Давлятшина Варвара

Туэри для воинов (СИ)

Давлятшина Варвара

Туэри для воинов

Страница за страницей Дарья Первоцвет вымарывала черновик договора. С каждой прочитанной строчкой терпения у начальницы кадрового отдела становилось меньше, а вот желание потолковать с автором шедевра, наоборот, возрастало. И если первый параграф, скрипя зубами, можно было пропустить, то остальное - ни в коем случае.

Бред сивой кобылы! Под какой чаёк составлялся документ, не было ясно. Но сказать, что менеджер схалтурила, значит похвалить ее за трудолюбие.

Бросив листы в мусорку, Дарья в раздражении щелкнула кнопками стационарного телефона.

- Любимову ко мне, - не утруждая себя приветствием, прошипела в трубку.

На том конце провода залепетали что-то невнятное, впрочем, чужие трудности главную кадровичку "Замка мастеров" волновали мало. Поставив аппарат заряжаться на базу, она взглянула на часы. Половина четвертого, день практически окончен, но для будущего собеседования ничего подготовлено не было. Да еще корпоротив этот...

Стрелки двигались кое-как, вызванная сотрудница не торопилась. Дарья начинала нервничать. Прикусив губу от нетерпения, яростно теребила ежедневник. Лоб морщился, брови привычно поползли к переносице, и, также привычно остановились на полпути. Незачем хмуриться, в тридцать пять лет иметь уродливые морщины на лбу Первоцвет не собиралась.

- Дарья Евгеньевна, вызывали, - сотрудница вошла без стука.

Подбородок был вздернут, глаза прищурены, походка от бедра. Знала нахалка, что Дарья в курсе её амуров с Вольным. Знала и надеялась на заступничество, и только чуть приподнятые плечи выдавали страх. И не зря. Сколько таких самоуверенных идиоток Первоцвет повидала на своем веку. Прыгнули в постель к шефу, мгновенно королевнами заделались. Плохо понимали, глупые, что тот редко смешивал работу и удовольствие.

- Проходите. Что можете сказать об этом? - фраза получилась несколько резче, чем Дарья хотела, но так даже интереснее.

"Куколка" увидела исчерканные ручкой листы документа, окончившего дни в корзине для мусора, и побледнела. Хотя за слоем штукатурки естественный цвет лица практически не просматривался, Дарья навострилась подмечать такие вот моменты. Больше десяти лет в кадровой службе давали возможность отточить разнообразные умения.

- Это не я! Я проверяла! - страстно воскликнула подчиненная, казалось, пытаясь себя саму убедить в правдивости слов. Но наткнувшись на фирменный взгляд начальницы, потупилась. Еще больше побледнела, разом став на пару лет моложе заявленных в паспорте двадцати трех.

- Насколько помню, вы, Рада Алексеевна, пока не преодолели испытательный срок. Когда он оканчивается? Через неделю? - сотрудница широко распахнула умело накрашенные глаза, несколько раз моргнула и в ужасе уставилась на Дарью, что пристально рассматривала ее.

Невольно сравнивая свои острые черты лица, тонкие волосы и мальчишечью фигуру, Первоцвет понимала - проигрывает. В животе знакомо зашевелился еж ревности. Давно бы пора свыкнуться, да только каждый раз, общаясь с временными фаворитками Александра, чувствовала одно и то же. И даже аналитический ум, на который она опиралась, пасовал, не собираясь разъяснять причину подобной реакции.

- Я исправлю, Дарья Евгеньевна, сегодня же!!! - испуганная молчанием начальницы, залебезила девушка. - Договор будет у вас через полчаса! Я сделаю! - карие глаза, блестящие от непролитых слез, превратили Любимову в настоящую красавицу. Пухлые губы дрожали. Стремясь выровнять дыхание, выпрыгивала из выреза блузки тяжелая грудь.

"Не хочу" - вдруг четко понимает Дарья.

Ни за что и никогда она не оставит ЭТУ девицу трудиться в "Замке". Пусть та притащит хоть сотню идеальных вариантов, будет делать работу за остальных трех вертихвосток, что протирают юбки в ее отделе. Хитрая, ленивая, пусть и с хорошими задатками и образованием, Рада Любимова не нужна ей под боком.

Какая дура согласится греть на груди опасную соперницу? Не она, это точно.

- Свободны. Через сорок минут я вас жду.

Рада вспыхнула, закивала китайским болванчиком и стремглав вылетела из кабинета. Дарья развернулась к монитору, машинально открывая окошко профильной программы. Впрочем, не особо надеясь, что удастся поработать плодотворно. Хотелось плакать, а не вникать в отчет горе-заместительницы. Только слез не было, но имелась память, исправно делившаяся с хозяйкой подробностями случайно подсмотренной вчера сцены. И будто повинуясь умелому фокуснику, исчезали с экрана буквы и цифры, вместо них проявлялись мерзкие картинки...

...Дарья с трудом сглатывает ком в горле. Душно, но кожа покрывается мурашками, словно она стоит на сквозняке. И все потому, что не понаслышке знает, каким бесстыдным может быть язык Александра.

- Перестаньте...сумасшедший! - шепчет Рада, но Дарья прекрасно все слышит, сейчас их мысли созвучны.

- Скажи, хочу, - напирает Александр. - Скажи!

Вдруг в коридоре громко хлопает дверь, девица невольно вздрагивает. Скрипит ключ в замочной скважине, стучат каблуки покидающих офис коллег.

Первоцвет бросает в жар. Если кто-нибудь застукает ее здесь, в закоулке общего кабинета менеджеров, подглядывающую, она не переживет унижения.

И только Вольный как всегда спокоен и решителен.

Звуки стихают.

- Уходи! - вновь неправдоподобно сопротивляется "жертва". Дарью буквально кривит от наигранности ее поведения.

- Не здесь. Не сейчас!

Александр видит актрису насквозь и лишь усиливает напор. Руки притягивают партнершу ближе, ладони комкают подол платья. А Дарья до рези в глазах вглядывается в любимые черты, ища хотя бы тень сомнения на волевом лице.

- Остановись! - стонет Рада.

- Остановись!!! - мысленно вопит Дарья.

- Ни за что! - Вольный привык добиваться того, что хочет.

- Ах..., - мужские пальцы скользят вверх по ноге, задирая ткань все выше, выставляя упругие ягодицы на всеобщее обозрение.

- Пусти!

- Поздно. Я уже не могу остановиться.

- Саша! - уже совершенно беззастенчиво кричит девица, исступленно отвечая на поцелуй чужого жениха.

Дарья зажмуривается, но это мало помогает. Ни ладони, прижатые к ушам, ни тонкая стенка закоулка не спасают, откровенные звуки проникают повсюду. Они давят, вжимают ее тело в дверь и, в конце концов, выталкивают наружу, чтобы оставить за порогом потерянную и оглушенную.

Больно. Вот только она сама согласилась на это. Предлагая руку, Вольный оставлял сердце себе. Он не обманывал, карты были раскрыты сразу, условия сделки оговорены на месте. За десять лет знакомства Дарья более или менее познакомилась с особенностями темперамента нареченного и прекрасно знала, на что себя обрекала, соглашаясь. И сейчас менять правила, не выходя из игры, было уже поздно. Впрочем, разрывать помолвку она тоже пока не была готова.

***

Развалившись на кровати, Максим Ремизов, ведущий инженер-сметчик и соучредитель компании "Замок мастеров" с любопытством следил за подругой. Та, в одном белье и с тюрбаном из полотенца на голове сосредоточенно рисовала на веках стрелки. Закончив, взялась за тушь, при этом ее живот забавно выпучился, а рот сам собой открылся.

Ремизов хмыкнул. Рада, привлечённая звуком, отвлеклась от собственного отражения. С одним накрашенным глазом она выглядела ещё комичнее, отчего наблюдатель расплылся в улыбке. Девушка нахмурилась, лицо приняло совсем гротескное выражение.

- Я жду в гостиной, пожалуй, закажу такси пораньше, - не дожидаясь, пока рассмеется в голос и его выдворят из комнаты, Максим покидает спальню самостоятельно. Удовлетворенно вздыхает, и, ослабив удавку на шее, падает на диван.

Сердито хлопнув дверью, Рада продолжила процесс нанесения боевой раскраски, от которого отвлек неуместный всплеск веселья Макса. Оставался час до назначенного времени, и она торопилась закончить все намеченные манипуляции.

Корпоротив. Первая вечеринка на первом месте работы. И она просто обязана быть сегодня идеальной, показать всем этим напыщенным стервам, особенно самой главной и противной, что Любимова - не пустое место. Рада хорошо помнила беседу в кабинете Первоцвет, никогда ей не было так неприятно. И вроде бы ничего страшного не произошло, но чувство, что макнули головой в навоз, не исчезало.

Девушка тоскливо вздохнула. Сердце застучало сильнее, ладони взмокли, а к щекам прилила краска. Стараясь взять себя в руки, она промокнула взмокший лоб салфеткой и потянулась за платьем. Наряд был выбран заблаговременно, оставалось только набросить на тело. Плюс прическа забирала минут десять.

Приготовившись, опять застыла у зеркала.

"Я ведь нисколько не хуже" - разглядывая отражение, прошептала Рада. Двойник напротив, подтверждая, кивнул.

Кремовое платье до колен смотрелось гармонично на высокой подтянутой фигуре, выгодно подчеркивая достоинства - тяжелую грудь, крутые бёдра и тонкую талию. Черные лодочки на высоком каблуке зрительно стройнили ноги. Каштановые волосы крепились шпильками на затылке, открывая шею, Рада прекрасно осознавала, что подобная прическа придавала образу утонченности и мягкости. Карие глаза даже ей самой казались нереально большими и яркими.

- Ты готова? - ворвался в комнату Ремизов.

- Да, - Любимова отвернулась от зеркала.

- Ммм, Радочка, может, останемся дома? - Рада передернулась от липкого ощущения чужого желания на коже. Максим, не заметив гримасу отвращения, продолжал масляно пялиться на декольте.

- Нет.

Взгляд привычно обежал любовника, подмечая недостатки. Досадливо сжав губы, она затянула галстук, пальцы смахнули отсутствующие пылинки с плеч, одернули полы пиджака.

- Может, все-таки останемся? - попросил Максим, пытаясь вернуть горлу ощущение свободы. - А ну их всех!

- Я же сказала, нет.

- Ладно, ладно, я только предложил. Не злись.

Накатило раздражение, но Любимова его отогнала.

- Раз готова, может, пойдем? На улице стало прохладнее, подождём такси у подъезда?

Рада кивнула, и, подхватив сумочку, первой вышла на лестничную площадку. В коридоре воняло кошками, сигаретным дымом и пролитым пивом. К стенам, изрисованным неумелыми, но крайне изобретательными художниками было опасно прислоняться. Собачья мина на первом этаже не прибавляла комфорта.

Любимова поморщилась. Она не понимала, почему прилично зарабатывающий Максим не мог позволить себе купить квартиру в приличном доме.

- Давай хотя бы опоздаем? - Ремизов догнал на выходе. Прижавшись всем телом, начал беспардонно шарить по груди. - Твой вид сзади просто восхитителен!

- Отстань, времени мало, - процедила сквозь зубы, стараясь экономить воздух.

- Ну, Радочка!

- Вопрос решенный, о чём можно спорить.

- Ну, милая!!!

Любимова замерла, перестав вырываться. Возмущение резкими словами рвалось наружу - как её бесил этот нытик. Но время неумолимо бежало, а шансы влюбить в себя Вольного таяли.

Тогда еще пятикурсника Радочка, оттягиваясь с подругами в клубе, случайно познакомилась с шикарным мужчиной и потеряла себя. Всякими правдами и неправдами прознала, кто это и где его можно встретить. Дальнейший сценарий в умной головке наметился моментально, все же иногда в ней просыпался настоящий стратег, жаль не так часто, как она сама того хотела.

Необходимо было завершить обучение, после - пробраться в компанию, а уж там избранный кандидат никуда бы от нее не делся.

С первым пунктом проблем не возникло, Любимова с отличием окончила Гуманитарный институт, получив на руки красный диплом. Со следующим сложнее - в "Замок мастеров" с улицы не брали, только по протекции руководящих сотрудников, после тщательной проверки и изучения рекомендаций с предыдущего места работы. Впрочем, Рада быстро преодолела и эту трудность, подцепив Ремизова. Несколько встреч, окончившихся постелью, открыли путь в обитель. И как бонус - предложение Максима жить вместе, что для приезжей из области студентки равнялось выигранной лотерее.

Собеседование прошло без сучка, без задоринки, главная мегера фирмы отсутствовала, находясь на очередном семинаре повышения квалификации. Умасленная конфетами и коньяком заместительница, лишь немного поломавшись, подписала договор.

После череды подарков удача отвернулась. Оказалось, что испытательный срок полгода, начальница - жуткая стерва, к тому же обручившаяся с объектом Радиных переживаний, а сам Вольный практически не обращал на девушку никакого внимания.

Как только Любимова не изощрялась, ступала по грани, боясь одновременно привлечь внимания Первоцвет, прошляпить Максима и упустить Александра. В ход шли и томные вздохи, и коротки юбки, искались поводы для посещения кабинета, причины, чтобы задержаться на работе подольше, чтобы затем, ненароком встретиться с директором в более неформальной обстановке. Наконец желаемое свершилось.

Чудесно, великолепно, прекрасно. Нашлись сотни прилагательных, чтобы выразить ее ощущения. Ночью она летала на крыльях от распираемых чувств любви и радости. Вот только счастье было слишком коротко. Утро принесло разочарование - Александр вновь превратился в каменного исполина, недоступного обычным смертным, а его невеста - ненавистная Дарья, довольно прозрачно намекнула, что время пребывания Рады на должности скоро закончится.

От взрыва эмоций спас звонок оператора. Буквально через минуту Максим усаживал ее в такси, и, сообщив точный адрес заведения, устраивался рядом на заднем кресле.

Спустя четверть часа доехали до места.

Усилился ветер. Раде, выходящей из автомобиля, резкий порыв задрал платье. Не обращая внимания на свист бродящих по улице подростков, она поймала подол и спокойно дождалась Максима. Тот расплатился с водителем и, подставив подруге локоть, повел к ресторану.

На входе топтались приглашенные.

- О, какие люди! - шаря глазами по ее фигуре, просиял Павел Шмелев, главный бухгалтер компании. - Радочка, вы сегодня просто неповторимы!

- Спасибо, Павел Михайлович - невозмутимо ответила Рада. - Стараюсь.

- Привет, мальчики, - она лучезарно улыбнулась.

Нестройный хор голосов мастеров участков подтвердил радость от долгожданной встречи.

Ремизов пожал протянутые ладони и, достав из пачки сигарету, принялся крутить в пальцах. Он недавно бросил курить, но привычка держать что-то в руках осталась.

- Кто в курсе, девчонки подошли? - поинтересовалась Рада.

- Да. Уже внутри, - заверил Шмелев. - Ждут только тебя.

- Тогда я к ним, прошу, не задерживайтесь здесь, - сверкнув глазами, она скрылась за дверями.

***

Александр Вольный, директор, он же учредитель строительно-ремонтной компании "Замок мастеров" мысленно облизывался, вспоминая приятную ночку в компании новенькой из кадрового отдела.

Как ее там, Рада? Вроде так. Горячая штучка. Возможно, он еще не раз воспользуется ее "гостеприимством"

Особо пикантный момент, вынырнувший из глубин памяти, заставил его прикрыть глаза. Секундная слабость без труда укрылась от взгляда заместителя. Мгновение - разум с прежним вниманием анализировал речь, Александр был вновь сосредоточен. Собран, равнодушен. Безликие цифры, за которыми скрывались конкретные люди, давно перестали его трогать. Если дело требовало крови, оно получало желаемое. Необходимо уволить каждого пятого, значит, так тому и быть.

Зам торопился, время от времени глаза поднимались на лицо начальства, чтобы перехватить вопрос или нетерпеливый взгляд на часы. За годы работы досконально было выучено, когда нужно поднажать или наоборот остановиться и получить желанную подпись. Затем вылететь из кабинета, дать самому себе глубоко вздохнуть и вновь заняться рутинной работой.

Александр подписал приказ, подчиненный, подхватив папочку, оставил его одного. Откинувшись на спинку кресла, Вольный отметил едва слышный шорох прикрываемой двери, и вновь позволил самому себе мечтать. Ошибка. Планировать. И зачеркивать выполненные пункты в воображаемом списке, на этот раз в другой сфере своей жизни.

Дарья Первоцвет. Несколько лет он добивался ее расположения. Конечно, можно было действовать силой, но, будущая жена не должна испытывать на себе тот убийственный арсенал приемов, используемых им с другими женщинами. Александр реально представлял специфичность своего характера, не строил иллюзий, осознавал, каков он есть, но для ценного человека готов был придержать порывы.

Даша устраивала его полностью. Успешная, приятная внешне, дающая мужчине возможность чувствовать себя чемпионом, однако, лишенная той чертовщинки, ради которой большинство нормальных самцов бросалось в омут с головой. Её можно было уважать. А уважение Вольный ценил больше, чем любое другое чувство. Любовь? Бред. Страсть? Предаваться особым утехам, если возникло желание, можно и с другой, с той же Любимовой, например, выбор есть. Но дать прикрыть спину - только супруге.

Трудолюбивая, амбициозная, в чем-то консервативная, а самое главное - верная компании, выдержавшая долгий путь от стажера до начальника отдела, Первоцвет была бриллиантом среди булыжников - посредственностей, что составляли большую часть сотрудников его компании, как впрочем, и любой другой.

Практически все пункты плана уже выполнены. Он приручил ее к себе, поставил в зависимость от дела и собственного тела. Добился согласия на свадьбу, даже вырвал дату церемонии, оставалась лишь малость - организовать и провести. Но для этого существовали специально обученные люди, ему оставалось только проконтролировать и оплатить.

Сегодня же был повод оторваться от дел и немного отдохнуть. Вольный считал, что женщине нужно позволять маленькие радости, тогда, в будущем, она будет готова для больших свершений. Иногда и корпоративная вечеринка, на которой его невеста получала возможность побыть королевой вечера, могла быть кстати.

- А Рада? - Александр усмехнулся крамольной мыслишке. Потерпит. В конце концов, он ей ничего не обещал.

Позволив улыбке вползти на лицо вновь, директор углубился в работу.

Ресторан "Осьминог" полностью оправдывал полученное при регистрации "имя". Помещение было стилизовано под палубу. Обшитое деревянными панелями, красовалось грубыми, под старину, столами и лавками. Барная стойка превратилась в рулевую рубку, лестница на второй этаж заменена трапом. В панорамное окно вползал огромный спрут, многочисленными щупальцами обвивая символические перегородки.

Официант пиратского вида проводил припоздавших Первоцвет и Вольного к арендованной каюте. Большая комната, отделенная от основного зала фигурным кованым ограждением, давала посетителям ощущение уединенности и уюта. Оценив удобство, тихонько шушукались девушки из бухгалтерии и секретарши. Взирая на молоденьких сплетниц, грозная Антонина Петровна, неизменная глава экономической службы, то и дело качала головой.

Увидев начальство, вскочили из-за стола кадровички, как одна щеголявшие элегантными нарядами. Парочка программистов, увлеченно спорившая над мятым листком из блокнота, поприветствовала сиятельных персон и, как ни в чем не бывало, продолжила дискуссию. Оборвав на полуслове коллегу, сорвался заместитель технического отдела, приседая и раскланиваясь, усадил вновь прибывших на почетные места. Втихаря попытался сунуть Вольному жалобу, но наткнувшись на холодный взгляд, был вынужден ретироваться обратно.

Внесли заказанные блюда. Как и ожидалось, не только на интерьере отразилось название ресторана, в перечень предлагаемых кушаний входили, в основном, рыба и морские продукты. Не самые любимые кушанья директора, впрочем, сегодня он старался не для себя. Пробежав по строчкам винной карты, остановился на виски. Так уж было принято, алкоголь заказывал каждый для себя индивидуально.

Пока остальные определялись, Вольный обежал глазами присутствующих. Удовлетворенно хмыкнул - административный состав присутствовал полностью. И это радовало. Все-таки день образования "Замка", лично для него, был поворотным событием.

Официант доставил заказ. Откупорив бутылку, наполнил шотландской водой жизни тублерс на четверть. Александр невольно залюбовался благородным золотистым цветом напитка, ноздри уловили тонкий аромат груши и киви.

- Коллеги, - он поднялся, заметив, что бокалы сотрудников наполнены. Разговоры за столами как по мановению волшебной палочки смолкли.

- Друзья, соратники! Я рад, что вы сегодня здесь, со мной. И пусть дата не является круглой, тем не менее, это показатель. Показатель того, что наше детище живет и развивается.

Сотрудники едва дышали, внимая, буквально пожирали взглядами. Александр знал, что так на окружающих действовала его контрастная внешность: смуглая кожа, черные волосы и на этом фоне светлая янтарная радужка, привлекающая внимание. Как говаривал один из духовных учителей прошлого, энергия глаз должна невидимыми ниточками цеплять, вести массы за собой. И он в полной мере пользовался этим советом и подарком природы, осознанно воздействуя на людей.

- Тринадцать лет мы не просто плыли по течению, надеясь на удачу, мы боролись. Вместе сражались за клиентов, не щадили головы, стараясь выполнить заказ. Как заправские бурлаки тянули лямку ежедневной кропотливой работы. И мы справились. Закрепились на рынке. Имя нашей компании стало нарицательным! Конкуренты цепенеют, узнав, что представитель "Замка мастеров" появился на тендере. И это только начало!

На лицах присутствующих расцвели понимающие улыбки.

- И я хочу вам всем сказать сегодня спасибо. - Александр поднял стакан. - Антонина Петровна, Павел Михайлович, девочки, прячущие свои чудесные личики в бухгалтерии и экономическом отделе, без вас "Замок" давно бы разорился и пошел с молотка.

Названные персоны смущенно покраснели.

- Мастера участков, расчетная группа - наши лейтенанты строительной службы, вы постоянно находитесь на передовой, благодарю за достойную работу. Игорь, Андрей - волшебники-программисты, ваш профессионализм не дает нам скатиться до уровня средневековья, спасибо огромное. Технический отдел и его замечательный глава Андрей Юрьевич, благодаря вашим знаниям мы шагаем в ногу со временем и можем быть конкурентоспособными. Благодарю покорно. Марина, Ольга, Оксана, наши незаменимые секретари, спасибо вам за труд. Без вас, наших рыцарей, без страха и упрека, мы бы уже утонули в бумагах и захлебнулись в хаосе.

Техники моментально приосанились, девушки заулыбались.

- Ну и, конечно же, наши кадры, Дарья Евгеньевна, девочки, без ваших усилий все эти замечательные люди и специалисты просто прошли бы мимо, команда не сформировалась. Спасибо за чуткость и понимание.

Зал взорвался аплодисментами, однако Вольный жестом остановил начавшуюся вакханалию.

- Давайте же выпьем за то, чтобы и дальше у нас хватало сил и умений быть первыми! Поздравляю!

Гости повыскакивали со стульев, зазвенели сталкивающиеся бокалы, помещение наполнилось гомоном. Александр, напротив, уселся на скамейку. Неторопливо отпил из стакана глоток, покатав жидкость по языку, проглотил. После во рту осталось особое сливочное послевкусие с нотками цитрусовых фруктов и дерева. Чуть позже, когда страсти от первого тоста утихли, долил в стакан воды и выпил до конца.

Время летело незаметно, веселье набирало обороты. Дарья, в процессе блуждания алкоголизированных масс по каюте, была оттерта к противоположной части, откуда периодически посматривала на него. Из голубых немного раскосых глаз исчезла излишняя строгость. На губах то и дело появлялась призывная улыбка. С румяными щеками и растрепанными короткими волосами цвета старого золота, она выглядела очаровательно. Александр помимо воли засмотрелся.

- Потанцуем, - отвлек его от созерцания женский голос.

Нахмурившись, Вольный повернулся, перед взором предстал достаточно откровенный вырез платья. Хотел было отказаться, но завороженный игрой блестящей капли, что в такт дыханию дрожала в ложбинке между грудей, поднялся.

Помещение каюты оказалось не слишком просторным для такого количества гостей, да и было заставлено принесенными дополнительно стульями. Рада, окрыленная удачей, легко лавировала среди мебели, Александр, увлеченный разглядыванием её прелестей, особо не смотрел под ноги. За что и расплатился. Ножки скамьи оказалось достаточно, чтобы его, осоловевшего от виски вывести из равновесия. Директор запнулся. Догнал в полете идущую впереди девушку и впечатался вместе с ней в стену. Успев выставить вперед руки, распорол ладонь о фигурную часть перегородки.

Поднявшись сам, заодно поставив на ноги визжавшую Любимову, недоуменно разглядывал разошедшуюся кожу - все-таки анестезия, принятая внутрь, смягчала боль. Защищая голову от удара, сотрудница инстинктивно жалась к нему, не замечая, что кровь стекает ей на плечо. Услышав грохот и вопли, развернулась Дарья, охнула, и за секунду преодолев расстояние до жениха, схватила за пострадавшую руку. Ее пальцы мгновенно окрасились в алый.

Внезапно время замерло. Секунда недоумения и яркая вспышка ослепила глаза. Мир вокруг менялся.

И вот уже Дарью оглушают удары сердец. Звон падающих от неожиданности приборов, возгласы коллег, шипение Максима, кружащего зверем, превращаются в фон. Слух выхватывает прерывистое дыхание жениха и срывающийся шепот Рады. А внутри рождается мелодия, едва различимая, с каждым вздохом становящаяся громче. Яростнее, мощнее. Она давит, нарушая спокойствие, требует от нее покорности.

Рада вздрагивает. Пальцы хватают запястье Вольного. Ногти впиваются, оставляя на коже красные полумесяцы. Боль канатом сжимает тело, идёт кругом голова. Рассудок мутится, чужое могущество врывается в её сущность. Любимова через силу вздыхает и безжизненной куклой льнёт к мужчине.

Александр летит. Солнце обжигает лицо, раскрашивает облака цветами радуги. Глаза слезятся, вынуждая жмуриться, смахивать влагу. И вновь распахивать веки, боясь пропустить зрелище: блестящие, словно созданные из ртути фигурки плывут в воздухе. Тельца движутся, не замирая ни на секунду, живут, дарят взору наслаждение. Случайное прикосновение к чуду сотрясает, взмахнув руками, Вольный падает в пропасть.

- Что делают?!!!

- Уймите вы их...

- Да держи ты его.

Чьи-то руки дергали Александра в разные стороны, куда-то тащили. Зарычав, он вырвался, свалился на пол, ноги совершенно не слушались, снова вскочил, отбрасывая стулья. Безумно оглядываясь вокруг, желал одного - растерзать первого попавшего. Обнаружил Игоря, удерживающего невесту, Максима, прислонившего к стене Раду, вздрогнул всем телом и замер. Колени подкосились, и он бессильно рухнул на подвернувшийся стул. Глаза сами собой закрылись. Мысли едва ворочались, только Вольный упрямо пытался собрать осколки воспоминаний и сложить их в картину произошедшего.

- Ну, ты и сволочь, Николаевич! - ворвался в сознание голос Ремизова. - Совсем с ума сбрендил.

Александр против воли открыл глаза. Наткнулся на Любимову - девушка едва стояла. Цепляясь за Макса, бездумно пялилась вперед. Словно ощутив взгляд, повернула голову. Густо покраснела, и, зажав рот ладонью, бросилась к выходу. Максим еле успел поймать её. Подхватил на руки и вынес прочь из каюты.

На шум заглянул официант, заметил разгром, окровавленного директора и взбудораженные лица остальных участников попойки. Тут же связался с охраной, и буквально через минуту каюту заполнили хмурые мужчины в одинаковой серой форме.

Пока управляющий расспрашивал свидетелей, Вольного осмотрел прибывший чуть позже фельдшер. Он обработал рану, посоветовал не мочить руку и прямо сейчас отправиться отдыхать. К счастью, ничего страшного обнаружено не было, наложение швов не требовалось. Странное отупение подавляло желание сопротивляться, поэтому Александр, кивнув, согласился с доводами врача.

Узнав, что драки не было, а случившееся - досадное недоразумение, охрана удалилась. Администратор извинился за вторжение и, пожелав хорошего вечера, оставил гостей. Только вот впечатление давило, пришибленные происходящим сотрудники поспешили расстаться. Вечеринка сама собой закруглилась.

Вольный, ссутулившись, побрел в направлении выхода. Невеста, словно привязанная, поспешила за ним.

II

Рада тащилась домой. Сил едва хватало переставлять ноги, не говоря уже о том, чтобы огибать лужи. Оказалось, за то время, пока она находилась в ресторане, успел пройти дождь. И сейчас целые озера ледяной воды мешали движению. Впрочем, это было не важно. Потому как физический дискомфорт не мешал ей наслаждаться муками душевными. В тугой комок сплелись чувства растерянности, желания и неуверенности. Последние решительно выбивались на первый план.

Любимова была единственной дочкой у родителей, и в полной мере вкусила как безграничную любовь, так и их исключительную строгость. Мама, Тамара Александровна, желая девочке стать всесторонне образованной, не ленилась. Постоянно таскала дочь на различные курсы, Раде банально не хватало времени на дружбу, важность представляла только учеба.

Она пыталась протестовать, но сопротивление наталкивалось вначале на удивленный, а после откровенно страдающий взгляд матери и уходило, пришибленное виной. Впрочем, отвоевать кусочек радости удалось после окончания школы, с одобрения родных девушка отдала документы в Экономический университет, находящийся далеко от дома. Вот тогда-то девушка оторвалась по полной.

Обладая врожденной способность легко перерабатывать информацию, она не утруждала себя зубрежкой, и свободное время проводила, так как хотела. Подруги, нескончаемая вереница поклонников, танцы до утра, выпивка. Рада могла похвастаться полноценной студенческой жизнью.

Хотя, просыпаясь утром в постели с очередным воздыхателем, Любимова чувствовала некоторый дискомфорт, ощущение неправильности. Потому как отец, Сергей Аркадьевич, постоянно внушал ей, что за каждый поступок человек должен отвечать самостоятельно. Были то лавры победителя или же плеть побежденного, ответственность ложилась на того, кто совершал.

И сейчас, идя по мокрым улицам города, Рада не была уверена, что произошедшее на корпоротиве - правильно. Даже при ее, в общем-то, свободном взгляде на отношения, Любимова не повела бы себя подобным образом, да еще на глазах коллег, с которыми как она надеялась, будет работать и дальше. На виду у начальницы, относившейся к ней с пренебрежением, а теперь скорей всего и вовсе возненавидевшей.

Но самое поганое было даже не в этом. Девушка безумно хотела продолжения. Жаждала почувствовать губы, тепло его рук. Вновь пережить ту необычайную радость и умопомрачительное ощущение принадлежности к чему-то большему.

Если бы она была уверена, что ее ждут, понеслась назад не жалея ног.

Терзаемая разнообразными чувствами доплелась до дома, когда начало светать. И только попав в квартиру, поняла, как же сегодня устала. Затолкала грязную одежду в стиральную машину и залезла в ванную, горячи струи хорошо смывали с кожи чужую кровь и непрошеные слезы. После душа, чуть промокнув полотенцем тело, побрела в спальню. Тяжелые сиреневые шторы отталкивали первые солнечные лучи, превращая бледно-голубые стены в синие. Комната дышала спокойствием. И как сосредоточие сонного царства, разметавшись по кровати, спал Максим.

Они расстались по дороге, Рада просто устала слушать причитания Ремизова и сбежала. На звонки не отвечала, пообещав в смс-ке, что придет позже. Макс, считавший виновником происшествия Вольного, ни в чем не ее упрекал и смирился с желанием подышать воздухом. Написав в ответ, что будет ждать, не уснет, попросил не задерживаться сильно и не бродить по злачным местам.

Посмотрев на потную тушку в кровати, Рада со вздохом отодвинула руку любовника от края и примостилась рядом. Сон не заставил себя ждать, уже через несколько минут Рада уснула.

Прикосновение к обнаженной спине вырвало из сновидений. Кожа сию секунду стала необычайно чувствительной. Тело, отвечая на призыв, наполняло мышцы упругостью. Не открывая глаз, Рада развернулась. Чужие ладони продолжили изучение, лаская груди и живот. Словно дразня, язык облизал губы, крыльями бабочки прошелся по лицу, спустился к шее.

Она застонала. Открыла глаза и едва не закричала. Возвышаясь над ней, шумно дышал Александр. Взъерошенные черные волосы, намокнув, отливали синим, янтарь глаз обжигал железом.

- Саша? - дрогнула, не веря увиденному.

Внезапно образ поплыл, темные пряди стремительно рыжели, радужка серела. Навалившись всем телом, на ней пыхтел Максим.

Рада зажмурилась, а после резко распахнула веки, вот только картина не поменялась. Резко затошнило. Оттолкнув мужчину, она слетела с кровати и, не разбирая дороги, помчалась в туалет. Дверь ванны захлопнулась автоматически, колени дрогнули, и Рада сползла на пол, в бессилии обхватив голову руками.

Дернулась ручка, она взвизгнула.

- Радка! - крикнули голосом любовника. - Да что с тобой?!

Не в состоянии внятно ответить, молчала.

- Рада! Открой дверь!

- Тошнит. Вчера съела что-то несвежее, наверное, - ответила, тщательно проговаривая слова. - Скоро будет лучше.

- Через пять минут не откроешь эту дурацкую дверь, найду, чем выломать, - пообещал Максим и удалился.

Любимова открыла воду. Набрала в ладошки холодной воды и умыла пылающее лицо, не удовлетворившись, засунула голову прямо под струю. Встала, висящее напротив зеркало честно отразило её не слишком презентабельный вид. Темные тени под глазами отлично гармонировали с лихорадочно красными губами. Мокрые волосы были похожи на мочалку.

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Разозлившись на саму себя, она брызнула водой на отражение. Тут же протерла рукой, размазывая влагу. Двойник в зеркале, будто издеваясь, скривил лицо в безобразной гримасе. Не выдержав, ударила по нему стаканом. Зеркало сдюжило, но тонкая подставка для зубных щеток разбилась. Осколки водопадом хлынули на пол.

За дверью закричал Максим.

Дотянувшись до задвижки, Рада все-таки открыла дверь. Макс, увидев разгром, только покачал головой. Сбегал в коридор и принес тапочки. Она обулась, с молчаливого согласия, вышла.

- Пойдем гулять, - прибрав беспорядок, предложил Ремизов. Любимова, все еще чувствуя полный упадок сил, тем не менее, согласилась.

- Пойдем.

Выйдя из квартиры, отправились на набережную. Уже ничего не напоминало о ночном дожде: солнце высушило лужи и теперь вовсю припекало макушку. Птичий щебет перекрывал лишь детский смех. И только река рвалась из плотины, шумными каплями орошая асфальт.

Присев на корточки рядом с бушующей водой, Рада протянула руку вниз. Максим встал поодаль. Он с опаской относился к глубине, предпочитала любоваться на водоем в отдалении.

- Радушка, - позвал Макс. - Иди ко мне.

Нехотя встав, девушка подчинилась. И сразу же была стиснута в объятьях. Отвечая на жадный поцелуй, старалась разбудить хоть сколько-то приязни. Увы, тщетно, только раздражение и недовольство. Словно ощутив её холодность, любовник отстранился. Косо улыбнулся и предложил вернуться.

Смотря Ремизову в глаза, Рада вдруг ясно поняла, если сейчас возвратится домой, случится непоправимое. Это было так ярко, что она испугалась. Задохнулась от ужаса и, отступив, стала пятиться. Знание гнало прочь, а она на ходу лепетала отговорки, придумывала причины, только бы отпустил и не преследовал. Дал уйти туда, куда ее так сильно тянуло.

***

В душе Дарьи клокотала невиданная буря.

Казалось, одно слово, косой взгляд и она взорвется. Обратится в огонь и сожжет мощью своих чувств находящихся рядом людей.

Как же Первоцвет всех их ненавидела. Александра за то, что прилюдно унизил, позволив такому случиться. Любимову, за то, что посмела прикоснуться к ее, Дашиной собственности. Коллег, которые стали свидетелями безобразной сцены, а после бросали на нее сочувствующие взгляды.

Сжав зубы, женщина смотрела в окно. Служебный автомобиль двигался медленно, но она молчала, не приказывала водителю поспешить. Забившись в угол, старалась не шевелиться. Не видеть Вольного, даже тканью платья не касаться жениха.

Еще чего!

Не дождется слов сочувствия. Пусть страдает в одиночестве.

Память, словно насмехаясь, исправно подбрасывала детали эпизода, чувства вопили о вендетте, ярость лавиной сминала остатки здравого смысла. И только одна мыслишка-предательница смущала. Шептала доверительным голосом, соблазняла заманчивыми образами.

Дарья прислушивалась, невольно соглашалась, вскоре и ей самой стало казаться, что все произошедшее - правильно. И единственно верное сейчас решение - поддаться чувственному искушению. Наброситься на жениха и прямо здесь, в машине, стянуть с него тряпки. А дальше, хоть в бездну.

Но, Первоцвет перестанет быть собой, если вот так запросто покорится сумасшедшему желанию.

Никогда! Ее предки во все времена бились до конца. И она тоже.

Поздний ребенок в семье, поскребыш, как называла мать, Анжелика Львовна, являлась шумным докучливым приложением к старшему талантливому брату. Даша постоянно стремилась выйти из тени родственника, доказать, что и она способна на многое.

Девочка рано поднаторела в чтении и письме. В начальном звене перепрыгнула через класс, быстрее окончив школу и университет. В двадцать - рискнула, подав резюме в недавно образованную фирму Вольного, и не прогадала. В двадцать восемь заняла уже в компании "Замок мастеров" серьезную должность руководителя отдела кадровой службы, где и полноправно властвовала последние семь лет.

Коллегам Первоцвет казалась блатной выскочкой, подчиненные не решались лишний раз обращаться к птице столь высокого полета. Мужчинам нравилась симпатичная и перспективная девушка, вот только сама Дарья, преисполненная собственной значимостью, к выбору спутника относилась серьезно. И только директор, с первого дня знакомства покоривший ее воображение, заставлял броню высокомерия шататься.

Автомобиль остановился. Дарья, на ходу открыв дверцу, вывалилась наружу. Сжала клатч и понеслась к подъезду.

- Подожди, пожалуйста,...любимая, - фраза Александра прирастила к асфальту. Заминка в речи была слишком явной и подействовала будто катализатор. Первоцвет вспыхнула. Развернулась, разъяренной фурией подлетела к Вольному, стащила с пальца кольцо и швырнула ему в лицо.

- Я тебе не любимая! И не Любимова!!!

