Совицкая Мария

Мама, не сходи с ума (СИ)

- Нельзя ли побыстрее? Мы так до утра не доедем!

Женщина, сидящая рядом с таксистом на переднем сидении автомобиля, заметно нервничала. Она барабанила пальцами по окну, теребила темно-каштановые локоны - вобщем, совершала мелкие раздражающие действия. Первое восхищение ее красотой у таксиста уже прошло, и подступало тихое бешенство от ее критических замечаний. Пассажирка явно не местная, и не знает специфики местных дорог.

А вот ее дочери явно было плевать на все, как и большинству подростков. Девочка лет семнадцати увлеченно слушала музыку в плеере, едва заметно двигая в такт плечами. Она была очень похожа на мать - тоже высокая, темноволосая,с точеными скулами и бледным лицом. Только глаза были другие... Если у мать обладала чуть раскосыми карими глазами, то у дочки они были голубыми и более выпуклыми. Года через три девочка явно превратится в красивую молодую девушку.

- Я спешу, как могу, - сдерживаясь, ответил таксист. - Такие у нас дороги, ничего не поделаешь. Это ведь районный центр, и Москва всего в ста километрах отсюда, однако, нормальная дорога начинается только с пятидесятого километра. Еще и дождь начался, обещая перейти в неслабый августовский ливень...

- Да знаю я, какие здесь дороги, - криво усмехнулась женщина. На ее лице возникло странное выражение - будто она испытала физическую боль.

Парень искоса посмотрел на пассажирку, пытаясь вспомнить,видел ли ее раньше. Нет, маловероятно...

- Вы уже были в городе?- удивился он.

- Была? Я местная. Только вы меня точно не знаете, - усмехнулась женщина, и молодой человек почувствовал, как раздражение уходит - такой теплой и солнечной была ее улыбка. - Сколько вам лет?

- Двадцать, а что?

- Когда я уехала, вы еще даже не ползали!

Оба рассмеялись. Девочка, заметив их оживление, сняла наушники.

- Над чем смеетесь, мам?

- Да так, ничего особенного, - пожала плечами женщина. - Вот, рассказываю молодому человеку, что я из этого города...

- Точно, - согласилась девочка. У нас здесь родственник - мамин двоюродный брат. Теперь мы будем жить в этом городе. Вот только за пятнадцать лет моей жизни она ни разу меня сюда не привозила.

Мать напряглась и обернулась к дочке.

- Вика, сейчас не время и не место. Я тебе уже все объяснила.

- Да, только я тебя не поняла!

В воздухе запахло семейными разборками. Дочка смотрела на мать исподлобья, а та в ответ не прятала взгляд, смотрела грозно и строго. Таксисту стало не по себе...

Тем временем, ливень усилился, и молодой человек практически не видел дороги. Он напрасно напрягал глаза...

Неожиданно, машина во что-то врезалась и съехала на обочину. Препятствием был дорожный знак. Всех сильно тряхнуло, а сам таксист, которого подбросило от толчка, сильно ударился виском об руль. Если бы ни ремни безопасности, последствия могли бы быть хуже... Парень потерял сознание от удара.

Девочке тоже не повезло. Она не пристегнулась, из-за чего получила сильный удар о разбившееся боковое стекло и порезала руку. Теперь она лежала на заднем сидении,пытаясь понять, что произошло, и тихонько плакала.

Женщина практически не пострадала, только ушибла локоть. Придя в себя, она первым делом выбралась из машины и открыла дочке дверь.

- Вика, ты как? Давай, вылезай отсюда. Машина может загореться!

Девочка, схватив мать за шею, выбралась. Ливень прекратился, зато началась гроза, такая сильная, что, казалось, земля содрогнется.

- Нам нужно его тоже вытащить, - простонала Вика. - Мам, давай...

- Отойди подальше, я сама, - возразила женщина. Девочка послушалась.

- Ох, какой тяжелый, - простонала мать, пытаясь вытащить парня. - Нет, мне ему не помочь. Вика, попробуй вызвать скорую...

- У меня телефон разрядился, - вздохнула девочка.

- А у меня не ловит... - ответила мать. - Что же нам делать?!

Помощь пришла неожиданно. Рядом с покореженным "Опелем" остановился черный внедорожник, из него выскочил высокий крупный мужчина и быстрым шагом направился к ним. В темноте было невозможно разглядеть его лица.

- Что у вас произошло? - проговорил он.

- Авария, - начала объяснять мама. - Мы ехали с вокзала на такси. Был сильный ливень, таксист не справился с управлением.

- С вами все в порядке? - спросил незнакомец.

- Со мной - да, дочка руку поранила, а вот парня нужно вытащить. Нам это не по силам...

Мужчина принес из своей машины аптечку, и женщина перевязала Вике руку. Потом он не без труда вытащил парня из машины и усадил его на переднее сидение своего внедорожника. При этом таксист слабо постанывал, но в себя не приходил. На лбу у него была кровоточащая рана.

- Нужно вызвать скорую, - проговорила Вика. - Если он до сих пор не очнулся, дело плохо...

- Девочка права, - согласился мужчина и набрал короткий номер. - Его заберут в больницу, а я отвезу вас, куда скажете...

Пока ждали скорую, он перенес вещи мамы и дочки в свою машину.

- Немного у вас сумок, - проговорил он. - Надолго в наш город?

- Навсегда, - ответила женщина. Вика вздохнула - ей совсем не хотелось переезжать в небольшой город после столицы... А что делать? У них не было выхода.

- Мы совсем переехали, - подтвердила она. - Мне этот город не нравится. Но здесь живет мой дядя, и мы останемся у него... Так надо, мама говорит.

Мужчина вздохнул и заглянул в машину, к таксисту. Парень так и не пришел в себя.

- Черт, где же эта скорая? - пробормотал он.

Женщина с дочкой подошли следом. Первая достала из сумки салфетки, смочила их водой из маленькой бутылки и вытерла с его лба кровь.

- Что же это такое, - прошептала девочка. - Пока они приедут, человек и помереть может...

Все трое вздрогнули от света фар подъехавшей машины.

- Ну, наконец-то, - обрадовался незнакомец.

Из белой "Газели" вышли двое в белых халатах.

- Вот, он здесь, - мужчина показал им пострадавшего. - Уже минут десять в сознание не приходит.

Медики тихо разговаривали с ним - нельзя было расслышать, о чем... Женщине почему-то показалось, что они их спасителя знают. Более того - боятся и уважают его.

Парня увезли, после чего мужчина пригласил их в свою машину. Там он включил свет.

- Все целы и спокойны? - спросил он. - У меня есть аптечка. Йод, спирт, валерьянка никому не нужны? И куда вас отвезти?

Мать улыбнулась и покачала головой. Украдкой она взглянула на своего спасителя. Ему было лет сорок, плотного телосложения, голубоглазый, с упрямым подбородком... Мужчина был довольно красив, и лицо его показалось ей знакомым. Хотя, кого она могла здесь узнать спустя почти двадцать лет?

Девочка, которая с восхищением разглядывала обитый мягкой кожей дорогой салон машины, тут же назвала адрес:

- Озерная улица.

- Частный сектор, - кивнул мужчина. - По пути заедем на заправку. Мне нужно там одно дело сделать...

На заправке он извинился, что заставляет их ждать, и направился в маленький магазин.

- Мам, а ты не боишься? - прошептала девочка.

- Чего, Вик? - устало вздохнула она. - Самое страшное сегодня уже произошло. Хуже некуда...

- Да, бедный парень. Нужно узнать, в какую больницу его повезли, и навестить.

- В этом городе всего одна больница. А там - либо хирургия, либо травматология.

Они замолчали.

- Да, интересно нас встретила твоя малая родина... - задумалась девочка, опустила глаза вниз и воскликнула: - Ой, мам! Он выронил служебное удостоверение. Там, около твоей ноги.

Женщина наклонилась и подняла красную книжечку. Любопытство взяло верх, и она открыла ее.

- Ну, что там? - голос девочки звенел от любопытства. - Кто он? Судя по машине, полковник или генерал?

Мать повернулась к ней, и Вика оторопела, увидев ее бледное лицо и расширенные глаза. В них читался такой ужас, что девочке стало страшно.

- Быстро хватаем наши вещи, - прошептала она. - Я видела, он не запирал багажник. И бежим отсюда!

Вика хотела задать маме массу вопросов, но, почувствовав сковавший ее страх, промолчала. Они тихо вытащили из багажника свои вещи и покинули заправку.

- Видишь этот сквер? - показала женщина на длинную березовую аллею, освещенную фонарями, с фонтаном и скамейками. - Пройдем ее до конца, потом мимо дороги - и все, мы дома!

- Почему мы убегаем? - спросила пораженная Вика. - Что тебя так напугало?

Глаза матери вспыхнули таким огнем, что девочка поняла: кроме страха, есть еще другое чувство. Сильное и совсем не такое безобидное. Она ничего не ответила, подхватила свой чемодан и пошла вперед. От каблуков ее туфель в разные стороны разлетались брызги - мама не старалась обходить лужи.

- Не напугало... - проговорила она, подумав. - Просто он мне не понравился. Я давно не была в городе. Мало ли, какие здесь теперь живут люди?

Вика пожала плечами. Ответ матери ничуть не убедил ее.

Глава 1.

После двухдневного, почти непрерывного ливня август, наконец-то показал себя во всей красе. Солнце ласково согревало город. Вместо массы зонтов и дождевиков по улицам мелькали яркие летние наряды. В городском парке по вечерам начала работать танцплощадка, открытая еще в 2007 году - летом молодежь делала выбор в ее пользу, забыв о ночных клубах и диско-барах.

А на реке работали летние кафе, одно рядом с другим. И их хозяева зарабатывали за теплый сезон с мая по октябрь столько денег, что оставшееся время могли спокойно их тратить! Город довольно большой, клиентов много. А так приятно посидеть за обедом в таком месте, наслаждаясь видом на реку и набережную, вкушая фирменный шашлык! Или прийти сюда вечером поужинать... Здесь люди проводили свои обеденные перерывы, деловые встречи, детские праздники, вечеринки - да все, что угодно.

Вечером в кафе под названием "Баржа" пришли трое молодых людей, модно и дорого одетых. Было между ними некое сходство - вальяжность, расслабленные манеры. Они явно чувствовали себя хозяевами жизни, несмотря на юный возраст - старшему из них недавно исполнилось двадцать лет, двум другим было по восемнадцать.

- Ну что, по пиву? - предложил один из парней - высокий брюнет с пронзительными карими глазами. - Или чего покрепче?

- Не торопись, - похлопал его по плечу старший, обладатель холодных голубых глаз и грубоватых черт лица. - Ты полдня ничего не ел, сам сказал. На голодный желудок тебя сразу развезет, я не собираюсь опять с тобой возиться.

- Спокойно! - воскликнул третий. Он казался самым веселым и беззаботным из всех, на его загорелом лице постоянно вспыхивала белозубая улыбка, а накаченные руки и плечи выдавали в нем спортсмена. - Сейчас придет Сурен и всех накормит.

Они сели за столик, который был всегда для них свободен. К парням подошел невысокий коренастый армянин-повар. Каждый из ребят поочереди пожал ему руку.

- Вечер добрый, - с легким акцентом проговорил повар. - По шашлыку? Или что-то другое?

- Да, по два шампура бараньего, - кивнул загорелый. - И, пожалуй, бутылочку... - он подмигнул, и Сурен кивнул в ответ. - Скажи, Сурен, а отец уже приезжал?

- Да, Макс. Приезжал, все осмотрел и собрал выручку. Дня два его точно можно не ждать здесь.

- Тогда гуляем! - обрадовался брюнет. - Сурен, две бутылки!

Когда принесли еду, ребята уже успели выпить по две рюмки. Алкоголь быстро ударил им в голову. При виде большого блюда с аппетитным дымящимся шашлыком, украшенным зеленью и овощами, они оживились.

- Хорошо дружить с сыном хозяина кафе, - с набитым ртом проговорил брюнет. - Можно всегда вкусно и сытно поесть!

- А твой отец, Никита, владеет спиртзаводом, и снабжает алкоголем моего отца, - парировал Макс.

Старший криво усмехнулся, не отрываясь от еды.

- А если вы опять что-то натворите, вас спасет мой отец-прокурор, - сказал он. Прищур его холодных голубых глаз немного рассердил товарищей.

- Конечно! А наш благоразумный Серега ничего не творит, - возразил Макс. - И в уличной драке недавно не он участвовал.

Сергей опустил глаза.

- Это было необходимо. К тому же, отец ничего не узнал. Я заступался за девушку.

Они замолчали, вспомнив этот случай двухнедельной давности. Парни тогда возращались из ночного клуба и увидели, как в городском сквере двое парней тащили девушку в машину. И, если Никита был слишком пьян и уснул в машине, то Сережа и Макс все видели и проигнорировать безобразие не смогли. Они выскочили из машины и бросились на помощь. Завязалась драка, Макс и Сергей вышли из нее победителями. Правда, Сергею сломали нос. К счастью, его родители были в отпуске, и травму удалось скрыть. Да и вообще, виделись они редко. Сергей учился, подрабатывал в адвокатской конторе; отец пропадал день и ночь в прокуратуре, а у матери была масса забот - магазины, рестораны, подруги... Так что, увеличение размеров его носа прошло незамеченным.

- Ладно, забыли. Лето заканчивается. Я думаю смотаться на пару недель в Египет, - мечтательно протянул Макс. - Займусь дайвингом. Кто со мной?

- Я, - тут же присоединился Никита.

- Вы будете отдыхать, - проговорил Сергей. - Я буду работать, но пару недель на отпуск выпрошу. - Он посмотрел в сторону набережной и обратил внимание на одну девушку, тоненькую и темноволосую. Она явно куда-то торопилась. В руке девушки был пакет, из которого торчало несколько учебных пособий. - А вот кто-то только еще поступает...

Друзья проследили за его взглядом.

- Ничего так, - подвел итог Макс, оценив длинные ноги, подчеркнутые синей короткой юбкой. - Надеюсь, что она поступит в наш институт.

- Может, она уже учится, - возразил Никита. - И зачем таким девочкам поступать в автодорожный, если они могут поехать прямиком в Москву? С такими ногами - только в модели! И вообще, хорошо бы увидеть ее на сайте...

При упоминании о сайте все трое замолчали. В этом году был создан сайт их города, и почти сразу на нем стали появляться фотографии девушек из их института. Недвусмысленные фотографии, сделанные во время вечеринок, выездов на природу и прочего досуга. Естественно, ничего, кроме нижнего белья, не прикрывало красивые юные тела студенток. Кто их выкладывал - было неизвестно. Фотогалерея постоянно пополнялась новыми кадрами.

Ребята выпили. Вторая бутылка водки заканчивалась. За стойкой мелькал официант, ожидая заказа сына хозяина.

- Интересно, кто все-таки делает эти фото? - спросил Сергей.

- Да, интересно. - Макс напрягся, его крупные скулы словно окаменели. - Какой урод так издевается над девчонками? Я б ему в морду дал.

- Ты говоришь, как старший брат, - усмехнулся Никита. - Не бойся, твою Софийку точно не тронут!

- Пусть рискнут, - он так сжал рюмку, что мог бы раздавить ее. - Моя сестра - приличная девушка. Да я лично убью того, кто ее обидит!

Макс говорил правду. Сестра София была на год моложе его и поступила в этом году в тот же институт, где учились ребята. Она была смешливой и веселой. Ее черные кудри и серые большие глаза привлекали многих парней, однако строгий и бдительный старший брат отпугивал поклонников. Макс обожал сестру и постоянно за ней приглядывал, но себе позволял менять девушек. Правда, никого при этом не обидел - влюбившись в новую, всегда предупреждал об этом бывшую.

- Честное слово, Макс, - рассмеялся Никита. - Если бы я не знал, что она твоя сестра, подумал бы, что ты влюблен и ревнуешь... Ты еще испортишь девочке жизнь, чует мое сердце.

Воздух будто накалился, и Сергей это почувствовал. Друзья смотрели исподлобья. Они постоянно подкалывали друг друга. Сергей поспешил сменить тему.

- Ребята, а я переезжаю к вам в общежитие, - объявил он. - С сентября будем жить вместе.

- Ура! - его слова были встречены радостными криками.

Общежитие при автодорожном институте было огромным и комфортным. Оно было отстроено при помощи программы губернатора Московской области. И то, и другое находилось в живописном месте на окраине города. Рядом - лес, река... Комнаты были рассчитаны на троих студентов каждая. Оплата совсем небольшая и для простых, не то, что для детей богатых родителей. Добираться до института было далековато, поэтому ребята сразу поселились там. Места хватало и для своих, и для иногородних студентов. Сергей два года учебы жил с родителями - из-за матери; он считал, что ей нужна поддержка. Однако, он понял, что пора оставить родителей в покое и заняться своей жизнью.

- Серега, ты молодец! - воскликнул Макс. - Под мою ответственность в общагу переезжают двое - Софийка и ты! Что заставило решиться?

- Не знаю. Захотелось. Пусть они сами разбираются. Отец одобрил мое решение.

Никита посмотрел в сторону набережной, и что-то заинтересовало его.

- Ой, Серега... - пробормотал он. - А вот и твой отец.

Сергей встал, чтобы получше увидеть отца. Точно, его черный внедорожник около каменного моста.

Отец вышел из машины и встал напротив девушки, которую они недавно обсуждали. Длинноногая брюнетка явно узнала его. Она кивала головой в ответ на его слова, улыбалась и что-то объясняла. Говорили они недолго, и через несколько минут мужчина уже помогал ей сесть в машину.

- Ой... - протянул Никита. - Серег, ты сам говорил, что Роман Николаевич - любитель молодых женщин. Но этой, по-моему, и восемнадцати нет...

Сергей давно уже знал, что отец изменяет маме. Несколько лет назад парень увидел его с женщиной и потребовал объяснений... Состоялся мужской разговор. Прокурор Оболмасов объяснил сыну, что любовь между супругами остается, а новых впечатлений хочется. Тогда Сергей смог понять отца, тем более, что мама уже несколько лет была погружена в активную общественную жизнь, и с отцом они общались совсем мало. Но, одно дело, когда его сорокатрехлетний отец встречается с женщинами лет тридцати - они для него молоды... И совсем другое - с малолеткой.

Парень почувствовал, как кровь вскипела в жилах. Он проводил взглядом уехавший внедорожник и сжал кулаки.

- Я с ним поговорю, - прошептал он.

- Серега, выпей, остынь! - воскликнул Никита. - Ты так покраснел... Стул пластиковый, он от тебя расплавится!

- Я-то остыну, - ответил Сергей. - Но ему я все выскажу. А девушка, если она окажется на моем пути... Ей не поздоровится!

- Зря ты так, - Макс придвинулся поближе, обнял его. - Девчонки в этом возрасте такие глупые...

Конечно, Макс заранее хорошо относился к девушкам - из-за Софийки. Она была очень хорошей, и уж точно не стала бы встречаться с таким взрослым мужчиной.

В полночь кафе закрылось. Конечно, по просьбе Макса, оно могло бы работать и дальше, но ребята решили поехать на летнюю танцплощадку. Они были достаточно подогреты. Каждому хотелось чего-то. Макс хотел избавиться от навязчивых мыслей о сестре; Серега - перестать думать об изменах отца; а ничем не загруженный Никита - просто познакомиться с кем-нибудь симпатичным...

В итоге, каждый получил то, что хотел. Симпатичный накаченный Макс пропал под напором двух симпатичных подружек; Сережа напился так, что почти уже спал за столиком, уставленным пивом; а Никита отправился за пределы танцплощадки с эффектной рыженькой девушкой.

Глава 2

- Наташа, включи свет. Уже темно...

Она включила на кухне свет, поставила на плиту плов.

- Коля, что-то Вика задерживается. Я волнуюсь!

- А ты позвони, - мужчина сел за стол, вздохнул и насладился ароматом еды. - Я вижу, ты не зря работала в московских ресторанах. Запах великолепный!

- Вкус еще лучше, - улыбнулась она. - Ты помнишь, как я тебя кормила, когда ты из армии пришел? Мясо еще было с кровью, а ты его уже ел. У меня руки от стряпни болели.

Кухня занимала немалую часть двухэтажного кирпичного коттеджа. Здесь и готовили, и ели. Радовал глаз свежий ремонт, кремовые кафельные стены и обилие бытовой техники. Можно было готовить, не боясь запачкать эту красоту. С трудом верилось, что в таком большом доме живут двое мужчин - сын и папа Мироновы.

Правда, теперь в доме появился прекрасный пол в лице Натальи и Вики Старковых - его двоюродной сестры и племянницы. Они приехали вчера, успев попасть в дорожную аварию. В тот день мужчина встречал их на вокзале и, не дождавшись, поехал домой. Телефон Натальи не отвечал, и Николай с ума сходил от тревоги. Он снова и снова звонил ей и, когда уже было позднее время, собирался обратиться в полицию, мать и дочь заявились сами. Промокшие и уставшие, они явно шли пешком. Николай не стал задавать вопросов, просто накормил их заранее пожаренной картошкой с мясом и проводил в их комнаты. В доме было пять комнат, поэтому удалось разместить родственниц с комфортом.

Сегодняшний день оказался очень беспокойным. Вика собиралась поступать в автодорожный институт на юридический факультет... Позвонив в секретариат, девочка узнала, что как раз этот день - последний для приема документов с абитуриентов. Она все утро рылась в своих чемоданах, собирая все необходимое, потом сам Николай отвез ее в институт и поехал по своим делам. Наталья осталась дома, ей нужно было разобрать вещи. Вечером Николай вернулся, а вот Вика задерживалась. Наталья старалась скрыть свое волнение, однако он замечал дрожь ее рук и резкие, порывистые движения. В этот момент она очень напоминала ту девочку, которой была двадцать лет назад. Искреннюю и беззащитную, которую он так и не смог защитить...

Вообще-то, Наташа изменилась. Она уехала из города двадцать лет назад, будучи юной тоненькой девочкой, с поломанной душой и затравленным взглядом. Сейчас, в свои тридцать восемь лет, она имела стройную фигуру и роскошную копну темных волос, также уверенность в себе и элегантность. Николаю, который был на два года старше, при виде ее становилось стыдно за свой живот и небольшую небритость. Двоюродная сестра казалась на фоне его девочкой. Если, конечно, не обращать внимание на ее взгляд. Затравленности уже не было. Просто - взгляд взрослой женщины.

В те годы, когда она уехала в Москву, не было Интернета. Изредка Наташа звонила, присылала письма. Через два года она вышла замуж, пригласила его на свадьбу, а он приехать не смог - именно в тот день жена рожала их сына. Потом Наташа сама стала мамой, через год. Присылала фото маленькой Вики. А жизнь шла своим чередом... Перестройка, кризисы. В Москве Наташа ростила дочь и работала поваром в ресторане - она ведь получила диплом повара в городском училище, позже стала администратором. Ее муж пытался построить свой бизнес - открыл казино, имел неплохие деньги. Сестра жила хорошо, судя по присылаемым уже по Интернету фотографиям. Квартира с хорошим ремонтом, новая машина, счастливые улыбки Наташи и уже большой Вики. Отдых за границей. Самое главное - очевидно, муж обожал Наташу и Вику.

В 2007 году государство подкинуло проблем, запретив игорные заведения. И с тех пор начались беды его родственниц. Алексей Старков, муж Наташи, крутился как мог. Открывал подпольные игровые заведения, брал на это кредиты. Несколько лет он тянул все это, как мог. Наташа работала поваром в дорогом ресторане и неплохо зарабатывала, однако, денег не хватало. А полгода назад с Алексеем случился инсульт, и врачи не могли его спасти. Так Наташа осталась вдовой в тридцать пять лет, наедине с дочкой-подростком и своими проблемами.

Она, конечно, крутилась, как могла. Работала в нескольких местах. Выбивалась из сил. Николай, зная об ее ситуации, присылал ей деньги - какие мог. Однако, все это стало бесполезным, когда стало известно об обязательствах ее покойного мужа. Он набрал кредитов на развитие бизнеса и был должен очень многим - начиная от мелких бизнесменов и заканчивая банками. С каждым из кредиторов он подписал соответствующую бумагу, и, когда прошло время, все стали требовать денег с жены покойного.

Сначала Наташа честно платила, но позже поняла, что не в состоянии покрыть долги и проценты. А ей постоянно названивали кредиторы покойного мужа. Сначала они требовали, а потом стали угрожать. Испуганная Наташа написала ему, что продает квартиру. Тогда он пригласил ее к себе в дом. Родители ее погибли при пожаре, их дом сгорел, и все это произошло давно... Ей просто некуда было идти.

Какое-то время Наташа думала... Она считала, что уедет одна, а дочь останется учиться в Москве, однако, Вика не захотела оставлять маму одну, и поехала с ней в незнакомый подмосковный город, полностью поменяв при этом свою привычную жизнь. Правда, удовольствия девочка от всего этого не испытывала... Видно, считала, что мать могла бы найти еще десять работ и остаться в Москве. Что же, хорошо, что Вика успела закончить школу. Осталось получить высшее образование. Сама Наташа закончила только училище, и искренне желала, чтобы дочка была более образованной.

- Да не волнуйся ты, Наташ, - Николай встал и погладил ее по плечу. - Может быть, Вика с кем-то познакомилась, из таких же поступающих, заболталась. Вот и задерживается.

Наталья вздохнула и положила плов им на тарелки.

- Я бы не волновалась... - тихо проговорила она. - Только мы вернулись в город, в котором со мной ничего хорошего не произошло. Ты представляешь? В Москве меня пальцем не тронули, а здесь...

- Наташа, это было и прошло, - он притянул сестру к себе и обнял, ощущая себя виноватым во всех ее бедах. Ее тело было натянутым словно струна. - Все хорошо... Вы будете жить со мной. Я смогу защитить вас от всех бед. Заживем дружной семьей... Я развелся давно, сын у меня старше твоей Вики, практически переехал к своей девушке. Вам ничто не угрожает!

- Я бы тебе поверила, Коля, - Наташа отстранилась и посмотрела ему в глаза. - Только вчера во время аварии нам помог красивый мужчина. Он вызвал скорую таксисту - тот был ранен, потом довез нас до заправки. Там у него выпало удостоверение... Оказалось - это городской прокурор Оболмасов.

Николай убрал руки с ее плеч и отвел глаза.

- Почему ты мне об этом не писал, Коля? - ее глаза увлажнились. - Почему не сообщил, что у моих врагов хорошо сложилась жизнь?

- А смысл?! - Николай не удержался и ударил кулаком по столу. - Ты уехала, а я остался здесь, женился, родился Сашка... Я , когда развелся, открыл на рынке маленькое кафе. И кто мне помогал? Прокурор Оболмасов и директор спиртзавода Карякин! Какие дела мы проворачивали! Зато теперь я - хозяин собственного бизнеса!

- Круто, - оценила Наталья. - Бизнес твой на несчастье построен. Не защитил, забыл, простил... Ничего?

Николай достал из холодильника бутылку коньяка, разлил в рюмки.

- Наташ, веришь - ничего, - голос его охрип. - Ты уехала, а мне пришлось здесь жить! И вообще, вспомни - не факт, что это были именно они.

Звук открывше йся двери прервал их общение. Они быстро выпили, и Николай убрал бутылку в шкаф. На кухню зашла Вика - уставшая и озабоченная совсем иными проблемами.

- Мать! Дядя Коля, привет! - крикнула она. - Я подала документы, у меня все приняли.

-Отлично, - одобрил Николай. - Когда же экзамены, и сколько их там?

- Три: история, обществознание и русский, да еще зачет по английскому. Все начиная со следующей недели. Так что, к двадцатому августа, я буду свободна, и останется десять дней отдыха!

Наталья улыбнулась. Ее дочь была уверена, что поступит... Неудивительно - она отлично закончила школу, а гуманитарные предметы давались ей легко, она их любила.

- Ну что же, готовься, - проговорила она.

- Мам, я хотела спросить... - девочка села рядом с Натальей и прижалась к ней. - Можно я буду жить в общежитии при институте? А то полдня придется на дорогу тратить...

- Подожди, поступи сначала, - засмеялась Наталья. - Кстати, а почему ты сегодня так задержалась?

- Я ездила в городскую больницу. Навещала таксиста, - ответила Вика. - С ним все в порядке, только небольшой ушиб головы.

Наталья обняла дочь.

- Ты молодец, что сделала это. А я вот целый день разбиралась с вещами...

- Кстати, мама, - Вика неожиданно выпрямилась. - Я сегодня шла мимо набережной, чтобы сесть на автобус и доехать до больницы. Совершенно случайно я встретила того мужчину, который выручил нас вчера. Он подвез меня...

Вика заметила, как пересеклись взгляды матери и дяди. В ее глазах была тревога, а в его - немой вопрос.

- Зачем ты села к нему в машину? - тихо спросила Наталья.

- Ну, села - и все тут, - пожала плечами Вика. - Мам, почему ты так его испугалась? Он прокурор и вполне приятный мужчина. Довез меня до больницы - и все...

- Я не испугалась, - Наталья избегала смотреть дочери в глаза. - Просто мой принцип - никому не доверять, а тут я, под влиянием произошедшего с нами, запросто села в машину к незнакомцу. А его удостоверение просто заставило меня мыслить более трезво... Если он прокурор - это не значит, что мы должны положиться на него!

Вика улыбнулась и положила себе плова. Мать всегда казалась ей странной и загадочной... Она имела довольно замкнутый характер, а после смерти отца и вовсе стала отгораживаться словно невидимой стеной. Некоторые ее поступки озадачивали... Вот и сейчас. Чем не угодил ей прокурор - симпатичный мужчина, который всего лишь хотел им помочь?

Ужинали молча. После еды Вика пожелала маме и Николаю спокойной ночи и ушла к себе в комнату. Николай тут же достал коньяк.

- Наташа, послушай меня, - сказал он. - Я понимаю, возвращение сюда для тебя - крайний вариант. Если бы не смерть и долги Алексея, ты бы не вернулась. Но, уверяю - все у тебя будет хорошо! Дочь покинула столицу ради тебя. Места в доме хватит всем, с работой тебе что-нибудь сообразим. Я всем готов помочь: деньгами, защитой, поддержкой... Об одном тебя прошу - живи тихо и спокойно, не копайся в прошлом, забудь все! Мы ведь так точно ничего и не узнали? Ты смогла построить счастливую семью, любила мужа! Как-то ведь ты жила эти двадцать лет?

Наталья залпом выпила коньяк. Глаза ее затуманились.

- Не буду никуда лезть и узнавать. Надо работать, помогать Вике и жить дальше. Но забыть не смогу, и не проси...

Глава 3

В сентябре автодорожный институт встретил студентов ласковым солнцем и почти летней погодой. Лес, который окружал институт и студенческий городок, манил зеленью деревьев. Учиться не хотелось вовсе, и многие ощущали, будто вместо осени снова наступила весна. Прямо сразу - май.

В одну из комнат в крыле, где было мужское общежитие, разместились трое друзей - Никита Карякин, Сергей Оболмасов и Максим Салаев. Эти закадычные друзья были счастливы... И, если Макс и Никита уже год делили комнату, то Сергей присоединился к ним с этого учебного года. Ребята подружились еще больше. Они были совершенно разными, но настолько дополняли друг друга, что вместе им было очень комфортно. Первые двое учились на втором курсе юридического факультета, а Сергей поступил на третий курс после колледжа и получал специальность инженера-автодорожника. Парень прошел по баллам на бюджетное отделение и устроился на работу на местный автокомбинат. Из-за этого отец почти отпустил его от себя - насколько можно было отпустить двадцатилетнего парня, пусть очень разумного и сильного, но единственного сына. А теперь Сергей переехал к ним в общежитие... Давно пора, думал Никита. Слишком сильно его друг переживал за родителей, и это мешало ему наладить личную жизнь. Наконец, до него дошло, что невозможно изменить сложившиеся отношения.

Сейчас он и Макс сидели на лекциях по гражданскому праву. Вела их тридцатилетняя Анна Романовна Лаврова - одна из любимых преподавателей. Эта молодая женщина отлично знала все нюансы своего предмета, но, в то же время, могла понятно объяснить его всем - от первокурсника до работающего заочника, и все, кому она преподавала, интересовались предметом. На нее всегда было приятно смотреть. Невысокая, голубоглазая, с волнистыми длинными русыми волосами, она казалась очень женственной и нежной. На ее лекциях было так интересно и спокойно, что неудовлетворительне оценки случались очень редко - так хорошо впитывали ее материал студенты. Анна Романовна умела и науку донести, и практику.

- Записывайте, - нежный голос преподавательницы звучал тихо... тем не менее, ее слышали все. - Договор купли-продажи валюты.

В аудитории установилась тишина. Такая странная, что Никите стало не по себе. Ни упавшей бумажки, ни шепота. Тем более, что основной шум производил его лушчий друг Макс. Никита обернулся... Друг мило шептался с соседкой по парте.

Нина Вавилова давно обратила внимание на Макса, и сейчас сумела уболтать его, чтобы сесть вместе на лекциях. Никита поймал взгляд Макса и подмигнул. Оба сидели с красивыми девочками... Макса увлекла Нина, а сам Никита наслаждался соседством отличницы и красавицы Ленки Расковой.

Вся лекция прошла спокойно, но под конец Макс полез в телефон... Он на глазах осунулся, побледнел и поднял руку.

- Анна Романовна, можно мне выйти? - спросил он.

Преподавательница отложила конспекты и с тревогой взглянула на него. Лицо Макса было бледно-зеленым.

- Салаев, вам плохо? - спросила она.

- Да, - Макс тяжело дышал. - Мне очень нужно!

Анна Романовна подняла на Макса глаза. Парень выглядел больным, причем Никита точно знал, что пришел он на занятия бодрым и веселым. А ей не нужны были проблемы.

- Идите, Салаев. До конца лекции пять минут, так что, жду вас на следующей.

* * * *

После лекции по гражданскому праву был обед, и Никита, воспользовавшись часовым перерывом, отправился на поиски друга. Он уже побывал в столовой, в аудитории, где занимался Сергей, в туалете... Макса нигде не было.

Никита начал беспокоиться. Макс, вспыльчивый и неуравновешенный, мог натворить что угодно... Что такого он увидел в своем телефоне? Ведь именно во время лекции он выбежал, как ошпаренный. Никита знал, чем закачиваются такие вспышки - либо Макс кого-то бил, либо били его. Чаще всего причиной его срывов была родная сестра София.

Макс и Никита росли в одном дворе и дружили с первого класса. Сергей присоединился к ним позже - уже в институте. Они будто уравновешивали друг друга: первый всегда был шустрым и взрывным, а второй - более вдумчивым и спокойным. Однако, раньше буйный нрав Макса находился в некоторых рамках. Проблемы начались шесть лет назад, когда погибла в авиакатастрофе его мать.

Она впервые уехала в отпуск без семьи - так сложились обстоятельства. По дороге домой пилот не справился с управлением, и самолет упал в одном из глухих лесов Сибири. Мама погибла, и Анатолий Салаев остался один с двумя детьми и бизнесом... Тринадцатилетний Макс воспринял смерть мамы более спокойно, а младшая Софийка постоянно плакала. Отец бросил все силы и внимание на нее, а Макс тем временем боролся со своими проблемами в одиночестве. Тут же подкрался переходный возраст... Казалось, он затянулся у него надолго.

Парень стал более агрессивным, драки прочно вошли в его жизнь. Дрался из-за малейшей обиды, слова, даже взгляда. Записался на бокс, чтобы стать увереннее и сильнее. Частенько он сам провоцировал конфликты... Учитывая, что, до недавнего времени, по их району ходили либо спортсмены, либо гопники, драки получались серьезными, и к восемнадцати годам за плечами у Макса было уже три сотрясения мозга. Он был симпатичным, сильным, нравился девушкам, но по-серьезному у него ни с кем не получалось. И виноват был он сам...

Никита все это время дружил с Максом, старался ему помочь, выводил на разговор, успокаивал... Однако, вспыльчивый друг не был склонен к откровенности. Он просто взрывался по малейшему поводу. Кстати, именно после смерти матери у него возникло сильнейшее чувство ответственности за сестру. Это чувство росло пропорционально взрослению Софийки, у которой рано появился женский шарм. Парни увивались за ней толпами, что очень раздражало Макса.

Так получалось, что Макс был опасен в гневе - и для себя, и для окружающих. А сейчас, на лекциях, он именно впал в гнев. Поэтому, следовало найти его и успокоить.

Оставалось последнее место - их любимый сквер рядом с пустым корпусом института. Это было единственное место,где еще не сделали ремонт. Там располагался запущенный палисадник с кустами белых роз и рассохшимися скамейками. В хорошую погоду парни проводили там много времени: готовились к экзаменам, приводили девчонок на свидание. Сейчас, правда, начался дождь, и Никита пожалел, что не захватил зонт.

- Вряд ли он здесь, - проговорил парень себе под нос. - Наверное, пошел к сестре в общагу. У первокурсников как раз закончились занятия...

Однако, он заметил издалека фигуру, прижавшуюся к кирпичной стене. Узнал серую толстовку с капюшоном... Да, Макс был здесь. Никита осторожно подкрался и остановился за его спиной.

- Черт! - Макс с остервенением бил кулаком в стену. Он подставлял голову под холодный дождь. - Как же так?!

Казалось, он пробьет стену. Неожиданно, Макс взвыл и отскочил от здания. Его рука в один момент окрасилась кровью. Он неудачно напоролся на гвоздь, торчащий между кирпичами.

Никита понял, что больше ждать нельзя. Он бросился к другу, обнял его, оттащил от стены и почувствовал нервную дрожь, пробегавшую по телу Макса. Такая ситуация была не новой. Нужно было скрутить Макса и не отпускать, пока он не успокоится. Себе он вред уже причинил - кровь стекала с руки, смешиваясь с каплями дождя. Оставалось оградить окружающих от его злости.

- Макс, что случилось?! - он сильно сжал парня. Тот был напряжен, как натянутая струна. - Тихо, успокойся...

Бледный Макс полез в карман и достал телефон. Он вышел в интернет и показл Никите фотографии.

Теперь Никита понял, почему его друг так взбесился. На фото была сестра Макса... Софийка, везде в красивом кружевном белье, на белых простынях. Рядом - шикарно накрытый столик с вином и кальяном. На всех фото ее глаза были закрыты. И везде, во всех позах, особенно была подчеркнута ее немаленькая грудь. Фото было размещено сегодня в восемь часов утра, а количество просмотров уже было больше двух сотен.

- Уроды! - Макс начал колотить окровавленной рукой в стену. - Кто это сделал? Споили мою Софийку, и кто знает, что они с ней делали!...

- Уймись, у тебя рука опухает! - Никита оттащил Макса от стены. - Возможно, это фотошоп. Кто-то решил пошутить.

- За такие шутки... - Макса снова затрясло. Его поврежденная рука была мокрой от дождя и горячей. - Никитка, ты же знаешь... За нее - убью любого!

Никита увел Макса.

- Пойдем к твоей сестре... У нее уже закончились лекции. Наверняка, она уже в общаге - занятия у них закончились. Она объяснит тебе все, и руку перевяжет!

В женском общежитии консьержка пропустила их без вопросов. Но, в комнате Софийки не было. В комнате находилась ее соседка - высокая синеглазая брюнетка, одетая в симпатичное желтое платье.

- Ой, ребята... А что вам нужно? Софийки нету, - она казалась испуганной и растерянной.Еще бы - ввалились двое незнакомых парней, мокрых, один - с окровавленной рукой.

- Это ее брат, - Никита прошел в комнату и усадил Макса на свободную кровать. Здесь было очень уютно: чистенько, синие одеяла на кроватях, экзотический цветок на подоконнике, розовое платье, висящее на стуле. - Нужна помощь... Он поранил руку, перенервничал.

- Я помогу, - она засуетилась, достала из шкафчика рулон бинта и йод. Рана Макса была быстро обработана. Сам Макс смотрел на возню девушки равнодушно. А Никита чувствовал, как в нем загорается желание при виде незнакомки, от ее ловких изящных движений. - Где ты так поранился?

- Пытался пробить стену нашего института, - ответил Макс. Он с удовольствием принимал заботы незнакомки. - А ты - соседка моей сестры? Как тебя зовут?

- Вика. Нас с ней заселили в эту комнату, - девушка перевязывала руку Макса, одновременно не отводя глаз от Никиты. Ребята тоже представились. - Она ушла по своим делам.... И не говорила, ее брат такой травмоопасный. Рука опухшая, как бы перелома не было. Может, в медпункт пойдешь?

- Милая, - засмеялся Макс. - У меня было три сотрясения мозга - и ничего...

- Я его провожу до нашей комнаты, - засуетился Никита. - Немного отдохнет - и все будет хорошо!

С этими словами Никита увел Макса. Пришлось отмазывать его перед преподавателем римского права - он сказал, что Салаев заболел, и вся группа это подтвердила.

После лекций Никите нужно было на собеседование - он планировал устроиться на работу помощником юриста в крупную автотранспортную компанию. Конечно, сразу ответа там не дали. Тем не менее, он был в приподнятом настроении, и по дороге в общежитие купил большой букет красных роз и коробку конфет. К шести часам вечера он был на пороге комнаты Софийки и ее очаровательной соседки.

- О, Никитка! Привет! - Софийка подлетела к нему и поцеловала в щеку. - Это мне?

- Ты у брата была? Разговаривала с ним? - Никита положил руку ей на плечо. Ему и самому хотелось бы узнать у девушки, как ее фото оказались на сайте города, но он молчал. В первую очередь, это было делом самой Софийки и Макса.

- Была, недавно. Вика мне все рассказала. Я зашла, а он спит. Приготовила суп. Час подождала и ушла, не стала будить.

Никита подошел к Вике. Девушка лежала на своей кровати и читала учебное пособие по теории государства и права.

- Учишь? - с покровительственной интонацией спросил он. - А мы это уже проходили. Если что-то не поймешь - обращайся.

Вика подняла на него глаза... Их незамутненный, наивный взгляд притягивал Никиту. Но еще больше привлекали внимание ее формы, подчеркнутые тем же желтым платьем. Длинные ноги, округлые бедра и изящная спина.

- Обращусь, - улыбнулась она. - Какие цветы красивые!

- Это тебе, - он уже и забыл о цветах, протянул букет ей. - И конфеты, к чаю.

Софийка, наблюдая за ними, тряхнула золотистыми кудрями и спрятала улыбку.

- Я к Максиму, - она достал из шкафа куртку. - Мы с ним так и не поговорили... Скоро приду.

Никита, оставшись наедине с Викой, почувствовал себя увереннее. Вообще-то, он никогда не терялся с симпатичными ему девушками, просто Софийка реально мешала. Они были знакомы с раннего детства, и это была единственная девушка, которая могла над ним посмеяться и не воспринимала его, как мужчину. Конечно, он был постоянным гостем ее брата с ранних лет, и Софийка видела немало его проколов, обид и даже слез.

- Я так устал, - вздохнул он, присаживаясь на край кровати Вики. - Был сегодня на собеседовании. Возился с Максом. Еще и лекции...

- Бедный, - Вика повернулась к нему. - А ты ответственный.

- Да, а что делать...

Неожиданно их словно бросила друг к другу неведомая сила. Никита притянул Вику к себе, и она не оттолкнула его - наоборот, обхватила за шею и села на его колени.

- Ох, - выдохнула девушка. - Ты сейчас подумаешь, что я плохая.

Ее тело напряглось и прижалось к нему. Теплое, упругое, с округлыми формами... Никита, с трудом владея собой, прижал ее и поцеловал в губы.

- Ты током бьешься, - засмеялся он.

Вика не ответила. Она прижалась еще крепче и ответила на поцелуй. Ее губы были настолько жаждущими и горячими, что Никита потерял голову.

- Не помешала? - голос Софийки прервал их уединение. Вика ловко спрыгнула с колен Никиты, уселась рядом и сделала вид, что открывает коробку конфет.

- Нет. Ну что, Софийка, как там твой брат?

- Нормально, - девушка сняла мокрую куртку. - Поговорили, он успокоился. Рука, правда, у него болит...

Никита, отвлекшись от ненормального обаяния Вики, начал одеваться.

- Я пойду, - проговорил он. - Софийка, не забывай о брате и будь осторожна.

Девушка с улыбкой кивнула. Никита наклонился к Вике.

- А с тобой мы еще увидимся, - прошептал он.

Вика ничего не ответила. Ее сияющие глаза и припухшие губы отвечали лучше любых слов...

Глава 4

- Приняли... приняли! - ликовала Наталья, прогуливаясь по дорогому торговому центру. - У меня есть работа!

Сегодняшний день оказался удачным. Целый месяц Наталья Старкова искала работу. Ее плюсом был относительно молодой возраст - тридцать восемь лет, опыт работы в московских ресторанах и отсутствие маленьких детей, а значит, возможность работать в полную силу. В то же время, в небольшом подмосковном городе была приличная конкуренция среди таких же бывших выпускниц училища, как она.

Устроилась Наталья удачно - в дорогой ресторан, помощницей повара. Заведение находилось в центре города. Ее будущий начальник, шеф-повар, пожилой мужчина, показался ей добродушным и спокойным, коллектив - благожелательным. И, конечно, самое важное - зарплата, совсем немаленькая по меркам города. К тому же, полученные официантами чаевые делились между всеми, а еще была возможность питаться бесплатно. В общем, ее все устраивало. Сегодня была пятница, и в понедельник ее уже ждали на новом рабочем месте. Работать предстояло с обеда и до позднего вечера. Ничего, ей не привыкать...

После собеседования она зашла перекусить в небольшую уютную кофейню в торговом центре, заказала себе горячий шоколад и пирожное. Почти все столики были заняты - конец последнего рабочего дня недели, люди отдыхают и развлекаются. Наталья ела аккуратно, стараясь не запачкать последний костюм, оставшийся от прошлой московской сытой жизни с мужем. Персикового цвета юбке и приталенному жакету было уже семь лет, однако, благодаря качественной ткани и класическому фасону, одежда выглядела современно и подеркивала достоинства ее фигуры. Странно, подумала она. Приходишь на собеседование в лучшем костюме, а работать предстоит в белом халате и колпаке. Однако, первое впечатление, произведенное на работадателя - это важно, и оно оказалось хорошим.

Пока она пила кофе, выяснилось, что хорошее впечатление она произвела не только на директора ресторана. Сидевший за соседним столиком мужчина внимательно смотрел на нее, не отводя глаз.

Наталья украдкой подняла глаза и тут же спрятала взгляд. Симпатичный, широкие плечи, обтянутые серым джемпером. Брюнет, глаза темные, почти черные. Ровесник, или чуть старше. Мужчина пил кофе и что-то читал в своем ноутбуке. Она улыбнулась. Да, она еще вполне привлекательна для мужчин... Однако, сейчас ей ни к чему об этом думать, пока она и Вика не привыкнут к своей новой жизни. Да и не складывались у нее отношения после смерти мужа... В Москве у нее были отношения - на несколько встреч, а на душе оставалось пусто.

Все-таки, Вике было проще. Она быстро освоилась в студенческом общежитии, подружилась с соседкой, учеба была ей интересна. Кажется, ей уже понравился какой-то парень. Наталья подумала, что она бы тоже могла начать новую жизнь и быть счастливой, насколько получится в этом городе. Эх, если бы ей было куда вернуться, кроме этого места...

Неожиданно их взгляды - ее и брюнета - встретились, и Наталья улыбнулась. А почему бы не пофлиртовать с незнакомцем, не забыть о своих проблемах? Тем более, он вполне интересный мужчина. Он в ответ внимательно посмотрел ей в глаза, заскользил взглядом по лицу... Женщина почувствовала тревогу. Он изучал ее, но не так, как изучает мужчина привлекательную даму. Он вспоминал... возможно, они были знакомы.

Дрожь пробежала по ее телу. Вряд ли ее могли узнать - двадцать лет прошло. Как бы то ни было, она ничего хорошего не ждала от мужчин в родном городе. Единственным близким человеком был двоюродный брат. А этот явно ее узнал. Самое плохое - она не могла его вспомнить.

К счастью, она недавно попросила счет, и сейчас официантка принесла его. Наталья оставила деньги, схватила сумочку и, не глядя на мужчину, покинула кофейню. Быстро, не оборачиваясь, дошла до эскалатора и покинула торговый центр.

До ее района ходили автобусы и маршрутки, но Наталья решила прогуляться пешком и насладиться солнечной погодой, которая установилась после череды дождей. Идти предстояло полчаса со средней скоростью. Она пересекла центр, отмечая про себя, как изменился город, каким он стал красивым. Женщина решила срезать путь, пошла более короткой дорогой и достигла соседнего района, где очень редко ходил общественный транспорт. Новостройки, несколько магазинов, отличные асфальтовые дороги. А раньше здесь был пустырь. Тишина...

Она шла по тротуару, думая о Вике и будущей работе. Тихий шум машины отвлек ее от размышлений. Краем глаза Наташа заметила серебристую "Ауди". Машина ехала медленно, настолько, чтобы не обгонять ее. Женщина ускорила шаг - "Ауди" поехала быстрее.

