Дэй Сильвия

Что произошло в Вегасе (ЛП)

Оригинальное название: Sylvia Day What Happened in Vegas 2011

Сильвия Дэй Что произошло в Вегасе 2014

Переводчики: Наталия Павлова, Ольга Хлынова

Редактор: Ольга Хлынова

Оформитель: Наталия Павлова

Обложка: Ника Метелица

Переведено для группы: https://vk.com/ bared _ to _ you

Любое копирование без ссылки

на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Это случилось в Вегасе...

Обжигающая встреча, превратившаяся в жаркий двухнедельный роман. Для Пола оставалось загадкой то, как он оказался в постели такой женщины, как Робин. В одну минуту они вместе ехали в лифте, а в другую он уже был на ней, влечение было настолько сильным и молниеносным, что нельзя было вспомнить, как они добрались до его номера или даже как скинули свою одежду. Но когда Робин предложила поднять их отношения на новый уровень, Пол запаниковал, тем самым побудив ее покинуть номер с гордо поднятой головой и с его сердцем в своих руках. Четыре месяца спустя, он снова встретил ее в лифте, но ее чувства были под замком. У Пола есть одна попытка, чтобы доказать, что произошедшее в Лас-Вегасе, может случиться где угодно, до конца своих дней.

В Лас-Вегасе было 45⁰C, но Пол Лоуренс мог поклясться, что во взгляде своей бывшей любовницы температура понизилась до запредельного холода.

Робин Тернер, словно вихрь арктического воздуха впорхнула на первый этаж отеля Мондего Хотелс. Ее длинные светлые волосы были собраны в элегантную прическу, а сочное тело облачено в бледно-голубое платье, которое повторяло все изгибы фигуры и завязывалось на талии. Туфли телесного цвета создавали впечатление, будто бы она шла босиком, а массивное аквамариновое колье вокруг ее шеи, было похоже на кубики льда.

Рука Пола сжалась на бутылке пива, а его член затвердел в джинсах. Как они оказались в одной постели, все еще оставалось для него загадкой. В одну минуту они ехали вместе в лифте, а в другую он уже был на ней, влечение было настолько сильным и молниеносным, что Пол не мог вспомнить, как они добрались до его номера или даже как скинули свою одежду.

Сделав глоток пива, он последовал взглядом за продвижением Робин через бар. Она подошла к кабинке, около которой стоял парень в костюме и приветствовал ее. Мужчина расцеловал Робин в обе щеки, прежде чем они сели. Пол знал, что не мог оставаться с ней в одном помещении и не поиметь Робин, потому он жестом подозвал бармена и заказал экстра-пошлый мартини ее столику.

― Ваш напиток очень популярен, ― сказала одна из коктейльных официанток, смешивая коктейль и ставя его на поднос. Ее улыбка была приглашением. Она смотрела на Пола, удостоверяясь, что он получил послание.

― Рад слышать это, ― ответил он, руша зрительный контакт, чтобы выразить отсутствие интереса. Возможность Мондего производить свое свежи-сваренное пиво сделала его первым плацдармом Лас-Вегаса. Контракт этого курортного отеля оплачивал поездки Пола раз в две недели, чтобы он мог передавать свою продукцию другим заведениям в этой области, что в свою очередь позволило иметь Робин в течении целого года. Выходные с ней были самыми дорогими и бесценными составляющими его жизни.

До того, как он четыре месяца назад трахнул и потерял ее.

Бросив несколько купюр на столешницу, Пол освободил барный стул и с пивом в руке пошел к лифту. Он оставил цветы для Робин на ресепшен вместе с карточкой номера своей комнаты. Хотя Пол и знал, что она, должно быть, вчера зарегистрировалась, но не связалась с ним. Он пытался убедить себя в том, что Робин была занята подготовкой выставки ювелирных изделий, которая открылась сегодня в отеле, но этот взгляд, которым она только что стрельнула в него, выдал всю ложь. Пола утешало лишь то, что бывшая любовница не была к нему равнодушна. Ему оставалось лишь надеяться, что это чувство не возьмет над ней верх. Он бы принял у нее все, что она бы ему прямо сейчас могла дать — спор, пощечину, да что угодно. Пока это давало возможность сказать то, что должно было быть сказано.

