Сергей Манышев

Русские. История, культура, традиции

Моим бабушке и дедушке – Свете и Гене Красновым

Дорогой читатель! Да-да, именно читатель, даже если сам ты ещё не знаешь букв, и эту книгу читают тебе папа или мама, дедушка или бабушка. Думаю, тебе нравятся сказки, таинственные загадки, интересные рассказы, захватывающие приключения.

Когда мне и моей сестре Ксении было приблизительно столько же лет, сколько тебе сейчас, мы часто гуляли по городу с дедушкой и бабушкой и бесконечно задавали им вопросы: «А как эта улица называлась, когда вы были детьми? А во что играли дети до революции? А на чём раньше ездили?».

Дедушка сдался первым: ему надоело отвечать на наши нескончаемые вопросы, и он, расстелив карту Дагестана на полу, из двух детских стульчиков и столика сделал «машину времени» (ведь он инженер!). Дедушка предложил нам отправиться в путешествие во времени и пространстве по городам и весям. Надеюсь, то, что мы с сестрой узнали во время наших «путешествий», будет интересно и тебе.

«Преданья старины глубокой, дела давно минувших дней…»

Однажды во время прогулки, увидев, что в наш дом въезжают новые жильцы, переносят мебель, вещи, мы заинтересовались тем, как на берегах Каспия, в Дагестане, появились первые русские. И вот, что мы узнали.

Знакомство прикаспийских народностей с Русью произошло еще в VII веке. Севернее Дербента была целая колония русов. Здесь они занимались торговлей, перевозя товары по Каспию.

На дербентстком рынке можно было встретить меха, янтарь, моржовую кость, воск, привезённые русами. Об этом базаре по всему миру шла слава как о рынке русского льна. Здесь же можно было встретить и русских рабов, которых продавали в восточные страны.

Время от времени, там, где сейчас расположен современный Дагестан, селились русы. У многих народов Дагестана, которые поддерживали прочные связи с русами, сложились всевозможные легенды. У аварских ханов существовал обычай: если их род обрывался, то на престол должен был взойти «хан из русских, грузин или армян». Жители высокогорного лезгинского селения Микрах, например, связывали своё происхождение с русами.

Дагестан, по территории которого пролегали пути из Европы и России в Грузию и Персию, всегда был местом, где сталкивались интересы множества разных государств. Поэтому здесь всегда было неспокойно, и русские поселенцы то покидали эти места, то появлялись вновь.

Вместе русы и народы Дагестана боролись против арабов, когда те огнём и мечом насаждали исламскую религию. Как писал средневековый дагестанский историк Мухаммад Рафи, русы и дагестанцы всегда поровну делили добро и зло.

Не раз они вместе совершали совместные походы на Грузию и Азербайджан. Жители Дагестана были и в дружине князя Святослава, который захватил столицу хазар – город Семендер.

В конце X века дербентские вельможи захватили в свои руки правителя Дербента, но ему удалось призвать на помощь русов. Они приплыли по Каспийскому морю на 18 судах и освободили правителя; с тех пор он окружил себя дружинниками из русов. Их приглашали на военную службу и дагестанские феодалы.

В 1466 году тверской купец Афанасий Никитин, погрузив на два корабля товары для продажи, отправился по Волге на Каспий. Каспийское море тогда называли Хвалынским. Один из его кораблей в устье реки Волги разграбили кочевники, другой разбился о скалы приблизительно там, где сейчас располагается Махачкала.

Выжившие купцы отправились на юг, к Дербенту, но их захватил в плен Халил-Бек – кайтагский уцмий (правитель). Афанасию Никитину удалось добраться до Дербента. С помощью русского посла Василия Панина и знатных жителей города он освободил своих товарищей-купцов. Эти хлопоты заняли у него целый год. Оставшись без товаров для продажи, одни из них вернулись обратно, на родину, другие решили заработать на путь домой, в Баку. И лишь Афанасий Никитин, отважный и сильный духом путешественник, отправился дальше – в Персию.

О своём путешествии Афанасий Никитин оставил знаменитые записки «Хождение за три моря». Из них можно узнать о плавании русских купцов по Каспийскому морю, о торговле России с Дербентом, о дипломатических отношениях России и Дагестана во времена Ивана Третьего, в XV веке.

Россия была очень заинтересована в том, чтобы её южные границы были в безопасности, чтобы на Каспийском море развивалась торговля.

В течение XVI–XVIII веков по пути Афанасия Никитина – от Терека через Сулак, Тарки и Дербент – шли в Грузию, Ширван, Персию русские посольства. Послы, как опытные разведчики, интересовались не только ценами на самые популярные товары на местных базарах для развития торговли. Не меньше внимания они уделяли крепостям и численности войск на случай войны.

Через 150 лет после Афанасия Никитина по его маршруту в Турцию и Персию через Дагестан прошёл другой русский купец – Фёдор Котов. В своём торговом дорожнике (путевых заметках) он рассказал о землях между Сулаком и Аксаем, о Тарках и Тарковском шамхальстве, а также населявших его «кумычанах» (кумыках), о кайтагском уцмийстве и его жителях, о городе Дербенте, его базарах, караван-сараях, о поразившей его грозной крепости Нарын-кала, о легендарной дербентской стене Даг-бары, которая уходила вглубь Табасарана, о быте и нравах «лезгинцев» (лезгин). Фёдор Котов оставил правдоподобное и подробное описание страны гор, которая манила своими труднодоступностью и много образием, таинственностью и многоязычием не одно поколение русских путешественников и исследователей.

Не раз за эти годы из Москвы в Дагестан и из шамхальства Тарковского в Москву были отправлены дипломатические посольства, чтобы решать важные вопросы: о развитии торговли, об обороне от иноземных завоевателей.

Так из века в век сближались Дагестан и Россия. Император Пётр Первый хотел завоевать Каспийское море, чтобы оградить южные границы России от вторжения Турции и Ирана, торговать с заморскими странами и укрепить связи с христианской Грузией.

Поэтому в июле 1722 года он и появился – на берегах Каспия вместе с большим войском. В августе войска во главе с Петром гостили в Тарках по приглашению шамхала Адиль-Герея. В честь наступившего праздника – Успения Пресвятой Богородицы – на берегу моря отслужили молебен. После чего Пётр и его свита сложили из камней холмик, обозначив место, где должен был появиться порт на Каспии. Впоследствии здесь и возник город Порт-Петровск, который мы знаем как Махачкалу. Прощаясь с Петром Первым, Адиль-Герей подарил ему на память шёлковый шатер и прекрасного породистого коня.

Дальше император Пётр направился на юг, в Дербент. Знатные люди вручили Петру Первому серебряные ключи от города. Здесь он ждал прибытия флотилии из Астрахани, обдумывал планы морской торговли с Персией и Индией. Но страшная буря повредила флот, уничтожила припасы для армии, и Пётр был вынужден вернуться в Москву.

Вернувшись в Россию, Пётр не забыл о Дагестане. Он всегда интересовался исследованиями Каспия и прилегающих к нему земель.

В свите Петра Первого во время его Каспийского похода и пребывания в Дагестане были замечательные люди, которые исследовали Каспийское море и прикаспийские земли.

Фёдор Иванович Соймонов, первый русский картограф (составитель географических карт), ещё в 1719 году на паруснике «Святая Екатерина» проводил картографическую съёмку северо-западного и западного, то есть дагестанского побережья Каспия от Терека до Куры. В 1720 году была составлена сводная (общая) карта всего Каспийского моря. Учёные впервые получили правильное представление о море, потому что раньше они пользовались очень неточными, приблизительными картами, составленными около полутора тысяч лет назад ещё античными учёными.

Фёдор Соймонов обследовал устья Сулака и Аграхани, составил план постройки крепости Святого Креста. В своих научных трудах он описал историю исследования Каспия, дал подробную его характеристику, составил карты Аграханского залива и острова Тюлений, рассказал о Персидском походе и развитии торговли России с Бухарой, Персией и Индией.

Среди спутников Петра Первого был и артиллерийский офицер Иван Гербер – известный исследователь прикаспийских земель. Обследуя, по поручению императора, прибрежную полосу от Волги до Куры, Иван Гербер часто углублялся в горы – туда, где до него не ступала нога ни одного исследователя. Пробыв в Дагестане и других приморских областях до 1729 года, Гербер первым в мире опубликовал в печати описание аула Кубачи. Он подразделял Дагестан на «верхний» (Тарки, Эндери, Буйнак, Кубачи) и «нижний» (Алтыпара, Рутул, Ахты, Докузпара), на Лезгистан (Акуша и Табасаран) и Тавлистан (земли аварцев). Наблюдательный исследователь, он не только рассказал о Дербенте, но и о жизни и быте народов, населявших Дагестан: кумыков, лезгин, аварцев, даргинцев, лакцев.

Другой сподвижник Петра Великого – Дмитрий Кантемир – не только исследовал стену Даг-бары, но и с увлечением переводил на русский язык рукопись «Тарихи Дербенд-наме» («Историю Дербента»), которую императору преподнесли в подарок в Дербенте вместе с ключами от города.

«Доля казачья, служба лихая…»

Как-то во время Масленицы, гуляя по городу, мы увидели выступление народного хора из Кизлярского района. Казачки в ярких передниках и казаки в праздничных черкесках пели:

Между серыми камнями,

На вершине, среди скал,

Серебристыми волнами

Бурный Терек пробегал.

Начиная от Казбека,

Наверху, средь ледников,

Он уж больше, чем три века,

Поит терских казаков.

И споенный ледяною,

Чистой теречной водой,

Казак сердцем и душою

Любит Терек свой родной.

Заповедали нам деды

Сберегать России честь,

Ради славы и победы

Своей жизни не жалеть.

Но эти песни были нам незнакомы, и дедушка объяснил, что это казачьи песни. Нас с сестрой заинтересовало, кто такие казаки и как они очутились в Дагестане.

Оказалось, что казаки часто были первопроходцами при освоении новых земель.

Первые русские поселенцы появились в Дагестане в конце XVI века, когда в устье Терека был заложен городок для защиты от нападений Турции и Ирана. Его жителями стали терские и гребенские казаки, которые мирно, по-соседски проводили дни с местным населением, вместе торговали и женились, вместе грустили и праздновали.

Бежавшие с Рязанской земли, Дона и Волги русские стали селиться на берегах Терека и у гребней гор. Отсюда и название – гребенские казаки. Казаки жили вольно и имели самоуправление.

По приказу царя Ивана Третьего, русские воеводы Пётр Протасов и Андрей Бабычев на одном из рукавов реки Терек построили город Терки. Именно его жители впоследствии основали город Кизляр. В этом городке казаки не только жили, защищая южные рубежи страны, но и торговали с кавказскими народами. Сюда приезжали купцы из далёких мест: Грузии, Ирана, Кабарды, Кумыкии. Купцы из Дербента привозили сюда мёд, марену (растение, соком которого красили пряжу), орехи, фрукты, из Северного Дагестана на рынок попадали овчина, попоны, бараньи шубы, хлеб. Ногайцы везли скот, гребенские казаки торговали виноградным вином, домотканными холстами; казаки, служившие в низовьях Терека, доставляли на рынок свежую рыбу, балык, рыбий клей, тюлений жир и шкуры.

