Максим Калашников

Мобилизационная экономика. Может ли Россия обойтись без Запада?

Предисловие

Ночью 3 августа 2014 года мы с другом ехали на авто по маршруту Одоев— Белев— Козельск— Сухиничи — Брянск. Через территории Тульской, Калужской и Брянской областей. По дороге на Козельск мы словно въехали в мир то ли Стивена Кинга, то ли Говарда Лавкрафта, то ли жутких русских сказок. Мы ехали в полной темноте по старым, разбитым дорогам, проложенным еще в СССР и с тех пор не ремонтировавшимся. В призрачном свете фар на нас наплывал страшный шлях: то морщинистая «стиральная доска» гравийки, то истертые, выщербленные бетонные плиты, то участки дороги из скверного асфальта. Навстречу нам ползла пепельно-серая лента, порой напоминающая лунный пейзаж. Никаких фонарей. Практически нет дорожных указателей. Ни малейшего намека на дорожную разметку. По бокам дороги — чернильная темень, ни огонька. Или густой лес. Всего одна встречная машина на протяжении сотни километров. Казалось, мы едем в мире, где люди исчезли вовсе.

Но все-таки мы видели на пустынных улицах маленьких городков патрули МВД. Один из них остановил нас на совершенно разбитой, морщинистой и усеянной ямами дороге. Проверил документы. Служивые сказали, что их выставили сюда, чтобы предотвратить проникновение террористов с Украины.

Мы поехали дальше. Временами от пустынности и заброшенности этих мест становилось жутковато. В свете фар истертую и изрытую колдобинами дорогу перебегали то зайцы, то лисы. Деревья по обочинам казались застывшими в задумчивости онтами из толкиеновских книг. Думалось: а ведь сюда, в чащи, в места, которые обезлюдели после расчленения СССР и «рыночных реформ», сюда, где полно опустевших селений и остановившихся заводов, вполне могут заявиться лесовики-бандеровцы. Например, в глушь национального парка долины реки Угры. Впрочем, как и в леса Брянщины. Здесь можно спрятать оружие и транспорт, выкопать схроны. Спутниковая навигация позволит бандитам не плутать и совершать хоть диверсии, хоть рейды.

Перспектива появления банд противника с базами всего в двух сотнях верст от Москвы при затягивании войны и разрушении Новороссии— вполне реальная перспектива.

В другом случае то же самое будет сделано после показательной военной расправы над зоной тотальной коррупции и преступности, когда Россию, подобно Ираку 2003 года, объявят незаконным производителем оружия массового поражения, которым мы, мол, снабжаем международный терроризм и латиноамериканскую наркомафию. Моментально найдутся свидетельства того, что русские поставляют колумбийцам миниатюрные подлодки для перевозок героина в Америку, а мусульманам — биологические материалы. Нам скажут, что мы — пособники международного терроризма, гнездо мировой коррупции и криминала, источники экологической угрозы. И что надо ввести на нашу территорию войска, чтобы решить проблему. Так же, как в Косово в 1999-м или в Ирак в 2003-м.

Хотите знать возможный список поводов для военного вторжения в Россию? Извольте. Откроем нашумевший доклад РЭНД-корпорации «Заключение о степени упадка России: тенденции и последствия для США и ВВС Соединенных Штатов» (январь 2003 года):

1. Применение РФ военной силы против соседних государств.

2. Похищение террористами русского ядерного оружия.

3. Гражданская война в РФ и применение в ее ходе оружия массового поражения, от ядерного до химического.

4. Этнические погромы армян, грузин, азербайджанцев на юге РФ.

5. Гражданская война, которая поставит под угрозу безопасность нефтепроводов, по которым каспийская нефть гонится на Запад.

6. Крупномасштабная экологическая катастрофа (особенно на АЭС).

А два момента выделим особо:

7. Криминализация экономики РФ может превратить ее в убежище для международных преступных и террористических организаций, которые могут угрожать США, Европе и странам Азии.

8. Попадание военных техники и технологий из России в руки «агрессивных режимов или террористических групп».

Возможен и еще один вариант, в котором нам сначала перебьют с воздуха остатки военного потенциала, а потом превратят Россию в яблоко раздора, в новый Верден для европейской, мусульманской и китайской цивилизаций. Пусть, мол, столкнутся друг с другом в драке за русское наследие, истощая свои силы, — во благо США и их истинных хозяев. (Тех, кого мы в «Третьем проекте» и «Гневе орка» назвали Вечным рейхом.) В этом случае США прочно удержат в руках последние нефтяные резервуары земли в Персидском заливе, на Каспии и в русской Арктике.

Таково будущее Российской Федерации при продолжении нынешнего курса слабости и нерешительности. Но не более радостным вытанцовывается и будущее Украины, например. Она тоже несет в себе те же экономические, техногенные и демографические «бомбы». Она тоже может распасться, и в ней тоже начнется война вымирающих славян и прибывающих мусульман.

Наверное, именно такой судьбы-планиды нам надо избежать.

* * *

Сегодня многие связывают свои надежды с Путиным; нам пытаются внушить, будто Путин — это второй Сталин. Но так ли это?

Представим себе картину из альтернативной реальности. Итак, товарищ Сталин всеми правдами и неправдами добывает валютные доходы. Крестьяне надрываются в колхозах и отдают государству зерно, чтобы Сталин мог продать его за рубеж и получить марки/фунты/франки. Ради этого три миллиона заключенных валят лес в Сибири и Карелии, добывают золото на Колыме в неимоверно трудных условиях. Ради этого уходят за рубеж пушнина, черная икра, марганец Грузии и Украины, нефть из Азербайджана и Чечни, антрацит Донбасса, руда Курской магнитной аномалии, лен Псковщины и т. д. В общем, как в 1930-х.

Вот только полученные от этого средства, покрытые потом и кровью народа, Иосиф Виссарионович тратит не на закупку оборудования и технологий, не на строительство заводов и вузов, не на домны и не на новые дороги, не на подготовку миллионов новых специалистов в самых разнообразных отраслях деятельности. Нет, он все эти миллиарды отправляет… на Запад. То есть кладет полученные от Запада деньги обратно в его банки, покупает на народные доходы облигации западных государств, фактически ссужая русские деньги Западу. Так, чтобы Запад, получая их в долг, мог строить свои заводы, корабли, дороги, университеты.

При этом часть полученных богатств товарищ Сталин закачивает в карманы сотни вельмож. А еще часть — вкладывает в добычу сырья, чтобы продавать его на Запад все больше и больше. А вырученную валюту опять-таки качает на Запад и в частные карманы.

Предприятия СССР не могут взять кредитов в отечественных банках, потому что там — запредельно высокие проценты, и потому вынуждены брать ссуды у западных банкиров. Каковые выдают их советским заводам из тех же денег, что товарищ Сталин отправил на Запад и положил их в тамошние кредитные учреждения.

При этом с 1927 по 1939 год товарищ Сталин произносит тысячу и одну речь, посвященную необходимости рывка в развитии страны и ее индустриализации. Но ничего не строится. Не поднимаются ни Днепрогэс, ни ГАЗ и ЗИС, ни Магнитка, ни «Ростсельмаш», ни «Уралмаш». Есть только их проекты-картинки. Нет никакой электрификации, не появились Харьковский, Сталинградский и Челябинский тракторные заводы. Нет десятков авиастроительных заводов — и самолетов делают всего по семь штук в год. Гражданские аэропланы покупают в Америке, а ВВС СССР продолжают летать на еще царских «фарманах» и «ньюпорах» времен Первой мировой. А если что и строится в Союзе, так только нефтяные гавани и портовые элеваторы для вывоза сырья за рубеж. Не вкладываются деньги в сотни научно-исследовательских институтов, не возникает ни Физтеха, ни МИФИ.

При этом товарищ Сталин развивает бешеную активность. Вот он на катере возглавляет плывущий косяк осетров. Или — ведет журавлиный клин, летя на У-2 впереди. Или плавает в бассейне, демонстрируя стране свой торс. Или целует в животик мальчика Ваню. А тут он лично управляет пожарной машиной на тушении горящего леса. Вот он, только вынырнув из глубин Финского залива с найденным мечом утопшего древнего викинга, мчится окольцовывать амурских тигров, по пути сыграв на рояле и спев на благотворительном вечере. При этом все радиостанции и кинохроника страны восторженно рассказывают о Сталине, Сталине, Сталине. Народ же продолжает добывать сырье за грошовые зарплаты, а всех недовольных властью — кого к стенке, кого — на зону.

Думаю, что в таком варианте истории гитлеровцев в июне 1941 года народ встретил бы хлебом-солью. Как освободителей. Асам Гитлер принимал бы парад победы вермахта в Москве где-нибудь в августе.

Смешно? Действительно. Ведь мы заставили вести воображаемую сталинскую власть так же, как вела себя абсолютно реальная власть Путина в 2000–2012 годах. Потому называть Владимира Владимировича вторым Иосифом Виссарионовичем по меньшей мере смешно. Они — полные антиподы, полные противоположности.

Власть «Putin Incorporated» бессильно плывет по течению. И новые удары глобального кризиса 2014 или 2020 годов неминуемо опрокинут этот режим.

Но как сделать так, чтобы РФ не развалилась, подобно Советскому Союзу? Об этом — наша книга.

«Судный день» Запада

Вот мой первый тезис: Запад рано или поздно войдет в такой кризис, что обязательно попробует пожертвовать Российской Федерацией. Легче всего это сделать, вызвав крах путинской России (благо, система сама впала в маразм и организационное бессилие), а потом— вызвать на нашем пространстве развал и гражданскую войну.

А теперь обосную эту точку зрения.

Самой лучшей книгой США по разделу «бизнес» 2011 года (top business book) стал труд американо-замбийки, финансиста Дамбисы Мойо «Как погиб Запад. 50 лет экономической недальновидости и суровый выбор впереди» (How the West Was Lost: Fifty Years of Economic Folly — And the Stark Choices that Lie Ahead). Нынче она продается и на русском.

Могу себя поздравить: то, что написано в моих книгах начиная с 2003 года, с восьмилетним запозданием появляется в США в их книгах-бестселлерах. Кризис капитализма признан и там. Мойо ненавязчиво доказывает: у США нет иного выхода, кроме как пойти на тяжелый дефолт по госдолгу, заняться новой индустриализацией и замкнуться экономически в пределах североамериканского экономического блока (этакой империи) с полумиллиардом жителей.

Изучим сие поподробнее и (на правах более дальновидных) сделаем свои выводы.

В общем, то, что написано в основной части книжки Мойо, для читателей моих книг не несет чего-либо нового. Американо-замбийка с опытом работы в Мировом банке — это почти Максим Калашников, только, конечно, негритянка и на Западе живет.

Она пишет, как целых полвека Запад сам себя убивал: валился в демографическую яму, устанавливал обреченную на обрушение пенсионную систему, уничтожал и ухудшал свою систему образования, выносил производство в страны третьего мира. Раздувал государственные долги и ухудшал качество своего человеческого капитала, делая из него неквалифицированных, неконкурентоспособных трутней-потребителей. И вообще слишком мало трудился, а больше жрал в три горла, забыв о роли труда, капитала и технологий. Перестал заниматься производством, а ушел в бесплодные финансовые спекуляции. И так далее.

Все это привело Запад на порог гибели, обнищания, деградации.

Это — диагноз. А что предлагается как лечение страшной болезни?

Думаю, недаром эти рецепты дает именно непонятная фигура Дамбисы Мойо, а не какой-нибудь англосакс или хотя бы тот же Збигнев Бжезинский. Ибо страшно погубить репутацию. Пусть лучше об ужасном и нелиберальном говорит невесть почему избранная знаменитостью замби-американка, популярный автор статей в «Файненшнл Таймс», «Экономист» и «Уолл-Стрит Джорнэл», выдвинутая в 2009 году в сотню самых влиятельных людей мира по версии журнала «Тайм» некими неведомыми Отцами. По каким-то признакам ставшая участником форума молодых глобальных лидеров Всемирного экономического форума.

Итак, к чему же готовят Запад его Неведомые Отцы устами чернокожей пророчицы?

* * *

«Крутые времена требуют крутых мер», — пишет Д. Мойо. Итак, она признает, что с 1980 года, с момента начала рейгановского «ренессанса капитализма» (радикальных рыночных реформ), никакого фантастического роста экономики США не произошло. Среднегодовой экономический рост между 1980 и 2001 годами, пишет автор, составил всего 2,1 %. Столько же, сколько и между 1950 и 1980 годами. (Неолиберальные реформы Мойо называет «открытостью».)

Вот тут я с нею не соглашусь. Рост в 1950–1980 годах в США— до пришествия неолиберальных монетаристов-варваров— был куда выше. В 1960-е годы среднегодовой прирост экономики Соединенных Штатов составлял 4,5 %, в 1970-е — 3,5 %. А вот дальше — несмотря на снижение налогов на богатых, на всяческие либерализации и дерегуляции — рост стал мизерным. Так что Дамбиса Мойо приукрашивает положение. Но зато очень правдиво пишет о том, что произошло колоссальное имущественное расслоение.

«…Неравенство доходов внутри США усугубилось. По данным исследования Чикагского университета, в то время как доходы 1 % богатейших американцев увеличились втрое за последние тридцать лет, пока США были открыты, доходы 10 % беднейших американцев выросли на какие-то жалкие 10 %», — пишет Мойо. Я же добавлю только одно: а реальные доходы так называемого среднего класса США откатились к уровню конца 1950-х годов.

Мойо подтверждает наш старый вывод: неолиберальные монетаристские реформы на Западе (свобода торговли в рамках ВТО, вынос производства в Азию, развитие финансового казино вместо заводов и лабораторий, снижение налогов на личные сверхдоходы) стали торжеством новой шариковщины. Без всяких большевиков все свелось к «отнять и поделить»— в интересах верхушки. Никакого рывка в развитии Запада не было. (Параллельно, по Боглу, шел процесс уничтожения «капитализма собственников» и торжество бесплодно-перераспределительного «капитализма менеджеров», совершенно не контролируемых акционерами). Как недавно сказал уважаемый мною кризисолог Андрей Фурсов, тридцать лет либералы занимались дележом и присвоением ранее созданных реальных богатств, попутно уничтожая в своих же странах науку, культуру, образование. Готовя тем самым демонтаж самого капитализма.

К этому завуалированно клонит и Дамбиса Мойо.

«Эти данные, по крайней мере, позволяют предположить, что стоило бы повнимательнее присмотреться к возможным плюсам более протекционистской политики. Есть убедительные причины, почему американцы (как и другие ведущие экономики Запада) не получили больше выгод от глобализации», — пишет Мойо.

Она считает, что политики Запада должны думать на 20 и более лет вперед, но «к несчастью, как всегда, близорукость Запада, обусловленная политической необходимостью, мешает ему смотреть в далекое будущее». А дальше автор рубит напрямую:

«Именно поэтому нужно срочно отделить экономическое мышление от ближайшей политической необходимости. Все обнулить и начать заново. В конце концов, «будущее не принадлежит малодушным, оно принадлежит храбрецам»…

Более радикальным вариант, говоря о протекционизме, — это дефолт США. Открытый государственный дефолт США нельзя так просто сбрасывать со счетов. Звучит он как катастрофа: фондовые биржи рухнут, стоимость долга взлетит, доллар за секунду превратится в крашеные бумажки и, естественно, поднимется оглушительный международный рев…

Один из вариантов дефолта США — выборочный дефолт, главным образом невыполнение обязательств перед иностранными держателями американских бумаг и предложение полной компенсации на вновь выпущенные долговые обязательства для находящихся в США граждан с американским паспортом. Вероятно, это привело бы к девальвации доллара, но это не должно сильно волновать американцев в Америке в экономически закрытой обстановке. А в ответ на опасения, что в экономически закрытой обстановке возникнет инфляция, правительство могло бы просто выпустить долговые обязательства, индексированные по уровню инфляции.

* * *

Но так ли уж плох дефолт для США?

Дефолты уже случались на Западе (в Исландии в 2008 г. и в Великобритании — хотя он и не назывался дефолтом — в 1976 г., когда она была вынуждена обратиться в МВФ за спасительным займом), но, конечно, не с таким эпическим размахом — ведь, в конце концов, это же США, вождь мировых экономик. Не то чтобы Америка должна была идти на дефолт ради дефолта, чтобы отделаться от всех своих обязательств. Плюс его в том, чтобы Америка начала с чистого листа, чтобы государство обнулило свою финансовую отчетность. Как произошло в Великобритании в 1976 году, такой дефолт мог бы дать США возможность произвести необходимую перестройку внутренней политики, особенно в области долга, а также пересмотреть стратегию «свой дом для всех» и добиться увеличения инвестиций в труд и технологию…»

То есть тут Мойо почти не стесняется: США должны объявить себя банкротом, «кинув» практически всех, кто давал им в долг, — и начать «с чистого листа». При этом не опасаясь Китая, который держит громадные резервы в долларах и заемных бумагах Штатов.

«Да, в случае дефолта американская экономика пострадает, если зарубежные инвесторы ее покинут (например, взлетят долгосрочные процентные ставки, и это увеличит стоимость ипотечного финансирования и рынка корпоративных облигаций во вред экономике США), но все же его можно рассматривать как необходимую и временную перезагрузку экономики», — пишет Мойо.

Ее выкладки: да, очень пострадает Китай, который столько лет зарабатывал на американском рынке, когда янки брали долги, чтобы покупать доступные товары из КНР и предоставлять рабочие места китайцам. Да, дефолт уронит репутацию Америки. Но это не так страшно, считает автор бестселлера-2011:

«Конечно, США попрощаются со своей репутацией, но надолго ли? Можно предполагать, что финансовые рынки будут готовы снова кредитовать США через пол года, если судить по опыту России. В конце концов, всего через три года после объявления дефолта по внутренним долгам в 1998 г. международные долговые рынки снова стали принимать облигации из России — в ноябре 2001 г. Москва выпустила облигации на 400 миллионов евро…

Многие опасаются, что после дефолта Америка надолго останется в тисках долга и зависимости, от которых ей трудно будет освободиться. Конечно, она может уничтожить долг за счет инфляции, как сейчас происходит во многих странах, но и этот подход тихой сапой в конечном итоге будет иметь те же последствия…»

В ответ на эти слова Мойо Максим Калашников саркастически улыбнется. Чтобы уничтожить госдолг Америки инфляцией, нужно девальвировать доллар как минимум впятеро — на 80 %. (Девальвация рубля в 1998 г. с шести до тридцати рублей за доллар — пятикратно — составила те же 80 %.) Девальвация доллара и дефолт США вызовет мировой экономический коллапс, гонку девальваций других валют, волну бунтов и революций, невероятное падение уровня жизни на Западе (прежде всего — в США), распад свободной мировой торговли в рамках ВТО/глобализации. Нынешняя либеральная глобальная экономика распадется на блоки-империи. Это по тяжести сравнимо с большой войной. И кто там будет снова кредитовать американцев хоть через полгода, хоть через три? Здесь— дурость или лукавство Мойо. Скорее — второе.

Ибо она параллельно с дефолтом США предлагает американцам создать свой замкнутый экономический блок (этакую «империю») в составе самих себя, Канады и Мексики с полумиллиардным населением. Ибо это — наилучший из всех возможных вариантов исход. Вернее, наименее худший.

«…Исключая возможность полномасштабной войны, вследствие агрессивной протекционистской политики США в худшем случае главные экономические силы индустриализованного мира разойдутся по своим углам. Можно предположить, что мир разделится на экономические блоки.

Во-первых, американский экономический блок (вероятнее всего, к нему присоединится Канада). В пользу этого региона говорит не просто почти полмиллиарда человек (по демографическим данным на сегодняшний день) с наибольшей покупательной способностью, выраженной в подушевом доходе. Северная Америка легко может стать самодостаточной. Если ввести заградительные меры для торговли и иммиграции, она все равно сможет прокормить своих граждан, обеспечить себя энергией, а по своим географическим особенностям она в любом случае очень неудобна для вторжения», — дает весьма откровенный расклад Д. Мойо.

Другие блоки — это угасающая Европа, которая продолжит испытывать системный упадок, а также Китай. Однако он, по мнению автора, очутится в более тяжелом положении, чем американский блок. Китайцам не хватает пахотной земли и углеводородов, а экономически присоединенные к КНР районы Латинской Америки и Африки все-таки не так привязаны к китайцам, как элементы американского блока-«империи».

О судьбе русских в книге — полный молчок.

Образование американского блока после дефолта США Мойо считает скорее полезным (для янки) ударом по Китаю.

«Выгодно ли США подрывать рост Китая? Ведь, скорее всего, это и произойдет в случае настоящего американского дефолта. При росте доли населения, неспособного конкурировать на глобальном рынке, и поголовном падении уровня жизни США не слишком будут волноваться из-за китайских планов роста и вероятного их срыва».

То, что рисует Мойо, означает полное разрушение открытости Всемирной торговой организации и смерть неолиберализма. Не удивляюсь тому, что Кремль ныне спешно взялся строить Евразийский союз, брать под плотный контроль Сибирь и вооружаться. Там, в Кремле, тоже чуют, что приход глобального шторма и распад прежней долларовой системы уже недалеки. Но вот только очевидно, что Кремль с задачами будущего не справится. По причине воровства и профнепригодности. Ибо какой осел строит свой экономический блок (империю), при этом вступая в ВТО, обреченную на смерть и способную разорить остатки русской несырьевой промышленности да агропрома? Только полный осел.

Кстати, а какой строй будет существовать в американском экономическом блоке по Мойо? Капитализм, что ли? Автор уходит от прямого ответа на вопрос, делая только намеки. Давайте их прочтем — а потом сделаем собственный вывод.

* * *

В заключение своей книги замбийка-американка пишет, что США стоят на пороге превращения в социалистическое государство худшего типа: с растущими расходами государства при падающей доходной базе. В конце концов, огромные затраты на здравоохранение, пенсии, борьбу с безработицей и бедностью (при деиндустриализации страны и падении ее доходов) кончатся лишь одним — катастрофой. Громадный госдолгуже душит экономический рост Запада. Госдолг в 90 % от ВВП, как доказали Рейнхарт и Рогофф, уменьшает экономический рост таких стран на 2 % в год по сравнению со странами, где госдолг— не выше 30 % от ВВП. Хотя Мойо считает, что госдолг США превысит 100 % ВВП только в 2014 году, Максим Калашников уверен: реальный ВВП Америки— не 15, а 10 триллионов долларов. А значит, долг уже выше ста процентов.

Но в основном Мойо права. Другого выхода, кроме крайне опасного дефолта, у Америки нет. Она и так похожа на альпиниста, висящего на руках над пропастью с тяжелым рюкзаком и с гроздью других альпинистов на веревке. Рюкзак и веревку придется обрезать.

Мойо считает, что нет иного выхода, кроме реиндустриализации Запада. Ибо теперь в нем живет слишком много ни на что не годных, никчемных потребителей.

«…Западные корпорации строили заводы в бедных развивающихся странах (и проложили широкие пути для тамошнего рынка труда), но прибыль и, в частности, доход на капитал накапливались только у горстки акционеров. И конечно, решение миллионов семей во всем западном мире добиваться успеха только на «звездных», потенциально очень прибыльных поприщах в ущерб образованию приводит к растущему избытку дорогостоящих, малообразованных, неквалифицированных и неспособных к мировой конкуренции граждан…»

Мойо безжалостно развеивает бредни некоторых «вечно вчерашних», которые твердят о том, что нужен «рестарт» капитализма. Мол, нужно было давно отказаться от всех социальных программ и развивать чистый капитализм, где каждый сам за себя, где частной инициативе дана широкая свобода, где налоги — минимальны. Возврата к такому капитализму уже не будет! Это невозможно.

«Эта экономическая стратегия могла бы иметь смысл, если бы не один момент. Такая рыночная доктрина немыслима без квалифицированных и высокопроизводительных трудовых ресурсов, которых, учитывая статистику труда и образования для следующих поколений, будет катастрофически не хватать», — пишет Мойо.

Но она не дает ответа на вопрос: если возврат к «чистому капитализму» на Западе невозможен, то что же будет вместо него? Ведь чистый капитализм, когда не было пенсий и социальных программ, существовал на том Западе, где не было никаких сексуальных революций, феминизма, толерастии и т. д. На тогдашнем Западе мужчины зарабатывали деньги и вкалывали, а белые женщины рожали по пятеро детей на семью. Тогда молодых и работоспособных насчитывалось в разы больше, чем стариков. А кто сегодня заставит западных женщин снова рожать и быть примерными женами-домохозяйками? Кто перестреляет или выморит голодом миллионы малодетных пенсионеров, которые грозят погубить экономику? Кто заменит недостающие рабочие руки миллионами роботов? Кто посадит легионы «постиндустриальных трутней»— стилистов, рекламщиков, дилеров и прочего «офисного планктона» — на пайки и заставит их массой переучиваться на фермеров, рабочих и техников? Кто урежет пенсии и заменит их на скудные продовольственно-вещевые пайки, перебросив средства с поддержки стариков на поддержку рождаемости в белых семьях? Кто возродит трудовую этику, сломанную при постиндустриализме?

При этом понятно, что упразднение социальных программ и пенсий потребует жестокого подавления низов: они этого не желают. Они не хотят резко обеднеть и вкалывать до смерти, не надеясь ни на какую пенсию. Массы станут дружно прокатывать на выборах всякого, кто решится на проведение такой шоковой терапии. Саркози во Франции вон попробовал всего лишь малую часть такой терапии провести — и вот социалист на выборах президента Франции его сваливает. Рейган, начиная радикальные рыночные реформы в США 1981-м, на это не решился. Как не решились на сие ни Тэтчер в Англии, ни Коль в Германии, ни кто-либо в иных странах. Ибо в тех условиях Запад мог уже в 1980-е потонуть в бунтах и восстаниях. В условиях противостояния с СССР в 80-е на это никто не мог решиться. Но кто решится на это сейчас?..

* * *

Дефолт США— это неминуемые в первые несколько лет дефицит товаров в Америке, всплеск структурной безработицы, падение доходов изнеженного населения, суровая ломка привычного образа жизни. Какой электорат пойдет на это по доброй воле? Мое предположение: потребуются диктатура и сильное внешнее прикрытие— долгая война с Ираном, революция в РФ и неизбежный всемирный хаос в итоге. На сем фоне можно заставить электорат смириться с драконовскими чрезвычайными мерами, обнищанием и введением мобилизационной дисциплины.

Иначе как провести дефолт, новую индустриализацию и создание Североамериканской автаркии?

Дамбиса Мойо не дает на это внятного ответа, ограничиваясь обтекаемыми витиеватостями. Тогда отвечу я: место капитализма займет новый фашизм-реиндустриализатор. Ибо только он позволит элитам Запада, покончив с всеобщим избирательным правом, провести крайне шоковую терапию. Только фашизм в условиях мирового экономического шторма и распада глобального рынка на экономические автаркии/блоки/империи окажется жизнеспособным. Реабилитации фашизма и тоталитаризма на Западе осталось ждать недолго.

Специально для идиотов поясню: классический фашизм — это уже не капитализм без фигового листка демократии. Фашизм очень близок к советской экономической модели, ибо предусматривает широчайшее применение планирования, госрегулирования, масштабные государственные программы и социальные проекты. Фашизм — это третий путь. Правизна в политике — но левизна в экономике. Это действительно уже не капитализм. Каждый, кто мало-мальски изучал экономику Италии времен Муссолини или Третьего рейха (национал-социализм перед войной), знает, что капитализм там был крайне ограничен, эволюционируя к социализму. Фашизм и национал-социализм вообще не вписывается в убогое разделение «правое — левое».

Книга Мойо напомнила мне статьи радикальных рыночников Нуйкина, Радзиховского и Шмелева накануне катастрофы Советского Союза. Хотя и с противоположным знаком, но тут— тот же разоблачительный пафос и рисование удручающей картины «конца эксперимента». Только теперь не советского, а западнокапиталистического эксперимента. Как мы говорили, либерализм оказался страшнее орд гуннов (http://forum-msk.org/material/society/8864858.html). Он не только нас убил, но и Запад уничтожил.

Напомню: перед нами — не труды «безумного Макса» (Калашникова), не статейки каких-нибудь коммуно-фашистских маргиналов в малотиражках, а книга модной западной дивы, автора самых уважаемых на Западе экономических газет и журналов. Книга-бестселлер. И это— сигнал понимающим. Предупреждение тем, кто еще умеет думать. И не случайно честь прямо сказать о многом отдали не англосаксу, а амбициозной негритянке-замбийке.

Откровения миллиардера Роджерса

По мере приближения новой волны глобального смутокризиса наши прежние прогнозы начинают повторять даже западные миллиардеры. Звучат речи о небывалом историческом катаклизме. Вот мнение одного из крупнейших мировых финансистов, компаньона Сороса по инвестфонду «Квантум», Джима Роджерса. Сей миллиардер (совсем не скромный футуролог и вовсе не кабинетный ученый) уверен: США не смогут предотвратить своего дефолта, постиндустриализм потерпел полный крах и к 2020 году мир ждет социально-экономическая катастрофа. Именно поэтому Роджерс инвестирует не в бумаги, а в ресурсы, занимаясь сельским хозяйством и очисткой воды в Китае (http://expert.ru/expert/2012/41/dzhima-rodzhersa-ne-kupish-za-paru-tyisyach-rublej/).

«…Америка— крупнейший должник за всю историю человечества, ни одна страна не загоняла себя раньше в такую ситуацию. Так что, возможно, это начало конца. Есть много способов для страны обанкротиться — можно просто напечатать очень много необеспеченных денег. В Советском Союзе, если я был вам должен миллион в 1980-х годах, я мог бы с легкостью заплатить вам его в 1990-х, он бы ничего не стоил.

Экономическая ситуация в стране может измениться довольно быстро. В 1918 году Великобритания была самой процветающей страной в мире, ни одного конкурента рядом, и через три поколения она стала банкротом. Уже через одно поколение она оказалась в ужаснейшем экономическом положении.

То же самое происходит с США, они находятся на пути к этому, в 1987 году США все еще были кредитором, сейчас, спустя двадцать пять лет, это крупнейший должник в мире.

— Стоит ли США пытаться сократить долг или он уже слишком велик?

— Это бессмысленный вопрос, они не сделают этого. Обама победил в 2008 году с обещанием, что он справится с бюджетным дефицитом, но в результате дефицит стал крупнейшим в истории, больше, чем у всех предыдущих президентов, вместе взятых. Фактически уже сделать ничего нельзя. Нам остается ждать и смотреть, что будет дальше…»

«…В Америке экономические спады бывают каждые четыре-пять лет с начала образования республики. Один был в 2002 году, в 2007 — 2008-м был хуже, потому что долг был намного больше, следующий— в 2013 или 2014 году— будет хуже, потому что долг еще вырос. Каждый следующий кризис будет хуже и хуже, потому что долг увеличивается в геометрической прогрессии…»

«…— А что будет с евро?

— Я не думаю, что в нынешнем виде он выживет. Вообще, в 2014 году у всех будут огромные проблемы, и если мы пройдем через это, то в следующий раз — в 2020-м или 2021 году— вот это уже будет конец. Евро исчезнет, повсюду будут банкротства, катастрофы, войны, будет очень плохо всем…»

* * *

Таким образом, Роджерс говорит совершенно то же самое, что и я в своих прежних книгах. Особенно в их цикле, посвященном Великой депрессии-2 (в «Глобальном смутокризисе» 2009 г. и последующих). Более того, летом 2010 года мы вместе с Георгием Малинецким и уже ушедшим из жизни к сегодняшнему дню Вадимом Шишовым (Институт прикладной математики АН) провели в независимом пресс-центре конференцию, где также пытались предупредить об опасном обострении глобокризиса в 2014-м и необходимости перехода на мобилизационную модель для РФ. Значит, наши мозги не хуже, чем у западных миллиардеров-практиков. Слова миллиардера лишь подтверждают мои прежние выводы. Потому на правах первого продолжу мысль Роджерса.

США действительно— в ловушке без выхода. У них нет решения по государственному долгу: если его не наращивать, то в Америке полыхнет бунт. Ибо иного источника поддержания хоть какой-то экономической жизни на Западе не создано: нет у янки никакой новой модели экономики. А если наращивать долг — придешь к дефолту. С потрясениями для всего мира, а не только для Штатов. Пока они избегают каких-либо неприятных решений, пуская печатный станок (политика «количественного смягчения»). Но никакая зеленая бумага не заменит настоящей силы, настоящего развития. В один прекрасный момент от эмиссии придется отказаться. «Количественные смягчения» представляют собой трусливые попытки выиграть хоть какое-то время в надежде на то, что проблемы сами по себе «рассосутся» и не придется принимать опасных и тяжелых решений. Но ничего не «рассосется». Западные элиты растеряны: они отвыкли от принятия трудных решений, они потеряли опыт первой половины XX века, они уже не те бойцы. Их политики стали мелкими и трусливыми. Обама — пародия на Рузвельта, Олланд— никак не Де Голль и не Клемансо, Кэмерон — не Черчилль и не Ллойд-Джордж, Меркель— уж точно не Бисмарк и даже не Конрад Аденауэр, а Путин— не Сталин. Кризис капитализма вылился еще и в невиданное измельчание политиков, в их импотенцию. Были когда-то тигры, а стали — кошки. Или вообще хомяки. Хомяки вообще стали символом нашего времени.

Попытка построить экономику без производства, но с вечным наращиванием долгов и потребления на Западе полностью обанкротилась. И так же терпят крах расейские эпигоны западных либералов, столкнувшие на сей путь и обломки Советского Союза.

Ни у гомосексуал-социалиста Обамы, ни у карикатурного правого Ромни (сократить налоги и расходы государства сразу!) нет даже намека на решение долговой проблемы. Никто из них не имеет внятного плана реиндустриализации США. А уменьшение налогов на корпорации и сокращение господдержки экономики (конек Ромни) только подхлестнет вывод производства корпорациями в более удобные страны. Воскрешение капитализма позапрошлого века, без пенсий и социальных гарантий, как мы уж не раз доказывали, невозможно без страшных потрясений и новой гражданской войны. Кроме того, среди нынешних белых слишком много стариков (от них придется избавляться, чтобы не тратиться на их содержание) и слишком много плохо образованных. Чтобы ликвидировать социальные гарантии современного Запада, придется пойти на то, чтобы отобрать право голоса у десятков процентов населения и США, и Европы. То есть покончить даже с видимостью демократии.

Скорее всего, правящие верхи тех же США думают так же. И ведут дело к всего лишь одному сценарию: к тому, чтобы в конце концов объявить дефолт США и быстро ввести новую валюту, сформировав Североамериканскую автаркичную «империю» (США, Канада, Мексика) с полумиллиардом населения. Крайне недемократичную, где массы сброшены в девятнадцатый век, а любое недовольство жестоко подавляется. Видимо, к такой экономической автаркии добавят еще Британию (непотопляемый авианосец у берегов Старого Света), Австралию (минеральные ресурсы) и Новую Зеландию (продовольствие).

* * *

Роджерс стоит, как я думаю, на тех же позициях, что и Ромни: беспощадно урезать и налоги, и расходы государства, не мешать банкротствам.

«… Если завтра все люди проснутся и решат, что надо что-то делать, то ситуацию можно спасти. Да, у нас было пятьдесят лет жизни в долг, но лучше ампутировать руку, чем ждать, пока рак съест тебя целиком. Необходимо сократить расходы по всему миру, сократить налоги по всему миру, и не с топором, а с бензопилой. Это будет крайне болезненно, но если не сделать это сейчас, то остается ждать 2020 года — когда нынешняя политика приведет к катастрофам и войнам, коллапсу, голоду. Японцы в начале 1990-х имели похожие проблемы, они не дали людям и компаниям обанкротиться, и они получили два потерянных десятилетия. Японский фондовый рынок сегодня на 80 процентов ниже своего пика в 1990-м.

В начале 1990-х та же проблема была у Скандинавии, и они дали людям и компаниям обанкротиться, они заставляли их разоряться. Это было ужасно на протяжении трех лет, но потом, пока Япония шла вниз, Скандинавия уверенно пошла вверх. Америка совершила ошибку в 2008 году и даже раньше, она говорила: мы не дадим нашим друзьям обанкротиться. Вначале 1920-хгодов у Америки была та же проблема, но они подняли процентные ставки и сбалансировали бюджет, и это было ужасно на протяжении 18 месяцев. Но потом у США был один из самых продолжительных периодов процветания. Это реалистичный путь. Так сделали в России в конце 1990-х— вы обрушили рубль и дали обанкротиться всем, кто этого заслуживал, но потом у вас была очень неплохая экономическая ситуация. Надо согласиться на краткосрочную боль…».

Ромни забывает добавить: преодолев кризис 1921 года, США влетели в суперкризис 1929–1939 гг., едва не поставивший их на грань гражданской войны. И выйти из штопора удалось лишь с помощью умело раскочегаренной Второй мировой. Если же сегодня позволить в Америке разориться тому, что должно обанкротиться, то на улицы будут выброшены не менее 15 миллионов работников из финансовой области, из сервиса, из торговли, «развлекаловки» и прочих «постиндустриальных» отраслей. Притом, что пока нет заводов и фабрик, готовых их принять хотя бы на низшие рабочие должности. Еще нет в наличии аналогов гитлеровского Трудового фронта или рузвельтовского ССС, чтобы направить миллионы безработных вкалывать на дорожном строительстве и в прочих инфраструктурных проектах. Нет огромной системы новых профтехучилищ и техникумов, способных быстро дать миллионам уволенных рабочие специальности. Да и развертывание таких структур потребует наращивания расходов бюджета, а вовсе не их сокращения. (Вкупе с наращиванием расходов на полицию, тюрьмы, специальные силы подавления недовольства американцев.) К тому же и новые заводы с фабриками за пару недель не построишь. В условиях острейшего кризиса это нелегкое дело. Особенно коли учесть, что и сами-то американские люди успели утратить навыки создания промышленности и управления ею.

Так что если воспользоваться советами Роджерса и Ромни, то будет не краткосрочная боль, а долгий шок. Чреватый разрывом сердца. Провернуть подобную операцию в США возможно, лишь установив в начале диктаторский, неолиберально-фашистский режим. (Видимо, Роджерс это осознает, потому и намерен пережидать бурю в Китае.) Кроме того, сокращение расходов страны и налогов никуда не денет проблемы непомерного госдолга Америки. С падением доходов государства тяжесть сего долга и выплат процентов по нему только возрастет, причем неимоверно. А значит, придется идти на дефолт Соединенных Штатов, что, как мы знаем, равносильно взрыву экономик всего мира.

Значит, в условном 2020-м (плюс-минус несколько лет) элиты современного мира окажутся призванными на суд истории. Нам суждено пережить свой вариант того ада, что пережили наши недалекие предки в 1929–1945 годах.

Думаю, что не открою никаких америк, если выскажу предположение: даже в США— не говоря уж о гораздо более маразматической и нерешительной Европе— никакие политики не смогут действовать превентивно. Им ведь надо нравиться избирателям, а они не хотят идти на жертвы и отказываться от хорошей жизни. Да и ради чего? Чтобы сохранить капитализм и потом пахать на хозяев за гроши, получая зарплаты наравне с китайцами да индусами? Нет— никто ничего заранее не сделает. Сначала должен грянуть гром. Сперва ЕС обречен скрыться в смерче кризиса, сначала должна настать финансовая несостоятельность Соединенных Штатов. Массы должны быть поставлены перед фактом: все, конец! Дальше — только суровые вынужденные действия, ибо больше нет денег на пенсии, медицинское страхование, на продовольственные талоны и на пособия по безработице. При этом народные низы ждет крайне неприятное открытие: новая промышленность, буде она сооружена на Западе, не требует стольких работников, она не сможет дать работы всем, кто ее сейчас лишился…

Иммануил Валлерстайн еще десять лет назад предсказал свой вариант кровавой перестройки в Америке, назвав роковым сроком начало 2020-х. Конечно, многие тогда говорили: «Ну кто такой Валлерстайн? Кабинетный теоретик, старый левак!» Однако нынче о том же самом говорит практикующий миллиардер-инвестор Роджерс.

* * *

Кому Роджерс отводит наибольшие шансы на выживание в грядущем катаклизме? Партнер Сороса так же лучше всего оценивает перспективы тех, кто:

— не страдал идиотизмом «постиндустриализма» и строил реальный сектор (промышленность и сельское хозяйство);

— как Сталин, прежде всего не потреблял, а накапливал: тратил деньги на производство средств производства, на обеспечение внутреннего рынка товарами своего производства, на строительство дорог, энергетики, мостов, плотин, аэро— и морских портов (инфраструктуры);

— кто упорно учился и рожал детей, а потому имеет достаточное число трудоспособного и квалифицированного населения.

Все три этих фактора сходятся на Китае!

«…Китай в любом случае будет самой важной страной двадцать первого века. И даже если нет, у моих дочерей будет огромное преимущество— в мире 1,3 миллиарда китайцев, и у моих дочерей будет навык, который им поможет. В США в девятнадцатом веке была ужасная ситуация, там была гражданская война, несколько экономических депрессий, очень немного прав человека, совсем чуть-чуть торжества закона, разбои на улицах— это был полный бардак. Но США стали самой успешной страной двадцатого века…

— Вы верите в китайское потребление?

— Мощную экономику строят не так— вы сберегаете и инвестируете в будущее, вы строите производственные мощности. Вы вкладываете в железные дороги, школы, фабрики. Вы не можете построить экономику, производя ванны, они просто лежат и ржавеют— а фабрики и железные дороги работают на всю экономику в целом.

— Но сейчас в Китае избыток производственных мощностей.

— Кто вам это сказал?

— Ну, так считают многие эксперты, об этом говорят даже сами китайские власти.

— Я не верю статистике ни в одной стране и тем более не верю экспертам. У Китая очень высокий уровень инвестиций и сбережений, понятно, что могут быть временные периоды избытка мощностей, которые чередуются с нехваткой. Но если вы посмотрите на историю человечества, то Китай — единственная страна, которая проходила через несколько периодов величия. Римская империя была лишь один раз, Египет был великим однажды, Великобритания — та же история. У Китая было три или четыре периода огромного успеха и три-четыре периода катастрофического спада. Но потом китайцы опять восстанавливали все, что утрачивали. Китай сберегает и инвестирует огромную долю своих доходов, у них очень сильная образовательная этика, в этом их огромная сила.

— То есть высокий уровень инвестиций не является проблемой?

— Нет, это колоссальное преимущество. Даже Карл Маркс говорил, что нужно создавать капитал для того, чтобы строить экономику. Ошибка Маркса была в том, что он считал: капитал должен принадлежать государству. Капитал должен принадлежать условному Джиму Роджерсу…».