Жених не сопротивлялся, пока она лупила его сумкой, только берег раненную руку, да отворачивал лицо, чтобы острый краешек ненароком не выколол глаза. Но это только распаляло Дарью сильнее.

- Уходи! Сгинь, гад! - бесновалась она. - Я не желаю больше видеть тебя!

Напоследок хорошенько пнув, убежала в подъезд. Уже в квартире сбила фотографию и, не раздеваясь, упала в кровать.

Адреналин постепенно спадал, тело наливалось тяжестью, но она никак не могла уснуть. Впрочем, подняться и стащить платье тоже не хотелось.

Садилось солнце, тени, наливаясь чернотой, выползали из углов. Перестали шебуршить голуби под балконом, выключили телевизор соседи справа. Взгляд Дарьи блуждал по комнате, натыкался на мебель, одежду, треснутую рамку со снимком.

Рамка...ее словно ударило током. Первоцвет вскочила, пошатываясь, подошла ближе. Взяла рамку, на фото довольно щурился Саша. Хотела было выбросить в мусорку, но вдруг глазам стало жарко, лицо скривилось, а в горле запершило. Дарья всхлипнула, и неожиданно для самой себя впервые за долгое время расплакалась.

Утром Дарья ужасно проголодалась. Разыскав в холодильнике замороженные пельмени, отварила полпачки и, не ощущая вкуса, проглотила. Но все равно не наелась.

Слезы кончились, чувства притупились. Распалявшая саму себя целую ночь, она просто напросто перегорела. Внутри образовалась пустота, которая требовала заполнить её хоть чем-то. Вот и заполняла - едой.

Входная дверь скрипнула, Дарья невольно вздрогнула, но не сдвинулась с места, продолжив меланхолично жевать лист салата.

- Даша, - голос жениха звучал приглушенно. - Ты дома.

Мимолетный взгляд на виновника и резкое.

- Как видишь, да.

Бледный, лохматый, с чёрными кругами под глазами, Александр стоял на пороге кухни.

- Я волновался.

Она пожала плечами.

- Прости, - скрипнул он зубами. - Пустишь? - и, не дожидаясь ответа, вошел.

Поставив миску на стол, Дарья, молча, удалилась в комнату. Вольный поспешил за ней.

- Где спал? - отметив мятый костюм мужчины, все же поинтересовалась она.

- Тут рядом, на площадке.

- Ммм, понятно, - посчитав разговор оконченным, отвернулась.

- Дорогая, - протянул Александр. - Мне нужно кое-что тебе рассказать.

- Я не уверена, что именно сейчас, это хорошая идея.

- Это важно.

- Я так не считаю.

***

Звонок в дверь опередил Дарью, решившую выразить свое отношение к мегасрочным сообщениям.

- Кто это? - спросил Александр, на что получил раздраженное.

- А я знаю? Иди и открой.

Привыкший к более почтительному к себе отношению Вольный сдержал недовольство, сейчас он был не в том положении, чтобы еще больше портить отношения с невестой. Подтверждая, как и обещал хранитель, в груди прочно поселилась тупая ноющая боль, с каждой минутой становящаяся сильнее.

- Хорошо, - буркнул он. - Я открою.

Метнувшись в коридор, не спрашивая, распахнул в дверь и чуть не упал от радости, увидев, кто стоял напротив.

- Я, конечно, дико извиняюсь, но можно я войду? - топталась на пороге Рада Любимова.

- О да! - Вольный со свистом выдохнул воздух. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким счастливым. - Да, конечно, проходи.

Рада переступила порог и едва не запнулась, натолкнувшись на яростный взгляд Первоцвет.

- Вы совсем страх потеряли? - голос невесты звенел от едва сдерживаемой ярости. - Вам вчерашнего было мало?

- Я объясню, - выскочил вперед мужчина. - Закрой хоть на мгновение свой рот!

- Закрой рот! - взвизгнула Дарья. - Да пошел ты! Объясняйся с этой куклой! С меня хватит!

Как и была в халате, рванула к выходу. Александр, ругнувшись, ей на перехват. Успел. Захлопнул дверь перед носом. Схватил. И тут же пожалел об этом.

Первое касание оглушило. Каленым железом прошлось по нервам. Он содрогнулся. Охнул. Пошатнулся, но устоял на ногах. Стиснул в объятьях Дарью, вызывая новую волну мучений.

Ладони стискивали ткань халата, он же больше всего на свете желал разжать пальцы и убежать. Подальше от боли, силы, от знания. От всего. Но даже не мог отвести глаз от ее лица.

Она тоже смотрела, запрокинув в спазме голову. Кривились губы в попытке сдержать вопль, искажалось в мучительной корче лицо. Сила нарастая, втекала и в нее. Стремясь возродиться, бурной рекой сметала преграды. Разрывала клетки, вклинивалась в ДНК, проносилась по крови огненной лавиной. Подстраивала тела под себя. Только вот закончить цепь не могла. Пульсируя между двоими, вызывала ужасную боль.

- Прикоснись! - Александру показалось, что вместе со словом он исторгнул из себя кислоту, разъедающую горло. Рада молчала.

Секунда, две, десять. Больно. Как же ему больно.

Внезапно страдания прекратились. На смену боли пришло желание. И уже две пары рук скользили по коже, вырывая стон. В токе силы разлеталась одежда, обнажённые тела дрожали. Страсть и сила сплетались в невозможный клубок ощущений. Все ограничения и моральные устои падали под напором сумасшедшего чувства принадлежности.

***

Звонил телефон. Мелодия вызова, поставленная на возрастание, врезалась в уши. Дарья нехотя поднялась, с закрытыми глазами стала шарить справа от себя. Но вместо прохладной глади прикроватной тумбочки ладонь нашла другое. Первоцвет в панике одернула руку и распахнула веки. Рядом, повернувшись спиной, спал обнаженный Александр. С другой стороны, собственнически возложив ногу на бедро, к нему прижималась Любимова. Дарья заскулила, с обреченностью отмечая собственную наготу. Вскочила на ноги и заметалась по коридору.

- Прости, - раздался мрачный голос. Дарья вздрогнула, инстинктивно прижимая руки к груди.

- Возьми, оденься, - Александр уже успел натянуть штаны и теперь отводил взгляд, протягивая ей халат. - Я не буду смотреть.

Женщина выдернула из его рук одежду и стала судорожно одеваться. Вольный, как и обещал, глядел в другую сторону. Почему-то за это Дарья была ему сейчас благодарна.

Проснулась Рада. Вперилась бессмысленным взглядом в стену и некоторое время сидела на одном месте. После, будто только очнувшись, тряхнула волосами и стала подниматься. Встав, заозиралась.

Дарья невольно следила за лицом Любимовой, отмечая изменения. Вот Рада заметила Александра и вспыхнула, очаровательно прикусив припухшую нижнюю губу. Вот ее взгляд побежал дальше, наткнулся на саму Первоцвет, девушка охнула и скрючилась, стараясь ладонями прикрыть полную грудь со слезами засосов. Только Первоцвет все уже рассмотрела.

Не говоря ни слова, она запахнула посильнее халат и, подхватив лежащие на полке ключи, пошла к выходу.

Ключ провернулся, но дверь не открылась. Дарья крутанула ручку, та не поддалась.

- Открой, - раздраженно произнесла она, повернувшись к Вольному. - Открой эту чертову дверь!

Александр скрипнул зубами. Вытащил из кармана связку, отличающуюся от Дарьиной только наличием еще одного ключика.

- После того, как все расскажу.

- Я ничего не хочу знать, - припечатала женщина. - Дай ключ.

Вольный показательно сунул связку обратно в карман.

- Ты считаешь, что я не смогу оттуда достать?

- А ты сомневаешься?

- Пусть расскажет, - отозвалась из своего угла Любимова. Дарья метнула на нее взбешенный взгляд. Но сдержалась и выместила злобу на маленьком столике, заваленном разными мелочами. Смахнула дребедень на пол и уселась сверху.

- Ну-с, я готова.

Александр, вроде бы и привыкший к всеобщему вниманию, едва заметно сдулся. Словно ища поддержки, глянул на Раду, та опустила голову. Не найдя понимания, набрал в легкие больше воздуха и начал повествование.

- Помните, в ресторане. Все началось именно там, - пустился он в объяснение. - Хотя нет, все началось гораздо раньше...

... Александр так и стоял напротив входа, забыв, что это, в общем-то, его квартира, куда он перевез невесту совсем недавно. Кашлянули, он повернул голову на звук. Рядом, переминаясь с ноги на ногу, мялся водитель.

- Можете ехать домой, Глеб, - прокаркал мужчина.

Сотрудник хотел было что-то сказать, но, передумав, удалился. Александр проводил взглядом уезжающий автомобиль, затем потоптался возле дома. Увидев на детской площадке грибок, недолго думая устроился внутри на довольно широкой скамейке.

Сегодня ему все равно, главное выспаться, а завтра, с новыми силами он во всем обязательно разберется.

Впрочем, очнулся Вольный раньше, чем рассчитывал. И тут же задался вопросом, а не продолжал ли он спать. Вполне закономерно, потому как открыл глаза не там, где уснул - на мокрой от дождя скамье песочницы, а в другом, совершенно незнакомом месте.

Звук раздающихся шагов заставил напрячься. Александр заозирался по сторонам, ища источник. В противоположной части помещения "разливалась дорога". Подобная появлялась при гадании на двух зеркалах, он видел - в детстве часто подглядывал за сестрой. Словно отражённые друг от друга миллион раз повторения складывались в бесконечную галерею. По ней двигался человек.

Включив бдительность на полную мощность, Александр, не поворачиваясь спиной к возможному противнику, отошел к стене. Незнакомец не уменьшая скорости, приближался. И остановился, когда между ними осталось около двух метров.

- Здравствуй, - наклонил он голову в знак приветствия. - Не нужно меня опасаться.

Вольный напрягся сильнее.

- Меня зовут Стоун Вайт, я хранитель знаний.

- Ваше имя мне ни о чем не говорит.

- Присядем? - показал на табуреты, стоящие в центре.

- Не зачем.

- Как хочешь.

При этом выражение лица собеседника не менялось, будто у него полностью отсутствовали мимические мышцы.

- Чтобы не терять время на ненужные разговоры и убеждения, позволь тебе кое-что показать?

Пожав плечами, Александр выразил согласие. Пропустил вдох, когда на левой стене появился широкий экран.

- Сейчас ты увидишь ни что иное, а собственные воспоминании, - пояснил новый знакомец.

На экране проносились известные события: корпоротив, коллеги, улыбающаяся Даша, сексуальная Рада, падение. Следующая сцена заставила Вольного удивленно приподнять бровь.

Он, марая кровью одежду, лапал обеих женщин. Впрочем, ни одна не сопротивлялась, наоборот, с восторгом отвечала на ласки. Продолжался бардак до тех пор, пока пришедшие в себя сотрудники не растащили сбрендивших коллег по разным сторонам. Но и на этом безумие не остановилось. Его копия, спотыкаясь, металась по каюте, рычала, вела себя как дикое животное. Первоцвет билась в руках программиста, а Любимова рыдала, прижатая Максимом.

- Что это?

- Присядь.

- Хватит мне тыкать! - досадливо возмутился Александр.

- Прошу прощения, - в голосе хранителя не было и капли иронии. - Присядьте, пожалуйста, Александр Николаевич.

Тот нехотя пододвинул к себе стул.

- Думаю, вы в курсе, что в науке существует множество концепций возникновения жизни на Земле?

Вольный кивнул, с трудом удерживая себя от попытки ущипнуть руку, чтобы проснуться.

- Большинство - верные, однако, освещают не все стороны процесса...

- Меня, в общем-то, сейчас мало интересует наука.

- Просто дослушайте. Понимание придет чуть позже.

Александр промолчал.

- Космическое тело остыло, Сущность молодой планеты Земля стала пробуждаться. Как и любое другое молодое существо, она была любопытна. Обладая безграничной свободой и силой, постоянно экспериментировала и самосовершенствовалась. В те времена создавались разнообразные формы жизни, некоторые, что она посчитала тупиковыми, уничтожались, другие, наоборот, всячески лелеялись и пестовались. Обнаружив, что дети могут развиваться самостоятельно, Сущность посчитала себя не вправе вмешиваться дальше и уснула. Но, на всякий случай, оставила частички своей силы...

- Легенды и предания, в данный момент, не интересуют меня тоже.

- Не торопитесь.

Вольный, сцепив руки на груди, буравил хранителя мрачным взглядом.

- Едва появились разумные, грянули и воины за обладание. Чувствуя это, пробуждались подарки Земли, и, выбрав себе подходящих носителей, сливались с ними. Появились странники. Внешне не отличавшиеся от обычных людей, они были уникальны. Обладали умениями, с помощью которых творили феноменальные вещи. Легко устраняли стихийные бедствия, предотвращали моровые поветрия и падежи скота. Община, где странники останавливались, могла спокойно пережить нападение диких зверей или агрессивных соседей. Слава неслась впереди, и везде, куда бы ни приходили эти люди, они считались лучшими и почётными гостями. Гонимые силой, избранные скитались по материкам, приходили на помощь там, где это необходимо. И так было всегда. Пока не случилась беда. В то время спящая планета нередко меняла облик, а землетрясения были частыми гостями. Они-то и поспособствовали смерти беременной возлюбленной одного из странников. Когда тот возвратился домой, застал только руины, да окоченевшие трупы людей. То ли в избранном что-то сломалось, то ли он изначально не являлся идеальным вместилищем для силы, неизвестно. Признанным фактом является одно - странник обезумел. Его ярость стала уничтожать жизни. Долгие годы сотрясалась планета от бесчисленных войн и катастроф. Соратники сумасшедшего всеми силами останавливали воина. Но, ослеплённый горем и местью, он был несокрушим. Проснувшаяся Сущность страдала, её творение умирало, но она ничего не могла сделать.

Интерес Александра к самому рассказу был минимален, его больше интересовало как хранитель, описывая, по сути, страшные события, оставался безучастным. Ни голос Стоуна, ни выражение его лица не показывало хоть какой-либо заинтересованности.

- Лишь объединив силы, странникам удалось уничтожить безумца. Но цена была велика - планета лишилась отмеченных силой избранных. Сущность, наученная горьким опытом, рисковать дальше боялась. Вот только помощники были необходимы ей как воздух. И вскоре сложные эксперименты увенчались успехом. Теперь при активации дары делились на части и выбирали не одного избранного, а троих, способных совместно пользоваться полученной энергией. С момента соединения троица становилась практически единым целым. Избранные физически не могли расстаться, если были старые привязанности, они разрушались, новые сгорали, так и не успев появиться.

Скептицизм Александра нарастал, но он по привычке продолжал внимательно слушать собеседника.

- Примерно один ребёнок на миллион рождается со спящим даром, лишь десять процентов из них проходят инициацию. Большая часть так и остаётся обычными людьми. Другим не дают завершить ритуал свидетели.

- Свидетели? - для проформы осведомился Вольный.

- Внезапно три человека, словно сойдя с ума, набрасываются друг на друга. И цель у них одна - заняться сексом, - блеклые глаза Вайта вперились в Александра. - Как вы.

- Мы? - удивился он.

- Да. Вы, Александр Николаевич и те две милые дамы.

- Что-то вы много говорите, уважаемый.

- Нисколько, лишь знакомлю с изменившимися условиями вашей жизни.

Буравя Стоуна недоверчивым взглядом, Вольный продолжал искать на физиономии нового знакомца признаки издевки или насмешки. Безрезультатно.

- К сожалению, наш разговор ни к чему не приведет. Покажите, где выход.

- Не могу. Уйдёте, когда проснетесь.

- Послушайте, хранитель. Не понимаете, читайте по губам: " Я не верю в ваши бредни".

- Я забыл поведать о самом важном, - как ни в чем не бывало, заговорил Стоун. - Опоздаете с инициацией - умрёте.

Пустые глаза смотрели бесстрастно и отстраненно, на лице стыла маска равнодушия.

- После пробуждения появится тяжесть в груди. Спустя три часа она станет невыносимой. Ещё через два, при благоприятном раскладе, у вас остановится сердце.

- Остановится сердце, - машинально повторил Вольный.

- Лёгкая смерть из списка возможных. Могу озвучить весь перечень.

- Бред! - Александр до хруста сжал кулаки. Ему необходимо было почувствовать боль и проснуться. - Только сон, дурной пьяный сон!

- Или разорвет, - не дожидаясь ответа, продолжил хранитель.

- Перестаньте.

- Испепелит.

- Закройте рот!

- Разложит на атомы.

- Хватит!!!

Слух отмечал новые, более изощренные способы умерщвления. Взгляд же метался по комнате, фиксируя детали: полумрак, отсутствовали окна и двери, из мебели - два табурета посередине.

Миг - руки схватили стул, Александр замахнулся. Через секунду орудие врезалось в стену, пролетев собеседника насквозь.

Вольный пошатнулся.

- Я же слышал ваши шаги? - ошарашенный, он во все глаза пялился на парящего в воздухе Вайта.

- Когда мне нужно чтобы человек меня услышал, он услышит.

- Вы просто накачали меня наркотиками? А видео - монтаж?

Вопрос остался без ответа.

Но вдруг одна единственная мысль вернула Александру надежду, что происходящее - кошмар или горячечный бред.

- Подождите! С Дарьей я знаком давно, Любимова появилась недавно, полгода назад и за это время ничего подобного не случалось. Это ошибка!

- Кровь и физический контакт разбудили силу. Лично у вас, Александр Николаевич, теперь только два выхода: подчиниться и провести обряд до конца или же умереть.

- Смерть? Почему? Разве нельзя оставить все как есть?

- Пробуждение состоялось, энергия растет. Однако инициация не завершилась, полового акта не было. Ваше тело пока справляется, но долго выдерживать нагрузку, рассчитанную на троих, не сможет.

Вольный плюхнулся на табурет. И первые секунды дал себе возможность пожелать чуда, но чуда не было.

В одиннадцать лет, тогда еще подросток Сашка понял, волшебства нет. Есть цели, которые благодаря направленным усилиям становятся реальностью. До этого момента мальчик жил, как и значительная часть его ровесников. Любил спорт, однако успехи оказались так себе, но ему нравилось гонять с друзьями мяч по полю, а зимой кататься на коньках и лыжах. Прохладно относился к учебе, посещал различные секции по интересам. Кружек проектирования стал для ребенка находкой.

В тот день от них ушел отец, предварительно крепко избив маму. Сорокалетний мужчина собрал вещи и исчез в неизвестном направлении. Позднее узнали, что Вольный старший переехал в другую область и стал жить с женщиной, намного младше его по возрасту. Развод мать получила через несколько лет.

После ухода отца жизнь семьи изменилась. Маргарита Игоревна пропадала на работе, стараясь свести концы с концами. Нервничала, раздражалась, практически перестала разговаривать с детьми. Изменилось и отношение Александра. Он понял, что дальше мог рассчитывать только на себя.

Вольный полностью пересмотрел отношение к учебе, налег на дисциплины и одиннадцатый класс закончил без троек. Проектирование не бросил, наоборот, решил сделать профилирующим предметом, надеясь поступить в архитектурную академию. Кроме того добавил в расписание художественную школу.

По выходным успевал посещать секцию бокса, боясь, что в один прекрасный момент может превратиться в откровенного ботаника, не способного защитить самого себя. И у него получалось. Тренер пытался пропихнуть перспективного паренька дальше, но Саша отказался, объяснив позицию. Мужчина понял, но тренировать мальчишку наравне с остальными, не перестал.

Усилия оказались не напрасными, Вольный поступил на бюджетное место градостроительного профиля. Следующие пять лет учился, перебивался случайными заработками. Мать страшно гордилась, пыталась оказать материальную помощь (стипендия сущие гроши). Однако он мужественно отказывался, зарплата учителя начальных классов была не намного больше этой самой стипендии. Когда ему исполнилось двадцать, отец попытался наладить отношения, но он, помня страдания матери, не стал с родителем даже разговаривать.

Через год произошла трагедия - на трассе столкнулись такси и лесовоз. В маршрутке ехали мать и младшая сестра Александра, они погибли на месте.

С тех пор минуло семнадцать лет, в течение которых он решительно строил свою судьбу. Совместно с однокурсником, Максимом Ремизовым организовал ИП, подкопив денег и создав репутацию, замахнулся на большее. К тридцати восьми годам являлся директором перспективной, приносящей хорошую прибыль компании.

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

И вот сейчас, анализируя полученную от хранителя информацию, Александр понимал, что жизнь опять сделала резкий поворот. Отрицать очевидное не получалось, продолжать убеждать себя в том, что увиденное сон - мужчина не хотел. Привыкнув, что от скорости его мыслительной реакции зависело разрешение дела, он считал бесполезной роскошью тратиться на самокопание. Если уж изменения произошли, нужно быстрее вернуть господство над положением.

Конечно, вряд ли перемены принесли пользу, скорее даже наоборот, а это раздражало, ставило в тупик его рациональный ум. Даже пугало, в чем он едва признался самому себе. Вольный привык бороться, фаталистические идеи, восхищавшие многие, не привлекали. Положительные случайности считались грамотно просчитанными действиями, отрицательные - показателем лени и глупости. И в том, что свобода выбора у него осталась, Александр не сомневался. Пусть над ситуацией поработал рок, жребий или кто-то там еще. Не важно.

- Как начать инициацию снова?

- Как и в первый раз - войти в физический контакт с обеими. Это не сложно. Партнерш как магнитом тянет к источнику силы - вам, думаю, напрягаться не придется.

- Смерть грозит только мне.

- Да. Женщины останутся в живых, вот только жизнь без чувств, вряд ли можно назвать счастливой.

Внезапно силуэт Вайта стал размазываться. Комната расплывалась, словно свежая картина, подмоченная водой. Возможно, из-за этого Александру показалось, что он, наконец, увидел признаки эмоций на лице, хранителя. Тот что-то кричал, но он успел разобрать только одно.

- Заверши,...не расставайтесь,...вас найдут...

...три, четыре, десять минут, полчаса, время как будто остановилось. Вольный воспроизводил то, что видел в памяти. Практически слово в слово передавал разговор с хранителем. Казалось, объяснения Вайта навечно отпечатались в голове, обрастая его собственными мыслями и суждениями.

- Знаешь, Саша, вот от кого, а от тебя такого бреда я не ждала, - резюмировала невеста. - Но..., - прикрыла на мгновение глаза. - Нет, я даже на секунду не могу предположить, что это правда. Слишком...даже для меня.

- К сожалению, это правда!

Первоцвет, покачав головой, отвернулась.

- И что дальше? - едва слышно спросила Рада.

- Ничего, - пожал плечами Вольный. - Иди домой.

- Но...

- Даже не думай, - повысил он голос. - Я позволил провести инициацию, потому что от этого зависела моя жизнь. Но больше такого никогда не повторится.

- Но, Саша, - вскинулась девушка. - Ты же сам сказал, что хранитель просил не расставаться.

- Во-первых, для вас, Рада Алексеевна, я - Александр Николаевич, во-вторых, если кто-то и придет, я вам обязательно сообщу.

- Но как?!

- Идите домой, Рада.

- Да вы не...

- Не стоит.

Любимова вспыхнула, но удержалась от дальнейшего спора. Натянув одежду, забрала из протянутой ладони Вольного связку и открыла дверь. На миг остановилась у порога, но, так и не обернувшись, вышла в коридор.

III

Рада брела по городу и слушала ветер, что завывал в трубах, свистел в форточках домов. Гремел железом на крышах, танцевал на асфальте с мятыми бумажками, пел с птицами в кронах деревьев. В скверах и кафе отдыхали люди. Призывно горели неоновые огни вывесок, завлекая посетителей оставить деньги именно в их заведении. Из кинотеатра толпой выходила молодежь, жарко обсуждая просмотренный фильм. Глядя на них, Рада ощущала себя древней старухой, десятки лет коптившей небо.

Любимова не спешила. Пусть в квартире Максима и ждали с нетерпением, она не хотела встречи. Поэтому и шла, считая шаги, осознанно сдерживая желание побежать.

К одиннадцати вечера добралась. Как в тумане преодолела пять этажей и неожиданно нос к носу столкнулась с отцом. Тот стоял рядом с дверью, подпирая плечом косяк.

- Папа? Привет!!! - воскликнула Рада. - Ты откуда здесь? Почему не позвонил?

Алексей Аркадьевич загадочно улыбнулся.

- Решил сделать сюрприз. Может, зайдем в дом?

- Да, да, конечно, проходи, - засуетилась она.

Растягивая губы улыбке, открыла замок. Вопросительно посмотрела на отца, он галантно пропустил дочь вперед. Недоуменно пожав плечами, прошла внутрь. Не оборачиваясь, разулась и, бросив сумочку на трюмо, потопала в комнату.

Внезапно ее грубо схватили за воротник. Рывок, Рада полетела в распахнутую дверь кухни. Ударившись о холодильник, на миг ослепла. Когда зрение восстановилось, Любимова постаралась встать. Только вот ноги не слушались, голова отзывалась болью на любое движение.

Опираясь все на тот же холодильник, она кое-как поднялась. Отец стоял напротив, наклонив голову.

- Мы пришли домой, милая. Повеселимся?

Внезапно тело родственника пронзила крупная дрожь. Ткань футболки затрещала, превращаясь в лохмотья. На глазах испуганной дочери он отращивал себе еще одну пару рук. Кисть развернулась, щелкнули друг о друга острые когти. Создание любовно оглядело новообретенный маникюр.

Тело одеревенело от ужаса, но Рада старательно отодвигалась как можно дальше. Недолго - размер кухни не позволял пятиться бесконечно. А отец приближался.

- Папочка? - пискнула Рада.

- Почти, - зловеще усмехнулся, став похожим на птицу. - Не бойся, маленькая, я тебя не обижу.

Лицо заострилось, глаза приобрели округлую форму, мужчина не шел, подпрыгивал, странно оттопыривая зад. Не хватало крыльев, а так образ был полным.

Словно в насмешку, он выпустил из-за спины крылья.

- Так лучше, не находишь?

- Что происходит?

- Папулечка, ты где? Что происходит? - пародировал отец. - Как ты запела, милая. Я здесь. Здесь. Только присмотрись.

Рада прыгнула. Со всей возможной скоростью, поднырнула под крылья. Кафель скользил - она упала на колени. Уже на четвереньках поползла прочь из квартиры. Вожделенная дверь была почти рядом, но её вновь схватили и впечатали в стену.

- Папа!

- Нее. Вы зовете нас по-другому, - он развернул Любимову к себе лицом. Одной рукой сжал горло, двумя другими прижал запястья к стене. - А сейчас мы с тобой поиграем, доченька.

Коготь вонзился в плечо. Рада закричала.

- Так и знал, тебе понравится, - морда чудовища просто лучилась от удовольствия. - Повторим?

- Отпусти! Прошу! Смилуйся!

- Тю! Это только начало, я еще не наигрался.

Новый удар и новый вопль боли огласил помещение.

- То ли еще будет, - веселился мучитель. - То ли еще будет.

***

- Ушла, - не глядя на невесту, подтвердил Александр.

- Пусть катится, - закрыла входную дверь Дарья.

- Впрочем, в одном она права, хранитель просил, чтобы мы не разлучались.

- Я помню наше соглашение, Саш, - устало проговорила она. - Я понимаю, захотелось экзотики, но хватит нести этот бред. Я, правда, больше не нуждаюсь в продолжение шоу.

- Дорогая, перестань. Я же все рассказал.

- Ты меня оскорбил Вольный, очень сильно оскорбил, - Первоцвет поморщилась как от зубной боли. - И продолжаешь делать это. Может, хватит?

- Может, надо было ее остановить? - будто не слыша, пробормотал Александр. - Вайт сказал ждать, к нам должны придти.

- Сашка, не переходи границы! Остынь!

- А если...

- Что, мне теперь ее и в квартире терпеть? Кто бы там не шел, пусть идут. Найдут ее у себя, нас здесь. В чем проблема-то?

- Вдруг с ней что-то случится!

- Какая разница!!! - взревела Дарья. - Ничего с твоей Любимовой не случится! Я понимаю, что тебе понравилось, но не надо так явно это показывать.

Александр открыл, было, рот, но в дверь зазвонили.

- Черт, - выругалась Дарья. - Если это она, я убью её, - и бросилась открывать. Вольный за ней.

- О, отошли уже! - едва распахнулась дверь, воскликнул незнакомый мужской голос.

- И вам, здравствуйте, - прошипела Первоцвет.

В квартиру вошли трое: двое парней, лет двадцати пяти, и девушка, примерно на пару лет их младше. Она - худенькая, почти прозрачная, голубоглазая блондинка. Легкая улыбка, направленная на Александра смягчала ее слишком правильные, холодные черты лица. Один из спутников, высокий кареглазый брюнет. На вид стройный и гибкий, словно молодая ветка. Он тоже улыбался, с некоторым превосходством разглядывая хозяев квартиры. Особо привлекал внимание последний участник трио: мощный, широкоплечий парень. Весь его образ выражал теплоту и благосклонность.

- Добрый вечер, коллеги, - начала девушка. - Поздравляю, вы все же прошли инициацию и влились в наши ряды. Мы очень счастливы!

- О, Шурик, твои коллеги по ремеслу? - Дарья скрестила руки на груди. - Сколько в час берете, уважаемые?

Незнакомцы переглянулись.

- Как понимаю, все еще сомневаетесь в реальности происходящего?

Первоцвет не ответила, но её взгляд говорил лучше любых слов.

- Горик, покажи, - попросила блондинка мускулистого парня. Тот ей подмигнул и резко выбросил руку вперед. Дарья подпрыгнула от неожиданности. Хотела было возмутится, но пораженная, уставилась на огненный цветок, распускающийся на ладони здоровяка.

- Как?

- Пока не важно, - перебил ее брюнет. - А где третий?

- Третья, - поправил Вольный.

- Так, где третья?

- Ушла, - ответила Первоцвет.

- Куда? - заволновалась блондинка.

- Куда-куда? - нахмурилась Дарья. - Что за странный интерес к этой девке. Домой она ушла. К себе домой.

- Ой, самоубийцы, - схватилась за голову блондинка, - Вам разве не сказали, что нельзя расставаться.

- Ну и?

- И ну, - буркнул темноволосый. - Раз сказали, нужно было слушать. Что за народ пустоголовый пошел?

- За словами следите, уважаемый, - огрызнулся Александр.

- Стоп! - рявкнул здоровяк. - Пока лаетесь, может случиться страшное. Как давно ушла?

- Минут двадцать назад, примерно. Да объясните, наконец, что происходит, - потребовал Вольный.

- В трех словах: если до вашей подруги раньше нас доберется тварь, умрете все, - отрезал брюнет. - Понятно?

- Что? Кто!

- Все объяснения позже. Вспоминайте, где она живет.

Взгляды присутствующих почему-то обратились к Александру.

- Я-то откуда знаю, - удивился он. - Даже не представляю.

- Думай.

- Я знаю, - задумалась Первоцвет. - Вернее ее данные у меня в картотеке, попробую войти в систему "Замка" с ноутбука.

Дарья вернулась в спальню. Пока компьютер загружался, в нетерпении постукивала кончиками пальцев по столу, но вот, наконец, появилось диалоговое окно. Еще минутка, и она ввела код. Впрочем, не особо надеясь на удачу, потому как неделю назад в "Замке", в связи с увеличившимися случаями утечки информации, была усилена безопасность. Теперь, находясь вне защищенной системы, было проблематично добраться до корпоративных данных.

- Нет, не получается, - захлопнув крышку, подтвердила свои опасения сгрудившимся возле стола новым знакомцам. - Придется ехать в "Замок".

- Ладно, отправляемся туда, - перебила блондинка.

Пять минут ушло на сборы, и компания из пяти человек вырвалась из душной квартиры на улицу. Александр, направившийся к своему автомобилю, был остановлен брюнетом и практически под ручку направлен к припаркованному рядом с крыльцом микроавтобусу.

- Вы итак одну потеряли, незачем терять еще и нас, - объяснила блондинка, усаживаясь рядом с ними на задние сидения. Блондин занял место водителя, брюнет - пассажирское.

- Пора познакомиться, как думайте? - спросила девица, когда автомобиль отъехал от дома.

- Пожалуй, давно пора, - согласился Александр. - Дарья Первоцвет и Александр Вольный к вашим услугам.

Первоцвет раздраженно ткнула его локтем в бок.

- Марьяна Кузнецова, - представилась девушка. - Горислав Фамильный, - синеглазый помахал со своего места. - Ну и Петр Князев, ваши наставники на первое время. У вас в головах сейчас миллион и один вопрос, - остановила она, раскрывшую рот Дарью. - Отвечу позже. Договорились?

- Куда нам деваться, - пожал плечами Александр.

- И, в правду, некуда. В одной лодке плывем, - отозвался Фамильный.

- Хотя это довольно-таки спорный вопрос, - пробормотал Вольный, но спорить не стал.

Внезапно Дарья встрепенулась. Выхватила из сумки телефон и стала судорожно рыться в контактах.

- Так, где же он? - бормотала женщина, лихорадочно листая странички. - Где он? О, вот. Нашла!

- Дорогая, что случилось, - напрягся Александр.

- Сейчас, - бросила Первоцвет, вслушиваясь в гудки. - Ира, добрый вечер.

На том конце затараторили.

- Нет. Нет! Ничего не случилось...Да... Не совсем по работе. Ну, ладно, ладно хорошо... Я звоню вам по какому поводу, адрес Любимовой помните?...Да! С Ремизовым живет?! Нет... Не стоит беспокоиться. Обещаю...Записываю...И телефон тоже можете продиктовать?! Отлично! Диктуйте, - Дарья быстро нацарапала данные на листке блокнота и нажала кнопку сброса.

- Разворачивайте на проспект Верн-го, дом 15, - попросила она водителя и вновь схватила трубку, набирая на этот раз тот номер, что был записан на листочке.

- Абонент выключен или находится вне зоны действия сети, - оповестил механический голос. - The subscriber is turned off or is out of coverage.

- Черт, она вне зоны.

- Значит, нужно поторопиться, - помрачнела Марьяна. - Горик, быстрее, у нас мало времени.

- Понял, - парень выкрутил руль и машина развернулась.

Первоцвет взвизгнула и вцепилась в подлокотник, Александр, чудом не свалившись с кресла, стал нервно пристегивать ремень безопасности. Автомобиль же несся по дороге, огибая препятствия на бешеной скорости.

- Если что, к твари не лезете, не орете. И вообще ведете себя ниже травы тише воды, - инструктировал Петр. - Мы сами. Дарья, какая квартира?

- Сорок пятая.

- Ну и славно, пошлите.

Едва успели войти в подъезд, Вольного скрутило. Дарья бросилась к нему, но была остановлена блондинкой

- Вот, зараза! - выругался Князев и, подхватив мужчину, понесся вверх. За ним, игнорируя лифт, помчались остальные.

- Ломай, - приказала Марьяна и отошла от двери.

Осмотрев препятствие, Горислав ударил ногой в область расположения замка. Толстая железная дверь с шумом распахнулась. Он тут же ворвался в проем, но отлетел назад, будто наткнувшись на невидимую стену.

- Гадство! - вскричала Кузнецова и бросилась к партнеру. - Нам не пройти, эта тварь стену воздвигла, - она повернулась к притихшим новичкам. - Придется одним, внутри ваша частичка - пропустит.

Первоцвет обернулась на жениха, все еще поддерживаемого Петром. Стало вдруг необычайно холодно, она поежилась. Судорожно сглотнула и направилась к дверному проему.

Александр дернулся, но Князев держал крепко.

- Да отпусти, ты! - рявкнул Вольный. Вырвался и поспешил за невестой.

Картина, что предстала перед ними, заставила содрогнуться. Обмякшую, окровавленную Раду прижимало к стене четырехрукое крылатое создание. Узнать в этом создании человека, не представлялось возможным.

- О, подкрепление прибыло! Чуточку подождите.

Отбросив Любимову, словно использованную тряпку, оно повернулось к пришедшим.

Накатила ярость. Дикая и безудержная. Завизжав, Дарья бросилась на обидчика. Но, почти сразу, хлесткий удар правыми отнес её к стене. Потеря ориентации прошла быстро. Но голова продолжала кружиться, ныли левое плечо и бок, разболелась поврежденное в юности колено. Первоцвет, опираясь на стену, поднялась на ноги и осмотрелась.

Пока она валялась в беспамятстве, Александр отвлекал тварь на себя. Та, особо не напрягаясь, теснила его к окну, осыпая градом тычков. Всклокоченные волосы висели сосульками, рваная рубаха валялась неподалеку, лила кровь из носа и разбитой губы, кровоточило изодранное когтями предплечье.

Чудовище играло с ним, как со щенком.

- Надоел! - резкий удар в солнечное сплетение заставил его скорчиться на полу. Еще удар в живот, в бок - жених свернулся, прикрывая руками голову.

Дарья, хромая, доковыляла до монстра и всем своим невеликим весом обрушилась сверху. Вцепилась в темные волосы и потянула назад и вниз. Он зашипел, стараясь вырваться, стал лупить крыльями по лицу, но Дарья не разжимала рук.

Продолжая пятиться назад, чудище запнулось о скрюченного Вольного, и с воплем упало, ударяясь затылком об пол. В отупении Первоцвет била морду кулаками, отбивая костяшки пальцев. Вскочила, принялась яростно пинать уже не сопротивляющееся тело.

- Получай! Тварь! Мерзость!

Непонятный жар бушевал в ее крови, силясь вырваться и спалить обидчика, и Дарья, не ощущая боли, колошматила монстра.

- Все, Даша, перестань, оно не шевелится, - Вольный пытался пробиться сквозь пелену безумия. - Хватит! Успокойся! - насильно оттащил её от существа.

Размазывая кровь по лицу, она хаотично ощупывала жениха. Тот морщился, но терпел.

Внутрь ворвался Горислав, следом Петр, придерживающий бледную Марьяну. Увидев подопечных, закричал:

- Взломали! Вы успели? Она живая?

***

Рада приходила в себя.

Болело все тело. Казалось, ее переехал автобус, как минимум. Не понимая, где находится, распахнула веки. Яркий свет лампы резанул по глазам. Протерев их, она огляделась. Чем больше Рада рассматривала окружающую обстановку, тем быстрее возвращалась память.

- Где...он? - просипела, на самом деле боясь смотреть на распростертое тело.

- Да вон, валяется, - махнул в сторону высокий брюнет, непонятно как оказавшийся в квартире.

Любимова с трудом, но повернула голову в указанном направлении, увидела отца, изломанной куклой лежащего на полу. Изменилась в лице, и, приподнявшись, поползла к нему на коленях.

- Эй, куда это ты?! - закричал брюнет.

Но Рада не остановилась. Крылья и другие атрибуты монстра пропали, и теперь на полу лежал обычный мужчина. Ее родной человек.