Терки был хорошо укреплённой крепостью, где была сосредоточена вся русская военная сила на Северном Кавказе. Всем войском командовал терский воевода, а конным отрядом – кабардинский князь. В Терках казаки начали отбывать военную службу. Здесь они объезжали заставы и охраняли переправы, ходили в военные походы.

Населявшие Терки низовые казаки с побережья Каспия выращивали просо, ячмень, пшеницу, рожь, овёс. Завезли не известную раньше в Дагестане гречиху, кашу из которой все вы ели не раз. Русские поселенцы стали возделывать огороды с овощами, которых раньше не видели местные жители: капустой, огурцами, помидорами, тыквой, фасолью, горохом, свёклой, картофелем. Развели фруктовые сады с черешней, вишней, сливой, абрикосами и айвой. Гребенские казаки занимались виноградарством. На рубеже XVIII–XIX веков не только все окрестности Кизляра превратились в сплошные виноградные сады, но и берега Терека на многие километры были засажены виноградом.

Будучи отменными рыбаками, терские казаки выходили на рыбалку не только на Терек, но и на Каспийское море на своих лодках. Часто во время штормов на Каспии они погибали, а их жёны, остававшиеся ждать на берегу, сложили песню:

Каспийское море угрюмо вздыхает.

Моряк не вернулся из рейса домой.

Кто в море уходит,

Тот часто, бывает,

И может не каждый

Вернуться домой.

На прошлой неделе

Дул сильный штормяга,

И к югу ушли рыбаки.

Все снасти оборваны,

И шлюпки разбиты.

И в трюмах холодных

Нет пресной воды.

Заплачет рыбачка скупыми слезами.

Рыбак не вернулся из рейса домой.

Лишь белые чайки замашут крылами,

И песенку эту споёт им прибой.

Русские переселенцы завозили в Дагестан породистых лошадей, овец, коров и, скрещивая их с местным скотом, получали новые породы, приспособленные к местным условиям. Скот, шерсть и кожу вывозили в Россию, торгуя ими в центральных губерниях.

Местное население училось у русских переселенцев тому, что у них хорошо получалось, – ткать сукно и делать деревянные изделия.

«Щи да каша – пища наша»

Перепачкавшись в тесте с ног до головы, «помогая» бабушке готовить вареники с вишней, мы с Ксенией узнали, что многим блюдам, которые мы любим есть, уже не одна сотня лет. Что их также любили девочки и мальчики, которые жили в Дагестане задолго до нас.

Наши предки пекли так любимые нами пироги, пирожки, ватрушки, растегаи, булки, пампушки с разными начинками: мясом, капустой, картошкой, творогом, ягодами. Из пшеничной муки готовили вареники и пельмени с мясом, творогом, картошкой, яйцами, вишней, ежевикой. Казаки часто готовили кашу из проса – саламату, которая заменяла им хлеб.

Так же, как и сейчас, на обед варили ненавистный нам с Ксенией борщ из свежей или квашеной капусты, с мясом или без него. Терские казаки вместо мяса в борщ часто добавляли фасоль. А вот суп-лапшу или суп с клёцками на курином бульоне я люблю, как и мальчики, жившие задолго до меня.

Наши предки ели мясо кур, гусей, уток, которых специально разводили. А ещё казаки были хорошими охотниками, поэтому на их столе можно было увидеть зайчатину и мясо дикого кабана, но нечасто, по праздникам. Чаще они готовили рыбные блюда: уху, жареную или тушёную рыбу, пироги с рыбной начинкой. Рыбу казаки заготавливали и впрок: солили, сушили, вялили.

В летнюю жару готовили окрошку на кислом молоке, пили хлебный квас и айран – перенятый у дагестанцев напиток из кислого молока.

Интересно, что блюда, которые мы знаем с детства: курзе, плов, шашлык, хинкал, овечий и козий сыр, попали в традиционную русскую кухню из национальной кухни дагестанских народов.

Но жившие на территории Дагестана русские сохраняли и свои исконные блюда, особенно те, что готовили в праздники. На Рождество и Крещение варили кутью – рисовую или пшеничную кашу с мёдом. К Пасхе пекли куличи, красили яйца. Каждую субботу Великого поста, когда поминали усопших, пекли пышки, смазанные мёдом и маслом. Ими угощали друзей, соседей, родственников. В день 40 мучеников из пшеничного теста выпекали жаворонков, которых раздавали в основном детям. На первой неделе Великого поста готовили особую постную похлебку из варёной свёклы, солёных огурцов и арбуза, квашеной капусты, редьки, лука, тёртого хрена и кваса.

Есть наспех, в одиночку, было не принято. За столом собиралась вся семья, во главе стола сидел её глава, а дальше – остальные родственники по старшинству. Ели медленно, не спеша и не переговариваясь. Теперь нам с сестрой стало понятно, почему во многих семьях еду за столом вначале кладут в тарелку папы, а потом – всем остальным.

«Только бурка казаку во степи – станица, только бурка казаку во степи – постель…»

Усталые, набегавшись во дворе, мы с сестрой Ксенией уселись на скамейке у подъезда, чтобы немножко отдохнуть. И тут сестра стала пристально рассматривать проходящих мимо модниц. А я стал расспрашивать бабушку, во что одевались модницы раньше.

Как нам рассказала бабушка, первые русские поселенцы одевались в одежду, традиционную для тех мест, откуда они приехали. Женщины носили сарафаны разных фасонов из льняного полотна, сотканного дома; рубаху, паневы (своеобразный фартук), в прохладное время – душегрейки, безрукавки, зимой – овчинные шубы, полушубки, тулупы.

Более состоятельные шили одежду из дорогих тканей, украшали её вышивкой шерстью и шёлком, бисером, тесьмой. Но все обязательно наряжались для похода в церковь и на праздники.

Очень интересной была обувь. По ней можно было понять, беден человек или богат, собрался он на праздник или на работу. Рабочей обувью были чуни – туфли, сплетённые из пеньковых верёвок; лапти, плетённые из лыка; поршни – обувь, сшитая из одного куска кожи, собиравшегося вокруг ноги кожаными ремешками или верёвкой.

Зимой многие носили валенки.

«На выход» женщины обувались в кожаные сапожки и полусапожки, мужчины – в кожаные сапоги с голенищами «в гармошку», в туфли на каблуках с подковами – коты, чарки, обутки.

Русские переселенцы долго носили традиционные головные уборы. У незамужних девушек головной убор был с открытой макушкой в виде обруча или перевязки, украшенных бусинками, жемчугом, драгоценными камнями. Замужние женщины полностью закрывали волосы чепцом или кичкой – головным убором из обруча и кокошника из ткани.

Мужчины носили шлык из грубого холста и шапку-валенку (белый колпак). Мужчины одевались не так разнообразно, как женщины: чаще всего в рубаху из домотканного полотна и порты (мужские штаны) на гашнике (поясе). Верхняя одежда русских мужчин сильно отличалась в зависимости от того, откуда они переселились в Дагестан: носили кафтаны, зипуны, армяки, шубы, полушубки.

Главными модниками были казаки и казачки, которые со временем стали одеваться в платья, похожие на одежду местных горцев. Особенно выделялись казачки, которые носили платья до пят, напоминавшие горский архалук с широкими рукавами и металлическими застёжками; большие платки на горский манер, перебросив один конец через левое плечо: тёплый кафтан или бешмет, многочисленные серебряные украшения: пояса, серьги, кольца, браслеты, бусы, мониста.

Казаки предпочитали носить широкие шаровары, бешмет из сукна или саржи. Черкеска у терских казаков в основном была чёрного цвета; на ней полагалось иметь газыри из серебра или из белой кости, с разной гравировкой или без неё. Число газырей на одной стороне груди доходило до 9, но обязательно было нечётным. Белые черкески носили не на службе офицеры и старики. Шаровары – прямые брюки – заправляли в сапоги, никогда не носили их на выпуск, как не носили и галифе. Папаха была чёрной, из смушки или мерлушки (шкуры ягнёнка). Была и так называемая «трухменка» – мохнатая папаха туркменского образца. Вне службы казаки могли носить белые и серые папахи.

В одной из песен, которые пели терские казачки, говорится о мужском костюме:

Черкесочка новая,

Шапочка пуховая

На нём белявая.

Ой, пуховую шляпу надел.

У всех казаков была плётка-нагайка из кожи, сплетённая определённым способом, с деревянной рукоятью, с петлёй для ношения на кисти руки или на эфесе шашки.

И мужчины и женщины носили горские чарыки, татарские туфли, сапоги. Вот так горские народы Дагестана обогатили гардероб русских поселенцев, сделали его своеобразным, ярким, запоминающимся.

«Широкой этой свадьбе было места мало, и неба было мало, и земли…»

Каждый день по улицам нашего города с громкими сигналами и музыкой проносятся украшенные цветами, лентами, платками вереницы машин – свадебные кортежи. Сейчас, как сказала нам бабушка, все свадьбы похожи одна на другую. Это «гремучая смесь» западных и восточных ритуалов, традиций, дошедших до нас из глубины веков, от наших предков, и новых модных веяний, а раньше у каждого народа, населявшего Дагестан, были свои особенные свадебные обряды. Очень интересными были свадебные традиции терских казаков.

Женились терские казаки в 17–19 лет. Такая ранняя женитьба объяснялась стремлением семей как можно скорее приобрести даровых работниц, особенно если невеста была на 5-10 лет старше жениха.

О невесте судили по её родителям. Важно, чтобы она была из порядочной хозяйственной семьи и была приучена хорошо вести хозяйство. В давние времена выбором невесты полностью занимались родители жениха, но с середины XIX века парни сами присматривали себе невест. Они встречались с девушками в хороводах, состоящих из 10–12 девушек, живущих поблизости – на одной улице или конце станицы. Устраивали хороводы, как правило, по воскресеньям и другим праздничным дням.

Свадьбы у терских казаков устраивали осенью и зимой. Свадьбе предшествовало сватовство. В сваты приглашали самых старших и наиболее уважаемых родственников или родственниц. Они шли в дом невесты вечером со специально испечённым по этому случаю пирогом – хлебиной.

Если жених был совсем не по душе хозяевам дома, то они не предлагали даже сесть, и это уже было знаком отказа. Но даже если родители невесты и были рады сватам, то они всё равно не давали сразу согласия на брак. Обычай требует, чтобы сваты приходили три раза. Всякий раз их встречали, сажали за стол, подносили по три чарки вина, но отправляли обратно. Когда родители невесты, наконец, давали согласие на брак, вечером в их доме собирались родственники. Сваты, получив согласие, шли за женихом, его отцом и матерью. Те несли с собой «хлеб-соль» – бутылку водки и узелок с закуской. Войдя в дом невесты, родня жениха останавливалась у порога, учтиво здоровалась и кланялась. Мать вводила в комнату дочь, а отец невесты спрашивал сначала парня, потом девушку согласны ли они стать мужем и женой. Невесту и жениха отводили в другую комнату на первое свидание, на котором жених дарил невесте сладости.

После этого засватанная девушка официально объявлялась невестой. Теперь у нее часто устраивали вечерки, куда собирались и парни и девушки. На вечерах девушки занимались рукоделием, помогая невесте готовить приданое к свадьбе.

За день до свадьбы в домах молодых пекли из пшеничной муки вытушкы (калачи), каравай, лежень и шиши (маленькие круглые хлебцы); разливали вино, затыкая бутылки колосьями пшеницы, ржи, ячменя, овса, проса (чтобы нечистая сила не забралась), и перевязывали их розовыми лентами.