Тут я с Роджерсом соглашусь за исключением одного пункта: экономика не может быть только частной. Она должна быть смешанной: и приватной/акционерной, и государственно-социалистической, и с кооперативами, и с предприятиями в собственности работников. Ибо если Роджерс так уважает КНР, то не может не замечать того, что в нем — именно многоукладная система, а план в ней отлично уживается со свободным рынком.

В остальном же все верно. Тот, кто потреблял и жил в долг, кто отказывался от реального сектора, тот и получит страшные муки. Тут два народа-болвана поплатятся сполна за свою глупость: русские (за то, что сломали свой реальный сектор) и американцы (за вывод промышленности в Китай). Европейцы окажутся где-то посередине.

Почему либералы не любят Путина?

«…Я считаю, что Россия должна избрать нового президента, честного, физически крепкого и ответственного. Я убежден, что следующим президентом должен быть Владимир Владимирович Путин. Если сейчас ему не скрутят руки-ноги известные люди, то, я убежден, у него есть все шансы, чтобы за него проголосовали. По крайней мере, я его буду всячески поддерживать…

…Я считаю, что из всех кандидатов, которые намереваются участвовать в выборах, Путин — самый достойный человек.

.. Во-первых, Путин — человек ответственный. Во-вторых, он не боится принимать сложные для себя решения, потому что решения по поводу единства России, наведения порядка на Кавказе, по борьбе с терроризмом — это ответственные решения. За них придется отвечать, если не дай Бог чего случится. А случиться может — вы знаете, какие бомбежки сейчас идут. Но он этого не боится. Третье: он — молодой человек, ему 47 лет. Он здоровый. Четвертое: по-моему, он — честный человек, а нам нужен честный человек президентом. Потому я и поддерживаю Путина» (http://www.echo.msk.ru/programs/beseda/11031/).

Это— эфир «Эха Москвы» 27 ноября 1999 года. Слова Бориса Немцова, либерала и нынешнего яростного разоблачителя путинского режима. Архиоппозиционера. Как видите, он в 1999 году считал ВВП за своего в доску и знал о том, что Путин станет президентом еще тогда, когда до памятного ухода Ельцина 31 декабря 1999 г. оставался месяц. И когда мы об этом даже не догадывались.

Господа! Сие лишний раз доказывает очень простую вещь, о которой не любят говорить либералы. А именно: Путин и его режим — проект чисто либеральный. И нынешнего Путина либералы ненавидят именно как напоминание об их, либералах, непроходимой тупости, алчности и трусости.

Чтобы это понять, давайте вспомним недавнюю историю Российской Федерации, сведя ее к самой что ни на есть сути и очистив ее от тумана, который нагнали либеральные твари и восторженные путинские подхалимы.

* * *

В 1991–1993 годах власть в стране захватили либеральные садисты-фундаменталисты. Они совершили криминальную революцию, назвав все это «демократическими» и «рыночными» реформами. Но на самом деле они исповедовали один принцип: мы — самые умные, мы — «элита». А остальные — это тупые неконкурентоспособные «совки», с которыми можно творить все, что вздумается.

Нам, конкурентоспособному меньшинству, нужно загрести всю стоящую собственность, а остальных превратить в нищее манипулируемое стадо. Именно для этого либеральные садисты фактически сожгли сбережения граждан, опустили их в страшную нищету и своей приватизацией сконцентрировали 90 % собственности в руках 1 процента населения — правящей касты, «малого народа». Который сразу же ощутил себя этаким передовым отрядом Запада в дикой стране, новыми колонизаторами. Все это делалось в правление Ельцина (1991–1999 гг.), какого путинщина всячески чтит и считает основателем нынешней государственности.

Либеральные садисты ельцинского призыва с самого начала знали, на что идут и какая участь уготована народу.

«К числу ближайших социальных последствий ускоренной рыночной реформы относятся:

— общее снижение уровня жизни;

— рост дифференциации цен и доходов населения;

— возникновение массовой безработицы. Неравномерное накопление денежных накоплений по регионам и национальностям в результате приватизации может спровоцировать серьезные конфликты даже на национальной почве. Третье последствие реформы — появление массовой безработицы и высокая вероятность экономических забастовок в базовых отраслях промышленности и политических забастовок в крупных городах. Основными лозунгами этих забастовок будет недопущение роста цен, поддержание высокого уровня занятости, повышение заработной платы в соответствии с ростом цен и недопущение высокой дифференциации доходов.

В этих условиях правительству очень важно принять правильный тон по отношению к обществу: с одной стороны — готовность к диалогу, с другой стороны — никаких извинений и колебаний. Следует предусмотреть ужесточение мер по отношению к тем силам, которые покушаются на основной костяк мероприятий реформы, например, роспуск официальных профсоюзов в случае их выступления против правительственных мер, а также создание параллельных союзов.

Очень важно дифференцировать меры в отношении рабочего движения: например, закрывать одну шахту из трех, сохраняя на остальных нормальные условия оплаты. Еще более предпочтительны меры, которые не ведут к полному закрытию предприятия, а к частичному сокращению численности на нескольких предприятиях.

Совершенно необходимы меры прямого подавления по отношению к представителям, реально не пользующимся поддержкой населения. С другой стороны, необходимо сохранять политические отдушины — плюрализм и гласность во всем, что не касается политической реформы.

Население должно четко усвоить, что правительство не гарантирует место работы и уровень жизни, а гарантирует только саму жизнь.

Сопротивление реформе широких масс связано с необходимостью осуществления в ее ходе жестких и непопулярных мер и неизбежных издержек, к которым следует отнести не только снижение уровня жизни, но и резкий рост, а главное — легализацию социально-экономической дифференциации, гигантские масштабы легальной спекуляции, а также связанное с ней «неправедное обогащение» отдельных лиц и социальных слоев, отмывание денег теневой экономики, вызывающее поведение нуворишей и пр.

Вряд ли можно надеяться на поддержку местных органов власти, сформировавшихся в результате выборов (1989–1991 гг. — М.К.). Во-первых, в большинстве регионов новые советы в значительной мере сформированы из местной номенклатуры. Во-вторых, местные советы с преобладанием демократов настроены в высшей степени популистски: обещания, данные избирателям в ходе предвыборной кампании, отнюдь не настраивают депутатов на поддержку жестких непопулярных реформенных мероприятий.

На время проведения реформы (или, по крайней мере, ее решающих этапов) потребуется чрезвычайное антизабастовочное законодательство.

Следует учитывать, что нынешние масштабы демократического движения существенно превышают уровень распространения демократических представлений и ценностей в массовом сознании, в том числе и о демократических началах функционирования экономики.

Наиболее болезненной проблемой для демократов и одной из главных линий раскола станет необходимость своего отношения к неизбежным в ходе реформы антидемократическим мерам правительства (запреты на забастовки, контроль над информацией и пр.).

Следует ожидать ускоренной институционализации неолиберальной экономико-политической идеологии, политической основой которой станет часть нынешних демократических сил, наиболее твердо стоящая на позициях экономического реформирования. Данное течение будет поддерживать реформу в случае ее комплексного и последовательного характера, невзирая на непопулярные меры. В это же время узость социальной базы этого движения ставит под вопрос масштабы его возможного влияния на общественное мнение и, резко поляризуя политический спектр по социально-экономическому признаку, может стать источником дополнительной социальной напряженности в обществе.

Борьба вокруг реформы резко ускорит процесс институционализации политических течений в стране и организации соответствующей партийной печати, в которой правительственная политика будет подвергаться разнообразной и беспощадной критике, подрывая легитимность реформы. В этот хор вольются голоса местных печатных органов, контролируемых консервативными региональными властями или популистски настроенными советами.

Из сказанного следует как минимум два вывода. Во-первых, реформа или, по крайней мере, подготовка к ней общественного мнения должна быть начата как можно скорее— до формирования мощной оппозиционной прессы, то есть пока контроль за основной частью массмедиа остается в руках правительства (не исключено, что с этой целью придется задержать принятие законов о печати и о политических партиях).

В-вторых, в самое ближайшее время идеологам реформы из состава политического руководства страны необходимо поставить под контроль все центральные средства массовой информации. Следует иметь в виду, что непосредственное цензурирование публикаций и передач о реформе невозможно и даст скорее отрицательный эффект, поэтому основным рычагом управления должна быть кадровая политика.

Фундаментальным является противоречие между целями реформы (построение демократического хозяйства и общества) и средствами ее осуществления, среди которых не последнее место займут меры антидемократического характера.

Проведение реформы неизбежно потребует поддержание сложного политического и идеологического баланса между преемственностью реформы в ряду демократических преобразований после апреля 1985 года и отказом от прежних «перестроечных» программ и обещаний. Если преемственность требуется для сохранения у власти высшего политического руководства, что, в свою очередь, необходимо для поддержания минимальной стабильности в стране, то без отказа от прежних лозунгов (разрыв преемственности) невозможно обеспечить необходимую для проведения реформы «свободу рук».

Не будет преувеличением сказать, что от степени успешности соединения этих противоположных начал зависит политическая судьба нынешнего руководства страны и самой реформы…».

Автор сей аналитической записки — Анатолий Борисович Чубайс. Она опубликована в журнале «Век XX и мир» — в № 6 за 1990 год.

* * *

Перед нами — предельно откровенный документ. По сути, план-конспект нашей истории с 1990 года. Первое звено — вот этот документ Чубайса…

Развал страны, два государственных переворота 1991 и 1993 годов, горы убитых у Дома Советов, около 13 миллионов уничтоженных только в РФ за годы «реформы», страшная деградация общества, промышленности, науки. Миллионы беженцев. Вырезанные и униженные русские в нацреспубликах.

Перед нами — концепция своеобразного либерофашизма. Предельно циничного: разобщай, подавляй, обманывай. Все— во имя власти и обогащения мародерского меньшинства. Какая, к черту, демократия? Здесь проповедуется, по сути, диктатура. Этакий монетарно-либерастический тоталитаризм. И какая может быть демократия в обществе, где вся собственность — у верхушки в несколько процентов населения, а остальные жители РФ— нищие? При такой базе Эрэфия обречена быть тиранией деградации, олигархической страной, где власть сырьевых мерзавцев подавляет остальное население.

Именно этой философией и руководствовалась расейская «элита» в 90-е годы. Она подражала модному западному неолиберализму, конек коего — перераспределение богатств в руки «конкурентоспособного меньшинства» и обеспечение его всевластия. Но если в западных странах создание «одного бриллиантового процента» населения шло как-то постепенно, то на нашей земле все делалось предельно жестоко и быстро. Шоковым порядком. Можно сказать, был поставлен уникальный исторический эксперимент — либерофашистский. Под литавры и речи о демократии, правах личности и свободе частной инициативы. Победившие либеросадисты чубайсова толка буквально разодрали общество, передав собственности на триллионы долларов в руки узкого круга приближенных и олигархов.

Но к 1999 году либеральные твари очутились в тупике. Оказалось, что управлять страной они не могут, она буквально посыпалась. И что им самим светит в лучшем случае тюрьма. К лету 1999 года РФ проиграла первую войну в Чечне, проигрывала уже вторую. Она уже успела потерять половину промышленности и пережить финансовый крах 1998 года. Люди были настолько бедны, что готовы были удавиться за сотню долларов. Ибо как правители страны либералы оказались полностью бездарными.

К 1999 году народ оказался настолько озлоблен, что любые честные и свободные выборы за парочку циклов грозили привести к власти нового Сталина. Того, кто, опираясь на озлобленные массы, перевешает либералов, «реформаторов», чиновников и олигархов, отберет награбленное и сделает еще много чего. Развалина Ельцин загибался, а то, что могло случиться после его ухода, заставляло шевелиться волосы на головах Немцовых, Чубайсов, олигархов — абрамовичей, Волошиных и т. д.

Потому была поставлена задача: срочно создать симпатичного преемника Ельцина, который сможет, обманув массы, отстоять главные завоевания криминальной революции и помочь творцам геноцида 90-х избежать всякой ответственности. То есть сохранить награбленное и захваченное в руках «малого народа» (1 % населения), сохранив его от уничтожения. А народу дать информационно-потребительский «наркотик». Именно для этого и был создан путинский режим с заданной ему программой «управляемой деградации». Именно для этого в дыму гексогеновых взрывов и новой войны в Чечне и был поднят на щит Путин, который является стопроцентно неолиберальным проектом. Народ тогда действительно поверил этой туфте и искренне считал, будто новый режим «поднимет Россию с колен».

* * *

Можно сказать, что проект в сей части оказался успешным. Банда неолиберальных садистов избежала кары и осталась при награбленном. Путин с подчеркнутым пиететом обеспечивал неприкосновенность ельцинской Семьи. Те же самые «экономисты», что проводили чудовищный либерофашистский эксперимент в 90-е и привели к уничтожению миллионов русских, при Путине остались на своих местах: в правительстве, Центробанке, в министерствах и околотронных «аналитических центрах», в Высшей школе экономики, в корпорациях. Они продолжали писать программы для путинской власти и определять социально-экономическую политику. Гайдар и Чубайс жили припеваючи. Либералам казалось, что они всегда будут направлять путинщину. Благо, ВВП в начале своего правления продолжал проводить вполне либеральный курс — вводил частную собственность на землю, принимал новый Трудовой кодекс, игриво обещал попробовать привести РФ в НАТО и т. д. В 2002 году Чубайс возглашал: Путин — наш, он — либерал.

Действительно, создалась система, держащая русских в полулетаргическом, расслабленном состоянии, исправно качающая на Запад сырье и деньги от его продажи, пресекающая всякую возможность для того, чтобы наш народ мог проснуться и начать возрождение. Система, при которой погруженный в наркотическую дрему народ покорно позволяет клике паразитов сосать свою кровь — воровать национальное достояние. Действительно, политическую жизнь залили бетоном: чтобы русские, не дай бог, не смогли выбрать себе настоящего вождя, способного железной рукой покончить и с либеральным «экспериментом», и с его авторами.

Но я не зря считаю либералов опасными недоумками. Они не учли всего двух обстоятельств, которые и привели к нынешнему состоянию. Привели к тому, что та машина государства, которую либеральная мразь строила для того, чтобы подавлять и дурить ограбленный русский народ, в один прекрасный момент развернулась и пошла давить некоторых из самих либералов.

Во-первых, в итоге «реформ» 1990-х годов в стране создалась экономика, которая начисто уничтожает всякую возможность для какой-либо демократии. Экономика, которая в любом случае порождает именно режим тиранического типа, с сугубой пирамидальной иерархией и репрессиями. Это — экономика деиндустриализации, сведенная к торговле сырьем и к управлению нефтегазовой трубой, да еще и при концентрации основной массы собственности в руках полусотни семей. Такая «экономическая модель», основанная на перераспределении углеводородных доходов и на защите привилегий меньшинства, неизбежно порождает только одну политическую систему: тиранию.

Либеральные сволочи, круша русскую несырьевую промышленность в 90-е и сводя экономику к «трубе», сами породили эту реальность. Ведь в такой экономике у чиновничье-сырьевой мафии, монополизирующей власть, просто нет конкурирующих отрядов элит. Например, промышленников-машиностроителей, высокотехнологичных капиталистов, агропромышленных группировок и т. д. Ведь все эти отряды, будучи сильными, могли бы стать сильной основой конкурирующих партий/движений и не дать чиновничье-сырьевой мафии монополизировать власть. Что ж, недаром Юрий Мухин считает московских либералов дегенератами с дипломами о высшем образовании. Они ведь плохо учили обществоведение и историю. Они своими руками породили основу для могущества и всевластия путинской России.

Во-вторых, путинцы, взяв в руки власть, продумали: «А на кой ляд нам все эти либеральные нахлебники, лезущие в учителя? Отнимем у них собственность — и сами станем ею распоряжаться. Формально мы отберем собственность в руки государства (и тем самым объегорим глупый народ), но само государство приватизируем и превратим в подобие корпорации во главе с нами».

Именно это и случилось. И потому путинство — это вершина неолиберального эксперимента. Всегда и везде концентрация собственности в руках кучки семей плюс деиндустриализация ведут к установлению именно тиранических, крайне недемократических режимов. Путин — не просто либерал. Он — суперлиберал, «либерал 2.0». Личность поистине всемирно-исторического значения, он первым на свете доказал: либерализм есть враг демократии и в своем крайнем выражении ведет практически к новому феодализму.

За это Путина и ненавидят сейчас те самые либералы, которые еще в 2000 году считали его в доску своим. Ибо бледный подполковник показал их полное ничтожество. Более того, путинщина весьма наглядно продемонстрировала, что ждет даже западные страны, когда и там 1 % населения превратится в сверхбогатый «малый народ», а последние остатки промышленности уйдут в азиатские страны.

О «ресурсном проклятии» России

Меня вновь и вновь охватывает странное чувство. Уникальное положение: в отличие от людей из 1913 или 1929 годов мы знаем, что катаклизм будет. Мы даже примерно можем его себе представить. Казалось бы, об этом нужно думать уже сейчас и готовиться к чрезвычайной ситуации, не теряя ни месяца. Но мировые элиты делают вид, будто ничего не происходит. Меня мало волнуют другие страны. Тут бы самой «элите» РФ понять, что ей будет худо. Тут бы в РФ заняться командно-штабными учениями по действиям в условиях глобального катаклизма. Бросать все силы и средства на самообеспечение продовольствием, на подъем промышленности, на вооружения, на массовое строительство жилья и инфраструктуры, на ввод в оборот заброшенных земель, на постройку футурополисов — стрессоустойчивых городов будущего. И вообще — вырабатывать модель новой цивилизации взамен обанкротившейся западной. Именно об этом мы с Малинецким и Шишовым пытались говорить на пресс-конференции летом 2010 года.

Но этого никто не делает! Либеральное «жречество», составляя правительство и экономические штабы путинщины, об этом даже помыслить не желает. Они ведь либеральные догматики, а происходящее не вписывается в их картину мира. Да такого просто быть не может! Запад что-нибудь да придумает. Тут есть огромное препятствие психологического характера: основная масса «экономических светил» нынешнего режима формировалась в 1970-е и 1980-е годы, свято веря в то, что капитализм и либерализм— единственно верные учения, а прочее— дурь. А тут их догмы и святыни рушатся на глазах. На их «земле обетованной» — Западе элиты грубейшим образом попирают правила либерализма, спасая от банкротства банки и корпорации, вкачивая в них триллионы денег из кармана налогоплательщика! Господи, а где же невидимая рука рынка? Где принципы индивидуальной ответственности за свои действия? Где принцип: «Слабые должны умирать»? Они Маркса стали на Западе цитировать? Значит, все 20 лет российских реформ, когда мы добросовестно старались копировать западные лекала — путь в никуда? Это ни в какие ворота не лезет! Этого не может быть, это нам снится!

* * *

Либерализм оказался тупиком. Везде: и на Западе, и на Востоке. Потому у расейских догматиков включается «защитный механизм»: они перестают видеть очевидное, они замыкаются в своих догмах. Ибо лишь немногие могут признаться самим себе: да, мы ошиблись. И все «святые каноны» либерализма, коим нас учили, — ложь. И СССР был во многом прав. И либеральные свободы далеко не всегда ведут к экономическому росту. Кто же в этом сознается? Большинство же остаются догматиками. Им страшно признать себя начетчиками и глупцами, страшно осознать свою никчемность. Им не хочется осознать, что все их статьи, речи и диссертации, где они проклинали все советское, — ничто, пустота, ложь. Что их научные звания и дипломы отныне ничего не стоят. Зашоренные начетчики кошмарны и опасны тем, что слепы, ничего не хотят понимать и ведут страну к катастрофе, теряя адекватность. Мы имеем дело с коллективным, буквально классовым психозом «элиты» РФ.

Ведь во время суперкризиса важно иметь именно нескованное, смелое мышление. В такую пору нужно быстро соображать и творить самостоятельно, поскольку ни у кого подсмотреть «историю успеха» и скопировать ее нельзя. Ибо всем плохо. Для этого нужно как раз таки недогматические мозги, лучше — хорошо натренированные решением задач в реальном бизнесе. А догматик начинает тормозить.

Пример? Будучи еще помощником президента, А. Дворкович в разгар прошлой атаки кризиса пустомелил о том, что, мол, нельзя заниматься протекционизмом, нельзя нарушать либеральные принципы открытости экономик и свободы торговли. В общем, нес пургу прямо из конца 1980-х, в то время как американцы стали усиливать протекционистские меры.

А что делают успешно развивающиеся бразильцы?

Они, в отличие от косолапо-либеральных расейских «вождей», принимают вот уже вторую Программу ускорения, вкладывая бешеные деньги в развитие транспортной инфраструктуры. Причем они ее реально строят, а не расхищают деньги. В то время, как кремлевские дебилы сопоставимые деньги омертвляют в стадионах и олимпиадах, попутно теряя асфальтовую дорожную сеть (ее протяженность в РФ действительно уменьшается, ибо денежки на дорожные строительство и ремонт реально сожрали сочинская Олимпиада, разорительный показушный владивостокский саммит и разные проекты на Северном Кавказе). В то время, когда в РФ в год производятся лишь считанные пассажирские самолеты, Бразилия по выпуску гражданских лайнеров вышла на показатели СССР— триста и более машин в год. Она становится великой авиастроительной державой.

Понимая, что нельзя абсолютизировать «права потребителя», бразильцы простой, но волевой политикой заставили иностранных инвесторов не просто открывать в своей стране сборочно-отверточные заводы, но и полностью развивать в Бразилии производство всех комплектующих. Они установили простые правила: хочешь быть на нашем рынке? Тогда, грубо говоря, пускай в первые пять лет твое сборочное производство пусть использует 20 % комплектующих местного производства. Еще через энное число лет — уже 50 %. А потом — и вовсе все местное. Потому иностранцы вынуждены затаскивать в южноамериканскую федерацию-империю полный цикл машиностроения.

Ничего подобного в РФ нет! Более того, вступлением РФ в ВТО на «уникальных» условиях косолапые едорасы полностью дестимулировали локализацию производства комплектующих для иностранных сборочных производств в автостроении. Ввозные пошлины на сельхозтехнику в РФ снизили, разрешили ввозить подержанные комбайны. Тогда как бразильцы давно врубили ввозные пошлины на сельхозтехнику на уровне 30–50 % плюс 27 % НДС. Импортировать туда агромашины бессмысленно. Можно только производить их на месте, давая работу бразильцам. Причем обязательная норма комплектующих местного производства изначально составляет 60 процентов!

Это и есть экономический национализм в действии.

А кремлевские «вожди» остервенело превращают русских в «вязанку хвороста» для поддержки западной экономики и отказываются от последних остатков экономического суверенитета. Пока везде кредитные ставки снижаются и кредиты становятся все доступнее для промышленности, а в Эрэфии проценты по ссудам поднимают. Кредиты у нас — втрое-четверо дороже, чем за границей.

* * *

Стараюсь следить за новостями из Бразилии. Понимая, что американцы пустили печатный станок («количественное смягчение» в третий раз) и что они наводняют мир своими пустыми долларами, Бразилия ограничивает приток в страну спекулятивных долларов («инвестиции» на срок менее трех лет). Они предотвращают ревальвацию своего реала. Никакого «свободного перемещения капиталов», как видите. Режется еще одна «священная корова» неолиберальной глобализации. Привет ВТО!

Бразилия, формально будучи членом ВТО, грубо попрала нормы сей организации, применив меры в духе Нового курса Рузвельта 1930-х годов. Итак, правительство Бразилии объявило о мерах по стимулированию экономического роста. В частности, будет сокращено налоговое бремя для производителей более чем двух десятков отраслей.

В списке выделяются такие отрасли, как производство мяса кур и свинины, деревообработка, грузо— и пассажирские перевозки. Снижение налогов вступит в действие с января будущего года и будет означать для бюджета уменьшение доходной части на 6,5 млрд долларов. Власти пошли также на повышение таможенных тарифов более чем на сотню товарных позиций. Ввозные пошлины увеличены на такие промышленные товары, как пластмассы, электрооборудование, металлический прокат, трубы, бумага, ряд наименований стройматериалов. В сентябре 2012 года президент страны Дильма Роуссефф объявила, что с нового года в среднем на 20 % будут снижены тарифы на электроэнергию!

Формально все эти планы грубейшим образом нарушают принципы «открытости рынка», глобализации и недопущения государственного протекционизма. То есть южноамериканская империя грубо попирает нормы Всемирной торговой организации (ВТО), в которой состоит. И ничего не боится: ведь никто не станет ее обстреливать ядерным оружием или душить санкциями. Западу просто не до того. Бразилия смело выбирает экономический национализм вместо тупого служения неолиберальным «богам».

А теперь сравним действия бразильских властей, реально заботящихся о своей стране, с действиями косолапых кремлевских «патриотов».

Если бразильцы откровенно и смело стимулируют своих промышленников и аграриев, радикально повышая ввозные пошлины, то власти РФ вступают в ВТО и, наоборот, снижают таможенные пошлины, открывая страну настежь. То есть обрекая русские предприятия на закрытие, а нас — на всплеск безработицы. И если бразильцы строят оплот экономического национализма, то путинцы продолжают блеять о недопустимости «закрытия экономики» и о том, что русские-де только калоши умеют делать.

В РФ, в отличие от Бразилии, радикально ухудшены условия для развития свиноводства. То же самое можно сказать о птицеводстве. Если бразильцы стимулируют переработку лесного сырья, применяя откровенный протекционизм, то власти Эрэф (чтобы только их приняли в ВТО) отказались от запрета на вывоз из страны необработанного леса. По требованию скандинавских стран. А ведь такой запрет стимулировал развитие деревообрабатывающих заводов в стране, в том числе — и построенных на средства тех же иностранцев. А теперь: на хрена их строить и давать русским работу, коль можно спокойно вывозить древесину?

Бразильцы снижают тарифы естественных монополий для своей перерабатывающей индустрии — железнодорожные и энергетические. В РФ это сделать невозможно: тарифы на электричество только растут. После того, как Чубайс при «патриоте» Путине раздробил советскую «Единую энергосистему» на сотни компаний, издержки только выросли, средств на инвестиции в мощности и электропередачи не хватает. Тарифы опуститься не могут. Нечто подобное — и с «реформированными» железными дорогами. Бардак тут только вырос, управляемость снизилась, холостой пробег вагонов вырос. Нынешняя железнодорожная система менее эффективна, чем советская система МПС. Никакого снижения железнодорожных фрахтов даже не предвидится.

Более того, практика неповышения вывозных пошлин на сырые нефть и газ (но при повышении налога на добычу полезных ископаемых и акцизов на торговлю энергоносителями внутри РФ с привязкой их к мировым ценам) однозначно предопределяет рост цен на топливо и энергию. И одновременно— консервацию сырьевого характера экономики РФ! Ибо выгоднее вывозить сырые углеводороды за кордон. Об этом, например, столько лет говорит мой друг, промышленник Константин Бабкин. Но если в Кремле его не слышат, то в Бразилии подобная манера действий — политика правительства.

И никто в Бразилии не вопит, что это, мол, «нарушает права потребителя». Ибо там понимают: превращение гражданина в тупого потребителя — конец стране. Ибо потребитель не понимает, что полное открытие рынка и уничтожение отечественной индустрии оставит его же, потребителя, без заработков и денег.

В Бразилии уменьшают налоги на реальный сектор: развивайтесь и создавайте рабочие места! В РФ этого никто не делает. Хотя давно можно было бы так же сманеврировать налогами, переместив главную тяжесть обложения на личные сверхдоходы (прогрессивная шкала), взвинтив вывозные пошлины на все виды сырья и отказавшись от ненужно-разорительных «мегапроектов» типа расширения Москвы, сочинской Олимпиады или чемпионата мира по футболу. А ведь они сожрут из бюджета средств на сотню миллиардов долларов минимум— как на хорошую войну. Более того, подчинение Центробанка национальным властям и переход к русской (а не проамериканской) эмиссионной политике (о чем говорит А. Отырба) мог бы (за счет повышения монетизации ВВП РФ с нынешних 45 % хотя бы до 80 %) дать новые возможности и снижения налогов, и повышения поддержки реального сектора.

Таким образом, РФ в ходе нового приступа глобокризиса обречена на дальнейшее падение и социально-экономические жертвы. А вот бразильцы могут даже подняться.

* * *

Медицинский факт: власти РФ все более теряют адекватность и превращаются в подобие «Северной Кореи от либерализма». Они продолжают цепляться за самые идиотские, давно отжившие свое неолиберально-монетаристские догмы в экономике. В то время как весь мир от них отказывается. Не желая признать свою бесполезность и уступить место настоящим профессионалам, наши «экономические светила» предпочитают делать вид, будто все хорошо и кризис уже позади. В то время, как он еще даже не показал себя во всей мощи. Власть становится невменяемым и не мобилизует страну в преддверии глобального катаклизма. Процесс сей приобрел самоподдерживающийся характер: безумие расейских верхов нарастает. Остановить это уже невозможно.

И это предопределяет одно: то, что РФ подойдет к моменту глобального социально-экономического катаклизма стопроцентно неготовой и неотмобилизованной.

Знаете, читатель, мне очень трудно представить себе Сталина, в преддверии мировой войны тратящего все деньги страны на Олимпиаду, на кучу футбольных стадионов и на содержание своих вельмож. Притом, что заводы и фабрики у него не строятся, нет тысяч новых танков и самолетов, нет кадров для управления всем этим. Но зато я вижу подобное в окружающей меня реальности.

Можно, конечно, уподобиться немцу Александру Рару, каковой в приступе подобострастия заявил: мол, Россия при Путине просыпается после семидесяти лет коммунистической спячки. Можно— ибо дуракам закон не писан. Господи, да при этой спячке мы успели стать одной из двух глобальных сверхдержав, вышли в космос, овладели ядерной энергией, смогли дать квартиры восьмидесяти процентам семей страны (по состоянию на 1981 г.)! Да, лучше б мы так «спали» бы и дальше…

На первый взгляд, Путин идет в нужную сторону. Ведь объявлено же о создании Евразийского экономического союза. Но это — только на первый взгляд. Никакой новой империи кретинический режим создать не сможет. Все сведется максимум к завозу дешевых гасарбайтеров из Средней Азии в пустеющие русские земли. В силу нескольких основных причин.

Первая — невозможно строить свое общее экономическое пространство, вступая при этом в ВТО, каковая выступает как совершенно чужой проект, созданный отнюдь не в русских интересах. Одновременно строить свою автаркию и быть во Всемирной торговой организации? Это такая же нелепица, как одновременно состоять и в гестапо, и в партизанском отряде. Тут уж либо ты строишь свой рынок с собственными правилами, либо ложишься под главных членов ВТО. Вступив в эту организацию, Кремль сам себе обрубил возможность воссоединения русского экономического пространства.

Второе обстоятельство: чтобы построить свой макрорегион-империю, в РФ должна быть своя разумная промышленная политика, ничего общего с либеральным кретинизмом не имеющая. Как вы знаете, сего фактора нет — и даже не предвидится.

Наконец, обстоятельство третье: нужна совершенно самостоятельная финансовая политика. РФ должна сама распоряжаться своими деньгами, прежде всего — нефтяными доходами.

А она ими не распоряжается! И именно здесь мы видим, где полностью кончается власть Журавлиного царя. Здесь он превращается в фанерного, бутафорского диктатора. Не может РФ распорядиться своими «петродолларами» от газа и нефти, господа.

— Как же так? — удивленно вскинете вы брови. — Не может такого быть! Ведь РФ живет за счет углеводородов. И бюджет за счет их вывоза наполняет. Чего-то вы напутали…

Да нет, дорогой друг, не напутали. Использовать углеводородные денежки на то, чтобы «элита» набивала карманы и скупала недвижимость в Лондоне, «беловежская Россия» действительно может. Можно зарыть триллионы в бесполезные стадионы и ледовые дворцы. Можно еще продать нефть за рубеж и полученную валюту сложить в так называемые резервные фонды (или закупить на них долговые бумаги западных стран), тем самым кредитуя не русскую, а чужую экономику. Но — не более того.

Нынешний Кремль не способен превратить свои нефтедоллары в тысячи километров хороших дорог, в электростанции и линии электропередачи, в железные дороги. Добывая чуть более полумиллиарда тонн нефти ежегодно, Российская Федерация… не может воспользоваться своим углеводородным богатством. Во всяком случае, теми миллиардами от экспорта нефти, что попадают в руки правительства.

Это звучит дико и нелепо, но именно так и обстоит дело. «Сильная рука» Путина кончается в государственных финансах. Здесь он практически безвластен, превращаясь из грозного правителя в какого-то робкого мальчишку. Здесь его «крутая» группировка ничего не контролирует. Минфин и Центробанк остаются под контролем узкого круга «либеральныхжрецов». А эти несменяемые «профессионалы», перед коими пасует Журавлиный царь, повинуются западным финансовым магнатам, а не Кремлю.

Может ли быть суверенной и независимой страна, если она не распоряжается государственными финансами? Если ее Центробанк, формально считаясь государственным, практически независим от власти и выступает как часть глобальной финансовой камарильи? Нет, конечно! Какое тут, на фиг, построение собственного экономического союза?

Чтобы нас не обвинили в голословии, покажем это на конкретном примере. Продемонстрируем, почему нефтяные страны Персидского залива могут превращать свои нефтедоллары в отличную инфраструктуру, в атомные опреснительные установки и опытные образцы городов будущего (Масдар в Эмиратах), а РФ — не может. Почему арабские шейхи успешно строят на свои петродоллары заводы по сжижению газа, по производству алюминия и переработке серы, а РФ — нет.

* * *

Итак, огромные запасы нефти и газа — нынешний национальный козырь русских. Наше историческое и геополитическое преимущество. Обвинять нас в том, что у нас есть углеводороды, так же бессмысленно, как обвинять американцев, например, в том, что они имеют выход к двум океанам и живут, по сути, на благодатном острове с необозримыми просторами плодородных земель. Или обвинять австралийцев в неописуемом богатстве их недр. Или пытаться привить туркам чувство вины за то, что их страна владеет самой «курортной» частью средиземноморского побережья. Или чморить украинцев-малороссов за то, что у них — жирные черноземы.

Благодаря тому, что наши славные предки не сидели на месте и совершили колоссальный подвиг освоения Сибири, мы сегодня можем не ходить по всему миру с протянутой рукой и не занимать деньги в долг, а буквально добываем их из недр и можем профинансировать развитие собственной страны. В принципе можем, конечно. Опираясь на нефтегазовый потенциал, русские сейчас действительно в силах построить свою империю-автаркию. Потенциально, конечно. Но не в реальности!

Почему? Потому что нашими углеводородными доходами распоряжается все тот же либеральный клан, вертящий русской экономикой. Нему совершенно не мешает то, что сам Журавлиный царь — лично! — курирует «Газпром», а его придворные и вельможи управляют крупнейшими нефтяными компаниями. И именно либеральные «мозги» Путина прививают нам комплекс национальной вины за то, что у РФ есть нефть и газ. Нам денно и нощно твердят о «ресурсном проклятии» и о том, что доходы, которые страна получает от углеводородов, — «неправильные». Мол, именно «ресурсное проклятие» не дает русским развиваться и строить несырьевую экономику. И вообще, лучше б у русских не было ни Ямала, ни Тюмени: тогда заводы строились бы и демократия была. Поэтому нефтяные доходы — как «неправильные» — лучше вообще отобрать и сложить в отдельные «карманы». Каковые, по сути — инвестиции в западную экономику, насосы по откачке наших нефтегазодоходов обратно в США и Западную Европу. Ибо как иначе толковать то, что эти доходы «консервируются» в долларах и евро и в ценных бумагах Запада?

Любопытнейшая картина выходит. Стало быть, у нас не только история варварская и культура ужасная (тут либералы нам вовсю комплекс национальной неполноценности приживляют), мы не только в Сталине виноваты, но и страна у нас с экономической точки зрения — не того. С нефтью и газом она, оказывается, с «ресурсным проклятием». Что, мол, живем на незаработанные деньги. Логика, конечно, очень странная. Если верить нашим московским либеральным «экономистам», нефть и газ из-под земли сами добываются. Как будто в освоение этих месторождений русские с 1966 года не вломили гигантский труд, как будто сейчас им не приходится работать на промыслах в тяжелейших условиях— в арктических морозах, в тундре, на вечной мерзлоте. Нет, нам внушают: это— «неправедные» деньги, их нужно «стерилизовать», вывести из экономического оборота и вообще считать, будто их у государства нет. Ввели шизофреническое понятие «ненефтегазового дефицита». То есть того превышения расходов над доходами, который был бы у страны, не имей она прибытков от экспорта энергоносителей.

Потому заклинания о «ресурсном проклятии» переходят во вполне конкретную, вредительскую практику, во вполне зримую «экономическую политику», уничтожающую наш народ.

Ибо — невзирая на всю крутизну путинщины — создана уникальная система недопущения нефтегазовых миллиардов для развития РФ. Система запутанная, но работающая.

* * *

Прежде всего, нефтяные доходы государства не должны попасть в производительную, созидательную сферу. Это убедительно доказал мой давний друг, экономист Михаил Делягин.

Итак, если мировая цена нефти в текущем году будет выше, чем средняя «мирцена» за минувшие пять лет, то Минфин откачает это превышение в так называемый Резервный фонд. А по сути — вложит наши законные углеводородные доходы в западную экономику. Если же цена текущего года окажется ниже средней за предшествующие годы, то накопленные в Резервном фонде средства пойдут «на покрытие возникающего дефицита бюджета».

— При этом понятно, что «базовая цена нефти» (средняя за предшествующие годы), к которой жестко и однозначно привязывается вся жизнь нашей страны, на деле берется «с потолка» и не имеет никакого отношения к реальному развитию событий. Принятие этой нормы не «снижает зависимость бюджета от внешнеэкономической конъюнктуры», а повышает его уязвимость перед ее резкими колебаниями подобно тому, как игнорирование опасности или зажмуривание глаз при вождении автомобиля отнюдь не снижает риски исповедующего этот оригинальный подход! — доказывает Михаил Делягин, обрисовывая очередной трехлетний план бюджета РФ на 2013–2015 годы.

Добавлю от себя: интересный все-таки принцип получается! То есть когда цена на нефть высока, то сверхдоходы государства от этого попросту складываются в Резервный фонд: кормить-кредитовать западные экономики. Ибо если ты хранишь свои денежные запасы в чьей-то (не своей) валюте и его же ценных бумагах— то ты его кредитуешь. Ты не финансируешь добычу и скупку золота в Сибири (а это— самый надежный резерв на сегодня), а тупо копишь ничем не обеспеченные доллары, деньги США — потенциального (см. Роджерса) банкрота. А если Резервный фонд переполняется и превышает 7 процентов ВВП, то его пускают на покрытие дефицита бюджета. То есть в основном на текущие нужды — зарплаты работникам бюджетной сферы и на потребление в основном. То есть до строительства так нужной сейчас инфраструктуры, до дорог, электростанций, портов и т. д. деньги доходят в последнюю очередь. И лишь то, что останется после того, что «Пут Инк» выкинет коту под хвост на свои футбольно-олимпийские «мегапроекты». Оттого и строится дорог в РФ в семь раз меньше, чем в советское время. А на поддержку промышленности и активную промышленную политику совсем ничего не остается.

— Если же Резервный фонд достигнет 7 % ВВП, а дополнительные доходы все будут поступать, они… нет, ни в коем случае не пойдут на развитие страны, гарантирование права на жизнь и решение других насущных проблем! Вместо Резервного фонда дополнительные доходы будут засовываться просто в другой карман бюджета, а точнее, западной финансовой системы — в Фонд национального благосостояния, также выведенный из страны, — говорит Михаил Делягин. — И лишь «часть» этих средств «может быть» (но ясно, ни в коем случае не «должна»!) направлена на «финансирование инфраструктурных и других приоритетных проектов».

Казалось бы, вот он, момент истины: вот, пусть замаскированное, недоговоренное, обставленное оговорками, но хотя бы теоретическое допущение развития России!

Увы: либеральные фундаменталисты таких промахов не допускают и даже теоретически, со всеми оговорками, разрешают финансирование из Фонда национального благосостояния лишь тех «инфраструктурных и других приоритетных проектов», которые не влекут за собой «длящихся обязательств Российской Федерации».

То есть в принципе может быть допущено финансирование исключительно краткосрочных проектов, осуществление которых занимает не более года: если их придется финансировать более одного года, возникнут те самые неприемлемые для либеральных фундаменталистов «длящиеся обязательства».

Это сразу исключает даже из теоретически возможных приоритетов российской бюрократии улучшение условий жизни народа или повышение уровня социальных гарантий: эти обязательства не могут быть приняты на один год (за исключением, конечно, избирательных кампаний) и потому не могут финансироваться из средств Фонда национального благосостояния.

По сути дела, из этого фонда допускается лишь разовое финансирование, которым можно обеспечить проведение карнавала или даже ремонт автомобильной дороги. Но строительство сколь-нибудь значимого инфраструктурного объекта, не говоря уже о требуемой и в целом непосильной частному бизнесу модернизации, невозможно осуществить на основе только годичного финансирования. Это же касается и социальных проектов. Ведь для создания чего-либо мало-мальски значительного потребуется как минимум проект, разработка которого занимает время, — и с запретом «длящихся обязательств» весь разговор о «приоритетных проектах» превращается в циничное издевательство над здравым смыслом и еще одну иллюстрацию того, что с точки зрения финансовых властей Россия существует для бюджета, а не наоборот.

При этом Минфин, по словам М. Делягина, прочно игнорирует тот факт, что Фонд национального «благосостояния» (учитывая характер его использования, подразумевалось, вероятно, национальное благосостояние американцев и европейцев) изначально создавался для покрытия дефицита Пенсионного фонда. Сейчас об этом тактично не упоминается: Фонд национального благосостояния раздувается до гомерических масштабов, а покрытие дефицита Пенсионного фонда осуществляется за счет абсурдного повышения социальных взносов. То есть за счет удушения этими взносами производства и бизнеса в Российской Федерации. Ради вящего эффекта дальнейшей деиндустриализации и деградации русских.

* * *

Нефтяные доходы государства оказались в руках тех либералов, перед коими «крутой» Путин опускает ушки, словно струсивший зайчик, и которые яростно отстаивают интересы западной финансовой олигархии. А она приказывает недвусмысленно: те деньги, что мы заплатили вам, покупая русские нефть и газ, должны вернуться обратно в нашу финансовую систему. Через ваши Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. И ни в коем случае углеводородные доходы РФ не должны отлиться в новые шоссе и железные дороги, в морские и воздушные гавани, в дешевые кредиты для промышленности и в систему поддержки русского машиностроительного экспорта! Все это должно быть у западных или даже китайских промышленников, но только не у русских. Вы не должны развивать новые территории, прокладывая туда автострады и электрифицируя их. Вы не должны вновь возвращать в оборот десятки миллионов гектар заброшенных пашен и обеспечивать продовольственную независимость страны.

