Уорд Х. М.

Свадебный контракт (ЛП)

Х. М. Уорд

Свадебный контракт

Семья Ферро

Предисловие

от Майкла Уорда

Свадьбы изобилуют историями. До того как Холли стала Уорд Х. М., экстраординарным автором, мы вдвоем владели фотостудией, специализирующейся на свадьбах. И почему-то, в какой-то момент это привело нас к покупке магазина для новобрачных. (В то время это имело смысл.) В течение многих лет мы жили и дышали свадьбами.

Свадьбы - это сумасшествие, а сумасшествие заразительно. Но, истории! Истории почти делали это все стоящим. Иногда они сладкие. У нас была история о возлюбленных еще со средней школы, они разошлись, приняв некоторые неправильные решения, но на протяжении многих лет боролись, чтобы вновь обрести друг друга и связать себя узами брака на свадьбе своих внуков. А еще были смешные и сумасшедшие истории, в которые никто бы не поверил, если бы они не вращались вокруг свадьбы.

Никогда не встречал никого, кто бы сомневался в сумасшествии свадебных историй, потому что всем известно, все возможно на свадьбе. Когда вы берете две семьи, практически не знакомые друг с другом, сводите их в одном месте в течение одного дня, который должен вращаться вокруг детских мечтаний девушки, надежд родителей для своих детей и счетов, выглядящих словно ипотека, люди могут стать своего рода психами. И такого рода психоз создает большинство историй - написание же чего-то полностью выдуманного, кажется похожим на обман.

Итак, поскольку вы читаете Свадебный контракт, знайте, что Холли провела исследования на эту тему. Я всегда вижу чуточку Холли и себя в ее историях. Машина, заводящаяся от баллончика спрея у Эвери? Я много раз возил Холли на этой машине (Ага, я действительно знал, как соблазнить девушку.) Но Свадебный Контракт? Показывающая сиськи подружка невесты никогда не оказывала мне никакого внимания... Все везение досталось Холли.

Глава 1

Я слышу голос Эмили через переднюю стенку маленького магазина, она разговаривает с потенциальным клиентом о фотографиях с их предстоящей свадьбы. Я в задней части убираю реквизит после утренней съемки. Убирая коробку назад на полку, я иду вдоль открытого пространства и выглядываю наружу из-за шторки, закрывающей передний проем.

- Ну, наши поздравления и спасибо, что рассматриваете сотрудничество с Bella Chicks Studio. Удачи вам обоим.

Эми улыбается, пока кладет телефон обратно в держатель. Ее светло-коричневые волосы скреплены заколкой сзади в идеальном хаосе. Если я попытаюсь сделать так же, мои кудри будут выглядеть просто запутанными.

Складывая на груди руки, я медленно дышу. Глупо думать, что это дело его рук. Эми еще даже не рассказала мне, но кожа на руках покалывает, словно большое жирное предзнаменование. Я знаю, это был он. Это всегда он.

- Итак, я полагаю, Гэтти наняли кого-то еще?

Эми улыбается мне. Это умоляющее выражение лица "Не убивай гонца, принесшего плохую весть!". Я не сержусь на Эми; я расстроена ситуацией. Мы не можем продолжить терять клиентов. Она медленно кивает.

- Ага, они ушли в Bella Clicks.

Мои губы сжимаются вместе, и я стараюсь не закричать. Я так стараюсь не реагировать чрезмерно, но это уже третий клиент, которого Ник Ферро украл только за этот месяц. Из-за этого ублюдка мой глаз дергается в течение нескольких недель. Кажется, что каждый раз, когда мне удается сделать шаг вперед, он опережает меня, делая все лучше и дешевле. Боже, я ненавижу его.

Хуже всего то, что если все это продолжится в том же духе, я не смогу себе позволить остаться в моем маленьком магазинчике. Вавилон Вилэдж - милое место, но аренда - сука. И я знаю, что у мистера Подражателя такой проблемы нет, потому что его папа владеет чертовым торговым центром. Почему я не получила супер-выгодное предложение в своем договоре аренды?

Эми видела, что моя кровь закипает.

- Гм, Скай. Ты не моргаешь, уже минут пять. Не сбрасывай всю Медузу на меня.

Эми - любитель мифологии и приплетает греческих богов во все, что угодно. В половине случаев я даже не знаю, о чем она говорит.

Вместо звона в ушах, должен был последовать мой крик, так бы поступил нормальный владелец малого бизнеса. Я же складываю в плотный замок руки и пинаю стеклянную входную дверь. Мои ноги топают по парковке, жестко и быстро, оставляя Эми и ее не-делай-это позади.

Это нужно остановить. У меня все шло прекрасно, пока не объявился Ник. Видит бог, достаточно людей пытались заработать на жизнь в Нью-Йорке, но никто из них, кроме этого осла, не поджидал на моем пороге, чтобы украсть моих клиентов.

Я никогда не делала ничего подобного. Я никогда ни с кем не поступала по принципу пожевал-и-выплюнул. Я всегда улыбалась и искала во всем светлую сторону. Да пошло оно все. Я потеряю свой бизнес, если не буду сопротивляться, так что влетая в его магазин, готовлю кулаки и обнажаю клыки.

- Иди сюда, ты, подобие мужчины!

Я стою в его идеальном лобби, таком же шикарном, как и мое, но вместо насыщенно красных акцентов, у него синие. У него есть свой стол для консультаций в том же месте, что и мой, и огромные картины Тайм Сквер и Собора Святого Патрика, похожие на те, которые есть у меня. Я замечаю новые цветочные композиции с павлиньими перьями и готова взорваться. Когда он успел их скопировать?

Мои глаза переходят на маленький столик, на который он поставил альбомы. В прошлом месяце, я познакомилась с новым поставщиком, который предложил эти прекрасные альбомы для моего будуара клиентов. У этих альбомов есть блестки, они сделаны из эластичной кожи и идеально ощущаются под вашими пальчиками. Я вижу одно такое поблескивание из-за свадебного альбома на его столе. С широко раскрытыми глазами, я шагаю к нему и трясущимися руками поднимаю маленькую книжечку.

Из задней части комнаты появляется Ник и медленно качает головой.

- Скай Томпсон, что я могу сделать для тебя?

У Ника темные, идеально взъерошенные волосы, падающее ему на лоб, прямо над сапфирово-синими глазами. Сегодня на нем одета белая дизайнерская рубашка с отложным воротником и джинсы. На его запястье массивные часы, стоящие больше, чем весь мой капитал. Он красивый, самоуверенный и богатый. Его голос подобен песне сирен, а в целом он, как и детеныш бешеных обезьянок - до глубины души избалованный ребенок.

Ярость переполняет меня, пока я смотрю на него.

- Что ты сделал, чтобы заполучить свадьбу Гэтти? Предлагал попозировать с ней для фото в будуар? - о, мой бог. Ник имеет наглость улыбаться, пока я тут разглагольствую. Он пытается скрыть, но я вижу по глазам, что его это веселит. Я тычу пальцем в его грудь и продолжаю неистовствовать. - Потому что нет причин, по которым ты мог бы заполучить этого клиента себе, ты, изнеженная задница!

Похоже, что Ник покусывает изнутри рот, чтобы не засмеяться. Я стою прямо перед ним и всерьез рассматриваю возможность пнуть его по голени. Каждый мускул моего тела натянут так туго, что я готова взорваться. Я почти что вибрирую, пока не вижу как Бэверли Гэтти выходит из задней комнаты, а следом за ней ее дочь и муж. Ох, отстой.

Весь воздух покидает меня, когда я вижу крайне злой взгляд на ее лице. Бэверли сказала, что вышлет мне чек сегодня, но вместо этого она в студии Ника. Я не получила предоплату и по взгляду на ее лицо, ясно, что она не собирается вдаваться в подробности.

- Что вы сказали о моей дочери? Или ваш грубый комментарий был направлен на меня, мисс Томпсон?

Что за хрень? Серьезно, мне никогда не выпустить пар! Я никогда не говорила никому, что они отстойные, и в единственный раз, когда я это сделала, это же и укусило меня за зад. Мои губы растягиваются в нервной улыбке, и у появляется это странное ощущение, когда не знаешь, что делать со своими руками. Я сжимаю указательный палец и пытаюсь все исправить, словно я не ела собственную ступню. Нет, я съела всю чертову ногу и половину своей задницы. Невозможно все исправить.

- Миссис Гетти, я не подразумевала...

- Вы не подразумевали ничего, дорогая. И если хотите знать, мы находим Ника гораздо более легким в общении. Свадьба и так достаточно стрессовый процесс, и я не хочу, чтобы что-то заставило Тиффани тревожиться. Вижу, я сделала правильный выбор и обязательно позабочусь, чтобы каждый узнал, как вы ведете себя на самом деле.

Ник по очереди глядит на нас, а после кладет руку на плечо Бэверли.

- Скай не разрушила бы свадьбу вашей дочери. Она - очень способный фотограф. Правда, она так нервничает, только когда забывает выпить свое лекарство. Это может случиться с кем угодно.

Бэверли бросает на меня еще один взгляд, словно теперь она может увидеть мой очевидный психический дефект.

- Возвращайтесь и захватите чай со специями от Keurig. Я возьму новые альбомы, о которых говорил, - он смотрит на меня и ухмыляется. - В путь, Скай. Или ты предпочитаешь, чтобы я позвал Эми забрать тебя? - он говорит это так сладко, словно помогает мне.

Что абсолютно не имеет смысла. Я плотно сцепляю руки и рычу, после чего разворачиваюсь на каблуках и вылетаю на улицу. Пока дверь закрывается за мной, я слышу как Ник говорит Гетти:

- Не волнуйтесь, она не опасна.

Глава 2

Когда я возвращаюсь, Эми стоит в дверях. Мои глаза пощипывает, и хочется плакать. Я иду прямо в конец студии, и она плетется за мной, как преданный щенок.

- Скай, что случилось? Все не может быть так плохо!

- Я назвала Тиффани Гэтти потаскушкой и предположила, что единственная причина, почему они подписали контракт с Ником - возможность коснуться его голой груди!

Я тяжело всхлипываю, пытаясь не заплакать - нет, пока не найду коробку салфеток. Я встаю, опираясь на полку и начинаю копаться вокруг. С полки на пол падает ящик пластиковых яблок, они разлетаются во всех направлениях.

- Ну, это не так плохо, - ее голос имеет насмешливый тон, говорящий мне, что она ничего не понимает.

- Гетти были там! Все трое вышли из задней части его магазина. Ее отец выглядел, словно хотел перерезать мне горло и выбросить в канаву.

Эми отводит взгляд.

- Ох, ладно, ага. Это типа плохо.

Я нахожу маленькую коробку салфеток и опускаюсь на пол.

- Это не худшая часть. Ник сказал им, что обычно я в порядке; что я такая как сейчас, только когда забываю принять свои лекарства. Итак, я из суки стала сумасшедшей!

Держа салфетку на лице, я делаю глубокий вдох. Мне нужно успокоиться, но я не могу.

- О, дорогая. Все в порядке. Все будет хорошо, - она опускается на колени рядом со мной и потирает мои плечи.

- Как ты можешь так говорить? Он разорил меня. Из-за него мой бизнес разваливается. Парень - паразит, а ты мне говоришь, что все в порядке?

Обычно я не такая. Я не разваливаюсь на куски по мелочам, но это далеко не мелочь, чтобы оставлять все как есть и дальше. Я прошла путь от процветающего магазина к тому, что крадусь поспать на складе. У меня нет квартиры, нет денег и, спасибо Нику, я потеряла свадьбу Гэтти.

- Конечно, это нормально. Все и так уже знали, что ты сумасшедшая.

Она улыбается и наклоняется, обнимая меня.

- Ничего себе, спасибо.

- Серьезно, Скай. Позволь себе небольшую слабость. Ты не можешь сблизиться с каждым клиентом. Некоторые из них будут выбирать кого-то другого. Ты не можешь наказывать себя, когда они уходят, - она говорит это только потому, что не знает насколько все плохо. Я скрывала это от нее. У Эми и так достаточно вещей, о которых нужно беспокоиться, я не хотела добавлять еще больше к ее куче.

Но очень скоро это станет очевидным. Я прижимаю руки к лицу и не смотрю вверх. Мой взгляд зафиксирован на полу.

- Иди взгляни на календарь. Моя приблизительная ставка уменьшилась в половину после того, как этот осел переехал сюда. Клиенты уходят отсюда с моим пакетом предложения в руках, и я клянусь богом, он просматривает его и предлагает тот же самый объем за меньшие деньги, а затем дарит им дополнительный альбом. У меня даже нет шанса.

Эми продолжает ободрять меня.

- Скай, ты лучше, чем он. Ты - та, кто придумывает новые идеи.

- Но, Эми, через неделю, они есть и у него тоже!

- Ты помнишь ту платье-из-мусора сессию в городе? Это было так весело. И у нас есть другой клиент, подумывающий о бронировании подобной сессии. Не позволяй ему огорчить тебя. Всегда будут люди, пытающиеся получить кусочек того, что есть у тебя, Скай, потому что ты лучшая. Они хотят быть тобой.

Ее слова успокаивают меня достаточно, чтобы поднять взгляд. Она улыбается и подает мне одно из необычных зеркал, которые мы используем для соблазнительных съемок.

- Выглядит, словно собака облизала твое лицо.

Моя тушь стекает по щекам, и большой мазок теней на виске похож грязь. Уголок моего рта дергается.

- Скай, - начинает Эми, - у тебя есть новая идея, не так ли?

- Ага, - я смотрю в зеркало, мое выражение становится диким. Картинка еще не полностью сформировалась в моем сознании, но я могу увидеть клиента в воде, с темным и размазанным макияжем. Что-то необычное и трагическое. Это не похоже ни на что, отснятое мною ранее, и не в стиле невесты, но все равно удивительно.

Эми машет рукой перед мои лицом, чтобы привлечь внимание.

- Привет? Собираешься попробовать это в эти выходные с Софией?

- Если она позволит мне, - мой взгляд скользит к верху зеркала. - Было бы здорово, и острова Shelter - идеальное место, чтобы сделать это.

Я кусаю нижнюю губу, думаю о логистике и отдаю зеркало Эми, чтобы вернуть его на место.

- Я бы хотела поехать с тобой. Пять дней там кажутся чем-то удивительным - особенно в это время года. Готова поспорить, там красиво.

Эми встает и смахивает пыль с одежды. Обычно она ездит со мной, чтобы переносить снаряжение и помогать, но эта свадьба маленькая, и я делаю ее по низкой стоимости, в виде благосклонности к другу. Единственные деньги, которые я заработаю - от продажи печатных снимков после свадьбы.

Я называю ей новое имя вслух:

- Софи Стивенс. Не могу поверить, что она выходит замуж.

- Ага, но Стивенс немного проще в произношении, я права?

- Да, Полойскишиано точно не слетает с языка.

Эми возвращается к своим обязанностям за стойкой администратора, подготавливая документы.

- Иди домой, Скай. Упакуйся и успеешь на паром пораньше. Будешь сидеть на пляже, пока Софи доберется туда. Видит бог, ты могла бы использовать перерыв. Просто будь уверена, что пошутила о ее новом муже, ради меня. "Стивен Стивенс" - очень смешно.

Это имя звучит так, словно имеет отношение к мультику о собаке, несущей портфель.

- Ты уверена? Еще столько работы нужно сделать, и мне неловко...

- Ты всегда чувствуешь себя неловко и никогда не прекращаешь работать. Ты всегда здесь. Езжай, я в порядке. Я могу зарядиться от музыки шестидесятых и ходить тут кругами босиком, - она подмигивает мне, подразнивая. Эми одевалась бы подобно ребенку хиппи каждый день в году. Она постукивает стопкой бумаг о свой стол и сшивает скобами уголок. - Серьезно, езжай. Развлекись. Расслабься на несколько дней. Выпей шампанского и переспи с незнакомцем. Ну ты знаешь, все эти типичные свадебные штучки.

Я смеюсь.

- Типичные для тебя, может быть.

Эми наклоняет голову в сторону, словно жалеет меня.

- Тебе двадцать два, Скай. Ты надрываешь себе задницу каждый день и никогда не останавливаешься взглянуть, что теряешь.

- Потому что я ничего не теряю, - я хватаю свою сумочку из ящика стола и закрываю его. - Ты уверена, что будешь тут в порядке, если я свалю?

Я никогда не уходила с работы пораньше. Если вытащу свою задницу, то смогу поспеть на двухчасовой паром и приехать туда, имея достаточно времени, чтобы провести пару часов гуляя по пляжу или разглядывая вещи в маленьких магазинах.

Эни ухмыляется:

- Только если ты мне пообещаешь заарканить лучшего мужчину.

Она двигает бровями и цокает языком.

- Ага. Я сделаю это, - говорю я с сарказмом, хватая наклейки и маркер с ящика стола. Быстро я царапаю ЭМИ БЫЛА ЗДЕСЬ поперек конверта. - Вот, ты выиграла. Я оставлю это у него на лбу.

Она смеется.

- Сучка.

- Нет, сумасшедшая. Я думала, мы установили это.

Я толкаю дверь, Эми орет:

- Привези мне какой-нибудь торт!

- Сделаю!

Глава 3

В то время как я прихожу к Северному парому на Ориент Поинт, уже середина дня. Я переоделась, сменив костюм, который ношу в студии, на пару потертых джинсов с дырой на колене и эластичную черную футболку. Я сижу на капоте своей старой дрянной машины, называя ее Большой Красный, и собираю свои темные волосы в хвост. Ветер хлещет ими вокруг, что затрудняет видимость. По правде, я люблю запах соленой воды, а острова Shelter - даже больше. Семья Софи содержит там летний домик, и так как ее родители дружили с моими, мы приезжали туда с Софией множество раз. Софи и я - лучшее друзья еще со времен, когда были маленькими. Я совершенно не хочу работать на ее свадьбе, но она настаивала на том, чтобы я это сделала.

Глубоко вдохнув, я смотрю по сторонам. Возле меня припаркованы несколько авто, но так как уже не лето, судно не полное. Большой Красный - это ржавый Bonneville, который старше меня. Он стоял в гараже моего дедушки, пока тот не умер в прошлом году. Он слишком большой для компактных, современных парковочных мест и был построен еще, когда газ был дешевым, а автомобили огромными. Дедушка когда-то жаловался, что он слишком мал, сейчас это кажется смешным. Обе шины стоят по сторонам парковочного места. Я пользовалась мотоциклом, но вынуждена была его продать в прошлом месяце, чтобы свести концы с концами. Сейчас есть только я и Большой Красный.

Когда мы достигаем острова, я выезжаю следом за другими автомобилями из судна и отправляюсь в путь. Я хочу успеть зарегистрироваться и съездить на другую сторону острова до прибытия Софи. Найдя маленькую гостиницу, в которой все планируют остановиться, мне удается параллельно запарковаться. Кто тут потрясный? Я! Может быть сегодняшний день, в конце концов, не будет таким уж отстойным. Ужасное утро означает приятный вечер. Думаю, я читала однажды что-то такое на печенье с предсказанием.

Схватив свою сумочку, я направляюсь внутрь к стойке регистрации. Женщина с ярко-рыжими волосами в черном блейзере стоит там с фальшивой улыбкой с сжатыми красными губами.

- Добро пожаловать в Chaucer Inn, -говорит она. - Чем я могу вам помочь?

Бог мой, она выглядит сумасшедшей. Ее большие зеленые глаза не мигают, и та странная улыбка по-прежнему на своем месте. Я быстро оглядываюсь и решаю, что ее босс должно быть где-то неподалеку, потому что что-то доставляет ей неудобство и заставляет вести себя неестественно.

Опираясь на стойку, я говорю:

- Да, я фотограф на свадьбе Стивенсов. Мне сказали, что для меня зарезервирован номер.

- Время заселения только после четырех дня.

- Я знаю, но надеялась, что комната будет готова раньше. Это была долгая поездка. Как думаете, вы могли бы мне помочь?

Она закатывает глаза, и улыбка исчезает. Женщина глубоко вдыхает, раздувая свои ноздри, как бык.

- Я буду рада помочь вам с поиском места в нашем ресторане до четырех часов дня.

Она меня не слышала? Я стучу пальцем о стойку и немного наклоняюсь.

- Есть ли какой-то шанс получить мой номер сейчас? Я действительно устала и...

- Нет! Вы не можете получить его сейчас! Он еще не готов! Он будет готов к четырем часам дня! У вас проблемы со слухом или как?

Женщина на секунду сжимает свою сторону стойки и практически рычит.

Святые улитки. Это лицо сумасшедшего. Я улыбаюсь во все зубы и медленно отступаю.

- Я вернусь в четыре дня.

Женщина возвращается к своему немигающему, хорошо отрепетированному состоянию.

- Это замечательная идея. Большое спасибо. Наслаждайтесь своим днем на островах Shelter.

О.Мой.Бог. Что за психопатка. Я покидаю лобби, прежде чем у нее появятся когти, и она разорвет меня на куски. Снова выйдя на улицу, я решаю прогуляться и перекусить поздним обедом, просто чтобы убить время. Сидя в маленьком бистро, я наконец-то немного расслабляюсь. Мой глаз перестает дергаться, все мысли о Нике и его низких поступках давно улетучились, и я довольна тем, что попиваю холодный чай и жую свой бутерброд. Все места для сидения в этом маленьком ресторане находятся снаружи на тротуаре. Небо голубое, и легкий ветерок шелестит в ветвях. Идеально.

Пока мой телефон не начинает звонить. Он играет Императорский Марш, так же известный как тема к Дарту Вейдеру, это дает мне понять, что звонит моя мама. Парень рядом со мной давится своей содовой и смотрит. Я слабо улыбаюсь и снова опускаюсь в кресло, позволяя телефону еще раз проиграть песню. Глядя на парня, я объясняю:

- Это моя мама.

Он криво ухмыляется.

- Она звучит удивительно.

Красивый мужчина с улыбкой на лице возвращается к своей еде.

Я провожу пальцем по экрану и подношу злобное маленькое устройство к уху.

- Эй, мам.

- Ты уже там? Что сегодня случилось на работе? Ты не можешь пропустить все, просто чтобы где-то повеселиться.

Мама считает, что моя работа - это шутка, несмотря на то, что благодаря ей мы могли платить по счетам, пока не появился Ник. Просто никто не знает, насколько все стало плохо, и я уверена, черт возьми, что не хочу слышать сейчас ее лекции.

- Мама, я ничего не пропустила. Эми там.

- Эми не будет делать ту же работу, которую должна сделать ты.

- Эми подшивает документы. Не думаю, что она подошьет к ним свою руку, так что мы в порядке. Вы с папой уже выехали?

- Не меняй тему, Мисси! Я говорила тебе, что ты должна поступить в колледж, так же как сделала Софи, но разве ты слушала? Нет. Теперь ты убежала посреди дня и оставила Эми одну. Что если кто-то что-то захочет?

- Они позвонят мне на мобильный.

О, боже. Пристрелите меня кто-нибудь. Пока мама отчитывает меня, я опираюсь щекой на руку и наклоняюсь набок.

- Это не способ вести свой бизнес, дорогая. Ты подумала над тем, что мы с папой тебе предлагали?

- Я не собираюсь закрывать свою студию, ма.

Мое тело неуравновешенно, так как я раскачиваюсь сидя на одном краю стула, готовая упасть. Мы вели этот разговор несчетное количество раз. Они думают, что я упустила свою жизнь, потому что не получила высшее образование. Дело в том, что все мои друзья, получившие его, сейчас безработные или переворачивают гамбургеры. У меня нет долгов, и все шло довольно неплохо, пока Ник не выбил меня из седла.

- Софи собирается с тобой поговорить и думаю, тебе стоит к ней прислушаться.

Мои ноги скрещены в лодыжках. Когда она говорит это, я слишком сильно отталкиваюсь правой ногой, пытаясь быстро сесть, но вероятно, я стою на собственных шнурках, потому что не могу сдвинуться. Таким образом, вместо того чтоб подняться, я падаю.

Представьте себе пингвина в зоопарке, который вдруг падает на бок. Бух. Это действительно смешно, за исключение того, что когда я падала, мои руки рванули и схватили ближайшую ко мне вещь - парня за соседним столом. Мне удается сжать в кулак всю его промежность и основательно полапать его до того, как я ударяюсь о цемент. Если бы он не сидел ко мне лицом со своими растопыренными ногами, этого бы никогда не произошло. Я пыталась схватить стул и совершенно промахнулась.

Глаза парня расширяются, и он вскакивает, ударяясь бедром об стол. Его паста и чай скользят и под действием гравитации летят вниз. В этот момент я оказываюсь на земле. Как раз вовремя, чтобы тарелка со спагетти упала мне на лицо, а за ней и полный стакан чая, смывающий их.

Со стороны тротуара я слышу визг маминого голоса, все еще ругающего меня. Мгновение никто ничего не говорит. Окружающие просто смотрят в ужасающем молчании. Я вытираю соус и чай с лица и оглядываюсь. Это выглядит, словно я стала жертвой покушения клоуна. Над моей грудью огромное красное пятно, в волосах лапша и еще немного лапши свисает с шеи в вырез рубашки. Одна даже застряла в моем ожерелье. Чай разбавил соус и впитался в каждую складочку моего тела, так что теперь я острая и липкая. Не говоря уже о том, что я облапала незнакомца и сбросила все содержимое его столика.

В таком положении я сижу слишком долго, пытаясь сморгнуть ощущение жжения глаз. Когда я смотрю вверх, то вижу, как парень протягивает мне руку. Я хватаюсь, и он помогает мне встать.

- Мне так жаль, - говорит он. Парень не смеется над тем, что я шокирована.

- Нет, это была моя вина, - говорю я.

Кто-то протягивает мне телефон, и я нажимаю ОТБОЙ, не говоря маме "до свидания". Она перезванивает через пару секунд.

Красивый парень снова смеется над играющим Императорским маршем.

- Я предлагаю не отвечать.

Я смеюсь, чтоб не заплакать.

- И не планировала.

Услужливый персонал суетится вокруг нас, поднимая его стол и убирая мой беспорядок, оставив нас двоих неловко стоять по середине ресторана.

- Кстати, меня зовут Диган. Диган Грин. Я помешан на научной фантастике и абсолютно уверен, что ты богиня.

Застенчивая улыбка расплывается у меня на лице, пока я смотрю на землю и обратно на него. Я протягиваю свою липкую руку.

- Скай Томпсон.

- Могу ли я проводить тебя обратно в гостиницу, Скай?

- Зависит от обстоятельств. Уже четыре часа?

Его челюсть чуть-чуть опускается.

- Ты здесь тоже по поводу свадьбы Стива Стивенса?

То, как он говорит это, заставляет меня рассмеяться, хоть его обед все еще и липнет к моему телу.

- Ага. Откуда ты знаешь?

- Я предполагаю, у нас один и тот же портье. Я - лучшей друг Стива.

Я киваю и убираю часть спагетти с рубашки.

- Я - фотограф.

- Серьезно?

Не знаю, почему он говорит подобное. Очевидно, я произвела действительно плохое впечатление, будто я слишком неуклюжа, чтобы фотографировать людей.

- Ага. Я знаю Софи с детства.

- А, ну тогда ясно. Нам нужно будет многое наверстать. Я уверен, что если мы будем заодно, то сможем как следует смутить их, - он подмигивает мне и берет за локоть, прежде чем оставить достаточно наличных за нас обоих на столе. - У Стивена была неестественная любовь к клею. Я надеялся, что когда он вырастет, то откроет свою компанию по производству стикеров.

Я немного смеюсь.

- Должно быть, ты был разочарован увидеть, что он стал педиатром.

- В самом деле. Пойдем. Давай посмотрим, может нам удастся зарегистрироваться у этого Отродья сатаны. Если она откажется, тебе следует усесться на ту большую белую кушетку посреди холла. Я думаю, они изменят свою четырехчасовую политику.

Глава 4

Диган прав. Мой номер не готов, до тех пор пока я не говорю, что с радостью подожду на том небольшом белом диване. В этот момент Отродье как по волшебству протягивает мне ключ и выталкивает мою задницу из лобби.

Диган провожает меня в номер, помогая донести мои сумки и снаряжение. После того как мы заносим вещи и бросаем их на кровати, он улыбается мне.

- Позже я куплю тебе напиток - или даже пять - чтобы отплатить за это.

Его внимание приятно. Жизнь была слишком сумасшедшей для флирта с кем-то в течение долгого времени. Я криво улыбаюсь.

- Это я та идиотка, что опрокинула стол.

- Я знаю, и это ужасно именно потому, что я до сих пор чистый, а ты нет.

Он подмигивает мне и уходит до того, как я заливаюсь краской.

Что за ужасная история знакомства. Мам, это Диган. Я схватила его за имущество в уличном бистро, что вниз по улице. Все было хорошо для нас, пока еда не упала мне в лицо. О, боже. В доли секунды я хватаю дверную ручку и открываю дверь.

- Диган?

Высовывая голову, вижу его в ожидании лифта.

Он оглядывается на меня.

- Ты что-то забыла?

- Угу, мы можем никому не рассказывать о том, как познакомились?

Он улыбается.

- Ах, твоя мать не в курсе, что она Ситх Лорд(персонаж звездных воин – прим.переводчика)?

- Гм, она не воплощение зла, но не из-за этого. Я имею ввиду, давайте просто скажем, что встретились на ресепшн и опустим все остальное.

То есть я бы не резюмировала тот факт, что щупала его там, хм, в его промежности.

Он лукаво улыбается, но кивает.

- Конечно. Увидимся позже.

Он исчезает в лифте, а я проскальзываю обратно в номер.

Глава 5

Наконец я одна, а ведь еще полчаса до официального времени заселения. Так что у меня есть достаточно времени, чтобы принять душ и подготовиться к вечеру. В этот вечер Софи организовывает специальный ужин для свиты молодоженов и ближайших родственников. Предполагается, что это будет неделя с камерой, привязанной к моему лицу - я только за, потому что действительно люблю снимать. Софи и Стивен поженятся на выходных, и гости будут тусоваться тут еще несколько дней, потому что какой дурак не захочет здесь остаться? Это красивое место, за исключением демона на ресепшн. Ну, я думаю, что тут красиво, но готова поспорить, что мама со мной не согласится. Мы действительно не очень хорошо ладим.

Когда я сказала, что не пойду в колледж, мою мать чуть удар не хватил. Мои брат и сестра, оба старше меня более чем на десять лет, они совершенны во всех отношения, и, конечно же, учились в колледже. Они вдвоем были идеальными детьми, дарованными моим дорогим родителям ангелами.

Бла-бла-бла-блевать. Серьезно. Вы не можете себе представить, что такое праздники в доме моих родителей. По словам мамы, я "на другой стороне путей господних". Нет, я люблю ее, но мы серьезно не сходимся во мнениях относительно буквально всего. Она будто получила мечту каждого родителя в виде первых двух детей, а потом Господь подумал, что будет круто, через этак десятилетие, послать ей еще и вот-засада-ребенка, просто чтобы спутать карты. Я думаю, что совершенство открывается в разных формах и размерах, но, по мнению мамы, я от него далека.

На пальце идеальной дочери красовалось бы кольцо, и она бы закончила колледж, одновременно ведя приготовления к летней свадьбе мечты Барби. Я не такой ребенок, и скорее ад замерзнет, чем я позволю какому-то засранцу одеть кольцо мне на палец. Возможно, я идиотка, но после такого долгого, личного и глубокого знакомства со свадебной индустрией, я повидала всякое. Большинство пар женятся потому что пора, а не потому, что они влюблены. Иногда причиной служат трудности с деньгами, родительское давление или просто то, что они устали от одиночества, поэтому они находят мистера «Я-решу-все-твои-проблемы» и связывают себя с ним узами брака.

Это не обо мне.

Я направляюсь в ванну и включаю душ, позволяя маленькой комнатке наполниться теплом и паром, пока я снимаю свою одежду и захожу под струи. Стоя там, я глубоко вдыхаю, вода смывает и уносит прочь мои неприятности. Если бы только жизнь была так проста. Я бы никогда не выходила из ванной. Уверена, что если поставить рядом с душевой холодильник, то я могла бы здесь жить. В любом случае, я наполовину водяная крыса.

Мои мысли перетекают к Софи. Я правда надеюсь, что она делает правильный выбор. У нас так и не было возможности поговорить об этом. Помолвка произошла так быстро, а потом она окунулась в планирование свадьбы. БАМ! И вот мы здесь; быстрее, чем я думала. Мне интересно, чувствует ли Софи тоже самое. Потирая руками лицо, я глубоко вздыхаю и надеюсь, что она счастлива. Невестам присуще неадекватное поведение. Безмятежная невеста - это невеста напичканная лекарствами. Просто свадьба - это не только огромные обязательства друг перед другом, но также событие, которое скорее всего пойдет не по плану.

Например, свадьба, которую я снимала на прошлых выходных. Глазурь не должна была загореться, но загорелась. Несколько салфеток положенных не в том месте: сильный порыв ветра и пшик! Адский торт. В результате маленькая пара на верхушке превратилась в маленьких горбунов.

Более ранние свадьбы в этом месяце были еще ужаснее: пока невеста шла по проходу, следовавшая за ней малышка с цветами подошла слишком близко и наступила на шлейф. По церкви раздался звук рвущихся швов, пока монстр на спине открывал свою пасть, обнажая трусики невесты с кристаллами Сваровски и надписью НЕВЕСТА через всю ее задницу. Я была поражена, когда она просто обняла шокированную девушку-флориста, и позволила кому-то сшить скобами заднюю часть платья. Та свадьба продолжилась, хотя большинство других невест съели бы всех окружающих и выплюнули их кости, случись что-то подобное. Никогда не вставайте на пути невесты, даже если жаждете смерти.

Мое внимание привлекает шум, кажется, кто-то кричит в коридоре. Предполагаю, что это младшие кузины Софи. Выключив воду, я выхожу и вытираюсь полотенцем. Заглядываю за дверь в поисках халата, но там его нет. Да какая разница. У меня не случится инсульт, и нет смысла просто звонить на рецепцию, лишь для того, чтобы заставить Отродье принести мне халат, который был утерян. Нет, спасибо. Я сбрасываю влажное полотенце на коврик и голой выхожу из ванной. Мой чемодан лежит на постели, и я направляюсь к нему с целью захватить платье и набор косметики.

Входя в комнату я обращаю внимание на ужасно уродливый ковер. По стилю он похож на те, что встречаются в отелях Лас-Вегаса, его сложный рисунок скрывает все возможные пятна. Черт, он уродливый. Вот тогда-то я и чувствую на себе взгляд. Одновременно с тем, как волосы на затылке встают дыбом, в поле моего зрения появляется пара блестящих черных туфель. С этого момента все происходит в замедленном темпе. Все мое тело напрягается, пока я подымаю взгляд.

Прямо передо мной стоит Ник Ферро, экстраординарный говнюк, и на его лице огромная улыбка.

- Только не говори мне, что ты распутная подружка невесты.

Я не отвечаю. Я кричу и пытаюсь хоть что-то прикрыть, не дать ему увидеть все, но он уже и так все увидел. Нахал же просто стоит тут и весело улыбается.

- Убирайся!

Я кричу это снова и снова, пытаясь прикрыть своих девочек и желая, чтобы, как по волшебству, в нужном месте появилась набедренная повязка. Каждый раз, когда я хватаю одну свою грудь, другая выскальзывает из моих рук. Они слишком большие, чтоб удержать одной рукой; его взгляд все еще на мне, а я не хочу, чтобы он смотрел. Мои руки судорожно двигаются между промежностью и грудью так, что я выгляжу словно идущий на посадку самолет. На секунду я думаю о том, чтобы развернуться и убежать назад в ванную, но тогда он увидит еще и мой зад, а это и так единственная часть меня, которую он не видел, потому я отказываюсь разворачиваться. Логика - не мой конек. Не судите меня, пока подобное не случится с вами. В этом есть смысл. Вроде как.