Заходя в лифт, Пол почувствовал ее запах. Широко дыша, он вдохнул аромат ванили и чего-то цветочного глубоко в свои легкие. Осознание с шипением пронеслось по позвоночнику и сжало его яйца в кулаке. Сексуальные потребности пробудились после четырех месяцев без Робин. Пол нажал кнопку своего этажа, передвинулся в дальнюю часть кабины и обернулся. Поскольку Робин стояла рядом с ним, предвкушение растеклось по его венам. В голове у Пола промелькнула мысль, что она отмазалась от своего спутника, но он отогнал эту идею в сторону. Ему не насрать. Единственное, что имело значение это то, что она отправилась вслед за Полом.

Пожилая пара и три господина в костюмах вошли в кабину и повернулись лицом к двери. Когда лифт начал подниматься, Робин покачивалась на одной шпильке и рисовала взглядом Пола. Он наблюдал, как она стянула вниз свое нижнее белье, освободив одну ногу, а затем другую.

Иисусе. Его член пульсировал в нетерпении, а в голове бродили картинки, как он задирает ей платье и тут же входит в нее.

Мягкий звонок оповестил о первой остановке. Бизнесмены вышли, а четверо подростков в купальниках зашли. Уставившись прямо перед собой, Пол протянул руку и сунул ее между складками платья Робин. Она немного отступила, ставя его перед собой, соблазняя его прикосновениями. Он положил ладонь на ее киску, пальцами потирая у нее между ног, делая ее жаркой и влажной. Его член все увеличивался, и Пол допил пиво, чтобы скрыть чувственный стон.

Лифт вновь остановился, и из него вышла пожилая пара. Когда подростки встали на их место, одна из девушек посмотрела на Пола. В ее подведенных темных глазах вспыхнул интерес. Девушка оглядела его с ног до головы, зацепившись взором за логотип пивной фабрики на футболке Пола и рассматривая татуировку, которая показалась из-под рукава. Ее взгляд последовал вниз по линиям на руке туда, где он раздвигал губы влагалища Робин, но тут два парня спросили ее о чем-то и отвлекли от пристального осмотра.

Робин резко втянула воздух сквозь зубы, когда Пол протолкнул в нее средний палец. Ее тугая, шикарная промежность жадно сжалась. Его веки отяжелели ―  похоть взяла над ним верх. Нажав пальцем на клитор он продолжал массировать Робин, готовя ее к объездки своего члена. Пол сначала хотел поговорить с ней, но она была такой страстной, и знай Бог, он тоже был распален не на шутку. Волочиться по жизни без нее было пыткой. Временами Пол думал, что сходит с ума от потребности услышать голос Робин и почувствовать ее тело на своем.

Дети сошли на следующей остановке . Лифт продолжал свое восхождение на сорок пятоый этаж только с ними двумя на борту .

"Я скучал по тебе", сказал он грубо.

В ответ она насаживала свою полную желания киску на его палец.

― Тебе это не хватало.

Ее тон был отрывист и холоден, но тело оказалось предателем. Робин распалялась все сильнее и становилась восхитительно влажной. Пальцем Пол трахал ее сочную киску и кабина лифта наполнилась мягкими стонами. Самообладание Робин обрушилось, и она схватилась за медный поручень, стоная и бесстыдно раздвигая ноги.

В этот момент лифт достиг конечной точки, Пол потянул свободные пальцы и догнал Робин, закинув ее себе на плечо и выкинув пустую бутылку в урну, удобно размещенной возле лифта. Он зажал презерватив в зубах и взял карту-ключ от апартаментов, прежде чем достиг своего номера люкс. Открыв дверь ногой, Пол притиснул Робин к стене. Он расстегнул ширинку сразу после того, как запер дверь номера.

Его джинсы под весом бумажника упали на пол прихожей с глухим стуком. Мгновение спустя, кружевное белье Робин порхнуловниз. Он надел презерватив на член, а Робин задрала платье, чтобы принять в себя. Пол замер и взглянул на нее, его грудь сжалась. Робин невозмутимо изящна выше талии и была ходящим эротическим сном снизу. Ее ноги были длинными и гибкими, а секс с ней легким и блестящим.