Я всегда задаюсь вопросом: а если завтра грянет тот самый катаклизм с дефолтом США, если развалится евро-зона — во что тогда превратятся накопленные Минфином РФ в пресловутых «резервно-благосостоятельных» фондах гринбэки и евро? Если тот же доллар обесценится в несколько раз, а следом за ним спикирует и евровалюта? Что мы будем делать с кучей даже не бумаги, а с суммами электронных цифирок на банковских счетах, превратившихся буквально в ничто? Что либералы и «Пут Инк» станут делать с горой нолей и единичек, на которые завтра можно будет купить в несколько раз меньше зерна, лекарств, электроники, чем сейчас? Куда они денут долговые бумаги прежних Соединенных Штатов, которые (после дефолта Пиндостана) на мировых рынках обратятся в мусор, по которым ни гроша не получишь? Ответ однозначен: государственные накопления РФ вмиг обратятся в ничто. В глиняные черепки вместо червонцев, как в известной сказке. В одночасье прахом пойдет колоссальный труд русских, омертвленный в пресловутых резервах. Тогда до всех, наконец, дойдет, что лучше бы власти не копили десятилетиями все эти сотни миллиардов долларов-евро, а превращали бы их в новую инфраструктуру и работающие промышленные кластеры (территориально-производственные комплексы на языке СССР). Да вот только поздно будет.

У китайцев, конечно, тоже резервы пропадут — но у них все равно останется работающая промышленность и густая сеть новой инфраструктуры. УЭрэфии же не останется ни шиша…

Таким образом, констатируем: Минфином и Центробанком РФ управляют настоящие кощеи. Либеральные садисты-догматики, которые душат любую производительную жизнь в стране и делают все, чтобы русские не могли использовать свои нефтегазовые доходы для реального, грубого и зримого развития РФ. Создана система «резервных фондов» с хитрыми перепускными клапанами, которые на деле выступают как насосы для перекачки наших «петродоходов» обратно в западную финансовую систему. Поставлены надежнейшие заслоны против использования наших законных доходов от энергоносителей для подъема русской промышленности и обеспечения русских миллионами качественных рабочих мест. Процесс превращения России в вымирающую пустыню вокруг «трубы» обеспечивается стопроцентно.

При этом грозный и решительный Путин такую политику принимает покорно и не делает ни малейшей попытки изгнать либералов-кащеев из руководства финансами страны. И это самым красноречивым образом говорит о глубочайшей несамостоятельности РФ, о колониальном, извне запрограммированном характере его власти. Ни о каком полноценном строительстве нового Союза, своей Автаркии-макрорегиона в Евразии здесь и речи быть не может. Не будет никаких «нового курса» и подъема военнопромышленного комплекса. Мне очевидно, что РФ в грядущем катаклизме приговорена к разделу и превращению части своей территории в поле боя между будущими Мегаимпериями.

И если брать все это в сочетании с политикой замещения русских среднеазиатами, вкупе с кретинической реформой образования, превращающей русских в неквалифицированных дебилов, то картина выйдет полной.

Дороги, которые мы не выбираем

…Как-то в редакцию газеты, в которой работал я, пришел бомжеватого вида еврей с полумавританской внешностью, представлявший очередной «аналитический центр», каких наша интеллигентщина в изобилии наплодила в последние годы.

«Мавр» принес статью с каким-то немыслимым заголовком, суть которой сводилась к избитому тезису о том, что в 1917 году проклятый Владимир Ленин увлек Россию куда то в сторону с траектории общемирового развития и заставил описать 70-летнюю загогулину. А вот теперь пришел другой Владимир (Путин), который возвращает нас на общечеловеческую магистраль…

Эти взгляды очень распространены. Современный обыватель, в сущности, очень глуп. Он думает, что, если бы не 1917-й, то жить России в очень красивом капитализме с человеческим лицом, в стране всеобщего благоденствия.

Но теперь мы уверены, что этот самый красивый, филантропический капитализм возник благодаря двум факторам: победе русских коммунистов и приходу к власти национал-социалистов в Германии. И первое и второе было реакцией на самые гнусные черты капитализма первой трети XX века. И в первом, и во втором случае за революционерами последовали десятки миллионов людей. Однако нацизм быстро подавили, и главным фактором отклонения истории от прежней траектории стал Советский Союз.

Именно существование СССР заставило капиталистов прекратить расстреливать рабочие демонстрации и поступаться частью прибылей ради обеспечения народа и работой, и хорошими заработками.

Но как только СССР погиб, капитализм очень быстро стал возвращаться к практике начала XX века. Что мы видим сегодня? Те же войны за передел мира, хотя и под новыми предлогами. Опять войны служат быстрому перераспределению богатств в пользу крупного бизнеса. Мы становимся свидетелями той же монополизации бизнеса и захвата корпорациями безраздельного господства над целыми сегментами рынка. Мы снова видим схватку за источники важнейшего сырья. У власти становятся откровенные ставленники большого капитала. Даже разница между богатыми и бедными растет, даже средний класс погибает. Да и войны теперь все больше превращаются в гражданские — с разрушением целых государств и страшным одичанием людей. Что в Ливии, что в Сирии, что на Украине.

Конечно, все это происходит на более высоком технологическом уровне и в очень изменившемся мире. Таков уж закон отрицания отрицания, выведенный еще Гегелем, его знаменитая спираль развития. Но тем не менее в нынешнем мире опять создаются те же предпосылки, которые в свое время породили мировые войны, сильное коммунистическое движение, национал-социализм и фашизм. Дежавю, господа, форменное дежавю.

И вот в таком-то мире предстоит жить России завтрашнего дня. Нам нужно готовиться к войнам и потрясениям. Ведь капитализму предстоит не то чтобы умереть — его ждет очень мучительное и кровавое перерождение в нечто совсем иное.

* * *

То, что России очень плохо и что неолиберально-демократический эксперимент провалился, сегодня признает большинство тех, кто еще не утратил способности мыслить. Это сделали даже «околопутинские» аналитики, подписавшие так называемый «Серафимовский манифест» аж в начале 2003 года.

Но что делать? От того, что мы в тысячный раз расскажем о том, как нам плохо, ничего не изменится. Как выкарабкаться из этой ямы?

На сегодняшнем интеллектуальном рынке ходит несколько главных рецептов спасения. Но, увы, ни один из них не подходит.

Назовем первый главный рецепт, что нам все время подсовывают, либерально-западническим. Его приверженцы пытаются доказать, что путь-то в 1991 году избрали верный, только вот реформы повели в неправильной, извращенной форме. В общем, зеркальное отражение горбачевских коммунистов, которые вопили о «нарушении ленинских норм» при строительстве коммунизма.

Давайте смоделируем этот путь. Давайте доведем ситуацию до логического венца, почти до абсурда. Уже сейчас парламент состоит только из назначенных президентом людей, которые проголосуют за все, что бы он ни приказал. Хоть за закон о повышении зимней температуры за Полярным кругом. Пусть эти депутаты принадлежат к одной-единственной партии президента и без всяких споров принимают все законопроекты. Вводим полную свободу купли-продажи земли, архильготные условия для иностранных инвесторов, полностью отменяем систему государственных пенсий, заставляем народ платить за все и жить на корку хлеба в день. Что это изменит?

Да ровным счетом ничего. Как мы были в тупике, так в нем и пребудем.

Чтобы выжить в наступающем веке, русским мало установить у себя жесткий монетаристский режим. Нужно во что бы то ни стало запустить инновационную экономику, процесс бурного освоения промышленностью новых технологий, а главное — эти новые технологии создавать, преодолев последствия десятилетнего разгрома нашей науки.

Мало кто из живущих в России, пожалуй, хочет того, чтобы она оставалась в нынешнем виде. Все — по крайней мере на словах— хотят видеть ее сильной и процветающей.

Но как прийти к такому состоянию? Увы, читатель, привычного пути к такому счастью у нас нет. Мы не можем перенять «один к одному» ни один из имеющихся на сегодня рецептов экономического успеха — ни немецкий, ни корейский, ни японский. Даже китайский опыт нам не подходит для полного копирования. А потому все равно придется искать свой путь.

Капитализм бывает разным. И США, и Германия, и Пакистан, и Колумбия — это капиталистические страны, но как они при этом отличаются друг от друга! Строя ультра-рыночную экономику, куда попадем мы?

В то, что из России можно сотворить вторую Америку, не верят даже ослы. Ведь для этого нужно сделать рублевую систему такой же сильной, как и долларовая. Но для этого нужно вернуться в 1894 год и переиграть заново весь XX век.

Не светит нам и европейский путь — с развитием машиностроения, авиационной, кораблестроительной промышленности и т. п. И не только потому, что национальный характер русских, наш культурно-психологический «генотип» коренным образом отличается от европейского. Вся развитая индустрия, которая существовала в СССР, подорвана. Для ее спасения нужны меры, которые идут вразрез с либерализмом и демократией европейского пошиба. Тут нужна диктатура, перераспределение прибылей и протекционизм. Нужны вожди вроде Сталина или Гитлера, чтобы наше машиностроение снова развернулось и пошло на рынки Азии и Латинской Америки, — потому что только очень жесткие режимы с сильными армиями способны пресечь попытки западных корпораций уничтожить непрошеного конкурента. Разве «Боинг» и «Эрбас» смирятся с тем, что индусы и китайцы вдруг станут покупать новые «илы» и «ту»?

Так что в рамках либерализма и такой путь нам заказан.

* * *

Может быть, тогда нам стоит превратиться в чисто сырьевую страну и зазывать сюда варягов добывать наши природные ресурсы? Отметаем его сразу: сырье у нас прокормит не более 50 миллионов человек. Остальным ста придется вымереть.

Но это — в лучшем случае. Ведь Россия, за мизерным исключением, не может предложить мировому рынку какого-нибудь особого сырья, которое будет либо дешевле, чем у других, либо выше качеством. Нефть выгоднее добывать на Ближнем Востоке, на шельфе Вьетнама, в Гвинейском заливе и в Венесуэле. Чем вбухивать десятки миллиардов долларов в разработку русского неудобья, лучше за несколько сотен миллионов совершить переворот в Венесуэле и завладеть тамошними нефтяными промыслами.

В Восточную Сибирь инвесторы всерьез придут лишь тогда, когда в этих, более удобных районах планеты нефть исчерпается. Даже если весьма сомнительное потепление климата превратит Сибирь в край довольно жаркий, процесс ускорится мало— вступят в силу факторы дороговизны перебросок нефти на мировые рынки. Нам придется делать это по суше — тогда как арабы или вьетнамцы способны использовать гораздо более дешевый морской транспорт. Им-то что? Подогнал танкер прямо к терминалу у самых буровых— и заливай в него товар. А нам до тех терминалов придется гнать «черное золото» по трубам тысячи верст, что очень дорого. Да и что-то не чувствуется глобального потепления, вопреки всем воплям о нем. У нас морозы как трещали, так и трещат.

Но удобные для разработки месторождения исчерпаются не ранее 2025 года. До того срока мы богу душу отдать успеем. К тому же развитые страны весьма мало наращивают потребление нефти. Если же западная экономика и «азиатские тигры» резко убыстрят темп инноваций в производстве, то будут найдены альтернативные источники энергии и произведены еще более экономичные двигатели, отчего потребление нефти на планете резко упадет. Она сильно подешевеет, следом за ней упадет в цене газ — и мы обанкротимся.

Лес нас тоже не спасет: он у нас не того качества и слишком малопродуктивен, чтобы вытянуть всю страну. На внешнем рынке нас забивают теперь и США: у них климат помягче, лес растет быстрее и не таежных пород. К тому же у них полно искусственных, промышленных монолесов: не будешь их рубить — вредители сожрут. Рыбные ресурсы? Ситуация чуть лучше. Но они при сегодняшних способах добычи способны обеспечить жизнь лишь Дальнему Востоку России.

Ориентация на чисто сырьевой путь развития — это крах. Это— совершенно обеспеченное впадение в нищету, приход массовых неграмотности, эпидемий и межнациональных конфликтов. Сырье дает гораздо меньше доходов, чем промышленные товары, и сущий мизер — по сравнению с производством программного обеспечения, спутников и самолетов. Те, кто вздыхает: «Да ведь у России столько природных богатств!» — либо наивные люди, либо дураки.

* * *

Путь второй — старосоветский. Его предлагают нам и коммунисты старого закала, и многие другие оппозиционеры.

По сути дела, это вторая индустриализация России. Предположим, что президент-диктатор со своей единственной партией решил сделать упор на тяжелое машиностроение, крупнотоннажную химию, на производство энергии, на индустриализированное, высокопроизводительное сельское хозяйство.

«Да! Да! — восклицает тоталитарный читатель. — Именно так! И тогда русские смогут сделать то, о чем вы сказали вначале: снова стать сверхдержавой и прорваться на растущие рынки Востока!».

Но погашу горящий взор патриота. И этот путь для нас закрыт, запечатан наглухо историческим обвалом. И тому есть несколько причин.

Прежде всего, этот путь неимоверно труден и запредельно дорог. Техническая культура Советского Союза, как у всякой иной великой страны, хрупка. Господство варваров, длившееся с 1991 года, прошлось по ней смерчем разрушений, сапогами вандалов. Оказались разорванными множество производственных цепей, в запустение пришли многие заводы и фабрики, утрачены сотни технологий, потеряны навыки и знания миллионов человек. Чтобы восстановить все это, нужно полтора триллиона долларов и много лет работы без прибыли. Придется закупать огромное количество нового оборудования, вновь готовить миллионы рабочих и инженеров.

Нам не хватит ни денег, ни времени. У нас уже нет больших запасов минеральных ресурсов, выгодных для разработки, легкодоступных. Все «сливки» в виде обильных месторождений либо сняты за прошлые годы, либо оказались за рубежом с расчленением СССР. Сельское хозяйство русских сильно избито: надо очень много в него вложить, чтобы обеспечить хотя бы собственные нужды. К тому же сельское хозяйство в России нерентабельно по мировым меркам: мы не можем снимать четыре урожая в год, как во Вьетнаме или Южном Китае. Или даже два, как в Южной Корее. Сельское хозяйство Америки, Южной Канады (на широте Узбекистана), даже Германии и Франции — гораздо продуктивнее нашего в силу более мягкого климата.

Новой индустриализации понадобится много энергии. Но электроэнергетика изношена: она не выдержит резкого роста энергопотребления. Да и не успеваем уже к сроку. Пока мы будем поднимать новые индустриальные гиганты, сидя на хлебе и воде, Китай уже развернется со своими машиностроением и металлургией.

Есть тут и вторая причина. Она — в том, что старая, привычная по СССР индустриальная эпоха уходит в прошлое. Пытаясь воспроизвести 1930-е годы нынче, мы неминуемо проиграем странам, которые развивают наукоемкое производство, индустрию будущего. Оно гораздо прибыльнее тяжелой индустрии. Мы, конечно, должны перевооружить унаследованные от СССР и еще работающие производственные комплексы. Но нельзя кидаться в прошлое, когда нужно прорываться в грядущее. К очень автоматизированным, практически безлюдным заводам и фабрикам.

Стало быть, и советский экономический путь невозможен.

Тогда возьмем вариант третий — японо-корейско-китайский (по нему еще идут, например, Бразилия, Индия или Вьетнам).

Начинаем с массового производства товаров, которые не относятся к наукоемким. Иными словами, начинаем шить трусы и лифчики, штаны и рубашки, клепать кастрюли и миксеры, собирать видеомагнитофоны и автомобили (из импортных частей). Заставляем иностранных инвесторов все больше комплектующих делать на месте (локализация). Развернемся на ниве бытовой электроники. Все это поставляем на внешний рынок и зарабатываем деньги, укрепляем свои промышленные корпорации.

Переходим на позиции развивающихся промышленных стран Второго мира. Постепенно начинаем развивать малотоннажную химию, микроэлектронику, биотехнологию, производство компьютеров. И только потом совершаем рывок в Первый мир — в экономику производства высочайших технологий, идей, ноу-хау, становимся одним из мировых игроков на финансовых рынках.

Вроде бы вот— наш путь. Даже военная диктатура в сию схему ложится: как в Южной Корее. Греет даже пример Китая: тот, намного отставая от Россиянин по части свободы слова, приватизации и акционирования, не имея никакой частной собственности на землю и «свободных выборов», только за счет жесткого, обеспечивающего порядок режима привлекает в свою экономику в десятки раз больше частных инвестиций, нежели либерально демократическая Россияния.

Идею пути в Первый мир через Второй можно отыскать даже в экономической программе центра Германа Грефа еще 2000 года. Сам Греф публично говорил, что мечтает о превращении России в подобие Бразилии. Если же продраться сквозь три сотни страниц его программы, то в общем замысел ясен: к станции «Вторая Америка» (лет через 100–200) — через промежуточную станцию «Бразилия».

Хорошо-то хорошо да только такой путь русским заказан начисто.

* * *

Чтобы стать страной нового индустриального мира, последовав по догоняющей траектории, по уже старому индустриальному пути, России нужно соответствовать сразу нескольким факторам.

Помимо жесткой власти, которая обеспечит единство и страны, и действующих на ее территории законов, и борьбу с коррупцией, еще надо иметь:

1. Дешевую и квалифицированную рабочую силу, способную довольствоваться малыми деньгами, но делать вещи на мировом уровне качества.

2. Дешевые и доступные природные ресурсы.

3. Мягкий климат, который позволит не тратить сумасшедшие деньги на отопление цехов и на разгребание снега.

4. Удобную транспортную инфраструктуру: так, чтобы товары и комплектующие не пришлось перебрасывать по суше более чем на две-три тысячи верст, незамерзающие гавани, чтобы эти товары по свету на кораблях развозить.

Что мы из этого имеем? Ничего.

Дешевая рабочая сила в России? Да, она дешевая по сравнению с ЕС и США — но она дороже, чем у стран-конкурентов. Ведь при поставках массового товара на мировой рынок нам придется соревноваться с такими государствами, как Индия, Китай, Бразилия, Вьетнам, Пакистан, Мексика, Таиланд и Тайвань, Малайзия и Филиппины. Знаете, как иногда эти страны называют? Странами «тропического капитализма». Сколько там рабочие получают? Меньше, чем у нас. И неудивительно: в тех странах работягам не нужны ни валенки, ни шапка, ни телогрейка. Им можно жить в картонно-фанерных домиках, не тратя ни цента на отопление дома — там зимы-то нет. Побывайте в Пекине, в этом сравнительно северном, по азиатским меркам, городе. Там зимой пару раз, бывает, снежок легкий порошит— так там в большинстве домов просто нет центрального отопления.

При этом, читатель, в промышленности южных стран используется самая экономичная техника, самое современное западное оборудование. То же самое, на которое может рассчитывать и Россия, вздумай она пойти по пути Китая или Тайваня.

Однажды мы беседовали с уже бывшим вице-президентом «Газпрома» Петром Родионовым. С человеком, так сказать, реального дела, а не с оторванным от жизни кабинетным «экономистом». Родионов показал расчеты, сделанные специалистами Академии наук. Оказывается, самая холодная страна западного мира — это Канада. Однако если в России завести такую же передовую технику, как и в Канаде, если так же экономно расходовать тепло — все равно затраты на преодоление тяжелого климата у русских окажутся в полтора раза выше, нежели у канадцев. Почему? Потому что вся масса народа, промышленности и сельского хозяйства Канады сосредоточена в южных штатах, на широтах Узбекистана и южной Украины. И то Канаде приходится на мировом рынке туговато: промышленность там развивается плохо.

В этом случае (техника — та же и издержки — те же) нам придется тоже платить своим рабочим не выше сорока долларов в месяц — не больше, чем в Азии. Потому что если мы сделаем зарплату больше — то наши рубашки, видеомагнитофоны или электрочайники на мировом рынке получатся дороже китайских или бразильских. Их никто покупать не будет. О советских иллюзиях насчет того, что путевки, отпуска, лечение в поликлиниках может оплачивать не рабочий, а его предприятие, можно забыть. Ведь это тоже ложится на себестоимость выпускаемого товара. Если мы, идучи во Второй мир, положим нашим работникам зарплату выше, чем в странах «тропического капитализма», то все выпущенные вещи сможем продавать в лучшем случае лишь у себя дома за рубли. Никто их в мире не возьмет.

* * *

Пример — налицо. В России нынче, как и в Китае, производится приличная масса товаров под западными марками: шампуней, сигарет, автомобилей на сборочных заводах, электротоваров, кроссовок и ботинок. Да вот только они в России же и продаются. На мировой рынок они выйти не способны. Хозяева предприятий продают эти «иностранные» товары на Руси, меняют заработанные рубли на доллары — и доллары эти вывозят прочь. А вот в Китае и Социалистической Республике Вьетнам товары, выпускаемые под западными марками, идут прежде всего на вывоз, принося стране валюту. Доллары не утекают из их стран, а, наоборот, в них приливают. И еще в каких количествах! Побывайте во Вьетнаме — там просто в глазах рябит от массы новых фабрик под вывесками «Дэу», «Рибок», «Панасоник». Вкладывают акулы мирового капитализма в социалистический Вьетнам, не боятся. У них под Ханоем уже технопарк для высокотехнологичного и информационного производства создан — а у нас в Москве только супермаркеты открывают. Или со Сколково возятся без видимого результата.

Можно ли прожить в России на зарплату «тропического рабочего»? Невозможно. Вьетнамец у себя проживет — ему трусов, майки да соломенной шляпы на весь год хватит. Он еще при этом и детишек плодит. А что у нас на 100–200 долларов в месяц сделать можно? Даже на еду, курево и на проезд общественным транспортом не хватит. О покупке одежды на период полугодовых холодов мы уж не говорим. О медицинском обслуживании, рождении и воспитании детей — тоже. А ведь надо еще оплачивать отопление квартиры, которое за три месяца зимы влетит в годовую зарплату азиатского рабочего. Чтобы продавать массовые товары на внешнем рынке не хуже конкурентов из тропических стран, русским придется отказаться от отопления жилищ, оставить дома от силу пару лампочек, забыть об отпусках, больничных и пенсиях (у азиатских рабочих этого нет).

То есть мы можем, конечно, воспользоваться диктаторским режимом, установить такие зарплаты и даже кое-чего даже продать на мировом рынке. Да вот только через несколько лет Россия завалится: у нас вообще народ детей рожать перестанет. А бывшее в 70-е годы советское качество жизни всем покажется сразу действительным и подлинным коммунизмом.

А потом— так ли уж квалифицированна нынче наша рабочая сила, чтобы выигрывать у вьетнамских, китайских или мексиканских работников? В 1985-м или даже в 1990-м в Советском Союзе такие вышколенные и технически грамотные рабочие имелись. Да вот только с тех пор были четвертьвековой развал, огрубление и опрощение производства и даже полная остановка целых отраслей промышленности. За эти годы люди, потеряв работу, поумирали, состарились, растеряли навыки, поспивались. Квалификация рабочих в России сильно упала. Не в лучшем положении оказались и профессионально-технические училища, и техникумы — кузницы рабочих кадров.

Так что можно сколько угодно мечтать о новой Бразилии среди родных елей да осин, уповая на повторение Россией тайваньского варианта. Да вот только губу закатать придется. И нечего кивать на пример России начала XX века. Мол, тогда у нас была дешевая рабсила и к нам шел западный инвестор. Полноте, господа! Вначале XX столетия Россия действительно была индустриальной страной с самой недорогой квалифицированной рабочей силой. Но только с тех пор к индустриальному и постиндустриальному миру добавились Тайвань и Китай, Мексика и Малайзия. Они пальму первенства взяли.

Не говоря уже о том, что та, начала XX века, Россия закончилась 1917 годом.

Итак, дешевой рабочей силы у нас нет. Как с остальными факторами успеха?

По климату мы сразу проигрываем — ни в одной стране Второго мира такого холодного климата нет. Мы только на громадных отопительных расходах и на строительстве капитальных, защищающих от мороза зданий сразу теряем привлекательность для мировых инвесторов по сравнению с Малайзией или Китаем. Это блестяще доказал Андрей Паршев в своем уже классическом труде «Почему Россия не Америка?».

Дешевые и доступные ресурсы? Мы их уже исчерпали, остались лишь ресурсы трудные. Это прежде нам доставался газ Ямала, а теперь придется добывать его со дна Баренцева моря и вложить для этого втрое больше средств, чем вкладывал СССР в свои ударные стройки (об этом мы уже поговорили раньше). Удобная транспортная инфраструктура? У нас ее тоже нет…

* * *

Честно говоря, выше всех наших «политологов от экономики» я ставлю крестьянина-монархиста Ивана Солоневича, ярого антисоветчика, умершего в 1950 году. В конце 1940-х вышла в свет его замечательная «Народная монархия», где Солоневич самым выразительным языком описал перспективы краха России от вхождения в мировой рынок по нашим «реформаторам». Вот цитата:

«…Территория САСШ (Северо-Американские Соединенные Штаты, старое написание США. — М.К.) охраняется от всякого нашествия двумя океанами. Она представляет собой опрокинутый треугольник «Миссисипи — Миссури со всеми его притоками». САСШ не имеют ни одной замерзающей гавани. Их северная граница имеет среднюю температуру Киевской губернии. Их естественные богатства огромны и расположены в самых старых областях страны.

Россия ни от каких нашествий не охранена ничем. Ее реки упираются или в Ледовитый океан, или в Каспийский тупик, или в днепровские пороги. Россия не имеет, собственно, ни одной незамерзающей гавани — единственное государство мира, отрезанное от морей не только географией и историей, но даже и климатом. (Единственная незамерзающая гавань России — это труднодоступный Мурманск, ловящий последние струи теплого Гольфстрима. — М.К.) Замерзающие реки и моря заставляли русский торговый флот бездействовать в течение трех-шести месяцев в году — и одно это уже ставило наш морской и речной транспорт в чрезвычайно невыгодные условия по сравнению со всеми остальными странами мира. Половина территории России (48 процентов) находится в области вечной мерзлоты. (Солоневич писал о настоящей России — империи, Советском Союзе. Сейчас в урезанной и кастрированной Россиянин на долю вечной мерзлоты приходится все 70 процентов территории. — М.К.) Естественные богатства России, как и ее реки, расположены, так сказать, издевательски: в центре страны нет вообще ничего. Там, где есть уголь, — нет руды, и где есть руда — там нет угля. В Кривом Роге есть руда, но нет угля, в Кузбассе есть уголь, но нет руды. Пока Урал работал на древесном угле, Россия вывозила лучшее в мире железо. Когда истребление лесов и прогресс техники потребовали соседства угля и руды, то русская промышленность оказалась в заколдованном круге. Для того чтобы «освободить» Донбасс, нужно было покончить с кочевниками. Когда с ними было покончено — нужны были железные дороги, чтобы возить руду в Донбасс или уголь — в Кривой Рог. Для железных дорог нужно железо. Для железа нужны железные дороги. Эта проблема до сих пор не решена экономически: да, можно возить руду с Урала в Кузбасс и — встречными маршрутами — уголь из Кузбасса на Урал, но сколько это стоит?

Золото, нефть, уголь и руда разбросаны у нас по окраинам страны. В ее центре нет, собственно, ничего. В Германии, Англии и Соединенных Штатах все это расположено в центрах и рядом. Рур, Пенсильвания, Бирмингем. Для транспорта всего этого имеются незамерзающие реки и незамерзающие порты. Есть и незамерзающая земля: строительный сезон в средней Германии равен десяти месяцам в году, а в Южной России — пяти-шести месяцам, и в северной — только трем. Советы пытались удлинить этот сезон так называемыми «тепляками», дощатыми футлярами над строящимися зданиями. Технически это оказалось выполнимо, экономически — не под силу.

И даже в нашем сельском хозяйстве, традиционном промысле Святой Руси, не все обстоит благополучно: чернозем страдает от засухи, достаточное количество влаги получает только северный суглинок. Отсюда еще одно парадоксальное обстоятельство: на нашем тощем Севере сельское хозяйство оказывается рентабельнее, чем на нашем жирном Юге.

Исходное ядро русской государственности выросло в географических условиях, которые не давали абсолютно никаких предпосылок для какого бы то ни было роста. Москва не имела никаких «естественных богатств», если не считать леса, который давал пушнину и в котором можно было кое-как спрятаться от татарских орд… Москва не имела даже и пахотной земли: хлеб доставлялся из-за Оки, из «Дикого поля», уже совершенно открытого кочевым набегам.

История Америки повествует о благоговейном изумлении, которое охватило первых переселенцев… Джон Смит писал: «Никогда еще и небо и земля не были так согласны в создании места для человеческого жительства». Действительно: мягкий климат, плодородная земля, обилие леса и дичи, незамерзающее море с обилием рыбы, возможность почти любой сельскохозяйственной культуры умеренного климата, лесные промыслы, которые давали сырье для судостроения, гавани… И никаких нашествий. Индейцы без боя отступали в глубь страны, поставляя оттуда меха для дальнейшего товарооборота. Это была действительно «господа бога собственная страна». Что было в Москве? Тощий суглинок, маленькая Москва-река, суровый климат, ближайшие моря отрезаны со всех сторон, и из-за Оки, с «Дикого поля», — непрерывная, всегдашняя, вечно нависающая угроза смертоносного татарского набега.

Если в Северной Америке «небо и земля» действительно как будто сговорились в «создании места для человеческого жительства», то в России и небо, и земля, и климат, и география, и история, и политика как будто сговорились, чтобы поставить народ в, казалось бы, совершенно безвыходное положение: а ну-ка, попробуйте!

Попробуйте выжить…»

* * *

Россия-РФ теперь— лишь остаток Великой России 1991-го. В тот год наша территория сократилась до пределов, которые мы имели в XVI–XVII веках. Потеряны самые благодатные земли Украины, Новороссии, Закавказья, Южного Урала и Казахстана, Средней Азии… Мы остались на самых неудобных с точки зрения глобализированного рынка, самых холодных землях мира. Теперь нам, живущим на этой земле, предлагают свободно конкурировать на мировом рынке с землями, где круглый год — лето. Нам предлагают соревноваться с Америкой, север которой — это наша Кубань, а юг лежит в субтропиках.

А вот цитата из труда «Россия, которой не было» современного историка Андрея Буровского: «На северо-востоке Руси — в Волго-Окском междуречье, в Поволжье, в глухих заволжских лесах природа гораздо беднее, чем в княжествах Черной, Белой, Малой — Западной или Юго-Западной Руси. Дольше и злее зима, короче лето. В Закарпатье безморозный период длится 230–240 дней в году. В Московской области — только 170.

Приходится гораздо серьезнее готовиться к зиме. Чтобы жить на северо-востоке, необходимы и гораздо более основательные дома, и больше теплой одежды, и хорошая пища. Голодный человек рискует не выдержать морозов, даже если он хорошо одет…

На Северо-Востоке природа очень небогата. Урожайность одних и тех же культур в Волго-Окском междуречье и на Киевщине различается в несколько раз. Чтобы получить такое же количество зерна, нужно больше земли…

Вторая важнейшая особенность Северо-Востока — континентальность. Чем дальше на восток, дальше от океанов, тем короче осень и весна. В Северной Франции зима длится всего три месяца. Сельскохозяйственный год, соответственно, девять месяцев в году. Но при этом весна длится два месяца, и столько же осень. Тепло и наступает, и отступает медленно, постепенно. Не зря же именно из Франции идет демисезонная одежда. Демисезонная — от слов «деми сезон» — «между сезонами». Одежда на то время года, когда нет ни зимы, ни лета…

На северо-востоке Руси зима продолжается добрых полгода, на севере даже дольше, а весна и осень так коротки, что возникает реальная опасность не успеть с посевом хлебов или с уборкой урожая. Значит, работа на рывок. Тем более тяжкая работа, что вывозить на поля нужно больше зерна, а вспахать и засеять нужно большие площади, чем в любом уголке славянского мира…

Складывается традиция работы на рывок, бешеной «вкалки» без сна и еды, до седьмого пота. Отчаянной гонки за просыхающей землей, за стремительно надвигающимся, наступающим на пятки летом. Лето ведь короткое, и, если опоздать с посевом, можно не получить урожая… Такой же аврал — и при уборке урожая…

И это тоже отражается на народном характере. Те, кто организует сельскохозяйственный год в режиме труда «на рывок», с большей вероятностью так же построят и собственную жизнь, и жизнь общества. Вообще всякое бытие видится человеку как соединение рывков, сверхусилий, когда «рваться из сил, изо всех сухожилий» не только правильный, а единственно возможный способ действовать…».

Андрей Буровский откровенно неприязненно относится к великороссам московитам, обитателям Северо-Восточной Руси, Московии. Он совершенно прав: до 1950-х мы были преимущественно крестьянской страной, и наш национальный характер столетиями ковался именно в такой жизни «вопреки всему». То, что русские смогли создать государство на таких землях и простоять почти тысячу лет, — это единственный в истории Земли подвиг такого рода.

Вы скажете, что живут как-то скандинавы и датчане? У них климат мягче, читатель, — их омывает теплое течение Гольфстрим. Вы укажете на Северный Кавказ? Между прочим, Ростовская область— самая северная зона виноградарства в мире, а вся территория США лежит в зоне гораздо более благоприятной климатически, нежели наша Кубань.

Можно представить вовсе небывалый сценарий: что президент решительно превратит страну в закрытую корпорацию, закроет границы для ввоза импортных готовых товаров и установит внутри РФ низкие цены на энергию — чтобы компенсировать огромные расстояния и холодный климат. Но это можно только представить, и весьма ненадолго: потому что никто ему этого сделать не даст. Его заживо съедят и Запад (который держит в руках валютные вклады россиянской «элиты»), и сама «элита», которая живет на импорте и растранжиривании нефтедолларов.

* * *

Что из всего этого вытекает? То, что обычный, индустриальный путь спасения нынче для России закрыт наглухо. Запечатан на веки вечные.

Россия — страна уникальная по своим природно-географическим и климатическим условиям. Страна по определению «нерентабельная» и «высокозатратная», по меркам нынешнего мирового рынка. Поэтому драма наша заключается еще и в том, что русские при всем желании не могут воспользоваться ни одним из рецептов экономического подъема, известным на сегодня. Ни китайский, ни немецкий, ни корейский опыт нам не подходят— за исключением лишь некоторых элементов.

Это очень неприятный для нашей интеллигенции вывод. Русская, а потом советская образованщина никогда не любила жить своим умом. Ей всегда хотелось схватиться за новомодную западную (восточную) теорию и приложить ее к России. Это ведь так удобно: мозги не напрягаются, всегда можно пригласить умных зарубежных советников. Знаменитый современный историк Андрей Фурсов эту страсть отечественной «элиты» хорошо сравнил со вкусами тех, кто фотографируется у курортных фотографов начала XX века. Если помните, то тогда было модно совать голову в дырки больших холстов, на которых рисовали разные картины и пейзажи. Сунул голову — и вот ты предстаешь в образе кавказского абрека, русалки или циркового силача, и фотограф запечатлевает тебя в понравившемся образе.

Нежелание думать, лень в поисках национального пути приняли размеры всероссийского бедствия. Я, например, готов смертным боем лупить либералов за то, что они сделали с моей страной. Именно на их совести лежит деградация моей страны, отбрасывание ее в восемнадцатый век. Но я не разделяю и лозунгов твердолобых коммунистов брежневского покроя, которые хотят отбросить страну в середину XX века. Они призывают к национализации устаревшей, изношенной промышленности — что может быть глупее? В этом случае приватизаторы скроются за рубежом с выжатыми из советских заводов миллиардами, а государству останутся груды металлолома. И придется искать новые миллиарды долларов, чтобы вкладывать и вкладывать в это мертвое царство.

Обе силы — и либералы, и твердолобые коммунисты — тянут нас в прошлое. Коммунисты, конечно, намного прогрессивнее «демшизы», потому что зовут вернуться ко временам паровозов и пулеметов, а не кремневых мушкетов, как эти, с трехцветным флагом. Но и те, и другие обрекают нас на поражение в мире микрочипов, информационных сетей, спутников и сверхгибких производств на революционных технологиях. Нет ничего дурнее попытки возродить экономику фабричных труб и конвейеров в мире, где индустриальный порядок умирает.

Нет уж, господа товарищи, мы должны пойти другим путем. Очень смелым и необычным — потому что обычных путей спасения у России больше нет. Нет— и все тут. И если спасти русских может только чудо, нужно совершить чудо. Нам нужно быть сегодня безумными, буйными фантазерами. Такими же безумцами, какими были те, кто в пору парусов и весел мечтал о пароходах и о летающих машинах. Или как те русские, которые, хлебая морковный чай среди тифа и разрухи Гражданской войны, создавали план электрификации страны, набрасывали чертежи скоростных самолетов и космических ракет.

«Кларк установил, как сделать великое открытие или эпохальное изобретение. Выясни, что, по общему мнению самых авторитетных специалистов, невозможно осуществить, — и осуществи это». Так еще в 1980 году написал в своем романе «Число Зверя» великий фантаст Роберт Хайнлайн. Мудрые слова. А потому — к черту все авторитетные мнения толстозадых экономистов, на свалку все бредни от МВФ, Гайдаров, Грефов и прочих! Нужно сделать что-то безумное, на что в мире еще никто не решился.

Терять-то нам все равно нечего…

Жаль только, что этот путь откроется нам только после катастрофического крушения нынешней криминально-сырьевой системы…

Возможна ли у нас империя-корпорация?

Наверное, многие припомнят мне уже давнишнюю книгу «Битва за небеса» (2000 г.), в которой ваш покорный слуга нарисовал впечатляющую картину превращения страны в одну гигантскую корпорацию, в которой мощь больших денег скрещена с силой спецслужб.

«Неужели нельзя сразу же, не мешкая, перейти к этому сценарию?» — спрашивали меня нетерпеливые в начале 2000-х.

Увы, путинство и этот путь ухитрилось превратить в кошмарную пародию на мои планы.

Конечно, можно представить себе, что президент решительно превратит страну в единую корпорацию, закроет границы для ввоза импортных готовых товаров (кроме действительно нам нужных) и установит внутри РФ низкие цены на энергию— чтобы компенсировать огромные расстояния и холодный климат. Заработанные же на экспорте сырья миллиарды (через разные механизмы) будут вложены, как в Китае или Малайзии, в самые перспективные проекты…

Но это можно только представить, и то ненадолго. Никто россиянскому президенту этого сделать не даст. Его заживо съедят и Запад (который держит в руках валютные вклады россиянской «элиты»), и сама «элита», которая живет на импорте и растранжиривании нефтедолларов. На что способна российская «элита», если она держит свои денежки за кордоном? Она будет предавать интересы русских на каждом шагу, лишь бы Запад не тронул их кровные пять (десять, двадцать) миллионов (миллиардов) долларов. Пример Горбачева ее обнадеживает: будь хорошим мальчиком — и тебя оставят в покое, дав бочку варенья и корзину печенья. Никакой империи-корпорации эта «элита» строить не собирается. Ведь в этом случае придется работать денно и нощно, отвечать за порученные участки государственного бизнеса.

Воспользоваться имеющимся государством для очищения страны от дерьма и превращения России в развитую державу, как мы уже знаем, невозможно. Хотя бы потому, что для этого нужны смелые действия, до последнего скрытые от западников, которые требуют мобилизации денег и ресурсов. Но официально в распоряжении президента есть только государственный бюджет, траты которого расписаны по статьям. Из года в год наш бюджет однотипен: львиная доля денег уходит за рубеж в счет возврата разворованных верхушкой кредитов, очень большая часть — на содержание огромного полицейского аппарата, на псов, которые должны охранять правящих существ, и еще часть— на всякие непроизводительные стройки вроде олимпиад, футбольных мундиалей и проч.

Мы можем только мечтать о бюджете, в котором пятая часть уходит на поддержку высокотехнологичных проектов на паях с частным бизнесом. Мы только горестно вздыхаем, когда узнаем, что в стремительно развивающейся Малайзии почти треть бюджета уходит на инвестиции в перспективные промышленные предприятия и на сооружение громадного Кибергорода (Киберджайи). Что огромные доходы от экспорта нефти в Норвегии и Саудовской Аравии инвестируются государством в отрасли завтрашнего дня. Что множество стран из своей казны страхуют частные вложения, дают гарантии по кредитам, поддерживают выгодные экспортные сделки своих промышленников и даже платят проценты по кредитам, которые берут успешные предприятия. Ничего этого в деградирующей РФ нет и в помине. Но именно эти рычаги как воздух нужны для воскрешения нашей страны.

И ни своя «быдлоэлита», ни властители Запада никогда не позволят нам принять нормальный бюджет, в котором все это будет. Любой президент РФ обречен на то, чтобы оставаться беспомощным капитаном корабля, лишенного хода. Корабля, у которого гниют борта и разваливается ходовая машина. Любая попытка что-то изменить в формировании бюджета будет моментально вскрыта нашими врагами через тысячи утечек информации в чиновничьем аппарате, загодя саботирована и утоплена. И то же самое ждет любую попытку использовать официальное (ныне имеющееся) государство для наступления на особо крупных воров, для попытки вернуть украденное у страны или поставить под контроль дикие барыши от использования русских недр.

Но есть и вторая причина, по которой сегодняшнюю Россию нельзя превратить в страну-корпорацию, — это сам президент Путин.

* * *

Еще в 2000 году многим казалось, что Путин претворяет в жизнь идею страны-корпорации, обрисованную в «Битве за небеса». Нужно взять под контроль финансовые потоки в крупных компаниях национального масштаба и естественных монополиях? И вот Путин усаживает в руководящие кресла «Газпрома», МПС и предприятий Минатома своих ставленников. Но очень быстро терпит полное поражение в борьбе за крупный нефтяной бизнес, даже не пытаясь проникнуть в вотчину Чубайса, РАО «ЕЭС». Он позволяет ему изуродовать русскую электроэнергетику. Заодно начинается создание многочисленных госкорпораций.

Однако и там, где уселись путинцы, все кончилось полным провалом. Они показали полную непригодность и некомпетентность. Более того, путинцы потащили в экономическую власть своих 20-летних любовников-педерастов, рассаживая их в кресла вице-президентов, доверяя им сбыт товара на миллиарды долларов. А потом все увидели, что на самом деле власть в России в ряде случаев принадлежит все тому же ельцинскому клану, который вертит путницами так, как пожелает. Например, финансы страны и ее макроэкономический курс все это время держали люди не Путина, а субчики ельцинской Семьи, гайдарочубайсоиды. Все эти кудрины-грефы-силуановы-набиулины. Чубайс при Путине никуда не делся и даже возглавил (после уродования энергетики) эпическое и бесполезное «Роснано».

Как оно работает? Покажу на новосибирском примере.

