиться? Может поможешь? И я сунула мобильный оторопевшему Мишико, тот молча выслушал, сказал:

— Я всё понял, и нажал отбой.

— Ну что, когда идём, весело поинтересовалась я?

— Не идём, Сергей Владимирович предложил утренний сеанс мультфильмов и он сидит между нами. Это не честно, Альбина Александровна!

— А шантаж, Мишико, по-твоему честно? Леван восхищённо поцеловал мне руку, обещал заняться воспитанием шалопая, а я поспешила прихорашиваться для похода в ресторан, что бы любимому, не пришло в голову придушить меня ненароком.

* * *

Ресторан «Райская птица» находился в северной части города, так сказать в элитной его части, здесь была застройка самых приличных кирпичных жилых домов, а дальше, ближе к окраине располагался элитный котеджный посёлок местных воротил и чиновников. Он считался довольно приличным и дорогим рестораном, славившимся очень красивыми официантками, я например, не удивлена, зная кто там директор. Мой бывший одноклассничек, проходящий под кодовым названием «кобелирующая личность», с моей лёгкой руки кличка прицепилась к нему намертво. Петр не пропускал ни одной юбки, его глаза находились в постоянном движении, сканируя женские особи. Любого нормального человека уже должно было затошнить от бесконечной вереницы слегка знакомых тел, но Петька, по-моему, просто не мог иначе. Отец поставил его директором ресторана, видимо реально оценив полное отсутствие у Петьки интереса к любой работе, не связанной с красивыми девушками. Вот он официанток и отбирает со знанием дела.

При полном марафете, на шпильках я выплыла из такси у входа в ресторан. Швейцар открыл дверь.

— Альбина Терайзи, меня ждут, Патрушев Сергей Владимирович.

Официантка провёла меня к столу, сообщил что Сергей Владимирович беседует управляющим и бухгалтером, и она его сейчас позовёт. Ага, значит папа, был ещё умней, чем я предположила, у Петьки была зарплата и возможность отбирать официанток, а остальным пусть занимаются профессионалы. Я старательно изучала меню, когда кто-то поцеловал меня в плечо, я вздрогнула от неожиданности, годы идут, а повадки остаются.

— Петюнь, ты всё как школьник подкрадываешься, солидный дядька уже, вон кабан какой, а замашки как у октябрёнка перезрелого.

— Я тоже рад видеть тебя Альбиночка. Ты ведь разрешишь мне присесть рядом, хотя бы в моём собственном ресторане?

— В твоём ресторане? А по городу слухи ходили, что папочка вас с мамой без гроша оставил, то есть жить на одну твою зарплату… Прямо как я. Бедняжечка…

— Да ладно прибедняться, ты ведь самого завидного жениха в городе зацепила.

— Ага, а вот и сам владелец заводов и пароходов. Привет, любимый, а мне тут брат твой, тебя во всю рекламирует, говорит: богат, красив, умён не по годам… Сергей поцеловал меня и сел за стол.

— Да уж, Петька прорекламирует, всё ни как успокоиться не может, что ему отец завод цементный не оставил.

— Петька, зачем тебе завод? Весело осведомилась я. Ну что ты с ним делать будешь? Ну поимеешь тёлочку в кабинете, на столе, на диване, на полу, на заводе, на складе, в цехе, может даже в фуре. А дальше то что, фантазия то у тебя не богатая… Сергей улыбался, Пётр хохотал в голос, вытирая слёзы… видать попала в яблочко

— Альбин, я смотрю ты сегодня в ударе, в прочем как всегда. Подошла официантка, начала ставить тарелки. Выглядело всё очень аппетитно, я решила пока помолчать и уделить внимание пище.

Братцы обсуждали Стеллу, очевидно мать Петра, мачеху Сергея. Петька жалился брату, что покойный отец совсем её разбаловал, и она привыкнув жить на широкую ногу, оставшись после оглашения завещания только при доме и авто, начала трясти Петьку как грушу. И теперь от его и так «мизирной» зп, ему самому ничего не остаётся. Плюс приходится постоянно выслушивать какой отец оказался подлец и как он мог с ней так поступить, ведь она отдала ему свою молодость и красоту…

— Кто её просил, спрашивается отдавать молодость и красоту, когда она пришла её отдавать, отец, помнится мне был уже женат. Заметил Сергей.

— Твои родители развелись из-за Стеллы? Спросила я?

— Ну мне было лет 10, на сколько я помню ситуацию, Стелла была секретаршей отца, ну и забеременела, отец не спешил разводиться, сказал, что ребёнка признает, поможет вырастить, но ей этого было мало. Моей матери начали звонить, видимо подружки Стеллы, сообщили что отец её изменяет со своей секретаршей, что ждёт ребёнка. Мать держалась долго, понимала, что отец мужик состоятельный и различные пираньи так и будут кружить до последних дней. Но девчонки не унимались. Ты думаешь твой муж где? На работе? Он в ресторане со своей любовницей, ты думаешь он в командировке, он на море с секретаршей. Мать сказала, всё с меня хватит, подала на развод, забрала меня и уехала в город, где выросла. У меня ещё дед был жив. Отец приехал за ней,

— что случилось? Почему мы разводимся?

— Мне сказали у тебя скоро будет ребёнок?

— Будет!

— Тогда иди и воспитывай!

Ну вот и вся история Петь, я не знаю какие песни тебе пела мама перед сном о своём счастливом замужестве, да мне и не интересно. Но если отец решил ей ни чего не оставлять, то я выполню его волю, с превеликим удовольствием. Так что придётся тебе поднапрячься и найти Стелле работу например… Бодро закончил Сергей и приступил к еде.

— Блин, я кажется влип, и даже не представлял на сколько, пожаловался мне Петька.

— Хочешь подсоблю твоему горю, мне на кафедру секретарша нужна, маман твоя не забыла как печатная машинка выглядит?

— Ты что, ужаснулся Петюня, хочешь, что бы она проломила мне голову этой машинкой?

— А что, зарплата у нас регулярная, без микроскопа правда не видать, но я же не померла ещё, только стройнее стала и зубастей. Я бодренько за клацала зубами, демонстрируя зубки в очаровательной улыбке, адресованной Сергею.

— Любимый смотрел на меня с восхищением, очевидно, моя бедность в купе с гордостью, окончательно его добила.

Петька горестно вздыхал над своей тарелкой, я в нетерпении дрыгала ногами… Намекнула Петюне, что горе горем, но кое кому завтра на работу. Петька совсем загрустил, видать представил себе возвращение домой, с новостями для мамули. Я ему весело подмигнула, дёрнула за ухо и мы с владельцем заводов и пароходов отбыли в сторону дома. По дороге я раздумывала. За чем Антон пришёл ко мне в ту злополучную субботу? без звонка и приглашения, а главное кто об этом знал? вот в чём вопрос. А может копать надо с другой стороны, кому это выгодно? Но Гревцов не богат, жил с мамой младшей сестрой в двухкомнатной хрущёвке. Любил себя до одурения, и в принципе ни кому не мешал. Роман с Амалией Скрупко? приревновавшая престарелая любовница? рогатый муж? Придётся покрутиться в спорт клубе, поболтать с девчонками и мальчишками, авось чего нового узнаю.

* * *

С утра, из жалости к тяжёлому детству любимого, пожарила ему гигантскую яичницу. Довольный вниманием, Сергей уплетал вкусную мужскую еду, а потом вдруг заметив за моей спиной вчерашнюю розу от Мишико поинтересовался:

— Откуда цветок?

— От Габридзе! Вот они холостые привычки, тащить всё в дом без разбора. Пора завязывать…

— Когда у вас мадмуазель, запланировано кино с Мишико?

— Никогда, весело ответила я, теперь я знаю что когда любимый ест, особенно насытив первый голод, он совершенно не опасен для окружающих. Студент Габридзе, наотрез отказался смотреть мультики в твоей компании. Я чмокнула Сергея в нос и убежала собираться на работу, прихватив сумку для занятий спортом.

Отбыв трудовую повинность, я полетела в «Фитнес amp; СПА Афродита». В раздевалке встретила Лену, она вела аэробику, стэп и дружила с Антоном, Ленка меня обняла:

— Бедненькая, тут менты приходили, всё выспрашивали, с кем Гревцов встречался в последнее время, не было ли скандалов, а главное не договаривались ли вы о встрече, ну типа как он у тебя в подъезде оказался!

— А ты что сказала?

— Правду. Ты не появлялась давно, на тебя не похоже, Антон тебе днём набрал тебе с ресепшена на домашний, Ты же знаешь, мы на работе должны отключать мобильники и оставлять в раздевалке, у тебя занято было. Он сказал что ты наверное заболела, и что надо зайти, спросить может тебе надо чего! Я так и застыла. Да уж, конечно говорят: «благими намерениями вымощена дорога в ад», ну не так же буквально. Парень то пришёл ко мне узнать, не нужно ль Альбинке апельсинчиков, а получил три выстрела в грудь. Всё ещё больше запуталось?

— А кто был в зале когда он это говорил?

— Я, Макс, Артур и клиентов человека три, но кто точно я и не помню. Но он ни время, ни даже день не называл, когда собирается, сегодня, там или завтра… Так абстрактно, типа надо зайти… и всё.

Мы с Ленкой ещё поохали, как всё ужасно и непонятно. Я позанималась часик в зале, пытаясь родить гениальную мысль, кто же преступник. Решила поплавать в бассейне и познакомиться по ближе с владельцем заведения, тем более что я нашла гениальный повод (как мне показалось), его дочь Амалия Скрупко, училась в нашем скромном заведении, и что то давно не появлялась, значит к экзаменам скорее всего не допущена. Преподаватели института обычно сообщают родителям одну новость, ваше чадо отчислено, собирайте в армию или на работу… ну как то так, но мне придётся сделать исключение для всеми уважаемого Александра Александровича Скрупко. Александр Александрович был высокий и очень видный мужчина около 50. В безупречном костюме, с безупречной стрижкой и белозубой улыбкой. В молодости, наверное, хорошо зажигал. До сих пор любая дама от 18 до 48 была готова упасть к ногам местного Казановы. Если Антонелло смотрелся дешёвым павлином, то Господин Скрупко выглядел холёным дорогим хищником. На сколько мне известно, в молодости он женился на дочке областного партийного работника, дальше пробел в моих знаниях и спросить не у кого, а потом как то плавно выплыл в нашем городе, но без жены, сначала открыл казино «Кинг», а потом и клуб «Фитнес amp; СПА Афродита». Жена проживала в Москве вместе с дочерью, не знаю точно, сколько отпрысков у Господина Скрупко, но его дочка Амалия Скрупко нарисовалась в нашем городе около года назад. Вроде как её отчислили из московского вуза и маменька отправила её папочке на перевоспитание. Папочка запихал её к нам, переводом, на второй курс, ну и с тех пор она иногда нас радует своим светлым ликом.

Я привела себя в порядок перед схваткой с крокодилом, этот господин вряд ли встретит меня букетом цветов, скорее оттяпает мою буйную головушку прямо на лету. Ну да ладно, что там мамуля вещает в подобных случаях: «волков бояться в лес не ходить».

Я бодро шагнула в дверь с надписью «только для персонала» и начала читать таблички на дверях коридора, ага, кажется нашла. Очень скромно: «Скрупко Александр Александрович». Я уже потянулась стучать в дверь, когда услышала хорошо поставленный голос видимо Александра Александровича:

— У меня как раз был прекрасный мотив, я скорее перерезал бы собственную глотку, чем позволил бы этому павлину стать моим зятем.

— Саш, прекращай, если бы я тебя плохо знала, я бы решила, что у тебя истерика. Опа! Мои глаза округлились, а в следующую секунду дверь открылась и я оказалась нос к носу с холёной блондинкой не определённого возраста, скажем так, около сорока, точнее не определит даже её собственная мать. Ну что тут скажешь, Мата Хари провинциальная, не умеешь летать не выпендривайся. Я гордо приосанилась.

— Добрый день, Александр Александрович у себя?

— Я так понимаю, вы именно это пытались определить, припав ухом к замочной скважине?

— Конечно, каждый судит о другом, в меру своей испорченности, но я всего лишь, только что подошла и пыталась постучать. Судя по вашей реакции, я пропустила массу интересного? Блондинка осмотрела меня оценивающим взглядом, фыркнула и удалилась по коридору к выходу. Александр Александрович распахнул дверь,

— Проходите, садитесь, я вас слушаю.

— Добрый день, меня зовут Альбина Александровна Терайзи, я преподаю в институте, в котором давно не появлялась ваша дочь Амалия… Ну и в связи с начинающейся сессией я решилась побеспокоить вас по личной просьбе ректора. Блефанула я, ну и кто скажите это будет проверять, запихивали её через него, зуб даю, у него и мышь не проскочит, а не то что дочка владельца казино. А глядишь, ещё и наградят за усердие. Я собралась улыбнуться, но быстро спохватилась, момент не подходящий, нужно изображать сочувствие, чем я и занялась, закинув ногу на ногу.

Господин Скрупко пристально изучал меня,

— передайте мою благодарность Михаилу Максимовичу, когда сессия?

— на следующей наделе. Но ваша дочь к ней не допущена, у неё не сданы зачёты.

— понятно, у Амалии сейчас тяжёлый период, совсем недавно трагически погиб её молодой человек, она совершенно не в себе, я думаю будет самым разумным оформить академический отпуск?

— Я закивала, да, да и уже, наверное пора начать заниматься этим вопросом, после отчисления будет уже поздновато.

— У вас очень редкая фамилия, как зовут вашу маму?

— Вера Андреевна Терайзи!

— Боже мой, как тесен мир, я прекрасно знал вашу маму в молодости, как она поживает?

— Да действительно тесен, радостно закивала я, сейчас уже лучше, мама перенесла операцию, и мне пришлось перевестись из московского института, к ней поближе.

— Ваша мама была потрясающей красавицей в молодости, да и вы на неё очень похожи. Сиял Александр Александрович. Ни фига себе повороты, явно не для моего коня. И тут я брякнула:

— А вы случайно не знаете, кто был мой отец?

— Ваш отец? Ну да действительно, у вас же фамилия матери, то есть замуж она не вышла. Так, так попробуем вспомнить, последний раз мы общались летом 1980, помню точно, потому что в сентябре 1980 года я женился и уехал из города.

— Ну вот а я родилась в феврале 1981 года! Радостно вопила я, у мамы был жених летом? Я даже запрыгала на стуле от радостного предвкушения…

Александр Александрович долго смотрел на меня, силился вспомнить,

— боюсь не смогу вам быть полезен, у меня в то время был бурный роман с моей женой, мы готовились к свадьбе и боюсь часть событий окружающей жизни выпала из моего поля зрения… господин Скрупко развёл руками. А что ваша мама говорит по этому поводу?

— Да всё как обычно, полярный лётчик, павший смертью храбрых при выполнении особо секретного боевого задания… сникла я, ну вот разгубастилась…

— Не переживай так Альбиночка, всё образуется, он протянул мне свою визитку, если я ещё могу быть вам чем то полезен? В ответ на вашу любезность, можете звонить без всякого стеснения я у вас в долгу. Я тоже пошаркала ножкой, спела как он любезен и галантен и отчалила не солоно хлебавши… хотя он вполне мог пристукнуть Антонелло, что бы как говорит моя мама не видеть рядом с дочерью выводок маленьких павлинчиков. А может это моя мама? Так и с ума сойти не долго, надо срочно выпить или купить что нибудь, короче отвлечься. Ну где там мой любимый когда он так нужен?

— Серёж привет, ты как там? Горишь на работе?

— Ну да, сама знаешь, эти папины подарки ещё разгребать и разбираться в них, короче ни конца ни края…

— у меня тоже сегодня день какой то бестолковый, пойду стресс снимать шопингом.

— слушай, у тебя же каникулы скоро, тебе отпуск положен?

— а то, целых 60 дней.

— давай на солнышко куда нибудь слетаем, погреемся, как только чехарда вся эта закончится с милицией.

— конечно, давай

— ну вот и прекрасно, ты тогда там себе купальничек прихвати, а мне плавки какие нибудь весёленькие, только что бы не весь пляж ржал, а только я улыбался, а я сейчас «Скорлупку» с деньгами пришлю…

— ты решил оказать посильную финансовую помощь фонду независимых педагогов Урюпинска?

— не всему фонду, только самым его красивым представителям, расхохотался СВ.

Мы договорились куда подъедет Вадим и через сколько, а Сергей заберёт меня как только я освободится.

Сергей появился на финальной стадии шоппинга, между прочим самой тяжёлой его части, обувной. Я стояла, мысленно перебирая все купленные сегодня и имеющиеся ранее наряды, мысленно их комбинировала и пыталась решить какие 4 пары обуви из 6 отложенных, мне наиболее необходимы в данный момент. Любимый сгрёб меня в охапку, сообщил продавщице, что мы берём все и потащил меня на кассу, сообщив, что если бы я хоть раз посмотрела на него таким сияющим взглядом как на туфли, он был бы самым счастливым человеком в Урюпинске, а то и во вселенной.

Перекусив, мы отправились домой, и по дороге Сергей сообщил мне что завтра мы приглашены на день рождения Стеллы Аркадьевны Патрушевой. Он честно признался, что не испытывает абсолютно ни какого желания общаться с мачехой, но Стелла сделала финт ушами: выслушав сообщение Петра что Сергей Владимирович Патрушев не собирается назначать, а тем более выплачивать ей ежемесячное денежное пособие, сказала, что Петька по слабоумию, ни чего не понял или всё сделал не так. И начала бомбить Сергея звонками, что будет весь бомонд, память отца, нужные люди, честь семьи… короче завтра 18.00. И ещё! Надо купить этой звезде подарок…

— Может намордник, предложила я …

— Позолоченный? Дороговато выйдет, да и мерку она не даст снять, покусает ещё …

* * *

Прикупив замечательный подарочек в форме статуэтки, я на фуфырилась, Сергей не мог на меня на любоваться, и пытался затащить меня в спальню проверить причёску на прочность. Разве владелице тафта не предлагалось пережить тайфун с безупречной укладкой? С горем пополам, опоздав на час, мы прибыли в дом ныне покойного, всеми уважаемого Владимира Николаевича Патрушева. Где я галантно пропущенная Сергеем вперёд, столкнулась с блондинкой из фитнес клуба.

— Милочка, я смотрю, вы решили торчать под каждой дверью, которую я открываю.

— Я, как вы изволили выразиться торчу только там куда меня позвали!

— Я вас не звала! Рядом со мной возник радостный Сергей,

— привет Стелла, я так понял нам можно разворачиваться, раз ты нас не звала?

— Она что с тобой?

— Со мной. Прошу любить и жаловать, Альбина Терайзи.

Стелла шагнула в сторону, освободив нам проход, я бодро вручила ей коробку, пожелав дооолгих лет жизни и гордо вплыла в гостиную, в сопровождении Сергея Патрушева, вливаться в местный бомонд. Сергей крепко держал меня за локоток и иногда, его сильно прихватывал, что бы я не особенно умничала, я вскоре за скучала. И увидев господина Скрупко, делывавшего мне отчаянные знаки, отцепила любимого от руки, сообщила всем о необходимости припудрить носик, скрылась за дверью, указанную, мне Сергеем. А при выходе от туда оказалась в компании Александра Александровича. Он расточал мне улыбки и комплименты, подал бокал с шампанским. Я спросила не прояснилась ли его память на счёт возможных кандидатов в мои отцы, Александр Александрович, предложил мне помочь.

— Это как же? Оживилась я.

— Ну например, вы мне дадите телефон и адрес вашей мамы, а я встречусь с ней, мы поболтаем, может я что вспомню, может она чего скажет… Идея мне понравилась, правда Александр Александрович просил маму не извещать, от неожиданности она может больше вспомнить…

Я его заверила, что буду молчать как рыба, а про себя подумала, что если бы ко мне вплыл, неожиданно, такой холёный хлыщ, а я бы сидела в застиранном халатике и пила чай с бубликом у самавара, я бы сначала прибила дочь, предательницу, а потом бы скончалась от расстройства, по поводу того, как невзрачно я выгляжу на его фоне (ясно что не самовара). Так что мамуле позвоним завтра с утречка, а лучше заедем, пора ей в дом отдыха собираться.

Покажу ей Сергея Владимировича, она успокоится, что дочь не путёвая пристроена, и начнёт собираться в путь дорогу.

— Мне казалась, что я помню где Вера жила, и я заезжал по этому адресу: Ул. Советская дом 7, последний этаж? но там ни кто не открыл. Я подумал что забыл уже всё.

Я даже подпрыгнула. Нормально? Это что проверка? Или он забыл где Антонелло хлопнул? А ну конечно, он же наверняка не сам, киллера прислал.

— Нет, не забыли, адрес правильный. Они с бабушкой в дом переехали. Я продиктовала адрес и телефон. Поставила себе напоминалку в телефон, позвонить маме, а то ишь ты какой прыткий. А у мамули сердце между прочим не совсем здоровое.

Подошёл Сергей,

— если хочешь, я покажу тебе дом.

— а ты здесь жил, до 10 лет?

— Да, мне было лет 7, когда отец его достроил, ну пойдём? Мы смотрели детские альбомы, в кабинете, Сергей сказал, что давно собирался их забрать, да всё руки не доходили.

