Хадзиме Кандзака

Рубаки

Том 5

Серебряный зверь

Глава 1

Проблема со служением культу

Неожиданно, словно обезьянье дерьмо с дерева, на нас обрушился поток избитых клише.

«А ну, гоните монету, если дорожите жизнями,» — зарычал бандит в маске.

Другой разбойник, который, вероятно, понял, что мы не особо воспринимаем его банду всерьез, замахнулся на нас длиннющим мечом. Но это лишь сделало его еще более похожим на простофилю.

Кое-кто явно пытается кое-что возместить.

Думаю, что вся наша троица — Гаури, Амелия, и я, — зевнула одновременно.

«Ч-Что?!» — хрюкнул первый бандит. — «Что за отношение! Не умничайте!»

И зачем бы мне строить из себя интеллектуалку перед стадом тупиц?

«Это не умничанье,» — угрюмо ответила я ему. — «Это просто скука.» Я вздохнула, бросив взгляд на грязную тропу под моими ногами.

«Черт,» — проворчала я, — «Я-то думала, что эти окольные тропы уже никому не нужны. Но нет, мы натыкаемся на одну идиотскую разбойничью шайку за другой. Неужели мне так и не будет покоя?»

Я решила говорить начистоту, чтобы позлить это чучело. «Мы бы все были богаче, если бы вам, местечковым бандитам, хватило смелости вести свои дела на главных путях, где оживленнее всего. Ну, вы знаете, как настоящие разбойники с большой дороги. Но, наверное, у вас духу не хватает, чтобы помереть, как мужчины.»

Бандиты уставились на нас с отвисшими челюстями, вероятно, слишком ошеломленные, чтобы поверить в то, что услышали. Простирая к ним руки, я продолжила.

«С тех пор, как мы ступили на эту дорогу, вы… Не знаю, наверное, третья разбойничья шайка на нашем пути за сегодняшний день? Ну, вы понимаете, почему я потеряла счет подобным встречам.»

«Э-эй, эй, эй!» — начал возражать бандит. — «Секундочку. Ты же не собираешься толкнуть нам старую песню вроде «Грабители Вверх по Дороге Забрали Все Так что Нам Нечего Вам Дать», не так ли?

Я выкатила глаза. До этого парня что, до сих пор не дошло?

«Это надоедает, когда нужно весь день выбивать дурь из отбросов вроде вас,» — огрызнулась я. — «Дайте передохнуть, а? По рукам?»

«Надоедает?» — прорыдал рядом Гаури. — «Ну, не знаю. Последняя шайка грабителей показалась мне достаточно свирепой.»

Ах, Гаури — это один из моих попутчиков, слегка бестолковый и забавный, ну просто отдушина. Он — типичный образец высокого, светловолосого и красивого героя. А я упоминала, что он еще и суперкрутой мечник? Наверное, лучший из всех, кого я видела. К сожалению, у него также мозги краба.

«Заткнись!» — проворчала я углом рта. — «Они были не более чем мусор! А у меня здесь дело.»

Издеваться над бандитами. Одно из моих любимых занятий.

Видите ли, это чертовски увлекательно — заманить в засаду большую банду мошенников и выбить из них дерьмо, а затем, когда они уже мертвы и ты отряхнешь пыль со своей одежды, можно порыться в их краденом добре и взять себе все, что понравится. Грабь злых грабителей; в этом нет ничего дурного. Ну и что, если я немножко жадная? Это моя маленькая слабость. Моя жажда богатства — то, ради чего стоит вставать по утрам.

Кроме того, это маленькое хобби позволяет мне, воительнице и волшебнице Лине Инверс, поддерживать мои боевые и магические навыки в прекрасной форме. Среднестатистическая боевая волшебница, атакуемая бандитами десять дней подряд, скорее всего, была бы уже на полпути в мир иной, но для меня это послужило неплохой тренировкой. Может быть, бандиты и прибегают к дешевым трюкам и от них пованивает, но потасовка с ними может оказаться интересной, поскольку они очень умно используют особенности окружающей местности.

В последнее время, однако, все они вызывали у меня только одну эмоцию: отчаянную скуку. Поэтому я стала ждать, какого рода выкрутасами наше новое сборище зануд украсит старое, надоевшее представление.

«Ладно,» — сказала я. — «Парни, у вас же с собой есть увесистое награбленное золотишко, не так ли? Ну, вы понимаете, чтобы мои усилия того стоили.»

«Н-не может быть!» — запинаясь, пробормотал бандит. — «А тебе не откажешь в смелости, принимая во внимание, что ты в нашей власти, маленькая девочка!»

Маленькая девочка? И с каких это пор я в чьей-либо власти?

«Ну, хорошо!» — взревел бандит. — «Значит, хочешь сразиться с нами, да?»

«Да ни хрена,» — проныла я, уже довольно утомившись. Я скинула свой плащ, позволив ему упасть с глухим стуком; увидела, как Гаури протянул руку к эфесу своего меча.

«Эй,» — пробормотал один из ряженых в маски бандитов, как будто до него только сейчас дошла запоздалая мысль. — «А что, черт побери, это такое?»

«Что-что?» — переспросил первый бандит. Его приятель указал на темный силуэт моей попутчицы, Амелии, которая теперь уже стояла на ближайшем дереве.

«Ну, это выглядит так, будто… кто-то стоит на дереве,» — пояснил первый бандит, в голосе которого зазвучало удивление и замешательство.

«Спасибо тебе, Капитан Банальность.»

«Кого это там принесло вместе с вами?» — рявкнул грабитель.

«Секундочку,» — коротко ответила я. — «Мы же еще не закончили с разговором.»

«Уф… как скажешь,» — медленно ответил бандит. — «П-по любому, предупреждаю, что разговор будет коротким, а потом мы решим наш спор силой!»

Он был уже готов сорваться с места, когда с дерева начала вещать Амелия.

«Довольно, злодеи!» — проревела она, и ее голос отозвался эхом труб Страшного Суда.

«Что?!» — выкрикнул первый бандит.

«Где?!» — завопили остальные.

Бандиты сбились в кучку, бросая исполненные ужаса взоры во все стороны.

Это как раз тот вид глупости, о котором вы читали в книжках. Один из разбойников заорал и указал на дерево, которое их бесстрашный предводитель упомянул тридцатью секундами ранее, и все они — включая атамана — открыли рты от изумления.

Как же это все тоскливо.

На дереве, разумеется, была Амелия, теперь сделавшая шаг на свет и более не скрываемая сенью листьев. Она горделиво стояла на облюбованном ею суку, как некое всемогущее божество, готовое обрушить на всех нас адский огонь.

Как оказалось, Амелия собиралась обрушить на нас нечто гораздо худшее: речь.

«Повсюду, где есть смерть, есть и жизнь,» — возвестила принцесса. — «Повсюду, где тьма, есть и свет. Повсюду, где зло, есть и справедливость! Вы сбились с пути истинного и предали свои души тьме, это безнравственно!»

Затем, как истинная звезда сцены, она подняла руку и нацелила обвиняющий палец на бандитов. «Волей небес я, их посланница, отмерю вам наказание под лучами сияющего солнца! Какими бы оправданиями вы не прикрывались, знайте, что вы более не избегнете своей судьбы!»

Проще говоря, Амелия сказала: «Я — справедливость, и поздняк просить прощенья.»

«Поехали!» — скомандовала принцесса. — «Кийааа!»

С этими словами она спрыгнула с ветви на землю внизу. Далеко внизу.

ШЛЕП!

Я поморщилась.

«Эй!» — вскрикнул Гаури, и, широко распахнув глаза, опустился на колени, чтобы удостовериться, что Амелия не разбилась. — «С тобой все в порядке?»

Наша мисс Справедливость выплюнула веточку и закашлялась. «Не стоит беспокоиться!» — воскликнула она, вставая на ноги. Что-то было очень не так.

«Амелия?» — спросила я. — «Твоя, ухм, шея вся искривилась. Ты в порядке?»

«Да все отлично!» — заявила принцесса, сделав презрительный жест рукой. — «Ничтожного падения с дерева недостаточно, чтобы сломить мой дух!»

… Но его достаточно, чтобы сломать ее шею?

Один из бандитов в масках, кажется, пришел в чувство. «Я думаю,» — промямлил он, — «Нам не стоит связываться с этими людьми.»

Слишком поздно, приятель, подумала я. Никто не избегнет драки после того, как взбудораженная Амелия вошла в раж.

«Готовьтесь, слуги зла!» — выкрикнула моя попутчица перед тем, как начать произносить заклятье.

Финальный занавес опустился над сценой битвы сразу же, как только она началась, будто можно было сделать эту короткую историю еще короче. Не то чтобы это было похвальбой, но наших сокрушительных наступательных заклинаний оказалось более чем достаточно, чтобы управиться с жалкой разбойничьей шайкой.

«Уф… эй,» — пробурчал Гаури после того, как развеялся угар очень быстрой битвы. Мечник одиноко стоял за нашими с Амелией спинами, с удрученным видом ковыряя мечом землю. Амелия же была слишком занята, позируя с героическим видом, чтобы это заметить, так что обернулась только я.

«В следующий раз, когда нам выпадет шанс накрутить бандитам хвосты,» — попросил Гаури, — «Не могли бы вы оставить хоть одного для меня?»

Я быстро и твердо ответила: «Нет.»

Амелия и я вовсе не собирались ждать, пока Гаури войдет в курс дела. Парень обычно возится достаточно долго даже с завязыванием шнурков по утрам. Кроме того, я собиралась с огоньком порасспросить этих ничтожных бандитов на предмет местонахождения их сокровищ.

Я схватила ближайшего мошенника за шиворот и сорвала его дешевую маску. Человек, с которого я стащила личину, оказался очень непохожим на бандита. Он не был уродлив, как типичный сказочный злодей с бородавчатым носом — но, давайте не будем питать иллюзий, красавцем он тоже не был. Он оказался просто очень обыкновенным.

«Эй!» — взвыла я так угрожающе, как только могла. — «А ну, просыпайся!» Я несколько раз тряхнула его за шкирку, потом его веки затрепетали, и он открыл глаза.

«Ух… ммм?» — он издал стенание, затем последовало «Ой-ёёёёёё!»

Я могла бы порассказать, как он пытался удрать куда подальше, пока не выдохся окончательно. Видите ли, детки, если наезжаешь на Лину, то недолго и обделаться.

«С-стой!» — заикаясь, выкрикнул он. — «Пожалуйста! Я не хочу умирать!»

Я захохотала так демонически, как только могла. «Сокровища в обмен на твою жизнь, будь любезен.»

Это были те самые слова, с которыми он и подобные ему жалкие подонки крали деньги у невинных жертв. Ну и как тебеэто нравится, ты, вороватый гаденыш?

«Э-это несправедливо,» — захныкал бандит. — «Как ты можешь быть такой жестокой?»

В исполнении разбойника это прозвучало особенно смешно.

«Ишь как запел, когда дошло до обсуждения наших моральных устоев!» — я разразилась на него бранью. — «Даже не думай об этом! Лучше расскажи-ка, где вы припрятали свой тайничок!»

«Простите.» — откуда-то сзади прозвучал голос. — «Не будете ли вы так любезны отпустить этого джентльмена?»

«Чё — ?!» — выпалила Амелия, когда мы вместе развернулись на каблуках.

На нас спокойно смотрела скрытая тенью дерева женщина.

Бандит, которого я допрашивала, внезапно выкрикнул: «М-мисс Мазенда!»

Она выглядела лет примерно на двадцать и носила легкое белое одеяние, которое выгодно подчеркивало ее светлую кожу. Ее длинные волосы и яркие губы были одинаково блестящими, алыми, полными живого очарования.

Она была из тех женщин, которых влюбленные по уши парни называют «несравненная красавица». Внезапно в моей голове возникла картинка, на которой эта леди неспешно угощалась вкуснейшим, замороженным с фруктами шербетом на склоне белоснежного горного пика.

«Я не хочу, чтобы кто-нибудь здесь пострадал.»

«Госпожа,» — встрял бандит. — «Мы попали в передрягу, он нас в это втравил, и — …»

«Я не с тобой разговариваю,» — перебила его Мазенда. Прервав поток слов разбойника с начальственной легкостью, она снова обратилась к нам: «Хоть они, похоже, бесполезны, но все-таки они у меня на службе. Не могли бы вы сделать мне одолжение и отпустить их?»

Она что, шутит, а?

«Ты что, действительно ожидаешь, что мы на это согласимся?» — спросила я, поднимая бровь.

Мазенда в ответ отрицательно покачала головой, на ее губах появилась кривая усмешка. «Нет,» — просто сказала она, совершенно не раздосадованная. — «Хмм… итак, что нам с этим делать? Я устала от формальностей. Давайте договоримся, не отвлекаясь от дела.»

Говоря это, она решительно шагнула вперед.

* * *

Этого оказалось достаточно, чтобы Амелия, Гаури и я приготовились к бою. Амелия отскочила далеко назад, в то время как рука Гаури легла на рукоять меча. Что до меня, то я отпустила бандита, которого допрашивала, и начала произносить заклинание.

Внезапно вершины деревьев резко вздрогнули. Мгновением позже на нас обрушился ливень из листьев, наполнивших воздух и почти полностью занавесивших нам обзор.

Все, что я успела сделать — это пискнуть «Ой?!»

Я почувствовала присутствие где — то над нашими головами, и глянула вверх. Мазенда парила высоко в воздухе, все с той же кривой усмешкой, застывшей на ее губах. Она держала в своей руке камень.

Она что, собирается забросать нас камнями? Интересно, подумала я, очевидно, она произносит нечто вроде ответного заклятья. И тут она швырнула камень, но не в меня, а на землю под моими ногами.

Я немедленно отреагировала, отпрыгнув в сторону. Но вскоре я поняла, что это была плохая идея.

ВЖИГ!

Меня ударил бледный разряд молнии. На некоторое время мои конечности поразило вызывающее онемение, покалывающее ощущение.

По крайней мере, его действие не продолжалось долго. Я быстро пришла в чувство, но все еще не могла понять, какой фокус собирается выкинуть эта женщина. Я скороговоркой произнесла заклинание.

«Эльмекиа Лэнс!» — выкрикнула я, и высвободила магию в ее направлении…

… Вообще-то, не совсем.

В голове сделалось абсолютно пусто. Это было, как будто внезапно выключили свет, и все переполненные энергией вспышки мыслей в моем мозгу неожиданно погасли.

«По-видимому, ты — предводитель этой маленькой компании,» — ядовито отметила Мазенда, ее манерно растягиваемая речь доносилась откуда-то из-за плотной завесы дико кружащихся в танце листьев. «Итак, поскольку последнее время меня одолевает скука, то я решила сделать тебя своей новой забавой. Если победишь меня, то сможешь восстановить силы. Приходи в деревеньку «Косматая грива», если мое предложение тебя заинтересовало.»

Сверху обрушился еще один шквал из листьев, их яростный шелест заполнил весь лес. Затем снова сделалось тихо и мирно, как прежде, будто ничего и не было.

На месте битвы стояли только ошарашенные Амелия, Гаури и я. Понятия не имею, каким образом, но разгромленная шайка разбойников исчезла вместе с Мазендой — все было, как будто мы с самого начала с ними не сталкивались.

«Аргх!» — зарычала я, схватившись за виски руками. Ощущение было, словно внутри моей черепной коробки катается грецкий орех. Что, черт побери, эта женщина со мной сделала?!

«Они исчезли,» — не веря собственным глазам, выдохнула Амелия.

«Лина?» — позвал меня Гаури, вложив меч в ножны. — «С тобой все в порядке?» Когда он шагнул ко мне, что-то слегка оцарапало его ногу.

«Что это?» — спросил он, наклонившись к земле. Из дорожной грязи торчала длинная алая игла, тонкая, блестящая в лучах солнца. Гаури нагнулся и выдернул ее из земли; и в то самое мгновение, когда он это сделал, игла потеряла жесткость и свесилась с его пальцев, как струна.

«Это же волос,» — объявила Амелия со своей обычной командирской интонацией, в которой сейчас не было никакой необходимости. — «Наверное, его оставила та женщина, Мазенда.»

Нескольких быстрых взглядов оказалось достаточно, чтобы найти еще четыре иглы, всаженных в грязь вокруг меня. Вместе с той, которую нашел Гаури, их насчитывалось пять… образующих пентаграмму со мною в центре.

Ой, черт.

Эффектное шоу злых листьев, устроенное Мазендой, было лишь отвлекающим маневром. В тот самый момент, когда я потеряла ее из виду, она создала вокруг меня защитное поле, используя собственные волосы, как пять концов пентаграммы.

Но меня беспокоило кое-что еще, что-то, возможно, гораздо худшее. Я должна была проверить мою догадку прямо сейчас.

«Что случилось, Лина?» — спросил Гаури, вероятно, обеспокоенный хмурым выражением, появившимся на моем искаженном волнением лице.

Я даже не потрудилась ответить на его вопрос. Вместо этого я начала читать заклинание.

«Лайтинг!»

И да, мальчики и девочки, в этот момент произошла самая худшая из всех возможных вещей.

То есть ничего.

«Мисс Лина!» — воскликнула Амелия. — «Что происходит?» В мгновение ока ее лицо сделалось белым.

Гаури, однако, все еще ничего не понимал. «Теперь и Амелия расстроилась?» — заметил он, как всегда, демонстрируя блестящие дедуктивные способности. — «Да что, черт возьми, здесь происходит?»

С Гаури и сама начинаешь притормаживать, даже если и не собираешься.

Чернота в моей голове подтвердила, что моя догадка оказалась верной. Я повернулась к Гаури, так сильно скрипнув зубами, что чуть не высекла ими искры.

«Гаури,» — очень, очень медленно произнесла я, кажется, желая убедить себя в произошедшем так же сильно, как и его. — «Я… не могу… колдовать…»

Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааагх!

Мне не удавалось собраться с мыслями, пока мы не подошли к постоялому двору около деревни. Я подумала, что хорошая порция жратвы успокоит мне нервы (это всегда срабатывает), но мое сознание было настолько сбито с толку замешательством и тревогой, что даже два поднесенных мне Особых Блюда Дня не привели бы меня в чувство.

«Так… значит, ты имеешь в виду,» — произнес Гаури, медленно сложив вместе два и два, — «Что Лина вообще теперь не может использовать заклинания?»

«Похоже на то.» — вздохнула Амелия.

В данный момент тупоумие Гаури даже отдаленно не казалось мне смешным, и у меня не было настроения с ним разговаривать. Вместо этого я позволила Амелии — Мисс — Готовой — Пожужжать — отвечать на его вопросы.

«Вот черт,» — заметил Гаури, стукнув по столу рукой. — «Дело дрянь. Думаю, нам лучше прикинуть, как действовать дальше, так?»

О, вот это философ!

Амелия решительно кивнула. — «Точно. Лина, которая не может колдовать, это же просто…» — Тут она умолкла, очевидно, пытаясь подобрать нужные слова.

«Паразит?» — предложил Гаури.

У меня задергалось веко.

Что ты сказал?

«Ну, я бы не была столь категоричной,» — сказала Амелия. — «Хотя вряд ли ее поведение позволит ей приобрести навыки хоть какого-то полезного ремесла.»

НЕРВНЫЙ ТИК. Простите? Чье поведение?

«Ее эго огромно, но ее грудь такая крошечная,» — прохныкал Гаури.

«Да,» — пробубнила Амелия, жуя морковку. — «И не то чтобы, в противовес, она была сексуальна в чем-то еще — »

«МОЛЧАААААААТЬ!» — взревела я. — «Пытаетесь пнуть лежачего, да? Продолжайте в том же духе, и это будет стоить вам ваших зубов!»

Гаури и Амелия вопросительно глянули друг на друга. «Но…» — начал Гаури, почесав себе щеку.

«Пожалуйста, не сердитесь, Мисс Лина,» — произнесла Амелия. — «Мистер Гаури и я говорили все это, только чтобы взбодрить вас.»

Взбодрить меня? Почему бы тогда просто не вылить на меня кислоты?

«Ах ты, маленькая …!» — завизжала я, бросившись вперед.

«П-погоди, Лина!» — Гаури попытался втиснуть между принцессой и мной руки. — «Если ты задушишь Амелию, то это тебе ничем не поможет! Ты абсолютно уверена, что не можешь использовать заклинания? Ты действительно вообще не можешь колдовать?»

«Да, до тех пор, пока не одолею Мазенду,» — задыхаясь, пропыхтела я. — «Во всяком случае, она так сказала.» — Разжав пальцы, я отпустила горло Амелии и смирно уселась, откинувшись назад. Ее высочество прочистила глотку и продолжила поглощение еды.

«Итак, все просто, не правда ли?» — Амелия подняла руку и со слабой гримасой попыталась выпрямить себе шею. — «Так почему бы нам с ней не сразиться, как она сама посоветовала? В конце концов, она же злодейка, потому что друзья злодеев тоже злодеи. И нечего с ней деликатничать.»

Может быть, Мазенда и злодейка, хотела ответить я, но это нам не поможет ее победить. Особенно принимая во внимание мое отчаянное положение.

«А где нам вообще ее искать?» — спросил Гаури.

Взглянув на Гаури, я вздохнула. Мне потребовалось целых полминуты для того, чтобы набраться достаточно терпения и ответить ему.

«Деревня «Косматая Грива»,» — проскрипела я. — «Мазенда сама так сказала. Она объявила это так громко, что даже находящиеся без сознания бандиты могли ее слышать, Гаури.»

«Ох, я слышал это ясно и четко,» — объяснил Гаури. — «Я просто забыл.»

Гаури — единственный парень из всех, кого я знаю, который гордится своей бестолковостью.

Мой спутник пожал плечами. — «Я не против. Она же нам все равно по пути, не так ли? Так давайте туда и пойдем.»

Я в шоке воззрилась на Гаури, осознав, что он действительно сказал нечто довольно разумное. Я медленно кивнула. Потом он повернулся ко мне, его глаза внезапно сделались серьезными, и я поймала себя на мысли, что мне и впрямь интересно, что же он собирается сообщить.

Есть еще вспышки озарения, Гаури?

«Давайте, однако, вернемся к нашим баранам,» — объявил мой попутчик. Он потянулся и утащил не до конца обглоданную кость с моей тарелки. — «Не возражаешь, если я ее погрызу? Кажется, на ней осталось довольно много мяса.»

Я провела остаток трапезы, пытаясь забить эту кость ему в глотку.

* * *

«Чтоооооо?!»

Взрыв эмоций Амелии разорвал безмятежную, мирную тишину гостиницы.

«Эй, вы, потише!» — строго прошептал старый седой трактирщик, пронзая взглядом пространство комнаты. — «Вы что, пытаетесь оповестить о себе прессу?»

Деревенька «Косматая Грива» уютно примостилась около старых окольных путей, ведущих из Сейруна через Королевство Дилс к Кальмаарту. Другими словами, только два поселка отделяли Косматую Гриву от городка, в котором мы остановились на ночь.

Я была рада, что нам удалось так далеко уйти от Сейруна, но Косматая Грива была логовом Мазенды и компании. Наше путешествие обещало сделаться в самом скором времени предательски опасным, и я искренне сомневалась, что мы, притащившись в Косматую Гриву, сможем одержать легкую победу. Проще говоря, мы собирались тянуть наше драгоценное время, вовсе не горя желанием поскорей преодолеть последний отрезок пути во вражескую цитадель. Мы как раз планировали сначала разместиться в деревне, в которую нас принесло, — и использовать ее как наш опорный пункт, запасаясь сведениями об окрестностях Косматой Гривы, наводя справки о тамошних нравах и делая вылазки в местные захудалые забегаловки, но трактирщик пресек наши рассуждения на самой самонадеянной ноте. Он без обиняков заявил, что нам вообще следует держаться от Косматой Гривы как можно дальше.

Поэтому то Амелия и верещит сейчас. Видите ли, ей не понравилось то, что она услышала.

«Как у вас язык поворачивается говорить такие вещи?!» — вопросила она, второй раз за последние тридцать секунд доказывая, что ее глотка лишена глушителя звука. — «Если вы знаете, что зло затевается так близко от вашей деревни, то как вы можете скрывать это от местных властей? Неужели в вашем сердце совсем нет любви к справедливости?!»

Трактирщик воззрился на Амелию так, будто она внезапно отрастила ослиные уши.

«Л-любовь к чему?» — заикаясь, пробормотал он. — «Девочка, справедливость здесь ни при чем! Я же сказал вам, что все эти россказни о злодеяниях — не более чем слухи! Вы что, думаете, что я пойду к представителям власти с одними слухами, не имея доказательств? Я бы только заработал этим кучу неприятностей на свою голову!»

Трактирщик предъявил веский довод, но Амелия была не из тех, кого можно было сбить с панталыка здравым смыслом.

«Ну уж нет, я-то вижу, что здесь происходит!» — объявила принцесса. Она запрыгнула на деревянный стул и потрясла своим правым кулаком высоко над головой. — «Здесь затевается великий заговор сил тьмы! Огромный вихрь зла закручивается где-то неподалеку!»

Если ты имеешь в виду вихрь сумасшедших мыслей прямо над твоей головой, то да.

Даже Гаури уже начал беспокоиться. «Она опять за свое,» — прохныкал он страдающим голосом а-ля «мой — цыпленок — табака — опять — пережарился».

Я взяла Гаури за локоть и отвела в дальний угол комнаты. Вопли Амелии навели меня на мысль, и я хотела обговорить ее — не говоря уже о том, что мне не хотелось быть замеченной в ее компании во время очередного приступа праведности.

«Слушай,» — шепотом пробормотала я на ухо Гаури. — «Если исходить из поведения Амелии, то, скорее всего, посещение Косматой Гривы даже более опасно для нас, чем мы думали. Помни, у нее феноменальное чутье на зло.»

«Ну, я не знаю…» — начал Гаури, но потом умолк.

«Ладно,» — выдохнула я. Памятуй о его крошечном мозге, напомнила себе я. — «А зачем Мазенде, которая, как мы знаем, вовсе не склонна к благотворительности, пытаться завлечь нас в эту деревню? Неужели ты думаешь, что ее слова можно принять за чистую монету?»

«Эхм, нет,» — робко ответил Гаури. — «Это было бы глупо.»

«Так в чем же проблема, Гаури?»

«Ну, в общем…» — Гаури удалось родить в ответ только несколько односложных мычаний. Вскоре он уже сидел на ближайшем стуле с лицом, обезображенным работой мысли, поскрипывая извилинами.

«Давай посмотрим на это иначе,» — в конце концов сказал он. — «Все, кого мы встречали и все, что мы видели до сих пор, было вовсе не тем, чего мы ожидали, верно? Так, может, и с Косматой Гривой окажется та же штука — мы будем думать, что все из рук вон плохо, а потом придем туда — а там страусиная ферма или что-то в этом духе.»

Мне стало ясно, что дискуссия с Гаури ничего полезного не принесет. «Забудь об этом,» — простонала я, и приволокла его обратно к столу.

Как раз к этому времени к нам присоединилась Амелия с очень многозначительным выражением на лице.

«Что случилось?» — спросила я. Но она не ответила, а только покачала головой.

«Не сейчас,» — прошептала принцесса. — «Поговорим, когда вернемся в свои комнаты.»

Гаури и я переглянулись.

Ладно, подумала я. Значит ли это, что самое время забить тревогу?

Амелия, Гаури и я собрались в среднем из трех смежных номеров, в которых мы расположились на ночлег. Выбрав для совещания именно это место и разговаривая вполголоса, мы снижали вероятность быть подслушанными лазутчиками. Нас вовсе не прельщало сделаться мишенью для излишнего любопытства местных жителей.

«Хорошо,» — сказала я Амелии. — «Давайте приступим к разговору.»

Принцесса сделала глубокий вдох, чтобы перевести дух. «Я знаю, что все это — слухи…» — начала она, после чего запнулась, так сильно стиснув челюсти, что я не на шутку испугалась за сохранность ее зубов.

«Мне удалось выяснить,» — медленно продолжила она, — «что некое тайное общество использует «Косматую Гриву» как свой форпост.»

«Мы это уже знаем.» — самодовольно ухмыльнулся Гаури. — «Это же та самая шайка разбойников, которую под силу обратить в бегство женщине, так? Есть еще темы для разговора?» — он хлопнул в ладоши, безмерно довольный собой.

Дай ей сказать, придурок!

Амелия мрачно покачала головой. «Нет, не они. Это религиозный культ, а та женщина, Мазенда, и ее бандиты, вероятно, являются лишь его последователями.»

«Религиозный культ?» — переспросила я, подняв брови.

«Да. Но послушайте-ка это.» — Амелия сглотнула. — «Человек из обеденной комнаты внизу назвал его Культом Шабранигдо.»

«К-культом Шабранигдо?!» — взвизгнула я.

Рубиноокий Шабранигдо, Король Демонов, которого считают властелином всей тьмы мира. Безумно отвратительный ублюдок, на борьбу с которым мы угрохали в прошлом чертову уйму времени.

«Тсс! Ты говоришь слишком громко!» — упрекнула меня принцесса.

«Прости.» — Я наморщила лоб. — «Амелия, а ты уверена, что этим сведениям можно доверять?»

«Кто знает?» — ответила принцесса, примирительно пожав плечами. — «Как сказал ранее трактирщик, все это — слухи. Но мне это кажется весьма подозрительным. Я имею в виду, с чего бы людям из явно переполненного страхом городишки взять и ни с того ни с сего учредить Культ Шабранигдо? Ведь очевидно, что это — самая пугающая и омерзительная вещь из всего, что можно придумать.»

С минуту я размышляла над этим, но так и не увидела связи между известным лишь по слухам культом и Мазендой, желающей заманить меня в «Косматую Гриву».

«А ты то что про это думаешь?» — выпалила я.

Амелия на секунду задумалась, затем с беззаботной улыбкой заявила: «Пока ничего.»

Да, она и вправду улыбалась. Я еле удержалась от соблазна стереть эту улыбку с ее лица.

«Все, что знает трактирщик,» — продолжила Амелия, — «Это что Косматая Грива предположительно является центром культа и что существует большая вероятность того, что там творятся грязные делишки. Но это все, что он слышал; и я думаю, что это все, что он хотел слышать.»

Я нахмурилась. События развивались по все более запутанному сценарию, который вовсе не предусматривал благодати вроде ковровой — дорожки — усыпанной — бесхозными — сокровищами под нашими ногами.

«Лина?» — пискнул Гаури. До сих пор он хранил абсолютное молчание, без сомнения грезя о следующей битве или завтраке. — «Кое — что, о чем она сообщила, начинает меня беспокоить.»

«Что именно?» — спросила я, приготовившись к ошеломляюще глупому вопросу.

«Шабуниградо. А что это такое?»

И да, он меня не подвел. В некоторых случаях всегда можно рассчитывать на Гаури.

«Шабранигдо, мистер Гаури.» — поправила его Амелия. Даже она, казалось, была потрясена кашей в голове моего спутника, поскольку повернулась ко мне с выражением на лице, явно вопрошающим: «С ним все в порядке?»

Гаури, однако, этого не заметил, и преспокойно сидел, почесывая в затылке.

«Ммм,» — промямлил он. — «Сдается мне, что я слышал это имя раньше. У меня очень туго с запоминанием имен, особенно длинных, как это.»

«Гаури, ты слабоумный…!» — мне удалось сдержаться, не закончив фразу.

«Но,» — возмутился Гаури. — «Лина, это же не важная персона или что-то в этом роде. Это всего лишь имя, верно?»

«Конечно это важная персона!» — заорала я. — «Как ты можешь не помнить Шабранигдо?!»

«Эээ…» — Гаури запнулся и умолк. — «Ну, это…»

«Король Монстров!» — прорычала я. — «Воплощение сил зла! Алые глаза, вот такой огромадный, источающий яд тысячи предсмертных проклятий?!»

После недолгого размышления над полученной информацией Гаури кивнул и шлепнул по ладони кулаком. «Ах, да,» — объявил он. — «Этот чувак. Теперь я вспомнил.»

Гаури не только идиот, он к тому же еще и лжец.

«Интересно, а что это вообще за культ такой?» — рискнула высказаться я. — «Что им нужно? Сомневаюсь, что они собираются организовать симпозиум по методологии зла с Королем Монстров в качестве почетного гостя.»

«Мне удалось кое — что пронюхать.» — зловеще прошептала Амелия. — «Очевидно, их злое верование требует от них вещественных жертвоприношений для утоления алчности Короля Монстров.»

Хмм. Если это было правдой, то становилось понятно, зачем были нужны бандиты. Сначала вы захватываете очень тихую и процветающую деревеньку. Затем, чтобы ублажить жадность охочего до чужого Короля Монстров, вы крадете у местных жителей все их пожитки, а после начинаете терроризировать округу, грабя всех, кого только можно.

«Если этот культ существует,» — сказала я, — «Тогда бандиты, с которыми мы тогда связались, являются его последователями, так?»

«Это именно то, что я думаю!» — взволнованно воскликнула Амелия. Она ликующе потрясла кулаком в воздухе. — «Не важно, сколько людей сбилось с пути истинного и предалось тьме, не важно, сколько людей присоединилось к культу, пожертвовав элементарными приличиями ради приобщенности к нему, нам не нужно их бояться!» — Теперь она уже стояла, вновь напустив на себя героический вид. — «Пока существует справедливость, победа обязательно будет за нами!»

Гаури перестал грызть ноготь. — «Но нам придется туговато без магии Лины.»

«Правильно.» — согласилась я. — «Кстати, насчет магии.» — Я быстро начала читать заклинание.

«Лайтинг!»

Я успела заметить слабое световое мерцание на кончике своего пальца. Но оно почти сразу же исчезло, оставив нас таращиться на изящный, но ничем более не примечательный палец.

«Эй!» — прощебетала Амелия. — «Я что-то видела!»

Я кивнула в ответ. — «Полагаю, что это выглядело довольно убого для светового заклинания, но это доказывает, что барьер, поставленный пентаграммой, ослабевает.» — Тут я вздохнула. — «К сожалению,» — продолжила я, — «Лайтинг — это все, что я могу наколдовать в текущий момент. Можно забыть о боевых заклинаниях; едва ли я буду способна на большее, чем вызов порыва ветра.»

«Не унывай!» — весело сказал Гаури, хлопая меня по спине. — «Ведь это значит, что со временем силы к тебе вернутся? Просто подожди немного.»

«Все не так просто.» — уныло пробубнила я. — «На полное восстановление сил уйдут годы! И даже тогда нет никакой гарантии, что я снова смогу использовать все мои заклятья.» — Я сжала кулаки. Дурацкая Мазенда!

«В любом случае, нам прежде всего требуется подготовить домашнюю работу. Кто-то должен проверить любые слухи, касающиеся тайного убежища культа, и собрать всю имеющуюся в наличии информацию о деревне Косматая Грива. Придется с этим повозиться, правда, Гаури?»

Гаури поднял глаза, перестав пялиться в пол. — «Что ты этим хочешь сказать?»

«Ой, видишь ли,» — ответила я так невинно, как только могла. — «В первую очередь, я абсолютно уверена, что наш враг осведомлен о том, как мы выглядим. Поэтому, что бы мы ни собирались сделать, мы должны осуществить это под покровом темноты.»

