Нерри Ирен

Лисица и черный волк (СИ)

ЧАСТЬ 1: Неизведанными путями

Мир меча и магии. Величественные города и захудалые деревни, дремучие леса и таинственные места, заброшенные цитадели и засеянные поля. Мир простолюдинов и господ, магов и паладинов, воинов и крестьян. Сила меча решает многое, а магия вершит правосудие. Люди живут бок о бок с таинственными существами, скрывающимися в темных лесах, знают о тайнах магии и жизни. Драконы разоряют людские жилища, а древние артефакты даруют невиданную мощь. Мир, страдающий от борьбы света и тьмы. Такое себе культурное средневековье, с элементами восточной культуры.

Представили это все себе? Тогда поехали.

...

Сонце одаривало землю последним осенним теплом, проникая сквозь пожелтевшую листву. Еще немного и деревья избавятся от листьев, и в северных краях зачастят дожди, а там и перейдут во власть зимы. Лестные дороги, еще не испорченные дождями, позволяли путникам следовать своими неизведанными путями.

После долгой дороги Таннари решил сделать привал у реки, прежде чем идти в город. Он расположился на берегу, снял рюкзак и плащ, и подошел к воде умыться. Освежившись, он вздохнул с облегчением, после долгого нелегкого пути, было приятно ощутить влагу на лице. Присев у дерева, он достал из рюкзака еду и перекусил. Ощутив чувство сытности, заодно решил, и передохнуть немного.

Подозрительный шорох рядом заставил его открыть глаза. Он повернул голову и увидел, как к его рюкзаку тянется чья-то рука из-за дерева. Реакция последовала мгновенная - Таннари схватил воришку за руку и дернул на себя, выволакивая из-за дерева. Сначала он подумал, что это мальчуган. Но, присмотревшись, понял, что это девчонка на вид лет пятнадцати-шестнадцати, невысокая ростом, метра полтора, может больше, худощавая, в мальчишеской одежде и платке, скрывавшего полностью волосы.

Она испуганно посмотрела на него, явно не ожидая, что ее захватят на месте преступления. И понимала, что нарвалась на неподходящую жертву. Высокий воин с холодными голубыми глазами и черными, как ночь волосами, оказался проворнее ее. Необычная для здешних мест одежда черно-синих цветов и меч говорили, что он из далеких краев.

Он крепко сжал ее руку, таща из-за дерева, и поднялся на ноги. Девчонка запищала, пытаясь вырваться, но хватка Таннари была стальной. Поднявшись на ноги, он вздернул ее за руку вверх, чтобы она не могла бегать туда-сюда, взирая на нее с высоты своего роста под метр восемьдесят.

- На чужое добро решила позариться? - сердито проговорил Таннари. - Тебя мама с папой не учили, что чужое брать не хорошо?

-Я сирота, - жалобно пропищала девчонка.

При этом она замахнулась на своего обидчика, целя пальцами в глаза. Но Таннари с легкостью перехватил ее руку и заломил за спину, а за ней и вторую, так что девчонка оказалась лицом у его груди.

- Будешь глупить - руки поломаю, - холодно проговорил он, глядя на нее. – Раз сирота, тогда придется немного заняться твоим воспитанием.

Девчушка сверкнула на него зелеными глазищами и нанесла удар в пах. Таннари согнулся, но не выпустил ее. Оказавшись с ней лицом к лицу, он свирепо прорычал:

- А за это шею сверну!

Он выпустил одну ее руку и резко развернул, схватив за волосы под платком. Задрав ее лицом к верху, он навис над ней.

Девчонка обреченно смотрела ему в глаза, прощаясь с жизнью. Таннари резко толкнул вперед ее голову и шлепнул по заднице несколько раз так, что девчонка взвизгнула. Оттолкнув ее от себя со всей силы, бросив ее на землю.

- Скажи, спасибо, что я сегодня добрый, - бросил он ей. – А то, перерезал бы глотку, не раздумывая.

Девчонка, оглянулась на него с взглядом полным ненависти, подскочила на ноги и исчезла в кустах. Таннари недовольно хмыкнул и, подобрав рюкзак, пошел дальше своей дорогой. Маленькая разбойница невольно напомнила ему его сестру, оставшуюся в далеком доме. Он давно ее не видел, но помнил, что ей должно быть где-то столько же, как и этой девчонке.

...

Будучи наемником, Таннари разузнал в городе, кто собирает отряд для похода. Это был паладин, точнее это была женщина, госпожа Ланни. Разузнав, где можно ее найти, он пришел в пригородную деревню, где остановилась госпожа Ланни со своим отрядом.

Место расположение отряда паладина сразу можно было узнать по установленному шатру и стягах, развивающихся на высоких шестах, которые он заметил, когда входил в город. Придя туда, Таннари столкнулся с мальчишкой, выбегавшем из лагеря отряда. Приглядевшись, он узнал девчонку из леса.

- Ты?! - удивленно и сердито проговорил Таннари.

Девчонка отступила назад, окидывая его взглядом с ног до головы.

- Не тыкай мне, - дерзко возразила девчонка, - а зови меня госпожа Лисица.

- Чего? - Таннари не понял невиданной наглости. - Здесь ты тоже шаришся по чужим вещам?

- Я состою на службе у госпожи Ланни, - гордо заявила девчонка. - И нечего тут дорогу перегораживать людям.

Она с напыщенным видом обошла его и хотела идти дальше. Таннари, отправившись от изумления, ухватил ее за шиворот и поволок в лагерь, посчитав, что девчонка кого-то грабанула и решала бежать.

- Ты что делаешь? - возмутилась девчонка.

- Осведомлю обитателей лагеря, что у них завелся воришка, - спокойно проговорил он, таща за собой.

Направившись к шатру паладина, Таннари переполошил всех, кто был в лагере. Девчонка возмущенно кричала, пока он ее тащил по нему. На шум из шатра вышла женщина лет тридцати-тридцати пяти - высокая брюнетка с серыми глазами, в легком доспехе паладина.

- Что здесь происходит? - спросила она воина, пришедшего к ее шатру.

- Простите, госпожа, - Таннари поклонился ей. - Вот поймал воришку в вашем лагере.

- С чего вы взяли, что она воришка? - невозмутимым голосом спросила госпожа Ланни.

- Она пыталась обокрасть меня в ближайшем лесу, - пояснил Таннари, подталкивая девушку вперед.

- Она что-нибудь украла? – осведомилась паладин.

- Не успела, - отозвался Таннари.

- Аника? - паладин вопросительно посмотрела на девушку.

- Ничего я не крала, - девушка посмотрела невинными глазами на госпожу. - Я только из чистого любопытства.

- Отпусти ее, - приказала паладин. - Она член нашего отряда. А на ее детские шалости не обращай внимания.

Таннари расстроено выпустил девушку и поклонился госпоже. А девчонка вмиг исчезла с поля зрения.

- А что тебя привело в наш лагерь, доблестный воин? - спросила она его.

- Я слышал, вы набираете воинов в отряд, - ответил Таннари, ложа руку на кинжал за поясом. - А я ищу работу.

- Мы уже собрали отряд, - проговорила паладин.

Но окинув его оценивающим взглядом – высокий воин, крепкого телосложения, с мечом за спиной, один только его вид говорил, что он профессионал - и спросила:

- А ты откуда будешь?

- Я родом из восточных земель, - ответил Таннари.

- Наслышана о боевом мастерстве восточных воинов, - задумчиво проговорила госпожа Ланни. - Думаю, тебя я могла бы еще взять в наш отряд. Места, в которые мы направляемся довольно опасные, так что опытные воины нам не помешают. Про цитадель Вышгор слышал?

- Название знакомое, - неуверенно ответил Таннари.

- Находиться в ближних горах, - пояснила госпожа Ланни. - В двух неделях пути отсюда.

- С местной географией я плохо знаком, - ответил Таннари.

- Ладно, ты к нам не в поводыри нанимаешься, - усмехнулась паладин. - Ступай к капитану отряду, пусть запишет тебя и выдаст авансовое жалование.

Таннари, исполненный благодарности, поклонился госпоже Ланни.

Ознакомившись с отрядом Таннари узнал, что он состоял из десяти человек, он был одиннадцатым - сама госпожа, двое монахов, лекарь, девчонка и пятеро рыцарей во главе с капитаном. Одного он не понимал - роль девчонки во всем этом.

Аника, недобрым взглядом следила за присоединившимся к ним наемником. Темноволосый, бородатый воин, одетый в легкие доспехи и черно-синей одежде, только на шее был темно-бордовый шарф обмотанный много раз, которым он иногда прикрывал лицо, с мечом за спиной, двигался быстро и легко, в отличие от громоздких рыцарей, сопровождавших паладина. Сразу было заметно, что он опытный и сильный. Как он заявил, был из восточных земель, что и объясняло его необычный вид для здешних краев. Хотя, обычно жители востока носили длинные волосы, а у этого были коротко острижены на затылке, по манере северян. По всей видимости, он провел немало времени среди них. Но Анику это не волновало, в памяти оставались свежие воспоминания о встречи в лесу.

...

Спустя несколько дней отряд паладина свернул лагерь и отправился в путь. Таннари выдали лошадь, так как все остальные члены отряды передвигались верхом. Но для него это было не проблемой, он отлично владел верховой ездой, просто не желал заворачиваться заботой о скотине в походах.

Возглавлял отряд в дороге капитан, за ним следовала госпожа, монахи и лекарь вели за собой лошадей с поклажей, в середине устроилась девчонка Аника, за ней остальные рыцари, а Таннари плелся в хвосте.

Начало дороги было легким, передвигались они быстро, иногда останавливаясь для отдыха. Монахи из ордена бога Шайне - один пожилой мужчина, а второй помоложе парень - всегда обустраивали лагерь, обеспечивая заботой госпожу Ланни. Было заметно, что они относятся к ней с большим уважением, так же как и рыцари. Всем было известно, что шутки с паладинами плохи, одно его заклинания было достаточно, чтобы получить проклятие на всю жизнь. Но также можно было добиваться и благословения, при должном отношении.

Девчонка помогала монахам управляться по хозяйству, прислуживала госпоже, будучи единственной девушкой в отряде. Этим и объяснял себе Таннари ее присутствие. Так же он не раз ловил на себе ее злобные взгляды, но только посмеивался над ней, вспоминая встречу в лесу. Не упуская возможность поддернуть ее, если она с чем-то не справлялась. Она все больше ему напомнила его сестру, и должна была быть не старше ее по возрасту. Хотя он видел ее уже давно, но вспоминал с теплотой. Но она никогда бы не вела себя так дерзко, как это дитя улиц.

...

Расположившись на очередной ночлег на лесной поляне, отряд приготовился ко сну. Таннари с остальными рыцарями устроился у костра и ужинал. Госпожа Ланни позволяла перед сном хлебнуть участникам похода немного вина для расслабления, да и никто не злоупотреблял, так как это могло стоить жизни в опасных незнакомых землях. Рыцари и наемник не отказывались от такой возможности и спокойно ужинали.

Таннари, решив обновить свою кружку, и позвал Анику. Девчонка наливала им вино, выделенное госпожой.

- Аника, где ты там запропастилась? - нетерпеливо позвал он. - Ты что ушла в лес путников грабить?

Рыцари гоготнули на его вопрос, оглядываясь по сторонам в поисках девушки.

- Наверное, что пошла, раз так долго не является, - ответил один из рыцарей, посмеиваясь.

Через несколько минут девушка появилась у костра с винным мешком.

- Кто там вина требовал? - сердито спросила она.

- Мне, - нетерпеливо проговорил Таннари, протягивая железную кружку.

Девушка одарила его презрительным взглядом и взяла кружку. Наклонив мешок, она налила в нее вино. Повернулась в сторону и положила мешок на землю, а потом отдала кружку Таннари.

- Держи, - сказала она. - На сегодня ты свою порцию выпил.

- Ты, малявка, будешь мне рассказывать, сколько мне пить? - фыркнул Таннари.

- Я не рассказываю, сколько тебе пить, - ответила едко девушка, - а говорю, что норма, выделенная на сегодня, тобою исчерпана.

Таннари покосился на нее и сделал вид, будто хочет ее схватить. Девчонка пискнула и убежала прочь. Таннари рассмеялся и стал пить вино. Поначалу он ничего не понял - вино показалось ему странным на вкус. Но отпив еще пару раз, он выплюнул все в костер.

- Вот чертовка! - выкрикнул Таннари, отплевываясь.

- Что такое? - удивленно спросил один из рыцарей.

- Она мне соли в вино насыпала, - сквозь зубы процедил Таннари.

Остальные рыцари засмеялись.

- Девка с коготками, - сказал другой рыцарь, посмеиваясь.

- Сейчас я ей эти коготки пообламываю, - пробурчал Таннари, выливая вино на землю.

Он встал и пошел искать Анику. Она сидела у шатра госпожи, как ни в чем не бывало.

- Ты что это творишь? - требовательно спросил он ее, нависнув над ней.

- Сижу, - удивленно ответила девушка, глядя на него снизу вверх.

В темноте он видел, как блеск костра отражается в ее глазах. И смотрела она с вызовом, готовая ответить на любые претензии.

- Ты зачем мне соль в вино насыпала?

- Я? - Аника продолжала удивляться. - Ты что видел, как я тебе сыпала соль?

Таннари шумно выдохнул, сдерживаясь, чтобы не отвесить ей подзатыльник. Была бы она мальчишкой, выпорол бы привселюдно.

- Если не видел - это не значит, что не сыпала, - выпалил он. - Вино было соленным, а его наливала ты.

- Ну так иди и попробуй остальное, - махнула рукой Аника, отворачиваясь от него. - Может, ты сам себе, что-то там подсыпаешь.

Таннари склонился к ней и прорычал:

- Тебе повезло, что ты девчонка, а то бы получила по самое ни хочу. Видимо, ты плохо запомнила урок в лесу.

- Ну, так иди, пожалуйся госпоже, - продолжала издеваться Аника. - Пусть она меня отшлепает.

Она хихикнула над собственными словами, но не посмотрела на него. Таннари не выдержал и наградил ее легким подзатыльником. Аника возмутилась, поправляя свой платок, но наемник уже ушел назад к костру. Девушка проводила его свирепым взглядом, и продолжила сидеть в одиночестве.

Таннари вернулся к костру и уселся на свое место.

- Ну, как? - поинтересовался капитан рыцарей. - Она призналась?

Капитан говорил с явной издевкой, желая поддернуть чужака.

- Призналась, - спокойно ответил Таннари. - Обещала в следующий раз налить больше вина.

- С сахаром? - засмеялся один из рыцарей.

Остальные дружно прыснули смехом, развеселенные сложившейся ситуацией.

- Ага, смейтесь-смейтесь, - невозмутимо проговорил Таннари, - может, она вам в следующий раз чего покрепче подсыплет.

Смех стал тише, рыцари переглянулись между собой и постарались свести шутку, как незлобную. Таннари же, сидя у огня и наблюдая за его пламенем, раздумывал над произошедшим, как о глупой проделке невоспитанного ребенка. Он, взрослый человек, проходящий путь воина, и не может мирно существовать с какой-то чумазой девчонкой, которая достает его детскими выходками. Но что ж ты возьмешь с сироты, поди, выросшей на улице.

Так он и задремал у костра.

...

Отряд прошел половину пути. Местность стала значительно меняться - стало все больше подъемов и спусков, леса стали более дремучими и густыми. Реки попадались все реже и бурные. Приходилось искать броды, двигаясь по течению. Найти место для привала становилось все сложнее. Останавливались среди деревьев и камней.

Двигаться стали все медленнее, так как лошадям было тяжело продвигаться на крутые подъемы и спускаться с резких спусков. Аника, шедшая в середине колонны, стала плохо стравляться с лошадью. Та все время сопротивлялась и не желала идти туда, куда ее направляла девушка. Остальным до нее не было никакого дела, но Таннари, находившийся в конце, не выдержал и, обогнав остальных впереди себя, подъехал к ней.

- Ты, что ездить разучилась? - рассерженно спросил он.

- Ничего я не разучилась, - ответила девушка. - Но лошадь не желает меня слушаться. И я не знаю, почему. Может, ей что болит.

- Просто, не нужно ее жалеть, - ответил Таннари и ударил лошадь Аники по крупу своим хлыстом.

Лошадь присела и с места подорвалась в карьер под горку. Аника упала на шею лошади и с перепугу вцепилась в ее гриву, забыв о поводьях. Лошадь в считанные секунды нагнала впереди идущих, и едва не налетела на спину другого всадника. Лекарь, пожилой мужчина, почти старик, спохватился и удержал свою лошадь. А лошадь Аники, испугано фыркая, торопливо зашагала за ней, уткнувшись носом в хвост впереди идущей лошади.

Таннари довольно хмыкнул, созерцая результат своих действий. И пропустив членов отряда, которых перед этим обогнал, снова стал в конце.

Аника, поднявшись с шею лошади, бормотала проклятья в адрес наемника. Она словила поводья и взяла лошадь под свой контроль, и та после удара хлыста действительно стала более послушной. Но обиды на наемника от этого меньше не стало.

...

Отыскав подходящее место для стоянки, отряд остановился на ночлег после длительного перехода. Среди густых деревьев и камней это было нелегко.

Шатер не ставили, так не было место для него. Госпожа Ланни расположилась под небольшим навесом, а остальные под открытым небом. Аника по обыкновению устроилась рядом с паладином, мужчины же вокруг костра. Монахи хлопотали с ужином, а остальные просто отдыхали.

Стемнело быстро. Места были приближенные к горам и сумерки надолго не растягивались, да и погодка становилась холоднее и участили дожди. Члены отряда кутались в плащи, дабы не намокнуть ночью.

Таннари расположился на коряге, вместо стула, и вытянул ноги к костру, отогревая их. Недостатком езды верхом было - замерзшие ступни, которые оставались практически без движения на всем пути. Сытно поужинав, подстреленной по дороге, дичью, он безмятежно расслабился у пламени.

Аника разливала вино по кружкам, подошла и к нему.

- Налить? - спросила она, потреся мешком.

- Конечно, - Таннари протянул ей свою кружку.

Девушка наклонила мешок и вино полилось, а Таннари не сводил с кружки глаз, чтобы уберечься от гадостей маленькой пакостницы. Аника шмыгнула носом и, переступив через его ноги, пошла дальше.

- Смотри, сапоги не спали, - бросила она через плечо.

- До этого еще далеко, - буркнул Таннари.

Девушка снова шмыгнула носом и продолжила разливать вино. После того, как она наполнила кружку одному из рыцарей, тот слегка шлепнул ее по заду, засмеялся, а девушка наградила его испепеляющим взглядом.

Таннари посмотрел на него осуждающе и сказал:

- Не гневи богов, Хагарт, приставая к ребенку.

- А тебе-то, что? - отозвался тот, прищурившись. - Может, еще и опеку над ней возьмешь?

- А если и возьму, - с вызовом ответил Таннари, - ты что против будешь?

Хагарт ничего не ответил, а лишь недовольно прокряхтел, отворачиваясь.

Покончив с этой работой, Аника же вернулась к своей лежанке возле госпожи.

Лагерь затих, погрузившись в сон. Часовой в особе одного из рыцарей стоял на страже, обходя периметр лагеря. Аника, немного замерзнув, подсела к костру погреться. В полудреме она наблюдала за огнем. И тут ее взгляд переключился на наемника, спавшего напротив ее, все так же вытянув ноги к костру. Злорадная улыбка появилась на лице девушки. Она заглянула через костер на его ноги. Осмотревшись по сторонам - все спали, часовой отошел в сторону - она подобрала длинную палку и стала ковырять костер, выгребая из него головешку побольше. Подкинув ее прямо под сапог Таннари, Аника зажав рукой рот, чтобы не засмеяться, подбросила дополнительных дров в огонь. И шмыгнула прочь от костра на свое спальное место.

Таннари проснулся от жжения в ногу. Открыв глаза, он увидел, что дымиться его сапог. Подскочив, он стал затаптывать горящую подошву об землю. Облегченно выдохнув, он заглянул на подошву - подгорела не сильно, но для походов надолго сапога не хватит, хорошо, что они были верхом. Он посмотрел на костер - пламя разгоралось со свежей силой, пожирая порцию дров. Обведя взглядом лагерь, Таннари вспомнил замечание девчонки. Его глаза подозрительно прищурились - могла ли она такое выкинуть? Девушка лежала, закутавшись в свой плащ возле навеса госпожи. Или кто-то подкидывал дрова и разворошил костер? Тут ему оставалось только гадать. За руку не пойман - не вор, как говориться.

Таннари усмехнулся сам себе. Маленькая воровка, подстраивающая ему разные пакости, заставляла его чувствовать себя глупо. Но оставить без внимания все ее проделки было нелегко. Он все чаще обнаруживал камни, когда устраивался на ночлег, под своим плащом, хотя их там не было. Когда она успевала их туда подбросить, он диву давался. Ведь все у всех были на виду. То сумки седельные на ходу расстегивались, и ему приходилось останавливаться и перестегивать их. Сначала все это веселило его, но невозможность прекратить это начинала раздражать его. Он даже не мог ее проучить за это, а жаловаться, как ребенок, паладину и выставлять себя на посмешище ему не хотелось.

В конце концов, отогнав мысли о пакостной чертовке, Таннари снова уснул, устроившись на плаще.

...

Отряд продолжал свой путь нелегкой тропой. Следуя колонной между деревьев, по достаточно ровной местности, отряд вдруг остановился. Все стали переспрашивать впереди идущих в чем дело.

- Что там? - поинтересовалась Аника, привставая в седле и заглядывая наперед.

- Тьма, - испуганно ответил ей лекарь Тайлес, обернувшись.

- Какая еще тьма? - удивилась девушка.

Она направила лошадь в обход остальных наперед отряда. Подъехав к его началу, она увидела черный туман или облако перегородивший им дорогу.

- Что это? - снова спросила она у ближайшего рыцаря.

- Порождение тьмы, - благоговейно ответил тот.

Аника продолжала непонимающе разглядывать перегородившее дорогу явление.

- А что пройти через него нельзя? - наивно спросила она.

- Если хочешь исчезнуть бесследно, - услышала она сзади голос наемника, - то можешь попробовать.

Она обернулась и одарила его злобным взглядом.

- Ты что не слышала о порождениях тьмы? - спросил он ее.

- Только и слышала, - спокойно ответила Аника. - Но никогда не видела. Я никогда не отходила от города так далеко.

- Понятно, - хмыкнул Таннари. - Такие черные туманы возникают местами повсеместно. В них нельзя входить, да и приближаться тоже не желательно. Но можно обойти, они имеют границы. Но какие эти границу могут быть никто не знает, может несколько метров, а то и километров. Или же рассеять с помощью заклинаний света, - пояснил он ей.

Аника кивнула в знак признательности. Тем временем госпожа Ланни, стала слазить с лошади. Передав ее рыцарю, следовавшему за ней она обратилась к остальным членам отряда, собравшимися за ее спиной.

- Друзья, - заговорила она своим бархатным голосом, - перед нами явление тьмы и зла нашего мира. Но я молюсь Шейне, чтобы дал мне силы справиться с ней. Поэтому отойдите подальше, чтобы я могла осветить эту тьму.

Отряд развернул лошадей и отъехал на безопасное расстояние. Паладин развернулась к черному туману и достала свой меч. Подойдя к нему, она выставила меч перед собой, а второй рукой коснулась лезвия. Шепча свое заклинание, она провела пальцами по нему, и лезвие засветилось белым светом. Подойдя ближе, госпожа Ланни вонзила меч в облако, и яркий свет расползся в стороны, становясь все ярче. Члены отряда прикрыли глаза от свечения, а когда снова смогли посмотреть, то тьма исчезла. Паладин все еще стояла на том месте и молилась. Остальные терпеливо ждали, пока она не развернулась к ним.

- Теперь путь чист, - сообщила она им, улыбнувшись. - Но дальше наш путь будет все опаснее.

Все облегченно вздохнули. Рыцарь подвел ей лошадь, и она снова взобралась в седло и возглавила отряд.

...

Продвигаясь все ближе к цели, отряд выбрался на местность, отличавшуюся пологим ландшафтом. Здесь и деревья больше лиственные попадались и реки с ручьями не такие бурные были. Погода тоже порадовала приятным тепло, что и ехать было удобнее, не кутаясь в плащи от вездесущей сырости.

Остановившись на очередной ночлег, паладин собрала отряд и объявила, что это последние спокойные места на их пути, и они могут еще здесь расслабиться и передохнуть, как следует, перед самым опасным отрезком пути. Дальше начинались горы.

Пользуясь моментом, Аника решила искупаться в речушку, возле которой они остановились. Трудная дорога и плохая погода не позволяла, как следует ухаживать за собой. Так что она решила не терять время и помыться. Отойдя на достаточное расстояние от всех и выбрав подходящее место, она стала раздеваться.

...

Таннари бродил вокруг лагеря в поисках хвороста для костра. Отойдя подальше, он стал медленно возвращаться в сторону лагеря, подбирая сухие ветки. Заметив между кустов сквозь листву реку, он пошел вдоль ее. И вдруг заметил на берегу Анику. Сначала он раздраженно отмахнулся от нее, и решил идти дальше, не желая видеть ее лишний раз. Но его внимание привлекло отсутствие платка у нее на голове. Он остановился, спритаившись за деревом в листве куста, и решил понаблюдать за ней.

- Рыжая, - хмыкнул он себе под нос, увидев длинную косу Аники. До этого она все время ходила в платке, не снимая, пряча полностью волосы.

Девушка сняла платок и освободила спрятанную под ним длинную, почти до пояса, косу ярко-рыжего цвета. Растрепав на голове, все время прижатые платком, волосы, она облегченно вздохнула. И стала раздеваться. Сняла легкую курточку, жилетку, развязала пояс, слаживая все это на пеньке на берегу. Потом сапоги, рубашку и штаны.

Таннари, наблюдая за ней, хотел уже уйти, когда она начала раздеваться. Но интерес пересилил, и он остался. Обнаженных девиц ему не приходилось видеть уже давно. Девушка была к нему спиной и, раздевшись, направилась в воду. Таннари же невольно залюбовался девичьей фигуркой, худоватой, но тем не менее гармоничной. Может, она и была ребенок, но тело у нее было уже сформировавшимся, отметил он про себя.

Девушка опустилась в воду и стала плавать. А Таннари вдруг вспомнилось, сколько пакостей она ему сделала за время похода. Тут же он припомнил и соленое вино, и удар в пах при первой встречи, и камни, а возможно и подгоревший сапог ее работа. Как представительница противоположного пола, она тут же померкла в его глазах. А загорелся в нем огонь отмщения.

Он неспешно вышел из кустов на берег, у которого плавала девушка, и подошел к воде.

- Ну, как водичка? - спросил он, остановившись на берегу.

Аника резко обернулась к нему. В первый миг в ее глаза отразился испуг, а потом загорелось призрение.

- А ты залезь и узнаешь, - с вызовом проговорила она.

- Работа еще есть, - ответил Таннари со скучающим видом. - Думал, ты мне подскажешь, стоит купаться или нет.

- Если не боишься чего себе отморозить, - язвительно проговорила она, сидя в воде по шею, - то стоит.

- Ага, - кивнул наемник, - смотри сама не замерзни, а то придется госпоже другую помощницу искать.

- А может, я не заменима, - злобно улыбнулась Аника.

- А это можно проверить, - усмехнулся Таннари и направился к ее вещам.

Он неспешно подошел к ним и стал собирать их.

- Не тронь! - взвизгнула девушка из воды.

Таннари, не обращая внимания на ее протест, продолжил подбирать все ее вещи. Девушка же подплыла к берегу ближе, но из воды не выходила.

- Не смей! - закричала она, когда Таннари собрал все вещи.

Он насмешливо посмотрел на девчонку в воде и стал уходить, уверенный, что она не решиться вылезти из воды. Но Аника выпрыгнула на берег, как кошка, которую бросила в реку, и метнулась к нему. Вцепилась в свою одежду и стала вырывать ее из его рук. Таннари обернулся через плечо, удивленный смелостью девушки, но одежду не выпускал.

- Отдай! - прошипела она.

- А то что? - насмешливо спросил он, стараясь не смотреть на ее обнаженное тело.

- А то в следующий раз не только сапоги сгорят! - прорычала девушка.

- А так это твоих ручонок дело! - сердито проговорил Таннари, не отдавая одежду.

Девушка со всей силы вырывала свои вещи, едва не порвав их. Но наемник продолжал их удерживать.

- С тебя новые сапоги, - сказал он ей, дернув одежду на себя вместе с девушкой. - Рыжая плутовка.

Она оказалась впритык к нему, так что он, обладая сверхчутким обонянием, уловил ее запах. Чисто ее, не испорченный ничем после купания. Ему он показался весьма странным. Несколько секунд они стояли и смотрели друг на друга.

- Что здесь за шум? - услышали они голос капитана рыцарей.

Таннари и девушка посмотрели вперед. Там, на тропинке, ведущей к реке из леса, стоял капитан Барт. Аника невольно спряталась за единственное укрытие доступное ей - спину Таннари, но одежду не отпустила.

- Она змею увидела, - растерянно сказал Таннари первое, что пришло в голову.

- Да, - пискнула из-за его спины Аника, не желая позориться.

- Нашли место, где шуметь, - сердито проговорил капитан. - Накличете порождений тьмы на наши головы.

- Никак нет, капитан, - покорно проговорил Таннари. - Я всего лишь хотел успокоить девчонку, а то кричала сильно.

Капитан покачал головой и ушел. А Таннари обернулся на Анику и не говоря ни слова выпустил одежду, позволяя ей ее забрать. Девушка посмотрела на него зеленой ненавистью и, прижимая к себе одежду, исчезла в кустах. Таннари, довольно ухмыльнувшись ей в след, ушел дальше искать хворост.

Аника, сыпля проклятья на наемника, быстро оделась в кустах и, шлепая босиком, вернулась за сапогами. В ней все кипело, она готова была прирезать его ночью. Мало того, что сам глазел на нее голую, так еще и капитан приперся. Такое она не могла оставить безнаказанным. Она осталась на берегу, выжидая пока высохнут волосы, чтобы спрятать их под платок.

...

Отдыхал отряд большую половину дня. И под вечер Таннари решил тоже окунуться в речке. Присмотрев место для купания, он разделся и отправился в воду.

Аника не сводила глаз с наемника, следя за ним украдкой. И заметив, что он пошел куда-то в лес, последовала за ним. Выследив его, она застала его плавающим в речке. В душе зашептались мстительные голоски. Сидя в кустах, она размышляла над планом мести.

Видя, что он отплыл подальше от берега, она подкралась к его вещам и достала свой острый кинжал. Злорадно улыбаясь, Аника полоснула кинжалом по штанам в районе колен. Потом аккуратно сложила штаны обратно и исчезла бесшумно в кустах.

Закончив с купанием, Таннари вышел из воды и обтерся свои походным полотенцем. Насладившись свежестью купания, он стал одеваться - сначала рубашку, потом штаны. Но надевая штаны, он понял, что с ними что-то не так. Они стали несколько короче, чем были до купания. Он посмотрел на свои ноги - штаны были обрезаны по колена, превратившись в шорты.

- Ах, ты кошка драная! - прорычал он, созерцая свои полуголые ноги.

А потом рассмеялся. Он не думал, что месть настигнет его так скоро. Все это начинало выглядеть все глупее. Он же сам виноват, что пошел забирать ее одежду, поплатившись за свою попытку подшутить над ней. Да, еще и капитан появился не вовремя, заставив девчонку краснеть. Вот она его подловила и отомстила за свое унижение. Рыжая бестия!

Но оставаться без штанов в походе было неприятно. Он подобрал остальные вещи и отправился в лагерь. Остальные члены отряда уже расположились на отдых, так как начинало темнеть, монахи хлопотали над ужином. Госпожа отдыхала в своем шатре. А девчонка крутилась возле него.

Явившись в лагерь в новообретенных шортах, Таннари привлек удивленные взгляды присутствующих. Он только погрозил кулаком на возникающие улыбки, а капитан Барт понимающе хохотнул, увидев его. Таннари, закусив губу, пришел к своим вещами за запасной одеждой. И отошел в кусты переодеться. Прихватив испорченные штаны, он направился к Анике.

- Чтоб пришила, - холодно проговорил он ей, вручая штаны в руки.

- А че это я? - возмутилась Аника, смотря на него невинным взглядом зеленых глаз.

- Пришивай, - еще холоднее проговорил он. - Или я пожалуюсь госпоже. Это тебе не соль в вине. И еще с тебя новые сапоги. Купишь, когда вернемся.

Девушка продолжала смотреть на него с вызовом. Таннари не выдержал и замахнулся на нее ладонью, чтобы отвесить очередной подзатыльник. Аника рефлекторно закрыла глаза, но не отвернулась. Почему она все время нарывалась на грубости, но при этом не пыталась просить пощады, он не понимал.

- Стукач, - выпалила она, приоткрыв один глаз.

- Пришивай, - сердито повторил он. - И на этом наш конфликт исчерпан.

Понимая, что шутки зашли за пределы дозволенного, она молча повернулась и пошла шить.

- Нитки надо? - поинтересовался он ей вслед.

- Свои есть, - буркнула она.

Таннари, довольный результатом, отправился ужинать.

...

После длительного отдыха, набравшись свежих сил, отряд во главе с паладином отправился в дальнейший путь.

Местность становилась все мрачнее, поднимаясь резко вверх. Деревья поредели, чередуясь с огромными камнями, что нависали над тропой, а тропа вела вдоль склона. Члены отряда достали теплую одежду, так как климат начал изменяться с каждым подъемом. И начинал падать снег, а местами он уже лежал на склонах.

Двигаясь по участку, где тропа пролегала вдоль крутого склона, отряд попал в засаду. Из-за камня, расположившегося возле тропы в самую середины отряда прыгнул крохш. Здоровенная зверюга-людоед, передвигавшаяся на двух ногах, метра три в высоту и два в ширину, имея такие внушительные размеры, двигалась довольно быстро. Пропустив паладина и рыцарей, оно напало на тех, кто двигался за ними. А это оказалась Аника, лекарь Тайлес и монахи за ними.

Испуганные лошади заметались по узкой тропе, громко ржа. Аника, перепугавшись вонючего монстра, который выпрыгнул перед ней, потянула поводья на себя. Но лошадь в испуге закусила железо и стала брыкать задом, сбросив девушку, и та вылетела из седла на склон и покатилась вниз. Лекарь сам спрыгнул с лошади, но в другую сторону, на склон, идущий вверх, и помчался прочь. Монахи, находившиеся подальше, успели подчинить лошадей и развернулись назад. Таннари, следовавший за ними, ринулся вперед, доставая из-за спины меч. Наступил момент - для чего его наняли. Его лошадь, сделав несколько решительных скачков, затормозила и встала на дыбы.

Тем временем лошади Аники и лекаря в испуге развернулись и стали отбиваться копытами от крохша. Но его они не интересовали, эти твари предпочитали человечину. Это позволило выиграть время Таннари. Он спрыгнул с лошади и побежал по склону вверх, обходя монстра.

Рыцари вместе с паладином заметушились, спеша развернуться и придти на помощь остальным членам отряда, но на узковатой тропе сделать это быстро было не просто.

Таннари вбежал на камень, из-за которого выскочил крохш, и прыгнул на спину твари. Вонзив ему в спину свой острейший клинок. Монстр взревел, замахал руками, пытаясь достать обидчика. При приземлении Таннари дернул меч в сторону, нанося еще больший урон монстру. Из раны полилась черная кровь, и он оттолкнулся изо всех сил, перекрутившись в воздухе, и приземлился на землю рядом с подоспевшими рыцарями. А крохш от полученного ранения и толчка завалился на землю. Рыцари, долго не раздумывая, бросились добивать порождение тьмы. И рубили его до тех пор, пока на нем не осталось целого места.

Убедившись, что монстр таки уничтожен, паладин позвала членов своего отряда.

- Все целы? - спросила она их, обводя взглядом.

Все переглянулись, осматривая себя. Но кроме испуга, ранений практически никто не получил.

- А где Аника? - вдруг спросил Таннари, посчитав отряд. - Где девчонка?

Все стали осматриваться вокруг в ее поисках.

- Она укатилась по склону, - отозвался младший из монахов. Он все еще дрожал от пережитого.

- Она туда покатилась, - он указал вниз. - Лошадь ее сбросила.

Таннари подскочил к склону, высматривая девушку. След от ее падения виднелся на опавших листья и заснеженных участках.

- Я посмотрю, где она, - сказал Таннари. - Остальные пусть остаются, вдруг здесь эта тварь не одна.

Он стал спускаться по следу. Ему почему-то стало очень печально от мысли о том, что девчонка могла погибнуть. Жалько ребенка было, сгинувшего в неизвестной глуши, а в городе еще могла бы пожить.

Пройдя по склону метров пятьдесят, он заметил девушку в ямке на склоне. Благодаря ей падение и кувыркание девушки прекратилось. Подойдя к ней, он прислушался к ее дыханию. А то при таком можно было и шею свернуть себе. Она лежала на боку и дышала, но была без сознания. Он осторожно приподнял ее и взял на руки.

А она оказалась тяжеленькой, как для своего вида. Он все время думал, что она куда легче. Бережно взяв ее на руки, он стал подниматься. Восхождение по крутому склону с ношей было нелегким, учитывая, что он старался быть с ней осторожным – вдруг у нее были какие-то повреждения. Держа девушку на руках и прижимая к себе, он четко чувствовал ее необычный запах, хоть и смешанный с другими. Теперь он не спутает его ни с каким другим.

Немного запыхавшись на подъеме, Таннари вынес Анику на тропу.

- Жива? - обеспокоенно спросила госпожа Ланни.

- Жива, - кивнул Таннари. - Только не знаю, может чего себе поломала.

Госпожа подозвала лекаря Тайлеса, чтобы тот осмотрел девушку. Кто-то предусмотрительно расстелил плащ, и ее уложили на него. Лекарь, ощупав ее руки и ноги, заявил, что они целы. И, достав из своего мешочка маленькую баночку, открыл ее и подсунул под нос Анике.

После повтора процедуры несколько раз, Аника чхнула и пришла в себя. Открыв глаза, она удивленно посмотрела на собравшихся вокруг нее.

- Ты, как себя чувствуешь, дитя? - заботливо спросил ее лекарь. - Болит что-нибудь?

- Все болит, - скривилась Аника.

- Встать сможешь? - спросил Таннари, стоя над ней.

Девушка пошевелила руками, ногами, ощупала свои бока, и попробовала встать. Кряхтя от боли во всем теле, она поднялась на ноги.

- Нигде конкретно не болит? - спросил лекарь.

- Вроде нет, - неуверенно ответила девушка. - Все бока болят, локти, коленки... зад.

Она притронулась к пояснице и ойкнула.

- Ты свалилась с лошади и укатилась по склону, - просветил ее Таннари.

- А то чудище? - настороженно спросила она.

- Порубили, - Таннари махнул рукой за спину.

Аника заглянула за него и увидела черное месиво. Передернувшись от отвращения, она отвернулась.

- Раз все целы, - заключила госпожа Ланни, - продолжим наш путь. Капитан Барт, не забудьте спалить останки этого порождения тьмы.

Они словили разбежавшихся лошадей и осмотрели их на наличие ранений. За исключением нескольких царапин, они практически не пострадали, только были еще напуганы.

- Боги с нами, - проговорила госпожа Ланни, когда они выстроились в путь. - Никто из нас не пострадал серьезно о такого нападения, даже Аника осталась без повреждений, - та смущенно опустила голову. - Значит мы на верном пути.

Они тронулись в путь вдохновленные ее речью, но дорога от этого легче не стала. Позади них остался догорать труп крохша, а впереди ждала трудная дорога в горы.

...

Остановившись на ночлег под скалой, куда не попадал дождь и снег, отряд погрузился в сон. Для госпожи Ланни установили шатер, место под скалой было достаточно.

Аника, не могла устроиться из-за болящих боков, и вертелась. Устав крутиться, она села и стала смотреть на горящий посредине костер. Тут она увидела, как из шатра госпожи вышел Таннари. Он поправил свой плащ, кутаясь в него, и отправился на свою лежанку. Аника презрительно хмыкнула и отвернулась. Просидев еще неизвестно сколько времени, она провалилась в сон.

На следующий день отряд добрался в горы. Лошади дальше идти не могли - подъем был слишком крутой и каменистый. Как и предполагалось, монахи и пожилой лекарь сопровождавшие их, остались с лошадьми дожидаться возвращения отряда. А остальные, взяв самое необходимое, отправились в дальнейший путь.

Аника достала из своих сумок свое снаряжение и нацепила на пояс. Таннари с интересом посмотрел на нее, но так и не понял его назначения. Девушка же еще распихивала что-то карманам, и достала короткий меч. Его она тоже прицепила на пояс.

- Ты прям, как на войну собралась, - сказал ей Таннари, проходя мимо. - У тебя даже и меч есть.

- Почти так и есть, - фыркнула девушка. - Кто его знает, что там.

- Еще скажи, что ты умеешь этим пользоваться, - насмешливо проговорил наемник, указывая на меч.

- Хочешь проверить? - Аника сверкнула зелеными молниями, положив руку на меч.

- Возможно, после похода, - хмыкнул Таннари и ушел.

Госпожа Ланни шла впереди отряда, держа наготове свой освященный меч. Таннари прикрывал отряд сзади.

Преодолев подъем, они зашли за невысокую гору и увидели заброшенную цитадель. Вышгор возвышался в стороне над местностью серой полуразрушенной армадой. В давние времена твердыня пала под натиском тьмы и была покинута. Но о ней помнили и не раз пытались добраться до нее, чтобы достать из нее различные артефакты и брошенные сокровища. Вот и на этот раз целью этого похода был один из артефактов, который паладин желала добыть во славу своего бога Шайне и во благо людей, которые ему покланялись.

Путь до самой цитадели пролегал по широкой дороге, по которой когда-то ездили кареты и всадники, но прошло много времени и дорогу на многих участках засыпало камнями, а местами образовались провалы. Но для пеших это не составляла особой преграды. Дорога была недлинной, но все время шла вверх.

Члены отряда настороженно оглядывались по сторонам, хотя вокруг были только камни. Однако случай с крохшем заставил их сомневаться в безобидности каменного ландшафта.

Но до ворот цитадели он добрались без приключений. Они оказались запертыми.

Отряд остановился перед ними, не зная как действовать дальше. Паладин подошла к воротам и проверила наличие запечатывающих заклинаний на них, но ничего такого не обнаружила.

- Аника, - позвала она девушку.

Та подбежала к ней.

- Сможешь взобраться? - женщина указала вверх на стену у ворот. - Похоже, ворота закрыты изнутри. Нужно глянуть, что там.

Аника окинула взглядом стену - она местами была разрушена.

- Смогу, - кивнула девушка.

Она отстегнула от пояса веревку с металлическим приспособлением. Развернула его и стала размахивать им, потом метко зашвырнула на стену. Зацеп где-то наверху укрепился, и она подергала за веревку, проверяя надежность его крепления.

Таннари наблюдал за девчонкой с нескрываемым интересом. Он и подумать не мог, что она будет такое делать. Его самого при обучении учили лазать по стенам, но чтобы девчонка могла с таким мастерством забрасывать с первого раза зацеп, не представлял.

Аника тем временем, подстраховывая себя веревкой, стала карабкаться на стену. Нет, она не карабкалась, она, как паук, легко и ловко ползла вверх. Стена была полна выступов и выбоин, позволяя ей быстро находить опору. Через пару минут она уже была на верху пятиметровой стены.

Девушка куда-то ушла по стене, и спустя короткое время вернулась.

- Там тела, - сообщила она. - И засов на воротах.

- Что за тела? - спросила госпожа.

- Старые, истлели давно, - пояснила Аника.

- А засов сможешь сама открыть?

- Боюсь, нет, - помотала головой девушка. - Слишком массивный. Тел там пятеро. Наверное, они все вместе его закрывали.

- Я помогу ей, - вызвался Таннари.

Паладин кивнула в знак согласия, и наемник полез на стену по следам девушки. Правда, делал он это не так изящно и легко, все же руки и сапоги у него были больше, чем у девчонки. Но взобрался наверх он без проблем. Аника стояла и ждала его.

- Тела там не кусаются? - насмешливо спросил он.

- Кто его знает? - пожала плечами Аника. - Может, ты пожирнее будешь, а то на меня они не ведутся.

- Я не жирный, - возмутился Таннари, - на мне одежда теплая.

Девушка презрительно фыркнула и пошла вниз, а Таннари спрятал улыбку под шарфом. Таннари обвел взглядом открывшийся вид – двор за стеной был квадратным, метров двадцать на двадцать, несколько пристроек у стен, на противоположной стороне начиналась сама крепость с входом в нее. Осмотрев внутренний двор перед воротами, они спустились в него. Там действительно было пять истлевших тел, лежавших в разных позах. Целостность их сохранилась, значит, ничего их не растерзало. Но причину смерти выяснить было невозможно. Снег припорошил их, сливая с обстановкой.

Они подошли к засову и Таннари осмотрел его. Он порядка иструхлявил, но все еще был тяжелым. Он попробовал его приподнять, тот не поддавался.

- Может, его расшатать сначала? - предложила девушка.

Таннари, следуя ее предложению, стал раскачивать ворота, и с них посыпалась пыль и снег, силы у него для этого хватило. Ворота возмущенно заскрипели и захрустели. Засов тоже задвигался в пазле. Тогда он подошел к одному концу и стал поднимать его, чтобы выкинуть с пазла. Аника подскочила к нему и стала помогать. Вместе они таки вырвали его из пазла и сбросили на землю. Ворота, освободившись от засова, сами приоткрылись со скрипом.

- Да благословят вас боги, - услышали они за воротами.

Паладин с рыцарями вошли в открывшиеся ворота. Рыцари подключились к Таннари и оттащили засов в сторону, чтобы открыть ворота шире, на случай если придется бежать.

Паладин обошла истлевшие тела, и пошла дальше. Рыцари, Таннари и Аника последовали за ней. На входе цитадель была похожа на дворец, хотя многие элементы убранства были разрушены, как и половина самой цитадели, но все равно было красиво.

