Валерий Моисеев

Анатомик

Пролог

Таиланд, Паттайя

Стояло раннее утро. Старый Джонг привычным жестом зачерпнул большим жестяным совком белый порошок и высыпал его в голубую воду бассейна.

Возраст давал о себе знать. Чувства Джонга совсем притупились, даже старый добрый порошок для дезинфекции бассейнов больше не шибал ему в нос хлоркой. Как бывало раньше, когда он совсем молодым обслуживал бассейн при американском госпитале.

Тогда янки летали со здешнего аэродрома, расположенного неподалеку от Паттайи, бомбить Вьетнам. А заодно поправляли свое здоровье, пошатнувшееся во вьетнамских джунглях, в компании щедрых на любовь тайских девушек.

Тем временем, высокий мускулистый парень вышел из отеля на утреннюю побежку, и принялся нарезать круги по зеленой лужайке. Пробегая мимо Джонга, он приветливо улыбнулся ему, и старик радостно замахал рукой в ответ.

Джонг знал этого парня. Это был Белый Медведь, приехавший сюда из России для того чтобы драться с мастером муай — тай, Тайским Тигром. Об этом кричали, расклеенные по всей Паттайе яркие афиши. По слухам призовой фонд составлял около миллиона долларов.

Белый Медведь, которого звали Стасом, несмотря на внешнюю беспечность и показную браваду, чувствовал себя не в своей тарелке. Сказывался девятичасовой перелет, а также непривычная влажная духота таиландского климата.

Когда месяц назад тренер Стаса, сказал ему что есть возможность прошвырнуться в Таиланд, и провести пару недель на пляжах Паттайи, он сначала не поверил своему счастью. Но потом выяснилось, что для этого надо будет провести бой с тайским тяжеловесом, и он призадумался. Но потом все же согласился.

Муай — тай является, пожалуй, самым жестким видом рукопашного боя, в котором разрешены, в частности, удары локтями и коленями. Стас утешал себя тем, что противник на двадцать килограмм легче его и ниже, чуть ли не на полметра, а руки и ноги у него значительно короче.

— Ничего, как‑нибудь справлюсь! — пробормотал он и бодро нырнул в бассейн.

Вода приятно обожгла, разгоряченное пробежкой, тело. Хотя, по логике вещей, должна была встретить прохладой. Неожиданно Стас ощутил нарастающий дискомфорт. По коже побежали мурашки, и ему стало холодно.

С водой, что‑то было не так. Но что именно, Стас понял лишь, когда вынырнул и открыл глаза. Он страшно закричал, потому что вода, попавшая в глаза, тут же выжгла их, словно он оказался в бассейне с концентрированной кислотой.

На краю бассейна, стоял оцепеневший от ужаса Джонг и смотрел, на то, как Белый Медведь, бьется в агонии. Голубая вода вокруг пловца окрасилась кровью, а по поверхности поплыли клочья облезшей кожи.

Когда парень затих, старый Джонг перевел взгляд с неподвижного тела на фирменное ведро, из которого он только что сыпал в бассейн порошок для дезинфекции воды. Глаза его поползли на лоб, когда он понял, что там не было привычной наклейки с надписью «Хлорная известь». Вместо нее, была наклеена совсем другая этикетка. С нее на Джонга издевательски скалился желтый череп со скрещенными костями.

Головой Виктора бесцеремонно распахнули створки резных дверей, и швырнули его в темноту. Проявляя похвальную осторожность, Виктор не торопился подниматься с пола, покрытого мохнатым ковром.

Он настороженно оглядел помещение, в котором очутился. Низкий потолок поддерживали, покрытые причудливой резьбой, темные балки. Скользнув взглядом по змеящимся деревянным драконам, Виктор уперся взглядом в массивный стол, высящийся над ним словно Великая Китайская стена.

Пахло благовониями и ароматическими свечами.

Царящий в кабинете, полумрак не позволял хорошенько рассмотреть человека сидящего в массивном кресле за столом. Да в этом и не было нужды, Виктор и так прекрасно знал, кто это.

В воздухе стоял могильный холод. Виноват в этом был огромный кондиционер. На какое‑то мгновение Виктору даже показалось, что изо рта у него идет пар. Впрочем, крупная дрожь начала сотрясать его тело задолго до того, как он очутился здесь. И холод здесь был совсем не причем.

Виктор был менеджером Белого Медведя, у которого должен был состояться бой с Тайским Тигром, пару часов тому назад. Но выписанный им из России боец, не вышел на ринг, и победа была присуждена тайскому бойцу, ввиду неявки соперника.

Белый Медведь не смог выйти на ринг по чисто техническим причинам. Уже с самого утра он был безнадежно мертв. Какие‑то негодяи отравили воду в бассейне, и бедный парень превратился в окровавленный бифштекс, так и не успев добраться до ринга.

В связи с этим у босса Чанга, контролирующего, в Паттайе, проведение боев всех видов, включая нелегальные, возник к Виктору ряд вопросов. Именно с этой целью незадачливого менеджера и доставили к нему в офис. То, что провожатые не особо церемонились с гостем, и пренебрегали традиционным тайским гостеприимством, указывало на то, что разговор будет нелицеприятным.

Поднявшись на ноги, Виктор сложил ладони перед грудью, широко разведя локти в стороны, и склонился, в традиционном тайском приветствии.

— Доброй ночи, мистер Чанг! — почтительно произнес он по — английски.

— Не вижу ничего доброго в том, что ты подвел меня! — хозяин кабинета, недобро блеснул черным глазами. — Твой боец не вышел на ринг! И не имеет значения, по какой причине это произошло. Кроме меня, на этот бой сделали ставки очень серьезные люди, обладающие большой властью. Твоему ублюдку нужно было продержаться всего лишь десять раундов, после чего Тигр сдал бы ему бой. По твоей милости, мы понесли большие убытки. Почему ты все время молчишь? Не советую испытывать мое терпение! Я жду объяснений!

— Мне нет оправдания! — со слезой в голосе, воскликнул Виктор. — Что я могу сделать, чтобы искупить свою вину?

— Умереть мучительной смертью! — свирепо рыкнул босс Чанг, закуривая сигарету. — Но это было бы самое дорогое эротическое шоу за всю историю Паттайи! И, к сожалению, оно мне не по карману.

— Я мог бы продать свой дом и бизнес, в конце концов, свою почку, — неуверенно промямлил Виктор.

— Ты хоть знаешь, на какие бабки попал, ничтожество? — нетерпеливо перебил его босс Чанг и глубоко затянулся сигаретой. — Даже если у тебя, каждый день будет вырастать по паре новых почек, печени и прочего ливера — твоей никчемной жизни, все равно, не хватит на то чтобы рассчитаться!

Тайский мафиози пожевал попавшую на язык крошку табака, и с отвращением выплюнул ее.

— Для тебя есть лишь один выход, — взглядом, острым как мотыга красного кхмера, босс Чанг расчленил Виктора на части. — В погашение своего долга, переправишь в Россию пробную партию новой синтетической дури. Там груз заберут, наши деловые партнеры. Она, чтоб ты знал, вызывает стопроцентное привыкание. Так, что пробовать не советую! Короче, чумовая дурь. Не зря ее прозвали «розовой чумой». Мы завалим Россию этим добром, а потом двинем дальше на запад. Если все пойдет как надо, организуем регулярный трафик, через эту страну в Европу. С каждой партии, ты будешь иметь твердый, хороший процент. Сможешь не только расплатиться, но и станешь очень богатым человеком.

Черные бархатные браслеты, прикрепленные к четырем углам огромной кровати, надежно сковывали запястья и лодыжки, лежащего на ней, мужчины. Он был полностью обнажен. Судя по покрытой морщинами, дряблой коже он был уже не молод. Тем не менее, его естество находилось в вертикальной стойке и ритмично покачивалось в такт биению сердца. Пульс явно частил.

Впрочем, это было не удивительно. Подле мужчины расположилась роскошная смуглая тайка. Из одежды у нее было лишь яркое павлинье перо. Девушка ласково водила им по телу мужчины, выбирая самые чувствительные места. Распятый мужчина издавал сладострастные стоны и содрогался всем телом, когда партнерша касалась особо деликатных участков.

Когда престарелый любовник издал особенно громкий вопль, девушка досадливо поморщилась. Из своей сумки она извлекла ярко — оранжевый резиновый шарик и, несмотря на бурные протесты, вставила его в рот мужчине.

После этого, девушка вплотную занялась, тщательно выбритыми, подмышками мужчины. Любовник извивался, как уж, пытаясь уйти от ласкового павлиньего пера. Но все было тщетно! Девушка свое дело знала и методично щекотала своего любовника.

Если бы рот мужчины был свободен от кляпа, он бы захлебывался хохотом. Но вместо этого лишь безостановочно мычал. Глаза его, от нехватки воздуха, вылезли из орбит, а лицо и обширная лысина стали пунцовыми от натуги.

Прежде чем сердце престарелого ловеласа, не выдержав щекотки, разорвалось, прошло минут десять с небольшим. В какой‑то момент, он вдруг выгнулся всем телом, напрягся, закаменел, потом мелко затрясся, после чего окончательно расслабился.

Девушка отложила павлинье перо в сторону и приложила ухо к груди, сплошь покрытой седыми курчавыми волосами. Сердце не билось. Взгляд ее скользнул по стремительно съежившемуся и опавшему достоинство пожилого кавалера.

— Готово, Виктор! Можешь выходить, — прокричала девушка, спрыгивая с кровати на пол.

— Ты просто чудо, Камелия! — из двери, ведущей в соседний номер мотеля, появился улыбающийся Виктор. — Вот задаток! Полиция и «эмердженси» уже едут! Расскажешь им все, как условились. Твой клиент внезапно вскрикнул, схватился за сердце, и все такое! Да вынь ты у него изо рта эту оранжевую резинку, и наручники сними тоже!

В одном из подсобных помещений подвала, расположенного в городском морге Паттайи, на бетонном столе лежало то, что осталось от профессора Ежовского Медицинского университета Эдуарда Робертовича Чушпанникова. Уважаемый профессор закончил свой жизненный путь в постели с таиландской проституткой, защекотавшей его до смерти.

Виктор был знаком с Эдуардом не первый год. Неугомонный старикан каждый год исправно наведывался в Таиланд, в поисках экзотических удовольствий. Виктор, как мог, помогал соотечественнику удовлетворять его извращенные фантазии. Он сводил его с нужными людьми, торгующими запретными услугами. Виктор называл профессора — Король Эдуард, за поистине королевскую щедрость.

И вот, теперь, пришлось зарезать эту курицу несущую золотые яйца. Виктор сожалел о содеянном. Ведь Король Эдуард всегда был ему симпатичен. Но у него просто не было другого выхода.

Мысль использовать тело профессора для транспортировки наркотика в Россию, пришла Виктору сразу, едва он вышел от босса Чанга. Но для этого старый извращенец должен был стать мертвецом.

Виктор без труда убедил Короля Эдуарад в том, что он специально для него припас новую девочку, которая вытворяет такое, что тому и не снилось. Предварительно напоив доверчивого соотечественника сильнодействующим афродозиаком, Виктор подсунул ему Камелию. Девушка, за хорошую сумму, охотно согласилась защекотать профессора до смерти. Что она и проделала, поистине, виртуозно.

Вызванная полиция, не заподозрила никакого криминала. Врач, приехавшей следом, «эмердженси», констатировал смерть от обширного инфаркта.

— Синдром мотеля — пожилой человек и слишком горячая молодая девушка, — сказал он, выписывая предварительное заключение. — Смерть наступает, как правило, под утро, часов в пять.

Между тем, патологоанатом морга, уже давно работающий на тайскую мафию, закончил потрошить Короля Эдуарда. Наскоро накачав его бальзамирующим раствором, чтобы приостановить процесс разложения, он тщательно промыл очищенную от внутренностей полость тела.

После этого, с помощью пары бойких ребят, из команды босса Чанга, он принялся набивать тело Короля Эдуарда прозрачными пакетами с наркотиком «розовая чума». Сквозь прозрачную упаковку просвечивало содержимое — кристаллическое вещество ярко — розового цвета.

Полностью заполнив грудную и брюшную полости трупа, патологоанатом принялся деловито зашивать суровыми нитками страшную «посылку».

Глава 1

Заводской двор являл собой неописуемую свалку всякого строительного хлама и искореженных металлоконструкций. Живописные нагромождения, самых причудливых форм, оживляли унылый постиндустриальный пейзаж. Завод укоризненно глядел на все это темными дырами слепых оконных проемов. Посередине его корпуса, по всей высоте, змеилась кривая, неаккуратная трещина, разломившая его пополам.

Некогда гордость советской оборонки, завод с окончанием холодной войны, по мере сокращения госзаказов, постепенно приходил в упадок, пока однажды совсем не издох. С тех пор, старый завод, в городе, прозвали Титаником.

Дело здесь было не только во внешнем сходстве с огромным кораблем. Злые языки утверждали, что в девяностые годы, в момент становления, так называемых, рыночных отношений, еще была возможность удержать Титаник на плаву. Но директор завода, со своей дружной командой, целенаправленно довел завод до ручки, и недрогнувшей рукой направил его прямо на айсберг, чтобы потом выкупить в частную собственность.

Результатом этих умелых действий явилось стремительное погружение Титаника кормой вверх в пучину банкротства. Но насладиться дивидендами с этого мероприятия директор завода так и не успел. Всего через неделю, после этого события, он был застрелен прямо в подъезде своего дома. Это дало повод желтой прессе утверждать, что обманутые заводчане, скинулись всем миром, и наняли киллера.

Как бы то там ни было, после этого, никому так и не удалось стать хозяином Титаника. По каким‑то причинам, он не был выкуплен, ни в акционерную, ни в частную, ни в какую иную собственность. Завод был расформирован, оборудование демонтировано и передано другим предприятиям. То, что уже никуда не годилось, было сдано в металлолом.

После этого, Титаник в течение нескольких десятилетий был предоставлен самому себе. Он стоял на окраине города угрюмой махиной, нависая над проходящей мимо грузовой дорогой, постепенно ветшая и превращаясь в развалины.

Последнее время, что‑то изменилось, и было принято решение о реконструкции Титаника, и создании на его базе городского торгового центра. Так как на осуществление этого грандиозного проекта у города денег не было, к участию в нем были приглашены инвесторы. Результатом этого явилось создание акционерного общества с вычурным и запутанным названием.

Институту прикладной геодезии заказали провести исследование причин разрушения фундамента Титаника. Было проведено бурение в различных точках по всему периметру, а также в обширном подвале, расположенном под зданием.

Итогом, проведенных работ, явилось заключение, из которого следовало, что произошел подмыв фундамента грунтовыми и техногенными водами, стекавшими по естественному склону, как раз в основание трещины. Под техногенными водами, подразумевались сточные воды, десятилетиями поступавшие в грунт из гальванического цеха, расположенного в небольшом здании во дворе завода.

По согласованию с проектной фирмой, которая денно и нощно корпела, над проектом реконструкции завода, на Титанике начались работы по усилению фундамента. Этим занимались сразу несколько фирм. Одной из них было строительно — монтажное предприятие «Антикарст», директор которого Влад, в свое время, начинал в Институте прикладной геодезии простым инженером.

Влад скептически глянул на грязно — рыжую махину старого завода. Четырехэтажный монстр являл собой удручающее зрелище. Выбитые окна, пустые цеха, по которым теперь гуляли сквозняки, хруст битого стекла под ногами, внутренний двор, превращенный в гигантскую свалку, все это невольно наводило на мысль о бренности сущего.

Несмотря на то, что здание завода сооружалось на века, с дворовой части, почти по центру здания, четко просматривалась косая вертикальная трещина, расколовшая здание от фундамента до самого верха. На уровне земли, в трещину можно было свободно засунуть руку. Каждый год, с наступлением весны, сопровождающейся активным таянием снега и активизацией грунтовых вод, трещина становилась все шире и шире.

Всей этой информацией Влад щедро поделился с молоденькой симпатичной девушкой, корреспондентом городской газеты. Девушка была миниатюрная с коротко стриженными светлыми волосами. Интервью предназначалось для репортажа о ходе работ по реконструкции Титаника.

Риту, так звали девушку, в первую очередь интересовало, что же послужило причиной образования трещины, расколовшей здание почти пополам.

— Рита, вы имеете представление о том, что такое карст? — поняв по лицу девушки, что задал не самый удачный вопрос, Влад продолжил, пытаясь говорить проще и избегая научных терминов. — Говоря популярно, карст состоит из известняковых, очень рыхлых пород. В этих породах, на которых, кстати, стоит наш город, грунтовые воды промывают полости. Именно поэтому, глубоко под землей образуются пустоты, которые со временем укрупняясь, превращаются в карстовые провалы. Иногда, надо заметить, очень большие. Например, несколько месяцев назад, мы обследовали один из жилых домов, который дал трещину. Ну, конечно не такую большую, как в Титанике. Так вот выяснилось, что одним своим боком этот дом стоит на карстовом провале, в который и начал благополучно проваливаться. Причем этот процесс может протекать, как очень быстро, так и растянуться на несколько лет. В первом случае — произойдет обрушение, во втором — у дома постепенно начнется деформация фундамента, стен, потом могут полететь плиты перекрытия. Все зависит от того, насколько близко от поверхности находится карст. Кстати угадайте с трех раз, каков был диаметр карстовой воронки под тем домом?

— Не знаю, ну может быть вот такой? — Рита широко развела руки в стороны и показала.

— Нет, не угадали! Ее диаметр составлял почти сто пятьдесят метров, при максимальной глубине восемнадцать метров.

— Так туда же целая пятиэтажка может уместиться! — недоверчиво протянула девушка.

— Уже не может! — самодовольно усмехнулся Влад. — Существует такая процедура — тампонаж или тампонирование. Это когда в карстовую пустоту нагнетается огромное количество бетона с наполнителем. В землю ставится, как бы гигантская пломба, после чего, на этом месте, уже ничто никогда не провалится. У нашей фирмы «Антикарст», тесно сотрудничающей с Институтом прикладной геодезии, большой опыт в проведении подобных работ, поэтому можете заверить ваших читателей, что в скором времени с Титаником все будет в полном порядке.

— Ну, хорошо, это я поняла! А, как и почему образуются эти самые карстовые воронки? — наморщила лобик Рита.

— Я же уже говорил, что всему виной грунтовые воды. Особенно большой вред они наносят весной, когда начинает интенсивно таять снег, и осенью, в период затяжных дождей.

— Ага, значит, эта трещина появилась из‑за снега и дождя? — Рита ткнула пальцем в черную трещину, прочертившую рыжий, кирпичный бок Титаника.

— Нет, не только! — тяжело вздохнул Влад, которого, не в меру любознательный корреспондент, уже порядком утомила своей дотошностью. — Основная причина здесь, в сточных водах стекавших, вон оттуда, из гальванического цеха.

— А, что там такое делали?

— Ну, насколько мне известно, кроме всего прочего, занимались травлением плат для выпускаемых тогда электронных блоков, — пояснил Влад.

— Травление, это как?

— Это, когда, грубо говоря, в медной пластине протравливают кислотой такие специальные канавки. Медь с этой кислотой реагирует, то есть, кислота проедает ее насквозь, а где‑то наоборот не проедает. Это там где медь защищена специальным составом. Потом эта медная пластина моется в проточной воде, а вода эта сливается в сток, который и попадает в землю. А в земле — известняк а, как известно, кислота разъедает известняк со страшной силой.

— А это, как? — задала очередной вопрос девушка.

Вместо ответа, Влад остановил проходящего мимо рабочего с бутылкой, на которой красовалась яркая этикетка «Ацетон». — Юра, покури, пока я девушке кое‑что объясню. Дай‑ка ацетон сюда!

Рабочий, пожав плечами, протянул бутылку Владу и заинтересованно посмотрел на Риту.

Неподалеку, на земле, штабелем лежали плиты белоснежного строительного пенопласта, который обычно применяется в качестве утеплителя. Какая‑то строительная фирма уже начала облицовывать ими один из боков Титаника.

— Объясняю популярно! — повернулся Влад к Рите. — Разбавленная кислота, стекавшая в виде техногенных вод под фундамент завода, действовала на слагающие его известняковый породы, как ацетон на пенопласт. Смотрите сюда, пока хозяева пенопласта этого не видят!

С этими словами, он щедро полил пенопластовую плиту ацетоном, вылив почти половину бутылки. Под действие растворителя, в ровной поверхности плиты, шипя и пузырясь, начали моментально образовываться уродливые дыры и каверны. Через некоторое время, плиту проело насквозь, и она была безнадежно испорчена.

— Здорово! — восхищенно проговорила Рита.

— Ага, здоровее не бывает! Ладно, пойдемте отсюда, пока никто не видел! — Влад, вернул ацетон рабочему. — Ну, вот вроде и все! Если у вас больше нет вопросов, я, пожалуй, откланяюсь, извините — работа! Пойдемте, я вас провожу.

На первом этаже здания царил приятный полумрак. После яркой солнечной улицы глаза еще какое‑то время привыкали к недостатку света. Рита зябко поежилась и чихнула. В холле завода, где ни находились, стоял могильный холод. Вдобавок ко всему, из многочисленных дыр и щелей, которых в старом здании было великое множество, тянуло сквозняком.

Проведя гостью через холл, Влад кивнул толстому охраннику, клевавшему носом в будке, возле центрального входа и вывел девушку на улицу.

— Ну и как вам экскурсия, понравилась? — щурясь на солнце, спросил Влад.

— Да, весьма информативно и познавательно, — ответила Рита, надевая темные очки, — Ой, чуть совсем не забыла! Большое вам спасибо за интервью! Была очень рада познакомиться! Ну, наверное, до свидания? Может быть, еще увидимся.

— Не сомневаюсь, был рад знакомству! — Влад, улыбаясь, осторожно пожал протянутую руку.

Девушка сбежала по ступеням вниз, и торопливо посмотрев на часы, направилась к автомобильной стоянке. Остановившись возле своей машины, она еще раз оглянулась и помахала Владу рукой на прощание. Тот вздохнул, и невесело усмехнувшись, тоже поднял руку.

Он всегда умел произвести на женщин впечатление. Но с годами, дальше этого самого произведенного впечатления дело не заходило и, как правило, заканчивалось ничем.

Влад, несмотря на свои тридцать с небольшим, по — прежнему оставался Владом, а не Владиславом Ивановичем. Большинство его ровесников давно уже называли по отчеству, а он как был просто Владом двадцать лет назад, так им и остался, даже разменяв четвертый десяток. Это льстило его самолюбию, так как благодаря этому он чувствовал себя значительно моложе.

Ранний визит корреспондента выбил Влада из графика. Мысленно он отругал себя за то, что так легко повелся на ее юные чары. Тем более, с самого начала было ясно, что эта история не имеет продолжения, лишь одни сплошные пустые хлопоты.

Посмотрев на часы, Влад недовольно поморщился, было уже около одиннадцати.

С минуту на минуту должны были подвезти раствор бетона для закачки в карстовую полость под Титаником, а еще решительно ничего не было готово. Негромко выругавшись, он отправился проверять, насколько интенсивно его подчиненные отрабатывают свой хлеб.

В комнате на втором этаже, которая была оборудована под склад — бытовку, рабочих не оказалось. Видимо, все они были в подвале, где готовили к работе насосы для закачки бетона.

Взяв со стола ярко — оранжевую монтажную каску, Влад нахлобучил ее себе на голову и, заперев бытовку, направился в подвал. Спустившись по лестничной клетке вниз, он добрался до двери, ведущей в подвал.

Собственно это был не подвал, в полном смысле этого слова. Потому, что когда‑то это было заводское бомбоубежище. Массивная дверь со штурвалом запорного замка вполне соответствовала своему назначению и по мысли проектировщиков, видимо должна была выдержать прямое попадание ядерной бомбы.

Дверь была приоткрыта. В темноту уходили многочисленные кабеля и провода, обеспечивающие электроэнергией бурильный станок и насосы, установленные в непосредственной близости от трещины, которая расколола фундамент здания. Стукнувшись каской об тусклую, низко висящую лампочку, Влад протиснулся вовнутрь.

Пройдя несколько шагов по темному узкому проходу, он свернул налево и оказался в более широком коридоре. Под самым потолком, вдоль всего помещения, как елочная гирлянда, тянулся ряд лампочек, тускло освещавших коридор. В дальнем конце, из‑за поворота послышались приглушенные голоса.

Свернув в очередной раз, Влад оказался в большом темном помещении. Дальний угол был ярко освещен большим круглым прожектором, свет которого казался ослепительно белым на фоне окружавшей его темноты. Здесь было еще холоднее, чем наверху и Влад пожалел, что не накинул куртку.

Споткнувшись о толстый гофрированный шланг, прикрепленный к патрубку насоса, Влад вступил в ярко освещенный круг. Трое его подчиненных стояли вплотную перед фундаментом и о чем‑то оживленно спорили. Возле них валялись, небрежно брошенные, ломы и лопаты.

— Почему не работаем? — поинтересовался Влад. — Сейчас миксер с бетоном придет, а у вас еще конь не валялся!

— А, начальство явилось! Наконец‑то соизволило почтить нас своим присутствием! — язвительно прокомментировал его появление коренастый крепыш, руки которого были сплошь покрыты, синей зоновской татуировкой. — Шеф, все под контролем! У нас просто маленькое, внеплановое производственное совещание.

— Ну, правильно, что бы ни делать, лишь бы ничего не делать! Толян, почему до сих пор ничего не готово? — недовольно покосился на него Влад.

— Да, все в полном ажуре! — заверил его бригадир, ткнув пальцем в торчащий из земли конец трубы, диаметром в полторы ладони. — Бетон будем качать вот в эту трубу.

— А если она заполнится? — язвительно спросил Влад.

— Да у нас по подвалу уже с полдюжины скважин наверчено! — рассмеялся Толян. — Говорю, же не переживай, все в норме!

— Ладно! — махнул рукой Влад. — Ученого учить — только портить! Я в Медицинский университет, посмотрю, как там дела у второй бригады! Если, что звоните.

Глава 2

Дождавшись, когда Влад скрылся за поворотом, Толян недовольно буркнул:

— Кончай перекур! Димон, сдолби‑ка, с пола, вон тот кусок старого бетона!

— А чем он тебе помешал? — недоуменно спросил белобрысый парень, с лицом, сплошь покрытым веснушками.

— Ты, что сам не видишь? — недовольно прикрикнул на него бригадир. — Шланг от насоса нужно напрямую тянуть к скважине, в которую будем раствор подавать, без всяких выкрутасов.

Димон пожал плечами и принялся отдалбливать ломом кусок бетона, который громоздился на глиняном полу посреди подвала. Видимо он остался с тех самых пор, когда сразу после закладки фундамента, начали строить подвальные помещения.

Сам бригадир, тем временем, с помощью двух других рабочих готовил насос к работе. Миксер должен был подавать раствор бетона в лоток, стоящий наверху. От него, через специально проделанное в фундаменте технологическое отверстие шел металлический желоб, по которому бетон стекал в металлический короб. А оттуда через патрубок насоса раствор должен был подаваться в скважины, просверленные в земле.

— Слышь, Толян! — неожиданно послышался изумленный возглас веснушчатого Димона. — Я, это самое! Кажись, лом упустил!

— Чего ты сделал? — не поднимая головы от насоса, спросил Толян.

— Лом, говорю, упустил, — расстроено ответил Димон. — Он у меня в глину ушел, а я его не удержал!

— Твою мать, работнички! Так на вас никаких ломов не напасешься! Вычту из твоей зарплаты! — в сердцах вскричал Толян, бросая возиться с насосом и направляясь к понуро стоявшему парню. — Показывай, куда он у тебя ухнул?

Рабочие обвалили глину возле дырки, в которой исчез лом. Димон опустился на колени и посветил в образовавшуюся яму, надеясь обнаружить в ней свой лом. Бригадир нетерпеливо заглянул к нему через плечо, после чего снял каску и в изумлении почесал затылок.

— Вертикальная карстовая промоина! — восхищенно воскликнул Димон. — Глубокая зараза! Метров на тридцать вниз уходит, не меньше!

— Ну, положим, насчет тридцати, это ты загнул, — возразил бригадир. — Метров двадцать не больше.

— Повезло, что мы туда сами не загремели! — проворчал один из рабочих.

— Хватит болтать! — прикрикнул на него Толян. — Димон, давай дуй к машине и тащи сюда свой видерегистратор, и аккумулятор не забудь прихватить. А, ты Юрок слетай к ребятам, что фасад делают, попроси у них веревку подлиннее.

— И нафига все это надо? — подозрительно спросил Димон.

— Хочу глянуть, что там на самом дне, при помощи технических средств, — возбужденно хохотнул Толян и сплюнул в чернеющий у него под ногами пролом. — А то наш любимый директор, когда узнает про эту дырку, не успокоится, пока не спустит туда кого‑нибудь живьем. И мне почему‑то кажется, что этим — кем‑нибудь, буду я.

Через некоторое время, веревка, на конце которой был закреплен авторегистратор с мощным фонарем, была спущена в промоину. Осуществлял эту операцию Димон, потому как регистратор принадлежал ему. Все сгрудились вокруг трещины и с замиранием сердца сопереживали процессу.

Когда видеорегистратор завис, едва не касаясь низа карстовой полости, Толян потребовал:

— А. ну‑ка, покрути его вокруг своей оси, только нежно! Так, чтобы было видно, из каких пород состоит дно этой ямины.

— Ставлю пузырь, что там, как обычно, песчаник со слюдой! — предположил Юрок.

— Не факт, — возразил бригадир. — Вполне может оказаться известняк.

— Это на такой‑то глубине? — Димон иронично хмыкнул и принялся медленно вращать веревку.

Во время просмотра записи видероегистратора, извлеченного из промоины, Толян сразу обратил внимание на некое странное образование. Оно было расположено примерно в метре от дна.

— Это еще что за хреновина? — недоуменно пробормотал он, остановив запись и пристально всматриваясь в изображение.

На экране был отчетливо виден фрагмент загадочного предмета, торчащий из слоев размытого известнякового плитняка. Это было явно не природное образование, так как имело идеальную округлую форму.

— Может яйцо динозавра? — предположил Димон.

— Ага, левое! — ухмыльнулся Юрок. — По мне, так эта штуковина больше похоже на бок пузатого котла или чана.

— Кому, что, а шелудивому — баня! — презрительно фыркнул Толян и принялся вязать петлю на конце веревки. — Сейчас сам спущусь и все осмотрю на месте. Чтобы не ломать голову.

Вскоре бригадир, вооруженный фонарем и киркой, был готов к рискованному спуску.

— Ну, давай, майнуй помалу! — скомандовал он, троим рабочим, держащим веревку, к которой он был привязан.

Спуск прошел гладко, без всяких неожиданностей. Вскоре Толян уже стоял на самом дне карстовой пещеры.

— Эй, там, наверху не расслабляйтесь! — прокричал он, задрав голову. — Хрен его знает, насколько прочна плита, на которой я стою? Еще возьмет да и рухнет под моей тяжестью.

— Да держим мы, держим, не переживай! — обнадежил его Юрок.

Толян презрительно фыркнул. Хорошо им там наверху геройствовать. Спустить бы их сюда — посмотрел бы он тогда на них!

Тут взгляд его упал на торчащий из известняковых плит странный предмет. Его округлая форма поражала воображения. Толяну было прекрасно известно, что на этом самом месте, миллионы лет тому назад, во время девонского периода, было дно огромного океана. Вся эта многометровая толща известняка была ничем иным, как отложениями морских ракушек. Тысячелетиями бесчисленное количество раковин разных моллюсков осаждалось на дне океана. За огромный период времени они спрессовались и окаменели, превратившись в известняковые плиты. Откуда в их однородной толще могло взяться, что‑то имеющее округлую форму, приближающуюся к идеальной?

Поверхность загадочного предмета также состояла из известняка. Толян протянул руку и постучал костяшкой пальца по белесой поверхности. Камень, как камень, ничего особенного. А на что он собственно рассчитывал?

Поскоблив острым жалом кайла округлую поверхность, Толян нервно сглотнул и озадаченно пробормотал:

— Твою мать!

Сквозь процарапанный известняк отчетливо блестел полированный металл. И металл этот был желтого цвета.

— Золото? — зачарованно пошептал Толян, не веря своим глазам.

Поспешно процарапав слой известняка еще в нескольких местах, он убедился, что округлый предмет там тоже состоит из металла.

— Эй, на палубе! — прокричал он в сильном волнении. — А ну быстро спускайте сюда пропан с кислородом и газорезку не забудьте прихватить!

— Ты что здесь склад первобытного металлолома нашел? — нервно хохотнул спустившийся следом за баллонами Юрок.

— Ага, цветмет! Юморист, твою мать! — нервно прикрикнул на него бригадир. — Вон торчит из стены, полюбуйся!

— Это откуда же он здесь взялся? — обалдело спросил Юрок.

К этому времени, Толян уже успел очистить поверхность своей находки от слоя известнякового налета. Подойдя к округлому блестящему боку, Юрок зачарованно похлопал по нему ладонью.

— Не иначе, как древний клад! — восхищенно воскликнул он.

— Ты в своем уме? — покосился на него Толян. — Кому могла придти в голову больная фантазия — копать на глубину двадцати метров? А потом, еще одна странность. Посмотри — пласты известняка над ним не тронуты. Выходит, что эту штуковину сюда никто не закапывал.

— Ну, как же ты не понимаешь? Это, конкретно, огромный золотой казан набитый драгоценностями! — взвыл от непробиваемой тупости своего бригадира Димон.

— Это еще проверить надо, — сварливо проворчал Толян. — В любом случае — это какой‑то благородный металл, совсем не обязательно золото. Он совсем не окислился, хотя возраст его тянет на несколько миллионов лет. Давай‑ка, осторожненько отрежь от него кусочек. Отнесем его в ювелирку и узнаем, что это за металл.

Пока Димон настраивал газорезку, Толян вооружившись ломом, который валялся неподалеку, принялся отдалбливать плитняк вокруг находки. Рыхлый, влажный известняк подавался довольно легко и вскоре изумленному взору рабочих, предстала овальная поверхность, идеальной формы. Толян должен был признать, что она, действительно, более всего походит на бок огромного пузатого казана.

Отойдя в сторону, чтобы не мешать Димону, бригадир нервно переминался на месте. Неожиданная перспектива стать сказочно богатым полностью завладела его воображением.

Раздался громкий хлопок — это Димон зажигалкой поджег газорезку. Подкрутив ручки подачи газа, он отрегулировал пламя до узкого синего конуса. Опустив на глаза сварочные очки, он подступил к загадочной находке.

Громкое шипение газорезки возвестило о том, что Димон начал взрезать круглый бок «казана».

Толян, на всякий случай, отошел подальше. Он с замиранием сердца следил за тем, как красное пятно раскаленного металла, становится все светлее и постепенно превращается в ослепительно яркое. Скоро на глину упали первые капли расплавленного металла. Когда ослепительно синее пламя резака прорезало металл насквозь, наружу под сильным давлением вырвалось небольшое белое облачко какого‑то газа.

Димон в испуге отпрянул в сторону, опустил шипящую горелку и сделал несколько шагов назад.

— Ты чего? — спросил Толян.

— Не нравится мне все это, — признался Димон. — А вдруг эта хрень ядовитая?

— Кто не рискует, тот не пьет шампанского! — ободряюще похлопал его по плечу Толян. — Мы же до сих пор с тобой живы? Скорее всего, это обычный водяной пар. Так что, не заморачивайся и смело продолжай свое черное дело.

— Ну, смотри! — тяжело вздохнул Димон и вновь принялся резать бок «казана».

За прямоугольным окошком, которое он аккуратно вырезал, что‑то угрожающе шкворчало. При этом, наружу не переставая бил водяной пар. Когда Димон уже практически закончил резку внутри, что‑то оглушительно хлопнуло. После этого раздался сдавленный вскрик Димона, который выронив горелку, всплеснул руками и стал медленно оседать.

Прямоугольная пластина, размером с ладонь, прорезанная в боку «казана», оказалась отогнута в сторону, а из‑под нее, не переставая, шел пар.

Бросившись Димону на помощь, Толян склонился над ним. Он с ужасом обнаружил, что из правой глазницы парня, сквозь осколки выбитых очков, торчит черный кусок блестящего камня. Когда он попытался вынуть его, то обнаружил, что это кусок льда.

Толян весь взмок, когда понял что произошло. Но откуда ему было знать, что под круглой металлической оболочкой, внутри «казана», окажется лед? Под воздействием горелки Димона, лед расплавился, превратился в воду, а затем и в пар. Пар стал искать выход из этой гигантской «кастрюли». В какой‑то момент его давление стало настолько сильным, что отогнуло вырезанный кусок металла и выбросило наружу кусок льда, который пробил сварочные очки Димона и вышиб ему глаз.

К этому времени, лед растаял и из глазницы наружу потекла черная кровь, смешанная с водой. Толян нащупал артерию на шее парня — пульса не было. Несмотря на то, что у него все еще дергались конечности, бригадир понял, что это была обычная агония, а Димон был безнадежно мертв.

— Что там с Димоном? — послышался сверху встревоженный голос Юрка.

— Нет его больше! — хрипло ответил бригадир.

Он нагнулся, поднял с земли продолжавшую надсадно шипеть газовую гарелку и осторожно выключил ее.

— Чего ты такое несешь? — возмутился Юрок. — Его же не могло убить паром!

— Я сейчас обвяжу веревкой его тело, а вы быстро вытащите его наверх, — проигнорировал его вопрос Толян.

— Если его действительно убило, будет лучше оставить все как есть, до приезда полиции, — возразил второй рабочий.

— Слышь ты, законник хренов! — гаркнул на него Толян. — Здесь внизу огромный казан из золота! Ты хочешь, чтобы менты наложили на него свою жадную лапу? Димона не вернешь! А вот у нас, в отличие от него, есть выбор — либо стать очень богатыми лжецами, либо остаться честными и бедными дураками!

— Лично я, выбираю богатство! — крикнул Юрок. — Давай вытаскивать Димона наверх!

Глава 3

В ресторане аэропорта, за столиком сидели двое мужчин.

Внушительные размеры одного из них поражали воображение. Природа щедро одарила его и ростом и массой. Вдобавок, чувствовалось, что он не вылазит из «качалки». Длинные светлые волосы гиганта были собраны, на затылке, в конский хвост.

Второй не уступал ему ростом, но был худым, если не сказать поджарым, словно борзая. Просторный черный плащ болтался на нем как на вешалке. Смуглое желчное лицо его было нездорового желтого оттенка. Коротко стриженные черные волосы торчали вздорным ежиком на его непропорционально маленькой голове.

Чашки с давно остывшим кофе, стоящие перед ними на столе, красноречиво говорили о том, что эти двое сидят здесь уже достаточно долго.

Очередной самолет пошел на взлет, отчего стекла в огромном панорамном окне ресторана завибрировали.

— Достали уже! — неожиданно тонким голосом возмутился гигант, с конским хвостом. — Снуют туда — сюда словно мухи! Не знаю, как у тебя, а у меня уже голова гудит от всего этого.

— Братан, ты не видел Бангогский аэропорт! — ощерил мелкие белые зубы тощий. — Вот где Содом и Гоморра в одном флаконе!

— И что в нем такого особенного? — недовольно скривился его собеседник.

— Сева, ты не представляешь, какой он огромный! — закатив большие, словно у лемура глаза, восхитился тощий. — Самолеты там выходят на взлет и идут на посадку, как маршрутные такси в час пик.

— Представляю, какой барадак там творится, — тоненько рассмеялся Сева.

Лицо его при этом выражало высшую степень иронии и кривилось, будто он только, что сжевал лимон прямо с кожурой.

— Ты не поверишь, но там все работает четко, словно дорогущие швейцарские часы, — заверил его худой.

— Не знаю, не знаю, Марат! Не хотел бы я там оказаться, — рассмеялся Сева и поерзал на стуле, отчего тот жалобно заскрипел под его тушей. — Веришь, нет? Когда босс отправил тебя в Таиланд, я откровенно посочувствовал тебе.

— Ну и напрасно, — пожал плечами Марат. — Я очень доволен поездкой. Грех отказываться от возможности прошвырнуться на другой конец света на халяву. Ты не представляешь, что вытворяют тамошние девки!

— А я слышал, будто все они, как одна — это переделанные мужики, — желчно хохотнул Сева.

— Ты говоришь про трансвеститов, — досадливо поморщился Марат. — А я тебе толкую про натуральных тайских телок! Уж поверь мне на слово, кто‑кто, а я всегда смогу отличить подделку от добротного товара!

— Не знаю, не знаю, Марат! — тоненько захихикал Сева. — Может и ты брат, того — в обновленцы подался?

— Ты это на что тут намекаешь? — ужом взвился тощий. — Я не посмотрю, что ты на центнер тяжелее меня! Чем больше шкаф, тем громче он падает!

— А ты попробуй! — подался вперед Сева, внезапно, не на шутку рассвирепев.

— И попробую, можешь не сомневаться! — заверил его Марат. — Вот только сделаем то, ради чего шеф послал нас в эту богом забытую дыру!

— Ловлю на слове! — Сева откинулся назад на спинку стула и громогласно расхохотался. — Забираем товар, везем домой, сдаем шефу и после этого идем в спортзал. А уж там я надеру тебе задницу, можешь не сомневаться!

— Ой, ой, мне уже страшно! — легкомысленно отмахнулся от него Марат. — Ставлю ящик односолодового, что ты не продержишься и трех раундов.

— Принимается! — радостно воскликнул Сева и протянул свою огромную пятерню приятелю. — Эй, гарсон!

Подошедший официант вежливо поинтересовался:

— Еще кофе?

— Нет, меня уже тошнит от вашего пойла, — отрицательно покачал головой Сева. — Мы с другом поспорили, разбей нас!

Парень опасливо глянул на сцепленные руки и несмело рубанул по ним ребром ладони.

— Ты что тоже был в Таиланде? — иронично покосился на него Сева.

— Нет, не был, — удивленно посмотрел на него официант. — А почему вы спрашиваете?

— Бьешь так, словно тебе сделали операцию по перемене пола! — презрительно фыркнул Сева.

Парень, покраснев до самых корней волос, со всего маху рубанул по рукам спорщиков и разбил их.

— Вот, совсем другое дело! — одобрительно произнес Сева. — Ведь можешь, когда захочешь!

Неизвестно до чего бы он договорился, но в этот самый момент по громкой связи аэропорта объявили, что прибывает рейс из Бангкока. Наскоро расплатившись с официантом, Сева с Маратом поспешно покинули ресторан.

Фургон комбината спецобслуживания, резво несся по трассе, ведущей из аэропорта в город. Вслед за ним, в некотором отдалении, словно приклеенный шел черный внедорожник, за рулем, которого сидел Марат.

Сева располагался на переднем сидении, рядом с ним, и меланхолично взирал на окрестности, мелькающие за окном.

— Марат, ты уверен, что это наш жмур? — наконец, поинтересовался он у напарника.

— А откуда взяться другому‑то? Только наш жмур и есть! — недоуменно пожал плечами тот. — Вечно ты все усложняешь! Расслабься, братан, все под контролем! Рейс из Таиланда наш? Наш! Второго гроба из Бангкока не было? Не было! А тот, который прибыл, едет впереди нас, вон в том гребаном катафалке!

— Не пойму, чего шеф тебя на край земли отправлял? — неодобрительно спросил Сева.

— Да, потому что наш шеф — известный перестраховщик! Хотел лишний раз удостовериться, что все будет в полном ажуре! — фыркнул Марат. — И чтобы туфту нам не подсунули.

— Ну, и что проверил?

— Само собой, я же там не только жареную саранчу ел, да таек трахал, — усмехнулся Марат.

— Сам что ли укололся? — ужаснулся Сева.

— Я, что идиот? — неприязненно покосился на него напарник. — Испытал на одном местном. Совсем конченый чувак, уже заживо гнить начал. Прикинь, у него в левой руке между плечевой костью и лучевой — сквозная дыра!

— Ну и как?

— Передоз, — равнодушно пожал плечами Марат. — Но парень ушел из жизни счастливым.

Сева неодобрительно покачал головой и надолго замолчал, находясь под впечатлением услышанного.

Марат бросил на напарника быстрый взгляд и весело подмигнул ему:

— Сева, говорю же, расслабься! Вообще, вся наша с тобой миссия — не бей лежачего. Чего проще? Привезут нашего дохлого профессора домой, где родные и близкие простятся с покойником. Затем его отвезут на кладбище и после траурного митинга предадут его бренное тело земле. А попросту говоря, закопают нашего клиента в могилку. Ну, а дальше ты и сам все знаешь!

— Ну, да мы наведаемся на скорбное кладбище ночью, нанесем, так сказать, визит вежливости нашему профессору. После чего вскроем его полированную коробочку, — тонко хихикнул Сева. — Вот только меня не особо прельщает мысль копаться в его вонючих, протухших внутренностях.

— Ну, извини, брат! Невозможно приготовить яичницу не разбив яйца, — иронично хмыкнул Марат. — Не забравшись вовнутрь профессорского трупа, невозможно извлечь из него груз таиландской дури! Если ты знаешь другой способ, я с удовольствием тебя послушаю.

— Ты знаешь, мне уже кажется, что я насквозь провонял трупаком! — пробормотал Сева.

Подняв поочередно руки, он подозрительно понюхал подмышки своего светлого плаща.

— Это у тебя, братан, шиза разыгралась, — сочувственно произнес Марат. — Со мной такое тоже иногда случается. Вдруг, среди полного счастья, начинает казаться то, чего нет.

Между тем, шустрый фургон комбината спецобслуживания въехал на улицы города. Движение здесь было оживленным и Марату пришлось изрядно попотеть, чтобы не потерять его из виду.

По мере того, как они продвигались по городским улицам, на лице Севы все четче проступало недоумение. Он напряженно всматривался в карту городу, лежащую у него на коленях.

— Или я ничего не понимаю в картографии, или эти чудаки едут в сторону противоположную той, где находится дом нашего профессора! — наконец, возмущенно воскликнул он.

— Скорее первое, чем второе, — скосил на него шкодливые глаза Марат.

— Да, пошел ты! — рассерженно буркнул Сева и, свернув карту, сунул ее в бардачок. — Смотри, вон, лучше на дорогу!

— Может быть, они решили не завозить его домой, и везут прямиком на кладбище? — примирительным голосом предположил Марат.

Сева демонстративно промолчал, всем своим видом выражая неодобрение тупым подначкам напарника. Лицо его закаменело, а глаза недобро сощурились. Марат понял, что переборщил со своими приколами и, решив не испытывать свою судьбу оставил рассерженного напарника в покое.

Так, в полнейшем молчании, они ехали еще около получаса. Вплоть до того самого момента, когда фургон комбината спецобслуживания неожиданно свернул в боковую улочку и остановился возле шлагбаума перегораживающего въезд на территорию огороженную высоким металлическим забором. Напарники недоуменно переглянулись.

— Это еще что за хрень? — возмущенно воскликнул Сева и вылез из машин.

В этот момент, шлагбаум поднялся, и фургон въехал через ворота, после чего шлагбаум вновь опустился. Сева подошел к небольшой, аккуратной будке, в которой сидел охранник и перекинулся с ним парой слов.

Когда Сева вернулся в машину, лицо его выражало крайнюю степень озабоченности.

— Ну? — нетерпеливо спросил его Марат.

— Баранки гну! — рявкнул на него напарник. — Это Медицинский университет, в котором преподавал наш профессор! Но какого хрена они привезли его сюда? Ничего не понимаю!

— А ты ничего не путаешь? — озадаченно спросил Марат.

— Вот иди сам и пообщайся с тупым охранником, а я пока шефу позвоню! — проворчал Сева и достал мобильник. — Алл, шеф? Добрый день! Это я, Сева! Возникли непредвиденные обстоятельства. Короче тут такое дело, нашего клиента из аэропорта доставили прямиком в медунивер. У меня ощущение, что наш план пошел наперекосяк.

— Сева, я тебя отправил туда не для того, чтобы ты своими ощущениями морочил мне голову, — проникновенным голосом ответил шеф. — Но если тебе очень неймется, можешь пойти на местный рынок и приобрести там гуся. Надеюсь, что нет необходимости объяснять, для чего именно тебе нужна эта бедная птица?

— Понял, шеф, — со вздохом ответил Сева. — Я должен оставить ваш мозг в покое, и начать трахать мозги гусю.

— Молодец, соображаешь! Значит еще не все потеряно, — похвалил шеф. — Прежде всего, не нужно пороть горячку. Кстати, как там наш Марат? Просто отслеживайте ситуацию и своевременно ставьте меня в известность о любом изменении оперативной обстановки. Насколько я могу судить, пока еще не произошло ничего страшного.

Глава 4

Дернул же его черт связаться со Степой! Влад неодобрительно покрутил большой кудлатой головой. Аферюга хренов, его богу душу мать! Предприниматель, который предпринимает неизвестно что и неизвестно зачем. Бывший однокурсник втянул его в такое дрянное дело, что у Влада просто не было слов, чтобы выразить степень своего возмущения.

Он свирепо посигналил пешеходу легкомысленно решившему перебежать дорогу перед его огромным черным «Крузером», с государственным номером 666.

— Куда прешь, скотина! Жить надоело? — проревел он в приоткрытое окно автомобиля.

Тщедушный мужичонка испуганно шарахнулся от инфернальной колымаги, обратно на тротуар. Там он неловко запнулся за бордюр, комично замахав руками, в тщетной попытке удержать равновесие. Дело кончилось тем, что победило земное тяготение, и мужик сел прямо в небольшую лужу, оставшуюся на асфальте после ночного дождя.

— Клоун, несчастный! — презрительно фыркнул Влад и завернул за угол.

Его немного отпустило, но в голову все равно лезли невеселые мысли. Он уже вбухал кучу бабок в проект, который раскручивал Степа. А когда вдруг выяснилось, что для того чтобы вернуть уже потраченное нужно еще раз капитально вложиться, Влад послал своего друга куда подальше. После этого тот неожиданно куда‑то пропал. Во всяком случае, телефон этого мерзавца был отключен вот уже несколько дней. Дело начинало принимать нехороший оборот и все больше походило на обыкновенное кидалово.

Из‑за проявленной беспечности, Владу пришлось выплатить лишь половину зарплаты бригаде работающей в Медицинском университете. Он ломал голову, как объяснить людям, что у него нет денег, потому что он сдуру повелся на обещания Степы и отдал их кровные бабки этому пустомеле?

Тем временем, Влад въехал во внутренний двор Медицинского университета. Возле облезлого старинного мезонина анатомического корпуса стояла косо припаркованная бортовая ГАЗель. Возле нее интенсивно копошились пятеро, мающихся с похмелья, рабочих.

Эта картина пролила бальзам на исстрадавшуюся душу Влада. Ладно, хоть на этом объекте все нормально и работа идет полным ходом! Хотя на ребят, что занимались фундаментом старого завода, тоже было грех жаловаться.

Выбравшись из машины, Влад в самом благодушном настроении неторопливо направился в их сторону. Судя по всему, работа кипела, и рабочие дружно разгружали машину с материалами для ремонта анатомического корпуса. Честное слово, его новый бригадир Серега большое приобретение для «Антикарста». Он умеет организовать работу!

Но по мере того, как Влад вальяжно приближался к машине с рабочими, его благодушное настроение таяло, как Снегурочка на солнцепеке. Как выяснилось, эти полупьяные уроды вовсе не разгружали машину. Совсем наоборот! Воровато озираясь, они торопливо грузили в нее строительные материалы и инструменты! Его, Влада инструменты, и его строительные материалы!

— Та — ак, значит бунт на корабле? — прорычал он, медленно наливаясь гневом. — А, ну, приматы, всем оставаться на своих местах! И можете начинать бояться!

Работяги послушно замерли, так, словно увидали не Влада, а Медузу Горгону.

— Разворовываем, значит, имущество фирмы? — продолжал он нагнетать обстановку.

— Ты, это того, хозяин! Ты не прав, по всем понятиям! — внезапно подал голос один из рабочих. — Мы свое забираем, в счет того, что ты нам не доплатил.

Влад скрипнул зубами. Он и сам прекрасно сознавал, что выплатил рабочим зарплату не полностью. И во всем была виноват этот козел Степа!

В ходе начавшейся ожесточенной словесной перепалки, выяснилось, что рабочие очень недовольны своим работодателем, то бишь, Владом.

О чем они и поведали ему, не особо стесняясь в выражениях:

— Толстый, ты тупо кинул нас по деньгам! А то, что ты заплатил нам вчера, иначе как насмешкой не назовешь! Можешь засунуть эти подачки в свою толстую задницу!

Дело осложнялось тем, что рабочие уже умудрились пропить полученные деньги, и теперь их разбирала досада, и тяготило похмелье. В этой ситуации проще всего было во всех грехах обвинить Влада.

— А теперь послушайте меня, бандерлоги! — свирепо рявкнул Влад на вмиг присмиревших бунтовщиков. — По мне так, вы, бездельники, не заработали даже того, что я по доброте душевной заплатил вам. Этот аванс я взял из денег, оставленных на приобретение бетона. И теперь, если не хотите проблем, быстренько выгружайте все обратно! Надеюсь, я ясно выразился? Или мне все‑таки придется своротить пару челюстей?

Рабочие прекратили погрузку и мрачно переглядываясь, застыли в нерешительности. Влад же, тем временем, направился ко входу в корпус.

— Ты это куда собрался, если не секрет? — поинтересовался он, столкнувшись в дверях анатомички со своим хваленым бригадиром.

— На кудыкину гору, начальник! — развязно ответил Серега, поспешно спрятав большую сумку за спину.

Влад брезгливо поморщился — от строптивого бригадира разило перегаром.

— Я так понимаю, что ты и твои ручные моромойки больше работать не собираетесь? — доброжелательно уточнил он.

— Правильно понимаешь! — пьяно хохотнул Серега, упорно продолжая держать руку с сумкой позади себя.

— А что это там у тебя такое? — с высоты своего роста, заглянул ему за спину Влад.

Из сумки торчала знакомая зеленая рукоятка дисковой электропилы «болгарки».

Влад почувствовал, как в нем закипает глухая злоба. Он поверил этому уроду, а тот, вместо того, чтобы оправдывать возложенное на него высокое доверие, принялся нагло разворовывать инструменты и материалы!

Всего месяц назад Влад приступил к реконструкции корпуса анатомички на территории Медицинского университета. И вот теперь, с этого объекта, этой гребаной анатомички снимается вся бригада во главе с самим бригадиром.

Кроме всего прочего, у Влада как‑то сразу не заладилась работа на этом объекте. И немаловажную роль в этом сыграла исполняющая обязанности заведующего кафедрой анатомии Светлана Сергеевна Мезенцева. Она заняла это место сравнительно недавно. Ее шеф, завкафедры профессор Чушпанников неожиданно умер в Таиланде, где находился не то в командировке, не то на отдыхе.

Если бы кто‑нибудь месяц назад сказал Владу, что эта высокая эффектная блондинка окажется такой стервой, он бы ни за что не поверил.

Сначала все шло вроде бы хорошо. Ему даже казалось, что Мезенцева пытается с ним флиртовать. Влад никогда не страдал от недостатка женского внимания. С его ростом и солидной внешностью он в свои тридцать с небольшим, был все еще весьма завидным кавалером. А его сочный рокочущий бас и по сей день заставлял женские сердца биться чаще. Поэтому он воспринял оказываемое ему Мезенцевой внимание, как должное и даже начал предпринимать встречные шаги.

Совесть его была чиста. Вот уже пять лет он состоял в разводе. Что касается Светланы Сергеевны, то как он успел узнать, она являлась вдовой, какого‑то там высокопоставленного аппаратчика из мэрии. Это объясняло ее успех на научном поприще в сравнительно молодом возрасте. Влад давал ей от силы двадцать восемь — тридцать лет.

Что касается ее благосклонности, то как вскоре выяснилось, Влад жестоко ошибался. По мере того, как он начал наращивать темпы работ, между ним и Светланой Сергеевной начали все чаще возникать трения. И чем дальше, тем больше.

По мнению Мезенцевой, количество занятых в анатомичке рабочих было явно недостаточным. И работали они не так быстро, как ей хотелось бы. Вдобавок ко всему, их квалификация внушала ей сильные подозрения. Но что доводило Светлану Сергеевну до бешенства, так это горы строительного мусора. Они словно тараканы сами собой заводились и размножались на территории любезного ее сердцу анатомического корпуса.

Влад с запозданием вспомнил, что как‑то слышал от проходивших мимо него студенток прозвище Светланы Сергеевны. Эти безмозглые голенастые курицы именовали эту чудную женщину не иначе как — СС. Тогда это прозвучало для его уха оскорбительно. Он едва сдержался, чтобы не сделать студенткам замечание. Хотя, теперь он должен был признать, что черная пилотка с серебряным эсэсовским черепом, подошла бы Мезенцевой гораздо больше, чем белый докторский колпак. После всех многочисленных скандалов и мелочных придирок, которыми его ежедневно изводила Светлана Сергеевна, у Влада не осталось к ней и следа былой симпатии.

Вот и сейчас заведующая кафедрой, подойдя к выходу из корпуса, где Влад в дверях выяснял отношения с бригадиром, злобно поинтересовалась:

— Может быть, вы определитесь с тем заходите вы или выходите и дадите мне, наконец, пройти?

— Пардон, мадам! — смущенно пробасил Влад и поспешно отступил в сторону.

За это он был награжден таким уничижительным взглядом холодных голубых глаз, что поперхнулся и закашлялся. Смышленый Серега, воспользовавшись паузой, юркнул в освободившуюся дверь и сделал попытку скрыться с украденным инструментом.

Терпеливо дождавшись, когда Мезенцева выйдет наружу Влад, словно гигантский кенгуру, в два прыжка нагнал похитителя.

— Верни «болгарку» на место, урод! — прошипел он бригадиру, косясь на Мезенцеву.

Но Серега был настроен не менее решительно.

— Черта лысого тебе, а не «болгарку»! — взвизгнул он и показал Владу кукиш. — Мы с мужиками переезжаем на приличный, хлебный объект. И платить нам там будут, в три раза больше, чем у такого скупердяя как ты!

— Машину разгрузите и можете валить к едрене фене! — прорычал разъяренный Влад. — В противном случае, я вас всех сейчас передавлю, как вредных кровососущих насекомых! И начну с тебя!

— Ага, прямо сейчас я так и разбежался! — издевательски расхохотался Серега. — Мы спокойно заберем весь инструмент и материалы в счет оплаты, за уже выполненную работу. И не советую нам мешать, не то пожалеешь!

Влад опешил от подобной наглости. Восприняв это, как проявление слабости и чувствуя собственную безнаказанность, подогретые винными парами рабочие накинулись на Влада.

Началась драка. Шестеро против одного. Понимая, что им не одолеть огромного, словно медведь Влада, рабочие похватали, кто лопату, а кто монтировку. Но это не спасло их от справедливого возмездия. Отобрав у драчливых лохов шанцевый инструмент и надавав им затрещин, Влад наконец‑то добрался до зачинщика всего этого беспредела. Серега, выставив впереди себя нож для резки линолеума, напугано проорал:

— Не подходи, а то зарежу!

Вырвав у перепуганного бригадира нож, Влад голыми руками сломал его пополам и отбросил в сторону.

— Ну, что черепашка — ниндзя допрыгался? — с мстительной ухмылкой поинтересовался он у деморализованного бригадира.

После этого получивший от Влада даже не удар, а элементарную отеческую оплеуху, Серега вдруг неловко завалился назад. Потом его повело в сторону. В результате, он грянулся назад и звучно стукнулся затылком о цоколь колонны входной группы. Перепуганные рабочие, бросив своего бригадира, поспешно разбежались в разные стороны.

Тем временем, Мезенцева успевшая вернуться и проходившая, как назло, мимо, подняла дикий крик.

— Я не потерплю, в стенах императорского университета, бандитских разборок и подобного скотского обращения с подневольными людьми! Да вы настоящий бандит, как я погляжу! Он что ваш крепостной, этот несчастный? А если у него сейчас мозги через уши вытекут?

— Да, вроде, пока не видно, — недовольно пробасил Влад, склонившись над Серегой.

По требованию Мезенцевой, была вызвана «скорая помощь», на которой увезли бездыханное тело бригадира.

По глубокому убеждению Влада, Серега сам напросился. И потом еще вопрос, от чего именно он вырубился? То ли от его толчка ладонью, то ли от выпитого?

— Это что же получается? Если всякий чудак, на букву м — м-э — э, начинает тыкать ножиком и другими острыми предметами мне в брюхо, я по вашему должен стоять и спокойно на это смотреть? — поинтересовался он у Мезенцевой.

— Ничего страшного с вами не произойдет! Говорю это, как медик! У вас на животе слой жира не менее пятнадцати сантиметров! Чтобы его проколоть, нужна, как минимум самурайская сабля! И не думайте, что это вам сойдет с рук, просто так! Я сейчас вызову полицию и напишу на вас заявление! Такой бандит, как вы должен сидеть в тюрьме, хотя я прекрасно понимаю, что вам с вашими деньгами, скорее всего, удастся откупиться!

Влад уже был готов задушить эту истеричку — так она его достала! Но к счастью, выяснилось, что завкафедрой спешит на траурный митинг в главном корпусе.

— Если бы не прощание с профессором Чушпанниковым, который был моим учителем, я бы стерла вас с лица земли! — гневно сверкнув глазами, Мезенцева полила Влада презрением и, крутанувшись на высоких каблуках, ушла.

Влад стоял мрачнее тучи. Мало ему было других проблем! И неизвестно было, что там с Серегой? А вдруг он действительно возьмет да окочурится? И что тогда? Выплачивать его семейству компенсацию до конца жизни?

— Ну, что за невезуха? — пробормотал Влад и тяжело вздохнул.

Глава 5

В подвале старого завода, бригада Толяна развила бешеную деятельность. К этому времени они уже успели поднять наверх из провала тело Димона.

По большому счету, нелепая гибель «коллеги» не особо взволновала его товарищей. Тем более в свете нежданно — негаданно свалившейся на них перспективы сказочно разбогатеть в одночасье.

Сейчас они были озабочены, совершенно другим. Их больше волновало, как обставить все так, чтобы никто не догадался о найденном ими кладе.

На их счастье, Толян никогда не страдал недостатком сообразительности. Этому в значительной степени способствовали несколько его «отсидок» за мошенничество. Чтобы достичь успеха на этом нелегком поприще требовался определенный артистизм и способность к импровизации. И тем и другим Толян был наделен в избытке.

Вот и сейчас, трезво оценив обстановку, он принялся хладнокровно действовать. Первым делом, он распорядился уложить Димона на землю, прямо под массивной стальной балкой, висящей под низким потолком подвала. Воспользовавшись тем, что тело их бедного товарища еще не начало коченеть, он вдохновенно придал его позе некоторую драматичность.

Сделав несколько шагов назад, он критически осмотрел распростертый на спине труп. Задумчиво потеребив мочку уха, Толян скептически хмыкнул и, вернувшись, произвел ничего не говорящие постороннему глазу коррективы.