Все эти приготовления назывались «липыть шишки». Собственно шишек пекли очень много, так как их подносили каждому, кого приглашали на свадьбу, а также во время одаривания молодых и в знак благодарности за подарки. Особое значение имело изготовление свадебного каравая. Для этого в доме невесты собирались замужние женщины; старались позвать тех, у которых была дружная, хорошая семья и работящий муж. Женщины работали и пели каравайные песни.

Каравай богато украшали шишками из теста (наподобие еловых и сосновых шишек), птичками-жаворонками, солнцем, месяцем; на нём ставили гильце – ветку дерева или пучок травы, перевязанные красной лентой.

Удачный и красивый каравай предвещал хорошую жизнь молодым. Он считался символом счастья и плодородия в новой семье.

Готовый каравай ставили в красный угол, откуда подруги невесты накануне венчания торжественно переносили его в дом жениха.

В канун свадьбы у молодых устраивались вечеринки. В доме невесты и в доме жениха собирались подруги, товарищи. Невеста, повязав 2–3 подружек платочками, отправляла их с подарками (кисетами, шитыми бисером, платками, рубашками) для жениха и его родни. Жених угощал девушек вином, одаривал платочками и посылал невесте свадебные подарки: платье для венчания, туфли, украшения. Девушки с песнями возвращались назад. Жених между тем просил у родителей совета, кого выбрать дружкой, свахой и прочими свадебными чинами. Дружку назначали из холостых родственников жениха. Обычно это был весёлый, разбитной парень.

Рано утром мать будила невесту, а она – своих подружек. Все вставали, одевались, завтракали, точнее, завтракали подруги, а невеста их угощала. Если невеста была сиротой, она шла на кладбище «прощаться» с родителями. На кладбище невеста ложилась на могилу и долго плакала, прося у родителей-покойников благословения.

После обряда «прощания» или «благословения» все возвращались в станицу.

Часам к 10 утра от жениха приходила сваха и вместе с девушками под их песни начинала невесту «убирать к венцу». У гребенцев и староверов других станиц невеста надевала алую шёлковую, длинную, до самой земли, юбку, алую рубашку с длинными узкими рукавами, отделанными кружевами, чёрный или синий длинный шёлковый кафтан с заковрашами (отворотами на рукавах) и серебряный поясок. Обязательно были серьги (серебряные или золотые), бусы, мониста, чеченские браслеты. Брови и ресницы «сурьмили», лицо белили и румянили специально приготовленными косметическими средствами (казачки были весьма искусны в косметике), волосы подвивали, локоны. Девушки особым способом, крепко-накрепко заплетали невесте косу, чтобы свахе, которая должна была расплетать косу в церкви перед венчанием, пришлось бы немало повозиться.

Невеста разбирала свой косник и давала подружкам по ленте. Когда невеста была убрана, в соседней комнате расстилали войлок и заводили её на него. Невеста становилась на войлок и, кланяясь родителям в ноги, просила благословения сначала у отца, потом у матери. Родители, держа в руках икону, благословляли невесту, а она причитала:

Ох, да ты родимый, ты мой батюшка,

Не прошу я у вас ни злата, ни серебра.

А прошу я у вас от мира благословения.

Ох, благословите вы меня, родимый батюшка,

До божьей церкви пойти.

Ох, до божьей церкви пойти,

Злат венец надеть.

А в это время в доме жениха шли последние приготовления к поездке за невестой. Сходились товарищи-бояре: вместе с дружкой и свахой они составляли свадебный поезд жениха. Жених наряжался в полную парадную казачью форму.

Поезд жениха останавливался у ворот дома невесты; ворота были закрыты и тщательно охранялись родственниками и соседями невесты. Начиналась весёлая перебранка, пока дружка не «покупал ворота» (выставлял собравшимся водку). Наконец, поезд жениха въезжал во двор. Жених с товарищами останавливался перед домом, где, как и во время девичника, в который уж раз устраивались пляски, танцевали лезгинку, казачок.

Священник начинал читать молитву, потом передавал дружкам венцы, и они держали их над головами жениха и невесты. Священник спрашивал у молодых, согласны ли они вступить в брак (бывали случаи, когда невеста заявляла о своем несогласии). Молодые три раза обменивались кольцами и целовались, а потом священник брал невесту и жениха за руки и обводил их трижды вокруг аналоя.

Мать и отец невесты оставались дома. Они отдавали друзьям жениха приданое невесты, все её вещи, а те торжественно переносили их в дом жениха. Приданое невесты составляли обычно сундук, постель, подушки, одеяло, тюфяки, а ещё тазик и зеркало.

Как только жених и невеста переступали порог дома жениха, его родители переламывали хлеб; одна половина оставалась в руках матери, другая – в руках отца. Родственники ещё во дворе усыпали новобрачных хмелем, мелкими деньгами, конфетами. А мать с отцом после преломления хлеба благословляли жениха и невесту, вели их и сажали в передний угол, подавали кушания. Всем гостям мать невесты повязывала на руку платки, а дружку и сваху крест-накрест через плечо перепоясывала рушниками – вышитыми полотенцами.

Гости, сидевшие за столом, пели:

Здравствуй, хозяин хороший!

Здравствуй, хозяин пригожий!

Мы пришли к тебе поздравлять,

Твоих гостей забавлять.

Не рады мы с тобой напиться,

Рады мы с тобой веселиться.

Нам с тобой кажется рай,

Ты нам по рюмочке дай.

«Москва златоглавая, звон колоколов, царь-пушка державная, аромат пирогов…»

Думаю, что ты любишь праздники: Новый год, 8 Марта, 23 Февраля. Ещё бы – вкусная еда, подарки, веселье, гости! Вот и наши предки очень их любили. В те времена отмечали церковные праздники: Покров, Михайлов день, Рождество, Крещение, Пасху, Святую Троицу, Иванов день, Успенье.

Ты веришь в Деда Мороза? Отправляешь ему письма со списком подарков в Великий Устюг? Целый год с замиранием сердца ждёшь, когда под наряженной, сверкающей, пахнущей смолой и мандаринами ёлкой появятся долгожданные подарки? Значит, ты так же, как и мы с сестрой, любишь Рождество.

Рождество – день рождения Христа – было любимым праздником детей задолго до нас с тобой. 28 ноября начинался Рождественский пост, во время которого, по народным поверьям, Христос ходил среди людей, и поэтому они должны были вести праведный образ жизни: не сквернословить, не грешить, не есть скоромную пищу.

Канун Рождества – Сочельник – называется так потому, что с появлением на небе первой, Вифлеемской, звезды, возвещающей о рождении Христа, люди садятся за стол и едят сочиво – сладкую кашу из пшеницы или риса, с мёдом и изюмом. В сочельник по домам ходили дети и взрослые, пели рождественские гимны, колядки, поздравляя хозяев с праздником, в ответ получали орехи, конфеты, сладости:

Коляда, коляда,

Посконна борода!

Кто не даст пирога —

Уведём корову за рога.

Пышка-лепёшка,

Свиная ножка,

В печи сидит,

На нас глядит,

Расплатиться велит,

Поделиться велит.

Вы несите – не трясите,

Не заламывайте,

Не заламывайте,

Не закусывайте,

Дайте цельный!

Взрослые после Рождественской службы в церкви садились за стол, где должно было быть не меньше 12 блюд, по числу святых апостолов (учеников Христа). Как правило, это были фаршированный гречневой кашей поросёнок, запечённый в тесте окорок, гусь с яблоками, студень, маринованная лососина.

В Рождественскую ночь открывали настежь двери и приглашали к столу любого прохожего, потому что, по народным поверьям, это мог быть сам Христос.

12 дней с Рождества (с 7 января) до Крещенья (19 января) назывались святками. Все ходили друг к другу в гости, устраивали разные развлечения с ряжеными, девушки гадали на суженого.

Перед Великим постом, который предшествовал Пасхе, широко праздновались проводы зимы – Масленица. В это время разрешалось есть сливочное масло, молоко и рыбу. Все пекли блины и угощали ими гостей.

Каждый день Масленицы имеет свое название. Понедельник – встреча, когда родители мужа приходили в гости в дом невестки. Во вторник – заигрыш – проходили смотрины невест. Среда – лакомки, день, когда зять приходил к тёще на блины. В четверг – разгуляй, начало широкой Масленицы, когда штурмовали снежные городок. В пятницу – тёщины вечерки – с ответным визитом в гости к зятю приходила тёща. В субботу – золовкины посиделки – невестки приглашали к себе сестёр мужа. В воскресенье – проводы Масленицы, все близкие просили друг у друга прощения за причинённые обиды и неприятности. Вечером, в Прощённое воскресенье, ходили на кладбище поминать усопших.

Ходили в баню. В конце праздника сжигали чучело Масленицы.

Самый торжественный христианский праздник в году – Пасха. Смысл его в переходе от смерти к вечной жизни. Слово «пасха» в переводе с древнееврейского означает «освобождение», «избавление». Обычно Пасху празднуют между 4 апреля и 8 мая. Время её празднования определено Первым вселенским Собором в 325 году.

Так же, как и сейчас, наши предки готовились к Пасхе заранее, ведь ей всегда предшествует Великий пост, который длится семь недель. Во время поста надо ограничивать себя не только в еде, питье, но и в развлечениях. Если в наши дни не все постятся, то несколько веков назад это было обязательным. На улице было очень тихо: увеселительные мероприятия откладывались до святого дня. Самая интенсивная подготовка происходила во время последней – Страстной – недели поста.

'

Нужно было успеть сделать кучу дел: убрать в доме, приготовить пасхальную еду, освятить её в церкви. Существует строгая последовательность действий, которая из века в век не нарушается.

В четверг (его ещё называют Чистым) проводилась тщательная уборка в доме. Наши прабабушки верили, что, если на Пасху не будет грязи, то и весь год дом будет чистым. В Чистый четверг наши предки проводили ещё один обряд – очищение водой: купались в реке, озере или пруду.

Главный символ Пасхи – яйцо, которое содержит зародыш будущей жизни и символизирует воскрешение Христа. По легенде, Мария Магдалина после воскрешения Христа преподнесла римскому императору Тиберию яйцо красного цвета. С тех пор на Пасху принято красить яйца в красный и другие яркие цвета. Красили яйца тоже в Чистый четверг.

В пятницу верующие ничего не ели, а пили только воду. В этот день готовили главные пасхальные блюда – куличи и пасхи.

В Великую субботу, накануне Пасхи, женщины отправлялись в церковь, сложив в корзину кулич, пасху и окрашенные яйца, чтобы их освятить. Наши предки считали, что освящённое яйцо спасает от многих напастей, поэтому хранили его за иконой несколько дней. Некоторые даже пытались лечить с помощью такого яйца домашних животных, проводя им по шерсти.

Праздник начинался церковной службой задолго до полуночи. В храме в это время горели все светильники, церковь была украшена цветами. Прихожане в светлой нарядной одежде держали в руках зажжённые свечи, слушали не сравнимое ни с каким другим по торжественности, особенное богослужение, участвовали в крестном ходе.

Пасхальное утро начиналось, как и сейчас, с радостного звона колоколов и всеобщего ликования. Интересно, что позвонить в колокол мог любой мужчина, а не только звонарь. Этот обычай сохранился и до наших дней.