Внутри все было не менее красивым - выложенный белым мрамором пол и стены с инкрустацией золота и дорогих камней. Мраморные колонны подпирали высокий потолок, а на потолке простирались остатки мозаики.

Войдя в холл, они увидели, что дорогу в дальнейшую часть цитадели, им преградил провал по всей ширине холла.

- Нам через него не перепрыгнуть, - сделал вывод капитан Барт.

- Другого пути нет, - сказала ему госпожа Ланни.

Таннари оценил обстановку, разглядывая холл.

- Можно протянуть веревку между колонн, - предложил он. - А лучше две.

- Хорошая идея, - похвалила его паладин. - Но как перебраться на ту сторону, чтобы привязать там веревку?

- Возможно, я смогу, - вызвалась Аника. - Вон тянуться выступ по всей стене, - она указала вверх. - Он довольно широкий, чтобы я могла по нему пройти, и перейти на ту сторону.

- Молодец, девочка, - похлопала ее по спине госпожа Ланни. - Прими мое благословение.

Она положила руку на голову Аники, и освящений свет засветился над ней. Аника благодарно склонилась, и пошла взбираться на стену. Цепляясь за выступы осыпавшегося мрамора, она полезла вверх. Медленно, но она взобралась на указанный выступ. Усевшись на нем, она помахала остальным с высоты метров четырех.

- Готовьте веревки, - крикнула она и поползла по выступу.

Он шел вдоль стен холла и повторял все их изгибы. Аника, воодушевленная своим успехом, расслабилась и едва не свалилась на повороте.

- Осторожно! - выкрикнул Таннари, напряженно наблюдавший за ней.

- Че так волнуешь за мелкую воровку? - отозвался стоявший рядом один из рыцарей.

- А, то волнуюсь, что если она упадет, следующим туда полезешь ты, - злобно проговорил Таннари, покосившись на него.

Тот виновато смолк и отошел от него. Девушка же благополучно добралась на ту сторону холла и спустилась вниз. Все облегченно вздохнули, когда она появилась на другой стороне провала. Таннари ловко перекинул ей веревки, чтобы она закрепила их на колонне.

- Узлы вязать умеешь? - спросил он через провал.

- Умею, - обиженно ответила девушка.

По закрепленным веревкам отряд быстро перебрался через пропасть и продолжил путь по цитадели.

...

Поплутав разрушенными коридорами, они натыкались на запетые двери, тогда за дело принималась Аника. Она доставала связку отмычек и открывала замки. Таннари в очередной раз удивился ее скрытому таланту, хоть и не показывал этого, и осознал сполна ее роль в отряде. Она была не просто прислугой у госпожи, ее взяли с определенной целью, за определенные навыки. Жизнь на улице многому ее научила.

Они пришли к огромному залу, где на помосте возвышался артефакт. Но отделяли их решетчатые ворота с замком. Аника принялась за них, после того как паладин осмотрела их. Замок оказался сложнее предыдущих, так что остальным пришлось понервничать, прежде чем девушка вскрыла его.

Паладин велела остальным остановиться и ждать, а сама вошла в зал. Приблизившись к помосту, она остановилась и проверила зал на наличие ловушек и заклинаний, и только тогда позволила им войти в зал.

Паладин направилась на помост, как вдруг перед ней вырос призрак.

- Кто ты и зачем сюда пожаловали? - спросил он искаженным голосом.

- Я - Ланни, паладин бога Шайне. Пришла взять камень Забвения, - честно призналась она призраку.

Призрак посмотрел на нее мутными глазами.

- Только тот, в чем сердце живет настоящая любовь, может прикоснуться к камню и взять его, - ответил призрак. - Другой забудет все, что знал, и кем был.

Паладин выдержала паузу, обдумывая ответ.

- Мое сердце переполнено любви к моему богу Шайне, - ответила она.

- Камень сам определит, есть ли среди вас достойный, - прохрипел призрак и растворился.

Госпожа Ланни, недоумевая, отступила назад. Предупреждение о том, что можно все забыть, ее напугало. К тому моменту камень на помосте поднялся в воздух и закрутился. Паладин торопливо отошла к своему отряду и стала наблюдать за камнем. Раскрутившись, камень испустил лучи, ударившие по всем пришедшим.

Аника схватилась за грудь и упала на пол. В момент, когда лучи коснулись ее, она почувствовала, как в груди запекло. Тело охватила слабость, и ноги подкосились. Непонятная боль зажала сердце, не давая вдохнуть-выдохнуть. В глаза помутнело, а уши заложило, и девушка рухнула.

Таннари тоже схватился за грудь, но лишь согнулся.

Госпожа Ланни удивленно посмотрела сначала на девушку, потом на наемника.

- Кого ты любишь? - напрямую спросила она его.

Таннари поднял на нее удивленный взгляд.

- Еще чего. Только себя, кого ж еще, - кривясь, ответил наемник.

Потом она обернулась обратно к девушке.

- Кого ты любишь? - спросила она ее.

Девушка отрешенно посмотрела на нее, но ничего не ответила. Она все еще не могла придти в себя. Тогда паладин подошла к ней и подняла на ноги.

- Иди, возьми камень, - приказала она ей.

- Почему это я? - возразила девушка, приходя в себя.

- Потому, что камень выбрал тебя, - тихо пояснила паладин. - В мужике я сомневаюсь, только женщины могут по-настоящему любить.

Она посмотрела на нее понимающим взглядом и подтолкнула к помосту.

- Вот, - она протянула ей мешочек, - завернешь его в ткань и положишь сюда.

Аника несмело пошла на помост. Делать это ей очень не хотелось, но паладин смотрела на нее с такой надеждой, что она не смогла ей отказать. На подкашивающихся ногах, она поднялась по ступенькам и подошла к пьедесталу, на котором лежал камень. Осторожно протянув руку, она накрыла камень тканью и взяла его. Прислушавшись, не происходит ли чего страшного, положила его в мешочек и завязала его.

Также осторожно и медленно она спустилась, ожидая в любой момент какой-нибудь катастрофы. Но ничего не происходило. Аника передала мешочек паладину и быстро отошла в сторону. Паладин, взирая на мешочек, стояла несколько минут молясь о чем-то, а остальные прислушивались к окружающей обстановке.

Потом паладин скомандовала им разворачиваться обратно, и отряд направился обратный путь.

...

Идя теми же коридорами, что они и пришли, члены отряда ощутили, что кто-то за ними следит. Так же в комнатах и коридорах появились подозрительные звуки и шорохи, преследовавшие их.

Чем ближе они были к выходу, тем громче становились шорохи и звуки. Послышалось рычание, чавканье и сопение. Чуткий нюх Таннари уловил чужое присутствие. Аника, случайно заглянув в один из боковых коридоров, мельком заметила какую-то тварь. Ойкнув, она прибавила шагу, почти бежала.

- Там что-то есть, - поделилась она с госпожой Ланни, которую она догнала.

- Не отвлекайся, - сказала та ей, - чем скорее выберемся отсюда, тем лучше.

Было заметно, что паладин тоже взволнована. Боялась она или нет, трудно было судить, но точно не равнодушна к происходящему вокруг.

Почти на самом подходе к холлу из одной из прилегающих комнат выскочило нечто и набросилось на приотставшего рыцаря. Повалило на землю и стало рвать несчастного человека. Члены отряда закричали в ужасе, увидев как желто-коричневая тварь, сродни ящерице с головой, похожей на человеческую, только глаза круглые и большие, загрызает их товарища.

Таннари, доставая меч из-за спины, было бросился к нему на помощь, но из комнаты стали выскакивать другие такие же твари и присоединяться к первой терзая человека, которому было уже не помочь. Таннари, досадно сплюнув в сторону порождений тьмы, развернулся обратно и прокричал:

- Уходим, ему уже не помочь! Пока они отвлеклись нужно уходить!

Он стал подгонять остальных к холлу, прикрывая их спины. Аника и госпожа Ланни бежали впереди всех, четверо оставшихся рыцарей за ними.

- Сделайте что-нибудь! - воззвала девушка, бежа рядом с паладином.

- Здесь все пропитано тьмой, - прерывисто ответила паладин, - у меня не хватит сил справиться с ней. Нужно покинуть это место, тогда я смогу защитить нас светом.

Они вбежали в холл через двери. Слыша, как по коридору несутся ящероподобные твари, отряд спешно стал перебираться по веревкам. Сначала прошла госпожа, потом Аника, а за ней и рыцари. Таннари стоял в дверях, на случай, если твари догонят их раньше, чем они успеют перебраться.

К моменту, когда твари добрались до холла, их стало в разы больше, наверное, несколько десятков. Таннари едва заметив, что последний рыцарь приблизился к противоположному краю провала, побежал к веревкам. Твари в этот момент влетели в холл, выискивая жертв. Таннари схватил одну из веревок и перерубил ее у колонны, а вторую просто обрубил. Оглянувшись на тварей, он поспешно прыгнул в провал.

Аника, стоявшая на той стороне, наблюдала за ним. И невольно вздрогнула, когда наемник прыгнул в провал. Подбежав к краю, она увидела, что он повис на веревке в метрах трех от края. Она бросилась ему помогать, пытаясь вытащить за веревку, но не ей под силу было подтянуть здорового мужика в доспехах.

- Помогите же! - закричала она уходящим рыцарям.

Те остановились и оглянулись, не спеша на помощь. Паладин же, видя, что они не торопятся, отдала им приказ помочь. Только тогда они вернулись и вытащили Таннари из пропасти. Он, выбравшись, одарил их ледяным взглядом, и пошел прочь. Аника поспешила за ним. Уходя, она обернулась на тварей и заметила, как одна из них стала карабкаться на стену, взбираясь на тот выступ, по которому она перебралась на через провал.

- Гляньте! - воскликнула она, указывая вверх.

- Драконьей помет! - выкрикнул капитан Барт. - Они, наверное, думать умеют!

- Они жрать хотят, - отозвался Таннари, отдаляясь. – Видимо, идут по нашему запаху.

Тварей становилось все больше. Они толпились на краю провала, какие-то пытались перепрыгнуть, других сбрасывали в пропасть своих же сородичи. Они рычали, чавкали, клацали острыми зубами. У некоторых рты уже были в крови. А самые сообразительные последовали за той, которая полезла на выступ.

Анику передернуло от взгляда на них, и она со всех ног помчалась прочь, обогнав наемника и паладина.

- Держимся вместе, - предупредила паладин.

Девушка притормозила и поравнялась с ней. Рыцари и наемник следовали за ними. Они выбежали во двор и бросились к воротам. Позади слышалось жадное чавканье тварей и скрежет их когтей по мраморному полу. Когда они подбегали к главным воротом цитадели, на которых был тяжелый засов, один из рыцарей истерично закричал:

- Они догоняют нас!

Остальные обернулись, чтобы убедиться в его словах, и увидели, как из дверей выбегают десяток зубастые твари. Они быстро перебирали своими кривыми ногами, клацая зубами.

Таннари остановился, пропуская все вперед.

- Я их задержу, - проговорил наемник на вопросительный взгляд паладина.

Он миновал ворота и встал с их внешней стороны, чтобы занять, как можно меньшую площадь обороны.

Аника, убегая, оглядывалась на него. Увидев, как он вступил в схватку с монстрами, она остановилась, словно завороженная. Она слышала о мастерстве восточных воинов, но никогда не видела их прежде. Сейчас она увидела, как наемник мастерски уничтожает порождения тьмы. Двигаясь плавно и точно, словно в танце – Таннари каждый удар наносил в цель. Отскакивал назад и снова атаковал, не позволяя тварям приблизиться к себе.

Разделавшись с прорвавшимися тварями, Таннари развернулся с последовал за остальными, унося ноги прочь от проклятого места.

- Ты что здесь встала?! - закричал он на Анику, подбегая к ней.

- Я... - растеряно проговорила девушка, хлопая глазами.

- Пошла отсюда! - прорычал он ей, хватая за руку и толкая вперед себя. - Беги! Или ты хочешь, чтобы они тебе твой лисий хвост отгрызли?

Аника, опомнившись, побежала по тропе вниз. Таннари следовал за ней, подгоняя ее. Остальные уже отдалились от них на значительное расстояние.

Партия тварей высыпала из ворот и погналась за ними. Злобно сверкая черными глазами, они с заметной скоростью догоняли ускользавших жертв. Таннари, оглядываясь на них, выискивал по пути подходящее место для очередной обороны. И нашел такое возле крупного обвала, перекрывшего дорогу почти постностью. Убедившись, что девушка убегает, он остановился у камней, приготовив меч к атаке.

На этот раз тварей было до двух десятков. Они клацали зубами и истекали слюной, идя по следу людей. Первая с радостным урчанием набросилась на дожидавшегося ее Таннари, и была обезглавленная еще в полете. Потом вторая лишилась передних конечностей одним ударом, а второй снес голову. Таннари с молниеносной скоростью орудовал мечом, отбиваясь от атакующих монстров.

А они прибывали и прибывали, наемник едва успевал от них отмахиваться. Но их количество стало превозмогать его возможности. И одна из зубастых пастей едва не вцепилась ему в ногу, когда ее остановил чей-то меч. Таннари бросил быстрый взгляд на владельца меча и увидел Анику. Девушка точным ударом раскроить череп твари.

Она, убегая, решила, что это неверно. Четверо рыцарей с оружием уносили ноги, как испуганные бабы, а он остался один на один с кучей тварей, которые норовили его съесть. Развернувшись, полная решительности, Аника вернулась на помощь Таннари - и как раз вовремя.

Девушка со знанием дела безжалостно рубила лапы и головы наступавшим монстрам, там, где не успевал наемник. Таннари в процессе боя поглядывал, как сражается девушка. Двигалась она, как обученный воин, пусть не совсем опытный, но используемые ею приемы говорили, что сражается она это не в первый раз.

Наконец твари иссякли, а новая партия была еще далеко. Таннари, не тратя время на слова, схватил Анику за руку и потащил прочь. Они побежали со всех ног, стараясь догнать остальных.

Паладин стояла на дороге и ждала их.

- Я уж думала вас не дождусь, - радостно проговорила она, встречая их. - Много их еще там?

- Они выползаю и выползают, - запыхавшись, ответила ей девушка.

- Скорее проходите, я остановлю их, - махнула им госпожа Ланни.

Аника и Таннари миновали ее и присоединились к рыцарям. Девушка одарила их презрительным взглядом и прошла мимо, демонстративно вытирая меч тряпкой. Паладин вытащила свой меч и стала шептать молитву своему богу. Меч озарило свечение, и она воткнула его в землю, и лучи белого света ударили во все стороны, ослепляя всех. После того, как свет рассеялся, паладин вытащила меч и отошла назад.

На тропе появилось несколько тварей, несущихся к людям. Но госпожа Ланни не торопилась спасаться бегством. Она стояла и ждала, пока они подбегут к ней, держа меч перед собой. Остальные напряженно наблюдали за ней.

Но бой не состоялся, твари ударились в барьер, полыхнувший ярким светом по всей ширины дороги и обжегший их, когда они соприкоснулись с ним на том месте, куда втыкала меч паладин.

Удовлетворенно кивнув, госпожа Ланни спрятала свой меч.

- А что теперь они не пройдут? - спросила Аника, смотря на бесящихся тварей.

- Теперь нет, - подтвердила госпожа Ланни. - Можно, уже не бояться их.

Она спокойно пошла вперед, не оборачиваясь.

- А че нельзя было такое раньше сделать? - возмущенно спросил один из рыцарей.

- Раньше мы были в самом гнезде тьмы, - пояснила паладин, приостановившись. - Моих сил не хватило бы, чтобы создать достаточно прочный барьер света. Как только я ощутила, что могу его создать, то сделала это.

Капитан рыцарей сердито посмотрел на спрашивающего и толкнул его вниз по тропе. Остальные рыцари последовали за ними. Аника тоже двинулась за ними, а Таннари оставался смотреть на тварей, кидавшихся на барьер.

Рыцари быстро пошли вперед, а девушка не спешила, и оглядывалась на наемника, почему он не идет, задумчиво шагала по заснеженной дороге, на которой образовались небольшие сугробы.

Вдруг Аника закричала и упала в ближайший сугроб. Таннари обернулся на ее крик и увидел, как из расщелины на девушку выпрыгнул огромный снежный барс. Животное нависло над сжавшейся в снегу девушкой и зарычало.

Таннари действовал рефлекторно - выхватывая на ходу меч, он в несколько прыжков оказался рядом с ним - Аника не успела далеко отойти. Не теряя времени на раздумья, он полоснул хищника по задней ноге, перерезав сухожилие. Взвыв от боли, барс развернулся к обидчику, оскалив мощные зубы. Хромая, он пошел в атаку, замахиваясь на Таннари огромной мохнатой лапой. Но получил новый удар острейшего меча и лишился лапы. Разинув пасть в вопле боли, зверь припал к земле, и Таннари рассек ему пасть вместе с головой.

Окровавленное тело зверя упало в снег и замерло.

Таннари обошел мертвого хищника и подошел к девушке. Та лежала в снегу, закрыв лицо руками, сжалась в комочек и дрожала. Опустившись рядом с ней на колени, он приподнял девушку, отряхивая от снега.

- Ну, все, все хорошо, - тихо сказал он.

Он отвел ей руки от лица, но глаза девушка не открывала. Снег таял на ее бледном перепачканном лице, смешиваясь со слезами. Она сжала руки в кулаки и прижала к себе.

- Оставь меня! - выкрикнула она. - Дай мне умереть здесь. Мне не нужна ни такая жизнь, ни любовь...

Таннари нахмурился, видимо, у девчонки был шок от всего пережитого за один день. А еще тот чертов камень в нее зарядил лучом.

- Не детское это дело бродить по проклятым цитаделям, - проговорил Таннари, намекая, что не стоило ей идти в этот поход.

- Я не ребенок! - бессильно выкрикнула она. - Мне двадцать пять лет, и я - профессиональный вор...

Таннари удивленно поднял брови, глядя на нее. Аника зарыдала еще больше, вздрагивая всем телом. Услышав ее слова, он осознал, что все это время ошибался в отношении ее. Наверное, этим и объяснялся ее странный запах - инстинкты не возможно было обмануть. Он присмотрелся к ее лицу - да она была маленькая и хрупкая, но лицо у нее было не совсем детское, да и фигура, увиденная у реки, точно не подростка, коим он ее считал. Теперь все встало на свои места. Вот откуда у нее такие навыки и умения, ну не могла девчонка-подросток с улицы так сражаться с монстрами, и так ловко взламывать замки в заброшенной цитадели. Она была опытным и специально обученным человеком. Но все же она была девушкой, и пережитое за такое короткое время превысило ее возможности.

- Оставь меня! - прорыдала Аника, взбрыкнув в его руках, пытаясь вывалиться обратно в снег.

Но Таннари с силой прижал ее к себе одной рукой, а второй взял за лицо, обтирая остатки снега и слез. Аника замотала головой, сопротивляясь, тогда он схватил ее за подбородок и поцеловал. Обычно это прием всегда срабатывал с девушками в истерике. Сначала она крепко сжала губы, мыча, потом через несколько мгновений затихла и ответила на поцелуй.

Отстранившись, он посмотрел на нее - она все еще продолжала плакать с закрытыми глазами, но уже не истерила. Вздохнув, он поднялся на ноги, держа ее на руках, и понес по дороге. Аника на его руках все еще всхлипывала, он чувствовал, как она вздрагивает.

Обойдя скалу, которая скрывала из виду Вышгор, Таннари увидел рыцарей и паладина. Они практически спустились внизу, где их дожидались монахи и лекарь.

- Отпусти меня, я сама пойду, - вдруг сказала Аника.

- Точно? - с сомнением переспросил Таннари. - Со скалы прыгать не будешь?

- Нет, - буркнула она.

Он поставил ее на ноги, и девушка, отвернувшись от него, пошла по тропе, немного спотыкаясь. Таннари шел сзади, следя, чтобы она не упала.

- Если тебе двадцать пять, что ж ты такая маленькая? - не выдержал и спросил Таннари, после того, как они прошли часть пути.

- В детстве плохо кормили, - огрызнулась Аника.

- Куда ж смотрели твои родители? – не отставал наемник.

- У меня нет родителей. Нет никого, - отозвала девушка. – Я – вор, живущий на улице. Что ты ко мне пристал, как на допросе. Тебе-то что?

Она ускорила шаг, стараясь отойти подальше от него, но Таннари с легкостью догнал ее.

- А остальные знают, сколько тебе лет?

- Нет, конечно же, - хрипло отозвалась Аника, не оборачиваясь. - Моя внешность - мое преимущество. Если я буду всем рассказывать, сколько мне лет, то нет никакого смысла во всем этом. Ребенка побояться трогать, а с взрослой девкой могут сделать, что угодно.

- Да, и ведешь ты себя, как ребенок, - усмехнулся Таннари.

- А что мне вести себя, как шлюха? - хмыкнула Аника. - Образ обязывает. И повадки должны быть, и говор. Все, чтобы не выдать себя. Да и общаюсь я в основном с подростками. От этого зависит мой успех и жизнь.

- Чего ж ты мне тогда призналась? - Таннари снедало любопытство.

- Надоело, что ты меня ребенком называешь, - глухо ответила девушка, приостановившись. - Все равно ты, по окончанию похода, уйдешь куда-нибудь.

- Какая ты догадливая, - ухмыльнулся Таннари. - Такова судьба наемника.

Он подхватил ее под руку, поддерживая на неровной дороге. Они добрались до лагеря монахов и, с радостью взобравшись на лошадей, понеслись прочь от проклятой цитадели.

...

Обратный путь казался легче и быстрее.

Аника все это время старалась избегать Таннари, прекратились и пакости, которые она делала ему на пути туда. Ему стало, как-то скучно. Что-то в ней зацепило его, хотя он обычно на таких женщин даже не обращал внимания, предпочитая более женственных и упитанных. Но эта не желала покидать его мысли, и ее запах не давал ему покоя. А теперь девушка всячески избегала его. Смирившись с тем, что она не желает его видеть, он перестал искать встречи с ней, думая лишь о том, как вернуться назад.

...

Перед самым городом Таннари покинуть отряд. За время их отсутствия, а это было более месяца, погодка значительно подпортилась - похолодало и начались дожди. Листва на деревьях пожелтела и начинала опадать.

Пока отряд вернулся на то место, откуда начал свой поход, начался мелкий дождь. Монахи с рыцарями поспешно установили шатер для госпожи, и она спряталась в нем. Потом она зазывала каждого участника похода и выдавала оставшуюся часть награды. Награду погибшего рыцаря она при всех пообещала отдать его семье.

Пока Аника ждала своей очереди, то ощутимо вымокла. Вода начинала стекать ручейками по щекам. Кутаясь в плащ, она увидела, что в лагерь вернулся наемник. Он направился прямиком к шатру паладина. С капюшоном на голове и, скрывая пол лица под своим бордовым шарфом, он дождался, пока выйдет один из рыцарей и зашел следующим. Аника проводила его взглядом и возмущенно выдохнула. Наглости в нем было хоть отбавляй, все тут сидят и мокнут, а он поперся без очереди. Она направилась к шатру, намериваясь зайти следующей.

Пока она дошла до шатра, Таннари уже вышел. Тогда Аника ускорила шаг, и, оттолкнув его в сторону, вошла следующей.

- Аника, - поприветствовала ее паладин. - Подходи, вот твоя доля.

Женщина подвинула ей увесистый кошелек.

- Спасибо, тебе за помощь в моем деле, - ласково проговорила госпожа Ланни. - Но хочу пожелать тебе, чтобы ты встала на путь истинный. Я не осуждаю тебя, но хочу, чтобы ты выбрала себе менее опасную долю.

- Спасибо, - ответила Аника, забирая кошелек, - буду стараться.

И она покинула шатер. Выйдя, она увидела, что наемник все еще не ушел. Он стоял неподалеку от шатра и смотрел в его сторону. Тяжело вздохнув, Аника натянула на глаза мокрый капюшон и пошла прочь из маленького лагеря. На выходе ее нагнал Таннари.

- Вижу, у лисички подмокла шерстка, - сказала он ей, поравнявшись.

Аника резко остановилась и посмотрела на него снизу вверх. Хотя половину его лица скрывал шарф, но было заметно по глазам, что он улыбается.

- Отвали, пес лохматый, - огрызнулась Аника, сверкнув глазами.

- Я больше не лохматый, - загадочно проговорил он.

Он поднес руку к лицу и опустил шарф. Аника от удивления раскрыла рот - Таннари был гладко выбрит, и практически не узнаваем. Так он выглядел куда моложе, чем она про него думала. И она увидела насколько он красив. А наглые голубые глаза с интересом смотрели на нее.

- Рот закрой, а то мышь заскочит, - улыбаясь, сказал он ей, и коснулся ее подбородка, прикрывая рот.

Аника сердито засопела и отвернулась. Он снова прикрылся шарфом.

- Ладно, не сердись, - добродушно проговорил он ей. - Куда ты сейчас пойдешь?

- Не знаю, - коротко ответила Аника.

- У тебя есть дом? - продолжал расспрашивать ее Таннари.

- Нет, - честно ответила она. - Найду какой-нибудь угол и отогреюсь там. А тебе-то что?

Она не понимала, чего он выспрашивал. Что ему было до нее - уйдет сейчас и больше никогда не увидятся.

- У меня есть предложение.

- Какие еще могут быть предложения? - спросила девушка, старая не показывать интереса.

- Знаю хорошее место, где можно отогреться и передохнуть - с сытной кухней и теплой ванной, - ответил Таннари, поглядывая на нее из-под капюшона. И добавил с насмешкой: – К тому же ты должна мне новые сапоги.

- У меня денег маловато на такие места, - буркнула девушка, понимая, что не потянет такое. - А впереди неизвестно, когда еще выпадет удача заработать. А сапоги так и быть куплю, чтоб отстал.

Аника недовольно насупилась – про сапоги он таки не забыл, значит злопамятный. Того гляди и про все остальное припомнит.

- Тогда я все оплачу, мне хорошо заплатили, - сказал он, подхватывая ее под руку и таща за собой. - Я тебе должен за помощь.

Вел он себе с ней так, будто она уже безоговорочно согласилась на все. Аника растеряно посмотрела на него, но поддалась. Все же не каждый день поступают такие предложения, а впереди ждала зима.

...

Он привел ее на постоялый двор в городе, не из самых дешевых. Здесь обычно останавливались купцы и богатые путники или гости города. Сейчас тут почти никого не было, из-за непогоды путники предпочитали сидеть дома.

Аника была весьма удивлена этому, видимо, оплату наемник получил очень хорошую, раз выбрал такое место.

Они вошли в дом и направились на второй этаж, никто ничего их не спрашивал, хотя у стойки с выпивкой стоял хозяин. На втором этаже Таннари остановился у одной из дверей, достал ключ и открыл замок.

- Проходи, - пригласил он девушку войти первой.

Аника нерешительно заглянула в комнату. Там было просторно и чисто. Наемник повторил приглашения жестом. Она робко шагнула туда, а Таннари зашел за ней и запер двери. От щелчка ключа девушка испуганно обернулась.

- Эт чтоб нас никто не беспокоил, - успокоил ее Таннари. - Располагайся.

Он махнул рукой, проходя дальше. Аника повнимательнее осмотрела комнату – стены обмазаны глиной и выбелены, одно большое окно с занавесками, в дальнем углу стол с едой, рядом стояла большая кровать, справа от дверей горел большой камин, пара табуреток у стены и вешалка на стене, и еще одна дверь куда-то. Вот и весь интерьер.

Аника, опомнившись, подошла к камину отогреть замерзшие руки. Таннари же снял свой плащ и развесил на вешалке. Сейчас он был без своих легких доспехов, лишь в одежде, которую обычно носили жители востока – синяя рубашка с коротким воротником, длинная до колен черная жилетка, темно-синие штаны и его вечный шарф. В походе он его практически не снимал. Но тут он начал его разматывать с шеи и повесил рядом с плащом. Вел он себя по-дружески, не выказывая никакого интереса к ней. И она посчитала, что бояться его не стоит.

Заметив, что девушка припала к камину, засунув руки чуть ли не огонь, Таннари сказал ей:

- Там ванна с горячей водой, - он указал на вторую дверь.

Аника бросила на него короткий взгляд и кивнула. Она поняла, что он хотел сказать, упоминая горячую воду, и, отойдя от камина, стала снимать мокрый плащ. Развесив его возле камина на табуретке, она достала из своего рюкзака сухую одежду и отправилась в указанном направлении.

Открыв двери в помещение, названное ванной, она увидела небольшую комнатушку с узким окошком и большим чаном посреди нее. Небольшой помост пристроенный рядом позволял удобно забираться в него, где было примерно по пояс воды. И она была горячая. Аника опустила руку в воду, с блаженством ощущая тепло на коже.

Торопливо раздевшись, она запрыгнула в воду. Погрузившись в тепло, она закатила глаза от удовольствия, не веря в реальность происходящего. Она так давно не купалась в теплой воде, что и почти забыла, как это.

Полностью расслабившись, она сидела в воде по шею, прикрыв глаза. Не желаю покидать столько уютное место, позабыла обо всем, даже задремала. Вдруг она осознала, что рядом кто-то есть. Распахнув глаза, она увидела, что рядом стоит Таннари и смотрит на нее.

- Ты чего? - всполошилась она, сжавшись в комочек под водой.

- Решил проверить, как ты, - усмехнувшись, ответил он. - А то, что-то больно тихо здесь было, да и полчаса прошло. Подумал, может, тебе плохо стало.

- Нет, мне хорошо, - быстро ответила девушка, смотря на него испуганными глазами.

- Как водичка?

- Нормальная.

- Отлично, тогда и я искупнусь, - неожиданно заявил он.

- Чего это? - возмутилась Аника.

- А что только тебе можно купаться? - спросил он, раздеваясь.

Аника украдкой посмотрела на него, пока он стоял к ней спиной. Он не был горой мускул, каким казался в одежде. Но под смуглой гладкой кожей все тело покрывал отчетливый рельеф мышц, свидетельствующий о немалой силе. Широкие плечи, накачанные руки, длинная шея, точеный торс, мускулистый зад... Аника стыдливо отвернулась, пока он не заметил, как она его разглядывает. Его вид подтверждал, что он куда моложе, чем она себе предполагала. А отсутствие шрамов или других следов после сражений, могло свидетельствовать, что он не так уж много проводил в боях. Или же был настолько искусным воином, что не позволял наносить себе раны. Но, вспоминая, как он сражался с монстрами в цитадели, Аника допустила, что так и есть.

- Так можно было бы подождать, пока я выйду, - растеряно проговорила Аника.

- Так вода остынет, - невозмутимо ответил наемник. - А я не хочу в холодной мыться, ты тут и так давно сидишь. Если хочешь, можешь уйти.

Он поднялся по помосту и стал забираться в чан. Аника стыдливо прикрылась, будто чешет лоб, чтобы не смотреть на него. Она прижала к себе коленки и обхватила руками, сидя в воде по самый подбородок.

- Хорошо, еще тепленькая, - бодро проговорил Таннари, погрузившись в воду.

- Кажется, я начинаю понимать смысл твоего предложения - отдохнуть, - настороженно проговорила Аника.

Таннари, лишь улыбнулся ей, опустился в воду с головой и вынырнул. Аника замерла в своем уголке, стараясь не смотреть в его сторону. Он же бесцеремонно разглядывал ее, но старался не улыбаться при этом. С намокшими волосами она смотрелась еще худее, маленькое, наконец-то, умытое личико и большие испуганные глаза, тонкие губки, чуть вздернутый носик делали ее совсем похожей на ребенка. Вспоминая ее образ возле реки, он не мог понять, почему она так его привлекла. Возможно из-за запаха, который не давал ему покоя. Маленькая и худоватая, видимо, точно по жизни не доедала, с рыжими волосами, но бледной кожей, она была не того типа женщин, который он предпочитал. Он по-прежнему не мог отделаться от восприятия ее, как подростка. Но с момента, как он узнал, сколько ей лет, что-то в нем изменилось в отношении ее. На протяжении всего похода она всячески привлекала к себе его внимание, а значит, была не равнодушна. Но к вниманию девушек ему было не привыкать, но эта делала это весьма странно.

Покидая отряд, он потом все же решил, что просто так с ней не расстанется, а проведет с ней хотя бы одну ночь.

Просидев так некоторое время, Таннари приблизился к Анике, сделав попытку обнять, на что она испуганно отпрянула от него, повернувшись боком. Усилившийся в теплой воде, ее аромат прямо-таки ударил ему в нос, волнуя все его чувства. Ему страшно понравилось находиться рядом с неё, и захотелось прикоснуться к ней. Прежде рядом с женщинами он такого не чувствовал, и объяснений этому он не находил.

- Ты что боишься меня? - усмехнулся он, не в силах больше удерживать веселье. – Что всю храбрость в походе растеряла?

Но Аника не ответила и даже не смотрела на него, блуждая взглядом где-то по стенам комнаты. Она почувствовала, как под водой его рука коснулась ее ступни и скользнула вверх к колену.

- Ходить к проклятым цитаделям и сражаться с монстрами ты не боишься, - проговорил он, возвышая над ней. - А меня боишься? Или смелость с грязью смылась?

Но Аника только еще больше сжалась, отстраняясь от него и бросив на него странный взгляд. Вся ее дерзость и норов в раз исчез куда-то, как только он приблизился к ней. Она и сама не понимала, почему так испугалась его. Может, потому что осталась наедине, осознав всю дурость своего поступка? Да, здравомыслие в том, чтобы пойти с наемником в гостиницу, полностью отсутствовали. И если он вздумает что-то с ней сделать, то её сил может не хватить, чтобы дать отпор. Но в его глазах она видела совсем другое.

Таннари нахмурился, внимательно глядя на нее и задумавшись о чем-то. Под своей ладонью, которую он положил ей на спину, он чувствовал, как колотилось ее сердце. Ее испуг и поведения крайне смутило его. Такого с девушками у него еще не было. Обычно они сами бросались ему на шею, а эта убегала.

-Ты что девственница? - вдруг спросил он ее.

Аника опять отвела глаза. Таннари отдвинулся от нее в противоположный край чана.

- Тебе двадцать пять лет и ты девственница? - переспросил он.

Голос его звучал и удивленно, и раздраженно одновременно.

- А что? - заговорила Аника, пожав плечами. - Мне это не мешает.

Таннари посмотрел на нее как-то расстроено и стал выбираться из чана. И ему было как-то уже не весело, как поначалу. Аника проводила его непонимающим взглядом.

- А я предпочитаю более опытных женщин, - произнес он растерянно, выбравшись.

- Таких, как госпожа Ланни? – язвительно спросила она ему вдогонку.

- Дура ты, если думаешь, что я буду спать с паладином, - ответил Таннари. – Чтоб она прокляла меня?

- Чего ж тогда в ее шатре ошивался? – высказала Аника, что это не ускользнуло от ее внимания.

- Она меня за крохша благодарила, - чувствовал он себя весьма глупо, понимая, что оправдывается перед девчонкой. – А для утехи полно других женщин.

- Ну, извини, что не подпадаю под категорию шлюх, - злобно выпалила Аника.

Он обернулся к ней и наградил подзатыльником, так что она носом плюхнулась в воду. Девушка отфыркнулась от воды и вытерла лицо.

- Не смотря на то, что тебе двадцать пять, ты все еще ребенок, - наставническим тоном сказал он ей и вышел из ванной.

- Сволочь, - прошипела она над водой.

Как же обидно стало Анике, слезы ручейками побежали по мокрым щекам. Его слова она восприняла, как упрек, что она не шлюха. И это от человека, которого она посчитала достойным, чтобы отдать самое ценное, что у нее было. Будь он на порядок настойчивее и, не обращай внимания, на ее скованность, то мог бы добился желаемого. Но после таких заявлений, она готова была только вонзить нож в его холодное сердце.

Поплакав, она выбралась из воды и вытерлась. Надела сухую рубашку и штаны, и вышла. Таннари, одетый только в штаны, устроился на кровати, которая очевидно была маловата для него, вытянувшись во весь рост, и заложил руки за голову. Аника быстро прошагала к камину и уселась на полу спиной к огню, суша свои мокрые волосы.

Таннари наблюдал за ней с полуприкрытыми глазами. Даже на расстоянии он ощущал, как от нее летят молнии ненависти. Он стал осознавать, что опять сделал ошибочные заключения в отношении ее. Истолковав все ее слова по-своему, от чего пошел неверным путем. И почему-то ему стало мерзко на душе от этого.

Забеспокоившись, что она с мокрыми волосами и после купания уселась на полу, и может простудиться, он сказал Анике, спустя какое-то время:

- Замерзнешь, перебирайся на кровать.

На что она поднялась и подошла к кровати.

- Где ж я тут устроюсь, если здесь разлегся ты? - сердито спросила она, уперев руки в боки.

- Тут места хватает, - ответил он, поглядывая на нее с полуприкрытых век. - Я не кусаюсь, тем более на тебе жира нет.

Он снова не удержался, чтобы не поддернуть ее. Аника возмущенно фыркнула и отвернулась. Стараясь не обращать на него внимания, она пошла к свои вещам и достала расческу, стала расчесываться. В свете камина ее золотисто-медные волосы переливались, как красное золото. Таннари невольно залюбовался этим зрелищем. Представители его народа в основной своей массе имели темные волосы, рыжих среди них не было вообще. И норовистая рыжеволосая девчонка затронула его душу. А может это воздействия того чертового булыжника, что облучил его? Он не знал. Но то, что она оказалась девушкой, в корне меняло все планы. А ее странный запах, привлекший его, вполне мог означать, что она может стать его парой. С этим он еще до конца не разобрался.

Аника, расчесавшись, решила перекусить, и пошла к столу с едой. Наевшись, она покрутилась по комнате, и решилась присесть на кровать.

- Кажется, мои слова обидели тебя, - проговорил Таннари, не открывая глаз.

Аника бросила на него презрительный взгляд.

- Извините, что не оправдала ваши ожидания, господин бродячий пес, - ехидно сказала она.

- Кошка бездомная, - ответил ей Таннари, рассерженный ее тоном, и оскорбленный тем, что она не восприняла его извинений.

- Пес лохматый! - бросила она очередной укол.

- Че лохматый? – возмутился он, разведя руками в стороны. – Ты хоть один лишний волосок на мне видела?

- Псина блохастая! – продолжала обзываться Аника.

Ее оскорбления окончательно рассердили его. Он видел, что нравиться ей, но она не желала этого признавать, при этом стараясь разозлить его. Он вдруг подскочил на кровати и навис над ней. Аника от неожиданности сжалась, втянув голову в плечи в ожидании удара, и зажмурилась.

- Хочешь стать шлюхой? - с издевкой спросил он ее.

Аника несмело приоткрыла глаза и взглянула на него, встретившись с уже знакомым холодным взглядом голубых глаз.

- Только знай, шлюхи нужны всего лишь для развлечений, - так же холодно продолжил он. - А знающая же себе цену девушка, может получить то, о чем и не мечтала. Выбирай.

Аника посмотрела на него убийственным взглядом.

- Я знаю себе цену! - выкрикнула она и резко толкнула его на кровать.

А в ее руках невесть откуда появился кинжал, и она замахнулась на него, целясь в грудь. Таннари успел перехватить ее удар одной рукой. Не смотря на то, что она была такая маленькая, сил у нее хватало, чтобы бороться с ним.

- Тихо, этим можно порезаться! - сказал он ей, указывая второй рукой на кинжал в ее руках.

- Да я убью тебя, а не только порежу, - прорычала Аника. - Драконье ты отродье!

- Только не надо оскорблять моих родителей, - сердито ответил Таннари. - Они приличные люди.

Он продолжал с ней бороться одной рукой, удерживая над собой занесенный кинжал. Глаза Аники горели зеленым огнем, могла бы сжечь его взглядом – давно бы сожгла. Она наваливалась на него со всей силы, но ее не хватало, чтобы пересилить его.

- Думаешь, я не знаю себе цену? - прорычала от бессилия Аника. - Той ценой будет твоя жизнь.

- Ладно, - спокойно сказал Таннари, оттолкнув ее со всей силы. - Бей. Забирай это сердце, оно мне не нужно, когда в нем поселилась ты. Хотел забрать тебя с собой, но вижу ты против…

Он развел руки, открывая свою обнаженную грудь под ее удар, прикрыв глаза. И замер в ожидании. Аника растеряно уставилась на него с занесенным кинжалом и тяжело дышала, после борьбы. В какой-то момент Таннари показалась, что она сейчас ударит его прямо в сердце. Но она резко развернулась и побежала прочь из комнаты.

Таннари открыл глаза и облегченно выдохнул. С одной стороны, ругая себя за такую глупость, все же девчонка могла и нанести удар, а с другой - только так он мог понять, как она относиться к нему, правильно ли он истолковал свои ощущения.

Он остался лежать на кровати, ожидая, что она вернется. Но шло время, а Аника не возвращалась. Таннари понял, что несколько просчитался с этим. И обеспокоенный тем, что она не идет обратно, босиком пошел в коридор. Выглянув в коридор, он увидел Анику сидевшую в конце на полу. Она поджала ноги к себе, обхватив руками, и уткнулась в коленки лицом.

Поразмыслив над ситуацией, он решил, что сделал что-то не так, или не правильно выразился, что она не поняла его намеков. По этому решил действовать на прямую. Выйдя из комнаты, он подошел к девушке и присел рядом на корточках. Она рыдала, уткнувшись в коленки.

- Послушай, - обратился он к ней. - Я может, не правильно выразился, но я предложил тебе стать моей женой.

Он коснулся ее плеча, но она дернула плечом, стряхивая руку.

- Отстань! - крикнула она, не поднимая головы. - Хватит надо мной издеваться! Собрался ехать, то едь.

- Я не издеваюсь, - Таннари повысил голос и тряхнул за плечо, - а на полном серьезе.

Аника затихла и приподняла голову, украдкой посмотрев на него. Наемник смотрел на нее хмурым и серьезным взглядом, и ждал ее ответа.

- Ага, - буркнула она. - Вот так взял и собрался жениться на бездомной воровке.

- А что делать, если я влюбился в тебя? - его сердитый взгляд сменился на вопросительный. Не про запах же ей рассказывать – не поймет. - Теперь я без тебя никуда не уйду.

- И что мне потом с тобой мотаться по твоих наймах? - без воодушевления спросила Аника.

- Нет, - улыбнулся Таннари. - Мы поедем ко мне домой.

Девушка с сомнением посмотрела на него заплаканными глазами.

- Подумай, у тебя есть два варианта, - стал он размышлять вслух. - Первый: до конца жизни оставаться воровкой и жить на улице. Но рано или поздно тебя изловят, так как я когда-то. И в лучшем случаи, если просто казнят, но могут и руки отрубить.

Таннари потрогал ее тонкие пальчики, и Аника инстинктивно прижала их к себе, представив такую ситуацию.

- А в худшем, - Таннари сделал многозначительную паузу, - отдадут в бордель, приковав цепями, на потеху воякам.

Анику передернуло от его слов.

- Второй вариант: ты соглашаешься стать моей женой, и я увожу тебя отсюда.

Он протянул ей руку, ожидая ее ответа. Аника посмотрела на его ладонь - крепкие, но тонкие пальцы, и негрубая кожа. Его рука не была похожа на руки тех мужчин, что ей доводилось видеть по жизни, и в которые она не желала попасть. В ней все еще кипела злость и обида на него, но далекий голосок в глубине души шептал, что она влюбилась в него. А его красочный рассказ о ее возможном будущем, заставил ее сделать выбор в его пользу без лишних сомнений. В крайне случаи она всегда может сбежать, к этому ей не привыкать.

Аника положила свою маленькую ручку в его ладонь, и он сжал ее. Ему стало невероятно приятно от прикосновения с ее рукой. Дальше он желал, что она оказалась вся в его объятьях. Но не смел, опасаясь напугать ее.

- Правильный выбор, - улыбнулся Таннари.

Он встал, увлекая ее за собой подняться на ноги. Взяв ее за талию, Таннари повел ее обратно в комнату. Вернувшись в комнату, он запер дверь, и сказал:

- Ложись, отдыхай, а то завтра мы отправляемся в дальний путь.

- Хочешь сказать, что мы завтра уже уезжаем? - удивленно спросила Аника.

- Ну, да, - пожал плечами Таннари, - а чего ждать? Разве тебя здесь что-то держит?

- Нет, - ответила девушка, обнимая себя за плечи.

Она робко присела на кровать, оглядываясь на него. Таннари тоже сел на кровать с другой стороны.

- И не смотри на меня так, - вдруг сказал он.

- Как?

- Будто я насиловать тебя собрался, - пояснил Таннари, наклонившись к ней, и ткнув пальцем в плечо. - И не думай, будто я пообещал взять тебя в жены только, чтобы переспать. Ты не узнаешь, что такое быть с мужчиной, пока не проведут официальную свадебную церемонию.

Аника удивленно покосилась на него.

- У моего народа не принято спать с невестой до свадьбы, а невеста обязательно должна быть девушкой. У нас уважают женщин, и ни один мужчина не причинит вреда женщине. Это нам вкладывают с детства.

- Да? А кто тогда мне по заднице надавал в лесу? - неожиданно вспомнила Аника ему старую обиду.

Пришла очередь Таннари удивляться. А девчонка была с хорошей памятью.

- От, ты какая злопамятная. Я наказал тебя, как ребенка, а не женщину, - оправдался он. - Я ж не знал, кто ты на самом деле. Хватит, ложись спать.

Он схватил ее за плечи и уложил на кровать. Аника откатилась на край кровати, там и заснула. Ночью она все равно оказалась возле него. Он осторожно обнял ее, наслаждаясь ее ароматом и теплом. А она прижалась к нему, ища укрытия. Ну и что, что худая, всегда можно откормить, думал он. Главное, что рядом с ней ему стало спокойно и уютно. Ему хотелось защищать ее и оберегать. В его объятьях находилось самое дорогое для него создание, отпускать которое ни за что не хотелось. Он почувствовал, что нашел свою вторую половинку. Теперь он точно понял, что она и есть его пара.

...

Утром Аника проснулась под боком у Таннари. Она прижималась к нему, как котенок, а он обнимал ее одной рукой. Она испуганно отпрянула от него, и он открыл глаза.

- Не бойся, - сказал он ей, улыбаясь. - Ты все еще не доверяешь мне. Я ж тебя не съел за ночь.

