Ульяна Волхова

Столкновение

Часть 1

Глава 1

Родственников не выбирают

Князь Альфред стоял и смотрел в окно, погруженный в свои мысли. Ситуация была более, чем тяжёлой. И о чём он только думал, втягиваясь в очередной конфликт с империей? Ясно о чём. Хотел сохранить корону предков: вот уже какое поколение маленькое горное княжество поддерживало нейтралитет со своими грозными соседками. Правда тогда, в горах ещё не нашли столь полезные ресурсы, как руды санти. Металл, превсходящий все другие, позволяющий использовать себя в абсолютно любых магических обрядах и удерживать в себе заряд бесконечно долго. Металл, способный сделать армию Империи ещё более могущественной.

Князь понимал, что княжество обречено. Его падение и присоединение к воинственной Империи лишь вопрос времени, но ему не хотелось, чтобы многовековая история его родины оборвалась на нём. И сначала, он верил, что не оборвётся. Да, на открытой территории его воины сильно уступали войскам Империи, но не в горах. Горы были их домом, и здесь им не было равных. И они побеждали… Пока не началась эта эпидемия. Что за кара богов, косящая целые деревни, города, не щадя никого? Боги, за что?

По княжеству ходили слухи, что болезнь появилась не просто так: её принесли с собой имперцы, но проверить точно было невозможно. Хотя сегодня в княжеский дворец доставили девушку. Странную девушку, утверждавшую, что знает, как побороться с болезнью. Девушку, так похожую на дочь человека, спровоцировавшего нападение Империи.

Он велел привести её к себе в кабинет и ждал её с нетерпением. И вот скрипнула дверь, появились стражники и она, со связанными руками за спиной. Князь обернулся и стал с интересом рассматривать её. Среднего для женщины роста, фигуру скрывали мешковатые, не первой свежести штаны и рубаха. Волосы до плеч грязные, всклокоченные, неопределенного цвета. Правильный овал лица, черты же лица самые, что ни на есть обычные, но глаза… Глаза завораживали. Князь никогда таких не видел: большие, выразительные, редкой миндалевидной формы с длинными и пушистыми ресницами, а цвет… Мужчина понять не мог: серые они или голубые. Девушку подвели ближе, и лучи, заходящего солнца осветили её лицо. На мгновение князю показалась, что её глаза и вовсе зелёные, но лишь на мгновение. Она была бледна, болезненно больна. Под глазами залегли тени. Она казалась подростком, если бы не глаза, не взгляд. Взгляд мудрого человека, много чего пережившего.

Альфред отметил, что всё время, пока он так без застенчиво рассматривал девушку, она держалась прямо, гордо, независимо. И это при том, что по бокам от неё стояла стража, а руки связаны!

Почему-то правителю стало неловко настолько, что он предложил присесть пленнице. Она вежливо поблагодарила и неспешно прошествовала к креслу, уселась и посмотрела прямо в лицо князю. И смотрела с пониманием! Мужчина сглотнул, а потом задал вопрос:

— Вы понимаете зачем вас сюда привели?

— Допрос. — ответила девушка и мило улыбнулась, от чего её лицо стало по-настоящему прекрасным. Князь никогда не видел человека с такой светлой улыбкой, и что-то ему подсказывала, что не увидит больше никогда.

— Да. Ваше полное имя?

— Нека Дести по матери.

— А по отцу де Мирт. Верно?

— Да, в какой-то степени.

Князь удивился:

— Как такое возможно?

— Технически я его старшая дочь.

— Технически? Бастард?

— Нет. Родители были женаты, но к моменту моего рождения они расстались, хотя лорд де Мирт меня признал.

— Но это нонсенс! Чтобы аристократ бросил беременную жену?!

— Как?

— Это долгая история, да и вы не поверите.

— Поверю. — князь дотронулся до цепочки, на которой висел кулон, ярко-зеленого цвета.

— Кулон из санти. — ухмыльнулась Нека. — И, наверняка, зачарован на какое-нибудь заклинания правды.

— Верно. Я пойму, если ты соврёшь или что-то утаишь.

— А мне таить нечего. Но вам нужно время, много времени, чтобы меня выслушать и понять, что я невиновна в том, в чём вы хотите меня обвинить!

— Позволь выводы делать мне.

— Хорошо. — пожала плечами девочка. — Начинать с родословной?

— С неё!

* * *

— Это начиналась как великая история любви. Увы, безответной. Юная целительница самоотверженно спасает тяжело больного офицера. От него отказались все целители и врачи военного-полевого госпиталя. Но не она! Молодая девушка не могла себе позволить, чтобы этот человек умер. Просто не могла! Он был таким красивым! Таких она видела только во снах! А какой он сильный! Он знает, что умрёт, но улыбается, смиренно переносит заболевание, шутит. Это невыносимо! Ей его отдали, после того как отказались все! Все симптомы лерийской лихорадки, которая косила ряды солдат. Скольких они не смогли спасти! Сколько! Но этого незнакомца она отпустить не смогла.

В старину существовало заклинание разделения боли. Произносишь — и разделяешь боли, ранения, болезни на двоих. Оно запрещено, слишком рискованное, к тому же навсегда забирает магию лекаря. Но она пошла против всего и применила. Тяжелейшая болезнь на двоих? Они могли умереть оба, но поблажки хватило, чтобы оба смогли выжить. Вот только она потеряла магию навсегда, но ни о чём не жалела. Из целительницы стала просто врачом. Но и что? Зато он жив! И пусть будет счастлив. Пусть станет чьей-то мечтой! Не её… Кому она нужна? Ни рожи, ни кожи… К тому же сирота!

А он был окрылён, свободен. И не мог поверить в своё счастье. Опьянен жизнью настолько, что позволил себе ей увлечься. Что это было любовь или благодарность? Ни я, ни мама не знаем до сих пор. Но он её долго и упорно добивался, ломая все её страхи. Он ей замужество предложил. А мама согласилась. И была счастлива, абсолютно счастлива, правда, недолго.

Для неё он был молодым капитаном Ричардом, красивым, обаятельным, весёлым мужчиной… Кто знал, что он принадлежит к аристократии, к тому же маменькин сынок… Узнав, что младший сын и брат графского дома женился на какой-то простолюдинке! К тому же, дочь эмигрантов с вражеской территории. Как такое может быть!

Отец не выдержал осуждения света и расторг брак. А мама осталась одна. Вру, с сувениром в виде меня Неки.

Она, Камилла Дести, его любила! Когда он уходил, не мешала, посвятив всю себя работе, которую узнавала заново, и своей дочке.

А Ричард де Мирт меньше, чем через год составил блестящую партию с виконтессой Юре. Вскоре, бездетный брат умер, а Ричард унаследовал его титул. У них, с каких сторон ни глянь, успешная семья. Богатство, знатность, развлечения, престиж, респектабельность и трое детей… Два сына и дочь… — девушка захлебывалась воспоминаниями. Сколько лет прошло, а ей было больно.

Князь решил позволить ей успокоится, поэтому уточнил:

— Откуда твоя мама?

— Она полукровка. Её мать была из вашего княжества, а отец — из Империи.

— Хорошо. Какой она была?

— Миниатюрная черноволосая и черноглазая. Мало кто назвал бы красавицей, но для меня моя мама была краше всех! Какие у неё были теплые глаза и улыбка! Она любила весь мир! И каждому была готова сказать доброе слово, каждому помочь! А сколько в ней силы и энергии! Ричард де Мирт, холодный светский красавец, никогда не стоил и волоса с её головы! Но она, и спустя множества лет, всё ещё его любила и не позволяла мне говорить о нём или о его семье плохо. Но можно я продолжу?

— Можно! — позволил князь.

— Мама потеряла магию, перестала быть целителем, но она переквалифицировалась: стала изучать болезни. Работу нашла на наших границах, в качестве иммунолога в санзоне. Она не хотела брать меня с собой, но я поставила себе цель: поехать любой ценой.

* * *

— Ты точно не хочешь остаться с отцом, бабушкой, братом и сестрами?

— Ма! Какой он мне отец? Какие они мне родственники?

— Кровные!

— С такой роднёй — врагов не надо. Эти и сожрут, и зарежут!

— Нека!

— Что Нека? Ты знаешь, какого мне проводить в их очаровательной компании все каникулы? Какого слушать все гадости, что они про тебя говорят? В прошлый раз, меня сдержало только обещание, данное тебе. Иначе я бы всё высказала графине и мадам де Мирт!

— Но, если ты поедешь со мной, ты запустишь учёбу!

— Не запущу! Я всё-всё сама буду учить! Всё экзамены на отлично сдам! Вот увидишь! И через два года поступлю в академию магии! Сама, без помощи Ричарда де Мирт! И стану самым великим целителем! За нас двоих! Я докажу этой семейке гадюк, что мы ничем, ничем не хуже их! И я больше никому не позволю над тобой смеяться!

— Нека… Нельзя так. Они твоя семья. И твой отец очень огорчается, когда ты не пользуешься его фамилией. Он ведь тебя признает и считает старшей дочерью.

— Боже, как благородно с его стороны! Только это не помешала ему бросить беременную жену, а в моей жизни появляться по праздникам. Нет! Сколько можно тебе повторять? Моя семья — это ты! И точка!

— Нека. Нельзя так.

— Можно!

На этом спор был завершен — мама смирилась.

* * *

— Скажу честно, что я не разу не пожалела о том решении. Да было сложно, но я была с человеком, которого искренне уважала, любила, гордилась. Моей мамой, моей героиней! Как об этом можно жалеть?

С ней я провела неотрывно два года. Лучшее время в моей жизни, а после я исполнила обещание: поступила в лучшую академию магии под именем Неки Дести.

Академия весёлая вещь. Здесь нас учили всего три года на магов общего профиля, а потом мы расходились в вышестоящие учебные заведения, согласно интересам и умениям. Вот только я давно выбрала, что мне нравиться и ждала дня вручения аттестата, как самого счастливого дня моей жизни. А как боялась экзаменов на специализацию целительства.

— Сдала? — улыбнулся князь.

— Сдала! — гордо кивнула головой девушка и резко помрачнела: — Мама об этом никогда не узнала.

— Почему?

— Расписание вступительных экзаменов было неудобным: я опоздала на самоход, идущий до границы, а следующий был только через три дня.

С трудом вытерпела эти три дня и на вокзале была за два часа до отправки. Села, доехала. Помню, погода была изумительная, а сумки легкие, поэтому я решила до размещению наших дойти пешком. Дошла, вошла в квартирку, бросила вещи. Мамы дома не было: она ушла в свою лабораторию. Было всего три по полудню, ждать до конца её рабочего дня долго, а делать решительно нечего, поэтому я решила её навестить.

Пошла, погода была замечательной! Хорошо было, вот только на подходе к лаборатории, она на отшибе была, стояла необыкновенная тишина. Ещё ближе подошла и почувствовался запах гари. Подхожу, разворачиваюсь и изо всех сил бегу обратно… На помощь звать, хотя кому там можно помочь? Сплошное пепелище. Хоть что-то я должна была сделать? Вот и бегу за кем-то, хотя всем там уже давно всё равно.

Второй заход: я и следователи, маги, провидцы, криминалисты, журналисты…

Пару часов работы и ясно бытовой взрыв. Как, почему не понятно… Радовало только одно: смерть была мгновенной. И никакой надежды… Её именной, несгораемый медальон, такие все служащие на границе носили, нашли в золе. Я не плакала. Сама дошла домой и завалилась спать. Спала долго и без сновидений. А утром подошла к зеркалу и не узнала себя. Мои волосы, моя гордость. Единственная черта, которой я походила на маму внешне… Мои чёрные, как смоль, волосы посерели.

Забавно, чёрные брови, ресницы и серебристые локоны. Но, если честно, мне было плевать. Плевать на всё.

Умылась, оделась и пошла оформлять необходимые бумаги. Иду — от меня шарахаются, а мне — всё равно.

Понадобилось несколько дней, оформила, села на самоход и добралась до университета.

В комнате общежития вытряхнула сумку — под ноги упал перочинный ножик. Взяла его в руки. Зарезаться, что ли? Нет, мама бы этого не одобрила. Решила, отбросила нож ивпала в спячку. Самую натуральную. Просыпалась на три-четыре часа, и снова засыпала. Но Ричард де Мирт посмел выдернуть меня из спячки. Он же стал моим опекуном, до моего совершеннолетия. Мне было всего семнадцать.

Он явился ко мне со своей женой. Мадам де Мирт, как увидела меня, в обморок грохнулась. Мне же пришлось её же в сознание приводить, а лорд просто стоял и не двигался с места. Стоял и молчал, пока я его супругой занималась. Мадам пришла в себя, немного оклемалась, и лорд попросил её подождать его в вестибюле. Леди тут же ретировалась, а лорд заговорил.

* * *

— Нека, нельзя так…

— Что нельзя?

— Нека, ей бы это не понравилось.

— Откуда вы знаете? Вам на неё было чихать! А она вас всю жизнь любила! Всю жизнь! За ней такие достойные люди пытались ухаживать, а она их не принимала, потому что ответить не могла. Да она… Она, не жалея себя, работе отдавалась… Да отдавалась. А вы запрещаете мне о ней горевать? Да она святой была! Таких больше нет! И она из-за вас страдала! — только сейчас, после всего случившегося, по моим щекам побежали слёзы.

— Нека, я и не спорю. Только знай… Я всегда безмерно уважал твою маму. Всегда. Она была такой сильной, яркой, так любила жизнь. Я очень хотел быть достойным её, но не смог. Я сдался… Но ты… Ты наша дочь. И её, и моя гордость. Так постарайся жить так, чтобы она и дальше могла тобой гордиться.

* * *

— Я тогда села на пол и завыла в голос, а Ричард де Мирт, как настоящий отец, сел рядом и всё время, пока я плакала, гладил меня по голове. Плакала я долго, кажется несколько часов, а он всё сидел и сидел рядом. Наконец, мне полегчало и я провалилась в сон. А наследующий день впервые назвала его отцом. Он предлагал переехать, но я осталась в общаге. Правда, каждые выходные, по его просьбе, наведывалась на «семейные» обеды. Сблизиться не пыталась. Нет, мадам де Мирт и её дети были за едой предельно вежливы, но стояло чуть отвернуться начиналась… Критика меня, моих манер и… моей мамы! Впрочем, я их презирала за то, что обсуждали меня за спиной, а в обществе строили любящих родственников, но, на самом деле, стеснялись… Из всей семьи я уважала только вдовствующую графиню де Мирт, мать Ричарда. Она всегда относилась ко мне одинаково, всегда смешивала с грязью не таясь и глядя в глаза.

Глава 2

Любовь? Возможно

— Развяжите! — приказал князь своим подчиненным. Один из охранников тут же подскочил и перерезал верёвки, опутавшие руки девушки.

— Спасибо, конечно, но разве вы не боитесь? Я ведь всё-таки маг и могу… — удивилась девушка.

— Не можете.

— Откуда такая уверенность?

— Я хорошо разбираюсь в людях, Нека. И вы не та, кто может хладнокровно убить…

— Что ж, благодарю за доброе слово.

— Это не комплимент, на войне это скорее недостаток. Кстати, как вы на неё попали? Старшая дочь аристократа… Да, пусть нелюбимая, но всё же!

— Это личное. Я бы не хотела…

— Нека, вы сами сдались властям. Сами, но как мне проверить, что это не провокация? Что вы не шпион?

— Но…

— Правда и только правда. У вас, всё равно, нет выбора.

Девушка зажмурилась и глубоко вздохнула, словно хотела сброситься со скалы, но вот она собралась, открыла глаза и сказала неожиданное:

— Я замуж должна было выйти. А побег на фронт — единственный способ, если не отменить, то избежать этого.

— Как? Вам навязывали династический брак, а вы были против?

— Не совсем. Я хотела.

Князь вопросительно изогнул бровь, впрочем он уже догадался, что эта девчонка удивит его не раз.

— Но почему?

— Знаете, я стала называть Ричарда отцом, но его фамилию использовала только два раза. Первый раз, когда меня представляли обществу. В этот же день состоялась моя помолвка. Второй — за день, как я отправилась на фронт. До этого я старалась быть независимой: жила в общежитии, в обществе де Миртов проводило только два-три часа в неделю и за всё время не взяла ни монетки. Я искала подработки в свободное от учёбы время. Тут мне повезло: я нашла работу в университетской библиотеке. Правда, ничего серьёзного: всего лишь уборщица. Во время выполнения своих прямых обязанностей я и встретила своего жениха Генриха фон Альден.

— Как?

— На втором этаже окна мыла и вывалилась…

— Вывалилась?

— Да. Окна большие: от пола и до потолка, да ещё защёлка заедала, а тут она резко заработала, причём без моего участия, и я отправилась в свободный полёт. К счастью, под окнами толпилась группа студентов, среди которых и был Генрих…

— И он вас поймал? — перебил князь, представив начало романтической истории.

— Нет. — усмехнулась я. — Поймал меня лучший друг Генриха, его высочество, младший принц Империи. Тот ещё персонаж!

* * *

Девушка поняла, что падает. «Ну, всё!» — подумала она. Но просто так сдаваться она не привыкла, поэтому закрыла глаза и постаралась максимально расслабить своё тело, чтобы избежать, как можно, большего количества травм. Эх, плохо, что нельзя по-настоящему задействовать потоки: слишком маленькое расстояние, слишком мало времени — по-любому травмы будут…

Нека не сразу сообразила, что полёт как-то затянулся, да и не двигается она, словно в воздухе зависла. Девушка боязливо открыла глаза, чтобы наткнуться на породистое лицо младшего сына императора! И этот сын был зол, очень зол!

Нека открыла уже рот, чтобы попросить прощение, а потом поблагодарить за спасение, но её желанию не суждено было сбыться…

— Да, как ты посмела! Девушка, вы совсем оборзели в своих попытках заинтересовать меня! Ни ума, ни совести, ни красоты! А очередная желающая попасть в мою постель! Да ещё и нищая и, наверняка, с родословной дворовой собаки! — принц не кричал, он говорил медленно, уверенно, хладнокровно, словно не обвинял непонятно в чём, а сыпал фактами.

Нека оторопела, но быстро пришла в себя и вырвалась из объятий. Почувствовав, твердую почву под ногами смело посмотрела в серые глаза принца и на полном серьёзе заявила:

— Вы правы: родословная у меня, как у собаки. Вы правы: я не красива, но я и не претендую ни на что. Я всего лишь уборщица в библиотеке, изволившая потревожить ваше Высочество тем, что оступилась. И мне, по идее, должно быть стыдно, но нет. Неудачникам сочувствуют, на них нельзя обижаться. Но в вашем случае, я разделяю не только сочувствие, но и благодарность. Всё-таки от переломов вы меня точно спасли! — девушка закончила тираду и хотела удалиться…

— Вы считаете, что я неудачник?! — прошипел принц.

— Уверена. Только не знаю в какой степени, но здесь всё просто. Если вас действительно преследуют подобные девицы, то вы просто неудачник, не способный привлечь нормальных. А если вы думаете, что все девушки таковы, как вы их описали, то это у вас проблемы с головой и вы неудачник вдвойне! — после всего сказанного уходу девушки никто не мешал.

* * *

— Но вы сказали, что тогда познакомились с Генрихом.

— Ага. Часа через два после случившегося он объявился в библиотеке и принёс извинения от имени своего друга. Но он не просто сказал «прости», Генрих ещё и задержался, чтобы помочь мне с уборкой, причём по собственной инициативе. — девушка печально улыбнулась. — Знаете, он сразу мне понравился. Не красавец, но, безусловно, обаятельный и симпатичный. Приятный собеседник, хороший слушатель… Да, выглядел он простовато: широковатый нос, глаза не очень большие, зато с искорками. Я бы не сказала, что он имел атлетическое телосложение, просто худощав. В общем, внешне обычный парень каких везде полно. Но он был вежлив! Уважал чужой труд и не брезговал им, а главное он пришёл извиниться… И я больше, чем уверенна, что об этом походе его высочество не знал!

— Так завязались ваши отношения?

— Нет, тогда я думала, что в следующий раз я его увижу лишь издалека и мельком. Но мы предполагаем, а судьба располагает. Генрих со своим отцом оказались приглашены к воскресному обеду семьи де Мирт. Представьте его удивление, когда он увидел меня и узнал, что я дочь графа! В прочем, он сдержался и ничего не сказал, но на следующий день нашёл меня и устроил допрос. Я ему вкратце передала ситуацию и слезно попросила держать всё в секрете. Он обещал и слово своё сдержал. Это было началом нашего сближения, ведь ничто не сближает крепче, чем разделённая тайна, но окончательно шаг на встречу к друг другу нам помог, хоть и косвенно, сделать младший принц.

* * *

Нека выходила из библиотеки, нагруженная толстенными томами по биохимии, патологической анатомии, судебной медицине и другим не менее весёлым предметам. И надо же было такому случиться — столкнуться с его высочеством да ещё со всей свитой.

— Что книжки решила взять, чтобы казаться умнее? — насмешливо спросил светловолосый аристократ.

Только девушка хотела ответить хоть что-то, как раздалось:

— Нека, любимая, ты почему не сказала, что сегодня вам выдают книги? Я бы тебе помог их донести. — к всеобщему удивлению, заявил Генрих.

— Генрих? — произнёс принц.

— Нека — моя девушка! Она такая умница! Учится на сложнейшем факультете, причём, профессора нарадоваться не могут, и при этом подрабатывает. Хочет быть независимой. — и действительно столько гордости было в ответе, что никто усомниться не мог. И никто не удивился, когда парень отделился от группы, чтобы сопроводить девушку.

* * *

— С этого момента мы действительно стали встречаться. Пришлось, конечно, чаще видеть недовольную рожу принца, но это мелочи.

— И Генрих сделал вам предложение?

— Да. В день, когда я получила диплом. Я согласилась. А через неделю был бал, где меня представили как дочь Ричарда де Мирт и оповестили всех о нашей помолвке.

— Нека, вы любили вашего жениха?

— Да, наверное.

— Наверное?

— Вы просто не понимаете! Этот человек всё время был рядом и ничего не требовал. С ним я могла быть собой, могла говорить всё, что вздумается. Могла делиться фантазиями и мечтами. С ним я была настоящей. Я ничего от него не скрывала. И он меня понимал! Действительно понимал, а я его, по крайней мере, я так думала… И мне с ним было хорошо, очень хорошо. С ним я избавилась от таких ужасных чувств, как одиночество, ненужность, обречённость… Он мной гордился, поддерживал, не осуждал…С ним я была счастлива.

— Так почему же вы решили разорвать помолвку? — в очередной раз удивился князь.

Глава 3

Любовь? Нет. Её нет

— Так почему же вы решили разорвать помолвку? — повторил свой вопрос князь и невольно отшатнулся, увидев как глаза девушки потемнели, а сама она стала ещё бледнее.

— По тому, что мне лишь казалось… — прошептала Нека. — Лишь казалось. — произнесла, а потом резко перешла на крик, и в этом крике было всё. Князь понял, что вот так открывает себя, свои чувства девушка в первый раз за очень долгое время и не стал мешать, хотя это и нарушала все светские условности.

— Он врал! Всегда врал! Играл роль, навязанную отцом! Им же так необходимо было породниться с де Миртами! Жизненно необходимо, а для этого этой цели доверчивой глупышке можно поулыбаться. Можно сказать, что любишь. Можно даже строить рыцаря, хотя такой же как все. А за глаза можно смеяться.

— Нека… — участливо прошептал князь. Девушка лишь покачала головой, а потом, справившись с собой, спросила:

— Забавно было узнать обо всей этой лжи. И, что самое интересное, этим я обязана челочку, который может и не ненавидит меня, но недолюбливает точно. Его высочеству, младшему сыну императора!

— Как? — изумился князь. Нека прикрыла глаза и насмешливо улыбнулась.

— Вы бы видели, как изменилось его лицо, когда он узнал, что я дочь де Мирта, причём старшая и законнорожденная! А как оно побелело, когда он узнал, что невеста его друга. — девушка сразу загрустила. — В общем, тогда его высочество подошло сухо извинилось — и наши с ним отношения замерли на вооружённом нейтралитете. В смысле, я ему, всё равно, сделать ничего не смогу, да и не нужен он мне, а он… Он же не знал суть моих отношений с де Миртами, а отец важный политик и любимый сановник императора. Знаете, иногда мне казалось, что предложи Ричард какой-нибудь бред, совет лордов тут же его принял, а император поддержал. А с такими людьми ссориться опасно даже младшему принцу крови, по крайней мере, пока они в фаворитах.

— Мы не много отошли от темы.

— Простите.

— Ничего. Я понимаю: вам нужно выговориться. — улыбнулся князь Альфред.

— Спасибо. Как я узнала о двуличности своего жениха? Банально. Анонимка…

— И вы поверили какой-то бумаге? — возмутился князь.

— Нет, конечно. — махнула головой девушка. — Да и она была не так проста. Наравне с обвинениями мне предлагалось во всём убедиться самой. Там было указано место и время свидания Генриха и Марты.

— Марты?

— Ой, вы же не знаете. Марта — девушка из дворянского, но не титулованного рода. Они довольно богаты, но не слишком знатны. Сама девушка очень красива и получила воспитания, достойное высшего общества. То есть, изящна, любезна и вполне может поддержать разговор. Идеальная кандидатка для официальной любовницы принца. Тем более, что положение любовницы её вполне устраивало, и на большее она не претендовала.

— Но была ли она любовницей?

— Не знаю. Но в свите младшего принца крутилась постоянно, вызывая восхищение у кавалеров и зависть у дам. В прочем, при принце всегда были подобного рода девицы. И ничего здесь удивительного нет. Принц — богат, молод, хорош собой, холост, влиятелен. — пожала плечами Нека. — Но знаете, я очень удивилась, когда эту Марту поставили на одну доску с Генрихом, поэтому пошла. Из простого любопытства. И то, что я увидела, перевернула мой мир.

* * *

В беседке находились двое: барон Генрих фон Альден и Марта Нава. Генрих стоял на коленях и признавался в любви этой девушке. Он заверял её, что за нею пойдёт и в огонь, и воду, что лишь она царствует в его сердце.

— Ах, барон. — закатила глаза Марта. Если вы меня действительно так любите, то почему я не вижу на своей руке обручальное кольцо? — спросила красотка.

— Потому что, если я не женюсь на Неке де Мирт, отец лишит меня наследства. Да и я сам понимаю, что родство с графами укрепит наш род и откроет блестящие перспективы. Мы же бароны всего только полвека, да и простое дворянство получили только сто лет назад. Но если бы вы знали, как отвратительна для меня эта мысль!

— Почему же? Нека весьма милая девочка.

— Милая? Возможно. Но по сравнению с вами — серая мышь.

— Но, возможно, характер?

— Ненормальная сумасбродка. Пороть таких надо! Да, такие как она не достойны титула! В последней нищей и то больше достоинства!

Раздались звуки поцелуев, но Нека их уже не видела, так как спешила к выходу из парка.

* * *

— Нека, простите…

— Ничего. Пройдёт. — ответила девушка, стирая единственную слезу, бегущую по щеке.

— Но, вы сказали, что всё это узнать вам помог принц…

— Он самый. Я его встретила на выходе парка.

* * *

Девушка спешила ничего не видя перед собой, поэтому ничего удивительно, что она не уступила дорогу и врезалась в кого-то человека.

— Извините. — пробормотала она, не поднимая глаз, и поспешила вперёд.

— Нека! — её окликнули и схватили за руку, заставляя развернуться. Перед ней стоял его высочество. — Мне очень жаль. Но не огорчайтесь: всё равно, он вас не достоин.

Ему, его словам можно было бы поверить, если бы не лихорадочный румянец на щеках и не загадочный блеск в глазах.

— А мне нет. — гордо ответила девушка, затем расправила плечи, вытянулась и спросила: — Вам я обязана этим представлением?

Под её не мигающем взглядом принц не мог соврать, но и ответить тоже, поэтому он просто кивнул.

— Спасибо. — сказала Нека. Принцу казалось, что ему послышалось. Как такое может быть? Ни слёз, ни истерики, ни обвинений… Ничего! Озадаченный юноша внимательно посмотрел на лицо девушке: она улыбалась. Принц от неожиданности отпустил руку и отшатнулся.

— Спасибо. — послышалось ещё раз, а затем девушка развернулась и ушла.

* * *

— Вот так, передо мной стала титаническая задача: избежать свадьбы любой ценой. — грустно улыбнулась девушка.

— Да, согласен: неприятно. Сплетни, обсуждения обществом.

— Да, чихать я хотела на сплетни, обсуждения, грязь! Да, за семь лет после смерти мамы, чего я про себя от Миртов только не узнала. Я давно привыкла и поняла, что больно бывает, только когда о тебе плохо думает человек, который тебе не безразличен. Но знаете, что странно? До сих пор мгновенно закипаю, стоит им хоть слово сказать про мою маму…

— До свадьбы оставалась совсем немного времени?

— Нет. Наша помолвка должна была длиться полгода, чтобы подготовить свадьбу, соответствующую титулам жениха и невесты. Когда я узнала о лицемерии Генриха до свадьбы оставалось ещё четыре месяца.

— Тогда не вижу проблем. По моему вы преувеличиваете. — ласково улыбнулся князь.

— Если бы… Нет, это было настоящей проблемой! Так как мою свадьбу устраивала семья де Мирт. — Нека вздохнула. — Мне лично на все эти церемонии было наплевать, но для Ричарда это было важно. По этой причине, я даже у них в доме жила после университета, чтобы не бросить тень на их репутации, хотя лично мне было удобней или снимать квартиру, или жить в общежитии для персонала при госпитале, в котором я работала. Смешно, но я даже о своём желании разорвать помолвку должна была сообщить сначала де Миртам, а только потом Генриху.

* * *

— Нека, ты опоздала к ужину. Опять В самый последний момент больных доставили? — спросила мадам де Мирт, брезгливо наморщив носик.

— Нет, но не менее важное. — спокойно сказала девушка, а потом выпалила: — Я разрываю помолвку с Генрихом фон Альден.

Вдовствующая графиня испуганно переглянулась с невесткой, а отец сказал:

— Нека, это предсвадебный мандраж. Он пройдет. Завтра ты успокоишься и пересмотришь своё решение. — Ричард де Мирт улыбнулся.

— Нет. У меня очень серьёзные причины не желать этого брака.