Руки дрожали, всхлипы вырывались из натруженного горла, когда гладила отца по волосам. Не выдержав, уткнулась ему лицом в живот.

- Радушка! - она отпрянула. - Обними меня, солнышко, - прошептал внезапно оживший родственник.

Ахнула, вздрогнула, но с готовностью выполнив просьбу, прижала его к себе. Душа осветилась надеждой, но сразу погасла, убитая болью. Охнув, Рада разжала руки. Отец упал на пол, усмехнулся, слизывая с длиннющих когтей кровь.

- Доченька, тебе понравилось? - протянул он.

Тут же прозрачная пленка пригвоздила его к полу. Мужчина не сопротивлялся, просто смотрел. Рада, словно завороженная тоже не могла оторвать взгляд.

- Запомни! - удалось прочитать по губам, прежде чем внутрь ворвалось пламя. Ограниченное пространством, обрушило всю мощь на хрупкое человеческое тело. Пара секунд - остался лишь пепел. Пленка пропала.

- Смотри на меня! - кто-то орал, тряся ее словно грушу. - Радка, смотри на меня! - болезненная затрещина заставила открыть глаза. Держа за грудки, на нее смотрел незнакомый блондин. Поняв, что сфокусировала взгляд, прекратил тряску.

- Не спи! - четко произнес он. - Поняла! Ты меня слышишь, не спи!

- Поняла, - кивнула Рада.

- Вставай.

Квартира блестела. Бледные Вольный и Первоцвет, непонятно как оказавшиеся здесь, жались к стене.

- Так, - брюнет критически оглядел потрепанную троицу. - Сейчас пойдете с нами, на месте все объясним.

- Никуда я не пойду, - затрепыхалась Рада.

- Мало одной встречи с тварью? - удивился парень. - За дверью может оказаться еще парочка.

- У меня папа приехал, он будет волноваться, - она старательно объясняла ситуацию. - Потеряет.

- Нет здесь твоего отца, Рада, - вздохнул брюнет. - Нет и не...

Но Рада уже не слышала, темнота отрезала звуки. Девушка проваливалась в нечто густое. Оно поглощало сознание, лишая возможности воспринимать действительность. Впрочем, это ее устраивало. Рада совсем не представляла, как жить дальше.

***

Долгие минуты спускались с лестницы. Пользоваться лифтом запретил Горислав, игнорируя просьбу осветить причину. Вышли на улицу. Петр поколдовал с креслом, превращая его в лежанку, туда и была помещена Рада. Дарья категорически отказалась ехать лежа, мотивируя тем, что её может укачать. Александр не спорил, без слов улегся на имитацию кровати. Марьяна пристегнула их с Любимовой ремнями безопасности, и села рядом. Фамильный оказался вновь за рулем, Петр - на месте пассажира.

- Живы, - криво улыбнулась Кузнецова. - Ну и замечательно. С боевым крещением вас, товарищи.

Первоцвет шмыгнула, Александр сморщился, потревожив разбитую губу.

- Вопросы?

- Только один, - пробурчал Вольный и прикоснулся к сломанному носу. Его лицо опухало и вот-вот было готово превратиться в морду панды. - Меня очень интересует, что это за монстр?

- Тварь.

- Не очень информативно.

- Порождение Пустоты. Кровожадное создание, питается энергией смерти. Может расти и видоизменяться. Именно для борьбы с Пустотой и тварям и были созданы интегритиз.

- Пустота, твари, это уже слишком, я на такое не подписывалась, - пробурчала Дарья, и невольно поглядывая на Раду, спросила. - То чудовище, оно убило его.

- Де нет же! - воскликнула Марьяна. - Не человек это вовсе, тварь. Часто так. Имитируют близкого, того, кому жертва доверяет больше всего. А от человека, по-настоящему ничего и не удается взять, только оболочка. Все ради того, чтобы застать врасплох, чтобы не сопротивлялись, не могли сражаться. Пустота или сами тварюшки, не знаю, обязательно чувствуют рождение интегритиз. Уничтожить только что инициированных полезно, столько энергии, толком даже не усвоенной выходит наружу. Жри, не хочу. Поэтому-то хранитель и просит не разделяться и не уходить с места, втроем разобраться всегда проще. Сам-то хранитель тоже чувствует рождение и отправляет к новичкам ближайшую тройку.

- Подожди! - прервала Дарья. - Я недопонимаю, Пустота - это что?

- Хм. А что вам поведал Вайт?

Дарья пересказала, что помнила из рассказа жениха.

- Проблема? - поинтересовался Вольный, видя удивленное лицо наставницы.

- Нет, скорее неполная информация. Не успел, видимо, Стоун рассказать все до конца. Ладно, скажу сама. После уничтожения безумного мстителя появилась новая угроза. Нечто не имеющее определенных форм и границ, питающееся жизненной силой. В Пустоте рождаются твари, по сути, эдакие ходячие рты. Их единственная функция - вернуть и приумножить энергию, из которой они произошли. То есть убивать. Неизвестно, откуда появилась Пустота, но уже многие столетия интегритиз ведут борьбу с ней.

- То есть, мы превратились в супергероев, типа человеков-пауков? - хмыкнув, подытожил Александр.

- Почти, - скривила губы блондинка. - Даже главный злодей, и тот, у нас имеется. Но ты не обольщайся, мы не всесильны.

- Марьяна, - позвала Дарья.

- Можешь называть меня Яной.

- Хорошо, Яна. У нас есть возможность отказаться?

- Сама-то, как думаешь? - обернулся к ним, до того молча едущий Петр.

Она пожал плечами.

- Нет, нет и еще раз нет! Ни у вас, ни у нас, уже нет возможности отказаться, повернуть назад. Все мосты в прошлую жизнь сожжены в тот самый первый момент близости.

- Но хранитель ничего такого не говорил, - невольно сжимая кулаки, пробормотал Вольный.

- А он и не скажет, не может.

Выплюнув последние слова, Князев развернулся обратно. Дарья замерла, сжавшись на своем кресле, закрыла глаза. Ей казалось, что кончился воздух, так тяжело было просто дышать. Но слух, как всегда не подвел, она продолжала слушать.

- Почему мне было так плохо в подъезде? - тревога слышалась в голосе жениха.

- Это связь. Пока она слаба, чувствовать ее могут только туэри. Да и то, на расстоянии до пятисот метров.

- Туэри? Новая разновидность чудовища?

Марьяна как-то странно замолчала.

- Нет, ты.

- Я?

- Ты, ну и я тоже. Мы щит тройки - всяческие брони, экраны, стены и тому подобные вещи наша работа. Кроме этого ты научишься останавливать кровь, залечивать небольшие ранения, потому как напрямую связан с энергией. Сможешь транслировать ее, передовая эмоциональное сообщение воинам или, наоборот, закрываться. Хотя, если ощущения слишком сильны, все равно будут просачиваться.

- Воины?

- Сагутар и гладис. Гладис - меч. Мощь и физическая сила группы. Обладают способностями к ближнему бою, как с оружием, так и без него. В большинстве случаев, энергетическая составляющая силы - огонь. В моей тройке - это Горик. В твоей - Дарья.

Первоцвет вздрогнула, услышав свое имя, и открыла глаза.

Марьяна в это время доставала из-под кресла бутылку минералки.

- Хотите? - протянула бутылку. Александр, поблагодарив, принял тару.

- Сагутары, - продолжила блондинка. - Стрела. Прежде всего, это дальний бой - огнестрельное оружие, арбалеты, луки. Также разведывательная деятельность. Большинство сагутаров имеют возможность подниматься в воздух. В общем, манипулировать воздушной средой. Как понимаешь, это Петя и ваша Рада.

Александр задумчиво уставился в окно, переваривая новую информацию.

Дарья глубоко вздохнула и, решившись, задала вопрос. Почему-то именно сейчас ей был важен ответ именно на него.

- Яна, скажи, - она на мгновение замолчала, собираясь с мыслями. - Объясни, почему Петр сказал, что если до Любимовой первой доберется тварь, умрем все?

- Попытаюсь объяснить, - кашлянула наставница. - Если провести аналогию, то интегритиз - это организм человека, туэри - сердце, гладис - голова, сагутар - легкие (имеются в виду оба). Что будет с организмом, если удалить, например, голову?

Первоцвет невольно подалась вперед.

- Он перестанет функционировать, - выдохнул Вольный.

- Да, - сгорбилась Марьяна. - Вместе - мы сила, но по отдельности, увы, ничто.

***

Александр кряхтел от напряжения, у него никак не получалось комфортно устроить покалеченное тело, рядом с ним ворочалась непреходящая в себя Рада.

- Потерпите, ребята! - попросила Кузнецова. - Скоро будем в штабе, наши медики быстро поставят вас на ноги.

- У вас и врачи свои? - у его невесты еще оставались силы удивляться.

- Конечно, порой интегритиз получают специфические ранения, с такими не желательно обращаться в обычную больницу.

- Разве они в курсе происходящего? Я, почему-то, думала, очень немногие знают.

- Нет, грамотный договор плюс высокая зарплата и все довольны, лишние вопросы даже если и возникают, не задаются.

- Понятно, - кивнула Дарья.

Остаток пути интегритиз проехали в молчании. Любимова так и не очнулась, остальные замкнулись в своих мыслях, и делиться ими с окружающими не хотели.

Вольный мучился.

"Быть вместе в болезни и здравии, в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас" - данная клятва приобрела для него особый смысл. Всё вместе: спать, есть, гулять, жить и умирать. Не об этом ли мечтают сентиментальные девицы? Вот только он не девица и не обладал и долей подобной чувствительности.

Желание быть всегда и везде рядом, превращало чувства в одержимость. Невозможность побыть одному хоть сколько-то, выливалось в затяжную депрессию. Совместные друзья, хобби, развлечения - это все замечательно, если в меру. Скандалы, склоки, раздражение, затем охлаждения и неприязнь - последствия чрезмерного злоупотребления. Он считал, что любому необходимо иметь возможность побыть одному. Спокойно подумать, посидеть в тишине, стать самим собой, снять, наконец, все навязанные обществом маски.

Александра и раньше считавшего брак чем-то вроде сотрудничества, данная перспектива раздражала. Пока была опасность умереть, он особо не задумывался над будущим, сейчас же мысли то и дело возвращались к рассказу Вайта. Ему было сложно представить, как сложится дальше его существование.

Периодически задавался вопросом, а мог бы он, зная последствия инициации пожертвовать собой? Тут же с прискорбием отвечал, нет, не мог. Но и смириться с навязанной ответственностью, тоже не хотел. Возможно, он слишком слаб или же наоборот, силен, может, его психика нарушена, из-за чего все сейчас воспринималось через призму прошлых ошибок.

Остановились, судя по пейзажу, где-то на окраине города или поселке. Панельные дома отсутствовали, куда ни глянь, просматривались только частные. Невдалеке виднелось поле, правее, лесополоса. Горислав припарковал машину около ничем ни примечательного здания, такого поселкового дома культуры.

Александр скривился.

- Не впечатляет? - усмехнулся Фамильный, видя скептическое выражение лица Вольного. - Внутри будет интереснее.

Пока осматривались, Петр помог выбраться из автомобиля Дарье и, взяв на руки Раду, нажал на кнопку домофона.

Замок щелкнул. Князев занес Любимову внутрь, Дарья, постоянно оглядываясь, тоже переступила порог.

- Прошу, - придерживая дверь, поторопила Марьяна. - Еще немного и отдохнете.

Вольный зашел. Практически сразу довольные наставники передали их с рук на руки подоспевшим медикам и испарились. Раду уложили на каталку и быстро увезли направо. Дарья со вздохом разместилась на кресле, после чего ее потолкали в том же направлении. Сам Александр усаживаться не захотел, решив пройтись пешком. Один из эскулапов, раздражая близостью, шел рядом, готовый в случае чего подхватить.

Пока брел, осматривался. Светлые зеленоватые стены и потолок из непонятного материала, более темный пол, на вид, гранитный. Одинаковые деревянные двери кабинетов. И коридоры. Длинные коридоры, словно здание представляло собой огромный лабиринт.

Александр пытался запомнить дорогу. И в очередной раз, повернув голову, наткнулся на призрачную мужскую фигуру.

- Вайт?! - Вольный не поверил глазам. - Это вы?

Фигура, продолжая двигаться, не обращала на него внимание.

- Стоун! - уже громче, но все также бесполезно. - Вайт Стоун, да посмотрите же вы на меня!

Вместо хранителя, заговорил медик. Подхватив Александра, насильно усадил в кресло и поспешил за остальными.

Находясь в некоторой прострации, Вольный безропотно дал завести себя в процедурную, где его тщательно осмотрели. Зашили рану на предплечье, обработали разбитые нос и губы.

Дарье повезло больше: осмотрев, на всякий случай провели МРТ, не найдя ничего серьезного ей назначили витамины и смазали ссадины на руках. Больше всех досталось Раде - обнаружилось сотрясение мозга и множественные колотые раны тела.

Закончив манипуляции, отвезли их в палату. На троих. Там, уложили в кровати, покормили, и, вколов еще и снотворного, оставили одних.

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Не успела закрыться дверь, как в помещение просочилась Марьяна

- Я ненадолго.

- Проходите, конечно, - Александр привстал с кровати. - Дамы, надеюсь не против?

Дамы промолчали. Утомленные прошедшими событиями, крепко спали.

- Укладывайся обратно и не вставай. Я на счет Вайта, - присела на стул рядом с койкой.

Александр вопросительно посмотрел на нее.

- Я вроде бы и не спрашивал.

- Знаю, - отмахнулась блондинка. - Юрик, медбрат, обеспокоен.

Вольный пожал плечами.

- Понимаешь, они его не видят. Только мы, интегритиз.

- Он - призрак?

Марьяна призадумалась.

- Даже не знаю. Призраком в обычном определении его не назвать, но одним свойством обладает.

- Бестелесностью.

Кузнецова кивнула.

-Я тебя прошу, постарайся не заострять на нём чье-либо внимание. Сегодня медики посчитали, что ты ударился головой и поэтому галлюцинируешь. Не стоит волновать людей зря, у них и так неспокойная работа.

- Как скажете.

- Спасибо, что понял. И давай на ты.

Марьяна поднялась, и поспешила к двери. Однако Вольный её остановил.

- Подожди, не уходи. Раз уж ты здесь, объясни, что он такое.

- Не хотела, - вернулась девушка. - Думала после вашего выздоровления, ну ладно, слушай. Я уже говорила, что в случае гибели одного из тройки, на свободу вырывается энергия, которая убивает и остальных. Бывают случаи, когда её удается направить в определенное русло. В защиту, очень крепкую, непреодолимую защиту. В большинстве, "выживают" именно туэри, как носители этой силы. Только вот после человек теряет свое материальное тело, и становится таким. Призракоподобным. Хранителем.

Покусав губы, продолжила.

- В мире их всего шестеро, по числу материков планеты. В пределах своего хранители двигаются, перемещаясь из одного штаба в другой. Как это они делают, не знаю. Знаю одно - путь из здания им заказан. Туэри, что стал хранителем последним, заменяет самого древнего из существующих, убивая того окончательно. Вот как-то так, но сам понимаешь, всего, кроме них самих никто не знает.

Договорив, Марьяна поднялась, и, пожелав спокойной ночи, ушла.

Александр долго не мог уснуть. То ли это происходило из-за стресса, то ли действие снотворного перебили другие лекарства, не важно. Только он не мог закрыть глаза, а наблюдал за игрой теней, и незаметно для самого себя входил в некое подобие транса. Тени двигались, жили своей жизнью, позволяя ему смотреть. Вот женский силуэт шел по дороге. Его бережно поддерживал мужской. Рядом детский образ, бегущий за непонятным животным. Леса, моря, поля и города проносились перед взором, заставляли усомниться в собственной нормальности. Закрыв глаза, Александр с трудом оторвался от видений. Зарылся в одеяло с головой и все-таки уснул.

Днем забегала тройка Марьяны в полном составе. Впрочем, надолго она не задержалась. Подошел лечащий врач и выставил из палаты всех мешающих, по его мнению, процессу выздоровления. После вплотную занялся ее обитателями. Александр, продолжающий витать в собственных мыслях, практически не ощущал проводимых с ним манипуляций и вынырнул только тогда, когда чуть не уронил на себя тарелку с горячей кашей.

Кроме медработников больше никто не появлялся. Но и те, на удивление, были молчаливы. На расспросы о чем-то, кроме, непосредственно, здоровья, отвечали неохотно, ссылаясь на приказ выше стоящего начальства. Начальство также не спешило хоть как-то проявить себя. Поэтому, расширить полученные сведения не представлялось возможным.

Дарья вяло реагировала на попытки начать разговор, была рассеяна и уныла. Рада вообще не отвечала. Развернувшись к стенке, спала или делала вид, что спит. Практически не ела и не двигалась.

Махнув на них рукой, Александр рано уложился и без сновидений проспал до утра.

Утро третьего дня принесло новые сведения и новые задачи. Троицу навестили наставники и озадачили тех решением проблем.

- Я хочу спросить, - Князев внимательно оглядел подопечных. - Надеюсь, понимаете, насколько поменялась ваша жизнь?

- Ммм, куда уж больше, - не мог не согласиться Вольный.

- И осознаете, что без обучения, вы на сто один процент будете убиты на следующий день после выхода из этого здания. Если не раньше.

- Да, я согласен.

Рада молчала.

Дарья дернулась, хотела было поспорить, но сдержалась.

- Ах да, - правильно поняв ее пантомиму, добил наставник. - Та тварина одна из самых слабых представителей ей подобных. К чему я веду, - продолжил сагутар. - Пока вы еще не готовы вплотную заняться обучением, предлагаю решить те проблемы, которые остались в прошлой жизни.

- Мы задержимся здесь надолго? - перебил его Александр.

- Надолго? Тут уж зависит только от вас троих. Месяц, два, три, год или больше, как научитесь, так и уедете.

- Но у нас работа. Родственников предупредить опять же нужно. Отец итак, наверное, полгорода на уши поставил. Да и с жильем сделать что-то надо, - заволновалась Первоцвет.

- Вот об этом я и говорю, - подтвердил Князев. - Родственникам перезвоните, придумаете что-нибудь, пока говорить правду им не стоит. Квартира? Сдайте в съем. Вернетесь из штаба, поживете сколько-то.

- В смысле "сколько-то"? - не понял Александр.

- Через пару десятков лет соседи заинтересуются твоей суперской мордашкой, что скажешь? Под нож ложился, кожу на лице натягивал? - хмыкнул Петр.

- Суперской мордашкой? - еще больше напряглась Дарья.

- Точно, - стукнул сам себя до этого молчавший Горислав. - Они ж и не знают еще. Товарищи, теперь вы как вампиры - не стареете. Живете до ста пятидесяти лет. Может и больше, правда проверенной информации нет.

- Мда, и сколько же тогда вам? - поинтересовался Александр, скептически оглядев наставников.

- Сто восемь, - улыбнулся Фамильный. - Петя старше, на целых два года.

- Вот только, - добавил дегтя Петр. - По статистике никто из интегритиз не умер своей смертью. Так что, не радуйтесь раньше времени. На счет работы. Вы официально приняты в компанию "Интегрия". Знакомьтесь, читайте договора, подписывайте, - бросил на стул три одинаковых темных папки.

- Здесь ваши телефоны, забрал из процедурной, - Горислав поставил на тумбу небольшую коробку. - Еще момент, - он посмотрел на Любимову. - Рада, нам нужно поговорить о твоем отце...

IV

Рада слушает, но не слышит. Не понимает. Не желает понимать. Зачем? Из-за нее обратился в пепел родной человек.

Сказанное незнакомцами кажется столь незначительным, бессмысленным и ненужным. Волнует одно: что ждет человека после смерти?

Попадет ли он в райские кущи или будет бесконечно гореть в огне грехов своих. Может, пройдя чистилище, воскреснет в новом теле, абсолютно не помня прошлой жизни. А если исчезнет, растворившись в бесконечном просторе Вселенной? Как же узнать?

Рада отдала бы душу дьяволу за уверенность, что отцу хорошо там. Отпустила и не звала каждую ночь, справлялась сама, веря, что когда-нибудь, в следующей жизни вновь встретит его. И попросит прощения.

- Рада, нам нужно поговорить о твоем отце. Он не умер.

Что? Жив? Разве? Смерть! Она сама способствовала. Валялась на полу и смотрела, как он умирал. Горел заживо!

- Радушка, ты меня слышишь? - спросил блондин.

Кто это Любимова до сих пор не знала. Не помнила, как попала в больницу, не представляла, откуда появились Вольный с Первоцвет. Да особо и не стремилась узнать. Александр пытался заговорить с ней, только желания шевелить губами не было.

- Слышу, - выдавила через силу. - Зачем это нужно?

Блондин присел рядом, взял ее за руку.

- Рада, - он замялся, подбирая слова. - Это был не твой отец. Понимаешь? Это тварь. Твоего отца никогда там не было. Он не умирал, не горел, понимаешь?

Рада подняла взгляд.

- Папа погиб.

Глаза нещадно защипало.

- Я сама видела, как он умирал.

- Тогда сгорела лишь кукла, похожая на него и только.

Слезы побежали по щекам.

- Но я видела!

- Ты видела тварь, что приняла облик твоего отца. Понимаешь? Сейчас нужно лишь встать и позвонить родителям. Ты услышишь его голос и успокоишься.

Рада замотала головой.

- Нет! Я не верю. Вы обманываете! Что вы хотите от меня?

Блондин прижал ее к себе, гладил по спине и приговаривал.

- Все хорошо, Радочка. Это только тварь. Ты молодец, ты справилась. Все сделала правильно. А сейчас нужно только встать и позвонить.

- Нет! Нет! Нет! - забилась Любимова. - Не верю!!! Отпустите меня домой...

- Иди, - раздался язвительный голос, Рада невольно повернулась. - Иди домой. Да куда хочешь, иди. Никто не держит. Не вы первые. Хочешь, реви, хочешь, страдай, занимайся самобичеванием. Недолго, правда. До первой подворотни. Твари любят деликатесы.

Высокий брюнет, скрестив на груди руки, презрительно смотрел на нее.

- Только запомни, ты умрешь из-за своей глупости. Тупого недоверия и слабости. А делов-то, позвонить родичам и проверить. Все! То-то твари порадуются. Сгубили не только никчемного человечка, но и тройку в могилу свели! Чудесно, не правда ли?

Любимова вначале растерялась. Слова били. Резко. Нещадно. Брюнет не жалел, говорил то, что думал. И Рада стала понимать его. Нашла силы встать. Взять трубку и набрать заветный номер. Вытерпеть несколько секунд соединения и, услышав родной голос, удержаться, не разрыдаться в трубку от облегчения. А после упасть на пол и плакать от радости.

***

Дарья кинулась к тумбе. Вытащив сотовый, тут же его включила. Лавина непрочитанных смс и непринятых звонков наполнила комнату характерным писком.

- Мам, привет, - набрала она номер родительницы.

- Дашка! Ты где? Где Саша? Почему оба не берете трубку? - кричала мама, рядом раздавались вопли отца.

- Мам, извини. Связь плохая, очень тяжело дозваниваться.

- Хватит придумывать! Кроме телефона полно способов оставить сообщение. Мы с отцом всю валерьянку выпили, Антошка концерт отменил, все связи поднял. Да мы все больницы и морги обзвонили...

- Ну, мам...

Впрочем, мать ее не слышала, она выливала на дочь все свои страхи и нервы.

- Доведешь ты нас, Дашка, до сумасшедшего дома! Чтобы больше такого не было. И Вольному своему передай - увижу, прибью!

- Ладно, мам. Мы в области. По работе. Саше кое-что интересное предложили, не мог он отказаться. Нас некоторое время, думаю пару месяцев, может больше, в городе не будет. Присмотрите с папой за квартирой.

- Это, конечно, здорово. Как же ты решилась только, всегда ведь была против разъездов, - уже спокойнее спросила родительница - Кто тебя заменит?

- Не страшно, Светлана Романова и без меня справится, Саша знает и одобряет. Да и отпуск он мне за два года задолжал.

- Как знаете. А с квартирой? Ладно, подумаем. Хотя... тетя Марина говорила, ее молодые съезжать хотят. Самостоятельно пожить желают. Вот и пусть в квартирке вашей, все лучше, чем кому-то чужому сдавать.

- Отлично, ты права, так будет намного лучше!

- Ладно, уж, подлиза, иди, только звонить не забывай.

- Хорошо. Папу обнимай! Люблю.

- Люблю! Пока.

Закончив разговор, Дарья оглянулась. Александр внимательно смотрел на неё, Рады в зоне видимости не было.

- Мда, - протянул жених. - Не думал, что моя невеста так может. Врешь и не краснеешь.

- Вру. Большая уже, мне можно, да и не тебе нотации читать, - вскинулась Дарья.

- Не стыдно?

- Нет, - ее понесло. - В следующий раз обязательно правду скажу. Мол, так и так, мама с папой, поиграли мы с Сашенькой в "любовь втроем". С кем? Да с Радкой Любимовой, сотрудницей нашей, на передок невоздержанной. Что же Сашенька? А Сашенька не против, скорее даже за. Теперь вот монстров мочить учимся, халявную силу-то получили...

- Высказалась?

- Да, - едва сдерживая ярость, рявкнула Дарья.

- Легче стало?

- Нет.

- Смысл тогда?

- Захотелось. Иди уж звони сам, порадуй сотрудников, не забудь Ремизова предупредить. О Радке скажи.

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Александр скривился, но трубку взял, чтобы после соединения оглохнуть. Дарья, после разговора удобно свернувшись на кровати, прекрасно слышала вопли Максима. Тот обложил приятеля таким потоком брани, что жених не мог вставить ни единого слова. Когда взбешенный Ремизов выговорился, Вольный поведал ему заранее приготовленную легенду: уехали в отпуск на несколько месяцев, в Тмутаракань. Связи не предвидится, поэтому утруждать себя звонками не стоит. Мегасрочных заказов нет, все давно распланировано. В случае непредвиденных ситуаций, заместители прекрасно справятся сами. Любимову терять не стоит, она уехала вместе с ними. Пусть остальные считают, что в командировку. О Раде они спокойно поговорят после, по приезду.

Ремизов, обозвав всех эгоистичными придурками, отключился.

Просидев взаперти больше часа, вышла из ванной бледная Рада. Вяло поковыряв завтрак, упала на кровать и отвернулась к стенке.

А Дарья вдруг вспомнила о папках, и, поднявшись, взяла один экземпляр.

- И как? - подошел ближе Александр.

- Знаешь, мне такого даже ты не предлагал, - жених ревниво поморщился. - Зарплата, раза в четыре выше. При том не моей, а твоей.

Александр недоверчиво углубился в договор.

- Питание, проживание, медицинские услуги, страховка, все за счет фирмы, не говоря уже об оплачиваемом отпуске.

- Обязанности?

- С этим сложнее.

Вольный оторвался от чтения и вопросительно посмотрел на нее.

- А если точнее.

- На первый взгляд, формулировки стандартны, но...

- Но?

- Смотри, - Дарья ткнула пальцев в подозрительный параграф.

- Очень интересно! - он мельком просмотрел пункты. - Все так обтекаемо и двусмысленно, что трактовать можно по-разному. И совершенно не понятно, то ли мы будем сидеть в офисе, перекладывая бумажки, то ли еще что-то.

- В том-то и дело.

- Что за юрист составлял этот документ?

- Знаешь, - задумалась Дарья. - Больше всего меня настораживают вот эти два пункта: организация не несет ответственность за деятельность сотрудника, не включенную в перечень безопасных; досрочное прекращение договора возможно только по инициативе работодателя.

- Хм. И что понимается под "безопасным"? Уничтожение тварей? Смешно!

- Мда. Но...

- Да, только деваться-то нам некуда.

Дарья развела руками.

***

Последующие дни были похожи друг на друга как близнецы. Новобранцев кормили и лечили. Лишь иногда, сквозь сон, Александр слышал тихий плач Дарьи и бессвязные монологи Рады.

Одно радовало, раны затягивались буквально на глазах. Возможно, уровень медицины здесь был значительно выше, чем в любом другом месте. Либо повышенная регенерация связана с получением силы интегритиз. Почему-то именно второй вариант казался Вольному верным.

Когда компания окончательно выздоровела, Марьяна предложила выбрать комнаты. Оказалось, у каждой тройки в здании имелась собственная жилплощадь, позволяющая без проблем оставаться в штабе, первый этаж правого крыла занимали именно квартиры интегритиз. В России, на сегодняшний день было всего четыре тройки. Команда Александра - пятая.

Сам штаб оказался примечательным строением. Снаружи - скучное серое здание хранило внутри множество секретов: несколько специально оборудованных залов для тренировок, пара лабораторий, компьютерный центр, а также загадочный "кабинет хранителя". И это не считая больничного крыла и зоны отдыха, куда обещала сводить новичков Кузнецова.

- Ну что, в которую? Пятнадцатую? - Дарья оглядывала двери.

- Тринадцатую, - не задумываясь, ответил Александр.

- Мне все равно, - высказалась Рада.

Первоцвет фыркнула.

- Я тебя и не спрашивала.

Любимова пожала плечами и пошла дальше по коридору.

- Ладно, - миролюбиво разрешил Александр. - Выбирай любую.

- Тогда..., - невеста задумчиво пожевала губу. - Наверняка, она точно такая же, как те, которые мы осмотрели. А это значит? Это значит, что мы вселяемся в четырнадцатую, - гордо приподняв подбородок, Дарья распахнула дверь посередине.

Александр, удивляясь женской логике, вошел следом. Рада, спустя некоторое время, тоже.

Покои, что им достались, представляли собой три, хорошо мебелированные комнаты, кухню, раздельные туалет и ванную.

Любимова, втиснувшись в дальнюю комнату следом за Александром, первым делом скинула обувь и со вздохом упала на кровать. Упала удачно, Вольный успел рассмотреть кружевные черные трусики, мелькнувшие в разрезе юбки.

- Твое спальное место не здесь, раскладушка - в соседней комнате, - процедила вошедшая чуть позже Дарья.

- С чего это? - Рада привстала на локтях.

- А ты не понимаешь?

Пока обитали в больничном блоке, вопрос о дальнейшем совместном проживании не поднимался. Но сейчас проблема приобрела актуальность.

- Несмотря на все произошедшее, в том числе инициацию, - невеста скривилась на последнем слове. - Ты должна осознавать, что больше тебе ничего не светит.

Рада неловко встала.

- Я не согласна.

- Меня твое согласие не интересует, будь добра, уйди отсюда.

Любимова покраснела, просительно посмотрела на Александра, тот пожал плечами.

- Молчание знак согласия, - хлопнула в ладоши Первоцвет. - Замечательно, значит, стелешь себе на раскладушке и ночью сюда не суешься. Да и тебе спокойней, ничто не будет отвлекать от приятных снов. И вообще, - добавила язвительно. - Прекращай пялиться на моего мужчину!

- Твоего? - Раду словно подменили. - Да ты...! Доска сороковка! Ни рыла, ни кожи. Посмотри на себя, дура!

- Дура? - вскинулась Дарья.

- Конечно, дура! Умная ведь тетка, а дура. Да он тебя только из-за акций "Замка" и терпит, чтобы, значит, капиталы не разбежались. А меня он любит!

- Любит! Идиотка! Не смеши! - Дарья не была бы собой, если вот так просто позволила, кому бы то ни было обидеть себя. - Кому ты нужна, болезная? Знаешь, сколько их до тебя было? Всех перепробовал! Но ко мне обратно вернулся!

Рада побледнела.

- А ты, - продолжила добивать Дарья. - Тупая, ленивая, не способная ни на что идиотка. Из всех достоинств - большие сиськи. Все!

Любимова зарычала.

- Я убью тебя! Старуха!

- Рискни здоровьем, шлюха!

Александр, вначале опешивший от бабьей склоки, пришел в себя и поспешил остановить скандал.

- Дамы, - решительно начал он, но был вынесен слаженным ревом за дверь.

Множество мыслей проносилось в голове, пока он бесцельно брел по очередному длинному коридору здания. Куда, сам пока не знал. Просто находиться в одном помещения с выясняющими отношения женщинами не было никакого желания. Александр надеялся, что кроме взаимных оскорблений партнерши не предпримут больше никаких, тем более членовредительских действий, поэтому спокойно удалился с места боевых действий. В конце концов, ему самому было необходимо все обдумать в тишине и одиночестве.

- Саша? - раздался голос Марьяны откуда-то справа. - Выгнали тебя, что ли?

Александр скривился, но справившись с собой, повернулся к спрашивающей.

- С чего ты взяла. Просто гуляю.

- Да ну? - удивилась наставница. - По тебе и не скажешь.

- Расслабился, вот и все, - недоумевал он, обычно собеседникам плохо удавалось читать эмоции на его лице.

- Коль расслабляешься, тогда пойдем к нам в гости, ребята, думаю, будут рады.

Вольный потоптался на месте, посмотрел на череду одинаковых дверей дальше по коридору и решительно кивнул.

- Раз приглашаете, уважаемая госпожа наставница, я, конечно же, не могу отказаться.

Марьяна звонко рассмеялась и, подхватив его под локоть, понеслась вперед. Вместо того, чтобы зайти в ту дверь, откуда вышла, она потащила его дальше. В быстром темпе преодолев холл и коридор, поднялась на второй этаж. Повернула налево и остановилась около широкой массивной двери.

- Мы решили сегодня культурно выпить, - пояснила Кузнецова. - Обычно здесь проводятся совместные вечеринки, но сейчас пусто, никто не помешает.

Большая комната была визуально разделена на две части. В одной - явно танцплощадка. Вторая, представляла собой мини-бар. Стойка, высокие стулья, шкафы для напитков. Чуть дальше, небольшие столики и тумбы для сидения.

Оккупировав стулья, переговаривались воины. На стойке обитало множество тарелочек с закусками, высилась початая бутылка Русского Стандарта.

- Ребята, смотрите, кого я привела!

Наставники синхронно повернули головы.

- О, Саша, проходи, присаживайся, - вскочил Горислав. - Что, тоже не спится?

- Типа того, - буркнул Вольный, и, чувствуя некоторую неловкость, уселся рядом.

- Тем более правильно, что пришел.

Второй наставник, судя по кислому выражению лица, вмешательству рад не был, но, наполнив пустую рюмку водкой до краев, без возражений протянул ее Александру.

- Опоздал, пей до дна две.

Вольный поморщился, но стопку опрокинул.

- Возьми закусь, - следом была протянута вилка с нанизанным на нее маринованным огурцом. - И повторим, - подал следующую.

Александр с удовольствием зажевал овощ, уж больно водка была ядреная. Покосился на руку Князева, который настойчиво предлагал добавки и, мысленно послав всех к черту, осушил вторую.

- Ладно, ребятки, отдыхайте, - неестественно восторженно воскликнула Марьяна. - Я, пожалуй, пойду, проведаю девочек. И не дожидаясь ответной реакции, вылетела наружу.

Как только хлопнула дверь, Горислав перестал улыбаться и, состряпав деловое выражение лица, поинтересовался.

- Поссорились?

Вольный пожал плечами.

- Да как сказать.

- Так и скажи.

- Они разорались.

- Кто, девочки? - удивился Фамильный. - Вроде такие уравновешенные. Из-за чего?

Александр не пылал желанием делиться своими проблемами.

- На, выпей еще. - Петр вновь наполнил емкость. - За нас, хороших, - брякнул своим стаканом о рюмку Александра, и, кивнув партнеру, одним глотком опустошил.

- Фух, - занюхал кусочком колбасы и расслабленно откинулся на спинку. - Замечательно сидим.

Вольному ничего не оставалось, как последовать примеру наставника.

- Рассказывай, давай, - отдышавшись, заново начал расспрос Горислав. - Из-за чего драка?

- Да какая драка, - отмахнулся Александр. - Так покричат друг на друга, да успокоятся.

- Не скажи, брат, - глубокомысленно отметил Фамильный. - Девчонки любят потаскать друг дружку за волосы.

Вольный напрягся.

- Не боись, - ухмыльнулся Петр. - Марьянушка зря, что ли ушла. Мигом помирит.

- Сомневаюсь.

- Раз сомневаешься, на, пей, - рюмка Александра снова была полна.

- С меня, пожалуй, хватит, - отодвинул он выпивку и поднялся. - Поздно, спать пора.

Князев недоуменно посмотрел на часы.

- Ты что, половина десятого, время детское.

Вольный поморщился.

- Чувствую, меня там, - махнул он рукой в сторону выхода. - Серьезный разговор ждет.

- Это вряд ли, - зевнул Горислав. - Раньше утра Марьяна девчонок не отпустит. Отдыхай спокойно.

Александр подозрительно посмотрел на расслабленные лица наставников и не найдя признаков лжи, уселся обратно. Взял рюмку, понюхал содержимое и одним махом выпил.

- Хорошо? - поинтересовался Горислав.

- Нормально.

- Ну и замечательно, рассказывай.

- Да что рассказывать, - пожал плечами Вольный. После четвертой рюмки в голове приятно зашумело, сам он начал расслабляться. - Понимаете ведь, инициация эта безумная. Мне-то ничего, справился, а дамам неприятно.

Наставники согласно закивали.

- Дарья и так Радку на дух не переносила, уволить грозилась, а тут такое. Мы же в загс собирались. Знаете, сколько я ее окучивал?

Воины покачали головами.

- Долго.

Петр распечатал новую бутылку, Александр без сопротивления опустошил свою вновь наполненную стопку.

- Знаете, как я ее уважаю?

Наставники заинтересованно слушали.

- Сильно. Очень!

- А что Рада? - спросил Горислав, подливая.

- А что Рада? - откашлявшись, удивился Александр. - Молодая, горячая, доступная. Я ей ничего не обещал.

- Обеих, значит, матросил? - протянул Фамильный. - Хотя, - вздохнул он. - Не мне тебя судить.

- Да ну тебя, - отмахнулся Вольный. - Никого я не обманывал, обе прекрасно знали, какой я, обе были согласны. А тут вдруг раскудахтались как курицы.

- Понятно все с вами, - Горислав достал сигары. - Будешь?

- А давай, - Александр вытащил одну и, рассмотрев, как следует, зацокал языком. - Peterson Robusto, не дурно.

- Ерунды не держим, - вальяжно ответил Петр. - А насчет ссоры - ничего страшного, - продолжил он. - Справитесь. Мы же справились, да, напарник? - кивнул Фамильному. Тот похабно заулыбался.

- Постараемся. Сами-то как до такой жизни дошли?

- Как, как? Также. Там-бара-бам и готовы.

- Расскажите, - не унимался Вольный.