Пол был убит, когда она пришла в его жизнь. Застывший в горе по поводу гибели сына и последующим расторжении уже разрушенного брака. Во время первой поездки в лифте с Робин, кто-то словно щелкнул переключателем, вырвав его из комы. Она заставила легкие наполниться кислородом, а кровь вновь пуститься по венам. Пол стал жить выходными, которые проводил с ней, желая услышать ее смех и улыбку, чувствовать ее прикосновения и аромат.

Но когда Робин предложила поднять их отношения на новый уровень, Пол запаниковал, тем самым побудив ее покинуть номер с гордо поднятой головой и с его сердцем в своих руках.

Вспомнив о том, как ему чертовски повезло, что Робин готова и попробовать еще раз, Пол прижал ее стройное тело к двери и поцеловал жарким страстным поцелуем.Он припечатал свои губы к ее, а его язык заскользил по нижней губе, побуждая впустить внутрь. Сначала Робин была жесткой, неуступчивой и будучи настороже. Но когда страсть перерастала в физическую близость, то между ними не существовало преград.

Когда он провел языком по ее губам, Робин потянулась к его ширинке и закинула ногу Полу на талию. Она взяла член обеими руками, что сделало его настолько твердым и толстым, что Пол испустил стон ей в рот. Он провел ее рукой по всей его длине. Знакомым движением Робин массировала клитор головкой члена. Пол больше не мог терпеть. Он убрал ее руки и скользнул головкой члена ей в промежность. Робин была такой готовой, что он, увлажненный ее соками, погрузился в нее на дюйм. Ее влагалище затрепетало вокруг него. Грудь Пола вздымалась от потери контроля над собой. То, чего он желал, должно было прибить Робин к двери мощными толчками; то, в чем нуждалась она, должно было помочь ей понять, что Пол полон решимости работать над отношениями.

― Поспеши, ―  прошипела она .

Прежде чем он смог обуздать себя, руки Робин схватили его за задницу и рванули на себя. Неожиданный толчок послал Пола глубоко в туннель. Ладонями он уперся по обе стороны от ее головы, и проклятье сорвалось с его губ.

― Робин, детка, ―  прорычал он. ― Дай мне чертову минуту.

Но она уже начала движения. Робин откинула голову назад и испустила сугубо эротический стон наслаждения. Ее влагалище сжало его ноющий член, словно в кулаке. Когда нежные мышцы стали сжиматься по всей длине члена невероятными пульсациями, Пол потерялся.

― Вот черт, ― выдохнул он, чувствуя как напрягаются его яйца, и как сперма устремляется в кончику члена.

Сжимая ее в задницу в руках, Пол трахал ее бьющуюся в конвульсиях киску, как сумасшедший, ударяясь об нее с громким шлепком. Сильнейший оргазм был самым грубым в его жизни. Удовольствие настолько чистое и жгучее, что он не смог подавить рычание, пророкотавшее у него в горле. Или слова.

― Робин ... блять ... Я люблю тебя, детка. Люблю тебя...

Обливаясь потом и дрожа, он выгнулся, доведенный до белой горячки экстазом. Его бедра бессмысленно подёргивались, когда он опустошал себя внутри нее.

Робин содрогнулась в его объятиях и из ее груди вырвался тихий всхлип.

― Боже ... Ты - осел, Пол. Ты знаешь об этом?

Блестяще, блять.Он, наконец, рассказал ей о своих чувствах, но это признание было не столь изящным или романтичным. Робин уйдет с мыслями о том, что Полу просто хотелось перепихнуться. И он вряд ли искупил свою вину, проклиная свои бурные чувства в разгар дня, не прокрутив в голове мысль, что, вероятно, они были слышны всеми постояльцам на этаже.

Он прикоснулся к ней лбом.

Она уронила руки на бока. Ее порывистое дыхание ощущалось на его влажной коже горла.

― Мне нужно идти.

Желудок Пола завернулся в узел. Он не мог позволить ей снова уйти. Пол не переживет это во второй раз. Схватив ее за бедра, он взял ее на руки и ногами отпихнул ботинки и свободные джинсы. Стоя в одних носках и рубашке, все еще с членом, глубоко похороненным в сладчайшей киске мира, Пол на дрожащих ногах отнес Робин в спальню.

― Нет, до того, как ты не выслушаешь меня.

― В прошлый раз я слышала тебя четко и ясно.