Ну, что же это такое? Стоило чуть прогуляться развеяться - и тут же какой-то подозрительный хвост! Наталья огляделась. Вокруг гулял народ: молодежь, мамы с детьми... Если она побежит и закричит, то привлечет внимание. Она почувствовала себя спокойнее.

Неожиданно машина остановилась.

- Наташа! - услышала она мужской голос и остановилась.

Из машины вышел тот самый незнакомец, который напугал ее в кафе, и подошел к ней. Вблизи он показался ей не таким крупным - накаченный, но невысокий, чуть выше ее. Глаза уставшие, широкие скулы покрывала еле заметная щетина. Она смотрела и пыталась вспомнить его.

- Мы знакомы?

- Да, - он подошел ближе. - Не бойся меня. Ты ведь Наталья Ибрагимова? Я узнал тебя...

Она не удивилась. Из города она уезжала под девичьей фамилией, и здесь ее знали именно Ибрагимовой.

- Вот так сразу, на ты? - она улыбнулась, стараясь казаться расслабленной.

- Конечно, - кивнул он. - Я - Вадим Афанасьев.

Наталья задумалась. Череда имен, событий, лиц... Кстати, лицо его вблизи показалось знакомым.

- Бывший лейтенант милиции, - уточнил он. - Ну, вспоминай.

Неожиданно Наташу осенило. Конечно, он... Пополнел, возмужал... Вадим. Ее защитник. Она расслабилась, провела рукой по его лицу.

- Вадим, - прошептала она. - Вот уж не думала, что еще увидимся...

- Поверила? - он засмеялся, погладил ее руку. - Или паспорт показать?

- Не надо. Почему ты сидел в кафе и так странно смотрел на меня, вместо того, чтобы подойти и представиться? Напугал меня...

- Наташ, двадцать лет прошло. Мы все изменились. Я не был уверен, что это именно ты. А когда убедился, ты убежала. Пришлось за тобой следить..

Казалось, будто они перенеслись на многие годы назад. Наталья впервые за долгое время почувствовала себя хорошо и спокойно. На двадцать лет забыть о хорошем человеке, настоящем мужчине... Признаться, она думала о нем плохо... Или заставляла себя думать, чтобы все забыть.

- Нам нужно поговорить. В этом районе есть тихое кафе, оно работает до десяти часов вечера. Потом я отвезу тебя домой. И, если ты захочешь, мы больше не увидимся...

Конечно, Наталья согласилась. Кафе находилось на первом этаже жилого многоэтажного дома. Довольно просторное, уютное. Внутри витал легкий запах ванили и играла тихая ненавязчивая музыка.

- Ты голодная? - спросил Вадим. - Твое пирожное было очень маленьким. Я бы заказал нам по порции куриного шашлыка, он здесь очень вкусный.

Первые несколько минут они ели, обмениваясь впечатлениями о заведении.

- Я вижу, у тебя все хорошо, - улыбаясь, проговорила Наталья. - И не думала, что когда-нибудь увидимся... Расскажи, как ты живешь.

- Расскажу, начиная с того пожара. Я тогда влез в горящий дом, пытался спасти твоих родителей. Не получилось - на меня свалился шкаф. Сам обгорел, да еще и сотрясение мозга. Долго валялся в больнице. Кстати, твой брат Коля тогда меня навещал. А потом меня поперли отовсюду - с работы, со служебной квартиры и, само собой, из города.

- Ужас, - покачала головой Наталья. - И все - из-за того, что ты заступался за меня, пытался расследовать...

Скулы у него на лице будто окаменели. Несмотря на давность событий, он все помнил и до сих пор переживал, также, как она сама.

- Да что там расследовать! Все на поверхности лежало. Просто родители этих гадов замяли все.

- Гады до сих пор живут в добром здравии.

- Бог им судья... Поверь, ничто не остается безнаказанным. Рассказываю дальше. Я уехал в соседний город. В милицию мне, конечно, дороги не было. Устроился личным охранником к одному бизнесмену и работал, пока тот не прогорел в дефолт. Накопил приличную сумму денег и открыл свое частное охранное предприятие. Не сказать, что разбогател, но на приличную жизнь хватает. Сейчас открываю второе такое же здесь. Приезжаю в город, документы оформил, решил перекусить и смотрю - Наташа Ибрагимова! Ты мне скажи, зачем приехала сюда?

Наталья рассказала ему свою историю. Вадим внимательно слушал. Под конец ее рассказа он достал сигарету.

- Да... Хорошо, что ты после всей той гадости смогла полюбить хорошего человека и создать семью. И жаль, что он умер таким молодым. Осталась ты с дочкой без поддержки...

- Не совсем, - улыбнулась она. - Я сейчас живу у брата, он нам помогает и, если что - защитит.

- Видали мы этого защитничка двадцать лет назад, - по его лицу скользнула кривая ухмылка. - Береги дочку, Наташа. В городе периодически пропадают девушки ее возраста. После того, что произошло с тобой, это и началось.

- А что полиция? Никого не поймали?

- Посадили тут одного... Да что толку? Девочки все равно исчезают. Посадили для показухи.

Наташа сжала губы, и в ее взгляде промелькнула тревога.

- Мне просто некуда больше ехать.

- Вот я дурак, напугал тебя! - хлопнул себя по лбу Вадим. - Твоя дочь живет в общежитии, учится в автодорожном и редко бывает одна. Наверняка уже появились друзья. Просто скажи, чтобы не ходила по вечерам в одиночестве.

- Это я и в Москве ей говорила, - засмеялась она. - Опасный возраст, а она у меня красивая девочка. Кстати, а у тебя дети есть? Семья?

- Двое парней, четырнадцать и двенадцать лет. Правда, с их мамой мы разводимся через неделю.

- Что так? - приподняла брови Наташа.

- Да всего хватало... Долго рассказывать. Лучше сейчас это сделать, чем в старости.

Чуть позже Наташа засобиралась домой, и он попросил счет. Оплатил его, и они вышли на улицу.

- Я тебя отвезу, - сказал он.

- Спасибо, не надо. Еще автобусы ходят. Твоя гостиница в другом конце города, доберешься к ночи...

- Тогда посажу тебя на такси, - он набрал номер телефона.

Сажая ее в машину, он незаметно сунул таксисту деньги, а Наталье - свою визитную карточку.

- Завтра я уезжаю, - прошептал он. - Здесь все контакты - рабочий телефон, мобильный, электронная почта. Я всегда отвечу тебе.

С этими словами он прижался губами к ее щеке и захлопнул дверь.

Таксист нажал на газ, а Наталья растерянно смотрела в окно...Ее охватили непонятные эмоции - хотелось одновременно и петь, и плакать.

Глава 5

- Вижу, ты успокоился, - сказала Софийка. - Убедился, что моей вины нет. Стала бы я фотографироваться в таком виде!

Макс вскочил и заходил по комнате. Вчера они толком не поговорили на эту тему - он неважно себя чувствовал после нервного всплеска, к тому же ужасно болела рука. Так всегда - после своих вспышек он ощущал себя слабым и опустошенным. Поэтому, вчера Софийка накормила его, сменила повязку на руке и ушла.

Сегодня была суббота. Его соседи Никита и Сергей разъехались по домам, новая подружка сестры Вика тоже уехала. Макс и Софийка остались в общежитии: отец уехал по делам в Москву, и дома их никто не ждал. Наконец-то, они смогут спокойно поговорить.

- Убедился, - кивнул он. - Но все-таки тебя сфотографировали. На этих фото ты то ли спишь, то ли пьяна. Допустим, тебя отнесли в комнату, положили на кровать...

Макс потерял способность рассуждать. На его висках вздулись вены, а глаза налились кровью. В такие минуты сестра боялась его... Однако он закрыл глаза, вдохнул и смог овладеть собой.

- Больше с тобой ничего не сделали? Вспоминай. Где ты напивалась или засыпала? У подружек дома, на вечеринках?

- Ну, бывало... - она задумалась. - Вот! Вспомнила. Была одна вечеринка, у Зоряновой Ольги, моей одноклассницы. У нее большой дом за городом. Повеселились классно! Все перепились, танцевали... Я выпила лишнего и покурила кальян. Голова закружилась, а дальше я ничего не помнила. Проснулась в одной из спален, в своей одежде.

- Дуреха, - со злостью проговорил он. - Почему я отпустил тебя одну?

Софийка протянула к нему руки.

- Иди сюда.

Макс присел на свою кровать, потом положил голову к сестре на колени. Она заговорила, поглаживая его лоб прохладной рукой.

- У тебя тогда были соревнования по боксу. Я вообще решила тебе не говорить, Макс - ты бы устроил скандал и не пустил меня. Или заявился бы туда. А мне так хотелось повеселиться!

- Вот и получила, что хотела, - мрачно усмехнулся он. - Софийка, а кто там был? Эта твоя новая подружка, Вика, была?

- Нет, что ты. Вечеринка случилась в середине лета, а Вика переехала совсем недавно. Там были многие. Даже Никитка приехал, но быстро смотался.

Макс закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями руки сестры. Рядом с ней он постепенно успокаивался.

- Ничего, я все это исправлю. Найду эту сволочь, которая опозорила тебя и стольких девчонок. А пока... Я знаю, что делать. Серега хорошо разбирается в компьютерах. Он сможет удалить эти фотографии!

Неожиданно Софийка очаровательно улыбнулась и опустила руки ему на плечи. Ее глаза засияли, как звезды. Макс прекрасно знал, что означает такое ее поведение.

- Так, - протянул парень. - Сейчас о чем-то попросишь. Давай, не тяни.

- Я хочу вечеринку! - выпалила она. - Большую вечеринку у нас в квартире. Папа вернется в понедельник... Макс, никто не посмеет обидеть меня у нас дома. Пригласим всех наших, я позову Вику... Мне очень хочется веселья и танцев. Ну, пожалуйста!

Он сел и захохотал. Софийка была так забавна и умилительна, что отказать ей было невозможно.

- Вечеринку? - он продолжал смеяться. - Что же, будь по твоему. Отметим начало учебного года. Тогда нам нужно ехать домой.

На парковке возле общежития, где стоял новенький "Опель", подаренный Максу на совершеннолетие отцом, почти не было машин - все разъехались на выходные.

- Расклад такой, - начал Макс, когда они отъехали. - Сначала обзваниваем всех. Потом я еду в магазин.

- Согласна! - засияла девушка, чмокнув брата в щечку. - Макс, ты такой классный...

- Да подожди ты, - он отвернулся, покраснев от удовольствия. - Ты должна обзвонить всех, кто был на той вечеринке у Зоряновой!

Больше Макс ничего не сказал, однако Софийка поняла его замысел...

* * * *

Квартира Оболмасовых находилась на втором этаже пятнадцатиэтажного элитного дома с подземной парковкой, в центре города. Здесь была вся инфраструктура - можно было жить с комфортом... В самой квартире было три комнаты, так что, можно было закрыться от родителей, да и они не слишком рвались к нему, были постоянно заняты. Однако, сейчас, переехав в общежитие и навещая родителей на выходных, Сергей чувствовал себя куда спокойнее.

Он оставил машину на парковке. Отец и мать были предупреждены о его приезде, однако мама не стала отменять какую-то очень важную встречу.

- Сережа! - Елена Степановна выскочила ему навстречу и расцеловала, обдав запахом дорогих духов. Свежая, цветущая, с аккуратным макияжем и пышными медного цвета волосами. Шелковое синее платье подчеркивает ладную фигуру.

- Мам, ты прекрасно выглядишь, - отметил он. - Ты очень спешишь?

- Да, милый, - она вздохнула, но особой грусти не проявила. - Ничего, я приеду, и мы с тобой обязательно поболтаем.

Сергей достал из шкафа ее пальто и помог одеть.

- Я соскучился.

- Хороший мой, я тоже! - она еще раз поцеловала сына и выскочила из квартиры. - Там в холодильнике есть салат, мясо в духовке. Кушай и отдыхай!

Сергей прошел на кухню и с удовольствием принялся за еду. Салат он проигнорировал, а вот запеченную свинину оценил по достоинству. Каждый день, в отсутствие родителей, приходила женщина, которая убиралась и готовила. Мама за последние десять лет - с тех пор, как отец стал прокурором - вообще не касалась домашних дел. Сейчас, для разнообразия, она занялась магазином сувениров, и дома ее было вообще не застать. У каждого была своя жизнь: отец торчал в своей прокуратуре, мама летала по разным делам, сын учился и работал. Поэтому, его переезд в общежитие не слишком изменил семейный уклад.

После такой сытной еды захотелось прилечь. Сергей прошел в спальню родителей - в его комнате был ремонт. Упав на пышную большую кровать, он с удовольствием потянулся.

- Дом, милый дом, - пробормотал парень себе под нос. - Ты встретил меня пустотой...

Он уже начал поддаваться обвалакивающей дремоте, когда заметил на полу что-то черное, похожее на уголок папки. Отец хранил какие-то документы в спальне, в встроенном в стену сейфе. Возможно, он просматривал какие-то бумаги, отвлекся, уронил папку и забыл.

- Папаша стареет, - усмехнулся Сергей. - Теряет свои важные бумаги!

Преодолевая лень, парень встал. Папка завалилась между шкафом и стеной. Она была довольно пухлой и потрепанной временем. Ему стало очень интересно, что же там.

Первые листы были довольно ветхими. Текст на них был напечатан на пишущей машинке.

- ООО "Алондра", 1992 год, - прочитал Сергей. - Учредители: Роман Оболмасов, Алексей Карякин, Виталий Иванов. Интересно...

Это была выписка из учредительного договора неизвестной фирмы, основанной до его рождения. ООО "Алондра" занималась организацией праздников и банкетов.

- Надо же, - удивился Сергей. - Отец не говорил, что пытался открыть собственный бизнес. Хотя, он стал работать в прокуратуре позже. Еще и Алексей Сергеевич, отец Никитки, в этом участвовал...

Юридический адрес фирмы был московским. А дальше было еще интереснее. На следующей странице он увидел наклеенную фотографию молодой девушки. Она стояла наберегу речки. Судя по причудливому деревянному мосту на заднем плане, это было в его городе. Девушка была красивой: высокая, стройная, с солнечной улыбкой и длинными темными волосами. Она была одета в простенький голубой сарафан.

- Наташа, 18 лет. 1992 год, - прочитал Сергей надпись под фото. Интересно, какое отношение эта девушка имеет к его отцу и этой фирме?

Дальше он увидел другие фотографии. Там тоже были девушки, все красивые, и у всех был указан возраст, от восемнадцати до двадцати лет. А вот годы уже стояли другие.

Сергей погрузился в просмотр папки, но отвлекся на скрип открываемой двери. Пришел отец, парень узнал его тяжелые шаги. Он не хотел быть застуканным - папа не любил, когда лазали в его вещах, поэтому пристроил папку на пол, где она до этого лежала, и тихо скользнул в ванную, включил воду.

- Сын! - позвал его Роман Васильевич. - Ты где?

- Я в ванной, пап, - крикнул в ответ Сергей. - Сейчас, вымоюсь и приду к тебе.

Приняв вынужденный душ, он накинул черный банный халат и прошел в гостиную.

- Давно не виделись, - отец вскочил с дивана и обнял его. - Я торопился, но нужно было решить кое-какой вопрос. Пойдем пить кофе!

На кухне мужчина включил кофемашину и разлил в рюмки элитный коньяк.

- Подарили недавно, - сказал он. - Решил без тебя не распивать.

За рюмкой неспешно потекла беседа отца и сына. Сергей рассказывал об учебе, работе, а Роман Васильевич внимательно слушал.

- Ты молодец, - улыбался он. - Везде успеваешь, прямо как я в твои годы. А как на личном фронте?

- Пока никак. С тех пор, как расстался с Надей, тишина...

Говорить на личные темы ему не хотелось - так и подмывало задать встречный вопрос: как отца угораздило связаться с малолеткой?

- Все еще будет, - отец похлопл его по плечу. - У тебя столько лет впереди, и сколько девушек еще будет...

Им всегда было о чем поговорить. Незаметно пролетели два часа... Разговор был прерван телефонным звонком. Звонили Сергею.

- Да, Макс, - ответил он. - Дома, с папой сидим... Ух ты, неожиданно! Даже не знаю...

Роман Васильевич поднял глаза на сына.

- Что такое? - шепотом спросил он.

- Макс зовет на вечеринку к себе домой.

- Езжай, что ты думаешь! Я не обижусь...

Договорившись с другом, Сергей подвинул отцу пустую рюмку. Они выпили и заметили, что опустошили почти всю бутылку. Тем не менее, никто особо не опьянел.

- Папа, извини... - начал парень.

- Я же сказал, что не обижаюсь, - возразил Оболмасов-старший. - Ты приехал, мы пообщались. Я убедился, что у тебя все хорошо. Что же тебе, сидеть весь вечер со старым папкой? Молодость дается один раз, сынок. Развлекайся!

- Начало в восемь вечера, - Сергей посмотрел на настенные часы. - У меня есть еще время выспаться.

- Да, но не вздумай садиться за руль! - встревожился отец.

- Конечно, нет. Позвоню Никите, он за мной заедет. Пап, а мама когда приедет?

Оболмасов задумался.

- Ну... раньше девяти часов ее можно не ждать.

Сергей помрачнел.

- С ней я пообщаться не успею. Сегодня буквально поймал ее на пороге. Жалко...

Роман Васильевич встал, подошел к сыну и обнял его.

- Не расстраивайся. Поверь мне - мама прекрасно живет, общаясь по минимуму и со мной, и с тобой!

Глава 6

- Посмотри, как здесь красиво. Небо так меняет цвета... Здесь оно синее, а там отливает золотым. Ты была когда-нибудь на речке, любовалась закатом?

Она запрокинула голову. Действительно, небо меняло цвет - из-за появившегося солнца. Весной рассветало рано.

- Так рано я на речку не ходила.

- А я всегда отправлялся с отцом на рыбалку по выходным, и мне знакома эта красота. Она сравнима только с красотой твоих темных глаз и белоснежного лица. Здесь природа также контрастна и непредсказуема, как ты...

Никто не говорил ей таких красивых слов. Не целовал ей руки, не брал на руки, когда по дороге попадались лужи. Здешние ребята проявляли свою симпатию другим образом.

- Ты такой... - прошептала она, растворяясь в его взгляде и тепле, которое исходило от его тела. И почему ее подруги говорили, что он бесчувственный, холодный? Нормальный парень и должен проявлять свои чувства только к одной женщине! - Мне с тобой очень хорошо. Спокойно - и в то же время, я теряю голову... Похоже, что я тебя люблю.

Он усадил ее на берег реки, властно обхватил за шею и поцеловал. Голова закружилась, стало очень жарко, и она потеряла ощущение времени.

Очнулась она, когда было уже темно. Почему-то она была уже не около спуска к речке, а на самом ближнем берегу. Голая. Его рядом не было... Куда-то делась ее одежда.

Озноб охватил все ее тело. А, когда по склону к реке стали спускаться три темные фигуры, ужас сковал тело, не давая двинуться с места. Из ее груди вырвался истошный крик:

Нет... нет! Не надо, пожалуйста!

Один из них начал трясти ее и звать по имени...

- Наташа! - встревоженный Николай, склонившись над кроватью, тряс сестру за плечи. - Наташа, да проснись уже!

Она вздрогнула, открыла глаза и судорожно обхватила его за плечи, прижалась. От Николая веяло теплом и спокойствием, а совсем недавно ей было холодно, тревожно и страшно.

- Ну, что с тобой? - он отстранил ее и посмотрел в глаза. - Ты такая бледная... Кошмар приснился?

Наталья, тяжело дыша, поправила волосы.

- Сама не знаю, гадость всякая снится, выдохнула она. - Сто лет уже не было никаких снов, а тут - на тебе.

- А ты не думай о плохом, - он спустился на первый этаж, на кухню, и вернулся со стаканом воды. - Оно к тебе и не придет... Последние дни можешь спать вволю. Потом работать будешь, особо не выспишься!

У Николая сегодня предстояло немало работы. В выходной день на рынке было много покупателей, и все они заглядывали в его маленькое кафе, которое располагалось прямо у входа. Нужно было все проверить - свежесть и качество продуктов, чистоту в помещении. Он собирался уже уезжать, когда услышал стоны, доносившиеся из комнаты сестры.

- Да, ты прав... - Наталья вылезла из кровати, поправляя длинную, до колен, футболку, оставшуюся от покойного мужа. - Скоро ведь Вика приедет. У меня тоже много дел - нужно обед приготовить, убраться...

- Как хорошо, что появилась хозяйка в доме! - порадовался мужчина. - Приезжаешь домой - а тут тебе и еда, и чистота... С твоим приездом здесь стало уютнее. Невесело жить одному...

- А сын? Он совсем не приезжает? - удивилась Наталья.

- Все реже и реже. Он рано нашел себе пару, как и я в свое время. Сейчас ему не до меня... Парень умный, учится на врача, о чем ему говорить со мной?

- Ты тоже умный, - Наталья положила руку ему на плечо. - И очень добрый. Сын должен тобой гордиться!

- Ладно, - Николай посмотрелся в большое зеркало, стоящее в комнате у стены. - Я поехал. Улыбнись! Посмотри - за окном такая погода, и к тебе приезжает дочь... Есть чему радоваться.

Следующие несколько часов пролетели для Натальи подобно нескольким минутам. Убраться в таком доме - это не шутки, хотя Николай и старался поддерживать все в чистоте. Приготовить обожаемый Викой плов, пожарить мясо и привести себя в порядок... Только в полдень Наталья села в столовой с чашечкой кофе. Однако, дочка задерживалась... А вот и она, набрала код на домофоне!

- Привет, милая, - Наталья прижала девушку к себе. За свою первую учебную неделю Вика изменилась, будто бы повзрослела. Студентка... Женщина невольно ощутила гордость.

- О, мам, какой аромат! - восхитилась дочь. - Ты уже тренируешься к новой работе?

- Нет, - рассмеялась Наталья. - Этот обед - для тебя.

- А я как раз голодная.

Они прошли на кухню. Наталья с удовольствием смотрела, как девушка ест; сидела напротив, подперев щеку рукой.

- Ну, зачем ты переехала в это общежитие? - вздохнула она. - Жила бы с нами. Я скучаю...

Девушка чуть не поперхнулась. Мать скрыла улыбку: ребенок вкусил самостоятельной жизни, ему скоро будет восемнадцать лет, а тут она со своими причитаниями.

- Мам, ты себе не представляешь, как тяжело я сегодня добиралась! - начала переубеждать ее Вика. - Институт, как и общежитие, находятся за чертой города. Сначала меня подвезли до станции, а то шла бы минут пятнадцать. Потом - полчаса до центра города, через дачные поселки и окраины. А от вокзала - еще двадцать минут на автобусе до нашего района! Ну, ты представь себе такую дорогу каждый день, туда и обратно?! К тому же общежитие хорошее. И у меня отличная соседка Софийка, мы уже подружились.

- А кто тебя до станции подвозил, не она ли? - поинтересовалась мать.

- Нет. Есть один парень, тоже на юридическом учится, на втором курсе. Очень симпатичный. Не знаю, как оно дальше пойдет...

- Ты у меня умная и взрослая, - улыбнулась женщина. - Думаю, все у тебя будет отлично. Учись, а я заработаю денег, чтобы мы могли жить спокойно.

Какое-то время они ели молча. Вика неожиданно нарушила тишину:

- Мама, сегодня у Софийки намечается вечеринка. Она и ее брат пригласили меня. Праздник в честь начала учебного года. Я очень хочу там быть. Все начинается в восемь часов вечера...

Наталья усмехнулась. Дочь только приехала - и уже планирует покинуть ее.

- Там будет тот парень, что тебе нравится?

- Да, я уверена.

- Что же, - вздохнула мать. Конечно, не будет веселая, общительная Вика сидеть дома, когда где-то планируют повеселиться. Однажды она уже отпускала девушку на всю ночь - еще в Москве, и все прошло хорошо. - Значит, мы с тобой отдохнем и поедем в центр - купим тебе новое платье. Что-нибудь недорогое и красивое. Но перед этим ты мне напишешь адрес этой девушки и ее телефон!

Вика, разразившись похвалой в адрес мамы, кинулась ей на шею.

Глава 7

В квартире Салаевых было светло, шумно и очень весело. Отсутствие отца Макса и Софийки привело к неожиданному веселью...

Жилище было крайне удачно расположено - в мансарде дома, построенного всего три года назад. Отец поменял старую квартиру на новую - там все напоминало о покойной жене, к тому же, он как раз прочно встал на ноги в финансовом плане. Здесь было четыре комнаты, которые он перепланировал в пять, просторная кухня, большой коридор, в котором можно было кататься на роликах, что и делала Софийка, когда была помладше, при этом периодически тормозя в отца и брата. В общем, все условия для отличной вечеринки!

Одинокий Салаев-старший проводил здесь мало времени, поэтому в квартире было чисто - брат и сестра обошлись легкой уборкой. Готовить тоже не стали, заказали пиццу и суши в кафе неподалеку. Почистили и заправили большой кальян. Зато спиртного закупили порядочно - и водку, и шампанское, и много чего еще. Ребята накрыли два стола - на кухне и в гостиной. Сделали они это, не заморачиваясь на сервировке: одноразовые скатерти и пластиковая посуда. Зато утром можно было не заморачиваться - собрали все в скатерти и выкинули.

- Ну, как я тебе? - Макс, самодовольно улыбаясь, вышел из своей комнаты. Он выглядел очень стильно в черной рубашке с расстегнутым воротом и темно-синих джинсах. В сочетании со смуглой кожей и чуть раскосыми прозрачно-серыми глазами эта одежда придавала его внешности нечто загадочное, почти демоническое. - Софийка! Ну, где ты там?

Сестра хлопнула дверью ванной комнаты.

- Красавчик, просто глаз не оторвать. Все девчонки будут твоими!

Макс замер, увидев сестру. Она никогда особо не наряжалась, и сегодня одела простое светлое платье с открытыми плечами. Никакого макияжа, из украшений - только природная кудрявая река волос и маленький кулончик на шее. Она казалась хрупкой и трогательной, будто ребенок, и в то же время порочной. Красивый изгиб спины, пышная грудь, изящная талия... Его сестра становилась взрослой,тут уж ничего не поделаешь. Он ощутил тревогу за нее.

- Да, но все парни твоими быть не могут, - он нахмурился.

- Кто бы говорил... Сам-то хорош, - презрительно усмехнулась она.

- Это другое. Я - мужчина, и моих фотографий в нижнем белье нигде нет, - ответил Макс.

- Какой же ты противный...

Их перепалку прервал звонок в дверь.

- Ровно восемь - и вот уже первые гости, - Макс пошел открывать дверь. - Кто там у нас? О, целых пять человек! Софийка, я запускаю!

Это были одноклассники Софийки - трое парней и две девушки, в их числе - Ольга Зорянова, у кого дома попала в неприятность его сестра. Макс снисходительно послушал радостную болтовню, потом провел ребят в гостиную. Открылись первые бутылки со спиртным и коробки с едой. Парень включил на компьютере обожаемую многими российскую рок-группу. Вечеринка началась.

Остальные приглашенные прибывали постепенно. Чуть позже приехала Вика.

- Ух ты! - Софийка обняла подругу. -Какое платье!

Вика действительно прекрасно выглядела в новом алом шелковом платье - оно подчеркивало ее яркую внешность. Многие ребята в компании сразу обратили на новенькую внимание.

- Привет, спасительница,- Макс тоже подошел к ней. - Благодаря тебе, моя рука заживает очень быстро! Пойдем, познакомим тебя со всеми.

Через несколько минут Вика уже вовсю развлекалась в почти незнакомой компании. Софийка с удовольствием присоединилась к ним.

Еще позже стали приезжать друзья и однокурсники Макса. Парень так часто открывал им дверь, что решил просто ее не запирать. Поэтому Сергей и Никита проскользнули в квартиру незамеченными.

- Я вижу, вечеринка уже в разгаре, - заметил Сергей. - Ну что, здесь есть та, кого ты хотел видеть?

Никита пригладил волосы, поправил воротник светлой рубашки и оглядел веселящихся парней и девушек. Кто-то успел включить цветомузыку, и разноветные огни периодически выхватывали их лица из полумрака комнаты. Здесь были не все гости - некоторые уже рассредоточились по комнатам.

- Пока не вижу... - Никита пытался поймать взглядом фигуру нужной ему девушки. На особо ярком аккорде игравшей песни яркий свет ударил в середину комнаты и осветил Вику с ног до головы. Громкий голос исполнителя перекликался с мыслями Никиты:

- Это сложно, невозможно, больше ждать...

Я устал, хочу любви, да так, чтоб навек...

Парень встрепенулся.

- Как я выгляжу? - спросил он Сергея.

- Отлично. Ты хоть покажи мне ее!

- Вон, в красном платье, с темными волосами. Высокая такая. Это Вика. Я пошел! - Никита подхватил пакет, в котором лежало купленное к вечеринке спиртное. Сначала он поздоровался с Максом и вручил ему пакет, потом подошел к девушке. Она отвлеклась от болтовни с двумя парнями и обняла Никиту. Сергей внимательно вглядывался в ее лицо... Девушка казалась ему знакомой. Он вспоминал, где же мог ее видеть...

- О, черт! - пробормотал Сергей и стукнул кулаком по стене. - Это же она садилась в машину к моему отцу! А здесь-то она что делает?!

Тем временем Софийка, воспользовавшись отсутствием слежки брата, подошла к симпатичному ей парню. Они переглядывались на лекциях, сидели в столовой за одним столиком, но молодой человек был слишком стеснительным и не мог сделать первый шаг. Софийка решила все взять в свои руки.

- Как тебе здесь? Не скучно? - она по-дружески опустила ладонь на его локоть и кокетливо закусила нижнюю губку. Парень покраснел.

- Нет. У тебя здорово, Софийка. И я очень рад тебя видеть.

- Я тоже, - она улыбнулась, скользя глазами по его лицу. - Витя, ты же играешь на синтезаторе? Просто отец подарил мне на день рождения... Он японский, новая модель, очень навороченный. Так мечтала о нем, а разобраться не могу...

- Я могу посмотреть, - оживился он.

- Чуть позже... через полчасика. В комнате рядом с ванной. Я смотрю, ты заинтересовался, - серебристый смех Софийки заставил его покраснеть еще сильнее. А она пошла к своим девчонкам, чтобы не вызывать лишних эмоций у Макса. Однако тот, забыв обо всем, активно флиртовал с одной из девушек. Поцелуй, которым он мазнул по ее губам, казался небрежным, а вот обнимал ее Макс так, будто оторваться не мог.

- Сам поступает, как ему нужно, а мне не дает!

Тем временем Никиту оттеснила от Вики веселая танцующая компания. Когда в комнате стало посвободнее, он увидел, что к девушке подошел парень, учившийся с ними в одной группе. Высокий накаченный Илья Семенов всегда пользовался у девушек успехом... Он подошел к смеющейся Вике с двумя бокалами шампанского и заговорил с ней. Никиту привело в бешенство, что девушка охотно отвечала на его заигрывания.

- Что, девушка выбрала другого? - Сергей тихо встал рядом и положил ему руку на плечо. - Я тебе скажу, твоя Вика - не лучший объект для обожания.

- Почему? Он ее просто атаковал... - растерянно проговорил Никита.

- Потом обязательно расскажу.

* * * * * *

Вика, на самом деле, не хотела ничего плохого. Просто у нее было очень высокое мнение о себе, к вниманию парней она привыкла, как к воздуху и воде. Когда у нее возникала симпатия к кому-нибудь, она обязательно показывала ему, что есть и другие претенденты на ее внимание... Это не всегда заканчивалось хорошо, но она ничего не могла с собой поделать.

Вот и сейчас, она очень рада была видеть на этой вечеринке Никиту, но уж очень ей хотелось продемонстрировать свою привлекательность. А подошедший к ней парень быстро увлек ее разговором и шутками, к тому же, он был не хуже Никиты. По крайней мере, внешне.

- Илья, а ты спортом занимаешься? - спросила она, скользнув взглядом по его накаченным бицепсам.

- Да, у меня разряд по боксу, - он не слишком застенчиво разглядывал ее шею и грудь. - А ты?

- Я больше по юридическим наукам.

- Правильно. Кому-то нужно быть умным, - рассмеялся он. - Вика, налить тебе еще вина?

Она согласилась и отвлеклась на секунду - хотела посмотреть, как реагирует на происходящее Никита. Парня она не нашла, зато краем глаза заметила, как Илья достает из кармана рубашки какую-то склянку и капает в один из бокалов. Это было сделано так быстро, что она не поверила своим глазам. Девушка уже хотела развернуться и закричать, как вдруг поймала взгляд Максима Салаева.

Брат ее подруги, хоть и обнимал страстно фигуристую блондинку, не терял голову. По его глазам Вика поняла, что он наблюдал за всеми, в том числе за ней и Ильей. Он посмотрел Вике в глаза и сделал успокаивающий жест рукой, потом утвердительно кивнул в сторону Ильи.

Вика задумалась. Что она должна была делать? Выпить вино с неизвестным снадобьем? Словно в ответ на ее мысли, Макс закрыл глаза и склонил голову на плечо. Так. Она должна была изобразить опьянение. Но пить эту гадость?! Ни за что!

- Держи, - окликнул ее Илья и протянул вино. Она прямо чувствовала за спиной волнение Макса. Он решил оторваться от своей блондинки и подошел к Илье, спросил о чем-то. Девушка воспользовалась моментом, буквально прикоснулась к вину губами, а на самом деле вылила все в пустое ведерко, где до этого стояла бутылка с шампанским.

- Отличное вино, - девушка расплылась в бессмысленной улыбке. - Я до этого пила шампанское, оно, как газировка. А тут - сразу так хорошо накатило. Или это от того, что ты ко мне подошел?

Украдкой она искала Никиту и увидела, что тот решил отвлечься и лихо отплясывал с другими ребятами. Не такого результата она ждала, ох, не такого... Однако, Макс уже втянул ее в какое-то странное дело, которое ей хотелось довести до конца.

- Ты такая классная, - он положил руки ей на талию.

Они выпили еще несколько бокалов...

- Я знаю, что здесь пустует гостевая комната, - прошептал он ей на ушко. - Давай возьмем с собой бутылку вина и пойдем туда?

Вика вообще-то обычно контролировала себя... В другое время, нахалу бы пришлось туго. Однако за его спиной усиленно кивал Макс, и девушка, изобразив расслабленность, согласилась.

В гостевой комнате было совсем темно. Вика, не заметив порожка, споткнулась об него. Илья тут же подхватил ее на руки.

- Тихо-тихо, - он локтем нажал на стену, и комната осветилась мягким светом от светильника в форме звезды. - Сейчас... вот так, приземлимся на диван.

Он отхлебнул вино из откупоренной бутылки и протянул ей. Девушка сделала большой глоток и опустила веки. Илья смотрел на нее с ожиданием.

- Что-то голова кружится, - пробормотала она, приложив руку ко лбу. - Ох...

Вика упала на диван и закрыла глаза. Голова и в самом деле немного кружилась, но это было от вина с шампанским. Тем не менее, самоконтроля она не теряла.

Илья проведя руками по ее телу, начал аккуратно стягивать с нее платье. Потом отстранился, любуясь девушкой.

- Какая красота, - прошептал он. - Она совершенна. В кадре будет смотреться великолепно!

Что же это такое, думала Вика. Скорее бы пришел Макс. А если он с Ильей заодно, и они просто заманили ее? С чего она вообще кому-то здесь доверяет?

Илья достал из кармана джинсов дорогой телефон, навел его на Вику.

- Супер, - восхитился он и сделал несколько снимков. Вика уже хотела вскочить и прекратить эту игру, как вдруг дверь в комнату распахнулась. Кто-то налетел на Илью, послышался хрип.

- Пусти, - простонал он.

- Отдай телефон, - потребовал Макс. Илья, несмотря на нехватку воздуха, пытался бороться... Но противник ему достался неслабый. Салаев смог вырвать телефон, Вика за это время успела одеться.

- Так это ты спаиваешь девчонок, а потом фотографируешь их почти голыми? - Макс листал фотографии в телефоне Ильи. - Урод моральный. И мою сестру, значит, тоже...

- Не только фотографирую, - усмехнулся Илья.

- Что?! - Макс набросился на Илью с кулаками. - Ты посмел...

Вика отважно попыталась оттащить разозленного Макса, но у нее ничего не получилось.

- Максим, - уговаривала она. - Ты сейчас его побьешь, кому от этого легче?

Парень с трудом успокоился.

- Твою сестру - нет, - тихо ответил Илья. - Не успел. Хотя и собирался... В комнату вломилась Зорянова, и мне пришлось спрятаться под кровать.

Макс вскочил и посмотрел в глаза Илье.

- Зачем? - спросил он. - Ну, зачем ты это делаешь?

Илья сжал кулаки. Вика встала рядом, а Макс запер дверь.

- В начале первого курса, - начал Илья, я не был таким, как сейчас. Меня дразнили. Слабак, сопля... Таким я и был. Тощим, слабым и закомплексованным. Пытался найти друзей, в том числе, стремился к тебе и Никитке. Меня не принимали. С девчонками вообще кошмар. А одна мне очень сильно нравилась, в моей группе...

Однажды она пригласила меня на день рождения к себе домой. Там были все наши однокурсники. Я был до безумия рад - меня так редко куда-то приглашали! На этом празднике я выпил лишнего... Как выяснилось позже, девчонки подлили мне кое-что в спиртное. Ох, и начудил я в тот вечер... Танцевал голым, приставал ко всем без разбору, а под конец мне стало плохо на балконе. Все мои чудачества однокурсницы засняли, фото и видео выложили на разных сайтах... На меня тогда все показывали пальцем!

- Не помню я этого, - задумался Макс. - Даже внимания не обратил.

- Ваша троица всегда жила своей жизнью, да и к издевкам надо мной вы не присоединялись.

- Хорошо. Фото девушек на сайте начали появляться с того года, - ответил он. - Ты решил мстить всем девушкам, я так понимаю?

- Именно, - тяжело дыша, произнес Илья. Вика слушала и не верила своим ушам. В ее московской школьной жизни были драки, подколки, соперничество, но такого коллективного издевательства - нет. А еще тихий городок... Или - ей просто везло? - Я решил, чтобы они все поняли, каково это, когда тебя унижают. Для такого дела нужно было чем-то привлекать девушек, и я занялся спортом и своей внешностью. И все получилось!

- Ладно, - вмешалась Вика. - Ты отомстил всем, кто там был. Отомстил всей женской половине курса. Но меня там не было, и Софийки тоже. Мы об этом ничего не знали. За что ты нас?

- Софийку я не трогал. Случайно заглянул в комнату, а она там спит, раздетая. Я ее сфотографировал, потом позвал хозяйку, сказал, что ей плохо. Я просто вошел во вкус, возненавидел всех девушек. Ну, а ты... - он исподлобья взглянул на Вику. - Ты такая же, как они. Кокетливая, самодовольная эгоистка. И ведешь себя как шлю...

- Эй, полегче! - вскочил Макс. - Значит, так. Я мог бы обнародовать сейчас все это, позвать всех, и тебя бы просто сравняли с землей. Здесь почти все девушки, опозоренные тобой. Но мы поступим по-другому. Ты удалишь с сайта все фото и отдашь мне свой телефон.

- Это еще зачем?! - возмутился Илья. Он явно не ожидал, что все так закончится.

- А это вещественное доказательство. Если ты еще как-нибудь себя проявишь, готовься отвечать в суде. И еще - ты должен оставить институт. И никогда больше не попадайся мне на глаза!

Илья, покраснев, наблюдал, как Макс спрятал его телефон в карман. Не сказав ни слова, он вышел из комнаты. Ребята услышали, как хлопнула входная дверь.

- Вика, дай я тебя обниму, - Макс кинулся к ней. - Самая умная и понимающая девочка. Ты так мне помогла... Можешь всегда на меня рассчитывать!

Он вкратце рассказал ей все. Вика внимательно слушала.

- Я рада, что так получилось. Софийка мне ничего не говорила. Получается, я помогла ей...

В два часа ночи Вика собралась домой. Половина гостей уже разъехались. Среди оставшихся были Никита и Сергей. Они сидели на кухне, отгородясь от всех, и пили водку, каждый был погружен в свои мрачные мысли. Сергей выскочил в коридор и увидел, как Макс и Вика выходили из квартиры.

- Я провожу и вернусь! - крикнул Макс.

- Нормально, - пробормотал Никита, который был уже сильно пьян. - В общежитии целовалась со мной, здесь - с другим, а домой и вовсе уезжает с Максом!

Глава 8

Река оцепляла город незамыкающимся кольцом, огибая центр, промзону, окраины и лес. Не сказать, что она была абсолютно чистой, однако летом на песчаном пляже с трудом можно было найти место, а осенью и весной на ее берегах, на фоне зеленого леса и тенистых скверов, горожане с удовольствием жарили шашлыки.

У истока речки, там, где город еще и не начинался, стоял коттеджный поселок "Алмазово". Здесь состоятельные люди имели как шикарные дачи, так и жили в своих благоустроенных частных домах круглый год. "Алмазово" был сдан в эксплуатацию крупной строительной компанией всего два года назад, в его состав входило двадцать два дома. Поселок охранялся и был обнесен высокой металлической оградой. Его жители, постоянные и временные, мало общались между собой, разве что золотая молодежь устраивала иногда на речке свои веселые гулянки - с алкоголем, танцами и салютом.

Один из самых красивых и добротных домов принадлежал Алексею Сергеевичу Карякину, директору и учредителю спиртзавода "Ракит". Он жил здесь с женой и младшим сыном.Сейчас они уехали в городскую квартиру, и мужчина был здесь один, словно король во дворце. Старший его отпрыск, Никита, в результате их ссоры, произошедшей год назад, уехал в общежитие и с отцом общался мало, недавно устроился на работу и вообще всячески старался отделиться. Алексей Сергеевич втайне гордился самостоятельным сыном, но очень хотел вернуть их прежние, теплые отношения. Не получалось. С матерью и братом парень прекрасно общался, принимая иногда от первой небольшую финансовую помощь. Конечно, сложно обеспечить себя студенту-очнику на втором курсе, тем более, что Никита рос в очень состоятельной семье. Так что, в глубине души отец ждал, когда молодой человек обратится к нему за помощью - как возможность показать свою любовь.

С женой у них сохранялись хорошие отношения на протяжении многих лет брака. Мария была симпатичной, интересной женщиной, которая ловко лавировала между своими мужчинами - властным мужем, самостоятельным старшим сыном и трудным подростком - младшим. Если бы ни она, они трое переругались бы напрочь. Женщина была заведующей магазина косметики, который когда-то был хозяйственным, и куда она почти пятнадцать лет назад пришла работать продавщицей, так что, она была дамой занятой, и времени на ссоры и домашние склоки у нее не было.

Кстати, если городская квартира была больше ее детищем, то здесь было его царство. Тяжеловатая мебель, старинное оружие на стенах, бар-глобус - все это он очень любил. А вот жене этот дом не нравился, она была здесь редкой гостьей. Сыновьям было хорошо везде, где были оба родителя (если, конечно, не вспоминать последний год и Никиту). В этот дом он приглашал на неформальные встречи поставщиков и покупателей, проводил время с друзьями. Для замечательного досуга здесь была финская сауна, бильярдная, бассейн - в общем, все, что нужно для приятного отдыха.

Вот и сейчас к нему приехал один добрый старый знакомый. Другом его нельзя было назвать - общались они довольно редко, и общение проходило в такой форме, что Карякин что-то предлагал, а тот выбирал.

Они вошли в гостиную дома. Карякин был высоким и довольно худощавым, так что, внушительных размеров гость казался больше его раза в два. Оба были одеты неформально - в джинсы и футболки. Гость приехал из ближнего Подмосковья, он возглавлял крупную страховую компанию. Их знакомство длилось уже много лет и было приятным и полезным для обоих. Каждый получал то, что хотел.

- Отлично ты отремонтировал дом, Алексей, - отметил бизнесмен, оглядываясь. - Когда я был у тебя в последний раз, здесь было поскромнее. Твой дом - самый шикарный в "Алмазово", если не сказать - во всем городе. Не боишься зависти людской?

Карякин усмехнулся, открыл бар-глобус и налил им по рюмке финской водки. Мужчины сели на мягкий кожаный диван. В полумраке, рядом с красивым электрическим камином, больше подошел бы коньяк, но Алексей знал вкусы своего гостя. Тот не изменял финской водке с молодости.

- А чего мне бояться, Данила? Я не чиновник, про которого можно сказать, что наворовал у народа. На свой завод я пришел простым оператором, дорос до главного инженера. А, когда он почти разорился, я, оказавшись на месте директора, поднял его. Продал, между прочим, единственный дом свой, жили у родителей моей Машки с Никиткой маленьким. Никого не ограбил... Если и были разборки и дележ по молодости, то кто этим не грешил? Я сам захотел и сам добился.

- Это верно. И я также, - согласился Даниил. - Сам свою компанию создал... И все равно, как ни крути, от государства мы зависимы!

- Ага, и еще под Богом ходим, - улыбнулся Алексей. - Нельзя быть выше всех, но стремиться нужно...

- Хорошо сказал! За это и выпьем.

Они выпили и задумались - каждый о своем. Мужчины прошли свой нелегкий путь и теперь наслаждались тем, что имели. Они были достаточно молоды, и сил на удовольствия им хватало.

Даниил тем временем обратил внимание на большую семейную фотографию. Она стояла на камине в красивой рамке из темного серебра. На ней были все Карякины - Алексей, его пожилой отец Сергей Поликарпович, жена Маша, сыновья Никита и Миша. Фото было профессионально сделано на фоне большого окна. Свет падал так, что лица казались одухотворенными и счастливыми. Все члены семьи на нем одеты нарядно - готовились...

- Нравится? - приподнял бровь Алексей.

- Прекрасное фото, - ответил Даниил. - Пройдут многие годы, и твои потомки восхитятся им! Ты здесь такой представительный, хоть и худой... ну, это как всегда. Сыновья - твоя копия, бестии черноглазые. От Машки ничего не досталось. Вон она у тебя какая... Блондинка, глаза синие, кожа фафоровая. Будто и совсем не сороковник даме - как куколка!

Эта похвала не понравилась Алексею. Он знал, что Мария всегда была симпатична Даниилу.

- Конечно, ребята на меня похожи, - усмехнулся он. - А если бы в нее пошли - и что? У меня нет повода не доверять Маше. Живем столько лет, душа в душу... Люблю ее. По всем статьям устраивает - как жена, как мать детей, друг... Ну, и так далее.

При воспоминании о жене на лице Алексея появилось задумчиво-мечтательное выражение. Да, он ее любил. Может, и не было той молодой страсти, но чувства остались, более того - они крепли. Было у Маши такое свойство - нравиться, причем всегда. Она была очаровательной юной девушкой, интересной молодой женщиной... Несмотря на годы, оставалась ею и по сей день. Иногда он ее ревновал.

Даниил понял, что сказал не то, и перевел тему.

- А как поживает Сергей Поликарпович? Сколько ему лет-то сейчас?

- Не так много - семьдесят. Жалуется то на сердце, то на давление, а сам иногда кажется здоровее моих пацанов. Меня критикует, их воспитывает... Только Машка у него нареканий не вызывает. Вообще, в деревне живет, но сейчас у меня, на обследование в город приехал. Спит уже...

- В общем, все у тебя отлично, - подвел итог Даниил, подвинув хозяину бутылку водки. Тот, поняв намек, налил еще по рюмке. - А я вот с женой развелся...

- Со второй? - уточнил Карякин.

- Нет. Ленка была третьей. Да и развелся - это образно, сожительницей она была. Вот, хочется расслабиться немного. Я же по адресу приехал? - с этими словами он хитро подмигнул.

- По адресу. Только назначил бы встречу сразу в нужном месте! Я же тебе не все могу дать.

Даниил оглянулся и вздрогнул, будто от удара. В глазах его застыло болезненное ожидание наслаждения. Такой богатый, сильный и властный человек получал то, что ему нужно, в определенных условиях. И эти условия мог дать ему только Карякин.

- Что, принести? - спросил он.

- Да, Леша. Тащи быстрее...

Хозяин метнулся в маленькую комнатку под лестницей. Ключи от нее в двух экземпляров хранились только у него - в его связке ключей, и в сейфе в его рабочем кабинете на заводе. Другим членам семьи туда ходу не было... Более того - дверь в комнатку была замаскирована под цвет лестницы, и ее невозможно было заметить.

- Вот, - Алексей уже возвращался. В руках он нес довольно большую портретную фотографию. Ее сделали почти двадцать лет назад. Фото было роскошным и ярким, сделанным в стиле журнала "Бурда" девяностых годов. Фотомоделью послужила белокожая брюнетка с темно-карими глазами. У нее были породистые черты лица: высокие скулы, изящный подбородок, прямой нос. Она была сфотографирована на простом фоне бежевых бархатных занавесок. Пышно уложенные волосы, яркий макияж, сексуальный с поволокой взгляд, хрупкие голые плечи, крупные украшения... Это фото было не в стилистике девяностых - оно было сделано именно тогда.