Гаури нахмурился. — «И?»

«И темнота — это злейший враг красавицы,» — выдала я, надеясь озадачить Гаури своей глубокомысленностью.

Амелия, сидевшая рядышком, кивнула при моих словах. Она уже поняла, к чему я клоню, но Гаури снова начал тормозить.

«Ух,» — Гаури так сильно нахмурил брови, что с легкостью мог бы сейчас сойти за деревенского дурачка.

Чувствуя, что я запутала Гаури до той степени неясности, из которой нет возврата, я решила ковать железо, пока горячо: «Поэтому я должна скромно отметить, что имеющуюся задачу должен решать тот, кто наименее обременен красотой лица и тела. Это автоматически делает нашим храбрым разведчиком тебя, Гаури! Поздравляю!»

Гаури мигнул. «П-постой,» — слабо пробормотал он. — «За кого ты меня принимаешь, за диверсанта? Ты думаешь, что я каждую ночь скитаюсь по горным хребтам, шпионя и вынюхивая новости?»

«Хо-хо!» — рассмеялась я, лукаво подмигнув Гаури. — «Да ты просто создан для этого!»

«Даже не думай об этом! Даже я знаю, как опасен подобный вид разведки. Ты меня не обманешь своими велеречивыми разговорами, не рассчитывай, что я пойду туда только потому, чтоты так сказала…» — поток слов Гаури иссяк. Он уселся, тяжело дыша, пока я, почесывая голову, пыталась измыслить новую стратегию.

«Ты предъявил веский довод, Гаури,» — в конце концов признала я. — «Не мне принимать это решение. Если мы решим вопрос должным образом, как товарищи, тогда у тебя не возникнет претензий?»

«Ну, нет, конечно.» — пугливо ответил Гаури. — «Я был бы рад, если бы мы устроили все по-честному.»

И тут, без малейшего труда, я набросила на добычу сеть!

«Ладно,» — сказала я, — «Мы проголосуем! Все, кто думает, что нашим лазутчиком должен быть Гаури, поднимите руку.»

Амелия и я одновременно вытянули руки.

«Тогда решено.» — я улыбнулась Гаури. — «Удачи!»

«Эй!»

«Мистер Гаури,» — мурлыкнула Амелия. Она торжественно насупилась и потрепала его по плечу. — «Я чувствую боль в вашем сердце, но знаю, что вы послужите высоким идеалам демократии.» — Она даже хлюпнула носом.

Никогда не изменявший своей мужественности Гаури выпрямился и подавил рыдания. Я уже начала волноваться за парня, когда он внезапно просиял.

«Ага!» — ликующе воскликнул он, указав пальцем прямо мне в лицо. — «Теряешь хватку, Лина! В твоей схеме есть одно слабое звено!»

«Ч-что?!» — У моих схем нет изъянов, поэтому я решила обидеться.

Мой спутник гордо встал и скрестил руки на груди. — «Ты что, правда думаешь, что, послав на разведку меня, не имеющего ни малейшего понятия о происходящем, что-то для нас выгадаешь?» — с издевкой произнес он. — «Да за кого ты меня принимаешь?»

Это было, словно мою голову со всей силы ударили молотом. «Ой!» — вскрикнула я, чуть не упав со стула. Гаури, проявивший проницательность? — «Ты пугаешь меня, Гаури. Значит ли это, что твои мозги наконец-то приняли форму?»

«Сейчас, только погоди…» — Гаури бросил на меня сердитый взгляд и погрозил пальцем. — «Не надо говорить о мозгах людей, как будто это груди!»

Ладно, теперь мы видим, на что этот парень направляет свой интеллект.

Я как раз придумывала остроумный ответ на реплику зациклившегося на груди Гаури, когда дверь в нашу комнату распахнулась. Чуть не слетев с петель, деревянная створка хлопнула по стене, заставив всех нас броситься к оружию.

«Извините!» — брюзгливо заворчал наш нежданный гость. — «Вы не могли бы вести себя немножечко потише?»

Дюжий и сердито пыхтящий трактирщик стоял в дверном проеме, уперев руки в бока. Должна вам сказать, что это было достаточно устрашающее зрелище. Все, что смогла придумать в ответ наша троица, было — извиниться, причем очень тихо.

В конечном итоге, мы решили выбрать разведчика, используя единственный старый и проверенный способ, с которым ознакомились во время нашей сознательной жизни: «камень — ножницы — бумага». Как жаль, что все мы выбрали «камень».

Бесчисленные факелы мерцали в темноте. Их крошечные огоньки озаряли просторную арену, плавно изогнутые стены неясно маячили над сборищем сотен людей в масках.

«Их здесь гораздо больше, чем я ожидала,» — прошептала я.

Мы сделали вылазку далеко вглубь горного хребта недалеко от Косматой Гривы. Амфитеатр, в котором мы спрятались, возможно, выглядел впечатляюще в пору своей юности, но медленное разрушение под воздействием времени — не говоря уже о человеческой небрежности — превратило его в ощерившуюся обломками, обветшалую развалину.

Вся наша троица взгромоздилась, как на насест, на самую высокую кромку амфитеатра, наиболее удаленную от действа, происходящего внизу. Все верхние скамьи были наиболее подточены временем, и до них было практически невозможно добраться — разве только вы знаете, как использовать левитацию. А это означало, что поблизости не было охранников, к тому же тени и высота отвесной стены, на которой мы примостились, делали нас практически невидимыми для находящихся внизу. Амелия обнаружила эти руины прошлой ночью. Я мысленно напомнила себе дать ей позже за это печенье.

«Эти парни мне не нравятся,» — пробормотал Гаури.

«Я-то думала, что у культа будет немного последователей,» — пояснила я, — «но это просто немыслимо. Должно быть, их верования довольно популярны, если они могут собрать толпу в такой глуши.»

«Немыслимо — это да,» — огрызнулась Амелия. — «Адепты зла в месте, столь почитаемом, как это? Неужели слово справедливость не имеет здесь значения?!» — Ее руки сжались в кулаки. — «Я этого не прощу!»

Я не обратила на нее внимания. Этому можно научиться после некоторого времени.

Мы выжидали, разглядывая собрание внизу. Несколькими минутами позже, толпа в масках взорвалась приветственными возгласами.

«Кто-то идет!» — воскликнул Гаури, констатируя очевидное.

И да, ребята, за это мы его и любим!

Пять человек появилось из коридора, через который участники боев когда-то проходили на арену амфитеатра. Мантии и накидки вновь прибывших были глубокого алого цвета, и все эти люди потрясали чем- то вроде мечей, используемых палачами, с клинками, окрашенными тем же багрянцем. В то время как четверо из них были в масках — конечно же, в красных — лицо пятого и последнего человека было открытым. Личины, которые они носили, отличались от масок рядовых последователей культа; вероятно, их стиль указывал на их ранг.

Человек с открытым лицом прошел к центру арены. Четверо остальных держались от него на расстоянии шести шагов, все они развернулись в четыре стороны света по направлениям компаса: на север, юг, восток и запад.

«Понятно,» — с отвращением прорычала Амелия. — «Пятеро слуг!»

«Слуг?» — промямлил Гаури. — «Кто, черт побери, они такие?» — он поглядел в мою сторону, поэтому я сделала ему одолжение, дав базовое объяснение.

«Они изображают пятерых высокопоставленных Мазоку, тех, кому дал рождение Рубиноокий Шабранигдо.» — Я не знала, была ли эта история правдой или легендой, но слово в слово выучила ее наизусть. Ну что еще я могу сказать? Просто я — любитель хороших сказок.

«Да,» — подхватила Амелия. — «Четверо по бокам представляют Дракона Хаоса, Глубоководную Дольфин, Дайнаста и Королеву — Зверя.» — она сделала глубокий вдох, а потом добавила, — «А человек в центре — это Хеллмастер. Имена зависят от их местоположения.»

* * *

Однако я сомневалась, что мужчина в центре является настоящим основателем культа. Он бы казался худым по сравнению с любым находящимся рядом человеком. Фактически он выглядел, как оголодавший третьесортный маг-злодей, к тому же напрочь лишенный обаяния.

«Господа!» — возвестил человек. Вопреки плюгавой наружности говорившего, его голос оказался на удивление зычным. — «Спешу сообщить вам хорошую новость! Магистр Кротц очень скоро к нам вернется!»

Волна аплодисментов захлестнула амфитеатр до краев. Я могла только гадать, что, судя по восторженным откликам, этот тип — Кротц — был предводителем клана. Так какого черта к сборищу сейчас обращается эта тощая задница? Он что, его заместитель?

«Более того,» — продолжил оратор, — «Мне сообщили, что он добыл вещь, которую мы так долго искали!» — Тут в его голосе зазвучали истово-ревностные нотки, даже с каким — то оттенком праведности. Аплодисменты, последовавшие за его словами, были еще громче и восторженней.

«Теперь нас ничто не остановит! Лицемеры, поклоняющиеся Цефеиду и другим фальшивым богам, узнают, как они заблуждались! Обретя истинную мощь, мы сможем получить все, чего захотим!»

Это чучело определенно наслаждается звучанием собственного голоса.

Я украдкой бросила быстрый взгляд на Амелию, чтобы посмотреть, как она держится. Крыша девочки имела обыкновение съезжать по малейшему поводу, а стихийное бедствие масштаба Амелии — это последнее, в чем мы сейчас нуждались. Я видела, как она с угрюмым выражением лица что-то бормочет себе под нос, но тем не менее ей пока удавалось оставаться в рамках.

Человек внизу продолжил свою речь: «Природа бытия противоречива, а, стало быть, порочна. Мы не потерпим подобную …»

И тут Амелию прорвало. Она неожиданно стрелой бросилась вперед и начала сеять хаос.

«Burst Rond!»

С десяток шаров ослепительного света расцвело вокруг принцессы, а затем низринулось на арену.

ВЗРЫВ!

«Айааааай!» — заверещал сектант в маске.

«Йиииии!» — выкрикнул другой, свалившись со своего яруса на скамьи внизу.

Вспышки пламени и вопли прорезали пространство арены для собраний из конца в конец. Это был ад кромешный!

Я немедленно опустилась на землю, где и притаилась, сжавшись в комок и закрыв голову руками. Проклятье! — подумалось мне. Я должна была догадаться!

Предшествующее заварухе бормотание Амелии вовсе не свидетельствовало об ее попытках сдержать ярость, а, напротив, взывало к силе беспощадного боевого заклятья. Кстати, бесплатный совет: если вы собираетесь оторваться на полную катушку с атакующей магией, то, по крайней мере, предупредите своих товарищей, когда ринетесь в драку.

А сейчас выслушайте меня, пока у вас не сложилось впечатление, что обстрел арены порожденными чарами файерболлами разнес руины до основания. Мощность этого заклинания невысока, поэтому наносимый им ущерб имеет избирательный характер — прямые попадания превращают цель в подгоревший тост, но неточные удары далеко не столь эффективны. К несчастью, его оказалось достаточно для того, чтобы сделать официальное заявление, звучащее крайне просто: Амелия от лица всей нашей троицы объявила войну Культу Шабранигдо.

В скором времени нас обнаружили.

«Глянь-ка туда, наверх!» — я услышала, как выкрикнул один из сектантов.

«Я кого-то заметил!» — завопил другой. — «У нас что, нет дозорных?»

И в это самое мгновение Амелия продолжила выступление. Не уверена, хотела ли я, чтобы она вновь ввязалась в гущу событий.

«Лайтинг!» — воскликнула принцесса. Заклинание высветило большой участок неба прямо над ней.

«Слушайте и внемлите, о вы, поклоняющиеся тьме!» — обратилась она к теснящимся внизу людям. — «Сколько бы заблуждений вас не окружало, существует лишь одна истина! Если среди вас есть хотя бы один, несущий свет правды в сердце, осознайте греховность выбранного вами пути и изберите стезю добра — по вашей собственной воле!»

«Избавьтесь от них!» — приказал давешний докладчик.

Большой, однако, сюрприз.

Как только этот тощий майский шест отдал команду, «верующие» сбились в толпу и двинулись на нас. Но им не удалось подойти близко; как я говорила, место, которое мы выбрали как наблюдательный пункт, было довольно труднодоступным, поэтому все, что могли сделать сектанты, было — сквернословить, топать ногами и сокрушенно нас рассматривать.

«Амелия!» — прокричала я. — «Гаури! Мы должны сделать тактическое отступление!»

«Но почему? — возмутилась Амелия. — «Мы сразимся со всеми ними здесь и…»

«Мы не можем сражаться на этой шаткой опоре!» — выпалила я в ответ, оборвав Амелию на полуслове. — «Что мы будем делать, если один из них сможет использовать атакующие заклятья? Ярус под нами и без того едва ни разваливается!»

«Н-но показать спины врагу…» — выразила недовольство Амелия.

«Стерпи преходящее бесчестье, отступи, а затем возвратись и нанеси ответный удар!» — многозначительно ответила ей я, вспомнив слова, которые вдолбили мне в голову в мою бытность волшебницей — стажером. Полагаю, что я все-таки уделяла внимание одному — двум предметам из тех, которым учат в школе.

«Именно так и поступают Чемпионы Справедливости!» — ободрительно добавила я.

Ярость в глазах Амелии угасла. «Ты права!» — воскликнула она, быстро сменив сердитую интонацию на воодушевленную. — «Это абсолютно верно!» После чего принцесса немедленно начала произносить еще одно заклятье.

Мне повезло, что из-за добродетельности Амелии ею крайне легко манипулировать.

«Левитация!» — прокричала она. Заклинание Амелии подняло всю нашу троицу в небо.

«Волшебство!» — взвизгнул человек внизу, разозленный настолько же, насколько и потрясенный.

«Эй, вы!» — прорычал другой. — «Вам так просто не скрыться! Всем выйти наружу!» — Бесчисленные люди в масках начали драться между собой, ломанувшись к ближайшим выходам.

Они уже начинали меня нервировать. «Скорее, Амелия!»

«Быстрее уже некуда!» — возразила она, в то время как мы летели прочь от погони над верхушками деревьев.

Гаури не проронил ни слова, но в этом и не было необходимости. Пот, градом катящийся со лба парня, все сказал за него.

Заклятье Левитации наделяет превосходной маневренностью в ущерб скорости; оно позволяет лететь не быстрее идущего пешком взрослого человека. Когда мы приземлились на землю, я увидела, что преследователи уже настигают нас.

«В лес!» — завопила Амелия. Говоря это, она пустилась наутек и даже не удосужилась удостовериться, что Гаури и я последовали за ней. Позади мы слышали дежурные фразы, которые обычно используют все участники погони: «Вперед!» и «Сюда!». При сложившихся обстоятельствах я была вовсе не склонна урезать нашим преследователям оценку их артистизма за отсутствие своеобразия; громадная банда выглядела достаточно угрожающей для того, чтобы убедить нас удирать через рощу со всей мочи, спасая наши задницы.

Внезапно Амелия свернула с тропы и углубилась в лес.

«Вы, оба, дайте руки!» — позвала нас она, протянув каждому свою ладонь. Гаури и я схватились за ее кисти. По всей видимости, Амелия уже произнесла заклятье и ожидала результата, но чары, готовые к использованию, были весьма необычными, а потому момент воскресил в моей памяти не самые приятные воспоминания.

«Темный Туман!» В тот самый миг, когда принцесса это сказала, мир сделался черным, как смоль.

В Темном Тумане невозможно увидеть собственную руку напротив лица. Конечно, это также означало, что никто из наших преследователей не мог нас заметить. Мы ориентировались в темноте на ощупь, но, по крайней мере, мы были надежно спрятаны.

Некий наемный убийца однажды применил эти чары против меня. Я оценила скрытые возможности заклинания, но оно стало вызывать у меня тошноту.

«Амелия!» — окликнула я принцессу. — «Где ты этому научилась?»

Я могла поклясться, что ее высочество улыбается в темноте. «Это заклинание показалось мне полезным, поэтому я изучила его в тайне.»

«Славно!» — сказала я, сдавленно хихикнув. — «Твой отец сорвался бы с катушек, если бы узнал. Гаури, тебе следует брать с Амелии пример и быть более инициативным.»

Я услышала, как Гаури пробурчал «Но…» или что-то из того же репертуара.

«Там!» — прозвучал голос за завесой Темного Тумана. — «Я слышу голоса!»

Гаури быстро оборвал фразу, которую собирался сказать, как только мы осознали, насколько близко к нам подобрались преследователи. Наша троица поспешно умолкла.

«Сюда!» — закричал другой сектант. — «Я ясно слышал голоса вон таааа…?!»

«Что стрясло… — ух ты! Что делает эта черная дрянь посреди лесной чащобы?»

Похоже, что Темный Туман сбил погоню с нашего следа. В мерцании факелов туман, вероятно, казался не более чем огромным бесформенным сгустком темноты. Уверена, что он привел наших преследователей в трепет.

Молодец, Амелия!

«Оно окружило меня! — выкрикнул исполненный ужаса голос. — «Я ни черта здесь не вижу! Должно быть, это какое — то волшебство!»

«Проклятье!» — взвыл другой. — «Кто-нибудь, позовите Леди Мазенду!»

«Она же в храме!» — парировал третий преследователь.

В храме, да? Ну вот, к чему-то мы уже пришли.

* * *

«Эй, Лина!» — позвал меня Гаури. — «Ты не собираешься прекратить бежать через минуточку?»

К тому времени мы уже оставили позади две деревни, уходя все дальше от Косматой Гривы. Никто из нас не произносил ни слова, пока Гаури не задал внезапно свой вопрос; мы были так заняты поспешным бегством от шайки ползучих гадов в масках, что даже не побеспокоились о том, что нам делать дальше. Уже несколько часов мы были на ногах, не давая себе ни секунды роздыха.

«Правильно,» — жалобно взвизгнула Амелия, тяжело дыша. — «Скоро уже рассвет. Давайте передохнем, пожалуйста?» Она выглядела так, будто готова была свалиться с ног от усталости в любой момент.

Я и сама вымоталась донельзя, да к тому же ужасно натерла ноги. Однако Гаури изумил меня; даже после всей этой беготни он был абсолютно спокойным и полным самообладания, не выказывая ни малейших признаков усталости, и даже не замедлил шаг. Да парень просто машина.

Все, что меня сейчас заботило, было — уйти от врага настолько далеко, насколько позволяют человеческие силы. Конечно, всегда была возможность разбить лагерь в лесу, но Амелия и я чертовски быстро забраковали эту идею. Поэтому никакого отдыха.

«Кстати о птичках,» — утомленно пискнула Амелия (хотя и на это ее хватило с трудом), — «О чем это вы раздумываете, Мисс Лина, с тех пор, как мы покинули то место? Надеюсь, о плане контратаки.»

«А может, нам было бы лучше сразиться там с этими типами?» — спросил Гаури. — «Мы могли бы уничтожить их всех одним ударом.»

Гаури рассуждал, как годовалый ребенок, и я к этому уже привыкла, но мне было очень досадно наблюдать, как Амелия энергично кивнула головой, одобряя его предложение. Должно быть, недосып затуманил ее рассудок.

«Прежде всего,» — возразила им я, — «Даже разнеси мы в пух и прах место их сборищ, это не принесло бы особого результата. Вы что, не помните? Их предводитель был где-то в отъезде; так сказал тот тип, который толкал речь.»

«Ты имеешь в виду, что это не было их главное логово?» — спросил Гаури, наморщив в замешательстве лицо.

«Ох,» — простонала я. — «Гаури, с каких это пор безобразная развалина вроде того амфитеатра является хорошим местом для секретной базы? Даже если она скрыта в лесу, ее обнаружат сразу же, как только кто-нибудь отважится пройти немного подальше в горы. А кроме того, ты что, не помнишь, как один из тех парней в масках сказал, что Мазенда находится в храме?»

«В храме? Кто-то так сказал?»

Внезапно я почувствовала себя так, словно врезалась головой в ближайшее дерево.

«Точно!» — взволнованно выдохнула я. — «Мазенды не было нигде видно, когда Амелия запустила свой салют. А потому, рассуждая логически, место, которое они зовут «храмом», находится не там, где проводят встречи адепты культа. Ты понимаешь, к чему я веду?» — я скосила на моего спутника глаза, ожидая его ответа.

Гаури продумал все услышанное. — «Тогда храм и есть их главный штаб.»

«Отлично,» — с облегчением вздохнула я. — «Во всяком случае, победа над Мазендой и восстановление моих магических сил должны возглавлять список наших первостепенных задач на текущий момент. Тебе понятно, да?»

Гаури поднял палец и задрал к небу подбородок. «Ахххх,» — произнес он, а затем довольно глупо добавил, — «Нет.»

«Гаури!»

«Постой,» — прервал меня мой спутник, и его тон сделался более веским. — «Глянь-ка на Амелию.»

«На Амелию?» — повторила я, а затем обернулась.

Что за черт?

Амелия просто застыла на месте, неподвижная, как статуя, ее руки повисли вдоль боков, в то время как глаза таращились в пространство. Гаури шагнул к ней и помахал рукой перед ее лицом. Потом он щелкнул пальцами в нескольких дюймах от носа принцессы.

«Не волнуйся,» — в конце концов сказал мой спутник. — «Она просто заснула стоя. Давай оставим ее ненадолго в покое.»

«Извини, что ты сказал?» — я подскакала к Гаури, топая ногами. — «Мы не в том положении, чтобы «оставить ее в покое», гений. Используй хоть раз по назначению ту кашу, которая у тебя промеж ушей.»

Я повернулась к принцессе. «Эй!» — прокричала я. — «Амелия! Я к тебе обращаюсь!» — я несколько раз встряхнула ее за плечи, пока ее веки не открылись, затрепетав.

«Ах,» — она защебетала, как маленькая птичка. — «Мисс Лина.»

«Что, не привыкла полуночничать?»

«Нет,» — прочирикала она. — «У меня… хороший… сон.»

Ох, лучше не говори.

«Тогда у нас нет выбора,» — решила я. — «Гаури, тебе придется нести ее на спине.»

Но Гаури уже вырубился, свалившись наземь, и храпел.

«АРГХ!» — заорала я. — «Вставай, идиот! Здесь не место для сна!»

Мои вопли вернули его из страны грез. «Ты права,» — согласился Гаури, зевая и поднимаясь на ноги. — «Действительно, не место.» И тут в долю секунды на его лице внезапно появилось очень напряженное выражение. Он уже обнажил клинок, пока я только пыталась понять, что стряслось.

В следующее мгновение до меня дошло, в чем дело — я почувствовала присутствие чужаков. Мне потребовалось немного времени, чтобы уловить сигнал тревоги; все — таки я устала больше, чем думала.

«Враг?» — спросила Амелия. В ее глазах тоже сверкнула тревога, они засветились вниманием. Чувство опасности полностью согнало с нее дремоту.

Ветви деревьев перед нами захрустели.

«Лина, послушай меня,» — тихо сказал Гаури. — «Забирай Амелию и беги отсюда. Я останусь и задержу их.»

«Т-ты спятил?» — заикаясь, недоверчиво произнесла я. — «Ты хоть уверен, что нас атакуют!?»

«Да, и должен сказать, что они не любители. Ты не можешь колдовать, а у Амелии не осталось ни капли силы. Позволь мне заняться ими.»

«Ах,» — прокаркал кто-то из-за деревьев. — «Довольно оптимистическая точка зрения, как вам кажется?»

Голос был мужским и высоким. Мы вглядывались в лесные тени, но я никого не смогла увидеть. Кто бы ни собирался напасть на нас из засады, он очень хорошо спрятался.

«Прекрати скрываться, как трусливый злодей, и покажись!» — пронзительно выкрикнула Амелия, но существо за деревьями даже не удосужилось ей ответить.

Прошли минуты долгого, напряженного молчания, прежде чем мужской голос снова заговорил. — «Я восхищаюсь наглостью, с которой вы развязали драку во время собрания, пока мы отсутствовали,» — отметил он. — «Тогда вам посчастливилось избежать встречи с нами, но сейчас вашему везению пришел конец. Все, чего вам удалось достигнуть — это отсрочить собственную смерть». — Голос внезапно начал хихикать.

Извини, я что, прослушала что-то смешное?

«Гилфа,» — прорычал второй голос. — «Ты слишком много болтаешь.»

В отличие от нашего первого собеседника, в случае со вторым я смогла ясно увидеть, кто — или, скорее, что — говорило: человек — зверь. На первый взгляд он напоминал ящерицу, но, присмотревшись повнимательней, можно было заметить некоторые впечатляющие отличия. Если судить по большому горбу на его спине, напоминающему змеиный капюшон, то он, вероятно, являлся гибридом черной кобры и человека.

В его руке был огромный меч, низко свесившийся к земле. Его лезвие было достаточно длинным, чтобы достать до макушки головы Гаури; должна признать, что выглядел он очень впечатляюще.

«Как это грубо с твоей стороны, Ведар,» — сдавленно закудахтал тот, кого звали Гилфа. — «Я просто хочу, чтобы эти короткоживущие людишки знали, с кем имеют дело.»

«Это неуместно,» — огрызнулся Ведар, человек-зверь. — «У нас был приказ «догнать и убить». Выполнить его — наша работа. Общение с ними — это пустая трата времени.»

Ведар угрожающе шагнул к нам из-под покрова деревьев. Тогда-то я и заметила, что Гаури осторожно убрал меч обратно в ножны, и вытаскивает из бокового кармана иглу. Наших гостей ожидал большой сюрприз — Меч Света!

* * *

Желаете справку по предыстории? Получите, распишитесь. Давным-давно, когда Сайрааг назывался Городом Волшебства, Демон-Зверь Занаффар разрушил его до основания. Рассказывают, что Занаффар был повержен легендарным мечом, направившим волю и энергию владельца через клинок таким образом, что Демон-Зверь оказался рассеченным напополам. И да, поясняю для наших самых маленьких слушателей — я говорю о Мече Света.

Хотя Гаури и поражал людей время от времени своей тупостью, но он являлся законным владельцем Меча Света, унаследовавшим его по праву, и, надо отметить, чрезвычайно искусным владельцем.

То, что Гаури без раздумий решил прибегнуть к этому оружию, означало, что он считал ситуацию довольно опасной. Наши противники не особо меня впечатлили, но я догадывалась, что мечник увидел в них нечто, ускользнувшее от моего внимания.

«Лина!» — предупредил Гаури. — «Амелия! Осторожнее!» — Он не сводил взгляда с Ведара. — «Там есть еще кто-то третий!»

Я моргнула. Третий?

«Вот это да,» — проворковал Гилфа. — «Впечатляет. Ведар, ты слышишь? Гроуж совершенно незаметен, но этот парень все-таки может обнаружить его присутствие.» — голос Гилфы звучал настолько беззаботно, что можно было подумать, будто он приглашает нас попить чайку вечером. — «В самом деле, очень впечатляет.»

Судя по направлению, откуда доносился голос Гилфы, он притаился сразу за Ведаром — но было совершенно ясно видно, что Ведар стоял один. Я не могла понять, каким образом Гилфе удается так направлять звук своего голоса; ну разве что один из наших противников был профессиональным чревовещателем. Я пронзала взглядом листву, ища знаки присутствия невидимого врага.

Сквозь тело Ведара медленно начала струиться энергия, и вот тогда-то и началась суматоха.

«Flair Arrow!» — выкрикнула Амелия.

Я была так поглощена высматриванием невидимого Гилфы, что не заметила, как она произносит заклинание.

ВЗРЫВ!

Я была потрясена. Парой минут ранее Амелия заснула стоя, но сейчас она произвела несколько точных выстрелов по Ведару. И в то самое мгновение, когда ударили разряды, Гаури бросился к противнику!

«Да будет свет!» — воскликнул Гаури. Взмахнув перед собой Мечом Света, он рассек Ведара вместе с его замечательным мечом на две аккуратные половинки.

По крайней мере, так должно было быть.

«Ух?» — пробормотал Гаури, и в его голосе прозвучало недоумение, смешанное с болью. Он открыл рот, ловя воздух, и отступил назад, пытаясь отдышаться. Тогда-то я и увидела глубокую пробоину в его железном нагруднике, покрытом рисунком в виде драконьей чешуи.

Какого черта? — подумала я. Может, я и нетвердо держалась на ногах от недосыпа, но я знала, что видела.

В тот момент, когда Гаури выхватил Меч Света, тень Ведара сорвалась с земли и атаковала мечника несколькими призрачными клинками. Пока Гаури рубился с клинками Мечом Света, Ведар взмахнул своим огромным мечом и пробил нагрудник моего спутника.

«Ха-ха!» — загоготал Гилфа. — «Ведар, ты только посмотри на это! Меч Света! Не знаю, как насчет его мастерства, но его клинок — посрамление для твоего!» — Гилфа опять закудахтал. — «Он даже рассек мою тень!»

Что-то определенно показалось этому парню уморительным. Я была рада, что хоть кому-то смешно.

«Неплохая попытка,» — со злым воодушевлением прощебетал Гилфа, — «но боюсь, что вы просчитались. Заклинание вроде этого не оставит на теле Ведара даже царапины.»

Только этого нам не хватало. Кажется, Ведар обладал магической защитой, присущей низкоуровневым демонам. Ранее я сталкивалась со зверочеловеком с похожим типом невосприимчивости к магии, но тем не менее это все равно было плохой новостью.

«Заткнись!» — прорычал Гилфе человек — зверь.

В точности то, что я думала.

«Ох!» — проухал Гилфа. — «Да брось ты, Ведар. Если бы я не использовал свою тень, твой меч рассекли бы на кусочки. А кем бы ты был без своего меча? Трупом, как мне кажется.»

Я начала догадываться, что Гилфа был Повелителем Теней. Этот денек продолжает становиться все лучше и лучше.

«В любом случае,» — продолжил Гилфа, — «У наших противников нет никаких шансов.» Затем он продолжил хихикать.

«Но попытаться стоит!» — вызывающе прорычал Гаури, вскочив на ноги. С этими совершенно бессмысленными словами он снова кинулся на Ведара.

Гилфа все еще сбивал меня с толку. Каким бы умелым Повелителем Теней он ни был, я никогда не слышала о ком-либо, способном говорить через тень другого человека. Было ли это возможно?

«Мистер Гаури!» — прокричала Амелия. — «Тень!»

«Сейчас я ей задам!» — выкрикнул в ответ Гаури, рванув с места с Мечом Света, высоко поднятым над головой. Прежде, чем я успела что-то заметить, он уже был над тенью Ведара, вонзая меч в… ну, в тот участок земли, на который тень Ведара падала.

Ведар воспользовался моментом и рубанул сплеча сверху вниз, крутанув своим здоровенным мечом в высоком замахе. Гаури парировал удар с невероятной скоростью и, что еще лучше, ухитрился разрубить оружие Ведара пополам с такой легкостью, словно резал теплое масло.

Вот тогда-то левый кулак Ведара и ударил прямиком в живот Гаури.

«Агххх!» — задохнулся мечник.

«Гаури!» — закричала я.

Удар Ведара заставил Гаури отлететь назад на несколько шагов. Пока мечник скользил по земле, человек-зверь ринулся прямиком к нему, но Гаури был слишком быстр — к тому времени, когда Ведар приблизился, мой спутник уже пришел в себя настолько, что вскочил на ноги, вновь схватив Меч Света.

Ведар отступил. Он, вероятно, уже догадался, что без меча у него не было никаких шансов против Гаури.

«Довольно неумело с твоей стороны, Ведар,» — произнес Гилфа с ноткой раздражения в голосе. — «Теперь у нас нет иного выбора, кроме как призвать мощь Гроужа.»

«Нет выбора,» — сокрушенно согласился человек-зверь.

«Ты имеешь в виду, что тень не была Гроужем?» — выпалила Амелия. Она, очевидно, полагала, что Гроуж притаился в тени Ведара.

«Бегите!» — закричал нам Гаури. — «Обе, уходите отсюда! Я сам позабочусь об этих типах!» Я заметила, что из уголка его рта тонкой струйкой сочится кровь.

«Ни за что!» — выпалила в ответ я. — «Ты же истекаешь кровью!»

«Да я просто язык прикусил! А теперь убирайтесь отсюда!»

Моя душа восставала против этого всеми своими фибрами, но я знала, что мне следовало сделать. «Ну… ладно,» — прорычала я.

«Мисс Лина?»

Как бы не претило мне признавать это, но Гаури был прав. «Нам нет смысла оставаться здесь,» — сказала я Амелии. — «Твои заклинания ни черта не помогут, а что до меня, то я… я в настоящий момент обуза. Я только буду мешать.»

Сказать последнее для меня было все равно, что повернуть нож у себя в животе, но это было так. Несмотря на все мои прочие боевые навыки, я знала, что с моим главным оружием — моей магией — запечатанной, я буду для Гаури бесполезной.

Амелия обеспокоено нахмурилась, но спорить не стала.

«Гаури!» — прокричала я. — «Мы уходим!»

«Я догоню вас позже!» — проорал он в ответ. — «Амелия, позаботься о Лине!» Гаури оглянулся и посмотрел на меня, в его глазах промелькнула тень беспокойства. Он сделал все возможное для того, чтобы храбро улыбнуться, затем резко развернулся и нацелил меч на Ведара.

«Давай покончим с этим, уродец. Выводи своего дружка, и мы честно сразимся лицом к лицу!» «Отлично,» — осклабился Ведар. — «Гроуж! Выходи!» Как только Ведар прокричал приказ, из леса выскочила чья-то фигура. Это было последнее, что я увидела, пока мы с Амелией отступали настолько быстро, насколько позволяли наши уставшие ноги.

«Мисс Лина?» — обычно жизнерадостный голос Амелии звучал несколько более обеспокоено и серьезно, чем всегда.

Мы пытались перевести дух в густой роще деревьев. Это был уединенный маленький уголок, показавшийся достаточно безопасным для того, чтобы остудить наши пятки. Мы как раз свернули в этот лесок с грунтовой дороги.

Я все еще ужасно себя чувствовала. Как я могла оставить Гаури одного? Это был единственный выход, твердила я себе не переставая, но это не могло унять колики в моем животе.

«Мисс Лина?» — снова спросила Амелия.

«Ох, извини,» — промямлила я. — «Я пытаюсь выработать для нас наилучший план действий. Дай мне секундочку, о’кей?»

Я снова и снова раздумывала над полученными сведениями, но это ни к чему не привело: чтобы восстановить магические силы, мне нужно было победить Мазенду, но у меня не было ни малейшего шанса без использования этих сил. А если бы Амелия пошла против Мазенды, то ее, вероятно, постигла бы та же участь, что и меня.

Оставался Гаури. Только у него был шанс выстоять в битве с Мазендой, но сейчас мне бы не хотелось думать о Гаури. Это только снова меня расстроило.

«Ладно,» — в конце концов произнесла я, пытаясь не потерять хватку. — «Давай пока спрячемся, а затем поищем Гаури. Встретиться с ним снова — это наша основная задача.»

«Как досадно, что вы будете мертвы задолго до этого,» — произнес мужской голос.

Мы уже слышали этот голос раньше. И теперь говоривший был прямо перед нами.