— А дом по завещанию принадлежит Стелле?

— Дом поделен на троих: Стелла, Пётр и я.

— Это за чем такие сложности?

— Не знаю, я сам был удивлён. Наверное хотел что бы я за Петром присматривал, как будто мне своих забот не хватает.

— Ну, он же не знал, что Альбину встретишь… пошутила я.

Открылась дверь, вошла Стелла с Петром.

— Ну и что вы ищете в кабинете?

— Ну поскольку, дом частично принадлежит мне, а я на него не претендовал, пока… то на посещение отцовского кабинета в любое удобное мне время, я надеюсь могу рассчитывать?

— Конечно, расплылась Стелла.

— Теперь мне ясно почему такие странности в завещании, шепнул Сергей мне на ухо. Я хихикнула.

— Мальчики, я бы хотела поговорить с вами наедине! Стелла Аркадьевна выразительно посмотрела на меня. Я ободряюще сжала Сергею руку и шагнула к двери.

— Я думаю ни чего не случиться, Альбина пока закончит отбирать альбомы с моими детскими фотографиями, а мы с Петром пока по будем в твоём полном распоряжении.

— Ну да, твою мадам выгонять совершенно бесполезно, она всё равно будет торчать под дверью с оттопыренным ухом.

— Между прочим, мадмуазель! Брякнула я, но не молчать же.

— Нашла чем гордиться! Вскинулась Стелла.

— Стелла, если это всё что ты хотела сказать, то мы лучше сходим перекусим…

— Нет, Сергей подожди. Я давно хотела обсудить с вами мальчики своё тяжёлое положение. Володя очень некрасиво поступил со мной, оставив без средств к существованию. Но я на последние крохи, стараюсь поддержать незыблемый образ дома Патрушевых. Банкеты, приёмы в честь отца. Я знаю Сергей, что ты зол на меня, тебя кажется, что я разрушила идеальный брак твоих родителей, но это не так. Я была очень молода и невинна, когда пришла на работу к Володе, я влюбилась в него, и он всем сердцем полюбил меня…

— Можно ближе к делу, попросил Сергей.

— Ты должен выделить мне месячное содержание.

— Я тебе не муж и не сын, и я тебе ничего не должен! Что касается банкетов и приёмов, то мне кажется, тут более уместно, одеть на себя траурное платье и молча в одиночестве скорбеть, по горячо любимому мужу. Ты сейчас так красочно её описывала, любовь я имею ввиду. Я думаю что образу дома Патрушевых это только пойдёт на пользу. В твоём распоряжении прекрасный дом и машина с водителем, которые твой сын в состоянии содержать. Отец не оставил мне мешок с деньгами, он оставил мне ресторан, вся прибыль которого идёт на ЗП твоему сыну, и завод, которые загружен на 40 % и еле сводит концы с концами. Делами я так понимаю ни кто не занимался, но кто-то хорошо подчистил все счета. А я сильно сомневаюсь что ты взяла кредит в банке, чтобы устроить банкет памяти отца, по чудному обстоятельству совпавший с твоим днём рождения. Так что денег проси у сына, я думаю он не поскупится на траурную шляпку для матери. А на счёт всего остального, сходи в собес, вдруг тебе за твои подвиги в юности, пенсию начислили.

Стелла метала молнии, Петр то же явно был не в восторге:

— Ты что меня уволить хочешь?

— ты сам скоро уволишься, если работать не начнёшь. Рявкнул любимый. Ну, Стелла тоже хороша, у голодного Патрушева денег просить, я его знаю без года неделя и то таких промашек не делаю. А она 25 лет замужем была. Опять мне исправлять чужие ошибки… Сергей сунул фотоальбомы Петру в руки, сверху кинул ключи от автомобиля. Коротко приказал:

— Отнеси в машину. Разъярённая Стелла вылетела из кабинета. Стук каблуков раздавался на лестнице. Я взяла Сергея за руку, поцеловала.

— пойдём-ка, поедим?

— Да, пошли вниз. Внизу мы присоединились к общему застолью, соседом Сергея оказался старый друг его отца, помнивший ещё Серёжину маму, он что рассказывал, о тяжёлой жизни молодой четы Патрушевых, в квартире на последнем этаже, без водопровода и лифта. Как таскали воду вёдрами из колонки на улице на 5 этаж, зимой и летом. Сергей размяк и слегка перебрал, я предложила сесть за руль или вызвать Вадима.

— Ты поедешь, чего парня по ночам дергать. Мы благополучно добрались до дома. И завалились спать.

* * *

Я ворочалась, соображала, что бы такого наплести маме, что бы она вместе с бабушкой отправилась в санаторий.

Сергей сказал, что он сам будет разговаривать, я когда вру у меня всё на лице написано. Я почти села в машину, когда раздался свист и с дерева спрыгнул Володька Селиванов.

— Привет, Альбин, разговор есть! Как всегда важно заявил он. Сергей оторопел,

— Это ещё что за чудо?

— Сосед мой! Ты заводи пока машину, я на минутку. Я подошла к пареньку.

— Ты замуж что ли вышла?

— С чего ты взял?

— Ну переехала, дома не появляешься, носатый горланить перестал.

— Нет, замуж не вышла, просто не люблю, когда трупы под дверью валяются. Фобия у меня такая. Пришлось сменить место дислакации.

— Понятно. Я вспомнил где я мужика того видел. Я кажется, забыла как дышать.

— И где же?

— Возле казино

— Ну и что он там делал? Возле Казино?

— Да ничего не делал. Пожал Володька плечами. Вышел из казино, закурил сигарету, подёргал шеей, постоял не много и пошёл.

— Давно

— Не помню точно, но я в куртке был ещё, правда ночь была?

— И что это ты ночью возле казино делал, поинтересовалась я?

— Мать в ночную работала. У Вальки отец забухал опять, вот мы и валялись на крыше гаража. Смотрели на красивую жизнь. А что нельзя?

— Теперь нельзя! Ты же теперь свидетель! Забыл? Так что давай там по аккуратней.

— ОК. Альбин, дай 200 рублей.

— Я что-то не припомню, что бы я открывала тебе кредитную линию? Уточнила я, протягивая деньги. Увижу, что куришь, изыму обратно, с процентами! Всё, иди мальчик, не мешай царю.

— Что он хотел? Поинтересовался Патрушев. Я раздумывала, сказать или не сказать. Любимый в нетерпении насупил брови. Мне надо попасть в казино. Сергей Владимирович отведёт меня туда на раз, два. Значит пора сдаваться.

— Вовка в день убийства видел мужика, входящего в мой подъезд, в районе 18.00 часов, худощавый парень, синей ветровке и синей бейсболке, странно подёргивающий шеей. Смутно ему знакомый. Я предположила, что он пересмотрел телевизор, помнишь капитана Овечкина из «неуловимых Мстителей», он именно так дергал шеей, как Вовка показал. Но сегодня его озарило, недели три назад он видел его выходящим из казино в районе трёх часов ночи.

— А что парень делал там ночью?

— Это вопрос не ко мне, я не его мать.

— И теперь тебе захотелось в казино? Я правильно понимаю?

— А что такого? Я например ни разу не была? С моей то ЗП! Но всегда очень хотела. Опять же платье ненадёванное в шкафу висит. Я попыталась изобразить легендарный взгляд кота в сапогах из «Шрека». Надеюсь, выглядела я при этом не совсем глупо?

— Ты что надеешься, что он там сидит с пистолетом три недели и тебя ждёт?

— Ну вот, видишь, это совершенно безопасно! Пойдём сегодня вечером?

— Альбин, ты себе как что-нибудь в голову втемяшишь, тебя проще прибить, чем переубедить. Хорошо, пойдём сегодня, познакомлю тебя с друзьями. Димка меня уже давно зовёт.

— А что там твои друзья делают?

— Развлекаются. Только давай только сразу договоримся, дорогая, Сергей Владимирович посмотрел на меня очень строго, я сделала серьёзное лицо. Когда тебя несёт не в ту степь дома, я могу закрыть твой рот и перенаправить ненужные мысли в направление кровати. Но не стоит сильно упражняться в остроумии на моих друзьях и доводить дело до братоубийства. Короче держи себя в рамочках дорогая, а то завалю тебя прямо на столе в казино, поскольку не знаю другого способа закрыть твой рот. И мне плевать, что там останется от твоего легендарного морального облика. Я вытаращила глаза.

— Ну, вот ты сейчас всё так доходчиво объяснил, что я всё сразу поняла, я ведь сообразительная. Я преданно смотрела в глаза любимого.

— Я так понимаю, что друзей ты ко мне ещё не подготовил?

— Бесполезно готовить людей к стихийному бедствию, паника неизбежна. Глубокомысленно изрёк Сергей. Я надулась, имею полное право.

Мы подъехали к бабушкиному дому, маме на работу сегодня к 16.00 кажется. Сергей волновался, купил два букета цветов для мамы и бабушки. Я настроена была скептически:

— твоя задача, убедить маму уехать отдыхать, а после твоих выходок, она чего доброго тут останется, меня сторожить, вдруг я такого гарного жениха провороню. Ты это, играй, да не переигрывай. Напутствовала я любимого. Встреча прошла на высшем уровне, мама после Антонелло была готова полюбить: «любого гада, лишь бы не павлина» — по меткому выражению бабули. А тут двух метровый шкаф с цветами, да ещё на иномарке, мечта любой тёщи. Сергей водрузился за стол, попивая кофе, заливал соловьём.

— У моего друга мать с внуком собиралась на месяц в Кисловодск отдохнуть, он с таким трудом уговорил её ехать, путёвку с билетами выкупил, но вчера его племянник грипп подхватил и самоотверженная женщина, с вещами переехала к дочери, выхаживать любимого внука и о поездке даже слышать не хочет. Я так понимаю в Кисловодске есть направление сердечно — сосудистое, может вам стоит поехать, отдохнуть, водички попить, раз путёвка всё равно пропадает. Сердечно улыбался Сергей, с таким невинным видом. Я даже позавидовала. Но мама на удочку не клюнула.

— Альбин, ну кто меня сейчас отпустит, ты же знаешь, сколько свадеб летом.

— Мне казалось, что твоя начальница, женщина разумная, лучше дать тебе отдохнуть в мае, чем ты сляжешь в разгар сезона. И бабушка отдохнёт, путёвка то на двоих. Не унималась я. Мама упрямо качала головой.

— Вторая, детская, ехидно вставила бабушка.

— Дети в Кисловодске приравниваются к пенсионерам, брякнула я, показав бабуле кулак под столом.

— Спасибо, Сергей Владимирович, но я не могу принять такой подарок! Вы уже купили путёвку? Мама смотрела на Сергея. Сергей обреченно улыбнулся, кивнул.

— Сдать ещё можно?

— Не уверен. Я со вздохом села за стол,

— Ну и где мы прокололись?

— Не важно, мать не обманешь! Сказала бабушка.

— Понятно. Я тут, не давно познакомилась с дядечкой, как выяснилось твой старый приятель — Александр Александрович Скрупко. Вчера выпросил твой адрес и телефон… Просил не сообщать тебе о его намерениях, он хочет навестить, то есть сюрприз сделать. Ты знаешь мам, затараторила я, он такой холёный хлыщ, одет с иголочки, аж лоснится… Я бы не очень приятно была удивлена, если бы такой крендель застал меня в застиранном халате с бигуди. Ты короче себя в порядок приведи, раз ехать отдыхать не хочешь, сегодня небось заявится… Уж больно приспичило мужику.

— Мы с бабушкой едем в Кисловодск. Я подпрыгнула на стуле от неожиданности, Сергей вытаращил глаза…

— Ты из-за Скрупко? Жахнула я, но забыла, чья я дочь.

— Нет, из-за тебя, Сергей Владимирович потратился на путёвки на твою маму, а как известно, чем больше мужчина тратит на женщину, тем тяжелее он с ней расстаётся!

Получи фашист гранату, мать называется. Сергей, начал приходить в себя.

— Я кажется, только сей час до конца понял, что такое пресловутая «женская логика» в действии.

— Я надеюсь, я вас не совсем шокировала? сконфуженно спросила мама.

— Нет, я живу с вашей дочерью и меня уже не так просто шокировать. Я показала ему язык и отправилась в туалет. С ума они, что ли все по сходили?

Бабушка, заловила меня у двери,

— Тут болтают, что павлина твоего застрелили прямо у тебя на руках? Зашептала она.

— Не совсем, но труп нашла я. Я вдохнула. Мама знает?

— Не должна. Я не сказала, а на работе она ещё не была, у неё выходные. Ты поэтому нас сплавляешь?

— Ну да, а то ещё переволнуется. У нас Сергеем алиби, у нас гости были в момент убийства, но все равно, труп нашла я, любовник мой старый и мертвый, плюс новый и живой… короче лучше уезжайте, а то ей тут такого наплетут. Бабушка чмокнула меня в щёку,

— Хороший парень, кивнула на Сергея, точно не он павлина прихлопнул? ради такой-то красоты?

— Да ты что, бабуль, во-первых, красота у него уже была, на момент убийства, а во-вторых, я же говорю, мы вместе были, да ещё и гости…

— Ну, ладно, ладно, по аккуратнее там.

— Хорошо, а ты мне ни чего не хочешь рассказать? Спросила я, пристально глядя в глаза бабули.

— Ты это о чём? Заюлила она.

— Как о чём о Вере Терайзи и Александре Скрупко естественно! Давай колись! Мать партизанки!

— Да что тут рассказывать, смутилась бабуля. Любовь у них была, или казалось что была. Пока он отдыхать не уехал и не познакомился с дочкой районного партработника, девчонка то страшненькая была, но папа её в то время был на взлёте, наобещал парню горы золотые, Сашка про любовь забыл, закусил удела и пошёл на абордаж. Свадьбу быстро в районе с играли так что больше мы его не видели. Даже не позвонил ни разу.

— А мама?

— Что мама? Недели две лежала и не шевелилась, а потом ни чего тоже отдыхать поехала.

— И что? Познакомилась с партработником?

— Не знаю с каким она партработником там познакомилась, я его не видела, а вот тебя привезла, это факт!

— Понятно, курортный роман на фоне крушения надежд.

Сергей тем временем уладил организационные вопросы. Выдал путёвки, билеты, деньги и согласовал время доставки на поезд с Вадимом. Я поцеловала маму, бабушку, попросила не волноваться, обещала поливать цветы и огород, торжественно потрясая ключом. Наконец мы сели в машину.

— А мамуля у тебя ещё та штучка.

— Ну а ты как хотел? Не родятся от осинки, апельсинки. Сергей рассмеялся.

— Как ты ей деньги то вручил?

— Она пыталась отказаться, но я спросил, неужели она не хочет видеть дочь, счастливой замужней дамой? Если да, то согласно её же теории, она должна попросить удвоить сумму.

— Ты знаешь, мне кажется, я в тебя ещё на лестнице влюбилась! Ну, когда ты про чёрненькое бикини залепил.

— Да ладно тебе заливать!

* * *

На работе страсти накалялись, близилась летняя сессия и студенты с хвостами, как макаки гонялись за мной по коридорам. Все кроме Амалии Скрупко, она наверное занималась оформлением академического отпуска. Еле- еле унесла ноги из института, повесив расписание для сдачи хвостов на дверь кафедры. Так и написала: принимаю хвосты по пятницам, взятки беру бананами.

Позвонила маме, они с бабушкой благополучно почивали в поезде, напомнили мне про огород, полить! завтра! обязательно!

Да уж губа у господина Скрупко не дура, отгрохать такое казино, это сколько же денег надо иметь, пока я потерянно озиралась по шикарным сторонам, прицениваясь к интерьеру, Сергей уверенно вел меня через игровые залы, в ресторан.

— Я смотрю ты тут частый гость?

— Нет, сейчас я сильно занят, то завод, то за тобой бегаю, то поклонников твоих гоняю, а раньше я был совершенно свободен. Хижинку построил и гуляй, Вася. Сергей представил меня своим друзьям.

Дмитрий Чернов — лучший друг красивый холёный блондин лет 35, толстый дядька — банкир Алексей Сазонов, и щупленький армяшка Алексей Азарян. Я мило улыбалась… У двух Лёх (большого и маленького, как звал их Сергей) были юные спутницы, которых мне даже не потрудились представить. Мы сели, мне вручили меню, я усиленно изображала плохо читающую даму, прикидывая от куда начать расследование.

— Ладная тёлочка, вдруг сообщил Сергею, Дмитрий, поглядывая на меня, и зачем от друзей такое сокровище прятать? Сергей буравил меня взглядом, типа, любимая ты всё помнишь? Но взгляды на меня не действуют, как известно.

— А вы, Дмитрий, я смотрю большой специалист по тёлочкам? Вы, каких больше предпочитаете? Чтобы вымя по больше или копыта очень стройные? Дмитрий осклабился, я даже улыбкой это не назову, какой-то волчий оскал.

— Я милая, Альбина, люблю и то и другое, и можно без хлеба… И довольный собой загоготал, к нему присоединились оба Лёхи и куколки. Я подождала, пока стол перестанет трястись.

— Любят — любители, а как специалист вы должны знать, что телочки бывают либо молочных пород, либо мясных. А размер вымя, как раз не говорит гигантских надоях, а указывает наоборот, именно на мясную породу.

— Бывают ещё беговые, вставил Сергей, но от них ни молока, ни мяса, одни убытки, предупредил он меня.

В этот момент, подошла официантка, протянула руку к пустой тарелке Дмитрия,

— Я могу забрать?

— Нет, оставьте, он помоет, брякнула я. Официантка застыла. Остальные замерли на мгновение, потом закатились дружным хохотом, мужики, я имею ввиду, ржал даже любимый забыв про свои страшные взгляды, только куколки сидели с испуганными глазами.

Первый оклемался, как ни странно Дмитрий,

— ладно, я всё понял, будем дружить домами, и приложился к моей ручке. Я милостиво улыбалась и вдруг заметила официантку, застывшую как соляной столб. Девушка, вы что, шуток не понимаете, чего стоим? Кого ждём? И часто у вас на кухне мужики в костюмах от Бриони посуду моют? Официантка скрылась с тарелкой.

— Я бы на твоём месте, ужинать здесь не стал, прошептал мне Сергей, как знать, могут и плюнуть в тарелку…

— Я смотрю, Серёга, весело живёшь?

— Ага, одновременно оттачиваю ум и тренирую тело. А ещё как йог сплю на иголках, резвился любимый. Оно и понятно, буря миновала, чего бы, не повеселиться. Ладно, первый контакт наладили, пора и на разведку. Тут как раз Леха большой, насыпал девочкам горку фишек, и посоветовал пойти поиграть. Я решила быть покладистой ладной тёлочкой и то же вызвалась испытать фортуну. Тут же получила фишки, от большого Лёхи, со словами:

— Первый раз? Ну давай! Новичкам везёт! Сергей встал, придержав меня за руку, зашипел на ухо:

— Альбин, очень прошу, никуда не влезать, понятно? Я обняла любимого, поцеловала его, сообщила, какой он у меня самый лучший и заботливый… и ушла

Девочки представившись Лолой и Эммой, вот повезло-то, а я то, всю жизнь своим именем не довольна. А девчонки вон живут и не парятся, потащили меня играть в рулетку. Я рассеянно сливала фишки, соображая от куда начать, как вдруг увидела нашу официантку, идущую из ресторана с пустым подносом, видимо на кухню. Я рванула наперерез.

— Девушка, простите меня ради бога, я тяжело дышала, я не хотела вас обидеть, просто эти богатые кретины, с женщинами ведут себя очень по хамски, хотелось поставить на место и не разозлить друга, подобострастно улыбалась я и наткнувшись на ледяной взгляд, одним движением высыпала оставшиеся в руке фишки в карман чёрного фартука. Взгляд потеплел мгновенно. Я приободрилась.

— Анастасия, прочитала я на табличке на груди. У вас когда перекур? Через 5 минут, дверь на улицу под центральной лестницей. Я заговорщицки кивнула. И почесала к Лолле и Эмме добывать сигареты. Пожаловавшись на тирана Патрушева, запрещающего мне курить и представляете! как застукает, сокращает мой месячный лимит на кредитной карте! Зверь просто какой-то! Затрясла кудряшками Эмма у которой как раз оказалась пачка сигарет и зажигалка в клатче. Для конспирации я забрала сумочку целиком. Девчонки клялись и божились, что прикроют меня грудью от такого зверюги. Ну вот и ладненько. Коли что, я носик пудрю!

Я как раз вспоминала молодость и свои первые перекуры в подъезде, когда появилась Настя.

— Меня Альбина зовут, представилась я, извини, ещё раз, мне очень неудобно, ужасно не люблю само утверждаться за чужой счёт. А тут вот друг привёл с друзьями знакомиться, а они ведут себя, как будто я целиком из пробкового дерева сделана, а не на половину, острила я покуривая. Ну вот и надо, как говориться и «рыбку съесть и на велосипеде покататься».

— Забудь, махнула рукой Настя, если бы мне, каждый раз, когда гадость говорят, 300 баксов отстёгивали, я бы уже на собственном Бентли каталась. Я даже дымом поперхнулась. Ни фига, а я оказывается щедрая, ещё бы отвалить на чай, собственную месячную ЗП.