Он делает шаг назад, когда я бросаю в него коробку салфеток и задом-наперед иду в ванную. Ник любезно говорит:

- Это мой номер. Убирайся.

- Это не твой номер, он мой! И я собираюсь вызвать полицию!

Я натыкаюсь на раковину и пытаюсь закрыть дверь, толкнув ее ногой. Эти нескоординированные движения и становятся причиной моего приземления на задницу. Моя лодыжка ударяется о дверь, закрывая ее, пока я грациозно падаю на зад. Я испускаю несколько ругательств прежде, чем громко ГРОХНУТЬСЯ.

Ник бросается к двери.

- И скажешь им что? Что парень, к которому ты пришла, тебя не хотел? Кстати, я этого не говорил, - спустя секунду он тихо добавляет. - Ты в порядке?

- Нет! - я не в порядке. Почему он тут? Почему он в моем номере? Этот человек собственноручно и сознательно разрушает мой бизнес. Эми думает, что я параноик, но тогда какого черта он делает здесь? Его не должно здесь быть. Я сижу, прислонившись спиной к ванной, когда дверь щелкает, открываясь. Ударяя ногой, я захлопываю ее. - О, мой бог! К какого вида душевнобольным ты относишься? Я не говорила входить! - к тому времени как я заканчиваю кричать на него, мой голос как минимум на октаву выше.

- Ты сказала, что не была в порядке.

- Я в порядке! Убирайся!

- Я не могу. Это мой номер, и у меня свадебная съемка на этих выходных, так что если ты не против...

Что? С трудом поднимаясь на ноги, я хватаю душевую занавеску и стягиваю ее со стержня. Когда я иду, маленькие пластиковые кольца тащатся по полу. Дергая дверь, я вылетаю и толкаю его в грудь. Клянусь богом, все мое тело издает звук гонга, который случается, если вы с разбега врезаетесь в металлический столб. Не то чтобы я делала такое. По крайней мере не недавно. Ох, святая преисподняя, его тело мускулистое. Разве ему обязательно быть таким сексуальным? И как хорошо он пахнет, слишком хорошо. Между прочим я мокрая, у меня на голове развеселое крысиное гнездо и платье по последней моде из гостиничной занавески для душа, которая представляет собой белое пластиковое дерьмо, липнущее к влажной коже словно клейкая лента.

Я отступаю назад и почти падаю, но Ник подхватывает меня, помогая стабилизироваться. Мне не удается сказать "спасибо". Так как я хочу откусить его голову.

- Какая свадьба? Ничего ты не снимаешь!

Он говорит слишком спокойно.

- Да, я снимаю. Мистер Стивенс нанял меня.

Какой лжец.

- Он не делал этого!

Ник снова усмехается своей магической кривой ухмылкой и лезет в свою сумку для принадлежностей, выуживая оттуда договор на фотоуслуги. Я вырываю бумагу у него из рук и просматриваю. Как могла Софи так со мной поступить? Скрипя зубами, я бросаю на Ника косой взгляд. Ну да, я очень женственна, когда раздражена. Я знаю. Дойдя до последней страницы, я увидела подпись папы Стивена.

- Мне жаль, мисс Томпсон, но это моя свадьба. Тебе придется уехать. Если, конечно, моя первая догадка не была права, и ты не состоишь в свите молодоженов.

- Я не распутная подружка невесты! - бросая договор ему в грудь, я шагаю к своей сумке и вытаскиваю свой контракт с Софи. Протягиваю его ему и изрекаю. - Смотри! Я – фотограф, и в моем контракте указано тоже самое дерьмо, что и в твоем!

Он читает его и сжимает челюсть, после чего смотрит на меня снова своими раздражающе красивыми глазами. Черт возьми, откуда они взялись? Эти голубые глаза сверкают так сильно, словно сделаны из добытых гномами камней, или что-то в этом роде.

- Предполагаю, что так и есть, - он пожимает плечами. - Видимо нас обоих наняли снимать одно и то же мероприятие, и мы оба получили один и тот же номер - номер фотографа.

- Ну нет. Только через мой труп.

Глава 6

Я проталкиваюсь мимо него и направляюсь прямиком к лифту. Ник идет за мной, на его плече все еще висит огромная сумка с принадлежностями, на сексуальном лице играет раздражающая улыбка. Возможно, я начинаю понимать, почему мисс Гэтти наняла именно его. От парня невозможно отвести взгляд.

Уже когда мы оба шагаем в лифт, я наконец осознаю, что так и выбежала из номера в одной довольно прозрачной занавеске. Ну что за чертовщина? Конечно, это лучше, чем быть голой, но все же не намного. Ник сжимает губы, стараясь не рассмеяться. Сволочь.

Звенит звоночек, и дверь открывается. Притащив свою задницу к стойке регистрации, я от злости толкаю ее ногой. Отродье по-прежнему здесь, и при виде меня, ее глаза расширяются. Ударяя по столешнице, я ору и тычу пальцем на Ника:

- Серьезно, ты дала этому странному мужчине ключ от моего номера?

- Он сказал, что он - фотограф.

Она даже не моргает.

- Я - ФОТОГРАФ!

Стоя позади меня, Ник повышает свое очарование до уровня, перед которым даже волшебные создания не смогут устоять, и вклинивается в нашу перепалку.

- Думаю, возникла путаница, и во избежание конфликта, я буду рад оплатить еще один номер.

Он кладет свою карту на стойку и умопомрачительно улыбается Отродью.

Злая ведьма от такого вздрагивает и начинает резво стучать по клавиатуре, спустя секунду она смотрит на Ника виновато.

- Мне жаль, сэр, но у нас нет других свободных номеров.

Голос Ника становится жестче.

- Ни одного?

Она трясет своей кудрявой копной волос.

- Мне жаль, сэр.

Он оглядывается на меня.

- Нам просто нужно поделиться. Спасибо вам, мисс. У вас чудесный сервис. Если нужно будет заполнить карточку отзывов, просто дайте мне знать, - он подмигивает ей и уходит.

Что за хрень? Этого не может быть. Отродье застенчиво улыбается и провожает Ника взглядом. На секунду она полностью игнорирует меня, затем поворачивается и бросает свой смертоносный взгляд.

Я не задерживаюсь и топаю по деревянному полу лобби, направляясь к лифту, пока не слышу до боли знакомый голос:

- Скайлар Томпсон! Это ты?

Поворачиваясь, я улыбаюсь подруге.

- Софи в-ближайшем-будущем-Стивенс!

После непродолжительных объятий, она указывает на мой наряд.

- Гм, ужин, конечно, неформальный, но думаю, тебе стоит подобрать что-то получше. Я надеялась, ты оденешь какое-то платье.

Софи выглядит хорошо. Ее загорелая оливковая кожа отлично сочетается с румянцем на щеках. На ней красивое лавандовое платье с облегающим лифом и складками выше колен. Она прекрасна.

А я одета в душевую занавеску. Боже милостивый, надеюсь, мама еще не приехала.

- Ха-ха, - я не хочу тяготить ее лишними проблемами, но все же нужно об этом сказать. - Ты знала, что папа Стива нанял еще одного фотографа?

Ее улыбка блекнет.

- Вот дерьмо, - оглядывая комнату, она вздыхает и убирает волосы с лица. Здесь повсюду люди, улыбаются и приветствуют друг друга. Кто-то зовет Софи, и она машет в ответ. - Я опасалась, что он может так поступить. Я сообщила ему, что свадьбу будет снимать моя подруга, а он ответил, что хочет, чтобы это сделал профессионал. Я, конечно, сказала ему, что ты профессионал, но, кажется, он не поверил. Он продолжал рассказывать о свадьбе дочери друга и о каких-то зеленых снимках. Я так и не поняла, что там произошло с этими снимками, но он опасался, чтобы так не случилось и на нашей свадьбе. А это проблема?

Беспокойство искажает ее милое личико, и я чувствую себя идиоткой, не знающей что и сказать.

Потому просто улыбаюсь и отрицательно мотаю головой.

- Неа. Я справлюсь с этим.

- Ладно, потому что я не позволю какому-то странному парню с фотоаппаратом снимать меня в сексуальных позах, - она вздрагивает, словно ей плохо от самой этой мысли.

- Как и договаривались, я все сделаю. Не стоит волноваться, Софи. Мы уладим это. А ты просто наслаждайся.

Она снова улыбается и окидывает взглядом море людей, высматривая Стивена. Ее улыбка становится шире, а грудь вздымается от глубокого вдоха. - Не могу поверить, он уже здесь! - она пищит и скачет прочь, после стольких лет она все еще та же маленькая Софи.

Секунду я просто стою и смотрю на них вместе. И вот как раз в этот момент, я и слышу ее голос.

- Что за чертовщину ты одела? Правда, Скайлар, я думала, что воспитала тебя лучше!

Борясь с желанием закатить глаза, я поворачиваюсь.

- Привет, мама.

- Мне кажется, тебе и правда следует обратиться к доктору Норману за помощью, дорогая.

О, да пошло оно все. Я закатываю глаза и жму пальцами на виски, пытаясь облегчить внезапную головную боль.

- Мы уже это проходили, мама. Я не сумасшедшая.

- Ладно, твой номер заблокировался, когда ты из него вышла?

- Нет, - она приподнимает свои идеальные брови и легонько постукивает по полу, обутой в красные лаковые туфли, ногой. Я безмятежно улыбаюсь и поправляю занавеску. - Это мое вечернее платье.

Она думает, что я это серьезно.

- Ну, так смени его. Ты не можешь носить на себе это уродство. Софи придет в ужас, когда увидит тебя.

- Вообще-то, она уже видела, мам.

- Ну значит она слишком хорошо воспитана. Ты выглядишь как сумасшедшая. Переоденься.

Она отворачивается и здоровается с незнакомцем, с ним она гораздо приветливее, чем со мной.

Скрипя зубами, я шлепаю по блестящему деревянному полу к лифту и смотрю на дверь так, словно из моих глаз может выстрелить лазерный луч и открыть их.

Пара рядом со мной выглядит очень обеспокоенной, так что я гляжу на них и примирительно улыбаюсь.

- Привет, - я киваю, как все нормальные люди. - Как дела?

Женщина старше меня, с виду ей около сорока, пытается мне вежливо улыбнуться, но думаю, я пошатнула ее психику, так как ее лицо начинает подергиваться. Парень с ней реагирует, словно я хороший пример для подражания. Ха. Ему следует поведать об этом моей матери, потому что, вероятно, прямо сейчас она бегает в поисках святой воды.

Дверь открывается, и мы входим. Поворачиваясь, я нажимаю кнопку с номером моего этажа. В другом конце комнаты я вижу маму, она смотрит на меня, и выражение ужаса пересекает ее обычно спокойное лицо. Я машу кончиками пальце и улыбаюсь, прежде чем дверь успевает закрыться.

Что ж, намечается отстойная неделька.

Глава 7

У меня нет ключ-карты. Я оставила ее на стойке у Отродья. Супер везение. Подойдя к двери, я вынуждена стучать. Я знаю, что он внутри. Ник ушел из лобби раньше меня, и если бы он вышел на улицу, я бы заметила его, так как на первом этаже огромные окна во всю стену.

Спустя секунду, он открывает дверь. Его телефон зажат у уха.

- Вы уверены? Ничего? Все в порядке, огромное спасибо.

Как он это делает? Как ему удается всегда звучать и выглядеть так мило, при том, что на самом деле он - гад? Ник разрушает все, к чему прикосается, подобно одному из полубогов в историях Эми.

Ник запускает руку в волосы и бросает телефон на кровать рядом с моей сумкой.

- Ну, все складывается так, что нам придется быть соседями по комнате. Все гостиницы на острове забронированы, и ни у кого нет дополнительной свободной комнаты. Слишком многие хотят жить в маленьком городишке, да?

Моя челюсть открывается и я, не думая, корчу отвратительную рожицу.

- Ты не останешься со мной.

- Ага, думаю, тебе стоит сказать: "Спасибо, Ник, что ты не выкинул отсюда мою задницу!" - его глаза опускаются к моей попке. Душевая занавеска плотно прилегает, и я уверена, что сквозь нее отлично проглядывается мой зад. Мое веко начинает подергиваться, и чем больше я пытаюсь его успокоить, тем становится только хуже. Ник садится на кровать и откидывается на спину. Глядя в потолок, он спрашивает.

- Твоя голова еще не пошла кругом от счастья? Дай мне знать, когда это произойдет, я хочу посмотреть.

Каждый мускул в моем теле натягивается. Мои мысли путаются, приходя в бесполезный хаос, и все, что мне удается - просто стоять здесь, сжимая вместе губы. Когда я наконец говорю, мое тело вибрирует в состоянии боевой готовности пятого уровня.

- Я ненавижу тебя.

Преуменьшение года.

- Серьезно? - у него хватает наглости притворяться удивленным. Ник приподнимает голову и смотрит на меня, глупо улыбаясь.

- Да, серьезно! Ты разрушил мой бизнес, а сейчас портишь мне жизнь. Что, черт возьми, с тобой не так? Почему тебя не ударит молния или что-то подобное? Видит бог, ты заслуживаешь этого.

Ник пожимает плечами и снова ложится.

- Он не может разрушить нечто столь удивительное, как я. К тому же, кто тогда будет портить тебе жизнь?

- Не передразнивай меня. Мы оба знаем, что ты делаешь. Не прикидывайся дурачком-очаровашкой. Это не сработает.

- Я выбираю быть очаровашкой.

- Мудак.

- И между прочим, я заявляю свои права на кровать, - говорит он, даже не поднимая глаз. - Видишь, я отлично могу соответствовать твоим обвинениям.

- Я пришла первой, так что кровать моя. А ты можешь спать в коридоре.

Я даже не хочу открывать перед ним сумку; на самом верху упакованы несколько красивых трусиков. Знаете, свадьбы полны сюрпризов, и мне бы не хотелось оплошать, если бы ситуация вдруг изменится к лучшему. Очевидно, что теперь этому не случится, но мне по-прежнему нужно достать одежду, при этом придерживая душевую занавеску и стараясь каким-то образом скрыть кучу кружевного полупрозрачного белья. Мне удается расстегнуть молнию чемодана и просунуть внутрь руку.

Руки Ника лежат у него под головой. Он поднимает на меня взгляд и говорит:

- Знаешь, ты милая, когда сумасшедшая.

- Продолжительность твоей жизни значительно снизится, если ты будешь спать здесь сегодня.

- Тебе действительно следует уехать домой.

- А тебе действительно следует разорвать свой контракт и прекратить меня преследовать.

- Я остаюсь.

- Как и я. Софи - моя подруга, и я дала ей кое-какие обещания. И будь я проклята, если позволю тебе вышвырнуть меня.

Где, черт возьми, мое платье? Пальцами нащупываю лямку. Ну наконец-то. Оно лежит прямо под горой трусиков, так что я быстро тяну его одной рукой, в то время как другой поддерживаю занавеску.

Три слова: мое белье повсюду.

Это похоже на взрыв из трусиков всех цветов радуги. Маленькие кружевные штучки вылетают до тех пор, пока не появляется платье. Несколько пар приземляются прямо на лицо Ника. Я зажмуриваю глаза и пытаюсь не завизжать. Прыганье и ор сейчас мне не помогут. Они не сработают.

Ник садится и сдерживает ухмылку, снимая трусики с лица. Одни из них - атласные трусики-бабочка с отверстием по середине, он просовывает в него пальцы и выглядит впечатленным.

- А ты точно не распутная подружка невесты? Потому что эти, ничего не прикрывающие малыши, были ли бы ей кстати.

Я вырываю их из его рук и засовываю в сумку.

- Распутная подружка невесты не носит трусики, придурок. Черт, на скольких свадьбах ты работал? Она не носит ничего, кроме платья, и засветит свои сиськи тебе позже. Ты пойдешь к ней в комнату на ночь, и завтра я сброшу тебя с обрыва. Надеюсь, у тебя есть страховой полис.

Так звучит в моем переводе "Иди к черту!"

Ник смеется. Превосходно. Парень желает смерти. Когда я исчезаю в ванной, он кричит мне в след:

- Ты уверена, что не принимаешь лекарства?

- Ненавижу тебя!- ору я через дверь.

- Ага, - бормочет он, - ты уже говорила это.

Какого черта, я должна теперь со всем этим делать? Я прижимаю голову к закрытой двери и пытаюсь успокоиться, но не могу. Ближайшие пять дней мне одновременно придется жить с человеком, который ломает мою жизнь, и лезть из кожи вон, чтобы доказать маме, что мой выбор профессии правильный. Это был мой шанс показать ей свои супер навыки в работе, но какой-то недоносок все усложняет.

На свадьбе невозможно контролировать двух людей одновременно, вот почему в моем контракте есть пункт, запрещающий конкуренцию. Но сейчас уже слишком поздно об этом думать. Я не могу и не хочу обсуждать это с Софи и стать причиной ее конфликта со свекром. Так что у меня остается лишь один вариант.

Мне придется давать Нику Ферро под зад всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

Глава 8

Когда я выхожу из ванной, мои волосы уложены, а платье застегнуто. Мне бы не хотелось снова видеть Ника, но разве в моих силах избегать его вечно. Оглядываясь вокруг, замечаю его стоящим у окна, с прижатым к уху телефоном.

Его голос доносится до меня. Интонация настороженная, словно он пытается кого-то в чем-то убедить.

- У меня уже все есть. Послушайте, это бизнес-ход, простой и понятный. Я нацелен на выполнение этой задачи раньше указанного срока и жду от вас выполнения вашей части сделки.

Слушая ответ, Ник напрягает спину. Он втягивает воздух и задерживает дыхание, я вижу это по тому, как его грудная клетка расширяется, но не сжимается обратно. Ник качает головой, и мне видно, как сильно напряжена его челюсть, словно он пытается удержать в себе все мысли и эмоции.

Должно быть, он ощущает, что на него смотрят, потому что поворачивает голову и бросает на меня взгляд через плечо. Его голос опускается, но я все еще могу слышать.

- Да, сэр. Послушайте, я не могу сейчас говорить. Вернемся к этому попозже. Спасибо, - завершая разговор, он поворачивается ко мне. - Ты всегда подслушиваешь?

- Ты в моей комнате и говоришь довольно громко, так что, да. Я слышала тебя, - я сажусь на край кровати и одеваю пару черных туфель на каблуках. – И, кстати, спустись с небес на землю. Меня не волнует, о чем ты говоришь, думаешь или, что ты делаешь, - мои волосы соскальзывают по плечу, пока я одеваю вторую туфлю. Заканчивая, я поднимаю взгляд и вижу, что у Ника какое-то странное выражение лица. - Что?

- Серьезно? Ты собираешься работать на каблуках? Что если они захотят спуститься на пляж? Там повсюду камни. Ты сломаешь себе шею.

Ник стоит у подножья кровати с опущенными в карманы руками. Его вопрос логичен, но все, что он говорит, вызывает во мне противоречия.

Отталкиваясь от матраса, я встаю и подхожу к нему. Благодаря трахни-меня-каблукам, наши глаза на одном уровне. Я улыбаюсь и пренебрежительно смеюсь. Звучит немного резко.

- Послушай, я отсняла столько свадеб, что тебе и не снилось, и думаю, что ты копируешь все мои действия, только потому, что сам не в состоянии придумать что-то стоящее. Так что, возможно, тебе стоит одеть каблуки и поцеловать меня в зад. В этом случае, ты мог бы действительно научиться чему-то, и не изображать из себя в дальнейшем обезьянку с камерой.

Очень грубо? Возможно, но парень - мудак. Он полностью это заслужил, и я не собираюсь сдерживаться.

Его губы искривляет игривая улыбка.

- Ты намекаешь, что снимаешь лучше, чем я?

- Я не намекаю, а говорю это прямо. На этой неделе ты будешь снимать вторым. Так что держись от меня подальше.

В случае, если на мероприятии работает сразу несколько фотографов, то принято назначать главного фотографа и вторичного. Второй фотограф обычно менее опытен и не в состоянии сделать те снимки, которые нужно сделать первому фотографу. Потому мои слова - будто насмешка над его способностями.

- Я не буду снимать вторым, - Ник наклоняется еще ближе, так что практически дышит мне в лицо. - Если ты думаешь, что я собираюсь отдать тебе эту свадьбу, то ты ошибаешься.

Я слегка смеюсь и наклоняю голову в сторону.

- Как мило. Считаешь, у тебя есть выбор в этом вопросе?

Его теплое дыхание касается моей щеки, пока он говорит.

- Я буду главным фотографом, и если ты встанешь у меня на пути, то очень об этом пожалеешь.

Я нажимаю на кончик его носа, словно на кнопку, и это, кажись, его сильно шокирует.

- Еще посмотрим.

Разворачиваясь на каблуках, я хватаю свою сумку с принадлежностями и направляюсь к лифту, думая, что справилась со всем этим на отлично. Обычно я проигрываю в спорах. Что-то всегда идет хреново, а я только делаю все еще хуже.

Пока я жду лифт, появляется Ник, на нем черная куртка и темные джинсы. Он похож на чертову рок-звезду. Если Софи будет вести себя, словно какая-то поклонница Ферро и впадать в экстаз от того, что Ник присутствует на ее свадьбе, я - пропала. Ник - само очарование: он снова улыбается, становясь рядом со мной с камерой в руке.

- Ты забыл кое-что, - говорю я, не глядя на него. Похоже он забыл все свои принадлежности для сьемки. Что, черт возьми, он собирается делать с одной камерой?

- Мне потребуется всего одна, - его голос соблазнительный. Я поднимаю на него взгляд и он подмигивает. - Когда я нахожу то, что мне нравится, то, как правило, становлюсь моногамен. Мне достаточно одной камеры и хорошего объектива.

Еще одна пара показывается из соседнего номера и заходит с нами в прибывший лифт. Они красиво одеты, поэтому, предполагаю, тоже направляются на предсвадебную вечеринку Софи. Серебристые волосы пожилой женщины коротко пострижены и уложены в стиле прически пуделя, типичной для бабулек. Она улыбается мне.

- Вы фотограф на свадьбе у Софи?

Протягивая руку, я улыбаюсь, и она пожимает ее в ответ.

- Да, так и есть. Скай Томпсон из студии Bella Chicks.

- Этот красивый молодой человек - ваш кавалер?

Я почти что в шоке. Ник протягивает ей свою руку.

- Ник Ферро из студии Bella Clicks.

- О, вы работаете вместе?

- Да, - отвечает Ник.

- Нет, - говорю я одновременно с ним и бросаю на него сердитый взгляд. Дверь лифта открывается и пара, пожелав нам всего хорошего, выходит. После того как они вне пределов слышимости, я шикаю на него. - Не смей говорить людям, что мы работаем вместе.

Он пожимает плечами.

- Ладно, я просто хотел помочь тебе выйти из неловкого положения.

- Ага, так я и поверила, - закатываю глаза и пытаюсь от него уйти, но парень следует за мной, как на привязи.

- Так что, мы теперь одна семья, да?

- Укуси меня, Ферро.

- Позже, Скай.

Прежде чем я успеваю ответить, он растворяется в переполненном лобби.

Глава 9

Я стараюсь не гримасничать, не хочется из-за этого запомниться как "та сумасшедшая девушка", но подозреваю, что и так уже достаточно подпортила свою репутацию, щеголяя в платье из душевой занавески. Люди осторожно улыбаются мне и обходят десятой дорогой.

Найдя комнату, где будет подаваться ужин, я достаю свою камеру и креплю к ней двадцати миллиметровую линзу. Я настраиваю камеру и начинаю снимать все детали комнаты, прежде чем придут все гости.

Держа фотоаппарат у лица, я слышу папин голос.

- Скажи мне, что эта безумная женщина в душевой занавеске, о которой все только и судачат, не была моей дочерью, - он стоит в дверном проеме, широко улыбаясь, и с опущенными в карманы руками. По сравнению с мамой, он кажется таким старым и хрупким. Будучи ребенком, я верила, что папа мог править миром и спасти меня буквально от всего, ну разве что, за исключением мамы. Он протягивает руки. - Иди сюда.

Я иду к нему в объятия, и ощущаю, как он потирает мне спину, после чего немного отстраняется и целует в щеку.

- Привет, пап.

- Как ты? Давно не созванивались. У тебя достаточно денег? Держи, - вынимая из кармана пятьдесят долларов, он сует их мне в руку.

Я пытаю вернуть их ему, но он не позволяет.

- Папа, я в порядке.

Ложь №1, но я так хочу, чтобы это было правдой, не желаю гореть в аду за то, что ввожу папу в заблуждение. Кроме того, я хочу, чтобы он мной гордился. И по правде, мне удавалось быть успешной без чьей-либо помощи, ну, пока не появился Ник.

- Нет, ты не в порядке. Расскажи мне, что происходит. Почему ты была одета в душевую занавеску?

- Мистер Стивенс нанял другого фотографа. Никто из нас не знал об этом, пока мы не оказались здесь.

- А это проблема?

Да, но я не могу взять и рассказать ему об этом. Мне хочется, чтобы он расслабился и повеселился. Ему не нужно переживать из-за меня.

- Я могу с этим справиться. Просто все случилось так неожиданно.

- Ты - хорошая девочка, Скай. Прости, что говорю это редко, но я горжусь тобой. Созданный тобой магазин - прекрасен, и ты достигла этого самостоятельно. И даже несмотря на то, что твою маму удар хватил, когда она узнала, что ты не пойдешь в колледж, я думаю, она наконец начинает свыкаться с идеей твоей успешности и без обучения.

О, боже. Он словно залез ко мне в грудь и перевернул мое сердце. Я думала, что скорее умру, чем услышу, что моя мать одобряет хоть какие-то мои действия. Отворачиваясь, я снова подношу к лицу камеру, наклоняюсь и фотографирую табличку с именем Софи.

- Спасибо, пап.

- Тебе следует переосмыслить все еще раз, Скай.

- Так и сделаю, папа.

У меня ком в горле стоит. Я должна все переосмыслить, потому что моя жизнь разваливается на части. Мне нечем заплатить за аренду в этом месяце. Ник украл слишком много моих клиентов. У меня даже нет достаточного количества денег, чтобы выдать зарплату Эми. Но все же, я по-прежнему продолжаю думать, что если буду упорно работать и играть честно, то хорошие вещи непременно произойдут и со мной. Какое-то время это было именно так. У меня был стабильный поток клиентов, пока не появился Ник.

Помяни черта, он и явится. Ник Ферро заходит в комнату и тоже начинает снимать. Папа подходит к нему. И от этого паника распространяется по моему телу. Родителям свойственен один из двух типов поведения - они либо восторгаются своими детьми, либо угрожают людям, которые притесняют их чад.

- Ты другой фотограф?

Ник оборачивается и смотрит на папу.

- Да, сэр.

- Сделай свою работу хорошо. Софи мне, как дочь, и как сестра для Скай. Я волновался, что некому будет сделать их совместные фото. Так что убедись, что у тебя будет пара таких.

Папа испаряется прежде, чем Ник успевает ответить.

Я не смотрю на него. Не собираюсь оправдывать свою дружбу с Софи или заявления моего отца. Вообще-то, я тоже переживала, что у нас с Софи не будет совместного фото, но сейчас меня беспокоит, что решение этой проблемы - Ник Ферро.

Ник бросает на меня взгляд поверх своего плеча.

- Твой папа?

- Ага, - говорю я, поднимая камеру к лицу и делая еще один снимок.

- Он заботится о тебе, - говорит Ник и возвращается к съемке, будто для него является сюрпризом, что мой отец может поддерживать меня.

Не уверена, было ли это колким замечанием - не думаю - но ощущение именно такое. Какое-то время мы не говорим, и как только у меня есть все необходимые снимки, я пишу сообщение Софи, интересуясь, как скоро она собирается здесь быть. Я хочу запечатлеть ее выражение лица, когда она все это увидит.

Здесь все так красиво. Элегантные белые парусиновые шторы украшены кружевом, а бледно-голубые ленты опоясывают каждый столик. Центральным элементом служат высокие белые ветви, со свисающими с них маленькими хрустальными фигурками. Серебристая полоска на полях каждой тарелки идеально сочетается с серебряными приборами и хрустальными бокалами. Место, где будут сидеть Софи и Стив, залито золотым светом заходящего солнца. У меня уже возникла пара идей сногсшибательных снимков, конечно, если Ник не встанет на моем пути. Не уверена, что сделаю, если он все-таки помешает мне.

______

Трапеза проходит гладко. За исключением того момента, когда мистер Стивенс подходит ко мне и приносит свои искренние извинения за то, что нанял другого фотографа.

- Я понятия не имел, что у вас своя собственная студия. Софи сказала, что вы ее подруга, так что я подумал...

- Не волнуйтесь об этом, - я улыбаюсь. - И только представьте, теперь у вас будет в два раза больше фото.

Мистер Стивенс выглядит в точности, как и его сын, за исключением наличия седины в его волосах. У него еще есть немного темных волос на висках, но в основном они белые и тонкие. Большие карие глаза излучают искренность, и я знаю, что он чувствует себя виновато. Свадьбы выявляют характер каждого; он продолжает говорить мне, что не хотел ранить мои чувства. Мужчина действительно искренен. Я бы тоже не хотела, чтобы эту свадьбу снимал любитель. Здесь ужасное освещение, и неопытный фотограф получил бы в результате беспросветное дерьмо.

- Ты такая милая девушка, - добавляет мистер Стивенс.

Он позволяет мне уйти и сделать еще больше снимков.

Солнечный свет льется через окно за спиной Софи и Стива, образуя небольшое красивое сияние, известное как контровый свет. Идеально. Я двигаюсь по краю комнаты, на ходу улыбаясь людям. Некоторые тети Софи хватают меня за руку, но я игнорирую их и прохожу мимо.

- Скай, сядь и перекуси что-нибудь. Ты едва ли что-то съела за весь вечер.

- Я поем сразу после того, как сделаю этот снимок.

Подмигивая им, я ухожу, направляясь к месту практически напротив будущего жениха и невесты. После замера света, я в восторге. Это именно то, что мне нужно. Необходимо просто подождать, пока они поцелуются. И у меня получатся идеальные силуэты, окруженные красивым мягким свечением.

Ожидая, я присаживаюсь за столик, по обе стороны которого сидят гости. Они просят одолжить мою камеру, чтоб сделать пару снимков друг друга. Кто так делает? Я имею ввиду, что никто же не просит у стоматолога дать посверлить. Бытует мнение, что любой человек может сделать фото, что камера - это мозг операции, однако, камеры не могут снимать все сами по себе. Моя камера стоит на ручном режиме, и все настройки тщательно отрегулированы, так что в результате готовое фото будет выглядеть идеально. Меня всегда веселят вопросы о том, чем я снимаю, словно именно от камеры зависит композиция и красота фото. Правда в том, что для того, чтобы сделать хорошее фото, требуются определенные навыки и практика. Фотография - это вид искусства. Даже если у вас есть врожденное ощущение прекрасного, вам все равно необходимо знать, как настроить камеру так, чтобы получить желаемую картинку.

И кстати, говоря о людях, считающих, что шимпанзе тоже может снимать свадьбу - ко мне направляется моя мать. Она садится на соседний со мной стул и тихо шепчет:

- Ты выглядишь нелепо, сидя вот так с камерой, закрывающей твое лицо. Если ты не знаешь что делать, то по крайней мере попытайся сымитировать профессионализм, Скайлар.

Моя челюсть напрягается, и я прикусываю свой язык, но то, что я не двигаюсь, не заставляет ее уйти. Камера по-прежнему прижата к моей щеке, я опираюсь локтями о стол и ожидаю, когда можно будет сделать кадр.

- Я профессионал, мама.

- Ну дорогая, выглядит так, словно ты не знаешь, что делаешь. Так что сделай уже этот снимок.

Наконец, она встает и уходит. Хвала всевышним.

Софи наклоняет голову в сторону Стива, но они все еще не целуются. Мой кадр почти что готов. Я хочу фото в стиле "украденного поцелуя"; то, как люди целуются, когда думают, что никто за ними не наблюдает. Так как мой объектив направлен вниз, со стороны похоже, будто я снимаю пол. Режим маскировки. Заставьте жениха и невесту поверить, что вы снимаете что-то другое, и они будут вести себя естественно. В противном случае, вы получите фото с растянутыми фальшивыми улыбками на лицах. Следует расстрелять того, кто придумал говорить "сыыыыыр" и улыбаться для фото подобным образом.

Ник занимает свободное место рядом со мной.

- Ну, и на что мы смотрим?

- Ни на что, тролль, а теперь убирайся.

Не желаю, чтобы он повторил за мной и сделал такое же фото. Можете называть это ребячеством, но это мой кадр, и я хочу, чтобы он был только у меня.

- Ауч. Вы ведете нечестную игру, мисс Томпсон.

- Так же как и вы, мистер Ферро, но я же не жалуюсь.

Он ухмыляется и откидывается на спинку стула. Не смотри. Не смотри. Если у него есть хоть немного таланта, он сразу заметит идеальную триангуляцию пары и совершенство света. Ник кладет камеру на стол.

- Я не собираюсь красть твой кадр. Довольна?

Я не поворачиваюсь к нему, но все же вижу его краем глаза.

- Нет, но по возвращению в Вавилон, спроси меня снова. Может быть, мой ответ изменится.

- Я в этом сомневаюсь.

- Ага, я тоже, но стоит попытаться.

Он улыбается и бросает на меня взгляд.

- Итак, давай на секунду притворимся, что ты не ненавидишь меня. Какую позу ты ждешь? Потому что, все, что я вижу, это просто яркий свет, - мне хочется сказать ему, потому что всегда интересно поговорить о работе, но я не хочу рисковать. - Ох, давай, Скай. Я даже не держу в руках камеру. Расскажи мне, чего ты ждешь, и я помогу тебе получить этот кадр.

Взглянув на него, я говорю:

- Я жду, когда они поцелуются. Если хочешь, покажу тебе снимок после, ладно?

- Договорились.

Он подмигивает мне и поднимается со своего места. Ник перемещается на несколько сидений дальше и кому-то что-то шепчет. Не имею понятия, что он сказал, но спустя несколько секунд следует громкий взрыв смеха. Все, кроме Стивена, смотрят в направлении шума. Вместо этого его взгляд устремлен на щеку Софи, он полон нежности и ожидания, пока она повернется к нему. Я делаю вид, что вожусь со своей камерой, и спустя мгновение Софи поворачивается к Стиву. Они сближаются словно магниты. Вот тогда я и нажимаю на кнопку и затвор камеры щелкает, но никто не слышит этого из-за шума на другом конце стола. Софи тепло улыбается Стивену и прислоняется своим лбом к его. Они что-то шепчут друг другу, даже не подозревая, что кто-то может за ними наблюдать. Идеально.

Когда я наконец-то убираю камеру от лица и встаю, то вижу, как на другом конце стола Ник и два двоюродных брата Стивена очень громко поют и кричат. Даже не могу вам сказать, что это за песня. Когда я медленно приближаюсь к ним, то вижу, как мамино лицо искажается в гримасе ужаса, пока она садится в соседнее с папой кресло.

- Что это за песня?

- Они поют сразу три песни. Ник поспорил с ними, что они не смогут не сбиться с мелодии, тогда как для него это плевое дело. Сначала их было четверо, один уже выбыл, и, кажись, Макс тоже близок к проигрышу.

Спустя секунду, Макс поет неправильное слово, совпадающее с песней Ника, и крича проклятия, снова садиться.

- Свадебный фотограф не должен петь, - бросает моя мама через плечо.

- Не беспокойся, я не стану.

Мама снова оборачивается, и в то же время двое оставшихся мужчин начинают новую мелодию. Ник подмигивает мне, сбивается с мотива и громко смеется.

- Ты выиграл, - восторгается он. - Этот парень одолел меня!

Ник рассказывает о том, как никто и никогда не обходил его в этой забаве, и все хлопают выигравшему парню. Софи хихикает, наблюдая за ними и наклоняясь, говорит что-то Стивену.