Встречающиеся приветствовали друг друга возгласами: «Христос воскресе!» и, слыша в ответ: «Воистину воскресе!», троекратно целовались.

Пасха – время радости, поэтому можно было делать все, что угодно: ходить в гости, посещать вечеринки, праздновать свадьбы. Раньше в первый день Пасхи в гости шли мужчины, а жёны оставались дома. На второй день «гостевать» отправлялись женщины.

В гости приглашали близких и дальних родственников. Было такое поверье, что каждый сидящий за семейным праздничным столом непременно доживёт до следующей Пасхи. Начинали завтрак с освещённого в церкви яйца. Согласно древней традиции, хозяин дома должен был поделить его на всех, как кулич и пасху. Ну, а уже потом приступали к остальным блюдам.

Наши предки щедро вознаграждали себя за длительное воздержание. Столы ломились от фаршированных поросят, запечённых гусей, жареных барашков, колбас, сыров, ветчины.

На Пасху царило всеобщее оживление: улицы бурлили от людей всех возрастов, кто-то просто гулял, а кто-то участвовал в пасхальных забавах. Наши предки в этот день водили хороводы, играли в ручеёк, пели под гармошку, устраивали танцы.

Очень популярно было в старину качаться во время Пасхи на качелях. Их к святому дню строили в каждом дворе, а самые большие – на главной площади. Перед ними устраивалось нечто вроде деревенского собрания: парни, девушки, дети, бабы с семечками, мужики с гармошками…

В старину всю Пасхальную неделю люди ходили по улицам, распевая веснянки – песни, посвящённые весне.

Ой да весна,

Весна-барыня ли ты моя,

Ты моя.

Ой да не в радости, не в гульбе,

Не в гульбе великой,

Весна в красоте.

В красоте светит месяц,

Светит прямо на восток,

На восток.

Ой да красный молодец,

Молодец коня ведёт.

«Ох, да ты уж конь,

Конь ли, лошадь ты моя,

Ты моя,

Выручи, конь, без узды.

Без узды выручи меня.

Из тёмной каменной тюрьмы,

Меня тюрьмы».

Светил месяц прямо на закат.

Яйцо – главный символ Пасхи, поэтому многие игры связаны именно с ним. Одна из самых популярных – ударялки. Сидящие за столом стукаются острыми концами яиц, загадывая при этом желание. Мужчины обычно катали яйца в специальных наклонных желобках с невысокими бортиками. Выигрывал тот, чей «снаряд» прокатится дальше. Если он при этом задевает чужое яйцо, игрок забирает его себе.

В старину, на Пасху, люди собирали деньги для выкупа должников из тюрем и выкупали пернатых у птицеловов, чтобы отпустить их на волю. Помнишь стихотворение Александра Пушкина:

В чужбине свято наблюдаю

Родной обычай старины:

На волю птичку выпускаю

При светлом празднике весны.

На Радоницу, во вторник через неделю после Светлого воскресенья, ходили на могилы к умершим родственникам. Приносили с собой праздничное угощение, часть которого оставляли на могилах.

Считалось, что добрые дела помогают загладить собственные грехи. Благотворительность и сейчас остаётся главной пасхальной традицией. Поэтому, если хочешь по всем правилам встретить «праздник праздников», подумай, какие добрые дела сможешь совершить.

«Люди в белых халатах твою жизнь охраняют от бед…»

Когда мы с сестрой, бегая во дворе, разбивали колени или резали палец, бабушка всегда прикладывала к ране капустный лист, а иногда смазывала его мёдом. И когда я или Ксения спрашивали, для чего она это делает, то слышали в ответ, что так делали наши предки. Наша бабушка – врач, но она много знала и о том, как лечили болезни задолго до нас. Ведь народная медицина существует уже не одно столетие.

Например, особые целительные свойства приписывались воде, освящённой в церкви.

Её употребляли при малейших недомоганиях. Особыми заговорами лечили ангину, туберкулёз, зубную боль и другие болезни. У терских казаков с верой в лечебную силу огня связан обряд лечения ребенка от «худосочия». Ребёнка сажали на хлебную лопатку, покрывали тонким слоем хлебного теста и сажали в русскую печь, чтобы «выпечь» из него болезнь. Особой лечебной силой обладали, по мнению дагестанских русских, православные молитвы: «Отче наш», «Живым в помощь», «Да воскреснет Бог». Они считались едва ли не панацеей. Молитвы, обращённые к Иисусу Христу, Божьей Матери и разным святым, читали при первых же проявлениях всех болезней. Молитва ребенка могла избавить родителей от смертельных недугов. Многие казаки и казачки, находясь в тяжелой болезни, давали обет в случае выздоровления сходить поклониться святым мощам в Киеве или Иерусалиме, на Афонскую гору. Обеты эти всегда исполнялись, а длинное и тяжёлое путешествие совершали пешком.

Часто терские казаки прибегали к помощи горских лекарей, которые славились своим умением лечить ушибы и огнестрельные раны. Об этом писал Лев Толстой в одной из своих кавказских повестей.

А в развитии научных медицинских знаний в Дагестане огромную роль сыграли русские врачи.

Некоторые из них были в Дагестане проездом, например, великий хирург Николай Пирогов, который впервые при осаде аула Салты применил наркоз на поле боя. Или Эраст Андреевский, предложивший способы лечения холеры во время одной из эпидемий в кавказской армии. Другие же навсегда связали свою жизнь с Дагестаном.

Иван Костемеревский участвовал в качестве врача Дагестанского конного полка почти во всех военных столкновениях. В это время при полку не было ни аптеки, ни хирургических инструментов, ни лазарета. Но именно во время службы в Дагестанском конном полку он завоевал славу как врач не только среди военных, но и среди простого населения дагестанских аулов. Бескорыстно он лечил не только всадников конного полка, но и местных жителей из окрестных сёл.

Добрую память у народов Дагестана оставил о себе врач Самурского округа Антон Никифорович Ефимов. В общей сложности он проработал в Дагестане 25 лет. Общаясь с простыми горцами, он заслужил всеобщее уважение.

Не считаясь со временем, трудностями горных дорог, во всякую погоду он спешил оказать помощь больному, причём всё это делал безвозмездно. Даже когда окружная аптека осталась без лекарств, Антон Никифорович покупал их на собственные деньги. История больницы в лезгинском селении Ахты неотделима от имени Антона

Ефимова, которому она во многом обязана своим существованием.

«Буквы разные писать тонким пёрышком в тетрадь учат в школе…»

Интересно, ты уже ходишь в школу? Если да, то какие школьные предметы нравятся тебе больше всего? Если нет, то как часто примеряешь купленный для школы ранец, вынимая из него пенал, цветные карандаши, ручки, ластики, прописи? А ты представляешь, что за несколько веков до тебя в Дагестане уже были прилежные и нерадивые ученики: те, кому нравилось учиться, и те, кому не очень?

Первые русские школы возникли в Кизляре ещё в 18 веке. Здесь работали 2 школы: при военном гарнизоне и казачья школа. В 1780 году было открыто училище для детей русских офицеров. Терские казаки отдавали своих детей в церковно-приходские школы, где занятия вели священники. В школьных программах были следующие предметы: закон Божий, чистописание, грамматика, арифметика и русская история. Школы открывались во многих станицах, но они были небольшие, в них обучались далеко не все станичные дети.

Следующим открылось в 1836 году Дербентское уездное училище. В 1840 году в укреплении Низовом было открыто училище на 40 учеников.

В 1856 году, по инициативе врача Ивана Костемеревского и фельдшера Николая Львова, в Нижнем Дженгутае была открыта школа, в которой вместе обучались дети русских военнослужащих и дети горцев.

Примечательна личность самого Ивана Семеновича Костемеревского. Он родился в 1813 году в Рязанской губернии в семье бедного священника. С большим трудом Ивану удалось поступить в Императорскую Московскую медико-хирургическую академию.

По окончании академии он был направлен на службу на Кавказ, где в то время шла война. В 1851 году в селении Большой Дженгутай Костемеревский открыл первую школу для подготовки фельдшеров. А пять лет спустя вместе с фельдшером Николаем Львовым он стал обучать детей русской грамоте. Горцы, приходившие в полковую аптеку за лекарствами, быстро разнесли по всем аулам весть об открытии школы.

Иван Костемеревский был настоящим просветителем. За годы жизни в Дагестане он написал огромное количество очерков о его природе, культуре, быте и нравах. Костемеревский завещал скопленные им деньги на благотворительность. Большая часть его денег была завещана после его смерти Дагестану на открытие ремесленной школы и женской прогимназии, а также на устройство музея.

В 1870 году, по инициативе Павла Салтыкова, в городе Петровске было открыто одноклассное училище. Здесь учились мальчики и девочки. В училище преподавали чистописание, чтение, арифметику, географию, пение, закон Божий. Кроме того, мальчиков обучали столярному делу, а девочек – вышивке и другим девичьим занятиям.

Говоря об истории городского училища, нельзя не сказать и об открытии первой в городе библиотеки. В 1900 году, по ходатайству петровского городского общества, с соизволения Военного губернатора Дагестанской области, была открыта библиотека. Инициатором открытия библиотеки выступил Георгий Васильевич Мустанов, который и возглавил её. Библиотеке было присвоено имя Александра Сергеевича Пушкина, 100-летие со дня рождения которого отмечалось в 1899 году.

Библиотека разместилась в левом одноэтажном корпусе только что отстроенного здания Николаевского городского училища на улице Садовой. Помещение её состояло из двух комнат – библиотеки и читальни (передней). Были выработаны специальные условия пользования библиотекой, согласно которым было необходимо внести залог в сумме 3 рублей или представить поручительство одного из уполномоченных городского общества или учебного начальства. Только после этого книги выдавались на дом. За взятие книг на дом для чтения взрослые должны были выплачивать по 50 копеек в месяц, а учащиеся – 20 копеек.

С библиотекой и городским училищем связано имя замечательного человека – Ольги Степановны Лопухиной. Она родилась в Порт-Петровске, окончила Астраханскую Мариинскую женскую гимназию и с 1 сентября 1901 года стала преподавать в Николаевском училище. Тогда же она возглавила и библиотеку, сменив Георгия Мустанова.

В 1901 году заведующим Карабудахкентским начальным училищем был назначен Августин Петрович Скрабе. Здесь он и проработал более полувека, передавая ученикам свои знания и умения. В Карабудахкенте Августин Скрабе при школе создал пасеку, разбил фруктовый сад и цветник. С 1907 года он заведует Ишкартинским двухклассным училищем. Здесь ему приходилось заниматься самыми разнообразными вопросами: медициной, ветеринарией, сельским хозяйством. В селении Ишкарты им была организована метеорологическая станция, которая вела наблюдения над природными и климатическими явлениями.

Заслуженным авторитетом среди дагестанцев пользовалась жена Августина Петровича Наталья Ивановна Скрабе, также учившая детей. Большую часть времени она проводила с учениками: готовили вечера самодеятельности, читали, собирали библиотеку. Горцы с большим уважением относились к Наталье Ивановне, ласково называя ее Ната-ханум.