— Ну, раз мечтаешь о Бентли, значит пришла по адресу, где ещё может подфартить. У меня друг детства, к вам тут частенько захаживает, так всё время хвастается, как деньги гребёт лопатой. Да может ты знаешь его, он ещё когда волнуется, шеей так смешно дергает, я усиленно изображала капитана Овечкина.

— Да уж облимонился один такой жди. Знаю кажется твоего дружка, он тут продулся в пух и прах, его даже к шефу, она выразительно подняла глаза к небесам, на ковёр водили, он 10000 баксов казино должен. Вот это удача. Может правда пойти ставочку сделать. Прямо сказочное везенье.

— У нас его корешок Руслан Агеев крупье работает, твой дружок уломал нашего Русланчика как то в долг дать поиграть и продулся. Продолжала Наташа.

— И что его не уволили? Интересовалась я попыхивая сигаретой.

— А смысл, деньги то кто отрабатывать будет? На сколько я поняла, то долг на двоих разделили, Руслан свою часть отрабатывает, а дружок ваш нервный где-то на стороне рыщет, мне кажется, что денег он не найдёт, и это на Русика запишут. Попал Руслан, конченый парень, ваш дружок. Такие не поднимаются, так и будет продавать последние штаны и играть в казино, хуже наркоманов, право слово. Ты мне поверь, я давно тут работаю.

— Бедненький парень, ни за что попал, по доброте своей, мне кажется я его видела, светленький такой.

— Нет, сегодня Русика нет, не его смена.

Я поблагодарила Настю. И пошла сдавать вещ доки. Девчонки радостно щебетали, пихали мне жвачку и чувствовали себя причастными как минимум к афёре века.

— Ну что мисс Марпл, как успехи? Поинтересовался Сергей в машине.

— тогда уж Мата хари, вряд ли бы тебе захотелось сломать кровать древней старушке.

— Бесспорно, дорогая, не могу не согласиться. Ну так что новенького?

— Парня дёргающего шеей здесь прекрасно знают, постоянный игрок и должник казино. На пару с работающим здесь дружком Русланом Агеевым пытались обуть казино и в результате остались должны казино по 5 тысяч долларов. Руслан продолжает работать, так сказать долг отрабатывает. А нервный капитан Овечкин похоже подался в киллеры.

— Так, так, складно поёшь, осталось сущая безделица, найти его и вытрясти из него кто его нанял. Да он уже слинял давно.

— Это не важно, я знаю кто его нанял! Я выдержала эффектную паузу. Это Скрупко!

— Не фига себе заявочки, присвистнул Сергей, ну-ка, порази меня ходом своих блестящих мыслей.

— Антонелло, в последнее время закрутил серьёзный роман с Амалией Скрупко и папочка, решил позаботиться заранее о неугодном зяте.

— Мы не в Чикаго, я думаю этот вопрос решается гораздо проще.

— Да я сама слышала, как он сказал, что скорее себе глотку перережет, чем они поженятся! Выпалила я.

— Понятно, осталось только узнать где и когда ты это слышала?

— В спорт клубе, я там как раз Стеллу первый раз увидела!

— Теперь мне кажется ясна ирония Стеллы по поводу тебя и длинных ушей под дверью.

— Ну да, она таже там была, и меня почти застукала. Но почти, не считается. В этот момент впереди, на перекрёстке загорелся красный сигнал светофора, Сергей нажал педаль тормоза, она ушла в пол, но мы плавно на прежней скорости вылетели на перекрёсток, удар в правый бок, нас закрутило. Я получила больно по лбу, потом усиленно боролась с аэр бэгом, который чуть не сломал мне нос. Сергей вытащил меня из машины. Руки ноги целы, у него в крови ухо и лицо. У меня кроме лба, я дотронулась до него рукой, точно будет шишка, вроде всё на месте. В нас влетел ржавая шестёрка, расстроенный водитель, живой и невредимый, бегал вокруг своей машины, и по-бабьи всхлипывал и причитал.

— Ты руками чего махал? Спросила я Сергея.

— Тебя держал!

— Понятно, можешь собой гордиться герой, шишку ты мне лично поставил. Так что я теперь имею полное моральное право всем рассказывать, что ты меня бьёшь, я шмыгнула носом, по вечерам.

Сергей меня обнял,

— Ну я смотрю трещишь ты по прежнему, значит травм не совместимых с жизнью нет. Подъехала скорая. Мне быстро посветили в галаза фонариком, поводили пальцем перед носом, посмотрели лоб и тут же забыли. Сергею посоветовали проехать в больницу наложить пару швов, сильно рассечена щека. Мы пошли в машину скорой помощи, Сергей позвонил Игорю, попросил подъехать разобраться с машиной назвал адрес. И мы отправились накладывать швы на мужественное лицо героя и мазать шишку йодом, полученную от локтя героя, в процессе спасения героини… ну как то так.

С утра у Сергея ныла щека, он разгуливал по квартире не бритый и злой. Я замаскировала шишку чёлочкой, собралась линять на работу.

— Ты куда? Осведомился любимый

— На работу пора. Макаки ждут!

??? Какие макаки? Я тяжело вздохнула.

— Хвостатые! Сессия на носу. Хвосты надо сдавать, если я забью на работу. Нам тут такие серенады под окном будут петь! Хор мальчиков зайчиков! В армию ни кому нынче не охота.

— Мне Игорь с утра звонил. Из машины, таинственным способом испарилась тормозная жидкость. Это не жигули пенсионного возраста, где от старости растрескался тормозной шланг. Игорь думает, что его аккуратно прокололи, в нескольких местах. Жидкость и вытекла, потихонечку. Поздравляю Мата Хари. Похоже тебя хотят убить!

— А чего это сразу меня! Поёжилась я, может как раз тебя!

— А я не сую свой нос, в чужой вопрос! Тебе всё понятно или не совсем?

— Не совсем, и что мне теперь дома сидеть? Захотят грохнуть, вон как в кино, я показала на окна соседнего дома, пуля из снайперской винтовки в лоб. И всё.

— Спасибо за подсказку! Не добро, улыбнулся Сергей. Короче или везде ездишь с Вадимом или сидишь с задрапированными окнами дома, а Вадим под дверью. Вопрос не обсуждается.

— Вариант номер один! Торжественно объявила я. А Вадим огурцы поливать умеет?

— Какие ещё огурцы? Взвыл любимый…

— С маминого огорода, помнишь, я здоровьем клялась? Ну вот, а сама схалявила и пожалуйста тебе, чуть не померла. Сергей обречённо махнул рукой,

— научится, ты главное до вечера парня с ума не сведи своими выходками, не у всех же такая устойчивая психика как у меня. Пожаловался Патрушев. Заверив его в своей любви. Я очень старалась! И чуть не опоздала на занятия. Отбыла на Скорлупке в институт. (в смысле что на машине Патрушева, а не на своей, и соответственно с Вадимом за рулём). По дороге приглаживала чубчик! Красоту ни чем не испортить!

Вадим быстренько доставил меня в пункт назначения, припарковал машину и пошёл со мной в здание.

— Ты куда это? Забеспокоилась я…

— Приказ шефа, не отходить, а то в порошок сотрёт.

— Ну, тогда пошли, грызть гранит науки.

— Это ещё зачем? Не понял Вадим

И мы пошли. Вадим открывал мне двери, осматривал аудитории, прежде чем впустить меня, я мило улыбалась сослуживцам и кокетливо поправляла чёлочку на шишечке. Короче показал Вадим нашему болоту, что такое крутой телохранитель в действии. Жалко пестик не выхватывал когда врывался в помещения. Народ шептался, но в общем всё обошлось. Только декан поинтересовался, на какой редисочной распродаже я приобрела такое сокровище.

— Это подарок, из Африки, Михаил Максимович, видите ли один богатый банановый магнат, беспокоится что не успеет во время сдать хвост и отправится прямиком в Российскую армию.

— Ну, ну… отсалютовал мне очками г-н Перов.

Вадим сегодня стойко выносил все тяготы службы и не мешал мне раздумывать на тему: как найти Руслана Агеева? Позвонить Левану Габридзе и преподнести ему всё на блюдечке? Или лучше попозже на блюдечке с голубой каёмочкой? Жалко мамуля уехала, у неё связи, закачаешься… Но тогда её придётся вводить в курс дела, чего я делать не собиралась. Ну как же я забыла, Людочка, у неё мама в паспортном столе работает. Я двинула к кабинету декана.

— Людок, привет, а Сам у себя? Я кивнула на дверь декана.

— Бегает где-то, ответила Людка расставляя на столе фрукты.

— Ты сегодня прям красотка, закачаешься, на свиданку собралась? Поинтересовалась я плюхнувшись на стул в приёмной.

— Если бы, вздохнула Людка, день рождения у меня, так что прошу вас, присоединяйся. Людка кивнула на шампанское возле стола. Максимыч вот подогнал, так сказать с барского плеча, а мы не гордые, подмигнула Людка.

— Да уж к нашей зарплате если ещё гордость добавить, то так и будешь трезвой ходить, согласилась я. Когда начинаем?

— Народ через часик подтягиваться начнёт.

— Ну тогда я минут через 20 забегу и мы разминаться начнём а я тебе женихов желать, подмигнула я имениннице. Расцеловала Людмилу и улетела отправлять Вадима в магазин.

Вернулась я с цветами, тортом и бутылкой мартини, которое Людочка уважала больше всех иных напитков. Минут через 30 когда щёчки именинницы слегка порозовели, а разговор перетёк в весёлое щебетание, я приступила к тому зачем пришла.

— Людок, у тебя ведь мама в паспортном столе работала?

— Ну да, и сейчас работает.

— Ты знаешь мне очень надо паренька одного найти.

— Ну ты даёшь, Альбин, одного хахеля тебе мало? Второй ещё остыть не успел… пьяно хихикала Людка, а она уже замену ищет.

— Не корысти ради, для подруги стараюсь, обиделась я, представляешь подлец бросил её! Людка жевала,

— подумаешь, бросил.

— Беременную, нагнетала я, ну подружка и родила от расстройства, двойню. Брякнула я. Людка даже жевать перестала

— А тебе то он зачем.

— Как зачем? Тоже хочу!

— Двойню? Людка вытаращила глаза. Потом расхохоталась.

— Он что алименты хорошие платит? Сквозь смех спросила Людка, а вдруг тройня получится?

— Вот именно, что ни чего не платит, хочу сходить к совести воззвать, а вдруг получится. Людмила набрала матери и пересказав слёзную историю о страшном подлеце, бросившим малявочек на произвол семьи, продиктовала мне адрес, где согласно данным паспортного стола проживал Руслан Агеев в месте с матерью Марией Алексеевной Агеевой. Записав адрес на листок бумажки, я припрятала его в сумку. Хорошо бы навестить её сегодня. А что делать с Вадимом? На месте разберёмся. Поцеловав Людмилу и толкнув ещё один тост за здравие, доброту и красоту именинницы я быстренько откланялась. Скорлупка поднялся вместе со мной. Он пытался остаться на дежурстве в коридоре, но подвыпившие девицы не позволили пропадать мужику одному под дверью, заодно и покормили. Пить правда Вадим категорически отказался, сославшись на руль. Так что мне пришлось отдуваться за двоих. Вследствии чего я прибывала в прекрасном расположении духа, когда море по колено. Загрузившись на заднее сидение авто, я сообщила, что мне срочно надо навестить подругу, проживающую на улице Красная. Дом не помню, но сразу узнаю. Вадим кивнул и вырулил с парковки. Мои размышления на тему, с какой стати я буду задавать вопросы о Руслане Агееве, прервал мой новоиспечённый водитель,

— Альбина Александровна, приехали, вот она улица красная, я поеду потихоньку, а вы командуйте куда дальше. Я огляделась. Покосившиеся деревянные дома в конце улицы и дорога по которой и захочешь быстро не поедешь, с десяток крепких кирпичных домиков в начале улицы и даже не большой магазинчик. Я приметила 18 дом, где-то домика через четыре после магазина.

— О, Вадим, смотри магазин, очень к стати, не удобно с пустыми руками идти, купи мне торт или конфет пару коробок. Попросила я. Тебе денег дать?

— Нет не надо, Сергей Владимирович выделил не непредвиденные расходы.

— Вот и отлично, тогда действуй! Как только Вадим скрылся за дверь, я заглушила двигатель мерседеса, вылезла из задней двери, поставила машину на сигнализацию и почесала в сторону 18 дома. Калитка закрыта на щеколду, буду надеяться, что мне повезёт и хозяйка дома. Я вошла в калитку и начала обходить дом, когда услышала мужской голос справа. Я вырулила из-за дома и увидела маленькую, сухенькую женщину лет 50. В стареньких спортивных штанах, футболке и косынке. Она явно копалась в огороде, а теперь выслушивала соседа. Сосед, пузатый мужик лет 40, вещал противным голосом:

— Мария, ну как же так, твоя черёмуха лезет ко мне в огород своими ветками, я сколько прошу, спили ты её.

— Семён, я же не отказываюсь, только ползать по деревьям с пилой, женское ли дело, или сам спили или подожди, Руслан приедет и спилит.

— Чего это я должен бесплатно на тебя работать, твоя черёмуха, вот и разбирайся с ней сама! Моя Ольга уже криком кричит, что с твоих деревьев к нам цветы да листья сыпятся. Тут я и влезла.

— А вы бы, глубокоуважаемый, Семён, по вечерам бы не халявили, тогда бы ваша Ольга по ночам кричала, а днём бы молчала. Сосед выпучил глаза, обильно покраснел и исчез за сараем. Мария Алексеевна бросилась ко мне, ой, миленькая моя, спасибо вам, достал сил нет. Лихо вы его. Позвольте я вас чаем хоть напою.

— С удовольствием, расплылась я в улыбке.

Мария Алексеевна, усадила меня за стол, поставила чайник, достала из шкафа вазочку с конфетами и печеньем, варенье.

— Ой, да что же это я, даже не представилась, Марья Алексеевна я, вы ко мне по делу или случайно заглянули.

— Скорее всего по делу. Сделала я серьёзные глаза. Меня Альбина зовут, я к вам с просьбой, не знаю сможете ли помочь? Ядаже не знаю как быть.

— Что случилось, подвинулась ко мне Мария Алексеевна?

— Тут такое дело, сестра моя с парнем встречалась, всё хорошо у них было, но тут моя Светка беременная оказывается, да и срок большой, молоденькая дурочка ещё, а парень как узнал радостную новость, так сразу и испарился, а Светке уже рожать скоро, да двойня у неё будет, врачи говорят. Вот хочу ему в глаза посмотреть. Мария Алексеевна побледнела.

— Это что же, мой Руська кабель?

— Нет, нет, не волнуйтесь друг его. Может, вы его знаете?

— Как звать то его? перевела дух Мария Алексеевна.

— А имени то я его и не знаю! Молчит моя дурында как партизан1 Говорит коли он нас не любит, то и пусть катится! Я его видела пару раз, когда он Светку домой вечером провожал. Чуть выше меня, волосы тёмные, и знаете шеей так подёргивает, когда волнуется, как будто тик у него не большой. А к вам я пришла, что встречала его в казино с Русланом вашим, похоже они друзья.

— Да, я милая моя, такого друга то и не припомню, я Руськиных друзей то со школы знаю, да со двора. А последние лет 5 он квартиру снимает в центре, он с девушкой со своей там живёт. Хорошая девочка, нравилась она мне, всё внуков ждала, да видно не судьба. Махнула рукой Мария Алексеевна.

— Это почему же не судьба? не поняла я.

— Да вот, Руська заезжал пару недель назад, сказал что с Катей поругались, кончится срок оплаченной аренды за квартиру и он ко мне вернётся. Вздохнула Мария Алексеевна. Он приедет, я спрошу про дружка его, а лучше я вам адрес его дам, вы у него и уточните. С адресом Агеева я выпорхнула на улицу, где столкнулась со злющим Скорлупкой, с тортом под мышкой.

— Ты чего такой суровый? Радостно осведомилась я.

— Вы где были? Я же вас охранять должен! Я пришёл, вас нет, машина закрыта, что я должен думать? Хотел Сергею Владимировичу звонить, да телефон в машине. А машина закрыта! Ноздри Вадима сердито раздувались.

— Ой, Вадюшечка, прости меня ради бога, затрещала я, не давая Вадиму опомниться. Я в машине сидела, смотрю, Машкина мама идёт, ну я к ней выскочила, ключи же не оставлять в машине, с собой взяла, она с сумками я ей и помогла, Машки то дома нет оказывается, работает она сегодня. Но ты не переживай, я Патрушеву не скажу, что ты меня одну оставил. Скажу, что ты целый день с меня не сводил своё зоркое око. Я забрала у прибалдевшего Вадима торт и разместила его на сидение. Так что торт придётся, есть самим!

— Ну что мой пернатый друг, поехали в спорт зал?

— Чего это сразу пернатый? Обиделся Вадим.

— Потому что зоркий ОРЕЛ! Объявила я. Вперёд мой верный сокол.

— Орёл мне нравился больше, сообщил мне Вадим и мы поехали в «Фитнес amp; СПА Афродита».

* * *

Я бросила спортивную сумку в раздевалку и заглянула в тренажёрный зал.

— С ума сойти, Петр Патрушев собственной персоной! Какими судьбами? Дай угадаю, ты решил покорить последние женские бастионы в этом городе? И добраться до культуристок? Что бы они сражённые великолепным торсом укладывались штабелями к твоим ногам? Петр довольный рассмеялся.

— Альбиночка, ты сильно отстала от жизни, культуристки уже пройденный этап в моей жизни, последний непокорённый бастион в этом городе, это ты!

— Боже мой. Так это ты ради меня так напрягаешься? Ужаснулась я. Теперь понятно, почему твой брат приставил ко мне круглосуточную охрану. Я кивнула в сторону Скорлупки, скромно притулившегося у входа. Боится конкуренции! Петька ржал во всё горло.

— Альбин, Выходи за меня замуж!

— Патрушев младший, по моему ты подхватил инфекционное заболевание своего братца. Смотри может быть тяжёлое осложнение на всю голову.

— Ага, от переносчика вируса, Патрушева старшего.

— Ну, типа того. Петька ты такой умный, это что то.

Тут ко мне подлетела какая то сумасшедшая девица и попыталась вцепиться мне в волосы. С трудом отпихнув её, не без помощи вовремя подоспевшего Вадима, я поняла, что это Амалия Скрупко.

— Тебе чего надо, шлёпнутая? Зачёт что ли хочешь? Поинтересовалась я, поправляя чёлочку на шишечке, заодно проверяя при мне ли мой скальп.

Дальше мне в грубой форме поведали, что я, коза драная, заморочила бедному парню голову, а когда нашла по богаче и по солиднее, пристрелила первого. Заманила его коварно, а теперь хожу тут зубы скалю, а бедный Антон в гробу лежит, и опять попыталась испортить моё личико, своими ногтями. Пришлось покрепче вцепиться ей волосы, что бы удержать её на расстоянии от своего лица. Вадим бестолково прыгал в округ, явно парень не был силён в женских баталиях. Петька, вообще благоразумно следовал совету: «если женщины дерутся, в драку лучше не встревать». Ну правильно, ещё красоту попортят ненароком. Много ли Кутузов своим глазом одиноким, девок то наснимал?

— Отстань припадочная, взмолилась я, не трогала я твоего Антона и вообще мы уже сто лет как расстались, он тебя одну любил. Утихомиривала я Амалию. Та вдруг, всхлипнула, обмякла и заревела у меня на груди.

— Правда? Вопрошала она.

— Чистая правда, радостно закивала я. Всё громко объявила я собравшимся, концерт по заявкам телезрителей закончен. Всем спасибо. Все свободны. Посадила рыдающую Амалию на скамейку. Отправила Вадима за водой для Амалии, сообщив напуганному Скорлупке, что мне ужасно домой вдруг захотелось. На сегодня фитнесса достаточно. Тот кивнул, а я пошла в туалет, оценивать ущерб после сражений. Поправив причёску и приладив чёлочку на шишечке, я искала в сумке пудреницу и вдруг услышала крики, визги.

— Скорую, Милицию, быстрее. Закинув свои марафетские принадлежности в сумку я выскочила в коридор. И первым делом увидела Стеллу вещающую Вадиму с бутылкой воды в руках, что я, Альбина Терайзи разбила Амалии Скрупко голову!

Обалдеть, сходила носик попудрить!

Стелла улетела по коридору, с воплями бедный Саша, где же милиция. Я застыла на месте, переваривая услышанное. Может я сплю? Вадим судорожно звонил, видимо Патрушеву:

— Сергей Владимирович, мы в спорт клубе. Все кричат, что Альбина убила Амалию Скрупко, они тут подрались чуток из-за Антона Гревцова. Ну не придурок, доложил называется?