— Какие же? — насмешливо спросила графиня.

Какое-то время занял пересказ истории, затем несколько секунд была тишина, а потом раздался властный голос графини:

— Ты выйдешь за него, и точка!

— Нет!

— Слушай меня сюда, жалкое отродье. Мы взяли тебя из милости и жалости. Возвысили тебя, а за это ты должна послужить этому роду! Этот брак нужен семье!

Нека задрожала. Это чем она обязана? Тем, что живет в их доме полтора месяца? Нет, слишком большая цена. Да, ей бы без этой семейки лучше было. Со всем бы справилась сама. Возможно, оплата образования? Но все, все без исключения адепты целительства были на государственном пайке: людей с нужным уровнем магии и желающих обучаться этому направлению было мало, да и учёба сама по себе была слишком сложной и опасной.

Так, может, обеспечение? Но с семнадцати лет Нека сама зарабатывала себе на жизнь.

Да, получалось только полтора месяца проживания! Нет, уж…

— Нет! — закричала девушка. — Нет! Нужен этот брак? Пусть за Генриха выходит Сильвия! Она всего на два года младше меня!

— Да, как ты посмела! — орала графиня. — Моя внучка — аристократка, красавица, умница! Она достойна большего! И выйдет замуж минимум за маркиза, а не за этого барончика, с непонятной биографией!

— Мама! Я бы попросил! — перебил её Ричард.

— Это же правда! Да, понимаю: Дориан фон Альден, отец Генриха, твой соратник и без его поддержки ты бы, вряд ли, добился таких высот. Но забери его деньги — и он станет ничтожеством! Хотя он нам и нужен!

— Мама!

Но графиня не реагировала:

— Но для твоего отродья — и этот лже-аристократ уже честь. Стоит только вспомнить, кем была её мать!

Этого Нека уже выдержать не смогла. Девушка стало лихорадить, руки её стали трястись. Тут же раздался стук разбитого стекла, и в комнату ворвался порыв ветра. Графиня побледнела, а Нека клацая зубами прошептала:

— Не стоит доводить мага, особенно неопытного. Он может не справиться с собственной силой и последствия будут катастрофическими: она станет обратной той, что была. Я целитель. Я исцеляю, лечу, а значит, сторона обратная моей силе — смерть. Если вы не прекратите, она вырвется и весь дом будем заполнен трупами. А она вырвется. Сегодня у меня был слишком трудный день. Слишком! Достаточно малейшей искры и я потеряю контроль.

Всё стихло. Все замолчали, а девушка отвернулась и ушла к себе в комнату.

* * *

— М-да, действительно проблема…

— Не то слово.

— А что было дальше?

— А дальше, через несколько часов в комнату, которую я занимала вошёл Ричард де Мирт.

* * *

— К тебе можно? — мужчина неловко стоял на пороге.

— Можно. Я уже успокоилась. Я бы и раньше справилась, но слишком истощена. На работе практически всю магию израсходовала, плюс волнения, потом оскорбления — вот побочка и вылезла.

— Нека, я хотел поговорить.

— Говори.

— В общем, я всегда хотел, чтобы ты принадлежала к моей семье, носила мою фамилию, но…

— Леди де Мирт были против?

— Да. И тогда я решился на хитрость. В политике очень тяжело без союзников. А с Дорианом у нас были общие взгляды. Вместе мы могли противостоять всем и вся! Проводить какие угодно решения. Я придумывал проект, а он со своим состоянием реализовывал. Только уж он очень боялся, что его обманут, поэтому в ультимативной форме заявил, что либо наши семьи породнятся, либо прощай поддержка. И я согласился. Я знал, что мать и жена будут против, но я намекнул на то, что невестой подразумевал не Сильвию, а тебя. Дамы согласились, а я смог принять тебя, подарить тебе дворянство и титул.

— Зачем?

— Все девушки об этом мечтают!

— Я не все!

— Нека, я знаю, поэтому и не говорил про брак. Наоборот, постарался подвести тебя к нему мягко. Всё рассказал фон Альденам про тебя, показал твои портреты. Генрих казался мне милым молодым человеком.

— То есть, он знал всё обо мне до того обеда? — почему-то спросила Нека.

— Да, знал. Ему было всё известно о тебе за месяц.

— Что ж, по крайней мере, Генриха, которого я любила не существовало. — вздохнула девушка. — Отец, зачем ты мне это рассказываешь?

— Чтобы ты всё же согласилась на свадьбу. Да, брак не по любви, но ты займешь достойное положение в обществе и будешь невероятно богата. Да, многие…

— Я не многие!!!

— Дочь, помоги…

— Ричард де Мирт, я могу выйти замуж без любви, но только если уважаю своего жениха и доверяю. Если могу назвать его другом. Но если этого нет, то никогда!

— Нека!

— Что, милорд?

— Я бы предпочёл отец! — прошипел граф.

— Ричард, я назвала вас тогда отцом, потому что в тот момент вы разделили мою боль. И я подумала, может быть, вы не такой плохой человек, как я о вас думала… Но я ошиблась. Вы не достойны быть моим отцом.

Граф ушёл, громко хлопнув дверью.

* * *

— Знаете, на следующий день он молчал, как будто этого разговора и не было. А вся семейка притихла.

— Они согласились?

— Нет. Ускорили подготовку к свадьбе. О ней начали трубить на каждом углу.

— Что? — в который раз изумился князь.

— Да. Они не бросили попыток уговорить меня.

Глава 4

Побег из под венца

— Вам не кажется, что это невозможно? Смысл устраивать свадьбу, если при проведении церемонии невеста откажет? — спросил князь.

— Боги, как вы далеки от реалий империи! — усмехнулась девушка. — Граф с бароном давно получили разрешение императора.

— И что это значит?

— Только то, что согласие молодых людей не спрашивалось. Нужно только, чтобы жених и невеста присутствовали на церемонии. Но Ричард пустил бы разрешение в ход, в крайнем случае. Всё же он надеялся избежать кривотолков и уговорить меня. Поэтому выход у меня был один: бежать. Да так, чтобы меня никто достать не мог. Тут-то и пригодилась война. — девушка сглотнула, а потом продолжила: — Империя постоянно ведет войны. Это для вашего княжества — это событие и катастрофа, а для неё — привычное дело. Этим я и решила воспользоваться. Есть войны, значит, нужны солдаты, целители… Я решила призваться в армию, но сделать это надо было так, чтобы никто не смог бы мне помешать.

— Как?

— Я бы хотела сказать, что я придумала гениальную схему, но на самом деле, банальная удача. С каждого выпуска целителей университет должен был предоставить один — два человека на нужды армии. Честно, никто не хочет попасть в это число, поэтому разбор кандидатур затягивается: всех отправляют по госпиталям и больницам на полгода, а затем смотрят отчёты главврачей о работе молодых специалистов. Как результат, худшие получают путевку на фронт.

— Бред!

— Не скажите. Я говорила, что стать целителем невероятно трудно? — князь кивнул, а Нека продолжила: — Все, кто завершил обучение, специалисты высокого уровня. Просто дальше идет отсев лучших из лучших. И даже худший из этих лучших способен на такое…

— Ладно, понял. — оборвал речь девушки князь. — Вы получили плохую рекомендацию.

— Нет, просто сходила к декану университета и попросила, чтобы меня направили в армию. Декан обрадовался желающему и, боясь, что я передумаю, документы отправил тут же. А через два дня пришёл ответ, где мне было приказано явиться в приграничную комендатуру с вещами.

— А вашего декана фамилия де Мирт не смутила?

— Нет. Я поступила и училась как Нека Дести, да и дипломом у меня выписан на это имя, а приём, где меня представили высшему обществу, не получил широкой огласки из-за прибытия в столицу правителя Лоризеля.

— Получалось складно, но граф де Мирт мог бы всё же вытянуть, при должном желании…

— Поэтому я должна была действовать так, чтобы этого желания не возникло. Мне дали месяц на сборы, и этот месяц я провела с толком: не только собралась, но и убедила всех, что передумала и готова выйти замуж. И это представление продолжалось до дня моей отправке на фронт.

— Но вас могли вытащить даже с фронта.

— Могли, но тогда бы это опозорило семью де Мирт. Дело в том, что я «якобы» дала предсвадебное интервью известному журналу. Вообще, идея интервью принадлежала мадам де Мирт, но я за неё ухватилась, только попросила назначить его за несколько часов до отправки на будущее место службы, да и поехала на него одна. Вы бы видели глаза журналистки, когда она поняла о чём я буду говорить…

* * *

— Нека, вы сразу осознали, что Генрих именно тот, с кем вы хотите провести всю жизнь?

— Честно не осознала, поэтому решила провести испытание разлукой, а за одно послужить на благо родины. Я считаю, что каждый гражданин должен делать всё возможное, чтобы империя процветала. Особенно аристократы! Мы, вообще, должны подавать пример, поэтому я, как представитель этого слоя общества, через несколько часов отправлюсь на границу, чтобы стать лекарем пятого пехотного полка.

* * *

— Это был фурор! Журналистка лично провожала меня и сделала всё возможное, чтобы статья была опубликована в этот же день. Тираж журнала зашкалил! И это так взболтнуло общественное мнение, что от меня отстали. Как же? Я же выступала как де Мирт! И чтобы де Мирт не сдержали слово?!

— А вы лёгких путей не ищете. — усмехнулся князь и покачал головой. — Не жалеешь?

— Сейчас, нет. Но тогда, в самом начале, было страшно. Боль и страдание — всегда страшны. Но Сейчас я ни о чём не жалею.

— Ладно, но как ты докаталась до дезертирства, раз не жалеешь?

— А кто сказал, что я дезертир? Я не дезертир. — засмеялась Нека.

— Ладно, предатель, раз хочешь служить враждебному государству. — настаивал мужчина.

— Но я и не предатель. И служу я только своей совести!

— Да, не может этого быть!

— Может. Моё имя находится в списках погибших.

— Что? — взревел князь.

— Это так. По официальным сведениям, меня убили, пока я на поле боя пыталась оказать помощь раненым. — спокойно ответила девушка.

— А по неофициальным?

— Меня приказало убить собственное начальство, да так, чтобы выглядело, как случайность. Ведь по международным договорённостям, врачей не атакуют и в плен не берут. Нет, можно было, конечно, сфабриковать какое-нибудь дело и отправить под трибунал, но опять же отцовская фамилия и его должность. По этому меня решили убрать тихо.

Глава 5

Выжить вопреки всему

— Нека, ты же целитель? Что он мог натворить, чтобы его устранить решили? Особенно на войне, где каждый маг на вес золота? — закричал князь. Мужчина ожидал всего, но точно не того, что услышал.

— Проявил милосердие. Захотел остановить эпидемию. В общем, за прямое исполнение обязанностей. — девушка отвернулась. — Война уродуют, но читая книги, изучая историю, слушая рассказы бывалых вояк, я и подумать не могла на сколько. Я никогда подумать не могла, на что способна людская подлость, желание возвыситься, месть, жадность. Теперь точно знаю: на всё!

Нека резко встала и спешным шагом прошлась по кабинету, а за окном завывал ветер. Он был так силён, что дрожали окна стёкол, но вот девушка резко установилась и вернулась к креслу. Ветер тут же стих. А сама она несколько мгновений постояла в молчании, а потом резко села и сразу же заговорила. Заговорила в очень быстром темпе, словно желая, как можно быстрее, перескочить этот момент:

— У вас в княжестве, как и у нас в Империи контрактная форма рекрутирования, на основе этого наше высшее руководство дало приказ, чтобы мирное население солдаты не трогали. В официальном плане говорилось, что Империя видит всех горцев своими потенциальными подданными. Для этого предписывала оставлять у местных лестное впечатление. Боги, да целый комплекс мер был направлен на это: начиная от идеологической обработки до гуманитарной помощи!

— Смешно. — усмехнулся князь. — Истинный горец ни пяди земли врагу не отдаст. Бороться будет до самого конца. Нас легче уничтожить, чем изменить.

— Вот и империя посчитала также. Вы думаете ваша эпидемия на пустом месте возникла? А если и да, то почему именно лионская лихорадка? Неизлечимая болезнь для вашего народа, между прочим!

— Неизлечима? — побледнел князь, представил все последствия для своего народа. Мужчина пошатнулся, но к нему подскочил телохранитель, который его поддержал. — Неизлечима? — более спокойно спросил князь.

— Для вас, горцев, да. Дело в том, что у нас в империи лионская лихорадка вполне обычное дело, как простуда. Да, у нас каждый второй ребёнок переболел ею и получил пожизненный иммунитет.

— Это бред!

— Если бы. — покачала головой девушка. — Дело в том, что ваш иммунитет работает немного по-другому. Вы просто не приспособлены к всем тем, заболеваниям, что царствуют в центральной части Империи, хотя бы потому, что никогда не сталкивались с ними.

— Но как?

— Скорее всего, влияние вашего санти. Он нейтрализует многие бактерии и вирусы. Они просто в этой среде не приживаются.

— Тогда я не понимаю: почему он не нейтрализует и эту заразу?

— Она усиленна магически.

— То есть, вы специально вывели эту пакость! — кричал князь.

— Скорей всего. Я читала дневники мамы. Как я говорила, она была иммунологом в санзоне на границе. На вашей границе. Так вот в этих санзонах тщательно записывались малейшие изменения состояния мигрантов в течения карантина.

— Но эта обычная практика.

— Обычная. — согласилась девушка. — Но необычно то, что все, абсолютно все данные посылались немного не туда. В центральную академию наук Империи, а не в санитарно-эпидемиологический центр. Обычно в «централку» идут только выдающиеся случаи.

— Так. Я всё понял. — сжал кулаки князь. — Но при чём здесь вы? Почему вас хотели убить?

— Дело в том, что наше оборудование, вещи заражены мы не знали. По крайней мере, мы, обычные целители. А потом я начала замечать на поле брани горцев с жуткими гниющими язвами. Потом местных… Мы понять не могли, что это… Более тщательно обследовать мы их не могли — оставалось только строить догадки, при том, что эта пакость нашим воинам не передавалась. Да, отдалённо это напоминало лионскую лихорадку, но очень отдалённо. А потом я вспомнила, что моя бабка умерла вроде тоже от этой же лихорадки. Мама говорила, что болезнь протекала нетипично. Знаете, слабая зацепка, но я решила проверить. После окончания боя совершила прогулку по бранному бою. Нашла труп, с искомым дефектом, и набрала себе подопытного материала. И представьте моё удивление, когда обнаружила очень похожие антигены. Ещё немного времени заняло выяснение принципиальной разницы. Я была потрясена, когда поняла, что эта всего лишь мутация, обеспечивающая выживание вирусу лионской лихорадки в вашем климате! — девушка замолчала, а потом сиплым голосом попросила: — Можно стакан воды?

Князь кивнул — и один из охранников тут же вышел из кабинета, чтобы через некоторое время вернуться с двумя бокалами и графином. Все предметы он поставил на рабочий стол своего господина, затем занял своё привычное место за спиной повелителя. Сам же князь разлил воду и сделал приглашающий жест.

Девушка подошла, схватила бокал, жадно осушила, поставила его на место, затем поблагодарила и вернулась в кресло напротив.

— Я тогда наивной была. — горько усмехнулась Нека. — Сразу, как всё узнала, пошла к главному. Он слушал меня внимательно, удивленно.

* * *

— Это, конечно, всё очень интересно, но вы понимаете, что только ваших данных не достаточно? — сказал седовласый мужчина, фигурой напоминавший столб, и залихватски подкрутил серебристые усы.

— Так в чём проблема? У нас целые поля материала! — возмутилась девушка.

— Ладно, тогда завтра берете одного мага и собираете материал для всей исследовательской группы.

— Спасибо! Мы сделаем благое дело! — улыбнулась девушка.

* * *

— А потом, рано утром я и приставленный ко мне маг пошли за вражескими убитыми.

* * *

Парень и девушка уходили всё вглубь: Неке нужно было собрать кровь, ногти, волосы, кусочки кожи, как можно большего числа людей. Вдруг девушке показалось, что она слышала стон. Нека резко наклонилась, там действительно был раненый, при чем свой!

Вспыхнула вспышка.

— Ты чего? — закричала девушка. — Ты зачем мне потоки перекрыл? Как я ему помогу?

— Никак. Прости, ничего личного. У меня приказ.

Девушка смотрела на парня и просто не понимала, что происходит. Потом была ещё одна вспышка — девушка упала.

* * *

— Рана была не смертельной. — констатировал князь.

— Нет, смертельной. — покачала головой Нека и добавила: — Для обычного человека. У целителя бы сразу же началось процесс восстановления — он бы был полностью ослаблен, но выжил. Но я должна была погибнуть, так мои силы были временно заблокированы.

— Но вы выжили!

— Выжила! Спасибо, бабуле по материнской линии!

Князь просто вопросительно поднял бровь, и девушка пояснила:

— Во мне есть кровь горцев. И, как выяснилась, мне присущи многие из ваших особенностей, правда, в пассиве. Именно ваша кровь не дала моей магии погаснуть, именно она запустила регенерацию. Всего одна четверть, но это спасло мне жизнь.

— Поподробнее можно?

— Для того чтобы перекрыть магические потоки, нужно точно знать магические потоки кого ты перекрываешь. От этого зависит формула заклинания, а она разная даже для коренных имперцев: для южан — одна, а для северян- другая. Мой неудавшийся убийца просто не смог учесть все особенности моего происхождения. Да, ему удалось перекрыть те потоки, которые связаны с геномом де Миртов и частью генома моей матери, но не потоки, связанные с горцами! И эта ничтожная часть спасла меня. — девушка остановилась, а потом заявила: — А теперь о вашей проблеме! Я думаю, что могу победить эпидемию!

— Ты же сама сказала, что болезнь неизлечима. — прошептал князь, но в глазах появилась надежда.

— Во-первых, я представляю, как распространяется болезнь. Во-вторых, я её знаю. В-третьих, могу предложить меры, чтобы сократить число заболевших. В-четвертых, я, возможно, смогу создать лекарство, но для этого мне нужна исследовательская группа.

— В тремя пунктами согласен. — кивнул князь. — А откуда взялся четвёртый?

— Регенерация на основе генома горцев заняла много времени. Я была ослаблена, как никогда. Настолько, что сама подхватила лихорадку.

— Но у тебя был иммунитет.

— Был, да сплыл. Я не успела восстановить все потоки. А после того, как я стала целителем потоки и иммунитет, вообще, все процессы регенерации намертво связаны. А у меня банально не было времени их восстановить, поэтому с болезнью боролась та часть меня, которая от горцев. И я жива! — Нека замахала руками, останавливая все вопросы. — Сразу скажу, болезнь протекала легче, чем у горцев, но и я не чистокровная! В университете я переболела лихорадкой, тогда с болезнью боролась моя имперская часть, но, всё равно, кое-что заложилось и в другую составляющую моего организма.

Князь потрясено молчал, а охранники смотрели на девушку во все глаза. Нека, же увидев такую реакцию, засмеялась:

— Вот такой я мутант! Никогда бы не поверила, что и на это способна магия, если бы не испытала на собственной шкуре.

Глава 6

Жить вопреки

— Знаете, я не знаю, получится ли у меня. Не знаю, подействует ли… У меня в голове только идеи, только теории, но я хочу рискнуть. — как только Нека всё это произнесла, князь нахмурился. Он не любил подобных фраз и не понимал их, предпочитая факты и только факты. Можешь — делай, не можешь- не берись. Альфред больше всего на свете ценил армейский порядок и чёткую дисциплину, а самое главное, точную исполнительность. Нека же выбивалась от его представлений об идеальной подданной, служащей, учёной, женщине, в конце концов. Подумать только, не подчинилась отцу, сбежала, жалела врага, подметила странности, обнаружила, провела эксперименты. И всё по собственной инициативе, не спрашивая чего-либо позволения! За что и поплатилась, но вместо того, чтобы затаиться, что на её месте, сделал бы любой нормальный человек, опять куда-то полезла. Да, она сумасбродка, ненормальная! Она слишком независима и по этой причине опасна! Кто знает, что она решит в следующий раз? Да, не нуждаясь они так сильно, он бы и близко не подпустил её к тем рычагам, о которых она просила… Но выбора, судя по всему нет, придётся соглашаться. Вот только это её «не знаю». Нужно дожать, заставить, чтобы точно выложилась. Сделала всё возможное и невозможное!

— Так хочешь, что готова поставить на кон собственную жизнь? — усмехнулся князь, полагая, что тот, кто висел на волоске, начинает острее её чувствовать, больше её ценить.

— Хотите манипулировать? — усмехнулась девушка. — Не получиться. Мне нечего терять. И сюда я пришла не в попытках найти новую судьбу, а избавиться от старой. Мне не дорога моя жизнь. Я бы предпочла умереть, но не могу. Я в долгу перед одним хорошим человеком, и, как только, этот долг будет исполнен уйду, не задумываясь.

— Что? — взревел князь. Он был намного старше этой девушки. Она годилась ему в дочери, но хотел жить, жалел уходящие силу и молодость, а она нет. Возможно, Альфред решил бы, что это позёрство, но на нём был амулет из санти, и мужчина был уверен: пленница говорила лишь правду, она действительно не хотела жить.

— Я не сразу у вас появилась. — прошептала девушка.

— Конечно, не сразу. Тебе же нужно было восстановиться после болезней!

— Неделя после ранения, месяц на лихорадку, пять месяцев жизни, день на катастрофу и два месяца, чтобы добраться до вас. — печально заявила девушка.

— Катастрофа? — выловил это слово из целого потока князь.

— Да. День, после которого я хочу исчезнуть.

* * *

— Тихо-тихо, моя девочка. Терпи. Вот увидишь, ты ещё самой красивой невестой будешь. — приговаривала совсем старая женщина, меняя перевязку. — Я целебные травы добавила, даже шрама не останется.

— Спасибо. — прошептала сереброволосая девушка, слабо осознавая, что с ней происходит, но, всё равно, спросила: — Где я?

Каждое слово давалось с трудом, язык заплетался, горло саднило, да и просто смотреть было больно

— Ты у меня в доме. Я знахарка.

— Вы… Вы меня с поля подобрали?

— Да.

— Как? Почему? — было больно. Очень больно, но Неке надо было спросить. Это было необходимо. После всего, что произошло девушке нужен был кто-то, кому знакома доброта, милосердие. Нужен, чтобы снова не потеряться в кошмарах и ужасах, что приходили в бреду. Нужен, чтобы снова поверить, что мир не так плох, как он в тот момент казался. Чтобы хотелось жить…

— У меня было видение. — прошамкала старуха. — А теперь спи! Ты даже не представляешь, сколько тебе сил ещё понадобится…

Неке хотелось много чего спросить, но глаза сами закрылись, и девушка заснула. И спала в первый раз за долгое время спокойно.

* * *

— Кто эта женщина?

— Знахарка Рада. Хотя знахаркой её сложно назвать, но у неё был дар предвидения.

— Сильный?

— Не очень. Она просто видела отдельные картины. Для неё они были, как вспышки. За это местные её сумасшедшей величали, хотя, если кто заболевал, к ней шли. В медицине она, конечно, разбиралась слабо, но зато видела какой настой, какая травка кому помочь может. Опять же вспышки в сознании… Вот повинуясь одной такой вспышке, она меня с поля боя подобрала и у себя оставила. И это при том, что знала, что не успею прийти в себя после ранения, как свалюсь с лихорадкой!

— Она заразилась?

— Нет. — покачала головой Нека. — Как ни странно, нет, хотя всё время болезни кормила меня буквально с ложки, но иногда так бывает… Человек не боится — и болезнь к нему не липнет. После того, как я оклемалась у неё я провела пять месяцев. Лучшее время за семь лет моей жизни. Мы с ней много разговаривали, делали снадобья, пытались вернуть мою магическую силу в полном объёме: тот маг здорово меня приложил, сама снять его заклятие со своих путей я не смогла. Кстати, в это же время у нас зародилась мечта создать лекарство. Правда, без нужных инструментов и с всего лишь с жалким остатком моих сил, это было нереально. Но мы старались. И кое-что у нас получилось: мы замедлили течение болезни. — девушка грустно улыбнулась. — Лучше мы бы этого не делали! Из-за нас солдаты империи Крейнц уничтожили!

— Крейнц? — переспросил князь и ужаснулся. Небольшое поселение у границы, от которого не осталось ничего. — Вы были в Крейнце?

— Да. Была. Я единственная, кто выжил в том пекле. И то случайно. — князь боялся смотреть на девушку, настолько перекошено у неё было лицо, настолько остекленели глаза. Он думал, что сейчас в замок ворвётся тот самый смертоносный ветер смерти, о котором говорила Нека, но ничего не происходило. Девушка просто сидела и смотрела в окну с тем самым перекошенным лицом.

— Ничего не произойдет. — сказала она, когда поняла, о чём подумал князь. — Своё я давно оплакала и выплеснула. И отомстила убийцам. Как я им отомстила.

Всё было произнесено настолько холодным тоном, что трое мужчин, присутствующих в комнате, поёжились, а Нека, ничего не видя, перед собой продолжила.

* * *

Ранее утро, но две женщины уже завтракают. Одна из них уже старуха, другая — молодая, но с седой головой. Вдруг одна из них резко бледнеет и выпускает из рук корявую глиняную чашку. Она летит прямо на пол…

— Рада, что случилось? Ты что-то видела? — спросила молодая.

— Кнам сегодня зайдут за снадобьями из горной розы. Снадобья понадобятся срочно, но у нас их нет. У нас даже сырья, чтобы их приготовить нет! И ты сама видела, как далеко идти до северного склона, где они цветут…

— Рада, не переживай. Я сейчас доем и сама схожу. Всё хорошо будет. — улыбнулась девушка.

— Спасибо, детка. Что бы без тебя я делала!

* * *

— Вот только не за лекарственными травами меня послали. Я уверена, что в тот раз, Рада видела всю картину целиком!

* * *

Пожилая женщина напутствовала:

— Нека, ты главное не торопись. Северный склон опасен. Будь аккуратной.

— Хорошо. Ну я пошла? — девушка отвернулась, но её окликнули. Девушка обернулась: — Что-то ещё собрать?

— Нет, Нека. Я просто сказать хотела… Чтобы ни произошло, ты не будешь виноватой. Наоборот, когда время придет, ты сможешь столько всего нужного сделать. И счастлива будешь так, как никогда даже не мечтала. И никто у тебя это не отнимет, потому что истинно твоим будет. Да, и он никому тебя в обиду не даст. Нужно, от бед и печалей собой заслонит. И печалится тебе никогда не позволит.

Девушка хотела что-то спросить, но Рада отрезала:

— Иди. Всё потом! Время дорого!

* * *

— Вот только потом не было. Когда я вернулась, никого уже не было. — Нека закрыла глаза, по щекам побежали слёзы. — Всех жителей собрали в одном месте и уничтожили. А солдаты мародерствовали в опустевших домах, радуясь своей добыче. Один из них и меня заметил…

* * *

— Ой, смотри какая девка! Да с ней можно поразвлечься!

— Не смей! Её к командиру надо. Ты же слышал приказ! Все должны быть мертвы!

— Одно другому не мешает! Умрет часом раньше, часом позже, а нам приятно!

Всё, это было точкой. Ярость пронзила девушку. И она была настолько сильной, что сломало все барьеры, все ограничение, даже ту чужую печать. Мгновение — появился гигантский вихрь, уничтожающий всё на своём пути. От двух негодяев не осталось и кучки пепла, но не сразу… Сначала они орали! Боги, как они орали! Да, лучше сгореть заживо, чем почувствовать хоть лёгкое прикосновение силы, обратной целительству, а она их окутала целиком. На жуткие крики собрались все. И командир в том числе…

— Нека де Мирт! — в испуге заорал он. — Ты же мертва…

Девушка обернулась: перед ней стоял тот маг, которому приказали её убить. Ненавидеть его за это, хотеть его смерти за это… Мелочно! А вот за Крейнц, за Раду…

— Что вам приказали? — спокойно спросила девушка.

— Полное уничтожение. — выплюнул слова маг, ибо когда с тобой говорят таким тоном молчать невозможно, лгать невозможно, только правда…

— За что?

— Говорят, они могут готовить лекарство. Хотя теперь я понимаю, что, кажется, это твоё творчество… — усмехнулся мерзавец.

Больше говорить было не кому. Смерч уничтожил всех, тела превратил в пыль, а души выпил. И смерть торжествовала.

* * *

— В какой-то момент я очнулась. Просто поняла, что этих уродов уже нет. А я просто крушу всё вокруг. Очнулась и тут же упала, сил уже не было. А потом накатил откат… Я во всём виновата! Я!!!

— Нека, эти нелюди не заслуживали жизни! — твёрдо заявил князь.

— Да, знаю я! Я о другом! Если бы не мои опыты и зелья, об Крейнце бы не узнали…

— Но эти люди, всё равно, бы погибли, когда до них докатилась бы эпидемия. Скорее всего, часть из них была заражена…

— Да, больные были. Многие о болезни не знали: у неё длительный скрытый период…

— Рада поступила осознанно, спасая тебя. Я думаю, она видела, что ты сможешь создать лекарство. — уверенно заявил князь.

— Я тоже так подумала и только поэтому, я не убила себя тогда.

— Убивать себя? Нека!!!! — заорал князь. — Это глупо! Безнадежно! Неблагодарно! И Недостойно человека!

— Да, вы ничего не понимаете в целительстве. — констатировала очевидное девушка.

— При чём тут целительство?!

— Мы служим жизни, но она невозможна без смерти. Эти силы взаимосвязаны, поэтому у нас есть обратная сторона, та стихия, что разрушает. Долг каждого целителя держать эту силу в себе, сдерживать её… И не при каких обстоятельствах не дать ей выйти на свет. А я дала.

— И это было обосновано!

— Возможно. Но своё наказание я за это получу.

— О чём вы говорите?!

— Целитель, который не справился с обратной силой, должен умереть. И я умру, как только справлюсь с вашей эпидемией. А справиться я постараюсь так быстро, как смогу.

— Что за варварство?

— Это не варварство. Это защита. Целитель, впустивший себя тьму, попадает под проклятие, которое медленно, но верно сводит с ума. Иногда этот процесс занимает годы, десятилетия, а иногда дни… Но он происходит. И это непростое сумасшествие. Проклятие поднимает всё темное, злое, жестокое, превращая нас в монстров, жаждущих крови. Монстров беспринципных, жестоких, жутких и неуловимых. Как иначе, если их охраняет сама Смерть? — девушка посмотрела прямо в глаза князя. — Я достаточно повидала и не хочу такого для себя.

