Одиссева Пенелопа

Две непрожитые жизни (СИ)

Одиссева Пенелопа

Две непрожитые жизни

В нашем зеркале разбитом

Ты увидишь, наклонясь:

Две непрожитые жизни

Разлетаются, звеня.

О. Газманов "Единственная моя"

- Привет, Григорьева!

- Простите? - услышав свою старую фамилию, не сразу поняла, что обращаются ко мне.

- Гри... Комова? Оля? - полуутвердительно, и знакомая улыбка показалась на его лице.

- Леша Залесский! - ахнула я, узнав в представительном молодом человеке бывшего одноклассника.

- А ты не изменилась, все такая же, - задумчиво оглядели меня с ног до головы. Я, в свою очередь, рассматривала его.

- Зато ты немного...повзрослел,- слова вызвали воспоминания о школьных годах, и мы оба замолкли на минуту.

В школе Леша считался самым высоким и худым в нашем классе, за это и за говорящую фамилию парня называли Лесом. Он был хорошистом, дружил с техникой, говорили, что вместо постеров с актрисами и певичками у него над кроватью висит фото любимого процессора. Короче, не представлял из себя ничего замечательного до одиннадцатого класса. Именно тогда он начал посещать качалку и стал приезжать в школу на мотоцикле, сразу став одним из тех парней, по которым сохнут старшеклассницы.

На всех фото с выпускного Леша запечатлен в окружении девочек.

Я была исключением из его поклонниц, помню, как фыркала: одноклассницы выстроились в очередь, чтобы Леша покатал их по мосту Влюбленных, на котором всем классом встречали рассвет. Фыркала не столько от нелепого вида одноклассниц в вечерних платьях и на шпильках, поочередно забирающихся на мотоцикл, сколько от растерянного выражения лиц наших мальчишек. Наверное, тогда они впервые разглядели в нем не "скорую помощь" для своих компов, а соперника: умного, веселого, сильного и симпатичного парня. Разглядели - и обрадовались, ведь после этого рассвета у каждого начиналась новая жизнь.

Помню, стояла в сторонке, облокотившись на чугунные перила, и смотрела на розовеющий горизонт. Плечи согревал пиджак другого одноклассника, Виктора, а его руки окружали теплым кольцом. Я должна была бы быть счастливой, но сердце замирало, едва бросала взгляды на веселящуюся компанию вокруг Залесского, с которым мы обменивались долгими взглядами.

Виктор именно в тот вечер признался в любви, а он мне нравился...

- Ждешь машину? - кивнул Залесский на талон в моей руке.

- Да, она в мойке, обещали через полчаса, решила подождать здесь, - я кивнула в сторону лестницы, ведущей вниз, к автомойкам.

Мы встретились в кафетерии многоэтажного автосервиса.

- О, и моего коня через полчаса закончат, он здесь уже три дня на ремонте, - дальше мы обменивались обычными в таком случае репликами автомобилистов, и я сразу призналась, что в машинах не разбираюсь вообще, даже еле запоминаю марки машин, куда там колесо поменять.

- Давно за рулем?

- На первом курсе получила права и сразу же села за руль. Правда, тогда это были папины "Жигули".

- А сейчас?

- "Форд Фокус".

У Залесского был внедорожник "фольцваген-и-как-то-дальше", как я поняла, нечто крутое и дорогое, по крайней мере, мой бывший муж мечтал о таком, но считал, что будучи семьянином, не мог себе позволить. Может, сейчас, став холостяком, купит? Хотя, не так-то уж он на меня и тратился за семь лет брака - шубу и машинку, вон, сама себе купила, благо получаю не меньше.

Наверное, при мысли о бывшем муже, бессознательно потянулась покрутить обручалку - была такая привычка, в разговорах о Викторе теребить это несчастное кольцо - оно в такие моменты словно горело на пальце. Уже два месяца кольца не было, равно как и моего брака, почившего года этак три назад. Проследив за моим жестом, Залесский нахмурился.

- А... - начал он, но я опередила:

- Развелись два месяца назад.

- Извини, не знал, - смутился или мне показалось? Дабы избежать неловких вопросов, поспешила увести беседу в нейтральное русло.

- В прошлом году было десять лет, как окончили школу, но я не помню тебя на вечере встречи выпускников, - соврала, все я помнила. Залесский не пришел, отзвонившись организаторам - его не было в стране, какая-то важная командировка.

- Да, жалко, не смог, но видел в интернете в группе нашей школы фотографии с вечера. Многих не узнал, - он задумчиво помешивал горячий кофе, только что принесенный официантом. Я делала вид, что рассматриваю пенку на своем капучино.

- Там бритый такой толстячок - это Петров? А худенькая блондинка в леопардовом платье - неужели Машка Топина? - он вспоминал наших одноклассников, бывших на том вечере, а я кивала. Да, многие изменились, но конечно, не так, чтоб уж совсем до неузнаваемости. Кто-то женился, растил детей, развивал бизнес. Врачи, воспитательница в детском саду, летчик гражданской авиации, владелица ателье, домохозяйки, инженеры, менеджеры среднего звена...

- Надо же, никогда бы не подумал, - покачал головой он, узнав, что Иванов - самый ленивый и наглый парень не только в нашем классе, но и во всем выпуске, стал директором школы в новом районе нашего города, - наверное, я самый предсказуемый в этом плане.

- В смысле? - Леша единственный, о ком ничего не знала.

- Программист, - и он назвал лейбл компании, о которой даже я, далекая от всех этих технологий, слышала, - но, конечно, моя профессия не такая интересная, как у тебя, - и он кивнул на папку с договорами и контрактами возле моего локтя.