- Здравствуй, милая, - Даниил нежно, с любовью взял у него из рук фото. - Давно не виделись... Целый год. Время идет, а ты все такая же молодая и красивая.

Карякин усмехнулся. Эта фотография была настоящим сокровищем для Даниила Хамарина, главного учредителя крупной страховой компании. Можно сказать, он пронес ее через всю жизнь. Делал бизнес, влюблялся, женился, разводился, а ее лелеял. Причем, именно здесь, в этом городе. Недавно Алексей переслал это фото по электронной почте... Не пошло. Настоящую интимную разрядку Хамарин получал здесь, с этой фотографией. И даже более красивые женщины были беспомощны перед фото-соперницей.

- Я в сауну зайду? - прохрипел Даниил.

Алексей вежливо проводил гостя до сауны, помог донести портрет. Ждал двадцать минут.

- Он что, насилует там эту фотографию? - пробормотал Карякин. - Как обычно, только он сегодня особенно пылок. И сейчас ей нет покоя...

Из сауны доносились такие звуки, будто Даниил заперся с живой женщиной, а не с фотографией. Это фото видало виды... Оно было на реке, на болоте, в бассейне, на снегу и много где еще. Качество его не сильно пострадало.Это - судьба. Хамарин должен был всю жизнь любить фотографию, а не живых женщин. Хорошо, что у него жизнь сложилась лучше, и он встретил Машу.

Через час Даниил вошел в гостиную - счастливый, потный и измотанный, будто действительно спал с женщиной.

- Возвращай фотографию, - потребовал Алексей. - Пусть отдыхает!

- Держи, - вздохнул Хамарин и отдал ему фото. - Какая шикарная тетя! Лучшая из всех, что у меня был! Интересно, как она сейчас?

- Не знаю, - пожал плечами Карякин. - Мы потеряли ее из виду. В любом случае, через столько лет она уже не так шикарна.

- Плевать! - воскликнул Даниил. - Я бы и сейчас ее... Сколько ей стукнуло? Тридцать пять?

- Побольше, - ответил Алексей и оттащил пьяного усталого гостя в подготовленную комнату, положил на разобранную кровать.

- Эй, Алешка. А когда поедем каталоги смотреть? - пробормотал засыпающий Хамарин.

- Завтра.

- А прокурор будет?

- Ну конечно. Сегодня Оболмасов занят, но завтра он выполнит свои обязанности, - пообещал Карякин.

- Все, Алеша, я засыпю. Только имей в виду: меня теперь привлекает больше выдержанный коньяк, чем молодое вино. Так что, покопайся в своей продукции!

- Я покопаюсь, - пообещал Карякин.Он подхватил гостя и оттащил его в подготовленную комнату. Там было все: мягкая кровать, душевая, бар... Не было лишь шикарной тети, которую уже двадцать лет желал Даниил.

Алексей поставил фото на место в потайной комнате и тяжело вздохнул.

- Бедная, - проговорил он. - Не дай Бог тебе с ним столкнуться... Если ты, конечно,жива. Это редкостный маньяк.

С этими словами Карякин ушел в свою комнату, где выпил еще пару рюмок водки и лег спать.

Тем временем, со второго этажа спустился пожилой мужчина в черном махровом халате. Он был седым, но глаза его блестели молодо.

- Ну вот, пацаны полегли, - сказал он. - Дети тусуются. А это - мое время. И я узнаю, что ты прячешь, Алеша...

Глава 9

Вика вышла из электрички и спустилась по подземному переходу. Она спешила в институт, перепрыгивая через глубокие лужи. Наступил октябрь, и погода из приятной превращалась в мерзкую. Холодные дожди, ветер и серое небо - все это, вместе с утром понедельника и началом учебной недели, наводило на нее тоску.

Вообще, больше ее расстраивало кое-что другое. После той вечеринки прошло уже три недели, и с того дня их только начатые отношения с Никитой, похоже, прекратились. Парень едва здоровался, избегал ее. Софийка рассказала, что у него был серьезный разговор с Максом, в котором ее брат объяснил, что просто доехал с Викой на такси до ее дома - и все, а также рассказал о их совместном разоблачении таинственного фотографа, что все это было игрой и обманом. То есть, поводов для ревности у Никиты не было. В чем же дело? Однажды Софийка обмолвилась, что Никита постоянно меняет девушек. Какие тогда могут быть претензии?

- Надо с ним поговорить, - пробормотала девушка, подняв воротник короткой розовой куртки. - Мы же взрослые люди. Он мне очень нравится... Ну, если нет - даже не знаю!

Рядом с тротуаром остановился знакомый внедорожник. Оконное стекло опустилось, и девушка увидела белозубую улыбку прокурора Оболмасова.

- Здравствуй, Вика, - окликнул ее он. - Ты в институт? Садись, подвезу.

Она обрадовалась его неожиданному появлению. С такими лужами, она придет на занятия грязнулей. Вещи жалко... Куртку и джинсы ей купила мама с первой зарплаты.

- Спасибо, - девушка откинулась на сидении.

- Ты спешишь?

- Нет. До занятий два часа... Еще успею закинуть вещи в общежитие и попить кофе в столовой.

Роман Васильевич улыбнулся.

- Тогда не буду гнать. В последнюю нашу встречу ты только собиралась поступать... Расскажи, как у тебя дела.

- В целом, хорошо... - протянула Вика. - Я поступила на бюджет, учеба мне нравится. Подружилась со многими. Мама работает поваром в ресторане, живет у моего дяди. А у вас как дела?

- Не буду тебе рассказывать о своей работе - ты уснешь, - рассмеялся Оболмасов. - Вот, еду в институт, чтобы отдать сыну учебные пособия. Он приехал с ними на выходные, а вчера забрать забыл. Сергея знаешь, высокий такой, светлый, на третьем курсе учится?

Вика задумалась и вспомнила надменного блондина, которого впервые увидела на вечеринке у Салаевых. Ох, и противный же тип! Смотрел на нее, как на грязь, и здоровался сквозь зубы. Ничего не добился, а сколько гонора, в то время, как отец-прокурор ведет себя просто и достойно. Удивительно...

- Знаю, - ответила она. - Сталкиваемся иногда.

- Вот и отлично, - обрадовался Роман Васильевич и подвинул к ней небольшой пакет. - Я довезу тебя до общежития, отдашь ему, ладно? А то я спешу...

Вика согласилась - ей приятно было оказать услугу человеку, который периодически приходит к ней на помощь. Однако ей показалось странным одна вещь: доехать до общежития - и не увидеться с собственным сыном?!

На парковке было полно машин - все студенты, кто уезжал на выходные, возвращались. Оболмасов проводил Вику до главного входа.

- Спасибо, девочка, - он дружеским движением поправил ей шарф. - Мы с Сережей немного поругались, так что, ему лучше меня не видеть и остыть.

- А, понимаю, - кивнула она. - Это бывает. Мы с мамой тоже иногда ругаемся. Она у меня хорошая, но немного своеобразная.

- Это я знаю, - подавил он смех, вспомнив себя, растерянного, на заправке, когда спасенные им мать и дочь исчезли без следа. - Ну, еще увидимся, я думаю. Удачи тебе!

- Вам тоже, - Вика помахала ему рукой и пошла в общежитие.

Она уже потерялась из виду, а Оболмасов задумчиво смотрел ей вслед.

- Пусть все у тебя будет хорошо, - пробормотал он и направился на парковку.

Прокурор и не заметил, что за ним кое-кто наблюдает.

Молодая преподавательница Анна Романовна Лаврова, вылезая из своей простенькой "Лады Гранты", замерла. Ее охватил озноб, ноги и руки совершенно не слушались. Сразу бросился в глаза представительный блондин, который только что общался с Викой Старковой. При виде его Анне Романовне показалось, что она сейчас упадет в обморок... Такое случалось с ней при виде некоторых мужчин. Надо заметить, что сильного пола она вообще сторонилась, а некоторые его представители вызывали в ней такие вот панические приступы. Студентов это, правда, не касалось.

- Спокойно, - шепотом велела Анна самой себе. - Это прокурор Оболмасов. Просто приехал к сыну. Ему нет до меня дела!

* * * *

- Вот, смотри, - окликнул Никиту Сергей и подвел его к окну их комнаты. - Теперь я могу тебе ничего не объяснять!

Молодые люди приникли к окну и смотрели на отца Сергея, который поправлял шарф Вике. С первого этажа все было прекрасно видно - его улыбку, ее жесты. Сергей посмотрел на Никиту... Тот был мрачнее тучи.

- Не может быть, - только и смог сказать он.

- Может. Из-за этого я и поругался с отцом. Я прямо задал ему вопрос - встречается ли он с малолеткой. Сказал, что видел их на набережной.

- А он что ответил?

- Ответил, что он не обязан отчитываться передо мной. И, если я думаю о нем плохо - что это мои проблемы, а не его! Я еще сомневался... А теперь вижу, что был прав.

Никита сел на кровать и обхватил голову руками.

- А я ведь хотел поговорить с ней, помириться... Только не мог набраться смелости. С Максом у нее ничего не было, Илью они разыграли - я решил, что все себе надумал!

Никита побледнел, на нем просто лица не было. Ему явно было хуже, чем Сергею - тот знал, что отец от матери гуляет. Ну, существенно снизился возраст любовниц. Седина в бороду, бес в ребро. А вот Никитка, похоже, всерьез запал на эту Вику.

- Слушай, ну что ты так переживаешь? - Сергей сел рядом и обнял друга. - Ты же всегда менял девчонок, как перчатки. Вика, Оля, Галя... Какая, к черту, разница? Один раз поцеловались - и все...

- Она мне очень нравится, - смахивая злые слезы, ответил Никита. - Впервые в жизни я влюбился серьезно в девушку! Но этого я ей не прощу.

Сергей достал из холодильника бутылку с минеральной водой и протянул Никите.

- Давай, приходи в себя. Пойдем позавтракаем в столовую, а то в холодильнике пусто. Макс написал, он уже там, только что из спортзала пришел.

Они переоделись и спустились в столовую. Там было много народу - студенты и преподаватели завтракали перед занятиями. Никита подсел к Максу, а Сергей пошел к буфету и взял всем по чашке кофе и большой поднос с бутербродами.

- Чего мрачные такие? - удивился Макс - энергичный и свежий после утренней тренировки. - И едите как-то неохотно... Что случилось?

- Потом расскажем, - пробурчал Сергей. Никита быстро выпил кофе и молча сидел за столом.

- О, мои девчонки пришли! - оживился Макс, встал и помахал рукой. - Вика, Софийка, идите к нам!

- Нет, - пробормотал Никита, однако, его никто не услышал.

Девушки подошли к их столику. Софийка поцеловала всех в щечку и с удовольствием схватила бутерброд с сыром.

- Утро понедельника, - вздохнула она, глядя на Никиту и Сергея. - И кусок в горло не идет, да?

Никита исподлобья смотрел на Вику. Она выглядела очень просто в джинсах, белом свитере и с распущенными волосами, и одновременно казалась совершенно очаровательной. Как неземное создание, которое порочно целуется и сводит с ума, могло оказаться такой дрянью?

Сережа, - заговорила она и протянула ему пакет. - Это твои пособия, ты их вчера забыл дома. Я случайно встретила твоего отца по дороге сюда, он попросил передать...

Сергей быстро взглянул на нее - и тут же опустил глаза, чтобы скрыть промелькнувшую в них злость. Софийка с удивлением заметила, как у него сжались кулаки.

- Спасибо, - выдавил он и взял у Вики пакет.

- Э, в чем дело? - удивился, в свою очередь, Макс. - Я понимаю - плохое настроение, и все такое... Но зачем так разговаривать с ней?

Вика, правда, не обратила внимание на злость Сергея. Она была настроена поговорить с Никитой, а для этого нужно было вытащить его из столовой.

- Никита, нам нужно поговорить, - выдохнув, проговорила она. - До занятий еще есть время... Пойдем в сквер, там спокойнее.

Никита медленно встал. Губы его сжались, глаза горели опасным огнем. Казалось, воздух накалился.

- Да пошла ты, - тихо ответил парень и вылетел из столовой.

Вика в растерянности опустилась на стул. В глазах защипало. Она изо всех сил закусила губу, чтобы не расплакаться.

- Я за ним, - объявил Сергей и вышел следом за другом.

- Вик, не расстраивайся, - Софийка не знала, как успокоить девушку. Она просто гладила ее по руке.

Макс, нахмурившись, смотрел на Вику.

- Я с ними поговорю, - пообещал он. - Вот увидишь. Выдумали себе черт знает что... Не дам им тебя гнобить. А с Никиткой вы сразу помиритесь, вот увидишь!

Глава 10

- Коля, я могу убраться во всей комнате? - крикнула Наталья.

Брат зашел в комнату, держа в руках чашку горячего кофе. Он с удовольствием смотрел, как она вытирала пыль.

- Наташа, делай все на свое усмотрение, - ответил он. - Я так рад, что появилась хозяйка в доме!

Наталья, положив мокрую тряпку на стол, улыбнулась и подтянула короткие черные шорты. В них она занималась физкультурой, когда училась в школе, и сейчас они нашлись в мешках со старыми вещами. Три таких мешка хранилось в подполе. Чего там только не было...

- Я не оставлю и пылинки, - засмеялась она. - Ты с работы приедешь и свой дом не узнаешь!

Николай вздохнул и развел руками.

- Я пытался поддерживать в доме чистоту, но, при моей занятости, это затруднительно. И ты тоже особо не напрягайся - устанешь, а тебе еще на работу.

- А у меня сегодня выходной. За отработанные субботу и воскресенье. Я музыку включу, ты не против?

Она нашла на компьютере папку с музыкой, установленную сыном Николая, и продолжила уборку. Из-за громких воплей незнакомой панк-группы Наталья не заметила, как брат покинул комнату и вышел из дома. Через пять минут она поняла, что от такой музыки сойдет с ума.

- Нет, и как они это слушают? - удивилась Наталья и выключила песни. - О, Коля уже ушел под шумок.

Половину комнаты брата занимал огромный шкаф, очень вместительный, с большим количеством полок и ящиков.

- Отличная мебель, - одобрила Наталья. - Здесь можно уместить целую жизнь. Чтобы в нем убраться, нужен как минимум час.

Она аккуратно развесила одежду, расставила немногочисленные книжки и сложила папки с документами так, чтобы можно было разобрать, где счета, где различные договора, а где копии личных документов, благо Николай все подписал.

В уголке самого маленького ящика Наталья увидела дискету. Подобной штукой пользовалась ее дочка на уроках информатики лет пять назад. Несколько лет назад стали активно использоваться флеш-карты, и такие дискеты вышли из употребления. Флешки были удобнее, они помещались даже в самый маленький кошелек, и в крохотный карман. Неужели ее брат, человек современный, до сих пор пользуется этой квадратной штукой?

Наталья хотела уже положить дискету на место, как вдруг обратила внимание на бумажку, наклеенную на нее.

- Аня, 2002 год. Важно! - прочитала она. Все. Женское любопытство было задето. Она вставила дискету в системный блок. - Я просто посмотрю, и положу на место!

Свободного места на дискете было мало. Сначала Наталья открыла папку с фотографиями. Там был ее брат, помоложе, похудее, чем сейчас, с молодой девушкой. Они были сфотографированы в разных местах - на природе, на пляже, в незнакомой комнате и даже на Красной площади. И это была не его бывшая жена, хотя в то время он еще не развелся.

- Вот это да, - удивилась Наталья. - Никогда бы не подумала, что Колька изменял жене!

Девушка была невысокой, стройной и очень симпатичной, вот только в ее больших голубых глазах застыли грусть и страх - необычные для такого юного существа эмоции. Причем, на разных фото у нее были разные выражения лица: где-то она улыбалась, где-то была задумчива... А вот глаза были везде одинаковые.

Вне папки с фото она обнаружила видеозапись.

- Похоже, у Коли все было серьезно с этой девушкой, - пробормотала она. - Они прекрасно проводили время, и он старался сохранить их совместные мгновения. Я думала, мужики, когда гуляют, уничтожают все следы, а он хранит эту дискету дома!

На видео Наталья увидела кабинет, похожий на медицинский - только куда уютнее, чем в обычных больницах. Жалюзи на окнах, стены с нежно-зелеными обоями. На небольшой кушетке лежала та самая девушка. Глаза ее были закрыты, она будто спала. Рядом на стуле сидела женщина средних лет, одетая в строгий синий брючный костюм. На врача она похожа не была... В руке женщина держала часы на длинной цепочке.

- Это что, гипноз? - удивилась Наталья. - Что за дела творил мой брат?

Тем временем девушка на видео вздрогнула и застонала так, что у нее сжалось сердце.

- Что тебя гложет? - спросила ее женщина-гипнотизер. - Какая произошла беда? Когда это было?

- Десять лет назад, весной, - заговорила девушка. - Мне самой было десять... Вечером мы побежали с подружками к реке. Играли в прятки. Когда уже стемнело, все равно продолжали. Я убежала прятаться в лес... Они меня звали, кричали. Я кричала в ответ, но выбраться не могла. Потом я перестала их слышать. Выбраться мне все-таки удалось... Я была такая грязная, что решила отмыться в речке. Подошла к берегу, смотрю - стоит машина. Из нее выбрались трое мужчин. Ночь на дворе, а они еще напялили на голову какие-то черные колпаки с прорезями для глаз. Я подумала, что они во что-то играют. У нас прятки, а у взрослых - свои игры.Потом они спустились вниз, к реке, и спрятались в кустах...

Наталью охватил озноб от неожиданных воспоминаний. Она предпочла спрятать их в глубине своей памяти - слишком много боли они причиняли по сей день. Оправдывала себя тем, что ничего не было доказано. Нет улик, нет свидетелей - так она считала до сегодняшнего дня.

- Она была там, - прошептала Наталья, держась за стол, чтобы не упасть. - Видео сделано в 2002 году, она говорит - десять лет назад. Все правильно. Боже мой... Получается, Коля что-то выяснял. Возможно, он знает все - и скрывает от меня!

На глаза Натальи навернулись слезы. Она будто вновь почувствовала себя той восемнадцатилетней беззащитной девушкой, более того - ощутила себя единым целым с той, что лежала на кушетке в гипнотическом сне.

- На берегу сидела девушка. Я несколько раз видела ее в городе, - продолжала незнакомка. - Она явно кого-то ждала, но точно не этих мужчин. Один из них подкрался к ней сзади, зажал рот. Они повалили ее прямо на землю...

Из глаз девушки полились слезы. Наталья плакала вместе с ней. Она чувствовала холод и нарастающую панику - как в тот ужасный вечер.

Девушка начала дрожать и метаться. Гипнотизер успокаивающе опустила руку на ее локоть.

- Ты успела увидеть их лица, Аня? Там, возле машины?

- Да, - слабым голосом ответила она, после чего из глаз ее полились слезы. Тот, кто это снимал, стоял достаточно близко, чтобы запечатлеть все ее эмоции.

Женщина пощупала ее лоб.

- Так, хватит. У нее от переживаний температура поднялась. Аня, Анечка! Просыпайся!

На этом видео закончилось. Наталья вытерла слезы.

- Все. Я все поняла. Коля обманывал меня. Наверняка он все знает. Я не могу ему доверять... Ничего, я его тоже обману.

С этими словами Наталья взяла дискету и ушла в свою комнату. Там она вставила в свой недорогой маленький нетбук с одной стороны дискету, а с другой - свою флешку.

- Держись, Коля, - пробормотала себе под нос Наталья. - Держитесь все. Если только я буду уверена... Я всем отомщу. Без всякого закона. Это преступление срока давности не имеет!

Пять минут копировалась информация. Наконец, все было сделано. Она отнесла дискету обратно в ящик, положила сверху пачку бумаги для принтера, как и было. Через полчаса уборка была завершена. А Наталья села на кухню и, чтобы успокоиться, заварила себе крепкого кофе. Она давно бросила курить, но сейчас нашла в одной из полок пачку сигарет брата.

- Дело осталось за малым, - подвела она итог. - Найти девушку по имени Анна, которой сейчас примерно тридцать лет. Она вполне может по-прежнему проживать здесь, у меня под боком...

Глава 11

- Подожди, - смеясь и уворачиваясь от поцелуев, прошептала Софийка. - Ты слишком спешишь!

Витя притянул Софийку к себе, прижал и медленно провел губами по нежной девичьей шейке.

- Спешу, - согласился он. - Но ты, по-моему, хочешь этого также, как и я...

Наконец-то у них получилось остаться наедине - сосед Виктора по комнате сегодня куда-то уехал. Вечером девушка пришла в мужское общежитие по приглашению парня и обнаружила там красиво накрытый стол, красное вино и свечи. Она знала, на что шла... Витя ей очень нравился, а на той вечеринке они смогли пообщаться ближе, чем в институте. Этот молодой человек вызывал в ней тот самый трепет, о котором она читала в старых маминых романах о любви. Что это, если не любовь? Раньше с ней такого не происходило. Все-таки, ей недавно исполнилось семнадцать - пора уже и влюбиться!

Аскетичная обстановка комнаты, которую делили два парня, была скрыта в полумраке. Витя так страстно целовал ее, так проникновенно смотрел, что Софийка теряла над собой контроль. Три бокала вина расслабили ее еще больше.

- Ты мне давно нравишься, - проговорил Виктор, опуская Софийку на кровать. - Я не знал, как к тебе подступиться... А ты оказалась такой нежной, такой замечательной...

Софийка закрыла глаза и запустила руку в его темные волосы. Она все более активно отвечала на его поцелуи. Страх и нерешительность уходили. У нее это будет в первый раз, с юношей, которого она любит. Она чувствовала себя абсолютно расслабленной и счастливой.

Она принарядилась на свидание - белые джинсы, голубая кофточка с открытыми плечами, кружевное белье... Все это Виктор стянул с нее - не спеша, любуясь ее атласной кожей и упругим телом.

- Ты такая красивая, - шептал он. - Я с ума схожу...

Софийка часто задышала и обхватила его ногами. Витя, покрывая поцелуями ее всю, шептал ласковые слова, спутанные и бессмысленные.

Когда все произошло, ее чувства кардинально поменялись. Конечно, она слышала от более опытных подруг, что первый раз не всегда бывает приятным, иногда это даже больно, и была готова к неприятным ощущениям. Физическим...

Виктор, получив удовольствие, нежно поцеловал ее, признался в любви. Софийка ничего не отвечала... Парень не обратил на это внимания. Налив им еще по бокалу вина, он выпил и сам не заметил, как уснул. Было восемь часов вечера.

Софийка, прикрывшись простыней, лежала рядом с ним и не могла даже посмотреть на молодого человека, который всего несколько минут назад вызывал в ней страсть и вожделение. Сейчас ей было противно. Все противно - его тело, запах... Хотя Виктор был спортивным и пах хорошо. Ее словно отвернуло от него. К отвращению добавлялась тянущая боль внизу живота.

- Как тошно, - сказала она и глубоко вдохнула. Действительно, к горлу волной подкатила тошнота. Было такое чувство, будто она допустила к себе что-то чужеродное, плохое, отвратительное. Из ее глаз полились слезы. - Тошно и больно. Господи, ну, зачем же я это сделала? Меня никто не заставлял!

Девушка побоялась идти в ванную - она была одна на весь этаж. Что сказали бы обитатели мужского общежития, заметив ее здесь в таком виде. К счастью, вероятность встретить здесь Макса была небольшой - он обитал на два этажа выше. А помыться хотелось - она чувствовала себя полностью извалявшейся в грязи.

- Фу, мерзко, - прошептала она, натягивая на себя одежду. Софийка схватила сумочку, одела пальто и посмотрела на спящего парня. - Прости, Витя. Я не понимаю, что со мной...

С этими словами она вышла из комнаты. Пронеслась по лестнице, пробежала мимо дремавшей над кроссвордом комендантши и уже на улице вдохнула полной грудью свежий вечерний воздух.

* * * * *

- Теория насилия. Представители: Дюринг, Кауцкий. Акцент на роли войн, необходимости чужих и удержании своих территорий в образовании Государства. Сторонники теории считали, что основой общественного развития , являются политические отношения , а экономические являются следствием политических актов , то есть , основа развития насилия , как форма Государства, - прочитала вслух Вика и выходнула. - И как все это запомнить? А ведь у меня неплохая память!

Девушка лежала на кровати с учебником по теории государства и права. Ее любимая поза - на животе, подняв ноги и болтая ими. Обычно так легче думалось... Но вот интересный, сложный предмет не давался ей, несмотря на тишину и комфорт. Софийка нарядилась и убежала куда-то, ее не было уже два часа.

Сейчас у Вики хватало времени на учебу. Отношения с Никитой не сложились, так что, личной жизни не было. Похоже, даже беседа с Максом не убедила молодого человека - он продолжал сторониться ее.Поплакав украдкой, Вика запретила себе думать о Никите и взялась за учебники. Попыталась найти подработку, но мама, узнав об этом, воспротивилась. Потребовала нормально закончить хотя бы первый курс и дождаться совершеннолетия, а уж денег пообещала заработать. Вике было стыдно: дети богатеев, Сергей и Никита, работали, а она - нет! Макс, втайне от отца, тоже устроился на подработку - во второй половине дня он учил детишек боксу в спортшколе неподалеку от общежития. Папа в свое время заставил его учиться на юриста, но стихией Макса был бокс - вот он и реализовал свои желания, как мог. А вот она с соседкой по комнате, еще несовершеннолетние, посвящали себя учебе.

Несколько раз она и Софийка выбирались в город, гуляли, ходили в кафе, также Вика навещала маму по выходным - вот и весь досуг. Конечно, она знакомилась с другими парнями, в том числе в институте. Но никто не запал ей в душу, как Никита.

- Насилие, - пожала она плечами и закрыла учебник. - Вся жизнь - сплошное насилие! Мать преодолела себя и уехала из Москвы, а как ей не хотелось! Я заставляю себя не думать о Никите. Он заставляет себя не общаться со мной. Макс заставляет Софийку вести себя прилично. И только сама Софийка, божье создание, никого не заставляет и не насилует! Живет в свое удовольствие...

Словно откликнувшись на ее слова, в комнате появилась Софийка - бледная и растрепанная. Она кинула на подоконник сумку и стянула пальто.

- И снова здравствуйте, - поприветствовала ее Вика. - Где была, дорогая, и чем занималась?

Софийка достала из холодильника пластиковую бутылку с водой и затяжным глотком отпила почти половину.

- Вика, - заговорила она охрипшим голосом. - У меня был секс.

- Поздравляю! - радостно откликнулась она. - Первый раз - это праздник! Тебе понравилось? Я так понимаю, с Витей?

Еще недавно Софийка делилась с Викой своими мыслями - как ей нравится Витя, и как она хочет с ним встречаться. Поэтому девушка была искренне рада за подружку.

- Не понравилось, - Софийка даже поперхнулась водой. - Это ужасно. Больно и противно. Меня от самой себя тошнит...

Вика удивилась. До этого дня подруга так хорошо говорила о Вите - и теперь такое. Они обсуждали некоторые вещи, и ей пришлось многое объяснить неопытной Софийке. И про боль тоже, но такая реакция была неожиданной.

- Подожди. Для тебя просто все оказалось шоком, - Вика обняла девушку. - Садись на кровать и расскажи мне все. Тебе что, было больно?

При этих ее словах Софийка побледнела.

- Мне плохо, - эти слова вылетели из нее с глубоким судорожным вздохом. Девушка закатила глаза и грохнулась на пол.

Вика, растерявшись, смотрела на нее, потом схватила за руки и попыталась дотащить до кровати. Не получилось. Софийка, несмотря на внешнюю хрупкость, была тяжелой.

- Черт, - выругалась Вика. Она была довольно крепкой физически, но сейчас справиться не могла. - И что мне делать?

Оставалось одно - позвонить Максу. Брат Софийки должен был помочь. Вика надеялась, что у подруги хватит ума не рассказывать ему о причине обморока. Она набрала его номер на мобильном телефоне.

- Макс, привет. Приходи к нам. Софийке плохо...

Салаев был в их комнате уже через пять минут. Он вошел в комнату и сразу наткнулся на Софийку.

- Она не приходит в себя, - воскликнула Вика. - Я не знаю, что делать...

Макс перенес сестру на ее кровать. Он брызгал ей в лицо водой, звал, хлопал по щекам... Ничего не помогало.

- Нашатырь есть? - спросил парень.

- Нету. И- сильнодействующих - только снятие для лака. Там ацетон.

- Давай. - Вика нашла флакончик, смочила ватку в пахучей жидкости и передала ее Максу. От сильного запаха девушка пришла в себя - вздрогнула и открыла глаза. Она попыталась встать и, без сил, упала на подушку.

- Тихо, - Макс обнял ее. - Софийка, я с тобой. Что случилось?

Девушка, обхватив мощные напряженные плечи брата, зарыдала.

- Что это за кровь у тебя на джинсах? - спросил Макс, оглядывая сестру. Парень закипел от злости. - Кто тебя обидел? Вика, выйди, пожалуйста. Это - семейная проблема...

Она одела ботинки и взяла куртку. Куда деваться, чтобы дать Салаевым поговорить? Вика решила прогуляться в сквере рядом с общежитием. Софийке придется говорить с братом об очень личных вещах - как вообще можно рассказывать такое парню? Она чувствовала себя виноватой в ситуации... А что ей оставалось делать, как не вызвать Макса.

Она гуляла минут десять, ежась от прохладного ветра. На улице было крайне неуютно и сыро, со стороны леса и вовсе тянуло какой-то опасностью. Вике очень хотелось обратно в комнату.

Наконец, девушка увидела, как из здания вылетел Макс. Он почти бежал, бормоча что-то себе под нос. Опять неконтролируемый приступ ярости - Софийка уже рассказала ей, что брат заводится с пол-оборота. А тут - реальная причина для злости! Нужно было его остановить - неизвестно, на что он способен в таком состоянии. Опасностью веяло вовсе не от леса, а от Макса. Вика побежала за ним.

- Макс! - крикнула она, задыхаясь от прохладного воздуха. Догнала, вцепилась сзади в плечи. - Да стой ты!

Парень остановился и повернулся к ней.

- Пусти, - глаза его метали молнии. - По хорошему.

- Подожди, успокойся, - заговорила Вика. - Чего ты так разъярился? Он же не насиловал ее. Макс, Софийка пошла к нему добровольно. Нарядилась, была такой счастливой.

- Она мне сказала, - севшим голосом ответил Салаев. - Да, ее никто не принуждал. Но он сделал ей больно...

Вика с удивлением заметила слезы у него на глазах. Без всхлипываний, они просто застыли и не могли пролиться. При этом Макс покраснел - ему было стыдно плакать при девчонке. От него повеяло таким одиночеством, что Вике стало его жаль.

- Пойдем, посидим в сквере, - предложила она и взяла парня под руку. - Поговорим, ты успокоишься. Максим, ты ведь хотел избить этого несчастного Витю? А тебя не учили, что кулаками не всегда можно решить проблему?

Девушка взяла его под руку, и они дошли до ближайшей скамейке. Макс достал сигареты.

- Умом-то я все понимаю, - сказал он, морщась от табачного дыма. - Но мне так ее жалко - я готов убить того, кто сделает ей больно!

- Макс, рано или поздно это бы произошло. Софийка уже взрослая. Замечу - она довольно долго продержалась, почти до совершеннолетия! Поверь, это случается у девушек и раньше, и далеко не всегда приносит удовольствие...

Молодой человек с интересом посмотрел на нее.

- Из своего опыта рассказываешь?

- О, у меня все вообще было ужасно, - закатила она глаза. - Мне стукнуло пятнадцать, ему - двадцать пять. Учитель физкультуры, обладатель грубой физической силы. Взрослый мужик, а не учел, что перед ним подросток! Ничего, я пережила, и других парней от себя не отталкиваю. Это жизнь, Макс.

- Взрослый физрук, - протянул он. - Ну ты даешь!

Казалось бы, Макс успокоился. Его поза стала более расслабленной.

- Все хорошо? - улыбнулась она.

- Да. Спасибо тебе, что остановила меня и успокоила. Вика, ты уже не в первый раз оказываешься рядом, когда это нужно.

- Я - свой парень, - засмеялась она. - Правда, только для тебя и Софийки.

- Я хочу тебя обнять, - он протянул руки, и Вика прижалась к нему. В лице Макса она приобрела верного друга и настоящего защитника, а такой человек был необходим ей в новой жизни.

- Раз мы друзья, ответь мне на вопрос. Что именно тебя так разозлило: то, что Софийке было больно, или то, что она вообще с кем-то переспала?

Макс отстранился. Он уже открыл рот, но ничего не сказал. Парень просто впал в ступор.

- Не можешь ответить? Разберись в своей голове. А то меня посещают такие мысли, что становится не по себе...

Вместо ответа Макс взял Вику под локоть и поставил на ноги.

- Уже поздно. Пойдем по комнатам, а то коменданты не пропустят. Я тебя провожу до входа.

Около общежития Вика напомнила ему:

- Ты хотел поговорить с Никитой и Сережей обо мне. Узнал, за что они на меня взъелись?

- Узнал, - вздохнул парень. - Они уверены, что ты спишь с Романом Васильевичем.

- Нет! - вспыхнула Вика. - Он выручил нас с мамой однажды, потом пару раз подвозил меня, когда мы случайно сталкивались. Передавал для Сергея учебники. Все! Между нами ничего не было. Ты мне веришь?

- Я-то верю,- успокоил ее Макс. - А эти чудики вбили себе в голову... Мы видели, как ты садилась в машину Оболмасова на набережной - с тех пор Серега решил, что не даст тебе жизни. А у Никитки все усиливается банальной ревностью. Одно могу сказать - ты ему очень нравишься, вот он и бесится.

Вика растерялась. Она не могла подумать, что ее знакомство с прокурором помешает отношениям с Никитой.

- Ну, Сергей пусть сам с отцом разбирается, - сказала она. - А вот с Никитой мне необходимо поговорить... Но как? Он видеть меня не хочет!

Внезапно лицо Макса озарилось загадочной улыбкой.

- Завтра в восемь вечера встречаемся на этом же месте. У меня созрел неплохой план...

Глава 12

- Наташ, ну как? Поедешь со мной? - спросил шеф-повар, сняв колпак и вытирая со лба пот. - Я просто зашиваюсь. Выходные на носу, нужно здесь все проконтролировать, а еще меня и в этот клуб пригласили. Помоги!

На кухне ресторана в буквальном смысле дым стоял коромыслом. В пятницу в обед было много посетителей, и повара не отходили от плиты. Наталья без конца чистила, резала, приправляла, как и другие помощники повара. Сам шеф, немолодой коренастый армянин, сновал в этой суете, отдавая распоряжения и будто дирижируя большим, остро заточенным ножом.

Сегодня заявился директор ресторана. Он все осмотрел, поздоровался с персоналом и заявил шефу Гегаму Арсеновичу, что он приглашен в какой-то элитный загородный клуб для богатых - готовить ужин для мероприятия. Повар взмолился, чтобы ему дали кого-нибудь в помощь - гулянка в клубе планировалась на тридцать персон, а блюда были заказаны самые прихотливые. Директор милостиво разрешил и велел шефу и кому-то из помощниц быть готовыми к двум часам дня. Управиться в клубе с едой нужно было до вечера, плюс дорога. Из клуба за ними должны были прислать машину.

- Ты шустрая, быстро и аккуратно все делаешь, - уговаривал ее Гегам Арсенович. - Наталья, если поедешь со мной, можешь не выходить в субботу и воскресенье, я поговорю с директором.

От такого предложения женщина не могла отказаться. Провести выходные дома, выспаться, побыть с Викой - что может быть лучше?!

- Согласна. А что это за место?

- Элитный загородный клуб, - начал рассказывать повар. - Хитро расположен, практически в лесу, рядом только коттеджный поселок "Лебеди". Я там был год назад. Однажды хозяин этого клуба заглянул в наш ресторан, ему понравилась моя стряпня, и он договорился с нашим директором, что иногда будет меня нанимать. Место шикарное. Там есть все: сауна, бассейн, тренажерный зал... И, конечно, великолепно оборудованная кухня. Я общался с администратором клуба... Небольшие сборища происходят постоянно, в таких случаях в нашем ресторане просто заказывают еду. Ну, а если планируется банкет покрупнее, они приглашают повара. Обговаривают с администратором меню, он закупает продукцию... Вот и все, более мне знать и не положено.

К половине второго Наталья и Гегам Арсенович переоделись. Ровно в два часа к ресторану подъехал черный "Ниссан". Они увидели машину в окно кухни.

- Это за нами, - сказал повар. - В тот раз эта же машина приезжала.

Водитель, молодой парень, поприветствовал их.

- Ну вот, Наташа, посмотрим, как люди развлекаются... - задумчиво проговорил повар.

Они ехали около получаса. Позади оказались центр, промзона, окраины... Теперь - только густой лес и шоссе. Машина свернула на узкую дорогу, ведущую в лес.

- Ух ты! - не смогла сдержать восхищения Наталья, когда перед ними открылись металлические двери ворот.

Перед ними стоял трехэтажный дом из белого кирпича, с красной черепичной крышей и симпатичными балкончиками. Его окружал красивый сад с незнакомыми деревьями и кустарниками, центром которого был большой фонтан.

- Нравится? - спросил водитель так, будто вся эта красота была его рук делом. - А внутри еще лучше!

Стоящий у входа охранник поздоровался со всеми и открыл дверь. Действительно, внутри дом поражал воображение. Водитель провел их по коридору, ведущему на кухню. Вся обстановка была настолько красивой и уютной, что хотелось остаться здесь навсегда.

- Приступаем, - объявил Гегам Арсенович. На отлично оборудованной кухне было много места - не пришлось бы толкаться спинами, как в родном ресторане. - Вот фартуки, одевай.

- А где холодильник? - спросила Наталья, завязывая накрахмаленный белый фартук.

- Не видишь? А вот он! - повар взял с полочки маленький пульт управления, навел его на стену и нажал кнопку. На ее глазах стена разъехалась в стороны, и она увидела самый большой и глубокий холодильник, полностью забитый продуктами.

На кухню прошла симпатичная блондинка в зеленом шелковом платье. Она казалась ровесницей Натальи, но выглядела настолько ухоженной и холеной, что той стало немного стыдно за себя.

- Ольга, здравствуй, - Гегам поцеловал ее в щеку. - Давно не виделись! Это Наташа, моя помощница. Наталья, Оля работает здесь администратором.

Женщина тепло поздоровалась с Натальей и вручила Гегаму список блюд.

- Управитесь до вечера? - спросила она. - Начало банкета в восемь.

- Будет сделано, - ответил Гегам. - Даже и раньше.

Вскоре у них закипела работа. Фаршированные перепела, устрицы в собственном соку, огромные башни фруктов - все это требовало немало времени и сил. Через три часа Гегам утомился.

- Я пойду в комнатку Оли, часик вздремну, - сказал он. - После меня отдохнешь ты, если захочешь. Комната находится на втором этаже, вторая справа от лестницы. Если я понадоблюсь, найдешь меня.

Он ушел, и Наталья стала готовить одна. Прошло уже два часа, а Гегам все не возвращался. Женщине не хотелось его будить, однако, как раз запеклась в духовке индейка, а повар сказал, что украшать ее будет он сам. Так что, Наталья вымыла руки и поднялась на второй этаж. Длинный коридор, огромные светлые окна... Дверь в одну из комнат была приоткрыта, оттуда слышались голоса - взволнованный женский и уверенный мужской.

Ее одолело любопытство, и она, спрятавшись за стеной, заглянула туда. На большой резной кровати сидела девушка - Наталья разглядела длинные светлые волосы и край темно-красного платья. Мужчину видно не было.

- Вы не можете меня принуждать, - в голосе девушки звучало такое отчаяние, что Наталье стало очень жаль ее. - Сначал использовали сами, теперь подкладываете под других. Меня будут искать. Вас накажут!

- Ради Бога, Марго, - усмехнулся мужчина. - У тебя семья неблагополучная. Никто тебя не ищет, кому ты нужна.

Наталья вздрогнула. То же самое можно было сказать о ней много лет назад.

- Будь хорошей девочкой - и все будет отлично, - продолжил мужчина. - Если нет - получится как в прошлый раз. Тебе не жалко свое фарфоровое личико? Меня никто не накажет, не думай. А вот тебе может быть очень плохо...

Стараясь не производить шума, Наталья, забыв, зачем пришла, спустилась обратно в кухню. Ей было страшно, она ощущала такой холод, что не согрелась даже от жара плиты... В этом элитном клубе происходило что-то отвратительное. Более того, ей казалось, что все это как-то переплетается с ее прошлым.

- Ну почему жизнь постоянно напоминает мне о том, что я старалась забыть? - простонала она и замолчала, увидев, что в кухню вошел Гегам. Он выглядел довольным и посвежевшим.

- Я проспал свой будильник, - заявил он. - Эй, девочка моя, ты почему такая бледная? Оставил тебя одну, нехороший я человек! Теперь твоя очередь отдыхать...

- Нет, я не хочу спать. У нас еще два часа, а остались кое-какие мелочи. Хотелось бы закончить побыстрее!

Через час они уже стояли за воротами. Администратор Ольга вышла проводить их и при прощании вручила каждому по конверту. Гегам рассыпался в благодарностях.

- Что это? - спросила Наталья уже в машине.

- Это - наши чаевые. С директором администратор уже договорилась об оплате, а эти деньги лично для нас. В прошлый раз сумма была немалая...

Наталья и Гегам пересчитали деньги. Каждому была выдана сумма размером с среднюю зарплату Гегама за месяц.

- Отлично! - просиял он. - А ты чего, не рада? Дочке обновок накупишь, сама приоденешься...

Женщина заверила повара, что очень рада.

Водитель сначала высадил Гегама - тот жил на окраине, потом спросил, куда везти Наталью.

- Я думаю, вас будут еще приглашать, - заявил он напоследок, когда остановился около ее дома.

Она нашла в себе силы мило попрощаться, после чего зашла в дом. Николая не было - Наталья знала, что он иногда встречается с какой-то женщиной. Ей и не хотелось сейчас его видеть - брат заметил бы ее состояние и стал бы задавать вопросы. Да и она не сдержалась бы и спросила, почему он молчал о своем расследовании. А так, можно было в уединении выпить пару рюмок коньяка, упасть в кровать и обо всем забыть...

Глава 13

Стоящие в фуршетном зале девушки все были красивы, как на подбор. Они были разными: блондинки, брюнетки, рыженькие, высокие и миниатюрные, худышки и фигуристые - на любой вкус. Дорогие сексуальные наряды только подчеркивали их красоту. Девушек было четырнадцать. Большинство из них вели себя скованно и жались друг другу, и только у двух на лице застыло какое-то тупое безразличие.

- Девочки, держитесь свободнее, - проговорила, оглядывая их, администратор Ольга. - Ваша скованность ничего хорошего не принесет. Так что улыбаемся господам и показываем себя!

Великолепие фуршетного зала и стола с закусками порадовало даже пресышенных роскошью гостей мероприятия, неформально одетых и благодушно настроенных. Особенно радовали всех два водопада, расположенных в стене. Один извергал вместо воды шампанское, а другое - коньяк. Их цвета светлого и темного золота красиво гармонировали между собой, играя при свете, исходящем от нескольких люстр.

Программа вечера была насыщенной: фуршет, потом - сауна, ужин и вечеринка у огромного бассейна. Дальнейший досуг гости могли планировать сами, для его скрашивания здесь и находились девушки.

- Давайте, не стойте, как деревянные, - Ольга, поправляя прическу, взяла крайнюю девушку, высокую блондинку, за руку и подтолкнула вперед. - Берем бокалы и по очереди подходим за шампанским. Только не напиваться! Эх, девки... Из какого болота вас сюда привезли! И какие люди здесь присутствуют! Мне бы вашу молодость - я бы не терялась.

Девушки послушались и стали подходить к водопаду с шампанским и к закусочному столу, набирая фрукты и маленькие бутерброды. Некоторых из них останавливали мужчины...

Двое солидных гостей, стоя у окна, чокались рюмками с коньяком и вели неспешную беседу, вспоминая предыдущие свои встречи.

- Да, отдых здесь замечательный, - говорил один, невысокий и полноватый, лет пятидесяти. - Где только не был, а именно здесь расслабляюсь душой. И с нужными людьми можно пообщаться, и удовольствие получить.

- Согласен, - ответил его собеседник - помоложе, но не менее важный. - Спасибо хлебосольным хозяевам! Кстати, был я у одного из них в гостях недавно - и встретил не менее теплый прием!

- Ну, Хамарин, ты везде поспел. Насколько я помню, ты с ними очень дружен. Кстати, а сами хозяева сегодня будут?

- Должны. По крайней мере, собирались.

Фуршет длился около часа. Горячительные напитки кружили голову и разжигали аппетит, а легкие закуски лишь дразнили желудок. Вскоре администратор пригласила всех в банкетный зал.

- Дорогие гости нашего клуба, добро пожаловать!

Двое мужчин уже сидели во главе стола и встали, чтобы всех поприветствовать.

- О, какие люди! - Даниил Хамарин подошел к ним и обнял каждого. - Особенно я рад видеть тебя, Рома. С Алексеем мы уже виделись.

Оболмасов и Карякин переглянулись. У первого взгляд был вопрошающим, а второй прятал глаза.

Ужин начался. Вокруг большого стола бесшумно сновали официанты, меняя одно блюдо на другое, подливая напитки в бокалы и убирая грязную посуду.

- Обслуживание на уровне, - протянул мужчина, который казался на фоне остальных молодым - не старше тридати пяти лет. - Меня пригласили впервые, и я доволен. А уж кухня какая!

Прокурор Оболмасов, с улыбкой приняв комплимент, наклонился к Карякину.

- Повара ты снова пригласил из "Подворья"?

- Да. Лучше я пока не нашел. Ольга сказала, что он приедет с помощницей, так что, пришлось заплатить побольше.

- Ничего. Главное, что гости довольны, - Роман Васильевич совсем понизил голос. - Девчонки мне не нравятся. Красивые, конечно, но будто замороженные все! Лучше было бы все-таки делать им укольчики, как раньше.

Карякин нахмурился и опустил руку на его локоть.

- Потом обсудим. Спиртное все равно делает свое дело...

Разгоряченные гости, закончив с ужином, проследовали к бассейну за Ольгой. Многие из них уже обнимали понравившихся девушек - их руки властно лежали на оголенных изящных спинках.

- Четырнадцать девушек и четырнадцать мужчин, - подвел итог Оболмасов, глядя им вслед. - А о нас ты не позаботился!

- Хочешь - оставайся, - развел руками Алексей Сергеевич. - Подберешь за кем-нибудь из наших гостей.

Прокурор, с сожалением вздохнув, прошел за Карякиным. Они спустились в одну из тихих пустующих комнат, где предусмотрительная администратор уже поставила на столик бутылку коньяка и закуски. Комната была обставлена довольно просто на фоне основной роскоши: два мягких кресла, двухспальная кровать, бар и плазменный телевизор. К ней примыкал небольшой санузел.

- Наша комната отдыха, - улыбнулся Карякин. - Честно говоря, я устал сегодня. В следующий раз организацией займешься ты! А то, я смотрю, хватает сил на девчонок.

- Мне всегда хватает, - лицо Оболмасова вспыхнуло озорной мальчишеской улыбкой. Он разлил коньяк. - А ты, все хранишь верность своей Маше?

- В последние годы - да. И, даже если мне чего-то захочется, я просто познакомлюсь с женщиной, но не буду искать здесь.

Каждый задумался о своем, смакуя коньяк.

- Вернусь к нашим девушкам, - прервал молчание прокурор. - Никакого темперамента! Все-таки с лекарством было лучше.

- А ты забыл, как оно действовало на некоторых из них?! - возмутился Карякин. - Нам не нужны проблемы. Мы с тобой итак увязли по горло.

- Да, ты прав. Но, ресурсы наши истекают... Нормальные девчонки достигли неинтересного возраста. А в городе осталось не так много сирот, иногородних студенток и девочек из неблагополучных семей.

- Будем расширять территорию, - Карякин нахмурился, его тоже заботила эта проблема.

Оболмасов встал и заходил по комнате. Он казался взволнованным.

- Это еще не все. Ибрагимова в городе.

Алексей Сергеевич, услышав это, подскочил и расплескал коньяк. Ему не потребовалось вспоминать, кто это - ведь на днях Даниил Хамарин удовлетворял себя с двадцатилетней давности фото этой женщины.

- Ибрагимова Наталья? - прошептал он. - Ты уверен?

- Да. Я встретил ее с дочерью недавно, выручил их - они попали в аварию, но тогда не узнал. Только удивился, что они убежали от меня. Потом пару раз подвозил ее дочь, совершенно случайно. Потом у меня был серьезный разговор с сыном - Сереге стукнуло в голову, что у меня связь с девчонкой. И я все о них узнал...

Оболмасов коротко рассказал историю Натальи.

- И что? Может, ты ошибаешься.

- Нет. Я узнал, где она работает - в том самом ресторане, откуда мы приглашали повара. Проследил за ней - Ибрагимова живет у Николая, своего брата, в частном секторе.

Карякин схватился за голову. Все сказанное привело его в ужас.