«Стоишь, Кизляр, ты мирно и свободно, от куполов и солнца золотой…»

Рассматривая разложенную на полу географическую карту, мы удивились, обнаружив на ней 9 городов, кроме Махачкалы, столицы Дагестана. Нам стало любопытно узнать что-нибудь интересное о них. И мы узнали, что Кизляр – старейший город Северного Кавказа, основан в 1735 году бывшими жителями Терского городка и крепости Святого Креста для защиты от нападений и угроз со стороны восточных соседей. На месте древнего поселения, между левым берегом Терека и правым берегом реки Кизлярки, возникла хорошо укреплённая пятиугольная крепость с прочными стенами. Она была окружена земляным валом и глубоким, заполненным водой, рвом. Вокруг крепости расположился город из 8 разноязычных кварталов. Здесь жили казаки, кумыки, ногайцы, осетины, кабардинцы, армяне, грузины, таджики.

Кизлярская крепость в XVIII веке была русской столицей на Кавказе. Здесь крупные феодалы (владетели земель) Северо-Восточного Кавказа – шамхалы, нуцалы, уцмии, майсумы и князья – давали клятву на Коране (священной книге мусульман), присягая в верности Русскому государству.

Оценивая надёжность южных границ России, в 1779 году в Кизляре побывал великий русский полководец, совершивший знаменитый переход через Альпы, Александр Васильевич Суворов.

В Кизляре в 1765 году родился прославленный русский полководец, герой Отечественной войны 1812 года Пётр Иванович Багратион, в честь которого названы укрепления на Бородинском поле – Багратионовы флеши.

В гарнизонной школе Кизляра Пётр Багратион получил образование, здесь же он начал свой славный воинский путь. Когда в 80-х годах 18 века чеченский имам Шейх Мансур, родом из селения Алды, пытался захватить Кизляр, горожане всех национальностей, объединившись, организовали крепкую оборону и спасли город. А в преследовании напавших на Кизляр горцев и сражении под селением Алды получил первое боевое крещение молодой офицер Пётр Багратион. Храбро сражавшегося, раненного и взятого в плен офицера, освободили горцы, бывшие должниками его отца.

В Отечественной войне 1812 года терские казаки из Кизляра воевали не только под командованием своего земляка Петра Багратиона, но и в армии знаменитого полководца Барклая де Толли и корпусе генерала Платова.

В русской столице на Кавказе побывали многие прекрасные представители российского просвещенного общества. После восстания декабристов на Сенатской площади в Санкт-Петербурге на Кавказ было сослано много представителей военной и духовной элиты. Одним из них был поэт-декабрист Павел Александрович Катенин, который в 1836–1837 году служил комендантом Кизлярской крепости.

Кровопролитная Кавказская война разъединяла народы, делала их врагами. После десятилетий этой войны русские и дагестанцы должны были ненавидеть друг друга. Но рядом с войной был островок мирной жизни – Кизляр, который помогал враждующим народам преодолевать ненависть и неприязнь.

С течением времени Кизляр потерял свое значение как город-крепость. Но Кизляр, находясь на оживлённом караванном пути, стал торговым городом. На трёх его рынках – армянском, татарском и русском – можно было услышать наречия всего Кавказа.

Здесь шла оживлённая торговля чеченцев, ингушей, горцев Дагестана с казаками. Лезгины продавали мёд, чеченцы предлагали ножи и кинжалы, казаки – рыбу, арбузы и овощи, русские солдаты – свежую дичь. Горцы приводили на рынок лошадей и волов. Казаки меняли у горцев просо, пшеницу, муку, мёд, воск на соль, рыбу, икру.

Наверное, родители читали тебе повесть всемирно известного русского писателя Льва Толстого «Детство». А знаешь ли ты, что Лев Николаевич бывал в Дагестане? Первый раз он приехал в Кизляр в 1851 году с братом, чтобы познакомиться с необыкновенным и загадочным краем, узнать о быте и жизни терских казаков и свободолюбивых горцев и поохотиться.

В 1852 году, поступив на военную службу, Лев Николаевич вновь приехал в Кизляр к врачам на консультацию. А через год он совершил небольшую поездку по Дагестану, побывав в Хасавюрте у офицеров Кабардинского полка, в Аксае, и вернулся опять в Кизляр.

На память о пребывании Льва Николаевича Толстого в Дагестане не только нам, но и всем читателям остались всемирно известные повести «Хаджи-Мурат» и «Кавказский пленник», которые, я надеюсь, ты прочитаешь чуть позже, когда подрастёшь.

В середине XIX века в Кизляре побывали не только великие русские писатели Лев Николаевич Толстой и Михаил Юрьевич Лермонтов, но и автор огромного числа приключенческих романов француз Александр Дюма.

В 1842 году император Николай Первый утвердил герб города Кизляра. В верхней его части изображён двуглавый орёл с венком – символ государственности, а в нижней – виноградная лоза. Издавна вокруг города цвели сады, тутовые рощи, росли виноградники. Выращивание винограда и виноделие с середины XVII века были главным занятием жителей Кизляра, в котором они проявляли высшее мастерство. Виноградная лоза и сейчас остаётся главным символом города. И сейчас Кизляр славится своими винами, коньяками и виноградной водкой «Кизляркой», что могут подтвердить, если ты их спросишь, твои папа и дедушка.

«Для меня мой Буйнакск – столица…»

Следующим городом, который мы нашли на карте, был Буйнакск. Оказывается, раньше он назывался Темир-Хан-Шурой. Название «Темир-Хан-Шура» означает «озеро хана Тимура». Раньше на месте города было озеро, у которого, согласно преданиям, находилась резиденция хана Тимура.

Во время стычек с горцами в период Кавказской войны русские войска проходили через кумыкское селение Темир-Хан-Шуру, а иногда и останавливались в нём на привал. Аул этот находился на перекрёстке дорог и служил своеобразными воротами в горы Дагестана. Тот, в чьих руках находились эти «ворота», контролировал связь горных районов и плоскости Дагестана. Поэтому русская крепость Темир-Хан-Шура была основана в 1832 году на месте одноименного кумыкского селения.

Тогда же сюда был переведён Апшеронский полк, в котором служил племянник Петра Ивановича Багратиона (о нём шла речь в рассказе о Кизляре) Иван Романович Багратион. Иван Романович, как и его дядя, был отличным военным. Но при этом он был знатоком музыки и театра. Именно он организовал в Темир-Хан-Шуре первый любительский русский театр в 1835 году. Здесь ставились небольшие пьесы, в которых принимали участие все служащие в полку и члены их семей. Иван Багратион был одновременно режиссёром, обучал оркестр, готовил декорации, а также писал музыку к спектаклям.

Укрепление интенсивно застраивалось домами для офицеров, расквартированных здесь. Тогда же появилась первая улица и первая площадь, где размещались духаны и лавки. Открылся в городе и первый базар. Базарные дни в Темир-Хан-Шуре были по воскресеньям. Горцы и русские вели оживленную торговлю. Каждую неделю на площадь перед Андреевским военным собором стекались жители укрепления и горцы из близлежащих аулов. С самого раннего утра на площади стояли шум и гам, перемежающиеся игрой на гармошке и блеянием овец, «пением» петухов и топотом копыт. Из русских поселений на темир-хан-шуринский базар доставляли сыр, масло, молоко, помидоры, огурцы, вишню. Горцы продавали домотканное сукно, овчины, кур, яйца, холодное оружие.

Думаю, что ты уже слышал эти стихи:

Белеет парус одинокой

В тумане моря голубом!..

Что ищет он в стране далёкой?

Что кинул он в краю родном?…

И, надеюсь, ты знаешь, что их автор – замечательный русский поэт Михаил Юрьевич Лермонтов.

Михаил Лермонтов не раз бывал в Кизляре, о чём он сообщал в письмах своим друзьям. А вот для того, чтобы выяснить, был ли он в Темир-Хан-Шуре, пришлось предпринять почти детективное расследование. Литературоведы (учёные, изучающие творчество поэтов и писателей) долго исследовали документы, написанные самим поэтом и его друзьями-сослуживцами, тщательно изучали рисунки князя Урусова, сравнивали маршруты передвижения русских войск.

Поэтому учёные пришли к выводу, что написать строки:

В полдневный жар в долине Дагестана

С свинцом в груди лежал недвижим я;

Глубокая ещё дымилась рана,

По капле кровь точилася моя.

Лежал один я на песке долины;

Уступы скал теснилися кругом,

И солнце жгло их жёлтые вершины

И жгло меня – но спал я мёртвым сном.

мог только человек, который сам побывал в этих местах. В 1858 году в Темир-Хан-Шуре побывал знаменитый французский романист Александр Дюма. В Уллу-Буйнаке он встретился с Иваном Романовичем Багратионом. Они вместе Темирхан-Шура. Обелиск в честь строительства дороги от Порт-Петровска до Темирхан-Шуры через Атлы-Боюнский перевал. 1864–1869 гг. отправились на Гимринский хребет, чтобы показать Александру Дюма настоящий Дагестан.

29 ноября 1866 года Темир-Хан-Шура получил статус города. Тогда же город стал столицей Дагестанской области, с мощёными булыжником улицами и фонтанами. Один из авторов XIX века писал о том, что все постройки в городе были похожи на здания в других русских провинциальных городах. В Темир-Хан-Шуре появились и первые «заводы», которые производили кирпич, известь, мыло.

В 1880 году в городе открылось реальное училище, в котором могли учиться и дети горцев. В этом училище с первых дней его открытия стал работать русский просветитель и педагог Евгений Козубский.

Евгений Иванович Козубский родился в 1851 году в городе Одессе. Здесь же прошли его детские годы и учёба в университете. В 1880 году он поселился в Темир-Хан-Шуре. Здесь он стал преподавать историю и географию в только что открывшемся реальном училище. Евгений Козубский собирал разные сведения о Дагестане, его истории и культуре. Он стал печатать статьи по географии и этнографии, истории и археологии Дагестана в наиболее известных и популярных изданиях как Кавказа, так и России. Евгений Иванович создал крупные труды по истории города Дербента, Дагестанского конного полка, истории образования в Дагестане.

«Словно в сказке, безмолвные улицы, в окнах ярко мерцают огни…»

Живя в современной Махачкале, мало кто задумывается о её истории, о том, что из себя представлял город в прошлом. Согласно легенде, город возник на том месте, где останавливался император Пётр Первый. В 1824 году, по приказу прославленного генерала Алексея Ермолова, на горе Тарки-Тау была заложена крепость Бурная. Но крепость эта была расположена очень неудобно: в её окрестностях не было родников, из которых солдаты могли бы брать воду. Поэтому крепость решено было перенести в более удобное место. Так появилось укрепление Низовое.

Укрепление это было окружено канавой и невысоким земляным валом. Внутри его помещались землянки, в которых жили солдаты, небольшая церковь и дом коменданта. В дальнейшем укрепление Низовое получило название Петровского. 24 октября 1857 года император Александр Второй подписал указ об учреждении портового города Петровска. Чтобы быстрее заселить город, его жителям предоставляли разнообразные льготы: освободили от пошлин, налогов, военного постоя и поставки рекрутов (солдат) на 10 лет. Но, несмотря на это, желающих стать горожанами было очень мало.

Петровск был продовольственным «складом» грузов для армии, поступавших по морю из Астрахани. В Астрахань из Петровска пароходами общества «Кавказ и Меркурий» вывозили марену, кожу, сало, фрукты и орехи.