- Ага, это так захватывающе - быть юристом, - произнесла скептически.

- Виктор тоже юрист? Вы, вроде бы, вместе поступали.

- Работаем на одной фирме, - кивнула я, - расстались, как говорится, друзьями. Вон, над одним контрактом корпим, - и ткнула пальцем в надпись на папке: "Комов В.Р., Комова О.А.".

- О, ты не поменяла на девичью... Ты как вообще..? - он вдруг взял меня за руку, но, тут же отпустил, смутившись.

- Нормально, - бодро улыбнулась ему, к таким вопросам давно привыкла, тем более, что они ничего в моей душе не задевали. - Детей нет, квартира и машина моя, дача его. Не могли долго рыбок поделить, да и то, потому что каждый хотел другому спихнуть. Из-за работы это довольно хлопотно: кормить, менять воду, чистить аквариум, от нашего графика рыбки дохнут... Сам не женился?

- Свадьба через неделю.

- Поздравляю! - хотела сказать что-то еще, что-то пожелать, но ничего не приходило на ум. Банально пожелать счастья? Взгляд остановился на электронном циферблате, висящем на одной из колонн в кафетерии.

- Кажется, моя машинка уже минут двадцать, как готова, - я встала из-за стола, подхватив сумочку, папку и пиджак.

- Оля, я давно хотел тебя спросить... Только не сердись и не смейся!

- Ммм? - я прикусила губу, чтобы почувствовать себя, а то после слов о его свадьбе, мозг впал в какой-то ступор.

Я развелась, а Леша женится.

- Сейчас, конечно, все это уже не важно, но...почему ты не отвечала на мои записки? Тогда в школе? Еще до Виктора, - он постукивал по столешнице пальцами обеих рук, словно по клавиатуре, казалось, набирает текст.

Леша улыбался, но его взгляд - о, я помнила этот взгляд! - он смотрел на меня, не отрываясь, а меня словно засасывало в этот серый омут с головой. Из-за подобного взгляда часто терялась на уроках: мы сидели на разных рядах, я за одной партой с Витей, а он чуть впереди с Петровым. Кажется, в девятом классе я так растерялась однажды и не смогла ответить на вопрос исторички, а ведь по истории у меня всегда было "отлично".

- Какие записки? Ты о чем? - адресанта всех школьных записок я вычислила сразу, а потом еще и замуж за него вышла.

- Да, дурак был, влюбился и молчал, не знал, как сказать - стал писать записки и подбрасывал их тебе: в спортивную форму, в тетрадки, в сумку. Помнишь, книжку брал и долго не отдавал, ты еще за мной каждый день ходила и спрашивала, когда отдам? Специально не отдавал, только бы ты лишний раз подошла. Ты же такая правильная была, идеальная девушка...

Меня будто оглушило. "Господи! Почему? Почему я узнала об этом только сейчас? ВСЁ могло быть по-другому!"

- Чтоб тебе соответствовать, стал ходить в качалку, уговорил отца купить крутой мотоцикл, а ты все молчала, - он перевел взгляд на свои руки, - решил: на выпускном обязательно подойду, но ты была уже с Виктором. Я готов был переехать его мотоциклом на мосту, - криво усмехнулся, откинув челку со лба. На секунду показалось, что передо мной вновь тот чуть долговязый неуверенный мальчишка с необыкновенно большими серыми глазами. Но Залесский поднял голову и решительно посмотрел мне в глаза. - Так, почему?

- Я не видела твоих записок, прости, - меня удивил собственный голос. Надо срочно уходить, прекращать этот бессмысленный разговор. Ни к чему ворошить прошлое.

- Оля, а ты хоть догадывалась? - Леша откинулся на стуле и улыбался, при этом глаза были прищурены, словно он плохо видел.

- Леша, столько лет прошло, я не помню! Но ты удивил меня сегодня. Не ожидала тебя встретить здесь, в смысле в городе и в этом сервисе, хорошо выглядишь... Надо как-нибудь встретиться всем классом, посидеть, поговорить... Ничего, через четыре года будет пятнадцать лет с окончания школы, точно встретимся! - словно поддерживая мою попытку сбежать от Леши, зазвонил телефон. Дисплей высветил номер Виктора.

- О, это Виктор с работы, надо бежать! - я помахала рукой со звонящим телефоном.

- Да, мне тоже пора, - кивнул Залесский,- прощай, Оля.

- Еще раз со свадьбой, счастья вам! - почти прокричала я, быстрым шагом уже спускаясь по лестнице.

Меня накрыло, едва я отъехала от сервиса. Свернув на какую-то улочку, припарковалась и посмотрела на себя в зеркало. Мокрое лицо было перекошено какой-то гримасой, хотя мне казалось, что старалась улыбаться, когда забирала машину.

Вечером, после ужина с клиентами, Виктор задержался в ресторане, уговорив составить ему компанию.

- Оль, я хотел с тобой посоветоваться насчет машины. Все-таки хочу тот внедорожник купить. Как думаешь?

Да, перепутали мы дружбу с любовью. Иначе, как объяснить тот факт, что он продолжает советоваться со мной, а не с Галей, его постоянной любовницей на протяжении последних трех лет?

- Витя, скажи мне, пожалуйста, помнишь, в школе, я нашла в сумке записку и спросила, от кого она? Зачем ты сказал, что от тебя?

Бывший муж удивленно вскинул брови.

- Оль, ну ты совсем что-ли? Я тут с тобой о самом важном советуюсь, а ты какие-то глупости вспоминаешь!

Но, проворчал:

- Я же не лох был признаваться, что это Лес тебе написал.