Аника, не проронив ни слова, отвернулась.

- Давай на чистоту, - проговорил он, садясь на кровати. - Чтобы ты не сомневалась во мне. Когда я приглашал тебя сюда, то действительно хотел поразвлечься, провести приятно время для себя и тебя. Ты б не пожалела. Но в один момент все изменилось.

- Только потому, что я девственница? – оскорблено отозвалась Аника.

- И это тоже, - кивнул Таннари. - Это решило многие мои сомнения. Я благодарил богов, что все так сложилось. Черт, я влюбился в тебя, и это тяжело. Когда ты рассказала, что тебе двадцать пять, мне стало еще тяжелее, потому что я не мог оставаться с тобой рядом. Мой долг перед кланом найти достойную невесту. А в таком возрасте мало кто девушками остаются. Ты понимаешь, о чем я?

- Что я правильная невеста? - уточнила Аника, украдкой улыбаясь.

- Что-то вроде того, - подтвердил Таннари. - Но все это я осознал позднее. А перед этим, похоже, я обидел тебя, не подумав, что сказал. За что ты и хотела меня убить. Так?

- Так, - вздохнула Аника. - Но ладно, я тебя прощаю.

Таннари снисходительно улыбнулся, глядя на нее.

- Тогда я прощаю тебя за то, что хотела меня зарезать.

- А если бы я ударила? - вдруг спросила Аника, повернувшись к нему. - Ведь я действительно хотела тебя убить.

- Тогда, - Таннари вздохнул, - я бы точно знал, что ты меня не любишь.

Аника виновато отвела взгляд.

...

Они выдвинулись в путь на двух лошадях, купленных на полученные деньги, и еще третья шла в поводу с поклажей.

Предстоял долгий путь на юго-восток, в земли восточного народа. Переход длиною в месяц. Двигались они быстро, почти без отдыха, чтобы добраться туда, как можно быстрее.

Сначала Аника, воодушевленная, двигалась наравне с Таннари, не отставая от него ни на шаг. Через неделю ее запал начал тухнуть, и она начала ныть на горесть дороге.

Таннари уже сбросил темп и стал останавливаться для большего отдыха. Радовало то, что чем дальше они продвигались, тем теплее становилось. Аника же от усталости этого не замечала. Так же как и смену ландшафта вокруг.

Горы и леса сменили холмами и степями, местами встречались группки деревьев. Которые по мере продвижения тоже исчезли. Степи и холмы стали чередоваться с большими площадями обрабатываемых полей, одинокими деревнями и замками на горизонте.

Потом снова начались холмы и небольшие рощицы. Местами встречались широкие, но не глубокие реки.

...

Изнурительный переход вымотал все силы у девушки. Она уже и назад хотела вернуться на полпути, на что Таннари сказал:

- Хочешь - езжай, - и указал направление, прекрасно зная, что она от него никуда не денется.

Аника похныкала и поплелась за новоприобретенным женихом, бормоча, что он нагло пользуется ее слабостью. Таннари молчаливо выслушивал ее причитания, и надеялся, что она такая только из-за трудности дороги.

В конце пути девушка уже и причитать перестала. И тихо сидела на лошади, повесив голову. Таннари даже забеспокоился, нормально ли все с ней. Все-таки она была маленькой хрупкой девушкой, а не выносливым воином.

- Потерпи, - проговорил он ей, езжай рядом. - Еще немного осталось.

Аника подняла на него усталый взгляд и кивнула без слов.

…

ЧАСТЬ 2: Логово волка

Аника видела, как они подъезжали к каменным стенам, на которых развивались сине-черные флаги, потом высокие ворота. Они проехали через них и оказались в большой просторной крепости с необычным трехэтажным замком или домом. Люди, встретившие их, кричали:

- Господин Таннари вернулся!

Возгласы были очень радостные и громкие.

Потом им навстречу выбежала откуда-то девушка с темными, как ночь волосами, лет шестнадцати-семнадцати, в ярко-синем платье, простого покроя. Она бежала вприпрыжку и радостно кричала:

- Таннари! Таннари!

Аника, хоть и смертельно устала, вопросительно посмотрела на своего жениха.

- У тебя, что тут гарем? – оскорбленно спросила она.

- Это моя младшая сестра Тасмин, - пояснил тот, заметив недобрый взгляд.

Аника облегченно вздохнула и расслабилась. Девушка подбежала к ним и запрыгала рядом с лошадьми.

- Таннари! Братишка! Как мы за тобой соскучились!

Таннари спешился и заключил сестрицу в объятья.

- Моя малышка, так выросла, - сказал он ей, поднимая над землей. - Совсем не узнать.

- Ты еще походил бы, - отозвалась девушка, - то я б и замуж вышла.

Они засмеялись, и он опустил ее на землю. Аника с умилением наблюдала за ними. Своей семьи она не знала, поэтому и родни у нее никогда не было.

- А это кто? - тихо спросила Тасмин, кивая на Анику.

- Моя невеста, - гордо ответил Таннари. - Познакомься, это Аника. Она из северных земель.

Тасмин с удивлением и недоверием смотрела на измученную чумазую девчонку. Брат подошел к Анике и спустил ее на землю с лошади. Если на лошади она еще как-то сидела, держась руками, то ноги отказали ее держать. Так что попытка поставить Анику на землю, чуть не закончилась ее падением.

- Что с ней? - обеспокоено спросила Тасмин.

- Дорога была очень тяжелой, - пояснил Таннари. - Она крайне устала. Пожалуйста, пойди, скажи слугам, пусть все подготовят. А то боюсь, как бы она не заболела после этого.

- Хорошо, я дам распоряжения, - кивнула сестра и ушла.

Таннари велел слугам забрать лошадей, а сам, подхватив Анику на руки, понес ее по лестнице в дом. Аника от усталости проваливалась в беспамятство.

…

Аника почти не помнила, как ее передали в руки каким-то пожилым женщинам. Они ее раздели и уложили в ванну с благовониями. Дивные ароматы окончательно вскружили ей голову, и она провалилась в сон.

Очнулась Аника только через два дня. Все тело болело и ныло, особенно ноги. Напряженная скачка не прошла даром. Болело все тело, даже за ушами. Аника пошевелилась, ощущая свое тело - каждая мышца звонко отозвалась болью.

- Ой, - простонала она, пытаясь привстать.

- Лежи, - услышала она рядом голос Таннари.

Аника повернула голову и увидела его, сидящего рядом, у ее изголовья. Аника бессильно выдохнула и осталась лежать на подушке. А он склонился над ней. Он снова был гладко выбрит, и одет в ярко-синюю рубашку и штаны из шелка. Волосы подстрижены и зачёсаны.

- Прости, - продолжил говорить Таннари, - я чуть не угробил тебя в этой спешке.

- Я сама согласилась на это, - вздохнула Аника. - Вот и расплачиваюсь. Теперь понимаю, что это было выше моих сил.

- Но ты выдержала, - похвалил ее Таннари. - Только мне стоило снизить темп поездки, и все было бы хорошо.

- Ой, - снова простонала Аника. - Я с трудом вспоминаю последние дни дороги. А где это мы находимся?

- У меня дома, - радостно сообщил Таннари. - Я так спешил вернуться домой, что не пощадил тебя. Прости.

- Твой дом? - удивленно переспросила девушка.

Таннари кивнул. Аника обвела взглядом комнату. Она была довольно большая, потолок выполнен из аккуратно отесанных квадратных бревен, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга, и окрашенных в черный цвет, стены светлые с маленькими едва заметными узорами, несколько деревянных дверей и одно окно. Из мебели – кровать без перил, на которой она лежала, столик возле кровати и деревянное кресло со шкурой какого-то животного. Пол в комнате был деревянным с блестящим покрытием, или его так натерли до блеска.

- И большой у тебя дом? - поинтересовалась она, учитывая габариты комнаты.

- Восстановишь силы, и я все тебе покажу, - ласково проговорил Таннари. - А сейчас мне нужно идти.

Он поцеловал ее в лоб и ушел. Девушка осталась лежать в кровати, морщась от боли в мышцах и суставах. Больше никто ее не беспокоил, предоставив ее самой себе.

...

Долго отлеживаться Аника не смогла. Ее разбирало любопытство относительно нового места пребывание. Под вечер она, таки превозмогая боли, поднялась с кровати. В комнате она была одна, поэтому не стала заморачиваться с одеждой, а стала прохаживаться прямо в серой рубашке, в которую ее облачили, длинной с коротким рукавом.

Заглянув в окно, она поняла, что находиться не на первом этаже, а двое двери по обе стороны окна, видимо, выходили на балкон. Заинтригованная, она попробовала открыть двери. Замков на них не было, но и ручек, чтобы потянуть за них тоже. Поразмыслив над ним, она, как опытный взломщик, выяснила, что двери откатывались в сторону на каком-то неизвестном механизме, а не открывались на петлях, как обычно. Зацепившись пальцами за край двери, Аника таки открыла ее. В образовавшийся проем она выскользнула на балкон.

Он был широкий и тянулся вдоль всего строений, ничем не разделенный. На него выходили и другие двери, видимо из других комнат. Крыша здания закрывала и его, держась на тонких колоннах с перилами балкона. Аника осторожно подошла к ограждению балкона и выглянула за него. Внизу виднелись еще две крыши, покрытые глиняной черепицей, каскадом спускавшиеся вниз от балкона, где была она. Начинало темнеть, и вокруг зажигались огни факелов и дежурные костры. Людей уже не было видно, только тех, кто ходил с факелами, так что она не смогла рассмотреть, что делается внизу. Да и находилась она высоко над округой. Поэтому ей осталось только любоваться затухающим закатом.

...

Проснувшись утром, Аника обнаружила на кресле новую одежду. Это было простое платье из серого шелка, с просторными рукавами и длинной юбкой. Она прикинула на себя - по размеру, вроде на нее.

Пока она одевалась, дверь в комнату распахнулась, и вошел Таннари.

- Эй, а стучаться тебя не учили? - возмутилась Аника, высовывая голову из платья.

- Я, кажется, у себя дома, - невозмутимо ответил он.

- А ты ко всем гостям так врываешься?

- Ты не гость, а моя невеста, - усмехнулся он. - Мало ли, может, тебе тут помощь нужна, - стал оправдываться он, уловив ее недовольный взгляд.

- Справляюсь, - пробурчала Аника.

- Если тебе нужна какая помощь, - сказал он, походя, - за дверью ждут слуги. Они там постоянно.

- Я привыкла справляться со всем сама, - вздернула подбородок Аника.

- Тогда и привыкнешь распоряжаться слугами, - парировал он. - Кстати, приготовления к свадьбе уже начались, и приглашения разослали гостям.

- А если я передумаю? – вдруг спросила она.

- В этом я сомневаюсь, – Таннари склонил голову набок.

Аника покосилась на него, и продолжила поправлять одетое платье. Он будто видел ее насквозь. Прекрасно знал, что ей деваться некуда. Завез ее, одним богам известно куда, и радовался. Все такой же наглый и самоуверенный, как и в походе. Сейчас до нее начало доходить, что он не простой наемник, а какой-то благородный господин, привыкший распоряжаться людьми.

- А что будет много гостей? - поинтересовалась она.

- Не то чтобы много, но определенных людей обязательно нужно приглашать, - пояснил Таннари. - Я наследник рода и будущий глава клана, положение обязывает.

Ну, вот и подтвердилась ее догадку.

- То есть ты тут живешь не один? - Аника удивленно посмотрела на него.

- Нет, конечно. Я же говорил тебе, что мои родители приличные люди. Тебе предстоит с ними познакомиться. А сестру ты уже видела.

- Сестру? - Аника прищурилась, пытаясь вспомнить. - Девушка, встретившая нас?

- Да, Тасмин. - Таннари кивнул. - Конечно же, тебе тогда не до знакомств было. Но не страшно, еще раз познакомитесь. Ты в состоянии прогуляться?

Аника походила туда-сюда, проверяя состояние своего тела. Мази и бальзамы, которые ей втирали слуги, делали чудо. Мышцы практически перестали болеть за короткое время.

- Думаю, да.

- Тогда идем, я тебе все покажу, - Таннари протянул ей руку.

Аника робко взяла его за руку, и он крепко сжал ее пальчики, чтобы не потерять. Странные чувства охватили ее, когда она вышла с ним в коридор. Слуги склонили головы при их появлении. Таннари шел, не глядя на них, будто их там и не было, но Аника не могла так высоко ставить себя. Еще вчера она была уличной воровайкой, и вмиг стала королевой или принцессой, или как у них здесь считалось.

Из коридора, они вышли в большой зал, где на помосте в кресле восседал пожилой мужчина с седоватыми темными волосами и в сине-черной одежде.

- Кто это? - шепнула Аника, идя чуть позади.

- Мой отец.

- Шо ж не предупредил, - прошипела девушка. - Я ж толком даже не причесалась.

Аника на ходу поправила волосы, как смогла, и кротко опустила голову, не смея посмотреть на главу клана.

- Отец, - Таннари поприветствовал его.

- Сын мой, - отец кивнул в ответ. - Вижу ты не один.

- Решил, что пора тебя познакомить с моей невестой, - он вытолкнул Анику вперед. - Это Аника, она из северных земель.

Аника присела в неком подобии реверанса, и украдкой посмотрела на отца Таннари. Это был красивый мужчина, хоть и в возрасте. Морщин у него было немного, так что возраст определить было сложно. Длинные до плеч волосы с сединой были частично собраны сзади. И глаза были такие же голубые, как и Таннари.

- Я - Данвар, глава клана Дар Амун, владеющего окрестными землями Амун Ари.

- Очень приятно, - присела Аника. - Я Аника... из северных земель.

- И все? - зачаровано спросил Данвар.

Аника растерянно посмотрела на Таннари в поисках поддержки.

- А что тебе еще надо?

- Из какого она клана, каких земель? - уточнил отец.

- Какая разница, - отмахнулся Таннари. – Разве для нас обязательным иметь родословную. Я выбрал ее, разве этого мало. Имею право.

- Да разницы никакой, - равнодушно пожал плечами отец. - Но все же... ты уверен в своем выборе? Не пожалеешь?

- Уверен, - твердо заявил Таннари, держа за руку Анику. – Я уже говорил.

Они обсуждали ее, не замечая ее присутствия. Данвар с интересом разглядывал представленную невесту, расслаблено сидя в кресле.

- Скажи, а волосы у тебя всегда такие были? - вдруг спросил он.

- С рождения, - тихо ответила Аника.

Она чувствовала себя, как корова в базарный день. Это человек разглядывал ее, как породистую животину. От этого ей хотелось провалиться под землю или спрятаться в шкаф.

- Хорошо, надеюсь, ты будешь достойной женой моему сыну. - Сказал он после некоторого молчания.

- Ладно, - отозвал Таннари, - пойдем дальше знакомиться.

Он потянул Анику за собой, та только успела присесть на ходу, кланяясь главе клана, и побежала за ним.

- Слушай, - сказала она ему в коридоре, - так же нельзя. Я не готова знакомиться с твоими родственниками.

- Рано или поздно тебе придется с ними знакомится, - ответил ей Таннари, не глядя на нее. - Так, что лучше познакомиться сразу. И не заморачивайся на манеры.

- То есть хочешь, чтобы они воспринимали меня, как свинарку с улицы? - возмутилась Аника.

Таннари остановился и посмотрел на нее.

- Я может и с улицы, - продолжила она, - но наслышана о манерах господ. Твоя семья владельцы земель и людей, а я никто. Я так не могу. Ты заставляешь меня чувствовать себя ничтожнее пыли.

- Ладно, - Таннари пождал губы, глядя на нее. - Ты заставляешь меня менять мнение о тебе с каждым днем.

- Думал, я тут задиру носа и буду ходить, как королева? - прищурилась Аника. - Если бы я так поступала, то не прожила бы столько лет на улице в этом жестоком мире. Я всегда знала свое место. Я не дура какая-то.

Таннари виновато отвел взгляд.

- Прости, - сказал он. - Но познакомиться с моей семьей тебе придется. Идем.

Аника разочаровано вздохнула и поплелась за ним.

...

Мать и сестра были вместе в одной из комнат и занимались вышивкой.

- Мам? - позвал Таннари свою родительницу, заглянув в двери. - Чем занимаетесь?

- Ой, братишка! - закричала Тасмин. - Заходи к нам! Я тебя сегодня еще не видела!

- Я не один, - уведомил он и втащил за собой Анику.

- А ты со своей невестой, - несколько разочарованно проговорила Тасмин. - Ну, пусть проходит.

- Мам, познакомься - это Аника. - он обнял девушку за плечи и подвел к матери.

Представшая перед Аника женщина поразила ее своей красотой, хотя было заметно, что она не молода, но понять это с первого взгляда было невозможно. Темные волосы, немного с сединой, выразительные голубые глаза, правильные черты лица. Она была прекрасна, не смотря на годы.

- Приветствую тебя, дитя, в нашем доме, - проговорила женщина ласковым голосом. - Мое имя Киара.

- Очень приятно, - Аника присела. - Я - Аника.

- Сколько тебе лет? - сразу спросила Киара.

Аника подняла взгляд на Таннари, и тот едва заметно кивнул.

- Двадцать пять, госпожа Киара, - Аника опустила голову.

Мать и сестра удивленно переглянулись.

- В двадцать пять лет и такое чистое дитя? - удивленно спросила мать, обращаясь к сыну. - Разве такое бывает?

- Ну, она же здесь, - пожал плечами Таннари.

Аника почувствовала себя совсем некомфортно при их общении, не понимая о чем они.

- Так, а это моя сестра Тасмин, - продолжил знакомить их Таннари. - Вы уже раз знакомились, да только Аника не в состоянии была запомнить что-либо.

Девушка улыбнулась Анике. Она была очень красива. Если Таннари был сверх меры красив для мужчины, то Тасмин затмила бы любую из красавиц. Она была, словно сверкающий бриллиант, притягивая взгляд. Черные длинные волосы, большие голубые глаза, маленький аккуратный ротик с пухлыми губками, круглое личико. Она была еще подростком, так что должна была стать еще краше. При первой встрече Аника ничего этого не заметила.

Она присела перед Тасмин, а та кивнула ей в ответ.

- Надеюсь тебе понравиться у нас, - добродушно сказала Киара. - Тебе уже показывали наш дом?

Аника отрицательно помотала головой.

- Таннари, что ж ты бедной девушке не показал наши владения? - с упреком спросила мать.

- Э, не могу ж я все сразу делать, - возмутился тот. - И знакомить, и показывать. Успею еще.

Таннари увел Анику показывать их дом-замок. По дороге девушка смущенно спросила его:

- Слушай, а они что, все в курсе на счет меня? Что я...

- Моя мать способна видеть, куда больше, чем простые люди, - пояснил Таннари. - Только с ее позволения, я смог назвать тебя своей невестой перед всеми. Она подтвердила, что ты подходящая кандидатура.

- Она что, колдунья? - шепотом спросила Аника.

- Не стоит так грубо отзываться о ней, - скривился Таннари. - Скажем, она имеет определенный дар. Она видит людей насквозь, чист человек или на нем грехи, определяет, лгут они или нет. Так что ей лучше не врать.

- А она знает, что я воровка? – растерянно спросила Аника.

- Ты же слышала, что она тебе сказала, что ты чистое дитя, - усмехнулся Таннари. - Радуйся, она тебя приняла. Твое прошлое теперь ни имеет никакого значения.

Было заметно, что он очень любил свою мать, да и семью в целом, и не пытался этого скрывать. Вид у Таннари от всего этого был весьма довольный, но вот Аника чувствовала себе некомфортно.

- Послушай, - Аника остановилась, - может для тебя это все и не имеет значение. Но я чувствую себя, как твоя домашняя зверушка, которую ты всем демонстрируешь.

- Что за глупости? – недовольно проворчал он, посмотрев на нее.

- Глупости?! – возмутилась Аника, яростно размахивая руками. – Вот посмотрите – какая у меня невеста! Неважно, какая у нее родословная! Ты б еще мои зубы предложил посмотреть.

- Ну конечно, не глупости, - нахмурившись, сказал Таннари. - Это ты глупая.

Аника открыла рот для новых возмущений, но он схватил ее за плечи и встряхнул.

- Я не демонстрирую тебя, как зверушку, - сердито проговорил он. – Да, я горжусь тобой!

Он развернул ее впереди себя и повел по коридору.

- Я хочу всем показать, какая у меня красивая невеста, - продолжал Таннари, толкая Анику впереди себя. – Ни у кого еще такой не было. Одни твои волосы чего стоят.

Он словил ее косу и пощекотал ей нос кончиками волос.

- Глупая Лисичка, - сказал он, улыбаясь.

Аника в ответ подарила виноватую улыбку и опустила глаза. Ей так нравилось, когда он ее так называл.

...

Он продолжил знакомить ее с домом, объясняя и показывая все.

Дом-замок оказался не столько замком, как больше домом. Это было растянутое сооружение из трех этажей, каскадом стоящих один на другом. Первый этаж был полностью выложен из камня и предназначен для обороны. Второй был поменьше, и там располагались помещения для приема гостей и заседаний совета клана, комнаты слуг. Третий этаж был жилым, с балконом по всему его периметру. Там и обитала семейство Таннари. В доме имелась библиотека, храм, кухня, оружейная и винные погреба под домом.

Дом окружало открытое пространство, позволявшее уничтожить подступающих врагов. Весь остальной комплекс зданий на территории были удалены ближе к оборонительной стене, ограждавшей всю территорию поместья и имевшую двое ворот – северные и южные. В одной части поместья размещался небольшой сад с прудом. Остальные части, где не было построек, занимали ухоженные лужайки и дорожки.

Слуги, работавшие в поместье, приветливо улыбались при появлении Таннари и Аники, слегка кланяясь им и приветствуя. Все встречающиеся люди имели длинные темные волосы, у женщин они были до пояса. Мужчины в черно-синих одеждах были все крепкого телосложения, по-видимому, они были воинами, состоявшие на службе у клана. Аника заметила с каким уважением они относятся к Таннари, безоговорочно выполняя его указания. И оно было искренним. Так не привычно было видеть такое отношение к наемнику, каковым она его все еще воспринимала. Но она заметила изменения в его поведении. Таннари стал вести себя более властно и по-хозяйски. Если в походе он мог отвесить поклон паладину или общаться с рыцарями на равных, учитывать чужое мнение, то здесь его слово было законом, и он сразу пресекал любые возражения и неподчинение. По всей видимости, только отец или мать могли оспорить его решения или приказ. Подобное отношение она подметила и к себе.

«Ну, конечно, - подумала Аника, украдкой наблюдая за ним, - будущий глава клана, как он говорил. Хозяин всего, что здесь есть».

У Аники стали возникать опасения, не станет ли она его собственностью, как все вокруг, с которой он будет делать все что пожелает. Он все также относился к ней с заботой и вниманием, но при этом чувствовалось, что пытался ограничить ее действия и повлиять на желания. На такое она не соглашалась. Взрастая на улице и будучи всегда предоставлена самой себе, она не потерпит навязывание себе чьей-либо воли.

Разглядывая встречающихся людей, Аника не удержалась и спросила Таннари:

- Слушай, а что это ваши люди ходят в одеждах одного цвета?

- Дело в том, что на территории Дарис Ари, так называется наше поместье, существуют определенные правила, - пояснил Таннари. - Запоминай, тебе потом будет легче ориентироваться. Слуги одеты в зеленое, черный - цвет воинов, синий и все его оттенки могут носить только члены нашей семьи. За стеной остальные носят все, что хотят, а попадая сюда должны подчиняться правилам.

- Поэтому ты был в черно-синем? – поинтересовалась она.

- Да, - кивнул Таннари. – Это наши родовые цвета. Но женщины обычно черного не носят, они ж не воины. Но могут использовать другие цвета для поясов, лент, шарфов, украшений.

- А гости?

- Если это высокородные гости из знати, то на них не распространяется. У других кланов свои цвета.

- А я? - требовательно спросила Аника.

- Я уже сказал тебе, - устало повторил Таннари. - Ты – невеста, сейчас тебе положено одевать серое. После свадьбы ты будешь носить синее.

Аника тяжело вздохнула, думая о том, каковы будут ее права и свободы в таком обществе, если одевать нельзя, что хочешь, и пошла дальше осматривать достопримечательности.

Им подготовили лошадей, пока они переодевались для верховой прогулки. И они выехали из поместья для осмотра окрестностей. Перед ними открылась холмистая местность с убранными и перепаханными полями, чередующиеся с вновь засеянными. Местами, вдоль реки имелись небольшие рощи, на дальних холмах расположились хутора. На окраине поселка, находившегося рядом с поместьем, располагались сады и виноградники, в них было видно работающих крестьян. Сам поселок занимал весь равнинный участок возле поместья, растягиваясь до спуска с холма. Строения в поселке были выполнены в основном из камня, глины и дерева, с крышами из глиняной черепицы. Преобладали там одноэтажные здания, одни побогаче, другие победнее. Имелись также несколько двухэтажных, четко выделявшихся на фоне остальных. Таннари объяснил, что это дома приближенных к семье людей, работающих в поместье. Им платят больше и они богаче других.

Встречавшиеся по дороге люди радостно приветствовали своего господина и его спутницу. Анике такое внимание было не привычно, до сих пор она жила, как тень, среди людей. Никто никогда не замечал худого мальчишку в потрепанной одежде. А тут сразу столько интереса к ее персоне. Волосы, заплетенные в косу, которые она всегда прятала, теперь свободно трепал ветер. Таннари не позволили ей спрятать их, отобрав взятый ею платок. И встречные с интересом смотрели на нее.

Они направились в поля, вдоль реки, и поднялись на соседний холм. Таннари подгонял лошадь, призывая Анику не отставать от него.

- У меня нет столько энергии и сил, как у тебя, - упрекнула она его.

Девушка пожаловалась, что еще не оправилась от перехода, и тогда он согласился ехать шагом.

- Я заметила, что в ваших землях почти нет леса, но все из дерева, - поделилась Аника, когда они оказались на вершине. – Как такое может быть?

- Да, у нас нет леса, - подтвердил Таннари. – Но у нас есть поля, сады, виноградники. Мы выращиваем много зерна, которое с лихвой окупается, и позволяет приобретать древесину. Также мы продает фрукты и вино. В северных землях и на юге наши товары пользуются спросом. У нас практически нет зимы, как у вас. Как видишь, наши люди заняты делом. Хотя сейчас не сезон для посева полей. Но время для уборки садов и винограда.

- Виноградники? – с интересом спросила Аника. – Никогда не видела, как растет виноград.

- Если хочешь, можем как-то проехать посмотреть, - предложил Таннари. – Сейчас наши люди заняты его уборкой, для того чтобы сделать вино.

- Я вижу, что ваши люди довольно счастливо здесь живут, - кивнула Аника. – В моих краях на господ смотрят с ненавистью, а тебя все радостно приветствуют.

- Как ты относишься к своему народу, так и он тебя будет любить, – улыбнулся Таннари. – Мы не стремимся обобрать своих людей, а наоборот стараемся поддержать их в торговле и труде. Защищаем от врагов, и помогаем в трудные времена. Чем лучше живется им, тем лучше нам.

- То есть, богат народ – богаты и вы? – спросила Аника.

- Что-то вроде того.

- Ну, это просто сказка какая-то, - засмеялась Аника. – О таком я еще не слышала.

- Я же говорил, что можешь получить то, о чем и не мечтала, – он подмигнул ей и направил коня вперед.

Они съехали с холма и продолжили прогулку.

...

Освоившись в доме семьи Таннари, Анике узнала, что каждое утро у них начинается с принятия ванны и завтрака.

- Я, конечно, люблю помыться, - возразила Аника, когда Таннари рассказал ей, что мыться нужно каждый день. - Но зачем так часто? Я ж ничего не делаю, нигде не пачкаюсь.

- Такая у нас традиция, - усмехнулся он. - Моя мать из южных земель, а у них там очень жарко и чистота залог здоровья. Чтобы избежать всякой заразы и болезней, лишний раз искупнуться не помешает. Так она и нас приучила к водным процедурам. Ничего плохого в том нет.

- Ага, теперь понятно, отчего ты так рвался в ту гостиницу с теплой ванной, - хитро прищурилась Аника.

- Не без этого, - пожал плечами Таннари. - Дело привычки.

Больше всего Анике понравились масла для кожи и бальзамы для волос, которыми ее натирали служанки после ванной. От них ее кожа становилась невероятно нежной и бархатистой, какой она никогда до этого от жизни на улице не была. А волосы приобрели ярко-золотистый блеск и стали более послушными и шелковистыми.

…

Уже третий день Анике проводили ознакомительный осмотр дома Таннари и его окрестностей. Полная эмоций и впечатлений, она не могла ночью уснуть, и крутилась на кровати. Тогда она встала и решила спать в стенном шкафу. Ей это было привычнее, и там она чувствовала себя спокойнее. Свернувшись клубочком под весящей на вешалке одеждой, она сладко заснула.

Таннари утром явился в комнату Аника, как всегда без стука, чтобы сопроводить ее к завтраку. Но девушки в комнате не обнаружил. Кровать была пуста, лежала только одна из простыней. Таннари растерянно осмотрел комнату, даже за кресло заглянул, потом вышел в коридор и спросил у слуг, не выходила ли рыжеволосая девушка - те отрицательно покачали головами.

- Куда ж она девалась? - проговорил Таннари, опять обводя взглядом комнату. - Может, через балкон вышла? Аника! Аника!

В голове даже мелькнула мысль, что девушка, словно пугливый лисенок, могла сбежать от него, потому, что он что-то не так сказал или сделал. Он иногда замечал, что она относиться к нему настороженно и с недоверием.

Аника проснулась оттого, что кто ее звал. Она потянулась, вытягивая все тело после сна клубочком. И, упершись руками в одежду, вспомнила, что заснула в шкафу. Подобрав шерстяное одеяло, она поспешила выбраться из шкафа.

- Я здесь, - сонно отозвалась девушка, выползая из шкафа.

Таннари уже вышел на балкон искать ее, когда услышал ее голос, то вернулся. С растрепанными волосами и закутавшая в одеяла, Аника появилась из шкафа.

- Ты что там делаешь? - удивленно спросил Таннари.

- Сплю, - зевая, ответила девушка.

- В шкафу?

- С детства такая привычка выработалась, - ответила Аника, шлепая босиком по комнате, - нигде не могу так выспаться, как в шкафу.

- Не знал, что у тебя такие привычки, - усмехнулся он.

Он смотрел на нее, и она напомнила ему маленького рыжего зверька, выползшего из норки.

- А что ты вообще про меня знаешь? - с упреком спросила она. - Так же, как и я про тебя.

- Впереди у нас много времени, чтобы узнать друг друга, - хмыкнул он.

- Ага, - сонно кивнула Аника и бросила одеяло на кровать.

Она решила сначала заслать свою кровать, потом заняться собой. Она потянула лежавшую на ней простыню и замерла.

- Что это? - испуганно спросила она.

Таннари подошел к ней и посмотрел в чем дело - в ее постели лежали три скорпиона.

- Замри! - скомандовал он.

Повторять ей не было необходимости, команда на сохранение жизни доходила к ней в считанные секунды, как тогда с барсом. Она, оставаясь недвижимой, переводила взгляд то на скорпионов, то на Таннари.

- Что это? - шепотом спросила она.

- Желтые скорпионы, - ответил Таннари.

- Я вижу, что скорпионы. Что они делают на моей кровати? У вас, здесь, это нормальное явление? – обеспокоенно осведомилась она.

- Кто-то хотел избавиться от тебя, - очень холодно проговорил Таннари, не сводя глаз с насекомых. - Желтые скорпионы самые ядовитые. И после них практически не остается никаких следов. Человек будто засыпает на век.

Таннари осторожно забрал простыню из рук Аники, и махнул ею над скорпионами. Один из них заметушился, а остальные последовали за ним, сползая с невысокой кровати на пол. Тут их и накрыл Таннари простыней, начав топтаться по ним. Под его ногами раздался неприятный хруст, а простыня промокла от останков насекомых.

- Они мертвы? - спросила Аника, заглядывая под простыню.

- Думаю, да.

- Что это все значит? - снова спросила она. - Меня хотели убить? Кому я мешаю?

Аника прибывала в полной растерянности. Не прошло и недели, как она здесь, а от нее уже хотят избавиться.

- Меня хотят убить? - повторяла она, сцепив руки, пятясь от останков насекомых-убийц.

Таннари посмотрел на нее и понял, что у нее начинается истерика. Она смотрела на него испуганными глазами, сжав губы. И в них читался укор в его сторону.

- Спокойно, - сказал он ей, подходя и обнимая. - Я слишком расслабился из-за любви к тебе.

- Это упрек? - с круглыми глазами спросила Аника.

- Скорее мне, - хмуро проговорил Таннари. - Я посчитал, что могу быть просто счастлив. Да не тут-то было.

- Я хочу домой, - зарыдала Аника. - Отвези меня туда, где взял!

Она стала колотить его в грудь, рыдая в два ручья.

- Прекрати истерику, - крикнул на нее Таннари, встряхнув. - Ты забыла, в каком мире мы живем? Думаешь, ты, правда, в сказку попала. У нас, так же как и у всех, есть враги и недоброжелатели. Опасности поджидают нас на каждом шагу. Даже в моем доме.

Аника всхлипнула и вытерла слезы. Он был прав, тьма и зло обитали повсюду. А плохие люди находились в любых землях.

- Зачем такой дом, если нельзя спокойно в нем спать? - обвиняющим тоном спросила она, не желая мириться.

- А что, предпочитаешь спать на улице?

Аника только шмыгнула носом в ответ.

- То-то же, - кивнул он. - Я найду тех, кто посмел это сделать. И мучения их будут страшными. А ты... теперь будешь жить в моей комнате.

- Это как?

- Поставлю твою кровать в своей комнате, и буду сам охранять. - Пояснил Таннари. - Теперь нельзя ни на кого надеяться.

- А разве так можно? - удивленно спросила она.

- После такого, можно, - он кивнул в сторону растоптанных скорпионов. - Кто-то очень не хочет, чтобы ты стала моей женой. Давай одевайся, и уходим отсюда.

Он направился к дверям.

- Ты куда? - взвизгнула Аника.

- Подожду за дверью.

- А вдруг тут еще что-то ползает?! - она подбежала к нему и вцепилась в его руку. - Не оставляй мня одну.

- Хорошо, - пожал плечами Таннари. - Только быстрее.

Аника на ходу задрала рубашку и сбросила ее, Таннари невольно засмотрелся на нее, закусив нижнюю губу. Она быстро натянула на себя серое платье и затянула завязки на нем, обула кожаные туфли и заплела косу на скорую руку.

- Я все. - Сообщила она, подбегая к нему.

- Ты это... - обратился к ней Таннари, пытаясь выбросить из головы ее обнаженный образ. - Ты никому не рассказывай о своей привычке спать в шкафу. Это не раз может спасти тебе жизнь. Поняла? Никому-никому.

Аника решительно кивнула. Уходя, Таннари приказал слугам никого не впускать в комнату Аники.

...

Остальные члены семьи уже завтракали в столовой. Аника, извинившись, уселась на свое место, а Таннари занял свое.

- Задерживаетесь, молодые люди, - сделал замечание Данвар.

- Были дело, - отзывался Таннари, - потом расскажу.

Отец кивнул, и они продолжили трапезу.

Под конец завтрака Таннари обратился к отцу.

- Отец, хотел спросить на счет церемонии.

- О чем?

- Можно будет провести только официальную часть, и никаких танцев, гулянок и тому подобное?

- Что? - усмехнулся Данвар. - Это ты-то не желаешь проводить гулянку?

Он коротко рассмеялся.

- Куда подевался тот Таннари, который ночи напролет устраивал тут громкие гулянки и пачками таскал девиц со всей округи? - отец пристально посмотрел на сына. - Мой ли сын вернулся с северных краев?

Он перевел взгляд на Аника, которая опустив глаза, после его слов ковырялась в своей тарелке без аппетита, потом обратно на сына.

- Ты что даже мальчишник устраивать не будешь? - спросил он.

- Нет, - мрачно ответил Таннари. - Ты сам отправил меня пройти путь воина, что бы изменить взгляды на жизнь. Разве не этого ты хотел?

Данвар откинулся назад, на спинку стула.

- Хотел, - кивнул он. - Но не думал, что все будет, так радикально.

- Да, я изменился, да только здесь ничего не изменилось, - сказал Таннари, отодвигая тарелку.

- Ну почему же, - возразил отец, - после твоего отъезда здесь все поутихло, дружки твои разбежались. Вот только невест не поубавилось. Знать со всей округи своих дочерей мне предлагает с лучшим приданым.

Аника от его слов выронила вилку, которая со звоном свалилась на пол.

- Извините, - виновато проговорила она, нагнулась и достала ее.

Таннари покосился на девушку и увидел, как она помрачнела.

- Я вообще-то не это имел в виду. Давай, не будем поднимать эту тему, - сухо проговорил Таннари. - Я сделал свой выбор, и никто ни в праве мне указывать, что делать.

- Мальчики, - зазвенел голос Киары. - Не пристало вам спорить за столом. Хотите выяснить отношения - арена всегда в вашем распоряжении.

Мать продолжила беззаботно поедать свой завтрак, поглядывая на Анику. Таннари встал из-за стола и подошел к Анике.

- Ты позавтракала? - спросил он ее.

- Да, - бесцветно ответила девушка, отодвигая тарелку.

Она встала и ушла за ним.

- Зачем ты так с ним? - спросила Киара мужа. - Мальчик знает, чего хочет, а ты его тыкаешь носом в былые проблемы. А ты может, только настроить ее против него.

- Хотел проверить, действительно ли он изменился, - виновато ответил Данвар. - Возможно, ли чтоб человек так в корне менялся?

- Все возможно, - улыбнулась Киара. - Эта девочка очень хорошая. Ну, и что, что она без роду и племени, без приданного. Наши законы не запрещают брать таких. А она его явно изменила.

- Но хватит ли у нее сил с ним совладать?

- Женщины бывают куда сильнее, чем кажутся, - загадочно улыбнулась Киара.

Она переглянулась с дочерью, и та ответила ей улыбкой.

…

Более двух лет назад.

Данвар распахнул двери в комнату сына и вошел. На кровати помимо него, по обе стороны спали две обнаженные девицы. Данвар подошел к кровати и прокашлялся. Девушки подняли головы и испуганно охнули.

- Чтоб через минуту вас здесь не было, - холодно проговорил Данвар.

Девушки поднялись и, подхватив свою одежду, поспешно выпорхнули из комнаты. Таннари заворочался и открыл глаза.

- Что такое? – недовольно спросил он, щурясь.

- Поднимайся, - велел Данвар.

- Случилось что-то страшное, что ты вламываешься ко мне? – все так же возмущенно спросил Таннари.

- Случилось, - кивнул Данвар. – Ты уходишь.

Таннари потер глаза и сел. Тряхнул головой с длинными ниже плеч волосами, разгоняя остатки сна и хмеля.

- Куда это я ухожу? – не соображал он, не проснувшись еще.

Данвар смотрел на него сверху вниз осуждающим взглядом.

- Завтра ты покидаешь это дом, - продолжил Данвар. – Так, что нужно сегодня собраться в дорогу.

- Ты что выгоняешь меня? – Таннари не верил своим ушам.

- Я не выгоняю тебя, - спокойно ответил Данвар. – А посылаю пройти путь воина.

- Чего? – Таннари удивленно заморгал.

- Мне надоело созерцать твою разгульную жизнь, - постарался объяснить ему свое решение Данвар. – Тебе пора давно повзрослеть.

Он направился к дверям на балкон и открыл их, впуская в комнату свежий воздух.

- Твои выходки выходят за любые дозволенные границы, - продолжил Данвар. – Вчера ты со своими дружками чуть полдома не разнес, устроив соревнование в стрельбе из арбалета. Прошлый раз чуть не сожгли конюшню. А про разного рода девиц промолчу. С меня довольно. На себя тебе плевать, но ты позоришь нашу семью.

Таннари с недовольным видом выслушивал отсчитывание отца.

- Короче, выставляешь за двери, - заключил он.

- Не выставляю, - рассерженно произнес Данвар, подходя к кровати. – Ты уже давно не мальчик, и такое поведение для наследника клана не простительно. Ты ведешь слишком беззаботный образ жизни. Так, что странствия по миру научат тебя быть ответственным и дисциплинированным. Я сказал матери, чтобы она все подготовила. Будь готов завтра отправиться в дорогу.

- А как же, ты будешь справляться? – с вызовом спросил Таннари. – Кто будет тебе помогать управляться с землями клана?

- За это не беспокойся, - усмехнулся Данвар. – От тебя особой помощь я все равно не видел.

- А что ты скажешь сватающимся невестам, куда я делся? – не унимался Таннари. – Они ж тебе прохода не дадут.

- Ты, что жениться хочешь? – удивленно спросил Данвар. – Так можно устроить, вместо пути воина. Может, это тебя усмирит.

- Еще чего! – Таннари подскочил на кровати и стал одеваться. – Я лучше пойду, повоюю.

- Только не забывай, - Данвар возвышался над ним, пока тот сидел на кровати, - что свою пару ты можешь встретить где угодно.

- Ну-ну, - пробурчал Таннари, - помню.

Данвар направился к дверям, но на полпути Таннари окликнул его.

- А сколько это путь воина должен длиться?

- Пока ты не посчитаешь, что стал достойным воином, - обернулся Данвар.

- А если я через неделю вернусь? – с насмешкой спросил Таннари.

- Ну, если ты посчитаешь, что за неделю стал воином, - с улыбкой ответил Данвар, - то возвращайся.

- И куда мне идти? – поинтересовался Таннари.

- На все четыре стороны света, - развел руками Данвар. – Выдумывая, чтобы натворить, ты ж меня не спрашиваешь.

Утро следующего дня было жарким и солнечным. Таннари с нерадостным видом явился к завтраку.

- У нас кто-то умер? – с насмешкой спросил Данвар.

- Может и умрет, - мрачно ответил Таннари.

- Надеюсь, я не стану свидетелем вашей очередной перепалки? – вмешалась Киара.

Таннари и Данвар разом посмотрели на нее и умолкли.

Киара стояла у конюшни и ждала, пока Таннари закрепит вещи к седлу.

- Ты попрощался с отцом? – строго спросила она, когда он подошел к ней.

Таннари кивнул в ответ.

- Не думай, что он желает тебе зла, - вздохнула она, поправляя ему плащ. – Ты же прекрасно знаешь, что и он в свое время прошел тот же путь. И желаешь, чтобы ты был не хуже его.

- Знаю, - понуро опустил голову Таннари.

Киара обняла его на прощанье.

- Мама, - тихо спросил он, держа ее в объятьях, - куда мне ехать?

- Если хочешь, - ответила она, отстраняя от него и смотря в глаза, - то на север. Будь осторожен, сын.

Таннари коротко кивнул и запрыгнул на лошадь. Киара с замирающим сердцем смотрела ему вслед. Советуя направления на север, она надеялась, что там его ожидает меньше опасностей. Люди в тамошних краях считались более терпимыми и сдержанными к чужакам.

...

Аника плелась за Таннари, опустив голову. Она не могла забыть слова его отца о том, какой он гуляка и очередь невест. С одной стороны ей стало как-то обидно, а с другой зашевелилась ревность. Мысль о том, что у него было много женщин, с которыми он развлекался, заставляла ее стискивать зубы, чтобы не плакать.

- Ты что там спишь на ходу? - Таннари обернулся к ней.

- Может, лучше было бы, если бы меня съели те скорпионы? - вдруг сказала Аника, остановившись.

- Эй, ты чего? - нахмурился Таннари. - Ты что, так близко приняла слова отца? Не обращай внимания. Приданое для него не главное. Да и он это все специально говорил, чтобы поддеть меня. Тем более что есть проблемы куда важнее.

- Хочешь сказать, что про твои похождения по девкам он выдумал? - спросила Аника, глотая слезы.

- Ты что ревнуешь? - хмыкнул он. - Ну, было дело по молодости, хотелось развлекаться. Я не святой. Ты посмотри на меня, может ли мне отказать хоть одна девушка? Мог ли я этим не воспользоваться?

Аника, переполненная злости, оттолкнула его в сторону и пошла прочь. Таннари растеряно посмотрел ей вслед.

- Это чё я виноват, только потому, что такой я есть? - спросил он сам себя, разведя руками.

Аника шла и плакала, не видя ничего перед собой. С чувством в сердце, будто нож всадили. Одно в ней говорило, что не стоило питать глупых иллюзий, что такой мужчина будет примерным мальчиком. А другое кричало, что она не может его ни с кем делить. Если она должна быть только для него, то и он должен быть только с ней. Она доверилась ему, отдалась полностью его власти, у нее не было пути назад.

Таннари поспешил за ней, догнал и схватил за плечо, развернув к себе.

- Послушай, зачем тебе то, что было в прошлом, - проговорил он ей. На что она закрыла лицо руками. - Сейчас в моих мыслях только ты.

- Надолго ли? - всхлипнула Аника.

- Надеюсь, что да, - ответил он, прижимая ее к себе.

…

Новая кровать Аники теперь стояла в комнате Таннари. Виделась она с ним в основном днем. Ложась спать его еще не было, а просыпаясь, он уже уходил.

Он рассказал родителям о скорпионах, и чуде, что девушка избежала их укусов. Отец помрачнел от этой новости. Выходило, что в их доме завелись крысы, предавшие его семью. Он пообещал с этим разобраться, а Таннари пригрозил, что проведет свое расследование.

Аника наслаждалась приятным вечерним воздухом на балконе, когда в комнату вернулся Таннари.

- Не спишь еще, - проговорил он, подходя к ней.

- Не спиться.

- Что так грустно? - поинтересовался он.

Аника помолчала, раздумывая о чем-то.

- Скажи, - начала она не смело. - Думаешь ли ты, на что обрекаешь себя, связываясь со мной?

- Ты это о чем? - не понял ее Таннари, насторожившись.

- Я побыла здесь достаточное время, чтобы понять, что чужая для вас, - продолжила она. - Я не похожа на ваших людей. Они смотрят на меня, как на диковинного зверя. Я не пробыла здесь и недели, а меня уже хотят убить. Стоит ли оно всего этого?