— Я не знаю где она, вроде домой собиралась. Лепетал Вадим. Я метнулась обратно в туалет. Закрыла дверь и что делать? Что, что сухари сушить! Оглядела помещение, не большое окно на уровне груди. Как была, в узкой юбке, в белой блузке с длинным рукавом полезла в окно, туфли на каблуке засунула в сумку, сумку взяла в зубы, юбка быстро лопнула по шву выше разреза до пояса, ничего развернём на бочок и вперёд на амбразуру. Я вылезла через окно на козырёк над входом, и легла на живот, обозревая окрестности. Прилетела милиция, скорая, все бежали внутрь, я осмотрелась, вокруг территории забор, и охранник при въезде, всё, похоже приплыли. И тут я услышала знакомый голос. Я подползла к краю козырька и заглянула вниз. Возле крыльца стоял милицейский Уазик с открытой дверью, на водительском сиденье которого сидел Леван Габридзе, поставив ноги на ступеньки, и разговаривал по телефону. Я очень внимательно разглядывала камеру прикреплённую к козырьку, она была направлена на парковку и захватывала центральную часть ступенек. Вторая размещалась уже в холе и снимала лифт и раздевалку, насколько я помню. Значит если спуститься по крайнему столбу и проползти вдоль ступенек, я не должна попасть в объектив центральной камеры над входом, а машина должна закрыть меня от охранника, сидящего в будке на выезде с парковки.

Я метнулась к краю козырька, перелезла в низ, затем спустилась по столбу, поддерживающему козырёк, обхватив его руками и ногами, с сумкой в зубах. Встала на карачки и поползла в сторону Габридзе, придерживаясь намеченной траектории. Лицо Левана неестественно вытянулось, он открыл рот и вытаращил глаза, трубка сползла к груди. Да уж картинка ещё та, средь бела дня сумашедшая девица ползает на четвереньках в рваной юбке и с сумкой в зубах. Тем не менее я продолжала свой манёвр и ввалилась на заднее сидение машины Левана. Выплюнула сумку.

— Я перезвоню. Здравствуйте Альбина Александровна, что за дела? Вы забыли оплатить абонемент в бассейн? Спросил Габридзе, наконец поместив челюсть на место.

— Привет, я слегка повздорила с Амалией Скрупко, и пошла попудрить носик, а когда вышла, то все бегали и орали, что я убила Амалию. Выпалила я. А я, не убивала, вот посмотри на меня, блузочка с длинным белым рукавчиком, чистенькая, почти… по крыше лазила. Я быстро сняла блузку и пульнула её ошалевшему Левану. Вот экспертизу сделай, что ли. И давай вывози меня от суда скорее, пока план перехват не объявили.

— Ты в своём уме? Взвыл Леван? Ты что от меня хочешь? что бы я беглую преступницу скрывал? На, прикройся! И бросил мне, какой-то пиджак. Я огляделась, сижу в лифчике, рваной юбке…

— Ты хочешь что бы меня с работы уволили? Вопил Габридзе.

— Да на фига такая работа, если на ней надо невинных людей в тюрьму сажать! Я тоже не отставала, пыталась его перекричать. Ты учти я в тюрьму не пойду, я там с собой, что нибудь сделаю. Ясно? и это будет на твоей совести. Господи там же полно камер, сейчас кассеты изымите, всё посмотрите и всё проясниться, только я не хочу ждать этой радостной новости за решёткой. Видимо от шока, я вообще не затыкалась. Потом вцепившись в рубашку Габридзе, зарыдала у него на груди.

Леван завернул что то по грузински, про вай вай маму, дальше непереводимая игра слов, с трудом отцепил от себя мои судорожно скрюченные пальцы, толкнул меня на заднее сиденье.

— Накройся с головой. Захлопнул дверь, и мы поехали. Я еле дышала.

— Рассказывай, давай… И я, несколько сумбурно поведала ему о своих подвигах, а вернее не своих.

— Чего Патрушеву не позвонила?

— А смысл? Искать вы меня там будете в первую очередь? Или ты предлагаешь ему спрятать меня в шкаф и охранять с обрезом? Потом до Патрушева ещё добраться надо.

— Куда тебя везти? Я соображала…

— Давай, наверное, в дом к мамуле. У меня ключи есть.

— Я очень рад и адрес замечательный, а где это?

— Сталеваров 8

— Мы подъехали к дому. Леван забрал мою сумку, вытащил оттуда туфли, протянул мне, достал паспорт и права, убрал в свой карман.

— Телефон, советую отключить. Вечером привезу тебе новую сим карту и новости, если будут. Сиди и не высовывайся, свет не включай. По хорошему, тебя бы закрыть с наружи, да не дай бог пожар. Короче сбежишь опять, я тебя лично поймаю и за решётку посажу. Усекла?

— Усекла.

— А Патрушеву твоему, когда всё закончится, я наручники подарю, что бы он, уходя на работу, тебя к батарее пристёгивал!

— А мне что, на работу с батареей ходить? Огрызнулась я

— А не фига, тебе там вообще делать. Взвился Леван. Парням только мозги пудришь, От учёбы отвлекаешь! Всё марш из машины, пока не передумал!

Я пулей метнулась к крыльцу, трясущимися руками открыла дверь и ввалилась на летнюю кухню. В изнеможении сползла по стене на пол. У меня стучали зубы и тряслись руки, богатая фантазия услужливо рисовала картины с участием меня и моих сокамерников, а на картинке, где я выхожу из тюрьмы лет через 15, с зубами через один, я повалилась на пол и горько разрыдалась.

* * *

Уже смеркалось, когда подъехала машина, я приподняла занавеску и выглянула в окно, к крыльцу шёл мужчина, кажется Леван. Я приоткрыла дверь, высунула нос и грустные глаза, Габридзе остался стоять на крыльце озираясь.

— Альбин, ситуация фиговая, он протянул мне коробочку с сим-картой. В каждом помещении фитнесс центра установлена камера, в специально оборудованной комнате стоят мониторы и записывающее оборудование. Обычно после закрытия клуба охранник вынимает кассеты и сдаёт их в архив. Там они лежат месяц, а потом на них записывают по новой. Комната стоит закрытой, человека там нет — это не режимный объект. Кассеты нужны в основном, что бы в раздевалках ничего не пропадало, всегда можно проконтролировать персонал, ну и престиж опять же. Ключи от комнаты есть у охранника, а второй комплект у Господина Скрупко. Александра Александровича в этот день в центре не было, но ключ хранится в его кабинете в ящике стола, кабинет был открыт, камер в помещениях для персонала не установлено.

— А камера в зале? На Амалию где напали?

— Кассеты с камеры из тренажёрного зала и коридора таинственным образом исчезли. И ты теперь подозреваемая номер 1, так как на глазах у 10 человек повздорила с Амалией, а потом ещё сбежала! Леван буравил меня глазами. Я сделал вид, что нашёл твою блузку в машине, все присутствующие при ссоре опознали её как твою, подписали протокол опознания и я отправил её на экспертизу.

— Что с Амалией?

— Ей проломили голову диском от штанги, сейчас она в больнице, ей сделали операцию.

— Какой кошмар! Я зажмурилась и потрясла головой, отгоняя видения.

— Как там Патрушев?

— Плохо! Пожалел я парня, сказал что вывез тебя, но не сказал куда! И тебе не советую! Иначе будешь в СИЗО сидеть. Пасут твоего Патрушева, ждут когда ты прибежишь? Прослушку конечно не разрешили, но детализацию звонков с мобильного и стационарного телефонов будет уже завтра. Так что звони на телефон водителя или секретаря — лучше мобильный.

— Леван, мы вчера с Сергеем в казино были.

— И почему я не удивлён? Поинтересовался Габридзе, выразительно закатив глаза…

— Дальше рассказывать или ты продолжишь меня уму разуму учить?

— Рассказывай дальше! Ум либо есть, либо нет! Бесполезно ему учить!

— Я с официанткой Анастасией в курилке поболтала, в казино работает Руслан Агеев, он крупье, вчера была не его смена. Но девушка рассказала, что к ним частенько захаживал его друг, дергающий шеей. Парень азартный но играть не умеет судя по всему. Со слов Насти, он уговорил Руслана дать ему сыграть в долг и в результате парень задолжал казино 10 000 $. Мудрый владелец казино, ты его знаешь, Александр Александрович Скрупко, разделил долг поровну между игроком с нервным тиком и крупье Русланом Агеевым. Поскольку первый ни где не работает, то скорее всего Руслан будет бесплатным рабом казино ближайшие 5 лет.

— Ну и что? Поинтересовался Леван.

— Как это что? Парню явно нужны деньги, вот он и подался в киллеры, а Скрупко, зная о его ситуации нанял его!

— А Скрупко то тут причём?

— Как причём! Я сама слышала как он говорил Стелле Патрушевой что ни за что не допустит что бы Гревцов стал его зятем!

— И что ты мне предлагаешь? Арестовать господина Скрупко на основании того что ты думаешь и слышала? Да зачем тогда городить огород с распределением долга, позвал, сказал на, иди застрели и забудем о долге!

— Да, но ведь тогда «капитан Овечкин» будет знать кто его нанял, а так можно действовать через посредника и ни кто не подкапается. Да и про долг весь персонал знал, слухи бы пошли моментально.

— Какой ещё «капитан Овечкин»?

— Гобридзе, ты из аула что ли? Рассердилась я. Телевизор в детстве не смотрел? Спустился с горы водички попить, а тебя в милицию служить забрали? Детский фильм «Неуловимые мстители», капитан Овечкин дергал шеей точно так, как Селиванов показывал, я даже решила, что Вовка их перепутал, когда он мне стал доказывать, что он его раньше видел. А потом парень вспомнил, что видел капитана Овечкина возле казино недели 3 назад. Я была у матери Агеева. Руслан с ней не живёт около года, снимает квартиру вместе со своей девушкой, но приезжал домой пару недель назад, сказал что расстался с девушкой и вернётся к матери как только окончится срок оплаченной аренды за жильё. Скорее всего он больше не может арендовать квартиру, просто мать решил не расстраивать, надо бы с девушкой и с самим Русланом пообщаться!

— Надеюсь, ты не планируешь опрашивать фигурантов по делу в ближайшее время? Язвительно осведомился Габридзе.

— Нет, сколько можно хлеб у тебя отбирать! Мне за вредность не приплачивают, вот на днях убить пытались, сегодня подставили. Патрушев решил, что это покушение на меня из-за расследования и приставил ко мне телохранителя.

— О боже, Альбина, может, лучше в камере посидишь? Слушай, всем спокойней будет и Патрушеву и мне… Я смотрела на Габридзе огромными глазами полными ужаса, тут же услужливая память подсунула стоп кадр прощания с тюрьмой лет через 15 и я опять разревелась.

— Нет, прошу тебя, только не плачь, всё сиди и не высовывайся, если надо что звони. В отделе я вызвался проверить дом твоей матери, так что из наших больше ни кого быть не должно. Всё пока.

* * *

Я вставила сим-карту в телефон и набрала телефон Вадима.

— Привет, орёл, трубку шефу передай, если он один сейчас. Через минуту раздался голос Сергея.

— Альбина, Солнышко ты где?

— Если я скажу, меня Леван в Сизо посадит. Серёж, я слышала как тебе Вадим по телефону из фитнесс клуба звонил, я не дралась с Амалией из-за Антона. Это она на меня налетела, пыталась лицо поцарапать, я защищалась просто, хочешь у Петра спроси, он рядом стоял. Я всхлипнула …

— Не волнуйся, я уже и с Петром разговаривал и со Стеллой и с Вадимом… Ты как сбежала?

— Вылезла через окно в женском туалете на козырёк над центральным крыльцом, лежу загораю, смотрю Леван подъехал. Вот я к нему и завалилась в машину, рыдая и потрясая блузкой в руке в качестве доказательств.

— Ещё бы, я бы тоже дрогнул, если бы такая красавица в бюстгалтере сидела и блузкою трясла.

— Да уж, красавица ещё та! Юбка рваная, вся грязная, босая, с сумкою в зубах и зарёванная к тому же. Ты бы видел лицо Габридзе, когда я слезла со столба и поползла к нему на карачках, стараясь не попасть в объектив камеры.

— Ну красоту ведь ни чем не испортить? Ты ела что нибудь?

— Не могу, кусок в горло не лезет, меня до сих пор трясёт всю.

— Не будешь кушать, будешь тощей и я тебя брошу, не люблю костлявых женщин. Я рассмеялась.

— Ладно, пойду огурец съем.

— Ты у матери в доме?

— Как это ты догадался?

— Ты обещала научить Вадима поливать огурцы. Помнишь? Я ночью приеду, тебе что нибудь нужно?

— Нет, нет, не вздумай! Меня Леван прибьёт, а труп в тюрьму отправит! За тобой наблюдают, ждут когда я объявлюсь.

— Левану мы не скажем, со слежкой тоже разберёмся, телефон Вадима теперь у меня, если что звони.

Я уже задремала, когда раздался стук в дверь.

— Альбин, это Сергей. Я открыла замок, Патрушев протиснулся в приоткрытую дверь. Обнял меня, даже кости затрещали.

— Когда всё закончится привяжу тебя к кровати!

_Это после свадьбы?

— Это вместо, пообещал Сергей и схватил меня на руки.

После того как мы раскидав всю одежду по комнате угомонились и смогли разговаривать, я первым делом поинтересовалась не привел ли господин Патрушев хвоста.

— Обижаешь! Мы с Вадимом подъехали к моему подъезду. Вадим в красной куртке и бейсболке, я в костюме. Мы вошли в подъезд, как будто он провожает меня до квартиры, а сами быстренько поменялись: пиджак на яркую куртку с кепкой, я тут же вышел и сел за руль Мерседеса, стёкла там на глухо тонированные, и спокойно уехал. Вадим поднялся в квартиру, включил свет погулял в перед окнами в моём халате, спиной на всякий случай! Вдруг у наших ребятишек техника какая нибудь есть с собой. Я ему оставил чёткие указания, дверь не открывать, в случае чего брать трубку и изображать пьяного. Дальше я бросил машину на парковке у круглосуточного супермаркета, купил еды и вот я здесь.

— Как то нагло очень. Усомнилась я. Думаешь они совсем дураки?

— Нет конечно, но и мудрить слишком не стоит. Если хочешь что то спрятать, надо прятать на самом видном месте.

Сергей принёс курицу в лаваше и протянул мне ножку, я радостно вцепилась в неё зубами. Рядом с Патрушевым я успокоилась, расслабилась и поняла, что чертовски голодна. Ещё днём я завесила окна плотной тканью, расстелила матрасы на полу, в углу пристроила ночник и завесила его футболкой. И теперь мы с Сергеем валялись на моём лежбище и уминали курицу руками.

— Я ни чего не понимаю, я думала что Антона убили по приказу Скрупко, но кто тогда ударил Амалию и зачем? А может Александр Александрович с киллером не расплатился и тот ему отомстил!

— Какой тогда смысл подставлять тебя, ведь тогда Скрупко точно не поймёт что это знак от киллера. Похоже избавиться пытаются как раз от тебя дорогая! Обвинение в убийстве Гревцова, потом авария, теперь покушение на Амалию Скрупко.

— Да кому я нужна?

— Надо искать мотив.

— Главный мотив всех преступлений это зависть, месть или деньги! Уверенно заявила я.

— Только я бы в обратном порядке расставил. Деньги на первом месте.

— А у меня нет денег, и не было никогда!

— Может твой отец нефтяной магнат, и ищет тебя перед смертью, что бы сделать «королевой бензоколонки»?

— С моей матерью — партизанкой, он меня ни когда не найдёт.

— Вам виднее мисс Марпл, согласился Сергей.

— Мата Хари, поправила я, да, да, конечно закивал Патрушев. Только мисс Марпл умерла от старости в своей кровати, а Мата Хари плохо закончила…

— Её расстреляли, кажется?

— Так точно!

— Тогда можно не беспокоится, у нас запрещена смертная казнь!

— Твоему Антонелло от этого легче не стало!

Зазвонил телефон, Сергей подскочил, схватил трубку. На экране высветилось: Патрушев С. В.

— Вадим звонит с моего телефона. Что могло случиться 3 часа ночи?

— Алло, слушаю! Вадим, что то торопливо говорил, слов я не могла разобрать.

— Немедленно звонишь Левану Габридзе, его номер забит в мой мобильный, объясняешь ситуацию и просишь его подъехать к моему дому. Мне надо как-то в квартиру попасть, иначе Альбину засветим. Всё понял?

— Что говорить? Правду Вадим, только правду! И ни какой самодеятельности! всё я еду! Сергей судорожно натягивал штаны, прыгая на одной ноге, а я искала его носки в потёмках.

— Что случилось, Серёж?

— В Вадима стреляли!

— Что??? Я села с носками в руках. Он же в твоей квартире был!

— Всё правильно! Вадим меня привёз, оставил машину у подъезда, поднялся в квартиру, запалил везде свет, маячил перед окнами, потом спать лёг. В 2.55 раздался звонок в дверь. Сонный Вадим врубил свет и пошёл в коридор, включил свет в коридоре, и тут вспомнил, что он у меня дома и дверь открывать нельзя. И он зачем-то, от растерянности может, выключил свет! И тут раздался выстрел! Скорее всего в глазок. Вадим позвонил мне, сейчас позвонит Габридзе. Представляю, как тот матерится сейчас, рассказывал Сергей, натягивая носки.

— Где мои ботинки, Альбин, быстрее давай, если меня поймают, отправишься в камеру, а мне совсем не хочется в тюрьму апельсины таскать и прятать в батон напильник.

— А как ты объяснишь, почему не позвал ментов снизу, а позвонил Габридзе?

— Очень просто! Я про них ни чего не знал и слежку не заметил! Пусть гордятся своим профессионализмом. А Левану позвонил, так как он ведёт дело и ему не надо ничего объяснять! Сергей быстро наклонился, поцеловал меня и убежал. А я осталась сидеть на полу. В голове стучала только одна мысль: Это Сергея пытались убить, не меня, а именно Сергея! И теперь всё сходится, деньги — вот он основной мотив! А кто у нас выигрывает от смерти Сергея Патрушева? Меня прошиб холодный пот — Патрушев Пётр Владимирович! Я тихо заскулила, Нет, этого не может быть, Петька? Он не мог! А я чем мешаю? Вдруг забеременею и Патрушев женится, вот Петька и задёргался! Мне стало не хорошо. Нужно срочно на свежий воздух или я с ума сойду. Я натянула старые джинсы, рубашку, джинсовку, кроссовки, закрутила волосы под бейсболку, сунула в карман деньги, телефон и понеслась не разбирая дороги. Ветер охлаждал лицо, мысли обрели ясность. Всё сходится, когда Сергей объявился у меня дома, звонил именно Петр, выясняя подробности, не у меня ли Сергей Патрушев? И он бы там был, если бы не сломалась кровать! Киллер ждал Патрушева в моём подъезде и скорее всего бы дождался, но тут Антон пришёл меня навестить, а убийца в темноте обознался. Потом авария! Пётр мог спокойно вывести тормоза из строя, Сергей сам отдал ему ключи от машины, отнести фотоальбомы. Виски сдавил железный обруч, голова разламывалась, я начала оглядываться, на меня с интересом поглядывала группа подростков, только этого мне не хватало! Я перебежала проспект к освещённому супермаркету и юркнула в него. Зашла в зал и вдруг испугалась! А если знакомых встречу? Я же в розыске! Конечно мало вероятно в 3 часа ночи, но с моим везением… Надо что нибудь купить, дабы не привлекать внимание, и быстро уходить от сюда. Спиртное! То что надо, пьянчужка прибежала за добавкой. Я прихватила бутылку коньяка. На кассе девушка странно на меня посмотрела! Ещё бы одета как бомжиха, а пьёт Реми Мартин! Ну не дура, скажите пожалуйста. Конспираторша хренова! Я положила бутылку в пакет и выкатилась из магазина. Подростков не наблюдалось и слава богу! На парковке супермаркета стояло несколько машин и какой-то парень покупал сигареты у палатки. Всё больше ни души! И вдруг я застыла, парень дёрнул шеей! Это он, «капитан Овечкин», худощавый, невысокий, волосы вроде тёмные. Что делать? Он же киллер, у него пистолет может быть, надо за ним проследить! Да уж разведчица из меня ещё та! Его нельзя отпускать! Из города смотается и будет у Левана ещё один висяк… Так что мы знаем о нём, Альбина думай быстрее! У парня тяжёлые времена, денег нет, и скорее всего с женщинами тоже напряжёнка, будем надеяться я права, другого варианта всё равно нет. Выследить я его не смогу, слишком пустынно на улице, а если это он стрелял в Вадима, то сейчас капитан Овечкин и тени своей боится! Буду изображать доступную дешёвую потаскушку, надо что бы он взял меня с собой, а то заляжет на дно и ищи ветра в поле. В смысле Леван будет гонять ветер по полям, а я грустить в уютной камере. Быстро сняв кепку, выкинула её и пакет из под бутылки коньяка в урну. Расстегнула пуговицы на рубашке и завязала её узлом на груди, обнажив живот и частично грудь. Растрепала волосы, содрала чёрную фольгу с горлышка, вытащила пробку из бутылки, сделала глоток, побрызгала на куртку, от меня должно нести алкоголём, и не ровной походкой почесала к палатке.

— Привет красавчик, лыбилась я, подсовывая грудь парню под нос, он как раз забирал несколько пачек сигарет из окошка палатки. Закурить не найдётся? Я демонстрировала себя во всей красе, глуповато хихикала, оценивающе поглядывая на «капитана Овечкина». Парень дёрнул шеей, точно он, решила я, ну сколько таких тиков в нашем захолустье! Парень протянул мне сигарету, следом зажигалку, глаза зашарили по моему телу, кажется клюнул.