Стиснув зубы, он убрал руки и кинул ее на кровать. Прежде чем Робин успела далеко взобраться, Пол схватил ее за лодыжки и широко раздвинул ей ноги. Он опустил взгляд на ее сочную розовую киску, пухлые складки которой блестели желанием.

― Я не завершил задуманное. Я еще не закончил.

― А я закончила.

Он облизнул губы жаждущие попробовать ее вкус.

― Мы этим еще займемся.

Угадывая намерения в карих глазах Пола, Робин изо всех сил пыталась отступить, прежде чем он снова уничтожит ее. Она любила мужчину, который был ранен. Она могла бы исцелить его, если бы Пол пожелал. Но он не сделал этого. Выражение лица Пола, когда Робин предложила ему встретиться в его родном городе Портленде, сказало ей все, что она должна была знать ― Робин была лишь трахом раз в две недели, горячий кусочек в Лас-Вегасе. И все знают: что произошло в Вегасе, остается в Вегасе.

Той ночь она вышла из его номера с намерением не оглядываться назад. Робин сказала себе, что Пол Лоуренс был лишь короткой волной безумия в ее жизни. Но наблюдая за тем, как он только что покидал бар, было для нее нечто большим. Она, не говоря ни слова, оставила своего брата за столиком, следую за человеком, после которого она не могла оправиться.

Еще один трах, сказала себе Робин. И тогда все будет кончено.

Идиот. Она жаждала его, как наркоман героина, и каждого раза было недостаточно.

Пол опустился на колени у нее между ног и ее промежность жадно сжалась. Ее киска дрожала от стремления почувствовать на себе его рот, клитор пульсировал от необходимости почувствовать язык, скользящий по нему. Пол удерживал ее раскрытой руками за внутреннюю сторону бедер, а его взгляд был прикован к ее близкой плоти.

― Я умираю от желания съесть тебя, ― грубо сказал он. ― Я тратил время попусту, дюжину раз, думая об этом. Просто наслаждайся, детка. Мы побудем здесь некоторое время.

― Я должна быть на совещании! ― запротестовала она. ― Я не могу ... О, Боже!

Первое прикосновение языка украло ее мысли. Это было нежное, медленное поглаживание, которое разожгло каждое чувствительное окончание. Следующая "передача" была более тщательной, обрабатывая ее клитор шариком от штанги на языке. Его стон послал в нее вибрацию, отчего ее киска судорожно сжалась от желания почувствовать его член в себе.

Ее руки сжали в кулаки одеяло.

― Ты такая сладкая, ― похвалил он хрипло, а его руки скользнули вниз по внутренней стороне ее бедер. ― Твоя киска такая нежная.

Нежные фразы пролетели мимо ее ушей.

Его губы заключили в горячий круг ее клитор, а язык пронзал трепетавший тугой узелок разрушительными толчками. Бедра Робин задвигались против воли, толкаясь и покачиваясь, когда она погналась за еще одним оргазмом. В прошлом ей посчастливилось кончить всего лишь с одним партнером. С Полом, чем больше он к ней прикасался, тем чувствительнее она становилась. Каждая кульминация накатывала быстрее, чем предыдущая, пока она не доходила до разрушительных волн, которым не было начала и конца.

― Трахни меня своим языком, ― выдохнула Робин, прижимая ногу к его мощному плечу, побуждая Пола быть еще ближе. Ее спина выгнулась, когда он стал дразнить дрожащую щель мелкими толчками. Вцепившись в его слишком длинные волосы, она насаживалась на рот Пола, в бесстыдной необходимости кончить.

Она видела, что люди не хотели иметь дело с Полом из-за его внешности. Те, кто жил стереотипами, представляли дома на колесах и банды байкеров, когда смотрели на него. Они не могли не обратить внимания на подбородок, поросший щетиной, и выглядывающие татуировки. Но под пирсингом, чернилами и косматыми волосами скрывалось великолепное лицо, которое вырисовывалось из классических линий и пропорций. Пол мог украсить собой древнюю монету или вдохновить статуи в храме. И он был гораздо богаче, чем могли бы предположить люди, глядя на его непринужденный стиль.

Обхватив Робин за ягодицы, Пол приподнял ее бедра и наклонил голову. Он протолкнулся язык еще глубже, и ее киска беспомощно сжалась вокруг его ритмичного орудия.