«Завод «Лиотех» открылся под Новосибирском в конце 2011 года. Это был совместный проект «Роснано» и китайской Thunder Sky Group, которая предоставила свои технологии. С российской стороны, по существу, были лишь рабочие (при китайских инженерах) и сырье с Новосибирского завода химконцентратов. В проект было инвестировано 13,8 млрд рублей, и первые несколько месяцев комментарии компании относительно перспектив были исключительно светлыми. Однако уже через год производственные операции за заводе были фактически остановлены, а рабочие, по некоторым данным, два месяца не получали зарплату. Причина — переоценка роста рынка электрических элементов для автомобилей. К тому времени «Лиотех» оснастил в Новосибирске своими аккумуляторами несколько троллейбусов, и бума этого рынка здесь никак не наблюдалось.

Затем китайский инвестор вышел из проекта, а весной 2013 года «Роснано» влила в «Лиотех» еще около полумиллиарда рублей и тогда же впервые объявила о неудаче первоначальной стратегии и сменила топ-менеджмент завода. «Новая команда намеревается представить «Роснано» обновленную стратегию развития компании в ближайшие месяцы», — поясняли тогда в компании. На минувшей неделе эта новая стратегия была представлена публике. Как сообщает «Роснано», производство завода было переориентировано на выпуск систем накопления энергии (СНЭ) на базе аккумуляторных батарей для компаний крупной энергетики», — писал журнал «Эксперт-Сибирь» в феврале 2014 г.

То есть «лучший менеджер» попросту купил далеко не новую технологию из вторых (китайских) рук, причем в надежде на бум производства электромобилей — и завалил дело. Причем на огромные государственные деньги. Вот вам и вся путинская модернизация.

* * *

Созданные после Ельцина госкорпорации (при приватизированном путницами государстве) моментально превратились в установки по распилу денег. Ассигнования, проходя через два-три этажа руководства, превращались в жалкие «опилки», достающиеся собственно производству или науке. И дело не в государственной собственности, как нам говорят неизлечимые либералы, а в общем разложении «элиты». При ней хоть государственные корпорации делай, хоть частные— все одно получится. После 2000 года новая метла вымела из промышленности и науки остатки советских директоров-инженеров, болевших за свои предприятия. Вместо них пришли мальчики и непонятные субъекты с денежными счетчиками в глазах.

Изумленные зрители увидели, что никакой идеи за путницами нет — а есть лишь голод мелких чиновников, которые пришли хапать то, что не успели растащить и приватизировать крупные акулы в 1990-е годы. Да и мы знаем людей, которые слышали подобные речи из уст молодых хлыщей в одном пропутинском политдвижении. И что на самом деле все эти хваленые «чекисты» есть не что иное, как заурядные сотрудники шестого ранга в бывшем КГБ, которые не прославились ни одной успешной операцией на ниве разведки/контрразведки.

И что сам Путин — это вполне ординарный, маленький человек, каких в стране — миллионы. В том и заключалось иезуитское коварство ельцинской Семьи: оставшись у власти де-факто, посадить на трон заурядную личность. Пусть, мол, работает номинальным правителем. Власть Путину подарили, он не шел к ней, горя какой-то идеей, подбирая верных соратников и теряя их в борьбе.

Он изначально не знал, куда вести Россию, потому что у него нет и не могло быть образа будущего — настолько пленительного, что он мог бы увлечь за собой миллионы русских. Он не мог сказать стране: «У меня есть мечта!».

Он не умеет вести за собой людей, потому что всю жизнь был ведомым и подчиненным, всего лишь покорным и педантичным исполнителем, а не волевым генератором идей. Он пока неспособен к решительным действиям, поскольку стал заложником своего высокого рейтинга и смертельно боится потерять популярность. Как язвительно заметил один из западных аналитиков, путинская политика выродилась в непрерывную избирательную кампанию, в ходе которой В. В. пытается понравиться и угодить всем, не решаясь на серьезные реформы. Ведь заниматься всерьез решением русских проблем — это очень тяжелая и не всегда благодарная работа. Уверен, что на Семью при отборе Путина в преемники Ельцина работали хорошие психологи.

Сама серенькая, в общем-то, прошлая жизнь нынешнего президента не могла дать ему достаточного кругозора и фантазии, которые дают возможность предпринимать победоносные политические ходы или строить гроссмейстерские комбинации. Чтобы понять это, достаточно сравнить жизненный путь нынешнего президента РФ с биографиями самых выдающихся политических лидеров XX века: Сталина, Франклина Делано Рузвельта и Гитлера. Наш президент не воевал, он не имел опыта реальной политики, он не был вершителем судьбы крупных корпораций. Он всегда был ведомым, он всегда кому-нибудь подчинялся. С таким же успехом на трон в Москве можно усадить хотя б и нас с вами. Может, мы бы даже лучше с делом справились.

Более того, при Путине отмечается массовый наплыв в государственный аппарат двадцатилетних еврейских юношей в начале нулевых. Они, не имея ни малейшего опыта реального дела, не зная толком страны, в которой живут, оставаясь еще сопляками, получают посты заместителей и советников министров, принимаются сочинять прогнозы на десять лет вперед, стратегические планы развития и делить бюджетные деньги.

В общем, читатель, такой властитель и такая его команда органически неспособны создать «Россию инкорпорейтед», аналог суперкорпорации «Красная звезда», о которой мы, вслед за Норманом Спинрадом, мечтали на страницах «Битвы за небеса». Чтобы строить государство будущего, нужно знать, что строить и ради чего тратить силы. Нынешние «вожди» этого не знают. И если представить хотя бы на миг, что такой власти свалится в руки сотня сверхплановых миллиардов в твердой валюте, то она просто растеряется. А куда их тратить? На какие приоритеты? Эти деньги окажутся бездарно спущенными в канализацию.

Судя по выступлениям главы нашего государства, он мыслит достаточно шаблонно и предсказуемо для Запада. В экономике он — забубенный гайдаровец.

* * *

Ничем не лучше и олигархическая группировка, и пресловутые «силовики». Ждать от них построения страны-сверхкорпорации? Ненаучная фантастика! Это же варвары, чистая порода новых кочевников, «добывателей трофеев». Огромное богатство просто свалилось в их руки задаром. Им ничего не нужно. Ни по происхождению своему, ни по воспитанию, ни по образованию они не готовы ни к такому богатству, ни к роли вершителей русских судеб (среди них и русских-то не сыщешь). Они похожи на обезьян, которые разобрали сложнейший организм Советского Союза, который по сложности своей напоминал ядерный реактор, и наспех склепали на его месте примитивный паровой котел. А все прочие материалы и приборы бывшего реактора (назначения которых они напрочь не понимали) эти существа превратили в металлический лом на продажу. Наверное, точно так же австралийские дикари — найди они в своих равнинах брошенный звездолет — сделали бы из филигранно отшлифованных линз, из золотых проводников и цветных микросхем обычные дикарские бирюльки.

Этим людям сильная страна без надобности. Им не нужен богатый, невымирающий народ, потому что основные рынки сбыта их— за рубежом, и население России им кажется лишь бесполезным балластом, с которым приходится делиться экспортными доходами. Они совершенно тупы и в научно-технологическом смысле. Мозги наших олигархов даже не работают в этом направлении — ведь они продолжают цепляться за старую и грязную экономику позавчерашнего дня. И они же содержат соответствующих «интеллектуалов».

«Российское общество впало в апатию. Именно сейчас, когда нужно умело использовать раскрепощение общественных сил, элита скована губительным равнодушием. Интеллектуалы сетуют, что опять все получилось не так, многие крупные предприниматели (видимо, под грузом слишком быстро сколоченных состояний) не видят больше для себя никаких амбициозных задач, чиновники поглощены мздоимством и казнокрадством. Порожденная катастрофой, российская элита способна лишь воспроизводить ситуацию катастрофы», — сетуют авторы Серафимовского манифеста в 2003 году, придворные журналисты и аналитики, которых, в отличие от автора этой книги, очень трудно обвинить в «красно-коричневых» воззрениях…

Знаете, что меня бесит в нынешней «элите»? Ее слепота и отсутствие фантазии. Она же не замечает тех необычных разработок, что есть в стране— и которые могли бы дать русским прорывы мирового масштаба, открытие совершенно новых рынков. Апофеозом глупой обывательщины, скажем, стало вбухивание властью триллионов рублей в чисто показушные спортивные «мегапроекты».

Построить сверхкорпорацию таким государством и руками такой «элиты»? Это немыслимо.

Однако их можно использовать как материал для построения новой России. Например, олигархи и разбухшие от награбленного «силовики»— это ходячие склады денег, и можно заставить их тратить капиталы так, как выгодно русским. Нужно только подчинить себе их волю и заставить их действовать в тех направлениях, которые обеспечат развитие страны, а не ее проедание.

Мобилизационная экономика для России

«Что же вы все-таки предлагаете для России? — спросят меня. — Мы отлично поняли вашу мысль о том, что привычных путей спасения у нашей страны нет. Что наше государство и олигархи — это дрянь. Честно говоря, вы нарисовали прямо-таки безнадежную картину».

Ну что ж, повторение — мать учения, и потому сформулируем-ка главный замысел, который есть и в других наших книгах. Проще говоря, нашу новую национальную идею.

Без нее нам ничего не сделать. Предположим, нынешний режим пал из-за сурового кризиса, мы смогли выиграть гражданскую войну — и взять власть. Вступили в Кремль, отшвыривая ногой трупы врагов. И что делать дальше? Какой философией руководствоваться вместо путинской банальной обывательщины?

Главной бедой России было то, что много веков мы жили в мире, законы которого писали не мы. Нам все время приходилось насиловать себя, примеряясь к этим чужим законам. Нам все время приходилось кому-то подражать — то Константинополю, то Древнему Риму, то Парижу, то Америке. Поэтому мы всегда проигрывали. И если посмотреть на русскую историю без пропагандистских шор, то нельзя не заметить того, что нас все время кто-то использовал в своих интересах. (В книге «Третий проект» об этом мы рассказали самым подробным образом.)

Поэтому последние века русских использовали, например, в роли штрафного батальона истории, в роли пушечного мяса для чужих сил. Нам приходилось воевать не за свои интересы, а за интересы то Британии, то Австро-Венгрии, то Франции, то США. Получалось так, что мы становились союзниками своих настоящих врагов и смертельными противниками потенциальных друзей. С другой стороны, нас использовали для того, чтобы направить события в нужную для мировых лидеров сторону. С третьей — мы все время лишались огромных национальных богатств, которые утекали за рубеж, ускоряя развитие Запада. Все это кончилось жуткими национальными катастрофами 1917 и 1991 годов.

И отсюда рождается наш главный замысел: нам нужно воспользоваться тем, что в наши дни привычный нам индустриальный мир разлагается, и в этот переломный момент первыми ворваться в совершенно новый мир. В мир сознания, в эпоху невиданного расширения возможностей человеческой психики, в мир революционных технологий, которые окончательно похоронят индустриализм. Более того, русские должны сами создать этот новый мир и стать его законодателями, впервые в своей истории навязав правила игры всем остальным.

То есть теперь все остальные должны будут подражать русским обычаям, нашим модам и стилям, нашим порядкам, нашим изобретениям и технологиям. И нужно сделать этот бросок в новый мир совершенно сознательно, всеми имеющимися силами, пока остальные цивилизации планеты не успели этого осознать, пока они только пытаются угадать очертания будущего. А мы это будущее можем просто создать. Важен сам принцип — принцип рывка из болота безнадежности к вершинам могущества вопреки всем «объективным обстоятельствам». Давайте вспомним: после кровавой Первой мировой и еще более ужасной Гражданской войны Россия, казалось, была обречена. Американцы всерьез думали над тем, что наша страна превратится в нищую, полуразложенную массу, в какую превратился, например, Китай 1890-х годов. В 1921 году они считали, что над Россией придется брать такой же протекторат, как и над китайцами тех лет. То есть месторождения ценного сырья и транспортные магистрали в России отойдут в концессию западному капиталу, на нашей территории возникнет множество аналогов Шанхая — экстерриториальные поселения европейцев, не подчиняющиеся туземным властям, прикрытые чужестранными военными базами. Все это вместе взятое позволит выкачивать из бессильной России огромные прибыли и держать ее в полузадушенном состоянии.

Но сталинский рывок породил совсем другую Россию— очень сильную, научно-техническую, с огромным потенциалом развития. Да, с огромными жертвами. Но все же…

Второй раз подобные планы американцы лелеяли на наш счет после Второй мировой войны, думая, будто русские не смогут самостоятельно поднять страну из руин. А мы не только поднялись, но и стали ядерной, ракетно-космической державой.

Теперь наступает время сделать третий рывок из лап смерти и запустения. Только уже без миллионов заключенных и НКВД, уже не ценой голода и демографических потерь. И в этом нам должны помочь и необычные технологии, и дерзкие проекты, и сама атмосфера в нынешнем мире, в котором снова проявляются мерзости глобокапитализма. Отбросим глупые надежды тех оппозиционеров, которые благодушествуют, считая, будто можно выиграть схватку старыми способами, посадив народ на карточную систему, уповая на то, что даже в обчищенной стране останутся и нефть, и газ, и атомная бомба. Мы пойдем, господа-товарищи, другим путем. Очень высокотехнологичным.

В результате мы должны очутиться в очень сильной стране-цивилизации, в которой даже небольшое население обладает таким качеством, что способно удерживать огромные территории. И эта страна станет как экономической, так и военной сверхдержавой, цивилизационным лидером планеты.

Как этого добиться? Нам нужно провести целый ряд мер. Попробуем перечислить их.

* * *

Начнем с финансов. Чтобы не лишиться конкурентоспособности русской техники и уйти от инфраструктурной катастрофы, русским нельзя тупо выплачивать внешние долги из своего бюджета. Из казны или стабилизационного фонда при Минфине — не суть важно. Глупо создавать специальный фонд, который наполняется отчислениями от торговли нефтью, чтобы он фактически кредитовал чужие экономики.

Такие фонды создаются прежде всего для создания будущего, для подготовки к тем временам, когда нефти больше не будет. Эти деньги нормальный народ должен пускать на развертывание производств. Невозможно вытащить Россию из цивилизационного (а отнюдь не только экономического) кризиса, ежегодно отдавая на Запад деньги, которых хватило бы на постройку трех-четырех суперавианосцев с ядерными двигателями.

Потому нужно накопленные миллиарды долларов и евро превратить в рубли. Надо эмитировать вчетверо большее число рублей, нежели сии резервы. И очень умело ввести их в экономику, избегая инфляции. Это — усовершенствованная технология немецких МЕФО-векселей, «промышленных денег». Все это надо совместить с созданием полноценной, суверенной банковской системы страны.

Во всех нормальных экономиках предприятия делают инвестиции в свое развитие, взяв кредиты в банках— на долгие годы и под низкие проценты. Так, как это происходит на Западе и в Китае. Так было и в СССР, где граждане клали свои сбережения в сберкассы под 3 % годовых— и не изымали этих денег подчас десятилетиями.

Именно сильную банковскую систему для индустриализации и развития страны создавал Иосиф Сталин.

Но вот беда: несмотря на обилие банков в РФ, они — безобразно маломощны.

Возьмем информацию на 2009 год. Читаю в «Коммерсанте» («Кризис сменился болезнями роста», 25.01.2010 г.): 77 % банков РФ не в состоянии выдать ни одного кредита больше десяти (10) миллионов долларов. То есть это — не банки по сути своей, в лучшем случае— кассы и центры микрокредитования. Средняя величина активов банков Эрэфии — 0,7 миллиарда долларов. В крохотной Чехии — 5,6 млрд. Ровно в восемь раз больше! В Польше — 5,4 млрд в среднем. А уже в Англии банки— это 66,4 миллиарда долларов активов в среднем!

По состоянию на 2007 год активы всего банковского сектора РФ составляли 338,79 млрд долларов. Повторяю — ВСЕХ банков РФ. «Гигантский» Сбербанк— это всего лишь около 87 миллиардов «у. е.».

Всего один английский банк «Барклейз» в 2007 г. имел активов на 1 триллион 586 миллиардов долларов, вчетверо превосходя всю банковскую систему беловежской Расеи. Всего один «Ситибанк» в США располагал активами в 706 миллиардов долларов.

«Индастриэл энд Коммершиал Бэнк оф Чайна» (КНР) — это 675,4 млрд долларов. Один — как полторы банковские системы РФ.

Всего один инвестиционный государственный фонд Германии «KfW»— это 401,4 млрд долларов (Центр проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования. «Государственный внебюджетный инвестиционно-кредитный фонд». Москва, «Научный эксперт», 2008 г., с. 23).

* * *

По сути дела, в РФ нет банковской системы. Кредитоваться русским промышленникам и инноваторам сегодня практически негде! То, что есть, — это маленькие расчетно-кассовые конторы и мелкие кредитные заведения, по мощности уступающие иному муниципальному банку в США. Расейские «реформаторы» построили «капитализьм» без банковской системы, где невозможно взять большой низкопроцентный кредит под серьезный инвестиционный проект. Сбербанк имеет предел — не более 1,6 млрд долларов кредиту «в одни руки». «Крутой» «Банк развития», созданный при Путине— это всего лишь жалкие 10 млрд долларов. Понятно, почему банки РФ хилы: «элита» просто вывозила деньги из страны, а частных вкладчиков мало: граждане РФ слишком бедны и не очень верят в надежность бело-сине-красных банков. Печальный опыт, знаете ли, есть. Предприятия РФ вынуждены за кредитами ходить на Запад. И когда этот источник в 2014 году иссяк из-за санкций Запада, все повалилось к чертовой матери. Большие низкопроцентные кредиты стало неоткуда брать!

И это же обрекает РФ на гибель в будущем. А для развития нужны именно «длинные деньги»!

О том же самом пишут и авторы солидного журнала «Эксперт» (№ 3, 2010 г.). Читаем статью А. Ивантера, С. Розмировича и М. Рубченко «Поможем, только не деньгами». Они прямо пишут: несмотря на принятие более или менее внятной антикризисной программы правительства, не решена проблема «длинных денег». Предлагается туфта — пенсионные и страховые средства. Но в РФ пенсионная система сама нуждается в закачке средств. Страхование жизни — в зачатке. Да — добавлю сам — эти институты не проводят нужной национальной политики инвестиций. Ну, были бы деньги у пенсфондов и страховщиков, куда б они их вложили? Да в сырье.

Что еще? Остаются распродажа акций стратегических предприятий иностранцам да выпуск облигаций— проектных и инфраструктурных.

У меня вопрос: а зачем удалять гланды через задний проход, да еще и автогеном? Неужели нельзя совместить выпуск облигаций — и эмиссионный механизм, как более оперативный и действенный? Тем более что ВВП наш недомонетизирован как минимум вдвое?

Так что, читатель, на банковскую систему в ее нынешнем виде никакой надежды нет: дать кредиты предприятиям под инвестиции она не в состоянии. Чисто физически!

Вот почему у русских остается один-единственный путь для запуска «мотора экономики» — эмиссия. Очень умная и высокоточная. В рамках ублюдочного монетаризма решения проблемы инвестиций в РФ просто не существует. Ради создания экономики национальной пользы необходимы и первый Пятилетний план развития страны, и создание аналога РФК— Реконструкционной финансовой корпорации США в 1933–1937 годах. Но это — отдельная тема.

Мы не заменяем худо-бедно работающих в РФ экономических механизмов. Мы можем выстроить свои структуры поверх них! Это касается и эмиссионных механизмов, и необходимого банковского строительства. Не нужно принудительно закрывать и укрупнять мелкие лавочки. Но надо создавать систему из нескольких мегабанков со штучным отбором в них персонала и с большой ликвидностью— вполне реальный путь.

Повторяю, мы сегодня сами должны строить свою финансовую систему. Не оглядываясь на Запад. Тем более что он в финансовом плане показал свою исчерпанность и нас учить права лишился. У него заканчивается столетний цикл игры с необеспеченными «бабками», начатый с созданий Федрезерва в 1913-м. А значит — плевать нам на каноны монетаризма. Выход из кризиса в рамках монетаристской модели невозможен!

Судите сами. Чтобы поднять экономику, необходимо предпринять два совершенно несовместимых, взаимоисключающих (с точки зрения идиотов-монетаристов) шага. Нужно одновременно нарастить расходы государства и снизить налоги. Расходы нужны для того, чтобы профинансировать локомотивные проекты развития и спасти страну от безработицы (так всегда поступали и поступают в США). А снижение налогов необходимо для того, чтобы реальный сектор мог работать, чтобы промышленники и предприниматели могли вкладывать деньги в технологическое переоснащение предприятий, в передовые разработки и заодно — платить своим работникам достойные жалованья.

* * *

Итак, тупой монетаризм эту проблему решить не может. Он умет либо снижать налоги и резать госрасходы, либо увеличивать податное тягло, наращивая и траты казны. В то же время американцы, столкнувшись с кризисами 1929 и 2008 годов, этот монетаризм выбросили на свалку и пошли указанным нами путем.

Что предлагается в рамках «Калашников-плана»? Применить прием контролируемой эмиссии рублей, переведенных в форму «непилимых» и неконвертируемых в доллары промышленных векселей. Аналог— практика Яльмара Шахта в Германии 1930-х годов (векселя МЕФО). Эти эмитированные «промденьги» впрыскиваются в конкретные, тщательно отобранные проекты-тягачи экономики, затем (когда будут созданы новые товары и услуги) обмениваясь на обычные рубли. То есть новые деньги появляются на рынке тогда, когда под них уже есть обеспечение.

Германия в тридцатые годы, стремясь скрыть от всего мира процесс перевооружения своей армии, создала еще и второй, «теневой» бюджет, расходуя его тайно. Это придумал финансовый гений Гитлера — доктор Яльмар Шахт. Чтобы лишние деньги не выплескивались на рынок, он придумал векселя МЕФО — «промышленные деньги». Итак, получив заказ на производство «мессершмиттов», скажем, завод брал у государства не привычные деньги, а МЕФО, которыми мог расплатиться с поставщиками моторов, алюминия, плексигласа и т. д. Каждый вексель МЕФО должен был пройти цепочку из нескольких предприятий-индоссантов. А по выполнении заказа векселя вновь оказывались в руках государства, которое затем рассчитывалось настоящими деньгами с участниками работы.

То есть деньги появлялись в экономике тогда, когда товар был уже произведен.

Понятно, что пример этот специфичен. Гитлеровцы пускали средства «теневого бюджета» на вещи непроизводительные и чисто затратные — на оружие. Но представьте себе схему, где такие МЕФО— промышленные деньги тратятся не на военные заказы, а на производство и строительство вполне прибыльных вещей.

Что мы делаем? Разрабатываем план того, что нужно произвести и построить ради экономического рывка страны. Предположим, это — автономные экономичные системы для энерго— и теплоснабжения домов, предприятия по строительству зданий из пенобетона (себестоимость жилья здесь — не выше 250 долларов за квадратный метр по сравнению с пятьюстами нынче). Здесь же— новые гражданские самолеты и энергоблоки для АЭС, новые быстровозводимые дома на передовых технологиях, которые с охотой купят миллионы желающих. Мы строим все это, используя аналог МЕФО. А настоящие деньги отдаем предприятиям, когда все эти системы, блоки, самолеты и дома появляются на рынке, начиная приносить доход.

То есть мы впрыскиваем в экономику деньги только тогда, когда под них появляется обеспечение. Ибо что такое инфляция? Когда в хозяйство вливаются не обеспеченные товарами «бабки». А тут люди принимаются нарасхват раскупать дома, принося доходы, тут системы энергоснабжения сразу же экономят нам миллионы тонн топлива, самолеты возят пассажиров, а АЭС дают потребителям дешевую энергию, оживляя бизнес и производство. Заработает производство— увеличатся и доходы бюджета, исчезнет дефицит.

* * *

Есть и другой способ с умом задействовать печатный станок. Собираем вместе промышленников и банкиров. У промышленников есть выгодные проекты. Скажем, они готовы строить для авиакомпаний новые самолеты «Ту-214». Но авиакомпании для этого должны взять кредиты у частных банков на пять лет. Однако кредиты слишком дороги — по 18–20 % годовых.

Вождь страны решительно хлопает рукой по столу: «Вы, авиакомпании, отвечаете за свои бизнес-планы имуществом? Хорошо! Мы подписываем с вами договоры. Вы берете кредиты у частных банков России на пять лет и покупаете новые самолеты. Вы, банкиры, даете кредиты. А государство отдаст проценты за них вместо авиакомпаний. Они отдадут только основную часть долга. А не отдадут — мы себе заберем авиакомпании и их самолеты, отберем у проштрафившихся руководителей их личное имущество! Поехали!».

В итоге такой схемы государство, даже не запустив сначала печатный станок и ничего из хранилищ Минфина не извлекая, добивается того, что в авиапромышленность сразу же вливаются сотни миллиардов денег частников — капиталы банков, фирм-инвесторов. Сразу же оживают авиазаводы, давая заказы тысячам предприятий-поставщиков. Все они принимаются за работу, обеспечивая людям заработки, загружая заказами металлургов и энергетиков. Инфляции нет: ведь в дело пошли уже имеющиеся у частников денежки, которые сегодня толкутся на рынке недвижимости, раздувая цены. А через пять лет государство печатает нужные рубли и отдает их банкам — когда в стране уже есть новые самолеты, приносящие пользу и прибыль.

Есть и третий способ. Ты вообще не пускаешь печатный станок, а говоришь частным инвесторам: «Вкладывайте деньги в свои проекты — а я гарантирую вам вложения. (Имеется в виду то, что в случае необходимости государство напечатает нужные деньги.) Ты, Иванов, хочешь ставить новейшее производство полипропилена в Сургуте? Ставь! Это— передовой строительный материал и экспортный товар. Ты, Титишов, на Камчатке собрался ладить завод по производству домов в арктическом исполнении? Ставь — я гарантирую возврат твоих вложений. Ты, Цукерман, хочешь создать технополис в Новосибирске? Создавай!».

В итоге ты вовлечешь в экономику страны сотни миллиардов долларов из частных карманов, из вывезенных за рубеж денег. Все они поднимут здесь новые центры роста и прибылей, и государство получит в казну 30–40 миллиардов доходов сверх плана.

Чтобы с умом использовать печатный станок, нужны грамотные и ответственные чиновники государства, способные формировать и отбирать проекты, правильно составлять планы, а главное — работать.

Нужен еще и четкий государственный план развития экономики. Куда нужно давать кредиты и гарантии? Каков набор приоритетных проектов, что могут потянуть за собой экономику, словно тягачи? Какие проекты в том же сельском хозяйстве надо поддержать? Нужно создать сонм увязанных друг с другом программ в энергетике и транспорте, в машиностроении и электронике, в строительстве и ЖКХ, в сельском хозяйстве и сельхозпереработке. Вместе они и составят первый после 1991 года пятилетний план.

Так мы можем создать смешанную, мобилизационную экономику с сильным социалистическим сектором. Иного выхода просто нет. Либерально-монетаристских рецептов выхода из нынешнего мегакризиса не существует.

* * *

Параллельно с финансовыми мерами надо принимать меры по развитию науки и техники. Мы должны стать монополистами по части новой технологической революции.

В этом смысле нам нужно пойти «перпендикулярно» к главному потоку нынешнего технического прогресса, занимаясь тем, чем никто не занимается. Вы хотите, чтобы я перечислил примеры такого развития? Ну, если очень конспективно, то речь идет о «закрывающих» технологиях, которые списывают в архив целые отрасли старой, индустриальной эпохи так же, как когда-то изобретение двигателя внутреннего сгорания, например, отправило в музей паровозы. К таким мы относим, скажем, новые агротехнологии, которые радикально повышают продуктивность растений при столь же впечатляющем снижении расхода энергии, химии и удобрений, причем без всякой помощи генной инженерии. Или, к примеру, освоение новых видов топлива, которые будут намного дешевле и чище нефтяного. Отнесем сюда технологии управления климатом, технологии расширения возможностей человеческой психики и вообще наших природных возможностей, децентрализованную, свободную энергетику и т. п.

Больше не нужно будет искать триллионы долларов на модернизацию страны — новые технологии позволяют нам наплевать на слишком трудные природно-географические условия страны, навсегда победив их. Они дают нам первостатейные экспортные товары, аналогов которым в мире нет и которые мы сможем продавать с наценкой в сотни процентов. Они освобождают огромные ресурсы в экономике, позволяя русским бросить больше сил на постройку воздушного флота или на космическую экспансию.

Вы только представьте себе страну, в которой миллионы людей освобождены от необходимости вкалывать в поте лица лишь для того, чтобы оплатить громадные счета за тепло и электричество. В этой стране не надо вкладывать миллиарды долларов в новые нефтепромыслы, потому что ей не нужно больше столько мазута или солярки. Эта страна умеет обходиться без миллионов тонн химических удобрений и при этом получать прекрасные, экологически чистые урожаи, навсегда разорвав зависимость от импортного продовольствия. Жители этой страны живут в прекрасных трехэтажных особняках, которые возводятся за считанные часы.

Я вижу новую страну, в которой предприниматели и финансисты фантастически успешны, пожиная на мировых рынках немыслимые прибыли. И в эту страну бегут, словно в гостеприимную гавань, все непризнанные гении мира, неся с собой самые смелые изобретения.

И что же в итоге? Подумайте сами, читатель: если народу не нужно тратить столько сил и денег на то, чтобы прокормить и обогреть себя, чтобы вырвать энергоносители из-под вечной мерзлоты, — то начнется развитие совершенно новых отраслей производства-творчества. Господи, неужели еще недавно в отчаянии мы кусали локти, не зная, где взять деньги на космическую технику, на перевооружение своей армии, на поддержку передовых научных разработок и университетов, на поощрение рождаемости и еще сотни неотложных нужд? Теперь этих проблем нет. Нам хватает на все…

Нам нужно тайное государство

Мы, русские, привыкли молиться на государство. Оно для нас— все. И именно это становится причиной русских бед.

Вы полистайте роскошные сталинские (да и более поздние) издания по истории науки и техники. Вы поразитесь тому, какое множество чудес изобретено русскими за последние несколько веков, и все они оказались загубленными родным государством. Талантище восемнадцатого века Кулибин с его прожекторами, самоходными речными судами, велоколяской с маховиком, висячими мостами. Ползунов с его паровой машиной. Блинов, первым в мире построивший гусеничный трактор. Пороховщиков с первым в мире танком. Гаккель, первым на свете построивший аэроплан с обтекаемым фюзеляжем. И, черт возьми, все это осталось без развития, все оказалось воплощено за рубежом!

Нынешнее же государство особо мерзко. Оно представляет собой этакий комитет по разграблению страны, сообщество людей, занятых личным обогащением. Вот уж кому развитие точно ни к чему, так это им. Чудо этому государству ну никак не совершить. Обезьяны-бандерлоги, которые захватили остатки великого города, ни на что иное не способны. Они построили государство, еще более враждебное развитию, чем поздний СССР. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно ежевоскресно смотреть телепередачу «Момент истины» г-на Караулова: уж он-то рассказывает тьму-тьмущую историй о том, как наше государство, как чудище обло, озорно и стозевно, губит самые прекрасные разработки отечественной науки, самые конкурентоспособные плоды высоких русских технологий.

Давайте представим себе, что завтра в Москве объявятся изобретатели настоящих, работающих на топливе из воды вечного двигателя и антигравитационного аппарата. Что их ждет? Либо смерть под забором от безнадежности, либо пуля наемного убийцы, либо психиатрическая больница.

Но это еще полбеды. Чиновничество РФ любит жить в условиях хаоса и деградации. Ему нравится ни за что не отвечать, брать взятки, творить произвол и плевать на законы. Сегодняшняя смута стала для него райской эпохой. Такой же райской, как война для могильных червей, которые жиреют на миллионах трупов. А эти двуногие черви едят тело моей страны, жирея на гибели всего самого творческого и созидательного в России. Государственные структуры РФ, подавляющее большинство ее министерств, администраций, ее армия, милиция и прокуратура, ее спецслужбы превратились в нечто, что служит не гражданам, а самим себе. Единственная цель всех этих структур — обогащение их начальства. И эта гнилая масса будет жестоко сопротивляться наведению любого порядка, она саботирует и сорвет усилия самого распрекрасного президента, будь он кристально честен и до мозга костей патриот. И с каждым годом положение в государственном аппарате становится все хуже и хуже. Отбор подлейших из подлых в чиновничий аппарат не прекращается ни на день. Подлое племя пронизывает государственный аппарат тысячами родственно-клановых нитей, и любой начальник-мерзавец рассаживает по теплым местечкам своих чад, родственников и знакомых.

Попытка соорудить авторитарную, якобы сильную власть из такого материала окончится страшным крахом для нашей страны.

Честно говоря, для воскрешения России из небытия нужно полностью разогнать старый госаппарат и набирать новый. Новую милицию, новых чиновников, судей и прокуроров. Также, как поступили когда-то большевики, распустив абсолютно безнадежную армию Российской империи и создав вместо нее новую, Красную. Нужна суровая чистка, которая оставит на постах лишь действительно компетентных специалистов.

Но сделать это уже невозможно. Нет больше ни сил, ни времени. Ведь уничтожение нынешнего чиновничества неизбежно породит хотя и временный, но хаос, подорвет стабильность. Нет и здоровой структуры, которая могла бы совершить такое. У большевиков была хотя бы партия нового (на тот момент) типа. Попытка совершить подобное чревата летальным исходом для страны.

* * *

Выход напрашивается сам собой: русским нужно создать нечто сильное помимо государства.

Во-первых, нам нужен аналог китайских триад или масонской сети, и этот аналог в «Третьем проекте» мы назвали Братством. Там же мы развернули целую теорию его трехуровневого сетевого устройства (Община, Корпорация, Дарители). Без такого закрытого (а не тайного) общества русским не выжить и не создать нового мира. Я не буду пускаться в подробный пересказ другой книги, но скажу одно: именно Братство должно своим существованием изменить Россию, став и цитаделью необычных технологий, и центром зарождения человека нового типа, и основой формирования новой русской нации. Братство должно выполнить важную миссию: не вступая в прямое столкновение с новыми кочевниками («добывателями трофеев»), создать такой мир, в котором это сатанинское племя просто не выживет.

Но путь создания Братства за спиной государства не так быстр, как хотелось бы. И потому, как мне кажется, необходим ускоритель процесса. Думаю, что таким ускорителем могло бы стать тайное, параллельное государство во главе с тем из президентов, который действительно пожелает что-то изменить. Волей-неволей делая эту книгу неким путеводителем, скажу, что уже писал на тему второго государства в России в книге «Оседлай молнию!».

Суть дела такова: в России должно быть два государства. Одно — легальное, под трехцветным флагом, ни на что не годное и обреченное. Пусть оно работает так, как может, худо-бедно обеспечивая стабильность. Пусть оно будет ширмой для всего мира.

Но за ним должно существовать другое государство — тайное, параллельное. Более компактное, энергичное и решительное, оно займется не повседневной рутиной, а развитием, технологическими и экономическими прорывами, при этом действуя скрытно. Существуя в виде сети разных фирм, банков, фондов и некоммерческих организаций, оно будет невидимым для наших врагов и зарубежных наблюдателей. Оно станет детищем нового, жестокого мира, в котором выживают лишь сильные и где исчезает разница между политикой, экономикой, войной, пропагандой, специальными операциями и научно-техническим прогрессом. В этом скрытом государстве соединятся черты спецслужбы, деловой структуры, тайного общества, сети научно-технических фирм и децентрализованной банковской системы. Здесь будут свои законы и свой суд.

Существование параллельного государства должно стать сильнейшим стимулятором развития России. Эта тайная сеть должна тихо завоевать страну, покончив с новыми кочевниками, которые захватили Россию в 1991-м.

Тайное государство сможет сделать то, что не в состоянии совершить легальное государство. Оно должно взять под контроль те финансовые потоки и богатства, которые идут мимо рук прогнившей россиянской власти. (Как вариант: те богатства, которое бело-сине-красное государство не контролирует по «идейным» соображениям или потому, что этого не велят делать западные покровители наших демократов.)

Это скрытое государство уподобится очень умному и сильному существу среди толпы недоумков.

Во-первых, тайное государство способно вобрать в себя самых энергичных людей: и восточных славян, и тюрков, и горцев, и вообще представителей всех народов, где бы они ни жили. Всех их породнит одно: верность идеалу нового мира, Нейромира, равно как и жгучая ненависть к новым кочевникам и мародерам, которые привели к гибели нашу великую страну. Все они объединятся под знаменем общего дела — созданий новой России, новой империи, причем через совершение экономического и технологического чуда на нашей земле.

Стягивая под наши знамена всех несломленных, всех тех, кто умеет творить, изобретать и созидать, кто готов драться за новый мир, тайное государство совершит великий реванш человечества над античеловечеством, империи над Вечным рейхом.

Ничего подобного легальное государство обеспечить не может. Никакой идеи нет ни у него, ни у легальных политических партий РФ (красивые и ничем не подкрепленные слова о «партиях национального успеха» — не в счет).

Притягивая к себе творцов и настоящих воинов, параллельное государство добивается еще одного эффекта: оно превращается в новый «социальный лифт».

Для множества нормальных, честных людей сегодня путь в верхи общества закрыт. У них, например, нет богатых отцов или родственников-вельмож. Они живут вне Москвы, которая закрылась от них, словно самодовольная и развратная крепость. Они не умеют лгать и предавать, лизать начальственные зады и терять человеческий облик ради карьеры в аппарате нынешнего государства. Они не могут выдвинуться на почве предпринимательства, потому что теперешней Россиянин не нужны бизнесмены-инноваторы, предприниматели — создатели будущего, подобные Томасу Эдисону или Генри Форду, а все места в торговле и сырьевом бизнесе давно заняты, давно переделены. В нынешней системе так мало возможностей для выдвижения инженеров и ученых.

Но параллельное государство именно для них открывает новые возможности для роста — причем роста здорового, творческого и созидательного. Из них можно сформировать новую элиту, обойдя клоаку госаппарата и змеиные клубки нынешнего «большого бизнеса».

Сетевое устройство параллельного государства, обеспеченное успехами в развитии Интернета, породит еще одно чудо: то, что ячейки новой империи возникнут за пределами нынешней РФ, этого «беловежского обрубка». Люди нового мира, связанные между собой, появятся не только на Украине и в Белоруссии, в Средней Азии и Закавказье — мы сможем закинуть нашу сеть и в Европу, и в Америку. «Грибница» новой империи сразу же станет транснациональной.

Благодаря этому мы втянем в зарождающуюся цивилизацию России Третьего проекта самые лучшие ресурсы планеты и самый отменный человеческий капитал. И одновременно глобальный охват позволит нам охотиться за врагом и его богатствами по всему миру.

Разве способно на это легальное государство РФ?

* * *

Тайное государство вернет России утраченную мобилизационную способность.

В свое время СССР мог перебрасывать большие деньги, вырученные от торговли нефтью или газом, металлами и водкой, в отрасли высоких технологий, в отрасли, где куется будущее. Пусть это делалось неумело и непоследовательно— но все было поправимо. Можно было найти более эффективные точки приложения мобилизуемых средств.

Сегодня мобилизационный ген изъят из нашей экономики. В экспорте сырья, в торговле спиртным, в металлургии или импортном бизнесе делаются громадные деньги. Но они не перетекают в высокотехнологичное производство, государство получает от этих денег лишь жалкие крохи. По большей части хозяева сырьевого и водочного бизнеса, например, угоняют свои прибыли за рубеж, подпитывая западную экономику, или просто прожирают их, растранжиривая бешеные деньги на развлечения, бесполезную роскошь, сочинские олимпиады и футбольные «мундиали», причуды самодуров и т. д. В общем, на расточительные забавы дремучих варваров, обезьян-бандерлогов.

Тайное же государство должно перехватить эти деньги (которые никогда не попадут в россиянский бюджет), отнять их у бандерлогов (в костюмах от Гуго Босса или с бритыми затылками) и вложить их в проекты, которые обеспечат России молниеносный прорыв в Завтра, в Нейромир.

И эти же деньги финансисты параллельного государства могут увеличить в два или три раза, спекулируя ими на мировом финансовом рынке…

Создание такого параллельного государства совсем не кажется нам несбыточной мечтой. Человечеством уже накоплен огромный опыт строительства закрытых сетевых структур. Их строили большевики и сионисты, старообрядцы и люди «Аль-Каиды», бывшие эсэсовцы (организация ODESSA) и масоны, иезуиты и народовольцы. Конечно, у нас — иные цели, но организационные моменты в любом случае останутся теми же.

Важно лишь то, чтобы тот, кто стоит во главе гибнущего государства, не захотел быть бессильной марионеткой и решил бы стать истинным властителем, способным вырвать страну из лап смерти.

Можно начать это строительство, используя, как мы уже говорили в других книгах, такую замечательную, закрытую и весьма разветвленную структуру, как Управление делами президента.

Тот, кто сумеет воплотить программу параллельного государства, станет не только национальным героем России. Он сможет как угодно изменить Конституцию. Или вообще стать монархом — основателем новой империи.

* * *

Однако никакое параллельное государство не сможет справиться с очищением и развитием Руси, если не будет опираться на сильное народовластие, на самоуправление.

Понятное дело, что порядки позднего СССР возвращать нельзя. Там ведь — бюрократическое царство. Нет! Альтернативой должна быть новая Советская власть (которой в СССР не было), причем осуществляющаяся в условиях суровой борьбы с коррупцией и новой индустриализации. С неизбежным уничтожением класса квазикапиталистов-олигархов (неофеодалов), с перераспределением богатств и с подъемом нового правящего класса — когнитариев-креаторов.

Пусть люди на местах (в городах и районах) выбирают местные Советы. Там, на низовом уровне, они всех знают и смогут избрать самых достойных и компетентных. А самое главное — избиратели смогут своих делегатов контролировать и отзывать в случае необходимости.

А дальше — депутатов в региональные Советы должны выбирать уже не рядовые избиратели, а члены местных Советов. Тоже с механизмом отзыва тех, кто на региональном уровне не может достойно представлять «земли». В свою очередь, региональные советы избирают депутатов в Верховный (общенациональный) Совет.

В такой системе возможности выборных манипуляций и мозгокрутства политтехнологов сводятся практически к нулю. Высшая политическая элита не отчуждается от народа. А самое главное— создаются социальные лифты в двух направлениях: лучшие — получают возможность быстрого подъема в высший эшелон, худшие — угрозу «опускания». Подобная власть не будет принимать тех заведомо идиотских и разорительных для экономики решений, что принимает прогнившая, продажная и тупая власть богатых сегодня.

Подобная Неосоветская власть (без доминирования одной партии) позволит совместить народоправие, самоуправление— и существование единого, централизованного Русского государства. При этом государствообразующая роль русских обеспечивается их реальным решающим голосом в формировании собственно власти.