— И как зовут такого сладенького паренька? пьяно сюсюкала я.

— Виктор, представился «капитан Овечкин». Врёт небось, ну да ладно, соображай лучше как тебя зовут детя природы.

— А я, Натали, прошу любить и жаловать. Представляешь, вещала я, жадно закуривая, я от мужика своего ушла, совсем! Мало того что бьёт меня, я продемонстрировала шишку на лбу, так ещё и к другу приревновал, еле ноги унесла! Так пока складно, бутылка только больно крутая для дешёвых выпивох. Даже вещи не дал взять, гондон штопанный, но ничего, он у меня ещё по плачет! Вот! Я сунула парню бутылку под нос, у его шефа завтра день рождения, всем офисом скидывались! дорогущая! Завтра кинется, а бутылочка то тю-тю! Так ему и надо козлу! Я радостно захихикала. С тебя закуска! Главное не перестараться! Парень рассматривал меня очень внимательно, видать совсем на бомжиху не тяну.

— Так тебе ночевать негде? Я радостно закивала. Хочешь, пойдём ко мне, есть шикарный диван и закуски полно! Вкрадчиво предложил Виктор. Есть контакт! Клюнул голубчик! Видать совсем без женщин озверел, ему сейчас надо на дно залечь или из города мотать, а не с девками кувыркаться. А может он решил себе алиби состряпать? Я же типа пьяная, скажет что в 2 ночи привёл, а не в 3.20!

Я радостно рванула к капитану Овечкину, чмокнула его в щёку.

— Да ты просто гений, пошли скорее!

Виктор подхватил меня под руку и повёл меня в сторону хрущёб. Местечко ещё то, фонарей нет, дороги нет, я пару раз чуть не растянулась, ничего, я же пьяная, имею право! Хваталась за Виктора, радостно повизгивая, он с удовольствием ловил меня, и почему-то всё время за грудь. Я поглядывала по сторонам, пытаясь сообразить, где мы находимся? На углу дома мелькнула табличка ул. Лесная, Виктор вел меня к первому подъезду. Я качнулась в сторону, дом толи 9, толи 8, толи 6, темно, плохо видно. Мы зашли в вонючий подъезд, горела тусклая лампочка, 3 этаж, квартира 10. Парень открыл дверь, включил свет.

— Прошу! Я, приобняв бутылку, прошествовала мимо, зазывно покачивая задницей.

— Очень мило! Хотя, что тут милого, бомжатник какой-то. Облезлая, заляпанная кухня, в комнате диван, шкаф с посудой, железная белая кровать, словно из советской больницы, с железными прутьями и круглыми набалдашниками по углам. Журнальный столик и всё. Виктор повёл меня к дивану, придвинул журнальный стол, достал две чашки, шоколадку, потёр ладони.

— Ну что, Натали, приступим? Натали радостно захрюкала. Теперь необходимо накачать его раньше, чем напьюсь сама, а главное не доиграться до изнасилования, а то ведь его ещё и оправдают! А что? Пришла сама, да ещё коньяк принесла!

Я делала вид что пью, а сама, нажимала на закуску. Виктор расположился рядом, на диване, напиваться явно не торопился, а двинулся на абордаж. Блин, я косилась на булку, придётся бить по голове, а вдруг на смерть? Это в кино, они прикольно в дребезги разбиваются, а в жизни? А в жизни я не пробовала! Вот треснет, к примеру, не бутылка, а его черепушка? Тогда можно сразу идти сдаваться, мне уже ни кто не поможет! Разбушевавшаяся маньячка! Парень повалил меня на диван, прижал телом, начал мен я целовать и расстегивать ремень у меня на джинсах.

— Не хочу «бутерброд» пьяно заголосила я, что вы всё сверху, да сверху я тоже хочу! Виктор оторопел, но сообразив что я совсем не против а даже на оборот, слез с меня.

— Ну давай сверху. Согласился он.

Я подтолкнула его в сторону кровати, прихватив бутылку, сплясала с ней несколько пьяных па, поставила её рядом с кроватью. Пусть стоит, на всякий случай! Изображая из себя стрептизёршу, с замашками леди-вамп, начала раздевать Виктора. Сняла с него футболку, расстегнула джинсы, резко выдернула его ремень, положила на кровать. Капитан Овечкин опять схватил меня руками, ишь как разбирает то мужика. Я толкнула его на кровать, поскольку спущенные штаны болтались внизу на ногах, он завалился без сопротивления. Я залезла на него, развязала свою рубашку и пульнула ему в лицо. Пока он вылезал из под неё со счастливой улыбкой идиота, я эротично (очень хочется верить) вытягивала ремень из своих джинсов, извиваясь на нем как не нормальная. Взяла его правую руку и начала привязывать к спинке кровати.

— Ты что придумала? Дёрнулся Виктор.

— Поиграем? Я лукаво улыбнулась. Это так заводит! Потянулась к нему губами, поводила совсем рядом с его ртом. Я тебя могу трогать, а ты меня нет! Потом поменяемся. Парень дёрнулся ко мне, я резко отпрянула, толкнула его обратно на кровать.

— Лежать, это изнасилование! Пьяно обявила я. К стати, у тебя есть презервативы?

— В заднем кармане джинсов, клиент расслабился. Прекрасно, я крепко привязала правую руку его ремнём, а левую своим. Потом стянула с него джинсы, достала презервативы и засунула один ему в зубы, пьяно захихикала.

— Подержи. Растянула джинсы в разные стороны за две штанины и начала привязывать ноги. Виктор выплюнул презерватив на кровать.

— Ноги то зачем? Я молча заматывала его по крепче, ну вот, кажется готово. Стянула с него носки, скатала клубочек и затолкала парню в рот.

— Надеюсь, ты часто моешься и не задохнёшься раньше времени. Виктор начал дергаться на кровати, я посмотрела внимательно, вроде крепко. Он мычал, пытаясь выплюнуть носок, вены на руках и шее надулись. Господи, поздновато осенило меня, надеюсь это он? Ладно, пусть Леван разбирается, ему в конце концов за это зарплату платят. Взяла мобильник «жертвы интима» и набрала номер Левана, раздался злой голос.

— Алло, кому там не спится?

— Это я, Альбина.

— Я с тобой сейчас разговаривать не могу и не хочу!

— Я привязала «капитана Овечкина» к кровати, а он вырывается, так что придётся тебе поторопиться. Очень не хочется бить его бутылкой по голове, мы же не в дешёвом Голливуде, а в дорогом Урюпинске.

— Ты что так прикалываешься по ночам? Взвыл Габридзе.

— Леван, я не шучу, я вышла погулять, а тут он, шеей дёргает, а его сняла и привязала у него дома к кровати!

— С чего ты вообще взяла, что это он? Зашипел он в трубку, видимо от избытка чувств.

— Эта мысль тоже пришла мне в голову, но уже после того как я его привязала!

— Какого хрена ты там гуляешь, орал Габридзе, я тебе что сказал? Ладно, сиди и жди, сейчас приеду с нарядом, посидишь в КПЗ чуток, глядишь поумнеешь!

— Нет, Нет, Леван, я же специально с его телефона звоню, брошу его здесь, вы звонки все посмотрите, а меня уже не будет! Я в КПЗ не хочу!

— Хватит, Альбина, ты допрыгаешься, что тебе голову оторвут ночью в подворотне! Вот парочка, гусь да гагарочка, только-только Патрушева в квартиру внедрил, думал посплю, так нет, тут коза эта опять куролесит!

— Короче, я судорожно одевалась, под грузинские напевы. Ремня не было, штаны слегка сваливались, я держала их рукой. Ул. Лесная, хрущёбы, знаешь эти на окраине, за проспектом Ленина. Выскочила на улицу, подбежала к табличке на углу дома, дом 8, квартира 10, 3 этаж. Парень связан, замок открыт, свет горит, не ошибётесь. Скажешь, что я позвонила с его телефона, добровольная помощь от «Тимуровца» — Альбины Тейрази. Я бежала обратно, закинуть телефон.

— Твою мать, Альбина, я тебе конечно не мать, но до дома доберёшься, позвони. Драть тебя некому было в детстве, сразу видно.

— Конечно, безотцовщина, легко согласилась я.

— И не жди, что я тебя буду перед Патрушевым выгораживать, и фокусы твои скрывать… Я нажала отбой. Времени нет. Забежала в спальню, Виктор судорожно бился на кровати, но пока без успешно, лицо красное, глаза жуткие. Я поёжилась. Будем надеяться, он дождётся Левана.

— Всё, ковбой, до встречи в тюрьме. Скорее всего я буду в соседней камере. Бросила мобильный на кровать, и почесала домой. На ходу проверила телефон, ключ от дома и перешла на галоп, встреча с Леваном в эту звёздную ночь в мои планы не входила.

* * *

Утром позвонил Сергей.

— Привет, не спишь? Меня к себе Габридзе вызывает.

— А где доброе утро любимая? Как спалось солнышко? Настучал уже хрен носатый? И что ему ещё от тебя надо?

— Наверное, хочет про твои ночные подвиги в красках рассказать, в голосе любимого звенели стальные нотки. Ты что творишь? А если бы он тебе башку прострелил, а потом изнасиловал?

— Потом, мне было уже всё равно, орала я в ответ, а вот то, что он уже три раза пытался тебе башку отстрелить, мне не всё равно! Ты понимаешь, что происходит? Убить пытаются как раз тебя? Да ещё наёмный убийца. А как доказать связь киллера с заказчиком? Да ни как, пока киллер на него пальцем не покажет! Что так и будем всю жизнь по подвалам прятаться? Или подумаем кому это выгодно? Ты вчера про главный мотив всех преступлений рассуждал, очень грамотно. А кто является твоим единственным наследником? Правильно Петька! У меня, кажется началась истерика. Я отдышалась. Вспоминай давай, ты в коридоре сидел, когда Пётр интересовался моим новым ухажёром и вскоре убивают Гревцова под моей дверью. Если бы мы кровать не сломали, то и в магазин бы не уехали, киллер бы нас пристрелил, сначала тебя, а потом и меня за компанию, что бы свидетелей не осталось. Следом авария, ты мне сам сказал что кто-то испортил тормоза, а за день до этого на дне рождении Стеллы, ты лично в руки дал Петьке ключи от своей машины. Когда я от Амалии в клубе отбивалась Пётр рядом стоял, но в драку не полез, со стороны смотрел. Я только не пойму? Чем я мешаю? Окажусь беременной, и уплыли денежки?

— Альбин, не терзай мне душу, я и так всю ночь не спал. У меня кроме Петьки кровной родни больше нет и мысль о том, что он ради денег готов родного брата пристрелить меня просто убивает. Я просто поверить в это не могу! И желание у меня пока одно отдать ему на фиг всё папашино наследство, набить морду и не видеть больше ни когда.

— Так что давай успокоимся. Ты сама то как? Он тебя не изнасиловал?

— Нет, не беспокойся всё нормально. У меня был запасной план, если что бить бутылкой по голове.

— Да уж, куда нашему ГосПлану, до Ваших, госпожа Терайзи, им такое даже не снилось. Ладно, я уже на месте, хлопни что нибудь и спи давай, а то опять чего нибудь наворотишь. Вечером приеду, новости от Габридзе привезу. И всыплю в воспитательных целях. Я тебя люблю. Сергей отключился.

Я тебя, кажется тоже, пробормотала я, иначе, что это было вчера ночью? Попытка спасти любимого или приступ суицида? Да уж, кажется влипла.

* * *

Патрушев вошёл в здание прокуратуры, поднялся на второй этаж, прошёлся по коридору. Подошёл к двери с Табличкой Следователь Л.В. Габридзе. Постучал пару раз, потянул на себя дверь. За столом сидел взъерошенный, не бритый Леван Габридзе, с красными глазами.

— Привет, войти можно? Леван кивнул на стул возле стола.

— Садись, давай.

— Ты хоть спал сегодня?

— С вами, пожалуй, поспишь! А ты чего такой кислый? Всё с твоей козой нормально, он даже трусы снять не успел.

Сергей посмотрел на Левана.

— Устал я чего-то, сил нет. Потёр глаза рукой. Голова просто раскалывается!

— Ещё бы, сплошные нервы, не девка, а чёрт в табакерке! Может ну её, найди себе какую нибудь, куколку, можно Барби, тупенькая, послушная и заживёшь! Габридзе закатил глаза и губами зачмокал. Во! Закачаешься!

— Ага, и детей она мне таких же нарожает, тупеньких и послушных. Ухмыльнулся Патрушев.

— Да уж, ваших с Альбиной детей, я прямо с рождения на учёт поставлю. А по праздникам буду поводки и намордники дарить. А что? Надо же отпрысков выгуливать иногда! Сергей зажмурил глаза, потряс головой, словно отгоняя видение: Он с выводком детей на поводках и в намордниках. Дети разбегаются и клацают зубами на прохожих через намордники.

— Ты это, краски не сгущай, давай по существу.

— А по существу у нас вопрос Љ1! Кто-то пытается вас убить господин Патрушев! Пока разрабатываем два направления: бизнес и семья, т. е. наследники. Может ещё какие версии имеются?

— Мне пока и этих хватит.

— Мы уже поработали с Альбининым военнопленным, слушай Патрушев, как ты с ней управляешься, а? Даже интересно!

— Я её бью! Пошутил Сергей. Она тебе шишку ещё не демонстрировала? Нет? Странно.

— Это любовь! Зуб даю! Веселился Леван.

Патрушев усмехнулся.

— Я тебе потом как нибудь расскажу, про нашу любовь! Битва титанов!

— Лучше я тебе кое-что расскажу! Представляешь, идёт наша Альбиночка, гуляет так сказать, ночью на свежем воздухе. А почему бы и не прогуляться девушке в розыске в 3 часа ночи? Заводился Габридзе. Смотрит, паренёк, покупает сигареты и шеей подёргивает, ну она и снимает нашего клиента. Леван заглянул в дело.

— Сидоренко Виктора Алексеевича. Отправляется к нему домой, там они распивают спиртные напитки, опять заглянул в дело, а конкретно, бутылку коньяка Реми Мартин 0,75л. Затем, обещая райское наслаждение, наша «Баунти» привязывает парня к кровати и засовывает носок ему в рот. И только потом в её светлую голову, приходит мысль: «А это точно тот парень?». А вот мысль о том, что если это он! то он убийца и возможно вооружён, её так и не посетила, к сожалению!

Кстати, когда мы прибыли в квартиру, господин Сидоренко нам поведал страшную историю, о том что привёл в дом девушку, которая его ограбила и благополучно смылась. И до сих пор порывается написать на неё заявление. Но ты не переживай, заявление мы принимать отказались, а вот с адвокатом на всякий случай этот момент обсуди. Не повредит.

— Виктора Алексеевича мы порадовали, что при попытке убийства господина Патрушева, квартира находилась под наблюдением и наша наружка зафиксировала Сидоренко выходящего из подъезда, сразу после выстрела. Одежда на нём та же, снять не успел. Вернее успел снять, не успел выбросить. Пистолет после выстрела он бросил в мусоропровод. Мы его нашли в мусорном баке. На пистолете отпечатков нет, но на руках и футболке Сидоренко найдены частицы пороха. Опросили Руслана Агеева, друга Сидоренко и господина Скрупко. Информация о долге Сидоренко перед казино подтвердилась, мало того от Агеева стало известно, что изначально Сидоренко задолжал крупную сумму местным бандитам, а когда они поставили его на счётчик, упросил Руслана дать ему шанс сыграть и вернуть долг, заработать такую сумму за столь короткий промежуток времени не представлялось возможным. Завтра проведём опознание Сидоренко Альбининым соседом, попробуем связать его с делом об убийстве Гревцова. По предварительным данным пистолет тот же, но результатов баллистической экспертизы пока нет. Ждём детализацию звонков мобильного телефона, но когда она будет? Леван развёл руками, к слову сказать, мы ещё твою распечатку не получили, до сих пор… так что.

— Свою могу принести, если хочешь? А детализация Сидоренко, скажи мне номер, я тебе её куплю, предложил Патрушев.

— Заманчивое предложение, но я вынужден отказаться, во первых её к делу не пришьёшь, а во вторых, я думаю там ни чего интересного не будет. Как и в твоей. Короче работаем, времени пока мало было. Парень пока отпирается, я сейчас доказательств подсоберу и мы его прижмём. Но что он нам расскажет? Вряд ли заказчик ему представился, а тем более встречался с ним лично, в лучшем случае посредник, а в худшем ценные указания по телефону или через е-майл.

— Понятно, что ничего не понятно, сказал Патрушев, а что с покушением на Амалию Скрупко?

— Амалии сделали операцию, врачи говорят успешно, в сознание она пока не пришла и не известно прейдет ли! Мы на всякий случай поставили охрану в больнице, да и папашка расстарался, братков из казино подогнал, и это правильно, вдруг преступник решит добить жертву? Сделали экспертизу рубашки Альбины, следов крови не найдено, но из-за скандала, его видели человек десять, ситуация пока не однозначная. Пропали кассеты с записями, при этом маловероятно, что господин Скрупко будет покрывать убийство дочери. Так что, предположительно, кассеты забрал убийца, и он точно знал где лежит ключ и что Скрупко нет в кабинете.

Кстати отец Амалии, даже слышать ни чего не хочет об обвинении на Альбину. Сказал что это полный бред. Я даже растерялся, как лев на меня напал. Похоже, у тебя ещё один конкурент нарисовался.

— Нет, он просто мать Альбины хорошо в молодости знал. Да и староват он для неё, больше недели не протянет, это я тебе точно говорю. Рассмеялся Сергей.

— И вообще Амалия в общую картину не увязывается! Допустим, что это просто попытка обезвредить девицу Альбину, сующую свой нос куда не надо.

— Гревцов — поятно, киллер ждал меня, в темноте перепутал, допустим. Предположил Сергей. Что касается моих наследников, то пока он у меня один — Петр Патрушев, детей у меня нет, родителей тоже. Как вариант, Альбину пытаются убрать, вдруг она забеременеет и нарисуется ещё один наследник? Но, на мой взгляд, ударить по голове диском от штанги, это слишком круто, для предохранения от беременности. А ты как считаешь?

— Я ещё и не такое видел! Прутом арматуры по голове из-за копеечного мобильника не хочешь? А тут такие бабки на кону.

— Нет, прутом точно не хочу! Замотал головой Патрушев.

— Да, ещё, перед убийством Гревцова, Альбине звонил Пётр, интересовался слухами о её новом бойфренде, они с моим братом вместе в школе учились, пояснил Патрушев, в одном классе, так что номер он её наизусть по-моему помнит. В детстве пускал слюни над телефонным диском. Потом Авария эта. Машина новая на гарантии, в сервисе её вдоль и поперёк излазили, сказали что кто-то, очень аккуратно проколол тормозной шланг, тормозная жидкость потихоньку вытекла. Если бы мы разбились в лепёшку, ни кто бы и копаться не стал, несчастный случай и точка. За день до аварии мы были на дне рождения Стеллы, матери Петра и по совместительству вдовы моего покойного отца. Где я, собственноручно отдал ключи Петру и попросил отнести фотоальбомы в машину. Я забрал из кабинета отца свои детские снимки и снимки родителей, пока Стелла до них не добралась. Я хочу сказать, что Пётр имел доступ к моей машине и довольно долго, мы с Альбиной ушли за стол, и про ключи я вспомнил только перед отъездом. Мне их на стол положили, я даже не помню кто. Дальше покушение на Вадима. Он изображает меня, просыпается ночью от звонка, включает свет, затем вспомнив, что он это я и открывать нельзя, опять гасит свет. Преступник, увидев погасший в глазке свет, решает, что я в него смотрю, прикладывает пистолет и стреляет. А ведь если бы я не был с Альбиной, я бы так и сделал, Леван. И лежал бы сейчас с прострелянной башкой в луже крови на полу в коридоре! Так что Альбину мне бог послал, иначе бы я уже на тот свет давно отправился.

— Ещё у меня мысль мелькнула, но я пока её к общей картине приставить не могу, не пойму каким местом, может у тебя получится? Леван потянулся вперёд,

— есть что то чего я не знаю?

— Я когда завод получил после смерти отца, с делами только начал разбираться, месяца через два, ко мне прибыли посланцы и пригласили на встречу. Ты наших криминальных авторитетов всех знаешь? Поинтересовался Патрушев.

— А то, радостно улыбнулся Габридзе, работа такая!

— Почтил меня своим вниманием сам Лопатин Алексей Станиславович, «меченый» кажется в народе? У него мочки нет на правом ухе.

— Серьёзный мужичок, оружием торгует, да и наркотой не брезгует, деньги то не пахнут. Сообщил Леван.

— Я искренне поинтересовался, чем обязан столь высокой чести, продолжал Патрушев. Алексей Станиславович долго заливал соловьём о своей дружбе с моим отцом и обширных бизнес планах на будущее, которым было не суждено сбыться, из-за трагической смерти Володи Патрушева, но он надеется, что я как истинный сын своего отца продолжу начатое. А теперь, переходим к главному, мне предложили использовать бетонные блоки, изготавливаемые на моём заводе как контейнеры.