«Проклятье!» — пробормотала я, скрипнув зубами, когда заметила алую рясу и мантию того же цвета. Его сухопарое лицо и бледные глаза не внушали особого страха, но я не собиралась рисковать, чтобы это проверить. Внешность бывает обманчива.

К слову сказать, это был худосочный тип, которого мы видели этой ночью — тот самый, что произносил восторженную речь перед своим сборищем придурков.

«Хоть я, Балгумон, и не кажусь представительным,» — произнес человек нараспев, — «Но я второе по важности лицо в организации. Пока я руковожу нашим обществом, я не потерплю бесчинства вроде случившегося прошлой ночью, что оставляет мне только один выбор: победить вас и восстановить мое доброе имя, это мой долг, который должен быть выполнен в любом подходящем для этого месте.»

Боже, какой же он пустобрех.

Он утверждал, что является в культе человеком номер два. Несомненным было одно: его организация была не слишком организована, принимая во внимание, насколько просто оказалось повергнуть ее в полный хаос.

«Мне очень жаль,» — мягко ответила я, — «Но мы намерены отклонить вашу просьбу.» Я украдкой сняла с бедра свой короткий меч.

Не стоит ввязываться в драку с Линой Инверс, с ее магическими силами или даже без оных. С одним мечом я могла сразиться с четырьмя или пятью неумехами на любой улице любого города в любой день недели.

Значило ли это, что у меня был шанс выстоять против Тощих Мослов? Вероятно, нет — если только он ни был всего лишь заурядным волшебником, и в этом случае… возможно.

«Амелия!» — прокричала я через плечо. — «Прикрой меня!»

С этими словами я приняла вызов Балгумона, обнажив меч, и услышала, как Амелия читает заклятье за моей спиной.

«Ба!» — огрызнулся Балгумон. — «Ну, тогда держитесь!» Он начал произносить свое собственное заклинание.

К несчастью для него, Амелия оказалась быстрее. Она высвободила чары.

«Получай!» — завопила я, высоко занеся меч. За секунду до намеченного удара я резко нырнула в сторону и зажмурила глаза.

Я почувствовала, как ярчайшее, не длившееся и секунды заклинание лайтинга Амелии заполнило поляну ослепительно блистающим светом. Я была рада, что разгадала замысел принцессы — но еще более обрадовалась, когда услышала, как Балгумон выругался и всплеснул руками, схватившись за лицо.

Это мой шанс! В тот самый миг, когда свет померк, я развернулась и ринулась прямиком к Балгумону. Я с криком нанесла ему удар сплеча, рассчитав свою атаку так точно, как только могла.

Вообразите, как я была обескуражена, когда мой клинок всего лишь рассек воздух.

«Что?!» — закричала я.

Балгумон должен был быть полностью ослеплен световым заклятьем, но он все же увернулся от моей атаки с удивительной легкостью. Я восстановила равновесие и стремительно кинулась за ним в погоню.

Симулировал ли он слепоту с самого начала? Я могла поклясться, что он произносил заклинание, пока я продиралась за ним через подлесок. Он оказался шустрым типом, так что я не собиралась делать ему поблажек. Броситься прямо на противника, не давая ему ни секунды времени для обманного маневра, было наилучшим планом из всего, что я смогла придумать.

«Мисс Лина!» — пронзительно выкрикнула Амелия, и в ее голосе прозвучала нехарактерная для нее паника.

И, только она это сказала, я почувствовала, что над моей головой молнией пронеслось заклятье еще одного противника — и, ну и ну, каким же свирепым он выглядел. Я крякнула от удивления и отпрыгнула в сторону так быстро, как только могла, наблюдая за серебряным светом, который полыхнул, летя вниз, и заставил растрескаться землю там, где я стояла мигом ранее. Попытайся я уклониться долей секунды позже, и мою ни в чем неповинную голову раскололо бы, как перезрелый арбуз.

«Еще один?» — взвизгнула я. Я поднялась на ноги и попыталась убежать подальше от Балгумона.

«Уф!» — раздраженно фыркнул новый противник. — «Она увернулась!»

Это был еще один человек — зверь, вооруженный длинным мечом, только волосатее, чем Ведар. На первый взгляд он казался обычным оборотнем, но я подозревала, что более детальное изучение — которое я не собиралась производить — выявило бы физические способности, доказывающие мою ошибку. Как и Ведар, он, вероятно, был гибридом.

«В этом не было необходимости, Фелтис,» — окрысился на него Балгумон. Появление сообщника помешало ему нараспев декламировать заклятье.

«Ваши глаза уже в порядке?» — спросил Фелтис.

«Да,» — с нетерпением ответил Балгумон. — «Я вижу достаточно хорошо для того, чтобы позаботиться об этих глупцах.»

Пока он говорил, человек — зверь приблизился, поместив свою омерзительную особу на поляне между Балгумоном и мной. Что бы ни было у него на уме, я приготовилась к любой атаке и подняла меч.

«Эй!» — прокричала я. — «Амелия! Бросай свои детские заморочки! Бей беспощадно, ты слышишь?!»

«Поняла!» — выкрикнула в ответ Амелия. С этими словами она начала читать еще одно заклятье.

В моем понимании у нас была только одна попытка, дающая шанс выиграть битву, и на нее должны были уйти все силы Амелии. К несчастью, Балгумон был достаточно умен для того, чтобы не стоять на месте, дожидаясь магического удара. Прежде, чем Амелия закончила колдовство, он бегом кинулся прямо к ней!

«Амелия!» — заверещала я. Человек — зверь загородил мне дорогу, поэтому я не могла задержать Балгумона; Амелии оставалось надеяться только на себя. Видя, что Балгумон бросился на нее в атаку, принцесса быстро приняла боевую стойку.

«Не волнуйтесь, Мисс Лина!» — воскликнула она. — «Не важно, один ли злодей, или их двое; в конце концов они все познают силу спра — оох!»

Балгумон пнул коленом Амелию в солнечное сплетение. Она тут же согнулась с перекошенным от боли лицом, а потом свалилась наземь, как мешок с кирпичами.

«Не двигаться!» — приказал Балгумон, обхватив Амелию сзади.

Я начала потеть. Спокойно, Лина, сказала я себе. Просто немножко подумай. Думай!

Мне было интересно, удастся ли нам выкрутиться из внезапно сделавшейся деликатной ситуации. Но я решила попытаться.

«Ну, ладно,» — огрызнулась я. — «Что я выиграю, если буду сотрудничать с вами? И меня, и мою компаньонку в конце концов все равно убьют. Если уж на то пошло, то я должна попытаться вырваться на свободу сейчас, с мечом в руке, не дожидаясь, пока меня посадят за решетку!»

Балгумон самодовольно ухмыльнулся при моих словах. «Погоди секунду,» — осторожно протянул он. — «Может быть, я смогу предложить тебе лучший выбор. Позволь мне сначала спросить, не ты ли та волшебница, чью магию запечатала Мазенда?»

Другого выхода не было. «Да, это я,» — призналась я, опустив свой меч. Не было смысла скрывать этот достаточно бросающийся в глаза факт. Любой, кто знаком с магией так же близко, как Балгумон, вероятно, с легкостью сможет это вычислить.

«Тогда другой вопрос,» — продолжил Балгумон. — «Эта девушка ранее назвала тебя «Лина». Не ты ли та самая Лина Инверс?»

«Да,» — простонала я. — «Возможно, я та самая Лина Инверс.» Может, сейчас не лучшее время для того, чтобы упоминать об этом, но я сделалась чем-то вроде волшебницы — знаменитости. Слава о моем имени и деяниях — столь же громкая, как и они сами — распространилась повсеместно. Простите мне недостаток скромности, но я заработала себе солидную репутацию своими дикими и сумасшедшими приключениями как магического, так и не магического толка.

«Хмм,» — мурлыкнул Балгумон. — «В таком случае, я сохраню тебе жизнь, и попрошу Мазенду убрать печать.»

Я моргнула. Что ты сказал?!

«Но взамен…» — продолжил он.

Ох, ну вот, пожалуйста. Когда плохие парни делают одолжение, в этом всегда есть подвох.

«… ты станешь одной из нас.»

Какого черта, да ни за что! Я знала, что скорее умру, чем присоединюсь к культу, поклоняющемуся Рубиноокому; не только потому, что он представляет собой армию Зла, но и поскольку каждый его адепт, с которым мне приходилось познакомиться, был нестерпимо докучлив. Но мне также не особо хотелось, чтобы они убили Амелию или меня — ведь это значило, что мы обе умрем жалкой, банальной смертью от руки жалких, банальных врагов. А я думаю, что заслуживаю более почетной смерти, вам так не кажется?

Они загнали меня в угол. Я со вздохом приготовилась признать поражение, но прежде, чем я смогла согласиться на их условия, с деревьев донесся голос.

«Ах! Мистер Фелтис! Я в конце концов Вас нашел!» Голос был беззаботный и даже довольно приятный. Это был самый дружелюбный голос из всех, что мне приходилось слышать.

«Т-ты!» — яростно взревел Фелтис. — «Ты, паскудный священник! Как ты посмел после всего явиться сюда?»

Очевидно, Фелтис не пылал к собеседнику любовью; он и паскудный священник, как бы его не звали, явно были на ножах. Тем лучше для меня! Я повернулась, чтобы посмотреть на парня, который, как я думала, заочно будет являться моим союзником.

Глава 2

Человеческая жизнь: встретиться, расстаться, стереть, повторить

Там, на небольшой полянке, стоял молодой человек. Он выглядел лет примерно на двадцать, и, похоже, был среднего телосложения — не слишком маленький, но и не высокий, не тощий, но и не толстый — с шапкой блестящих черных волос на голове, коротко остриженных чуть пониже подбородка. Он был одет в черную мантию, обычное облачение для всех жрецов, и держал жреческий посох, словно только что унесенный из магазина уцененных товаров. Я сочла его наружность довольно привлекательной, хотя в ней не было ничего примечательного, за исключением довольно неуместной улыбки, игравшей на его губах.

«Кто это?» — презрительно ухмыльнувшись, спросил Балгумон. Если даже Балгумон не знал, кто этот парень, тогда наш человек — загадка не был союзником культа Мазоку. Но тогда кто…

«Мы попали в историю,» — лязгнул зубами Фелтис, — «последнюю страницу которой я собираюсь закрыть, порвав его на мелкие кусочки.» С этими словами Фелтис медленно шагнул вперед. В его глазах вспыхнула жажда крови, и я удивлялась, почему из его ушей до сих пор не пошел пар.

Я была так же сбита с толку, как Балгумон и Амелия — но, честно говоря, у меня не было абсолютно никакого желания входить в курс дела. Я начала медленно пятиться, чтобы не оказаться в опасном соседстве с назревающей рядом смертельной разборкой.

«Пожалуйста, мистер Фелтис,» — взмолился священник, — «Давайте не будем драться, а? Я пришел сюда по важной причине, и, конечно же, не для того, чтобы Вас убить».

«Говори за себя,» — зарычал Фелтис. — «А вот я ждал этой встречи, ты, ублюдок! Твои заклинания не срабатывают на подобных мне!»

«Ммм,» — мурлыкнул священник. — «Полагаю, что, считая себя таким сильным, Вы не оставляете мне выбора». Он начал читать заклятье, при этом с его лица не сходила спокойная улыбка.

Я смогла услышать магическую формулу, которую он произносил. Если судить по ходу действия чар, то у заклятья оказалось странное начало.

«Ну нет, не выйдет!» — взревел Фелтис. В мгновение ока он взвился в прыжке над жрецом и нанес удар сверху вниз своим длинным мечом.

ЗВЯК!

Человека — зверя отшвырнуло от священника, и он, кувыркаясь, улетел в кусты.

«Что?!» — было моим скорым и менее — чем — глубокомысленным ответом. Фелтис был отброшен назад ни чем иным как магическим полем заклятья.

Видите ли, когда произносят заклинание, магическая стена (нечто вроде силового поля) окружает колдующего. Обыкновенно эта стена сильнее у более мощных атакующих заклятий, но только до определенного предела; чтобы дать вам представление об этом, Драгу Слэйв, считающийся самым мощным боевым заклятьем, создает стену, которая все же не может выдержать файерболл третьесортного мага или удары первоклассного мечника.

До сих пор я никогда не видела, чтобы удар нападающего — особенно так внушительно выглядящего, как Фелтис — был отражен одним только магическим полем. Что за чертовщину наколдовал этот священник?

«Ч-что случилось?» — заикаясь, пробормотал Фелтис, и, пошатываясь, встал на ноги. Пока он это делал, священник направил палец прямехонько на него и высвободил Слова Силы.

«Blast Bomb!»

В то время как ветер свистел и выл, вокруг священника вспыхнуло с десяток световых шаров. Затем они, разорвав воздух, понеслись по спирали прямиком к той точке, куда он указал.

Вот тогда-то мой внутренний голос и выдал мне простой и отчаянный приказ: Ложись!

Я бросилась наземь, в то время как световые шары ударили в ужасно невезучего Фелтиса.

ВЗРЫВ!

За грандиозным звуковым раскатом последовала сотрясающая землю ударная волна и, наконец, поток перегретого воздуха. Даже зажав ладонями уши, я едва ухитрилась уберечь свои барабанные перепонки от разрыва.

«Уффф!» — проворчала я и съежилась, со всех сил прижавшись к земле. После того, как шум ветра утих, я робко открыла глаза.

Первое, что я поняла, было то, что Фелтис исчез. Ну, не столько исчез, сколько превратился в облачко оранжевой пыли. Повсюду были жуткие знаки того, что он был испепелен — знаки, рассыпанные по кустам и ветвям деревьев около того места, где он стоял.

Я подумала, что он, вероятно, сбежал, и пыль была только семенами тмина, но это, наверное, был лишь голос моей человечности. Довольно впечатляющая огневая мощь для обычного священника, подумала я, а затем внезапно запнулась.

Балгумон и Амелия пропали!

На секунду я пришла в ужас, подумав, что они оказались на пути атаки. В моем мозгу внезапно возник устрашающий мысленный образ того, как я доставляю Филу коробку с паприкой вместе со своими соболезнованиями. Однако, когда я поразмыслила секунду, то засомневалась, что их настигло прямое попадание. Вероятнее всего, их просто унесло потоком воздуха.

«Вот те на,» — сказал священник, и цокнул языком с видом официанта, который оплошал, испортив заказанную яичницу — болтунью. — «Похоже, что другой ушел».

Его тон был скорее удивленный, нежели взволнованный. Он почесал голову, его лицо скривилось в легком недоумении.

Я думаю, что встретила своего первого социопата.

«Мм… может, оно и к лучшему,» — мурлыкнул священник, и повернулся, чтобы глянуть на меня. Лицо его просияло.

«Простите!» — он вежливо окликнул меня. — «Я понимаю, что это щекотливый вопрос, но Вам случайно не известно, где собираются наши недавние знакомые?»

Должна признать, что от этого парня меня мороз подирал по коже. Разрушения, производимые им с легкой счастливой улыбкой, навевали мне мысли о том, что он — некто вроде беглого психа. Затем, словно световое заклятье, включившееся в мозгу, мою голову внезапно озарила идея о том, кем мог быть мой новый знакомый.

«Эй,» — сказала я, с любопытством взглянув на жреца. — «Т-ты же Лей Магнус, не так ли?!»

Священник еле устоял на ногах. Удивление еще и не то вытворяет с людьми.

«Да где же,» — медленно спросил он, — «Ты набралась идей вроде этой?» Он оперся на посох, чтобы восстановить равновесие.

«Существует только один известный мне человек, который может использовать Blast Bomb, и это Лей Магнус. Значит, ты и есть он!»

«Понимаю,» — ответил жрец. — «Но Лей Магнус был волшебником, жившим пять тысяч лет назад».

«Детали, шметали,» — саркастически хмыкнула я. — «Что значат одно — два тысячелетия для волшебников? Ты сможешь прожить столько, сколько захочешь, если кишка не тонка!»

«И что же это за такие волшебные кишки для долгожителей?» — спросил мой собеседник, капризно подняв брови. — «В любом случае, у меня уже есть очень хорошее имя, ни отнять, ни прибавить. Меня зовут Зеллос.»

Зеллос? Никогда не слышала о тебе.

«Ухмм,» — я поразмыслила над его ответом. — «А если точнее, кто ты такой?»

«Таинственный священник,» — без колебаний уклончиво ответил он.

Я помедлила в раздумье. Да, странновато было такое говорить. «А зачем тебе Фелтис и его банда?»

«Они мои враги.»

Священник не дал мне никакой пищи для догадок. Наверное, он почувствовал мой скептицизм, поскольку снова улыбнулся.

«Ты мне не доверяешь?» — спросил он.

«То, что ты враг моего врага, еще не делает тебя моим союзником.»

«Ну что ж…» — Зеллос пожал плечами. — «Конечно же, это верно.»

«Кроме того,» — продолжила я, — «Теперь я не очень доверяю священникам. Это долгая история.»

Зеллос окинул меня взглядом. — «Кажется, ты просто создана для долгих историй.»

О’Кей, только не надо льстить.

«В любом случае,» — резко сказала я, — «помимо всего прочего, мне хочется узнать, что за амулеты ты носишь. Это талисманы, не так ли?»

«Что ты имеешь в виду?» — спросил Зеллос, прикидываясь простачком.

«Вот это,» — настойчиво продолжила я, указав на них. — «Этот камень, что висит у тебя на шее, и другой — на пряжке твоего ремня, и еще два — твои браслеты. Ты используешь их как усилители мощности заклятий, правильно?»

«Яре, яре,» — протянул Зеллос, — «а у тебя острый глаз.» Он и вправду казался впечатленным, благочестиво-лицемерные нотки в его поведении были едва уловимы, что уже само по себе было неплохо.

Волшебники веками изучали усилители заклятий, но я никогда не слышала о ком-либо, успешно применившем концепцию на практике. Я и сама их исследовала, но все, к чему я пришла, было, что усилители теоретически могли работать с простейшими заклятьями. Что-то подсказывало мне, что с теми Зеллосу не понадобилась бы помощь.

Но поскольку мой знакомый играл в молчанку, я решила настаивать на своем. «Ты произнес короткое заклинание,» — сказала я, — «прямо перед тем, как начал призывать чары Blast Bomb. Я вполне уверена в том, что короткое заклятье было для усиления магии, но если бы усилить волшебство было так просто, то мудрейшие люди мира не ломали бы голову, пытаясь это сделать. Другими словами, заклятье сработало благодаря чему-то еще.»

Зеллос улыбнулся. — «И поэтому ты думаешь, что это талисманы?»

«Да. Так из чего они сделаны? Они не могут быть обычными драгоценными камнями.»

Зеллос наклонил голову, обдумывая мой вопрос.

«Если честно,» — произнес он, — «Я в этом не уверен. Видишь ли, это подарки.» Когда он глянул на меня с этим своим милым выражением на лице, я начала удивляться, есть ли мозг в его черепушке.

Подумав о пустых черепах, я внезапно вспомнила Гаури. Надеюсь, с ним все в порядке.

Зеллос взглянул на талисманы. «Предположительно это Камни Крови Демонов. Рубиноокого, Темной Звезды, Хаотической Сини и Мертвого Тумана — от Повелителя Тьмы этого мира и трех Королей Монстров других миров.»

Этого было бы достаточно, чтобы чей угодно разум слетел с катушек, даже такой острый разум, как мой.

«К-короли Монстров других миров?!» — заикаясь, пробормотала я. Моя челюсть отвисла, а глаза выпучились, чуть ли не выпав из орбит. — «Это невозможно! Это действительно правда?!»

«Я не уверен,» — повторил Зеллос. — «Они мне так говорят.»

«Кто?» — быстро спросила я, чувствуя себя, как потревоженная сова, — «Кто тебе это говорит?»

«Это с-е-к-р-е-т,» — спокойно ответил он, погрозив мне пальцем.

Я нахмурилась. Не заставляй меня выбивать из тебя нахальство, придурок.

«Ну, чем бы они ни были, они, несомненно, уникальны.» Внезапно меня поразила новая мысль; я хлопнула в ладоши.

«Придумала!» — воскликнула я. — «Ты должен продать их мне!»

Зеллос сощурился. «И зачем бы мне это делать?» — спросил он в ответ на мое великолепное предложение.

«Потому что они мне нужны, тупица. Смотри — я заплачу за них пять сотен с полтиной. Я хочу сказать, что не шучу, это же замечательная цена! Ну разве я не великодушна? С такими деньгами ты сможешь купить себе рапиру!»

Зеллос только рассмеялся. «Пятьсот пятьдесят тысяч, и они твои.»

Без колебаний я выпалила в ответ: «Продано!»

«Что?» — Зеллос остолбенел, и я могла поклясться, что над его головой появилось подсвеченное неоновыми огнями слово «ОСЁЛ».

«Ты сказал, что продашь их за пятьсот пятьдесят тысяч, так?» — я выхватила свой дорожный мешок из-за спины, раскрыла его и начала доставать оттуда различные волшебные вещи.

«Давай-ка посмотрим,» — громко размышляла я вслух. — «Одна связка ползучих корней кролея, два мелтианских лекарства, одно радилиновое кольцо, ремтитовая руда, пять мешочков Мари-Хуаннского порошка… ох, и, черт все это побери, я даже добавлю в довесок круфферскую пилюлю! В любом большом городе,» — пояснила я, скосив глаза и жадно сцепив пальцы, как хитрый купец, — «ты сможешь выручить за все это добро намного больше, чем пятьсот пятьдесят тысяч, без вопросов. Кажется, мы заключили сделку.»

Но Зеллос только начал бормотать. «Ох… эээ… ну…»

«Только не говори мне, что не хочешь продавать, после того, как мы честно договорились о цене.» Я уставилась на Зеллоса, сверля взглядом его зрачки.

«Но… ух…»

ПРОНИЗЫВАЮЩИЙ ВЗГЛЯД.

В конце концов священник опустил глаза и понурил плечи. «Да, мадам,» — пробормотал он.

БИНГО!

Вздохнув, Зеллос покорно снял четыре талисмана и с неохотой протянул их мне.

«Ты также должна знать,» — сказал он мне, — «что для использования усилителей надо держать их перед собой, скрестив руки, пока читаешь заклятье Усиления перед теми чарами, которые хочешь наколдовать. Что же до заклятья Усиления, то…»

«Отлично,» — отрезала я, отмахнувшись от него. — «Я уже слышала, как ты его произносишь. Я прочитаю его по памяти.»

«Что?» — выпалил Зеллос. В его горле что-то тихо гукнуло. Думаю, что я впечатлила его.

Видите ли, я умею поражать мужчин.

«Это действительно что-то,» — сказал он. — «Помнить заклятье, услышанное лишь однажды, даже несмотря на то, что оно короткое.»

«Полагаю, так и есть,» — несколько самодовольно ответила я. Затем, чтобы не показаться слишком тщеславной, добавила: «Я немного исследовала подобные вещи в прошлом».

Я надела талисманы. Может, они и смотрелись на мне немодно, но могущество требует жертв.

«Исследовала?» — спросил Зеллос. — «Так значит, ты волшебница?»

Я подняла бровь. «А что, по одежде это не понятно?»

Зеллос пожал плечами. «Я думал, а вдруг ты просто эксцентричная. Или играешь в маскарад».

«Эй!»

«Ладно, ладно». Зеллос выставил вперед ладони, словно извиняясь. — «Но ты не использовала никакую магию в недавней битве. Для этого есть какая-то особая причина?»

Я поморщилась. Мне захотелось сказать: «Не наступай на больную мозоль, и без того тошно», хотя я не была уверена, что хочу поделиться со священником горькой правдой во всей ее неприглядности. Поразмыслив секунду, я решила, что это не многое изменит.

«Мои чары,» — сказала я со вздохом, — «были запечатаны».

Зеллос осторожно ухватил себя за подбородок. «Значит, здесь есть некто, обладающий силой это проделать, так?»

«Да,» — промямлила я. — «Она из той компании придурков. Называет себя Мазендой».

Зеллос глянул на меня так, словно я только что отрастила три головы. «Чтоооооооооооо?!» — выкрикнул он, и, пошатнувшись, отступил на два шага назад. — «Мисс Мазенда — одна из них?!»

«П-подожди минутку!» — я покачала головой и замахнулась на жреца рукой, чтобы он успокоился. — «Ты хочешь сказать, что знаешь ее?!» Этот день был щедр на безумные сюрпризы.

Кселлос выпрямился, опершись на посох. Он выдержал паузу, затем почесал затылок.

«Ну, вроде того,» — объяснил он. — «Но в настоящий момент, кажется, мы враги».

Так он сказал кажется? «Я чую неприятности». «Неужели?» — Зеллос огляделся вокруг, затем добавил: «Но это не лучшее место для разговора.» Он вывалил в сумку вещи, которые я ему дала. — «Почему бы нам не пойти к ближайшей деревне и не продолжить разговор там?»

«Звучит здорово,» — ответила я, оценивающе потерев животик.

«Из — за всей этой болтовни я проголодалась».

В ближайшей деревне была подходящая таверна, поэтому мы туда зашли и наспех позавтракали. Было около полудня, когда мы закончили с едой, и все утренние посетители уже ушли, а обеденная публика еще была на своих рабочих местах. На некоторое время местечко было предоставлено почти исключительно нам.

«В хорошую же передрягу ты попала,» — заметил Зеллос, поглядывая в чашку с горячим молоком. — «Конечно, если та история, которую ты мне рассказала — это правда».

Я кивнула и продолжила потягивать чай. «Говорят, что правда удивительнее вымысла».

«Но если твои чары запечатаны,» — сказал Зеллос, — «не делает ли это покупку моих талисманов довольно бессмысленной?»

«Нет,» — решительно ответила я. Тебе не выкупить их назад, если ты это имеешь в виду.

«Однажды я попыталась призвать чары светового заклятья, и хорошая новость состояла в том, что действие печати, кажется, ослабевает. А плохая новость — в том, что от света вроде огонька свечи не много пользы во время драки». Я откинулась на спинку кресла и покосилась на мои новые приобретения, спрятанные в дорожный мешок. — «Я рассчитываю, что с этими талисманами смогу управиться с некоторыми основными атакующими заклятьями».

«Понятно,» — сказал Зеллос, кивнув. — «Но, чтобы печать разрушалась так быстро…» Он покачал головой. — «Либо Мисс Мазенда слишком мягко с тобой обошлась, либо твои магические способности необычайно велики».

Надеюсь, и то, и другое.

«Как бы там ни было,» — сказала я, — «моя главная забота сейчас — это найти Гаури». Я помедлила секунду, а затем нахмурилась. — «Хотя, наверное, Гаури может и сам за себя постоять; мне бы следовало больше волноваться за Амелию».

Зеллос беззаботно махнул рукой. «Уверен, что с ней все в порядке».

Я уставилась на него. — «А почему ты так в этом уверен, Мистер Всезнайка?»

Священник сделал глоток горячего молока. — «Когда сегодня утром вы столкнулись с Фелтисом и Балгумоном, они с легкостью могли избавиться от Мисс Амелии на месте, правильно?»

Я медленно кивнула, сопоставляя все, что сказал Зеллос.

«Если мы предположим, что Балгумон сбежал под шумок после Blast Bomb,» — продолжил Зеллос, — «и что, поскольку мы не нашли никого из них, он забрал принцессу с собой, то у него, должно быть, есть на нее какие — то планы. В конце концов, заложник затрудняет отступление; ты не возьмешь кого-нибудь в плен, если он тебе не нужен».

«Значит, он хочет использовать ее как приманку. Чтобы добраться до меня».

Зеллос кивнул, наклонив лицо к молоку.

Я откинула голову так далеко назад, как только могла, и вздохнула. «Я готова рассказать тебе об этом,» — пробормотала я. — «Использовать ее, чтобы заманить меня к ним? Это же старый как мир трюк. Но, по крайней мере, это означает, что сейчас она еще жива».

«Поскольку Мисс Мазенда за наших врагов,» — добавил священник, — «они могли запечатать магию Амелии, чтобы сделать ее покладистой. Это гораздо менее болезненно, чем, скажем, раздавить ей горло».

Зеллос посмотрел вдаль, размышляя над ситуацией. «Более того, если ты решишь атаковать их, они могут использовать Мисс Амелию как щит. Хотя я уверен, что они скорее избавятся от нее после победы над тобой; логично предположить, что они планируют принести ее в жертву».

Я чуть не захлебнулась чаем. «В-в жертву?!» — выпалила я.

«Ммм,» — ответил Зеллос с абсолютно бесстрастным видом. — «В конце концов, наш враг — религиозная организация. Ты же знаешь, как радикальные религии поощряют изысканные жертвоприношения своим богам. А наши враги поклоняются богу, не так ли? Королю Монстров собственной персоной!» Зеллос наклонился вперед, положив руки на стол и стиснув переплетенные пальцы. — «Не трудно угадать, к чему я клоню».

«Ты говоришь о человеческих жертвоприношениях?!» — пискнула я тонким голоском.

«Именно. В теории человеческая жертва должна быть молодой и красивой. Я искренне сомневаюсь в том, что они нанесут вред пленнику, соответствующему этим критериям, потенциально забраковав его».

Зеллос криво ухмылялся, но за этой маской я чувствовала злую горечь. «Хотя я полагаю,» — сказал он тихо, — «что люди, с радостью поклоняющиеся Мазоку, способны на все».

Я отодвинула чай. «Ну, многим людям это придется по нраву до тех пор, пока кто-то другой платит по счетам. Если праведные боги не потворствуют твоим эгоистичным желаниям, то почему бы не обратиться в веру Короля Монстров?»

«Почему бы нет, в самом деле,» — мрачно ответил Зеллос.

«Но все же есть вероятность того, что принцесса — просто наживка. Ты точно уверен насчет жертвоприношения?»

«Абсолютно уверен,» — ответил Зеллос. «Магистр Кротц — прагматик до мозга костей».

«Кротц?» — повторила я. Имя звучало знакомо.

«Он предводитель культа. Или основатель, если угодно».

Ох. Отлично.

Это было имя, которое упомянул Балгумон на собрании прошлой ночью. Однако разговор о том, что культ намеревался сотворить с Амелией, делался слишком жутким. Я решила переключить внимание на Зеллоса и устроить ему небольшой допрос с пристрастием.

«Итак,» — сказала я, уставившись прямо на него. — «А у тебя то что за дело к этой мерзкой маленькой шайке?»

«У меня была схватка с ними около Райзииля». Священник помолчал, затем сделал вдох. — «Короче говоря, Магистр Кротц украл мою вещь и принес ее сюда, в свое убежище».

Да, надо бы наградить его за лаконичность.

«Это было потрясающе краткое изложение событий,» — саркастически изрекла я, еще, тем не менее, не закончив допекать своего собеседника. — «И что за так называемую «вещь» он украл?»

Зеллос улыбнулся. «Да на самом деле пустячок, ничего особенного,» — сказал он, но он лгал. Это с легкостью можно было понять из того, как он отвел взгляд и сделал преувеличенно долгий глоток из чашки с молоком.

«Давай, ври дальше,» — рявкнула я. — «Ты не можешь говорить, что это какая — то мелкая безделушка после того, как я собственными глазами видела, что ты из-за нее испепелил Фелтиса. Колись».

Зеллос еще немного помямлил, но было очевидно, что я его утомила. «Ээ… Ух…» Он подался вперед и тихо сказал: «Просто манускрипт. Ничего особенного».

Манускрипт? Что за — стоп. Это же не… не может быть… Лина, не кипятись!

«Да ни фига!» — выпалила я и вылетела из кресла с такой скоростью, словно у меня горела задница.

«Мисс Лина!» — Зеллос резко скис. — «Не так громко».

Я взяла передышку, чтобы собраться с мыслями, и, дрожа, уселась на место. Пока Зеллос нервно прочищал горло, я заметила, что трактирщик одарил нас беглым подозрительным взглядом с другого конца комнаты.

Я вытянулась вперед. «Манускрипт?» — спросила я тихим резким шепотом. — «Ты имеешь в виду, тот самый манускрипт?»

Зеллос нахмурился. «Ну, возможно. Если мы говорим об одном и том же манускрипте».

Я сделала глубокий вдох. «Клэрская Библия?» Один звук этого имени послал холодную дрожь по моей коже.

Зеллос коротко кивнул.

* * *

Клэрская Библия — это магическая книга, сделавшаяся притчей во языцех среди волшебников, та самая книга, в которой Мазоку записывают секреты своего колдовского искусства. Это очень древний фолиант, единственный в своем роде и абсолютно уникальный предмет, хотя по всему миру существуют его неполные копии; на жаргоне волшебников эти части называют «манускриптами». Несмотря на убедительные доказательства, некоторые даже отказываются верить в то, что Клэрская Библия действительно существует, но мне посчастливилось узнать, что это правда.

Некоторое время назад моя старшая сеструха из деревни, и я отправились вместе в путешествие по Королевству Дилс. По дороге мы услышали легенду о манускрипте, который, когда — то хранился в королевском дворце, по крайней мере, до тех пор, пока некто — какой-то абсолютный дегенерат, если хотите знать — не сжег его. К счастью, содержание манускрипта уцелело, и мне выпал шанс услышать несколько священных текстов, прочитанных в моем присутствии. Большей частью это был словесный мусор, но я попыталась шутки ради соединить два заклинания, которые услышала. И получила Гига Слэйв.

Слышали о заклятии, взывающем к силе Короля Королей Монстров, Повелителя Кошмаров? О заклятии, привносящем в мир великую пустоту? Так вот, это оно самое.

Разрушительная сила Гига Слэйва намного превосходит даже действие Драгон Слэйва, который, по общему мнению, является самым мощным заклятьем, доступным человеку. Факт того, что Гига Слэйв сработал, доказал существование Клэрской Библии. Но я никогда не докладывала о своем открытии Гильдии Волшебников.

Опять же, вокруг развелось столько поддельных манускриптов, что тот, за который дрались Зеллос и адепты культа, легко мог оказаться ни на что не годной фальшивкой. Я должна была это обдумать.

«Этот манускрипт,» — спросила я жреца, постукивая пальцем по столу, чтобы подчеркнуть важность вопроса. — «Это стоящее дело? Многие селяне утверждают, что у них есть подлинные манускрипты, только для того, чтобы привлечь туристов».

«Ах,» — пробормотал Зеллос, кивнув. — «Существует множество подделок, в этом я с Вами согласен. Часто случайный коллекционер тратит состояние на том, озаглавленный «Легендарная Волшебная Книга», не удосужившись заметить, что это древняя книга рецептов для пудинга». Он наклонился ближе ко мне и прошептал: «Но я уверен в этой вещи. Почти наверняка она настоящая».

Зеллос выдержал паузу, чтобы я поняла всю серьезность его утверждения. «Я полагаю,» — добавил он, — «что руководствуюсь только интуицией. Но чтобы Магистр Кротц захватил манускрипт с помощью доброй половины своих последователей, а потом собственноручно прятал его во время перевозки к своему убежищу…» — Жрец улыбнулся. — «Он должен быть очень уверен в его подлинности».