Таннари посмотрел куда вдаль, сжимая руками перила балкона. Определенно девушка была права, кому-то его выбор не угодил. Но это не мог быть кто-то из его семьи, в этом он был уверен.

- Мне все равно, нравится ли кому-то мой выбор или нет, - проговорил он решительно. - Главное, что это устраивает меня, и я доверяю тебе. Может, они делают это из зависти? У нас есть враги, как и у всех людей. И я делал свой выбор осознанно, понимая, на что иду. Я бы не тащил тебя за тридевять земель просто из прихоти.

Аника закрыла глаза и отвернулась.

- После свадьбы никто не посмеет и волоска на тебе тронуть, - сказал Таннари, погладив ее по голове.

Но она резко развернулась и ушла в комнату. Таннари остался стоять на балконе, разглядывая темноту. Он понимал, что для нее такая перемена в жизни была слишком резкой, и нужно было время, чтобы она привыкла.

…

Таннари пригласил Анику проехаться с ним на виноградники, находившиеся на окраине поселка.

Когда они прискакали к винограднику, люди работавшие там, поприветствовали их возгласами, а ответственный за уборку склонился в поклоне, при их приближении. Двое крестьян подбежали к лошадям и взяли их за поводья, пока господин с госпожой, спешивались.

- Господин Таннари, - ответственный склонился еще больше. – Рад видеть вас. Вы решили лично проконтролировать нашу работу?

- Госпожа Аника пожелала ознакомиться с виноградниками, - ответил Таннари, кивая в сторону девушка. – А как у вас продвигается работа, Никон?

- Со всем управляемся, господин Таннари, - улыбнулся ответственный Никон. – Уборка проходит согласно срокам. Думаю, к концу месяца со всем управимся.

- Надеюсь, боги нам этому поспособствуют, - кивнул Таннари. – Идем, - он поманил рукой за собой Анику.

Она стояла неподалеку и разглядывала стройные ряды винограда, тянувшихся вниз с холма.

- Куда?

- Пройдемся, посмотрим, - ответил он, беря ее за руку. – Ты говорила, что никогда не видела, как растет виноград. Посмотришь поближе.

Аника заулыбалась в ответ и бодро зашагала рядом с ним вниз. Ряды образовывали вкопанные в землю деревянные столбики с натянутыми на них веревками. Виноградные лозы плелись на эти веревки и опирали на столбики. Таннари прохаживаясь по ряду, попутно осматривал растущие лозы. Аника, словно любопытный ребенок, изучала сами растения, рассматривая свисавшие гроздья, резные листья и закрученные усики.

- Можешь сорвать, - услышала она за спиной голос Таннари.

Она обернулась и посмотрела на него.

- Можно?

- Конечно же, - кивнул он, и сам сорвал гроздь.

Оторвав несколько виноградинок, закинул в рот, остальное протянул ей.

- Какая вкуснотище, - проговорила Аника, жуя виноград. – Сладкий какой.

- Это сорт для сладких белых вин, - пояснил он. – Есть еще красные сорта. И еще много других видов.

- Даже не подозревала, как растет виноград, - хихикнула Аника, озираясь по сторонам.

- Ну, есть и другие виды винограда, - ответил Таннари, - которые растут немного иначе. Плетутся по стенам, высоко-высоко. Эти выращиваются специально для сбора урожая, чтобы удобно было собирать.

- Понятно, - кивнула Аника.

- Я уже более двух лет не был здесь, - признался он, - подзабыл кое-что, пока мечом махал, придется по-новому учить.

- Думаю, будет легко вспомнить то, что уже знал, - ободрила его Аника.

Они продолжили идти вдоль винограда.

- Господин Таннари, - их окликнул Никон, на что Таннари шагнул в его сторону. – Сборщики в том краю сообщили, что лозы опять были повреждены зайцами.

Таннари нахмурился от его слов.

- Осмотри их внимательно, скажи Ранару, чтоб оценил ущерб. И пусть заменят веревки в этом ряду, а то прогнили, - дал он указания. – А зайцами я сам займусь.

- Ты собираешься сам охотиться на зайцев? – удивленно спросила его Аника, когда Никон удалился.

- Иногда приходиться, - пожал плечами Таннари, - они наносят большой вред винограду, обгрызая его. Иногда доводиться гонять них, чтобы они уходили с виноградников, как можно дальше. Да и это бывает весело.

Аника с улыбкой мотнула головой, не понимая в чем тут веселье.

- Пройдемся в сад? – спросил он ее, и она согласно кивнула.

Они вернулись на вершину холма и направились в располагавшегося неподалеку сад. Аника с не меньшим интересом разглядывала плодовые деревья. Всюду витал аромат спелых яблок и груш. Ветки деревьев с поспевшими яблоками и грушами были подперты палками, не позволявшими обломаться от их тяжести. В траве лежали опавшие и сгнившие плоды. Аника остановилась возле одного из деревьев и, подняв голову, рассматривала его. Тут из-за него выглянул Таннари и протянул ей грушу.

- Держи, - сказал он.

- Что это? – удивленно спросила она, принимая плод.

- Масляная груша, - ответил он. – Ее мякоть очень мягкая, как масло, и сочная.

Аника осмотрела предложенный фрукт. Желтая с красным бочком грушка, почти круглой формы, пахла медом. Она откусила кусок и поняла, что имел в виду Таннари, говоря, что она мягкая, как масло. Груша действительно была очень вкусной.

Таннари стоял, опершись об дерево, и смотрел на нее ласковым взглядом. От этого Аника почувствовала себя смущенно. Его поведение немного менялось, когда они оставались одни. Он старался оказать ей какие-то знаки внимания, большую заботу, напоминая ей влюбленного мальчишку.

- У вас всегда так господа бегают по виноградникам и садам? – решила она спросить, чтобы нарушить затянувшуюся паузу.

- Не знаю, как у других, - ответил, улыбаясь Таннари, - а я люблю прогуляться по своим землям. Знать, что, где и как, быть в курсе всего происходящего. Чем ты ближе к людям, тем преданнее они тебе. Понравилась грушка?

Аника кивнула. Он подошел к ветке, протянул руку и сорвал еще одну. С его ростом это не было проблемой.

- Та можно было бы и с земли поднять, - робко сказала Аника, - вон их сколько валяется.

Она указала себе под ноги.

- Не пристало госпоже с земли подбирать, - напутственно сказал Таннари, отдавая ей грушу. – Привыкай, что у тебя должно быть все самое лучшее.

- Тяжело это, когда привык всю жизнь обходить самым малым, - вздохнула Аника, опустив глаза.

- Тогда позволь мне избавить тебя от этой тяжести, - проговорил он, заправляя ей непослушный локон за ухо.

- То есть? – Аника подняла на него удивленный взгляд.

- Позволь поухаживать за тобой, приучить к роскоши, - улыбнулся он. – Ведь я так резко утащил тебя за собой, что ты толком и не успела осознать, что произошло. Я вижу, что ты все еще не смирилась с происходящим. Или ты не доверяешь мне?

Аника снова опустила глаза.

- Я доверяю, - кивнула она. – Просто я не могу свыкнуться с тем, кто ты. Тогда в походе ты был простым воином, наемником. А здесь ты… хозяин всего.

- А ты хозяйка, - Таннари склонился к ее уху, - глупая Лисичка. Все мое будет твоим. Я все так же оберегаю тебя и забочусь, как в походе, и слежу, чтоб остальные относились также.

- Насильно мил не будешь, - возразила Аника, рассматривая грушу в своих руках.

- Какая же ты упертая, госпожа Лисица, - вздохнул Таннари. Он обнял ее за плечи и повел обратно к виноградникам. – Мой выбор – их выбор. Люди клана никогда не оспаривают решений семьи, да и им все равно, лишь бы сытно да мирно было.

...

Настал день свадьбы. Анику готовили более десятка служанок. Ее купали, натирали, одевали, зачесывали.

Хотя свадебный наряд не выделялся особой вычурностью, но все было отглажено и вычищено до бриллиантового блеска. Нежно голубое платье было с облегающими рукавами и длинной, но не пышной, юбкой в несколько уровней. На голове ей соорудили прическу, украсив волосы синими камнями. И накрыли голову нежно-голубой вуалью.

Церемония проводилась в одном из залов дома. На помосте стоял алтарь, за которым находился жрец, прибывший специально для проведения свадьбы. Гости собрались в зале и ждали появления жениха и невесты.

Таннари вышел из боковых дверей и прошел к алтарю. Одетый в ярко-синий шелковый костюм с тонкой вышивкой родового герба на левом стороне рубашки. Анику привели позднее через другие двери. Слуги остались за дверями, а она, неуверенно шагая, пошла к Таннари. Ей стало ужасно страшно от всего происходящего. Она посмотрела на Таннари, который кивнул ей, подзывая к себя, увидев, что она приостановилась. Ноги не желали ее держать, когда она глянула в зал, где толпились приехавшие гости и члены семьи Таннари. Но собравшись с силами, Аника поднялась на помост с алтарем.

Таннари ободряюще улыбнулся ей, когда она встала рядом с ним.

Жрец поприветствовал их, и принялся читать молитву на непонятном языке. Аника тихо стояла и хлопала глазами, не вполне осознавая все происходящее. Она все еще не могла поверить в то, насколько изменяется ее жизнь. Человек, случайно встреченный ею, которого она пыталась обворовать, сейчас должен стать её мужем.

Жрец закончил читать молитву и достал два золотых обруча. Он указал брачующимся повернуться к нему спиной. Они послушно развернулись к гостьям лицом. Те затихли, внимательно глядя на них. Аника слышала, как жрец стал за их спинами, и почувствовала, что он надел обруч ей на голову. И краем глаза заметила, что тоже он сделал и Таннари.

- Отныне, - заговорил жрец за их спинами, - эти люди перед богами и перед людьми муж и жена.

Он снял с них обручи и вернулся за алтарь. Таннари протянул руку Анике, и она несмело подала свою. Он потянул ее за собой с помоста. Гости зашумели, радостно высказывая свои поздравления.

К ним подошла Киара и Тасмин.

- Поздравляем, - улыбнулась Киара, обнимая Анику. – Ты такая умница.

- Добро пожаловать в семью, - сказала Тасмин.

Аника улыбнулась в ответ через вуаль.

Потом подошли по очереди все прибывшие гости. Аника молча улыбалась и кивала, не представляя, что можно сказать в ответ.

После поздравлений, когда внимание к новобрачным снизилось, Аника обратилась к Таннари:

- Скажи, чего они на меня так все смотрят? Неужели из-за моих волос?

- Вовсе нет, - тихо ответил Таннари. – Дело в том, что те обручи, что на нас одевали, не простые. Если бы ты не была девушкой, твой обруч засветился.

- Намекаешь, что они меня таковой не считали? – обиженно спросила Аника.

- Судя по всему, большинство да, - расстроено отозвался Таннари. – Но, то их ошибка. Тебе не о чем больше беспокоиться. Ты оправдала наше доверие.

Но Анику это все же несколько задело. Но успокаивало, что он не сомневался в ней.

После церемонии гостей и молодоженов пригласили в зал с накрытыми столами.

- Есть хочешь? – спросил Таннари Анику, когда они пришли в зал.

- Немного, - ответила она, - от волнения аппетит не очень.

- Но все же лучше перекуси, - сказал он ей, проводя за стол. – А потом можем уйти.

- Куда? – взволновано спросила Аника.

- Куда угодно. Наше присутствие больше не требуется, - ответил Таннари, отбрасывая с ее лица вуаль.

...

Таннари вел Анику за собой в их комнату. А у нее ноги подкашиваюсь от мысли, что будет дальше. Теперь перед всеми она стала его женой. И он мог делать с ней, что хотел. Она сама не понимала, почему ей так страшно. Ей хотелось быть с ним рядом, видеть его, но от мысли, что нужно отдаться его власти, ее становилось не по себе. Даже тогда в гостинице ей не так страшно было.

В связи с событием в комнате, где они жили до этого, поменялась обстановка. Теперь там стояла одна большая кровать и два кресла.

Они пришли к дверям комнаты, и Таннари пропустил ее вперед. Зайдя вслед за ней, закрыл за собой двери. Аника быстро прошагала дальше в комнату и остановилась в ожидании, не оборачиваясь к нему, стараясь унять охватывающую ее дрожь.

Таннари подошел к ней и, взяв за плечи, развернул к себе. Она не сопротивлялась, но и не предпринимала действий навстречу. Отведя локон волос с ее лица, он провел пальцами по ее щеке, и Аника закрыла глаза, замерев в ожидании. Его пальцы прошлись по ее шее и вернулись к подбородку, приподнимая его. Коснувшись ее губ, он притянул ее к себе, целуя все страстнее. Но она все также безвольно поддавалась его действиям. Тогда он увлек ее к кровати, осторожно уложив на нее.

Он старался быть нежен, насколько мог. Чувствуя, как он наступает, Аника напрягалась все больше. А когда он стал задирать платье, сжала руки в кулаки и сильно зажмурилась, стиснув зубы. И едва его рука скользнула по бедру, свела ноги, так что коленки заболели. Ощутив ее напряжение, почти сопротивление, Таннари отстранился от нее и посмотрел на ее лицо. Вид у нее был настолько несчастный, разве что не плакала, что он почувствовал призрение к самому себе.

- Ты все еще боишься меня, - разочарованно сказал он, и уткнулся носом в ближайшую подушку.

Аника, свободная от его объятий, повернулась к нему спиной и свернулась клубочком. Она не могла справиться с собой, чтобы ответить ему. Пролежав некоторое время в обнимку с подушкой, Таннари сел на кровати. Взявшись за голову руками и, упершись локтями в колени, он проговорил растерянно:

- Я не понимаю. Что я сделал не так? Я дал тебе все, что мог - привел в свою семью, в свой дом, ты стала моей женой. Я готов отдать тебе, все что у меня есть. Что еще не так? Тогда я мог просто переспать с тобой и забыть навсегда, но ты застряла в моем сердце острее того ножа, которым замахивалась на меня. Что не так?..

Он обернулся к ней. Но Аника молчала, спрятавши голову под одну из подушек.

- Пойми же, я не могу взять тебя силой, - сказал он униженно. - Это ниже моего достоинства, и подобно преступлению. Я люблю тебя и хочу, чтобы твое желание было взаимным. Поэтому... буду ждать, пока ты сама не придешь. Или просто скажи, что не любишь меня...

Видя, что она никак не реагирует на него, он вскочил с кровати и, пнув на пути валяющуюся на полу вуаль, ушел на балкон. Никогда в жизни он не испытывал такого горького разочарования. И из-за кого? Той, которой открыл свое сердце и сказал, что любит. А может это была расплата за прошлые подвиги и разбитые сердца? Но, пройдя такой долгий путь, он не собирался сдаваться, не в его правилах. Она его вторая половинка, он не отступит. Ждал все это время и еще подождет, хотя это было очень тяжело. Но больше всего он боялся, что ошибся, и ее придется отпустить. Но нюх нельзя обмануть, почему же так выходит?

Аника выглянула из-под подушки и посмотрела ему вслед глазами полными слез. Сползла с кровати, подобрала шлейф от своего платья и направилась к шкафу.

Таннари едва совладал с эмоциями, переполнявшими его, так что со злости зарядил кулаком в колонну, поддерживавшую крышу. Свежий ночной воздух помог ему придти в норму, но горечь разочарования осталась.

Вернувшись в комнату, он не застал Анику, но заметил приоткрытые в шкаф двери. Облегченно вздохнув, он подошел к шкафу и заглянул в него. Среди вещей виднелась скрутившаяся фигурка в голубом. Убедившись, что она там, он посчитал, что так даже лучше. Чем дальше от него, тем спокойнее, иначе опасался, что может не выдержать. Один ее запах сводил его с ума, и чем ближе она была, тем труднее было держать себя в руках. Он завалился на кровать и заснул.

...

Не в силах совладать со своими страхами, Аника так и ночевала каждую ночь в шкафу. Просыпаясь утром, она уже не встречала Таннари, он уходил раньше, чем она просыпалась, а на ночь возвращался как можно позже. Пару раз она просыпалась ночью и не находила его в комнате. Ее даже начали терзать подозрения, что он уходил развлекаться куда-то, как в прошлом. А все из-за ее собственной слабохарактерности. Она не могла заставить себя расслабиться рядом с ним, ответить взаимностью, не понимая причины тому. И теперь он начал отдаляться от нее. Сухое приветствие во время еды, и короткие разговоры ни о чем при встречах – все, чем стало ограничиваться их общение. Он больше не пытался обнять или поцеловать, общался все меньше, избегая оставаться наедине. В его глаза она видела немую обиду, когда они встречались взглядами. Все то, что было выстроено до свадьбы, начинало рушиться, как песочный замок под волнами. Казалось, еще немного и все окончательно смоет в море страха и обиды.

Бродя по дому, как приведения, Аника зашла в комнату, где часто бывали Киара и Тасмин, там они занимались вышиванием и вязанием. Они как раз были там.

- Ой, проходи, дитя мое, - позвала ее Киара. - Что-то ты скучаешь?

- Просто не знаю, чем заняться, - призналась девушка.

- Так присоединяйся к нам, - предложила Киара. - Ты умеешь вышивать?

- Нет, только дырки зашивать, - стыдливо ответила Аника.

- Ну, это почти тоже самое, только дыркой тут нет, - Киара, улыбаясь, указала на свое полотно. - Доченька, принеси, пожалуйста, Анике набор для вышивания.

Тасмин кивнула и ушла.

- Деточка, - тихо проговорила Киара, - хорошо, что ты зашла сюда. Я хотела с тобой поговорить.

Она подманила ее ближе к себе и предложила сесть рядом на лавку.

- О чем? - Аника подняла глаза.

- Знаю, что у тебя определенные сложности в отношениях с мои сыном, - спокойным ласковым тоном сказала Киара, стараясь не напугать ее.

- Че, уже нажаловался? - Аника пристыжено опустила голову.

- Нет, - усмехнулась мать. - Но я вижу, куда больше, чем сами люди говорят. И если кто-то в моей семье страдает, я узнаю это без лишних слов.

Аника вспомнила рассказ Таннари, что его мать имеет определенный дар.

- Если есть проблема - ее нужно решать, - наставительно проговорила Киара. - Позволь мне тебе помочь.

- Вы что хотите меня заколдовать? - испуганно спросила Аника.

- Нет, что ты! - засмеялась женщина. - Я просто хочу поговорить с тобой, чтобы помочь понять причину твоих страхов. Ты не представляет, как он страдает из-за тебя.

Аника снова виновато опустила голову.

- Помимо того, что он любит тебя, - продолжила Киара, - ты первая девушка, которая не поддалась его очарованию. А это вдвойне больнее для него. Ты его жена, а остаешься для него недосягаемой. Он мужчина, воин, а тут такое поражение. Понимаешь?

- Честно, - всхлипнула Аника, - я люблю его. Но не знаю, что со мной. Не могу и все...

Киара взяла ее за руку в знак поддержки и посмотрела прямо в глаза.

- Что-то мучит тебя, ты и сама не знаешь, или не желаешь осознавать. Я постараюсь помочь тебе, чем смогу.

Тут в комнату вернулась Тасмин с вышивкой.

- Давай, пока займемся приятным, - улыбнулась Киара, - вышивание расслабляет.

...

Устроившись на ночь в шкафу, Аника заснула. Но сон, приснившийся ей, был просто ужасным. Ей снилось, как насиловали и убивали ее мать, а она из укрытия на все это смотрела. Потом куда-то бежала, проваливалась, и вконец проснулась в холодном поту, тяжело дыша.

Отдышавшись, она поняла, что вспомнила забытые воспоминания детства. Ее детский мозг блокировал его, а из-за общения с матерью Таннари эта стена рухнула. Она была свидетелем гибели матери от каких-то разбойников. Потом убежала в город, и стала бродяжкой и воровкой, навсегда похоронив все воспоминания о семье. Отсюда и родился страх перед близостью с мужчиной. Подсознание сохранило отпечаток и воспроизводило ту пережитую боль.

Понимая это, Аника теперь не знала, как справиться со всем этим. Тогда она решилась просить помощь у Киары, раз уж она разбудила в ней эти воспоминания. Иначе она так и потеряет то, что с таким трудом добилась.

Она пришла на урок вышивания измученная и не выспавшаяся.

- Что-то вид у тебя совсем несвежий, - заметила Киара. - С тобой все хорошо?

- Нет, - вяло ответила Аника, усаживаясь на свое место.

Киара посмотрела на дочь – та без слова встала и вышла.

- Вы говорили, что поможете мне понять, что со мной не так, - начала Аника. - Так вот я теперь знаю в чем дело, но справиться с этим не могу.

Она рассказала ей про сон и про всплывшие воспоминания. Киара ужаснулась судьбе девушке и ее тяжелой жизни.

- Бедняжка, я постараюсь помочь тебе, чем смогу. - сказала Киара.

Киара взяла ее за руку и заставила встать. Обошла ее и встала за спиной. Аника почувствовала, как она прикасается пальцами к ее спине, машет рукой, что-то шепчет.

- На тебя воздействовали какой-нибудь магией? - вдруг спросила она.

Аника задумалась, и вспомнила случай с камнем Забвения в цитадели.

- Было один раз, - кивнула она. - Меня пронизал лучами камень.

- Да, я чувствую, что внутри тебя горит искра магии, но она очень слабенькая, - пояснила Киара. - Можно использовать ее, чтобы уничтожить твой страх. Только предупреждаю, что результат, ты почувствуешь не сразу.

Аника утвердительно кивнула, и Киара приступила к действиям.

Расставшись с Киарой и Тасмин, Аника полная надежд и благодарности вернула в свою комнату. Но Таннари там еще не было, и она по привычке забралась в шкаф.

...

С того дня Аника стала по ночам просыпать и подкрадываться к постели, на которой спал Таннари. Стояла и смотрела на него, прислушиваясь к своим чувствам, но стоило ему зашевелиться, убегала обратно в шкаф. Иногда она все так же не заставала его на месте. Куда он уходил, ей было не понятно.

Однажды она хотела так же подкрасться, но выглянув из шкафа, заметила, как двери с балкона открываются, и в них появился Таннари. Совершенно голый. Удивившись, Аника решила, что он ходил подышать ночным воздухом. Он вошел и упал на кровать. И она уже не отважилась выходить из своей укрытия.

Проходили дни, а она не могла забыть, как увидела его тем вечером. В ней просыпалось неудержимое желание оказаться в его объятьях. А он все также избегал встреч с ней. Не давало покоя и чувство ревности, нашептывающее разные гадкие мысли. Наконец Анику переполнило чувство решительности, и она выбрала ночь, чтобы придти к нему.

...

Выбравшись из шкафа, она на цыпочках подошла к кровати. Присев на край, прислушалась, спит ли Таннари. Он лежал на боку, спиной к ней, и тихо дышал. Однозначно - спит, заключила Аника. Поднакрутив себя разными ревнивыми мыслями, она поползла к нему.

Забравшись под простыню, которой он укрылся, она коснулась его плеча рукой. Таннари вздрогнул от этого и обернулся.

- Ты? - спросил он спросонья.

- Только ничего не говори, умоляю, - шепнула Аника, держась за его плечо.

Тогда он без лишних слов развернулся и поцеловал ее. Его руки обвили ее талию и привлекли к себе. Борясь с подступившим головокружением, Аника обвила руками его шею и стала отвечать на поцелуи, которые с каждым становились все страстнее и пламеннее. Ее кожа была нежная и бархатистая, после многочисленных купаний и масел. Прикасаясь к ней, Таннари убеждал себя, что это не сон. Сколько всего нужно было пережить, чтобы наконец завоевать ее доверие. Она зарылась руками в его черные волосы, прижимаясь к нему всем тело, готовая на все.

Он прикоснулся к ее телу, затаив дыхание от волнения. Ее запах пьянил его, будоража чувства. Сладкий аромат ее тела окутал его со всех сторон, даря непередаваемое блаженство. Наконец наступил тот момент, которого он столько ждал, позабыв обо всем, что мешало им быть вместе. Руки с наслаждением ласкали ее шелковистую кожу, исследуя изгибы тела, а губы страстно впивались в ее нежные губки. Хрупкое тельце прижималось к нему с трепетом и осторожностью, будучи прохладным, тогда как его самого бросило в жар. Приложив руку к ее груди, он почувствовал, как трепещет ее сердце. Она невероятно волновалась, решившись на этот шаг, но не отступала. Ее руки спустились к нему на грудь, исследуя ее. Она прикасалась так робко, что ему стало щекотно.

Отпустив ее губы, он вдохнул и принялся целовать шею, спускаясь к груди. Несмотря на ее худобу, грудь у нее была красивая - кругленькая и выделявшаяся на фоне худощавого тела. Это он заметил еще тогда, у реки, отметив, что для подростка это странно. Теперь он понимал, каким болваном был тогда. Но теперь она вся принадлежала ему. Она его пара.

Ее руки зарылись ему в волосы, когда он принялся целовать ей грудь, сжимаясь в кулачки у самых корней. Это он принял за сигнал не останавливаться, и продолжил наступать.

Он прикасался к ней, как фарфоровой кукле, опасаясь хоть как-то причинить боль. А она все с большей смелостью отвечала ему.

Стараясь не предать оказанное ему доверие, он медленно продвигался по ее телу, одаривая его ласками. Руки заскользили все ниже, а она изгибалась от вкушаемого наслаждения. Ее тихий стон подтверждал, что он на правильном пути. Его возбуждение нарастало с каждой минутой рядом с ней. Теряя разум от нарастающего напряжения, он становился все требовательнее, желая обладать ей полностью.

Она немного напряглась при первом контакте и прошептала его имя, а потом расслабилась, подчиняясь его власти. Он старался делать все медленно и осторожно, чтобы не причинить малейшей боли.

Не желая утомлять ее в первый раз, он быстро освободил ее, продолжая наслаждаться прикосновениями к ней. Она робко прижалась к нему, свернувшись клубочком, а он укрыл ее одеялом.

- Аника... - он поцеловал ее в макушку, вдыхая аромат ее волос. - Малышка… Ты моя.

Но она уже уснула утомленная избытком пережитых эмоций и чувств. И теперь он точно знал, что не ошибся.

...

За окнами просыпался день, серый рассвет расползался по небу.

Положив голову ему на груди, Аника улыбалась от счастья. Наконец она победила свои страхи и получила порцию невероятных ласк, которым не желала конца. Таннари тоже не хотел выпускать ее с объятий не на минуту, опасаясь, что она ему сниться.

- Все-таки, как ты решилась? - поинтересовался он, съедаемый любопытством.

- Твоя мать помогла, - загадочно улыбнулась Аника.

- Моя мать? - Таннари смутился, вспоминая, что он ей ничего не говорил по этому поводу.

- Помнишь, ты же говорил, что она у тебя с даром. - Аника подняла голову и уперлась в свои руки, сложенные у него на груди. - Вот она все и подметила.

- Хочешь сказать, что она обо всем знает? - удивленно спросил Таннари.

- Похоже, так, - хмыкнула Аника.

- Проклятье, как я теперь ей в глаза смотреть буду, - Таннари прикрыл глаза рукой.

- Че ты переживаешь? Она же о тебе беспокоиться, как никто. Она и обратилась ко мне, чтобы выяснить в чем дело. - рассказывала Аника. - Только я и сама ничего не могла ей объяснить. А она потом поколдовала надо мной, и выяснилось, что проблема в моем прошлом.

- И что за проблема? - Таннари внимательно посмотрел на нее.

- Выяснилось, что я была свидетелем, как насиловали и убивали мою мать, - печально проговорила Аника. - Я забыла это все, а страх перед мужчинами остался.

- Бедняжка, - Таннари заботливо обнял ее. - Если б я знал...

- И благодаря помощи твой матери я смогла побороть этот страх. - Аника прижалась щекой к нему.

- Я никому не позволю причинить тебе вред, - проговорил Таннари, погладив ее по голове. - Моя госпожа Лисичка.

Аника спрятала улыбку за руками.

- Раз такое дело, тогда давай на чистоту. - Вдруг заявила она. - Излечивал ли ты душевные раны с другими?

- Не понял, - Таннари приподнял брови. - Какие раны?

- Ну, пока я не могла разделить с тобой близость, был ли ты с другими женщинами? - уточнила Аника.

- Вот так глупость ты придумала, - фыркнул он. - Ты еще не в курсе всех наших обычаев. Если после свадьбы мужа уличат в измене - это позор всей семье. А если жену - то ее ожидает смертная казнь. Если бы ты была девушкой из моего народа, то у тебя была бы здесь родня - отец, мать, братья. Приятно им было бы слышать о моих похождениях?

- Нет, наверное, - пристыжено ответила Аника.

- То-то же, - Таннари дотронулся пальцем до ее носика. - Да и без родни, все не так просто. Традиция требует соблюдение определенных границ. И позорить тебя, я не стану, это означало бы, что я не люблю тебя.

Он подтянул ее к себе ближе и поцеловал.

- Какая же ты сладкая, - промолвил он, обцеловывая ее плечико и шею. – И так умопомрачительно пахнешь. Не представляю, как я сдерживался все это время.

- Это, наверное, от ваших масел, что меня постоянно натирают ваши слуги, когда моют, - отозвалась Аника, разглядывая свою руку.

Таннари от ее слов рассмеялся и упал на подушку.

- Не смотря на все, ты все еще ребенок, - сказал он смеясь.

- Что? – Аника наивно захлопала ресницами. – Что я такого смешного сказала? Откуда мне знать, чем они там натирают…

Он снова обнял ее и шепнул на ухо:

- Нет ничего слаще для мужчины, чем любимая женщина.

Аника залилась румянцем и уткнулась ему в плечо. Она никогда и подумать не могла, что обретет такое счастье, что неудачная попытка ограбить путника в лесу, навсегда изменит ее судьбу.

- А теперь можно я спрошу? - осведомился он.

- Давай, - улыбнулась Аника, шаря пальцами в его волосах.

- Только честно отвечай, - призвал он ее, и она кивнула. - Мне все не дает покоя, почему ты на протяжении всего похода делала мне пакости?

Он заглянул ей в глаза, но она отвернулась от него, избегая его пристального взгляда.

- Я... - Аника старалась подобрать слова. - Наверное, потому что ненавидела саму себя.

- За что? - удивленно спросил Таннари.

- За то, что влюбилась в тебя, - виновато ответила Аника. - Еще тогда в лесу. Когда ты схватил меня и вздернул за руку, первой мыслью было, что страшный бородатый воин сейчас расправится со мной, изнасиловав.

Она вздохнула, вспоминая те события. Казалось, прошла целая вечность после того.

- Меня охватила паника, - продолжила Аника. - Затем ты заломил мне руки, и...

Таннари взял ее ручку и стал целовать пальцы.

- Прости, за тот случай, - виновато сказал он.

- Потом я увидела твои глаза, - выдохнула она. - Они не были похожи на глаза злодея. В них был свет и... благородство, что ли? Но инстинкт самосохранения сработал независимо от моих мыслей. Я ударила тебя, а ты разозлился. И я опять подумала, что тут мне конец. А когда ты отпустил меня, я сначала возненавидела тебя, за то, что поймал меня. А твое появление в отряде госпожи было все равно, что снег лето. И опять ты схватил меня и при всех воровкой назвал.

- Тогда ты решила мстить мне? - усмехнулся он, держа ее за руку.

- Вроде того, - кивнула Аника. - Я уж потом, как следует, разглядела тебя, и поняла, что на такую, как я ты даже не посмотришь. Такие мужчины любят красивых, фигуристых и женственных, а не похожих на мальчишек. За эту чертову любовь я возненавидела себя, а срывалась на тебе.

- Но тогда на реке, ты не стеснялась выбраться из воды, - вспомнил Таннари, проводя рукой по ее животу к бедрам. - Значит, не боялась меня, или как?

- Говорю ж, - фыркнула Аника, дернув его за волосы, - я знала, что тебе буду не интересна.

- Ну, отчего же, - задумчиво проговорил Таннари. - Я вовремя оказался поблизости и увидел достаточно.

- Ты че подглядывал за мной?! - Аника с силой сжала в кулаке при корнях его волосы, так что он прижался головой к подушке, чтобы избежать боли.

- Совсем немного, - признался Таннари, а она сжала сильнее. - Ай! Больно!

Она дернула рукой, желая наказать его хоть как-то за нахальство.

- Про благородство - это я, наверное, загнула, - язвительно сказала она, не отпуская его. - Мужики все одинаковы. Лишь бы поглазеть на голую девку.

- Может, тот момент много чего решил, - выдал он, уткнувшись в подушку. - В одежде на тебя было сложно обратить внимание. Все твои проделки только вызывали раздражение. Но тело говорит о большем...

Он подгреб ее к себе, хотя она все также держала его за волосы, и закинул свою ногу на ее ноги.

- Но по-настоящему я заволновался, когда ты свалилась при атаке тролля, - продолжал сознаваться Таннари. - Подумал, что сломала себе шею. И так стало жаль такую хорошенькую девочку. В голове возникли мысли, что будь ты постарше, мог бы с тобой закрутить. Даже не знаю почему, так думал.

- То есть просто хотел развлечься? - вздернула подбородок Аника, глядя на него сверху вниз.

Таннари смотрел на нее, как преданный пес на хозяйку, который провинился.

- Ну почему же поразвлечься? - возразил он, хотя понимал, что переубедить ее будет сложно. - Доставить удовольствие тебе и себе.

- Кабель, - констатировала Аника, отпуская его волосы.

- Был бы кабелем, пошел бы залечивать раны к другим женщинам, - решил он блеснуть преданностью.

Таннари приподнял голову и посмотрел на нее на одном уровне.

- Ты столько внимания мне выказывала, что было невозможно не ответить на него, - ухмыльнулся он.

- Не очень-то хотелось, - Аника попыталась изобразить безразличие.

Она помолчала, чувствуя на себе его внимательный взгляд.

- Это было не внимание, - тяжело вздохнула Аника. - Я дразнила тебя, чтобы ты злился на меня, чтобы было, за что ненавидеть тебя. Мол, вон - какой злой дядька, нельзя его любить. Но тот твой поцелуй совсем выбил землю у меня из-под ног.

- У тебя была истерика, что оставалось делать. От того ты потом притихла? - уточнил он.

- Да, - тихо ответила Аника, кладя голову на подушку. - До этого я только с мальчишками целовалась. И тут ты... Я поняла свою обреченность и безнадежность моих чувств. Глупая воровка, влюбившаяся в наемника-бродягу. Куда уж было хуже.

- Зачем тогда согласилась пойти со мной на постоялый двор? - продолжал допытываться он.

- Ну... - Аника замялась, не находя подходящих слов для объяснения. - Все же ты показал себя благородным человеком. Бояться тебя нечего было. Но когда ты приперся в ванную...

Таннари вдруг рассмеялся, прикрыв лицо рукой.

- Что смешного я сказала? - рассержено спросила Аника, поднимаясь и садясь.

Глубоко вздохнув и справившись с весельем, он ответил:

- Я вспомнил, как себя глупо чувствовала тогда. Такого у меня еще не было, чтобы заманить девушку в гостиницу и обломаться об нее.

Аника не удержалась и рассмеялась с ним.

- Так все-таки хотел развлечься, - сквозь смех сказала она, стукнув его кулаком по животу.

Таннари охнул и скрутился. Потом сел рядом с ней и стал целовать в плечо.

- Если бы хотел, то развлекся, - проговорил он. - Ты не устояла бы передо мной. Я сам едва смог остановить себя. Ты смотрела на меня такими испуганными глазками, что мне хотелось обнять тебя и защищать от всего мира. Такая маленькая и хрупкая.

Аника смущенно отвернулась.

- А как ты догадался, в чем дело?

Таннари прокашлялся, подбирая слова.

- Первой мыслью было то, что ты наврала - и тебе не двадцать пять, и ты есть подростком, ребенком. Но потом до меня дошло, что к чему, - пояснил он, обнимая ее за плечо и накручивая прядь ее волос на палец. - В миг внутри у меня все переклинило. Не в силах я был тронуть невинную девушку, только чтобы развлечься.

Аника украдкой вытерла выступающую слезу.

- Оставалось только одно, - он приблизился к ее уху, - взять в жены.

- А не проще было просто уйти? - Аника решила расспросить его до конца.

- Куда уйти? - удивленно спросил Таннари, упершись подбородком в ее плечо. - Если я влюбился, куда я мог уйти?

- А если бы я не согласилась?

- Наверное, тогда я бы силой увез тебя, - признался он.

Его руки обвили ее талию и притянули к себе.

- Я не мог тебя оставить там, - продолжил он тихим голосом. - В походе я не раз слышал, как те рыцари говорили за тебя. Если бы не паладин, они давно пустили бы тебя в расход. Я сам делал им несколько раз замечания на счет тебя. Но это их особо не пугало.

Аника почувствовала, как у нее по спине пробежал холодок от его слов.

- И из лагеря я увел тебя с собой еще и по этой причине, - добавил он мрачно. - Когда мы возвращались, я услышал разговор двух рыцарей, которые обсуждали, как бы тебя с собой утащить в ближайшую таверну.

Он повернул ее к себе лицом.

- Несмотря ни на что, ты остаешься женщиной. В какой бы одежде ты не была, и как бы себя не вела. Большинство мужчин волнует только это. - Проговорил он, нежно поглаживая ее щеке.

Аника уткнулась в его плечо, тихо плача.

- Спасибо богам за тебя, - всхлипнула она.

- Нет, это я благодарен богам, что направили тебя грабить меня.

Аника засмеялась сквозь слезы.

…

После того, как их отношения наладились, Аника почувствовала насколько все изменилось. Теперь любую свободную от дел минуту Таннари проводил с ней, позволяя делать, что ей вздумается. Даже на вопрос можно ли ей надевать одежду другого цвета, ответил, если ей так хочется, то можно. Но ничего менять она не стала, а лишь проверяла его готовность выполнять ее капризы. Одно ей не позволяли – куда-либо выезжать одной. Он четко пояснил, что это может быть опасно.

Очередная страстная ночь развеяла все ее страхи.

Таннари отстранился от нее и упал на подушку.

- Черт, рядом с тобой я теряю контроль над собой, - выдохнул он. - Едва сдерживаюсь, не в силах оторваться от тебя.

Аника приподняла голову и удивленно посмотрела на него.

- Ты, что не желаешь заводить детей? - полным обиды голосом спросила она.

Снова в глубине отозвался голосок, шепчущий, что она для него вместо игрушки. Он повернулся на бок и погладил ее по щеке, ощутив благу на ней. В темноте он видел хорошо, поэтому заметил, что она заплакала.

- Желаю, - нежно проговорил он, - но не сейчас. Не время еще. Тебе много еще чего нужно узнать о наших традициях, народе.

- Что ж такого нужно знать? – обиженно допытывалась Аника. - Вы что, не так детей заводите?

- Ай, ты глупенькая, - он поцеловал ее. - Все так, но у нас есть свои обычаи. И со временем ты все узнаешь. Для начала дети - это большая ответственность. Если ты не заметила, то скажу, что у меня с Тасмин большая разница в возрасте. И это потому, что родители относились к появлению детей очень серьезно. Я, мягко говоря, был детям не самым послушным, и лишь когда они смогли со мной справляться, решились на появление Тасмин.

- Я заметила, что и сейчас ты мало чем подчиняешься им, - хихикнула Аника. - Скорее назло делаешь.

- Нечего подобного, - фыркнул Таннари, подперев голову рукой. - Я уважаю своих родителей, и прислушиваюсь к их мнению. Но и у меня свое тоже есть, поэтому стараюсь как-то это совместить.

- А чтобы ты делал, если бы родители не одобрили меня? - вдруг спросила она. - Отвез назад или сделал любовницей?

- Об этом я не думал, - ответил он, - потому, что точно знал, что против они не будут. Моя мать сама не из нашего народа.

- Но они так похожи с твоим отцом, - удивилась Аника.

- Просто так получилось, - ответил Таннари, пожимая плечами. - Она из южных земель, из очень богатого и влиятельного рода. Возможно, наши предки были родом с юга, вот и похожи. Будет время, я расскажу тебе их историю. Она очень интересная.

- Так расскажи сейчас, - потребовала Аника.

- И очень длинная, - отозвался Таннари. - А я не хочу сейчас тратить время на рассказы, а хочу помучить тебя.

Он схватил ее за бока и стал щекотать. Аника захохотала, сопротивляясь и изворачиваясь.

...

Проснувшись ночью, Аника обнаружила, что Таннари рядом нет. Разогнав сон, она обвела взглядом комнату, его нигде не было. Но двери на балкон были открыты. Решив, что он там, Аника стала ждать его возвращения.

Тянулось время, а он не возвращался. Тогда она решила посмотреть, куда он подевался. Спустившись с кровати, она прокралась к дверям балкона, которые были приоткрыты. Заглянув за них, Аника увидела то, чего не ожидала никогда увидеть здесь.

На балконе стоял огромный черный волк. Он был просто здоровезный, а яркая луна на небе серебром отсвечивалась на его шерсти. И если бы не лунная ночь, в темноте его никто бы не увидел.

Аника от неожиданности ахнула, и прикрыла рот рукой, чтобы больше не издавать ни звука. Однако волк таки ее услышал, потому что обернулся и посмотрел на нее голубыми глазами. Девушка в испуге спряталась за двери и в панике стала соображать, что делать.

В тишине она услышала, как цокают когти зверя об деревянный пол балкона. Он шел к ней. Девушка прикрыла рот уже двумя руками и заметала по комнате, ища убежища. Сначала хотела спрятаться в шкаф, но побоялась, что окажется в ловушке. Тогда она со всех ног бросилась к дверям, ведущим из комнаты, испугавшись не на шутку.

Но добежать не успела, как неизвестно куда появился Таннари, догнав в два прыжка, и схватил ее. В испуге Аника стала отбиваться на захват, не понимая, кто ее схватил.

- Спокойно, это я. - заговорил он, уворачиваясь от удара в пах. - Все хорошо.

Аника опомнилась и посмотрела на него.

- Там был зверь! - с круглыми глазами сказала девушка. - Там волк был! Наверное, опять хотят убить меня? Или тебя?

Таннари прижал ее к себе, поглаживая по голове и приговаривая:

- Все хорошо, уже там никого нет.

- А где он? Я видала его, - не успокаивалась Аника. - Он был совсем близко, огромный такой. Подожди, а где был ты?

Она отстранилась него и окинула взглядом. Он был полностью обнажен, тогда как она спала в короткой рубашке.

- Вышел прогуляться, - пояснил Таннари.

- Голышом? - удивленно спросила она.

- Та я здесь недалеко.

- И ты не видел волка? - снова завелась Аника.

Таннари помотал головой.

- Я ж теперь не засну, - вздохнула Аника.

- Заснешь, - подбодрил ее Таннари, - я буду охранять твой сон, как верный пес.

Он подхватил ее на руки и понес к кровати. Аника все-таки заснула, позабыв об увиденном в надежных объятьях любимого.

...

Жизнь Аника превратилась в сказку. Каждый день начинался с солнечного утра в объятьях любимого человека. Больше всего она боялась, что это сон, а сама она давно умерла в неведомой глуши, в горах. Но нежные поцелуи заставляли забыть обо всем, и она не желала, чтобы этот сон когда-либо заканчивался. Все ее сомнения, что она будет здесь рабыней, развеялись, как дым на ветру.

Она была госпожой, все слуги склонялись перед ней в поклоне. Таннари убедил ее принять, что теперь она распоряжается людьми, приказывает им, дает указания. Объяснил, что со временем, она займет место его матери, тогда как он унаследует обязанности своего отца. Она смирилась с этим и училась необходимым для этого навыкам.

Оказалось она имеет довольно широкие права и весомый голос в делах клана, что было весьма не привычно. Женщин здесь уважили и прислушивались к их мнению. Но пока она ничего не понимала в их дела, то просто наблюдала и училась всему.

- Аника, если у тебя есть какие-то вопросы, - обратилась к ней Киара во время одного из занятий вышивкой, - спрашивай, не стесняйся.

- Хорошо, - Аника довольно улыбнулась.

Она даже несколько растерялась. Столько разного интересовало ее, что не знала о чем спрашивать в первую очередь.

Анику удивляло, несмотря на немалые богатства семьи, драгоценных украшений никто из ее членов не носил. Да и одежду они предпочитали простого покроя, но из дорогих тканей. В родных землях Аника привыкла к тому, что господа одевались в роскошные и вычурные наряды, выставляя на показ свои богатства. А здесь такого не было, и ей это нравилось. Платья были удобными и красивыми, несмотря на простоту, хоть и все от фиолетово-синих до голубых оттенков. На ее вопрос - почему так, Киара ответила, что так сложились традиции их народа. Жили они в удалении от людей, и красоваться просто не было перед кем.

Аника прекрасно сдружилась с Тасмин. В виду отсутствия ее ровесниц, Тасмин проводила основное время с матерью или в одиночестве. С появлением Аники девушка наконец-то приобрела подругу. Хотя по возрасту они были разные, но на вид выглядели одинаковыми, да и интересы не особо отличались.

Тасмин научила Анику вышивке и прочим женским премудростям, вместе они примеряли новые платья, делали друг другу прически. А та, в свою очередь, научила Тасмин взламывать замки. Таннари, прознав про это, выразил свое неодобрения, опасаясь, что Аника неблагоприятно повлияет на сестру.

- А что дальше? - возмутился он. - Ты ее воровать научишь?

- Извини, - виновато оправдывалась Аника. - Но я больше ничего не умею, чтобы поделиться с ней каким-то умением. А вскрытие замком может и в обычной жизни пригодиться.

Таннари только хмуро покачал головой, выказывая свое недовольство. Аника же в ответ покорно хлопала ресницами.

Вместе с Тасмин они выезжали на верховые прогулки в окрестные поля, скача на перегонки. Иногда и шалили, устраивая разные пакости обитателям поместья - то барашек выпустят, то свиней. Потом все слуги поместья их ловят полдня. За что обе получали нагоняя от Таннари. Теперь он стал понимать, какого бесенка привел в свой дом. Тасмин тянулась за Аникой, подражая ее поведению, и это волновало его не на шутку. Его воспитанная и благородная сестрица становилась похожей на уличную хулиганку.

- Аника, - обратился он к ней, однажды вечером, - прошу тебя, умоляю.