Ник умудряется выскользнуть из толпы и снова стать тихоней. Как он это делает? Я прислоняюсь к стене, напротив Софи, когда он появляется рядом со мной.

- Что ж, давай посмотрим для чего я сделал из себя посмешище.

Я держу камеру так, чтобы он мог увидеть. Челюсть Ника буквально падает, и он медленно тянется к моей камере. Поскольку ремень от фотоаппарата на моей шее, то камера движется вместе со мной. Поворачиваясь, я останавливаюсь и оказываюсь слишком близко к Нику. Снимая камеру с плеча, я говорю:

- Вот, - и протягиваю ему фотоаппарат, - тебе не обязательно меня убивать, чтобы взглянуть на это.

Какое-то время он молчит и просто смотрит на фото.

- Ладно, как ты это сделала?

Я ухмыляюсь.

- Коммерческая тайна.

- О, да ладно, дай мне подсказку.

Забирая камеру, я отрицательно качаю головой.

- Ну да? И предоставить тебе еще больше возможностей, чтобы вышвырнуть меня из бизнеса? Я так не думаю.

Я отхожу в сторону, не ожидая, что он последует за мной, но он идет. Я отсняла уже все, на что стоило обратить внимание, но все равно продолжаю фотографировать, просто чтобы не разговаривать с ним.

- Ты постоянно говоришь это.

- Потому что ты продолжаешь это делать.

- Что конкретно я делаю?

О, боже, его синие глаза гипнотизируют меня. И я отвожу взгляд.

- В этом месяце ты украл у меня трех клиентов.

Его голос мягкий и игривый:

- Это просто бизнес, Скай.

- Не тогда, когда ты набрасываешься на каждого человека, выходящего из моего магазина. Может ты их заманиваешь какими-то волшебными печеньками?

Он обгоняет и становится передо мной, но я не могу остановиться, пока он рядом. Так что фактически врезаюсь в него, со все еще прижатой к лицу камерой.

- Коммерческая тайна, - подмигивает он мне.

Закатывая глаза, я проталкиваюсь мимо него.

- Ты - засранец. Найди себе собственных клиентов и прекрати красть моих.

Я работала так усердно над привлечением клиентов, а все что он делал - заманивал их в свое логово, как только они выходили из моей студии. Между прочим, именно я платила за рекламу и напряженно работала на свадебных выставках и показах, стараясь заполучить их.

Наконец-то, он прекращает меня преследовать, но я чувствую его взгляд на своей спине.

- Ты талантлива.

Я застываю и держу свою камеру в руках, словно для фото на коробку сухих завтраков Wheaties. Без разницы. То, что он сказал ничего не меняет. Хотя это и приятно слышать от него. Много людей пытаются заработать на жизнь фотографией, но далеко не все знают, как делать это хорошо. Множество раз я слышала от невест душещипательные истории о других фотографах: "мои фото размытые", "мой фотограф не явился", "все зеленое". Последняя жалоба заставляет меня засмеяться. Нарушенный баланс белого искажает на фото все цвета. Это ошибка новичка. Свадьба Софи и Стивена не из простых, условия съемки сложные, но я не боюсь трудностей. Когда я снова оглядываюсь в поисках Ника, его уже нет.

Глава 10

После того как все разошлись, я задержалась ненадолго в зале для ужина. У меня был план, и одним из его составляющих было избегать маму. Возможно, это немного драматично, но так как она видит драму во всем, данный план подходил ей. Прошло уже какое-то время, с тех пор как она ушла. Я сказала ей, что задержусь проверить условия освещения в часовне и на улице. Это полнейшая ложь, но сейчас мне не хочется возвращаться в номер. Ник так глубоко проник мне под кожу, что потребуется какое-то время, чтобы вытравить его оттуда. Надоедливый Ферро.

В результате блужданий, я выхожу из главного здания гостиницы. Территория отеля довольно просторная. Она занимает приличную часть острова. Поскольку солнце зашло, и свет исходит только от единичных садово-парковых светильников, то на улице довольно темно. Но меня это не беспокоит, по крайней мере не так, как если бы я была в городе. Ходить по Манхэттенским улицам после полуночи с сумкой полной фото принадлежностей - глупо. Только камера на мне стоит больше двух тысяч долларов. В принципе это и есть весь мой капитал - камера и фотопринадлежности. Не знаю, как скажу Эми, что она уволена. О, боже, мне придется отпустить Эми.

Соленый воздух ласкает мои щеки, играя с волосами, и мне хочется, чтобы время замерло. Если б могла, я бы осталась здесь навсегда. Такие места как острова Shelter похожи на маленькие прибрежные селения, которые были сотни лет тому назад, за исключением наличия современных удобств.

Идя по усыпанной гравием дорожке к часовне, я высматриваю подходящие места для завтрашней съемки Стива и Софи. Обязательно нужно сделать их фото в воде, на камнях, с морскими брызгами вокруг них. Я бы могла сделать фото в ночное время при свете Луны так, чтобы она лишь немного высвечивала их очертания. Это было бы так романтично, но с другой стороны, несомненно, уничтожит платье Софи. В своей практике я встречала несколько невест, которые были не прочь повредить свое платье ради клевой фотографии, но Софи не одна из них.

Я подношу окуляр видоискателя к лицу и делаю снимок. Когда я отвожу камеру, то представляю, как это было бы красиво. Это своего рода фото на память. Каждый человек хотел бы подобную. Смотря на такое фото вы бы чувствовали брызги моря на своей коже и запах соленого воздуха, вас бы заново переполняло то множество эмоций.

Подойдя к массивным валунам вдоль берега, я поднимаюсь на один из них и сажусь. Прохладный ночной ветерок приятно обдувает мое лицо. Внутри было так душно, что моя рубашка все еще липнет к спине.

Откидывая назад голову, я смотрю на звезды, сожалея, что не умею летать. Я никогда уже не буду летать во сне, потому что выросла. Но все еще надеюсь и мечтаю о вещах, которые за пределами моей досягаемости. Я не хочу жить той жизнью, которую мама так сильно пытается мне навязать. Я хочу жить по своему наитию и строить жизнь на своих условиях, а не на ее.

Помяни черта. В тишине ночи мой телефон начинает трезвонить Имперский Марш Смерти. Я не собираюсь отвечать. Это идеальное место, и мне не хотелось бы запятнать воспоминания о нем ее ворчливым голосом. Прицеливаясь камерой на залив, я упираюсь локтями в колени и измеряю выдержку. Сейчас она безумно короткая. Я выстраиваю кадр и жму на кнопку. Щелчок затвора двигается медленно, потому я стараюсь практически не двигаться. С моими навыками «супер твердой руки» это несложно. У большинства людей фото выходит размытым при выдержке в 1/80 секунды. Я же могу удерживать камеру и получать качественные фото при 1/10 секунды. Затвор остается открытым дольше, обеспечивая более глубокий свет. Хотя кажется, что все вокруг черное как смола, датчик впитает тонкий свет, отражающийся от кромки волны и контура облака, свет от разбросанных по небу звезд. Было бы здорово, если бы Софи была здесь сейчас.

Затвор щелкает, завершая экспозицию, прежде чем голос говорит:

- Эй, распутница. Что ты тут делаешь совсем одна? У тебя еще осталось хоть немного здравого ума? Ты можешь свалиться в воду, и никто тебя больше никогда не увидит.

Ник поднимается на валун и наклоняется ко мне, перенося весь свой вес на одну ногу.

- Распутница?

- Распутная подружка невесты.

Я разминаю челюсть и отвечаю:

- Собираюсь убить тебя. Столкну в воду, клянусь богом.

Он усмехается и поднимает ладони вверх.

- Тебе незачем угрожать мне. Если хочешь, чтобы я ушел, я уйду.

- Тогда уходи.

Мой голос суров. Я не смотрю на него, ожидая, что он уйдет, но он не уходит. Вместо этого, Ник снимает свою обувь и проносится мимо меня, ныряя в воду с края скалы.

Я кричу и наклоняюсь так, что моя камера, болтаясь на ремне, почти достает до кромки скалы. Ник показывается из темноты, с его лица стекает вода. Поднимая руки, он отбрасывает назад свои волосы и смеется.

Ничего не могу с собой поделать и ору. Громко.

- Ты тупой сукин сын! Ты напугал меня! Я подумала, что ты...

Ник смеется.

- И когда это ты начала переживать обо мне? Ты же сама сказала, чтобы я пошел и спрыгнул с утеса.

Он барахтается в воде.

- Я не говорила такого! Я просто сказала уйди, но не прыгай, ты - идиот.

После того как мое сердцебиение нормализовалось, я слегка улыбаюсь ему и удивляюсь, зачем он это сделал.

- Хотел заставить тебя расслабиться, - отвечает он, будто читая мои мысли. - Иди сюда.

- Пфф, нет. Я не настолько безумна, - я оглядываюсь и трясу головой.

- А, - кивает он, - неисправимая ханжа. Я знал это.

- Как я могу быть ханжой и распутницей одновременно?

Пожимая плечами, Ник исчезает под водой. Секунду спустя, он снова появляется и смеется.

- Вода теплая, распутница. Иди же сюда. Тебе понравится.

Я колеблюсь. Та часть меня, которая хочет прыгнуть - безумна, она верит в Нэверленд(остров из сказки о Питере Пэне – прим. переводчика) и считает, что феи действительно существуют. Они должны существовать, где-то там. Но в моей голове звучит мамин голос, напоминая мне, что я должна вернуться к Софи. Она хотела поговорить со мной.

- Прости, Ферро. Сегодня тебе придется быть сумасшедшим в одиночестве.

Я усмехаюсь ему и снимаю с шеи камеру. Опустив ее на камень, я шарю в карманах в поисках крышки объектива, в этот момент я чувствую, как его пальцы хватают меня за лодыжки.

- Не смей, - я пытаюсь затормозить каблуками, но уже слишком поздно. Ник дергает меня и я падаю ногами вперед, окунаясь в ледяную воду. Выныривая, я задыхаясь и вижу его рядом. Я кричу и бью кулаком по его плечу. - Ты - мудак! Ты говорил, что вода теплая!

Смеясь, Ник смотрит на меня, словно я волшебная русалка.

- Если бы я сказал тебе, что она холодная, ты бы никогда не решилась нырнуть.

- Я и не ныряла! Ты сдернул меня!

- Невелика разница, - он пожимает плечами и берет меня за руки, оттягивая от скалы. - Поплаваем?

- Я умру от холода, если не начну плыть, - подол моего платья всплывает на поверхность, оставляя меня в одних трусиках танга. Они милые и соответствуют лифчику, но я не хочу, чтобы он увидел их. Чем дальше мы плывем, тем ближе приближаемся к пятну лунного света. - Ник, подожди.

- Мы почти что на месте. Я хочу показать тебе кое-что.

Я потакаю ему и продолжаю плыть, гребя одной рукой, а другой одергивая постоянно подымающееся к груди платье. Ник замечает это, но отводит взгляд, чем крайне меня удивляет. Дергая меня за руку, он тянет меня в самый центр того места, где лунный свет отражается от воды.

- Посмотри на берег.

Оглядываясь назад, я задыхаюсь. Это самая потрясающая вещь, которую я когда-либо видела. Хоть мы с Софи и отдыхали на острове множество раз, но ни разу не приходили сюда ночью. Нам не разрешали далеко отплывать от берега. Я гребу руками назад и вперед и смотрю на то, как самый бледный лунный свет нежно касается скал и отелей. Это похоже на картину акварелью. То как свет блестит, отбиваясь от воды, наталкивает на мысли о старых сказках и более счастливых временах.

Чем дольше мы здесь находимся, тем сильнее стучат мои зубы от холода. Некоторое время Ник молчит, а после добавляет:

- Все-таки, как бы было здорово отснять тут Софи и Стива.

- Да, но она не согласится. Софи не захочет испортить свое платье.

- Ну, ты же здесь, в прекрасном платье, подымающемся в воде почти что до твоей шеи.

Секунду я смотрю на него и убираю влажные волосы за ухо.

- Мы разные. Мне нравятся подобные вещи и воспоминания, которые они оставляют - бесценны. Для нее же на самом деле это несущественно, понимаешь? В жизни есть моменты, происходящие лишь однажды, некоторые из них столь совершены, что кажутся волшебными, - я мечтательно улыбаюсь.

Острова Shelter были моим Неверлендом. Здесь я была беззаботной девочкой, сюда я ускользала от реальности, чтобы побыть какое-то время в одиночестве.

Ник кивает, словно он понимает, но я сомневаюсь в этом. Меня пробирает дрожь, Ник отрывает взгляд от берега и поворачивается ко мне. От того как он смотрит на меня, мой желудок делает сальто. Притяжение его губ такое сильное, словно мы связаны. По мере того как сближаются наши тела, он прикрывает веки. Его красивые голубые глаза сфокусированы на моих губах; приближаясь все ближе и ближе, Ник наклоняет в сторону голову, собираясь меня поцеловать.

Всего один поцелуй. Это ничего не изменит. Ничего не будет значить.

Его теплое дыхание ласкает мое лицо, и до боли хочется сократить оставшееся между нами расстояние. Я так хочу поцеловать его, но отказываю себе в этом. Я не могу. Он - враг. Если позволю ему этот поцелуй, то предам саму себя. Между нами никогда и ничего не может быть. Никакой близости.

Наши губы почти что соприкасаются, но я поворачиваю голову, разрушая невидимую связь. Ник сжимает вместе губы и резко втягивает воздух, пока я выуживаю кое-что из кармана. Я ношу это в кармане, еще с тех пор как впервые приехала на острова Shelter. Это небольшой кусочек метала, прикрепленный к четкам. Я хватаю его и пальцами вдавливаю в ладонь Ника.

- Это единственный поцелуй, который ты получишь от меня.

Этот кусочек метала символичен для меня. Я ношу его уже вечность, но мне пора перестать мечтать. Пришло время все изменить. Пока я плыву назад к скалам, Ник смотрит на свою руку и видит старый наперсток.

Этот остров был моим Неверлендом, все здесь дарило мне ощущение свободы - ну, по крайней мере, до сегодняшнего дня. Сейчас, настало время вырасти, Скай. Пришло время творить волшебство своими силами.

Чтобы выжить, мне нужно отстраниться от Ника, мы не можем стать друзьями. Нужно убедиться, что он не будет присутствовать завтра на репетиции венчания.

Глава 11

Я не тороплюсь вернуться в комнату, хоть и замерзла. Когда я все-таки добираюсь до номера, Ник спит на кровати, а на полу меня ожидает настил из подушек и одеял. Я бегу в душ и стою под горячими струями воды, пока мою кожу не начинает жечь. Натянув на себя спортивный костюм, я топаю к выходу из номера и иду вниз по коридору к комнате Софи. Уже за полночь. Я не беру свои принадлежности для съемки. Мне просто нужно поговорить с ней и узнать все ли у нее в порядке.

Я стучусь в ее дверь, и та распахивается.

- Скай! - Софи виснет на моей шее и сжимает меня в медвежьих объятиях, отпуская, она наконец-то, пропускает меня в номер. - Как же я рада, что ты осталась. Я боялась, что Ник Ферро выживет тебя отсюда.

- О, нет. Я останусь, с Ферро или без него. Тем более, что я, без сомнений, снимаю лучше, чем он.

Одна из подружек невесты, с которой я не знакома, насмехается надо мной:

- Немного высокомерно, тебе не кажется?

Я бросаю на нее злой взгляд. У нее худое и вытянутое лицо, а волосы окрашены в рыжий цвет. Это выглядит, словно ей на голову вылили какой-то насыщенно-красный сок. Ее волосы охренительно красные.

- Я лишь назвала вещи своими именами. Если бы он был лучше меня, то не копировал бы все мои действия. К тому же, что тебе об этом известно? Нихрена, вот что. Так что держи рот на замке.

Краснокосая корчит рожу и бормочет Софи:

- Сучка.

- Прости, что?

Я пересекаю номер и становлюсь перед ней. На девушке пурпурная пижама, и она сидит на полу с бутылкой вина в руке. Что-то вроде тех напитков, что продаются в баре отеля.

- Ты слышала меня. Ты - сучка, и насколько мне известно, довольно невменяемая, - она ухмыляется.

Софи становится между нами.

- Мэнди сегодня перебрала с напитками.

Она тянет бутылку подальше от Мэнди, которая нервно смеется.

- А я вот ничего не пила, так что с удовольствием послушаю, что конкретно Мэнди слышала обо мне, и из-за чего она так резко меня возненавидела. Или проблема в том, что она шлюха на этой вечеринке, а у Ника уже и так имеется женщина в номере?

Мэнди бросается ко мне, и я готова отразить ее атаку. Софи и еще какая-то девушка пытаются растащить нас. Софи кричит:

- Мэнди, прекрати! Скай, я убью тебя!

Нас растягивают, и я тяжело дышу. Я указываю пальцем на свою грудь и спрашиваю:

- Это я виновата?

- Да, ты. Ты не пьяна. А она - да.

- Хреновый ответ, Софи.

- У меня есть интересная идея для тщеславной сучки. Давай поспорим, кто сделает лучшее фото на этой свадьбе, я ставлю на Ника Ферро, - Мэнди ухмыляется, указывая на меня полупустым бокалом.

- Брось, Мэнди, - предупреждает Софи краснокосую, чтобы та притормозила, но она не реагирует.

- Ну-ка, девочки, давайте сделаем ставки. Как на счет двадцати штук, если ты выиграешь?

Я не могу сдержаться от вопроса:

- А что, если я проиграю?

- Тогда ты не покажешь ни одну из своих фото этой свадьбы, давая настоящему фотографу продать свои снимки. И еще ты впустишь меня в свой номер в ночь перед отъездом. У меня есть сюрприз для Ника Ферро, думаю, ему понравится.

Мэнди хмурится. Ради денег она готова на все. Ее силиконовые груди сделаны очень хорошо и выглядят почти как настоящие, да и нос, похоже, тоже видел нож пластического хирурга.

Я качаю головой и бормочу:

- Сволочь.

- О, что случилось? Слишком боишься, чтобы доказать свои слова делом? Думаю, для тебя не в первой пустословить.

- Мэнди! - кричит Софи.

- Сучка, - парирую я.

- Шлюха.

Я закатываю глаза и собираюсь уходить.

- У меня нет времени для этого дерьма. Не все могут себе позволить быть избалованной задницей. Софи, поговорим с тобой завтра.

Когда я уже практически выхожу из номера, Мэнди шепчет своим подружкам.

- Удвоим ставки. Давай, Скайлар, нам и так известно, что у тебя проблемы с наличными, и если ты правда лучшая в своем деле, тебе, по сути, нечего терять. Сорок тысяч баксов за лучший снимок этой свадьбы.

Я останавливаюсь в дверях, не зная как поступить. Это унизительно, но могло бы помочь вытащить меня из чертовщины, в которой я оказалась. Я могу выиграть, даже не тягаясь с Ником. Освещение кошмарное и похоже, он даже не знает как использовать камеру, если она не в авто режиме. Его фото будут дерьмовыми.

- Они играют с тобой. Уходи, Скай, - шепчет мне на ухо Софи. Это ее двоюродные сестры. Она не может выставить Мэнди; на свадьбы обычно приглашают как самых любимых людей, так и наиболее ненавистных.

- Кто выберет победителя? - спрашиваю я и сразу же ненавижу себя за это, но я должна так поступить. Нет другого выхода из сложившихся обстоятельств.

Софи закрывает глаза и пощипывает переносицу. Мэнди бросает взгляд на других сестер.

- Софи и Стивен выберут, но мы не подпишем снимки, так что они не будут знать, кто именно их снял. Никакого обмана, мисс нищета.

- Сходи трахнись с кактусом, пизда непереборчивая, - все ахают, словно не могут поверить, что я действительно это сказала. - О, прекрати. Можно подумать, ты не знаешь свою истинную сущность. Я не виновата, что только у меня хватило смелости, сказать тебе это в лицо.

Мэнди зло усмехается, но не отрицает моих слов.

- Так спор в силе?

- Ей можно верить? - спрашиваю я Софи.

Моя подруга кивает. Через мгновение, я тоже киваю и говорю:

- Черт с тобой, да. Я пну его задницу так сильно, что нужно будет еще поискать, куда улетит моя туфля.

- Ты такая грубая, - маленький носик Мэнди морщится, и она собирается еще что-то сказать, но я уже ухожу.

Необходимо победить Ника Ферро. Мне нужен этот самый лучший снимок. У меня уже есть один подходящий, но я не знаю, какие снимки есть у него. На цыпочках я крадусь по коридору в наш номер. Закрывая двери, я подхожу к его сумке с принадлежностями и выуживаю его единственную камеру. Чмо. Можно было бы разбить ее, и он бы продул, но я не веду нечестную игру.

Ник вздыхает и отворачивается от меня, пока я затаскиваю камеру под свое одеяло, чтобы не было видно светящийся экран. Я просматриваю его фото, и ужас сжимает мне горло. Он на самом деле хорош. Все гости сняты под углом, делающим их только краше, его виденье композиции абсолютно правильное. Он точно не снимает в авто режиме. Когда я проверяю настройки камеры, то вижу, что их попопросту не было. Черт возьми. Ник знает, как снимать.

Я зажмуриваю глаза и молча ругаюсь, когда слышу сонный голос Ника:

- Делаешь грязные секси фото моей камерой? Моя слабость - это грудь. Убедись, что сделала хороший снимок нижней части груди. Мне нравится это местечко женского тела.

Я задыхаюсь и пытаюсь спрятать камеру, но уже слишком поздно. Меня поймали. Я опускаю одеяло и теперь он может видеть, что я просматриваю его фото. Ник становится рядом, протягивая руку.

- Отдай мне ее.

Я вздыхаю и подаю ее ему.

- Ты лжец.

- Почему это? - он смеется.

- Ты говорил, что не умеешь снимать. Говорил, что фотографируешь в авто режиме.

- Я никогда такого не говорил.

- Ты сказал это моей ассистентке, когда она брала у тебя интервью на должность второго фотографа на свадьбе.

Он смеется и снова забирается в постель, оставляя камеру лежать на прикроватной тумбочке.

- Я знал, кем она была, Скай. Я нес всякую хрень. Ты правда не помнишь нашу первую встречу?

- Я помню, как ты объявился и открыл свою студию, сделав ее точной копией моей, наглый ты ослина.

Он фыркает.

- Ага, это было весело. Но мы встречались до этого. То, что ты не помнишь, ранит меня, Скай. На самом деле.

Ник подразнивает меня, но я правда не помню.

- О, да ладно; зеленая шляпа, вельветовый пиджак, потертые чаксы. Я сказал тебе, что хочу несколько фото маленькой свадьбы. Ты послала меня. И даже папку с предложениями не дала.

Он насмешливо прижимает свои руки к груди, и говоря последние слова, делает вид, что вот-вот расплачется.

- Я даю папку каждому.

- Кроме тех, кому ты отказываешь. Ты отказала мне. Я не был достоин твоего внимания из-за своей потрепанной одежды. Довольно иронично, верно? Ну, знаешь, потому что на самом деле, я неприлично богат, а ты - нет.

Ник подмигивает мне и ложится обратно в постель, складывая руки за головой и устраиваясь на матрасе.

Я опускаюсь на свой настил на полу и пытаюсь вспомнить случай, о котором он говорит.

- На тебе была шляпа, как у Джонни Деппа.

Ник направляет на меня свой указательный палец.

- Бинго. И ты отказала мне.

Я отшила его довольно быстро, но не по той причине, о которой он думает. Сейчас же я ни за что не собираюсь открывать ему истину, так что подыгрываю.

- Ага, я - сноб. Абсолютная сучка.

Я натягиваю одеяло и отворачиваюсь от него.

Какое-то время он молчит, а потом тихо говорит:

- Нет, это не так. Я выясню, почему ты мене отказала, птичка Вэнди. А ты попридержи свой поцелуй, пока не найдешь правильного парня. Он под твоей подушкой.

Мое горло сжимается, когда я тянусь и нахожу свое ожерелье с наперстком. В книге о Питере Пэне, Вэнди дала Питеру наперсток и сказала, что это поцелуй. Ник помнит эту сказку. Обычно люди забывают эту часть истории. Мое сердце колотится, и я не знаю, что и думать о нем. Он не должен помнить такие вещи, но помнит. Он никоим образом не может быть поклонником истории о Питере Пэне. Да, у ребят тоже бывает пристрастие к этой истории, но оно не такое, как у девочек. Потому его слова душат меня, наполняя смыслом возврат безделушки.

Я пробовала найти хорошего парня. Последний, повстречавшийся мне мистер Правильный, появился в моей жизни при хреновых обстоятельствах. На его пальце уже было кольцо, а в объятиях - женщина. Иногда так происходит, потому что судьба слишком медлительна, или же мы ждем недостаточно долго. Думаю, в моем случае именно так и случилось. После той первой встречи с Ником, я была полностью им увлечена. Меня неистово к нему влекло, и он так сильно мне нравился, что я не могла согласиться фотографировать его свадьбу. Его улыбка в сочетании с голубыми глазами сводила с ума, и я знала, что мне конец. Самый быстрый способ вылететь из свадебного бизнеса - заигрывать с женихом, потому я отшила его без каких-либо объяснений. В конце концов это не то, что я могу рассказать ему сейчас. У него уже кто-то есть.

Черт побери. Я задавалась вопросом, что же случилось с тем парнем, счастлив ли он. Теперь я знаю, что он в порядке, лежит на кровати рядом со мной и крепко спит.

Глава 12

Вся ночь проходит беспокойно, я ворочаюсь и разрабатываю способы саботировать Ника. Честная игра - не вариант, после того как я видела его фото. Каждое фото выполнено достойно. Его гистограммы совершенны, по крайней мере на тех снимках, которые я успела посмотреть. На следующий день пока мы гуляем вдоль береговой линии, Софи удается держать Мэнди подальше от меня.

- Тебе не следовало позволять ей манипулировать тобой, - в ее голосе слышится озабоченность, а пальцы сминают складки юбки цвета слоновой кости. Она уже одета для обеда.

Я пожимаю плечами.

- Думаешь, у меня есть варианты? Их нет.

Беря меня за руки, она разворачивает нас лицом к лицу. Мое платье шуршит от резкого движения. Мы обе прекращаем идти.

- Нет, они у тебя есть. Ты можешь уехать домой. Твои родители помогут тебе. Данное предложение миллион раз звучало из уст твоей матери.

Я театрально вздыхаю:

- Вот именно поэтому я и не могу закрыть свой магазин и приползти к ним назад. Софи, мне нужно решить свои проблемы самостоятельно. Это пари с Мэнди дает мне такой шанс.

- Ага, вот только, чтобы выиграть, тебе придется поступить несвойственно для самой себя, не так ли? Я имею ввиду, Ник не отстойный фотограф, верно? В противном случае, мистер Стивенс не нанял бы его.

Я не могу выдержать ее взгляд.

- Не беспокойся, я не собираюсь испортить твою свадьбу или сломать его аппаратуру.

Возможно спрятать, но не сломать.

Софи наклоняет ко мне голову и складывает на груди руки.

- И ты серьезно ожидаешь, что я в это поверю?

Я выдаю ей свою лучшую полуулыбку.

- Наслаждайся своей свадьбой и не волнуйся за меня. Иди сюда на секунду, - я тяну ее за руку и прошу встать на камне, который практически полностью покрыт водой. – Становись здесь и дай мне свои туфли.

Софи сомневается. Я могу сказать это по ее позе и брезгливому взгляду на воду.

- Скай, камень скользкий, я упаду и испорчу свое платье.

- Зато получатся нереально классные снимки: в немного влажном, белом, свадебном наряде. Если организовать подобную съемку завтра ночью, то могут получиться прекрасные фото для будуара.

Софи вздыхает, подает мне свою обувь и поднимает подол своего длинного платья.

- Я не снимаюсь в подобных фотосессиях. Для меня это довольно не комфортно.

- А я уже сказала тебе, что ты можешь одеть на себя свадебное платье, нижнее белье или все, что пожелаешь. Идея в том, чтобы показать твою сексуальную сторону.

Софи фыркает.

- У меня нет сексуальной стороны.

- Конечно, есть. Ты просто еще не знаешь об этом, - я указываю на камень. - Встань тут и отвернись от меня, делай вид, будто размышляешь, не поплавать ли в заливе.

Она смеется и разворачивается.

- С русалками?

- А знаешь почему русалки все время плавают топлесс? Потому что у них слишком больше груди, а все лифчики сделаны из ракушек максимум третьего размера.

Это самая нелепая шутка, которую я могла придумать, но она срабатывает.

Софи смотрит на меня через плечо и прямо перед тем, как она корчит страшную рожицу, я делаю идеальный снимок. Ее губы слегка приоткрыты, а морщинка между бровями разгладилась. Заходящее солнце играет на ее волосах и подсвечивает ее платье так, словно оно сделано из лунного света. Идеально.

Но она даже не имеет представления, что я что-то отсняла, потому по-прежнему кривит лицо в гримасе злости.

- Это самая ужасная шутка, которую я когда-либо слышала. Нет ничего глупее.

- Ну, не бывает же ракушек четвертого размера, потому я не могу стать русалкой и уплыть на дно морское.

Я вздыхаю и гляжу на залив за Софи, размышляя о том, какова была бы моя жизнь, если бы мне не нужно было расти и делать все в одиночку.

Софи перепрыгивает по камням на берег и кладет руку мне на плечо.

- Давай, идем на репетицию, а то мы либо придем последними, либо тебя украдут русалки с большой грудью. Зная тебя, вы бы вместе быстренько организовали клуб, и я бы никогда больше тебя не увидела.

Я хохочу и смотрю вниз на моих девочек.

- Не думаю, что хотела бы их уменьшить.

- Не будь глупой. С такими буферами ты бы стала лидером русалок.

Когда мы проходим мимо главного задания по направлению к часовне, я говорю ей идти дальше без меня. Предупреждающим тоном, она возражает:

- Скайлар.

Поднимая вверх ладони, я снова подхожу к ней.

- Мне нужно взять мои принадлежности для фотосъемки. Черт, Соф. Ты не можешь подозревать меня постоянно. Сейчас у меня есть только камера, а этого мало. Мне нужны мои отражатели и всякие другие штучки. Тебе известно об этом.

- Ладно, но оставь в покое Ника.

Я широко улыбаюсь и поднимаю брови так, что они скрываются под челкой.

- Он тебе нравится, - потребовалось немного времени, чтобы я осознала это, но она, действительно, его уважает. Что за чертовщина? - Софи, он - хрен, который выбрасывает меня из бизнеса! Как ты можешь ему симпатизировать?

- Я и не симпатизирую! - она шикает и наклоняется ближе ко мне, хватая за локоть, словно мы заговорщицы. - Я просто думаю, что мы что-то упускаем. Как такой милый парень может быть идиотом?

- Гм, может потому, что он действительно идиот?

- Скай.

- Соф, - я рычу и отстраняюсь от нее. - Нет, мы не будем спорить об этом сейчас. Иди на репетицию. Я тоже скоро буду.

Софи кивает и уходит. По всей территории отеля есть много маленьких тропинок, пересекающих газоны вдоль и поперек. Уже на ступеньках перед входом в главное здание мама и папа Софи проходят в шаге от меня и спешат, чтобы догнать ее. Я ловлю взгляд ее карих глаз, наблюдающих, как я проскальзываю внутрь здания. Слава богу, она оставила меня в покое. И вообще, я даже не трогала фото принадлежности Ника. Да, и не собираюсь. Мне просто нужна небольшая поломка, выглядящая как случайность или чья-то ошибка. И я уже точно знаю, что для этого потребуется сделать.

Глава 13

Я забираю сумку с оборудованием. Ранее я оставила ее в кладовке горничной, в конце коридора. Потому сначала я иду туда, проверить все ли в порядке. По правде, я не настолько доверяю Нику, чтобы оставлять свои вещи с ним на весь день. Сейчас он должен быть в номере и собираться на репетицию. Сегодня с утра он, не предупредив меня, следовал повсюду за Софи. Он поднял ее на заре и сделал несколько фото на фоне рассвета; у меня таких фото нет. Так как Ник не принимал душ до того как ушел и вернулся всего час назад, предполагаю, что именно сейчас он приводит себя в порядок к вечеру.

Поднимая свою сумку с принадлежностями и вешая ее на плечо, я хватаю маленькую отвертку и направляюсь к двери нашего номера. Я отвинчиваю каждый болтик дверной ручки, до тех пор пока они практически висят на волоске. Когда он схватиться за ручку со своей стороны, она отвалиться, и Ник не сможет выйти из комнаты. Эта гостиница реально старая, так что подобная поломка вполне здесь уместна. На данный момент вокруг нет никого, кто мог бы его выпустить. Я слышу, как за дверью он направляется в ванную, и самодовольно усмехаюсь.

Возвращая отвертку в кладовку горничной, я гордо шагаю на репетицию, улыбаясь от уха до уха. Как только я подхожу к группе людей, то слышу голос Мэнди.

- Прицеп мусора, - я не оборачиваюсь, и это вынуждает ее последовать за мной. - Думаю, ты проиграешь это пари. Хочешь узнать, откуда мне это известно? - она усмехается словно хищная рыба.

- Нет, Мэнди. Уходи, - огрызаюсь я.

Поворачиваясь, я вижу что репетиция уже началась. Святой отец говорит что-то Софи и ее родителям. Моя мать сидит в первом ряду, тогда как отец стоит в заднем углу часовни. Подружки невесты стоят не в ряд, но близко к Софи. Все здесь. Святое дерьмо. Даже Ник здесь. Сперва я не заметила его. Он стоял на коленях, делая фото. Я не видела его до тех пор, пока он не поднялся и не обернулся, улыбаясь мне.

Мое сердце колотится, а грудь сжимается. Если Ник все это время был здесь, тогда кто сейчас в нашем номере? Я смотрю по сторонам, но не могу понять кого не хватает, пока Софи не произносит:

- Где Стивен?

Его родители объясняют всем, что он придет немного позже. Его мать добавляет:

- У него возникли какие-то проблемы с горячей водой, так что мистер Ферро предложил Стивену воспользоваться душем в своем номере.

Половина подружек невесты падают в обморок от одной мысли о Нике Ферро в сочетании с холодным душем. Все дружно смотрят на него, воображая его голое тело, и в этом вопросе я не исключение. Какую-то секунду царит полное молчание, после чего Ник добавляет:

- Это наименьшее, что я мог бы сделать. Если бы это была моя свадьба, надеюсь, что кто-то поступил бы так же, - он подмигивает мне. Ублюдок. Он знал, что я собираюсь напакостить ему.

Мой рот слегка открывается, когда люди поворачиваются взглянуть, к кому обращен взгляд Ника. Как ни стараюсь, я не могу ничего сказать. Спустя секунду начинает вибрировать мобильный Софи. Она достает его и прижимает к уху. Супер везение.

- Что? Ладно, не переживай по поэтому поводу. Мы сделаем это позже, чем планировали, - Софи бросает на меня злой взгляд и вешает трубку. Фальшивая улыбка спокойствия пересекает ее лицо. - Что ж, он уже направлялся сюда, когда кое-что случилось. Сломалась дверная ручка, и он оказался заперт в номере Софи и Ника. Гостиничная обслуга сказала, что они смогут открыть дверь в течение десяти минут.

Мама Софи прижимает пальцы к губам в гримасе ужаса.

- О, но тогда мы опоздаем к обеду.

Мэнди усмехается словно дьявол Джерси.

- Это не проблема. Я все исправлю, - она чавкает жвачкой и кому-то звонит. Люди возобновляют разговоры и последнее, что я слышу - ее раздраженно кричащий голос. - Ну, тогда я удвою ее. Просто исправь все или это появится во всех общественных газетах, и, поверь мне, не в лучшем свете, - громко вздыхая, Мэнди кладет трубку. Это выглядит, словно она только что разгружала вагоны. Мэнди фальшиво улыбается и добавляет. - Ну, об этом позаботились, теперь можно опоздать на столько, насколько нам это понадобится. Я позвоню им, когда придет Стивен, и они подготовят все к назначенному времени. Конечно пришлось забронировать комнату еще на пару дополнительных часов, но чего не сделаешь ради двоюродной сестры.