- Почему?

- Да ты ж смотрела на него, как Джульетта на Ромео! Ты бы сразу к нему побежала! Эй, Ольга, что за рефлексия? С чего вообще такой разговор?

- С того, Витечка, что десять лет жизни могли быть прожиты иначе, - я залпом допила свое вино и кивнула недоумевающему бывшему, - так что ты там про внедорожник говорил?..

Совершенно неожиданным и непостижимым образом через неделю мне поручили составлять договор о поставках с компанией, где работал Залесский. Неожиданным и непостижимым это событие являлось еще и потому, что консультантом с их стороны выступал именно бывший одноклассник. Увидев его фамилию в бумагах, я обомлела.

- Витя, возьми договор себе! - ворвалась к Комову и шлепнула перед ним на стол папку.

Виктор отвлекся от монитора и удивленно взглянул на меня.

- Ольга, в чем дело? - открыл папку и пробежался по бумагам профессиональным взглядом. - Договор стандартный, условия обговорены сторонами предварительно, все белое, без подводных камней. Что не так?

- Не хочу, - буркнула я, мысленно ругая саму себя за то, что не придумала причину отказа заранее.

- Придется тебе им заняться, хочешь или не хочешь,- Комов отодвинул папку к краю стола, - я, знаешь ли, с завтрашнего дня в отпуске.

Хорошо, кабинет у Комова маленький, и под моей попой вовремя очутился стул.

- В каком отпуске?..

- В неплановом. Гале предложили горящие путевки в Италию на десять дней. Завтра у нас самолет, - он снова воззрился на монитор, а я, недоумевая - на бывшего мужа.

- Витя, ты же не переносишь самолеты?

Все еще не могла поверить: Гале удалось поднять с места Комова - за семь лет брака и десять лет совместной жизни он ни разу во время отпуска не выехал за пределы области! В командировки Виктор тоже не ездил, всегда перепоручая такие дела мне, а я и не возражала, зная о его боязни всех средств дальнего передвижения.

- Ну, - замялся Виктор, - скажем так: ей удалось меня уговорить.

- Класс. Супер. Счастливо отдохнуть, - в голове не укладывалось два факта. Первый - мне не отвертеться от работы с Залесским. Второй - Виктор полетит в отпуск в Италию. И оба факта были мне крайне неприятны. Насчет неправильности первого кричала интуиция, а второй свидетельствовал о том, что я не знаю Виктора, человека, ближе которого, по идее, за эти десять лет у меня никого не было...

Виктор улетел отдыхать с Галей, а я осталась с нежданным договором.

Отбросив все личное, уговорив себя не обращать внимание на детскую увлеченность, закончила работу, попутно "подобрав хвосты" за Виктором - бывший муженек оставил три суда и один срочный контракт.

В нашем, то бишь, уже моем аквариуме после развода оставались четыре гуппи, "последние герои", как я их прозвала. Так вот, когда я закончила злополучный договор с компанией Залесского, сдохли и эти. "Дурной знак!" - сказала сама себе и зареклась не заводить больше никакую живность.

Мое руководство настаивало на встрече с консультантом, дабы выяснить все нюансы лично.

По моим подсчетам, Залесский женат уже недели две. Почему не взял отпуск и не улетел, хоть в ту же Италию? Сдалась ему работа, когда рядом молодая жена! В том, что Лешина жена обязательно моложе его, я была уверена.

Итак, приехала в его офис.

Девушка с ресепшена проводила к Залесскому. Кабинета у него не было, да и вообще, весь офис напоминал западные фирмы - белый пластик, серые металлические стулья и черные столы под дерево, с большими мониторами и изогнутыми клавиатурами. Кипы бумаг, сотрудники неформального вида, отсутствие дресс-кода - все было для меня в новинку. Обычно, моя фирма вела дела с более консервативными компаниями. Даже отвлеклась на минуту на девушку с дредами, ксерокопирующую толстенный каталог. Девушка была в армейского типа штанах и черных ботинках, но в ярко-розовой боксерке, и волей неволей притягивала взгляд.

- Алексей, к вам юрист, - сопровождающая подвела к столу, заваленному бумагами.

Залесский откинулся на спинку стула и радостно улыбнулся.

- О, Элина, спасибо, что проводила. Сделаешь нам кофе?

Элина кивнула и ушла, оставив меня наедине с Залесским - его стол был в огороженном углу этого офиса.

- Привет, Оля, как твои дела? - Леша кивнул на свободный стул рядом.

- Здравствуй, - я не заметила кольца на его пальце, - поздравляю, кстати.

- Спасибо, - удивленно кивнул он, - неожиданный поворот, да?

- В смысле?

- Я про этот договор и нашу совместную работу.

- Ну, не такая она и совместная, - хмыкнула я. Еще бы, все сделала и принесла на блюдечке с голубой каемочкой. Не ему же ночей не спать, корпя над пунктами, а у меня и рыбки сдохли.

- Да-да, конечно, это все твоя заслуга...

Открыл договор и начал читать. Я достала планшет, приготовившись к редактированию пунктов, некоторые термины компьютерной продукции были не в моей компетенции. Элина принесла кофе, оказавшийся на редкость вкусным, видимо, девушка делала его сама, а не в машинке.

- Я думал, не справишься без консультанта, но ошибся. Оля, ты умница, - похвалил он, после того, как мы прояснили некоторые вопросы.

- Не надо комплиментов, - отмахнулась я, не желая переводить рабочий разговор в личный.

- Как Виктор? Вы еще работаете вместе?