Аника удивленно посмотрела на него.

- Перестань учить Тасмин всяким глупостям, - взмолил он.

- Я ничему ее не учу, - невинно ответила та. - Мы просто развлекаемся.

Она обиженно надулась.

- Послушай, - он старался говорить деликатно, чтобы не обидеть ее, - моей сестре еще предстоит найти мужа, а с такими выходками и поведением ее никто не захочет брать в жены.

- Ну, ты же меня взял, - возразила она, покосившись на него.

- Я, то совсем другое дело, - мотнул он головой. - Мне с другой было бы не интересно. К тому же я прошел с тобой через битву. Тасмин не такая, как ты, но она теперь старается подражать тебе, потому что у нее не было раньше подруг. Мама и так мне уже уши прожужжала своими жалобами на ее поведение, намекая на тебя.

- Хорошо, - Аника виновато опустила глаза, - я больше так не буду. Но нам так весело вместе. У меня тоже раньше не было друзей.

- Та я ж не запрещаю вам веселиться, - проговорил Таннари, обнимая ее. - Просто, не втягивайте в ваше веселье остальных. Веселитесь как-то по-тихому, незаметно.

- Но так неинтересно, - вздохнула Аника.

- Да, но так положено благородным госпожам, - пояснил он. - Быть сдержанными и вежливыми, а не разбойницами. Все же рано или поздно Тасмин покинет наш дом, чтобы создать свою семью, а там с такими шалостями ее могут не принять.

- Понимаю, - снова вздохнула Аника, усаживаясь на кровать. – Но я-то останусь.

Ей как-то стало грустно от мысли, что здесь она останется одна. Она забралась на кровать с ногами и стала прыгать по ней.

- Что ты делаешь? – уставился на нее Таннари.

- Веселюсь, - засмеялась Аника.

- О, боги, - Таннари схватился за голову, - у меня жена великовозрастный ребенок.

…

Тасмин с Аникой сидели в беседке в саду.

- Чем бы интересным заняться? – спросила Тасмин со скучающим видом, разглядывая клумбу возле беседки.

- Не знаю, - пожала плечами Аника. – Но Таннари отругал меня за наши шалости. Сказал, если мы хотим веселиться, то чтоб других в это не втягивали, и делали это незаметно.

- Тогда, можно, сходить на вино посмотрим в погребе, - вдруг предложила Тасмин. – Я иногда заглядываю туда. Там столько разных интересным бутылок. Да и сам погреб весьма увлекательное место.

Аника заулыбалась и кивнула в ответ. Они подхватились, и направились к погребу, который размещался под домом. В винных погребах Аника еще не бывала. Слышала о них, но так и не дошла.

Девушки спустились в погреб, и Тасмин провела Анике короткую экскурсию. Погреба тянулись почти под всем домом, образовывая целый лабиринт.

- Здесь много чего есть, кроме вина, - поведала Тасмин. – Есть вход с кухни, чтобы хранить продукты. Также запасной выход из дома, и тайная оружейная.

Они шли вдоль больших деревянных бочек, в которых хранилось вино. На них был начертаны какие-то символы. Тасмин пояснила, что это обозначение сортов вина, года его сбора и еще чего-то там.

- Ой, я смотрю тут и в бутылках стеклянных вино есть, - заметила Аника, указывая на стеллажи у стенки.

- Да, в стеклянных бутылках хранятся самые дорогие вина, - ответила Тасмин, - им очень много лет.

Они подошли к стеллажу и рассмотрели их ближе. На бутылках были наклеены этикетки с надписями. Пройдя дальше, они увидели стол с различными бутылками – глиняными и стеклянными – несколько железных кубков и глиняные кружки. Вокруг стола горели лампы, но никого не было.

- А это что? – спросила Аника, подходя к столу.

- Это, наверное, вино проверяли, - ответила Тасмин, заглядывая в кубки. – Перед продажей его всегда пробуют на качество и вкус. А то бывает, что оно сбраживается. Если такое попадет в продажу, проблем не миновать.

Аника взяла один из кубков и понюхала его содержимое. В нем было красное вино.

- Ммм, пахнет приятно, - отметила она. – Надо бы попробовать.

- Ты, что собираешься пить? – удивилась Тасмин.

- А что? – пожала плечами Аника. – Пахнет очень хорошо, интересно какое оно на вкус. Я вообще-то вином не увлекаюсь, но попробовать интересно.

Она отпила немного, причмокивая.

- И на вкус тоже чудесное, - заявила она. – Таких вин, как у вас, я еще нигде не пила.

- Хм, - усмехнулась Тасмин, - это одно из наших основных источников заработка. Наше вино приносит немалые доходы. Поэтому в округе столько виноградников и столько сортов винограда. Отец этим в основном занимается, а Таннари ему помогал всегда.

- Наверное, отцу было тяжело, когда он ушел, - отозвалась Аника, заглядывая в другие кубки и бутылки.

- Пришлось немного поднапрячься, - признала Тасмин, - но и прежде Таннари к своим обязанностям относился легкомысленно. Однако, одного его присутствие хватало, чтобы держать все под контролем.

- Хочешь сказать, что он был что-то вроде сторожевого пса? – засмеялась Аника.

- Не то, чтобы пса, - замялась Тасмин, - он выполнял все, что от него требовалось, но без особого желания.

- А ты какое вино предпочитаешь? – вдруг спросила Аника.

- Я больше белое люблю, - ответила смущенно Тамин. – А что ты хотела?

- Предложить тебе попробовать вино, - Аника протянула ей кубок. – Выпьем за вашу семью.

- Но она и твоя тоже, - возразила Тасмин.

- Та я в нее только вошла, - теперь засмущалась Аника, - еще всех ваших традиций не знаю. Так что только учусь быть в ней. Давай выпьем.

Они осушили кубки. Потом еще пару и понеслась. Медленно пьянея, девушки не заметили, как стали осушать кубок за кубком, провозглашая различные тосты. Они устроились на лавочке за столом и, весело хихикая, чокались кубками.

- Ах, Тасмин, а знаешь, твой брат меня с тобой сравнивал поначалу, - проговорила Аника заплетающимся языком. – Думал, что мне лет пятнадцать. Так что мы, как сестрички.

Она обняла за шею Тасмин, и они уперлись лбами.

- А он мне все время талдычит, что я госпожа, - пожаловалась Тасмин, - и должна вести себя достойно. Бла-бла-бла. Надоел.

- Он и мне предлагал заняться моим воспитанием при первой встрече, - засмеялась Аника.

- Да, он думает, раз он старший, то может всем указывать, - возмутилась Тасмин, икнув. – Может, давай его проучим?

- Не, - замотала головой Аника, - он потом нас твоей маме сдаст. Она нас не пощадит.

- Да, - осела Тасмин. – С мамой шутки плохи.

Тасмин потянулась своим кубком к кубку Аники. Они звякнули и девушки снова хлебнули с них.

- Слушай, - протянула Тасмин, посмотрев в упор на Анику, - у тебя такие дивные волосы. Я прям глаз от тебя не могла отвести, когда первый раз увидела. Ты тогда была без сознания.

- Та ладно, - Аника невольно пригладила рукой волосы на макушке. – В моих краях это обычное явления. Это у вас все темноволосые.

- То-то братец и не смог пройти мимо тебя, - Тасмин ткнула ее пальцем в плечо.

- А я всегда себя не любила за это, - призналась Аника. – Считала себя противной рыжей лисой, прячась от всех по норам. Даже Таннари сказала, чтоб меня Лисицей называл. Он так до сих пор и называет. А я его псом лохматым обзывала.

- Гм… обижаешь, - Тасмин выровнялась, сидя на лавочке, и пролепетала, - он не пес, он - волк.

- Ага, - хрюкнула Аника, - я лисичка-сестричка, а он братец-волк.

- Не, - замотала головой Тасмин, хлопая себя по груди ладошкой, - я волчица-сестрица.

- Та я ж не против, - Аника притянула ее к себе, взяв под руку. – Будем с тобой волчица-сестрица и лисичка-сестричка. Давай еще по глотку.

Они засмеялись.

- Ты среди нас, как пламя, - сказала ей Тасин, - так и притягиваешь взгляд.

- Не гони пургу, - отмахнулась Аника, наливая еще в кубки, - я против тебя облезлый котенок. Когда подрастешь, то вообще будешь глаз не отвести.

- Если я выросту, то мне придется выйти замуж, - прохныкала Тасмин.

- Это ж классно, - ободрила ее Аника. – О, давай-ка выпьем за твоего будущего жениха. А бы кому мы тебя не отдадим, так что вино нужно для этого подходящее взять.

Аника покосилась на стеллаж со стекленными бутылками.

- Ща пойду, выберу, - икнула она и стала выбираться из-за стола.

- Не хочу я замуж, - заныла Тасмин, облокотившись об стол. – Хочу всегда быть волчицей.

- Не хнычь, - хлопнула ее Аника по спине, - найдем тебе достойного волка.

- Но мы - волки, - расстроено проговорила Тасмин, глядя в пустой кубок. - Других волков нет.

Но Аника уже не слушала ее, а все внимание направила на бутылки на стеллаже. Достав одну из них, она, пошатываясь вернулась к столу. Открыв ее с нескольких попыток, она налила в кубки.

- Ну-с, - брязнула она об кубок Тасмин, - за самого лучшего жениха для тебя.

Тасмин выпила содержимое кубка и отключилась. Аника заметила это не сразу и еще минут десять что-то ей рассказывала. Потом поняв, что ее собеседница спит, стала сама себе наливать.

Таннари, отправлявший торговый караван, вернулся домой и стал разыскать Анику. Ее не видели уже давно. Тогда он стал обыскивать дом, расспрашивая всех, и одна из служанок сказала, что видела ее в компании Тасмин. И направлялись они вроде, как к погребу.

Поразмыслив, Таннари решил проверить погреб. А то глядишь, они могли там и заблудиться, если пошли туда. Спустившись в погреб, он пришел к столу, где дегустировали вино. Увиденная им картина, повергла его в шок. Аника сидела за столом и хлебала вино прямо из бутылки, а Тасмин спала рядом. Сначала его разобрал смех. Таких пьяных девчонок он еще не видел. Он подошел к столу, разглядывая их с разных сторон, но Аника в упор его не замечала, сидя в обнимку с бутылкой. Веселье весельем, а разгребать это придется ему.

- Это как понимать? – заговорил он, навеселившись вдоволь.

- О, братец-волк пришел, - Аника подняла на него окосевшие глазки. – Слышь, волчица? – она пихнула Тасмин под бок локтем, но та совершенно не реагировала.

- Волк? – настороженно переспросил Таннари. – Волчица? Сколько вы выпили?

- А тебе, что жалко? – скривилась Аника. – Волчара жадный.

Таннари одарил ее гневным взглядом.

- А это что за бутылка? – Таннари обратил внимание на бутылку в ее руках.

Он выхватил бутылку у нее из рук, не смотря на возмущения. Рассмотрев этикетку, он уставился на нее круглыми глазами.

- Вы что вылакали двухсотлетнее вино?! – воскликнул он.

- Вкусное было, - кивнула Аника.

- Отец за это вино прибьет вас и меня, - продолжил Таннари отчитывать ее.

Он хотел поставить бутылку обратно на стол, но Аника снова к ней потянулась, и он убрал ее на бочку позади себя.

- Та нальешь туда че-нюдь другое, - хихикнула Аника, взмахнув рукой.

Таннари подошел к Тасмин и попробовал ее разбудить. Но девушка категорически отказывалась просыпаться.

- Не мешай девушке спать, - проворчала рядом Аника, опираясь на стол локтем и подперев рукой голову.

- Ты зачем ребенка напоила? – возмущенно спросил Таннари, схватив ее за плечо. – Ей всего шестнадцать. Мать мне голову оторвет.

- Она не ребенок, - фыркнула Аника. – Она стойко выдерживала все наши тосты за ее будущего жениха-волка. Мы теперь настоящие сестры.

Таннари снова нахмурился.

- Знаешь, меня терзают смутные сомнения, - отозвался он, отпустив ее и выпрямившись, - относительно твоего возраста. Может, ты все же наврала мне, а?

- Чево? – Аника обернулась к нему и едва не свалилась с лавки.

Таннари во время успел подхватить ее сзади.

- Я взрослый человек! – завопила Аника, брыкаясь в его руках, пока он вытаскивал ее из-за стола. – Никто не может ограничивать мою свободу!

- Да, пожалуйста! – Таннари с раздражением опустил ее на пол, и она затихла. – Ну, и что мне с вами делать?

Он сокрушенно покачал головой. Если позвать кого-то на помощь, то об этом обязательно узнают отец и мать, да и позориться перед слугами не хотелось. Тащить их по очереди? А вдруг кто-то придет, пока он будет ходить. Он стал тормошить Анику, чтоб хоть как-то привести ее в сознание.

- Аника, да простись же ты! – он похлопал ее по щекам.

- О, - она приоткрыла глаза и расплылась в пьяной улыбке, - любимый…

Она обхватила его за шею и полезла целоваться.

- Аника! – одернул он ее. – Ты на ногах стоять сможешь?

- Ты меня не любишь? – надула она губки. – Я для тебя игрушка…

- Не говори глупости, - проговорил Таннари, поднимая ее на ноги. Заставив ее стоять, он закинул на плечо Тасмин, которая заворчала при этом:

- Еще один тост…

И подхватив Анику под руку, направился к выходу из подвала через кухню. Там сейчас должно быть пусто. Если кого и встретить, то прикажет молчать об увиденном.

Самым трудным оказался подъем по лестнице. Аника всячески спотыкалась и путалась в своем платье. Таннари уже был готов забросить и ее на второй плечо, так как она была под угрозой разбить себе нос об каменные ступеньки. Но он таки вытащил ее за собой по лестнице, и пошел через кухню, поддерживая ее. Кухня, к их счастью, оказалась пуста. Аника шаталась, хихикала всю дорогу и висла на нем. На второй этаж они поднялись с такими же трудностями. Услышав шум в коридоре, Таннари спрятался в одной из комнат. Аника при этом, то лезла к нему целоваться, то рвалась куда-то.

Для подъема на третий этаж он все же закинул Анику на второе плечо, и быстро поднялся с обеими девушками по ступенькам. Единственным местом, куда можно было их спрятать, была его с Аникой комната. Проскользнув в нее через балкон, он забросил их на кровать и вздохнул с облегчением. Уложив их поудобнее, он вышел в коридор, где столкнулся с матерью.

- Таннари, ты Тасмин не встречал? – спросила она, подойдя.

- Э… нет, - замотал он головой. – Вроде она где-то с Аникой гуляла. Я сам их ищу.

- Если найдешь, скажи, чтоб не забыла сходить в храм. Она знает.

- Хорошо, – активно закивал Таннари.

Когда Киара скрылась их виду, он вернулся в комнату. Девицы спали беспробудным сном.

- И что мне с вами делать? – обреченно проговорил он, уперев руки в бока.

Уже вечерело, а они таки не просыпались. Таннари устроился в кресле и задремал. Ночью он просыпался и проверял состояние двух выпивох, опасаясь не получили ли они отравления от чрезмерного количества вина.

…

Ранним утором Таннари разбудили тихие стоны. Он открыл глаза и увидел, что Аника и Тасмин зашевелились.

- Ой-ой-ой, - застонала Аника, держась за голову. – Какая ужасная боль… А кто меня в живот пинал?

Таннари поднялся из кресла и присел рядом с ней на кровати.

- Винные пары, - сказал он, сев.

- Что? – Аника приоткрыла глаза и посмотрела на него.

- Ты что не помнишь, чем вчера занималась? – спросил он.

- Нет, - простонала Аника.

Таннари кивнул на другую сторону кровати. Аника повернула голову и увидела Тасмин.

- Ты, что спал с нами двумя? – глаза Аники увеличились в разы.

От ее слов Таннари закашлялся.

- Тебе чё, вино последний ум вымыло?! – воскликнул он, постучав себя по лбу.

- А что тогда она делает в нашей постели? – проныла Аника.

- Вы вчера опустошили все наши винные запасы, - гневно ответил Таннари. – Я принес вас обеих сюда, чтобы родители не видели пьяной Тасмин.

Она снова застонала, поворачиваясь на бок. Тасмин тоже заворочалась.

- Тасмин, - окликнул он ее, - давай вставай, мать сказала, что ты вчера должна была в храм придти. Ты знаешь зачем.

Девушка вдруг резко села на кровати.

- Я забыла, - отрешенно проговорила она.

Таннари встал и обошел кровать, подходя к ней.

- Тебе надо бы принять ванну, это поможет придти в себя, - сказал он, стоя над ней.

Тасмин попыталась встать, но ее еще пошатывала. Он поддержал ее.

- А от головы нельзя что-то придумать? – спросила она, жалобно смотря на брата.

- Нет, - смотря с сочувствием, помотал он головой. – Зато будет тебе урок.

Она снова опустилась на кровать. Аника одним глазом поглядывала на нее.

- Когда я говорил, чтобы вы веселились тихо, - сказал Таннари, смотря на них строгим взглядом, - это не означало, что вы должны были залезть в погреб и набраться до потери сознания вином, которому двести лет.

- Та мы ж… - начала Аника оправдываться.

- Это я предложила, - перебила ее Тасмин, держась за голову, - сходить в погреб.

- А я попробовать вино… - закончила Аника. – Дальше не помню.

- Ладно, - вздохнул Таннари, - я отведу Тасмин в ванную. А с тобой мы еще поговорим.

…

Вдруг проснувшись среди ночи, Аника протянула руку в поисках мужа, но кровать оказалась пустой. Возмущенная его отсутствием, она села на кровати. Не обнаружив его в комнате, она встала и побрела сразу на балкон, вспомнив, что он любит прогуливаться по ночам. Снаружи было темновато, луны не было, только звезды.

Пройдясь по балкону до угла, Аника повернула, чтобы посмотреть, нет ли там Таннари. Как вдруг столкнулась с волчьей мордой. Закричав от ужаса, она попятилась назад. Громадный черный волчара с голубыми глазами стоял и смотрел на нее, приоткрыв пасть. Аника развернулась и побежала за угол, надеясь спастись от зверя в комнате. Она и обернуться не решалась, просто бежала. А волк следовал за ней.

Аника добежала до дверей и задвинула их за собой, в надежде, что зверюга не догадается, как они открываются. Но учитывая его габариты, мог и вынести тонкие двери.

Но не успела она закрыть за собой дверь, как другая дверь отодвинулась, и в комнату шагнул Таннари, и не спеша задвинул за собой двери.

- Таннари, там опять волк! - закричала Аника, бросаясь к нему. - Закрывай двери скорее.

- Спокойно, это я, - с какой-то странно интонацией сказал он. - Не надо кричать, это я.

- Что ты? - не поняла она его.

- Нет волка, - сказал он, указывая рукой на себя. - Это я.

Таннари стал медленно приближаться к ней.

- Ты хочешь сказать, что я ненормальная? - возмутилась Аника. - Я столкнулась с ним нос к носу.

Таннари приблизился к ней вплотную и взял за плечи.

- Я хочу сказать... - проговорил он нерешительно, - что это я.

- Что? - в полутьме он увидел, какими огромными стали у нее глаза. - Волк - это ты?

Она вдруг резко оттолкнула его от себя. И обвела подозрительным взглядом.

- Хочешь сказать, что ты оборотень? - ее голос был полон испуга.

- Не совсем, - попытался объяснить Таннари. - Я могу принимать обличие волка, когда захочу, а не только в полнолуние. Оборотни так не могут.

- Ты принимаешь обличие волка, но ты не оборотень? - нервно хихикнула Аника. - Не трогай меня! - выкрикнула она, когда он попытался взять за руку.

Она побежала от него и запрыгнула на кровать, прижавшись к стенке.

- Не подходи ко мне!

- Выслушай меня, - он старался говорить спокойно и убедительно. - Позволь мне все объяснить.

Он подошел к кровати, а Аника пискнула и сползла по стенке на кровать.

- Теперь ты меня съешь? - прохныкала она. – Ты все время говорил, что хочешь меня съесть…

- Дурочка! - не сдержался Таннари. - Зачем мне тебя есть? Ты костлявая.

Аника от его слов завыла еще больше, закрыв голову руками.

- Ладно-ладно, я пошутил. Я никого не ем. - Таннари понял, что шутки тут лишнее. Девушка действительно была очень напугана. - Выслушай меня, я все тебе объясню.

Он присел на кровать, но приближаться к ней не стал.

- Ты слушаешь меня? - спросил он.

Аника отвела руки от головы и покосилась на него.

- Слушаешь, - утвердительно проговорил он. - Я не оборотень, это результат действия нашей родовой магии. Волком я могу становиться только в пределах наших земель. В ваших землях, на север, мне такое не под силу.

- Зачем же ты прошлый раз убеждал меня, что нет никакого волка? - всхлипнула Аника.

- Потому, что считал, что тебе еще рано об это знать, - Таннари виновато опустил голову. – Ты была не готова узнать об этом. Но, так или иначе, я все равно рассказал бы тебе. Прости, я не хотел тебя напугать. Не рассчитал, что ты ночью будешь просыпаться.

- А что ты думал, что я буду спать, как убитая? - возразила Аника. - Ты ведь и раньше уходил? Я просыпалась и выходила, а тебя не было. Ты так же разгуливал волком?

- Да, - кивнул Таннари, смысла отпираться не было.

- И всегда так голышом? - спросила она, покосившись на него.

- Ну, чтоб перевоплотиться да. - пояснил он. - В одежде этого не сделаешь, она порвется.

- И ты что ходишь по ночам, ешь людей? - всхлипнула она.

- Да, что ж ты заладила - ем да ем? - рассердился Таннари. - Волк - наш защитный тотем. Мы не питаемся людьми.

- А ты что не один такой? - пискнула Аника, сжавшись еще больше.

- Если ты перестанешь бояться, - проговорил он, - то я все тебе расскажу. Иначе ты ничего не поймешь.

Аника, вся дрожа, посмотрела на него исподлобья.

- Теперь я все поняла, - проговорила она. - Поняла откуда у тебя такая нечеловеческая сила и скорость. И почему ты так красив...

- Ну, не без этого, - пожал плечами Таннари. - Эта магия несколько усиливает имеющиеся способности, но не так чтоб сверх. А красив я о рождения, честно.

В полумраке он улыбнулся ей, но она только отстранилась от него еще дальше, боясь, что сейчас у него вырастут клыки.

- Ну, что мне сделать, чтобы ты поверила? - спросил Таннари. - Хочешь, превращусь прямо здесь?

- Не надо! - закричала Аника.

- Не кричи, - одернул он ее. - А то всех разбудишь, еще и им придется объяснять, в чем дело.

Таннари осторожно стал приближаться к ней. Аника вся в слезах покосилась на него, но осталась на месте. Втянув голову в плечи, она со страхом ожидала, пока он к ней приблизиться. Он дотронулся до ее плеча, а она вздрогнула всем телом.

- Спокойно, не бойся, это же я. - тихо сказал Таннари, обнимая ее за плечи. - Я такой же, как обычно.

Он нежно прижал ее к себе, тихо приговаривая:

- Ну, посмотри на меня, какой же я оборотень? Ты встречала раньше оборотней?

- Нет, - тихо поговорила Аника, с опаской прижимаясь к его груди.

- Так почему же ты считаешь, что я оборотень?

- Оборотни превращаются в волков, - продолжала твердить она.

- Они не превращаются в волков, а только становятся похожими на волков, - пояснил Таннари. - А мы становимся именно волками.

- Мы это кто?

- Вся моя семья, - поведал он. - И отец, и мать, и Тасмин тоже.

- Че, они все могут становиться волками?

- Да, - ответил Таннари. - Это наша семейная тайна. И ты теперь ее часть. Так мы защищаем свои земли и свой дом.

- Хочешь сказать, что я тоже превращусь в волка? - испуганно спросила Аника.

- Этого я сказать не смогу. Для начала тебе нужно пройти обряд посвящения, потому что мы имеем эту силу от рождения. А приходящая в семьи ее получает после обряда. Так моя мать когда-то получила, выйдя замуж за отца, а я и сестра уже такими родились.

- А что будет, когда сестра выйдет замуж? - поинтересовалась Аника.

- Родовая магия передается только по мужской линии, - пояснил Таннари. - Мужу ее ничего не достанется, а если у нее родиться сын, тогда он только наследует такую способность, дочери - нет. Если муж из другого клана, то дети пойдут в него, а Тасмин может принят их тотем или остаться со своим.

- Как все запутано, - протянула Аника, о таком она еще не слышала.

- Твои дети, - Таннари прокашлялся, - от меня, будут полностью наследовать эти способности.

- То есть они тоже будут оборотнями?

- Да не оборотни мы, - выдохнул Таннари. - Ты так ничего и не поняла.

- Наверное, - тяжело вздохнула Аника.

Усталая от пережитого, она не заметно уснула в его объятьях.

...

Позавтракав вместе, Таннари отправился по своим делам, а Аника вернулась в комнату.

Анику не оставляло ощущение, что она связалась с монстром. Прежде она предполагала себе, что угодно. Что он может сделать ее своей рабыней, пленницей, запереть в подвале, приковать цепями, даже принести в жертву, но сначала откормить, уж больно он настаивал, чтоб она большое ела. Но правда оказалась куда страшнее, чем она могла представить. Вот дурочка, конечно же, как она могла подумать, что попала в сказку. Он же сам предупреждал ее. Вся эта забота, внимание и нежности оказались ширмой для страшной реальности. Теперь она нашла объяснение его властному поведению, странным поступкам и безропотному подчинению со стороны людей клана. Либо они все просто боялись своих хозяев, либо были околдованы ими. Образ черного зверя не покидал ее сознания. Она стала корить себя за глупость, что согласилась уехать за ним за тридевять земель. Ничего не зная о нем, о его народе. Рассказы о темной магии, порождения тьмы и монстрах крепко сидели в голове еще с детства, хотя сама она никогда их не видела. Впервые повстречавшись с проявлением тьмы в походе, она даже толком не поняла, что это такое. А тут такое чудовище прямо под боком. Но мало того, еще и все его семейство оказалось таким же. Паника охватывала ее все больше. Она спохватилась и стала собирать свои вещи.

Освободившись, Таннари стал искать Анику, чтобы продолжить ночной разговор. Но нигде не мог найти ее. Придя к матери и сестре, он спросил у них, не заходила ли она.

- Она не пришла, хотя вчера говорила, что придет к нам вышивать, - сообщила ему Тасмин расстроено. – И я ее после завтрака больше не видела.

- А что случилось? - поинтересовалась мать, подметив его взволнованный вид.

- Тут такое дело... - Таннари замялся. - Вчера она меня застукала в обличии волка. Пришлось ей все рассказать.

Мать и Тасмин переглянулись.

- Девочка к этому еще не готова, - осудительно сказала мать. - Она слишком мало времени провела среди нас. Тебе стоило быть осторожнее со своими выходками.

- Ты же знаешь, что я не могу все время сидеть взаперти, - возразил Таннари. – И без того сколько времени в чужих землях провел.

- А теперь имеешь проблему, - нахмурилась Киара. - Ты, наверное, сильно напугал ее.

Таннари задумался и осознал, что она права - Аника была очень напугана вчера. Не факт, что ему удалось ее убедить, что ей ничего не грозит. Он отдал приказание слугам срочно найти его жену. И сам отправился на ее поиски. Перевернули весь дом, но Аники нигде не было.

Выскочив из дома, Таннари стал обыскивать поместье, расспрашивая всех, не видели ли они госпожу Анику. Подходя к конюшне, он заметил отъезжающего всадника в плаще.

- Аника! – воскликнул он, узнав в нем жену.

Но всадник пришпорил коня и направился к воротам.

- Аника остановись! – закричал Таннари, погнавшись следом.

Но лошадь вылетела из ворот, унося ее из поместья.

- Проклятье! – выругался Таннари, остановившись.

Развернувшись, он побежал обратно к конюшне.

- Коня! – закричал он конюху.

- Там есть оседланный, господин Таннари, - отозвался конюх, выбежав из своей коморки.

Таннари заскочил в конюшню и схватил за поводья, стоявшую в деннике, оседланную лошадь. Выведя ее из конюшни, он на ходу запрыгнул в седло и пустился в погоню.

- Проклятье, - прорычал Таннари, скача по дороге, - зачем ты так поступаешь, Аника?

Девушка уже отдалилась на приличное расстояние к этому времени. Но Таннари не щадил своего коня и гнал его во весь опор. Аника оглядывалась на ходу, заметила погоню, и со страхом подгоняла лошадь, стараясь оторваться. Дорога поднималась на холм и спускалась к реке, через которую пролегал бревенчатый мост. На подъеме Таннари стал догонять беглянку, и попытался перехватить лошадь. Но Аника увела ее в сторону, и выскочила на вершину холма. На спуске ей пришлось притормозить, тогда, как Таннари спустился, не сбавляя темпа.

- Аника, остановись! – закричал он ей, перегородив дорогу перед мостом.

Но она, преодолев половину спуска, пришпорила коня, и набрала скорость. Таннари встал у нее на пути, и девушка резко свернула, обходя его. На мост, который не имел ограждений, лошадь влетела на полной скорости и поскользнулась. Потеряв равновесие, она стала падать с моста вместе с всадницей. Сердце Таннари остановилось, когда лошадь вынырнула, а девушка нет.

- Аника! – воскликнул Таннари, когда она исчезла под водой.

Река была бурной с быстрым течением, а местами имелись пороги. Течение подхватило девушку и понесло. Одетую в одежду и тяжелый плащ, ее стало тащить на дно. Испуганная и оглушенная, Аника, барахталась под водой, и не могла выплыть на поверхность. Едва она могла ухватить воздух, ее снова тянуло на дно.

Соскочив с лошади, Таннари прыгнув в воду с моста. Из воды он вынырнул уже волком. Мощные гребки лапами позволил быстро добраться до тонущей девушки. Когда он приблизился к ней, она снова исчезла под водой. Нырнув, он схватил ее зубами за плащ и вытащил на поверхность. Аника, не желая захлебнуться, инстинктивно вцепилась в шерсть, плывущего рядом волка. Убедившись, что девушка крепко держится за него, Таннари направился к берегу. На мелководье Аника отпустила его, кашляя от нахлебавшейся воды. Выходя из воды, он вытащил девушку, как щенка, за одежду на берег. Пока, она откашливалась, Таннари вернулся в человеческий облик. Он подошел к ней, присел рядом, и развернул к себе лицом. Аника удивленно посмотрела на него, увидев, что он голый.

- Куда это ты собралась? - требовательно спросил он, глядя ей в глаза.

- Домой, - буркнула Аника.

- Твой дом здесь, - сердито проговорил Таннари.

- Я не могу жить в одном доме с порождениями тьмы, - тихо отозвалась она, покашливая.

Таннари беспокойно оглянулся по сторонам, нет ли кого поблизости.

- Мы не порождения тьмы, - сдержано проговорил Таннари. - Эти способности были даны нам нашими богами. Ты ничего толком не знаешь о нас, а обзываешь порождениями тьмы. Ты даже не позволяешь все тебе объяснить, и пытаешься убежать, позоря нашу семью. Я хочу, чтобы ты была матерью моих детей, а ты…

- Чтобы являть на свет маленьких порождений тьмы? – огрызнулась Аника.

- Маленьких Волчат, - оскорблено ответил Таннари. – Мы хоть чем-то обидели тебя? Разве мы похожи на порождения тьмы?

- После того, что я видела с трудом в это вериться, - выпалила Аника. - Может, вы всех в округе околдовали. А меня жизнь рядом с порождениями тьмы не устраивает.

Таннари так разозлили ее слова, что он замахнулся на нее, а она по обыкновению зажмурилась, гордо держа голову, но не отворачивалась.

- Чертова воровка! Если хочешь - можешь идти на все четыре стороны, - он с силой толкнул ее в плечо, так что она распласталась на земле.

- Я ничего не взяла у вас, - оскорблено ответила она. - Даже одежду оставила, забрала только свое.

- Да? - Таннари посмотрел на нее пронзающим взглядом голубых глаз. - А мое сердце? Ты украла его, и унесешь с собой. Ты единственная, кому я смог сказал, что люблю. А Волки выбирают только раз. Ты - моя пара.

Говорил он сердито, но в его слова слышалась скрытая боль. Аника виновато опустила голову. Он испытывающее выждал паузу и холодно добавил:

- Мы не можем удерживать тебя силой, быть частью нашей семьи можно только добровольно. Без обряда посвящения ты еще можешь уйти.

Он резко поднялся на ноги и стал уходить. Аника, сглотнув подступивший к горлу комок, поднялась и побежала за ним. Ей стало стыдно за свой поступок. Страх завладел ее разумом, затмив все хорошее, что они сделали для нее, став ее семьей. Он бросился за ней в воду, не раздумывая, не боясь, что кто-то увидит его, хотя говорил, что это их тайна. Рисковал ради нее. Укол вины разогнал сковывающий ее страх.

- Прости! - закричала она, хватая его за руку. - Прости! Но мне очень страшно.

Таннари остановился и посмотрел на нее. Черт, он понимал, что больше не сможет без нее. Мысли о ней сводили его с ума. Она изменилась с тех пор, как он привез ее сюда. Став еще красивее, словно драгоценный камень, найденный в пыли и отшлифованный. Такая маленькая, но такая непокорная, и требующая защиты, наверное, это его и привлекло в ней. Слезы катились по ее щекам, руки дрожали, словно испуганный ребенок, что тут скажешь, ей он готов был простить, что угодно. Он обнял ее и поцеловал в макушку.

- Не нужно бояться, а нужно просто доверять, - сказал он, прижимая к себе. - Ты даже не позволяешь пояснить все, как следует. Идем, я все тебе покажу.

- Прости, - пробормотала она, уткнувшись в него. – Но мне так страшно стало, от мысли про оборотней. Я чуть не утонула, а волк спас меня.

- Кстати, о волке, - вздохнул Таннари, - мне придется одолжить твой плащ. А то всех распугаю голым задом, пока доберусь до дома.

Аника захихикала, снимая свой мокрый плащ.

- Что, правда, в форме волка ты рвешь одежду? – спросила она, глядя, как он заворачивается в плащ.

- А что сама не видишь? – развел он руки. – Или ты думаешь, что я стоял и раздевался, пока ты там тонула?

Аника виновато опустила голову.

- Ничего, одежда, то мелочи, - он обнял ее за плечи. – Главное, что с тобой все в порядке. Надо бы лошадей поймать.

Они вернулись к мосту, где неподалеку и паслись оставленные лошади. Лошадь Аники сама выбралась из реки и присоединилась ко второй. Поймав их, Таннари не позволил Анике самой ехать на лошади, опасаясь, что она все еще боится его. И усадил ее вместе с собой на одну лошадь. Так они и вернулись в поместье Дарис Ари.

- Господин Таннари, - подбежал к ним взволнованный управляющий поместье, - может помощь требуется?

Ему уже доложили дозорные со стены, что господин возвращается вместе с госпожой на одной лошади.

- Все в порядке, Рэдди, - сказал ему Таннари. – Просто госпожа Аника упала в реку. Займитесь лошадьми.

Он помог спуститься Анике и, взяв за руку, повел за собой, все еще опасаясь, что она захочет сбежать.

...

Пока они переодевались, Таннари заметил, что Аника все же боязливо поглядывает на него. Он подошел к ней, и она вздрогнула от его прикосновения.

- Аника, я не смогу так жить, если ты будешь бояться меня, - произнес он подавленно, убрав руку. – Я не приближусь к тебе, пока ты снова не станешь доверять мне.

Аника обернулась, настороженно смотря на него. Чувство страха еще не до конца отпустила ее.

– Что мне сделать, чтобы ты перестала бояться меня? – Таннари смотрел на нее виноватым взглядом. – Хочешь, встану перед тобой на колени?

Он опустился на колени возле нее. Она видела, что этот шаг для него выходит за пределы любого унижения. Чтобы снова завоевать ее доверие, он готов жертвовать своей гордостью и независимостью.

- Не надо… - выдавила Аника, потянув его за рубашку, требуя подняться.

Но он схватил ее за руку и притянул к себе, обнимая за талию и уткнувшись в живот.

- Волки никогда ни перед кем не опустятся на колени, - произнес он, не поднимая на нее взгляда. – Но, Аника, я люблю тебя. Ты моя госпожа Лисица. Ради тебя я готов на все. И я никогда ни за что не причиню тебе вреда. Обещаю.

По щекам Аники потекли слезы. Она старательно утирала их, но они бежали снова. Такого отношения к себе она не ожидала ни от кого в жизни.

- Прошу, поднимайся, - прошептала она.

Таннари встал и заключил ее в объятья, прижав к своей груди.

- Прости меня, - шептала Аника, утирая слезы. – Я тоже люблю тебя. Даже зверем. И ради тебя готова стать зверем.

- Ты моя, рыжая крошка, - ласково проговорил он, целуя ее волосы.

…

Позднее они пришли в храм, находившийся в одной из залов дома. Фигурки божеств располагались на каменном алтаре.

- Это боги, которым мы покланяемся, - пояснил Таннари, указывая на алтарь. - По древней легенде, отряд воинов заблудился в здешних землях и спас одного человека. Тот человек оказался звериным богом в земном обличии. За его спасение бог наградил всех, кто был в отряде магическими способностями. Это была способность перевоплощаться в зверей. В отряде было двенадцать человек - двенадцать видов зверей.

- Так что есть и другие? - удивленно спросила Аника.

- Давай все по порядку, - предложил Таннари. - Члены отряда потом вернулись в эти места и основали здесь свои кланы. Так появился наш народ. Все прекрасно знали, на что способны главы кланов, и уважали их за это. Потому, что они защищали своих людей и семьи. Потом выяснилось, что способности передаются по наследству - от сына к отцу, а жены после посвящения тоже получают эти способности.

В свое время наши земли были закрыты для чужаков. Но потом все же стали приходить простые люди, не подозревавшие о способностях здешнего народа. А когда узнали, то пошли войной на нас, считая, так же как и ты, поражениями тьмы, не разбираясь, что к чему. Так исчезли восемь семей. Оставшиеся скрыли свою способность к перевоплощениям.

Теперь существует только четыре семьи из двенадцати. Волки, Медведи, Тигры и Ягуары. Мы – клан Волков, как ты заметила. Наш герб – это древнее изображение волка, сохранившееся еще с тех времен. Правда, уже никто не видит в нем волка, позабыли давно.

Мы знаем друг о друге, но никто посторонний об этом не догадывается. В поместье работают только проверенные люди, а за его пределами никто не знает о нас.

Отец один выжил из своей семьи, его брат и отец погиб, в сражении помогая одной из семей более полувека назад. Он выжил благодаря тому, что был еще маленький и не мог перевоплощаться. Его и мать не тронули, посчитав, что они не имеют к этому отношения. Когда-то семьи кланов были большими, с множеством детей, но постепенно стали вымирать. Нас осталось очень мало, мы на грани исчезновения. Дар богов исчезает бесследно.

- Прости, - тихо проговорила Аника. - Теперь я понимаю, что неправильно поступила. Но это так трудно было принять. Тогда почему ты не выбрал кого-то из своего народа?

- Нам позволено брать женщин из других народов, способности передаются им тоже. Моя мать, так же из другого народа, с юга. Но мы не в кое случаи не отпускаем наших женщин, потому что их дети наследуют все. Признаюсь, что сначала меня привлек твой запах. Я не сразу это понял. Думал, что это просто влечение, как к женщине. Но звериные инстинкты не обманешь. Такова особенность Волков. Я влюбился в тебя, что мне оставалось делать, если ты оказалась моей парой.

- Но ты же говорил, что можешь превращаться только в родных краях, - напомнила Аника.

- Помимо превращения, мы отличаемся большей силой, обостренным чутьем, стойкостью, выносливостью и ускоренной регенерацией ран. Такие дети непременно привлекут внимание. И ты, после посвящения, все это получишь.

- Поэтому у тебя нет шрамов? – поинтересовалась Аника.

Таннари кивнул в ответ. Аника притихла. Ей было и страшно, и любопытно.

- А у меня хвост не вырастет? - вдруг спросила она.

- Ты у меня хвост видела? - засмеялся Таннари.

Аника покраснела от смущения.

- А если вы только защищаете свои земли и дома, зачем ты по ночам гуляешь волком?

Таннари виновато улыбнулся.

- Люблю побегать на четырех лапах, - признался он. – Сейчас этого тебе не понять, но когда и ты сможешь перевоплощаться, то узнаешь каково это. Иногда звериные инстинкты оказывать влияние достаточно сильно, поэтому приходиться выпускать зверя наружу.

- А охотиться на людей не нужно будет? – вдруг спросила Аника, смотря на него широко распахнутыми глазами.

- Нет, что ты, - заверил он ее. – Думаю, ты будешь прекрасной доброй волчицей.

- А стать можно только волчицей? – поинтересовалась Аника.

- Ну, мы клан Волков, - пожал плечами Таннари. – Других зверей у нас не наблюдалось.

- Ты сказал, что понравился мой запах, - хихикнула Аника, - ты, что нюхал меня?

- Говорю ж – обостренное чутье, - он дотронулся до ее носа, - острый нюх, слух и ночное зрение.

Он обнял ее и повел назад в их покои.

- Скажи, зачем ты так делаешь? – вдруг спросил Таннари, когда они вернулись в их комнату.

- Как? – удивленно переспросила Аника, не понимая о чем он.

- Ты специально дерзишь и нарываешь, но при этом не пытаешь защититься, даже не отворачиваешь, – пояснил он. – Зачем ты так делаешь?

Аника отвернулась от него, не желая смотреть в глаза.

- Расскажи мне, - он подошел к ней и взял за плечи. – Теперь ты знаешь о нас все, но ничего не рассказывала о себе. А я хочу знать о тебе все.

- Маленькой, - тихо проговорила Аника, - я попала к одной женщине по имени Томаса. Она была опытной воровкой. Она взяла меня к себе и стала обучать воровскому делу. Точнее сначала она просто стала заставлять меня воровать для нее и попрошайничать. На ребенка никто не обращал внимания, все прощали, даже сами давали. За неповиновение она наказывала меня.

Аника замолкла, справляясь с горечью воспоминаний. Таннари взял ее за руку в знак поддержки.

- Она била меня, - с трудом выговорила Аника, - и если я пыталась защищаться или закрывалась, то била еще сильнее. Со временем я привыкла к тому, что проще выдержать пару ударов, чем получить дополнительную порцию.

Таннари стиснул зубы от мысли, что кто-то мог поднять на нее руку.

- Потом я подросла, – продолжила Аника, прижавшись спиной к Таннари. - Томаса заметила, что я особо не меняюсь от возраста, и остаюсь мелкой и худой. Легко могла проникнуть в недоступные для других места. Тогда-то она и стала меня обучать разным воровским премудростям. Хоть она и относилась ко мне жестко, даже жестоко, но она защищала меня от внешнего мира и его опасностей. За хорошую работу я получала хорошее вознаграждения, и мне это нравилось. Становиться прачкой или кухаркой я не пожелала, поэтому старалась постигать все, чему меня учили. Потом Томасу поймали… и казнили. Я осталась одна. Но мне было уже шестнадцать, и многое я уже изучила. Дальше я уже сама всему обучалась, зарабатывая кражей по заказу.

- Прости, - Таннари развернул ее к себе лицо, его взгляд был полон нежности. – Моя малышка, я больше никогда не замахнусь на тебя.

Он прижал ее к себе, целуя в макушку. Она обхватила его за талию.

...

Наступил день посвящения. Вся семья собралась в одной из комнат. Все уселись на полу вокруг большой круглой чаши с водой. Мать Таннари что-то шептала над ней, а отец держал в руках тонкий кинжал. Аника с опаской и непониманием смотрела на них.

Киара затихла и посмотрела на мужа. Данвар провел пальцем по лезвию кинжала и капельки крови упали в чашу. Потом он передал кинжал Таннари, и тот тоже порезал палец, и его кровь упала в воду. Следующая была Тасмин, затем сама Киара.

В конце она перемешала содержимое чаши и взяла ее в руки.

- Ты должна все это выпить, - сказала она, передавая чашу Анике.

Аника посмотрела на двухлитровую чашу и вздохнула, но молча принялась отпивать ее содержимое.

С трудом допив чашу, Аника с облегчение передала ее Киаре. Икнув, она прикрыла рот и извинилась. Тасмин заулыбалась и опустила голову, а Таннари сердито покосился на нее.

- Что дальше? - спросила Аника, отклонившись назад, потому что полный воды живот не давал ей сидеть.

- Нужно немного подождать, - пояснил Данвар.

Они провели в тишине какое-то время, пока Аника не заявила, что ее бросило в жар. Тогда Киара велела ей раздеваться.

- А что так вот перед всеми? - смутилась Аника.

- Прикроешься простыней, - пояснила она ей.

Аника разделась и закуталась в простыню, как в плащ. Ей становилось все жарче, а в животе закрутилась острая боль. Все тело начало ломить, будто по ней табун лошадей промчался.

- Первый раз может быть болезненным, - предупредила Киара, когда она пожаловалась. - Так что терпи. Я тоже в свое время прошла через это.

Аника сцепила зубы и терпела, пока боль не стала нестерпимой и она опустилась на колени.

- Это так должно быть? - обеспокоенно спросил Таннари, видя, как она страдает.

- У каждого по-разному, - ответила мать, наблюдая за Аникой.

Аника скрючилась, упершись в пол руками, а потом и вовсе скрутилась на полу.

- Кажется, началось, - сказала Киара, заметив, как по лицу девушки пробежали тени.

Таннари подошел к Анике и накрыл простыней с головой. И застыл рядом в ожидании. Присутствующие затихли в напряжении, когда девушка забилась об пол под простыней, скребла руками дерево, кричала.

В один момент все стихло, а Аника под простыней замерла без движения.

- Она хоть жива? - произнесла в тишине Тасмин, смотря на мать испуганными глазами.

- Смертельных случаев в истории не было, - сообщил отец.

- Но что-то в размерах она особо не изменилась, - заметила Киара. - Хотя она сама по себе не особо крупная.

- Сейчас я посмотрю, - сказал Таннари, приближаясь к жене.

Он осторожно приподнял край простыни и увидел черную лапу.

- Вроде получилось, - известил он остальным.