- О, Мэнди, спасибо тебе! - мама Софи обнимает девушку, и болтая, они куда-то уходят.

Ник аккуратно подкрадывается ко мне, с закрывающей половину его лица камерой. Он усмехается.

- Итак, все пошло не по плану, верно?

Глава 14

Поднимая камеру, я делаю снимок. Он хреновый. Свет плоский, и вокруг не происходит ничего стоящего.

- Не представляю, о чем ты.

Он смеется.

- Гм, хах. В следующий раз не прячь свое оборудование прямо перед тем, как планируешь сделать ход. Тогда это будет менее очевидно.

Изумляясь, я поворачиваюсь к нем.

- Ты нашел мою сумку?

- Я искал дополнительное полотенце для Стивена, и представь мое изумление, когда я наткнулся на твою сумку, прямо в кладовке на нашем этаже, - усмехаясь, он подходит ближе, практически полностью сокращая расстояние между нами. Это великолепное лицо становится серьезным на все сто процентов. - Ты не хочешь тягаться со мной. В подобных делах, ты - легковес.

- Как ты узнал?

- Привет? Я выкидываю тебе из бизнеса.

Моя челюсть падает.

- Так ты признаешь это?

- Конечно, признаю.

Ник прижимает камеру к лицу и делает еще один снимок. Когда он возвращает ко мне свой взор, что-то мелькает в его глазах. Что-то говорящее, что несмотря на то, что он не хочет уничтожать все созданное мной, он все равно это сделает. Что-то говорящее, что к тому времени, как он закончит со мной, мне придется ползти на коленях назад к родителям. И в моем кармане не будет даже пенни.

Я медленно киваю.

- Так все это время ты вел со мной войну.

- Конечно. Нельзя, чтобы две студии находились так близко друг к другу. Это нелепо.

Он уходит, но я следую за ним.

- Почему я?

Я хочу знать это. Но бросая вопрос ему в спину, я моментально начинаю ненавидеть себя за то, что вообще задала его. Из-за этого я выгляжу слабой и плаксивой. С трудом сглатывая, я позволяю гневу растекаться по венам. Как бы мне хотелось, чтобы из кончиков моих пальцев вырвались огненные молнии и поразили Ника прямо в лицо.

Он оборачивается и отвечает.

- Потому что ты была лучшей.

- И до сих пор являюсь таковой.

Ник улыбается фирменной полукривой ухмылкой Ферро, наклоняется ближе и шепчет мне на ухо.

- Нет, ты не лучшая. Уже нет.

И он уходит, не сказав больше ни слова. Все мои подозрения были верны. Эми думала, что я сошла с ума, но это не так. Этот парень действовал преднамеренно. Он дергал за все возможные рычаги, от кражи клиентов до распространения обо мне дурных слухов.

Я хочу закопать его за это. Прежде, чем осознаю, что делаю, я выпаливаю:

- Может ты готов на это и поставить?.

Ник останавливается как вкопанный. И смотрит на меня через плечо.

- Помилуй, как много юнцов повелось на такое предложение?

- Совсем немного, вообще-то. Но так как мы уже в состоянии войны, то дополнительное пари в любом случае будет лишь вспомогательным стимулом.

Так как к нам направляется Стивен, я быстро объясняю все о споре на лучшего фотографа. Я рассказываю ему о двоюродных сестрах Софи, у которых куча денег, и они мрут от скуки. Не оглашая при этом часть моей сделки с ними.

- Уверена, что могу надрать тебе задницу. Просто вопрос времени, когда все заметят это.

Он смеется.

- Немного дерзко, тебе не кажется?

- Мне? Из нас двоих именно ты надменный ублюдок, сказавший миссис Гэтти, что я забыла принять свои лекарства, но буду в порядке, как только получу их, - говоря последние слова, я показываю в воздухе кавычки и кривляюсь, подражая голосу Ника.

Его смех становится громче, хоть он и пытается сдержать его. Посмотрев на церковный проход, он снова возвращает взгляд ко мне.

- И каковы условия этого пари? Потому что после этой свадьбы я в любом случае рассчитываю на твой провал.

Ауч.

- Ага, но только в том случае, если люди не купят мои снимки, а они это сделают. Одним из условий соглашения является то, что в случае моей победы, гости смогут купить только мои фото с этой свадьбы, а в случает твоей победы – лишь твои. Я предлагаю к этому добавить пункт о том, что если ты проиграешь, то закроешь свою студию и спрыгнешь с моста. Что скажешь?

Я улыбаюсь, глядя в его мужественное лицо. На него приятно смотреть, действительно приятно. А еще приятнее его дразнить, это одна из моих любимых забав. Как бы мне сейчас хотелось быть немного выше, чтобы наши лица были на одном уровне. Я бы засмеялась ему в лицо, а не глядела на него снизу вверх. Нужно сделать для себя пометку: не забыть завтра одеть каблуки.

Ник смеется над моим предложением, отрицательно качая головой.

- Можно подумать, ты реально рассчитываешь, что я на это соглашусь. У тебя нет ничего стоящего, что ты могла бы мне предложить, в случае моего выигрыша.

- Нет? Ты уверен? - я обхожу вокруг него, скользя взглядом по его телу, и наконец, останавливаюсь перед лицом к лицу. - Совсем ничего?

Святое дерьмо, его улыбка прекрасна. Она так ярко светится, что я уже начинаю сомневаться, что, по его мнению, я ему предложила.

Ник не помогает мне с ответом на этот вопрос; его взгляд опускается в пол, а затем возвращается к камере. Когда он отворачивается, то сухо говорит:

- Ты ставишь свое тело против моего бизнеса? Ты должно быть довольно высокого мнения о себе.

Я задыхаюсь, осознавая значение его слов. Наклоняясь, я быстро ударяю кулаком о его руку. И когда Стивен проходит мимо нас, я спешно говорю:

- Нет! Я подразумевала, что закрою свой магазин и буду твоей моделью. Это двойное унижение. Ты, кажется, хотел полуобнаженную модель, на которой практически не было бы одежды. Я слышала, у тебя были проблемы в поисках кого-то подходящего. Вот что я предлагаю тебе, извращенец, - нанести мне двойной удар, а не завалить в койку.

Гладя подбородок рукой, он приоткрывает рот. Не имею представления, что он собирается ответить. Мое предложение уже достаточно унизительно, так что я ожидаю, что он примет ставку, учитывая его уверенность в собственной победе.

Но он говорит:

- Скай, соблазни меня еще чем-то. Предложи, что-то большее, если хочешь получить мое "да".

Эти сапфировые глаза впиваются в меня, пока мой желудок не завязывается в узел. Я не могу отвести взгляд и понятия не имею, о чем он думает, но характер его мыслей очевиден. Ни один парень не может смотреть на девушку подобным образом и представлять дружеские отношения. Нет, в своей голове Ник раздел меня догола и на этом не остановился.

- Что? - спрашиваю я, потому что не могу поверить, что он действительно имеет это в виду. Мне нужно, чтобы он принял мою ставку. Тогда украденные части головоломки моей жизни вернуться на место. Если я выиграю, он исчезнет. Я смогу взять деньги у распутной подружки невесты и даже расширить свою студию. Это превратит мой магазин в нечто большее, чем просто опора под ногами. Я сделаю карьеру. Мне не придется просить деньги у родителей или признавать, что я была неправа. Все сложится идеально.

Темные брови Ника подымаются, и он посылает мне взгляд, от которого я начинаю дрожать. Наклоняясь ближе к моему уху, он шепчет:

- Ты закрываешь свою студию и становишься моделью на моем логотипе, навсегда; и так как я выиграю другие части пари в любом случае...

- Ты имеешь в виду, попытаешься выиграть, - перебиваю я.

Он резко протягивает руку и зажимает мою нижнюю губу между своими пальцами, фактически заставляя меня замолчать.

- Я не просто попытаюсь. Я преуспею в этом. У тебя такие же шансы на победу, как у снежинки выжить в аду. Мое финальное условие в том, что если ты проиграешь или нарушишь это пари, то будешь вынуждена раздвинуть свои прелестные ножки для меня на одну ночь. Это достойная ставка. Подумай о ней, - он отпускает мою губу и шагает прочь, оставляя меня задыхающейся и с опустившимся в пятки сердцем.

Вне всяких сомнений данное условие отстойное. Нет ничего более унизительного или саморазрушительного, чем это. Я практически продаю себя этому парню. Он не новичок, которым я его считала, заключая пари с Мэнди. И он не скромен, как думают все вокруг. Ник Ферро - хладнокровный и хитрый игрок. Держу пари, что возврат наперстка вчера вечером - был лишь способом сыграть злую шутку с моим мозгом, чтобы я сама перехитрила себя. Но, я справлюсь с этим. Я лучшая и знаю, что могу фотографировать лучше, чем он.

Собрав по капле всю свою решимость, я хватаю его за плечо и разворачиваю к себе. Взявшись за галстук, я с силой притягиваю его к себе.

- Мне не нужно время на размышления. Я и так знаю, что могу надрать тебе задницу с понедельника по субботу и два раза в воскресенье. Так что будь готов наклониться, когда придет время. У тебя есть моя ставка.

Я бросаю ему в лицо его же галстук прежде, чем протягиваю руку для рукопожатия. Ник усмехается, принимает мою руку и сильно пожимает, скрепляя нашу сделку.

Все еще держа меня за руку, быстрым движением он притягивает мое тело к себе.

- Нет пути назад.

Рывок поражает меня, моя грудь с силой врезается в его. Он делает это нарочно, зная, что таким образом выведет меня из равновесия. Между нами есть притяжение. Мы оба его ощущаем, и оба признаем его существование, но это лишь притяжения, и ничего более. Я не настолько глупа, чтобы влюбиться в Ферро.

Моя хватка на его руке усиливается, и я вжимаюсь в него сильнее.

- Скай Томпсон не убегает. А тебе лучше выбрать мост, с которого будешь прыгать. Эта часть сделки - отнюдь не шутка.

Я отступаю, подмигивая ему так же, как он подмигивал мне ранее, и разворачиваюсь на каблуках, чтобы уйти. Удаляясь, я ощущаю скольжение его жаркого взгляда по моей спине и бедрам.

Взгляни на все, что ты так хочешь, Ник. Тебе не удастся выиграть.

Глава 15

Репетиция представляет собой безэмоциональный прогон свадьбы. Координатор свадьбы не слишком навязчивая. Вообще-то, она даже очень полезная, в противном случае, мне бы пришлось делать все за нее. Все проходит нормально до тех пор, пока не выходит Софи под руку со своим отцом и не начинает идти по проходу; именно в этот момент я и замечаю Ника, он стоит на пути к запримеченному мною месту съемки.

Я ударяю его в плечо и толкаю в сторону скамьи.

- Подвинься, Ферро. Ты мешаешь мне снимать.

Не иметь фото идущей по проходу к алтарю невесты - недопустимое преступление. Судя по всему, у Ника тоже глаз наметан, потому что он также направляется к тому же месту, что и я. Он не следил за мной и не смотрел по сторонам, Ник просто знал, где должен быть, чтобы сделать желаемый снимок.

В процессе нашей стычки он задевает плечом мою спину и я практически падаю на проходящую мимо Софи. Софи улыбается и посылает мне смертоносный взгляд, говорящий, что она реально убьет меня, если я подставлю ей подножку в день свадьбы. Ник отбрасывает волосы с глаз. Ему жарко, его волосы влажные, и как и рубашка, липнут к коже. Его вид вызывает у меня в голове видение наших двух обнаженных тел, скользящих друг на друге; но я прогоняю его мысленной метлой. Такие мысли ядовиты, но они неустанно всплывают в моем мозгу. То, как Ник движется, что-то в глубине его глаз, высокомерная улыбка - все это наталкивает на мысль, что он скрывается за маской. Мужчина, которого я вижу за всем этим - вот настоящий Ник. Это просто фасад, и я бы ничего так не хотела, как сорвать его маску и взглянуть что под ней. Для меня в человеке более важна честность, чем совершенство.

Кстати говоря о совершенстве, именно в этот момент моя мама решает публично меня отругать.

- Скайлар, позволь профессионалу сделать этот снимок. Ты стоишь прямо у него на пути.

Мама сидит на скамье прямо передо мной. Я глубоко вдыхаю и пытаюсь успокоиться.

Ник бросает взгляд в сторону и замечает мою реакцию на высказывание мамы. Отлично. Теперь у него еще больше "боеприпасов", чтобы ранить меня. То, в каком свете выставляет меня моя мама, ко всем чертям собачьим, сводит меня с ума, и из-за этого я могу ошибиться. Это как большая брешь в моей броне, и для Ника она очевидна. Теперь без разницы, буду ли я смеяться и делать вид, что она пошутила, он уже увидел мое слабое место. Впрочем, так же как и все присутствующие. Моя старая добрая мама за пару секунд сменила мнение обо мне всех окружающих.

Ник хватает меня под локоть. И я смотрю на него вопросительно.

- Это не единственное место, которое мы оба хотим. Есть еще, как минимум, три других. Давай бросим монетку, чтобы поделить их.

Я киваю, так как это кажется самым удачным и быстрым решением проблемы.

- Фото прохода. Готова? - я снова киваю. - Орел или решка?

- Орел, - отвечаю я, пока Ник выуживает монету из своего кармана. Дальнейшее планирование свадьбы проходит мимо нас. Мы возвращаемся в угол, слушая вполуха происходящее вокруг, в то время как сами разбираемся, кому достается какое место.

Ник подбрасывает монету, ловит ее в свою ладонь и переворачивает на тыльную сторону другой руки.

- Прости, это решка. Проход – мой, - я ничего не говорю. Ник держит монету и говорит. - Панорамные снимки, мы оба хотим фото в центре передней части прохода, верно? - я киваю. - Назовешь, когда я подброшу.

- Орел, - я всегда называю орла.

Ник ловит монету, переворачивает ее и мой желудок опускается.

- Эти два места мои. Но есть еще одно место съемки, которое, я уверен, интересно для нас обоих.

- Поцелуй.

Поцелуй - заключительная часть церемонии - это наше все. Это фото будет висеть на стене вместе с фото с выпускного следующие миллион лет.

Ник кивает и подбрасывает монету.

- Называй.

Я придерживаюсь своего предыдущего выбора.

- Орел.

Ник ловит и переворачивает монету. И мой желудок опускается еще ниже.

- Вау, ты реально невезучая. Каковы шансы проиграть три раза подряд?

Я закатываю глаза и собираюсь уйти, не ожидая ответ, но ничего не могу с собой поделать и выдаю:

- Не имеет значение то, где я стою. Я все еще собираюсь сделать снимок лучше, чем ты.

Ну, это то, что я говорю вслух; мое лицо при этом безмятежно, а улыбка спокойная. Но внутри, я кричу и бьюсь в истерике, словно двухлетка, только используя больше ругательных слов.

Голос Ника ровный:

- Мне нравится в тебе это качество, - я не оглядываюсь на него, фокусируя взгляд на Софи. - Надеюсь, ты не утратишь его, когда проиграешь. Эта уверенность граничит с вызовом. У меня уже есть планы на тебя, и эта твоя черта характера лишь сделает все более приятным. Увидимся, птичка Вэнди.

Когда я поворачиваюсь взглянуть на него, Ник стоит со скрещенными руками и одной приподнятой бровью. Он так улыбается, словно уже выиграл.

- Не называй меня так, - показывая ему средний палец, я ухожу.

Моя мать увидев это, задыхается в ужасе, но один голос в часовне смеется.

Глава 16

Диган подходит и останавливается в шаге от меня.

- Вау. Вы, ребята, похоже, здорово ладите.

Он выглядит бодрым и красивым в своем отглаженном костюме, но на его лбу над линией бровей, также как и всех присутствующих, выступают бисеринки пота. Ночной воздух душный и тягучий. Это тот вид влажности, который вы можете практически увидеть.

Я быстро шагаю, смотря просто себе под ноги.

- Ага, он - мудак, пытающийся выкинуть меня из бизнеса. Только что мы бросали монетку, определяя, кому достанутся ключевые места съемки, и я проиграла три раза подряд.

Если основываться на цифрах, то я ужасно неудачлива. Часть меня говорит, что это не имеет значения, что я творческий гений (или же ненормальная, смотря с кем я говорю), но я считаю, что смогу найти хорошее место и сделать наилучший снимок этой свадьбы. Мое невезение в подбрасывании монеты - не станет моим концом. Я не сдамся. И потому игнорирую неприятное чувство глубоко в животе, напоминающее о том, что я в полном дерьме.

Брови Дигана приподнимаются, пока он зевает. Сейчас он похож на морского окуня или атлантического большеголова. На самом деле, я никогда не видела этих рыб, ну разве что на картинке в меню Красного Лобстера. Черт, поесть бы. Глядя на Дигана, нельзя не заметить какой он аппетитный, ням-ням. И мой взгляд, конечно же, не остался незамеченным.

В ответ Диган усмехается, посылая мне свою самую сладкую улыбку.

- Ну, возможно, после обеда я смог бы тебе помочь отвлечься сразу и от Лорда Ситхов и от твоего заклятого врага-фотографа. Софи упоминала, что ты знаешь остров как свои пять пальцев, и о том, что где-то здесь есть русалочья бухта.

Я смеюсь и отворачиваюсь, наклоняя голову так, чтобы волосы упали мне на лицо и скрыли непрошеный румянец. Прижимая камеру к лицу, я делаю пару кадров, просто чтобы отвлечься от собственного смятения. Когда я и Софи были маленькими, то воображали, что мы русалки и соответственно назвали нашу бухту русалочьей.

- Она рассказала тебе о заливе, хм?

- Ага, конечно, рассказала.

Диган складывает руки за спиной и идет со мной рядом.

- А она упоминала, что русалки носят одежду и приплывают только к девочкам?

- Я справлюсь с этим, - он поднимает ладони так, словно не планирует никого обижать. - И все же, думаю, было бы интересно увидеть это место с правильным человеком. Где-то между Имперским маршем и слухами о душевой занавеске, я решил, что ты и есть этот самый правильный человек.

Мое лицо еще сильнее вспыхивает.

- О боже, ты и об этом слышал? - по крайней мере, он не включил в список моих "достижений" захват его промежности.

- Видел, - я обреченно вздыхаю и пытаюсь уйти, но Диган хватает меня за локоть и разворачивает к себе. - Ты когда-нибудь слышала выражение "несовершенное совершенство"? Ну, так это и есть ты, - он застенчиво улыбается.

И мой живот делает такой резкий кульбит, что мне трудно даже взглянуть на парня. Ощущение словно я в старшей школе, а он - объект моей первой влюбленности. Где та уверенная в себе женщина, готовая кастрировать Ника Ферро? Убирая волосы за ухо, я киваю и гляжу на него из-под ресниц, не то чтобы я хочу этим как-либо на него воздействовать, просто так получилось.

- Ты сам придумал это выражение, но это не меняет того, что я говорю "да" нашей совместной прогулке.

- Ладно, Русалочка. Увидимся после обеда.

Диган возвращается на свадебную репетицию и занимает свое место рядом со Стивеном. Ник с кем-то говорит, пристально за нами наблюдая, но при этом сохраняя дистанцию. В его глазах читается собственнический инстинкт, и это меня удивляет. Я не принадлежу ему. И могу разговаривать с кем пожелаю. Я могла бы даже переспать с Диганом, и Ник мне в этом не помеха. Возможно, мне и правда следует побыть немного развратной подружкой невесты и закрутить роман с Диганом. Видит бог, у меня есть куча секси трусиков.

Глава 17

Лунный свет ошеломляет. Завораживает своим танцем на темной глади воды. Мы с Диганом сидим рука об руку в темноте на краю огромной скалы, с одной стороны погруженной в песок, а с другой – простирающейся под воду. Наши туфли валяются где-то позади. А босые ноги зарыты в песок под водой. Это немного напоминает мне о другой ночи с Ником.

Диган более безопасный и нормальный. Ферро не такой, его семья постоянно втянута в какие-то скандалы и дрязги. Такая жизнь не для меня. Он не для меня. Даже когда эта мысль формируется в моей голове, я знаю, что это самообман, и со временем ситуация лишь усугубляется. У меня есть чувства к Нику. Знаю, что есть. Но надеюсь, что этот сидящий рядом прекрасный молодой человек сможет разрушить мою влюбленность. Диган настоящий и был таким с самого начала. Он не какой-то избалованный осел, и за это я уважаю его больше, чем Ника.

«Хватит думать о Нике!» - мысленно ругаю себя, напоминая, что рядом со мной сидит горячий парень, и его брюки довольно здорово облегают прекрасные изгибы тела. Не то, чтобы я обычно оценивала парней исходя из их внешней привлекательности, но в данный момент его формы трудно игнорировать.

Я поднимаю ногу из воды и разминаю свои уставшие пальцы. Это вызывает рябь, расходящуюся от скалы по темной водной глади.

До этого момента Диган был сама любезность. Я смеялась, он говорил и так далее. Было мило. Так что, когда он заводит речь о Ферро, то словно набрасывает мне петлю на шею.

- Гм, Скай, не то, чтобы я не доверял твоему соседу по комнате, но проверь его монеты, - говоря это, Диган вглядывается вдаль, сосредотачиваясь на какой-то точке в воде. - Готов поспорить, вечером он вытаскивает мелочь из карманов и оставляет ее на комоде.

Я улыбаюсь, думая, что он шутит.

- Зачем мне это делать?

Половина лица Дигана подсвечена лунным светом. Но одну щеку и подбородок скрывает тень, и мне так сильно хочется прикоснуться к этому месту, провести по нему ладонью. Ранее он снял свой галстук и пиджак и оставил их вместе с обувью. Воротник безупречной бледно-фиолетовой рубашки расстегнут, открывая моему взору крошечный кусочек его обнаженной груди.

- Он выиграл три раза подряд, - Диган смотрит на меня, наклоняя голову в сторону. - Просто убедись, что он играл честно. Я не удивлюсь, если у него в кармане найдется двухсторонняя монета. Он - Ферро. Не полагайся на его честность. Его семья - игроки, и чтобы выиграть, они готовы расправиться со всяким, вставшим на их пути, - лицо Дигана морщится, и он отводит взгляд. - Ну, возможно, не буквально расправиться с тобой, но ты поняла идею. Мне не нравится мысль, что он провел тебя подобным образом.

На секунду я задаюсь вопросом, а не подслушал ли Диган наше с Ником пари. Но быстро прогоняю эту мысль.

- Не думаю, что Ник столь хитер, но я обязательно проверю. Если это так, то он пожалеет, что вообще знаком со мной..

Диган тихо хихикает, поворачиваясь ко мне так, что наши лица оказываются на расстоянии вдоха. Мое сердце колотится и я забываю, как дышать. Скользя взглядом к его губам, я думаю лишь о нас. На этот короткий миг, я могла бы стать распутной подружкой невесты. Кроме нас, здесь нет ни души. Мы почти что на другой стороне острова, на территории природного заповедника, окутанные мраком. Он мог бы сдвинуть лямку платья с моего плеча и провести ладонью по моей гладкой голой коже. Я бы легла на холодный камень и позволила Дигану согреть меня теплом его тела внутри и снаружи. Эти красивые руки могли бы погладить каждый дюйм моего тела. И я бы позволила ему это. Я могла бы.

Взгляд Дигана опускается на мои губы прежде, чем переместиться к глазам. Он делает так несколько раз, постепенно наклоняясь все ближе. Воздух, который я задерживала, наконец вырывается наружу, выдавая мои грязные порочные мысли. Лицо заливается румянцем, а тело начинает пульсировать во всех правильных местах. Я хочу этот поцелуй. Хочу, чтобы его губы касались моих. Прямо сейчас я хочу, чтобы он заставил меня забыть все мои проблемы, забыть, кто я такая. Думаю, он видит это желание в моих глазах.

Диган легонько проводит своими губами по моим, из-за чего мою кожу начинает покалывать. Наклоняясь еще ближе, я запускаю свои пальцы в его волосы. Поначалу наш поцелуй мягок и нежен, но очень быстро страсть нарастает. Мы оба молчим. И в этот момент мне кажется, что он знал в какую сторону повернет ход сегодняшнего вечера. Тогда как для меня данная ситуация не типичная. Я не эксгибиционист, не цыпочка, практикующая одноразовый секс. Это все не обо мне. Хотя, сейчас все условности и принципы не имеют значения, потому что вот я откидываюсь на спину и тяну за собой этого незнакомца. А его жесткое тело охотно следует за моим, прижимая мою спину к холодному, мокрому камню.

«Полегче,» - шепчет мне внутренний голос, но я игнорирую его.

Нет! На этот раз, я хочу пройти весь путь, а осторожность пустить по ветру. Я всегда была слишком осторожной, и посмотрите, куда это привело меня. К чертовому пари, в котором я либо выиграю, либо буду вынуждена ползти назад к своим родителям. И если я проиграю, то сама принесу себя в качестве приза. Что, блин, со мной не так? Почему я делаю это? Сейчас я четко вижу, что это безумие, но в момент заключения сделки, мне казалось, что данный шаг логичен.

Мне нужно перестать думать. Я хочу стать сиреной, и это моя бухта. Я желаю соблазнить этого человека не по какой-то причине, а потому что хочу этого и могу. Когда я была подростком, то часто думала о мифических русалках, пока подобные размышления ни стали неуместны мне по возрасту. Я никогда не говорила об этом Эмили. Даже не могу представить, на какие разговоры это бы ее подтолкнуло.

И тут бы не помогли никакие "полегче".

Впрочем сейчас они тоже неуместны. Мы с Диганом наедине. Он хочет меня, здесь и сейчас. Я чувствую это и не собираюсь останавливать его. Руки Дигана пробегают по моей коже, сжимая и поглаживая, исследуя все скрытые под одеждой изгибы. Одной рукой он скользит под подол моего платья, отправляя меня на небеса. Разрывая наш страстный поцелуй, Диган перемещается и прокладывает влажную дорожку вниз по моей шее. Закрывая глаза, я задыхаюсь. Прижимая свои бедра еще плотнее к моим, он качает наши тела в ритме темных волн воды, вызывая в моей голове озорные мысли.

Я стону и безмятежно улыбаюсь, думая о том, как нетипично для меня вся эта ситуация, но в то же время она мне очень нравится. Много времени прошло с того момента, как у меня был парень. Работа отнимает восемьдесят часов в неделю, совсем не оставляя времени на личную жизнь. Нет времени на знакомства и свидания или на что-то даже отдаленно напоминающее это. И к слову, чуть позже мне нужно вернуться в отель и отснять Софи для будуара. Я постоянно работаю. На веселье попросту не хватает времени, и что убивает меня больше всего - вся эта упорная работа ничего мне не дала.

"Еще рано сдаваться," - шепчет внутренний голос, пока Диган безжалостно дразнит меня поцелуями.

Я не сдамся. Я - боец, и не собираюсь оступиться и умереть. Нику Ферро придется запихнуть мою голову в землю прежде, чем я оставлю попытки выиграть.

Ник Ферро. Ник. Имя отзывается эхом в моей голове; но мои мысли о Нике путаются, теряются в тумане страсти. Я медленно моргаю и гляжу на звезды, наслаждаясь ощущениями от жарких поцелуев Дигана.

Моя жизнь не стала такой, как я ее себе представляла. Я следовала правилам, всегда играя честно, но это не оборачивалось для меня ничем хорошим. Так что в этот раз я нарушу правила. Я сделаю это прямо сейчас с Диганом, не заботясь о последствиях.

- Скажи мне, чего ты хочешь, - шепчет он мне на ухо.

- Тебя. Прямо сейчас, - отвечаю, практически беззвучным голосом. Я тяну его рубашку из брюк и скольжу ладонями по мускулистой спине, с силой вонзая ногти в его кожу. Царапая, я притягиваю его еще ближе.

Диган усмехается и снова наклоняется, лаская мою шею, одновременно освобождая нас от одежды, продвигаясь все ниже и ниже. Снимая свою одежду, он кладет ее мне под спину, так что когда он раздевает меня, моя разгоряченная кожа не соприкасается с холодным камнем. Затем он опускает голову, и о мой бог!

Закрывая глаза, я наслаждаюсь ощущением беззаботности. В темных уголках моего мозга, там, где вероятно обитают мои самые потаенные мысли, есть осознание того, что я всего лишь использую Дигана, чтобы хоть на какое-то время забыть обо всех своих проблемах.

Но это стоит того. Не так ли? Поймите правильно, не то чтобы я шлюха. До этого я переспала всего с одним парнем. Это было давным-давно, и на тот момент мы были с ним в серьезных отношениях. Мы тогда еще учились в старшей школе, и это последние отношения, которые у меня вообще были. Наши отношения закончились, когда он уехал в колледж и какая-то сокурсница-блондинка нечаянно свалилась ему на член. Да пошли они. И хоть, это жалко. Но с тем парнем у меня был последний сексуальный опыт.

Хватит думать!

Возбужденный голос Дигана выталкивает меня из потока мыслей.

- Ты уверена?- он целует чуть ниже моей шеи и зависает в ожидании ответа.

- У тебя есть презерватив? - он кивает и словно по волшебству у него в руке появляется черный квадратик. Удерживая его между двумя пальцами, Диган смотрит на меня сверху вниз. Его грудь упругая, а живот подтянут и накачан. Он - мой тип на все сто процентов. Я киваю и притягиваю его к себе, соединяя вместе наши губы.

Мое сердце бьется все чаще, по мере того как нарастает жар поцелуев. Диган запускает пальцы в мои волосы, поглаживая их и убирая пряди с моего лица, одновременно его бедра прижимаются к моим, покачиваясь в медленном темпе. На мне остались только трусики, а на Дигане пара плотных черных плавок-брифов. Даже не знаю, так ли они правильно называются. Единственный барьер между нами - тонкий слой ткани. Диган явно готов, и каждый его толчок бедрами отзывается во мне жаждой большего.

Как раз, когда я, снова задыхаясь, хочу умолять его сделать со мною все те озорные штучки, мои веки приоткрываются. Бросая взгляд на берег позади нас, я практически ничего не вижу из-за темноты, но благодаря лунному свету могу разобрать смутные очертания. Весь берег усыпан камнями разного размера. Медленно моргая, я сосредотачиваю взгляд на очертании, изгибы которого слишком мягкие, чтобы принадлежать камню. Темный силуэт стоит, прислонившись к засохшему дереву, и наблюдает.

Резко втягивая воздух, я крепко хватаю Дигана за запястье, останавливая его.

- Там кто-то есть.

- Нет, быть такого не может.

Презерватив уже открыт и обертка исчезла. Он бросил ее в воду? Я - не хиппи, но все же не бросаю мусор на землю или в воду. Он высвобождает свой член, одновременно подцепляя пальцем мои трусики.

Я же начинаю извиваться, мешая ему их снять.

- Диган, мы не можем это сделать, кто-то наблюдает за нами, - говорю я почти что тараторя.

Диган бросает на меня взгляд и улыбается, словно я малое дитя.

- Если ты хочешь остановиться, то просто скажи это.

- Я не хочу. То есть, я тоже хочу тебя, но не буду этим заниматься, пока кто-то за нами наблюдает.

Мы пристально смотрим друг другу в глаза, и я молча умоляю его развернуться и осмотреться.

Диган громко вздыхает, словно он крайне раздражен, и оборачивается. По тому как он осматривает берег, ясно - он считает, что я все выдумала; но выражение его лица резко меняется, когда он замечает вуайериста.

Силуэт человека начинает двигаться, приближаясь к нам.

- Это было нереально быстро. Извини, Скай. - говорит пришедший человек.

Лицо Дигана перекашивается от злости, и он схватывается так, словно собирается пристрелить парня, но мне удается удержать его.

Ярость закипает во мне, пока я, прикрыв грудь руками, пытаюсь отыскать свою одежду.

- Ник! Что, черт возьми, с тобой не так? Зачем ты наблюдал за нами, ты - извращенец? - я визжу и трясусь.

Диган голышом сидит на камне и смотрит на Ника.

- Ты придурок, мужик.

- Точно такой же как и ты. - Ник подходит к краю валуна с присущим ему выражением уверенной надменности и переадресовывает мне свои комментарии. - Ты нужна Софи. Она сказала, что устала и хотела бы сделать снимки для будуара сейчас, это было около часа тому назад. Я сказал, что не буду снимать без тебя, так что я всего на всего ждал тебя.

Я стараюсь натянуть свой лифчик, но из-за того, что сильно дрожу, он падает. Черная вода пропитывает розовые кружева и тянет его на дно. Я смотрю на него секунду и перевожу взгляд на Ника.

- Ты! - у меня нет слов. Я рычу, как сумасшедшая и натягиваю платье. Он видел меня голой дважды! Дважды!

Когда я поднимаюсь во весь рост, Диган нежно касается моей руки. От этой ласки вдоль позвоночника пробегает дрожь. Я практически таю, прямо здесь и сейчас. Это прикосновение было столь идеальным.

- Я буду рад тебе в любое время.

Я киваю и беззвучно шепчу ему «прости».

Глава 18

Поднявшись на берег, я толкаю Ника, что есть мочи.

- Почему ты наблюдал за нами? Что, черт возьми, с тобой такое?

Ник смеется.

- Любой был бы рад понаблюдать за ЭТИМ.

Мне не нравится то, как он произнес последнее слово.

- Прости что? - мы отошли достаточно далеко от Дигана, но и не слишком приблизились к отелю, думаю, никто не услышит нас. Так что я ору на него, что есть мочи. - Нет, никто бы не стал наблюдать за нами. Любой нормальный человек просто прошел бы мимо.

На его щеках появляются ямочки, от расплывающейся широкой улыбки. Ублюдок.

- Ты такая хорошенькая, когда сходишь с ума, но ты ошибаешься, детка, и сейчас я скажу тебе почему. Любой человек, услышав производимый вами шум, остановился бы и посмотрел, потому что ты издавала столь громкие звуки, что их просто невозможно было игнорировать.

- Это неправда!

В ответ он пожимает плечами, будто это вовсе неважно.

- Конечно, правда, увидев женщину в порыве страсти, ведущую себя так расковано, ну, блин, Скай, да кто угодно смотрел бы на это и смотрел... - его взгляд проходится по мне прежде, чем он добавляет, - и желал бы видеть тебя своей.

Поток гнева бьет во мне ключом. Я замахиваюсь и наношу удар, но мой кулак так и не достигает цели. Ник ловит его на лету и потом пристально смотрит мне в лицо. Своим страстным голосом он говорит:

- Почему ты пытаешься ударить меня? Я говорю тебе правду. Я просто нашел тебя и был довольно потрясен. Ты хотела бы, чтобы я ушел и отснял фото Софи без тебя?

Он все еще удерживает мой кулак.

- Нет.

Я пытаюсь выдернуть кулак, но его захват лишь усиливается. Ник наклоняется ближе, и его темные красивые ресницы опускаются, пока он смотрит на мои губы.

- Интересно, - он не заканчивает свою мысль, и это сводит меня с ума.

Я продолжаю пытаться освободиться, но ему по-прежнему удается удерживать мою руку, при этом не причиняя боли.

- Меня не волнует, что там тебе интересно. Отпусти меня, и если ты расскажешь кому-нибудь, что видел меня с Диганом...

Ник отпускает меня, делая шаг назад, и испуская смешок, уходит.

- Я же говорил это!- он поднимает свой кулак над головой и радостно кричит, словно что-то выиграл.

Я все еще остаюсь позади него, находясь в полном недоумении.

- Говорил что?

- Я знал, что ты - распутная подружка невесты. Эй, и когда мы будем ЭТИМ заниматься, помни, что я предпочитаю менее скользкие места.