- Ладно, уж, слушай, студент, - манерно вздохнул наставник. - Итак, - достал длинную спичку, шаркнул о коробок и прикурил. Облачко ароматного дыма поплыло к потолку. - Знаменательный день моего рождения пришелся на далекий, тысяча девятьсот пятый. Только что окончилась русско-японская война, не принесшая ничего хорошего. Лишь огромные человеческие жертвы, потери территорий, денег и флота. Впрочем, это не помешало моему отцу заниматься прибыльным делом.

Князев зло усмехнулся.

- Во все времена и при любой власти были неугодные. А у этих неугодных большие семьи и деньги. Моего отца не интересовали сыновья или капиталы, но он был очень рад заполучить дочерей, да и жен, в общем-то, тоже...

- Может не стоит рассказывать, - начиная понимать, куда клонит наставник, перебил Вольный.

- Почему? Это меня уже не трогает, - пожал плечами Петр. - В общем, я о чем. Элитные бордели были всегда. Подпольные, секретные, но были. Ты даже не догадываешься, кто ходил у нас в постоянных клиентах! Хотя это теперь и не важно.

Александр сам наполнил себе рюмку и, выдохнув, выпил.

- Прежде чем выводить "новенькую" к клиентам, необходимо было её "обучить", - продолжал Князев. - Для удобства учили вдвоем, иногда и втроем. Двое держали, третий - вдалбливал знания. Так вот мне "повезло", я был учителем. Нужно же было перенимать отцовский опыт.

Петр с вызовом посмотрел в глаза Вольному.

- Знаешь, приятная была работенка, мне по первости даже нравилось, - он усмехнулся. - Презираешь?

- Не имею права, - не отрывая взгляда, ответил Александр.

- Твоя правда, - Князев снова затянулся. - В тот день привезли новенькую, совсем еще молоденькую девочку. Красивую, беленькую, тоненькую, но испуганную и ужасно зажатую. Все так, как я любил. Даже вечера не стал ждать, взял Горика и пошел в камеру, новеньких всегда туда помещали, так сказать для лучшего воспитательного эффекта. Помнишь, Горя?

Горислав вместо ответа опрокинул в себя рюмку и отвернулся.

- Горик вместе со мной рос, - пьяно икнул рассказчик. - Не помню, кто уж его матерью была, вроде кто-то из шлюх, - Фамильный дернулся, но промолчал. - Отсюда и фамилия такая - Фамильный, сам себе придумал, выродкам фамилию не положено было тогда иметь.

- Петр, заткнись, - рыкнул Горислав.

- Ладно, прости, брат. Ни о тебе, ни о твоей матери, спаси Господи ее душу, больше ни-ни, - согласно закивал Князев. - Так вот, разложили мы эту девчонку, а она девственница - кровищи море. Дальше сам понимаешь.

- Марьяна?

- Она.

- Как же вы живете после такого?

- Так и живем? - усмехнулся Петр.

- И стараемся смягчить вину, - глухо проговорил Горислав. - Вот уж сколько десятилетий. Сгладить, удалить из памяти, но... - он нервно махнул рукой. - Будешь еще?

- А наливай, - Александр пододвинул рюмку.

Выпили. Подождав, пока наставники закусят, он решительно спросил:

- Зачем мне рассказали? Я бы удовлетворился и безобидной байкой. Зачем было ворошить прошлое?

- Знаешь, Саша, - Петр вновь со вкусом затянулся. - Потому что ты поймешь. Сделаешь правильные выводы, и вам троим, возможно, будет чуточку легче.

Александр молчал.

- Не вини никого: ни девочек, ни, тем более, себя. Воспринимай силу как подарок, как приз. Вам дали возможность прожить длинную, насыщенную приключениями жизнь. Подумай, кто из твоих знакомых проживет полтора столетия, оставаясь при этом молодым и здоровым? У кого есть хоть один близкий человек, готовый броситься за ним в огонь и в воду? А у тебя их две! Пусть не сразу, но ты поймешь.

- Слишком дорогой приз, который я не просил.

- Знаю, тяжело отбросить предрассудки, дав себе нет, не любить обеих. Этого от тебя никто не требует. Только принять.

- Сам-то веришь?

- Знаешь, а кроме этой веры у меня больше ничего и нет. И еще, - практически трезво улыбнулся Князев. - Даже таким старым хрычам как мы, иногда хочется поговорить по душам.

Последний раз затянувшись, он бросил сигару в пепельницу и потянулся за новой бутылкой.

***

Александр вернулся под утро. С трудом найдя нужную дверь, приоткрыл её и, стараясь не шуметь, просочился внутрь.

- Явился, мачо! - врезался в мозг голос Дарьи.

- Ага, - пробурчал он, прикрывая глаза от солнечных лучей, проникающих через открытое окно. - Только не кричи, пожалуйста.

- Я даже не начинала. Так узнать хотела, где был, что пил?

Вольный схватился за голову.

- Не спрашивай. Лучше принеси попить.

- Держи уж, мученик, - невеста подала упаковку аспирина и активированного угля. - Черненьких, штук восемь глотай, - протянула стакан с водой.

Пытаясь не делать лишних движений, Александр глотал гадость. Уголь проваливался особенно плохо, одним видом вызывая тошноту.

- Спать? - в надежде спросил он, справившись с таблетками.

- Иди.

- Ммм, нет, пожалуй, вначале в душ.

- Даже не знаю, - пожала плечами Дарья. - Полотенец и одежды нет.

- Ничего, сейчас простыней, вечером мужики привезут, я договорился.

Как ни прискорбно, но вещей у троицы не было. Инициация, неожиданная встреча с тварью, больница - об одежде и принадлежностях даже не думали.

- Я бы и сама съездила. Что они там насобирают? Мужчины! - досадливо закусила губы Дарья.

- Не стоит пока уезжать отсюда. Потерпи.

- Да уж, придется, - вздохнула невеста. - Потерплю немного. А ты иди, мойся, зубы не забудь почистить, а то выхлоп от тебя...фу.

- Не начинай, а, - поморщился Александр. - Будто бы я не в курсе.

Дарья фыркнула, и, окинув его насмешливым взглядом, ушла.

Александр потопал в душ. Сменив несколько раз температуру воды, остался доволен своим состоянием. Прохладные струи здорово освежили, подарили ясность уму. Завернувшись вместо полотенца в чистую простыню, вышел из ванной.

- Завтракать будешь? - спросила невеста, когда он появился на пороге кухни.

- Буду. Когда успела сделать-то? - кивнул на сковороду с омлетом.

- Марьяна принесла, пока ты в ванне отмокал. Еще хлеб, молоко и вафли. Чай и кофе я нашла в шкафчиках.

- А Радка где?

- На диване лежит. Сказала, завтракать не будет. Её, видите ли, от одного запаха мутит.

- Ну и замечательно. Нам больше достанется!

Следующие минуты они просто наслаждались едой и друг другом. Очевидно, наставница и впрямь сумела помирить или хотя бы успокоить женщин - невеста была весела и общалась с удовольствием. Да и сам Александр, не видя обиды в ее глазах, чувствовал себя хорошо.

- Горик - здоровский мужик, - размахивая куском хлеба, вещал он. - Компанейский, общительный, веселый. Петя, вначале изображал из себя невесть что, потом расслабился.

Дарья поддакивала, сама пересказывала смешные истории, услышанные от Марьяны, и ела вафли, запивая зеленым чаем.

- Знаешь, почему нас так быстро выписали? - смакуя кофе, поинтересовался Александр.

- Догадываюсь, - невеста отнесла посуду в мойку и примостилась у него на коленях. - Наверняка из-за того, что мы, интегритиз.

- Угу.

Дарья растрепала ему отросшие волосы и стала гладить голову. Подушечками рисовала окружности, захватывая пряди, массировала кожу. Потом мягко тянула за волосы и отпускала. Гладила лоб, находя чувствительные точки за ушами, нежно надавливала.

- У нас сейчас регенерация улучшена, - сквозь пелену блаженства бормотал Александр. - Новую ногу не вырастим, но небольшие раны, при должной обработке, заживут быстро.

- Интересно! - мурлыкнула невеста, разминая шею.

- Правда чувствительность увеличилась. Будем острее чувствовать и удовольствие, и боль.

- Удовольствие, говоришь. Может, проверим? - Дарья осторожно провела языком по его губам. - Ну как?

- Ммм, я что-то не понял.

Мимолетная ласка пронеслась по крови, вызывая в теле вполне определенную реакцию. Посадив невесту удобнее, Александр с воодушевлением продолжил изучение новых особенностей.

- Пойдем в спальню, - шепнула Дарья, когда он с трудом оторвался от ее губ. - Продолжим там. Ой, Сашка!

Без слов забросив ее на плечо, понес добычу в указанном направлении, попутно ощупывая влекущие окружности.

- И куда это вы собрались? - загородила проход хмурая Любимова. - Меня не забыли?

Александр опустил ношу на пол.

- Ты о чем, девочка, - спросил он.

Рада потерла красные глаза.

- Уж не знаю почему, но я чувствую. Как начала она тебе голову массировать, так я проснулась. Спросонья не поняла, что к чему. А уж когда поцелуи на губах ощутила, думала все, с ума схожу. Вышла, а тут вы...резвитесь.

- А! Точно! - сморщился Александр. - Мы ж теперь будем чувствовать удовольствие друг друга. Вернее, их совокупность.

- Сказать сразу-то никак? - грозно сдвинула брови алая Дарья. - Дальше что делать будем?

- Меня это тоже волнует, - подтвердила Рада. - И подобное не устраивает.

Вольный задумчиво почесал затылок, однако умные мысли не торопились придти в голову.

- Может, узнаем у наставников? - предложил единственный разумный вариант.

Женщины переглянулись и кивнули.

Днем вновь заходила Марьяна, интересовалась, какие вещи лучше привезти. Воины приготовили список и отдали листы Фамильному. Тот, взглянув на количество пунктов, присвистнул, оценив будущие труды. Видя испуганные глаза гладиса, Дарья постаралась объяснить, что где лежит и вручила ключи от квартиры. Рада отдала свои, предупредив, что живет не одна. Горислав улыбнулся, пообещав, что все будет тип-топ и удалился, напевая популярный мотивчик. Петр в полголоса шипел что-то о наглости и бесцеремонности, но, подталкиваемый Марьяной, нехотя шел следом.

В самый последний момент Рада вдруг вспомнила и слезно попросила полить кактусы, столь долго страдающие от жажды и наверняка обреченные на медленную гибель без ее присмотра. На просьбу привести "бедняжек" сюда, получила категорический отказ от Петра. На праведное возмущение, он ответил в излюбленной манере, доступно объяснив, где и когда видел эти колючки. Любимова закипела, разъясняя, где и когда она видела его самого. Вскочив друг против друга, словно гладиаторы на арене, спорщики начали возмущенно размахивать руками. Но услышав разъяренный вопль Марьяны, разошлись.

К вечеру интегритиз вернулись. Поминая всех троих, а также родню до двенадцатого колена, втащили баулы. Поев и слегка подобрев, удалились к себе.

Оглядев внушительную гору вещей, Александр снисходительно оглядел партнерш и удалился в ванную, наказав дамам раскладывать добро. Те, попеняв на мужскую вредность, в общем, и его, в частности, с унылыми лицами приступили к делу.

V

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Утро началось с затекшего в неудобной позе тела, и дурного настроения, сопровождающего это состояние. Глядя на бодрых воинов Марьяны, пришедших в семь, Дарье хотелось удавиться. С жизнерадостными выражениями на лицах, они вещали о пользе ранних подъемов и зарядки, целеустремленно вытаскивая засонь на улицу. Первоцвет поднялась с кровати, и, кое-как сполоснув лицо, выползла во двор.

- Готовы? - поинтересовался впередистоящий Горислав.

- Не оче..., - жених зевнул, проглотив окончание последнего слова.

- Ничего страшного, сейчас пробежимся, проснетесь.

Горестно вздохнув, Дарья устремилась за наставниками.

Обежали здание и по дороге стали приближаться к лесу. Фамильный задавал темп, не слишком высокий, чтобы сразу выдохнуться, но и не низкий, дабы не было времени для посторонних разговоров. Так и бежали друг за другом, постепенно углубляясь в лес. Тропа узкая, но поодиночке двигаться было удобно. Мелкие камушки и сухие ветки изредка попадали под ноги, хотя особо не мешали. Дорожка, петляя меж деревьев, скрывала за поворотом впереди бегущих.

Решив замыкать процессию, Дарья пропустила вперед и Раду, и Александра. Пристроившись за ним, рассматривала фигуру жениха. Зад, обтянутый при беге черными спортивными штанами, манил. Мысли возвращались к вчерашнему. Ночью она так и не решилась на вторую попытку, долго ворочалась на излишне мягкой кровати без сна. И уснула под утро.

Раз за разом, прокручивая воспоминания, Дарья не сразу заметила, что коллеги уже остановились на поляне. Большая, с вытоптанной травой и убранным лесным мусором, как ни что походила на спортивную площадку.

- Вот здесь мы и тренируемся, - обратила внимание Марьяна. - Используем, пока не холодно. Надеюсь, и вам тоже пригодится.

Дарья кивнула. На вид - вполне удобная, скрытая от основной дороги. Последнее вообще можно было считать огромным плюсом, что-что, а выгибаться на виду у посторонних она не хотела. Пусть и прохладно, но, наверное, это даже к лучшему - судя по злорадному выражению лица Петра, замерзнуть им не грозило.

- Саша, как у тебя с физической подготовкой? - спросил Горислав.

- В юности занимался боксом, ну и так по мелочи, типа тренажерного зала пару раз в неделю.

- Понятно. Рада?

- Ммм, - Любимова замялась. - Уроки физкультуры в школе. Немного фитнес, пару месяцев - бассейн.

Гладис разочарованно покачал головой.

- Хорошо. Дарья?

- Бальные танцы. Правда вот два года практически ничем не занималась.

- Что ж, работы будет много, - вздохнул Фамильный. - Помимо общей физической подготовки, с Дашей буду дополнительно заниматься я сам. Петя познакомит Раду со стрельбой, разработает упражнения на ловкость и координацию. Саша с Марьяной займутся растяжкой, упражнениями на гибкость и общей выносливостью.

Дарья посмотрела на жениха, тот внимательно внимал наставнику. Раз надо, так надо. Она будет стараться. Впрочем, согласия никто и не требовал, просто доводили до сведения.

- Итак, расписание на следующие несколько месяцев: в семь часов - подъем, пробежка, разминка, индивидуальные упражнения. В девять тридцать - завтрак. С десяти до часу, теоретические занятия. Кто-нибудь из нас каждый день будет вводить вас в мир интегритиз. С тринадцати до четырнадцати ноль-ноль - обед и послеобеденный отдых. С четырнадцати до шестнадцати тридцати вновь теория. Получасовой отдых и полдник.

Александр удивленно приподнял бровь.

- Да-да, Саша, именно как в детском саду. После полдника мы вновь встречаемся, но уже в энергозале, где будем заниматься практическим применением полученных знаний. В двадцать тридцать - ужин, ваше свободное время, и в двадцать два тридцать отбой. Я понимаю, вы привыкли к другому графику, но придется потерпеть. Это необходимо, в первую очередь именно вам, и только потом нам, хранителю, и кому-то там ещё.

- Вопросы.

- Хранитель? Когда мы его увидим? - полюбопытствовала Любимова.

- Уже совсем скоро.

- А готовить еду нам кто будет, - решила осветить проблему Дарья, вот готовить на всех она точно не хотела бы.

- И вам, и нам питание готовит специально нанятый для этого повар, так что не беспокойся, голодными никого не оставят, - добродушно усмехнулась Марьяна.

- Приступим.

Взялись за них основательно.

Как Фамильный и обещал, вначале размяли мышцы, основательно пропотели и подустали. Обновленное тело, в принципе, справлялось с предложенной нагрузкой. Но, скорее всего Горислав, как опытный тренер, разумно распределял её, не давая мышцам слишком перетрудиться. Силовые упражнения, типа отжимания, подтягивания и пресса, сменялись упражнениями на релаксацию и растяжку. Прыжки и кульбиты, на мерные наклоны и прогибы.

Дарье в первую очередь, он ставил удар. Все знакомые и неизвестные ей виды единоборств, сплелись в один необычный клубок приемов и техник, что давал гладис. Физическая сила, видимо, возросла, позволяя сопротивляться его мощи. Хотя, что уж говорить, работал гладис не в полную силу.

В стороне Петр гонял Раду, заставляя ту уворачиваться от быстрых ударов. Именно уходить, не ставить блок, отбивать, как-то делала она, Дарья, а мгновенно избегать столкновения.

На поваленном бревне сагутары выделывали странные вещи. Вначале Любимова с завязанными глазами брела по узкому стволу, аккуратно переставляя ноги, потом стояла на одной ноге, удерживая тело в равновесии. Затем взбиралась на дерево и прыгала, точно обезьяна по веткам, убегая от мучителя, принявшего обличие Князева.

Чуть дальше Марьяна загибала Александра в кренделя. Первоцвет даже испугалась, увидев, что вытворяли туэри, но быстро успокоилась, заметив, что упражнения не вызывали у жениха резкого отторжения.

После стало еще интереснее. Кузнецова попросила Вольного поднять руки вверх и держать их в таком состоянии несколько минут. Поначалу Дарья и не поняла, в чем прикол, позже попробовав, удивилась сложности упражнения.

Потом защитники долго и нудно бегали вокруг площадки, круг, за кругом, не увеличивая и не уменьшая скорость.

К девяти пятнадцати вымотались окончательно. Александр бежал за Марьяной, еле переставляя ноги, Рада висела на ветке, не в силах спуститься. Рядом расхаживал Петр и всячески над ней измывался. Дарья даже на мгновение пожалела Радку, вот уж кому не повезло больше всех, ей в учителя достался маньяк и садист.

- Марьянушка, заканчивайте, - остановил занятие Горислав.

Тут же без сил свалился на землю Александр. Рада, словно подгнивший плод, упала с ветки. Благо, росла та не высоко. Сама Дарья, тяжело дыша, прислонилась к шершавому стволу. И только Марьяна и сокомпания были бодры и свежи, вызывая зависть одним своим видом.

- Ну что, бегом до штаба и в душ? - ухмыльнулся Петр.

- О, нет! Я все! - с мученическим стоном, вопияла Рада.

- Встаем, встаем и тихонечко двигаемся, - подталкивал её сагутар. - Саша, соскребаем себя с травки и поднимаемся! Дарья - не имитируй немощность!

Кое-как доковыляли до здания. Уставшие и растрепанные ввалились в комнаты. Рада, окрыленная видением ванны, уже на финише выбилась вперед и нашла силы, чтобы поспорить перед дверью. Дарья милостиво разрешила ей войти туда первой. После Любимовой просочился Вольный, она этого даже не заметила, так была полностью поглощена раздумьями.

Сколько изменений! Она была не готова к столь частой смене условий. Только приспособилась, приняла инициацию, затолкав ревность глубоко-глубоко. Поверила в происходящее, решила старательно постигать знания. И на тебе - новые ограничения. Впервые Первоцвет не могла спрогнозировать перспективу, а это пугало. И злило.

Жених не заставил долго себя ждать и через десять минут освободил промывочное помещение. Гладис наскоро сполоснулась и вышла, надевая чистую одежду уже на ходу.

- Где нас кормят? - поинтересовался Александр.

- В комнате отдыха, - ответила Любимова. - По крайней мере, вчера слышала от Марьяны такую версию.

- Тогда веду я, - вклинившись между Дарьей и Радой, Вольный приобнял обеих за плечи. - Я там уже был.

Любимова дернулась и прижалась ближе, у Дарьи жгучее заныла рука, так велико было желание отхлестать развратника по лицу.

- Цс, дамы, не кипите. Это дружеское объятие.

Рада нехотя отстранилась, Первоцвет стиснула зубы и сдержала порыв. Так и шла до "столовой", цепляясь скрученными от судороги пальцами за рукав туэри.

- Поторопитесь! - громогласный голос Князева заставил вздрогнуть. - Уже девять сорок пять, а вы не завтракали. Шевелитесь!

Наполнив тарелку бурдой, именуемой овсяной кашей, Дарья села за ближайшей стол. Вольный, усиленно работая челюстями, что-то там пережевывал. Рада, размазывая кашу, морщилась.

- Не нравится? - ехидно поинтересовался Петр, потягивающий кофе из маленькой чашечки.

Первоцвет кивнула.

- Придется есть. На одной воде до обеда не доживете.

- Да вы чаем запивайте, или молоком, лучше пойдет, - примирительно добавила Марьяна. - Сама не в восторге, но Петенька прав, нужно поесть. Больше ничего основательного повар на завтрак не приготовил. Да и вообще, он у нас сторонник здоровой пищи, так, что привыкайте.

***

- Пожалуй, сегодня можно зайти к хранителю, - произнес Горислав и вопросительно посмотрел на Кузнецову.

- Сходите, - та пожала плечами. - Потом к Пете на занятие.

- Ага, так и сделаем. Петрушка, ты с нами?

Князев высокомерно прищурился.

- Нет, подожду в классе. Пока подготовлюсь, отдохну спокойно от вас, - зевнул он. - Идите одни.

- Как хочешь.

Фамильный закинул последнюю печенюшку в рот и оглядел сидящих.

- Вы закончили?

Вольный с набитым ртом промычал что-то, обозначающее согласие.

- Тогда пойдемте.

Гладис отодвинул тарелки и встал. Отправил Марьяне воздушный поцелуй и покинул столовую. "Ученики" потянулись следом.

На этот раз они поднялись на третий этаж здания. Горислав вошел в помещение, внешним видом напоминающее кабинет директора или начальника организации начала двадцать первого века. То есть приемная, со строгой тетенькой секретарем, стойкой ресепшн, компьютерным столом и оргтехникой, стеллажами, полками, заполненными различными папками. Как апофеоз, высокая пальма в деревянной кадке, стоящая посередине.

- Доброе утро, Ольга Александровна, бос у себя, - улыбаясь, спросил наставник.

Окинув его и остальных за компанию цепким взглядом, дама милостиво разрешила пройти к хранителю.

За дверями оказалась пустая комната, где под потолком в белом свечении и парил загадочный персонаж - хранитель знаний Вайт Стоун.

- Вайт, приветствую, - поздоровался Фамильный.

Александр, как ни прислушивался, не услышал ответ.

- Хочу тебе заново представить новеньких, - Горислав ободряюще улыбнулся. - Дарья Первоцвет и Рада Любимова, наши гладис и сагутар, - женщины, переглянувшись, и осторожно помахали руками. - Александр Вольный, туэри.

Чувствуя себя странно, Александр кашлянул, привлекая внимание.

Да, он хорошо запомнил Стоуна из сна, но создание, что висело в воздухе, отличалось от того как ночь ото дня. Еще во сне Вольного удивляло индифферентное выражение лица хранителя, сейчас же это бестелесное нечто вообще не имело к жизни никакого отношения. Блеклые глаза и общий прозрачный вид напрягали.

Тем временем гладис продолжал.

- У нас все отлично, одно занятие по физической подготовке провели, сейчас Петя химичит над теорией. Вообще, ребята неплохо справляются, думаю, не задержатся в учениках надолго.

Замолчал, будто давая привидению осмыслить сказанное, повернулся к удивленным подопечным и подмигнул им.

- Раз нет вопросов и новостей, мы, пожалуй, пойдем. До скорого, - завершил разговор и пошел к выходу. Воины, ничего не понимая, последовали за ним. Александр тоже не жаждал оставаться тут надолго.

- До свидания, Ольга Александровна, - попрощался Горислав с секретарем. - Если что, зовите.

- До свидания, - дама вновь окинула присутствующих рентгеновским взглядом и занялась делами.

- Я чего-то не понял, - как только закрылась дверь в приемную, выдал Вольный. - И что это было.

Рада согласно закивала головой.

- Наш хранитель.

- Но почему он молчал? - поежилась девушка. - И висел..., и не шевелился?

- Увы, - вздохнул Фамильный. - Он практически всегда в таком состоянии. Выныривает, когда чувствует активизацию тварей, рождение новой тройки, ну или в сон заглядывает, очень редко. Все остальное время Вайт такой. Я даже не знаю, слышит ли он речь.

- А та женщина, Ольга Александровна?

- Сестра его, пусть и сводная, отцы у них разные. Как узнала, что брат изменился, так и не отходит от него. Все ждёт, когда нормальным станет, никакие объяснения не принимает. Ну и одновременно кое-какими делами занимается. Она, можно сказать, посредник между ним и нами. Даже научилась определять, когда Стоун готов "проснуться".

- Бедная! - воскликнула Любимова, прижав руки к груди. - И не дождется ведь никогда.

- Мда.

- Подожди, Горислав. То есть родным рассказать можно? - задала вопрос Дарья.

- Можно, правда не сразу и не всем. Закончите обучение, сами решите. К этому мы потом еще вернёмся. А сейчас, айда в класс, Князек там, наверное, уже круги от безделья наматывает.

***

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Рада и Александр, пораженные увиденным и услышанным, потопали за уходящим наставником. Дарья отстала - у нее развязались шнурки. Перевязав кроссовки, как следует, поспешила за ними.

Комната, куда их завели на этот раз, была самым обычным учебным классом: несколько парт, стулья, стол для учителя, шкафы и полки. По стенам разнообразные плакаты с весёленьким содержанием.

- Опа, это что ещё за красавцы? - протянул Вольный, рассматривая отвратную харю напротив.

- О, - развеселился стоящий около окна Петр. - Это наши любимые и ненаглядные. Твари. Вот смотри та, рогатая - моё исполнение. Нравится?

- Я в шоке.

- Замечательно. Раз нравится, прошу, выбирайте себе места, - кивнул на парты. - Рада, достань, пожалуйста, из шкафа блокноты и ручки, - видя, что та не могла оторвать взор от камнеподобного монстра, предложил наставник. - Возможно, они вам пригодятся.

- А? Да, где? - встрепенулась Любимова.

- В самом правом на второй полке снизу, видишь.

- Да-да, нашла.

После того как они расселись, вооружились канцелярскими принадлежностями, Князев занял кресло-качалку, единственный предмет мебели, выбивающийся из образа классной комнаты, и начал лекцию.

- Ещё раз хочу сказать, я рад, что вы все-таки с нами. Несмотря на препятствия, прошли инициацию и выжили.

- А мы-то, как рады, - вклинился Александр.

Строго на него взглянув, Петр продолжил.

- В таком случае запомните самое главное: никто не собирается насильно заставлять вас учиться. Хотите, слушаете, хотите, записываете. Составлять контрольные и задавать самостоятельные задания я и не подумаю. Рассчитываю на то, что вы люди взрослые и прекрасно понимаете важность получения знаний.

Видимо, увидев в глазах у слушателей полнейшее внимание к происходящему, наставник продолжил.

- Вы знаете легенду возникновения интегритиз, особенности состава троек, знакомы с понятием "хранитель", встречались с тварью. Спустя несколько дней, возможно, у вас появились и другие вопросы. Я хочу, чтобы вы их задали.

- Я хочу знать: влияет ли пол человека на то, кем он становится. Ну, туэри там, гладис или сагутар.

Услышав вопрос Александра, Дарья невольно отвлеклась от гложущих мыслей, один вопрос волновал ее очень сильно, но пока она не была готова его задать. Представила группу, состоящую из одних женщин, и содрогнулась. Взглянув на Любимову, убедилась, что и той пришла в голову та же мысль. Нет, она не являлась ярым противником однополых отношений, но для себя данный вид связи не преемлила, при всем уважении к представителям сексуальных меньшинств.

- Не влияет. Только одно правило, если туэри - мужчина, то его воины, обязательно женщины и, наоборот.

- Да, Петь, объясни, почему никто не слышал шума в коридоре? Мы там явно не шепотом объяснялись, - назрел еще один вопрос у Александра. - Да и стена, из-за которой вы не смогли попасть внутрь, меня тоже интересует.

- Очень правильный вопросик, Саша. Дело в том, что некоторые особи создают вокруг себя поле, способное задерживать звуки и картинки. Сильно одаренные возводят стенки, типа тех, что делают туэри. Конечно намного слабее, но тогда счет шел на секунды и мы просто не успевали вскрыть препятствие.

- То есть, даже если бы кто-то и шел тогда по лестнице, то кроме вас никого бы не увидел? - встрепенулась Рада.

- Совершенно верно. Можно сказать, это эволюционная способность, и появилась она у тварей совсем недавно, лет двадцать назад.

- Лет двадцать, это недавно? - приподнял бровь Александр.

- Саш, ты еще судишь по меркам обычных людей, - улыбнулся наставник. - По меркам интегритиз - это мало.

- То есть они еще и эволюционируют? - прикусив кончик карандаша, протянула Любимова.

- Конечно, как и мы. Впрочем, и человечество, тоже. Например, в тринадцатом веке, тварь, имеющая даже одно звериное обличие, считалась сильной. Сейчас её просто-напросто прибьют из огнестрельного оружия, не дав приблизиться. Интегритиз, впрочем, такими и не занимаются, люди справляются сами.

- Предполагаю, нашего внимания удостаиваются особые "персоны"?

- Ты как всегда прав, Саша, - усмехнулся Князев. - И раз уж мы заговорили о тварях, предлагаю, но не настаиваю, записать в блокноты их классификацию.

Открыв записную книжку, Дарья по старой привычке в правом верхнем углу поставила сегодняшнюю дату.

- Итак, нулевая группа - это те самые, с одним обличием, о которых мы уже говорили. Внутри, группа делится еще на пять подгрупп, в зависимости от размера и причиняемого вреда:

- Ноль - один - насекомые, мелкие животные, типа мышей и крыс. В современном мире почти не присутствуют, так как очень слабы. Хотя было время, когда и они считались опасными, вспомните крыс, переносящих чуму.

- Ноль - два - мелкие хищники, куницы, хорьки, выдры и подобная им компания.

- Ноль - три - псовые - волки, шакалы, собаки и так далее, мелкие и средние кошачьи, хищные птицы и змеи, некоторые виды рыб.

- Ноль - четыре - крупные хищники, крупные пресмыкающиеся.

- Ноль - пять - так называемые "сказочные" существа, типа драконов.

Глаза Первоцвет сами собой удивленно расширились. Представив огромную рептилию, она поежилась.

- Первая группа. С течением времени выделилась из нулевой в отдельную. Это твари, принимающие только вид человека. Обладают некоторым интеллектом, но, к нашему счастью, хорошо отличимые от человека. Это те, кого раньше называли "одержимые бесами". Как только тварь появлялась среди людей, её изолировали и проводили обряд, от которого она погибала.

- Вторая группа. Обладают двумя обличиями, человеческой и животной, а также их промежуточными вариантами. От них, кстати, и пошли легенды об оборотнях. Обладают высоким интеллектом и довольно долго могут просуществовать в человеческом обществе. Это группу также можно разделить на пять подгрупп, как и нулевую.

- Это, - Рада судорожно вздохнула. - Она скопировала папу? Да?

- Да.

Любимова опустила глаза, сдерживая слезы. Очевидно, вспоминания о первой встрече надолго остались в ее памяти. Впрочем, если бы подобное случилось с ней, Дарья тоже не смогла бы это забыть так скоро.

- Следующая группа - третья, самая крупная. Сюда входят особи, способные принять от трех до десяти обличий. Сильны, умны и адаптивны. Делятся на две подгруппы: первая - это те, которые просто меняют обличия ради достижения цели. Вторая, наиболее опасная. Они, пренебрегая частью "образов", развивают именно человеческую составляющую, отчего резко повышается умственный показатель. Твари очень осторожны, поэтому плохо выявляются. Были случаи, когда подобные существа забирались очень высоко в важнейшие сферы жизни человеческого общества. В последнее время, именно этот тип больше всего распространен.

- Страсть! То есть, сосед снизу вполне может оказаться тварью, и никто этого не узнает, пока тот не убьет пару десятков человек? - ужаснулась Рада.

- В общем-то, да. Это наши самые любимые и многочисленные "клиенты". Именно с ними, чаще всего, и боремся. К мерам борьбы и правилам определения вернемся чуть позже. Продолжим классификацию тварей.

Дарья внимательно слушала, изредка посматривая на страшные картинки, щедро развешанные по стенам. Она бы не сказала, что все услышанное было интересно, но, скорей всего любая мелочь могла пригодиться в дальнейшем.

- Четвертая группа достаточно малочисленна, но не предсказуема. Вспомните первый фильм "Люди в черном". Представители этой группы подселяются в тело человека, словно паразиты, и вытесняют сознание хозяина. Твари достаточно слабы, но, к сожалению, возможности определить на сто процентов, "заражен" ли человек, невозможно.

- Погоди, Петр, - встрял Александр. - Могут ли они вселиться в интегритиз?

- Нет, не могут. Сила не позволит.

- Это радует.

- Меня тоже. Итак, пятая группа, "твари стихий". Даже не твари, скорее сгустки отрицательной энергии, способные манипулировать определенными природными элементами. Во-первых, фламеры - состоят из огня и энергетической начинки, терриусы - основа земля или каменная порода, аквы - вода и айрусы - воздух. Неумолимы, мощны, опасны. Самое главное - защита. Сможете укрыться и вымотать противника, победите. Больше никак. Кстати, Рада, то изображение, которое ты так долго рассматривала, иллюстрирует как раз терриуса.

Дарья невольно нашла картинку, но поспешила отвести глаза. Уж с кем-кем, а с этой особью желания познакомиться поближе у нее не возникло.

- Шестая группа и последняя. Чтобы было понятно, начну издалека. Вы видели хранителя, надеюсь, осознали, что он есть. Так вот одна из его особенностей - способность предвидеть крупный прорыв тварей, влекущий за собой большие жертвы. Место и время, некоторые подробности о характере опасности. К чему это говорю, шестая группа тварей занимаются именно тем, что искажает видения. Их называют "пустышки" или "помехи", бороться с ними не возможно, так как даже мы не ощущаем их присутствие. Чем больше таких тварей появилось, тем меньше информации хранитель может принять, тем сложнее получается операция.

- Получается семь групп, из которых с шестью мы боремся, одну имеем в виду, - подытожил слова наставника Александр.

- Верно.

- Ты сказал, одна из особенностей, - Дарья решила принять участие в обсуждении. - Что ещё?

- Помимо выше сказанного, хранитель может создавать амулеты для мгновенного перемещения в пространстве, но, к сожалению, очень мало. Всего три-четыре штуки в год, поэтому пользуются камушками только в крайнем случае. Еще Стоун скрывает место, где обитает. То есть вы, новички, здесь в полной безопасности, впрочем, как и в других штабах интегритиз.

- Не дурственно, - искренне впечатлилась Первоцвет.

- Не знаю, - пожал плечами Петр. - По мне так лучше совсем не иметь способностей, чем быть таким как он.

Дарья не нашла, что сказать в ответ.

- Еще вопросы. Нет? Тогда на этом, пожалуй, закончим. Пошлите обедать, - стал подниматься с кресла наставник.

- Подожди, у меня есть, - и, начав с места в карьер, проговорила фразу. - Почему именно секс стал способом пройти инициацию? - сказав, напряглась, ожидая ответа.

Павел нехотя сел обратно.

- Вспомните известную концепцию древнекитайской философии.

- Инь-янь, что ли? - раскачиваясь на стуле, полюбопытствовал Александр.

- В точку! Так вот, жизненная сила Ци возникает в результате превращений Инь и Ян. Инь и Ян представляют собой две фундаментальные силы, которые создают вселенную и приводят ее в гармонию путем своего взаимодействия. Они символизируют две противоположные энергии, которые, видоизменяясь и взаимодействуя, представляют собой динамику мира...

- Стоп! Не надо философии. Причём здесь наш случай, - прервала Дарья.

- В вашем случае, и моем, кстати, тоже, Интегритиз - это Ци. Ян - изменчивая, подвижная и пробивная составляющая энергии. Она направлена наружу, атакует. То есть, это воины, которым необходимо моментально реагировать, двигаться и нападать. Инь, соответственно, постоянная и неизменная часть, направленная вовнутрь, способная защитить. А как вы знаете, основная функция туэри - это защита. Получается, чтобы сила родилась, необходимо соединить эти две составляющие. Что и происходит во время инициации. Ответ понятен?

- Хорошо, - Дарья сглотнула. - Мы соединились. Нужно ли постоянно поддерживать эту тройственную связь, или будет достаточно одного раза?

- Даша, ты невнимательно меня слушала, - Петр откинулся на спинку, и устало вздохнул. - Чтобы энергия существовала, её составляющие должны взаимодействовать.

Первоцвет почувствовал, как в крышку её гроба забили последний гвоздь.

- Как часто нужно это делать? - едва слышно спросила Рада.

- Зависит от вас и нагрузки, которую будете испытывать. Конечно, энергия тихонечко набирается и так, но для полноценной работы ее не хватит.

***

Пообедав, новоявленные интегритиз самостоятельно нашли классный кабинет. С молчаливого согласия Петра прошли внутрь и уселись за парты. Князев вновь устроился в излюбленном месте.

- Отдохнули?

- Ага, - ответила за всех Рада, очевидно, чувствующая себя лучше всех. Александр даже поморщился, увидев ее светящуюся физиономию.

- Замечательно! Продолжим, - положил наставник ногу на ногу. - Немного вернусь к классификации "зверушек" и добавлю, пока она полная. Возможно, и вы встретитесь с чем-то интересным. Как я уже говорил, твари эволюционируют. Если это произойдет, наблюдения и пометки нужно будет оформить в виде отчета и сдать Ольге. Хотя после каждого задания вам придется делать заметки в произвольной форме. Никаких особых правил составления нет. Если захотите, потом посмотрите примеры.

- Нам обязательно попадется какая-нибудь новая гадость, - задумчиво произнесла Дарья. - Уверена на сто процентов.

Покачав головой, Петр только усмехнулся.

- Давайте поговорим о правилах интегритиз, продолжил наставник. - Как вы поняли, мы стараемся не распространяться насчет своей силы. Чем меньше обычные люди знаю, тем лучше спят, и, главное, меньше мешают. Намного проще уничтожать тварей, когда под ногами у тебя не мельтешат толпы папарацци и поклонников. Вы согласны?

- Полностью! - подтвердила Рада.

- И это первое правило. Второе, вытекающее из первого. Следы за собой убираем сами. Не можете справиться одни, вызывайте подкрепление. Но чтобы никаких бесхозных трупов не валялось.

- Забирать куски с собой? - прищурилась Любимова.

- Что? Какие куски?

- Как какие! Сам же сказал, чтобы за собой прибирали, - продолжила Рада.

- А! Нет, не надо, доедаете на месте, - поняв, что над ним издевались, Петр вернул шпильку назад.

- Блин! - протянула девушка. - Придется запасаться столовыми приборами. Ножичками там, вилочками поострее...

- Фу!!! Перестаньте! Меня сейчас вырвет! - закричала Дарья. - Радка, это надо же такое придумать!