Более того, система Советов может работать и в условиях чрезвычайного периода — Диктатуры развития и санации, ликвидирующей последствия четвертьвекового разгрома нашей страны. При этом правящая партия концентрируется на идеологии и подготовке кадров, отстраняясь от прямой госвласти — как планировал Сталин. Понятное дело, что новая Советская власть потребует иной экономики и новой налоговой системы.

В такой ситуации чиновники попадают под плотнейший контроль народа. Более того, народ вынуждает власти развивать именно выгодные ему, народу, закрывающие и прорывные технологии в ЖКХ, дорожном и жилищном строительстве, в медицине и энергетике. Ибо народу нужны дешевые технологии, экономящие силы и средства. Позволяющие жить богаче и счастливее. Таким образом, нечисть в стране уничтожается сходящимися ударами — сверху и снизу.

Демократия в условиях капитализма — блеф. Это всегда власть богатых. Поменять формулу путинской власти (Сила + Деньги) на пресловутую либеральную демократию (Деньги + Сила) — попасть из огня да в полымя.

Альтернатива — Неосоветская система когнитивной, «нейромирной» эпохи.

Парадокс истории состоит в том, что переход к такой системе потребует переходной Диктатуры развития.

Но история — вообще большая шутница. Скрещение сильной центральной власти и опричного государства с сильным же местным самоуправлением — это старая русская находка. Ее уничтожила проклятая династия Романовых. А нам ее стоит воскресить и применить!

* * *

Еще в 2010 году в Александрове была зарегистрирована первая Гражданско-общественная палата. Кто в ней участвует? Десятки товариществ собственников жилья (ТСЖ), домовые комитеты, ТОСы, НП «Александровская индустрия гостеприимства», местный Союз промышленников и предпринимателей. Но созданная палата не работает в качестве исполкома каких-то структур. Скорее— наоборот: отраслевые общественные ассоциации делегируют своих лучших представителей в члены Палаты.

«Здесь общественники работают на самом серьезном, профессиональном уровне. Например, разрабатывают концепцию социально-экономического развития территории и активно включаются в ее реализацию, решают, как нам жить дальше, и местная власть должна бы порадоваться такому гражданскому сообществу», — рассказывает один из главных инициаторов дела Виктор Заборин.

Но теперь нужно формировать подобный орган во всероссийском масштабе. Об этом 15 октября 2013 года говорилось на межрегиональном гражданском форуме «Александровская слобода».

И тут была высказана парадоксальная, крамольная с точки зрения московских прозападных интеллигентов мысль: первым-то строителем гражданского общества в России выступает не кто иной, как Иван Грозный. Да-да, тот самый создатель опричнины, при коем Александровская слобода почти десять лет была фактической столицей страны. Ибо сильная царская власть тогда опиралась на очень сильное местное самоуправление.

Об этом поведал член Палаты, житель Сергиева Посада, писатель Вячеслав Манягин. Именно благодаря реформе Ивана Грозного была создана система местного самоуправления, когда жители областей (волости, губы) могли выбирать своих чиновников, как губных старост («губернаторов»), так и судей с присяжными. И, кстати, налоговых чиновников (т. н. «целовальники»— выборные чиновники, которые целовали крест честно исполнять свои обязанности), которые раскладывали подати по горожанам и крестьянам. Оно и понятно: обладая гениальным политическим чутьем, Иван Грозный, стремясь ограничить самовластие тогдашних олигархов (крупных феодалов-землевладельцев, бояр), шел на союз с большинством народа. Он ставил на местное самоуправление.

Такая система просуществовала до конца XVII века. Но уже первые цари династии Романовых принялись ее шаг за шагом уничтожать. Они шаг за шагом превращали русских в бесправных «винтиков» бюрократической системы, сменяя опору монаршей власти — с граждански организованного народа на огромную, проеденную коррупцией бюрократию. Окончательный удар по русскому гражданскому обществу в духе Ивана Грозного нанесли при царе Федоре Алексеевиче (Романове) в 1681 году. Именно к тому времени, как отмечает современный историк Валерий Шамбаров, оказались упраздненными выборные должности горододельцев, сыщиков, губных старост, ямских приказчиков, голов осадных, пушкарских, засечных, житницких. Все их обязанности передавались воеводам, назначаемым «сверху». Больше не стало организованных структур местных жителей, способных выражать недоверие воеводам и противостоять их произволу. И если Грозный старался распределить бремя налогов по всем справедливо, заменив принцип налогообложения «по дворам» на обложение «по сохам» (то есть погектарно, сообразно земельных площадям), то «реформаторы» Федора Алексеевича вернули подворный принцип. То есть чтобы сверхбогатые землевладельцы платили столько же, сколько и простые крестьяне.

Царь Иван Грозный выступил создателем и такой уникальной системы связи власти и народа, как Земские Соборы, на которых присутствовали выборные люди от всей земли и от всех сословий — бояр, клириков, дворян, крестьян, посадских (городских) жителей, купечества. Связь снизу— от народа к власти (царю) и от царя к народу. То есть то, чего сейчас не хватает, из-за чего случаются Бирюлево, Кондопога и Пугачев.

Так было уничтожено самобытное гражданское общество у русских. Теперь же «александровцы» предлагают вернуться к истокам.

Отсутствие сегодня взаимодействия власти с народом страшнее войны и экономического кризиса, так как ведет к развалу страны, и мы видим эти примеры: Ливия, Сирия. Поэтому важнейшая задача гражданского форума в Александрове— дальнейшее развитие и укрепление диалога между народом и властью.

* * *

То, что сделали тогда Романовы, отлилось нам огромными потрясениями и реками крови. Они уничтожили источник национальной стойкости русских, источник массового гражданского сознания.

Ведь именно институты самоуправления по модели Ивана Грозного спасли страну во время первой Смуты. Именно она позволила народу самоорганизоваться и спасти государство от гибели (ополчение Минина и Пожарского было создано именно так, а сам Козьма Минин — организатор ополчения — был выборным старостой).

Но менее чем через 70 лет после тех славных событий местное самоуправление по-русски оказалось уничтоженным. Вторую Смуту в 1917-м наша страна встретила в гораздо худшем положении — люди оказались лишенными гражданского чувства.

Виктория Боравская, выступая на форуме в октябре 2013-го, сообщила, что обнаружила чудом сохранившуюся статью нашего земляка С.Я. Елпатьевского, близкого друга А.П. Чехова, — «Как это случилось?». Поразительно, но краткие выводы земляка о причинах революции 1917 года, сказанные сто лет назад, буквально всколыхнули разум присутствующих актуальностью выводов на поставленный вопрос: «Как случилось все то, что переживает сейчас Россия? Почему революция чуть не на другой день после радостного светлого освобождения от старого режима приняла такое гибельное направление?».

Сергей Елпатьевский писал в те годы:

«История России — это история бесконечного расширения ее границ при отсутствии гражданской истории, норм гражданской жизни, уважения к закону, к правам личности — с отстаиванием своего «я», своего индивидуального права, при отсутствии чувства собственного достоинства».

«Русский силен в толпе и немощен один. И, может быть, ни у одного европейского народа нет такой неуверенности и боязни самому хотеть и самому проводить в жизнь свои хотения, и такой готовности отдать свою волю и свои действия другим, в толпу, в коллектив…»

В гибели Родины виноваты также «воровство вверху и внизу», «расхищение государственного имущества — казнокрадство», при одновременном всепрощении — «не пойман — не вор», и «голая, наглая, неприкрытая взятка». Недаром она называлась русской конституцией: не стыдно было давать взятку, не стыдно было и принимать взятку.

Нет уважения к закону! Нет даже и сознания, понимания, что такое закон, по крайней мере.

Характерно, что в русском языке накануне 1917-го не было даже слова, определяющего бытие человека как члена государства. Слова «гражданин» не имелось ни в писаном законе, ни в практике жизни: были «подданный», «житель», «обыватель», а термин «гражданин» отсутствовал начисто.

«И случилось то, что случилось. Перед развертывавшейся революцией Россия встала с малой гражданственностью, без навыков борьбы, без планомерной государственной мысли, с расшатанным, поблекшим национальным чувством, с ослабевшим патриотизмом. И случилось так, что русский народ отвернулся от государства и так легко перешагнул через родину, отечество в неведомые страны интернационала. За что и поплатился миллионами убитых, миллионами исковерканных судеб, миллионами потерявших Родину, честь, свободу…»

Сегодня в России мы наблюдаем аналогичную ситуацию, резко обозначенную Елпатьевским в 1919 году. Всели понимают это? Почему миллионы безвинно убиенных не заставляют нас задуматься о том, почему мы снова подошли к краю пропасти и не ощущаем опасности?

Вывод один: без направленного, продуманного формирования гражданского общества Россию ожидают непредвиденные социальные перемены, к которым современные россияне не готовы.

А скрещение опричного (параллельного) государства с местным самоуправлением, сводящим к минимуму местное чиновничество — это наше чудо-оружие.

Схема тайного государства

Итак, читатель, вооружимся с вами карандашом и попробуем набросать чертеж тайного (параллельного) государства. Попробуем представить его первоначальный вид.

Для начала, друзья, выбросим прочь предрассудки умирающей индустриальной эпохи: всякие там принципы разделения властей, несовместимости власти и предпринимательства, противопоставления государственного и частного.

Мы твердо уясняем: настоящий правитель России, который вознамерится стать ее воскресителем, не может опираться на нынешнее официальное государство, которое подобно мягкой гнили. Бесполезны и партии — они тоже детища умирающего времени. Партии в Россиянин — это либо «ЕР», толпа самых что ни на есть врагов развития, скопище существ со стертыми лицами, болото, либо же — КПРФ с прогнившей, импотентной верхушкой, с идеологией возвращения во вчерашний день и с манерами мелких политиканов. А в общем, все они — действительно тупики эволюции.

Что же нужно вместо всего этого? Отбросим всякую интеллектуальную робость. Сейчас настало время крайней зыбкости, когда возможно все. Сейчас самое время для творчества, для лозунга «Будьте реалистами — требуйте невозможного». Помните: для человека феодальной эпохи нынешнее государство с его министерствами, избирательными правами, свободой вероисповедания и предпринимательства показалось бы дикой нелепицей, оно повергло бы его в шок. Но теперь наступает время новых перемен, и перемен всеобщих.

Нужно создать необычную структуру Нейромира. В этой структуре нужно сплавить черты церкви, огромного медиахолдинга— и финансовой «империи» вкупе со спецслужбой. В нем должны быть система центров для подготовки элитных людей, специалистов высшего класса в любой области, сильная наука и комплекс высокотехнологичной индустрии. Нам придется ставить на энергичных людей, прирожденных вождей и организаторов — в любом деле, будь то война или малое предпринимательство.

Все это подпирается Советами — местным самоуправлением.

В тайном государстве каждый найдет себе применение. Воинственные и доблестные — станут в ряды наших боевых формирований, тайных и явных. Умные, расчетливые финансисты и помешанные на компьютерном деле — пойдут в наши банки и в специальные подразделения компьютерно-информационных войн. Талантливых инженеров и рабочих — «золотые руки» вберет в себя возрожденная промышленность. Изобретателей и искателей знаний востребуют научные, инновационные центры, лаборатории и институты, технопарки и технополисы. Каждый станет частицей своей профессиональной корпорации, своего цеха, получит возможность движения вверх по цеховой «лестнице».

Нам придется выбросить за борт рати бездельников и пустомель вроде профессиональных политиков, писак, судейских крючкотворов и иной непроизводительной братии. Ибо лишний балласт в мировом шторме может пустить ко дну наш корабль.

* * *

Только такой сплоченный организм, где бизнес, воспитание людей и война связаны воедино, сможет вести борьбу на мировых финансовых рынках и пожинать с них свои доходы. Только такая структура способна невиданными темпами развивать высочайшие технологии, вкладывая в них средства от своих финансовых операций и от продажи своего сырья. Лишь так она вдохнет жизнь в наши поля, заводы и фабрики, в лаборатории и университеты, дав людям России достойные заработки, возможность иметь человеческие жилища и производить на свет детей — наше будущее.

Только тайное государство-сверхкорпорация сумеет делать инвестиции в выгодные, прибыльные проекты на Дальнем Востоке и на Тихом океане, в арабском мире и в Африке, отбивая все попытки западных конкурентов вышибить нас с богатых угодий. Только в такой форме мы сможем добывать нефть и газ в Тонкинском заливе и в Ираке, тянуть газопровод из Ирана в Индию, поставлять АЭС персам и индусам, торговать оружием без оглядки на американцев.

И лишь такая машина силы способна нанести сокрушительный ответный удар в случае агрессии внешних сил. Любой контрудар— информационный, финансовый или воздушно-космический. Сплотившись, мы сможем отстаивать свои национальные интересы, выжигать сепаратизм и преступность у себя дома, покупать чужих политиков и вытягивать из Запада все самое лучшее. Мы, черт возьми, именно так способны построить новую империю взамен погибших Царской и Советской. Только уже намного более прочную.

Нет, русским людям не нужно превращаться в «живые машины», подобно сектантам Муна, или в немытых оборванцев с автоматами. Тайное государство создаст новую породу людей: волевых, развитых умом и телом, повелителей высоких технологий и финансов. Тех, кто сможет вести бой и в горной теснине, и в киберпространстве Интернета. Лихих и грозных человеков третьего тысячелетия, которые, как и великий полководец Суворов, скажут: «Горжусь, что я — русский». И в новый, Третий проект России мы вовлечем всех, кто хочет идти с нами, всех, кому дорога история нашей державы, — татар и башкир, горцев и угро-финнов, калмыков и бурят. Ибо русский вбирает в себя всех. Скуластые и курносые, раскосые и большеглазые, темные и светловолосые, верующие во Христа и Богородицу— и в пророка Мухаммеда, мы пойдем в новый мир вместе. Тысячу лет мы уживались рядом друг с другом — так стоит ли менять эту традицию? Да и славяне обретут больше уважения соседей, коль снова станут вожаками, сильными и воинственными людьми, повелителями машин и науки. А не челноками, нищими и пьяницами, как ныне.

Не надо разваливать Россию, ссылаясь на то, что век прежних государств прошел. Черт возьми, каждой мафии нужна своя Сицилия. Пусть у нашей цивилизации Третьего проекта будет плотное территориальное ядро. Пусть у нас будет собственная страна, средоточие наших русских святынь и нашей культуры, надежное убежище от преследователей — и одновременно грозная крепость, способная защитить каждого из нас, наше дело и наше имущество всей мощью современного оружия.

Лишь построив государство будущего под оболочкой Россиянин, мы способны прорваться сквозь смерть и разложение, навеки разорвав порочный круг, в который загнали Россию «инженеры истории». Выйти к свету, на простор, к истинной независимости. Овладев историей, русские смогут дальше творить ее сами.

В этом — наш реванш за XX век. И даже больше…

* * *

Итак, во главе тайного государства — и это самое слабое место наших выкладок— должен стоять глава официального государства. Но только тот, кто решителен и кто осмелился пойти до конца.

Нарисуем в середине нашего чертежа центр тайного государства — Властителя, Верховного.

При нем будет существовать Управление кадров, наград и поощрений. Именно здесь и должен идти отбор людей, причем с применением лучших достижений русских психотехнологов. Только так мы сможем отобрать по-настоящему преданных великому делу людей, отсеяв мерзавцев, хамелеонов, карьеристов и садистов. Именно тут должны определяться заслуги граждан тайного государства. Скорее всего, вопросы награждения должен решать особый совет из награжденных ранее— аналог Георгиевской думы при царе.

И при Верховном же должна работать канцелярия, информационный центр.

И тут же, при Верховном, будет работать Высший совет, этакий аналог Избранной Рады при молодом Иване Грозном. Это будет собрание соратников и единомышленников, мозговой трест.

Очень важной частью тайного государства станет Система развития и применения нейро— и психотехнологий, сообщество ученых и их фирм-лабораторий. Здесь мы получим технологии подчинения нашей воле психики новых кочевников, врагов нашего народа. Здесь мы сможем создавать расу всечеловеков с фантастическими способностями. Здесь агенты тайного государства смогут проходить особую подготовку и овладевать технологиями, доведенными до стадии боевого и служебного применения. Например, технологии скрытого психозондирования и зомбирования, управления существами с покоренной психикой.

А дальше начинаются ветви тайного государства. Итак, ветвь первая — Добывающая.

Именно она должна превратить новых кочевников и низшую расу бандерлогов в сырье для построения новой России, превратить этих грабителей в источник средств и ресурсов для нового прорыва, идейного, технологического и экономического.

То, что мы условно назвали управлением «К», по сути дела, станет очень сильной спецслужбой, главная задача которой — это охота на новых кочевников, очень крупных россиянских паразитов и бандерлогов, утилизация «добывателей трофеев». Как? Это очень трудная задача: любым способом получить доступ к физическим телам наших врагов, подвергнуть их скрытому допросу через систему Игоря Смирнова, выявить их богатства и тайные счета, дестабилизировать их организмы специальными воздействиями — чтобы затем превратить их в послушных зомби. И тут в ход должно идти все: и «непринужденные» беседы с президентом страны, и временные задержания (якобы по недоразумению), и «медовые ловушки» в виде женщин или иных сексуальных приманок, и тщеславие олигархов, и обман, и ложные деловые предприятия. В общем, все тонкости работы разведок, о которых знают профессионалы. Ведь на войне — как на войне.

Быть может, эту разведку тайного государства надо создать в недрах нынешней ФСБ РФ, по максимуму используя ресурсы легального государства. И нужно для этого лишь одно: с помощью скрытого психозондирования найти среди высших чинов спецслужб действительно надежного и преданного делу человека, поставив его во главе ФСБ. Так, чтобы эта служба занималась бы борьбой с действительными врагами нашего отечества, а не ловлей честных ребят и не отбиранием бизнеса у честных людей. Ну а чтобы сменить старое руководство ФСБ, есть тьма-тьмущая предлогов.

В этом случае очень легко довершить воссоздание системы КГБ, объединив ФСБ и Службу внешней разведки страны. И тогда появится возможность с гораздо большей эффективностью вести поиск «сырья истории» за пределами страны. Если же создать еще и отряды особого назначения для особо щекотливых операций по проникновению на зарубежные виллы «новых русских», то…

Я допускаю вариант того, что тайное государство может поставить верного человека и во главе ГРУ. И тогда возможно использовать потенциал его разведывательных подразделений, его боевых пловцов, например. Благо многие виллы наших бандерлогов стоят у самого синего моря во Франции и Испании.

Ну а для того, чтобы обеспечить деятельность той части нашего параллельного государства в чисто финансовом смысле, можно начать его работу с самой легкой и глупой добычи: криминальных группировок. Они и дадут нашему управлению «К» первые десятки миллионов долларов, обеспечив самоокупаемость и хозрасчет в его работе.

Очень быстро это позволит перейти от конфискации «общаков» и накоплений «крестных отцов» к захвату более крупной добычи.

Заметим также, что эта часть второго государства поведет захват легальных министерств.

Параллельно с разведкой понадобится система «Сеть» — сеть людей, которые станут операторами-поводырями зомбированных тайным государством деятелей. Они должны внедряться в банки и компании, скорее всего— под видом неприметных референтов или же начальников служб безопасности. Именно так тайное государство должно пронизать своими связями и «Газпром», и нефтекомпании, и «Транснефть», и «СГ-транс», и важнейшие министерства. А внешне— вроде бы никакой национализации. Мудрый экономист XX века Дж. Гэлбрейт как-то заметил, что важно не то, кому принадлежит собственность, а то, кто ею управляет. А управлять будет опричное государство.

* * *

Следующей частью тайного государства можно сделать часть инвестиционную. Ведь мало отобрать у бандерлогов деньги и поставить под контроль их финансовые потоки — их надо еще с толком использовать.

Прежде всего тут будет Финансовая система, очень-очень важная для нашего успеха. По сути дела, она превратится во второй бюджет России, бюджет ее развития. Невидимый ни Западу, ни Вечному рейху, ни отечественному сброду. Ни одна комиссия из МВФ или Мирового банка никогда не появится в этой системе. Не нужно представлять ее в виде какого-то огромного мешка или банковского счета, на который сбрасываются добытые деньги. Это слишком грубо и очевидно. Нет, то будет скорее банк данных на множество счетов, фирм и компаний, некое рассеянное по множеству точек казначейство тайного государства.

Тут же будут банки и компании, которые смогут вести операции на внешнем рынке, — и эта же система выступит нашим плановым органом, придирчивым экзаменатором бизнес-планов тайного государства.

Для того же, чтобы с умом вложить добытые ресурсы, в Инвестиционной части нашего подпольного государства необходимо создать разветвленную систему «точек приложения сил». Например, тут просто необходим свой экспертный совет. А еще, как минимум, управление «П» — аналог 6-го управления КГБ СССР, занимавшегося поиском необычных технологий и экономической безопасностью. Пока еще можно набрать в него ветеранов с опытом именно такой работы.

Именно в этой ветви тайного государства нужно поместить управление делами президента РФ, превращенное в закрытый от посторонних глаз концерн (естественно, сменив и главу администрации, и главу УД на своих людей). Помимо этого, здесь будет множество как бы независимых фирм. Все они должны заниматься технологиями будущего, Нейромира.

Я вижу тут и очень интересные компании, которые носят ярко выраженное двойное назначение. Скажем, команда программистов и компьютерных гениев может и товар мирового уровня создавать, и в лихую годину врага за океаном атаковать, устроив в его стране хаос и катастрофы.

Система прогноза и предвидения, которая в обычной жизни помогает заработать большие прибыли в спекулятивных операциях на финансовых рынках планеты, в случае войны превращается в оружие уничтожения финансовой системы врага, в орудие выборочного убийства целых корпораций.

Аппаратура, которая может изменять свойства нефти (ее вязкость), в одном случае оживит скважины в России. А в другом — может погубить нефтепроводы в стране врага.

Фирмы — носители подобных технологий и составят особый корпус в нашем скрытом государстве. Можно сделать так, чтобы фирмы — создатели будущего концентрировались вокруг негласных, нигде не учтенных банков фондов, в дела которых никогда не смогут сунуться инспекторы из официального Центробанка РФ. То будет наша, русская банковская система, в которой процент по кредитам будет очень низким— чтобы не кормить очередного банкира «демократической национальности», а развивать русский сектор экономики. Эти формально несуществующие банки станут полностью финансировать частные компании тайного государства, и последние смогут полностью сосредоточиться на разработке новых товаров, повышении их качества и захвате рынков. Им не придется иметь дело с акционерами, которые по-шакальи требуют прибылей по принципу «нет, нет, нет — мы хотим сегодня». Здесь не будет этого чудовища, «народного капитализма», со множеством рвачей — мелких держателей акций. Здесь изобретатели и творцы смогут становиться настоящей, богатой элитой, вытесняя низшую расу бандерлогов — россиянских новых кочевников.

Именно тут сосредоточатся фирмы, специализирующиеся на энергосбережении и автономной энергетике. Именно они помогут русским приобрести независимость от хищных чубайсоидов, которые захватят в свои руки старую энергетику и попытаются выпить из нас все соки через высокие тарифы на электричество и тепло.

* * *

Еще один узел потаенного государства мы назовем Координационным комитетом. Это — наш «Госплан № 2». В задачу этого органа входит связь с так называемыми «островами будущего». Мы ввели этот термин в книге «Оседлай молнию!», обозначив им города, университеты и предприятия, управляющие которых сами пошли на широкое внедрение чудесных, «закрывающих» технологий. Каждый такой «остров» должен получить от тайного государства и технологическую помощь, и инвестиции, и физическую защиту. По сути дела, так параллельное государство сможет расширяться, устроив что-то подобное так называемому триумфальному шествию советской власти в 1917–1918 годах.

С другой стороны, Координационный комитет сможет планировать вложения в эффективные индустриальные проекты. Например, в лизинг авиатехники и промышленного оборудования для малого бизнеса, в экспорт русских АЭС в перспективные страны, в продажу за рубеж оружия и в другие сферы, которые вы при желании можете очертить сами.

В этой же «епархии» я бы хотел видеть и фирмы с индустриальными технологиями, способные быть и гражданскими «центрами прибыли», и орудием войны. Скажем, несколько корпораций с флотом новейших транспортных самолетов: «Ту-330», «Ан-70» и «Ан-124». В обычной жизни эти фирмы могут много зарабатывать на обширном рынке перевозок. В войну же они тотчас превратятся в средство быстрой переброски и мобильных частей, и боевых припасов.

Или, например, компании, владеющие беспилотными самолетами-наблюдателями. В мирное время они будут работать по заказам «Газпрома», трубопроводных структур и нефтяных гигантов, а в случае войны — моментально обратятся в эскадрильи разведчиков и беспилотных бомбардировщиков. Надо охотиться на полевых главарей сепаратистов — пожалуйста. Нужно навести удар артиллерии или тактических ракет на колонны западных агрессоров — беспилотники к вашим услугам. В случае чего они могут уничтожить важные объекты на сопредельных территориях. Например, американский радар-гигант в эстонском Раквере.

Представим себе, например, компанию — владельца траулеров, ведущих промысел рыбы в Северной Атлантике. Она стабильно приносит доход. Но в случае войны те же траулеры выбросят в нужных точках океана аппараты с магнитными стрикторами, и те своим низким гулом «забьют» микрофоны американской системы СОСУС, позволив русским подводным лодкам проскользнуть через натовский оборонительный рубеж «Гренладия — Исландия — Шотландия», после чего они выйдут прямо к побережью США.

Наконец, под началом Координационного комитета будут работать лизинговые и страховые компании параллельного государства. Получив рабочие капиталы, они смогут заказывать промышленности и корабли, и самолеты, и всяческую технику для малого и среднего предпринимательства (пекарни, станки, производственные линии разных назначений). Затем все это будет сдаваться в аренду российскому бизнесу. И тем самым мы не только оживим производство— мы еще и усилим класс производящих предпринимателей, получим слой тех, кто на нас молиться будет.

На схеме мы нарисовали еще одно важное управление — «Т». Именно оно должно заняться овладением критическими территориями нашей страны и их развитием.

Посмотрите на тихоокеанские земли России. Сегодня они пребывают в глубоком кризисе. Здесь разрушается инфраструктура, нищают русские люди. Японцы и китайцы, посматривая на Россию с презрением, предвкушают раздел этих богатейших сокровищниц. Здесь власть поделена между организованными преступными группировками, которые делают миллиардные барыши на ловле крабов и морепродуктов высочайшего качества, на рыбе и редких минералах, на эксплуатации приватизированных портов и контрабанде. Все эти миллиарды уходят в частные карманы, никак не развивая ни Камчатку, ни Сахалин, ни Курилы, ни Приморье или Чукотку.

Управление «Т» будет действовать через свои территориальные компании, каждая из которых возьмет под себя конкретный регион. Они начнут охоту на местных бандитов, завладеют их богатствами и возьмут под контроль те сферы деятельности, которые до сих пор обогащали новых кочевников. Перехватив эти финансовые потоки, территориальные компании направят их в развитие самых перспективных земель нашей страны. Я надеюсь, что тем самым мы сможем превратить бедствующие сегодня регионы в сверкающие витрины новой, успешной России. И те же Курилы станут островами с необычной промышленностью, богатыми жителями и прекрасными домами усадьбами, оснащенными всеми достижениями энергосберегающей техники и автономными энергоустановками.

* * *

Отдельно отметим АМР — Армию молниеносного развития, очень подробно описанную в книге «Оседлай молнию!». Здесь же только напомним, что это есть 40—60-тысячный корпус молодежи, этакий вооруженный легким стрелковым оружием строительный отряд, который можно бросать в ту или иную область России, чтобы построить там целые города из домов по новейшим строительным технологиям, новые линии связи на «закрывающих» технологиях или же оснастить электростанции оборудованием, которое способно снизить расход топлива на 15–20 процентов. При всем этом вооруженная АМР сможет отбить любую попытку мафиози или чиновников помешать ей развивать страну.

Еще одна ветвь тайного государства — это ветвь информационной борьбы, влияния на умы. Мы поместим сюда управление «О» (перехват контроля над электронными СМИ) и «М» (разработка новейших технологий пропаганды).

Зачем они нам? Сами поглядите на то, как беспомощен нынешний президент, формально командуя двумя государственными телеканалами. Ему не на кого опереться. Телевидение наглухо захвачено практически однородной и этническом плане (отнюдь не славянской, не тюркской и не горской) стаей, лопающейся от самонадеянности, при этом местечково-агрессивной, выросшей на разрушении всего и вся: государства, чувства патриотизма, наших национальных святынь. Эти господа на каждом углу кричат о своей исключительности, о своих небывалом интеллекте и «креативности», хвалят друг друга и без устали награждают себя самих всякими премиями и «академическими званиями». Хотя если разобраться, то все их «телевизионные проекты» — это всего лишь бердичевские копии с американских и английских программ. Сами они ничего нового придумать не в силах.

А наши специальные управления как раз и позволят разрушить монополию этой оравы, выдвинув вперед и новые идеи, и русские подходы к телевидению, сделав его не дубовым, не скучным, не казенно-«православным» (что могут натворить некоторые «патриоты»), а очень динамичным и интересным.

Ну и не забудем о силовой части нашего государства в подполье. Я изобразил его крайне схематично, как службу безопасности. Ее настоящее устройство будет гораздо сложнее. Тут ведь необходимо и внутри тайного государства порядок блюсти, и его людей от посягательств извне прикрывать, и некоторые операции спецназовскими методами обеспечивать.

Понятное дело, невозможно учесть всю сложность реальной жизни и начертить раз и навсегда завершенную схему. Входе борьбы и работы многое изменится, переедет с места на место. Что-то отомрет, а что-то дополнится новыми структурами. Под решение конкретных задач будет меняться конфигурация всей системы. Но главный принцип— создания новой реальности в недрах распадающейся старой — останется неизменным.

Главное, читатель, благодаря сему русские сумеют хорошо использовать то «сырье истории», которое есть под рукой. И это сырье, читатель, — многие из тех, кого называют «новыми русскими».

«Новые русские» как сырье истории

Возьмем с вами всего лишь одного россиянского бизнесмена. Чтобы не раскрывать наши источники информации, назовем его условно— Реадом Минировичем Суккубовым. Он возглавляет одну из небольших (сравнительно с «Газпромом») газовых компаний.

Ему в 2003 году больше пятидесяти лет от роду. Он очень любит отдыхать за рубежом на широкую ногу. Как-то, заказав суперфешенебельный круиз вокруг Европы, он обнаружил, что прибывает в Барселону утром, а самолет на Москву у него — только вечером. Как же занять время? И господин Суккубов решил погонять мячик на тренировке вместе со знаменитым футбольным клубом «Барселона». Ну а чтобы никто не мешал, россиянский бизнесмен снял еще и городской стадион — за 23 тысячи долларов. Еще кругленькую сумму пришлось выложить испанским футболистам. В общем, за полдня «новый русский» с повадками падишаха спустил добрую сотню тысяч.

Однажды он поехал отдыхать на знаменитый остров Бали. Но вот беда: везде, где бы он ни проводил свои каникулы, ему обязательно нужно обеспечить самый шикарный автомобиль для разъездов — «Ягуар». Даже если он ни разу им не воспользуется. Но на Бали не нашлось ни одного авто этой марки. Неимоверными усилиями удалось найти «Ягуар» на соседнем острове и нанять его у хозяина за сумасшедшие «бабки». И еще нанимать тяжелый транспортный самолет, чтобы перевезти машину на курорт.

Таких историй о «новых русских» можно рассказать великое множество. Например, о том, как «новые русские» снимают самые роскошные номера в арабских отелях, платя по 20 тысяч долларов в сутки. Можно напомнить операцию «Паутина», которую европейские полицейские службы проводили в 2002 году, конфискуя недвижимость и счета некоторых «новорусских». Тогда газеты запестрели статьями о том, как на некоторых виллах на Лазурном берегу некоторые россиянцы устраивают вечеринки ценой в 4 миллиона долларов в один присест.

Если посчитать, сколько наша «элита» оставляет за рубежом денег вот таким бессмысленным образом, то получатся суммы, сравнимые с затратами на марсианскую экспедицию. Это делается тогда, когда сама Россия лежит в мерзости и развалинах, когда лучшие в мире специалисты вынуждены вкалывать за гроши, а солдаты, идущие под пули на настоящих войнах, получают жалкую сотню долларов в месяц, когда их жены и дети вынуждены ютиться в грязных, обветшалых бараках. Быдло, которое в одночасье выбилось из грязи в князи, которому огромная страна досталась как трофей, практически на халяву, спускает за рубежом несметные деньги.

Элита стран, которые неизмеримо богаче нынешней Россиянин и столь же неизмеримо более развиты, нежели она, смотрит на этих «падишахов», спускающих собственную страну в унитаз, с гадливым презрением. Никогда сливки западного общества не признают этих уродов за равных себе. Кажется невероятным, но еще десять лет назад многие в США всерьез опасались того, что миллиарды «новых русских» вторгнутся на рынок американских высокотехнологичных компаний, перехватят интернет-революцию и вытянут в Россию лучшие плоды американских мозгов. Они боялись, что эти миллиарды инвестируются в самые смелые технические проекты русских гениев.

Но эти страхи оказались пустыми. «Новые русские» распорядились своими деньгами, словно тупые купчики.

* * *

Большие деньги отнюдь не всегда означают большой ум и сверхчеловеческие способности. Особенно это верно для Россиянин.

Возьмем, например, самых больших тузов путинской России — топ-манагеров нефтяных компаний. Они сегодня лопаются от денег и не знают, куда их вложить. Свои нефтяные вышки и право выкачивать богатства русских недр эти молодчики получили почти задаром, за смешные, по западным меркам, деньги. В чем суть их бизнеса? Получить доступ к экспортным нефтепроводам и пустить по ним сырую, непереработанную нефть на Запад. Не нужно надрываться или напряженно думать: нефть бежит за рубеж и продается по биржевым ценам. Бизнес совершается практически в автоматическом режиме, и с ним справится любой выпускник вуза после недолгой подготовки. Об этом мне рассказывал бывший министр топлива и энергетики Виктор Иванович Калюжный, который наших «нефтяных магнатов» гонял нещадно — за что уже при Путине был отправлен в отставку и заменен на более сговорчивого Игоря Хануковича. Калюжный знал, что говорит: он сам занимался бизнесом.

Того же самого мнения придерживаются и на Западе. Они тоже видят ничтожество бандерлогов, которые только и умеют, что гнать за рубеж непереработанное сырье. Они отлично видят, что советские предприятия, попав в руки этих уродов, работают в основной своей массе хуже, чем в СССР. А русская электроэнергетика, оказавшись в руках лопающихся от спеси и снобизма чубайсоидов, жжет топлива на киловатт-час на тридцать процентов больше, чем при коммунистах…

Совершенно особая порода — это «новорусские» из криминальной среды. Ну, вот для примера типаж: деятели, которые в 1991 году устроили подпольный водочный завод, перетравили своей паленой водярой десятки тысяч человек, перестреляли конкурентов и неудачливых подельников — на вырученные деньги накупили ваучеров и завладели несколькими предприятиями. Эти предприятия они и вовсе довели до смерти, выжав из них все оборотные средства. А потом организовали финансовую инвестиционную компанию «пирамиду» по типу «МММ», содрали с народа несколько сотен миллионов долларов — и были таковы.

С точки зрения западной элиты, эти бандерлоги должны сидеть даже не на тюремных нарах, а на электрическом стуле. И уж тем более этих молодцов западники рядом с собой не потерпят.

С их точки зрения, наши бандерлоги владеют своими богатствами незаслуженно. Да и возможно ли иное отношение? Открываю один из западных романов. Вот один герой (глава крупной западной корпорации!) с жаром объясняет японцу: мол, друг мой милый, я предлагаю тебе совместный проект производства микросхем, которые произведут революцию в компьютерах. Такого нет нигде в мире! Мы станем первыми! И это принесет нам целых 150 миллионов долларов за два года!

150 миллионов? За два года? С точки зрения наших мародеров, даже чесаться не стоит. Гораздо больше можно сделать на воровстве. Например, на переделе собственности, на похищении оборотных средств захваченных заводов или на мухлевании со строительными подрядами. Или просто на распиле бюджетных средств, что буйным цветом разрослось при Путине. Обратите внимание на то, как Запад упорно не хочет забыть о 4-миллиардном кредите МВФ на стабилизацию рубля, который исчез из России накануне знаменитого дефолта. Никак не хотят забывать эту историю, заразы! Оно и понятно: для того чтобы заработать 4 миллиарда долларов, западному бизнесу нужно пахать, как папе Карло. А тут какая-то группа гангстеров-бандитов из России (которая у себя дома величается элитой) кладет себе такие деньги в карман за какой-то месяц. По мнению западной элиты, россиянская «элита» — это всего лишь циничные уголовники, богатства которых совсем не соответствуют труду, который они потратили на добывание этих миллиардов.

Понятное дело, что «новорусских» на дух в приличном обществе не переносят. Их держат на расстоянии. И, когда нужно, превратят в добычу. Чтобы не разложили западное общество.

* * *

При всем этом большинство «новорусских» ужасающе примитивны. Их интеллект по сложности напоминает чугунный утюг. Помнится, как-то мне в бытность заместителем главного редактора одной газеты пришлось пообщаться с хозяином огромного павильона на ВДНХ, превращенного в барахолку. И почему-то разговор зашел о бежавшем в Англию Березовском.

Самодовольная красная харя поведала мне, что у нас в стране богатых всегда ненавидели, что Березовский — это гений и правильно он смылся.

Вот и весь сказ, читатель. Вот и весь уровень понимания происходящего.

Пока большинство бандерлогов такого пошиба плохо осознают, как к ним относятся западники. Более того, бандерлоги страдают какой-то звериной ненавистью к собственному народу.

А зря. Между тем дети бандерлогов еще хуже своих отцов. Молокососы, выросшие на шальных деньгах своих папаш, получились еще более мерзкими тварями.

Исторически такая порода «новорусских» обречена. Она есть тупиковая, слепая ветвь исторической эволюции. Эти мародеры не понимают, что запад и Вечный рейх терпят их до тех пор, пока они самим фактом своей жизни не дают России подняться и развиться и пока у остатка России все еще есть ядерное оружие. Но когда деятельность бандерлогов приведет к окончательному разоружению и распаду России, их не пощадят. Западники сами тогда устроят грандиозную охоту на эту «тупиковую ветвь» и конфискацию россиянских денег.

Они обречены на утилизацию и расставание с капиталами, и весь вопрос заключается в том, кто проведет истребление «тупиковой ветви»: энергичная и умная элита Тайного государства или хозяева Запада. Понятное дело, что выпотрошить отечественных «добывателей трофеев» и тупых бандитов должны мы.

Но как?

Каким будет «новый 1937 год»

Итак, читатель, мы с вами выяснили, что «новые русские», особенно в их высшем олигархическом эшелоне, — это всего лишь сырье для истории, которые обречены на употребление: либо Вечным рейхом (после окончательного распада РФ), либо силами русского воскрешения — чтобы обеспечить прорыв страны в Нейромир.

Особенно это касается олигархии и самых крупных государственных чиновников.

В сущности, многих из них считать капиталистами нельзя (а чиновников— и подавно). Для развития России они бесполезны, ибо делать деньги — еще не значит быть капиталистом. Они — лишь умелые «добыватели трофеев», которые либо прямо воруют из бюджета и берут взятки, либо без пользы для нашей нации эксплуатируют недра страны, воруя опосредованно. Либо транжирят наши ресурсы на олимпийско-футбольные игрища.

Что ж, тут уж сам бог велел мудрому властителю России (который создал тайное, параллельное государство) использовать этих людей как сырье, как источники необходимых средств. Можно назвать эту операцию «новым 1937 годом».

Поясню свою мысль. Нынешние чиновничьи бонзы и олигархи все-таки здорово смахивают на столпов так называемой ленинской гвардии в самом начале советской эпохи. Зиновьев, Каменев, Троцкий, Рыков, Радек и прочие тоже смотрели на Россию как на «эту страну», которую нужно лишь использовать в своих целях. Они тоже происходили из еврейских кругов, будучи страшно далекими от нас, русских. Они так же, как и нынешние тузы Россиянин, были связаны с международными финансовыми кругами и мечтали вписаться в мировую элиту. И они тоже, будучи «добывателями трофеев» и новыми кочевниками, поднялись на диком грабеже и разрушении России, заимев заграничные счета с десятками миллионов франков, долларов или фунтов на них. По тем временам это были изрядные средства, равносильные нынешним миллиардам. В те благословенные времена огромный боевой корабль обходился в 10–15 миллионов фунтов стерлингов.

Иосиф Виссарионович Сталин всю эту публику рассматривал как врагов дела своей жизни: создания мощной, индустриально и научно развитой Красной империи (СССР-1). Столкнувшись со жгучей необходимостью обеспечить финансирование имперского строительства, Сталин репрессировал эту ленинскую гвардию, вырвав у этих «красных олигархов» номера заграничных счетов. (Опустим тот момент, что в лагеря поехало много простого, честного народа — но тут уж Сталину нужна была дешевая рабочая сила ради снижения издержек.)

В уничтожении олигархии тех времен Сталин поступил как истый приверженец Макиавелли. Для себя он нашел и союзников, и социальную опору: новых партийных выдвиженцев, капитанов нарождающегося индустриального комплекса. Эти люди, среди которых славяне составляли большинство, страстно желали быть во главе нарождающихся промышленных гигантов и комплексов. Сталинская политика означала для них успешную карьеру, самореализацию, осуществление амбициозных проектов. И они поддержали Красного императора, они пришли на смену прежней, прогнившей верхушке, а затем и обеспечили невиданный в истории индустриальный рывок России 1930—1960-х годов.

* * *

Истории свойственно повторяться — все же она идет по Гегелевой спирали. Вот и сегодня у гипотетического властителя есть потенциальные союзники.

Сырьевых и финансовых магнатов не любят очень многие. Я всегда с интересом слушал выступления капитанов авиационной, космической и вообще наукоемких отраслей на заседаниях правительства РФ в 90-е годы. Седовласые люди, сами о том не догадываясь, высказывали такие экономические предложения, которые один в один совпадали с некоторыми пунктами программ Гитлера. И я видел, как шипели и корчились при этом выдвиженцы Гайдара, сидевшие в зале, какие реплики отпускали.

Итак, к противникам сырьевиков, спекулянтов и паразитов на государственном бюджете можно смело отнести тех капитанов «оборонки» и вообще промышленности, которые не опустились и сохранили свои предприятия на плаву. Для них щедрые заказы на новые спутники, ракеты-носители и боевые самолеты для замены ужасающе изношенных русских ВВС — это бальзам, эликсир живительный. Они горой станут за того, кто создаст систему льготного, государственного кредитования экспортных сделок, само появление которых позволит нарастить на десятки процентов объемы поставок за рубеж и авиатехники, и АЭС, и ядерного топлива, и энергетических машин, и станков, и агромашин, и разнообразных систем вооружения. За того, кто даст им кредиты на многие годы вперед— под 2 % годовых. А то и вовсе беспроцентных.