Ник ускоряет шаг, набирая такой темп, что мне сложно идти наравне с ним, даже если я побегу. Так что где-то между отелем и дорогой, я теряю его из виду.

Глава 19

Когда в моем поле зрения возникает большое белое здание отеля, я поражаюсь, как красиво оно светится золотыми огнями на фоне ночного неба. Останавливаясь на мгновение, я запечатлеваю этот вид в своей памяти. Это место вызывало у меня такие светлые эмоции, а сейчас оно стало омрачено новыми ужасными воспоминаниями.

Когда я достигаю здания отеля, то нигде не вижу Ника. Приглаживая волосы, я направляюсь к лифту; неопрятный внешний вид и собственное полупрозрачное платье в данный момент меня довольно сильно смущают. Следом за мной к лифту подходит мистер Стивенс и жмет на кнопку вызова.

- Здорово снова видеть тебя, Скайлар. - мямля мое имя, он наконец-то, внимательно окидывает меня взглядом. Вид у меня еще тот: волосы в полнейшем беспорядке, щеки раскраснелись, а соски торчат в боевой готовности, явно проступая из-под тонкой ткани платья.

Глядя перед собой, я делаю вид, что все в порядке вещей.

- Спасибо. Тоже рада вас видеть.

Двери лифта открываются и несколько ребят, тоже приглашенных на свадьбу, выходят. Их взгляды устремляются прямо на мои соски. Они улыбаются, словно знают, чем я занималась, и не прочь бы заняться этим же со мной снова. Один из них втайне от других подмигивает мне, и делая вид, что придерживает для меня двери лифта, незаметно наклоняется и шепчет:

- 207 номер.

Я не отвечаю. Мистеру Стивенсу явно неудобно находиться со мной в одном тесном пространстве лифта.  Но чтобы не показывать этого, он словно отвечает на этот несуществующий вызов и становится рядом со мной, нажимая кнопку своего этажа. Глядя строго перед собой, старик спрашивает:

- Какой этаж?

Я отвечаю, и он жмет на кнопку.

Дверь закрывается и воцаряется полное молчание. Здесь даже не играет музыка, которая могла бы скрыть мой позор или разрядить обстановку. Потому мы оба уставились на двери, отказываясь признавать неловкость всей ситуации.

Наконец, мистер Стивенс говорит:

- Прекрасная погода выдалась.

Я слишком энергично киваю и практически бросаюсь через двери, как только они открываются.

- Да, хорошего вам вечера, - говорю я уже через плечо. А затем допускаю непоправимую ошибку. Так как он начинает что-то говорить в ответ, я останавливаюсь и разворачиваюсь.

Пожилой мужчина бубнит какие-то слова, при этом его взгляд обращен куда угодно, лишь бы не на меня. Его руки крепко сжимаются в замок.

- Ну, тебе тоже. То есть, я имею в виду повеселиться, гм, - его взгляд, наконец-то, застывает на мне, и мужчина становится похож на оленя в свете фар, - ну, хорошей тебе ночи. Веди себя хорошо.

Двери закрываются, спасая нас от дальнейших мучений.

Я больше никогда не смогу снова заговорить с отчимом Стивена, повторяю, никогда. Эта неделя явно будет отстойной. Это будет подобно безмолвному диалогу, где он говорит: "А помнишь тот случай, когда я увидел твою грудь, но типа не смотрел?" А я отвечаю: "Ага, мистер Стивенс, было здорово."

Черт, кто-нибудь пристрелите меня. Пожалуйста. Все не может стать еще хуже, просто не может.

Когда я, запыхавшись, прибегаю в комнату, Ник собирает свое оборудование. Он поднимает взгляд, выпрямляется и наклоняет в сторону голову, при этом прицокивая языком.

- Ну, Скай, ты не можешь сразить всю свиту жениха. По крайней мере не за одну же ночь. Оставь пару человек на завтра. Черт, женщина.

От его слов у меня сносит крышу. Не в буквальном смысле, по правде, я могу стерпеть множество поддразниваний и при этом держать себя в руках. Обычно я не показываю свою реакцию на то, что меня задевает, но что-то в Нике сводит с ума. С ним я делаю дурацкие вещи, вот и сейчас, ведомая как раз такими чувствами, я поднимаю руку и указываю на него, при этом из меня выходит звук, подобный рычанию медведя.

Я бросаюсь к нему, стремясь вцепиться руками в его шею. Подобно мишке Гамми, я совершаю прыжок через кровать и сбиваю парня на пол. По-видимому, Ник не ожидал такого от меня, думал, что я остановлюсь, но нет. Я врезаюсь прямо в него, и он валится, крайне шокированный происходящим. Оседлав его я тыкаю указательным пальцем ему в кончик носа и сильно нажимаю.

Вот тогда то я и шиплю:

- Если ты сделаешь еще хоть что-то, хоть, одну вещь, клянусь богом, я вырву твои легкие через нос!

В течение секунды он молчит. Выражение его лица не меняется, он просто смотрит на меня своими холодными голубыми глазами. Мой гнев угасает, и Ник словно чувствует это. Он берет меня за запястье и убирает от своего лица. Все это время наши взгляды соединены, и я чувствую, как мое сердце замедляет свой бег. Оно стучит неестественно громко, оглушая меня. Не знаю сколько времени мы находимся в таком положении, пока я начинаю чувствовать, что меня тянет к Нику. Словно есть какая-то невидимая нить, манящая меня к его груди и губам.

Желание ощущать его руки на себе переполняет меня. Мы глядим друг на друга довольно долго, прежде чем я разрываю визуальный контакт и перевожу взгляд на его руку, все еще удерживающую мое запястье. Прикосновения Дигана были приятными, но ощущения от руки Ника - несравнимы. Захват Ника твердый, что говорит о скрытой в нем силе, но в его касании, есть некая нежность и забота, несвойственные Дигану. Это прикосновение не похоже ни на одно, которое мне доводилось ощутить. Ник наблюдает за тем, как я перевожу взгляд на его руку. И секундой позже отпускает меня. Я замираю. Всего минутой ранее я собиралась его ударить, действительно собиралась, но сейчас не могу это сделать.

Оскорбления крутятся в голове, но не они срываются с языка.

- Ты правда собирался за нами наблюдать?

Ник все еще неподвижен, словно газель в присутствии льва. Является ли он таким парнем? Он бы действительно стал наблюдать за столь интимным моментом? Это не должно иметь для меня никакого значения, но по какой-то причине, имеет. Мне хочется, чтобы он ответил "нет". Хочется, чтобы он оказался тем человеком, которого мне удалось разглядеть под всем этим лоском и очарованием. Тот парень, не стал бы наблюдать.

- За тобой сложно не наблюдать, - он отводит взгляд, от чего мое сердце снова набирает темп. - Признаю, я поступил неправильно. У меня не было намерений вторгаться в твою частную жизнь таким образом. Прости. Это не повторится, - Ник берет меня за руки и сдвигает с себя так, чтобы я села на пол, освободив его ноги.

Моя челюсть отвисает. Я ему нравлюсь? Я не могу себя сдержать, выпаливая:

- Я не понимаю.

Ник бросает на меня косой взгляд и тянется за своей камерой. Одевая ремень на шею, он отвечает:

- Не понимаешь чего?

- Почему? Почему ты выживаешь меня из бизнеса?

Я встаю и подхожу к нему, но он даже не смотрит в мою сторону. Он возится с крышкой объектива, но та падает на пол. Кусок пластика катится под кровать, и мы одновременно пытаемся схватить его. Наши пальцы соприкасаются, от чего по моему телу пробегает неведанная доселе волна тепла. Его прикосновение - как электричество, чистая энергия, вызывающая зависимость.

Я поднимаю крышку и протягиваю ее ему. Ник смотрит на нее и по его лицу расплывается фирменная улыбка Ферро. Игра окончена. Мне не удастся услышать сегодня больше ни грамма правды из этих уст. Потому, когда он собирается что-то сказать, я прижимаю палец к его губам и говорю:

- Не надо. На самом деле, ты лучше, чем делаешь вид. И, кстати, можешь не рассказывать никому о том, как я прыгнула на тебя, будто бешеный кролик, я все равно буду это отрицать.

Я снова надеваю маску, и улыбка скрывает все мои чувства. Хватая свою сумку с принадлежностями, я направляюсь к двери, но останавливаюсь от ощущения прикосновения его пальцев к моему запястью. Один за другим они оборачиваются вокруг моей руки. Я оглядываюсь, тогда как его улыбка дрожит и исчезает.

- Постой.

Что-то изменилось, стало не так, как прежде. Сумка соскальзывает с моего плеча, а пальцы Ника касаются моего подбородка. Он слегка поглаживает его и поднимает мое лицо, опуская взгляд на мои губы. Я едва ли могу дышать. Мое сердце бешено колотится, а по телу пробегает дрожь. Тело пробуждается, даже в неведомых для меня местах и откликается на его легкое прикосновение. Притяжение между нами столь сильное, что перед ним невозможно устоять. Оно воздействует на нас обоих, с каждой секундой сближая наши губы дюйм за дюймом. Образы голой, скользящей кожи наполняют мой разум. От возникающих образов наших переплетенных тел, мое дыхание перехватывает. С каждой секундой расстояние между нашими телами сокращается.

И когда его красивые полные губы, наконец, накрывают мои, раздается телефонная трель. Волшебство рушится, и мы отскакиваем друг от друга, словно ужаленные.

Ник проводит рукой по шее, не в силах даже взглянуть на меня.

- Увидимся внизу.

Открывая дверь, он уходит.

- Угу, - отвечаю я, не глядя на него и не прося пояснить, где именно "внизу". Вышагивая по комнате, я пытаюсь отдышаться и успокоить свое скачущее сердце. Оно готово делать сальто, стоит Нику только щелкнуть пальцами. И бог мой, я хочу, чтобы он щелкнул. Я почти что хочу проиграть пари, просто чтобы иметь возможность быть вместе с ним.

Смотря на стену, силюсь спуститься с небес на землю. Придя немного в себя, я достаю из чемодана и одеваю чистую одежду. Придав себе снова приличный внешний вид, наклоняюсь и подхватываю свою сумку с аппаратурой, тянусь к дверной ручке и поворачиваю, и... о, черт - она отваливается от двери прямо мне в руку.

Глава 20

Роняя сумку, я ору, что есть мочи.

- Вернись сюда, сукин сын!

Но ответа нет. Ник давным-давно уже ушел. Поворачиваясь и прижимаясь спиной к двери, я соскальзываю на пол. Зарывая руки в волосы, я тяну, не в силах понять, как могла позволить ему так с собой поступить. Было крайней тупостью попасться на такое, а ведь я даже не подозревала, что он задумал. Ну, кто так шутит? Это же шутка-бумеранг. Вот, ублюдок.

Поднимаясь, я осматриваю комнату, впервые отмечая, что кое-чего не хватает - телефона. Латунный телефон, имитирующий антиквариат и ранее стоящий на столе, пропал. А значит, я не могу позвонить на ресепшн с просьбой о помощи. Догадка заставляет меня броситься к сумке. Ранее я оставила в ней свой мобильный. Расстегивая ремни, я истерически копаюсь в содержимом. Телефона нет.

- Клянусь, я убью его. Так и сделаю. Интересно, как он заставил Софи согласиться на съемки?

Шаря взглядом по комнате, я не представляю, что делать. Даже если бы мне удалось выбить дверь, это было бы чревато тем, что отель попросил бы меня возместить стоимость ее ремонта. Да и не то, чтобы здесь был топор или что-то подходящее.

Я опускаюсь на кровать и громко выдыхаю. Неужели мне придется остаться здесь и позволить ему обойти меня еще на шаг, осуществив эту съемку? А что если он врет? То есть, что если Софи сказала, что съемка будет позже, не сейчас? Изначально, она хотела дождаться, пока ее отвратительные кузины лягут спать. Но если допустить, что она не собирается делать секси фотосессию прямо сейчас, то какой смысл Нику запирать меня в номере? Вопросы переполняют мою голову, но ответы на них не появляются. Ничто не всплывает на поверхность, нет спасательного круга, светлой мысли, и это раздражает.

Мне нужно найти решение. Вставая с кровати, я шагаю к единственному пути на свободу - окну. Наш номер на третьем этаже. Падение с такой высоты не убьет человека, верно? Я открываю окно и опираюсь на раму. Нет никаких оконных экранов или решеток. Они бы попросту уродовали фасад гостиницы. Впрочем, что такого, если белая девушка немного за двадцать вылезет из окна. Свесив ноги с подоконника, я смогла бы опуститься на нижний этаж. Крыша крыльца расположена прямо под моим окном. Стоя на ней, я бы постучала в окно номера, расположенного под моим и попросила впустить меня.

Это, конечно, абсурд, но больше у меня нет идей. Схватив камеру, я выбираю всего один объектив. Прикрепив его к фотоаппарату, одеваю ремень на шею и закидываю его за спину. Устройство настолько тяжелое, что ремень буквально душит меня. Садясь на оконную раму, я перебрасываю одну ногу наружу. Мой желудок подскакивает и упирается в диафрагму, лишь от одного взгляда вниз. Земля довольно далеко, а в саду находится множество колючих штук, таких как железная ограда и кусты роз. Так что, если я упаду, то буду проколота острием ограды и осыпана лепестками роз.

Мое сердце врезается в ребра, когда я перебрасываю вторую ногу и поворачиваюсь. Медленно, я опускаюсь вниз, пока не висну, держась лишь за оконную раму, камера болтается у меня за спиной. Ноги парят в воздухе, в поиске опоры, но ее нет. Навес ниже, чем мне показалось. Черт возьми. Что мне делать? Я решаю попытаться подтянуться и вернуться назад в номер. Когда я подтягиваюсь, из моей груди исходят кряхтение и стоны, но как бы я не старалась, ничего не выходит, я просто вишу здесь.

- Папа, смотри! - откуда-то снизу раздается голос маленькой девочки. - Там леди выпала из окна!

Черт! Я не могу оглянуться через плечо, но кожей ощущаю ее взгляд.

Мужской голос отвечает раздраженно, но спустя всего секунду становится паникующим.

- Даниэль, прекрати до... О, господи! Беги внутрь и скажи, что нужно вызвать отдел пожарной охраны. Давай же, быстрее.

Глава 21

Я не знаю, что делать. Если я решусь и разожму руки... о боже. Так что я переступаю через собственное чувство достоинства и говорю:

- Помогите!

Парень внизу звучит довольно озабочено.

- Не волнуйтесь. Держитесь, кто-то сейчас придет и поможет вам. С какого вы номера? Я попробую пойти и втянуть вас назад.

- Дверь сломана, - говоря ему это, я чувствую, как мои пальцы начинают соскальзывать с оконной рамы.

Парень кричит, и внезапно все, черт бы их побрал, выскакивают на улицу, образуя толпу под окнами здания. Моя мама одна из собравшихся.

- Спускайся, сейчас же! Ты делаешь из себя посмешище! - старая добрая мама, вечно думающая о моем благополучии.

- Я бы с удовольствием спустилась, если бы только могла, мам! - кричу я, пока руки соскальзывают. Мои ладони потеют, еще сильнее увеличивая скольжение. Хватка слабеет. Люди в толпе ахают и уже слышны приближающиеся сирены. Кто-то стучит в мою дверь, но она не открывается. Должно быть они видят сломанную дверную ручку, потому что стук прекращается. - Далеко ли от моих ног выступ крыльца?

- Не глупи, Скайлар. Ты упадешь и свернешь шею. Давай дождемся пока профессионалы снимут тебя. Я уже вижу их машину, - быстро тараторит мама.

Я же ничего не вижу. У гостиничного персонала есть лестница, но она слишком короткая  и достигает лишь второго этажа. Залезший на нее парень в нескольких футах от меня.

- Нам следовало остаться в бухте.

- Диган?

- Скай, не прыгай. Слишком высоко. Автомобиль с лестницей уже почти что здесь. Держись.

- Я не могу!

Мои ладони уже не касаются оконной рамы, я держусь исключительно за счет пальцев.

- Я не могу дотянуться до тебя отсюда, Скай. Не смей разжимать руки. Они уже близко. Держись.

Я чувствую себя так глупо. Толпа внизу все увеличивается, и все они наблюдают за мной. Мои руки продолжают соскальзывать с внешнего подоконника. И я не могу это остановить.

Пожарная машина уже внизу, и я пытаюсь удержаться опираясь носками туфлей о штукатурку стены.

- Я падаю!

Одна рука окончательно соскальзывает и зависает в воздухе. Я ору и вторая рука следует за первой. Моя задница сильно ударяется о выступ и под действием гравитации мое тело стремительно летит вниз, прямо к Дигану. Я ору и не могу остановиться.

- Скай!

Диган смотрит вниз, но не успевает ничего предпринять, так как я налетаю на него. Лестница, на верхушке которой мы сейчас оказались, была попросту прислонена к белому камню стены. От моего резкого падения она медленно теряет точку опоры и летит по направлению к земле.

Кто-то пронзительно кричит:

- Прыгайте! Давайте!

Диган отпускает перекладину и исчезает, из-за этого я еще сильнее ору.

Когда вершина лестницы достигает земли, она сталкивается с большой синей простыней, а затем с землей. Удар выбивает из меня весь воздух, и я задыхаюсь. Паника наполняет меня, когда я закрываю глаза и ощупываю свою руку и плечо. Хочется закричать, но я не могу. Через мгновение дыхание восстанавливается, и воздух наполняет мои легкие. И затем я кричу, громко, четко и слишком поздно.

Когда я достаточно успокаиваюсь, чтобы осознать происходящее, то слышу как кто-то говорит:

- Кажись, она немного нестабильна. Я имею в виду, сначала она расхаживала в душевой занавеске по вестибюлю гостиницы, а сейчас это, - беспокойство звучит в голосе сказавшей это женщины, и оно подобно гонгу ударяет меня в голову.

Я все еще лежу на спине, пока пожарный спрашивает мое имя, одновременно проверяя не сломала ли я себе что-то. Моя камера валяется в стороне, треснувшая и сломанная. Она сорвалась с моей шеи в момент, когда я свалилась на Дигана. В этом месяце я не оплатила ее страховку, так что компенсации мне не видать. Какое-то время я лежу и смотрю на звезды, задаваясь вопросом, почему у меня ничего не получается. Я имею в виду, что проделала такую же шутку с Ником, но он вышел из положения без вызова Отдела пожарной охраны острова Shelter.

Диган никогда со мной не заговорит. Униженная, я сажусь и съеживаюсь. Люди в толпе понижают голоса до шепота, но не расходятся, продолжая глазеть на меня. Ну, все, за исключением моей матери - она уже ушла. Вероятно, она понадеялась, что я умру от удара или неожиданно воспламенюсь. Когда я училась в четвертом классе, она подарила мне книгу о природе случайных самовозгораний человеческого тела. Из нее следует, что подобные возгорания происходят в произвольном порядке, и все, что остается от человека после - пара коптящихся ног. Я воспринимаю это как намек.

Пожарный что-то говорит мне. Его лицо изможденное, словно за сегодняшний день он проделал подобную работу бесчисленное множество раз. В ответ я пожимаю его руку и говорю, что со мной все в порядке. Он пытается получить от меня более подробную информацию, но я слишком смущена, чтобы оставаться здесь, потому просто встаю и ухожу.

Глава 22

К тому времени, как я возвращаюсь в номер, дверная ручка исправна. Снова. Ходячее рыжее зло с ресепшн стоит здесь вместе со слесарем.

Она насмехается надо мной:

- Довольно необычно: одна и та же поломка одной и той же ручки в течение одного дня, вам не кажется?

- Ага, ну, что я могу вам сказать? Мне не везет. Простите, но я хотела бы лечь поспать. Я только что выпала из окна и не очень настроена на беседу.

Я пытаюсь протолкнуться мимо нее, но Отродье блокирует проход. С легкостью могу представить ее с огромными рогами, торчащими из головы, и то, как она шлепает руками по бедрам, искажая лицо в злобной гримасе.

- Здесь повсюду камеры. Если мы узнаем, что это вы испортили гостиничное имущество...

- Дверную ручку.

- Да, тогда мы оштрафуем вас и взыщем плату за все причиненные убытки и расходы. Это ясно? - она говорит последние слова так, словно я повредила себе голову и ничего не соображаю, но это не так.

Потому я отвечаю ей, глядя прямо в лицо:

- Если бы у вас было видео, вы бы уже его просмотрели, а не просто кидали мне угрозы без каких-либо доказательств. В данной ситуации вас должно больше заботить то, что я могу подать иск на отель за ваши дерьмовые двери и дрянные окна. Так что не искушайте меня.

Я проталкиваюсь мимо нее и захлопываю дверь прямо перед ее ошеломленным лицом. Ее рот открыт в форме буквы "О", как обычно бывает при сильном шоке. Так как повреждение было нанесено задолго до момента поломки, уверена, что они меня не видели. Предполагаю, что Ника тоже. Крысиный ублюдок.

Только подумайте. Он "эволюционировал" от простого ублюдка к крысиному. Бросая сломанную камеру на пол, я плюхаюсь на кровать, прикрывая глаза рукой. Мои волосы рассыпаются по подушке и простыням. Сейчас меня не беспокоят грязь или кусочки веток, застрявшие в одежде и волосах. Я качаюсь на простынях Ника, пока те не приобретают ужасный оттенок коричневого, а затем скатываюсь вниз на свой настил посреди пола.

Мысли роются в голове, наполняя меня смертельным страхом перед потерей всего. Парень использует меня, а я ощущаю к нему влечение. Отличная комбинация. Превосходно. Диган не наведывается ко мне узнать, все ли со мной в порядке. Никто не наведывается. Я сумасшедшая, выпавшая из окна, девушка в душевой занавеске. Они избегают меня как чумы. Очевидно, что я не вписываюсь сюда, но главная проблема в том, что я лишняя, куда бы не пришла.

Около двух часов ночи Ник прокрадывается в наш темный номер. Я слышу женский хихикающий голос. Она мурлычет ему:

- Давай, Ник. Всего лишь одна ночь без каких-либо обязательств.

- Прости, малышка, но я не могу. У меня тут соседка по комнате, - в его голосе слышно раскаянье. Чудно. Надеюсь, оно его задушит, и он умрет.

- Так выпроводи ее. Обещаю, что сделаю все, чтобы компенсировать эти неудобства.

Они замолкают, и мне слышны лишь хихиканья и неровное дыхание. Ненавижу ее. Ненавижу его. Ненавижу буквально всех. Хватая подушку, я кладу ее поверх головы. Я не обязана слушать все это. Но это не помогает.

Ник стонет, и я презираю тот факт, что мне безумно нравиться этот звук. В глубине моего живота что-то поворачивается, и меня захлестывает желание быть причиной его наслаждения. Сильнее прижимая к голове подушку, я пытаюсь прогнать эти мысли. Я его не простила и не собираюсь когда-либо прощать. Он прервал нас с Диганом, по его вине сломана моя камера, а я чуть не разбилась, падая из окна.

Еще какое-то время раздаются звуки поцелуев, после чего Ник пятится в комнату и закрывает за собой дверь. Несмотря на ковер, слышно как по холлу стучат каблуки его шлюшки, когда она, наконец, уходит. Не глядя на кровать, Ник садится и хватает себя за волосы.

В таком сгорбленном положении он остается довольно долго. Что-то не так. Я наблюдаю, как с каждым вдохом подымается его спина, но он так и не поднимает взор. Не меняя позы, он потирает виски. Когда он говорит, я едва слышу его слова.

Они не предназначаются мне, скорее Ник обращается сам к себе:

- Я не могу так поступить.

Глава 23

На следующее утро, я просыпаюсь раньше Ника. Еще даже не рассвело. Выскальзывая из номера, я направляюсь к комнате Софи, неся в руках охапку чистой одежды. Я легонько стучу. Когда она открывает дверь, ее глаза все еще заспанные. Выражение раздражения моментально исчезает с ее лица, и она пытается не засмеяться.

- Осень - мое любимое время года. (Софи имеет в виду осень, наступившую в Неверленде после отъезда Вэнди. – прим. переводчика)

- Я думала, что могу летать, что мне тебе еще сказать? Это не сработало.

Чтобы не заплакать, я подшучиваю над событиями прошлой ночи. Мы обе знаем об этом.

- Ты и эта книга, - она говорит о Питере Пэне. Софи, наверное, единственная, кто понимает мою привязанность к этой истории. Вся книга воспевает свободу, невинность, истинную страсть и надежду. Софи закрывает дверь и следует за мной в комнату. Садясь на свою большую кровать, она говорит, - я думала ты уедешь, запрыгнешь в самолет и улетишь куда-нибудь сразу после окончания высшей школы. Думала, ты не останешься жить в Нью-Йорке.

Я пожимаю плечами, будто это уже не важно. Билет на самолет стоит денег, и если у меня когда-то возникнет такая возможность, я обязательно направлюсь прямиком в Лондон, взглянуть на статую Питера Пэна в Кенсингтонских Садах. Но этот день может никогда и не наступить. Так что, отвечая ей, я слышу нотки сарказма в собственном тоне:

- Ага, ну, ты же знаешь, что я хочу всю жизнь провести в Вавилоне и стать похожей на свою мать. А это проще сделать, когда она рядом.

Софи фыркает и похлопывает по матрасу рядом с собой.

- А ты проигнорировала нашу встречу прошлой ночью.

Как же хочется рассказать ей о том, что это случилось по вине Ника, но я прикусываю язык и умалчиваю об этом. Сама не знаю почему.

- Прости, я уснула. Это просто вылетело у меня из головы.

Она смеется.

- Ты имеешь в виду выпало в окно.

- Ага, точно, - ложась на спину, я смотрю на свою лучшую подругу. На секунду мы замолкаем, после чего я спрашиваю. - Ты любишь его? Ты бы выпрыгнула из окна ради него?

Она ласково улыбается.

- Не раздумывая.

- Так сказать, взять быка за рога? Без труда не вытащишь рыбку из пруда? Лень ленивца и убила?

Мы смеемся, и она толкает мою руку.

- Очень милые идиомы.

- Ты имела в виду пословицы, и да, про ленивца - моя любимая. Она уже как моя собственная торговая марка, так что можешь попробовать использовать ее в своей свадебной клятве.

Мы смеемся еще сильнее, и Софи падает на спину рядом со мной.

Потолок восхищает, витиеватая роспись змеится золотыми линиями, сходясь спиралями в виде цветов в центре композиции. Кто-то же стоял и рисовал это все. При всей важности художников, ними зачастую полностью пренебрегают. Номер Софи - это люкс для новобрачных. Все здесь вычурно и красиво.

- Я буду скучать по тебе, - Софи толкает мою руку, и я усмехаюсь ей в ответ. - Ну, я уже упустила возможность увидеть тебя голой. Кстати, как прошла съемка? Ферро был еще тем пронырой?

Милое личико Софи кривится.

- О чем ты говоришь?

- Ник, он сказал, что снимал тебя для будуара прошлой ночью. Он пришел за мной, а затем, ну, я выпала из окна, - мои брови приподнимаются в выражении удивления. - Он не фотографировал тебя?

Софи отрицательно качает головой.

- Нет, мы вообще никогда не обговаривали это. Что между вами происходит, Скай? Иногда у тебя такой взгляд, словно ты собираешься откусить парню голову, а бывает, ну...

- По-другому и не бывает, я всегда хочу откусить ему голову.

- Скай, ты моя лучшая подруга. Ты можешь рассказать мне все.

Мне не хотелось бы. Не хотелось бы признаваться в этом даже самой себе. Ник обыграл меня прошлой ночью. Уже во второй раз он обольстил и вывел меня из строя касаниями своих горячих рук и сладких губ. И даже при том, что я знаю, что он ничего не чувствует, мое глупое сердце, каждый раз упускает это из виду.

- Он привлекательный, это - все. Кроме того, ты так и не ответила на мой вопрос.

- А ты никогда не отвечала на мои, - Софи садится и смотрит на меня, при этом складывая руки на коленях, ожидая пока я повторю ее действия. Я поднимаюсь и тоже гляжу ей прямо в глаза. Когда мы были младше, то часто так делали. Это своеобразная позиция правды. Ты просто не способен солгать сидя так, поджав ноги под себя и глядя друг другу в глаза. - Он тебе нравится?

- Да, - нехотя выплевываю я. - А ты любишь Стивена?

Она медленно улыбается.

- Да. По сравнению с тобой, Скай, он очень спокойный. Это - все. Он не похож ни на кого, попадавшегося на моем пути до него. Разве не именно таким должен быть муж?

Я киваю.

- Ты права, - беру ее руку, я добавляю. - И я рада за тебя.

- Так что на счет Ника?

- Здесь не о чем говорить. Он использовал меня.

Софи роняет мою руку и выпаливает:

- О господи! У тебя с ним был секс!

- Нет! Он просто поцеловал меня, - мой голос дрожит, и я не могу больше смотреть ей в глаза.

- О, нет, Скай... – то, как она произносит мое имя, заставляет меня снова вернуть к ней взор. - Ты любишь его.

- Это не так! Он просто зацепил меня. И довольно больно от того, что это не взаимно. Это - все.

Ее взгляд скользит вдоль моей шеи.

- Где твой поцелуй?

Она имеет в виду наперсток, обычно болтавшийся на цепочке у меня на шее. Я не надела его обратно после того, как Ник вернул его. Мне показалось, что сейчас пришло время перестать мечтать, что правильный парень, придя ко мне, окажется свободным и одиноким. Возможно, кому-то так и везет, но только не мне.

- Я сняла его.

Ничего не объясняя, я начинаю вставать, но Софи дергает меня за руку, усаживая обратно.

- Мы еще не закончили. Ты носила его с двенадцати лет. Каждый день. Так почему же сейчас ты вдруг решила его снять? - она смотрит на меня, ожидая ответа, но я не в силах рассказать ей об этом. - Скай, скажи. Я не стану тебя судить.

- Я дала ему его. А он вернул его назад. И назвал меня птичкой Вэнди.

Челюсть Софи падает. Она понимает. Вставая, я хожу по комнате кругами, пытаясь понять причину, по которой вчера ночью он закрыл меня в номере. Мои глаза пощипывает, и наворачиваются слезы.

Через минуту, я выпаливаю:

- Я думала, что он понимает меня, так как, по крайней мере, читал эту книгу. Он знал, что наперсток - это поцелуй, и он вернул мне его. И когда он поцеловал меня на самом деле, я едва могла дышать. Мое сердце подстраивалось под ритм его сердца. Я чувствовала это. Все было так идеально, но оказалось, что он - игрок, а я - нет. Мои чувства безответны, Соф. Не копайся в этом, прошу тебя. Ты просто сделаешь все еще сложнее для меня.

- Что ты имеешь в виду?

Меня передергивает.

- Пари с твоей двоюродной сестрой...

- Угу, и что с ним не так?

- Мы с Ником заключили еще одно, - говоря это, я безучастно разглядываю золотые узоры на дверцах шкафа. - Я поставила на кон кое-что, чего не следовало.

Даже от одной мысли об этом, мое сердце ускоряет свой бег.

- Что ты поставила?

Оборачиваясь, я смотрю ей в глаза и еще больше съеживаюсь.

- Себя.

Глаза Софи расширяются до размеров блюдец, а дыхание перехватывает.

- Зачем тебе это? Как ты могла так поступить? Я имею в виду, ты что, свихнулась? Он тебе нравится, и ты поставила себя на кон, потому что таким образом сможешь с ним переспать? Что, черт возьми, с тобой такое?

Я никогда не видела ее настолько безумной.

- Не знаю, Софи. Мне известно лишь то, что когда Ник рядом, я чувствую себя живой. Чувствую, как меня к нему тянет. Словно он - магнит, а я - кусок металлолома. Не могу остаться в стороне. Его голос дарит мне тепло и ощущение счастья, по крайней мере, тогда, когда он не притворяется полным мудаком.

- Итак, мы говорим о парне, выставившем себя полным придурком, спев глупую песню, лишь для того, чтоб ты могла сделать хороший снимок; и о том, что ты любишь этого парня?

Я киваю.

- Ага, но этот парень похоронен под тоннами гордости и власти Ферро. Он - призрак. Этот парень - нереален.

- Это метафора из Питера Пэна? - Софи моргает и пытается разгладить наморщенный лоб.

- Нет, Софи. Это реальная, жизненная проблема. Я влюбилась в человека, которого едва знаю, в личность, которой возможно вообще нет. И как теперь с этим быть?

Большие глаза Софи полны сочувствия. Она качает головой, от чего ее темные волосы рассыпаются по плечам.

- Я не знаю, Скай.

- Он сказал, что намерен раздавить меня. Что не перестанет красть моих клиентов, пока окончательно не вышвырнет меня из бизнеса, - я бросаю на нее взгляд. - Но он же не отснял тебя в нижнем белье?

- Нет. И потому, в данной ситуации, думаю, что нам лучше приступить к съемке, и ради твоего выигрыша, сделать несколько снимков, пока никто еще не проснулся.

Софи улыбается и хватает нижнее белье, подготовленное для первой брачной ночи.

- Серьезно? - я пытаюсь не засмеяться.

- Ага, все, что ты пожелаешь. Ты должна выиграть это пари. Предполагаю, в случае твоего выигрыша, ты тоже получишь нечто значимое.

- Ну, в этом случае, он закроет свой магазин и спрыгнет с выбранного им же моста.

Я усмехаюсь и выглядываю из окна. Как раз светает.

Софи смеется:

- Ага, а ты снимешь этот прыжок для памятного фото.

- Непременно.

Глава 24

Свет идеален, и Софи ведет себя более расковано, чем я могла бы мечтать. Мы делаем стандартные постельные снимки, пытаясь уложиться в отведенное время. И когда она соглашается попытаться не смущаться и сделать все, что ей будет велено, я знаю, что мы получим отличные фото. Хотя, немного и переживаю, что приходится использовать старую камеру и линзы, но что поделать, если твоя лучшая камера превратилась в мусор.

В своем белоснежном свадебном белье Софи выглядит восхитительно. Она одела настоящий корсет со стальными ребрами жесткости, доставленный персонально для нее из Англии. Другими словами, это выглядит схоже со временами Золотого века Голливуда, такой себе сногсшибательный, невероятно красивый образ. Я осветила комнату соответствующим тому времени способом, несмотря на то, что в современности данный вид освещения принято считать резким. Тусклый свет от единственной лампы отлично подчеркивает силуэт Софи в этом кремовом кружевном корсете, тонких чулках и ниспадающим до самого пола халате. Усаживая ее в элегантную позу у кроватного столбика, я хожу вокруг, ища идеальное место для этого кадра. Найдя его, я произношу ее имя, и она отрывает взгляд от кровати, ее темные глаза широко открываются, обращаясь ко мне.

- Ага!

Это уловка фотографа. Когда во время съемки мы произносим чье-то имя, его глаза расширяются, и от бликов прямого света в них появляются красивые искорки. Я подумываю сделать серию черно-белых фото, на которых она будет похожа на кинозвезду из сороковых.

- Ладно, на этом все, если только ты не хочешь еще какие-то особые снимки.

- Вообще-то, хочу. Я хочу, чтобы ты победила. Так что сейчас мы направимся в бухту. Просто дай мне минутку, чтобы переодеться, - Софи пытается потянуть за металлические ушки на передней части корсета, но он сидит слишком туго.

- Придержи его, - я расшнуровываю ее, и она убегает, скрываясь в ванной комнате.

По возвращению на ней красуется тонкая шелковая комбинация. Вырез спереди по глубине почти достигает ее пупка, спина, если не считать двух завязок, полностью оголена. Атлас лифа переходит в юбку с разрезом до самого верха бедра, на котором проглядывается единственная подвязка. Все остальное она сняла, оставшись без чулок и каблуков, от чего создается впечатление, что под комбинацией она полностью голая. Софи неловко улыбается.

- Я знаю, ты хотела снимать при лунном свете, но солнце еще не очень высоко. Как думаешь, это сработает?