- Ладно, пошутили, и хватит, вернемся к правилам. Третье, даже не правило, скорее исключение. В той, прошлой жизни, у вас остались дорогие люди: родители, братья и сестры. Мы все прекрасно понимаем, что врать им долго, не получиться. Рано или поздно, вы встретитесь вновь, и пойдут вопросы. Есть возможность пристроить некоторых на должности в штаб. Также нужны наблюдатели на местах, способные сообщить о странностях. Мы готовы принять хороших медиков, инженеров, компьютерщиков, да и многих других, впрочем, тоже. Всем кандидатам проведут тесты, и если по психологическим характеристикам они подойдут, то добро пожаловать.

- Интересно, то есть ты уверен, что эти люди не проболтаются? - имея все основания сомневаться, поинтересовался Александр.

- За большинство, да, уверен. Например, Оленька, милейшая женщина. Сестра хранителя. Порвет любого за своего брата, неважно, сколько у того рук, ног или других конечностей. Для остальных, как я уже говорил, существуют специальные методики.

- Да, Петя, Горислав уже рассказал о ней, - прервала Рада. - Мы уже в курсе.

- Ну, тогда, ещё пример - наш разлюбезный повар, брат одной из туэри, позже познакомитесь с этой тройкой. Он тоже решил присматривать за родственницей.

- Понятно, - так и не поверил Вольный, но спорить не стал.

- Понятно, так понятно. Продолжим. Если желаете, ваши родные также могут пройти проверку. Только заранее сообщите об этом, им назначат время. После утверждения, можно будет рассказать все.

- Петь, ты сказал: родители, братья и сестры. А дети? Где ваши дети?

- Рада, понимаешь..., - Князев встал с кресла и приблизился к девушке. - У интегритиз не бывает детей.

- Как не бывает? - вскочила Любимова со стула. - Вообще, никогда?!

- Да.

- Но почему? - она вцепилась в плечо сидящему рядом Александру.

Поискав ответ на вопрос на потолке, наставник заглянул ей в глаза.

- Сущность извлекла урок из ситуации со странником. Отныне все интегритиз стерильны, сила убивает способность к деторождению во время инициации.

Рада побледнела. Покачнулась и свалилась обратно на стул. Ее взгляд перестал быть осмысленным, а лоб покрылся испариной.

Александр подался вперед, ощупывая ее холодную кожу.

- Даже потенциальные носители силы не могут продолжить род.

Любимова как-то обреченно вздохнула и обмякла, глаза закрылись.

Вольный вскочил, бросился к наставнику и зашипел.

- Где нашатырь?

Петр растерянно махнул рукой.

- В крайнем слева, наверху.

- Понятно, - Александр метнулся к шкафу, нашел аптечку. Смочил вату спиртом и сунул под нос Раде.

Любимова застонала, попыталась оттолкнуть руку и открыла глаза.

- Осторожно, не делай резких движений! - он помог ей сесть.

Молчаливые Дарья и Петр стояли рядом.

- Я в норме, - старательно шевеля языком, ответила на немой вопрос Александра. - Голова закружилась немного.

- Идите к себе, - ожил наставник. - На сегодня, пожалуй, с вас хватит. С Марьяной переговорю сам. Отдохните, побудьте вместе.

Рада отказалась от поддержки и побрела сама. Дарья, задумчивая и какая-то осунувшаяся, следом. Александр шел рядом.

Радка..., Рада, - вдруг позвала Первоцвет. Рада остановилась и посмотрела на партнершу.

- Это не твоя вина, - горько усмехнулась невеста. - Вот это, точно не твоя вина. Даже если бы мы не встретились, ничего не изменилось.

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Остаток дня они просто валялись на диване и тупо смотрели телевизор. Желания общаться не было. В восемь тридцать посетили столовую, где поужинали очередным отвратительным шедевром местного повара. Потом вернулись к себе и расползлись по спальным местам. Александр долго лежал на кровати, и в который раз за эти дни не мог уснуть. Слова наставника тяжелыми камнями поворачивались в черепе. События последних дней перевернули все вверх дном, заставили пересмотреть многие аспекты жизни. Еще месяц назад, о детях он и не думал, то есть предполагал, что когда-нибудь, через пару лет после свадьбы обязательно завел бы парочку. Но сейчас?

"Петр, оказывается прав!" - вдруг пришла четкая мысль. Интегритиз много давала, но больше забирала. И что она заберет в следующий раз, Вольный просто боялся предположить.

Анализируя тройку Марьяны, он постепенно приходил к выводу, что эти измученные, искалеченные люди не ждут от жизни больше ничего хорошего. Возможно, он утрировал, неверно делал выводы, но, замечая детали, все больше склонялся к этому.

Вечно веселый, с грустными глазами свой парень Горислав, за показной бравадой пытался скрыть что? Горечь, обиду? Похороненную надежду на счастливое будущее? Могло быть и так.

Марьяна, с материнским вниманием относящаяся к проблемам не только своих партнеров, но и, в общем-то, чужих людей. Что скрывало её сердце? Трагедию. Вечно болящую рану от невозможности иметь нормальную семью? Несбыточное желание воспитать собственного ребенка? Возможно.

Петр, закрытый в чешую надменности и ершистости. Вечно холодный и резкий. Какую мечту прятал он в глубине души? Воля, не это ли он хотел больше всего? Словно тигр в клетке, он стремился к свободе, но каждый раз сила била кнутом, возвращая узника обратно.

Верны ли его предположения, Александр не знал. Но больше всего страшился получить ответ на вопросы: "Что же будет дальше? Какую судьбу приготовила ему Интегритиз?

VI

Утро следующего дня вновь началось с пробежки по лесу, разминки и индивидуальных упражнений. Затем завтрак и Марьяна, ждущая в классе. Молчаливая и угрюмая Дарья направилась за новой порцией знаний, грозящей погрести своей неумолимостью. Кузнецова, подтверждая звание наставника, вывалила на нее новый ворох сведений.

После, один час перерыва, и снова поглощение информации.

В пять их выловили Горислав с Петром, и под конвоем доставили в энергозал. Ничем не примечательное помещение, без окон и мебели, стены, потолок и пол, которого были покрыты непонятной субстанцией.

- Окись бериллия, - пояснил Князев.

Александр, пытающийся поколупать стену, резко отдернул руку.

- Для нас не опасно, но обычных людей лучше сюда не водить, - ухмыльнулся Петр. - Ну как, готовы вкусить лучший наркотик в мире?

- Что?!

- Попробуйте почувствовать силу, - пояснил Горислав. - По одному укладываетесь на середину зала и делаете все то, о чем говорила Марьянушка. - Кто первый, кто смелый?

- Я, - вызвалась Дарья.

- Молодец, получишь после урока шоколадку, - улыбнулась туэри. - Саша, Рада к стене, - те повиновались, отодвинувшись к противоположной от входа стене.

Первоцвет вышла в центр, немного потопталась на месте и легла на спину. Вспомнила о чём рассказывала туэри и попыталась воспроизвести услышанное. Закрыла глаза, расслабилась. Попробовала успокоиться, однако дыхание не выравнивалось, а сердце билось как сумасшедшее. Глубоко вздохнула, замерла и прислушалась к телу. Неудобно лежала голова, отчего кривилась шея. Дарья немного поменяла положение и вновь постаралась расслабиться.

Минут десять ничего не происходило. Наставники не вмешивались, глядели на уже потную ученицу, она прямо-таки чувствовала направленные на нее взгляды, и молчали. Постепенно под кожей стала появляться дрожь, которая постепенно усиливалась.

Вот дрожь превратилась в дробь.

Дарья заволновалась, казалось, сердце решило выпрыгнуть из груди. Появилась вибрация. Тело сотрясалось все сильнее. Удар, она ощутила, как из-под кожи что-то вырвалось.

***

- Ощущаешь? - произнёс Горислав.

Первоцвет вздрогнула.

- Теперь тяни, тихонечко выводи за тело.

- Марьяна, щит, - уже своей туэри.

Александр, пытаясь рассмотреть хоть что-то, пропустил действия Кузнецовой. Просто в какой-то момент вокруг образовалась поверхность, похожая на стекло.

- Растягивай, Даша. Себе вреда не причинишь, мы защищены, - будто ожидая только этих слов, из кожи невесты показались первые всполохи огня. Вначале маленькие, еле заметные, они постепенно набирали силу. И через мгновение тело уже полностью охватил огонь. Горело ярко, жарко. Пламя рвалось наружу, заполняя зал.

Александр тревожно вглядывался в центр, рядом взволнованная Рада пыталась пролезть ближе к щиту.

- Не трогай! - одернула её Кузнецова. - Он горячий!

- Как ее остановить? Не перегорит? - Вольный неожиданно вспомнил почерпнутые из книг каноны магии.

- Нет, в первый раз нет. Сейчас немного поутихнет, или Горик ее "выключит" - успокоил Петр.

И вправду, разбуженная стихия потихоньку стала успокаиваться и вскоре полностью вернулась в свой носитель.

- Да она и сама смогла остановиться, молодец! - воскликнула Марьяна. - Вот это, я понимаю, самоконтроль!!! Даже не ожидала.

Обнаженная Дарья открыла глаза, вскочила с пола и с безумным видом принялась оглядывать помещение.

- Аааааа!!! - внезапно завопила, задрав голову вверх. - Ууууууу! - завыла словно заправская волчица.

Также неожиданно замолчала. Увидев стоящих около стены людей, растянула губы в кривой улыбке. Покачнулась и пошла. Щит остановил движение, невеста загорелась вновь. Огонь горел минуту, потом неохотно убрался. Первоцвет потрясла головой и уже осмысленно посмотрела на партнеров.

- Даша! Ты с нами? - спросил Горислав.

- Вроде с вами.

- Ну и ладненько! Снимай, Марьянушка, щит, она вернулась.

Потянув воздух руками, словно сворачивая веревку, Кузнецова убрала преграду. Затем открыла нишу, перед этим пошарив на стене, и протянула новоявленной гладису халат.

- Держи, нечего моих воинов смущать.

Дарья заалела, обнаружив отсутствие одежды, и мгновенно спряталась в халате.

- Кто следующий? Рада, давай ты, Сашу оставим на десерт.

***

- Может мне сразу раздеться, - Рада задумчиво глянула на Петра.

- Хочешь лежать голой, пожалуйста, но отворачиваться я не буду, - пожал он плечами.

Смутившись, Любимова сгорбилась, но все равно вышла в центр. Улеглась на пол и как Первоцвет закрыла глаза. Стараясь руководствоваться объяснениями наставника, попыталась вызвать силу.

Дыхание выровнялось почти сразу, руки и ноги исчезли, пропало тело. Только голова, заполненная мыслями, стала тяжелой и неподъемной. Вообразив на макушке веревку, Рада старательно представляла, что тянула лямку, вытягивая нечто вверх.

Минуту, две, три, десять, двадцать, ни в какую. Она лежала и не могла уловить даже малейший проблеск силы.

- Ну-ка встань, - гаркнул голос Князева. - Встань и беги!

Любимова вначале не поняла, зачем. Впрочем, Петр не желал долго ждать.

- Встать!

Она подпрыгнула и выполнила приказ наставника.

- Быстрее, что ты плетешься как улитка!

Рада увеличила скорость. Все быстрее и быстрее. Ноги без усилий отталкивались от пола.

Ветер, поднявшийся от бега, будто бы подталкивал вперед. Все сильнее и сильнее. Кожу начало пощипывать. Резкий толчок изнутри и она споткнулась. Но не успела упасть, сила, вырвавшись из тела, подхватила и понесла дальше.

Раде хотелось орать от удовольствия. Всепоглощающее ощущение счастья и блаженства разрывало на части. Не терпелось поделиться со всем миром радостью, что она и сделала, закричав в полную силу своих легких.

Постепенно эйфория уходила, оставляя после себя удовлетворение и усталость. Прикрыв глаза, Любимова без сил опустилась на пол.

- Налеталась, героиня! - донесся голос Горислава. - Вставай уж, итак долго носилась.

Собрав последние силы, она приняла вертикальное положение. То ли вертелся пол, то ли голова, Рада не поняла. Улыбнулась наставнику, старательно отводящему глаза, и подошла к остальным. С третьего раза попала в рукава, протянутого Марьяной очередного халата.

- Как я? - спросила у всех сразу и каждого по отдельности. - Восхитительна?

- Без вопросов! - улыбнулся даже Петр. - Шикарна! Присядь, давай, вот к стеночке, пока не свалилась.

- Ну что ж, Александр. Твоя очередь, - обратился он к туэри. - Выходи в центр.

***

Александр хмыкнул и разделся до трусов. Встал посередине. Дарья машинально облизнулась, рассматривая его фигуру. Высокий поджарый, он казался не особо сильным. Но Дарья помнила, каков в деле этот мужчина.

Марьяна подошла ближе и остановилась рядом с ним. Остальные заинтересованно наблюдали.

Вольный напрягся, Дарья видела, как сжалось его тело. Постарался почувствовать каждую мышцу. Расслабился. Снова напрягся.

- Давай вначале правую руку. Концентрируй внимание на ней, - руководила туэри. - Почувствовал?

- Угу.

- Молодец, держи. Хорошо. Потихоньку переноси на вторую. Аккуратно, твоя сила сейчас словно мыльная пленка, не рви, раздвигай плавно.

Ладони жениха подернула дымка, словно марево на горизонте во время жаркого дня, и исказила очертание руки. Поползла дальше - к локтю, по предплечью к плечу.

- Замечательно, теперь спина и грудь, - дымка исчезла. - Без рывков! - Александр скривился.

- Давай заново. Молодец, видишь во второй раз проще, - кружила вокруг Марьяна, водя рукой чуть выше тела мужчины. - Теперь туловище.

Вольный покорно выполнял требования наставницы.

- Давай ноги, тяни дальше, ноги у тебя длиннее того расстояния, что ты покрыл. Хорошо! Голова. Не бойся, на мозг это не влияет, тяни смелей.

Александр полностью покрылся маревом.

- Дарья, перестань! Я опять чувствую твое желание. Не можешь контролировать себя, не смотри, - шикнула Рада, сама старательно пожирающая глазами полуобнаженного туэри.

- Постараюсь держать себя в руках, - буркнула в ответ Первоцвет и отвернулась от греха подальше.

Рядом, прислонившись к стене, сидели наставники.

- Что, сестра, не вынесла? - спросил гладис.

- Не могу.

- Ну, ничего. Научишься.

Дарья только вздохнула.

- Замечательно, Саша, ты, супер! Теперь впитывай пленку обратно, - направляла Марьяна. - Одевай белье. Оно новое, специально для таких случаев здесь припрятано, не волнуйся. Одел? Теперь вызывай силу вновь, но обтекай те места, где одежда, стели сверху.

- Как вы думаете, можно уже повернуться? - поинтересовалась Дарья, в нетерпении переступая с ноги на ногу.

- Лучше еще немного потерпеть, - усмехнулся Петр.

- Почему это?

- Как ты думаешь, тебе станет проще, если из одежды на нем будут ну очень минималистические плавки.

Представив картинку, она подавилась.

- Думаю, нет.

- Вот и я того же мнения.

В это время туэри продолжали занятие.

- Тяни, да натягивай на трусы! Я понимаю, что у тебя там все приличных размеров, но все равно нужно это сделать! - раздражалась Марьяна.

- Да сейчас! Не кричи над ухом! - воскликнул уязвленный ее словами Вольный.

- Ну, надо же, сделал, умница. Давай дальше. Молодец! Да открой ты уже глаза!

- Боюсь!

- Чего?

- Что контроль потеряю, вместе с трусами.

- Не потеряешь.

- Ладно, но если что, это ты виновата.

- Согласна. Открыл, посмотри все на месте.

- Очень рад.

- И я тоже. Ладно, хватит болтать. Делай пленку плотнее.

- Как?

- Силы больше используй.

- Так?

- Почти, у тебя зад оголился. Размазывай пленку по всей поверхности. Вот, отлично.

- Петь, твоя помощь нужна, - обратилась туэри к партнёру.

- Саша, что бы он сейчас не делал, держи пленку. Понял?

- Постараюсь.

- Вот и ладненько! Петя, запускай.

Не выдержав, Дарья развернулся. На середине зала стоял ее жених, прищурившись, встречал несущуюся к нему волну воздуха. Бурлящий кипяток ударился в него. Крякнув, он, впрочем, остался стоять, целый и невредимый.

- Вы что творите! - взвизгнула Любимова.

- Тихо, не шуми, - остановил ее Горислав. - Под щитом стоит дубликат от Марьяны, Петька не пробьет.

- А ты? - посмотрела на него Дарья. - Предполагаю, и тебя она попросит проверить.

- И я не пробью.

Тем временем Петр усилил напор, сделав из воздуха лезвие, тонкое, но даже по виду очень острое.

- Неплохо! Горик, твоя очередь, - командовала туэри. - Только прошу, аккуратно.

Хмыкнув, гладис расправил плечи и поставил ноги на ширину плеч.

- Готов? - улыбнулся побледневшему Александру.

- Сомневаюсь, - пробормотал тот.

- Значит готов! Лови! - кинул маленький огненный шар. Жених невольно отступил на шаг. Шар встретился с защитной пленкой и отскочил назад к Гориславу, который ловко его поймал.

- Еще?

Вольный, ободренный успехом, кивнул.

Следующий снаряд был существенно больше предыдущего, но и его броня туэри выдержала.

- Молодец! - присвистнул Фамильный. - Держи приз! - бросил просто гигантскую сферу. Дарья даже почувствовала жар, хотя и стояла в противоположном конце зала. На этот раз снаряд повёл себя по-другому. Он притормозил, достигнув Александра, а потом, оттолкнулся и устремился назад.

- Все, этот пробил, - констатировала Марьяна. - Что ж, очень и очень неплохо. Вы справились, почувствовали силы, а это хорошо. Завтра продолжим. Спасибо за интересное занятие.

- Пошлите кушать, что-то я проголодался, - притянув к себе туэри, заявил Горислав. - Нужно восполнить утраченные силы.

- Ах да, - развернулась в его объятьях Кузнецова. - Пища не сможет полностью компенсировать истраченную энергию, тут нужен другой способ.

Дарья, не веря прямо-таки кричащей интуиции, вопросительно посмотрела на наставницу.

- Да, девочка. Тот самый, тот самый. Так что, быстренько в столовую, а потом в кровать.

***

- Обязательно сегодня? - едва шевеля губами, спросила Дарья.

- Конечно, - Марьяна удивилась возникшему вопросу. - Часть силы вы сбросили, если ее не пополнить, то спустя некоторое время вам просто не с чем будет работать. Так что, вперед на амбразуры!

Первоцвет отстраненно подумала, что сегодня явно не ее день.

- Мы вначале к себе, одеваться, потом придем есть, - неестественно улыбаясь, засуетился Александр. Схватил их с Радой за руки и потащил из энергозала. - Скоро будем!

Дорога до комнат закончилась, а Дарья всё думала, что же она будет делать после ужина. Быть или не быть, метания известного героя стали близки и понятны. Пусть она уже проходила через подобное, но тогда практически ничего не соображала и воспоминания об инициации ограничивались несколькими особо яркими моментами. Сейчас Дарья не видела причины для повторения.

Сила? Да, важна. Только вот она не готова, да и вряд ли когда-нибудь будет.

Пусть энергия накапливается постепенно, даже если длительность обучения увеличится до бесконечности. Она согласна оставаться в учениках сколь угодно долго.

Ужин прошёл в нервной обстановке. Александр превратился в деталь интерьера и, не жуя, глотал содержимое тарелки. Рада, явно старалась не улыбаться, ни на кого не смотрела, но нет, да нет, кидала на Вольного плотоядный взгляд. Марьяна с воинами поддерживали нейтральные темы, говоря то о погоде, то о книгах. Дарья делала вид, что ничего не понимала, обсуждая нехватку дождей и новую книгу Марининой.

Вернувшись к себе, она ретировалась в ванную.

- В душ, - бросила замершим в гостиной партнёрам. - Не ждите, укладывайтесь.

Залезла в ванную, подумав, включила холодную воду. Ледяные струи обжигали, выбивая мысли. Выдержав секунд тридцать, повысила температуру. Терпела до тех пор, пока кожа могла выносить жар.

На глаза попались шампуни и гели, испробовала содержимое каждой баночки. Нанеся на лицо маску, просидела с ней положенные пятнадцать минут. Смыв, еще минут десять ждала, пока вода наполняла ванну.

Вспомнилось детство. Задержав дыхание, попыталась рассмотреть несуществующие трещинки и царапины на дне. В нос попала вода, пришлось вынырнуть.

Вскоре вода остыла. Открыв слив, Дарья растянулась во всю длину и стала ждать, пока жидкость вытечет. Насухо вытершись, покинула ванную комнату, которую тут же занял Вольный.

Случайно забрела на кухню, где выпила два стакана воды, ощущая, как жидкость полилась по пищеводу. Вошла в спальню. На кровати, раскинув руки в стороны, лежала Рада.

- Лежишь? - глухо спросила Первоцвет. Перед глазами почему-то поплыли красные круги.

Любимова поежившись, будто от холода, ответила.

- Лежу.

- Лежи, - Дарья рухнула на кровать.

Вернулся Александр.

Дарья вздрогнула, когда под тяжестью еще одного тела прогнулся матрас.

Внезапно вскочила Рада. Побежала к двери. Остановилась. Резко развернулась к соратникам.

- Саша, прости! Я очень-очень хочу! - закричала она, в широко распахнутых глазах плескался ужас. - Очень! Но жить я хочу еще больше.

Дернув ручку, пробкой вылетела из спальни.

Дарья впервые почувствовала благодарность. Попроси сейчас Любимова у нее десять лет жизни, она без вопросов отдала бы их ей.

- Даша, спокойнее, - жених отчего-то тоже покинул ложе и подозрительно на нее смотрел.

- Что случилось?

- Твоя сила просыпается, посмотри на руки.

Первоцвет, не понимая, поднесла ладонь к лицу. И вправду, под кожей будто бы теплились угли.

- Что за черт! - встрепенулась она и успокоилась. Ладошки тут же погасли.

Александр вернулся в кровать. Уложил ее на подушки, укрыл одеялом и сгреб поближе к себе.

- Спи, милая. Тебе нужно просто сегодня отдохнуть.

***

В семь утра Александр, как штык, стоял на улице. После ночного дождя было прохладно и сыро. Рада ежилась, стоя в легкой безрукавке, по голым плечам бежали мурашки. Вольный даже захотел отдать ее свой свитер, но его опередили. Дарья, увидев дрожащую Любимову, сняла с себя ветровку и подала страдалице. Та, удивилась, но приняла.

- Спасибо.

- Тебе спасибо, - произнесла Первоцвет и улыбнулась. Рада невольно улыбнулась в ответ.

- Гляжу, все нормально, - осмотрев группу, предположил Петр.

- Да, все прошло великолепно, - поспешила заверить его Дарья. - У нас все замечательно, вы со мной согласны?

Александр помрачнел, но кивнул. Рада удивленно вскинулась, но наткнувшись на предупреждающий взгляд соратницы, поспешно закивала в такт с ним.

- Тогда побежали!

Рада, даром, что забивала на физкультуру, неслась за Князевым сломя голову. Сам Петр двигался не по тропе, он, словно мультяшный Тарзан скакал по стволам деревьев, едва-едва задевая их стопами.

За сагутарами, успевая что-то говорить девушкам, бежал Горислав, после Дарья. Менее эффектные в беге, как двое летунов, тем не менее, гладисы заслуживали отдельного внимания. Мощный, словно тяжелоатлет, Фамильный, несмотря на комплекцию, с легкостью поддерживал бешеный темп движения. Невеста на его фоне смотрелась тростиночкой, но и она держалась.

Александр бежал следом. Энергия шампанским бурлила в его крови, давая ощущение эйфории. Будто наступило легкое опьянение, когда голова еще свежа, но чувство всесильности начало брать главенство над разумностью. И это чувство было потрясающе. Петр прав, в который раз мысленно соглашался Вольный. Сила, словно наркотик требовала пользоваться ей снова и снова.

Сосредоточившись на беге, он внезапно заметил, что совершенно точно мог рассмотреть любую мышцу напряженной фигуры невесты. Как будто заранее отрепетировав, Дарья четкое исполняла каждое движение, но делала это медленно, позволяя разобрать подробности. Широкий шаг, вот нога выпрямилась в колене, соприкоснулась с землей, стала отталкиваться стопа. Корпус прямой, немного наклонен вперед. Согнутые в локтях руки двигались вперед и назад. Мерно вздымалась грудь, голова смотрела четко вперед.

- А ну-ка, стой! - тормознула его Марьяна. - Перестань!

- Что?

- Перестань тянуть из Дашки силы, свалиться ведь.

- В смысле? - продолжая пялиться на Первоцвет, уточнил Александр.

- На меня смотри! В глаза.

Он неохотно подчинился.

Зыркнув на удаляющихся воинов, Кузнецова принялась за объяснения.

- Гляди. По сути Интегритиз выливается к вам из "одной кружки". Так?

- Да. И?

- Уже в ваших телах она преобразуется в такой вид, который необходим конкретно, например тебе. Если, в какой-то момент ты сильно потратишься, то с легкостью сможешь позаимствовать немного у воинов, так же и они у тебя. Впрочем, если нет выброса силы вовне, произойдет тоже. Твой уровень повыситься, Дашин, как сейчас, упадет. Нужно быть аккуратнее.

- То есть я воровал у нее энергию, что ли?

- Точно. По идее, вам рано за это браться, контроля-то почти нет. Но, раз ты у нас самородок, придется пересмотреть расписание.

Окинув его внимательным взглядом, Марьяна припустила дальше. Александру ничего не оставалось, как последовать за ней.

На поляне тренировались. Заметив прибытие обоих туэри, приостановили занятие.

- Что так долго, мы без вас практически всю разминку сделали? - возмущался Горислав.

- Ничего страшного. Саша непроизвольно "вампирить" начал. Засмотрелся на Дашу, и давай из неё силы качать.

- Ух, ты! Гигант! У меня такое долго не получалось! Видишь, Петрушка, я же говорил, скоро они и нас переплюнут.

Вольному аж неловко стало, столько неприкрытого восхищения читалось во взгляде наставника.

- Ладно, потом побеседуете, - прервала словоизлияния Марьяна. - Продолжаем.

Выполнив разминку, Кузнецова стала гнуть его в разные стороны. На сопротивление неизменно отвечала, что щит иногда приходиться держать, выгибаясь под непонятным углом.

Особое внимание уделяла рукам, растягивая и выворачивая пальцы. Выкрутасы, выполняемые для растяжки при игре на гитаре, и рядом не стояли с тем, что делала туэри сейчас. Александр справлялся, начиная испытывать изощренное удовольствие от такой работы с телом.

Два часа пролетели незаметно. Взмокшие партнерши плелись нога об ногу, ехидные воины Марьяны всячески над ними издевались. Вольный все больше хмурился, пусть партнерш и навязали ему, но вот так издеваться над ними он позволять не собирался.

- Как будто сами все сразу сделали! - буркнул он. - Сто лет, а ведете себя как подростки, пристающие к первоклассницам. Самих-то не коробит?

- Мы же не в обиду, стимулируем, так сказать, дальнейший профессиональный рост, - раскаялся Горислав, притворно, вздохнув. Петр лишь свысока посмотрел и пошёл дальше. Александр невольно сжал кулаки.

***

Месяц пролетел как одно мгновение. Катастрофически быстро убывала энергия, хотя ее старались использовать экономно. Рада чувствовала как нечто, мощь которого становилась сильнее с каждым днем, буквально заставляла ее бросаться в объятия партнеров. Она держалась, а когда было совсем невтерпеж, представляла горящую Дарью. Мигом отрезвляло. Конечно можно попросить совета у наставников, как того и хотели, но тогда пришлось бы сознаваться и в том, что они до сих пор не восстанавливали энергию.

Партнеры, ночью предоставленные самим себе, едва держались. Забежав в очередной раз к ним в спальню, Любимова практически стаскивала Александра с Первоцвет.

- Дарья! Держи себя в руках, - кричала в лицо ничего не соображающей гладису. - Завтра ты сама себя, да и меня заодно возненавидишь! Тебе-то ничего, а я сгореть не хочу!

Дарья кивала, соглашалась, но спустя несколько минут все начиналось заново. Проживание в разных комнатах не помогало, практически пустых интегритиз энергия тянула друг к другу, не переставая.

Вольный, кому воздержание приносило страданий больше всех, ежедневно предлагал решения. Раде иногда казалось, что бывший шеф свихнулся, идеи день ото дня становились все безумнее.

- Слушайте, это ведь выход! - Александр возбужденно забегал по комнате.

- Все-таки ты, Рада, женщина взрослая, должна понять. Гляди, мы просто запрем тебя в комнате, чтобы не вырвалась. А сами... ну это самое без тебя.

- Молчи, - прошипела Дарья. - Лучше не договаривай.

- Да нет, дослушайте. Лежишь себе, Радка на диване, все ощущаешь. Дашке спокойно, и тебе приятно. Опять же энергия прибавляться будет. А? - воодушевился Вольный.

- Больной?! - вспыхнула Любимова. - Думай, что говоришь!

- Ладно. Извини, шучу я так, тупо.

- Шутки шутками, но я не хотела бы это чувствовать, - Рада брезгливо пошевелила пальцами. - Так что придется вам пока потерпеть.

- Ну, уж это не тебе решать, - возмутился туэри. Первоцвет, измученная бессонницей и постоянным желанием, молчала.

- И мне тоже. Вы же не одни учувствуйте в процессе.

- Зря отказываешься, - усмехнулся спорщик и показательно поцеловал Дарью в губы. - Сегодня же и попробуем.

Раду передернуло.

Вечером, блаженствуя в горячей воде, Любимова размышляла, почему жизнь такая несправедливая. Пришла к выводу, что это она, наверное, сама виновата. Слишком много спускала на тормозах, прощала обиды людям. А нужно было как Дарья, брать врага за рога. И раз "коллеги" решили не заморачиваться насчет ее чувств, придется самой доказывать, как они ошибались.

Подогревая себя подобными мыслями, кое-как домылась. И вся такая свежая и ароматная покинула ванну. Прикрыв влажное тело лишь малюсеньким полотенцем, продефилировала около партнеров.

- Рада!

- Хоть бы прикрылась, бесстыжая! - возмутилась Дарья.

Короткая тряпочка, завязанная на груди, чуть-чуть прикрывала попу. Впереди концы немного расходились при движении, позволяя видеть темный треугольник. Капельки воды от мокрых волос стекали по шее.

Чуть притормозив, Рада окинула пару удивленным взглядом, улыбнулась, и как ни в чем не бывало, покинула комнату.

Александр невольно дернулся ей вслед, но был остановлен невестой.

- Еще одного раза я тебе не прощу, - каким-то безжизненным тоном произнесла она.

Вольный явно смутился.

- Это не то, о чем ты подумала.

- Да ладно!

- Правда.

- Я на это надеюсь. Пойдем спать.

Любимова слыша разговор, мрачно усмехнулась.

Что ж, голубки, повеселимся!

Включив заранее взятую магнитолу, поставила диск. Был у неё один интересный сборник, специально для всяких разных случаев. Рада, в общем-то, и не умела танцевать, но двигаться под музыку любила. Да и кто, в конце концов, ее здесь увидит. Партнеры в другой комнате, а задвижка на двери опущена.

Отрегулировав звук так, чтобы не оглушал, но в соседней комнате был хорошо слышен, сбросила полотенце и подошла к зеркалу, отражающему её в полный рост.

Раны затянулись, шрамов не осталось, хотя бы за это можно поблагодарить силу. Фигура стала гибкой, кожа шелковистой. Как будто она и не разменяла третий десяток, а была лет на десять младше. Подтверждая, тело слегка светилось в лучах заходящего солнца. Сагутар улыбнулась отражению и начала "урок".

Ритм звал, движения становились раскованнее пластичнее. Рада прогнулась назад, также медленно поднялась. Потянулась всем телом вверх, ощущая каждую мышцу. Поворот бедром, ладонь, лежащая на нем, повторила движение. Ещё и ещё. Ноги жили собственной жизнью, стремясь за музыкой.

Что ж, она расслабилась. Можно приступать к основному блюду.

Руки устремились в путешествие, гладя и лаская тело. Чуть задержались на груди, пальчиком задевая вершинку. Шебуршание около двери дало понять, кому надо, почувствовали. Импульс, усиленный ими, вернулся назад. Рада дрогнула, дыхание сбилось.

Дверь толкнули.

- Нельзя! - голос Любимовой заставил налетчиков остановиться.

Она подошла к проёму и села, прислоняясь спиной к деревянной поверхности. Разведя ноги, дотронулась до чувствительной точки и стала мягко массировать. Удовольствие накатывало не просто волнами, целыми цунами, заставив прикусить губы. В глазах появились круги, сознание мутилось.

А за дверью уже рычали, стонали и матерились.

Подойдя к самой грани, Рада с трудом, но убрала руку. И сразу же получила по заслугам - невыносимое разочарование, жалость, злость и неудовлетворенность переплелись в тугой комок эмоций и ощущений. Но чувство гордости пересиливало.

Отползя подальше от двери, она упала на ковер и замерла.

- Ты, сука, Любимова, - прошипел голос Первоцвет. О дверь ударилось что-то тяжелое.

Рада улыбнулась. Она справилась. Теперь можно и поспать.

VII

Следующее утро запомнилось Дарье не только последствиями эксперимента Любимовой, но и первым, вынужденным заданием.

В шесть Ольга Александровна вызвала к себе наставников, те подняли заодно и их. Женщина сообщила, что получила кучу сообщений из Лип-кой области. Наблюдатели как один твердили о пропажах. Исчезали люди в районе села Большая Кузьмянка. По последним сведениям объявлены в розыск семнадцать человек. Полиция и волонтеры прочесывали лесополосу, но найти хоть какие-то следы, не могли. Собаки брали след, но примерно через пару километров начинали вести себя странно. Задрав морду вверх, животные пялились, поджимали хвост, подрагивая всем телом. Попытки кинологов успокоить питомцев не приносили нужных результатов, псы наотрез отказывались работать. Так что людей искали, полагаясь только на свои силы.

- У Стоуна видения были? - что-то просчитывая в голове, спросил Петр.

- Нет, - подумав, ответила Ольга. - Не тот масштаб. Люди хоть и пропадают, но не все разом.

- Понятно. Ян, Горик, есть какие-то соображения?

- Помнишь, в сорок восьмом году пропадали люди из Дарьевки? - почесав затылок, выдал Горислав. - Мы тогда долго ловили ту тварюшку с повадками обезьяны и пастью крокодила.

- Точно! Она тебе еще в зад вцепилась с досады. Такое я забыть не могу!

- Не вцепилась, а пыталась вцепиться, на мне же броня была, - поправил коллегу раздосадованный гладис. - И вообще, эти сведения к делу не относятся. Я к чему веду, может и в Кузьмянках подобная радость завелась.

- Все возможно, но проверить предположение придется нам, все остальные заняты. Только вчера группа Антона в Хабаровск отправилась. Так что, оставляем ребят на Ольгу и в Лип-к, - резюмировал Князев.

- Не получится, - покачала головой сестра хранителя. - Вайт еще ночью исчез. Я, конечно, все понимаю, но с малоадекватными новичками оставаться одна не собираюсь.

- Как так исчез? - пробурчала обиженная высказыванием Ольги Рада. - Он же не может уходить отсюда.

- Переместился в другой штаб, иногда он так делает, исчезает не предупреждая, - объяснила Марьяна. - Может с собой их прихватить? - она оценивающе осмотрела жмущихся у двери подопечных. - Пусть под присмотром попрактикуются, проще потом будет самим работать.

- А что, неплохая идея! Возьмём только два амулета перемещения. Запасной пусть у Сашки храниться, - оживился Петр. - Билеты Оленька закажет, наблюдателей предупредит. Доберемся на самолете до города, в аэропорту встретят и до места довезут. Горик ты как, согласен?

Фамильный подмигнув растерянной Дарье, кивнул.

- Что брать? - встрял Вольный.

- Одежку сменную возьмите, рыльно-мыльные принадлежности, да, пожалуй, и все, - потягиваясь, ответил Горислав. - Походным снаряжением обеспечат. Там, конечно, штаба нет, но база присутствует.

- Мне вот что интересно, откуда деньги на это, - описал широкий круг руками Александр. - Столько филиалов, базы всякие, людям зарплату платят, не говоря о плановых и неплановых расходах. Где "куст с капустой" прячете?

- Спонсоров полно, - пояснил Петр. - Фирма официально различными разработками занимается: в медицине, химии, физике. Так что не бедствуем.

- То есть правительство в курсе?

- А как без него? На одном голом энтузиазме троек далеко не уедешь, приходиться делиться информацией с самыми высокими кругами.

- Интересно!

- Да что интересного. Пока их не трогаем, делаем часть работы, нас не задевают. Даже всячески помогают и прикрывают глаза на странности. Но, - наставник нравоучительно поднял указательный палец вверх. - Это не отменяет второго правила.

- О бесхозных останках?

- Совершенно верно.

- Идите, собирайтесь. Даша, Рада, - погрозил он. - Огромные чемоданы брать не надо. Доберемся быстро. Главное, паспорта не забудьте.

Подхватив их под локти, Александр поспешил к выходу.

***

Снарядились быстро. К этому времени Ольга уже успела заказать билеты и связаться с наблюдателями. Добрались, без проблем преодолели регистрацию. Заняли посадочные места, которые находились друг за другом. Лететь, в общей сложности, было три с половиной часа, но из-за пересадки время увеличивалось до пяти с половиной.

Полет прошёл нормально, и в положенное время группа оказалась в Лип-ке. Где ее встретил наблюдатель Олег Смирнов, как представился мужчина, он то и отвёз интегритиз на базу, где кладовщик выдал экипировку для лесного путешествия.

Итого в рюкзаках оказалось: две туристические палатки, типа 2+1, спальники, набор посуды, запасная одежда, дождевики, запас продовольствия на неделю. Спички, зажигалки, газовая горелка, фонарики, охотничьи ножи, спирт и аптечка. Достаточно объемно, но вполне умещалось в четырех рюкзаках: двух больших для Вольного и Фамильного, двух средних для Марьяны и Дарьи. Сагутары - налегке, только ножи и фонари, да мелочь, распиханная по карманам. Как сказал Раде Петр, им предстояло идти впереди, тихо и быстро, и не всегда по земле.

Поужинав, легли спать в доме Олега, который приютил тройки у себя. Рада долго ворочалась на диване. Она волновалась. Слишком необычно и непривычно то, чем завтра займутся. Любимову интересовало, какая она, тварь? Похожа ли на увиденную ранее, или представляла собой совершенно иной вид? Как опасна и почему её никто не видел? Много вопросов, на которые сагутар пока не могла ответить. Но надеялась, что знания придут, при этом, не покалечив никого из них.