Неспешная, скучная жизнь города оживлялась только с приходом различных судов из Астрахани. Живописные матросы парового и парусного торгового флота из бакинских персов торопились в многочисленные питейные дома. За ними стайками бежали мальчишки, с неослабевающим интересом разглядывая их мохнатые шапки, рыжие щетинистые усы, окрашенные хной пятки, ладони и ногти, широченные шаровары, подпоясанные яркими кушаками, и башмаки с загнутыми кверху острыми носками.

Обгоняя персов, к духанам спешили матросы-татары из астраханских слобод, в белых шляпах и халатах из небеленой парусины.

С окончанием Кавказской войны поток грузов через Петровский рейд почти иссяк. Чтобы оживить торговлю, нужно было построить безопасную для судов гавань и железную дорогу. Начавшееся в 1861 году строительство порта было завершено в 1869 году. Потом, в 1894 году, пришла очередь и железной дороги. Ветка Владикавказской железной дороги соединила Грозный, Петровск, Дербент и Баку. Со строительством железной дороги оживился и порт. Через него перевозили нефть, хлопок, шерсть, кожу, сушёные фрукты, рыбу, хлеб, цемент, ткани.

Но и в конце XIX века Петровск, с его небольшим населением в 8 тысяч человек, оставался настоящим заштатным городом: пыль в жару, непролазная грязь в ненастье, полусонный скот в городском саду.

В городе жили татары, армяне, грузины, персы, евреи, дагестанцы, русские. Один клуб, одна библиотека из 1159 книг, 78 питейных заведений: трактиров, духанов, пивных ларьков и винных погребов.

В начале XX века в Петровске было 15 улиц, 17 переулков и 6 площадей. Наиболее оживлёнными, вымощенными булыжником и освещёнными керосиновыми фонарями были улицы у железнодорожного вокзала и морского порта, расположенные вдоль морского берега, – Соборная, Инженерная, Базарная, Садовая, Барятинского. По вечерам фонарщик в тележке развозил керосиновые лампы: останавливаясь у каждого фонаря, чистил стекла, ставил лампу в фонарь и зажигал её. А по утрам, потушив фонари, вынимал из них лампы и увозил в своей ручной тележке до следующего вечера.

Гуляя по городу, ты, наверное, и не подозреваешь, что главной улицей была улица Барятинского, которую ты знаешь как улицу Буйнакского. Названа она была так в честь покорителя Кавказа и Дагестана князя Александра Ивановича Барятинского, который пленил имама Шамиля. Эта улица тянулась от вокзальной площади до городского сада. На ней располагались главные достопримечательности Петровска: гостиница «Гуниб» на 25 номеров, аптека, кинотеатр, магазины скобяных товаров, мануфактурные лавки, рыбные лабазы, многочисленные духаны со странными названиями: «Три чёрта», «Жена, не обижай пьяного мужа».

Ещё одна улица – Садовая, которая сегодня носит имя Абдурахмана Даниялова. Она шла от привокзальной площади до городского сада, который был любимым местом отдыха горожан. Здесь играл военный духовой оркестр, на летней сцене выступали приезжие артисты, а по вечерам зажигались бензиновые фонари.

Жители Петровска группировались по национальному признаку, поэтому улицы так и назывались: Персидская (улица Котрова), Армянская (улица Дахадаева), где жили семьи армянских купцов, Таркинская (улица Ярагского), на которой жили кумыки. Многие улицы носили «говорящие» названия: Грязная, Степная, Тюремная, Косая, Глухая.

Жизнь города, многоязычной разноголосой толпы кипела на пёстрых базарах у церквей. Никольский собор располагался на Базарной площади, – там, где сейчас стоит Аварский театр. Александро-Невский собор, заложенный в 1871 году, был построен в 1891 году на месте нынешней городской площади. Успенскую церковь в 1890 году построили в посёлке Петровск-Кавказский (современная Махачкала – 1), так как здесь жили в основном христиане – русские и осетины. Каменное здание храма было освещено в 1906 году. На его строительство император Николай Второй выделил одну тысячу рублей. Эту церковь верующие посещают и сейчас.

А теперь закрой глаза и попробуй представить, как на базарах продавали сладости и фрукты, оружие и ткани, сундуки и медную посуду. Здесь же ремесленники чеканили и лудили посуду, шлифовали клинки, выбивали орнаменты на меди и серебре. Быстроногие мальчишки звонкими голосами предлагали холодную воду из глиняных кувшинов. Продавцы на все лады расхваливали свой товар. Фыркали лошади, запряженные в фаэтоны. В воздухе витали ароматы готовившейся пищи. И время от времени этот шум перекрывался звоном церковных колоколов.

Там, где сейчас проходит проспект Гамидова, была пыльная ухабистая дорога на Тарки и дальше на Дербент. Здесь, в низеньких саманных караван-сараях, могли остановиться небогатые путники. Город страдал от нехватки воды и отсутствия канализации: каждый год в городе вспыхивала холера, свирепствовала малярия. Но зато уже в 1901 году в Петровске была открыта телефонная станция на 41 номер.

А к 1911 году в Порт-Петровске было три кинотеатра, которые тогда назывались синематографами. Тогда ещё очень молодое, кино завоевало всеобщую любовь. Небольшой зал кинотеатра не мог вместить всех желающих. В длиннющих очередях у кассы часами простаивала очередь из бедных и богатых, детей и взрослых. Два из трёх синематографов не выдержали конкуренции, а хозяин оставшегося – Мариамули, – видя неослабевающий интерес к кино, часто поднимал цены на билеты.

За годы гражданский войны Порт-Петровск больше 10-ти раз переходил из рук в руки. Городом правили большевики, бичераховцы и деникинцы, английские и турецкие интервенты. Весной 1920 годы части Красной Армии заняли Порт-Перовск, а 14 мая 1921 года он был объявлен столицей автономной республики Дагестана и переименован в Махачкалу в честь известного революционера Махача Дахадаева.

Вот, оказывается, какая непростая судьба была у Махачкалы. Теперь, когда ты видишь широкие проспекты и тенистые скверы, просторные площади и яркие детские площадки, трудно представить, что наш город вырос из небольшого русского военного укрепления. Там, где сейчас непрерывным потоком едут автомобили и трудно перейти улицу даже по пешеходному переходу, были сплошные сады и виноградники. И только море, безмолвный свидетель истории, всё также шумит и пенится. Оно переливается на солнце всеми цветами радуги и выбрасывает на берег отполированные ракушки, которые завтра соберут такие же, как ты, дети, чтобы украсить ими песчаные замки.

«Отречемся от старого мира…»

Тёплым солнечным осенним днем мы с сестрой гуляли по городу, проверяя, где опавшая листва шуршит громче, а бумажные самолётики летят дальше, где коржики самые «румяные», а мороженое – самое холодное. И, как часто бывало, нас заинтересовал вопрос, почему именно так называются улицы: Котрова, Ермошкина, Малыгина.

И дедушка объяснил нам с Ксенией, что многие улицы нашего города были названы в честь революционеров: Ивана Левина, Бориса Шеболдаева, Дмитрия Пугина, Емельяна Гоголева. Все они как один верили в то, что новая Советская власть сможет изменить положение в стране: крестьяне получат землю, рабочие смогут безбедно жить, а те, кого они считали угнетателями, получат по заслугам:

Никто не даст нам избавленья:

Ни бог, ни царь и не герой.

Добьёмся мы освобожденья

Своею собственной рукой.

Чтоб вор вернул нам всё, что взял он,

Чтоб дух тюрьмы навек пропал,

Ковать железо будем с жаром,

Пока горяч ещё металл.

Многие из революционеров, чьими именами названы улицы города, погибли, сражаясь за свои идеи.

А ещё мы узнали, что к деятельности революционеров имела непосредственное отношение и наша семья. Одна из наших прапрабабушек – Мария Никитина – вместе со своим мужем Сергеем Бурштейном организовывала печать нелегальных агитационных листовок, а типографские шрифты прятала в колодце, во дворе своего дома. За всей семьёй была установлена полицейская слежка. Во дворе стояла лестница, прислонённая к забору, чтобы в любой момент собиравшиеся в доме революционеры могли уйти от нагрянувшей внезапно полиции.

«Мы наш, мы новый мир построим…»

Есть люди, в честь которых названы улицы и города, возведены памятники, сняты фильмы. А есть те, имена которых, несмотря на время, хранит человеческая память. Среди них много русских интеллигентов, приехавших в Дагестан в разное время. Имена русских учителей, врачей, инженеров всегда связывали в Дагестане с добром, знанием, светом. После революции и Гражданской войны было необходимо восстанавливать школы, больницы, транспорт, городское хозяйство. По всей стране кипела большая стройка. Вся страна была в трудовом походе. На заводах и фабриках, на полях и в научных лабораториях, – всюду трудились люди, отдавая все силы своего ума, рук и таланта.

В Дагестане в школы хлынул такой поток желающих учиться, что приходилось организовывать очередь. Здесь пригодились и самоотверженные учителя, трудившиеся на ниве народного образования многие годы ещё до революции, и молодые учителя, недавно закончившие рабфаки.

Более 50 лет преподавал в разных учебных заведениях Дагестана Пётр Александрович Егоров. Ещё до революции в Петровской мужской гимназии он вёл уроки латыни, истории и русского языка.

А когда понадобились молодые учителя для новых советских школ, Пётр Егоров посвятил себя подготовке сельских учителей. Впоследствии его ученики стали всеми любимыми педагогами. По инициативе Петра Александровича, в Дагестане были созданы рыбный и индустриально-экономический техникумы. В 50 – 60-е годы П.А. Егоров преподавал в Дагестанском сельскохозяйственном институте.

В мужской гимназии Порт-Петровска ещё в 1913 году начал свой непростой путь учитель истории, русского и латинского языков Сергей Николаевич Теньковский. Не одно поколение его учеников с уважением вспоминало своего учителя, а разные поколения учителей Дагестана пользовались учебно-методической литературой, разработанной Сергеем Николаевичем. Орденами и медалями отмечен его 24-летний труд преподавателем и заведующим кафедрой иностранных языков в Дагестанском медицинском институте.

30 лет с 1917 года проработал в Дагестане учителем Сергей Михайлович Иванов. Не одной сотне молодых людей помог он найти профессию на всю жизнь. Поэтому Сергей Михайлович с честью носил звание заслуженного учителя ДАССР И РСФСР.

Большую часть своей жизни, бывшей примером для подражания, он посвятил тому, чтобы растить горцев высокообразованными и культурными людьми, учитель Темир-Хан-Шуринского реального училища Николай Филиппович Тарасевич. Многие его ученики, ставшие учеными, инженерами, тепло вспоминали этого доброго, внимательного, отзывчивого человека.

В 20-40-е годы в Дагестане среди населения были распространены различные болезни: тиф, оспа, корь, дифтерия, сибирская язва, туберкулез, малярия. Дагестану в эти годы очень были нужны врачи, которые не только могли лечить больных, но и распространять санитарные знания.

В 1923 году в Порт-Петровске С.М. Казаров создал Дом санитарного просвещения. Он организовывал передвижные выставки, которые пользовались огромным интересом у коренного населения Дагестана.

Прекрасный врач Р. А. Цюпак был основателем хирургической службы в Дагестане и с 1923 года работал главным врачом Петровской городской больницы. А первую поликлинику в Махачкале создал К.И. Лоренцо.