Робин сжала свою ноющую в лифчике грудь, пощипывая соски, дабы ослабить их напряжение. Ее бедра беспокойно вращались, умоляя: "Заставь меня кончить".

Удерживая, он поцеловал ее киску, медленно обрисовывая с мягким всасыванием, в то время как его язык порхал у нее над клитором. Она вскрикнула и рассыпалась под его жадным и нежным ртом. Ее тело обмякло, замирая и кончая на кровать.

― Я люблю тебя, ― он поднялся на ноги и выбросил презерватив в мусорное ведро.

― Ты любишь меня трахать, ― прошептала она, зная, что когда страсть отступит и вторгнется реальность, он снова уйдет, как уходил раньше.

Пол склонился над ней, вжимая руки в матрас по обе стороны от ее талии.

― Я влип надолго.

― Ты думаешь, что то же самое место, время и две недели спустя ― это навсегда? ― она ненавидела оттенок горечи, прозвучавший в ее голосе.

Он никогда не выполнял свои обещания, никогда не ссылался на большее, чем у них существовало во время их встреч в Вегасе. Было не справедливо, что Робин злилась на Пола за его нежелание дать больше, но она не могла помочь ему почувствовать то же, что и сама.

― Этого для меня не достаточно, ― выпрямившись, он рванул свою футболку через голову. Ее взгляд жадно скользнул по его торсу, восхищаясь четко выраженными мышцами брюшного пресса, которые напряглись, когда он снимал одежду. Пол был таким мужественным. Воистину захватывающе дух. Татуировки покрывали обе руки от плеча до локтей в шикарные полу-рукава. Его грудь была широкой, золотистой и чистой ... за исключением имени Робин, которое пересекало место над сердцем.

― Этого никогда не будет для меня достаточно.

Робин судорожно втягивала воздух, ошеломленная увиденной надписью, которой там прежде не было. Ее взгляд остановился на новой татуировке и зрение затуманилось пеленой слез.

― Пол...

― Я действительно люблю тебя трахать, ― он вытащил новый презерватив из ящика тумбочки и стал раскатывать его на члене. ― Когда я не в тебе, то всегда думаю об этом.

Положив руки на внутреннюю сторону ее бедер, он вонзился в нее. Она всхлипнула, ее нежная киска сжалась от недавних оргазмов.

― Боже, тебе хорошо, ― выдохнул он. ― Ты так во мне нуждаешься.

Его член, такой длинный и толстый, был совершенным. Как будто был сделан специально для нее. Приподнявшись на локтях, Робин наблюдала за свободными движениями его блестящего члена. По всей его длине протянулись прожилки, представляя собой настоящую брутальность, впрочем, как и все остальное. Это заставило Робин почувствовать свою женскую власть, подобно чертовой богини секса, разжигающей бушующую похоть мужчины, который был таким мужественным и первобытно сексуальным.

Робин провела языком по нижней губе.

― Пожалуйста, ― прошептала она, чувствуя себя пустой без него. Чувствовала себя опустошенной, так как отдалась ему физически и эмоционально.

Он погрузился в нее с низким шипением наслаждения.

― Ты такая сексуальная, детка. Так чертовски прекрасна и красива. Я не могу понять, черт возьми, что ты делаешь с таким парнем как я, но я благодарен. Каждый гребанный день.

Боже, помоги ей. Она его очень сильно любила.

Пол развязал пояс на ее талии и распахнул платье. Потом расстегнул застежку на лифчике, освобождая груди в его ждущие ладони. Ее киска сжалась вокруг него, когда он нежно скручивал соски в своих умелых пальцах.

― Мне так жаль, ― он покраснел и блестел от пота, его красивые карие глаза затуманились, как и ее. ― Так чертовски сильно жаль, что я позволил тебе думать, даже на секунду, что ты всего лишь перепих для меня мудака. Я полюбил тебя, как только увидел. Мне следовало бы сказать тебе...

― Мне это нужно, ― она обхватила руками его запястья, чтобы удержать себя, поскольку наслаждение угрожало смести ее.

― Я знаю, ― его бедра покачивались в легком и размеренном темпе. ― Мне тоже это нужно от тебя.

Это зацепило ее. Она хотела, чтобы он нуждался в ней. Хотела быть ему полезной, помогать по жизни. Разделить его жизнь.