Затем, вооружившись газорезкой, Толян деловито взобрался на бывшую в бригаде стремянку и принялся торопливо срезать нависавшую над телом балку. Довольно скоро, она с грохотом обрушилась, на лежащего под ней мертвого сварщика.

При этом тяжеленная стальная махина рухнула так удачно, что раздавила Димону голову, словно тыкву. После этого уже было практически невозможно определить, от чего именно бедолага скончался на самом деле.

После этого, Толян велел тщательно замаскировать лаз в провал, где находился найденный ими золотой «казан». Побродив по подвалу, Юрок со вторым рабочим натащили целую гору разнокалиберных досок и кусков фанеры. Все это они сложили сверху лаза, а затем засыпали толстым слоем земли, которую тщательно разровняли и утрамбовали. Через некоторое время уже ничто не напоминало об обнаруженном провале.

— А теперь пришло время огорчить до невозможности нашего горячо любимого шефа! — глумливо ухмыльнувшись, Толян подмигнул Юрку и принялся звонить Владу. — Алло — это Толян! Влад, ты только, пожалуйста, не волнуйся. Но у нас, по ходу, здесь на заводе произошло небольшое ЧП.

— Какое еще нахрен ЧП? — возмущенно проревел в трубку Влад. — Что у вас там, вообще, может произойти чрезвычайного?

— Тут такое дело, короче, наш Димон погиб! — скупо, словно слезы, роняя слова, выдавил из себя бригадир.

— Как погиб? — обалдело переспросил Влад. — В смысле, он, что теперь совсем мертвый?

— Ага, мертвее не бывает, — с мстительной ухмылкой, заверил руководителя Толян. — Он железную балку с потолка срезал, ну она прямо на него и упала. Здоровенный такой двутавр, полтонны весит не меньше.

— Какая нахрен еще железная балка? Какой двутавр? Ты что несешь? — смертельно раненным гризли взревел Влад. — Зачем Димону нужно было трогать какую‑то гребанную балку? Она что мешала вам землю копать?

— Да, нет, не мешала она нам, — сделав несчастное лицо, тяжело вздохнул Толян. — Ну, просто, мы хотели кое — какое железо на металлолом сдать и деньжат немного срубить. Вот Димон и полез, балку эту проклятую резать. Кто же знал, что так получится?

— Деньжат значит, решили по — легкому срубить? — продолжал бушевать Влад. — Ну и как, срубили? Дебилы гребаные, дауны конченые! Полицию и «скорую» вызвал?

— Да, нет еще. Я думал надо тебя сначала в известность поставить, — стыдливо признался Толян. — Ты же наш начальник, чего ж через голову‑то прыгать?

— А чего ты мне об этом сейчас говоришь? Ты бы до того, как Димона посылать металлолом тырить, об этом лучше вспомнил, гаденыш! Сейчас я приеду и всех вас, оставшихся в живых, в известную позу буду ставить! — взвыл от бессильной злобы Влад и отключил мобильник.

— Вот как славненько поговорили! — удовлетворенно усмехнулся Толян. — Если до этого разговора у меня еще кошки скребли. Типа, не по понятиям это! Надо будет и с Владом немного поделиться! То теперь после всего того, что он мне наговорил, хрена лысого он у меня получит, а не долю!

После этого, Толян вызвал полицию и «скорую». Немного подумав, он сделал еще один звонок.

— Привет, Рябой! Это Толян тебя беспокоит. Я чего спросить хотел. У тебя еще остались прихваты среди барыг? А то, мы тут с пацанами, по ходу, откопали горшок леприкона! Здоровенный такой, зараза! Давай вечерком повстречаемся и перетрем, что да как. Лады? Да, все тружусь у этого борова Влада, такой сука жадный! Но теперь, с этим золотишком, пошлю я его куда подальше!

Рябой был авторитетным вором и жил по понятиям. Именно поэтому Толян без опаски рассказал ему все как есть, открытым текстом. Кроме того, Рябой был его старым знакомцем. Один раз они даже как‑то вместе чалились на зоне.

«Скорая помощь», наряд полиции и Влад приехали на старый завод практически одновременно.

Влад представился и повел делегацию в подвал. Пока они шли, он всю дорогу, чувствовал на своем затылке недоброжелательные взгляды полицейских оперов. Из обрывков фраз, которыми перебрасывались стражи порядка, он с удивлением понял, что они всерьез подозревают его в убийстве своего рабочего.

— Для полного счастья, мне сейчас не хватает только еще, чтобы Серега в больнице окочурился! — иронически подумалось, ошалевшему от внезапно навалившихся на него проблем, Владу. — Вот тогда меня точно посадят лет на пять, а если очень повезет, то и на все десять закроют!

Осмотрев тело Димона, все еще лежащее под тяжелой балкой, врач «скорой» констатировал смерть и уехал. Ему больше здесь было нечего делать, так как помощь оказывать было некому. Разве только Владу, могучий организм которого никак не мог определиться, и пребывал в раздумье, выбирая между инсультом и инфарктом. Впрочем, суля по самочувствию хозяина, он все больше склонялся к тому, чтобы попробовать одновременно и то и другое.

Полицейские, между тем, придирчиво осматривали место происшествия. С большим сожалением им пришлось отказаться от очень удобной версии — об убийстве Владом Димона, по той причине, что в момент гибели рабочего, директора на заводе не было. После этого оперативники вызывали труповозку.

В протоколе предварительного осмотра места происшествия дознаватель указал, что гибель рабочего произошла в результате обрушения металлической конструкции, которую сварщик срезал в нарушение всех норм техники безопасности. Данный инцидент произошел по халатности директора СМП «Антикарст», который не обеспечил надлежащий контроль за проведением работ и не обеспечил должную безопасность своего работника.

Тем временем, прибыла «труповозка». Толян и Юрок вооружившись ломами сдвинули стальную балку с Димона в сторону, после чего санитары погрузили тело погибшего сварщика на машину и увезли его в морг.

Полицейские попросили Влада проехать вместе с ними в райотдел для дачи показаний и составления протокола.

Терпеливо дождавшись, когда все уедут, Толян велел убрать маскировку и открыть ход в лаз.

— Не рановато ли, а вдруг менты вернутся? — с некоторым сомнением посмотрел на него Юрок.

— В самый раз! — успокоил его Толян, ободряюще хлопнув по плечу. — Давайте, начинайте уже шевелиться, что как неживые?

— Сплюнь, а то сглазишь еще! — повысил голос третий член бригады, по прозвищу Травленок.

— Болтаешь много! — прикрикнул на него Толян. — Лезь, давай!

Вниз, в пролом, один за другим, спустились все трое. Первым делом они подошли к зияющей в боку «казана» черной прямоугольной дыре и застыли в нерешительности. Никому не хотелось повторять роковой ошибки Димона. Тем более что лужа черной крови на светлом плитняке красноречиво напоминала об этом жутком событии.

— Чего стоим, кого ждем? — недовольно поинтересовался Толян у подчиненных. — Быстренько взяли резак и вырезали мне кусок металла от этой заплатки.

Те нерешительно переглянулись, после чего Юрок испуганно проблеял:

— Слышь, Толян, боязно мне чего‑то! Может, а ну его этот самый казан в баню? Тем более что он пустой и ничего кроме льда в нем нет.

— Ты, что совсем от страха спятил? — прикрикнул на него бригадир. — А ну, возьми себя в руки! Даже если казан пустой, как ты говоришь, того золота из которого он сделан нам за глаза хватит!

— Да, скорее всего, никакой он и не золотой — продолжал гнуть свое Юрок. — Не бывает сразу столько много золота в одном месте!

— Дурак ты, Юрок! — презрительно сплюнул ему под ноги Травленок. — Отойди в сторону раз боишься! Если ты такой пугливый, может ты, до кучи, и от доли своей откажешься?

— Это с какой такой радости? — взвился Юрок.

— Да с такой самой, что ты не мужик, а самая обыкновенная дешевка! — схватил его за грудки Травленок и тряхнул, словно терьер крысу.

Юрок, натужно сопя, попытался отодрать от себя руки оппонента, но это ему не удалось, так как тот крепко вцепился в отвороты его рабочей куртки. Поняв, что его попытка провалилась, он сгоряча попытался заехать Травленку кулаком по физиономии. Но тот не дал ему этого сделать, технично увернувшись несколько раз кряду. Когда же ему, наконец, надоело отрабатывать уклоны, он неожиданно отпустил Юрка и молниеносно заехал ему кулаком по физиономии.

Тот взвыл от боли и огорчения, но уже в следующее мгновение умолк, так как из его разбитого носа ручьем хлынула кровь. Ощутив во рту вкус собственной крови, Юрок внезапно озверев, кинулся на обидчика. Он беспорядочно молотил кулаками прямо перед собой в надежде зацепить Травленка по его наглой улыбающейся физиономии. Но все было тщетно.

Тогда Юрок сменил тактику и принялся пинать противника ногами, норовя угодить ему в пах. Но умудренный в уличных баталиях Травленок всякий раз подставлял под удар то одно, то другое колено, ревниво оберегая свое достоинство. В конце концов, Юрок отбил об него все ноги и пыл его заметно поутух.

Толян все это время, с философским спокойствием, презрительно взирал на глубоко непрофессиональную потасовку. Когда ему это надоело, и он уже собирался расшвырять забияк в стороны, взгляд его внезапно привлекло какое‑то едва уловимое движение со стороны «казана».

Опешивший бригадир увидел, как в боковине гигантского яйца, подобно диафрагме фотоаппарата, вовнутрь медленно закручиваются золотые лепестки, образуя темное отверстие, ведущее вовнутрь «казана».

Глава 6

В холле главного корпуса Медицинского университета было, что называется яблоку негде упасть. Так много народу пришло на похороны профессора Эдуарда Робертовича Чушпанникова.

К одной из колонн скотчем был приклеен лист ватмана с большим портретом посередине, обведенным жирной траурной рамкой. С него виновник «торжества» бодро улыбался многочисленным участникам траурного митинга. Из некролога, размещенного под портретом, следовало, что уважаемый профессор скоропостижно скончался.

По этическим соображениям, там ничего не говорилось о том, что смерть наступила от обширного инфаркта миокарда, ни о том, что произошло это во время отдыха Эдуарда Робертовича в Таиланде. Также там ничего не сообщалось и о прочих пикантных подробностях.

Впрочем, в этом не было никакой нужды, ибо сотрудники Медуниверситета были уже в курсе всех подробностей произошедшей в Таиланде трагедии. Более того, эта история успела обрасти таким количеством невероятных подробностей, рожденных бурной фантазией местных сплетников, что Светлана Сергеевна Мезенцева нисколько не удивилась бы, если бы бледное чело ее покойного учителя вдруг покраснело от стыда.

Сделав эффектную паузу, она продолжила свою речь:

— Эдуард Робертович со студенческих лет всецело посвятил себя служению медицине, поэтому ни для кого не стало большой неожиданностью, когда он завещал свое тело анатомическому музею родной кафедры. Эта готовность к самопожертвованию, во имя науки, всегда была отличительной чертой характера Эдуарада Робертовича. Спи спокойно, дорогой учитель!

Отойдя от микрофона, Светлана Сергеевна почувствовала некоторую неловкость.

— Что‑то я не то брякнула! — с досадой подумала она. — Если бы шефа хоронили по — человечески — на кладбище, тогда пожелание спокойного сна было бы жестко замотивировано. Но ближайшие сто лет, ему предстоит простоять на подставке в витрине анатомического музея, словно распеленатая египетская мумия, и покрываться пылью. Голышом и, вдобавок ко всему, без кожных покровов. А с этим «спи спокойно» получилась какая‑то дурацкая двусмыслица. Получилось, что я пожелала ему стоя спокойно спать. Но он, же не лошадь, чтобы спать стоя! Шут его знает, что положено говорить в подобных случаях! Ну не могла же я сказать — Стой спокойно, дорогой учитель!

Пребывая в самом дурном расположении духа, Светлана Сергеевна окинула тоскливым взглядом массу людей застывших со скорбным выражением на лицах. Некоторые студентки плакали.

Нужно было отдать должное, каким бы ни был моральным разложенцем покойный, но он никогда не позволял себе никаких вольностей в стенах университета. Он никогда не распускал руки в отношении представительниц прекрасного пола. Причем это касалось, как сотрудниц, так и студенток, легкодоступность которых уже давно стала притчей во языцех.

Как‑то, в порыве откровения, Эдуард Робертович признался Светлане, что до сих пор никого здесь не трахнул, только лишь потому, что женщины университета для него, прежде всего — коллеги ученые. А это понятие для него — свято.

Зато Эдуард Робертович отрывался на стороне, и как отрывался! О том, как он отводил душу, вдохновенно предаваясь пороку, в курилках слагали легенды. Не один завистник заработал язву желудка пытаясь угнаться за старым профессором. Впрочем, было понятно, что все это должно было когда‑нибудь закончиться. И вот этот грустный момент наступил.

Хотя, как ни крути, а Эдуард Робертович ушел из жизни красиво. Как и подобает истинному старому ловеласу — прямиком из постели с тайской проституткой он шагнул в вечность. Наверное, если бы старому греховоднику предложили сделать выбор, он, наверняка, предпочел бы именно этот вариант.

Тем временем, траурный митинг шел своим чередом. Одних выступающих плавно сменяли другие. Светлана Сергеевна иронически хмыкнула, когда очередной убеленный сединами ученый муж начал петь дифирамбы высокой нравственности ушедшего.

— Эк, ты дедушка загнул! — невесело подумала она. — Плохо же ты знал усопшего!

Но с другой стороны, супруга профессора Чушпанникова умерла давным — давно, детей у него не было, так что ничего предосудительного в его поведении, по большому счету, не было. Ну, развлекался мужик, как умел. Ну, жил в свое удовольствие и помер, кстати, тоже с большим удовольствием.

Как медик, Светлана Сергеевна уже давно поставила своему шефу диагноз. Он страдал некоей, крайне запущенной формой приапизма, превращаясь во время обострения заболевания в старого похотливого сатира. Можно было лишь поражаться его силе воли, которая удерживала его от неадекватных поступков в стенах Медицинского университета.

Впрочем, все это уже было в прошлом. Теперь Светлане нужно было думать о том, как воплотить в жизнь больную фантазию своего шефа. А именно, как изготовить из него экспонат для анатомического музея. Ибо, этот старый извращенец, в своем завещании особо подчеркнул, что может доверить выполнение столь деликатного поручения лишь своей любимой ученице, то есть, конечно же — ей.

По понятным причинам, Светлана Сергеевна не могла взять и отказаться от возложенной на нее нелегкой миссии. Хотя если честно признаться, у нее было большое искушение послать своего дорогого учителя с его посмертным поручением куда подальше. И пусть кто‑нибудь другой занимается его бальзамированием, превращая тело в эксклюзивный экспонат для анатомического музея.

Светлана Сергеевна тяжело вздохнула и, промокнув платком, внезапно набежавшую слезу, приготовилась слушать следующего оратора.

Сева с Маратом чинно стояли в холле Медицинского университета, посреди толпы пришедших попрощаться с профессором Чушпанниковым. Лица напарников выражали откровенную и ничем неприкрытую скорбь. Но скорбели они отнюдь не по поводу безвременного ухода ученого мужа из жизни.

Когда полчаса тому назад Марат услышал, что гребаный жмур завещал свое тело родному университету его чуть не хватила кондрашка. Казалось еще немного и его вытаращенные, словно у лемура, глаза вывалятся из орбит и запрыгают по мраморному полу холла.

Сева же отнесся к этому известию значительно спкойнее. Ну, по крайней мере, внешне его внутренне волнение никак не проявилось. Он лишь широко улыбнулся, скрипнув зубами и глубоко засунув руки в карманы светлого плаща, сжал пудовые кулаки.

— Что творит, гад! — тонким голосом пропел он, наклонившись к Марату. — У нас были четкие инструкции насчет всего этого бардака. Предполагалось, что нужное нам тело после похорон, благополучно окажется на кладбище. Откуда мы должны будем его по — тихому спереть, выкопав темной безлунной ночью. После этого нам оставалось всего лишь достать из него товар и свинтить из этого убогого городишки.

— Дважды два — четыре, пятью пять — двадцать пять, семью семь — сорок семь! — вполголоса прорычал Марат, свирепо покосившись на напарника. — Чего ты мне гундосишь прописные истины, которые мне и без тебя хорошо известны? Мне и без твоих причитаний ясно, что вся наша хитроумная операция вот — вот накроется медным тазом. Если кто‑то из потрошителей, что во множестве обитают в анатомичке, сдуру полезет вовнутрь профессорского тела… А они туда обязательно полезут, потому что этот старый козел завещал приготовить из него мумию! Блин, лавры Тутанхамона ему покоя не дают!

— То они неминуемо обнаружат пакеты с наркотой! — закончил за Марата мысль Сева. — А дальше — звонок в полицию и пиши, пропало! То есть, миссия невыполнима!

Марат, тяжело засопев, демонстративно отвернулся от напарника, всем своим видом показывая, что не намерен продолжать бесплодную дискуссию. Сева пожал плечами и принялся размышлять над тем, как разрулить ту непростую ситуацию, в которой они оказались. Но его напрочь отбитая на ринге голова, в которую и в лучшие‑то времена не приходило ничего путного, как назло не хотела генерировать гениальные мысли. Даже те немногие мысли, которые у него были и те испуганно разбежались. Поняв, что мыслительный процесс для него, как обычно, закончится очередным приступом мигрени, Сева перестал думать. Вместо этого он стал сосредоточено наблюдать за происходящим в холле действом.

Тем временем, траурный митинг успел закончиться, и людской поток потянулся мимо гроба с телом покойного для прощания. Севу и Марата, захваченных общим течением, вынесло к заваленному венками и горами цветов гробу.

На восковом лице покойного застыла блаженная улыбка.

— Отмучился! — сердобольным голосом произнесла, какая‑то научная старушка и, нагнувшись, запечатлела на высоком лбу профессора Чушпанникова почтительный поцелуй.

— Должен заметить, что у нашего покойника весьма препохабная рожа! То есть, я конечно же хотел сказать — чело, — вполголоса поделился своими наблюдениями Сева.

— Это потому что он лыбится, так словно под саваном у него лежит тайская проститутка и делает ему то единственное, что они действительно умеют хорошо делать, — осуждающе фыркнул Марат.

— Ага, и еще, оттого что у него внутри лежит дури на десять зеленых лимонов, — шепотом добавил Сева и тяжело вздохнув, поправил галстук покойнику. — Старый, козел! Твое счастье, что ты уже помер! А то, я бы тебя точно убил!

После этого напарников отнесло людским потоком в сторону от гроба с вожделенным телом.

Тем временем, идущие впереди траурной процессии студенты, выстилали цветами асфальт вплоть до самого входа в корпус анатомички. После этого произошла небольшая заминка. Никак не хотела открываться вторая створка тяжелой старинной двери. Наконец она распахнулась и в широко открытую парадную дверь анатомического корпуса занесли гроб с телом профессора.

Внутри их уже встречала Светлана Сергеевна Мезенцева. На правах хозяйки она провела носильщиков вдоль коридора и велела им занести гроб в морг. Над его дверью была привинчена старинная потускневшая табличка, гласящая на латыни — «Здесь царствует смерть, во имя жизни».

Внутри морга жуткую деревянную коробку поставили прямо на бетонный секционный стол.

— Я полагаю, наши услуги больше не потребуются? — тактично кашлянув в кулак, поинтересовался старший из похоронной команды.

— Нет, благодарю вас, — ответила Светлана Сергеевна.

Когда рабочие вышли из помещения морга, она задумчиво постояла прислушиваясь. Убедившись, что рабочие ушли, Светлана, неожиданно для себя, погладила полированную крышку гроба и грустно улыбнулась.

Глава 7

Толян первым заметил, что в пузатом боку золотого «казана» начало образовываться загадочное отверстие. Это явление сопровождалось едва слышным низким гудением, так словно внутри гигантского яйца работал какой‑то двигатель или механизм.

Лишившийся дара речи, бригадир стоял, опустив руки, не в силах отвести взгляд от пугающей метаморфозы, происходящей с «казаном». К этому времени, отверстие уже достигло размеров канализационного люка, но диафрагма по краям все еще продолжала разъезжаться в стороны.

В этом движении не было угрожающей быстроты. Но и нельзя было сказать, чтобы черное круглое отверстие увеличивалось слишком медленно. Оно просто росло, неспешно увеличиваясь в размерах. И было в этом что‑то естественное и обыденное, так словно это происходило уже сотни и тысячи раз. Вот это‑то и напугало Толяна, буквально до кровавого поноса.

Между тем, Юрок продолжал наскакивать на Травленка, время от времени взбрыкивая ногами в тщетной надежде достать своего обидчика. Драчуны были настолько увлечены потасовкой, что ничего не слышали и не видели вокруг себя.

Толяну пришлось сделать над собой поистине героическое усилие, прежде чем ему удалось окончательно стряхнуть с себя наваждение. В противном случае, он бы так и остался стоять, тупо уставившись на «казан» и наблюдая, как в нем открывается отверстие.

Окончательно придя в себя, он гаркнул на драчунов:

— А ну уймитесь, недоумки!

Как ни странно, но этот окрик возымел свое действие, и драка прекратилась, как по мановению волшебной палочки. Теперь оба горе — бойца стояли, широко раскрыв рты и вытаращив глаза, смотрели туда же куда и их бригадир.

— Слышь, Толян, что это за хрень творится с нашим казаном? — подал голос Травленок. — Башку даю на отсечение — не было в нем никаких дырок, когда мы сюда спустились!

— Почем я знаю, что с ним такое? — хрипло отозвался бригадир. — Одно могу сказать совершенно точно — не нравится мне все это!

— Еще не хватает, чтобы из этого яйца динозаврик вылупился, — поддержал его Юрок. — С большущими, острыми зубами и вдобавок жутко голодный.

— Может, а ну его, совсем? В смысле — тьфу на него! И делаем ноги, пока не поздно? — проявил тонкое понимание момента Травленок, которого мелко трясло от страха.

Неожиданно мерное гудение внутри казана стихло, и где‑то в его глубине вспыхнул тусклый фиолетовый свет. Трое рабочих, словно норовистые кони, испуганно шарахнулись в сторону от пузатой посудины. Одновременно с этим, внутри «казана» что‑то тяжело заворочалось и троицу обдало волной тошнотворной вони. Запах был настолько ядреный, что Травленок закашлялся, а Юрок с Толяном заткнули носы пальцами.

— Валим отсюда! — с явственной ноткой истерики в голосе прогундосил Толян. — Выберемся из ямы и с безопасного расстояния поглядим, что будет дальше!

Но они не успели сделать и шагу. Из недр «казана» внезапным рывком вывалилось нечто кошмарное и тяжело приземлилось на дно провала. Толян машинально прикинул, что это нечто должно было весить никак не меньше двухсот килограммов. Во всяком случае, если бы можно было собрать всю эту студенистую слякоть и запихнуть в двухсотлитровую железную бочку, со срезанной крышкой, она бы заполнила ее до самых краев.

Гора студенистого желе мелко дрожала и воняла как целый железнодорожный вагон — рефрижератор с протухшей рыбой. Грязно — розовую, влажно блестевшую поверхность пересекали многочисленные черные кляксы и полосы, неправильной формы, сливающиеся в некий кошмарный рисунок.

— Не фига себе камуфляж! — в ужасе пробормотал Травленок и бросился к висевшей на стене провала веревке, по которой они спустились сюда около полчаса тому назад.

Схватившись за конец веревки, он сноровисто полез наверх, перебирая руками и ногами. Но неожиданно, когда уже казалось, что Травленок набрал хороший темп и ему удастся выбраться из провала за рекордно короткий срок, он вдруг позорно съехал вниз.

В это время, у него за спиной, с гигантским комом слизи стали происходить какие‑то пугающие изменения. Тугие щупальца, покрытые многочисленными присосками, заскользили, стягивая бесформенную кучу студенистой плоти в нечто, имеющее более конкретную, компактную форму. При помощи многочисленных тяжей и сухожилий ужасный обитатель «казана» принялся придавать себе карикатурное сходство с фигурой гуманоида. Сделав видимое усилие, он неожиданным рывком воздвигся, словно монумент, над полом ямы и теперь возвышался над Толяном и Юрком на добрых полметра. При этом, отвратительная конструкции раскачивалась из стороны в сторону, демонстрируя пугающую неустойчивость.

Травленку, между тем, наконец‑таки удалось, зацепиться ногами за веревку. И теперь, всхлипывая от ужаса, он лихорадочно взбирался по веревке наверх, стремясь выбраться из ямы с кошмарным созданием как можно быстрее и оказаться вне его досягаемости. Но так как он был страшно напуган, вспотевшие от ужаса ладони продолжали соскальзывать по непослушной веревке. За это время, ему удалось подняться от земли всего лишь на пару метров.

Толян и Юрок стояли как громом пораженные, не предпринимая никаких попыток бежать. Зрелище ужасного существа, каким‑то непостижимым образом придающего себе сходство с уродливо гипертрофированной человеческой фигурой, загипнотизировало их. Словно сомнамбулы они стояли и зачарованно наблюдали за поразительной метаморфозой, происходящей у них на глазах.

Видимо воодушевившись этим грандиозным зрелищем, Юрок внезапно решившись, порывисто шагнул навстречу пришельцу. Выбросив вперед руку, он невольно повторил жест чугунного Ленина на центральной площади города.

Срывающимся голосом, он истерически выкрикнул:

— От имени цивилизации Хомо Сапиенс мы рады приветствовать тебя, брат по разуму!

На изборожденной шишковатыми неровностями и глубокими впадинами «голове» чужака откуда‑то из толщи грязно — розовой плоти внезапно прорезалась пара глаз. Они словно всплыли из студенистых недр на бугристую поверхность «лица». Глаза были черными, ячеистыми и выглядели просто кошмарно.

Толян неодобрительно прошептал в спину Юрка:

— Слышь, пионер — герой, сдается мне, что это была не самая удачная мысль! Не шевелись и не нервируй чудище! Может быть, все еще обойдется.

Ничего не выражающие фасетчатые глаза жуткого создания, сверкая непроницаемой антрацитовой чернотой, пристально уставились на самозваного «парламентера» от человеческой цивилизации.

Юрок напряженно ждал, что пришелец хоть как‑то отреагирует на его несколько высокопарную речь. Тот, к этому времени, уже окончательно трансформировался, и, перестав раскачиваться, теперь стоял, прочно угнездившись на своих огромных, словно у Биг Фута ногах.

Пришелец продолжал сохранять полную неподвижность и Толян, решив, что все обошлось, уже готов был с облегчением вздохнуть. Но тут внезапно, мощные суставчатые конечности чужака, напоминающие корявые ветви, ожили и пришли в движение.

В долю секунды пришелец оказался возле Юрка. Схватив одной лапой его за плечо, он выпустил из другой «руки» ярко блеснувшее лезвие и молниеносно вскрыл ими грудную клетку страшно закричавшего человека.

При виде хлещущей из разверстой груди Юрка крови, у Толяна начали закатываться глаза. Еще немного и он бы бухнулся в обморок, словно излишне впечатлительная Тургеневская барышня. Последними остатками воли, он заставил себя прокусить нижнюю губу. Сильная боль и вкус собственной крови, частично вернули ему способность здраво рассуждать. Крутанувшись на каблуках, и едва не упав при этом, Толян на ватных, негнущихся ногах спотыкаясь, побежал к спасительной веревке.

Тут же, мощный удар осклизлой конечности пришельца, угодивший бригадиру прямо в спину, опрокинул его на землю, едва не перебив ему при этом позвоночник.

После этого, кошмарное создание, убедившись, что пытавшийся сбежать человек не подает признаков жизни, вернулось к распростертому на земле Юрку. Присев, над распотрошенным окровавленным телом, чужак принялся стремительно кромсать все еще живого человека на фрагменты. При этом он с поразительной быстротой успевал знакомиться со строением внутренних органов.

Когда Юрок затих, и перестал пускать кровавые пузыри, чужак вплотную занялся его опорно — двигательной системой и строением скелета. Буквально в считанные секунды костяк несчастного был обглодан дочиста, а рядом с ним появилась куча, небрежно сваленной в кучу окровавленной искромсанной плоти.

Первый в истории человечества контакт с инопланетной цивилизацией состоялся.

Покончив с Юрком, чужак пружинисто распрямился в полный рост. Задрав свою уродливую голову, он некоторое время смотрел на то, как Травленок, всхлипывая от ужаса, карабкается по веревке вверх. Ему оставалось всего ничего, каких‑нибудь два — три метра. Жуткая тварь с каким‑то нездоровым интересом, наблюдала за тем, как Травленок судорожно сокращает расстояние до спасительного края провала.

Когда, с торжествующим воплем, Травленок уже начал выбираться наружу, чужак схватил нижний коней веревки и дернул за него. Проделано это было с такой ужасающей силой, что Травленка буквально стряхнуло с веревки. Истошно крича, он полетел вниз.

В самом начале он еще пытался цепляться за неровные стены провала, но потом скорость падения возросла. Через мгновение громкий хруст костей возвестил о том, что Травленок приземлился на каменистое дно пролома.

Чужак уже собирался присесть возле Травленка, когда неожиданно на его голову опустился тяжелый лом. Толстый стальной стержень с чавкающим звуком глубоко вошел в грязно — розовую голову чудовищной твари, безжалостно сминая студенистую плоть. Это Толян, уже успевший придти в себя, начал бороться свою жизнь.

Монстр голову, которого лом развалил на две неровные половины, медленно повернулся. Толян, с остановившимся сердцем, ждал, когда поверженная тварь рухнет на землю.

Но вопреки его ожиданиям, чужак своей огромной лапищей схватил лапой тяжелый металлический стержень, и вырвав оружие у Толяна, вместе с пальцами, отшвырнул его к стене провала. После этого, издав недовольный раскатистый треск, кошмарное создание швырнуло лом, словно копье, в успевшего подняться бригадира. Лом, с влажным чавканьем, пронзил его грудь насквозь и пригвоздил Толяна к известняковой стене, словно бабочку.

С тихим всхлипом он выпустил изо рта струю черной крови. Прежде чем умереть, Толян успел увидеть, как монстр, склонившись над трупом, Травленка, со свернутой шеей, рвет кривыми зубами его горло.

Глава 8

Влад стоял посередине двора возле здания анатомического флигеля. В связи с последними событиями, он пребывал в самом отвратительном расположении духа.

— Господи, что же мне так тошно‑то, — тоскливо вздохнул он. — Нажраться, что ли, в самом деле? И гори оно все, синим пламенем!

С полчаса назад, словно в издевку, мимо него прошествовала похоронная процессия. Рабочие, облаченные в форменные комбинезоны комбината спецобслуживания, занесли в анатомичку гроб. Насколько было известно Владу, в нем покоилось тело того самого профессора, чье место заняла эта истеричка Светлана Сергеевна. Также он знал, что старик был большим чудаком и завещал свои бренные останки родному университету.

Гроб был настоящим произведением искусства. Темного, почти черного, дерева, полированный, с блестящими бронзовыми обкладками на крышке и тремя парами ручек по бокам. Влад меланхолично проводил взглядом жуткий пенал и иронически хмыкнул. Любопытно, куда его потом денут? В самом деле, не собирается же Мезенцева выставлять мумифицированное тело профессора в витрине анатомического музея, уложив его в гроб? Он же не вождь мирового пролетариата!

Наверное, Светлана вернет гроб обратно в похоронное бюро за полцены. С этой стервы вполне станется, она‑то уж точно своей выгоды не упустит. А, быть может, оставит его себе и будет в полнолуние укладываться в него, изображая графа Дракулу. То есть, конечно же, графиню. Причем вероятнее всего — в неглиже.

Неожиданно Влад почувствовал, что настроение его медленно выплывает из пучин безнадеги и мрака. В, конце‑то концов, все не так уж и плохо. И, вообще, все относительно! Он, в отличие, от бедного профессора еще может вкушать от прелестей жизни.

Вот возьмет, прямо сейчас, поедет в ближайший супермаркет — возьмет литр хорошего односолодового вискаря, приличного вина и фруктов. Нет, вискаря нужно будет взять пару литров, чтобы потом, в процессе получения удовольствия, не заморачиваться. После этого, он вызвонит одну из своих подружек и закатится с ней в уютный пригородный мотель. Хозяин, которого, его старый друг и всегда будет рад Владу, за вполне умеренную цену.

И пусть идут все сегодняшнее проблемы, с их создателями вместе, куда подальше! Нет, конечно же, это его проблемы, но на сегодня с него, определенно, хватит! Он больше никого не хочет видеть, и ничего не хочет слышать! Пусть вся эта хрень подождет до завтра! Сегодня же назрела насущная необходимость душевно отдохнуть и успокоить вконец расшатанные неблагоприятными обстоятельствами нервы. Которые, как известно не восстанавливаются. А если же, кто в этом сомневается, то Влад охотно проводит их в анатомичку и познакомит с покойным профессором. При одном взгляде, на которого станет видна вся бренность и вопиющая надуманность проблем. И которые, как выясняется, совершенно не имеют значения, по большому кладбищенскому счету.

В это самое время, у Влада неожиданно зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер. Отвечать или не отвечать?

Владу было прекрасно известно, что такие звонки, как правило, ничем хорошим не заканчиваются. Еще никто из незнакомцев, когда‑либо звонивших Владу, ни разу не предложил ему свою помощь, и не поинтересовался о состоянии его дел, или здоровья. Всем звонившим, с завидным постоянством, всегда было от него чего‑нибудь да нужно. В лучшем случае его просили, в худшем же начинали требовать и угрожать.

Именно поэтому Влад проявил твердость характера и не стал отвечать на звонок. Но мобильник продолжал упорно трезвонить, и Владу пришлось отключить звук. Незнакомец по — прежнему не унимался, несколько минут кряду, и у Влада, в конце концов, сдали нервы. Он просто был не в состоянии и дальше игнорировать сладострастные содрогания, безостановочно вибрирующего у него в кармане, мобильника.

— Да!

Влад вложил в этот короткий звук все раздражение и ненависть к человечеству, которое накипело у него за весь сегодняшний, богатый событиями день.

— Здравствуй, Владик! — послышался в трубке вкрадчивый, подозрительно доброжелательный мужской голос.

Интонация была настолько слащавой, что Влад буквально почувствовал как у него поднимается сахар в крови.

— Это кто такой наглый? — злобно сплюнув на пыльный асфальт, поинтересовался он.

— Рябой — меня кличут! Ты Владик, поди, и не слыхал про такого? Толян, что на тебя горбатится, другом мне хорошим приходится, — ухмыльнулся незнакомец. — Не поверишь, он мне все равно, как брат родной.

Несмотря на подчеркнутое добродушие, в его голосе явственно сквозила угроза. Ощущение было такое, как если бы, в жаркий летний полдень Влад сдуру перевернул трухлявую колоду, а оттуда на него глянула здоровенная черная гадюка.

— Владик, не знаешь, почему Толян на звонки вдруг перестал отвечать? — продолжил допрос дотошный незнакомец.

Влад хотел было нахамить, по своему обыкновению, но в самый последний момент, отчего‑то сдержался и, скрипнув зубами, ответил:

— Я виделся с ним три часа назад, он был жив и здоров!

— Смотри, Владик, если с ним что‑то случится — я с тебя спрошу! — не унимался Рябой, так словно специально задался целью довести его до белого каления.

— Да пошел ты, знаешь куда, спрашивальщик хренов! — взорвался Влад.

— Слышь, Владик, у меня к тебе последний вопрос будет. Ответь, пожалуйста, старому человеку, как на духу — какую такую хрень ты нашел в подвале старого завода? — невозмутимо закинул очередной вопрос Рябой.

— Первый раз слышу! — искренне возмутился Влад. — Я вообще ничего не находил! Ни в старом подвале, ни в новом!

— Нехорошо, буржуй, делиться надо! Ты где, сейчас, жадный? — ласково пропел Рябой.

— Какая тебе нахрен разница? Ты что мне мама или папа, чтобы я перед тобой отчитывался? — решился, наконец, проявить характер Влад.

— А ты жабры не топырь, не надо! — доброжелательно усмехнулся Рябой. — Обычно, когда я вопрос задаю, люди торопятся на него ответить. Иной раз локотками друг дружку расталкивают, чтобы первым поспеть. Оно конечно, дураку понятно — на речном обрыве, да с рельсой на шее, не забалуешь.

— Я в Медицинском университете, — сухо ответил Влад.

— Владик, будь пай мальчиком, стой там и никуда не уходи! — в трубке послышался хриплый смех. — Дядя Рябой уже едет к тебе в гости!

— Да пошел, ты! — сердито буркнул Влад в трубку.

Но сделал он это лишь после того, как Рябой отключил свой мобильник.

Он знал, что Толян не единожды сидел. Впрочем, тот и не особо скрывал это. Скорее, наоборот, при каждом удобном случае хвастался. Особенно по пьяному делу. Влад, до поры до времени, смотрел на это сквозь пальцы. Отсидки Толяна поднимали его авторитет среди членов бригады и помогали ему держать в узде эту разношерстную братию.

Но у Влада до сих пор никогда не возникало проблем связанных со «славным» прошлым Толяна. То, что ему сейчас пришлось, словно пацану, отчитываться перед каким‑то уркой, взбесило его не на шутку. Этот гаденыш Толян дорого заплатит ему за это!

Влад принялся названивать бригадиру, но, несмотря на, то, что сигнал мобильника проходил, Толян упорно не желал отвечать на звонок. Впрочем, точно также как и другие члены его бригады.

— Ну, я вам устрою веселую жизнь, козлы безрогие! — мстительно пообещал Влад, оставив попытки дозвониться до бригады на старом заводе и пряча мобильник в карман.

Рябой, как и обещал, появился довольно скоро. Не прошло и четверти часа после его звонка Владу. Его сопровождали двое здоровенных бройлеров мясо — бандитской породы. Чувствовалось что они не вылазят из качалки и горстями жрут синтетические белки и прочую полезную химию.

Сам же Рябой оказался низеньким толстым стариком, щекастое лицо которого было сплошь покрыто мелкими рытвинами. Именно про таких, в старину говорили, что у него «черти на лице горох молотили».

Посреди этого неровно вспаханного поля плоти, словно две маленькие лужицы стылой грязно — серой воды, располагались глубоко посаженные глазки. Они были разделены классическим носом — картошкой, также сплошь покрытом оспинами.

— Ну, здравствуй, кровопивец! — неодобрительно глянул на Влада Рябой, но руки демонстративно не подал.

— Здравствуй! — холодно ответил Влад и, спрятав руки за спину, дал понять, что и не рассчитывал на подобное счастье — поручкаться со старым уголовником.

Это не укрылось от проницательного взгляда Рябого.

— Ну, ну! — криво усмехнулся он. — Характер значит показываем?

— Говори, чего хотел? — набычившись, спросил Влад. — Извини, мне работать надо!

— А мне значит не надо? — с притворным возмущением воскликнул Рябой, всплеснув руками. — То есть ты хочешь сказать, что ты один у нас здесь такой деловой и у тебя нет свободной минуты, потолковать с таким бездельником как я?

— Не передергивай! — брезгливо поморщился Влад. — И не надо ловить меня на слове.

— Твое счастье фраер, что сейчас не девяностые! А то ответил бы ты за свой гнилой базар и здоровьем и имуществом! — криво усмехнулся Рябой. — Ну да ладно, я человек отходчивый. Давай, Владик, колись, что вы с Толяном нашли в подвале старого завода? Я очень внимательно тебя слушаю.

— Я что недостаточно ясно дал понять, во время нашего последнего разговора, что ничего об этом не знаю? — язвительно поинтересовался Влад.

Рябой некоторое время внимательно смотрел ему в глаза, пытаясь уличить его во лжи. Но, как, ни странно, вскоре он должен был признать, что этот большой толстый барыга говорит ему правду.

Тяжело вздохнув, Рябой сказал:

— Хорошо, я допускаю, что ты действительно не в курсах, и не при делах. Возможно, Толян тебя просто кинул! Что же тем лучше! Покажешь мне место, где роет землю Толян, и ты свободен!

— А не пошел бы ты куда подальше? — неожиданно взорвался Влад. — Стоит мне сделать один звонок и тебя упекут в дальние холодные страны на всю твою оставшуюся жизнь!

— Дык проблема‑то, мил человек, в том, что не сможешь ты сделать этого самого звонка! — хрипло рассмеялся Рябой и кивнул своим мордоворотам на Влада.

Те подскочили к нему и, несмотря на его ожесточенное сопротивление, мигом завернули ему руки за спину, едва не вырвав их из плечевых суставов.

— К моему большому сожалению, ты, Владик, не настроен на откровенность. Где бы нам здесь поговорить по душам так, чтобы никто не помешал? — Рябой оглянулся и, увидев дверь в анатомический флигель, по складам прочитал, — Ка — фед — ра а — на‑то — мии. Стало быть, анатомичка? Интересно, а там морг есть? Если есть, то лучше места для тебя Владик и не придумаешь. Пацаны, а ну тащите этот кулек с дерьмом прямиком в это самое помещение!

Глава 9

Светлана Сергеевна кривыми ножницами подцепила суровую нитку, стягивающую грубый разрез на груди тела, лежащего перед ней на секционном столе. Она пыталась абстрагироваться и воспринимать предмет своей работы именно, как тело, но получалось плохо. У нее никак не выходили из головы приколы и хохмы, на которые профессор Чушпанников был так горазд при жизни.

Любопытно, куда попала его душа, естественно, если принять, как данность, что она существует в природе? Сомнительно, чтобы старый грешник очутился в Раю. Наверняка, его давно и с большим нетерпением, ждала администрация совсем другого заведения.

Впрочем, Светлана Сергеевна не сомневалась, что, даже пребывая в Аду, Эдуард Робертович от души потешается над ней. Она словно воочию видела его шкодливую физиономию и то, как он утирает слезы, выступившие от безудержного хохота. Для старого греховодника не было большего удовольствия, чем поставить кого‑нибудь в неловкое, двусмысленное положение. Чего он с успехом и добился, заставив свою ученицу лицезреть себя голышом не только снаружи, но и изнутри. В этом был весь Эдуард Робертович, потому что по — другому он просто не умел.

— Эдик, ты такая скотина! — всхлипнула Светлана Сергеевна, только сейчас поняв истинный смысл безумной посмертной затеи профессора Чушпанникова.

Это бы его последний розыгрыш, его прощальный поклон.

Светлана сдула со лба светлую челку, и, до крови закусив губу, принялась срезать нитяные стежки, расшнуровывая грудь покойного профессора, словно корсет. Это было нужно сделать в первую очередь, чтобы подготовить тело для мумификации. Грудная и брюшная полости не должны были содержать ничего лишнего или постороннего. А кто знает, что могли позабыть там внутри таиландские патологоанатомы? Светлана нисколько не удивилась бы, обнаружив там живую кобру.

Пару раз она была вынуждена промокнуть глаза прямо рукавом своего халата. Но все равно, непрошеные слезы набегали сами собой и мешали ей работать.

Шмыгнув покрасневшим носом, Светлана Сергеевна озадаченно уставилась на вскрытую грудь Эдуарда Робертовича. Там внутри находился странный полиэтиленовый пакет, наполненный каким‑то кристаллическим порошком. Размером он был с килограммовую пачку магазинной соли.

— Это еще что такое? — недоуменно пробормотала Светлана.

Первой мыслью было, что тайские парамедики засунули в тело пакет с силикагелем. Будучи очень гигроскопичным, этот препарат является сильным влагопоглотителем. Производители обычно помещают его в дорогую кожаную обувь, и еще в кучу разных вещей, для того чтобы вытянуть из них имеющуюся влагу, во избежание порчи и утери товарного вида.

Но Светлане было прекрасно известно, что кристаллы силикагеля — грязно белого цвета, внешне очень похожие на круглый рис. Здесь, же сквозь прозрачный полиэтилен, просвечивали крупные кристаллы ярко — розового цвета.

— Нет, это, определенно, не силикагель! — пробормотала Светлана и, запустив обе руки в распотрошенное тело, извлекла наружу пакет.

Отложив странную находку в сторону, она вновь заглянула вовнутрь Эдуарда Робертовича.

— Да что же это, в самом деле, такое? — невольно вырвалось у нее, когда она обнаружила, что найденный ею пакет, оказался далеко не единственным.

Прежде чем продолжить она, сама не зная почему, подошла к двери и заперла ее изнутри. Ей страшно не понравилась ее находка. Еще не хватало того, чтобы кто‑нибудь вошел и увидел эти подозрительные пакеты! Сначала нужно разобраться во всем самой.

Хотя и так было все ясно и понятно. В труп, словно в саквояж упрятали контрабанду. И, судя по всему, это были наркотики. Осознав это в полной мере, Светлана Сергеевна вспотела от ужаса. Ей будет очень трудно доказать, что тут не обошлось без ее участия. Особенно если кто‑нибудь застукает ее в процессе извлечения этой розовой дури из тела, доставленного из Таиланда.

— Мне, сейчас, для полного счастья не хватает только быть обвиненной в наркоторговле! — обиженно всхлипнула она. — Представляю, заголовки в Сети — «Заведующая кафедрой престижного ВУЗа оказалась наркодилершей!». Вообще, полный пипец!

По мере того, как Светлана извлекала пакеты, ей становилось все страшнее и страшнее. Было непостижимо, как отправители контрабанды ухитрились затолкать в худое астеническое тело профессора аж целых десять пакетов? Утерев тыльной стороной ладони, затянутой в хирургическую перчатку, выступивший на лбу пот, Светлана Сергеевна в ужасе смотрела на сваленные в беспорядке пакеты, заполненные розовыми кристаллами.

Она прикинула, что если бы ей сейчас вздумалось вернуть все пакеты на прежнее место, то у нее ничего бы не вышло. По той простой причине, что их было слишком много, а места слишком мало. Как тайцы умудрились уложить свою страшную «посылку» таким образом, чтоб она заняла минимально возможный объем? Воистину, в этом было что‑то мистическое.

Впрочем, Азия всегда славилась своими головоломками и не только китайскими. Как выяснилось, тайцы нисколько не уступали своим соседям по континенту, и вполне могли составить им конкуренцию.

Внезапно, Светлана Сергеевна поймала себя на мысли, что с перепугу утратила способность мыслить здраво и конструктивно. Вместо того чтобы думать о том что делать с нечаянно попавшей ей в руки контрабандой, она принялась заниматься пустопорожним теоретизированием.

Собравшись с мыслями, Светлана попыталась найти ответ на этот животрепещущий вопрос. Первое что ей пришло в голову — это попытаться избавиться от пакетов с непонятным порошком. Вторая мысль также не блистала оригинальностью — сыпучее водорастворимое вещество проще всего спустить в унитаз, после чего смыть водой.

Светлана Сергеевна взяла одну упаковку и сунула ее в карман своего просторного халата. Туалета в морге анатомички не было, он находился в дальнем конце коридора. Светлана уже было сделала шаг в направлении двери ведущей из анатомички, когда взгляд ее упал на гору пакетов лежащих на секционном столе.

— Надо бы их чем‑нибудь прикрыть! А еще лучше убрать куда‑нибудь подальше, с глаз долой, — пробормотала она и беспомощно огляделась в поисках подходящего места.

Тут взгляд ее упал на металлический шкафчик, в котором хранились анатомические инструменты. Шкафчик был заперт, но к счастью у Светланы имелся дубликат ключа. Отперев дверцу, она принялась торопливо перетаскивать в него пакеты, складывая их на свободную нижнюю полку.

В какой‑то момент Светлана Сергеевна вдруг резко остановилась. Со стороны это выглядело так, словно она вдруг споткнулась о невидимую нить растянутую поперек помещения. При этом один из пакетов выпал у нее из рук.

Присев на корточки, чтобы его поднять, Светлана беззвучно прошептала:

— Ну, я и дура! Мне же надо было первым делом позвонить в полицию! Что такое на меня нашло? Я‑то, вообще, здесь не при делах, а уж Эдик и подавно!

Небрежно зашвырнув два последних пакета в шкафчик, она заперла его на ключ, который опустила в карман халата. После этого, сорвав с рук с рук хирургические перчатки, Светлана разорвала их в клочья. Достав мобильник, она остановилась в нерешительности. Какой номер нужно набрать для того, чтобы ее соединили с полицией, работающей с контрабандой наркотиков?

Когда Светлана, наконец, решила не заморачиваться, и позвонить по 02, в дверь морга неожиданно постучали. Ее нервы были настолько напряжены, что она чуть было, не выронила мобильник из рук. Упади он на кафельный пол морга, вряд ли его деликатный корпус, не говоря уж об экране, пережил бы такое жесткое приземление.

— Какого черта надо? — вскричала она, представив, как ползает по полу, собирая осколки расколотой мобилы.

Оставив ее вопрос без ответа, в дверь снова постучали, но уже гораздо требовательнее.

— Я, кажется, вежливо спросила — какого черта надо? — с кривой усмешкой поинтересовалась она.

В этой фразе было столько льда, что им можно было заморозить целую коровью тушу. Именно за это качество Светлана Сергеевна получила свое второе прозвище — Снежная королева. Кстати, оно нравилось ей намного больше чем — СС.

— Будьте добры, откройте дверь, пожалуйста! — послышался мужской писклявый голос из коридора.

И этот голос и интонация, с которой была высказана просьба, чем‑то неуловимым не понравились Светлане.

— А это кто? — настороженно спросила она.

Вместо ответа раздался грохот дверь вздрогнула и выгнувшись посередине неожиданно распахнулась вовнутрь морга. В последовавшей за этим мертвой тишине, было слышно, как раскуроченный замок жалобно звякнул, теряя свои металлические внутренности.

На пороге стояли двое незнакомых мужчин. Если один из них выглядел относительно нормально, то габариты второго внушали страх. Светлана Сергеевна, словно испуганная девочка, прикрыла рот ладошкой.

— А мы к вам! — радостно сообщил писклявым голосом громила, проходя в помещение.

Второй прикрыл за собой дверь и с порога свирепо рявкнул:

— Почему дверь не открывала, тварь?

Со Светланой Сергеевной за всю ее жизнь никто, никогда не разговаривал таким тоном. Даже ее покойный супруг, находясь в сильном подпитии. Несмотря на то, что он был большим человеком в мэрии.

Холодное бешенство накрыло ее словно цунами, схватив со стола скальпель, она выставила его перед собой и злобно прошипела:

— Ублюдки, что вам от меня надо?

— Вопрос поставлен, верно! Марат, зацени — что значит педагог! — восхитился громила. — Мадам, мы пришли забрать кое‑что из вещей покойного профессора. О, я вижу, что вы уже успели избавить его тело от непосильного контрабандного груза. Премного вам благодарен. Не поверите, при одной мысли, что мне придется копаться в его осклизлых потрохах, меня выворачивало наизнанку.

— Сева, ну на хрена ты меня сейчас назвал по имени? — недовольно покосился на него темноволосый пучеглазый грубиян. — Теперь придется эту мымру кончать.

— Ну, давай попробуй! — взмахнула скальпелем Светлана. — Рискни здоровьем!

— Боже, какая же ты дремучая! — недовольно пробормотал Марат и картинным жестом выудил из куртки огромный пистолет. — Давай колись — где пакеты с дурью? Можно сделать твой уход из жизни быстрым и сравнительно безболезненным, а можно и покуражиться! Признаюсь честно, мне больше по душе второй вариант.

Глава 10

Влад мрачно шел по коридору первого этажа анатомического корпуса. Левый бок его болезненно ныл, потому что один из двух секьюрити Рябого безостановочно тыкал в него стволом пистолета.

— Послушай, земляк! Ты своим пугачом, у меня в боку уже дырку провертел! — наконец, не выдержал он и неприязненно покосился на своего конвоира.

— Заткнись и топай, пока я тебя не пристрелил! — презрительно процедил тот, скривившись так, словно только что сжевал целый лимон вместе кожурой.

В это время Рябой был занят тем, что, задрав голову, добросовестно изучал таблички, висевшие на дверях, что выходили в коридор.

— Аудитория, опять аудитория, Да сколько же их здесь? О, нашел! — радостно воскликнул он, ткнув пальцем в дверь морга. — Владик, нам сюда!

При этом вид у старого негодяя был такой довольный, словно он привел к врачу любимого сыночка, у которого была легкая простуда.

Остановившись у двери, Влад машинально отметил, что замок в ней был выломан, что называется, с мясом. Между тем, насколько он помнил, еще пару часов тому назад и дверь, и замок были целые и невредимые.

Небрежно пнув дверь ногой, один из парней Рябого прошел вовнутрь и неожиданно встал на месте, как вкопанный. Остальные, наткнувшись на него, сгрудились в дверях. То что они увидели повергло их в изумление.

Светлана Сергеевна лежала попрек каменного секционного стола. Спереди за руки ее придерживал Сева, а сзади стоял Марат. Он уже успел расстегнуть ремень и теперь, хладнокровно глядя на вошедших, демонстративно вжикнул молнией на брюках.

Излишне говорить, что одежда женщины было сведена к минимуму. Причем процедура предшествующая этому была проведена, весьма неаккуратно. В пользу этого говорили лоскутья, разорванного в клочья, белого халата, разбросанные по полу.

Судя по издаваемому ею истошному мычанию, рот у Светланы Сергеевны был надежно залеплен широким скотчем.

От всего увиденного у Влада с лязгом отвисла нижняя челюсть, а здоровенные кулаки сжались сами собой.

— Вашу мать, скоты! Да я вас сейчас голыми руками порву! — взревел он, словно медведь — шатун и двинулся вперед.

— Погоди, дай я сам с ними побеседую, — миролюбиво сказал Рябой и ударил Влада пистолетной рукояткой по затылку. — Молодые люди, что за хрень творится в этом храме науки?

— Закрой дверь с другой стороны, папаша! — нетерпеливо прикрикнул на него Марат, проследив взглядом, как, потерявший сознание, Влад тяжело осел на пол. — Не видишь, у нас тут любовь?

— По — моему, дама не в восторге от вашей любви, вы не находите? — подчеркнуто доброжелательно поинтересовался Рябой. — Кстати, а вам известно, что с такими, как вы на зоне делают?

— А ты, что мент, чтобы пугать нас зоной? — пискляво возмутился Сева.

— Слышь, большой! Ты свой гнилой базар‑то фильтруй! — угрожающе произнес один из парней Рябого. — Я не посмотрю, что ты Кинг — Конг. Чем больше шкаф, тем громче он падает!

Возмущенный до глубины души, Сева перестал держать, бешено вырывающуюся, Светлану Сергеевну, за руки. Он поднялся во весь свой исполинский рост и фальцетом взвизгнул:

— А ты попробуй урони меня! И посмотрим, кто громче свалится ты, или я?

Светлана, чьи руки оказались свободными, разогнулась как пружина и, влепив Марату оглушительную пощечину, проворно скользнула ему за спину. Это сошло ей с рук, так как тот был занят оставшимися без поддержки брюками, которые норовили сползти ему под колени.

— Ах, ты стерва! — вскричал он в ярости и принялся судорожно натягивать брюки. — Сейчас ты у меня огребешь по — полной!

Но его угрозам не было суждено сбыться. Светлана Сергеевна очень ревниво оберегала свою репутацию, вдобавок ко всему, оба ее прозвища были даны ей, отнюдь, не за красивые глаза. Хотя, конечно, и за них, тоже. Как бы то ни было, она с блеском доказала, что студенты совсем не зря окрестили ее и Снежной Королевой, и СС. Продемонстрировав завидное хладнокровие, она сорвала скотч, которым был заклеен ее рот. Затем, продолжая оставаться позади Марата, она быстро наступила ногой на его спущенные брюки. Этот маневр был проделан настолько неожиданно, что вырвал брюки из его рук.

Незадачливый насильник нагнулся, чтобы подхватить штаны и натянуть обратно. Это была его роковая ошибка. Светлана Сергеевна была самым последним человеком к которому Марату стоило поворачиваться спиной, после всего того что он собирался с ней сделать. И уж, тем более, ему не следовало принимать позу, исполненную безграничного доверия.

Продолжая ногой удерживать брюки своего обидчика, на уровне его щиколоток, Светлана дотянулась до скальпеля, лежавшего на соседнем секционном столе. Грациозно изогнувшись, она издала сладострастный стон и просунула руку со сверкающим инструментом меж ног Марата. Отточенным движением она всадила скальпель ему в подбрюшье. Глубоко прорезая, все, что попадалось ей по пути, Светлана молниеносно прочертила широкую дугу снизу вверх, закончив разрез у основания копчика пациента.

Все бывшие в морге, мужчины застыли в ужасе. Под аккомпанемент истошного воя Марата, они рефлекторно схватились за свои причинные места, Исключение составлял лишь виновник торжества Светланы Сергеевны, который уже распрямился и теперь тупо смотрел на обширную прореху, образовавшуюся в его трусах. Как ни странно, но крови не было.

— Ты что наделала, курица? — повернулся к Светлане Марат.

Его лицо было белым, от осознания непоправимости произошедшего с ним факта.

Светлана скрестила руки на обнаженной груди и, окинув его презрительным взглядом, нравоучительным тоном произнесла:

— Не хами, подруга! Не забывай, мы теперь, с тобой одного пола!

Помещение морга потряс громовой хохот. Это Рябой, а следом за ним и его братки ржали в голос, словно кони.

И тут из чудовищного разреза, в теле Марата, хлынули потоки крови. Рука его скользнула к кобуре, висевшей подмышкой, но он, так и не успев достать пистолет, внезапно завалился на бок. Лежа посреди огромной расползающейся лужи черной крови, он скользил в ней, тщетно пытаясь подняться на колени.

Сева с какой‑то задумчивой отстраненностью посмотрел на поверженного напарника и достал из плаща свой огромный пистолет. Его никто не останавливал. Подойдя к истекающему кровью Марату, он, не целясь, выстрелил. Пуля снесла умирающему ту малую часть головы, в которой находился его неимоверно страдающий от унижения мозг.

Свершив акт милосердия, гигант перевел тяжелый взгляд на Светлану. Она к тому времени уже успела, насколько это было возможно, прикрыться остатками своего платья. Скальпель по — прежнему оставался у нее в руке.

Рука Севы с пистолетом начала медленно подниматься.

— Не так быстро! — остановил его Рябой. — Что у тебя за дела с этим Джеком Потрошителем в юбке?

— Тебе‑то какая разница? — неприязненно покосился на него Сева, поднимая с пола спортивную сумку. — Если не возражаешь, я пристрелю ее и пойду своей дорогой.

— А что в сумке? — спросил Рябой.

— Кимоно и тапки, парни, я на тренировку опаздываю, — криво ухмыльнулся Сева. — Богом клянусь!

— Врет! — возмущенно воскликнула Светлана.

— Молчи, дура! — пискнул Сева и направил ствол прямо ей в лоб.

— Уймись, мамонт! Не то мои парни проделают в тебе дыру, как в пончике! — нетерпеливо прикрикнул на него Рябой. — А ты, дочка, говори, не тяни! Что там у него? Ну?

— Десять кило таиландского наркотика, — быстро ответила Светлана.

В то же мгновение, практически одновременно, прогремели три выстрела. Светлане Сергеевне показалось, что мимо ее щеки, впритирку, прошла тугая волна воздуха.

По кафельному полу со звоном запрыгали стреляные гильзы, после чего Севина туша с грохотом рухнула рядом с мертвым напарником. Прямо посередине его лба появилось отверстие, словно у индийской танцовщицы. А на левой стороне груди, на белом плаще, стремительно расцветала хризантема с черной серединкой.

— Действительно дурь! — радостно вскричал парень Рябого, проворно раскрыв спортивную сумку, выпавшую из Севиных рук. — И много!

— Уймись, Флип! — нетрепливо прикрикнул на него Рябой. — Мы здесь такую канонаду устроили, что скоро менты заявятся. Уходить надо.

— Можно никуда не торопиться, — послышался слабый голос Влада, до сих пор валявшегося на полу в отключке.

— О, угнетатель люмпен — пролетариев очнулся! — иронически хмыкнул Рябой. — А ну поясни диспозицию, мил человек!

— В анатомическом корпусе никого нет, его закрыли на время ремонта, — простонал Влад, держась обеими руками за голову. — Моя бригада пристреливает стальные уголки к стенам при помощи дюбельного пистолета. Так что к выстрелам здесь тоже привыкли. А потом здесь такие толстые стены, что можно из автомата палить, на улице никто ничего не услышит.

— Ну, что же поверю тебе на слово! — недоверчиво проворчал Рябой. — Но, гляди у меня, ежели обманешь!

Он, кряхтя, присел над сумкой и взял в руки один из бывших там пакетов. На лице его читалась напряженная работа мысли.

— Много всякой дури повидал, но такой еще не довелось. Флип, у тебя нет желания попробовать? — издевательски ухмыльнулся он.

— Босс, хорош прикалываться — это же голимая синтетика! Видно невооруженным взглядом, — возмутился парень. — От такой никакого удовольствия, мозги только закипят и все!

— Ладно, потом разберемся! — проворчал Рябой, положив пакет обратно. — Флип, сумку отнеси в машину, и жди там. А ты, Гаврюша, кончай девку!

Светлана Сергеевна ожидала, какого угодно поворота событий кроме этого. Она уже было открыла рот, чтобы выразить свое несогласие по этому поводу, но Влад опередил ее.

— Рябой, ты же только что спас ее, а теперь убить хочешь! Тебя совесть не замучает? — искренне возмутился он.

— Мнение такого засранца, как ты, Владик, меня интересует менее всего, — иронически хмыкнул старый уголовник. — Но, коли ты спросил, я тебя тоже спрошу. Зачем мне оставлять в живых эту откровенно сумасшедшую бабу? Чтобы она еще кого‑нибудь из мужиков покалечила?

— Тебе есть прямой резон оставить ее в покое по очень простой причине. Если твой бандерлог, хоть раз косо посмотрит в ее сторону, то не видать тебе того, что Толян нашел в подвале старого завода! — проорал старому бандиту прямо в лицо Влад.

— Не надо брызгать слюнями! Блефуешь, поди? — пристально посмотрел на него Рябой. — Гадом буду, блефуешь!

— А ты проверь! — с деланным безразличием произнес Влад.

— Ладно! — задумчиво глядя на него, сказал Рябой. — Но смотри, коли обманешь! Я эту, кралю у тебя на глазах, самолично на ломти порежу! Пацаны, поехали отсюда прямиком на завод! Гаврюша веди Владика, а девахой я сам займусь.

Глава 11

Толстый охранник, сидевший в будке на вахте старого завода, был занят тем, что разгадывал кроссворд. Поздоровавшись с Владом, он весьма подозрительно покосился на сопровождавшую его разношерстную публику. Пожевав толстыми губами, он, после некоторого раздумья, все же пропустил их на заводскую территорию.

— Послушай, Семеныч, а мои ребята на месте или уже успели свинтить? — обернувшись, спросил Влад охранника.