- Да!

Я так взволнована, что буквально визжу. И это, похоже, заразительно, потому что в ответ Софи начинает хихикать. Прежде чем покинуть комнату, я хватаю пару полотенец, а она берет свое пальто. Еще очень рано, и вряд ли мы вообще кого-то встретим. Коридоры пусты, но мы перестраховываемся, не желая нарваться на кого-то в лифте. Крадясь по лестничному проходу, мы пытаемся добраться до берега незамеченными.

Вот тогда-то я и слышу его голос, голос Ника. Он на нижней лестничной площадке. Ковролин на ступенях приглушает звуки, так что он, наверняка, не знает, что мы здесь.

- Я знаю и делаю это, - хотя, он и говорит твердо, но я слышу четкий признак того, что кто-то говорит с ним свысока. Воцаряется тишина, а затем. - Ничего не изменится, и это уже сделано, просто убедись, что она ни о чем не узнает, - он вздыхает, и я заглядываю через перила. На нем все та же одежда, что и вчера вечером. Она мятая и выглядит так, словно он в ней и спал. Ник взмахивает одной рукой над головой и рычит в трубку. - Я сказал, что могу сделать это и я сделаю. Это последний ход. Я уже говорил вам, что смогу его сделать, так что вам лучше сдержать свою часть сделки.

В тот момент, когда он заканчивает разговор, я отхожу от перил.

Ник садится на ступеньку и смотрит на стену. Кажется, что это последнее место, где он хочет находиться, и прямо сейчас - это последнее место, где также хотим находиться мы с Софи, но уже слишком поздно. Ник потягивается, вздыхает и смотрит прямо наверх; наши взгляды встречаются.

Он говорил обо мне. Так и было. Однако я не могу отделаться от ощущения, что что-то упускаю. Весь Ник - в бизнесе, и всегда был таким. Потому я решаю вести себя, словно ничего не случилось. Беря Софи за руку, я нехотя тяну ее вниз. Я ожидаю, что сейчас он забросает меня вопросами, но он молчит.

Когда я прохожу мимо него, Ник по-прежнему сидит на ступеньке. В последний момент он тянет меня за руку, останавливая.

- Софи, можешь дать нам минутку?

- Нет, она не может.

Я вырываюсь из его хватки, и вся магия его прикосновения рассеивается. Для меня это самое опустошающее ощущение во всем мире.

Ник неподвижен.

- Прости за прошлую ночь, рад, что ты не поранилась. Я никогда бы не подумал, что ты полезешь в окно.

Я оборачиваюсь и смотрю сперва на него, а затем на Софи.

- Некоторые люди стоят того, чтобы ради них прыгнуть.

Он слабо улыбается.

- Предполагаю, что так, - вставая, Ник отряхивает свои штаны и добавляет. - И я покончил с шалостями. Еще раз, прости.

Нет! Чего он пытается добиться? В одну секунду его действия милые, а в следующую - бесчувственные. Мои зубы начинают скрипеть от того, как крепко, я сжимаю челюсти, но Софи хватает меня за руку и тянет.

- Идем, Скай.

Я киваю и следую за ней, безостановочно разглагольствуя о Нике. К тому времени, как мы достигаем бухты, я произношу его имя, наверное, больше сорока раз.

- Софи, - скулю я ее имя, словно мне снова двенадцать. - Что мне с ним делать?

Она улыбается в свойственной только ей сладострастной манере и говорит:

- Надери ему задницу, а затем выбрось нахрен, - темные волосы Софи свисают по спине и выглядят почти черными на фоне ее бледной кожи. - Ладно, я должна нырнуть в воду или как?

Хихикая, я отвечаю:

- У меня есть пара идей. Как много кожи ты готова показать?

- Сколько потребуется, лишь бы это сработало. Давай. Я уже замерзаю.

- Все лучшее для секси фото, дорогая.

И мы начинаем съемку в тусклом утреннем свете. Я ожидаю, что Ник присоединиться к нам, но он не приходит. Я обещала, что не начну снимать без него. И потому, сейчас мне интересно, аннулирует ли это наше пари. Если он не сделает будуарных фото Софи, тогда она будет знать, что все они мои. Я говорю, об этом Софи, и она хлопает ладонями по бедрам, искривляя лицо в без-тебя-знаю выражении.

- Таким образом, мы мухлюем?

- Нет, просто совсем немного меняем ход дела в твою пользу, совсем на капельку, - глядя на нее, я поднимаю одну бровь. - Ладно, очень. Но ты должна выиграть. Имея такое преимущество,  я выберу один из этих снимков.

- Ты же понимаешь, что тебе придется продемонстрировать победившее фото в лобби, верно?

Брови Софи сходятся на переносице.

- Что? Когда ты такое говорила?

- Я и не говорила. Это сказала твоя засранка-кузина.

Улыбка Софи тает.

- Ну, тогда эти фото могут быть немного вызывающими для этого.

- А я бы сделала это, лишь бы позлить свою мать.

Софи смеется:

- Ты, безусловно, так бы и поступила, но не уверенна, что я могу. Мистер Стивенс, гм, папа, навсегда изменит свое отношение ко мне.

Мое лицо вспыхивает, и я быстро отвожу взгляд, надеясь, что она не успела заметить.

- Так что, ты хочешь сделать эту последнюю часть съемки или нет?

- Я в деле.

Она соскальзывает по скале и опускается в воду. От влаги ее комбинация прилипает к фарфоровой коже и становится полностью прозрачной.

Я подсказываю ей, что делать, и она следует указаниям. Софи обнимает камень, затем забирается на него и ложится, а позднее плавает мимо меня с безмятежной улыбкой на лице. Ее красные губы в сочетании с темными волосами, голубой водой и золотистым солнечным светом, делают снимки абсолютно идеальными. И эта часть нижнего белья, такая тонкая и прозрачная, лишь подчеркивает сексуальность образа. Я бы хотела, чтобы кто-то когда-то снял меня подобным образом. Софи похожа на богиню, может, когда-то я попрошу Эми о такой съемке. Одно из фото, несомненно, лучшее из сделанных мной, но никто не увидит его, потому что из-за воды оно выглядит слишком откровенным. Но в тоже время в нем есть столько чувственности. Если бы на Софи не было этой мокрой одежды, у нас бы не получился такой эффект. Изображение возвышенное и абсолютно идеальное.

Вытягивая подругу из воды, я закутываю ее в полотенце. Она подает мне свою мокрую комбинацию с просьбой отдать ее в химчистку отеля и вернуть ее ей в номер к сегодняшнему вечеру.

- Будет сделано.

На пол пути к отелю, Софи вдруг говорит:

- Не спи с ним. Ты же понимаешь, что одно дело, если ты проиграешь пари, которое, кстати, было самой большой твоей глупостью, но совсем другое - отдать ему твое сердце? Не делай этого, Скай.

Она беспокоится обо мне. Я вижу тревогу в ее глазах и не хочу, чтобы сегодня ей приходилось беспокоиться обо мне. Я и так уже достаточно была эгоистичной. Сегодня вечером ее свадьбы, а мы все утро болтаем лишь обо мне.

- Я не стану.

Я обнимаю ее и спешу в здание гостиницы, но ложь жжет мой язык. Не то, чтобы я приврала, просто это одна из тех вещей, лживость которой осознаешь, лишь сказав ее вслух. Мое сердце уже принадлежит Нику. Он забрал его в тот момент, когда вернул мне тот поцелуй.

Глава 25

Я опаздываю. До бранча(англ. brunch, образовано слиянием двух английских слов breakfast и lunch, изначально сленг британских студентов. прим. пер.) невесты осталось менее часа, а я еще даже не одета. Ник все еще в душе. Стуча в дверь, я пронзительно кричу:

- Поторопись! Мне тоже нужно принять душ!

- Из-за тебя я спал в грязи. Так что теперь жди своей очереди.

Тон его голоса довольно резок, потому я отхожу и осматриваю комод. На поверхности которого он оставил часы, стоящие больше, чем моя машина, бумажник и мелочь со своего кармана, все хаотично разбросано. Я не могу сдержаться. Перебирая монеты одну за другой, я переворачиваю их, стремясь найти двухстороннюю.

Ник выходит, окутанный облаком пара, вокруг его бедер обернуто полотенце. Темные волосы взъерошены, а грудь имеет идеальный рельеф. Она переходит в прекрасную линию плеч и сужается к талии с плоским животом. Каждый кубик четко выделен, словно он качал их в течение всего дня. Как ему удается выглядеть подобным образом? Ник замечает мой блуждающий по нему взгляд.

- Уже совсем скоро, Скай. Просто немного подожди, - он подмигивает мне, нацепляя свою фирменную улыбку Ферро, и от этого мне хочется ему врезать.

Я бросаю его мелочь, ему же в лицо.

- Козел.

- Кокетка.

- Ублюдок.

- Сирена.

От последнего слова, я вздрагиваю. Боже, слова, которые он выбирает, имеют для меня большое значение. Они - именно то, что я хочу услышать.

Подходя ближе к нему, я вдыхаю аромат его лосьона. Один этот запах может довести меня до оргазма. Что это? Феромоны Ферро?

- Крысиный ублюдок.

Он мягко улыбается, и его взгляд проходится по мне.

- Ты уже говорила это.

- Нет, не говорила. Это совершенно новый уровень ублюдочности. Ты - король ублюдков.

Он поддерживает зрительный контакт, наклоняясь ближе к моему рту, так что наши губы почти соприкасаются:

- Быть королем - это хорошо.

Я толкаю его в грудь.

- Это - самое глупое, что ты мог сказать.

Хватая за талию, он притягивает меня еще ближе.

- Я - парень, Скай. У меня есть яйца, а не грудь. Что по-твоему, я должен был сказать? Что ты - моя тень, а я не представляю, как мне прожить без тени? Думала, я попрошу тебя пришить мне ее, чтобы мы смогли улететь вместе? Это ты хотела услышать? - святое дерьмо. Ощущения, словно он со всей силы ударил меня кулаком в живот. Я вырываюсь, отказываясь показывать ему ошеломляющий эффект, произведенный на меня его словами. Ник смотрит на меня своими холодными голубы глазами. Сужая взгляд, пока тянется за рубашкой. - Я не тот парень, перестань смотреть на меня, словно я им являюсь.

Да пошло оно все. И я выпаливаю все, что приходит мне в голову.

- Ты сам не знаешь, кто ты, так что я могу смотреть на тебя так, как мне, черт побери, заблагорассудится. И прямо сейчас мой взгляд полон отвращения.

- Отвращения? Что, правда?

- Правда. Ты ведешь себя, как супер-мудак, но я не понимаю почему. Для чего? Почему ты думаешь, что должен быть кем-то еще?

- Я не думаю так. Это и есть я. - Он указывает пальцем себе в грудь.

Я понимаю, что понапрасну трачу время на эти препирания, но попросту не могу остановиться. Качая головой, я опускаю взгляд в пол.

- Нет, это не так, но в одном ты прав. У тебя нет тени, нет удерживающего тебя якоря, чтобы, когда наступает тьма, ты нахрен не продал дьяволу душу.

- Не существует никакой души.

- Нет, душа существует. Существует добро и зло, понятие правильного и неправильного. И ты еще достаточно молод, чтобы решить, каким человеком хочешь стать. Ты не обязан становиться копией своего отца. Никто не держит пистолет у твоего виска.

Плечи Ника напрягаются, а дыхание замирает. Попадание в яблочко. Я бью в его больное место, а он упрямо отказывается это признавать.

- Ты себе даже не представляешь, что я за человек, или через какой ад мне пришлось пройти, чтобы стоять здесь.

- Не сомневаюсь в этом, маленький богатый мальчик, не платящий арендную плату.

- Это не так, как тебе кажется, - хватая за руку, он притягивает меня к себе. - Даже не думай, что знаешь меня, потому что это далеко не так. В том, что я разрушил твой бизнес, в первую очередь виновата твоя собственная слабость, неспособность сопротивляться, так что не стоит обвинять меня, когда твое дело полетит ко всем чертям.

Моя челюсть отвисает, пока он все это говорит. Я мчусь в ванную, захлопываю дверь и включаю воду. Став перед зеркалом, я упираюсь обеими руками в фарфоровую раковину и гляжу на собственное отражение. Я не слабая. Он это серьезно? Разве это и есть причина, почему он смог сокрушить меня так легко? Я не хочу быть таким человекам, тем, кто отрезает головы своим конкурентам спекуляционным способом. Он все еще думает, что я сноб, потому что вышвырнула его при нашей первой встрече. Мне ясно это по выражению его лица. Почему он так вцепился в этот случай? Разве что, это и есть причина того, почему он так поступает со мной?

Мой взгляд опускается к раковине. И когда я тянусь за своей зубной щеткой, то замечаю серебряную монету. Подняв ее, я гляжу на одну сторону. Решка. Затем переворачиваю и кладу ее на свою ладонь. Сердце пускается в галоп, когда я зажмуриваю глаза. Я не хочу этого даже видеть. Пожалуйста, кто-нибудь скажите мне, что он не такой человек. Моя интуиция кричит, что он другой, но его поступки не оставляют сомнений. Хотя, одновременно с этим, все его действия несогласованные. Ник Ферро - ходячая и говорящая загадка. Он кажется добрым, но сталкиваясь с чем-то подобным этой монете, понимаешь, что это не так. Этот поступок будет означать, что он никогда не заботился обо мне вообще, что он постоянно играл со мной от поцелуя к поцелую до тех пор, пока я отвлеклась на столько, чтобы он мог ударить меня исподтишка. Если монета окажется одинаковой с обеих сторон... меня передергивает, нет сил даже окончить эту мысль. Это будет означать, что я не смогу доверять самой себе, что я абсолютно заблуждалась в том, кем он является и в его характере. Мне уже известно, что он играет довольно жестко, но есть разница между игрой на выживание и обманом. Пожалуйста, пусть это будет нормальная монета. Медленно, я раскрываю глаза и смотрю на блестящий объект.

Решка.

Моя челюсть дрожит, а сердце уходит в пятки. Все так, как и говорил Диган. Очень хочется выйти и бросить монету ему в лицо, но я остаюсь в маленькой душной комнате, разрабатывая идею получше.

После сегодняшнего дня, Ник Ферро пожалеет, что вообще знаком со мной.

Глава 26

Выходя из душа, я ожидаю, что Ник давним давно собрался и ушел, но он все еще в номере, сидит на кровати подобно святому. Ненавижу его, но у меня получается довольно хорошо скрывать свои чувства. Я открыла двери для того, чтобы пар из ванной мог выйти, иначе у меня не получится нормально уложить волосы. И я буду выглядеть, словно облизывала электрическую розетку. Из-за влажности моя прическа может высохнуть совсем не так, как мне бы того хотелось. Удивлена, что никто до сих пор не пошутил на тему кудрявой копны волос, доставшейся мне в наследство от отца. Поскольку у него довольно короткая стрижка, никто не замечает нашего сходства. Обычно мои волосы нормально свисают вдоль спины, но в туманные дни, когда кажется, что тучи спустились прямо на землю, мои волосы превращаются в локоны Медузы.

Эми. Мысли о ней, вызывают у меня улыбку. Пока я здесь, она выполняет всю работу в студии. Изначально я собиралась остаться тут на всю неделю. После сегодняшнего свадебного вечера Софи со Стивеном улетят отсюда. Но гостям предлагается остаться на острове еще на несколько дополнительных дней и насладиться оплаченными молодоженами развлечениями и едой, но я рвану домой, как только ноги Софи ступят в лимузин.

Это произойдет сразу же после того, как она выберет фото-победителя. У нас с Ником будет всего час, чтоб отобрать лучшие снимки, а затем кто-то их перемешает и представит в виде слайд-шоу. И вот тогда-то я и увижу, как моя лучшая подруга и ее муж выберут лучшего фотографа их свадьбы - меня или Ника - крысиного ублюдка.

Когда я открываю дверь ванной комнаты, Ник говорит:

- Софи сказала, что хочет поговорить с нами и попросила дождаться ее здесь.

Я прижимаюсь головой к двери. Мои волосы все еще обернуты полотенцем.

- Ага, верно.

- Неужели ты правда подумала, что я ждал тебя? Ты была в ванной целую вечность.

Ник смотрит на свои часы. Сосунок.

- Я выйду, как только оденусь.

Ник мотает головой.

- И еще раз повторюсь.

Он бросает мне мой мобильник, который я оставила возле своего настила на полу. На экране мигает сообщение. Оно от Софи: МНЕ НУЖНО ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ И НИКОМ; ОСТАВАЙТЕСЬ В НОМЕРЕ, ПОКА Я НЕ ПРИДУ.

Поднимая взгляд на Ника, я размышляю, мог ли он прислать поддельное сообщение.

- Что? - спрашивает он, будто не брал грех на душу.

Мой план его краха уже вступил в силу. Когда придет Софи, я попрошу у нее кое-что, в виде предлога, чтобы она осталась, а он покинул номер. Это часть моего плана. Я говорила с ней ранее и попросила кое о чем, что, как мне известно, имеется у нее в экстренном наборе невесты. Софи - перестраховщица, она упаковала и привезла сюда все, что нужно и не нужно. И сейчас мне пригодится все это дополнительное дерьмо. Я имею в виду что, ну какой невесте может понадобиться супер-клей? Я ухмыляюсь, думая о том, как разбрызгаю его по всем линзам Ника, так что в результате он не сможет нормально навести фокус. Он не поймет, в чем проблема, пока не станет уже слишком поздно, а, как известно, он не привез никакого запасного оборудования. Если уж он использует обман, то и я могу играть не по правилам. Для меня не вариант проиграть это пари Нику или двоюродной сестре Софи.

- Ничего, - говорю я, словно он вообще не имеет на меня никакого влияния. - Когда она сказала, что придет?

Он пожимает плечами.

- Она не говорила.

Я киваю и возвращаюсь в ванную, укладываю волосы и наношу макияж, а затем, покопавшись в чемодане, выуживаю оттуда самые красивые трусики, жаль, что никто их так и не увидит. Но сейчас они нужны мне для того, чтоб почувствовать себя более уверенной и сексуальной. Спереди они сделаны из черного кружева с розовой отделкой по периметру. А к задней части они переходят в две тесемки, расходящиеся и крепящиеся в стиле танга-трусиков. Как я и говорила, это не повседневное нижнее белье, удобное для рабочих будней, но, не смотря на это, я хватаю их. К трусикам я беру соответствующий бюстгальтер, безупречно поднимающий и подчеркивающий мою грудь. Поверх я натягиваю черные блузку и брюки.

Фотограф должен быть незаметен, по крайней мере, я так считаю. Я обуваю туфли с кожаной подошвой, позволяющей мне практически беззвучно перемещаться во время съемки свадьбы. Все внимание должно быть приковано к невесте, а не к фотографу. Удивительно, что некоторые мои коллеги не понимают этого. Они скачут возле невесты, закрывая всем гостям вид на нее, будучи при этом столь же тактичны, как слон в крошечной кладовой. Это все не обо мне.

В тот момент, когда я собираю волосы в хвост и завязываю их, раздается стук в дверь. Выйдя из ванной, я вижу, как Ник встает и, направляясь к двери, открывает ее. За ней стоят Софи и Краснокосая. Софи собрана лишь на половину. Волосы уложены, макияж нанесен. Должно быть, она заказала парикмахера и визажиста из города. Я спешу к ней и обнимаю. Ник отходит назад в комнату, освобождая для нас пространство.

Софи смеется и отвечает на мои объятия.

- Я так взволнована, Скай! Не могу дождаться.

- Боже, я так рада за тебя. На самом деле.

Высвобождаясь из объятий, она заходит в комнату. На ее лице появляется странное выражение, которое я не видела у нее до сегодняшнего дня. И я не знаю, как на него реагировать. Ник бросает на меня взгляд, ожидая увидеть мою реакцию на поведение лучшей подруги, но обнаружив мое замешательство, снова разворачивается к Софи.

- Я подумал, может ты хочешь просмотреть уже готовые фото, - предлагает Ник. - Что происходит?

Софи складывает руки за спиной и покачивается на пятках. Рыжая бестия стоит у нее за спиной, глядя прямо на меня, словно хочет отрезать мне голову и искромсать ее до состояния салата.

- Ну, я просто хотела убедиться, что у вас обоих есть все необходимое.

Что она делает?

- Ага, Соф. Мы в порядке, - и даже лучше, чем просто в порядке. - Ты принесла то, что я просила?

- Вообще-то, я хотела поговорить с тобой об этом. Если вы не против, мне нужна минутка наедине со Скай. Может, вы, ребята, подождете секундочку в коридоре? Обещаю, это займет всего секунду. Огромное спасибо, что ты вошла в мое положение и помогаешь, - последнее предложение она адресует Краснокосой.

Та усмехается, как дева Мария.

- Конечно. Это же день твоей свадьбы. Я подожду прямо за дверью.

И женщина выходит в коридор. Ник проходит мимо меня с выражением, говорящим о том, что ему это совсем не по вкусу, но все же он выполняет просьбу Софи и покидает комнату.

Вот тогда-то я и узнаю всю правду. Выражение лица Софи меняется от радостного до недовольного в секунду. Она кладет свои руки на бедра, скрытые под шелковым халатом, при этом распахивая его так, что моему взору открывается верх ее корсета.

- Скайлар Томпсон, я не позволю тебе этого сделать, - становясь со мною лицом к лицу, она ругается. Софи всегда была довольно слабохарактерной. До этого она никогда не позволяла себе повышать на меня голос.

- Но я должна.

- Нет, ты не должна. То, что он подлый слизняк, не означает, что тебе обязательно становиться такой же. Ты работала не покладая рук честно, чтобы достичь всего, что имеешь. Если ты попытаешься обмануть или хитростью обыграть его, то будешь потом об этом сожалеть. И я утрачу к тебе каждый грамм уважения. Потому что это не ты, Скай. Не саботируй его, не смей ломать его аппаратуру или приклеивать его задницу к стулу. Я знаю, что ты уже что-то задумала, и я дам тебе этот чертов клей, потому что я тебе не мамочка, но если ты все же решишься на это, - она делает глубокий вдох и выплевывает следующее, - я не уверена, что останусь твоей подругой.

Ее слова врезаются в меня словно нож под ребра, выбивая из легких весь воздух. Просто нет слов. Я стою тут с открытым ртом, не зная, что ответить. Софи хватает мою руку, и открывая ладонь, сует мне тюбик супер-клея. Я гляжу на него, а затем обратно на нее.

- Софи, я...

Она качает головой и поднимает руку, заставляя меня заткнуться.

- Есть поступки, способные навсегда изменить человека, Скай. После них, нет пути назад. Хорошенько подумай над собственным решением, тебе может не понравиться то, кем ты после него станешь, - она прикрывает глаза и поворачивается к двери. Поворачивая ручку, она зовет Ника и Краснокосую назад в номер. - Пожалуйста, захвати их оборудование в часовню. И не перепутай, с одной стороны Ник, с другой Скай.

Ник включает все обаяние Ферро:

- Софи, думаю, в этом нет необходимости.

Его обаяние действует на нее равно как и на гуся вода.

- Нет, я думаю в этом есть резон, - мгновение она смотрит на него, а затем оборачивается ко мне. - Вы двое сделаны из одного теста. Просто слишком упрямы, чтобы признать это. Если бы вы признали... - ее голос затихает, и она смеется, заливаясь румянцем. Ее косвенный намек побуждает меня отойти от Ника, как от греха подальше. Не могу поверить, что она это сказала. - Ну, это стало бы еще тем зрелищем.

Краснокосая забирает у нас оборудование. Если я все еще намереваюсь намазать клеем его камеру, то мне нужно поторопиться и каким-то образом добраться до часовни первой. Мгновение Софи наблюдает за мной, после чего разворачивается на каблуках и закрывает за собой дверь. Мы с Ником глядим друг на друга.

Через секунду он спрашивает:

- Что это было?

Глава 27

- Я не знаю, - лгу я, складывая руки на груди и утыкаясь в них своим взглядом. Не могу посмотреть ему в глаза, не после того, что я собираюсь сделать. Интересно, как ему удается смотреть на меня, словно он не сделал мне ничего плохого. Я не такой человек. Софи знает, что я не такая, но я должна выиграть. Я должна. На что я готова пойти ради достижения цели, учитывая мошенничество Ника? Мой взгляд стреляет в его сторону. - Предполагаю, Софи не нравится, что мы ссоримся.

Он колеблется и говорит:

- Она, кажется, хороший друг.

- Это так, она - лучшая. Софи для меня пример для подражания, но я не соответствую ее уровню. Она словно Снежная Королева, Мать Тереза или Тинкер Бэлл в одном лице, - эта мысль заставляет меня улыбнуться. - Я правда не знаю, что на нее нашло. Никогда прежде не слышала, чтобы она говорила подобным образом.

Ник хмурит брови и складывает руки. Он безучастно смотрит на место, где только что стояла Софи и возвращает взгляд ко мне.

- Думаешь, это была предсвадебная истерия невесты? Мне так не показалось. Она одна из самых приятных людей, которых мне доводилось встречать, по правде говоря. Стивен - счастливчик.

Я поднимаю на него взгляд.

- Ага, ему повезло.

Наши взгляды встречаются, и мы смотрим друг на друга слишком долго. И вдруг я осознаю, что говорит мне мое сердце и это убивает меня, - Ник, не тот, кем я хочу, чтобы он был.

Мой телефон щебечет, разрушая интимность момента. Я смотрю вниз. Это сообщение от Дигана.

ПРОСТИ, Я НЕ ПРИШЕЛ ПРОВЕРИТЬ ВСЕ ЛИ С ТОБОЙ ХОРОШО ПРОШЛОЙ НОЧЬЮ. МОЯ ЛОДЫЖКА БЫЛА НЕМНОГО НЕ В ПОРЯДКЕ, ПОСЛЕ ВСЕГО СЛУЧИВШЕГОСЯ. КАК ДУМАЕШЬ, МОГЛА БЫ ТЫ СЕГОДНЯ ВСТРЕТИТЬСЯ СО МНОЙ ЗА ЧАСОВНЕЙ?

Глядя на телефон, я улыбаюсь. Ник замечает это и подходит. Он видит сообщение, прежде чем я успеваю скрыть его.

- Ты же знаешь, что он использует тебя, верно? Ты кажешься чересчур хорошенькой для него, - я оборачиваюсь и смотрю на Ника. Даже не знаю, что на это ответить, так что просто продолжаю глядеть на него. Это заставляет его содрогнуться. Он отводит от меня глаза и оглядывается по сторонам, каждые несколько секунд меняя направление своего взгляда, словно ищет слова объяснения. - Существуют ребята, охотящееся на таких, как ты, девушек; это - все, что я хотел сказать. Будь осторожна, ладно?

Я не мигаю. Я глазею на него, пока мои руки падают по швам. Брови поднимаются к моей челке и исчезают под ней.

- Ты страдаешь биполярностью или чем-то в этом роде? Зачем делать вид, словно ты за меня переживаешь, когда это совсем не так? Диган не такой, как ты говоришь. Он лучше, чем тебе когда-либо удастся стать.

Немного резко, да, но я не потерплю, чтобы Ник Ферро мне указывал. Да пошло оно все. Мое тело напрягается, и я смотрю прямо ему в лицо.

Эти голубые глаза внимательно наблюдают за мной. Он не двигается и не отрицает ничего.

- Я знаю - ты ненавидишь меня. Я не ожидал, что ты меня послушаешь. Всего лишь надеялся на это, - он отворачивается и резко втягивает воздух, словно это его последний вдох. - Пойдем. Нам лучше уже быть в часовне.

Я следую за Ником к двери, окончательно разозлившись. Мне потребуется каждая капля сдержанности, чтобы противостоять ему, но свадьба всего через час, и в этом он прав. Нам нужно идти туда. Есть кадры, которые Софи захочет сделать, и я не должна остаться в стороне.

Ник хватает дверную ручку и поворачивает ее. Я смотрю на то, как он толкает дверь, ударяя о нее плечом.

- Что за...? - Ник повторяет свои действия, но дверь не открывается.

Сначала я думаю, что он шутит, пытаясь заставить меня улыбнуться или что-то в этом роде, но нет.

- Что случилось?

- Она застряла.

- Я вижу это.

Отталкивая его в сторону, я пробую сама. Но дверь не поддается. Я смотрю на Ника, и мы оба бросаемся к единственному альтернативному выходу из комнаты - окну.

Здание довольно старое, и окна тоже соответствующего образца, это тип окна с металлическим замком, поворачивающимся между верхней и нижней створкой, удерживая их вместе в запертом состоянии. Он пытается отпереть его, но метал неподвижен. Ник смотрит на меня с яростью во взгляде.

- Это ты сделала? - он практически орет мне в лицо.

Наклоняя голову, я посылаю ему взгляд, сам по себе говорящий, что его вопрос глуп.

- Да, я заперла окно и дверь, чтобы мы остались в номере вместе. Ты психопат? - ору я. - Конечно, я не делала этого! Подвинься, дай я попробую.

- Ты слишком слаба. Створки намертво склеены.

После того, как нажимаю и тяну замок, я поворачиваюсь и смотрю на него.

- Склеены?

- Ага, посмотри на металл. На протяжении всей металлической защелки есть супер-клей. Видна даже белая дымка от его высыхания. - Ник указывает на окно, а затем идет через комнату, хватая что-то, пока я безучастно смотрю на окно и двери.

Она не сделала этого. О боже. Если Софи думает, что я собираюсь совершить что-то, о чем буду потом сожалеть всю оставшуюся жизнь, она пойдет на такое? Я бы сказала, что это невозможно, если только я сама не подала ей эту идею. Она заперла нас здесь. Я должна выбраться. Мне нужно выиграть. Если я не появлюсь на ее свадьбе, то стану худшей подругой столетия. К черту ставки. Я не могу так поступить с Софи. Я бормочу:

- Я не думала, что она...

Паника сквозит в моем голосе. Ник задумчиво изучает меня. Его взгляд детально исследует все, от моих округленных плеч и до того, как я пробегаю кончиками пальцев по губам.

- Что? Расскажи мне.

Не знаю почему, но я отвечаю ему.

- Думаю, это сделала Софи.

- Нет, она не стала бы. Это бессмысленно, - Ник качает головой. - В любом случае, это не имеет значения. Мы доберемся до часовни. Если сорвем замок с рамы, то окно откроется. Тогда мы сможем позвать на помощь или я смогу тебя спустить. Все, что пожелаешь, - на секунду я исследую его лицо, задаваясь вопросом, почему он помогает мне. И словно он способен прочесть мои мысли, Ник добавляет. - Что бы ты обо мне не думала, я - не полный мудак. Я не разрушу свадьбу твоей подруги тем, что ни один из нас не появится там.

Ник подсовывает карандаш под засов, но тот ломается под натиском давления, такая же судьба постигает еще несколько объектов, которыми он пробует сломать замок. Ему нужен кусок металла. Он бы помог оторвать замок от рамы.

- А что если Софи не хочет нас там видеть?

- Тогда бы она нас уволила. Она просто пытается нас задержать и хотя бы на время остановить наше противостояние. Если мы придем в часовню за секунду до начала церемонии, то просто не успеем напакостить. А она умна. Нужно отдать ей должное. Какая невеста расхаживает с суперклеем? - Ник качает головой и ломает еще один карандаш. От чего летят осколки древесины.

Я передаю ему нож для открывания конвертов, найденный мною в столе.

- Попробуй это.

Он берет его.

- Спасибо. Это должно сработать, - и оно срабатывает. Хоть нож и сгибается в Г-образную форму, Нику все же удается оторвать металлическую задвижку от старого деревянного окна. Удерживающие ее маленькие гвоздики разлетаются по сторонам. Ник усмехается и говорит. – Давай, - я подхожу к нему ближе, и он тянет за створки.

Они не двигаются.

Потянув еще раз, он ругается и ударяет кулаком об стену.

- Она приклеила их, - он снова ругается, пока его пальцы прослеживают оконное стекло нижней створки. Она по периметру обмазана клеем.

- Нет. Она бы не стала, - мой голос слишком высокий и отстраненный. Я звучу, словно отчаянный и обиженный ребенок. Ну, мне так кажется. Ник отступает, давая мне взглянуть на окно. Прослеживая пальцами кромку клея, я ощущаю, как паника разрастается в моем животе.

Ник высовывает свой телефон и кому-то звонит, но при этом ничего не говорит. Через мгновение он вешает трубку.

- Стойка регистрации не отвечает.

- Софи нейтрализовала портье. Она забрала ее с собой в часовню. У тебя есть номер часовни?

Ник качает головой и вздыхает.

- Нет, нету. Если не собираемся разбить стекло, то мы в ловушке.

Я смотрю на окно.

- Оно не разобьется.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что когда мы были маленькими, Софи бросила в меня деревянную шкатулку. А я пригнулась, и вещица попала в окно. Стекло не разбилось.

- Ну, мы можем использовать что-то потяжелее.

- Она была тяжелая. Эта штука была как кирпич, именно поэтому я и не стала ее ловить. Мы обе думали, что окно разобьется, но оно осталось целым.

Ник выглядит отчаявшимся. Его брови покрыты капельками пота, и он вышагивает по комнате словно сумасшедший. Его руки пробегают по лбу и зарываются в волосы. И с каждым поворотом он повторяет свои действия. Что-то во всей этой ситуации доводит его до края, словно эта свадьба для него - вопрос жизни и смерти. Он что-то бормочет под нос, пытаясь придумать другой способ выбраться из комнаты.

Я хватаю телефон и пишу Софи: Я НЕ СДЕЛАЮ ЭТОГО. ПРОСТИ МЕНЯ. ПОЖАЛУЙСТА, ВЫПУСТИ НАС.

Где-то внутри я знаю, что именно она это сделала, но моя подруга не отвечает на сообщение. Я зажмуриваю глаза от переполняющего меня разочарования и бросаю свой телефон об стену. Кофр защищает его, и он попросту падает на пол со стуком. Ник поворачивается и видит меня, как раз когда мои глаза полны непролитых слез.

- Я пропущу свадьбу своей лучшей подруги.

Я грузно опускаюсь на край кровати. В этот момент я ненавижу саму себя. Я была готова стать кем-то, кем клялась никогда не становиться, и Софи увидела это. А я нет. Она пожертвовала своими свадебными фото, лишь потому, что ее лучшая подруга была слишком глупа, чтобы услышать. Я разрушу ее воспоминания. Вернее, у нее не будет никаких памятных фото. Я опускаю лицо в свои ладони и стараюсь не заплакать.

Я бы не смогла быть столь самоотверженной. И после этого она все еще может оставаться моим другом?

Увидев мое состояние, Ник прекращает свои безумные похождения. Сначала он ничего не говорит, но затем снимает пиджак и подходит ко мне, садясь рядом.

- Это все по моей вине. Знаю, ты, наверное, мне не поверишь, но за все это я прошу прощения.

Я смеюсь, но мой смех горький.

- Это невероятно. Как тебе удается звучать столь искренне? - я сажусь прямо и вытираю слезы с глаз. - Мне нужно знать. Как тебе удается врать кому-то в лицо и притворяться, что он важен для тебя, тогда как это не так? Это какой-то бизнес-навык? Скажи, а то мне его явно не достает, он мне отчаянно нужен.

Ник быстро отворачивается, так что я больше не вижу его лицо, но это меня не останавливает.

- Расскажи мне, Ник. После того как ты закончишь с этим делом, у меня не останется ничего, буквально ничего. Моя лучшая подруга больше никогда не заговорит со мной, и я лишусь своего бизнеса, потому что не могу перехитрить тебя. Ты украл моих клиентов и закопал мое дело ниже плинтуса. Ну, а теперь, мне приходится сидеть здесь с тобой, пока кто-то не придет, чтобы выпустить нас. И почему-то я предполагаю, что этим кем-то будет Софи, пришедшая завтра утром с бензопилой в руках!