Логика Зеллоса показалась мне немного надуманной, но я была готова этим пренебречь. Нужно было прояснить более важный вопрос.

«Ладно,» — начала я, вперив в собеседника суровый взгляд. — «Тогда каково содержание этого манускрипта? И, что более важно, что ты собираешься с ним делать, когда получишь?»

Зеллос помедлил. «Ну,» — в конце концов сказал он, выглядя слегка смущенным, — «с моей стороны существует множество обстоятельств, связанных с этим. И я боюсь, что есть вещи, о которых я могу рассказать, и вещи, о которых рассказать не могу».

«Однако,» — предложил он, — «я могу обещать тебе следующее. Я ни в коем случае не буду использовать манускрипт для преступных целей».

Я вытаращила глаза. Интересно, сколько раз я это слышала?

Конечно же, я не собиралась принять широкий жест священника за чистую монету и сделать его крестным отцом моих детей, но по крайней мене он, кажется, был искренен в своей враждебности по отношению к Кротцу и его приятелям — демонопоклонникам. Пока Гаури числился пропавшим без вести, а моя магия была слабой и ненадежной, я нуждалась в помощи Зеллоса, хотя бы временно.

«Хорошо,» — промолвила я так дипломатично, как только могла. — «Я не буду на этом настаивать. Но для чего, черт возьми, манускрипт понадобился Кротцу и его людям?»

Зеллос улыбнулся моему вопросу — тайной, язвительной, едва уловимой усмешкой.

«Боюсь, что, спросив это,» — мягко сказал он, — «ты поставила меня в трудное положение. Но вряд ли благосостояние мирового населения является приоритетной задачей этой религиозной организации, тебе так не кажется?»

Это не очень походило на ответ, но он был прав. «Ладно,» — ответила я, переходя к сути своего дела. — «Могу я сделать предложение?»

«Догадываюсь, что ты бы хотела на время объединить со мной силы».

А он не так глуп, как его улыбки; следует отдать ему должное.

«Ты уловил мысль. Не знаю, где находится оплот культа, но я могу привести тебя к месту их собраний; оно недалеко отсюда. Понимая, что у меня теперь есть союзник, я смогу спать более спокойно».

«Отлично,» — Зеллос кивнул. — «Возможно, будет трудно пренебрежительно относиться к нашим врагам, когда за них Мисс Мазенда».

«Она — это особо трудный случай, я правильно поняла?»

Зеллос приложил палец к губам. «Это секрет».

Кажется, я начинаю ненавидеть эту фразу.

* * *

Позднее к вечеру я чувствовала себя совершенно выдохшейся. Я использовала псевдоним, чтобы забронировать жилье в ближайшей гостинице, и к тому моменту, когда мне удалось дотащиться по ступенькам до своей комнаты, я едва была в состоянии снять сапоги перед тем, как свалиться на кровать.

К несчастью, враги не собирались позволить мне поспать часиков эдак с двенадцать или побольше, на что, по-моему, я имела полное право. Меня внезапно выбросила из сна разверзшаяся неподалеку пылающая преисподняя — пылающая, как вы вскоре увидите, в прямом смысле этого слова.

Что, черт возьми, происходит?

В темноте я схватила свой меч и потянулась за мантией, лежавшей в углу кровати. Затем, в тот же самый миг:

ФВУУШШ!

Мощнейшая взрывная волна чуть не сбросила меня с кровати, пока я надевала мантию. Вскочив на ноги, я открыла затвор двери и распахнула ее.

Я отпрянула назад от сильного жара и едкого запаха горящего дерева. Когда я отшатнулась, еще один толчок сотряс гостиницу, в то время как огненная вспышка ворвалась в здание откуда-то снаружи. Казалось, что весь каркас дома собирался рассыпаться до основания. Еще один взрыв добавил пеклу градусов, и я увидела из коридора лестницу, залитую зловещим оранжевым заревом. Моим наконец-то включившимся чувствам стало ясно, что следует держаться отсюда подальше!

Кто-то атаковал гостиницу — это было более чем очевидно. За кем же они пришли, спросите вы?

За любимой мишенью всех и каждого: мной. И, может, за Зеллосом, принимая во внимание обстоятельства.

Я забежала обратно в свою комнату, произнесла заклятье левитации и выпрыгнула из окна… совершенно забыв, что моя магия запечатана.

УДАР! Шлеп-шлеп-шлеп ХРУСТЬ!

«Охохохох!»

Мне удалось зависнуть в воздухе на полсекунды, прежде чем мои ослабленные магические силы дали сбой. К счастью, около моего окна было дерево, и удары об его ветви замедлили падение в достаточной степени для того, чтобы я отделалась только царапинами и уязвленным самолюбием.

И, как по-дурацки, я также забыла использовать талисманы.

С помощью некоторых усилий и отборной ругани мне удалось высвободить свою персону из примятого клубка ветвей. Как только я спрыгнула наземь, вытаскивая веточки и листья из волос, я заметила, что неподалеку стоит особа, которую мне бы хотелось видеть в последнюю очередь.

«Сколько лет, сколько зим,» — протянула Мазенда со снисходительной интонацией. Ее алые губы скривились в легком намеке на улыбку. — «Балгумон рассказал мне, кто ты такая. Так это ты — Лина Инверс?»

Она шагнула ближе ко мне. В свете пламени, поглотившего трактир, я смогла увидеть, как мерцает злой огонек в ее глазах.

«А-Амелия,» — заикаясь, ухитрилась выдавить я. — «С Амелией и Гаури все в порядке?» Когда она сделала еще один шаг, я инстинктивно попятилась от всепроникающей и довольно неприятной ауры, исходящей от этой женщины. Пот, струйками стекавший по моему лбу, не был лишь следствием близости огня; Мазенда сама по себе чрезвычайно действовала мне на нервы.

«Ах, с девочкой все в порядке,» — мурлыкнула Мазенда. — «По крайней мере, так должно быть. О другом мне ничего не известно».

«Что тебе рассказал человек-зверь?» — потребовала ответа я, стараясь говорить так решительно, как только могла. — «Ведар, или как его там еще».

Кроваво-красные локоны Мазенды метались от порывов горячего ветра, как дрожащие языки пламени. Она сделала еще один шаг вперед; я — еще один назад.

«Я не разговаривала с ним,» — презрительно молвила она. — «Только с Балгумоном. Должна признать, что я была удивлена, когда поняла, кто ты такая. Если бы я знала с самого начала, что ты — Лина Инверс, то убила бы тебя во время нашей первой встречи вместо того, чтобы вот так играть с тобой».

«Ты думаешь, что это очень умно — поджечь целый трактир только для того, чтобы добраться до меня? А ты не очень-то хитра, не так ли?» — я мужественно стояла на своем. — «Или, может, ты просто глупа?»

По крайней мере, даже если она убьет меня сейчас, мне удалось первой ее оскорбить.

На лице Мазенды появилось глубокомысленное выражение. «На самом деле,» — более серьезно ответила она, — «Балгумон также рассказал мне, что с тобой был кто-то еще. Таинственный священник, так?» — она неприятно хихикнула. — «Но я боюсь, что не буду иметь удовольствие встретить его. Сейчас он не более чем горстка пепла».

«Не совсем,» — сказала я, уставившись на что-то за ее спиной. — «Погляди назад».

Мазенда разразилась хохотом. «Неужели ты действительно ждешь, что я поверю в этот дешевый трюк?» — спросила она. — «Не смеши меня!»

«Сзади, Мисс Мазенда».

Как только Мазенда услышала его голос, улыбка сползла с ее губ, и на ее лице застыло выражение тревоги. «Это… этого не может быть,» — выдохнула она.

Она медленно повернула голову. Ей не потребовалось много времени, чтобы заметить облаченного в черное жреца, стоящего позади нее.

«Зеллос!» — взвизгнула она. — «Ч-что ты здесь делаешь?!»

«Я должен спросить у тебя то же самое,» — ответил Зеллос с огорченной улыбкой. — «Я и помыслить не мог, что обнаружу тебя среди действующих членов культа Короля Монстров.» — Он глубоко, обеспокоено вздохнул. — «Но, поскольку все мы здесь собрались, значит, ты знаешь, что задумал ваш основатель, не так ли? С чем он возвратился?»

Глаза Мазенды расширились. «Ты имеешь в виду, что Кротц действительно заполучил ее? Он возвращается с…» От сразившего ее потрясения ее дрожащий голос умолк.

«Да,» — Зеллос покачал головой. — «Клэрская Библия». После паузы он продолжил, понизив голос: «Ты и я сделались из-за этого врагами. Даже не будь это так, я все равно не смог бы позволить тебе улизнуть, украв мой манускрипт, могу ли я сделать это сейчас?»

«Ч-что ты собираешься делать?» — слабо спросила Мазенда, отступая назад. Я была рада видеть, что с нее сбили спесь; эта женщина, которая минуту назад была способна устрашить меня одним своим видом, теперь превратилась в хныкающего хорька.

Зеллос рассмеялся. «Как будто тебе до сих пор не ясно». С улыбкой на лице он безжалостно издевался над страхом Мазенды.

«Н-нет!» — заверещала Мазенда. Она внезапно развернулась, побежала к горящему трактиру и бросилась в бушующую преисподнюю через разбитое окно.

Вот это, леди и джентльмены, и есть страх.

«Эй!» — выкрикнула я, подавшись вперед. Заметив это, Зеллос деликатно положил руку мне на плечо.

«Зеллос!» — сердито завопила я. — «Что, черт возьми, здесь происходит?»

Зеллос не ответил на мой вопрос. Он просто неотрывно глядел на стены и языки пламени перед ним.

«Я собираюсь последовать за ней,» — сказал он через минуту.

«Что?! В это пекло?!»

«Да, прямо сейчас».

«Ты сдурел?!» Похоже, Зеллос потерял рассудок. Ну, это в случае, если он когда-либо им обладал. «Она же сейчас уже прожарилась до корочки!»

«Нет, с ней все в порядке. Этого огня недостаточно для того, чтобы ее убить».

Вот черт. Прости, Зеллос — моя вина.

«В любом случае,» — добавил он, выпрямляясь, — «теперь я буду следить за ней. Я как-нибудь улажу это дело».

«Я повторяю: ты выжил из ума? Что значит «как-нибудь»?!»

«Это значит, что со временем я освобожу твои чары. Так что, пожалуйста, не волнуйся». Судя по выражению лица, он, кажется, был самым хладнокровным и целеустремленным из всех парней, с которыми мне случалось повстречаться, принимая во внимание, куда он на полном серьезе собирался сигануть.

Зеллос положил руку на мое плечо. «Я извиняюсь за то, что расторгаю наш договор о сотрудничестве так скоро после его заключения, но я обязан идти. А теперь не дашь ли ты мне хоть какой-то намек на то, где может находиться это убежище?»

«Ух, Косматая Грива,» — выпалила я. — «Оно должно быть где-то неподалеку».

«Спасибо. Вскоре мы встретимся снова». С этими словами он подошел к пылающему трактиру, обернувшись, вдруг улыбнулся мне, а затем прыгнул через окно прямо в пламя.

Я стояла на безопасном расстоянии и следующие несколько минут наблюдала, как огонь пожирает здание. Как я ни старалась, я не смогла разглядеть никакого движения в языках потрескивающего пламени.

«Что за чертовщина только что здесь произошла?» — пробормотала я сама себе. В моей голове непрошено родилась забавная мысль: что если утром я, вернувшись, обнаружу в руинах трактира два прожаренных до углей тела?

О’Кей, может, это не столько смешно, сколько грубо и неприятно.

* * *

На следующий день я решила направиться прямиком к деревне Косматая Грива. После того, как я рассталась с Зеллосом прошлой ночью — или, точнее говоря, после того, как он меня оставил, чтобы суицидально броситься в горящее здание — я решила, что мне лучше замаскироваться перед тем, как продолжить путь.

Я никогда не была любительницей сложной маскировки. Обычно я просто надеваю повседневное платье деревенской девушки, заплетаю волосы в косу и пытаюсь выглядеть безобидно. Это почти всегда срабатывает, потому что люди, от которых мне приходится прятаться, в большинстве своем очень, очень глупые.

Текущая ситуация не являлась исключением. До тех пор, пока я не столкнусь с Ведаром или Балгумоном, сомневаюсь, что у кого-либо из головорезов культа достанет сообразительности разоблачить меня. Ведь, как ни крути, большинство моих преследователей не имели понятия о том, как я выгляжу — только знали, что я — волшебница восхитительной наружности пятнадцати или шестнадцати лет от роду. Пока я похожу на блеклую заурядную девицу, мне удастся с легкостью надуть всех своих врагов.

Если бы мне удавалось выглядеть более женственно, то я была бы в полной боеготовности!

Я никогда не любила носить юбки, модные туфли и тому подобное непрактичное девчачье барахло, поэтому моя неловкая походка, вероятно, привлекала больше внимания, чем я рассчитывала. Но если серьезно, то я все же знала, что стоит только замедлить шаг, и маскарад будет великолепен.

Мой план действий предусматривал сначала найти Гаури, затем вернуть свои чары с помощью тайной поддержки Зеллоса, и, если удача от меня не отвернется, встретиться с Зеллосом, как только я прибуду в Косматую Гриву. Недостаток этого плана был лишь в том, что он предполагал отсутствие неожиданностей в ближайшем будущем, чего ни разу не случалось на деле. Никогда.

Ах, да, а несколько экспериментов перед отъездом доказали, что я смогла бы наколдовать заклинание уровня фаерболла, если бы использовала талисманы и заклятье Усиления. Я пока обладала лишь силой начинающей волшебницы, но это было лучше, чем ничего.

«Эй, ты! Женщина!»

Голос человека, прервавшего мои размышления, прозвучал раздраженно.

«Подойди сюда,» — приказал он с обочины.

Я повернулась к нему и сделала вид, что испугана. «Подойти туда? З-зачем?»

Группа подонков, появившихся из-за деревьев, состояла из пяти человек, все они были в масках. Это меня не удивило; я ожидала, что к определенному моменту столкнусь с головорезами культа, и могла сразиться с пятерыми противниками даже без помощи заклятий.

Но мою решимость поколебали мысли о Ведаре, человеке — звере, и о том, что мне бы пришлось иметь с ним дело, стоит ему только выспросить пару сплетен обо мне. Ведар был не из тех, с кем стоит связываться, если ты еще не в полной силе.

«Кто, черт возьми, ты такая?» — спросил бандит. — «И куда ты идешь?»

Пора выкручиваться из этой передряги. Я послала свою гордость куда подальше и притворилась, что вздрагиваю и тревожно морщусь при его вопросах. Человек, говоривший со мной, держал длинный меч, и мне не хотелось подойти к нему поближе.

«М-м-меня зовут… Лили,» — пробормотала я, заикаясь. — «Я несу посылку для кое-кого из Сейруна».

«Фух,» — презрительно фыркнул мужчина. Он окинул меня взглядом с головы до ног с таким видом, что мне пришлось серьезно проверить на прочность свою выдержку; больше всего мне хотелось вмазать по его уродливой роже. В то время как он осматривал меня, один из его шестерок уставился на меня и произнес: «Я где-то видел тебя раньше?»

СТУК.

Мое сердце сбилось с ритма. Был ли он в шайке, которая ранее напала на меня из засады?

«Хех,» — загоготал он, — «может, нам стоит устроить полный обыск тела. Как ты считаешь?»

Ох. Секунду я действительно думала, что он использует мозг для мысли.

Этот тупица и вправду не помнил меня, он просто выискивал предлог, чтобы поглазеть на беззащитную на вид девушку. Мерзкий развратник! Я постаралась запомнить его лицо, чтобы убить его позже.

К несчастью, в сумке у меня за спиной лежали моя мантия, костюм и все мои магические вещи, и я припрятала свой меч и его ножны под одежду. Меня разоблачат в ту же секунду, как только откроют мою котомку.

Время придумать новый план.

«Хмф!» — ухмыльнувшись, вызывающе фыркнула я. — «Меня это, несомненно, не трогает.» Я рассмеялась, надеясь, что прозвучало это и снисходительно, и элегантно.

«Хей!» — зарычал первый бандит. — «Что за отношение, потаскушка?!»

Ну, обычно я бы ответила любому говорящему со мной в таком тоне, приготовив быстрым пинком блюдо всмятку. Но я умудрилась не выйти из себя и остаться в роли.

«Если вы — это все, что смогла найти Мазенда, то я понимаю, почему она позвала сюда меня».

«Что-o?» — выпалил мужчина, не зная, рассердиться ему или смутиться. Упоминание имени Мазенды, безусловно, застало их врасплох. — «Что, черт побери, ты этим хочешь сказать?»

«А как ты думаешь, что я хочу сказать? Мазенда и я раньше действовали самостоятельно. Она послала мне сообщение, известившее меня о ситуации, и попросила помочь уладить дело. И вот я здесь».

Мужчины быстро переговорили между собой. Первый из них, прервав совещание, спросил меня: «А ты не врешь?»

«Если вы не верите мне,» — резко сказала я, — «тогда я пойду домой». Я повернулась на пятках и энергично потопала в том направлении, откуда пришла.

«Я надеюсь, Мазенда не очень расстроится,» — крикнула я через плечо. — «Веселитесь, объясняя ей ситуацию, когда ее увидите».

«П-погоди!» Мужчина внезапно кинулся за мной; я сочла внезапное отчаяние в его голосе довольно забавным. «Если ты говоришь правду, то нам лучше тебя пропустить, или она нас убьет!»

Прочие бандиты громко выразили свое твердое согласие с его словами.

«Но если выяснится, что ты лжешь, тогда берегись».

Я беззаботно пожала плечами. «Так почему бы вам просто не спросить саму Мазенду?»

«Ээ… ух…» — запнулся он. Я с нетерпением вздохнула.

Это и впрямь становится утомительным.

«Ладно, ладно,» — заметила я вскользь. — «Я заключу с вами сделку. Я дойду до Косматой Гривы и сниму комнату в гостинице. Когда будете отчитываться перед Мазендой, скажите ей, что Мелти ждет ее в трактире».

Люди в масках вновь устроили между собой небольшой совет.

«Эй!» — внезапно завопил первый бандит. — «Я думал, ты сказала, что тебя зовут Лили!»

Черт возьми, Лина, было бы здорово, если бы ты разобралась со своими фальшивыми именами!

«Конечно же, я вам лгала». У меня все поджилки тряслись от страха, но я каким — то образом умудрилась успокоиться. — «Я просто проверяла, насколько вы проницательны».

«Ну и как, понравилось?» — заржал первый бандит, довольный собой.

Вот поэтому я и люблю третьесортных злодеев — они так легковерны.

«Мисс,» — спросил другой, — «может, нам стоит сопроводить Вас до Косматой Гривы?»

Я с легкостью отмахнулась от этого предложения. «Если вы окажете такую услугу простой путешественнице, это только покажется подозрительным. Вы были бы лучшими охранниками, если бы перестали делать глупые предложения». С этими словами я начала дефилировать прочь. И должна добавить, что выполнила это в очень убедительной девичьей манере.

«Не забудьте передать Мазенде мое сообщение, парни,» — прощебетала я им, помахав на прощание ручкой.

Ох, Лина, как ты можешь быть такой умной?

* * *

Оставшийся путь был небогат происшествиями, поэтому я привела свой первоначальный план в действие сразу же, как только добралась до деревни. Там не было никаких следов пребывания Гаури или Зеллоса. Я понадеялась, что, по меньшей мере, смогу встретиться с Зеллосом, но, поскольку мои магические силы все еще были запечатаны, мне стало ясно, что он слишком занят своим собственным делом. Это также значило, что Мазенда была все еще жива. Я рассчитывала на то, что она хотя бы не убила Зеллоса, выставив меня абсолютной дурой.

С другой стороны, я была рада, что мне удалось попасть в Косматую Гриву — практически, проникнуть на вражескую территорию. Но теперь, когда я была на месте, что мне требовалось делать? У меня не было идей, не было средств, и не было действенного способа атаковать моих врагов.

Но я не из того теста, чтобы просто сидеть и хандрить, или сдаться и прозябать, скрываясь в своей комнате. Я Лина Инверс, человек действия, гениальная волшебница, и я никогда не смирюсь с поражением!

Итак, я отправилась в путь.

* * *

«Братья мои!» — пророкотал Кротц, и его голос отозвался эхом в темноте.

Вы уже догадались. Я прокралась обратно к месту собраний культа, в руины амфитеатра, скрытые в горах около Косматой Гривы.

Пять дней прошло с тех пор, как я появилась в Косматой Гриве, и в каждую из этих пяти ночей я отваживалась пробираться в амфитеатр в надежде застать еще одно из секретных заседаний культа. До поры до времени мне не везло, но на пятую ночь вновь состоялось представление. Мой способ проскользнуть внутрь остался прежним: я пряталась на самом высоком ярусе амфитеатра, где меня с наименьшей вероятностью могли заметить. Добраться туда не составило проблему, поскольку я, по крайней мере, смогла сварганить заклятье левитации с небольшой помощью сил талисманов усиления.

На этот раз моей целью было не сорвать собрание, а проверить, удастся ли мне разнюхать, где находится штаб-квартира организации. Прокрасться внутрь самостоятельно, в то время как мои силы поставлены под угрозу, было рискованным трюком, но лучше уж так, чем бить баклуши в гостиничном номере, ожидая, пока появятся Гаури или Зеллос. Как я уже говорила, это просто не мой стиль.

Выглядывая из-за выступа, я заметила, что мужчина, обращавшийся к пастве, был не Балгумон. Этот парень был гораздо моложе, с копной темных волос и с тонкими чертами лица. Если бы не моя заочная лютая ненависть к нему, то я бы даже сочла его симпатичным. Даже из своего убежища наверху, где я притаилась, я отметила блеск его глаз и очарование его голоса и слога; вкратце, он был всем, чем не был ничтожный Балгумон.

Оратор носил ниспадающую складками мантию, которая развевалась вокруг него всякий раз, когда он обращался к толпе с проповедью и страстно жестикулировал руками. Затем, во время паузы в его речи, он опустил руки, позволив им покоиться вдоль боков.

«Возрадуйтесь,» — возгласил он. — «То, чего мы желаем, теперь в наших руках!»

При этих словах по собранию эхом пронесся громкий восторженный рев. Он почти заставил содрогнуться звезды.

«Да,» — продолжил он, — «истинная сила, истинный ужас наконец-то в моих руках! Теперь глупцы, которые почитают богов, должны будут познать всю глубину их ереси, потому что у нас есть сила!»

Амфитеатр опять сотрясся от одобрительных возгласов и аплодисментов восхищенной толпы, на этот раз даже более оглушительных, чем ранее. Они были явно зачарованы каждым словом, которое этот тип — конечно, не кто иной, как Кротц, — произносил.

«Сначала,» — сказал Кротц, — «Сейрун!»

Я обнаружила, что мое любопытство разыгралось не на шутку при упоминании Сейруна.

Может, уже хватит покушаться на этот город?

«У них достало наглости называть свой город Священной Столицей, городом Белой Магии, которая чтит Цефеида!» — Кротц высокопарно ухмыльнулся. — «Уничтожим его первым, и весь мир узнает о нашей мощи!»

Мои глаза расширились.

Минуточку! Что значит уничтожим?!

Этот тип либо страдал скверным чувством юмора, либо был даже полоумнее, чем я предполагала.

Теперь я понимаю, что преувеличение является неотъемлемой частью риторики любой организации, особенно такой порочной и извращенной, как Культ Шабронигдо. Но вы бы могли ожидать даже от самого рьяного из их руководителей, что он слегка сбавит обороты после такой бесстыдной лжи, как это заявление. Нечто вроде: «Хе-хе, да я же просто пошутил. На самом деле мы не можем этого сделать».

Внезапно на меня снизошло тошнотворное понимание.

Они могли это сделать. Уничтожить Сейрун, используя манускрипт.

Хотя, даже если они и обладали подобной мощью, мне было трудно поверить в то, что кто-нибудь действительно воспользовался бы ею. Так оно было до тех пор, пока я не припомнила, что тип, выдвигавший притязания, был страдающим манией величия лидером культа, который внезапно получил больше силы, чем достаточно для кого бы то ни было, и постоянно выказывал признаки того, что он и вправду очень, очень безумен.

Ни с того, ни с сего вдруг оказалось, что дела у мира обстоят не слишком хорошо.

«Несколько дней назад,» — продолжил Кротц, сменив тему, — «банда разбойников сорвала здесь наше собрание». Злой ропот прокатился по толпе, но Кротц быстро успокоил их жестом. «Вам не стоит тревожиться!» — заверил он их. — «Один из них был схвачен нашим товарищем, Епископом Балгумоном, а второй скоро попадется к нам в руки».

Я тихо вздохнула с облегчением, услышав эту новость; это означало, что Гаури еще не был пойман, и, скорее всего, был все еще жив.

Это был единственный важный момент, обсуждавшийся на собрании. Все оставшееся время Кротц лишь снова и снова нес чепуху о справедливости, сути зла и истинной природе человечества, бла, бла, бла.

После того, как он, наконец, окончил свое зажигательное напутствие/проповедь/подстрекающую к войне речь, собравшиеся члены культа в унисон вознесли слова заклинания, моля Рубиноокого о его «чудесной» милости. На этой радостной ноте собрание завершилось.

Кротц и его свита вышли из амфитеатра, каждый факел на их пути гас по мере того, как они покидали здание. Члены паствы также собрались уходить, но менее впечатляюще: они столпились у выходов, перекидывались друг с другом словами и ждали очереди, чтобы пройти.

Сейчас или никогда.

Используя Левитацию под покровом темноты, я спустилась на пол амфитеатра и присоединилась к толпе членов культа. Я, конечно, замаскировалась — заранее переоделась в мужскую одежду и надела маску вроде тех, которые носили адепты культа. Я не могла изменить свой голос, но, пока дело касалось только внешности, я могла с легкостью сойти за какого-нибудь ребенка, которого привел его папаша- дурной пример для подражания. Иногда, должна признать, маленький рост и не самые пышные в мире груди могут быть преимуществом.

Хотя, если бы у меня был выбор, я бы определенно не отказалась от добавочного роста и соблазнительных округлостей, променяв на них способность сойти за предпубертатного мальчишку.

В любом случае, я была здесь, среди потока последователей культа, шеренгами медленно выходящих наружу. Моей целью было не терять из виду Кротца, поскольку если кто-то и направлялся в сверхсекретный штаб культа, то это был он.

К несчастью, я была совершенно безоружна. Меч бы привлек слишком много внимания, поэтому я оставила его в деревне Косматая Грива со всеми своими прочими пожитками. Без талисманов, однако, мне было не обойтись. Я спрятала их под мой маскировочный наряд: большие браслеты скрыли амулеты на моих запястьях, а шарф, повязанный вокруг горла, спрятал колье с прикрепленным к нему талисманом. Талисман на пряжке ремня я носила под одеждой. Ну ладно, может, браслеты и шарфик выглядели немного странно, учитывая, что я прикидывалась мужчиной, но это было лучшее, что я смогла придумать в данных обстоятельствах.

Помогло то, что охрана культа была удивительно дрянной. Было не только слишком простой задачей шпионить за их совершенно секретным собранием, к тому же идти незамеченной, находясь посредине толпы сектантов, оказалось еще проще. На секунду я подумала, что мне действительно удастся найти их штаб без помех.

Да, это была сладкая мысль. Как обычно, она не продлилась долго.

Я не учла тот факт, что культ на деле оказался сверх — организованным там, где я и не догадывалась. Когда я подошла ближе к выходу, я заметила, что вместо того, чтобы беспорядочно разбредаться (так, как вы бы ожидали от группы такого масштаба), члены культа, похоже, придерживались очень точно запланированных маршрутов, пролегавших вдоль очень четко определенных троп, и ни один из них не шел один. Хуже всего было то, что люди в красных мантиях и масках шли впереди, внимательно наблюдая, следя за тем, чтобы каждый находился на положенном ему месте. Какой бы расхлябанной не была их охрана, теперь я поняла, что для них было не важно, кто шпионил на их собрании, поскольку они были уверены, что поймают шпиона на выходе.

Теперь уже поздно отступать. Думай, Лина!

Покамест я следовала за главной группой, в то время как она прокладывала себе путь из зала собраний. Многочисленные верующие взяли в руки факелы и направились к деревне, поэтому я притаилась среди них и понадеялась, что меня не заметили. В тот момент, когда никто, казалось, не смотрел в мою сторону, я шмыгнула из вереницы на обочину, спряталась в подлеске и стала ждать, когда толпа пройдет мимо.

Пока что все хорошо.

К тому моменту, когда я осторожно пробралась обратно к амфитеатру, последние из отстающих с митинга уже ушли. Некоторое время я пряталась в кустах, периодически проверяя, нет ли каких признаков движения или работы поблизости.

Я в этом преуспела. Я услышала движение неподалеку от того места, где я притаилась.

Несколько силуэтов появились из небольшого проема недалеко от выхода, которым воспользовалось религиозное братство. Там было около десяти мужчин, некоторые из них держали посохи со световыми заклинаниями, горящими на верхушках. Одним из вооруженных посохами людей был Кротц, его лицо слабо светилось в лучах света. Группа свернула на тропу, которая вела их прочь от деревни, подальше в горы.

Теперь мы к чему-то пришли!

Я начала следовать за вереницей огоньков. Тропа была каменистой и ухабистой, а я не могла использовать собственное световое заклятье, оставшись при этом незамеченной. Я как-то умудрилась сесть им на хвост, не упав, не споткнувшись и не произведя каким-нибудь иным образом громких звуков, которые бы меня выдали. Если бы меня поймали, то даже в своем маскарадном костюме и в маске мне было бы очень нелегко объяснить, какого черта я делаю, преследуя их секретную процессию, идущую к их секретному храму.

Пока я кралась, у меня внезапно возникло странное чувство, что за мной следят. Был ли кто-нибудь на дороге за моей спиной? Подавив свой страх, я попыталась взвесить свои возможности.

Возможности? Какие возможности?

Повернуться, чтобы встретить лицом к лицу преследователя, кем бы он ни оказался, было равносильно тому, чтобы сказать: «Привет, я твой враг!». У меня не было иного выбора, кроме как притвориться, что я ничего не заметила.

Я могла надеяться только на то, что моя маскировка отведет подозрения. Но если дойдет до противостояния, то как я смогу бороться с тем, кто выслеживает меня, не подав прочим сигнал тревоги?

«Эй!» — окликнул меня уверенный голос. — «Ты, там!»

Мое сердце замерло. Звук голоса раздался неподалеку откуда-то справа.

Время для дрянного ребенка, Акт Номер Два.

«Д-да?» — сказала я, повернувшись по направлению к голосу.

Там стоял человек в маске, одетый в красное — мускулистый человек с представительным, мужественным голосом. Черт, сказать, что он был мускулистый, было бы преуменьшением. Кем бы ни был этот парень, комплекцией он напоминал гору, и был выше Гаури на голову. Его голос не показался мне знакомым.

«Что ты делаешь в таком месте, как это?» — спросил он.

«Я п-потерял из виду папочку,» — проскулила я, — «Потом я увидел огни впереди и пошел за ними».

Человек покачал головой. «Мммм,» — вздохнул он, — «Потерявшийся ребенок».

Ффух, я думаю, что он купился.

«Ты идешь в неверном направлении,» — сказал он. — «Деревня в той стороне». — Он с нетерпением прищелкнул языком. — «Тем не менее, я не могу послать туда ребенка одного. Здесь бывает опасно по ночам».

Я собралась выразить протест слабым хныканьем, когда он сделал шаг по направлению ко мне. «Скажи,» — грубо осведомился он, — «Ты чей сын?»

«Ээ?» — взвизгнула я, не ожидавшая подвергнуться расспросам в такое время суток где-то у черта на рогах.

«Не верещи, как маленькая девчонка — будь мужчиной. Я просто спрашиваю тебя, где ты живешь и кто твой отец. Я провожу тебя туда».

Теперь он хочет узнать, кто мой папаша?

Сейчас не тот момент, чтобы злобный последователь культа вел себя по отношению ко мне как родитель! Из этого ничего доброго не выйдет, я это нутром чуяла.

Я угрюмо вздохнула. «Ну ладно,» — сказала я, — «просто дай мне факел или что-то вроде этого, и я доберусь обратно сам. Знаешь, я уже не маленький ребенок».

«Ври, да не завирайся,» — сказал мужчина. — «Не надо вешать мне на уши лапшу вроде «я не маленький ребенок». Судя по виду, так ты совсем сопляк. У тебя даже голос еще не начал ломаться». — Мужчина покачался на пятках и заворчал. — «Как ты слышал на сегодняшнем собрании, недавно здесь ошивалась подозрительная компания проходимцев. Я не собираюсь позволить тебе скитаться одному в темноте, когда эти бандиты где-то рядом».

Итак, адепт безумного культа смерти называет меня подозрительным типом. Что-то не так с этой картинкой?

Он так долго меня расспрашивал, что я потеряла из виду Кротца и его свиту. Их светящиеся посохи исчезли за поворотом где-то выше по тропе.

Если я не выкручусь из этой переделки быстро, то должна буду попрощаться с надеждой их догнать. Секунду я подумывала просто избить этого типа до полусмерти, оставив его лежать в лесу окровавленной грудой, и беззаботно продолжить свой путь, — но без моих магических сил и понимания того, насколько парень хорош в битве, план был слишком рискованным. Я должна была продолжить игру.

«Попался, старик,» — прочирикала я. — «Ты можешь проводить меня к выходу из деревни. Уверен, что у тебя есть дела поинтереснее, чем болтовня с маленькой девочкой, ээ, то есть мальчиком вроде меня, правда?»

«Ха!» — взорвался мужчина. — «А ты нахальный, не так ли?» С этими словами человек шепотом произнес короткое заклятье. Секундой позже маленький волшебный огонек расцвел на верхушке его посоха и отбросил слабый мерцающий отблеск на горную тропу.

«Хм,» — отметила я. — «Ты можешь использовать магию?»

«Немножко,» — Человек засопел и выпятил вперед грудь, словно он был крутейшим парнем на деревне. — «А теперь пойдем отсюда».

Он остановился и обернулся, чтобы поглядеть мне в лицо. «Ох,» — добавил он, — «И тебе лучше снять эту маску».

Мне лучше что?

«Ээ?» — взвизгнула я, когда мое горло сжалось от внезапного приступа паники.

«Сними маску,» — повторил он. — «Этого света, может, и хватит для того, чтобы видеть вокруг себя, но только с трудом. Я бы не хотел, чтобы ты сломал шею, споткнувшись о случайно подвернувшийся корень или камень».

«Л-ладно,» — запинаясь, лихорадочно пролепетала я. — «Но почему бы тебе, ух, не снять свою маску первым?» Это должно задержать его на пару секунд.

Человек шумно вздохнул с нетерпением. «Потому что,» — пробормотал он, — «У меня несколько пугающее лицо».

Что ж, его нельзя обвинить в нечестности.

Я пришла к заключению, что он был еще одним человеком — зверем. Теперь, когда он упомянул про это, я заметила очертания лица, имеющего странную форму, проступающие сквозь маску.