- Нормально, работаем, - пожала плечами и засобиралась. Все вопросы улажены. - Алексей, если нужно, я пришлю отредактированный вариант по почте, а так - передам через курьера. Через два дня, думаю, будет готово. Руководство само решит, когда подписывать.

- Так и сделаем, тем более, точных дат не назначено.

Развернулась, чтобы уйти, но Леша задержал за руку.

- Оля, может, сходим пообедать? У нас на первом этаже уютное кафе.

- Оу, извини, в другой раз, - как же хотелось согласиться, как же его глаза упрашивали!

- А вечером?...

Снова сбежала. Наверняка мой вид со спины можно было описать старым народным "только пятки сверкали", ну, в моем случае - черные шпильки.

Прошла неделя.

Вернулся посвежевший и оевропеенный Виктор (Гале удалось не только посадить его в самолет, но и сводить в салон красоты и модный бутик).

Бывший муж признался мне за чашечкой кофе, что боится.

- Чего? Того, что Галя приводит твою внешность в соответствие с внутренним миром? - перефразировала я пафосную отговорку Виктора в случае возможного похода в салон или модный магазин, цитирую: "Любимая женщина должна ценить не за внешность, а за богатый внутренний мир".

- Да, и это тоже вызывает беспокойство. Но страх возникает, когда я смотрю на эти четырехзначные числа в чеках... Эй, не смейся!

- Вить, ты ж юрист, а не бухгалтер! Зачем смотришь в чеки? - я представила, как Витя в панике убегает от кассы в мужском магазине, а за ним бежит Галя с пакетами, и захихикала.

- Плакала моя машинка, моя мечта, мой зверь...- шутя простонал Комов и рассмеялся вслед за мной.

Галя передала для меня пакет с сувенирами из Италии. Я с интересом рассматривала модную дизайнерскую сумочку с недели распродаж, блокнот в оранжевой кожаной обложке и три бутылки белого вина. Типа, упейся от зависти. Да, Галечка, так я и сделаю в скором времени, сниму, так сказать, стресс, вот только доживу до выходных.

А возможность не дотянуть до оных вырисовывалась очень четко: в пятницу наши с Залесским руководства подписывали договор и по этому поводу в пятницу же вечером устраивался корпоратив.

Сколько раз я ругала саму себя и обещала выкинуть из головы Лешу. Понимала, что вся эта внезапно вспыхнувшая увлеченность вызвана той детской недосказанностью. Если бы Залесский не признался мне в автосервисе, то ничего бы и не было. Я бы не позволила себе посмотреть в его сторону. Он женат, я разведена. Мы никогда больше не пересечемся, вот только закончим с этим дурацким договором...

А во снах снова и снова возвращалась в школьные времена, или в то кафе в автосервисе. На улице искала его взгляд и улыбку в прохожих...

Лучшая подруга Машка Воробьева, с которой поделилась своим сумасшествием, посоветовала найти в срочном порядке мужика. Так и сказала: "Тебе, Лёлька, мужик нужен. С хорошим мужиком забудешь про всяких Вить и Леш. Не этот "детский сад-ромашка", а серьезные, взрослые, продуманные отношения, а то взгляды-руки-плечи, тьфу! Что за розовые сопли у почти тридцатилетней тетки! Жить нужно настоящим, а не прошлым, Лёлечка!"

Моё взрослое "Я" было целиком и полностью согласно с Машкой. Ну, кому рассказать: взрослая состоявшаяся женщина, а мечтает о своем бывшем однокласснике, который был в неё когда-то влюблен, к тому же женатом! Бразильский сериал можно снимать, режиссеры, ау! Продам идею, вот только с финалом определюсь...

Итак, пятница.

Корпоративная вечеринка происходила в небольшом ресторанчике в центре города. В отличие от многих коллег приехала на своей машине: чего-чего, а расслабляться сегодня вечером не намерена.

В холле наткнулась на Виктора и Галю. Коротенькое красное платье открывало её длинные ноги на умопомрачительной высоты каблуках. Виктор еле кивнул мне и повел свою даму в зал. Дам-с, а я еще удивлялась, как он согласился на самолет... Нет, Галя не красавица с обложки журнала, можно сказать, мы с ней одного типажа. Моя бабуля всех девушек с длинными и стройными ногами называла "длинногачими", и сегодня я поддерживала слова бабули как никогда. Мне такие гачи и не снились. Решив не выделяться из толпы и не привлекать лишнего внимания (читай: внимания Залесского), надела черное платье-футляр до колен, невысокие лодочки и заплела французскую косу.

В зале подсела за стол девочек из отдела логистики: они рьяно обсуждали роман нашего замдиректора и ведущей новостей на местном телеканале.

- Вон-вон, смотрите, я сказала же, что вместе придут! - рыженькая Дашка заметила предмет сплетен, направляющийся вместе с девушкой к вип-залу.

Посмотрев в ту сторону, замерла. У окна стоял Залесский, с ним рядом высился наш айтишник Сережка и, выразительно жестикулируя, о чем-то рассказывал компании молодых людей в неформальной одежде, видимо коллегам Залесского, по крайней мере, мне показались знакомыми лица двоих из них - видела в том офисе.

- Какие мальчики рядом с Сережкой! - заинтересовались Тая и Наташа, две незамужние девушки за нашим столом.

- Стремные какие-то, - вынесла свой вердикт Дашка, окинув компанию профессиональным взглядом; кому, как не ей понимать толк в противоположном поле: все знали, что помимо официального мужа, у Дашки есть еще два постоянных воздыхателя. - А тот вон высокий брюнетик с серыми глазами и в белой рубашке очень даже ничего!

Трудно было не согласиться с Дашкой, Залесский выделялся на фоне своих коллег и нашего Сережи. Да он на любом фоне бы выделялся!