— Как происходит процесс?

— Индивидуально. Он зависит от моральных качеств жертвы. Я могу сказать, как это происходит у меня, но это будет только начальный этап. Надо?

Князь кивнул. Нека усмехнулась:

— Мне постоянно сняться кошмары. Я вижу смерть, предательства, убийства. Вижу изнанку мира. Мне кажется, что надо мной постоянно кто-то стоит и шепчет, и шепчет, что этот род людской не должен существовать, что вы все мразь, не достойная жизни. О, да! Этот голос меня обособляет: я избранная, призванная уберечь мир от скверны…

Князь нервно сглотнул и заявил:

— Но должно же быть спасение!

— Остановить этот процесс теоретически можно. Но в истории было зафиксировано всего два случая. В первом, целитель любил страстно, горячо. И его любимая отвечала ему взаимностью. И эта она не дала упасть ему в бездну. Но такая любовь редкость, из ряда: все о ней слышали, но никто не видел.

— Второй? — настойчиво спросил князь.

— У человека было для кого жить. Были люди, которые поддерживали. Семья. — Нека замолчала, а потом тихо продолжила: — А у меня нет ничего. Только цель: сделать это лекарство, чтобы моя жизнь, смерть Рады и Крейнца не были напрасными. И как только пойму, что справилась, уйду не задумываясь и не оглядываясь.

Глава 7

Смысл

Допрос… Нет, скорее, исповедь была закончена. Девушка устало облокотилась на спинку кресла. И князь невольно заметил, что всё это время она сидела с идеально прямой спиной. Гордая, очень гордая… И только сейчас себе позволила этот намёк на усталость… А ведь она больна…

Князь и сам не заметил, как произнёс это вслух.

— Есть немного. — слабо улыбнулась Нека. — Я как только на ноги после лихорадки встала, заклинания консервации применила, чтобы как можно больше сохранить тех телец, что с вирусом боролись, поэтому и сам вирус в крови имеется. Но это остаточное явление, поэтому я не опасна. — и тут же добавила: — В этом плане.

— А в каком? — тут же решил уточнить князь.

— Проклятие. Я, пока могу ему противостоять, но что будет дальше не знаю.

А потом случилось то, что никто не ожидал. Девушка встала и попросила, чтобы её отвели обратно в камеру, на все недоумевающие взгляды она лишь пожала плечами и сказала:

— Вам надо подумать. Хорошо подумать. Я — ходячая проблема. Во-первых, я де Мирт, будь не ладна эта фамилия, и я у вас. Если об этом узнают в Империи, кто знает, как она будет реагировать…

— Ха, мы итак в войне! — усмехнулся князь.

— Ну, да. Только мы не боги и не знаем, что будет завтра. — отрезала девушка. — Во-вторых, я превращаюсь в монстра. Монстра практически неуязвимого. И не надо думать, что если это произойдет, вы сможете направить меня против своих врагов. Контролировать вы меня не сможете, а мне будет всё равно кого рвать на части. — сорвалась девушка, заметив мечтательное выражение в глазах князь. — В общем, я могу предложить вам только попытки разобраться с болезнью. Да и то, гарантировать я ничего не могу. Даже если я на правильном пути… Даже если моя теория правдива, то мне банально может не хватить времени.

— Что ж… Не самый приятный расклад.

— Не говорите… И вам надо подумать, стоит ли так рисковать.

— Вы правы. — кивнул головой князь, а потом обратился к страже: — Увести.

Девушки увели — князь остался один. Что делать? Хороший вопрос. Тут дверь открылась и вошёл начальник княжеский охраны, правда, Неке он был известен, как один из её конвоиров. Этому мужчине было слегка за тридцать, но он, несмотря на возраст, пользовался всеобщим уважением и являлся правой рукой князя.

— Есть мысли, Грегор? — обратился к нему напрямую Альфред.

— Надо идти на риск. — кивнул человек, которому князь всегда доверял.

— Ты уверен?

— Безусловно. Девчонка сильная. Таких сломать очень трудно. К тому же, гордая и упрямая. Она, пока к своей цели не придёт, не сдастся. Это для неё вопрос чести. И, по-моему, это единственное, что по-настоящему ею руководит.

— Честь?

— Да. Только она. Поэтому она выжила, после смерти матери. Поэтому не приняла помощь отца. Взяла только его имя и то, по мотивам, далеким для понимания многих. Поэтому сбежала. Поэтому занялась исследованиями. Поэтому после Крейнца не сдержалась и выпустила ветер смерти. Поэтому дошла до вас и так держалась. И именно поэтому, я больше, чем уверен, она сама себе не позволит пасть.

— Если так… Пусть завтра же приступает к работе!

— Позволите мне передать?

— Она тебе нравиться? — усмехнулся князь.

— Нет, но она истинный воин. И достойна уважения.

* * *

— На что рассчитывала, когда рассказывала правду? — шептала тень.

— На понимание. — отрезала девушка.

— Ха! Да, тебя завтра к палачу отправят. — ехидно улыбнулось видение. — Такую молодую, в ни в чём не повинную! И ты умрёшь в мучениях! В страшных мучениях! И они объявят: кто ты! Для поддержки морального духа! Будут кричать на каждом углу, что захватили дочь графа, развязавшего эту войну, продвинувшего эту концепцию всеобщего уничтожения!

— Но я ни в чём не виновата!

— А кто тебе поверит?

— У князя был амулет!

— А-то его обойти нельзя!

— Но я не обходила!

— Я знаю. Ты знаешь! А больше никто. Они убьют тебя. Но ты можешь выбраться. Покорись — и будет тебе дарованы силы.

— Нет.

— Почему? Подумай только… Свобода, независимость, неуязвимость… И не нужно оглядываться. Можно быть самой собой. Никто не осудит. Просто не смогут. Никто и ничто не причинит боли. Нет боли, нет предательствам… Покорись!

— Нет!!!!!

* * *

Нека проснулась от собственного крика. Хорошо, что проснулась. Ну и что, что она в клетке… Зато она очнулась, и пока она — это она. Нека Дести. Этот раунд она выиграла, но хватит ли её надолго… Ведь каждое своё слово тень подкрепляла видениями, весьма ощутимыми видениями… Она видела свою казнь и видела взгляды людей… И чувствовала! Чувствовала боль, чувствовала кандалы, пытки…

Потом видения менялись… И она заново переживала своё прошлое… Насмешки над мамой. Злобные взгляды в её сторону. Травлю… Да, с принцем они держали нейтралитет, но это не мешало некоторым, желающим выслужиться перед его высочеством, строить козни, правда, мелкие и незначительные, но не менее от этого неприятные. Да, от крупных неприятностей спасала только игра Генриха… Спасибо ему и за такую малость…

Потом Нека заново переживала все предательства в своей жизни, все раны и всю боль… Снова удар мага, снова Крейнц…

В какой-то момент она хотела согласиться с тенью. В какой-то момент в ней опять забурлила та сила.

Но Нека сдержалась, победила… Надолго ли?

Засыпать было страшно, поэтому остаток ночи девушка провела, забившись в угол и шепча все известные ей молитвы… Кому она молилась? На это ответ она не знала сама. Но молилась отчаянно.

А потом наступило утро — и в камеру вошёл один из вчерашних конвоиров. Нека грациозно, насколько это было можно, поднялась, небрежно поправила сбившуюся рубаху и уверенно, глядя в глаза, спросила:

— Всё решилось?

— Решилось. Я сейчас провожу вас в ваши покои, там вы приведете себя в порядок, а потом отведу вас кабинет, где вы составите списки необходимого.

— Благодарю. — церемонно ответила девушка. Это могло показаться насмешкой, если бы не взгляд… В нём что-то посветлело. Исчезла какая-то обречённость. И вновь Неке захотелось верить, как и после болезни, что всё было не зря…

Глава 8

Знакомство

Комната была небольшой по размеру, но светлая и чистая. У одной стены была кровать, у другой — шкаф. У окна — письменный стол. А ещё была дверь, за которой скрывался отдельный санузел.

Может для кого-то такая обстановка и была убогой, но только не для Неки. Её как раз всё устраивало, о чём она не забыла сообщить.

— Спасибо. — пробормотала девушка.

— Не за что. Если что-то понадобиться обращайтесь ко мне. У вас есть полчаса. — Грегор сказал и вышел, оставив девушку в одиночестве.

Что ж, полчаса — это всего полчаса. Из-за него надо столько успеть…

Когда Грегор вновь появился в комнате от первым делом зажмурил глаза, затем вновь их открыл, ибо девушка вновь предстала в неожиданном виде: абсолютно чистая одежда, хотя эта были те же рубаха и штаны. И если они в прошлый раз нелепо топорщились, то теперь их словно сшили по заказу именно для этой девушки. Волосы действительно серебристые, собранные в аккуратный пучок. Эта простая прическа удивительно шла Неке, делая её ещё более загадочной и изящной. И опять же осанка, манеры… Настоящая аристократка! Откуда-то возникло желание склониться…

— Я готова. — прервала неловкую паузу девушка. — Куда мы сейчас направляемся?

— Сначала в столовую, затем я отведу вас в кабинет, как и обещал.

Нека вежливо кивнула и ослепительно улыбнулась. Грегор ожидал хоть каких-то расспросов, пока они шли по коридорам замка, но их не было. Нельзя было сказать, что девушку не интересовала окружающая её обстановка, но и явной заинтересованности она не показывала.

Так в тишине они и шли, пока не приблизились к столовой, из которой раздавались крики.

— Отец, как ты посмел! Ты забыл, что имперцы сотворили с княжеством? Тебе плевать на твой народ?

— Александра! — окрик князя не помог.

— Да, как ты посмел привести её в замок. Как посмел? Сжечь её на костре надо было!

Да, единственный, долгожданный, любимый ребёнок князя — княжна Александра никогда не умела сдерживать себя. Зачем? Когда любой каприз исполнялся? Зачем? Когда всё прощается? Зачем? Когда она здесь самая красивая, самая любимая, самая — самая…

— Я требую, чтобы ты сейчас же переменил своё решение! — орала девица.

— Нет! Она нужна нам! — пожалуй, это был именно из тех моментов, когда князь был непреклонен, но и княжна так просто не сдавалась:

— Наши умельцы справятся не хуже!

— Правда? Тогда почему они ничего не предприняли до сих пор? Даже простейших мер, чтобы зараза не распространялась?

На этот вопрос у княжны не было ответа, хотя кто должен был знать, как не родственницы князя, традиционно поддерживавшие и курировавшие науку, искусство, а также многочисленные комитеты и организации, занимающиеся социальными вопросами.

Грегору стало несколько неудобно перед Некой, но он тут же успокоился лишь девушка произнесла:

— Она имеет право на такое поведение. Я все-таки представитель народа, из-за правительства которого идет война. Она в праве подозревать… — девушка сказала это тихо, уверенно, просто, не выразив ни неудовольствие, ни огорчение…

Но только внутри Нека была напряжена и не Грегора она успокаивала, а опять боролась с собственной тенью. Тьмой, что нагнетала обстановку, предвещая самый плохой вариант развития событий.

В столовой всё затихло — и Грегор решил воспользоваться ситуацией. Он быстро распахнул дверь и пропустил свою спутницу вперёд и, опередив глашатая, объявил:

— Целитель, госпожа Нека Дести. — после чего поймал благодарный взгляд девушки.

Глаза всёх присутствующих обратились на Неку. А это практически вся свита…

У кого-то читалось любопытство, но у большинства — негодование и ненависть. Под этими взглядами хотелось скукожиться, убежать, но госпожа Дести вела себя, как ни в чём не бывало. Нет, это было ложью… Нека вела себя, как вдовствующая королева. Гордо, уверенно, глядя в себя, а не на окружающих. А походка… Величественная… И пусть она в простой полотняной рубахе, а не в шелковом платье. Породы в ней было больше, чем во всех этих дамах вместе взятых.

Грегор тут же подхватил её под руку и повёл на надлежащее место. К радости девушки, мужчина расположился тут же…

Подали блюда, но надежды Неки, что господа обратят на них всё своё внимание и перестанут сверлить взглядами, не оправдались. В такой ситуации нормальный человек не смог бы есть, просто бы подавился… Но кто сказал, что Нека нормальная? Сама девушка таковой себя давно перестала считать. Смотрят? Пусть смотрят! По-настоящему голодному никакие взгляды и шепот за спиной не испортят вкус жаркого. А Нека была голодна. А взгляды? Сколько их ещё предстоит вынести, а сколько уже вынесено…

— Вот видишь, как они к тебе… — шептал голос.

— Заткнись! — просто отрезала девушка, мысленно порадовавшись, что ответила не произнесла ни слова.

Поздний завтрак стал подходить к концу, а внимание присутствующих потихоньку ушло от непрошеной гости.

— Что ж, можно сказать, всё точно так, как и в детстве. — с усмешкой подумала девушка. — Когда я приезжала к де Мирту на каникулы графские дети смотрели на меня с таким же любопытством и презрением, не понимая, почему я путаю приборы. А я смущалась и предпочитала оставаться полуголодной… Но я расту! За семь лет досконально изучила что и как. Да, всё же, я должна де Миртам… Эта семейка — неплохая школа жизни!

— Ты достаточно сильна, чтобы самой начать диктовать условия! Стоит только захотеть… — шептала неугомонная тень.

— Зачем? Если я в состоянии справиться с этим и так?

Всё же, как бы Нека не храбрилась, она не смогла не выдохнуть от облегчения, когда трапеза окончилась. Правда, сделала это незаметно.

— Ну, что по делам? — задал риторический вопрос Грегор. Девушка кивнула — и пара отправился в кабинет князя. Чуть позже к ним присоединился и сам правитель.

— Простите, но как вы объяснили моё появление? — спросила его Нека. Этот вопрос для девушки был очень важен, так как на его основе она собиралась выбрать свою линию поведения. Да, пусть у неё нет будущего, но и тот, короткий срок, что она сама себе отвела, обижать себя она не позволит никому!

— Просто сказал, что вы приглашенный мной специалист. Не думаю, что вы хотели, чтобы о вашей истории узнали все, поэтому правда останется между мной, вами, Грегором и моим телохранителем.

— Это было очень благородно с вашей стороны. — выразила благодарность девушка.

— Не стоит. Так спокойнее для всех. — отрезал князь и тут же перешёл к проблеме: — Нека, вы сегодня план мер по не распространению предоставите?

— Не только план, но и списки необходимого, а также распишу, сколько людей мне понадобиться в помощники.

— Вот и чудненько. — улыбнулся князь. — Списки передадите Грегору, с ним же согласуете меры!

— Да, конечно, ваше сиятельство. — кивнула Нека.

* * *

Грегор проводил девушку в её комнату.

— Давайте так. Сначала рассмотрим меры безопасности, точнее я вам всё объясню, потом я вас отпущу. У вас же есть другие дела? А вечером, перед ужином я списки вам отдам. — предложила Нека.

— Вы сможете так оперативно всё проработать?! — удивился мужчина.

— Смогла. — улыбнулась девушка. — И не очень оперативно: я два месяца, пока до вас добиралась, всё обдумывала, поэтому мне только на бумагу перенести…

Грегор посмотрел на девушку с уважением, а Нека слегка смутилась и подумала, что гордиться тут собственно нечем… Ведь думала она большей частью, чтобы отвлечься… Чтоб с ума не сойти!

Но, но на самом деле, девушка научилась стойко переносить угрозы, оскорбления, насмешки, но принимать комплименты спокойно не могла… Слишком редким было это удовольствие.

И часа не прошло, как правая рука князя получила бумаги. Мужчина начал читать, задавая вопросы практически по каждому пункту. Нека же терпеливо отвечала. Под конец, Грегор был уверен, что в плане девушке нет ни одного необоснованного пункта. Всё там упиралось или на здравый смысл, или на конкретные знания… Вот только одного не мог понять мужчина: почему их целители, врачи, лекари так долго бездействовали?!

— Паника. — хмурясь, ответила на не заданный вопрос девушка. — Обычная паника, общая истерия и неверие — идеальный коктейль, чтобы мозги отшибло на очень долгое время.

Довольный полученным материалом Грегор ушёл, а Нека начала составлять списки…

Глава 9

Работа. Друг. Жизнь

— Отец, ты в своём уме?! С какой этой стати эта имперская шваль командует моими комитетами?! — кричала княжна Александра, игнорируя Неку.

— Во-первых, не комитетами, а лишь комитетом здравоохранения. — спокойно заметила девушка. — А, во-вторых, не командую, а временно руковожу.

— Что?! — ревела княжна.

— Дочка, это был мой приказ. — как-то не очень уверенно ответил князь, а Нека подумала: «Почему прописные истины этой великовозрастной девчонке должна вбивать я? — один взгляд на Альфреда и ответ самой себе: — Понятно, потому что родительская любовь слепа. Князь Альфред неплохой человек и с мозгами у него всё в порядке, но совершённый подкаблучник и не выносит женских истерик и слёз. Вон как трясётся! Ладно, сама разберусь!»

— Я что не справлялась? — тихо спросила княжна, поблескивая глазами так, что стало понятно: потоки слёз на подходе. Князь промолчал, а вот госпожа Дести молчать не стала: уж очень ей надоели придирки юной госпожи! Чего только стоит просьба подобрать ей персонал, которой бы помог девушке в её исследованиях!

* * *

Когда встал этот вопрос, Грегор откомандировал девушку к княжне, кому как ни ей знать всю верхушку, всю элиту…

И Нека обратилась… На свою голову! Княжна выслушала с видом «делаю одолжение недостойной». В этот момент утомлённой и измученной Неке(кошмары приходили, лишь девушка начинала засыпать, и становились всё более реальными… Они даже стали оставлять ссадины и синяки… Да и борьба с голосом сил не прибавляла!) стоило огромного труда, чтобы не закричать:

— Это же для твоего народа! Для тебя! Мне это двести лет не надо! Меня так кошмары замучили, так борьба сама с собой замучила, что мне уже давно ничего не надо! А тут ещё ты со своими припевалами…

Закричать очень хотелось, но девушка сдержалась… Чему удивилась даже сама. Ещё больше, когда поняла, что делает реверанс и благодарит…

Впрочем, наверное, стоило закричать лениво подумала Нека, когда увидела, кого ей прислала княжна…

Во-первых, эти люди были чрезвычайно высокого о себе мнения и чрезвычайно низкого о Неке. В принципе, девушку это не интересовало: лишь бы работали! Но здесь скрывалось, во-вторых… Работать они не могли. Их знания были настолько отсталыми, что Нека просто схватилась за голову, не понимая, как это возможно… Ведь существовало множество программ международного культурного и научного обмена… Ладно, пусть не с Империей, но можно было сотрудничать с другими государствами!

Возможно, всё можно было поправить. Натренировать тех, кого выдали… Но самое страшное было в том, что они не хотели учиться…

Месяц Нека тянула исследование на себе, справлялась одна, пока это было возможно, но когда ситуация стала критической, не выдержала и, прихватив Грегора, направилась к князю. А после разговора с Альфредом с чистой совестью разогнала всю компанию и набрала новых помощников, на этот раз самостоятельно… И случилось чудо: нашлись и умные, и талантливые, и сообразительные, и желающие учиться! Правда, отношения с княжной стали ещё хуже…

Успокоившись, Нека решила проверить, как работает целая система. Ведь после изобретения лекарства(А что она его изобретет, девушка была уже больше чем уверена) внедрять его придется через систему, а Неке очень хотелось, чтобы всех, кого можно было спасти, спасли…

Проверила. Чтобы ужаснуться и понять: нужна срочная реорганизация! На этот раз Нека была уже ученая: пошла сразу к князю, а он взял и переложил весь здравоохранительный комитет на плечи девушки, назначив временным руководителем. Его советники пытались возражать, но правитель заявил:

— Эта иностранка остановила распространение лихорадку. Дальше округов, граничащих с линией фронта, она не пошла. И вы ещё спрашиваете, можно лидоверять этой девушке?

Князь в тот момент усмирил всех недовольных. Эх, почему он не может тогда справиться с собственной дочкой?!

* * *

— Знаете, ваше сиятельство, — обратилась Нека к княжне и очень вежливым тоном продолжила: — княжеский венец сам по себе никого умнее не сделал. Всему надо учиться.

Александра аж покраснела от такого оскорбления, а Нека, воспользовавшись ситуацией, спросила князя:

— Я могу идти?

Альфред кивнул — и девушка покинула комнату. Благо у двери стояла изначально.

А уже поздно вечером, когда все работники покинули лабораторию, а Нека осталась одна, перепроверяя и пересматривая результаты, её навестил Грегор.

— Не стоило грубить княжне. — сразу начал мужчина. — Это может сильно аукнуться в будущем.

— О, да! Только у смертников нет будущего! — грустно усмехнулась девушка. — А отказываться от последних радостей я не намерена. Ты только представь: полная свобода самовыражения! Ведь знаешь: чтобы ты не сотворил, хуже уже не будет. Это живые пусть оглядываются: им ещё жить.

— Да что ты такое говоришь?! — взревел мужчина. — Как ты можешь?! — сказал и резко осёкся под внимательными глазами девушки. Нека смотрела на него и думала, кто он для неё… Кем Грегор стал для неё, для Неки? Думала и пришла к неожиданному: друг. А ведь действительно друг! По мере сил помогает и оберегает. Даже пару раз заступился перед княжной… Правда, нападок после этого становилось больше. Что поделать? Женская ревность… Александра наивно и глупо ревновала, в чём не призналась бы даже себе.

Ну, это пустяки… Главное, для Неки было то, что Грегор верил, что она, Нека, будет жить. Что она сможет преодолеть проклятие… И для этого ей не нужен никто!

Порой девушка специально провоцировала мужчину, чтобы снова и снова это слышать. Для неё это было важно! Это придавало сил! И за это девушка была по-настоящему благодарна…

Да, Грегор её друг! Пожалуй, первый и единственный…

— Ты совсем не спишь. — резко поменял тему Грегор.

— Почему? Четыре часа достаточно.

— Достаточно?

— Да. Я итак себя заставляю… Не могу.

— Боишься кошмаров?

— Боюсь.

— А почему именно четыре часа?

— Чтобы мозги работали так, как мне нужно… Всё остальное — второстепенно.

— Нека. — улыбнулся Грегор.

— Что?

— Раз, всё равно, не спишь… Почему не присутствовала на праздничном мероприятии по случаю освобождения Баденца?

Девушка замялась, отвернулась, но ответила:

— Я здесь лишняя. И не надо убеждать меня в обратном! — замахала руками девушка.

— Лишняя? А ты знаешь, как тебя боготворят твои подчиненые? И в победе при Баденце есть и твоя заслуга…

— Но отношения большинства это не меняет. Я по-прежнему никто, по-прежнему чужая. Но, если бы и было по-другому, я бы в любом случае не пошла…

— Почему?

— Боюсь. — прошептала девушка. — Боюсь привыкнуть к жизни настолько, что не смогу уйти.

— Но и не надо. Ты победишь! Я уверен!

— Напрасно. — тихо сказала девушка и прикрыла руками лицо. — Проклятие прогрессирует. Я не говорила, но я уже давно на втором этапе…

Нека плакала, Грегор не мешал. Он понимал, что такие минуты слабости для девушки редкость, и не мешал.

— Я не могу уже использовать магию целительства в полной мере. Даже легкое заклинание болью отдаётся. Пока терпимой, но это пока…

— Что будет дальше? — спросил мужчина.

— Боль будет усиливаться, пока не станет нестерпимой. А дальше будет третий этап. — девушка рыдала, но вдруг успокоилась и продолжила со спокойной улыбкой: — Но к нему я не подойду. Я успею закончить.

— Когда? — испугался Грегор.

— На днях лекарство будет готово.

— И ты уйдёшь?

— Пока не совсем. Отправлюсь в прифронтовую зону. Буду внедрять. Параллельно буду отмечать, как действует. И, скорее всего, придется вносить изменения в формулы. Всё же испытаний мы не проводили… А вот когда я точно буду знать, что всё действует правильно — уйду.

Больше об этом они не говорили. Нека как начала разговор, так его и прекратила, резко перескочив, начала рассказывать забавные истории, что происходили у неё в лаборатории. Беседу поддержал и Грегор. Мужчина делился своим опытом, приобретённым за долгие года службы, ведь к князю он попал совсем зелёным мальчишкой. Так полночи и пролетело.

— Ой, тебе пора. — прошептала Нека. — Мне ещё четыре часа кошмаров надо пережить.

— Может остаться? — предложил Грегор, увидев, как потускнели глаза девушки, как изменилось выражение её лица.

— Нет, не надо… На фронте я буду одна. И справляться я должна одна. Но спасибо… — ответила девушка, затем проказливо улыбнулась и добавила: — К тому же, представь, какие сплетни пойдут! И что со мной княжна сделает!

Глава 10

Очередной поворот

В лаборатории суетились люди. Кто-то внимательно следил за приборами, кто-то мыл колбы и пробирки, кто-то фиксировал результаты реакций. Но главным двигателем, конечно же, была Нека… Казалось, девушка была везде: и проследить успеет, и подправить, и подбодрить, и замечание сделать, если надо… При этом, чтобы не натворили её подопечные, она никогда не повышала голос. Спокойно всё объясняла с видом «ошибку может сделать каждый», если видела, что эта случайность… Куда девалась та ледышка, какой её видели посторонние? В этом жизнерадостном, светлом, энергичном человеке найти даже след от льда было невозможно.

Но если она подозревала кого-то в саботаже… Виновнику лучше было бы бежать! Нет, голос Нека не повышала и тогда. Казалось, она становилась настоящим айсбергом: властный, уничтожающий взгляд, гордая поступь и осанка, а речь… Да, так говорить могла только Нека. Это же надо было уметь высказать вежливым, бесстрастным тоном на безупречном литературном языке всё, что ты думаешь о человеке и его делах, да так, чтобы ему удавиться после этого хотелось!

Самое смешное было, что нашлись желающие перенять эту манеру. Как-то одна молоденькая лаборантка после окончания рабочего дня, смущаясь, подошла к своей начальнице с просьбой научить.

— Тебе зачем Элисс? — искренне удивилась Нека.

— Вы не понимаете! Меня сразу же воспринимать всерьёз начнут, а-то всё малышка да малышка!

Нека грустно улыбнулась и, пожалуй, в первый раз призналась себе, что завидует. Да, она завидует этой девочке. Её юности и неискушённости, её наивности… Но больше всего тому, что её любят. У Элисс было трое старших братьев и потрясающие родители, которые стояли за девушкой горой, а ещё куча кавалеров, которые пусть и не подходили, но смотрели на девушку умильными взглядами.

Самой же Неке доставалась лишь уважение от тех, кто её знал по-настоящему, и полное безразличие. Девушка была уверена: случись что, к Элисс все сию же минуту побегут на выручку, а к ней, Неке, никто… Рядом с Элисс Нека, как никогда, чувствовала своё одиночество.

— Малышка-малышка. — покачала головой Нека. — Не торопись взрослеть, а тем более меняться. Ты даже не представляешь, какая ты счастливая!

— Но я хочу быть как вы! — заявила обиженная девчушка.

— Поверь, я такая не от хорошей жизни. — оборвала её Нека и ушла.

Но это было несколько недель назад, а сейчас лаборатория кипела, гудела, пока не раздались громкие хлопки и крики «Браво».

Персонал с удивлением посмотрел на свою начальницу. Да, это именно Нека так привлекла внимание. Причём, успешно: вся лаборатория замерла. Нека улыбнулась, ещё раз повторила «Браво», а затем пояснила свои непонятные действия:

— Коллеги, смею всех вас поздравить, что этот этап завершён. Мы получили необходимую сыворотку! Мне было безумно приятно с вами работать, но сейчас я с большинством из вас прощаюсь. — Нека не врала: она действительно наслаждалась работой, была поглощена ею, да так, что даже голосов практически не слышала, да так, что забывала о кошмарах. Девушка давно заметила закономерность: когда она чувствовала себя более или менее удовлетворенной, тени несколько отступали. Жаль, что лишь на короткий срок…

— Но вы говорили про второй этап? — возмутился кто-то.

— Да, говорила. Для него, во-первых, мне не понадобиться так много людей, а, во-вторых, наши исследования будут проходить в очагах заболевания, поэтому я решила, что будет справедливо, чтобы каждый решил для себя, хочет ли он там участвовать. К концу дня, я жду списки от тех, кто всё же рискнет. — Нека хотела уйти, но резко остановилась и добавила: — Для излишне романтичных особ напоминаю: фронт — это болезни, кровь, смерть, возможно, голод и абсолютно точно не комфортабельные условия работы и проживания.

Нека поспешила удалиться не потому, что не хотела отвечать на многочисленные вопросы, а потому что не могла на них ответить. Опять началась борьба.

— Дура! Сколько раз тебе надо оступиться, чтобы понять: люди живут лишь для себя? Им плевать на всех остальных. Для них основной закон «сделал гадость — сердцу радость». Единственные средства, чтобы от них чего-то добиться, — кнут, приказ, обман, хитрость! Никто за тобой добровольно не пойдёт! Никто не поддержит!

— А Грегор?

— Служит князю. И не дурак! Понимает, чем тебя зацепить сильнее всего, чтобы покорна была.

— А Рада? Она же знала! Почему сама не спаслась? А меня уберегла?

— Ты же не знаешь, что она видела!

— Не знаю, но верю!

— Дура!

— Возможно!

— Не возможно, а точно! И вечером подтверждение найдёшь!

Как ни странно, вечером желание изъявили многие, а Неке долго ещё пришлось сидеть и выбирать, кто поедет, а кто останется. Приходилось учитывать опыт, возраст, семейное положение, образование… Ведь многие из этих людей могли и не вернуться. Многие могли подхватить лихорадку, а неизвестно, действительно ли препарат будет действовать, как надо… Это был тяжёлый выбор, но необходимый.

Было трудно, но радовало, что хотя бы голос не мешал.

А потом наступило время организационных вопросов. Нека много времени проводила с Грегори и его светлостью, обсуждая как лучше организовать коммуникацию, поставку необходимого инвентаря, медикаментов, продовольствия. Также обсуждался возможный маршрут экспедиции.