«Теперь,» — настаивал он, — «Снимай свою маску, или мы никуда не пойдем».

Пока я все еще медлила, он заворчал и протянул ко мне одну из своих массивных рук.

БУУУУУМ!

Что-то взорвалось вдалеке. Ночной воздух задрожал, и мы оба открыли рты от изумления, обернувшись по направлению к источнику звука.

«Какого черта?» — выкрикнул мужчина.

Впереди, в том направлении, куда ушел Кротц, на мгновение сверкнула яркая вспышка. Секундой позже тонкая струйка дыма поднялась оттуда, где была вспышка.

Кто-то зажигает магические заклятья где-то у черта на куличках. Спорим, что там и находится вражье логово?

Я была рада видеть, что все мои шнырянья по округе были наконец-то вознаграждены.

«Прости, малыш, — я все же не смогу взять тебя с собой». — Человек-зверь всучил зажженный посох мне в руки и указал на подножье горного склона. — «Деревня находится прямо внизу, если идти по этой тропе». — Затем он ткнул пальцем в сторону дыма, поднимающегося над деревьями, и добавил: — «Но не ходи туда! Понял?!»

Я же считаюсь малышом, а не слабоумным.

«Старик!» — позвала его я, когда он направился прочь.

Человек продолжил бежать, но повернул ко мне голову. «Что?»

«Ээ… как тебя зовут?»

«Дуклис!» — прокричал он. — «Мы еще встретимся!» Хотя он говорил, его силуэт уже растворился в темноте.

Для врага Дуклис показался мне довольно славным парнем. Я была рада, что не развязала с ним драку, и не только потому, что он, вероятно, вытер бы мною пол.

Пришло время пошевеливаться. Я спрятала посох Дуклиса в ближайшем кустарнике и побежала вверх по тропе так быстро, как только могла.

* * *

Неловко пробравшись в темноте наверх, я в конце концов обнаружила то, что искала: прямо надо мною на вершине холма стояло древнее, обветшалое здание. Как и у старого амфитеатра, его стены разваливались, частично они вообще обрушились и оставили груды разбитых камней у склона холма. Здание, вероятно, было покинуто его первоначальными владельцами до того, как Кротц и его культ заняли его.

Я почти уверена, что земля, на которой я стояла, была когда-то частью Королевства Летидиус, которое было стерто с лица земли пять сотен лет назад, но остатки этой цивилизации все еще усеивают ландшафт в виде разрушающихся руин.

Осмотрев все стороны здания, я обнаружила только один вход. К счастью, его не охраняли. Магический свет туманно сочился из зияющей дыры в одной из стен здания, где, вероятнее всего, и находилось место, откуда донесся шум. Я пришла к выводу, что лучше держаться подальше от этой стороны.

Я решила, что все люди, занимающие здание, были, вероятно, из высшего эшелона власти культа. Судя по скудным следам деятельности, их здесь было недостаточно для такой огромной постройки.

Казалось, что попасть внутрь не составит проблему, но, учитывая, что мой опыт работы по оценке риска был довольно скудным, я решила действовать наверняка. Все, что мне было известно — это что в здании был некто, способный вызвать взрыв — и к тому же чертовски громкий. Всегда оставался шанс на то, что это был не враг, что Зеллос и был тем, кто вытрясал мусор из этого местечка. Может, он ухитрился преследовать Мазенду всю дорогу сюда и теперь вел с ней битву? Это была обнадеживающая мысль — не вполне, но обнадеживающая.

Или, может быть, — подумала я, — Гаури догадался, как проскользнуть внутрь, и теперь маги пытаются убить его взрывами. Это была гораздо менее обнадеживающая мысль.

Я хлопнула ладонью по лбу. У меня не было времени, чтобы отвлекаться на всякие «что, если»! Если враг, атаковавший либо Зеллоса, либо Гаури, произвел тот взрыв, то я не собиралась просто сидеть и наблюдать.

Я выпрыгнула из зарослей, в которых пряталась, и припустила к входу в здание. Я замедлила шаги, когда приблизилась к большой квадратной дыре, служившей открытым дверным проемом. Я не чувствовала никого в непосредственной близости, что было добрым знаком.

Фасад здания был отделан белыми пироксеновыми колоннами, которые все были потрескавшимися и наполовину занесенными грязью и песком. Я прошла через лишенный двери проход в большой закругленный холл. Свет просачивался внутрь откуда-то справа. Догадавшись, что туда и следует направиться, я сделала шаг вперед.

БА-БАХ!

Что-то многовато за сегодня таких звуков.

Взрыв прозвучал где-то внутри здания — там шла битва, в этом не было никаких сомнений. Я собралась с силами и ринулась по направлению к свету. Я быстро обнаружила, что та часть главного зала разделялась на две галереи: один коридор шел некоторое время прямо, а затем поворачивал, другой вел на лестницу. Странный свет просачивался из обеих галерей.

«Вот лажа!» — смекнула я. Единственный козырь, который был у меня сейчас на руках — это интуиция, и одно неверное действие могло все разрушить. После невыносимо долгой пары секунд я выбрала извилистый коридор.

Окинув изгиб галереи взглядом, я увидела, что коридор имел двери, выстроившиеся в ряд вдоль каждой из стен, и некоторое время тянулся, прежде, чем повернуть круто вправо. Несмотря на возраст здания, его внутреннее убранство казалось вполне крепким и хорошо сохранившимся; это место, должно быть, служило особняком для своего рода праздничных вечеринок мелкопоместного дворянства в давние времена.

Прежде, чем отважиться идти дальше вниз по коридору, я проверила, смогу ли я обнаружить кого — нибудь за дверьми. Там никого не было, поэтому я повернула направо и натолкнулась на еще один коридор, окаймленный еще большим количеством дверей. Отлично, саркастически подумала я, затем бегом понеслась вниз по галерее.

К счастью, этот коридор окончился гораздо более многообещающе — задымленной комнатой, чья дверь была снесена каким-то взрывоопасным заклятьем. Я торжествующе улыбнулась, осторожно ступая по дымящимся обломкам двери.

Комната была пуста. Одна из стен зала, как я успела заметить, была эффектно разрушена, и открывала вид на покрытые ночным мраком горы снаружи.

Это определенно была работа магии. Наверное, на самом деле именно эту дверь и взорвали во время моего спора с Дуклисом — это объясняло тот сочащийся кроваво- красный свет, который я видела снаружи здания.

Я повернулась на месте и бросилась обратно по коридору. Я хотела проверить комнаты, мимо которых я пронеслась, но что-то гнало меня вперед, неуемное чувство неотложной необходимости, не дававшее мне покоя. Все, что я знала, было, что я должна вернуться назад и снова найти путь в главный холл.

К несчастью, я врезалась в кого-то на повороте коридора.

«Эй,» — огрызнулся знакомый голос. — «Ты соображаешь, куда несешься?»

Я глянула вверх, на такое памятное в своем уродстве лицо: Ведар. Огромный меч, который он низко держал в правой руке, поблескивал.

Черт! — заверещал мой рассудок.

К счастью, моя маска была все еще на мне, поэтому Ведар не знал, на кого он смотрит. Понимая, что он с легкостью может узнать мой голос, я быстро вспомнила о моем детском хныканье.

«П-после того, как закончилось собрание,» — проныла я, — «Я отстал от своего папочки». — Я повертела большими пальцами и шаркнула ножкой. — «Я б-бродил неподалеку, когда что-то загрохотало. Я только пришел, чтобы узнать, что это было». — Я немножко поскулила и вытерла нос рукавом. Я уже начала думать, что мой трюк сработал и что довольно скоро я выберусь из этой заварухи, как вдруг —

«Снимай маску,» — пролаял Ведар.

Опять эта маска! Культу так осточертел этот элемент одежды, что можно подумать, будто они уберут его из списка униформы.

Не осталось никаких разумных альтернатив. Настало время решительных действий.

Я быстро выработала стратегию. Коридор, в котором мы стояли, был довольно широким, но он не был достаточно широк для того, чтобы Ведар хорошенько замахнулся на меня своим мечом. Я прикинула, что, если я смогу ослепить Ведара на несколько секунд, то это должно дать мне время, чтобы проскользнуть мимо него и спасти свою жизнь бегством. Если в здании был кто-то еще, кто слышал шум, то мне оставалось только надеяться, что я смогу раскидать их, удирая.

«Мою маску?» — прощебетала я, пытаясь отдалить неизбежное. — «А, ты имеешь в виду — эту маску?»

Я сжала запястья вместе на груди и начала шепотом бормотать заклинание. На случай, если вам все еще интересно: это было заклятье Усиления.

«Я сказал, снимай ее,» — зарычал Ведар, с угрозой подойдя на шаг ближе. Я подалась назад и завершила чтение Усиливающего заклятья. Я начала сплетать чары для файерболла, но на это требовалось просто немного больше —

«Снимай ее, или я зарублю тебя!» — рявкнул Ведар, в то время как его рука стиснула рукоятку меча. Он уже был готов начать действовать, когда его прервал еще один знакомый засранец.

«Осторожней, Ведар!» — прозвучал голос Гилфы из темноты, казалось, словно из ниоткуда. — «Он же…»

Благодаря тому, что Гилфа нечаянно отвлек Ведара на долю секунды, я умудрилась закончить свое заклятье как раз тогда, когда Ведар понял намек.

Слишком поздно, человек- зверь!

«Файерболл!»

Запомните одно железное правило — не используйте файерболл в помещении, во всяком случае, если вам дорога ваша мебель. Но, с моей на время ослабленной магической силой, я вычислила, что заклятье будет достаточно эффективным, не причинив масштабного вреда.

Однако, когда магия заклятья сконцентрировалась, странное ощущение пронизало мои соединенные ладони. Мои глаза расширились. Должно было вот-вот произойти нечто очень разрушительное, и у меня не было времени, чтобы правильно среагировать.

Ухох.

«Ведар!» — проревел голос Гилфы. — «Назад!»

Как только он это сказал, огненный шар света сформировался между моими руками. Я швырнула его в Ведара со всей силы.

БУУУУУМ!

Взрыв отбросил меня назад и ударил задницей об пол. Грохот сотряс весь коридор. Когда я неуверенно открыла глаза и глянула вверх, то не увидела никаких следов Ведара. Он был либо очень мертв, либо очень везуч.

Пол и стены были опаленными и потрескавшимися, а коридор обвалился и сделался совершенно непроходимым. Главный текущий вопрос на повестке был: кто или что вызвало взрыв? Я? Это не казалось возможным для ослабленной печатью проклятья волшебницы.

Время для проверки.

Я торопливо наколдовала еще одно заклятье.

«Лайтинг!»

Когда я освободила заклинание, ярко светящийся шар замерцал прямо над моей головой. Заклятье лайтинга выглядело, как если бы оно работало на полную мощность, но я не задействовала чары Усиления. Это только могло значить, что…!

«Черт, о да!» — выкрикнула я, вскочив на ноги и стянув с себя маску. Так или иначе, но Зеллос отплатил за меня.

Может, с моей стороны было немного опрометчиво усилить энергию файерболла прежде, чем проверить, вернулись ли назад мои способности. Но, скажем так, это заклятье усиления — лучшее, что можно сделать, если ты хочешь нанести серьезный ущерб. Я глянула на дымящийся раскуроченный коридор и, должна признаться, почувствовала невероятное воодушевление.

Ну, кто на новенького?

Тем не менее, мне повезло, что защитное поле заклятья также, очевидно, сделалось более мощным. Без него я бы превратилась в кучку пепла с зубами.

Так как галерею завалило, я решила, что лучшим путем назад в главный холл было бы пройти через снесенную стену к ближайшей комнате и повернуть к выходу. Конечно, с моей восстановленной магической силой и хорошо работающими талисманами было само собой разумеющимся, что я хотела снова опробовать вместе и то, и другое. Я прикинула, что усиленная версия Dam Brass могла бы проломить кратчайший путь — дыру в ближайшей стене, и позволила бы мне проверить, насколько более мощным усиление сделало заклятье. Все равно, что убить двух птиц одним камнем! А для тех из вас, кто думает, что я лишь похваляюсь своей новой силой — план, предусматривающий Dam Brass, был в интересах науки.

Я прошла в одну из комнат дальше по коридору и встала так, чтобы повернуться лицом к главному холлу. Затем я прочитала заклятье усиления, сопровождаемое Dam Brass.

БУУМ!

Всего лишь одним ударом я проломила в стене проем достаточно большой, чтобы через него мог пройти взрослый человек. Сила на кончиках моих пальцев была совершенно ошеломительной.

«Ну, что же,» — хихикнула я. — «Лучше выбираться отсюда подобру — поздорову».

Я приблизилась к дыре, которую только что проделала, но затем остановилась, что-то почувствовав. Подобрав булыжник, лежавший на полу, я небрежно бросила его наружу. Я благодарна судьбе за то, что все произошедшее вслед за этим случилось с булыжником, а не со мной; из-за угла за пробоиной, откуда-то вне зоны видимости, полыхнул серебряный свет. Он послал две половинки теперь уже разрубленного камня катиться по полу.

«Я думаю, ты уже догадалась, что мы будем ждать тебя, а?» — закудахтал бесплотный голос Гилфы. Он доносился с другой стороны стены.

«Полагаю, что вы двое трусливее, чем я думала», — протянула я.

В проеме показалась голова Ведара. Но, как обычно, не было видно никаких следов Гилфы; думаю, что он снова был в тени, так сказать.

«Где мы сразимся?» — спросил Ведар таким скучным тоном, как если бы он осведомлялся, где находится ванная.

«Ммм», — секунду я раздумывала. — «Где-нибудь в комнате с хорошей вентиляцией, где я смогу свободно дышать, так, чтобы не очень ощущать твою вонь. Давай попробуем в главном холле».

Человек-зверь заворчал, услышав мой ответ. Очевидно, он не любил нахальных противников. Он тихо скользнул прочь, и я выпрыгнула наружу через дыру в стене и осторожно последовала за ним.

Хорошо же, — думала я, сверля взглядом его спину. Без фокусов, гадина.

Я должна была оставаться начеку; вернулись ли мои силы или нет, рядом были два придурка, с которыми следовало разобраться, и, вполне возможно, что еще целая банда ожидала меня где-то в здании. Я знала, что смогу порвать Ведара и его призрачного друга в клочья с моим новым заклятьем усиления, но для этого потребуется произнести чертовски много заклинаний — больше, чем я, вероятно, могла позволить в тесной схватке. Даже невзирая на это, я еще не научилась управлять интенсивностью усиленных заклятий. Если бы я использовала свои силы наобум, то смогла бы обрушить целое здание на свою голову.

Мне нужна была просторная комната и крепкие стены, которые бы не обрушились, если бы я наколдовала нечто грандиозное. Главный холл соответствовал обоим требованиям, в этом я удостоверилась, как только зашла туда снова вместе с Ведаром.

«Лайтинг!»

Звук слов донесся от Гилфы. Тотчас же заклятье создало свет, который завис где-то под потолком.

Ведар, менее чем в двух дюжинах шагов, повернулся ко мне и принял боевую стойку. «Поехали,» — рыкнул он, и прежде, чем я смогла ответить, бегом рванулся через холл.

Я изумленно сделала шаг назад. Спокойно! Я быстро думала. Разве нам не полагается сначала пожать руки или сделать что-то вроде этого?

Вместо того, чтобы взмахнуть своим огромным мечом, он ринулся, нацелив его острие вперед, и направил его мне в грудь. Пытаясь уклониться вправо или влево, я бы наверняка оказалась пригвожденной режущим ударом. Я отскочила назад, читая заклятье, в то же самое время я услышала, как Гилфа произносит что-то свое.

«Elmekia Lance!» — выкрикнула я.

С моей стороны это была блестящая линия поведения — Elmekia Lance напрямую воздействует на разум противника, поэтому присущая Ведару сопротивляемость низкоуровневого монстра к магии не помогла бы ему. К сожалению, все это не имело значения, так как он ускользнул в сторону и увернулся от этой дряни.

По крайней мере его увертка немного сбила его с пути, и он мгновенно потерял в быстроте. Я воспользовалась этой секундной возможностью, чтобы подать еще дальше назад, и начала читать следующее заклятье. Гилфа все же успел первым.

«Shadow Web!»

Тень Ведара искривилась и выпустила копьеобразные щупальца прямо ко мне. Я отскочила назад еще дальше; теневые копья пронизали комнату и быстро ударили в пол, в опасной близости к моим ногам.

Ведар к тому времени уже восстановил равновесие, и снова бросился на меня в атаку со своим мечом. Я приготовилась увернуться от него, но внезапно поняла нечто очень обескураживающее.

Я не могла пошевелиться.

Я глянула себе под ноги. Теневые копья сделали свою работу: острия Гилфы вонзились в мою тень на полу, надежно пришпилив меня к тому месту, где я стояла. Он наколдовал Теневой Захват с тенями, подвластными ему.

Плохо! Очень плохо!

Но я разгадала игру Гилфы слишком поздно; Ведар уже поднимал свой огромный меч над головой. Я съежилась и закрыла лицо руками, трогательно полагая, что это чем-нибудь поможет, когда он опустит меч.

ЗВЯК!

Серебряная вспышка сверкнула в воздухе и отразила удар лезвия Ведара. С тяжелым металлическим лязгом внезапно появившийся меч зазвенел на полу между человеком-зверем и мной.

Кто-то швырнул меч в Ведара, отразив его клинок на расстоянии ширины волоса от… ну, моих волос. Я знала только одного человека, так метко кидающего меч, и только одного, кто мог бы глупо рискнуть — и в конечном итоге спасти мою жизнь таким безумным броском.

«Гаури!» — закричала я.

Знакомый голос прозвучал где-то позади меня, но он не принадлежал Гаури.

«Твоя догадка немного ошибочна,» — холодно сказал мой спаситель. — «Попробуй еще раз».

Я обернулась, широко раскрыв глаза. «Зелгадис?!»

Глава 3

И нет покоя усталым

«Лайтинг!» — низким голосом произнес Зелгадис.

Моя тень растаяла под лучами ослепительной световой сферы, созданной Зелом. Я воспользовалась вновь полученной свободой в движениях и вскочила на ноги, чтобы присоединиться к нему.

Зелгадис и я вместе пережили несколько передряг. Он был химерой: частью — волшебник, частью — каменный голем, и частью — демон ветра. Насколько мне известно — и судя по тому факту, что его кожа по-прежнему была каменной — он еще не окончил поиски способа вернуть свою человеческую форму.

«Спасибо,» — пропыхтела я, подойдя к нему. — «Давненько не виделись, Зел. Что ты здесь делаешь?»

«Я должен был бы спросить у тебя то же самое,» — ответил Зелгадис, указывая на мой маскировочный костюм и на талисманы усиления. — «Во что это ты — гм — нарядилась? И где Гаури?»

Я покачала головой. «Долгая история,» — пробормотала я. — «Давай поговорим о подробностях позже».

«Ладно».

«Вот это да,» — хихикнул бесплотный голос Гилфы. — «Сколько лет, сколько зим, Зелгадис».

Я моргнула, глянув на химеру. «Ты знаешь этого типа?»

«Вроде того,» — проворчал Зелгадис, не сводя глаз с Ведара.

«Следовать за мной всю дорогу сюда, тащиться к черту на рога,» — презрительно прокудахтал голос Гилфы. — «Так значит, ты один из представителей воинства «Битвы между Светом и Тьмой», хм? Позволь мне дать тебе совет: может, твоя кожа и тверда, как камень, но один удар меча Ведара, и ты станешь не более чем щебнем».

«Спасибо», — огрызнулся Зелгадис, — «Но я уже знал об этом».

Я заметила, что химера высматривает свой меч, озирая холл. Поскольку Ведар делал то же самое, я посчитала, что моему приятелю нужна подмога.

«Дай мне секундочку,» — прошептала я, затем быстро сплела чары заклятья. Я выбросила вверх руки.

«Лайтинг!»

Я нацелила заклятье в глаза Ведара. Как бы ни была высока его сопротивляемость магии, это не меняло того факта, что яркий свет больно бьет по гляделкам. Зелгадис бросился вперед, чтобы подобрать меч на бегу. Ведар отшатнулся и закрыл лицо рукой, но свет остановил его ненадолго. Он сощурил глаза, защищаясь от моего заклятья, и кинулся прямо к химере, сократив расстояние между собой и ним прежде, чем Зел смог добраться до меча.

«Зел!» — закричала я, когда Ведар развернулся к нему с ревом.

«Лайтинг!»

На этот раз заклятье наколдовал Зелгадис. Он увернулся от Ведара и бросил свое световое заклятье прямо в незащищенные глаза человека-зверя.

«ГААААА!» — закричал Ведар, пошатнувшись, и отпрянул назад.

Ослепленный светом, Ведар взмахнул своим мечом, но ударил лишь пол. Зелгадис перекатился, вернул себе меч и снова вскочил на ноги. Не теряя ни секунды, он рубанул мечом — раньше Ведара.

«Ведар!» — заверещал Гилфа. — «Берегись!»

Но было уже слишком поздно. Зелгадис вонзил свой меч по рукоятку в горло Ведара, разбрызгивающего кровь во все стороны.

Человек — зверь дергался и дрожал, затем медленно накренился вперед. Когда он покачнулся, я заметила, что он вновь поднимает свой огромный меч и заносит его над головой, чтобы суметь опустить его на Зелгадиса.

«Эй!» — закричала я, пораженная тем, что Ведар был все еще в сознании и мог двигаться.

Не тратя время на то, чтобы выдернуть свой меч, Зелгадис отскочил назад, его клинок застрял в горле Ведара.

Трясущиеся пальцы Ведара схватили рукоять меча Зела. Он медленно вынул лезвие из своей шеи, затем позволил ему со звоном упасть на пол. Тело человека-зверя задрожало, когда он неловко отступил назад.

Невероятно!

Зелгадис и я уставились друг на друга, охваченные мистическим ужасом. Клинок вонзился Ведару прямо в горло — это один из наиболее гибельных ударов, который вы можете нанести, и даже самые огромные и злонравные создания в мире не могут выжить без шеи. Но Ведар только что вытащил оттуда меч и зашагал прочь, выбросив его, как будто он выдернул занозу из ступни. Это было абсолютно невозможно! Может, Ведар просто дергался в последних предсмертных конвульсиях или что-то вроде этого?

И все же было что-то странное в том, как Ведар передвигался. Он шагал вперед удивительно неритмично, так, словно был одержим какой-то посторонней силой.

Это выглядело более чем паршиво. Зел и я наблюдали за тем, как Ведар исчезает в коридоре.

«Что здесь, черт возьми, происходило?» — медленно пробормотал Зелгадис.

«Хм, в нем оказалось больше живости, чем я думала?» — рискнула предположить я. — «Но, потусторонний ли в нем пыл или нет, а я все равно проследую за ним. Враги должны иметь совесть и умирать, если их прибьют».

Зелгадис взглянул на меня как на сумасшедшую. «И что же ты собираешься делать?»

«Хороший вопрос». Я поразмыслила над этим секундочку. Ведар уже скрылся в глубине здания, поэтому меня осенила догадка, что он ушел к…

«Пойдешь за ним со мной?» — спросила я. — «Моя подруга Амелия попала в плен, так что он может привести нас прямо к ней».

Зелгадис обдумал мое предложение. «Так это она произвела взрыв, который мы слышали ранее? Это она пробила дыру в стене здания?»

«Вероятно». Если беспорядочные взрывы являлись вашей целью, то Амелия — первая, к кому бы стоило обратиться за помощью.

Я повторила в уме предполагаемую последовательность событий. Допустим, что Зеллос был прав, и Мазенда запечатала магию Амелии; тогда принцесса, обнаружив, что магическая печать Мазенды наконец-то разбита, вероятно, разрушила стену и попыталась сбежать, но затем наткнулась на Кротца и его людей. По счастью оказавшись неподалеку, Зелгадис, должно быть, увидел взрыв и подошел поближе, чтобы разобраться на месте. Наверное, он появился сразу вслед за мной.

«Отлично,» — кивнул Зелгадис». — «Тогда пойдем».

И мы вдвоем помчались по горячим следам Ведара. Последний мог передвигаться довольно быстро для того, кому полагалось быть мертвым. По крайней мере, мы обнаружили очень четкий след, по которому можно было идти — кровь, ведра крови, забрызгавшей пол и стены коридора — так что проследить, куда пошел недруг, было достаточно просто.

След повел нас вверх по лестнице к узкому коридору, который уходил все дальше в здание. Ведар прошел направо при входе и повернул голову, чтобы бросить на нас взгляд.

Он выглядел неважно, мягко говоря. Понятия не имею, как он проделал такой долгий путь, потеряв столько крови. И, говоря о крови, кажется, она перестала хлестать из глубокой раны в его горле. В нем не было ни искры жизни, однако же он стоял здесь, его глаза тупо пялились, а рот был полуоткрыт.

Холодок пробежал по моей спине, когда я заглянула в его безжизненные глаза. Несмотря на то, что он наследил по всему дому и был не в ладах с координацией, он все же как-то умудрился поднять свой меч и направить его на нас. Мне захотелось спросить его о том, где находится Амелия, но кого я обманывала? У него не было настроения для разговоров.

«Ты выглядишь не слишком хорошо, Ведар», — без всякого выражения произнес Зелгадис. Говоря, он приближался к человеку — змею, опустив свой клинок. — «Не волнуйся, ты будешь быстро избавлен от страданий».

И словно в ответ на замечание Зелгадиса, низкий голос начал читать заклятье, причем было невозможно определить, откуда он звучит. «Отлично,» — подумала я, — «Опять Гилфа!»

Зелгадис тоже насторожился, услышав Гилфу. «Ну уж нет!» — огрызнулся он, бросившись к Ведару. Гилфа воспользовался моментом и прибег к одному из своих старых трюков.

«Зел!» — закричала я. — «Берегись!»

Тень зверочеловека искривилась, превращаясь в множество черных клинков, устремившихся к Зелгадису. Зел отскочил назад, пригнув голову и с трудом уворачиваясь от копий.

«Черт!» — прорычал он, отступая назад, к моей стороне коридора. Кожа Зелгадиса была как броня, и я искренне сомневалась, что клинки могут ее пробить, но в настоящий момент не было смысла проверять эту теорию на практике.

Мы должны были избавиться от Гилфы. От глупого, скользкого, напрашивающегося — на — удар — в — зубы Гилфы.

«Значит,» — услышала я через мгновение бормотание Зелгадиса, — «Вот в чем дело».

Я уставилась на него. Так в чем дело то? Что бы это ни было, оно заставило моего хмурого каменного приятеля улыбнуться чуть заметной мрачной усмешкой.

Он повернулся ко мне. «Твои заклятья могут что-нибудь сделать с этой тенью?»

Я нахмурилась. «Ну, Лайтинг, возможно, справился бы с простой Теневой Ловушкой, но заклятье Повелителя Теней не так-то просто развеять».

Зелгадис помедлил с ответом. «Ладно,» — проворчал он, принимая боевую стойку. — «Тогда я просто должен сам управиться».

Он внезапно кинулся в атаку на Ведара, чья тень, кстати, уже поднялась, изготовившись к следующему броску. На этот раз она приняла обличье чернильно — черной сети, быстро раскинувшейся на пути Зела.

Зелгадис зарычал. Но, вместо того, чтобы прекратить свой бег (как я почти ожидала от него), он просто бросил себя вперед с еще большим рвением. Сеть внезапно превратилась в черную, похожую на гору форму, утыканную длинными, заостренными иглами.

Нет, нет, нет — не ударься об нее!

Зелгадис несся слишком быстро даже для мысли о том, чтобы затормозить. Я застыла, уже уверившись в том, что он не жилец… когда внезапно раздался голос.

«Flow Break!»

Я обернулась. «Амелия!»

Свет затопил коридор, заставив замерцать тень, управляемую Гилфой. Воспользовавшись этой возможностью, Зелгадис прыгнул вперед.

Ведар поднял вверх свой меч, чтобы встретить его. Он и химера шумно врезались друг в друга, а затем с грохотом упали на пол. Через несколько секунд только один из них вновь поднялся на ноги: Зелгадис.

«Еле уцелел,» — пропыхтел химера, тяжело дыша. Он повернулся к фигуре, одетой в белое, стоящей в глубине коридора. — «Спасибо тебе».

Я помахала ей. «Амелия!» — позвала я. — «Давно не виделись!»

Амелия подпрыгнула, на ее лице застыла взволнованная улыбка.

«Рада, что вы здесь разобрались, Мисс Лина!» — прощебетала она. — «Как ваши дела?»

«Замечательно. А это — Зелгадис. Он — друг».

Я запнулась. Ааааа! Что, черт возьми, я делаю?!

Я прекратила пустую болтовню. Времени на светскую беседу не было, принимая во внимание, в какой мы были опасности.

Насторожившись, я окинула комнату пристальным взглядом. «Гилфа должен быть где-то здесь», — быстро сказала я. — «Зел, ты его не видел?»

Зелгадис покачал головой. «Он уже мертв».

«Да, так что нам лучше — что?» — я повернулась к нему. — «Что значит «мертв»?»

«Погляди». Зелгадис перевернул тело Ведара ногой и вдобавок легонько пнул его. Затем он наклонился и медленно вытянул свой меч из места, куда он его всадил — из клобука на спине Ведара.

«Он прятался здесь», — сказал Зелгадис, указав на изрезанный и окровавленный горб.

«Что — ?» Либо Зелгадис был чокнутым, либо мне чертовски требовались объяснения.

Я опустилась на колени. При более тщательном рассмотрении выяснилось, что Ведар, видимо, был искусственно созданным существом, вероятно, выращенным самим Кротцем. И Кротц, похоже, трансплантировал второй мозг на спину человека-зверя. Хотя собственный мозг Ведара, очевидно, сначала сам управлял его телом, мозг Гилфы, вероятно, взял на себя контроль за двигательной активностью после того, как Ведара смертельно ранили. Это, конечно, объясняло посмертную скачкообразную походку.

Моему отвращению не было предела, когда я также заметила маленькую, но заметную трещину, пересекавшую морщинистую поверхность горба. «Рот Гилфы», — подумала я. — «Это объясняет, почему нам никогда не удавалось определить источник его голоса». Я догадывалась, что у Гилфы, вероятно, где-то имелись к тому же и «глаза», но мне не хотелось пускаться на их поиски. «Если Кротц создал эту… тварь,» — в конце концов пробормотала я, подавляя тошноту, — «то он — настоящий извращенец».

«Мисс Лина», — присоединилась к беседе Амелия. — «Сейчас у нас нет на это времени. Враг может оказаться здесь в любую секунду!»

«Враг? Сколько врагов, если прикинуть на глазок?»

«Я не знаю точно». — Тревога приглушила привычную веселость в голосе принцессы. — «Я убегала от них слишком быстро для того, чтобы приглядеться получше». Она глубоко вздохнула, затем добавила: «Но там есть один тип, которого нам действительно следует остерегаться».

«Кто?» — спросила я, но немедленно пожалела об этом. Возможно, мне просто не хотелось знать.

«Ну…» — Амелия зажмурилась в замешательстве. — «Трудно сказать. Когда я шпионила за адептами культа, я слышала, как один из них произнес: «Опять заявились незваные гости!», а затем другой добавил: «Давайте используем последнее средство! Давайте спустим с привязи его!»

«Спустим с привязи?» Что-то, сидящее на привязи, могло означать только скверные, очень скверные новости.

«Погоди», — прервал нас Зелгадис. Его каменное лицо сделалось еще более пепельным от ужаса. — «Они сказали, что спустят с цепи его?»

«Гм, да».

Зелгадис испустил долгий, затрудненный вздох, затем пристально глянул на нас с Амелией.

«Бегите».

«Что?» — ответила я.

«Бегите!» — повторил Зелгадис. — «И поторопитесь с этим!»

Еще продолжая говорить, он схватил свой меч и пустился в бегство назад к лестнице.

«Эй!» — закричала я. — «Не так быстро!»

«Нам тоже следовало бы убегать», — заметила Амелия. — «Я чувствую, что это лучшее, что можно сделать».

Амелия бросилась по пятам за Зелгадисом. Поскольку химера знал о пределах моих сил, а принцесса обычно была начеку, когда требовалось вовремя почуять опасность, и так как никто из них не удосужился дождаться, пока я выскажусь по этому вопросу — я решила, да, бесспорно, отступление было наилучшим выбором.

«Эй!» — завопила я, поспешив проследовать за ними. — «Подождите меня!»

Наша троица покинула здание и скрылась в темноте окружающего леса. К тому времени, когда мы приблизились к деревьям, мы уже задыхались от бега и потеряли головы от паники; во всяком случае, это было верно в отношении Зелгадиса и Амелии. Я же просто запыхалась, поскольку недостаточно знала о том, что гналось по нашим следам, для того, чтобы уже начать паниковать.

«Знаете», — пропыхтела я, бухнувшись рядом с деревом, — «я могла бы высвободить Драгон Слэйв или что-нибудь похожее и снести этот особняк к чертям».

«Нам следует просто убраться отсюда», — продолжал настаивать Зелгадис. — «Без нашего ведущего игрока мы не сможем ничего поделать!»

Ведущего игрока? Наверное, недостаток кислорода сделал Зелгадиса помешанным.

Он не объяснил свои слова, поэтому я просто вытаращила глаза и оставила эту тему.

* * *

Мы отдыхали недолго. Минутой или двумя позже мы продолжили скоростной спуск по горной тропе, оступаясь и спотыкаясь в неверном свете убывающей луны. Понятно, что это было опасно, как и любая другая ситуация, в которой вы могли бы как упасть и разбить свой череп, так и столкнуться с каким-нибудь ужасным, буйным Монстром Смерти, поэтому по пути я решила помочь нашим ногам: наколдовала усиленный Ray Wing.

Ray Wing — это заклинание для скоростного полета, при котором длина пути и перевозимый при перелете груз прямо пропорциональны способностям волшебника. Без усиления буксировка двух дополнительных пассажиров не позволяет заклятью Ray Wing развить нормальную рабочую скорость, поэтому усиление — именно то, что спасло положение этим днем. Ой, то есть ночью.

Я схватилась за Амелию и Зела. «Ray Wing!»

Мы поднялись в воздух. И как раз тогда что-то выпалило за нашими спинами.

ФВУУШШ!

Серебряный свет опалил землю прямо под нами. Заклятью Ray Wing еле удалось спасти нас от превращения в угольки.

«Какого черта?» — закричала я. Амелия, внезапно растерявшись, крепко сжала меня в объятьях, а Зелгадис замысловато выругался.

Это выглядело почти как… Лазерное Дыхание Короля Драконов. Я, конечно, понадеялась, что мне померещилось.

В темноте я не могла точно определить, откуда исходил луч, но мне удалось увидеть просеку из деревьев, скошенных пробуждающимся пламенем. Самое большее, что я могла сказать — это что свет возник в той же стороне, где находилось логово культа. Я повернула назад голову.

Тусклый лунный свет высветил небольшой пятачок на площадке при входе в здание. Одиноко стоящая там одна-единственная фигура наблюдала за нами.