- Ольга, ты его знаешь? - заметила мой взгляд Тая.

- Угу, - я отпила сок и занялась своей тарелкой. Не сразу поняла, что девочки молчат и явно ждут от меня продолжения.- Что?

- Кто это? - Наташка косила на него взглядом, словно лошадь в упряжи. Не знаю, вживую никогда лошадей, да еще и в упряжи не видела, но думаю, что они косят глазами именно так.

- Ведущий программист, мой консультант по составлению договора Алексей Залесский. Эй, девочки, он молодожен! - почти крикнула я вдогонку Тае и Наташе, решивших брать Залесского на абордаж. Мое предупреждение осталось не услышанным.

Как и десять лет назад я весь оставшийся вечер фыркала, глядя на девушек, увивающихся вокруг Леши: к Тае и Наташе присоединилась Дашка и еще две наших незамужних девочки-секретарши. Да и другие присутствующие дамы кидали на него заинтересованные взгляды (или я замечала только Лешу и происходящее вокруг него?) Виктор вился вокруг Гали, мелькнула мысль, что из него выйдет отличный подкаблучник, хотя со мной он всегда умел отстоять свою точку зрения и делал лишь что хотел сам. "Может, он любит её по-настоящему?" Я бы еще дальше развила мысли насчет наших с ним закончившихся отношений, если бы не Залесский.

Леша вот уже третий раз подряд танцевал с Наташей. Причем по виду девушки, разомлевшей в его руках, можно смело предположить, чем и как закончится для обоих этот корпоратив. Мне было жаль жену Леши, жаль Наташу. А больше всего жаль саму себя. Ощущение горькой безысходности накатило девятибалльной волной - ревность. Ревновать того, кто никогда не принадлежал, и не будет принадлежать тебе, ужасно. Чувствуешь себя никчемной, самооценка понижается и тому подобная чушь лезет в голову. Бутылки с горячительными напитками заманчиво заблестели своим стеклом, приглашая забыться в легком дурмане.

Вздохнув, я устремилась к выходу. Уйду гордо, трезвая, злая и одинокая, но зато с высоко поднятой головой. Дома ждут три бутылки итальянского вина. Галя, ты хотела, чтоб я упилась? Что ж, сегодня так и сделаю. Завтра суббота, мне все можно.

По пути набрала номер Машки:

- У меня три бутылки вина и депрессия, - без вступлений выдала я.

- О, подожди, сейчас Вадика попрошу подвезти, - услышала, как подруга уговаривает мужа довезти её до меня, тот согласился, но с условием, что в выходные он идет с друзьями в спорт-бар. - Лёлька, через полчаса буду!

- Жду, - я подъехала к своему двору. Знаю, конечно, за рулем разговаривать по телефону нельзя, но дорога до дома была странно пуста, по сравнению с обычным пятничным вечером, конечно.

Машка прибыла ровно к тому моменту, как я закончила сервировать стол на кухне. "Сервировать" - громко сказано, так, выложила фрукты и конфетки, поставила бокалы и чайные чашки.

- Ого, заглянула я на рюмочку чая! - Машка с порога попыталась поднять мне настроение, но, не найдя ответной реакции, сникла.- Лёльк, что там с корпоративом? Галя что-то отчебучила?

- Отчебурашила, - проворчала я, передразнивая манеру подруги выворачивать слова, - к ней это отношения не имеет.

- А кто тогда? Лешка, что-ли? Оля, только не говори мне про этот детский сад, ты ж знаешь, я не поддерживаю тебя в этом вопросе!

- Ну и не поддерживай! Тоже мне, Совет Федерации,- хмыкнула я, разливая вино.

На Западе люди решают свои жизненные проблемы с помощью психоаналитика. Машка же для меня являлась не только им, но и финансовым экспертом, стилистом, дизайнером, иногда секретарем, партнером по дарению дорогих подарков знакомым, советником и еще много-много кем, объединяемых одним общим словом - Лучшей Подругой.

Что бы мы, девочки, делали без лучшей подруги? Кому открывали свое сердце и душу? С кем, как не с подругой, можно сходить в ночной клуб на мужской стриптиз? Кто, как не она, займет в долг астрономическую сумму на новые туфли и не станет читать мораль, мол, у тебя весь шкаф такими забит? Разве не с лучшей подругой можно пересмотреть "Титаник" по три раза за вечер, и каждый раз плакать, когда Ди Каприо скрывают синие волны океана? Только она может честно сказать, что твоя новая прическа похожа на слипшиеся макароны, вываленные на голову! А напиться в зюзю без повода?

Вот такая Лучшая Подруга - это и есть моя Маша. Она же и единственная, впрочем, как и я у неё. Не все могут выдержать мой характер, а Машкины шуточки иногда выводят из себя даже человека с ангельским терпением - Вадима, Машиного мужа.

В этот вечер мы методично улучшали настроение и повышали мой жизненный тонус. Галя была бы рада, увидев, на кого стала похожа бывшая жена Виктора через три часа принятия её сувенирных итальянских бутылок. Не, я, конечно, догадывалась, что вино было дорогое и требовало вдумчивого и трепетного к себе обращения, смакования и наслаждения вкусом, но мы с Машкой пили просто, по-русски, запивая мое горе - одиночество и, похоже, неразделенную любоф к Залесскому.

- И когда ты успела-то? Ик...- Машка безуспешно пыталась попасть правой ногой в туфлю, но та почему-то каждый раз оказывалась левая.