— Здесь твои лоботрясы, в полном составе. И самый главный лоботряс, тоже здесь, — кивнул тот, возвращаясь к своему прерванному занятию. — Случайно не знаешь слово из девяти букв, означающее чрезвычайно острый медицинский инструмент, начинающийся на букву «с»?

— Скальпель! — дружным хором ответили все лица мужского пола и отчего‑то покосились на Светлану Сергеевну.

— Подходит! — радостно воскликнул Семеныч. — А вот тут есть еще одно слово…

Но его уже никто не слышал, потому что все прошли мимо и успели завернуть за угол.

— Я же говорил, что с моими парнями и Толяном все в порядке, — сказал Влад Рябому.

— А чего тогда он трубку‑то не берет? — недовольно проворчал старый бандит. — Чего ему от меня шифроваться?

— Ну, может быть, сигнал в подземелье не проходит? — предположила Светлана.

Рябой неодобрительно посмотрел на нее, набычился и хотел уже ответить какой‑нибудь грубостью, но Влад опередил его:

— Это вряд ли! Я сотню раз звонил из подвала и мне самому туда звонили не меньше. Проблем с приемом сигнала ни разу не возникало.

— Хватит болтать! Давай, веди туда, где Толин трудится! — нетерпеливо прикрикнул на него Рябой. — А то у меня уже закончилось желание творить добро и я снова хочу совершать злые поступки. В частности, пристрелить какую‑нибудь тупую блондинку! Чтобы она без разрешения больше не разевала свой рот!

Влад неодобрительно покачал головой и ускорил шаг. Спустившись по лестничной клетке до самого низа, они оказались перед распахнутой настежь массивной железной дверью. Посередине ее был вмонтирован штурвал запорного механизма. Темно — синяя краска, которой был покрашена дверь, уже давно растрескалась и облупилась, обнажив ржавый металл. Из темного проема тянуло холодом и сыростью.

— Веди! — коротко скомандовал Рябой, кивнув головой в направлении входа.

Влад пожал плечами и шагнул в дверной проем. Вглубь полутемного коридора уходила гирлянда тусклых лампочек, подвешенных к потолку. Под ногами, на земляном полу отчетливо были виден след волочения чего‑то тяжелого.

Влад удивленно поднял брови. Похоже, его ребята зачем‑то затащили сюда газовый баллон. Возникал вопрос — зачем он им здесь понадобился? Получалось, что они действительно нашли, что‑то любопытное.

Чувствуя, как внутри него закипает глухое раздражение, Влад громко крикнул:

— Толян, ты здесь? Вашу мать, куда же вы все подевались?

Так и не дождавшись ответа, он продолжил двигаться вперед по подвалу, недоуменно вертя головой по сторонам. Влад с удивлением начал понимать, что вся его бригада, во главе с Толяном, куда‑то исчезла. Во всяком случае, в подвале ее точно не было.

— Скорее всего, эта гоп — компания тупо бросила все и отправилась бухать, — вслух высказал свое предположение Влад, обращаясь к Рябому.

Тот сердито засопел в ответ, но сдержался и ответил достаточно сдержанно:

— Толян позвонил мне и сказал, что нашел в здешнем подвале горшок леприкона.

— Что прямо вот так и сказал? — изумилась Светлана.

— Так и сказал! — гаркнул на нее Рябой. — И если горшок леприкона — это не золото, то я — китайский император!

Гирлянды лампочек по — прежнему тускло освещали коридор. Но к их теплому оранжево — желтому свету откуда‑то изнутри подвала вдруг начал примешиваться, какой‑то мистический фиолетовый цвет.

Пройдя дальше, Влад с изумлением обнаружил в земляном полу большую неровную дыру с обвалившимися краями. Из глубокого пролома, зиявшего у него под ногами, наружу лился тусклый фиолетовый свет. Вниз ямы спускалась крепкая, толстая веревка.

— Что это такое? — шепотом спросила Светлана у Влада.

— Понятия не имею, — машинально ответил тот и тут же добавил, — Более того, мне все это очень не нравится!

— Толян, ау, ты там? — прокричал Рябой, склонившись над провалом.

Ответом ему было полное молчание. Повторив попытку докричаться до Толяна, еще несколько раз, Рябой, наконец, прекратил терзать барабанные перепонки окружающим.

— Скажи мне, Владик, кто выкопал эту дыру? Толян с бригадой? — спросил он у Влада.

— Да, нет — это, вообще, нереально! — горячо возразил тот. — Для того чтобы вынуть столько грунта здесь нужен экскаватор и мощный подъемник. Кроме того, понадобились бы самосвалы. Ведь весь этот грунт нужно же куда‑то девать. У Толяна же не было ни того, ни другого. А, кроме того, как ты сам прекрасно видел, сюда невозможно затащить ни КаМАЗ, ни экскаватор. Потому что, во — первых, сюда нет дороги, а во — вторых, потолки подвала очень низкие и техника здесь не пройдет. Нет, это обычная карстовая промина, только уж больно глубокая.

— Получается, что эта дыра здесь уже была, до того, как ее нашли? — спросила Светлана.

Рябой бросил на нее злобный взгляд, но ничего не сказал, повернувшись к Владу, он спросил:

— Если ни Толяна, ни его бригады, нет наверху, значит он там — внизу? Тем более что вниз спущена альпинистская веревка, с навязанными на ней узлами.

— Выходит, что так, — кивнул Влад. — Если бы они вышли с завода, то охранник обязательно увидел бы их. Вся территория огорожена высоким бетонным забором.

— Да, ладно! — презрительно фыркнул Гаврюша. — Ни за что не поверю, что в заборе нет лазеек.

Рябой некоторое время соображал, задумчиво теребя мочку покрытого оспинами уха.

Не нужно было быть гениальным шахматистом, чтобы предугадать его следующий ход. Он, наверняка, отправит Влада вниз, чтобы тот поискал там «горшок леприкона», о котором ему рассказал Толян. Но так как Влад не горел желанием лезть в карстовый пролом, в котором горел, невесть откуда взявшийся, странный фиолетовый источник света он решил сработать на опережение.

— Чего время тянуть, давай я спущусь и посмотрю, что там такое? — с деланным безразличием предложил он Рябому.

Тот окинул его цепким взглядом, недоверчиво усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Флип и Гаврюша, полезайте вниз и сами все разведайте. А тебе Владик у меня доверия нет! Также как и тебе красава! — пристально посмотрев в глаза сначала Владу, а потом Светлане, он многозначительно добавил, — А те к кому я не испытываю доверия, долго не живут. Поэтому встаньте вон туда к стеночке, и не мельтешите у меня перед глазами, испытывая мое ангельское терпение.

Влад и Светлана послушно отошли туда, куда им было указано. Едва Рябой повернулся к своим парням, они многозначительно переглянулись.

Светлана еле слышно шепнула:

— Этот упырь не оставит нас в живых!

Влад чуть заметно улыбнулся и кивнул ей. Он не строил никаких иллюзий относительно их со Светланой дальнейшей судьбы. Скорее всего, их закопают прямо здесь в подвале. Не сказать, чтобы он был в восторге от заманчивой перспективы, обрести вечный покой под фундаментом старого завода. Пусть даже и в обществе Светланы Сергеевны, которая в свете последних событий, вновь прочно поселилась в большом, слегка тронутом ожирением, сердце Влада. Он предпочел бы и дальше развивать свои налаживающиеся со Светланой отношения, с тем, чтобы в дальнейшем перевести их в горизонтальную плоскость. Но для того, чтобы осуществить эти далеко идущие замыслы нужно было, как минимум, выжить самому, а также спасти стоящую рядом с ним белокурую бестию.

Преградой к этому был пистолет, который Рябой не выпускал из рук. На истертом стволе Макарова практически не осталось следов воронения. Видимо, старый бандит никогда не расставался с этим стволом. И, наверняка, неплохо стрелял. Впрочем, даже если это было не так, в такую крупную мишень, как Влад, он с пяти шагов все равно не промахнулся бы.

Тем временем, Флип начал спускаться в промоину по веревке, оставленной Толяном и его бригадой. Наверху ее конец был привязан к ржавому швеллеру, проходящему под самым потолком. Влад сделал несколько шагов в сторону Рябого, попытавшись сократить расстояние. Но старый бандит, тут же навел на него пистолет и сердитым кивком велел вернуться на прежнее место.

— Я просто хотел посмотреть, что там внизу, — оправдываясь, проговорил Влад.

— Не переживай по этому поводу! — скептически хмыкнул Рябой. — Обещаю, что и у тебя, и твоей спутницы вскоре появится возможность ознакомиться с этой пропастью поближе!

— Не дергайся раньше времени! — шикнула Светлана на Влада.

Тот лишь пожал плечами и прошептал:

— Если не нравится, как действую я — попробуй сама!

— Мы, что уже перешли на ты? — язвительно поинтересовалась Светлана.

— А, что есть какие‑то возражения? — вложив в вопрос, весь имевшийся у него сарказм, спросил Влад.

Светлана Сергеевна, судя по выражению лица, собралась было дать своему навязчивому собеседнику гневную отповедь, но не успела этого сделать.

— А, ну‑ка быстро заткнулись! — злобно прикрикнул на них Рябой. — Услышу еще хоть один тявк, свяжу как баранов!

— Босс, тут внизу какая‑то хрень типа летающей тарелки. Она наполовину завалена камнями. У нее в боку открытый люк и из него идет этот гребаный фиолетовый свет! — начал докладывать, достигший дна промины Флип.

— Посмотри что у нее внутри! — велел ему Рябой. — Золота там не видно?

— Черта лысого! — последовал строптивый ответ. — Пусть Гавр спускается сюда и прикрывает меня! Я в одиночку больше и шагу не сделаю!

— Поговори еще, у меня! — раздраженно проворчал Рябой. — Гаврюша давай тоже полезай, прикроешь этого очкуна, если чего.

— Босс, тут весь пол, то есть, камни на полу, залиты какой‑то черной дрянью! — неожиданно прокричал снизу Флип.

Нагнувшись, он попробовал жидкость, скопившуюся в углублении глыбы плитняка, пальцами. После чего, растер ее и понюхал.

— Твою мать, это же кровь! Она в этом дурацком свете кажется черной! — взревел Флип, приходя в ужас. — Босс, здесь все залито человеческой кровью, и пол, и стены! Тут была настоящая бойня! Но нигде не видно, ни одной стреляной гильзы. По ходу, их искромсали ножами! Гавр, скотина, долго ты еще будешь копаться?

— Да иду уже, не мельтеши! — крикнул, спускающийся по веревке, молодой бандит. — Ничего с тобой за пару минут не случится!

Флип, продолжая коситься на залитую фиолетовым светом круглую дыру в огромном овальном предмете, более всего похожего на кастрюлю, терпеливо дождался Гавра. Лишь после этого он подошел вплотную к люку, из которого лилось фиолетовое сияние и, держа наготове пистолет, заглянул туда.

Глава 12

Флип в ужасе отшатнулся от разверстой пасти люка в боку «кастрюли». При этом он едва не сбил наседавшего на него сзади Гавра.

— Что там, что такое? — нетерпеливо воскликнул тот.

— Мерзость, гадость! — Флипа всего трясло.

Казалось еще немного и его стошнит. Было видно, что он всерьез борется с рвотными спазмами. Гавр на всякий случай отошел в сторону, чтобы его не окатило содержимым Флипового желудка.

— Что там у вас творится? — послышался сверху встревоженный голос Рябого.

— Босс, в этом домике — кастрюле полный пипец! Это логово какого‑то маньячного садюги! — возмущенно взвыл Флип. — Я такого еще ни разу в своей жизни не видел!

К этому времени, Гавр которому также не терпелось ознакомиться с содержимым загадочного овального жилища, забрался вовнутрь. Его желудок оказался намного крепче, нежели у напарника. Он пробыл внутри несколько минут, прежде чем выбрался из него наружу.

— Босс, по ходу, тут живет орк — людоед или, как минимум, злая колдунья! — прокричал он, задрав голову вверх. — Здесь нет никакого золота, зато я знаю, куда подевался Толян и остальные работяги! Они внутри этого круглого трейлера. Вернее, все то, что от них осталось.

— Что с ними? — спросил Рябой.

— У здешнего хозяина, шиза не на шутку разыгралась, — брезгливо скривившись, доложил Гавр. — Все разложено по кучкам. Кости отдельно, мясо отдельно. Потроха в каких‑то емкостях, типа ведер, и тоже плавают в кровавой жиже.

— Что типа сортового разруба, как у мясника на рынке? — удивленно переспросил Рябой. — Да, видать здешний обитатель большой забавник!

Во время этой оживленной дискуссии Влад зря времени не терял. Он напряженно соображал, каким образом можно нейтрализовать Рябого. Поняв, что тот не подпустит его к себе на близкое расстояние, он подошел к решению этой проблемы, как истинный технарь. То есть, дешево и сердито.

Буквально в двух шагах от Влада, на земляном полу, лежал здоровенный кусок бетона. Дождавшись момента, когда Рябой, разгоряченный полемикой со своими бойцами, находящимися на дне промоины, ослабит бдительность, он начал действовать. Низко пригнувшись, Влад одним прыжком оказался возле бетонной глыбы. Ухватившись за нее обеими руками, он рывком поднял ее на живот. Обломок оказался намного тяжелее, чем он предполагал. Но отступать было уже поздно.

Мысленно выругавшись, Влад, словно штангу выжал камень сначала на грудь, а потом поднял его над головой. После этого, вложившись в бросок, всем своим немалым весом, он швырнул его, словно волейбольный мяч, в спину Рябому.

Нужно отдать должное старому бандиту. Каким‑то звериным чутьем, он ощутил грозящую ему опасность и резко развернулся. Его рука с пистолетом тут же нашла пленников. Но они стояли на своем прежнем месте. Там где им и было велено стоять. Именно поэтому Рябой не выстрелил.

Он так и не успел понять, что происходит, когда бетонная глыба, словно пушечное ядро, врезалась в него и смела в зияющую пропасть карстовой промоины. Удар был настолько силен, что старый бандит умер задолго до того момента, когда рухнув с многометровой высоты на каменистое дно, его грудная клетка была превращена в паштет, накрывшим ее обломком бетона.

Влад тяжело отдувался, опершись ладонями на колени. Бросок каменной глыбы обошелся ему дорого. Он уже давно не подвергал свой могучий организм таким сверхнагрузкам. Тщетно пытаясь восстановить дыхание, он гадал, что его хватит прежде — инфаркт, или инсульт?

Подобрав с земли выпавший из руки Рябого пистолет, Светлана подошла к Владу. Видя, что тому приходится совсем худо, она осторожно коснулась его плеча.

Скосив в ее сторону глаза, Влад хрипло рассмеялся:

— Нет, Светлана Сергеевна, не дождетесь!

— Можно просто, Света! — сказала она. — А ты оказывается еще больший дурак, чем я думала!

Снизу из промоины, после падения Рябого, беспрестанно неслись вопли, исполненные ярости. Влад во время заметил, что спущенная туда веревка туго натянулась. Видимо молодые бандиты не пострадали и теперь жаждали выбраться наружу и посчитаться

Распрямившись, он пробормотал:

— Дай‑ка сюда пистолет!

— Я сама в состоянии разобраться с этими козлами! — иронично фыркнула Светлана и, выставив впереди себя ствол, быстро подошла к обрыву и заглянула в промоину.

В то же мгновение снизу прогрохотали два выстрела. Пули выбили из плит перекрытия бетонную крошку, после чего отрекошетили вглубь подвала. Влад едва успел схватить в охапку строптивую женщину и оттащить от края.

— Может я и дурак, но ты ведешь себя, словно блондинка из анекдотов! — выкрикнул он ей в лицо.

— Пусти, ты делаешь мне больно! — поморщилась она, зажатая в медвежьих объятиях разгневанного Влада.

— Прости! — пробормотал он, тут же отпуская Светлану. — Ты понимаешь, что тебя сейчас запросто могли убить?

— А тебе не все равно? — иронически поинтересовалась она.

— Представь себе — нет! — сердито буркнул Влад. — Так ты дашь мне эту пукалку или мы будем ждать, когда эти двое вылезут из ямы и перебьют нас?

Светлана, молча, протянула ему пистолет и долгим взглядом проводила Влада, который направился к краю промоины. Судя по всему, последнее откровение ее нового друга, явилось для нее полной неожиданностью. Вплоть до этого самого момента, она никогда не рассматривала кандидатуру Влада в качестве потенциального любовника. Не сказать, чтобы он был ей неприятен, просто — это был не ее тип мужчины.

Настороженно прислушавшись, к протекавшим в ее душе процессам, Светлана Сергеевна, неожиданно обнаружила, что этот большой шумный человек, ей небезразличен.

— Эй, недоумки, получили мою посылку? — прокричал Влад, сложив ладони рупором.

— Порвем, как грелку! Дай, только добраться до тебя! — послышались свирепые крики из‑под земли.

— Не дам! — категорически отмел необоснованные претензии Влад. — И, кстати, если какой‑то чудак, сейчас, карабкается вверх по веревке, ему лучше оставить эту затею. Если он, только, не хочет повторить беспримерный подвиг своего шефа. Я имею в виду прыжок с высоты пятнадцати метров без парашюта. Потому что сейчас я отвяжу веревку!

Ответом на это было молчание, нарушаемое лишь натужным сопением и шумом осыпающихся камешков с отвесной стены промоины. Все это красноречиво свидетельствовало о том, что оппоненты Влада не восприняли его угрозу всерьез и продолжают выбираться из пропасти по веревке.

Сместившись в дальний угол обрыва, Влад быстро высунулся и тут же спрятался обратно. С секундным запозданием прогремел выстрел, выбивший бетонную крошку из потолка подвала над его головой.

Как Влад и предполагал, Гавр карабкался вверх по веревке и уже успел преодолеть половину пути. Флип же, в это время, широко расставив для устойчивости ноги и держа на уровне груди обеими руками пистолет, прикрывал напарника. Это именно он, чуть было не угостил Влада пулей.

Прикинув, что времени на то чтобы развязать веревку у него едва ли хватит, Влад прокричал:

— Мое дело предупредить, но тот дятел, что упорно лезет по веревке, сейчас загремит вниз!

— Только попробуй! — послышался из ямы испуганный вопль Гавра. — Я тебя сейчас кончу!

— Сюрприз! — издевательски прокричал Влад и выстрелил в веревку у себя под ногами.

Гавр, висевший на высоте десяти метров, ощутил, как веревка дернулась и немного провисла.

— Постой, погоди! Я уже слезаю! — испуганно завизжал он.

— Нет, земляк, ты уже падаешь! — расхохотался Влад, но стрелять, чтобы окончательно перебить веревку не стал, проявив обычно несвойственный ему гуманизм.

Дождавшись, когда веревка ослабла, он схватил ее и принялся втягивать наверх. Светлана бросилась помогать ему.

Флипа охватила неконтролируемая истерика, когда барыга, скинувший Рябого в пропасть, прокричал:

— Сидите тихо и не дергайтесь! А я пока вызову полицию.

— Вот же гад! — всхлипнул Флип, затравленно озираясь. — Нужно срочно выбираться отсюда, пока менты не наехали!

— Как ты отсюда выберешься? — резонно заметил Гавр. — Хочешь попробовать вскарабкаться по отвесной стене? Милости прошу!

Неожиданно, в самом темном углу подземелья, Флип разглядел большую кучу свежеколотого плитняка. Немного поодаль в стене, образованной известняковыми глыбами, зияло черное отверстие в человеческий рост, неправильной формы.

— Какой‑то подземный тоннель, причем, совсем недавно проложенный, — пробормотал Флип, внимательно осматривая вход в галерею.

Откуда‑то из глубины лился приглушенный сиреневый свет.

— Пойдем, глянем, может по нему можно будет выбраться наружу? — неуверенно предложил Гавр. — Все равно, нам, вроде как, терять нечего.

Флип молча, кивнул и весьма предусмотрительно уступил честь идти первым своему напарнику.

Гавр, по достоинству оценил этот жест и, покачав головой, презрительно проворчал:

— Как был ты очкуном, так им и остался!

Флип посчитал ниже своего достоинства доказывать напарнику его вопиющую неправоту. Он двинулся вслед за Гавром, который к тому времени уже вошел в загадочный тоннель.

— Как думаешь, его прорубила та тварь, что покрошила Толяна и его парней?

— Ну почему же, это мог сделать крот — переросток, — ухмыльнулся Гавр. — Но я таких больших видел только в мультике про Дюймовочку.

Когда они прошли по подземной галерее около десяти метров, оттуда‑то сбоку, послышались странные шаркающие звуки. Отпрянув назад, невольные исследователи подземных глубин испуганно переглянулись. Вытянув вперед трясущиеся от напряжения руки, сжимающие оружие, они изготовились к стрельбе.

Между тем пугающие звуки становились все громче и отчетливее. Когда казалось, что нервы не выдержат еще большего напряжения, шаги внезапно стихли. Было явственное ощущение, что существо, издававшее их, напряженно прислушивается. Между тем коридор был совершенно пуст.

— Он что неведимка? — прошептал Флип в самое ухо Гавру.

Тот отчаянно замахал на него рукой, после чего приложил палец к губам. И в этот момент из непонятно откуда взявшегося бокового тоннеля в галерею вошло чудовищное создание. Более всего оно напоминало гигантскую лягушку, с огромным брюхом волочившимся по земле. Передвигалась эта тварь на двух согнутых в коленях ногах, только вместо ласт у нее были огромные плоские человеческие ступни. Колени касались расплющенной по горизонтали чудовищной морды прорезанной широкой пастью. На Гавра и Флипа, не мигая, смотрели два выпученных глаза.

Но не это было самое страшное. Две костистые верхние конечности монстра органично переходили в тяжелые металлические лопаты с заостренными передними краями. Внезапно тварь с поразительной скоростью выбросила их вперед.

Флипу каким‑то чудом удалось увернуться, но Гавру повезло значительно меньше. Врезавшись в него, лопата разрубила его тело на две неравные части.

Флип, отскочив назад, начал стрелять. Жуткое существо, прикрыв морду лопатами терпеливо дождалось, когда у противника закончатся патроны, после чего двинулось на него.

Всхлипывая от ужаса, Флип бросился назад по галерее, туда, откуда они с Гавром только что пришли. А позади него с неторопливостью парового катка двигалась ужасная тварь.

Выскочив из тоннеля в промоину, Флип бросился к стене и принялся карабкаться по ней вверх, цепляясь за плиты известняка. Лихорадочно работая руками и ногами, ему удалось взобраться на высоту примерно трех метров. После чего одна из его ног неожиданно потеряла опору. Оглашая воздух тоскливым воплем, он съехал вниз, жестоко обдирая руки, живот и колени об острые края плитняка.

К тому времени, когда ужасное создание выбралось из галереи в промоину, окровавленный Флип скатился прямо к ней под нижние лапы.

Ощерив огромную пасть, тварь взмахнула лопатой. За долю секунды до того, как тяжелая железная лопасть пронзила его тело, Флип понял, из чего она сделана. Это была половина разрезанного вдоль кислородного баллона, непостижимым образом сросшаяся с живой тканью.

Глава 13

Когда Влад со Светланой Сергеевной выбрались из подвала, они двинулись прямиком к вахте на входе в корпус. Первым желанием Влада было попросить охранника Семеныча вызвать наряд полиции, как он и обещал бандитам. Но в самый последний момент он неожиданно передумал. Подхватив, ничего не понимающую, Светлану под руку он увлек ее к выходу из заводского холла.

— Пойдем свежим воздухом подышим! — предложил он ей.

— Да, но мы же собирались…, — начала было артачиться Светлана, но Влад тут же скорчил ей зверское рожу и она замолчала.

Семеныч едва подняв голову от своего кроссворда, мельком глянул на прошедшую мимо него пару, и снова вернулся к своему нехитрому занятию.

— Может, объяснишь, наконец, что все это значит? — рассерженным голосом поинтересовалась Светлана, когда они оказались вне зоны видимости охранника.

— Сейчас сама все поймешь, прошу! — Влад вежливо указал в сторону заросшей сорняками автомобильной парковки.

Там стояли всего две машины. Старенькая «десятка», по всей видимости, принадлежащая Семенычу и огромный черный внедорожник Рябого.

Подходя к машинам, Влад подобрал с земли кирпич. Оглянувшись и убедившись, что поблизости, кроме них со Светланой, никого нет, он вынес кирпичом заднее тонированное стекло внедорожника. Тут же неистово заорала сигнализация.

Светлана Сергеевна, вздрогнув от неожиданности, сердито пробормотала:

— Неондерталец хренов!

Тем временем Влад, все тем же кирпичом, расширил дыру в стекле и, сунув руку в багажник, вытащил оттуда спортивную сумку. Ту самую, в которой лежали пакеты с таиландским наркотиком.

После этого, зашвырнув кирпич в густые кусты ивняка, Влад одной рукой подхватил сумку, другой Светлану Сергеевну и невозмутимо двинулся в сторону заводской проходной. Навстречу им уже бежал перепуганный Семеныч.

— Снова сигналка сработала, опять ворье беспредельничает! — пробормотал он, поравнявшись с Владом.

— Так это не ваша «ласточка» кричит, а черный бегемот, что стоит рядом! Ему какой‑то парень стекло камнем вышиб! Он вон туда побежал! — Светлана показала пальцем куда именно. — Судя по внешнему виду, законченный наркоман.

— Ты давай за ним, а я пока полицию вызову, — предложил Влад.

Семеныч кивнул и, переваливаясь, словно утка, понес свое дородное тело, на поиски мифического злоумышленника.

Проводив его сочувствующим взглядом, Светлана спросила:

— Если я правильно поняла — ты не собираешься заявлять о наркотиках в полицию. Будь добр объяснить почему? Ты что планируешь самостоятельно заняться их реализацией?

— Совсем сдурела? — гневно глянул на нее Влад. — Ты хоть понимаешь в какую жуткую передрягу мы с тобой попали? Не дай бог, кто‑нибудь из продажных полицейских узнает о существовании этой вот самой дури!

Влад для наглядности потряс спортивной сумкой перед носом у Светланы.

— Нечего тут на меня орать! — возмутилась она. — На жену свою ори!

— Нет у меня жены, я уже пять лет как в разводе!

— Бедняжка! Представляю, чего она натерпелась за эти пять лет!

— Уймись, прошу тебя! — взревел Влад. — Включи свои куриные мозги и хоть раз дослушай меня до конца!

— Да, пошел ты! Тоже мне, умник выискался! — Светлана порывисто скрестила руки на груди и сердито вздернула подбородок. — Ну, чего язык проглотил? Давай говори, что там у тебя!

Влад глубоко вздохнул, задержал дыхание, досчитал до пяти и лишь после этого, продолжил свою мысль:

— Так вот, в этой сумке дури, как минимум, на миллион долларов! Я знаю кучу примеров, когда людей убивали за гораздо меньшую сумму. Тебе вообще интересно, то, что я говорю?

— Неинтересно, но я, все равно, тебя слушаю! — процедила Светлана, щедро полив Влада презрением.

— Так, вот! Если кто‑либо, вдруг, захочет прикарманить эту дрянь, наши с тобой две жизни не будут стоить и одной копейки! — несколько патетически заявил Влад.

— Хватит нести чушь! — фыркнула Светлана. — Я дам письменные показания о том, что десять пакетов с наркотиком были обнаружены мной лично при вскрытии тела профессора Чушпанникова, прибывшего из Таиланда. После этого уже, никто не рискнет прикарманить наркоту, отпадет необходимость в нашем устранении и нас оставят в покое.

Светлана замолчала и выжидательно уставилась на Влада. Но тот молчал, сохраняя на лице угрюмую сосредоточенность. Игра в гляделки продолжалась еще некоторое время.

Наконец, Влад не выдержал.

— Ты сама‑то хоть веришь в то, что сказала? — тяжело вздохнув, спросил он.

— Нет! — мрачно призналась Светлана Сергеевна. — Экспертиза вещества содержащегося в пакетах не проводилась. Если бы я хотела завладеть наркотой, я бы заменила пакеты другими, наполнив их любым безвредным кристаллическим веществом. Хотя, скорее всего, изъяла бы мое заявление, а нас убрала, как ненужных свидетелей, устроив ДТП или что‑нибудь в этом роде!

— Мадам, вы страшная женщина! — усмехнулся Влад.

— Ты что‑то имеешь против моей внешности? — расхохоталась Светлана.

— Прости, я имел в виду совсем другое! — смешавшись, пробормотал Влад, проклиная себя последними словами.

— Знаю! Ты имел в виду, что я редкостная стерва! — похлопала его по плечу Светлана. — А это не оскорбление, а простая констатация факта. Поэтому я не сержусь.

— Так, что — мир? — подняв одну бровь, поинтересовался Влад

— Мир!

— Как насчет, поцелуя, чтобы скрепить наш договор о взаимном ненападении?

— Перебьешься! — решительно отрезала Светлана. — Пошли дурь прятать!

Сумку с таиландским «гостинцем» спрятали в прорабском вагончике фирмы «Антикарст», где, до сегодняшнего дня, размещалась бригада Толяна. Заперев дверь на огромный висячий замок, Влад сунул ключ себе в карман.

После этого, с вахты Семеныча, Светлана позвонила в дежурную часть полиции и заявила о похищении себя и Влада бандитами, с целью получения выкупа. Она рассказала, что при похищении среди бандитов произошел конфликт в ходе, которого двое из них были убиты в морге кафедры анатомии. Также она сообщила, что им, то есть, заложникам, удалось освободиться. При этом, один бандит погиб, а двое оказались в ловушке. Дежурный сказал, что в медицинский университет и на старый завод высылаются наряды полиции.

Дожидаясь приезда полиции, Влад и Светлана отправились обратно в подвал к промоине.

— Послушай, а если эти двое, что сидят в яме, возьмут да и расскажут полиции все про наркотики? — неожиданно спросила Светлана.

— Вряд ли! Ведь им нет резона брать на себя еще и контрабанду дури в особо крупных размерах, — пожал плечами Влад. — Но, на всякий случай, стоит донести эту мысль до их спутанного сознания. Пойдем, кстати, глянем, как себя чувствуют наши молодые бандюки.

Спустившись в подвал, Влад неожиданно почувствовал, неясную тревогу. Виной тому был непонятный объект на дне промоины, светящийся фиолетовым светом. Он как‑то сам собой отступил на задний план, когда перед Владом необычайно остро стоял вопрос жизни или смерти. И вот теперь эта загадка, потихоньку выбиралась на передний план, будоража воображение.

Подвал встретил их холодом, сыростью и могильной тишиной. Но по мере того, как они приближались к провалу, до их слуха стали доноситься странные прерывистые звуки. Влад достал пистолет, а Светлана машинально взяла его за свободную руку. Из промоины по — прежнему бил фиолетовый свет. Осторожно приблизившись к краю ямы, они явственно расслышали какое‑то раскатистое потрескивание. Так если бы на дне провала находился гигантский кузнечик, который медленно стрекотал басом.

— Ты думаешь, о том же что и я? — прошептала Светлана. — Фея овального домика вернулась?

Влад, молча, кивнул и приложил палец к губам. Затем, он присел на корточки и, опираясь на руки, заглянул в яму, словно заправский шимпанзе.

То, что он там увидел, повергло его в шок. Жуткая тварь, представляющая из себя жестокую карикатуру на человека, орудуя блестящими инструментами, сноровисто потрошила окровавленное тело Флипа, лежащее на земле. Движения адского создания были пугающе быстрыми и точными. Человеческое существо было просто не в состоянии работать с такой непостижимой скоростью и управляться с ужасными лезвиями настолько виртуозно.

Влад почувствовал, как Светлана осторожно коснулась его руки. Было бы странным, если бы она со своим строптивым характером, не попыталась, хоть одним глазком, заглянуть в провал.

— Что он делает? — одними губами спросил Влад, обняв ее за шею и увлекая назад.

— Сам не видишь? Это же очевидно — он анатомирует трупы! — прошептала ему в самое ухо Светлана, обдав его горячим дыханием.

Владу показалось, что ее вдох напрямую проник в его мозг и всколыхнул там острое желание.

Понимая, что для подобных эмоций, сейчас не самое подходящее время и место, он спросил:

— Так он что — анатом?

— Анатом — это я! А его, лучше называть по — латыни, как сотни лет назад — Анатомик, — шепнула Светлана и, наткнувшись на непонимающий взгляд Влада, пояснила свою мысль, — Он же был погребен здесь не одну сотню тысяч лет!

Снизу послышалась очередная раскатистая трель. Влад мог бы поклясться, что в этих звуках сквозили нотки недовольства. Выглянув, они продолжили наблюдение.

К тому времени Анатомик, поднялся с колен и, прихватив емкость с собранным трупным материалом, неторопливо двинулся в свое логово. Воспользовавшись тем, что он повернулся к ним спиной, наблюдатели осмелели и позволили себе как следует рассмотреть ужасное создание.

Гипертрофированные мышцы, перевитые в каких‑то, совершенно нечеловеческих сочетаниях, бугрились на всей поверхности его чудовищного тела. Кожный покров совершенно отсутствовал, как таковой. Мышцы, сухожилия и кровеносная система были, словно специально, выставлены напоказ постороннему взору.

На, залитой кровью каменистой, площадке лежал разрубленный пополам Гавр. Неподалеку валялись клочья его одежды, срезанные острыми лезвиями. А наполовину раздавленный, бетонной глыбой, труп Рябого куда‑то исчез. На его месте осталась лишь лужа черной, в фиолетовом свете, крови.

Внезапно произошло такое, отчего волосы у Влада на всем теле встали дыбом. Светлана же, не сумев сдержать свой ужас, сдавленно вскрикнула. Впрочем, сейчас это уже не имело ровно никакого значения.

На мощной спине Анатомика, чуть выше лопаток, по обе стороны от глубокой ложбины позвоночного столба, внезапно прорезались угольно — черные глаза. Не успев оправиться от первого шока, Влад и Светлана, с ужасом увидели как ниже первой пары глаз, проклюнулась вторая пара, за ней третья, а потом и четвертая.

Теперь на них с холодным бешенством смотрели все восемь глаз. Анатомик не делал никаких попыток укрыться или спрятаться. Он просто стоял и разглядывал, наполовину срытые краем ямы, лица Влада и Светланы. В его руках была большая плоская емкость, доверху наполненная мышцами и внутренностями Флипа.

Неожиданно четыре пары глаз, словно по команде, одновременно ушли вглубь мышечной массы, которая тут же сомкнулась над ними. А через пару секунд, мускулистый торс Анатомика стал прежним. После этого, он пригнулся и влез в свою металлическую берлогу.

Влад силком оттащил Светлану от края промоины. Отойдя на безопасное расстояние, они обессилено прислонились к бетонным фундаментным блокам, из которых были сложены стены подвала. Обоих трясла нервная дрожь от только что пережитого кошмара.

— Ну, у тебя и рожа! — неожиданно выдала Светлана Сергеевна, глянув на Влада. — Жаль я не логопед, могли бы сработаться. Ты бы детишек пугал, а я лечила их от заикания.

— На себя посмотри! — возмущенно фыркнул Влад.

В это время фиолетовый свет в промоине неожиданно погас. Несмотря на то, что электрические лампочки горели по — прежнему, в подвале вдруг стало пугающе темно. Вдобавок ко всему, снизу из промоины послышался подозрительный шум.

Светлана испуганно взвизгнула и вцепилась в плечо Владу.

— Не нравится мне все это! — пробормотал он задумчиво. — А, пошли‑ка отсюда, пока наш друг наружу не выбрался!

Глава 14

Влад со Светланой, тяжело дыша, взбежали по ступенькам лестничной клетки и бегом направились в холл. К их несказанному облегчению, возле будки Семеныча, уже стояла, вызванная ими, оперативная группа полиции.

Трое мужчин, один из которых был в гражданке, и одна женщина с капитанскими погонами.

Заметив Влада, женщина в полицейской форме сделала удивленное лицо, и с нескрываемой издевкой воскликнула:

— А, это опять вы? Почему‑то я не удивлена! Там где вы — один сплошной бардак! Сначала несчастный случай, из‑за вашей преступной халатности, потом вас, словно невесту, вдруг похищают злые бандиты! Когда вы уже, наконец, наведете на своем объекте, и в своей жизни порядок?

— Я‑то здесь причем? — искренне возмутился Влад. — Это у вас по улицам бандиты шастают, и творят что хотят, а не у меня! Государство, между прочим, вам за это зарплату платит и немалую!

— Хамим, значит? Ну — ну! — недобро усмехнулась женщина капитан и повернулась к Светлане. — Это вы звонили в дежурную часть, по поводу похищения и образовавшихся в процессе этого трупов?

— Да, я, — настороженно ответила Светлана Сергеевна.

— Насколько я помню, вы также заявили, что двух негодяев вам удалось задержать, и они находятся где‑то здесь, — капитан сделала широкий жест рукой в сторону пустого холла. — Ну и где же они? Милочка, у меня не так много времени, чтобы клещами тянуть из вас информацию!

— Люда, уймись! — урезонил ее полицейский майор. — Мезенцева Светлана Сергеевна, если не ошибаюсь? Светлана Сергеевна, пожалуйста, проводите нас к этим вашим негодяем! У меня есть большое желание познакомиться и пообщаться с ними.

Светлана бросила беспомощный взгляд на Влада. У нее были большие сомнения, что они смогут обнаружить тела именно там, где видели их в последний раз. Учитывая скорость и сноровку, с какой Анатомик расправлялся со своими жертвами, можно было не сомневаться, что он уже давно разобрал Флипа и Гавра на составные части.

Заметив, что Светлана Сергеевна находится в затруднительном положении, Влад очертя голову кинулся ей на помощь.

— Дело, видите ли, в том, что пока вы сюда ехали, обстоятельства успели сильно измениться, — извиняющимся тоном произнес он. — К нашему огромному сожалению, на текущий момент, двое преступников, о которых шла речь, уже мертвы.

— Это вы их убили? — задала вопрос капитан Люда, недобро прищурившись.

— Нет, каюсь — не я! — моментально свирепея, рявкнул Влад. — А тварь, которая их убила, находится здесь в заводском подвале! Но с ней, вернее, с ним, вам своими силами не справиться! Поэтому — вызывайте спецназ!

— Перестаньте говорить загадками! — недовольно скривился майор. — Прежде всего, ответьте, кого вы называете тварью? Это мужчина, или женщина?

— Это Анатомик! — скупо ответила Светлана.

— Кличку Анатомик я слышу впервые, и в нашей базе ее точно нет! — заметил гражданский с чемоданчиком, оказавшийся экспертом — криминалистом.

— Юноша! Анатомик — это не человек! Я, вообще, не знаю кто он. Да и никто этого не может знать! Можете считать его злым, кровожадным инопланетянином, если вам так будет удобнее, — скептически посмотрела на него Светлана — Но я знаю одно — он вам он не по зубам! Влад прав — нужно срочно вызывать спецназ!

— Дамочка, позвольте нам самим судить, что нам по зубам, а что нет! — менторским тоном заметила Люда. — Стас, чего мы ждем?

Майор тяжело вздохнул:

— Светлана Сергеевна, может быть, мы все‑таки пройдем на место происшествия?

Светлана кивнула и повела полицейских вниз по лестнице в подвал.

— Вы бы, на всякий случай, хоть пистолеты достали, — проворчал Влад, которого начала нервировать манера полицейских полностью игнорировать его присутствие.

Свой трофейный ПМ, доставшийся ему от Рябого, он предусмотрительно засунул между бетонными блоками, возле выхода из подвала.

— Вот когда будет надо, тогда и достанем! — отрезал майор, недобро посмотрев на него. — В настоящий момент, я не вижу никакой угрозы.

— Когда увидишь, будет уже поздно! — проворчал себе под нос Влад, так чтобы его не услышал никто, кроме Светланы.

Всю дорогу до карстовой промоины Влад со Светланой шли молча. Они двигались впереди, чувствуя, как затылки им мозолят недоброжелательные взгляды сотрудников полиции. Судя по их реакции, они не особо поверили во все те ужасы, что здесь услышали.

Время от времени, полицейские обменивались замечаниями, при этом не особо заморачиваясь, о том, слышат ли их Влад и Светлана.

— Два жмура в анатомичке, точно работа этой фифы! — глухо ворчала Люда. — Она мне сразу не понравилась. Курица крашеная! Одни лишь понты профессорские, а так даже и посмотреть не на что!

— Эта мутная парочка стопудово, инсценировала собственное похищение, — вторил ей эксперт с чемоданчиком. — Для того чтобы списать на бандюков какую‑то свою пакость.

— И на кой им это надо было делать? — скептически поинтересовался майор.

— Стас, носом чую — здесь не обошлось без крупной партии наркоты! — подал голос, молчавший до сих пор старлей. — Надо бы этих двоих порастрясти, как следует!

— Не гони! Всему свое время, — многообещающе усмехнулся майор. — Если им есть что сказать, они скажут. Я тебе обещаю.

Влад покосился на Светлану и проворчал:

— Ну, что я тебе говорил? Представляешь, что с нами будет, если вдруг всплывет эта посылочка из Таиланда?

— Умница! — вздохнула Светлана. — Если выживем, я тебя обязательно поцелую!

К этому времени, они уже подошли к краю карстовой промоины.

— Ни фига себе высота! — восхищенно воскликнул эксперт и, нагнувшись, плюнул вниз.

— Предупреждать надо! А если бы я сейчас загремела туда? — искренне возмутилась Люда. — Гражданин строитель, или как вас там? Почему такой опасный участок не огорожен предупредительной лентой? Не удивительно, что у вас рабочие гибнут словно мухи!

— Можете называть меня — просто Влад! — скрипнув зубами, ответил Влад. — Поверьте, я бы ни за что не простил себе, если бы вы навернулись в пропасть! А если бы это, не дай бог, произошло, то я бы плакал длинными, зимними ночами вспоминая ваш светлый образ!

— Поговори еще у меня, хамло! — презрительно фыркнула Люда. — Считай, что условный срок, тебе уже обеспечен! Это, как минимум. И хочу напомнить, что еще не вечер! Так, что не советую особо паясничать!

— Ну и как туда спуститься, чтобы осмотреть место происшествия? — майор повернулся к Владу. — Где обещанные трупы?

— Их Анатомик забрал к себе, вон в ту круглую штуковину, — Светлана показала пальцем на торчащий из плитняка бок «казана» с зияющим в нем черным отверстием люка.

Полицейские сгрудились около обрыва и с принялись рассматривать блестящую овальную посудину.

— Серьезная штуковина, — пробормотал майор и задумчиво поскреб подбородок.

— Да уж, не собачья будка! — кивнул старлей. — Может правда, спецуру кликнем?

— Мужики вы меня удивляете! — возмущенно воскликнула Люда. — Вы что всерьез верите в бред какой‑то там блондинки?

— Я бы попросил попридержать ваш раздвоенный язычок! — начал снова закипать Влад.

— Ой, заткнись, а? Тоже мне джентльмен выискался! — укоризненно посмотрела на него Люда. — Если ты такой нахрен галантный кавалер, придумай лучше, как мне туда вниз спуститься!

— На веревке, как все! — отрезал Влад. — Вон на земле валяется, рекомендую!

— Кавалер, да ты спятил! Я что похожа на Лару Крофт? — обиженно воскликнула Люда.

— Ну, если скинешь килограмм тридцать! — расхохотался старлей.

— И лет двадцать, тогда, может быть! — поддержал его эксперт.

— Вам бы только зубы скалить! — тяжело вздохнула Люда и надолго замолчала.

Какая ни была противная баба эта капитанша, но она все равно оставалась женщиной. И это обстоятельство было для Влада решающим.

— Слышь, старлей, чем издеваться над товарищем по оружию, пойдем лучше лестницу принесем, — сквозь зубы процедил он.

Тот хотел было пройтись насчет того, что к нему нужно обращаться — господин старший лейтенант, но повстречавшись взглядом с Владом, вдруг, отчего‑то передумал.

Владу было хорошо известно, что в подсобке у Семеныча лежит выдвижная пожарная лестница. Он как‑то раз уже брал ее за вполне умеренную плату. По словам правообладателя, ее можно было растянуть на пятнадцать метров.

Минут через двадцать, Влад со старлеем, тяжело пыхтя, подтащили лестницу к краю промоины. Несмотря на то, что это чудо противопожарной техники было сделано из дюралюминия, весила она все же порядочно. Влад, в отместку за недостойное обращения старлея с Людой, умышленно загнал того до еканья в селезенке.

Вчетвером им кое‑как удалось спустить лестницу в пропасть. Первым полез эксперт. Влад подозревал, что его отправили, как самого малоценного члена дружного коллектива. Вернее будет сказать, как самого молодого и глупого. Остальные, проявляя бдительность, прикрывали его сверху, ощетинившись пистолетными стволами, включая капитана Люду.

— Темно ни, черта не видно! — пожаловался криминалист, когда оказался на самом дне промоины. — А у меня в фонарике, как на грех, батарейки сдохли!

— Меньше смотри под одеялом свои порнушные журнальчики! — низко отомстила ему Люда.

— Слушай, ты же здесь каждую дыру знаешь, — нельзя организовать что‑нибудь поярче? — сменив гнев на милость, продемонстрировал готовность к сотрудничеству майор, повернувшись к Владу.

— Пойдем, поможешь притащить прожектор, — охотно кивнул Влад.

— Старлей, а ну иди помоги! — распорядился Стас.

— Ну, уж нафиг, нафиг! — возмутился Влад. — Я с ним лестницу уже носил. Причем буквально — и его, и лестницу!

Майор, выругавшись, решительно направился вслед за Владом. Через некоторое время, они приволокли металлическую треногу с приваренной к ней верхушкой от уличного фонаря. Протащив провода, Влад повернул рубильник и включил лампу. Немного помигав, она с трудом включилась, озарив промоину ярко — оранжевым светом.

— О, совсем другое дело! — радостно воскликнул, совсем было приунывший, криминалист. — Давайте, спускайтесь сюда!

— Майор, вызвали бы вы парней с автоматами, а? — сделала последнюю попытку Светлана.

— Не переживайте вы так, Светлана Сергеевна! — обаятельно улыбнулся Стас. — Вы останетесь с Людой наверху! Влад, ты полезешь или останешься с дамами?

— Дудки, я тоже с вами! — возмутилась Люда.

— Отставить, с нами! По соображениям нравственности, вы капитан останетесь наверху! — гаркнул майор, потом добавил гораздо мягче, — Люд, ну была бы ты в брюках. Тогда, не вопрос, полезла бы с нами! А так — извини!

— Сволочи! — обиженно пробормотала Люда и отошла в сторону.

Глава 15

Влад спустился в промоину самым последним. Не сказать, чтобы это мероприятие доставило ему большое удовольствие. Лестница немилосердно скрипела, гнулась и раскачивалась под его весом. От осознания, что произойдет, если он загремит вниз с высоты десяти метров, ладони его начали источать липкий, ледяной пот. Руки немилосердно скользили на ступеньках лестницы, которые он поспешно перебирал, спускаясь все ниже и ниже.

Влад старался не думать о том, как будет подниматься обратно наверх. Он знал, что подъем обычно не сопряжен с такой встряской для нервной системы, как спуск.

Когда лезешь вверх, у тебя перед глазами находится лишь стена и очередная перекладина лестницы, которую нужно преодолеть. Когда же спускаешься вниз, твои шкодливые глаза все время норовят посмотреть вниз, чтобы проверить ставишь ты ногу на перекладину или в пустоту? А делать этого нельзя, ни в коем случае, по той простой причине, что увидев, сколько предстоит лететь вниз, в случае неудачного спуска, мысли принимают совершенно деструктивный оборот. Незадачливого верхолаза охватывает паника, и дело вполне может закончиться тем, что он с перепугу действительно загремит вниз.

Тяжело спрыгнув на дно промоины, словно специально вымощенное плитами известняка, Влад настороженно огляделся. В отличие от полицейских, держащих в руках оружие, он был полностью безоружен. У него запоздало ворохнулась мысль о том, что было бы совсем неплохо прихватить с собой хотя бы штыковую лопату.

Тут взгляд Влада упал на валявшийся возле стены лом. Он тут же нагнулся и поднял его. С увесистым полутораметровым стальным стержнем в руках, Влад почувствовал себя намного увереннее.

— Ну и куда подевалось твое страшилище? И где трупы невинно убиенных им бандитов? — насмешливо поинтересовался майор.

— Похоже, что камни на полу пещеры, действительно залиты человеческой кровью, — пробормотал криминалист, внимательно вглядываясь себе под ноги. — И учитывая площадь, покрытую кровью, здесь убили как минимум двух человек. Возможно, даже трех.

— Брось, ты это тухлое дело! — подал голос старлей. — Лучше взгляни вот на это!

Он стоял возле чернеющего люка в сверкающем золотом боку странного аппарата и заинтересованно заглядывал туда. Но, насколько мог судить Влад, старлей не особенно торопился забираться вовнутрь.

— Темно и не фига не видно, — пожаловался криминалист, тщетно всматриваясь в темное нутро загадочного сооружения.

— Как думаешь, что это за посудина? — спросил майор.

— А чего тут думать‑то? — возмущенно фыркнул старлей. — Ты что сам не видишь — это летающая тарелка?

— Совсем не обязательно, — пожал плечами криминалист. — Быть может, она здесь была всегда и, вообще, ниоткуда сюда не прилетала? Впрочем, проще пойти и посмотреть, чем строить всякие гипотезы.

— Ну, так пойди и посмотри! Чего ты ждешь? Особого приглашения что ли? — поторопил его майор.

Криминалист нехотя поставил чемоданчик на землю. Выставив впереди себя пистолет, он принялся карабкаться в люк. Едва его нога пересекла границу между светом и тенью, раздалась быстрая серия странных всхлипывающих звуков.

Влад чье внимание, было приковано к силуэту эксперта, четко выделявшемуся на темном фоне люка, вздрогнул от неожиданности. Тело криминалиста внезапно затряслось так, словно по нему пропустили электрический ток высокого напряжения. Потом его просто вышвырнуло наружу из золотой посудины. Пролетев пару метров, тело грянулось плашмя спиной, а затем и головой о камни. От такого удара голова несчастного просто не могла остаться целой. Она неминуемо должна был расколоться словно переспелый арбуз.

Было слышно, как наверху промины взвыли от ужаса Люда со Светланой. Майор и старлей принялись наугад садить пули одну за другой в темный овал люка. В узком пространстве карстовой расщелины, каждый выстрел звучал необычайно громко. Сверху посыпались камешки, сброшенные мощной звуковой волной. Все вокруг заволокло пороховым дымом. Полицейские прекратили стрельбу лишь, когда расстреляли по обойме. Майор поймал себя на том, что продолжает сердито нажимать на спусковой крючок своего «Макарова», внутреннее негодуя, что тот отказывается стрелять.

Влад в ужасе уставился на неподвижно лежащее тело криминалиста. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что тот безнадежно мертв и ему уже ничем не помочь. Его, залитое кровью, лицо было изувечено разрывными пулями. Нижняя челюсть была вырвана и держалась лишь на тонком сухожилии. Часть лба начисто отсутствовала, обнажая поврежденный мозг.

— Стас, твою мать! Стойте и больше никуда не лезьте! — раздался сверху истошный вопль Люды. — Я вызываю спецназ! Хватит с нас и одного трупа!

— Влад! Сейчас же вылезай оттуда! — истерически вторила ей Светлана.

Влад переглянулся со Стасом и старлеем. После этого, вместо того, чтобы направиться к лестнице, он склонился над телом криминалиста и вынул из его руки пистолет.

Неожиданно, что‑то привлекло его внимание. Возле тела лежала часть лобной кости, вывороченной из головы несчастного криминалиста. Сам вид, куска черепа, валявшегося под ногами, был достаточно необычен. Тем не менее, взгляд Влада зацепился за него потому, что в нем была какая‑то вопиющая несуразность. Что‑то такое, что заставило его похолодеть от ужаса, а волосы на всем теле встать дыбом.

Лишь вглядевшись внимательнее, он понял, в чем дело. Пробив снаружи выпуклую, словно пиала, лобную кость в ней накрепко застрял коренной человеческий зуб. Растопырив четыре длинных корня, он косо торчал в ней, засаженный туда какой‑то чудовищной силой.

Плохо соображая, что делает, Влад протянул руку и поднял страшную находку. На наружной стороне костяного обломка оказался окровавленный лоскут кожи с прядью темных волос.

— Если это его собственный зуб, то, как он мог вонзиться ему в его собственный лоб снаружи? — обалдело спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно.

Тут ему на помощь пришел старлей.

Внимательно осмотрев находку, он сердито буркнул:

— Не пори хирню! Это не его зуб!

— Ты хочешь сказать, что это чужой зуб? — вытаращился на него Влад. — Но тогда выходит, что ему разнесли голову чужими зубами?

Его вопрос так и остался висеть в воздухе без ответа, потому, что откуда‑то, вдруг, послышался жуткий вой. Все трое, бывших на дне промоины, мужчин, словно по команде, отпрянули от загадочного золотого аппарата, близкое общение с которым уже стоило жизни одному из них.

Но испугавший их звук исходил, отнюдь, не из темного люка. Приглушенный вой, казалось, доносился откуда‑то из‑под земли.

Видимо, бывшие наверху Люда и Светлана, также слышали его, потому что у них началась форменная истерика.

— А ну, быстро все наверх! — вскричала Люда, потрясая рукой с зажатым в ней пистолетом. — Не то я сама вас перестреляю!

— Парни, тут какая‑то здоровенная нора, в стене! — неожиданно подал голос старлей, тыча стволом в неосвещенный угол ямы. — А возле нее куча свеженарытой глины. Мне кажется, что звук идет именно оттуда.

— Как нам всем повезло, что сейчас мы сможем лицезреть того землекопа, что ее вырыл! — с истерической ноткой в голосе воскликнул Влад.

И в это время из дыры в стене на свет, наконец‑то, выбрался кошмарный «землекоп». Тот самый, который разобрался с Флипом и Гавром.

Но с тех пор он претерпел некоторые изменения. Его огромное брюхо стало значительно меньше, зато верхние конечности и плечевой пояс стали много шире и мощнее. Лопаты, имплантированные прямо в живую плоть, также изменились. Их концы стали остроконечными и загнутыми, словно ятаганы. Огромные лягушачьи лапы, были по — прежнему согнуты в острых мосластых коленях и опирались на массивные, расплющенные ступни.

Теперь при всем желании, если бы они даже очень захотели, майор, старлей и Влад не смогли бы добраться до спасительной лестницы. Жуткая тварь надежно отрезала их от нее. Какое‑то время, «землекоп» жмурился и щурился, привыкая к яркому свету ослепившего его прожектора.

Едва взглянув на его остро отточенные клешни, майор сразу понял, что тот вылез из подземной галереи вовсе не для того, чтобы пожелать им доброго здоровья. В связи с этим, он решил реализовать имевшееся у них небольшое преимущество.

Вскинув руку с пистолетом, он страшным шепотом скомандовал:

— Цельтесь ему по глазам, огонь!

Три оглушительных выстрела слились в один. Из правого глаза твари брызнули фонтанчики ярко — красной крови. Издав душераздирающий вопль, «землекоп» ринулся на людей, неистово размахивая клинками лопат. Расчет на то, что звук выстрелов отпугнет жуткое существо, не оправдался. Их спасло лишь то обстоятельство, что двигался «землекоп» довольно неуклюже, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, словно утка. Вся мощь его была сосредоточена в верхних лапах, которыми, надо отдать ему должное, он владел виртуозно.

Влад на какую‑то долю секунды замешкался. Если бы не старлей, схвативший его за шиворот и выдернувший с линии атаки, распоротое тело Влада уже летело бы в сторону. Тяжелый клинок лопаты пропорол воздух впритирку с его головой. Волосы у Влада поднялись дыбом — и от ветра, и от ужаса одновременно.

Внезапно, «землекоп» с поразительной легкостью развернулся на месте. Теперь его разъяренная морда вновь оказалась обращенной к своим противникам. Защелкали выстрелы, но монстр наученный горьким опытом, успешно блокировал их, надежно прикрывая лицо массивными лопатами. Пули с отвратительным воем рикошетили от стальных пластин и летели куда попало, грозя поразить самих стреляющих.

Тем не менее, все время, пока люди вели огонь, «землекоп» сразу же уходил в глухую защиту и прекращал атаковать их. У Влада давно закончилась патроны в магазине, бывшем в пистолете, а запасного магазина у него не было. В отличие от полицейских.

— Стреляем по одному! — крикнул майор. — И не торопимся!

— Стас, я начал! — прокричал старлей и, приблизившись на максимально близкое расстояние, чуть ли не в упор принялся всаживать одну пулю за другой в колено «землекопа».

Тварь нервно заерзала и сделала попытку прикрыть колено одной из своих чудовищных лопат. Но старлей, тут же, извернувшись всем телом, умудрился всадить две пули в опасной близости от единственного уцелевшего глаза «землекопа».

Впрочем, он тут же жестоко поплатился за проявленную сообразительность. Как выяснилось, «землекоп» отнюдь не страдал слабоумием. Верно оценив дистанцию, жуткий зверь нанес секущий удар лопатой, которой прикрывал свою морду. Раздался влажный хруст, и голова старлея легко слетела с плеч. Ощущение было такое словно мальчишка, от души размахнувшись прутом, снес круглое соцветие репейника. Голова старлея свалилась с плеч на пол и откатилась к дальней стене.

Издав торжествующий рев «землекоп» устремился на двух оставшихся противников. В этот самый момент, не раньше и не позже, ПМ майора вместо выстрела вдруг издал сухой щелчок. Потом другой, потом еще. Это означало, что патроны закончились, а с ними и шансы остаться в живых.

Когда, казалось, все было кончено, откуда‑то сверху, словно с небес, раздался громовой голос, усиленный мегафоном:

— Ложись!

Несмотря на то, что выполнив данную команду, Влад и Стас, фактически бросались под лапы движущемуся на них «землекопу» они безоговорочно подчинились. И надо заметить — не прогадали.

Сверху послышался грохот автоматных очередей. Тяжелые пули рвали на куски тело «землекопа», который тщетно пытался прикрыться от них своими лопатами. Словно злые осы они находили слабые места в обороне противника и тут же жалили его беззащитную плоть.

Издав протяжный вой, полный безысходной тоски, «землекоп» с грохотом обрушился на землю. Но бойцы спецназа не успокоились, до тех пор, пока не превратили его тело в безжизненную груду окровавленного мяса.

Глава 16

Когда грохот автоматных очередей стих, Влад приподнял голову и осмотрелся. Всего в паре метрах от него, лежала неподвижная туша поверженного «землекопа».

— Твою мать растак! — послышался обреченный возглас за спиной.

Обернувшись, Влад обнаружил, что Стас уже поднялся на ноги и теперь тщетно пытается привести свой мундир в достойный вид. По лестнице в промоину спускались спецназовцы, одетые в черную форму.

— С днем рождения, парни! — поздоровался огромный, плечистый здоровяк.

Влад понял, что тот был старшим в группе.

— Спасибо, братцы! — с чувством ответил Стас.

— Да, опоздай вы на пару минут, и нас можно было бы соскребать с пола ложкой, — сказал Влад.

Тем временем, парни в черном, сгрудились вокруг подстреленного им существа. По — прежнему, держа его на мушке, они по — детски высказывали свое восхищение и ужас, одновременно.

— Нет, вы только гляньте! В этой зверюге весу не меньше тонны будет!

— Это фигня! Посмотри на его лапищи! Они же стальные!

— Интересно, какой чудак додумался приклепать их к нему? И самое главное — для чего?

Влад с майором подошли к своим спасителям.

Вблизи «землекоп» выглядел еще кошмарнее. Более всего по нервам било то обстоятельство, что каким‑то непостижимым образом в нем соседствовала живая плоть с мертвым металлом. Влад внимательно вгляделся в места соединения и недоуменно почесал затылок. Скорее всего, железяки были вживлены в плоть на манер протезов, продолжая оставаться для организма чудовища чужеродным материалом.

Неожиданно краем глаза, Влад увидел, что Светлана о чем‑то горячо спорит наверху со спецназовцами, не подпускающими ее к лестнице. Судя по всему, она горела желанием спуститься вниз и самолично осмотреть диковинное создание. Наконец, бойцы вынуждены были уступить, и разрешили ей спуститься вниз.

Влад порадовался тому, что Светлана Сергеевна была в джинсах, а не в платье. Если бы это было не так, то все бывшие в яме мужчины неминуемо переключили бы свое внимание на ее достоинства, нечаянно ставшие всеобщим достоянием.

Тут Влада неожиданно пробил холодный пот. Поддавшись эйфории по поводу своего чудесного спасения, он совершенно позабыл о том, что опасность еще не миновала.

Куда подевался сам Анатомик? То что «землекоп» — это не он, было видно невооруженным взглядом. Слишком грубым и примитивным было это жуткое создание, по сравнению с хозяином золотого «домика».

Тем временем, Светлана почти, закончила свой спуск, и Влад попытался галантно помочь ей спуститься с лестницы.

Но она, демонстративно отказавшись от помощи, бросила на него неприязненный взгляд и сказала:

— Я догадывалась, что ты идиот, но не думала, что настолько безнадежный! Почему ты не убрался отсюда, когда я просила тебя об этом?

Ожидавший что встреча после расставания, едва не закончившегося его гибелью, будет протекать в несколько иной тональности, Влад растерялся.

— Прости, но я не мог оставить Стаса и старлея одних, — наконец, пробормотал он. — Это было бы верхом непорядочности.

— Ну да, я совсем забыла — ты же очень здорово помогал им! Особенно после того, как у тебя кончились патроны и ты путался у них под ногами!

Вложив в эти слова весь сарказм, на какой была способна, Светлана Сергеевна прошла мимо Влада, гордо вздернув подбородок.

— Вот, ведь стерва! — пробормотал он, в сердцах, провожая ее восхищенным взглядом.

Впрочем, во всем этом имелся один неоспоримый плюс, по сравнению с которым полученный им выговор, был сущей ерундой. Светлана волновалась и переживала за него. А это могло, означат только оно — он ей небезразличен!

Окрыленный этой мыслью, Влад заулыбался, и новь почувствовал себя счастливым. С ним уже давно не было ничего подобного. Повседневные заботы и рутина, особенно в последние годы, настолько сильно довлели над ним, что он фактически разучился радоваться. Даже если он оттягивался, что называется «по — полной», все равно веселье происходило уныло, с оттенком серой, зачуханной повседневности.

В любви и пьянстве, во всем, присутствовал сильный налет физиологичности. Так, как если бы он, в процессе веселья, справлял свои естественные потребности. И делал все это не потому, что ему этого хотелось, а потому что так было надо его организму, а не душе. Не было прежнего куражу, который Влад растерял неизвестно когда, и непонятно где.

Но последние драматические события перетряхнули всю его вялотекущую, аккуратно разложенную по полочкам жизнь. Они поставили на уши все его расписания, регламенты и графики. Из его жизни внезапно ушла определенность. Невозможно было предугадать — а что произойдет в следующий момент?

И все это было связано и вертелось вокруг Светланы Сергеевны. Именно она была катализатором и стержнем всех этих перемен. И Влад ничего не имел против этого. Более того, он хотел, чтобы это длилось и длилось. Естественно, за вычетом, всех сопутствующих кровавых ужасов.