«Упс», — пробормотала я, пытаясь скрыть тревогу в своем голосе. — «Я думаю, это наш сигнал к отступлению». С этими словами я развила летную скорость и поспешила увезти всех отсюда.

* * *

«Так что с тобой случилось, Амелия? Ты еще не рассказывала об этом!»

Амелия, Зелгадис и я возвратились в деревню Косматая Грива. Мы остановились около амбара с сеном на задворках деревеньки, где я сложила свои вещи перед тем, как рискнуть отправиться в горы. Нам троим было о чем поведать друг другу.

«Ну, ничего интересного», — ответила Амелия, пожав плечами. — «После того, как враги схватили меня, та женщина, Мазенда, запечатала мою магию, и они заперли меня в комнате. Периодически я проверяла свои магические силы, чтобы увидеть, ну, вернулись ли они, но долгое время о них не было ни слуху, ни духу. Затем неожиданно они, представьте себе, оказались распечатаны, и я пробила дыру в стене. Но прежде, чем мне удалось сбежать, я столкнулась с шайкой этих типов, так что…». Голос Амелии замер, и она замолчала.

«Так что ты с боем проложила себе путь обратно в здание и спряталась внутри?»

«Верно».

«Погоди секунду», — прервал нас Зелгадис. Он опять делался взвинченным, как когда он настаивал, чтобы мы бежали, словно обезглавленные цыплята. — «Ты говоришь, что на врагов работает некто, способный запечатывать заклятья?!»

«Тихо, тихо», — умиротворяюще сказала я, надеясь успокоить Зелгадиса. — «Я не совсем уверена насчет этого».

«Ты не уверена?»

«Ну, после того, как Амелию поймали, появился жрец по имени Зеллос —…»

«Зеллос?!» — взвизгнул Зелгадис, вскочив на ноги. Я почти ожидала, что его голова взорвется. — «Зеллос здесь?! Здесь?!»

«Ты его знаешь?»

«Ладно, с меня хватит!» — Амелия шагнула вперед и встала между нами. — «Мы наступаем друг другу на мозоли. Я думаю, что нам следует выслушать правдивую историю от… эээ… Мистера Зедилгасса».

Зелгадис вытаращил глаза и вздохнул. «От Зелгадиса», — произнесли в унисон я и он.

Парень порядком вымотался, и я не могла его винить. Он продолжал свое изнуряющее путешествие в попытке найти способ вернуть свою первоначальную человеческую форму после того, как некий мерзкий Красный Священник — вероятно, вы знаете, кого я имею в виду — превратил Зела в химеру — помесь человека — голема — броу — демона. И, согласно краткому обновлению сведений, полученному от Зелгадиса во время полета в Косматую Гриву, он ненамного приблизился к достижению своей цели.

Он медленно уселся на тюк сена и, опустив голову на руки, закрыл лицо ладонями. Минутой позже он поднял глаза на Амелию.

«Ты слышала о моих поисках, верно?»

Она кивнула. «Вы хотите вернуть свое человеческое тело».

«Правильно. Я все еще даже не уверен, что это вообще возможно, но я пытался советоваться с бесчисленными аптекарями, волшебниками и алхимиками по всему свету. Ответ, более всего похожий на правду, я получил от исследователя химер, которого однажды встретил в таверне».

«Я пытался, ну…» — он примолк на секунду. — «Я пытался облегчить свои горести с помощью глоточка вина, когда он опрокинул свой сок в мою чашку. Он показал мне, как это было просто — смешать два ингредиента, но затем он попросил меня попытаться снова разделить напитки». — Химера вздохнул. — «Он сказал, что это было теоретически возможно, но не просто. Я оценил метафору и все такое прочее, но он все же испортил мой напиток и пролил половину своего сока мне на колени — я вполне уверен, что это было первое безалкогольное вещество, которое он принял за день».

«Как бы там ни было, он рассказал мне, что любая жизненная форма имеет точные характеристики, единственные в своем роде. К примеру, птицы рождаются с крыльями и клювами, определенной температурой тела и так далее. Изготовление химеры — это процесс, включающий в себя нахождение признаков, общих для двух или более жизненных форм, и последующее слияние их воедино при помощи промежуточного звена».

«Но, несмотря на все ведущиеся исследования, все еще есть затруднения с нахождением технологии, которая позволит снова разделить гибридную форму на отдельные составляющие. Он сказал, что могут понадобиться века, чтобы ее открыть — и это допуская, что ее вообще можно открыть». — Он потер свои виски и вздохнул. — «Стоит ли говорить, что в свое время это были действительно плохие новости. Проснувшись на следующее утро в канаве, я отправился на поиски более трезвого источника сведений, и до моих ушей дошла молва о Клэрской Библии».

Я оживилась, услышав об этом. «О Клэрской Библии?»

«Ну, в любом случае, о некоей ее части. Я слышал, что в ней содержится информация об изготовлении принципиально нового вида химер, поэтому я выследил семью, которая ей владела». — Его глаза потемнели. — «Тогда-то я и встретил Зеллоса. Я обнаружил, что он охотится за манускриптом, так же, как Кротц и его культ. Кротц, очевидно, напал на след манускрипта до нас, убил парня, которому принадлежала рукопись, и скрылся». — Зелгадис покачал головой. — «Теперь я должен справиться и с культом, и с Зеллосом, чтобы прибрать ее к рукам».

«Справиться с Зеллосом?» — повторила я. — «Ты собирался это сделать до того, как замерзнет преисподняя, или после?»

«Это не смешно». — Он уставился на меня. — «Зеллос и я образовали временный альянс из-за всей этой заварушки с Кротцем. Технически сейчас он — мой союзник, но только до того момента, когда мы разобьем культ». — Голос Зелгадиса звучал решительно, почти по-деловому. — «Я придумаю позже, что сделать с Зеллосом».

Мне не хотелось его разочаровывать, но это нужно было сказать.

«Зел,» — осторожно произнесла я. — «Даже если ты доберешься до манускрипта, нет никакой гарантии, что это решит твои проблемы».

«Я это знаю. Я не имею ни малейшего представления о том, поможет ли содержание рукописи узнать, как мне снова стать человеком, но это риск — …»

«Нет,» — отрезала я. Очевидно, он не понимал, куда я клоню. — «Я имею в виду, что даже если ты или Зеллос ухитритесь получить манускрипт, нет доказательств того, что игра стоит свеч. На рынке обращается столько поддельных манускриптов, что это вполне может быть один из них».

Зелгадис моргнул, глядя на меня. — «Ты имеешь в виду, что Зеллос ничего не рассказал тебе?»

Ну вот, приехали. Еще сюрпризы!

«Сторожем этого манускрипта был прямой потомок верховного жреца, служившего при дворе Летидиуса». — Химера широко раскрыл глаза. — «Зеллос — такая скотина».

Летидиус, если припоминаете, был королем, правившим этой страной пять веков назад. Он уничтожил себя и свое королевство своими рьяными поисками бессмертия, но легенда гласит, что во время своего правления он собрал обширную библиотеку, полную имевших отношение к волшебству знаний. Возможно, что коллекция книг была уничтожена, и их содержание утеряно. Я бы предположила, что местонахождение погибшей столицы королевства Летидиуса было немного дальше на север.

«По общему мнению,» — объяснил Зелгадис, — «его предок забрал манускрипт с собой, когда покинул умирающее королевство».

Если то, что рассказал Зелгадис, было правдой, то был смысл верить, что манускрипт, украденный Кротцем, в самом деле был подлинным. Но все же оставалась еще вероятность ошибки.

«Есть много шансов на то,» — прикинула я, — «что рукопись была украдена или испорчена за прошедшее время. Семейство могло считать, что они являются обладателями настоящего манускрипта, в то время как на самом деле он был похищен прямо у них из-под носа поколения назад и подменен фальшивкой».

Зелгадиса, однако, не расстроили мои замечания. «Сто двадцать лет назад у хранителя появились похожие подозрения. Проверка была простой: он сделал все так, как было написано в манускрипте, и затем проследил за результатами». — Зел многозначительно поглядел на меня. — «Итогом оказался полный успех. Но по неизвестным причинам созданная им химера вышла из-под контроля. Я уверен, что вы слышали об этом существе — Занаффаре, Демоническом Звере Сайраага».

Я оцепенела. «Занаффар?!» — в шоке думала я. Легендарное создание, виновное в разрушении города Сайрааг? Он оказался всего-навсего неудавшимся магическим экспериментом?!

Насколько мне было известно, никогда не существовало записей, объяснявших, чем на деле являлся Демонический Зверь. Конечно, не было ничего удивительного в том, что первоначальные хранители манускрипта уничтожили все доказательства своей причастности, чтобы их не обвинили. Нужно быть чокнутым, чтобы признать, что это ты или один из твоих предков случайно уничтожил родной город Гильдии Волшебников.

«Эти слухи — в самом деле правда?» — слабым голосом спросила Амелия.

Зелгадис пожал плечами.

«Если владелец не соврал,» — сказала я, подводя итоги, — «и создание подобного существа действительно возможно, тогда Кротц и его культ…». Эта мысль была слишком тошнотворной для того, чтобы произнести ее вслух.

«Они почти завершили его,» — предположил Зелгадис. — «Занаффара Номер Два».

Мой желудок… ну, болезненно сжался.

«Я не думал, что они справятся с заданием так быстро,» — добавил химера, — «но что есть, то есть».

«Так значит, «ведущий игрок», которого ты упоминал ранее, это Гаури, верно?» — спросила я.

«Да. Если легенды правдивы, то только воин с Мечом Света может победить Занаффара». — Зелгадис скрестил руки и нахмурился. — «Но его нет поблизости, не так ли?»

«Слишком рано сдаваться!» — внезапно воскликнула Амелия, поднимаясь со своего снопа сена. Половиной секунды позже она с успехом оправдала наши ожидания, начав свою рутину со сжиманием кулаков и криками.

«Даже без Мистера Гаури», — возгласила она, — «если мы объединим силы, то — …»

«Приди в себя!» — я прервала ее. — «Ты действительно думаешь, что воодушевила нас? Будь серьезной!»

Извини, но я действительно не в настроении.

Это надежно утихомирило ее. Глаза принцессы встретили холодный взгляд, и она уселась обратно на сено.

«На самом деле нет,» — угрюмо пробормотала Амелия, вертя в руках соломинку.

Истина лежала на поверхности, и даже Амелия должна была это признать. Она посмотрела на меня снизу-вверх, наморщив лоб, и спросила: «А если точнее, насколько могущественной может сделаться эта химера?»

Я вздохнула и на мгновение задумалась. «Есть несколько вещей, о которых мы можем догадываться,» — в конце концов ответила я. — «Мы знаем, что его предшественник — то самое существо, что разрушило Сайрааг, верно? Поэтому можно с уверенностью предположить, что у нового Занаффара также будет невероятная боевая мощь. Если позволить ему атаковать, то он мог бы уничтожить целый город. Мы должны попытаться удержать его от этого». Я наклонила голову и нахмурилась, пытаясь выдумать какой-нибудь метод борьбы с подобным созданием.

«Прежде всего, если эта химера в самом деле настолько могущественна, то у Меча Света нет никаких шансов ее ранить, что бы там ни гласила легенда. Меч определенно силен, но все-таки это — неточное оружие; его владельцу не удалось бы даже подобраться на расстояние, достаточное для того, чтобы замахнуться на эту чертову тварь».

«Во — вторых,» — продолжила я, — «это не тот же самый Занаффар. Это — новый, возможно, усовершенствованный. И есть большая вероятность того, что эта новая химера взбесится, так же, как сделал первый Занаффар». — Я шлепнула ладонью по ближайшей груде сена. — «Если они сделают дюжину или две дюжины Занаффаров, чтобы проверить, действует ли описанная в манускрипте магия, тогда мы вляпались по уши. По сравнению с этим нападение на Сайрааг смотрится как пикник».

«В — третьих…» — я замолчала, не желая это говорить. — «В — третьих, ясно, что атакующие заклятья не действуют на Занаффара».

«Не забывайте, Сайрааг был Городом Магии. Там, вероятно, было много волшебников, способных использовать против Занаффара заклятья уровня Драгон Слэйва, но поскольку Демонический Зверь все же умудрился сровнять город с землей, нам остается только заключить, что у Занаффара почти безупречная магическая защита».

Амелия уронила челюсть. «Как это магия не сработает?»

«Чтобы найти на это ответ, ты должна сначала поразмыслить над истинной природой магии».

Смотри-ка, кто вернулся.

Лицо Зелгадиса дернулось от досады, когда Амелия в удивлении повернулась к новому участнику беседы. Я даже не удосужилась глянуть на дверь.

«И как долго ты здесь стоял, Зеллос?» — устало спросила я.

«С тех пор, как юная леди предложила использовать силу убеждения, чтобы победить Демонического Зверя». Зеллос вошел в амбар, легко постукивая посохом по земле во время ходьбы, и непринужденно уселся около меня на покрытый соломой пол. Он улыбнулся Амелии. Непривыкшая к мужскому обществу, она тревожно поежилась.

«Не волнуйся, Амелия,» — сказала я, беззаботно махнув рукой. — «Он не наш враг — по крайней мере, не сейчас».

«Довольно точное определение,» — согласился Зеллос.

Я кивнула ему. «Я твой должник, Зеллос. Спасибо, что вернул мне мою магию».

Он пожал плечами. «Не стоит благодарности».

Я помедлила. «Так что случилось с Мазендой?» — осторожно спросила я. Мне было интересно, сможет ли он заметить, насколько мне хочется узнать на это ответ.

Но Зеллос и ухом не повел. «Она была уничтожена», — просто ответил он, при этом с его лица не сходила спокойная, несколько рассеянная улыбка.

Амелия открыла рот. «Как?!»

Зеллос приложил указательный палец к губам. «Это секрет».

Амелия наморщила лицо. Мне захотелось сказать ей: «Добро пожаловать в реальный мир».

«К-как ты умудрился узнать, что мы здесь?»

«Ах». — Тон Зеллоса оставался спокойным, почти глубокомысленным, как будто он мог предугадать любой вопрос и подать к столу свежеиспеченный верный ответ на него. — «Я просто проследил за магической энергией, испускаемой талисманами, которые я продал Мисс Лине».

А я и забыла об этом. Использование волшебства для слежения через магический кристалл за необычными видами энергии — это общепринятая практика среди волшебников, но она может пригодиться, только если глядящий в кристалл располагает образцом особого вида энергии. Мои талисманы были, в сущности, устройствами слежения для Зеллоса; я наказала себе запомнить это.

«Итак», — продолжил Зеллос, и соединил ладони, приводя в порядок свои мысли. — «Вернемся к вопросу «почему — не — сработает — магия». В первую очередь, магия —…» — здесь он прекратил речь и сделал паузу. — «Пожалуй, сделаем небольшую экскурсию в прошлое. Что такое мана?»

«Сила, возникшая перед созданием этого мира», — по памяти процитировала Амелия так, словно выучила ответ давным-давно.

«Именно. Поскольку магия рождается в обители небытия, она способна изменять судьбу этого мира или через создание энергии, или другими средствами».

Я уселась рядом с Амелией, а Зелгадис вытянулся около стога сена. Мы не собирались пропускать лекцию.

«Когда мы призываем магию сюда, в материальный мир, заклятье действует как медиум, чтобы привлечь энергию из астрального плана. Думайте об астральном плане как об изнанке мира; граница, разделяющая его и нашу реальность, не толще листа бумаги».

«Заклятья стихий — земли, воды, огня и воздуха — это проявления материальных сил. Эти заклинания могут быть чрезвычайно мощными, но, поскольку они — воплощения природных понятий, физические способы обороны могут защитить от них».

«Однако», — Зеллос снова поднял указательный палец, излагая свои мысли, — «воздействующее на разум волшебство и половина боевых заклятий Черной магии атакуют астральное тело противника непосредственно из астрального плана».

«Учитель», — пропищала я, лишь наполовину шутя, и подняла руку. — «У меня есть вопрос».

«Да?»

«Gaav Flare оставляет видимый след из пламени, а Драгон Слэйв может полностью разрушить замок или даже гору. Последний раз, когда я проверяла, замки и горы не были астральными феноменами».

Да, я могу быть немного нахальной, но именно так мне удается ставить людей на уши.

«Ммм», — мурлыкнул Зеллос. — «Я рад, что ты подняла этот вопрос. В случае с Драгон Слэйвом можно увидеть слабый красный луч, пока заклятье устремляется к цели и сталкивается с ней. И языки пламени Gaav Flare, и красный луч Драгон Слэйва можно считать детонаторами заклятья, так сказать».

«Детонаторами?»

«Именно. Получаемая реакция вызывает атакующую энергию из астрального плана для взаимодействия с целью и проявления в этом мире. Если цель неживая, то сила просто проходит сквозь нее, но если мишень — живая, ее ментальная составляющая разрывается в клочья, и вся оставшаяся энергия прорывается в наш мир».

«Конечно», — добавил Зеллос, — «также существуют заклятья вроде Elmekia Lance, которые воздействуют лишь на астрал, но я уверен, что вы раньше замечали это отличие».

Черт! Этот парень был хитер — ужасно хитер. Мне захотелось найти способ записать всю эту информацию.

Я уверена, что если бы здесь был Гаури, то сейчас он бы уже дремал в дальнем углу амбара.

«Можно еще вопрос?» На этот раз спрашивала Амелия.

«Да?»

«Где вы научились всему этому? Даже Гильдии Магов не известно столько об истинной природе волшебства».

Зеллос улыбнулся. Он хитро изогнул брови и дотронулся до губ.

«Дайте я угадаю», — пробормотала я.

«Единственный ответ, который я могу дать», — сказал он, — «это что распространенные в Гильдии Магов взгляды не являются лучшими теориями о магии».

«У меня есть вопрос», — отрывисто бросил Зелгадис.

«У тебя? Ох, для тебя — все, что угодно».

«Ты собираешься сегодня говорить по существу?»

Зеллос улыбнулся. «Ах. Ладно, причина, по которой атакующая магия не может воздействовать на Занаффара, состоит в том, что разум Занаффара полностью закрыт для астрального плана».

Я нахмурила брови. Закрыт?

«У Занаффара есть нечто вроде стены между его физической и астральной составляющими. По этой причине боевая астральная энергия Черной Магии фактически никогда не проникнет в разум или тело Занаффара. Такие заклятья не могут повредить ему».

В амбаре стало тихо. Это были чрезвычайно плохие новости для всех нас.

Зеллос поторопился добавить: «Утешает лишь то, что здесь может быть использована полная наступательная и материальная мощь Шаманской Магии».

Амелия счастливо вздохнула.

«С другой стороны», — признался Зеллос, — «шкура Занаффара по меньшей мере так же эластична, как у Дракона Арка, и, возможно, столь же крепка, как у Дракона Димоса или у Короля Драконов. Одна только его кожа может с легкостью отразить удар Шаманской Магии в пределах человеческих сил».

Амелия снова испустила вздох, на сей раз печальный.

Я не знала, основывалось ли на фактах все то, что рассказал Зеллос, или было просто предположением, но это, безусловно, имело смысл.

«Значит, это правда», — в конце концов сказала я. — «По-настоящему Занаффару может угрожать только Меч Света или что-то вроде этого».

«Это также значит, что мы не можем даже надеяться контратаковать до тех пор, пока Гаури нет с нами». Голос Зелгадиса звучал сердито и устало, словно мы проиграли битву еще до того, как она началась.

«Гаури?» — спросил Зеллос.

«У него есть Меч Света».

Впервые за время своего появления Зеллос действительно выглядел чем-то удивленным. — «Конечно, ты шутишь».

«Черта с два», — огрызнулась я. — «Мне незачем было бы ошиваться в темноте, прячась в зловонных амбарах, и трепать себе нервы ожиданием, словно дура, по какой-либо другой причине». Я вздохнула с потерянным видом.

Мне пришло в голову, что если бы я располагала образцом магической энергии Меча Света, то я могла бы отыскать его через астрал с помощью волшебного кристалла. Но у меня его не было, поэтому я не могла так поступить, и это возвращало меня к самому началу.

Не поймите меня неправильно. Это не значит, что я не пыталась исследовать Меч Света. Но всякий раз, когда я просила Гаури одолжить мне его хотя бы на минуточку, он смотрел на меня, как на сумасшедшую. «Что?» — бывало, говорил он мне. — «Чтобы ты смогла с ним убежать?»

Я что, выгляжу как девица, способная на попытку бегства с чем — то вроде этого?

Не отвечайте на этот вопрос.

Тем временем Зеллос пребывал в своем собственном маленьком мирке. В его голове, казалось, рождался какой-то план, и жрец продолжал озвучивать небольшие кусочки того, над чем раздумывал.

«Ты имеешь в виду, что он… хм, постой… это бы значило…» — Жрец продолжал некоторое время в том же духе, пока, похоже, в конце концов не пришел к какому-то выводу. Глубоко вздохнув, он поднял глаза на нашу троицу.

«Что бы там ни было, боюсь, что не могу больше тратить здесь время. Я пришел только для того, чтобы проследить за вашими достижениями; я должен идти».

Жрец только повернулся к выходу, когда Амелия схватила его за грудки, уцепившись за мантию, и задержала на полпути. Он остановился.

«Гм», — нараспев произнес священник, — «не могли бы вы отпустить мою мантию?»

«Мне просто нечего сказать». — Амелия решительно тряхнула головой. — «Я не знаю, кто вы такой, но здесь бродит на свободе злобный Демонический Зверь! Если вы сделаете хоть одно неверное движение, то не только вам придет конец, но вы поставите нашу миссию под угрозу. Моя интуиция четко и ясно говорит мне не отпускать вас. Только не одного».

Зеллос повернулся ко мне. Я не могла сказать, был ли он озадачен или рассержен; возможно, что и то, и другое.

«Вы не могли бы», — попросил он, — «сделать с ней что — нибудь?» Он указал на Амелию так, словно она была собакой, написавшей ему на ботинок.

«Извини», — сказала я, обнажив зубы в глумливой усмешке. — «Ничего не могу поделать. Такая уж она, абсолютно одержимая самопожертвованием во имя Добра, Любви и Справедливости».

Амелия, теперь будучи полностью на взводе, решительно кивнула Зеллосу.

«Странная она», — заметил Зеллос.

«Да».

Зеллос вздохнул. «Понятно», — прошептал он. — «Сдается мне, веселенькая здесь собралась компания, нетрадиционная».

Я усмехнулась с издевкой, и указала пальцем прямо на него. «Ты здесь единственный, кто нетрадиционен».

«В-вовсе нет!» — заикаясь, ответил Зеллос. — «Со мной все в полном порядке! В полном порядке!»

Его протесты были неубедительны, мягко говоря.

Зелгадис был сыт по горло нашими шуточками. Он отвернулся, и у меня возникло ощущение, что он думает о нас как о скандалящей компании кретинов. У него был этот видок «Я — собираюсь — держаться — подальше — от — этих — кретинов».

«В-во всяком случае, с меня довольно», — взвыл Зеллос. — «Я ухожу!» С этими словами он потопал вон из амбара.

Амелия взвизгнула.

«Амелия!» — рявкнула я, неодобрительно нахмурив брови. — «Почему ты отпустила его?»

Принцесса взглянула на свою руку, пальцы которой все еще были сжаты, затем посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. «Но я не отпускала! Клянусь!»

«Послушай, мы просто не можем позволить ему уйти». — Я поспешила прочь из амбара вслед за жрецом. — «Зеллос! Погоди!»

Снаружи утреннее солнце осветило небо и согрело воздух. На востоке простирались горы, чьи пики были увенчаны снегом. Они сияли персиковым и розовым на фоне яркого синего неба.

Поскольку Зеллос, кажется, не хотел с нами разговаривать, мы просто некоторое время следовали за ним по пятам. После доброй половины часа он в конце концов развернулся на пятках и укоризненно вздохнул.

«Ладно», — пробормотал он. — «Зачем вы все преследуете меня?»

«В тесноте, да не в обиде», — ответила я, ослепительно улыбнувшись ему. — «Двое — лучше, чем один, а четверо — лучше, чем двое, тебе так не кажется? Ты не можешь отрицать, что арифметика — это сила».

«Нет, не могу», — он сморщил губы со смиренным видом. — «Хорошо, пусть будет по-вашему. Я пойду вперед, куда пожелаю, а вы вольны следовать за мной, куда захотите. Это приемлемо?»

Я энергично кивнула. «Конечно!»

Прежде, чем вы на это укажете, отмечу: я вполне отдавала себе отчет в том, что принимаю решения без помощи Амелии и Зелгадиса, но я сочла, что действую на благо нашей компании. Однако я должна была устранить кое-какое препятствие до того, как мы завершим формирование нашей команды из четырех персон.

«Если твой план состоял в том, чтобы уйти по своим делам», — спросила я Зеллоса, — «тогда почему ты потрудился проделать такой путь только для того, чтобы проведать нас?»

Зеллос махнул рукой. «Потому что», — просто сказал он, — «разве я не обещал, что мы снова встретимся в этой деревне?»

В тот момент, когда он закончил свою фразу, мы все услышали ВЗРЫВ.

Наши головы резко повернулись в направлении звука. На полпути вверх по склону горы, там, где, как мы знали, стояло убежище культистов, в небе зловеще парило густое облако пыли.

«Сдается мне, это не к добру», — вяло отметил Зеллос.

Оправившись от изумления, мы поспешили вверх по горной тропе, чтобы поближе посмотреть на то, что случилось. Заброшенный особняк — укрытие культа — был превращен в гигантский кратер, задымленную и покрытую булыжниками пустошь. По всей видимости, взрыв был вызван Драгон Слэйвом или чем-то похожим.

«К-кто сделал это?» — громко поинтересовалась я.

«Зло всегда должно уничтожаться!» — возгласила Амелия.

Всего лишь новая порция вздора. Не обращайте на нее внимание.

Зеллос пожал плечами. «Полагаю, это дело рук Магистра Кротца и его людей».

Я резко развернулась и глянула на него в упор. «Они?» — недоверчиво спросила я. — «Но зачем?»

«Вероятно, чтобы избежать претензий. Они скорее заявят, что по их штабу ударил Драгон Слэйв, и таким образом сохранят лицо, чем признают, что вы туда проникли из-за небрежности их охраны».

«Подожди минутку», — с подозрением вставил замечание Зелгадис. — «Откуда ты знаешь, что именно мы атаковали это место прошлой ночью?»

«Просто». — Жрец стал загибать пальцы. — «Во-первых: Мисс Лина ранее сообщила мне, что Мисс Амелию взяли в плен враги. Во-вторых: ты обсуждал вопрос о Занаффаре. И, в-третьих: когда я наведался в деревню прошлой ночью, я заметил вспышку, исходившую именно из этого места в горах».

Зелгадис задумался на минуту. «Я все еще не понимаю, почему они уничтожили собственный штаб и переехали», — пробормотал он. — «С Занаффаром под рукой разве они не могли бы просто использовать его для сражения с нами, если бы мы вернулись и напали?»

Эти слова породили догадку в моем мозгу. «Амелия», — отрывисто сказала я. — «Ты говорила, что слышала, как они называли Занаффара последним средством, верно? И если это он выстрелил по нам тем гигантским лучом, пока мы улетали из штаба, то он даже не попытался нас преследовать. Манускрипт находился у Кротца недолго; может быть, это значит…»

«Ах!» — Амелия шлепнула кулаком по ладони. — «Возможно, что Занаффар еще не закончен!» Ее глаза озарились огнем убежденности.

«Давайте последуем за ними!» — закричала она. — «Пока Занаффар, Демонический Зверь тьмы, еще не завершен, мы можем использовать свою силу, чтобы сокрушить зловещие замыслы культа!»

«Я не возражаю против части о сокрушении», — заметил Зелгадис, — «но есть ли у тебя представление о том, куда они скрылись, Девочка — Справедливость?»

Амелия была заметно уязвлена этим выпадом. «Ух…» — Будучи не в состоянии хоть чем-то ответить, она послала Зеллосу полный отчаяния взгляд. — «Разве ты не знаешь? Ты должен знать!» — Она ухватила его за рукав. — «ГОВОРИ МНЕ!»

«Я не знаю», — коротко ответил Зеллос. — «Все, что я могу сказать, это что если Занаффар в самом деле не закончен, то, полагаю, они переносят свою базу в другое место, пока мы тут разговариваем». — Жрец помедлил. — «Возвращаясь к прошлому», — сказал он более тихо, — «я должен был порасспросить Мазенду о запасных убежищах культа перед тем, как я покончил с ней».

Пока наши планы становились все более и более тупиковыми, я поняла, что не поделилась существенно важной информацией. Я глубоко вздохнула.

«Я не уверена в том, что знаю, где находится укрытие», — в конце концов выговорила я, неуверенно указав на восток, — «но я думаю, что они направляются вту сторону».

«Почему ты так думаешь?» — спросил Зелгадис.

Я посмотрела на Амелию перед тем, как ответить. Кажется, это был неподходящий момент для того, чтобы обрушить на нее такие дрянные новости, но я сомневалась, что может подвернуться момент получше.

Опять ничего не выйдет…

«Прошлой ночью», — начала я, — «Мне удалось пробраться в амфитеатр. Кротц произносил речь о планах культа на будущее, и… ну…» Я прилагала титанические усилия для того, чтобы подать новость как можно мягче и непринужденней, но у меня не было выхода.

«Они собираются разрушить Сейрун».

«Чтооооооо?!»

Амелия отреагировала примерно так, как я ожидала.

«З-зачем им уничтожать Сейрун?!» — кричала она. — «Как они могли бы сотворить подобное? А ведь если Занаффар уже завершен, они смогут сделать это!»

После порядка пяти секунд паники принцесса вправила челюсть на место и топнула ногой. «Мы не можем этого допустить!» — заявила она. — «Мы должны последовать за ними. Нельзя терять ни секунды!»

С этими словами она развернулась и целенаправленно двинулась строевым шагом по направлению к деревне. Мы, карабкаясь по тропе, проследовали за ней — по крайней мере, до момента ее внезапной остановки из-за какого-то препятствия на дороге.

«Амелия?» — спросила я. Я побежала вверх и глянула через ее плечо, затем застыла на месте.

Перед нами, перегородив тропу, стояла маленькая армия крестьян. Я могла слышать их ненавидящее ворчание и видеть усмешки на их лицах; вне всякого сомнения, они жаждали крови.

Зеллос догнал нас и посмотрел на выстроившиеся в боевом порядке ряды. «Ах», — произнес он так же бесстрастно, как всегда. — «Должно быть, последователи Магистра Кротца пришли нас убить».

«Вы!» — завопил седой фермер средних лет. У него, очевидно, чесались кулаки, и по его виду было ясно, что отказа он не потерпит. — «Что, черт возьми, вы сделали с Магистром Кротцем?!»

«Это они!» — возвысил голос другой крестьянин. — «Это те самые типы, что на днях испортили собрание!»

Жажда крови, исходившая от сборища, зашкаливала за все рамки. Если бы я очутилась здесь одна с еще запечатанными силами, то была бы уже покойником.

Мои мысли возвратились к недавно разрушенному убежищу. «Конечно!» — подумала я. Взорвав собственный штаб столь зрелищным способом, Кротц не только уничтожил все свидетельства того, что он «конструировал» Занаффара, но и подстрекнул своих последователей к восстанию против нас. Сотня обычных крестьян была нам не ровня, но толпа все же играла роль баррикады; она могла затруднить наше продвижение, позволяя Кротцу выиграть время, пока он шаг за шагом претворял свой план в жизнь.

Этот поразительный ублюдок — мне простоне терпится его убить!

«Я полагаю, у нас нет выбора», — мимоходом высказался Зеллос. — «Мы должны избавиться от них одним ударом». Он выступил вперед.

Ой ёй.

«П-погоди!» — окликнула его я. — «Подожди секунду, Зеллос!»

Зеллос остановился на полпути и обернулся в недоумении.

«Что не так?» — спросил он. — «Конечно, ты не собираешься впарить мне речь об их достоинствах».

«Никто на свете не посчитал быих святыми», — согласилась я. — «Но что будет доброго в том, если ты убьешь многих из них? Разве ты не понимаешь, что деревне нужны эти люди? Если ты уничтожишь их, то сотрешь Косматую Гриву с лица земли!»

«Я в курсе», — просто ответил Зеллос.

На секунду я пребывала в замешательстве. Я понятия не имела о том, как урезонить этого парня; он был твердо намерен начать это утро с бойни.

«Если ты пойдешь на это», — сказала я ему, — «то ты сделаешь из всех нас массовых убийц. Это простые крестьяне, которые не совершили никаких преступлений». — Я встала между ним и толпой и, уставившись немигающим взглядом ему в глаза, покачала головой. — «Я не могу тебе позволить сделать это».

Пока я говорила, то почувствовала, что уровень кровожадности крестьян, стоявших позади меня, поднялся еще выше. У них пока не хватало духу напасть на нас, но, поскольку их ярость росла с каждой секундой, я знала, что скоро произойдет нечто очень скверное, и это был лишь вопрос времени.

«Все, что нам нужно — это проделать брешь в их центральном ряду», — возражала я, пытаясь предложить более человечное решение. — «Что-то, что отшвырнет их в стороны и даст нам хоть какое-то пространство для бегства».

Зеллос на секунду закрыл глаза. «Ладно», — в конце концов сказал он. — «Я продолжу с должной мягкостью». — Затем он спокойно подошел к толпе и начал читать заклятье.

«Эй!» — выкрикнул один из крестьян. — «Что делает этот тип?!»

Зеллос медленно провел своей правой рукой дугу в воздухе. Он закончил колдовство, затем произнес Слова Силы. Я не могла расслышать, что он сказал, но было невозможно не заметить то, что случилось вслед за этим.

ФВУУУШ!

Порыв ветра возник из ниоткуда и рассек толпу, разделив ее и сотворив широкий проход для нас. Сквозь яростные завывания ветра мы расслышали вопли крестьян, которых отшвырнуло в стороны, как игрушки.

Я сделала вывод, что заклинание Зеллоса было Diem Wing, увеличенным в мощности — по видимости, в несколько раз.

Крестьяне, призывавшие смерть на наши головы всего несколько мгновений назад, теперь лежали, раскиданные в беспорядке, и стонали. Некоторых забросило высоко на деревья, другие валялись, запутавшись в кустах, или, вырубившись, упали в грязь.

«Теперь», — объявил Зеллос, — «пойдем отсюда». Он начал путь вниз по тропе, ненадолго останавливаясь, чтобы обратиться к тем крестьянам, которые откатились обратно на дорогу.

«Не могли бы вы подвинуться?» — просил он. — «Мне бы не хотелось снова расчищать путь».

Отстающие испускали тихие вопли и стремглав убегали в кусты, растущие по обе стороны горной тропы.

Так это и была должная мягкость.

* * *

Все, чего мы достигли, было полным отстоем. Проведя четыре дня вдали от Косматой Гривы, мы все еще не только не нагнали Кротца и его банду, но и оставались в неведении о том, насколько далеко ему удалось уйти. Поскольку у нас не было даже малейшей зацепки для того, чтобы догадаться о местонахождении их нового убежища, самое лучшее, что мы могли сделать — это останавливаться каждый день в новой деревне и прислушиваться к любым сплетням. И что постоянно меня изводило — вроде тех камней, что продолжали закатываться мне в сапоги — это беспокойство о том, что мы уже миновали укрытие Кротца, так и не догадавшись об этом.