Под простыней зашевелилось. Лапы, торчащие из-под простыни, исчезли под ней. И то, что там было, поднялось вместе с простыней. Таннари резким движением отбросил простыню, раскрывая новообращенного члена семьи.

Его семейство замерло с открытыми ртами от увиденного. Таннари отступил к остальным, разглядывая зверя перед собой.

- Что это?! - воскликнула Киара.

Все между собой переглянулись.

- Лисица, - без эмоций проговорил Данвар.

Перед ними сидела большая рыжая лиса, с пушистым хвостом, черными лапами и зелеными глазами. Она была размером больше любой обычной лисицы, но меньше их, как волков.

- Я вижу, что не бобер! - возразила Киара. - Почему она не волк?

Тасмин не скрываясь, захихикала, а Таннари прикрыл рот рукой, чтобы спрятать свою улыбку.

- Значит, на то воля богов, - пожал плечами Данвар. - Никто не знает, как все это действует. И то, что она стала лисой, значит так надо. А может, она считает себя лисицей по жизни, вот и превратилась.

Таннари покосился на него, стараясь не рассмеяться. Справившись со своими эмоциями, он подошел к перевоплощенной Анике. Присел возле нее и оказался лицом на уровне с ее мордой. Аника-лиса издала рычание и гавканье.

- Нет, любимая, - покачал он головой, - в зверином обличии разговаривать мы не можем.

Лиса понуро опустила голову.

- Не расстраивайся, - проговорил он, поглаживая ее по ярко-рыжей шерсти, - расскажешь все, когда вернешься.

Он почесал ее за ухом, и лиса довольно прищурила глаза.

- И что теперь? - растерянно спросила Киара мужа. - В нашей семье будет лисица?

- Да, - спокойно ответил тот. - Это не на что не влияет. Она не из нашего народа, поэтому такое допустимо. Я слышал историю, что в семье Ягуаров была лань. Девушка была настолько хрупкой, что почти не выходила за пределы их поместья, и ланью разгуливала там же. Но это очень давняя история.

- Тоже мне успокоил, - фыркнула Киара. - Ладно. Лиса, так лиса.

Она повернулась к расставленным вещам и стала собирать их в ящик.

- И долго она такой будет? - спросила Тасмин.

- Я поясняла ей перед этим, как вернуться, - ответила Киара, глянув на Анику-лису. - Остальное за ней.

Аника уткнулась носом в руку Таннари, поскуливая. Потом забегала вокруг него кругами.

- Не мельтеши. Ты хочешь вернуться в человека? - спросил он.

Аника-лиса снова прижалась к его руке.

- Подумай о чем-то приятно, что ты хотела бы получать только человеком, - пояснил он.

Аника легла на пол и закрыла глаза. Таннари предусмотрительно накрыл ее простыней. Под простыней зашевелилось и задергалось. И через несколько минут из-под нее показалась человеческая рука. Таннари накрыл ее своей рукой и приподнял простыню - на него смотрела Аника-человек.

- Ты как? - спросил он, держа ее за руку.

- Будто меня пожевали и выплюнули, - проныла она, прерывисто дыша.

- Ничего, первый раз всегда тяжело, - подбодрил он ее.

Остальные с облегчением вздохнули, увидев ее снова человеком.

- Забирай ее, пусть отдыхает, - сказала мать Таннари.

Тот сгреб Анику вместе с простыней и понес в их комнату. Она прижалась к нему, не желая, чтоб ее больше тревожили. Чувствовала она себя ужасно. Болела не просто каждая мышца, каждая косточка, она чувствовала, как болит то, о чем она не подозревала что у нее есть.

- О чем ты подумала? - спросил он ее по дороге.

- А что?

- Ты так быстро вернулась в человеческое обличие, что не все так могут с первого раза. - пояснил он.

- О тебе, - Аника покраснела. - Что ты не будешь любить меня лохматую.

Таннари засмеялся.

- Глупышка, - проговорил он, целуя ее в макушку. - Волки выбирают пару один раз в жизни. Какой бы ты не была, я буду любить тебя.

- А о чем думаешь ты, когда превращаешься? - поинтересовалась она.

Таннари прокашлялся, не ожидая такого вопроса.

- Я думаю, что лохматым меня ты будешь бояться. Ты ж все время обзывала меня псом лохматым.

- Врешь, - фыркнула Аника. - Ты был волком и до меня.

- Ну, так раньше я думал о другом, - пояснил он, - а теперь о тебе.

Аника прищурилась, заглядывая ему в глаза, а он ей улыбнулся.

- Скажи, я получилась какая-то неправильная, да? – жалобно спросила она, опустив голову. – С меня не вышло волчицы…

- Зато с тебя вышла чудесная лисичка, - ободряюще ответил Таннари. – Не расстраивайся из-за этого. Такое допускается, потому что это не было дано тебе от рождения. Ты ж сама назвалась госпожой Лисичкой еще при нашей первой встрече, вот и получила.

- Второй, - поправила его Аника.

Таннари улыбнулся ей в ответ и прижал к себе сильнее.

...

Таннари проснулся утром, и ощутил, что к его спине и ногам прикасается что-то мягкое и пушистое. Он приподнял голову и увидел, что на ногах лежит лисий хвост. Обернулся за спину и обнаружил свернувшуюся клубочком лисицу.

- Черт! Аника, в постели-то, зачем превращаться?! - воскликнул Таннари, подскочив на кровати.

Лисица тоже вскочила и заметалась по комнате кругами.

- Тихо-тихо, успокойся, - позвал он ее.

Лисица замерла посреди комнаты и стала водить головой из стороны в сторону, соображая, что произошла и где она находится. Потом легла на пол, ее окутал белый туман, и она приняла облик человека. Простонав, Аника медленно поднялась на ноги.

- Прости, - проговорила она, идя к кровати, - оно как-то само получилось. Я не хотела, это во сне случилось.

- Надо учиться контролировать это, - поучительно сказал Таннари, помогая ей забраться на кровать. - А то, ты так в любой момент можешь превратиться у всех на глазах.

Девушка устало кивнула, и упала на подушку.

- А было так хорошо спать, - пробормотала она. - Свернуться клубочком.

- Шерсть в постели не очень хорошо, - отозвался Таннари. - Даже я себе такого не позволяю.

- А когда ты научился превращаться? - спросила она.

- Очень рано, - поведал он. - С двенадцати лет. А обычно с пятнадцати-шестнадцати учатся. Тоже не все сразу получалось, потому научился и все прекрасно.

- Слушай, я ж не знаю, сколько тебе сейчас лет, - вдруг сказала Аника.

- А что? - Таннари покосился на нее.

- Как что? Может тебе лет сто, и мне придется столько же учится. - Аника приподняла голову с подушки.

- Мне всего лишь двадцать семь, - смущенно ответил он.

- Всего-то на два года старше за меня? - удивилась она.

- Но все-таки старше, - Таннари накинулся на нее и стал щекотать.

Аника, визжа, попыталась вырваться, но его цепкие пальцы не выпускали ее. Смеясь и брыкаясь, она, наконец освободилась от него и сбежала с кровати.

- Мучитель, - бросила она, одеваясь.

- Это я еще не мучил, - деловито ответил Таннари, вытянувшись на кровати и обняв подушку. - Вот придет ночь, вот тогда помучаю.

...

Узнав все, Аника осознала, кого они так ей напоминали своим поведение. Волки. Гордые, бесстрашные, беззаботные, благородные. Присматриваясь к семье, Аника видела в них волков. Таннари и Тасмин вели себя, как два молодых игривых волка, не отказываясь от возможности лишний раз пошалить. Теперь ей стало ясно, почему Тасмин с такой охотой соглашалась на ее затеи.

Со временем Аника почувствовала прилив сил. Ее переполняла энергия, ей хотелось двигаться, что-нибудь делать. Ее чувства обострились, а реакция ускорилась. Таннари стал тренировать ее перевоплощаться по желанию и избегать спонтанных превращений.

Она, наконец смогла, как следует разглядеть Таннари в облике волка. Это был огромный зверь, ростом выше метра, с голубыми глазами и черной, как ночь, шерстью. Из пасти выглядывали острые белые клыки, а лапы были в три раза больше ее ноги. От его вида Анике стало даже не по себе. Другое дело, когда она сама принимала звериное обличие. Она остро чувствовала пульсирующую в ней ихнюю кровь, дававшую ей эти способности. И готова была идти за ним в огонь и воду.

Волк был сильным и массивный, крыша прогибалась под его весом, когда он спускался вниз с третьего этажа. Но двигался легко и непринужденно, не замечая ничего вокруг себя. Аника же, следуя за ним, юрко бежала за ним, балансируя своим пушистым хвостом, совершая огромные прыжки.

Вместе они делали вылазки за пределы поместья, гуляя в полях и холмах, вдали от людей. Таннари показал ей свое умения перевоплощаться прямо на ходу из волка в человека, и наоборот, как он сделал это в воде, спасая ее. Аника с таким справиться не смогла, а лишь в прыжке плюхнулась об землю. На что Таннари отвернулся, скрывая свой смех.

Иногда они возвращались в человеческий облик и отдыхали на берегу реки, протекавшей по их землях.

- А что будет, если зверем покинуть ваши земли? - как-то спросила Аника, когда они отдыхали на берегу.

- Я не знаю, - честно признался Таннари. - Возможно, превратишься в человека. И окажешься голышом среди поля. А может, навсегда останешься зверем. Никто из нас не пытался так далеко уйти из наших земель, превратившись. А ты что хочешь уйти?

Таннари настороженно посмотрел на нее.

- Нет, что ты! - замотала головой Аника. - Просто интересно. Ты же говорил, что за пределами ваших земель не можешь превращаться, а вот что будет, если уйти зверем - тут интересно стало.

- Лучше не рисковать, - предупредил он. - Вдруг вообще на части разорвет.

Аника испугано заморгала.

- И такое может быть?

- Говорю же, никто такое не пробовал, так что выкинь это из головы. Еще не хватало, чтоб с тобой случилось, – проворчал он.

Аника смиренно опустила голову и пообещала больше не вспоминать об этом.

Прогулки в зверином облике Анике невероятно понравились. Она ощутила всю мощь звериных возможностей. Теперь она могла бегать с нечеловеческой скоростью, перепрыгивать трехметровые преграды одним прыжком, взбираться на стену с разбегу, ловко уворачиваться от атак, а самой атаковать быстро и точно. Также улучшились и ее человеческие возможности. Это она проверила в тренировочных боях с Таннари. Он натаскивал ее, делясь секретами боевого мастерства.

- Зачем мне все это? - как-то спросила Аника.

- Чтобы ты могла защитить себя, - пояснил Таннари, - и будущих детей. Если со мной что-то случиться. Вспомни тех скорпионов.

- А что может случиться с тобой? - удивилась она.

- Наши земли не такие спокойные, как кажутся на первый взгляд. Время от времени возникают конфликты по различным причинам. - объяснил Таннари. - И случается, что опасности могут доходить даже до родового поместья. Так же как это было с семьей моего отца.

- Прости, - Аника взяла его за руку. - Я еще не до конца понимаю все ваши обычаи.

- Тебе не нужно их понимать, а действовать по обстановке. Если опасность угрожает матери и детям, мать должна любой ценой спасти детей. Гибель отца и детей прекращает существование рода.

- А если в живых останется только девочка? – спросила Аника, вспоминая его рассказ. – Наследие тоже прекратится?

- У девочки всегда может родиться сын, который будет наследовать все способности рода, - пояснил он.

Аника любила следить за тем, как тренируются Таннари с Данваром. Они время от времени сражались на тренировочной площадке, имевшейся в поместье. Там же, где она занималась с Таннари. Они раздевались до пояса и приступали к бою. Наблюдая за ними, за тем как выглядел Данвар в своем возрасте, Аника задумывалась, что и Таннари должен быть таким же. И она будет самое счастливой женщиной на свете с таким мужем.

Все их движения были отточены до автоматизма. Она видела, как Таннари расправлялся с порождениями тьмы в цитадели Вышгор, то была просто мясорубка. А здесь их бой был похож на парный танец, они действительно сражались на равных. И Данвар, не смотря на возраст, превосходил сына в схватках. Опыт брал вверх. Сражались они не на шутку, нанося друг другу реальный урон. Но полученные ранения до вечера затягивались и пропадали, а более серьезные исчезали через сутки, не оставляя никаких следов.

В ночное время, когда в поместье все затихало, на тренировку выходили Волки. Помимо тренировок Таннари и Данвара, Аника и Тасмин обучались атаковать и защищаться в звериной форме.

После посвящения во все тайны семьи Аника поняла, к чему были все семейные традиции и обычаи. Простота одежды объяснялась необходимостью быстро от нее избавляться, чтобы они могли в любой момент превратиться в зверя, чтобы не порвать ее. Да и не требовались лишние затраты на сложные наряды, которые могли быть порваны в любой момент. Также с украшениями, которые они одевали лишь в особых случаях. И отношение к женщинам основывалось не просто на уважении - они были хранительницами клана, продолжательницами рода. Они пребывали наравне с мужчинами. А требование к будущей жене - быть девушкой - было связано с тем, что на женщин магия перевоплощения не действовала. Таннари уже говорил ей, что за измену женщину казнили, чтобы исключить вероятность наличия детей от других мужчин. Звучало страшно, но он также сказал, что такого не было сотни лет. Звериные пары были надежными и вечными. Может, это было магия, а может просто женщины понимали, что никакая случайная связь не стоит той власти и возможностей, которые открывались перед ними в клане. Это она видела по Киаре, даже Таннари подчинялся ей. Но Аника и представить не могла, что можно любить кого-то другого, кроме него. Пройдя через обряд посвящения, она поняла, что означали слова Таннари про запах. Она также стала ощущать его. И он манил ее к нему, заставляя идти за ним на край света.

3 ЧАСТЬ: Падение

...

Аника услышала шум снаружи. Выйдя на балкон, она увидела, что в поселке что-то горит. Таннари ушел с отцом выяснить, что за беспорядки происходят в окрестностях и еще не вернулся. Вокруг дома тоже было какое-то движение. Люди бегали туда-сюда, кричали что-то. Обеспокоенная, она вернулась в комнату и уселась на кровать, раздумывая, что же делать.

Спустя некоторое время из дверей балкона показалась волчья голова. Аника радостно вскрикнула от неожиданности, и хотела броситься к волку. Но он сам ввалился в комнату и пошел на нее. При этом она заметила, что он пошатывается, а голова его непривычно опущена. Волк приближался к ней, тяжело ступая по полу своими огромными лапами, и уткнулся носом в ее руку, поскуливая.

- Что такое? - заволновалась Аника, заглядывая ему в глаза.

Они были какие-то затуманенные. Волк подсунул голову под ее руку, и поставил лапы на кровати. Аника провела рукой по его голове, а второй потянулась к правому боку и нащупала что-то мокрое. Отдернув руку, она увидела, что рука вся в крови. Волк в тот момент упал на край кровати и стал менять облик на человеческий.

Аника круглыми от испуга глазами смотрела на Таннари, не зная, что делать. Вдоль всего его правого бока тянулась резаная рана, и он истекал кровью.

- Таннари! Что с тобой? - воскликнула она.

- Нас предали... - проговорил он и потерял сознание.

Аника вскочила с кровати и стала лихорадочно соображать. Побежала в коридор, но там никого не было, все слуги куда-то исчезли. Тогда она вернулась и достала из шкафа простыню и стала ее резать на полоски своим кинжалом.

- Держись, я сейчас тебя перевяжу, - сказала Аника Таннари.

Она приподняла его и прислонила к кровати, чтобы удобнее было бинтовать. Потом одела ему штаны и рубашку.

- Таннари, ты меня слышишь? - потрясла она его. - Что мне делать? Что происходит?

Но он не отвечал. Все его тело было в мелких царапинах и ранах, а рука возможно сломана. Рыдая над ним, Аника не знала, как поступить дальше. Потом, понимая, что слезы горю не помогут, она выбежала на балкон. Внизу что-то начало гореть на территории поместья. Люди кричали в ужасе и бегали по территории. Тогда она осознала, что это не просто беспорядки, а нападение.

Она вернулась в комнату и стала тащить Таннари из нее на балкон, надеясь найти какой-то выход. Сейчас она пожалела, что она не волчица, а мелкая лиса. Иначе закинула бы его себе на спину и унесла. Выбравшись на балкон, она потащила его по нему, но тут откуда-то снизу прилетел горящий горшок и разбился прямо перед ними. Аника закричала от испуга, и прикрыла глаза. Горящие брызги разлетелись в разные стороны, вгрызаясь в дерево.

Таннари в этот момент очнулся и схватил ее за руку.

- Можешь подняться? - спросила она его.

Он без слов стал подниматься на ноги. Аника поддержала его и подставила свое плечо, как опору. Пламя перед ними разбушевалось в полную силу, жадно пожирая сухую древесину. Они вернулись в комнату, и пошли по коридорам, спускаясь на первый этаж. Там тоже начинался пожар, и слуги с криками выбегали наружу. Аника, прихватив по дороге зеленые плащи, одела их на себя и Таннари, и вывела его наружу, вслед за слугами.

На улице ходили какие-то воины, они кричали на слуг и пинали их, разгоняя прочь. А в стороне у северных ворот бушевал бой - слышался лязг оружия, крики людей и рычание волков.

Аника, не видя ничего от слез, повернула к южным воротам, куда бежали все слуги. Таннари начинал терять сознание от полученных ран, и она бежала настолько быстро, на сколько могла. Ей больно резал слух треск огня, уничтожавший их дом, но она не могла ничем помочь.

Она вывела его через ворота, и направилась к холмам с небольшим леском у реки. Спотыкаясь в темноте, она едва не уронила Таннари на землю. Но собрав все силы, она таки добралась до леса. Уложив его на траву, Аника упала рядом с ним обессиленная. Отдышавшись, она села и посмотрела в сторону поместья. Там горело зарево пожара. Аника зарыдала во весь голос, больше не в силах сдерживаться. Все рухнуло в один миг. Ее новый дом был разрушен неизвестно кем, и неизвестно почему. Все что она успела спасти - был ее любимый человек.

...

Всю ночь Аника делала перевязки Таннари из обрезков простыни, которую прихватила с собой. Он больше не приходил в сознание, к тому же у него начался жар. Аника стала бегать к реке, смачивая ткань в воде, чтобы охладить его. Теперь ее мысли были заняты только им.

Под утром, дремая на Таннари, Аника ощутила, что кто-то взял ее за руку.

- Аника... - позвал он ее.

- Я здесь, - отозвалась она.

- Где мы? - хрипло спросил Таннари.

- Мы в лесу, - глотая слезы, ответила она.

- А что случилось?

- Ты что ничего не помнишь?

- Очень смутно, - ответил он, тяжело вдыхая. - Сражался с кем-то, огонь, люди...

- Не вдыхай глубоко, у тебя рана по всему правому боку, - предупредила Аника, поправляя бинты.

- Рана? - Таннари притронулся рукой к боку и скривился. - А где остальные?

Аника отвела глаза. Что она могла ему ответить? Она не знали ничего об их судьбе.

- Ты вернулся ко мне весь израненный, - рассказала она. - Потом началось нападение на дом и пожар. Я смогла вывести только тебя. Что с остальными, я не знаю.

Таннари после ее слов сцепил зубы и попытался встать.

- Прошу тебя, лежи, - взмолила она. - Рана еще не затянулась, она очень серьезная.

Она молча заплакала над ним. Таннари посмотрел на нее и остался лежать. Но внутри него все же бушевал ураган, требовавший действий.

Солнце стало подниматься над горизонтом, озаряя холмы и поля своим теплым светом.

Аника беспрерывно продолжала ухаживать за Таннари, так что сама стала валиться с ног.

- Ложись и поспи, - сказал он ей, когда она в очередной раз споткнулась, бегая к воде. - Или встану я.

- Шантажируешь меня, да? - устало улыбнулась Аника.

Но выполнила его просьбу, и устроилась на плаще рядом с ним. Таннари погладил ее по рыжим волосам, и тяжело вздохнул. Он все еще не мог поверить, что такое несчастья постигло его семьи и его дом.

Проснулась Аника под обед. Таннари сидел рядом и смотрел в сторону поместья.

- Ты обещал не вставать, - упрекнула она его.

- Мне уже лучше, - ответил он, не глядя на нее.

- Ага, - не поверила она ему. - Весь бок в крови.

- То старая кровь, - отмахнулся он. - Рана уже начала затягиваться. И кровь уже не идет.

Но она, зная, что он не признается, подползла к его спине и заглянула под бинты. Однако, он сказал правду - рана действительно уже подзатянулась, и не кровоточила.

- А как рука? – она осторожно коснулась его забинтованной левой руки.

- Вроде двигается, - ответил он, пошевелив пальцами.

Она положила голову ему на левое плечо и снова заплакала.

- Тебя могли убить, - всхлипнула она.

- Меня не так просто убить, - отозвался Таннари. - Понадобиться армия, чтобы со мной справиться. А после такого – две.

- Так что же все-таки произошло? - спросила Аника, вытирая слезы. - Все так внезапно началось. Я едва успела вывести тебя, прикинувшись слугами.

- Ты у меня умница, - сказал он, повернувшись к ней, и поцеловал.

Но после этого скривился от боли, так как слишком изогнулся.

- Прости, - шепнула она.

- Нужно узнать, что с матерью, отцом и Тасмин. - проговорил Таннари.

Аника опустила голову, она вспомнила, как слышала волчье рычание среди боя. Возможно, остальные члены семьи погибли. И ей очень тяжело было это сообщить ему.

- Нельзя туда возвращаться, - сказала она. - Там были чужие люди. Они всех выгоняли из дома. Что произошло? Ты пришел и сказал, что нас предали.

Таннари посмотрел вдаль, потом схватился за голову.

- Я не могу вспомнить, - ответил он. - Мои силы еще не восстановились.

- Тогда тебе нужно отдыхать, - Аника сжала его плечо, призывая лечь.

- Как я могу отдыхать, когда я не знаю, что с моей семьей? - прорычал он.

- Твое бессилие им не поможет, - Аника старалась сохранить здравый смысл, хотя бы одной из двоих.

- А вдруг им нужна помощь? - растерянно проговорил Таннари.

Аника отстранилась и встала. Отойдя от него, она стала раздеваться.

- Что ты делаешь? - непонимающе спросил он.

- Схожу, посмотрю, что там делается. - ответила Аника. - Ты ранен, да еще и может и рука сломана, так что ни в коем случаи не можешь никуда идти.

- Но они скорее всего знают, что мы можем превращаться. - предупредил он.

- Но они не знают, что в стае волков живет лисица, - Аника загадочно улыбнулась.

Она приняла звериный облик, вильнула хвостом и убежала.

...

Пробравшись к оборонительной стене поместья, где почти не было людей, Аника-лиса взобралась по ней. Оказавшись на ней, она спряталась и стала осматривать поместье.

Дом практически полностью сгорел. Перед домом с северной стороны стояли две железные клетки, и собрались люди. Они толпились там, шумели. Аника-лиса напрягла слух и услышала их разговоры.

- Вы все осмотрел? - спросил мужчина в дорогом убранстве, явно главный у них.

- Да, господин. Мы обыскали все, больше никого не нашли. - ответил ему человек в доспехах. - Эти в клетке, а остальные видимо мертвы.

- У них был сын, - уточнил господин. - Не нашли?

- Нет, господин. Видимо сгорел.

- С чего ты это взял?

- Женщина призналась, что в доме оставалась его жена. Видимо он за ней пошел. - пояснил воин.

- А тела?

- Да, какие тела, после такого огня, там и пепла не осталось. - сокрушенно покачал головой воин.

- Ладно, - отмахнулся господин. - Подготовьте все для завтрашней казни этих порождений тьмы.

- Слушаюсь, господин.

Аника-лиса испуганно прижала уши при слове казнь, и сверкнула зеленым огнем в глазах. Она метнулась дальше по стене, чтобы получше рассмотреть, кто сидит в клетках. И увидела там Киару и Данвара. Каждый из них сидел в отдельной клетке, голые, как после превращения. Данвар лежал на полу своей клетки и не шевелился, а Киара, плача, куда-то тянулась через прутья. Она была вся израненная, с растрепанными волосами. В ней практически невозможно было узнать ту прекрасную женщину, с которой Аника познакомилась. Аника привстала, чтобы разглядеть, куда же она тянуться. И увидела, что рядом с клетками лежало еще одно обнаженное тело.

Из лисьих глаз Аники покатились слезы, когда она осознала, что это была Тасмин. По всей видимости, девушка была мертва. В районе сердца виднелась рана, а безжизненное лицо смотрело в небо стеклянными глазами. Хотя она уже давно научилась перевоплощаться, но фактически она была еще ребенок. Ее силы было не сравнить со взрослыми. Однако, она наравне с ними бросилась защищать свой дом, и пала, как самая слабая.

Люди, которые стали для нее семьей, которой у нее никогда не было, погибали у нее на глазах. Точнее один из них уже погиб.

Аника-лиса, стерев слезы лапой, метнулась со стены и помчалась прочь. Но к Таннари она вернулась не сразу. Пережив первую волну эмоций, она стала мыслить более трезво, составляя в голове план дальнейших действий. И согласно своему плану направилась в поселок.

Часть поселка пострадала от ночного пожара. Одни жители поселка пытались расчистить завалы, другие занимались раненными, которые расположились под открытым небом. По самому поселку расхаживали посторонние воины, то и дело, отбирая у его обитателей все ценное.

Аника двинулась обходными путями, разведывая обстановку вокруг.

...

Таннари сидел, опершись о ближайшее дерево, полуприкрыв глаза, обдумывая произошедшее. Как вдруг на тропинке показалась лисица. Она что-то несла в зубах. Приблизившись к нему, Аника-лиса бросила свою ношу и вернула человеческий облик.

- Это что? - спросил Таннари, указывая на кучу тряпок, которую она принесла.

- Новая одежда, - ответила девушка, поднимаясь на ноги. - Ну, не совсем новая. Но она поможет нас слиться с толпой.

- Что ты видела? - требовательно спросил Таннари.

Аника, боясь смотреть ему в глаза, стала разбирать принесенную одежду.

- Что ты видела? - повторил он, поднимаясь с места.

- Я видела их, - коротко ответила Аника, натягивая рубашку и штаны. - Они живы.

- Все? - с тревогой уточнил Таннари.

Он прекрасно понимал, что после такого вторжения кто-то мог погибнуть. Аника отвернулась, не зная, как подобрать слова, чтобы сказать ему, что его горячо любимая сестра мертва.

- Говори, - потребовал Таннари.

- Отец и мать сидят в клетках, - поведала она. - Завтра их хотят казнить, как порождений тьмы.

- А Тасмин? - сдавлено спросил он, предчувствуя самое худшее.

Аника закрыла лицо рукой, сдерживая слезы. Таннари подскочил к ней, схватил за плечи и встряхнул.

- Что с ней?

- Ее больше нет, - всхлипнула Аника.

Таннари оттолкнул ее и отошел в сторону. Волна боли захлестнула его душу. Мир вокруг него стал мрачнее. Он подошел к маленькому деревцу и снес его кулаком, потом упал на колени и закрыл лицо руками.

Аника увидела то, чего не думала, что когда-нибудь увидит в своей жизни. Наемник, бесстрашный воин, гордый Волк - сейчас плакал, как ребенок. Она подбежала к нему и стала утешать, при этом сама, рыдая в два ручья.

- Я убью их всех, - прорычал Таннари сквозь слезы. - Перегрызу глотки собственной пастью. Никто не уйдет.

- Мы обязательно отомстим им, - проговорила Аника, поглаживая его по щекам. - Но не сейчас. Сейчас надо спасать твоего отца и мать.

- Они ответят за все! - продолжал рычать он, не обращая внимания на нее. - За Тасмин, за дом, за родителей, за тебя!

- Да, обязательно, - приговаривала Аника, беря его за руки. - Но нельзя этого делать на горячую голову, иначе погибнем зря.

Но он, не слыша ее, вскочил на ноги и зашагал в сторону поместья. Звериные инстинкты из-за сильного эмоционального всплеска начинали брать вверх над ним, требуя немедленных действий. Аника обогнала его и перегородила дорогу.

- Куда ты?

- Убивать их! – прорычал он.

Анике показалось, что он начинает менять форму прямо в человеке, словно оборотень. Его глаза светились страшным гневом и ненавистью. Из его горла донеслось волчье рычание. Девушка немного испугалась его вида, такого она еще не видела, но не отступила. Понимая, что если не остановит его, то всему конец.

- Так нельзя, ты погубишь их и себя! - закричала на него Аника, пытаясь остановить.

Но он отпихнул ее в сторону с такой силой, что она упала на траву.

- Таннари! - позвала его Аника. - Пожалуйста, не губи нас. Пусть смерть Тасмин не будет напрасной!

Таннари остановился. Ее голос отдаленно донесся до его затуманенного сознания. Постояв некоторое время молча, он обернулся к ней. Аника лежала на траве и плакала. Он подошел к ней и обнял.

- Прости, - хрипло проговорил он. - Я не в силах справиться с этим. Все раны на моем теле вместе взятые не причиняют такой боли.

- Я понимаю тебя, - прерывисто вдохнула Аника. - Но никакая месть эту боль не утешит. Поверь. Во мне все еще живет память о смерти матери, но я тешу себя тем, что через ее смерть встретила тебя. Поэтому нужно спасать тех, кто еще жив. Думаю, Тасмин желала бы именно этого.

Таннари несколько раз глубоко вдохнул, беря себя в руки.

- У тебя есть какие-то предложения? - спросил он, смахивая слезы.

- Да, - уверенно ответила Аника. - Ты учил меня, как сражаться в бою. Позволь и мне тебя научить некоторым хитростям, которые не требуют вступления в бой. Мы оказались на улице, а я всю жизнь провела на улице, выживая среди опасностей и порождений тьмы.

- Не тяни, выкладывай, что ты придумала, - потребовал Таннари.

Чувствовалось, что он, как настоящий воин, взял себя в руки и был готов к действию. Аника высвободилась из его рук и пошла к принесенной одежде.

- Для начала нужно избавиться от этих синих одежд, - она указала на его штаны. - Они нас в первую очередь выдадут. Следующее - нас считают погибшими в огне. Это дает нам определенные преимущества.

- Ты что украла это? - спросил Таннари, разглядывая предложенную одежду. - Решила вспомнить молодость?

- Считай, что позаимствовала, - надулась Аника. - Оно постиранное, я это с веревки брала.

Она подала ему рубашку и штаны.

- Ладно, продолжай, - махнул он ей рукой, надевая предложенную рубашку.

- Времени у нас до завтрашнего утра, - продолжила Аника. - К этому времени мы должны проникнуть в поместье и освободить их.

Таннари переоделся, и Аника нацепила ему на голову широкую шляпу.

- Это чтоб твои глаза тебя не выдали, - пояснила она.

- Извини, но это не спасет, - выразил свои сомнения Таннари. - В че не ряди меня, не похож я на крестьянина.

Аника окинула его критичным взглядом. И он был прав. Дело было даже не в росте метр восемьдесят и широких плечах. Его гордая осанка и движения сразу выдавали в нем опытного воина, не привыкшего горбиться перед кем-то, и благородное происхождение.

- Ладно, - хмыкнула Аника. - Отловим какого-нибудь воина в деревне, их там сейчас толпами ходит, и разденем.

- Моя Лисичка, чтоб я делал без твоих хитростей, - улыбнулся Таннари.

Он подошел к ней и поцеловал.

- Прости, что накричал на тебя и толкнул. - Извинился он. - Я совсем голову потерял из-за всего этого.

- Ничего, я все понимаю, - Аника обняла его под руки. - Я сама, как увидела все, хотела броситься к ним и терзать их всех. Но я знаю предел своих сил. Загрызла бы несколько человек, а остальные прикончили меня. Собрав волю в кулак, я вернулась к тебе.

- Чтоб я делал без тебя, - вздохнул он. - Помчался бы грызть их и погиб вместе с ними. Кстати, я вспомнил, как все было, перед тем, как пришел к тебе.

- Ты пришел и сказал, что нас предали, - вспомнила Аника. - Кто?

- Кто именно не знаю, но я отправился на встречу с Акиаши. Они вызвали меня на переговоры по поводу границ. Мы с ними граничим на севере. Там я попал в ловушку. Пришлось перевоплощаться и выбираться, но, похоже, они знали обо всем и ждали моего обращения. Сломали мне лапу капканом. Но я же не тупое животное, и смог от него освободиться. Добравшись сюда, обнаружил, что остальные уже сражаются за наш дом. Наши люди были разбиты, остались только мои Волки. Я бросился в битву и рвал их сколько мог, а их было так много. Меня ранили, но я продолжал сражаться. Потом отец заставил меня отправиться к тебе. А дальше уже ты знаешь.

- Дальше они подожгли дом, - добавила Аника.

Они подобрали плащи, и одели их.

- А ты можешь немного сгорбиться? - спросила Аника, идя сзади за Таннари.

- Нет, - буркнул тот.

- Ну, хоть немного. В походе паладина ты вроде горбился.

- Не может быть, - возразил Таннари. - Тебе показалось.

- И все же, - настаивала девушка. - Горбился, особенно на обратном пути.

- Я был обижен на тебя, а не горбился, - признался он.

- Да, прям уж так, - фыркнула Аника. - Тогда переставь, что несешь что-то тяжелое.

Таннари склонил голову и сгорбил плечи. Но Аникин смешок позади, заставил его выровняться.

- Не морочь мне голову, - рассердился он.

- Ладно, доберемся до деревни, там разберемся, - она поравнялась с ним. - Кстати, нужно обдумать пути к отступлению. Куда мы пойдем, когда освободим их? Есть надежное место? За нами может быть погоня.

- Я подумаю над этим. - ответил задумчиво Таннари.

Аника по дороге заметила кучу сухих веток.

- Я придумала, как заставить тебя горбиться, - сказала она, отбегая в сторону.

Таннари недоверчиво сощурился, размышляя о том, что еще могла выдумать его несносная жена-лисица. Аника тем временем разложила на земле короткую веревку и стала складывать на нее ветки.

...

Они отправились в деревню, таща на спинах связки хвороста, чтобы не привлекать к себе внимания. Придя в поселок, Аника предложила спрятаться Таннари за одним из сараев, а сама собралась на поиски подходящей жертвы.

- Как же ты собираешься сюда его заманить? - поинтересовался Таннари.

- Я схожу туда и приведу подходящую жертву, - пояснила Аника.

- Стоп, - Таннари схватил ее за руку, - думаешь, они тебя за мальчишку примут?

- Ну, раньше всегда принимали, - возразила она.

- Ты давно на себя в зеркало смотрела? – сердито спросила Таннари. – Ты женщина, и на мальчишку совсем не похожа.

Она была в мальчишеской одежде, с выпачканным лицом, и плотно натянутой шапкой, скрывавшей ее волосы.

- Перестань, - осадила она его, - это ты только женщину во мне видишь. Прошло совсем немного времени с тех времен, как я еще бегала по улицам и грабила прохожих.

- А если что-то не так пойдет? – не унимался он.

- Доверься профессионалу, - подмигнула Аника.

Таннари с большой неохотой выпустил ее из рук. И, не переставая волноваться за нее, стал дожидаться ее возвращения.

Аника вышла на поселковую улицу, по которой туда-сюда шастали воины-захватчики. Они бесцеремонно отбирали у жителей продукты и вещи, угрожая оружием. Высмотрев подходящего воина, Аника направилась к нему. Уже вечерело, и разглядывать ее никто не стал.

- Дяденька, а дяденька, - обратилась она к примеченной жертве, дергая за рукав.

- Чего тебе засранец? - рассержено спросил воин, обернувшись.

- Дяденька, - жалобно проговорила Аника, имитируя мальчишеский голос. - Там какой-то подозрительный человек за домом. Он что-то там прячет.

- Точно? - хмуро спросил воин. - Сейчас позову остальных.

- Может, не стоит, - проговорила тихо Аника, озираясь по сторонам, - вдруг он там золото прячет. А так поделитесь со мной парой монет, а остальное ваше.

Воин призадумался.

- Ладно, - кивнул он. - Если обманул, накажу.

Он хотел схватить Анику за плечо, но она увернулась и побежала вперед, махая ему. Воин быстро зашагал за ней, оглядываясь по сторонам. Аника завела его к сараю, и указала на Таннари, который сделал вид, будто что-то прячет под копой с соломой. Воин деловито подошел к Таннари и сказал:

- Эй, ты что там делаешь?

Таннари резко встал и одним ударом уложил его.

- Твою смерть, - ответил он ему, когда тот упал на землю.

Они затащили его в кусты под сараем, и раздели, затем Таннари свернул ему шею.

- А чего ты этого сразу не сделал? - поинтересовалась Аника, собирая вещи.

- Я брезгаю брать вещи с трупа, - скривился он. - А до того, как мы его раздели, он был жив. – И гордо добавил: - Волки не падальщики,

- Логично, - кивну ла девушка.

Таннари переоделся, и в таком одеянии выглядел менее заметным. Благо захватчики носили шлемы, скрывающие лица, это помогло быть неузнаваемые.

- Что делаем дальше? - спросил он Анику, прежде чем они покинули свое укрытие.

- Нужно пробраться к клеткам, осмотреть их, какие там замки, - поделилась она. - Чтобы я могла точно знать, как их открыть. Так же нужно найти лошадей, чтобы сразу бежать. Еще мне нужны кое-какие инструменты.

- Хорошо, я посмотрю, можно ли пройти в поместье, и буду ждать тебя у ворот.

- Только прошу, - Аника вцепилась в него, - ни в коем случаи не ходи туда сам. Не наделай глупостей. Обещаешь?

- Обещаю, - кивнул Таннари, притянул ее к себе и поцеловал.

Со стороны это смотрелось весьма странно – воин целовал мальчишку. Они попрощались, и Аника убежала на поиски нужных вещей. Навыки, нажитые годами, невозможно было забыть за такое короткое время. Таннари направился к воротам, стараясь идти не спеша, не обращая ни на кого внимания.

...

Доступ в поместье был открытым, но никто кроме напавших не пытался туда войти. Таннари не рискнул заходить туда, как и обещал, потому что мог не сдержаться и натворить глупостей, а Аника была его сдерживающим фактором.

Она явилась с полной корзиной хлеба, рюкзаком и маленькими бутылочками под жилеткой.

- А зачем ты ограбила горшечника? - спросил он, указывая на бутылочки, которые использовали для кормления малышей.

- Так надо, - буркнула Аника. - Потом узнаешь. А сейчас мне нужно отнести этот хлеб стражникам в поместье, ты будешь меня сопровождать. Как только стемнеет, начнем действовать.

Они направились в ворота. Аника натянула шапку пониже, а Таннари старался не смотреть по сторонам, чтобы не расстраивать себя раньше времени. По пути он приметил привязанных у коновязи лошадей, что означало, что искать их не придется.

Аника отнесла хлеб стражникам, и они расхватали его за пять минут. Вернувшись к Таннари, она сообщила, что клетки охраняют до двадцати человек.

- Пока мы будет расправляться с одним десятком, другой прикончит всех нас, - сделал вывод Таннари.

- Значит, нужно их отвлечь, - раздумывала Аника, делая вид, будто что-то ищет в сапоге.

Они сидели к друг другу спиной, стараясь не смотреть друг на друга. Аника увидела ведро с водой и подхватила его.

- Что ты делаешь? - спросил Таннари, заметив ее с ведром.

- Иду в разведку, - пояснила Аника.

Она потащила ведро к клеткам, а Таннари замер, наблюдая за ней. Аника, будто не замечая стоящих стражников, ринулась к клеткам.

- Эй, пацан, ты куда прешь? - возмутился, стоявший у нее на пути стражник.

- Так, водички приказали пленникам отнести, - невозмутимо ответила Аника.

- Какая водичка, их завтра сожгут, - засмеялся стражник.

Таннари схватился за меч, готовый придти жене на помощь.

- То ж завтра, - возразила Аника. - А сегодня им позволили последний глоток воды отведать.

- Кто позволил? - засомневался стражник.

- Господин, - закивала Аника. - Он у нас добрый, справедливый.

Стражник, прокашлялся - не пустить значило засомневаться в приказах господина и его доброте.

- Ладно, неси, только быстро, - он махнула рукой, пропуская ее.

Аника склонила голову и потащила ведро к клетке Киары. Пришлось ей пройти и мимо тела Тасмин. Она лежала, словно живая, с холодной бледностью тела. Глаза безжизненным взглядом уставились в небо, а в районе сердца горела алая рана. Слезы предательски заслали глаза, но она быстро утерла их, и подошла к клетке Киары.

- Госпожа, - тихо позвала Аника. - Госпожа, возьмите водички.

Она протянула ей деревянную кружку.

- Оставь меня, - едва слышно отозвалась Киара.

- Госпожа, это Аника. Мы освободим вас.

Киара повернулась к ней.

- Девочка, уходи отсюда, - прошептала она. - Спасайся.

- Госпожа, я и Таннари живы. Мы спаем вас, - ответила ей Аника.

- Девочка, - Киара припала к прутьям клетки. - Бери Таннари и бегите, спасайте себя. Они убили мою малышку, мне больше нет смысла жить...

Она уперлась головой в клетку и заплакала.

- Вы нужны нам, - взмолила Аника. - Пожалуйста, не сдавайтесь. Мы придем за вами ночью. Таннари не может без вас.

Киара подняла на нее измученное лицо. Аника сжала ее руку, и пошла к следующей клетке. По дороге она успела рассмотреть замок клеток, отметив про себя, как их взламывать.

Подойдя к Данвару, который все также лежал на полу клетки, она позвала его. Но он не реагировал. Тогда она набрала в кружку воды и плеснула в него. Данвар от неожиданности вздрогнул и приподнял голову.

- Господин, - позвала снова она, - я вам водички принесла.

Данвар посмотрел на нее отрешенным взглядом.

- Это я - Аника, - шепнула она. - Пожалуйста, возьмите воды.

Данвар подполз к краю клетки и посмотрел на нее ближе.

- Как ты сюда попала? - прохрипел он.

- Это не важно, - ответила Аника. - Мы с Таннари живы. Мы придем за вами ночью.

- Забудьте про нас, - Данвар схватился за прутьям. - Спасайте себя.

- Мы вас не бросим, - твердо заявила девушка. - Они ответят за Тасмин.

Данвар опустил голову, не в силах видеть тело своей дочери. Аника напоила его и ушла.

Вернувшись к Таннари, она рассказала, как все прошло.

- Ты помнишь, где в доме хранилось золото? - вдруг спросила Аника.

- Да, но там все сгорело, где оно сейчас может быть, я не представляю.

- Нужно найти его, - продолжила она. - Любые захватчики жаждут золота. Так мы можем легко их отвлечь.

- Я поищу, пока еще что-то видно,- ответил Таннари. - А ты глянь лошадей. Они у коновязи, выбери самых выносливых. Я подумал, куда мы могли бы пойти и просить помощи.

- Куда? - поинтересовалась Аника.

- К Шаушенги, он из Тигров, - пояснил Таннари. - Его бабка была из Волков, тетка моего отца. Он живет в двух днях пути на юг отсюда.

- Сколько лошадей брать?

- Четыре.

- А?..

- Я сам ее повезу, - сухо ответила Таннари, опередив ее вопрос.

…

Аника пошла к лошадям, стоявших под навесом. Она стала осматривать их, выбирая лучших. Когда она подошла к очередной лошади, ее вдруг кто-то схватил за шею. Такого она не ожидала.

- Что это ты тут, щенок, делаешь? – проскрипел за спиной противный голос.

Оказалось, возле лошадей в сене спал один из воинов. Аника замерла, не смея шевельнуться. Схвативший человек дернул ее, развернувши к себе лицо. Протянул руку и подбил шапку у нее на голове, чтобы увидеть лицо своей добычи. Из-под нее вывалились локоны рыжих волос.

- Что за дела? – ухмыльнулся воин и сдернул с нее шапку.

В это момент за его спиной появился Таннари и одним движением свернул ему шею. Аника растерянно уставилась на него, пока он оттаскивал тело в сено.

- Оставил тебя только на минуту, и ты чуть не попалась, - проворчал он, вернувшись.

- Я не заметила его, - виновато проговорила Аника, подбирая шапку.

Она быстро спрятала волосы по нее и натянула посильнее на голову.

- Хорошо, что я заметил, - продолжал ворчать он. – Я не успел далеко отойти, когда увидел, как он замаячил среди лошадей. И сразу бросился сюда.

Таннари сдвинул шлем назад, дабы лучше видеть ее, хотя она и была ниже ростом его.

- Он застал меня врасплох, - призналась Аника. – Иначе, я б его прирезала.

- Проклятье, - выругался Таннари, - а если бы я не заметил его? Если он позвал на помощь?

Аника виновато опустила голову, не в силах выдерживать его гневный взгляд. Он схватил ее за плечо и сдавил его.

- Остаешься здесь, - приказал он тоном, нетерпящем возражений. – Спрячься в сене и сиди там, пока буду искать золото.

- А как я буду знать, что ты его нашел? – спросила она.

- Узнаешь, - уверенно заявил Таннари. – Наблюдай за клетками и узнаешь. Только не высовывайся, а то опять попадешься.

...

Таннари забрался в развалины сгоревшего дома и стал искать место, где предположительно должна была находиться сокровищница. Все завалилось, остались только каменные стены. Головешки обгоревшего дерева и пепел горами лежали повсюду. Ему было очень тяжело смотреть на все это, что когда-то было его домом. Здесь он вырос и жил всю жизнь. Здесь он должен был продолжить свой род. Но теперь все это было уничтожено. Снова острая боль ожила в душе, терзая нестерпимо воспоминаниями.

Наткнувшись на место, где прежде располагался храм, Таннари зашел туда и осмотрел алтарь. В куче пепла он увидел одну из фигурок божества Звериного Бога. Он протянул руку и выгреб ее оттуда. Причудливое существо в сидящей позе было выполнено из зеленого малахита и выдержало пожар. Возможно сохранились и другие, но они были пограблены в золе. Сжав ее в ладони, он мысленно обратился к Звериному Богу, моля о том, чтобы покарал врагов, и о милости к их стае, затем спрятал ее под одеждой.