― Например?

― Мне нужен график твоих разъездов, ― его губы растянулись в улыбке, когда она нахмурилась. ― Таким образом я могу распланировать свои поездки, что они совпадали с твоими. И хочу, чтобы ты переехала ко мне. Это твой ювелирный бизнес, не так ли? Ты можешь создавать свои изделия в любом месте.

Робин кивнула, не в силах говорить, пока он описывал все, что она желала услышать, при этом так прекрасно ее трахая. Хлюпающие и ритмичные погружения его члена сводили Робин с ума. Все ее тело было в напряжении от необходимости кончить, а бедра приподнимались ему навстречу. Он был таким твердым и это было так приятно, чтобы быть с ним снова. Чувствовать запах его кожи и ощущать его тело под своими руками.

― Пока я застрял на заводе в Портленде, ― его слова прозвучали нечленораздельно от удовольствия, тоже достигнутым им. ― Но если тебе не нравится город или дом, или еще что-нибудь, то я поеду туда, где ты будешь счастлива. Мне просто нужно время. Время, которое я не хочу проводить без тебя.

― Жестче, ― призвала она, хватая его за упругую идеальную задницу. Робин выгнула шею, вдавив голову в матрас, понимая, что кульминация парила вне досягаемости. ― Трахни меня жестко.

Сжав руки на ее талии, Пол дал ей то, в чем она нуждалась. Его агрессивные удары устремили ее к цели.

― Я рядом с тобой, ― простонал он, еще сильнее загоняя в нее. Пол издал тот тихий сексуальный звук, который воспламенил ее, смесь хрипа и мурлыканья, сказав без слов о том, сколько наслаждения дала ему Робин. ― Рядом с тобой ... Рядом. С тобой.

Пристальный взгляд Пола встретился с ее глазами, когда он кончил, пьянящий прилив удовольствия разделился между ними.

― Я люблю тебя, ― просипел он, дрожа от силы экстаза.

Она не могла отвести взгляд, отважно веря ему.

* * *

Пол заполучил ее голой. Робин упустила момент, когда он достиг пика, еще пребывая в тумане эйфории пост кульминации. Она лежала, свернувшись у него под боком и запутавшись с его ногами. Голова Робин покоилась на груди у Пола, а кончиками пальцев она обводила свое имя, запечатленное на его коже.

― Я собиралась трахнуть тебя и уйти, ― призналась она.

― Я это уловил, ― он прижался губами к ее лбу. ― Я бы не позволил тебе уйти. Я бы последовал за тобой со своим барахлом, и мне бы пришлось отбуксировать тебя обратно.

Она подняла голову.

― Как я могу позволить другим женщинам

любоваться тобой.

Пол улыбнулся.

― Я весь твой, сладкая. Недостатки, багаж и все остальное.

Ее рука замерла и легла ему на сердце.

― Ты был не готов, Пол. Мне жаль, что не был.

― Мой психотерапевт говорит иначе.

Сердце Робин пропустило удар.

― Психотерапевт?

Пол кивнул.

― Я должен встречаться с ним некоторое время. Но я достаточно знаю, что принесла мне потеря Курта и что мне нужно вернуть свои мысли в чистое русло.

Сердце Робин разрывалось от трагедии, которой он был травмирован. Она не могла себе представить, что чувствовала бы, пережив своего ребенка.

Он переплел их пальцы.

― Мне нужно было еще давно с кем-нибудь поговорить, особенно после того, как я встретил тебя. Было нечестно по отношению к тебе, что я не сделал этого.

― Ты не можешь взять всю вину на себя, ― тихо сказала она. ― На начальном этапе, наши условия идеально подходили для меня, слишком. Никаких обязательств, жаркий секс и парень, который слушал меня, не болтая о драгоценностях. Все было прекрасно, пока я не изменила своим ожиданиям.

Пол протянул свободную руку и открыл ящик тумбочки. Она подумала, что он потянулся за презервативом и ее пульс участился. Когда в ее поле зрения появилась темно-синяя бархатная коробочка, сердце Робин совсем остановилось.

Пол поставил ее себе на живот и глубоко вздохнул.

― Ты хоть представляешь себе, как трудно купить обручальное кольцо для дизайнера ювелирных украшений, который обставил вашу задницу ограничениями?