Мы также не могли выяснить, насколько Кротц был близок к завершению работы над Занаффаром. Быстрый эксперимент доказал, что разум Демона — Зверя был защищен от слежки через астрал сквозь магический кристалл, так что это нам не помогло. Все, что мы узнали, это что Занаффар был закончен и готов сеять хаос; это была далеко не вдохновляющая мысль.

Однако было нечто, над чем я поработала, то, что, как я знала, могло бы помочь: исследование заклятий. Я не могла просто так вступить в бой без полного понимания того, как талисманы увеличивают мои силы, но, что даже более важно, я хотела изучить группу заклятий, которые я любила называть «Заклинания, которые Должны Работать, но Не Работают».

Видите ли, некоторые заклятья в сфере колдовства не приводятся в действие одним только их произнесением, даже если вы справитесь с их прочтением на отлично. Для таких заклятий вы должны продвинуться еще дальше и определить их характерные особенности — для одних нужны специальные приспособления, для других — церемонии, а некоторые можно произносить только в очень редкие моменты. Возможно, что вся эта дополнительная докучная мишура нужна лишь потому, что магу требуются добавочные магические способности; заклятье Blast Bomb Зеллоса, явно сногсшибательное, относится как раз к таким чарам.

И да, у меня был свой запас «особенных» заклятий. И да, поскольку я была в состоянии чертовски усилить мою магию, я чувствовала потребность поэкспериментировать с этими чарами. Поэтому, пока мы продолжали нашу погоню за Кротцем и его шайкой, я посвящала каждую свободную минутку, которую могла выкроить, исследованию заклятий.

Говорю вам, это было в интересах науки. Науки!

* * *

Амелия изводила меня расспросами о моих исследованиях каждое утро, когда мы оставляли очередную Деревню Дня. Четвертый день вдали от Косматой Гривы не был исключением из этого правила.

«Держу пари, что угадаю, какое заклятье ты опробовала прошлой ночью», — пробормотала Амелия, пока мы шли.

«Неужели?» — был мой ответ. Эти слова, и показанный ей язык.

«Не пытайся нас надуть», — огрызнулся Зелгадис. Его голос звучал сердито, но выражение его лица было скорее усталое, чем злое. — «В следующий раз, когда будешь «экспериментировать» среди ночи, выбери лесок подальше от нашей гостиницы».

Зеллос присоединился к разговору с той же не поддающейся расшифровке улыбкой на лице. «Прошлой ночью вы устроили настоящее световое шоу», — заметил он. — «Вы подняли шум на всю деревню, Мисс Лина. В чем именно вы практиковались?»

«Ох», — сказала я и махнула рукой, пытаясь успокоить встревоженных попутчиков. — «Немножко в том, немножко в этом. Но ведь усиленный Драгон Слэйв непременно бывает очень шумным, а? Как вы думаете?»

Согласна, я должна была догадаться об этом раньше, но, если серьезно, то я не думала, что ввергну целый лес в пылающую преисподнюю. Век живи, век учись.

«Эй», — добавила я, придав голосу более серьезную интонацию, — «каждодневные короткие наблюдения за моими магическими силами и их проверка означают, что мое волшебство может пригодиться, когда в этом будет нужда. Когда я размышляю о будущих выгодах от моих экспериментов, то могу проглядеть пустячное полномасштабное разрушение, разве вам не понятно?»

Компания продолжала идти в гробовом молчании.

Полагаю, что нет.

«Мы не хотим мешать твоим исследованиям», — в конце концов сказал Зеллос, — «но если ты оплошаешь, «когда в этом будет нужда», то Магистр Кротц и его последователи будут менее снисходительны, чем те крестьяне».

С этими словами Зеллос остановился. Остальные последовали его примеру мгновением спустя. Мы дружно вперили взгляды в заросли около тропы.

«Ты можешь перестать прятаться в кустах», — громко произнесла я. — «Мы знаем, что ты там».

Кто-то фыркнул. «Неплохо», — произнес он. — «От вас ничто не ускользнет».

Секундой позже кусты зашевелились, и из-за них вышли два зверочеловека. Один выглядел как обычный волк-оборотень, но облик другого был более экзотичен. Я почти не сомневалась, что он был химерой с частью демона — брасу, одним из поистине кошмарных созданий Кротца.

Поскольку они были зверолюдьми, порожденными волшебством Кротца, я предположила, что оба они неплохо защищены от атакующих заклятий.

Я быстро напрягла мозги, изыскивая более хитрую стратегию.

«Н-не может быть!» — в конце концов вскричала я, изображая крайнее изумление.

«Эй!» — сдавленно рассмеялся полудемон. — «Похоже, что мы удивили девчонку».

«Возможно, вы думаете, что у вас двоих есть шанс выстоять против нас, не правда ли?!» — воскликнула я. — «Скажите, что это не так!». Я всплеснула руками, закрыв ими рот, в то время как ошарашенные зверолюди уставились друг на друга.

«Н-ну!» — прошипел полудемон, брызнув слюной. Но у него имелся туз (вернее, два) в рукаве, поскольку вслед за этим он вытащил два клинка из ножен, висящих у него за спиной: один длинный меч и один короткий.

Человек-волк не выхватил свой клинок. Казалось, он удовольствовался простым наблюдением за полудемоном, бросающим мне вызов.

«Ты что, не слышал меня, придурок?» — мрачно протянула я. — «Ты серьезно недооцениваешь нашу силу. Но…» — Я покачала головой и прищелкнула языком. — «Теперь, когда вы здесь, слишком поздно раскаиваться. Готовьтесь умереть — и будьте добры, сделайте это тихо».

Черт, как я остроумна. Кто-нибудь, запишите эти слова.

«Ха!» — прорычал полудемон. — «А ты действительно грубиянка, не так ли?» — Он покосился на Зеллоса и указал на него когтистым пальцем. — «Господин Балгумон сказал остерегаться этого типа. Я слышал, он настоящий поганец».

Человек — волк кивнул. «Правильно», — произнес он скрипучим, ворчащим голосом. — «Но никто не говорил, что остальные — слабаки. Они могут оказаться хитрыми маленькими гаденышами».

«Л-ладно», — запнулся полудемон, когда его нахальство стало быстро улетучиваться, — «может быть». Секунду он стоял неподвижно, стиснув руками мечи, но затем его плечи опустились, и решимость, видимо, покинула его.

«Ты знаешь», — пробормотал он, — «я не думаю, что пытаться сквитаться с поганцем, пока остальные рядом, будет хорошей идеей. Уверяю тебя, они коварны!»

Типичное пушечное мясо. Минутная похвальба и хныканье позже.

Полудемон нервно улыбнулся мне. «Я не думаю, что ты позволишь нам отступить сейчас, не так ли?»

«Я могла бы», — задумчиво произнесла я, — «если бы вы рассказали мне, где ваше новое укрытие».

«Хмм», — проворчал полудемон. — «Ладно, может, если только это-…»

Воспользовавшись моментом, человек — волк внезапно прыгнул вперед, бросившись прямо на меня. Он даже не дотронулся до меча — он атаковал своими когтями!

«Эй!» — закричала я. Они почти обдурили меня.

Поскольку у меня не было времени, чтобы увернуться от удара человека — волка, я сделала обратное: я протаранила плечом его брюхо, сводя на нет его атаку. Когти оборотня все-таки ударили по мне, но они только распороли мантию у меня за спиной. К несчастью, он все же ухитрился пнуть меня в живот.

«Оохх!» — прохрипела я, когда меня швырнуло на тропу. Когда я наконец прекратила катиться, то подняла глаза и увидела, что человек-волк отбивается от Зела и от палаша Зела.

Оборотень зарычал. Отступив назад, чтобы увеличить расстояние между собой и нападающим, он наконец потянулся рукой за спину и вытащил свой меч.

«Проклятье!» — проревел полудемон. Он последовал примеру своего товарища и неожиданно атаковал, кинувшись на Амелию.

«Файерболл!» — прокричала она.

Направленный искусно управлявшейся с магией Амелией, ее файерболл попал полудемону прямо в грудь. Взрыв подбросил его в воздух и с глухим стуком ударил о ближайшее дерево.

«Х-хе хе», — загоготал он, медленно поднимаясь на ноги. — «Файерболл не подействует, девчушка. Только не на мое тело».

Амелия пропустила его слова мимо ушей. «Файерболл!» — снова закричала она, швырнув еще один огненный шар.

ВЗРЫВ!

Полудемон опять врезался в дерево, едва не повалив его. Столкновение заставило землю содрогнуться. Но, как и раньше, он встал с грязной почвы и медленно отряхнул пыль со своего тела.

«Я ж-же говорил тебе», — тяжело дыша, пропыхтел он тоном, в котором уже сквозили нотки раздражения.

«Файерболл!»

На этот раз я увидела, что полудемон покачал головой за мгновение до того, как файерболл впечатал его в каменную глыбу чуть подальше.

«Ухх», — простонал он, и, пошатываясь, встал на ноги. — «Т-ты напрасно тратишь свои… уффф».

Я перестала беспокоиться о безопасности Амелии. Даже если файерболлы не могли подпалить жаростойкую шкуру полудемона, постоянные удары о ближайшие элементы ландшафта повергали его в ступор.

Я встала на пятки, поднявшись с земли, и бросила внимательный взгляд на человека-волка. Пока Амелия обстреливала своего приятеля, оборотню оставалось сразиться всего лишь с Зелгадисом, Зеллосом и со мной. Такие противники были ему не по зубам, и я почти жалела волосатого придурка.

Ах, но что мы собираемся сделать?

В это время руки человека — волка — ой, то есть когти — были заняты, поскольку он скрестил меч с клинком Зелгадиса. Конечно, будучи не в силах оставаться на заднем плане, когда намечается жаркое сражение, я облизала губы и наколдовала заклятье. Зелгадис, должно быть, услышал меня, так как он воспользовался моментом, чтобы отпрыгнуть в сторону.

«Elmekia Lance!» — выкрикнула я.

Оборотень, замерев на пути моего заклятья, успел лишь выпалить ругательство прежде, чем убрался с дороги. К счастью для него, ему удалось ускользнуть от моего Lance.

«Глупые дети сильнее, чем кажутся!» — крикнул он, поднимаясь на ноги. — «Отступаем!» — позвал он своего друга, убегая в лес. — «Здесь мы погибнем, как собаки!»

Полудемон, внезапно запаниковав, нырнул под последний файерболл Амелии и опрометью кинулся за своим товарищем. «Я слишком красив, чтобы умереть!» — прохныкал он, стремглав уносясь прочь. Я заметила, что полудемон прихрамывал во время бега, очевидно, из-за избиения, устроенного Амелией. Я знала, что ему не удастся сбежать с больной ногой, если мы немедленно начнем погоню.

Зелгадис явно понял то же самое. «Следуем за ними!» — прокричал он перед тем, как стремительно скрылся в лесу.

Амелия, Зеллос и я переглянулись. Зеллос пожал плечами, затем наша троица пустилась вдогонку.

В лесу не было тропинки, поэтому мы могли наслаждаться прогулкой, спотыкаясь о каждый камень, корень или куст, которые бы и помогли обойти тропы. С другой стороны, полудемон не мог уйти слишком далеко вперед с его ранением, но густой кустарник и сучья замедляли наш бег. Зверолюдям посчастливилось, что они скрылись в лесу; реши они пуститься в бегство по открытой местности, мы могли бы взлететь и атаковать их сверху.

Погоня тянулась и тянулась. Даже Зеллос, нацепивший свою обычную усмешку, начал выказывать признаки усталости; это можно было заметить по его затуманившимся глазам.

Это определенно самая докучная битва из всего, с чем нам приходилось столкнуться, — думала я. — А, учитывая, с какими «перлами» мы сражались раньше, это говорит о многом.

«Наконец-то», — резко прошептал Зел, когда мы добрались до конца леса. Впереди мы могли видеть границы маленькой, забытой богом деревеньки. Два наших любимых зверочеловека были заняты тем, что прокладывали кратчайший путь к центру поселка.

Уродливый фермер с выводком немытых детей на буксире тащил за собой глупого вида корову. Увидев продирающихся к ним зверолюдей, фермер и его дети завопили и бросились врассыпную. Тем временем испуганная корова безумно замычала и начала в ужасе разбрасывать повсюду лепехи.

«Вот дерьмо», — пробормотала я. Те зверолюди оказались довольно хитроумными. Они не только могли при желании взять крестьян в заложники, но мы к тому же не могли сражаться с ними изо всех сил в деревне, полной невинных людей. Я просто надеялась, что зрелища их уродливых морд будет достаточно для того, чтобы местные жители попрятались со страха.

События приняли странный оборот, когда зверолюди внезапно остановились посреди пролегавшей через деревню улицы. Встревожившись, наша ненамного отставшая от них четверка прекратила преследование.

Зверолюди встали на месте и повернулись к нам лицом к лицу. Я, естественно, надеялась, что они не хотят превратить главную улицу деревни в поле битвы.

«Так вы в конце концов пришли в чувство!» — воскликнула Амелия, указав пальцем на наших недругов. — «Может быть, сейчас вы понимаете, что зло не делает вам чести — ни сейчас, ни всегда!»

«Фу!» — прорычал полудемон, заскрежетав зубами. — «Разве это справедливо — вчетвером нападать на двоих? Это жульничество».

Волосы Амелии встали дыбом, а ноздри изрыгнули пламя в ответ на довольно подлое замечание. «Нет!» — выпалила в ответ она. — «Это Сила Дружбы! Сила Единства!»

Зелгадис, Зеллос и я одновременно отвели взгляды в сторону.

Правильно.

«Как знаешь», — глухо проворчал полудемон. — «Слушайте, довольно мы ходили вокруг да около. Почему бы нам просто не устроить это прямо здесь?»

Что-то было не так. Холодок пробежал вверх по моему хребту.

«Если вы этого хотите», — объявила Амелия, — «то вы это получите!»

Губы полудемона изогнулись в злобной ухмылке. «Хей!» — позвал он. — «Вы слышали это, парни?»

Они крадучись появились из теней, из переулков и затемненных дверных проемов, из-за телег, запряженных лошадьми, и из-под повозок. По моему грубому подсчету, мы были окружены двадцатью зверолюдьми, у каждого из которых был очень боевой вид.

Вот гадство!

Зеллос тихо заскулил, и я резко повернулась к нему. Разве он не был спокойным типом с выводящей из себя вечной улыбкой? Так в какую же переделку мы угодили?!

«Проклятье», — прошипел Зелгадис. — «Это ловушка».

«Ты все правильно понял, Камушек», — полудемон захихикал. — «Магистр Кротц рассказал нам всем, насколько вы сильны. Даже мне пришлось бы выложиться до конца, чтобы убить Ведара и Гилфу. Мы знали, что у нас двоих нет шансов выстоять против вашей четверки».

Пока полудемон говорил, меня осенило: он и оборотень были всего лишь подсадными утками! Они заманили нас на середину деревни где-то в абсолютной глуши, с лесом у нас за спиной и с крестьянами, связывающими руки нашему волшебству. Мы попали в засаду во всех смыслах этого слова.

Я уже подумывала испробовать нечто грандиозное. Поскольку враги собрались вместе немного ниже по улице, мне было любопытно, достаточно ли здесь пространства, чтобы наколдовать Драгон Слэйв, не разрушив поселок. Опять же, врагам были хорошо известны наши способности, так что, быть может, Драгон Слэйв был именно тем, на что они хотели меня подбить. Я решила немного повременить с этим.

Когда дело доходило до рукопашного боя, то Зелгадис и я довольно легко управлялись со своими клинками, но я волновалась за остальных. Зеллос не расставался с посохом, а у Амелии были только ее кулаки — уж точно не смертельное оружие.

«Извините», — произнес знакомый голос, — «но для вас будет лучше не устраивать драку».

Я мигнула. Я слышала этот голос раньше в горах, — подумала я, поворачиваясь к его источнику. Рослый зверочеловек возвышался на голову над остальными, по телосложению он был гибридом человека и белого тигра. Его глаза мерцали тем же серебристым блеском, что и мех, обрамлявший его лицо. Выполненный в странной технике доспех из тонких пластин брони охватывал его тело, а в его руках покоился массивный боевой топор.

«Гм… Дуклис?» — тревожно спросила я.

Он вздрогнул. Серебристые глаза внимательно глянули на меня.

«Погоди», — пробормотал он, — «это же не… потерявшийся маленький мальчик, не так ли?». Он слегка поскреб щеку лезвием своего боевого топора с озадаченным выражением на лице.

«Так ты девочка?» — спросил он, поразмыслив секунду. — «Ладно, полагаю, теперь все понятно. Должно быть, ты переоделась для маскировки. Конечно, ты обдурила меня».

Я не была потрясена мыслью о том, что я оказалась таким убедительным мальчиком, но сейчас было не время спорить об этом.

«С вами все хорошо, Мистер Дуклис?» — нервно спросил полудемон. Он окинул белого тигра скептическим взглядом.

В ответ Дуклис отмахнулся. «Я в порядке», — заверил он свой отряд. — «Не нужно волноваться. Это просто…» — Он снова поднес боевой топор к щеке и начал легонько почесывать свои усы. — «Видите, какое невезение? Я не люблю сражаться с теми, с кем успел познакомиться».

Амелия наклонилась ко мне. «Мисс Лина», — прошептала она. — «Вы знаете этого типа?»

«Объясню позже», — ответила я углом рта. Затем я снова обратила внимание на Дуклиса.

«Извините», — окликнула я его. — «У меня есть один вопрос».

Серебряные глаза встретились с моими. «Хмм?»

«Ребята, зачем вы служите Кротцу?» — Я перевела дух. — «Этот тип отнял у вас человеческие тела. Он поклоняется Королю Монстров и пытается возродить Демонического Зверя, пока мы тут беседуем. Дело может окончиться уничтожением мира, насколько нам известно!»

Дуклис нахмурился. «Я и не ожидал, что вы поймете, мисс», — серьезно ответил он. — «Почти все мы здесь», — он указал на остальных зверолюдей, — «были при смерти, когда Магистр Кротц нашел нас. Я был наемником, которым пожертвовали, как пешкой, мои же собственные товарищи; Господин Кротц спас меня от ран, превратив в химеру».

«Ах», — заметил Зеллос. — «Значит, теперь ты его пешка».

Я поморщилась при словах Зеллоса. Такой не станет церемониться.

«Я это понимаю», — спокойно ответил Дуклис. — «Но у меня не осталось ничего из тех вещей, ради которых стоит жить по-человечески, и нет дома, куда можно было бы вернуться. Я полагаю, что это верно в отношении большей части этих людей».

Зелгадис пристально глянул на него. «Это возвращает нас к тому, откуда мы начали», — проворчал он. — «К битве». Он медленно вытянул меч из ножен.

Я знала, что события принимают опасный оборот. Надеясь избежать всяких особых проблем, я наклонилась к Зеллосу и прошептала ему: «Поменьше бахвалься силой».

Жрец улыбнулся мне. «Отлично», — прошептал он в ответ. — «Я буду придерживаться точной и простой стратегии».

Я не удовольствовалась этим. Зеллос все еще пытался тихим сапом свести свою стратегию к причинению максимального вреда.

«Просто не используй ничего более смертоносного, чем нам нужно, понял?»

Зеллос пожал плечами.

Глубоко вздохнув, Дуклис объявил: «Время начать схватку. Наш разговор — пустая трата времени».

«В БОЙ!» — взревел полудемон, явно готовый нанести первый удар. Он бросился прямиком к Амелии.

Однако Зелгадис подбежал, чтобы прикрыть ее. Амелия уже читала заклятье, и я могла расслышать, что это было: Ra Tilt.

Ra Tilt поражает только одного врага за одну попытку, но он чрезвычайно смертоносен, даже для демонов — брасу. Принцесса не потратила зря ни секунды. Я заметила, что несколько других зверолюдей внезапно стали надвигаться на Амелию. Последовав ее примеру, я начала читать собственное заклятье, в то же время выхватывая свой короткий меч.

Отлично. Добиться успеха!

Дуклис медленно скрыл лицо за окрашенным серебром шлемом. Разглядывая нас сквозь прорезь в забрале, он поднял свой топор одной рукой.

Звяк!

Искры посыпались из-под длинного меча полудемона, когда он столкнулся с клинком Зелгадиса. «Ты мой!» — рыкнул полудемон, взмахнув другой рукой, вооруженной коротким мечом. Зверочеловек пытался нанести глубокую рану коротким клинком, но Зел отразил удар своей ладонью.

«Что?!» — выкрикнул в изумлении полудемон.

«Elmekia Lance!» — воскликнула я.

Моей главной мишенью был сам Дуклис. Если бы я смогла устранить его с помощью заклятья, то дать отпор более мелким зверолюдям — которые, как я полагала, находились под его руководством — стало бы гораздо проще. Я сомневалась, что он, с высокой сопротивляемостью магии или без нее, смог бы выдержать полновесный удар Elmekia Lance.

Но, к моему удивлению, Дуклис не сбился с шага, продолжая наступление. И, к моему ужасу, он встретил удар Lance в грудь и даже ухом не повел.

«Какого черта?!» — подумала я. Намечалось нечто очень скверное.

«Амелия!» — завопила я. — «Зел! Отступаем!». Я изо всех сил отпрыгнула в сторону так далеко, как только могла.

«Что?!» — прокричал в ответ Зелгадис. Он свалил от полудемона и выскочил из эпицентра драки.

Но Амелия просто стояла там. Она продолжала читать свое заклятье, даже когда зверочеловек приблизился к ней и занес свой меч над ее головой.

«АМЕЛИЯ!» — завизжала я.

В мгновение ока Амелия ускользнула с места, где стояла до этого, и пулей понеслась в тыл к своему нападающему. Не теряя ни секунды, она влепила злобный пинок зверочеловеку в спину.

«Что?» — выпалил зверочеловек, покачнувшись.

Я моргнула. С каких это пор Амелия может так быстро двигаться?!

Поскольку зверолюди — плотные, мясистые скоты, ее пинок лишь заставил животину потерять равновесие, не возымев иного действия. Но ход был удачным — зверочеловек врезался в Дуклиса, который заставил его притормозить свободной рукой. «Тьфу!» — заворчал на него Дуклис. — «Я же говорил тебе быть осторожным!»

В этот момент Амелия закончила читать заклятье. «Ra Tilt!» — прокричала она, и колонна ревущего синего пламени обволокла Дуклиса.

Но когда световой столб исчез, Дуклис все еще стоял на месте. Амелия и я открыли рты от изумления.

«Понятно», — проворчал Дуклис. — «Это правда — вы талантливы».

«Ч-что?» — Слово застряло у меня в глотке. Как, черт побери, этот парень пережил Ra Tilt?!

«Не говорите, что моя невосприимчивость к вашей магии удивляет вас». — Дуклис постучал по пластинам своего панциря костяшкой волосатого пальца. — «Это броня, девочки. Броня, которую Магистр Кротц подарил мне».

Мое сердце ушло в пятки. Серебристые глаза Дуклиса замерцали.

«Внутри нее запечатан Занаффар».

Глава 4

Серебряный Зверь возрождается

Амелия и я снова разинули рты. Это был подходящий день для открывания ртов, если такой вообще бывает.

Неужели он только что сказал, что Занаффар запечатан в его доспехе?!

«З-Зел!» — взвизгнула я. — «Ты не говорил, что они могут сотворить такое!»

«Не приплетай к этому меня!» — выпалил в ответ он. — «Как я мог об этом знать?!»

Он говорил дело. Но это все же было слишком, слишком странно.

Мне потребуется немного времени, чтобы обмозговать это, приятели. Извините, я на минутку.

Если Занаффар был не более чем набор доспехов, отражающий боевые заклятья, то это была для нас хорошая новость. Со злобным нагрудником куда проще иметь дело, чем с какой-нибудь суперхимерой, способной одним чихом разрушать целые города.

Но сейчас шайка нападающих зверолюдей не оставляла мне времени на раздумья. Я решила, что мы, вероятно, не сможем убить Дуклиса, но у нас был шанс стереть в порошок его дружков, а затем дать отсюда дёру.

Снова схватив свой меч, я бросила взгляд на Зеллоса. Он просто бегал вокруг своих противников, парируя посохом удары их клинков и хитро проскальзывая между их стаями. Этот парень был сущей поэзией в действии. Взбешенные зверолюди выкрикивали фразы наподобие «Умри!» и «Замри, чтобы я мог прибить тебя!», но это явно им не помогало. Они вовсе не развлекались так, как это делал Зеллос, это уж точно.

Если честно, то мне было немного неловко за парней — за всех десятерых. Я знала, что мне было бы очень обидно, если бы мне надрал задницу тип вполовину меньше меня, в то время как я привел с собой девятерых своих приятелей. Я просто была рада видеть, что Зеллос не воспользовался своей магией; изжаренные зверолюди — это хорошо, а изжаренная деревня — уже нет.

Амелии и мне было полегче, чем Зеллосу, но шансы все же были не в нашу пользу с перевесом у нападающих трое на одного — и к тому же мы еще возились с Дуклисом. По крайней мере, никто из типов в их команде не мог сравниться с Ведаром; я обнаружила, что я могла бы сразиться один — на — один с большинством из них.

«Йааа!» — взревел зверочеловек с головой насекомого, набрасываясь на меня с мечом.

Я отразила его удар своим клинком. «Подумай еще раз, уродец!» — сплюнула я, отбрасывая его назад.

Моей целью было уйти из сферы досягаемости меча, но зверочеловек упорно наступал и не давал мне такой возможности. Я раздумывала, что делать с этой проблемой, когда еще одна неожиданная деталь оживила тусовку.

«Уухх!» Один из зверолюдей заворчал, когда дополнительная пара рук выросла из его боков, и каждая конечность взмахнула персональным сияющим кинжалом.

Да, леди и джентльмены, я была готова покончить с этим.

«Эй!» — пронзительно завопила я, лягнув многорукого зверочеловека в живот и используя силу пинка, чтобы оттолкнуть себя назад. Наконец-то, дистанция, в которой я нуждалась. Одной из рук удалось порезать мою правую ступню, но это было скорее досадно, чем больно.

Рукастые маленькие гаденыши.

Быстро увильнув от атаки нового зверочеловека, я наколдовала заклятье.

«Ну уж нет, не выйдет!» — прокричал другой зверочеловек. Он подбежал и рубанул по мне, и я едва ухитрилась увернуться от удара.

Амелия подпрыгнула в воздух и врезала малому ногой промеж глаз. Он упал на землю с глухим стуком.

Я окинула принцессу благодарным взглядом прямо перед тем, как высвободила заклятье. «Vu Vraimer!» — выкрикнула я.

Земля начала трястись и загудела; огромные пласты грунта поднялись с отдельного пятачка почвы и стали слепляться в новую форму. Парой секунд позже у меня был голем.

Vu Vraimer использует низкоуровневых духов земли, витающих в воздухе, чтобы превратить глыбы земли в одержимую, управляемую форму. Мой милый новенький голем был вдвое больше любого из моих противников.

«Что-…?!» — прокричал испуганный зверочеловек.

«Голем!» — скомандовала я, наслаждаясь зрелищем группы зверолюдей, готовых намочить штанишки. — «В атаку!»

Голем накренился вперед и, размахнувшись, опустил свой гигантский кулак на ближайшего врага. «Бах!» — прогрохотал он.

Хлюп!

Зверочеловек со стуком шлепнулся на землю. Не удивительно, что снова он не встал.

Дуклис отступил на шаг назад. «Хорошо же», — медленно произнес он, — «я, безусловно, впечатлен».

С этими словами он припал к земле, а затем бросился на голема на полной скорости. «Оба-на», — подумала я, пытаясь собраться с духом перед надвигающимся столкновением.

«Держись, голем!» — закричала я.

«Бах», — прорычал голем. По моей команде он изогнул назад руку и, размахнувшись, бросил кулак по восходящей дуге к Дуклису, который уклонился от удара, поднял свой боевой топор высоко над головой и развернулся на пятках, словно юла.

«Неплохая попытка!» — прокричал он. — «Но, боюсь, что ты слишком медлителен!»

Топор, вспыхнув на солнце, опустился на голема со свистом и звоном.

БУУМ!

Мой голем разлетелся вдребезги, оставив кучу щебня и облачко пыли.

Черт.

Когда голем вышел из строя, Зелгадис внезапно по необъяснимой причине решил броситься в атаку прямо на Дуклиса. Я уже собиралась позвать его по имени, добавив к нему нелестный эпитет, когда я поняла, что у него есть план.

Прямо перед тем, как его клинок столкнулся с оружием Дуклиса, Зелгадис в неразберихе проскользнул мимо тигра и бросился на полудемона, стоящего неподалеку. Должна признать, что это был неплохой психологический ход.

«Такое я уже проходил!» — хмыкнул полудемон, размахнувшись мечом для удара. Но у Зелгадиса был припрятан еще один козырь в рукаве.

«Ra Tilt!» — прокричал он.

Как только эти слова прозвучали в воздухе, синие всполохи поглотили полудемона. Когда его бывшее тело осыпалось на землю аккуратной маленькой кучкой, Зелгадис прошмыгнул мимо нее и сразил клинком ошеломленного зверочеловека, наблюдавшего за представлением. Меч Зелгадиса пронзил зеваку, словно столовый нож — масло.

Трое готовы!

Чтобы не позволить химере превзойти себя, я поставила ноги на ширину плеч и начала читать свое следующее заклятье. Черт меня побери, если он выпутается из этой передряги с более крутым видом, чем я.

В этот момент насекомоголовый зверочеловек решил еще раз замахнуться на меня. Я отразила его удар, затем резко отскочила назад, чтобы уклониться от его пинка. Языки синего пламени охватили его прежде, чем он смог восстановить равновесие.

Амелия тоже могла очень неплохо управляться с Ра Тилтом.

Это четверо!

Как раз тогда компания зверолюдей, сражавшихся с Зеллосом, заметила нас. Они прорычали что-то друг дружке, прежде чем побежали в нашу сторону.

Вот тогда-то Дуклис и взъярился на нас.

«Хмпф!» — пропыхтел он, посылая в сторону Амелии быстрый удар ногой. Ей удалось отступить назад и уклониться от пинка, но затем Дуклис поставил ногу на землю, развернулся и — …

Удар!

Амелия отлетела назад и упала на дорогу. Я изумленно мигнула.

Это что, был хвост?!

В тот момент, когда Амелия увернулась от пинка, ее ударило поперек груди что-то длинное и толстое. Я не была уверена, принадлежала ли эта штука Дуклису, или Занаффар, запечатанный внутри его доспеха, произвел магический бросок.

Амелия поднялась на ноги, но я могла поклясться, что удар вышиб из нее дух. Дуклис приблизился, снова занося боевой топор, как раз, когда Зелгадис подбежал к нему сзади.

«Хмпф!» — пропыхтел Дуклис, быстро разворачиваясь; его топор ярко блеснул.

С резким металлическим звоном Дуклис ловко разбил палаш Зелгадиса напополам.

Но… он был нам нужен!

Мне было интересно, знал ли Дуклис, как управлять возможностями Занаффара, о которых мы не могли даже догадываться. Я решила задействовать талисманы в драке, но в уравнении с усилением все еще было слишком много переменных, которые я не могла спрогнозировать. Кроме того, что хорошего в увеличении сил, если моя мишень была невосприимчива ко всему, что я могла бросить в нее?

«Проклятье», — пробормотал Зелгадис, когда он уставился, широко раскрыв глаза, на свой только что сломанный меч. Химера развернулся и подбежал к рассыпчатым хлопьям пепла полудемона, которого он ранее истребил Ра-Тилтом; меч мертвого монстра был наполовину засыпан его останками.

«Не торопись, подумай еще!» — огрызнулся человек — волк, преградивший Зелу дорогу. Вервольф взмахнул своим мечом и нанес удар, который Зелгадис едва ухитрился парировать разбитой половиной своего палаша. Амелия и я были слишком заняты сражением со зверолюдьми, пришедшими со стороны Зеллоса, чтобы помочь.

Проблемы Зелгадиса удвоились, когда Дуклис атаковал его сзади.

«Зел!» — завопила я.

Я знала, что Зелгадис услышал меня, но он покамест сцепился в схватке с оборотнем; ему не давали передышки, чтобы повернуться к Дуклису, который занес свой боевой топор над головой Зела.

Нет!

ЗВЯК!

Дуклис заворчал от удивления, когда гигантское лезвие его боевого топора, вертясь, улетело в неизвестном направлении. Тигр опустил руки и уставился на то, что осталось от его оружия: на расщепившуюся, обломанную палку.

«Что?!» — закричал человек — волк, его похожие на бусинки маленькие глазки метнули взгляд на сломанный топор Дуклиса. Вспышка ослепительного света внезапно пронзила его грудь; с душераздирающим воем оборотень упал в грязь и начал истекать кровью, заливая ею землю вокруг себя.

Зелгадис обернулся к своему светоносному союзнику. «Рад, что ты смог к нам заглянуть», — едко заметил он, и его каменный кулак приблизился к золотой блондинистой голове и постучал по ней.

Гаури!

Мой весьма запоздавший защитник улыбнулся и снова сжал в руках Меч Света. «Да», — застенчиво ответил он. — «Однако неплохое получилось появление, так ведь?»

Это был Гаури, значит, все в порядке.

«Ты первый!» — выкрикнул Гаури, подскочив к Дуклису. Тигр, явно находясь в здравом уме, поспешил отступить.

Гаури это не встревожило — он просто изменил направление и начал прорубаться сквозь ряды атакующих зверолюдей. В то время как химеры визжали, падали и спотыкались о тела вокруг него, он наверстывал упущенное из-за позднего появления, увеличивая внушительное число убитых.

Ах, как же это здорово — снова стать крутыми ребятами.

Дуклис нахмурился. «Я этого не потерплю!» — прогремел он, отшвырнув в сторону обрубленную половину древка топора. Он пронзил воздух высоко поднятой вверх правой рукой.

ВММММ!

Вспышка света полыхнула из его сжатого кулака.

Я уронила челюсть. «Это что, еще один Меч Света?!» — в ярости думала я. Чем бы это не оказалось, оно было длинным, твердым, и он держал его как оружие.

«Это тебя остановит!» — прокричал Дуклис, бросившись в бой. Гаури обернулся, чтобы дать ему отпор, и выставил вперед свой собственный клинок, стремясь отразить удар.

Два световых меча столкнулись…

…И клинок Дуклиса разлетелся на миллион крохотных искр.

«Что?!» — закричал Дуклис.

Гаури не терял времени зря. Он взмахнул своим победоносным клинком, описав в воздухе сверкающую дугу, и глубоко вонзил его в грудь Дуклиса.

Это сразу положило конец битве. Когда Дуклис превратится в истекающую кровью, умирающую развалину, войско зверолюдей быстро рассыпалось. Те немногие, что пережили следующие несколько минут, скрылись в холмах, оставив позади своих мертвых и раненых.