Долгие годы в горах, в Лакском округе, работал замечательный врач Анастасия Ивановна Пыпа. Пешком и верхом она многократно колесила по горным тропам района, спасая больных, принимая роды.

Н.П. Агриколянский начал свою карьеру врача в Казикумухском и Гунибском округах ещё до революции, потом работал сельским врачом в Темир-Хан-Шуре. Местные жители, с которыми у него были дружеские отношения, всегда охотно помогали отзывчивому доктору. Будучи прекрасным специалистом и чутким человеком, Н.П. Агриколянский и после революции продолжал заниматься медициной, организовывал медицинскую помощь жителям республики.

Около 40 лет проработал в Дагестане Николай Андреевич Усачёв. В 1914 году он начал свою карьеру врачом крепостной артиллерии в Порт-Петровске. В годы Советской власти Николай Андреевич заведует Петровским отделом здравоохранения. Неоценим его вклад в борьбу с таким серьёзным заболеванием, как малярия. Огромную помощь он принёс жителям Дагестана, став в 1924 году первым государственным санитарным инспектором республики.

Благодаря усилиям этих самоотверженных людей, жители Дагестана реже болели и умирали. А созданный в 1932 году Дагестанский медицинский институт в разные годы окончили мои бабушки, родители, дядя и тёти. Он до сих пор выпускает врачей, которые приходят на помощь, когда больше всего нам нужны.

«На полчища Гитлера кованый меч поднимая, мы грудью прикрыли просторы славянской земли…»

22 июня 1941 года на нашу страну напали фашисты. И началась война. Самая страшная, самая кровавая в истории человечества. Советский народ сражался за правое дело: за свободу, за счастье, за всё, что было добыто в боях и труде. Миллионы граждан нашей страны на фронте защищали свободу и независимость Отчизны. Только за первые четыре дня войны от дагестанцев поступило 3350 заявлений с просьбой об отправке на фронт. Например, весь выпуск 1941 года махачкалинской школы № 13 во главе с директором Яковом Терентьевичем Лукьяновым ушёл добровольно на фронт. За личную храбрость Яков Терентьевич был награждён орденами Отечественной войны I степени, Красной Звезды и многими медалями. За годы войны 180 тысяч дагестанцев сражались в рядах действующей армии. Среди них были десятки тысяч дагестанских русских, которые были награждены боевыми орденами и медалями.

59 дагестанцев удостоены высокого звания Героя Светского Союза, из них 29 – представители русского народа, уроженцы Дагестана, которые жили и работали в республике.

Первым из дагестанских русских Героем Советского Союза стал Дмитрий Игнатович Кузнецов (1903–1941). Он окончил Кавалерийское училище и Военную академию, а с 1936 года служил в Главном управлении пограничных войск. Когда началась война, он добровольно ушёл на фронт. В июле 1941 года в боях у деревень Чёрный Ручей и Околица, на подступах к Москве, он умело руководил действиями полка. Здесь же был ранен, но не покинул своих боевых товарищей. Звание Героя Советского Союза Дмитрию Игнатовичу Кузнецову присвоено посмертно 31 августа 1941 года.

Сын кизлярского рыбака Юрий Михайлович Балабин (1922–2007) окончил Саратовскую военно-авиационную школу и с первых дней войны был отправлен на фронт. Здесь он был штурманом 144-го гвардейского штурмового авиационного полка. На своём самолёте ИЛ-2 к маю 1945 года он совершил 232 боевых вылета для разведки и штурма железнодорожных составов и войск противника. Звание Героя Советского Союза Юрию Михайловичу Балабину было присвоено 27 июня 1945 года. Кроме того, он был награждён орденом Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденом Александра Невского, двумя орденами Отечественной войны I степени, орденом Красной звезды и многими медалями.

Владимир Яковлевич Бараненко (1923–1975) до войны окончил махачкалинский аэроклуб, а в 1942 году – Краснодарскую военно – авиационную школу пилотов. К маю 1945 года старший лейтенант В.Я. Бараненко совершил 128 успешных боевых вылетов, уничтожил 23 танка, 8 штурмовых орудий, 85 автомобилей, 7 складов с боеприпасами, много другой боевой техники противника. Почётное звание Героя Советского Союза Владимиру Яковлевичу Бараненко присвоено 15 мая 1946 года.

Василий Савельевич Белоусов (1925–1977) учился в Махачкале, работал маляром, электросварщиком на заводе. В 17 лет добровольно ушел на фронт. Через год, 17 октября 1943 года, за успешную переправу через Днепр и образцовое выполнение боевых заданий в борьбе с фашистскими захватчиками, ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Владимир Илларионович Бонадренко (1914–1943) учился в махачкалинской школе № 2. Война застала его в Белоруссии. Полк, в котором он служил, в августе 1941 года попал в окружение. Здесь Владимир Бондаренко был тяжело ранен и оставлен на оккупированной врагом территории. Вылечившись, он создал партизанский отряд. Владимир Бондаренко лично подорвал 5 поездов врага. Погиб 6 ноября 1943 года в боях с противником. Звание Героя Советского Союза присвоено ему посмертно 2 мая 1945 года.

Иван Егорович Волкодав (1913–1983) воевал на советско – германском фронте с сентября 1941 года. 26 апреля 1945 года во главе десантного отряда переправился через пролив и захватил плацдарм на Балтийской косе. В боях с неприятелем его отряд разгромил штаб вражеской дивизии и захватил в плен 2,5 тысячи солдат и офицеров. За боевые заслуги звание Героя Советского Союза – ему присвоено 29 июня 1945 года.

Иван Петрович Горбачев (1923–2003) работал токарем на махачкалинском ремонтно – механическом заводе. На фронтах Великой Отечественной войны он воевал с начала 1943 года. В начале августа 1944 года Иван Горбачев одним из первых преодолел реку Вислу и обеспечил переправу подразделений полка. Звания Героя Советского Союза Иван Петрович Горбачёв удостоен 24 марта 1945 года.

Махачкалинец Виктор Иванович Гражданкин (1900–1977) попал на фронт в августе 1941 года. В боях его отряд уничтожил несколько вражеских групп, а также захватил в плен несколько тысяч солдат и офицеров. Звание Героя Советского Союза присвоено 28 апреля 1945 года.

Владимир Александрович Громаковский (1922–1995) – выпускник годичных курсов пилотов Махачкалинского аэроклуба. На фронт ушёл в августе 1942 года. За годы войны Владимир Громаковский совершил 186 боевых вылетов, сбил 16 вражеских самолётов. Звание Героя Советского Союза присвоено 15 мая 1946 года.

Сергей Алексеевич Елистратов (1923–1947) в 1942 году был призван в армию и отправлен на фронт. 15 декабря 1943 года с группой разведчиков переправился через Днепр, отразил три контратаки противника, захватил пленного и добыл ценные данные. 30 октября 1943 года Сергею Елистратову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Николай Андреевич Земцов (1917–2002) – выпускник махачкалинского автодорожного техникума. В годы войны был командиром разведывательного отряда штаба Черноморского флота. В мае 1943 года его группа была высажена в районе города Анапы, где им удалось задержать продвижение врага на 2 суток. За беспримерный героизм 22 января 1944 года Николаю Андреевичу Земцову присвоено звание Героя Советского Союза.

Георгий Данилович Ильяшенко (1918–1987) был участником советско – японской войны 1945 года. Во время своего последнего вылета ему не только удалось успешно выполнить боевое задание, но и посадить горящий самолет на воду. Почётное звание Героя Советского Союза присвоено 14 сентября 1945 года.

Константин Николаевич Калинин (1910–1992) родился на кизлярщине. Работал трактористом в колхозе. На фронте с лета 1941 года. За мужество и героизм, проявленные в боях с немецко – фашистскими захватчиками, 16 мая 1945 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.

Николай Васильевич Калуцкий (1919–2002), управляя огнем стрелкового полка с наблюдательного пункта, дважды вызывал огонь на себя и тем самым спас жизни многих бойцов. За совершённый подвиг звание Героя Советского Союза ему было присвоено 10 апреля 1945 года.

Петр Максимович Крутов (1923–1988) родился в станице Ново – Серебряковской Кизлярского района. Был командиром отделения связи. Принимал участие в боях за Днепр. Звание Героя Советского Союза Петру Крутову присвоено 26 октября 1943 года.

Александр Александрович Назаров (1926–1945) в боях за польский город Лигниц 7 февраля 1945 года отбил 5 атак противника, а также лично уничтожил 1 танк и 2 самоходных орудия немцев. Бросившись в разгар боя под фашистский танк со связкой гранат, Александр Назаров взорвал его и погиб сам. Звания Героя Советского Союза был удостоен 27 июня 1945 года за самоотверженность и героизм.

Николай Васильевич Оберемченко (1909–1945) с первых дней войны сражался на фронте. За образцовое выполнение заданий командования, мужество и героизм 27 февраля 1945 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Александр Ильич Рыбников (1919–1989) до войны закончил Дагестанский педагогический институт и работал учителем средней школы в Дагестанских Огнях. С 1942 года участвовал в освобождении Северного Кавказа, Украины, Белоруссии и Прибалтики. Звание Героя Советского Союза присвоено 19 апреля 1945 года.

Федор Григорьевич Селивантьев (1916–1989) участвовал в Сталинградской битве, в освобождении Украины и Белоруссии. Звание Героя Светского Союза присвоено 15 мая 1946 года.

Владимир Петрович Сенченко (1922–1994) родился в Дербенте. За годы войны он, будучи летчиком – истребителем, совершил 224 успешных боевых вылета. Лично сбил 13 вражеских самолетов, за что ему и было присвоено звание Героя Советского Союза 27 июня 1945 года.

Иван Михайлович Сидоренко (1919–1994) в годы войны был снайпером. За годы войны он лично уничтожил 500 фашистов. Подготовил для фронта 250 снайперов. Звание Героя Советского Союза присвоено 4 июня 1944 года.

Павел Михайлович Смирнов (1908–1943) работал учителем в Кизлярском районе. В июле 1941 года добровольно отправился на фронт. 21 января 1943 года Павел Смирнов в составе экипажа танкистов уничтожил 15 пулеметных установок и несколько землянок противника. В этом бою он и погиб. Звание Героя Советского Союза присвоено посмертно 23 сентября 1943 года.

Андрей Васильевич Сумин (1919–1986) в годы войны служил командиром минометного расчёта. В ноябре 1943 года он в бою заменил командира батальона и успешно отразил несколько контратак противника. Звания Героя Советского Союза удостоен 10 декабря 1944 года.

Михаил Михайлович Сурмач (1913–1997) из Дербента на фронте с марта 1942 года. Прошёл боевой путь от Майкопа до Одера. 26 января 1945 года со своей батареей Михаил Сурмач в течение 16 часов отразил 12 контратак противника. Звание Героя Советского Союза присвоено 10 апреля 1945 года.

Александр Кузьмич Суров (1914–1999) сражался за Кавказ, освобождал Украину и Польшу, штурмовал Берлин. За боевые заслуги 10 апреля 1945 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.

Махачкалинец Константин Васильевич Сухов (1923–2003) был лётчиком. За годы войны он сбил 22 самолёта противника. Звание Героя Советского Союза присвоено 27 июня 1945 года.