Во время одной из таких дискуссий кабинет его светлости почтила своим присутствием даже княжна Александра.

— Алекс, налей мне, пожалуйста, стакан воды. — попросил князь свою дочку.

Александра грациозно поднялась с кресла, которое стояла у рабочего стола князя, и, словно демонстрируя себя, прошла в другой конец комнаты, где стоял небольшой столик с бокалами и графином воды.

На что рассчитано было это показательное выступление, Нека поняла сразу, как только взглянула на Грегора.

«Да, пожалуй, ты не так к ней и равнодушен, как хочешь показать…» — подумала девушка. Это открытие не стало внезапным для Неки: слишком подчёркнуто Грегор не обращал внимание на прекрасную княжну. Девушка сразу заметила напряжённость между этими двумя, но никогда не пыталась докопаться до истины, считая, что её друг в состоянии разобраться со всем сам. И лишь иногда Нека позволяла себе шутки по этому поводу, да и-то только наедине с Грегором.

Сейчас же ситуация предстала со всей ясностью…

«Ладно, я с ним поговорю перед отъездом». — решила для себя Нека.

— Ага, чтобы эта стерва и друга тебя лишила! — заныла тень. — У неё итак есть всё! Возможно, Грегор для неё лишь игрушка!

— Такие мужчины игрушками не бывают. — мрачно отрезала девушка.

— Ну-да, ну-да. Это ты у нас хорошей, правильной пытаешься быть. И тебя за это каждый раз в грязь втаптывают! Ведь не отмоешься уже никогда, а, всё равно, барахтаешься! Так и единственного друга лишишься. Для идеалисток объясняю: в борьбе друг-возлюбленная побеждает стервозная, хитрая, умная возлюбленная. Причём ты даже не знаешь, как сама Александра к нему относиться, но знаешь: она пойдет на всё, лишь бы тебе досадить!

— Отстань. — Нека потерла виски. В последнее время к голосу добавилась постоянная головная боль. — Мне с Грегором детей не крестить!

— Как знаешь… — насмешливо заявила тень.

Тем временем Александра подала отцу вожделенный бокал.

— Спасибо, родная. — поблагодарил князь и улыбнулся. Альфред взял бокал и отпил из него, а потом резко побледнел и начал оседать.

— Папа! — закричала княжна.

Нека подскочила и понеслась к князю. Александра стояла статуей, лишь хлопая глазами и не давая подойти ближе. Нека просто оттолкнула девушку: на церемонии не было времени.

Девушка быстро наклонилась на князем, проверяя пульс. Он слабел… Нека запустила заклинание-диагностики и зашипела от боли: проклятие явно прогрессировало. Но всё это было не важно, главное, что магия всё ещё послушна — можно и потерпеть.

Секунды — и становится понятно: князь отравлен. Определять яд — нет времени: он действует и действует быстро. Надо попытаться вывести. Но всё же…

— Он отравлен! Зовите специалистов! Пусть определяют яд и готовят противоядие. Я попробую вывести, что попало. — закричала Нека и вновь вернулась к пациенту.

Нека начала проводить все необходимые процедуры и с ужасом поняла: они не проводятся. Яд так быстро действует, что выводить нечего! Ладно, не получается правильно, грамотно, красиво — будем действоватьнапролом. Просто переместим заражённую кровь к конечностям, а потом заставим её там остаться… Да, скорее всего, его светлость лишится ноги, но зато будет жить…

И Нека начала: вычленила зараженный поток и, не позволяя смешиваться, медленно по сосудам перенесла к нижним конечностям и затормозила в них кровообращение, а затем хотела сделать что-то ещё, но не смогла…

Каждая манипуляция сопровождалась всё возрастающей болью. В какой-то момент Нека просто потеряла сознание от болевого шока.

Глава 11

На третьей стадии

Нека очнулась у себя в комнате, немного понежилась с закрытыми глазами, а потом до неё дошло то, что произошло — и девушка подскочила.

— Спокойно. Всё хорошо. — раздался голос Грегора.

— Как? — спросила девушка.

— Ты потеряла сознание от болевого шока…

— Да, знаю я! — оборвала мужчину девушка. — Князь как?

— Нормально. Противоядие подействовало. Ты — умница, что замедлила реакцию организма. Но ты это сделала, потому что вывести не смогла?!

— Ага. — махнула головой девушка, а потом резко встала с кровати и спросила: — Как подействовало? Оно не могло подействовать! Ослабить, возможно… Но не больше!

— Что ты говоришь?! — изумился мужчина.

— Яд слишком быстро начал действовать. Даже частично его вывести было невозможно, поэтому я решила перенести зараженный поток подальше от основных органов жизнедеятельности, к ногам. И там его оставить… Князя могла спасти только ампутация!

— Но с ним сейчас всё хорошо. — смущенно проговорил Грегор. — Яд был точно дезактивирован. Нека, а ты ошибиться не могла? Всё же боль иногда рассудок здорово туманит.

— Грегор, ты не представляешь, как я хочу, чтобы ты был прав! — взволнованно начала девушка, но быстро взяла себя в руки и уже спокойно продолжила: — Может, так оно и есть, но я не успокоюсь, пока не осмотрю его светлость… Просто не смогу.

— Думаю, я попытаюсь это устроить… — улыбнулся мужчина.

— Спасибо.

* * *

— Александра, можно вас на минуту. — обратился Грегор к своей княжне.

— Неужели досточтимый лорд решил наконец почтить меня своим вниманием? — улыбнулась девушка.

— У меня к вам будет просьба.

— Просьба?! От Вас?! — удивилась княжна, но тут же заинтересовано продолжила: — Ну, что ж… Я в нетерпение. -

— Позвольте госпоже Дести осмотреть его светлость.

— Зачем? — насторожилась Александра.

— Она первой начала оказывать помощь, но, к сожалению, не смогла продолжить…

— Мой отец в её участии не нуждается!

— Но она подозревает серьёзные последствия…

— Знаете, сударь, я благодарна ей за то, что она помогла отцу продержаться, пока им не занялись настоящие профессионалы. — возмущалась княжна. — И-да, не спорю какие-то навыки у неё имеются, но как целитель она полный ноль! Это ж надо увидела, что человеку плохо — и сама в обморок свалилась! Чем она-то и кому помочь может!

— Александра, вы заблуждаетесь! — грозно произнёс Грегор.

— Всё может быть, но к отцу я её не пущу! Она вакцину ищет? Пусть ищет! В экспедицию собралась?! Скатертью дорога! Возможно, там от неё больше пользы будет.

— Как желает, ваша светлость. — злобно произнёс Грегор и, не спрашивая позволения, покинул зал.

В коридоре с безучастным лицом его ждала Нека.

— Всё слышала. — констатировал мужчина.

— Она так кричала, что не услышать было невозможно. — усмехнулась девушка, пытаясь не смотреть в лицо другу. Не хотела, чтобы он видел, как в её глазах отражается боль.

Но мужчина не позволил скрыться. Он аккуратно взял девушку за подбородок и заставил смотреть Неку прямо себе в глаза.

— Нека… — сочувственно прошептал он. Девушка вывернулась и отвернулась, немного отошла и грустно сказала:

— Единственное в чём я была уверена в этом бедламе, в который превратилась моя жизнь, так это в моих навыках и умениях, которые я развивала больше восьми лет. В учёбе, в работе я отдавала всю себя. Во-первых, чтобы отвлечься. Во-вторых, чтобы получить что-то своё; что-то такое, что у меня никогда не смогут отнять. В-третьих, чтобы быть кем-то… Кем-то, кого видят, ценят и уважают… — Нека замолчала, а мужчина аккуратно погладил её по голове, чтобы утешить. — Грегор, честно? По сути, Александра, права я не смогла помочь… Больно и обидно. Сделала всё возможное и невозможное, но не получилось.

Девушка закончила. Постояла несколько секунд, а потом поспешила в свою комнату. Чтобы метаться по ней, как загнанный дикий зверёк. Что делать? Этот вопрос стучал в висках, ещё чуть-чуть и контроль над собой, над магией будет потерян навсегда…

Кто бы знал: какого постоянно сдерживаться! Какого улыбаться, терпеть… Вот и сейчас… Да, со стороны может показаться, что княжна права… Наверное, стоит принять, простить, отпустить.

Но, Боги! Как надоело прощать! Как надоело искать оправдания, тем более, когда знаешь: всё не спроста…

— Вот и умничка! Нечего прощать всех и каждого: ведь видела эта сиятельная красотка, что ты стоишь в коридоре. Видела и специально подбирала выражения, специально сорвалась на крик, чтобы сделать больно! — шептал голос.

— Наверное, я сделала бы тоже самое. — попыталась оправдать княжну Нека.

— Ты? Разве, что случайно. Травить слабого, который пытается выглядеть сильным, не в твоим репертуаре.

— Это почему же?

— Жалость не позволит.

— Может, милосердие?!

— Какая разница! Жалость — она и есть жалость, как не назови, вот только слабый, который пытается выглядеть сильным, снисхождение не переносит. И как только окрепнет, перекусает все руки, дающие подаяние.

— Неправда!

— Правда! Казаться сильным не разнозначно быть.

— А я хочу быть…

— Так будь! Кто мешает? Не прощай, иди вперед и победа тебя ждет…

Нека сама не заметила, как провалилась в омут сна, в омут кошмара… Вот только он изменился. В нем девушка больше не была жертвой, её не убивали, не предавали, не пытали, над ней ней не издевались… Наоборот. Теперь она была палачом и убийцей, изменником и предателем… И чувство вседозволенности накрывало с головой, заставляла лететь… И казалось, что чувству полета не будет конца, но вдруг девушка почувствовала дискомфорт. В затуманенное сознание пробилась мысль:

— А с чем я воюю? Победа над чем мне нужна?

Ответить голос не смог — постепенно вязкие чары сна стали спадать. И Нека очнулась. Очнулась, чтобы упасть.

— Поздравляю тебя, подруга. Ты на третьем этапе. — тихо сказала сама себе девушка.

Да, это был именно он. Предпоследний этап после, которого следовало полное сумасшествие, полная потеря человеческого облика. Третий этап был длинным, очень длинным… Мог длиться годами и заканчивался убийством. Сознательным или неосознанным убийством, после чего возврата уже не было…

Хуже всего было то, что здесь человек начинал терять контроль над собой. Сознание, разум теряли свою силу, а агрессия, желание убить усиливались…

Как Нека поняла, что с ней? Банально. Нормальный человек не проснётся, стоя босиком на плоской крыше высотного здания, и не будет испуганно оглядываться по сторонам. Не будет думать: почему он оказался над окнами княжеских покоев. И, конечно же, не будет пытаться вспомнить свои сны, в которых пытался кого-то убить… Если быть точнее, то не будет вспоминать, как во сне пытался задушить юную княжну…

Нормальный человек, вспомнив всё, не будет падать в истерике на колени и благодарить богов, что во время остановился, пока никому не причинил вред…

Но Нека нормальной не было, поэтому стояла на коленях и плакала, а когда слёзы кончились долго смотрела на небо, ожидая восход…

Говорят, что каждый восход даёт надежду. Говорят: восход — это победа королевства дня над царством ночи… Много чего говорят, но Неке было всё равно. Всё о чём думала девушка — о времени.

— Я сдержалась… Значит, продержусь ещё немного. Я пока не контролирую себя, только когда сплю… Надо попробовать себя обездвижить. Боги, я должна дотянуть до конца исследований! Должна… Обещаю, как только будет вакцина, я уйду… Но, пожалуйста, дайте мне время… Я прошу, хотя бы об этой милости. Пожалуйста…

В какой-то момент Неке показалось, что она услышала звуки грома. И ей действительно только показалось, но почему-то появилась уверенность: дотянет, вопреки всему…

Этого было достаточно, чтобы окончательно прийти в себя и задать вполне житейский вопрос:

— А как я спускаться буду?

И тут пришла шальная мысль: влезть в окна князя. Во-первых, они были приоткрыты. Во-вторых, она сможет провести диагностику и успокоиться…

Да, оставалась проблема, как выйти потом и миновать пост стражи, приставленной к двери больного… Но об этом Нека решила подумать позже. Всё же узнать, как дела у Альфреда было интереснее. Да, и после перенесенной ночки дневные страхи и ограничения такими мелкими казались!

Сказано — сделано. И вот девушка уже в покоях.

— Нека?! — изумилась его светлость и улыбнулся: — Нашли способ, чтобы узнать, как я!

— Ага. — пробормотала девушка. — А как вы…

— Догадался?!

— Ага. — помолвила потрясённая девушка. — И почему не спите?

— Во-первых, ко мне приходила возмущаться дочь, а, во-вторых, заходил Грегор и передал ваш разговор. После него я бы и так собирался с вами встретиться, но так даже лучше! Не надо будет перед Александрой оправдываться! А не сплю, потому что привычка: всегда на рассвете просыпаюсь, поэтому и шторы не велю зашторивать.

Глава 12

Расставить точки

— Ваша светлость, сейчас вы почувствуете легкое жжение. — предупредила Нека и активировала диагностическое заклинание, уже привычно прикусив губу, чтобы не застонать. Радовало, что, несмотря на болевой эффект, магия всё ещё была послушна, значит действительно можно ещё пожить… От этих размышлений девушку отвлекли результаты, начавшие поступать. И они были неожиданные. Вернее, ожидаемые, но в которые верить не хотелось. Забывшись, пытаясь точнее восстановить картину, Нека перестала контролировать своё лицо, а за ним наблюдал князь…

— Ну, что? Ваши подозрения подтвердились? — С мнимой веселостью спросил Альфред.

— Увы! — выдохнула Нека.

— Но я всё ещё жив!

— Да. Ваше противоядие сильно ослабило яд, но не остановило. Просто… — Нека вздохнула. Девушка относилась к той категории целителей, которая ничего бы не стала скрывать от своего пациента, считая, что напрасные ожидания ранят куда сильнее, чем самая горькая правда. С правдой можно что-то делать, просчитать, придумать варианты, планы… С выдумкой нельзя. Пустые размышления, измышления — туман, скрывающий все пути, даже те что ведут к спасению. Поэтому девушка ещё раз вздохнула и ответила. — Противоядие просто ослабило, замедлило яд. Но он действует.

— Можно что-либо сделать? — как-то странно прозвучал голос князя.

— Нет. — махнула головой девушка. — Яд разнесся по всему организму и поразил все жизненно важные органы.

— Но я жив! — взревела его светлость.

— Пока. У вас полгода, может год. Не больше. — тихо ответила Нека и уставилась себе под ноги. А потом, набравшись смелости, посмотрела на князя. Мужчина как-то посерел, скукожился, сжался… Видала Нека таких больных на своей практике: целителей обычно к самым тяжёлым приглашали… Такие начинали упиваться к себе такой жалостью, в такой ад жизнь своих близких превращали, что день их смерти те почитали как день освобождения.

И вотэтого девушка вынести уже не могла. Да и не хотела!

Нека замахнулась и дала пощечину его светлости, а потом закричала:

— Прекратите! Прекрати себя жалеть! Вокруг посмотрите! Хотя бы на меня! — князь опешил. За всю жизнь его так никто не оскорблял. Мужчина был потрясен настолько, что сразу же выполнил требование этой нахалки, а нахалка, добившись требованного, тут же успокоилась и вкрадчиво поведала:

— Вы, ваша светлость, прожили больше пятидесяти лет. Ваша жизнь была насыщенной, интересной, захватывающей, в ней было много света и счастья. У вас была прекрасная семья, любимая супруга… А сейчас у вас любимая дочь и подданные, которые вас ценят, любят, уважают, ценят. Вы достойный правитель и много сделали для княжества. Вас не забудут. И да, пусть у вас будет всего год, но он будет. Я проанализировала всё, что можно… Смерть будет легкой. Вы просто заснёте и не проснётесь в один из дней. Но у вас будет целый год. Целый год, чтобы прожить его так, как хотите. Чтобы найти достойного преемника или же научить, подготовить дочь. — голос девушки сорвался, и мимо воли вырвалось: — О боги, как же я вам завидую!

И князь очнулся и заново прояснившимися глазами посмотрел на свою гостью. И он увидел, наконец, увидел… Тонкую полоску крови на губах. Ах, да она же испытывает боль… Печаль в глазах и такую жажду… Сколько ей? Двадцать четыре- двадцать пять? Что она видела? Много всего, но мало стоящего. И она понимает всё. Всё понимает. И князь вспомнил, что эта очаровательная девушка тоже обречена. Обречена давно, но борется… Для чего-то борется. Смешно сказать, за справедливость, за чью-то жизнь… А он был готов спрятаться. Стало стыдно перед этой девочкой. Стыдно. Ему опытному вояке! Хотя Грегор был прав: именно она настоящий воин.

Князь всё осознал. Князь расправил плечи, почувствовал прилив сил… И вновь стал собой.

— Благодарю. — со всей серьёзностью произнёс он.

— Да, не за что. — смущенно улыбнулась Нека.

— Это мне судить. — не согласился Альфред. — И да, у меня к вам просьба.

— Какая?

— Ни о чём никому не говорите. Я сам оповещу дочь, когда буду готов.

— Конечно, ваша светлость. — девушка теперь улыбалась во весь рот.

— Ну, а теперь будем думать, как вам уйти незамеченной. — насмешливо сказал князь.

— Ой!

* * *

Прошло несколько дней. Нека полностью погрузилась в организацию экспедиции. Как-никак со дня на день они должны были покинуть замок.

Также девушка стала практиковать прерывистый сон: перед сном Нека сама на себя ставила заклинание — в итоге, просыпалась каждый час. Как целитель, девушка понимала, что так нельзя, но и другой выход она не видела.

— Протяну столько, сколько смогу. — убеждала она каждый раз себя заново.

А Князь? Князь скоро встал с постели и развёл бурную деятельность. Те, кто знал его молодым, утверждали, что он даже в свои юные годы не был таким активным. Это безумно радовало двор и, конечно же, княжну. Только радость Александры была двойственной: с одной стороны, с отцом всё хорошо, а, с другой, эта противная зазнайка, эта неоткуда взявшаяся голодранка ошиблась. Это же сколько поводов для ехидных взглядов и намёков!

Впрочем, самой голодранке давно было это неинтересно. Нека спешила, жутко спешила и благодарила за каждый миг…

И, наконец, настал час отъезда. Княжеская семья церемонно проводила в путь. Всё было скромно, скучно, банально… Простыеречи. Старый замок слышал подобные им много- много раз и ещё услышит.

Только когда всё закончилось, князь в своём кабинете почему-то долго смотрел в окно и совсем уж неожиданно для себя произнёс:

— Пусть хранят тебя боги, Нека Дести. Спасибо тебе. За всё.

* * *

А у черты города прощались два друга. Женщина и Мужчина. Оба понимали, что, вряд ли, когда-то увидятся, и от этого было горько. На миг у мужчины возникло желание задержать, не позволить, отсрочить…

— Нека, не надо. — попросил Грегор. — Останься.

— Не могу.

— Тогда пообещай, что вернёшься.

— Не могу.

— Тогда давай так… Ты говорила, чтобы победить проклятье, нужно иметь кого-то, для кого хотелось бы жить. Давай, я стану твоим якорем. Давай, ты вернёшься — и мы с тобой поженимся. Создадим собственную семью. Послушай, — мужчина схватил за руки сопротивляющуюся девушку. — я к тебе хорошо отношусь, и ты ко мне. У нас будет дружная, крепкая семья. Дети будут.

— А как же она? — спокойно спросила Нека. — Ты же её любишь.

Мужчина удивился, но сразу понял о ком и о чём идет речь.

— Мы с ней не пара. Нам никогда не быть вместе. Да, я её люблю, но мы с ней разные! Слишком разные, мне тяжело с ней. А с тобой легко! И я забуду, разлюблю…

— Нет. — покачала головой девушка. — Не разлюбишь, не забудешь и не сможешь. Знаешь, как я обо всем узнала? — Грегорвнимательно посмотрел на девушку, ожидая продолжения, и оно последовало: — Так моя мама смотрела на отца. Она всегда смотрела на него так. Иногда и на меня… Но тогда я знала: она видит не меня, а его. Грегор, это не пройдёт. Но у тебя будет шанс быть с ней рядом и, в отличие от моей мамы, на равных и навсегда.

— О чём ты говоришь? — взревел мужчина.

— Поверь, она станет твоей женой.

— Не бывать этому. — простонал Грегор. — Найдут ей кого-нибудь принца…

— Нет. Князь будет искать зятя из соратников.

— Да, откуда ты знаешь?!

— Грегор, помнишь я говорила о противоядии…

— И?

— Я диагностировала его светлость и была права.

— Ему немного осталось, и он об этом знает. — догадался мужчина.

— Да. И искать он будет не мужа для дочки, а преемника. Но все это только между нами.

— Конечно.

Девушка порывисто обняла друга.

— Грегор, спасибо, что был рядом. Это много для меня значило.

— Нека, не сдавайся. Хватайся даже за соломинку. Если будет шанс, пусть один к ста или один к тысяче, пожалуйста, используй его. Нека, постарайся остаться живой. Обещай! Нет, клянись! Иначе я не отпущу.

— Клянусь. — слова легко сорвались с губ. Потом два товарища отходят друг от друга. Оборачиваются, какое-то время смотрят друг на друга, но время поджимает, и они расходятся.

Он спешит в замок — она к больным…

Часть 2 Нека: столкновение

Глава 1

Старые знакомые

Бежать. Неважно куда. Главное бежать! Она победила, вырвала свою жизнь из цепких лап проклятия, потеряла всё, чтобы начать всё заново, чтобы снова склеить себя…

А жизнь опять по голове, а главное, предательство получила от того кому доверяла, от единственного от кого не ожидала зла. От того без кого точно бы не справилась, потому что сдалась бы раньше…

И Нека бы поняла, простила, отпустила, если бы предательство было единственным выходом. Если бы им можно было достичь действительно чего-то значимого, кого-то спасти, но так… Из-за пустяка. Ведь, что значат какие-то условности по сравнению с выстраданной жизнью, свободой… Что значат условности, когда она снова может думать, спать, дышать, жить и не бояться. Засыпать и знать: сны — это просто сны. Знать, что твоя жизнь снова только твоя!

И это у неё захотели отнять! Да не за что!!! Своё Нека никому не уступит.

Только надо понять как…

Да, забавно строить план побега, когда сидишь на цепи в подземелье его светлости князя Грегора.

— Так, спокойно, Нека. — сама себе прошептала девушка. — Ты, как никто знаешь, что безвыходных ситуаций не бывает. Даже смерть иногда можно обмануть.

Девушка так задумалась, что не услышала, как к её камере кто-то подошёл и щёлкнул старый замок.

— О, ваша светлость! — насмешливо усмехнулась Нека, когда увидел, кто вошёл. — Какой неожиданный визит!

— Нека! — взревел Грегор.

— Вы правы, ваша светлость: я нагло вру. Я вас ожидала. Только сомневаюсь, что от вашего посещения толк будет.

— Ты даже не знаешь, за чем я пришёл… — уже спокойней среагировал мужчина.

— Почему не знаю? — засмеялась девушка. — Знаю! Пришёл прошение вымаливать, чтобы спокойно жить дальше. Но не получишь. Не дождешься. — выплюнула ядовитые слова девушка.

Молодой князь невольно поёжился. Нека, как всегда, понимала его лучше всех. Казалось, видела его насквозь.

— Нека.

— Грегор! Вот скажи, чего тебе не хватало? За что ты так со мной? Что лично я тебе сделала?

— Ты…

— Заткнись и слушай! — взревела узница. — Я от болезни вас избавила?

— Да. — уверенно махнул головой князь.

— Повод для привлечения мировой общественности дала?

— Да.

— Неопровержимые доказательства нашла?

— Да.

— Хорошо, а теперь напомни-ка мне, особе с тонкой душевной организацией и девичьей памятью, не эта ли самая общественность приостановила войну и сделала всё возможное и невозможное, чтобы появился строгий договор раз и навсегда, расставивший все точки над и в отношениях между княжеством и Империей?

— Да!!! — теперь кричал Грегор. — Тебе что нравится травить мне душу?

— Нет, Грегор, нет. Мне просто интересно… Неужели после всего, что я сделала… Неужели после всего, что я пережила, я не достойна жизни? Ты же знаешь: я не хотела публичности, не хотела внимания. Я хотела всего на всего получить новые документы. Обычные документы, какими владеют все мещане и уйти жить в какой-нибудь небольшой городок. И там жить! Заниматься любимым делом, возможно, когда-нибудь создать семью с хорошим парнем… Вот скажи не достойна?

— Достойна. — уверенно ответил Грегор. — Ты достойна куда большего…

— Но вместо этого посылаешь меня на смерть. За что? Чего тебе не хватало? Мирный договор, слава спасителя, любимая жена… Да, по этому договору ты терял свой титул, а княжество входило в Империю. Но за вами сохранялась широчайшая автономия! Да, фактически вы только название меняли! Ты сохранял деньги и влияние, положение. Только вместо князя становился губернатором. Тебе этого мало?!

— Нет. Мне достаточно, но Александра… Она и так уязвлена, что я был ниже её по положению, а если она потеряет ещё и титул княгини… Она не выдержит этого.

— Грегор, опомнись! Разве стоит какое-то гнилое честолюбие твоей жены человеческой жизни?

— Стоит, Нека. Помнишь, ты говорила, что я не смогу без неё. Что ж… Ты была права. Я не могу без неё и, поэтому сделаю всё для её счастья.

— Грегор… — прошептала Нека.

— Прости. Прости, если сможешь… — также шепотом ответил князь, а потом отвернулся и вышёл.

— Жестоко. — подумала Нека. — Слишком жестоко. Вот почему кого-то любят так, что готовы на всё? И ладно бы, если эта Александра была бы богиней или собранием все возможных совершенств… Так нет же. Ладно-ладно, сердцу не прикажешь, но почему… Почему я должна страдать? Почему меня так никто не любил? Почему я должна умирать? Почему? Когда только жить начала? Нет, мой дорогой друг, не выйдет. Обойдётесь вы и без титула. Не знаю как, но в Империю я не попаду. Не дождётесь.

* * *

Князь Грегор метался по кабинету, ранее принадлежавшему его тестю ныне покойному князю Альфреду. Мужчине хотелось что-то сломать. Жутко хотелось что-то сломать.

Почему всё так? Да, эпидемия была остановлена, но для выигрыша в войне этого не было достаточно. Горцы были обескровлены, а армия имперцев всё время росла. Казалось, это конец всему, но Нека решила задействовать свои исследования.

Грамотный выброс информации — и картина меняется: война приостановлена, а Империи, устав отбиваться, предлагает войти княжеству в свой состав на условиях, на какие грех жаловаться.

Вот только по программе ассимиляции Империя не принимала те титулы и ту знать, что была. Его Императорское Величество не считался с положением старой элиты своих новых земель и её иерархией, да он щедро наделял новыми званиями, но по своей значимости они были ниже, чем аналогичные звания в центральной части Империи.

И вот тут возник вопрос. Князь и княгиня хотели оставаться князем и княгиней и получать все почести, полагающие по званию, где бы они не находились. Но как этого добиться? Ответ прост — выслужиться. Как? Тут-то подсказал брат императора.

— Нет ли у вас какой-нибудь компрометирующей информации о де Мирте и его шайке? — прямо спросил принц при личном общении.

— Что? — опешил Грегор.

— Вы были нашим врагом. А враги знают нас лучше друзей, поэтому, наверняка, у вас есть какая-нибудь информация, чтобы задвинуть этого старика и его род куда-нибудь подальше на долгие годы…

— То есть…

— Да, он нынче не угоден, но, к сожалению, имеет слишком большое влияние, поэтому нужно что-то воистину потрясающее…

Мысли князя завертелись, но нужно было узнать всё:

— Предположим, просто предположим, что такая информация имела место быть, но что я и княжество получим от этого.

— Останетесь князем и княжеством. — Принц знал, чем зацепить. Всё же горцы слишком горды. Они просто не потерпят положения второго сорта не только у себя на родине, но и на остальных землях Империи. Идеальная наживка.

— Я подумаю.

— Подумайте. — усмехнулся его императорское высочество. — Но если информация есть, то должны быть неоспоримые доказательства.

И Грегор начал думать.

— Отдай им Неку! — шептала хитрость.

— Это предательство! — говорила совесть.

— Ты на свою жену посмотри. Она достойна быть королевой, императрицей, богиней, а из-за тебя и своего отца теряет и то, что принадлежит ей по праву рождения. Ты посмотри, как она убивается!

— Но Нека тоже много чего потеряла…

— Нека обречена. Ей, всё равно, а вам ещё жить. Ты хочешь видеть печаль и сожаление в прекрасных глазах Александры? Чтобы она постоянно думала, что потеряла, став твоей женой.

— Нет.

— Так действуй.

И Грегор начал действовать. Для начала вызвал Неку Дести из бывшей фронтовой зоны. Девушка всё ещё оставалась там, разбираясь с пострадавшими.

Князь не хотел этого видеть, но ему пришлось признать, что девушка хорошо выглядит и словно светиться изнутри.

— Это ничего не значит. — убеждал он себя. — Ничего.

— Грегор, как у тебя дела. — улыбнулась девушка как только они остались наедине.

— Неплохо, но ты можешь превратить из в хорошо. — ответил князь.

— Каким образом?

— Империи нужно что-то, что надолго выбило де Мирта из седла. Они предлагали сделать уступки по вопросу княжества, если мы предоставим информацию.

— И ты решил использовать дочь-предательницу… — помрачнела девушка.

— Нека, послушай! Это же выход. Ты, всё равно, умереть должна, а здесь не придёться грех самой на душу брать, да и такая возможность отомстить родне! — Грегор игриво потрепал по плечу Неку.

— Ага. Всё замечательно. — подыграла ему девушка, чтобы потом ошарашить: — Только, во-первых, я излечилась. Во-вторых, я хочу жить и, в-третьих, не хочу мстить.

— Как?

— Не знаю. Так получилось. — радостно улыбнулась Нека. Девушка сияла. — Только теперь я свободна и буду жить! Я собственно хотела попросить у тебя право поселиться в одном из уездных городов…

Потом для Грегора были долгие часы сомнений, слёз Александры, когда она в последний раз красовалась в княжеском венце… В результате всего, князь решил, что своя рубашка ближе к телу. И ничего не понимающую Неку посадили под замок.