- Так, возможно, с поваром в качестве помощницы сюда приехала она?!

- Может быть. Она точно ничего не заподозрила. Наталья приехала, никуда не лезет, ничего не выясняет... Лешка, двадцать лет прошло. Возможно, она забыла...И вообще, не пойман - не вор. Ничего не доказано.

- Такое не забывается, - Алексей Сергеевич опрокинул две рюмки подряд. - Оболмасов, в городе уже двое спасшихся!

- Они будут молчать, - возразил прокурор. - Дело давнее... Обеих мы хорошо запугали.

Мужчины снова замолчали, на сей раз их мысли были похожи. Если в одной из спасшихся они не сомневались, то Наталья внушала опасение. Неизвестно, как сейчас, но в молодости она обладала настырным и взрывным характером, и это принесло им немало хлопот.

- Это в прошлом, - Оболмасов приобнял друга. - Мы никого не тронем, пока они сидят тихо. А дочь Натальи, кстати, встречается с твоим Никиткой.

- Что?! - простонал Карякин. - Черт... Я с ним в ссоре, и он ничего мне не рассказывает.

- А что ты так разволновался? Вика - нормальная девочка. Были между ними какие-то ссоры, но сейчас они помирились. Мне мой сын многое рассказывает, в отличие от твоего. Советую помириться с Никитой. Забудь про старое, живи дальше!

Глава 14

- Как хорошо, - сладко потянулась Вика, не обращая внимание на сползшее одеяло.

Она и Никита лежали на кровати в его комнате. Было уже совсем темно, за окном завывал ветер, а им было тепло и уютно. Никита гладил девушку по волосам и крепко прижимал себе.

- Что именно хорошо? - улыбнулся он.

- Что мы помирились. И то, что сейчас между нами произошло...

- Согласен, - он обнял Вику и положил на себя. - Накройся, а то замерзнешь. Да, сам удивляюсь, каким я был дураком! Не верил тебе, грубил.

Вика отстранилась и нахмурилась. У молодого человека сжалось сердце. Что, если она не простила его? Просто поддалась страсти, а сейчас уйдет? Он так себя вел с ней, что такой поступок был бы вполне понятен.

- Глупый ты, - засмеялась она и поцеловала его в висок. - Ты сам сказал, что не верил этим бредням про меня, однако послушал своего странного Сережу, а не меня. Если пообещаешь, что впредь будешь доверять, то все между нами будет хорошо.

- Серега не странный, - возразил Никита. - Он просто несчастен с детства. Когда-нибудь я тебе расскажу. Обещаю, - он положил ладони ей на лицо и заглянул в глаза. - Я люблю тебя и буду верить. Просто до тебя я был несколько...

- Легкомысленным? - она подмигнула.

- Да, и думал, что все девушки такие же.

Вика встала с кровати и достала из холодильника воду. После того, что между ними было, она ощущала такой жар, что, казалось бы, горела изнутри. Пока она ходила, Никита любовался ее гибкой спортивной фигуркой, прикрытой только нижним бельем.

Сделав большой глоток, она протянула бутылку парню.

- Я легкомысленна, пока мое сердце свободно, - пропела она и прыгнула в кровать. - А теперь оно занято тобой!

Никита с хохотом накинул на нее одеяло.

- Сейчас я тебе покажу, - он защекотал девушку. - Ты провела такую диверсию, а сейчас дразнишь меня!

Вика с безумным хохотом пыталась вырваться.

Они успокоились нескоро и, разгоряченные, упали на кровать без сил.

- Я был очень удивлен, когда зашел в комнату, а ты вылезла из-под кровати, - сказал он. - А уж когда дверь заклинило - вообще ничего не понял.

- Без Макса у меня ничего бы не получилось. Нам нужно было поговорить наедине, - ответила Вика. - А ты был такой, еж колючий... Да и Сергей подливал масла в огонь твоей ревности.

Никита с удивлением посмотрел на нее.

- Макс? А он тут при чем?

- Ну как же, - начала она свой рассказ. - В шесть часов он позвонил Сереже и предложил побоксировать в зале, а сам тем временем провел меня сюда. Сергей ждал его, а я тем временем залезла под кровать. Макс знал время, когда ты должен прийти с работы, подкараулил и запер нас. Вот и все! Мне оставалось только поговорить с тобой.

- Макс тебе сразу поверил, - горько вздохнул Никита. - А я...

- Ничего страшного. Просто он лучше разбирается в женской психологии, в силу обстоятельств, - подметила Вика, имея в виду Софийку.

- Точно. Сестра рассказывает ему почти все.

Они замолчали. В тишине пронзительно запищал телефон Вики.

- Макс пишет, - сказала она. - Они скоро вернутся. Мне пора уходить!

- Жаль, - покачал головой парень. - Если тебя смущает Серега, я не дам тебя в обиду.

- Нет. Просто это ваша комната, и я здесь буду лишняя.

Никита пошел с Викой, чтобы проводить ее. На улице она поцеловала его на прощание.

- Я уеду домой на два дня, с выходными - на четыре, - предупредила она. - Так что, завтра мы уже не увидимся.

- Посреди недели? - удивился Никита. - А что случилось?

Вика задумалась.

- Может, и ничего... Просто, на прошлых выходных я заметила, что мама стала странной. Она грустит, все время думает о чем-то... Возможно, я ошибаюсь, но она или устает, или плохо себя чувствует. В общем, я знаю, что мне сейчас нужно быть рядом с ней.

- Я тебя с удовольствием отвезу, - предложил он. - В гости напрашиваться не буду - пригласишь, когда сама захочешь. Просто доставлю к маме - и все.

Вика взглянула на него... Ее глаза сияли. Крепко обняв молодого человека, она прижалась к его груди.

- Ты замечательный, - прошептала она. - Я с удовольствием воспользуюсь твоим предложением!

* * * * *

Наталья, наслаждаясь утренним кофе, сидела за столом с дочкой и братом. Вика приехала сегодня утром, неожиданно для них. Около дома остановился серебристый "Опель" - они увидели его в окно. Выпорхнувшая из машины Вика, помахав рукой, заспешила в дом.

Хозяева засуетились - обычно они обходились на завтрак обычными бутербродами, а девочку хотелось накормить получше. Наталья зажарила омлет с курицей и грибами, и вскоре кухню заполнил тонкий аппетитный аромат.

Дядя и мать расспрашивали Вику обо всем - учебе, друзьях... Первый вскоре уехал, и она осталась с Натальей наедине. Мать старалась казаться веселой и спокойной, но Вика увидела то, что ее взволновало. Какая-то непонятная тревога в глазах, бледность... Мама похудела и казалась уставшей. У Вики болезненно сжалось серде. Она догадывалась, что Наталье приходится много работать, чтобы она могла спокойно получить образование и при этом не ущемляла себя ни в чем.

- Почему ты не хотела, чтобы я нашла работу? - Вика сжала ладонь матери. - Лекции занимают лишь половину дня. Я могла бы устроиться куда-нибудь, как многие мои друзья!

- Не нужно, - возразила Наталья. - Я просто немного устала. Как будто раньше такого не случалось! Работать тебе не нужно - по крайней мере, первый год учебы. Ты лучше расскажи мне, кто привез тебя сюда?

Вика улыбнулась и покраснела.

- Это Никита, - ответила она. - Он тоже учится на юридическом, на курс старше. Мы встречаемся.

Наталья порадовалась за дочь - это было видно по улыбке, осветившей ее лицо и заставившей загореться глаза. На секунду мать стала прежней.

- И что, хороший молодой человек? - поинтересовалась она. - Подвез тебя... значит, заботится.

- Да, он заботливый! - воскликнула Вика. - И мне с ним так хорошо, спокойно... Мам, мы любим друг друга.

- А из какой он семьи?

Девушка знала о семье Никиты мало. О маме он говорил с теплотой, а вот об отце предпочитал не говорить.

- Я с ними не знакома, Никита не живет с родителями уже давно. Его отец - Алексей Сергеевич Карякин, директор "Ракита". Ну, это спиртзавод, ты наверняка знаешь...

Вика замолчала, увидев лицо матери. Она встрепенулась и побледнела, глаза ее расширились.

- Что такое? Знаешь?

- Да.

- Кого, мам? "Ракит"? Или отца Никиты? - девушка подвинулась к ней и теперь смотрела изучающе.

- И то, и другое, - женщина смогла овладеть собой и вновь была спокойной. - С папой твоего парня мы общались когда-то... давно. Он немного старше, чем я. Город был маленьким, и все друг друга знали.

Смена эмоций на лице матери не понравилась Вике. Она присела перед ней и положила голову ей на колени. Наталья растерялась.

- Ну, что с тобой, милая? Прямо, как в детстве!

- Тебя что-то тревожит. А рассказать ты мне не хочешь!

- Тревожит, рассмеялась Наталья. - Мне надо успеть поспать перед работой, да еще сходить на рынок - в холодильнике пусто. Вот что мне, разорваться?!

- Что ты, мама, - Вика явно была рада помочь. - Ты ложись, отдыхай. Только напиши список, и я сама все куплю!

Когда девушка ушла, Наталья тут же села за компьютер и зашла в социальную сеть со страницы брата - тот включил функцию запоминания пароля, и это можно было спокойно сделать.

Сначала она искала среди друзей Николая, но, к своему удивлению, не обнаружила никого с именем Анна. Пришлось воспользоваться поисковиком, правда, без фамилии это было сложно. В их городе оказалось очень много Анн, зарегистрированных здесь. Девушек от двадцати восьми до тридцати лет, носящих это имя, было гораздо меньше. Оставалось смотреть фото.

На одной из фотографий взгляд Натальи заадержался. Это была она. Повзрослевшая, даже похорошевшая, но она походила на себя - ту, что была на видео десятилетней давности. Анна Лаврова, тридцати лет, была сфотографирована на фоне института, где училась ее собственная дочь!

- На студентку она уже не тянет, разве что, на заочницу, - пробормотала Наталья. - Возможно, она преподает. Впрочем, я любым способом должна с ней встретиться!

В уголке фото Лавровой мелькал синий квадратик - значит, она была онлайн, сидела в сети через телефон. Наталья набралась смелости и написала со страницы Николая:

"Привет. Как твои дела?"

"Жива. Все нормально", - ответ пришел тут же. - "Что тебе нужно?"

Наталья не ожидала такой быстрой реакции и продолжила:

"Мне очень нужно с тобой поговорить".

"О чем, через столько лет? Мы уже все обсуждали".

Женщина задумалась - что ответить? Анна Лаврова не была расположена общаться.

"Это очень важно. Когда тебе удобно?"

Ответ чуть задержался.

"Давай в понедельник. Небольшое кафе на заправке, рядом с автодорожным институтом. Буду ждать к семи вечера".

Наталья, не поверив своей удачи, вышла из сети. Оставалось сделать так, чтобы Лаврова не заподозрила, что встречать ее будет вовсе не Николай. И вообще, одной ей с этим делом не справиться...

Пришлось немного порыться в сумке. В тот вечер, когда она столкнулась с Вадимом Афанасьевым, так разволновалась, что забыла, куда положила его визитку. Карточка нашлась в кошельке.

Вадим ответил сразу.

- Мне очень нужна твоя помощь, - вместо приветствия сказала она. - Ты говорил, что всегда готов помочь...

Глава 15

Сергей проснулся поздно. Он сильно устал за неделю - учеба, работа и внезапно начавшиеся отношения с красивой однокурсницей - все у него складывалось замечательно, и все это время он просто летал. Однако, приехав к родителям на выходные, поддавшись их вниманию и постоянно уплетая еду за обе щеки, он немного расслабился.

В этот раз оба родителя были дома. Они прекрасно общались за семейным ужином в пятницу накануне, когда он только приехал. Мама даже собственноручно запекла мясо, чем вызвала удивление мужа и восторг Сергея. Она по-прежнему была милой, доброй, как в детстве, и готовила не менее вкусно. Интересно, если бы отец не стал бы прокурором, может, в их семье остался мир и покой?

Сергей встал довольно поздно - в одиннадцать часов утра. Он думал, что дома никого уже нет, и прошел в кухню. Сегодня вечером он собирался встречаться с девушкой... Однако, хотелось и с родителями побыть.

Они сидели на кухне. Сергей уже хотел зайти, сделать всем кофе и посидеть за завтраком, когда понял, что выбрал неудачный момент.

Его мать и отец ругались. Это было не ново - они начали ссориться, когда он поступил в колледж. Слово за слово - и поехали, оба были вспыльчивыми и моментально заводились. Но сейчас, хотя они и старались не шуметь, парень услышал в их голосах неподдельную злобу и ненависть, и это напугало его.

- Рома, ты совсем обнаглел, - голос у матери дрожал. - Ты привел эту свою шлюху на праздник, где собрались все первые лица города! Кем ты ее представил? Помощницей?

- Она и есть моя помощница, работает со мной уже год, - отпирался Оболмасов-старший. - Ты со мной ехать не могла, я захватил Катю. Там все были со спутницами. Что здесь такого?

Между ними повисла пауза. Сергей удивился. Обычно отец умело скрывал свои похождения, находя женщин, далеких от их жизни. А тут - на работе?! Наверное, мама ошибается.

- А знаешь, почему я не смогла тебя сопровождать? В тот день я случайно оказалась неподалеку от прокуратуры. Время было обеденное... Я решила зайти к тебе,без предупреждения. Сделать сюрприз. Ты забыл запереть дверь, Рома, пока занимался любовью со своей Катей! А если бы зашла не я, а кто-то другой?

Сережа видел, как менялось лицо отца. На нем мелькала целая гамма чувств - от удивления до досады. Все, попался папка. Одно дело - изменять так, что мать вроде и догадывается, но не быть пойманным. И совсем другое - вот так бездарно попасться в собственном рабочем кабинете!

Роман Васильевич, тяжело дыша, оттянул ворот черной толстовки, в которой он всегда ходил дома.

- Да, я тебе изменяю, - холодно проговорил он. - Ты и раньше об этом знала, и что? По-моему, дорогая, тебе всегда было плевать на меня. Ты давно живешь своей жизнью, Лена. Деньги я даю, сына мы вырастили... С того момента, как он поступил в колледж, мы стали чужими людьми!

Елена Степановна, запустив руку в пышную шевелюру, покачала головой и отвернулась к окну. Сергей видел, как задрожали ее плечи, и у него сжалось сердце.

- Я хочу развестись, - всхлипывая, проговорила она. - Не могу так больше жить. Давай подадим на развод!

Вот оно, твое освобождение, папа - подумал Сережа. Разводись - и гуляй, сколько влезет! Мать сама предложила, довел ты ее. В душе молодого человека распространился такой холод, такое безразличие, что стало страшно. Значит, мама все знала - и терпела...

Отец побледнел и сжал кулаки.

- Нашла время, - презрительно проговорил он. - Ты же все понимаешь. Мне нельзя сейчас разводиться. Карякин баллотируется на выборах городского главы, и я буду в его команде. Подождать не можешь, решила сейчас портить нам жизнь? Я могу развестись с тобой, Лена. Но жизни я тебе не дам. У тебя же с головой не все в порядке! Столько лет сидишь дома, пьешь какие-то таблетки. Ты же не активна социально, как Маша Карякина. Вот уж Лешке с женой повезло! А с тобой разговор будет особый. Устроим принудительную экспертизу в нашей психиатричке... Поверь, диагноз тебе поставят, и на лечение направят. А оно ведь долгое. Признают опасной для окружающих. Знаешь, есть такие комнаты, где стены звуконепроницаемые? В такое место даже Сережу не пустят тебя навестить...

Елена Степановна покраснела, сжала кулаки и кинулась на мужа.

- Сволочь, - бормотала она.- Гуляка, паскуда. Ты преступник, сутенер несчастный!

Оболмасов схватил ее одной рукой, а другую занес.

- Я тебе сейчас так врежу...

Сергей не выдержал. Он кинулся на кухню, оттолкнул отца от матери и загородил ее собой.

- Не смей, папа!

Роман Васильевич сделал шаг назад. Лицо его вмиг приняло спокойное и добродушное выражение.

- Сережа, ты давно проснулся?

- Достаточно давно, чтобы услышать ваш разговор, - парень усадил маму на кожаный диванчик. Женщина казалась ослабевшей, она молчала. - Прекрати над ней издеваться. Папа, ты и раньше бил ее? Вот откуда те синяки, а не от очередного столкновения с чужой машиной?

Оболмасов растерялся. Очевидно, не ожидал он участия сына в их конфликте.

- Сергей, ты взрослый парень, - начал рассуждать он, приобняв молодого человека. - Пойми меня. Твоя мать много лет сидит дома, она сходит с ума, и меня доводит!

- Это - не повод бить жену, - Сережа обнял Елену Степановну. - Ваши разборки - ваше дело. Я долго не лез, но сейчас обязан вмешаться.

Прокурору эти слова не понравились. Лицо его покраснело, руки сжались в кулаки.

- А ну вас всех! - заорал он. - Оставлю без денег, засажу, уничтожу! Сережа, оставь мать в покое, пока не поздно!

С этими словами он вылетел из квартиры, прихватив связку ключей. Сергей увидел в окно, как отец отгоняет машину со стоянки.

Мама тем временем тихо плакала. Он подошел к ней и обнял - крепко и нежно.

- Ничего он не сделает, - прошептал Сергей. - Хочешь, мы уедем в Псков, к бабушке? Я буду работать. Конечно, на роскошь не хватит, но - проживем...

Елена Степановна вытерла слезы и с восхищением посмотрела на сына.

- Не надо, милый. Ты должен выучиться! Я потерплю твоего папу. Ведь столько лет молчала, а сейчас прорвало... Это просто семейные разборки. Жаль, что ты оказался свидетелем!

Сергей достал из шкафчика валерьянку, накапал в стопку.

- Выпей, мам. Объясни мне: пока вы ругались, ты называла его сволочью, гулякой и паскудой. Это понятно. Но почему - преступником и сутенером?

Женщина вздрогнула, словно от удара, и спрятала лицо.

- Не обращай внимания, Сережа. Чего не скажешь в пылу ссоры!

* * * * *

- Мы успеем. Давай... Я больше не могу. Хочу тебя, - Никита прижал ее к себе, обжигая голую спину своими горячими ладонями.

- А если Софийка выйдет? - смеясь, вырывалась Вика. - Откроет дверь, а тут такое!

Никита, опрокинув ее на сидение, уже снимал джинсы. Вика не могла больше терпеть. Дожила - решили подвезти и подождать подругу, а сами не продержались и десяти минут! Ее отношения с Никитой были одновременно романтичными и страстными. Утром он забегал в общежитие, принося купленные в кафе бутерброды, а вечером вызывал ее спуститься и посидеть в машине. Вика заметила, что ботинки парня поизносились, а новых он не купил - зато у нее появилось недешевое платье, подчеркивающее фигуру. Он, сын богатого папы, давно уже пошел на принцип и не просил у отца денег, пользовался только небольшой периодической помощью мамы и зарабатывал сам, велики ли заработки у студента-очника? Вот и получалось: либо Вике платье, либо себе обувь. Отношение Никиты ей нравилось - оно было и грубым, и рыцарским одновременно. Это сносило ей голову.

Сегодня они собирались на городские соревнования по боксу, в которых участвовал Макс. Денежный приз был весьма достойным... Они собирались его поддержать всей компанией, но Сережа предупредил, что у него проблемы с мамой, и он подъедет сам, а Софийке неожиданно позвонил отец. Они подвезли ее и теперь ждали, чтобы ехать дальше - в городской Дворец спорта.

- Ну и ладно, - ответил Никита, стягивая с Вики черный кружевной лифчик. - Софийка уже взрослая. Переживет...

Позже они лежали, обнявшись, на заднем сиденье. Никита, часто дыша, целовал тело Вики - от кончиков пальцев ног до шеи.

- Я люблю тебя, - шептал он. - На все готов ради тебя. Как так получается: раньше я или хотел девушку, или уважал. А с тобой - все сразу?

- Это любовь, - сказала Вика, обяв его за шею. Она откинула голову и подставила шею его поцелуям. - Я тоже люблю тебя.

- Что делать? - Никита развел руками. - Я хочу всегда быть с тобой. Я хочу жениться...

- Подожди, - возразила Вика. Сегодня он пришел к ней в комнату с бутылкой красного вина, половину которой она и выпила; сам Никита не пил, так как был за рулем, однако, почему-то глупо улыбался и нес бред, будто сам был пьян. - Такие дела в машине после секса не решаются!

Софийка выскочила из подъезда, когда они уже совсем расслабились. Она несколько раз постучала в окно машины.

- Что ты долбишься? - протянул Никита, натягивая джинсы. - Ой... А куда это ты собралась?

Она стояла рядом с машиной, одетая в джинсы и дутую красную куртку. В руках Софийки был большой чемодан на колесах. Сама она казалась бледной и взволнованной...

- Мне нужно уехать, - у Софийки дрожал голос. - Куда и зачем - не спрашивайте, потом расскажу. Довезете до вокзала?

Никита оживился. Он вышел из машины и помог Софийке уложить чемодан.

- Софийка! - заговорил он. - Что сказать Максу?

Девушка задумалась.

- Можете сказать, что я уехала по папиному поручению...

На вокзале было много народу - люди уезжали на выходные в окрестные поселки и деревни. Автобус, едущий до Москвы, был полупустым - как правило, пассажиры устремлялись в столицу в воскресенье вечером и с утра в понедельник. Никита удивился, заметив, что автобус оказался новым,двухэтажным и вполне комфортабельным.

- Видела бы ты, какие раньше были гробы на колесах, - прошептал он на ухо Вике.

Из здания вокзала вышла Софийка, в руках она держала купленный билет. Никита подхватил ее вещи.

- Вовремя успели! Выезжаю через десять минут, - отметила она.

Никита и Вика дождались отправления автобуса, помахали вслед подруге.

- Так все странно... - проговорила Вика.

- Не думаю. Какие-то семейные разборки, ничего особенного. У Салаевых есть родня в Москве и еще где-то. Мало ли, что там случилось!

Они сели в машину и хотели ехать прямиком во Дворец спорта, но Никита увидел на телефоне сообщение от Сергея...

- Нужно за ним заехать. Да, Макс расстроится, что сестренка не смогла приехать!

Глава 16

Поздним вечером в понедельник прокурор Оболмасов и Алексей Карякин встретились в загородном клубе. Их целью сегодня был не отдых и развлечения... Мужчины подсчитывали деньги, полученные за последнее мероприятие.

Они сидели в большом светлом кабинете, расположенном на третьем этаже. Оболмасов работал за компьютером в бухгалтерской прогрмме, а Карякин общался по телефону.

- Понравилась? - с усмешкой спросил он. - Я же тебе говорил, у нас отличные девочки... Что? Привезти к тебе? Вообще-то обычно мы так не делаем, но для тебя можно сделать исключение. Я обговорю это с Романом Васильевичем... Что? А, рыженькая кудрявая - это Алиса. И ее тоже? Ладно...

- Клиент доволен? - оторвался от компьютера Оболмасов.

- Очень, и хочет заказать двух наших девушек к себе домой, - улыбнулся Алексей Сергеевич. - А ты говорил, не те девчонки, нет темперамента...

- Я был неправ, - признал прокурор. - В этот раз наши господа гости внесли немалую сумму...

Формально, никаких денег гости не должны были платить. Как всегда говорил Карякин - у нас развлекательный клуб, а не бордель, и наши девушки - сотрудницы, а не продажные женщины. Однако существовало негласное правило: гость, если оставался доволен, делал клубу "подарок". Недовольных не было, и "подарки" регулярно поступали в виде внушительных сумм. Так что, содержание дома, дорогая еда и напитки, а также зарплаты охране и прочему персоналу - все это покрывалось с лихвой, а хозяева клуба получали немалую выгоду.

- Если честно, мне самому одна приглянулась, - признался Роман Васильевич.

Карякин даже подскочил.

- Ты что, Рома? Забыл, чем это заканчивалось?

- Да знаю я. И, конечно, могу себя сдержать. Просто настроение гадкое... С Ленкой серьезно поссорился, она разводиться собралась. Сын на ее стороне.

- Разводиться? - приподнял бровь Карякин. - Ты же знаешь, это сейчас нам совсем ни к чему - скоро ведь выборы, а ты входишь в мою команду. Мы с тобой на виду, и должны иметь отличную репутацию. Если Лена будет настаивать, можно отправить ее... подлечиться. Я знаю отличный санаторий для людей с заболеваниями нервов. Отличное питание, отдых, охрана, а вокруг - лес.

Оболмасов, вздохнув, согласился.

- Я воспользуюсь твоим предложением, если она будет упрямиться. Только как Сереже это все объяснить?!

- Разберемся! - Алексей Сергеевич похлопал его по плечу. - Ну, Ромка, что ты закис? Все будет хорошо. Победа на выборах почти у нас в руках. Будь поласковей с Леной. Если хочешь снять стресс - встреться с кем-нибудь. У тебя в приемной, кстати, сидит шикарная Катюха.

Мужчины поговорили еще о делах, когда Оболмасов вспомнил кое-что.

- Леха, я приставил к Ибрагимовой одного человека... Он будет следить за ней. Если она не будет ничего предпринимать - пусть живет. Если же начнет выяснять - мы ее припугнем.

- Ох, и далась тебе эта Ибрагимова! - с удивлением воскликнул Карякин. - Живет себе тетка, работает, дочери помогает... Думаешь, оно ей надо? Это все уже быльем поросло!

- Не знаю... Мне знаком ее характер. Поверь, Наталья может принести немало проблем. Вообще, этих спасшихся нужно было убить!

Карякин сжал руку прокурора и глянул исподлобья.

- А вот этого не надо, - сквозь зубы проговорил он. - Мы никого не убиваем. Да, две дамочки от нас улизнули. И что? Одна уже, наверное, все забыла... А вторая - несчастная и запуганная. Так что, все у нас в порядке.

* * * *

Вика сидела в небольшом кафе напротив института, наслаждаясь горячим кофе и вкусным пирожком с мясом. Как приятно было зайти сюда вечером и перекусить! Здесь можно было полакомиться свежей ароматной выпечкой, и за совсем дешевую цену. Отъезд Софийки расслабил девушку: раньше она хоть что-то готовила, потому что не могла видеть, как подруга питается одними сладостями. Стряпня вовсе не являлась ее козырем... А теперь, в одиночестве, Вике не кого было радовать своими кулинарными талантами.

То есть, как это - некого? Вика застыдилась, вспомнив про Никиту. Приедет он после работы, голодный и уставший. Никто его не накормит. Сергей питается одними бутербродами, разве что Макс иногда сварит кашу с куском мяса. А вот если набрать ему этих пирожков, с разными начинками, да заявиться к нему в комнату? Конечно, Никита будет рад!

В институте они виделись только утром. У молодого человека были лекции до четырех часов, потом он поспешил на работу. Вика же осталась и просидела в библиотеке до вечера - она уже готовилась к первой своей сессии. Конечно, учить можно было и в своей комнате, но обстановка библиотеки дисциплинировала, и там не на что было отвлекаться. Проголодавшись от усиленного мозгового штурма, девушка взяла себе еще один пирожок.

- Дайте, пожалуйста, по два с мясом, картошкой и капустой, - попросила она и расплатилась. Никита должен был приехать через пару часов... У нее еще было время заскочить в комнату и переодеться.

На улице, прижимая к себе ароматный теплый пакет, Вика с удивлением заметила неподалеку от кафе машину дяди Николая.

- Интересно, что он здесь забыл? Неужели, ко мне приехал? - удивилась Вика и спряталась за угол. Ей хотелось застать дядю врасплох.

Дверь машины открылась, и на улицу вышел вовсе не Николай, а ее мать и какой-то незнакомый мужчина. Они закурили и стали тихо что-то обсуждать.

- Нет, это нормально? Мама раскатывает на дядиной машине с каким-то мужиком. Я же чувствовала - что-то происходит. Но она ничего не объясняет!

Докурив, Наталья и незнакомец сели в машину. Они никуда не уезжали, будто ждали кого-то...

Через несколько минут рядом с кафе появилась Анна Романовна Лаврова. Преподавательница, ежась от холода, приподняла воротник черного пальто и уставилась на машину, потом подошла ближе. Стекло окна немного опустилось.

- Что, так и будем стоять? - спросила она. - Может, выйдешь ко мне?

Дальше все происходило быстро, словно на перемотке в кино. Дверь распахнулась. Лаврова испуганно вздохнула и попыталась уйти, но крепкая мужская рука схватила ее и запихнула в машину. Народу рядом с кафе не было, так что, никто, кроме Вики, этого не видел.

Машина уехала, увозя перепуганную молодую женщину, а Вика осталась стоять на улице, растерянно прижимая к себе пакет с остывшими пирожками.

- Они что, похитили ее? - испуганно прошептала она. - Во что ввязалась мама? Какой кошмар...

Девушка заметила, что кафе уже закрывают. Это значило, что сейчас десять часов вечера. Общежитие закрывалось в одиннадцать, но сегодняшняя дежурная была особенно противной и запирала дверь на полчаса раньше. Учитывая, что до общежития нужно еще дойти, Вика имела все шансы заночевать на улице.

Глава 17

Сергей поставил машину на стоянке и достал сигареты. Время было уже позднее, пришлось задержаться на работе - его непосредственный начальник, инженер, наконец, перестал использовать его как курьера, а стал учить планированию работ по проектам. Это было нелегко, у парня никак не получалось совместить в голове полученные в институте знания и практику, но инженер заверял его, что все так начинали - и ничего, справлялись.

Он чувствовал сильный голод и усталость. Интересно, есть ли у ребят какая-нибудь еда? О том, как попасть в запертое общежитие, Сергей не думал. Комната парней находилась на первом этаже. Если кто-то из них не возвращался до закрытия (а такое частенько случалось), они просто оставляли приоткрытым окно, даже зимой. Оставалось подтянуться на руках - и все.

Уже собираясь все это проделать, Сергей заметил странное движение возле женского корпуса. Около входа сновала туда-сюда девушка.

- Коллега по несчастью, - усмехнулся он и пригляделся. Это была Вика Старкова в своей приметной розовой курточке. Несмотря на то, что у отца все-таки не было с ней связи, Сергей девчонку невзлюбил. Почему? Хотя бы за то, что она задурила мозги его друзьям. Никита влюбился по уши, а Макс называет ее своим лучшим другом. Да и вообще, было в ней что-то противное, хотя большинству его приятелей Вика очень нравилась... Нахмурившись, Сергей тихо подошел сзади.

- Загуляла? - его голос напугал девушку так, что она вскрикнула. - Не бойся, свои.

- Вот только тебя мне и не хватало, Оболмасов, - возмутилась она. - И без тебя проблем хватает, и ты тут же со своими приколами!

- А Никитка знает, что ты гуляешь одна так поздно? Или не одна, а с каким-нибудь солидным мужчиной?

Вика встала напротив него, уперев руки в бока. Ее лицо выражало гнев и обиду.

- Зачем ты говоришь про меня гадости? Что я тебе сделала? Ты же выяснил про меня все. О каком мужчине ты сейчас говоришь?

- Ну, не знаю, - насмешливо протянул он. - У тебя же умер отец. Может, ты подсознательно ищешь папочку?

Даже в темноте было видно, как она покраснела. Вика налетела на него и толкнула так сильно, что он чуть было не свалился в ноябрьскую грязь, смешанную со снегом.

- Ты идиот, - крикнула она, молотя кулачками по его груди. - Что бы ты понимал, сынок прокурорский?

Сергей понял, что перегнул палку. Он с удивлением заметил слезы, блеснувшие в глазах девушки. Схватив ее за локти одной рукой, другой он прижал ее к себе.

- Вика, успокойся, - понизив голос, заговорил он. - Ну, прости меня. Да, я идиот. Несу все подряд. Я не хотел тебя обидеть. И, тем более, затронуть память о твоем папе. Пожалуйста, прости! Я сделаю все, что ты скажешь...

Она замерла в его объятиях. Даже через куртку Сергей чувствовал, как вздымается ее грудь.

- Все, что скажу? Тогда помоги мне попасть в общежитие!

Сергей покачал головой.

- Дай подумать. Если бы ты жила на втором этаже, я бы как-нибудь поднял тебя. Но ваша с Софийкой комната на третьем...

- Ты обещал, - надулась девушка.

- Я не спорю. Так... Шпильки, заколки, швейные иглы у тебя есть?

Вика сняла шапку, распустила прическу и подала ему длинную тонкую шпильку. Ее волосы блестящим черным водопадом рассыпались по плечам. Сергей судорожно вздохнул. Он сразу признал, что внешне Вика ему нравится. А сейчас она казалась особенно красивой...

- Подойдет, - он взял шпильку. - С другой стороны здания есть черный ход. Нам туда...

Сергей думал, что быстро справится, однако деревянная дверь никак не хотела открываться. Несмотря на холод, он взмок от десятиминутных усилий.

- Устал? - спросила Вика.

- Да, - Сергей вытер лоб. - И голоден, как зверь.

- У меня пирожки есть. Правда, уже холодные...

- Давай! - обрадовался парень.

Он быстро съел четыре пирожка и отдал оставшиеся два Вике. Девушка ела, не замечая, что уже дрожит от холода.

- Ты замерзла? - он тут же снял куртку и накинул ей на плечи. - Ничего, скоро в своей комнате согреешься! Я-то уже спарился.

Вика была удивлена. Оболмасов, сухой и надменный, типичный мажор, выручает ее, и даже отдал свою куртку! Возможно, она в нем ошибалась... Он ведь тоже был о ней невысокого мнения, и не скрывал этого.

- Где ты купила эти пирожки? - спросил он, доставая из кармана сигареты. - Очень вкусные!

- Рядом с институтом, в кафе, - ответила она. - Пошла туда поесть, и случайно увидела маму. Кажется, моя мать сходит с ума... Связалась с каким-то мужиком, и вообще, странно себя ведет!

- Не переживай, у меня оба сумасшедшие, - он отряхнул снег с ее плеча. - Вроде родители - взрослые люди, а иногда хуже детей!

Парень вскочил на ноги и продолжил свои попытки открыть дверь. Еще десять минут - и замок поддался.

- Прошу, принцесса! - он распахнул дверь и сделал приглашающий жест. - Все, я тебя оставляю. Спать хочу - сил нет!

Вика неожиданно для себя обняла Сергея и поцеловала его в щеку.

- Спасибо, - прошептала она. - Если бы ни ты, ночевала бы я под дверью!

С этими словами девушка скрылась в коридоре. А Сергей еще стоял в недоумении, трогая то место, где ее губы оставили поцелуй. Щека горела, и по его телу пробежала дрожь. Он пошел к своему общежитию будто в полусне, совершенно забыв про куртку, которая осталась у Вики...

Глава 18

Машина остановилась на окраине города, рядом с полуразрушенным домом. Ближайший микрорайон располагался в пяти километрах отсюда, вокруг не было ни души.

Вадим вышел, вытащил бесчуственную Лаврову, подхватил ее на руки и переложил на заднее сидение.

- Она не пришла в себя, пока мы ехали, - с тревогой проговорил он. - Наташа, дай мне аптечку - она рядом с бардачком...

Мужчина рылся в аптечке и никак не мог найти нашатырь. Наталья, перебравшись на заднее сидение, брызгала преподавательнице в лицо водой из бутылки. Бесполезно - та была очень бледной и не приходила в себя.

- Во что ты меня втянула? - возмущался Вадим.- Что, вообще, ты творишь, Наталья? Напоила своего брата до бессознательного состояния, угнала его машину, и мы с тобой похитили эту бедолагу. А если у нее сердце слабое?

Наконец, он нашел нашатырь и поднес к лицу Лавровой колпачок от пузырька. Анна открыла глаза и, увидев Вадима, закричала.

- Тихо, - он мягко прикрыл ей рот. - Я не сделаю вам ничего плохого. Просто вот эта милая дама, - он указал на Наталью, - очень хотела с вами поговорить. Мы не нашли другого способа!

Наталья протянула молодой женщине бутылку. Та выпила воды и явно почувствовала себя лучше. Она села и поправила волосы.

- Хоть вы и действовали бандитскими методами, я готова поговорить.

Наталья задумалась. С чего бы начать?

- Откуда вы знаете Николая Володарского? - спросила она. - Я - его двоюродная сестра, Наталья Старкова.

- Да, он как-то говорил про вас, - вспомнила Анна. - Мы познакомились десять лет назад. Я тогда развелась, а Коля был женат. У нас была связь... он помогал мне решать кое-какие проблемы, очень хорошо относился. Правда, мы расстались, и с тех пор лишь изредка видимся в городе. Поэтому, я была удивлена, когда получила от него сообщение. Так это вы писали мне в соцсети?

Наталья кивнула. Вадим тем временем достал из сумки маленький ноутбук и вставил в него флешку. На нее были скинуты фото и видео с дискеты Николая.

- Анна, посмотрите видео. Для меня это очень важно! - проговорила Наталья.

После просмотра женщина заметила слезы на щеках Лавровой. Ее трясло, как в лихорадке.

- Зачем вам все это? - спрашивала она. - Я так хотела забыть... У меня почти получилось. Я не могла жить спокойно, эти воспоминания душили меня. Я боюсь мужчин - всю жизнь. Тех, кого к себе подпустила, можно по пальцам одной руки посчитать. Сплю плохо. Оставьте меня в покое!

Наталья протянула руки, и Лаврова, дрожа от рыданий, упала ей на грудь.

- Дорогая моя, - гладя преподавательницу по волосам, говорила она. - Неужели то, что вы увидели в детстве, произвело на вас такое впечатление?

- Да. Я панически боюсь мужчин. Мое замужество в девятнадцать лет ничем хорошим не кончилось, мы развелись через три месяца...

- Удивительно, - пожала плечами Наталья. - Анечка, я и есть та девушка, которую изнасиловали на берегу речки на ваших, тогда еще детских, глазах. Я в свое время предпочла об этом забыть, но нашла у Коли это видео и решила выяснить, кто это сделал со мной. Их было трое, и одного я подозреваю, почти уверена. Поэтому я и связалась с вами. Но я, после этого ужаса, смогла полюбить, выйти замуж и родить дочь, ей скоро исполнится восемнадцать. У вас, конечно, была детская травма... Но, неужели так тяжело все это забыть?

Вадим откашлялся.

- Наташа, у всех разная психика. Анна - ранимая девушка. А таких сильных, как ты, вообще мало...

Лаврова вспыхнула, ее глаза засверкали.

- А я почти забыла, к восемнадцати годам, и даже начала встречаться со своим бывшим мужем! Мне с ним было хорошо, он стал моим первым мужчиной. Но потом, незадолго до свадьбы, случилось страшное...

- Что именно? - поинтересовался Вадим.

- А вот вам лучше выйти из машины, - возразила она. - Я не могу рассказывать об этом в присутствии мужчины.

Пожав плечами, Вадим вышел. А Анна, набравшись мужества, начала свой рассказ.

Родители умерли накануне моего восемнадцатилетия. Они поехали в Москву по делам, и в центре города их сбил пьяный лихач. Я осталась совсем одна, жила в пустой квартире. На душе было пусто, но горевать-то некогда. Приходилось одновременно учиться и работать. А чуть позже я встретила Григория, мы начали встречаться. Он помог мне окончательно прийти в себя. Я была влюблена...

У нас было свое, тайное место - в лесу, около большого камня. Вы наверняка знаете. Там мы часто встречались. Я не приводила Гришу домой - боялась, что соседи будут говорить про нас гадости. Почему-то тогда меня очень волновало общественное мнение. Именно на том месте у нас был первый секс, после чего Гриша сделал мне предложение, и мы подали заявление в ЗАГс. Все было прекрасно.

Однажды в августе Грише пришлось уехать по работе в соседний город. Он точно не знал, когда вернется, и по возвращению обещал сюрприз. И вот, в субботу я обнаруживаю у себя под дверью записку: я приехал, приходи на наше место к десяти часам вечера. Записка была напечатана на машинке. Меня смутило позднее время свидания, однако, я была уверена: Гриша будет где-то рядом, а значит, со мной ничего не случится!

Когда я пришла, уже темнело. Ждала десять минут, двадцать... Он не приходил. Мобильники были тогда далеко не у всех в городе, поэтому созвониться мы не могли. Я устала и решила идти домой. И тут из-за камня вышел мужчина... Я даже не поняла, откуда он взялся. Схватил меня. Лицо его было закрыто черным чулком, как у грабителя в банке. Вообще, все происходящее напоминало дешевый фильм, пока не появилось еще двое.

Повторялся кошмар моего детства, только теперь главной героиней вместо вас, Наталья, была я сама. Они насиловали меня по очереди - холодно, будто механически, по нескольку раз, при этом говоря, что я хороша, и клиентам понравлюсь. Почти потеряв сознание, я умудрилась стянуть с одного из них чулок.

Потом они начали говорить, что отлично провели время, и меня нужно увозить. Я отупела и отчаялась от боли. Да и что я могла сделать с тремя здоровыми мужиками?

Спасло меня появление веселой компании дачников, которые приехали в лес на ночь глядя выпить и пожарить шашлыки. Эти уроды забыли обо мне и убежали. Они приехали на машине - я слышала, как ее заводили. Ну, а я собрала свои вещи и, подождав, с трудом дошла до дома. Меня никто не увидел.

Как мне было плохо - словами не передать. Я подозревала Гришу... Возможно, он решил показать свою крутость друзьям, воспользовавшись мною. Но выяснилось, что он уехал из гостиницы в соседнем городе только через два дня, да и не был он способен на такое!

Я хотела заявить в милицию, хотя мне было ужасно стыдно и страшно. А через некоторое время мне позвонили на домашний телефон. Незнакомый мужчина сообщил, что извиняется, и все произошедшее было ошибкой. И потребовал, чтобы я молчала - иначе, по его словам, будет очень плохо и мне, и Грише. Словно в подтверждение его слов, мой жених попал в аварию на шоссе - тот, кто в него врезался, скрылся с места происшествия. Гриша, к счастью, не пострадал, но намек я поняла. Пришлось молчать. Вскоре мы поженились, но наш брак не задался. Мы продержались три месяца, хотя мне хотелось сбежать на следующий день. Я только радовалась про себя, что не забеременела - от мужа или от насильников.

Вскоре после развода я познакомилась с Николаем. Почему-то он не вызвал во мне отвращения, как другие мужчины. Мы стали тайно встречаться. Он понял, что у меня произошла беда, и разглядел мои проблемы с психикой. Николай принял во мне участие, даже возил в Москву в медицинский центр к гипнотизеру. В общем, он все узнал. Мне стало легче, а потом он познакомился с другой женщиной... Коля постоянно изменял жене. Мы расстались, и я была ему все благодарна.

Вот так... После него у меня не было мужчин, я их избегаю. И, кажется, я начала забывать...

- Зря, - отметила Наталья. Она явно была под впечатлением от рассказа Лавровой.- Я не забыла, тебе тем более нельзя. Твоя история - почти копия моей. И у меня был жених, я тоже его подозревала. Скажи, тот, чье лицо тебе удалось увидеть...

- Могу сказать, что уже несколько лет этот человек занимает должность городского прокурора, - равнодушно проговорила Анна. - Они меня запугали... Да и доказать что-то было сложно. Так что, все они, наверное, затерялись среди первых лиц города. А я живу себе тихонько, чего и вам советую. Здесь они - главные, а у вас дочь. Мало ли что?

В тишине они доехали до дома, где жила Анна. Она вылезла из машины и, ссутулившись, пошла к подъезду.

- Я не прощаюсь, - крикнула ей вслед Наталья. - Я буду во всем разбираться. Поверь, и на них можно найти управу!

Лаврова обернулась, печально покачала головой и вошла в дом.

- Ну, мне-то ты расскажешь? - спросил Вадим, который не слышал рассказа Анны. - Я же оказался невольным участником твоего плана.

- Расскажу, - кивнула Наталья. Вадим свернул на шоссе - нужно было отвезти ее домой. - Похоже, дальше мне без тебя не обойтись!

Глава 19

Как же тяжело было вставать, когда за окном темно, воет ветер и стена снегопада не дает увидеть улицу! Однако, Никите и Максу было просто необходимо проснуться вовремя - сегодня юристам-второкурсникам предстоял зачет по гражданскому праву.

Сергей проснулся на пять минут раньше, чем зазвенел будильник на телефоне Никиты. Он чувствовал жуткий холод. Неужели его друзья устроили ночное проветривание комнаты в такую погоду?

- Ребята, закройте окно, - попросил он и не узнал свой голос, ставший тихим и хриплым. Когда он заговорил, почувствовал, как саднит горло. - Вы что здесь морозилку устроили?

Никита включил свет. Сонные и озадаченные, друзья смотрели на него, сидя на своих кроватях.

- Ты чего, Серега? - удивился Никита. - Как только ты влез в окно, я закрыл его и включил обогреватель.

Действительно, черный маленький аппарат был включен, и ребята не казались замерзшими.

- Не пойму, - Сергей закутался в одеяло. Я так замерз... И все тело болит, будто меня вчера били.

Макс встал с кровати и подошел к нему.

- Ты бледный, как смерть, - проговорил он и потрогал его лоб. - Ого, какой горячий! Сережа, ты заболел. Первый раз с момента нашего знакомства, кстати. У тебя температура, вот тебе и холод, и ломота в теле.

Никита тоже встал. Сергей смотрел на них... Ребята расплывались в его глазах, впрочем, как и вся комната. Голова вообще готова была лопнуть. Он болел редко - примерно раз в два года, но так, что легче было помереть. Последний раз это случилось перед поступлением в институт. Что же, каждая вторая осень - и он валился с жестокой простудой. А еще вчера он, взмокший, отдал Вике свою куртку. Правда, за последующие ощущения от простого поцелуя в щечку он готов был помереть - не то что заболеть. Парень никак не мог справиться с собственным телом - его так колотило, что стучали зубы. Было так холодно, будто он сидел голым на морозе.

- Так, - протянул Никита и достал из шкафа свою шерстяную кофту. Он с трудом укутал в нее дрожащего Сергея. - Что у нас есть из лекарств?

Макс залил воду в электрический чайник и начал шарить по полкам.

- Я нашел малиновое варенье и аспирин, - ответил он. - Сейчас напоим тебя чаем с вареньем.

После чая Сергей немного согрелся, проглотив две таблетки аспирина. Макс продолжал рыться в шкафу.

- Никак не найду градусник, - посетовал он. - Серега, тебе реально плохо, это видно. Давай я врача вызову!

- Нет, - возразил парень. - Ребята, все будет нормально! В первый день болезни мне всегда плохо. Терпеть не могу медицину.

Никита подхватил чашку с чаем. Сергей был таким слабым, что чуть не выронил ее.

- Я могу остаться, посидеть с тобой, - предложил он. - Нельзя тебя сейчас одного оставлять!

- Если хочешь, я с тобой побуду, - тут же предложил Макс.

Они оба смотрели на него с тревогой. Сергей был бы рад видеть кого-то рядом, но он знал, что у ребят зачет, а преподаватель по гражданскому праву не любил даже опозданий, не то, что пропусков.

- Господа будущие юристы, прокуроры и адвокаты, - с трудом проговорил он. - Пошли на выход! Я не так плох, как кажется. Идите на свой зачет.

Друзья, переглянувшись, стали одеваться.

- Я постараюсь пораньше уйти с работы, - пообещал Никита. - Если что, звони!

- А я смогу прийти в шесть вечера, у меня сегодня дети тренируются, - сообщил Макс. Он положил на полочку рядом с кроватью Сергея аспирин. - Держись. Это должно помочь!

* * * *

Вика с утра летала, будто на крыльях. Ей хотелось петь. Она не понимала причины своих ощущений, но наслаждалась.

- Доброе утро! - поприветствовала она себя, встав с постели.В зеркале девушка увидела сияющие глаза, цветущее лицо и широко улыбнулась сама себе.

Тут же она вспомнила... Сергей Оболмасов вчера просил у нее прощения. Он открывал ей дверь в общежитие, отдал свою куртку и вообще, обращался очень хорошо, вопреки своим прежним словам свозь зубы и подозрениям. Неужели, она самоутвердилась, когда он почувствовал себя виноватым?

Нет. К своему удивлению, она поняла, что ей так хорошо от вчерашней близости его тела, от его сильных рук и добрых слов. Но - какое это имеет значение, если она любит Никиту? Да, Оболмасов был очень симпатичным. Если с Никитой ей было просто спокойно и хорошо, то рядом с Сергеем она чувствовала себя, как на американских горках. То гладко, то неровно. И, при этом, вчера она долго не могла уснуть от сладостно-тянущего ощущения в низу живота.

Вика заметила висящую на стуле большую черную куртку. Надо же, она не отдала ее Сергею! А он так и пошел к себе в одном свитере... Идти, правда, нужно было минут пять, но он вспотел, а на улице было холодно.

- А если он заболел из-за меня, - спохватилась Вика. - В любом случае, куртку нужно вернуть!

Девушка решила зайти к нему сразу после занятий. Вряд ли кто-то из ребят был бы в комнате - после лекций они спешили на работу. Вика специально одела мешковатые джинсы и клетчатую рубашку: если ее кто-то увидит, пусть не думают, что она прихорашивалась перед парнями. Куртку Сергея она упаковала в большой пакет.