— Для чего? Поинтересовался Гобридзе

— Ты знаешь, я даже интересоваться не стал, меньше знаешь, крепче спишь! Я вежливо отказался от столь заманчивого предложения. Поскольку денег мне хватает, и даже слишком, спать я люблю много и крепко. Семьи у меня нет, родителей тоже, типа за жабры ему меня не взять, я один как перст. А как же брат, тут же поинтересовался Алексей Станиславович, да ни как говорю, мы не родные, выросли в разных городах, да и мать я его совсем терпеть не могу, а брата с трудом перевариваю — двухметровый пустозвон. Тогда говорит — продай! Я отвечаю — вы же не хуже меня знаете наши законы, в права собственности я вступлю только через 6 месяцев, да и тогда, скорее всего буду вынужден отклонить столь заманчивое предложение. Веришь? Патрушев мотнул головой, это были самая тяжёлые переговоры в моей жизни, я весь взмок. Леван задумчиво уставился на дверь,

— интересная картинка получается!

— Да картинка может и интересная, да всё равно безрадостная как не крути. Даже если убрать меня пытается господин меченый, то завод он всё равно сможет получить только через Петьку. То есть Петька или просто в курсе или по уши в деле. Есть, конечно, шанс, что зная Петра, с ним даже ещё не разговаривали, а планируют взять быка за рога, после моей смерти. Но Петька так часто мелькает во всех последних событиях, что этот шанс давно превратился в призрачную надежду. Я про дружбу отца с этим уродом точно тебе скажу, враньё всё это, отец мужик правильный был и не жадный и не глупый, и не хуже меня понимал, что эти деньги добра не принесут, ни ему, ни его детям. Он мне сам всегда твердил, на том свете деньги не входу, а что здесь не пахнет, там воняет. Всех денег не заработаешь, а главное для мужика — семья, здоровье и крепкий сон. Вот я со встречи еду, а сам думаю, своей ли смертью мой батя помер, а то вдруг помогли. Сначала на эксгумации настаивал, так Стелла меня чуть живьём не сожрала, орала оставь в покое хоть прах, кровопийца. Визжала, что не даст согласие. Для неё главное, что люди скажут. А она ведь жена, а для эксгумации нужно разрешение всех родственников. Я потом правда под успокоился, когда бригаду нашёл скорой помощи, которая на вызов приезжала. Хороший мужик попался, отца говорит вашего помню, диагноз — острая сердечная недостаточность, мужчина крепкий, здоровый, но бизнес — работа нервная. Я его в лоб спросил — есть препараты способные вызвать такие диагноз? Да полно говорит, и даже не надо ни чего выдумывать, всё просто — выпил рюмочку на работе, домой пришёл — сердечко прихватило, добрая жена таблеточку нитроглицирина дала и привет! Острая сердечная недостаточность. Я ему говорю, отец мало пил. Хорошо тогда Виагру съел, жену ублажил, сердечко прихватило, а добрая, довольная жена, нитроглициринчик дала и привет! Острая сердечная недостаточность! Короче это не убийство, а трагическое стечение обстоятельств. И не докажешь ни чего, так пусть покоится с миром.

— Да уж, согласился Леван, интересные дела. Да и Петр Патрушев похоже кое-что знает, если не больше, но стрелял то в тебя не он, а домыслы и предположения к делу не пришьёшь. Доказать заказное убийство практически невозможно. Парня мы конечно припрём к стенке, но связать его с заказчиком будет сложно, а если они никогда не встречались, то и вообще не возможно. Преступники у нас сейчас грамотные пошли, знают что за групповое, да заказное убийство дают больше чем по личным мотивам. А если тут меченый фигурирует, то он скорее всего на себя всё возьмёт, потому как его боится сильнее любого правосудия. Карающий меч вора в законе это вам не фунт изюма. Это приговор. Так что пускай Альбина пока сидит в избушке и солит огурцы в кадушке… это всё. И опять Амалия не укладывается в общую картину, да и кассета с записями пропала таинственным образом. Пока все носились с выпученными глазами, а Альбина сидела в туалете, лазила в окна, по крышам с туфлями в зубах и отвлекала от работы бедного грузинского стража порядка. Кто-то умыкнул кассеты.

— Что там с ключами от комнаты с записывающим оборудованием?

— Ключа два — один у охранника на связке висит, охранник прибежал сразу после вызова в корпус, ключи были при нём. Он встретил наряд милиции и проводил их на место преступления. Клянётся и божится что ключи ни кому не давал и в комнату не заходил. Да и свидетели подтверждают, что он разгонял зевак и не отходил от Амалии. Второй ключ находился в кабинете господина Скрупко, и весь обслуживающий персонал это знает, а соответственно и часть посетителей — вполне вероятно. Дальше всё просто. Дверь в кабинет г-на Скрупко была открыта, ключ лежал в верхнем ящике стола. Очевидно преступник, воспользовавшись общей суматохой, взял ключ, открыл комнату, вынул кассеты, закрыл комнату и вернул ключ на место.

— А кто вообще был в клубе в тот момент?

— Так, Леван зашелестел бумажками.

— Альбина Тейрази, ну как же без неё!

— Амалия Скрупко — исключается из подозреваемых. По причине физической невозможности нанести себе самостоятельно подобное увечье. Удар был по затылку, пояснил Габридзе.

— Вадим Зверев — ваш водитель, он привёз Альбину в клуб.

— Пётр Патрушев

— Стелла Патрушева

— Елена Иванцова — инструктор по фитнесу

— Максим Фёдоров и Артур Саркисян — инструкторы тренажёрного зала.

— Марина Сергеева

— Екатерина Попова.

Это всё, были ещё посетители в бассейне, но записи из бассейна сохранились, поэтому можно с полной уверенностью сказать что у них алиби.

— Там случайно, какой-нибудь дублирующей аппаратуры не было? С надеждой спросил Патрушев.

— Да слава богу хоть эта есть, это же не казино и не банк. Так стоит кражи в раздевалках предотвращать и что бы инструкторы балду не гоняли. Предполагаю, что Александр Александрович пристроил устаревшее оборудование из казино. И за это ему огромное спасибо. А то подозреваемых было бы на 9 человек больше. Мои ребята и так провели огромную работу со свидетелями, восстановили по минутам, кто где находился и что делал. Очень не хватает показаний Вадима Зверева и Альбины. Вадиму повестку отправили, с вашего позволения я его вызвал завтра часов на 12, а с Альбиной что делать?

— Не знаю, пусть пишет объяснительное письмо и отправляет тебе по почте.

— А что, то же мысль, согласился Леван. А может, лучше в камеру предварительную её посадим, пусть посидит, о жизни подумает и ты отдохнёшь, а?

— Нет, я вряд ли отдохну, Леван, я тебя очень прошу, я пока тебе доверяю и пусть Альбина в доме сидит. Если ситуация выйдет из под контроля, я вывезу Альбину из страны. В тюрьму она не сядет, ей там не чего делать. Так что ищи преступника, нужна помощь обращайся.

— Да уж, вы поможете, помощники хреновы, взвыл Леван, я к ним со всей душой, а они мне ультиматумы ставить будут! Вот тебе, знай своё место, мент!

— Что ты кипятишься? Ты прекрасно знаешь, что Альбина не убивала ни кого, или ты хочешь что бы она в тюрьме сидела а киллер с заказчиком на свободе балдели? А ещё лучше что бы мне башку отстрелили, Альбину в тюрьму, дело закрыто, выдать Габридзе премию!

— Какая ещё премия? Только и кручусь как уж на сковородке, что бы не схлопотать, не знаешь откуда прилетит!

— Ладно прибедняться, ты сам себе работу выбирал, вот и не жалуйся теперь!

— А я и не жалуюсь, я работаю, ты вот про батю своего сейчас так душевно рассказывал, я всё понимаю, отец и всё такое, потом о покойных или хорошо или ничего. Но я бы на твоём месте не был так уверен, что они не были знакомы с Лопатиным Алексеем Станиславовичем. Ты же не пацан сопливый, должен понимать, что завод к нему не с неба упал! А ещё Карл Маркс говорил, что любой первоначальный капитал нажит нечестным путём. Так что не горячись, лучше узнай поточнее, как твой батя завод приобрёл. Может у господина Меченого права какие на него есть? Кто знает?

— Про завод, я и так всё знаю, возможно с этической точки зрения и не всё гладко, но криминала точно нет. Мои дед с бабкой по отцовской линии всю жизнь по партийной линии проработали, батя туда же подался, но он не любитель был глотку на митингах драть, а хозяйственник от бога, вот и оказался он на момент перестройки и приватизации директором местного цемент перерабатывающего завода. А дальше выкупил у населения часть приватизационных ваучеров и приватизировал завод, а родители подсобили со своей стороны. Так что криминала тут нет ни какого. Сколько таких приватизаций по стране произошло, только десятки свои предприятия смогли сохранить, а единицы приумножить и людям рабочие места сохранить. И я отлично знаю, сколько батя пахал и денег в этот завод вбухал, что бы так тупо потом в криминал вляпываться. Я думаю, что если бы он в те мутные времена с Меченым связался его бы давно пристрелили.

— Да, с последним не могу не согласиться, закивал головой Леван, но кто знает! В этот момент распахнулась дверь и в кабинет влетела разъярённая женщина. Картинно встала посредине комнаты, воткнув руки в боки,

— вот они красавцы, сидят, языки чешут, а чего торопиться, зарплата капает, а работа не волк, в лес не убежит!

Сергей с интересом принялся разглядывать мадам. Выговор скорее всего московский, на вид лет 40–45, полновата, дорого одета, эффектные длинные чёрные волосы, но всё портили мелкие черты лица: маленькие глазки и тоненькие губки.

Леван встал. Вытянул руки по швам,

— разрешите представиться, Следователь Леван Габридзе, дурашливо нагнул голову, с кем имею честь?

— Дама победно вскинулась и напустилась на Сергея, вот поучились бы у товарища хорошим манерам, пока я до вашего руководства не добралась!

— Странно, ухмыльнулся Сергей, до вас на мои манеры ни кто не жаловался, вот явился как законопослушный гражданин, Патрушев помахал повесткой в воздухе, показания давать, а вы меня с мысли сбиваете, сейчас перепутаю чего-нибудь, и направлю следствие по ложному следу. Тут между прочим, отдел убийств, сбежавших болонок ищут этажом ниже…

— Болонок? Взвизгнула дама, плюхнулась на стул и разрыдалась… болонок? У меня дочь чуть не убили, а вы тут в остроумии упражняетесь.

— А что мне ещё остаётся, устало выдохнул Сергей, я кажется догадываюсь кто вы? И выразительно посмотрел на Габридзе. В дверях стоял Александр Скрупко.

— Добрый день господа, он прожал руку Патрушеву и Габридзе, позвольте представить вам мою супругу: Инна Валерьевна Скрупко. Он протянул супруге платок, она только вчера приехала, мы к вам прямо из больницы, ей очень тяжело. Амалия по-прежнему бес сознания. Вот хотели поинтересоваться результатами расследования.

— Пока, к сожалению, Леван развёл руками, ни чего нового я вам сообщить не могу. Проводим расследование, опрашиваем свидетелей, очень не хватает пропавших кассет. Я надеюсь, супруг вас ввёл в курс дела.

— Конечно, кассет вам не хватает, что бы вообще ни чего не делать и главное не напрягаться! Вы я так полагаю, раскрываете только преступления, записанные на видео? И по чему вы до сих пор не нашли девицу, которая напала на мою дочь перед покушением? Я вчера общалась со Стеллой Патрушевой, она там была, и всё мне рассказала в подробностях.

— Инна, я уже устал тебе объяснять, что это Амалия напала на Альбину, а не на оборот!

— Наша дочь, в коме! А ты… ты, выгораживаешь эту девку!

— Я ни кого не выгораживаю, я хочу чтобы были наказаны виновные, и не примешиваю личные мотивы! Закипал Скрупко, очевидно тема обсуждалась не первый раз.

— Если у девицы богатый любовник, значит ей всё можно? И где же ваше хвалёное правосудие? Инна Валерьевна продолжала наседать, теперь уже на Габридзе.

— Я так понимаю, что обычно всё можно вам, и теперь вы крайне раздосадованы обратной ситуацией? Ехидно поинтересовался Сергей, вставая. Разрешите и мне представиться. Сергей Патрушев. Тот самый богатый любовник и пасынок Стеллы.

— Она мне вас так и описывала, здоровенный хам! Сергей рассмеялся.

— Я вас даже переубеждать не собираюсь! примите мои искренние соболезнования, Патрушев развернулся к Скрупко, очень надеюсь, что Амалия поправится в ближайшее время. И всё станет на свои места. Что касается Стеллы Аркадьевны, то я отказался её содержать после смерти отца. И она слегка сердита. Скрупко, понимающе улыбнулся.

— В конце концов, Инна Валерьевна, у Стеллы есть родной сын, и я ей ни чего не должен.

— Настоящий мужчина так ни когда не поступит! Упрямо поджала губы Инна Валерьевна.

— Ну, тогда, пускай ваш муж, не сомневаюсь, настоящий мужчина, её и содержит, вы с Александром Александровичем по крайней мере дольше знакомы с моей мачехой, чем я. Разрешите откланяться. И Патрушев покинул кабинет следователя. Он шёл по коридору, а через открытую дверь, ему вслед доносились вопли Инны Валерьевны:

— Я не прошу, я требую, чтобы вы немедленно арестовали эту девицу! Её побег с места преступления говорит сам за себя! Это она, я чувствую! Я же мать!

* * *

Я лежала на своём лежбище в углу комнаты и с тоской рассуждала! Что за жизнь у меня пошла! Так и буду до конца своих дней прятаться, а что делать когда мама с бабушкой из пансионата вернутся? Мать такие новости может и не пережить? Надо что то делать? Альбина, шевели мозгами. Думай, кто мог ударить Амалию, а главное зачем? Ты там была и видела всех посетителей. Преступник кто-то из них… Мои мучения прервал телефонный звонок. Звонил Сергей.

— Привет, солнышко, как ты?

— Привет! Да ни как, томлюсь от безделья. Вздохнула я. У тебя что новенького?

— У меня для тебя как раз есть занятие, а вернее поручение от Гобридзе. Ему очень не хватает твоих показаний по делу о покушении на Амалию. Так как ты, ты не можешь явиться для дачи показаний к Габридзе лично, но вполне можешь прислать ему письмо, по почте, где подробно изложишь: что видела, что слышала, кто где был, что делал и говорил! А он подошьёт документ к делу. Ты черновик набросай и с Леваном созвонись, уточни, что именно его интересует. Потом письмо в конвертик, запечатаешь и в целлофановый пакет, что бы там только твои пальчики оказались. А я его из пакета в почтовый ящик аккуратненько опущу. Задание понятно?

— Понятно. Грустно выдохнула я. То есть, новостей пока нет?

— Почему же нет? Есть. К нам в город пожаловала мадам Скрупко!

— Мать Амалии?

— Она самая! И требует не много не мало, Альбина, твой скальп?

— Час от часу не легче! Её что своего мало?

— Ну, ты же просила новости!

— Так я, хорошие просила!

— Извини что расстроил, какие были! Ещё меня обозвали хамом и не настоящим мужчиной, так как я отказался содержать свою мачеху! Подлец, однозначно!

— Ни чего себе связи, только в город прибыла уже такие сведения!

— Я так понимаю, что из связей только сплетни от Стеллы. Они давние подружки.

— Ну что она прямо с порога на тебя набросилась, без объявления войны.

— Каюсь, я её немного спровоцировал, она выступала на тему, что тебе всё можно, раз у тебя богатый любовник.

— Понятно. Как Амалия?

— Пока без изменений. Но надежда есть! Вопрос, когда она осуществится.

— Я всей душой молюсь о её выздоровлении, как только она даст показания, я смогу выбраться из подполья.

— Альбин, ты же понимаешь, это может случиться завтра, а может через год. Так что надо думать, что можно сделать сейчас и самим, а не надеяться на чудо. Я тебя целую. Давай пиши письмо, закончишь, набери мне. Я на работу приехал уже. Тебе продукты нужны какие-нибудь? Вечером мне скажи, я всё привезу. До вечера. Целую.

Я вздохнула, налила себе чашку кофе, взяла бумагу, ручку и приступила к творчеству. Так для начала надо вспомнить, кто там вообще был…

Тем временем Патрушев звонил Габридзе.

— Леван, это Патрушев Сергей, мадам Скрупко закончила, есть твой мозг чайной ложкой?

— Только что! Даже не напоминай.

— У меня тут идея возникла, что бы сдвинуть дело с мёртвой точки.

— Излагай!

— Ты вешаешь на меня записывающее устройство, а я иду к Петьке и вытрясываю из него всё что он знает. Мне он всё выложит. У меня рычагов много, могу с работы уволить, могу просто физиономию начистить!

— Ага, нос начистишь, а показания будут не действительные, так даны под угрозой физической расправы.

— А если не под угрозой, а во время расправы?

— Тем более. Но идея не плохая. Мне надо разрешение получить на операцию и на оборудование. А ты пока подумай. Надо похитрее как то зайти, желательно без кулаков.

— Желательно без кулаков! А если чешутся?

— Тогда всё запиши, оборудование выключи и почеши, но так, что бы следов ни осталось!

— Током что ли?

— Ремнём по заднице! На правах старшего брата! Будем надеяться, на суде он постесняется показывать свой зад.

— Ладно понял, до завтра успеешь с бумажками?

— Постараюсь. Вечером от звонюсь.

Тем временем я закончила своё творение. С одной стороны картинка выстроилась очень чёткая, кто где был, и что делал, но в то же время я ни на миг не приблизилась к разгадке. Вечером приехал Патрушев с продуктами и конвертами. Я приготовила ужин и зачитала ему свои показания. Запечатала в конверт, потом в пакет и засунула во внутренний карман пиджака Сергея.

— Я так ни чего и не придумала. Вздохнула я. У меня с мотивами напряжёнка. Кому выгодна смерть Амалии? Полный бред! Может у нас в городе завёлся маньяк? Моему единственному подозреваемому Петру, от смерти Амалии ни горячо и не холодно. Ясно одно, что покушение было не спланированно заранее, а так сказать экспромт. Кто-то решил воспользоваться нашим скандалом, возможно, не успел до конца продумать последствия. Или вообще надо копать со стороны семейства Скрупко. Наверняка, у них своих скелетов в шкафу хватает. В любом случае от сюда я не могу действовать. Грустно констатировала я. Сергей рассмеялся.

— Понятно, королевство маловато, разгуляться негде? Решила привязать Александра Александровича к кровати и пытать? С невинным видом осведомился Патрушев.

— Нет конечно, возмутилась я, как ты мог такое подумать!

— Естественно, у меня белая горячка!

Я надулась,

— ты мне что, теперь это до пенсии будешь вспоминать?

— и после пенсии тоже! Успокоил меня Сергей. В ответ я сердито громыхала грязной посудой. Патрушев подошёл сзади, взял меня на руки,

— Не дуйся! Если обещаешь ни куда больше не ввязываться, постараюсь поскорее выпустить тебя на волю. Мне самому эта партизанщина уже до чёртиков надоела. И понёс меня мириться.

Утром я закрыла за Сергеем дверь и отправилась убирать со стола после завтрака. Раздался стук в дверь. Я огляделась в поисках того что мог забыть Патрушев, ничего не увидела и почесала открывать дверь. На крыльце стоял здоровый парень, с маленькой лысой головой на широких плечах, шеи я вообще не обнаружила.

— Альбина?

— Да, растерялась я, но больше ничего не успела, парень сунул мне под нос вонючую тряпку. Потом у меня случился провал в памяти.

Очнулась я на кровати в незнакомом месте. Я огляделась. Большая комната, огромная кровать, шкаф, дверь и окно. Я тихонечко пошагала в сторону двери, подергала её. Закрыто. Интересно чего я ожидала. Вздохнув подвигала к окошку. Меня слегка покачивала, что за дрянь мне сунули под нос? Окно было забито гвоздями, да и за окном тоже много интересного я не нашла, ясно одно, я за городом. Моему взору предстал большой газон, глухой забор, а за ним лес. Прекрасно. Где я и что происходит? За дверью раздался шум, я метнулась обратно к кровати и притворилась спящей. В комнату вошёл парень, я разглядывала его из под опущенных ресниц, как мне казалось не заметно.

— Вставай, спящая красавица! не придуривайся! а то без еды останешься. Я открыла глаза. Парень был не реально хорош, я даже открыла рот и видимо приобрела придурковатый вид.

— Захар. Он протянул мне руку, я в ответ свою, за нее он и поднял меня с кровати.

— Альбина? Если я не ошибаюсь. Я кивнула.