Эти промышленники станут опорой того, кто сможет финансировать стратегические программы развития страны так, как это делают государства Азиатско-Тихоокеанского мира. Они давно про себя матерят принципы либерального монетаризма, из-за которых Центробанк РФ не учитывает векселя предприятий, имеющих экспортные контракты.

Кто для этих людей все эти крупные «нефтяники», «силовики», чиновники, воры и спекулянты? Всего лишь паразиты, которые отнимают у родного государства миллиарды долларов ежегодно. Те самые миллиарды, которые могли бы вылиться в государственные кредиты, гарантии, заказы и программы. С их точки зрения, паразиты не только лишают их, промышленников, законной доли пирога — они еще и строят в России отсталую сырьевую экономику.

В глубине души своей те, кто строит, например, самолеты, презирают тех, кто делает миллиарды на примитивной продаже сырой нефти за рубеж, считая последних варварами и неучами. А почему варвар и невежда должен жить лучше строителя воздушных кораблей? Почему эти хищники считаются умнее нас только из-за того, что они вовремя оказались «при дворе», при раздаче недр страны, ваучеров и собственности и еще добились доступа к экспортной «трубе»? Оказались близки сначала Ельцину, а потом — и Путину? Умелый властитель способен использовать эти подспудные настроения.

Для командиров высокотехнологичных отраслей сырьевики и спекулянты — отнюдь не братья по классу капиталистов. (Потому что сырьевики, воры и спекулянты капиталистами не являются.) Конечно, нельзя рассчитывать на то, что настоящие промышленники вот так возьмут и восстанут против «добывателей трофеев». Не то воспитание, да и не любит бизнес революционности. Им волей-неволей приходится обращаться за кредитами и заказами к чиновникам, банкирам и «нефтяникам». Но настоящие капиталисты-индустриалы пойдут за властителем, который создаст тайное государство в России, за тем, кто начнет охоту на «трофейщиков» и паразитов, превращая последних в источники финансирования для индустриально-технологического рывка.

Я, читатель, не удержусь от соблазна принести наглядный пример. В 2002 году дела свели меня с очень авторитетным деятелем русской ядерной промышленности. Он рассказывал мне, как удается спасти элитную часть нашей индустрии и лучшие кадры атомщиков благодаря тому, что Иран заказывает в России ядерные энергоблоки для АЭС в Бушере (и на перспективу— в Ахвазе). Ведь сама Россия этого сделать не в состоянии. Но едва ядерная промышленность нашла спасительные контракты, как на нее налетели паразиты, отнимая деньги у промышленников и ученых.

Есть такой делец, который поднялся на ваучерной вакханалии, который схватил огромный машиностроительный комплекс на Урале и которого я назову Вахой Канюкидзе. Мой собеседник — атомщик — поведал, как этот Канюкидзе моментально бросился скупать машиностроительные предприятия, которые выполняют заказы в рамках большого иранского контракта, поставляя насосы и турбины для реакторов. Покупая сильно обедневшие в 90-е годы заводы, этот ваучерный олигарх моментально вздувал цены на поставки. И еще нагло смеялся в лицо остальным: «Я, мол, крутой, я ногой двери в администрацию Путина открываю! Попробуйте со мной тягаться: в порошок сотру!».

Когда мой собеседник, настоящий индустриал, рассказывал мне об этом, у него от ненависти лицо белело. Он говорил мне о том, что бездарное правительство в Москве ничем ему не помогает, что оно, получая бешеные сверхдоходы от нефти в 2000-м и 2001 годах, не профинансировало ни доллара в рамках программ поддержки российского высокотехнологичного экспорта. «Но что я могу сделать в одиночку?» — говорил мне атомщик.

Однако именно такие люди с готовностью пойдут за силой, которая начнет выжимать деньги из «добывателей трофеев», из россиянских лжекапиталистов. Их много, таких людей истинного дела, настоящего производства. Известный телевизионщик Андрей Караулов со своим «Моментом истины» сделал себе имя на показе подобных промышленников. И этим людям не хватает лишь фюрера.

Добавим к этому еще одно обстоятельство, которое облегчит проведение политики «нового 37-го года». Это — недовольство капиталистов высокотехнологичных отраслей засильем дельцов старой, грязной и отсталой экономики: топливных магнатов, «королей» газовой задвижки и тепловых электростанций. Сточки зрения тех, кто создает ракеты или электронную аппаратуру, эта «мафия» постоянно грабит их, вздувая цены и тарифы. Если же параллельное государство, о котором мы пишем, предложит наукоемкому капитализму технику, которая намного ослабит его зависимость от энергетиков, истопников и продавцов топлива, то капиталисты из высших секторов экономики тем более пойдут за проектом «новый 37-й». А ведь мы знаем, что именно топливная и энергетическая сфера стала добычей отечественных дельцов-паразитов, и именно они препятствуют любому прогрессу, который ведет к сокращению потребляемой энергии.

Финансирование и плоды революционных технологий — вот что может дать тайное государство капиталистам наукоемких отраслей. Капитаны и владельцы сложных производств — вот первая опора «нового 37-го года».

* * *

Но и есть и второй отряд тех, на кого может рассчитывать тайное государство, — это представители бизнеса по производству товаров и услуг для России.

Я зачислю в этот отряд и мелких, и средних предпринимателей, и даже олигархов регионального пошиба. (Да простят меня строгие ученые-социологи!) Короче говоря, всех, кто производит товары для продажи внутри нашей страны, для российского рынка. Все товары — и колбасу, и мебель, и автомобили, и дома, и лекарства, и строительные материалы, и одежду с обувью. (То же самое можно сказать и о производителях услуг для внутреннего рынка.)

Эти люди, читатель, прямо заинтересованы в том, чтобы граждане России были зажиточными, чтобы они могли тратить больше денег на их товары. Ведь нищий человек покупает не русскую копченую колбасу и не охлажденные куриные тушки с ближней птицефабрики (дорого!) — нищий бежит за скверными, но дешевыми «ножками Буша» из США. Производительный бизнес в РФ задыхается, потому что основная масса граждан бедна и у нее нет денег ни на «Жигули», ни на садовые культиваторы, ни на коттеджи или элементарные городские квартиры.

С другой стороны, этот русский бизнес душит и само государство своими тяжелейшими налогами.

Олигархи, сырьевики, крупные чинуши-ворюги и финансовые пираты для вот такого русского бизнеса «домашнего масштаба» — это тоже злейшие враги. Ведь так называемый «крупный бизнес» в РФ завязан на внешний рынок. Он нефть, газ и алюминий гонит за рубеж, он кормится от сырьевого экспорта. Россия этим «добывателям трофеев», по большому счету, не нужна. Им наплевать на величину заработков основной массы нашего народа: больше волнуют средние заработки европейцев и американцев. «Трофейщикам»-паразитам население России только мешает, вынуждая делиться с ним валютной выручкой и налогами. Сточки зрения сырьевых баронов, было бы лучше вообще разделить РФ на несколько новых «государств», правительства коих будут более «карманными» и сговорчивыми.

Мафия сырьевых олигархов, финансистов-спекулянтов и московского высшего чиновничества, сточки зрения большинства русских предпринимателей — операторов внутреннего рынка, — это гады и кровопийцы. Эти звери губят нормальный бизнес в России двумя путями:

— они создают экономику страны — сырьевого придатка Запада с очень бедным народом, и это сужает внутренний рынок, не давая развиться истинному капитализму на Руси;

— они так обворовывают бюджет, настолько лишают государство всяческих доходов, что это государство начинает драть три налоговые шкуры с тех, кто ведет бизнес на внутреннем рынке, на корню губя развитие русского предпринимательства.

А к этим двум бедам добавляется и третья: олигархически-чиновная мафия космополитична по натуре, потому что хранит свои деньги в западных банках. А потому она усиленно тянула (и втянула!) Россию в ВТО. Вступление туда нашим крупным паразитам не повредит. Но зато оно принесет массовое разорение «домашним» капиталистам, которые не смогут конкурировать с потоком дешевых импортных товаров.

Наконец, капиталисты— отечественные производители тоже страдают от засилья топливно-энергетических магнатов. Они тоже с радостью встретят технологии, которые избавят их от тяжкой дани: огромных счетов за газ, тепло и электричество.

* * *

По большому счету, сегодня никто в большой политике не выражает чаяний и устремлений отряда капиталистов-отечественников. Между тем именно они сегодня склоняются к патриотическим и националистическим идеям. Есть такой сказ, что к батьке Кондратенко, в бытность того губернатором на Кубани, приходили предприниматели из братков и толковали о том, что надо бы повышать благосостояние простого народа. А надо сказать, в то время Кондратенко вызывал дикий вой в Москве из-за своих антисионистских и нелиберальных высказываний.

А известный в «коммунофашистских» кругах (по терминологии «демшизы») питерский журналист Юрий Нерсесов долго рассказывал мне о том, как некоторые отечественные капиталисты (дело было в 2002 году) ищут смычку с националистически настроенными молодыми радикалами, но власть все время разбивает такие союзы. Например, уничтожая таких продвинутых капиталистов с помощью уголовных дел.

Интересы именно таких капиталистов отечественного рынка пытался выразить в своей партии «Возрождение» молодой выходец из бизнеса, думский депутат Евгений Ищенко. В Госдуме созыва 1999–2003 годов он пробовал провести закон о национализации доходов от экспорта сырой нефти, боролся за невступление страны в ВТО. Но Ищенко задавили, отрезали от СМИ.

Но почва все равно есть. И новый Сталин с тайным государством вполне может повести за собой и этот отряд капитала, сделав его своей опорой в проекте «новый 37-й год». Нужную пропаганду ненависти к паразитическому лжекапиталу в сегодняшних условиях можно развернуть из множества якобы неофициальных изданий.

Конечно, есть и другие отряды, которые пойдут за этим проектом. Есть соответствующим образом настроенные студенты, рабочие, служащие и вот такие злые интеллектуалы, как автор этих строк.

Однако у обоих отрядов отечественного промышленного, несырьевого капитализма есть неоспоримые преимущества. У них — большие возможности, они могут вести за собой работников своих предприятий и разворачивать агитацию за свой счет. Они богаты. Их влияние на власть все же больше, чем у простых людей. Они сами могут привести в тайное государство стоящие проекты и энергичных людей…

Еще раз прошу понять меня правильно: говоря о новом 37-м годе, я не имею в виду массовых репрессий. Нет, мы берем всего один, самый важный момент: возможность «утилизировать» прослойку паразитов, «тупиковую ветвь эволюции» в истории страны, изъять у них ресурсы для национального развития, для спасения от деградации. И цель оправдывает средства — превратить Россиянию, страну с грабительски-сырьевой экономикой и рваческой психологией «добывания трофеев», в Россию, творческую, развивающуюся. Это и будет настоящей революцией.

Такой процесс очень технологичен и высокопроизводителен. Средства, которые можно выжать всего из одного олигарха или очень крупного грабителя ельцинских и путинских времен, равносильны раскулачиванию десятков, а то и сотен тысяч крепких крестьян-хозяев в 1929–1930 годах, когда Сталину приходилось таким образом искать средства на индустриализацию страны. Да и число объектов таких вот высокоточных репрессий действительно невелико. Кроме всех известных лиц вроде «семейной группировки» или путинских «силовиков», есть и круг людей, которые не особо «светятся» в средствах массовой коммуникации — но которые при этом служат заманчивыми объектами атаки. В самом деле, многое ли вы знаете об одном кавказце (имя его мы здесь опустим), который стал почти полным хозяином Южного Урала? Или об одном мерзавце, который почти пять лет «доил» русскую промышленность минеральных удобрений? Так что в разработку попадет не более десяти тысяч «жирных фазанов».

* * *

Дальше, в общем, дело остается за тайным (параллельным) государством. Именно ему предстоит сконцентрировать в своих руках все нити управления захваченными финансовыми активами, умело выбрав проекты для инвестирования вот этих хитро конфискованных денег.

Они должны обеспечить нам экономическое чудо. С одной стороны, захваченные деньги и финансовые активы должны развить технологии — могильщики индустриальной эпохи — так называемые «закрывающие». Примеры оных мы привели в этой книге, а с более полным перечнем таковых вы сможете познакомиться в книгах «Третий проект» и «Оседлай молнию!». Безусловно, здесь будут и новая энергетика, и энергосберегающие чудеса, и промышленные установки на новых физических принципах, и технологии развития возможностей человеческого сознания, что означает создание новой расы.

Однако не будем сбрасывать со счетов и собственно индустриальные проекты. Скажем, для оживления авиационного производства в стране достаточно создать подконтрольный тайному государству (а внешне— как бы частно-акционерный) лизинговый фонд в десяток миллиардов долларов, и одно это позволит начать поставки воздушных кораблей нового поколения не только в Россию, но и в Иран, Египет, Китай, Юго-Восточную Азию и в арабский мир. Это даст толчок производству новых транспортных самолетов. У нас ведь всё еще есть все технические возможности для такой операции, не хватает лишь денег.

Так что «новый 1937 год» — это очень стоящее дело. Это— наш реванш, наше возрождение, это торжество творца, инженера, ученого и технократа над племенем варваров-паразитов, над кликой «добывателей трофеев»…

Нас могут счесть безумцами. Нам сразу же скажут, что подобная политика— это чистейшей воды фашизм, который немедленно встретит мощное сопротивление могущественных кругов и внутри страны, и на Западе. Любая попытка начать физический захват богачей моментально обернется экономическими санкциями со стороны США, полной международной изоляцией, демонизацией Москвы со стороны мировых информационных магнатов и ожесточенным сопротивлением паразитических (но очень влиятельных) слоев в РФ.

Вы правы, суровый критик. Не можем ничем возразить. Более того, мы вас дополним. Провести обрисованный нами «новый 1937-й» силами нынешнего государства действительно невозможно. Оно настолько разъедено коррупцией, что все детали готовящейся операции будут сразу же известны нашим врагам. Они десять раз смогут сорвать такие операции, дав утечку информации на Запад или поставив палки в колеса. За взятки нынешние ФСБ и прокуратура закроют глаза и позволят выехать за рубеж кому угодно. Они сами на этом наживутся.

Все это доказывает: политические технологии собственно 1937 года сегодня неприменимы. Конечно, это очень эффектно — приезжать за гадами на черных «воронках» и волочь их в застенки, но совершенно самоубийственно для власти, которая на это осмелится.

Но это не означает того, что «новый 37-й» невозможен. Просто проводить его придется современными, скрытыми методами.

Для «нового 1937 года» понадобится нечто, которое заменит собой прежние инструменты, такие как НКВД и ГУЛАГ. Им на смену должны прийти последние достижения психотехнологий. Новейшие способы контроля над сознанием других людей и — скажем откровенно — зомбирования их.

Кто-то метко назвал психологию инквизицией наших дней. Новейшая психология и станет инквизицией тайного государства.

* * *

Автор этих строк не относится к числу тех, кто бледнеет от негодования по поводу экспериментов по контролю над сознанием. Я убежден, что враг, который захватил Россию, просто вынуждает нас применить подобное оружие. В противном случае кто пожалеет нас, оставшихся как «нерентабельная биомасса» на обломках некогда великой страны?

Итак, читатель, в нашей стране с 1979 года и по начало 1990-х шли серьезные государственные исследования в области психотехнологий. Здесь мы говорим о них почти походя, поскольку посвятили этой теме изрядно места в «Третьем проекте». Во главе этого направления стоял выдающийся русский ученый Игорь Викторович Смирнов (1950–2004). Именно ему удалось создать технически очень простые средства психозондирования, скрытого допроса и психопрограммирования.

Смирнов, например, заставлял людей реагировать на неслышные на сознательном уровне посылы и вопросы, вплетенные в шумовой фон: в музыку, например. Подсознательные сокращения мышц фиксируются особыми датчиками. Впрочем, приведем некоторые отрывки из нашего досье:

«Можно определить пригодность человека к той или иной работе. Можно разоблачить того, кто работает на иностранные спецслужбы. Зондирование вскрывает скрытые наклонности или корыстные намерения. Сего помощью становятся видны и пороки человека: склонность к пьянству, наркотикам или половым извращениям. Ни один маньяк не проскочит незамеченным. Ты видишь истинные взаимоотношения людей в группе, выявляешь лидеров и тех, кто им лично предан, ты узнаешь, кто из них предан не человеку, а идее или общему делу, в ком развито чувство долга. Ты можешь оценить способность оператора выполнить очень важное задание, саму его способность отвечать за безопасность множества других людей. И точно так же можно привести в норму тех, кто водит авиалайнеры, управляет ядерными реакторами или дежурит на командных пунктах стратегических сил, тех, кто дирижирует финансовыми потоками.

В современной, крайне нестабильной России эти программы способны не только обеспечить психофизическую работоспособность высших руководителей государства, но и защитить их от так называемого психосемантического воздействия со стороны злоумышленников или придворной камарильи. То есть им и здоровье быстро поправят, и от воздействия извне прикроют. Ведь пока безопасность высших руководителей понимают лишь как окружение их тренированными телохранителями, предназначенными для того, чтобы защитить вождя от пули убийцы. Но сегодня людей можно убивать на расстоянии отнюдь не только пулями, но и новейшими, тонкими воздействиями на мозг.

Есть технологии психической коррекции как для отдельных людей, так и для масс. Смирнов утверждал: так вполне возможно снизить агрессивность и преступные наклонности в обществе. Особенно — в регионах, склонных к вспышкам межнациональной розни. Эти же техники позволяют пресекать массовые беспорядки или панику при боевых действиях или техногенных катастрофах. Можно заранее рассеивать намерения у тех, кто готовит террористические акты…».

«Наши с 1984 года методами психокоррекции умеют стирать прежнюю личность человека, «впечатывая» в его мозг другое «Я». Такую технологию можно использовать во зло: плодя настоящих зомби, убийц-смертников. Можно обрабатывать таким образом политиков, министров и банкиров, делая их своими марионетками.

Но можно превращать преступников-рецидивистов и маньяков в нормальных людей. Можно делать агентов спецслужб высшего класса, которым после выполнения задания возвращают прежнюю личность».

«Особо впечатляющим достижением Смирнова выступает система скрытого допроса или психозондирования — компьютерно-аппаратный комплекс, доведенный до экспериментального образца и прошедший испытания.

Представьте себе, что большой начальник, который решил навести порядок в России, вызывает к себе на беседу какого-нибудь известного чиновника, о котором всем известно: ворует фантастически, но поймать его за руку невозможно. И вот сидят они за столом и просто беседуют о всяких пустяках. О погоде, значит, о политике или о музыке. И просто по радио музыка играет или просто кондиционер рядом мягко шумит.

Но в шуме том скрыты переведенные в ультразвуковой спектр вопросы, которые ваш собеседник сознательно не слышит, а его подсознание их прекрасно улавливает. Внешне ни один мускул на лице не дрожит, а тело все-таки едва заметно вздрагивает. Каждая дрожь прекрасно фиксируется встроенным в кресло сейсмодатчиком.

— Воровал? — звучит неслышимый вопрос. Чиновник вздрагивает. Ага, воровал!

— На каких счетах прячешь? В Австрии? Швейцарии? На Каймановых островах?

Он вздрагивает на слове «Австрия». Попался. Теперь надо перебрать названия банков. На каком опять дернется? Чем дольше беседа— тем больше допрашиваемый, сам того не понимая, выдает о себе сведений. Так можно очень быстро установить все каналы утечки денег из России, основные места их хранения, вскрыть сети фирм по уводу и отмыванию награбленных миллиардов, моментально расколоть любого агента иностранной разведки, любого завербованного закордонными шпионами человека. И точно так же можно скоро вскрыть все сети торговли наркотиками, выявить каналы их переброски, высветить ключевые фигуры преступного бизнеса. Организованная преступность тоже таким методом просвечивается, словно рентгеном.

Опыты показали, что, несмотря на неявность для проверяемого, эта система обладает гораздо более высокой эффективностью по сравнению с хваленым американским полиграфом— детектором лжи. Этот детектор, по большому счету, — уже каменный век. Ведь человек, которого подвергают допросу на полиграфе, видит, что его допрашивают. На него совершенно открыто надевают датчики, ему специально обрабатывают кончики пальцев, чтобы закрепить на них датчики потоотделения. А это значит, что человек готов к вопросам и может контролировать свои эмоции. Зато при скрытом допросе никаких датчиков на пальцах нет. Допрашиваемый не знает, что его допрашивают. Он на сознательном уровне не воспринимает задаваемых вопросов, но тело-то его реагирует!

Сегодня идут работы по развитию этого метода, когда скрытый допрос может происходить без присутствия другого человека и даже без установки специального скрытного оборудования в мебели (комплекс «Уши стен»). При этом варианте используют датчики, вмонтированные в пол или стены помещения, а акустические неосознаваемые посылки предъявляются через модулированный ультразвук.

Систему скрытого допроса можно применять в телефонном разговоре, посылая собеседнику те самые провоцирующие импульсы. По изменению обертонов голоса вашего собеседника специальный компьютерный комплекс буквально насквозь «просветит» допрашиваемого.

Можно продолжить эту линию: если мы знаем человека, который наносит страшный экономический ущерб России, — то не нужны никакие пытки и застенки. Просто даешь импульс— и он чувствует себя плохо. Заботливо госпитализируем его в лучшую клинику. А оттуда он выходит вроде бы такой же, как и прежде, по-прежнему владея своими заводами, телеканалами и пароходами — но теперь жутким патриотом, который работает на Россию, рук не покладая, возвращая из-за границы свои деньги и вкладывая их в нашей стране. Ни одна правозащитная организация, никакой конгресс США и слова сказать не смогут.

И в помине нет никаких конфискаций, никаких репрессий, никакого полицейского государства.

Увы, у наших спецслужб такой техники нет».

* * *

«…Теперь времена холодной войны кажутся идиллическими. Нынче в распоряжении АНБ детекторы лжи — на базе магнитно-резонансной технологии; в отличие от традиционных аппаратов они практически никогда не ошибаются.

Принцип простой: для лжи человеческий мозг задействует большее количество нейросвязей, чем для правды. Даже патологический лгун сначала мысленно представляет правильный ответ и только потом произносит вслух только что придуманную или заранее заготовленную ложь. На экране томографа мозг лжеца по количеству очагов активности похож на рождественскую елку с лампочками…».

Это написал Грег Айлс. В недавнем триллере «По стопам Господа». А теперь процитируем книгу «Последний странник» Джона Твелв Хоукса (псевдоним):

«Вал истины представлял собой огромный магниторезонансный томограф, где человек мог разговаривать, есть и двигаться. Мужчина или женщина, которым задавали вопросы, даже не подозревали о том, что происходит, и, как следствие, реагировали гораздо свободнее.

Наблюдая за мозгом человека в то время, когда он отвечает на вопросы, мы могли видеть, как меняются различные участки его серого вещества. Ученые фонда обнаружили, что для мозга говорить правду легче, чем лгать. Когда человек обманывал, префронтальная кора его головного мозга и поясная извилина вспыхивали красным светом, как островки расплавленной лавы…»

Фантастика? Ничуть не бывало. Это — уже имеющаяся технология. Технология, потенциально позволяющая выявлять любой случай коррупции или преступление…

«Будь я на месте Иосифа Сталина, — говорит Джоэл Хейзинга, исполнительный директор компании «No Lie MRI» (они предлагают на рынке свое тестирование на «детекторе лжи»), — я бы запросто с помощью этой методики выяснил, кто мне друг, а кого сразу поставить к стенке…».

В декабре 2007 года журнал «Популярная механика» сообщил о большом успехе исследователей-нейрофизиологов из американского Университета Вандербильта. Они, используя метод ФМРТ (функциональной магниторезонансной томографии), научились определять: врет человек или говорит правду. Исследования с помощью томографа показали, что ложь сопряжена с возбуждением четырнадцати областей головного мозга, включая многие участки в лобных долях оного, ростральную переднюю поясную извилину и гиппокамп. Если же человек говорит правду, возбуждение охватывает семь зон «серого вещества».

В общем, человека можно подвергнуть допросу, правда, пока положив его на стол томографа и непрерывно сканируя его голову. Недаром работами нейрофизиологов заинтересовались в Пентагоне: и знаменитый Департамент передовых исследований (DARPA), и пентагоновская Оборонная академия по оценке достоверности (Defence Academy for Credibility Assesment) в Форт-Джексоне, что еще недавно назвалась Институтом «детектора лжи» (Polygraph Institute). Среди тех, кто вел работу на деньги ДАРПА в этом направлении в 2006 году, была и калифорнийская компания «No Lie MRI» (можно перевести ее название как «Никакой лжи — ядерно-магнитный резонанс»). Она уже предлагает на рынке свои услуги: за 10 тысяч долларов определить, говорит ли испытуемый правду или врет. Одним из первых клиентов стал человек, коего обвиняли в поджоге. Как оказалось, его обвинили облыжно, оклеветали (сайт — http://www.noliemri.com).

Любопытно, не правда ли? Это же мечта любого правителя или менеджера: знать, лгут ему подчиненные или не лгут. Это — мечта любой налоговой инспекции: точно знать, скрывает человек доходы или нет. Техника для точного определения лживости или истинности слов испытуемого в корне переворачивает жизнь государства. Если по-старому нужно содержать рати следователей, чтобы вести допросы, сопоставлять показания, искать улики, спорить с адвокатами и тратить на все это миллионы человеко-часов в год, то совершенный «детектор лжи» за какие-то считанные минуты установит: вот этот субъект— крал (убивал, насиловал, брал взятки), а этот— нет. Дальше достаточно небольшого предварительного следствия — и, отвечая на вопросы допрашивающего, подозреваемый сам себя изобличит. «Ты вымогал деньги у бизнесмена Иванова?» — «Нет!» — «Ты вымогал «бабки» у предпринимателя Петрова?» — «Нет!»

Но аппаратура показывает, что в одном случае отвечающий лжет. Ага, значит, все-таки вымогал у Петрова. Сколько? И снова задаются вопросы — пока свечение определенных зон мозга не покажет, сколько на самом деле миллионов было получено в виде мзды. Еще немного работы — и ты узнаешь, куда делись эти деньги: в какой банк переведены или в какую недвижимость вложены.

Перед нами — одна из прорывных инноваций, технология будущего для Диктатуры развития. Штат следователей-правоохранителей в стране сокращается раз в семь. Зато зарплата им повышается впятеро. Да и сами следователи теперь под прицелом: суперполиграф можно применить и к ним, пресекая всякие случаи «заказных дел» и взяток. Служба собственной безопасности в МВД, налоговой службе, на таможне работает со стопроцентной эффективностью. На выходе мы получаем государство с полностью пресеченной коррупцией. С небольшим, но чертовски эффективным аппаратом МВД и спецслужб, где служат люди с высокими зарплатами и поощрением за каждое успешно раскрытое дело. Со своими залами истины. Причем все это можно применить уже сегодня.

Вы скажете, что система томографа-полиграфа слишком громоздка. Что ее в «полевых условиях» применить невозможно, а в стационарных— еще и чертовски дорого. Что пока этот метод еще толком не отработан и имеет свои недостатки: в ряде случаев эмоции испытуемого накладываются друг на друга, «слипаются».

Но я отвечу: а в СССР-России давным-давно создана своя технология абсолютного полиграфа: психозондирование по, увы, уже покойному директору НИИ психотехнологий Игорю Смирнову (1950–2004 гг.). Там не нужен дорогой томограф, необходимы лишь компьютер, звуковая аппаратура и датчики, фиксирующие непроизвольные сокращения мышц испытуемого.

Можно скрестить смирновский «Чтец мыслей» со скрытым томографическим наблюдением…

* * *

Тайное, опричное государство действует засекреченно, негласно. Оно невидимо для Запада и большинства живущих в России. Оно — это гибрид спецслужбы, почти религиозного объединения (группа людей, страстно желающих сотворить русское чудо), сети высокотехнологичных проектов, финансово-инвестиционных структур и пропагандистской сети.

Психотехнологии и томография позволяют решить самую первую задачу: с их помощью Властитель отбирает себе группу людей, действительно преданных идее воскрешения России и прорыва ее в Нейромир. Сразу же выявляются подонки, неполноценные, маньяки, садисты и хамелеоны, которые вступают в тайное государство для того, чтобы делать карьеру, чтобы грабить других и расправляться с теми, кому они завидуют. Тем самым мы избегаем пороков, которыми страдало прежнее НКВД. Нельзя, чтобы какой-нибудь мерзавец мог отправлять на смерть другого человека только из-за того, что мерзавцу понравилась его девушка.

Психозондирование, томография и скрытый допрос сразу же выявляют и тех, кто заслан в наши ряды из окружения олигархов, из стана наших врагов или из западных разведок. Зато мы получаем группу действительных единомышленников, бескорыстных, фанатично преданных делу. Их можно назначать в прокуратуру. Следственный комитет, в руководство МВД, делать их судьями.

И они начинают работу. Одни ведут разработку самых крупных паразитических кланов в России. Пользуясь последними достижениями русских психотехнологий, они вытягивают из паразитов всю информацию и превращают их в зомби, в существ, которые отныне покорны воле тайного государства. Теперь эти зомби вложат свои капиталы туда, куда им прикажут. Внешне ничего не изменится: продолжат существовать нынешние бизнес-сообщества со счетами и активами в РФ и за рубежом — но только теперь управление их финансовыми потоками окажется в руках тайной структуры. Мы избегаем обвинений в нарушении прав человека, частной собственности и прочей ерунды. Мы делаем так, что превращенные в игрушки нашей воли паразиты вдруг начинают финансировать самые необычные проекты, вкладывать деньги в отобранные тайным государством предприятия и программы.

Нет массовых арестов «новых русских», нет демонстративного перевода конфискованных у них денег в какой-то общий фонд государства.

Куда вложить деньги — определяют другие люди тайного государства, которые ведут отбор проектов и технологий, которые управляют инвестициями и планируют операции по овладению целыми отраслями промышленности, причем как на пространстве погибшего СССР-1, так и за его пределами, вплоть до Европы и США.

Третий отряд тайного государства займется обеспечением безопасности всего дела. Он отобьет любые попытки криминала и олигархов уничтожить носителей прорывных технологий, помешать осуществлению инвестиционных проектов будущего. То будет тайный спецназ, тайная полиция скрытой державы.

Скажем, пропрезидентская компания «Роснефть» начнет строить у себя нефтеперерабатывающие заводы на новых принципах, которые, будучи в десятки раз меньше и дешевле, нежели заводы, скажем, «Лукойла», начинают разорять конкурентов. Конечно, они постараются убрать руководство «Роснефти» (части тайного государства) физически — но тут уж на их пути встанет спецназ тайного государства.

А за пределами параллельного государства продолжает жить и коптить небо традиционное, обреченное на деградацию и распад государство официальное. Оно все больше будет превращаться в ширму, в ложную цель, в видимость.

Тайное государство будет использовать «эффект камнепада». Что это такое? Для того чтобы добиться вложений россиянского бизнеса в прорывные технологии, не обязательно превращать в зомби всех олигархов. Достаточно взять одного-двух и добиться показательного успеха.

Остальные увидят, что какой-нибудь Абрам Романович сделал неожиданные вложения, пошел в гору— и теперь грозит их разорить. Им поневоле придется поступать так же, искать необычные технологии, вкладывать деньги в талантливых изобретателей и в те технологии, которые как бы невзначай укажут им некоторые фонды и фирмы — посланцы тайного государства. И тогда процесс уподобится снежному кому, который покатился с горы.

Конечно, процесс не будет идиллическим. Один из очень уважаемых мною авторов, монархист Роман Злотников, в своем романе «Армагеддон» описывает, как люди из структуры, очень похожей на наше тайное государство, приходят оживлять полумертвый оборонный завод в глубинке и набирают на него рабочих. Им приходится действовать очень жестко: люди потеряли квалификацию, слишком пристрастились к водке. Но тем не менее своего они добиваются.

* * *

Вот таким образом мы и можем устроить в стране «новый 1937 год». Нет, все те отряды потенциальных союзников такой политики, о которых мы говорили, не должны знать о тайном государстве и его секретах. До самой последней поры. Но они должны почувствовать на себе его работу, должны увидеть поток денег, который вливается в производящую экономику. Но из этой среды можно набирать все новых и новых граждан тайного государства, вводя их в круг посвященных.

Всего за один президентский срок эта политика принесет такие результаты, что правитель России, который решился создать тайное государство, может претендовать на то, чтобы стать новым монархом.

…Вы по-прежнему считаете, что предложенное мной бесчеловечно и тоталитарно? В таком случае советую вам подумать об альтернативе. Вы хотите остаться под властью нынешних бандерлогов и бессильно наблюдать за тем, как они доводят нашу Россию до краха? Или вы жаждете очутиться в мире, где восемь из десяти русских окажутся в разряде неконкурентоспособного, лишнего населения? Я призываю вас, читатель, еще раз вспомнить о том, что мы вступаем в очень немилосердную, крайне жестокую эпоху. Ей-богу, то, что предлагаю я, по сравнению с ее прелестями совсем не кажется жестоким!

Спецоперация «скрытая революция»

Но у предлагаемого мной плана есть один крупный недостаток. План требует того, чтобы его воплощения захотел стоящий во главе государства человек. Нынешний президент, увы, слишком склонен к шаблонам и рутине. Он вполне себе неолиберал в экономике.

Что мы получаем в итоге? Скрытую революцию, проводимую как специальную операцию.

Обратимся к истории. В VIII веке от рождества Христова арабы и увлеченные ими североафриканские народы, пылая исламским фанатизмом, завоевали Испанию. С тех пор будущие испанцы почти семь веков занимались Реконкистой — отвоевыванием Пиренейского полуострова.

Сегодня Россия нуждается в своей Реконкисте. Мы сегодня живем в оккупированной стране. Мы должны отвоевать ее у врагов, захватчиков, у мерзких поработителей.

Мы в 1991 году попали под власть пиратов, «добывателей трофеев», этой тупиковой ветви эволюции человечества. Или, если хотите, под пяту огромной стаи обезьян-бандерлогов.

Они прикрылись бело-сине-красным флагом, сформировали правительства с администрациями и стали угнетать нас.

Они опустошили нашу страну и довели ее до грани между жизнью и смертью. Хотя с 2000 года они морочат нам голову, стараясь внушить то, что они якобы возрождают великую державу.

Они, разворовывая страну, ненавидят и норовят сжить со свету тех, кто умеет что-то создавать, кто лечит и пишет книги, кто строит машины и что-то изобретает, познает тайны природы и учит детей.

Иногда испытываешь жгучее чувство стыда: ведь они там, на Западе, смотрят на россиянских министров, политиков и «бизнесменов», считая их русскими. А эту планету обезьян они считают Россией.

* * *

Это очень унизительно, но не уникально. Практика знает примеры того, как вожаки обезьяньих стай с помощью несловесного воздействия, только за счет психической энергии подавляли не только нижестоящих обезьян, но даже и людей. (Отмечены факты психического подчинения ученых, изучавших жизнь африканских горилл.)

В одном из номеров журнала «Знание— сила» за 1989 год (уж прости, читатель, что запамятовал и номер, и название статьи) был прекрасный материал об исследованиях советских приматологов в сухумском обезьяннике. Ученые сделали поразительное открытие: оказывается, шимпанзе, эти примитивные твари, лишенные способности говорить в нашем смысле этого слова, неспособные сделать даже примитивный каменный топор (не говоря уж о ракете!), не имеющие ни письменности, ни искусства, тем не менее показали прекрасные способности к борьбе за власть и к политическим интригам. Перипетии «политики» в обезьяньем стаде сделают честь самому Макиавелли, Цезарю Борджиа или Черчиллю. Оказывается, что шимпанзе умеют строить заговоры, создавать тактические альянсы и комбинации, льстить и обманывать, «подставлять» других и прочее.

Вам это не напоминает нынешнюю Россиянию, в которой невиданно расцвели «искусство и наука» политиканства, выборных игр, аппаратных и подковерных интриг — при одновременном упадке всех остальных наук и искусств? Более того, нам в Россиянин подспудно внушают мысль о том, что все эти «дирижеры власти» и «политтехнологи» и есть самые главные мудрецы, а всякие прочие создатели реакторов, звездолетов и компьютеров— это так, дурачки в очках. Сходство особенно усиливается тем, что нынешняя «элита», как и шимпанзе, умеет пользоваться благами цивилизации (унитазами, вилками, ложками, телевизорами, в варианте «элиты» — еще компьютерами, автомобилями и самолетами), но не умеет все это создавать.

Россиянские бандерлоги прекрасно осознают свое положение и потому умело разобщают нас, уничтожая тех, кто пробует «высунуться».

Действовать сегодня «в лоб» нельзя. Горячие головы сегодня требуют: зачем огород городить со всем этим тайным государством? Нужно вот так просто арестовать олигархов и высших сановников, посадить их на нары, отобрав у них и деньги, и предприятия, и нефтяные промыслы.

Но действия в стиле 1917–1918 годов невозможны. В условиях нынешней России олигархи и путинские иерархи десять раз успеют бежать из страны. Они уже хранят свои миллиарды за рубежом, а та немногая доля их денег, которая еще остается в РФ, переводится за кордон молниеносно — благодаря компьютерным технологиям.

Нам нельзя бросаться в открытый бой, пытаясь перестрелять кровожадных и алчных обезьян. Момент для этого был упущен осенью 1993 года. Может быть, обстановка вновь обострится после обезьяньих реформ жилищно-коммунальной сферы, в ходе которых граждане России будут обрекаться и на переселение в бараки, и на вымерзание, и на жизнь без воды и электричества. Однако и в этом случае даже победоносное восстание натолкнется на неимоверные трудности уже после победы. Обезьяны успеют массой смыться за кордон, унеся ключи от своих зарубежных счетов. Они успеют натворить здесь страшные беды.

В итоге правитель или политическая сила, которые устроят такую «лобовую революцию», останутся у разбитого корыта. Им достанутся превращенные в металлолом заводы без средств, нефтекомпании, погрязшие в долгах по кредитам. В стране моментально настанет экономический хаос, цены взлетят до небес. На Западе завопят о «новом сталинизме» и накинут на шею России удавку экономических санкций. Они объявят Россию страной из «оси зла» и примут бежавших отсюда «новых русских» как политических беженцев. Они ограничат поставки в Россию всего, что ей сегодня приходится покупать на Западе: мяса, лекарств, кормов для скота. Они перекроют банковские каналы для перевода средств в Россию. И тогда нас ждет как минимум острейшая нехватка продовольствия, финансовый коллапс, разруха. Запад моментально заблокирует малейшую возможность вернуть в Россию те 2 триллиона миллиардов долларов, которые вывезли из нее с 1992 года по нынешнюю пору. Зарубежные покровители «россиянской демократии» примутся душить повстанцев костлявой рукой голода.

* * *

Стоит ли совершать такую ошибку? Конечно, нет. Лучше превратить россиянских воров, бандитов и «добывателей трофеев» в зомби, в подконтрольных тайному государству существ. Это — еще и путь создания такого мира, в котором обезьяны станут вымирать и терять богатства в пользу выходцев из нашей расы.

И тогда даже комар носа не подточит: внешне все останется по-прежнему. Но только все деятели постсоветской быдлоэлиты будут вкладывать деньги туда, куда им прикажут. Как бы по своей воле. Именно тайное государство так организует эти инвестиции и так станет ими управлять, что в России произойдут все семь необходимых чудес.

Ну а переход богатств в руки новой элиты пойдет постепенно, как бы по вполне рыночным законам. Поэтому философией тайного государства должна стать идея Реконкисты. Причем такого отвоевывания, которое опирается на знания, недоступные обезьянам-«трофейщикам».

Мы не должны испытывать никакой жалости к столпам ельцинского и путинского режимов. Ибо их существование несовместимо с делом развития страны. Одно из критически необходимых условий нашего национального выживания — новая индустриализация. Без реального сектора русские деградируют.

Но именно власть воров всю четверть века делала и делает все, чтобы РФ обратилась в сырьевое захолустье. Чтобы у нас вообще было невыгодно что-либо выпускать! Приведу хороший пример из 2013 года.

В сентябре 2013 года ВВП спросил агромашиностроителя Константина Бабкина: почему бы не перевести производство мощных тракторов из канадского Виннипега в Ростов? Развернутый ответ был подготовлен. С цифрами и выкладками показано: даже сверхсовременное западное предприятие, полностью перенесенное с Запада в РФ 2010-х годов, погибнет. Как человек, коего поместили в газовую камеру.

Как так? Ведь вроде бы Ростов — это достаточно теплый климат (северная граница виноградарства в РФ), чернозем. Цены на природный газ здесь более чем вдвое ниже канадских. Зарплата русских работников — это 67–69 % от зарплат канадских коллег. (Так что словеса о том, что наш рабочий в несколько раз дешевле западного — это ложь.) Тем не менее завод сразу же становится убыточным, несмотря на «зарплатную» экономию в 10 милионов долларов. Причем в силу чисто внешних причин.

Если в Канаде он в 2012 году дал чистую прибыль (доход минус все затраты и налоги) в 16,4 млн долларов, то в Ростовской области в то же самое время он влетел бы в 21 млн долларов убытка. При сохранении, подчеркнем, высочайшей культуры производства и канадской экономичности. То есть для выживания в постсоветских условиях русские заводы и фабрики должны работать не просто на уровне лучших мировых образцов, а на десятки процентов более эффективно! Русские, чтобы не разориться, должны использовать какие-то совершенно невероятные технологии будущего. Даже если вообще ничего не платить русским рабочим (как рабам) и каким-то образом заставить их трудиться с канадской производительностью, завод все равно останется с убытком примерно в 1 миллион «гринбаков». То есть тут каким-то образом придется вообще не потреблять электричества и не закупать металла для выпуска техники, надо понимать.

В подзаголовке мы использовали строчку из старого советского анекдота. Помните, «свидомого» жителя Львова пытаются послать работать в Харьков или Донецк. А он — «никуды я з Украины не пойду!».

Уезжать из Канады в РФ для производства смертельно опасно. Давайте посмотрим, на чем «погорит» завод даже мирового уровня в стране родных осин, реформаторов, откатов, березок и отпилов.

Итак, потерев волшебную лампу, вызываем джинна — и он переносит готовое предприятие из провинции Манитоба в Донской край. Абра-швабра-кадабра!