Осматривая далее остатки дома, он, к своей радости, обнаружил, что погреба практически не пострадали. Повреждено было только на входе из кухни, где сгорела входная дверь. Но все остальное было безвозвратно уничтожено, даже печи развалились, не выдержав температуры.

Таннари нашел золото, хранившееся в их доме под кучами обломков и пепла. Они немного сплавилось, но большая часть все же была россыпью. Таннари разгреб его и разбросал повсюду, как можно в больших местах.

Потом подошел к одному из стражников, охранявших клетки, и шепнул на ухо, что нашел золото. Тот оглянулся по сторонам и предложил поделиться. Он указал ему, где нашел золото и тот, бросив пост, умчался в развалины дома.

- Ой, хлопцы, - громко проговорил Таннари, - он там золото нашел.

Остальные обернулись на него и загудели.

- Что ты такое мелешь? - фыркнул один из них.

- Не веришь, иди, посмотри. - Таннари указал на дом, и небрежно подбросил монеты в руке. - Его там полно. Они богатенькие были.

Стражники побросали свои посты и побежали в дом. С руин послышался шум, возня и крики ссоры. Таннари, убедившись, что все ушли, махнул Анике. Та подбежала к клеткам и принялась взламывать замки. Ей пришлось повозиться, так как используемый инструмент она подобрала из подручных предметов. Но, в конце концов, двери были открыты. Таннари стоял на страже, следя, чтобы никто из стражников не вернулся из дома раньше времени. Аника вернулась к лошадям и подвела к клеткам. Таннари поспешил к ней на помощь.

Он открыл двери и зашел в клетку к матери.

- Мам, я за тобой, идем, - сказал он ей, беря за руку.

Женщина посмотрела на него печальным взглядом, но поднялась. Он вывел ее с клетки, но шла она с трудом. Тогда он подхватил ее на руки и понес к лошадям. Аника встретила его и накинула на нее приготовленный плащ. Он усадил ее на лошадь и пошел за отцом. Тот тоже с трудом поднялся на ноги, силы из полученных многочисленных ран восстанавливались медленно, а психологическое состояние этому не способствовало. Взвалив отца на плечо, он вывел его к лошадям, где Аника также накинула на него плащ. После чего они усадили его на лошадь.

Аника осталась держать лошадей, а Таннари вернулся за телом сестры. Подойдя к ней, он набросил на нее плащ, и завернул в него, взяв на руки. С помощь Аники он сел на лошадь и взял тело, она же последней запрыгнула в седло.

Удостоверившись, что все на местах, они направили лошадей на выход из поместья. Киара едва держалась в седле, но Аника, ехавшая рядом с ней, следила за ней, чтобы та не упала. Таннари, еще не отошедший после ранения, не обращал внимания на мучавшую его на боль, крепко держал тело сестры и управлял лошадью.

Они беспрепятственно выехали в ворота и направились вдоль стены поместья. Так они ехали до конца поселка, пока на пути не встал пост. В свете ночных костров в них сложно было разглядеть сбежавших пленников, тем более, что воины на посту не видели их.

- Стоять, вы, куда это на ночь глядя? – спросил главный на посту.

- Наш человек ранен, - проговорил Таннари, прижимая к себе сестру. – Едем в другую деревню к лекарю.

- А наш, что не справляется? – удивился стражник.

- Много работы у него, - кивнул Таннари, - не когда нами заниматься. Мальчишка нам дорогу показывает.

Он указал на Анику, так как она сильно выделялась на их фоне своими габаритами.

- А этот что? – стражник указал на сгорбившуюся Киара.

- Этот тоже, - ответил Таннари. – Раны никак не заживают.

Стражник с пристальным вниманием несколько минут рассматривал их. Как вдруг у ворот поместья послышались крики тревоги. Таннари обеспокоенно обернулся. А стражник заметил, что один из всадников босиком.

- Эй, а ну-ка постойте, - он хотел приблизиться к Данвару.

Но Таннари хлестнул своего коня, и тот рванул с места, сбив воина, остальные подорвались за ним. Прочие стражники на посту спохватились и забегали, доставая оружие. Некоторые стали запрыгивать на лошадей, чтобы броситься в погоню. Крики от ворот доносились все громче. Наконец кто-то прискакал на пост и крикнул, что пленники сбежали.

Но они уже мчались прочь от злосчастного места, подняв лошадей в карьер, держась за гривы. Аника, приотстала, на ходу прихватив факел, воткнутый в землю, и стала что-то поджигать. Она замахнулась назад, бросив что-то. За ее спиной полыхнуло, огненная стена перегородила дорогу преследователям. Однако, несколько из них таки проскочили через огонь. Тогда Аника бросила следующий снаряд. Снова полыхнуло. Испуганное ржание лошадей сзади свидетельствовало, что цель была достигнута.

Подгоняя лошадей во весь опор, они скрылись среди холмов, держа свой путь к югу.

…

После получасовой сумасшедшей скачки, они стали сбавлять темп. Лошади начали тяжело дышать, и отказывались выполнять команды. Перейдя на шаг, беглецы направились в маленькую рощу, черневшей среди холмов.

Аника спешилась и подхватила поводья остальных лошадей. Таннари слез с лошади и снял тело сестры, уложив его на землю. Потом помог спуститься матери и отцу. Делали они все молча, не зная даже, что сказать друг другу. Киара едва коснулась земли, бросилась к дочери, упав возле нее с рыданьями.

- Здесь одежда для них, - сказала Аника, подходя к Таннари и протягивая рюкзак.

Таннари взял его и пошел к отцу. Аника занялась лошадьми, понимая, что помочь им она не может. Не смотря, на то, что они стали для нее, как родные. Но все же они семьей, а она чужая. И как оказать им поддержку в такой ситуации, она не знала. Таннари сам с ними о чем-то говорил, утешал и одевал. Она же терпеливо ждала в стороне.

- Полчаса передохнем, и выдвигаемся дальше, - сообщил Таннари, подойдя к Анике.

Девушка молчаливо кивнула, и достала еду.

- Когда ты успела все это стащить? – удивленно спросил Таннари, увидев еду.

- Талант невозможно забыть, - смущенно ответила Аника.

Он подошел к ней ближе.

- В который раз убеждаюсь, что не ошибся в тебе, - сказал он ей, над ухом.

- Я делаю то, что сделала бы для своей семьи, - ответила она. – А моя семья – это вы.

Он поцеловал ее и понес еду родителям. Данвар сидел рядом с женой у тела дочери и утешал ее.

- Зачем мне жить, если ее больше нет, - всхлипывала Киара.

- Но есть Таннари, - ответил ей Данвар. – Мы нужны ему. Он загубит себя без нас, пытаясь отомстить за нас.

Киара с новой силой зарыдала на его плече.

- Я знаю, ты сильная, – сказал ей Данвар, сам сдерживая слезы. – Мы отомстим за нее. Мы вернем наш дом, и в нем ты будешь растить внуков.

Киара притихла. Слова мужа не уняли ее боль, но разбудили закрывшийся разум.

Аника подошла к Таннари и спросила.

- Послушай, а что с тело Тасмин? Мы что его с собой будем два дня везти? Оно ж…

- Не беспокойся. – Перебил он ее. – Она не будет разлагаться, потому что ее тело пропитано магией с рождения. Ее можно только сжечь. Поэтому мы доставим ее в родовые земли и сожжем на погребальном костре.

- А, тогда понятно, - понимающе кивнула Аника.

…

Они ехали почти всю ночь, не спеша, но почти не останавливаясь. Разводить огонь не решались и отдыхали в темноте и холоде. Холодные зимние ночи удлинялись с каждым днем. Хотя была только середина зимы, но сильных холодов, как на севере, не было, но и теплом не баловало. Днем было намного теплее, а вот ночью властвовал холод, иногда в низинах доходило до заморозков.

Аника все куталась в плащ, прячась от холодного ветра, поднявшегося по дороге. Небо нахмурилось, грозя дождем.

- А этот человек, - спросила по дороге Аника Таннари, - хоть примет нас?

- Я точно не знаю, - ответил он. – Но будем надеяться, что примет. До этого отношения с ним самые теплые, практически родственные. Живет он отшельником, так что лишних глаз вокруг не будет.

Иногда они останавливались, чтобы спрятать свои следы, путая их и заметая. Опасность погони оставалась до самых земель соседнего клана.

…

На третий день пути они увидели на краю леса небольшой двухэтажный дом. Он притаился у подножья холма, среди редких деревьев. Первый его этаж был каменным, а второй из дерева. Крыша похожа на камышовую или соломенную. И из трубы шел дымок.

- Кажется, Шаушенги дома, - с надеждой проговорил Таннари, рассматривая дом с холма.

- Надеюсь, он не очень расстроиться нашим внезапным визитом, - отозвался Данвар и направил коня вперед.

Они поскакали к дому, спускаясь с холма. На подъезде к дому, они заметили, что там кто-то ходит. Подъехав, они спешились, а им навстречу вышел пожилой мужчина. Высокий, с сединой в темных волосах, крепкой фигурой, широкими плечами, но с животиком. У него было круглое лицо и седая борода, а глаза светло-карие. На нем была простая одежда черно-коричневых цветов, но не крестьянская. На вид Анике он показался добродушным человеком.

- Кто пожаловал в мои владения? – басисто проговорил Шаушенги, встречая гостей.

- Это я – Данвар, – ответил ему глава клана Дар Амун, снимая капюшон.

- Данвар? – удивился Шаушенги. – Какие ветры тебя сюда занесли?

- Ветер беды, - с печалью в голосе ответил Данвар. – И надеюсь, что ты нас не откажешь в помощи по старой дружбе.

Он вкратце рассказал ему, что произошло.

- Данвар, мой дом – твой дом, - сказал по окончанию рассказа Шаушенги с сочувствием. – Ты и твоя семья можете оставаться в нем столько, сколько потребуется. Живу я здесь один, а дом большой, так что места хватит всем.

Он пригласил рукой прибывших гостей пройти к дому.

- Это твои сыновья? – поинтересовался Шаушенги, когда остальные прошли мимо них.

- Сын у меня один, - ответил Данвар, - дочь погибла.

- А кто тот парнишка?

- Это не парнишка, - Данвар покосился на родственника. – Это наша невестка.

Шаушенги извинился, что не разглядел девушка под плащом и шапкой, и пригласил Данвар следовать за ним.

…

В доме оказалось довольно просторно, на первом этаже располагалась столовая и подсобные помещения, а наверху четыре комнаты. В одной расположились Таннари и Аника, в другой Данвар с Киарой. Шаушенги рассказал им что, где, и сказал, что все в их распоряжении.

Таннари с Данваром отправились собирать погребальный костер для Тасмин, Шаушенги пошел с ними. Аника осталась с Киарой, чтобы подготовить тело девушки для обряда. Киара глотала слезы, но подготовила свою дочь в последний путь. Аника восхищалась ее силой воли. Пережить такое, и самой готовить дочь к похоронам было не легко.

Когда стемнело, они вынесли тело Тасмин и уложили на костер. Аника разрыдалась, когда они подожги его, и уткнулась в грудь Таннари. Он же стоял, без малейших эмоций на лице, а зеленый огонь пожиравший тело сестры, которое будто таяло, отражался в его голубых глазах. Его холодный взгляд сверкал от жажды возмездия. А огонь костра, словно обжигал их души, заставляя безмолвно кричать от боли.

- Они заплатят всеми своими жизнями за ее, - сказал Таннари, не отводя глаз от костра.

Аника посмотрела на него и увидела, что он изменился. Раньше в его глазах читалось мальчишеское озорство, беззаботность и легкомыслие. Теперь в них отражалась печать вины и желание мстить. Он в раз повзрослел. Душевная боль мрачной тенью отпечаталась на его лице.

…

На следующий день Аника помогла Киаре вымыться, и помылась сама. Киара приняла свой прежний облик, только без роскошных одежд. Шаушенги весьма удивился, увидев Анику без шляпы. Рыжих волос он никогда не видел, поэтому даже попросил потрогать их.

- Это ж где такие экземпляры водятся? – усмехнувшись, спросил он Таннари.

- Далеко отсюда, - ответил тот, - на севере. Но таких там больше нет.

- Тогда тебе очень повезло, - подмигнул ему Шаушенги.

- Ага, сам удивляюсь, - хмыкнул Таннари.

Он сам все больше убеждался, что его встреча с ней была подарком богов. Что в тот, вроде бы, обычный день, он заметил ее руку и схватил, словно небесного духа, который взамен подарил ему счастье. А теперь оно было омрачено последними событиями, заставивших страдать всех.

…

Понадобилось какое-то время, чтобы все они пришли в себя после пережитого и смогли трезво мыслить. Разбирая цепь события, они искали причины произошедшего. Стараясь поддерживать друг другу, никто из них не оставался наедине, чтобы не мучиться от душевной боли. Дальнейшие их планы были направлены только на осуществления возмездия.

Таннари поздно вечером вернулся в комнату, где Аника уже легла спать. Он был мрачнее обычного, и просто молча разделся и лег на кровать.

- Ты так огорчен, - заметила она. – Есть какие-то новости?

- Новостей никаких, - сухо ответил он. – Я с отцом говорил.

- О чем?

- О том, как все произошло.

- В поместье? – уточнила Аника.

Видно было, что он не был настроен на разговор. Но ей хотелось, чтобы он не оставался наедине со своими мыслями, поэтому пыталась его разговорить.

- Не только. Вообще с чего все началось, – ответил Таннари. – Акиаши уже давно выказывал интерес к нашей семье, хотел породниться с нами.

Похоже, ей таки удалось вытянуть его на разговор. Аника прильнула к ней, давая понять, что она рядом.

- Не раз делал намеки, сватая свою дочь за меня, - продолжил Таннари. – Но мне она и со всеми богатствами мира не нужна была. Акиаши не из нашего народа родом. Он не уважает наших богов, а покланяется вашим – северным. И помешан на преследовании тьмы и ее порождений, видя их во всем, что хоть как-то отличается от его представлений. А наша семья имеет немалое влияние в наших краях. Не получив желаемого хитростями, он решился на прямое вторжение в наши земли.

Он посмотрел на Анику, и она заметила в свете свечей, как изменилось его лицо на фоне последних событий. Он будто постарел. Боль четко отражалась в его глазах, а улыбка давно не появлялась на его губах.

- Подозреваю, что это он подослал скорпионов в твою кровать, - проговорил Таннари, глядя на нее. – Хотя мы так и не нашли прямых доказательств. Ничего не было, пока мы не разослали приглашения на свадьбу. Они тоже получили его, как соседи. Но на свадьбу так и не явились.

- То есть он надеялся, что после моей смерти ты выберешь его дочь? – высказала свои предположения Аника.

- Наверное, - пожал плечами Таннари. – Видимо он совершенно помешался. Если собрал войско и вторгся в наши земли, уничтожил наш дом, и убил Тасмин…

Таннари при воспоминании о сестре, закрыл глаза и стиснул зубы, совладея с нахлынувшими эмоциями.

- А мы, не ожидая такой подлости, - продолжил он, - даже не выставляли дозоры, и ворот не закрывали. Они просто прошли между холмов незамеченными, и ворвались в поместье. Когда наши люди пали, защищая его, они просто принялись палить наш дом, крича, что в нем обитают порождения тьмы.

Он помолчал, подбирая слова.

- Тогда отец с матерью бросились сами защищать свой дом. Отец не мог поверить, что переживает второй раз потерю дома. Тасмин, как настоящая Волчица, не стала убегать и пошла за ними… Они сдались, когда она погибла. Я в тот момент пошел за тобой. Если бы я остался… Все из-за меня…из-за того, что многие хотели стать моей невестой…

- Так получается, что виновата я? – оскорблено спросила Аника.

- Вовсе нет, - Таннари взял ее за руку. – Если бы не ты, то была бы другая, но дочери Акиаши среди них точно не было бы. И все равно он напал бы.

Аника вытерла слезы и обняла его.

- Мы отомстим им, - всхлипнула она. – За все…

Она обняла его за шею и стала целовать, давая понять, что хочет его утешить своими ласками. Таннари сдержано отвечал на ее старания, но это не останавливало ее. Она перекинула ногу через него, и продолжила его целовать. Почувствовав, что он все-таки отозвался, она сделала все сама. Делая все, чтобы заставиться забыть его о печали, хотя на несколько мгновений. Когда было хорошо ему, радовалась и она, что смогла подарить ему момент радости.

Засыпая в его руках, она поняла, что смогла заставить его забыться.

…

Аника заметила Таннари, сидящим на бревнах, сложенных стопкой возле дома Шаушенги.

- Что ты тут спрятался в одиночестве? – спросила она, подойдя к нему.

- Не хочется никого видеть, - признался он, смотря на заходящее за холмы солнце.

- Может, хватить корить себя, за то, что ты не мог изменить? – Аника присела возле него.

- Ага, как же, - рассерженно проговорил он, не глядя на нее, - если б я тогда не ушел, она осталась бы жива.

- Ты был ранен, и если бы не ушел, то погиб, - Аника постаралась переубедить его, что он не виноват в произошедшем.

- Даже с такими ранениями, - оспорил он, - я мог продолжать сражаться.

- А что было бы, если бы погибла я? – спросила Аника, наблюдая за его реакцией.

Он удивленно и, при том гневно, посмотрел на нее. Потом притянул к себе и обнял.

- Был бы конец всему, - сказал он, вздохнув.

- А теперь представь, если бы ты не пришел, - продолжала рассуждать Аника. – Они подпалили дом, я могла б сгореть, не зная, что делать. Или ворвались в дом и напали на меня. Конечно, я могла какое-то время отбиваться от них. Но мои силы не сравнить с вашими. Я погибла б, за мной погиб ты, пытаясь отомстить. А там и остальные. Такого ты желаешь нам конца?

- Какая ты жестокая, - мрачно проговорил Таннари.

- Я не жестокая, - вздохнула она, - просто хочу указать на то, что на все воля богов. Возможно, они забрали Тасмин, как наименьшую жертву, за наше дальнейшее существование.

Они помолчали.

- Помниться, как-то Тасмин сказала, что хотела бы всегда остаться Волчицей. Всегда быть в клане Волков, - проговорила Аника, глядя на закат. – Правда, не помню когда. Но ее желание сбылось в какой-то мере. Она навсегда осталась Волчицей и всегда будет частью клана Волков, частью нас.

- Она это сказала, когда вы с ней в погребе уничтожали двухсотлетнее вино, - ответил Таннари, слабо улыбнувшись.

- Да? – удивилась Аника. – А чего я этого не помню?

- Вы до того напились, что Тасмин стала тебе рассказывать про Волков, - Таннари улыбнулся шире, вспоминая тот случай, - но ты почти все забыла. Она мне потом призналась.

- А сейчас получается – я вспомнила? – еще больше удивилась Аника.

- Выходит так, - пожал плечами Таннари. – Подсознательно ты все помнишь, а из-за всего этого вспомнила и так. Мы способны выпивать куда больше обычных людей и не пьянеть, помня все.

- А как же Тасмин? Она тогда раньше вырубилась.

- Она была… еще ребенком, - опять они зацепили болезную тему.

Аника сама не выдержала и заплакала, уткнувшись в плечо Таннари.

- Ничего, мы отомстим за нее, - холодно проговорил он.

…

Таннари и Данвар с членами других кланов, которые пришли к ним на помощь заседали на кухне в доме Шаушенги. Они шумно обсуждали план предстоящего освобождения земель и поместья Амун Ари. Шли споры и обсуждения всех деталей, ничто не должно было ускользнуть от их внимания. Так же гостей щедро угощали - разные вкусности и вино не оставляло равнодушных. Данвар вовремя предлагал выпить за успех их дела, а Аника с Киарой подавали закуски на стол.

Засидевшись допоздна, Данвар с Шаушенги отправились проводить людей, которым предстояло вернуться в лагерь на границе земель Теорга. Киара хлопотала на кухне, убирая со стола, Аника помогала ей. А Таннари остался сидеть за столом, допивая вино. Он сидел, оперев голову на руку, и не спеша отпивал из кружки. Вид у него был отстраненный, будто был он не с ними, а где-то далеко. Аника не стала его трогать, и молча убиралась на кухне. Когда они убрали со стола, Таннари не пожелал уходить и продолжил пить вино, а выпил он уже немало. Киара махнула на него рукой и ушла отдыхать к себе.

Осушив очередную кружку и обнаружив пустую бутылку, он потребовал у Аники следующую.

- Может, хватит с тебя на сегодня? - сказала она, глядя на него неодобрительным взглядом.

- За старое берешься, женщина? - пробурчал он, глядя на нее исподлобья. - Опять рассказываешь мне, сколько нужно пить?

Аника разочаровано вздохнула и поставила рядом бутылку. Он налил себе в кружку и выпил все залпом.

- Я не рассказываю, сколько тебе пить, а напоминаю, что норму ты уже выпил, - огорчено проговорила она. - И я не женщина, а госпожа Лисица.

Таннари недобро покосился на нее, так что Анике стало не по себе.

- Я сейчас покажу тебе, кто здесь хищник, - прорычал он и дернулся к ней с табуретки.

Несмотря на опьянение, реакция у него была мгновенная. Аника испуганно пискнула и хотела убежать, но он поймал ее за юбку и потащил к себе. Аника испугано прижала руки к себе, не зная, что у пьяного мужа на уме и чего от него ожидать. Таким она его еще не видела. Смерть Тасмин больно ударила по нему, а желание мстить толкало на безумные поступки. Она едва могла сдерживать его от необдуманных действий. А сегодня он взял и напился, хотя до этого никогда лишнего не брал.

Он обхватил ее руками и прижал к себе, уткнувшись лицом в ее живот. Глубоко дыша, он вдыхал ее запах, который дразнил его все сильнее. А Аника невольно вспомнила, тот день когда он встал перед ней на колени.

- Ты моя лисичка, - прорычал он, стискивая ее.

В его железных объятьях Аника стала задыхаться.

- Ты сейчас мне кишки выдавишь! - охнула она.

Он ослабил хватку, удивленно поднял голову, и выдал:

- Что ж ты такая маленькая? Кормишь-кормишь тебя, а ты не поправляешь.

- Какую выбрал, - оскалилась Аника, отпихивая его от себя

Ей стало обидно от его слов. Люди говорили, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. И она посчитала, что именно так он и думает. Видимо, не смотря, на все его признания, в глубине души он сомневался в своем выборе. Она хотела уйти от него, но он встал и догнал ее в два шага.

- Ты куда это? - пошатываясь, проговорил он. - Я тебя еще не отпускал.

- Отстань, ты пьян, - отмахнулась от него Аника.

- Чтоб меня напоить, нужна бочка, - усмехнулся он, икнув.

- Ну, так иди - допивай, - огрызнулась Аника, отмахиваясь от его рук.

- Но я тебя хочу, - капризно произнес он, склонив голову на бок, будто игривый пес.

- Мало ли чего ты хочешь, - продолжала возмущаться Аника.

Но он не обращал внимания на ее протесты, и схватил за талию одной рукой и другой за шею и принялся целовать. Винный запах ударил ей в нос, и она закрутила головой, но ее сил не хватало противостоять его пьяной хватке. Ей показалось или она услышала волчье рычание, исходящее от него? Неужели зверь снова рвался наружу? От этого стало как-то страшно. В таком неконтролируемом состоянии он мог стать Волком в любой момент. Но он подхватил ее и потащил к столу, уложив прямо на него, и стал задирать платье.

- Что ты делаешь?! - возмущенно воскликнула Аника.

- Я хочу тебя, - пьяно проплел Таннари, нависая над ней. - Ты моя жена, имею право.

- Прямо здесь, как шлюху? Таково твое отношение ко мне? - она смотрела на него круглыми глазами. - А если кто придет? Ты в своем уме, или последний в вине утопил?

Аника отпихнула его ногой и спрыгнула со стола. Он возмущенно засопел, глядя на нее.

- Пьяная зверюга, - бросила она ему в лицо.

А сама внутренне сжалась, ожидая всплеска его ярости. Она не отводила взгляда от его затуманенных голубых глаз, считая, что не должна проигрывать это бой. Если ударит, то пусть потом мучается, но она не отступит.

- Ладно, - вдруг произнес он спокойно, расправив плечи.

Похоже, игра, кто кого переглядит, сработала. Но не совсем так, как ожидала Аника. Таннари неожиданно подхватил ее на руки и понес на второй этаж. Она попыталась противиться, но в его стальных объятьях, она была все равно, что котенок.

- Не хочешь там, так в нашу комнату точно никто не придет, - сказал он, ей поднимаясь по лестнице.

Аника безвольно затихла в его руках, наслаждаясь его ароматом, от которого ей становилось спокойно. Принеся ее в комнату, он заботливо уложил ее на кровать и стал раздеваться. Шрам на его правом боку еще был ярко-розовым, но беспокойства он уже не доставлял, со временем и он исчезнет, а от маленьких ран не осталось и следа. Даже с его магическими способностями на восстановление понадобилось немало времени, чтобы такая рана затянулась. Аника обреченно вздохнула и закрыла лицо руками. Не смотря на то, что он был пьян, она любила его. И одного взгляда на его обнаженное тело для нее было достаточно, чтобы сдаться ему в плен.

Он осторожно освободил ее от платья и припал к ее нежной коже. Фыркнув от запаха вина, Аника закашлялась. Но он не обращал на это внимания и продолжал обцеловывать ее щеки, шею, плечи, спустился к груди. Даже пьяный он был невероятно нежен с ней, хотя немного не терпелив. Пропустив большую часть прелюдии, он сразу слился с ней, получая желанное. Подходя к моменту высшего наслаждения, он впился в ее губы, не желая отпускать. Словно туманом, заволокло его разум желание овладеть ею. Он только знал, что она его, всецело и полностью. Выпуская наружу свои звериные инстинкты, он властвовал над ней.

Аника что-то промычала с закрытым его губами ртом, пытаясь оттолкнуть его, но он не отпускал ее и продолжал получать удовольствие от нее. Она застонала под ним, вцепившись ему в волосы, а ему было все равно, лишь бы не отпускать ее. Его руки с яростью сжимали то простыню под ней, то ее, а сам он продолжал целовать, рыча, до тех пор, пока она не вырвалась и не закричала.

Приходя в себя, он сполз с нее, упав рядом на кровати. А она заплакала.

- Прости... - прошептал он, хватая ее за руку. - Я не хотел сделать тебе больно.

- Ты не сдержался... - всхлипнула она, сжавшись и держась за живот.

- Прости, - повторил он, подтягиваясь к ней и обнимая. - Прости, я забылся...

Таннари прижал ее к себе, стараясь хоть как-то утешить и загладить свою вину. Она плакала, уткнувшись в его плечо, а он нежно поглаживал ее по спине, укрывая простыней. Так она и уснула в его объятьях.

Утром Таннари проснулся хмурый, как зимнее небо за окном. Голова болела, а в душе выли волки. Аника спала рядом, свернувшись клубочком спиной к нему, и он заметил на ней еще не исчезнувшие царапины и следы крови на простыне. Он стал восстанавливать в памяти события прошлого дня и ночи, пытаясь понять от чего ему так плохо. И вспомнив минувшую ночь, готов был прирезать самого себя. Он потянулся к спине Аники, но дотронуться не осмелился. Он сел на кровати и опустил ноги на пол.

- Что я наделал, - произнес он с ужасом, увидев следы крови у себя на руках.

Он причинил боль той, которая ему доверилась всей душой и телом. Нарушил свое обещание – никогда не причинять ей боли. А она мирно спала рядом с ним, своим мучителем, и не пыталась убежать. Да и куда ей было идти? Она полностью зависела от него, не имею какого-либо выбора. Волки в душе не только выли, а еще и начали ее грызть, сковывая ее ужасом вины.

Таннари встал с кровати и обошел вокруг. Опустившись на колени со стороны Аники, он положил руки на кровать, а голову на руки, и стал ждать ее пробуждения.

Едва Аника открыла глаза, то встретилась с виноватым взглядом голубых глаз Таннари.

- Прости меня, - услышала она вместо доброго утра. - Я - последняя скотина. Пытаясь заглушить вином свою боль, я причинил боль тебе. Могу ли заслужить чем-то прощение?

Аника молча смотрела на него, кутаясь в одеяло. Он уронил голову на руки, не выдержав ее взгляда.

- Я сделаю все, что ты захочешь, - продолжил говорить он. - Только прикажи. Знаю, я не заслуживаю прощения. Накажи меня... я сделаю все. Аника, прости меня.

Выслушав его, она протянула к нему руку и схватила за волосы. Он покорно лежал, ожидая ее приговора.

- Если ты чувствуешь боль, - проговорила она, - то я должна разделить ее с тобой. Если ты любишь, то и я буду любить. Если ты умрешь - и я умру за тобой.

Таннари поднял голову и посмотрел на нее. Аника мягко улыбалась, поглаживая его густые черные волосы.

- Аника, ты мой подарок богов, - прошептал он, целуя ее пальчики. - Без тебя, я бы уже давно погиб.

Аника откинула одеяло и жестом поманила к себе. Таннари забрался к ней, а она устроилась поудобнее у него под боком. Она положила ладошки на его щеки, а он закрыл глаза, не смея ничего предпринимать в ответ, даже обнять.

- Накричи на меня, хочешь – побей, - произнес он, не открывая глаз. - Только не молчи.

Она легонько впилась ногтями ему в щеки, а он замер в ожидании наказания.

- Как я могу тебя бить, - услышал он ее, - когда я люблю тебя. И ты такой красивый, мой Волк.

Она убрала руки со щек и обхватила его за шею. Но в душе все же остался некоторый отпечаток от причиненной им боли. Он совершил в отношению ее, то чего она все это время боялась – применил свою силу, заставив делать то, чего она не хотела.

Таннари осторожно обнял ее, положив руки на спину, и ощутил под пальцами оставленные им царапины, и волки вгрызлись в душу с большой силой. Хотя она и старалась делать вид, что не гневаться на него, но он видел, что чувствовала она себя неприятно.

Когда Аника стала одеваться, он подошел к ней сзади и осмотрел спину. Осторожно дотронулся до следов своего безумства, и не мог поверить, что так поступил с ее нежной кожей, от чего сердце у самого сжалось до боли. А ведь про всю причиненную ей боль она молчала.

- Прости, - прошептал он, целуя в плечо.

- До завтра заживет, - равнодушно ответила Аника, не оборачиваясь к нему.

Конечно же, заживет, такова была их звериная природа. Но будь они обычными людьми, то эти раны заживали не один день, а то и шрамы остались. Это различие им вкладывали в головы с детства, чтобы они не забывали, что значит быть людьми. Но и будь он обычным человеком, то не сделал бы такого. Или все же мог сделать? – спрашивал он сам себя. Но больше всего он опасался, что она опять будет бояться его. Также как узнав, что он Волк.

...

За завтраком Киара подметила, что Аника совсем невеселая, а Таннари молчалив, как никогда. Когда все разошлись, она подошла к Анике и спросила:

- Аника, я вижу, что с тобой что-то не так. У вас все хорошо?

- Все хорошо, - девушка слабо улыбнулась. - Просто радоваться нечему.

- Не ври мне, - радушно проговорила Киара. - Я же вижу больше, чем надо. И у вас с моим сыном что-то не ладиться, так?

Аника забыла, что Киару нельзя обманывать, но рассказывать все ей не хотела.

- Простите, - она виновато опустила глаза. - Но вы же не можете всю жизнь нас поддерживать. Мы должны научиться справляться с нашими проблемами сами.

- Ладно, - Киара не стала настаивать, видя, что та не настроена делится с ней.

Она прекрасно понимала, что девочка хотела быть независимой от нее. И, что сама она не вечна, и их стремление к самостоятельности в принятии решений вполне естественно. Она продолжила заниматься делами по кухне, но беспокойство ее не покидало. Теперь, когда не стало Тасмин, Аника стала ей ближе, почти как дочь. И если ее сын хоть как-то обидел ее, она не могла оставаться в стороне.

...

Киара выловила Таннари, чтобы поговорить без свидетелей. Он рубал дрова неподалеку от дома.

- Так, - произнесла она, подойдя к нему, нахмурив брови. - Аника ничего говорить не желает, тогда признавайся ты, что у вас произошло.

Таннари поднял на нее удивленный взгляд.

- То есть?

- Я вижу, что вы оба, как из тьмы вышли. У нее такой измученный вид, будто у рабыни.

Таннари оставил топор, и не глядя в глаза матери сказал:

- Я причинил ей боль.

Взгляд Киары от его слов стал ледяным.

- Ты... - она замахнулась на него, но остановилась у самого лица и сжала руку в кулак. - Я никогда тебя не била, даже в детстве, но сейчас мне хочется отдубасить от всей души.

Таннари виновато опустил голову.

- Я пытался утопить свою боль в вине, - тихо ответил он. - И вместе с этим причинил боль ей...

- Как ты мог? - упрекнула его Киара. - Благодаря этой девочке мы все еще живы, и смогли восстановить силы, чтобы бороться за наш дом. А ты... Или ты думал, раз привез девчонку неизвестно откуда, то можешь делать с ней что хочешь?

- Нет! - выкрикнул Таннари, подняв на мать изведенный угрызениями совести взгляд. - Ничего подобного. Так вышло...

Киара смотрела на него презрительным взглядом.

- Да, я - сволочь, - глухо отозвался Таннари, не смея больше смотреть на мать. - И нет мне прощения. Но я сделаю все, чтобы загладить вину перед ней.

- Ты окажешься большим счастливчиком, если она простить тебе это. - Холодно проговорила Киара. - Если бы твой отец так поступил, я б этого ему не простила.

Она развернулась и ушла. А Таннари уселся на пенек, на котором рубал дрова и схватился за голову, мучимый своей душевной болью, к которой добавилась еще и вина перед Аникой. Он прямо ощущал, как волки вгрызаются в его сердце, напоминая о содеянное.

…

Царапины на спине исчезли на следующий день. Таннари с облегчением вздохнул, видя что не осталось никаких следов. Он опасался, что из-за того, что раны нанес он, могут остаться шрамы.

Через пару дней Аника заметила, что Таннари стал совсем мрачным. Не обращал на нее внимания, относился с какой-то холодностью, но осторожностью. Странным было то, что соглашался с любым ее словом, мнением, сразу же выполнял все ее просьбы. По ночам просто спал, обняв, как тогда на постоялом дворе. А она, находясь в его объятьях, начинала тосковать по его ласкам. Чуяла его близость, его запах, пыталась разбудить, но он не откликался на нее.

...

Аника пришла в комнату, где Таннари уже отдыхал на кровати. Она уселась рядом с ним и заглянула в глаза. Уже больше недели он не проявляет к ней интереса, относясь, как к ребенку, обнимает, как бумажную, избегает смотреть в глаза.

- Дорогой, - заговорила она, набравшись решительности, - что-то ты совсем позабыл про меня.

- Чего это я позабыл, - возразил Таннари, - я всегда рядом с тобой. Ну, или почти всегда.

- Ты рядом, но где-то далеко, - не отставала Аника. - Я что, стала тебе безразлична?

- Ну, что ты, - мотнул головой Таннари, - я люблю тебя. Как я могу быть безразличным к тебе?

- Так в чем же дело? - требовательно спросила она. - Почему ты так холоден со мной?

О разговоре с матерью он предпочел умолчать.

- Чего это я холоден? - удивился он.

- Ты не желаешь меня больше, - обиделась Аника, отвернувшись от него.

- Что за глупости? - Таннари взял ее за руку. - Для меня нет никого желаннее тебя.

Она повернулась и забралась ему на колени. Склонилась над ним, приблизившись к его волосам, и понюхала, глубоко вдыхая его запах, потом опустилась к шее, вдыхая, и выпрямилась.

- Я хочу тебя, - заявила она, упершись руками в его живот. - А ты не выказываешь никакого внимания ко мне.

Таннари бросил на нее короткий взгляд полный вина.

- Я боюсь причинить тебе вред, - буркнул он.

- Что за вздор? - она нахмурила бровки. - Я хочу тебя. Возьми меня!

Она схватила его за рубашку и затрясла. Он покорно терпел ее истязания. Но, не дождавшись его реакции, она сбросила платье и принялась его целовать.

- Не могу... - отозвался он, закрыв глаза.

- Что ж это получается, - расстроено проговорила Аника, - ты сам себя затравил больше, чем я?

- Да, я боюсь снова причинить тебя боль, - признался он.

Аника растеряно развела руками, сидя на нем.

- Ну, случилось, - возразила она. – Я простила тебя. Всякое в жизни бывает, но теперь ты хочешь мучить меня свои безразличием? Ты мой Волк! Представляешь, как это тяжело? Я даже не смогла, как следует рассердиться на тебя.

- Нет, но... - он вздохнул, не находя слова в свое оправдание. - Я сам себя не простил…

Внутренний блок не давал ему прикоснуться к ней.

- Ладно, - вздохнула Аника и спрыгнула с кровати. Отошла от нее и присела на полу.

- Что ты делаешь? - Таннари проводил ее взглядом.

Но она молча перевоплотилась в огромную лисицу и запрыгнула обратно на кровать.

- Опять с шерстью в кровать лезешь? - Таннари попытался изобразить рассерженность, садясь.

Но Аника-лиса полезла к нему и стала облизывать в ухо, потом щеку. Таннари от ее щекотного язычка засмеялся и отодвинулся.

- Что ты делаешь?

Аника-лиса подставила свое ухо под его руку для почесулек. Он почесал ее за ухом, а она от удовольствия прикрыла глаза. При обращении в зверя это был самый приятный момент, когда кто-то чесал за ушком. Была бы она кошкой, то замурлыкала. А так просто поскулила от удовольствия. Таннари невольно заулыбался, видя, как она приходить в восторг. Вместе с тем, он стал поглаживать ее по всей спине, проводя рукой по гладкой блестящей рыжей шерсти. А внутри все невольно содрогнулось от воспоминаний, что он испортил эту спинку.

Аника-лиса выгнулась, подставляя спину под его ласки. Подняла голову и лизнула его в нос, щекоча усами. Таннари прикрылся рукой, возмущаясь, но это ее не останавливало. Она стала моститься ему на колени, стараясь устроиться всеми четырьмя лапами.

- Раздавишь меня, - простонал Таннари под ее тяжестью, в зверином обличии она весила до ста килограмм, - своей лисьей тушкой.

И спихнул ее на сторону. Аника-лиса посмотрела на него покорным взглядом и прижала уши. И положила ему на колени только передними лапами.

- Лисицей ты не такая легонькая, - пояснил он, улыбаясь.

Аника-лиса положила голову на лапы, косясь на Таннари. Тот принялся снова чесать ее за ухом, потом и за двумя сразу. Аника махнула своим пушистым хвостом, попав ему по лицу, на что он фыркнул и отбросил хвост в сторону.

- Кто увидит, засмеет, - буркнул Таннари. - Вместо жены лисица в постели.

Он вздохнул, чеша ей под подбородком, так что она задергала задней лапой от удовольствия. Затем Аника-лиса подняла голову и потянулась к нему, чтобы снова облизать ему лицо. Ее нежный язык касался его щетинистой кожи, щекоча его. Таннари обнял ее за шею, положив голову ей на холку. А она принялась облизывать его за открывшуюся ей шею, да еще и зубами прикусывать, будто блох вылавливала.

- Ай, - воскликнул Таннари, отстраняясь от нее, когда она в очередной раз запустила зубы. - Что ты делаешь? Ты что там блохи ищешь?

Лисица сверкнула зелеными глазами и отвернулась.

- Ладно, ладно, делай, что хочешь. - сдался он. - Я все буду терпеть.

Аника-лиса спрыгнула с кровати и легла на пол. Белый туман заклубился вокруг нее, и принял форму человека.

- Все-все? - спросила она, поднимаясь с пола.

- Угу, - покорно кивнул он.

Она подошла к нему и забралась к нему на колени, и стала стягивать с него рубашку.

- Ты... - хотел было он возмутиться.

- Или тебе с лисой больше понравилось быть? - с вызовом спросила она, и стала уходить. – А может мне пойти, кого другого поискать?

- Я тебе пойду! – ревниво воскликнул он, схватив ее за руку, и потянул к себе.

- Так-то, - она повернулась к нему. - Не хочешь сам, тогда не мешай мне.

Она принялась развязывать пояс на его штанах. Таннари судорожно сглотнул, от ее прикосновений ему стало жарко. Сняв с него штаны, она повела руками по его животу с идеальным прессом, широкой груди, добралась к шее, и обняла его. Он осторожно притронулся к ее бокам, боясь доставить неудобство. А она распалялась все больше, двигаясь на нем. Почувствовав его отклик, она стала его страстно целовать, заставляя возбуждаться еще больше. Таннари невольно сжал ее талию, и слился с ней, а она сжала его ногами, добиваясь желаемого.

Освободившись от него, Аника упала ему на грудь, тяжело дыша.

- Почему я так безумию от тебя, моя Лисичка? - произнес Таннари, потерев глаза рукой.

Аника не ответила, а приблизилась к его уху и укусила легонько.

- Ты чего это? - возмутился он. - Ты уже не лиса.

- Ты так красив, что мне хочется откусить от тебя кусочек, - весело проговорила она. - Почему ты так красив?

Она склонила голову набок, разглядывая его.

- Это надо у родителей спрашивать, - пожал он плечами, довольно улыбаясь.

- Да, таких красивых людей я еще никогда не встречала, - согласилась Аника. - И Тасмин тоже была...

Звук ее имени растревожил незажившие в их душах раны.

- Я хочу кое-что тебе пообещать, - вдруг заявил Таннари. Аника посмотрела на него вопросительно. - Я больше никогда не буду пить вино.

- Как хочешь, - равнодушно ответила Аника. - Тебе я готова простить, что угодно. Лишь бы ты всегда был рядом, а там и маленьких волчат заведем, когда скажешь.

- Вижу у тебя дальновидные планы, - усмехнулся Таннари.

- Ну, ты же сам сказал, что не время.

- Придет время, скажу, обязательно, - он погладил ее по голове. - Малышка моя, я сделаю все, что пожелаешь.

- Помниться, ты тогда сказал, чего это я такая маленькая и почему не росту, - вдруг сказала Аника, садясь на нем. - Я тебя этим не устаиваю?

Таннари опешил от ее заявления. Он почти не помнил, что там говорил и делал. Волки опять принялись грызть душу.

- Ну, я... - замялся он. - Я не то хотел сказать. Просто хочется, чтобы любимого человека было больше. И вообще, то был пьяный бред, забудь про него. Ты вон, какая костлявинька...

Он понял, что ляпнул глупость, потому что Аника сдвинула брови и уперла руки в бока.

- Костлявинькая, значит, - перекривила она его.

- Не, я не правильно выразился...

Аника стукнула его кулаком в живот, зло скривившись. Таннари, не смотря, что ее удар был для него все равно, что укус комара, схватился за живот и застонал.

- Тебя кормишь-кормишь, а ты не поправляешь, - выдал он. - Что тут еще можно сказать.

- То есть зря на меня харчи переводите? - сердито спросила она.

Таннари опрокинул ее на кровать, и навис над ней.

- Хватит думать о глупостях, - сказал он ей. - Я люблю тебя такой, какая ты есть. Еще тогда у реки, я понял, что что-то здесь не так. Одно лишь останавливало - думал, что ты ребенок. Но зверя-то не обманешь. Учуяв твой запах, я не мог его забыть. Ты - моя пара.

- Ух, ты зверюга, - страшным голосом проговорила Аника, надув губки. - Волчара лохматый, на маленькую девочку зубы наточил.

- Да, и сейчас я тебя съем, - прорычал он, прижимая к себе.

Аника почувствовала, что к ним возвращается прежнее понимание, а может и счастье. Он снова раскрылся, беря верх над ней, а не покорно поджал хвост. И ей это нравилось, так она чувствовала себя защищенной и уверенной. Ничего желаннее для нее не было, как находиться в его объятьях, быть под его опекой.

...

Они собрались в поход на семью Акиаши.

Аника не могла усидеть на месте, дожидаясь возвращения Таннари из лагеря войск.

- Скоро вы отправитесь? - пристала она с расспросами, по его возвращению.

- Возможно, завтра утром, - ответил он. - Нужно будет рассчитать время, так, чтобы прийти на место к ночи. Днем атаковать никто не будет.

- Я хочу идти с тобой, - заявила она.

- Зачем? - удивленно спросил он. - К чему тебе эти лишние опасности?

- Мне безопасно там, где ты, - надулась Аника, видя, что он не желает брать ее с собой.

Таннари отвернулся к окну, разглядывая что-то в нем.

- Я иду вершить возмездие, - проговорил он, обернувшись. - Там не может быть безопасно. Я могут погибнуть.

- Тогда зачем жить мне? - с вызовом спросила она.

- Но Аника... - он хотел возразить, но она перебила его.

- Я мешать вам не буду, - заверила она. - Я смогу пройти там, куда вам не попасть. Я тоже хочу отомстить за Тасмин, она была мне, как сестра, которой у меня никогда не было. А они ее забрали.

Она смотрела на него блестевшими от слез глазами.

- Аника, пойми там будет смерть, ничего хорошего ты там не увидишь, - он пытался ее отговорить.

- Больше, чем я видела, как уничтожали наш дом, нашу семью? - не унималась она, и, подняв руку, ткнула в него пальцем. - И ты говорил, что сделаешь все, что я попрошу. Так вот все, что я прошу - возьми меня с собой.

Таннари тяжело вздохнул. Рыжая бестия надавила на самое болючее - его чувство вины.

- Хорошо, - обреченно кивнул он. - Собирайся. И одно условие.

- Какое? - растянулась она в улыбке.

- Ты не лезешь на рожон, от наших людей никуда не на шаг. Поняла?

Аника яростно закивала.

…

Клан Дан Ари подошел к поместью Акиаши под прикрытием ночи. Собрав отряд из полусотни лучших воинов, из тех, кто остался после атаки их дома, и тех, согласился им помочь, они остановились неподалеку от дома врага.

Аника и Таннари вернулись из разведки, в зверином обличии проверяя подходы к поместью. Людей в обороне было немного, видимо большинство были направлены в земли клана Дан Ари. Обследовав территорию вокруг поместья, они вычисляли с какой стороны лучше всего начать атаку.

- Хорошо бы, если б открыть ворота в поместье, - проговорил Данвар, выслушал Таннари и Анику. – Это сократило бы наши потери при штурме. А людей у нас и так мало.