Глава 2

Планы

Мудрецы говорили: «Если хочешь стать непобедимым, тебе нужно выиграть всего лишь один бой. Бой с самим собой».

Раньше Нека считала, что это несомненно полезное высказывание не несёт в себе буквальный смысл, так иносказание. Но какого было удивление девушки, когда она поняла, что мудрецы говорили правду. Грубо, прямо, без украшений…

Поборов свою тёмную, оборотную сторону, одолев проклятие, Нека получила такие возможности, такую силу о какой и мечтать не могла…

Да же сейчас, она могла легко вырваться из пут и уйти.

Но… Но существовало слишком много но…

Во-первых, Нека до конца не освоилась со своими новыми возможностями, а не обученный маг — это катастрофа. И не только для окружающих, но и прежде всего для самого себя. Во-вторых, если применить магию сейчас — останется слишком много свидетелей. А это девушке было ни к чему. Это грозила новыми проблемами и неприятностями. Куда лучше для всех оставаться просто целителем, чем великим, легендарным магом жизни…

Поэтому оставалось два пути: либо попытаться сбежать, так как это бы сделал рядовой заключённый, либо дождаться, когда люди князя будут перевозить в Империю.

Второй вариант был предпочтительнее, хотя бы потому что там всего лишь надо было дождаться подходящего момента. Например, остановка у леса… И всё, её не поймают и не найдут. И главное, не будет ни жертв, ни свидетелей. Да, идеальная возможность- нужно только дождаться и грамотно сыграть свою партию.

Кто знал, что всё так просто? Кто знал, что боги, на самом деле, милостивы? А Нека теперь знает… Вот только смертным не дано понять божественных замыслов.

* * *

Там на фронте… Когда Нека видела новый труп, новую жертву, ей становилось всё хуже… Не спасало уже ни что.

Коллеги уже давно поняли, что с их начальницей твориться что-то неладное, но считали это обычным переутомлением и выгоранием.

Эти добрые люди даже уговорили Неку самой не участвовать в испытаниях, а только на них присутствовать и руководить. Впрочем, девушке это было только на руку: боль от применения магии скрыть уже было невозможно.

Также за собой Нека оставила право выбора испытуемых… Девушка на начальных этапах испытаний выбирала только тех, кто точно обречён. Причём нужны были и обреченные лихорадкой, и те, кто умирал и без неё. Неке нужны были самые разные реакции, поэтому её группа, можно сказать, была на передовой и выполняла аж две функции: дополнительного медперсонала и собственно исследовательскую. Очень часто Нека вместе с санитарами бродила по ратным боям, подбирая и тех, кто пойдет в госпиталь, и тех, обреченных, что можно будет использовать для науки. Смешно сказать, но девушка приобрела славу прорицательницы: с одного взгляда, так казалось со стороны, Нека могла предсказать умрет ли человек от полученных травм или будет жить. Причём, девушка называла с точностью до получаса время смерти. И предсказания всегда сбывались даже, если пострадавшему оказывали помощь.

Доходило до казусов.

Санитары проходили мимо многих солдат внешним видом, напоминавших груду мяса, а не людей, а Нека заставляла возвращаться и подбирать, потом ругалась с начальником военно-полевого госпиталя. Тот не хотел предоставлять места «очевидным мертвецам». Но Нека добивалась… И ко все общему удивлению, вчерашние «куски мяса» шли на поправку. Многие, конечно, оставались инвалидами, но были и те, кто возвращался в строй.

Через пару месяцев авторитет Неки стал непререкаем. А на все недовольные вопросы со стороны звучало: «Раз госпожа Дести сказала, что будет жить, значит будет!»

Сама Нека от славы отнекивалась и всё отрицала. Да, она могла точно сказать будет ли жить человек или умрёт, но только потому, что сама была под завязку заполнена магией смерти. А подобное, как известно, тянется к подобному…

Поэтому, когда все остальные обязанности стали непосильными, Нека, всё равно, бродила с санитарами, полагая, что хоть так она сможет кому-то помочь…

Но помогли ей.

Нека шла, внимательно смотрела по сторонам. И вдруг резко остановилась.

— Идите, я вас позже догоню. — махнула она санитарам, что отправились в одну сторону с ней. Те понятливо кивнули и отправились к стоянке, куда сносились раненые, а Нека медленно побрела в сторону, наивно надеясь, что всё что она видит просто обман зрения.

— Ага! Не сомневайся, это он! Он виновник всех твоих бед! Один из виновников этой бойни! Этот напыщенный урод! Этот мерзавец… Этот… Этот.

Сомнений больше не было. И ошибки тоже. Но как он оказался здесь? Это невозможно!

— Всё возможно. Всё! И ты сможешь отомстить. Ты сможешь. Знаешь, как сладок вкус крови твоего врага?! Узнаешь. Не с чем не сравнимо, а главное, ты, дорогуша, в своём праве. И он твой. Ты можешь его добить. И никто никогда не узнает…

Если бы кто-нибудь в этот момент увидел Неку Дести, он бы её не узнал. Даже не так… Это существо, что приближалось к тяжело раненному, даже человеком назвать было сложно. Это был монстр со страшной гримасой вместо лица и с безумными, жестокими глазами.

Да, это существо уже не было Некой Дести. Это был кто-то другой.

И оно приблизилось к молодому человеку. Он был тяжело ранен, но ещё жив. Его колотило, глаза были закрыты, а на лбу сияли капли пота. Да, он был без сознания, но жив.

— И хуже всего, что его скоро найдут и он останется живым. И будет жить долго. Своей холёной, знатной, роскошной, блистательной и сытой жизнью. Опять будет играть людскими судьбами. Опять будет чьим-то идолом. Опять вокруг него будут виться… — шептала тень. — И опять ему будет на всех плевать. Но ты можешь это остановить.

И Нека хотела. Она наклонилась ещё ниже, чтобы разорвать глотку… Чтобы точно ни один маг, ни один целитель не мог спасти.

И девушка хотела, была полна решимости, но вдруг услышала шепот. Мужчина был в бреду. Он говорил эти слова кому-то в воображении, а услышала она, Нека…

— Прости меня, любимая. Прости, что не понял. Прости, что не поверил. Прости, что я трус. Прости… — голос замолчал, но вдруг у мужчины дёрнулась рука. Раненный приподнял её и слегка касаясь лица Неки продолжил: — Прости, за смерть. Я… Только после твоего исчезновения понял, что ты значишь для меня. И я искал. Правда, искал. Напрасно… Ты была там, где найти невозможно. Но теперь мы будем на равных.

И что-то дрогнуло в душе девушки. Этот напыщенный индюк. Его императорское высочество кого-то любил и страдал…

— Что ты делаешь? — закричала тень.

— Спасаю его шкуру. — огрызнулась Нека.

— Зачем?

— Изощренная месть. Он будет жить. Да, он будет жить и мучаться. Долго мучаться.

— Не понимаю…

— Тут и понимать нечего. Его любимая мертва. И, судя по словам, по его вине! И он её действительно любил. Ведь нельзя врать, находясь при смерти. А он умирает! Но я спасу — и он будет жить со своими кошмарами… И, может быть, станет чуть человечней…

Сил на полномасштабную помощь не было. Нека её просто не смогла провести из-за своего болевого порога, да из-за переполненности ненавистью тоже… Но кое-что она могла. То самое, запрещённое заклинание разделения, что использовала её мать, чтобы спасти Ричарда де Мирта…

И Нека его применила, а потом отключилась, чтобы проснуться в новом качестве и новом мире.

Глава 3

Новый мир

Нека усмехнулась, глубоко вздохнула и сняла оковы с рук. Пусть эта мишура повисит: она ещё пригодится, если его светлость захочет навестить, а пока его нет, можно не претворяться.

— Как-то грустно. — подумала девушка. — А что твориться в замке и на улице?

Девушка села на пол и закрыла глаза. И снова то чувство, с которым она очнулась тогда на поле окружило её…

* * *

— Почему мне не больно? Где я? — примерно такие мысли стучались в голове. Девушка открыла глаза и осмотрелась. Всё тоже поле, но покрытое густым туманом.

— Нека! Нека! Детка, иди ко мне. — послышался откуда-то издалека. — Где ты?

Этот голос… Ему нельзя не покориться. Это же…

И Нека пошла, всё ускоряя шаг, затем во все побежала… Бежала, бежала не помня себя, а потом резко остановилась, чтобы отдышаться. И обомлела… Не понятно как, но девушка находилась над миром… Над туманом, над ставками, над деревьями… И шла, шла по воздуху. Ладно, некоторые маги могли левитировать, но Нека не умела, да и не чувствовала расхода сил, а он должен быть чудовищным, а движения должны быть стеснены, а она чувствовала свободу, полную свободу… Она могла прыгать, танцевать, сидеть, лежать. И всё это в воздухе. Но не это насторожило… Насторожило то, что люди, звери, птицы под ногами замерли. Они даже не дышали…

— Чего ты испугалась, моя хорошая? — спросил добрый, со старческими нотками голос.

И Нека обернулась на него.

— Рада? — испуганно спросила девушка.

— Она. Она! — засмеялась добрая старушка. — Ты думала, что я оставлю своего приёмыша?

— Я… Я умерла?

— Нет. Живее всех живых. — улыбнулась Рада. — Наоборот, тебя даже твоё проклятие не касается.

— Но как?

— Заклинания разделения…

— То есть, я отдала магию, а вместе с ней и…

— Нет. Вспомни свои последние мысли.

— Изощренная месть. Он будет жить. Да, он будет жить и мучаться. Долго мучаться. Это?

— Да. Детка, разделение — это не целительство. Любой маг может применить его и с любым запасом сил. И ты применила только использовала не свой обычный резерв, а оборотную сторону. И лишилась её.

— То есть, вы хотите сказать, что я осталась целителем?

— Нет. Ты не целитель, хотя можешь исцелять…

— Тогда кто я? — вопросы так и бурлили.

— Кто? С этого момента и до самой своей смерти ты маг жизни. Проводник её. Нека, послушай и не перебивай. У каждой магии есть своя обратная сторона. Обратная сторона сама по себе неплохая и нехорошая, она просто другая, но необходимая. Она сдерживает силы мага на необходимом уровне и не допускает нарушения гармонии. Человек не может всё просчитать, почувствовать, а обладая неограниченной силой может уничтожить всё сущее… Чтобы этого не произошло и существует оборотная сторона.

— Значит, сейчас я ещё более опасна?

— Нет, что ты. Ты просто лишилась барьеров и теперь сама будешь распределять свои силы…

— Но вы говорили…

— Неважно, что я говорила. Ты третий случай мага жизни. Если два человека смогли, сможешь и ты…

— Эти два тоже были проклятыми целителями? — почему-то улыбнулась девушка.

— Да. Что о них знаешь?

— Они жили скромно, в тиши.

— Неспроста это было. Сначала они заново учились, а затем, осознав, что получили, начали избегать людей. Они понимали, что найдутся те, кто захочет воспользоваться…

— Наверное, они были хорошими людьми раз решили оставить всё как есть.

— Там дело в другом было.

— В чём?

— Я покажу, но не здесь.

Морщинистая рука дотронулась до молодой — и обе женщине очутились на лесной поляне.

— Отпусти себя. Просто чувствуй. — приказала Рада. — Закрой глаза!

И Нека послушалась и почувствовала что-то вроде предвкушения. Появилось стойкое убеждение, что сейчас произойдёт что-то необыкновенное. И что-то произошло. Нет, Нека так и осталась стоять на поляне, но ощущения поменялись, восприятие поменялось… Девушка чувствовала каждую травинку, каждый листок, она точно знала, где прячутся обитатели леса и чувствовала их дыхание и сердцебиения. Но самое главное, было какое-то странное единство, словно все эти существа часть её, Неки… Но при этом, девушка не растворялась, она четко осознавала свою индивидуальность и непохожесть.

— Это ещё не всё. Смотри глубже.

— Что? — переспросила девушка.

— Открой глаза и присмотрись.

И Нека снова послушалась и не сдержала вздох восхищение. Яркие краски и какие-то необыкновенные, фантастические узоры. И они опутывали всё, абсолютно всё!

— Что это? — прошептала девушка.

— Законы мироздания. Основа всего сущего.

— Это невозможно!

— Невозможно? — усмехнулась Рада. — Маги видят лишь результат, ты же теперь видишь суть. И да смотри и запоминай!

Рада наклонилась и дернула за узор, опутавший траву. Всего одна нить из плетения была порвана, но последствия были катастрофические: вся трава на лугу моментально пожухла.

— А теперь ты. Исправь! — с улыбкой обратилась знахарка.

Нека наклонилась и попыталась вправить нить, как если бы это было обычное шитьё, но ничего не получилось. Руки нити не ощущали. Трава была травой.

— Иж чего удумала! Магией, детка. Магией! Это я-то призрачная субстанция, но не ты!

— Как?

— Управляй потоками, как если бы врачевала.

— Поняла. — Нека кивнула и попробовала. И получилось… Нить была сращена, а трава снова позеленела.

— А теперь ещё раз закрой глаза. — попросила Рада. — И попытайся восстановить узор мысленно.

— Не могу… — прошептала девушка. — Там добавочные нити появились…

— Знаю. Это возможности. Просто пусти потоки сил по этой траектории.

— Хорошо.

Нека попыталась… И нить послушно сплеталась в новый узор…

— Закончила? Теперь посмотри на результат. — засмеялась знахарка.

Нека открыла глаза и вскрикнула. И было отчего: вся поляна покрылась цветами, а узоры стали именно такими, как она себе и представляла.

— Это не всё. Далеко ещё не всё. — загадочно улыбнулась Рада, и пара вновь переместилась.

На этот раз женщины стояли на пепелище.

— Как жаль, что здесь так пустынно. — промолвила Рада.

— И ничего нельзя сделать?

— Почему? Можно. Присмотрись, как я учила.

И Нека вновь отпустила себя — и снова почувствовала единение и вновь увидела нити, только узоров не было. Была какая-то абракадабра, путаница и узлы, узлы…

— А что будет, если я попробую их развязать?

— Попробуй. — ответила знахарка.

Они с трудом, но поддавались.

— Смотри, что ты сделала быстро и с минимальными потерями сил… — окликнула Рада. А на выгоревшем участке пробивались ели и сосны.

— Это… Это невозможно. Этому маги-растениеводы годами учатся! И то же самое у них заняло бы несколько дней, да и сил было бы потрачено не мерено. А я даже легкой усталости не чувствую…

— Внутренний уровень, он такой. — усмехнулась Рада. — Большинство магов творят на внешнем уровне. Их обратная сила дальше не пускает.

— Но почему?

— Она действует как предохранитель. Отсеивает не нужное, оставляя необходимое. Ты же видела, к чему малейшее изменение нити привести может.

— Секундочку, это получается, что теперь каждое моё заклинание будет действовать напрямую?

— Да. И ты должна быть очень осторожна, поэтому каждый раз, когда будешь использовать магию, следи за нитями. А теперь нам пора возвращаться — грустно сказала Рада.

— Постой!

— Не могу.

И всё вернулось на свои места: поле, раненые, его высочество, санитары… Всё вернулось, да не совсем.

Нека поднялась с земли, проверила на себе наличие ран. Как ни странно, она была цела. Тогда девушка занялась принцем. Но сначала попыталась включить магическое зрение — и узоры, нити появились. Дёргать за них девушка не рискнула, поэтому лечила по старинке, только силы впрыскивала гораздо меньше, помня, что сопротивления для неё ныне не существует…

Лечение шло, а вместе с ним выравнивался узор. И девушка пыталась точно уловить взаимосвязь…

Глава

4 Побег

Нека отпустила силу, глаза же держала закрытыми. Видеть нити, узоры ещё рано и пока не нужно, а вот понять, что происходит в замке совсем нелишне…

Девушка расслабилась и почувствовала. Снова сопричастность, единство и при этом строгое выделение отдельных компонентов…

Сосредоточиться было сложно: замок был слишком оживлён. Слишком…

Что у них? Празднество? Бал?

Да, наверное… Уж слишком много беготни на кухне, а в парадных многолюдно… Из всего скопления народа Нека смогла опознать только одного: своего первого пациента, которого лечила уже как маг жизни. Тогда девушка так боялась, при этом была как никогда сосредоточенной и внимательной, что не могла не запомнить. Но если это правда он, нужно бежать прямо сейчас!

И Нека стала концентрироваться на нижних и подвальных этажах, проверять посты охраны. Пустовато там было, значит можно пройти…

Нека открыла глаза и встала, подошла к двери… Итак, замок и его плетение. Эх, ерунда, а не плетение. Слегка потянуть самую крайнюю нить — и дверь открыта, а замок не повреждён: сможет ещё многих и многих узников удерживать, но не её.

Нека хотела уже провести операцию, но послышались шаги и приближались они к её камере. Девушка быстро отошла от двери. Вовремя, ибо стражник, гремя связкой ключей, прямо подошёл к ней. Послышался характерный скрежет.

— Госпожа Дести, на выход. — послышалось неожиданно вежливо.

И Нека вышла, ни разу даже не взглянув на мужчину. В голове крутилось:

— Хорошо, что получилось так. Сейчас он меня через самые охраняемые посты проведёт, а потом я его оглушу и убегу. Только нужно как-то похарактерней ударить, чтобы всем стало ясно, что я сама. Не хватало, чтобы невинные, как я в своё время в переплёт попали…

Мужчина и его узница шли. Первый пост миновали, второй, третий… А вот и тот, который пустой! Нужно ударить, но вдруг…

— Госпожа Дести, вы, наверное, меня уже не помните. Таких, как я у вас много было. — Нека с любопытством посмотрела на стражника, а тот явно смущаясь продолжил. — В смысле, вы многих практически с того света вытаскивали. И я… Мы… Очень вам благодарны. Поэтому вот…

Мужчина передал какой-то плоский пакет, который лежал за вазоном с каким-то цветком. Ещё была урна, из которой были извлечены широкий теплый плащ с капюшоном и обувь на толстой подошве.

— Что это? — прошептала девушка.

— Пропуск и карты. На карте крестом отмечено, там вас будет ожидать друг… А это… — стражник показал на обувь и плащ. — Одевайте. На улице прохладно.

— Вы помогаете мне бежать? Но почему? — удивилась Нека. Сама-то она уже ничего и ни от кого не ожидала.

— Да, помогаю. — кивнул мужчина. — Почему? Мы с ребятами на переговорах присутствовали и узнали, что вас в Империю хотят отправить, а ваш друг доходчиво объяснил, что вас там ожидает.

— Что вам за это будет? — перебила его девушка.

— Ничего. — улыбнулся парень.

— Как?

— У нас тут круговая порука. Я вообще-то секретарь, а ключи мне собственноручно отдал начальник охраны. Солдаты на этом посту отсутствуют, тоже по своей воли, нарушая приказ.

— Остальные посты охраны?

— Вперемешку. — ещё шире улыбнулся молодой человек.

— Эээ…

— Солдаты с первого поста стоят на втором, со второго на третьем, а с третьего на первом. И тоже по своему волеизъявлению. Поэтому все повязаны.

— Так, а если меня хватятся?

— Не хватятся. Проверка заключенных завтра в девять.

— А вечерняя?

— Уже проведена. — улыбнулся парень. — А теперь спешите.

У Неки невольно защипало в глазах, а на губах заиграла глупейшая улыбка абсолютно счастливого человека.

— Ну, что вы? — сконфузился молодой человек.

— Ничего. — ответила Нека, стирая первую слезу. — Просто. Просто… Это так приятно, когда о тебе заботятся.

— Вы этого достойны, госпожа. — ответил секретарь и подтолкнул девушку в сторону выхода. — Вам нужно спешить.

Нека ещё раз несмело улыбнулась и действительно поспешила. И большую часть дороги глупо улыбалась сквозь слёзы…

На половине пути до обозначенного объекта остановилась. Здесь как раз развилка дороги была — и Нека, немного отошедшая от эмоций, подумала:

— А куда я собственно иду? Что-то я не знала о друге, который мог всё организовать, чтобы меня вытащить. Ерунда какая-то. Очередная ловушка? Тоже не сходится. Просто некому. Или есть, но я не знаю…

Девушка ещё долго стояла на перекрестке и думала, просто думала, благо время было. И наконец, любопытство победило.

— И ведь чувствую, что пожалею… — прошептала Нека и продолжила следовать карте. — Ладно, о моих новых способностях никто не знает, так что, всё равно, прорвусь! Но главное, чтобы они в тайне и дальше оставались…

Невольно девушка вспомнила, как заново училась жить, зная о нитях. Вспомнила, как постепенно менялось мировоззрение, как стала более аккуратной, а весь мир превратился в тайну. Нет, не превратился, а снова стал. Ведь для детей он тоже тайна и каждый их день полон открытиями, но с возрастом это всё теряется… А Неке повезло: она вступила на эту тропу вновь и теперь о ней точно не забудет. Как иначе, когда с загадками сталкиваешься каждое мгновение? И все они манящие, интересные… И их так много, что понимаешь: разгадать их все не получится никогда…

* * *

Сначала Нека и не думала прикасаться к нитям. Всё казалось слишком опасным, слишком сложным. Поэтому работала по старинке разве, что регулировала силы так, как нити подсказывали… А больше ничего. Абсолютно ничего.

Но всё изменили в один момент её вакцины и сыворотки.

Нет, с вакцинами было всё в порядке. Им удалось создать препарат, препятствующий распространению болезни. Но чем лечить заболевших? Сыворотка была мало эффективной и давала жуткий побочный эффект. Совсем отчаявшись Нека посмотрела на своё изобретение «новым взглядом». И обнаружила узлы… Распутала, а затем проверила результат… Формула жидкости стала более стабильной, а лекарство начало действовать, как надо.

Потом были попытки повторить, но используя только внешний уровень. Это была кропотливая работа, но несомненно более легкая и продуктивная: ведь все знали, что именно нужно получить и как это должно выглядеть. А при таких условиях победа была гарантирована. И она пришла, а Нека всерьёз заинтересовалась нитями…

* * *

За этими воспоминаниями девушка и не заметила, как оказалась на месте назначения.

Это был небольшой дом, обычный дом. Такими многие состоятельные горожане владели. И это успокоило… Да, именно поэтому девушка вошла на крыльцо и постучала в дверь.

Дверь открыла пожилая женщина.

— О, госпожа! — воскликнула она. — А хозяина ещё нет, но он предупредил, что вы придёте.

— Извините. Я, наверное, ошиблась. — ответила Нека и постаралась уйти.

— Нет. Нет! Постойте. — запричитала женщина. — Хозяин просил, чтобы вы его дождались.

— Откуда вы знаете, что я именно та, кого ждали?

— Описание, госпожа. Давайте, я вас провожу в гостиную.

— Нет, не стоит. — сказала Нека и сделала шаг назад.

— Она права. Не стоит. — послышался насмешливый мужской голос. — Я сам провожу.

— Как скажите, хозяин. — промолвила женщина и удалилась, а Нека не хотя обернулась, чтобы гневно выкрикнуть:

— Ты?!!

— Ну, привет, сестрёнка! — рассмеялся этот, этот хмырь.

Глава 5

Из огня да в полымя

— Что стоим на пороге, сестрёнка? — ласково начал человек, которого Нека согласилась бы не видеть ближайшие лет двести. Не то, чтобы она его ненавидела. Ненависти лично к нему не было, а антипатия, предрассудки, неодобрение, даже легкое презрение имелись. И это ещё не полный комплект. Да, пожалуй, лучше бы это была ненависть.

— Извини, но заходить как-то не хочется. — тем же тоном ответила девушка. — Спасибо, конечно, за побег. Это насколько я понимаю твоя работа?

— Да-так, кое-кому кое-что сказал — оно само и получилось. — тем же тоном, с той улыбкой продолжил «братишка». — Даже ничего делать не пришлось.

— Да, твои мотивы для меня темный лес. Ну, и ладно, переживу! Ещё раз спасибо. И я побежала.

— Стоять! — окрикнул мужчина и этот властный голос нельзя было игнорировать. — Мы поговорим ничего более. И если потом захочешь уйти, что ж препятствовать не стану. — продолжил он спокойно.

— Ну, если так. Почему же не поговорить, братик. — теперь усмехнулась Нека.

Впрочем, никаким он братом не был…

* * *

Мужчина очнулся в небольшой светлой комнате. Перед глазами всё плыло, но ему удалось сфокусировать зрение. Его императорское высочество лежал на узкой раскладушке, а напротив стоял стол, и за ним сидела она, Нека де Мирт и что-то отмечала в бумагах.

— Я, наверное, мёртв. — подумал принц.

— Даже не надейся. — ответила девушка на не произнесенную вслух догадку. — Жив-здоров, но, к сожалению, в лагере противника.

Принц попробовал что-то сказать, но не смог.

— Голос вернётся через дня три. У тебя слишком серьёзная травма была, поэтому я временную блокировку поставила. Впрочем, не только поэтому… — улыбнулась девушка. — Хочешь что-то спросить, переходи на ментальное общение. Я сознание для тебя открою и постараюсь, всё объяснить…Только без оскорблений, пожалуйста. Всё-таки я твою жизнь спасла!

Принц поспешил воспользоваться этим советом и атаковал девушку всевозможными вопросами.

— Мы тебя на поле подобрали. — начала Нека. — Ты умирал, а я мимо пройти не смогла. Но опознавательные знаки сорвала раньше, чем горцы заметили. Если бы они узнали кто ты, добили бы на месте. Слишком уж они ожесточены и в плен не берут.

— Но я в плену, как и ты! — возмутилось его высочество.

— А кто сказал, что я в плену? Я здесь работаю по собственному желанию. Кстати, именно поэтому ты жив. Я им всем сказала, что ты мой любимый кузен…

— Кузен?!

— Ага. Так что придерживайся этой версии — и будет тебе счастье.

— Счастье? — принцу казалось, что всё происходит не с ним, что это чей-то злостный розыгрыш.

— Оно самое. Месяц поваляешься. Извини, травмы были тяжёлыми, а я на взводе, поэтому должна проследить, как всё прошло. А потом тебя попробуют к твоим переправить.

— Ну, конечно… — ухмыльнулся его высочество.

— Слышь! Не ну, а конечно. Я обо всём уже договорилась, а раз я договорилась — значит, переправят! А со своими разберёшься сам. Не маленький.

Эти двое злостно посмотрели друг на друга и, наверное, долго бы сидели и прожигали друг друга взглядами, если бы в дверь не постучали.

— Войдите! — окликнула Нека. Дверь тут же отворилась и в комнату влетела молоденькая медсестра.

— Нека, там срочно ваша помощь нужна. Наши целители не справляются с потоком…

— Хорошо, уже иду. — Нека поднялась из-за стола и пошла к двери, но, проходя мимо принца, остановилась. — А ты спи, братик. Силы тебе ещё понадобятся.

Нека ничего не применяла, но мужчина почему-то сразу успокоился и уснул.

* * *

Пара расположилась в гостиной. Мягкие удобные кресла, небольшой дубовый столик между ними, пушистые ковры и камин. Уютно, тепло… «Вот если бы ещё компания была подходящей» — подумалось Неке.

— Вина? — предложил принц.

— Нет, спасибо.

— А я выпью. — и мужчина лениво взмахнул рукой — тут же на столике появилась бутылка и хрустальный бокал.

— Точно? — улыбнулось его высочество.

— Точно. — махнула головой Нека.

— А чай?

— Чай выпью, спасибо. — повторение манипуляций и к бутылке добавляется небольшой белый фарфоровый чайник и чашка.

Каждый взял свой прибор, принц отпил, а Нека, грубо нарушая этикет, просто грела руки об чашку и над чем-то думала.

— И зачем? — неожиданно спросила она.

— Что зачем?

— Зачем нужно было спасать, если сам же в эту заварушку втравил?

— Я не понимаю, о чём ты говоришь. — ответил принц с невинным выражением лица, слишком невинным.

— Да, ладно! Не ты ли подкинул Грегору идею, как оставить княжество княжеством?

— Чушь! — отмахнулся молодой человек.

— Да? А кто ещё мог? Кто ещё знал про меня и моё прошлое? И кто мог подвести его к де Миртам. Да и награду подобрать стоящую. Кому как не тебе знать, что люди за положение, за титул, за привилегии удушится готовы, не говоря о том, чтобы придушить… Кому как не тебе знать, на что готовы аристократы, чтобы остаться аристократами… — задумчиво произнесла девушка.

— Догадалась? — ласково улыбнулся блондин.

— Да. Но не сразу. Просто увидела и сложилось… Только не понимаю: раз ты всё это заварил, то зачем сейчас помогаешь. Или не помогаешь?

* * *

Его Императорское высочество принц Бриан быстро адаптировался к разным ситуациям: его этому учили с детства. Вот и сейчас, как только к нему вернулся голос и Нека разрешила передвигаться, он начал собирать информацию. Нет, не военную… С этим гораздо лучше справятся шпионы и разведчики, да к тому же все знали, что он враг и к ней его просто бы не допустили.

Бриана же интересовала странная девушка Нека де Мирт. Узнать что-то у неё было нереально: вечно занята, вечно в делах, да и не особо разговорчива, по крайней мере с ним. Но это и неважно: есть же её подчиненные, готовые выложить «любимому братцу» начальницы всё или практически всё. Достоверной информации было мало, зато сплетен… Впрочем, Бриан умел находить зерна меж плевел: ещё один навык, культивируемый в его семье. И то, что он обнаружил поражало.

— Можно спросить? — начал принц.

— Спрашивай. — кивнула Нека, не отрываясь от бумаг.

— Ты почему тогда меня спасла? — Бриану было важно это узнать. Можно сказать, это было необходимо.

Нека вздохнула, оторвалась от своих расчётов и посмотрела на принца своими удивительными глазами.

— Я не хотела спасать: уж слишком я была плохого мнения о всех вас. Но ты был в бреду и просил перед кем-то прощения и одновременно признавался в любви… И тогда я подумала: может ты лучше, чем я себе представляю. И я тебя вылечила. Правда, пошла на небольшой обман: я могла тебя оставить и на поле боя, но я забрала с собой. Хотела, чтобы ты увидел тыл. Хотела, чтобы ты увидел, как действуют и выполняются ваши программы и указания. Знаешь, это так легко: просчитать всё на бумаге. Подписать незнакомцу смертный приговор. Ведь для тебя он всего лишь фигурка на шахматной доске. Другое дело, когда для тебя он вовсе не незнакомец… Может, наивно, но я подумала, что если кто-то из вас соприкоснётся с реальностью, то он поменяет своё мнение. И это безумие, если и не прекратится, то хотя бы затормозится. — Нека сглотнула. — Я ответила на твой вопрос?