- А может я всегда Лешку любила, - я помогала обуваться подруге. Вадим должен был вот-вот подъехать и увезти её домой. Мы стояли в узкой прихожей, я держала её плащ и сумочку, пока Маша воевала с непокорными туфлями.

- Да ну, на фиг, бред! - Машка отрицательно замотала головой и покачнулась. - Почему я о нем только сейчас слышу, спустя пять лет нашего знакомства? Нет, Лелька, он тебе в школе просто нравился, а тут после развода подвернулся, и ты на него переключилась. Мой тебе совет...

- Машк, ты такая! я тебя люблю, - невпопад выдала я, когда подруга в очередной раз промахнулась с туфлей.

Мы громко рассмеялись. Кажется, у меня потекла тушь.

Пришел Вадик. Молча, но явно осуждающе оглядел нас обеих, обул свою супружницу, вытер ей слезы, выступившие от смеха, взял у меня из рук вещи и, уже выводя Машку из квартиры, спросил:

- А что за повод-то был?

- Депрессия, - я гордо ткнула в себя пальцем.

- А-а, Витька что ль обидел?

- При чем тут Витька? - не сразу и поняла, что Вадик имеет в виду моего бывшего муженька. - Кроме него мужиков разве нет?

- Мужиков, - передразнил меня Вадик, а Машка захихикала, - тоже мне, баба! Ты красивая, успешная, молодая женщина, тебе мужчина нужен, не мужик, мужчина! Джентельмен там, супермен, кавалер...

- Ясно-ясно, - замахала я на Вадика руками, - вот кого надо было в собутыльники приглашать! Ты мне глаза открыл!

Мы с Машкой переглянулись и снова расхохотались. Вадик, кажется, обиделся. Он подхватил жену за талию и вышел на лестничную площадку. Уже оттуда донесся Машкин голос:

- Лельк, советую: позвони Залесскому! Встреться с ним неофициально, поймешь, нужен тебе этот донжуан или нет! А то с Наташкой он зажигает, а ты в депрессии...

Закрыв за супругами Воробьевыми дверь, я призадумалась. Тот, кто напивался до моего тогдашнего состояния, подтвердит: есть такая стадия опьянения, когда начинаешь задумываться о всякой всячине - от цвета своих глаз до теории большого взрыва, причем разные мысли скачут одновременно, толком потом и не вспомнить, о чем думалось.

Так и я, прошла на кухню, уселась за стол и думала-думала... Очнулась я из оцепенения, когда поняла, что стою на балконе и слушаю гудки в трубке.

- Да, слушаю, - раздался под ухом знакомый голос. В ужасе уставилась на дисплей, блиииин, я что, Залесскому позвонила? В три ночи? И не сбросишь вызов, у него наверняка мой номер вбит в память телефона, мы ж работали вместе над этим договором...

- Оля, Оля, что случилось? - взволнованно спросил он.

- Я... я не знаю, зачем звоню, - почти прошептала от стыда, но Леша услышал.

- Что с тобой? Ты где? - волнуется, гад. Интересно, а он с кем сейчас, с женой или с Наташей?

- Один я, спал, пока ты не позвонила.

- Извини, а я, что, вслух про жену и Наташу?

- Вслух-вслух, - он рассмеялся.

- Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, - напомнила сама себе народную истину, но Залесский опять услышал.

- Ты пьяная? Трезвая ведь уходила с корпоратива, когда успела? Ночью алкоголь не продают, и ты за рулем! Ты вообще где?

- А чего это ты переживаешь? Какая тебе разница?

- Где ты?

- Дома я,- свесившись с балкона, смотрела вниз, где во дворе сосед-полуночник выгуливал собаку.

- Слава богу, - выдохнул Залесский,- постой, так ты дома и пьяная?

- Ага.

- И мне звонишь?

- Как бы да...- звоню и чувствую себя пьяной дурой! А все ты виноват, Лешенька!

- Чего пила-то?

- Вино...

- Я не о выпивке, о причине спросил. Это из-за моей ...жены или из-за твоей коллеги Наташи?

- Из-за обеих, - закусив губу, все-таки призналась ему. Фактически подписалась под тем, что он мне не безразличен. Залесский немного помолчал, а потом спросил:

- Адрес скажешь?

- Чей?

- Твой.

- Зачем?

- За надом,- он, кажется, одевался, потому что мне были слышны характерные шорохи одежды. Как в тумане проговорила ему свой адрес и услышала короткое: "Еду, жди". Он отключился.

Сползла на пол и уставилась в мобильник. Что ж я натворила-то?

Каким-то образом оказалась около стола и налила себе остатки вина. Видимо, для храбрости, выпила. Всё, дальше - ничего не помню...

- О, господи, - простонала я, когда попыталась пошевелить головой. Я однозначно проснулась, причем срочно нужно было в ванную, но едва попыталась открыть глаза, как голова отозвалась тяжелым гулом похмелья. Вчера напилась с Машкой, и, кажется, позвонила Залесскому. Ощущение стыда на какой-то момент пересилило похмелье, но только на момент. Нужно каким-то образом подняться и дойти до ванной.

- Оль, попей, легче станет.

Я уговаривала свой организм подняться? Так вот, после этих слов, произнесенных голосом Залесского, я прям подскочила в кровати!

Он был в моей спальне! Он стоял в одних джинсах и босиком и держал в руках стакан и бутылку с минералкой! А я, как в лучших романах, была почти голая, возмущенно укрывающаяся одеялом!

- Оля, попей водички, я же знаю, что тебе плохо, - он настойчиво протягивал мне стакан, желание выпить воды пересилило стыд. Залпом осушив стакан, молча ринулась в ванную. Так-с, судя по состоянию ванной, кто-то вчера перепил и полночи обнимался с белым другом, и этим кто-то была я. О, боже, стыдно-то как! Вызвала Залесского, натошнилась (выражение Машки) в ванной, а потом еще и чем-то нехорошим с ним занималась? И, главное, ничего не помню!