- Можно было бы малым отрядом прорваться, чтобы открыть их, - предложил Таннари.

- Тогда они все поднимутся по тревоге и весь эффект неожиданности будет потерян, - возразил Данвар.

Наступила тишина, каждый задумался над планом действий.

- А если пробраться туда незаметно? – высказалась Аника.

- Это весьма сложно, девочка, - добродушно ответил Данвар, понимая, что Аника не особо ведает в укреплениях. – Дозорные следят за каждым метром оборонительной стены, особенно теперь, когда развязали войну.

- И они знаю, что мы живы, - печально произнес Таннари.

- Тогда, могу ли я предложить свое умение проникать в самые закрытые места? – робко спросила Аника.

- Даже не думай! – резко выкрикнул Таннари.

- В темноте меня никто не заметит, - возразила Аника, выдерживая гневный взгляд мужа.

Таннари посмотрел на нее с укором.

- Ты обежала никуда не лезть, - запротестовал Таннари. – Только с этим условием я взял тебя с собой.

- Но я также сказала, что могу вам пригодиться, - напомнила Аника.

Но Таннари это не смягчило. Он на отрез отказался отпускать ее. А время шло. После полуночи на стенах поместья наступила полная тишина.

Аника ходила по пятам за Таннари, уговаривая ее пустить. Наконец ее настойчивость взяла вверх, и он согласился.

- Только не смей нарываться на опасность, - поучал он ее, пока она раздевалась.

- Да, какие опасности, - фыркнула Аника. – Я только открою ворота и все.

- Как какие? - возмутился Таннари, держа ее за руку. - Тебе еще нужно до них добраться.

- Не думаю, что это сложнее, чем лезть по выступу над провалом, и, что там есть что-то страшнее, чем те твари в Вышгоре, - Аника ласково улыбнулась. – Но теперь я не пугливая девчонка, а храбрая Лисица.

- Будь осторожна, умоляю, - Таннари обнял ее и поцеловал.

Она обратилась и помчалась к стенам поместья Акиаши. Пробравшись по кустам, оказалась у стен. Двинувшись вдоль них, Аника-лиса стала искать место, где можно было бы взобраться на стену. Выбрав подходящее место, она вернулась в человеческую форму и полезла на стену. Прижимаясь обнаженным телом к холодному камни, она морщилась от неприятных ощущений. Но другого выхода не имелось, одеваться-раздеваться не было возможности. Маленькая и ловкая, ее практически не было заметно на фоне серой каменной стены. Ловко цепляясь за выступы камней, она не спеша, поднималась вверх. Ночь для атаки они выбрали безлунную, а хмурые зимние ночи давали больше времени для маневров.

Взобравшись на стену, Аника притаилась, вслушиваясь в движение на ней. Было тихо. Перебравшись через край, она тут же обратилась в лисицу и спрыгнула со стены на лестницу, чтобы избежать встречи с часовыми. За стеной все было спокойно, его обитатели не подозревали о назревающей опасности. Перепрыгивая через пролеты лестницы, лисица спустилась со стены. Прячась в тени, Аника направилась к воротам.

Пока Аника искала путь к воротам, Таннари с остальными людьми подкрадывались к воротам. Они полностью доверились девушка, надеясь на ее умения.

Аника-лисица подобралась к механизму, открывавшего ворота. Одинокий дремлющий часовой сидел на бочке возле него. Аника-лисица притаилась за углом в темноте, изучая механизм. Один рычаг приводил в действие цепи открывавшие ворота. Ничего сложного не было, но лапами этого не сделать. Она подползла к часовому и обратилась в человека. Тихо взяв лежавшую неподалеку палку, она осторожно сняла с часового шлем и со всей силы ударила его по голове. Он грузко сполз на землю, а Аника замерла, оглядываясь по сторонам. Как она не старалась действовать бесшумно, все равно звуки производились.

Убедившись, что не выдала себя, Аника подошла к рычагу. Глубоко вдохнув, она схватилась за рычаг и подняла его вверх. Раздался хруст и скрежет приведенных в действие цепей и ворота пришли в действие. Зафиксировав рычаг, Аника присела и обратилась в лисицу.

Со стены вблизи стали раздаваться удивленные возгласы, вызванные шумом от ворот. А через ворота, едва приподнявшиеся, стали пробираться люди клана Дан Ари. Они тут же забегали на стену, и расправляться с противником.

Группа во главе с Таннари и Данваром сразу ринулся к дому. Быстро преодолев расстояние от стены до дома, они ворвались в него. Расправляясь с его защитниками на входе, они стали продвигаться внутрь. Крики дерущихся и шум боя поднял все поместье на ноги. Все люди клана Дан Арии уже ворвались в поместье и расправлялись с его защитниками.

Аника проследила за тем, куда направился Таннари и Данвар, поспешила за ними. Крадясь и прячась, от возможных опасностей, она пошла в дом. К тому времени они уже продвинулись вглубь дома, оставляя после себя дорогу, усланную трупами воинов из клана Акиаши.

...

Таннари, отделяясь от своих людей, прошел к Акиаши. Тот стоял наготове, обнажив меч, и принял боевую стойку.

- А темное отродье, - с отвращением проговорил он, глядя на Таннари, и сплюнул. - И я еще хотел свою дочь тебе в жены отдать. Хвала богам - уберегли.

- Это скорее, меня уберегли от такого родства, - ответил Таннари.

Он свободно взмахнул мечом. На нем были одеты лишь штаны. Никаких доспехов, даже без сапог. Он сделал пару шагов, обходя Акиаши, ступая босыми ногами по каменному полу.

- Недолго же вы смогли скрываться свое темное яство, - продолжил Акиаши, не сводя с него глаз. - Надо было не тянуть и вас всех сразу прикончить, как ту девчонку. Вы на коленях будете у меня просить пощады!

Таннари стиснул зубы при упоминании о Тасмин. Он прямо в этот момент готов был броситься и перегрызть ему глотку. Но сначала требовалось огласить приговор. Остальные люди тихо следили за ними из конца зала, в котором он сошлись для битвы.

- Волки никогда не перед кем не опускаются на колени! - прорычал он, отдельно произнося каждое слово. - Вы убили мою сестру. Ей было всего шестнадцать. Согласно обычаям моего народа, частью которого ты не являешься, ты приговариваешься к смерти.

Люди в конце зала поддержали его слова одобрительными криками.

- Ты, порождения тьмы, будешь еще мне приговоры оглашать? - хохотнул Акиаши. - Да я с благословения моих богов, разделаюсь с тобой, и глазом не моргнув.

Таннари одарил его яростным взглядом. Этот человек стал причиной всех бед его семьи. Из-за него погибла Тасмин, из-за него они лишились дома, из-за него он причинил боль самому дорогому для него существу.

- Ты находишься в наших землях, и здесь властвуют наши боги, - изрек он, после молчания. - Это вы со своими богами принесли тьму в наши края. Раньше мы не знали, что это такое. Мало того, что вы не чтите наших традиций, так еще и оскверняете все.

- Вы со своими черными божками ничтожны против моих богов света, - выкрикнул Акиаши, сделав выпад в его сторону.

- Ну-ну, - злорадно отозвался Таннари, - посмотрим, как они тебе помогут.

Они сошлись в схватке на мечах. Таннари с легкостью отбивался от него, даже не напрягаясь. Он был неровня рожденному Волком. Парируя удар за ударом, Таннари наслаждался тщетными стараниями врага. Ему ничего не стоило прирезать его, но приговор его был не таков.

- Ты, исчадие тьмы! - прорычал Акиаши, тяжело дыша. - Я уничтожу тебя...

- Я пришел за расплатой, - ледяным тоном проговорил Таннари. - За смерть моей сестры умрешь ты и твоя семья.

Он указал на него мечом.

- Я защищен от всякого посягательства порождений тьмы! - нервно засмеялся Акиаши. - Мои боги благословили меня.

- А нападать на наш дом и убивать, они тоже благословили? - поинтересовался Таннари.

- На ваше темное кубло они сами указали, когда я хотел сосватать дочь, - ответил Акиаши.

- Зачем тогда невесту хотел мою убить? - Таннари приподнял голову, глядя на него с полуприкрытых глаз, это вопрос его заинтересовал.

- Из-за ее появления боги подали мне знак, - проговорил Акиаши. - Рыжая ведьма явилась в наши края, чтобы сеять тьму.

Таннари был рад, что Аники здесь не было, и она не слышала его слов. Они бы сильно задели ее.

- Подобного бреда я еще не слышал, - фыркнул Таннари. - Я ее привез, а не она явилась. А тебе просто стало завидно, что твою девку мы отшили. - Таннари ужасно захотелось выговориться, чтобы он знал, за что умирает. - Нам такое породнение, как горячая смола в горло. Мало того, что один клан уже загубили, так еще и до нас решили добраться.

- Тьма тянется к тьме! - Акиаши смотрел на него безумными глазами.

- Хочешь увидеть тьму? - Таннари посмотрел на него, приподняв бровь. - Так я ее тебе покажу. Только эта тьма - твоя смерть.

Он развел руки в стороны, раскрывая свою защиту, и выронил из руки меч. Тот с лязгом упал на каменный пол, а в стороне послышались испуганные охи. Акиаши злобно улыбнулся и приготовил меч, для атаки. В момент, когда он бросился на Таннари, тот резко присел. Акиаши пролетев над ним, тут же развернулся. Он только успел заметить, как человека окутал белый туман и из него в ту же секунду выскочил громадный черный волк. На месте, где только что был человек остались только обрывки штанов.

Волк развернулся на месте и направился к Акиаши. Тот, с круглыми от ужаса глазами, выставил меч перед собой. Но волк спокойно шагал на него, зловеще рыча. Он видел, как у того дрожали руки, и пот на лице полился ручьем, до его чутко нюха дошел запах его страха. Но его ледяной взгляд голубых глаз был беспощаден.

- Все будет быстро, - говорил себе Таннари.

Он прыгнул на Акиаши, выбивая носом меч, и завалил его на землю. Челюсти с легкостью сомкнулись на его шее, наполняя пасть соленой кровью. Убедившись, что довел дело до конца, Таннари побежал в одну из комнат, прилегавших к залу. По запаху он вычислил, где пряталась жена Акиаши.

От его вида женщина лишилась сознания, и он, не раздумывая, расправился с ней. Совершая все это, он возрождал в своем сознании Тасмин - ее улыбку, ее смех, голос, движения - все, что он так любил в ней. Больше не будет милая сестричка виснуть у него на шее, и дразнить его Трамтарари. По черной шерсти покатилась слеза, волк яростно затряс головой, стараясь отогнать болезные воспоминания.

Вернувшись к своим людям, его встретил отец.

- Его дети? - спросил Данвар коротко.

Волк посмотрел на него полным ненависти взглядом.

- Кончайте с ними, - приказал Данвар людям позади него.

...

Аника-лиса семенила по коридору, ища выход и остальной клан. Несколько человек появились в коридоре, и она узнала в них по запаху людей клана. Они даже не обратили на нее внимания, просто посмотрели и зашли в двери по дороге впереди. Аника-лиса с интересом приблизилась к этим дверям, желая узнать, что они там забыли, и пожалела.

Трое мужчин, зашедшие в комнату, схватили девушку лет двадцати и бесцеремонно перерезали ей горло. Быстро, но безжалостно. Потом они выволокли из угла мальчишку-подростка и сделали тоже самое.

Аника-лиса невольно отвернулась от этой картины и побежала прочь, ища выход из этого кошмара. Столько людей уже погибло в этом доме, расплачиваясь за их дом и Тасмин, но убивать детей... Она не могла смериться с этим. Хотя... внутри что-то злобно зашептало - Тасмин тоже была ребенком, моложе той девушки. Ее они не пощадили.

Обуздав свои эмоции, она побежала дальше. Вбежав в какую-то проходную комнату, она нарвалась на одного из людей Акиаши, которого еще не добили. Здоровый такой детина с дубиной замахнулся на нее, а она шустро проскользнула у него между ног. И запрыгнула на спину, кусая за шею. Здоровяк закрутился, пытаясь ее достать, а потом замахнулся себе по спине, дабы прибить ее. Она усекла это и в последний момент сползла со спины, приземлившись на четыре лапы. Здоровяк, наградив себя ударом по спине, рассвирепел и стал яростно размахивать дубиной, норовя размазать рыжего зверя по полу.

Аника-лиса издала звук погожий на гавканье, и уворачивалась, как могла. Здоровяк же оказался довольно проворным, как для своих габаритов. Когда Аника-лиса отскакивала от очередной атаки, он сделал резкое движение обратно и достал ее дубиной. Удар был такой силы, что она пролетела через всю комнату и загремела под стол.

Дыхание перехватило от неожиданной боли. Удар пришелся на правый бок в живот. Глаза Аники-лисы заволокло туманом, но она, полагаясь на свой чуткий слух, вскочила на ноги и метнулась в сторону, избегая от очередной атаки. Треся головой, она попыталась восстановить зрение, и увидела, как в комнату вбежали те воины, что расправлялись с детьми Акиаши. Аника-лиса облегченно вздохнула и юркнула на их сторону. Трое вооружённых мужчин с легкостью расправились со здоровяком. А лисица помчала дальше, ища своего Волка.

...

Они вернулись из похода на клан Акиаши к дому Шаушенги с небольшим отрядом. Остальная часть войска осталась на границе с землями Теогра. Таннари и Данвар были удовлетворены проведенной актом возмездия, и готовились вернуть свои владения. Но для начала решили дать передышку своим людям, чтобы со свежими силами нанести удар противнику. Они расправились с Акаиши и его семьей, но его родственники продолжали удерживать поместье и земли в его окрестностях.

Аника, впечатленная всем произошедшим, старалась справиться со своим волнением. Она никак не могла принять то, как хладнокровно они расправились с семьей врага. Не смотря на свою тяжелую жизнь на улице, она никогда не убивала людей. И легкость, с которой люди клана расправлялись с противником, ее поразила. Она понимала, что Волки были, не только горды и благородны, но и жестоки и беспощадны по отношению к своим врагам. К тому же, став свидетелем расправы над детьми Акаиши, у нее перед глазами все еще стояли образы их смерти. Но она мысленно воскрешала Тасмин, чтобы понимать, зачем нужна была такая жертва.

Отужинав, они отправились по своим комнатам. Аника первой вернулась в комнату и стала переодеваться ко сну. Таннари застал ее, когда она почти разделась.

- Еще не спишь? - спросил он, заходя.

- Нет еще, - грустно ответила она. - Все как-то не до сна, после все этого...

- Меньше вспоминай об этом, - посоветовал он ей. - Говорил же, не стоило тебе идти с нами.

- Но я не могла оставить вас, - возразила Аника. - Вы бы не прошли там, где проскользнула я.

- Ну, это уже не важно, - отмахнулся Таннари, усаживаясь на кровать. - Тасмин отомщена, как я и обещал над ее погребальным костром.

- Да, я понимаю, - отозвалась Аника. - Но все же тяжело это осознавать, что все эти смерти из мести.

- Тот кто посмел обидеть Волков, не может остаться безнаказанным. Но кто бы говорил о мести, - ухмыльнулся Таннари. - Помниться кто-то мстил мне всю дорогу в Вышгор, а?

- Нашел с чем сравнивать, - фыркнула Аника.

- Они тоже не соли в вино мне насыпали, - возразил он, разуваясь.

Аника промолчала, понимая, что действительно пример мести не сопоставимый. Она разделась и зашагала к кровати, чтобы взять там ночную рубашку, и вдруг почувствовала, как внизу живота ее прорезала сильная боль. Она схватилась за живот и ойкнула.

- Что такое? - обернулся к ней Таннари.

Аника согнулась пополам, держась за живот. Он спохватился и подбежал к ней.

- Аника, что с тобой? - испуганно снова спросил он.

Но девушка не могла и слова выдать. Сильная боль сковала ее, она вся побледнела и покрылась потом.

- Аника!

Она схватилась за его руку, ища опоры, и стала падать. Таннари подхватил ее, удерживая на ногах, и не зная, чем помочь. И тут он заметил у нее, как по внутренней части бедра стекают струйки крови. Ужас ледяными тисками сковал его душу. Он подхватил ее и отнес на кровать, а сам побежал за матерью. Киара прибежала к ней в ту же минуту. Аника лежала на кровати вся бледная и взмокшая, и едва дышала.

- Выйди, - приказала она Таннари.

И он беспрекословно подчинился, а Киара принялась осматривать Анику. Потом велела принести воды и свежие простыни.

Когда она вышла из комнаты, Таннари, стоявший все это время под дверями, посмотрел на нее вопросительно. И мать, понимая его немой вопрос, отведя глаза, ответила:

- Это был выкидыш...

В глазах сына она увидела такое отчаянье, которого никогда прежде не видела.

- Ей еще повезло, что она одна из нас. Обычная девушка могла при этом не выжить. Я ели смогла остановить кровотечение. Пойду, сделаю ей отвар.

Она ушла, а Таннари зашел к Анике. Та безмолвно лежала на кровати, свернувшись клубочком. Он подошел к ней и развернул к себе, посмотрев на ее измученное лицо. Она стала совсем бледной, казалось, просвещаясь насквозь.

- Ты была беременна? - с укором в голосе спросил он ее. - Почему ты ничего не сказала?

- Я не знала... - ели слышно ответила она.

Таннари прижал ее к себе, желая защитить от всего мира, но было уже поздно. Они потеряли то, о чем так мечтали.

- Это я виноват, не стоило тебе позволять идти с нами. - Проговорил он, сжимая ее в объятиях, и прижимаясь мокрой щекой к ее холодному лбу.

Ее руки тоже были ледяными, только горячие слезы скатывались по бледным щекам. Она обессиленная лежала у него на руках, не в силах сжать его руку. Он держал ее, пока не вернулась мать. Она принесла отвар из трав и приказала, чтобы она выпила все. Таннари стал поить ее, но она захлебывалась в каждом глотке. Сил не хватало даже глотнуть. Но маленькими глоточками, он так смог напоить ее.

Киара подошла к ним, и осмотрела ее. Она была все такой же бледной и холодной.

- Молись богам, сынок, чтобы она после этого могла иметь детей, - печально проговорила она.

Таннари поднял на нее обреченный взгляд, а по его щеке покатилась слеза. Киара отвернулась и ушла. Он не отходил от Аники до самого утра, вглядывался в ее лицо, следя, чтобы она дышала. Поил ее свежим отваром и согревал своим теплом. Все это время она спала. Снова она страдала из-за него, он карал себя за боль причиненную ей. Если бы он тогда не потерял контроль, этого бы не было. Из-за его ошибки самое дорогое ему существо сейчас было на грани смерти.

Утром Таннари проснулся от ее прикосновения к его руке. Он подскочил и осмотрел ее, все ли в порядке.

- Ты как себя чувствуешь? - спросил он.

- Прости, - слабым голосом проговорила Аника.

- За что? - удивленно спросил он.

- Я так хотела подарить тебе ребенка... - она закрыла глаза, и по щекам покатились слезы.

- Не расстраивайся, - Таннари приподнял ее. - Тебе нельзя. У нас еще будут дети, не переживай.

А у самого глаза застилали слезы.

- Не надо было убивать их детей, - вдруг сказала она. - Боги наказали нас. Мы взяли слишком большую жертву.

- Мы взяли то, что обещали. А это все моя вина, я не досмотрел за тобой, - корил он себя, - из-за жажды мести.

Аника дотронулась до его щеки едва потеплевшей рукой.

- Кровавая месть добра не приносит, - сказала она едва слышно. - Нужно молить богов, чтобы нас простили.

- Мы вернем наш дом, и построим новый храм, - пообещал он ей. - И будем молиться, хорошо?

- Хорошо, - отозвалась Аника.

- Пойду, позову маму, чтоб осмотрела тебя, - сказал Таннари, опуская ее на кровать.

Он ушел, а Аника осталась наедине со своими мыслями. Приходя понемногу в себя, она осознала, что послужило причиной утраты. На фоне минувших событий, она вспомнила, как ее отшвырнул тот здоровяк. Удар она выдержала, хоть и отлетела в другой конец комнаты под стол, поднялась и снова бросилась в атаку. Продержалась, пока не подоспела подмога. Но слабым место оказался будущий ребенок, о котором она не знала, вот и поплатилась.

Сил на рыдания не было - только горячие струйки стекали по лицу, каждый раз, когда она опускала веки. Так тяжело было осознавать, что потеряла в миг то, о чем так мечтала. Ей стыдно было смотреть любимому в глаза, за то, что потеряла единственное, что могла ему дать взамен за все. Но он ее не винил, беря вину на себя.

Киара принесла ей новою порцию лечебного отвара, и Аника уже сама его выпила. Осмотрев ее, она подтвердила, что ее состояние стабильно и ей ничего не угрожает. Но поберечься надо было, пока организм восстановит силы. А самым тяжелым было унять душевную боль от потери.

Таннари карал себя за то, что позволил ей пойти с ними. После победы удача отвернулась от него и нанесла очередной удар. Наверное, боги посчитали, что у него слишком много счастья и решили его разбавить горечью утраты. Хотя, какое там счастье могло быть на фоне последних событий? Только Аника оставалась для него островком утешения, не давая ему падать духом и делать глупости. Но вот и ее захлестнула волна горя, утаскивая его еще глубже в темный омут.

На восстановление ушел не день и не два, и даже не неделя. Больше месяца Анике пришлось пить лечебные отвары, которые готовила для нее Киара, и сидеть дома. Выходила она только погулять вокруг дома, и больше никуда. Пока Таннари с отцом готовили план возвращения поместья, ей приходилось сидеть без дела под присмотром Киары. Та бдительно следила за ней, чтобы она выполняла все предписания, и ничего не делала. Аника же изнывала от скуки, здесь не было даже вышивания, чтобы отвлечься.

Ночами, когда Таннари был с ней, им приходилось воздерживаться от близости, что причиняло некоторое неудобство, но ради ее блага он был готов терпеть, что угодно. Рядом с ним Анику терзала боль потери, она все еще не могла забыть о произошедшем.

...

Несмотря на гибель семьи Акиаши их родственники не пожелали сдавать поместье без боя в отместку за их смерть. Таннари и Данвар возглавили поход на поместье и пообещали не возвращаться, пока не отобьют его.

Аника с Киарой отпускали их с тяжелыми сердцами. В случаи чего у них не останется никого.

Когда они ушли Аника совсем покой потеряла.

- Что ты мечешься, как белка в колесе, - сделала замечание Киара. - Займись чем-нибудь.

- Не могу, - выкрикнула Аника. - Я не могу сидеть здесь, когда они ушли туда и могут погибнуть.

Киара нахмурилась и покачала головой.

- Нельзя так себя накручивать.

- Я не накручиваю, - возразила Аника. - Если с ним что-то случиться, какой мне смысл жить? Детей у меня нет. А все остальное бессмысленно без него.

Она утерла слезы. Киара вдруг отложила то, что делала и подошла к ней.

- Ты права, девочка, - сказала она ей. - Без них наши жизни пустые оболочки. Таннари единственное, что у меня осталось, ради чего стоит существовать. Иди и одевайся.

- Зачем? - удивилась Аника.

- Поедем за ними, - ответила Киара. - Если они погибнут, то мы умрем рядом с ними.

Аника решительно кивнула и убежала переодеваться.

...

Данвар отправился в разведку, чтобы определить численность противника и их дозоры. Таннари остался в лагере, готовиться к атаке.

Вернувшись, Данвар сообщил, что дозоров почти нет, но захватчики засели в поместье и готовятся к обороне. За главного у них брат Акиаши - Саваро. Человек славившийся жестокостью и подлостью. Акиаши призвал его с севера перед вторжением в земли Амун Ари к себе на помощь. Он со своими двумя сыновьями засел в поместье, не собираясь его возвращать по доброй воле.

С момента их вторжения они разоряли ближайшие деревни и хутора, грабя их жителей и уничтожая их хозяйства, поджигали поля со спеющим зерном и угоняли скот. Простые крестьяне не в силах были им противостоять.

Таннари несколько раз ездил на переговоры, предлагая покинуть их земли, но те только смеялись над ними, обещая снять с них шкуры и положить себе, как коврики под ноги.

...

Аника с Киарой держали свой путь к их поместью. По пути они заметили группу из пяти воинов, двигавшихся к деревне, расположившуюся на холме. Это была одна из их деревень, а воины из числа захватчиков. Аника предложила просто обойти их, но Киара заявила, что нужно их уничтожить. Аника весьма удивилась такому боевому настрою Киары.

- Это наши люди и наша земля, - сказала Киара, заметив замешательство Аники. - И мы должны их защитить. Чем больше врагов мы уничтожим, тем быстрее освободим их.

Они пришпорили лошадей и поскакали к деревне. Оставив лошадей в саду на краю деревни, они пробрались огородами в деревню. Воины уже вовсю творили там беспорядки. Слышался плач и крики женщин.

Киара поделилась с Аникой своим планом, и та удивилась еще больше. У нее даже закрались подозрения, что Киара помешалась после смерти дочери, и она сама тоже, потому что полностью с ней соглашалась.

- Не смотри на меня так, дорогая, - сказала ей Киара, заметив ее взгляд. - Мы не просто женщины. Наши мужья - Волки. Ты давно должна была понять, что в случаи чего, то обязана быть готовой рвать врагов зубами. В прямом смысле.

Аника понимающе кивнула. Киара стала раздеваться, чтобы обратиться в волчицу, а Аника направилась к бесчинствующим воякам. Ее задача состояла в том, чтобы по одному заманить их к Киаре, которая должна была с ними расправиться.

Так они все и проделали. Аника подбиралась к воинам по очереди, предлагая разлечься. Те естественно не отказывались, увидев необычную рыжеволосую девушку. Потом они следовали за ней в отдаленный сарай, заходили в него и попадали прямо в лапы Киары, которая одним рывком перегрызала им глотки. И так пять раз.

Ни Анику, ни Киару нисколько не терзали какие-либо сомнения или угрызения, потому что они отстаивали свою жизнь и семью, считая свое дело правильным. Чтобы не привлекать лишнего внимания, они не стали показываться на глаза жителям деревни, и просто ускакали прочь с чувством исполненного долга.

...

Таннари отдавал команды своим людям, распределяя их по все линии атаки. Данвар шел в передовом отряде, готовый перевоплотиться в любой момент для атаки. Он не позволил Таннари перевоплощаться без крайней надобности, опасаясь за его жизнь. Вот и взял на себя начало атаки. Таннари же должен был поддержать ее успех.

Как только стемнело, атака началась. Люди клана сняли часовых, расставленных по периметру поселка, и двинулись к воротам. Там людей противника было куда больше. Прячась за домами, они подошли, как можно ближе. Свист стрел и дротиков ознаменовал начала открытой атаки. Данвар обратился в волка и рванул вперед, сбивая с ног сразу несколько человек. За ним пошли остальные, прикрывая его из луков и с оружием. Воины-захватчики, заметив огромного волка, в ужасе стали разбегаться. Люди клана догоняли их и уничтожали.

Но перед ними была преграда - закрытые ворота поместья. На оборонительной стене тоже поднялась паника, но распоряжения командиров навели порядок. Клан Дан Ари приступил к штурму стены, забрасывая веревки с крючками, чтобы взбираться на нее. Таннари был среди первых, кто поднялся на стену. Он сметал противников быстрыми смертоносными ударами, пробираясь к механизму, открывавшего ворота.

Внутри поместья количество противников было в разы больше. Они специально засели в развалинах дома, выжидая, когда хозяева придут к ним с атакой. Но Таннари это не останавливало, он был готов идти на них и грызть зубами.

К тому времени Данвар вернулся в человеческий облик и продолжил командовать людьми снаружи, ожидая, что им откроют ворота.

Таннари пробился к воротам и спустился со стены, отбивая атаки врага. Солдаты противника, оказавшись в ловушке возле ворот, быстро сдались, бросив оружие. Таннари не стал брать пленных, и его люди быстро расправились с ними, чтоб не мучились. Они открыли ворота и впустили остальных.

- Они засели в развалинах дома, - сообщил Таннари отцу. - Что будем делать?

- Сначала спросим, не хотят ли они уйти, - предложил Данвар. - Мы ж не звери какие-то.

Он усмехнулся сыну, и тот сдержанно улыбнулся в ответ.

- Мне сходить? - спросил Таннари.

- Лучше я, - отказал ему Данвар. - А то, мало ли какие недобрые мысли у них голове. А тебя там Аника ждет.

Таннари пожал плечами и пропустил отца к дому. Данвар приблизился к остаткам ихнего дома. Сердце больно сжалось от вида некогда роскошной любимой обители, темной грудой черневшей в ночи.

- Эй, вы там! - крикнул он засевшим. - Мы даем вам последний шанс убраться.

Потянулись минуты молчания.

- А может, это вы бы убрались, порождения тьмы! - последовал потом ответ.

- Это кто там гавкает? - отозвался Данвар. - Выходи поближе, а то я стар и слух подводит.

Но в темноте Данвар злобно улыбался, так как мог дать форы любому молодчику.

Из темноты руин показался человек. Так же немолодой, в доспехах и с мечом. Он сделал несколько шагов к Данвару и остановился.

- Мы вас не боимся, порождения тьмы, - повторил человек.

- Чего нас бояться, если мы никакие не порождения тьмы, - ответил Данвар, разведя руками.

Сам он был по пояс обнажен, одетый в штаны и сапоги, а в руках только меч.

- Я хозяин этого дома, - продолжил Данвар, - вы бесчинно захватили его и еще оскорбляете нас.

- Вы убили моего брата и его семью, - заявил человек.

- А так ты Саваро, - отметил Данвар. - Ну, так что ж ты, хочешь отправиться вслед за ними?

- Я хочу отомстить за них! - выкрикнул Саваро и бросился в атаку.

Данвар с легкостью отразил ее, просто отойдя в сторону.

- Твой братец нарушил все мыслимые и немыслимые законы наших земель, - сказал Данвар ему, готовясь к новой атаке. - Они пришел в мои земли и напал на наш дом, убил мою дочь!

Данвар на секунду потерял самообладание, вспомнив о Тасмин. Он со всей силы отбил занесенный на него меч, и потерял равновесие, и едва не упал.

Таннари, наблюдавший за ними со стороны, хотел броситься к нему на помощь. Но отец быстро вернул утраченную позицию и продолжил отбивать атаки.

- Вы - твари! - закричал Саваро. - Вам не место в этом мире!

- Это вы чужие в наших землях! - ответил Данвар, тыкая в него мечом. - Мы с древних времен здесь живем и молимся своим богам! А вы пришли и навязываете своих! И порождения пришли вслед за вами!

- Но это вы загрызаете людей! - взвизгнул Саваро.

- Мы защищаем свое, - холодно ответил Данвар.

Они сошлись в схватке. По поместью разносился звон металла и крики воинов. Хотя Саваро и обучался у восточных мастеров, он был неровня Данвару, быстро вымотался. И видя, что проигрывает, он прокричал своим людям, чтобы они атаковали.

Несколько сотен человек выскочили из развалин дома и бросились в атаку. Люди сцепились в схватке, рубя друг друга.

Таннари побежал к отцу, чтобы встать с ним спиной к спине. А сыновья Саваро стали их обоих атаковать.

- Гоблины их забери! - проговорил Таннари, встав рядом. - Что это их так много?

- Ничего, веселее будет, - злобно засмеялся Данвар, помахивая мечом.

...

Аника и Киара слышали, как начался бой. Они поспешили к поместью, чтобы помочь, чем смогут. Добравшись туда, они увидели самый разгар боя.

Таннари вертел мечом во все стороны, а Данвар-волк терзал зубами. Аника охнула, когда Таннари едва успел отразить атаку сразу пятерых врагов. Их было раза в три больше за людей клана Дан Ари. Среди них были опытные и сильные воины, но численно преимущество противника давало о себе знать.

- Надо что-то делать, - проговорила Аника, наблюдая со стены.

Киара пожала плечами, идей у нее на это счет не было.

- Вы с лука стрелять умеете? - вдруг спросила Аника.

- Умею, а что?

Аника протянула ей лук и стрелы.

- Прикроете меня, - пояснила Аника, начиная раздеваться.

- Ты что надумала? - обеспокоено спросила Киара. - Таннари не простит мне, если с тобой случиться.

- А если что с ним случиться, мне нет смысла существовать, - ответила Аника. - Я не смогла подарить вам новую жизнь, так отдам хотя бы свою. Прикрывайте меня получше и все будет хорошо.

Она присела и приняла облик лисица. Киара быстро схватила стрелу и наложила на тетиву. Аника-лиса огромными прыжками понеслась по лестнице, и направилась в самую гущу боя.

Таннари в пылу сражения мельком уловил, как рядом с ним проскочила рыжая молния. А на противника перед ним сзади прыгнула здоровенная лисица, и вцепилась в шею.

- Аника! - выкрикнул он, добивая врага. - Какого демона, ты здесь делаешь?

Но ответить она не могла, и лишь бросилась на следующего противника. Она чувствовала каждой шерстинкой, как по ней проскользнет острая сталь, как ее хвост едва успевает уворачиваться из-под чужих ног. Ее лисье сердце отбивало бешеный ритм, когда она вгрызалась в очередную руку, ногу или шею. Но останавливаться она не собиралась. Человеком она на такое была не способна, а в зверином обличии ее силы утраивались.

Она двинулась к Данвару, который терзал кого-то из врагов, а другой подкрадывался к нему сзади. И как раз вовремя - в момент, когда враг хотел нанести удар, Аника сбила его с ног. Данвар обернулся, обменявшись с ней благодарным взглядом, и продолжил сражаться. Киара со своей позиции безошибочно выбирала цель, отправляя свои смертоносные стрелы. Темнота для нее была не помеха. Таннари невольно все время следил за Аникой-лисой, отвлекаясь от противников.

В стороне от него завязалась жесткая схватка - один из сыновей Саваро сцепился с людьми клана, пытаясь прорваться к Таннари и Данвару-волку. Таннари, охваченный яростью, бросился туда.

Сцепившись с врагом, он стал оттеснять его назад, подальше от своих людей, дабы избежать больше количества жертв среди них.

Аника-лиса, заметив, что Таннари отдалился от нее, направилась за ним.

...

Не смотря на все мастерство людей клана Дан Ари, противник превосходил их численно. Спустя некоторое время, они стали сдавать свои позиции, отступая к развалинам дома. Люди Саваро взялись за луки и стали обстреливать клан Дан Ари.

...

Аника-лиса краем глаза заметила, как стрела летит прямо в спину Таннари, пока он расправлял с очередным врагом. Она крутнулась на месте волчком и рыжей молнией бросилась к нему. В момент, когда стрела уже настигла Таннари, она прыгнула ему на спину и приняла стрелу на себя. Стрела вонзилась в правое плечо, обжигая все тело болью. Таннари почувствовал, как Аника-лиса сползает с его спины на землю, и обернулся. Она упала, но сразу поднялась на лапы. Таннари заметил стрелу в ее плече, и ярость охватила его разум. Он одним ударом расправился с врагом и подскочил к ней.

- Аника! Я ж говорил, чтоб ты оставалась дома! - закричал он ей, опустившись рядом на одно колено.

Она посмотрела на него виноватым взглядом и заскулила.

- Не меняйся, пока стрелу не вытащим, - он быстрым движением обломал древко, но Аника-лиса все равно громко заскулила, поджимая раненую лапу.

Он подозвал людей, чтобы прикрыли его, и стал отступать к развалинам дома. Прихватив у одного из своих воинов плащ, Таннари взял Анику-лису на руки и направился в развалины. Спрятавшись за стенами дома, он положил ее на плащ и стал вытаскивать стрелу. Разрезав рану кинжалом, он осторожно извлек наконечник. Аника-лиса задергалась, гребя лапами, из зеленых глаз покатились слезы.

- Тихо-тихо, моя малышка, - проговорил Таннари, отбрасывая остаток стрелы. - Не послушалась ты меня, вот получила, в который раз.

Он прижал куском ткани рану, чтобы остановить кровь. В этот момент Аника стала перевоплощаться в человека. Таннари невольно отстранился от нее, отпуская рану. Когда она окончательно вернулась в человеческий облик, он прикрыл ее плащом.

- Прости, - прошептала она, едва вернувшись.

- Что ж теперь поделаешь, - вздохнул Таннари. - Такую упертость ничем не перевоспитаешь.

Она подняла на него зеленые глаза, исполненные покорности.

- Мне не нужна жизнь без тебя, - тихо сказала она. - Лучше я умру рядом с тобой. Ты дал мне то, о чем я и не мечтала. А все, что могу дать тебе я - это моя жизнь.

Она застонала, уронив голову на землю. Таннари подхватил ее вместе с плащом и прижал ее к себе.

- Не вздумай умирать! - отчаянно выкрикнул он над ней. - Если ты умрешь, мой род закончиться на мене...

Он встряхнул ее и похлопал по щеке. Аника посмотрела на него затуманенным взглядом.

- Я больше не смогу никого полюбить, понимаешь? Волки выбирают только раз, - проговорил он чуть не плача. - Ты для меня все.

- Правда? - она посмотрела на него прояснившимся взглядом.

Она увидела, как сверкают его глаза от собравшихся в них слез.

- Боги свидетели, что без тебя я не смогу и дышать, - выдавил он, сглатывая. - Не вздумай умирать!

Он снова встряхнул ее.

- Ай, больно! - возмутилась Аника. - Не тряси меня так.

- Прости, - он ослабил хватку. - Рана глубокая, но вроде ничего не задело.

- Неужели это конец? - обреченным голосом спросила она, поглядывая через проем сгоревших дверей на битву.

Там люди Дан Ари отступали к руинам, прижимаемые воинами Саваро.

- Мы так просто не сдадимся, - с яростью проговорил Таннари, - пройдя такой путь, и отступить, сейчас будет глупо. Либо все, либо ничего. Идти нам все равно некуда.

- Я не хочу, чтобы мы умирали! - Аника схватила его за руку. - Ни ты, ни твои родители, ни все эти люди, которые пошли за нами. Ведь тогда ваш род исчезнет так же, как и те другие семьи.

Таннари молча кивнул, не находя слова для ответа. Среди сражающихся мелькнул Данвар-волк, разбрасывая противников в разные стороны. Те с криками разбегались от него, но потом возвращались на свои позиции.

- Если на то воля богов, - хрипло проговорил Таннари, наблюдая за отцом, - то мы не в силах бороться с такой судьбой. Однажды отец уже все это пережил, но продолжает сражаться, несмотря ни на что.

Она прижал к себе Анику, понимая обреченность их положения. Не смотря на помощь от других кланов, они не смогли вытиснить захватчиков из поместья из-за их численного превосходства.

Вдруг в небе раздался раскат грома, оглушивший всех в окрестностях и в поместье. Молния ударила прямо в развалины дома, где когда-то находился храмовый зал. Таннари подхватил Анику и выбежал из руин, опасаясь, что может начаться новый пожар.

- Что это было? - испуганно спросила Аника.

- Не знаю, - растеряно ответил Таннари.

К ним подскочил Данвар-волк, и встал рядом. Таннари обменялся с ним вопросительными взглядами, но никто из них не знал ответа на происходящее. Таннари приказал ближайшему воину отдать плащ и накинул на отца. Тот перевоплотился в человека и поднялся на ноги.

- Пап, что происходит? - спросил его Таннари.

- Если б я знал, - пожал плечами Данвар, обматываясь плащом.

Тем временем в руинах послышался какой-то шум. Что-то очень большое зашевелилось там. На фоне ночного неба на стене дома вырисовался бесформенный силуэт. Фигура спрыгнула позади них на освещаемую кострами площадку. Тогда они разглядели, что это мантикора высотой со стену дома.

Аника ахнула и спрятала лицо у Таннари на груди.

- Что это? - спросил Таннари у отца.

Данвар помолчал, разглядывая явившееся существо, и ответил:

- Думаю, Звериный Бог...

Таннари удивленно посмотрел на него, потом на мантикору. Та развернула крылья и зарычала на группу людей противника собравшихся в стороне от дома. Воины с испуганными воплями побежали прочь от монстра прямо к воротам. Мантикора заскребла лапами по земле, вырывая куски и бросая в них. Сделав несколько шагов в их направлении, она словила одного из сыновей Саваро и проглотила его.

Таннари скривился от этого зрелища, но понимал, что тот на это заслужил. Хвост мантикоры метко угодил в самого Саваро, ужалив его скорпионьим жалом. Тот пробежал еще немного и упал, корчась от действия яда. Остальные часть войска уносила ноги с невиданной скоростью.

Мантикора же повернулась к семье Дан Ари. Данвар вышел вперед и встал на одно колено перед ней. Таннари, опустив Анику на землю, последовал его примеру. Мантикора опустила голову, приблизившись к ним.

- Вы живы? - произнесла мантикора рычащим голосом.

- Да, - ответил ей Данвар, склонив голову. - Такая честь увидеть нашего бога. Чем мы заслужили такое благословение?

- Я устал смотреть, как истребляют мои творения, - ответила мантикора. - Вас почти не осталось, еще немного и больше некому будет возносить молитвы ко мне. Ваш народ верит в меня, но только вы имеете прямую связь со мной, как и много сотен лет назад. Исчезнете вы - исчезну и я. Ваш мир поле битвы между богами. Я больше не вправе создавать новые творения, но в моей власти защитить тех, кто остался.

- Мы очень благодарны за ваше покровительство, - ответил ему Данвар.

- Волки мои любимые создания, - продолжил звериный бог в облике мантикоры. - Вас пытаются уничтожить повторно. Темные божества не желают мириться со светом, который вы несете в этот мир. Поэтому я явился в ваш мир, чтобы защитить вас. А ты, - Таннари всей кожей ощутил, как мантикора перевела взгляд на него, - нашел ту, которая сама выбрала свой тотем, способный ее оберегать. Она принесет продолжение вашему роду, оберегая его.

Аника испуганно прижалась к Таннари, глядя на чудище с человеческой головой, телом льва, крыльями и жалом скорпиона на хвосте.

- Чем мы можем благодарить, бог наш, за такое покровительство? - спросил Данвар.

- Пусть сделает то, что обещал, - мантикора приблизилась к Таннари.

Тот испуганно отпрянул, опасаясь, что чудище-бог может его съесть. Его желтые с вертикальными зрачками глаза сузились, пристально глядя на него.

- А что я обещал? - прошептал Таннари, стараясь в смятении вспомнить, что и кому обещал.

- Храм, - Аника пихнула его под бок.

- А! - вспомнил он слова, которые говорил Анике. - Да, самый большой, самый лучший! Обязательно построим.

Таннари активно закивал мантикоре. Мантикора удовлетворенно моргнула и отстранилась. Враждебные войска к тому моменту уже все разбежались, полностью освободив поместье от своего присутствия. Люди клана Дан Ари тоже отошли подальше от магического существа, не желая нарываться на неприятности. Мантикора отошла от семьи Дан Ари и расправила крылья, вокруг нее заклубился белый туман и вспыхнула яркая вспышка света, ослепившая всех. Когда зрение ко всем вернулось, то мантикора исчезла.

…

Утро они встретили среди развалин дома. Как и прежде дом стал их прибежищем. Передохнувшие люди собирали тела погибших и готовили к погребению. Новый рассвет зарождался над их землями, с новыми надеждами и новыми планами.

Аника под присмотром Киары сидела на подстилке с перевязанной рукой. Таннари не позволил ей даже с места сдвинуться, пригрозив, что свяжет, а Киара сказала, что поможет. Таннари с Данваром обошли поместье, осматривая разрушения нанесенные захватчиками. Больше всего пострадал дом, от него практически ничего не осталось, другие постройки остались невредимыми. Но это их не пугало, главное, что вся семья была цела, а камни можно было восстановить. Радовал уцелевшие винные погреба и вино в нем, это вселяло надежду на восстановление торговых связей. Так же удалось вернуть большую часть золота, отобранную у захватчиков.

…

Прошло десять лет.

Таннари сидел в кресле на балконе. От мыслей его отвлек шум в стороне – по балкону бежали дети. Два мальчика, один лет десяти, другой лет семи, и девочка лет пяти. Сзади за ними шла Аника. Она строгим голосом призывала детей не шалить, но они не реагировали на нее. Он невольно улыбнулся, смотря на них. Мальчики воевали между собой, а девочка все пыталась встрять между ними и надавать обоим.

Утекло много воды с тех пор, как они восстановили дом и поместье, построили большой храм на территории, укрепили свою оборону и смогли завести детей. Первенец, родившийся у Аники, принес им безмерную радость, второй малыш удвоил ее, а девочка сделала счастливыми всех безгранично. Киара говорила, что она похожа на Тасмин в детстве. Потому так и назвали ее, в честь тети.

Мальчики помчались наперегонки к Таннари. Он поднялся с кресла и шагнул им навстречу, расставляя руки, чтобы поймать. Словив, он закружил их. Услышав недовольный крик маленькой Тасмин, он повернулся к ней и нагнулся, подставляя ей шею. Она обхватила ее и повисла. Таннари выровнялся, держа всех троих.

- Надорвешься, - засмеялась Аника.

- Я могу еще и тебя подхватить, - улыбнулся он. – Они все вместе взятые, куда легче вас двоих с Тасмин.

Аника смущенно улыбнулась, вспоминая их поход в погреб. Он отпустил мальчиков и взял на руки девочку. Аника подошла к нему и обняла.

- Ты доволен? – вдруг спросила она.

- Чем? – удивленно спросил он.

- Тем, что я смогла тебе дать.

- Ну, - Таннари посмотрел на девочку у себя на руках, потом обернулся на мальчиков, - тем, что имею да. Но можно было бы еще постараться.

- Ты хочешь меня совсем замучить, - с жалостливым видом проговорила Аника.

- Я же не тороплю, - усмехнулся Таннари, - время у нас еще есть. Вон, какие помощники растут. К тому же нам бы очень хотелось иметь в своей стае зеленоглазую волчицу, правда, Тасмин?

- Да! – радостно выкрикнула девочка.

Аника улыбнулась ему, любуясь игривым взглядом его голубых глаз, и похлопала его по спине.

Они устремили свои взгляды на горизонт, куда простирались их земли. Клан Волков продолжил свое существование, отстаивая сторону Света, и будет дальше существовать под покровительством Звериного Бога.

Content

Нерри Ирен Лисица и черный волк (СИ)