Влад подошел к сгрудившимся вокруг поверженного врага спецназовцам. Там Светлана уже успела позаимствовать у одного из бойцов острый как бритва, обоюдоострый нож. С его помощью она принялась делать уверенные разрезы на туше «землекопа», безжалостно кромсая ее во всех мыслимых и немыслимых направлениях.

— Это просто непостижимо! — удрученно пробормотала она, внимательно изучая ткани. — Это существо не было рождено естественным путем. Оно от начала до конца искусственно создано. Это несчастное детище чьего‑то извращенного мозга!

— Док, что именно вас так поразило? — спросил кто‑то из бойцов.

— Понимаете, — машинально пробормотала Светлана Сергеевна. — «Землекоп», что называется, сшит на скорую руку. Причем, в буквальном смысле этих слов. Его словно Франкенштейна состряпали из подручного материала, из всего того хлама, что был под рукой. Подобным образом поступает портниха, торопливо делая наметку, широкими стежками белых ниток на черном материале, чтобы собрать все детали будущего костюма воедино. А потом белые нитки спарываются и изделие тщательно прошивается на машинке, настоящими крепкими нитками. Что называется, начисто.

— То есть, этот, как вы его называете «землекоп» — прототип? — спросил командир группы. — И что за злой волшебник его создал?

— Его зовут — Анатомик, — ответил Влад.

— Совершенно верно! — Светлана прекратила размахивать боевым ножом, для того чтобы пристально взглянуть Владу в глаза. — И меня очень тревожит, то обстоятельство, что такой мощный интеллект задействован против человека.

— А меня больше волнует, куда же подевался Анатомик? — выдержав взгляд, задал вопрос Влад. — И чем он сейчас занят?

Внезапно раздавшийся шум, послужил красноречивым ответом на все его вопросы.

Прямо из стен вывались два «землекопа». Небрежно отряхнувшись от комьев глины, они стремительно набросились на спецназовцев. Эффект неожиданности дал им неоспоримое преимущество. Заостренными кривыми лопатами они успели уничтожить двух бойцов, прежде чем остальные опомнились и открыли шквальный огонь.

Четверо спецназовцев отбросили монстров назад, к той самой стене, из которой те появились наружу. Влад с ужасом понял, что суммарная огневая мощь четырех «калашей» не причинила «землекопам» существенного вреда. А когда он понял, почему это произошло, он напугался еще больше. Передняя часть уродливых голов и туловищ «землекопов» была прикрыта пластинами из желтого металла. Того самого из которого была сделана «летающая тарелка» Анатомика. Пули рикошетили от пластин, не в силах пробить их.

Владу, отчего‑то вспомнилось что пуля, калибра 7,62 мм, выпущенная из АКМ пробивает железнодорожный рельс. Но бойцы были вооружены автоматами АК-74, имеющим меньший калибр — 5,45 мм. Быть может, все дело было в этом?

— Отходим к лестнице! — прокричал командир спецназа.

Тем временем, оставшиеся наверху, четверо парней принялись сверху поливать огнем «землекопов», прикрывая отход своих товарищей. Влад схватил Светлану за руку и побежал с ней к подножию лестницы. Стас не отставал от них. Было не до сантиментов, дело приняло слишком серьезный оборот.

Дождавшись, когда Светлана поднимется до середины лестницы, Влад принялся препираться со Стасом, чья очередь лезть первым. В конце концов, он просто взял майора за шиворот и зашвырнул его на лестницу. Дав ему подняться на пару метров, Влад принялся карабкаться сам.

В это время, Светлану уже подхватили наверху лестницы и помогли выбраться на край обрыва. А отважной четверке внизу приходилось несладко. Модифицированные «землекопы» встали плечом к плечу и медленно, но неуклонно двигались на людей, пытаясь оттеснить их от спасительной лестницы.

Из‑за облака порохового дыма было уже толком не разглядеть, что именно творится внизу. К этому времени Влад и Стас уже стояли на краю обрыва и с замиранием сердца смотрели на кровавую схватку.

Вот один из спецназовцев принялся карабкаться вверх по лестнице. Трое других, встав полукругом, прикрывали отход товарища. Когда второй из них уже полез на лестницу, неожиданно в одной из нор, зияющих в стене, показался еще один «землекоп».

Светлана стиснула плечо Влада и прокричала ему в ухо, перекрывая грохот автоматных очередей:

— Анатомик зря времени не терял!

Между тем, Влад успел разглядеть, что этот «землекоп» также облаченный в золотую броню, как и его собратья, не имел лопат. Его верхние конечности венчали уродливые трехпалые кисти рук. Причем один из пальцев был большим, то есть располагался отдельно от других.

В руках «землекоп» держал нечто среднее между большущей кислородной подушкой и волынкой. Вместо дудок из него торчали три человеческие берцовые кости со срезанными головками. Весь «инструмент» был перемазан в крови.

«Землекоп — волынщик» остался стоять возле норы и неожиданно направил три «дудки» своего инструмента на лестницу. Послышалось приглушенное чихание. Спецназовца, которому осталось всего ничего, чтобы выбраться наружу из промоины, внезапно словно стегануло чем‑то по спине. Руки его разжались, и он полетел вниз, не издав ни единого звука. Та же участь постигла и второго бойца находившегося на лестнице. Он рухнул словно подкошенный на двух своих товарищей, стоявших у подножия лестницы.

Бывшие наверху автоматчики перенесли свой огонь на «волынщика», после чего, тот поспешил укрыться обратно в своей норе. Напоследок он огрызнулся и послал очередь из своего необычного оружия в стоящих наверху людей. Один из спецназовцев вскрикнул, крутанулся на месте и, выронив автомат, замертво рухнул на землю.

Светлана бросилась к нему, чтобы попытаться оказать помощь. Но беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что боец безнадежно мертв. Поднявшись с колен, Светлана шагнула к Владу и протянула ему руку.

На ее окровавленной ладони лежал здоровенный человеческий зуб, из которого торчали длинные, корявые корни.

Глава 17

Между тем, события внизу промоины приняли совсем дурной оборот.

Прикрытые пластинами брони, модернизированные «землекопы» неожиданно разделились и разошлись в разные стороны. Справедливо решив, что противник собирается обойти их с флангов и взять в «клещи», два уцелевших спецназовца стали спина к спине, готовясь дать достойный отпор.

Но в результате этого маневра, «землекопы» ушли с линии огня «волынщика», прятавшегося в галерее. Тем самым, они дали возможность ему, не высовываясь из земляной норы, вести прицельный огонь по людям у подножия лестницы. Чем тот и незамедлил воспользоваться.

Послышался звук, словно кто‑то громко высморкался, и в сторону людей засвистели костяные пули. Парни в черном камуфляже залегли и открыли ответный огонь. Но «Волынщик» успел нашпиговать их гнилыми зубами, прежде чем они поразили его.

Когда автоматы внизу умолкли, наверху сразу поняли, что их товарищи погибли. Невзирая на риск быть подстреленными «волынщиком», они открыли стрельбу по «землекопам» в надежде уничтожить их и забрать тела павших в бою. Но нелюди, в очередной раз, продемонстрировали недюжинную смекалку.

«Волынщик», внезапно высунувшись из своей норы, прицельно снес прожектор, а вслед за ним, переколол все лампочки, которые только смог. Провал и подступы к нему сразу погрузились в кромешную темноту.

У одного из спецназовцев нашелся фонарик, который он поспешно включил. Но тут, же был принужден выключить, потому что у него над головой засвистели пули, выпущенные из «волынки». Но и этих нескольких секунд было достаточно, чтобы разглядеть что верх, уходящей в темноту провала лестницы, ритмично сотрясается от карабкающегося по ней вверх «землекопа».

— Взорвать их к чертовой матери! Пока вся эта сволота сюда не повылазила! — прокричал кто‑то в темноте.

— Чем ты их взорвешь, зажигалкой что ли?

— На хрена зажигалкой? У меня с собой две эфки есть!

— Ты что с дуба рухнул, откуда они? — ужаснулся голос в темноте.

— Тебе какая разница? Поберегись! — послышался нервный смешок в темноте.

Раздался хлопок одного взрывателя, потом второго, возвестившие о том, что в пропасть полетели одна за другой две «лимонки». Оба взрыва прогремели практически одновременно, слившись в один. Бросивший гранаты, намеренно сделал это, рассчитывая усилить поражающий эффект. И ему это удалось в полной мере.

Влад явственно ощутил, как земля под ногами у него вздрогнула, после чего пласт грунта, на котором он стоял, медленно и шумно поехал в сторону провала. Ему технарю не нужно было объяснять, что происходит. Взрывы подвергли стены карстовой промоины мощной динамической нагрузке, что вызвало их обрушение.

Схватив, стоявшую возле него Светлану за руку, Влад потащил ее прочь от пропасти, успев прокричать:

— Все назад, не то засыплет!

Несмотря на то, что Влад двигался так быстро, как только мог, этого оказалось недостаточно. Земля под ногами продолжала неумолимо ползти им навстречу. Это напоминало бег вверх по эскалатору, ступени которого стремительно движутся вниз. Светлана споткнулась в темноте и упала. Влад попытался поднять ее и тоже упал.

Поняв, что им не удастся подняться на ноги, они развернулись и, отталкиваясь пятками и руками, начали лихорадочно ползти задом наперед. В это время, кто‑то включил фонарь и практически одновременно вместе с этим шуршание движущейся земли тоже прекратилось.

Пласт земли, на котором сидели Влад и Светлана, круто уходил в сторону продолжающего зиять темнотой провала. К ним протянулись сильные руки и вытащили их с нестабильного слоя грунта на безопасное расстояние.

Влад неловко обнял Светлану:

— Ты как?

— Нормально! — ответила она и, мягко отстранившись, принялась вытряхивать из прически мелкие комья глины.

Обрушившейся землей промоину засыпало примерно на три четверти. Вокруг нее образовалась неровная воронка, посреди которой по — прежнему темнела верхняя часть провала, оставшаяся так и непогребенной. Верхушка лестницы больше не торчала из нее. Видимо ее смяло тоннами обрушившегося грунта. «Землекопам» тоже не поздоровилось. Было сомнительно, чтобы он смогли выжить, там внизу, под многотонной тяжестью грунта.

Доложив на базу о потерях и о том, что противник уничтожен, трое спецназовцев подняли своего погибшего товарища и направились к выходу из подвала. Влад, Светлана, майор и Люда двинулись вслед за ними.

— И вы, правда, думаете, что с Анатомиком покончено? — спросила Влад у подавленных полицейских.

— Я сейчас думаю совсем о другом. Что я скажу родным наших погибших парней? — тяжело вздохнул Стас.

— Вас же предупреждали, что сюда не стоит лезть без подкрепления! — презрительно фыркнула Светлана. — Древние говорили — не хватает своего ума, живи чужим.

— Ну, ты подруга и язва! — возмущенно воскликнула Люда, потом повернувшись к Владу, добавила, — Ты бы унял ее, а то я за себя не ручаюсь!

— Я бы настоятельно не рекомендовал вам разговаривать со Светланой Сергеевной подобным тоном, — усмехнулся Влад. — Во избежание разнообразных неприятностей грозящих вашей внешности.

— Да пошли вы! — Люда в сердцах плюнула себе под ноги. — Стас, эти двое стоят друг друга!

В это время, впереди послышался какой‑то шум, и подвал залил яркий свет множества мощных фонарей.

— Что здесь происходит? — возмущенно воскликнул Стас, выходя вперед.

— Войсковая операция! — послышался резкий голос, привыкший отдавать команды. — Я — полковник Скоробагатов, представтесь!

— Майор полиции, — начал, было, Стас.

Но полковник нетерпеливо перебил его:

— Я вижу, что не генерал от инфантерии! Что у вас здесь творится, черт побери?

— Мы столкнулись с агрессивными существами, которые откуда‑то завелись в этом подвале!

— С чего это они здесь завелись, от плесени что ли? Где эти существа? — язвительно поинтересовался полковник Скоробогатов.

— Уничтожены! — коротко ответил майор. — При этом погибли двое моих людей и почти целиком группа спецназа.

— Сочувствую! — неприязненно обронил военный. — Мне нужны их трупы, проводите меня на место инцидента.

Майор неловко кашлянул и доложил:

— Мы забросали противника гранатами, после чего их засыпало землей.

— Ничего, откопаем! — уверенно пообещал полковник и двинулся по коридору, но видя, что офицер полиции, по прежнему стоит на месте, недовольно спросил, — В чем дело, майор? Ведите!

Человек двадцать солдат, вооруженных автоматами, нетерпеливо топтались на месте.

— Дело в том, что твари, которых мы называем «землекопами», находятся на глубине десяти — пятнадцати метров. Над ними слой грунта толщиной в четыре — пять метров, — пояснил Влад.

— Майор, откуда здесь гражданские? — требовательно спросил полковник, пристально разглядывая Влада и Светлану, так словно только сейчас увидел их.

— Они первыми обнаружили «землекопов» и позвонили в дежурную часть, — ответил Стас.

— Это просто какой‑то дурдом! — воскликнул Скоробагатов раздраженно. — Мне звонят из дивизии, приказывают поднять полк по тревоге и выставить оцепление вокруг старого завода. И чтобы ни одна мышь не просочилась ни сюда, ни туда, а тут гражданских, как карасей в садке! Извините за резкость, но вы — кто?

— Заведующая кафедрой анатомии медицинского университета доцент Мезенцева Светлана Сергеевна, — отрекомендовалась Светлана.

Полковник, первоначально купившийся на ее рваную, перепачканную в грязи одежду, сгоряча принял ее не то за шалаву, не то за местную кладовщицу. Он невольно распрямился, а в темных глазах его мелькнуло невольное уважение.

— Очень приятно! — иронично буркнул он.

— Влад Петров, директор строительно — монтажного предприятия «Антикарст», — представился Влад и пояснил, — Мы занимались укреплением фундамента старого завода, чтобы остановить его разрушение. В ходе работ была обнаружена глубокая карстовая промоина, а на дне ее странная конструкция, выполненная из металла, внешне очень похожего на золото.

— Пойдемте, покажете мне место, где находится эта ваша чудо — трещина, — кивнул подполковник. — Лейтенант! Бойцам вольно, сам со мной!

На месте оглядев внушительную воронку в свете мощных фонарей, Скоробогатов снял фуражку и вытер ее изнутри носовым платком. Несмотря на холод, стоящий в подвале, его отчего‑то прошиб пот.

— Майор, сколько было этих, как вы выразились «землекопов»? — повернулся он к Стасу.

— Трое, — лаконично ответил тот.

— Вы уверены, что все они мертвы? — спросил Скоробогатов.

— Эти возможно и мертвы, но Анатомик наверняка жив, — вступила в разговор Светлана.

— Это еще что за фрукт? — удивленно взглянул на нее полковник.

Светлана вкратце озвучила свою версию происшедшего, предусмотрительно исключив из нее криминальную составляющую, в лице Рябого и его парней.

— Я считаю, что Анатомик по — прежнему жив, здоров и представляет серьезную угрозу для людей, — закончила она свой рассказ.

Полковник Скоробогатов ненадолго задумался, потом, видимо приняв решение, жестом подозвал лейтенанта, и вполголоса, что‑то шепнул ему.

Тот, козырнув, бегом направился к стоящим поодаль солдатам.

Поравнявшись с ними, он громко отдал команду:

— В две шеренги становись! Равняйсь, смирно! Бойцы, нам поставлена задача — выкопать глубокую яму.

Из первой шеренги какой‑то борзый солдатик развязно поинтересовался:

— Товарищ лейтенант, а чем копать‑то? Руками?

Влад, тяжело вздохнув, сказал:

— Ну, лопат десять я вам дам. Еще столько же можно будет найти у сторожа, если его хорошенько попросить.

Майор и Люда с нескрываемым скепсисом восприняли решение раскопать промину.

— Товарищ полковник, я вам авторитетно заявляю, что этим трем тварям, с которыми мы воевали пришел конец! Они все уничтожены, их тупо раздавило землей! — наконец не вынесла Люда.

— Капитан, но вы, же сами слышали, что говорит Светлана Сергеевна, — пожал плечами Скоробогатов. — Так называемый, Анатомик, насколько я смог понять, несопоставимо более совершенен тех примитивных созданий, что участвовали в бою. Поэтому прежде чем рапортовать наверх об успешном завершении операции, я хотел бы лично, воочию, убедиться, что Анатомик уничтожен.

После этого, силами войсковых электриков, было восстановлено освещение и добавочно установлено еще несколько прожекторов.

Влад напрямую спросил полковника, откуда его командованию стало известно о происшествии в подвале старого завода. Тот усмехнулся и сказал, что у них свои источники информации, о которых он не уполномочен говорить. Но Влад не отставал и продолжал изводить Скоробогатова вопросами, до тех пор, пока тот открытом текстом не предупредил его что, если он не уймется, полковник пошлет его куда подальше.

Влад, сделав обиженное лицо, отошел в сторону. Из разговора он понял, что армейские чины узнали обо всем из перехвата телефонных переговоров полицейских. Им, для чего‑то, было позарез нужно извлечь трупы загадочных существ наружу. Именно поэтому они и начали в спешном порядке раскапывать засыпанную промоину.

Глава 18

Когда страсти, более или менее улеглись, Влад и Светлана неожиданно почувствовали, что, оказывается, страшно замерзли в подвальном холоде. Выбравшись на лестничную клетку, они поднялись в холл. К их удивлению, там было полно полицейских и военных чинов. Они оживленно что‑то обсуждали между собой, время от времени созванивались с кем‑то и отдавали распоряжения.

Но еще больше Влад удивился, когда выйдя из холла в заводской двор, обнаружил, что вдоль его периметра выставлено плотное оцепление, частью из сил полиции, частью из солдат, расположенной в городе войсковой части. Все они были вооружены.

— У меня такое ощущение, что эти ребята знают больше чем мы, — недовольно проворчал Влад.

Подойдя к прорабскому вагончику «Антикарста», он ревниво проверил целостность замка на двери. Но, видимо, на его имущество никто не претендовал. Во всяком случае, пока.

— Не нравится мне вся эта широкомасштабная возня! — сказал Влад, хмуро окинув взглядом оцепление. — Представляешь, что начнется, если полиция вдруг залезет в вагончик и найдет там твой таиландский гостинец?

— Наш гостинец! — иронично усмехнулась Светлана. — Ты уже позабыл, что это была твоя идея припрятать его?

Влад удивленно посмотрел на нее:

— Неужели ты думаешь, что, если эта дурь всплывет, я начну взахлеб рассказывать о тебе?

— Ничего я не думаю! — сердито ответила Светлана. — О чем я сейчас действительно думаю, так это о том, чтобы принять душ, выпить кофе, или чего‑нибудь покрепче, и завалиться в постель!

— Компаньон не нужен? — поинтересовался Влад, сделав патологически честное лицо.

— Как‑нибудь в другой раз, — устало улыбнулась Светлана Сергеевна.

Но, к их удивлению, едва они попытались покинуть территорию завода, как бойцы оцепления, тут же завернули их обратно. На возмущенные восклицания Светланы Сергеевны ей объяснили, что у них приказ — не пропускать никого. Ни туда, ни обратно.

Как они вскоре выяснили, на нынешнем этапе, всем распоряжался полковник Скоробогатов. Но вскоре в городской аэропорт должен был прибыть «борт» с какими‑то специалистами. Вплоть до их прибытия никто и ничто не должно было покидать зону старого завода.

— Относительно вас у меня четкие инструкции, — холодно посмотрел на Светлану Скоробогатов. — Вас и вашего спутника. Вы являетесь носителями засекреченной информации, за обладание которой, в самое ближайшее время, начнется яростная охота наших «коллег» из‑за бугра. Так что для вашего же блага, вам лучше оставаться здесь, под нашим надежным присмотром, где до вас никто не сможет добраться.

— Но домой‑то я могу съездить хотя бы для того, чтобы умыться и переодеться? — не отставала Светлана Сергеевна. — Если вы так печетесь о нашей безопасности, отправьте с нами сопровождающих, в конце‑то концов!

— Извините, но у меня нет лишних людей! — сухо ответил полковник Скоробогатов и демонстративно отвернулся, показывая, что разговор окончен.

— Тупой солдафон! — яростно прошипела ему вслед Светлана.

— Да пошел он в баню! Не обращай внимания, — сделал попытку переключить ее внимание на другую тему Влад. — Слушай, есть конструктивная идея, пойдем в прорабский вагончик хоть кофейку попьем. Я ощущаю сильный позыв — просто тупо присесть и отдохнуть. У меня от этой сегодняшней непрерывной беготни ноги уже горят!

— Почему бы и нет? — Светлана пожала плечами. — Веди!

Лучась от счастья. Влад поспешно отпер дверь подсобки на колесах.

— Милости прошу, как говорится — чем богаты. Ну не Хилтон, конечно! — Влад развел руками, извиняясь за спартанскую обстановку прорабского вагончика.

— Скорее уж, солдатский бордель! — фыркнула Светлана Сергеевна, проходя вовнутрь.

— Боюсь даже представить, откуда у такой достойной женщины, подобные сведения, — хохотнул Влад.

— Хам! — безразлично констатировала Светлана Сергеевна, оглядываясь кругом.

Она брезгливо покосилась на яркий иконостас центровых разворотов, любовно вырезанных из порножурналов. Авторство этого шедевра инсталляции приписывалось самому Толяну.

Неодобрительно посмотрев на диванчик, сплошь покрытый засохшими белесыми потеками, Светлана задумчиво поинтересовалась:

— Сюда садиться‑то можно, я случайно не забеременею?

Влад поспешно сорвал с вешалки куртку и расстелил ее на диванчике:

— Вот теперь, точно можно! Но если ребенок, все‑таки появится, я его усыновлю!

— А вот это вряд ли! Потому что, на большом сроке беременности, я сделаю аборт, трупик помещу в стеклянный цилиндр, залью формалином, и подарю тебе, — пообещала Светлана Сергеевна.

Причем это было сказано таким тоном, что было невозможно понять, шутит она или говорит, вполне серьезно.

— Кофе будешь? — спросил Влад, чтобы сменить тему.

— Буду, но прежде, сама вымою стаканы, — безапелляционным тоном заявила Светлана, подозрительно рассматривая на свет, покрытые коричневым чифирным налетом щербатые стаканы с обгрызенными краями.

Влад, тем временем, налил в электрочайник воды и включил его.

Порывшись в тумбе стола, забитой всякой всячиной он поднял голову и расстроенным голосом произнес:

— Света, мне стыдно, но, кажется, я нагло обманул тебя — кофе нет! Есть только чай! Будешь?

Светлана Сергеевна недовольно поморщилась:

— Буду, если он только не зеленый.

— Женщина, ты, наверное, знаешь какое‑то очень сильное колдовство! — расхохотался Влад. — Иначе откуда тебе известно, что единственный оставшийся чай в этом гадюшнике зеленый?

— Нет, зеленый чай я пить не буду, ни за что на свете! — решительно сказала Светлана Сергеевна, поднимаясь с дивана. — Благодарю за доброту, и за весьма содержательную экскурсию по вагончику! Пойдем отсюда, Влад! Не умеешь ты, угодить женщине!

Запирая дверь подсобки на замок, Влад обратил внимание на какую‑то суматошную беготню на заводском дворе.

Светлана, внимательно наблюдавшая за лихорадочной перегруппировкой солдат и полицейских, решительно сказала:

— Определенно, что‑то случилось! Пойдем, прогуляемся в подвал, чтобы быть в курсе последних событий.

Они даже не успели спуститься с лестницы вагончика, как к ним подбежал уже знакомый им лейтенант.

— Вот вы где! Я с ног сбился, разыскивая вас по всей территории завода! Полковник Скоробогатов приказал срочно доставить вас в подвал!

— Ну, надо же, наконец, мы хоть кому‑то понадобились! — иронично воскликнула Светлана Сергеевна. — У вас там, что землетрясение произошло или началось извержение вулкана?

— Хуже! — ответил лейтенант. — Пропали двадцать солдат, которые раскапывали яму в подвале.

— Как пропали? — недоуменно уставился на него Влад.

— Все разом, как будто их там никогда и не было! — всхлипывая от ужаса, поведал лейтенант.

Полковник действительно посылал за ними. То, что произошло, поставило его старого, опытного вояку в тупик. Больше всего это походило на партизанскую войну, с которой он был знаком не понаслышке, столкнувшись с ней во время Афганской кампании.

Два десятка солдат из подразделения, которым он командовал, словно корова языком слизала. Только что они были и вдруг перестали быть! Во всем этом ощутимо присутствовал некий сумасшедший привкус мистики. Что‑то здесь было не так!

В это время, к нему подошли Влад и Светлана Сергеевна, в сопровождении посыльного лейтенантика. Скоробогатов поднял тяжелый взгляд от ямы и посмотрел на прибывших.

— Можете вы мне объяснить, что за чертовщина здесь творится? — с надрывом в голосе спросил он. — Куда могли подеваться двадцать здоровых молодых солдат?

— Господин полковник, вы сами прекрасно знаете ответ, только боитесь признаться себе в этом, — пожала плечами Светлана. — Они там, под землей!

— Да, но они были вооружены штыковыми лопатами? И вполне могли оказать сопротивление! — горячо воскликнул Скоробогатов.

— Только не тем, у кого лопаты больше и мощнее! — возразил Влад. — Кстати, наши лопаты тоже куда‑то подевались.

— Вы снова про своих мифических подземных жителей? — зверем зыркнул на него полковник. — Если память мне изменяет, кто‑то тут рапортовал, что все они благополучно уничтожены!

— Я никогда не говорил этого! — резонно возразил Влад. — Это полицейские ввели вас в заблуждение. Мы же с самого начала предупреждали о том, что Анатомик остался жив и непременно себя покажет! Что он и сделал!

Судя по всему, доводы, приведенные гражданскими не произвели на бравого полковника должного впечатления. А если говорить откровенно, то лишь еще больше разозли его.

Демонстративно игнорируя присутствие Влада и Светланы, Скоробогатов распорядился, чтобы воронку, наполовину раскопанной промоины, оцепили вооруженные автоматами солдаты. Им была дана команда внимательно следить за рыхлым грунтом, который предполагалось вытащить наружу. При малейшем признаке вражеской активности, они должны были открывать огонь на поражение.

После этого, полковник не придумал ничего более умного, чем продолжить раскапывание промоины, в надежде найти пропавших солдат. Он не обманывался, прекрасно понимая, что если им и удастся сделать это то, скорее всего, парни будут безнадежно мертвы.

Вниз были спущено очередное отделение солдат. Но на этот раз лишь в количестве семи человек. Они нагружали грунтом большие оцинкованные ведра, прицепленные проволочными крюками, к веревкам за которые их поднимали наверх их товарищи наверху. После этого ведра относили в сторону и опрокидывали в своеобразные отвалы, из‑за которых продвижение по подвалу теперь было крайне затруднено.

Влад и Светлана Сергеевна стояли на самом краю обрыва и напряженно вглядывались в предательский грунт, таивший в себе смертельную опасность. Время от времени они скептически смотрели в сторону полковника Скоробогатова, который нервно расхаживал тут же, неподалеку.

Полковник часто взглядывал на часы. Он с нетерпением ждал, когда же, наконец, приедет эта самая, чертова группа каких‑то там специалистов. Они уже давным — давно должны были быть здесь. Полковнику не терпелось переложить хотя бы часть грандиозной ответственности на столичных хлыщей. Это было вызвано тем, что, несмотря на показную браваду, он в глубине души не был до конца уверен в том, что действовал правильно.

Стыдно признаться, но он до сих пор, ни разу не видел, ни одного их своих потенциальных противников. Тем не менее, он уже имел небоевые потери. Назвать их боевыми у него бы никогда не повернулся язык, потому что боя, как такового, не было. По той простой причине, что его бойцы еще ни разу не входили в явный контакт с загадочным противником.

От этих мыслей его отвлек отчаянный вопль одного из часовых оцепления вокруг карста.

— Там, вон там! Земля шевельнулась!

Глава 19

Влад, широко открыв глаза и по — детски вытянув шею, смотрел на то, как рыхлый грунт шевельнулся в дальнем углу заваленной промоины.

Подскочив к ближайшему бойцу, полковник Скоробогатов отобрал у него автомат и скомандовал:

— Огонь!

Солдаты принялись поливать пулями участок земли, проявивший подозрительную активность. Бывшие внизу семь человек сбились в кучу в противоположном углу ямы и, не дожидаясь приказа, принялись выбираться наверх по деревянной лестнице.

Светлана решительно схватила Влада за локоть и потащила прочь от края обрыва.

— Ты чего? — удивленно спросил он, пытаясь высвободиться и вернуться обратно.

— Заткнись, сейчас же! — не ослабляя захвата, Светлана Сергеевна продолжала оттаскивать Влада прочь от промоины. — Нужно уходить отсюда!

— Ну, прекрати, неудобно, люди же смотрят! — пытался он вразумить вконец обезумевшую от страха женщину.

Со стороны это выглядело несколько комично. Светлана волокла Влада, словно муравей огромного жука, который, при этом, протестующе размахивал лапками. В конце концов, он сдался и позволил отвести себя метров на десять, назад от края ямы.

— Ну, теперь ты довольна? — возмущенно сопя, поинтересовался он у Светланы. — Отсюда же не фига не видно!

И в это самый момент, земля, по всему периметры промоины, одномоментно пришла в движение. В считанные секунды, пояс грунта шириной в три — четыре метра обрушился вниз. Стоявшие на нем солдаты, беспрестанно палившие из автоматов, во главе с полковником Скоробогатовым, провалились вниз в образовавшуюся гигантскую воронку. Туда же оказались сброшены и, пытавшиеся выбраться по лестнице, солдаты вместе с шаткой деревянной конструкцией.

Если бы не Светлана со своим женским сверхчутьем, то они с Владом тоже неминуемо оказались сейчас бы на самом дне воронки.

Солдаты оцепления поспешно поднимались на ноги и, встав спина к спине, занимали круговую оборону. Скоробогатов подбадривал своих бойцов крепким словцом и солеными шутками — прибаутками.

Влад и Светлана, застыв от ужаса, смотрели, на то, как в середине воронки, за спинами стоящих кругом, ничего не подозревающих бойцов, из‑под земли бесшумно возникает нечто настолько уродливое и омерзительное, что у них тошнота подступила к горлу. Более всего это походило на перевернутый в половодье вверх корнями ствол дерева. Только состояло это все не из дерева, а из живой окровавленной плоти, с торчащими из нее во все стороны трубчатыми костями самого разного размера. Вся эта кошмарная конструкция была увита раздутыми, как при варрикозе, узловатыми кровеносными сосудами.

— Сзади! — заорал благим матом Влад, но было уже поздно.

Прежде чем бойцы развернулись, и успели открыть огонь, огромный кровавый пень неожиданно легко прокрутился несколько раз вокруг своей оси, словно жуткое кровавое веретено. После этого, земля ушла из‑под ног, у бывших внизу людей и они провалились.

Всего через долю секунды в воронке не осталось ни одного человека. Что именно с ними произошло, там под землей, можно было только догадываться. Но одно было, несомненно, всех их уже не было в живых.

Только что в подвале стоял неумолчный грохот автоматных очередей, возбужденные людские крики и, вдруг все разом стихло. Это было настолько страшно и непостижимо, что просто не укладывалось в голове.

Нескольким автоматчикам, бывшим наверху, каким‑то чудом удалось избежать общей участи и они, балансировали на самом краю обрыва, пытаясь удержать шаткое равновесие. До тех пор, пока их товарищи, находились внизу, они не могли стрелять в «кровавое веретено», опасаясь зацепить их. Но теперь, после того, как внизу не осталось, ни одного человеческого существа руки у них были полностью развязаны.

Без всякой команды, практически одновременно, оставшиеся бойцы открыли огонь. Перекрывая грохот автоматных выстрелов, воздух оглашали крики, исполненные ярости и гнева. Парнями двигала ярость и желание отомстить за товарищей принявших жуткую, мученическую смерть, где‑то там глубоко под землей.

Прежде чем залечь, увлекая за собой Светлану, Влад успел заметить, как от «кровавого веретена» полетели брызги и ошметки мяса, вырванные автоматными очередями.

Уже лежа на земле, Влад услышал быстрые ритмичные звуки — нечто среднее между человеческим чиханием и фырканьем рассерженной кошки. Это сопровождалось предсмертными вскриками солдат полными отчаяния и боли. Приподняв голову, Влад успел увидеть, как в яму обливаясь кровью, один за другим, рухнули последние бойцы.

В подвале воцарилась полная тишина. Не было ни предсмертных стонов раненных, не было слышно, вообще, ничего! Лишь в одном из прожекторов шумно щелкала, собираясь перегореть лампа.

Влад, продолжая настойчиво вслушиваться в тревожную тишину, почувствовал, как Светлана тянет его за рукав пиджака.

Повернув к ней голову, он увидел, что она указывает ему на что‑то глазами. Проследив за направлением ее взгляда, он вздрогнул от неожиданности. Всего в паре метров от них, на земле лежал фрагмент человеческой руки с обнажившимся неровным обломком кости.

Светлана приблизила лицо к Владу и в самое ухо прошептала:

— Руку оторвало от предплечья! Тут, явно, не гнилыми зубами плевались!

Влад, молча, кивнул. Если «волынку» можно было сравнить с автоматом, то тут, судя по запросто оторванной руке, и скорострельности, поработал крупнокалиберный пулемет Анатомика.

Неожиданно размышления Влада были прерваны каким‑то легким шумом, послышавшимся со стороны воронки. Похлопав Светлану по плечу, он развернулся в сторону выхода из подвала и пополз, низко прижимаясь к земле. Преодолев, таким образом, несколько метров он оглянулся и обомлел.

Светлана, высоко задирая зад, плотно обтянутый перепачканными в глине светло — голубыми джинсами старательно ползла в его сторону. А над воронкой возвышалась ужасная голова «кровавого веретена». За то время пока они ползли она, словно перископ подводной лодки, успела высунуться из земли на высоту нескольких метров.

— Ну, все кранты! — пронеслось в голове Влада. — Сейчас эта тварь порвет нас на куски из своей крупнокалиберной пневматики! Какая жалость! А я так и не переспал со Светланой Сергеевной!

Какой‑то частью своего мозга явно, принадлежащей не пошляку и похабнику, а скорее технарю — инженеру, Влад с изумлением обнаружил, что в конструкции «веретена» во множестве присутствуют металлические детали. Причем, с точки зрения, человеческой техники их наличие в данных узлах было бессмысленно. Более того, оно было просто абсурдно.

В этот момент Светлана ткнулась в кроссовок Влада. Она подняла голову и повстречалась с ним взглядом.

— Ну, чего ждем?

Влад пристально смотрел в льдистые голубые глаза Светланы Сергеевны и думал, что никогда не было в его жизни более желанной женщины, чем она. И никогда больше уже не будет. Потому, что всего через мгновение ее дивное тело будет разорвано на бесформенные куски, очередью огромных костяных пуль, выпущенных «кровавым веретеном».

Впрочем, так же, как и его собственная огромная туша. От мысли, что его жирными внутренностями, забрызгает деликатные останки любимой женщины, Влада слегка покоробило.

С другой стороны, если уж это все равно должно случиться. То лучше встретить это грустное событие именно так — глядя в глаза любимой. Пусть это будет последним, что он увидит в этом мире.

— Ты что оглох? — раздался возмущенный шепот Светланы.

После чего его толстую икру ожгла резкая боль, от которой он едва не вскрикнул. Лишь секундой позже до него дошло, что это разгневанная Светлана Сергеевна основательно ущипнула его.

Некоторое время Влад размышлял, стоит ли сказать Светлане о том, что за ними пристально наблюдают? А то что «кровавое веретено» пялится на них во все «глаза», или какие‑то там специальные рецепторы, было для него несомненно.

Но время шло, а чудище по — прежнему не двигалось и не предпринимало никаких шагов. По какой‑то непонятной причине оно не торопилось уничтожать беззащитных людей. Быть может, оно, наслаждаясь собственным могуществом, просто решило поиграть с ними, как кошка играет с мышкой? В любом случае, предоставленную фору следовало использовать по максимуму, и немедленно.

— Давай вперед — я за тобой! — велел Влад Светлане.

— Вот еще! — возмущенно фыркнула она. — Ты выдумал это только лишь для того, чтобы тебе было проще пялиться на мою задницу!

— Дура набитая! — проникновенно сказал ей Влад. — Ползи, если не хочешь оказаться в воронке!

Как ни странно, но это подействовало. Светлана быстро заработав локотками и коленями двинулась вперед. Проползая мимо Влада, она показала ему язык. Язык был длинный, тонкий и очень розовый. Влада посетила шальная мысль, что, быть может, стоит прямо сейчас попробовать его на вкус? В этом была своя прелесть — погибнуть, целуясь с любимой женщиной взасос.

Но к тому времени, когда он, наконец, совсем было решился, Светлана уже успела уползти далеко вперед. Проклиная себя за нерешительность, Влад бросил быстрый взгляд назад. «Кровавое веретено» все также неподвижно торчало в воздухе, никак не реагируя на их передвижения. Быть может, у них появился реальный шанс спастись?

Решив не испытывать судьбу, Влад пополз вслед за Светланой, поминутно оглядываясь, в ожидании подлого выстрела в спину. Но вместо этого сзади, вдруг послышался шум тяжелых шагов. Их источник пока еще не был виден, так как, по всей видимости, находился еще внутри самой воронки.

Влада неожиданно посетило озарение. Он внезапно понял, чем было вызван странный гуманизм «кровавого веретена». Это было очевидно — их со Светланой хотели взять живыми!

Всхлипнув от ужаса, Влад вскочил на ноги, ожидая, что его тут же разорвет на куски очередь костяных пуль. Но ничего не произошло и это лишь укрепило Влада в страшном подозрении. Когда же над верхним краем воронки замаячил голова какого‑то неведомого существа, подозрения переросли в уверенность.

Он схватил Светлану Сергеевну за талию и рывком поднял ее на ноги.

Не давая ей оглядываться, он прокричал:

— Беги что есть силы! Выбираемся из подвала наружу!

Светлана не заставила себя уговаривать дважды и побежала, виляя между куч грунта извлеченных из промоины.

— Может, объяснишь, в чем дело? — тяжело дыша, поинтересовалась она.

— На нас объявлен сезон охоты! — прокричал Влад. — Не останавливайся! Потому, что охотники идут за нами по следам!

Внезапно у них над головами веером просвистела целая россыпь костяных пуль, за ней другая, заставляя их остановиться.

— Вперед, вперед! Не обращай внимания, нас просто запугивают! — крикнул Влад Светлане, которая начала притормаживать.

Практически, они уже были вне зоны досягаемости «кровавого веретена», так как обзор ему перекрывали многочисленные холмы грунта, среди которых лишь на короткое время мелькали фигуры беглецов.

Неожиданно, у них за спиной послышался тяжелый топот множества бегущих ног. Влад, не сбавляя темпа, оглянулся и почувствовал, как внутри него что‑то оборвалось. За ними гнались около десяти человек. Те самые, которые вылезли из воронки.

Но это были не люди — это были нелюди, созданные Анатомиком. Вернее будет сказать, переделанные им из обычных, нормальных людей. Каким‑то непостижимым образом мышцы их были наращены и теперь выглядели чудовищно гипертрофированными. Это были не тупые, примитивные «землекопы», это были мощные и вместе с тем быстрые бойцы. Закованные в броню, они были вооружены, каким‑то диковинным стрелковым оружием, созданным на базе отбитых у солдат полковника Скоробогатова «калашниковых»..

Внезапно Влад понял, что «суперсолдаты» Анатомика также были созданы, что называется, на базе захваченных мертвых тел некогда живых солдат. Выглядели они просто кошмарно. Незащищенная, неприкрытая доспехами плоть была отвратительного синюшного оттенка. По всей видимости «солдаты» были полностью обескровлены, а место крови занял какой‑то ее заменитель.

И вот теперь дюжина этих созданий дружно топала вслед за Владом и Светланой, для того чтобы захватить их целыми и невредимыми. Если бы это было не так, они бы уже давным — давно пристрелили их из своих диковинных автоматов.

Влада не переставал мучить один единственный вопрос — зачем им это было нужно?

Глава 20

Когда Владу стало казаться, что все пропало, и жуткие твари, бегущие вслед за ними, вот — вот схватят их, вдалеке замаячил светлый прямоугольник распахнутой настежь двери. Как выяснилось, до выхода из подвала было рукой подать. Уходя от погони, Влад должен был смотреть себе под ноги, чтобы не навернуться, споткнувшись о какую‑нибудь ржавую трубу, которых в подвале валялось огромное количество. Они были разбросаны, словно валежник в лесу, сорванный ветром во время ночной бури.

Светлана, к тому времени, уже успела утолить свое женское любопытство. На свою голову, она оглянулась для того, чтобы посмотреть, кто же за ними гонится? Теперь, после того, как она разглядела преследователей, Светлана Сергеевна неслась, как Олимпийская чемпионка по спринту, из Нигерии, которую спугнул саблезубый тигр.

Влад, тем временем, подскочил к сложенной вдоль стены груде металлолома, возвышающейся почти до самого потолка. Наваленные, как попало, демонтированные вентиляционные короба и воздуховоды, являли собой довольно шаткую, неустойчивую конструкцию.

Схватившись обеими руками за, торчавшую из основания кучи, толстую трубу, Влад, используя ее в качестве рычага, с грохотом обрушил гору металлолом поперек подвала. После этого он, тяжело пыхтя, бросился догонять Светлану. Догнать он ее, конечно же, не догнал, но все же существенно сократил дистанцию, разделяющую их.

Услышав за спиной грохот преследователей, карабкающихся на баррикаду из металлолома, он с удовлетворением отметил, что, своим последним маневром, существенно осложнил им жизнь.

Светлана, пританцовывая от нетерпения, в светлом прямоугольнике подвальной двери, криками подбадривала окончательно выбившегося из сил Влада.

Под ребрами у него немилосердно кололо, в легкие, изодранные непосильной нагрузкой, словно насыпали толченого стекла. Дышать было больно, каждый вдох давался с трудом и заставлял Влада страдать неимоверно. Сердце колотилось где‑то в районе кадыка. Казалось, еще немного и оно сумасшедшей лягушкой выпрыгнет изо рта наружу.

Последние десять метров Влад пробежал, уже совершенно не соображая — кто он, и где он. Темнее менее, ему удалось пересечь стальной порог двери, до того как его достали цепкие лапы страшных созданий Анатомика. Едва попустив его наружу, Светлана, навалившись всем телом, тут же принялась закрывать тяжелую массивную дверь.

— Помогай! — прокричала она Владу, который, опершись ладонями о колени, тщетно пытался отдышаться.

Голос Светланы оказал на него волшебное действие, подобное звуку боевого рога на старого боевого коня. С кряхтением разогнувшись, он подошел к двери и, упершись в нее руками, с грохотом захлопнул ее.

— Штурвал! — прокричала Светлана, принимаясь вращать большое ржавое колесо запорного механизма расположенного посередине двери. — Если его не запереть, твари вырвутся наружу!

Штурвал подавался с большим трудом, издавая отвратительный скрип. По всей видимости, последний раз его смазывали задолго до того, как завод был закрыт. Влад, срывая кожу на ладонях, вращал колесо, которое сантиметр за сантиметром постепенно сдавало позиции. Скошенные концы толстых стальных штырей уже вошли в вертикальные, и горизонтальные пазы, расположенные на массивном стальном косяке, когда на дверь со стороны подвала, вдруг, обрушилось что‑то тяжелое.

Влад, не прерывая своих титанических усилий, продолжал вращать колесо запорного механизма. Неожиданно по дверному полотну, со стороны подвала, принялось что‑то барабанить. Ощущение было такое, словно в подвале пошел град, а градины были размером с гусиное яйцо.

— Костяные пули! — хладнокровно прокомментировала это явление Светлана Сергеевна.

— Бесполезно, дверь бомбоубежища рассчитана на мощный бомбовый удар! Так что зря ребята стараются, своими стрелялками они ее точно не пробьют! — криво улыбнулся, вконец измученный Влад. — Все, замок полностью закрыт! Осталось его только чем‑нибудь надежно заблокировать.

Отойдя от двери, он посмотрел на свои окровавленные ладони, после чего хладнокровно обтер их об джинсы. Светлана, молча, подошла к нему и поцеловала его в щеку.

— Это тебе за волю к победе! — улыбнулась она. — За то, что добежал!

— Этот нечестно! Один единственный целомудренный, сестринский поцелуй! — неискренне возмутился Влад.

— Ты хотел заблокировать штурвал, — напомнила Светлана, протягивая ему прут арматуры.

Тяжело вздохнув, Влад засунул арматурину между спицами запорного колеса, надежно уперев ее в дверь.

— Ты ничего не слышал? — встревожено спросила Светлана. — По — моему, там наверху кто‑то стреляет!

По мере того как они поспешно поднимались по ступеням лестничной клетки, шум доносившийся сверху становился все сильнее. Кроме звуков автоматных очередей были слышны яростные крики. Все это говорило о том, что на территории завода идет нешуточный бой.

— Да что же этот такое? Неужели эти подземные солдатики выбрались наружу, каким‑то другим путем? — сокрушенно бормотал Влад, тяжело топая по ступеням.

К этому времени, они со Светланой уже благополучно выбрались в холл. Но там никого не было. Повсюду валялись стреляные автоматные гильзы. Кое — где на полу влажно блестели свежие лужицы крови.

Все окна в «стакане», где располагалась вахта, были выбиты. Под ногами хрустели осколки стекла.

Влад подобрал брошенный кем‑то автомат, вынул магазин и убедился, что в нем еще есть какое‑то количество патронов.

— По крайней мере, для того, чтобы застрелиться хватит! — подмигнул он Светлане.

Но она, отнюдь, не разделяла его игривого настроения.

— Посмотри лучше сюда! — ткнула она пальцем на пол. — Знаешь, что это такое?

Влад посмотрел в указанном направлении. Там на полу были видны размазанные потеки крови, тянущиеся в сторону двери, выходящей на заводской двор.

— Кого‑то тащили? — предположил он.

— Правильно! Это следы волочения окровавленного трупа, — кивнула Светлана. — Который тащили безо всякого почтения, словно кусок мяса.

— Вернее будет сказать — добычу! — недовольно проворчал Влад. — Хочешь сказать, что там во дворе армейские бьются с уродами Анатомика?

— А ты считаешь, что это полиция с военными не поделила кучу мусора? — фыркнула Светлана. — Давай уже выбираться отсюда, пока еще чего‑нибудь не случилось.

Влад кивнул и, пригнувшись, направился к двери, ведущей на улицу. Держа автомат на изготовке, он стволом приоткрыл дверь. И тут же осторожно прикрыл ее обратно.

Сделав страшное лицо, он рукой поманил Светлану Сергеевну за собой и быстрыми шагами двинулся к выходу во двор.

— Что там такое? — поинтересовалась Светлана, поравнявшись с ним.

— Нам там не пройти, — скупо ответил Влад и, не таясь, решительно распахнул дверь во двор.

В то же мгновение, он вынужден был присесть, утянув за собой на землю и Светлану. А в то место где всего мгновение назад были их головы, в дверное полотно с отвратительным костяным стуком впились большие коренные зубы. Стас, не целясь, дал короткую очередь из автомата в том направлении, откуда в них стреляли.

Подхватив Светлану под руку, он отбежал в сторону от двери, после чего они присели за стопкой, сложенных друг на друга, железобетонных плит перекрытия. Выстрелы в их сторону прекратились, из чего Влад сделал вывод, что кто‑то из тварей держал под прицелом дверь, ведущую в заводской корпус.

Высунувшись из‑за плиты, Влад внимательно огляделся и уныло присвистнул. За то время, что они провели со Светланой в подвале, на заводском дворе многое успело измениться. Сейчас там творилось действительно нечто страшное. Насколько смог разглядеть Влад, на тех местах, по периметру заводского двора, где было выставлено оцепление, теперь змеилась неровная траншея. Она была неглубока, но ее вполне хватило для того, чтобы бесследно поглотить всех бывших там солдат.

Действия Анатомика не отличались большим разнообразием и оригинальностью. Здесь была применена та же самая тактика, что и возле полузасыпанной карстовой промоины в подвале заводского корпуса. А, быть может, и не было никакой необходимости, выдумывать, что‑то новое. По всей видимости, Анатомик придерживался принципа разумной достаточности. По той простой причине, что подкопы были произведены практически одновременно, то и эффект неожиданности сработал одинаково результативно и в том, и другом случае.

Поперек всего двора протянулась трещина, с обваленными краями. Можно было подумать, что она появилась там, в результате землетрясения. Из нее торчали вверх задними колесами несколько бортовых машин, на которых привезли солдат. Вокруг них во множестве валялись неподвижные тела в зеленом камуфляже.

Влад понял, что огромная канава представляет из себя довольно примитивную, но весьма результативную ловушку. Такие ставили на лохматых мамонтов еще наши далекие доисторические предки. Только там они прикрывали яму ветками, а здесь подкоп был произведен настолько виртуозно, что наружный слой земли даже не был поврежден.

В яму уже провалилось множество беспорядочно отступающих солдат. Тем, кому повезло больше, яростно отбивали атаки теснящих их, закованных в броню, созданий Анатомика. Отвратительные, сирепые твари бродили повсюду и это были уже не примитивные «землекопы» — это были бойцы. Они деловито добивали раненных при помощи огромных лезвий.

Какие‑то совершенно немыслимые конструкции из костей и мышц, неторопливо складировали мертвые тела рядами. У Влада создалось впечатление, что их подвергали некоей сортировке, в зависимости от характера повреждений. После этого трупы везли в здание завода на тележках, сваренных из подручного металла, которого повсюду валялось великое множество.

Выбравшись из подвала, Влад и Светлана умудрились оказаться в глубоком тылу смертельно опасного врага. Они были до сих пор живы лишь потому, что об их существовании еще никто не догадывался. Но это положение могло измениться в любой момент. Стоило лишь какому‑нибудь полутрупу сунуть свой гнилой нос за стопку железобетонных перекрытий. Что при таком количестве шатающихся по двору нелюдей должно было неминуемо произойти. Рано или поздно. Но такой вариант Влада не устраивал. Нужно было срочно прорываться сквозь упырей, перепрыгивать через траншею и убираться отсюда как можно дальше.

Неожиданно его внимание привлекла группа солдат, выскочивших, словно чертики из табакерки, сквозь выбитые окна первого этажа заводского здания. Откуда они там взялись было совершенно непонятно. Но Владу было совсем не пустопорожних теоретизирований.

— Сейчас или никогда! — пробормотал он и, повернувшись к Светлане, добавил, — Не отходи от меня ни на шаг! Побежали!

Выскользнув из‑за своего укрытия, они ринулись по кратчайшей прямой в сторону, пересекающей двор, траншеи — ловушки. Воспользовавшись тем, что вся разномастная толпа нелюдей перенесла свое внимание на группу прорывающихся солдат, Влад очень наделся, что им со Светланой удастся пересечь двор, не привлекая к себе особого внимания. Но как вскоре выяснилось, он очень сильно заблуждался.

Глава 21

Влад со Светланой выбрались из своего укрытия и стремглав бросились бежать. Неожиданно, словно по команде, несколько «солдат» Анатомика повернули в их сторону свои безобразные головы. Глаза их, находящиеся в прорезях глубоко надвинутых на лица шлемов, не были видны. Но Влад мог бы поклясться, что он отчетливо чувствует сочащуюся через них злобу и ненависть, ко всему человеческому.

Он, с замиранием сердца, ждал, что «солдаты» примутся поливать их костяными пулями. Но вместо этого, те неожиданно сформировали группу в количестве пяти особей и поспешно двинулись им наперерез. При этом Владу показалось, что они переговариваются между собой. Если конечно можно было назвать разговором звуки, издаваемые ужасными конструкциями, наспех сляпанными из грубо разъятых кусков человеческой плоти.

— Влад, похоже, что они тоже хотят поиграть с нами в догонялки! — крикнула Светлана на ходу, нагнувшись, и подобрав, лежащий на земле, «калашников». — Как эта штуковина работает?

— Как любая другая стрелялка! — выкрикнул, тяжело пыхтя, Влад. — Наводишь ствол на негодяя и давишь на курок! Чем дольше, тем меньше у него шансов уцелеть! Только, покрепче держи автомат двумя руками! И не верти так стволом, а то меня застрелишь!

В это время, наперерез беглецам кинулось совершенно немыслимое создание. Огромная карикатурная фигура, словно появившаяся из детского мультфильма, сильно смахивала на плечистого моряка или гангстера, с крошечными ножками, Ее можно было бы назвать смешной, если бы не, то кошмарное обстоятельство что на ее создание ушло, как минимум два человеческих тела. Которые, вплоть до этого самого момента, были живыми и здоровыми особями мужского пола.

Мышечные ткани в этой химере были соединены между собой в каких‑то совершенно невероятных сочетаниях, в нарушение всех мыслимых закономерностей. Это напоминало неуклюжую попытку дикаря, впервые взявшего в руки скульптурную глину, слепить копию «Давида» Микеланджело.

Венчала, это творение Анатомика, непропорционально маленькая голова, которая росла прямо из могучих плеч, при полном отсутствии какой бы то ни было шеи.

Сначала это вызвало у Светланы Сергеевны глухой протест, а потом и гнев по поводу глумления над академическим совершенством человеческого тела. Помня инструкции данные ей Владом, она навела ствол автомата на безобразное чучело, после чего нажала на спуск.

Лишь первая пуля угодила в цель. Она попала в левую невообразимо раздутую большую грудную мышцу монстра. По всей видимости, Светлана Сергеевна решила, что там у него находится сердце. Но судя по всему, она ошибалась, потому что микроцефал, лишь обиженно хрюкнул и, не сбавляя набранного темпа, продолжил двигаться на них.

С другой стороны беглецам на пятки уже наступали пятеро вражеских «солдат». Они по — прежнему не открывали огонь. Впрочем, такое определение вряд ли подходило для их кошмарного оружия, выплевывающего костяные пули. Все это вихрем пронеслось в голове Влада. Когда же туша микроцефала угрожающе нависла над ними, он решительно взял инициативу в свои руки.

У Светланы, к тому времени, закончились патроны, и она отбросила ставший бесполезным автомат. Ее знакомство со стрелковым оружием закончилось полной неудачей. Если ей и удалось нанести хоть какой‑то вред наступающему на них монстру, то внешне это на нем никак не сказалось.

Влад поступил дешево и сердито. Длинной очередью из автомата он перебил микроцефалу сначала одну ногу, а затем и другую. Оставшись без опоры, монстр тяжело рухнул на землю, прямо на свою могучую грудь. Впрочем, это нисколько не повлияло на его решимость схватить беглецов, и он продолжил двигаться вперед при помощи своих огромных бугрящихся горами мускулов рук.

К этому времени, Влада и Светлану от стремительно наползающего на них монстра отделяли лишь считанные метры. Воспользовавшись тем, что оказавшись у него прямо под ногами, маленькая голова чудовища превратилась в идеальную мишень, Влад разнес ее на куски. После чего, схватив Светлану за руку, он, не сбавляя темпа, обежал преграждающую им дорогу тушу микроцефала, превратившуюся в гору мертвого мяса. Когда они уже почти обогнули его, неожиданно одна из рук чудовища, в стремительном броске, попыталась ухватить Светлану Сергеевну за лодыжку. И это удалось бы ему в полной мере, если бы испуганно взвизгнувшая Светлана, в отчаянном прыжке, не вынесла свое тело из зоны досягаемости ужасной обезглавленной твари.

Продолжая истошно визжать, Светлана, увлекаемая Владом, неслась в сторону пересекающей им путь траншеи.

— Прекрати сейчас же! — прокричал на бегу Влад. — Ты своими воплями только еще больше раззадоришь наших преследователей!

Этот монолог лишил его остатков воздуха в запаленных легких. Отпустив руку Светланы, он остановился и развернулся, для того, чтобы встретить лицом к лицу пятерку «солдат» Анатомика. Но то, что он при этом увидел, ему очень не понравилось.

Едва ли не все, бывшие на заводском дворе, твари, побросав свои «дела» подключились к погоне за ними. Разношерстная толпа, собранных из кусков человеческой плоти, кошмарных тварей, в полном молчании стягивалась вокруг них со Светланой в кольцо.

— Да, что же это такое, в самом деле? — чувствуя, как у него от ужаса поднимаются волосы дыбом, вскричал Влад, паля из автомата в надвигающихся со всех сторон монстров.

Светлана стояла за спиной Влада. Бежать было некуда. Путь вперед был отрезан, потому, что твари Анатомика, обступив их со всех сторон, уже успели сомкнуть ряды. И теперь медленно, но неуклонно, подбирались к ним.

Влад, в полной мере осознав, что продолжительность их со Светланой жизней, напрямую зависит от того, насколько у него хватит патронов, уже давно стрелял одиночными. С горечью, он должен был признаться себе, что их время стремительно тает.

В глубине его сознания ворохнулась шальная мысль — застрелить Светлану, после чего себя, и не дать тварям взять их живыми. Но он тут же с негодованием отверг ее, понимая что просто не сможет заставить себя убить Светлану. Он бы без колебаний пустил себе пулю в голову, но он не мог оставить Светлану одну. И убить ее он тоже не мог.

Решив держаться до последнего, Влад расчетливо расходовал патроны, тщательно целясь в уязвимые места тварей Анатомика. Как выяснилось, монстры отнюдь не были неуязвимыми, как ему показалось в самом начале. Пуля, попавшая в прорезь забрала шлема, как ни странно, не убивала тварь. «Солдат» с вышибленными мозгами терял координацию и начинал кружить на одном месте, словно танк с подбитой гусеницей. Или принимался бесцельно блуждать по двору, натыкаясь на других «солдат» и затрудняя их передвижение.

Тем временем, воспользовавшись тем, что противник, фактически, перестал обращать на них внимание, остатки разгромленной войсковой части прорвали блокаду и устремились с территории завода.

Внезапно раздался натужный рев двигателя и во двор, в клубах пыли, въехала инкассаторская машина. Влад недоуменно покосился на броневик, недоумевая — откуда здесь взялась эта неуклюжая машина? И в это время из, находящегося на крыше, люка с ревом ударила тугая струя огня.

Прорубив себе огненную просеку в рядах «солдат» Анатомика, броневик пополз дальше, непрерывно поливая неприятеля, огнем.

Те твари, которых накрыло огнеметом, начинали метаться, словно живые факелы, потом падали на землю и продолжали гореть, уже не подавая никаких признаков жизни.

Влад, закинув автомат за спину, схватил Светлану и бросился прямо навстречу огненной струе с ревом изрыгаемой броневиком. Твари Анатомика, на время словно перестали замечать их и полностью сосредоточились на инкассаторской машине. По броневику защелкали костяные пули разного калибра. Плотность «огня» была такой, что казалось, будто по корпусу машины безостановочно молотит костяной град.

Но, обшитый толстыми стальными пластинами, сейф на колесах, по счастью, был неуязвим. В результате массированной атаки монстров с него лишь посшибало краску, в результате чего он стал пятнистым, словно леопард.

В какой‑то момент, огнемет из броневика, прекратил поливать противника огнем и дал возможность Владу со Светланой пробежать через, прорубленную им прореху, в обороне противника. Едва они выбрались из кольца окружения, как у них над головами с ревом пронеслась свирепая струя огня. Забежав за броневик, Влад и Светлана остановились, чтобы отдышаться.

В это время «солдаты» Анатомика внезапно бросились врассыпную и принялись прятаться в заводском корпусе. А броневик, не рискуя соваться глубоко во двор, чтобы не провалиться в подземную яму — ловушку, продолжал беспощадно уничтожать нечисть, выжигая скверну огнем. Но вскоре, он уже не мог достать бегущего противника, оказавшегося слишком далеко, и прекратил заливать двор огнем.

Навстречу Владу и Светлане Сергеевне выдвинулся взвод пехоты, рассыпался по двору и открыл шквальный огонь по отступающему противнику. Сквозь грохот автоматной стрельбы Влад неожиданно услышал подозрительный звук, раздавшийся откуда‑то сверху. Задрав голову, он с замиранием сердца, увидел, как на крыше завода медленно вырастает голова огромного «кровавого веретена». Она была в несколько раз крупнее того, с которым им уже приходилось иметь дело в подвале.

Поднявшись на высоту нескольких метров, «веретено» застыло кровавой сторожевой башней. Так оно простояло без движения несколько долгих минут. За это время, Влад успел хорошенько рассмотреть и оценить мощь воздвигнувшей самой себя конструкции. Колонна, которую венчала развесистая голова «кровавого веретена», была в основании не менее полутора метров в диаметре.

— Пошли скорее отсюда! — нетерпеливо потянула Светлана Сергеевна Влада за руку. — Эта жуткая штуковина там неспроста появилась! Пусть с ней разбираются профессиональные военные!

Влад, поминутно оглядываясь, нехотя пошел вслед за Светланой, которая тащила его словно упирающегося упрямого слона за хобот. Но ничего не происходило. «Веретено» по прежнему не выказывал никаких признаков активности, а попрятавшиеся в здании завода «солдаты» Анатомика тоже вели себя тихо и не показывались.

У Влада было такое впечатление, что страшный пришелец из доисторических времен, подсчитывает понесенные им потери. Надо признать, что они были очень впечатляющими. Примерно половина его кошмарного воинства была безвозвратно уничтожена огнеметом.

— Как думаешь, Анатомик не сможет использовать эти головешки для того чтобы наклепать из них новых солдатиков? — задумчиво спросил он Светлану.

— Вряд ли, этот пригоревший шашлык на что‑то годен, — покачала она головой. — Мы, то есть, люди, являемся белковыми организмами. А температура, при которой белок претерпевает необратимые изменения — всего шестьдесят градусов Цельсия.

— Если только этот гребаный гений, каким‑то образом не модифицировал его, — с большим сомнением проговорил Влад.

Глава 22

Влад и Светлана вместе с группой, вырвавшихся с территории завода, бойцов остановились в недоумении, когда путь им преградили вооруженные люди, облаченные в костюмы биологической защиты.

Неподалеку от завода, на заросшем бурьяном пустыре срочными темпами возводился палаточный городок. Всех принимавших участие в боевых действиях с доселе неизвестным противником, препроводили к большой палатке, в которой было развернуто некое подобие полевого госпиталя.

Тем временем, по дороге подходили все новые машины, на которых прибывало вооружение и оборудование. Влад с удивлением обнаружил, что военные подтянули даже ракетную установку класса «земля — воздух», смонтированную на базе тягача. Неподалеку от лагеря, вздымая тучи пыли и гремя гусеницами, проследовала колонна из нескольких легких танков.

После того, как у Влада и Светланы взяли пробы крови, для проведения анализов, их разместили в отдельно стоящей палатке. Где они должны были находиться до окончания карантина.

— И сколько вы намерены нас здесь держать? — поинтересовалась Светлана Сергеевна у молодой женщины, облаченной в скафандр биозащитного костюма.