А еще Рада долго ждала Александра. В который раз надеясь, что он придет к ней сам. Но Вольный, занятый оскорбленной гордостью невесты, практически не обращал внимания на ее чувства.

В четыре часа утра лес встретил тишиной и покоем. Солнце только появилось из-за горизонта, и под кронами деревьев было сумрачно. Из живности только вездесущие комары, которые целыми тучами кружили над головами. Но и этим кровожадным бестиям пришлось блюсти бескровную диету, ибо к людям было не подобраться. Туэри растянули пленки-брони по открытым частям тела. Марьяна укрыла таким же способом остальных.

Рада с Петром сразу оторвались от партнеров метров на пятьсот. Мягко ступали по пружинящей хвое, стараясь не производить лишних звуков. Зайдя на два километра внутрь леса, они оказались на том самом месте, где, по словам Олега, собаки переставали вести себя адекватно. Место оказалось помечено красными флажками, что оставили поисковые группы. Следов, способных прояснить ситуацию не осталось. Если и были отпечатки необычных лап, то уже давно затоптаны. Присев на поваленное дерево, сагутары решили дожидаться остальных.

- На северо-запад, - бросил Князев подошедшему Гориславу. - Пятьсот метров.

Фамильный кивнул, на всякий случай проверил направление по компасу. Петр и, не отстающая от него Рада пошли дальше, оставляя основную группу. Расстояние стремительно увеличивалось.

Через час лес начал оживать. Шуршали мелкие зверки, птицы встречали новый день. Шумел ветер, путаясь в кронах деревьев. Робкие лучики пробирались сквозь густые ветви, пронзая воздух яркими полосами. Однако, Любимовой было не до любования. Органы чувств и чутье обострились до придела, от чего звуки леса доставляли лишь неудобство.

- Стоп, - одними губами произнёс Петр. - Сядь.

Рада послушно замерла, осторожно присев на одно колено.

- Что?

- Слушай.

Прислушалась. Вроде бы ничего странного не происходило. Отчего же так насторожился наставник. Она постаралась вычленить необычные звуки и поняла, почему напрягся Князев. Звуков практически не было. Еще недавно пели птицы, сейчас же пернатые исчезли. Даже вездесущие комары куда-то подевались.

- Тихо.

Петр кивнул.

- Что дальше?

- Ждем.

Князев замер и прикрыл глаза. Рада поняла - он передавал Марьяне волну неуверенности. Мысленно разговаривать интегритиз не могли, но послать эмоциональный сигнал были в состоянии. И сейчас Кузнецова осторожно вела остальных по такому специфическому следу.

Через десять минут партнеры вышли. Сняли рюкзаки и поставили их под дерево.

- Нашли? - первый вопрос Горислава.

- Нет, но мы на верном пути, - осматриваясь, ответил Петр. - Думаю, метрах в шестистах - восьмистах у нее лежбище. Слышите, лес молчит?

Все мгновенно замолкли и прислушались.

- Так, - потерев подбородок, разрушил молчание Фамильный. - Марьяна, уплотняй броню, закрывай всё, с кончиков пальцев до макушки. Саша, пойдешь со мной. Не бойся, просто держи свою защиту постоянно. Если увидишь что-то странное не беги, остановись и ставь купол сразу же. Обо мне можешь не беспокоиться, просто стой и поддерживай заслоны. Понял?

Александр нервно кивнул.

- Марьяна на тебе Дарья, что делать ты знаешь. Даша, идешь с ней рядом, шаг в шаг. Услышав, или тем более увидев хоть что-то непонятное, тут же "включаешь" огонь. Жечь лес не нужно, но готовность укрыть себя должна быть. Договорились?

- Да.

- Вот и отлично. Рада, держись Пети. Чуть что, тут же взбираешься на ближайшее дерево и лезешь как можно выше. Не геройствовать, в пасть к твари не лезть. Ваша задача просто смотреть и запоминать, как это делается. Всем ясно?

Получив согласие, гладис дал разрешение на старт.

- Ян - двенадцать. Петь - десять часов. Девятьсот шагов, потом соединяемся.

Петр, приняв направление, начал движение. Он скользил впереди, за ним, не отставая, шла Рада. Останавливаясь через каждые пятьдесят шагов, наставник прислушивался.

Чем ближе подходили к границе, указанной Князевым, тем быстрее начинало биться ее сердце. Страхи, давным-давно оставленные в детстве, вылезали на поверхность, заставляя пугаться любого резкого звука. Треск хвороста под ногами казался выстрелами, разрывавшими тишину леса.

Через тридцать шагов Петр вновь остановился. Напрягся, словно легавая, которая учуяла добычу. Начал принюхиваться. И, правда, откуда-то справа, чувствовался едва-едва различимый легкий сладковатый запах.

- Тридцать сантиметров, - бросил наставник, не оборачиваясь. - Вперед не лезь.

Прикрыв глаза, Рада вызвал силу. Пару секунд и привычная легкость охватила тело. Не сдержав эмоции, она перекувырнулась в воздухе. Князев, ощутив движение повернулся и глядя осуждающе, покрутил пальцем у виска.

При приближении запах усилился. Теперь его сложно было назвать сладким. Тошнотворный леденящий запах разлагающейся плоти. Любимова отстраненно подумала, почему же поисковая группа не почувствовала его? Смердело-то сильно.

Вновь замерев, Петр передал Марьяне эмоциональное сообщение. Прихватив за руку, "довёз" Раду до ветки лиственницы, что находилась на высоте четырех метров от земли. Сам стал продвигаться дальше.

Впереди, явно нора. Судя по входному отверстию, там жил явно кто-то крупный. Резкий порыв ветра напомнил Раде, что находились они с наветренной стороны. Мысленно чертыхаясь, она попытался совладать с потоками воздуха, идущими от нее. Но, судя по всему, сделала это поздно.

Чуть слышный шорох листьев и из норы вылезла тварь. Приподнялась на крепкие задние лапы, вобрала носом воздух. Передние лапы, увенчанные острыми когтями, были "умильно" сложены на груди. Довольно крупная, размером с доброго кавказца, строением тела напоминала кенгуру. Гладкая коричневая шкура, покрытая более темными пятнами, делала её практически незаметной на фоне деревьев. Морда узкая, с большими влажными глазами. Зевнув, создание показало арсенал, находящийся в пасте. Рада сглотнула, увидев, "богатство", различимое даже с такого расстояния.

Тварь повертелась на месте и выбрала верное направление. Мелкими перескоками, постоянно принюхиваясь, направилась в сторону людей. Петр, видя маневр зверюги, поднялся выше. Его она не чувствовала, целенаправленно двигаясь к дереву Любимовой. Остановившись, подняла морду, снова вбирая воздух. Поднатужилась и резко подскочила вверх.

Рада инстинктивно отшатнулась, успевая увернуться от летящих в лицо когтей. Но удержаться на ветки не получалось. Разом, забыв об имеющейся у нее силе, она падала вниз.

Мягкий удар, ее подбросило в воздух. Совладав с конечностями, Любимова скакала на подушке, подставленной наставником, словно на батуте. Одновременно пыталась увернуться от конечностей твари, которая тоже прыгала рядом. Опомнившись, направила в разявитую пасть воздушный кулак. Монстр вылетел за пределы батута, врезаясь в ствол.

Оказавшись в прыжке на максимальной высоте, Рада щедро плеснула энергией и долетела до коварной ветки. Крохами силы помогла себе забраться еще выше на дерево. Благо лиственница была достаточно высокой.

Внизу Петр пытался уничтожить тварь. Быстрая, резкая и юркая, она совершенно не уступала сагутару в скорости. Скорее превосходила. Рада не успевала рассмотреть движения, помочь тоже не могла. Неосмотрительно вбухала в воздушный кулак большую часть остатков энергии, затем поднялась вверх на полтора метра, при рекорде в восемьдесят сантиметров.

Представив образ Дарьи, начала тянуть силу из нее. Резко забираемая энергия двигалась толчками, отдаваясь болью в голове. Не справляясь с давлением, закровоточил нос. Размазав кровь рукавом, Любимова перелезла на ветку ниже. Тварь кружила вокруг старшего сагутара, стараясь достать лапами, тот пытался задеть лезвием. Пока ни у одного не получалось задуманное.

Рада прицелилась, толком не сформированная энергия полетела в тварь. Бесполезно, она лишь сбила аналогичную волну Петра. Тот резко ушёл вверх. "Кенгуру" не стала медлить, достала ноги в прыжке. Попав лапами по коленям сагутара, раскрутила его тело. Потеряв направление, Князев врезался все в то же злополучное дерево и кулем упал вниз. Тварь четко приземлилась на лапы и бросилась к поверженному. Но, не успев, на всем скаку вмазалась в экран, выставленный подоспевшей Марьяной. С воем свалилась на спину. Тут же получила огненный снаряд от Дарьи. Заскулив, увернулась еще от одного и опрометью поскакала за деревья.

***

Горислав, выбрав направление, шёл неспешно и тихо. Александр, громыхая ботинками, казался самому себе стадом носорогов на водопое. Любая тварь, если она умная и сильная, давно бы уже сидела в засаде, поджидая питательных интегритиз. Слабая - умотала в неизвестном направлении. Хотя гладис и не сделал ни единого замечания, Вольному было не по себе. Как ни старался, но мягче ставить стопу не получалось.

Фамильный двигался вперед, осматривая подозрительные, по его мнению, скопления сухих веток и норы животных. Изредка посматривал на густые кроны деревьев.

С каждой метром уверенность Александра улетучивалась. Казалось, будто под каждым кустом сидели по десятке самых ужасных монстров, и, облизываясь, выбирали жертву. Он двигался, до боли напрягая глаза. Сто шагов, двести, пятьсот, девятьсот, считал пройденное расстояние. Концентрация постоянно сбивалась, отчего защитная пленка норовила впитаться обратно. С трудом взяв себя в руки, он постарался отрешиться от лишнего, глядеть только на спину впереди идущего Горислава.

Положенные девятьсот шагов были пройдены. Гладис остановился и махнул рукой в сторону. Как и договаривались, наставник начал сближение с партнерами.

Деревья щеголяли разноцветными нарядами. Солнечные лучи пробивались сквозь ветки, подсвечивая золотом. Под деревьями прятались грибы, стыдливо выставляя на всеобщее обозрение только краешки шляпок. Пауки, не выгнанные холодами, растягивали гирлянды, украшая кусты и ветки. Воздух был прозрачен и чист. Если бы не давящая тишина, прогулка по тропинкам навивала умиротворение и покой. Но осознание того, что под любым кустом или деревом мог скрываться монстр, убивало прелесть леса.

Внезапно Александр вздрогнул, грудь обожгла боль - знакомые путы оплетали тело. Схватившись за них, словно за канат, побежал в указанном направлении. Боязнь неизвестного уступила место страху за своих, побуждая двигаться быстрее. За ним, не задавая лишних вопросов, понёсся Фамильный.

Из-за очередного толстого ствола вывалилась голая ободранная женщина. С ужасом узнав в этом создании своего гладиса, Вольный затормозил. Горислав, не ожидая остановки, налетел сзади и сбил туэри. Однако, в полёте вывернулся, подставив под удар себя. Пропахал на спине пару метров и впечатался головой в камень.

Вскочив с распростертого на земле наставника, Александр искал повреждения. Крови и ссадин не было, только на затылке наливалась здоровенная шишка. Пульс прослушивался, дыхание хоть и тихое, но присутствовало. Убедившись, что Фамильный жив, обернулся к Дарье. Разглядев, заорал, не в силах сдержать эмоции.

- Что случилось?!

Грудь обожжена. Обугленная черная кожа живота окружена кровяными пузырями на боку и груди. На этом фоне почти терялись опухшие губы и нос.

- За мной! - прохрипела Первоцвет и, припадая на правую ногу, устремилась дальше. Александр, ощущая, как волосы на голове встали дыбом, за ней.

- Куда? Нужно обезболить!

- Нужно...

Схватив за целую руку, туэри насильно остановил гладиса, и, впитав пленку, приступил к лечению. Многого не умел, но рассчитывал хотя бы уменьшить боль.

Только вот Дарья вместо благодарности оскалила зубы и отбросила лечащую руку. С силой толкнула в грудь. Изо рта вырвался рык. Охнув от неожиданности, Вольный стал падать назад. Чудом, удержав голову от столкновения, распластался на земле. Сухие ветки и камни впились в спину, разрывая ветровку. Судорожно вздохнув, он повернулся на живот. Благовременно успев увидеть, что невеста бросилась, вскочил на ноги.

Творилось странное: Первоцвет, припав к земле, медленно обходила его, кружила, словно зверь, загоняющий добычу. Резкий рывок - Рада прыгнула. Увернувшись, Александр неудачно приземлился на скользкие листья и снова упал. На этот раз, хорошенько ударяясь коленом. Зашипев, лихорадочно натянул защиту. И вовремя, оскаленное лицо обернулось зубастой рожей, гладис скакнула, впечатывая в землю. Зубы впились в горло.

Вольный дернулся, держа пленку. Частично защита помогала, сильная челюсть не могла добраться до кожи. Однако давление на шею возрастало. Сумев согнуть в колени ногу, он лягнул тварь в обожженный живот. Взвизгнув, зверь соскочил. Туэри откатился в сторону, и поставил, наконец, заслон. Вокруг образовалось прочное непробиваемое "стекло".

Тварь, полностью утратив человеческий облик, бесновалась вокруг, пытаясь пробраться внутрь. Неожиданно, будто бы сообразив, резко устремилась назад.

Горислав!

Впитав заслон, Александр понесся на то место, где оставил гладиса. Увидев наставника, на бегу создал односторонний заслон и бросил наперерез чудовищу. Не успев затормозить, оно врезалось в препятствие и отлетело назад.

Состряпав из остатков еще три недозаслона, окружил скулящую тварь. Энергия кончилась, поддерживать защиту было нечем. Он представил лицо невесты, воздух резко покинул легкие, так необходимая сейчас сила втекла в тело.

Существо металось внутри, стараясь выбраться. Подскочив вверх, почти перепрыгнуло, но туэри был на страже, "крышка" захлопнулась. Александр без сил свалился на землю. Дал себе минуту на передышку и вновь поднялся.

В клетке буйствовала запертая тварь, но Вольный почти не обращал на неё внимание.

- Горик!!! - кричал лежащему наставнику. - Да очнись ты уже!!!

Ноль эмоций. Подобрав рядом лежащую шишку, бросил. Снаряд не принёс желаемого результата. Подойти сам не мог, сила крепко держала рядом с экранами.

- Петь! Яна! Дашка! Рада! - вопил, озираясь по сторонам.

Прошли минуты, казавшиеся годами, кусты расступились, пропуская Любимову. За ней Марьяна. Позади Дарья, поддерживающая Петра. Настоящая Дарья.

- ...! - бросилась к Гориславу туэри. Ощупав его, сосредоточилась, живительная сила потекла в бессознательного гладиса. Пара минут, и кряхтя, он поднялся с земли.

- Вот гадство! - коснулся ладонью головы. - Хорошо меня приложило.

Рада топталась рядом, взволнованно оглядывая его помятую физиономию. Дарья, пристроив Князева, тоже подбежала ближе.

- Как ты? - выдохнув, не найдя увечий, спросили обе.

Вольный скривил губы, стараясь сдержать истеричный смех.

- Так, Саша, не расслабляйся, - обратила на себя внимание Кузнецова. - Я сейчас ставлю купол, убирай свои экраны. Понял? - он кивнул. - На счет три! Раз, два, три. Умница!

Тварь, так и не успев ничего предпринять, оказалась под куполом, размером намного меньше тех экранов, которые установил Александр.

- Горька. Справишься?

- Конечно, - поморщился гладис. - Как всегда?

- Да.

Марьяна, как и в прошлый раз, сделала дыру в куполе. Горислав запустил туда струю огня. Туэри сразу же убрала щель. Вольный отвернулся, не желая видеть агонию сгорающей заживо твари. Слышал только ее вой, несмотря ни на что, раздирающий душу на части.

Истерика все же нашла лазейку и излилась наружу неудержимым смехом. Прижав партнерш к себе, Александр хохотал до слез. Воины не вырывались, Рада тихонько плакала, Дарья, наслаждаясь близостью, стояла, закрыв глаза.

- Домой? - устало спросила Марьяна.

- Конечно! - проскрипел Петр. - У меня нет желания ещё хоть сколько-то шастать по этому лесу.

Собрав всех в одном месте, туэри достала невзрачный на вид камушек и активировала. На пару секунд появилось тошнотворное ощущение резко падающего лифта. Еще мгновение, и оно исчезло.

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Приземлились в кабинете хранителя. Нашелся Вайт, как никогда ранее похожий на приведение.

- Ни один я сегодня не в форме, - усмехнулся Петр. - Судя по виду, он опять создавал амулеты.

- Скорей всего, - ответила Марьяна. - Пошлите уже, я устала.

Вышли из комнаты, наткнулась на удивленный взгляд Ольги Александровны.

- Не справились?

- Да нет, - хмыкнул Горислав. - Тварь нашли, уничтожили. Отчет завтра, сейчас спать.

Пожелав подопечным хорошо отдохнуть, тройка Марьяны удалилась из кабинета.

- Помощь необходима? - поинтересовалась женщина, беря в руку телефон. - Может, врач нужен? Психолог?

- Не надо. Все нормально, - взглянув на лица партнерш, ответил Александр. - Завтра мы обязательно опишем и законспектируем подробности для потомков. Сейчас просто нет сил, набегались по лесу на год вперед. Пойдем, выспимся, заодно разложим все по полочкам.

Откровенно говоря, ему совершенно не хотелось думать о собственном провале, именно так он характеризовал действия на задании. Помимо того, что забыл элементарные правила безопасности, вдалбливаемые наставниками. Так еще Горислава чуть не угробил, а с ним и тройку Марьяны. Как сейчас смотреть им в глаза, Вольный не представлял.

Не ответив, Ольга махнула рукой, отпуская их на все четыре стороны. Прощаясь, интегритиз покинули приемную и побрели в комнаты. Аппетита ни у кого не было. После, когда спадет адреналин, есть захочется, пока даже думать о еде неприятно.

Зайдя к себе, первым делом отправились в душ. Рада, отойдя от запала битвы, категорично отказалась оставаться одной, ей везде мерещились твари. Дарье пришлось сидеть рядом, пока та принимала душ, хотя сама Первоцвет, оставшаяся вообще без энергии, практически падала от усталости.

Но поспать не дал Александр. Освежившись, решительно разбудил воинов.

- Знаете, в каком виде вышла ко мне тварь?

- Без понятия, - зевнула Рада. - Это так важно?

- Дашкин облик приняла, зараза!

Услышав свое имя, мгновенно очнулась Дарья.

- Так вот, вышла вся такая расписная с ожогами третьей степени, и дальше в лес заманивает.

- Это я ее огнем задела, - пробормотала Первоцвет. - Не хило!

- Во-во! Представь, я на месте чуть не помер!

Рада вздрогнула.

- Фамильного под кустом бросил и "тебя" лечить понесся, - посмотрел он на невесту. - Представь радость твари.

Дарью передернуло.

- Да еще энергии практически нет. Короче, чудом я в живых остался. Так продолжаться больше не может. Поэтому, девочки, вы можете обижаться, злиться, но я все равно настроен, сделать это.

Воины молчали.

Александр думал, если бы ему месяц назад сказали, что он стал вот так сохнуть по женскому телу, плюнул этому индивиду в лицо. Пора безбашенной юности, когда гормоны били в голову, давно прошла. На смену пришло время более взвешенного восприятия противоположного пола. Он не спорил, многие симпатичные девушки вызывали в нём желание обладать, но такое, от которого хочется повеситься, утопиться, или застрелиться, в крайнем случае, никогда. Пусть это действие силы, текущей в жилах, но понимание данного феномена ничего не меняло. Он хотел! Казался при этом сам себе похотливым кобельком, что только-только почуял текущую самку.

Кроме того сегодняшняя операция показала, как они, не имея постоянного пополнения энергии, беззащитны. Пусть он обещал Дарье, помнил последствия эксперимента Рады, но нужно было действовать. Иначе следующее задание могло стать последним. А он, несмотря ни на что, хотел жить. Даже так.

***

Рациональная часть Дарьи прекрасно понимала доводы Александра, эмоциональная - билась в судорогах от боли.

Ей обещают, всячески доказывают, что найдут способ, но не находят. И ей придется уступить, потому что по-другому не получается.

Первоцвет, словно сомнамбула, встала с кровати, на негнущихся ногах сделала шаг к Александру. Увидев призыв к действию, туэри тоже пододвинулся. Дарья смотрела ему в глаза и видела решимость довести дело до конца. Тяжело вздохнула, воздух казался густым, не способным насытить легкие, и подняла руку. Ладонь ощутила шершавую, покрытую щетиной щеку. И лишь на подбородке белел старый шрам, доставшийся жениху от встречи с собакой. Гладис обвела полоску пальцем. Вольный не шевелился, будто давая ей возможность начать самой.

Палец продолжил исследование, спускаясь к губам. Александр прикусил оккупанта. Не увидев сопротивления, осмелел. Место укуса было тщательно облизано.

Дарья вздрогнула, где-то там, рядом, шумно выдохнула Рада.

И уже ладонь жениха поднималась вверх, к плечу. Все выше, зарываясь в волосы, притягивая ее лицо ближе. Глаза сами собой закрылись.

Тело превратилось в пылающий вулкан. То там, то здесь открывались новые кратеры, грозя затопить лавиной наслаждения. Вскоре Дарья перестала понимать, где ее чувства, а где ощущения партнера. Она дарила блаженство, и тут же получала обратно, усиленное в несколько раза.

Неожиданно поцелуи изменились, Дарья поняла, что дарил их не Александр.

Любимова!

Рада ласкала её мужчину. Гнев и ярость вновь попытались выбраться наружу, только она затолкала их обратно. Но чувства не желали сдаваться - нашли выход. Энергия, подстёгнутая ревностью, вырвалась наружу. Жар охватил тело, грозя сжечь всё и вся. Взвыв, Дарья оттолкнула Вольного. Скатившись с кровати, понеслась прочь. Партнеры, полностью отдаваясь желанию, даже не заметили ее ухода.

Она вырвалась из спальни, не видя ничего перед глазами. Спотыкалась о мебель и углы, но ей не было больно, нереальное удовольствие поглощало все неприятные ощущения. Кое-как покинув квартиру, добрела до энергозала. Стихия бушевала под кожей. Закрыв дверь, упала на пол. В тот же миг сила вырвалась. Первоцвет горела. Пылала, сжигая так ненавистную и так необходимую ей сейчас, энергию.

Очнулась и долго смотрела в потолок, не видя его.

- Здравствуй, - раздался рядом неизвестный голос.

Дарья от неожиданности вздрогнула и вскочила с пола. Заозиралась. Инстинктивно прикрываясь руками, поняла, что одета.

- Не бойся, ты спишь сейчас, - произнес подозрительно знакомый мужчина.

- Вайт?

- Совершенно верно.

- Как вы попали сюда? Как я попала сюда? - разглядев, где находится, заволновалась Первоцвет.

- Ты спишь, в сон мне дорога открыта.

- Зачем?

- Тебе нужна помощь.

- Я справлюсь самостоятельно.

- Разве, - хранитель смотрел прямо в глаза. - А, по-моему, ты загоняешь сама себя.

Дарья нервно пожала плечами.

- Поговорим?

- Смысл?

- Вдруг, чем помогу.

- Не хочу.

- Девочка, я все понимаю, тебе не просто. Просто поверь, если ты не сможешь принять, то потом..., - Стоун внезапно сбился и ненадолго замолк. - Я вижу, ты хочешь уйти?

- Да.

- Хочешь проснуться.

- Да.

- Останься чуть-чуть, прошу. Помоги мне.

- Чем я могу помочь вам? - разделяя слова, спросила Дарья. - Вы же умер...

- Прошу!

- Но,...ладно. Только как?

- Я знаю, смотри.

Прикосновение, легкое головокружение и Дарья вновь оказалась в ином месте, ином времени, в другом теле.

- Вайт! - прокричала высокая стройная брюнетка. - Сколько тебя можно ждать?!

Первоцвет в недоумении смотрела на бушующую девушку и никак не могла взять в толк, что же ей надо. Однако тело и голос, принадлежащие настоящему хозяину, действовали.

- Иду, Луна.

- Стоун, да очнись, ты, - топнула ногой девица. Схватила ее, Дарью за руку и поволокла за собой.

Преодолев лестницу, они оказались в большой комнате, где столпилось, как показалось Первоцвет, чересчур много народу.

- Ну, наконец! - воскликнула блондинка и подошла ближе. - Лун, опять из кровати его вытащила, да? - шепотом узнала у черноволосой. Та лишь кивнула. - Ладно, слушайте.

Хранитель Абрахам собрал людей в небольшом домике спального района Нью-Йорка, уже несколько лет являющегося штабом. При помощи амулетов экстренной телепортации, находящиеся в Штатах интегритиз прибыли на место. Последнее видение, пришедшее к Абрахаму, пугало. Вид рушащихся башен близнецов подверг хранителя в шок. И он, в панике метался над полом, вспоминая подробности видения. Безэмоциональное лицо на фоне хаотичных передвижений, казалось кукольным.

Полученная информация не радовала: одиннадцатого сентября утром на башни Всемирного торгового центра планировалось нападение. Сведений мало, видимо пустышки до последнего старались удержать информацию. Всегда инертный хранитель, даже во время кратковременных выходов на связь, был испуган. Через слово напоминал о странной жидкости, разъедающей железо, просил поторопиться и быть аккуратными.

Двенадцать человек: четыре тройки интегритиз тотчас покинули штаб и поспешили к месту будущей трагедии. Но не успели, первый самолет успел протаранить северную башню.

Первоцвет в ужасе смотрела на некогда величественное здание, сейчас заволоченное дымом и огнём. Бежали люди. Крики, плач, падающие обломки здания и самолета, визгливые сирены спасательных служб смешались в страшную какофонию звуков, которая оглушала ее.

- Джозеф, Белла, Вайт живо накидывайте броню на воинов, - вскричал Матео, один из самых опытных туэри. - Мы сидим здесь, держим подпорки. Остальные в здание!

Короткие взгляды, страстные объятия, и тройки разделились, отпуская воинов. Легкие сагутары - впереди, летели на верхние этажи, в надежде вытащить живых. Пробивные гладисы разбивали стены и двери лифтов, освобождая заблокированных. Четверо туэри держали северную башню. Стоя на расстоянии от близнецов, скинули собственные броньки, усилив защиту партнёров. Но и этого не хватило.

Первыми в огне погибли Кристин и Серхио. Во время тарана второй башни сагутары попали в эпицентр взрыва.

Дарья видела, как согнулась Белла, как упал Матео. Заметила, что Джозеф перекинул силу на поддержание южной башни. Услышала, невероятным образом выделила крики гладисов, раздираемых безжалостной силой. Почувствовала, что Вайт, в теле, которого она находилась, усилил подпорки на северном близнеце. Чужими губами шептала молитвы, прося богов, умоляя Сущность защитить своих девочек.

Тридцать минут умирающие группы делили силу на двоих. Гладисы не прекращали спасательных работ, практически бессознательные, продолжали вытаскивать людей.

А затем в последний раз вздохнула Белла. Вихрь силы поднял тело погибшей вверх. Резанула бритвой по глазам вспышка, забрав девушку с собой. Захлебнулся криком Матео, неуспевавший перерабатывать излишки. Новая вспышка унесла и его.

Застонал Джозеф, чья сила стремительно утекала. Затряслась северная башня. Парень сжал кулаки и мысленно потянулся к партнершам, вытягивая энергию из девушек. Чрезмерный рывок и сагутар Патриция раненной птицей падала на землю. Вопила Габриэла, горящая в так любимом ей огне. Хрип Джозефа - и снова финальный всплеск.

Рухнула южная башня.

Луна и Стела погибли под обломками.

Пришла боль.

Разрывались, выдирались с корнями связи. Стоун не мог сделать и шага, держа подпорки, а сила погибших воинов терзала его тело. Бушующая мощь вливалась в щит, попутно растворяя ткани и кости, убивая клетки. Лишь сознание, душа, распятая на перехлесте трех вихрей, жила и мучилась. Ежесекундно умирала, но, возрождалась вновь, чтобы контролировать силу.

Через сорок минут рухнула северная башня.

- Знаешь, о чём я больше всего жалею, Даша, - услышала Первоцвет, уплывая в спасительную темноту. - Ни о том, что не смог перебросить на них щиты, ни о том, что остался один. Лишь только о том, что долго не мог понять и принять. Что заставлял терять драгоценные минуты, отведенные нам силой.

Гладис проснулась. Сухие фразы, произнесенные лишенным эмоций голосом, звучали в голове, отдавая в висках тупой болью, пока она шла домой.

***

Раскинув руки, Александр валялся в кровати, по обе стороны мирно спали воины. Одна уткнулась лицом в ладонь, другая подгребла ногу. Шевелиться не хотелось, так сладко было просто лежать, ощущая, как сонная дымка постепенно оставляла тело.

Настенные часы показывали шесть тридцать. Вызволив конечности, Вольный аккуратно сполз с ложа. До скрипа потянулся, вприпрыжку поскакал умываться. Стоя под упругими струями, никак не мог отделаться от ощущения неправильности. Он плохо помнил ночные события, осталось только ощущение наполненности. Тело вибрировало, наполненное энергией, доказывая, что все прошло великолепно. Подсознание же сигнализировало ещё о чём-то важном. Вот только о чём, Александр не понимал.

После душа туэри принялся тормошить спящих. Рада прижала к себе подушку и сопела, выпятив губы. Дарья, забросив длинную ногу на скомканное одеяло, звонко почмокивала во сне.

Пощекотав за пятки обеих, добился лишь того, что одна зарылась с головой в одеяло, другая, лягнув копытцем, отвернулась к стенке. Едва успев убрать лицо с траектории полета невестиной пятки, Александр подошел с другой стороны. Откинув одеяло, добрался до лица Рады и начал гладить по щеке. С воплем: "Мама, мне сегодня ко второму уроку!", она вновь зарылась в одеяло. Проделав аналогичное с Дарьей, достиг того, что гладис, прихватив руку, отпихнула подушку и подложила его ладонь под щеку.

Высвободив взятую в плен лапу, схватил телефон. Самая громкая и мерзкая мелодия нашлась практически сразу. Будильник справился с возложенными на него обязанностями, прозвонил ровно через минуту.

Усилия были вознаграждены. Партнерши соскочили с кровати, с дикими лицами понеслись в сторону туалета. По дороге столкнулись и с красочными выражениями повалились на пол. Состряпав серьезное лицо, Вольный старался не заржать, но не получалось. Хохот, юркой змейкой проскальзывал наружу.

Мрачные воины бросали многообещающие взгляды. Вольный показательно попятился, ретируясь из комнаты, но вошедшие наставники остановили намечающееся побоище.

Петр, перестав цветом лица соперничать с лягушками, был свеж и жизнерадостен. Горислав пыхал здоровьем, всем видом показывая готовность продолжить обучение подопечных.

Не дав девушкам умыться, садисты вытряхнули троицу из квартиры. Проведя укороченный вариант тренировки, Фамильный отправил всех завтракать.

О чудо! Повар расщедрился и приготовил жареное мясо. Даже досолил и обильно посыпал перцем. С урчанием, достойным тигра, Александр впился зубами в сочный кусок. Отварная картошечка, прилагающаяся к этому чуду, также не осталась без внимания общества. Народ, переев здоровой пищи, с удовольствием налегал на холестериновое угощение, уплетая за обе щеки.

После завтрака, вшестером, отправились к Ольге. Предстояло написание отчета, а после в дружной компании разбор полетов, как обозначил действо Князев.

Отдав долг будущим поколениям интегритиз, перешли в учебный класс.

- Итак, приступим, - приказал Петр.

Горислав коротко и емко напомнил факты "путешествия". Описал встреченную тварь, способ поимки и уничтожения. Ни словом, ни жестом не намекая об ошибках и затруднениях подопечных.

- Добавлю от себя, - вслед за ним выступила Марьяна. - Хочу отметить хорошую реакцию Даши, быстроту и предприимчивость Рады, а также, самообладание Александра, Ребята, вы молодцы. Да, не все прошло гладко. Однако, показали вы достойный уровень владения силой.

Старшая туэри улыбнулась.

- Это норма для данного этапа. Не переживайте. Еще несколько месяцев упорной учебы и вас с чистой совестью можно будет использовать как полноценных интегритиз.

Петр хмыкнул.

- Короче, облажались все.

Кузнецова попыталась что-то сказать.

- Не спорь, Ян. Мы выяснили недоработки нашего преподавания. Исправить возможность есть. И это главное.

- Что вы увидели, запомнили? Общие впечатления?- обратился он к подопечным.

Дарья ткнула Александра локтем, давая понять, что он - первый. Вначале Вольный старался придерживаться делового тона, затем плюнул, добавил эмоции в повествование. Рада между делом добавляла от себя, Первоцвет не отставала, включая в рассказ и свои оценки. Воины Марьяны не вмешивались, лишь с интересом прислушивались к повествованию.

- Думаю, что тварь просто копила силы для чего-то большего, - бурно жестикулируя, вещал Александр. - Вторую ипостась до последнего не активизировала, питаясь незадачливыми грибниками только в зверином обличии. Считаю, нужно еще понаблюдать за тем местом. Возможно, это лишь начало.

- Все может быть, Саш, - призадумался Горислав. - На всякий случай сообщу наблюдателям. А сейчас перенесите мысли на бумагу. После можно будет проанализировать, сравнить с похожими случаями. Глядишь, картинка станет яснее.

VIII

Наставники сделали выводы, курс обучения изменился. Александр даже не знал, радоваться нововведениям или нет. Если раньше подопечным преподносили теоретические сведения на блюдечке, а после разбирали практическую часть, теперь происходило наоборот. Кто-нибудь из "старших" показывал технику, новичок как мог, выполнял. Затем дружно разбирали действие по полочкам, чтобы минимизировать энергию, скрестить со знакомыми, а то и найти упражнению применение у тройки в целом.

Огромное внимание уделялось подготовке к выживанию в трудных условиях. За восемь месяцев обошли ближайшие леса вдоль и поперек. Научились добывать огонь без использования энергии, сооружать лагерь из подручных материалов. В программу вошло ориентирование на местности по поведению лесных обитателей и небесных светил. Был вызубрен список того, что можно употребить без вреда для организма, а также способы добычи пищи без применения оружия.

Кроме того наставники возили их в горы, где показали основы скалолазания и альпинизма. Новички плавали, погружались на глубину, освоили управление водным транспортом. Петр предлагал воспользоваться связям и пробить посещение базы подготовки космонавтов. Марьяна отмахалась, заявив, что в космос точно никто никого не отправит. Подняли архивы за последние лет триста, и совместно анализировали случаи нападения тварей. Учились делать выводы о возможной опасности по минимальным признакам и приметам. Помимо, подопечных заставили пройти курсы по оказанию первой помощи и транспортировке пострадавшего.

В общем, если Александр и возвращался в комнаты, то без сил падал на кровать и спал без сновидений.

Князев настоял, и Рада сумела переговорить с родителями. Ее мать долго плакала и стенала, но, взяв себя в руки, согласилась стать наблюдателем в родном городе. Вначале наставники даже пожалели о принятом решении, так как Тамара Александровна, приняв должность близко сердцу, стала вызывать их по малейшему поводу, будь то вопли пьяных соседей снизу или же кошачьи концерты под окном. Впрочем, спустя время все устаканилось.

Отец Любимовой также не остался без дела, пригодился аналитический склад ума и опыт оперативных мероприятий бывшего следователя. Вместе с Ольгой Александровной они ввели систематизацию новейших данных, полученных с заданий троек. Рассчитывали статистику и разрабатывали критерии, улучшающие работу интегритиз.

Дарья так и не смогла толком объяснить родственникам о произошедшем. То ли родительница неправильно поняла, то ли она не так сказала, вот только гладиса чуть не упекли в психиатрическую клинику. Больше приставать к родителям с желанием поделиться, Первоцвет не стала. Хотя долго переживала и не находила себе места, но потом все же успокоилась и смирилась.

В конце концов, несколько лет в запасе у нее имеется, а дальше они втроем что-нибудь обязательно придумают.

Самому Александру повезло. Отчитываться было не перед кем.

А еще у них с Дарьей состоялся серьезный разговор.

О свадьбе, которой уже никогда не будет.

Вольный прекрасно помнил момент, после которого в глазах бывшей невесты поселилась горечь. Но и это пришлось затолкать в самый дальний уголок памяти, чтобы никоим образом не тревожить и так кровоточащую рану партнерши.

Год закончился. Во время новогодних каникул его тройка наконец-то, познакомилась с остальными интегритиз. В Москве обосновалась команда Антона. Воины, две очаровательные девушки Полина и Настя, тут же нашли общий язык с Дарьей и Радой. Гладис Настя совершенно не выглядела этакой бой-бабой, о чем в тайне переживала Первоцвет. Вполне обычная, может чуть более крепкая, чем другие девушки интегритиз. Никаких супер мускулов, как у Горислава, он не заметил. На осторожный вопрос об этом, девушка засмеялась и пообещала потренироваться вместе. Обещание Настя сдержала, следующим утром раскатав Дарью по залу.

Из Питера прибыла тройка Альбины. Сагутар отзывался на кличку Питер Пен, гладис же носил прозаическое имя Иван. После команды Вольного - это была самая молодая группа интегритиз. Общий стаж самостоятельной деятельности около шести лет. Нелюдимые, они не слишком-то оделяли остальных вниманием. В основном, заседали у Ольги и Стоуна, о чем-то переговариваясь с сестрой хранителя. Быстро уехали, как объяснил Петр, на очередное задание.

Самая опытная группа приехала из Режа. Когда Александр увидел молодюсенькую прекрасную туэри Марину, долго не верил, что "девушке" больше ста двадцати лет. Ей на подбор, смазливые красавцы воины: гладис Артур и сагутар Юра. Марина с Марьяной сразу же заперлись в комнатах и не выходили оттуда до утра. Как оказалось, эта тройка курировала их, тогда еще новичков. С тех пор женщины дружили и при каждой встрече подолгу разговаривали, делясь радостями и проблемами.

Встретив Новый год, тройки разъехались по домам. Девушки всплакнули при расставании, пообещали друг другу звонить каждую неделю. Обнялись и разошлись. Ученикам же предстояло еще четыре месяца упорного труда.