Николай Алексеевич Подорожный (1924–1998) ушёл на фронт до

бровольцем. 22 апреля 1945 года Николай во главе группы бойцов преодолел реку Одер севернее города Врицен. Разведгруппа захватила рубеж и в течение 24 часов удерживала его, отбивая вражеские атаки, что помогло форсировать реку другим подразделениями. За мужество и личный героизм, проявленные при форсировании реки Одер, Николаю Алексеевичу Подорожному 15 мая 1946 года было присвоено звание Героя Советского Союза.

Леонид Акимович Гальченко (1912–1986) родился в Порт – Петровске. К началу войны Л. Гальченко имел звание капитана. В первый год войны Гальченко сбил 9 вражеских самолетов лично и 12 самолетов в группе с боевыми товарищами. Леониду Гальченко одному из первых дагестанцев присвоено звание Героя Советского Союза 6 июня 1942 года.

Детские годы Александра Ситковского (1914–2000) прошли в Хасавюрте и Махачкале, где он учился в школе. На фронтах войны с апреля 1943 года. Будучи лётчиком, он сбил большое количество вражеских самолётов. Звание героя Советского Союза присвоено 13 апреля 1944 года.

За годы войны 7 дагестанцев стали полными кавалерами ордена Славы трёх степеней. Трое из них – русские: Василий Яковлевич Королев, Михаил Ильич Шакунов и Яков Игнатьевич Хоролец.

Не знаю, мой читатель, ходишь ли уже ты в школу. А я хочу рассказать тебе о том, что во время войны во многих школах Махачкалы были госпитали. И ребята твоего возраста ходили к раненым, чтобы помочь им написать письмо домой, прочесть стихотворение или спеть песню. Дети, как могли, пытались помочь взрослым победить.

О Великой Отечественной войне написано много прекрасных песен. Думаю, ты не раз слышал, как 9 Мая поют в концертах по радио или по телевизору:

Мне кажется порою, что солдаты,

С кровавых не пришедшие полей,

Не в землю эту полегли когда-то,

А превратились в белых журавлей.

Стихи этой песни написал дагестанский поэт Расул Гамзатов, а неравнодушные люди в Махачкале, на родине поэта, в ауле Цада, в других городах и сёлах Дагестана в память о погибших на этой войне проводят каждый год праздник «Белых журавлей». Для того, чтобы люди помнили тех, кто подарил им будущее, и чтобы ужасы войны никогда не повторились. Поэтому в память о погибших воинах горит в парке имени Ленинского Комсомола Вечный огонь, и поэтому к воздвигнутому в их честь памятнику всегда несут цветы благодарные потомки.

«Жил-был художник один…»

Скажи, а ты бывал в Махачкале, в Музее изобразительных искусств? Нам с сестрой всегда нравилось туда ходить. Сначала мы с интересом разглядывали яркие и волшебные рисунки князя Гагарина, где, как мы считали, были изображены прекрасные принцессы и принцы из дагестанских народных сказок. Потом нас занимали пейзажи Ивана Айвазовского: раскалённые солнцем горы, дышащие зноем долины.

По мере того, как мы росли, нам стали нравиться другие полотна. 1960 – 80-е годы кажутся тебе далёким прошлым, а мои бабушка и дедушка помнят их хорошо, потому что это время их юности. На их глазах пошёл по улицам Махачкалы первый троллейбус, вырос первый двенадцатиэтажный дом, появился кинотеатр «Россия».

В эти годы в Дагестане кипела творческая жизнь. Дмитрий Акиндинович Капаницын родился и вырос в Дербенте. По окончании Ленинградского художественно-промышленного техникума он вернулся в Дагестан. Благодаря многогранности своего таланта, Дмитрий Капаницын иллюстрирует книги, создаёт декорации для театра, оформляет монументальное панно Дома пионеров в Махачкале. В картинах спокойного и буйного моря проявился его талант художника-мариниста. Величием дышат горные пейзажи: «Дорога в Гимры», «В верховьях Самура». В жанровых картинах («Красноловы», «Берег Каспия») поэтически отражается труд рыбаков.

В конце 50-х годов многие дагестанские художники писали портреты своих современников. Дмитрий Беспалов, Виктор Горьков, Василий Горчаков вели свои поиски в этом жанре.

Благодаря Александре Ивановне Марковской, мы видим мужественные и суровые лица нефтяников Каспия. С портрета лезгинской народной певицы в праздничном национальном костюме – кабалае – на нас смотрит внутренне собранная и женственно мягкая Рагимат Гаджиева. Именно А.И. Марковская написала портреты творческой интеллигенции Дагестана: художника Муэтдина-Араби Джемала, кумыкской певицы Бурлият Ибрагимовой, лингвиста Унейзат Мейлановой. И теперь именно глазами художницы мы видим её современников.

Приехавшая в 1955 году из Москвы художница Галина Конопацкая, искренне полюбила Дагестан. Поэтому герои её картин – простые люди, горцы и горянки – заполняют собой созданную художницей яркую и незабываемую панораму современной жизни. Картины Галины Конопацкой – «Ковровщицы», «Годекан», «Танец», «Базар у Дербента», «Мелодии гор» – невозможно перепутать с картинами каких-то других авторов, благодаря неповторимому цвету и декоративности. Зарисовки современной жизни дополняет рассказ об историческом прошлом Дагестана.

В работах Эдуарда Путерброта причудливо переплетаются реальность и фантастика, сказка и дагестанский фольклор. Надолго остаются в памяти сочетания цветов его картин «Горянка», «Ссора шутов», «Ибрагим и его чёрт».

Очень современны одушевлённые предметы натюрморта, как из любимых тобой мультиков; надписи и целые строки текста на живописных полотнах, как в комиксах. Невозможно забыть печаль музыканта и настороженное внимание коня в работе Эдуарада Путерброта «Музыка в сакле Карт-Энем».

Надеюсь, что я смог тебя заинтересовать, и как-нибудь ты возьмёшь с собой родителей и

Отправишься в музей, на экскурсию

Послесловие

Думаю, ты узнал из этой книги что-то новое о Дагестане – месте, где ты живёшь. О том, как твои и мои предки осваивали его земли, выращивая сады и виноградники, строили города, дороги, плотины, учили и лечили его жителей, воспевали в песнях его красоту.

А если тебя заинтересовало что-то, о чём ты хочешь узнать поподробнее, то один, с родителями или с бабушкой и дедушкой оправляйся в «путешествие», как когда-то мы с сестрой, не забывая делать остановки в музеях и библиотеках.

Надеюсь, что открытия, которые ты совершишь в этом «путешествии» по своему краю, сделают Дагестан ближе, понятнее и роднее. Ты научишься еще больше ценить и любить Дагестан – свою Родину и Родину твоих предков, где из века в век рядом жили и процветали многие народы.

Кстати, моя сестра Ксения, которая всегда пришивала лапы и оторванные глаза мягким игрушкам, обожала набор «Юный доктор» и перевязывала бинтами с ног до головы всех кукол, стала врачом. А я больше всего любил захватывающие и таинственные истории. Поэтому и стал историком.

Словарь

Аналой – высокий четырёхгранный столик в церкви для богослужебных книг.

Апостолы – 12 учеников Иисуса Христа.

Архалук – кафтан с высоким стоячим воротником.

Археология – наука, изучающая прошлое на основе ископаемых вещественных источников.

Вечёрки – посиделки молодёжи.

Вытушки – праздничные калачи.

Газыри – небольшие трубки, в которых хранились заряды пороха;

украшали нагрудную часть черкесок.

Гашник – пояс, шнурок.

Гильце – украшенная сосновая ветка, которая устанавливалась в специально испеченный свадебный хлеб.

Дорожник – журнал, в который заносятся путевые заметки.

Духан – небольшая гостиница с рестораном.

Картограф – составитель географических карт.

Кичка – женский головной убор с высоким передом.

Коран – священная книга мусульман.

Косник – ленты, вплетаемые в девичью косу.

Лапти – плетёная из лыка обувь.

Майсум – правитель Табасарана.

Марена – травянистое растение, из корней которого получали красную краску.

Нуцал – правитель Аварского ханства.

Обет – обещание, которое дают Богу.

Панёва – женская шерстяная юбка из кусков ткани.

Порты – брюки.

Поршни – кожаная обувь, которая стягивалась на щиколотке.

Пошлина – денежный сбор.

Реальное училище – среднее учебное заведение, в котором основной упор делался на изучение естественнонаучных и математических дисциплин.

Рекрут – человек, призванный на военную службу.

Рушник – расшитое декоративное полотенце.

Саламата – каша из просяной муки, заменявшая казакам хлеб.

Скоромная пища – то, что нельзя было есть во время поста: мясо, сливочное масло, молоко, яйца.

Трактир – гостиница с рестораном.

Уцмий – правитель Кайтагского владения.

Феодал – крупный землевладелец.

Чуни – обувь, сплетённая из пеньковой веревки.

Шамхал – титул правителя Тарков.

Шлык – головной убор терских казаков.

Этнография – наука, изучающая народы и их культуру.

Литература

Булатов Б.Б., Болохина Н.И. Терское казачество. (Этапы колонизации Россией земель Северного Кавказа). – Махачкала, 2010.

Гаджиев Б.И. Темир-Хан-Шура. – Буйнакск, 1992.

Гаджиев В.Г. Роль России в истории Дагестана. – М., 1965.

Гарунова Н.Н. Кизляр в XVIII – в первой половине XIX века: проблемы политического, социально-экономического и культурного развития. – Махачкала, 2004.

Караулов М.А. Терское казачество. – М., 2008.

Лугуев С.А., Мансуров М.Х. Русские // Народы Дагестана / Отв. ред. С.А. Арутюнов, А.И. Османов, Г.А. Сергеева. – М., 2002.

Магомедов Р.М. Россия и Дагестан. Страницы истории. – Махачкала, 1987.

Ризаханова М.Ш. Дагестанские русские. XIX – начало XX в. Историко-этнографическое исследование. – Махачкала, 2001.

Русская песня в Дагестане. (В записях 1964-69 гг.) / Публ., вступ. ст., коммент. В.С. Кирюхина. – Махачкала, 1975.

Русские в Дагестане: Сборник / Авт. – сост. Р.И. Джамбулатова, Э.А. Тыщенко. – Махачкала, 2005.

Тахнаева П.И. Махачкала. История другого города. – Махачкала, 2007. Трунов Д.И. Дорога к свету. – Махачкала, 1962.

Content

Сергей Манышев
Русские. История, культура, традиции

«Преданья старины глубокой, дела давно минувших дней…»

«Доля казачья, служба лихая…»

«Щи да каша – пища наша»

«Только бурка казаку во степи – станица, только бурка казаку во степи – постель…»

«Широкой этой свадьбе было места мало, и неба было мало, и земли…»

«Москва златоглавая, звон колоколов, царь-пушка державная, аромат пирогов…»

«Люди в белых халатах твою жизнь охраняют от бед…»

«Буквы разные писать тонким пёрышком в тетрадь учат в школе…»

«Стоишь, Кизляр, ты мирно и свободно, от куполов и солнца золотой…»

«Для меня мой Буйнакск – столица…»

«Словно в сказке, безмолвные улицы, в окнах ярко мерцают огни…»

«Отречемся от старого мира…»

«Мы наш, мы новый мир построим…»

«На полчища Гитлера кованый меч поднимая, мы грудью прикрыли просторы славянской земли…»

«Жил-был художник один…»

Отправишься в музей, на экскурсию Послесловие

Словарь

Литература