— К сожалению, я не могу сказать вам ничего конкретного, — устало пожала плечами та. — Всем заправляет Вождь. То есть, я хотела сказать начальник временного штаба МЧС полковник Златоустов.

Когда Светлана увидела Златоустова, она поняла, откуда у него такое странное прозвище. Это был высокий, краснолицый старик с гордым профилем индейского вождя. Эмчеэсовская форма сидела на его поджарой фигуре, как влитая. Несмотря на возраст, полковник держался прямо, словно аршин проглотил. Он самолично руководил разгрузкой прибывающего оборудования, отдавая распоряжения громким скрипучим голосом. При этом полковник не стеснял себя в выражениях.

— Сынок, мать твою! Ты, либо, очень богатый, либо законченный идиот! Ты хоть знаешь, сколько стоит прибор, который ты только, что приложил о землю? — распекал Вождь солдата, недостаточно осторожно поставившего ящик с каким‑то оборудованием. — Если он, не дай бог, сломается, я тебя, по законам военного времени, повешу на дверной ручке сортира!

К большому удивлению Светланы и Влада, Вождь неожиданно нанес им визит, буквально через полчаса после их заключения в карантин.

У входа перед палаткой послышался голос часового:

— Товарищ полковник, но без средств защиты с ними запрещено контактировать!

— Что же прикажешь мне защитный комплект на себя напяливать? Кончайте мне тут бюрократию разводить! Солдат, уйди в сторону, не то я тебя сам сейчас уйду! — после этих слов, полог палатки распахнулся, и в образовавшемся проеме показалась сухопарая фигура Вождя.

Влад и Светлана, при появлении гостя, поднялись с раскладушек, на которых сидели до сих пор. Сердито глянув на них, Вождь раздраженно буркнул:

— Чего повскакали? Вольно! Не будешь возражать?

Последнее замечание было адресовано Владу, на раскладушку которого присел Вождь.

— Да, ради бога! — Влад пожал плечами и сел рядом.

— Товарищ полковник, а вы не боитесь подхватить от нас какую‑нибудь инопланетную заразу? — ядовито поинтересовалась Светлана.

— Светлана Сергеевна, мне в моем возрасте бояться уже нечего, — усмехнулся Вождь.

— Однако вы времени зря не теряли! — удивленно подняла брови Светлана.

— Точно также, как и наш оппонент, — кивнул Вождь. — Пока мы с вами здесь прохлаждаемся, он, там, на заводе, развил бешеную активность. Кстати, ведь это именно вы окрестили его Анатомиком?

Светлана утвердительно кивнула.

После этого Вождь подверг их с Владом допросу с пристрастием. Его интересовало буквально все. Самые мельчайшие детали, имеющие отношение к Анатомику и его кошмарным созданиям.

Неожиданно разговор был прерван бравурной рокнрольной музыкой. Вождь, достав из кармана старый, видавший виды мобильник, гаркнул в него:

— Полковник Златоустов на проводе!

Пока он оживленно обсуждал, что‑то по телефону, Влад пересел на раскладушку рядом со Светланой и шепнул ей на ухо:

— Этот дедок такой же эмчеэсовец, как я — Дед Мороз!

Светлана ничего не успела ответить, потому что Вождь, спрятав мобильник в карман, решительно поднялся и сказал:

— Все, господа хорошие, закончился ваш карантин! Вы, оба поступаете в мое полное распоряжение в качестве консультантов! Прошу на выход!

Выбравшись из палатки, Влад и Светлана тут же машинально пригнулись. Прямо над ними, на бреющем полете прошел военный вертолет, и, заложив крутой вираж, направился в сторону заводского здания, постепенно набирая высоту. Одновременно с этим, из лагеря, лязгая гусеницами, вперед бодро устремились три легких танка. Вслед за ними двинулась рота солдат в касках, и вооруженных автоматами.

Инкассаторская машина с огнеметом тоже ожила. Зафырчав мотором, она медленно двинулась вперед, явно опасаясь провалиться в яму — ловушку.

— Твою мать, ну что за дебил этот Солодовников? — в сердцах сплюнул себе под ноги Вождь и, повернувшись к двум офицерам в форме МЧС, сердито спросил, — Я вижу, что нашему бравому генералу не терпится в солдатики поиграть! Почему мне сразу же не доложили о том, что принято решение о штурме завода?

— Товарищ полковник, мы сами об этом узнали всего минуту назад! — обиженно воскликнул тот, что помоложе.

— Ну и хреново, ежели так! — сердито зыркнул на него Вождь.

Он собирался добавить еще кое‑что покрепче, но в этот самый момент ситуация на территории, атакуемого армейскими подразделениями, завода стала стремительно меняться.

На крыше завода раздался какой‑то подозрительный шум. Влад с замиранием сердца увидел, как башня огромного «кровавого веретена» начала медленно вращаться вокруг своей оси. В это же самое время, вертолет, набрав приличную высоту, двинулся в сторону крыши завода. Видимо он собирался рассмотреть «веретено» поближе, или хотел атаковать его. Но он не успел сделать, ни то, ни другое.

В этот самый момент, «веретено» принялось стремительно раскручиваться в обратную сторону. При этом оно вымахнуло откуда‑то снизу длинное щупальце, на конце которого была зажата большая глыба бетона. Раскрутившись со страшной силой, «веретено» метнуло тяжелый обломок в винтокрылую машину. Вертолет смяло, словно детскую игрушку, после чего он с оглушительным хлопком превратился в огненный шар, окутался облаком черного дыма и рухнул вниз, распадаясь на части.

Танки практически одновременно задрали стволы вверх и выстрелили. Один за другим, прогремели взрывы. После этого на уровне шестого этажа в корпусе завода вспухли облака пыли. Когда они рассеялись, стало видно, что там появились две большие дыры. Еще одна неровная пробоина возникла в межэтажном перекрытии шестого и седьмого этажей. Но достать «веретено», находящееся высоко на крыше, танки не могли по той простой причине, что их пушечные стволы не были рассчитаны на стрельбу под таким крутым углом.

Для этой цели больше подошла бы зенитка. Которой, на тот момент, не было в распоряжении атакующих.

Пехота Анатомика, между тем, не спешила высовываться наружу из заводского корпуса, хорошо запомнив урок, преподанный им огнеметом инкассаторской машины. Вместо этого башня «веретена» вновь начала медленно закручиваться, явно собираясь произвести очередной «выстрел».

Раздались оглушительный пушечный залп. Это танки всадили еще по три снаряда на уровне шестого этажа, кучно положив их прямо под «кровавым веретеном». Это было очень разумное решение. Видимо, командующий атакой, армейский генерал понял, что ему не удастся напрямую уничтожить засевшего на крыше противника. Поэтому он отдал приказ обрушить под ним часть корпуса.

Как вскоре выяснилось, Анатомик тоже хорошо представлял возникшую для башни «веретена» угрозу. Потому что в следующее мгновение его «артиллерия» ответила ответным ударом. Огромная глыба бетона с торчащими из нее прутьями арматуры, выпущенная «веретеном», с непостижимой точностью поразила находящийся в центре танк. Сила, с которой многотонная глыба врезалась в стальную боевую машину, была так ужасна, что ее башню сорвало и отбросило далеко в сторону. А корпус танка смяло, вдавив его глубоко в землю. Последовавший за этим взрыв закончил окончательное разрушение танка.

Влад и Светлана широко раскрытыми глазами смотрели на то, как Анатомик при помощи «кровавого веретена», использующего принцип примитивной пращи, успешно разбирался с современной военной техникой.

Поняв, что им грозит смертельная опасность два оставшихся танка, начали поспешно сдавать назад. Бывшая позади них пехота бросилась врассыпную, освобождая машинам путь к отступлению. И в это время, из выбитых окон первого этажа завода, начали один за другим выбираться наружу кошмарные создания Анатомика. Чувствовалось, что их создатель не тратил времени даром. Оружие, которое сжимали в своих чудовищных конечностях «бойцы» претерпело существенные изменения. Судя по его «стволам» калибр был увеличен в разы, и поражающая мощь соответственно тоже.

Одновременно с этим, экипаж инкассаторского броневика начал проявлять активность, готовясь отразить контратаку противника. Это выразилось в том, что огнемет внезапно выпустил мощную струю огня.

В следующее мгновение земля разверзлась под днищем машины, и броневик весь как был, целиком, провалился в глубокую яму. Огнемет оставался включенным еще несколько секунд, но этого времени хватило для того, чтобы доверху затопить яму — ловушку огнем, превратив ее в кошмарный мангал.

Из ямы высоко в небо взвился черный штопор жирного черного дыма от горящих покрышек инкассаторского броневика. Прогремевший, через некоторое время, взрыв возвестил о том, что с огнеметом покончено. И после этого «солдаты» Анатомика двинулись в контратаку.

К этому времени еще один из танков был расплющен бетонной глыбой, словно консервная банка. Третьей боевой машине удалось‑таки уйти невредимой. Танк заполз в болотистую низину, густо поросшую ивняком, и стал практически невидим для всевидящего «веретена».

Атака, предпринятая армейским генералом, была успешно отбита Анатомиком. А его химеры, перешедшие в успешное контрнаступление, не давали поднять головы, роте солдат, залегшей на подступах к заводской территории. Те немногие из солдат, у которых не выдерживали нервы, вскакивали, чтобы тут же упасть обратно под градом огромных костяных пуль.

Спешно выдвинувшиеся на передовые позиции солдаты с гранатометами успели произвести лишь пару выстрелов, после чего были уничтожены «кровавым веретеном», обрушившим на них, одна за другой, несколько бетонных глыб.

Тем временем, ужасные «бойцы» Анатомика методично зачищали подступы к территории завода от людей. Пользуясь полной безнаказанностью, они безраздельно хозяйничали на ней. Все человеческие тела были заботливо собраны химерами и перенесены вовнутрь завода.

— Анатомику нужно как можно больше трупного материала, — прокомментировала Светлана Сергеевна, наблюдая за манипуляции «землекопов» с телами, через бинокль, позаимствованный у одного из офицеров.

— Зачем? — задумчиво спросил Вождь.

— Вы прекрасно знаете ответ на этот вопрос! — покосилась на него Светлана. — Анатомик наращивает мощь своей армии, чтобы выйти за пределы завода.

Глава 23

На передовую линию выдвинулись снайперы. Это была запоздалая, отчаянная попытка армейского командования спасти своих людей, попавших в засаду. Солдаты, на подступах к заводскому двору, по — прежнему, не могли поднять голову, настолько плотным был «огонь» противника.

Защелкали сухие выстрелы снайперских винтовок Дегтярева — СВД. Это снайперы принялись бегло сокращать поголовье нелюдей. После того, как было уничтожено с полдюжины «солдат» Анатомика, противник незамедлительно принял ответные меры.

С крыши завода, в сторону снайперов понеслась бетонная глыба, с непостижимой силой, раскрученная «кровавым веретеном». Но множество людей, наблюдающих за ходом сражения, вовремя заметили приближение кувыркающегося каменного обломка, и криками предупредили снайперов о грозящей им опасности.

К тому времени, когда кусок бетона метеором врезался в землю, разбросав вокруг себя многочисленные ошметки дерна, там уже никого не было. От чудовищного удара земля вздрогнула, словно при мощном землетрясении. Снайперы поспешно сменили огневые позиции, рассредоточились и принялись, словно москиты, зараженные смертельно опасным вирусом, наносить летальные укусы противнику. Теперь, накрыть их всех одним ударом не предоставлялось возможным. А скорость, с которой выпущенный «веретеном» снаряд несся в сторону цели, позволял последней благополучно увернуться от него.

— А почему не шарахнуть по башне «веретена» вон той штуковиной? — задал Влад Вождю резонный вопрос, кивнув в сторону ракетной установки на мощном шестиосном «Урале».

Вождь недовольно поморщился:

— Кое‑кто из армейских чинов, на самом верху, спит и видит, как бы заполучить и это «веретено» и прочие технологии Анатомика. А ты хочешь по ним ракетами долбануть и все безвозвратно уничтожить!

Влад хотел было резонно возразить, что пока им удастся добраться до этих самых технологий, успеет погибнуть куча людей, но не успел. «Кровавое веретено» сменило тактику и принялось садить бетонными глыбами прямо по палаточному лагерю.

Из‑за высокой скученности людей и техники, каждый «выстрел» производил страшные разрушения. Со всех сторон неслись крики и стоны, раненных и умирающих людей. Кто‑то открыл беспорядочную, остервенелую стрельбу по заводу. Однако, большая часть, проявив похвальное благоразумие, и не дожидаясь явно запаздывающей команды начальства, бросилась самостоятельно спасаться бегством.

Нужно заметить, что ни один бросок «веретена» не пропал впустую. В результате предпринятой им внезапной атаки, территория палаточного лагеря ныне представляла собой невообразимую, ужасную мешанину из раздавленных людей и безнадежно искореженной техники.

Отбежав всего на пару сотен метров в сторону, люди в недоумении останавливались, понимая, что вне лагеря им ничего не грозит. «Веретено» методично утюжило своими глыбами именно территорию лагеря, не выходя за границы четко очерченного периметра. При этом все, что находилось за пределами, огромного прямоугольника, длинная сторона которого составляла никак не менее километра, «кровавое веретено» совершенно не интересовало.

Вождь, несмотря на смертельный риск, принялся поспешно вытаскивать из своей палатки какое‑то сверхценное оборудование. Его люди помогали ему, беспрекословно выполняя распоряжения шефа. Влад со Светланой переглянулись, и принялись помогать эмчээсовцам. Кто‑то умудрился подогнать прямо к палатке крытый фургончик, в который и было благополучно загружено наиболее ценное оборудование, принадлежащее команде Вождя.

Все это время, во время погрузки, Влад с замиранием сердца ждал, что очередная каменная глыба непременно накроет их. Но «веретено», словно не замечало их, и продолжало методично посылать свои смертоносные «снаряды» то в одну, то в другую часть лагеря.

Когда, наконец, был загружен последний ящик с оборудованием, Вождь захлопнул дверь фургончика и, подбежав к кабине, со всего маху хлопнул ладонью по дверце.

— Гони! — что есть мочи прокричал он водителю.

Здоровенный, белобрысый парень понятливо кивнул и, до упора втопив педаль газа в пол, рванул с места, так что из‑под колес во все стороны полетели комья земли. Проявляя похвальную сообразительность и инициативу, белобрысый не просто несся по прямой, стараясь как можно скорее выйти из зоны обстрела, а двигался зигзагами. Словно парусник, движущийся против ветра он, не сбавляя скорости, неся галсами, поминутно виляя из стороны в сторону. Тем самым существенно усложняя «кровавому веретену» задачу по его выцеливанию.

Однако, чудовищный биомеханизм, по счастью, не проявляя к верткому, белому «Форду», какого бы то ни был интереса, продолжая методично уничтожать палаточный лагерь противника. Вождь, со всей своей командой, включая ее новых членов, в лице Влада и Светланы, с замиранием сердца следил за передвижением верткого фургона, который фактически уже вышел на финишную прямую. Ему оставалось преодолеть всего ничего — небольшой отрезок в двести- триста метров.

Белобрысый водитель решил не заморачиваться, и двинул по — прямой, прекратив вилять из стороны в сторону, сбивая смертельно опасного противника с толку. Видимо он сгоряча решил, что ему посчастливилось вытянуть счастливый билет.

Впритирку просвистевший над головами команды Вождя огромный, неровный кусок железобетона доказал, что это было совсем не так. С оглушительным грохотом, впечатав в землю беленький «Форд», Анатомик лишний раз непринужденно намекнул присутствующим, кто истинный хозяин положения на старом заводе.

Следующая каменная глыба шла точнехонько в группу Вождя. Но прежде чем она настигла своей цели, предводитель эмчээсовцев, проявив завидную смекалку, дал команду рассредоточиться и выбираться из зоны обстрела. Влад, схватив Светлану за руку, стремглав бросился прочь, стараясь при этом двигаться по рваной траектории. Что при его внушительной комплекции было довольно‑таки затруднительно.

Пару раз куски железобетона проносились в опасной близости у них над головами. Всякий раз Светлана Сергеевна исправно ойкала, наполняя сердце Влада тревогой за любимую. Но по счастью, все обошлось. Никто из команды Вождя, насчитывающей около дюжины человек, в результате последнего маневра, не пострадал. Чего нельзя было сказать о безвозвратно уничтоженном оборудовании, находившемся в раздавленном фургоне, а также белобрысом парне управлявшем им.

Выбравшись на безопасное расстояние и выглядывая из‑за хрестоматийного ракитового куста, Вождь произнес сакраментальную фразу:

— Мальчики и девочки, должен констатировать, что Анатомик поимел нас по полной программе!

Полностью разутюжив территорию палаточного лагеря, «кровавое веретено» прекратило буйствовать и застыло в полной неподвижности. Ее окровавленная башня гордо возвышалась над крышей старого завода, всем своим видом показывая, кто здесь истинный хозяин положения.

Пока, полностью деморализованное, человеческое воинство приводило себя в порядок и подсчитывало понесенные потери, после поученной трепки, на заводе не прерываясь ни на мгновение шла какая‑то подозрительная возня. То тут, то там, в темных провалах выбитых окон брызгали бенгальские огни сварки, озаряя нутро заброшенного корпуса призрачным фиолетовым светом.

Снаружи корпуса, также творилось, что‑то поистине невообразимое и противное человеческой логике и рассудку. Анатомик поэтапно наслаивал и одевал на неживой каркас здания завода живую ткань.

— Что за хрень? — не выдержал, наконец, Влад, уже продолжительное время наблюдающий за происходящей со зданием старого завода пугающей метаморфозой. — Что они там творят? Для того чтобы покрыть такую огромную площадь здания живыми тканями, тех трупов, что Анатомик получил после того, как вытурил нас с завода явно недостаточно!

— Ты в этом уверен? — подозрительно покосился на него Вождь. — Потому, что если это действительно так, то это значит, что у этой твари есть какой‑то скрытый от нас источник получения человеческих тканей!

— Я бы не стала столь категорично утверждать, что это именно человеческие такни, — с большим сомнением, покачала головой Светлана Сергеевна. — Обратите внимание на эти огромные хрящи, которые армируют всю конструкцию, по горизонтали и вертикали, покрывающие корпус всего завода. Они скорее принадлежат слонам или, уж если на то пошло, динозаврам, а уж никак не человеку. По той очевидной причине, что они просто‑таки патологически огромны! Впрочем, точно также как и мышечная ткань, которая является основным материалом этой, с позволения сказать, «облицовки» здания.

— То есть, вы хотите сказать, что наш «друг» Анатомик научился каким‑то непостижимым образом изготавливать живые ткани? И теперь может продуцировать их в неограниченном количестве? — недоверчиво посмотрел на нее Вождь.

— Я не исключаю такой возможности, — устало пожала плечами Светлана Сергеевна. — Впрочем, вы сами имели возможность убедиться в том, на что способен интеллект Анатомика.

— Да, и не мудрено, что за ним начали охоту коллеги из министерства обороны, — задумчиво пробормотал Вождь. — Мощный, неземной интеллектуальный потенциал и сопутствующие ему инопланетные технологии — это поистине святой Грааль каждого военного! За обладание им, любой из них преспокойно прозакладывает душу самому Сатане!

Тем временем, по всей поверхности завода с непостижимой быстротой наращивались хрящи, которые тут же обволакивались толстыми слоями мышечной массы. Бывшее здание старого завода, скрытое под причудливыми, гипертрофированными наростами чудовищной плоти, уже фактически престало существовать в своем первозданном виде. Теперь на его месте стояло нечто чудовищное и противное человеческому разуму.

Страшный, пугающий синтез неживых конструкций, из камня и стали, с живой, чудовищно разросшейся аномальной тканью. Которая пульсировала и жила, неприкрытая никакими внешними покровами, долженствующими выполнять защитные функции кожи. По всей видимости, Анатомик счел возможным пренебречь этой функцией, посчитав ее второстепенной. Он всецело сосредоточился на способности создаваемого им чудовищного, по своей сути и масштабам, биомеханического организма обороняться и нападать.

Поверхность того, что совсем недавно было огромным восьмиэтажным корпусом, полуразрушенного старого завода, была щедро испещрена многочисленными кровеносными сосудам и венами самого разного калибра. Они щедро покрывали всю поверхность биомеханической конструкции, а по ним упругими толчками двигалась кровь, питающая всю эту невообразимую махину, ныне противопоставленную Антоником всему коллективному человеческому разуму. И, в конечном счете, ставившую под вопрос все его дальнейшее существование.

Глава 24

Войсковой палаточный лагерь был перенесен на безопасное расстояние от заводского корпуса. Туда куда «кровавое веретено» не могло добросить свои каменные снаряды. Впрочем, никто не мог с полной уверенностью утверждать, что теперь они находятся в полной безопасности.

Вокруг заводской территории было выставлено плотное кольцо оцепления. Армия в срочном порядке окапывалась, так, словно собиралась вести длительную блокаду завода. Создавались укрепленные пулеметные гнезда, блиндажи, соединенные между собой разветвленной сетью окопов.

Все пребывали в откровенно подавленном состоянии и ждали со стороны ужасного противника какой‑нибудь очередной гадости. Более всего угнетало то обстоятельство, что логика невиданного доселе неприятеля была неподвластна человеческому пониманию. Нельзя было быть уверенным ни в чем, что касалось Анатомика и его отвратительных созданий.

Кроме того, осознание факта, что их товарищи после своей смерти пусть и изрезанные на части, воюют против них, сильно деморализовало солдат и офицеров. Каждый невольно ставил себя на место погибших друзей. И не было человека, которого не брала бы оторопь, от мысли, что из него самого могут приготовить кошмарный полутруп. Навязать чуждую волю нелюдей, после чего заставить уничтожать своих братьев по крови, и по оружию.

Надо отдать должное Анатомику, он не кинулся тут же наращивать свой тактический успех, видимо хорошо понимая опасность этого рискованного маневра. Опасаясь увязнуть в глубоко эшелонированном тылу противника, он предпочел основательно закрепиться на уже захваченной им территории. Тем более что заводской корпус, а также весь двор, теперь безраздельно принадлежали ему. Он также полностью контролировал подступы к заводу, которые простреливались его сумасшедшей «артиллерией».

Старый завод перестал быть тем, чем он был всего пару дней тому назад. Из мирной, доживающей свой век развалины он превратился в нечто кошмарное. Мощные пилоны и массивные горизонтальные ярусы опутывали все заводское здание, от земли до самой крыши, причудливой, ассиметричной сетью. Безобразные толстые узлы чудовищной сети бугрились шишковатыми наростами. В каждом из них чернели глубокие отверстия, о назначении которых можно было только лишь догадываться.

Вся эта отвратительная гора обнаженного мяса беспрестанно пульсировала и влажно блестела в лучах заходящего солнца, чернея провалами выбитых оконных проемов.

К уже имеющемуся на плоской крыше «кровавому веретену» прибавились еще несколько жутких башен. По какой‑то причине, все они имели различную высоту, а также толщину основания. Невооруженным глазом было видно, что все они сильно отличаются от первого «веретена». В их конструкции добавилось множество непонятных отростков, ответвлений и отверстий. Налицо была модификация, причем, то с какой скоростью Анатомик производил апгрейд своей живой «биомеханической» техники откровенно пугало.

Как технарь, Влад не мог не оценить той виртуозной легкости с какой Анатомик решал возникающие перед ним проблемы и создавал их, наседающим на него, людям. Эффективность принимаемых Анатомиком решений, ужасала Влада и восхищала одновременно. Интеллект древнего пришельца не шел ни в какое сравнение с его собственными мыслительными способностями. Ему казалось, что, по сравнению с ним, его мозг был слишком медленным и неуклюжим.

Он поделился своими соображениями с Вождем.

Тот неодобрительно покачал головой, после чего иронично произнес:

— Кто бы сомневался! Я и без тебя догадываюсь, что у Анатомика длиннее!

После этого Вождь отправился на совещание, которое в срочном порядке собрал генерал Солодовников. Через пару часов, он вернулся оттуда в самом отвратительном расположении духа.

На улице уже стемнело, за пластиковыми окнами эмчээсовской платки стояла пугающая тишина. Не было слышно лягушачьего кваканья, стрекотанья сверчков, даже вездесущие комары куда‑то подевались.

Оглядев притихших подчиненных, полковник Златоустов произнес:

— Я собрал вас для того, чтобы доложить, что дело дрянь! Генерал собирается ждать подкрепления, которое со дня на день должно прибыть. Вплоть до этого момента, он запретил предпринимать какие‑либо действия, которые могут спровоцировать Анатомика на ответную агрессию.

— А его не настораживает тот факт, что наш оппонент семимильными шагами наращивает свою боевую мощь и за считанные часы уже умудрился превратить развалины завода в крепость? — иронично поинтересовался один из заместителей Вождя, с погонами подполковника. — Представляю, чего Анатомик успеет начудить за те пару дней, что мы будем ждать подкрепления!

— Игорек, ты, что же думаешь, я не пытался переубедить Солодовникова? — хмуро глянул на него Вождь. — Кстати, на совещании, я был не одинок. Среди армейских офицеров также нашлись светлые головы. Они предлагали не давать покоя Анатомику и постоянно беспокоить его, атакуя с безопасного расстояния, при помощи артиллерии. Не подвергая, при этом, риску личный состав.

— И что? — спросил Влад.

— А Солодовникову все наши доводы — по барабану! Мы, оказывается, не владеем всей полнотой информации! И поэтому, можем засунуть все свои гениальные соображения, сами догадываетесь куда! Всю ответственность за проведение операции локализации Анатомика несет персонально он — генерал Солодовников, поэтому мы будем выполнять его приказы!

— И что это за приказы? — поинтересовался кто‑то из эмчээсовцев.

— Ждем — с! — Вождь развел руки в стороны. — Совещание закончено, все свободны!

Когда все вышли из палатки, Влад со Светланой подошли к нему.

— Товарищ полковник, может быть, вы отпустите нас в город, до утра? — спросила Светлана.

— А чем вас не устраивает палатка, которую я вам выделил? — удивленно поднял лохматые брови Вождь.

— Всем устраивает, только там душа нет, и переодеться не во что, — ответил Влад. — Нам бы себя только в порядок привести. Ведь до утра, насколько я понимаю, все равно ничего не случится.

Вождь задумчиво потеребил себя за мочку уха, потом в сердцах махнул рукой:

— Ладно, отправляйтесь. Оставьте свои телефонные номера, запишите мой. И чтобы завтра, ровно в восемь ноль — ноль, были здесь без всяких опозданий!

— Само собой! — ответил Влад.

Но особой убежденности в его голосе не было, потому что он привык появляться на работе не ранее десяти — одиннадцати часов утра.

Для того чтобы добраться до города в столь поздний час пришлось вызвать такси. Когда водитель поинтересовался, куда именно везти возникла легкая заминка.

— Может, поедем ко мне? — предложил Влад.

— В принципе, я не против, — усмехнулась Светлана Сергеевна. — Но только в том случае, если у тебя дома есть шкаф набитый женской одеждой и бельем моего размера.

— Вот чего нет, того нет! — разочарованно признался Влад.

После того, как Светлану завезли домой, Влад попросил отвезти его к Медицинскому университету. Ему нужно было забрать, оставленную там, машину. Со Светланой Сергеевной они договорились, что он заберет ее рано утром, в семь часов.

Уже под самое утро, часов в пять, Влад был разбужен странным шумом. Открыв глаза он, какое‑то время, не мог сообразить, где находится. Вчерашние события совершенно выбили его из колеи. Прежде чем он понял, что лежит в своей собственной постели он понял, что ему напоминает шум, доносящийся с улицы.

Это был ритмичный грохот шагов множества ног. Как‑то Влад видел черно — белую нацистскую хронику, тридцатых годов прошлого столетия, когда Гитлер уже прорвался к власти в Германии. На ней толпы штурмовиков, чеканя шаг, маршировали в факельном шествии по ночному Нюрнбергу, приветствуя своего бесноватого фюрера.

У Влада от этой пугающей ассоциации волосы встали дыбом. Оба его деда воевали в Великую Отечественную. Но с войны вернулся лишь один, весь израненный и контуженный. Второй дел погиб в Берлине, во время уличных боев, от пули снайпера.

Генетическая память штука упрямая. И она настойчиво предупреждала Влада о смертельной опасности. Вскочив с кровати, он бросился к окну, выходящему на улицу, и тут же отпрянул назад.

То, что он там увидел, с высоты второго этажа, не просто напугало его, а повергло в плотный непробиваемый ступор. В оранжевом свете уличных фонарей, прямо посередине проезжей части двигалось нечто кошмарное, словно сошедшее с жутких полотен Босха. Это была огромная, вытянутая метров на двадцать платформа. В ширину она достигала пяти — шести метров. Посередине ее, словно чудовищный стог сена, громоздилась куча человеческих тел. Все они были мертвы.

По всему периметру, платформа была огорожена кошмарным подобием изгороди, в человеческий рост. Она была свита из чудовищно деформированных, переплетенных между собой гигантских хрящей, соединенных сизыми сухожилиями. Снаружи на ней были распяты люди. Владу показалось, что некоторые из них были еще живы.

Но самое ужасное было не это. Днище фантастической платформы, словно избушка на курьих ножках опиралось на сотни конечностей. Вот только ножки эти были не куриные, а человеческие. Повинуясь невидимой команде, все они маршировали «в ногу», производя тот кошмарный звук, что разбудил Влада.

Когда он осознал, в полной мере, увиденное, его стошнило прямо на паркет спальни. Рухнув на колени, он обливался от ужаса потом, пока его желудок шумно избавлялся от содержимого.

Когда его тело перестали сотрясать изматывающие спазмы, Влад поднялся и, пошатываясь, направился в ванную. Там, не включая свет, он нашарил кран и пустил воду. Умывшись, он на негнущихся ногах, вернулся обратно в комнату и вновь подошел к окну.

За это время, чудовищная «многоножка» успела удалиться от дома Влада, и теперь был виден лишь ее хвост. Чтобы разглядеть ее целиком, нужно было выйти на балкон. Но Влад поостерегся это сделать, побоявшись привлечь к себе внимание.

Вглядевшись в улицу, он с замиранием сердца обнаружил, что там беспрерывно снует множество жутких теней. Какие‑то паукастые, создания с длинными тонкими конечностями, со скоростью борзых, перемещались по улице, неотступно кружа вокруг платформы «многоножки». По всей видимости, они обеспечивали прикрытие этого кошмарного транспорта.

Влад машинально вытер ледяной пот, выступивший у него на лбу и, нашарив на столе смартфон, набрал Вождя. Тот ответил практически сразу, так словно все это время держал в руках свой мобильник в руках и ждал звонка.

— Вы куча спесивых идиотов! — заорал на него Влад, не считая нужным соблюдать видимость приличия. — Пока вы там самозабвенно занимались теоретизированием и планированием, Анатомик зря времени не терял! Светлана предупреждала вас о том, что эта тварь, остро нуждается в трупном материале, чтобы наращивать производство тварей! У меня под окнами, только что прошел один кошмарный транспорт! Горы трупов перевозятся на чудовищной «сороконожке», шагающей на отрезанных человеческих ногах!

— Все? Ты закончил? — неприязненно спросил Вождь. — Если закончил, прекращай истерику, бери свою задницу в руки, и срочно приезжай в лагерь. Возможно, нам понадобятся твои инженерные познания. Да, и не забудь, прихватить свою блондинку!

— Сейчас буду! — тяжело дыша от переполнявшей его злобы, сказал Влад, потом все же не выдержал и спросил, — Господин полковник, скажите честно, как такое могло случиться?

— Твари Антомика бесшумно вынесли целый сектор войскового оцепления и без боя вошли в город. Там они устроили кровавую бойню, вырезав целый микрорайон, — Вождь тяжело вздохнул. — В ближайшие часы, Анатомик будет прорываться обратно на завод. Наша задача не дать ему этого сделать.

Глава 25

Светлана Сергеевне спала сном младенца, когда идиотски радостная мелодия Моцарта прервала это увлекательное занятие, бесцеремонно вырвав ее из объятий Морфея. Звонил Влад.

— Ты спятил, милый? — пробормотала она, беря с прикроватной тумбочки смартфон. — Алло, Влад! В чем дело? Будить даму в пять утра, когда сон самый сладкий — это утонченная и весьма опасная форма садизма. Надо будет показать тебя психиатру.

— У Анатомика очень хорошие специалисты! И если его не остановить, в самое ближайшее время, все они вплотную займутся нами! — срывающимся от волнения голосом, произнес Влад. — Просыпайся, одевайся! Через двадцать минут я буду у тебя!

— Ну, тогда поторопись, а то, как бы Анатомик не опередил тебя! — усмехнулась Светлана Сергеевна, полностью проигнорировав истерические нотки в голосе собеседника.

— Дура, как все блондинки! — сердито буркнул Влад и отключился.

Светлана какое‑то время продолжала лежать в постели, не в силах расстаться с ощущением комфорта и спокойствия. Что бы ни говорили, а самое спокойное и надежное место на свете — это собственная кровать. А если в комплекте, к ней, есть еще и физически крепкий мужчина, который неровно дышит вам в ушко, то постель, вообще, превращается в гибрид сверхнадежного сейфа с неприступной крепостью.

Но Светлана была лишена мужского общества, в данном качестве, довольно продолжительное время. Впрочем, она очень надеялась, что с появлением в ее жизни этого неотесанного грубияна Влада, положение вещей скоро изменится в лучшую сторону.

Светлана Сергеевна потянулась и застонала, но не от сладострастной истомы, разливающейся по всему телу, а от боли в мышцах. Вчерашний день дался ей непросто и потребовал напряжения всех ее физических и душевных сил. Особенно физических. И теперь молочная кислота, скопившаяся в мышцах, давала о себе знать самым подлым образом.

Рывком, поднявшись на ноги, Светлана скрипнула зубами, но героически понесла, отказывающееся повиноваться ей тело, в ванную принимать душ. Там, стоя под струями воды, температура которой вплотную приближалась к кипятку, мысли ее постепенно прояснялись. Причем настолько, что, теперь она в полной мере осознала, что на старом заводе произошло что‑то экстраординарное.

Раз Влад, невзирая на приличия, разбудил ее, несмотря на то, что она могла еще спокойно проспать целый час, действительно, случилось нечто из ряда вон выходящее. Сжевав бутерброд, Светлана приняла две таблетки аспирина, чтобы ослабить боль в натруженных мышцах. Стремительно опрокинув в себя чашку кофе, она принялась одеваться.

Уже стоя перед зеркалом с расческой в руках и пристально глядя себе в глаза, ее внезапно посетила мысль, от которой у нее свело живот. Ее молнией пронзила мысль, явившаяся ответом на вопрос, который все это время не давал ей покоя. Светлана Сергеевна поняла причину, по которой там, в подвале, Анатомик пытался захватить их с Владом целыми и невредимыми. Несмотря на то, что они практически были у него в руках.

Если бы этот матерый монстрюга хотел заполучить их трупы, всего через пару минут они были бы уже умерщвлены и поступили бы в его полное распоряжение. Но мертвые тела, несмотря на то, что Анатомик остро нуждался в трупном материале, его не устраивали, по какой‑то необъяснимой причине.

И вот теперь, эта причина неожиданно стала ясна Светлане Сергеевне. Анатомику срочно нужна была женская особь, а если точнее, человеческая самка. Для того чтобы исследовать ее репродуктивный аппарат, для воспроизводства человеческого потомства. Скорее всего, Анатомика совершенно не интересовал богатый духовный мир женщины. И Светлана не нужна была ему целиком. Она была нужна ему частями, теми самыми, посредством которых женский организм создает детей.

Светлана всхлипнула от ужаса, представив, что ожидало бы ее, окажись она в маньячных лапах Анатомика. И в это время в прихожей зазвонил звонок. Несмотря на то что его нежные, мурлыкающие звуки призваны были ласкать ухо хозяйки квартиры, они произвели на нее эффект внезапно взвывшей полицейской сирены.

Она понимала, что это пришел Влад, для того, чтобы забрать ее, как они и договаривались, но ничего не могла с собой поделать. Застав ее врасплох, неожиданный звонок в дверь поверг ее в столбняк. Болезненно дернувшись, Светлана застыла, словно бабочка, пронзенная острой иглой безжалостного коллекционера — энтомолога.

Перед ее мысленным взором, словно наяву, там, на лестничной площадке перед дверью в ее квартиру, стоял Анатомик собственной персоной. Его, бугрящийся гипертрофированными, чудовищными мускулами, торс блестел сиреневой слизью в тусклом свете лестничной лампочки. Посланник древности был полностью обнажен. Светлана задержала взгляд на огромном, узловатом органе, пульсирующим в такт, похотливым мыслям Анатомика о ней, и едва не грохнулась в обморок.

Героическим усилием воли, Светлана Сергеевна решительно потерла лицо ладонями, избавляясь от навязчивого морока, и бегом направилась в прихожую. Влад, к тому времени, потерявший всякое терпение, принялся дубасить кулаками в дверь.

— Прекрати сейчас же! — зашипела на него Светлана Сергеевна, пропуская в прихожую. — Соседей разбудишь!

Прежде чем закрыть дверь, она на всякий случай, внимательно оглядела лестничную клетку. Но Анатомика там, конечно же, не было.

Облегченно вздохнув, Светлана спросила:

— Кофе будешь?

— Какой там кофе? Когда тут такое творится! — возмущенно воскликнул Влад.

Дожидаясь пока Светлана окончательно соберется, он, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, коротко рассказал ей о последних страшных событиях.

Услышав о кошмарной «многоножке» Светлана удивленно подняла брови:

— Получается, что Анатомик не такой уж и гениальный! Согласись, что отсутствие в его арсенале такой хрестоматийной вещи, как колесо, говорит о многом.

— В смысле? — скосил на нее глаза Влад, заводя машину.

— Да, в том, самом, что, поставь он свою жуткую телегу на колеса, и не нужно было бы ему заморачиваться, конструируя эту гусеницу! — пояснила свою мысль Светлана.

— Колесо идеально подходит лишь на ровной поверхности, а по пересеченной местности оно никуда не годится, — философски изрек Влад. — Анатомик страхуется на все случаи жизни. Глупо терять, с таким трудом добытый им груз, из‑за того что эта, как ты говоришь — телега, вдруг забуксует, съехав с гладкого асфальтового покрытия.

Влад неторопливо вывел машину со двора и, набирая скорость, понесся по пустынной улице.

— Гаишников не боишься? — спросила Светлана, глядя в маленькое зеркальце и тщательно подкрашивая губы.

— Я боюсь совсем другого, — проворчал Влад. — Того, что их скоро совсем не будет. Впрочем, также как и всех нас.

— По — моему, ты сгущаешь краски, — хладнокровно проговорила Светлана.

Закончив с косметикой, она посмотрела в зеркало, чтобы в лишний раз убедиться, что, несмотря на бессонную ночь, выглядит вполне достойно. Лишь после этого, к ней вернулось все ее самообладание и ее обычное мироощущение. Она вновь стала той Светланой Сергеевной Мезенцевой, которая своим ледяным взглядом насылала на нерадивых студентов жестокую порчу, обрекая их на хроническую диарею и энурез, одновременно.

Когда до старого завода было еще довольно далеко, стало ясно, что там творится что‑то неладное. С той стороны слышался несмолкаемый грохот выстрелов. Темноту ночи прорезывали вспышки многочисленных выстрелов. Яркие прочерки трассирующих пуль, сходились где‑то в одном месте.

По всей видимости, там шел нешуточный бой. Видимо, как и предрекал Вождь, Анатомик прорывался обратно к старому заводу, превращенному им в неприступную крепость. Влад, решив не рисковать понапрасну, съехал с трассы на грунтовую дорогу и двинулся в сторону завода. Он ехал с таким расчетом, чтобы оказаться в расположении войскового лагеря, не приближаясь вплотную к заводу, и въехать в него в точке, максимально удаленной от места, где шел бой.

Но не успел он проехать и пятьсот метров, как был остановлен ярким светом. Ударив им прямо в лицо, луч прожектора ослепил их со Светланой, заставив крепко зажмуриться.

— Глуши мотор! Всем выйти из машины! Руки за голову! — ударил по ушам громкий окрик через мегафон.

Влад послушно заглушил двигатель, и, оставив ключ в зажигании, выбрался наружу вслед за Светланой Сергеевной.

— Кто такие? И что делаете здесь? — требовательно спросил офицер, пока его солдаты обыскивали задержанных.

— Руки убери, скотина! — возмущенно вскрикнула Светлана. — Я не ношу пистолеты в бюстгальтере!

— Слышь, лейтенант! Позвони полковнику Златоустову из МЧС, мы работаем у него, — спокойно сказал Влад.

— Вы бы парни раньше бдительность проявляли! — презрительно хмыкнула Светлан. — А то Анатомик, сквозь ваше оцепление туда — сюда, как у себя дома ходит!

— Зря вы так говорите! — обиделся лейтенант, бывший старшим в дозоре. — Если бы он сюда сунулся — точно не прошел бы. Можете опустить руки.

Влад, достав смартфон, набрал номер Вождя:

— Алло, товарищ полковник! Нас здесь тормознули и дальше не пускают! Ну, конечно! Я первым делом назвал вашу фамилию и ваше звание, но это такие крутые ребята, что вы для них не авторитет. Что? Понял, передаю трубку!

— Скажи ему, что меня всю излапали, словно шлюху вокзальную! — крикнула Светлана.

— Это тебя, бдительный ты наш! — недобро усмехнулся Влад, передавая смартфон лейтенанту.

Тот настороженно принял его, словно ядовитое насекомое, и после первых же слов вытянулся по стойке смирно. Когда лейтенант огреб положенную ему порцию «звездюлей» за несообразительность, проявленную им в процессе проявления бдительности, он почтительно вернул смартфон Владу.

После этого, козырнув, он сухо произнес:

— Можете быть свободны, проезжайте!

Влад вопросительно посмотрел на Светлану, которая явно не торопилась лезть в машину.

— Ну, что, поехали? — поинтересовался он.

— Подожди минуточку, хочу вернуть должок, — мстительно ухмыльнулась Светлана Сергеевна и закатила оглушительную оплеуху солдатику, который обыскивал ее.

— За, что? — обиженно воскликнул тот, схватившись за щеку.

— Передай своей маме, что ты очень плохо вел себя! — менторским тоном сказала Светлана, после чего нырнула в, предупредительно распахнутую Владом, дверь машины.

— Чего ты на него так взъелась? — иронично поинтересовался Влад, когда они миновали линию оцепления.

— Не люблю, когда меня лапают просто так, без всякого продолжения! — на полном серьезе ответила Светлана.

На это Влад не нашелся, что ответить, и лишь сердито засопел. Несколько минут они ехали в полной тишине, лишь мягко урчал двигатель машины.

Внезапно Светлана спросила:

— Влад, ты, правда, такой дремучий или прикидываешься?

— Чего? — не понял тот.

— Ну, я тупо прикололась насчет того паренька, чтобы позлить тебя. Я не думала, что ты на это так поведешься. Извини! — виноватым голосом призналась она.

— Да, не сержусь я! — сердито ответил Влад и снова замолчал.

В это время, впереди показались огни и силуэты палаток. Там царила страшная суматоха. А внешне лагерь напоминал разворошенный муравейник.

Глава 26

Бросив машину возле самой границы лагеря, Влад и Светлана поспешили к палатке, в которой размещался штаб Вождя. Но там их встретил, один лишь дежурный офицер.

Бедный парень сидел, словно на иголках. В то время как все находились в самой гуще событий, он торчал здесь один одинешенек. Его оставили для того, чтобы поддерживать связь с руководством МЧС по защищенной линии связи. Существовала реальная угроза того, что подробности о конфликте между неземным разумом и человечеством, разыгравшемся в самом сердце России, просочится в прессу и станет известна за рубежом.

Впрочем, в век интернета, и прочих электронных средств связи, прятать шило в мешке становилось все труднее. Тем более что болтающиеся без счета, на низких орбитах, спутники — шпионы зарубежных стран, позволяли их хозяевам быть в курсе всего, что происходило в мире.

В связи с этим, ряд ведущих государств, уже направил запросы в правительство России по поводу непонятных перемещений и перегруппировки войск в самом ее центре. А также, ведущихся там локальных боев с применением стрелкового оружия.

На запросы всем интересующимся была дана исчерпывающая информация о том, что на полигоне, в окрестностях города Ежовска, силами двух мотострелковых полков, проходят военные маневры. В ходе, которых производится обкатка новых видов стрелкового вооружения, в условиях максимально приближенных к боевым.

Не поверив ни единому слову, содержащемуся в официальном ответе России, западные спецслужбы, радостно потирая руки, принялись готовиться к оказанию финансовой и военной помощи новоявленным «сепаратистам». Дело осложнялось лишь тем, что им никак не удавалось выйти на след тех сил, которым они собирались помогать дестабилизировать обстановку в России. Группировка, сгоряча принятая было за представителей «сепаратистов», на деле оказалась откровенными мошенниками, которые чуть было, не развели щедрых спонсоров на пару миллионов баксов.

Выслушав всю эту весьма любопытную, но малоактуальную, на текущий момент, информацию, Влад довольно бесцеремонно перебил не в меру общительного лейтенанта и попросил его связаться с Вождем. Тот выполнил его просьбу, но полковник Златоустов, несмотря на, то, что сигнал проходил, упорно не отвечал.

Оставив свои сумки с вещами в штабе, Влад и Светлана надели на себя легкие куртки с эмблемами МЧС и выбрались наружу. Из‑за включенных прожекторов в лагере было светло как днем. В ночном небе кружили вертолеты, свирепо мигая сигнальными огнями. Громким стрекотом, бешено вращающихся винтовых лопастей, они успешно распугали всех местных сусликов на грядущие тысячелетия вперед.

Ревя дымными дизелями, мимо двигались бронетранспортеры. Влад со Светланой пристроились в хвост колонны солдат в полной боевой экипировке, которые решительным шагом двигались в ту сторону, откуда слышались звуки боя.

— Надо было автомат, хоть какой‑то у лейтенанта одолжить! — сварливо пробормотал Влад, чувствуя себя совершенно голым и незащищенным. — А тебе лучше было посидеть там, в палатке и ждать новостей.

— В следующий раз я так и сделаю! Оденусь во все черное, и до крови закусив губу, рыдая под мелодию «Прощания славянки», буду стоять на обочине и махать платком, идущим в бой, — издевательски рассмеялась Светлана Сергеевна. — Я, между прочим, врач! И мое место там!

Она рассерженно ткнула пальцем вперед и ускорила шаг, всем своим видом, выказывая неодобрения словам Влада.

— Ты не врач, а злобная белокурая бестия, прикидывающаяся добрым доктором Айболитом! — пробормотал тот, после чего, нагнал Светлану и зашагал рядом.

По мере того как они приближались к месту где шел бой, становилось понятно, что положение там если не критическое то уж во всяком случае, весьма и весьма неоднозначное.

Несмотря на то, что прожектора полудюжины БМП (боевая машина пехоты) ярко освещали поле брани, Влад все еще не мог в полной мере осознать масштабы разворачивающегося перед ним действа. Быть может, причина была в том, что все это время, он не оставлял попыток дозвониться до Вождя.

И вот когда он уже непонятно в какой раз нажимал кнопку вызова, из динамика прозвучал рассерженный рык полковника Златоустова:

— Влад, твою мать, где ты шляешься? И подружка твоя, будь она неладна, Светлана Сергеевна!

— Товарищ полковник, мы уже здесь на передовой! — с явным облегчением в голосе рапортовал Влад. — Куда нам теперь?

— Все, я тебя вижу! — неистово проорал вождь. — Пригни свое тучное тело и двигай на — без пятнадцати двенадцать! Да, и подружку свою прихвати! Нам здесь для полноты счастья, как раз, только продвинутой блондинки еще не хватает!

Влад попытался сориентироваться в пространстве и времени. Что, вообще, значит — без пятнадцати двенадцать? И относительно кого должен располагаться этот гребаный виртуальный циферблат?

— Что он сказал? — поинтересовалась Светлана Сергеевна.

— Что‑то насчет без пятнадцати двенадцать, — простодушно ответил Влад.

— Все ясно, давай за мной! — безапелляционным тоном заявила Светлана Сергеевна. — Только не забудь пригнуться!

— Откуда ты все это знаешь? — по — детски, искренне изумился Влад.

— Книжки надо читать в свободное время, а не только бухать и трахать все, что шевелится! — презрительно бросила через плечо Светлана Сергеевна. — Я, так понимаю, что ты, в отличие от меня, не большой поклонник боевой фантастики.

И в это самое время, они неожиданно наткнулись на группу офицеров МЧС, засевшую за небольшим поросшим бурьяном глинистым пригорком. Отряд, во главе с полковником Златоустовым, вел огонь по гигантской «сороконожке» видной с этой позиции, как на ладони.

Бросив через плечо беглый взгляд, Вождь буркнул:

— Ну, наконец‑то, явились, не запылились! Шевчук дай Владу автомат, пусть пользу приносит! Пользоваться‑то, хоть, им умеешь?

— Два года во Внутренних войсках, через день на ремень! — скупо обронил Влад, принимая автомат.

— Это меня, просто несказанно, радует! — иронически хмыкнул Вождь. — Светлана Сергеевна, будьте добры, гляньте вон на ту необычную, гребаную повозку! И, с высоты своего профессионального опыта, пожалуйста, прокомментируйте это явление, если вас не затруднит!

Светлана, после минутного замешательства, охватившего ее после того, как она впервые увидела кошмарную «многоножку» Анатомика, хрипло с придыханием проговорила:

— Конструкция, как и все предыдущие творения Антаомика, выполнена из захваченного им трупного материала. Но меня тревожит совсем другое, судя, по огромному объему используемой им живой биологической массы, он, каким‑то непостижимым образом, благополучно производит ее в необходимых количествах.

— Вы уверены в этом? — бросил на нее цепкий взгляд Вождь.

— Абсолютно! — безапелляционным тоном отмела все его сомнения Светлана Сергеевна.

— А вы знаете, голубушка! Это ведь, очень плохо, — задумчиво пробормотал Вождь.

— Догадываюсь! — с пониманием кивнула Светлана. — Хотя бы той простой причине, что наращивая воспроизводство активной биомассы, Анатомик, в самом скором времени, неминуемо выйдет на качественно иной уровень развития своих тварей.

— Светлана Сергеевна, а вы, правда, некрашеная, натуральная блондинка? — развернулся к ней всем корпусом Вождь. — Вы в этом уверены?

— Абсолютно! — самодовольно усмехнулась Светлана. — Показать?

— Нет, что вы, я верю вам на слово! — зарделся Вождь до самых корней своей седой шевелюры. — В таком случае, вы, определенно, доселе незарегистрированный наукой феномен! Блондинка, чей IQ зашкаливает — это, поистине, восьмое чудо света! Поверьте, для меня большая честь видеть вас в составе своей команды!

— Всегда, гран мерси! — непринужденно ответила Светлана и сделала книксен, а, говоря простым языком — изящно присела, поклонилась, сделала томные глазки и жеманно повела ручкой в сторону.

— Очарован, весьма! — пробормотал вождь в тональности старого похотливого графа, после чего непринужденно приник к своему «калашникову» и выпустил очень длинную очередь в сторону «многоножки».

В ответ, над головой у них засвистели крупнокалиберные костяные пули, а некоторые из них шумно ткнулись в глиняный холм, за которым они прятались.

Влад, полностью пренебрегая опасностью, скользнул за укрытие и при помощи ножа извлек из глины, застрявшую там пулю неприятеля. Едва он успел спрятаться за укрытие, как туда с отвратительным звуком ударил град костяных пуль.

— Вы только посмотрите на это? — изумленно воскликнул Влад, ножом очистив налипшую на свой трофей глину.

— А что в ней такого странного? — недоуменно спросил Вождь, приняв из рук Влада идеально ровную костяную пулю своими размерами и весом напоминавшую увесистый биллиардный шар из слоновой кости.

— Дело в том, что, когда мы в первый раз столкнулись с подобными снарядами, они являли собой просто гнилые человеческие зубы, извлеченные из захваченных Анатомиком трупов, — охотно пояснила Светлана. — Что, как вы сами прекрасно понимаете, косвенно подтверждает мою теорию, о том, что Анатомик, неуклонно повышает оснащение своей армии в пугающей, поистине геометрической прогрессии. Господин полковник, вы должны понимать, что с каждой минутой он становится все умнее и умнее!

— Вот ведь зараза! — ругнулся Вождь и вновь приник к прицелу своего автомата.

Там ниже пригорка, за которым укрылась горстка бойцов МЧС, разворачивались полные драматизма события.

Чудовищная «многоножка» Антомика, натолкнувшись на ожесточенное сопротивление бойцов оцепления, вынуждена была остановиться. Чтобы не потерять способность передвигаться в пространстве, платформа опустилась вниз на землю. При этом, ее многочисленные ноги, были подвернуты и согнуты в коленных суставах. Конвоировавшие ужасный транспорт, с грузом человеческих трупов, многочисленные бойцы Анатомика поспешно влезли на платформу и укрылись там за привязанными к живой изгороди пленными людьми.

Теперь было очень сложно, если не совершенно невозможно, поразить их не рискуя задеть тех несчастных, что были привязаны в полный рост к живой изгороди платформы «многоножки». В то же самое время, руки у, прятавшейся за людьми нечистью, были полностью развязаны и они садил свои костяные пули в сторону защитников без всякого риска для себя.

Время от времени, «многоножка» неожиданно приподнималась на ноги и, сделав несколько шагов, тут же поспешно опускалась на свое днище. Не рискуя подставлять под пули противника, свой механизм передвижения, кошмарная тварь очень ревниво оберегал его.

При помощи этой немудреной хитрости, «многоножка» постепенно сокращала расстояние, отделяющее ее от подступов к старому заводу, превращенному Анатомиком в неприступное укрепление. Кошмарному транспорту оставалось преодолеть всего лишь каких‑то пятьсот метров. Если бы ей удалось это сделать, то она оказалась бы на территории полностью подконтрольной башням «кровавых веретен» — главного калибра крепости Анатомика.

Весьма сомнительно, что тогда генералу Солодовникову удалось бы и далее задерживать, столь ожидаемый Анатомиком страшный груз мертвых человеческих тел.

Глава 27

Когда стало понятно, что еще немного, и жуткая «многоножка» благополучно доберется до старого завода, генерал Солодовников, наконец‑то, решился применить технику. Он, сколько мог, оттягивал принятие этого решения. Мотивы, которыми он при этом руководствовался, были достаточно прозаичны. Генерал хотел заполучить «многоножку» живой и невредимой. Для того чтобы над ней могли поработать ученые мужи из военного ведомства и ознакомиться с тем как она функционирует.

То немногое, что до сих пор перепадало им, представляло из себя разрозненные фрагменты чудовищных организмов. Они было практически бесполезны, так как по ним было невозможно понять ни принцип создания биомеханических существ, ни принцип их жизнедеятельности. По — прежнему оставалось неразрешимой загадкой, каким образом Анатомик осуществляет успешный симбиоз живой и неживой материи? Неизвестно каким образом, но ему удалось успешно разрешить извечную проблему трансплантологии — преодолеть отторжение разнородных тканей.

Все это было очень хорошо и звучало крайне заманчиво. Но только в том случае, если бы дало конкретный результат. Но результата не было, а эта гребаная «сороконожка», того и гляди могла прорваться к себе домой, то есть, на старый завод. И в этом случае, многочисленные потери личного состава, при попытке захвата кошмарной твари, оказались бы совершенно напрасны.

Приходилось рисковать, и Солодовников, скрепя сердце, отдал приказ блокировать дальнейшее продвижение наводящего ужас транспортного средства в сторону завода. Для этой цели были использованы три легких танка. Они заехали вперед и, сдав назад, преградили дорогу «многоножке», многообещающе развернув башни с орудиями в ее сторону.

Платформа тут же опустилась на землю, подогнув под себя все свои многочисленные ноги, словно испуганная гусыня. Покрытые пластинами желтой брони, солдаты Анатомика принялись поливать танки плотным ливнем костяных пуль большого калибра. Но эта смехотворная попытка потерпела полное фиаско, разбившись вдребезги о мощную танковую броню.

Поняв, что идея молниеносного прорыва не удалась, «солдаты» Анатомика плотно обступили борта «многоножки» со всех сторон, ощетинившись толстыми костяными стволами «волынок». Они прекратили массированный огонь по, преградившим им путь, танкам и лишь изредка огрызались в ответ на автоматную стрельбу.

Скупость, с какой они расходовали заряды, наводила на мысль о том, что десант Анатомика попался и теперь экономит боеприпасы. Они надеялись продержаться максимально долгое время, прежде чем должно было наступить неизбежное, и всех их безжалостно уничтожат.

Известие, что противник ушел в глухую оборону, вызвало в рядах атакующих всплеск энтузиазма. Этот выразилось в том, что взяв «многоножку» в плотное кольцо, они принялись теснить ее со всех сторон. Танки, заблокировавшие движение транспорта спереди, не отставали от бойцов и, приблизившись почти вплотную, делали вид, что собираются таранить его.

Все это сопровождалось радостными криками и улюлюканьем. Оказалось, что Анатомик ничего не смыслит ни в стратегии, ни в тактике. А все его успехи были обычным везением непрофессионала на первых порах, не более того.

В отличие от военных, Влад и Светлана не разделяли всеобщего ликования, по поводу почти, что уже одержанной победы.

Судя по всему, у Вождя, также, имелось особое мнение на этот счет.

— Не верю, я, что он так вот запросто отдаст свой обоз! — в сильнейшем волнении бормотал он, скрестив руки на груди, и барабаня пальцами по плечам. — У этого упыря всегда имеется козырной туз в рукаве!

— Причем, всякий раз, неизвестной нам масти! — подлила масла в огонь Светлана Сергеевна.

Вождь неодобрительно посмотрел на нее из‑под лохматых бровей и проворчал:

— Вот кто, вас баб за язык тянет? Сглазишь ведь!

И в этот самый момент, до сих пор, наглухо закрытые створки огромных заводских ворот начали открываться наружу. Медленно проворачиваясь на массивных ржавых петлях, они издавали зубовный скрежет, от которого у всех присутствующих волосы встали дыбом. Створки, покрытые облупившейся черной краской, выглядели, словно обугленные. Ни дать, ни взять — врата, ведущие в Преисподнюю. Впечатление усиливали черные хлопья краски, обильно осыпающиеся на землю, словно куски окалины и пепла.

— Твою мать! — в сердцах сплюнул Вождь. — Ну, теперь, держись!

Когда створки ворот полностью раскрылись, и перестали терзать слух визгом ржавых петель, неожиданно воцарилась мертвая тишина. Обе противостоящие стороны, как по команде, полностью прекратили стрельбу и, затаив дыхание, ждали, что будет дальше?

Влад по — детски, вытянув шею, с замиранием сердца напряженно вглядывался в темноту заводских внутренностей. Неожиданно он уловил там какое‑то движение. Судя по тому, что он сумел разглядеть, там, в темноте ворочалось что‑то очень большое.

— Улыбайтесь, сейчас вылетит птичка! — нервно хохотнул он.

Светлана двинула его локтем в живот и злобно произнесла:

— Молчи, клоун!

И в этот момент из завода наружу медленно выбралось нечто воистину кошмарное. Это порождение Анатомика убивало одним своим внешним видом. Массивная, приземистая биомеханическая конструкция покоилась на толстых, словно колонны, слоновьих конечностях. Из задних торчали острые искривленные когти… Приглядевшись внимательнее, Влад понял, что они металлические.

Впечатление было такое, словно гигантская черепаха, покрытая мощным блестящим панцирем, осторожно выбирается из своей норы.

— Бог, ты мой! — только и успела произнести Светлана, когда четырехногая тварь неожиданно пружинисто поднялась с колен, встала на две конечности и выпрямилась в полный рост.

— Ландскнехт, твою мать! — воскликнул пораженный Влад.

Существо убивало своими габаритами, ибо было огромно. Внешне оно, действительно, напоминало, закованного в броню, чудовищного средневекового рыцаря. Маленькая голова, облаченная в шлем, как у немецкого ландскнехта, медленно повернулась сначала в одну, потом в другую сторону. Верхушка шлема, не имеющего забрала, своими маленькими рожками, достигала третьего этажа завода.

Лицо чудовища, лишенное кожных покровов было выставлено во всей своей пугающей «красе». Набухшая кровью плоть блестела на солнце. Лицо было защищено неким подобием больших непрозрачных очков, прикрывающим одни лишь глаза. Видимо своим кошмарным видом «ландскнехт» призван был наводить ужас на людей. И надо отдать должное его создателю — Анатомику, ему это удалось в полной мере.

Несмотря на то, что глаз монстра не было видно, было ясно, что он внимательно наблюдает и оценивает ситуацию, через защитные очки.

Огромные толстые руки «ландскнехта» были опущены вдоль туловища, а венчавшие их массивные круглые навершия, усаженные острыми шипами, свисали значительно ниже шипастых наколенников.

Теперь становилось понятно, почему «ландскнехт» появился на четвереньках. Он выползал из ворот наружу, потому, что не смог бы пройти в ворота, даже согнувшись в три погибели, настолько он был высок.

Ужасный великан сделал несколько неторопливых шагов и остановился, посередине заводского двора, по — хозяйски осматриваясь. Он, словно чудовищный Гулливер, демонстративно игнорировал присутствие лилипутов, которые, ощетинившись автоматами, испуганно пялились на него во все глаза.

— Чего же он ждет? — возмущенно прошипел Вождь, имея в виду генерала Солодовникова.

И в этот момент, все три танка начали поспешно разворачивать башни в сторону «ландскнехта». Тот отреагировал на неожиданное изменение обстановки поразительно быстро. Невзирая на свою кажущуюся громоздкость и неповоротливость, он стремительно выбросил в сторону танков правую руку. Под грохот, вмиг оживших автоматов, от нее оторвался, сплошь усаженный колючками, тяжелый металлический шар и стремительно понесся в сторону боевых машин. Прежде чем хоть одна из них успела произвести выстрел, чудовищный метательный снаряд протаранил центральный танк, загнув ему ствол на сторону и частично вырвав башню из корпуса.

После этого, шар, взметнувшись в воздух, и громыхнув тонкой цепью, стремительно вернулся к своему хозяину и плотно сел на прежнее место. Влад пришел в ужас от мысли, насколько крепкими должны быть звенья цепи, позволявшей выдерживать такие перегрузки и при этом оставаться целой. Трудно было даже представить, из какого же сверхпрочного сплава была изготовлена эта цепь.

Оставшиеся два танка, практически одновременно, окутались дымом, сверкнули огнем и громыхнули пушками. «Ландскнехт», каким‑то непостижимым образом, предвосхитив этот момент, успел упасть плашмя на землю. Оба снаряда, просвистев над ним, благополучно поразили корпус завода. Два взрыва исторгли наружу фонтаны осколков железобетона, вперемежку с кусками окровавленной плоти, которой была сплошь покрыта вся поверхность здания.