— Да, спасибо. — согласился Бриан.

Через два дня после этого разговора Бриана переправили к его людям, а Нека в своих вещах нашла записку.

— На твоём месте, я бы собрал как можно больше доказательств искусственного происхождения эпидемии, а затем подкинул бы пищу для размышления нужным лицам. — гласила она.

* * *

— Так зачем? — повторила вопрос девушка, вернув чашку на столик.

— Просто хотел показать, что опереться тебе не на кого. А люди, которые действительно хотят помочь, зачастую нуждаются в толчке…

— Спасибо, я это знаю и без тебя. — оборвала девушка и, хотя было тепло, укуталась в подаренный плащ. — Это всё?

— Нет. — пожал плечами Бриан. — Ты не дослушала.

— Хорошо, слушаю.

— Я это к тому, что защитник, покровитель(называй, как хочешь) нужен в любом случае.

— Необязательно, если собираешь быть тише травы, ниже воды.

— Можно, конечно, и так. — усмехнулся принц. — Но у тебя не получится. Да и я не позволю. Мага жизни грех из вида упускать.

— Понятие не имею, о чем ты говоришь. — холодно заявила Нека.

— Нека, Нека. — покачал головой принц. — Не умеешь врать — не берись. Я давно заметил странности, а когда вернулся во дворец, покопался в имперской библиотеке.

— И что? Мне даже интересно, что ты там отыскал. — насмешливо улыбнулась Нека, по крайней мере попыталась.

— Дневник одного человека, как и ты, победившего своё проклятие.

— Проклятие? — хмыкнула Нека. — Какое проклятие?

— Не претворяйся, я всё знаю. Что-что, а информацию собирать люблю и умею, а также прекрасно разбираюсь в том, у кого и что можно спросить… — театральная пауза, а затем последовал контрольный удар. — Я знаю практически всё. Что ускользнуло, несущественно. Знаю о покушении, о Крейнце, о болезнях…

— Отлично. — распрямила плечи Нека и с высокомерным взглядом спросила: — И что дальше?

— А дальше у нас несколько вариантов. — закатил глаза его высочество. — Первый, ты сейчас уходишь, а я, как и обещал, отпускаю и даже даю целый день форы, но потом спускаю всех собак. И магов привлеку, полагаю, им ты тоже будешь интересна. При всём к тебе уважении, долго бегать ты не сможешь. А когда тебя поймают — вернут в империю. Разумеется, в статусе особо опасной преступницы.

— И будет мне казнь. — вежливо подсказала Нека.

— Будет, но не тебе. Зачем же уничтожать такой ценный образец, а вот род де Мирт умоется кровавыми слезами. Нравится такая перспектива? По глазам вижу, что нет. — можно сказать, промурлыкал Бриан, настолько довольным был голос. — Тогда переходим к варианту номер два: ты поступаешь ко мне на службу.

— В качестве кого?

— В качестве моей личной целительницы. Будешь повсюду меня сопровождать. Так сказать, всегда у меня под рукой и на глазах.

— Извини. — огрызнулась Нека. — Мне это не нравится.

— А тебя никто не спрашивает, просто ставят перед фактом.

— Допустим. Допустим, я соглашусь… Что мне за это будет? — нагло спросила девушка, облокотившись на подлокотник кресла.

— Начнем с того, что для де Миртов ограничимся ссылкой. Также я отдам тебе дневник. Уверен, тебя ждёт масса любопытного. И, наконец, ты получишь стабильный доход, права и место.

— А слухи?

— Ни тебе, ни мне не привыкать.

— Зачем это всё? — резко спросила девушка.

— Никогда не знаешь, что тебе понадобится. Поэтому, как я уже говорил, мага жизни грех упускать.

— Предупреждаю сразу… — выдохнула Нека. — Я никогда не буду путать нити, а тем более рвать. Как маг жизни я ограничусь развязыванием узлом и иногда видоизменением узора, но только в рамках, заложенных законом. Если тебя что-то не устраивает, я выбираю первый вариант из предложенных тобой.

— На большее я и не рассчитывал. — успокоился принц, а Нека только сейчас заметила, что всё это время мужчина был напряжен. — Меня всё устраивает.

— Меня нет, но с этим я справлюсь. — ответила девушка. — И можно вопрос?

— Да, задавай.

— А вы выполните обещание, данное Грегору?

— С какой стати? — усмехнулся Бриан. — Он же своё не выполнил. У меня же на руках нет того, о чём я просил.

После разговора принц заявил, что ему пора возвращаться в замок бывшего князя, так как именно там размещалось посольство, а дом был снят тайно и для особой миссии… Причём на «особой» Бриан так посмотрел на Неку, что сомнений по поводу миссии не оставалось…

Его высочество ушло, а Нека ещё долго смотрела на огонь и думала, куда она на этот раз попала. Почему-то представлялось что-то ужасное, жуткое. Вот не верила в Нека в добрые намерения этого человека.

Во-первых, что ему мешало оставить всё, как есть. Нет, он что-то заподозрил и не успокоился, пока всё не разузнал…

Во-вторых, сотрудничать заставил банальным шантажом. Банально подчеркнул, что она никто и звать её никак. Но это ерунда по сравнению с угрозами де Миртам. Не то, чтобы девушка была привязана к этим людям, но смерти никому из них осознанно не желала(минуты гнева не в счёт).

А, в-третьих, слишком часто в разговоре с ней Его Высочество использовал условное наклонение. Все эти бы, никогда не знаешь, вдруг откровенно намекали, что Бриан точно знает, куда употребить способности Неки… И это что-то девушке уже не нравилось.

* * *

— Брат, я в столицу пока не явлюсь. — Бриан писал своему венценосному родственнику послание на зачарованной бумаге. Стоимость её была безумной, но она того несомненно стоила.

— Какие-то сложности? — пришло практически сразу.

— Нет, наоборот. Я, кажется, знаю, что делать с волнующим тебя кровавым культом Каро.

— Кажется или знаешь? — уточнил император.

— Знаю, точно знаю.

— Ну, брат… Если справишься, проси, что хочешь…

— Учту. — усмехнулся принц и, оторвавшись от письменных принадлежностей, довольно потер руки.

Глава 6

Урок

Посольская делегация отбывала шумно, празднично. Не всё сбылось, как хотел губернатор Грегор. Многие усилия даже пропали даром, но мужчина себя огорчённым не чувствовал. Да, его козырь пропал… И он даже был рад этому. Настолько рад, что даже расследование не проводил, а уж поиск и подавно. Просто всё оставил, как есть.

Может, Грегор ещё об этом пожалеет, но сейчас чувство, что так и должно быть, не покидало.

* * *

Церемониальный кортеж выехал из города и остановился, чтобы его высочество смогло подобрать ещё одного человека, благо фигурка, закутанная в тёмный плащ уже ожидала. Вот только она не подходила, наоборот, навстречу к ней вышел сам принц. Вышел, быстро подошёл, обнял, а потом, слегка повернув голову, отдал приказ своим сопровождающим:

— Поезжайте немедленно к императору. Лорд Норис, вы — за главного. Лорд Порк, на вас документация.

— Ваше Высочество… — неуверенно начал лорд Норис.

— Не обсуждается. Санкционировано Его Императорским Величеством лично. — отрезал Бриан, а потом, не обращая ни на кого внимание, начал творить какое-то заклинание, после которого всё замельтешило перед глазами так, что они начали болеть.

— Закрой глаза, если не комфортно. — тихо сказал принц. — Я скажу, когда их можно будет открыть.

И Нека почему-то послушалась. Наверное, потому что в тот момент была беспомощней котенка.

— Смотри. — раздался через некоторое время приказ. И Нека открыла глаза, чтобы тут же зажмуриться, ибо блеск зеркал, хрусталя, солнца слепил.

— Где мы? — спросила девушка несмело.

— Шато Бриан. Моя личная резиденция, правда, в которой я почти не бываю. — усмехнулся принц. — А если ещё точнее, то мы в бальном зале.

— Понятно. — кивнула Нека и, осмелев, отошла от Бриана.

— Мы здесь пробудем от нескольких недель до двух месяцев. — продолжил принц, тоже отойдя на несколько шагов. — Всё зависит, как будет продвигаться твоё обучение. А потом отправимся в небольшое, но очень увлекательное путешествие.

— Путешествие? — развернулась Нека.

— Да, но о нём позже.

* * *

Нека была не в духе. Сильно не в духе. Казалось, девушка увязла в чем-то липком и непонятном. Пугал замок, пугал Бриан, пугали знания, которые принц весьма дозировано преподносил…

— Боги, откуда у обычного человека столько силы? — причитала девушка. Обычно маг брал только одну ветвь и ею занимался всю жизнь: развивая и борясь с побочкой. Некоторые с особо сильным потенциалом и характером могли усвоить две, но не более. Сама Нека, до того как стала магом жизни, владела только целительством. Впрочем, это была проблемой всех целителей: побочка у них была самой сильной…

А тут… Какие заклинания Бриан только не использовал! Казалось, что его резерв бездонен.

А ещё этот замок.

Он был полупустым. Слуг было немного, но они и не были особо нужны, ибо их здесь заменяла магия. Еда готовилась сама, уборка проводилась сама по себе… И изменить заведенный порядок мог только хозяин. Только его приказу замок был послушен.

Чтобы разгадать это явление, Нека раз за разом просматривала магическим зрением узоры… Но ничего странного не нашла, за исключением того, что они были переполнены силой. Впрочем, как и сам Бриан.

Как-то Нека не выдержала и задала вопрос напрямую.

— Ничего необычного. — пожал плечами принц. — Обычный старинный, родовой замок с привязкой к силе владельца. Очень старое колдовство. Примерно того же времени, как известный тебе обряд разделения.

Лучше бы Нека не спрашивала! Мыслей, сомнений, страхов стало ещё больше. Ведь какой мощью, какой силой должен обладать этот человек… Или нечеловек?! Нет, вот это уже бред! Тем не менее, именно такие ассоциации не покидали головы девушки, а ещё и обучение…

О-да, к учёбе у его высочества был особый подход!

После того, как Нека узнала, на что способен Бриан, девушка долго не могла понять… Как он мог быть раненым? Как? Ведь по сравнению со всем, что принц делал, отвод удара был таким пустяком… Но Бриан пострадал. Почему?

Вскоре Неке пришлось узнать ответ и на этот вопрос.

В том бою его высочество изволило учиться сражаться. Почему в реальном бою, а не на тренировочном поле?

— Извините, в фальшивых условиях получаешь фальшивые впечатления! — таков был ответ принца.

А чтобы погружение было полнее, а опыт надежней Бриан вздумал драться как обычный солдат, пусть и с офицерским званием и особой отметкой.

Стало ли от этой информации Неке легче? Нет!!! Ещё хуже, особенно когда Бриан этот же метод для её тренировок применил…

Какого вечером получить отрывок из дневника о возможности временного раздвижения пространства за счёт растяжения нитей, а утром проснуться чуть ли не в мурованной в стену…

Какого получить вместе завтраком кусок о подмене свойств некоторых веществ, а на обед получить вместо вина ртуть…

Но это мелочи. Да, Нека считала всё это мелочами, ибо смогла разобраться, справиться. Опять же, где-то даже была благодарна: быстрее всего учишься, когда жизнь висит на волоске…

Не мелочью было другое… То задание, с которым Нека справиться не смогла.

В тот день девушка получила огрызок, описывающий структуру воздуха. Дневник утверждал, что если правильно использовать свойства воздуха, то можно летать. Не левитировать, а летать. И не только! Можно ходить, лежать, сидеть… Всё, как в том видении с Радой!

Это было восхитительно и так искушающее, да существовала проблема: Нека боялась падений.

Да, именно так: после своего знаменательного полёта из окон библиотеки девушка боялась именно падений, а не высоты.

И пусть Нека тогда не пострадала, но на психологическом уровне всё сплелось в настолько противоречивый клубок, что разорвать его срочно или хотя бы быстро не представлялось возможным…

А тут ещё замок, в качестве проверки домашнего задания, сбросил с лестницы четвертого этажа…

Нека сначала честно старалась действовать по инструкции, но в какой-то момент паника охватила полностью. Та самая паника, которая сковывает все движения и наводит на весьма странные мысли, которые явно не к месту…

Так первой мыслью было:

— А что я вообще забыла в башне замка? Почему я туда пошла?

Потом был анализ страха:

— Забавно… Почему я высоты не боюсь? Ведь я, правда, не боюсь!

А затем:

— Интересно… А какие травмы при столкновении я получу? Просто с профессиональной точки зрения…

Узнать о видах и качествах повреждений Неке так и не давилось: её, как и несколько лет назад, опять поймали. И поймал всё тот же человек: его императорское Высочество принц Бриан.

И так же как и тогда принц не смог удержать в себе злые слова:

— Ты о чём думала? Как можно быть такой рассеянной? Как можно было пустить всё на самотёк? Ведь была же информация! Была! Почему не применила! Бриан поставил девушку на землю, но из объятий не выпускал. Мужчина пару раз встряхнул Неку и, наверное, продолжил бы орать, но заметил, что девушку всю трясёт мелкой и частой дрожью.

Но Нека не была бы Некой, если бы не воспользовалась заминкой. Пусть видок был ещё тот, пусть ей плохо, но она подняла голову, серьёзно посмотрела в глаза принца и сказала громко, чётко:

— Спасибо. — а затем как-то аккуратно вывернулась из чужих рук.

Отошла на несколько шагов и добавила:

— Я хочу побыть одна. — и не спрашивая разрешения, пошла в основную часть замка.

Бриан не догонял: уж слишком ожесточенным и отстраненным было лицо девушки. Мужчина только смотрел на быстро отдаляющуюся фигурку. Такой гордой и такой беззащитной.

Глава 7

Столкновение

Нека вернулась в отведенные ей покои и, не переодеваясь, с ногами уселась на подоконник. Уселась и уставилась в окно. Немного сквозило, но девушка не замечала, она просто сидела и смотрела. Правда, ничего не видела, потому что душою была не здесь, а в том дне, когда всё завертелось и переменилось.

Забавно, но в своей судьбе, несмотря на целый ряд событий, Нека насчитывала только два перелома: смерть мамы и то падение… И именно то падение девушка считала спусковым механизмом, которое привело сюда: в эти события, которые девушка и врагу бы не пожелала.

Не будь того падения, Нека никогда бы не заинтересовалась Генрихом. Да, рано или поздно они бы познакомились, но познакомились бы в кругу де Миртов. А к всему, что несет эта семья девушка всегда относилась с некоторой настороженностью… А значит, вряд ли, была помолвка, побег, война… Вряд ли.

Жалела ли о чём-то Нека? Нет. Совесть была спокойна — не о чём жалеть. Ненавидела ли кого-то? Тоже нет. И как целитель, и как человек, преодолевший проклятие, Нека знала, что ненависть, месть, зависть отражаются. Они коверкают душу чувствовавшего. А Нека выдержала слишком тяжёлый бой за эту самую душу. И вот так растрачивать её по пустякам, казалось глупостью.

Желала ли девушка что-то изменить? Наверное, нет. Почему-то была убежденность, что на её месте мог оказаться кто-то другой, но этот кто-то точно не был её врагом…

Разумеется, для себя девушка тоже хотела другой жизни, другой судьбы… Но всё сложилось, как сложилось.

Умом девушка давно поняла, что ничего хорошего ждать не приходится, но глупое сердце надеялось… На что? Не понятно. Почему? Тоже. Просто надеялось. А потом это падение. Падение… Как метка. Как знак свыше… Оно заставило замолчать надежду. Теперь и ум, и сердце смирились с неизбежным.

Нека сидела долго. Медленно сменился час часом — вечер ночью, а она всё сидела.

Наконец, девушка очнулась.

— Ничего. — сказала она в пустоту. — У меня есть я. Это уже много. Значит ещё поживём. Ещё подождем. Ждать я умею.

С такими чувствами Нека отправилась спать. И этой ночью ей впервые за уже долгое время приснился кошмар, но в какой-то момент всё изменилось. он рассыпался, словно его и не было, а вместо него появилось другое сновидение. Нечто солнечное, радостное… Какое-то предвкушение. Но чего?

* * *

В это же время по замку расхаживал разъяренный принц. Только что он получил депешу от брата, требовавшего, чтобы Бриан, как можно быстрее, оказался в провинции Каро, где ситуация в любой момент могла выйти из под контроля.

— Она не готова. — твердил сам себе Бриан. — Не готова. — и тут же сам себя оборвал: — Кого ты обманываешь? К тому, с чем вам предстоит столкнуться, всё равно, подготовиться нельзя.

И правда, в Каро он и Нека могли бы отправиться сразу: всё равно, шансы на успех были такие же. Так нет же! Ему захотелось обезопасить девочку, раскрыть для неё новые грани. Раскрыл… Довёл до нервного срыва!!! Да так, что четвертый час Нека неподвижна, как статуя. Может ворваться? Встряхнуть?! Ага, чтобы окончательно заклинило.

И куда с ней такой ехать?

Внезапно Бриан насторожился. Он почувствовал движение в той одной комнате, что его сейчас интересовала.

Девушка явно встала и что-то сказала. Впрочем, он смог услышать только отголосок:

— Значит ещё поживём. Ещё подождем.

И это было достаточно.

За завтраком следующего дня его императорское Высочество заявил Неке о своём решении:

— Завтра едем в Каро. У тебя день на сборы.

— Хорошо. — улыбнулась девушка, обрадовавшись мелочам: во-первых, переезд в столицу затягивается, а во-вторых, собирать в поездку было особо нечего… Личных вещей у девушки было по минимуму: только самое необходимое, а это означало, что у неё будет свободный день, который она сможет провести так, как она хочет.

Вот только ожиданиям девушки не было дано сбыться. Как только Нека вошла в свою комнату, обилие непонятных коробок, пакетов, свертков поразило её.

Казалось, они были повсюду: на полу, на кровати, на столе… Девушка с некоторой опаской подошла к ближайшей коробке и резко, чтобы не передумать, раскрыла. Там, на дне лежали очаровательные бальные туфельки на высокой шпильке…

Вздохнув, девушка потянулась к пакетам и небрежно вытряхнула их содержимое- какие-то флакончики, наборчики, коробочки посыпались на пушистый ковёр.

— Косметика. — выдохнула Нека. — Но откуда? Зачем? Почему?

Ответить на эти вопросы мог только один человек, к нему девушка и направилась.

— Что ещё? Что тебе непонятно, де Мирт? — неласково встретил её его высочество, а Нека, невольно поморщилась: это его «де Мирт» уже такую оскомину набило… И знал же, что одно воспоминание о семье Ричарда неприятно, а, всё равно, обращался. И ещё родство постоянно подчёркивал…

«Это что напоминание, что мы в его власти? — подумала девушка. — Тогда он делает большую ошибку. Ведь доведёт же. Доведёт… И мне будет на всё чихать».

— Хотела поинтересоваться происхождением и назначением всех тех вещей, что оказались в покоях, выделенных мне. — тем не менее спокойно ответила девушка.

— Пересмотри, померяй и подбери себе новый гардероб. — нахмурился Бриан. — Чего непонятного?

— Простите, но скромному целителю, коим я являюсь подойдет и то, что было. — возразила Нека.

— А моей фаворитке — нет! — отрезал принц.

— Зачем тебе это всё? — устало спросила девушка.

— А я не могу сделать тебя своей фавориткой? — ответил вопросом на вопрос его высочество, удивленный такой реакцией.

— Нет, не можешь. — спокойно ответила Нека. — Я для тебя слишком блеклая.

— Но мы с тобой общаемся на ты! — усмехнулся принц. — Думаешь, я многим прощаю такую вольность?

— У нас с тобой слишком странная история взаимоотношений. — пожала плечами Нека. — То ты спасаешь меня, то я тебя. Только каждое твоё спасение неоднозначно для меня оканчивается. — девушка сглотнула и, глядя прямо в глаза, продолжила: — Знаешь, иногда мне кажется, что каждая наша встреча — это столкновение. Да, именно столкновение: слишком много последствий, по крайней мере, для меня.

— Не поверишь, но для меня тоже… — выдохнул пораженный принц: так точно Нека выразила его собственные мысли.

— Так, зачем? — вернулась Нека к первоначальному вопросу.

— Присаживайся. — махнул Бриан на кресло. — Разговор будет длинным.

Глава 8

Каро

— Что ты знаешь о провинции Каро? — неожиданно спросил Бриан.

— Немного. — задумчиво ответила Нека.

— А всё-таки? — настаивал принц.

— Предположительно с этой провинции и началась Империя, от туда же родом был первый император и там же была древняя столица. Долгое время провинция Каро считалось священной. Да, о чём я говорю! До сих пор там такие налоговые льготы, что остальным частям Империи и не снились.

— Не так уж и мало… — улыбнулся его высочество.

— Мало: просто вся Империя тихо возмущается этой несправедливости, особенно если учесть тот факт, что Каро в общий бюджет практически ничего не приносит и живёт за счет остальных частей Империи. Эх, а всё статус заповедной земли Императора! — вздохнула Нека.

— Тебе кажется это странным? — спросил Бриан.

— Нет, но возмущает подоплека существующего порядка. Это дурацкое оправдание… Якобы эти земли посетил Бог, стал правителем, возвысил и, в конечном счете, основал императорскую династию. Нет, я, конечно, понимаю, что многие правители пытаются доказать свою исключительность, но в не обиду будет сказано: это уже слишком. Хотя в том, как отсталое княжество Каро смогло за какие-то жалкие пятнадцать лет стать Империей, победив соседей, которые намного их превосходили… Да, в этом действительно есть нечто божественное. Хотя… Это было давным-давно, и не исключено, что и древние летописцы, и те, кто их переписывал после, наврали в три короба, исказили картину или преувеличили. — начала вслух рассуждать Нека, чем вызвала ещё одну улыбку принца.

— Но они описали правдивые события. — наконец, возразил Бриан.

— Ага. — поддакнула девушка. — И ты потомок Бога.

— Ага. И я, как и мой брат потомки Бога. — уверенно ответило его высочество.

— Серьёзно? — выдохнула Нека.

— Серьёзней не бывает. — кивнул головой принц.

— И твой непонятный резерв, и непонятное действие побочки… — начали шевелится мысли в голове Неки.

— Всё оттуда. — усмехнулся Бриан понятливости собеседницы. — Сил у нас с братом действительно больше, чем у кого-либо из смертных, а побочки в твоём понимании не существует.

— А в остальном? — не могла не спросить Нека.

— А в остальном мы обычные люди. Обычные смертные. Бог, когда вёл все те войны, был в теле человека, жил как человек. Божественным у него было только происхождение да дух, а вместе с этим и магия — поэтому и потомки его такие.

— Даже так… — просипела девушка. — И почему ты мне всё это говоришь?

— Во-первых, ты от меня не скроешься и зависишь, а, во-вторых, это связано с причиной, обуславливающей наше пребывание в Каро.

Нека смотрела на красивое лицо принца, в его холодные глаза и не могла понять… Всё это просто не укладывалась в голове. Да, девушка верила в нечто сверхъестественное, называемое Богами, но чтобы так… Чтобы они были совсем рядом… А Бриан тем временем начал пересказывать историю своей семьи.

— Давным-давно был Бог. Он был жестоким, беспощадным, кровавым. Он был настолько ужасен, что другие Боги решили его наказать, для этого собрались они вместе, создали смертное тело и обманом заточили в него Кровавого Бога. Но не учли великие, что подчас дух сильнее плоти. Да, Кровавый Бог стал презренным смертным, но душа осталась божественной, а с ней и сущность, и то, что мы зовём магией. Богу в человеке было скучно, ведь это тело было всего лишь клеткой, и тогда решил он развлечься.

Судьба забросила его в Каро. В небольшое, отсталое, убогое княжество.

«Так, даже интереснее». — подумал Бог и решил там и остаться. Меньше, чем за год пришелец из ниоткуда стал князем и начал великую эпоху завоеваний. Под его ногами один за одним падали великие герцогства и королевства. И вот он завоевал полмира, а остановиться не мог. Его манило вдаль всё новое, не покоренное. Казалось ничто не может его остановить, но смогло.

— И что же? — заинтриговано спросила Нека.

— Не что, а кто. Девушка, что стала особенной для него.

— Девушка?! — удивленно переспросила Нека.

Бриан облокотился на спинку своего кресла, сложил руки в замок и закрыл глаза прежде чем продолжить:

— А что же здесь странного? Рано или поздно мы все встречаем кого-то, кто переворачивает наш мир с ног на голову, меняет всё вокруг, размывает наши границы и представление о самом себе. Это может быть наставник, друг, возлюбленная или просто случайный попутчик.

— И кто же встал на пути нашего Бога?

— Рейна. Одна из принцесс покоренных королевств. — Бриан остановился, а потом задумчиво посмотрел на Неку. — Удивительная была женщина. Умевшая быть счастливой, несмотря ни на что…

— Рейна. Рейна. — повторила Нека. — Я абсолютно уверена, что никогда не слышала о ней.

— Она рано умерла. Потомков не оставила. После падения родного королевства значимого места не занимала, а до… Можно сказать, её родная семья скрывала.

— Скрывала? Но почему?

— Она была слепой. Причём не порождению, а, в результате, несчастного случая.

— И это причина? — возмутилась Нека.

— Когда всё рушится, когда всё в огне, нужно быть сильным. Иначе твой враг воспользуется малейшей твоей слабостью. А она была слабостью: её любили. Её невозможно было не любить. Вся семья была готова бороться за неё, а сама за себя она, в случае необходимости, постоять не могла. Она была слабым звеном, которым могли воспользоваться. Поэтому её и скрывали.

— Хорошо. И как о ней тогда узнал Бог? Как они встретились?

— Её отец, когда понял, что королевство обречено, чтобы предотвратить лишние жертвы сдался. Но не просто так… — улыбнулся принц. — Обязательным условием стало то, что Бог обещал позаботиться о семье бывшего правителя.

— Позаботился?

— Да. По-настоящему сильные держат свои обещания.

— И что было дальше? — заволновалась Нека.

— А дальше Бог знакомился со своими подопечными. У отца Рейны было много детей: сыновья и дочери. Среди них были очень талантливые люди. А красивые… Практически все они блистали, как восходящее над морем солнце.

— А Рейна?

— А Рейна… Она отличалась. Слепая, болезненная девчонка. О какой красоте могла идти речь? Но что-то в ней было. Что-то, что заставляла других быть добрее и радоваться тому, что имеешь. Что-то, что заставило короля, её отца, просить для неё особых милостей и именно её вспоминать перед казнью.

И Бог заинтересовался. В-первые заинтересовался чем-то кроме войн. Он захотел понять, что в ней особенного. Может это была улыбка, согревающие сердца? Или смех, заставляющий улыбнуться в ответ? А может то, как на мир смотрела эта слепая… Как ни парадоксально звучит. И Бог пропал.

— Пропал?

— Да, пропал. Он изменился. Ему больше не было скучно, он не тосковал. Войны, смерти, почести — всё утратило значение. Осталась только её тайна и жгучее желание её разгадать. Разгадать даже когда самой Рейны не стало.

— Получилось?

— Кто знает. — потер переносицу Бриан. — Я знаю только одно: когда наступил час смерти его бренного тела, Боги просили его вернуться, а он отказался. Остался бессмертным, блуждающим духом на земле. А если быть точнее в Каро. Там началась его история, там и была более сильная привязка.

— А теперь мы едем туда. Зачем? — прошептала Нека.

— Разумеется, чтобы его найти.

— Повторяю вопрос: зачем?

— Постараюсь объяснить. — Бриан встал и подошёл к окну и уже, глядя в окно, продолжил: — В Каро есть одно любопытнейшее течение: Кровавый Культ. Культ считающий, что Каро ущемляют и желающий повернуть время вспять, чтобы княжество, а ныне провинция снова стала Великой. Так вот, этому Кровавому культу Каро как-то удалось обнаружить дух Бога и заточить в оболочку. Дальше они стали проводить кое-какие обряды, чтобы вернуть Кроваго Бога и его жажду завоеваний, стереть всё изменения, что остались в этой сущности после Рейны. Пока безуспешно, но представь, что будет, если удастся… Какая мясорубка начнётся!

Нека нервно сглотнула, а потом спросила:

— Если вы всё это знаете, то почему действовать начали только сейчас! — взревела она.

— Как сказать… Сначала всё казалось чепухой, да и доказательств как таковых не было, да и другие дела, на тот момент более важные, захлестнули. — усмехнулся Бриан. — А когда ситуация точно приобрела свой контур, тогда действовать и стали. Сейчас культ Кровавых разогнали и за каждым, оставшимся в живых, участником тщательно следят. Но проблема осталась: оболочка с духом. Её надо срочно найти и обезвредить.

— И для этого нужна я. — констатировала Нека.

— Да. — согласился Бриан. — Ты — маг жизни и способна увидеть законы этого мироздания, нити и плетения. Значит, способно увидеть и то, что не принадлежит этому миру.

— Хорошо, но причём тут звание фаворитки? — вспомнила Нека начало разговора.

— Притом. От красивой, дорогой куклы прятать ничего не будут: наоборот, всё покажут и расскажут. И пока покровитель, то есть я, будет занят серьёзными делами, фаворитке, то есть тебе, устроят целый ряд экскурсий и других развлекательных мероприятий. Вот и ходи себе, и присматривайся. О всех странностях сообщай мне.

— А ты уверен, что оболочка именно в административном центре Каро, куда мы едем? И находится где-то в древнем дворце?

— Уверен. Ну, может быть и не в самом дворце, но точно где-то поблизости.

— Ладно, учла, пошла собираться. — встала Нека.

— Иди-иди. — донеслось от окна.

Глава 9

Поиск

Камилла Дорсэ стояла на носу корабля. Было ветрено — и длинные распущенные серебристые волосы развивались как знамя. Но девушка не замечала. Она смотрела куда-то вдаль и ждала, когда же корабль отчалит от берега. Там, где-то далеко находились новые города, новые земли, новый дом и новая жизнь… Жизнь, о которой она так долго мечтала. Там, где всё будет зависеть только от неё самой. И главное, там она точно будет никому и ничего не должна. Там не будет такого страха, не будет такого волнения, зато всё будет точно и легко, как и у других обывателей.