К этому времени я срываюсь, плачу, ору и смеюсь. Образ Софи в ее подвенечном платье с цепной пилой в руках – это, правда, смешно. Я не могу сдержаться.

Мои эмоции вырываются наружу и расплескиваются. Мне больше не под силу их сдерживать. Вот тогда я толкаю Ника в плечо.

- А ты. Почему ты жульничаешь? Я могла вынести все, что ты делал, вплоть до этого момента, когда ты нахрен обманул меня!

Он оборачивается и смотрит на меня.

- Вот только в чем именно я тебя обманул? Если бы я сделал это, то знал бы ответ на данный вопрос. Я играю с точками зрения, обманываю надежды и дезориентирую, но это сложно назвать чистым обманом.

- Ну, и от этого мне должно стать полегче? - я гляжу в пол.

Ник кривится и делает глубокий вдох, после чего запускает свои пальцы в волосы.

- Я не могу изменить того, кем являюсь. Я – Ферро вдоль и поперек. И ты знала это еще при нашей первой встрече, вот почему ты вышвырнула меня, даже не дав папку. Ты смотрела сквозь меня каждый раз после этого. Тебе было известно, что я потяну тебя на дно, но ты лишь усилила эту чертову борьбу.

- Это не имеет значения, я уже проиграла. Без фото с этой свадьбы я не смогу содержать на плаву свою студию, - я чувствую, что цепенею. Глупая, грустная улыбка пересекает мое лицо, я поднимаю взгляд и выпаливаю. - Это еще не самая худшая часть. Худшая часть состоит в том, что Софи больше не доверяет мне. Вот почему мы здесь заперты. Она не хочет видеть меня на своей свадьбе, - я шмыгаю носом и невольно смеюсь, глядя на Ника, внимательно следящего за мной. - Никогда прежде не заканчивала дружбу с кем-либо таким образом.

- Это моя вина, не твоя.

- Нет, это не так. Я собиралась кое-что сделать и рассказала ей об этом, - я выпрямляюсь и пробегаю пальцами по волосам, доходя до места на уровне затылка, где они скреплены заколкой. Грустно улыбаясь, я рассказываю ему. - Я собиралась отомстить тебе за монету с двумя одинаковыми сторонами.

Он кажется смущенным.

- О чем ты говоришь?

- Подбрасывание монеты, умник. Ты использовал двухстороннюю монету.

- Нет, я так не поступаю. Если бы я и сделал что-то подобное, то точно не оставил бы улик. Поддельные монеты - дело рук любителей. Используя подобный трюк, я бы мог попасться, - Ник внимательно наблюдает за мной. Натянутая фальшивая улыбка сходит с моего лица, пока я вспоминаю другую ночь.

Резко встав, я иду в ванную и возвращаюсь с несколькими монетами, найденными ранее возле раковины.

- Они твои, верно?

- Нет, я думал, это твои.

Я поднимаю двухсторонний четвертак и показываю ему.

- Эта не твоя?

Он смеется, словно я шучу.

- Конечно, нет, я не такой дурак, чтобы оставлять ее на виду. Скай, я использовал обычную монету. Ты называла орел или решка, не я.

Глядя на его красивое лицо, я оглядываюсь назад в своих воспоминаниях о той ночи. И не могу сдержаться, чтобы немного не улыбнуться.

- Так ты не мухлевал?

Он мотает головой.

- Кто-то меня очень сильно недолюбливает, да? История моей жизни. Люди слышат Ферро и оббегают меня десятой дорогой. Предполагаю, в этот раз это было по вине моего собственного проклятия, но знаешь, дела не всегда обстояли так.

Я наклоняюсь, упирая локти в колени. Ник сидит очень близко ко мне, но не касается, опираясь назад на свои руки.

- Что ты имеешь в виду?

Он скользит, опускаясь на спину и складывая руки за головой.

- Я средний ребенок, и как всякий средний ребенок я страдаю синдромом среднего ребенка и всем предлагающимся к нему дерьмом. Мои родители, казалось, всегда считали нас с братьями клонами друг друга. После окончания высшей школы, нам были даны на выбор несколько приемлемых профессий, и мои варианты того "кем стать" не входили в этот список. Вместо этого, я выбрал свой собственный путь. Дело в том, что я знаю, что моя семья безжалостна. Моя тетя так сильно любит щеголять своей властью, словно долбаный монарх под кокаином.

Его голос звучит иначе, будто он растерян. Не уверенна, что это тот же Ник Ферро, что ошивался вокруг меня в последние несколько месяцев. Это скорее тот мужчина, которого я увидела внутри него. Я слышу его голос, но не могу ничем помочь, так что просто оборачиваюсь и смотрю на него. Ник говорит, глядя в потолок, словно боится взглянуть на меня.

Он прочищает горло и продолжает:

- Я думал, что она сумасшедшая, но мой отец оказался таким же. Они клоны, моя тетя и отец. Они одинаково думают, стремятся к одним и тем же целям. Так что когда маленький Ник Ферро обнаружил в себе художественные способности, они были этим крайне подавлены. Нику Ферро не разрешено иметь такую обыденную работу. Но я не мог перестать обучаться, это было бы подобно на попытку не дышать. Я просто не мог. Так что, я познакомился с фотографией и еще несколькими вещами.

- Несколькими? - спрашиваю я. Мне чертовски хорошо известно, что он знаком с множеством художественных направлений. Я видела это по нескольким сделанным ним снимкам.

Он коротко и тихо смеется:

- Я стараюсь не преувеличивать. Где-то в промежутке между окончанием школы и магистратурой, тот парень с тягой к искусству исчез. Сейчас я полон энтузиазма, харизмы и обаяния. Ну, или, по крайней мере, должен быть таким. 24 часа в сутки и 7 дней в неделю. И я даже не представляю, зачем рассказываю тебе все это, - он вздыхает и смотрит на меня. - Ах, да, потому что ты уже это знаешь. У тебя этот взгляд, ну знаешь, который сильно нервирует. Такой, словно ты можешь увидеть меня насквозь и сказать, что у меня нет души.

Он вздрагивает и, хотя, быстро справляется со своими эмоциями, я все же вижу, что Ник верит в то, что только что сказал.

Я оборачиваюсь к нему и подтягиваю одну ногу на кровать. Глядя на него, я говорю:

- У тебя есть душа - это не просто бессмысленный комплимент, это правда. Если бы у тебя ее не было, ты бы не мог делать подобные фото.

Ник смотрит на меня довольно долго, а затем отводит взгляд. Его темные ресницы прикрывают синие глаза. Его губы приоткрываются в фальшивой улыбке, но через секунду снова смыкаются.

- Я не могу врать тебе. Все это время, ты - единственный человек, которого я не смог одурачить. Ты словно отражатель всего моего вранья.

Комментарий вызывает у меня смех.

- Действительно, отличное качество.

- Верно, но это еще не все. Меня восхищают твои упорство и искренняя забота об окружающих людях, даже при том, что жизнь не относится честно к тебе, даже не смотря на то, как несправедливо обращался с тобой я.

Сжав вместе губы, я спрашиваю его снова:

- Почему я? Только не говори опять, что потому что я лучшая. Это херня.

Улыбка Ника сползает с его лица.

- Я должен был доказать самому себе. Ты, вроде как, была моей работой.

- Что? - я выпрямляюсь и гляжу на него, думая, что ослышалась.

Но Ник покачал головой:

- Я люблю твои грязные мысли, уличная девчонка, но это не то, что я имел в виду. Мне задали цель исходя из моих текущих навыков. Она состояла в том, чтобы уничтожить твой бизнес в течение девяноста дней и завершить каждый полученный мной контракт. Я должен был убедиться, что ты закроешь свою студию и никогда не откроешь ее вновь.

Он сжимает губы и подает мне свой телефон.

- Ты была выбрана моим отцом не просто так; ну, а в результате выполненного задания, я бы смог работать в семейной компании. Моей задачей было доказать ему, во что бы то ни было, что я безжалостен и могу справиться с любыми деловыми вопросами. Он точно определил объект моего восхищения и приказал мне уничтожить ее.

Беря его телефон, я смотрю на открытое ним фото. На нем статья обо мне, опубликованная в газете Вавилона, она такая маленькая, я думала, никто никогда ее не заметит. Статья содержит мое фото и пару кадров сделанных мной снимков невест. Они написали обо мне эту небольшую историю, потому что цитирую: "Для такого молодого фотографа фото невест были, на удивление, возвышенными". Они посчитали мой уровень съемки необычным для столь юного возраста. Я продолжаю смотреть на фото статьи, не в состоянии переварить все сказанное им.

- Но это же было почти четыре года назад.

- Я знаю.

Он тянется за телефоном, но я случайно перелистываю экран на следующее фото. Шок переполняет меня от макушки до пяток, и я роняю мобильник на пол.

Ник быстро садится, в его взгляде проскальзывает беспокойство.

- Я не сталкер, Скай. Я просто видел твою работу, как раз когда получал свою степень и влюбился в нее. Думаю, что после встречи со своим идолом, и того как ты меня выставила, когда тебя выбрали в качестве моей мишени, мне показалось, что это немного ослабит полученную мною обиду, - он опускает глаза, словно ему не под силу вынести собственные поступки.

Ферро влюбился в мою работу? Я поднимаю его телефон с пола.

- Можно мне?

Ник сглатывает и кивает, после чего встает с кровати и направляется к окну. Засовывая руки в карманы, он выглядывает на улицу, рассматривая голубое небо и заходящее солнце. Вероятно, Софи прямо сейчас идет по проходу. Отбросив эти мысли, я глубоко вздыхаю. Я перехожу к следующему фото, и это еще один кусочек моей работы. Листая снимки один за другим, я наталкиваюсь вперемешку на работы различных художников, большинство из которых уже давно мертвы.

Мое горло сдавливается, но я заставляю себя сказать следующее:

- Я не дала тебе фото, потому что ты слишком сильно мне понравился. Я не знала, кем ты был, но знала, что не могу оказаться с тобой в одной комнате и не... - я резко останавливаюсь и не могу закончить. Не могу себе даже представить, что он почувствовал в тот день. Люди влюбляются в искусство и надеются, что художник окажется не мудаком. Я, должно быть, показалась ему жестокой и пренебрежительной. Уголок моего рта поднимается вверх, когда Ник оборачивается.

Его глаза расширяются, и взгляд встречается с моим. Я не могу дышать. Кто-то украл весь воздух из комнаты, и я вот-вот умру.

- Закончи свой рассказ.

- Ты закончи свой, - мой голос дрожит, когда я говорю, и эта дрожь распространяется по всему телу.

Ник удерживает зрительный контакт и подходит ко мне. С каждым шагом он говорит мне по фразе.

- Я боготворил тебя. Я просматривал твою страничку на Facebook и аккаунт в Twitter. Ты казалась забавной и умной, доброй и талантливой. Когда ты выбросила меня, даже повторно не взглянув, - он шевелит челюстью и наконец продолжает. - Я воспринял это как вызов. Я копировал все твои действия, потому что было очевидно, что это раздражает тебя, и, ну, это был блестящий план. Каждый клиент, которого я украл, доставлял мне удовольствие, потому что я думал, что ты - фальшивка. Я был так счастлив разорвать твой бизнес на куски, не зависимо от того, была ли ты моим идолом или нет. Мой отец похвалил меня. Он не думал, что во мне это есть, эта доля жестокости, и был удивлен увидеть ее; ему известно, что эта свадьба - твой финальный аккорд.

Ник останавливается передо мной всего в шаге, словно между нами есть невидимый барьер. Глубоко вдохнув он спрашивает:

- Почему ты вышвырнула меня? Ты не могла бы находиться со мной в одной комнате и не... что? - страх стекает по моей спине словно лед. Я смотрю на него широко открытыми глазами, желая сбежать, но бежать некуда, Софи буквально заклеила нас в этой комнате. Мой взгляд перемещается по комнате, глядя куда угодно, лишь бы не на Ника, но затем он встает передо мной на колени и легонько касается моей щеки, чем заставляет посмотреть в его синее глаза. - Расскажи мне. Пожалуйста.

Моя челюсть отвисает, дрожит, и я задыхаюсь. Мне хочется отползти от него и одновременно приползти к нему. Мои эмоции захлестывают меня, переполняют - их слишком много. Все это время он пытался уничтожить мой бизнес, просто потому что думал, что я ненавижу его. Боже мой. Мой голос тише шепота:

- Я знала, что не смогу находиться в одной с тобой комнате, не касаясь тебя. Меня тянуло к тебе. Сильно. Ну и поэтому я вышвырнула тебя. Я не могла бы снимать свадьбу того единственного парня, от присутствия которого мой пульс сходил с ума. Это была плохая идея. В первые три секунды, пока ты находился в моем магазине, я была очарована тобой, и чем больше ты говорил, тем больше мне нравился. Мне пришлось отказать тебе. Я была должна.

- Я тебе понравился? - голос Ника мягкий и удивленный. Он моргает своими темными ресницами и смотрит на меня, словно то, о чем я говорю, не могло случиться на самом деле.

Но это так. Я киваю единожды, и легкое касание его руки к моей щеке почти что разрушает меня. Он нравился мне так сильно, так долго, что это сродни смерти.

- Если ты не уничтожишь меня то, что произойдет?

- Ну, у меня не будет работы, и я буду отрезан от семьи.

- Так то, что ты застрял тут со мной сейчас означает, что ты... - О. Мой. Бог. Я не могу произнести этого.

Но Ник может.

- Я буду разорен. Отвержен. Тут уж, как тебе больше нравится. Моя семья не примет меня таким, какой я есть, но ты приняла, даже не смотря на мою потрепанную и грязную одежду. Скайлар.

И когда он произносит мое имя, по коже пробегают мурашки, а на душе становится светло. Он так близко, что может поцеловать меня, но не делает этого. Вместо этого Ник стоит на коленях у моих ног, как будто я какая-то богиня, и касается моей щеки.

- Мы должны вытащить тебя отсюда. - Я начинаю двигаться, но его другая рука подымается и обрамляет мое лицо.

- Я не покину эту комнату.

Глава 28

- Но, ты не можешь. Ты уже победил меня, Ник, просто позвони на стойку администрации еще раз и иди вниз. У меня нет достаточно денег, чтобы добраться домой, и я не оплатила страховку, а моя лучшая камера сломалась. Так что у меня не получится выиграть это пари, а оно было единственной, способной спасти меня, вещью, - Ник не отвечает. Его глаза снова и снова скользят по моему лицу, изучая каждый дюйм. Я обращаюсь к нему, но он не слушает. Ник сидит у моих ног, зажав в ладонях мое лицо и ускоряя ритм моего сердцебиения. - Иди! Ты должен. Мой бизнес и так уже закончен. Нет смысла в том, чтобы мы оба потеряли все, к чему стремились.

Его руки соскальзывают с моего лица, и я ожидаю, что вот сейчас он уйдет, но он не двигается. Вместо этого Ник поворачивается и говорит:

- Я никогда не стремился к этому. Я сделал это, потому что ты так обошлась со мной.

- Я не из тех девушек, которые крадут парней у других. Ник, я была молода и не справилась с ситуацией правильно. Прости меня, но, к сожалению, это не меняет того, что происходит сейчас.

- Меняет, - он потирает лицо и трясет головой. - Я не тот парень. Я нашел свою тень, мой якорь, и она сидит прямо здесь, возле меня. Она дала мне свой поцелуй, а я вернул ей его. Я ранил ее раз за разом, а она все еще здесь, слушает, даже несмотря на то, что у меня нет с ней ни шанса. Только не после всего этого.

Сейчас слова Софи как никогда имеют смысл. Она говорила это - мы оба превратились в одинаковых людей - израненных и бессердечных. Никто из нас не выбирал этого, оно просто случилось, а Софи удалось остановить это. Я не знаю, что мне делать. Чувствую, что сейчас настало мое время сделать ответный шаг, но тело словно одеревенело, и я не могу пошевелиться. Что бы я не сказала, это изменит все. Я не могу разрушить его. Когда он говорит, в его голосе слышна дрожь.

Мои глаза скользят по комнате в поисках наперстка, он лежит на прикроватной тумбочке. Я беру его в руку и верчу. Ник оглядывается и смотрит на меня. Встав, я подхожу к нему, но в этот раз вместо того, чтобы съехидничать, я просто протягиваю ему вещицу.

- Я носила его каждый день с двенадцати лет и до тех пор, пока не отдала его тебе.

Это невинное заявление. Я тянусь и поднимаю его руку, помещая символический поцелуй ему на ладонь и сжимая его пальцы вокруг него. Ник смотрит на меня внимательно, пока я поднимаю другую его руки и подношу к своим губам. Мое тело содрогается, и я не могу дышать, но в тоже время не могу и остановиться. Прижимаясь губами к его ладони, я на мгновение закрываю глаза и наслаждаюсь этим поцелуем, а затем отстраняюсь.

Тело Ника напряжено, словно он не может поверить в то, что я только что сделала. Это было так невинно и в тоже время сексуально, и если этот мужчина продолжит смотреть на меня, как на богиню, то я не смогу сдержать слезы. Пока Ник молчит, я наблюдаю за ним и пожимаю плечами, словно это ничего не означало. Он по-прежнему стоит неподвижно и смотрит на меня.

Беспокойство о том, что это могло показаться слишком странным и неправильным поступком, переполняет мою грудь. И просто, когда я собираюсь отвернуться, он поднимает наперсток и прижимает его к своим губам.

- Ты видишь меня насквозь. Я для тебя, как лист стекла, - мне с трудом удается сделать вдох. Мы стоим лицом к лицу, когда он опускает вещицу к себе в карман. - Не разбей меня, Скай.

- Ферро невозможно разбить, - говорю я. - Как только откроется дверь, все изменится.

Я чувствую, как его взгляд скользит по моему телу сверху донизу и желаю большего. Я хочу его, но так сильно боюсь. Я не могу сказать, что реально, а что нет, потому что чувства сейчас похожи на сон.

- Так и случится. Ты снова станешь моим идолом, и я буду держать дистанцию, так как и делал это ранее.

Мой желудок переворачивается, а по коже распространяется покалывание, от макушки до кончиков пальцев ног. То, как он смотрит на меня, говорит мне о многом.

- А что, если я не хочу этого?

- Тогда покажи мне, - шепчет он. - Покажи мне, чего ты хочешь, Скайлар.

Глава 29

Я нервничаю, и не могу найти подходящих слов.

- Я не отношусь к девушкам из разряда на одну ночь.

- Так же как и я не такой парень.

Он тянется ко мне, запутывая свои пальцы в моих волосах, и смотрит на меня, ожидая.

- Диган был случайностью.

- Ты не должна объясняться.

- За всю жизнь я была лишь с одним парнем, и я... - мое дыхание сбивается, а грудь тяжело подымается и опадает. Каждый раз когда я вздыхаю, она касается его груди, и от этого я немного умираю. Чувства простреливают через мое тело; я так долго не ощущала ничего подобного. То, что я чувствую сейчас, отличается от всего, что мне доводилось испытать ранее, эти ощущения лучше и они нарастают.

Ник гладит мои волосы, вынимая булавки и давая им свободно упасть вниз по моей спине.

- И ты что?

Если это не заставит его сбежать, то ничего уже нам не помешает. Потому я сбрасываю бомбу и жду, что он отвернется от меня, испугавшись.

- Я была влюблена.

Не могу прочесть его ответную реакцию. Ник стоит совершенно неподвижно и смотрит мне в глаза.

- А сейчас?

- Это несправедливо.

- Жизнь вообще несправедлива. Скажи мне. Произнеси это, Скай.

Я готова свалиться в обморок. Наконец-то я знаю, что означают это слово. Во мне закипает желание, и если в скором времени я не поцелую Ника, то попросту умру. Он от меня на расстоянии вдоха. Нужно лишь немного наклониться и сократить это расстояние. Я не обязана говорить этого.

- Ты скажи это.

Он моргает, глядя на меня, словно что-то решая, и тогда все меняется. Напряжение между нами усиливается, и наклоняясь в моему уху, он шепчет:

- Я для тебя так очевиден?

Дрожь пробегает по моей спине. И когда он прижимает свои влажные губы к моей шее, я громко ахаю. Ник стонет в ответ, и мои колени подкашиваются. Он подхватывает меня своими сильными мускулистыми руками и усаживает на край кровати, не предпринимая больше ничего. Ник просто смотрит на меня, но притяжение между нами такое сильное, что неосознанно нас тянет друг к другу. Внезапно, его губы накрывают мои, поцелуй мягок и идеален. Ник ласкает мой рот снова и снова, медленно, ожидая, пока я приоткрою его.

Его рука подымается к моей щеке и наклоняет мою голову назад. Я ощущаю головокружение, словно сейчас упаду назад, и хочу потянуть его вместе с собой. Стараясь оставаться в вертикальном положении, я углубляю поцелуй. Мой язык касается его губ, и он отвечает мне взаимностью, желая ощутить мой вкус. Я дрожу, и Ник обнимает меня, крепко удерживая и яростно целуя. Задыхаясь, я хватаюсь за его рубашку и пытаюсь снять ее. Отстраняясь, он стягивает ее через голову. Под его пристальным взглядом, я вытягиваюсь и медленно тяну свою блузку, тоже снимая ее через голову и открывая для обозрения черный с розовым кружевом лифчик. Я так рада, что сегодня не одела «бабушкины» трусики.

Взгляд Ника скользит по моему телу, доходя до талии, и снова возвращаясь к моему лицу.

- Ты уверена? - я киваю, не в состоянии разговаривать. Ник слегка улыбается и опускает свои сексуальные темные ресницы. На его лице такое несвойственное ему, но красивое выражение, словно он стесняется, это так на него непохоже.

- Мне нужно тебе кое-что сказать, но ты должна пообещать сохранить это в секрете.

- Что? - мое внимание концентрируется на нем, и бабочки, трепещущие у меня в животе, на секунду замирают.

Ник проводит рукой по моей щеке и ведет дорожку пальцем по шее, повторяя изгибы моего тела мягко и легко. Его рука следует через мою грудь к линии талии, после чего он наклоняется еще ближе, заставляя меня взглянуть в его глаза. В попытке найти правильные слова, он заикается, и это до невозможного мило. Целуя его в щеку, я сильнее притягиваю его за ремень.

- Просто расскажи мне. Скажи это, Николас.

Он дрожит.

- О, боже.

- Скажи мне.

Его голубые глаза темны от желания. Ресницы Ника опускаются, а затем подымаются, и когда наши взгляды встречаются, он произносит:

- Люблю тебя. Не могу поверить, что ты сейчас со мной. Это словно сон, Скай.

- Я тоже люблю тебя, - смеюсь я, а на глаза наворачиваются слезы. - Я хотела возненавидеть тебя, но просто не смогла.

- Я рад этому.

Ник прижимает свои губы к моей шее и уносит меня за пределы этого мира, пока все другое перестает для меня существовать.

Он прокладывает дорожку поцелуев по шее и далее вниз по всему моему телу. Дюйм за дюймом он двигается все ниже и ниже. Моя голова затуманивается от нахлынувшего вожделения. Не имею понятия куда и когда подевались мои брюки. Руки Ника блуждают по моей коже, опускаясь на попу и притягивая меня к нему. Делая это, он находит мои губы и сильно целует. Целуя его в ответ, я закрываю глаза и теряюсь в желании. Бабочки в моем животе превратились в торнадо. Они вскружили мне голову, и я не могу думать, только чувствовать. Я отпускаю весь самоконтроль и растворяюсь в этом моменте. Опуская все защитные стены, я говорю все, что приходит в голову, пока Ник доводит нас до экстаза.

Он мягок со мной и не торопится, позволяя ощутить все постепенно прежде, чем он совершит что-то вроде того, что пробовал делать Диган прошлой ночью. Ощущения столь разные, в хорошем смысле. Мое тело отзывается на его прикосновения, и когда я ощущаю, что мой лифчик исчез, то не боюсь. Я не думаю ни о чем, кроме нас двоих и его прикосновений. Поцелуи Ника дразнят меня, пока у меня не остается сил это вынести. Ощущая тепло пульсации между моих ног, я кричу.

Ник наблюдает за тем, как меня накрывает волна освобождения, и когда я открываю глаза, он улыбается.

- Ты сделала это при том, что я даже не касался тебя там?

На секунду я краснею и утыкаюсь лицом в его грудь, пытаясь скрыть свой стыд. Он отстраняется и улыбается, глядя на меня.

- Нет, нет. Это не то, что я имел в виду. Не смей стыдиться этого. Это так красиво, чувственно, не могу даже передать, насколько сильно я жажду оказаться внутри тебя. Я хочу, чтобы ты извивалась подо мной. Хочу слышать, как ты называешь мое имя, когда твои ногти впиваются в мою спину.

Ник подцепляет пальцами мои трусики и стягивает их. Прежде чем я успеваю спросить его о защите, он достает презерватив и одевает его. Наши тела сплетаются вместе, извиваются и скользят, поднимая нас все выше и выше. Его бедра движутся напротив моих, и я потеряна, меня уносит река наслаждения. Я буквально позволяю ему сделать все, что он хочет, а хочет он меня. Он относится ко мне так, словно это наш единственный шанс быть вместе. Каждый дюйм моего тела поцелован. Каждое местечко обласкано, каждый изгиб изучен, пока я больше не могу вынести этого.

Я снова и снова выкрикиваю его имя, синхронно раскачиваясь с ним по волнам страсти, пока мы оба не взрываемся в экстазе.

Глава 30

Ник лежит на боку абсолютно голый и убирает мои волосы с лица.

- Ты в порядке?

Я киваю.

- Я отлично.

Я целую его в щеку, и он усмехается. Мое тело полно света и легкости, подобно маленькому облачку.

- Я принесу чего-нибудь попить. Хочешь чего-то?

В номере есть мини-бар, и никто из нас не трогал его до этого.

- Воды, пожалуйста, - ложась на бок, я улыбаюсь ему, пока он встает с кровати.

Он наклоняется и целует меня в кончик носа.

- Ты дала мне полетать, Скай, - улыбаясь, он смотрит на меня на мгновение и затем направляется в другой конец комнаты.

По пути он начинает поднимать нашу разбросанную одежду. И когда он поднимает мои брюки из них что-то выпадает - тюбик супер-клея. Ник поднимает его и прежде, чем я успеваю заметить, что у него в руке, он оглядывается на меня с подозрением во взгляде.

- Ты сделала это? - он показывает тюбик.

Я сажусь, чтобы лучше разглядеть, что у него в руке. На секунду меня пронизывает страх, сильный страх.

- Нет, я собиралась сделать кое-что, но Софи отчитала меня, и у меня так и не появился шанс сделать это.

Черт. Это вышло неправильно. После того как мы оказались заперты в комнате вместе, я решила не портить его оборудование. Мы оба натворили друг другу всякого, но это все равно выглядит так плохо.

Ник берет клей и спокойно кладет его на стол. Когда он возвращает свое внимание ко мне, его глаза прищурены, и он молчит. Вместо того, чтобы направиться к мини-бару, он натягивает свои джинсы, ботинки и старую футболку. А затем Ник идет к двери и пинает ее так сильно, что косяк ломается.

- Ник, подожди! - я вскакиваю, попутно заворачиваясь в простынь. - Подожди!

Но он не останавливается. Он поворачивает за угол и сбегает вниз по лестнице, не проронив ни слова.

Я все еще стою в дверях, обернутая одной лишь простыней, чувствуя себя как сволочь, когда мой телефон звонит. Подойдя к нему, я вижу, что это Эми, и потому отвечаю. Она обычно никогда не звонит.

- Привет, что-то не так?

- Скай, рада, что застала тебя. У нас проблемы. Я пыталась справиться со всем остальным, в смысле я справлялась со всем остальным, но накопилась такая куча дерьма после твоего отъезда.

- Что ты имеешь в виду? - я опускаюсь на край кровати, пока она кратко информирует меня.

- Начальник пожарной охраны объявился на месяц раньше положенного и оштрафовал нас за какие-то непонятные нарушения. Я знаю, что у тебя нет денег, потому оплатила штраф. И не возражай. Я знаю, ты слишком гордая, чтобы принять помощь, и кроме того, ты помогла мне в трудную минуту. И с того времени не прекращала помогать. Так что я справлялась тут со всем, Скай, но это... я не могу тут ничем помочь. Я имею в виду, что я пробовала, но ты должна это увидеть сама, как только сможешь вернуться, - голос Эми звучит так, словно она вот-вот расплачется.

- Что случилось?

- Канализационная труба торгового центра забилась и ее прорвало именно в нашем магазине. Вероятно, это случилось во время обеда. Я уехала всего на час, но когда вернулась, то обнаружила по всему полу слой воды из канализации. Она хлестала повсюду и доходила уже до щиколоток. Я позвонила в город, но они сказали, что это проблема арендодателя, так что я позвонила арендодателю, и он перекрыл канализацию, но Скай, все разрушено. Я звонила в страховую компанию. Клянусь богом, я пыталась решить этот вопрос, но они сказали, что твоя страховка истекла. Я не знаю, что мне делать. Я не могу позволить себе вызвать клининговую службу, а самой мне это не под силу.

Я часто моргаю, стараясь не заплакать, пока она говорит все это. Это дело рук Ника, я уверена. Пока он здесь покрывал мое тело поцелуями, кто-то сломал канализационную трубу и уничтожил мой магазин. Мне удается спросить:

- А что с магазином Ника? И с остальной частью торгового центра?

- Разрыв в трубе был возле твоего магазина. Так что все остальное осталось нетронутым.

У меня словно вырвали внутренности. Он забрал мое сердце и растоптал его. Говоря следующее, я не плачу.

- Повесь вывеску "закрыто" и уходи. Прости меня, Эми, но я не смогу преодолеть это. Тебе придется найти работу в другом месте.

В ответ Эми выражает мне свои соболезнования и еще раз извиняется, говоря, что мы что-то придумаем, когда я вернусь, но я знаю, что она просто утешает меня, чтобы я не развалилась на куски, пока не приеду домой.

- Все в порядке, Эми. Я знала, что этот момент настанет. Спасибо тебе за все. Увидимся, когда я вернусь.

Я кладу трубку и плачу, зарываясь лицом в подушки. Они все еще пахнут человеком, который сказал мне, что любит меня, и всадил нож в спину.

Глава 31

Приняв душ, я одеваюсь и упаковываю вещи, а после несу их в багажник своей огромной машины. Солнце светит, и свадебный прием в полном разгаре. Мой отец все еще одет в костюм. Он немного ему мал, и врезается под мышки. Но тем ни менее он выглядит в нем хорошо.

- Скайлар, ты уже уезжаешь?

Его лицо напряжено. Ему известно, что я не была на свадьбе, но он не спрашивает почему или что случилось. У него есть такая особенность, будто ему известно, когда я нуждаюсь в нем, и он просто незаметно появляется. Не знаю, что ему сказать, не выдав того, как мне плохо, так что попросту пытаюсь отделаться от него.

- Да, папа, мне нужно уехать, - говорю я, не глядя на него. - В магазине сломалась труба, и там полнейший беспорядок. Эми сказала, что ей нужна моя помощь, а она никогда не просит о помощи. Так что мне нужно вернуться.

Он складывает руки под мышки и принимает позу отца, типичную в тех случаях, когда я готова разрыдаться.

- Мой набор инструментов в чемодане. Давай я схожу и принесу его тебе. Может быть что-то пригодится.

У меня не хватает смелости отказать ему, так что я киваю и говорю:

- Было бы здорово.

Папа уходит, а я бегу вверх по лестнице за остатками своих вещей. Мне не хочется наткнуться на Ника, я просто не смогу сейчас иметь с ним ничего общего. Мне нужно уехать. Сосредоточься. Успокойся. Время для слез будет позже. Снова и снова скандирую я у себя в голове; всю дорогу до дома я планирую слушать агрессивную музыку 90-х. Люди на пароме все равно полностью проигнорируют меня. Это будет круто. Альбом The Jagged Little Pill уже закачан в мой телефон и готов к прослушиванию.

Я спускаюсь к машине и забрасываю последние вещи в багажник, после чего захлопываю его. В этот момент я замечаю папу, он несет мне красный ящик с инструментами. Подходя к машине, он говорит:

- Иногда вещи ломаются, и в этом нет твоей вины, это не зависит от того, насколько ты хороша.

Черт побери. Мои глаза жгут, но я моргаю, прогоняя слезы.

- Спасибо, пап, - беря ящик с инструментами, я целую его в щеку.

- Без проблем. Я зайду в магазин, когда вернусь домой. Мы исправим это, Скай.

Я киваю и улыбаюсь. Нет смысла рассказывать ему все прямо сейчас. Кроме того, думаю, он и так все знает; знает, что я провалилась и потеряла буквально все.

Сейчас единственное, что меня удерживает - это моя старая камера с фото будуара Софи. Она находится в часовне, а я боюсь пересечься с Ником. Но с другой стороны, я не могу ее просто там оставить, так что решаю прокрасться туда по темной маленькой тропинке. Я двигаюсь через парковку словно вор и обхожу отель со стороны. Держась вне основной дорожки, я выбираю более длинный путь в часовню, надеясь, что никого не встречу.

Глядя под ноги, я пинаю ногою камень, задаваясь вопросом, как все в моей жизни могло так сильно перепутаться. Мое сердце разбито, а в груди пустота. Гнев растаял, не оставив от себя и следа. Возможно, он вернется в какой-то совершенно неподходящий момент и сделает меня еще более сумасшедшей, чем я уже себя выставила перед другими.

С обеих сторон от меня расположены массивные валуны, и я знаю, что, вероятно, не следует ходить тут после заката, но мне правда неохота ни с кем говорить до того, как я уеду. Обходя стороной валуны и деревья, я иду ближе к берегу; меня по-прежнему скрывает тень. В какой-то момент мне мерещится, что кто-то идет за мной, но оглянувшись, я никого не вижу.

Потому я продолжаю свой путь к часовне, и прямо перед тем как повернуть к ступеням к задней части здания, я слышу треск веток. Резко оборачиваясь, я осматриваюсь; сердце бешено скачет, а воображение рисует топор убийцы или ржавый нож в его руке, но вместо этого, я вижу Дигана.

- Эй, Скай. Я уж было подумал, что ты так и не придешь.

Смущаясь, я смотрю на него и наконец вспоминаю его смс.

- О, ага. Послушай, сегодня все пошло не так, как было запланировано.

- Расскажи мне об этом, - он подходит и останавливается в шаге от меня, опуская руки в карманы. - Но это ведь не причина, чтобы потратить даром такую хорошую ночь, верно?

Секс с Диганом? Сейчас? Он что совсем не видит в каком я состоянии? Мои плечи поникшие, а глаза заплаканные. Даже идиот мог бы сказать по моему виду, что я долго и сильно плакала.

- Не сегодня, но спасибо.

- Эй, - он хватает меня за руку и тянет за собой к скале. Прямо возле валуна растет дерево, так что нас явно никто не заметит. - О, черт, только не говори мне, что тот мудак уже трахнул тебя вместо меня. Вот где ты была все это время? Я думал, что обман отобьет у тебя все желание иметь с ним дело. Что ж, предполагаю, ты берешь все, что можешь получить, - Диган гримасничает, двигая бровями.

- О чем ты говоришь?

Мой ум все еще как в тумане, словно я упускаю что-то.

- Я оставил ту монету в твоем номере, когда там убирали. Сказал уборщице, что забыл кое-что в ванной и оставил для тебя монету на раковине. Я думал, что ты слишком невинная, и жулик вызовет у тебя отвращение. Но как видим, нет.

Он пытается поцеловать меня, но я отворачиваюсь. Упираясь руками в его грудь, я пытаюсь оттолкнуть его.

- Диган, уймись.

Мой желудок опускается. Все происходящее неправильно, даже несмотря на то, что я его знаю. Он не нанесет мне вред. Он просто балуется. Я толкаю его еще раз, но он не отступает.

- Не будь такой, Скай. Позволь мне помочь тебе забыть обо всех твоих заботах.