Не дав время экипажу танков перезарядить свои орудия, «ландскнехт» вскочил на ноги. После этого, подняв руки над головой, он бросил их в сторону противника. Оба его железных кулака со страшным грохотом поразили два оставшихся танка. Нанесенные удары были настолько сильны, что танковые башни были сорваны, словно полиэтиленовые крышки стеклянных банок, с маринованными огурцами, заскорузлой лапищей пьяного грузчика.

А после этого начался настоящий кошмар. «Ландскнехт» пошел в атаку. Автоматные выстрелы были для него примерно тем же, что для слона уколы булавкой. Он попросту никак не реагировал на них.

Но крупнокалиберные пулеметы, действительно, заставили его пару минут поволноваться. Угодив в перекрестье нескольких очередей, монстр неожиданно начал терять пластины своего панциря. Их попросту содрало с него пулями и отбросило в сторону. И теперь на груди чудовищного «ландскнехта», сразу в нескольких местах, мелькали кровавые заплатки незащищенного тела.

Исторгнув возмущенный рев, «ландскнехт» в считанные минуты разобрался со своими обидчиками, посмевшими нарушить целостность его новенького бронированного костюма. Он яростно впечатал их в землю, одного за другим, своими железными кулаками. Но за это время он успел потерять еще несколько пластин своей брони. Беспощадное уничтожение пулеметных расчетов обошлось «ландскнехту» дорогой ценой. Теперь, лишившись части брони, он утратил свою неуязвимость. Автоматчики поливали его длинными очередями, целясь в незащищенные участки тела и конечностей. Судя по фонтанчикам крови и разлетающимся в разные стороны кускам плоти, «ландскнехту» приходилось несладко. О чем он, время от времени, и сообщал атакующим его солдатам посредством страшного, душераздирающего рева.

Но, несмотря, на, то, что биомеханический монстр получал существенный урон, он продолжал кружиться на месте, словно шаман, призывающий злых духов, громко гремя цепями и безостановочно топча огромными ногами, наседающих на него со всех сторон, людей. Только вместо бубна у него были огромные железные кулаки, которые он свирепо швырял в ряды противника, прорубая в них страшные бреши.

Воспользовавшись тем, что внимание армии было всецело поглощено битвой с «ландскнехтом», «многоножка» тихой сапой, на полусогнутых ногах припустила в сторону завода. К тому времени, когда это было замечено, было уже поздно, что‑либо предпринимать. Вдогонку ей полетели несколько гранат выпущенных из гранатометов, но урон, причиненный при этом, был минимальным. И он никак не сказался на способности «многоножки» перемещаться в пространстве. А еще через мгновение, кошмарный транспорт шустро, словно крыса, шмыгнул в открытые ворота и исчез где‑то там в темноте.

«Ландскнехт» к тому времени, истекающий кровью из многочисленных прорех в его колоссальном теле, развернулся и попытался скрыться в чреве завода. Он решительно развернулся к противнику и поспешил в сторону спасительных ворот. На его счастье броня на задней части его доспехов была практически не повреждена. И автоматная стрельба не причиняла ему решительно никакого урона.

Воспользовавшись этим обстоятельством, пошатываясь от полученных ран, он еле добрался до ворот, рухнул на колени и принялся торопливо заползать вовнутрь.

К этому времени, генерал Солодовников, взбешенный тем, что «многоножка» несмотря на все героические усилия оцепления, благополучно прорвалась к заводу, отважился на решительный шаг. В тот момент, когда казалось, что «ландскнехту» удастся уйти вслед за «многоножкой», со стороны лагеря неожиданно раздалось оглушительное шипение, а затем рев реактивного двигателя.

Влад и Светлана, испуганно обернувшись, увидели, что ракетная установка на базе «Урала» окуталась клубами белого дыма.

В следующее мгновение, в воздух взвился тонкий серебристый корпус зенитной ракеты, класса «земля — воздух». Описав широкую дугу, над головами, обалдевших от неожиданности людей, ракета, набрав скорость, коршуном упала сверху и угодила прямо в бронированный зад «ландскнехта».

Прогремевший, за этим, мощный взрыв разнес вдребезги его огромную тушу, окатив все кругом, черной кровью и осклизлыми внутренностями. Вдобавок ко всему, взрывом разворотило ворота и раскидало в разные стороны их огромные створки.

Глава 28

К большому сожалению генерала Солодовникова, а также Вождя, им так и не удалось заполучить в свое распоряжение «ландскнехта». Ни живого, ни мертвого.

То, что осталось от внеземной формы жизни, после прямого попадания ракеты, могло свободно уместиться в двух больших оцинкованных ведрах. Вдобавок ко всему, до этих немногочисленных фрагментов было практически невозможно добраться. По крайне мере, до тех пор, пока вся территория заводского двора не перейдет под полный контроль армии. А сейчас, любого смельчака, сдуру сунувшегося туда взять пробы, «кровавые веретена» превратили бы в нежный паштет, растерев его железобетонными плитами об асфальт.

По поводу благополучного уничтожения «ландскнехта», Солодовников созвал экстренное совещание. Полковник Златоустов, то есть Вождь, настоял на то, чтобы туда также были приглашены Влад и Светлана Сергеевна. Генерал для вида поартачился, но пребывая в хорошем настроении, после победы над «ландскнехтом», в конце концов, дал себя уговорить.

— Смотри, полковник, под твою личную ответственность! — строго погрозил он пальцем Вождю.

В ходе совещания, генерал поставил перед личным составом, вверенных ему подразделений, задачу — по возможности не повредить главную тварь, то есть, самого Анатомика. Все виды вооружения надлежало применять с оглядкой, и лишь в самом крайнем случае. В идеале нужно было попытаться захватить Анатомика живым и невредимым, для того чтобы, в дальнейшем выведать у него все умопомрачительные технологии и разработки его цивилизации.

Прежде чем Вождь успел, поймать Светлану Сергеевну за рукав ветровки, она решительно поднялась с места.

— Господин генерал, с вашего позволения я хотела бы внести ясность по данному вопросу, — мило улыбаясь, сказала она.

У Светланы хватило ума и такта дождаться, когда генерал, окинув ее недовольным взглядом, кивнул своей непропорционально большой головой в знак согласия.

— Как ученый, я горячо поддерживаю вашу идею захватить эту чудовищную тварь — Анатомика, со всеми его секретами, живьем. Но, я не могу, не обратить ваше внимание на то, что в этом случае мы становимся заложниками наших непомерных амбиций.

— Выражайтесь яснее! — недовольно буркнул Солодовников.

— Яснее? Извольте! — Светлана Сергеевна недобро усмехнулась. — На мой взгляд, имеет место быть, факт явного недопонимания ситуации. Все сидящие здесь, включая меня, явно недопонимают, с чем нам всем пришлось столкнуться. Анатомик — представитель древней цивилизации, намного превосходящей человеческую по возрасту, интеллекту и по знаниям. Мы не знаем, что именно он может выкинуть в следующие несколько часов. Надеюсь, ни у кого из присутствующих, не возникает сомнений в том, что Анатомик способен на многое? Лично я нисколько не сомневаюсь в том, что прямо сейчас он готовит нам очередной неприятный сюрприз

— Больше конкретики! Что именно вы предлагаете? — полностью проигнорировав вопрос, небрежно поинтересовался Солодовников.

— Пока мы, при помощи полумер, будем предпринимать попытки захватить Анатомика живьем, он получит фору во времени! Можно не сомневаться, что с его мощным интеллектом, запрограммированным на уничтожение, Анатомик использует любезно предоставленный нами тайм — аут с колоссальной эффективностью, — Светлана Сергеевна выдержала паузу, дабы убедиться, что все присутствующие в должной мере сознают лежащий на них груз ответственности. — В связи с этим, я официально заявляю, что самым разумным представляктся уничтожить Анатомика, причем, как можно скорее. С использованием всего доступного нам арсенала вооружения. В конце концов, если, будет нужно, сбросьте на него атомную бомбу!

В большой штабной палатке, где проходило совещание, повисла тишина. Каждый обдумывал слова Светланы Сергеевны, которая, несмотря на то, что была блондинкой, говорила поразительно умные вещи.

Но одно дело думать и совсем другое дело — высказывать свои мысли вслух. Особенно, когда у тебя на плечах погоны, которые можно потерять за роскошь иметь свою точку зрения, отличную от старших по званию товарищей.

Когда тишина сгустилась настолько, что казалось, еще немного и ее можно будет резать ножом, генерал подчеркнуто тихим, ледяным голосом сказал:

— Полковник Златоустов, немедленно посадите вашу, не в меру болтливую, протеже под домашний арест. А если она и дальше будут мешать мне, выполнять мой воинский долг, то я отдам ее под трибунал. Сдается мне, что она из той породы хронических паникеров, которые чуть что сразу бегут к вездесущим журналюгам, торопясь поделиться секретной информацией, обладателями которой они стали по халатности своих руководителей! В данном, конкретном случае, я имею в виду лично вас полковник Златоустов!

Светлана Сергеевна сидела в палатке, одна одинешенька, разобиженная на весь белый свет. По — бабьи подперев щеку ладошкой, она тяжело вздохнула. От осознания того, что снаружи палатки стоит часовой с всамделишным автоматом, который караулит, как бы она не убежала, ей стало не по себе. Так охраняют врагов, но Светлана Сергеевна врагом себя, отнюдь, не считала.

Если говорить начистоту, то по ее глубокому убеждению, необдуманные действия генерала Солодовникова могли нанести непоправимый ущерб не только стране, но и всему человечеству в целом. То есть из них двоих именно он и вел себя, как самый настоящий враг!

Но вместо этого, генерал продолжал корчить из себя гениального стратега, поднимая собственную самооценку, среди окружающих его подхалимов. А ее засадил под домашний арест, обвинив во всех мыслимых грехах, вплоть до измены Родине!

— Тупой салдофон! — яростно прошипела Светлана и, поднявшись с раскладушки, принялась мерить шагами свою матерчатую «тюрьму».

В это время, кто‑то подошел ко входу в палатку. Судя по интонации, старший офицер принялся распекать личного часового Светланы Сергеевны. Она настороженно прислушалась.

— Товарищ солдат, почему у вас ремень болтается на гениталиях?

В ответ послышалось невнятное блеяние. Видимо, солдат, что‑то говорил в свое оправдание.

Светлана Сергеевна уже хотела выглянуть из палатки и потребовать от офицера, чтобы тот оставил беззащитного парня в покое, но не успела этого сделать. Неожиданно у нее за спиной послышался звук разрезаемой ткани. Повернув голову, она обомлела.

В прорехе, образовавшейся в задней стенке палатки, появилась физиономия Влада. В руках он сжимал нож. При этом вид у него был самый, что ни на есть, бандитский.

Поспешно приложив палец к губам, он своевременно пресек готовый вырваться у Светланы вопрос:

— А ты чего здесь делаешь?

Расширив разрез в полотне палатки, Влад все также беззвучно поманил Светлану к себе. Она беспрекословно подчинилась и, протянув руку Владу, позволила тому вытянуть себя на улицу сквозь прореху.

— Теперь, давай быстро сюда! — скомандовал тот, распахивая дверцу, стоящего между палатками, УАЗика.

Едва Светлана Сергеевна села в машину, как Влад поспешно втиснулся вслед за ней. После этого водитель, в форме лейтенанта МЧС, медленно тронулся с места.

— Что происходит? — шепотом поинтересовалась Светлана у Влада.

— Я тебя тупо украл! — самодовольно хохотнул тот и развязно похлопал ее по колену. — Теперь, ты принадлежишь мне! Хочу — женюсь, хочу — наложницей сделаю!

— Размечтался! — презрительно фыркнула Светлана. — У меня встречное предложение — хочешь, в качестве благодарности, я сделаю тебя евнухом?

— Вечно ты все опошлишь! — искренне возмутился Влад.

Он нервно заерзал на своем сидении, словно проверяя, не успела ли, скорая на расправу, Светлана осуществить свое обещание?

— Так, куда мы едем? — издевательски улыбнулась она.

— Не видишь? Пытаемся выбраться из этого гадючника!

— И что ты сам до всего этого додумался? — недоверчиво спросила Светлана.

— Нет, это Вождь все устроил, — обиженно проворчал Влад. — Я только предложил.

— Что ты предложил?

— Вождь и вся его команда люди официальные и подневольные. Они обязаны выполнять приказы начальства, — начал издалека Влад. — В то время как у нас с тобой руки полностью развязаны.

— Что ты хочешь этим сказать? — подозрительно поинтересовалась Светлана Сергеевна.

— Вот я и предложил, так сказать, на свой страх и риск, проникнуть на старый завод, чтобы там на месте, выяснить слабые места Анатомика и попытаться уничтожить его самостоятельно.

— Ты что с дуба рухнул? — искренне возмутилась Светлана. — Я, конечно со странностями, но не настолько, чтобы добровольно записываться в клуб самоубийц! Не пойду я ни на какой завод, ни на старый, ни на новый!

— Ты не понимаешь, — нетерпеливо перебил ее Влад. — Вождь все время будет с нами на связи и обеспечит нам полную поддержку.

— Чего‑то я не особо ощутила его поддержку, там, на совещании, у Солодовникова! — сварливо проговорила Светлана.

— Ну, я же уже объяснил тебе причину, по которой он не может в открытую переть против целого генерала! — возмутился Влад.

После этого Светлана Сергеевна задумалась и надолго замолчала. Тем временем, УАЗик благополучно выехал с территории палаточного лагеря. Обогнув колонну стоявшей техники, он остановился возле внедорожника Влада, стоявшего неподалеку.

— Спасибо! — поблагодарила лейтенанта Светлана, выбравшись из машины.

— Не за что! — легкомысленно ответил тот, после чего лихо развернулся и покатил обратно в лагерь.

Еще через несколько минут, Влад со Светланой, вздымая клубы пыли, неслись по грунтовой дороге в сторону шоссе ведущего в город. По мере того, как негостеприимный палаточный лагерь оставался позади, к Светлане Сергеевне начало возвращаться хорошее настроение.

— Кстати, Вождь предупредил, что тебе лучше не соваться домой, — как бы невзначай, обронил Влад.

— Это еще почему? — строптиво поинтересовалась Светлана.

— Да потому, что после твоего побега из‑под домашнего ареста, генерал поставит на уши весь городской гарнизон, — охотно пояснил тот. — И первое место, куда направят свои натруженные стопы, работники комендатуры будет твоя квартира. Так, что едем ко мне!

— Хорошо, поехали к тебе! — на удивление спокойно отреагировала на это известие Светлана, и ядовито добавила, — Мое предложение, насчет евнуха, остается в силе! Если все‑таки надумаешь, ты только скажи.

После этого, вплоть до самого дома Влад они ехали молча.

Наконец Светлана Сергеевна не выдержала и, положив руку на плечо Влада, примирительным тоном сказала:

— Влад, чего ты надулся? Неужели, в самом деле, обиделся? Ну, прости ты меня дуру!

— Ты не дура, ты просто очень вредная! — проворчал Влад, выбираясь из машины.

Глава 29

Квартира Влада была расположена в огромном многоэтажном и многоподъездном доме. В одном из тех, что в народе называют «кораблями».

Открыв подъездную дверь кодовым ключом, Влад галантно пропустил вперед Светлану.

После яркого полуденного солнца, во мраке полутемного подъезда не было ничего видно. Светлана остановилась для того, чтобы дать глазам привыкнуть к темноте.

Сзади нее на месте нетерпеливо топтался Влад.

— Такая большая девочка, а темноты боишься! — язвительно прокомментировал он ее заминку.

— Ничего я не боюсь! — презрительно фыркнула Светлана и решительно шагнула вперед.

Она не сразу сообразила, почему пол, возле ее ног, шевелится. А когда поняла, что это такое, то лишь нервно повела шеей.

Влад по достоинству оценил самообладание Светланы Сергеевны. Будь на ее месте любая другая женщина, она бы уже давно, оглашая подъезд пронзительными воплями, вскарабкалась с ногами ему на голову.

По полу подъезда, стремительной волной перетекали полчища черных крыс. Они целеустремленно двигались через подвальную решетку в приоткрытую дверь подсобки, где стояли контейнеры с мусором.

— Дурдом какой‑то! — возмутился Влад, провожая недоуменным взглядом, ополоумевших от страха, зверьков. — Вдобавок ко всему еще и крысы отчего‑то совершенно спятили!

— Остается только гадать, что вызвало столь необычную миграцию? — задумчиво сказала Светлана Сергеевна.

Впрочем, пребывали они в неведении не очень долго.

Дожидаясь, когда лифт спустится с верхних этажей, они неожиданно услышали грохот распахнувшегося люка мусоропровода. Недоуменно пожав плечами, Влад на всякий случай, поднялся вверх по лестнице и остолбенел.

— Это еще, что за хрень? — послышался у него за спиной сдавленный возглас Светланы Сергеевны, которая не утерпела и последовала вслед за ним.

Из люка мусоропровода, на пол с грохотом вывалился страшный уродец. Размером с крупную кошку, пропорциями своими существо отдаленно напоминало крысу. С той лишь разницей, что оно не было обычной городской крысой. Черная шерсть, неопрятными клочьями, торчала прямо из обнаженных гипертрофированных мышц, которые изнутри распирал переизбыток крови.

Огромная «крысиная» голова составляла примерно третью часть всего тела. А рот, в котором была зажата изжеванная тушка обычной черной крысы, по своим размерам не уступала пасти бультерьера. Черные, блестящие бусины глаз, недобро уставившиеся на людей, сильно напоминали взгляд бойцовой собаки, собирающейся атаковать.

С отвращением выплюнув, зажатую в пасти добычу, она, пригнув голову, неторопливо двинулась на людей. При этом Светлана отчетливо разглядела, как в пасти у «крысы» блеснула острая сталь зубов. После этого у нее уже не осталось сомнений, что перед ними очередной «шедевр» Анатомика.

Влад, мельком бросил взгляд назад, и поспешно прикрыл своим телом Светлану. После этого, он демонстративно выставил вперед левую ногу в сторону неторопливо приближающейся «крысы».

— Ты хочешь, чтобы она отгрызла тебе ступню? — бесстрастно поинтересовалась Светлана. — Может быть, проще убежать?

— Едва мы повернемся спиной, как она тут же прыгнет и вцепится кому‑нибудь из нас в холку, — пробормотал Влад. — Просто стой и смотри!

«Крыса» со стальными зубами, внаглую перла на Влада, уверенная, что без проблем цапнет его за подставленную под укус ногу. Вложившись всем корпусом в мощный бросок, она попыталась достать мягкую, податливую плоть. Но Влад был начеку и тут же, со всего маху, припечатал ее голову каблуком другой ноги. Раздался отвратительный хруст, и уши ему ожег пронзительный, металлический писк. Словно кто‑то громко скрипел тупым ножом по листу железа.

Владу пришлось приложить всю свою силу для того, чтобы удержать на месте остервенело вырывающуюся «крысу». Отвратительная тварь, несмотря на то, что у нее был раздавлена голова, отчаянно пыталась освободиться.

— Перестань давить, вращайся на каблуке! — нетерпеливо воскликнула Светлана. — Крутись всей массой, кроши кости, разрушь ее мозг!

Влад последовал совету и вскоре «крыса» действительно затихла. Но Влад, еще некоторое время, на всякий случай не убирал ногу, опасаясь, что та вдруг оживет.

— Чумовая зверушка! — пробормотал он тяжело отдуваясь.

— Ну‑ка, уступи место специалисту! — нетерпеливо потянула его за рукав Светлана. — Всегда, пожалуйста! — проговорил Влад, отходя в сторону.

Светлана, присев на корточки, опустилась возле раздавленной «крысы».

— Нисколько не удивлюсь, если ее слюнные железы вырабатывают вирус Эболы или цианистый калий! — с отвращением разглядывая тело жуткого создания, проговорила она. — Я тут подумала, что было бы неплохо передать ее для исследования группе Вождя. Уверена, что они такого еще не видели!

Влад, молча, протянул Светлане один из двух пластиковых пакетов с продуктами, которые они купили по пути к нему домой. Рассовав, из оставшегося у него в руках пакета, бутылки с выпивкой по карманам куртки он опустошил его.

Светлана, тем временем, достала свой смартфон и начала нажимать кнопки на экране.

— Если ты собираешься звонить Вождю, ты, определенно, натуральная блондинка, — хихикнул Влад.

— Что опять не так? — рассерженно спросила Светлана, опуская руку со смартфоном.

— Будет лучше, если ты прямо сейчас, отключишь свой сверхплоский телевизор, — посоветовал Влад. — Потому что его уже наверняка слушают. На, лучше возьми мой!

Отдав ей свой смартфон, он, кряхтя, склонился над «крысой» и взял ее за длинный голый хвост.

Светлана поспешно отвернулась, чтобы не видеть, как Влад будет брать руками тушку омерзительного создания.

— Господин полковник? Идущие на смерть приветствуют вас! — насмешливо сказала Светлана. — У нас тут есть для вас небольшой подарочек — дохлая крыса.

— Какая еще крыса? — недоуменно переспросил Вождь. — Это что шутка?

— Какая уж тут шутка! Нас с Владом только что, чуть было, не затоптала целая стая смертельно напуганных крыс. Они, буквально по нашим головам, ломились прочь из подвала его дома.

— Хочешь сказать, что крысы уже бегут с тонущего корабля, то есть, из города? — недоверчиво спросил Вождь.

— Я бы, наверное, тоже побежала, если бы Влад не убил эту мерзкую тварь, что терроризировала крыс, а потом накинулась и на нас, — призналась Светлана. — Я бы сама вскрыла этого грызуна со стальными зубами, но у нас мало времени. Вы бы забрали у нас это сокровище и хорошенько исследовали его. Мне представляется, что все создания Анатомика сляпаны им по одному и тому же принципу. Если вы сможете вывести некие закономерности в строении, метаболизме, быть может, это поможет нам понять логику его страшных поступков.

— Хорошо, я вышлю к вам курьера, диктуйте адрес, — сказал Вождь.

— Какой у тебя адрес? — повернулась Светлана к Владу.

Его вид, не на шутку озадачил ее. Влад стоял с виноватым видом и держал палец во рту, словно маленький мальчик. Пакет и «крыса» валялись перед ним на полу.

Вынув окровавленный палец изо рта, Влад, быстро назвал адрес и снова засунул его в рот. Выяснилось, что взяв «крысу» за хвост, он глубоко порезал палец. Лысый, розовый хвост оказался покрыт мелкими чешуйками острой как бритва, заточенной стали. Замотав палец Влада носовым платком, Светлана Сергеевна носком туфли затолкала дохлую «крысу» в пакет. После этого они поднялись в квартиру Влада.

Когда Влад вернулся из Проектного института домой, ему пришлось трезвонить минут пять, прежде чем он наконец‑то был услышан. Линза дверного глазка осветилась светом, потом погасла, и в замке загремел ключ.

— Вкусно пахнет? — прямо с порога разулыбался Влад.

Светлана нежно чмокнула его в щеку, состроила патологически умильную физиономию и пропела:

— Белье постирано, носки заштопаны, дети накормлены и спят, ужин на столе! Как дела на работе, милый? Не хочешь ли чего‑нибудь выпить, а потом трахнуть меня?

Влад поперхнулся от неожиданности и уже открыл, было, рот, чтобы сказать:

— Конечно, любимая! Кто же не захочет заняться с тобой любовью?

Но Светлана Сергеевна, тяжело вздохнув, закрыла ему ладонью рот и сказала:

— Но ничего этого, сегодня не будет! За исключением, пожалуй, ужина.

Влад, заскрипев от разочарования зубами, молча, протянул ей большую потертую папку, которую принес с собой. После этого он нагнулся и, стараясь не смотреть в сторону Светланы, принялся расшнуровывать кроссовки. Когда он поднял голову, ее в прихожей уже не было. Тяжело вздохнув, Влад снял куртку и прошел в комнату.

Используя старые связи в Проектном институте города, он несколько часов кряду провел в тамошнем архиве. За энную сумму денег он получил в свое распоряжение ксерокопии поэтажных планов старого завода, со всеми прилегающими к нему коммуникациями. В качестве бонуса ему дали струю папку, в которую он с трудом уместил пухлый ворох полученной технической документации.

Наскоро перекусив и замахнув полстакана коньяка, для бодрости духа, Влад раскрыл принесенную папку. Разложив принесенные схемы, прямо на полу, он принялся колдовать над ними. Вскоре к нему присоединилась и Светлана.

Сидя на полу и поминутно соприкасаясь головами, они принялись оживленно обсуждать, как им пробраться незамеченными на завод. Влад, поражаясь технической дремучестью Светланы, вместе с тем, не мог не восхищаться ее поразительной интуиции. Не вдаваясь в дебри специальных технических терминов, она с лету ловила все объяснения, которые Влад делал, просматривая чертежи.

В конце концов, было решено проникнуть в заводской корпус через систему пожаротушения. Для этого им было необходимо незаметно забраться в расположенные под землей, гигантские резервуары. Люки, ведущие в них, находился совсем рядом с армейским палаточным лагерем.

— Сомнительно, чтобы пожарные емкости были до сих пор заполнены водой, — задумчиво сказа Влад. — За те десятилетия, что завод был предоставлен самому себе, в железобетоне пола и стен резервуаров, наверняка, образовались многочисленные трещины. А через них вода ушла в землю.

— А, оттуда, насколько я поняла, под землей идут огромные трубы в насосную станцию, расположенную в подвале старого завода, — уточнила Светлана.

Влад, в порыве восхищения, протянул свою лапищу и привлек Светлану к себе. Глядя в ее холодные синие глаза, он осторожно поцеловал женщину в губы. Они были прохладными, податливыми и пахли карамелью.

Влад в ужасе застыл, ожидая, что сейчас его в очередной раз высмеют или дадут оплеуху.

Но, как, ни странно, Светлана не сделала, ни того, ни другого.

В ее глазах заплясали озорные чертики, и она прошептала:

— Ну же, смелее, глупый медведь!

Глава 30

Влад все никак не мог уснуть. Он лежал на спине, а Светлана, прикорнув на его могучей груди, спала сном младенца. Время от времени она принималась стонать. Видимо ей снился Анатомик или еще какая‑нибудь гадость. Каждый раз, Влад принимался нежно гладить ее по плечу. Светлана умолкала, словно ребенок, чувствующий, что находится под надежной защитой.

Все это было очень хорошо и мило, но у Влада страшно затекла спина, и уже начали отниматься ноги, но он боялся пошевелиться, чтобы не нарушить покой Светланы.

Чтобы хоть как‑то скоротать время, ему не оставалось ничего другого, как меланхолично пялиться в потолок спальни и думать о превратностях судьбы.

Вплоть до того самого момента, когда они со Светланой, повинуясь спонтанному чувству, принялись кувыркаться прямо на полу, там в гостиной, Владу было все ясно и понятно. Его прежняя жизнь была подобна им самим построенному дому. В котором ему была знакома каждая, самая мельчайшая, деталь. Где все было просто и однозначно. Вот — пол, вот — потолок, а по бокам стены.

Но теперь, после того как в его жизнь разрушительным смерчем ворвалась Светлана Сергеевна, все его жизненные ориентиры и акценты неожиданно сместились. Боле того, они стремительно разъехались в разные стороны, а вместе с ними поехала и крыша, этого, казалось бы, монолитного здания. И процесс этот, судя по всему, прогрессировал. В результате, вместо безукоризненного строения, возведенного по всем правилам архитектуры, на мощном фундаменте его жизненного опыта, ныне, Влад имел лишь живописные развалины.

Теперь, все приходилось начинать с самого начала. Где‑то в самой глубине его души ворохнулась мысль — а нафига все это ему надо? Не проще ли оставить все как есть? Но он решительно задавил в себе эти паникерские настроения в самом зачатке.

Но что действительно пугало Влада, до рези в желудки, так это то, что теперь ему было что терять. Он боялся потерять внезапно обретенную любовь, пожалуй, больше чем потерять свою собственную жизнь. Потому что, теперь, без Светланы она ему была попросту не нужна.

С ее появлением, его существование, внезапно, вновь наполнилось смыслом. Все изменилось в одночасье, словно по мановению волшебной палочки. И то, что было раньше, предстало перед Владом в своем истинном, неприглядном свете.

Он был вынужден признаться самому себе, что уже давным — давно, по горло сыт всей своей прежней жизнью. Этими беспроглядными серыми буднями, наполненными алкоголем и случайными подругами.

Спору нет, раз на раз не приходилось. Иногда Влад был весьма доволен своим времяпровождением. Но во всем этом, всегда присутствовал некое послевкусие, вроде полынной горечи вермута. И имя этому тоскливому ощущению было — одиночество.

Влад прекрасно понимал, что в процессе щедро проплаченной им очередной веселухи, все окружающие его люди, не более чем статисты. Одни из них были хорошими актерами и добросовестно отрабатывали свой гонорар. Другие были поплоше и явно не дотягивали до уровня, на который претендовали. Но и в том, и другом случае, все они просто выполняли свою работу. То есть, в меру своих сил и способностей, хорошо ли, плохо ли, но делали свое дело, за которое Влад платил им деньги. Потому что всем им нужно было жить и кормить свои семьи. Если, конечно, они у них были.

Что касается самого Влада, то он был им полностью безразличен. А по большому счету, им всем было глубоко на него наплевать. Влад ни на мгновение не сомневался, что если с ним вдруг что‑нибудь случится, действующие лица этого веселого балагана, все, как один, тут же отвернутся от него. Хладнокровно переступив через его немощное тело или остывающий труп, это уж как повезет, они отправятся в поисках нового меценатствующего прожигателя жизни, у которого есть деньги.

Влад с грустью понимал, что после его ухода, случись вдруг такое досадное событие, никто из его нынешних друзей и подруг, не будет никогда больше вспоминать о нем. Разве что к слову — «был тут один большой чудак на букву М».

Влад, вдруг, с несказанным удивлением обнаружил, что в его прежней, весьма насыщенной бурными событиями, жизни, никогда еще не было явления сопоставимого со Светланой. Мерилом здесь была та яркость и свежесть впечатлений, что она ему бескорыстно подарила. А всего‑то и было между ними, лишь пара часов сумасшедшей, ненасытной близости. И этого оказалось вполне достаточно, чтобы перевернуть все вверх дном в его одинокой, озябшей душе.

Более всего его поразил тот факт, что Светлане ничего не было от него нужно. Ни денег, ни квартиры, ни навороченной «тачки», ни как их‑то там гарантий на будущее. Она просто щедро поделилась с ним сама собой, ничего не требуя взамен. Просто потому, что он был ей нужен в тот момент, а она была нужна ему.

Влад не знал, сколь долго продлятся их отношения. Даже если бы, прямо сейчас, проснувшись, Светлана вдруг сказала, что больше никогда не хочет видеть его противную рожу, он безропотно принял бы это. И все равно был бы ей благодарен на всю оставшуюся жизнь. За то непродолжительное счастье, что она так щедро подарила ему.

Внезапно, Влад перестал улыбаться. От одной мысли, что в результате их безумной затеи пробраться на завод, он может потерять Светлану, его бросило в холодный пот. Он прижал ее к себе, словно кто‑то, или что‑то, уже протягивало к ней свои когтистые лапы, чтобы отобрать у него.

Неожиданно, чуткий нос Влада уловил какой‑то странный запах несвойственный его квартире. Сам он, даже отдаленно не мог пахнуть таким образом. И он очень надеялся, что Светлана тоже.

Осторожно убрав голову подруги, со своей груди, на подушку он сел. Принюхавшись, он понял, что запах доносится в спальню из зала. Одновременно с этим к Владу пришло понимание, что это не запах, а вонь.

Быть может на кухне утечка газа? Встревоженный Влад вприпрыжку понесся на кухню. Но газовая плита была отключена и, вдобавок ко всему, там ничем не пахло. Отвратительный запах явно сочился из прихожей.

Прихватив на всякий случай, большой кухонный нож, Влад шагнул в прихожую. Запах там был настолько сильный, что ему пришлось зажать нос пальцами. Когда он включил свет, то с облегчением, увидел, что там нет никаких непрошенных визитеров. А вонь идет от пластикового пакета, в который они со Светланой положили «крысу» Анатомика, с раздавленной головой.

Влад озадаченно почесал затылок рукояткой ножа. С момента гибели гадкой твари прошло часов пять — шесть, не более. Неужели за это время процесс разложения мог зайти так далеко?

Нагнувшись, Влад лезвием ножа приоткрыл пакет и тут же в ужасе отпрянул назад. В нос ему шибанул запах падали такой концентрации, что у него заслезились глаза. Не справившись с возмущенным желудком, Влад опрометью кинулся в ванную, где надолго приник к унитазу. Все время пока его тело сотрясали спазмы, перед глазами у его стояло содержимое пакета.

От «крысы» в ее первозданном виде мало, что осталось. Мышечные ткани отвалились от костей и превратились в некое подобие жидкого холодца. В нем плавали несколько, не успевших разложиться ошметков «крысиной» плоти. Теперь, когда костяк был полностью обнажен, было отчетливо видно, что кости скелета, каким‑то непостижимым образом, соседствуют с блестящими металлическими конструкциями.

— Что здесь, черт возьми, происходит? — неожиданно раздался над Владом встревоженный голос. — Влад, ты, что перепил?

Утерев рот тыльной стороной ладони, он поднял голову. Над ним стояла Светлана Сергеевна. Из одежды на ней были только наручные часы.

Даже сейчас, когда по логике вещей, Владу было совсем не до ее прелестей, он ощутил острое желание. Со стоном поднявшись на ноги, он склонился над раковиной и принялся поспешно мыть лицо, пытаясь привести себя в порядок.

— И чем здесь так отвратительно воняет? — продолжила допрос Светлана Сергеевна. — У тебя расстройство желудка?

Уперев руки в бока она, нимало не смущаясь своей наготы, подозрительно смотрела на Влада.

Обтерев лицо махровым полотенцем, Влад зашвырнул его на вешалку.

— Дело в том, что наша дохлая «крыса» немножко испортилась и теперь попахивает, — сказал он.

— Не может этого быть! — воскликнула Светлана. — За это время она не успела бы настолько, как ты говоришь, испортиться.

— Уверяю тебя, что очень даже может! — проворчал Влад. — И если ты, любовь моя, заглянешь в пакет, что мы оставили в прихожей, то у тебя тоже будет тошнота и бледный вид. Но я бы, настоятельно не советовал, тебе этого делать!

И в это время раздался звонок в дверь.

Светлана глянула на свои часы и встревожено спросила:

— Время — три часа ночи, кто бы это мог быть?

— Ну, уж точно не доставка пиццы, тем более что мы ее не заказывали, — пожал плечами Влад и, соорудив из полотенца набедренную повязку, отправился открывать дверь.

— Не забудь посмотреть в глазок, — крикнула, бросившаяся одеваться Светлана Сергеевна. — А то мало ли что? Вдруг это Анатомик приперся, собственной персоной?

— Анатомик, насколько я могу судить по опыту общения с ним, обычно входит без стука, прямо сквозь дверь и появляется с дверным косяком на шее, — пробурчал Влад, но в глазок все‑таки посмотрел.

Там на лестничной площадке, стоял парень в форме МЧС. Приглядевшись, Влад узнал в нем лейтенанта, который вывез их из лагеря на УАЗике.

— Чем это здесь так воняет? — нервно завертел головой лейтенант, едва переступил порог. — У вас, что в квартире труп недельной давности?

— Нет, ему, от силы, всего шесть часов, — сказал Влад, протягивая парню пакет с останками.

— Боюсь спросить, что там такое? — с омерзением спросил лейтенант, принимая пакет и стараясь держать его от себя как можно дальше.

— Дохлая крыса, — честно признался Влад.

— Так вы вызывали меня только потому, что вам самому лень тащиться с этой падалью на помойку? — искренне возмутился лейтенант.

— Это не обычная крыса, а очередное творение Анатомика! — заверил его Влад. — Вождь спит и видит, как бы заполучить ее для исследования. Кроме того, завтра с утра нам понадобится кое — какое оборудование, вот список.

Вручив листок парню, Влад поспешно выпроводил его вон из прихожей, вместе с вонючим пакетом. Светлана тем временем, успела открыть настежь балконную дверь и все окна в квартире.

— У тебя дезодорант есть? — поинтересовалась она.

— Да, но он мужской, — сказал Влад, протягивая ей баллончик.

— По мне, хоть для крокодилов! — проворчала Светлана Сергеевна и принялась щедро распылять дезодорант, переходя из комнаты в комнату.

— Это же дорогущий французский парфюм! — возмутился Влад. — Погоди, я тебе сейчас освежитель воздуха дам!

— Жмот! — презрительно фыркнула Светлана.

Глава 31

Рано утром Влад со Светланой на МЧСовском Уазике, за рулем которого был все тот же лейтенант, уже мчались по загородному шоссе. Машина двигалась в сторону старого завода, превращенного Анатомиком в неприступную цитадель.

Вождь отнесся со всей серьезностью к миссии, возложенной на своих внештатных сотрудников, и экипировал их по полной программе.

Под просторными черными комбинезонами, тела Влада и Светланы были затянуты в эластичную броню, армированную сверхпрочными нитями. По словам лейтенанта, она свободно выдерживала выстрел в упор из пистолета Макарова. А холодное оружие просто скользило по ней, словно по чешуе. Имевшийся замок «молния», был надежно прикрыт клапаном из этого же материала. В комплекте шли также защитные перчатки.

На голову каждому полагался шлем, типа башлыка, оставлявший открытым лишь лицо. Но по понятным причинам, сейчас они лежали свернутыми в небольших рюкзаках, чтобы не привлекать ненужного внимания. На ногах были армейские берцы с высокой шнуровкой. Дополняли их наряд компактные приборы ночного видения и обычные армейские противогазы.

Вождь также позаботился, чтобы его новоявленные «диверсанты» могли достойно постоять за себя. Каждому полагался штурмовой автомат, довольно необычный конструкции. По крайней мере, Влад ни разу нигде не встречал упоминания об этой модели, хотя довольно серьезно интересовался оружием.

Показывая как пользоваться автоматом, лейтенант дал ему краткую характеристику. В частности, он сказал, что на сегодняшний день — это самый маленький и самый мощный автомат в мире. Действительно, тот сочетал в себе миниатюрность и необычайно большой калибр. Помимо уже присоединенного магазина, к каждому прилагался подсумок с пятью запасными обоймами.

Холодное оружие было представлено острым словно бритва, ножом «неразлучником» и огромным «мачете». По словам лейтенанта, им можно было свободно рубить гвозди, а затем бриться.

По просьбе Влада, Вождь прислал также портативную газорезку, с двумя небольшими баллонами пропана и кислорода, и сварочные очки. Также, в рюкзаках были армейские пайки, пластиковые бутылки с водой и еще куча всякой всячины, необходимой на все случаи жизни.

Прибыв на место, лейтенант загнал Уазик в заросли густого кустарника. После этого, он, не выходя из машины, заставил Влада и Светлану напялить на себя все снаряжение и оружие. Тщательно проверив, надежно ли все закреплено он, в довершение ко всему, потребовал, чтобы они попрыгали на месте, проверяя, не гремит ли что‑нибудь. Данная предосторожность, несмотря на ироничную улыбку Светланы, была совсем не лишней. Во время быстрого движения или бега, звяканье плохо подогнанной амуниции могло, в самый неподходящий момент, демаскировать их перед противником.

Велев Владу и Светлане сидеть тихо и не мелькать в окнах, лейтенант вышел из машины. Он отсутствовал около десяти минут и вернулся злой и основательно искусанный комарами.

— Этих тварей, там, в кустах, целые стаи! — пожаловался он.

После этого он крестиком отметил на схеме, прилегающих к заводу коммуникаций, место, где они находятся в настоящий момент. После этого, он пунктиром обозначил кратчайший путь до люков пожарной емкости, расположенных под землей.

— Тут недалеко, метров пятьсот, не ошибетесь! — заверил он, возвращая Владу схему. — Да самое главное, чуть не забыл! Вот, держите коммуникаторы! Это ваши средства связи. Они оба настроены на волну нашего диспетчера, круглосуточно дежурящего в палаточном лагере. Нажимаете вызов, называете ваши позывные и того с кем вас нужно соединить.

— А какие у нас позывные? — спросил Влад.

— У вас — Винни, а у дамы — Джек, — ответил лейтенант.

— Ну, с дамой все понятно, а вот почему я вдруг стал Винни? — возмутился Влад.

— Нет, милый, это с тобой, как раз все понятно! Ты Винни из‑за твоего избыточного веса, — нетерпеливо перебила его Светлана. — Мне неясно, с какого такого перепугу я вдруг превратилась в Джека?

— Я здесь не причем, — пожал плечами лейтенант. — Раздавать прозвища — это привилегия Вождя.

— А у него самого, какое прозвище? — ядовито поинтересовался Влад. — Не иначе, как Белый орел?

— Нет, у Вождя прозвище — Вождь, — ответил лейтенант, не уловив иронии. — Не забудьте, перед тем как залезть в трубу, отзвониться мне. А то мне придется прикрывать вас здесь до самого Нового года.

Поле этого он пожал руку сначала Владу, потом Светлане и распахнул перед ними дверь Уазика.

— Бывай, лейтенант, если что — не поминай лихом! — подмигнул ему Влад.

— Вернуться вам без потерь! — пожелал тот.

— К черту! — ответила Светлана и показала опешившему лейтенанту средний палец, затянутый в черную перчатку.

Воровато озираясь, они нырнули в кусты. На них сразу же накинулись полчища комаров, которые словно только и ждали, когда к ним кто‑нибудь сунется. Сорвав ветки чтобы отмахиваться, от наседающих со всех сторон, комаров, Влад и Светлана поспешно двинулись в путь.

Идти было легко, потому что лейтенант оставил после себя, в кустах и высокой траве, настоящую просеку. Владу даже не пришлось доставать карту, чтобы сверять по ней свой маршрут.

Совсем скоро они вышли к, заросшему высокой травой, плоскому холму, явно искусственного происхождения. Низко пригибаясь, чтобы не быть замеченными часовыми из лагеря, они взобрались на него и двинулись по смятой лейтенантом траве.

Влад так увлекся ходьбой, что чуть было, не загремел во, внезапно появившееся прямо у него под ногами, круглое отверстие. Крышку, закрывавшую люк, уже давно утащили бомжи и сдали на металлолом.

— Тьфу, ты! — выругался Влад, жестом останавливая Светлану. — Чуть было не нырнул вниз!

Опустившись на колени, он достал из рюкзака мощный МЧСовский фонарь и посветил им в дыру у себя под ногами.

— Не фига себе, подземелье! — воскликнула Светлана, заглядывая Владу через плечо.

Действительно, своими размерами подземная емкость поражала воображение. Воды, в ней, как и предсказывал Влад, уже давно не было и в помине. Виной тому были многочисленные трещины, пересекавшие бетонный пол и стены, через которые вода ушла в землю.

Две огромные ржавые трубы, диаметром никак не менее метра, выходили из пола, в противоположных концах гигантской подземной емкости. Постепенно сближаясь, они располагались строго параллельно друг другу и уходили в бетонную стену на высоте двух метров.

Влад на глазок определил, что от самого верха до пола было никак не менее шести метров. Вниз уходила ржавая железная лестница, верхний конец, которой был приварен к ободу люка. Рыжие хлопья ржавчины, сплошь покрывали ее поверхность. Казалось, что от лестницы осталась одна лишь труха.

Влад с сомнением промычал что‑то себе под нос. Упасть вниз, с высоты шести метров, на бетонный пол было бы сейчас очень некстати. При его весе, подобное досадное недоразумение должно было неминуемо закончиться множественными переломами костей. А при самом благоприятном стечении обстоятельств, вывихами и порванными связками.

Влад выключил фонарь и сел на край люка. После этого, он опустил ноги вниз и поставил подошвы берцев на насквозь проржавевшую, верхнюю перекладину лестницы.

— Даже и не думай! — Светлана Сергеевна схватила его сзади за шиворот и принялась оттаскивать от зияющей дыры.

— Да, успокойся ты! — рассмеялся, тронутый ее заботой Влад. — Я же не собираюсь лезть по этой железяке вниз. Просто хочу проверить ее на прочность.

Подняв ногу, он со всего маху врезал каблуком по перекладине лестницы. Неожиданно легко, вся железная конструкция отделилась от обода люка и рухнула вниз. С грохотом приземлившись на бетонный пол, она окуталась густым облаком ржавчины.

Влад должен был признать, что пережил несколько довольно‑таки неприятных мгновений, когда его ноги вдруг лишились опоры.

— Твою мать! — выругался он сквозь зубы, в то время как Светлана все это время продолжала оттаскивать его за шиворот от люка. — Да, перестань, наконец! Ты меня совсем задушишь!

Выбравшись из люка, Влад достал из рюкзака бухту альпинистской веревки, предусмотрительно положенную туда Вождем. Привязав ее конец к ободу люка, он руками отмерил от нее пять метров, после чего обрезал ножом, висевшим у него на поясе. Сбросив веревку в люк, он поплевал на ладони, спросил Светлану:

— Может быть, лучше я пойду один?

— Ага, размечтался! — презрительно фыркнула Светлана. — Давай быстрее спускайся, освобождай транспортное средство!

Влад, взявшись за веревку обеими руками, сел на землю спустил ноги в люк и сполз вниз. К его несказанному удивлению, он едва удержал собственный вес на руках, и чуть было не сорвался с веревки.

Поспешно повозив ногами в темноте, он обвил веревку одной ногой и, придерживая второй, начал медленно съезжать вниз. Несмотря на то, что на руках у него были навороченные бронированные перчатки, их поверхность нагрелась от трения о веревку. К тому моменту, когда он коснулся ногами бетонного пола, боль в обожженных руках стала просто нестерпимой. Поспешно сорвав перчатки с рук, Влад присел со стоном облегчения и приложил ладони к прохладному каменному полу.

— У тебя все в порядке? — послышался сверху встревоженный голос Светланы Сергеевны.

— Да, мамочка! — поднял голову Влад и, привязав свои перчатки к концу веревки, крикнул, — Поднимай! Поверх своих варежек одень мои, иначе при спуске обожжешь руки.

Спуск Светланы прошел без приключений. Влад был поражен, как лихо она спустилась по веревке. Он догадывался, что его собственный спуск выглядел достаточно комично.

— Где ты так научилась? — спросил он, ощутив острый укол самолюбия.

— Занималась спортивной гимнастикой, — коротко ответила Светлана.

Теперь Владу стало ясно, откуда у нее эта танцующая походка и изысканность в движениях. Он снял рюкзак и достал из него газорезку, потом баллоны с газом и сварочные очки. Разложив все это на полу, он подошел к трубам, которые под углом в девяносто градусов, изгибаясь, уходили в стену.

После короткого раздумья, он решил прорезать входное отверстие в верхней горизонтальной части одной из труб. Используя неровности в бетонной стене, он взобрался на трубу, после чего оседлал ее. После того, как Светлана подала ему все инструменты, уже через двадцать минут он был готов к тому, чтобы начать резать соседнюю трубу.

— Сними автомат с предохранителя и держи люк под прицелом, — велел он, ей опуская на глаза очки с темными стеклами.

Щелчок снятого предохранителя и хлопок вспыхнувшей газовой струи резака, прозвучали одновременно. Убавив пламя, до узкого ослепительного конуса, Влад приступил к резке трубы.

Глава 32

Влад никогда не думал, что передвигаться на четвереньках настолько неудобно. Он от души пожалел братьев наших меньших, которые всю свою жизнь проводят на четырех лапах. У него болели руки, он уже сбил себе все колени, а спина его нестерпимо ныла.

Несмотря на то, что труба в диаметре была около метра, все равно стальной тоннель казался очень узким. Время от времени, Владу начинало казаться, что труба сама собой сужается, словно резиновая, и на него накатывал приступ клаустрофобии.

Дело осложнялось, тем, что, как выяснилось, в этом проклятом противогазе вообще было невозможно дышать! Владу катастрофически не хватало воздуха и ему все время казалось, что он задыхается.

Но без противогаза в трубе было нечего делать. На всем пути их следования, в ней плавали сизые клубы дыма, который образовался во время резки отверстия, через которое они и проникли в трубу. За то время, что они провели в замкнутом пространстве, насыщенном продуктами горения металла они бы уже давно угорели.

А еще, в самом конце пути, нужно было прорезать дыру для того, чтобы выбраться из трубы наружу. По их расчетам, они должны были оказаться в подвале старого завода. Но в данный момент, Влад уже не был так категорически в этом уверен.

Единственное, что, до сих пор, все еще удерживало его от приступа неконтролируемой истерики — это присутствие Светланы Сергеевны, которая упорно ползла вслед за ним. Влад не мог позволить себе роскоши показаться перед ней слабаком. Поэтому проклиная все на свете, скрепя сердце и скрипя зубами, он продолжал продвигаться вперед по трубе изо всех оставшихся сил.

Внезапно луч фонаря уперся в металлическую стену. И это был не резкий поворот трубы под прямым углом, а добротная металлическая заглушка, полностью перекрывшая трубу. Добравшись до вертикальной стальной пластины, преградившей им путь, Влад внимательно осмотрел ее. Выяснилось, что она была крепко приварена к трубе по всей ее окружности.

Это был тупик. Влад почувствовал, как им овладевает паника. При мысли, что ему придется проделать весь обратный путь на четвереньках, только уже задом наперед, он взвыл от отчаяния. Дело было в том, что ему, при всем желании, не удалось бы развернуться в трубе.

Тут Влад ощутил, что Светлана тянет его за ногу. Он повернул к ней, затянутую в противогаз, резиновую морду и нарочито бодрым голосом протрубил, как слон:

— Кажется, приехали! Будем выбираться наружу здесь!

Вид Светланы, покорно стоящей на четвереньках, придал ему мужества. Поразившись тому, что даже в такой аховой ситуации, в нем шевельнулось желание, Влад начал решительно действовать.

Постучав по заглушке, преградившей ему путь, согнутым пальцем, он проделал то же самое со стенкой трубы. По звуку, Влад определил, что заглушка, как минимум, раза в два толще, чем труба. Решив, что проще будет прорезать лаз в самой трубе, он снял рюкзак и начал доставать из него инструменты.

Не особо заморачиваясь, Влад настроил резак и принялся резать дыру в нижней части стального тоннеля. Труба тут же заполнилась кубами белого дыма. Но после того как он прорезал ее насквозь, дым начало вытягивать сквозняком в ту сторону, откуда они пришли.

— Только бы не повалил дым из люка, что служит входом в пожарные емкости! — пронеслось у него в голове. — Не хватает еще, чтобы нас засекли!

Эта мысль позабавила его. Им приходилось одновременно прятаться и от людей, и от тварей Анатомика. По мере того, как Влад успешно решал, возникающие перед ним проблемы, страх постепенно отпускал его, пока, вдруг, не исчез совсем.

Довольно скоро, овал прорезанного Владом металла вывалился из трубы вниз. Судя по последовавшему вслед за этим мягкому звуку, он упал на землю. Им пришлось ждать довольно долго, пока раскаленные края, образовавшегося лаза, из ярко — красного превратились в темно — бордовые, а потом потускнели и приняли тот же цвет, что и сама труба.

За это время, образовавшимся сквозняком, из трубы почти совсем вытянуло дым. Влад, задрав маску противогаза себе на лоб, настороженно принюхался. Сильно пахло раскаленным металлом и слегка дымом. Нагнувшись, он плюнул на край дыры. Раздавшееся вслед за этим шипение, красноречиво предупредило о том, что металл еще недостаточно охладился.

Прошло, наверное, не менее получаса, прежде чем Влад, сняв перчатку, рискнул пощупать пальцами неровный край дыры. Он был горячим, но не настолько, чтобы через него нельзя было быстро вылезти наружу.

К этому времени, Влад со Светланой уже сняли противогазы и сложили их в рюкзаки месте с газорезкой и газовыми баллонами. Напялив на головы эластичные шлемы, они надели поверх них приборы ночного видения.

Влад осторожно опустил ноги в темноту люка. А потом медленно исчез в нем целиком.

Вскоре из темноты послышался его шепот:

— Автомат давай и рюкзаки! Сама не торопись, дай мне осмотреться!

Приняв автомат, Влад присел на корточки и огляделся. Все вокруг было залито зеленым цветом самых разных оттенков. Начиная от исчерна — зеленого и заканчивая ярким, зелено — белым.

Пока все шло вроде бы нормально. По крайней мере, движения нигде не было видно.

Когда Влад более — менее освоился с картиной, окружающего его зеленого мира, он шепнул Светлане:

— Можешь спускаться, вроде все тихо!

Светлана подала ему свой автомат и рюкзак, после чего, проворно, не без некоторого изящества, спустилась сама. Присев возле Влада, она забрала оружие и осмотрелась.

— Надо же, какой здесь чудный, изумрудный подвальчик! — иронически пробормотала она. — И куда двинемся?

— Нужно отсюда выбираться, — прошептал Влад. — Здесь можно просидеть, хоть всю оставшуюся жизнь!

— А ты, конечно, горишь желанием сократить этот промежуток времени до минимума? — хихикнула Светлана.

— Двигаемся туда! — Влад махнул рукой вдоль по подвалу. — Насколько я помню, именно там должен быть выход на первый этаж. Давай за мной, и почаще оглядывайся назад.

Они прошли метров двадцать по прямой, так и не заметив ничего необычного. Развив бешеную активность на верхних этажах корпуса, Анатомик по какой‑то причине пренебрег этой частью подвала. Видимо, у него просто еще не дошли руки до подземных помещений.

Неожиданно впереди замаячил какой‑то расплывчатый силуэт. Он передвигался какими‑то скачкообразным прыгающим движениями. Приглядевшись внимательнее, Влад обнаружил, что тот толкает впереди себя какую‑то тележку, доверху нагруженную чем‑то. — Влад! — неожиданно послышался сзади страшный шепот Светланы. — Сзади движение!

Обернувшись, Влад, ощутил как сердце его, проделав болезненный кульбит, забилось сильнее. С той самой стороны, откуда они только что пришли, в их сторону двигались силуэты трех «землекопов» с непропорционально большими руками — лопатами.

Несмотря на приличную дистанцию, было видно, что они вертят по сторонам, своими уродливыми головами, так словно внимательно осматривают подвал в поисках посторонних. По всей видимости, их со Светланой проникновение не прошло для Анатомика незамеченным и он выслал патрули с проверкой.

Схватив Светлану за руку, Влад поспешно увлек ее за собой в сторону стены. Там, на уровне пояса и до самого потолка, проходила целая батарея труб холодного и горячего водоснабжения, которые тянулись вдоль стены подвала. Поднырнув под них, он вжался в стену, поставив Светлану рядом с собой, с таким расчетом чтобы, перед ними оказался бетонный куб основания, давно раскуроченного двигателя.

— Молчи и не двигайся! — прошептал он Светлане.

Теперь со стороны подвала, ниже тянущихся вдоль стены труб, были видны лишь ноги Влада и Светланы. Они вполне могли сойти за четыре вертикальные стойки или трубы. Было сомнительно, чтобы «землекопы» настолько хорошо разбирались в технике созданной человеком, чтобы заметить, что их нагло обманывают. Все эти мысли вихрем пронеслись в голове Влада, который очень надеялся, что их хитрость удастся.

Вскоре «землекопы» поравнялись с притаившимися возле стены людьми. Лишь мельком глянув в их сторону, они двинулись дальше, продолжая вертеть головами по сторонам. Близкий контакт с противником, дал Владу пищу для размышлений. Он с удивлением обнаружил, что данный вид «землекопов» были лишен бронированных пластин. Из этого следовало, что это были не бойцы, а рабочие. И предназначались они для работы внутри завода, под надежной защитой его стен.

По всей вероятности, следуя безупречной логике Анатомика, здесь внутри завода не было необходимости держать солдат. Скорее всего, все они были сконцентрированы по внешнему периметру завода и прилегающей к нему территории.

Дождавшись, когда патруль «землекопов» уберется восвояси, Влад и Светлана двинулись в сторону лестницы ведущей на первый этаж. Если поначалу они осторожно крались, стараясь оставаться в тени, чтобы не быть замеченными тварями, то вскоре расхрабрились и двинулись вперед чуть ли не в открытую. Видимо, твари Анатомика вообще не забредали в подвал, по то простой причине, что им здесь было нечего делать.

И, действительно, некоторое время Влад со Светланой беспрепятственно продвигались вперед. Но уже, буквально через пару минут, они были жестоко наказаны за свою излишнюю самонадеянность.

Из какого‑то зачумленного бокового прохода, прямо на них, вдруг вышло существо самого жуткого вида. Все оно сплошь состояло из горы грубо связанных между собой человеческих мышц.

Прятаться было бесполезно, потому что тварь заметила их. Две пары глаз, расположенных по обе стороны от нароста, заменяющего нос, внимательно не мигая, смотрели на них.

Влад нервно сглотнул и повел стволом в сторону чудовища Его указательный палец, лежащий на спусковом крючке, начал медленное движение.

— Только бы успеть! — пронеслось у него в голове.

— Стой! — раздался у него за спиной свистящий шепот Светланы Сергеевны. — Он, почему‑то не торопится напасть на нас!

— Когда начнет, будет уже поздно! — одними губами ответил Влад, скосив голову в сторону Светланы.

— Не вздумай стрелять! — гюрзой прошипела она. — Этот парень не опасен! Не делая резких движений, отойди в сторону!

Влад тяжело вздохнул и, проклиная собственную слабость, послушно сделал несколько шагов в сторону. Все это время он, не мигая, пристально смотрел в глаза «жлоба», как он про себя окрестил мускулистое чудище. Он мог бы поклясться, что увидел, как в них вместо настороженности появилось умиротворение.

После этого, «жлоб» миролюбиво продефилировал мимо отошедших в сторону Влада и Светланы. Он явно спешил куда‑то по своим «жлобским» делам и ему было не до двух странных монстров с вытаращенными стеклянными глазами.

— Ему просто нужно было тупо пройти, а мы стояли у него на дороге! — выпалила Светлана.

— Выходит, что мы ему неинтересны? То есть, ему по барабану, что мы здесь шарахаемся? — изумленно протянул Влад.

— Выходит, что так! — кивнула Светлана.

Но при этом в ее голосе, не было особой убежденности.

Глава 33

Влад со Светланой благополучно добрались до выхода из подвала, ведущего на лестничную клетку, а оттуда в цеха, расположенные на первом этаже. Насколько Влад помнил, совсем недавно, там была мощная металлическая дверь. Теперь ее там, почему‑то не было. Точно так же, как и массивного стального дверного косяка, из толстого уголка, вмурованного в бетон.

С непостижимой силой, весь металл был выдран прямо из стены. Теперь на месте входа в бомбоубежище зиял каменный проем. Оттуда лился нестерпимо яркий свет.

Влад поспешно стянул с себя очки ночного видения. Светлана Сергеевна последовала его примеру. И весь мир вокруг них, тут же погрузился в кромешную тьму.

Постояв некоторое время с закрытыми глазами, они подождали, пока их зрение привыкнет к недостататку освещения. Приборы ночного видения были убраны в рюкзаки. После выхода из подвала они стали не нужны.

Неожиданно откуда‑то из темноты послышался металлический звон и грохот. Развернувшись всем корпусом, Влад направил туда свой автомат и изготовился к стрельбе. Между тем, звук все усиливался, медленно и неуклонно приближаясь к, застывшей в дверном проеме паре.

— Может дать очередь для острастки? — предложил Влад.

— Не стоит, — решительно остановила его Светлана. — Давай действовать по прежней схеме. Просто отойдем в сторону и подождем, что будет дальше.

Влад пожал плечами и сделал несколько шагов в сторону от дверного проема. Светлана встала рядом с ним. Между тем, подозрительный звук был уже совсем рядом с ними.

Стало видно, как в темноте копошится, что‑то крупное и массивное. Вскоре стали смутно видны фигуры трех «землекопов», которые тащили тяжеленную железную дверь от бомбоубежища.

Успокаивало, то обстоятельство, что у всех троих руки были заняты. Поравнявшись с Владом и Светланой, чудища равнодушно скользнули по ним безразличными взглядами и прошли в дверь. Влад с трудом сдержался, чтобы не закашляться. Отвратительная вонь, источаемая «землекопами», была настолько сильна, что буквально валила с ног.

— Выходит, что они не нас искали, — задумчиво проговорила Светлана, в упор не замечая окутавшее их густое, смрадное облако.

— Это бригада сборщиков металлолома, — поддержал ее догадку Влад. — Нашему другу Анатомику зачем‑то понадобился металл. Причем в весьма больших количествах. Судя по всему, его ребята уже прошерстили весь подвал и собрали здесь все железо, что нашли.

Пристроившись прямо за троицей «землекопов» они поднялись на первый этаж.

Зрелище, открывшееся перед ними, поражало всякое воображение. Влад, конечно же предполагал, что Анатомик развил бешеную активность. Ему также было известно, что тот способен на многое. Но, то, что он увидел, вызвало у него настоящий шок. Судя по всему, Светлана Сергеевна также оказалась нокаутирована увиденным.

Количество рабочих, занятых на производстве, непонятно чего, было огромно. Они беспокойно копошились, словно муравьи в разоренном муравейнике. Одни из них, с каким‑то болезненным остервенением, что‑то к чему‑то прикрепляли, приделывали и укрупняли. Другие, напротив, были заняты тем, что беспрестанно разъединяли, разбирали и раскладывали полученные фрагменты по многочисленным ящикам. Именно оттуда «сборщики» и черпали запасные части для создаваемых ими странных фантасмагорических конструкций.

Здесь определенно было поставлено на поток некое производство. Причем масштабы его, и размах откровенно пугали. Мимо, застывших на месте, Влада и Светланы сновали по своим делам многочисленные монстры «работяги», при этом, совершенно не обращая на них никакого внимания. При кажущейся хаотичности их перемещений по цеху, их движения подчинялись определенным правилам, которые неукоснительно соблюдались всеми.

Если, в процессе работы, кто‑то неожиданно сталкивался с кем‑то, двигающимся поперек его курса, либо, вообще, лоб в лоб, оба застывали на считанные секунды. Этого времени вполне хватало на то чтобы определить кто, кому должен уступить дорогу и отойти в сторону. Видимо, основным мерилом для всего этого Броуновского движения было понятие целесообразности.

Двигающийся по приоритетному направлению «рабочий» терпеливо дожидался, когда ему освободят дорогу. После чего миролюбиво продолжал свой путь. Никто ни с кем не спорил и уж конечно не выяснял отношения, как в обычном человеческом коллективе.

— Я, кажется, поняла, в чем здесь дело! — задумчиво сказала Светлана. — До тех самых пор, пока мы не будем вступать в противоречие с теми задачами, которые стоят перед всеми этими созданиями, мы можем безнаказанно передвигаться всюду, где нам только заблагорассудится.

Для того чтобы проверить это, в высшей степени смелое, предположение, Влад и Светлана выбрались из тени и двинулись в открытую. В цехе не было даже намека на солдат или охрану. Оставалось лишь поражаться тому, с какой беспечностью Анатомик жертвовал безопасностью в угоду максимальной целесообразности, которая, судя по его поступкам, была для него превыше всего.