— Так вот, Альбина, двигай на кухню. Кто не работает, тот не ест! Кто бы спорил! И я зашагала за ним сначала в коридор из комнаты, потом вниз по лестнице, затем на кухню. На кухне хозяйничала пышная, румяная деваха. Которая при виде Захара мгновенно поглупела, смотрела на него приоткрыв рот, а он терпеливо, несколько раз подряд повторял ей, что я буду ей помогать, а она за мной присматривать. С третьего раза, она кивнула. Радостный Захар покинул кухню. Лицо девицы тут же приобрело осмысленный вид и она принялась меня разглядывать. Я же тем временем раздумывала, было ли у меня такое же идиотское выражение лица, при взгляде на Захара. А ещё его терпеливость в общении с женщинами, наводила на мысль, что абсолютно все особи женского пола при виде его впадают в транс. А он, очевидно, прибывает в уверенности, что все женщины идиотки. Ну и ладно. Побуду идиоткой, мне сейчас это только на руку.

— Альбина, представилась я, чем могу помочь.

— Надежда, ответила девица, а губы свои закатай, это мой мужик! Я даже вздрогнула и принялась её рассматривать с удвоенным интересом. Девица вскинула руки в боки, что уставилась, думаешь, я ему не пара?

— Я думаю, что его пара, чокнутая самоубийца, а ты вроде на неё не похожа. Надежда растерялась.

— Это же не мужик, а сплошная головная боль, ни какого покоя. Оно тебе надо? Искренне недоумевала я. Интересно, какие у него родители? Папашка наверное ещё тот ходок был?

— Не поверишь! Прыснула надежда. Папашка страшен, как смертный грех, лысый гиббон, да ещё куска уха нет. Ой! Она испуганно, прижала руки к щекам! Я тебе ни чего не говорила! Взмолилась она.

— А что ты мне сказала? Удивилась я?

— Чисть картошку, она сунула мне в руки, картофелечистку и мешок картошки. Я вытаращила глаза.

— Что всё чистить? Сколько же здесь народу?

— Человек десять мужиков, и каждый поесть не дурак. Весело отозвалась Надежда.

— Десять? Тут что военная база?

— Много вопросов задаёшь! Тебе не кажется?

— Может и много, а что бы ты на моём месте делала? Сунули хлороформ под нос и увезли за тридевять земель. Кто? Куда? Зачем? Вот и проявляю естественное женское любопытство. Тебя то, как сюда угораздило? Влюбилась что ли? Я кивнула на дверь, за которой недавно скрылся Захар.

— Сначала угораздило, а потом влюбилась!

— Понятно!

— Что тебе понятно?

— За любовь работаешь или за трудодни?

— За зарплату! Думаешь в моей деревне много рабочих мест? Только дояркой в коровнике, а зарплата раз в три месяца, и то счастье.

— Ясно, а любовь в виде бонуса значит? Хорошо мужик пристроился! На работу пришёл, покормили, кровать согрели, домой пришёл, та же фигня! Не жизнь, а малина!

— Это и есть его дом, вернее отца. Тфу ты! Опять ляпнула. Она смешно, по-детски всплеснула руками. Замолчишь ты сегодня или нет? Разозлилась на меня Надежда. Я пожала плечами и принялась за картошку. Потом меня отправили накрывать стол на веранде. Веранда была просторная, с огромными окнами. Через которые мне удалось рассмотреть, большой гараж, машины на четыре. И часовых на воротах и вдоль забора. Нормально, это что ещё за Форт-Нокс и я тут с какого боку припёку? Я заканчивала накрывать стол, когда в дверях появился мой старый приятель голова-мяч на блюде.

— Привет, очухалась уже? Когда ужин то будет? Животы уже подвело у всех.

— Я не поняла? Это ты мне? Ты меня чего сюда притащил? Жрать себе готовить? У нас рабство знаешь в каком веке отменили? Парень быстро развернулся на каблуках и стремительно исчез в дверном проёме. Тут же нарисовался Захар, а мой старый приятель маячил у него за спиной.

— ты чего тут выступаешь? Накинулся он на меня. А ну марш на кухню! А Надежде скажи, что бы поторапливалась.

— Тебе надо, ты и говори. Огрызнулась я. Захар подтолкнул меня в сторону кухни, затолкал в дверь.

— Надь, готово?

— Да, можно звать Алексея Станиславовича.

— Хорошо, Альбину покорми, и в комнате закрой. «Спасибо, что предупредили» подумала я, засовывая в джинсы, столовый ножик и маленькую десертную вилку. Надо же чем-то гвозди из окна выковыривать! Мы с Надеждой ужинали в полной тишине, когда появился Захар, заглянул в мою тарелку, кивнул в сторону двери,

— пошли в кроватку! Я даже вилку уронила, ни чего себе предложение!

— Долго думал?

— Ишь ты, размечталась, не утерпела Надежда, вырвавшись из созерцания светлого лика любимого, ты в кроватку, а он дверь закроет.

— Ну ладно тогда, а то я уж испугалась.

— Интересно! Потянул Захар, все радуются, а она пугается!

— Ага, испугалась, что от счастья помру раньше времени, я ведь скромная интеллигентная провинциальная учительница, я тебя просто не достойна!

— А ты забавная, улыбнулся Захар.

— Ну да, забавней меня только мартышки в зоопарке.

— Двигай, давай, потом как ни-будь по болтаем. Осчастливил меня Захар. Я покорно пошлёпала в сторону лестницы, благополучно добралась до своей комнаты где меня и закрыли. Я подошла к окну, третий этаж между прочим, высоковато, понастроят тут дворцов, а я выкручивайся. Ладно, пододеяльник, покрывало и простынь — должно хватить, я выключила свет и принялась выковыривать гвоздики из забитой рамы

* * *

Сергей уже подъезжал к офису, когда раздался звонок от Левана.

— Доброе утро, Сергей Владимирович, Габридзе беспокоит. У меня всё готово. И оборудование и людей дали.

— Каких людей?

— Ну как каких, которые записывать всё будут и пару омоновцев, братца твоего арестовывать, если всё подтвердится.

— Я понял, сейчас с Петром встречу согласую и перезвоню. Сергей набрал брату на мобильный. Телефон не доступен.

— Так, попробуем на домашний. Ответил дворецкий.

— Дом Патрушевых.

— Семён Евгеньевич, Сергей Патрушев беспокоит, я братца своего разыскиваю. Он там не спит часом.

— Так точно, Пётр Владимирович изволит почивать.

— Во даёт, работничек пилы и топора! И во сколько обычно Пётр Владимирович изволит вставать?

— В районе 14 часов, по крайней мере завтрак заказан на 14.30.

— Красиво жить не запретишь, передай ему, что я подъеду к 16.00, разговор есть.

— Обязательно, Сергей Владимирович, удачного дня.

— И вам не хворать. Отключил звонок, набрал Габридзе.

— В 16.00 у Петра дома.

— Тогда быстро дуй к нам, надо оборудование прицепить, проверить, наладить, детали обкатать. В 15.3 °Cергей с микрофоном на груди под рубашкой, подъехал к дому петра Патрушева. Огляделся пока открывались ворота. Не далеко от участка, через дорогу приютился микроавтобус, там и располагались спецы с записывающим оборудованием, Габридзе и Омон.

— С богом, сказал в микрофон Патрушев, и заехал в распахнутые ворота. Припарковал машину, поднялся на крыльцо, дверь открыл дворецкий.

— Пётр Владимирович ждёт вас в кабинете. Сергей кивнул и направился вверх по лестнице на второй этаж. Петька сидел за столом отца и перебирал бумаги. Увидел Сергея, радостно вскинулся, о привет, хорошо что ты пришёл, а я тут счетами любуюсь по маминой кредитке.

— Ну и как?

— Да ни как, хоть ложись и помирай.

— Ну так мать то твоя, вот ложись и помирай, или работу вторую найди, я то почему помирать должен?

— Не понял? Заулыбался Пётр, ты это сейчас о чем. Сергей встал перед столом.

— Да я как раз о деньгах и говорю. Тебе денег не хватает, а меня убить пытаются. Уже три раза! А наследник у меня один. Ты — Петенька! Так что имею все основания предполагать, что это твоих рук дело. Петька сидел с вытаращенными глазами, вскинул руки вверх, провел пальцами по волосам.

— Да что вообще происходит? В дурдоме дом открытых дверей? Сначала мать заявляет, что отец мне не отец, а отец мой Александр Скрупко. Я ещё эту новость переварить не успел, теперь ты заявляешь что я пытаюсь тебя убить. А с какого перепуга мне это делать? Я ведь тебе получается не брат, и не наследник, а наследник теперь у тебя получается… Мама! В этот момент Сергей почувствовал, как на шею ему накинули удавку, тонкая леска впилась в горло, в глазах потемнело.

— Мама, ты что делаешь? Орал Петька, выпучив глаза.

— Помоги лучше придурок, для тебя стараюсь! Последнее что увидел сергей, как Петька схватил напольную вазу и шагнул из-за стола.

Раздался удар, полетели осколки, леска на шее ослабла. Сергей встал на корачки, в глазах медленно прояснялось, горло саднило и болело.

— Я всегда знал что ты не уважаешь ни родителей, Сергей кивнул на Стеллу, лежащую на полу, ни нажитое ими имущество, выразительно посмотрел на осколки вазы. Папина любимая.

— Ты думаешь, отец на моём месте бы выбрал вазу и Стеллу?

— Думаю что нет. Но свой выбор ты сделал сам, за что я тебе по гроб жизни обязан. Так что там с новоявленным папашей?

— Не знаю, сдали анализ ДНК, ответ пока не готов.

— Я даже не знаю что сказать… Сергей развёл руками, чую какая-то хрень!

— Сам в шоке. Вздохнул Петька. В коридоре раздался топот бегущих ног, распахнулась дверь, влетели трое ребят в камуфляже и Габридзе в форме. Леван осмотрел поле боя, лихо заломил фуражку на затылок, почесал голову.

— Да, ребята, я тут послушал, весело тут у вас, ни чего не скажешь. И ещё, я кажется понял кто стукнул Амалию по голове и зачем. Леван посмотрел в глаза Сергея, потом на Стеллу, потом на Петьку…

— Понял? Сергей присвистнул,

— да уж интересно получается, Петька наследничек Скрупко, а если я скончаюсь, я ведь ещё до конца в права наследования не вступил. Стелла как вдова, подбирает имущество Патрушевых. Во даёт матрёшка! Многоходовая комбинация получилась.

— Да уж, надеюсь, преступница жива, а то не видать мне ни премии, ни новой звёздочки на погонах, сообщил Леван, вызывая скорую.

От Сергея отклеили микрофон, Стелла очухалась, врач её осмотрел,

— гематома, пара порезов, возможно сотрясение. Жить будет. Стелла презрительно смотрела на петьку.

— Слизняк! Сказала, как плюнула, сердито поджала губы.

— Знаешь, мама, ты можешь говорить и думать что хочешь! Только я лучше с голоду помру, но убивать, помогать убивать или трупы прятать я не буду! Стеллу увели. Раздался звонок на мобильный Сергея.

— Патрушев, слушаю. Я всё понял, буду ждать звонка. Сергей убрал телефон в карман. Звонил Алексей Станиславович Лопатин, у него Альбина, я должен продать ему завод. Встреча завтра, он позвонит утром, сообщит где.

* * *

Около часа я терпеливо выковыривала гвоздики, цепляла ножиком шляпку, отгибала, а потом вилочкой, наподобие гвоздодёра вытаскивала их наружу. У богатых свои причуды, забить пластиковое окно гвоздями! Когда с окном было покончено, я принялась плести верёвку. Сначала надрезала ножиком все имеющиеся у меня материалы, потом нарвала их на ленты см по 20 и привязав к батарее под окном, принялась плести канат, косичкой, ни чего умнее я не придумала. Ну, вот получилась прелестная верёвочка, меня точно выдержит. Часовой был один, он стоял у ворот минут 30, потом проходил по периметру, допустим я слезу по верёвке, пока он будет делать круг по территории, но потом он сразу заметит белую верёвку, висящую из окна, короче поймают меня ещё до того как я через забор перелезу. Значит веревка должна спуститься вместе со мной. Кажется придумала. Я дождалась, пока часовой двинется в обход, открыла оба окна, в одно окно выбросила один конец верёвки, в другое вылезла сама, при этом моя правая нога была засунута в некое подобие петли из другого конца верёвки. А сама верёвка оказалась переброшенной через разделительную раму окна. Теперь моя задача отлепиться от стены и перебирая руками по верёвке, плавненько опустить себя на землю. Ну надо же, в кино это так просто смотрится, а у меня что? При попытке перехвата руками каната сантиметров на 10, необходимо отцепиться от верёвки одной рукой, мой импровизированный трос норовит вырваться из рук вообще, хоть зубами держи. Кое-как пристроившись спиной к стене дома, я благополучно приземлилась в кусты, дёрнула вниз верёвку, собрала её в моток, затолкала её ногой в клумбу и решила оглядеться. Справа от меня, возле открытого окна стоял Алексей Станиславович, и салютовал мне бокалом коньяка, за его спиной стоял мой старый приятель, парень без шеи. Им явно было весело, а мне вот что-то не очень.

— Макс, приведи её, коротко приказал он. Я с тоской посмотрела на глухой забор, метра два в высоту. Жалко я не ниндзя! Вздохнула и принялась отряхиваться и поправлять волосы, но вот, спрашивается в задаче, и зачем было так напрягаться? Макс крепко прихватил меня поверх локтя и потянул в дом. Мы вошли на террасу, на которой часа 3 назад я накрывала на стол. Посуды не наблюдалось, на маленьком столике возле кресла стоял коньяк и коробка с сигарами. Алексей Станиславович кивнул головой. Макс быстренько затолкал меня в свободное кресло. Сам вышел и закрыл за собой дверь. Интересно думала я, почему каждый бандюган, в нашей стране мнит себя как минимум Уинстоном Черчиллем. Массовая шизофрения отягощённая манией величия?

— Присоединяйся. Я смотрю тебе тоже не спиться.

— Да уж такой воздух чудесный, дай думаю подышу. Алексей Станиславович молчал и внимательно меня разглядывал. Я тоже в долгу не осталась, хлебнула конька для храбрости и с презрительной миной осмотрела его от ботинок до макушки. Сразу вспомнились слова Надежды «лысый гиббон, да ещё куска уха нет», да уж метко, точнее и не скажешь. На правой руке золотой перстень, с чёрно-белым рисунком эмалью, толи корона, толь шутовской колпак с бубенцами. Из моего кресла не разглядишь. И это чудище родило такое совершенство как Захар? Вот мужики, вроде не глупый дядька, а развели как пацана. Я бы в такую сказку ни за что не поверила.

— Я вот смотрю на тебя и всё больше сомневаюсь, приедет ли Патрушев за тобой. Я бы не поехал, чует моё сердце, с тобой один геморрой.

— Он тоже не поедет, согласилась я. Кто я ему, знакомы без году неделя, а проблемы ко мне так и липнут! Вот вас к примеру взять, я вас первый раз в жизни вижу, а зачем то понадобилась. Неужели коньячку попить не с кем. Сыночек то ваш трезвенник что ли. Алексей Станиславович громко рассмеялся.

— Вот даёт Надежда, стучит как швейная машинка.

— А при чём тут, Надежда, пожалела я деваху, просто услышала, как ребята говорили: «сын хозяина», сложила дважды два, они если честно ни как не складывались. Как бы это, помягче выразиться, в виду отсутствия общих черт. Потом я решила, что он приёмный и перестала мучиться!

— А зря, перестала, Захар мой родной, единокровный сынок.

— Да, ладно заливать? Я бы на вашем месте анализ сделала. А то и не один.

— А я и сделал! У меня в Москве, в лаборатории свой человечек имеется…

— Случайно не мать Захара? Полюбопытствовала я.

— Ты меня совсем за идиота держишь? Разозлился Алексей Станиславович.

— Нет, что вы, испугалась я, просто мама всю жизнь твердит, что не родятся от осинки, апельсинки. А родителям надо верить. По крайней мере в детстве. Если Патрушев не приедет, вы меня убьёте?

— Зачем же? Такая красота и сразу убивать! Мы тебя продадим, в гарем какой-нибудь или публичный дом, кто больше даст того и тапки. Надо же расходы как то перекрывать. С милой улыбкой сообщил Алексей Станиславович. Мне срочно захотелось выпить, я залпом допила весь коньяк в стакане. Не помогло. Стало ещё хуже.

— Какие ещё расходы? Пропищала я… интересно, куда мой голос делся?

— На Патрушева твоего.

— Значит расходы на Патрушева, а платить должна я?

— Все мы рано или поздно платим, за что-нибудь или кого-нибудь… глубокомысленно изрёк Алексей Станиславович.

— А от Сергея вам что надо?

— Должен он мне. Был у нас общий бизнес, а потом он меня кинул, с папенькой своим, папенька мне уже должок отдал, теперь его очередь.

— а, так это он вам, три раза пытался должок отдать, а за одно и богу душу?

— Вот смотрю на тебя, вроде умная, и не подумаешь даже что ты такая дура, что бы пытаться ночью в лес бежать. Там же волки! Осчастливил меня Алексей Станиславович.

— Да ладно, потянула я, современных девушек волком не испугать, мы больше маньяков боимся.

— А раз боишься, чего в окно полезла?

— Так я думала, что в этом лесу вы главные маньяки. А остальные так, цветочки.

— Понятно, не хотите значит ночевать с комфортом, Альбина Александровна. Ну что ж, дело хозяйское. Алексей Станиславович нажал звонок на стене. В дверях нарисовался Макс.

— Макс, отведи её в камеру, глаза завяжи, дай подушку и одеяло, а джинсы с кроссовками забери. Мышей то, поди, посильней маньяков боишься? Я вздрогнула. Прекрасно, значит, будешь сидеть на коечке и не рыпаться. Макс завязал мне глаза, и повел меня за собой за руку, при этом пару раз крутил на месте, водил по лестнице, потом опять крутил.

— Я уже поняла, что моя камера совсем рядом, на участке, так что не стоит так напрягаться, сообщила я Максу, в очередной раз споткнувшись. Макс сердито запыхтел. Дёрнул меня в сторону. Заскрипела дверь, потом железная дверь, вниз по лестнице, потом ещё одна дверь, потом ещё. И меня посадили на койку. Макс снял с меня повязку.

— Снимай джинсы и ботинки. Я послушно стянула джинсы и кроссовки и вручив их Максу, залезла на койку с ногами, пол был бетонный и ледяной. Натянула на ноги футболку, благо она была длинная и доставала мне до середины икры. Макс вышел из камеры вернулся с подушкой и одеялом.

— Устраивайся поудобнее, через минуту выключу свет.

— Подожди, а где туалет поинтересовалась я?

— Ах да, совсем забыл, и Макс пульнул на пол ночной горшок, из моего детства — голубой, эмалированный с ручкой. Закрылась дверь, погас свет. Я залезла с головой под одеяло. Так уютней. И чего спрашивается, мне в комнате не сиделось? Я лежала в темноте, силилась понять, что сейчас утро или ещё ночь? Вдруг раздался лязг, кто-то пытался открыть дверь, я вскочила с кровати и побежала на звук, нащупала руками дверь, ага вот стена, нога ударилась обо что-то. Горшок! Я схватила его за ручку и прижалась к стене, вспыхнувший свет, ослепил меня на мгновение, в дверном проёме появилась голова.

— Выходи! Ты где? Я не стала отвечать, просто со всей силы ударила горшком по голове. Парень рухнул как подкошенный, я осмотрелась. Не удачно как упал, поперёк входа, теперь дверь не закрыть, я вздохнула и принялась затаскивать парня в камеру, у кабан какой, откормила Надежда, на мою погибель. Кое как мне удалось закрыть дверь на засов и я, оглядевшись на цыпочках побежала по коридору, пол был бетонный, а ноги босые, так что скорость я развила нормальную. Короткими перебежками я добралась до ещё одной железной двери, мне повезло открыто, так а вот и лестница. Я быстренько взлетела по ней в небольшую комнату. И застыла. Лицом ко мне, спиной к входной двери стоял Сергей Патрушев, справа от него стоял стол с мониторами, видимо пункт наблюдения. Чуть справа от меня, слева от Сергея стоял Алексей Станиславович, у него за спиной и по бокам расположились Захар с браточками.

— А вот и наша красавица неугомонная! А где Макс? Обратился ко мне Алексей Станиславович.

— Там где то, я неопределённо махнула рукой, встретился с горшком и прилёг, отдохнуть. Сергей, дёрнулся ко мне,

— солнышко, ты в порядке? Я с радостью рванула в его объятья и вдруг четко услышала голос Сергея!

— Отвлеки их. Нормально, и чем я их отвлеку, стою тут в одной майке, ни факела, ни каната, даже шляпы нет — кролика достать… я же не Дэвид Коперфилд.

— Ладно, ладно потом обниматься будете, потянул меня к себе Алексей Станиславович. Я сделала пару шагов в его сторону и вдруг, с криком:

— Мышь! Мышь, мамочка моя, попыталась залезть на голову Алексея Станиславовича, вернее сначала я запрыгнула ему на шею, поджав ноги, а потом стала лезть по нему как по дереву, пытаясь взгромоздиться на голову. Захар с ребятами бестолково бегали вокруг, пытаясь меня снять, а я орала во всю глотку. Безобразие пресёк Патрушев, растолкав ребяток взял меня на руки и понёс к столу в дальний угол комнаты.