Первое, что сразит завод наповал, — цена кредитов. После 22 лет бело-сине-красных неолиберально-«рыночных» реформ, после полутора десятков лет управления Центробанком лапами «птенцов гнезда гайдаро-чубайсова» (Дубинина, Игнатьева-Улюкаева, Набиулиной) стоимость кредитов для завода в РФ (если брать 2012 год) — 11,75 %. В Канаде в то же самое время— 2,3 %, как для промышленности в СССР 80-х. В процессе производства кредиты брать приходится неизбежно.

Так вот: в Виннипеге 2012 года завод на выплату процентов по взятым ссудам потратил 3,5 млн долларов США. В РФ за такие же кредиты тракторостроителям пришлось бы отдать 17,9 млн долларов. Больше, чем вся чистая прибыль предприятия за год! Только на процентах (каковые в 5,1 раза больше западных) предприятие вылетало в трубу и становилось убыточным. Не помогают ни низкие цены на газ, ни относительная дешевизна рабочей силы в РФ.

Зависит ли лихва по кредитам от владельцев и управляющих завода? Нет, они тут бессильны: ведь учетная ставка Центробанка РФ и состояние банковской системы— сфера ответственности президента, правительства и собственно ЦБ РФ. А они уже третий десяток лет превращают кредитую политику в виселицу. Более того, они и не собираются снижать ставки по ссудам для промышленности даже сегодня, когда признана неизбежность острейшего экономического кризиса в РФ. То есть они сознательно обрекают на гибель даже самые лучшие заводы и фабрики русских. При этом мы прекрасно знаем авторов этого «финансового геноцида»: управление Центробанком и финансами ВСЕГДА, с начала 1992 года, оставалось в руках неолиберальных ставленников Гайдара и Чубайса, и Путин ничего не изменил.

Может ли перенесенное джинном в РФ предприятие взять кредит не в расейском, а опять в канадских банках? Нет. Ибо канадцы не станут кредитовать чужой завод (зачем им создавать рабочие места не у себя?), который к тому же низкорентабелен (зачем рисковать?). Вдобавок ко всему, при вступлении в ВТО расейские «переговорщики» открыли путь в РФ иностранным товарам, почти совершенно не защитив русскую промышленность. Но зато они закрыли банковскую сферу, не допустив прихода сюда западных финансовых институтов: «одаренные» финансисты Эрэфии оказались вполне защищенными от конкурентов.

Так что в нынешних условиях рынок России все равно захватят заграничные машиностроители. Ибо у них кредиты элементарно дешевле.

Увы, цена ссуд— не единственный убийственный фактор.

* * *

Следующим пунктом мы должны поблагодарить Чубайса и его «реформу» электроэнергетики в 2000–2008 годах. (Хотя почему только его? Ведь разрушение «Единой энергосистемы» творилось с благословения президента Путина, под защитой премьеров Касьянова, Фрадкова, Медведева, опять же Путина.)

В 2012 году завод в Виннипеге платил за киловатт-час 5,5 цента. То есть 1,7 рубля. В РФ того же времени ему пришлось бы выложить 3,7 рубля. То есть переплатить в 2,2 раза, потратив дополнительно 2,18 миллиона долларов за год.

Нам, кажется, говорили, что чубайсореформа энергетики приведет к конкуренции и снижению тарифов? И где эти сладкоголосые сирены нынче?

Газ в Канаде действительно дороже, чем в Южном федеральном округе — в 2,3 раза. Здесь кубометр-2012 обходился в 4,6 рубля, в Канаде же он стоил 10,46 рубля. Но экономия на потреблении газа (3,55 миллиона кубов ежегодно) слишком мала — всего 657 тысяч долларов за год. Она никак не компенсирует ни запредельных тарифов на электричество, ни безбожных процентных ставок по кредитам. Они полностью сжирают и экономию на более низких зарплатах рабочих (10 млн долларов).

То есть, даже если хозяева завода и его управленцы из кожи вон вылезут, они все равно останутся в РФ без прибыли. Как вы понимаете, энергетика РФ им не принадлежит и заставить ее работать лучше они бессильны. Не прикажете же вы им собирать армию и захватывать электростанции, вешать Чубайса и силой восстанавливать «Единую энергосистему»! Это, простите, уже экстремизм.

Уж если мы здесь заговорили об инфраструктуре, то и перевозки готовой продукции в РФ куда дороже, чем в Канаде. В стране великих озер и индейцев готовые трактора развозят на большегрузных автопоездах. Однако бензин в Канаде в среднем на 5,5 % дешевле, чем в «энергетической сверхдержаве» РФ. Потому за километр перевозки продукции на грузовиках в Канаде завод платил 39,4 рубля. А в РФ-2012 он вынужден был бы отдавать уже 60 целковых. Это обошлось бы ему в 4,18 миллиона долларов дополнительных затрат. Вот вам и рынок с конкуренцией по-расейски!

Возить товар железными дорогами? Но «реформированные» стальные магистрали Эрэфии тоже вздувают тарифы. Причем настолько, что если в 2008 году было выгодно возить продукцию поездами на расстояние более 750 километров, то теперь — только если оно составляет полторы тысячи. Да и все равно от станций к потребителю зачастую приходится везти готовые машины все теми же «авто-тралами». По 60 рублей за километр.

Но и это еще не все. Перейдем к налогам.

Прежде всего, злосчастный налог на добавленную стоимость— НДС, работающий на уничтожение любого сложного производства. Он ведь накручивает стоимость продукции на каждой стадии ее выпуска.

В Канаде тоже есть это зло (хотя и не называется НДС-ом). Но канадский аналог НДС в провинции Манитоба — 12 %, а в РФ — 18 %. (Канадские аналоги НДС — оборотный налог, почти аналог советского налога с оборота. В Канаде 5 % его идет в центральный бюджет, остальное — в бюджет провинции региона. В среднем по Канаде это — еще 5 %. Но в области Манитоба — 7 %. Вместе — 12 %.) И если в Виннипеге тракторостроители заплатят оборотных налогов на 49 миллионов, то в Эрэфии НДС 73,5 миллиона долларов в год. То есть 24,5 миллиона из доходов завода как корова языком слизнет. Эти деньги пойдут на всякие футболы, олимпиады, распилы, откаты, на кормление Сердюковых и т. д.

Монстр НДС, введенный еще правительством «молодых реформаторов» Гайдара— Чубайса в 1992 году, сохраняется и поныне. Никакие просьбы отечественных промышленников если не отменить НДС совсем, то хотя бы снизить, не трогают Кремль. Ни при Ельцине, ни при Путине. И он под основание разрушает конкурентоспособность русского производства, особенно — в условиях ВТО-открытости.

Следующая беда — налог на прибыль. Формально в Канаде он выше, чем в РФ — 35 % против 20 %. Но зато в Канаде есть куча льгот и вычетов из этого налога при техническом перевооружении завода, коих и в помине нет в РФ. Поэтому реальная ставка налога на прибыль в Виннипеге — 16,7 %. А в РФ никакими силами нельзя платить меньше двадцати.

Как это получается? Если в Канаде владельцы завода вкладывают прибыль в его модернизацию (переучивают рабочих, покупают новое оборудование, ставят новые корпуса), то получают ускоренную амортизацию в 30 % стоимости ЕЖЕГОДНО. А в РФ — только в первый год. Потом — только 7 %. Потому вкладывать прибыль своего предприятия в станки и оборудование в Канаде намного выгоднее.

Есть в канадской провинции Манитоба еще и региональная налоговая льгота на прибыль— «Меньюфекчеринг инвестмент такс кредит». То есть у тебя из налогов убирают 10 % средств от суммы твоих капитальных вложений. То есть потратил деньги не на яхту и не на спортивную команду— получи вычет. Вложил в строительство нового цеха 10 млн долларов — государство тебе на 1 млн скостит налоги. В РФ такого нет и близко.

* * *

Но это еще не все! Если ты вкладываешь в исследования и разработки (R&D) прибыль своего предприятия, то налог на прибыль продолжают тебе снижать. В первый год из твоего налога вычтут 100 % понесенных затрат. Более того, на те же сто процентов ты получишь и годовую амортизацию. Таким образом, если ты в Канаде потратил на разработку нового трактора 20 млн долларов, то вычет за год из налогов — 40 миллионов. Вдвое больше!

Если ты вложил в «Ар энд Ди» половину годовой прибыли, то тебе вообще снимают налог на прибыль. Обнуляют его! Именно так на Западе обеспечивается создание экономики развития и непрерывных новаций. А в РФ ничего этого нет и в помине, все заменяют бесконечные речи кремлевских деятелей об инновациях и диверсификации экономики. Плюс рейды сборщиков налогов— баскаков. А если хочешь инвестировать в НИОКР— то бери деньги из того, что осталось после выплаты налогов.

Естественно, в таких условиях завод, перенесенный из Канады в РФ, обречен и на удушение, и на все большее отставание от тех заводов, что работают на Западе.

По итогам 2012 г. высчитали: в РФ тот же самый завод, что и в Канаде, вынужден был бы заплатить 74,04 млн долларов налогов. А в Виннипеге — как минимум на 26,1 млн долларов меньше — за счет налоговых льгот канадского государства на перевооружение и обновление предприятия. Таким образом, только налоги (не считая процентов по кредитам и затрат на «услуги» естественных монополий) вчистую разоряют завод, оснащенный даже по последнему слову техники.

Но и это еще не все! Реальный завод в Канаде 2012 года отправил часть работников на переобучение, и государство компенсировало ему половину затрат на сие дело (при одном условии — если компенсация не превысит 2 тысячи долларов на сотрудника). Государство (ридна канадщина) выплатило заводу бюджетные гранты (50-процентное софинансирование работ) на разработку новых компонентов. А делали новую раму для трактора, новый топливный бак, элементы капота из инновационных материалов. Каждый грант— по 100–150 тысяч долларов.

Завод занялся энергосбережением и установкой экономичного освещения. Правительство провинции Манитоба по программе «Пауэр Смарт» вернуло заводу половину затрат на это дело, причем без всякой волокиты, за пару месяцев. Вы такое в РФ видели? Если местные власти в РФ и придут на завод, то лишь для того, чтобы содрать с него пару десятков миллионов на содержание местной футбольной команды или на постройку причала для губернаторского катера. Или на обустройство за счет завода близлежащей городской территории.

Но и это не все! Чтобы платить налоги, завод в Канаде ведет всего одну отчетность и держит в бухгалтерии 14 человек. А в Ростове (берем «Ростсельмаш») приходится кормить 65 бухгалтеров! Ибо нужно вести три бухгалтерии:

— по законодательству о бухучете— чисто бухгалтерский учет;

— налоговый учет по нашим стандартам налогового учета;

— учет по МСФО (международным стандартам финотчетности).

В отличие от Канады, заводу придется оформлять по 2–5 бумажных документа по каждой хозяйственной операции. За год в Ростове «РСМ» пришлось предоставить в налоговые органы 41 тысячу страниц бумажек и выдержать 167 проверок. От этого дополнительные расходы завода в РФ выросли бы на 1 млн долларов в год. Это не считая потерь времени: если канадский управляющий на возню с документами тратит не более 10 % рабочего времени, то русский директор — половину!

Отсюда и вывод: расейские налоговые службы (баскаки) и общая налоговая политика московских либеральных «реформаторов» уничтожат любую промышленную жизнь, зарежут любые попытки модернизации заводов и фабрик. Будь во главе их хоть честнейшие монахи-аскеты с менеджерскими талантами Ли Якокки и Генри Форда. Их предприятия все равно окажутся насквозь убыточными и безбожно проигрывающими конкуренцию иностранным производителям.

Ибо над иностранными производителями не стоят расейские чиновные «реформаторы» и монетаристы, неизменные со времен Ельцина.

Именно поэтому, несмотря на мировой кризис, за половину 2013 года в Канаде продажи тракторов и комбайнов выросли на 8 и 21 процент, а в РФ — упали на 13 % и 26 %.

* * *

Можно продолжать сравнения. В силу вступят уже косвенные факторы. Например, канадское государство помогает своими средствами в экспорте сельхозтехники, отчего канадцы могут продавать свои агромашины в кредит под 3,8 % годовых. Расейское агентство поддержки экспорта (ЭСКАР) — жалкая пародия на канадский аналог EDC. Само кредитовать оно ничего не может, отчего через него технику можно продавать в рассрочку только под 6 % годовых. Потому Казахстан, например, берет нерусскую технику — ему это выгоднее.

Канадские селяне получают от государства дотации — по 160 долларов на гектар. А в РФ в среднем это — 40 долларов. Вот почему канадский фермер может покупать новые машины, а русский — не может. А если и покупает — то западные, ибо они предлагают более выгодные условия рассрочки. Причем именно благодаря политике западных государств, а не каким-то фантастическим способностям западных заводских менеджеров. У них государство работает в спайке с промышленными фирмами, составляя единую конкурентоспособную систему. А в РФ предприятиям надо выживать самим, а неконкурентоспособное государство виснет на их шее бесполезным мешком.

Смотрите: в Канаде, выходит, обильные дотации государства аграриям частично вливаются в машиностроение — через покупки фермерами техники. А в РФ гораздо меньшие дотации казны селу кормят, таким образом, иностранных машиностроителей.

Кто в этом виноват? «Неконкурентоспособные» русские директора, конструкторы, инженеры и рабочие? Да они ничуть не хуже иностранных. Повинно в нашем национальном разорении (и в национальном позоре) именно расейское, беловежское (1991 года образца) квазигосударство. Которое не лечит, а калечит. Которое ворует и душит, а не управляет. Которое страну превратило в газовую камеру даже для самых передовых производств.

Кто неконкурентоспособен прежде всего и кто всех нас превращает в аутсайдеров? Ответ однозначен: то «государство», что создали соединенными усилиями уродские «реформаторы». Что радикальные монетаристы-рыночники 90-х, что последующие «стабилизаторы». Ельцины, путины, Медведевы, Гайдары, Чубайсы, грефы, Дворковичи, Кудрины, улюкаевы, Шуваловы, Черномырдины, Касьяновы — список можете продолжить сами. Они корчат из себя высших жрецов «рыночной экономики» и ее непревзойденных профессионалов, а Чубайс— пророк их. На деле они — дилетанты, неумехи и садисты. И пока они нами правят, никакой индустриализации, никаких инноваций и современного развития в РФ не будет.

Канадские чиновники доброжелательны и открыты для сотрудничества. Они идут на переговоры и поддерживают любое предприятие на своей территории, неважно— частное или государственное. Потому что не важна собственность— важно то, что завод конкурентоспособен и дает работу канадцам, а казне — доход. Расейские чиновники — олицетворение пещерной тупости и спеси. Расейский чиновник— это полпред в ЮФО Устинов, который, багровея упитанным обличьем, изрекает: «А чего это мы должны ехать на частный завод и его поддерживать? Он же — не государственный!». Расейский чиновник — это министр сельского хозяйства Федоров, который, пунцовый от ярости, орет: «Как вы смеете защищать российскую технику?».

Вот вам и весь сказ. И этот спесивый дебилизм не изменят никакие речи ДАМа об «умном государстве».

* * *

Что показал наш эксперимент? То, что словеса путинского премьера Медведева о том, что государство не будет поддерживать искусственную занятость— словоизлияния неконкурентоспособного и неумелого недотепы. На помойку! Они всего лишь перекладывают на нас плоды того, что натворили сами. Какого черта мы должны расплачиваться за их неолиберальный маразм, за их некомпетентность? Платить за ту газовую камеру, что они построили нам с 1991 года?

На свалку же нужно отправить и «ценные рекомендации» Всемирного банка, параллельно с речью Медведева в Сочи посоветовавшего нам вообще закрыть все неконкурентоспособные заводы в РФ. Эй вы, изуверы, при нынешнем экономическом курсе у нас вообще не может быть ничего конкурентоспособного!

Давайте-ка навсегда откажемся от настоящего расизма — от болтовни о том, что русские ничего не умеют, что все они производят криворуко и кривобоко. Давайте скажем открыто: в условиях РФ окажутся бессильными любые наши конкуренты — и трудолюбивые китайцы с корейцами, и японцы с их высочайшей культурой, и немцы, и американцы. Ибо «усилия» всего лишь небольшой группы московских «управленцев» пустят все их усилия прахом.

Почти четверть века нами правят не «рыночные реформаторы», а опасные любители. Чистые трутни, потребители и верхогляды, которые никогда не знали, что такое современная экономика Запада и Востока. Самозванцы, присвоившие себе статус «гуру капитализма», каковые на Западе лишь отдыхают и тратят деньги на всякую чушь. Они никогда не управляли современным производством, они не понимают элементарных вещей. Высшая школа экономики — это, образно выражаясь, сборище импотентов, преподающих нам, как считается, науку Камасутры. В своем представлении — ибо реального опыта у них отродясь не было. Эти особи способны устроить кризис на пустом месте, на фоне заливающих РФ нефтедолларов. Они — оружие массового разрушения.

Не будет при них никакой интеграции в Таможенном союзе, ни «притяжения» Украины, ни неоиндустриализации, ни воплощения валдайских сказок.

Они и есть главные неполноценные и неконкурентоспособные. Понятно, в горнило каких страданий и бедствий такие «управленцы» бросят нас в ходе тяжелейшего кризиса 2014-го и последующих лет, ибо они сами— его причина.

Поймите: именно поэтому оная камарилья не допускает никого к власти. Сейчас она цепляется за ВВП, завтра — поменяет его на Синтетического Лешу. Ибо главное — сохранить себя у власти и вести все тот же «курс». Каковой будет губителен, даже если полностью очистить его от коррупции. И не зря Леша о смене курса даже не заикается. А программы ему пишут особи из той же стаи.

Если нам и суждено выжить, то только произведя «революцию практиков». Приведя к власти директоров успешных несырьевых предприятий — вместо пустобрехов, «идеологов» и дилетантов.

У нас будет новая империя

Дальше тайное государство выходит на оперативный простор в историческом творчестве. Создание сети единомышленников и работоспособной системы по утилизации «добывателей трофеев» (сырья истории) будет только самой первой стадией. За ней должны последовать и другие. Должна расширяться база новой империи.

Получив живительный приток инвестиций в свои проекты, под наши знамена станет производительный, созидательный капитал. Сам факт появления в небесах России самолетов и вообще летательных аппаратов нового поколения, например, или экспортной электроники из нашей страны станет мощным пропагандистским оружием, которое каждый час станет обращать в нашу веру все новых и новых людей.

И вот решена первая задача: за нами идут настоящие промышленники и огромные массы рабочих, которые заняты в высокотехнологичных, обрабатывающих отраслях. Если промышленники получают заказы и инвестиции, то рабочие — работу и приличные заработки.

Тот, кто сегодня принесет реальные инвестиции в измордованную русскую глубинку, станет живым богом. Я сам в 2001 году видел, с каким обожанием встречали Чубайса в далеком Хараноре, куда он приехал открывать достроенную электростанцию. Толпы глядели на него с обожанием, а один из выступавших на митинге призвал переименовать Харанор в Чубайсоград.

А теперь представьте себе гораздо большие инвестиции за счет средств, добытых у «сырья истории» с помощью зомбирующих технологий. И властителя России, который открывает не один промышленный объект, а десятки таковых…

Вторым отрядом нашей поддержки должны стать военные, которые нынешним режимом низведены до положения нищих люмпенов.

Укрепившись и развернувшись, тайное государство способно взять в свои руки, например, программу обеспечения жильем офицеров. Имеющиеся даже сегодня в распоряжении технологии позволяют и небогатому государству снабдить каждого офицера трехэтажным коттеджем со всеми удобствами. Приведем лишь один отрывок из книги «Оседлай молнию!».

«…Вот дом типа «Сибиряк С08». Он есть, его уже видели многие. Шедевр продуманной технологии каркасно-сборного строительства. Эдакий гигантский конструктор «Лего», который перевозится в стандартном железнодорожно-морском контейнере, причем сама эта коробка становится органичной частью дома. Быстрее всего собирается вариант трехэтажного дома без фундамента. На относительно ровной площадке собирается стальная рама-основание, которую делают строго горизонтальной, регулируя четыре короткие ноги винта, как у холодильника на кухне. За считанные часы бригада обычных работников по инструкции собирает каркас и стены из щитов «слоеной» конструкции, которые прекрасно хранят тепло и защищают от холода. Тут есть и стеклопакеты, и мягкая черепица, и уже нанесенная на стены краска. Тут имеются герметики стыков и базальтовый утеплитель стен, звуко-, водо— и пароизоляция, свободная внутренняя планировка стен. Три неполных рабочих дня — и поднимается новый дом, где первый этаж служит техническим оплотом дома, гаражом и местом для размещения автономной энергоустановки. Дом простой, но красивый — типа бунгало, с мансардой и островерхой крышей. Дальше его можно будет украшать разными деталями по собственному вкусу — эркерами, колоннами, наличниками.

Базовый блок— это площадь шесть на шесть метров. Но эти блоки можно комбинировать во множестве вариантов. Базовый вариант — это все же городское бунгало, которое прекрасно подходит и для сельской местности. Такой народный дом в три этажа занимает земли меньше чем сорок квадратных метров, и его можно строить на участке в три четыре сотки. Десять рабочих с одним автокраном собирают один такой дом за 22 часа, причем кран работает сразу на сборку двух бунгало.

Можно «собирать» из этих домов конструкторов мини гостиницы, туристические базы, торговые комплексы, школы и детские сады. Если вы строите дом без фундамента, то его нельзя сделать более чем трехэтажным, больше 150 квадратных метров площадью. Если же будет фундамент, то эти ограничения исчезают.

Чем-то этот «молниеносный дом» без фундамента напоминает по идеологии своей знаменитого «жука»-«Фольксваген» гениального Фердинанда Порше, «народный автомобиль» Третьего рейха. Сверхбыстровозводимые бунгало без фундамента можно ставить в районах вечной мерзлоты (а это 70 процентов территории РФ), в сейсмоопасных землях, в самых труднодоступных местах или там, где котлован под основание рыть ну никак нельзя: над подземными коллекторами, скажем.

Уже сегодня Сибиряков готов строить бесфундаментные коттеджи в 108 метров площадью, продавая их по 150 долларов за квадратный метр. (Увы, цены указаны на 2002 год и с тех пор повысились. — М.К.) Уже сегодня такие коттеджи могут обходиться покупателям в цену автомобиля. И тогда свои дома смогут завести миллионы семей, которые сегодня об этом даже мечтать не могут.

Каждый дом может быть снабжен простой ванной-гидромассажером — джакузи. Но не в этом самая суть. В каждом доме можно поставить автономные энергетические установки Фисенко, сделав их настоящими реакторами, которые смогут давать электричество круглый год, тепло — зимой, а кондиционированную прохладу — летом. Эти необычные системы обеспечат энергию не только для содержания дома, но и для семейного предпринимательства, для небольшого производства. Глава холдинга «Технологии 3000» в этом убежден.

И это уже не просто возможность решить жилищную проблему в стране за каких-то пять-семь лет— это уже возникновение новой цивилизации…»

Так что вполне логичным шагом становится перевод централизованного руководства жилищными программами для офицеров из рук какого-нибудь Госстроя или губернаторов в руки администрации президента России (то есть— в руки тайного государства). И тогда всего за два-три года офицеры получат прекрасное жилье и будут готовы перегрызть глотку любому, кто посягнет на правителя страны, превратившего их в полноценных людей. Понятно, что такая программа вызовет ярость у многочисленных чиновных и строительных мошенников, которые хотели бы доить бюджет страны десятилетиями и строить квартиры для военных по завышенным ценам. Но сделать они уже ничего не смогут: против президента не попрешь.

И вот в распоряжении тайного государства, еще не вышедшего из подполья, уже будут десятки тысяч вооруженных людей, прошедших через кавказскую войну. Можно создать нигде не зарегистрированный «Союз офицеров империи», можно помочь ветеранским организациям— и у нас появятся вполне боеспособные формирования, которые можно использовать для решения некоторых проблем внутри страны и за ее пределами. К тому времени улучшение экономического положения страны позволит поднять жалованье военным до хороших пределов.

Аналогичным способом тайное государство должно завоевать и легальные спецслужбы. Если же и их сотрудники начинают боготворить правителя страны, то поставить во главе их выходцев из тайного государства — дело чистой техники.

* * *

Огромным расширением имперской базы будет поддержка малого и среднего предпринимательства. Для этого достаточно создать якобы общественную систему из финансового фонда поддержки некрупного бизнеса, нескольких лизинговых компаний (которые примутся сдавать в аренду оборудование) и страховых компаний, достаточно с помощью пропаганды связать эту систему с личностью правителя — и дело будет сделано. Особенно если учесть то, что тайное государство начнет беспощадную тайную охоту на вожаков криминальных сообществ, завладевая их деньгами и отправляя «авторитетов» в мир иной.

Мы приобретем еще несколько миллионов горячих приверженцев — если считать жен, чад и домочадцев мелких и средних предпринимателей…

К этому времени можно полностью захватить и господство в телевизионном пространстве.

Сегодня телевизионная мафия вытягивает из власти громадные деньги. Это, в общем, немудрено: власть не может обойтись без этого гадюшника «гипнотизеров» и «политтехнологов» неопределенной профессиональной и половой ориентации. Ведь нужно как-то заставить народ голосовать за президента, который за время своего срока не сделал практически ничего, положения русских не улучшил и ни одной проблемы не решил.

Но надобность в этой банде совершенно отпадет, едва только в России закипит экономическая жизнь, едва только каждый день станет приносить все новые и новые свершения, открытые производства, изобретения или успешные испытания. Тайное государство сможет в изобилии поставлять информационные поводы, будь то испытания новой аэрокосмической системы, переселение офицеров в коттеджный поселок или загадочная смерть очередного «крестного отца».

Тогда останется совершить полный захват власти на телеканалах, с помощью психотехнологий превратив «знаковые» фигуры телевизионной мафии в своих марионеток. И тогда те, кто еще вчера с пеной у рта отстаивал американские ценности, клял «советский тоталитаризм» и «русский фашизм», начнут с огнем веры в глазах превозносить успехи новой империи.

А это — практически полная победа. Ибо кто из нас не ведает о страшной пропагандистской силе телевидения? Тогда на нашу сторону станет элемент, никогда не страдавший избытком логического мышления, — женщины.

Наконец, колоссальный источник социальной энергии, которую можно высвободить из-под спуда и направить на прорыв России в будущее, — это завоевание молодежной среды.

Нынешняя власть в России в политическом смысле крайне уязвима. Отбить у нее молодежь— дело вполне возможное. В самом деле, что нужно молодым в пору, когда кровь бурлит, приходит любовь и рождаются честолюбивые планы? Деньги и свое жилище. Сами знаем, поскольку молодости своей забыть не успели.

Власть неокочевников в России ни того, ни другого дать молодым не может в силу мерзкой природы своей. Тайное государство же представляет собой предпринимательство новой эры, бизнес-питомник. Неокочевники никогда не будут строить в России хорошее и дешевое жилье. Им нужно держать буквально запредельные цены, делая квартиры и дома настоящей роскошью, недоступной восьмидесяти процентам граждан России. Ведь это позволяет им загребать баснословные куши. Но именно наши фирмы могут строить дешевое, современное жилье, снабженное всей техникой для автономной жизни. И тайное государство же должно защитить строителей таких жилищ от посягательств местных разбойников.

В книге «Оседлай молнию!» мы целую главу посвятили возможной АМР — Армии молниеносного развития, формированию из 50–60 тысяч молодых людей, которое будет чем-то средним между полувоенной организацией, комсомольским строительным отрядом и гитлеровским Трудовым фронтом. Это вам не посиделки на Селигере! Такая армия сможет вторгаться в целые регионы, строить там быстровозводимые дома, устанавливать энергосберегающую технику и проводить трассы транспорта нового типа — струнного. Эта АМР даст ребятам из ее рядов отличную возможность и заработать хорошие деньги, и жильем обзавестись, и связями с себе подобными на всю жизнь. АМР будет вооружена и легким стрелковым оружием — чтобы защищать свои стройки и объекты от возможных нападений мафиози и националистов. Всего за несколько лет такая АМР может преобразить Россию.

Все это будет разительно контрастировать с угрюмой обыденностью этой власти. Что она может предложить нынешней молодежи? Лишь набившие оскомину россказни о «счастливом капиталистическом будущем» да маршировку в рядах «Идущих вместе» невесть куда.

Капитализм скучен и пресен. Молодость же любит задор, азарт, приключения, дух состязания. Это даст им тайное государство и Братство. Клубы друзей спецназа, центры расширения способностей разума и физических возможностей, русский интерактивный Видеонет— все это станет и настоящей индустрией для увлечения молодежи, и каналами для пополнения рядов структур русского будущего. Здесь мы сделаем из русского юношества действительно новых русских.

Мы увлечем молодых — а они приведут к нам своих детей, и наделим мы детей сих силой полубогов и титанов. Потому что тот, кто на себе испытал всю мощь нейротехнологий, никогда по доброй воле от них не откажется и не захочет возвращаться в тесный и затхлый мир «частичных людей». Тот, кто почувствовал, как за спиной его раскрываются крылья, как разум его обнимает бесконечность, никогда не вернется к пошлым телевизионным сериалам и мышиной суете. Тот, кто осознает всю спящую в себе силу, никогда не прельстится на дешевые «побрякушки» развратного, алчного старика — индустриального мира, который уже давно пережил себя.

* * *

На пути этой очень необычной «инвестиционной политики» нас поджидают многие опасности. Да многие из вас и сами укажут на них.

Мало завладеть десятками и даже сотнями миллиардов долларов, скрытыми сейчас в «загашниках» тех, кто изнасиловал Россию. Важно ими правильно распорядиться. Страшно подумать о том, что могло бы стать с этими деньгами, попади они в руки «легального» государства с его чиновниками.

Наверное, Лужков бы на эти деньги настроил кучу храмов, супермаркетов и всяких бронзовых истуканов от своего другана Церетели. Какой-нибудь Пал Палыч вбухал бы деньги в никому не нужную программу «Союзный телевизор». А Путин — спалил бы триллионы в очередной олимпиаде или футбольном мундиале. Нельзя, читатель, допустить, чтобы добытые из «сырья истории» средства снова стали добычей бездарных и вороватых чиновников-россиян. Уж они найдут способ снова украсть.

Нет, пусть этими деньгами, рассеянными по тысячам счетов в России и на Западе, управляет инвестиционная часть тайного государства, имитируя «свободную игру рыночных сил» и «волю» их номинальных хозяев-зомби. Пускай эта система будет организована так же, как и хорошая частная корпорация. В конце концов, стране нужен Хозяин с большой буквы.

Именно тайное государство при этом должно сотворить совершенно четкую систему инвестиционных проектов — тех самых точек для вложения добытых богатств.

Пусть это будут проекты, нацеленные прежде всего на совершение технологического чуда. Как правило, они относительно недороги, редко превышая по суммам стартовых затрат несколько десятков миллионов «у. е.». А то и просто миллионы. Например, наш уважаемый генерал Шам приводит такой пример: для того чтобы перевести всю нашу страну на цифровую телефонию с использованием западной аппаратуры, нужны вложения в несколько сотен миллиардов долларов. Но если использовать оригинальные цифровые системы русских разработок, то на это потребуется около трех миллионов долларов первоначальных инвестиций — а остальное обеспечат сами небогатые граждане России, готовые платить за установку телефона.

В этой сфере как никогда актуален лозунг «Воображение — к власти!». Ведь в наступающей эпохе старая «солидная» логика рушится, наступает время, когда возможно все. Нужно отбирать самые смелые технологии и изобретения, которые сделают новый мир реальным. Я не буду, читатель, повторяться: настоящий путеводитель по технологиям новой эпохи вы найдете на страницах «Третьего проекта».

Отобрав же эти технологии и вложив в них деньги, доведя их до коммерческой готовности, нужно затем насаждать их по всей России, защищая от всяческих попыток их уничтожить. Если в городе Энске какая-то собака мешает устанавливать дешевую цифровую связь, то она должна быть устранена. Разными, читатель, способами.

Одновременно тайное государство выполнит миссию огромной важности: оно создаст великолепные инвестиционные возможности для тысяч не связанных с ним предпринимателей, банков, акционерных обществ. Одни получат просто предприятия, в которые можно вложить деньги. Другие — огромное снижение затрат на производство за счет доступа к революционным системам энергетики, транспорта и связи, услуги которых будут намного лучше и дешевле, чем у монстров старой эпохи.

Тайное государство может спасти и высшие отрасли индустриального уклада. Давайте попробуем смоделировать судьбу авиастроения, например.

Итак, внешне все благочинно. Нет никаких признаков насилия. Газета «Коммерсантъ», например, напишет, что создана большая многоотраслевая компания «Воздушный флот— XXI», официальный состав акционеров которой мало что говорит. Какие-то офшорные компании, какие-то иностранные фирмы. Ни одного процента в новой структуре не принадлежит государству. Но, как предполагает газета, за этими акционерами стоят очень крупные нефтяные капиталы и, возможно, «алюминиевые» миллиарды.

«За кадром» остается то, что деньги в эту структуру вложили действительно крупные воротилы, получившие подсознательный приказ от тайного государства, которое поставило во главе «Воздушного флота — XXI» свою команду. Сюда же пошли многие миллиарды долларов, добытые из главарей преступных сетей, которые сделали их на торговле водкой, наркотиками, на «крышевании» проституции и казино, добытые из путинских мэров городов и других деятелей «Единой России».

Всего через два годы газеты запестрят восхищенными статьями о том, что компания построила и сдала в аренду десятки самолетов нового поколения, в основном — лайнеров фирмы «Туполев». Причем сдала на более выгодных условиях, нежели западные авиастроительные компании. СМИ на все лады распишут, как успешно работает дочерняя структура суперкомпании, акционерная «Глобал Эйр Карго», которая обзавелась мощным флотом из транспортных кораблей типа «Руслан», «Ан-70», «Ту-224» и теперь оперирует на мировом рынке воздушных перевозок. («За кадром» останется то, что в случае войны эта компания моментально преображается в филиал военно-транспортной авиации новой России.) Экономисты воспоют экономический рост от воскрешения авиастроения. А вскоре весь мир с восхищением увидит, как тяжелые воздушные корабли русской компании запускают в полет новые космические ракеты-носители, захватывая еще один сегмент мирового рынка.

В то же время в стране начнется грандиозное дело — создание малой авиации для граждан. Жителей футурополисов.

Это, так сказать, всего одно возможное воплощение тайного государства. Но можно представить себе подобные компании и в других областях. Например, в производстве новейших спутников связи и зондирования планеты. Или в биотехнологии. Впрочем, вы и сами, читатель, силой своего воображения способны дорисовать картину.

* * *

Нет, читатель, всего мы предугадать не можем, всех фантастических технологий инвентаризировать сейчас не в силах.

Но мы знаем еще одно средство добиться невиданного в истории рывка нашей страны — нужно сделать ее убежищем, удобной гаванью для всех изобретателей мира, которых отвергает индустриальный капитализм. Именно их Тайное государство должно через своих агентов всячески к нам заманивать, создавая им здесь коммерческие предприятия, опекаемые и защищаемые помимо их ведома.

И тогда мы получим такие объекты для инвестиций и такие прорывы, о которых сегодня даже помыслить не можем. В этом случае мы можем организовать выкачивание лучших умов даже из США — потому что здесь, у русских, они получат свободу самовыражения, признание и защиту.

Хотите хороший пример?

Живет нынче в США гений — Дин Кэймен. Уже немолодой — 1952 года рождения. Его по праву можно считать реинкарнацией Томаса Альвы Эдисона — великим изобретателем и предпринимателем в одном лице. Вот уже несколько лет (на момент написания этой книги) у него работает уникальное двухколесное средство передвижения — «Джинджер». На шести обычных «пальцевых» батарейках эта штуковина, неся на себе человека, может преодолеть 25 километров со скоростью 20 км/час. То есть это практически действующая модель полноценного электромобиля.

В прессе мельком сообщалось об этом. Помню даже фотографию президента Клинтона, который беседует с Кэйменом. Уникальность изобретения и отсутствие обмана засвидетельствовали такие знаменитые в США люди, как один из отцов Apple Стив Джобс, Майкл Шмецлер из банка Credit Suisse First Boston и хозяин известнейшего в мире интернет-магазина Amazon.com миллиардер Джефф Безос, президент компании Xerox Пол Аллер и известный венчурный капиталист, один из инвесторов проекта Джон Дойр.

Кстати, сам Кэймен ненавидит нынешнее общество США, которое делает кумирами не предпринимателей и ученых, а попсовиков и спортсменов. В 1991 году он основал движение с нескромной аббревиатурой FIRST (За торжество и внедрение науки и техники).

Казалось бы, США имеют все возможности произвести переворот в современной технике. Flo покуда не спешат. А давайте представим теперь, что Кэймена озолотит наше тайное государство и создаст ему все условия для того, чтобы он мог стать миллиардером и капитаном крупного производства, работая в России, а не в США. В конце концов, Сталин же не поскупился когда-то на покупку отвергнутого в США танка Уолтера Кристи, и именно эта машина стала прототипом «летающих драконов»— сталинских танков серии «БТ».

Нужно приманивать в Россию как можно больше кэйменов всех национальностей, давая им здесь и свободу бизнеса, и защиту от всех возможных посягательств…

В особую статью выделим развитие технологий «человекостроения» — технологий усиления возможностей нашего мозга. Именно это позволит нам сделать тайное государство еще и системой центров подготовки тех, кто должен раз и навсегда расправиться с новыми кочевниками и самыми мерзкими типами из «новых русских», — всечеловеков, людей новой расы.

Породив их, мы получим самое главное оружие нашей победы — расу сверхтворцов и гениев. А что такое гений в новом мире? Все равно что высокоразвитый машиностроительный комплекс в прежней, индустриальной эпохе. Гении могут сделать все: изобрести то, что перевернет мир, разработать уникальные технологии, совершить эпохальные открытия в науке, добиться невиданных свершений в предпринимательстве или одержать блестящие победы на поле боя.

Приведу небольшой пример. Например, русский гений Попов в 1895 году с помощью копеечных деталей (электромагнитных катушек, батарей, стеклянного сосуда с железными опилками и медной проволоки) создал то, что перевернуло мир: радиосвязь. К сожалению, в царской России он не нашел нужной поддержки, и радиопромышленность стала развиваться не у русских, а у немцев, американцев, британцев и итальянцев.

Но представьте себе, что в тот момент существовало бы наше тайное государство. Попов сразу же попал бы под его опеку, и дюжина богатейших купцов, вместо того чтобы тратить свои денежки на сто первый волжский пароход или на парижские кутежи, вложила бы эти средства по кодирующей команде: в возникшую радиопромышленную корпорацию. И эта корпорация в считанные годы захватила бы огромный рынок, и тогда в нее потекли бы деньги множества мелких инвесторов.

А теперь представьте себе, что тайное государство в те времена свело воедино сразу нескольких гениев — и авиаконструктора Сикорского, и ракетчика Циолковского, и создателя телевидения Зворыкина, и Котельникова, придумавшего парашют… И, поддержав каждого, превратило их изобретения в коммерческие предприятия, организовав первоначальные инвестиции в них. А еще представим себе, что уже в то время тайное государство начало целенаправленный процесс поиска гениев и их культивирования, из-за чего феномены ракетчика Королева, атомного физика Курчатова, организатора Берии, лазерщика Басова появляются намного раньше. В таком случае вся история нашей страны могла пойти иначе, и к 1961 году в Петербурге государь император мог бы подписать указ о назначении первого генерал-губернатора на русской лунной базе.

СССР-1, погибший в 1991 году, в свое время рывком ушел от отсталости и бессилия, создав в 1930-е годы огромную сферу производства машин— средств производства. Страну, которую должны породить мы на месте умирающей Россиянин, обязан построить прежде всего систему производства людей наивысшего качества, представителей новой расы. Ибо производство гениев есть метатехнология — технология для создания других технологий.

* * *

Что можно сделать настоящими «питомниками будущего»?

Университеты и школы!

Никакое тайное государство не может просуществовать без того, что я назвал бы «островами будущего» в стране. Островами, в которых будет кипеть своя жизнь, в чем-то независимая от тайного государства. Пусть это будут лаборатории прогресса, искатели нового. А сделать их своими союзниками, частью сети нового мира — это не так уж трудно.

В книге «Оседлай молнию!» мы попробовали обрисовать возможные «острова будущего» — небольшие города, попавшие под власть людей из Братства или тайного государства, «наукограды».

Но есть у меня лично еще одна мечта. Кто-то — уж не помню, кто, — сказал умную вещь: если в индустриальном обществе главным институтом была Фабрика, то в новом мире— центр производства знаний, Университет. Меня всегда привлекал образ университета как нового монастыря, такой же цитадели культуры и науки, как и русские обители XIV века. Образ университета, особого мира…

В самом начале 2003 года мы с друзьями, поглядев на предвыборное мельтешение партий и партиек, решили: все они — тупиковые пути развития, ни одна не может вывести страну из цивилизационного кризиса. И составили мы тогда надпартийную платформу, где был весьма интересный пункт. Сводился он к тому, что нужно создать «острова будущего» из учебных заведений.

Мой товарищ Юрий Крупнов говорит прямо: нужно дать вузам реальную автономию. Надо набраться смелости и освободить их от налогов, если они занимаются бизнесом. Пусть они занимаются интернет-бизнесом, ставят у себя и зверофермы, и мини-пекарни, и теплицы. Пусть создают у себя технопарки и центры научно-технического творчества.

Ведь все равно нынешнее государство систему образования содержать не может, а предлагаемые им реформы в этой области — бред собачий и намеренная дебилизация нашего народа. А если оно не в состоянии обеспечить нормальную жизнь образованию, то пусть признает право вузов на занятие бизнесом. (Тех, кто опасается превращения университетов в центры производства «паленой» водки, успокоим: это легко пресекается, особенно тайным государством.)

Таким людям можно поставить задачу, их можно щедро вознаградить, их можно индоктринировать — и тогда подобные университеты превратятся в процветающие острова новой цивилизации, в оплоты нового СССР. А тамошние студенты легко превратятся в оплоты Братства, в штурмовые отряды нового мира.

Вкладывая отобранные у «тупиковой ветви эволюции» деньги именно в такие проекты, тайное государство очень быстро вернет вложения. Оно вернет их даже в том случае, если успехом кончится всего половина из начатых предприятий на магических технологиях. Все равно то, что окажется успешным, принесет столь фантастический эффект для экономики, что убытки покроются тысячекратно, а страна избежит позорного краха.