Две пары пролетели быстро. После них Вика, слегка подкрасив губы, направилась в мужское общежитие.

- Пусть не думает, что я пришла к нему, - бормотала девушка, не замечая, как зарумянилось ее лицо, и как вздымается грудь. - Я отдам куртку - и все!

К ее удивлению, комната ребят не была заперта. Она вошла и увидела Сергея... Он, весь белый, пытался натянуть джинсы. Парня шатало так, что он прислонялся к стене.

- Привет, - прохрипел он. - Ты чего пришла? А, куртку принесла?

С этими словами он начал сползать по стенке вниз. Вика испугалась, обхватила его за талию и довела до кровати. Даже через толстую кофту она чувствовала, какой он горячий.

- Ты болен? - спросила Вика. - И куда собрался?

Сергей лег. Из его груди вырвался тихий стон.

- На работу. Учебу я пропустил, но не могу пропустить рабочий день.

Вика, приложив руку к его лбу, возмутилась.

- А ну, звони на работу. Что, там совсем звери сидят?!

Сергей набрал номер инженера и начал объяснять. Тот, к его удивлению, все понял.

- Парень, да я слышу, как у тебя зубы стучат. Лежи и выздоравливай! Три дня мы закроем, а потом больничный, уж извини...

Тем временем Вика убежала. Вернулась она с большим пакетом через двадцать минут.

- Я все купила, - объявила она. - Молоко, мед, уксус, лекарства... В первую очередь - аспирин.

- Вика, аспирин есть, - с трудом проскрипел Сергей. - Вот, у меня на полке.

Вика взяла пачку, прочитала то, что на ней написано, и засмеялась.

- Это нужно было выкинуть пару месяцев назад! - воскликнула она. - Сережа, он просрочен и ничем тебе не поможет.

Сергей, почувствовав сильный жар во всем теле, застонал и отвернулся к стене.

- Совсем плохо? - Вика села на его кровать. - Что я могу сделать?

- Обними меня, - Сергей вжался в стену. - Мне это нужно...

Вика, послушавшись, обняла разгоряченное мощное тело парня. Сергей впал в забытье, а она тем временем сделала ему компрессы из воды, разбавленной уксусом. Так мама лечила ее саму.

- Ты мне очень нравишься, - бормотал Сергей. Он метался по кровати. - Я люблю тебя, Вика. Я так гадко себя вел, потому что тебе понравился Никита. Ревность...

Вика, не веря своим ушам, поднесла к его губам чашку молока, разведенного с медом.

- Ты бредишь, - недоверчиво ответила она. - Сережа, ты не в себе!

Она отправилась на кухню и за час сварила лечебный суп из курицы с лапшой. Войдя в комнату, девушка чуть не выронила кастрюлю.

- Роман Васильевич, вы приехали! - изумилась она. Прокурор подхватил из ее рук кастрюлю, не обращая внимания на суп, выплеснувшийся на дорогой костюм.

- Вика, он не отвечал на мои звонки, а я звонил много раз, - ответил он. - Решил заехать, была возможность... Смотрю - а он совсем больной! Да, болеет Сережа редко, но метко. Вот, он совсем мокрый. Температура спадает, помогли твои компрессы.

Прокурор поднял с кровати бесчувственного сына, белье под ним было влажным. Вика, порывшись в шкафу, нашла новый комплект и застелила кровать.

- Я свожу его в душ, - Оболмасов-старший взвалил Сергея себе на плечи. Через несколько минут он вывел сына из ванной. Прокурор закутал молодого человека в банный халат и уложил на кровать.

- А Вика, она здесь? - спросил Сергей. Его лицо осунулось, будто он несколько дней голодал.

- Я здесь. Вот твое молоко с медом, - Вика протянула ему чашку. Присутствие прокурора ее смущало. Оболмасов-старший это понял.

- Вик, иди и отдыхай, - сказал он, помогая ей одеть пальто. - Я о сыне позабочусь!

Она очень переживала за Сергея. Он был совсем слабым, и пока что ее манипуляции не приносили ожидаемого облегчения... Однако, отец был лучшей помощью.

- Оставляю его на вас, - ответила она. - Сережа выздоравливает, не бросайте его...

- Ты мне не доверяешь? - мужчина приподнял бровь и пожал Вике руку. - Ты - замечательная девушка и хорошая подруга. Несмотря на жестокие подозрения Сергея, сейчас ты за ним ухаживаешь!

Сергей спал довольно долго. Температура упала, наконец-то его не трясло в ознобе, и это было реальным облегчением. Проснувшись, он увидел отца, сидящего на кровати Макса. Роман Васильевич, не заметив пробуждения сына, разговаривал по телефону. И, хотя он понизил голос, парень прекрасно все слышал.

- Так значит, она полезла в это дело, - говорил Оболмасов-старший. -Придется припугнуть Наталью. Очень жаль! Знаешь, я только что общался с ее дочерью Викой. Она очаровательна! Лучше всего можно запугать дамочку с помощью девчонки...

Воспаленный болезнью мозг Сергея зафиксировал, что его отец имеет какие-то счеты с мамой Вики, и может причинить зло самой девушке. Но почему? И как это предотвратить.

- Ты проснулся? - Оболмасов заметил, что Сергей пошевелился. - Что ж такое, опять температура поднимается! Сын, я,пожалуй, заберу тебя домой.

- Нет, - возразил Сергей. - Мне уже лучше. Здесь у меня друзья, они помогут мне. Скоро придут Макс и Никита. А вас с мамой целый день нет дома.Папа, пообещай, что ты не будешь ее обижать.

- Не буду, - кивнул отец. - Та наша ссора ничего не значит, мы с Леной уже помирились. А ты обещай, что позвонишь, если почувствуешь себя хуже.

Сергей попрощался с отцом. В голове у него мелькали отрывочные воспоминания. Папка в комнате родителей. Фотографии девушек. И первое фото с Наташей, восемнадцати лет. Маму Вики тоже зовут Наталья, и эта женщина как-то связана и с папкой, и с ООО "Алондра". И, конечно, с прошлым отца. А теперь Вике грозит опасность!

- Как тут наш больной?! - веселые голоса друзей прервали ход его мыслей. Ребята ввалились в комнату, веселые и свежие, оба несли в руках по два пакета.

- Мы все купили, - объявил Никита. - И лекарства, и молоко, и фрукты...

- Я заглянул на кухню, - сказал Макс, - и обнаружил там восхитительный куриный суп с лапшой. Кто его варил? У моей сестры лапша обычно раскисает!

Сергей искоса взглянул на Никиту.

-Вика заходила, - ответил он. - Увидела, что я заболел, и помогла мне.

- Моя девочка! - с гордостью произнес Никита. - А ты считал ее плохой.

Друзья захлопотали вокруг него. Сергей быстро устал от их беготни и уснул. У него так и не хватило сил все обдумать...

Глава 20

Сергей Поликарпович Карякин стал ездить в городскую больницу на обследования очень часто. Конечно, он останавливался в загородном доме своего сына. Сдавал анализы, посещал самых разных врачей и объяснял свои действия тем, что стало барахлить сердце. На самом деле, на здоровье он не жаловался и был в отличной для своего возраста форме. Сын Алексей ничего ему не говорил, но было видно, что он не слишком доволен практически поселившимся у него отцом.

Целью самого старшего члена семьи Карякиных была вовсе не поправка здоровья. Он все больше подозревал Алексея в чем-то нехорошем, и у него были на то причины. Сын явно занимался чем-то незаконным... Странные телефонные разговоры, периодические поездки, а самое главное - запертая комната под лестницей. Сергей Поликарпович стал замечать эти вещи, когда был построен загородный дом в "Алмазово", куда иногда приезжали подозрительные друзья Алексея.

Не простое любопытство руководило пожилым человеком. Сын, хотя и зарабатывал большие деньги, и занимал видное положение в городе, в его глазах оставался глупым и отчаянным парнем, которому требуется отцовская защита от всего, и от своих собственных действий тоже. Если секретики Алексея окажутся ерундой - что же, он просто удовлетворит свое любопытство. Если же это что-то посерьезней - придется его спасать.

Несколько раз пытался мужчина добраться до связки ключей - Алексей носил ее в своем дипломате, который всегда держал при себе. Спал его сын чутко, так что пробраться в его комнату и стащить ключи не представлялось возможным...

Однако,сегодня, кажется, ему улыбнулась удача. Услышав шум машины, он выглянул в окно. Алексей всегда сам был за рулем, а сегодня его привез водитель, который работал на "Раките" уже много лет. Причем, сынок даже не смог нормально выйти из машины - он шатался и что-то выкрикивал, а водитель, закинув его руку к себе на плечо, направился в дом.

- Что такое? - Сергей Поликарпович встретил их на пороге. - Давненько я не видел его таким!

- Так сегодня был праздник, день рождение главного бухгалтера! - пояснил водитель, тяжело дыша. - Отмечали в ресторане... Алексей Сергеевич немного перебрал.

- И ничего подобного! - черноволосая голова Карякина моталась из стороны в сторону. - Я нормальный!

- Давай на второй этаж, я покажу, в какую комнату, - попросил Сергей Поликарпович. Вдвоем они дотащили сопротивляющегося мужчину и уложили на кровать.

- Дальше я разберусь, спасибо.

Водитель попрощался.

- Вот ключи, я не смог закрыть машину. Он висел у меня на плечах... Спуститесь, Сергей Поликарпович?

- Ба-ать, - протянул Алексей. Ты не ругайся! Я не пьяный!

- А я вообще молчу, - ответил он, пожав плечами.

- Папа, - полез к нему обниматься сын. - Папка! Давай с тобой выпьем! Сходишь в столовую, там коньяк есть?

Сергей Поликарпович не стал отказываться. Он надеялся, что дополнительная порция спиртного добьет сына. Когда он вернулся в комнату, Карякин спал довольно крепко, при этом оглушительно храпел.

Не веря своему счастью, мужчина взял ключи и спустился вниз, туда, где располагалась интересующая его комната. Ключей было много, и он, торопясь, стал пытаться открыть дверь. Четвертый по счету ключ подошел.

Комната оказалась довольно большой... Ему пришлось включить свет, чтобы все разглядеть. И то, что он увидел, привело его в замешательство.

За дверью был оборудован настоящий гинекологический кабинет. Несколько кресел, полки, в железных чанах медицинские инструменты.

- Это еще что? - в ужасе прошептал Сергей Поликарпович. - И зачем оно здесь?

Потом его внимание привлек большой стеллаж, стоящий у стены. На его полках были медицинские карточки разной толщины. Внизу стеллажа он увидел карточки пациенток более взрослых - семидесятых годов рождения. Чем выше полка - тем моложе хозяйки карточек.

Он схватил одну нижней полки, открыл.

- Чистова Юлия Михайловна, 1974 года рождения... Адрес... Сирота. Дата поступления 1993 год. Половой жизнью не жила... 1996 год - передана Баграму.

Это он прочитал, пропустив медицинские каракули. В следующей карте записи были похуже. Аборт в 1994 году, в 1995... В итоге бедняжку передали тому же Баграму.

- А куда они потом девались? - прошептал мужчина. - Это же не просто карточки, это живые женщины.

Неожиданная догадка пронзила его мозг. Сергею Поликарповичу стало страшно. Он пролистал карточки более юных девушек - там была молодежь, родившаяся в конце восьмидесятых-начале девяностых годов. И их никакому Баграму еще не передавали.

- Я бы мог подумать, что мой сын открыл нелегальный гинекологический кабинет...

Из-за стеллажа торчал уголок большой фотографии, или же плаката. Он вытащил его и уставился на лицо красивой юной девушки. На фото были странные засохшие белые следы. Вспомнив эту девушку, он перекрестился.

- Это же ты...

Позже, покинув странную и неприятную комнату, мужчина сопоставил факты. С 1992 года в городе и его окрестностях стали пропадать девушки - сироты, из неблагополучных семей, приезжие... Пропадали бесследно, даже трупов их никто не находил, да и некому было особо искать.

- Скорее всего, они попадали к моему сыну. Он их просто похищал! - пожилой человек схватился за голову. - После того, что он устроил мне тогда, я поверю во что угодно. И ведь я спасал его, отдал все деньги! А он творит такое, открыл нелегальный бордель. При этом, будет баллотироваться на главу города! И ведь ничего не докажешь...

Сергей Поликарпович нашел на кухне восковые свечи, расплавил воск над плитой до состояния пластилина и сделал с нужного ключа слепок. По крайней мере, он должен подтвердить свои подозрения чуть позже!

* * * * *

- Это будет реально круто, Ромка! - Алексей Карякин перегнулся через столик и придвинул к себе кружку с пивом. - Деньги рекой потекут! Мы с тобой вернем все, что должны! Баграм предложил отличный выход.

Роман все еще сомневался. Он и двое его друзей попали в непростое положение. Решили открыть в городе автомастерскую, благо, новая обстановка в стране это позволяла, и заняли денег у местного авторитета. Однако, дело не задалось - они хорошо разбирались в машинах, но не в бизнесе. Откуда им, двадцатитрехлетним мальчишкам из рабочих семей, знать, как вести дела? Они прогорели, а долг остался. Баграм Суриев поставил их на счетчик, стал угрожать, однако потом вызвал на разговор Никиту и рассказал, как можно и долги отдать, и по жизни подняться.

Сейчас они сидели в пивной на окраине города. Рома смущался. То, что ему предлагали, было дико.

- Их будут искать, - проговорил он. - И вообще, ты понимаешь, о чем идет речь? Это живые девушки, а мы их должны...

- Смотри на это, как на бизнес, - пожал плечами Никита. - Я сначала также отреагировал, а потом... У нас выхода нет. Баграм долгов не прощает.

Роман задумался. Им предлагалось похищать девушек, которые особо были никому не нужны, и передавать их Баграму. Тот имел в городе нелегальный притон, где бедняжкам и предстояло работать. И за каждую девушку им прощалась бы немалая часть долга.

- Хорошо, - сделал над собой усилие Оболмасов. - Вернем долг - и забудем это, как страшный сон.

- Есть еще одна проблема, - остановил его Алексей.

- Какая? Ну, Карякин, говори!

Алексей не смел поднять на него глаза.

- Баграму приглянулась твоя Наташа. Он сказал, что это будет удачный почин.

Рома вспыхнул, у него сжались кулаки.

- Наташку не дам! Пусть хоть меня режет!

- Это он сделать успеет, - возразил его друг. - И тебя, и меня, и Витальку.

Оболмасова трясло. Ну, не мог он любимую девушку под такое подвести...

- У нее родители пьют сильно, - напомнил Алексей. - Никто и не вспомнит! Тем более, криминал в городе зашкаливает.

- Нет! - возразил Рома и вскочил. - Даже не проси!

На следующий день они втроем встречались на окраине города, рядом с бывшим домом культуры. Рома и Алексей приехали вовремя.

- Что-то Виталий опаздывает, - проговорил Оболмасов. - Ты ему звонил?

- Да, сегодня утром. Сказал, приедет...

Рома пошел к остановке, чтобы посмотреть, не едет ли Виталий. Нет, его видно не было.

Рядом с остановкой остановилась незнакомая иномарка. Дверь открылась, и прямо на асфальт выпал окровавленный, ужасно избитый Виталий. Он что-то хрипел, но говорить не мог. Машина,взревев, уехала, и друзья кинулись его поднимать.

- Кто тебя так? - спрашивал Карякин. - Не говори, просто кивни... Это баграмовские?

Виталий с трудом кивнул и застонал. Сплевывая кровь, он заговорил.

- Да. Они били меня и угрожали, что всех нас переубивают. Только не везите меня в больницу, никто ничего не должен знать!

Вечером Оболмасов приехал к Карякину. Они пошли в сквер, подальше от любопытных.

- Я согласен, - сказал Рома. - Сдадим Наташу. Одна ее жизнь - за наши три. Но, есть один момент: у нее никого не было. Я хочу быть первым.

- Твое право, - кивнул Алексей. - Вот только с друзьями надо делиться. Все равно девчонке пропадать...

Прокурор, задумавшийся в своем рабочем кабинете, тряхнул головой и посмотрел на часы. Девять вечера. А домой совсем не хочется. Возвращаются воспоминания, которые он отодвинул в самый дальний угол памяти. К чему бы это?

- Роман Васильевич, вы домой не едете? - эффектная Катя, его помощница, приоткрыла дверь. - Я по всем жалобам подготовила ответы, я свободна?

Она подошла к его столу, покачивая пышными бедрами.

- Нет, - он с удовольствием оглядел ее сочную фигуру в белой блузке и обтягивающих черных брючках. - Мы с тобой поедем в одно замечательное место. А завтра - да, ты свободна...

Глава 21

- Ну и заварил ты кашу, Салаев. Хотел устранить конкурента на выборах, а сам копнул так глубоко, что оставить я все это теперь не могу!

- Интересно, - удивился Анатолий Николаевич. - Я просил всего лишь нарыть компромат на Карякина! Что там такого ужасного может быть? Рэкет из прошлого века, финансовые махинации?

Салаев, кстати, тоже подал свою кандидатуру на выборы городского главы. Он готовил мощную агитационную кампанию, и на него работала команда профессионалов. Времени оставалось еще немало, пока у него было всего два соперника, и один из них - владелец спиртзавода "Ракит" - реально смущал его. Это был сильный кандидат. У Алексея Карякина уже был опыт участия в выборах - в прошлый раз, четыре года назад, он набрал чуть меньше голосов, чем победивший в выборах нынешний глава. Ну, а чем мог похвастаться он сам? Бизнес - кафе и магазин, финансовая помощь дому престарелых, спонсорство школ и детских садов... Вложения Карякина в город были куда больше, и возможности - тоже. И Салаев решил пойти нечестным путем.

В соседнем городе жил и работал его старинный друг и знакомый. Его рабочий кабинет находился в здании местной полиции, однако он не принадлежал к данной структуре. Он служил в отделении федеральной службы безопасности по данному району Московской области. То, что они делали, конечно, было незаконно, но майор Василий Ежов не мог ему отказать.

- Сейчас, не спеши, - остановил его друг и вставил флешку в компьютер. - Пока все загрузится, нужно подождать. Кофе будешь?

Майор подошел к кофе-машине. Его кабинет был аскетичным - мебель из черного дерева, железный стеллаж, портрет президента над креслом, зато кофейный аппарат был шикарным, самой новой модели, и варил очень вкусный кофе.

- Восторг, - зажмурился Салаев. - Куплю себе в кафе такую же!

- Подожди, - удивился Ежов. - У тебя же уличное кафе, а скоро зима!

- Ну, осенью я открыл еще одно, в жилом доме. Так что, дела идут...

- А женщины?

Салаев улыбнулся. Он был привлекательным мужчиной, спортивным, улыбчивым и голубоглазым, и прекрасный пол обращал на него внимание.

- Женщины есть, и я их не избегаю. Но вот так, чтобы по сердцу... Нет. Бизнес, дети - я весь в них.

- И как твои ребята поживают?

- Нормально, - пожал он плечами. - Учатся. Софийку я отправил из города, нужно одно семейное дело решить. А Макс... я упустил нашу с ним связь, когда жена погибла.

- Никогда не поздно эту связь наладить! - возразил майор. - Я, когда приезжал к тебе на шашлыки, немного пообщался с парнем. Он очень одинок, потерян, и что-то его гложет изнутри. А вот что - я не понял.

Анатолий Николаевич кивнул, соглашаясь с другом.

- Я последую твоему совету. Разберусь с делами - и займусь сыном!

Из компьютера раздался тихий звук, похожий на звонок.

- Все, - объявил Ежов, разворачивая компьютер к Салаеву. - Смотри...

На экране появились изображения. Это были отсканированные листы с текстом, напечатанным на машинке.

- Уголовное дело, - прочитал Салаев, - 1992 год. Изнасилование... Потерпевшая Ибрагимова Наталья Георгиевна, восемнадцать лет. Закрыто за недостатком доказательств.

Он задумался.

- И что? Я приехал в город с семьей только в девяносто седьмом. Какое это имеет отношение...

- Это - только начало нашей истории, - прервал его майор.

Он пощелкал мышкой, и перед ними появились несколько фотографий.

- Роман Оболмасов, сорок три года, - представил он блондина с холодными глазами.

- Прокурор? - узнал его Салаев.

- Это сейчас, а тогда - обычный парень, механик в автохозяйстве. А этого узнаешь? Алексей Карякин. Ну, и Виталий Иванов, которого почти двадцать лет назад не стало. Еще один персонаж - Вадим Афанасьев, лейтенант милиции.

Салаев вглядывался в фотографии.

- А эта женщина? - он показал на еще одно фото. - Красивая. Наверное, Наталья Ибрагимова?

- Именно, ныне Старкова, тридцати восьми лет. Слушай, какая цепь выстраивается!

В девяносто втором году нашим трем друзьям было по двадцать два-двадцать три года. Они зарабатывали свою копейку и мечтали о больших деньгах. С подачи Оболмасова решили открыть в городе автомастерскую, а не на что было. Связались с Баграмом Суриевым, вором в законе, и он одолжил им немалую сумму.

В стране в то время творилась такая чертовщина... Неудивительно, что парни прогорели. Баграм поставил их на счетчик и предложил простую схему. В то время он начал снабжать девушками всех, кто мог за это заплатить.

А Роман Оболмасов был простым парнем, влюбленным в свою девушку Наташу. У нее были такие родители - врагу не пожелаешь. Пили, дрались, и ей перепадало. Он любил, жалел ее. Поэтому не сразу согласился. Ничего... пригрозили, и любовь прошла. Оболмасов пригласил Наталью вечером на речку - на лодке покататься. Она пришла, а ее поймали трое, с черными чулками на головах, и жестоко изнасиловали. Опознать их было сложно, но у одного из них на животе девушка нащупала шрам, такой же был у Оболмасова. Именно поэтому она после всего с уверенностью пошла в милицию.

Спросишь, почему она не попала к Баграму? Счастливая случайность. Время было не слишком позднее, мимо реки шел какой-то пенсионер с собакой. Он спугнул наших героев, и они уехали, бросив Наташу на берегу. Дед помог ей добраться до дома.

В милиции Наташа нашла поддержку в лице молодого лейтенанта. Парень начал расследование... Правда, нелегальное - он только начал служить, не положено было ему такие дела вести. Навел справки обо всем, и был близок к тому, чтобы передать все доказательства начальству и посадить троицу надолго. Также, он всячески поддерживал Наташу. Оболмасов, конечно, все отрицал.

Потом ей стали угрожать, причем со всех сторон: намеки от следователя, визит Баграма в ее дом... Девушка ни перед чем не останавливалась. Правда, когда в ее отсутствие сгорел дом с ее родителями, она на следующий же день покинула город.

Лейтенанту Наташа очень нравилась. Он даже кинулся в горящий дом, пытался вытащить ее мать и отца, но сам серьезно пострадал. Они обгорели до костей, а его удалось спасти. Правда, его погнали потом отовсюду. По заключению пожарной части, возгорание произошло, потому что кто-то оставил включенной плиту. Хозяева уснули, на кухне пустые бутылки. Деревянный дом... Ну, ты понимаешь.

Дело было закрыто при помощи немалой взятки, которую дал отец Карякина. Где простой заводской рабочий взял такие деньги - не знаю. Наверное, всю жизнь копил и отдал, чтобы спасти сына.

После этого девушки стали пропадать регулярно. Учитывая их жизненные обстоятельства, никто их особо не искал.Это продолжается и по сей день.

- Да... тяжелая история, - вздохнул Салаев. Все услышанное произвело на него глубокое впечатление. - Но какое отношение она имеет к Карякину сейчас? Это было так давно... Это - уже не компромат. Но, как же жалко эту Наталью. У меня у самого дочь, страшно подумать. И ведь мои дети дружат с сыном этого Карякина!

Ежов, вытащив флешку, улыбнулся.

- Дети не в ответе за грехи родителей. Все мы начудили, чья юность пришлась на перестройку! Кстати, флешка наполовину заполнена. Скоро будет еще информация!

Анатолий Николаевич молча обдумывал все.

- То есть, ты считаешь...

- Я знаю, что история имеет продолжение по сей день,- прервал его майор. - Остается собрать еще материал. И, если мое предположение окажется правдой, многие головы полетят! Ты знаешь, Наталья вернулась сюда - жизнь заставила.

- Вот бы с ней пообщаться, - вздохнул Салаев. - Но - как? И захочет ли она?

- Эта милая дама уже предприняла собственное расследование. Скоро мы на нее выйдем.

Дверь открылась, и в кабинет зашел еще один сотрудник.

- Познакомься: майор Вадим Афанасьев.

Салаев встал и пожал ему руку. Его изумлению не было предела.

- Тот самый... лейтенант?

- Да, живой и здоровый, - улыбнулся мужчина. - И, как было упомянуто, майор, а не лейтенант.

- Вадим уже общался с Натальей, и ему есть, что сказать, - заявил Ежов.

- У меня в этом деле небольшая личная заинтересованность, - опустив глаза, сказал Афанасьев. - Наташа - моя старинная знакомая.

- Я надеюсь, ты не рассказал ей, где служишь?

- Нет, что ты. Сказал ей, что у меня охранное предприятие.

Мужчины переглянулись.

- А похоже, - улыбнулся Салаев. - Так что, вы тоже работаете по этому делу.

- Совершенно верно.

Перед тем, как покинуть кабинет, Салаев внимательно посмотрел на Вадима.

- Скажите, как вы оказались здесь? - спросил он. - Вы же пошли наперекор начальству...

Вадим задумался, энергичным движением растер виски.

- Жизнь меня вообще неслабо побила... А служба по контракту в горячих точках подкидывает порой такие неожиданные знакомства!

Глава 22

- Ну вот, другое дело, - отметил Макс, похлопывая Сергея по плечу. - Теперь ты похож на прежнего Серегу!

В пятницу Сергею закрыли больничный; он чувствовал себя почти здоровым, и ему оставалось еще два дня отдыха. Друзья не бросили его в трудный момент,по очереди оставались с ним. Очень выручила Вика - своей заботой и питательной вкусной едой она быстро поставила его на ноги. Молодой человек несколько раз извинялся перед ней за свое поведение, благодарил, а девушка все это благосклонно принимала. Он гнал от себя чувства к ней, столь внезапно возникшие, но они никуда не исчезали. Страсть, глубокая симпатия, и в то же время стыд - все это просто раздирало его на части.

- До прежнего Сереги ему нужно набрать пяток килограммов, - усмехнулся Никита. - Вика ему в этом поможет.

Друзья недавно вернулись с работы. Время было уже вечернее, а спать совсем не хотелось. Обычно они отправлялись вместе куда-нибудь развлечься перед выходными, но сегодня не хотели оставлять Сергея скучать в одиночестве.

- Кстати, а где сама Вика? - поинтересовался Сергей. - Я думал, что ты, Никита, проведешь сегодняшний вечер с ней!

- Я собирался, - ответил он, - но она после занятий поехала к маме. Сказала, что сегодня и вернется. Я звонил ей, абонент не отвечает...

Молодые люди с тревогой переглянулись. Восемь часов вечера. Зима, темнеет рано, а от станции до общежития нужно еще дойти.

- Я пойду на станцию... Постараюсь ее встретить, - Никита вскочил и начал одеваться. Макс поспешил следом за ним.

- И я с вами, - Сергей откинул одеяло, но Макс остановил его.

- Там такой ветер... Лучше останься, ты только что переболел. Мы обязательно встретим Вику, не переживай!

Ребята вышли из комнаты, а Сергей остался один, наедине со своими переживаниями. Молодой человек тут же вспомнил телефонный разговор отца в первый день своей болезни. Происходило что-то странное и неприятное. Вике грозила опасность...

* * * * *

Напевая себе под нос, Вика вышла на платформу. Поезд был почти пустой, доехала она быстро. Руки оттягивали два довольно тяжелых пакета - девушка заехала домой за теплыми зимними вещами, а матери отвезла более легкую, осеннюю одежду. В общежитии не возможно было держать все свои вещи, тем более, что половину шкафа занимала одежда Софийки.

Конечно, нужно было заранее позвонить Никите, но она не заметила, как села батарейка на телефоне. Ничего страшного, десять-пятнадцать минут с остановками пройти можно. По дороге в общежитие Вика задумалась.

Мама очень изменилась. За ту пару часов, что девушка была дома, она, вместо привычного ласкового разговора, начала ее обо всем расспрашивать, причем, очень подробно. Что у нее за друзья? Кто с ней учится? Вика перечислила всех, рассказав еще раз про Никиту, и увидела, как побледнела мать при упоминании о Сергее Оболмасове. Однако Наталья, как всегда, не стала ничего объяснять.

- Что мог сделать Сергей моей матери? - тихо проговорила Вика. - Конечно, ничего. Что-то произошло между ней и его отцом! Достаточно вспомнить, как она удирала от него на заправке. Но не пойду же я к прокурору с таким вопросом? Нужно поговорить с Сережей.

Девушка вспомнила, как он, когда был в бреду, просил обнять его и даже признался в любви, а потом по сто раз извинялся - и за это, и за предыдущие обиды. Конечно, она уже не держала на него зла, более того - испытывала довольно сильную симпатию. За личиной папиного самодовольного сынка оказался простой, приятный, интересный парень. Вика даже устыдилась своих мыслей. У нее так хорошо складываются отношения с Никитой, а она уже заглядывается на его друзей?!

Вика, переходя дорогу на зеленый свет, заметила, что с правой стороны едет машина. Водитель притормозил у перехода, давая ей пройти, затем неожиданно нажал на газ и рванул вперед...

Вика словно оцепенела. Вместо того, чтобы быстро перебежать дорогу, она застыла на переходе, не в силах сделать хотя бы один шаг. Ее взгляд уткнулся в переднее стекло машины. Это была "Тойота" черного цвета. Из-за темноты девушка видела только смутный мужской силуэт на водительском месте. Свет фар, уличных фонарей, грохот отъезжающей электрички - все это слилось для нее в один сияюще-шумящий фон.

Неожиданно какая-то сторонняя сила оторвала Вику от асфальта. Девушка упала на спину, ее потянули к тротуару. Машина так и промчалась вперед на предельной скорости.

- Успел! - тяжело дыша, воскликнул Никита. Это он оттащил ее с перехода. Сейчас они лежали рядом с тротуаром... Основная тяжесть падения пришлась на парня - Вика упала на него, и его тело послужило защитой от удара. - Ты что, правила дорожного движения в детстве не учила?

К ним уже бежал Макс. Он помог подняться Вике, потом осмотрел Никиту.

- Ты разбил губу и нос, - отметил Салаев. - Здорово вы упали. Это не Вика виновата... Он сначала затормозил, а потом поехал прямо на нее. Я видел!

Ребята удивленно переглянулись.

- Кто мог хотеть тебя задавить? - тихо проговорил Никита, утирая кровь, хлынувшую из носа. - Кому ты чего плохого сделала?

- Никому... я не знаю, - Вика рассеянно оглянулась и подняла свои вещи. По одному из пакетов машина все-таки проехалась. А ведь на месте пакета могла оказаться она сама. - Милый, как ты? Тебе очень больно?

- Не смертельно, - отмахнулся он. - Нужно возвращаться.

Макс подхватил ее вещи, и они отправились в общежитие.

- Что случилось? - в ужасе спросил Сергей, увидев, как они ввалились в комнату: перепуганная бледная Вика в испачканной куртке, Никита с окровавленным лицом и растерянный Макс. - Вы что, дрались?

Не дожидаясь ответа, Сергей достал из холодильника лед, завернул его в кусок марли и стал прикладывать к носу Никиты.

- Да что же такое, кровь не останавливается...

Через несколько минут, когда все немного успокоились, Вика рассказала, что произошло.

- И вот я стою на переходе, не могу пошевелиться, заметив, что он едет прямо на меня... Хорошо, что появился Никита - он буквально вытащил меня из-под колес. Тут же подоспел и Макс, - говорила она, поглаживая по голове лежащего на кровати Никиту. - Я не знаю, кто это мог быть, и почему он меня давил. Было так страшно, что я ничего не соображала...

- Это не был пьяный лихач, каких немало в городе, - присоединился к ней Макс. - Он остановился, а потом целенаправленно поехал на Вику. А, когда пришли мы, тут же скрылся из виду.

- Кто-нибудь номера видел? - без всякой надежды спросил Сергей.

- Нет. Было совершенно не до того, - вздохнул Никита. - Мы были напуганы.

- Черная "Тойота", - вспомнила Вика. Мне бросились в глаза три цифры в середине - 673. И все...

Они обсуждали произошедшее еще какое-то время. Все были взбудоражены и напуганы... Никита, несмотря на полученные травмы, отправился проводить Вику до женского корпуса. Макс и Сергей остались... Первый скоро покинул комнату - ему позвонила Софийка, а он почему -то не любил общаться с ней при друзьях.

Сергей был только рад своему одиночеству. Он достал телефон и отправил Вике сообщение.

"Мне очень нужно с тобой поговорить. Когда и где ты сможешь?"

Ответ пришел не сразу. Конечно, ей было слишком хорошо с Никитой, чтобы заметить его сообщение.

"Мне тоже. Давай завтра, в моем корпусе, на складе, около черного входа. Помнишь, где ты открывал мне дверь? В девять часов вечера."

Оболмасов улыбнулся. Конечно, помнил! Это было одним из самых светлых воспоминаний за ближайшее время.

"Договорились. Жди."

Глава 23.

- Милая, я не знаю, в каком месте пообедать, - вздохнула Наталья, когда они вышли из магазина, отстояв большую очередь у кассы. - Могу сказать одно: только не в моем "Подворье". Во-первых, дорого. Во-вторых, я просто не смогу есть там, где работаю!

У Натальи сегодня был выходной после обслуживания банкета накануне. Она и Вика выбрались погулять в городе. Основной их целью было посещение магазина одежды, где была организована первая предновогодняя распродажа.

- Где хочешь, мам, - улыбнулась Вика. - Здесь, в ресторанном дворике, есть "Бешеный стейк". Вкусно и совсем недорого. Правда, остренько.

- Бешеный стейк, - усмехнувшись, повторила Наталья. - Ладно, пойдем туда. Посмотрим, чем питается молодежь. Буду, как вы говорите, в теме!

Любуясь празднично украшенными витринами, они поднялись на эскалаторе в ресторанный дворик. Мать и дочь набрали немало одежды, в первую очередь они купили себе наряды к Новому году.

- Нет, все-таки очень хорошая распродажа, - рассуждала Наталья, пробуя острые куриные крылья. - И вещи качественные. Ты будешь у меня самой красивой! Когда у вас в институте новогодний бал?

- Еще не скоро, двадцать шестого числа. А у тебя какие планы?

- Наш директор снимает несколько номеров в "Роял-Отеле". Это вроде санатория. Там есть бассейн, шведский стол, культурная программа... В общем, все на уровне. В последние выходные этого года закроем ресторан и поедем отмечать.

- Ух ты! И он сам все оплачивает? - удивилась Вика.

- Да. Мне рассказали, что раз в году он делает персоналу такой праздник. А много ли народу у нас работает? Человек десять. Не разорится!

Пока мать ела, Вика несколько раз вытаскивала платье и любовалась им. Оно едва прикрывало колени и было сшито из легкой струящейся темно-зеленой ткани.

- Изумительный цвет, - отметила Наталья. - А ты хотела то длинное, красное. Вика, ты молоденькая! Самое время открывать ножки и порхать в воздушных тканях! Оставь маме красный шелк. Еще успеешь.

- У тебя отличный вкус, - девушка перегнулась через стол и поцеловала мать в щечку. - И ты очень хорошо выглядишь сегодня. Не то, что вчера, когда устроила мне допрос.

Улыбка сползла с лица Натальи.

- Я просто за тебя переживаю, - объяснила она. - Один знакомый рассказал мне, что в городе пропадают молоденькие девушки, вот я и беспокоюсь...

- Будто в Москве они не пропадали! - возмутилась Вика. - А что за знакомый? Не тот, случайно, с которым вы увезли преподавательницу Лаврову на дядиной машине?

Вика тут же пожалела, что сказала это. Слова просто вылетели из ее рта... Мама побледнела и сжала губы.

- Откуда ты это знаешь?!

- Я случайно оказалась рядом с кафе в тот вечер и все видела. Мама, с какими мужчинами ты встречаешься - это твое дело. Но то, что я увидела, меня напугало. Похищение людей - это преступление, ты в курсе?

- А что, Лаврова после этого не вернулась в институт? - криво усмехнулась Наталья.

- Вернулась. Мне за тебя стыдно. Хорошо, что она пока ничего у меня не преподает. Мы встретимся только на втором курсе. И, дай Бог, чтобы она к тому времени все забыла!

Наталья замялась и взяла дочь за руку.

- Вика, пойми. У меня остались здесь нерешенные дела, и, пока я не разберусь, не могу тебе ничего сказать!

- Дела с прокурором Оболмасовым? - девушка отдернула руку. - Мама, да все ваши дела быльем поросли за эти годы! Что он тебе такого сделал? Почему я не могу знать?

Вика понизила голос, заметив, что люди смотрят на них.

- Мама, вчера меня чуть не сбила машина. Хорошо, что Никита и Макс шли навстречу, они спасли меня. Я же никому ничего здесь не сделала, меня мало кто знает! Может быть, это из-за тебя?

Наталью бросило в пот. Глаза ее расширились от ужаса.

- Тебя пытались убить?!

- Не знаю. Очень похоже на то. Так что, подумай, мама. Может, нам все-таки стоит все обсудить?

С этими словами Вика подхватила свою часть покупок и встала.

- Подожди! Ты в общежитие, одна?

В голосе Натальи звучало такое беспокойство, что девушка смягчилась.

- Я же говорила, меня здесь Никита заберет, на машине! А вот и он...

Наталья внимательно смотрела на подошедшего к ним молодого человека. Высокий, стройный и широкоплечий, как и его отец в молодости. Красавец-брюнет, взгляд пронзительный, как и у Алексея, но несколько мягче. В целом, сходство было таким сильным, что время для Натальи будто отмоталось на годы назад.

Она заметила, какими долгими и страстными взглядами обменялись юный Карякин и ее дочка, и спрятала улыбку.

- Здравствуйте, Наталья Георгиевна, - поприветствовал ее парень. - Я Никита, рад с вами познакомиться.

- Взаимно, - только и смогла проговорить она.

- Мы с Викой собирались сегодня в кино, фильм начнется через час. Не переживайте, я доставлю ее до общежития, и с ней ничего не случится!

Женщина обратила внимание на синяк возле губы парня.

"Этот скорее сам убьется, чем даст пострадать Вике", - с уважением подумала она. Очевидно, синяк получен во время вчерашнего происшествия. Парень, проследив за ее взглядом, смутился.

- Это я вчера... Вика вам рассказала? Падение было неудачным.

- Я все знаю, - Наталья ободряюще положила руку ему на плечо. - И я очень тебе благодарна, Никита. И все-таки, я думаю, что человек за рулем был просто пьян...

Они попрощались на позитивной ноте. Женщина проводила взглядом молодых людей и, когда они скрылись из виду, услышала звонок собственного телефона.

- Мама, ты в курсе, что случилось вчера с твоей дочерью? - спросил ее незнакомый голос. - Все могло закончиться куда хуже. Мой совет: живи спокойно и не рыпайся! Тогда ни с тобой, ни с ней не произойдет ничего плохого...

В трубке раздались частые гудки.

- Алло! - позвала Наталья, но было уже поздно. Женщину затрясло. Ее девочке, ее Вике действительно грозила опасность!

К счастью, после прогулки с дочерью Наталья не осталась наедине со своими тревогами. У нее была запланирована встреча с Вадимом. Она вышла на улицу и увидела на стоянке торгового центра его машину. Вадим посигналил ей, открыл дверь, и она вошла в салон.

- Ну, как дела? Почему ты такая расстроенная? - спросил он. - Когда мы говорили по телефону, ты была веселой!

- Ох, Вадим, - выдохнула Наташа и рассказала ему все. Потом она не выдержала напряжения и расплакалась.

При виде ее слез Вадим сперва залился краской и сжал кулаки, но совладал с собой. Он крепко прижал ее к себе, ощущая, как вздрагивают хрупкие плечи.

- Наташа, я обязательно что-нибудь придумаю. Никто не причинит вам вреда...

Из-за ее слез он почувствовал себя молодым лейтенантом, у которого сжималось сердце при виде горя красивой невинной девушки, и охваченного желанием защитить ее от всех бед. Они уже не юные, он думал, что очерствел сердцем, однако, чувства сейчас испытывал те же.

- Вот если бы ты работал в органах, как тогда, у тебя были бы совсем другие возможности, - заметила женщина, вытирая слезы.

Вадим закашлялся, пытаясь скрыть усмешку. В глазах его заплясали черти.

- Ну, кое-какими возможностями я все же располагаю, - возразил он. - Не беспокойся: люди, которые у меня работают, тоже кое-что умеют. Вика будет под моей защитой.

Наталья, положив голову ему на плечо, наконец-то расслабилась.

- Вадим, с тобой так хорошо, - прошептала она. - Ты опять пришел мне на помощь! Как я могу отблагодарить тебя?

Тут уже он рассмеялся в голос. Широкая улыбка озарила его лицо и сделала похожим на озорного молодого парня.

- Если бы я был ровесником твоей дочки, то воспринял бы твой вопрос однозначно. Но, как мужчина взрослый, я рассматриваю разные варианты. Поехали со мной в одно прекрасное место!

Наталья не знала, куда Афанасьев везет ее. Машина ехала быстро, из магнитолы звучала легкая песня популярного исполнителя; она чувствовала себя хорошо и защищенно, дочь была под присмотром, а рядом сидел прекрасный мужчина. Что еще нужно для счастья?

Глава 24

Девушка, сидевшая перед прокурором, вся дрожала. Она была юной, напуганной и немного дикой. Красота ее была экзотической: высокая тоненькая фигурка, шоколадного оттенка коротко стриженые волосы, нежно-кремовая кожа и серо-зеленые раскосые глаза. Скромная одежда - потертые джинсы и заправленная в них клетчатая синяя рубашка - ничуть не уменьшали ее прелести. Оболмасов обратил внимание, что она попала к нему в кабинет в кроссовках и старенькой болоневой куртке на искусственном меху, а ведь уже ударили зимние морозы. При ней был маленький рюкзак - по-видимому, все ее вещи.

- Расскажи, что случилось, - Оболмасов откинулся в кресле. - Ты замерзла? Сейчас попрошу принести чай.

Когда девушка, не смея поднять глаз, начала большими глотками пить горячий чай, он заглянул в ее паспорт.

- Шеина Ольга Ивановна, тысяча девятсот девяносто шестого года рождения, - прочитал он. - Родилась в Москве... Как ты сюда попала, и где твои родители?

Шестнадцатилетнюю Ольгу обнаружил участковый уполномоченный в одном из окраинных районов города. Она спала на куче тряпья в старом полуразвалившемся здании. Полицейский доставил ее, замерзшую и голодную, в органы опеки и попечительства. Там в тот момент находился Оболмасов, приехавший по работе. Девушка совершила странную вещь - она пулей вылетела из кабинета специалиста и выбежала на улицу. Конечно, сотрудники подняли шум, но попробуй найди шуструю девчонку! Откровенно говоря, это особо никому не надо было - она не была зарегистрирована в городе, а лишние проблемы никому не нужны. Когда прокурор ехал на работу, увидел беглянку - она крутилась около палатки с хлебобулочными изделиями, явно желая что-то стащить. Мужчина тихо подошел сзади и произвел профессиональный захват.

- Тихо. Пойдем ко мне в машину, - прошептал он.

- Я закричу! - вырываясь, предупредила девушка.

- Кричи, и я сам вызову полицию, они уже занесли твои данные в протокол. Я просто хочу помочь! Девочка, я - прокурор города. И я понимаю, что ты не хочешь попадать в приют. Есть другой вариант...

Так Ольга Шеина оказалась в его кабинете. Она увидела здание прокуратуры, охрану, сотрудников... На нее никто не обратил внимания - кто только здесь не бывает.

- Мы с родителями жили в Москве, - начала она свой рассказ. - Небогато, но терпимо. Я в школе училась, папа работал на колбасном заводе. В кризис половину завода сократили, мать продолжала работать за копейки уборщицей. Стали жить очень плохо. Чтобы как-то протянуть, отец решил продать квартиру и купить подешевле в Подосковье, а на остаток денег жить. Родители обратились в риэлторское агентство, а их там обманули. Ни квартиры, ни денег. Маме жэк предоставил комнату, но родители уже запили. И вылетели мы все оттуда с треском...

- Кошмар, - прокурор уже намазывал половину багета сливочным маслом, сверху он положил несколько кусков ветчины и покрыл все это сыром. - Голодная, наверное? Вот, кушай!

У девушки заблестели глаза, и она взялась на бутерброд. Ела Оля быстро, с аппетитом, но достаточно изящно.

- Спасибо, - прожевав, поблагодарила она. - А вы хороший. Я думала, менты все...

- Я не мент, - усмехнулся Роман Васильевич. - Ну, а сюда ты как попала?

- У мамы здесь когда-то была подруга... Правда, они давно не общались. Решили приехать в город, попросить помощи. Приехали - и узнали от соседей, что она давно умерла. Онкология.

- Ох, - выдохнул Оболмасов. - И что, родители бросили тебя?

- Да. Оставили меня в том доме, сказали, что купят что-нибудь поесть, у них было немного денег. Я ждала два дня. У них один на двоих телефон, и он не в сети. Я не знаю, что думать...

Прокурор подошел к девушке и ободряюще потрепал ее по плечу. Из глаз Оли потекли слезы.

- Не надо плакать, - попросил он. - Твоих родителей полиция найдет. А пока... есть в городе хорошее место, центр социальной помощи. Там замечательно - медицина, еда, комната. Могу тебя туда отвезти. Ты согласна?

Девушка с надеждой смотрела на него. Прокурор был доволен. И себе принес пользу, и ей даст возможность нормально пожить.

- Подожди, маленькая формальность... - он вбил ее данные в поисковую строку базы данных. - Чисто! Теперь я спокоен, можем ехать.

Она села в машину, с восхищением оглядела салон прокурорского внедорожника.

- Ух ты! Я такие машины только в центре Москвы видела! - воскликнула она.

- Я уже старенький, копил на нее всю свою жизнь, - усмехнулся Оболмасов и посмотрел на дорогу. В этот момент он не мог видеть удовлетворенного выражения лица Оли Шеиной...

* * * * *

Сергей, тихо ступая, пробрался с черного хода в хозяйственное помещение общежития. Здесь хранились моющие средства, тряпки, старая одежда, хозяйственный ивентарь и много чего еще. Сейчас, в выходные, сюда никто не заглядывал. Это было единственное спокойное и безлюдное место, где он и Вика могли поговорить.

Здесь было холодно, так что он не стал снимать куртку. Поставив свой черный пластиковый пакет на пол, парень сел на старую тумбочку. В пакете была отцовская папка с информацией по ООО "Алондра". Он, к своему удовольствию, без труда достал ее: отец запихнул ее под матрас своей кровати, и Сергей это заметил. Ему показалось странным: такая древняя информация, папа явно работает с ней! Сегодня отец не ночевал дома, и завтра молодой человек должен был поспешить вернуть документы на место.

Свет, исходящий от маленькой лампы на потолке, был очень слабым, но Сергей надеялся, что Вика сможет все разглядеть и ответить на интересующие его вопросы.

- Ты здесь? - услышал парень ее голос. Вика вошла и открыла за собой дверь.

- Как тебе удалось убежать от Никиты? -спросил он.

- Я обманула его, будто у меня голова разболелась. Мы уже были в кино и в кафе, и у него были еще планы.

Поймав ее хитрую улыбку, Сергей не смог оставаться серьезным. Его радовало, что ради встречи с ним Вика улизнула от своего парня.

- А ты продуманная девочка, - отметил он. - Есть у меня к тебе одно дело... Помнишь, ты рассказывала, как твоя мама убежала от моего отца, когда вы приехали в город?

Дальше он рассказал, что слышал из телефонного разговора отца, когда тот сидел у его постели.

- Я не знаю, что это значит, - подвел итоги Сергей. - Но также могу утверждать, что мой отец занимается странными делами, и это связано с твоей матерью... Или было связано.

С этими словами он открыл перед ней папку.

- Что это? - прищурилась Вика и присела рядом с ним. Она наклонилась над папкой, пытаясь все прочитать.

- Это - фирма по организации праздников, которую организовал мой отец, папа Никиты и еще какой-то человек. Она была создана давно... Отец вышел из состава учредителей и через год поступил на службу в прокуратуру. Здесь куча женских фотографий. У меня такое чувство, что мама твоя может быть здесь. Посмотри...

Чтобы Вика лучше увидела все, он поднес к папке зажигалку. Вика посмотрела - и еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

- Вот, это моя мама! - она показала на первое фото - то самое, что привлекла внимание Сергея. - Такая фотография у нас есть. Здесь ей восемнадцать лет. И, однажды она обмолвилась, что их было всего две. Вторую она дарила жениху.

Они замолчали.

- Значит, наши родители любили друг друга, - подвел итог Сергей. - А потом что-то случилось.