— Упыри, довели девочку, поставил меня на ноги и уткнувшись в волосы прошептал мне на ухо: «на пол». Я послушно закатила глаза и раскинув руки сползла по Патрушеву на пол, всё, у меня обморок. В этот момент в дверь влетели ребята в камуфляже, Сергей задвинул меня под стол, а я сжалась в комочек, стараясь занимать как меньше места. В этот момент Сергей вытащил из носка пистолет и выстрелил в сторону браточков, началась пальба, кто то рухнул рядом со столом, мне под нос откинулась рука, с золотой печаткой, черная корона на белом фоне. Всё с меня хватит, и я действительно потеряла сознание.

* * *

Мы с Патрушевым сидели в кабинете Следователя Габридзе, я так сказать, пришла сдаваться. Адвокат Патрушева, господин Избицкий томился в коридоре. Вошёл Леван. Протянул руку Сергею.

— У меня прекрасная новость! Я вас поздравляю, Амалия Скрупко пришла в себя, врачи разрешили нам завтра с ней по беседовать!

Повернулся ко мне.

— Ну, здравствуй, красавица! Что, будем оформлять явку с повинной?

— Я вот сейчас не поняла? С какой ещё повинной?

— А с такой, взвился Леван и заговорил с сильным акцентом. С такой повинной! Я, мол, Альбина Тейрази, лезу везде, сую свой нос. Короче так, либо я её сажаю в следственный изолятор, либо высылаю из города, либо ты Патрушев, приковываешь её дома к батарее наручниками! И когда она тебе пятерых маленьких Патрушевых родит, сможешь удлинить цепочку на браслетах, что бы она смогла мусор на площадке выбрасывать. Я ещё одного такого расследования не переживу. А у меня и без неё работа вредная.

— Мы выбираем сначала второй вариант, а то в отпуск очень хочется, а потом третий, но с поправками. Поскольку производство детей, возле батареи, представляется мне с трудом, предлагаю пристегнуть Альбину к кровати. Веселился Сергей.

— Ради бога, главное, что бы она на глаза мне больше не попадалась. У меня вон, волосы седые по всей голове!

— Не ври, нет у тебя седых волос, буркнула я.

— Они у меня на заднице, все белые как один.

— Ну, что ты в самом деле, возмутилась я. Я же вам помогла!

— Помогла?! Да лучше бы ты дома сидела, носки вязала! Посмотри, до чего мужика довела! Весь издёрганный, замученный! Про себя я вообще молчу. Знаешь что, Альбина, нынче мужики и так мало живут, а Патрушев если за тобой так гоняться будет, долго не протянет. Короче, марш в Загс, потом носки вязать.

— Так не зовут, я ехидно посмотрела на Сергея.

— Вах, так когда тебя звать? Только тебя из одного дерьма вытащат, так ты тут же в новое залазишь с головой. Я обиделась.

— Ну хватит, что ты тут из меня обезьяну с гранатой делаешь!

— Умница! Подскочил Габридзе. Вот за что тебя люблю я! Точнее не придумаешь! Обезьяна с гранатой. Всё красавица, читай показания своего военнопленного, Стеллы, потом читай свои, я уже написал, тебе только подписать осталось. А что? Начнёшь тут свои, хиханьки, хаханьки разводить, бумагу портить! А это документ между прочим! И всё! С глаз моих долой.

— Ну, надо же, не унимался Габридзе, бедный парень! От ментов ушёл, а на тебе подорвался. Да уж, мадмуазель с гранатой, подписывай и иди. Я может, хоть сегодня спокойно посплю. Первый раз… Я читала показания Стеллы, Патрушева и свои. Сергей задремал на диване.

С Алексеем Станиславовичем Лопатиным Стелла была заочно знакома, но не близко. После смерти мужа господин меченый обратился к ней с предложением о выкупе завода. Завод в районе один, расположение стратегически удачное. Деньги пообещал хорошие. Стелла с грустью сообщила, что наследницей не является, почти всё отошло по завещанию к старшему сыну Владимира Николаевича, Сергею. На что Алексей Станиславович заметил, что это дело поправимое, ему надо только знать, где наследник часто бывает и в какое время. А после похорон пасынка вдова господина Патрушева заживёт припеваючи. Услышав от Петра, что Сергей Патрушев закрутил роман с Петькиной школьной любовью Альбиной Терайзи, Стелла легко выудила у Петра и подробности и адрес Альбины. И сообщила господину Лопатину. Господин Меченый в тот момент решал вопрос, как быть с неудавшимся бандитом Сидоренко Виктором Алексеевичем. Парень бездарно провалил первое же задание, с перепугу, скинул товар в унитаз, а шухер оказался ложным. Лопатин повесил на него стоимость товара, с процентами, а работу больше не предлагал. Сидоренко начал дёргаться, умудрился задолжать ещё и казино. А данные у парня не плохие — в армии служил в десанте, в результате несчастного случая и небольшой контузии приобрёл триммер. С военной карьерой пришлось распрощаться. Лопатин и предложил ему, работу и заодно расквитаться с долгом и перед ним и перед казино. Виктору дали пистолет с глушителем, с оружием он был знаком. Но вышла осечка, живьем Патрушева Сидоренко не встречал, видел фото и знал что Сергей высокого роста и крепкого телосложения и в темноте перепутал его с Гревцовым. Тем временем у Стеллы заканчиваются средства, а пасынок отказывается выделять ей деньги. И она сильно разъярившись, забирает ключи от машины Сергея у Петра и передаёт их человеку Лопатина, тот 5 минут ковыряется под капотом, возвращает Стелле ключи и уходит. Стелла передают ключи официанту, который кладёт их рядом с тарелкой подвыпившего Сергея Патрушева. Но Патрушев опять оказался цел и не вредим. Тем временем Стелла услышав от Лопатина что у него в Москве в лаборатории анализов на ДНК сидит верный человечек, придумывает комбинацию позволяющую ей попробовать достать денег у Скрупко. Воспользовавшись тем обстоятельством, что 25 лет назад она состояла в любовной связи с молодым Александром Александровичем, она объявляет ему, что Пётр его сын. Рассудив здраво, что мимо наследства Патрушева Петька и так пролетел. А у Скрупко дочь, а сын, хоть и балбес, но всё таки сын. И дабы развеять недоумение обоих, предлагает им независимый анализ ДНК. Курьер Скрупко лично отвёз конверты с образцами в Москву, любезно запечатанные Стеллой. И конечно с метками для человека Лопатина. Пока анализ готовится, Стелла начинает таскать Петьку в спорт зал, что бы они общались почаще: новоявленный отец и сын. В один из неудачных визитов, Скрупко не оказывается на месте, в спорт зале появляется Альбина. Стелле же представилась возможность, воспользовавшись скандалом нейтрализовать Альбину и вывести из игры в наследство Амалию. Стелла прекрасно ориентировалась в фитнесс центре, знала о центре наблюдения и ключе в кабинете Скрупко. С криком бедный Саша она забежала в его кабинет, хотя знала что его нет в здании, взяла ключ, от комнаты с записывающим оборудованием. Открыла её, вытащила кассету и просто вставила её в магнитофон записывающий зал аэробики и йоги. Таким образом, уничтожив компрометирующие её записи. Вернула ключ на место. Но Альбина не торопится попадать в руки правосудия и сбегает с места происшествия непонятным образом. Тем временем Лопатин, со словами бог любит троицу, отправляет Сидоренко исправлять свои ошибки, наивно полагая, что раз Альбина пропала, то Патрушев будет сидеть дома и ждать её. Отследив приезд Патрушева домой, дают сигнал Сидоренко. В результате происходит покушение на водителя С.В. Патрушева, Вадима Зверева. Мало того Альбина Терайзи умудряется задержать Сидоренко прямо по горячим следам, со следами пороха на руках. Тут господин Лопатин проявляет странную суеверность и заявляет, что если парень после трёх покушений остался цел и не вредим, значит он неуязвим и им ещё пригодится. И предлагает шантажировать его Альбиной. Отследив Патрушева, выясняют местонахождение Альбины и под действием хлороформа вывозят её за город. Тем временем Патрушев решается на откровенный разговор с братом, Петром Патрушевым. В процессе которого Стелла пыталась задушить Сергея удавкой. Преступление было предотвращено благодаря удару вазой по голове Стеллы, её сыном Петром. Стелла была задержана не месте преступления. Далее, последовал звонок на мобильный Патрушева, от Лопатина Алексея Станиславовича. С предложением продать цементный завод в обмен на освобождение Альбины Тейрази. Патрушев отправляется на встречу с маячком, следом на расстоянии едет группа захвата. В процессе переговоров, происходящих в укреплённом подземном бункере, Патрушев требует привести Альбину и воспользовавшись её истерикой открывает дверь бункера. Начинается перестрелка между группой захвата и людьми Лопатина. В результате проведённой операции: Лопатин и его люди — двое ранены, остальные убиты. Заложница освобождена, пострадавших и раненых среди группы захвата нет. При обыске в бункере обнаружено 6 ящиков с оружием.

Я отложила папку с делом.

— Леван, я думала что пистолет Патрушеву выдал ты, а здесь про него ничего не сказано.

— Мы решили пожалеть Сергея, пистолет почистили, он один раз выстрелил. Патрон в ствол загнали и на склад сдали. Сказали, не понадобился. Ты сама посуди, одно дело была перестрелка, омон всех в капусту покрошил, экспертизу ни кто делать не будет. А так Серегу запарят и меня заодно, зачем дали пистолет, не привысил ли меры необходимой самообороны, не дай бог, ещё экспертизу назначат, не попал ли в кого? Оно вам надо? Нет! И мне не надо!

— А у Лопатина было оружие при себе?

— Нет, только у браточков.

— У него много было ран?

— Одна! Очень аккуратная дырочка во лбу.

— Понятно! Я подписала показания и вышла в коридор, позвать Избитцкого.

— Семён Михайлович, можно вопрос?

— Конечно, Альбиночка, Избицкий ласково смотрел на меня.

— Сергей уже вступил вправо наследования по завещанию отца?

— По закону положено выдержать 6 месяцев на опротестование, так что через пару месяцев у него будут на руках свидетельства о собственности. Интересуетесь делами жениха. Очень дальновидно. Я улыбнулась.

— Вас Сергей Владимирович попросил зайти, я кивнула на кабинет. Спасибо вам большее. Избицкий скрылся за дверью. Через 5 минут вышел Патрушев.

— Сейчас Семён Михайлович всё посмотрит и поедем. Я подошла к окну, через дорогу раскинулся местный лесопарк. Я показала на него.

— Серёж, пойдем, прогуляемся.

— Хорошо, согласился Патрушев.

Мы шли по аллее, я не знала, с чего начать. Но разговор начал Сергей.

— Тебя что то беспокоит.

— Да, есть пару моментов. Я не хочу тебя обидеть, просто, мне кажется что будет лучше если между нами не будет тайн, или будет как можно меньше. Сергей остановился, засунул руки в карманы. Ухмыльнулся.

— Многообещающее начало, я весь во внимании.

— Ты сказал, что Лопатин потребовал в обмен на меня продать завод! Но он же не идиот, и понимал что юридически ты ещё не собственник, что бы провести сделку. Или он собирался держать меня в плену два месяца?

— Молодец. Улыбнулся Сергей. Соображаешь. Лопатин хотел посадить меня на крючок, я должен был упаковать для него партию оружия. Я вопросительно подняла брови.

— куда упаковать?

— В цементный блок. Автомат запаивается в плотный пластиковый пакет и заливается в форме, жидким цементом. Поскольку у каждого блоку сверху две петельки из арматуры, то его даже металлоискателем проверять бесполезно. Дальше блоки отгружаются по накладной и отправляются в пункт назначения. Я думаю, что он решил, что так даже удобней. Просто бизнесмен, не связанный с криминалом, дольше можно проработать.

— Ты знал как открывается бункер. Спровоцировал перестрелку, и выстрелил первый, Лопатину промеж глаз. Его рука с перстнем оказалась прямо перед моим носом. И только потом началась общая перестрелка. Ты бывал там раньше? Извини за вопрос. Просто Лопатин заявил мне, что у тебя и твоего отца ранее был общий с ним бизнес.

— Я знал как открывается бункер, потому что меня привели туда и при мне закрыли дверь. Я видел кнопку на стене у стола. Что касается общего бизнеса, то как ты понимаешь Лопатин не стал бы городить такой огород, но предполагаю что что-то было у них с моим отцом. А ещё я предполагаю что мой отец умер не сам, ему скорее всего помогли. Но это всего лишь догадки, а вот в том, что Лопатин от меня бы не отцепился, я был просто уверен. Про ящики с оружием я естественно не знал, просто повезло, остаток какой-то партии. Склад ведь мог вообще оказаться пустым. Допустим, его бы посадили, в тюрьму, что маловероятно. Альбина, Лопатин вор в законе, он за решёткой как дома, на его место прибыл бы новый авторитет, и продолжил бы контролировать канал. Такие вещи в одиночку не делаются. Или твоей тонкой душевной организации претит, что с тобой рядом будет не торговец оружием, а убийца? Горько усмехнулся Сергей.

— Не убийца! Робин Гуд! Ты езжай, я ещё погуляю. Я поцеловала Патрушева и пошла вперёд по аллее. И чего ты добилась? Только человека обидела! Беседовала я сама с собой. Подумаешь, бандюгана пристрелил, да ему памятник надо ставить, чугунный, на вокзале, в натуральную величину. Мне уже кругом заговоры чудятся, слишком много трупов на мою бедную голову.

— Альбина Александровна, прервал мои измышления мужской голос, я подняла глаза, справа от меня на дороге стояла машина с тонированными стёклами, молодой человек стоял возле неё. Садитесь в машину, мне велено вас доставить для беседы. Я оглянулась, Патрушев стоял на том же месте, где я его оставила. Я мило улыбнулась, кивнула, а сама резко развернулась на каблуках и рванула к Сергею. Парень среагировал мгновенно, схватил меня за руку, потом в охапку, заткнул рот и закинул на заднее сиденье машины. Уже из отъезжающей машины я видела, что Патрушев бежит, но явно не успевает.

— В машине было двое ребят, один за рулём, второй сидел рядом со мной и потирал руку. Да я его укусила, а он что хотел?

— Ты больная что ли? Поинтересовался укушенный. Нормально же сказал: «садись, поговорить надо».

— Вот именно что здоровая и планирую такой остаться! И потому не сажусь в машины к не знакомым людям.

— А Скрупко ты знаешь?

— Знаю.

— К нему и едем!

— А нормально нельзя было сказать?

— Я не успел! Оправдывался парень. Я вздохнула, что взять с дебила, пять классов и четыре коридора.

— Телефон дай, Патрушеву позвоню, пока он весь город на уши не поставил.

— На счёт звонков указаний не было, сейчас приедем, и звони, сколько влезет.

— Понятно, повредничать решил? Детский сад, штаны на лямках. Не бойся, у меня бешенства нет, хотя… Сорок восемь уколов в живот ни кто не отменял. Осчастливила я парнишку. Мы подъехали к казино, меня повели в боковую дверь с надписью «вход только для персонала». Покусанный мной парень, постучал в массивную дубовую дверь, заглянул внутрь.

— Александр Александрович, можно? Мы привезли девушку. После чего распахнул передо мной дверь. Я вошла, навстречу мне выпорхнул из-за стола, раскинув руки, господин Скрупко.

— Альбиночка, добрый день! Как у вас дела?

— Всё хорошо! Разрешите позвонить? Пока сюда Патрушев с ОМОНом не ворвался?

— Это ещё зачем? Не понял Александр Александрович.

— Затем, что ваши ребята у него на глазах заткнули мне рот и затолкали на заднее сидение машины. Скрупко молча сунул мне свой мобильник. Развернулся к укушенному парню. Я решила, не мешать ему, заниматься воспитательной работой, набрала номер Патрушева и отошла к окну.

— Сережа, это Альбина.

— Ты где?

— Я в казино у Скрупко, он хотел со мной пообщаться, а ребятки немного перестарались.

— Я сейчас приеду.

— Хорошо. Мы в кабинете Скрупко. Не волнуйся я в порядке.

Тем временем Александр Александрович отчитал своих ковбоев. И ждал, пока я закончу разговаривать. Я протянула ему телефон.

— Сергей сейчас подъедет, он слегка перенервничал. Я села на диван. Александр Александрович продолжал стоять.

— О, я смотрю у вас с Патрушевым всё по взрослому? Я молча на него уставилась. Захотелось нагрубить. Как там мама моя говорит, «если нельзя, но очень хочется! То можно!»

— А ваше то, простите меня, какое дело?

— Понятно, переходим прямо к делу. Скрупко сел рядом со мной на диван, взял мои руки в свои. Заглянул в глаза.

— Видишь ли, Альбина, у меня были некоторые подозрения, и вот мне на конец, удалось разыскать Веру, твою маму, и пообщаться с ней.

— Мы вчера с Сергеем встретили её с поезда и привезли домой. Нашлась же «добрая» подруга, позвонила маме на мобильный и поведала свежие сплетни о её непутёвой дочери!

Александр Александрович выдержал паузу.

— Альбина, ты моя дочь! Да уж денёк сегодня. Я справилась с первым потрясением. И переваривала услышанное.

— Значит я? Амалия? Петр Патрушев? Это же надо умудриться за короткий период, трёх женщин оплодотворить. Я так понимаю, вы к свадьбе готовились, а у мужиков свадьба приравнивается к самоубийству, вот и произошла предсмертная попытка осеменить всё вокруг.

— С Петром не совсем ясно, скорее всего, это больные фантазии Стеллы, Амалия младше тебя на три года. А твою маму я очень любил. И женился бы, если не Инна.

— Ну понятно, у моей мамы же не было такого крутого папочки как у вашей супруги.

— Альбина, я был нищий парень, у которого кроме смазливой внешности и мозгов ни чего больше не было, а хотелось так много. Потом, тебе сказал, что я счастлив? Может я однолюб!

— Бедненький, и поэтому вам пришлось топить свою горе в дорогом коньяке с молоденькими длиноногими любовницами!

— Ну, зачем же так? Обиделся папашка. Бедная мама. Подумала я. Возлюбленный — козёл, дочь — задрыга. Надо ей приятное что-нибудь сделать. Мои терзания прервал Патрушев. Распахнул дверь, накинулся на Скрупко.

— Что вообще происходит? Рычал он. Второе похищение за трое суток. У нас с Альбиной так крыша скоро поедет.

— Сергей Владимирович, извини ради бога, я дал указание найти и побыстрее привезти, а ребята поняли всё буквально. Примите мои извинения.

— Альбин, ты как? Я молча смотрела на Патрушева.

— Серёж, у меня папочка нашёлся. Вот он, собственной персоной. Я кивнула на Скрупко. У Сергея глаза полезли на лоб.

— Александр Александрович, я не понял, вы в 80-х годах пытались устроить демографический взрыв? Наконец-то вымолвил Патрушев.

— Ни чего я не устраивал, опять разозлился папуля, я уже объяснял Альбине. Петр, скорее всего мне не сын, это инсинуации Стеллы, Амалия младше Альбины на три года. Так что взрывом тут и не пахнет. Забавно, как у вас ребята мозги в одном направлении работают, Альбина спросила у меня почти тоже самое. Усмехнулся Скрупко. Анализ, конечно, придётся сделать. И глядя на мою усмешку, добавил,

— Альбина, это юридически необходимо, что бы признать тебя и внести в список наследников.

— Я именно так и подумала, сказала я вставая. мне вдруг стало тоскливо и одиноко, а Серёжа вдруг стал прекрасным рыцарем со светящимся нимбом над головой и режущимися крылышками за спиной, сильным, добрым, заботливым и вдруг мне захотелось замуж!

Я потрусила к любимому, заглянула в глаза, обняла за шею, положила голову на грудь и сообщила:

— хочу в ЗАГС! Наверное, нельзя так с мужиками, потому у них и продолжительность жизни такая низкая, а что делать, надо же мать порадовать, в конце концов …

— Я, конечно понимаю, что невеста с таким приданым (я кивнула на папулю), тебе и в кошмарных снах не приснится, но именно на его фоне я поняла, какой ты замечательный, терпеливый и родной (я уже не говорила, а орошала грудь любимого слезами, как тут не расплакаться, опять уплывает замужество из подноса, надо брать быка за рога…)

А любимый ходко трусил в сторону машины, причём со мной на руках, может ещё не всё потерянно?

— Солнышко, пропел он, ты прямо так готова в ЗАГС или там надо за платьишком заехать или за туфельками? Я напряглась, что у любимого в голове происходит, на всякий случай уточню. Сквозь всхлипы спросила:

— Ты что, передумал на мне жениться?

— Нет что ты дорогая, просто боюсь, пока платьишко там туфельки выберем, ты увлечёшься, например туфельками, я перестану тебе казаться прекрасным и родным, и ты опять передумаешь! Ага, да он просто боится. Я шмыгнула носом, на всякий случай.

— Мне сейчас не до платьев, настроение не то.

— Понятно, счастливо запел любимый. Сейчас съездим за твоим паспортом, позвоним Вере Андреевне и в Загс!

— Я тебя люблю, сказал Сергей.

— А я тебя, радостно сообщила я.

Мама, ты будешь мной гордиться!

Content

Алина Шустрова
Ваше счастье, что не я ваше счастье