***

Апрель пришел негаданно нежданно. Просто в один прекрасный момент оказалось, что снег сошел. Пели птицы и коты, привлекая партнеров, теплые дни стали чаще радовали не только людей, но и бабочек с мухами, отогревшихся на солнце. Трава то тут, то там прорывала сухую землю, да робкие цветы мать-и-мачехи облюбовали пригорки и склоны холмов. Проклевывались первые, едва заметные листочки, радуя глаза свежим зеленым цветом. Воздух одуряющее пах весной.

Александр стал чаще замечать, что идеи и мысли, которые беспокоили его в начале пути, менялись. Вообще, он чувствовал себя подростком, который, как говориться без царя в голове. Ведь по-другому сложно было объяснить передачу Максиму Ремизову полного управления компанией. Себе он оставил лишь акции, да и то, сделав приятеля, а после его детей наследниками.

Вначале было нестерпимо больно, будто отдавал на воспитание собственного ребенка. Хотя почему будто? Он и вправду осознанно отказывался от своего детища. После стало легче, словно последний якорь, тянущий его в прошлую жизнь был отброшен.

Возможно под действием силы, Вольный больше и больше сближался с партнершами. Буквально чувствовал каждую, их страхи, желания, надежды и горечи. Любовь? Вряд ли. Скорее принятие, полное осознание единства. Интегритиз вила косу из трех прядей, затягивала туго, не допуская своеволия. Но он уже и сам сопротивлялся постольку поскольку. Александр врастал, сплетался корнями, переставая осознавать себя без воинов.

Воины. Тоже менялись. С каждым днем все реже он становился свидетелем ссор. Партнерши притирались, обтачивали острые углы разногласий, постепенно учились жить рядом. Рада перестала вываливать свою чувственность, нервируя Дарью. Вспышки эмоций канули в лету, развивалась ответственность за других. Вольный и сам понимал, что не мог больше действовать, опираясь на желание лишь самого себя.

Первоцвет, в свою очередь, научилась сбрасывать эмоциональное напряжение. Перестала запираться в себе, чтобы потом, дойдя до кондиции, топить партнеров чувствами. Поняв, что контроль - главное при использовании огня, стала спокойнее.

В общем, перемены были огромны.

***

Учеба официально закончилась.

Команда Александра считалась зрелой, способной самостоятельно справляться с возложенными на нее обязанностями. Хранитель, по такому случаю соизволив вынырнуть из своего мира, торжественно поздравил с новым званием и предложил выбрать город дальнейшей дислокации. Троица обсудив, решила остаться здесь. Вайт кивнул и вновь превратился в призрака. Вместо него бурную деятельность развела Ольга Александровна, организовав для виновников торжества небольшую вечеринку.

Вино и музыка лились реками. Танцы до упада, сменялись безумным пением под аккомпанемент играющего на гитаре Князева. После развлекательной программы вшестером направились в энергозал. Чуть не разнесли, одновременно включив силу на полную мощность. Пьяные, долго ржали над хранителем. Бедняга в неурочный час решил полетать и попал под спаренный воздушный удар сагутаров. Его энергетическую тушку болтало в мини-смерчах, которые запускали Рада с Петром. Благо навредить этим Стоуну не смогли. Но безнаказанными не остались, получив нагоняй от разъяренной Ольги.

А утром наставники уехали в родной город, обещая в случае необходимости придти на помощь. Сонные и вялые они провожали Марьяну, Горислава и Петра в аэропорт. Александр долго не мог оторвать партнерш от Кузнецовой. Те рыдали, заливая слезами одежду. Клялись в вечной дружбе и взаимопомощи, обещали чаще приезжать в гости.

Вольному тоже было не по себе. С сегодняшнего дня заканчивались каждодневные пробежки вшестером, ушли в историю необидные подколы Фамильного, мягкая опека Марьяны и своеобразные шутки Петра. И, судя по тому, что остальных интегритиз видели всего один раз, то и встречи с наставниками будут столь же редки.

Александр душевно обнял мужчин и расцеловал в обе щеки Кузнецову. Пообещав ей присмотреть за неразумными девочками (так она называла Дарью с Радой) долго махал вслед уходящим друзьям.

В зале аэропорта глядя на взлетающий самолет, Вольный впервые понял, что они остались одни. Та ответственность, которой грозили наставники, полностью легла на плечи тройки. Исчезли обыкновенные мужчина и женщины. Именно сегодня появились защитники жизни: сагутар Рада, гладис Дарья и туэри Александр. Справятся ли они с миссией, ради которой родились, или растворятся в Пустоте, не оставив после себя ничего? Правильно ли распорядятся силой, текущей в жилах? Не сорвутся ли в пропасть безумия, став еще одной ошибкой великой Сущности? Он не знал. Но, был уверен только в одном.

Время покажет.

IX

Следующая неделя принесла новые вести и новое задание. Первое самостоятельное задание для тройки Александра.

Глядя в окно спальни, Рада любовалась цветущей черемухой. Её дурманящий аромат проникал в комнаты, наполняя помещение запахом меда, что ассоциировался у Любимовой с приходом лета и тепла, только вот погода утверждала обратное. На улице было холодно и мокро. Ветер гонял по дороге пыль и обрывки газет, моросил дождь. Совершенно не хотелось выходить из теплой комнаты, однако, пришлось. Хранитель вернулся из забытья и требовал интегритиз к себе. Что уж он там увидел, пока было неизвестно, только внутреннее чутье сагутара твердило - ничего хорошего.

Так и получилось. Только-только зашедшую в кабинет тройку, хранитель ошарашил заданием.

- Собирайтесь. В Тану-Ола прорыв. Берегитесь каменных завалов, - проговорил Стоун и вновь стал безмолвным призрачным созданием.

Александр приподнял бровь.

- А точнее, пожалуйста, - высказала общую мысль Дарья.

- Подробности здесь, - Ольга Александровна протянула тоненькую папку-скоросшиватель. - Если в нескольких словах получается следующее: на хребте Танну-Ола припрятана правительственная испытательная база. Уже три дня никто не может связаться с ними, спутник не видит, радио сигнал не доходит. О других видах связи и говорить не приходиться.

- Возможно обычные неполадки, и через пару дней они сами найдутся, - предположил Вольный.

- Не отрицаю, только в одной из лабораторий проводили опыты над терриусами. Лет пятьдесят назад парочку тварей словила группа Марины. Сгустки изолировали и лишили поддержки стихии. Все это время ученые пытались объяснить природу явления, но не преуспели. Есть предположение, что данные создания вырвались на свободу

- Там же горы! - воскликнула Рада, представив, что могут сотворить обозленные твари с людьми.

- Сколько человек на базе? - спросил Вольный.

- Человек пятьдесят, из них пятнадцать - охрана.

- Мы едем одни?

- Из интегритиз, только ваша тройка, но с поддержкой военных.

- И как вы это себе представляете? - скептически хмыкнул Александр. - Без использования силы мы будем совершенно бесполезны.

- Понимаю, но одним туда просто не добраться. К тому же сила туэри практически не видна, ты обеспечишь защиту в любом случае.

- Ясно, только как мы будем объяснять воякам появление каменных монстров?

- Им и без вас уже разъяснили, типа разработки новые, опытные образцы и все такое.

- Хорошенькие такие разработочки, нежные и милые. Камешками кидаются, людей давят, резвятся в общем, как могут.

- Не преувеличивай, Саша. Ваша задача уничтожить тварей, загонять обратно в "клетку" не нужно.

- Хоть это радует.

- В общем, через четыре часа самолет до Кызыла, затем вертолет до Танну-Ола.

Козырнув женщине, троица покинула кабинет и поспешила собираться. Первым делом Александр зашел в Интернет. Ознакомился с местностью, в которой придётся работать. Итак, Танну-Ола - горная система в Южной Сибири, на юге Тувы. Состояла из восточной и западной части. Хребет тянулся с востока на запад вдоль границы с Монголией. Средняя высота 2500--2700 метров. Вершины с вечными снегами отсутствовали. Северные склоны, являющиеся водоразделом для Енисея, были покрыты кедрово-лиственничной тайгой, обращены к Восточным Саянам. На южных склонах преобладала степь. Западное окончание Танну-Ола прилегало к Алтайским горам. Стекающие с хребта реки незначительны. На северных склонах - кедрово-лиственничная тайга; на южных - степи. В привершинном и вершинном поясах, горная тундра, каменные развалы.

- Просто великолепные условия для существования терриусов, - почесал затылок туэри. - Я не удивлюсь, если за три дня монстры здорово прибавили в силе и укрыли ранимую сердцевину толстенным каменным слоем. Придется сильно попотеть, чтобы выковырять их оттуда.

- Согласна, - кивнула Любимова. - Но...

- Таким тварям нет места среди людей, - жестко завершила Дарья

Собрались быстро, "тревожные" рюкзаки были давно сложены и ждали часа "Х". Оставалось бросить запас еды на пожарный случай и переодеться во что-нибудь более подходящее. Четыре часа пролетели как одно мгновение. Перед отправлением, вновь вынырнул хранитель, напомнил о камнях. И бросил фразу, которая тревожным молоточком осела в памяти Рады: "Только вернитесь ребята, вернитесь все!"

В аэропорту группу встретили и пересадили в вертушку. Семеро бойцов спецподразделения, не считая трех пилотов, завершили посадку. Два Ми-8, готовых к взлету, ждали только интегритиз.

- Пристегни удавку, - бросил Вольному один из воинов.

- Что? - не понял туэри.

- Ремень безопасности, говорю, пристегни, - пояснил советчик. - Девицам тоже скажи.

Зашумел двигатель, вертолет оторвался от земли и завис вертикально - находящихся внутри тряхнуло. Разогнался вблизи земли, после чего стал подниматься вверх.

Рада волновалась. Чтобы успокоиться, впилась взглядом в иллюминатор, разглядывая потрясающий вид. Дорога поднималась в горы. Серо-зеленый фон сухой степи кот-ловины и низкогорья по мере поднятия сменялся зеленым покровом горной сте-пи, переходящей еще выше в тайгу. Пере-валив через горы, дорога выходила в не-большую Турано-Уюкскую котловину, по которой с запада на восток протекала река Уюк.

- Капитан Свиридов, командир группы, - стараясь перекричать гул двигателя, представился старший. Дарья назвала имя и пожала протянутую ладонь.

- Что вам известно? - поинтересовался капитан у гладиса, почему-то приняв ее за ведущего.

- Практически ничего, - честно ответила Первоцвет. - Персонал не выходит на связь. Причины неизвестны.

***

Командир Владимир Свиридов нахмурился, но промолчал, давая себе зарок узнать, зачем ему навязали трех невнятных штатских. Абсолютно бесполезных и неподготовленных.

К тому же толковой проработки операции не было. Группу, словно стадо баранов затолкали в вертел и отправили в неизвестность.

Накануне, он получил приказ прибыть в штаб, где прямо с порога ему сунули в руки тонкую папку и велели ознакомиться. Пробежав глазами по строчкам, Владимир внимательно уставился на подполковника.

- Короче, Борисыч, - поднял голову Ромовой. - База не выходит на связь. Три дня. Это долго. Слишком долго.

- Неполадки?

- Вряд ли, уже бы исправили.

- Профиль?

- Научный, разработки. Финансирует правительство. Подробности не имею право разглашать.

Капитан удивился, но промолчал.

- Операция спасательная, - продолжил подполковник. - Тридцать пять человек штатских, пятнадцать - охрана из наших. Задача - вывести ученых из здания, довести до места назначения. Сдать с рук на руки. Место - Танну-Ола, вот здесь, - ткнул пальцем в карту. - Быть готовым ко всему.

Свиридов напрягся.

- Чего я еще не знаю?

- Ничего, что следовало знать. Твоя задача - вывести людей. Остальным займутся другие.

- Кто?

- Прибудут к вылету.

- Понятно. Разрешите идти.

- Иди.

И вот сейчас, глядя на троицу, капитан размышлял над тем, зачем они здесь. В то, что Первоцвет и компания ничего не знали, верилось с трудом. Но, давить, пока давить Свиридов не мог.

Ладно. Позже. Нужно лишь предупредить ребят, чтобы глаз не сводили с загадочной тройки.

- Кэп, на месте, - отвлек от размышлений пилот. - Ставь бандерлогов.

Короткий приказ и люди были готовы.

Посадка прошла без осложнений. Точка подлета находилась выше заданного квадрата, Ми-8 сел, едва коснувшись шасси земли, выкинул группу, и тут же поднялся в воздух. Второй вертолет не снижался. По замыслу командования птицы ждали сигнала дальше.

Капитан оглядел подчиненных, троицу штатских. Отметил для себя добротную экипировку последних. Провёл контрольную летучку и повел людей. Хотел было расположить троицу в центре группы, однако девушка, именуемая Радой, очень привлекательная на вкус Владимира, тут же вырвалась вперед.

- Черт, куда? - бросил он удаляющейся Любимовой. - Назад.

- Это приказ? - услышал капитан резкий голос. Развернулся к источнику, наткнулся на внимательный прищур волчьих глаз. - Это приказ? - повторил вопрос черноволосый, не внушающий доверия мужик, с вызовом глядящий на него. - Разве вам давали такие полномочия?

Свиридов сжал зубы и промолчал. Ему, и вправду, приказали не мешать засланцам.

Вольный опустил голову, будто рассматривая землю, вновь поднял и мягко улыбнувшись, кивнул замершей Рада. Та продолжила движение.

А командир понял, что неправильно определил ведущего в тройке. Отвесил себе мысленный подзатыльник и без возражений принял правила. Впрочем, ни мужик, ни вторая женщина, не покидали центра и спокойно шли в положенном порядке.

***

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Предстоял спуск вниз. Достаточно пологий и удобный, чтобы сильно не напрягаться. Впрочем, расслабляться не следовало. Дальше начиналось опасное место. От самого верха до подножья пролегал широкий скат, который пересекал низину практически пополам. Образовывал естественный туннель, через который в любом случае пришлось бы проходить. А это очень удобное место для засады, особенно для каменных исполинов, что представляли собой терриусы. Прямо за туннелем и находилась искомая база, закрытая от случайных глаз с трёх сторон природными стенами.

Александр аккуратно переставлял ноги, двигаясь вперед. Он старательно прислушивался к ощущениям, чтобы уловить малейшее изменение в эмоциональном состоянии Любимовой. Привыкнув за месяцы учебы реагировать на любой всплеск настроения партнеров, Вольный научился разбираться в окраске чувств. Вот и сейчас он ощущал беспокойство Дарьи, внешне абсолютно спокойной и собранной. Азарт и интерес Рады, ушедшей от основной группы на возможные пятьсот метров. Пока от нее не шёл страх или неуверенность, туэри был спокоен.

К тому же он глядел по сторонам, запоминая местность. Прикидывал, куда бы спрятал людей в случае атаки тварей. Одна особь - много, а здесь две бродили. Туэри намечала дополнительный план отступления. В теории Александр прекрасно разбирался, знал, как манипулировать силой наиболее эффективно, чтобы уничтожить монстров из любой группы. С практикой было хуже, кроме тех двух тварей, в живую интегритиз больше никого не видели.

Подозрительный туннель преодолели на удивление спокойно. Никто на людей не бросался, не швырял камнями. Любимова не подавала признаков беспокойства. Вплотную подошли к зданию, сагутар дожидалась отряд тут же. Верхний пропускной этаж находился над землей, еще три, занятые непосредственно лабораториями, прятались под землей.

Двое бойцов остались наблюдать за территорией, остальных Свиридов подозвал ближе. Вытащил поэтажный план строения и приложил карту к стене.

- Нам сюда, - расправил бумагу капитан. - Нужно добраться до пульта управления, - ткнул пальцем в отмеченный красным квадрат. - Оттуда проследим месторасположение каждого из специалистов. У них под кожу внедрены датчики, посылающие сигнал на пульт. С охраной сложнее, передатчики у бойцов съемные. Если произошли потеря или механическое повреждение, шанс обнаружить человека сильно уменьшится.

Командир посмотрел на Александра.

- Вопросы есть?

Он покачал головой.

- Начали.

Капитан ввел код, группа вошла внутрь. Бойцы перехватили удобнее АСы и рассредоточились по периметру, прикрывая их. Пробежали тамбур. Вновь металлическая дверь с кодовым замком преградила путь. Десять цифр, заученные командиром наизусть впустили команду дальше. Небольшая заминка возле металлоискателя, который заверещал, протестуя против проникновения внутрь увешанных оружием спецназовцев. Вырубил детектор один из бойцов, когда добрался до рубильника. Но, то ли система была неисправной, то ли повлияла ошибка спеца, только обесточился весь первый этаж. Резервный генератор не включился.

- Фонари не врубать, - приказал командир. - Включить ПНВ.

Интегритиз, в оснащение которых входили и приборы ночного видения, без промедления выполнили указание. Никому не хотелось сломать ноги в темноте.

Темнота отошла, помещение окрасилось в зеленые тона.

Короткий коридор. Третья, но явно не последняя кодовая дверь и вожделенный пульт управления найден. Яркий свет от мониторов ударил по глазам, заставив людей скинуть очки. Комната была пуста, кресло дежурного свободно.

- Работает! Очевидно, подключен к другому узлу, - приблизился к установке Вольный. - Даш, посвети.

- Отойди-ка, - подвинул его капитан. - Лексус, здесь по твоей части.

Кресло занял один из бойцов. Парень лет двадцати пяти, улыбчивый и разговорчивый. Его вихры постоянно выбивались из-под балаклавы и мешали обзору, чем порой выводили из себя приверженника строгих армейских правил командира Свиридова.

Александр оставил желание покопаться в новейшей технике до лучших времен и не стал спорить. Отошёл к партнёрам.

Лексус, тем временем, вывел на экран таблицу. Пятьдесят фамилий, пятьдесят табельных номеров, и только напротив девятнадцати горела синяя отметка нахождения.

- Совмести с планом, - бросил капитан.

Несколько секунд прошло, и синие точки-ученые, а также треугольники-охранники рассыпались бисером по чертежу. Три значка передвигались, остальные шестнадцать замерли чернильными кляксами.

...- матюгнулся Лексус. Его пальцы забегали по клавиатуре, вновь перепроверяя данные. Однако надежда не оправдалась - шевелились только три.

- Проверь историю, - на лице командира не отражалось ни единой эмоции. - Начиная с двадцать восьмого.

Ускоренный режим просмотра давал возможность за десять минут проследить все передвижения сотрудников, включая ночной сон и посещения туалета. Александр внимательно глядел на экран, наблюдая за мельтешащими пятнами. В какой-то момент ему показалось, что он просматривал документальный фильм о жизни необычных насекомых. Вольный никак не мог сопоставить отметки на мониторе с реальными людьми.

Неожиданно движение точек из размеренного и цикличного, превратилось в бессистемное.

- Тише, - бросил Свиридов. Лексус послушно сбавил скорость просмотра до нормы.

Началось столпотворение с лаборатории на втором подземном этаже. Погасли сразу две точки, три - метнулись к выходу. Две прибились к стене и остались в помещении.

Ускорились треугольники, приближаясь к лаборатории. Точки, наоборот, устремились наверх к выходу. Едва достигая нужного помещения, треугольники гасли. Один смог прорваться внутрь, присоединился к точкам у стены. Остальные отметки, рано или поздно, переставали светиться или останавливались. До выхода не добрался никто.

Капитан раз за разом просматривал запись, отмечая на плане те места, где меркли фигурки. После нанёс расположение тех, которые не шевелились.

- Лексус остаешься здесь. Девушки тоже. Ворота не открывать никому, даже если этот кто-то назовется твоей любимой прабабкой. Ясно?

- Так точно.

Командир развернулся к двери, однако Вольный его остановил.

- Не получится, - покачал он головой. - Они не могут остаться.

- Не обсуждается.

- Вы не понимаете...

- Это ты не понимаешь, - сжал губы Свиридов. - Внизу твориться чертовщина. Ни ты, ни я не знаем, что конкретно.

- Они не могут остаться здесь, - вновь повторил туэри, смотря прямо в глаза командиру. Тот, увидев в радужке оппонента что-то понятное только ему, отступился.

- Лексус, приказ в силе. Если через час не вернёмся, сбрасываешь инфу, вызываешь вертушки и уходишь.

Боец кивнул.

- Код ты знаешь.

***

Группа начала спуск на нижние ярусы. Оказалось, электричеством не пахло и на лестничных пролетах тоже. Впрочем, разглядеть дорогу Рада рассмотреть могла. Преодолев первые метры, остановились, поняли, почему не понадобились ПНВ. Часть стены отсутствовала, вместо нее зияла сквозная дыра. Неровные края ощетинились обрывками проводов и загнутыми кусками арматуры. Дорогу преграждали обломки строительных материалов и камни.

- Взрыв? - вполголоса спросил Вольный.

- Не похоже, - командир осмотрел препятствие. - Окопчения нет. Да и камни откуда?

Интегритиз переглянулись. Дарья пожала плечами. Рада кивнула, она уже давным-давно хотела обменяться информацией с военными.

- Теперь моя очередь спросить, что вы знаете, - вздохнул Александр.

Командир долго молчал, но все же ответил.

- База научная. Здесь проводились испытания новых технологий. Каких - такой информацией я не обладаю.

- Впрочем, чего-то подобного я и ожидал, - резюмировал Александр. - Есть предположение, вернее, даже уверенность, что где-то по местности бродят две такие технологии. На вид - ходячие груды камней. Имеют зачаток разума, сильны и очень агрессивны. Самое неприятное для нас - обычным оружием они не уничтожаются.

- Уверен?

Туэри показал на камни.

- Это их визитная карточка.

- Понятно, - Свиридов прошелся около обломков, потрогал каменную крошку. - Ради них вы сюда и приехали. Что потребуется от нас?

- Не мешать, чего бы ни увидели. Не лезть вперед. Беспрекословно и мгновенно реагировать на приказы.

- Понятно. Движемся дальше.

- Стойте, - попросила Рада, которая до этого сосредоточенно оглядывала пробоину. - Кажется, там человек.

И не дожидаясь возражений, полезла через фрагменты стены. Выбралась наружу и присела. Из-под обломков виднелась рука. Серая от пыли, она была практически незаметна.

Рада проверила пульс. Опустила конечность и поднялась на ноги.

- Мертв.

Любимова проходила практику в травмпунктах и больницах города, как того требовало обучение. Обслуживала пациентов с различными видами повреждений, видела мертвецов. Но сейчас холодная безжизненная ладонь всколыхнула в душе горечь. Как же так получилось, что она, имея силу и знания, не смогла помочь убитому? Появилась только тогда, когда самое страшное закончилось. Сколько ещё таких безмолвных тел лежало в коридорах проклятой базы?

- Кэп, вытаскивать? - нарушил тягостное молчание один из спецов.

Командир позволил себе вздох.

- Нет, Рай, ищем живых.

Поспешили вперёд. Где-то там, в лаборатории, оставались люди. Три счастливчика, которые выжили после столкновения с каменными тварями. Пусть имелся крохотный, но шанс найти среди замерших точек раненных, отряд целенаправленно двигался на второй подземный этаж.

Натыкались на изуродованные тела. Механически отмечали множественные переломы, раздавленные грудные клетки и раскрошенные черепа. Автоматически проверяли жизненные показатели, хотя прекрасно понимали, с такими травмами человек давно нежилец. И как апофеоз ужаса - коридор возле лаборатории.

Мясорубка. Комок из крови, мяса, костей, сдобренный обрывками униформы и обломков. И запах. Тяжелый запах смерти, что пропитал обезображенные стены.

Дарью рвало. Раздирало на части. Едкая желчь выходила из натруженного горла толчками. Она захлебывался, но никак не могла нормально вздохнуть. Кашляла, хрипела и задыхалась.

Белый как мел Александр застыл столбом. Не в силах отвести глаза, глядел на массу, которая три дня назад была людьми. А память работала. Запечатляла нюансы и детали. Словно губка, жадно впитывала подробности. Складировала информацию в особый ящик, чтобы потом, во сне, преподнести хозяину эту картину вновь.

Раду трясло. Сагутар уткнулась носом в грудь капитана и дрожала. Мелкой-мелкой противной дрожью. Которую нельзя сдержать или хоть как-то контролировать.

Задышала чаще. Ощутила терпкий аромат мужского пота и... успокоилась. Внезапно осознала - впредь она не допустит смертей. С какой-то ожесточенностью поняла, что положит себя на алтарь силы, но никогда больше не будет почувствовать вину.

А энергия, бегущая в жилах, кричала, требовала порвать, уничтожить ту мерзость, которая посягнула на самое святое - на жизнь.

- Не стоим, - отлепилась Любимова от командира. - Живо за дело.

Встряхнула Вольного. Помогла Дарье справиться с телом.

Александр отошел. Прикоснулся к каждому из бойцов, растянув по ошарашенным мужчинам тончайшую, но прочную броню.

- Не мешать, - напомнил пришедшему в себя капитану правило и вошел внутрь.

Разгром. В лаборатории не осталось целых вещей. Столы, стулья, тумбы и полки разломаны. Оборудование и приборы замяты и раздавлены. Каша из стеклянного крошева от пробирок - склянок и разлитых препаратов. Рада заметила разрушения и констатировала, в одном спасенным повезло точно, смешение реактивов не привело к взрыву и отравлению.

Стала пробираться дальше, где по данным прибора слежения находились люди. За ней, ступая след в след, шли партнеры. Спецназовцы остались на входе.

Увиденная картина порадовала и огорчила одновременно. Трое действительно уцелели. Запертые силовым полем, находились в клетке. Судя по виду, практически невредимые. Только охранник щеголял перевязанной рукой.

На этом плюсы кончились. Зажатый полем поперек тушки, на полу лежал один из терриусов. То место, которое попало под силовую линию, было обнажено. Не защищено. Представляло собой голую энергию. Остальное обросло каменной защитой. Тварь застряла, мгновенно нарастив с двух сторон оболочку, поэтому не могла выбраться наружу. Похоже, именно данное обстоятельство и спасло жмущихся к стенке сотрудников.

И теперь интегритиз предстояло вытащить из клетки людей, преодолев перед этим препятствие в виде обозленного монстра. Готового зарастить чувствительную сердцевину в считанные секунды после того, как поле бы пало.

***

Чувствуя приближение ненавистных врагов - интегритиз, существо забилось в путах. Яростно заколотило каменными дубинами о пол. Дергалось, тужась вырвать тушу из-под поля. Оболочка крошилась, разлеталась по сторонам колючими осколками.

Попав под дождь из обломков, заволновались люди в углу. Запричитала женщина-ученый, закрыла руками лицо, в надежде защитить глаза от жалящей крошки. Охранник загородил её телом, распахнув остатки куртки, укрыл голову. Третий - пожилой мужчина, прижался с другой стороны, став живым щитом для коллеги.

- Спокойно! - стараясь перекричать скрежет, заорал Александр. - Успокойтесь, сейчас вытащим.

Создал защитный контур, который через секунду полетел к запертым. Чуть не упал, приняв его обратно. Помешало поле, которое срикошетившее защиту назад.

- Вот, дьявол! Не получается.

Рада включила силу, пытаясь сдуть обломки в противоположную от людей сторону. Но и воздух, сталкиваясь с силовым полем, не слушался.

- Как убрать решётку? - приблизилась к преграде Дарья. - Где выключатель?

Мужчина-ученый поднялся, прикрывая лицо халатом, пробрался, как мог, ближе к барьеру.

- У меня пульт управления, - крикнул Первоцвет, показывая на карман. - Только отсюда можно, основную панель образец уничтожил.

Дарья прикинула шансы наудачу задумки, которая только что пришла в голову.

- Слушайте, как только скажу, нажимаете кнопку. С места не сдвигайтесь, наоборот, чем ближе друг к другу будете, тем лучше. Понятно.

- Я понял. Не убегать. Нажать кнопку, когда скажете, - подтвердил инструкцию спасаемый. Вернулся к стене, передал указания коллегам.

Охранник повернул голову, нашел глазами гладиса и кивнул в знак согласия. Дарья вернулась к своим.

- Так, Саш, на тебе люди. Как только поле убралось, сразу кидаешь щит. Многослойный, не требующий внимания. После, отделяешь сердцевину пленкой, тварь не должна успеть её зарастить.

- Понял. Пять минут.

- Рада. Оболочка твоя. Отсекаешь все, что движется в сторону твари - камни, штукатурка, обивка. Сдуваешь, сносишь, разрываешь, как хочешь, но чтобы, ни одна крупинка материала не достигла монстра.

- Готова.

- Отлично. Как только скажу три - Саша создаёшь щель в пленке. Буду делать шашлык.

- Понятно, - подтвердили оба.

- Саш?

- Еще немного.

- Жду.

Долгие пять минут туэри плел защиту. Необходимо было сделать не только супер мощной, способной сдержать удары терриуса. Но и освободить самого Александра от необходимости находиться на одном месте, без возможности укрыться от буйствующей твари.

- Готов.

- Поехали. Расходимся.

Заняли наиболее удобные для каждого позиции: Любимова в воздухе, прямо над монстром; сама Дарья - справа, ближе к полю; Вольный - чуть в отдалении.

- Пульт! - ученый нажал кнопку.

- Щит, - Александр метнула экран.

Действие закрутилось.

Поле исчезло. Заскрипел терриус, принимая вертикальное положение. Шлепнулась плёнка, отрывая сердцевину от родной стихии.

Рывок твари к людям, замах каменной лапой и удар. Визг женщины, что билась в руках охранника. Медленно оседающий в обморок ученый.

Со всех сторон по воздуху летели частицы каменной породы, стремясь к хозяину, чудищу, который в бешенстве бил заграждение. Сагутар, включив силу на полную мощность, отталкивала осколки. Два вихря, тараня друг друга, встретились на полпути к терриусу, сдвигались то туда, то обратно. Но, ни одна частичка так и не могла достигнуть желаемого предела.

Тварь развернулась в сторону Дарья, что находилась ближе всех. Скачёк и удар. Вздох - перекат в сантиметре от кошмарной длани.

- Три!

Щель открылась. Прыжок - огненная струя ворвалась внутрь. Загорелась беззащитная сердцевина, зашатался каменный исполин. Мгновение - оболочка заскрипела, стала осыпаться каменной галькой. Воздушный аркан Рады лишь на миг опередил броню Александра - Дарья пулей взлетела вверх, избежав участи быть погребенной.

X

Напряжение нарастало. Александр стремительно терял силу. Громоздкий щит потреблял энергию, словно дорогой спорткар бензин.

- Убирай, - тихий голос, почти шепот Дарьи, и туэри оборвал связи. Щит саморазрушился.

- Пить! - проскрипела освобожденная женщина, которой всё-таки удалось вырваться из рук охранника. Теперь она сидела на полу, без сил прислоняясь к стене.

Секьюрити пытался привести в чувства пожилого ученого, который не подавал признаков жизни.

- Помогите, - закричал он. - Толя не дышит!

Вольный метнулся на зов. Ладонь легла сбоку к грудной клетке на уровне нижней реберной дуги, а другая -- на желудочную ямку, Александр пытался почувствовать дыхание. Тишина - человек не дышал. Проверил пульс - отсутствовал.

- Рада, зови капитана, у него в группе вроде был медик, - приказала туэри, сам тем временем разрывая одежду на груди мужчины. Стянул куртку, скрутив валиком, подложил под плечи Анатолия. Пальцы выдвинули нижнюю челюсть вперед, подняв подбородок к верху. Сделав глубокий вздох, накрыл рот пострадавшего, зажимая крылья носа. Выдохнул воздух внутрь.

- На мне массаж, - подбежал смуглый кареглазый боец. - Продолжай.

Александр сдвинулся, дав спецу больше свободного места. Сам выдохнул новую порцию воздуха. Энергия старалась помочь, но, увы, на многое в лечении сила туэри не была способна.

- Дыши, Толик, - приговаривал врач, давя на грудь. - Дыши, старый. Тебе ещё внуков растить. Дыши.

Снова резкий выдох, после - непрямой массаж сердца.

Шла пятая минута реанимационных действий. Они ни на секунду не прекращали поддерживать ученого в состоянии жизнеобеспечения. Циклы сменялись один за другим, но не приводили к должному результату. Человек умирал.

- Отойди, - рявкнул Любимова, сдвигая Александра. - Моя очередь. Дашка, дави!

Рада вздохнула, подключая силу, направила поток в горло. Двухсекундная пауза - второй раз. Первоцвет нажала на грудь. Один, два, три, послышался хруст грудной клетки. Четыре, пять, шесть, дыхание появилось, восстановился пульс.

- Продолжайте!

В это время спецназовцы обследовали помещение. На всякий случай, без особой надежды, продиагностировали тела еще двух найденных научных работников. Констатировали смерть. Дали немного воды спасенным. Из фрагментов сломанной мебели соорудили нечто, похожее на носилки. Перенесли на них более ли менее пришедшего в себя Анатолия. Предварительно зафиксировав тому сломанные ребра. Двое взялись за ручки и потащили на выход. Другой подхватил под руки женщину, еще один подставил плечо охраннику.

- Конец? - с сомнением спросил капитан.

- Вряд ли, - покачала головой Дарья. - Должен быть еще один.

- Другой образец ушел почти сразу, - отозвалась женщина. - Сюда не возвращался.

- Придёт, - подтвердила мысли Первоцвет Рада, - Учуял смерть сородича. Скоро будет. Поэтому нужно быстрее загрузить спасенных в вертолет.

- В коридорах могут быть раненные, - заартачился врач.

- Уведем этих, вернёмся и проверим тех, кто остался, - поставил точку командир. - Вперёд.

Любимова вновь ушла вперед основной группы - осмотреть обнаруженные в близлежащих коридорах тела сотрудников. Вернулась быстро - больше ни одного живого не нашла.

Отряд добрался до надземного этажа. Командир вновь ввел код. Лексус, с автоматом наперевес, встречал в дежурке.

- Свои? - не отводя дуло, нерешительно спросил парень.

- Свои. Информацию скачал?

- Обижаешь Кэп, - повеселел компьютерщик. - Сразу, как только ушли.

- Вызывай вертел, уходим.

- Есть.

Шли молча. Рада впереди. За ним Лексус и медик. После - спецы со спасенными, затем Дарья и Александр. Завершал колонну капитан, внимательно оглядывающий черноту коридора позади группы.

Выбрались на поверхность. И снова опасный туннель. Прямо перед ним остановились. Сменили носильщиков. Свиридов глянул на причитающую женщину-ученого, чьё имя так никто и не сподобился узнать. Приказал не растягиваться.

Рада вошла. Преодолела расстояние, не заметив никаких странностей. Подала сигнал Александру. Отряд вступил под своды туннеля.

Каменная галька скрипела под ботинками. Мелкие валуны не мешали проходу, однако глыбы приходилось обходить. Что существенно сказывалось на скорости передвижения.

Практически у самого выхода застопорились. Лексус и смуглый медик чуть не уронили пострадавшего, когда компьютерщик, не увидев трещину, запнулся. Выровнялись. Пошли дальше. Но не успели.

Затрещал свод туннеля. Подпрыгивая, стали выпадать камни. Вначале одиночные, через пару секунд превратились в настоящую лавину.

Грохот и рокот пришедших в движение горных пород, оглушил людей. Мечась, они не находили пути и сталкивались друг с другом. Падали и поднимались, ползли на коленях, стараясь укрыться от сыплющихся обломков.

Вольный суетился, пыталась набросить броню на всех и сразу. Одиночный щит туэри отмел без сомнений, так как ни о какой сплоченной группе говорить уже не приходилось. Люди обезумели от страха.

Снова толчок. Медик, единственный, кто сохранил хоть сколько-то здравого смысла, оттолкнул мельтешащего Лексуса, вместе с Анатолием прямо под ноги Дарьи. Чтобы тут же быть погребенным под завалом.

Первоцвет, сгребя обоих за шкирку, поставила на ноги. Остановив беспорядочное движение, дала Александру возможность накинуть защиту.

Грохот прекратился. Перестал трястись свод, еще немного осыпались мелкие камушки, но и они замерли. Однако выход отсутствовал. Он был полностью заблокирован обвалом.

Вольный упал на колени. Сколько смертей, и он ничего не может. Зачем же дана сила, если она не помогает спасти.

Жаркая ладонь успокаивающе погладила плечо. Провела по волосам, коснулась щеки.

- Вставай, милый, - шепнула Дарья на ухо. - Нужно выбираться. Радка наверняка уже волнуется.

И вправду, от сагутара шли волны страха, которые перемежались с волнением и тревогой.

- Да, да, встаю, - Александр протер лицо грязным рукавом. - Я в норме.

Взял себя в руки и осмотрелся. Чумазые, потрепанные, но в целом невредимые, товарищи со страхом и надеждой взирали на него.

Люди. Самые обычные люди. Спецназовцы, закаленные в горячих точках и ученые, проведшие большую часть жизни в исследованиях, кропотливой работе, в этот момент перестали быть для Вольного различными. Стёрлись грани, определяющие те или иные особенности профессии. Остались лишь люди. "Человеки", ждущие от него, суперсущества, защиты и спасения.

- Славка? - растерянно пролепетал Лексус. - Он, что? Погиб?

Александр кивнул.

- Но, как,... ему нельзя умирать! У него же дети маленькие, - парень недоверчиво смотрел на туэри. - Ему нельзя умирать!!!

- Прости...

- Почему...

- Лексус, отставить треп! - прошипел капитан. - Подбирай сопли и вперед, на тебе Толик.

Спец не сдвинулся с места.

- Боец, выполнять приказ!

Лексус повернулся и выплюнул в лицо Свиридову.

- Есть.

- Мы заберем его, Коля, - уже мягче добавил командир. - Обязательно заберем с собой. Никого здесь не оставим.

Побрели в обратном направлении. Нужно было выйти наружу, связаться с экипажем и перенести место встречи. В туннеле связь не работала, свод глушил радиоволны.

Внезапно, по узам силы к Вольному пришла вязкая волна ужаса. Туэри буквально передёрнуло, до того были сильны эмоции Рады.

- Стоп! - немного повысил он голос, боясь чрезмерным шумом вызвать повторный камнепад. - За спину.

Бойцы слаженно отступили назад. Доверяя своему чутью и приказу командира, без промедления выполнили указание, увлекая за собой спасенных.

Александр прислушался. Рядом замерла Дарья.

- Второй прёт?

- Похоже на то.

- Вот, гадство! - сжал кулаки Первоцвет. - Как не вовремя.

- Капитан, - обернулась она к хмурому командиру. - Мы задержим его на какое-то время. Вам нужно успеть убраться.

- Сами?

- Одни, уйдем, - гладис выделила интонацией первое слово.

Вновь борьба взглядов. И снова Свиридов отступил, проиграв уверенности интегритиз.

- Понял. Начинайте.

Сам же, раздавая приказы подчиненным, мельком провожал убегающих взглядом.

- Лишь бы одна не полезла.