Безупречная логика Анатомика сыграла с ним злую шутку. Будучи абсолютно уверенным в непогрешимости собственных суждений, он даже не рассматривал возможность того, что помимо его воли, через заводские стены может просочиться хоть что‑то представляющее угрозу его существованию.

Силы его многочисленной «армии» были сконцентрированы по внешнему периметру завода и прилегающей к нему территории. Все они были нацелены на отражение внешней угрозы. А это означало, что Влад и Светлана могли беспрепятственно передвигаться внутри огромного заводского корпуса сравнительно свободно. Впрочем, с уверенностью это можно было утверждать лишь в отношении подвала и первого этажа. Как именно обстоит дело на остальных этажах, им еще только предстояло выяснить.

Гадкая вонь, стоявшая в цехе, не давала им расслабиться ни на минуту. Светлана постоянно вертела головой силясь определить источник отвратительного запаха.

И в этот самый момент, откуда‑то из глубины зачумленного цеха, на них неожиданно выскочило жуткое существо. Своей худобой, оно более всего напоминало поставленный на заднее колесо велосипед и имело основные черты присущие человеческому телу — руки, ноги, голову и вертикально ходящее тело.

Эта, перемазанная в какой‑то темной слизи, тварь фактически атаковала Влада и Светлану. Схватив их цепкими лапами, она принялось вертеть их, при этом, внимательно разглядывая.

Влад уже было поднял ствол автомата, с явным намерением застрелить суетливое существо, но Мезенцева решительно крикнула ему:

— Не смей!

И в этот момент, тварь, словно уловив нить разговора, неожиданно отпустила их. Для того чтобы в следующий миг, всадить им в плечи какие‑то, пульсирующие разноцветными огнями, иглы. Боль была настолько острая, что фактически парализовала Влада и Светлану, пригвоздив их к месту.

К тому времени, когда они снова научились дышать, тварь уже тащила их за руки, прямиком на второй этаж.

— Что за дрянь нам вкололи? — простонал Влад.

Светлана, морщась от боли, сказала:

— Успокойся, пожалуйста! Пусть все идет своим чередом.

— Ладно, война план покажет! — согласно кивнул Влад. — Хотя мне это и очень не нравится!

Он покосился на свое плечо, затянутое в чудо — броню. На месте прокола, красовалась аккуратно прожженная дыра, размером с рублевую монету. Там, сквозь незащищенную ничем, розовую от ожога кожу, пульсировала, переливаясь красно — зелеными сполохами шарообразная капсула.

— По всей видимости, в нас вживили, какие‑то импланты идентификаторы «свой — чужой», — предположила Светлана, подозрительно косясь на свое плечо.

Влад иронично хмыкнул. Он старался не думать, чем на самом деле могло оказаться, то, что им впрыснули под кожу. Он сильно сомневался, что это было сделано с целью причинить им вред. Если бы им хотели напакостить, то уже непременно напакостили бы. Прием так эффективно, что от одной только мысли об этом, волосы у него вставали дыбом от ужаса.

На текущий момент его занимало нечто другое. Мысль, что какая‑то примитивная тварь, созданная доисторическим страшилищем, запросто проделала дырку в необычайно продвинутой, сверхпрочной броне, повергла его в глубокое уныние. По одному этому, можно было судить насколько технологии древней цивилизации, к которой относился Анатомик, превосходила человеческие потуги на гениальность и исключительность в нашей Галактике.

Тем временем, настойчивый экскурсовод продолжал упорно тащить своих подопечных по второму этажу, неизвестно куда и непонятно зачем. В отличие от первого этажа, здесь творилось нечто поистине страшное. Данный цех являлся своего рода гигантской бойней или вернее разделочным и одновременно монтажным цехом.

На Светлану, с некоторым опозданием, снизошло озарение. Она внезапно поняла, что надоедливая тварь, привязавшаяся к ним, выполняет здесь функции администратора — смотрителя, который следит за тем, чтобы все существа соответствовали возложенным на них обязанностям. По его мнению, недовведенные до ума и далекие от совершенства Влад со Светланой должны были в срочном порядке срочно пройти апгрейд.

Именно поэтому гадкий «смотритель» притащил их прямиком в цех — лабораторию, находящийся на втором этаже. Здесь человеческие тела, попавшие в распоряжение Анатомика, нещадно кромсались на куски. После чего, из внутренних органов, мышц и костяков комбинировались новые продвинутые организмы.

На втором этаже вонь стояла страшная. Светлана Сергеевна многое повидала за свою жизнь, но при виде такой вопиющей антисанитарии, даже она чуть было не грохнулась в обморок. Всюду лежали небрежно складированные груды разлагающихся фрагментов человеческих тел. Пол и «оборудование» были сплошь покрыты слизью и кровью.

Ошеломленные всем увиденным, пребывая в полной прострации, Влад и Светлана позволили «смотрителю» затащить себя в какой‑то грязный закуток. Там провожатый толкнул их к, перепачканным в крови и нечистотам, металлическим ложам. Светлана Сергеевна, постепенно прозревая, разглядела в них некую разновидность секционных столов.

А Влад, тем временем, задрав голову, с немым ужасом, рассматривал чудовищный аппарат, стоящий в изголовьи столов. Это чудо враждебной человеческому рассудку техники сильно напоминало гидру. От большой цилиндрической стойки, наверху ветвилось множество металлических отростков.

При виде людей, все они пришли в сильное волнение. Неторопливо извиваясь отвратительные щупальца потянулись в сторону новых жертв. И лишь тогда, Влад с ужасом разглядел, что концы отростков снабжены, перепачканными в крови, лезвиями.

Глава 34

Щупальца «гидры» со свистом рассекая воздух, нетерпеливо тянулись к Владу. Он отшатнулся в сторону, и они промелькнули мимо, едва не задев его лицо острыми когтями скальпелей.

Поздравив себя с удачно проведенным уклоном, Влад внезапно ощутил сильнейший удар током. Его спину словно пронзило пучком острых раскаленных спиц. Мышцы вдоль позвоночника напряглись, грозя лопнуть от распирающей их изнутри дурной нечеловеческой силы. А электрический паралич, тем временем, уже начал распространяться, на другие группы мышц, заставляя тело Влада выгибаться в жесточайшем приступе столбняка.

Он был не состоянии закричать от боли, так как его челюсти свело судорогой. Сквозь плотно сомкнутые зубы вырывался лишь низкий, свирепый стон. Наверное, также воют дикие животные, попавшие в смертельную ловушку. Если бы в тот самый момент, когда его огрело током, язык Влада оказался между зубами, он бы неминуемо откусил его. С откушенным языком он не протянул бы и пары минут. Болевой шок и массированная кровопотеря мигом прикончили бы его.

Неожиданно Влада отпустило, и он тут же ощутил сильный толчок в спину, от которого чуть было, не растянулся, поскользнувшись на грязном, осклизлом полу.

— Твою мать! — взревел он, разворачиваясь всем корпусом, намереваясь жестоко разобраться со своим обидчиком.

Но едва он повернулся, как тут же получил еще один мощный разряд током. На этот раз уже не в спину, а прямо в грудь. И вот теперь, он имел возможность хорошо рассмотреть своего мучителя. Это «смотритель» увлеченно тыкал в него какой‑то кривой палкой, загоняя упрямую скотину на прокрустово ложе «гидры».

Не дожидаясь, когда Влада в очередной раз угостят электроразрядником, Светлана подняла автомат и нажала спусковой крючок. Тот сердито фыркнув, выплюнул короткую очередь, которая снесла напрочь голову «смотрителю». Во все стороны полетели кровавые ошметки, вперемежку с мелкими металлическими деталями. После минутной заминки, обезглавленный «смотритель» с грохотом опрокинулся на пол, поскреб ногами и затих.

Влад обессилено рухнул на колени. Сквозь отвратительную вонь скотобойни он явственно ощутил запах паленой плоти. Несколько отстраненно, он подумал, что это воняет его собственная шкура, пригоревшая и поджаренная мощным разрядником «смотрителя».

Светлана, между тем, с уважением погладил ствол своего оружия. Автомат кроме компактности и невероятной мощи, обладал еще одним немаловажным достоинством — он оказался еще и со встроенным глушителем. Благодаря этому, безвременная кончина «смотрителя» прошла практически незамеченной для его собратьев.

Поднявшись с колен, Влад не смог отказать себе в мстительном удовольствии и всадил автоматную очередь прямо в тощее брюхо «смотрителя». Оттуда в разные стороны полетели куски потрохов и посыпались металлические детали.

— Ну, что легче стало? — скептически поинтересовалась Светлана Сергеевна. — Тебе так не терпится, пострелять из твоей новой игрушки, что ты совсем перестал соображать.

— Да, вроде, никто ничего не видел и не слышал, — сконфуженно пробормотал Влад, всем своим видом, косвенно подтверждая правоту слов Светланы.

— Я начинаю подозревать, что у тебя дисфункция органов, ответственных за интеллект, — сердито зашипела на него Светлана и, ткнув большим пальцем за спину, добавила, — Ты думаешь, что это гребаное дерево, уже не стукануло куда надо?

Влад с большим сомнением посмотрел на «гидру», неподвижно застывшую по стойке «смирно». По всей видимости, безвременная гибель «смотрителя» произвела на нее очень сильное впечатление.

— Ты думаешь, что эта тварь все видит, и все понимает? — с сомнением в голосе спросил Влад.

— Могу поспорить, что сюда к нам уже спешит наряд местной полиции, — встревожено сказала Светлана. — Нужно быстрее уносить отсюда ноги!

— Ну, так пойдем! — пожал плечами Влад, все еще пребывающий под сильным впечатлением от навязанной ему шоковой электротерапии.

Выбравшись из закутка «гидры», они поспешно двинулись по проходу между длинными столами, за которыми напряженно трудились диковинные создания Анатомика. Своими субтильными телами они походили на гигантских, на голову выше человека, насекомых, являя собой, нечто среднее между богомолом и палочником.

Светлана, не утерпела, и, остановившись возле одного из них, принялась изучать то, что лежало перед нм на столе. «Богомол» тут же повернул к любопытной гостье свою плоскую голову, безразлично посмотрел на нее своими жуткими жучьими глазами и вернулся к прежнему занятию. А занят он был тем, что при помощи какого‑то диковинного аппарата, отдаленно напоминающего пылесос для автомобиля, скреплял между собой куски мышечной ткани.

Вылетающая из узкого сопла «пылесоса» струя воздуха накрепко сваривала между собой разрозненные фрагменты того, что совсем недавно было человеческим телом. На первый взгляд, казалось, что «богомол» скрепляет межу собой ткани, как попало. Но холодная расчетливость его движений многое сказала Светлане. Как специалист она сразу поняла, что «богомол» знает, что делает. Более того, движения его были тщательно выверены и виртуозно точны. Как хирургу ему не было бы равных в мире людей.

— Пойдем, не останавливайся! — нетерпеливо потянул ее за руку Влад. — Еще не хватает, чтобы мы попались из‑за твоего дурацкого любопытства!

— Мое любопытство не дурацкое, а профессиональное! — вспылила Светлана Сергеевна, с явным сожалением отойдя от стола.

— А что между ними есть какая‑то существенная разница? — иронично усмехнулся Влад.

— Есть, и она заключается в наличии конструктивного начала, а также возможности реального применения. Между прочим, ты знаешь, что я поняла? — спросила Светлана, пропустив мимо ушей иронию.

Влад, с деланным безразличием, пожал плечами и ускорил шаг.

Едва поспевая за ним, Светлана на ходу скороговоркой принялась торопливо делиться своими впечатлениями:

— Я пришла к выводу, что, несмотря на то, что Анатомик захватил огромное число человеческих тел, этого все равно явно недостаточно. На одного тупого «землекопа» он должен тратить, как минимум четыре — пять человеческих тел. А у него их здесь, я имею в виду «землекопов», как минимум, около сотни. Я уже не говорю, о прочих, весьма забавных зверушках. Простая арифметика, доказывает, что одними лишь «трофейными» тканями он здесь не обошелся бы!

— Что ты хочешь этим сказать? Выражайся, пожалуйста, яснее, — покосился на нее явно заинтригованный Влад. — Ты хочешь сказать, что из одних только трупов он не смог бы наклепать целую тучу своих соратников?

— Анатомику удалось, каким‑то непостижимым образом, поставить на поток производство мышечной, и костной ткани, — охотно пояснила Светлана. — Да, видимо, и не только это. Не удивлюсь, если выяснится, что он успешно синтезирует также и внутренние органы. Но что более всего меня поражает, каким образом он заставляет все это жить и успешно функционировать?

— Все это очень хорошо, но, ни миллиметр не приближает к нашей цели — уничтожить этого не в меру сообразительного Анатомика, — прервал поток ее неистощимого красноречия Влад. — Кстати, я тут подумал, нам неплохо было бы замаскироваться. Ну, в том смысле, чтобы стать неотличимыми от местных уродов и не так бросаться в глаза.

Светлана замолчала, взвешивая плюсы и минусы поступившего предложения. Потом, видимо, придя к какому‑то решению, она смело направилась прямиком к одной из тележек, на которой лежали непропорционально огромные пласты мышечной ткани, уже прошедшие обработку «богомолами».

Придирчиво, словно собираясь сделать покупку в модном бутике, она принялась перебирать, грубо скрепленные друг с другом, куски живой, влажной плоти.

— Ты собираешься сделать, то, что я думаю? — подозрительно спросил Влад.

— Ну‑ка, надень это на себя! — распорядилась Светлана и ткнула пальцем в кучу отобранной ей горы мышц.

— Как надень? — искренне возмутился Влад.

— Через голову, как рубашку, — ответила Светлана, не поняв истинную причину его беспокойства.

— Когда я говорил про камуфляж, я хотел предложить всего — навсего вымазаться в этом осклизлом дерьме! — чуть не в голос вскричал он.

— А ну, не валяй дурака! — сурово прикрикнула на него Светлана. — Что ты ведешь себя, как маленький, честное слово?

В это время, в дальнем конце второго этажа появилась группа солдат Анатомика, вооруженных «волынками». Вид у них был откровенно встревоженный, если не сказать напуганный. Конечно при условии, что эту формулировку можно было применить по отношению к существам, искусственно созданным из трупного материала. Сомнительно, чтобы они обладали способностью испытывать какие бы то ни было эмоции, за исключением самых базовых.

— Ну же! — поторопила Светлана Сергеевна Влада. — Эти парни точно явились по наши души! Если нам не удастся их перехитрить, нас уже через пару часов разберут на запчасти. Причем, живьем и без всякого наркоза!

Влад, вздрагивая от омерзения, поспешно схватил предложенный ему мясной камуфляж и нахлобучил его себе на голову. К его несказанному удивлению, там наверху оказалась довольно большая дырка, в которую он и просунул голову. Теперь спереди и сзади его туловище, на манер мушкетерского плаща, было надежно прикрыто заготовками из искусственно выращенных мышечных тканей. Картину немного портили конечности, облаченные в дранную одежду, а также голова. Но в остальном, видок у Влада получился что надо. Теперь его было совершенно не отличить от прочих жутких созданий Анатомика.

К этому выводу он пришел, придирчиво разглядывая, то, как Светлана Сергеевна облачалась в свой маскарадный костюм.

— Ну и как я тебе? — поинтересовалась она, кокетливо охорашиваясь. — К лицу мне этот наряд?

— Меня сейчас стошнит! — честно признался Влад.

Светлана неодобрительно покачала головой, после чего распорядилась:

— Давай за мной и личико сделай попротивнее!

После этого, она, к несказанному ужасу Влада, бодро затопала прямо навстречу «волынщикам». Светлана двигалась, как неисправная механическая кукла. И ему не оставалось ничего другого, как последовать за ней, копируя ее неровную угловатую походку.

Поисковая партия, остановила их, довольно бесцеремонно, преградив им путь. После чего, каждый из «волынщиков», потрогал их, вживленные, мерцающие сквозь кожу, разноцветные маркеры.

У Влада отвисла челюсть, когда «солдаты» расступились и беспрепятственно пропустили их к выходу из цеха.

Оказавшись на лестничной клетке, Влад удивленно прохрипел:

— Что это было? Дуболомы, определенно, приняли нас за своих!

— Расслабься и дыши носом! — посоветовала ему Светлана. — То, что ты только что наблюдал — это мимикрия, в чистом виде.

Глава 35

Как это ни странно, но Влад со Светланой Сергеевной совершенно беспрепятственно передвигались по всему пространству завода. Они последовательно исследовали все этажи, не встречая ни малейшего препятствия со стороны многомудрого Анатомика.

В связи с этим, Светлана Сергеевна призналась Владу:

— Ты знаешь, я испытываю странное удовлетворение от нашего с тобой путешествия в этом страшненьком зоопарке. Согласись, есть определенный шарм в том, что мы с тобой шныряем повсюду, где нам только вздумается. И при этом неспешно выбираем место почувствительнее, чтобы вгрызться побольнее в этот безупречный, с точки зрения Анатомика организм, созданный им в стенах этого завода.

— Дорогая, у тебя не шутку разыгрался комплекс Герострата, отягощенный садо — мазо фантазиями, — пожурил ее Влад. — С десятью килограммами сырой человечины на плечах, мое мироощущение я бы поостерегся называть восторженным.

— А мне плевать, как именно называется и классифицируется данное состояние души! — воскликнула Светлана. — Я чувствую себя вирусом, несущим гибель древним пришельцам!

— Ну, да! — охотно подыграл ей Влад. — Мы с тобой, на пару, являем собой дозу антибиотиков, летальную для Анатомика и его многочисленных организмов!

— Именно так! Лучше и не скажешь! — охотно согласилась Светлана Сергеевна.

В ходе разведки, проведенной по всей территории завода, на шестом этаже они неожиданно наткнулись на нечто особенное. В огромных, грубо сваренных металлических чанах, безостановочно кипела и бурлила некая кровавая субстанция. Она пузырилась мириадами пузырьков воздуха, которые со дна поднимали мощные аэраторы.

Приглядевшись внимательнее, Светлана Сергеевна с ужасом обнаружила, что в темно — красной жидкости колышутся на плаву пласты мышечной массы, по своим габаритам сопоставимые разве, что с огромными расчлененными коровьими тушами.

— Ты только посмотри на это! — прошептала она, приходя в сильное волнение. — Он что собирается поставить на поток производство боевых динозавров?

— Меня тревожит совсем другое, — перебил ее Влад. — То с какой скоростью происходит наращивание плоти на эти куски мяса! Они же растут буквально на глазах!

Действительно, даже невооруженным глазом было видно, как вяло колышущиеся в кровавом соусе, огромные фрагменты мышечной ткани меняют структуру своей поверхности. Повинуясь неизвестному волновому ритму, они медленно, слой за слоем, покрывались плотью, неуклонно увеличиваясь в размерах.

Исследовав соседние бассейны, Влад обнаружил в них все виды ужасных созданий Анатомика, включая тех, которые были ему еще неизвестны. Все они находились в разной степени готовности.

— Елочки — сосеночки! — страшным шепотом произнес Влад. — Он выращивает их целиком, словно огурцы на грядках! Если бы они не были живыми существами, я бы сказал, что эти бассейны сродни гальваническим ваннам. На каркас слой за слоем насаливаются живые ткани, до тех пор, пока не появляется полностью готовый экземпляр! Это просто уму непостижимо!

— Ну, положим, идея клонирования, отнюдь, не нова, — хладнокровно заметила Светлана Сергеевна. — Безусловно, масштабы данного инкубатора поражают. И судя, по всему, проект Анатомика находится еще только в подготовительной фазе.

— Боюсь спросить, какова же конечная цель, этого как ты его называешь, проекта? — поинтересовался Влад.

— А ты сам не догадываешься? Анатомик нацелился переработать всех и вся, на нашей планете, в питательную биомассу, которую затем скормит своим гадким созданиям!

— И что потом? — задал резонный вопрос Влад.

— Потом, суп с котом! — решительно прервала цепь его рассуждений Светлана. — Не о том думаешь! Озадачься тем, как нам осложнить жизнь Анатомику? Какую пакость можно устроить, чтобы его инкубаторы перестали производить тварей? Может дырок навертеть из автомата и выпустить из них этот кровавый бульон?

Влад минуту соображал, после чего, иронично хмыкнул и покачал головой:

— Малоэффективно! Анатомик заделает дырки и напузырит туда нового бульона. Я имею предложить, кое‑что более эффективное.

С этими словами, он направился в дальний угол цеха. Там, в небольшом темном помещении с давно вынесенной дверью, стояли какие‑то металлические бочки. Светлана смело шагнула туда, вслед за Владом, и тут же вляпалась берцами в какую‑то вязкую жидкость. Приглядевшись, она обнаружила, что там весь пол залит черным, вязким маслом.

— Что это такое? — поинтересовалась она у Влада.

— Отработанное техническое масло, так называемая — выработка. Оно частью пригорело, в нем полно металлических частиц, содранных поршнями с двигателей и еще куча всякой грязи, — охотно пояснил Влад.

Открутив крышку с одной бочки, он качнул ее. Внутри гулко булькнуло масло. Закрутив крышку обратно, Влад задумчиво закатил глаза, что‑то прикидывая, после чего произнес:

— Это двухсотлитровая бочка. Но масло весит легче воды, так как плавает на водной поверхности. Значит в ней где‑то сто пятьдесят килограммов. Ничего, как‑нибудь сворочу. А ну, поберегись!

Светлана Сергеевна поспешно отскочила в сторону. Влад, подставив ногу под нижний край бочки, решительно взялся обеими руками за верхний обод и рванул ее на себя. Придерживая увесистую бочку коленом и руками, он осторожно опрокинул ее на пол. Внутри громко булькнуло масло.

— Ты хочешь налить грязного масла в бассейн с клонами? — начала прозревать Светлана.

— Ага! — широко улыбнулся Влад и, нагнувшись, принялся катить бочку в цех, толкая ее впереди себя двумя руками. — Мне кажется, им это вряд ли понравится. Надеюсь, что они все передохнут, так и не успев родиться. Кроме того, Анатомик запарится отмывать свои ванны от масла. И у него уйдет на это уйма времени!

Подкатив бочку к бассейну, Влад остановился в раздумье. Высота бортика бассейна составляла полтора метра. Рывком, поставив бочку на днище. Он заглянул в бассейн и с сомнением покачал головой. После чего, тяжело вздохнув, наклонил бочку и, вцепившись руками в ее нижний край, сделал попытку поднять ее вверх. Лицо его побагровело от натуги, на висках вздулись вены. Резко выдохнув, он поднял бочку на уровень живота, после чего перевалил ее через бортик.

Раздался громкий всплеск, поднявший целый фонтан брызг, после чего сильные волны пошли гулять по бассейну, шумно переливаясь через края. Вокруг бассейна сразу же образовались обширные лужи.

Влад махнул рукой Светлане и что‑то пробормотал, но она не разобрала что именно. Пытаясь восстановить дыхание, Влад хватал воздух широко открытым ртом.

— Бочку продырявь! — наконец, смог он кое‑как выговорить.

Светлана широко раскрыла глаза, удивленно вздернув брови. Влад наставил указательный палец на бочку и изобразил выстрел. Светлана Сергеевна, не заставляя себя упрашивать дважды, всадила несколько пуль из автомата, в верхнюю часть бочки, торчавшую над поверхностью красной жидкости.

После этого, они с замиранием сердца смотрели на то, как по поверхности кроваво — красного бассейна расплываются радужные масляные пятна. По мере того, как на поверхность жидкости всплывало содержимое бочки, пленка, покрывающая ее, становилась все толще и плотнее. Скоро, несмотря на то, что снизу, аэраторы исправно гнали пузырьки кислорода, поверхность бассейна затянуло неподвижной черной маслянистой пленкой, через которую ничто не могло пробиться наружу.

Было такое ощущение, что бассейн скоропостижно умер. Что впрочем, полностью соответствовало истине. Данное событие прошло незамеченным для трудящихся на этаже «рабочих» Анатомика. Но было понятно, что пребывать в счастливом неведении они будут недолго. Рано или поздно, какой‑нибудь очередной «смотритель» обнаружит результаты проведенной Владом и Светланой диверсии и неминуемо поднимет тревогу. Поэтому следовало поспешить, для того, чтобы вывести из строя, как можно больше бассейнов со всем их отвратительным содержимым.

В это время, покрытая толстой пленкой, поверхность бассейна неожиданно пришла в волнение, которое впрочем, довольно быстро закончилось.

— Видимо аэраторы накрылись из‑за масла и перестали гнать воздух, — прокомментировала это явление Светлана Сергеевна. — А недоделанные твари, там внутри, погибли от недостатка воздуха в питающем их растворе. Подобно тому, как рыбы в озере задыхаются под зимним льдом, во время замора.

Влад криво ухмыльнулся и отправился за следующей бочкой с отработанным маслом.

Пока он ходил, Светлана Сергеевна пережила несколько очень неприятных мгновений. Черную масляную жижу в бассейне внезапно прорвала длинная костлявая рука. Вслед за ней появился чудовищный череп, с частично сформированным лицом. А потом наружу полезло что‑то откровенно ужасное. Более всего это напоминало сильно разложившийся труп, пытающийся выбраться из склепа. Вдобавок ко всему, перемазанный в грязном машинном масле.

С трудом перевалившись через бортик ванны, ужасное существо упало на пол. Оно попыталось вскочить, но его недостаточно плотные ткани скользили и размазывались по мокрому бетонному полу, оставляя черную слизь. Теряя ошметки мягкой плоти, которая сползала с недоразвитых костей, существо шумно распалось на части.

Разрозненные части туловища и конечностей еще какое‑то время жили своей независимой друг от друга жизнью. Но через минуту, после продолжительной агонии, все они постепенно затихли.

В это время, пыхтя как паровоз, тянущий за собой состав с углем, появился Влад с очередной бочкой. Быстро закинув ее в другой бассейн, он тут же отправился за следующей. Автомат Светланы Сергеевны с тихим шуршанием выплюнул короткую очередь, разворотив пузатый бок бочки. Она стояла и с мстительным удовлетворением смотрела, как на кровавой поверхности бульона расползается черное плотное пятно масла.

Таким образом, Влад в течение часа с небольшим, благополучно перетаскал все двенадцать бочек, стоявших в подсобке. А Светлана Сергеевна выпустила их содержимое наружу. Таким образом, общее число выведенных из строя бассейнов Анатомика составило тринадцать штук.

— Чертова дюжина! — усмехнулась Светлана, потом спросила Влада, — Как ты умудрился перетаскать столько тяжеленных бочек и при этом не надорваться?

— На мое счастье, большая часть из них была наполнена лишь наполовину, а некоторые, и того меньше, — честно признался Влад. — Полные бочки, да еще в таком количестве, я бы ни за что не осилил!

Несмотря на то, что они уничтожили тринадцать инкубаторов, их оставалось еще, как минимум в два раза больше. Не мудрствуя лукаво, было решено просто тупо расстрелять их содержимое, при этом выпустив весь питательный бульон наружу. Еще полчаса понадобилось Владу и Светлане, для того, чтобы осуществит задуманное.

Переходя от одной ванны к следующей, они методично превратили все их содержимое в кровавую кашу, попутно выпустив наружу целые реки кроваво — красной жидкости наружу. Целые водопады питательной жидкости низверглись водопадом на нижележащие этажи завода. Глупо было думать, что это пройдет незамеченным для находящихся там жутких созданий.

В результате данного мероприятия, создание новых рекрутов Анатомика было временно приостановлено. Но теперь, судя по звуку множества шагов, раздающихся со стороны лестничных клеток, Владу и Светлане настало время заплатить по счетам.

Глава 36

Грохот бессчетного количества ног, слышался все громче и громче. Он доносился сразу с двух сторон. Цех имел две лестничные клетки, расположенные на противоположных концах этажа. Видимо, поднимающиеся вверх «солдаты» хотели взять потенциального противника в клещи и не дать ему скрыться

— Ну, и какие будут предложения? — поинтересовалась Светлана Сергеевна. — Или будем стоять и спокойно ждать, когда нас схватят?

— Имею два предложения на выбор! — ответил Влад. — Можно забраться в один из бассейнов, залитых маслом и…

— Я туда не полезу! — категорически отрезала Светлана. — Давай свой второй вариант!

Вместо ответа, Влад схватил ее за руку и потащил в сторону ближайшей лестничной клетки. Прямо навстречу, направляющейся сюда разъяренной толпе тварей Анатомика. По мере приближения к выходу из цеха, Светлана Сергеевна стала невольно замедлять шаги, а потом и вовсе попыталась вырвать свою руку у Влада.

— А ну, отпусти меня сейчас же! У тебя, что от страха крыша совсем поехала? — возмутилась она. — Если ты хочешь сдаться, то я против!

— Единственный наш шанс — это смешаться с теми, кто сейчас припрется сюда с разборками! — сердито прикрикнул на нее Влад и отпустил ее руку. — И будет лучше, если мы, прямо сейчас, начнем торопиться.

Светлана иронично хмыкнула, окинула Влада презрительным взглядом, и решительно двинулась в сторону выхода на лестницу. Они едва успели зайти за дверь, каким‑то чудом, висящую на сорванных петлях, когда в цех мимо них хлынул поток преследователей.

Их было так много, и все они были такие разные, что затеряться среди них не представляло особого труда. Для этого Владу и Светлане пришлось сделать всего лишь несколько шагов и выйти из своего укрытия. Тут же, они нос к носу столкнулись с парой «волынщиков» последней модификации. Влад со Светланой взяли их на прицел, но тут же демонстративно опустили стволы, «признав» в них своих.

Как ни странно, этот нехитрый прием позволил усыпить бдительность звероподобных громил, вооруженных измененными до неузнаваемости «волынками». Теперь, вместо костяных трубок из них торчали, тускло сверкая металлом, самые настоящие стволы. Что любопытно, все они были разного калибра. Начиная от «пистолетного» и кончая «крупнокалиберным пулеметом». Вдобавок ко всему, имели довольно необычную конфигурацию, отчего приобрели еще большое сходство с духовыми инструментами.

После того, как их признали за своих, Влад со Светланой, придав лицам надлежащую свирепость, кинулись прочесывать цех в поисках самих себя. Делали они это, плечом к плечу, со своими новыми «братьями» по оружию, что не вызывало у последних и тени подозрения.

Довольно скоро, на этаж подтянулись какие‑то диковинные твари, с необычайно большими головами. «Головастики», как их тут же окрестила Светлана, выполняли функции технологов, на этом жутком производстве. На их, ничего не выражающих и лишенных, какого бы то ни было выражения, уродливых физиономиях застыло абсолютное безразличие. Но в больших, овальных глазах сквозила такая бездна отчаяния, что можно было подумать, будто в бассейнах плавали мертвые тела их детенышей.

Влад, неожиданно для себя, ощутил укол совести. Он взглянул на Светлану, но его подруга, в отличие от него, была начисто лишена каких бы то ни было сантиментов.

Она удивленно посмотрела на него и шепнула:

— Успокойся, они все были очень плохие!

Владу стало стыдно и, напустив на себя полное безразличие, он презрительно фыркнул:

— С чего это ты решила, что меня мучают муки совести?

— Просто у тебя такой вид, словно ты вот — вот расплачешься, — серьезно ответила Светлана.

— Ну, знаешь! — искренне возмутился Влад.

Он хотел было разразиться гневной тирадой, но, неожиданно, и у него, и у Светланы включились коммуникаторы. Настроенные на беззвучный звонок, они довольно ощутимо завибрировали у них в нагрудных карманах.

— Твою мать, не раньше и не позже! — возмущенно прошипел Влад. — Прикрой меня, я отвечу!

— Ты сам‑то понял, что сейчас сказал? — иронично поинтересовалась Светлана. — Мне закрыть тебя нереально! А вот у тебя это, довольно неплохо, получается. Так что, милый, давай сделаем наоборот.

Влад загородил Светлану своей могучей спиной, чтобы она могла беспрепятственно пообщаться. Как вскоре выяснилось, звонил Вождь.

— Винни это ты? — проревел он в трубку.

— Нет, это Джек! — нервно хихикнула Светлана.

— Дай ему трубку, деточка! — потребовал руководитель.

— Не могу, он прикрывает меня, — ответила Светлана. — Кругом нас полно всяких нехороших и очень злых тварей.

— Что у вас там происходит, и почему не выходите на связь? — принялся распекать ее Вождь.

— Мы, господин полковник, некоторым образом были заняты! — без должного почтения перебила его Светлана, вложив в свой ответ всю иронию, на какую только была способна. — Нам удалось вывести из строя инкубаторы, находящиеся на шестом этаже. Так, что поставка рекрутов в армию Анатомика временно прекращена. Рекомендую вам использовать текущий момент, для того чтобы сократить поголовье уже имеющихся у него «солдат».

— Где вы сейчас находитесь? — после минутной паузы поинтересовался Вождь.

— Там же, на шестом этаже.

— Вот и оставайтесь там, ближайшие полчаса и никуда не суйтесь! Сейчас у вас там будет горячо! — пообещал Вождь, после чего по — отечески предостерег, — Да, и держитесь подальше от окон! Все, конец связи!

Убрав коммуникатор, Светлана коротко пересказала Владу разговор, состоявшийся у нее с Вождем.

— Я так понимаю, что наши собираются штурмовать завод, — заключил из услышанного Влад.

И в этот момент, за стенами завода, прогремели пушечные выстрелы. Потом они слились в непрекращающуюся артиллерийскую канонаду. Здание завода ощутимо тряхнуло, а потом оно уже тряслось не переставая.

Где‑то наверху оглушительно рвались снаряды. Видимо, артиллерия утюжила заводскую крышу, сметая оттуда башни «кровавых веретен». Сквозь оконные проемы были видны летящие во все стороны ошметки окровавленной плоти, вперемежку с кусками железобетона. Воняло кошмарной смесью толовой гари и паленой плоти.

Неожиданно, вниз с чудовищным грохотом, обрушилась часть потолочного перекрытия, одновременно являвшаяся полом этажа расположенного выше. Сверху посыпались здоровенные куски бетона. Все заволокло плотными клубами пыли.

В этом кошмаре, натыкаясь друг на друга, носились совершенно обезумевшие многочисленные создания Анатомика. Они никогда ранее не сталкивались ни с чем подобным. И судя по всему, артиллерийский обстрел произвел на них неизгладимое впечатление.

Влад и Светлана, прикрыв головы руками, в ужасе смотрели, как прямо над ними раскачиваясь на прутьях арматуры провис, огромный кусок потолка. Словно в раздумье, упасть ему или не упасть, он медленно провисал все ниже и ниже. И все это время, сквозь несмолкаемый грохот взрывов, разносящих здание старого завода на куски, явственно слышался истошный скрип сгибающейся стальной арматуры.

Так продолжалось до тех пор, пока, обрушившийся кусок потолка не уперся своим нижним концом в пол шестого этажа, всего в нескольких метрах от Влада и Светланы. Артобстрел закончился также внезапно, как и начался. Наступила мертвая тишина. Но, у контуженных Влада и Светланы, в ушах стоял нескончаемый звон. Широко открыв рот, Светлана Сергеевна попыталась восстановить слух. Но из этой затеи ничего не вышло.

Тем временем, Влад, поднявшись во весь рост, отряхивал с себя толстый слой пыли, припорошивший его с головы до ног.

— Не фига себе пельмешек из меня получился! — сердито бормотал он, при этом, себе под нос.

Светлана последовала его примеру, после чего откашлявшись, произнесла:

— Пойдем, глянем в окна и посмотрим, что там творится?

Слух постепенно начал возвращаться к ним, и они отчетливо услышали звук множества двигателей. Это в дело вступили танки, которые неторопливо двинулись в сторону завода. Вслед за ними, широкой цепью наступала армейская пехота.

Судя по тому, что в сторону колонн, двигающихся на штурм корпуса, не летели бетонные глыбы, артподготовка прошла удачно. Значит «кровавые веретена» были уничтожены все до единого. Это вселяло определенный оптимизм, но только не во Влада. За прошедшие двое суток, он твердо уяснил одно простое правило — имея дело с Анатомиком нельзя быть уверенным ни в чем. И Светлана Сергеевна была с ним полностью солидарна.

— Ох, что‑то не нравится мне эта замогильная тишина! — поделилась она с Владом своими ощущениями и зябко повела плечами.

Одетые на них пласты мышечной ткани, заерзали из стороны в сторону, роняя на пол бетонную пыль. Влад брезгливо поморщился и тяжело вздохнул. В это время, с нижних этажей, до них донесся громкий шум. Там определенно, что‑то происходило.

Влад со Светланой настороженно поглядели друг на друга, после чего не сговариваясь, двинулись к пробитой в полу снарядом дыре. Опустившись на колени, Влад заглянул в нее. И то, что он там увидел, ему совсем не понравилось.

Группа «землекопов» поспешно устанавливала возле разрушенной взрывом стены, пару каких‑то странных конструкций. Они весьма отдаленно напоминали большие металлические катапульты. Только вместо жгутов в них были использованы огромные связки мышц.

Другие несколько групп, в основном состоящих из «головастиков», были заняты тем, что возились с какими‑то большими полупрозрачными пузырями. Насколько Влад смог разобрать, они наполняли их каким‑то прозрачным газом. Он подавался через влажно блестевшие кишки, тянувшиеся сквозь дыру в полу, на нижние этажи. Их диаметр был толщиной с руку, взрослого мужчины. По мере наполнения пузырей газом, они увеличивались в размерах.

— Звони, Вождю! — поднял голову от дыры Влад. — Предупреди, что здесь затевается какая‑то грандиозная пакость! Пусть продолжают обстрел из пушек, а танки и пехоту срочно отзовут обратно!

Светлана достала коммуникатор и, связавшись с Вождем, принялась горячо доказывать ему что‑то. Тем временем, «головастики» доведя диаметр пузырей до двух метров, оставили их в покое и принялись надувать следующие. На этот раз, цвет газа был ядовито — желтый.

«Землекопы» зарядили пузыри в катапульты и в следующее мгновение те, пролетев через дыру в заводской стене, взвились высоко в воздух. Вслед за ним последовала следующая пара. Таким образом, было запущено около дюжины снарядов. Описав широкую дугу, они падали, один за другим, прямо среди наступающих танков и пехоты.

Насколько Светлана Сергеевна могла судить они не приносили существенного вреда атакующим. За исключением, тех случаев, когда пузыри накрывали солдат сверху. Ни один из этих бойцов так и не поднялся, видимо, они были раздавлены, обрушившейся им на головы тяжестью. Все пузыри, едва достигнув земли, шумно лопались.

Первоначально Влад решил было, что внутри них находится ядовитый газ и с замиранием сердца ожидал, что отравленные солдаты начнут падать один за другим, хватаясь за горло. Но ничего подобного не происходило, и они продолжали бодро продвигаться вперед, как, ни в чем, ни бывало.

Но когда, вслед за пузырями с прозрачной начинкой, полетели ядовито — желтые, словно лимоны, шары, Влад внезапно прозрел.

Схватив коммуникатор, он потребовал связи с Вождем, а когда его соединили, заорал благим матом в микрофон:

— Уводите людей! В пузырях компоненты, какого‑то бинарного отравляющего вещества! Сейчас погибнет масса народа, и это будет на вашей совести!

— Моя совесть чиста, я с самого начала был против этой идиотской затеи! — хрипло проговорил Вождь. — Решение, о проведении атаки, было принято генералом Солодовниковым единолично. К моему большому сожалению, он не привык отменять свои собственные приказы!

Глава 37

Засовывая коммуникатор в нагрудный карман, Влад продолжал напряженно наблюдать за тем, что происходит на подступах к заводу. Танки продолжали неторопливо продвигаться вперед, негромко фырча моторами и лязгая гусеницами. Вслед за боевыми машинами, бодро шагала, рассыпавшись цепью, многочисленная пехота.

Выпущенные из «катапульт», через обширную пробоину в боку завода, огромные пузыри лопнули и сдулись. То, что было в них, за это время, успело перемешаться в воздухе. Но, судя по всему, никакого вреда людям это не нанесло. По крайней мере, внешне это никак не проявлялось.

— Что же это такое? — удивленно воскликнул Влад. — Что Анатомик задумал на этот раз?

Словно в ответ на его вопрос, этажом ниже, ухнули одновременно обе катапульты. В воздух взвились две странные штуковины. Они были немногим более обычных футбольных мячей и имели посередине широкий разрез, делящий их пополам. Это делало их похожими на биг маки. Только вместо котлеты, сыра и листиков салата, посередине «бутербродов» непрерывно сверкала дуга электрического разряда, странного ярко сиреневого цвета.

Взмыв по широкой дуге, они понеслись в разные стороны, с каждой секундой удаляясь друг от друга все дальше и дальше. Мысленно прочертив в воздухе траекторию их полета, Влад понял, что один «биг мак» приземлится на левом фланге, атакующих сил, а второй, на правом.

Неожиданно в воздухе остро запахло озоном. Концентрация была такая сильная, что у Влада защипало в глазах и засвербило в носу. Он, с удивлением, почувствовал, как у него на голове и по всему телу встают дыбом волосы. Сообразив, что все это странности происходят неспроста, он схватил Светлану в охапку, швырнул ее на пол, а сам упал сверху, накрыв ее своим телом.

— Глаза закрой руками! — успел он крикнуть ей в самое ухо.

Светлана Сергеевна, проявив похвальную сообразительность, послушно закрыла глаза ладошками.

В отличие от нее, Влад не мог этого сделать, по той простой причине, что держал вес своего тела на руках. Если бы он закрыл глаза, то целый центнер его живого веса навалился бы на Светлану сверху, и, почти наверняка, раздавил бы ее.

Вместо этого, Влад крепко зажмурил глаза и уткнулся лицом в спину Светланы. Вернее, в покрытый пылью, толстый пласт мышечной ткани, который маскировал ее тело. Его передернуло от омерзения, но он лишь еще сильнее впечатал свое лицо в холодную, осклизлую плоть, расцарапав, при этом, нос о прилипшую к поверхности мяса бетонную крошку.

Раздался хлопок, не громче звука перегоревшей лампочки. После этого все вокруг затопило ослепительной вспышкой невероятной силы. Несмотря на то, что глаза Влада были плотно прикрыты, ему пришлось сделать над собой героическое усилие, чтобы не закричать от ужаса.

Ему пришло на ум описание вспышки при ядерном взрыве. Если память не изменяла ему, очевидец сравнивал ее яркость с «тысячью солнц». Их со Светланой должно было мгновенно испепелить в пекле термоядерного взрыва. После чего ударная волна взрыва, сотрет с лица земли само упоминание о них. А на месте старого завода останется лишь черная обугленная пустошь.

Приготовившись каждой клеточкой своего тела к невыносимой боли, Влад обнял Светлану и прижался к ней всем телом. Уйти из жизни, сжимая в объятиях любимую женщину, было бы чертовски сентиментально!

Но, видимо, у Светланы Сергеевны было на этот счет свое собственное мнение.

— Ты меня раздавил, каток хренов! — послышался снизу ее задушенный голос. — А ну, слезь с меня!

Влад, разжав объятия, поспешно скатился с возлюбленной на пыльный пол. Он ничего не понимал и только удивленно хлопал глазами, вертя головой по сторонам. После ослепительной вспышки, наступила мертвая тишина. Лишь, Светлана Сергеевна, перевернувшись на спину, училась заново дышать. Звуки ее хриплого, свистящего дыхания окончательно вернули Влада к жизни.

— Еще немного и я бы начала звать Анатомика на помощь! — с астматическим присвистом в легких, рассмеялась Светлана. — Разве можно так наваливаться на хрупкую женщину? Я же тебе не самка бегемота!

— Извини! — насупившись, пробормотал Влад. — Мне показалось, что нас накрыло атомной бомбой.

— Кстати, а почему, не слышно шума танковых двигателей? — перебила его Светлана. — Вообще что это такое было?

— Сейчас узнаем, — пообещал Влад, поднимаясь на ноги.

Когда он выглянул в огромный оконный проем, рот его наполнился кислой слюной, и он почувствовал, что его сейчас вырвет.

На огромном пространстве не было ничего кроме черной выжженной земли. Вместо солдат остались лишь кучки угля, припорошенного серым пеплом. Оплывшие остовы танков, словно свечные огарки, торчали в лужах оплавленного металла.

— Как такое, вообще, могло случиться? — ужаснулась Светлана.

— Скорее всего, это был объемный взрыв, какого‑то бинарного газа. Он мгновенно набрал колоссальную температуру, при полном отсутствии ударной волны. После чего направленно выжег все на сотни метров вокруг завода, — хрипло ответил Влад. — Обрати внимание, территория выжженной земли заканчивается метров за пятьсот до заводского корпуса. То есть, Анатомик все безупречно точно рассчитал. Его цитадель и созданные им твари, ни в коем случае, не должны были пострадать.

— Чего не скажешь, о людях, — уныло пробормотала Светлана Сергеевна.

Неожиданно у Влада завибрировал коммуникатор. Звонил Вождь.

— Как вы там, держитесь? — участливо спросил он.

— Если вас интересует, не подохли ли мы? То вынужден вас огорчить — мы еще живы, — ответил Влад. — Я так понимаю, что генерал не внял нашей информации, и вам так и не удалось, уговорить его отменить атаку?

— Поразительная догадливость! — презрительно фыркну Вождь. — Ты торопишься со скоропалительными обвинениями, не обладая всей полнотой информации. А это, по меньшей мере, несправедливо. У Солодовникова имелись свои резоны.

— Ну, так просветите нас, господин полковник! — вклинилась в разговор Светлана, при помощи своего коммуникатора.

— Погодите, нам нужно куда‑нибудь спрятаться, чтобы нас не засекли во время переговоров, — перебил ее Влад. — Отбой, связь, через пять минут!

Облюбовав, на этом же этаже, полутемную подсобку, они устроились в ее самом дальнем и темном углу. Усевшись на пол, так чтобы хорошо просматривался вход, они обессилено прислонились к стене.

— А может, пошел он в баню, со своими душещипательными разговорами? — спросил Влад. — Сейчас, мне меньше всего охота выслушивать его оправдания. Угробить хренову тучу людей, только из‑за чьего‑то ослиного упрямства! Это выше моего понимания!

— Но согласись, Вождь здесь, совершенно, не причем. Это целиком заслуга генерала Солодовникова, — возразила ему Светлана. — Кроме того, он что‑то намекал, насчет того, что мы не располагаем всей полнотой информации. Не знаю, как тебе, а мне будет значительно спокойнее, если мы будем знать все, что касается Анатомика. Как говорили древние — предупрежден, значит вооружен.

Влад безразлично пожал плечами, достал коммуникатор и набрал номер диспетчера. К его большому удивлению, на связь вышел сам Вождь.

— Куда вы пропали? — недовольно проворчал он.

— Все нормально, искали нору поспокойнее, — ответил Влад. — Насколько я понял, и смог разглядеть в окно, ваш лагерь не пострадал, в результате вспышки?

— Ты правильно понял, — перебил его Вождь. — Теперь молчи и слушай. Генерал попер в атаку потому, что ему было некуда деваться. Слишком велика ответственность, чтобы он мог спокойно сидеть, сложа руки, и ничего не предпринимать. Он был вынужден начать полномасштабное наступление, наплевав на команду своего руководства захватить Анатомика живым. Солодовников даже отдал команду артиллерии работать в полную силу, прекрасно понимая, что может угробить Анатомика.

— И что заставило бравого генерала настолько радикально пересмотреть свои убеждения? — ехидно поинтересовалась Светлана.

— Последние события, — устало ответил Вождь. — Дело в том, что с тех пор, когда вы отправились на задание, у нас здесь, кое‑что произошло. Мне подвезли прибор, позволяющий получить вертикальную развертку земной толщи на глубину до километра. Как вы помните, Антомик, на первой стадии контакта с ним, очень увлекался подземными тоннелями и подкопами. Потом, вдруг словно отрезало. Он начисто отказался от применения этой тактики. Мне это показалось весьма подозрительным.

Вождь замолчал, собираясь с мыслями.

— Ну и? — поторопила его Светлана Сергеевна. — Ваше предположение полностью подтвердилось?

— Деточка, ты даже представить себе не можешь, насколько! — невесело усмехнулся Вождь. — Я даже не мог предположить насколько далеко зашел этот процесс. Выяснилось, что от корпуса завода во все стороны глубоко под землей «землекопы» ведут тоннели. На тот момент, когда мы узнали об этом, Анатомик создал целую сеть подземных коммуникаций. Они радиально располагаются вокруг здания завода. И тянутся на несколько километров.

— Они хотят зайти к армии в тыл? — спросил Влад.

— Если бы! — хмыкнул Вождь. — По эти каналам невозможно передвигаться, потому что они полностью заполнены.

— Надеюсь, не чем‑то вроде той дряни, которой Анатомик сжег танки? — с замиранием сердца спросил Влад.

— Значительно хуже, — сурово отмел его гипотезу Вождь. — Зонды, спущенные нами на глубину, показали, что наружную часть каналов выстилает толстый слой мышечной ткани. А сердцевина состоит из вещества аналогичного спинному мозга млекопитающих.

— Вы хотите сказать, что канал диаметром, как минимум полтора метра, сплошь заполнен пучками нервной ткани? — встревожено спросила Светлана Сергеевна.

— Именно, так! — ответил Вождь. — Приятно сознавать, что я не ошибся, пригласив вас поучаствовать в этом проекте.

— Но ваши аналитики, наверное, уже подсказали вам, что вся эта чудовищная нейронная сеть неминуемо должна сходиться в одном месте? — придя в крайнее возбуждение, воскликнула Светлана Сергеевна.

— Мне очень повезло ребята, что именно вы, находитесь как раз в этом самом месте, — усмехнулся вождь.

— Можете не продолжать! — остановила его Светлана Сергеевна. — Сейчас вы попросите нас найти эту самую точку, куда сходятся все нервные волокна. И я, кажется, догадываюсь, что нам предстоит искать.

— Дорогие, девочки и мальчики, попрошу вашего внимания! — откашлявшись, торжественно произнес Вождь. — Теперь, ваша задача существенно упрощается. Вам нужно будет найти супермозг, создаваемый Анатомиком.

Глава 38

Влад и Светлана, настороженно озираясь, выбрались, из своего укрытия, в цех. За то непродолжительно время, что их тут не было, на этаже многое изменилось. А говоря простым языком, здесь творилось форменное черт те что!

Анатомик развил бешеную активность. Целые толпы «рабочих», «головастиков», «землекопов» и других непонятных созданий занимались восстановлением инкубаторов.

На полу, возле бассейнов, лежали наваленные грудами останки недоразвившихся созданий. Перемазанные в масляной выработке, с ног до головы, «рабочие» доставали их из ванн, и скидывали на пол. Дюжие «землекопы» складывали уродливые тела на тележки и катили к шахтам грузовых лифтов, которые к этому времени уже вовсю функционировали. Лифты, снующие вверх и вниз, словно белки, при полном отсутствии электроэнергии являли собой довольно дикое зрелище. Можно было не сомневаться, что здесь Анатомик также, применил мускульную силу мышечных волокон, успешно создаваемых им здесь же на заводе.

Внимание Влада привлекли несколько бригад «головастиков», которые в спешном порядке крепили на стенах цеха и помещений, расположенных тут же на этаже, какие‑то кронштейны причудливой формы. На них развешивались пузатые прозрачные сосуды, к которым подсоединялись узкие шланги, напоминающие гофрированные короба электрической проводки.

— Это еще что за фигня такакя? — озадаченно пробормотал Влад.

Не откладывая дело в долгий ящик, он решительно направился в сторону «головастиков», возившихся возле стены между оконными проемами. Поравнявшись с ними, он, словно невзначай, протаранил плечом одного из них, который держал, так заинтересовавшую его, круглую банку.

От сильного толчка, сосуд выскользнул из длинных, тонких пальцев «головастика» и упал на пол. Раздался хрустальный звон и «банка» разлетелась на множество осколков.

— Перекаленное стекло! — удивленно пробормотал Влад.

В луже прозрачного раствора кувыркался какой‑то червяк с большой круглой головой. Когда Влад понял что это такое, ему стало откровенно нехорошо. В плотном гнезде из сухожилий и мышечных волокон, у него под ногами извивался человеческий глаз. Тонким, белым хвостиком нервного волокна, он свирепо охаживал себя по бокам, словно разъяренный тигр.

— Пошли отсюда, я уже все поняла! — Светлана потащила Влада за рукав в сторону.

На «головастиков» инцидент, с расколотой стеклянной банкой, произвел сильное впечатление. Бросив свою работу, они застыли на месте и провожали виновника происшествия недоуменными взглядами.

Затылком чувствуя, проявляемый к его персоне нешуточный интерес, Влад пробормотал:

— Все, лафа кончилась! Анатомики меня только что вычислили и расшифровали!

— А нечего было посуду об пол бить! Чтоб ты знал, наша беззаботная жизнь закончилась совсем по другой причине! — осуждающе посмотрела на него Светлана. — Ты понял, для чего предназначена та штуковина, которую ты только что разбил?

— В общих чертах, да, — задумчиво произнес Влад. — Мне кажется, что это аналог человеческой камеры видеонаблюдения.

— Совершенно верно, — одобрительно кивнула Светлана. — В прозрачном предохранительном чехле, то есть в банке, находится глаз, залитый питающем его раствором. Подсоединенные к его зрительным рецепторам, нервные окончания через магистральное нервное волокно идут в нервный центр, то есть мозг. Который занимается обработкой, получаемых от множества глаз — видеокамер, изображений.

— Ни хрена себе многоглазый Аргус! — возмущенно воскликнул Влад. — При таком раскладе, на заводе, теперь, даже мышь незамеченной не проскочит!

— Вот об этом‑то я тебе и талдычу! — назидательно произнесла Светлана.

— Кстати, не все так плохо! — неожиданно заулыбался Влад. — Я тут чего подумал. Благодаря этому новшеству Анатомика, мы, теперь, сможем пройти по этим нервным проводам, и они приведут нас к супермозгу, который мы должны найти.

— Совсем не обязательно, — с сомнением покачала головой Светлана. — Это может быть, всего лишь, небольшая батарея мозгов, представляющих из себя нечто вроде компьютерного сервера. На нем может производиться накопление и анализ всей поступаемой массы визуальной информации.

— Да, но от этого сервера, все равно, должны тянуться провода к центральному супермозгу! — торжествующе расхохотался Влад.

Пара «землекопов», толкающих мимо них тележку к лифту, привлеченные шумом, настороженно повернула головы в их сторону.

— Не нравится мне все это! — недовольно пробурчал Влад. — Слишком долго мы здесь уже находимся. Нужно по — быстрому найти этот супермозг, уничтожить его и выбираться отсюда, пока нас не поймали и не разобрали на запчасти!

— Можно подумать, что я против! — презрительно фыркнула Светлана Сергеевна. — Чего стал, как вкопанный? Пошли искать!

Зацепившись взглядом за один из шлангов, подведенный к «видеокамере» с плавающем в ней глазом, они неторопливо двинулись вдоль стены. По логике вещей, кабель с, протянутым внутри него, нервным волокном должен был бы выйти на лестничную клетку. А оттуда, по стене, прямиком на тот этаж, где находится искомый супермозг.

Но пройдя с десяток метров вдоль стены, кабель неожиданно нырнул вниз и исчез в бетонном полу. Влада это отнюдь не обескуражило. Он пожал плечами и принялся считать количество окон, от дыры, в которую уходил кабель, до ближайшего выхода из цеха. После этого, они спустились на этаж ниже и отсчитали нужное количество оконных проемов.

Выяснилось, что на пятом этаже делать решительно нечего. Знакомый им кабель, пройдя строго вертикально через всю стену, уходил в дырку, проделанную в бетонном полу.

— Что там у нас ниже, четвертый этаж, если не ошибаюсь? — повернулся Влад к Светлане Сергеевне.

— Нет, не ошибаешься, — кивнула она. — Пойдем смотреть, что там?

Но этому оптимистическому предложению было суждено разбиться о внезапно возникшие обстоятельства непреодолимой силы. А попросту говоря, о наглухо запертые двухстворчатые металлические двери, которые закрывали доступ на четвертый этаж.

Влад протянул было руку, чтобы попытаться потянуть дверь на себя, за чудом сохранившуюся ручку, когда взгляд его упал на дверные косяки. Вместо массивных металлических петель, дверь держалась на крупных пучках мышечных сухожилий, непостижимым образом вживленных прямо в стальное дверное полотно.

Пытаться силой отворить дверь, было также рискованно, как попробовать раскрыть створки огромной океанической раковины тридакны. Данный моллюск, насколько было известно Владу, мог запросто откусить руки нахалу, сдуру сунувшему их вовнутрь раковины. Внезапно сомкнувшимися, с чудовищной силой, створками, тридакна могла и ногу отцапать. Здесь же, на заводе, в дверь предполагалось совать не только руки, но также и все тело, включая голову.

Решив не подвергать себя неоправданному риску, Влад со Светланой поднялись на пятый этаж. Там, пройдя его насквозь, они спустились по лестничной клетке на уровень, крайне заинтриговавшего их, четвертого этажа. Но и там, их ждало горькое разочарование. Обе створки двери, снабженные мощными мышечными запорами, были наглухо заперты.

— Определенно, именно там находится то, что нам с тобой нужно! — торжествующе воскликнул Влад.

— Пошли отсюда, пока Анатомик не заподозрил неладное! — Светлана кивнула на пространство над дверью.

Оттуда из стеклянной банки, подвешенный на стене, на них пристально смотрел глаз. Влад подавил возникшее у него сильное желание расколотить вдребезги маленького соглядатая.

Его остановило лишь то, что было совсем ни к чему, ставить Анатомика в известность о том, что к его заповедному четвертому этажу кто‑то проявляет повышенный интерес. Можно было не сомневаться, что такой прожженный прагматик как он, тут же предпримет беспрецедентные меры по усилению безопасности четвертого этажа. После чего, попасть туда будет, скорее всего, уже практически невозможно.

Влад со Светланой поспешно отошли от заблокированного прохода на четвертый этаж и вновь поднялись на пятый. Чтобы не привлекать к себе ненужного внимания они неторопливо курсировали по цеху.

— Я тут чего подумал, — пробормотал Влад. — Теперь, когда нам известен этаж, на котором находится супермозг, может быть, стоит поставить Вождя в известность? Как ты думаешь?

— Надеюсь, ты не хочешь попросить его уболтать генерала Солодовникова нанести по четвертому этажу артиллерийский удар? — с изрядной долей иронии поинтересовалась Светлана.

— А чем тебе не нравится эта идея? — обиженно насупился Влад.

— Во — первых, едва генералу станет известно, где именно находится супермозг, он примется сдувать пылинки с четвертого этажа. И всех остальных заставит это делать, включая нас с тобой, — Светлана Сергеевна недовольно поморщилась. — Во — вторых, Вождю никогда не удастся переубедить Солодовникова. Неужели ты всерьез думаешь, что он своими руками уничтожит супермозг? Величайшее творение Анатомика, которое является сосредоточием знаний и технологий его древней цивилизации?

— Все равно, я позвоню Вождю и попрошу его, пока что ничего не говорить генералу, — продолжал настаивать на своем Влад.

— Да, делай ты что хочешь! — презрительно фыркнула Светлана. — Только потом не говори, что тебя не предупреждали. В школе ты, наверное, был зубрилкой — отличником и, вдобавок, любимчиком классной руководительницы?

— С чего это ты взяла? — опешил Влад.

— А ты и шагу не можешь ступить без того, чтобы не заручиться поддержкой высокого руководства! — издевательски хихикнула Светлана. — Никогда не пробовал действовать самостоятельно, на свой страх и риск?

— А я, по — твоему, чем всю жизнь занимаюсь? — взревел Влад оскорбленный до глубины души. — Если помнишь, вплоть до того самого момента, когда удача отвернулась от меня, и я познакомился с тобой, я руководил фирмой. И неплохо руководил, уверяю тебя! И ни с кем я никогда не советовался!

— Чего ты так разорался тогда? — спокойно спросила Светлана. — Успокойся, пожалуйста, я просто пошутила. Ты делал такое умное лицо, что я просто не могла не приколоться над тобой.

Взвыв от бессильной злобы, Влад сжал кулак и саданул им по стене.

Покосившись на Светлану, он, скрипнув зубами, предостерег ее:

— Только не вздумай спросить — ну, что, теперь, полегчало?

— Нет, милый, я не буду тебя ни о чем спрашивать, — пообещала Светлана, смиренно потупив глаза. — Я, лучше позвоню Вождю, пока ты еще не пришиб меня. Ты не будешь против?

Влад, молча, махнул рукой, мол — делай что хочешь! После чего принялся зализывать костяшки разбитого в кровь кулака.

Глава 39

Светлана Сергеевна разговаривала с Вождем минут пять, не больше. Влад все это время, с видом оскорбленной добродетели, шумно вздыхал в стороне. Ему очень хотелось поучаствовать в разговоре, но он решил сохранить лицо, справедливо полагая, что Светлана никуда не денется и все расскажет ему сама. Однако убрав коммуникатор в карман, она не торопилась делиться впечатлениями, и продолжала хранить многозначительное молчание.

Потоптавшись на месте, Влад, наконец, не выдержал и неприязненно поинтересовался:

— Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— А что именно я должна тебе рассказать, милый? — с самым невинным видом спросила Светлана.

— Да, хотя бы то, о чем вы так увлеченно беседовали, все эти полчаса!

— Не кричи на меня! Я тебе не жена, чтобы покорно сносить все твои хамские выходки!

— Вот это нормально! Нет, вы слышали это? — Влад широко развел руками в стороны, словно приглашая проходивших мимо «головастиков», вместе с ним разделить возмущение женским коварством. — Сама мне нахамила, а теперь повернула так будто я во всем виноват?

Пятеро «головастиков» действительно остановились и принялись с любопытством наблюдать за дальнейшим развитием событий. К ним, вскоре подошли два «землекопа» и еще один какой‑то совершенно зачуханный персонаж.

Светлана Сергеевна хотела было продолжить полемику, но вовремя остановилась. Они с Владом в изумлении уставились на начавшую собираться вокруг них толпу зевак.

— Ну, чего вылупились? — вскричал возмущенно Влад и взмахнул руками, словно отгонял надоедливых ворон. — Кыш, пошли отсюда!

Но его угрозы были полностью проигнорированы. Никто из зевак даже не пошевелился. Вместо этого, к толпе присоединились еще несколько «рабочих».

— Ну, тогда, мы сами уйдем, — Светлана настойчиво потянула Влада за рукав. — Уходим по — быстрому! Пока Анатомик не заинтересовался, нашим стихийным митингом.

— Нет, ты видела? — возмущенно продолжал кипятиться Влад, безропотно позволив Светлане оттащить его в сторону. — Натуральный Гайд парк устроили!

— Это не они, это ты устроил, — встревожено оглядываясь через плечо, пробормотала Светлана. — Ты бы еще на табуреточку влез и стишок им рассказал.

— Я бы так и сделал, но позабыл дома белые гольфы с помпошками! — огрызнулся Влад.