Не в силах удержаться, Робин потянулась к коробочке.

― Подожди, ― сказал он, останавливая ее. ― Возвращаясь к списку вещей, которые мне нужны от тебя ... Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, Робин. В следующий раз, когда мы покинем этот номер, я хочу, чтобы мы вернулись сюда мужем и женой. Я обещаю тебе свадьбу твоей мечты: с нашими друзьями, и семьей, и голубями, и лебедями, и всем тем, что ты, черт возьми, захочешь, но я очень хочу произнести обеты сейчас ― сегодня ― и пожениться здесь, в Лас-Вегасе, ощущая неразрывную связь с нами.

С нами. Она смотрела на него с широко распахнутыми глазами, ее разум говорил, что это сумасшествие. Есть так много способов ухаживания, которые они пропустили. Что у них было за год отношений ― не считая несчастных четырех месяцев разлуки ― электронные письма, телефонные звонки, шесть дней месяца самого горячего секса в ее жизни...

... и острое, чистое чувство связи, которое поразило их обоих, как молния в тот момент, когда они положили глаз друг на друга.

― Я знаю, что это сумасшествие, ― сказал Пол, прочитав ее мысли, как он часто это делал. ― Но мы сходим с ума друг по другу с самого начала. Я изнемогаю от любви к тебе, детка. Клянусь, что ты никогда не пожалеешь об этом рискованном шаге. Я сделаю тебя счастливее, чем ты когда-либо была в своей жизни.

С трудом сглотнув, она открыла коробочку.

― О, Пол. ― выдохнула она, а ее пальцы начали трястись.

― Тебе нравится это? ―  Его богатый, низкий голос был пропитан редкой ноткой беспокойства. ― Мы можем обменять его, если тебе не нравится. Ты можем выбрать то, что ты хочешь. Что-то более традиционное возможно...

― Заткнись.

Кольцо было прекрасно. Оно было необычным, почти причудливым, с крупными бриллиантами ― приблизительно четыре карата, как предположила Робин ―  окруженные несимметричными завитками огромных рубинов.

― Когда я на него смотрю, ― сказал он тихо. ― В памяти всплывают мысли о том, что я чувствую к тебе.

Она это тоже видела в кольце. Необычный дизайн передавал вихрь страстей и тот факт, что он учел качество установки, укрепил ее веру, что Пол был для нее прекрасным мужчиной.

Взобравшись на него, Робин оседала его и протянула руку.

― Надень его на меня.

Ощущения от прохладного скольжения по пальцу было так возвышенно, что заставило ее кожу покрыться мурашками. Робин так сильно этого хотела, хотела его. Ее неотесанный пивовар с нежными руками и ненасытной жаждой ее тела. Мужчина, который слушал ее разговоры о ясности драгоценного камня и теории дизайна, и тот, кто терпеливо объяснял разницу между лагером и элем.

― Да. ― ответила она Полу, положив руку ему на грудь рядом с именем на его сердце.

Он обвил ее руками, поглаживая большими пальцами нижний изгиб ее груди.

― И что же тебе от меня нужно?

― Мне нужно это, ― она указала на место между ними. ― Обязательства от тебя. Мне так же нужна комната, лично моя ― рабочее место, в котором будет много света и пространства.

― Договорились.

― И мне нужно, чтобы ты пообещал не менять для меня свой стиль.

Он вскинул брови.

― У меня есть стиль?

― Я люблю тебя таким, какой ты есть. Не стригись или...

Он резко перевернулся, оказавшись на ней.

― Скажи это снова.

Смеясь, Робин посмотрела на его красивое лицо.

― "Не стригись"?

Он фыркнул.

― Другая часть.

― "Не меня свой стиль"?

Наклонив голову, Пол схватил зубами ее сосок. Она тихо охнула от неожиданного укуса, затем выгнулась, когда его язык успокоил слабый укус. Когда Пол втянул сосок внутрь, Робин простонала его имя и дала ему то, чего он хотел.

- Я люблю тебя, Пол. Ты всё для меня

Когда он поднял голову, отчаянно нежный взгляд на его лице был тем, который она запомнит на всю жизнь.

Или она могла просто заставить его снова взглянуть тем же взглядом. У нее была целая жизни для работы над этим.

Content

Дэй Сильвия Что произошло в Вегасе (ЛП)