- Ты как там? - Леша постучался в дверь ванной, а я в ужасе смотрела на свое отражение в зеркале.

- Нормально, сейчас выйду, - да, одно дело похмелье в двадцать лет - тогда его просто не ощущаешь, другое - в двадцать восемь, когда чувствуешь себя помойкой и колоколом одновременно.

Надев халат, вовремя оказавшийся на крючке, умывшись и почистив зубы (я бы и душ приняла, но ОЧЕНЬ хотелось выяснить, было что ночью или нет), я выползла из ванной.

Леша хозяйничал на моей кухне. Заварил крепкий, судя по запаху, чай, сделал горячие бутерброды. Странно, я помню, что вчера на столе высилась гора немытой посуды, но вон мои бокалы для вина, чистенькие такие стоят на кухонном полотенчике...

- Я, я помыл, - проворчал Залесский, ставя передо мной кружку с чаем и пододвигая тарелку с бутербродами. - И всю ночь около тебя дежурил, водил в ванную, извини, что раздел, ты перепачкалась вся.

- Так меня при тебе...тошнило?

- А то! Приехал с цветами, - он кивнул в сторону буфета, и я только сейчас заметила букет белых роз, почему-то в графине для воды, - а тебе плохо, стал промывать тебе желудок, по собственному опыту знаю, что сейчас ты намного лучше себя чувствуешь, чем, если бы тебя не "тошнило".

- Извини, - согнулась над кружкой и выдохнула. Ничего не было! -Спасибо, ты настоящий джентльмен. Примчался, помог...

- Тогда уж супермен! - зевнул Залесский и потянулся. Невольно засмотрелась. Поймав мой взгляд, он замер, а потом резко оказался около меня.- Нет, я не супермен и не джентльмен, я совсем не джентельмен...

Он сграбастал меня в охапку и поцеловал! У вас когда-нибудь от поцелуя земля уходила из-под ног? У меня улетела. И земля, и, видимо, крыша, потому что я ответила на его поцелуй, зная о том, что он женат и вообще не мой мужчина, и никогда им не будет...

Скажу лишь, что мы опять очутились в спальне.

- Оля, а почему ты решила вчера, что я с Наташей? - он перебирал мои волосы одной рукой, на другой лежала я.

- Наташа весь вечер висела на тебе, - прикрыла глаза, наслаждаясь тем чувством блаженства, которое дарил мне этот неожиданно ставший близким человек.

- А про жену зачем спрашивала? Какая может быть жена?

У меня резко пропало всякое желание находится с ним рядом.

- Как это какая? Твоя. Молодая супруга, - я отодвинулась от него и замоталась в край одеяла.

- С чего ты вообще взяла, что я женат?

- Ты сам сказал тогда, в автосервисе! Сказал, что свадьба через неделю!

- Не было свадьбы, паспорт показать? - он нахмурился.

- А почему не было?

- Потому что,- как отрезал. Не хочет говорить, значит...

- Это же не из-за меня? Не из-за той встречи? - я сжалась, почувствовав вину перед ним и той девушкой, его невестой.

- Если я скажу да, ты перестанешь себя так вести?

- Как "так"?

- Глупо. Какая теперь разница, женат я или нет, мы вместе и даже будь у меня жена, это бы меня не остановило.

- Ты ничем не лучше Комова, - потрясенно выдохнула я.

Во-первых, получается, что Залесский бросил невесту накануне свадьбы, потому что встретил меня в австосервисе. Во-вторых, наличие кольца на пальце и штампа в паспорте не остановило бы его от встреч со мной. Я бы стала его любовницей и повторилась бы история с любовным треугольником, только теперь вершины бы поменялись.

- Оля, ну, какое это имеет значение? Я не женат, ты не замужем, мы дороги друг другу, я всегда этого хотел...- с досады на мою непонятливость он стукнул кулаком по подушке.

Зазвонил телефон. Его. Леша, обмотавшись простынкой, вышел для разговора из спальни. Услышала только: "Да, Наташа, здравствуй", но этого оказалось достаточно. Знаю, сто раз потом жалела о своем поступке, ступила, словно истеричная героиня мыльных опер. После имени "Наташа", включился режим "ревность без тормозов": подобрав его рубашку, трусы, носки, бумажник, забежав на кухню за букетом, распахнула дверь из квартиры и выкинула все на площадку, затем вытолкала опешившего Лешу. При всем при этом, ревела, аки белуга. Леша, путаясь в простыне, попытался перехватить дверь, но я захлопнула её перед самым его носом. Он стал звонить и стучать в дверь, но я крикнула ему, чтоб он одевался и не позорился, и уматывал к своей Наташе. Залесский послушался. По крайней мере, ушел, оставив простыню обмотанной на ручке моей двери. Я сняла её и молча порвала руками на мелкие кусочки.

Школа встречала плакатами с детскими фотографиями, улыбчивыми старшеклассниками с шариками в руках и старыми учителями, пришедшими ради нас на вечер встречи выпускников.

- Ольга! Виктор! Сколько лет, сколько зим! - первым очутился около нас толстячок Петров, затем подтянулись и другие одноклассники. Ух, я едва ощутимо выдохнула: Залесского среди них не было.

- Ребята, пятнадцать лет, представляете, пятнадцать! - восхищалась цифрой полненькая староста Косицына, ставшая Цедерадзе и матерью троих детишек.