В эту секунду он меняется. Диган не слушает меня, прижимая мое тело к скале все сильнее и хватая меня за задницу. Одновременно с тем, его губы шарят по моей шее. Это не имеет ничего общего с тем, что мы делали прошлой ночью, сейчас все по другому - все происходит не по взаимному согласию.

- Ты смущаешь меня, - я пытаюсь оттолкнуть его, но он не сдвигается даже на дюйм. - Диган, остановись! Это больше не смешно! - на этот раз мой голос немного повышен, но это пока что не крик. Я ерзаю, пытаясь ударить коленом ему в пах, но он лишь сильнее прижимает меня к скале и зажимает рукой рот.

- Давай, Скай. Если ты собиралась отдаться мне в ту ночь, то чем эта тебе не подходит? Расслабься, ладно? - он смотрит на меня, пытаясь разглядеть мою реакцию на его слова.

Каждый волосок у меня на затылке встает дыбом. Другая рука Дигана задерживается возле подола моего платья, поднимая его все выше и выше. Я киваю, и он убирает свою руку с моего рта.

- Только давай это сделаем по моему, думаю, тебе это понравится. Если тебе не понравится так, то по другому будет еще хуже. Ты понимаешь?

Он так близко. Я пытаюсь сделать вид, что собираюсь ответить ему, но от того, что я делаю глубокий вдох, чтобы закричать, моя грудь подымается. Он замечает это и я едва успеваю пискнуть, как он снова прижимает меня к камню. Весь воздух покидает легкие, и я не могу полноценно крикнуть. Короткий звук, вырывающийся из моего рта, теряется в ночи, от чего мое сердце бьется еще сильнее. На шее выступают капли пота, а тело парализует.

- Ладно, если тебе так больше нравится, - Диган разворачивает меня, и при этом ему удается держать мой рот закрытым. Находясь у меня за спиной, он поднимает мою юбку и толкает мое лицо в камень. Я пытаюсь заорать, но не могу пошевелиться, он прижимает меня так сильно, что я даже не могу вдохнуть. Но когда я слышу звук расстегивающейся молнии, то срываюсь. Не думая, я кусаю его за руку, сжимая зубы до тех пор, пока не чувствую вкус крови.

Он кричит:

- Ты, сука! - после чего отпускает меня. Подол моей юбки падает, и я стараюсь увернуться и побежать, но он хватает меня за запястье. - Ты гребаная маленькая шлюшка!

- Отпусти меня!

Сейчас, когда я наконец могу сделать вдох, мое дыхание неровное. Я не в силах пронзительно заорать, мне едва удается говорить, так как он хватает и сжимает меня за горло. Ударяя его в ответ, я падаю на землю. В правилах самозащиты сказано действовать, если кто-то пытается напасть на вас, верно?

Диган тащит меня куда-то и через секунду останавливается.

- Прекрасно, ты хочешь, чтобы все прошло так. Я устрою это тебе, Скай, - я стараюсь отползти от него на четвереньках. Из меня вырываются бессвязные крики, я что-то говорю, но сама толком не понимаю что именно. Бросаясь ко мне, он хватает мою лодыжку и тащит обратно. Перехватывая мои ноги за бедра, он задирает мою юбку, от чего я вздрагиваю и ору что есть мочи. За эту выходку Диган дает мне пощечину. Кровь брызгает из полученной раны, и это временно заставляет меня замолчать. Он усмехается, и уже располагает себя напротив моего входа. - Ты ведь знаешь, что они говорят, верно? Как правило, это тот, кого вы знаете.

Я не могу пошевелиться. Закрывая глаза, я ожидаю, что он изнасилует меня, возьмет то, что хочет, но в этот момент в мое лицо ударяет поток воздуха, я слышу сдавленный звук, и все стихает. Открывая глаза, я понимаю, что Диган исчез. Я сажусь и исступленно осматриваюсь. Диган борется с кем-то, с каким-то другим парнем. Он пытается ударить парня, но тот выбивает из него все дерьмо. Я встаю, меня колотит, и я не в состоянии двигаться или говорить. Удар за ударом врезается в Дигана, и в конце концов его защита ослабевает.

- Получи, чертов сукин сын! - раздается голос Ника. Я пытаюсь разглядеть его лицо, но его не видно из-за красной бейсболки. Он смотрит на меня, а я просто стою здесь, дрожа. Через секунду я начинаю плакать. Но Ник не подходит ко мне. Он не утешает и не обнимает меня. Вместо этого, он упирается ногой в грудь Дигана и звонит в полицию.

Глава 32

В тот момент, когда приезжает полиция, Софи и Стивен уже уехали. Слава богу. Даже не знаю, она еще моя подруга или уже нет. Полицейские накинули мне на плечи одеяло и сказали, что по возвращению домой мне нужно получить консультацию. Я сумела лишь кивнуть. Мне жутко хочется уехать. Все это время Ник находится рядом, но держит дистанцию. Он рассказывает копам, что шел по улице, направляясь от часовни в гостиницу, когда услышал мои крики. Когда он подоспел к нам, то сделал все, что мог.

Полицейский смеется.

- Вы сломали ему ребра, - Ник бледнеет, так что офицер объясняет. - Я поступил бы так же. Чертов мудак, - а потом он указывает на меня. - Убедитесь, что она в порядке. Ей не следует сейчас быть одной, а кажется, что она как раз собирается ехать домой. Она не хочет даже говорить мне своего имени или назвать имя ближайшего родственника. Вы ее знаете?

Ник смотрит на меня и отрицательно качает головой. Полицейский закатывает глаза.

- И я предполагаю, вы - мистер Смит?

- Ага.

- Ребята, мы не можем выдвигать обвинений, если у нас нет ваших настоящих имен. Вы предъявите обвинения или хотите, чтобы я отпустил его?

Ник отвечает за меня.

- Она предъявит обвинения. Я позвоню ее адвокату и позабочусь об этом. Просто если надавить на нее прямо сейчас, она сломается.

Коп качает головой:

- Мне нужно услышать это от нее.

- Я сделаю то, что он сказал, - удается мне выдавить из себя, тем временем плотнее закутываясь в одеяло.

- Ладно, скажите своему адвокату подать иск, или парень выйдет сухим из воды.

Полицейский уводит Дигана, и вдруг становится тихо.

Я смотрю под ноги, все еще дрожа, хотя мне и не холодно. Не знаю как долго я так сижу, молча и глядя в пол, но когда я наконец-то подымаю взор, Ник все еще стоит напротив.

Спустя мгновение он говорит:

- Софи рассказала мне о клее, и о том, что это не твоих рук дело. Тюбик в твоем кармане был полным, - в ответ я просто моргая смотрю на него. - Скай, я не знал, что мне делать.

Мои защитные стены снова на месте. Каждый кирпичик самостоятельно установился на место, готовый к обороне.

- Меня это не волнует.

Я роняю одеяло и встаю, чтобы идти к машине. С каждым шагом, я двигаюсь все быстрее, а мои шаги все длиннее.

- Куда ты собираешься? Скай, остановись, - Ник гонится за мной. Поравнявшись, он говорит. - Прости меня. Я думал, ты играла со мной. Я подумал, что ты была искренней, а потом обнаружил, что это не так. Что бы ты подумала в такой ситуации?

Побледнев, я останавливаюсь, и на моем лице расползается спокойная улыбка.

- В точности тоже самое.

- Я не могу это исправить, верно? - спрашивает Ник. Я качаю головой и складываю руки на груди. Он собирается сделать вид, что не имеет ничего общего с потопом в моей студии. Ладно. Черт с ним. - Я заслужил такое отношение, но тебе нельзя ехать домой одной.

- Еще посмотрим.

Я разворачиваюсь. Ник осторожен, он не хватает и не касается меня. Ощущение словно все, удерживающие во едино, шурупы и гайки развинчиваются с каждым моим шагом. Так что когда я достигаю авто, то быстро забираюсь внутрь и захлопываю дверь. Окно открыто, и я не могу закрыть его, пока не заведу мотор. Я включаю зажигание, но машина настолько древняя, что на закрытие окна уходит буквально вечность. Оно так медленно ползет вверх, а Ник все еще стоит рядом. Он с легкостью может остановить стекло, но не останавливает.

Вместо этого, он говорит:

- Подожди, Скай, давай я приведу кого-нибудь, кто сможет о тебе позаботиться. Подожди.

Глядя на отель, он, кажется, разрывается, не зная, что делать.

Я рычу в ответ:

- Если ты хоть кому-нибудь скажешь о том, что сегодня произошло, если ты еще больше испортишь свадьбу Софи...

- Скайлар, это не твоя вина.

- Не называй меня так!

Окно наконец-то закрывается.

Я включаю задний ход, но автостоянка новая и рассчитана под размеры нормальных авто, а не таких монстров, как мой. Чтобы выехать в парковочного места мне нужно трижды сдавать назад и проезжать вперед, и лишь на четвертый раз я втискиваю машину между двумя внедорожниками, все это время Ник за мной наблюдает. Это добивает меня, и я падаю на руль, рыдая и издавая противные, сопливые стоны.

Ник подходит ко мне и открывает дверь.

- Подвинься. Я отвезу тебя домой.

Я делаю, как он говорит и передвигаюсь на пассажирское сидение, на максимальное от него расстояние. Мы начинаем ехать, и он звонит кому-то с просьбой, чтобы все его вещи перенесли в номер.

- Ага, я доплачу. Просто убедитесь, что забрали сумки с камерами. Кое-что случилось, и мне нужно было поспешно уехать. Они на тропинке, возле часовни, - после звонка Ник замолкает.

Я же прислоняюсь к двери и проваливаюсь в сон. Следующее, что я осознаю - Ник зовет меня по имени.

- Скай? Скай, проснись, - я гляжу на него. - Я не знаю, где ты живешь.

- В студии.

Его челюсть отвисает.

- Это же незаконно.

- Никто не знает. А сейчас это уже и не имеет значения.

Ник делает вид, что не понимает, о чем я.

- Что ты имеешь ввиду?

- Просто поезжай в магазин.

Он больше ничего не говорит. Мы направляемся вниз по шоссе Монтоку, пока не достигаем торгового центра, в котором с одной стороны расположена моя студия, а с другой - его. Вонь, витающая в воздухе, ужасна.

Ник останавливается перед зданием и глушит двигатель.

- Скай, тебе не следует сейчас оставаться одной.

- Сходи трахни обезьянку, Ферро. У меня нет времени на тебя или твою фальшивую заботу, - это звучит не свойственно для меня, но я слишком расстроена, чтобы переживать о подобном.

Ник идет за мной к магазину.

- Эй, о чем ты говоришь? Скай?

Вставив ключ в замок, я открываю дверь. Запах становится хуже, ударяя меня в лицо словно волна. И когда я переступаю через порог, то мои ноги погружаются в зловонную воду. Она наполняет мои туфли, и я уже не слышу Ника. Я бреду к выключателю и включаю свет. Возможно, мне удастся спасти стол и стулья, но все книги и альбомы явно испорчены. Наибольшей проблемой является задняя часть магазина. В моей съемочной комнате была куча вещей на полу, в том числе и моя постель.

Когда я заглядываю через дверной проем в заднюю комнату то, чтобы устоять, хватаюсь за стену. Все разрушено. Комната наполнена водой, и похоже она лилась сверху и затопила все вокруг. Стоя там я ощущаю, как Ник смотрит поверх моего плеча.

- Примите мои поздравления, Ферро. Ты уничтожил своего кумира. Так что можешь больше не притворяться, что переживаешь за меня и идти за похвалой к своему отцу. И вся та хрень, которую ты говорил, чтобы залезть мне в трусики - гениальна. Ты был крайне убедителен.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он преграждает мне путь.

- Я не делал этого. Как ты вообще можешь обвинять меня в подобном?

- Затопило только мой магазин. В городской службе сказали, что это проблема с трубами в здании, Ник. Возможно, я и младше тебя, но я не тупая. Ты получил то, чего хотел. Я провалилась. Ты выиграл.

- Скайлар, я не делал этого, - он звучит искренне, но я так расстроена.

- Не ври мне больше! Я не могу этого вынести!

Я сильно толкаю его в грудь.

- Я и не лгу.

- Просто уходи.

Я разворачиваюсь и смотрю на разруху.

- Нет, я не делал этого, - Ник вытягивает свой телефон и звонит кому-то. - Арендатор блока 281 был затоплен сегодня. Ага, это его сын, мой отдел напротив ее. Что случилось? - на минуту он замолкает, и чем дольше тянется молчание, тем сильнее сужаются его глаза. Его челюсть напрягается, и он выглядит так, словно вот-вот взорвется. - Спасибо.

Он нажимает отбой и смотрит на меня. Ник шлепает по сточным водам, хватая по пути мою эмблему из стекла, и выходит из магазина.

Я следую за ним, но лишь потому, что из-за вони не могу нормально дышать. Ник идет в свою студию, открывает двери и включает свет. Я наблюдаю за тем, как он хватает лезвие и начинает соскребать свое имя с вывески на двери. Заканчивая, Ник берет кусок ленты и приклеивает мою эмблему. Когда он выходит, то бросает мне свои ключи.

- Она твоя.

Я ловлю их, но не верю ему.

- Очень смешно.

- Это не шутка, - он быстро направляется к моей машине, словно собирается на ней куда-то ехать. Ник хватает дверцу водителя и тянет за нее. - Мне нужны ключи. Мне нужно съездить и переговорить с отцом.

- Подведете итого, да, Ник?

- Думай все, что хочешь, Скай, но мне нужно ехать и побеспокоиться об этом. Прямо сейчас. А ты не можешь спать у себя в магазине. Так как попросту умрешь от стоящей там вони.

- Ты сделал это со мной. Это случилось, пока мы были вместе. Так что у тебя ни за что не получится убедить меня, что ты об этом не знал и не мог остановить.

Я сжимаю руки в кулаки.

- Я знаю, что потерял тебя и почти что потерял самого себя. Ты вернула меня к жизни и помогла понять, что я плыл по течению. Я знаю, ты не веришь мне, но мне необходимо пойти и сделать что-то правильно. Прошу, позволь мне.

Он протягивает свою руку, ожидая ключи от моей машины.

- Я поеду с тобой.

Глава 33

Мы едем целую вечность, возвращаясь на восток. Снова. Ник вжимает педаль газа моего огромного зверя. Я сижу босиком, потому что мои туфли пропитались и воняют сточной водой. Они так воняли в машине, что мы остановились и выбросили их в мусорный бак. Ботинки Ника водонепроницаемые, так что вода не оставила на них и следа. Здорово было бы, если бы так же было и с людьми. Чтобы когда жизнь поворачивается к тебе задом, ты мог бы немного расплескать свои эмоции направо и налево, а потом вернуться в нормальное состояние, вроде ничего и не случилось. Я не наивна, конечно, но можно же помечтать.

Мы приезжаем в семейный особняк Ферро где-то около полуночи. Ник паркует мою уродливую машину прямо перед парадным входом и бросается вверх по ступеням. Оказавшись внутри дома, он стремительно подымается вверх по лестнице. Я подумываю отстать, но почему-то все же следую за ним по извилистым коридорам.

Он направляется прямиком в комнату с высокими потолками и оббитыми кожей стенами. Здесь множество книжных шкафов, стоящих в разнобой с несколькими скульптурами, стоящими целое состояние. Отец Ника, Даррен, сидит за столом, все еще одетый в костюм, но его галстук ослаблен; он говорит по телефону.

- Джаред, вещи не столь просты, и тебе об этом известно, - когда Ник врывается в кабинет, его отец резко прерывается и говорит в трубку. - Я тебе перезвоню.

- Что ты сделал? - спрашивает Ник. Его плечи напряжены, и у него довольно безумный вид по сравнению с тем, что был до этого.

Мистер Ферро смотрит на сына, а потом скользит взглядом ко мне, окидывая меня от головы до босых ног.

- Обеспечил тебе место в компании и одновременно с тем преподал хороший урок. Ты отсутствовал всего несколько дней, а бизнес мисс Томпсон все еще был открыт. Ты же не хочешь утратить свое место в компании, верно? Поглощение - довольно трудный процесс, и до сих пор он тебе хорошо удавался. Твоей ошибкой было оказаться рядом с владельцем поглощаемого бизнеса. Но ты проявил себя в моих глазах. Нам просто пришлось закончить начатое, чтобы это выглядело хорошо с точки зрения акционеров. Я не могу допустить, чтобы люди обвинили меня в протекции родственников, - он смеется и добавляет, - или чтобы Ферро посчитали мягкотелыми.

- Ее бизнес не закрыт. Он переехал в мой магазин. Я проиграл, - Ник ударяет ладонями о стол отца так сильно, что тот практически подпрыгивает.

Понимающая улыбка пересекает лицо мистера Ферро, но вместо того, чтобы ответить своему сыну, он обращается ко мне.

- Он был влюблен в тебя на протяжении длительного времени. Ты себе хотя бы представляешь, сколько решимости и выносливости потребовалось ему чтобы разрушить твой бизнес? Я наблюдал, как мой сын разобрал тебя на части, кирпичик за кирпичиком. И вот сейчас я не понимаю, почему ты стоишь здесь в моем кабинете посреди ночи, босиком, тогда как я не приглашал тебя?

Я прохожу в комнату и останавливаюсь возле Ника.

- Я стою здесь, потому что ваш сын любит меня. Потому что он отдал мне свой магазин. Мое имя красуется на его входной двери.

Мистер Ферро ухмыляется.

- Думаешь, ты можешь заполучить Ника так просто?

Ник вставляет слово еще до того, как я успеваю ответить.

- Она не хочет меня, - его слова звучат громко и четко. Ник наклоняется к лицу своего отца. - А я не хочу тебя.

Мистер Ферро смеется.

- Николас, не будь смешным. Ты собираешься бросить все, но ради чего? Ради девушки, которая не разделяет твою привязанность?

Ник уже в дверях. Он оборачивается и качает головой.

- Нет. За последние несколько дней я нашел свою душу, и я не хочу, чтобы работа вместе с тобой ее снова высосала.

Я иду за Ником в коридор, но его отец говорит нам вслед:

- Если ты покинешь этот дом, то можешь больше никогда не возвращаться.

В ответ Ник лишь ускорят свой шаг, направляясь к входной двери. Это были не пустые слова. Я оглядываюсь через плечо и затем бросаюсь к Нику, останавливая его уже прямо перед дверью.

- Подожди! - я хватаю его за руку. - Ты не можешь так просто уйти.

- Нет, я могу. Это всего лишь еще один шаг, и я ухожу.

- Но ты - Ферро.

- Я хотел бы им не быть. Если я останусь здесь, то знаю кем стану - мужчиной за тем столом. Я имел в виду то, что сказал там. Я заблудился, но за последние несколько дней ты вернула мне самого себя. Так что я не останусь здесь и не загублю себя, просто чтобы угодить им снова, - он смеется. - Состояние Ферро проклято - даже в газетах писали об этом - и это правда, потому что нужно загубить свою душу, чтобы получить его. С меня хватит, и я не вернусь.

Ник выходит на улицу и глубоко вдыхает ночной воздух, словно до этого он был рабом, а сейчас стал свободным человеком.

Глава 34

Поездка обратно в магазин проходит в тишине. Он просто бросил свою жизнь... ну, или обрел ее. Мне интересно, есть ли у него какие-то деньги, или он собирается стать бродягой. По пути я прошу его завезти меня в дом к родителям, так как они все еще на острове. Я не могу принять его магазин. У меня нет намерений так поступить.

Заходя в дом моего детства, в нос ударяет такой знакомы запах лимонов и чистящих средств. Моя мама одержима уборкой. Даже если я поставлю все на свои места и отполирую все следы нашего пребывания, она все равно узнает, что мы здесь были.

Ник осматривается.

- Ты здесь выросла?

- Ага, я просто вот-засада-ребенок. Моя мама вроде как считает, что я испортила ее тело, прямо после того, как она наконец-то привела его в порядок.

Ник разглядывает фото на стенах. Есть несколько фото моих братьев и сестер и всего одна моя. На ней я в шляпе и мантии, с фальшивой улыбкой на губах. Это фото сделано в день моего выпускного из старшей школы. Он замечает, что это единственное фото. Я знаю, что Ник заметил, даже не смотря на то, что он никак это не комментирует.

Мы поднимаемся в мою старую комнату. Она выглядит в точности также, как когда я съехала, мама ничего не меняла, потому что, судя по ее словам, у меня все равно бы ничего не получилось, и в конце концов мне пришлось бы вернуться жить к ним. Я ничего не говорю Нику, но его движения столь осторожны, будто он идет по тонкому льду. Наконец, он спрашивает:

- Хочешь, я позвоню Эми? Или еще кому-то, кто сможет побыть с тобой? Я не могу оставить тебя одну, Скай. Слишком много всего за сегодня с тобой случилось.

Я плюхаюсь на свою старую кровать.

- Значит не оставляй. В шкафу есть одеяла. Чур кровать за мной.

Молча, Ник делает настил на полу из одеял и подушек, после чего выключает свет. Я слышу, как он стягивает с себя рубашку и забирается под одеяло. Переворачиваясь на бок, я смотрю на него сверху вниз. Его руки покоятся под головой, а глаза закрыты. Минуту я наблюдаю за ним, а после пытаюсь уснуть, но сон не приходит. Меня пробирает дрожь, и от безмолвных всхлипов мое дыхание становиться рваным.

Спустя несколько часов, я уверена, что Ник спит. Потому выскальзываю из постели и ложусь рядом с ним. Но он открывает глаза и смотрит на меня. Какое-то время мы так и лежим, глядя друг на друга, пока я наконец-то не спрашиваю:

- Ты правда меня любишь?

Секунду он молчит. А после произносит:

- Я всегда тебя буду любить.

- Что же нам с этим делать?

- Нам? - спрашивает он, и его сапфировые глаза полны нежности и трепета. Он тянется к своему карману, словно хочет проверить на месте ли бумажник, но на самом деле, он ищет не его.

Слабо улыбаясь, я киваю. Слезы струятся из моих глаз и катятся по щекам.

- Ты все еще носишь мой поцелуй в своем кармане? - в ответ он посылает самую красивую улыбку, которую мне когда-либо доводилось видеть, его темные ресницы опускаются, пока наши взгляды снова не встречаются. - Так что, да, мы. Плюс, я же твоя тень. Мы должны быть вместе. Нельзя разлучить парня с его тенью.

Взгляд Ника скользит по мне, когда он спрашивает:

- А ты все еще любишь меня? После всего этого? Скай, не делай этого из жалости ко мне. Я не смогу стерпеть такое. Не так больно узнать, что я разрушил все еще до начала, гораздо болезненнее осознание того, что ты была моей, а я потерял тебя, так что не нужно оставаться со мной просто из жалости.

Его палец движется вокруг наперстка в кармане. Не уверена, что он осознает собственное движение.

- Это не жалость, - говорю я, будучи уверена в своих словах. После случившегося сегодня, я знаю, что все это даже и близко не из-за жалости. Еще при первой нашей встречи я хотела быть его. Когда он привез меня домой, меня переполняло желание прислониться к нему, оказаться в его объятиях, но я так сильно боялась боли. Сейчас он рядом со мной, и я знаю всю правду, и от этого я люблю его еще сильнее, чем раньше. - И я не приму твой магазин.

Он усмехается и возится с одеялом.

- Да, ты примешь. Я должен тебе магазин. К тому же они выглядят идентично. Никто даже и не заметит, - он смотрит на меня, и я смеюсь.

В этот момент я чувствую, что нашла свой дом, и это не кровать или стены. Это мужчина, лежащий рядом со мной. Робко я задаю вопрос еще раз; мне так важно услышать это из его уст.

- Ты любишь меня?

- Я люблю тебя. Я люблю тебя, Скайлар. Я люблю тебя сегодня, и любил тебя вчера, и завтра я все еще буду любить тебя. - он повторяет это снова и снова.

И, наконец, я медленно подкатываюсь к нему, ныряя в нежные объятия.

- Ник?

Он целует мои брови и сильнее прижимается.

- Да, любовь моя?

Он целует меня в макушку и убирает волосы с моих глаз, после чего пристально смотрит.

- Я тоже люблю тебя.

Глава 35

На следующее утро мы оба принимаем душ и возвращаемся в студию. Я вздрагиваю, когда вижу машину Ника на парковке перед торговым центром.

- Как она оказалась здесь?

- Кое-кто пригнал ее для меня.

Я гляжу на него.

- Как? В смысле, не хочу сыпать соль на рану, но это ведь недорого обошлось? Как ты теперь сможешь это оплатить?

Он смеется.

- Я не беден, Скай. В течение длительного времени я копил свои собственные деньги, наличные, которые заработал сам. Я работаю с четырнадцатилетнего возраста. Вложил кое-какие средства в это, и как ты говорила, мне не нужно было платить за аренду. Старик заставил подписать меня договор аренды, где в графе “плата” стоит 0$. Однако там не указано, что я не могу сдать в субаренду это помещение, так что я сдаю его... тебе. До конца действия договора осталось два года, и они твои.

Моя челюсть падает.

- То есть ты все еще Ферро-неприличный-богач?

Он смеется.

- Нет, у нас с тобой нет никаких реактивных самолетов, но мы можем позволить себе квартиру, одежду и еду. Как такое называется? Средний класс?

Я киваю и улыбаюсь, наблюдая, как он обходит машину и достает оттуда наше фото-оборудование.

- Идем, давай посмотрим, что у нас есть в итоге со свадьбы Софи.

- Ник, я не могу принять твой магазин.

Но он не слушает. Он идет внутрь, занося вещи, и включает свет, и только тогда он оглядывается и видит, что я все еще стою на стоянке, задыхаясь словно рыба.

Он протягивает руку:

- Ладно, тогда давай сделаем его нашим магазином. Давай работать вместе, вместе фотографировать, жить вместе, любить друг друга... - рука Ника зависает в воздухе, по направлению ко мне.

Мой желудок скручивает, от осознания того, что данное предложение все меняет, но это хорошее, светлое чувство предвкушения, и я больше не боюсь. Протягивая ему свою руку в ответ, я говорю:

- Да, - и позволяю ему себя крепко обнять. Ник целует меня в макушку, потом в висок и наконец в губы. Последний поцелуй такой нежный, от него в моем животе оживает вихрь бабочек, они ликуют и пляшут.

- Пойдем.

-----

Следующие несколько дней мы работаем вместе и спим в нашей студии, пока не находим маленькую квартирку вниз по улице. Она расположена близко к воде и находится на втором этаже. Так что ночью, когда светит полная луна, мы можем наслаждаться видом озера и звездной ряби на его поверхности. Ник подходит ко мне, когда я стою у подоконника, высунувшись наружу.

Он скользит руками вокруг моей талии и целует меня в шею.

- Там тебе пришло сообщение от кое-кого, кого, как мне известно, ты бы хотела увидеть.

- Да?

Я разворачиваюсь и беру телефон. Улыбка исчезает с моего лица. Основываясь на первых нескольких словах, я не могу даже предположить содержание всего сообщения. Фактически, похоже на то, что она пишет мне со своего медового месяца, чтобы отчитать. Я колеблюсь, не желая даже знать, что я потеряла ее.

Ник тянет меня на кровать, нашу кровать, и говорит:

- Открой его. Ты хочешь это знать, и прямо сейчас ты все узнаешь.

Игнорируя страх, я кликаю по экрану и читаю ее сообщение. Оно начинается с того, как она была разочарована, когда я попросила ее о клее. Это и есть та часть, которая была видна на экране до того как я разблокировала его, а затем она извиняется за то, что приняла столь радикальные меры, поясняя это тем, что я для нее слишком много значу, и она не могла позволить мне стать таким человеком. Она осознавала возникшие затраты и возможные результаты своих действий. Это сообщение она написала, как только узнала, что мой магазин был затоплен. Последняя часть сообщения гласит: ПРОСТИ МЕНЯ. Я НАДЕЯЛАСЬ, ЧТО ЭТО СРАБОТАЕТ И ВЫ, РЕБЯТА, ОСОЗНАЕТЕ СВОИ ЧУВСТВА К ДРУГ ДРУГУ. НИК С ТОБОЙ?

В ответ я набираю всего две буквы: ДА

Ник нежен и касается меня так, как я всегда жаждала. Он забирает у меня телефон и толкает на спину на подушки кровати.

- Пожалуйста, скажи, что ты уже закончила работать. У меня для нас есть кое-какие планы.

Я смеюсь и отталкиваю его.

- Мне нужно отредактировать несколько фото. Хочу закончить с ними к тому времени, как Софи вернется.

Он кивает.

- Я могу на них взглянуть? Каждый раз, когда я прохожу мимо, ты выключаешь экран.

Взглянув на него на мгновение, я обдумываю его просьбу. Мы объединили свадебные фото и редактируем их вместе, но я так и не позволяю Нику взглянуть на будуарные снимки, даже не смотря на то, что Софи на них не голая. Я делала эти снимки основываясь на своих ощущениях по отношению к Нику, и потому, если он увидит их, то словно заглянет в мое сознание немного дальше, чем я хотела бы ему открыться.

- Возможно, но не думаю, что тебе они понравятся. Они довольно темные и со странным количеством комбинаций.

Он берет меня за руку.

- Покажи мне.

В его взгляде горит желание, и я знаю, что он взволнован по той же причине, по которой я боюсь. Искусство всегда как-то странно связано с душой. Когда кому-то не нравится моя работа, трудно не принимать это на личный счет. Сейчас я не очень уверена, что эти фото понравятся ему. Они довольно сильно отличаются, от сделанных мною прежде.

Я иду на кухню и ставлю еще один стул перед компьютером, одновременно с тем предупреждая его об этих фактах.

Пока файл открывается, Ник хватает какой-то напиток и подходит ко мне. Экран выключен, но если его включить, то мы увидим готовую картинку. Все что мне нужно для этого сделать - нажать на кнопку. Мое сердце колотится, врезаясь в ребра.

- Готов?

- Показывай, - настаивает Ник, и я жму кнопку.

Экран загорается, и я закрываю глаза. Не хочу видеть его реакцию. На этой фотографии изображена Софи, она плывет на спине по бухте, ее глаза закрыты. Атласное платье прилипает к бледному телу, каждый дюйм которого покрыт водой. Подол юбки кремового цвета обрамляет ее лодыжки. Темные волосы вьются вокруг лица, а руки разведены по бокам, и только по единственном поднятому пальцу ясно, что она живая. Это словно жизнь и смерть, начало и конец, тьма и свет, все сплелось воедино. Фото вызывает полное замешательство и одновременно с тем возвышенные эмоции. Для меня это фото символизирует тот день, когда я чувствовала, что вот-вот утону в проблемах, но поднятый палец на снимке - это образ надежды на лучшее, на то, что я выживу.

Ник ахает и наклоняется ближе к экрану.

- О мой бог, Скай. Это... - его челюсть отвисла, и внутри я съежилась. Это фото ему ненавистно. Я тянусь к экрану, чтобы выключить его, но он хватает меня за запястье. - Это самая поразительная вещь из всех ранее созданных тобой работ. Софи выглядит тут словно Офелия на картине Милле, но немного иначе, обнадеживающе, словно она уплывет и начнет все заново. А то, как платье струится в воде вокруг нее, выглядит идеально, напоминает греческую богиню.

Упс, я не замечала кое-чего до этого, но сейчас открыв фото и взглянув на него с другой стороны, я вижу это. Софи одета, но ее грудь отчетливо видна. Ткань похожа на тонкую бумагу, прикрывающую ее.

- Мне не следовало показывать тебе это фото, - я хочу дотянуться и выключить экран, но Ник мне не дает это сделать.

Вместо этого, он поднимает меня на ноги, и убирает мои волосы за уши.

- Только не говори мне, что ты слишком стесняешься показывать мне подобные фото.

- Не поэтому. Она моя лучшая подруга. И она выглядит идеальной, потому что именно такой и является. Все в ней идеально.

Ник наклоняет мое лицо так, чтоб наши взгляды встретились.

- Кто заставил тебя чувствовать себя столь неуверенной? Скажи мне, я бы хотел надрать ему зад. Кстати, я тоже хочу кое-что рассказать тебе. Вернее, показать, подожди, - Ник нажимает пару кнопок и открывает фотографию Софи, на нем она выглядит так, как всегда. Он размещает это фото параллельно с моим, бок о бок. - Женщина, которую ты сфотографировала, возможно, и твоя подруга, но она не выглядит так. Женщина на этом снимке, сердцем и душой, - это ты. Ты увидела и сумела запечатлеть ее тело в этих водоворотах воды и линиях теней. Блики солнца идеально освещают ее кожу. Это фото говорит о тебе больше, чем о ней. Я не вижу полуголое тело в воде. Я вижу тебя, твои мысли и страхи, их прекрасное отображение в контексте, значащем что-то именно для тебя.

- Что ты имеешь ввиду?

- Это твоя Русалочья бухта, верно?

- Ага.

Нервы простреливают через меня. Я знала, что Ник проницателен, и думала об этом всем, когда делала снимок, но я никому не озвучивала этого, даже самой себе. Я начинаю дрожать.

- Это символично также и для тебя. Это конец детства и начало чего-то неизвестного. Русалки в этой книге боготворили только Питера. Они пытались убить Вэнди или любую другую девушку, проходящую рядом с бухтой. То, где снято это фото, тоже имеет значение, поскольку оно отображает конец одной жизни и надежду на следующую. Эта Офелия не мертва, она просто должна возродиться; ей как и тебе нужно было вернуться к жизни и оставить позади свои детские представления, но думаю, не буквально все.

Глядя на него, я чувствую себя абсолютно обнаженной, хотя на мне и есть одежда. Я криво и неловко улыбаюсь:

- Ты видишь меня насквозь.

- Страшно, правда? - Ник улыбается и притягивает меня к себе. - Мне знакомо это чувство. Оно посещает меня каждый раз, как я смотрю на тебя. И одновременно с тем оно освобождает. Рядом с тобой мне не нужно притворяться. Я и так знаю, кто ты и мне нравится то, что я вижу: детские мечты, сумасшедшую мать и все это... Скай, это лишь заставляет меня хотеть тебя еще сильнее.

Я обнимаю его за шею, и он поднимает меня, неся к кровати, чтобы показать насколько сильна его любовь.

Глава 36

Несколькими неделями позже. Софи забрала свои фото, она просто влюбилась в них. Ее двоюродная сестра не выполнила свои обязательства в пари, так как Софи не определила лучшее фото, так что мы не выиграли деньги. Эми вернулась к работе за стойкой администратора, но в нашей новой студии; я сменила все свои альбомы, вставив в них те фото, которые удалось спасти, и сейчас они вместе с альбомами Ника стоят в передней комнате. Мы работаем вместе, но дело идет медленно.

Вероятно, отец Ника распространил слухи о смерти моей студии, и сделал это в таком свете, что казалось, будто я полностью закрыла свой магазин. Ник не говорил ни с кем из семьи, не смотря на постоянные настояния своей матери. Если мы не заполучим реально хорошего клиента в ближайшее время, какую-то значимую персону, то у нас возникнут серьезные проблемы. Мы с Ником оба понимаем, что этот момент близок.

Пока я доделываю объявление, которое собираюсь повесить в переднем окне магазина, дверной колокольчик звенит. Я слышу, как Эми говорит свою обычную приветственную речь, а человек ей отвечает. Эми предлагает ему присесть, а потом идет в заднюю комнату, чтобы переговорить с нами.

Она отодвигает штору и проскальзывает в комнату, на ее лице играет глупая улыбка, а руки обхватывают плечи.

- Там мистер Ферро, и он спрашивает о возможности организации съемки на его свадьбе. Он сказал, что Скай - любимый фотограф его невесты, и они бы хотели получить максимальный пакет услуг. Так что лучше бы вам встретиться с ним лично, вам двоим!

Конец

Content

Уорд Х. М. Свадебный контракт (ЛП)

Х. М. Уорд Свадебный контракт

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36