- Бабушка и дедушка сгорели в собственном доме, - повторила Вика воспоминания Натальи. - Они крепко выпивали. А мама уехала в Москву, где и познакомилась с моим отцом.

- Я нашел в папке копию акта пожарной части, - Сергей перелистал несколько страниц. - Там все описано. Ты обрати внимание на подписи под фотографиями. Здесь их куча, самые разные девушки. После две тысячи четвертого года фото нет. Как раз в том году и у нас дома, и на работе появились компьютеры.

- Что же это за "Алондра", и при чем тут мама? - задумалась Вика. - Может быть, раз фирма занималась организацией праздников, то эти девушки - сотрудницы? Менеджеры, например? Они все такие красивые...

Сергей и не заметил, как закинул руку девушке на плечо. Она не отстранилась.

- Недавно, во время ссоры, моя мать назвала отца преступником и сутенером, - проговорил он. - И так и не объяснила, почему... После этого я подумал, что папка держит подпольный бордель, а эти девушки... ну, сама понимаешь. Так, просто прикинул. А отец Никиты с ним.

Вика вздрогнула. Из темноты на него глянули ее расширившиеся перепуганные глаза.

- А моя мать?

- Не знаю. Может, она сбежала. Да не дрожи ты! Я просто предполагаю. Можно сказать, шучу.

Он прижал растерянную девушку к себе. Вика прильнула к его груди, будто в поисках защиты. Сергей уткнулся губами в ее затылок, ощущая аромат пушистых волос.

- Что ты, маленькая, - дрогнувшим голосом проговорил он. - Я опять несу ерунду. Я же идиот, ты забыла?

- Ты не идиот, в твоих словах есть смысл, - возразила она. Ее ладони лежали у него на груди - то ли отгораживая их, то ли собираясь лечь на его шею. - Между ними точно произошло что-то неприятное, и оно действует до сих пор. И это вчерашнее происшествие со мной... Если продолжить твою версию, прокурор, возможно, хотел таким образом припугнуть маму.

- Я не дам тебя в обиду, - пообещал Сергей. Вика уже обнимала его, он чувствовал ее дыхание на своей шее, возле горла. Потеряв контроль от ее тепла и близости, парень привлек ее к себе и поцеловал. Девушка не оттолкнула его. Наоборот, с готовностью ответила на поцелуй... Через несколько минут они с трудом оторвались друг от друга, лица их пылали.

- Что же мы делаем, - только и смог проговорить Сергей и скинул с себя куртку. Вика поступила также. Следом полетели на пол остальные их вещи.

- Надо прекратить, - прошептала она, обнимая его сильнее.

- Я же говорил, что люблю тебя, - он рывком поднял Вику и посадил на себя. - Это - точно не бред. Жить без тебя не могу.

Вика, постанывая, выгибалась под его под его поцелуями. Страсть сжигала ее изнутри, вырываясь из тела ритмичными толчками...

* * * * *

Никита, разумеется, волновался за свою девушку. Вчера она пережила потрясение, а сегодня прервала свидание, пожаловавшись на головную боль. Вика старалась казаться веселой, однако, он видел, что она о чем-то думает. Но, не выводить же ее на разговор в кинотеатре или в людном кафе? Поэтому, проводив ее, Никита ближе к закрытию общежития решил наведаться к ней в комнату. Он знал про черный ход - сколько раз ему случалось пробираться через него к девушкам!

Сначала Никита поднялся на третий этаж... Комната Вики была заперта, трубку она не брала. Куда делась его девушка? Уехала к матери? Она бы его предупредила. Софийка еще не вернулась, так что вариант прогулки с подругой тоже исключался.

- Очень странно, - Никита пробирался обратно к черному ходу, снова и снова набирая ее номер. Он уже собирался выйти на улицу, когда его внимание привлекли странные звуки. Треск, шум падающей мебели, а затем судорожный вздох.

- Что там такое? - встревожился он. - Убивают кого-то, что ли?

Приоткрыв дверь, Никита увидел на полу две фигуры. Они слились в экстазе так, что не могли разъединиться. Свет падал на голову блондина, в котором Никита узнал друга Сергея. Тот, конечно, его не замечал.

- Нашел место, - улыбнулся Никита и хотел уже уйти, но все же полюбопытствовал и рассмотрел партнершу Сергея. Господи, лучше бы он этого не делал.

Вика. Его Вика с протяжными стонами просто падала в руки Сергея. Глаза ее были закрыты, ногами она обнимала его за талию. Ей было так хорошо с Оболмасовым, как, наверное, никогда - с ним.

Никита впал в ступор. Он тихонько прикрыл дверь и вышел на улицу. Парня затрясло уже около его комнаты. Макса не было - он поехал к отцу, и в одиночестве уже можно было дать волю своим эмоциям. Никто не должен был видеть, как терпят крах его чувства и надежды.

Глава 25

Анна Романовна Лаврова была вынуждена прыгать через лужи, чтобы подойти к своему дому. Неожиданно потеплело, и снег растаял, превратившись в мутную грязь. Она боялась испачкать новые сапоги - кожаные, на высоком каблуке, кремового цвета. Дурь это была с ее стороны - покупать обувь стоимостью в ползарплаты... А чем еще себя порадовать? Мужчин у нее не было, встреч с подружками - тоже. Так что, красивая одежда и обувь оставались ее единственной слабостью и радостью.

Она знала, что выглядит сейчас модно и стильно. В прошлом месяце Лаврова приобрела к зиме темно-коричневую дубленку, приталенную, с меховым воротником. Сумочку, которая стоила бы в России баснословных денег, удалось дешево приобрести во время отпуска в Турции. Анна была модницей, и студентки брали с нее пример. Только они наряжались с целью понравится парням, а она, скорее, для того, чтобы поднять себе самооценку.

Вечером в холодное время года около ее старого дома почти никого не было, а вот весной и летом во дворе собирались ее пожилые соседки и обсуждали все подряд. Лаврова, несмотря на свой замкнутый образ жизни, попала у них в разряд нехороших женщин.

- Как меня обсудить - пожалуйста, - тихо возмутилась Анна. - А как сходить в жэк и попросить, чтобы расчистили территорию, так тишина!

Она зашла на территорию, где жильцы парковали свои машины. Весь транспорт соседей она знала, поэтому удивилась, увидев белую "Тойоту". Классная машина! Наверное, к кому-то приехали гости...

Из машины вышел высокий крепкий мужчина с приятным, ничем не примечательным лицом. В толпе и не заметишь... Цеплял только взгляд - долгий, колючий.

Сердце заколотилось, как в тот вечер, когда Наталья Старкова и ее спутник увезли ее.

"Не буду падать в обморок", - подумала она, сжав кулаки так, что ногти впились в нежную кожу. - "Они сказали, что помогут мне. Сколько можно бояться? Хуже-то не будет..."

После подведения этого итога на нее накатило равнодушие и холод. Действительно, какая уже разница? Два раза она пережила ужасный кошмар, оба так и не забылись. В течение долгого времени она получала угрозы, за ней следили, в последний раз довели до обморока. Самое ужасное - она проживает свои молодые годы в одиночестве и безразличии. Что еще плохого с ней может случиться? Все это время она жила на автомате, а теперь - хоть какое-то разнообразие!

- Анна Романовна Лаврова? - спросил мужчина, достал из серого пальто удостоверение и показал ей. Преподавательница прочитала... Вот сейчас она действительно испугалась.

- Я ничего плохого не делала, - вздрогнув, проговорила она.- Чем я привлекла к себе ваше внимание?

- Вы ни в чем и не обвиняетесь! Просто, ваша помощь необходима, в целях достижения безопасности жителей вашего города.

- Ух ты, - усмехнулась Анна. - Вы обо мне очень высокого мнения. И что я должна делать?

- Приехать по этому адресу, - он дал ей визитку. - Завтра. В институт мы напишем объяснительную записку для вас. Время - с двух до шести вечера.

Он уже садился в машину, когда Лаврова окликнула его.

- Подождите! - крикнула она и побежала следом. - За мной могут следить, - ее шепот был слышен только незнакомцу. - Я не уверена, но иногда замечала за собой слежку.

- Понял вас. Тогда будьте готовы к часу дня. Вам позвонят...

* * * * *

- Софийка! Как я рада, что ты вернулась!

Увидев заходящую в комнату подругу, Вика вскочила и обняла ее. Софийка, смеясь, начала быстро что-то говорить. Пришлось перебить ее:

- Да подожди ты! Почему не предупредила, что возвращаешься? Где ты, вообще, была?

- В Москве. Вика, мне тебе столько нужно рассказать - ты не представляешь, - ответила девушка, снимая куртку. Раздевшись, она с наслаждением легла на свою кровать. - Но позже. Сначала расскажу все Максу, а потом - тебе. Понимаешь, в первую очередь этот вопрос должна решить наша семья...

- Конечно, понимаю! - Вика уже ставила чайник, чтобы приготовить им кофе. - А с отцом ты уже общалась?

- Да. Пока мы обсуждаем то, что произошло. Ну, а у тебя как дела?

Подруги сели и за кофе с печеньем обсудили все, что происходило за время отсутствия Софийки. Вика не стала скрывать и дела своей матери, и информацию, полученную от Сергея. Рассказала она и про страшный случай на дороге.

- Ужас какой! - испугалась Софийка. - И что ты думаешь? Кто мог покушаться на тебя? Неужели прокурор? Возможно, чтобы пригрозить твоей маме...

- Я не знаю, - понуро опустила голову Вика. - Просто Сергей дал понять, что его отец способен на такое. И вообще - похоже, может раскрыться тайна, уходящая корнями в далекое прошлое!

Софийка подумала немного.

- Я тут тоже узнала кое-что... Вчера я приехала в соседний город, остановилась там на ночь в гостинице. Папа меня там ждал. Когда я подошла к номеру, он разговаривал по телефону. Я все подслушала. Господи, лучше бы этого не было! Папа баллотируется на выборах главы города. Это мы с Максом знали... Но он решил собрать компромат на отца Никиты, как на главного своего конкурента. Я не знаю, что думать... Это, конечно, их дела, там крутятся большие деньги, но мне страшно подумать: мы дружим с Никитой, а наши отцы борются друг с другом. И еще... я слышала разговор о каком-то борделе, отец Сережи тоже там как-то причастен. Я не поняла смысла, но происходит что-то очень странное!

Вика достала листы, на которых была скопирована папка по "Алондре". К их с Сергеем удаче, вчера им удалось пробраться к пустующему рабочему месту комендантши общежития, где стоял ксерокс, и после этого парень уехал в ночь - возвращать папку на место. Она присела рядом с подругой и показала ей фото.

- Ну, ты видишь? Чем это не бордель? Картина вырисовывается именно такая, как я тебе рассказала. Сергей прав. Только маме удалось спастись. Конечно, это все предстоит выяснить и доказать. Тогда я хотя бы начну понимать свою маму!

Софийка обняла подругу, погладила по волосам.

- Ты такая бледная, грустная. Переживаешь из-за всего этого? Подожди, это, может быть, ошибка?

- Переживаю. Есть и другие причины, - всхлипнула Вика. - Я изменила Никите с Сережей!

- Ой, - только и смогла сказать девушка. - Когда я уезжала, у вас все было хорошо... Что случилось, вы поругались? У тебя была причина?

Вика не выдержала и расплакалась. Плечи ее дрожали. Софийка, растерявшись, гладила ее по волосам.

- Я не знаю, как это получилось. Недавно он помог мне попасть в общежитие. Мы долго стояли на морозе, он тяжело заболел, и я за ним ухаживала. За это время мы даже подружились. Я догадывалась, что ему нравлюсь, но вчера, на складе, все случилось так быстро... После нашего разговора стало так одиноко и страшно, он стал меня успокаивать. Мне было с ним очень хорошо! А теперь, мне стыдно им обоим смотреть в глаза...

Софийка хотела что-то сказать, но замолчала, когда Вика зарыдала в голос.

- Зачем мы с мамой приехали в этот город! Других вариантов, конечно, не было... Но здесь все оказалось ужасно! Это ее прошлое, которое перерасло в настоящее. Темные дела. И у меня сердце разрывается надвое, так больно! Все могло бы быть куда лучше: мы бы остались в Москве, снимали квартиру, я бы не училась, а пошла работать. И ничего этого не было бы!

- Твоя мать такого не бы не допустила. Вернуться сюда было ее решением, а она - умная, взрослая женщина, - прервала ее Софийка. - Ваша жизнь здесь - свершившийся факт. Лучше скажи мне: у тебя есть чувства к Сереже?

Вика, сжав виски, легла на кровать и отвернулась.

- Есть. И к Никите тоже. Но... так же нельзя!

- Обдумай все. И никому больше ничего не говори, - Софийка прилегла рядом, обняв подругу. - Как же так... наша спокойная жизнь прекратилась в один момент!

* * * *

Сергей сидел за компьютером, готовясь к первому экзамену. Сессия начиналась через неделю, учить он начал давно, так что, чувствовал себя вполне подготовленным, к тому же работа на автокомбинате придавала ему уверенности. Так что, сейчас он занялся учебой просто для того, чтобы отвлечься от мыслей о Вике.

То, что произошло вчера, не укладывалось в его голове. Да, Вика ему очень нравилась - это он понял в тот вечер, когда они открывали черный вход. В бреду он не сдержался и прямо заявил о своих чувствах, но тогда девушка ему не поверила. Ох, лучше бы он не заболевал, и не вникал в ее проблемы потом, и не волновался за нее! Эпизод за эпизодом, получалось так, что его зародившаяся симпатия к ней только крепла.

Вчера им было очень хорошо. Что скрывать - он бы все отдал, чтобы Вика была его девушкой. Вот только нужно ли оно ей? Сергей, со своим колючим характером и несдержанностью, не был подарком для доброй, понимающей Вики. Смущал его также тот факт, что он переспал с девушкой друга. Как после этого общаться с ним, дружить? Столько тайн доверено друг другу, столько тревог поделено. Такого друга, как Никита, ему терять не хотелось.

Появление в комнате Никиты застало Сергея врасплох. Парень зашел и поставил на кровать свою сумку. Ни слов приветствия, ни вопросов - ничего. Пугающая тишина. Никита казался осунувшимся и бледным.

- Привет, - вскочил Сергей и протянул ему руку. - Что у тебя произошло? Ты такой бледный...

Никита без объяснения причин размахнулся и ударил Сергея в лицо. Кулак его пришелся на скулу. Сергей чуть не упал, но удержался на ногах. Теперь он начинал понимать...

- Сволочь ты! - крикнул Никита и замахнулся еще раз. Сергей успел перехватить его руку. - Девушку у меня отбивать вздумал? Я все видел вчера своими глазами, так что, не отрицай!

- Подожди. Я должен тебе все объяснить... - Сергей с трудом удерживал разъяренного друга - теперь уже, наверное, бывшего. Никита вырвался и снова кинулся на него с кулаками. От бледности не осталось и следа - лицо парня пылало.

- Что тут объяснять?! Соблазнил ее... Тебе она давно нравилась, ты поэтому и говорил про нее гадости - чтобы у нас ничего не получилось!

- Ты не прав, - Сергей выставил руку вперед и уходил от ударов Никиты. - То, что случилось вчера...

- Я видел, что случилось. Классно спать с моей девчонкой, да? А она и рада была раздвинуть перед тобой ноги! Я с нее вины не снимаю, но инициативу ты проявил, ведь так?

Никита, воспользовавшись тем, что Сергей его слушал, врезал ему в переносицу. Тот неожиданно размахнулся и отправил ответный удар - в ухо.

- Очнись ты! Просто выслушай меня!

С глухим рычанием Никита кинулся на противника. Друзья сцепились и упали на пол...

- А ну, прекратили оба! - голос Макса немного отрезвил их. Перед ним открылась жуткая картина - его друзья с неприкрытой злобой мутузили друг друга. Он схватил Никиту за плечи, оттащил и швырнул на кровать. Тот попытался вновь кинулся на Сергея, но Макс встал между ними живой стеной.

- Меня бейте. Давайте, с двух сторон. Пока я здесь, вы драться не будете!

Все трое замолчали. Никита тяжело дышал, а Сергей потирал щеку, на которой расцветал фиолетовый синяк. Каждый сидел на своей кровати. Атмосфера в комнате была такой накаленной, что Максу стало не по себе.

- Я не знаю, что там у вас случилось, - проговорил он. - Каждый из вас хоть раз назвал меня неуравновешенным и психом, а теперь сами ведете себя именно так!

Парни старались не смотреть друг на друга.

- Макс, мы разберемся, - буркнул Никита.

- Вижу я, как вы разбираетесь. По крайней мере, обещайте не ссориться, пока мы не выполнили то, что задумали.

Все трое встали, и наконец-то их взгляды встретились.

- Мы должны выяснить, кто пытался убить Вику. Для этого один из нас постоянно должен быть рядом с ней...

Глава 26

- Сейчас ты увидишь кое-что интересное, - сообщил майор Ежов. - Ничему не удивляйся, Толя. Кстати, мы внедрили к Оболмасову нашего человека. Она прикинулась брошенной родителями девочкой.

- Вы впутали в это дело малолетку? - возмутился Анатолий.

- Кристине недавно исполнилось двадцать лет, она заочно учится на психолога, - пояснил Ежов. - Естественно, мы сделали ей другие документы. Эта девушка - мастер манипуляций. И себя в обиду не даст, и разузнает многое. В ближайшее время я жду от нее звонка.

Салаев, откинувшись в кожаном кресле, вздохнул.

- Знаешь, я уже ничему не удивляюсь после того, что тебе удалось узнать. Только я все-таки не верю, что Карякин и Оболмасов - содержатели закрытого элитного борделя. Дико это все...

Ежов достал из ящика какую-то папку.

- Вот, почитай на досуге. Здесь есть информация про них обоих. Из каких семей они были? Из самых простых! Отец Карякина еще что-то зарабатывал, крутился, а вот Оболмасова растила одинокая мать. Простые парни. А потом? Первый может сказать, что вырос от простого оператора спиртзавода до начальника, накопил денег. А вот Оболмасов выучился на юриста в автодорожном, поступил служить в прокуратуру на должность следователя и быстро занял должность прокурора - кстати, подставив предыдущего. Была громкая проверка, кое-кто в прокуратуре еще это помнит. Их третий друг, Виталий Иванов, оказался другим, он не смог спокойно жить с этим. После событий с Наташей и ее родителями он стал употреблять наркотики и вскоре вскрыл себе вены в состоянии передоза. А эти двое получали за девушек деньги от Баграма и так накопили свои капиталы.

Неспеша перелистывая папку, Салаев наткнулся на одно фото.

- А это, я так понимаю, Баграм Суриев. Он бы мог нам помочь. За изнасилования их никто не осудит уже, а вот за другое преступление...

- Именно. С помощью его денег наши ребята заняли важные государственные должности, а также стали крупными бизнесменами. Будучи работягами, они бы, может быть, добились небольших должностей и денег - ты же знаешь, как все это делается в небольших городах.

- Не только в небольших, - ответил Салаев, вспомнив свои попытки заработать денег в Москве. - Вот бы поговорить с этим Баграмом!

- Невозможно! Лихие парни убили его в две тысячи втором году. Забили насмерть в том месте, где получали деньги... Почему-то в тот вечер он приехал без охраны.

- Они так и действовали вдвоем? - спросил Салаев. - Или был еще кто-то?

- Обычно вдвоем. Только в тот вечер приехал в гости к Карякину его знакомый из Москвы. Он был директором маленькой страховой компании, которая кидала всех и вся...

Трое собрались в небольшом ресторанчике в центре города. Их стол ломился от вкусной еды и спиртного...

- Неплохо у вас тут, - одобрил молодой мужчина. Этот явный любитель удовольствий отличался плотным сложением и грубоватыми манерами. - Не хуже, чем в Москве! И еда такая вкусная...

Алексей Карякин, улыбаясь, подлил ему в рюмку водки. Они познакомились в Москве, когда он приехал, чтобы застраховать свою машину. Директор лично вышел к нему, все рассказал, пригласил к себе в кабинет. Карякин тогда отметил хороший прием, сообщив, что слышал дурные отзывы об этой страховой компании и приехал, чтобы все проверить, на что Даниил Хамарин ответил, что люди врут. Так, между ними завязалось приятное знакомство.

- У нас и девушки лучше, чем в Москве, - улыбнулся Оболмасов. - Ты же за этим приехал? Вот и убедишься!

Хамарин заволновался, даже заерзал на стуле.

- Алешка показывал мне одну фотографию... Там такая классная девка! Я прямо с ума сошел. Вы точно не можете ее мне подогнать?

Оболмасов помрачнел.

- Точно. Она была моей девушкой много лет назад. Так получилось, что она понравилась Баграму, и он велел привести ее. Наташа была невинной, и мы стали ее первыми мужчинами - я, Алексей и покойный Виталик. Мы лучше, чем Баграм. Но ей удалось спастись... Правда, проблем мы от нее потерпели немало. Вобщем, где она и что с ней - я не знаю. А фото было сделано в фотоателье, это она специально для меня фотографировалась. Вот, я и оставил на память, только прячу у Алешки - моя жена ревнивая, а его Маша по шкафам не полезет.

Мужчины выпили еще по рюмке. Глаза Хамарина заблестели.

- Слушайте, а вы не думали избавиться от Баграма? - спросил он. - Ведь этот гад не все деньги за девчонок вам отдает. А люди к нему обращаются небедные! Не было бы его - все ваше бы стало!

Оболмасов и Карякин переглянулись.

- Ты на что намекаешь, Даня? - спросил Алексей. - Мы не убийцы.

Даниил загадочно промолчал и позже напросился с ними поехать на точку, где Баграм обычно выдавал им деньги.

Как ни странно, их работодатель приехал один. Баграм обычно не пил, но сегодня заявился пьяным. Он, дружелюбно улыбаясь, вышел из машины и помахал им.

Они встречались на самых задворках города, за бывшим рынком. Там было пусто и безлюдно.

- Отличное место, - подтолкнул Хамарин Оболмасова. - Он же хилый, немолодой и пьяный! И ни одна живая душа не узнает...

- Он прав, - прошептал Никита. - Банда Баграма почти ликвидирована - кто сел, кто уехал, кто снюхался. Вот, даже ребят не взял с собой! Ромка, мы его уделаем в два счета! Вообще, это он толкнул нас в свое время на преступление, в котором мы увязли.

Втроем они подошли к Баграму. Он действительно казался маленьким и слабым по сравнению с тремя крепкими мужчинами тридцати трех лет.

"И это ничтожество заставило меня любимую девушку погубить", - поймал мысль Оболмасов.

Джинсовка Баграма оттопыривалась... Они знали, что он не расстается с оружием.

- Привет, - голос его был хрипловатым. - Хорошо поработали в тот раз, красивых девчонок подогнали...

Он достал из кошелька деньги, пересчитал и передал Алексею. Тем временем Хамарин, делая вид, что осматривается, стал прохаживаться туда-сюда.

- А это кто? - спросил Баграм. - Новенького взяли? А проверили? Он же не местный...

Неожиданно Хамарин схватил его сзади за локти. Карякин, увидев это, выхватил у мужчины оружие.

- Ну ты и попал, сволочь, - сплюнул Оболмасов, отведя плечи назад. Он замахнулся и ударил Баграма в челюсть. Тот упал бы, но Хамарин его держал. - За Наташу. За нас.

Вскоре они повалили его на землю и били его втроем. Били без разбора - по всем участкам тела, со всей силы. Через пять минут мужчина перестал дергаться и весь обмяк. Это произошло после удара ботинка Хамарина ему в висок.

- Все, - сплюнул Оболмасов. - Теперь мы еще и убийцы.

Они отвезли тело Баграма к тихому уголку набережной и сбросили оттуда прямо в реку. Карякин и Оболмасов казались потерянными, а вот Хамарин сиял.

- Ребята, а вы не чувствовали драйва от его мучений? - спросил он. - Когда он стонал, закрывал голову?

- Какой драйв? - рявкнул Алексей. - Мы - взрослые женатые люди, у нас дети. Ну, разве что облегчение...

Хамарин улыбнулся, и при свете луны его улыбка показалась особенно зловещей.

- А драйва хотите? Я вот хочу что-то типа охоты на природе... Только на женщину. И в завершение всего - прекрасный секс, для всех нас.

- Тьфу на тебя, - отмахнулся Оболмасов. - Был у нас уже однажды прекрасный секс на троих, с Наташей. И чем это закончилось? Еле закрыли дело... С тех пор, мы не трогаем девок, которых отправляли Баграму.

- Я хорошо заплачу, - умоляюще проговорил Даниил и назвал сумму. - Ну же! Алеша мне говорил, что на сегодня вы выманили какую-то девчонку...

Алексей задумался. Да, это так и было. Скромную и замкнутую девушку они давно выслеживали - она была сиротой, причем очень красивой. Правда, там постоянно отирался ее жених, но сейчас он уехал. Они нашли способ вытащить ее на нейтральную территорию.

- Почему бы не доставить гостю удовольствие? - пожал он плечами. - Поехали к ней на встречу!

Анатолий Салаев, переваривая информацию, вздохнул.

- Ты складно излагаешь, Вася, будто сам там был. Я так понял, было две девушки, спасшихся от наших сутенеров - Ибрагимова и еще кто-то... И что из этого?

- На первый взгляд - ничего. Никто не будет судить их за то, что они устроили охоту на несчастную девушку десять лет назад, и уж тем более - за Наталью. Однако, с их помощью мы приближаемся к разгадке.

Ежов приоткрыл дверь кабинета.

- Сейчас сюда зайдет вторая счастливица, из которой они сделали жертву в угоду своему психически ненормальному другу Хамарину. Она не уехала, как Наталья, и осталась жить здесь. Но, она и не оказалась такой сильной. Несчастная так и не смогла завести семью, она стала бояться и избегать мужчин.

- Еще бы! - воскликнул Салаев. - Я бы их возненавидел. Бедные, одинокие, незащищенные девочки... И никто не вступился за них, всем плевать. Я бы за свою Софийку порвал!

- Твою дочь никто и не тронет, - усмехнулся Ежов, - с таким папашей и братом. Вадим, прошу!

В кабинет вошел Вадим Афанасьев. Он бережно поддерживал под локоток молодую изящную женщину.

- Здравствуйте, - заговорила она. - Я приехала по вашей просьбе... Но, учтите: вы меня отрываете от лекций и студентов!

Салаев, подняв на нее глаза, застыл в изумлении.

- А вы-то как сюда попали?! - изумился он и повернулся к майору Ежову. - Это Анна Романовна, она преподает у моего сына. При чем здесь она?

Увидев знакомое лицо, Лаврова в смятении опустила глаза и покраснела.

- Не бойтесь, Анна, - Вадим усадил ее на кресло. - Все, кто присутствуют здесь, заинтересованы в нашем деле. Вам ничто не угрожает. И ни одно ваше слово не выйдет за стены этого кабинета.

Он быстро приготовил Анне кофе и ободряюще улыбнулся.

- С Анной Лавровой ты уже знаком, - кивнул Ежов. - Она - вторая, удачно спасшаяся...

Глава 27

После проведенной с Вадимом ночи Наталья словно летала. Она чувствовала себя легко и счастливо. До этого момента жизнь дарила ей такие чувства всего два раза - с Оболмасовым и покойным мужем. Она уже и не надеялась на такое, было даже немного стыдно - все-таки, не молоденькая девочка уже.

Он, пообещав в тот вечер отвезти ее в прекрасное место, не соврал. Это был небольшой дом на границе соседних городов, недалеко от речки. Там Вадим жил после развода. Правда, ему пришлось взять кредит, чтобы его купить... Но, для Натальи, знакомой с долгами, кредитами и вышибалами, банковский кредит был чем-то более реальным. К тому же, природа, река, свечи вокруг ванной и тепло его рук сыграли свою роль. Наталья не могла сказать, что полюбила, но ей очень нравился Вадим.

Напевая, она открыла дверь в дом. Николай в это время как раз выезжал на работу - в обед в его кафе как раз собирался народ.

К Николаю у нее был особый разговор. Все это время они жили, как обычно, и виделись очень редко - каждый был занят своими делами. Наталья все гадала: знал ли он с самого начала, что тогда произошло? Или расследовал это позже, с помощью Анны Лавровой? А, может быть, вообще - принимал участие? Последнюю мысль она гнала от себя. Ее брат был трусом, мягким человеком, но он не был подлым. Его поддержка начиная с того времени, как у нее умер муж, говорила о его хорошем отношении к ней.

На кухне его не было, однако, судя по еще теплому чайнику, Коля недавно пил кофе. Наталья вспомнила: с тех пор, как она споила его до бесчуствия и угнала машину, они толком не разговаривали. Вряд ли он что-то заподозрит: она тоже притворилась пьяной и дождалась, пока он уснет.

Коля сидел в гостиной и разговаривал по телефону. Так как любые его действия и разговоры имели теперь значение, она остановилась и прислушалась.

- Пожалуйста, не трогайте Наташу! - просил, почти умолял ее брат неизвестного собеседника. - Ей итак досталось. Я отговорю ее... Что? Я не знал. Мы все решим. Девочку не надо преследовать! Роман Васильевич, вы что, думаете, Наталья что-то вам сделает?

После небольшой паузы он продолжил.

- Я не знаю, почему! Но, я сделаю все, чтобы она жила тихо и никуда не лезла. Да говорил я ей! Все, понял...

Наталья подошла сзади, увидев, что Коля закончил разговор, и положила руки ему на плечи. Он вскрикнул и обернулся. Лицо его было красным, он весь дрожал.

- Коль, у тебя что, давление? - спросила Наталья участливо. - Ляг. Да что ты так трясешься? Я скорую вызову!

Ее брат, молодой еще мужчина, страдал излишним весом. Отсюда - высокое давление, постоянная усталость, нервы и плохое самочувствие. Ей уже не раз приходилось лечить его дома, но сейчас его состояние внушало опасения. Наталья даже отложила свои вопросы - так плохо он выглядел.

Николай, ложась на диван, закрыл глаза. Наталья накапала ему валерьянки и достала аппарат для измерения давления.

- Ох, Коля, - вздохнула она. - Тебе едва за сорок перевалило, а давление, как у старика...

- Это потому, что я толстый? - подражая героям американских комедий, спросил Николай. Чуть позже он пришел в себя - перестал дрожать, краснота сошла с его лица, но он продолжал держаться за ее руку, как за спасательный круг.

- Это тоже плохо. Но, хуже всего... - ее нервы тоже не выдержали. - Хуже всего, что ты врун!

С этими словами Наталья достала из сумочки пистолет и навела его на Николая. Она видела, что брату лучше, и сейчас откровенно обманывала. Однако, он испугался.

- Наташа, ты что? Убери оружие, - он встал и пошел к ней, пошатываясь. - Еще ранишь себя...

- Я скорее раню тебя! - накануне Вадим хвастался этим пистолетом, как памятью о лихих годах юности, и пуль там не было, но она решила забрать его на время - так, на всякий случай.- А ну, говори: тебе Оболмасов звонил? Ты все знал? Или, возможно, участвовал?

Николай, упав на кровать, закрыл голову руками. Наталья села рядом.

- Да, Наташа, это он звонил. И ему не нравится, что ты начала что-то узнавать. Скажи, как ты связалась с Лавровой?

- Ты не до конца ответил на мой вопрос, - напомнила Наталья, приставляя к его виску пистолет . - Но я тебе отвечу. Перед моей уборкой ты даже не вспомнил о старой дискете, спрятанной в шкафу! Я увидела всю информацию и поняла,что это касается меня. Было не трудно найти ее в соцсети. Я напоила тебя и угнала твой автомобиль, чтобы встретиться с ней - писала-то я от твоего имени! Не повезло Ане - два раза пережить этот кошмар! И в обоих случаях она узнала Оболмасова. Мы - родные люди, Коля. Но ты ведешь себя совсем не по-родственному, скрывая от меня все это!

- А ты? - возмутился, в свою очередь брат. - Ты как себя ведешь? Точно - не как взрослая, умная женщина! Я предоставил тебе свой дом и во всем помогал. Единственная моя вина - в том, что не защитил тебя и твоих родителей. Свое расследование я был вынужден забросить после расставания с Аней, когда заинтересованные лица оказали мне помощь в бизнесе. И я решил - кому оно теперь надо?

Николай уткнулся ей в плечо, его крупные плечи вздымались в такт дыханию.

- Это он, Наташа! Про других двух я не знаю. Но, Оболмасов точно был там в тот вечер... Я потом узнал, что дело замял отец Алексея Карякина - вот и второй участник. А про третьего ничего сказать не могу...

- Виталик Иванов, - горестно всхлипнула Наталья. - Они так и дружили втроем. Чего уж тут гадать? А ведь моя дочь дружит с сыновьями этих уродов...

Она подумала, что дети, конечно, не в ответе за родителей... Ее брат снова залился краской и откинул голову. Наталья немедленно вызвала скорую, она приехала через пять минут.

- Ух, как давление подскочило! - удивился молоденький фельдшер. - Нестарый мужчина еще, а такие проблемы... Увозим его в терапию!

Наталья, спрятав пистолет, боролась с чувством стыда. Конечно, Коля сам виноват - молчал о таких вещах... Тем не менее, до такого состояния именно она его довела!

* * * * * *

Алексей Карякин уже почти спал. Рядом уютно сопела жена. Время было позднее, и этот выходной они провели активно: встречались в ресторане с друзьями, потом отвезли младшего сына к школьному товарищу на день рождения. Было обговорено, что парень останется там на ночь, так что, у мужа и жены выпала редкая возможность провести время наедине. Алексей устроил Марии романтический вечер в их городской квартире: цветы, вино, ванная, уставленная свечами... Все закончилось сексом - таким фееричным, что после него жена свалилась, как подкошенная. Мужчина гордился собой: вот какой он сильный! Так удовлетворил любимую женщину, и себя, и не скачет в поисках молоденьких дурочек, как многие его приятели!

Закрывая глаза, Карякин подумал о Никите. Его старший сын все реже звонил, разговоры всегда были короткими. Конечно, у него теперь есть девушка... Дочка Ибрагимовой. Карякин воздерживался от каких-либо комментариев, боясь еще больше рассердить сына. Интересно, какая она, эта Вика? Такая же смелая и упертая, как Наталья? Он боялся того дня, когда Никита приведет ее домой, чтобы познакомить с семьей.

Плавный поток его мыслей прервался, когда он услышал скрежет ключа в двери и странные, неуверенные шаги. Вскочив с кровати, Карякин пошел в прихожую. Там, шатаясь, пытался снять ботинки Никита. Он был сильно пьян и распространял вокруг себя запах коньяка и сигарет.

- Папаня! - Он попытался обнять отца, но не удержался на ногах, и Карякину пришлось его подхватить. - Давно не виделись, дорогой!

Алексей Сергеевич уже хотел высказаться по поводу состояния сына, но сдержался. Давно ли он сам, еще более пьяный, приехал после праздника в загородный дом, и его наутро выхаживал отец? Кстати, старик ничем не попрекнул его. Он с тех пор стал каким-то мрачным и задумчивым.

- Тихо ты, мать уже спит! - потребовал он, стащил с сына куртку и отвел его в ванную.

- Ух ты, свечи! - заметил Никита, пока отец раздевал ее. - Это вы что, развлекались с мамой?

Карякин не ответил и запихнул сына под холодный душ. Никита почувствовал себя чуть лучше - по крайней мере, он смог держать равновесие.

Позже он лежал на кровати в своей комнате, а отец принес ему минералку и бутерброд с колбасой.

- Почему ты так напился? - спросил Карякин. - Да еще и к нам приехал... Нет, я всегда тебе рад, просто ты давно здесь не появлялся. У тебя что-то случилось? Расскажи мне!

Неожиданно Никита заплакал - горько, со всхлипами. У отца сжалось сердце. Последний раз он видел слезы сына много лет назад - когда умерла любимая бабушка, его мать.

- Ну что ты, мальчик мой? - Карякин прижал его к себе. - Такой большой, крепкий парень, а плачешь, как ребенок...

- Папа, я с Викой расстался! - его плечи дрожали от рыданий. - Мне так плохо и больно! Она изменила мне, переспала с Серегой! Я сам все видел!

Алексей Сергеевич оторопел. Его сын и Сергей Оболмасов были близкими друзьями. И как такое могло произойти?!

Никита рассказал ему все, выразив свое мнение, что Вика давно нравилась Оболмасову.

- Возможно, - проговорил мужчина, гладя парня по голове. - В вашем возрасте люди не могут понять, чего хотят. Может, она ему и нравилась... Но, я сомневаюсь, что он тащил ее на склад насильно.

- Нет, о насилии речи не идет - ей все это нравилось, - Никиту даже передернуло. - Но, в любом случае, инициатором был он. Сегодня я пришел к ней и все высказал, а она только пищала свои извинения! Я не могу больше с ней встречаться. Видеть не хочу!

Карякин вздохнул.

- Сын, иногда в этой жизни случается такое... Сколько живу - удивляюсь. Сходятся бывшие, мирятся те, кто в ссоре... Возможно, позже ты простишь ее.

Никита вспыхнул и, похоже, протрезвел.

- Пап, а ты бы простил?! - возмутился он. - Вообще, когда ты был молодым... Было такое, чтобы твоя девушка занималась сексом с твоим же другом?

- У меня нет, - ответил он. - А вот у Оболмасова-старшего было. Много лет назад его девушка имела секс со мной и покойным Виталием Ивановым. Правда, ситуация была совсем другая...

- Ну, Роман Васильевич ведь с ней не остался?

- Нет, - подтвердил Карякин, понимая, что сболтнул лишнего. - Их пути разошлись, позже каждый завел новые отношения, в итоге оба создали семьи. Это жизнь!

Никита, похоже, успокаивался от разговора с отцом... Но лицо его до сих пор было сведено судорогой боли и страдания. Карякин лихорадочно соображал, как помочь сыну.

- Вот что, мой дорогой, - начал он. - Тебе сейчас надо остыть и отвлечься. Можешь поехать дня на три в Москву. Помнишь, ты говорил, что туда переехал с семьей твой друг и одноклассник? Позвони, напросись в гости. Если откажут, снимешь номер в гостинице. Погуляешь, развеешься. Денег я добавлю, сколько нужно - скину на карточку, когда ты будешь в Москве. С работы отпросись, в институт твой я заеду и что-нибудь наболтаю. А ты успокоишься и поймешь, что хочешь делать: простить Вику, помириться с Сергеем, или вообще не общаться с ними. Это будет твое осознанное решение.

Никите, похоже, понравилась идея отца. Он заулыбался и положил голову ему на плечо.

- Папка, ты супер! - воскликнул он. - Я согласен. Завтра же уезжаю! И зачем я напился в этом клубе, когда нужно было сразу ехать к тебе?! Прости меня за мое поведение!

- Уже простил, - улыбнулся Карякин. - Я догадываюсь о твоих действиях... Драка с Сергеем - расстался с Викой - пьянка в клубе - и под крыло папе. Верно?

С этими словами Карякин поцеловал сына в лоб и вышел из комнаты. А Никита, удивляясь отцовской мудрости, поставил на телефоне будильник. Спать ему оставалось всего три часа - он собирался успеть на самый ранний автобус до Москвы.

Глава 29

- Давно не виделись, Софийка, - проговорил Макс, запуская сестру в квартиру. - Что же ты не предупредила? Я бы в любой момент сорвался и встретил!

Он крепко обнял Софийку и поцеловал в щеку. Девушка ответила на его объятия - неуверенно, робко. В ней что-то изменилось после этой поездки. Казалось, она все воспринимала по-другому. У нее даже изменился взгляд - стал более взрослым, осознанным. Да, его принцесса взрослеет, скоро она достигнет совершеннолетия.

- Да ладно, - она, скидывая куртку ему на руки, вошла в гостиную. - У тебя свои дела... Не хотелось беспокоить.

Макс заметался по кухне - соображал, чем накормить сестру. Быстро нарисовались бутерброды и овощной салат. Обрадовавшись их встрече, парень откупорил бутылку красного сухого вина.

- Я так соскучился, -объявил он, когда все было готово. - Тебя не было целых две недели! Расскажи...

- Сначала ты мне расскажи, - прервала она брата. - Что здесь происходило? Я так поняла, Вика и Никита расстались сегодня?

- Да. Я вообще не понимаю, как такое могло произойти. Вика и Сергей друг друга недолюбливали, а тут - на тебе! А Никитка вообще, набросился на Серегу с кулаками...

Макс изложил сестре свою точку зрения. Он никого не винил - просто удивлялся всему случившемуся и надеялся, что все встанет на свои места. Рассказал он также про то, что удалось выяснить Вике и Сергею про своих родителей.

- Такая чертовщина! Похоже, отцы Сереги и Никиты занимаются чуть ли не работрговлей,- сказал он. - Я, правда, пока в это не верю. Но один неоспоримый факт есть: много лет назад Роман Васильевич Оболмасов был парнем мамы Вики, а потом нанес ей большую обиду...

Софийка, съедая уже третий бутерброд, покачала головой.

- Ужас! И ведь никто ничего не знал... Наталья Георгиевна уехала, и все - никому ничего не надо! Хорошо, что хоть наш отец не замешан в этих делах!

- Нет, конечно, - ответил Макс. - Он приехал сюда из Москвы уже женатым, мне было два года, тебе - один. И случилось это через два года после того, как уехала мать Вики!

Она вздохнула и залпом выпила бокал вина. Макс посмотрел на нее, и в его взгляде читалось осуждение. Сейчас выскажет, что она много выпила... Всего-то три бокала!

- Ты так быстро пьешь, что не чувствуешь вкуса, - высказал он свое замечание. - Такое вино нужно смаковать!

- Давай досмакуем эту бутылку, и откроем еще, - предложила она. - Здесь нам хватит еще по бокалу.

Макс что-то проворчал, но посушался: разлил остатки вина и открыл бутылку такого же.

- Ну, а ты что скажешь? - спросил он.

- Начну с последнего: наш папа баллотируется на выборах главы города. Ты знал?

- Нет, - оторопел Макс. - Он мне не говорил...

Так вот: основной его конкурент - отец Никиты. И, кажется, папа накопал на него компромат, который затрагивает и папу Сережи.

Софийка рассказала ему то, что знала. Под разговор они, сами того не замечая, выпили все вино.

- Макс, ну что теперь делать? - вздохнула она. - Открывай другую!

- Я-то могу много выпить - и ничего, - заметил он. - А ты? Плохо утром не будет!

- Я в норме. Еще чуть-чуть - и все, - пообещала сестра.

Однако, когда она собралась идти в свою комнату, потеряла равновесие и чуть не упала. Макс тут же оказался рядом, подхватил ее на руки и отнес на кровать.

- Глупая Софийка, - смеялся он. - Меры своей не знаешь!

Голова у нее кружилась, перед глазами все слилось. Макс показался таким родным и близким... Она прижала его голову к своей груди.

- Так хорошо с тобой... я скучала.

Неожиданно для себя, Макс потянулся к ее губам и поцеловал их - по-настоящему, страстно. На них был вкус вина и аромат блеска, какой постоянно использовала Софийка. Он был так возбужден, что весь дрожал. К его удивлению, девушка не оттолкнула его - напротив, она прижималась к нему и отвечала на поцелуй.

- Софийка, прости, - он с трудом оторвался от ее губ. - Мы просто напились, это все бред. Я пошел...

- Не уходи, - попросила она. Девушка раскраснелась, ее губы пылали, а грудь призывно рвалась из легкой кофточки. - Все хорошо... Останься, прошу.

И Макс, отвергнув последние здравые мысли и барьеры, окунулся в омут ее губ, нежной кожи и ласковых рук. Одежда их полетела на пол, тела сплелись в экстазе. Обоим было так хорошо, как никогда и ни с кем ранее...

Утром Макс проснулся и не сразу понял, что произошло. Он остался спать в комнате Софийки... Ее самой уже не было, сумочка не стояла на привычном месте. Очевидно, сестра уехала в институт.

- О, Господи, - в ванной, посмотрев на себя в зеркало, он вспомнил, что вчера было. - Какое же я дерьмо...

Сползая по стене на пол, Макс зарыдал. Стыд, боль, отвращение к себе - эти чувства охватили его. Как теперь жить? Переспать с собственной сестрой, которой он желал добра, которую защищал... и, увы, тайно вожделел. Только сейчас парень откровенно признал это.

- Я испоганил ей жизнь, - всхлипнул Макс. - Я не заслуживаю жизни после этого!

Взгляд Макса упал на маленький шкафчик над раковиной - отец хранил там лекарства. Схватив первую попавшуюся пачку таблеток, он стал глотать их горстями, запивая водой из-под крана. Ему удалось проглотить все три блистера по десять таблеток.

- Вот так, - пробормотал парень, чувствуя, как жжение охватило желудок. - Она легче это переживет, если меня не будет рядом!

Через час в домофон позвонил Сергей - он пообещал заехать за Максом, чтобы они вместе поехали в институт. Ему открыла консьержка и поздоровалась - Сергей был здесь частым гостем.

- Странно, почему он не отвечает, - удивился Сергей уже в лифте. - Проспал, что ли?

Дверь в квартиру Салаевых была открыта. Оболмасов вошел в прихожую...

- Макс, - крикнул он. - Ты где? А ну, просыпайся!

Ему никто не ответил. Сергей осмотрел все комнаты и кухню, где обнаружил следы вчерашнего застолья - пустые бутылки.

- Нормально, - отметил парень. - Хоть бы пригласил на пьянку! Или он с девчонкой был? А где сам-то?

Заметив включенный в ванной свет, Сергей устремился туда... И застыл в испуге, увидев лежащего на полу Макса. Его друг был очень бледным, без сознания, а вокруг валялись блистеры от какого-то лекарства.

- О, черт, - воскликнул Сергей. Он склонился над Максом - тот еще дышал, но в себя не приходил. Сергей тряс Макса, брызгал в него водой, но ничего не помогало. Парень уже хотел вызвать скорую, но передумал. - Когда еще они приедут...

С этими словами Сергей взвалил бесчувственного Макса на плечо и вышел из квартиры. На свежем воздухе друг застонал.

- Держись, - попросил Оболмасов, укладывая его на заднее сидение. - Только не умирай, Макс. Я тебя быстро до больницы довезу!

Глава 30

- Я еще не готова, - девушка смотрела на прокурора своими русалочьими глазами, в них застыло умоляющее выражение. – Пожалуйста, Роман, дайте мне немного времени. Я очень благодарна за все, что вы для меня сделали, и готова это отработать!

Оболмасов не знал, что сказать. Сейчас он сидел в комнате, отведенной Ольге Шеиной, и мягко подталкивал ее к выполнению новых обязанностей. Девушку проверили вдоль и поперек – и врачи, и он пробил по различным базам еще раз, на всякий случай. Оля была здорова, только немного истощена – неудивительно при ее-то жизни, но поправимо. Ничего плохого и криминального за ней не числилось. Отличный кандидат для его друзей и клиентов! Оставалось одно – подготовить ее морально. Не хотел он принуждать такое нежное существо. Прокурор отлично разбирался в женщинах и видел, что, при правильном отношении, Оля принесет немало денег. Откровенно говоря, он и сам с удовольствием лег бы с ней в постель… Однако, те два раза, что он занимался любовью с потенциальными девочками клуба, заканчивались неудачей. После Анны Лавровой секс с девушками, направляемыми сюда, был для них табу.

- Оля, я так понимаю, что половую жизнь ты уже начала вести, - сказал он, вспоминая заключение врача. – Чего же ты боишься?

- У меня был один парень… я в него влюбилась, - в голосе ее зазвучали слезы. Девушка, сидевшая на кровати, натянула на колени одеяло. Она казалась очень нежной и красивой с блестящими отмытыми волосами и в сливочно-белом пеньюаре. – А сейчас все по-другому. Я просто внушаю себе, что это работа.

- Можно и так сказать, - согласился он. – Ты предоставляешь определенные услуги нашим богатым клиентам, а за это получаешь кров, качественную еду, медицинское обслуживание, а также досуг на наших вечеринках. И вообще, я думаю, что тебе не придется оказывать услуги многим гостям – хотя они, конечно, захотят этого. Возможно, тебя заберет к себе какой-нибудь бизнесмен…

- Как это – заберет? – удивилась Оля.

Оболмасов вспоминал. Несколько раз такое происходило – особенно красивых и интересных девушек забирали из клуба, в этом случае стоимость «подарка» за девушку была очень высокой. Что происходило с подопечными дальше – уже не интересовало Оболмасова и Карякина. Но, некоторые из «покупателей» позже снова приходили в клуб за приятным и разнообразным досугом. Естественно, хозяева не задавали лишних вопросов.

- Ну, захочет, чтобы ты была его спутницей. Снимет тебе квартиру, а если холост – возможно, будешь жить с ним. Ты очень красивая, Оля, и есть в тебе некий изыск, шарм, несмотря на твою тяжелую жизнь. Я уже не говорю о том, что ты очень юная, а зрелые мужчины очень высоко ценят юность!

Перед ним промелькнули лица девушек, которые покинули его клуб вместе с новыми «хозяевами». Они все были красавицами – одна лучше другой, и все – не из его города. Просто так получалось. Ну, не рожала пока родная земля женщин красивее Ибрагимовой и Лавровой!