Но почему же тогда не отпускает чувство, что она совершает ошибку… Что об этом шаге будет жалеть…

Бред! Она так этого хотела, так стремилась… А теперь жалеет? Но о чём?! Откуда сомнения?

К ней подошёл высокий, нескладный, похожий на подростка рыжий парень.

— О чём грустишь, сестрёнка? — спросил он, аккуратно обняв за плечи.

— Честно? Не знаю. — усмехнулась Камилла. — Не понимаю.

— А поподробнее? — ответил на улыбку юноша.

— Ох, Дориан… Это сложно.

— А ты попробуй.

— Хорошо. — Камилла развернулась. — Вот смотри, ты подобрал новую мелодию, записал её и, вроде запись соответствует представлению…

— Но чего-то явно не хватает. — дополнил парень. — Ты проверяешь раз за разом, убеждаешься, что всё правильно, так и должно быть, но, всё равно, явно чувствуешь что, что-то не то.

— Вот-вот. — кивнула девушка. — Именно.

— Знаешь, знакомое состояние. — задумчиво произнес Дориан.

— И что ты тогда делаешь?

— Есть два способа. Первый — это отложить на время.

— И как?

— Помогает, но, когда возвращаешься, получается нечто новое, хоть и содержащее компоненты старого.

— Не этот случай. Что за второй вариант?

— Убрать исписанный лист куда подальше, взять новый и попытаться всё переписать заново. Потом сравнить со старым.

— Помогает?

— Не всегда, но определенный шанс есть.

— Значит, нужно просто воспроизвести в памяти события последних недель. — сама для себя прошептала среброволосая девушка и закрыла глаза, а Дориан Дорсэ понятливо ухмыльнулся и отошёл на несколько шагов, чтобы не мешать.

* * *

— Скоро мы прибудем в Каро. — заявил его императорское высочество, обращаясь к Неке. — Нас будет ждать красочный приём. Знают же, демоны, что виноваты, поэтому всячески задобрить пытаться будут.

— Вы о чём? Разве виновные не наказаны? — удивилась девушка.

— Там вся верхушка погрязла. Эффективней напугать, чем казнить. На какое-то время она присмиреет. На время достаточное, чтобы её полностью сменить без особых потрясений в обществе. — ответил принц.

— Значит, Империя никому и ничего не прощает?

— Именно. Просто делает вид и ждёт подходящего момента, радость моя. — улыбнулся Бриан и ласково потрепал девушку за щечку. Нека отшатнулась и поморщилась.

— Привыкай. — холодно заметил принц. — Мне всё равно, как ты реагируешь на мои прикосновения, когда мы наедине, но на публике ты должна играть так, чтобы ни у кого и малейшего сомнения не возникло.

— Поняла. — отстраненно кивнула Нека.

— И да, все они там потенциальные предатели, поэтому всё, что серьёзнее птичего щебетания только ментально. Сознание для тебя я уже открыл — будь добра, подстройся.

— Хорошо. — ответила Нека, выполняя приказ.

— Вот и умница.

Принц был прав. На пристани их встречала целая толпа местной аристократии, разряженная и яркая. Звучали гимны, летели цветы.

Это было бы даже красиво, если бы не так вопиюще… А тут ещё…

— Прости. — раздалось от Бриана — и талия девушки было стиснута сильными мужскими объятиями, а на губах запечатлён страстный поцелуй. — Знаю, что в высших кругах, столь явная демонстрация чувств не приемлема, но они должны поверить, что ты имеешь надо мной некоторую власть. Это заставит их выслужиться ещё больше.

— Аристократия не демонстрирует своих чувств не потому, что так не принято, а потому, что, как правило, их нет. А актерским дарованием, увы, от природы награждены не многие. — осмелилась дерзить Нека, пытаясь сохранить беззаботную улыбку.

— Может и так. — не стал спорить Бриан, к удивлению девушки.

Впрочем, рассуждать долго не пришлось, так как с приветственной речью обратился местный губернатор.

* * *

Камилла приложила пальцы к вискам — голова нещадно болела.

— Я не хочу его помнить. Не хочу вспоминать. — закричала она, глядя в синюю даль.

— Тогда тем более должна. — флегматично заявил её брат. — Чтобы скорее собрать всё в кучку и выбросить на помойку. Пойми, ты должна, чтобы никогда больше не возвращаться.

— Ты прав. — в который раз согласилась девушка.

* * *

Их повели к парадным покоям, чтобы они могли освежиться перед вечерним приёмом.

— Ты, конечно же, предпочтешь отдельную комнату. — раздалось насмешливо от принца.

— Конечно же. А что были варианты?

— А ты как думаешь.

— Я не думаю. Я знаю, что нет.

— Как знать, как знать. — улыбался Бриан, а потом резко перешёл на серьёзный тон: — И, де Мирт, будь осторожна на приёме.

— Ты о чём?

— Не вздумай влюбиться.

— Не вздумаю, хотя бы потому что не в кого.

— На приёме появится, но они не стоят твоего внимания. Банальные охотники за состоянием и положением.

— И что у меня есть состояние или положение? — насмешливо спросила Нека.

— Нет, но ты моя фаворитка, а это подразумевает, что тебя ждет особое вознаграждение после того, как я захочу заменить тебя. Не говоря уже о том, что умная женщина может вертеть очарованным мужчиной, как пожелает. А я играю роль очарованного.

— Ага, спасибо, учту. Но только и я не вчера родилась…

— Но всё такая же наивная. — оборвал его высочество.

И опять Бриан был прав. Вечером кто перед девушкой только не расшаркивался… Правда, делалось всё это втихую, когда принц отходил или был занят.

Зато на него самого вешались красотки всех мастей и мер аристократичности, к сожалению, открыто.

— Ей богу, как в бордель попала. — отплевывалась вечером у себя в комнате Нека. — Наверное, и проститутки так навязчиво себя не продают.

— А ты уже и в борделе успела побывать. — раздалось язвительное замечание от «соседа».

— Нет. Просто литература даёт общее понятие, да и на маркитанок насмотрелась. — почему-то девушке захотелось оправдаться. Почему она не понимала, просто захотелось.

— Ну-ну. — раздалось от Бриана.

Нека хотела возмутиться, но принц опять свернул к серьёзным вопросам:

— Завтра у меня переговоры, а у тебя экскурсии. Что делать помнишь?

— Ты меня за идиотку держишь?

— Ну, есть немного…

* * *

— Ты помнишь, как мы познакомились? — спросила Камилла и ласковым взглядом посмотрела на Дориана.

— Конечно. — улыбнулся парень открытой улыбкой.

— Всё твоя музыка. Она необыкновенная… — зажмурилась девушка.

* * *

Неку уже третий час водили по старому городу. Нет, если бы это действительно была просто экскурсия, то девушке всё бы, безусловно, понравилось, но она была на работе.

Оказывается это больно долгое время смотреть магическим зрением. Слишком большая чувствительность, слишком много информации, слишком много красок, слишком много энергии. Всего слишком. Хотелось всё прекратить и вернуться в своё нормальное состояние, но девушка упорно продолжала: чем быстрее они найдут то, что ищут, тем быстрее уедут.

И не придётся быть всё время рядом с этим ненавистным человеком, с этой толпой, и не придётся переносить его театральные комплименты, прикосновения, поцелуи…

Голова раскалывалась, в ушах звенело, в глазах темнело. И находясь в этом пограничном состоянии, Нека услышала… Потрясающе красивую мелодию, слушая которую боли спадали, а разум прояснялся.

— Вы слышите? — обратилась девушка к приставленной к ней свите.

— Что? — ответила самая старшая и самая важная из дам.

— Музыку. — тихо ответила Нека, чтобы не дай бог не заглушить чудесные переливы.

— Дитя, вы перегрелись. Сегодня слишком жарко. — запричитала дама, а остальные сопровождающие запричитали вслед.

— Нет. — крикнула Нека и почему-то побежала.

Девушка бежала изо всех сил, так быстро, как она могла. Бежала, пока звучала музыка, но вдруг она смолкла — и Нека остановилась. Что произошло, куда она спешила, девушка объяснить не могла. Она просто стояла посреди площади…

И, наверное, долго бы простояла в абсолютной растерянности, если бы её не нагнала её свита.

— Что произошло? Почему вы убежали? — укоризненно морщила лоб какая-то леди.

— Музыка. — просто ответила девушка.

— Точно перегрелись.

— Наверное. — пришлось согласится.

А за обедом только и разговоров было о коварстве Солнца в эту пору года, а ещё многочисленные взгляды в сторону «пострадавшей».

Бриан аккуратно сжал пальчики Неки и ментально спросил:

— Как ты?

— Всё хорошо. — хотела ответить благодарная Нека. Благодарная за то, что тихо и искренне поинтересовался, а не театрально, рассчитывая на толпу. Хотела ответить, но не смогла, потому что опять услышала те волшебные переливы. Они пели, звали, приглашали.

Девушка не смогла усидеть на месте. Она вскочила, отвергая все правила, и опять куда-то поспешила.

— Нека! — окликнул её принц, но она лишь отмахнулась. Не спеша вышла из обеденного зала, чтобы потом броситься со всех ног. И она снова бежала. Сначала вверх по лестнице, затем по коридору, после повернула налево, затем направо и уткнулась в какую-то дверь. Прислушалась — музыка точно шла оттуда.

Почему-то боясь опоздать, Нека резко дёрнула на себя дверь. А там за фортепьяно сидел рыжий, нескладный паренёк и играл. Он играл и не замечал ничего вокруг…

— Де Мирт, где ты? — раздался возглас принца в голове.

— Всё хорошо. — пришлось ответить.

— Тогда, что происходит?

— Неожиданный эффект когда я отпускаю себя. По мимо магического зрения повышается и общая чувствительность. Я действительно слышала музыку, а теперь ещё и нашла кто играл. — честно ответила Нека. — Но теперь я в курсе — и такое больше не повторится.

— Хорошо. Видно ты действительно переутомилась. Отдыхай.

— Спасибо.

Связь прервалась — и Неке ничего больше не мешало слушать. И она стояла и слушала долго-долго… Пока музыкант играл.

— Ой! — воскликнул очнувшийся паренёк. — Вы всё это время здесь стояли?

— Да. — улыбнулась Нека. — У тебя настоящий талант. Давно я не слышала такой потрясающей, завораживающей музыки. Если честно, то вообще никогда.

— Спасибо. — смутился юноша. — Но, наверное, так считаете только вы. Мои родители говорят, что я лишь зря трачу время.

— Они ошибаются! — горячо возразила девушка.

— А как вас зовут? — спросил паренёк.

— Нека. И давай на ты. А тебя?

— Дориан Мори.

— Приятно познакомится.

— Мне тоже.

А потом они просто сидели рядом и говорили ни о чём и обо всём сразу. Дориан рассказывал о своих мечтах, о том, как пишет музыку… О том, что она даже ему снится. Даже не так: ему снятся очень яркие сновидения, под которые музыка побирается сама…

Узнав, кем является Нека и чем занимается последнее время, парень предложил себя на роль экскурсовода.

— Я живу здесь с младенчества и превосходно знаю и дворец, и город.

— Я с удовольствием приму твою помощь. — ответила Нека и это была чистая правда.

Она и приняла, ловко увернувшись от своей новоявленной свиты. И работа стала намного приятней…

Вот только если бы не его высочество с непонятными обвинениями… Нека не знала, кто и что ему наплёл, но выглядел он воистину страшно, когда рано утром, девушка только-только одеваться закончила, влетел в её покои.

— Ты зачем сюда приехала? Чем ты тут занимаешься? — шипел принц, а взгляд… Его взгляд прожигал.

— Работаю. — спокойно отозвалась девушка.

— Ах, работаешь?! А мне кажется романы крутишь!

— А если бы и крутила? Что из этого? — нагло поинтересовалась Нека.

— А ты не крутишь? — как-то успокоился принц, даже голос у него подобрел.

— Нет. Просто нашла единственного толкового и симпатичного человека в этом болоте и нагло его эксплуатирую. — Нека внимательно посмотрела на Бриана. — У тебя всё? А-то у меня с ним встреча. Мы сегодня западное крыло должны осмотреть.

Принц кивнул, а Нека развернулась и ушла.

Впрочем, ничего подозрительного в западном крыле найдено не было.

— Либо этой оболочки — здесь нет, либо я не в состоянии её почувствовать. — устало обратилась девушка к Бриану вечером. Общались они ментально, хотя девушка точно знала: принц за стеной, в своих покоях. Забавно, но такая процедура стала уже привычной.

— Нет, точно где-то здесь. — не соглашался принц. — Я даже точно могу сказать, что где-то во дворце.

— Откуда такая информация?

— Да, так. Нашлась кое-какие документы.

— А в них ничего не говорилось о самой оболочке. Большая она, маленькая? Цвет или форма? Просто я же общий план просматриваю вполне вероятно, могла и пропустить.

— К сожалению, нет. Было сказано, что она как-то проявит себя.

— Печально. Ладно, завтра начну всё заново.

Ноги болели нещадно. И немудрено такие-то расстояния нарезать… Голова, глаза тоже. А ещё бал через несколько часов. А не пойти нельзя…

Во-первых, она, как никак, для толпы фаворитка принца. А, во-вторых, на балу будет играть Дориан. Неожиданный, но приятный сюрприз! После утренней вспышки Бриан изъявил желание познакомиться с Дорианом и даже попросил сыграть что-нибудь на вечернем рауте.

Как обрадовался парень! Весь поход по западному крылу повторял:

— Я буду играть как настоящий музыкант! Его высочество очень добр!

— Не то слово. — мрачно отвечала Нека, стараясь скрыть эмоции, чтобы не огорчить друга.

Нет, возможно, это действительно жест доброй воли, но если Бриан хочет высмеять, оскорбить молодого человека… Боги, да от принца Нека могла ожидать всего и сразу! Вот уж логику кого она не всегда понимала, хоть знала она всегда есть. Жесткая и чёткая.

* * *

— Знаешь, он всегда был для меня сочетанием всего того, что я если и не ненавидела, то точно презирала. Маски, лицемерие, расчёт. Для меня он всегда был отражением того мира, от которого я всегда хотела бежать. — прошептала Камилла.

— Власть опьяняет, слава ослепляет, лесть оглушает, а за деньги можно купить практически всё. Другой вопрос: настоящее ли это всё или так, иллюзия. — спокойно ответил брат. — Неудивительно, что в том обществе, в которое мы оба с тобой попали, люди играют роли, чтобы не потерять своё место под солнцем

* * *

Среброволосая девушка стояла перед большим настенным зеркалом. Длинное темно-синее платье было и к лицу, и к фигуре. Волосы в сложной прическе, а макияж на лице безупречен. Но чего-то не хватало. Чего думать не хотелось. Нека и так чувствовала себя неуютно. Не она это изображение в зеркале, не она…

— Лишь ветошь маскарада. — хмыкнула девушка.

Дверь отворилась и, никого не спрашивая, в комнату вошёл Бриан.

— Зато это настоящее. — мужчина потряс какой-то продолговатой коробочкой.

— Что это? — спокойно спросила Нека.

— Украшения. Ни одна фаворитка не обходится без украшений. — ответил Бриан и открыл футляр. Там, на дне лежало роскошное, массивное ожерелье и браслет.

— А по скромнее в закромах родины ничего не было? — равнодушно поинтересовалась девушка.

— Стоимость украшения, как правило, отражение статуса и отношения покровителя. — разъяснил принц.

— А, тогда ладно. — кивнула девушка.

— Позволишь мне помочь все это одеть?

— Да, хорошо. — снова кивнула Нека.

Теплые руки сначала коснулись запястья, застегнули браслет и аккуратно расправили. Затем Бриан осторожно коснулся шеи. Движения были медленными, плавными, нежными…

— Ну, вот и всё. — хрипло отозвался он и отошёл на несколько шагов.

— Спасибо. — ответила Нека и ещё раз оглянулась на себя в зеркале. Что ж, теперь точно наряд можно было назвать совершенным…

Бал был в разгаре, когда на сцену, где располагался оркестр, вышел Дориан Мори.

Музыканты смолкли, а парень, дождавшись отмашки принца сел играть.

— Потанцуем. — раздался голос Бриана прямо над ухом Неки.

— Может позже? — слабо улыбнулась Нека. — Эту музыку просто нужно слушать…

И Нека вновь растворилась, наслаждаясь мелодичными переливами…

— Интересно, какой узор может быть у столь прекрасной вещи? — подумала она и отпустила себя.

И, да. Узор был удивительным, бесподобным. И он окутывал музицирующего Дориана с ног до головы. Узор сильно отличался от того, который опутывал парня, когда он просто занимался повседневными делами, разговаривал, гулял, но, всё равно, несомненно был именно его.

— Вот же-с… — выругалась Нека, осознавая, что она-таки нашла оболочку.

Глава 10

Братишка

Ошибки быть не могло. Талантливый композитор и музыкант Дориан Мори являлся оболочкой, куда заточили Кровавого Бога.

Что ж, это многое объясняло. Например, почему родители были против увлечения парня музыкой. Почему требовали от него глотать пыль от фолиантов о стратегии и тактике боёв. Почему заставляли нескладного паренька вести практически аскетический образ жизни в соответствии с полевыми условиями и драться… И всё против его собственного желания.

Знали ли родители Дориана, что он оболочка? Безусловно.

Кто ещё мог знать? Кто его знает… Точно творившие заклинания, а дальше…

И что делать ей? Неке? Дориан же живой человек. Очаровательный, прекрасный юноша, который точно ни о чём не подозревает.

Что делать ей?

Рассказать Бриану? И чем это всё закончится для Дориана? Точно ничем хорошим.

Пустить всё на самотёк?

А если у этих уродов получится пробудить сущность Кровавого Бога? Что тогда?

Рассказать всё самому Дориану и ждать его решение?

Тоже не выход… Это значит просто переложить ответственность на чужие плечи.

Если он решит открыться, будет обречён.

Решит оставить всё в тайне, будет всю оставшуюся жизнь боятся и мучатся кошмарами. А Нека сама прошла эту агонию, и парню точно такое не желала.

Боги, как это трудно. Принять решение…

Хотелось что-то разбить, сломать, закричать. Да, хотелось орать во всю глотку!

Но Нека просто сидела на своей кровати в темноте, сжавшись и поджав ноги.

Внезапно девушка встрепенулась и поднялась.

— Все проблемы от недостатка информации. Вот потрясу Бриана, тогда и будет всё ясно.

На этом промежуточном решении девушка и отключилась.

— Де Мирт, хватит разлёживаться. Подъём! — ментально заорал Бриан.

— Что? — подскочила девушка.

— У нас всего два дня осталось. И за эти два дня ты должна найти эту демонову оболочку.

— А если у меня не получится, что тогда делать будем? — начала вести расспросы Нека.

— Я отдам приказ о полном устранении всех, кто хоть каким-то образом относился к Кроваму культу, а также их родственников.

— Но ты сам говорил, что эта вся верхушка! — ужаснулась Нека. — Все у кого есть реальная власть. Тут же такие беспорядки начнутся! Такие жертвы будут.

— А что поделать? Либо мы топим в крови только провинцию Каро, либо под угрозой вся Империя.

— Ладно, а что ты сделаешь с оболочкой, если я её найду? — просто немыслимо, как девушка заставила себя успокоиться.

— Уничтожу, а духа отпущу.

— А культ?

— Будет реализован тот вариант, о котором я тебе ещё говорил на корабле.

— Но почему такая разница? — удивилась девушка.

— Для того, чтобы пробудить дух, хватит и одного посредственного мага, правда, владеющего нужной формулой, а чтобы заточить, создать оболочку там такая мощь нужна… В общем, не одно поколение должно магию собирать.

— А оболочка может быть живой? — задала следующий вопрос Нека.

— С чего бы тебя это интересует.

— Вспомнился Бог и его первое тело. — соврала девушка.

— Может. Но так бы рисковать они не стали, если у них нету формулы.

И эта фраза решило всё, но, боги, как же жутко, мерзко, отвратительно… Сейчас Нека Дести подпишет смертный приговор человеку, виновному только в том, что он оказался в не нужном месте и в ненужный час… Проще говоря, родился в не той семье…

— Зайди, пожалуйста, ко мне в комнату. У нас будет серьёзный разговор. Ментально я не могу.

Скрипнула дверь — принц вошёл.

— Можешь говорить, я наложил полог тишины… — сказал и осекся. Такой Неки Бриан ещё не видел.

Девушка сидела на полу, спиной оперевшись на остов кровати, и беззвучно плакала. Слёзы лились ручьями, а она их не утирала, лишь покусывала нижнюю губу.

— Я тебя напугал? — ласково спросил принц, тоже присев на пол, чтобы их лица были на одном уровне. — Мне самому всё это не нравится, но ничего не поделаешь…

— Нет. — всхлипнула Нека. — Дело в другом.

— В чём же? — поинтересовался Бриан, пытаясь понять, как ему успокоить девушку.

— Оболочка живая! Я это на балу поняла. Неужели нет других ходов?

— Кто это? — воскликнул принц.

— Абсолютно невинный человек. Жертва обстоятельств. Неужели нет другого выхода?

— Кто он? — грозно прорычал мужчина.

— Дориан Мори. — слабо пропищала девушка.

Его Императорское Высочество, принц Бриан медленно поднялся и оставил девушку в одиночестве.

— Так не должно было быть. Не должно. — шептала Нека. — Не должно! Так, не может быть. Просто не может.

А потом в голову пришла шальная мысль:

— Он не ответил! Он не сказал, что нет другого варианта!

Почему-то эта идея полностью овладела девушкой и придала сил. Она поднялась, отпустила себя и заставила чувствовать, искать… Она должна была узнать, куда направился принц, чтобы выведать все варианты.

* * *

— Я в жизни так не спешила. Я в жизни так не волновалась. — грустно улыбнулась Камилла Дорсэ. И это было правдой… Ведь за маму, за Крейнц переживать не было смысла. В обеих ситуациях Камилла изменить ничего не могла, но здесь была возможность. Нет, надежда на эту возможность.

* * *

Нека бежала. Оказалось, что Бриан направлялся к Дориану. И он был близко.

— Я не могу опоздать. Не имею права. — Девушка остановилась на мгновение, но только для того, чтобы раздвинуть нити, чтобы максимально освободить себе путь. И у неё получилось: в музыкальной комнате, где находился Дориан, она оказалась на пару секунд раньше, чем появился принц.

Достаточно, чтобы заслонить собой ничего непонимающего парня.

— Де Мирт, быстро отошла! — орал Бриан.

Нека лишь отрицательно покачала головой и произнесла уже давно набившую оскомину фразу:

— Должен быть другой выход.

— Назови хоть одну стоящую причину его искать? Почему я должен рисковать и терять здесь время? — зло, очень зло твердил его высочество.

Причины? Да, нет таких причин. Вернее, они есть, но Бриану их не понять. Ведь для тех, кто мыслит масштабами, что значит одна жизнь по сравнению с десятком? Да, ничего… Да и против это его любимых законов логики.

Вот только Неке было плевать и на здравый смысл, и на логику. Плевать! Давно плевать с чувством и расстановкой.

И нужно было срочно что-то придумать. Придумать то, что могло задеть и этого принца императорской крови.

Что?

Слова сорвались сами:

— Я люблю его. — может и грязный приём, но Нека произнесла именно это. Почему? Она бы не ответила бы и сама, просто сорвалось.

Девушка боялась смотреть в глаза принца. Боялась, поэтому так и стояла с опущенной головой, пока не услышала звук захлопнувшейся двери.

Потом несколько мгновений было молчание, а затем…

— Это правда? — Нека услышала срывающийся голос Дориана.

— Правда. Ты для меня как младший братишка. — ответила девушка и поняла: она ни словом не согрешила против истины.

— Это хорошо. — засмеялся юноша. — Потому что ты для меня как сестрёнка.

Потом снова было молчание — и новый вопрос:

— А что это было?

И Неке пришлось объяснять…

Долгая работа, муторная и неблагодарная. Ведь видеть, как от каждого твоего слова появляется всё большое отчаяние в глазах дорогого тебе человека больно… А видеть, как его мир рушится, и вовсе невыносимо… Но Нека говорила, рассказывала обо всём, что знала. Честно, непредвзято, так как делала это всегда.

— Всё ложь! — восклицал молодой человек. — Всё ложь! Обман!

— Не всё, но многое.

— Но зачем тогда жить? Почему ты не позволила ему меня убить сразу.

— Чтобы жить. — вздохнула Нека и, понимая, что истерики, кажется, не избежать, погрузила «пострадавшего» в сон.

На что она надеялась? На здравый смысл Дориана. Надеялась, что небольшая передышка немного ослабит эмоции…

Всё время, пока Дориан спал, Нека сидела рядом, боясь, что как только она покинет его, с ним обязательно что-нибудь случится.

Со стороны это бы выглядело забавно, если бы не было так грустно.

Девушка, сидящая на полу в музыкальной комнате, и рыжий паренёк, страдающий от беспокойных сновидений и лежащий на этом же полу.

Спал Дориан всего два часа, но за это время его лицо искривляли самые разные эмоции, но в какой-то момент он успокоился, а через пару мгновений открыл глаза и хриплым от сна голосом спросил:

— Значит, мои сновидения реальность?

— Скорей всего. — тихо ответила Нека.

— И эта девушка. Рейна, кажется, тоже?

— Да. Рейна была реальной фигурой.

— Это хорошо. — слабо улыбнулся Дориан. А потом встал подошёл к фортепиано и заиграл.

Что ж, кажется, кое-кто снова нашёл смысл жизни. Правда, осталось найти способ её сохранить. Но это мелочь, ведь решимость уже есть…

Глава 11

Прорвёмся

— Да, весёлые были деньки. — захохотал Дориан Дорсэ.

— Прямо обхохочешься. — поморщилась Камилла.

* * *

После того, как всё выяснилось, Нека и Дориан стали практически неразлучны.

Она хотела быть рядом, чтобы защитить. Как? Разумеется, сама не знала.

Он же цеплялся за неё, как за единственный островок стабильности в этом бушующем море перемен. И неважно, что их знакомство насчитывало всего несколько недель. Время итак понятие весьма относительное, а в критической ситуации его вообще нет.

На исходе второго дня объявился Бриан, до этого он словно избегал «образовавшуюся» парочку, а тут он отдал ментальный приказ Неке явиться в его покои и прихватить своего «парня».

— Кажется, сейчас всё решится. — побледнела девушка.

— Чтобы ни произошло, я очень ценю, что ты была со мной. Спас… Ай! — взревел Дориан, когда получил удар по солнечному сплетению.

— Не смей меня благодарить! Не смей! — зашипела Нека. — Даже думать не смей, особенно за это!

Девчонка отвернулась и поспешила к принцу и шла так быстро, что Дориан едва поспевал…

Застали они Бриана в весьма помятом состоянии: щетина, круги под глазами, воспалённые глаза, но это было не главным. Главным была фраза:

— Я нашёл выход. — послышался дружный выдох, а принц, как ни в чём не бывало, продолжил: — Шансы 20 на 80. 20- за, а 80 — против.

— 80 это смерть? — поинтересовалась Нека.

— Да.

— Но здесь хоть какой-то шанс. — улыбнулся Дориан.

— Что делать надо? — спросила Нека.

— Нужно будет полностью переплести узоры двух сущностей: Дориана и Бога.

— Но…

— Бог находится в «спящем состоянии», в нём же и останется. Личность Мори не потеряется. Зато, если всё пойдет правильно, Мори, прожив свой срок, уйдёт не один, но и сущность Бога навсегда из этого мира захватит. — не обращая внимания на возражения, продолжил Бриан. — Эту операцию может провести только маг жизни, потому что только они видят нити и могут на них воздействовать, но у тебя, де Мирт, — принц посмотрел прямо в глаза девушки. — не хватит резерва.

— Но ты говорил у нас 20 процентов на успех! — возразила Нека.

— Если ты используешь мой. — пояснил принц.

— Это же невозможно… — совсем сникла девушка.

— Возможно, но только между близкими родственниками.

— То есть, невозможно.

— Де Мирт, — ухмыльнулся принц. — это необязательно родственники по крови. Это могут быть родственные души…

— Ну, точно невозможно!

— Или эмоциональное родство. Чувства порой так связывают людей, что не поймёшь, где заканчивается один, а начинается второй.

— О качестве эмоций говорится? — опять проснулся энтузиазм Неки.

— Нет. — покачал головой Бриан.

— Вот и отлично! — обрадовалась девушка.

И потянусь подготовительные работы… Попытки понять, как плести, куда плести… Тренировка с неодушевленными объектами…

Но Мужчины тоже не скучали(О, да. Ничто не заставляет так быстро взрослеть, как грань, край… Теперь у Неки язык бы не повернулся обозвать Дориана юношей или парнем, перед ней был хоть и молодой, но мужчина). Они подготавливали инсценировку «уничтожение оболочки», которая впрочем могла стать вполне реальной, если операция по изменению узоров провалится…

И вот, постановку сыграли, Дориана Тайно вывезли — и наступила время операции.

Если бы девушку спросили, что она делала. Она бы не ответила или сказала, что забыла…

И это была правдой.

В сознании Неки отложилось только три вещи: небывалая сосредоточенность, пульсация нитей и ожидание около Дориана… Очнётся, не очнётся.

Очнулся.

Правда, встал вопрос, как Дориану Мори жить дальше, ведь для всех он мёрт. И даже, если бы это было иначе, «домой» он не рвался. И за это его нельзя было винить.

* * *

Камилла снова отвернулась и опять смотрела куда-то вдаль.

— Знаешь, я всегда считала Бриана отражением того общества, в котором он родился, рос, живёт. Всегда считала, что в нём отражаются самые яркие черты. Как достоинства, так и недостатки. Но то, что он помог найти выход… То, что жертвовал своим резервом… Ведь это больно и опустошающе, как любое постороннее вмешательство. Но он терпел, не упрекал, не жаловался. Наравне со мной сидел у твоей кровати… А потом, когда всё кончилось, помог тебе получить новые документы. Всё, что бы ты смог начать новую жизнь, поступить в консерваторию. Это поразило…

— А ты? — спросил Дориан.