— Ты бы так не шутил, если бы знал, то, что мне рассказал Вождь, — сердито сказала Светлана.

Влад упорно молчал, всем своим видом показывая, что ему абсолютно наплевать, что там рассказал полковник Златоустов, и даже судьба всего человечества, на текущий момент, его абсолютно не волнует.

Поняв, что Влад закусил удила и ей не удастся его переупрямить, Светлана сдалась:

— Мозговой центр, состоящий из светил отечественной науки выдвинул одну гипотезу.

Она сделала паузу, в надежде, что Влад проявит хоть капельку заинтересованности. Но он был неподкупен, словно утренний будильник.

Светлана Сергеевна тяжело вздохнула и продолжила:

— Согласно этой гипотезе, при достижении, созданной Анатомиком, нейронной сети некой критической массы он станет совершенно неуязвим.

— Поясни! — скупо обронил Влад, проявив первые признаки заинтересованности.

— Человечество окажется в роли первоклассника, впервые севшего играть в шахматы с чемпионом мира. Который, к тому же еще и жулик, подрабатывающий карточными фокусами.

— То есть ты хочешь сказать, что Анатомик, за то время пока мы здесь торчим, уже перешел на тот уровень, когда в любой момент может поставить нам шах и мат! — недоверчиво уставился на Светлану Влад.

— Именно! — Светлана подняла вверх указательный палец. — А тебе именно сейчас, ни с того, ни с сего, приспичило показывать свой норов.

— Ну, положим, мне был с чего начать его показывать, — сердито проворчал Влад.

— Чего ты там бурчишь себе под нос? — гневно прикрикнула на него Светлана Сергеевна. — Ты собираешься спасть человечество или и дальше будешь расковыривать свои душевные болячки?

— Ну, ты и зануда! — усмехнулся Влад.

— Кто бы говорил! — парировала Светлана. — Кстати, Вождь говорил, что командование, кажется, начинает понимать, что враг, с которым нам пришлось столкнуться, практически непобедим, в условиях ведения партизанской войны. В связи с этим, мнения разделились. Наиболее горячие головы предлагают использовать тактическое ядерное оружие, чтобы не оставить Анатомику шансов. Но генерал Солодовников и другие, категорически против. Они заявляют, что всегда успеют уничтожить Анатомика и ситуация находится под контролем. При этом они неизменно заводят свою старую песню, о том, что необходимо захватить все наработки и технологии внеземного разума, которые в сотни раз опережают технологии человечества.

— Было бы неплохо, чтобы нас предупредили о том, что собираются шарахнуть ядреной бомбой, хотя бы за пять минут, — столкнувшись с недоуменным взглядом Светланы, Влад пояснил, — Ну, чтобы мы хотя бы глаза успели зажмурить.

— Если ты закончил паясничать, может быть, начнем думать над тем, как добраться до супермозга? — предложила Светлана.

Влад пожал плечами и пробежал глазами по цеху. Он хорошо знал, что через все этажи по вертикали должны проходить многочисленные стояки. Начиная от коробов воздуховодов, промышленной вентиляции, и кончая канализационными трубами. Также не стоило сбрасывать со счетов электрическую проводку и ливневую канализацию, по которой с крыши самотеком стекала дождевая и талая вода.

Но насколько Влад мог судить, основная часть межэтажных коммуникаций давным — давно была демонтирована, порезана и сдана в металлолом. Не исключено, что и сам Анатомик, испытывающий острую нужду в металле, уже успел приложить к этому руку.

Несмотря на то, что трубы были демонтированы, технологические отверстия между этажами все рано должны были остаться. Для того чтобы их заделать, по всем правилам строительной науки, нужен был бетон. Положим, с песком и водой у Анатомика не было проблем. Но вот, цемента у него точно не было. Следовательно, межэтажные каналы были заделаны чем‑то другим. Если они, вообще были заделаны. Хотя, во время блужданий по этажам завода, Влад еще нигде не натыкался на сквозные дыры в полу.

Подойдя к стене, он поднял голову вверх. Так и есть, прямо из потолка торчал ряд неровно обрезанных сваркой вентиляционных труб. Их диаметр был около метра. На полу, точно под ними, лежали ржавые листы железа. Поражаясь беспечности Анатомика, Влад, с замиранием сердца, обнаружил, что они не то что не приварены сваркой, а вообще никак не закреплены. Это была редкостная удача!

Не удержавшись, Влад расцеловал Светлану в перемазанные сажей щеки.

— Чего это ты так развеселился? — полюбопытствовала она.

— Сейчас сама все увидишь! — заговорщически подмигнул он ей и принялся осторожно сдвигать, лежащий на полу, железный лист в сторону.

Как он и ожидал, под ним оказалась одно из отверстий для вентиляционных воздуховодов, около метра в диаметре. При желании, в него можно было свободно пролезть. Но пока что у Влада такого желания не возникало. Сначала нужно было узнать, что именно происходит там внизу, на четвертом этаже.

При всем желании, даже низко опустив голову в отверстие ничего такого любопытного Владу разглядеть не удалось. Дело в том, что длина отрезка трубы, уходящего вниз, достигала нескольких метров. И сквозь него был виден лишь небольшой участок бетонного пола и тянущиеся через него несколько толстых «кабелей» с нервными волокнами.

Однако Влада это не остановило. Привязав к своему коммуникатору бечевку, нашедшуюся в рюкзаке, он поставил его на режим видеосъемки. После чего, осторожно опустил его в дыру. Справедливо полагая, что внизу наверняка есть кто‑то из персонала Анатомика, Влад старался действовать с предельной осторожностью. Чтобы не засветиться, он опускал коммуникатор очень медленно.

Опустив его, ниже неровно обрезанных краев воздуховода, совсем чуть — чуть, он принялся вращать его вокруг своей оси. Сделав несколько полных кругов, он также медленно втянул его обратно. Передав коммуникатор Светлане, он поспешно закрыл дыру в полу все тем же листом железа, стараясь при этом не особо шуметь. Что, впрочем, было практически нереально выполнить. Так как проржавевший, почти насквозь, лист довольно ощутимо скрипел о бетонный пол.

Включив воспроизведение, Влад со Светланой тесно соприкасаясь головами с замиранием сердца смотрел на экран коммуникатора. Вот проплыла темная, ржавая труба воздуховода. Потом, когда она закончилась, стало светло, и перед ними неожиданно открылся весь четвертый этаж, словно на ладони.

Влад нервно шмыгнул носом. То, что он увидел, ему совсем не понравилось. По всему периметру этажа были расставлены «волынщики», вооруженные каким‑то доселе невиданным, модифицированным оружием. Влад даже боялся подумать, о том насколько убойным оно было в действии. И честно говоря, он очень надеялся, что никогда этого не узнает. Меньше всего на свете ему хотелось бы повстречаться с этими огромными молодцами, облаченными в броню из желтого металла. Все они были уменьшенными копиями того гигантского «рейтара», справиться с которым удалось лишь при помощи зенитной ракеты.

«Рейтары» стояли очень плотно. Они были расставлены на расстоянии двух, трех метров друг от друга. Вид у них был весьма зловещий. В связи с этим, Влад от души порадовался тому, что его наглая выходка с видеосъемкой осталась незамеченной. Трудно вообразить, что бы началось, если бы бдительные часовые засекли болтающийся на бечевке коммуникатор, вторгшийся в святая святых Анатомика. А то, что это было именно так и не иначе, становилось ясно при одном лишь взгляде на то, что так тщательно охраняла его элитные бойцы.

Змеящиеся по полу шланги и кабеля, самого разного сечения, тянулись к середине цеха. Туда, где на огромном каменном постаменте, бугрился чудовищный купол мышечной массы. Конструкция напоминала отрубленную и скальпированную верхушку планетария. Купол блестел слизистой оболочкой и пульсировал многочисленными венами, которые плотно оплетали всю его поверхность.

— Ай да, Анатомик, ай да, сукин сын! — нервно хохотнула Светлана. — Это сколько ж Виагры надо, чтобы поддерживать это великолепие в боевом состоянии?

— Вынужден напомнить, что именно этой самой штукой Анатомик трахает нам мозги! — набычился Влад, остро ощутив собственную неполноценность. — Причем настолько успешно, что уже всерьез встал вопрос о грядущем Апокалипсисе!

— Ты‑то чего так взъелся? — удивленно посмотрела на него Светлана. — Это пусть недомерки завидуют!

— Благодарю за комплимент! — Влад галантно поклонился, а настроение его заметно улучшилось. — Теперь давай думать, как бы нам добраться до спрятанного внутри этой башни супермозга!

Глава 40

Влад первым делом определил точное местонахождение мышечного купола, под которым был надежно скрыт супермозг. Неизвестно чем руководствовался Анатомик при выборе места для его размещения, но выбор этот был не особо удачен. Во всяком случае, для Влада.

Супермозг был расположен в геометрическом центре четвертого этажа. Если бы кому‑нибудь пришла в голову фантазия провести диагонали из углов прямоугольника, которым являлся четвертый этаж, они сошлись бы в точке находящейся точно над самой вершиной купола.

К большому сожалению Влада, на пятом этаже, в этом месте был ровный бетонный пол, без каких бы то ни было отверстий. То есть, добраться до цели, по кратчайшему расстоянию, через потолок было невозможно. Ближайшие дыры в полу, небрежно прикрытые листами ржавого железа, находились метрах в десяти от постамента, на котором располагался супермозг.

Светлана с интересом наблюдала за перемещениями Влада по цеху, мимо снующих во всех направлениях «головастиков, «землекопов» и прочих разнообразных тварей Анатомика. На их счастье, жуткие обитатели завода не обращали на них ни малейшего внимания, по вей видимости, продолжая принимать за своих. Но было ясно, что такое положение вещей не может продолжаться вечно и рано или поздно за ними начнут охоту. Поэтому Влад напрягал все свое воображение, пытаясь найти оригинальное решение, которое позволило бы им добраться до супермозга.

Между тем, Светлана, видя его творческие муки, которые, судя по всему, грозили надолго затянуться, связалась с Вождем. Влад был настолько поглощен своими расчетами, которые производил кривым гвоздем на пыльном полу, что ничего не замечал вокруг себя.

— Господин полковник, у нас проблема, — пожаловалась Светлана. — Кажется, мы нашли то, что должны были найти, но не знаем, как к нему подобраться. Супермозг охраняет целая армия «рейтаров». Нам через них не пробиться.

Вождь некоторое время молчал, видимо, переваривая полученную информацию.

— Сегодня ночью я, на свой страх и риск, провел один несанкционированный эксперимент, — тяжело вздохнув, признался он. — Не знаю, быть может, это натолкнет вас на какие‑нибудь конструктивные мысли. Мы пробурили в земле скважину над одним из тоннелей, по которым проходят «кабеля» с нейроволокнами от завода. Потом, при помощи спущенного туда инжектора, мы ввели в «кабель» мощный нейротоксин.

— Круто! — по достоинству оценила Светлана Сергеевна.

— Спасибо! — скупо поблагодарил Вождь. — Расчет был сделан на то, что стремительно распространившись по нейронной сети Анатомика, наш яд доберется до созданного им супермозга и уничтожит его.

— Судя по тому, что Анатомик и вся его команда, по — прежнему пребывают в полном здравии, ваш эксперимент не увенчался успехом? Быть может, нужно было увеличить дозу, примененного вами, токсина?

— Девочка, этим количеством яда можно было уморить дюжину кашалотов! — недовольно проворчал Вождь. — Проблема заключается совсем в другом. На нашем сканере было отчетливо видно, что как только инжектор впрыснул отраву, участок пораженного «кабеля» мгновенно отделился от его «здорового» конца. Тем самым, было заблокировано дальнейшее распространение яда по системе. То, что мы наблюдали, сильно напоминает поведение ящериц в момент смертельной опасности.

— Чтобы спастись, она напряжением хвостовых мышцы ломает свой собственный хвост, который остается у незадачливого агрессора, а сама она благополучно убегает, — уточнила Светлана. — Значит мощная мышечная оплетка, нервных каналов, кроме механических защитных функций, выполняет также еще и эту. В любой момент, Анатомик может заблокировать пораженные участки, чтобы уберечь от дальнейшего поражения основную нейронную систему.

— Совершенно верно, — сказал вождь. — В связи с этим, тебе ничего не приходит в голову?

— Хотите сказать, что было бы неплохо повторить вашу операцию непосредственно с супермозгом?

— Да, и посмотреть, удастся ли Антомику отключить пораженные участки и предотвратить гибель супермозга в целом? — согласился Вождь.

— На колу мочало, начинай сначала! Господин полковник, это какой‑то замкнутый круг, получается, — воскликнула Светлана Сергеевна. — Я и звонила‑то вам с тем, чтобы попросить совета, как нам добраться до этого гребаного мозга! Даже если вам удастся, каким‑то чудом переправить ваш крысиный яд для Анатомика, мы все равно не сможем его использовать. Если уж на то пошло, гораздо более эффективным будет всадить ракету или фугасный снаряд туда, куда мы вам укажем.

— Я не могу этого сделать, — тяжело вздохнул Вождь. — И ты сама прекрасно это знаешь. И именно по этой причине там, на заводе, торчите вы с Винни, а не мои ребята.

— Ну, тогда до свидания, господин полковник! Нам очень помогли ваши мудрые советы! — презрительно фыркнула Светлана и отключила коммуникатор.

Влад, по — прежнему, сидел на корточках и свирепо покрывал пыльный пол какими‑то, ему одному понятными, чертежами и схемами.

— Ну, как успехи, человек эпохи Возрождения? — спросила Светлана, подходя к нему.

Тот настороженно зыркнул на нее из‑под насупленных бровей, проверяя, не насмехается ли она над ним, по своему обыкновению. Убедившись, что Светлана настроена миролюбиво, он растаял.

— Если нам удастся перенаправить поток расплавленного гудрона с крыши здания через ливневые трубы прямо на кумпол супермозгу, может получиться неплохое барбекю, — выпалил он на одном дыхании.

— Погоди, а где мы возьмем столько, ну этого самого, гудрона? — удивилась Светлана Сергеевна.

— А он там уже есть, — радостно заверил ее Влад. — Я пару раз бывал на крыше завода. Так там слоев восемь рубероида, толи и прочей фигни, целый бутерброд! Думаю, что этого вполне хватит! Если все это растопить, то должно получиться целое озеро гудрона!

— А как мы это сделаем? — осторожно спросила Светлана.

— Вождя попросим оказать нам огневую поддержку, — пожал плечами Влад. — Пусть пользу приносит! Нам и нужно‑то всего ничего — достаточно будет положить пару зажигательных снарядов на крышу. Стоит гудрону набрать приличную температуру горения, и его будет очень сложно потушить. Во всяком случае, у Анатомика точно нет таких запасов воды. Именно для этого и были предназначены те подземные пожарные емкости, через которые мы пробрались сюда.

— Вряд ли, генерал Солодовников согласится поджечь заводскую крышу, — с сомнением покачала головой Светлана.

— Фигня! Вождю достаточно пообещать ему, что мы придумали, как захватить Анатомика живьем и он наш со всеми потрохами! — торжествующе расхохотался Влад. — Можешь начинать звонить прямо сейчас!

— А не рано?

— В самый раз! — заверил ее Влад. — Для того чтобы состряпать удобоваримую ложь Вождю понадобится время. Кроме того, на убалтывание Солодовникова уйдет не один час. А мы пока поднимемся на крышу и посмотрим на месте, как там обстоят дела?

На крыше все обстояло как нельзя лучше. Анатомик зря времени не терял и в основном уже успел ликвидировать последствия артиллерийского удара. Во всяком случае, крыша была залатана огромными лепешками, не то бетона, не то известкового раствора. Как бы то ни было, камень, из которого были изготовлены заплатки, был достаточно прочен. Сорвавшиеся плиты парапета, ограждавшие крышу по периметру, тоже были восстановлены.

— Спрашивается, и зачем Анатомику было все это нужно? — поразился Влад.

— Откуда ты знаешь, может быть, он записался в общество защиты памятников архитектуры? — съехидничала Светлана.

«Кровавые веретена» также были восстановлены. Количество их модифицированных башен было сокращено до двух. Теперь рядом с ними лежали не глыбы железобетона, а аккуратные пирамиды сферических снарядов, размером с футбольный мяч. Через их полупрозрачные стеклянные стенки было отчетливо видно, что примерно половину общего объема занимает какое‑то вещество лимонно — желтого цвета.

— Сдается мне, что это те самые бинарные заряды, которыми Анатомик сжег пехоту и расплавил танки, — озабоченно проговорил Влад, поскоблив на давно небритом подбородке густую щетину. — Только калибром поменьше!

— Вот бы нам стянуть парочку этих симпатичных колбочек! — восторженно прошептала Светлана.

— Фи, Светлана Сергеевна, как вам не ай — яй — яй! Разве можно заведующей кафедры академического ВУЗа, говорить такое? — глумливо ухмыльнулся Влад. — Кроме того я даже и пробовать не буду этого делать! Сдается мне, что как только «кровавые веретена» поймут наши намерения, они запустят нас прямо с крыши, вместо снарядов.

Светлане такая перспектива не особо понравилась, и она оставила свое предложение без продолжения. Между тем, Влад с умным видом, нимало не смущаясь страшным соседством «веретен», сновал между ними и деловито расчищал воронки ливневой канализации, по которым кипящий гудрон должен был ринуться с крыши на нижележащие этажи.

В самый разгар этого занятия Светлана подошла к нему и тактично кашлянув, сказала:

— Милый, не хочу тебя огорчить, но, по — моему, в свете новых данных, твоя гениальная идея с поджогом крыши — полное фуфло!

— Обоснуй! — потребовал Влад, поднявшись во весь рост.

Тут взгляд его уперся в пирамиду, аккуратно сложенных снарядов для «кровавых веретен».

— Твою мать! — звонко хлопнул он себя ладонью по лбу. — Старый дурак, как же я сам не догадался? Огонь расплавит оболочки стеклянных сфер, части бинарной смеси сольются вместе. Последует вспышка, после чего мы испаримся вместе со всем воинством Анатомика. Да нет, не может этого быть! Неужели наш инопланетный гений настолько глуп, чтобы не понимать таких простых вещей? Это же все равно, что чиркать спичками рядом с открытой пороховой бочкой!

Светлана, молча, достала коммуникатор и связалась с Вождем.

— Господин полковник, нам срочно нужна ваша помощь. Не могли бы вы отправить к нам какой‑нибудь беспилотник? Да, так чтобы он прошел впритирку над самой крышей завода. Нам нужно проверить одну гипотезу. Хорошо ждем!

Через четверть часа, со стороны поля, где вдалеке виднелись палатки армейского лагеря, в небе показалась темная точка. Она двигалась на высоте птичьего полета и направлялась прямо в сторону цитадели Анатомика.

Прошло еще четверть часа, прежде чем стало отчетливо видно, что это небольшой беспилотный планер.

— Что ты задумала? — поинтересовался Влад.

— Смотри внимательно! — нетерпеливо отмахнулась от него Светлана.

— Да смотрю, я смотрю! — обиженно пробормотал Влад.

В этот момент беспилотник был уже практически на подлете к заводу. Ему оставалось преодолеть каких‑нибудь пятьсот метров. И в этот самый момент, откуда‑то снизу, с этажей, со свистом вылетела крошечная прозрачная капсула. Врезавшись в планер, она ослепительно вспыхнула, и беспилотник исчез, словно его никогда и не было.

Влад перевел изумленный взгляд с неба на Светлану:

— Это что же тогда получается?

— Получается, что реальные, боевые аппараты спрятаны в цехах! А все — вот это вот! — Светлана Сергеевна кивнула в сторону двух «кровавых веретен» и сложенных возле них сфер. — Подстава чистой воды, то есть, муляжи! А это значит, что нас уже вычислили!

— И на нас открыт сезон охоты! — закончил ее мысль Влад.

Глава 41

На крышу хлынули «волынщики». Их было так много, что они мешали друг другу, застревая и сталкиваясь в узком проходе единственного выхода на крышу.

Излишняя самоуверенность сыграла с Владом и Светланой Сергеевной злую шутку. Уверовав, что они могут до бесконечности безнаказанно разгуливать по заводу, они угодили в ловушку. Скорее всего, Анатомик уже давно пас их, внимательно наблюдая за всеми их перемещениями, с тем, чтобы определить главную цель чужаков. А также для того, чтобы выявить слабые места в своей обороне.

Можно было не сомневаться, что теперь ему было точно известно о том, что прибыли они сюда с одной единственной целью — вывести из строя супермозг. Именно поэтому, Анатомик решил захватить их, чтобы вытрясти из чужаков всю информацию, которой они обладали. Правда, внушало определенные сомнения то, каким образом Анатомик собирался преодолевать языковой барьер?

Но в данный момент, Влада и Светлану волновало совсем не это. На них волной накатывались ряды неприятеля, превосходящего их численностью в десятки раз. Присев рядом, они, с колена, открыли шквальный огонь по, наседающему на них, противнику. Огонь был такой плотный, что «волынщики» были вынуждены залечь.

Этим маневром, они очень удивили Влада. Ранее они никогда не использовали подобную тактику, а тупо шли в полный рост на неприятеля. Видимо, Анатомик сделал определенные выводы после прямых столкновений с людьми и уже успел многое у них позаимствовать.

Судя по тому, что в их сторону не было произведено ни единого выстрела, у нападавших был строгий приказ — брать чужаков живыми. Это внушало определенный оптимизм, но вместе с тем и повышало их шансы живьем попасть в лапы к Анатомику.

— Я не собираюсь сдаваться! — прокричала Светлана, щелчком вставив в автомат новый магазин и с лязгом передергивая затвор. — По мне так, лучше сигануть с крыши, чем быть живьем разобранной на запчасти!

— Полностью с тобой солидарен, но мы всегда успеем это сделать! — прокричал в ответ Влад.

— Что, у нас есть какие‑то варианты? — заинтересованно сверкнула глазами Светлана.

— Давай потихоньку отходить в сторону, вон того выступа! — Влад кивнул назад. Светлана иронично хмыкнула:

— А там, что высота меньше, и падать ниже?

— Там, пожарная лестница! — скупо обронил Влад, всадив пулю в прорезь шлема, чрезмерно обнаглевшего «волынщика», который приподнялся на руках, готовясь к решающему рывку.

Не сказать, чтобы стрельба Влада и Светланы наносила слишком уж большой урон атакующим, но с полдюжины «волынщиков» они точно уложили. Наученные горьким опытом, своих товарищей по оружию, остальные предпочитали терпеливо дожидаться, когда у чужаков закончатся патроны.

Короткими перебежками Влад со Светланой начали отступать к краю крыши, выходящей в сторону двора. К этому времени, у Светланы уже полностью закончились патроны. У Влада, стрелявшего одиночными, осталась еще примерно половина обоймы.

— Раздевайся! — неожиданно велел он Светлане.

Та, недоумевая, посмотрела на него и возмущенно поинтересовалась:

— Ты, что совсем спятил?

— Блондинка тупая! Мясо с себя снимай, и железяку свою бесполезную выкинь! — свирепо прорычал Влад, доведенный до белого каления ее вопиющей несообразительностью.

Светлана Сергеевна, обиженно вздернув подбородок, скинула с себя пласты мышечной ткани и отшвырнула пустой автомат. Влад, к тому времени, тоже избавился от своего жуткого «плаща». Залегшие «волынщики» пораженные наблюдали за пугающей метаморфозой, произошедшей с чужаками. Всего мгновение назад, они были подобны им самим и вдруг неожиданно превратились в отвратительных «монстров» с тоненькими шейкам, узенькими плечиками и верхними конечностями.

Светлана, решительно подбежав к краю пропасти, испуганно ойкнула. Одно дело рассуждать о том, что, быть может, если им уж совсем не повезет, придется прыгать с высоты восьмиэтажного корпуса, и совсем другое глянуть с этой высоты вниз.

— Полезай! — Влад нетерпеливо мотнул головой в сторону ржавой пожарной лестницы.

— А она меня выдержит? — с сомнением спросила Светлана.

Вопрос был задан, единственно для того, чтобы отодвинуть от себя тот миг, когда придется, повернувшись спиной к многометровой пропасти, начать нашаривать ногой узенькую лестничную перекладину.

— Она нас двоих выдержит! Поверь мне и ничего не бойся! — заверил ее Влад, после чего неожиданно, состроив похабную физиономию, хихикнул, — Дорогая, мы с тобой освоили лишь одну вступительную позу Кама Сутры. Нам еще предстоят великие дела!

Возмущенно фыркнув, Светлана Сергеевна взобралась на вершину парапета, и смело перекинула ноги вниз.

Спуск, несмотря на все тревоги Влада, прошел без особых проблем. Светлана держалась молодцом и довольно быстро перебирала руками перекладины, немилосердно скрипящей, лестницы. В то время как, Влад, спускаясь, еще ухитрялся время от времени отгонять от лестницы особо ретивых преследователей.

Впрочем, после того, как один из них загремел с крыши, получив пулю в глаз, они особо не наглели и вели себя достаточно смирно. А потом и вовсе куда‑то исчезли. Влад подозревал, что они всей толпой бросились ловить их внизу лестницы.

Но Влад не собирался доставлять им такого удовольствия. Едва они со Светланой спустились, как бросились в сторону стоявшего неподалеку прорабского вагончика. Замок к этому времени был вырван, как и все мало — мальски крупные металлические детали. Колеса тоже напрочь отсутствовали. Стоящий, прямо на земле, вагончик держался на одном честном слове.

Поспешно нырнув вовнутрь, они тут же укрылись за опрокинутым диваном, который лежал поперек помещения. Пытаясь восстановить дыхание, они напряженно ждали появления преследователей.

— Послушай, может нам стоило ломануться через весь двор прямиком к своим? — прошептала Светлана, положив голову на плечо Владу. — И гори оно, синим пламенем, наше особо важное задание!

— Это было бы нашей последней глупостью, — ответил тот, ласково коснувшись ее спутанных волос. — Мы не сделали бы и десяти шагов, как прилетел бы тот маленький, забавный мячик и мы с тобой исчезли бы в ослепительной вспышке.

— Звучит красиво! — вздохнула Светлана. — А ты тогда насчет Кама Сутры говорил, только чтобы меня подбодрить?

— С чего это ты взяла? — недовольно покосился на нее Влад. — Если честно, то я планирую умереть на тебе, причем, в весьма преклонном возрасте.

Светлана ничего не ответила, лишь сильнее прижалась к нему. Влад обнял ее свободной рукой, в то время как его вторая рука продолжала сжимать автомат. Неожиданно их идиллия была прервана какими‑то квакающими звуками. Они неслись со двора, через окно вагончика, стекла в котором были выбиты. Светлана вздрогнула, подняла голову и встревожено посмотрела на Влада.

— Чего‑то долго вас ребята не было! — недовольно пробормотал он, перехватив автомат обеими руками и изготовившись к стрельбе. — Я уже успел соскучиться по вашему обществу!

Послышался хруст битого стекла, который с каждым мгновением становился все ближе и ближе. Нестройное кваканье приближалось вместе с этими звуками.

— Это просто обалдеть можно! — одним губами прошептала Светлана. — Похоже, наши знакомые уже вовсю общаются при помощи второй сигнальной системы! Ну, в смысле, разговаривают!

Влад предостерегающе поднес палец к губам. Кто‑то со всего маху пнул стену вагончика, так что тот покачнулся. А потом еще и еще раз. При этом каждый раз в фанере, которой он был обшит изнутри, появлялись большие дырки. Влад понял, что кто‑то из «волынщиков», для острастки, стреляет по вагончику.

В это время, свет, падающий вовнутрь помещения через раскрытую дверь, померк. Видимо, кто‑то из преследователей загородил собой проход. Влад, быстро опустив ладонь, показал Светлане вниз, после чего сам распростерся на полу. Светлана проворно легла, стараясь не особо шуметь, при этом.

В то же мгновение, снаружи послышались громкие чмокающие звуки. Перевернутый диван мелко затрясся, и из него наружу полетели клочья поролона. По стене, позади Влада и Светланы, градом забарабанили костяные пули, пробивая в ней аккуратные круглые отверстия. Лишь, по счастливой случайности, все они прошли значительно выше них.

После этого все стихло, лишь куски поролона, плавно кружась в воздухе, бесшумно падали на пол. Снова раздалось кваканье, хруст битого стекла и удаляющиеся от вагончика шаги.

— Ленивые скоты! — прокомментировал Влад, спустя пару минут. — Стоило им лишь заглянуть в окно — и тогда пиши, пропало!

Светлана выглянула из‑за дивана и увидела спины трех удаляющихся «волынщиков». Разбившись на тройки, они прочесывали территорию, прилегающую к заводу, в поисках сбежавших чужаков.

Неожиданно ее внимание привлекла, видневшаяся из‑под сломанного стола, покрытая пылью, ручка от спортивной сумки.

— Не может этого быть! — изумленно пробормотала Светлана Сергеевна.

Убедившись в том, что преследователи окончательно скрылись из виду, она на четвереньках добралась до стола. После чего, стараясь не шуметь, извлекла из груды обломков мятую, грязную, всю в пыли спортивную сумку. Ту самую, в которой лежали пакеты с таиландской «розовой чумой».

— Брось эту дрянь! — пренебрежительно махнул рукой Влад. — На фига, она тебе нужна?

Светлана молча, затащила сумку в укрытие за распотрошенным диваном. Вжикнув «молнией» она открыла ее. Пакеты с розовыми кристаллами были на месте.

— Может, объяснишь, наконец, зачем тебе понадобилась эта дурь? — нетерпеливо повторил вопрос Влад.

— Скажи мне! — с блестящими от возбуждения глазами воскликнула Светлана. — За то время, что мы бродили с тобой по заводу, ты видел хоть раз, чтобы кто‑нибудь из многочисленных созданий Анатомика что‑нибудь ел?

Влад надолго замолчал. Неожиданно, в лоб заданный вопрос поставил его в тупик. Действительно, за все время, проведенное в цитадели Анатомика, они ни разу не были свидетелями того, как ее обитатели удовлетворяли свою потребность в пище.

— Ты не находишь, что все это довольно‑таки странно? — вернула его к действительности Светлана Сергеевна. — Ну не от батареек же они работают, в конце‑то концов?

— Разумеется, нет, — пожал плечами, Влад. — Но я не понимаю, какое отношение это имеет к тайской дури?

— Самое прямое, — отчеканила Светлана Сергеевна. — Я собираюсь устроить всей этой публике, а если получится, то и супермозгу вместе с Анатомиком летальную передозировку наркотика!

Влад изумленно посмотрел на нее.

— И как ты собираешься это сделать, если не секрет?

— Пока еще не знаю! — откровенно призналась Светлана. — Но я чувствую, что решение этой проблемы лежит на самой поверхности!

Глава 42

— Для начала, предлагаю найти ответ на несколько вопросов, — продолжала развивать свою идею Светлана Сергеевна.

Влад внимательно слушал ее с напряженным лицом, но чувствовалось, что мыслями он витает где‑то далеко.

— Итак, — начала загибать пальцы Светлана. — Во — первых, чем кормит Анатомик всю эту прорву дармоедов? Во — вторых, как осуществляется их питание? И, в — третьих, самое главное — чем питается супермозг и сам Анатомик?

Влад продолжал сосредоточенно размышлять, уставившись в одну точку, расположенную в полуметре от него.

Светлана помахала ладонью перед его лицом и раздраженно спросила:

— Эй, ты меня, вообще, слушаешь или что?

— Или что, — ответил Влад, лицо которого, к этому времени приняло приятную осмысленность. — Все что ты говоришь, безусловно, правильно, но нам это не надо!

— Как это не надо? — возмутилась Светлана. — Я более чем на двести процентов уверена, что если мы заберемся в подвал и хорошенько там поищем, то обязательно найдем некое подобие здешней «кухни».

— Если я тебя правильно понял, ты собираешься бухнуть все это розовое дерьмо в «котел» из которого обедает Анатомик? — уточнил Влад. — А с чего ты взяла, что, после этого, тот супчик можно будет хлебать? Должен тебе напомнить, что таиландская наркота это не одно и то же, что таиландские специи. Я очень сомневаюсь, чтобы эту жуткую дурь можно было использовать в качестве приправы.

— Анатомик, и его твари, совсем не обязательно должны питаться через рот, — возразила Светлана, но особой убежденности в ее голосе не чувствовалось.

— Ты всерьез полагаешь, что наши продвинутые пришельцы утоляют свой голод питательными клизмами? — ехидно ухмыльнулся Влад.

— Критикан несчастный! — обиделась Светлана. — У тебя есть какие‑нибудь конкретные предложения? Или ты тупо повышаешь собственную самооценку за мой счет?

— Как ты относишься к инъекциям? — нетерпеливо перебил ее Влад. — Я предлагаю всадить лошадиную дозу «розовой чумы», в макушку супермозга, прямо через мышечный купол.

Светлана Сергеевна недоверчиво посмотрела на него:

— Шутишь?

— Нисколько!

— Ну, что я могу сказать? — задумчиво сказала Светлана. — Минуя желудок, прямо в мозг? Думаю эффект должен быть потрясающий. Но как ты собираешься осуществить это практически?

— Сейчас, сама все увидишь, — многообещающе подмигнул ей Влад.

Он принялся рыться в куче разного хлама, наваленного в углу вагончика. Подняв тучи пыли, Влад, наконец, нашел то, что искал. Это был лежащий на боку кулер. Пластиковая бутыль с водой, каким‑то чудом все еще держалась на месте. При этом она была, более чем на половину, заполнена водой.

Радостно потирая руки, Влад перевернул кулер вверх тормашками и придал ему вертикальное положение. После этого, он открутил удерживающую бутыль пластмассовую гайку и, отсоединив агрегат, небрежно отшвырнул его в сторону. С величайшей осторожностью он стянул с горлышка полиэтиленовую пробку и сунул ее себе в карман.

Подняв, валявшуюся под ногами, картонную папку, Влад стряхнул с нее пыль, после чего старательно свернул из нее воронку и вставил ее в горловину бутыли. Светлана Сергеевна, без лишних слов, поняла ход его мыслей. Достав из спортивной сумки пакет с «розовой чумой» она вскрыла его ножом, и принялась ссыпать в картонную воронку.

Розовые кристаллы легли на дно горкой, и почему‑то не особо торопились растворяться.

— А ну‑ка побултыхай воду! — потребовала Светлана. — Еще не хватает, чтобы эта дрянь оказалась труднорастворимой!

Но к счастью, ее опасения оказались напрасными. По мере того, как поднятый в бутыли водный смерч раскручивал кристаллы, их становилось все меньше и меньше, пока они не исчезли совсем. Ни цвет воды, ни ее прозрачность, при этом нисколько не изменились.

После этого в бутыль были высыпаны еще шесть пакетов. Оставшиеся три упаковки туда не уместились, потому что раствор уже достиг нижней части горловины. К этому времени, он приобрел цвет слабой марганцовки. Напялив на горловину полиэтиленовую пробку, Влад, использовав в качестве пробки кусок, найденного на полу, карандаша заткнул в ней дырку.

Освободив в своем рюкзаке место, Влад поставил туда бутыль наполненную раствором «розовой чумы». Весила она теперь около двадцати килограммов. Рассовав выложенные вещи и пакеты с наркотиком, частью в свой, а частью в Светланин рюкзак, он поднялся в полный рост. В самый последний момент, когда Влад уже было, взялся за лямку и собрался закинуть рюкзак за плечо, он неожиданно замер.

— Твою мать, самое главное чуть было не позабыл! — в сердцах выругался он.

Оставив рюкзак в покое, Влад принялся рыться в куче мусора, громоздящейся в дальнему углу вагончика. На этот раз, его поиски завершились довольно быстро.

— Вот она, родимая! — воскликнул он, радостно потрясая здоровенной кувалдой, насаженной на длинную деревянную ручку.

После того, как они надели рюкзаки, Влад отдал свой автомат Светлане, а сам взял кувалду в руки. Осторожно выглянув из вагончика, они убедились, что во дворе нет «волынщиков».

— Маршрут с точностью до наоборот, — сказал Влад. — Двигаемся обратно в сторону пожарной лестницы.

Светлана равнодушно пожала плечами, всем своим видом демонстрируя покорность судьбе. Маловразумительные маневры Влада, судя по всему, не особенно вдохновили ее.

Быстрым шагом они достигли основания лестницы.

Там, взявшись за первую перекладину, Влад испытующе посмотрел в глаза Светлане и спросил:

— На четвертый этаж подняться сможешь?

Светлана, молча кивнула, после чего Влад полез вверх, предварительно заткнув кувалду за пояс, рукояткой вниз. Поднявшись до уровня окон четвертого этажа, он остановился перевести дыхание.

Дождавшись, когда Светлана догонит его, он с сомнением посмотрел на ближайшее окно. До него оказалось довольно далеко. Во всяком случае, дальше, чем он предполагал, стоя там внизу. Здесь наверху, действовали свои законы, обусловленные риском переломать кости или свернуть шею, загремев с высоты.

Стена здания, покрытая толстым слоем извитых мышечных волокон, хрящей и сухожилий тоже внушала опасения. Черные выпуклые «виноградины», располагающиеся в глубоких гнездах, паучьими глазами угрожающе таращились на чужаков.

Все это влажно блестело и сочилось слизью. Наступать на эту чертовски скользкую поверхность было не только противно, но и весьма опасно. В связи с этим, Влад диву давался, почему пожарная лестница, до сих пор, еще не была покрыта живой плотью. Если бы это было так, то влезть на нее, было бы можно, а вот удержаться, вряд ли. Но видимо у Анатомика на этот счет были какие‑то свои резоны, недоступные человеческому пониманию.

— Долго мы еще будем торчать, у всех на виду? — ядовито поинтересовалась снизу Светлана. — Или ты планируешь свить здесь гнездо?

— А ты спишь и видишь, чтобы я скоренько навернулся! — сердито буркнул Влад. — У тебя нет никаких идей, как нам перебраться к окну через всю эту слякоть?

Светлана, молча, достала из чехла нож и с размаху всадила его в живую стену, возле лестницы. При этом клинок вошел строго горизонтально.

— Смотри сюда! — позвала она Влада.

Когда тот глянул вниз, ему стало нехорошо. Светлана, оставшись стоять на лестнице, обеими руками всем телом повисла на рукоятке ножа. Для большей убедительности она, поджала под себя ноги. Теперь она висела в воздухе, раскачиваясь и пробуя на прочность загнанный в плоть клинок.

— Сейчас же прекрати, строить из себя обезьяну! — потребовал Влад, млея от ужаса.

От одной мысли, что Светлана может сорваться вниз с высоты четвертого этажа ему стало откровенно плохо. В отличие от него, Светлана чувствовала себя превосходно.

— Ты знаешь, что в напряженную мышцу невозможно вколоть иглу шприца? А если после того, как игла уже находится в мышечной ткани, сильно напрячь эту мышцу, придется приложить достаточно большое усилие, чтобы извлечь иглу из нее, — задрав голову вверх, радостно сообщила она Владу. — Здесь мы имеем аналогичный эффект. Рефлекторно сократившись, на болевой раздражитель, мышца надежно заблокировала нож.

— Понял, не дурак! — кивнул Влад.

Достав пару метательных ножей, он нагнулся и безжалостно всадил один из них в стену, в качестве опоры для ноги. Распрямившись, он воткнул второй на уровне груди для того, что держаться за него руками. Попробовав ногой, весьма сомнительную с его точки зрения, опору он перенес на рукоятку вес всего тела. Нож исправно держал центнер живого веса. Правда был риск, что каленая сталь клинка может обломиться. Но Влад старался об этом не думать.

Глубоко вздохнув, он сделал над собой героическое усилие и, схватившись рукой за второй нож, покинул свой насест на лестнице. Следующие несколько секунд полностью выпали из его отуманенного страхом сознания. Когда Влад, наконец, обрел способность трезво мыслить, он уже крепко стоял в оконном проеме. Пальцы его, побелев от натуги, вцепились в шершавую бетонную стену.

Не желая подвергать риску Светлану Сергеевну, он, несмотря на ее бурные протесты, велел ей обвязаться веревкой, другой конец которой крепко держал в руках. Впрочем, данная мера предосторожности, оказалась излишней. Светлана, с присущей ей природной грацией, легко преодолела расстояние от лестницы до окна.

Появление чужаков не произвело на обитателей этажа никакого впечатления. Они лишь безразлично посмотрели в их сторону, после чего тут же вернулись к своим неотложным делам. «Волынщиков» не было нигде видно.

Убедившись, что на данный отрезок времени, опасность им не угрожает, Влад развил бешеную активность. Он справедливо полагал, что чем меньше времени у них уйдет на подготовку, тем больше будет шансов на успех рискованного предприятия. Скинув рюкзак с бутылью, в которой все это время плескался и перемешивался раствор «розовой чумы», он извлек емкость наружу.

После этого, Влад очень внимательно осмотрел, лежащую на полу длинную трубу, диаметром сто миллиметров. Труба была толстостенная и очень тяжелая. Отмерив шагами три метра, он приступил к самой деликатной и ответственной части работы.

Настроив пламя газорезки, Влад принялся отрезать отмеренный им кусок трубы. Но не по прямой, а под косым, острым углом. Когда он закончил работу, заостренный конец трубы напоминал огромную иглу шприца для инъекций. И, при этом, веса в нем было, никак не меньше ста килограммов.

— Если ты надеешься с помощью этой штуковины пронзить мускульный шлем, скрывающий супермозг, то это нереально, — с сомнением сказала Светлана Сергеевна. — Мышечные волокна сократятся и зажмут «иглу», до того как она успеет проникнуть в мозг.

— Я предусмотрел это и собираюсь предварительно раскалить горелкой острый конец трубы, если не добела, то хотя бы докрасна. Надеюсь, что падение тяжелой железяки с высоты четырех метров позволит прожечь дыру в мышечном слое, и «игла» беспрепятственно проникнет в супермозг, — задумчиво пробормотал Влад.

— Будем надеяться, что ты окажешься прав. Не хотела тебя огорчать, но ты не учел еще один существенный момент, — расстроено вздохнула Светлана.

— Вот, умеешь ты поднять настроение! — криво улыбнулся Влад. — И что, на это раз, не устраивает тебя в нашем гениальном проекте?

— Как я понимаю, ты собираешься вылить в трубу раствор «розовой чумы»?

— Именно, а что в этом плохого?

— Плохо то, что весь твой раствор, при этом останется внутри «иглы», — сварливым тоном сказала Светлана. — Боюсь, того количества наркотика, что попадет в мозг будет недостаточно. Ты упустил из виду, что без поршня шприц может быть использован, разве что в качестве шила. Если не удастся выдавить раствор из «иглы» и впрыснуть его под давлением в супермозг, все наши титанические усилия пропадут впустую.

Глава 43

Влад задумчиво поскреб в затылке. Светлана Сергеевна, как всегда, была права. Его «чудо — шприц», предназначенный для выноса супермозга, требовал существенной доработки.

Впрочем, он не стал долго заморачиваться по поводу «поршня». Побродив пять минут по этажу, он вернулся с трехметровым отрезком ржавой трубы, разбитой в щепки деревянной лавкой и куском резины из‑под автомобильной камеры.

Сначала Светлана довольно иронично отнеслась к его приготовлениям, но скоро изменила свое мнение. Труба, диаметром восемьдесят миллиметров, свободно вошла в «иглу», диаметр которой был на два сантиметра больше. После этого, Влад выстругал деревянную пробку и заколотил ее в «поршень». Вырезав из резины несколько кругов, соответствующих диаметру «иглы», он прибил их гвоздями, извлеченными из табуретки, к этой деревяшке.

Засунув получившийся «поршень» в «иглу», он проверил насколько плотно тот входит вовнутрь. Резиновые кругляки пришлось подрезать ножом, чтобы они двигались внутри трубы свободно и не тормозили движение «поршня».

Светлана Сергеевна критически осмотрела получившийся агрегат, после чего одобрительно кивнула головой:

— Теперь, пожалуй, эта штука должна сработать.

— Рад это слышать! — с благодарностью кивнул Влад и, вытащив «поршень», положил его рядом с «иглой».

Разномастное стадо тварей Анатомика, которые вплоть до этого момента, не обращали никакого внимания на Влада со Светланой, видимо что‑то заподозрило. Влад пожалел, что не переколол стеклянные банки, развешанные по стенам этажа, внутри которых плавали глаза. Не исключено, что с их помощью, Анатомику уже стало известно, что они злоумышляют против него.

«Головастики» и несколько неизвестных доселе видов принялись сначала вяло, а потом все, более настойчиво оттаскивать Влада и Светлану от импровизированного «шприца» лежащего на полу. Так как все они не были предназначены для нападения и у них не было оружия, Влад ограничивался лишь тем, что вяло раздавал затрещины налево и направо. Но когда он увидел, как пара шустрых «головастиков» ухватились за бутыль с раствором «розовой чумы» и попыталась вылить ее содержимое на пол, терпение его лопнуло.

Выхватив из чехла, висевшее на поясе, мачете он сурово пресек их жизненный путь. После этого, Влад разогнал остальную толпу. Но на этот раз, он держал клинок плашмя, и удары его были не столь категоричны.

Понимая, что после расправы с беззащитными «головастиками», сюда с минуты на минуту заявится хорошо вооруженное подкрепление, Влад кинулся заваривать сваркой входные двери. На это ушло гораздо больше времени, чем он рассчитывал. Но он успел как раз вовремя. Потому что всего через пару минут после того, как он отошел от последней прихваченной сваркой двери, снаружи по ней принялись нежадно дубасить.

Нервно хохотнув, Влад крикнул:

— Извините ребята, но сейчас мне не до приема гостей!

После этого он начал решительно действовать. Время шло буквально на секунды. Прикинув расстояние между опорными колоннами, держащими потолочные балки, и на глаз определив середину, он каблуком ботинка прочертил на пыльном полу крест.

— Ну, что начнем? — игриво подмигнул он Светлане, после чего поджег пламя газовой горелки.

Светлана Сергеевна неопределенно пожала плечами, а Влад принялся нагревать заостренный конец трубы, неторопливо водя газорезкой по ее поверхности. Через некоторое время, края острия стали наливаться темно — багровым цветом, который просвечивал сквозь сизую пленку окалины.

Все это время, с двух сторон цеха в наглухо заваренные двери продолжали ломиться «волынщики». Двери гнулись, но пока, что держались.

Влад подозвал Светлану и, передав ей горелку, сказал:

— Продолжай нагревать самый конец «иглы», только не расплавь его! А я, пока, займусь другим делом!

Подхватив с пола кувалду, он встал над местом, помеченным крестом, широко расставив ноги. Поплевав на ладони, он схватил кувалду обеими руками и высоко поднял ее над головой.

Светлана в ужасе смотрела на него, страшась того, что должно было произойти через пару секунд. Влад, резко выдохнув, обрушил кувалду на пол. Раздавшийся вслед за этим гул, казалось, потряс весь этаж. Сверху кружась, слетели пласты побелки.

Монолитный, бетонный пол под ногами Влада, казалось, полностью проигнорировал грубое посягательство на его целостность. Лишь с третьего раза Владу удалось пробить в нем дыру.

Следующим ударом он расширил отверстие и, отбросив кувалду в сторону, крикнул Светлане:

— Быстро в сторону!

Светлана испуганно осткочила, продолжая сжимать газорезку.

Влад, зыркнув настороженным глазом в дыру, удовлетворенно крякнул. Там внизу бугрился мышечными волокнами защитный купол супермозга. Схватив трубу, он сунул ее, раскалившийся до оранжевого цвета, острый конец в дыру. Вложив в рывок всю силу, на которую только был способен, он поднял ее вверх и установил вертикально. В следующее мгновение, сила тяжести с тихим шуршанием утянула «иглу» вниз.

Снизу раздался истошный визг, на грани звукового порога. Отвратительно запахло горелым мясом и полтора метра «иглы» оставшиеся торчать из пола принялись мелко вибрировать. Влад, бросившись к ходящей ходуном трубе, навалился на нее всей своей тяжестью и вогнал ее в пол еще на метр.

Выкатив белые от напряжения глаза, он вырвал из рук Светланы бутыль с раствором «розовой чумы», которую она подтащила к дыре. Перевернув пластиковую емкость вверх тормашками, он сунул ее горловину в трубу. Розовая жидкость с громким бульканьем начала перетекать вовнутрь «иглы».

— Держи так! — крикнул Влад Светлане, а сам бросился за «поршнем».

Когда бутыль опустела, Светлана отшвырнула ее в сторону. Трясущимися руками она принялась помогать Владу, вставлять «поршень» в трубу. Когда им это удалось сделать, они совместным усилиями принялись двигать его вниз. С черепашьей скоростью труба двигалась вниз, до тех пор пока не уперлась в какую‑то преграду. Над полом осталось торчать где‑то около метра трубы.

Влад подхватил Светлану на руки и поднял ее верх. Поставив одну ногу на «поршень» и держась обеими руками за Влада, Светлана начала медленно съезжать вниз. Через пару минут «поршень» окончательно остановился.

— Слезай! — протянул к ней руки Влад. — Нужно убираться отсюда, как можно скорее!

В это время, бешеные удары в двери, ведущие в цех, неожиданно прекратились. Толпа «головастиков» и остальные твари из числа вспомогательного «персонала», до этого времени боязливо жавшиеся к стенам, начали вести себя странно. Они принялись бесцельно бродить по этажу, поминутно натыкаясь друг на друга и приходя во все более сильное возбуждение. Чужаков они, казалось, совершенно не замечали. Впрочем, также как и друг друга.

Спрыгнув на пол, Светлана побежала в сторону окна, но неожиданно остановилась.

— Боже, какая же я дура! — воскликнула она и испуганно воскликнула. — Быстро иди сюда!

Влад ничего, не понимая, шагнул ей навстречу. В руке Светланы сверкнуло лезвие ножа.

— Ты, что сдурела? — возмутился он, перехватив его руку.

— Идиот, нам нужно срочно избавляться от тех штуковин, что нам вживили под кожу! — вскричала Светлана, вырываясь, словно разъяренная кошка. — А ну, быстро снимай с плеча комбинезон!

Влад стянул с плеча эластичную броню, и молча, обнажил пульсирующий под кожей желвак. Его разноцветные всполохи изменили цвет с красно — зеленого, на зелено — синий. Вдобавок ко всему, под кожей, вокруг него стало распространяться какое‑то неприятное жжение. Но прежде чем Влад успел сообразить, что к чему, Светлана молниеносным движением взрезала кожу и, запустив в разрез кончики двух пальцев, извлекла наружу шарообразную капсулу.

Уронив ее на пол, она протянула Владу окровавленный нож и пробормотала посиневшими губами:

— Теперь твоя очередь!

Влад с ужасом обнаружил, что Светлана не в состоянии самостоятельно стянуть комбинезон с плеча. Силы внезапно оставили ее, а лицо приобрело синюшный оттенок. Ноги ее бессильно подогнулись, и она упала бы на землю, если бы Влад не подхватил ее на руки.

— Быстрее, — прошептала Светлана и потеряла сознание.

Беззвучно выругавшись, Влад рывком сорвал с ее плеча броню и, перехватив нож обратным хватом, взрезал кожу. Сходя с ума от мысли, что он может потерять Светлану, он вытащил капсулу, мерцающую с сумасшедшей скоростью однообразным сиреневым цветом. Из разреза обильно текла алая кровь. Достав из рюкзака медицинскую аптечку, Влад наложил на рану повязку и закрепил ее пластырем.

После этого он занялся собственной персоной. Закончив, он разломил ампулу с нашатырем, и попытался привести в чувство Светлану. К его огромной радости веки ее затрепетали, и она открыла глаза.

Коснувшись повязки на своем плече, она через силу улыбнулась Владу:

— Успел?

— Успел, успел! — успокоил он ее, ласково баюкая, словно маленькую девочку. — Сможешь идти?

— Попробую, — ответила Светлана, ища глазами вырезанные капсулы.

— Вон они, — Влад кивнул в сторону потускневших безжизненных шариков. — Кажется совсем сдохли. Как ты догадалась, что от них нужно избавляться?

— Ну, они же напрямую связаны с супермозгом, — пробормотала Светлана. — А потом, посмотри, что творится с «головастиками».

С теми действительно происходило, нечто ужасное. Шатаясь словно пьяные, они вели друг с другом тотальную войну на взаимное уничтожение, кусались, вырывали друг другу глаза и вышибали челюсти. По всему этажу валялись изуродованные, залитые кровью трупы.

Неожиданно у Влада завибрировал коммуникатор.

— Ребята, что вы учудили с заводом? — послышался в нем встревоженный голос Вождя.

— А что с ним такое? — удивленно спросил Влад.

— Это надо видеть! — восхищенно воскликнул Вождь. — Мышечная облицовка взрывается и отваливается сама по себе, словно поп — корн!

— Нам бы как‑нибудь выбраться из этого барадака, — подала голос Светлана. — Не поможете, господин полковник?

— Где вы находитесь?

— Четвертый этаж, — ответил Влад. — Но будет проще, если вы заберете нас с крыши вертолетом.

— Ты забыл, что случилось с беспилотником? — сварливо поинтересовался Вождь. — Кроме того, там установлены две башни с катапультами.

— Все ясно! — буркнул Влад и без лишних слов отключил коммуникатор.

Выглянув в окно, он понял, что выбраться наружу, и добраться до пожарной лестницы невозможно. С облицовкой завода творилось страшное. Набухшие мышечные волокна и вены изнутри взрывались фонтанами крови. Даже если бы Владу и Светлане удалось залезть на покрытую скользкой слизью лестницу, то удержаться на ней было бы весьма проблематично. Не говоря уже о том, чтобы спуститься по ней.

Влад достал из рюкзака бухту веревки и принялся привязывать ее к батарейному крюку, торчащему ниже окна. Другим концом он обвязал Светлану за талию, и, уперевшись ногами в пол, принялся спускать ее вниз.

Едва ее ноги коснулись земли, Влад не дожидаясь, когда она отвяжется, полез в окно. Его спуск бы стремительным и весьма болезненным, потому, что он обжег руки об веревку.

Эпилог

Получив чудовищную дозу «розовой чумы», супермозг впал в ступор, завис, после чего сошел с ума.

Максимальной целесообразности, которая лежала в основе всего мироздания, вложенного в него Анатомиком, был противопоставлен беспредельный хаос наркотического опьянения. Это неразрешимое противоречие и стало причиной того, что супермозг принялся безжалостно анализировать всю имеющуюся в его распоряжении виртуальную информацию, а также физические ресурсы.

С этой целью, он принялся разлагать все это на составные части, для того чтобы проникнуть в основы мироздания и понять основу и причину всех явлений. Первоначально он подверг интеллектуальному анатомированию всех тех существ, что были созданы Анатомиком. После чего проделал с ними, то же самое, но уже физически, дистанционно разложив их плоть на составные части.

Когда же он, в гордыне наркотического угара, попытался проделать аналогичную операцию со своим создателем — Анатомиком, то, неожиданно натолкнулся на непреодолимую глухую стену. Свирепо атаковав ее со всей мощью, на которую только был способен, он внезапно почувствовал, как стена упруго подалась. Усилив давление, супермозг ринулся вперед, чтобы познать Истину.

И в этот момент, стена внезапно закаменела и с невероятной силой отбросила его назад. Нанесенный ей удар был настолько сокрушителен, что супермозг даже не успев изумиться, мгновенно прекратил свое существование.

Лишь выбравшись из заводского корпуса, и отойдя от него на безопасное расстояние, Влад со Светланой смогли в полной мере оценить масштабы произошедшей с ним катастрофы.

Цитадель Анатомика была повержена. Представшая их взору, сцена тотального самоуничтожения была поистине ужасна. С покосившихся заводских стен стекала, разлагающаяся прямо на глазах, некогда живая плоть. Искореженные пароксизмами мышечной ткани невероятной силы, стены завода натужно скрипели и шатались. То, что этажи проседали, было видно даже невооруженным глазом.

— Неужели — это все, сделали мы? — зачаровано прошептала Светлана.

— Ну, не Анатомик же! — хрипло ответил Влад и положил руку ей на плечо.

— Больно же! — воскликнула Светлана и стряхнула его конечность, с раненного плеча.

— Прости, дорогая! — смущенно пробормотал Влад.

В это время, к ним на бешеной скорости подлетел армейский джип с эмблемой МЧС. Истошно взвизгнув тормозами, он остановился. Из машины выпрыгнул Вождь и бросился к Владу со Светланой.

— Живы, черти! — обрадовано вскричал он и кинулся обнимать их. — Рассказывайте, как вам удалось завалить Анатомика?

Влад со Светланой коротко рассказали ему о своих приключениях. Не успели они закончить рассказ, как подъехал генерал Солодовников с офицерами своего штаба.

Взбешенный генерал схватил Влада за отвороты куртки и, брызгая слюной, проорал ему в прямо в лицо:

— Ты, урод, и твоя больная на всю голову потрошительница трупов, обвиняетесь в государственной измене! Вы оба арестованы, и предстанете перед судом!

— Странно, а вот мы, считаем себя настоящими патриотами! — Влад без труда убрал руку Солодовникова со своей груди. — Тем не менее, мне будет любопытно узнать, в чем таком нас обвиняют?

— Ты, что издеваешься? — разъярился пуще прежнего генерал. — Пока вы трусливо отсиживались внутри завода, Анатомик, в результате ваших идиотских действий, окончательно спятил и принялся воевать сам с собой! Здание завода вдруг начало стрелять само в себя, и взрывать самое себя изнутри! Во все стороны полетели здоровенные куски мяса, полились реки крови! Дикий хруст чудовищных костей был слышен за несколько километров!

— Это трещали не кости, а здание завода, — вставил слово Вождь. — Кстати, межэтажные перекрытия проседают все сильнее. Не удивлюсь, если оно прямо сейчас рухнет.

— Какое это сейчас имеет значение, если Анатомик уничтожен? — ужом взвился генерал. — Кстати, полковник Златоустов, вы принимали в этом самое активное участие, а значит, тоже будет отвечать перед законом!

В это время со стороны наполовину разрушенного завода раздался чудовищный рев. Все бывшие на заводском дворе, позабыв про распри, повернулись на эти страшные звуки. По мере того, как они повторялись, люди внезапно поняли, что нечленораздельные звуки складываются в знакомые слова. И слова эти были — «Я сдаюсь!».

— Черт возьми, что это такое? — машинально спросил генерал Солодовников у Влада.

— Мне кажется, что ваш любимый Анатомик нашелся, — ответил Влад.

— Жив курилка! — радостно воскликнул генерал. — Златоустов, с меня ящик коньяка!

— А нам, что — амнистия? — ядовито поинтересовалась Светлана Сергеевна.

— Забудьте, все то, что я вам наговорил, — небрежным жестом отмахнулся генерал. — Это говорил не я, а мои эмоции!

Тем временем, Анатомик продолжал реветь, словно слон через жестяной рупор, одну и ту же фразу:

— Не стреляйте, я сдаюсь!

Все это время, здание завода продолжало угрожающе скрипеть и проседать. Верхние этажи, с провалившимися перекрытиями, угрожающе накренились.

Подтянувшиеся солдаты выстроились цепью вокруг огромной темной дыры, соединившей первый и второй этажи.

Торжествующий Солодовников прокричал в мегафон:

— Выходи с поднятыми руками!

— Он что всерьез думает, что тот его поймет? — иронично хмыкнул Влад.

В это время из дыры, появился разбухший до огромных размеров Анатомик. Его внешний вид претерпел чудовищную метаморфозу. В одной из его шести рук, была зажата огромная длинная кость, на которой полоскалось некое подобие белого флага.

— Это кожа, снята с человеческого тела и чем‑то на скорую руку отбеленная! — с отвращением прокомментировала увиденное Светлана.

Вид Анатомика, украшенного человеческими костями и черепами был ужасен. Он словно сошел с тибетской танки, изображающей грозного повелителя преисподней.

И в этот момент, произошло то, чего никто не ожидал. Высоко наверху, на самой крыше завода, началось какое‑то неуловимое движение, которое лавинообразно охватило все этажи. Мгновенно сложившийся, словно карточный домик, завод, всей своей чудовищной массой, обрушился на Анатомика.

Погребенный под сотнями тонн камня, страшный пришелец погиб на глазах у изумленных людей, безвозвратно унося с собой все тайны чудовищной, древней цивилизации, с помощью которых он хотел изменить наш мир.

Полковник Златоустов, сидевший во главе стола, поднял фужер, наполненный шампанским:

— Предлагаю выпить за новых членов нашего дружного коллектива! Светлана, Влад добро пожаловать в «Палео»!

После того достопамятного вечера, когда Анатомик сгинул, под обрушившимся на него старым заводом, прошел месяц с лишним. За это время Влад со Светланой успели узнать для себя много нового и неожиданного.

Оказалось, что МЧС было официальным прикрытием специального подразделения «Палео», возглавляемого полковником Златоустовым, то есть Вождем. Перед «Палео» стояла задача расследования всех случаев проявления аномальных явлений, след которых терялся во тьме веков.

Но самым главным сюрпризом было то, что Вождь, весьма впечатленный действиями их тандема, предложил Владу и Светлане работать у него. Они не раздумывая дали свое согласие.

— Господин полковник, почему такая крутая фирма, как «Палео» пустила дело с Анатомиком, на самотек, доверившись двум непрофессионалам? — это неугомонная Светлана задала вопрос, который мучил ее с того самого момент, когда она узнала всю правду:

— Именно по той причине, что вы не профи, я и поставил на вас, — хитро прищурился вождь. — В деле с Анатомиком требовался нестандартный подход. Все это время, я держал ситуацию под контролем. Если бы у вас ничего не вышло, в дело вступили бы мы.

— Да, но зачем все эти многочисленные человеческие жертвы? — недоверчиво посмотрела на него Светлана.

— Деточка, за обладание знаниями человечеству всегда приходилось платить очень высокую цену, — тяжело вздохнул Вождь. — А полученные нами, в процессе конфликта с Анатомиком, знания вообще бесценны!

— Получается, что вы с самого начала водили генерала Солодвоникова за нос? — спросил Влад.

— Не совсем так, — покачал головой Вождь. — Все это время генерал был в курсе того, кто я. Просто он подыгрывал мне, а я ему. Мы шли к достижению одной цели, но разными путями. Кстати, если бы у вас ничего не вышло, и Анатомик действительно стал бы представлять угрозу для человечества, он был бы незамедлительно уничтожен.

Над столом повисла тишина. В это время обшарпанный мобильник Вождя исторг мелодию Баха.

— Извинте! — бросил он, и взял трубку. — Полковник Златоустов на проводе!

После первых же слов, которые он услышал, лицо его закаменело.

— Вас понял, вылетаем сегодня же вечером! — отчеканил он и отключился.

— Что стряслось? — встревожено спросил один из его заместителей.

Окинув участников фуршета, орлиным взором, Вождь угрюмо сказал:

— Поступило сообщение, о том, что сразу в нескольких городах, расположенных в сотнях километрах друг от друга, замечены «многоножки» Анатомика.

Content

Валерий Моисеев
Анатомик

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Эпилог