Но это же даст тайному государству (этому инженеру будущего) и другую возможность: смело вкладывать экспроприированные деньги во вполне индустриальные проекты. Отнесем сюда и ВПК (ради перевооружения наших армии, авиации и флота), и авиакосмический комплекс, и транспортные проекты, и сверхсовременное станкостроение, и тонкую химию, и биотехнологии, и производство компьютеров. Все эти сферы также важны. Скажем, строительство скоростных трасс струнного транспорта Юницкого (о чем мы писали в «Оседлай молнию!») позволит покрыть даже самые труднодоступные районы России сетью футуристического транспорта, обеспечив огромной державе транспортную связность, как бы приблизив разные части России друг к другу. А вложения в Транссибирскую магистраль и водно-железнодорожный путь «Балтика — Волга — Каспий — Персидский залив» позволят русским переформировать мировые грузопотоки, замкнув их на себя…

В конце концов тайное государство выйдет на поверхность, сменив собой старое, официальное государство или окончательно завладев его здоровыми частями. Не знаю, когда это может случиться. Может быть (как мы предполагаем в книге «Оседлай молнию!»), это случится в момент, когда Америка попытается совершить военное нападение на воскресающую Россию.

Мы должны победить в этой войне. И когда это произойдет, мы скажем: «Прощай, трехцветная Россияния. Да здравствует новая, великая Россия!».

* * *

Да, читатель, я надеюсь, что такая политика приведет к восстановлению великой России, к восстановлению империи. Мы не замкнемся в пределах нынешней РФ, и то же тайное государство пустит свою «грибницу» и в соседние земли. В конце концов появится Новая империя— федеративная, мир миров. Входящие в нее части будут пользоваться широким самоуправлением, и она станет пластичной, гибкой, умеющей приспосабливаться к изменениям обстановки в мире. Она будет выдерживать и гасить большие напряжения.

«А стоит ли? СССР не принес русским ничего хорошего. Он истощил их жизненные силы. Мне нравятся ваши книги, Максим, но они несвоевременны. Нам нужно сознательно отказаться от разорительного для экономики статуса сверхдержавы. Не по силам это нам. Нужно сосредоточиться на производстве всего, что прибыльно, а не на любимом вами оружии. Надо использовать свое географическое положение между Западом и Востоком, чтобы стать перевозчиком грузов между ними», — это сказал мне седой, надломленный жизнью человек на одном из патриотических собраний.

Людей с такими взглядами сегодня полно. Это— мнение уставшей от истории части наших соотечественников. Тех, у кого пассионарная энергия уже иссякла. Я знаю еще одного такого «уменьшительного националиста». Он ненавидел СССР, но теперь хочет раскола и Российской Федерации. По его мнению, и в нынешней России слишком много нерусского населения в национальных республиках, которое, мол, плодится со скоростью кроликов, работать не хочет и занято лишь тем, что тянет русские деньги в дефицитно-дотационные бюджеты своих республик, паразитируя на шее вымирающих великороссов. Поэтому нужно для блага русских еще раз развалить страну, отделив от себя Кавказ. Правда, что делать с Башкирией и Татарией — не вполне ясно. Но в результате, дескать, столько денег высвободится, что на остатке РФ можно построить государство белых людей со шведским социализмом. А в Интернете украинский националист заявил мне, что «не хоче житы у ций багатонациональной клоаци» (в этой многонациональной клоаке).

А тут полистал я сборник «Расовый смысл национальной идеи». Русской, естественно. Там вообще— полный мрак. С цифрами в руках доказывается: пока русские (великороссы, украинцы и белорусы), не щадя сил и живота своего, вкалывали на стройках по всему Союзу, пока развивали промышленность там и сям, они рожали мало детей, зато другие народы — плодились и размножались, поедая русские ресурсы. И мы делали это за счет опустошения деревень в коренной России. А другой автор вообще договорился до того, что украинцы — это совсем иная раса, у которой нет ничего общего с русскими.

Все опасаются примерно одного и того же. Что, не дай бог, возродится брежневская распределительная экономика, и снова первый секретарь Ашхабадского горкома КПСС примется звонить полтавскому коллеге, говоря: «Ты мне свинин не давай! Ты мне говядин отправляй!». Дескать, снова придется славянам по приказу из Москвы отправлять мясо и зерно в Среднюю Азию, а потом — гнать по национальным окраинам нефть и цемент, строить там заводы, города и дороги, отказывая в этом самим себе.

Более продвинутые говорят о том, что русским придется из своего кармана оплачивать пенсии азиатским старикам, детские пособия на миллионы детей в азиатских и кавказских семьях, снова поддерживая рождаемость мусульман ценой вымирания славян. Тут, мол, самим на пенсии своим старикам не хватает…

А в самом деле, зачем русским новая империя? Зачем им новая сильная Россия при таких раскладах?

* * *

Начнем с выгод.

Возьмем такой спорный регион, как Средняя Азия. Нам не нужно, чтобы с юга Россию охватывала дуга враждебных нам режимов. Они могут быть и проамериканскими, они могут быть и ваххабитскими, экстремистскими, пылающими страстью резать «неверных». Я, дорогие друзья, считаю полным бредом расчет на то, что хозяева западного мира будут вкладывать огромные деньги, чтобы обеспечивать сытую жизнь узбеков, казахов, киргизов, таджиков и туркмен. Они своих-то сограждан особо не жалеют, вознамерившись без жалости отбросить 80 процентов населения в разряд нерентабельных неудачников, — и на черта им эти среднеазиаты? Я не верю и в то, что американцам удастся их эксперимент в Афганистане. Турция, которая хочет стать лидером всех тюркских народов, не потянет эту миссию из-за экономической слабости.

А это значит, что Средняя Азия продолжит сваливаться в нищету и отчаяние. Там тоже произойдет развал советской инфраструктуры, что совместится с обострением водного «голода» и демографического вопроса. В таких условиях регион может стать настоящим питомником для отчаявшихся людей, которым нечего терять и которые могут пойти в новые экстремистские движения, глубоко нам враждебные. И мы можем получить новую изнурительную войну на юге.

Так что лучше, чтобы Средняя Азия вернулась в нашу сферу влияния, чтобы в этих землях сидели промосковские правители.

Империя может дать опору их власти. Базы русских мобильных частей и воздушно-космического флота новой России обеспечат и покой союзных правителей, и безопасность внешних границ. Высокооплачиваемые русские инструкторы подготовят местные армии, которые смогут отражать натиск нежелательного элемента из Афганистана.

Взамен же русские получат доступ к минерально-сырьевым ресурсам Средней Азии. Она станет рынком сбыта наших товаров. Средняя Азия нуждается в пресной воде? Мы не станем поворачивать сибирские реки, а проложим через Азию струнные трассы Юницкого или аэроэстакадные дороги Серьезнова — высокоскоростного транспорта, дешевой замены железным дорогам (мы пишем о них в «Оседлай молнию!»). Эти дороги позволят нам хорошо зарабатывать на потоках грузов из дальних азиатских стран, а заодно и перебрасывать в безводные республики бывшего СССР лед из приполярных регионов. В обмен на узбекские уран, редкие металлы и золото мы построим на земле древнего Хорезма опреснительные атомные установки, которые станут работать на подземных соленых водах, предложим соседям специальные пленки русской работы, способные тянуть влагу из окружающего воздуха. А еще — установки управления климатом.

Мы сможем втягивать в свои сетевые структуры самых энергичных ребят из Азии, которым душно в их традиционном обществе, которые не могут пробиться наверх сквозь господствующие семьи и кланы. Мы сделаем их имперскими деятелями, пропитаем идеями Нейромира, дадим им возможность делать свою жизнь в русских армии и спецслужбах, в сетях высокотехнологичных фирм и в финансовом бизнесе. В конце концов многие из них перемешают свою кровь с русскими. Ведь и автор этих строк — тоже тюрк на четверть, сам плод имперского смешения кровей. Тем самым мы получим огромный ресурс подпитки нашего дела самым пассионарным человеческим капиталом.

И я не опасаюсь наплыва узбеков, киргизов и таджиков в наши города: большинство из них останется жить дома. В сущности, «независимость России» образца 1991 года не спасла ее от массового наводнения гражданами «независимых» Азербайджана и Таджикистана. Зато Россия великая, Россия сетевая, укрепленная по нашим чертежам, в которой коррупция окажется уничтоженной с помощью психотехнологий и разумной жестокости, прекрасно решит проблему этнических преступных группировок и монополий.

* * *

Совсем необязательно восстанавливать СССР в прежнем виде и стричь азиатские земли под одну гребенку. Скорее новая Россия должна стать федеративной империей, миром разных миров. Туркмения, Узбекистан, Таджикистан, Киргизия— все они могут входить в империю со своими суверенитетами, законодательствами и валютами, напоминая Хивинское ханство и Бухарский эмират в составе Российской империи. У них будут свои пенсионные системы.

С помощью простой пропаганды можно объяснить верхушке бывших южных республик СССР: господа, американцы вам много добра не принесут. США и так стоят на пороге тяжелого внутреннего кризиса и щедрыми дядюшками быть не могут. Зато сколько неприятностей они с собой притащили. Разве они не норовят установить у вас демократию и прочие либеральные порядки? Разве не начинают обвинять вас в коррупции и нарушении прав человека? Разве их военные базы на вашей территории не попадают под прицел русских ракет с ядерными боеголовками?

Мы же, русские, от вас не станем требовать каких-то там либерализаций. Мы не станем вмешиваться в вашу внутреннюю жизнь. Наши военные базы в Азии принесут безопасность и вам, и нам. Мы готовы строить у вас атомные станции и опреснительные установки, а вы расплатитесь с нами не долларами, а золотом и ураном, которые у вас есть. Мы снова возьмем под крыло своей атомной корпорации предприятия бывшего Минсредмаша СССР на вашей территории и загрузим их работой.

В обмен на вашу защиту мы потребуем всего лишь нескольких вещей. Во-первых, равноправия русского населения. (Русские общины здесь получат кредиты от нас, русские коммерческие структуры станут предметом особой заботы Москвы.) Во-вторых, мы требуем вещания на вашей территории общеимперского телевизионного канала. В-третьих, мы обговорим долю участия нашего капитала в разработке полезных ископаемых и в транспортных проектах.

В этом случае наш народ ничего не теряет. Ведь мы будем жить в рыночной экономике, и потому никакого перетока ресурсов в Азию не будет. Будет другое: взаимовыгодная торговля. И если русским окажется выгоднее брать хлопок в Пакистане, нежели у Ташкента, то мы его купим у первого.

Особый статус среднеазиатских государств в империи приведет к тому, что пенсионно-социальные системы славянских земель и восточных республик будут работать отдельно друг от друга. Так что и здесь русский не станет из своего кармана спонсировать деторождение у соседей.

Развитие революционных, «закрывающих» технологий даст русским возможность без надрыва содержать свои военные базы на юге и востоке. Эти же технологии позволят нам и собственные (коренные русские) земли развивать, и новый СССР строить…

Теперь кинем взор на запад и юго-запад. Там что? Так называемая «независимая Украина», которую полноценным государством считать нельзя. Фактически она представляет собой еще одно «конченое государство» и потенциальную зону бедствия, еще одно уродливое детище Беловежской пущи—91. Там тоже идет жуткое обнищание людей, там также надвигается физическая гибель советской инфраструктуры и демографическая катастрофа.

Меня лично совсем не радует перспектива еще одной войны по соседству, да еще и с угрозой ввода американских и турецких войск в Причерноморье и на восток Украины. Гораздо лучше вовремя поддержать нужные силы у малороссов, породив еще одного Лукашенку.

Лучше провести мягкий перехват власти сторонниками новой России на Украине, а затем… Представим себе, что западные области Украины отделились от остальных, подобно тому как Чехия отделилась от Словакии. На западе провозглашается Украинская народная республика, которая кидается в НАТО. Остальная же часть бывшей УССР воссоединяется с Россией. А это — и Причерноморье с его гаванями и верфями, Крым, Приазовье с Мариуполем, это устье Дуная со знакомыми мне с детства городами Измаилом и Килией, и прямая связь с Приднестровьем, которое давно жаждет нового союзного государства. Мы получаем и жирные черноземы, и прибавку в родном, славянском населении.

А это нам выгодно. Мы воссоединимся с землями, в которых живет ветвь нашего, русского народа, где говорят на том же языке, где есть свои пассионарии, созданный нами промышленный потенциал.

* * *

Можно посмотреть на вещи чисто философски. Грядет эпоха смерти индустриализма, и общественные порядки нового мира, как это ни парадоксально, будут очень походить на те, что существовали до эпохи машин, фабрик и заводов. То есть мы увидим возвращение Средних веков, но уже на неизмеримо более высоком технологическом уровне.

А это значит, что те недостатки, которые были присущи СССР-1, исчезнут сами собой. Например, системы образования и социального обеспечения, которые приводили к перетоку ресурсов от тех, кто вкалывает на государство (славян), к тем, кто работает на себя и рожает детей (остальные народы СССР). Автономия частей СССР-2 позволит каждой республике вести свою политику в области демографии, содержания стариков, здравоохранения и просвещения. Хочешь жить лучше — лучше работай, развивай деловую активность.

Зато в новой империи мы найдем выходы из новых непростых ситуаций. Развитие «закрывающих» технологий неизбежно приведет к тому, что в нынешней РФ образуется излишек рабочих рук.

Ну не нужны станут предприятия с тысячами рабочих, и все тут! Современные агротехнологии позволят до минимума сократить рабочие места на селе. Что делать с людьми? Мы должны превратить их в солдат империи, в солдат новой армии, способной обеспечивать порядок на одной шестой части света. Понадобится охранять новые транспортные артерии и разработки редких минералов, а для этого нужны военные базы за пределами бывшей РФ— базы моторизованных частей, истребителей, бомбардировщиков и штурмовых вертолетов. Будет огромный спрос на воинов в частях имперского спецназа, в возрожденном флоте.

И тогда это будет живительная для нас империя.

Послесловие

Может быть, случится невероятное, и В.В. Путин прочитает эту книжку. Скорее всего, он до глубины души обидится и не ни проекта с «бархатным» уничтожением отрядов «лишнего населения», ни твердого курса на истребление в РФ всего, что сложнее нефтяной скважины, супермаркета и металлических чушек.

Меня это мало волнует. То, что думает Путин о своей политике и то, что она реально собой представляет — две совершенно разные вещи. Вскрытие показало: режим нежизнеспособен и полностью несостоятелен, так же, как и государство под власовским триколором. Оно — на грани банкротства. Путинство — это, поди, самое смелое, на что могла решиться «бело-сине-красная элита».

Сделаем самый страшный вывод, брат-читатель. Когда-то Повель и Бержье выдвинули спорную гипотезу о том, что гитлеровская Германия была особой цивилизацией, скрестившей в себе языческую архаику, древнюю мистику и новейшие на тот момент достижения техники. Выскажу схожую мысль: на территории РФ сложилась уникальная цивилизация. Не русская и не западная. Цивилизация-мутант. Цивилизация оголтелых и примитивных грабителей нашей страны. Врагов высокого интеллекта, технологий и настоящих людей. Антицивилизация тех, кто выкачивает богатства и соки страны в метрополию — Город Золотых Унитазов на Рублевском шоссе. В город рублевских жен с огромными силиконовыми титьками и сотнями карат на них. Цивилизация голого потребления.

В какие-то считанные годы цивилизация мародеров уничтожила мою— русско-советскую— цивилизацию, плоды трудов и боев моего народа за многие столетия. Она покончила со всем тем, что давало нам пропуск в мир сильных и богатых— с космосом и авиастроением, с отраслями сложной промышленности и наукой. Настало царство торжествующей примитивной мрази — с новейшими сотовыми телефонами и мозгами питекантропов.

Государство РФ— это государство не наше, изменническое, о чем я уже писал. Ждать от него эволюции в нечто нормальное и самоочищения невозможно, — оно для этого должно покончить жизнь самоубийством. Оно этого никогда не сделает. Но оно мимикрирует. Оно насылает на нас дурманные сны и вешает в воздухе иллюзорные картины. Одна из них — нынешняя пародия на Орден-Государство, на мою мечту — новый СССР…

Мне пишет брат-читатель с Украины: «Кого вы видите спасителем России?». Кого? Никого из «элиты». Спасителем России станем я, ты, мы — русские.

Как бы ни складывалась дальнейшая история бесславного государства, кто бы ни пришел на место ВВП, наша с вами участь остается неизменной. Мы — лишнее население, отпетое и обреченное. Мы не нужны ни россиянской аристократии, ни владыкам глобализованного мира, ни мусульманам, ни китайцам. Наша участь— вымирание. Мы должны остаться один на один с нищетой и безысходностью, гигантскими счетами за лечение и элементарные жизненные блага. Без настоящей работы. В разваливающихся советских домах. Под властью торгово-криминальных кланов с Кавказа. На улицах, наполняемых уголовщиной новой волны и полными ненависти гастарбайтерами.

А это значит, что нам самим придется начинать войну за спасение России и самих себя. Мы — спасители страны.

Терять нам уже нечего. А приобрести мы можем все! Так что вставай, проклятьем заклейменный…

Я бесповоротно отказываюсь от старых методов борьбы. Писать сегодня какие-то программы по типу «Государство должно сделать то-то и то-то» — бессмысленная потеря времени и сил. Государство — не наше. И оно безнадежно. Зачем писать бумаги с национальной идеей в надежде на то, что верхи прозреют и проникнутся высоким смыслом? Верхи больше не верят в Россию. Никакая идея им не нужна. Ну, разве что для очередной «разводки» лохов-избирателей. Метать бисер перед свиньями? Увольте! В сотый раз идти на выборы, пытаясь на них победить по правилам, установленным самим этим государством? Нема дурных!

* * *

Чтобы выжить, нам придется сражаться — но сражаться по-новому, отринув привычные представления о борьбе. Как это сделать? Я написал об этом в своей книге и теперь лишь повторю в виде тезисов.

— Чистка правительства от полностью дискредитировавших себя кабинетных теоретиков-либералов, приносящих жизнь нашего народа и национальные экономические интересы в жертву своим фундаменталистским догмам.

К рычагам управления экономической политикой должны придти промышленники-прагматики, люди дела, носители здравого смысла и творцы разумной экономической политики. Нам не нужны дилетанты, норовящие управлять экономикой с помощью айфонов или — что не лучше — генеральских приказов.

— Твердый и решительный отказ от превращения правящей элиты в «малый народ» колонизаторов России, в «вахтовую элиту». Решительная борьба с превращением государства в аналог Ост-Индской компании, грабящей РФ так же, как пресловутая ОИК грабила порабощенную Индию!

— Принятие закона об ответственности власти перед народом, о суде народа над властью по окончании срока ее полномочий (закон детально разработан Юрием Мухиным). Более не должны повторяться самые безответственные и убийственные для народа «эксперименты» власти над нами.

— Однозначное изъятие из конституции РФ статьи о примате международных законов и соглашений над национальным законодательством. Наш народ должен сам собою управлять, и в своих интересах, а не в интересах несуществующего «мирового сообщества», за каковым кроется клика глобального управляющего класса — планетарных мародеров, спекулянтов и «новых кочевников».

— Прекращение 20-летнего варварского «колониально-либерального» эксперимента в стране, признание его геноцидом нашего народа, катастрофической деиндустриализацией и намеренной деградацией России, осуществление национального очищения.

Сей шаг предусматривает:

— признание факта уничтожения «реформами» 13 млн человек в РФ и чудовищных геополитических, моральнопсихических, социально-экономических потерь;

— открытого суда по типу Нюрнбергского трибунала над авторами «эксперимента» в «педагогических» целях — чтобы впредь неповадно было повторять с Россией чего— то подобное;

— признание факта разделения русского народа в 1991 году с принятием соответствующей государственной политики;

— безоговорочное признание государствообразующего статуса русского народа и принятие политики народосбережения;

— твердую оценку событий 1991–1993 годов как государственного переворота и криминальной революции — с соответствующими оргвыводами и политическими шагами, с судами над виновными (живыми и мертвыми);

— безусловный отказ от чудовищных неолиберальных «инноваций», влекущих за собой необратимую деградацию нашего народа: от ювенальной юстиции (ювенальной системы), от политики морального растления народа (с полным отказом от ориентации национального ТВ на рейтинги и полного финансирования государственных каналов), от «фурсенковской» «болонизации» и «реформации» нашего образования, от «десталинизации» и оплевывания отечественной истории;

— прекращение репрессий против русского национального движения и политических репрессий;

— решительную борьбу с агрессивными этнокриминальными диаспорами (вплоть до их полного разгрома), борьбу с формированием исключительно этнократических и антирусских режимов в автономных республиках РФ;

— всемерное развитие местного самоуправления нового типа (новая соборность, неоземство, нео-Советы) ради обуздания власти бюрократии, вовлечения в процесс государственного управления широких масс народа и воспитания в них государственного подхода;

— очищение правоохранительного аппарата от мародерских, рейдерских и криминально-коррупционных элементов с их примерным наказанием — вплоть до помещения в систему специальных поселений в Сибири, где они будут строить инфраструктуру;

— восстановление этики труда и накопления в обществе, создание культа честности и творчества;

— регулярное проведение общенациональных референдумов и широких дискуссий по важнейшим вопросам нашей жизни;

— формирование Особой комиссии из успешных практиков несырьевого реального сектора — для выработки Разумной экономической политики (РЭП) и ликвидации последствий 20-летнего бесчинства безответственных «рыночников»-теоретиков.

— Полная смена ориентиров в экономической политике! Не рабское участие в ВТО и не борьба с инфляцией любой ценой, а развитие экономики.

В других странах ориентир — развитие экономики, завоевание рынков, поддержка инноваций, развитие человеческого потенциала. Самые успешные примеры в США, Китае и Европе показывают то, как нация может быть единым экономическим кулаком, как она в силах эффективно координировать усилия государственных органов и бизнеса, а значит — добиваться впечатляющих успехов.

* * *

— Провозглашение реальной, а не словесной борьбы с убийственной для народа коррупцией.

Для проведения любой осмысленно-последовательной политики (либерализма, рузвельтизма, сталинизма, «ли-кван-юзма», обамизма и т. д.) необходимо важнейшее условие — искоренение чудовищной российской коррупции. Сегодня государственная машина РФ бессильна что— либо сделать: ее шестерни, шарниры и тяги словно намертво проржавели, забились песком и сцементировавшейся грязью. Все это — тотальное мздоимство и казнокрадство.

Надо проводить политику применения действенных антикоррупционных мер, хорошо известных из практики как западных стран, так и стран Востока (КНР, Сингапура, Гонконга). Мер, детально разработанных и отечественными умами.

Искоренение коррупции в РФ потребует сильнодействующих средств и создания Национального антикоррупционного плана, длительность коего— не менее четверти века. Ради успеха в этой борьбе нам, помимо политической конкуренции, сильной независимой судебной власти и свободы СМИ, придется применить и иные радикальные «методы лечения». Среди них:

— передача Счетной палаты и некоторых иных контрольных органов под контроль оппозиции;

— создание отдельного, подчиненного только главе государства специального органа борьбы с коррупцией, как то было сделано в Сингапуре и Гонконге;

— широчайшее привлечение к делу выявления коррупции гражданских общественных организаций;

— создание специальной системы отбора и подготовки управленческих кадров из исключительно честных людей, ненавидящих коррупцию, каковые в первую голову должны пополнять ряды судей, прокуроров, работников правоохранительных органов;

— всяческое развитие местного самоуправления, способного обуздывать чиновников на местах;

— создание культа честности в стране, восстановление трудовой этики в ходе новой индустриализации, уничтожение «культа денег»;

— применение жесточайших карательных мер против коррупционеров, массовое использование их на искупительных работах по строительству инфраструктурных объектов;

— развитие «электронного правительства» с максимальным устранением чиновников от массы рутинных операций;

— создание системы достойной оплаты труда честных чиновников, системы щедрых наград за достигнутые ими успехи, причем наша генеральная цель здесь — формирование конкурентоспообного и эффективного госаппарата, способного плодотворно сотрудничать как с бизнесом, так и с гражданскими активистами…

— Создание Национальной гвардии при президенте страны — во избежание всяких попыток государственного переворота со стороны коррумпированной «элиты» и для решительных действий по возможным арестам олигархов и местных «князьков». Нацгвардия создается на основе частей ВДВ, сведенных воедино спецназов (Силы специальных операций), своей спецслужбы, конкурирующей с прежними. («Око государево» — вплоть до космической и воздушной разведки, устанавливающей истинное положение дел в стране, дающее главе государства свой канал получения объективной информации).

Одновременно осуществляются показательные аресты самых крупных коррупционеров среди чиновников и показательные процессы над ними. Конфискованные богатства коррупционеров есть национальное достояние, которое направляется в особый фонд развития — на строительство инфраструктуры, на поддержку новой индустриализации, на поддержку науки и образования, на жилье для молодых семей и активную демографическую политику.

* * *

— Проведение суверенной финансовой политики, национализации Центробанка и подчинения его правительству, отказа от политики «валютной коллегии» (карренси боард) и перехода к эмиссии рублей в соответствии с нуждами национальной экономии и нашей зоны геополитического влияния!

— Начало грандиозной программы инфраструктурного строительства на основании разработанного национального плана — и выпускаем под его финансирование государственные инфраструктурные облигации под хороший, гарантированный государством процент.

— Дешевый кредит для реального сектора!

— Режим национальной экономии и полного отказа от помпезно-затратных «мегапроектов» вроде олимпиад, саммитов АТЭС и футбольных «мундиалей». Деньги — только в производительные и нужные для национального выживания сферы!

Выбрасывать сегодня умопомрачительные деньги на подобные лжеимперские, полностью расточительные проекты в условиях угасающей во всех смыслах, деградирующей, вымирающей РФ есть не ошибки, а сознательные преступления. Создание поводов для крупных хищений. В современных условиях всякие олимпиады, международные действа и футбол для нас — сотый по счету приоритет.

Деньги — на поддержку промышленности и сельского хозяйства, а не на бесполезные стадионы. Пока у нас не возвращены в оборот десятки миллионов гектаров заброшенных с 1991 года земель — никаких лыжных излишеств.

Вместо разорительно-непроизводительных «мегапроектов» нам нужны дотации отечественному селу, причем на уровне Евросоюза. Позорный факт: в РФ на поддержку аграриев тратится столько же, сколько в маленькой Швейцарии.

Деньги должны уходить на создание продовольственной независимости РФ, на вложения в решение демографической проблемы, на инвестиции в инфраструктуру.

Нужно не только ввести режим национальной экономии, но и создать комиссию по расследованию обстоятельств запуска после 2000 года ряда бессмысленных и расточительных «мегапроектов» пол образу комиссии Конгресса США 1930-х годов по расследованию преступлений военных промышленников Америки в ходе Первой мировой. Или по образцу комиссии Уоксмена по расследованию коррупции в ходе «восстановления Ирака» после 2003 года. Задача: найти виновных, наказать нажившихся на пресловутых «проектах», вернуть украденное — и вложить в дело национального возрождения.

— Надо ввести принцип четкого деления отраслей отечественной экономики на категории А, Б и В — и создания на основе этого вразумительной промышленной политики, новой индустриализации. Только новая индустриализация — это гарантия политической конкуренции. Только индустриализация способна обеспечить и спасение русских от вымирания, и активную демографическую политику, и жилье для всех, и реальный, а не бумажный государствообразующий статус русских.

Категория В — это те производства, которые у нас всегда будут неконкурентоспособными.

Категория Б — те отрасли, что могут быть конкурентоспособными как на внутреннем, так и на внешнем рынках.

Категория А— те отрасли, что имеют национальное значение и могут быть конкурентоспособными лишь при пристальном внимании государства.

Категории А и Б должны получать разумную протекционистскую поддержку.

— Оказание государственной поддержки отечественным производителям техники — по образу программы СЕПАРД в Евросоюзе.

По такой программе покупатель европейских сельхозмашин в ЕС получает 30–50 % компенсации из бюджета. Этот порядок введен в Белоруссии. Мы не только вводим подобную программу для агромашиностроения РФ, но и создаем подобные программы для производителей гражданских самолетов, дорожным машин, энергетического оборудования и т. д. Это — сильнодействующее лекарство, и оно должно быть применено на период вывода страны из тяжелейшего кризиса деградации.

— Создание системы такой же государственной и политической поддержки экспорта несырьевой промышленности, которая существует в Канаде, Германии, США!

* * *

— Создание в РФ проектного государства, способного активно формировать будущее. Вместо государства либерального, подобного слизистой вялой медузе, дрейфующей по воле волн и ветров.

Возможные и подлинные мегапроекты такого государства:

— Неоиндустриализация.

— Создание гигантской транспортной евразийской системы — скоростного «Транснета».

— Масштабное дорожное строительство в умеренной климатической зоне.

— Массовая авиатизация, создание крылатой дешевой альтернативы автомобилям для огромных зауральских пространств.

— Создание современных авиакосмического флота и авиакосмической индустрии.

— Создание нового морского флота: военного и гражданского.

— Новая урбанизация (футурополисы) — по сути, переосвоение запустевшей страны.

— Новое село и достижение продовольственной независимости страны.

— Новая энергетика.

— Новое образование.

— Программа восстановления жизнеспособности нашего народа.

— Опережающее развитие Сибири и Дальнего Востока.

— Создание по сути нового человечества и новой цивилизации — как предлагает проект «Россия-2045».

Будущее — за Шестым и Седьмым технологическими укладами. Именно их необходимо строить упорно, сознательно и целеустремленно.

— Надо проводить политику эффективной демонополизации.

Если собственность и средства производства сосредоточены в руках немногих монополистов, то у них скоро окажется и власть. То есть, у немногих углеводородных, транспортных, металлургических, химических, аграрных магнатов, людей и корпораций.

Как провести эффективную демонополизацию? Это — не только приватизация, ибо частные монополии могут быть гораздо хуже государственных. Что нужно?

— В промышленности — положить конец чудовищной «суперджетовщине» и «ОАКизации». Нужно создание пусть государственных, но конкурирующих компаний из отраслей категории А, которыми должны управлять дееспособные министерства. Сами госкорпорации никоим образом не могут заменять собою министерства!

— На селе — поддержка (как в ЕЭС) не только сверхкрупных агрохолдингов с обезличенной собственностью и бесправными наемными работниками, а достаточно компактных хозяйств. В Германии, например, четко ограничен размер годовых субсидий для одного хозяйства. Потому у немцев средний размер хозяйства — 45 гектаров. Там считается: если хозяин земли сам ее и обрабатывает, это позитивно как с точки зрения экономической эффективности, так и сточки зрения психологического и социального климата на селе.

— Создание дееспособной антимонопольной службы и придание ей полномочий силовой структуры.

— В экономике вообще — помощь малому и среднему бизнесу. Допуск его к системе крупных государственных конкурсов и тендеров. Совмещение принципов частной инициативы (отбор самых эффективных и инновационных) с социалистическим принципом мобилизации ресурсов (победителям конкурсов достается щедрая поддержка, позволяющая возникнуть новым сильным корпорациям).

— Курс решительной борьбы с последствиями безответственных либеральных «реформ» в электроэнергетике и железнодорожном транспорте и восстановления дееспособности этих двух важнейших инфраструктурных отраслей.

Продолжение дезорганизации и неконтролируемого роста тарифов в этих сферах грозит самой жизни страны. Необходимо не только наказать виновников этого безобразия, но и с помощью профессионалов (а не кабинетных московских либералов) воссоздать в новом качестве и «Единую энергосистему», и МПС. Проведение долгожданного суда над Чубайсом.

— Формирование политики решительного изменения налоговой системы РФ.

Нынешняя налоговая система есть медленное убийство страны, при ней невозможны ни развитие РФ, ни новая индустриализация.

— Надо провести резкое снижение налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), акцизов и налогов с продаж топлива — но при резком подъеме пошлин на вывоз сырой нефти и природного газа. Полностью отменить возврат НДС при вывозе непереработанных углеводородов. Отказ от требований ВТО по выравниванию цен на энергоносители внутри и вне Российской Федерации.

Это снизит цены на топливо и энергию внутри РФ, дав толчок бурному развитию обрабатывающей и сложной индустрии, стимулирует полную переработку нефти в стране.

— Налоговое стимулирование модернизации наших предприятий. Сегодня отечественный промышленник вынужден вкладывать средства в переоснащение своих заводов, лишь выплатив все тяжелые налоги. В то же время, западные и китайские промышленники получают огромные налоговые льготы (плюс намного более дешевые кредиты) для переоснащения своих предприятий. Оттого нашему промышленнику модернизация мощностей обходится в 2,5 раза дороже, чем канадскому коллеге, например.

Такие же налоговые льготы должны быть при модернизации! Якобы «выпадающие» доходы бюджета будут быстро компенсированы за счет увеличения общей массы налоговых поступлений от бурно поднимающегося производства. В переходный период образовавшиеся «разрывы» можно компенсировать за счет накопленных финансовых резервов государства (пока кредитующего экономику США и ЕС), за счет осуществления суверенной финансовой политики (см. выше).

— Ради стимулирования вложений средств именно в производство, а не в расточительное потребление следует снижать налоги на прибыль и НДС при резком увеличении налогов на личные сверхдоходы (дивиденды и сверхвысокие зарплаты), при повышении пошлин на вывоз из РФ сырья. Стабфонд РФ должен служить нам, а не Западу.

— Следует начать новый курс, смысл коего: полностью реализовать наше геоэкономическое, национальное преимущество в виде огромного нефтегазового потенциала.

Риторика власти: снизив НДПИ, акцизы и налоги на торговлю горючим, но подняв пошлины на вывоз сырой нефти, мы тем самым компенсируем слишком холодный климат страны и наши бескрайние расстояния. И тем же самым — обеспечим разумные цены на энергию внутри РФ, дав толчок развитию ее промышленности. Не пользоваться нефтегазовым преимуществом страны с нашей стороны просто глупо. Это как если бы США не пользовались бы своим выходом на два океана и обладанием эмиссионным центром мировой валюты. Или как если бы Саудовская Аравия перестала бы пользоваться своим статусом «нефтяной бочки» мира, а Китай — своим положением промышленной площадки глобального масштаба.

Надо прекратить наращивание вывоза сырой нефти и непереработанного природного газа за рубеж. Это — невозобновляемый ресурс, который нужно расходовать экономно. Кроме того, прекращение роста экспорта углеводородов из РФ поможет установлению высоких мировых цен на нефть и газ. А это безусловно выгодно нам. При разумной экономической политике это пойдет только на пользу развитию экономики. Высокие цены на нефть вне РФ, и разумно низкие— внутри страны! Такой должна быть наша формула.

Одновременно мы начинаем политику помощи создания новых компаний по полной переработке нефти — это реально снизит цены на топливо внутри РФ.

* * *

Огласив все это, новая власть фактически обозначит Новый курс — и новый порядок в стране. Заложит основы нового неписаного соглашения между властью и народом.

После провозглашения Нового курса необходим ряд не менее решительных шагов, каковые не только укрепят положение новой власти, но и надолго захватят информационное пространство, причем и в мире тоже (навяжут русскую повестку дня). Что предлагается?

Первое. Форсированное создание особой разветвленной структуры поиска, отбора и расстановки кадров отличного качества (кадровая опричнина).

Сюда входят:

— Механизм допуска малого и среднего бизнеса к конкурсам на крупные государственные и оборонные заказы (см. выше), что форсирует возникновение новой, несырьевой и националистической, нелиберальной элиты (малый и средний бизнес в основном ненавидит либеральных «реформаторов»). Это же— обильный источник новых кадров.

— Система «президентских школ» и центров кадрового отбора с применением передовых гуманитарных и психологических технологий.

— Формирование под эгидой президента Университета Великой России.

— Допуск к конкурсам и в систему отбора людей граждан Украины и Белоруссии, коим тесно в реальности своих «стран», молодых людей из русских общин всего СНГ, формирование инновационного и антикоррупционного «янычарского корпуса». Параллельно это— запуск процесса общерусского воссоединения.

Второе. Резкое усиление работы с русскими общинами за пределами РФ, радикальное упрощение процесса получения российского гражданства русскими из стран СНГ.

Принятие закона «О разделенной русской нации», принятие закона об аффирмации для русских как для наиболее пострадавшего от геноцида народа.

Третье. Начало аналога Нюрнбергского процесса над авторами «либерального эксперимента» и развальщиками СССР, над авторами геноцида русских и других народов России.

Четвертое. Начало общественного международного процесса над западными (американскими и английскими) организаторами прихода Гитлера к власти и разжигателями Второй мировой войны, над виновниками гибели 20 миллионов наших людей.

Пятое. Провозглашение политики дегорбачевизации и деельцинизации, а может — и не только их. Развертывание государственной разоблачительной кампании по образу и подобию кампании после XX съезда КПСС в 1956-м.

Шестое. Показательные разгромы этнокриминальных диаспор в русских городах.

Седьмое. Объявление конкурса на грандиозные памятники жертвам либерального эксперимента 1991–2012 годов, на общий памятник павшим в Гражданской войне начала XX века (скорбная Родина-мать над телами красноармейца и белогвардейца), на памятники Сталину, Александру Третьему, Ивану Грозному, Алексею Михайловичу.

Восьмое. Создание Книги памяти жертв геноцида 1989–2012 годов, книги памяти погибших заводов и фабрик. Лозунг — «Не забудем и не простим!».

Девятое. Создание центра передовых организационных технологий управления государством (включая «электронное правительство»). С независимыми от правительства центрами контроля реального положения в РФ. Привлечение специалистов по оргтехнологиям и социометрии.

Создание системы «мозговых центров» для определения и конструирования будущего Русской цивилизации, для определения перечня становых национальных проектов для формирования будущего облика страны. Вовлечение в этот процесс иностранных мыслителей-добровольцев, коим тесно в своих странах.

Создание общенационального Агентства передовых разработок во всех сферах деятельности (не только в ВПК). Создание АЭР — Агентства экономического развития.

Организация (как при Сталине) широкой общественной дискуссии в прессе по вопросу о проекте будущей России. Вовлечение в процесс этого «краудсорсинга» всех умных и активных граждан. Буквально «заражение» общественного сознания мыслями о победоносном Будущем.

Десятое. Объявление о создании международной Технологии, призванной защитить технику, передовую индустрию и научно-техническое развитие от международного экологического фундаментализма.

Одиннадцатое. Объявление о полном прекращении ЕГЭ-эксперимента и «болонизации» русского образования, полное изгнание либеральных разрушителей из руководства системы образования, их примерное наказание, создание комиссии из практиков образования.

Двенадцатое. Суд над авторами сердюковской «военной реформы», создание плана возрождения ВС РФ.

Тринадцатое. Заявление главы РФ для Запада — с объявлением международной борьбы с глобальной криминально-коррупционной революцией, с призывом по-доброму помочь нам в поиске и возвращении украденных национальных богатств, со списком лиц для выдачи в РФ. И — с предупреждением о недопустимости введения санкций против новой власти, ибо русские способны дать на это асимметричные ответы (помощь Индии в строительстве атомного флота, помощь некоторым странам в производстве ядерного оружия).

Четырнадцатое. Запуск огромной программы жилищного строительства в РФ.

Пятнадцатое. Создание системы двух «сменных команд» для управления страной. Пока одна команда (правительство) управляет текущими делами, вторая занимается версткой стратегических планов и аналитикой. С определенной периодичностью команды меняются местами. Таким образом, мы избегаем застоя, обогащаем мыслителей практическим опытом, а практиков— мыслительно-стратегической работой.

Шестнадцатое. Программа «Освобождение городов». Объявление союза верховной власти с демократически избранными мэрами городов. Прямая помощь им в инновационном перевооружении городского хозяйства и в социальных инновациях (беспроцентные кредиты и техническая помощь), прямая помощь в наказании выявленных коррупционеров. Перетягивание на свою сторону «рассерженных горожан». Аналог— союз монархов и городов в прошлом против крупных феодалов.

Семнадцатое. Освобождение разоренной деревни от налогов, введение там местного самоуправления (реализация программы «Крестьянского фронта»), аналог союза Советской власти с середняками и бедняками в начале СССР.

Восемнадцатое. Начало программы мобилизации пассионарной молодежи — вплоть до создания Армии молниеносного развития.

Девятнадцатое. Новая Советская власть.

Нужно строить реальную альтернативу власти денег и чиновников. Понятное дело, что порядки позднего СССР возвращать нельзя. Там ведь — бюрократическое царство. Нет! Альтернативой должна быть новая Советская власть (которой в СССР не было), причем осуществляющаяся в условиях суровой борьбы с коррупцией и новой индустриализации. С неизбежным упразднением класса квазикапиталистов-олигархов (неофеодалов), с перераспределением богатств и с подъемом нового правящего класса — когнитариев-креаторов.

Пусть люди на местах (в городах и районах) выбирают местные Советы. Там, на низовом уровне, они всех знают и смогут избрать самых достойных да компетентных. А самое главное — избиратели смогут своих делегатов контролировать и отзывать в случае необходимости.

А дальше — депутатов в региональные Советы должны выбирать уже не рядовые избиратели, а члены местных Советов. Тоже с механизмом отзыва тех, кто на региональном уровне не может достойно представлять «земли». В свою очередь, региональные советы избирают депутатов в Верховный (общенациональный) Совет.

В такой системе возможности выборных манипуляций и мозгокрутства политтехнологов сводятся практически к нулю. Высшая политическая элита не отчуждается от народа. А самое главное — создаются социальные лифты в двух направлениях: лучшие — получают возможность быстрого подъема в высший эшелон, худшие — угрозу «опускания». Подобная власть не будет принимать тех заведомо идиотских и разорительных для экономики решений, что принимает прогнившая, продажная и тупая власть богатых сегодня.

Подобная неосоветская власть (без доминирования одной партии) позволит совместить народоправие, самоуправление — и существование единого, централизованного Русского государства. При этом государствообразующая роль русских обеспечивается их реальным рещающим голосом в формировании собственно власти.

Более того, система Советов может работать и в условиях чрезвычайного периода — Диктатуры развития и санации, ликвидирующей последствия четвертьвекового разгрома нашей страны. При этом правящая партия концентрируется на идеологии и подготовке кадров, отстраняясь от прямой госвласти — как планировал Сталин. Понятное дело, что новая Советская власть потребует иной экономики и новой налоговой системы…

* * *

В заключение скажу еще раз: демократия в условиях капитализма — блеф. Это всегда власть богатых. Поменять формулу путинской власти (Сила + Деньги) на пресловутую либеральную демократию (Деньги + Сила) — попасть из огня да в полымя.

У нас есть только одна альтернатива — неосоветская империя.

Content

Максим Калашников
Мобилизационная экономика. Может ли Россия обойтись без Запада?

Предисловие

«Судный день» Запада

Откровения миллиардера Роджерса

Почему либералы не любят Путина?

О «ресурсном проклятии» России

Дороги, которые мы не выбираем

Возможна ли у нас империя-корпорация?

Мобилизационная экономика для России

Нам нужно тайное государство

Схема тайного государства

«Новые русские» как сырье истории

Каким будет «новый 1937 год»

Спецоперация «скрытая революция»

У нас будет новая империя

Послесловие