— Он мне дал свободу. То о чём, я уже не мечтала, похоронила и не вспоминала. Это, вообще, перечеркнуло и то, что было, и то, что будет.

* * *

Нека смотрела на друга. Боги, как он был счастлив! Жив, здоров, независим! Весь мир у его ног. Вот-вот будут готовы документы — и он сможет выпорхнуть, осуществить мечты. Ждать осталось всего-ничего: лишь несколько дней.

Была ли зависть? Возможно, но лишь самую малость. Гораздо больше было радости. Радости, что хоть кто-то выпутался из липкой паутины чужых игр, несчастий, рока. Это уже многого стоило, а то, что это произошло с близким тебе человеком…

Нека всматривалась в черты Дориана, стараясь запомнить. Вряд ли, она когда-нибудь его снова увидит, а запомнить надо… Ведь необходимо же иметь что-то, чтобы не свихнуться, не жалеть себя. Так пусть это будет радость друга, получившего её не без помощи Неки…

— Де Мирт, ко мне в кабинет. — раздался призыв принца. Они снова были в Шато Бриан. Его Высочество принял решение не светиться, пока не будут решены все вопросы с Дорианом.

— Есть, сэр. — насмешливо отсалютовала девушка.

Бриан сидел за своим рабочим столом. Гордый, холодный, величественный.

— Ты можешь уехать со своим дружком. — сказал принц вместо приветствия.

— Правда? — чуть запинаясь, не веря, переспросила девушка.

— Какой вид родственной связи отметить у вас в документах.

— Кузены. — не сомневаясь, ответила Нека. А что? Между собой Дориан и Нека обращались друг к другу не иначе, как братишка и сестрёнка.

— Хорошо. Значит, Дориан и Нека Дорсэ. — отметил в своих бумагах Бриан.

— Камилла. — поправила его Нека.

— Что? — изумился принц.

— Можно сменить имя? Если можно, то Камилла.

— Но почему?

— Из жизни Неки я хочу взять только один период. Время, когда жила Камилла Дести, моя мама. Остальное хочу забыть. Слишком много горечи, которая может отравить будущее. Может это и глупо, но я хочу поменять имя. Для меня это своеобразная гарантия.

— Хорошо. Пусть будет так. Ты свободна.

— Спасибо. — поблагодарила Нека, никуда не торопясь. Её глаза, лицо излучали восторг. Она вся светилась.

— Уйди!!! — крикнул принц — и Нека поспешила, но ничто, ничто не могло испортить ей настроение.

И ничто, и никогда не могло изгладить из памяти Его императорского Высочества младшего принца Бриана улыбку абсолютно счастливого человека. Улыбку Неки де Мирт.

Несколько дней — бумаги готовы. К радости, Камиллы там, среди документов, был ещё и диплом целителя, а также несколько рекомендаций.

Ещё ей выплатили жалование за срок службы Неки де Мирт у его Императорского Высочества. Сумма была таковой, что на первое время денег хватило бы и Дориану, и Камилле.

Вроде, все точки расставлены — и новоиспеченные родственники поспешили в порт, где их ожидал один из рейсовых кораблей.

Вроде, всё хорошо, всё правильно, но Камиллу после ослепительного счастья захлестнула новая волна. Волна сомнений и чувство непоправимости. Чувство ошибки.

Почему? Откуда? Как?

* * *

— Камилла, ты что к нему чувствуешь? — осторожно спросил Дориан.

— Что-то. — спокойно ответила девушка.

— Камилла! — призывая сестру к порядку, повысил голос брат.

— Дориан, не тирань. — отмахнулась она. — Всё, что я знаю: он мне небезразличен. А что, хотелось бы понять самой.

Вдруг девушка засмеялась:

— Я уверена: скоро всё пройдёт. Новые впечатления, знакомства всё затенят. И меня этот вопрос не будет волновать!

— Будет. — не согласился брат. — Поверь мне будет. Неразгаданная тайна манит. Вот Кровавый Бог всю жизнь успокоиться не мог.

— Но я же не ставлю себе цель разгадать!

— Вот именно, сестрёнка, вот именно. Ты даже не пытаешься, а это ещё хуже.

— А чём ты? — взволнованно посмотрела на Дориана кузина.

— Всё о том же. Рискнуть и проиграть — всё же лучше, чем каяться из-за упущенного шанса. Что ты чувствуешь рядом с ним?

— Ты уже спрашивал.

— Я спросил с ним, а не к нему.

Камилла задумалась, а потом предельно честно ответила.

— Волнение, беспокойство. Я же не знаю, что от него ожидать.

— А страх? — спросил Дориан.

— Нет, страха нет. И никогда не было. Никогда.

— Так может тебе вернуться. На некоторое время. Определится — и только потом пытаться начать жизнь заново, ведь иначе не отпустит же.

— Но мне неспокойно, тревожно с ним. Да, я не боюсь его, но от этого не перестала ожидать какой-нибудь гадости!

— Камилла, у тебя были те, с кем рядом было спокойно, хорошо, привычно. Но чем это для тебя кончилось?

— А если я сломаюсь? Если потеряюсь, увязну ещё больше?

— Запомни, сестра. Боги всегда дают ношу по силам, просто мы, смертные, не знаем, на что способны, любим задаваться ненужными вопросами и, вообще, искать самый простой вариант, вместо того, чтобы воспользоваться правильным.

— И откуда ты такой у меня умный? — спросила Камилла и ласково посмотрела на брата.

— Ха, у меня же помимо собственной памяти ещё и воспоминания Бога!

— Дориан. — Камилла остановилась и глубоко вздохнула. — Если я сейчас вернусь, ты один справишься?

— Естественно! Я же совершеннолетний, хоть ты и думаешь иначе. И да, что значит один? Пусть ты не будешь рядом, но останешься моей сестрой, а я твоим братом. И ты всегда сможешь меня найти, когда поймёшь себя и решишь, действительно решишь, что это всё было тебе не нужно.

— Спасибо. — практически одними губами произнесла Камилла.

— Не за что. — улыбнулся Дориан. — А теперь поспеши. — подтолкнул сестру по направлению к трапу.

И Камилла Дорсэ медленно пошла, постепенно ускоряя шаг.

— Извините, мы поднимаем трап. — остановил её служащий.

— Но мне нужно сойти. — ответила ему девушка.

— Ничем не могу помочь. — зло ухмыльнулся мужчина. — Что ж вы сразу не ушли, голубушка?!

— Но мне…

— Не мешайте работать! Займите своё место. Ходят тут всякие мамзели, командуют.

И Камиллу грубо оттеснили.

Возвращаться в неизвестно куда, неизвестно к кому страшно, трудно. И самоё легкое было бы смириться, но когда это Нека Дести выбирала легкие пути?

А Камилла Дорсэ собиралась продолжить традицию.

Когда-то ей рассказывали, что используя нити можно летать. Так почему не попробовать?

Страшно? Как ни странно, нет, зато волнительно и тревожно.

— Как с ним. — почему-то подумалось. И Девушка встала на какой-то ящик у борта, а затем сделала шаг за него.

Глава 12

Камилла спешила… И при этом проклинала сама себя.

Вот зачем? Новых приключений в жизни захотелось? Где её разум? Где её логика?

У неё было тысяча причин против — и только одна за… Причем такая, что на неё ни опереться, ни положиться.

Какое-то жалкое предчувствие! Предчувствие, как в том сне, что снился перед Каро…

И она летела, раздвигала нити, бежала.

Наконец, показались башни Шато Бриан.

— Если он там, то значит судьба. Нет — забуду и вернусь к брату. — загадала Камилла, вспомнив, что его Императорское высочество младший принц не собирался задерживаться.

— Что-то забыли? — спросил привратник. Один из немногих здешних слуг.

— Да. Мне нужно переговорить с его Высочеством. Это возможно?

— Он здесь, но никого к себе не пускает. Заперся в своём кабинете. — улыбнулся старик.

— Но я, всё равно, попробую. Это важно.

— Конечно-конечно. — согласился мужчина. Он не стал препятствовать, ведь ему всегда нравилась эта гордая, независимая девушка. Всегда вежливая, приветливая… — Вас проводить?

— Не стоит. Я же знаю, расположение комнат…

И Камилла шла. Медленно, чеканя каждый шаг…

Дошла, постучала — заперто и никто не откликается. Но не зря же она маг жизни, видящий нити? Потянула за одну — замок щёлкнул. Можно войти. Вдох — выдох, дернула за ручку вошла.

— Я никого не хочу видеть. — раздалось грозное, а потом Бриан поднял голову от созерцания чего-то жутко интересного на абсолютно пустом столе и увидел её. — Нека. — прошептал он. Впервые, он назвал её по имени, но оно уже другое.

— Вообще-то, Камилла Дорсэ, ваше высочество. — поправила девушка и изобразила нечто похожее на реверанс.

— Почему ты здесь? — медленно очень медленно спросил принц.

— Слышала: вы рассчитали своего личного целителя. И вот я имею наглость претендовать на освободившийся пост.

— И ты хочешь на меня работать? — не веря, уточнил Бриан.

— Да. Разумеется, но только, если получу контракт, где будут прописаны обязанности, права, условия. Если меня всё устроит, я останусь.

— Хорошо. Ты получишь его к вечеру. — улыбнулся мужчина. — Одним из условием будет то, что наедине мы не церемонимся.

— Отлично. — улыбнулась в ответ Камилла.

— Но… — Бриан сомневался, но спросил: — Нека, а всё же, почему ты вернулась?

— Сама не знаю. — покачала головой среброволосая девушка. — Но обещаю, как узнаю обязательно сообщу…

Пять лет спустя.

Камилла лежала на траве и лениво смотрела на голубое небо. Куда-то неспешно плыли облака, ярко светило солнце, а ветер приятно шелестел в верхушках деревьев. Красота.

— Ками, дорогая! Куда ты пропала? Тебя его Высочество уже обыскался. — резко раздался откуда-то сбоку голос брата.

Пришлось приподняться, чтобы посмотреть в лицо незваному гостю. Неизвестно, что было написано на лице молодой женщины, но вопрос звучал тревожно:

— Ками, что случилось?

— Ничего…

— Нет? — улыбнулся Дориан. — А мне показалось, что тебя что-то сильно расстроило — и ты убежала успокаиваться.

Ками слабо улыбнулась: брата провести не удалось. Как впрочем, и всегда. Было ли это наследием Кровавого Бога или особенностью музыкального дарования, не имело значения. Главное, Дориан Дорсэ всегда чувствовал настроение окружающих его людей. Может быть поэтому его музыка получалось такой волнующей, трогательной, волшебной.

— Давай рассказывай! — настаивал вчерашний выпускник консерватории. — Иначе Бриану расскажу!

— Не надо.

— Надо, Ками. Надо!

— Я боюсь. — вздохнула женщина.

— Чего? — не понял Дориан.

— Завтра Бриан впервые с женой должен показаться…

— Логично. — хмыкнул брат. — Это же приём в честь рождения их дочери. И чего же боится жена уважаемого человека и мать малютки?

— А что, если меня не примут? Какое «что»? Меня не примут! И что будет дальше? Повторение истории с моей мамой?

— Ками, ты чего! У вас такая крепкая семья: он за тебя голову кому угодно свернёт, и ты за него кому угодно глаза выцарапаешь.

— Дориан, у нас не крепкая, а странная семья!

— Ну, не без этого. Зато не скучаете.

* * *

— Вот скажи, почему практически каждому выпускнику факультета целительства должность личного лекаря какого-либо аристократа кажется синекурой? — спросила девушка.

— Не знаю. — честно ответил принц и поморщился.

— Зато я догадываюсь! Это всё, потому что они с тобой не сталкивались! — ворчала Ками, в очередной раз перебинтовывая и смазывая раны. На его Высочество Камилла Дорсэ работала уже два года из-за это время насмотрелась на такое количество колотых и резанных ран, а также последствий самых разных ядов, что вполне возможно было написать пару научных работ. А всё потому, что её подопечный не любил бездействовать и прятаться за чужими спинами, поэтому всегда был в самой гуще событий. Нет, такая позиция была достойной и заслуживала почтения, но… — Тебе обязательно нужно лезть во все авантюры сразу? Что за безответственность?

— Эй, из-за этой «безответственности» мы тут пару крупных преступлений против короны открыли! — возмутился Бриан.

— Открыли. — согласилась Ками. — Но в семи случаев из десяти можно было так не подставляться, а результат был бы тот же.

— Как знать. — улыбнулся Бриан.

— Как знать, как знать. — бурчала девушка. — Скорей бы, твой брат женил бы тебя на ком-нибудь! Глядишь — поумнеешь, и у меня забот поубавится. А-то сил больше нету тебя с того света вытаскивать!

И, правда, Ками действительно устала: с Брианом они как-то сроднились… Появились какие-то нежные чувства к этому мужчине. Ведь как иначе, когда проводишь много времени в заботах о ком-то…

— Конечно же, именно из-за этого я не могу спокойно смотреть на его раны и травмы и с ужасом думаю, на что он может нарваться в следующий раз. — убеждала себя девушка.

— На ком-нибудь я и сам могу. Вот только сомневаюсь, что остановлюсь. — усмехнулся Бриан. — Мелковаты наши дамы для меня!

— Хочешь поспорим? — взревела Ками в защиту женской солидарности. — Была б твоей женой такую трепку бы задала!

Нет, в своём обычном состоянии она бы пропустила всё мимо ушей, но сейчас она слишком устала. Кроме Бриана пострадала ещё семь человек. Троим из них пришлось делать операцию на месте, а относительно лёгкие раны его Высочества могли потерпеть и до завтра…

Собственно поэтому сейчас девушка и занимались перевязками, а не запаяла рану магией. Резерв, увы, был израсходован.

А всё почему? А потому что кое-кто решил сыграть роль приманки, чтобы раскрыть агентурную сеть вражеского государства.

Камилла долго не понимала, как кто-то мог купиться на такую откровенную бессмыслицу… Ведь все, кто знал принца, видели в нём серьёзного, сильного, расчетливого мужчину и очень, очень могущественного мага. Вот как такой вдруг мог оказаться пленником?!

А потом дошло… Очень мало людей действительно знали Бриана — большинство просто думали, что знали. В юности принц сделал всё, чтобы создать себе имидж богатого наследника, ветреного человека, прожигающего жизнь оболтуса и баловня судьбы. А сейчас просто его поддерживал: одна, две мелкие выходки в год; пара скандальных интервью — и всё.

Так было легче, надежней. И вполне можно было играть, пользуясь дезинформацией противника.

— А давай! — радостно согласился принц.

— Что давай?! — изумилась Ками.

— Я согласен.

— На что?! — не поняла девушка.

— Ну, как же? Ты мне предложение сделала — я согласился.

— Какое предложение? — похолодела Дорсэ. — Я не то имела в виду!

— Зато я понял так.

— Ты издеваешься? Не смешно!

— Ты что оказываешься от своих слов и этим оскорбляешь меня?! Особу, приближенную к императору? — прошипел Бриан, а в серых глазах появились льдинки.

«Вот демоны… — подумала Ками. — Я уже совсем его за своего парня считаю. А тут… Как выкручиваться буду?»

— Нет. — ответила девушка.

— Отлично. Завтра церемония в пять. — сказал, как отрезал принц.

— Что?

— Свободна. Я устал. — произнёс Бриан и наиграно закрыл глаза.

Потом была бессонная ночь и мысль под утро:

— А это он так пошутил. Как обычно, учит. В данном случае, словами не разбрасываться.

Подумала и спокойно уснула.

А утром девушка пришла, чтобы запаять раны своему пациенту. Запаяла, а потом решила всё же спросить.

— А почему бы и нет? — ответил Бриан. — Ты мне нравишься, не мешаешь, не раздражаешь. Большой любви в моей жизни уже больше не будет. А ты вчера волновалась, переживала… И мне безумно захотелось иметь кого-то родного под боком всегда. Ты мне нравишься, очень нравишься, Ками.

На это можно было бы обидеться, но Бриан смотрел так, что у девушки сжалось сердце, и она невольно прошептала:

— Ты мне тоже.

На этом и порешили, а в пять была церемония.

* * *

— Сестрюня, а с каких пор тебя то, как о тебе подумают чужие люди? — спросил Дориан.

— Когда дело касается меня, не смущает до сих пор, но я боюсь за дочь и мужа. — возразила Ками.

— За Бриана не беспокойся. Он, всё равно, не досягаем. А с дочкой что?

— Как бы сплетни на ней не отразились…

— Но как с такими родителями ей может что-то повредить? Или я чего-то не знаю?!

— Не знаешь. — кивнула женщина. — Понимаешь: мы с Брианом, вроде как, блондины, а дочка — жгучая брюнетка. Да, по рождению я тоже, а что поседела рано, так это так сложилось. Ты, Я, Бриан это знают. Но остальные…

— А для остальных, окрашивание волос никто не отменял. Чего ты беспокоишься? — спросил брат. — Или тебя уже кто-то изменой попрекнул?!

— Или. — кивнула Ками.

— И кто у нас такой умный? — сощурился Дориан.

— Брат Бриана. Он специально появился, чтобы посмотреть на малышку. Бриана дома не было. Посмотрел — сделал выводы. Да, ей всего месяц. Понять на кого она похожа невозможно, но волосики…

— Ты мужу сказала? — взревел Дориан.

— Нет. Не хочу ссорить двух братьев. Ты же видел, как муж над малюткой трясётся?! К тому же, во-первых, открыто Император ничего не сказал, лишь намекал. Во-вторых, у него есть повод во мне сомневаться. Сравни социальное положения Бриана и моё. Да, это мы знаем, как всё было, а со стороны совсем по-другому смотриться. А, в-третьих, Император уже получил по заслугам. — улыбнулась женщина.

— Получил?! — изумился Дориан.

— Ага! Моей малютке что-то не понравилось, и она как лупанула не хилым электрических разрядом прямо по «дядюшке». Хорошо дала: мне помощь оказывать пришлось.

— Эээ. И чем это для тебя кончилось? — оторопело спросил брат, а Ками засмеялась.

— Как ни странно удачно. Все «обвинения» с меня были сняты и даже извинения были. Оказалось, что молния одно из проявления родовой магии Бриана. Вот так-то.

— Но ведь это хорошо.

— Хорошо. — кивнула Ками. — А, всё равно, неприятно. И мне очень не хочется, чтобы моя дочь была у всех на языках.

— Не будет. Её папочка этого не допустит.

— Ага.

— Кстати, имя уже ей дали?

— Ты понимаешь ли, какая здесь заморочка… Имя первенцу должен дать отец. Бриан уже выбрал, но мне не говорит. Сказал, что после церемонии сообщит. Ожидаю нечто жуткое!!! Но в крайнем случае, организую двойное имя и буду пользоваться более благозвучным.

Вдруг, Ками насторожилась и поднялась с земли.

— Нам пора возвращаться. Вот-вот дочка проснётся. — сказала она и, не ожидая брата, поспешила к выходу из сада.

Женщина поспешила, но всё же немного опоздала: малышка проснулась без неё. Но Камилла только порадовалась этому, ведь не каждый день увидишь младшего принца с таким по-идиотски растерянным взглядом и с улыбкой, в которой плескалось бесконечное море нежности.

Бриан держал маленький сверточек на руках, слегка покачивал и говорил какие-то несуразности бесконечно ласковым тоном.

— Вот, мы проснулись, а мамы нет. — наиграно обиженным голосом заявил Бриан, заметив жену, но в его серых глазах плясали смешинки.

— Но я же вернулась! — в тон ответила Ками, а потом подошла к мужу, чтобы дотронуться до пухлой щечки их малышки, а потом встать на цыпочки и аккуратно, чтобы не потревожить дочь, поцеловать её папу.

Чуть позже, когда дочура была накормлена, переодета, а затем с чистой совестью заснула, Ками и Бриан спустились в гостиную.

За пять лет эти двое научились общаться и рассказывать друг другу обо всём на свете: от обычного описания дня, до каких-то своих тайных мыслей.

Оказалось, что они всегда смотрят в одну сторону, но по-разному. Может по этому ни один из них не жалел о браке и не желал большего?

Да, Ками действительно не желала большего. Не желала любви или, хотя бы слов о ней. Просто она боялась спугнуть то, что имеет.

И вся эта ситуация жутко напоминала историю её матери. Где-то в подсознании скрывался страх: «Вдруг история повторится? Вдруг у меня будет всё, как у мамы?»

Ками убеждала себя в ошибочности этих мыслей, ведь Бриан не Ричард. Да и не знает она толком, как складывались отношения родителей до того, как они предстали перед обществом.

Но страх был. И он только увеличился стоило Бриану произнести:

— Брат, поражён своей племянницей. — Ками нервно дёрнулась и едва сдержала смех, а муж продолжил: — Он считает, что церемония должна пройти со всей пышностью, поэтому специально пригласил глав аристократических родов со всей Империи. И…

— Что и? — спросила Ками, заглядывая в лицо своему мужу.

— Он высочайшим указом помиловал род де Мирт и позволил им вернуться в столицу. Они тоже будут присутствовать на церемонии.

Ками вздрогнула.

— Неужели моя женушка чего-то боится? — насмешливо спросил Бриан и аккуратно провел пальцем по линии скул Ками.

— Нет. — гордо ответила женщина.

— Ну и, правильно. — улыбнулся Бриан. — Ты же со мной.

Он замолчал, а потом добавил:

— К тому же, Де Мирт имеет право посмотреть на своих дочь и внучку издалека и понять, чего он лишился, ведь ближе я его никогда не подпущу!

* * *

В день церемонии дворец жужжал, трещал… Действительно трещал чуть ли не по швам, столько народу в него съехалось.

Да, что дворец! Вся столица была в предвкушении! Вот только, к счастью или к сожалению, мало кто из люда интересовался малышкой. Всех: от мало до велика, от леди до нищенки на базарной площади, от знатного лорда до мальчика на побегушках — интересовала её мать. Какие сплетни курсировали!!!

В одних, девушка была девицей знатного рода, племянницей одного из королей соседних государств.

— Страшная, болезненная… Стыдно народу показать! — твердил заморский купец при дворе губернатора Грегора.

— Жалко его. Он же такой красавец, такой молодец… — качала головой Александра..

— Но что поделаешь? Дела государственные… — вздыхал её муж.

В других, Ками была дочерью очень влиятельных сановников, своих, местных.

— Чего тогда Бриан жену прятал? — спрашивала мадам де Мирт мужа да свекровь.

— Чего-чего. Здесь, политический расчет! — качал головой Ричард. — Не уж то владыкам надо, чтобы наши лорды переругались между собой? Нет, не нужно. Втихую дело провели, поддержку получили. И да ладно!

— Но почему сейчас расскрылись?

— Как почему? Император сейчас силён, как никогда! Обстановка в стране спокойная, да и ребёнок появился. Никто теперь перечить не будет!

— Эх. — вздыхала старая графиня де Мирт, от зависти зло щуря глазки. — Был бы ты, сын, у власти, то женой Бриана могла быть и наша Сильвия.

В третьих… А это полная чушь! В них говорилось, что она обычная девка-мирянка, хоть и вумная, в смысле, вучёная. Не зря же, при его высочестве личным лекарем числилась!

— Ха-ха-ха! — смеялся барон Генрих фон Альден над россказнями своей старой кормилицы. — Как можно! Бред! Знаю, я его Высочество, как никак университетский приятель! Да, он бы никогда!!! Ведь он даже нам, своим верным друзьям, простого обращения не прощал! И правильно: каждый сверчок, знай свой шесток!

— Вдруг опоила? — не соглашалась старуха. — Она ж целитель! Они много ведают, много знают!

— Пусть так, но Император? Думаешь, он бы позволил бы девке без роду и племени к семье присоединится? Любовницей — возможно, но женой — никогда. Но и это, вряд ли. Целители же холодные, сдержанные, всё в себе держат, чтоб не дай бог силы не выпустить!

А потом был день церемонии.

В тронном зале яблоку не было куда упасть. Из свободного места была только небольшая возвышенность, где располагался Император, его Императорское Высочество младший принц Бриан с дочкой на руках, его жена Камилла да её брат Дориан.

Император восседал на троне в парадных одеяниях. К нему подошёл Бриан с крохой на руках.

Но на церемонию никто не смотрел, все уставились на женщину у трона и её брата, по слухам начинающего, но уже известного композитора.

— Хороша! — решил каждый второй мужчина в зале. — Понятно, почему принц не показывал: боялся, что уведут.

— Точно династический брак. — решили представительницы прекрасного пола. Ведь так изящно и одновременно просто, так величественно, но не надменно, может держаться только персона королевских кровей. Уж в этом придворные кумушки разбираются!

И была ещё одна группа, которая настойчиво хлопала глазами, борясь с неприличным желанием их протереть…

— Не может быть!

— Это не она!

— Но как похожа!

И де Мирты, и фон Альден, и бывший князь с княжной помнили беззаветную девушку Неку Де Мирт-Дести. И сейчас у всех, у них было чувство, что они видят привидение… Чувство жуткое, неприятное, заставляющее глубже заглянуть в себя и поднять всё чёрное, грязное… Всё то, что так мешает радоваться жизни и просто быть счастливым.

И это, это чувство лишь усилилось, стояло его Высочеству сказать:

— И нарекаю свою дочь, младшую принцессу императорской крови, Некой.

— Благословляю. — последовал церемониальный ответ Императора.

— Да будет так! — вторил им зал.

* * *

После церемонии Ками не смогла успокоиться. В висках стучало: «Почему? Почему?» Вопрос выматывал, испытывал так, что женщине ничего не оставалось, как спросить напрямую у мужа.

— Ты уверена, что хочешь это знать? — грустно улыбнулся Бриан. — Это же может испортить наш уютный маленький мирок. Чувство вины ещё никому счастья не приносило, особенно мнимой.

— О чём ты? — не поняла Ками. — Какой вины? Я всего лишь хочу знать, почему это имя…

— Потому что это имя принадлежало моей любимой женщине. — вздохнул муж. — И я думаю, что моя дочь достойна его!

«Значит её звали так же, как и меня когда-то. — подумала Ками. — Но при чём тут вина? Он же мне ничего не обещал, а дал так много… Или он думает, что это я почувствую вину? За что? За то, что забрала счастье другой женщины? Но она мертва, а я живая!»

И вдруг кольнула новая мысль-надежда: «А вдруг он имел в виду меня?! Тогда всё сходится! Я бы не смогла жить с человеком, который любит меня, а я его нет… Это же нечестно, да и сама бы я извелась!»

Заминка и новый сумбурный поток: «Видимо так, но что тогда? Я же его… — остановка — и резкое: — Люблю! Люблю?! А ведь и правда люблю! Просто не понимала…»

И Ками поднимает глаза, и смотрит в такое потерянное и родное лицо.

— Помнишь, ты спросил, почему я вернулась, а я пообещала, как узнаю, обязательно сообщу?

Бриан кивнул, а Ками широко улыбнулась и сказала:

— Я узнала. Я вернулась, потому что влюбилась. В тебя. Просто понять никак не могла.

— И ты меня тоже? — запинаясь, спросил муж.

— Ага. — ответила его жена.

А потом были объятия, поцелуи и, конечно же, разговоры.

— Знаешь, я тогда тебя отпустил с Дорианом, потому что думал, что ты в него влюблена. Но если бы знал, как именно обстояло дело, то ни за что!

— И точно бы потерял. — серьёзно отвечала Ками. — Одно дело, когда уверен, что ты в западне — и совершенно другое, когда можешь выбирать.

— А знаешь, почему я при нашем знакомстве на тебя так орал?

— Девицы достали? — повторила его же версию многолетней давности Ками.

— И это тоже, но суть не в этом. — махнул головой её принц. — Когда-то мне нагадали, что моя суженная будет с неба.

— И ты поверил в этот бред? — засмеялась девушка.

— Разумеется, поверил. Как не поверить, особенно с моим-то происхождением! Был юным, гордым и невесть, что думал и о себе, и о окружающих людях. Вот и здесь нафантазировал, а тут падает на меня какая-то чумазая, растрёпанная девица. Вот совершенно не мой идеал! Да и, не небо это было, а всего лишь второй этаж библиотеки…

— И значит бедную девушку можно гнобить? — возмущается Ками.

— Какая же она бедная? Сама себя не жалеет, и другим жалеть не позволяет. И взгляд… Расставляющий всех по своим местам… И, разумеется, я заинтересовался, хотя не смог в этом признаться даже самому себе. И от уязвленного самолюбия ещё больше зверел. А потом был жуткий период, заставивший меня моментально повзрослеть. Не успел я узнать, кто ты, как состоялась твоя помолвка! И с кем? Ладно, я попытался её сорвать. Сорвал, но ты скрылась, а потом было извещение о твоей смерти…

— Бриан, я так поняла, что твой брат не в курсе, что я маг жизни? — прервала девушка поток воспоминаний.

— Нет. Ему не нужно об этом знать. Это только твоё личное дело.

— Но как он тогда согласие на наш брак дал? Я ведь думала… — выразила Ками ещё один из своих страхов.

— Ха, он мне должен был после Каро. Вот я выторговал в качестве награды право самому решать, какой я хочу видеть свою будущую семью. — усмехнулся мужчина.

И уже засыпая, Ками продолжает обнимать любимого и бормочет:

— Странно, что мы, вообще, встретились.

— Ничего странного. — возмутился принц. — Ведь ты моя девушка с неба…

И никто никого не опаивал, не заманивал, не обманывал, и не было никакого неба. А что было? Столкновение, навсегда изменившее жизнь двух людей.

Content

Ульяна Волхова
Столкновение

Часть 1

Глава 1 Родственников не выбирают

Глава 2 Любовь? Возможно

Глава 3 Любовь? Нет. Её нет

Глава 4 Побег из под венца

Глава 5 Выжить вопреки всему

Глава 6 Жить вопреки

Глава 7 Смысл

Глава 8 Знакомство

Глава 9 Работа. Друг. Жизнь

Глава 10 Очередной поворот

Глава 11 На третьей стадии

Глава 12 Расставить точки

Часть 2 Нека: столкновение

Глава 1 Старые знакомые

Глава 2 Планы

Глава 3 Новый мир

Глава 4 Побег

Глава 5 Из огня да в полымя

Глава 6 Урок

Глава 7 Столкновение

Глава 8 Каро

Глава 9 Поиск

Глава 10 Братишка

Глава 11 Прорвёмся

Глава 12