- То есть, меня и замуж взять могут, - глаза Оли засияли надеждой, она встала с кровати и покрутилась перед зеркалом. Оболмасов вновь отметил совершенство юных форм и молочное сияние кожи. – Я покажу, что могу быть очень хорошей… Я полюблю такого человека!

Роман Васильевич почувствовал неожиданный укол жалости. Эта Оля была моложе всех предыдущих, в ней еще сохранялась некая наивность – а ведь девчонке пришлось пройти больше трудностей, чем многим другим! Он по-своему желал ей счастья, а не счастье ли для нее уютная теплая комната, питательная еда, а самое главное – надежда, которую он ей дал!

- Конечно, могут, - он по-отечески потрепал девушку по плечу. – Я бы и сам взял, да только у меня уже есть и жена, и сын старше тебя!

Оля рассмеялась беззаботным, почти детским серебристым смехом, обняла Оболмасова и, привстав на носочки, поцеловала его в щеку.

- Им очень повезло, вы такой добрый, - прошептала она ему на ухо и, неожиданно смутившись, села обратно на кровать. – Я не буду долго думать, обещаю. Неделю вы мне дадите?

Оболмасов задумался, что-то подсчитывая в уме.

- Даже больше, - ответил он. – Почти две недели. Мы сейчас будем готовиться к большому новогоднему банкету. И уже к нему будь добра набраться духа, моя девочка!

Мужчина вышел, и выражение лица девушки изменилось. Оно утратило наивно-виноватое выражение. Глаза ее холодно блеснули, скулы напряглись. Она будто в один момент стала старше, жестче и увереннее. Из-под матраса немедленно была вытащена игра «Тетрис» - старенькая, с исцарапанным монитором. Оболмасов удивился, когда нашел эту игрушку в вещах Оли, а она ответила, что хранит ее как память о детстве, и он оставил ее девушке.

На самом деле, в «Тетрис» был вживлен пейджер. Это был единственный безопасный способ связи с майором Ежовым, начальником. Он подозревал, что и в прокуратуре, и везде, где бывает Оболмасов, установлена прослушка, а его сотрудница не должна была их выдать.

«Двадцатый километр Елинского шоссе, поворот в лес после указателя на садовое товарищество, и до конца дороги. Огромный особняк», - отправила она сообщение.

Ответ пришел немедленно: «Что за особняк? Ты в порядке?»

«Да. Это – бордель под видом загородного клуба. Много комнат, в каждой живет по девушке. Здесь устраиваются вечеринки с бизнесменами и крупными должностными лицами. Они покупают понравившихся девушек. Мне сделали комплимент – сказали, что меня тоже купят».

Похоже, это не понравилось шефу – ответ пришел быстрее, чем она оторвала пальцы от кнопок.

«Кристина, не дури. Охрана есть? Насколько сильная?»

Девушка выглянула в окно и увидела двух охранников, стоящих у парадного входа, и еще двух – за железной оградой. С противоположного окна был виден другой вход. Там никого не было, только стола грузовая машина, из которой водитель вытаскивал большие мешки – похоже, с продуктами.

«Везде охрана. Никого нет только на этажах. Тут ходит администратор Ольга, она хуже любого профессионального охранника. Не охраняется только черный вход, со стороны леса. Но он тоже за оградой. Не знаю, как сюда попасть!»

Сейчас Ежов ответил не так быстро.

«Сколько у нас есть времени?»

«Почти две недели. Потом меня сдадут богатым господам в аренду. Василий Андреевич, спасайте!»

Прошло уже две минуты, а он не отвечал. Кристине стало страшно. Ей даже показалось, что начальству стало плевать на нее.

«Не волнуйся, Кристинка. Мы успеем. Сутенеров ждет крутой новогодний подарок!»

* * *

Макс открыл глаза и не понял, где он находится. Белые стены, не слишком удобная кровать, и потолок тоже белый… Все сливалось в одно тошнотворное белоснежное пятно. Из руки его торчала иголка, переходящая в капельницу, по которой тягуче стекало какое-то незнакомое вещество.

Парень почувствовал слабость и тянущую боль в животе. Вполне реальные ощущения…

- О, черт, - выругался он. – Я живой. Дерьмо не тонет…

С этими словами в его голове всплыло то, что произошло, точнее – что он натворил.

- Бедная Софийка, - он стукнул по кровати кулаком. – Я отравил ей жизнь! Она не обрадуется, узнав, что я выжил…

Макс с трудом встал с кровати. Пол будто качался под его ногами. Игнорируя тошноту и приближающийся обморок, он отодрал от руки капельницу и подтянул сползающие брюки. С трудом Макс дошел до двери. Он с трудом представлял, как, но нужно было завершить начатое, но в любом случае для этого необходимо уйти из палаты.

Прямо в дверях он наткнулся на Сергея и, не в силах совладать с головокружением, свалился прямо на руки другу.

- Замечательно, - Сергей подхватил его. – Опять мне с тобой таскаться. Ты куда собрался, Салаев? Слабый, как котенок, а все рвешься куда-то!

Он довел Макса до кровати, уложил и даже смог поставить капельницу.

- В смысле – опять? – не понял Макс. Лицо Сергея даже потемнело.

- Эх, если бы ты не был таким дохлым, дал бы я тебе сейчас! Это ведь я привез тебя сюда. Захожу к тебе в квартиру, а ты лежишь в ванной, вокруг таблетки. Ты что творишь, Салаев? Об отце и сестре ты подумал? А о друзьях?

Макс отвернулся к стене.

- Серега, у меня были причины.

- Допустим, ты что-то натворил, - Оболмасов развернул его к себе. – Но ты мог бы обсудить, рассказать! Есть много людей, любящих тебя, идиот!

Дверь открылась, и в палату вошли Анатолий Салаев и Софийка. Оба казались очень встревоженными.

- Пришел в себя, - с радостным вздохом проговорила девушка. – Наконец-то. Сережа, ты здесь давно?

Отец же без лишних слов подбежал к сыну и обнял его.

- Приехал за пять минут до вас, а этот юноша уже встает с кровати! – возмутился Сергей. – Я ухожу, буду ждать в коридоре. Скоро Никитка приедет, он уже звонил.

Парень вышел из комнаты, и Макс остался наедине с теми, перед кем испытывал сильное чувство стыда. Он с трудом посмотрел родным в глаза, и заметил у них разные чувства: сочувствие, нежность, заботу, тревогу – но только не отвращение и ненависть!

- Мальчик мой, - Салаев-старший прижал его голову к своему плечу. – Что же ты натворил? Чуть не убил себя! Три дня ты не приходил в сознание. Ты представляешь, как мы переживали?!

Макс с трудом сдерживал слезы. Разговор предстоял тяжелый, однако, это было необходимо.

- Папа, сейчас ты сменишь милость на гнев. Я переспал с Софийкой в тот вечер, когда она приехала домой. Это случилось не просто так… Я всегда любил только ее. Да, свою родную сестру! Попытки убить это чувство не приводили к успеху – только она, и в голове, и в сердце. Теперь ты понимаешь, что я – насильник, преступник и урод. Заявляй на меня в полицию, можешь меня избить. Делай, что считаешь нужным.

Анатолий Салаев был изумлен, но почему-то не разозлился.

- Софийка, прости меня, - Макс робко дотронулся до ее руки. – Я испортил тебе жизнь, но ты это переживешь. Я буду сидеть в тюрьме, а ты сможешь кого-то полюбить…

- Папа, я больше не могу видеть, как он мучается, - девушка закрыла лицо руками. – В тот вечер я не успела ему сказать…

Отец, глубоко вдохнув, заговорил:

- Макс. Софийка – не моя дочь…

- В смысле? – не понял Макс. – Мама что, тебе изменила?

- Нет. Она и не ее дочь.

Рассказ, услышанный Максом, был удивительным, но вполне правдоподобным.

- Мы с твоей мамой учились в московском институте и жили в комнате общежития, когда родился ты. Через год после твоего рождения ее подруга произвела на свет девочку. Катя была не замужем, более того – она сама не знала, кто отец ее дочери. Мы жили в соседних комнатах. Катерина периодически уходила на свидания, также пыталась подработать официанткой в ресторане, и она всегда оставляла девочку нам. Я работал, а мама сидела с вами обоими. Однажды она заявила, что ей нужно уехать во Францию – по счастливому случаю Катя познакомилась в своем ресторане с немолодым обеспеченным французом.

- Так что, Софийка – ее дочь?! – изумился Макс. Он не совсем осознавал сказанное, но жизнь заиграла новыми красками. Особенно исцеляющее действие имел обволакивающий взгляд Софийки.

- Да. Катя уехала, оставив нам все документы на ребенка. Нам пришлось оформить опеку, так как родственников у нее не было. Катя не связывалась с нами, и на письма не отвечала. Интернета еще не было, так что, невозможно было ее разыскать. Неожиданно умерла бабушка вашей матери, она жила в этом городе и оставила ей в наследство квартиру. Нам было трудно жить в Москве с двумя детьми и без своего жилья. Пришлось ехать сюда. Катя не объявилась через пять лет, что заставило меня подать в суд заявление о признании ее умершей. Так, свидетельство о рождении Софийки я поменял на новое, и в нем мы были указаны родителями.

- А я ее совсем не помнила, - скорбно произнесла Софийка. – Я была слишком маленькой!

- И что произошло с Катей? – спросил Макс, которому снова захотелось жить, общаться… и, возможно, даже любить. – Она что, и вправду умерла?!

- Нет, - продолжил отец. – Просто ее богатый французский муж хотел взять молодую жену, и без детей. Она просто скрыла, что родила Софийку! Кстати, при рождении нашу девочку она назвала Инной, а мама поменяла имя в честь своей покойной бабушки Софии – той самой, что завещала дом. Так вот, Катя прекрасно устроила свою жизнь во Франции, в Провансе, и стала Катрин Моран. А недавно ее муж умер, и мадам Маран, богатая гражданка Франции, изъявила желание повидать свою дочь. Она нашла меня…

- Я уезжала, чтобы встретиться с ней, - продолжила Софийка, вытирая единственную слезу. – Папа мне все рассказал. Она прилетела в Москву. Я увидела ее, обняла… и ничего не почувствовала. Моей мамой осталась та, что меня вырастила – и, к сожалению, умерла. Но, по крайней мере, я ее увидела.

- Как же так, бросить собственного ребенка? – не понимал Макс. Он чувствовал, как по всему телу распространилась легкость, близкая к полету.

- Сын, не суди ее. Время было сложное… Страна развалилась, чего уж говорить об отдельных судьбах. Мы с вашей мамой еле выживали, а тут – одинокая девушка, приезжая, с ребенком… Пока сам так не попадешь – будешь осуждать. А я все видел, и плохого о ней не скажу! Вот моя вина есть в том, что ты сделал. Я занялся своими делами, и совсем про вас забыл… К тому же надо было раньше вам все рассказать! Но, я боялся правды и избегал этого. Да и не считал нужным!

Анатолий заметил, что его дети смотрят друг на друга влюбленными глазами. Тихонько, чтобы их не смущать, он вышел из палаты.

- Все, милый, - Софийка обняла Макса. – Кошмар закончился. Мне с тобой всегда было очень хорошо – даже просто болтать, держаться за руки. И то, что между нами было – это прекрасно. Я тебя люблю, и больше мне никого не нужно!

Макс, прижимая Софийку к себе, не верил в свое счастье. Он не преступник, не насильник. Более того – его любовь взаимна!

Тем временем, в коридоре больницы старались не встречаться взглядами друзья Макса – Никита и Сергей. Первый сидел напротив и крутил в руках кулек шоколадных конфет.

- Он обрадуется, - говорил Никита. – Когда Макс болел пару лет назад, я принес ему целый пакет шоколада. Он сидел за компьютером, ел конфеты и быстро поправился!

- Сейчас ему нельзя конфеты, - возразил Сергей. – У него же было промывание желудка, так что, пусть ест свою кашку! И вообще, конфеты от нервного срыва не спасают. А иногда на душе бывает так плохо, что самоубийство кажется единственным выходом.

Никита подскочил и схватил друга за воротник свитера.

- Не вздумай, - только и проговорил он.

Стук каблучков прервал их разговор. Вика выскочила из лифта, раскрасневшаяся и взволнованная.

- Как он? – спросила девушка. – Пришел в себя? Что же это такое – у меня и дядя здесь, и вот теперь Макс…

Сергей и Вика вспыхнули при виде друг друга, но тут же отвели глаза. Никита взохнул. Похоже, их чувства искренни...

- Значит, так. Не нужно страдать ерундой. Если вы нравитесь друг другу – что же, я отступаю. Мне, конечно, больно, но я так славно погулял в Москве, что почти забыл. Но если ты, - он повернулся к Сергею, - обидишь Вику, будешь иметь дело со мной. Я в ответе за нее.

Он, преодолев свой негатив, отвернулся, чтобы не видеть, как они целуются. Действительно, в Москве он погулял славно – так, что многое понял и увидел по-новому.

Тем временем, из палаты вышел отец Макса. Он направился прямиком к компании.

- Ну, как там Макс? – спросила Вика, с трудом оторвавшись от Сергея. – Я могу к нему зайти?

- Сейчас – нет, - возразил Салаев. – Ребята, тут неподалеку есть тихое кафе. Давайте поужинаем там? Так как вы – друзья Макса и Софийки, я должен вас посвятить в одно дело!

Глава 31

На новогоднюю вечеринку в ресторан "Ямайка" Наталья попала совершенно случайно. Гости туда пригашались исключительно по контрамаркам. Ресторан был самым пафосным в городе: он не славился вкусной кухней, зато находился в центре города, и его облюбовали для приятного времяпровождения бизнесмены и чиновники. У входа в "Ямайку" стоял чернокожий швейцар с манерами дворянина, а обстановка внутри претендовала на дворец, была настолько яркой и помпезной, что у человека непривыкшего просто рябило в глазах.

Изначально на вечеринку должен был отправиться повар Гегам Арсенович - ему приподнес билеты один из посетителей, работающий в администрации города. Но повар никак не мог попасть туда - у него позавчера родился внук, и он с женой были поглощены приготовлениями к встрече мамы и ребенка из роддома. Поэтому два билета были в спешке переданы Наталье. Первой ее мыслью было взять с собой Вику, но девочка отказалась - она была поглощена своими переживаниями и новыми отношениями (Наталья переживала не меньше - ее дочь встречалась по очереди с сыновьями людей, нанесших ей обиду. Однако, она молчала, понимая, что мальчики не виноваты). Николая еще не выписали из больницы, к тому же, ему еще какое-то время после выписки нельзя будет выпивать и есть ресторанную еду. Она очень хотела пригласить Вадима, но не знала, понравится ли ему идея. Ее мужчина не любил такие публичные пафосные места.

Однако, Вадим согласился. Вчера они поехали в торговый центр и купили подходящую для случая одежду. Ему было проще: черный костюм, стильная рубашка - и все, красавец. Наталья же долго выбирала платье, пока Вадиму не надоела ее беготня. Его уверенный мужской взгляд увидел то, что она бы не решилась себе взять. Мужчина оплатил недешевое платье и попросил, чтобы она приехала на праздник одна - из-за работы он не мог явиться вовремя.

Сейчас она стояла перед зеркалом и с изумлением оглядывала себя. Выбор Вадима оказался идеальным! Простое платье из белого атласа изумительно мерцало, контрастируя с ее темными волосами и подчеркивая фигуру. Кремовые туфли и сумочка прекрасно гармонировали с ним. Наталья выглядела изысканно, но не так помпезно, как прочие гостьи вечера. Кстати, стайка дам рядом с лестницей проводила ее неодобрительными взглядами. Если женщина смотрит плохо на другую женщину - значит, последняя хорошо выглядит!

Наталья чувствовала себя не слишком уютно в одиночестве. Официант провел ее за маленький столик с двумя местами. Все правильно, Гегам собирался приехать сюда с женой. Когда Наталье принесли вино и мясное блюдо, она сравнила кухню "Ямайки" со своим рестораном. В простом, гостеприимном "Подворье" явно готовили лучше!

Вадим все не появлялся. Наталье это время Натальей овладела странная тревога. Неожиданно пришла мысль, что она своими действиями ставит под угрозу близких людей. На Вику уже покушались. Вадим сказал, что теперь за ней присматривает его человек, профессиональный охранник... Действительно, с тех пор девочку никто не трогал. Но вот сам Вадим, увы, не всемогущ. Что, если ему причинили вред по ее вине?

Вообще, реакция Оболмасова (а Наталья была уверена, что звонили от него), казалась ей странной. Ну, появилась в городе женщина, которой ты много лет назад нанес серьезную обиду. Но теперь-то ты прокурор, важное лицо — и испугался какой-то поварихи?! Тем более, никто уже не осудит его и Карякина за то, что они сделали с ней и Лавровой. Здесь крылось что-то еще, и Наталье очень хотелось знать, что именно.

Вспомнив свою поездку с Гегамом в загородный клуб, Наталья задумалась. За красивым фасадом скрывался элитный подпольный бордель, а Анна Лаврова что-то говорила, вспоминая свою ужасную ночь... Точно. Ее насильники заметили, что она понравится клиентам. Учитывая, что один из них был Оболмасов, вторым точно так же мог оказаться Карякин. Виталия Иванова там быть не могло, он давно помер к тому времени. Клиенты... бордель. Неужели Оболмасов и Карякин, видные и состоятельные, занимались такими грязными, темными делами — похищали девушек, насиловали и подкладывали под богатых мужчин?

Наталью передернуло. А если посмотреть на это с другого угла: эти двое заняли свое положение в обществе благодаря деньгам, заработанным на этом бизнесе?

Все эти мысли настолько загрузили женщину, что ей пришлось выпить два бокала вина подряд. Все-таки она была на празднике, и следовало хотя бы казаться веселой.

Неожиданно, она увидела в зале ресторана человека, о котором думала последние минуты. Прокурор вошел и, по пути пожимая руки мужчинам и целуя дам, отправился к столику, предназначенному для шести персон. Два места было свободно. Сидящие приветствовали его радостными восклицаниями. Столик находился недалеко от нее, поэтому, разминуться им было никак нельзя.

Оболмасов, медленно повернувшись к ней, слегка склонил голову и проникновенно посмотрел на нее. Рука его легла на горло, поправляя черный галстук. Мужчина казался еще более холеным, чем в последнюю их встречу. Несмотря на свое волнение, Наталья выпрямилась, приподняла бровь и изобразила на лице ироничную улыбку.

Ансамбль, исполнявший на вечере музыкальную программу, заиграл танго. Оболмасов, склонившись еще ниже, протянул ей руку.

-Разрешите вас пригласить?

Ох, как Наталье хотелось плюнуть в эту руку, расцарапать ненавистное лицо, завалить прокурорскую сволочь на пол и придушить! Однако, она умела вести себя в приличном обществе. Улыбнувшись еще шире, она встала и положила ладонь на его локоть.

Пожалуйста.

Они вышли в центр зала. Оболмасов опустил руку ей на лопатку, и они закружились в напряженном, страстном танце. Прокурор выполнил серию шагов в ее сторону, словно тесня ее.

- Рад тебя видеть, Наташа. Последняя наша встреча была странной, мы даже не поговорили.

Она изящно переставила ноги, впечатывая каблуки в пол так, что от них полетели маленькие искры. Кто-то из присутствующих даже ахнул.

- А о чем нам говорить, Рома? Юность разве что вспомнить? Лес, река, друзья. Секс, конечно же!

Оболмасов, нежно улыбаясь, наклонил ее над полом.

- Вот этого между нами, к сожалению, и не случилось. А ведь я так мечтал! Я тогда хотел тебе помочь, ты сама отказалась.

Наталья, закинув одну руку ему на плечо, провела другой по его животу, прикрытому тонкой белой рубахой. Нащупав шрам, она откинула голову и тихо засмеялась.

- У моего первого мужчины был такой же шрам. Кстати, он был очень добрым, и уступил меня двум своим друзьям.

Они закружились в таком неистовом и быстром ритме движений, что остальные танцующие пары отступили.

- Шрам от аппендицита у всех одинаков. Наташа, не лезла бы ты ни в свое дело. У тебя дочь. Живи спокойно!

- Похожие слова мне недавно сказал один неизвестный абонент, после того, как мою Вику чуть не задавили. Ничего об этом не знаешь?

Он обвел женщину вокруг себя, после чего она, обхватив его колено своей ногой, слегка прогнулась. Они великолепно смотрелись — фигуристая брюнетка в белом платье и высокий, немного надменный блондин. А еще, между ними ощущались куда большие искры, чем те, что вылетали недавно из-под ее каблучков.

- Наташа, твоя дочь теперь встречается с моим сыном. Я не могу сделать ей ничего плохого! Кому-то другому не нравятся твои действия. Подумай — и ты все поймешь.

- Вот ты и прокололся, Оболмасов, - Наталья с торжествующей улыбкой пошла в танце на него. Под финальные аккорды танго он вновь склонил ее над полом. - Если бы ты не боялся, то вообще не поднял бы эту тему!

Танго закончилось, а они так и стояли друг напротив друга, не в силах двинуться с места.

- Я заберу свою даму? - голос Вадима вывел ее из ступора. Он стоял рядом, стильный, свежий, куда приятнее Оболмасова, и обнимал ее за талию. Прокурор молча кивнул.

Тут же к нему подбежала симпатичная пышноволосая женщина в синем вечернем комбинезоне с открытой спиной. Она посмотрела на Наталью, и в глазах ее мелькнул страх. Его жена. Но почему она боится? Или что-то знает?

- Рома, пойдем, - она взяла мужа под руку. - Наши друзья уже заждались!

Они расселись за свои столики. Супруга Оболмасова начала пить коньяк — рюмку за рюмкой. Наталья старалась слушать шутки и рассказы Вадима — он изо всех сил пытался развлечь ее. Краем глаза женщина увидела, как Оболмасова встала из-за стола и направилась к барной стойке. Получив там бутылку коньяка, она покинула зал. Ее мужу, казалось, было все равно — за его столиком слышались громкие восклицания и смех.

- Я сейчас, - сказала она Вадиму и направилась в дамскую комнату. Ей нужно было умыться, а также сполоснуть руки и плечи, чтобы смыть прикосновения рук Оболмасова. К ее удивлению, дамская комната оказалась заперта.

- Откройте!- Наталья громко постучала. - Да что же это такое...

Дверь открылась, и она увидела жену прокурора. Женщина уже была изрядно пьяна. В одной руке она держала коньяк, а в другой — бритвенный станок.

- Так... Спокойно, - Наталья испугалась. Дама была в таком состоянии, что могла нанести вред как себе, так и ей. Почти трезвая, физически крепкая Наталья была сильнее пьяной женщины, поэтому она без труда выкрутила ей руку, и станок упал на пол. - Что вы задумали? Порезать вены на этом празднике жизни?

- Да, - всхлипнула она. - Чтобы ему жизнь медом не казалась! Меня, кстати, зовут Елена. А ты — та самая Наталья, кошмар молодости моего мужа? Я поняла это, когда увидела, как вы танцевали! Он ни на одну женщину так не реагировал.

У Елены началась пьяная истерика. Наталья крепко обняла ее.

- Где здесь можно спокойно поговорить?

- Рядом с туалетом есть душевая. Я ее видела, точно.

Наталья, взяв ее под локоть, вывела из туалета.

- Подожди... Я без коньяка не пойду!

В душевой не на что было присесть, и женщины опустились на пол, покрытый дорогим линолеумом.

- Что ты обо мне знаешь? - спросила Наталья. Елена, залпом глотая коньяк прямо из бутылки, заплакала.

- Я, вообще, слишком много знаю! Тяжело жить, знать — и молчать. Десять лет назад к моему мужу приехал гость, директор страховой компании. Он, муж и Лешка Карякин однажды пили у нас дома. Я спала, сын был в летнем лагере на каникулах. Их громкие разговоры разбудили меня, и я все подслушала. Господи, лучше бы я этого не делала!

Наталья замерла и приготовилась слушать.

- Как обычно, пьяные мужики хвастались своими подвигами. И вот, мой муж рассказал, как он, Карякин и еще один их друг изнасиловали на берегу речки его девушку, а потом хотели передать ее городскому сутенеру. Через какое-то время дружки купили большой дом в лесу, принадлежавший когда-то главе города, оборудовали его и превратили в бордель! Почти все пропавшие в городе девушки - это их рук дело. У всех них было одно схожее обстоятельство — неблагополучная жизнь. Никого особо не волновала их судьба. Две спаслись случайно — ты и некая Анна Лаврова.

- Точно, согласилась Наталья. - И мы — тоже наблагополучные. Мои родители пили, а она вообще сирота.

Елена выпила уже половину бутылки. Речь ее замедлилась, голова упала на плечо Натальи.

- Твои родители — это вообще отдельная история. Карякин хвастался, как он, ближе к ночи, облил дом со всех сторон бензином и поджог. Он надеялся, что ты тоже сгоришь, но тебя дома не оказалось. Мент, который пытался их спасти, сам чуть не погиб. Ты же тогда написала в милиции заявление, Оболмасова стали вызывать на допросы. То, что ты опознала его по шраму на животе, играло тебе на пользу.

- А он тогда все отрицал, - сжала кулаки Наталья. - Клялся в любви и своей невиновности, обещал найти и убить насильников. А насчет родителей я всегда догадывалась, что дело нечисто...

- Ты уехала, и они продолжали свой незаконный, мерзкий бизнес. Я знаю это точно — периодически Карякин бывает у нас дома, и они кое-что обсуждают. Меня они уже не стесняются, не считают за человека. Муж мне изменяет, а сам грозится отправить в психушку! Как же я его ненавижу! Если бы ни Сережа, давно убила бы его! Но я слабая. Не могу ничего сделать...

- Лена, - Наталья обхватила ее за плечи и развернула к себе. - У тебя есть возможность избавиться от мужа. Если ты расскажешь все это...

- Кому и зачем?! - пьяно расхохоталась она. - Кто пойдет против городского прокурора и хозяина спиртзавода? Они высоко взлетели на девичьих покалеченных судьбах. Это раньше отец Карякина, боясь, что его сына посадят, передал деньги на взятку матери Оболмасова, чтобы дело закрыли. А теперь к ним вообще не подобраться!

Неожиданно ее взгляд прояснился. Казалось, она даже протрезвела.

- Вот если пойдет против них тот, кто сильнее... Я все скажу. А так — ни ты, ни я не в состоянии что-то сделать!

После тяжелого разговора женщины вышли из душевой. В дамской комнате Елена закачалась и схватилась за раковину. Ее стошнило.

- Началось, - вздохнула Наталья. - И что мне с тобой делать?

Дверь открылась, и в туалет заглянул Вадим. Он был встревожен долгим отсутствием Натальи.

- Вот ты где, - обрадовался он и заволновался, увидев состояние Елены. - Что, ей совсем плохо?

- Да. Ее муж не переживает, почему жены так долго нет?

- Ни капли, - покачал головой Вадим. - Пьет, закусывает, танцует и веселится.

Наталья растерялась.

- Позови его. Скажи, что Елене стало плохо.

Вадим ушел и через несколько минут вернулся, приведя с собой вместо Оболмасова немолодого мужчину. Тот подхватил Елену и, поблагодарив их, практически на руках вынес ее из туалета.

- Друзья прокурора сказали, что он покинул ресторан с какой-то дамой. Это его водитель, он привез Оболмасовых на праздник.

- Ну, тогда я спокойна, - выдохнула Наталья. - Я тоже хочу домой...

В машине Вадим, обнимая ее, спросил:

- Что она тебе сказала?

- Лена подтвердила все мои догадки, - ответила она и рассказала все Вадиму. - Она на грани. Ты же видишь, как к ней относится Оболмасов!

Он, осмысливая информацию, ужаснулся.

- Эти сволочи еще и убили твоих родителей...

- Да. А сколько еще жизней они разрушили, - Наталья закрыла лицо руками. - И мы ничего не можем сделать! Я узнала правду. И на что она мне?!

Вадим нажал на газ. Из его груди рвались слова... Но рассказать любимой о ведущемся расследовании он не мог. В его конторе уже почти вплотную готовились к операции захвата.

- Все обязательно решится, - пообещал он, высаживая Наталью около ее дома. - Береги себя и Вику!

Ему очень хотелось забрать Наталью в тот домик, где они провели замечательную ночь. Однако, мужчина понимал, что она хочет все спокойно обдумать, поэтому попрощался и уехал.

Глава 32

- Да, ты замечательно здесь все оборудовал, - протянул Оболмасов, оглядывая гинекологический кабинет, расположенный в комнате под лестницей. - Это лучше, чем возить девчонок в соседний город на осмотр! Куда удобнее приглашать сюда своего, проверенного врача.

- Это обошлось мне в немалую копеечку, - заметил Карякин, присаживаясь на гинекологическое кресло. - Еще приходится каждый раз платить доктору и медсестре, которая следит за чистотой кабинета. Это свои, прикормленные медики, они не задают лишних вопросов.

- Ты молодец. А почему такой расстроенный вид? Надо тебе было вчера поехать в «Ямайку». Вечер был интересным.

Карякин покачал головой.

- Это ты, слуга государев, можешь позволить себе развлекаться. А у меня сейчас аудиторская проверка, я до ночи торчал на заводе! Расскажи мне, что там было интересного?

Оболмасов нахмурился.

- Ну, начнем с того, что я встретил там Наталью. Она была со спутником, в котором я с трудом узнал Вадима Афанасьева. Помнишь того лейтенанта, который пошел наперекор начальству ради нее? Он не пропал, неплохо выглядит и ездит на дорогой машине. Я так понял, имеет частное охранное предприятие.

- Не пропал парень, - удивился Алексей Сергеевич. - А ведь его тогда закрывали по всем статьям! Плохо, что они вновь спелись. Как бы не начали копать...

- Я думаю, что начали. Старая любовь не заржавела. За ее дочерью постоянно следит человек — я думаю, от него, и это началось после того, как мой остолоп припугнул девчонку.

Оболмасов сжал кулаки и стукнул по столику, на котором стояли в ящике стеклянные пробирки.

- Тихо ты, - запротестовал Карякин. - Доктор мне спасибо не скажет. Я думаю, что пора кончать. И с Натальей, и с ее дочерью, и с Лавровой, и с Афанасьевым. Вот только сделать это нужно тихо — все-таки выборы на носу.

- Успеем, - кивнул прокурор. - Две ненормальные бабы и девчонка... Вот только Афанасьев кажется мне опасным.

- Это потому, что ты привык иметь дело с женщинами! - рассмеялся его друг. - Мне вот тоже непросто с мужиками. Представляешь, мой отец узнал про эту комнату.

- Как, - напрягся Оболмасов. - Как это случилось?!

- Я не знаю, - отмахнулся Карякин. - Похоже, он за мной проследил. Вчера мой старик толкнул речь — какой я моральный урод, и какие грязные мои деньги. И что он зря спас нас всех от суда. Даже плакал.

- Ну, а ты?

- Я ответил, что вся семья прекрасно живет много лет на эти грязные деньги. Отец обиделся и уехал к себе в деревню. Да не волнуйся ты, он будет молчать! Старик сам сказал, что не сдаст меня, просто ему противно рядом со мной находиться. Забудь про это, и лучше расскажи мне еще про вечер.

Оболмасов рассказал и про свое танго с Натальей, и про то, как уехал с одной приятельницей.

- А твоя Лена? - удивился Карякин. - Ты совсем ее не уважаешь...

- Было бы что уважать! Я не знаю, как Ленка попала домой, но на ногах она не стояла.

- Я бы тоже напился на ее месте. Ты ведешь себя по-свински. Ладно, твое дело!

Друзья вновь вернулись к разговору о Наталье.

- Просто похитить ее из дома или с работы не получится, - заметил прокурор. - Я это обдумаю. Мы не должны привлекать внимания!

Далее, они заговорили о своих подопечных. Карякин отметил красоту новенькой Оли Шеиной и предположил, что за девушку удасться получить немало денег.

- Да, она лучшая, - согласился Оболмасов. - Девочку нужно подготовить, и все будет отлично!

Они обсуждали девушек, «подарки» гостей, их самих и не заметили, что у приоткрытой двери в кабинет стоял Никита. Парень недавно вошел и слышал именно эту часть их разговора. Он был бледен и дрожал, как в лихорадке.

- Господи, что же это такое, - прошептал Никита. - Два сутенера. Она была права...

Не дослушав до конца, молодой человек выбежал из дома. Сегодня он приехал к отцу, чтобы спросить его прямо и получить ответ на свой вопрос. Теперь это было не нужно.

Сев в машину, Никита попытался успокоиться — ему предстояло ехать в общежитие через весь город. С трудом придя в себя, парень нажал на газ.

* * * *

- Вот это платье мне очень пойдет, - Софийка показала пальчиком на монитор компьютера.

Девушки просматривали по Интернету каталог платьев одного известного магазина.

- Пойдет, согласилась Вика. - А мне мама уже купила.

- Я думаю, очень красивое? Твоя мать — современная женщина, и вкус у нее хороший.

- Это точно, причем, на все, - Вика вспомнила, как вчера мать приехала к ней в институт — просто узнать, как дела. С ней был тот мужчина, который помогал ей увезти Лаврову. Вблизи он показался Вике очень приятным и симпатичным. - По-моему, у мамы появился парень. Ну, то есть, мужчина. Это хорошо — лишь бы мама не сходила с ума!

Софийка вздохнула и откинулась на стуле.

- А вот я схожу. Мне и страшно, и очень хорошо одновременно от нашей с Максом любви. Теперь я понимаю, почему мне так не понравился секс с Витей. Другие парни просто вызывали у меня отторжение!

Вика откашлялась и улыбнулась подруге.

- Да уж. Хорошо, что у вас все решилось. Правда, вам лучше пока скрывать свои чувства, чтобы не вызвать вопросов. В институте все считают вас братом и сестрой.

В комнату неожиданно постучали.

- Это Макс, - просияла Софийка и крикнула: - Заходите!

Макс и Сергей вошли, и девушки почти синхронно поправили волосы и переглянулись. Здесь Софийка и Макс могли не стесняться своих чувств.

- Я соскучился, - Сергей подошел к Вике и поцеловал ее в губы. Девушка закрыла глаза и всем телом потянулась к нему. Примерно то же самое происходило с боку от нее, только Макс сильнее сжимал Софийку в объятиях: ему приходилось сдерживаться, следить за собой, когда просто хотелось обнять ее и не отпускать.

- Платья выбираете? - усмехнулся Сергей, увидев изображение на мониторе.

- Я выбираю, - ответила Софийка. - Через три дня новогодний бал в университете. Пойдем в полном составе?

- Мы — да, - кивнул Макс. - Не знаю насчет Никитки... После своей поездки в Москву он стал странным.

Сергей опустил голову.

- Это я виноват. Хоть он и сказал, что не держит зла, но все равно переживает!

Вика, прижамаясь к нему, возразила:

- Мы, конечно, плохо с ним поступили, но наверняка в Москве что-то произошло. Нам нужно поговорить с ним...

В комнату без стука зашел Никита — раскрасневшийся, лицо его было мокрым от слез. Парень упал на кровать рядом с Сергеем и Викой.

- Никита... что? - Сергей обнял его за плечи.

Парень поднял голову и посмотрел Сергею в глаза. Все уже сидели около него.

- Наши с тобой отцы — сутенеры и преступники, - проговорил он. - Кое-что я узнал в Москве, и сегодня получил окончательное подтверждение...

- Да брось ты, не парься! - его друг и бывший одноклассник Паша Назимов похлопал его по плечу и подлил водки. - Девушка изменила... да их еще будет, как грязи! И друга прости. Ну, бывает, черт попутал. Забудь и живи дальше!

Они были одни в московской квартире Паши рядом с метро "Динамо"— его родители уехали на несколько дней. Парень с радостью принял друга из Подмосковья и накрыл поляну.

- Не могу, - возразил Никита. - Как вспомню их там, на складе — меня прямо трясет!

- Не надо вспоминать. Живи сегодняшним днем! Молодой, красивый, богатый. Да все девушки будут у твоих ног!

Никита обхватил голову руками. Парни заканчивали уже вторую бутылку водки, а облегчения все не было.

- Не хочу всех, - простонал он. - Хочу обратно Вику и своего друга Сергея. Вот и все!

Паша казался озадаченным.

- Может, поедем в клуб? Оторвемся по полной...

- Не хочу.

- Тогда давай вызовем девчонок! Мы с друзьями недавно так делали. Есть одна контора, там такие красотки - закачаешься!

Никита безразлично кивнул. Паша уже дошел до кондиции и набрал номер. Девушек привезли через пятнадцать минут. Они действительно были красивыми, и взрослыми для них - лет по двадцать пять.

- Тебе какая нравится? - запуская их в квартиру, спросил Паша. Никита безразлично пожал плечами. - Тогда моя - темненькая!

Никите досталась высокая, с развитыми формами блондинка.

- Ну, что мы такие грустные, - прошептала она. - Сейчас тебе будет очень хорошо!

В сексе она оказалась мастером. Никита получил такое удовольствие, что даже забыл о причине своей грусти.

- Ты классная, - проговорил он. - Спасибо. Ты просто меня спасла...

Девушек его друг заказал на всю ночь. Никита, как человек культурный, предложил блондинке выпить. Уговаривать ее не пришлось.

- Какое у тебя имя необычное - Алиана, - проговорил он.

- А в соседней комнате с твоим другом зависает Виолетта, - она засмеялась, запрокинув голову. - У девушек нашей профессии есть псевдонимы. Я Марина, а она - Света.

Никита заметил, что девушка очень внимательно смотрит на него, прямо глаз не сводит.

- Я тебе нравлюсь? - спросил он, лаская ее обнаженное бедро.

- Да... и еще, кажется, я тебя знаю. Вот только откуда - не пойму. Я так понимаю, ты в гости приехал? Откуда?

Никита ответил. Марина побледнела, глаза ее расширились.

- Я так и подумала... А твоя фамилия не Карякин?

- Именно, - удивился Никита.

- Я тебя помню еще мелким пацаном. Мы с тобой земляки, - на ее глазах мелькнули слезы. - Ты гонял на велосипеде и был тогда кудрявым. Кто бы подумал, что у такого симпатичного мальчишки отец - сутенер!

- Эй, тормози, - схватил ее за плечо Никита.

- А что, ты не знал? - похоже, на Марину подействовал алкоголь. - Я тебе расскажу. Хоть так ему отомщу! Меня растила бабушка, родители умерли. Я училась, жила обычной жизнью восемнадцатилетней девушки, когда меня схватил незнакомый мужик и запихнул в машину неподалеку от училища. Он привез меня в лес, где был огромный шикарный особняк. Там меня встретил твой отец и заявил, что теперь я должна обслуживать клиентов. Конечно, я его узнала, он не последнее лицо в городе! Я отказалась, за что была избита. В итоге, мне пришлось работать...

Никита с ужасом слушал ее и начинал верить. Слишком много фактов привела Марина.

- Еще туда приезжал прокурор Оболмасов. Похоже, они вели дело вместе, - продолжила она.

- А как тебе удалось выбраться? - спросил парень. Ему очень хотелось перемотать время назад, чтобы не знать всего этого.

- Год назад мне пришлось сделать аборт, и с тех пор начались проблемы по-женски. Оболмасов отвез меня в Москву и продал азербайджанцу, своему знакомому. А тот уже потом перепродал меня тому человеку, который держит нашу шарагу. Так что, у меня постоянно есть хозяин...

- А что потом? - Никита не смел взглянуть на девушку. - Неужели нет шанса вырваться?

- Мне уже не нужно, - горько усмехнулась Марина. - Я привыкла так жить...

Когда она уснула, Никита выгреб из кошелька наличные деньги, оставив себе немного, и положил ей в сумочку. Он смог заснуть только под утро...

Друзья, выслушав все, что рассказал Никита, переглянулись. В комнате повисло тяжелое молчание.

- Ужас, - с трудом проговорил Сергей. - Я подозревал, что отец занимается чем-то подобным. Однажды мама во время ссоры назвала его преступником и сутенером. Но я и представить себе не мог...

Никита встряхнул его, схватив за плечи.

- Ты понимаешь, чем они занимаются?! А мы живем, жируем на их деньги!

Его плечи задрожали от рыданий. Сергей, прижав его к себе, гладил по голове и пытался успокоить, хотя сам готов был заплакать. Друг узнал все это лично, и его шок был сильнее.

- Нужно прекратить истерику, - прошептала Софийка, достала из шкафчика валерьянку и накапала в стакан. - Он только доводит себя...

Никита выпил капли и провалился в глубокий тяжелый сон. Ребята собрались уходить и хотели уже разбудить друга.

- Пусть спит у нас, - возразила Вика. - Утром проскочит через черный ход!

Макс и Сергей ушли. Софийка накрыла спящего Никиту одеялом.

- Придется нам спать на твоей кровати, - вздохнула она.

Вика никак не могла уснуть. Она ворочалась и не заметила, как слезы потекли у нее из глаз.

- Софийка, - прошептала она. - А ведь моя мать была прямой кандидаткой в их бордель...

Глава 33

Ночью в огромном доме, расположенном в лесу, затихало всякое движение. Часов в семь вечера разъезжалась охрана, оставался только один человек на территории и один - внутри. Никто отсюда не бежал - дом был обнесен высокой железной оградой, его окружала небольшая поляна, а за ней лес, в котором немудрено было заблудиться. До города пешком было не дойти, а ловить машину на Елинском шоссе - страшно.

Откровенно говоря, никто и не стремился отсюда бежать. Кристина мало кого видела из девушек - они сидели по своим комнатам и, по-видимому, воздухом дышали на балконах или через открытую форточку, может быть, иногда они гуляли рядом с особняком. Саму ее тоже на улицу не выводили, но она-то жила здесь всего несколько дней. А сколько времени безвылазно сидели в шикарном особняке другие?

Устройство внутри было похоже на дорогую гостиницу. Сама комната и совмещенный санузел. Девушки могли видеться только в столовой за завтраком, мельком здоровались, они были безразличными и вялыми - а как себя вести, при такой-то жизни? Молодые, здоровые, красивые, они вели полурастительное существование - до момента, когда какой-нибудь клиент их не захочет.

Стоило кому-то начать разговор - как рядом тут же возникала администратор, и от ее присутствия всем было не по себе. Она относилась к девушкам презрительно, иногда срывалась на крик. А они боялись ее - все, кроме Кристины. Засланный казачок сразу понял, что тетка унижает девчонок, но лебезит перед хозяевами и гостями. Противная баба, зато все видит и знает... К счастью, вечером она тоже уезжала домой - как объяснил Оболмасов, за исключением дней, когда проводились мероприятия.

Сегодня на всем этаже стояла мертвая тишина. Время позднее, а что еще делать в такой скукоте зимой? Только спать. Это был отличный момент для Кристины. Нет, бежать она не думала, но нужно было осмотреть территорию, прилегающую к заведению.

Натянув свитер и джинсы - единственную теплую одежду, привезенную Оболмасовым, девушка открыла окно. У него не было балкона, зато имелся довольно большой, прочный выступ. Миниатюрной Кристине было легко на нем удержаться, вцепившись в оконную раму. Она достала из кармана джинсов маленький фонарик и осветила территорию.

- Так... ничего подходящего, - проговорила она и уже собиралась залезть обратно, когда ее взгляд упал на поле, окружавшее дом. - Ой. Кто там траншеи копает?

От леса через поле к дому был вырыт длинный и глубокий котлован, он подходил прямо к воротам со стороны черного входа. Кристина вспомнила телефонный разговор администратора Ольги с коммунальным хозяйством - женщина жаловалась на плохие трубы и сбои в водоснабжении. А такого никак нельзя было допустить в доме, где столько людей занимаются сексом. Вот, работы и начались.

Неожиданный порыв зимнего ветра налетел на Кристину. Девушка качнулась, тихонько вскрикнула и поспешила вернуться в комнату. Отдышавшись, она достала свой "Тетрис". В первом сообщении она подробно описала все своему начальнику.

"Молодец, девочка. Не переживай ни о чем".

"А разве спецназ не умеет прыгать через ворота? Или вы своими силами хотите?" - задала она вопрос.

"Этих нужно окружить со всех сторон. Мы еще разрабатываем план".

Это сообщение не понравилось Кристине.

"Послезавтра меня поведут на заклание. От меня, конечно, не убудет, но противно!"

"Мы успеем раньше".

Неожиданно девушка услышала шаги около двери своей комнаты.

"Все, отключаюсь".

Она молниеносно стянула с себя одежду, запихнула ее под матрас и притворилась спящей. Вовремя - на пороге комнаты стояли Оболмасов и его друг Карякин, которого она один раз видела. И от них сильно пахло алкоголем.

- Я хотел, чтобы ты получше посмотрел на нее, - заплетающимся языком проговорил прокурор. - Она прелесть. Как статуэтка. И я хочу сейчас...

- Не смей, - Карякин был более трезв. - Я не суеверен, но есть прецеденты, когда мы трогали их, и ничем хорошим это не заканчивалось. Посмотрю на нее во время вечеринки - и ладно!

Они ушли. Кристина села в кровати, ее трясло. Девушка понимала, что сейчас могла стать жертвой двух отвратительных мужиков. Она, конечно, не была ханжой, но считала справедливым подпускать к себе мужчин лишь по обоюдной симпатии.

Ей было страшно. А если майор Ежов не успеет, или ему что-то помешает? Она впервые за два года пожалела, что работает в его конторе. Однако, когда Кристина, выпускница техникума по специальности психолог, пришла на практику в детскую комнату полиции, выгодное финансовое предложение майора прельстило ее. Ежов заметил редкий дар девушки - она без труда располагала к себе самых разных людей: от трудных подростков до сотрудников полиции, могла узнавать их тайны и мысли, а ведь обе эти категории людей не отличались открытостью.

К тому же, свое высшее образование она получала с помощью конторы. Платили, действительно, хорошо, и практики было много. Как еще пристроиться и делать карьеру простой девушке?

- Что же это такое, - простонала она. - Мне двадцать лет. Я хочу романы, цветы и ровесников, а не заточения в борделе с дядьками-маньяками!

* * * *

- Я делаю все, что могу, - Вадим понуро опустил голову. - Слежу за троицей друзей. Тайно исследовал место преступления. Доказательств пока нет! Шрам на животе - это ерунда. Начальство уже косо на меня смотрит.

- И что ты предлагаешь? - Наташа обхватила себя руками и поежилась, хотя на улице было тепло. Они сидели в милицейском уазике. Спокойно поговорить можно было только за частным сектором, ближе к лесу. С тех пор, как Наташа подала заявление, покой в ее жизни исчез. Соседи перешептывались, подружки разбежались, кроме одной, да Вадим постоянно был рядом. Девушка, подавленная и расстроенная, не понимала, чем заслужила такое внимание от лейтенанта милиции. - А то, что меня врач осматривал?

- Наташа, с фактом изнасилования все согласны, - прервал ее Вадим. - Другое дело - доказать, что это именно Оболмасов, и установить личности двух других. Боюсь, дело спустят на тормозах...

- Это еще почему? - возмутилась она.

- Сегодня в участке я видел мать Оболмасова, она ходила к следователю, ведущему твое дело. Я подсмотрел - она передавала ему деньги.

- Вадим, - она подняла на него полные ужаса глаза. - Неужели они спустят все... Вот так?

Молодой человек промолчал, потом схватил ее за руку и пылко заговорил:

- Выходи за меня замуж. У меня есть служебное жилье, через три года оно станет моим. Я помогу тебе забыть этот ужас.

- Бог с тобой, Вадим, - отмахнулась девушка... Предложение Вадима заставило ее смутиться и покраснеть. - И нужна тебе порченая жена?

- Ты не порченая. Ты замечательная. И я сделаю тебя счастливой!

Несмотря на постоянное общение с Наташей, лейтенант не позволял себе лишний раз даже пальцем до нее дотронуться. Она это ценила - парень был очень добрым, он боялся причинить ей боль. Возможно, он действительно влюбился в нее. Другое дело, что она вряд ли сможет полюбить мужчину.

- Уже поздно, - сказала она. - Мне пора.

- Куда тебя отвезти? Домой?

Наташа задумалась.

- Нет. С того дня, как я пришла домой вся в грязи и крови, мать и отцом ушли в феерический запой. Жить там невозможно. Я договорилась с Галей, поживу у нее неделю. Вот только вещи надо собрать. Зайдешь со мной в дом, а то не выпустят?

Они зашли в коридор, прошагали по скрипящему деревянному полу. Когда Наташа была маленькой, здесь было полно банок с разносолами - мать постоянно закручивала банки. А последние восемь лет коридор покрылся пылью, грязью, в углах стояли пустые бутылки.

Родители спали на диване в гостиной. Наташа прошла в свою комнату. При звуке ее шагов мать подняла голову. Открыв один глаз, женщина посмотрела на дочь, потом на Вадима.

- Шлюшка, - пробормотала она. - Все тебе мало, уже ментов в дом таскаешь.

С этими словами женщина уснула. Вадим, поморщившись, подхватил чемодан Наташи. На своей машине он повез ее на другой конец города.