- Идемте в актовый зал, мы задерживаем организаторов, - потянул собравшихся Иванов, видимо, по своей директорской привычке всем руководить.

Мы отсидели концерт и поаплодировали Анне Максимовне, нашей классной руководительнице, отметившей тридцатилетие педагогической деятельности в этом году.

Виктор сидел рядом со мной и шепотом выспрашивал о делах: несмотря на то, что я была крестной их с Галей сыночка Олега, все-таки звонки по телефону и скайпу не могут дать полноценное представление о близком человеке. А Комов так и остался для меня другом, товарищем и партнером по работе.

Почти сразу же после заключения того договора, руководство предложило мне перевод в другой город, даже в другой регион - фирма расширялась, на новом месте требовалась юридическая помощь. Я переехала. Удалилась со всех соцсетей и стерла старые номера в телефонной книжке. Попыталась начать новую жизнь. Созванивалась только с Воробьевыми и Комовыми, кстати, сменила фамилию на девичью и теперь уже привыкла называться Григорьевой.

Приехать на вечер встречи выпускников пришлось. Виктор пригласил на день рождения Олежки, тому исполнялось три годика, а я стыдно сказать, ни разу его не видела, была этакой заочной крестной, чем очень раздражала Галю. Приехала на три дня к ним в гости, а Виктор потащил в школу. И не объяснишь ему ничего...

После официальной части вечера, наш класс организованно собрался в кафе неподалеку от школы. Иванов толкал речи и чувствовал себя очень уверенно, попросил только не называть его Денисом Петровичем, а просто Денисом (как будто кто собирался!). Топина, так и оставшаяся худенькой блондинкой, заигрывала с неженатым еще Мамаевым - летчиком, который быстро опьянел и все приглашал нас в гости в аэропорт.

Одноклассники, похоже, не знали о нашем разводе с Виктором, а ведь прошло уже четыре года.

- А у вас дети есть? - Косицина только что закончила демонстрацию детских фото на своем планшете и обратилась к нам. Окружающие зашумели: кто-то где-то видел Комова с ребенком на руках, кто-то с коляской и со мной вместе. Видимо, приняли Галю за меня, а я всегда говорила, что она на меня похожа!

- Да-да! Моему вчера три годика исполнилось! - гордый Витя вытащил свой телефон и стал показывать любопытствующим фото Олежки. Я лениво ковырялась в салате, мечтая убраться куда-нибудь подальше от любопытных тетенек и дяденек, в которых превратились ребята из нашего класса.

- Это у нас первая шишка, вот кот наш, - комментировал фото Виктор, и я улыбнулась, потому что эти фотография крестника были и у меня.

- Поздравляю, извините, не знал, что у вас пополнение, - раздалось вдруг над нашей компанией. Залесский улыбался, сложив руки на груди. Мужчины принялись здороваться, мне показалось, что с Комовым Залесский здоровался особенно долго. Надо уходить.

- Давай, раз такое дело, отпразднуем! Я угощаю, а ты, Виктор, экономь семейный бюджет,- и Залесский зло посмотрел в мою сторону. Я аж подавилась воздухом и закашлялась. Он что, тоже решил, что Олежка - наш с Виктором сын?

- О, а вот эта красавица - Олина дочка, Варенька, ей тоже три! - Комов как-то незаметно для меня стащил телефон и показывал фотографии моей дочи.

- Не поняла, - Топина переводила взгляд с Комова на меня и обратно, - у вас, что, дети не общие?

- Нет, конечно! - возмутился Виктор и видимо, только сейчас понял, что нас до сих пор воспринимают как семейную пару. - Мы с Олей развелись четыре года назад! У меня Галя и Олежек, у неё - Варенька. Оля, кстати, крестная моего сына.

- Дайте-ка посмотреть, - от злости Залесского не осталось и следа, он как-то растерянно смотрел на дисплей моего телефона в руках Виктора.

- Конечно-конечно, - тот улыбнулся и протянул телефон, который был тут же вырван из рук Залесского мной.

- Нет, - я поспешно спрятала его в сумочку и поднялась изо стола.- Вить, мне пора, Варя на новом месте обычно плохо спит. Ты со мной? Или я передам Гале, что будешь позже?

- Иди, иди, такси сама вызови, ладно?

Кто-то из одноклассников завистливо выдохнул:

- Повезло Комову, сразу две жены - и бывшая и настоящая, и под одной крышей.

- Не-а, - возразили, - чужого ребенка воспитывать, что ж хорошего?

- Да кто сказал, что Ольгина не его?

- Ты чё, у неё глаза серые, и на Витька не похожа, - Виктор, расхохотался на последних словах, а я испугалась: Залесский приближался ко мне, словно кот к мышке, и улыбался так нехорошооо.

- Три года говоришь, и глаза серые, - он задумчиво посмотрел на мою сумочку, - Оля, пойдем-ка, поговорим.

Решительно схватив за руку, широкими шагами он пошел к выходу.

Виктор разговаривал с Ивановым и ничего не видел. Остальным тоже не было до нас с Залесским никакого дела.

- Ты откуда взялся?! - проныла я, понимая, что рушится все, старательно возводимое мною.

- Я же обещал, что приду на пятнадцатилетие окончания школы, - Леша развернул меня к себе и кивнул на сумочку, - показывай.

- Что показывать? - я обмирала и была готова рухнуть в обморок, если не получиться по-настоящему, притворюсь. Залесский убьет меня, убьет...

- Дочку мою показывай, - он вдруг обнял меня, а я расплакалась, - девочка моя, какая же ты дурочка...

Content

Одиссева Пенелопа Две непрожитые жизни (СИ)