- Не станет, - Александр был уверен в благоразумии партнёрши. - Да и броня на нём, не переживай.

- Очень надеюсь.

Они спешили. Необходимо было успеть преодолеть туннель, пока под свод не ворвался монстр. На легкие шаги защитников, земля отзывалась гулом от поступи терриуса. Вольному казалось, что время летело слишком быстро, и они не успевали, катастрофически не успевали добраться до выхода.

- Щит!

Туэри на автомате бросил экран. И вовремя, с той стороны преграды показался каменный исполин. Настоящий гигант. Тот, первый, в сравнении с данным экземпляром, был по-настоящему мелок и жалок.

Нежная сердцевина полностью скрыта под толщей каменной оболочки. Псевдо руки и ноги были больше похожи на сваи, чем на человеческие конечности. Камень, должный изображать голову, безглазо пялился на укрытых людей, с точностью до сантиметра ощущая их расположение.

Терриус поднял лапу и дотронулся до щита. Словно проверяя преграду на прочность, нанес несколько точечных ударов в разные части экрана. Не пробил. Отошел на шаг и остановился.

- Аккуратист, блин! - возмутилась гладис. - Точно на границе встал, тварина.

Александр молчал. Думал, как же сдвинуть щит, вместе с терриусом, при этом не свалиться от нехватки силы.

Конечно, у них была возможность убрать защиту и пролезть под ногами гиганта. Но, он не был уверен, что обозленный монстр повелся бы на такую уловку и стал преследовать именно интегритиз. А не потопал прямиком в туннель. Так что данный вариант даже не рассматривался.

- Даш, - повернулся к гладису. - Сможешь протащить меня со щитом на полметра?

- Если этот не станет давить, - кивнула Первоцвет на терриуса. - Думаю, рывком, смогу.

- Отлично. Как только появляется зазор, выходишь. С Радкой стараетесь отвлечь каменюку от экрана. Я переделываю щит на подвижный. Пока не буду, слишком много энергии жрёт. Прижмём гада к скале.

- Поняла.

Гладис отошла на несколько метров.

- Будь осторожна, - прошептал туэри.

- Всегда.

Пара секунд, чтобы успокоить дыхание.

- Давай!

Дарья побежала. Впечатавшись в защищённую бронёй спину Александра, по инерции протащила его дальше. Дожала, помогая себе силой, сдвинула ещё на немного. Высекая искры, щит переместился.

- Пошла.

Монстр, не ожидая подобного нападения, отступил на шаг. Этого оказалось достаточно, Дарья ужом проскользнула в брешь.

- Радка! - закричала она. - Отвлекай от щита.

Сама же, отскочив от падающей ступни, сдвинулась вправо.

Любимова, до этого момента, взволнованно парящая невдалеке от твари, включила энергию. Поток воздуха стал таранить терриуса.

Александр спешно переделывал защиту. Добавлял нитей, перекраивал основу. Проверив плетение, запустил. Ноги пошатнулись, почувствовав напор убегающей силы. Туэри стиснул зубы и пошел.

Шаг, другой, третий, тело наливалось свинцовой тяжестью. Ещё шаг и поворот. Сердце бешено билось, дыхание вырывалось толчками. Легкие работали, словно паровые машины, но Александру не хватало воздуха, сила стремительно покидала его.

Толчок. Последний метр преодолён. Монстр, принуждаемый щитом и воздушным потоком, прижался задней частью к скале. Усилие. Туэри растянул защиту, прочно пригвоздив терриуса к природному препятствию.

- Вниз, - прохрипел он.

Как только сагутар оказалась на земле, принялся жадно хлебать из партнерши энергию. Забирал силу, тут же перерабатывал и вливал в ограждение.

Тварь рвалась. Старалась перебороть, разорвать препятствие. Но не могла.

Из туннеля выбегали люди. Бойцы по двое несли раненного ученого и женщину. Охранник бежал сам. Замыкал колонну капитан, следя, чтобы не было отстающих. Группа взобралась на низкую крышу здания и уже там связалась с вертолётом. МИ-8 не заставил ждать, через несколько минут прибыл на место. Зависнул на пределе и принял пассажиров. Как только Свиридов оказался на борту, взлетел.

- Ушли, - отметила Первоцвет.

- Доставай амулет, - приказал Александр. - У меня в кармане.

Она залезла в боковой карман его куртки и побледнела.

- Разбился.

В глазах Рады заблестели слезы.

Туэри стало дурно, он покачнулся.

Воины судорожно придумывали выход из положения. Александр продолжал держать щит.

- Сколько осталось? - прошептал он.

- Половина, - ответила расстроенная Рада.

- Четверть.

Любимова удивленно глянула на партнёршу.

- Ты ж практически не использовала силу. Почему так мало?

Дарья замялась

- Ладно, - отрезал туэри, - Надеюсь, хватит.

Прикрыл на миг глаза. Вздохнул и сжал ладони.

Щит отодвинулся от терриуса, потом резко направился к нему. Монстр ударился о поверхность. Снова и снова. Александр то приближал, то отдалял преграду, заставляя тварь биться между двумя импровизированными щёками. Быстро-быстро. Каменная оболочка крошилась и отлетала. Дробилка, созданная туэри, работала на славу. Сердцевина обнажалась. Терриус пытался заращивать прорехи, но не успевал. Свободные камни вываливалась в щель между скалой и щитом.

Собственные силы Вольного кончились. Он полностью перешел на заемную энергию. Партнёрши не сопротивлялись, отдавали всё, что могли. Вначале, Любимова. Находясь в максимальном физическом контакте, направляла поток, чтобы туэри не пришлось контролировать и это. Была выпита полностью. Упала.

Тварь бушевала, цеплялась за каждый камушек, любую песчинку. Крепила осколки, держала оболочку вокруг центра. Монстр потерял руки, ноги и голову. Вокруг образовалась гора обломков. От гиганта остался каменный шар. И этот шар необходимо было расколоть, достать внутренности и раздавить. В противном случае, терриус не пожалел бы интегритиз. Живо восстановился и, не напрягаясь, уничтожил обессиленных врагов.

***

Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.

Дарья отдавала накопления, механически регулируя течение, и понимала одно.

Не хватит.

Получая подпитку во время близости, она, тем не менее, никогда не была полна. Ревность, ярость и боль выжигали большую часть силы. И в обычное время уровень не поднимался выше половины. Сейчас же она таяла прямо на глазах.

- Ещё, - просил Александр. - Еще немного. Нужно дожать!

- Пусто.

Голый сгусток висел между щитом и скалой. Один толчок, и он раздавлен. Вот только энергии больше не было.

Вольный в отчаянии повернулся к ней.

- Что делать?

Первоцвет думала. Обрывки идеи витали в голове.

- Переделай щит на обычный. Излишки мне.

Туэри кивнул. Выполнил всё точно.

- Прикрой свою спину.

- Сделал.

Гладис позволила себе три шага на разбег, дальше отступать было не куда. Кругом камни. Помогая остатками силы, стала толкать туэри к скале. Энергия кончилась. Вздулись мускулы на руках и ногах. Скривилось напряженное лицо. Капли пота не успевали стекать по телу, испаряясь от жара. Мышцы свело от чрезмерной натуги. Острая боль пронзила тело, но она додавила. Впечатала щит в терриуса. Хлопок - тварь рассеялась.

Колени подвернулись, и Дарья рухнула рядом с Любимовой.

***

Рация. Где же рация?

Александр шарил в рюкзаках и не мог найти так необходимое ему сейчас средство связи. Руки ощупывали карманы, а в голове гудели мысли.

Надорвались. Не рассчитали расход энергии, толком не проработали план и чуть не погибли. Ошибки. Столько ошибок хватило бы на несколько операций. Они же умудрились допустить их в одной. Плохо. Нет, просто ужасно.

Наконец, нашел искомое. Трясущимися руками вытащил из подсумка и нажал кнопку.

- Капитан, - сипел он в трубку. - Вернитесь, заберите нас.

- Понял, - сразу же отозвался командир. - Ждите.

Вольный стек на землю, глаза в изнеможении закрылись. Передатчик из рук так и не выпустил, прижав к груди.

Поток воздуха, рождаемый бешено вращающимися лопастями несущего винта, поднял сор. Кинул острую крошку в лицо, взметнул волосы. Туэри поморщился, смахнул пыль с глаз и сел.

Вертолёт приземлился на крышу. Свиридов выпрыгнул, рефлекторно вжимая голову в плечи, отбежал от машины. Увидел лежащих женщин.

- Живы? - был его первый вопрос.

- Без сознания. Скоро очнутся.

- Травмы?

- В целом, обошлось. Отлежатся, будут как новенькие.

- Образец?

- Уничтожен.

Командир шумно выдохнул. Тревожные морщины разгладились, показав, что Свиридов явно ещё не перешагнул тридцатипятилетние. Хотя Александр думал, он гораздо старше.

Короткий взмах рукой в сторону вертолёта - из его чрева выскочили четверо бойцов. Взвалили бесчувственных интегритиз на руки и загрузили их на борт. Капитан, придерживая его, едва бредущего, за локоть, сам довёл до кресла. Усадил, пристегнул ремень безопасности и устроился рядом.

- Пить, есть?

- Я бы не откажусь

Владимир торжественно вскрыл сухпаек и подал туэри.

- Приятного аппетита.

- Спасибо.

Александр неторопливо пережёвывал кусочки, правда, хотелось глотать не жуя. Но он терпеливо считал до тридцати и только потом проглатывал. Вольный прекрасно понимал, чем могла грозить истощенному организму такая спешка. Даже теперь желудок реагировал на продукты противной резью.

Заморив самого грозного червячка, отложил коробку и откинулся на спинку, в надежде подремать до посадки. Впрочем, у капитана имелись другие планы.

- Александр, я хочу задать вам несколько вопросов, - командир неотрывно смотрел на Вольного, будто боясь пропустить реакцию.

- Задавайте. Только не факт, что я отвечу.

Скорей всего Свиридов предполагал подобное, но решил испытать удачу.

- То существо, - начал он. - Оно созданное?

- Да.

- Людьми?

Александр невольно посмотрел в правый нижний угол, тут же поднял глаза на собеседника.

- Да.

- Расскажете подробно?

- Нет.

- Ясно. Под чьим руководством работаете?

Вольный покачал головой.

- Не ответите?

- Увы.

- Жаль. Ладно. Много ли таких...

- Не знаю, - уверенно произнес Александр. Он и сам не представлял, сколько терриусов бродит по земле.

- Последний вопрос, - капитан пожевал губу. - Кто вы, Александр?

- В смысле?

- Я видел, - Свиридов наклонился и понизил голос. - Видел, как летала Рада. При камнепаде вы укрыли нас чем-то. Чем-то невидимым. И та тварь, как вы её уничтожили?

Туэри молчал.

- Допустим, оружие, сверхсекретное новое оружие...

- Вы правы, - перебил Вольный, механически почесывая переносицу.

- Покажите.

- Не имею права.

- Саша, - глубоко вздохнул командир. - Ты человек?

Туэри отпрянул.

- Конечно! Кто же я, по-вашему? Инопланетянин? Или может, ведьмак из параллельного мира?! Мутант?

- Не знаю, поэтому и спрашиваю.

- Это смешно...

- Не скажи.

- Капитан. Владимир, - Александр кашлянул, прочищая горло. - Не придумывайте. Мои партнёры и я - обычные люди. Но, в силу профессиональных обязанностей сталкиваемся с некоторыми...хм...

- Странностями.

- Точно, странностями. И, из-за этих самых странностей, вынуждены пользоваться особыми средствами. О которых, опять же в силу профессиональных обязанностей, не можем распространяться. Понимаете?

- Ладно, - кивнул Свиридов. - Сделаю вид, что верю вам.

- Капитан...

- Владимир, - приподнялась с лежанки Рада, которая успела очнуться и теперь внимательно прислушивалась к беседе. - Скажите, что вас так тревожит?

- Многое.

- А точнее.

- Мне не понятно...

- Мне тоже многое непонятно. В той же медицине, например. Однако, я не лезу к хирургу с расспросами, не мешаю ему работать.

- Это другое.

- Почему же. И он, и мы, и, кстати, вы тоже, занимается спасением людей. Может, продолжим делать каждый свое дело и перестанем тратить время на ненужные вопросы. В конце концов, мы с вами на одной стороне баррикады.

Командир промолчал, но упрямо сжатые губы говорили, он не был убежден.

- Не успокоитесь? - поинтересовался Вольный.

- Ещё не решил.

- Что ж, удачи в поисках ответов.

***

Дарья приходила в себя. Тело перестало ощущаться комком ноющих мышц, а вполне нормальным организмом. Правда, сознанием овладела непонятна апатия, которая мешала радоваться завершению рискованной операции. Впервые за долгое время она перестала чувствовать внутри теплоту. Искра силы едва теплилась, отчего мерзли руки и ноги.

Первоцвет потянулась и села. Вертолет пока находился в воздухе, но судя по пейзажу в иллюминаторе, приближался к аэропорту. Александр не спал, впрочем, Рада тоже. Партнёры о чем-то оживленно переговаривались с командиром. Судя по лицам, к единому мнению они так и не пришли.

Раздосадованный капитан отодвинулся, дав понять, что разговор закончен. Вольный хмыкнул и вновь с комфортом растекся по сидению. Морозова потёрла виски, сморщилась, словно от головной боли. Повернувшись к ней, растянула губы в подобии улыбки. Дарья пересела, оказавшись ближе к Александру, ей невыносимо хотелось прикоснуться к туэри.

- Устал? - взяла его за руку.

- Безмерно.

- Потерпи до штаба, - прижала ладошку к своей щеке. - Наверстаем упущенное.

Добрались достаточно быстро. Ещё в вертолёте связались с Ольгой и та, подключив связи и личное обаяние, сумела достать для подопечных билеты на ближайший рейс.

- Наконец, дома! - Рада бросила рюкзак на пол и потянулась.

- Да, хорошо, - протянул Александр. Подхватил девушку на руки и закружил по комнате. Не ожидая нападения, Любимова взвизгнула.

- Детишки, заканчивайте баловаться, - Дарья усмехнулась, окинула партнеров понимающим взглядом и потопала в ванную. - Пора мыться. И спать.

Не заставляя себя упрашивать, шалуны, подрезав по пути строгую воспитательницу, первыми пробрались в душ.

Грязные куртки полетели на пол. Штаны, футболки и бельё туда же. Вольный поднял партнерш в ванну и включил кран.

Дарья вздохнула. Первый поцелуй опалил сознание. Касания губ сплелись с горячими струями воды. Прохлада кафельной стены холодила спину, отчего прикасаясь, она каждый раз вздрагивала. Контраст резал ощущения и возбуждал сильнее.

- Не убегай больше, - просьба-приказ Александра, которому нельзя было противиться.

И ощущение от второй пары губ, не менее умелой, чем первая, уносила в царство наслаждения. Вновь стиралась грань между мирами. Индивидуальности смешивались, становясь чем-то иным, превосходящим отдельные части во много крат.

Стон и крик наслаждения. Сорванный вздох, протяжный выдох. Чьи, неважно. Бурлила, отзывалась на чувственный призыв энергия. Росла, разносилась по организму с каждым толчком крови, каждым ударом сердца. Наполняла легкостью, даровала уверенность и жажду продолжать.

XI

Россия задыхалась в дыме многочисленных пожаров. Пепел и смог накрыли половину страны. Чудовищная жара и отсутствие хоть намека на дождь лишь усугубляли положение. Горели леса, торфяники, земледельческие посевы и заповедники. Огонь вплотную подбирался к деревням и селам. Пожарные и спасатели не успевали справиться с одним возгоранием, как возникало новое. Не хватало ни техники, ни людей, ни воды. Население пребывало в панике, своими действиями внося еще больше хаоса.

А интегритиз ничем не могли помочь, так как уже неделю безвылазно сидели в штабе и ждали. Александр пребывал в прескверном настроении от вынужденного бездействия. К тому же недавнее видение Вайта вызывало нешуточное беспокойство. Хранитель предсказал начало нового прорыва фламеров, что случалось очень редко. Последнее упоминание приходилось на начало семнадцатого века, и получалось, никто из ныне существующих интегритиз не встречался с подобными тварями. Теория теорией, но по-настоящему действенный способ борьбы был неизвестен.

Созданные Пустотой монстры могли даже небольшой пожар раздуть до такого масштаба, что проще было отойти и дать тварям насытиться, чем пытаться потушить. Вот только фламеры не остановились бы до тех пор, пока не уничтожили все на своем пути.

Состоящие из пламени и энергетической начинки, обладали разумом, что еще больше увеличивало опасность столкновения. Кроме того подписываясь страхом жертв, а если повезло и энергией погибшей тройки, в какой-то момент становились неуязвимыми не только для обычных средств пожаротушения, но и силы интегритиз. Но определить порог опять-таки было не возможно - твари, как и люди, обладали индивидуальностью. Да еще визуально обычный человек просто-напросто не видел их в огне, что тоже осложняло своевременное определение их появления.

Не только интегритиз находились в состоянии боевой готовности, но и все помощники из людей. Наблюдатели, вооруженные списком с признаками-определителями были направлены в "горячие точки". Ежечасно в штаб приходили их отчеты. Свой человек из МЧС постоянно сливал на сервер новую информацию, а ассистенты прослеживали телевизионные сводки и Интернет-каналы.

Защитников мало. Всего шесть троек. Одна - родившаяся лишь пару недель назад, отметалась сразу. К сожалению, заграничные коллеги не могли помочь, у них своих проблем накатило выше крыши.

Сейчас проще было достать с неба звезду, чем ангажировать свободных интегритиз.

Рада с Дарьей ушли в энергозал, Александр остался в комнатах. Чтобы хоть как-то занять себя, попытался читать. Только вот бессмысленные скитания героев книги не желали отражаться в сознании. Тревога, появившаяся пару дней назад, никак не уходила. Нарастая по мере приближения момента "Х", лишала сна и аппетита.

Положив книгу обратно на полку, он уже хотел было присоединиться к своим. Но, ворвавшийся без стука Антон, туэри московской группы, вынудил его отказаться от этой затеи.

- Быстро в главный зал! Началось! Твои воины уже там, - крикнул он и помчался дальше.

Схватив приготовленные амулеты телепортации, Вольный побежал вниз.

- Прорыв! Внимание всем! - Стоун вылетел на середину зала и обвел присутствующих ничего не значащим взглядом. - Подтверждаю три точки разрыва.

Кто-то из интегритиз тяжело выдохнул.

- Будьте внимательны. Главное защита, берегите силы.

Проговорив на одном дыхании, ну если бы он мог дышать, хранитель вновь превратился в бесловестное создание.

Эстафету приняла Ольга Александровна, решительно выйдя в центр.

- Вайт продумал план, будем придерживаться его сценария. Сейчас наблюдатели пытаются организовать эвакуацию, но, скорее всего, не успеют вывести всех. Поэтому действуем следующим образом: три тройки создают коридор для людей и перекрывают тварям питание. Остальные на подхвате, идут туда, где будут нужнее.

Возмущенный ропот прокатился по рядам защитников. Сестра хранителя раздраженно взмахнула рукой, останавливая недовольных.

- По-другому не получится. Мы не можем рисковать всеми сразу.

- Ну, кто поедет? - воскликнула Марьяна Кузнецова, нервно цепляясь за рукав своего гладиса.

Несколько секунд тишины сказали о большом волнении Ольги.

- Орехово-Зуево, деревня Ел-ти, Антон ваша точка, - она повернулась к московской группе.

- Деревня Кам-ка Меленковского района Владимирской области. Альбина, ваша, - развернулась к стоящей рядом с ней туэри питерской тройки.

- Александр, вы перемещаетесь в Рязанскую область, в деревню Ла-ся, - посмотрела на Вольного.

Кузнецова покраснела.

- Но как же, почему они? У них и опыта-то с гулькин нос! Ты бы еще Аленку с компанией отправила.

- А мы что же, здесь штаны протирать будем? - спросил сагутар Денис.

Полный праведного гнева, он с вызовом смотрел на Марьяну.

- Сидите в штабе. Младенцы, а все туда же! - проворчала Ольга. - У ассистентов на подхвате. И чтобы носа из здания не показывали. Все ясно?

- Ясно, - буркнула туэри Алена. Парни возмущенно вздернули подбородки.

Какие же они еще дети, подумал Александр. Глупые и наивные. Восемнадцать лет едва исполнилось, после рождения тройки вообще прошло две недели, а уже подвиги им подавай. Герои!

В это время женщины продолжали спорить.

- Почему не наши с Мариной группы? Да Сашкиной тройке просто не хватит силы, резерв-то не растянут до предела!

Сестра хранителя подошла к возмущенной туэри и тяжело вздохнув, сказала.

- Ты знаешь, где будет горячее всего?

- Нет.

- Я тоже не знаю. Скажи, куда мне отправить две самые сильные тройки России? В Орехово-Зуево, в Кам-ку или Ла-сю? С условием, что камней перемещения осталось два.

Кузнецова молчала.

- А если не хватит сил твоей или Марининой тройкам, что будем дальше делать мы? Что будут делать твои бывшие подопечные, кстати, вполне, успешные интегритиз, если вашу энергию всосут эти пиявки? Что им делать с неуязвимыми тварями?

Марьяна в ужасе уставилась на Ольгу.

- Даже если не справятся они, есть шанс, что добьете вы.

- А ты жестока, Ольга, - прошептала Кузнецова.

- Яна, не нам с тобой говорить о жестокости. Начинаем.

Тройки не сдвинулись с места.

- Быстро! Начали! Ждете, пока фламеры насытятся? Не забываем средства связи.

Александр нахмурился, но послушно обнял воинов, приготовившись к телепортации. Ольга права - любое промедление могло дорого стоить. Тревога ни куда не делась, лишь еще больше возросла. Уже исчезая во вспышке перемещения, он успел услышать крик хранителя: "Только вернитесь ребята, вернитесь все!" От такого, вроде бы привычного пожелания, душа ушла в пятки, а кожа покрылась мурашками.

Да что же такое с ним творилось? Нужно успокоиться. Все будет хорошо. Твердил, словно мантру про себя. Они справятся и вернутся домой. Все вернутся домой.

Амулет выкинул тройку у дома, буйно поросшего диким плющом. Когда-то сочная и зеленая, покрывавшая стены сплошной живой накидкой, сейчас лиана выглядела сухой и безжизненной. Слышался треск и гул. Запах горящего леса забивал нос, заглушая остальные ароматы. Дымовая завеса была настолько плотной, что на расстоянии нескольких метров просматривались лишь смутные очертания зданий. Фигуры людей терялись еще ближе.

Дарья не спешила освобождаться из объятий, да и Рада не отходила от Александра. Тихие и настороженные, они жались к нему, словно в поисках защиты.

Да они боятся!

Нечасто Вольный чувствовал страх воинов. Вернее всего один раз. Тогда, в горах, на первом самостоятельном задании, когда лишь чудом смогли уничтожить монстра, они боялись друг за друга и за него. На душе стало вдруг так безумно тоскливо, что он, не выдержав, сжал девушек крепко-крепко.

- Я люблю тебя Саша, - прошептала Рада, уткнувшись в шею. - Больше жизни, - так тихо, что Вольный засомневался, а то ли он услышал.

Дарья молчала, привычно цепляясь за его футболку, но Александр знал, ее чувства созвучны.

После смерти Владимира девушки стали близки. Ощутив боль сагутара, Дарья полностью приняла Раду. Простила ей прошлые обиды, попросила прощения за свои выпады и впустила в сердце.

Такими вот, замершими в объятьях, их и нашел наблюдатель. Артем деликатно покашлял в сторонке и отвернулся. Оторвавшись друг от друга, отправились осматривать территорию. По дороге мужчина кратко информировал Александра.

- Деревня не большая, домов семьдесят. Вокруг лес. Горит с трех сторон, дорога в город одна, как раз через узкий просвет. Местные уже не решаются двигаться по коридору из-за падающих на дорогу горящих деревьев. Думаю, скоро и он закроется. Из техники - две пожарные машины, наполовину пустые, трактор и старенький экскаватор, топлива мало. Два пожарных расчета и сто пятьдесят дееспособных взрослых в распоряжении.

- Детей вывезли? - спросила Дарья.

- Младше шестнадцати и старше шестидесяти здесь никого нет, последних вывезли минут сорок назад, - не глядя, ответил наблюдатель.

- Фламеры? - Рада была взволнована, ее голос дрожал.

- Стали активны двадцать пять минут назад, сразу же после того как ветер поменял направление, - перевел взгляд на нее Артем - Они гонят на нас верховой пожар. Очень скоро огонь перекинется на жилые постройки, станет нечем дышать.

"Как мыши в клетке" - вдруг пришла Александру странная мысль, но он решительно ее откинул. Нет времени киснуть, об этом можно поразмышлять потом.

- Начинаем! Рада, поищи дом повыше, пока силой не пользуйся. Посчитай количество тварей. Раньше времени их не трогай, не провоцируй. После - махом ко мне, - Любимова кивнула и понеслась выполнять поручение.

- Даша на тебе местное население. Вытащить уже не успеваем. Морально подготовь к обороне, подключай пожарных. И быстрее, времени катастрофически мало.

Первоцвет не мешкая, убежала.

- Артем, проверь, успели ли опахать деревню? Если нет, поторопи. А я пойду готовить защиту.

Найдя примерный центр деревни, им оказалась большая кирпичная церковь, Александр уселся на землю рядом со ступенями. Необходимо было сосредоточиться и подготовить каркас для щита. В самом населенном пункте началось движение, минуты через две Ла-ся стала напоминать разворошенный улей. Каждому человеку нашлось занятие: машинисты в спешном порядке доделывали траншею; пожарные заливали строения, наиболее близко стоящие к горящему лесу; женщины готовили ватно-марлевые повязки; мужчины таскали воду и песок. Колодец не справлялся с таким потреблением воды, все больше времени приходилось ждать, чтобы наполнить канистру, все чаще Вольный слышал отборную ругань деревенских. Чтобы не отвлекаться, закрыл глаза.

Вернулась Рада.

- Вокруг деревни ад. Лес ревет, - отчитывалась она. - Пылают листья и хвоя, деревья стонут, не в силах выдерживать такой жар. Яркое марево поднимается над лесом, переплетаясь с дымом. Красные и оранжевые вспышки пламени ежесекундно рвутся в небо, разбрасывая вокруг миллионы искр. Саша, там так страшно и одновременно красиво.

- Понятно, - не открывая глаз, кивнул он. - Что с фламерами?

- Десять.

- Сколько? - не поверив услышанному, Вольный распахнул веки. - Десять?!

- Да, Саш, я трижды пересчитывала. Семь со средним, три - с высшим энергетическим потенциалом.

- Черт! Средних-то как сдержать, не знаю, а еще и высшие. Звони Ольге.

- Уже. Похоже здесь курорт. У Альбины семнадцать средних, у Антона десятка высших. Марьяна с Мариной у них. Видимо, будем справляться сами.

- Понятно, поторопи Дашку. Скажи Артему, пусть трактористы все бросают и едут сюда - нужно сделать пару кругов метрах в тридцати вокруг церкви. Найди батюшку, пора размещать людей. Не стоит им на это смотреть, постараемся не допустить подкормки тварей. Вода еще осталась? Водоем поблизости?

- Воды мало. Есть прудик, только обмелел сильно - одна грязь.

- Плохо. Ладно, пожарных тащи сюда, нужно обильно намочить церковь. Я пока переделаю каркас, придется сужать радиус, этот долго не удержу.

Вновь закипела работа. Красные взмыленные машинисты, переругивались с мельтешащими людьми. Прихватив документы и кое-какие вещи, а порой и собаку подмышку, те спешили укрыться за стенами церкви, выбегая прямо под колеса машин. Батюшка, растрепанный, со всклоченной бородой успевал не только контролировать процесс, но и успокаивать нуждающихся, а иногда и наставлять на путь истинный особо буйных.

Александр спешно переделывал каркас и думал.

Десять! Как же много. Ему просто не обхватить всю деревню, дай Сущность людей сберечь. Некоторые дома щит захватит, но остальные, увы, придется строить заново. Хорошо хоть скотину умные хозяева успели свести в пристройку у церкви, тем самым спрятав под защиту. По крайней мере, рев умирающих животных не будет вызывать у них желание выбраться из-под щита для спасения горемык.

Активизировались пожарные. Увидев, куда прятались местные, схватились за головы. И вот уже один, похоже старший, ругался со священником.

- Куда? Да вы все с ума посходили! Думаете, огонь пощадит вас там? Кто придумал?

Батюшка показал на Александра.

- Ты сдурел, мужик? - без предисловия начал орать командир отделения. - Да люди испекутся там как курицы в духовке!

Те, кто не успел спрятаться в церкви, остановились и стали прислушиваться к воплям пожарного.

- Зачем народ боломутишь? Уходить нужно, пока просвет еще есть!

Вольный покачал головой - было сложно одновременно разговаривать и строить щит.

- А вы, что встали?! Руки в ноги и брысь из деревни, - накинулся пожарный на людей.

- Поздно, - пришлось отвлечься Александру, видя, как самые шустрые побросали пожитки и понеслись к главной дороге. - Они не успеют пешком, у кого были автомобили давно уехали. Или повезете всех на своих тарантасах?

Бегуны остановились и неуверенно заозирались.

- И что ты предлагаешь? Прятаться в церкви?

- Совершенно верно.

- Да кто ты такой, чтобы решать?

Вольный молчал. А что он мог ответить? Что может? Что шкурно заинтересован в спасении людей и уничтожении тварей? Вот только был ли смысл?

Все равно ему никто не поверит, наоборот, признание лишь обострит ситуацию.

- Как мне можно называть вас, - вмешался в разговор священник.

- Ммм, - опешил пожарный. - Сергей Петренко.

- Сергей, понимаю, вам тяжело поверить в правильность подобного решения, вы научены действовать по-другому. Но иногда ведь можно прислушаться к тому, что говорит сердце. Что оно твердит вам?

- Кричит, что пора сваливать отсюда.

- Разве. По-моему это опыт.

- Батюшка, простите, - раздраженно отмахнулся командир. - Некогда сейчас политесы разводить.

- Правильно говоришь. Почему же тогда мешаешь знающему сущест... человеку делать свою работу.

- Да о чем вы, какая работа?!

- Пойдем, Сергей, - заторопился священник. - Нужно успеть разместить всех. Да и твоих людей тоже.

Опешив от напора, командир дал себя увести. Александр даже мысленно присвистнул. Ух, ты как! Он подозревал, что верующие, истинно верящие в Бога, могли если не видеть, то хотя бы чувствовать существование силы. И тут такое показательное выступление. Уж не его ли коллег, интегритиз сжигали в средние века. Возможно и местному батюшке они не по душе, но он смог ради спасения других договориться с самим собой и своей верой.

- Все, я закончила, - вернувшись, проговорила Рада. - Где Дашка.

- Здесь, - Первоцвет вырулила из-за церкви. - Установил.

- Да. Недвижимый щит с куполом, его легче контролировать. Да и силы ест поменьше.

- Меньше, вот только тебе придется находиться все время на одном месте, про это ты, надеюсь, не забыл, - проворчала Дарья.

- Я помню. Ничего страшного.

- Это не безопасно.

- А кому сейчас легко? - пожал плечами Александр. - Ладно, не хмурься, давай наложу на тебя броню, думаю, с минуты на минуту начнется.

Дарья радостно сощурилась, как она говорила, броня дарила ощущение теплой волны, прошедшей по телу.

- Рада, твоя очередь.

Броня, готовая слететь с пальцев внезапно впиталась обратно. Что-то извне врезалось в щит, вынуждая прогнуться. Александр судорожно влил энергии, заставив его расправиться обратно.

- Не успел! Первая атака! - рявкнул он, привлекая внимания.

Сам осел на землю. Согнутые пальцы вошли в землю, словно ища поддержки. Рядом засуетились встревоженные воины. Дарья упала рядом и, обняв за спину, стала вливать в него свою силу. Рада оглядывалась по сторонам, напряженная словно струна, готовая в случае опасности защитить.

- Нет.... Не так.... Так не удержим.... Отвлекайте... - с трудом повернув голову, прохрипел туэри. - И уберите людей.

Смазанным движением взлетела над землей Рада. И уже через секунду в сторону фламеров полетела воздушная волна, снося тварей с купола на пару метров от стены.

- Куда, голая! Вниз! - выдохнул Александр.

- Сейчас! - заорала Любимова, громя огненных, одновременно уворачиваясь от летящих в нее горящих веток, к тому же приправленных силой фламеров.

- Дура! Вниз! Заденут ведь, - кричала Дарья, пытаясь загнать остолбеневших от ужаса людей в церковь.

- Не могу. Не когда! Позже.

Конечно, никто из них не видел тварей, но огонь, внезапно прыгнувший на деревню со всех сторон и теперь остановившийся в каких-то тридцати метрах от церкви, напугал даже многоопытных пожарных. Как смотрелась в глазах местных жителей парящая в воздухе Рада, Александр старался даже не думать.

Захлопнув двери за последним матерящимся трактористом, кубарем выкатившимся из машины, Дарья тоже вступила в бой.

Почему интегритиз не владели водной стихией? Сейчас Вольный был готов поменять все свои щиты на воду. Десять минут и от не прошеных гостей не осталось бы и воспоминаний. А уж с обычным пожаром они бы как-нибудь справились.

Держи! - выкрикивала Дарья, яростно откидывая огненным кулаком очередного монстра, навалившегося всеми конечностями на щит. Ее сила не приносила твари особого вреда, лишь отодвигала дальше от заслона.

Четыре метра - полминуты хода фламера. Несколько свободных вздохов Александра и возможность восстановить прорехи.

- Следующий? - слышались возгласы Рады.

Азартно носившаяся в воздухе, она раздавала направо и налево воздушные волны, которые не только относили фламеров от стены, но и слегка тушили их. Только вот недалеко и ненадолго.

Следующие минуты разделились для Вольного на эти полминуты. Тянущее ощущение уходящей энергии, удар, несколько глотков воздуха, и снова сила стремительно покидала его. И так до бесконечности.

Силы кончались. Пламя Первоцвет становилось все слабее, оттесняя огненных лишь на пару метров. Рада уже не могла так резво уклоняться от горящих снарядов, да и волны теряли мощность. Времени между атаками фламеров оказывалось все меньше и меньше.

Сам Вольный балансировал на грани. Стоя на коленях, он уткнулся лбом и локтями в землю. Броню давно сбросил, влив в общий щит, сдерживая не только фламеров, но и природный огонь.

- Терпи, терпи, терпи, терпи! - твердил, сжав зубы. - Терпи.

Еще десять, двадцать минут, силы практически на исходе.

- Сашка!!! - безумный крик Рады вклинился в гул огня.

Александр, превозмогая чудовищное напряжение мышц, выпрямился. И едва не вытянул энергию из щита - прямо напортив него, направляя в голову пистолет, стоял Артем.

Заскрипел затвор.

Хлопок.

Время превращается в тягучий кисель.

Вольный медленно, словно в первый раз, растягивает броню по телу. Летящая с неба волна воздуха, а за ней Рада с перекошенным лицом едва двигаются. Замирает в неестественной позе Дарья, в ужасе раскрыв рот.

Ненависть, и какая-то злорадная радость, появляется во взгляде наблюдателя. Поворот головы и рука с пистолетом направляется вверх.

Вновь треск затвора. Хлопок.

Александр, сжав зубы от боли выдирает энергию, преобразуя в броню. Защита, предназначенная Раде, воздушным змеем повисает в воздухе.

Удар.

Алые капли разлетаются в стороны.

Хруст. Воздушная волна впечатывается в наблюдателя. Артем сломанной куклой валится на землю.

Вспышка.

Из тела поднимается дымчатое существо, скалясь и махая лапами.

Вспышка.

Существо исчезает.

Рада подстреленным лебедем падает к ногам Александра.

- Забирай! Не стесняйся, у меня много, - прижав руки к груди девушки, шептал Вольный, вливая в нее крохи своей силы. - Бери же!

Но энергия не проникала в рану, наоборот, сила сагутара тоненькой струйкой устремилась к нему.

А Рада смотрела в глаза, будто запоминая его образ.

Сколько раз он заставал ее за подобным занятием, не счесть. И каждый раз Александру казалось, что партнерша так отбирала частичку его самого, еще больше привязывая. И это злило, заставляло говорить гадости, а после ощущать себя полным ничтожеством, глядя на поникшую фигуру.

Сейчас он готов был отдать все, лишь бы исчезла неестественная бледность лица, пропала поволока, застилающая блестящие глаза, перестала толчками течь кровь.

- Скажи...хотя бы раз.

Едва слышный шепот Рады, казалось, подбросил на метр от земли.

- Люблю. Слышишь? Люблю!

Блаженная улыбка осветила лицо сагутара.

- Отпусти, - хриплый голос Дарьи вывел из ступора. - Мы не можем помочь ей. Пока есть шанс, нужно отбросить гадов подальше от щита.

Внезапно воздух зазвенел. Окно переноса открылось, выплевывая на улицу помятую тройку Марьяны.

- Ооо! - протянул Горислав. - Смотрю, мы вовремя. Что, Князек, повеселимся?

- Естественно, - даже в драной одежде, Петр был верен самому себе. - Где жертвы?

Дарья неуверенно показала на заслон, у которого бились твари.

- Замечательно. Мы пошли.

Александр не понял, как исчезли бывшие наставники, слишком быстро они двигались. И вот уже фламеры, будто футбольные мячи, отскакивали от щита, затухая.

Кузнецова, не теряя времени на разговоры, уже разорвала рубашку Рады, и теперь сосредоточенно вливала в нее силу.

- Дашка, брысь отсюда, помоги парням, - бросила она замершей возле ступеней Первоцвет. - Не мешай.

Дарья, все еще не веря, постоянно оглядываясь, поспешила к наставникам.

- А ты, ученичок, хватит филонить. На, стягивай.

Александр чувствовал, как его едва не растаявший щит наливался свежей энергией. А тонкая струйка силы, покидавшая тело Рады, словно несмелый ручей возвращается обратно, подхваченный мощной волной Марьяны.

- Спасибо, - горло сжал спазм. - Спасибо!

Кузнецова на миг отвлеклась от Рады и посмотрела ему в глаза.

- Не за что, Саша. Мы ведь обещали.

***

Спустя час фламеры были уничтожены.

Деревня практически полностью сгорела, но, ни у кого из местных не нашлось и слова против, все понимали, что избежали гибели благодаря чуду.

Сами "чуда" исчезли сразу, как только огонь был усмирен. Никому из интегритиз не хотелось расспросов, а еще больше слепого обожания.

В конце концов, это лишь эпизод. Короткий эпизод из их долгой жизни.

А какова будет жизнь - время покажет.

Content

Давлятшина Варвара Туэри для воинов (СИ)