Ты же поедешь обратно через мой дом? - спросила девушка, когда вылезла из машины. - Загляни к ним. Я волнуюсь.

О том, куда она поехала, знали двое - Вадим и Коля, ее брат. Поэтому, Наташа не удивилась, когда к дому подруги подъехал Коля на своем старом мотоцикле. Он отчаянно сигналил под окнами. Он жил недалеко от ее родителей... Неужели что-то случилось?

- Коля, ты чего приехал? - крикнула она, высунувшись в окно. - Мои подрались? Вызвал бы милицию! Я тебе ведь давала телефон Вадима...

- Наташа, твой дом горит! - прокричал парень. - Родителей пытаются вытащить!

Она, не помня себя, вылетела из дома.

Когда они приехали, от дома остались одни обгоревшие бревна. Территорию оцепили черной лентой, работала пожарная команда. Соседи, глядя на пожар, гудели, как возбужденный улей.

- Мама, папа! - взвыла девушка и попыталась вбежать в дом. Коля схватил ее в охапку.

- Не надо, Наташа. Им уже не поможешь...

Девушка поступила так, что ей было стыдно всю последующую жизнь. Оставив похоронные хлопоты на семью брата, она забрала у подруги свои вещи и первым же утренним автобусом уехала в Москву. Последней ее мыслью в отъезжающем автобусе была мысль о Вадиме. Она же просила его приглядеть за родителями... Вот так он любил ее!

- О чем задумалась, сестрица? Ужин стынет, а он очень вкусный!

Наталья вздрогнула и улыбнулась. Они ужинали втроем - она, Вадим и Николай, которого они сегодня забрали из больницы. Она заранее приготовила ужин, допустимый для брата - тушеную рыбу и картофельное пюре. При этом, они с Вадимом также решили обойтись без жареного и острого, чтобы не соблазнять выздоравливающего. Также, они договорились избегать скользких тем при Николае. Ее брат нуждался в покое: малейшие нервы - и снова мог случиться скачок давления.

Вадим оторвался от еды и посмотрел на нее. Его взгляд светился обожанием. Да, изменилось все: они сами, время, жизнь... А он смотрит на нее также, как в юности.

- Я кое-что вспоминала, - обяснила она. - Свою жизнь. И мне за многое стыдно. За то, что родителей толком не похоронила. О Вадиме плохо думала. Тебя, Коля, осуждала...

- Да, и еще угрожала мне пистолетом, - кивнул Коля.

- Моим, между прочим. Правда, незаряженным, - включился в разговор Вадим. - Наташа, мне плевать, что ты там тогда думала. Я тебя люблю, и жить нам предстоит сегодня, а не в прошлом! А насчет родителей - мы же приезжали к ним на могилы, прощения ты попросила...

- И я зла не держу, - продолжил Николай. - Я тоже хорош, отпустил тебя тогда, а потом выяснял все за твоей спиной. А ты ведь и в больницу ко мне приезжала, и ужин такой вкусный приготовила!

Наталья повеселела от их слов и протянула руки обоим мужчинам.

- Мир, ребята?

Те согласились и с аппетитом закончили ужин.

- Вика, кстати, тоже приходила, - вспомнил Николай. - Она какая-то странная, глаза заплаканные. Правда, рассказывать ничего не стала. Еще я слышал, в больницу попал ее друг, Максим Салаев? А что с ним, отравился?

- Можно и так сказать, - уклончиво ответила Наталья. - Его выписали раньше, чем тебя. А у молодежи все неспокойно! Моя Вика ушла от Никиты Карякина к Сереже Оболмасову, а вчера заезжала ко мне, плакала и заявила, что все-таки любит первого.

- Интересно, - протянул Вадим. - И угораздило ее влюбляться в сыновей этих негодяев...

- При всей моей ненависти к Оболмасову и Карякину, могу сказать, что парни оба хорошие, и на отцов своих не похожи. Дочке я сказала, чтобы она поступала так, как велит ей сердце. Она уехала более спокойной. Надеюсь, у нее все будет хорошо... Скоро студенческий бал в ее институте, родителей тоже приглашают - на торжественную часть. Вот и увижу, с кем она будет там. Сделаю ей сюрприз - появлюсь неожиданно.

- Я, конечно, не родитель Вики, - заговорил Вадим, - но, думаю, ей будет приятно. А когда начнется основной праздник, я приеду заберу тебя.

Николай одобрительно кивнул.

- Отлично, а то я хотел ее забрать, а за руль мне пока нельзя...

После ужина Николай ушел отдыхать в твою комнату, Наталья хотела помыть посуду, но Вадим галантно отстранил ее. В своей комнате, переодеваясь в легкий кружевной пеньюар, она ждала любимого мужчину и чувствовала себя счастливой. Почти...

- Все хорошо, - прошептала она, вглядываясь в зимнюю темноту и сверкание снега за окном. - Брат выздоравливает, Вадим любит. Все меня простили и не держат зла. Почему же я не могу простить и забыть?

Глава 34

Во время обеденного перерыва в столовой собрались Софийка, Макс, Сергей и Вика. Первым пришел Макс, сразу взял обед для всех.

- Привет, - Софийка подкралась сзади и поцеловала его в щечку, задев теплыми губами ухо. - Что, без меня не начинаешь?

Макс вздрогнул, как от разряда тока, и залился краской.

- Аккуратнее, Софийка... Ты же знаешь, мне тоже нелегко, когда ты рядом...

Бывшие брат и сестра, уткнувшись в свои тарелки, не поднимали глаз. В институте они держались на расстоянии. В квартире тоже было не уединиться - отец вернулся; хотя он и не возражал против их отношений, они стеснялись. Остаться вдвоем удавалось очень редко...

Сергей подсел к ним. Он казался растерянным и задумчивым.

- Серега, ты все думаешь о том, что рассказал Никита? - спросила Софийка.

- Да, и не только об этом... Кстати, а где он?

- После пар ушел в комнату. Сказал, что есть не будет. Но я на всякий случай взял для него еду, - ответил Макс.

- Ему еще тяжелее, чем мне, - покачал головой Сергей. - Он все это услышал лично. Впридачу я увел у него девушку. Неизвестно, когда он придет в себя...

Софийка внимательно посмотрела на Сергея. Парень говорил о Вике без эмоций. Кстати, Вика тоже как-то успокоилась насчет него. Неужели вспышка страсти, разрушившая отношения Никиты и ее подруги, была лишь временным явлением?

Вика подошла к столику, но даже не присела.

- Сережа, нам нужно поговорить, - заявила она. Сергей вскочил, и они вышли из столовой.

В сквере около института они сели на скамейку. Вокруг никого не было... Более удачного момента для разговора они могли не дождаться.

- Все, что произошло между нами - это ошибка, - начала Вика. - Прости... Я поняла, что люблю Никиту. Просто в тот вечер я нуждалась в защите...

- А я - в тепле и ласке, - прервал ее Оболмасов. - Вика, я согласен с тобой. До меня не сразу дошло, что все мои чувства к тебе - это забота и дружеская симпатия. Ну, и чувство вины...

У Вики камень с души свалился. Она видела, что парень не расстроился - скорее, он испытывал облегчение.

- Ты не виноват.

- Неправда! Я - мужчина, и я старше тебя. Инициатором секса между нами был я, а ты просто не смогла устоять.

Они обнялись. У Вики на глазах появились слезы.

- Я такая дура. Ты меня простил, и это замечательно. Но простит ли меня Никита?

- Иди к нему, - пожал плечами Сергей. - Он в своей комнате. К тому же, Никита уже осуществил свою маленькую месть!

Вика бежала так, что ветер засвистел в ушах. Ей пришлось довольно долго стучать, прежде чем Никита открыл ей.

- Я одевался, - объяснил он. - Заходи. Ты чего так раскраснелась - бегом бежала?

Вика, переведя дух, сняла куртку и села на кровать Макса.

- Да. Как ты? Почему на обед не пошел?

Никита сел рядом и потер виски.

- Знаешь, совсем не хочется есть. Все думаю о том, что мне пришлось узнать. Противно...

- Никита, - она положила руку ему на плечо. - Ты-то в чем виноват?

- Вроде и не в чем, - согласился он. - Однако, мой отец совершает преступление. По совести, я должен что-то сделать, а что я могу? Не заявлять же на родного отца? Самое ужасное - я остался один с этой проблемой. Серега воспринял все спокойно. Мать живет своей жизнью, мой брат еще мал, а дед и так все знает, но молчит. Так что, я никому не нужен со своими проблемами и переживаниями и проблемами!

Никита встал и отвернулся к окну. Вика обняла его сзади, прижалась головой к его спине.

- Ты мне нужен, - прошептала она. - Я у тебя есть, и я тебя поддержу во всем. Никита, я люблю только тебя. Мы с Сережей уже разговаривали, он все понял. Сможешь ли ты простить меня?!

Парень развернулся и порывисто обнял Вику, зарывшись лицом в ее волосы. Он опустился на кровать и усадил девушку к себе на колени.

- Я тебя давно простил! Просто, делал вид, что мне плевать на все. Надеялся, что смогу тебя забыть. А ты примешь меня... после того, что я делал в Москве?

Вика засмеялась и погладила его по голове.

- Будем считать, что этого не было.

- Я тоже все забыл, - он не верил своему счастью. - Все будет, как раньше - я не держу зла ни на тебя, ни на Серегу.

Их губы соединились в горячем, страстном и долгом поцелуе. Они с трудом оторвались друг от друга...

- Все-таки тебе надо поесть, - заметила Вика. - Впереди еще пары, потом тебе на работу...

- А завтра - новогодний бал, - вздохнул парень. - Так что, я должен переключиться и быть для тебя веселым и галантным кавалером... Моего отца не будет, Оболмасова тоже - я узнавал у Сереги. Как бы они не праздновали вместе в своем борделе! Отец Макса занят, он по уши в выборах. Без родителей оно как-то интереснее...

- Не знаю, приедет ли моя мать. Может быть, она работает, или встречается с Вадимом, - усмехнулась девушка. - И зачем они нам? Пусть отдыхают. Пройдет бал, потом - Новый год...

- Сессию сдали, так что будут каникулы, - Никита был мрачен. - И, если я поеду домой, моему отцу придется со мной тяжело!

* * * * *

- Ну вот, я не успеваю к детям на бал, - вздохнул Анатолий Салаев. - Максу, может быть, оно и не надо... А вот Софийка отлично сдала сессию, ее наверняка отметят на торжественной части, а меня не будет.

Он снова сидел в кабинете майора Ежова. Значимое для них обоих событие было совсем близко, и мужчины немного волновались. Ежов поспешил отвлечь своего старого приятеля разговором на семейную тему.

- Я думаю, Софийка не особо расстроится. Ты сам говорил, что они тебя стесняются.

- Да... долгое время они росли, как родные люди, а тут - на тебе, любовь. Я сам не понял, как все это случилось!

- Это тебе урок на будущее, - Ежов похлопал его по плечу. - Будь с ними откровеннее. Уже взрослые ребята, все понимают. Из-за своего молчания ты чуть сына не потерял, Толя.

Салаева передернуло, когда он вспомнил, как бледно-зеленый Макс лежал без сознания на больничной кровати.

- Да... Спасибо Сереже Оболмасову, что он спас Макса. Кстати, в случае, если Оболмасова и Карякина посадят, что же будет с Никитой и Сергеем?

Ежов внимательно посмотрел в глаза другу. Тот, будучи непреклонным в отношении своих соперников, проявлял заботу об их детях. И так всю жизнь: Салаев всегда стремился и своего добиться, и остаться хорошим.

- А что им будет, Толя? Больше половины имущества Карякина оформлено на жену, а у Оболмасова - на сына. У мальчиков есть матери... Правда, Елена Степановна, мама Сережи, дама довольно безхарактерная. А вот у Никиты - волевая, решительная дама. Не пропадут ребята. Им изначально было подстелено больше соломки в этой жизни, чем кому-либо еще. Ты, я, Наталья, Анна Лаврова, Вадим - мы все вылезали из такой среды, что врагу не пожелаешь, и никто не пропал!

- Кстати, насчет Анны, - вспомнил Салаев. - Где она? После того разговора здесь, в кабинете, она пропала...

- Не переживай. Анна вернулась в город, за ней присматривают. А что?

- Понравилась, - без тени стеснения ответил он. - В институте не понял, а сейчас разглядел. Красивая, милая, скромная девушка! Меня к ней потянуло...

Ежов покачал головой.

- Вечно ты находишь себе проблемы, Салаев, - ответил он. - У этой Анны - психологический барьер на мужчин. Так как ей уже тридцать лет, бороться будет сложновато!

- Я снесу этот барьер. К тому же, мне, как кандидату на должность главы города, лучше быть женатым.

Майор затрясся от смеха.

- Ты уже и жениться собрался?!

- Ну, а что, - быстро заговорил Анатолий. - Я долго был один. Того и гляди, дети родят мне внуков. А я еще молод, и хочу любви!

Какое-то время мужчины обсуждали, как растопить лед в сердце красивой преподавательницы.

- Вот вернется Кристина, и ей достаточно будет одного взгляда, чтобы дать тебе совет насчет Анны. Эта девочка видит людей насквозь, и они открыты к ней... Кстати, операция начинается завтра. В семь часов в клубе намечается мероприятие с участием важных гостей, так что, будет весело.

Салаев задумался. Присутствие посторонних... Действительно ли это нужно?

- А ты как думал? - Салаев будто прочитал его мысли. - Мы, между прочим, берем нелегальный бордель, и все это будет снято на скрытую камеру. Так что, важно, чтобы клуб был в работе. И вообще - пора увозить оттуда Кристину. Все эти клиенты, хозяева и мероприятия просто испортят мою хорошую сотрудницу!

Глава 35

Актовый зал автодорожного института располагался на первом этаже. Это была большая комната с камином, тяжелыми темно-зелеными занавесками на высоких светлых окнах. Здесь отмечали праздники преподаватели, вручали дипломы выпускникам, проводили собрания. Пару лет назад ректор завел приятную традицию устраивать два раза в год студенческие праздники - на Новый год и после летней сессии. Начиналось все с поздравлений и торжественной части, на которую приглашались, по желанию, родители и друзья, а потом начиналась большая вечеринка для молодежи, с танцами, угощением и выпивкой. Все это великолепие продолжалось, как правило, до двух часов ночи, а потом студенты отправлялись догуливать в общежитие, либо в город.

Торжественная часть уже начиналась. Ректор, представительный мужчина, встал рядом с камином, вокруг расположились преподаватели. Гостей было немного, они расселись на подготовленных местах. Нарядные, веселые студенты тихо переговаривались, смеялись и ждали праздника. Они видели, как в институтской столовой накрывались передвижные столы для фуршета.

Сергей и Макс, оба в стильных костюмах и светлых рубашках, стояли рядом в толпе студентов.

- Где Софийка? - прошептал Макс. - Вечно она долго собирается...

- Девчонки красятся, будто ты не знаешь, - усмехнулся в ответ Сергей. - У них сегодня первый праздник в институте! Имей терпение.

Софийка, прелестная в изумрудно-зеленом шелковом комбинезоне с открытой спиной, обняла обоих сзади.

- А вот и я! Чуть опоздала...

Макс застыл, увидев, как она красива. Другие девушки и рядом не стояли - он их просто не замечал.

- Тихо, - прошептал Сергей. - Ректор говорит...

- Уважаемые студенты, преподаватели, гости нашего вечера, - начал ректор свою речь. - Во-первых, поздравляю всех с наступающим праздником...

Говорил он довольно долго - так, что все начали отвлекаться. Однако, ректор сел на своего конька, и замолкать пока не собирался.

- Почему Никита и Вика не пришли? - удивился Макс. - Ну, Никита мог на работе задержаться. А где твоя подружка?

- Не знаю, - пожала плечами Софийка. Мы вышли из общежития вместе, а потом ей пришло сообщение, и она сказала, что задержится.

- Понятно, - добродушно улыбнулся Сергей. - Рано или поздно, но они придут.

Тем временем, в небольшой комнатке рядом с актовым залом, где хранились старые учебные пособия, прятались Никита и Вика. Они зашли сюда еще до начала вечера.

- И зачем ты меня сюда заманил? - спросила Вика. - Как будто на празднике не увиделись бы...

Никита, положив руки на оголенные плечи девушки, залюбовался ею.

- Хотел побыть с тобой наедине. Я заглянул к вам в комнату, но там дым стоял коромыслом. Вы так энергично собирались... До меня даже долетела чья-то помада.

Вика, рассмеявшись, поцеловала Никиту.

- Да, мы хотели быть красивыми для своих мужчин. Вам-то легче!

- Ты очень красивая, а Софийка чуть-чуть уступает, - он посмотрел на собравшихся через приоткрытую дверь. - Наши все здесь... Кстати, вы с ней одеты в одном цвете. Только Софийка - как фея, а ты больше на русалку похожа.

- Не знаю, кто лучше, - протянула она. - Умеешь ты заболтать девушку...

Никита приподнял Вику и посадил на старый деревянный стол. Она закинула ему руки на плечи, даже не вспоминая о том, что их ждут друзья, за стеной вещает ректор, а она, вообще-то, может ободрать платье о шершавую поверхность стола. Ничто из этого не могло отвлечь девушку, пока она не заметила в толпе гостей свою мать.

Наталья стояла одна, теребя в руках маленькую светлую сумочку. Взгляд ее был устремлен в толпу студентов, явно в поисках дочери. Ее мать не стала заморачиваться и приехала в том же платье, в котором была в "Ямайке". Она казалась удивительно красивой в белом наряде, и совсем молодой, как невеста...

- Мама пришла, - Вика с трудом оторвалась от парня. - Пойдем. Она растерялась, потому что не увидела меня.

- Две минуты - и мы к ней подойдем, - пообещал Никита. - Я хочу сказать, зачем я, вообще, тебя сюда позвал...

Он достал из кармана длинную узкую бархатную коробочку. Открыв ее, Вика обнаружила внутри изящный золотой браслет-цепочку.

- Это тебе, - сказал он. - Предложения руки и сердца я пока не делаю - просто хочу, чтобы мы стали женихом и невестой. Друг для друга, прочим это знать пока необязательно.

- Никита, - девушка приложила к руке подарок, и молодой человек застегнул его. Браслет оказался чуть велик. - Какой он красивый. Спасибо! Я согласна на жениха и невесту! И я очень люблю тебя...

- А то, что он велик - это даже хорошо, на перспективу, - отметил он. - Говорят, в браке люди набирают вес.

Вика уже хотела как-то пошутить в ответ, когда мама снова привлекла ее внимание. Наталья, отвернувшись, разговаривала по телефону. Разговор был быстрым, и женщина, кинув тревожный взгляд на студентов, начала набирать на телефоне чей-то номер. Не дозвонившись, она спешно покинула зал.

- Что-то случилось, - проговорила Вика. - Моей маме позвонили, и она ушла...

- Наверное, ее тоже позвал любимый. Ты же сама говорила, появился какой-то Вадим...

- Нет. Она бы мне дозвонилась... О, нет! Я же, когда зашла сюда, отключила телефон!

Вика, включив аппарат, обнаружила пропущенные звонки от мамы.

- Пойдем, - она схватила Никиту за руку. Парень вышел следом за ней.

- Да, это странно, что она не дождалась тебя, - согласился он. - И куда она собралась?

Ребят не заметил никто, кроме их друзей.

- Вот вы где! - услышали они голосок Софийки.

- И куда собрались? - поинтересовался Сергей.

Вика быстро объяснила им, в чем дело.

- Я должна бежать за ней! Все это очень странно. У меня плохое предчувствие...

Друзья собрались с ними.

На улице они увидели, как Наталья садилась в машину. Вика, посмотрев на номер, увидела цифры 673. Они почему-то врезались в ее память. Черная "Тойота".

- Мама! - отчаянно крикнула девушка, но Наталья не могла ее слышать - двери машины закрылись. "Тойота" стала медленно отъезжать.

- Ребята, это та машина, что пыталась меня сбить!

Никита и Макс тут же вспомнили, о чем идет речь, ведь все тогда произошло на их глазах.

- Нужно ехать за ними, - Сергей побежал к своей машине. - Ну, вы идете?

Пока он заводил машину, Вика не теряла из виду "Тойоту". Она не могла выехать с парковки из-за большого количества других машин.

- Вика, звони матери, - сказала Софийка. К сожалению, теперь уже абонент Натальи не отвечал...

Наконец, они выехали на шоссе. В потоке других машин тот, кто увез Наталью, вряд ли бы их заметил. Но он явно стремился за город, к Елинскому шоссе, а там машин было меньше.

- Как бы он нас не заметил, - проговорил Сергей, тормозя на переходе.

- Там есть параллельная дорога. Правда, придется ехать через поле, - заметил с соседнего сиденья Макс. - Если, конечно, он завернет на Елинское. Я тебе подскажу...

Тем временем от входа в институт отошел высокий человек с невыразительным, будто заспанным лицом. Он, глядя вслед машине Сергея, набрал на телефоне номер.

- Алло... Только что Наталью увезла "Тойота", номера... Да, точно. Есть, еду за ними. Вадим, есть маленькая проблема: только что Вика и компания сели в машину Оболмасова младшего и поехали следом.

В ответ он услышал такой отборный мат, что отодвинул трубку от уха.

- Да... Понял. Еду!

Глава 36

- Кто вы? - спросила Наталья, глядя на водителя - молодого черноволосого парня в сером пальто. - Вы от Оболмасова и Карякина? Что с моей дочерью?

Все произошло так быстро, что она не успела ничего понять. Пока она стояла в актовом зале, пытаясь найти свою дочь, ей позвонил неизвестный и объявил, что ее дочь в надежном месте, и с ней ничего не случится, если Наталья соблаговолит приехать в нужное место и поговорить. Женщина в панике звонила дочери, но не дозвонилась и поверила в серьезность происходящего. Она нашла указанную машину, и ее уже везли в неизвестность... Только сейчас она поняла, что могла бы найти друзей Вики, спросить их... Но, в тот момент ею овладели паника и страх, а сейчас уже было поздно что-то менять. Не прыгать же из машины на полном ходу?

- Мадам, мне всего лишь велели забрать вас, - ответил парень. - Все узнаете на месте. Сидите тихо, и не отвлекайте меня от дороги!

Когда они выехали на Елинское шоссе и завернули в лес, она подумала, что бояться нечего. Если этот молодой мужчина должен убить ее, с одним она как-нибудь управится: Вадим научил ее нескольким боевым приемам. Но, если от ее поведения зависит жизнь Вики, лучше все-таки подождать...

Увидев знакомый загородный дом, где недавно она с поваром Гегамом готовила торжественный ужин, женщина засмеялась.

- Ух ты, меня привезли в бордель, - она увидела, что за воротами стоит много машин. - Смотрю, праздник в разгаре. Только я старовата для такого досуга!

Парень, ничего не ответив, поставил машину, взял ее за локоть и вошел в здание через парадный вход. Из банкетного зала доносилась музыка и веселый смех.

- Нам не туда, - проговорил он и спустился на нижний, цокольный этаж, о существовании которого почти никто не знал. Они прошли по длинному коридору, освещенному единственной лампой. Наконец, парень толкнул одну из дверей, и они оказались в небольшой комнате. Наталья огляделась: плазменный телевизор на стене, белый мягкий диван, столик, на котором стояла бутылка коньяка и две рюмки.

За столиком сидел Оболмасов - нога на ногу, в расслабленной позе. Наталье стало страшно. Доигралась... Неужели ее девочку привезли сюда? Возможно, она уже обслуживает гостей там, наверху...

- Здравствуй, Наташа, - вежливо кивнул он и взмахом руки отпустил парня. - Присаживайся. Выпьешь?

- Ответь, где моя дочь, - потребовала она. В ответ Оболмасов развел руками.

- Понятия не имею! Наверное, на студенческом балу в институте. Карякин слышал телефонный разговор своего сына, Никита заказывал в ювелирном золотой браслет, я так думаю, для нее. Твоя девочка никак не может определиться... Что же, это ее дело. У молодежи все отлично, пусть так и будет! А вот нас с тобой ждет серьезный разговор...

Наталья чувствовала крайнюю степень волнения. Она покосилась на коньяк, бутылка не была открытой.

- Яда там нет, не переживай, - понял ее прокурор. - Сейчас мы выпьем, и разговор пойдет легче! Спаивать, травить и насиловать тебя я не собираюсь...

Выпив ароматный терпкий напиток, Наталья почувствовала себя увереннее.

- А что, ты не мог мне позвонить?

- Я не думаю, что ты согласилась бы на встречу, - с сомнением протянул Оболмасов. - Ты, Наташа, умеешь держать лицо, но я понял тогда, в "Ямайке": слушать ты меня не станешь... Смотрю, а ты еще красивее стала, чем в юности. Жизнь тебя не побила...

Наталья, откинув волосы, засмеялась.

- И ты не сломал. Я сильная, Сережа. Ну сейчас-то, наедине, признайся, что на реке был ты и твои друзья!

- Да, - подтверждающе кивнул он, сжав рюмку. - Это был Я, Карякин и покойный Иванов. Тогда начался наш порочный круг. Мы были должны много денег одному местному авторитету. Он предложил нам выход: похищать девушек, отправлять к нему. Он отдавал их желающим в пользование за плату, таким образом, мы возвращали долг с процентами, ну, и сами кое-что имели. Ты ему приглянулась... Я решил, пусть лучше первым буду я, чем он или еще какой-нибудь бандит. Ну, пришлось делиться с друзьями! Тебе чудом удалось спастись. Вас две таких. Только вторая сломалась, и сидит тихо. А ты вернулась, начала все это копать, связалась с ней. Зачем, Наташа?

- Сама не знаю, - она опустила глаза. - Все эти двадцать лет я сознательно гнала от себя воспоминания. Это было не сложно - я жила далеко. А здесь, каждая улица, каждый дом напоминал об этом! Да еще и моя дочь сдружилась с твоим сыном и Карякина.

Оболмасов придвинулся ближе, и ей стало страшно. Они вдвоем в полутемной комнате. Конечно, она сможет убежать, если что... Но куда? Тут наверняка везде охрана...

- А дом твоих родителей поджег Карякин, - продолжил прокурор. - Хотел убить в том числе и тебя, но ты и тогда спаслась. Везучая ты, Наташа... До поры, до времени. Сейчас ты зарвалась. Встречаешься с бывшим ментом, с Лавровой, копаешь под нас. Пора заканчивать...

Оболмасов выхватил из-под кресла приготовленный нож, вскочил и приставил к ее горлу, навалившись всем телом. Он был очень сильным. Наталья, задыхаясь от ужаса, пыталась его оттолкнуть. Не получалось - он практически сидел у нее на коленях.

- Я хотел нанять кого-нибудь для этого, но моя жена на днях похвасталась, что выложила тебе все обо мне, пьяная дура. Я бы мог тебя застрелить, - прошипел он, - но там, наверху, праздник, и я не могу поднимать шум...

Зря он отвлекся на разговор. Наталья, высвободив одну руку, схватила его за причинное место и, впившись ногтями, совершила мощное выкручивающее движение. В него была вложена вся ее ненависть и боль. Оболмасов, схватившись за пах, взвыл и упал на пол. А Наталья воспользовалась возможностью и вылетела из комнаты - к счастью, их не заперли. Она бежала по темным коридорам, потеряв ориентир, пока не поняла, что находится в каком-то подвале. Было холодно, здесь проходили какие-то трубы. К счастью, подвал освещался маленькой лампой, так что, можно было попытаться найти выход.

* * * * *

- Ну, и что это такое? - спросил Сергей. Они все смотрели на большой красивый дом, окруженный железными воротами.

- Бордель наших отцов, дело всей их жизни, - горько усмехнулся Никита. - Марина все правильно сказала: дом в лесу, по Елинскому шоссе.

Только что друзья пережили непростой путь. Они ехали за "Тойотой" по параллельной дороге и, чтобы их не заметили, жались к обочине. Доехав до особняка, они видели, как ворота открыл охранник, и машину запустили. Ребятам ничего не оставалось, как подъехать максимально близко к воротам со стороны поля.

- Крутой дом, - оценил Макс. - Я о нем слышал, вроде, это элитный загородный клуб. Отец как-то хотел вывезти отдохнуть своих сотрудников и упомянул его, сказав, что это точно ему не по карману.

Они оглядывались в поисках какой-то лазейки... на территорию их точно просто так не пустят, хотя Вике и Софийке, возможно, были бы там рады.

- Серег, я заберусь на твою машину? - спросил Никита. - Вижу, на втором этаже горит свет. Может быть, что-нибудь разгляжу.

Он забрался на крышу машины. Стояли они действительно очень близко к воротам, так что, Никита смог разглядеть на втором этаже фигуру человека. Он выходил из комнаты.

- О, папаша! - узнал парень. - Куда-то направляется... Не иначе, на первый этаж - я вижу тени людей, правда, расплывчатые. Похоже, там праздник.

- А моего не видишь? - подал голос Сергей.

- Нет, мой папа один.

- Прокурор, наверное, третирует сейчас маму Вики, - мрачно усмехнулся Макс и, поймав взгляды Софийки и подруги, осекся: - Простите. Вырвалось!

Друзья задумались. Они находились так близко от дома, где была Наталья, и в то же время, так далеко...

- Вот что, решил Никита. - Я пройду туда. Позвоню в ворота, покажу охраннику паспорт, скажу, что у меня срочное делок отцу. И пусть меня попробуют не пустить!

- Это может быть опасно, - Вика прижалась к нему, спрыгнувшему с крыши. - Ты понимаешь? Он тебя здесь не ждет!

Никита, растерявшись от ее страха, зарылся губами в волосы девушки.

- Ну, зла-то он мне не причинит. К тому же, давно пора нам поговорить!

- А нам что делать? - подала голос Софийка.

- Ждите меня, - ответил Никита, потом взглянул на девчонок в легких вечерних нарядах и куртках. - Замерзнете - сидите в машине. Вас здесь никто не увидит! Телефон я пока отключаю.

Парень, подняв воротник куртки, решительно направился к дому. Сергей хотел было пойти за ним, но Макс и девушки удержали его.

- Твоего отца там может и не быть, - предположил Макс. - Никита разберется. Я думаю, ничего страшного... Отпустят они маму Вики!

- Как же, пропустит он этот бал Сатаны, - проворчал Сергей и оглянулся. Неожиданно он заметил, что от леса через поле к воротам тянется длинная траншея. В ней лежали куски железных труб, ошметки брезента и много другого строительного мусора. Макс перехватил его взгляд.

- Ты думаешь то же, что и я? - Сергей кивнул. Они одновременно сняли пиджаки и, надев куртки на рубашки, спрыгнули в траншею. Это было легко, так как она не была слишком глубокой.

- Эй, а мы? - протянула Вика.

- Нет уж, феечки. Вы, в своих прекрасных платьях, подождете нас в машине, - велел Макс.

- Так страшно же без вас! - воскликнула Софийка.

- Макс, так не пойдет. Нельзя их одних в поле оставлять! Девчонки, у меня в машине найдете две пары штанов, ботинки, футболки и телогрейки - это осталось у меня после похода. Все, это, конечно, вам велико, но другой одежды нет...

Девушки быстро переоделись. При виде их, в мешковатой мужской одежде, парни еле сдержали смех и помогли спуститься.

- У меня в кармане фонарь есть, - сообщила Вика. У Софийки он тоже нашелся. Девочкам пришлось их включить, когда они дошли до ворот. Теперь они были под землей. Зубы Вики стучали от страха, она старалась скрыть это. Впереди, с фонарем Софийки шел Макс, за ним - девушки, а Сергей прикрывал их спины.

Они вошли в узкий коридор, воняющий сыростью, и увидели несколько закрытых дверей. Сергей стал открывать их по очереди.

- Подсобные помещения, - заключил он и показал друзьям. Действительно, там хранилась старая мебель и всякий хлам.

Макс еле сдержался, чтобы не чихнуть.

- Такой шикарный дом, а про уборку подвала никто и не вспомнил! - удивился он.

- Не до уборки, - предположила Софийка. - Там, наверху - праздник, а потом люди будут сексом заниматься.

Коридор был таким узким, что друзья были вынуждены идти один за другим, встать рядом не получалось. Они старались красться на цыпочках - слишком хорошо здесь был слышен каждый шорох. Поэтому она сразу услышали, как кто-то бежал, приближаясь к ним. Судя по стуку каблуков, это была женщина.

Из темноты прямо на Макса вылетела Наталья - взлохмаченная, перепуганная, подол белого платья разодран. Увидев его первым, она схватила его за руку.

- А ты что здесь делаешь? Ты же Максим Салаев? Где Вика, ты ее видел? Она жива?

- Успокойтесь, она с нами, - подал голос Сергей. Вика уже хотела дотянуться до матери, когда в коридоре возник незнакомый молодой мужчина. Даже не посмотрев на друзей, он схватил Наталью за руки. Она громко закричала.

- Эй, не трогай женщину, - Макс оттащил от него Наталью... и тут же получил по голове рукояткой пистолета. Парень с тихим стоном свалился на грязный пол.

- Макс, - в страхе прошептала Софийка. - О Господи... Ты живой?

- Отпусти мою мать, - Вика хотела наброситься на незнакомца, но Сергей удержал ее. Для Вики такой удар, как получил Макс, мог оказаться более ощутимым.

Громкие, отчетливые шаги послышались в коридоре. Оболмасов возник из темноты. Под тусклым освещением он казался каким-то чужим, страшным.

- Молодец, Игорь! - похвалил он незнакомца. Тот одной рукой держал Наталью за шею, а другой наводил на нее пистолет, тем самым удерживая ребят на месте. - Я просил поймать дамочку, а ты нашел целую компанию! Сынок, и ты здесь?!

- Отец, скажи ему, чтобы отпустил Наталью Григорьевну, - попросил Сергей. - Мы ничего плохого не хотели! Я тебе все объясню...

Оболмасов со злобной усмешкой посмотрел на сына.

- Похоже, твоя пьянчуга-мать и тебе все рассказала, - протянул он. - Что же карты раскрыты...

Неожиданно они услышали сверху какой-то топот, будто бежало одновременно много людей. До них донеслись крики.

- Что еще, - недовольно проговорил Оболмасов. - Игорь, передавай мне бабу и поднимайся наверх. Узнай, в чем дело.

Игорь молниеносным движением толкнул Наталью к прокурору. Тот, приложив к ее горлу нож, сжал женщину так, что ей нечем было дышать.

- Так, детки. Стоять всем на месте. Если кто двинется, перережу ей горло...

В то же самое время Никита, которого все-таки пропустили в особняк, ждал своего отца. Тот не выходил из банкетного зала минут сорок.

- Может, пока кофе принести? - угодливо спросила его администратор. Ольга уже знала, кто он.

- Нет, спасибо. Я недавно из-за стола, правда.

Она, пожав плечами, скрылась в банкетном зале. Праздник, гости и девушки постоянно требовали ее присутствия!

Карякин-старший, одетый в рубашку-поло и модные брюки, вышел из зала. Губы его были сжаты, и весь его вид так и говорил о недоумении и гневе.

- Как ты узнал про это место, и что ты здесь делаешь? - спросил он.

- Неважно. Папа, мне очень нужно с тобой поговорить!

Отец, еще раз заглянув в зал, взял его за локоть, и они поднялись на второй этаж - в ту самую комнату, где Никита его разглядел, стоя на крыше машины Сергея. Никита огляделся. Компьютер на столе, диван, шкаф... Совершенно обычная комната, даже не скажешь, что она имеет отношение к борделю.

- Я все знаю, - начал он. - Я случайно подслушал ваш разговор с прокурором...

- Что ты знаешь - я уже понял, - прервал его отец. - А вот подслушивать нехорошо! И что, будешь обвинять меня? Читать мораль?

Никита опустил голову.

- Нет, папа, потому что я хорошо пожил на деньги, которые ты вот так заработал. Не вправе я тебя судить. Ответь мне на вопрос. Ты когда-нибудь бросишь это?

Карякин, достав из шкафа початый графин с водкой, налил им по маленькой рюмке.

- Нет, сын. Знаешь, как это началось? Мы с друзьями таким образом возвращали долг местному авторитету Баграму. Поклялись, что вернем - и все. А потом мы его убили, приобрели этот дом - и понеслось... Этот бизнес, помимо денег, принес нам немало пользы и связей. Сюда приезжают большие люди. Так что - нет, не брошу.

- Но ведь это - живые девушки, - Никита в ужасе залпом осушил рюмку.- А вы заставляете их таким заниматься! Это же преступление! Ты не подумал, что им больно, плохо и страшно? Представь, если бы у тебя была дочь...

- У меня ее нет. И, кстати, этот бизнес не мешает мне быть хорошим семьянином! Я люблю Машу, тебя с Мишкой, отца... А это - просто живые деньги, без которых я бы никогда не стал владельцем "Ракита", а Оболмасов - прокурором...

Никита, подойдя к окну, хотел увидеть своих друзей, но ему бросилось в глаза совсем другое. Территория, окружавшая особняк, ярко освещалась фонарями, и было видно, как множество черных фигур, перемахивая через забор, быстро бежали ко входу.

- Посмотри, папа, - Никита привлек его к окну. - Расправа уже близка.

- Черт! - воскликнул Карякин, стукнув кулаком по стене. - И именно сейчас. Что скажут клиенты?!

- Тебя это волнует, папа? Тебе бежать надо! Но как? Дом окружен...

Карякин вытащил из шкафа куртку и открыл окно. К удивлению Никиты, под ним никого не было.

- Сын, запри дверь, - велел мужчина. - Ты поможешь мне?

Никита кивнул и зажмурился, чтобы скрыть слезы.

- Конечно, ты же мой папа. Что нужно делать?

- Я должен добраться до черного входа, там стоит моя запасная машина. Это - прямо под окном. Я вылезу, а ты возьми меня за руку. Когда я дотянусь до пожарной лестницы, скажу, и ты меня отпустишь.

Отец и сын крепко обнялись. Карякин тоже не мог сдержать слез...

- Все равно Маша все узнает, - сказал он. - Ты остаешься за старшего. Без меня не разоритесь - все на твоей матери, а она знает цену деньгам. Передай Мише, маме и твоему деду, что я очень их люблю...

Карякин вылезал в окно, а Никита держал его за ладонь обеими руками. Ему было страшно даже посмотреть вниз.

Внезапно, откуда-то снизу раздался звук выстрела. Одновременно кто-то выбил дверь, и в комнату ввалилась группа омоновцев. Один из них наставил на Никиту пистолет. От неожиданности, парень вздрогнул и выпустил руку отца...

- Стойте! - Вадим Афанасьев в гражданском выбежал вперед. - Парень, ты чего? О, Господи...

Карякин лежал внизу в странной изломанной позе, из-под его головы вытекала на покрытую снегом дорожку струйка крови. Никита, глухо застонав, залез на подоконник...

- Не надо! - Вадим стащил его и прижал к груди его голову. - Тихо... Я видел, ты хотел отца спасти. Никита, ты не виноват...

Один из омоновцев спустился к черному ходу и знаками показал, что Карякину уже ничто не поможет.

- Сразу череп размозжил, - крикнул он. Никита заткнул уши. Вадим, показав омоновцу в окно кулак, обнял парня, бормоча слова утешения...

- Никита, мы должны спуститься вниз, - заговорил он. - Кто-нибудь, выведите Никиту на улицу. Там же скорая подъехала? Пусть дадут ему успокаивающее. Нам нужно вниз - найти Наталью и узнать, кто стрелял!

* * * * *

Кристина покинула банкетный зал незаметно, прихватив с собой ножик для резки фруктов - единственное доступное оружие. Она стеснялась, что коллеги увидят ее в этом вульгарном ярко-красном платье. А что делать? На ее "Тетрис" только что пришло короткое сообщение от Ежова: "Началось". Выйдя из помещения, она сразу услышала внизу странный звук- то ли выстрел, то ли взрыв.

- Это куда мы собрались? - дорогу ей преградила администратор Ольга. - А ну, назад, развлекать гостей.

- Ух, я тебе! - Кристина замахнулась ножиком и слегка порезала кожу у нее на руке. Ольга побелела, а, когда увидела бегущую по коридору толпу здоровенных омоновцев, свалилась бесформенной кучей на пол. Такая тошная, столько гонору, раз - и нет ее!

Девушка поспешила вниз. Там уже был омон.

- Где стреляли? - она, подбежав к одному из парней, на ходу достала из выреза платья удостоверение.

- Не здесь. Ниже, - на бегу ответил тот. Омоновцы устремлялись наверх, в банкетный зал. Ох, сейчас будет шорох... А она, пробежав по первому этажу, нашла в углу маленькую лестницу и спустилась вниз.

В темном коридоре ее взору предстала странная картина: прокурор держал за шею испуганную женщину и наставлял на нее пистолет. Парень и две девушки стояли напротив, не смея пошевелиться. Еще один лежал без чувств на полу, рядом с ним валялась пуля.

- Видели? Я чуть-чуть промазал, - говорил Оболмасов. - Еще немного - и ваш Макс умер бы, не приходя в себя. Так что, еще одно движение - и кто-нибудь точно умрет!

Ребята были вне себя от страха. Кристина поняла: пока он держит женщину на мушке, никто не сможет ему помешать. Она решила дать ей шанс и, чтобы отвлечь Оболмасова, изо всех сил ударила по стене. Прокурор отвлекся, и женщина воспользовалась этим шансом: она врезала ему локтем промеж ребер и метнулась к ребятам. Эх, если бы она могла вырвать пистолет...

Наталья закрыла ребят собой. Оболмасов, очнувшись, навел оружие на них.

- Я все равно пристрелю тебя, Ибрагимова, - крикнул он, - а следом и остальных. Ты думаешь, что спасешь их?

Он нажал на курок. Девушки испуганно закричали. Прокурор подошел ближе и ткнул пистолет ей в висок.

- Отец, убери оружие, - вперед вырвался Сергей и закрыл собой Наталью. - Ты итак причинил ей много зла...

- Не тебе судить! - дернулся Оболмасов и отпустил курок. Пуля вошла Сергею в грудь - Наталья как раз была ниже на голову. Парень, не издав ни звука, сполз на пол.

Прокурор сам был в шоке от того, что сделал. В ужасе закричав, он снова навел пистолет на Наталью и рыдающих девчонок.

- Все, бабы. Из-за вас я сына убил. Пора кончать...

Кристина на свой страх и риск вышла из укрытия. Оболмасов, увидев ее, растерялся.

- А ты что здесь делаешь?!

Девушка поймала его взгляд и будто гипнотизировала своими зелеными глазами. Они излучали такой покой и доброту, что прокурор расслабился.

- Ты его не убил, - негромко и ласково проговорила она. - Просто ранил. Твой сын будет жить! А если будешь трясти пистолетом, попадешь еще раз - вот тогда не факт. Ты так нервничаешь... Отдай мне оружие!

Словно в трансе, мужчина протянул девушке пистолет. В глазах его блеснули слезы.

- Бедный мой мальчик, связался с этими... Я не хотел!

- Конечно, не хотел. Сейчас мы вызовем врача, и все будет хорошо...

Все уже было хорошо. По узкому коридору гулко топал омон. Размякшего Оболмасова скрутили и уже уводили.

- Только позовите врача, - бормотал он и не оказывал сопротивления.

Вадим Афанасьев кинулся к Наталье и девочкам, обнял их.

- Живые? Отлично!

К нему тут же подскочил молоденький омоновец.

- Майор, парней мы забираем. Один с сотрясением, а у этого пулевое ранение в грудь. Из здания всех вывели, все чисто...

Несмотря на сегодняшние потрясения, Наталья, услышав, как обращаются к ее мужчине, изумленно приподняла бровь.

- Майор? - спросила она. - Это еще что такое?

- Милая, - ответил он, помогая поднимать пострадавших Макса и Сергея. - Я тебе обязательно все расскажу. Сейчас не это главное...

Эпилог.

- За нового главу города! Урра!

В мае стояла великолепная погода: почти летнее солнце согревало все вокруг, теплый ветер шевелил зеленую листву. На даче у Салаевых собралось много народу, все праздновали победу Анатолия Салаева на выборах. За него проголосовал пятьдесят один процент избирателей.

Вчера новый глава устроил пышный банкет в "Ямайке" для своей команды, а здесь он праздновал с близкими людьми. Макс и Софийка, Вадим и Наталья Афанасьевы, Вика и Никита, Сергей и Кристина. В одиночку приехали только майор Ежов и Николай. Сам Салаев с нежностью обнимал свою молодую жену Анну. Он расписался в один день с Афанасьевыми, незадолго до выборов, без лишней помпы.

- Шашлык готов! - Макс, Никита и Сергей уже приносили к столу горячее, прямо с мангала, мясо. Сергей не сводил глаз с сотрудницы Ежова. Когда он, после операции, пришел в себя в больнице, Кристина оказалась рядом. Она чувствовала себя виноватой, что не успела спасти парня. Так начались в их жизни новые, серьезные отношения, основанные на страсти, симпатии и пережитом ужасе, а позже - на взаимной любви.

- Женился ты удачно, - заметил Ежов, похлопывая Анатолия по плечу. - И жена красавица-умница, и вовремя.

Анна, прижавшись к плечу мужа, смущенно покраснела.

- А еще удачнее он открыл этот социальный женский центр в городе, - сказала она. - Это был отличный, социально значимый акт к выборам.

- Не просто к выборам, Аня, - протянул Анатолий. - Вод представь: откуда ни возьмись появилась почти сотня молодых, здоровых, красивых девок, отвыкших от нормальной жизни. Того и гляди, они бы пошли на скользкую дорожку! А так - я вложил деньги, у них есть комнаты, какие-то курсы и небольшие счета. Там их контролируют. К тому же, в центр может прийти одинокая мама, или малолетняя, или пенсионерка, которую дети хотят здать в дом престарелых. Женщины же - слабые существа!

- То-то я и видел, сколько дам на участках за тебя голосовало! - засмеялся Вадим. - Вика, которой в день выборов исполнилось восемнадцать, пришла сама и сагитировала почти всех однокурсниц. Ну, и Наталья провела хитрую агитацию в своем ресторане...

Салаев, поднявшись, поднял бокал с красным вином.

- Я вам всем очень благодарен! - громко проговорил он. - Мы многое пережили вместе, и этого не забыть никогда. Остается только жить сегодняшним днем. И я, как глава города, могу обещать, что вас всех ждет спокойная, счастливая жизнь в городе!

Когда он замолчал, все вспомнили то, что произошло полгода назад. Над Оболмасовым состоялся закрытый суд, на котором выступили все девушки, помещенные в особняк, и все они дали соответствующие показания. Прокурору дали семь лет в колонии строгого режима, недалеко от Москвы, так что, Сережа, выздоровев, сразу поехал его навещать. Непонятно, раскаивался ли отец - было видно только: он рад, что не застрелил сына насмерть. Жена его не слишком отчаялась - она не любила мужа и могла спокойно и безбедно жить. Правда, финансы Сергей взял под свой контроль, ибо Елена Степановна ими распоряжаться не умела.

Мария Карякина погоревала, конечно, в связи со смертью мужа, и для нее было большой неожиданностью узнать, чем он занимался... Однако, сыновья, забота о свекре и работа не дали женщине долго грустить, да и не такой у нее был характер.

- Наверное, через пару лет я стану молодой бабушкой, - Анна с улыбкой посмотрела на Софийку и Макса. Они практически не отходили друг от друга. Макс очень изменился: исчезла вспыльчивость, нервозность. - Бедный, как же тяжело ему было жить и думать, что он любит собственную сестру!

- Вы - взрослые, и должны их обогнать, - вмешался Вадим и покосился на Наталью. Та предупреждающе подняла руки.

- К старой женщине никаких претензий! У нас с тобой итак трое детей на двоих.

Тем временем Никита и Вика ушли вглубь сада, чтобы их никто не видел.

- Что опять? - спросила девушка.- Ты какой-то странный.

Никита, таинственно улыбаясь, вытащил из кармана джинсов конверт и достал из него два билета.

- Ух ты, а я в Питере никогда не была, - обрадовалась она. - Мы поедем туда вдвоем, здорово!

- Теперь мать тебя спокойно отпустит, заметил он. - Ты совершеннолетняя, к тому же рядом- я...

Что сказать в заключении? Вся компания будет прекрасно жить в городе под крылом Анатолия Салаева, который останется в должности главы на два срока. Ребята закончат институт, со временем Никита, Макс, Софийка и Вика устроются работать помощниками в местную коллегию адвокатов - зарабатывать ценный юридический опыт. Сергей вскоре начнет жить с Кристиной, а жизнь с такой необычной девушкой - это очень увлекательно. Он сделает карьеру на своем автокомбинате.

Наталья и Вадим переедут в его дом, в соседний город, чтобы не стеснять своим присутствием Николая. Женщине придется мириться со сложностями его работы, но это покажется ей ерундой после всего пережитого. В скором времени Анна объявит Салаеву, что у них будет ребенок.

Оболмасов вернется из тюрьмы другим человеком, и сын с радостью примет его. Но это - уже совсем отдаленное будущее...

Конец. 5.02.2015

Content

Совицкая Мария Мама, не сходи с ума (СИ)