Главная улица деревни превратилась в кладбище, полное разрубленных и изрезанных трупов зверолюдей. Оставшиеся в живых включали слабеющего Дуклиса; он опустился на колени в грязь, тяжело дыша, и медленно покачал головой.

«Что», — выдохнул он, — «что это было… за оружие?» Он приподнял искаженное болью лицо, чтобы получше разглядеть нас. Парень, очевидно, понятия не имел о том, что его ударило.

«Это», — тихо сказала я, — «был легендарный Меч Света».

Дуклис слабо улыбнулся, услышав мой ответ. «Понятно», — задыхаясь, произнес он. — «Если З-Занаффар существует, то нет ничего удивительного в том, что Меч существует тоже». — Тигр закрыл свои глаза. — «Но у к-какого оружия есть шанс выстоять против Света? Это не очень… честно». — Он снова закашлялся, и кровь потекла вниз по его подбородку.

Я беспокойно поерзала. О’Кей, ребята. Нечего тут уши развешивать.

«Вы отправляетесь… за Магистром Кротцем?» — спросил Дуклис.

Я кивнула.

«Он п-провел вас. Новое укрытие лежит южнее Косматой Гривы… ближе к озеру». — Тигр сделал глубокий, судорожный вдох. — «Мы опередили вас… используя короткий путь».

«Зачем ты нам это рассказываешь?»

Дуклис покачал головой. «Я не знаю», — ответил он. — «Может, потому… что вы мне… понравились?»

Да, это заставило меня чувствовать себя довольно погано. Дуклис еще раз харкнул кровью, и я заметила, что его серебристые глаза затуманиваются.

«Будьте осторожны», — прошептал он. — «Занаффар… Гроужа… более сильный, чем…»

Не успев закончить фразу, Дуклис упал вперед на дорогу с пыльным стуком. Он еще раз тяжело вздохнул, а затем прекратил дышать вообще.

С минуту никто не произносил ни слова. Когда Амелия наконец заговорила, это было бормотание «Ты его знала?».

«Мм». У меня не было точного ответа на этот вопрос, поэтому я только неуверенно пожала плечами.

Меня заинтересовали последние слова Дуклиса. Занаффар Гроужа… Значило ли это, что существовала более чем одна разновидность Занаффара? И был ли «Занаффар Гроужа» сильнее, чем запечатанный в доспехе Дуклиса?

Как будто нам одного Занаффара не хватало!

«Итак», — внезапно сказал Гаури, прервав ход моих мыслей. — «Все целы? Никто не потерял какую-нибудь конечность?» Он улыбнулся Зеллосу, Зелгадису, Амелии и мне, а затем мимоходом протянул руку, чтобы взъерошить мне волосы.

БАЦ!

Мой апперкот пришелся прямо ему под челюсть. Голова Гаури с хрустом дернулась назад, как у тех кукол с шеей — пружинкой; это было и впрямь очень забавно.

«Что — ?!» — залопотал он, схватившись за подбородок. — «За что?!»

«Не смей строить из себя передо мной святую невинность!» — завизжала я, готовясь наконец дать выход своему гневу. — «Где, черт возьми, ты шлялся все это время?!»

Гаури погладил свою ушибленную челюсть, поймав пальцами прядь своих растрепанных волос. — «Я искал тебя и Амелию, что же еще».

«Ох, в самом деле?» — рявкнула я, подбоченясь. — «Тогда позволь мне задать тебе вопрос». — Я подошла на шаг ближе. Мне явно удалось больше, чем немного испугать его, чем я была вполне довольна.

«Прежде, чем мы расстались», — я скрипнула зубами, — «я сказала тебе, что деревня Косматая Грива — это логово врага. Почему, черт возьми, ты просто не пошел туда? Чего ты дожидался все это время, прежде чем показаться здесь?!»

Гаури моргнул. «Так вот как ее звали!» — выкрикнул он, шлепнув кулаком по ладони. — «Деревня Косматая Грива!»

У меня было сильное подозрение, что его отговорка была фантастически глупой.

«Послушай», — выпалил он. — «После того, как я оторвался от группы зверолюдей в чащобе, я искал повсюду в лесу, но не смог найти никого из вас. Я прикинул, что мне нужно идти обратно в деревню, где, как ты сказала, было убежище шайки, но… Гм…». — Он умолк.

«Позволь мне догадаться — ты забыл название места».

Он хмуро кивнул.

ШМЯК!

Я шлепнула по лицу Гаури тапочкой, оказавшейся в моей руке.

«Ты хоть немного понимаешь, как сильно мы беспокоились только потому, что ты пропал?!»

«П-погоди минутку!» — выкрикнул Гаури, выставив вперед ладони.

«Ты мне зубы не заговаривай, приятель!»

«Я не то имел в виду! Послушай, погоди!» — Он прервал разговор, уставившись на тапочек в моей руке. — «Где, черт побери, ты раздобыла этот тапок?»

Я посмотрела на вещь, затем снова перевела взгляд на Гаури. — «Я вытащила его из кармана!»

«Хм, почему ты носишь тапок в своем кармане?»

Я признаю, что это был обоснованный вопрос.

«Я недавно достала его в гостинице», — коротко ответила я. — «Помнишь? Я сказала, что тапочки мило смотрятся, и что я люблю красивые вещи, поэтому я их украла».

«Красивые вещи?» — повторил он.

Долгое, неловкое молчание повисло в воздухе между нами. Я не смогла придумать остроумный ответ.

«Гм, Лина», — в конце концов предложила Амелия, — «сейчас не вполне подходящее время для ссоры влюбленных».

Я резко обернулась к ней, мои глаза горели ярким пламенем, а щеки багровели. «Кого это ты называешь ВЛЮБЛЕННЫМИ?!» — взревела я.

«Давайте вернемся к Дуклису», — предложила она, не обратив внимания на мою ярость. — «Он что-то сказал про укрытие Кротца, находящееся где-то южнее Косматой Гривы, верно? Где-то около озера».

Прежде, чем я смогла ответить, Зеллос отступил на шаг назад. «Да», — вежливо сказал он. — «И это отмечает мой уход. Спасибо вам всем за воспоминания». Он любезно поклонился, затем повернулся, чтобы уйти.

Мы тупо уставились на его спину. «Э-эй, подожди!» — позвала Амелия. — «Куда ты идешь?»

Зеллос глянул назад с его холодной, неменяющейся улыбкой.

«Не поймите меня неправильно», — тихо сказал он. — «Хотя вы с Зелгадисом — товарищи, я просто не ваш враг».

Молчание. Его улыбка никогда не выглядела более паршивой.

«До настоящего времени у Магистра Кротца в команде имелись довольно значительные силы — и я не знал о местонахождении его нового укрытия, так же, как и вы». — Его взгляд остановился на Зелгадисе. — «Но это больше не важно. Вы должны помнить, что моей целью является Клэрская Библия, и у меня нет намерения передать манускрипт Мистеру Зелгадису, в точности как у него нет намерения передать его мне».

Зелгадис помедлил. «Это зависит от его содержания», — секундой позже сказал он, и его голос прозвучал заметно мрачнее.

Зеллос слегка кивнул. «Другими словами», — отметил он, — «мы стали конкурентами, и вследствие этого наше продолжительное сотрудничество сделалось обоюдно неэффективным. Не согласитесь ли вы, что в сложившейся сложной ситуации лучше всего будет расстаться?»

Когда никто из нас не ответил, он пожал плечами. «Тогда я должен идти».

Жрец сделал благословляющий жест, разворачиваясь, затем спокойно пошел прочь. Мы наблюдали, как он уходит, оцепеневшие и смущенные, пока он не исчез за поворотом извилистой тропы впереди.

«Эй!» — позвала я. — «Эй, постой!»

Я внезапно обнаружила, что бегу за ним, прочь от деревни, и остановилась только на повороте тропы, где, как я видела, он свернул. Но там никого не было. Все, что я увидела — это безлюдную тропинку, окаймленную густыми рощами деревьев, извилисто петляющую вдоль подножья холмов.

Немного позже я услышала слабый хруст шагов за своей спиной. Я обернулась и увидела Зелгадиса.

Химера молча всмотрелся в ту сторону, где скрылся Зеллос. Немного помедлив, он перевел взгляд на меня, и я увидела, что нечто очень темное скрывается за его зрачками.

«Возможно», — пробормотал химера могильным голосом, — что он окажется самым серьезным противником из всех».

* * *

Потребовалось еще два дня, чтобы вернуться обратно в Косматую Гриву, поскольку мы должны были странствовать по деревням, горным тропам и непроходимым лесам, добираясь туда. К тому времени, когда мы прибыли на место, мы отставали от Кротца на шесть дней, и к тому же крайне утомились. После этого нам не потребовалось много времени, чтобы дойти до озера, упомянутого Дуклисом; оно и впрямь лежало чуть-чуть южнее Косматой Гривы, а мы стремились начать схватку.

Мы приникли к земле, спрятавшись за кустами, и устроили стратегическое совещание. Неподалеку от нашего укрытия стояло древнее строение, вероятно, еще одни уцелевшие руины эпохи Летидиуса. Так же, как и в случае с первым убежищем, которое мы разнесли к чертям собачьим примерно неделю назад, мы не заметили никаких стражей, патрулирующих здание. Кротц либо не верил в свою охрану, либо подставлял нас под удар.

«Я думаю, что будет довольно правильным предположить, что организация Кротца сильно пострадала из-за его недавних потерь», — сказал Зелгадис, понизив голос. Он вздохнул, разглядывая сквозь укрывающую нас растительность строение, маячившее впереди. — «Конечно, это может послужить ему еще одной причиной для того, чтобы поставить на нас капкан».

Гаури пожал плечами. «Мы все же собираемся войти», — подчеркнул он. — «Ловушка это или не ловушка».

Внезапно меня осенила блестящая идея. Я кивком подозвала их поближе.

«Как насчет этого?» — прошептала я. — «Сначала мы поручим Гаури самоубийственную миссию ворваться внутрь. Если он не вернется обратно немного попозже, мы сочтем, что он мертв, и начнем забрасывать укрытие культа Драгон Слэйвами».

«О’Кей!» — Амелия подняла вверх оба пальца.

«По-моему, звучит неплохо», — согласился Зелгадис.

Гаури вздохнул.

Прежде, чем вы начнете осуждать меня, знайте, что нам всем нужно было снять напряжение, а Гаури приходилось работать меньше всех. Мы только шутили! Ладно… наполовину шутили.

После того, как мы прекратили хихикать над самопожертвованием Гаури, я сделалась серьезной. «Мы не сможем использовать очень мощные боевые заклятья внутри», — пробормотала я. — «Все это понимают?»

Они кивнули. Я уже собиралась продолжить, когда услышала звук файерболла.

ФВУУУМ!

Пламенеющая сфера по дуге пронеслась к нам и сдетонировала, над ней широко раскинулся красно-оранжевый плюмаж дыма, как только она взорвалась. Конечно, к тому времени наша четверка смекнула, что происходит, и давным-давно кинулась врассыпную.

Неподалеку стояли пять фигур в развевающихся алых мантиях. Четверо из них, судя по их массивным очертаниям, очевидно, были зверолюдьми. Пятый же подозрительно смахивал на…

Только не он снова!

«Я с прискорбием сообщаю вам, что мы не потерпим посягательств на наши владения!» — объявил Балгумон.

Амелия тряхнула кулаком. «Итак», — громко и четко воскликнула она. — «Злобный заместитель лидера культа наконец явился, чтобы встретить правосудие лицом к лицу!»

«Среди людей не может быть ни правосудия, ни зла», — коротко возразил Балгумон, — «только слабость и сила. Но низшие жизненные формы вроде вас — простые паразиты, как вы — неспособны это постичь». С этими словами он сузил глаза, подобрал мантию поудобнее и бросился в атаку.

Прямо на Гаури.

На секунду мне показалось, что это шутка. Пока тощий, бледный маленький человечек бежал на нашего громадного мечника, я спрашивала себя, не рехнулся ли Балгумон. Какой волшебник, будучи в здравом уме, рискнет физически бросить вызов кому-то, весящему в три раза больше него?

Внезапно нечто серебристое сверкнуло в руках Балгумона.

«Ох!»

К моему изумлению, звук исходил от Гаури. Пока я наблюдала, Гаури согнулся вдвое от силы удара, и, пошатнувшись, отступил назад на пару шагов.

Что за черт?!

Балгумон сжимал в руках два меча. Мой мозг на секунду отказался воспринимать нелепость происходящего, затем быстро попытался обработать данные. Ударил ли он Гаури? Двойными клинками? Искусство боя на мечах у Гаури было просто наилучшим из всего, что я когда-либо видела, а Балгумон не выглядел достаточно сильным даже для того, чтобы поднять два меча, куда уж ему в одиночку орудовать ими.

Я всегда просто полагала, учитывая тощие руки Балгумона и стилизованное под мантию одеяние, что этот тип был волшебником. Но Балгумон был мечником.

«Я знаю о провале Дуклиса!» — прокричал он, размахивая клинками направо и налево. — «Я знаю, что это он сообщил вам о том, где мы находимся. Я также знаю о том, что ты носишь с собой вредоноснейший меч!» — Балгумон нанес удар, завертелся на месте и начал наступать на Гаури, полы его мантии кружились вокруг него, пока он двигался. — «Однако», — презрительно усмехнулся он, — «если я не дам тебе возможность выхватить клинок, я буду в полной безопасности!»

Балгумон в действии устрашал. Он перемещался так быстро, что клинки в его руках превратились в едва различимые движущиеся контуры; мне с трудом удавалось уследить за ним, пока он и Гаури перепрыгивали с места на место. Не поймите меня неправильно — Гаури просто замечательно поспевал за молниеносными движениями своего противника, но Балгумон оставался прямо напротив лица Гаури, отказывая мечнику в дистанции, в которой тот нуждался для того, чтобы выхватить Меч Света.

Я была бы рада протянуть Гаури руку помощи, но Амелия, Зелгадис и я были немного заняты; четверо зверолюдей набросились на нас, как мухи на сами — знаете — что.

Даже если бы я не отвлекалась на собственную битву, я все же смогла бы сделать для Гаури очень немногое. Мое искусство боя на мечах было недостаточно хорошо для того, чтобы бросать вызов Балгумону, а сражение протекало слишком близко от меня для того, чтобы наколдовать заклятье, при этом не убив их обоих.

Разве только я смогу отвлечь их.

«Амелия!» — прокричала я, парируя удар клинка наступающего зверочеловека своим коротким мечом. — «Зел! Дайте мне немного времени — я собираюсь снести их убежище Драгон Слэйвом!»

Услышав это, Балгумон заскрипел тормозами и остановился. «Ч-Что?!» — запинаясь, произнес он.

Секундной паузы вполне хватило Гаури для того, чтобы сделать гигантский прыжок назад и наконец-то получить немного свободного пространства. Но прежде, чем они смогли продолжить свое сражение, их прервали.

БА-БАААААХ!

В этом не могло быть никакой ошибки. Это был звук взрыва — очень мощного взрыва — исходящий изнутри строения культа. «А я даже ничего не сделала», — изумилась я.

Балгумон выглядел заметно шокированным. «Что?!» — воскликнул он. — «Что все это значит?!»

Балгумон поспешно отступил от Гаури и окинул нашу компанию пристальным взглядом. Ему не понадобилось много времени, чтобы понять, что один из нас заметно отсутствовал.

«Где он?!» — воскликнул заместитель Кротца. — «Где этот назойливый жрец?!»

Зеллос. Если взрыв был действительно его рук делом, тогда он замечательно выбрал время.

Балгумон уставился на нас. «Так это и был ваш план, вы…!» — Он был слишком занят бегом к своему убежищу, чтобы закончить то оскорбление, которое было у него на уме. Зверолюди посмотрели на его спину, перекинулись между собой растерянными взглядами, а затем стремглав бросились вслед за ним.

«Господин Балгумон?» — я услышала, как пискнул один из них, когда они скрылись в здании.

Кажется, нам посчастливилось получить передышку. И Зелгадис хотел извлечь из нее максимальную выгоду.

«Вперед!» — завопил он.

По его сигналу мы проследовали за Балгумоном и четырьмя зверолюдьми в укрытие.

* * *

«Черт», — пробормотал Зелгадис севшим голосом. Он осторожно перевернул ногой труп зверочеловека, лежащий сразу за входом в здание.

Зверочеловек, вероятно, нес службу на посту. Он не мог бы похвастаться при жизни приятной наружностью, но его смерть, похоже, сыграла злую шутку с его внешностью — его голову сорвало с плеч, и ее остатки покрыли пол пятнами и забрызгали стены.

Я знала, что обычные магические заклятья не срабатывали на зверолюдях Кротца, поэтому, кто бы ни был убийцей парня, он припрятал за поясом набор особых умений. Если это был Зеллос, тогда хотелось бы мне знать, в чем заключался его секрет. Амелию, очевидно, интересовало то же самое.

«Что у него за техника?» — пробормотала она.

«Я не знаю», — Зелгадис нахмурился. — «Я никогда не видел ее лично».

Что касается меня, то я наблюдала способности Зеллоса лишь при двух происшествиях: усиленный Blast Bomb, когда мы впервые встретились, и огромной силы вихрь недавно в деревне. Как, черт возьми, ему удавалось сделать то, что он вытворял?

«Как бы то ни было», — предложила я, покачав головой, — «давайте просто пройдем внутрь. Здесь мы теряем время».

Мы стояли в маленькой комнатке с единственным выходом: небольшим дверным проемом прямо напротив входной двери, ведущей наружу. Вход в здание был открыт, так что мы могли разглядеть за ним длинный, спускающийся вниз коридор. По всей видимости, это место представляло собой довольно большую и замысловатую подземную систему.

Проход был теплым, его стены обжигали при прикосновении и почти полностью обуглились. Когда мы проследовали вниз по коридору, напряженно выискивая хоть какой-то признак ловушки, то услышали непрерывный стук шагов и периодический грохот взрывов где-то глубже под землей. У каждой комнаты вдоль коридора отсутствовала целая дверь, а изнутри помещений распространялись жар и дым, как если бы их только что подожгли. Мы, очевидно, шли по пятам за очень опасным магом — разрушителем — к тому же слегка переборщившим с файерболлами.

«Черт бы его побрал», — прорычал Зелгадис, пока мы обозревали побоище. — «Во имя преисподней, о чем думает этот псих?»

Зеллос явно хотел посеять как можно больше смятения и паники в рядах воинства Кротца. Мне показалось, что он ужасно глуп в этом отношении, учитывая то, что мы искали древний и, вероятно, легко воспламеняющийся манускрипт.

БУУУУУМ!

Еще один взрыв, на этот раз гораздо ближе.

Мы нагоняем его!

«Сюда!» — окликнула я остальных, пускаясь бегом вниз по коридору. Одинокая фигура, черным силуэтом выделяющаяся на фоне мерцающих пламенными отблесками стен, внезапно преградила нам путь.

Балгумон.

Наша четверка прекратила преследование и приготовилась к битве — или, что вероятнее, к тому, чтобы начавшуюся битву прервали в самом разгаре — но он лишь задержался для того, чтобы поздороваться с нами.

«Проклятье», — прошипел он прежде, чем метнулся вниз по ближайшему боковому коридору. Очевидно, у него на уме было нечто более важное, чем разборки с нами.

Нечто более важное, чем разборки с нами? Это звучало прямо как название места, где мы бы хотели очутиться.

«За ним!» — прокричала я, и мы все кинулись в погоню. Он подбежал к двери, маячившей у нас впереди, нырнул внутрь и ухитрился закрыть ее прежде, чем мы смогли туда войти.

«Она не открыта», — пробормотал Гаури, дергая ручку. — «Она заперта».

Спасибо тебе, Гаури!

«С дороги», — приказала Амелия. Когда она начала читать заклятье, Гаури, Зелгадис и я быстро покинули пределы того, что вскоре станет зоной поражения взрыва.

«Dam Brass!»

ТР-РЕСК!

Заклятье Амелии не только разнесло дверь в щепы, но также разрушило дверную раму и добрую часть стены вокруг нее. Мы заглянули сквозь нашу свежепроделанную дыру в комнату, смотревшуюся как маленькая часовенка.

Обстановка молельни выглядела так, словно ее недавно изменили. Статуи старых богов на пьедесталах были разрублены, и на маленьком алтаре в центре комнаты стояла статуя Рубиноокого Шабранигдо. Хотя ее нельзя было назвать особо точной: оригинал был уродливей.

На противоположном конце часовни была еще одна дверь. Здесь то мы и обнаружили Балгумона, возившегося с замком.

«Так это здесь ты прячешь манускрипт», — прорычала я. Наша четверка начала подкрадываться к нему, пытаясь выглядеть как можно более угрожающе.

Замок под руками Балгумона открылся. Заместитель Кротца обернулся к нам с торжествующей улыбкой на своих тонких губах, и распахнул дверь.

Неясная тень преградила ему путь к спасению. Выражение лица Балгумона мигом изменилось с самоуверенного на исполненное ужаса.

«Ты!» — выкрикнул он.

Что касается последних слов, его слова оказались крайне маловыразительными.

Чпок!

С тем же звуком, что издает спелый помидор, если по нему с силой наподдать, голова Балгумона взорвалась на его плечах. Серое вещество ракетой пролетело удивительно длинное расстояние вдоль комнаты, забрызгав статую Короля Монстров вполне уместным зловещим алым.

Несколько секунд тело Балгумона удерживало равновесие, оставаясь на ногах, затем нецеремониально осело на пол грудой, походившей на вчерашнее нестиранное белье.

Зеллос шагнул внутрь из прохода. В руке он сжимал одинокий листок пожелтевшей бумаги.

«Хмм», — промурлыкал он, переступив через обезглавленный труп, и вошел в комнату. Некоторое время он изучал страницу, не замечая ничего вокруг себя, затем наконец поднял на нас глаза.

«Страница из манускрипта», — сказал жрец, удовлетворенно кивнув. — «В этом нет никаких сомнений. Позвольте мне поблагодарить вас за отвлекающий маневр, который вы провели; он пришелся очень кстати, пока я разыскивал это».

Тогда-то я и поняла его стратегию, по которой это местечко обстреливалось файерболлами направо и налево. Зеллос знал, что любая атака на врага была посягательством на манускрипт; поэтому, если бы противники почувствовали угрозу, их главной задачей было бы защитить его — это также означало, что они приведут любых наблюдателей прямо к нему. И все же это была опасная авантюра; он с легкостью мог случайно поджечь манускрипт во время своей первой атаки.

Зелгадис, кажется, впервые с тех пор, когда я встретила его, действительно потерял самообладание. «Пожалуйста, ты не мог бы… передать мне его?» — тихо попросил он.

Зеллос отрицательно покачал головой. «Не могу этого сделать», — ответил он. — «Даже этот незаконченный обрывок слишком важен».

Никто не отважился подойти к Зеллосу. Мы понятия не имели о том, какой способ он использовал для убийства Балгумона, но, что бы он не сотворил, это прикончило малого внезапно и жутко. Никто из нас не горел желанием изучить его секрет на личном опыте.

Зеллос, кажется, заметил встревоженное выражение на моем лице, поскольку он наклонился ко мне.

«Ах, Мисс Лина», — сказал он нежно, но зловеще. — «Кажется, вы чем-то сильно обеспокоены. Вам интересно, как я собираюсь использовать эту вещь, не так ли?»

Ладно, уж если ты завел об этом речь…

Сдерживая рвотные позывы, я медленно кивнула.

Зеллос смял клочок манускрипта в руке. «Вот так», — просто сказал он, и пергамент вспыхнул.

Я открыла рот, но, что бы я ни надеялась сказать, эти слова застряли у меня в горле. Мы все до безобразия сосредоточенно наблюдали, как бесценный манускрипт превратился в бесполезную кучку пепла на наших глазах.

Вот тогда — то меня и озарило. Слух о ком-то, сжегшем копию манускрипта в Королевстве Дилс.

«Т-ТЫ!» — взвизгнул Зелгадис.

Безмятежное выражение лица Зеллоса не изменилось. «Неудача постигает тех, кто использует технологии, которые не понимает». Затем он непринужденно развернулся и выскользнул через дверной проем.

Зелгадис все еще пребывал в состоянии шока. «П-почему это — !» — заикаясь, выговорил он, будучи слишком подавленным для выражения более связных мыслей. — «Я не могу поверить, что он — !»

Зелгадис внезапно вскочил, чтобы преследовать Зеллоса, но затем застыл на месте.

Мы услышали, как кто-то приближается к двери, через которую только что ускользнул Зеллос. Прежде, чем мы смогли хотя бы подумать о бегстве, появились Кротц и двое зверолюдей, все трое были закутаны в зловещие красные плащи.

Когда Кротц переступил через порог, его взгляд упал на труп у его ног.

«Ба-!» — выкрикнул он сдавленным голосом. Он упал на колени и дотронулся до безголовой, облаченной в алую мантию фигуры. — «Балгумон!»

Было не трудно распознать, что труп был именно Балгумоном, даже без головы. Алое одеяние, знаки на нем и сухопарое телосложение вкупе выдавали его.

С минуту Кротц оставался коленопреклоненным, приоткрыв губы от потрясения, затем поднял омраченные скорбью глаза, чтобы метнуть на нас злобный взгляд.

«Это были вы!» — воскликнул он, очень грубо указывая в нашу сторону. — «Вы сделали это с Балгумоном!»

Я покачала головой. «Приди в себя, Кротц», — рявкнула я. — «Это были не мы. Парень, которого ты только что видел, вышел через эту дверь», — я указала магистру на нее. — «Вот он и сделал это».

Но Кротц, оставшийся неубежденным, не сводил с меня ненавидящего взгляда, поднимаясь на ноги. «Омерзительная ложь», — прошипел он. — «Мы видели, что никто отсюда не выходил».

Почему я не удивлена?

«Что стало с манускриптом?» — требовательно спросил он.

В ответ я пожала плечами. Что я должна была ему рассказать? Что пергамент был превращен в поджаристый тост тем же парнем, которого он не видел?

«Хорошо же», — медленно произнес Кротц. — «Вилеус! Рудия!»

Зверолюди, стоявшие у него по бокам, с военной четкостью одновременно шагнули вперед. — «Сэр!»

«Идите, разбудите Гроужа!»

Зверолюди раскрыли рты и переглянулись с искаженными ужасом лицами.

«Г-Господин Кротц!» — задрожав, выкрикнул тот, кого звали Вилеус. — «Мы не должны!»

«Это больше не Гроуж», — проскулил Рудия. — «Если мы не будем осторожны…»

Было тревожно видеть двух здоровенных, грозных зверолюдей настолько напуганными выполнением того, что казалось простым заданием. Я прикинула, что этот тип, Гроуж, должно быть, действительно устрашал.

Кротц отвернулся от зверолюдей и начал сверлить нас испепеляющим взглядом. Затем он указал на нас и вновь обратился к своим слугам.

«Ладно, вы, хныкающие глупцы! Задержите их здесь, а я собственноручно разбужу Гроужа!» — Он потопал назад через дверной проем и исчез.

«Господин Кротц!» — взмолился Вилеус. Двое зверолюдей пристально посмотрели ему вслед с абсолютно огорошенным видом. Немного спустя они оба направились к двери.

«Стойте, вы, двое!» — выкрикнула я. У меня был шанс сорвать большой куш, поэтому я распрямила плечи и попыталась говорить так сурово, как только могла. — «Что, черт побери, здесь происходит?»

«Молчать!» — огрызнулся Рудия, уставившись на меня. — «У тебя нет права говорить — …»

Вилеус утихомирил его, подняв руку. «Вы», — сказал он, посмотрев в нашу сторону. — «Вы — те самые типы, что убили Дуклиса, не так ли?»

Гаури кивнул. «Парня — тигра?» — переспросил он. — «Да, это были мы».

Вилеус поразмыслил немного над этим обстоятельством, затем сказал: «Идите сюда».

Вот славно!

Челюсть Рудии отвисла. «Вилеус!»

Вилеус не обратил внимания на товарища. Когда он подошел к двери, то приостановился, чтобы, обернувшись, бросить на меня взгляд.

«Так вы собираетесь идти за нами или нет?»

«Конечно», — непринужденно ответила я. — «Пойдем. Мы можем поговорить по дороге».

Я без колебаний подошла к зверолюдям, чтобы у них не сложилось впечатление, что я нервничаю или в чем-то их подозреваю. «Мисс Лина!» — воскликнула Амелия, но я пропустила мимо ушей ее предостерегающий призыв.

Я проследовала за зверолюдьми вниз по коридору. Хотя я пыталась призвать всю свою храбрость, чтобы выглядеть уверенно, но все же я с облегчением заметила, что Зелгадис, Гаури и Амелия не отстают от меня, держась неподалеку.

«Позвольте, я перейду к делу», — сказал Вилеус, шагая вниз по коридору. — «Я хочу, чтобы вы разобрались с Гроужем». — Он немного помедлил. — «Или, скорее… с Занаффаром».

«Но разве Занаффар не просто часть доспеха с магией, запечатанной внутри?» — спросила я.

«Я не в курсе всех подробностей», — проворчал он, ускоряя шаг. — «Но все, что я знаю наверняка — это что Гроуж начал вести себя странно вскоре после того, как стал носить этот доспех».

Гроуж… Гроуж… Я поняла, что именно про это имя рассказал мне Дуклис перед тем, как умер. И разве кто-то еще не упоминал его во время нашей первой атаки на культ?

Вилеус продолжил: «Господин Кротц говорил нам, что броня ассимилирует своего владельца и затем начинает расти. Он сказал, самое худшее, что может случиться — это что разум носителя станет немного нестабильным».

Теперь постой-ка; повтори!

«Ты сказал, что она начинает расти?!» — выпалила я. — «Так броня с запечатанным внутри Занаффаром — живая?!»

Вилеус мрачно кивнул. — «Похоже, что так».

Я окинула взглядом трех моих спутников. В то время как у Гаури был его обычный потерянный вид, Зелгадис казался полностью поглощенным своими мыслями, а губы Амелии беспокойно сжались.

«Хозяин сказал, что на всякий случай он погрузит Гроужа в сон, пока его состояние не стабилизируется». — Голос Вилеуса перешел в тихое шипение. — «Но я не думаю, что та тварь — это все еще Гроуж».

По тому, как тряслась его голова, и по его нервозному дыханию было ясно, что нечто действительно встревожило парня.

«Перед этим», — продолжил Вилеус, — «с Гроужем случился ряд… происшествий. Время от времени он полностью терял рассудок. Однажды он даже без предупреждения впал в бешенство; закончилось все тем, что он убил нескольких людей».

«Господин Кротц говорил нам, что беспокоиться не о чем», — неуверенно добавил Рудия. Он бросил быстрый взгляд на Вилеуса, который отозвался на его замечание презрительным фырканьем.

«Послушай», — рыкнул Вилеус, и, нахмурив брови, наклонился поближе ко мне, — «Занаффар завершен. Я подслушал, как Господин Кротц объявил об этом вчера. Я думаю, что он хочет немедленно разбудить его!»

Глаза Рудии широко раскрылись. — «Но это-…»

«Подумай об этом», — перебил его Вилеус. — «Если броня живет и растет, тогда чем она питается, чтобы продолжать расти?

Не совсем то, о чем мне хотелось бы думать.

«Так ты говоришь мне», — медленно спросила я, — «что Занаффар питается плотью любого, кто его наденет?»

Все раскрыли рты, кроме Гаури. Он наблюдал за трещиной в стене.

Мечник повернулся к нам. «Что-то случилось?» — спросил он. — «Простите, думаю, я это пропустил».

ГАУРИ!

«Занаффар, — проскрипела я, мобилизовав всю свою волю без остатка для того, чтобы не убить его, — «это, вероятно, вид паразита. Сначала он выглядит как комплект доспехов, защищающий тело хозяина, но затем он медленно поглощает плоть носителя для того, чтобы расти. Когда тело хозяина полностью израсходовано, Занаффар становится завершенным».

Гаури уставился на меня, и мы все подождали, пока он обработает информацию. Наконец он пришел к выводу.

«Я все еще не понимаю».

Где мой тапок?! Мне нужен мой тапок для битья Гаури!

После нескольких секунд яростного кипения я разразилась быстрой, точной, развернутой метафорой.

«О’Кей! Представь, что Занаффар — это схематичный парень, который обольщает девушку — то есть Гроужа — говоря такие вещи, как «Я всегда буду рядом с тобой», и «Я буду вечно заботиться о тебе», и все в том же духе. Но затем, завоевав ее доверие, он сжирает ее еду, крадет ее деньги и вышвыривает ее из ее же собственного дома!» — Я воздела руки вверх. — «Теперь ты понимаешь?!»

Гаури медленно начал кивать. «Думаю, что да. Вроде того».

Уже неплохо!

Гаури положил руки на пояс. «Так мы просто должны убить этого типа, верно?»

Кто-нибудь, пожалуйста, уберите его с глаз моих долой!

Я усмирила свою ярость и усилием воли вернулась к прежней теме. «Как насчет Дуклиса?» — спросила я у Вилеуса. — «Он знал о Занаффаре? О том, как он питается и растет?»

«Насколько я могу догадываться», — угрюмо ответил Вилеус, — «он должен был знать, что с ним случится, если он добровольно вызовется «надеть» второго Занаффара».

«В любом случае», — вставил замечание Рудия, — «у меня есть одна просьба. Когда вы покончите с Занаффаром, не обижайте Господина Кротца».

Я хотела сказать ему, чтобы он проваливал, но в разговор вмешалась Амелия. «Много же у вас запросов, ребята!» — упрекнула их она.

«Что ты этим хочешь сказать?!» — отрывисто рявкнул Рудия, накренившись к принцессе.

Я решила выступить миротворцем, пока диалог не скатился к крайне глупой сваре.

«Послушайте», — откровенно сказала я. — «Мы не можем давать никаких обещаний. Если мы выступим против Занаффара, то я уверена, что Кротц прибегнет к любым средствам, чтобы помешать нам разрушить его план». — Я покачала головой. — «Если ты танцуешь рядом с огнем, то можешь обжечься, понимаете, к чему я клоню?»

Пока Рудия размышлял над этим, вероятно, пытаясь понять, каким боком танцы вокруг огня относятся к битве с Занаффаром, почва под нашими ногами начала дрожать. Зверолюди низко припали к земле, чего-то ожидая.

«Мы опоздали», — простонал Рудия.

Грохот длился лишь несколько мгновений, затем над зданием воцарилось зловещее затишье. Зверолюди подгоняли нас, убеждая бежать к поверхности, поэтому мы, все шестеро, быстро припустили по коридорам и проложили путь наружу по кратчайшему из всех возможных маршрутов. Довольно скоро мы обнаружили выход и вырвались на свет.

Все выглядело столь же спокойным и мирным, как при нашем появлении; единственным звуком, который я смогла расслышать, был шелест ветра в кронах деревьев. Пейзажу явно не хватало монстров — химер, разрушающих мир.

«Ничего не происходит», — сказала Амелия.

«Может, он просто испортил воздух во сне», — предположил Гаури. — «Это случается».

Никто из нас не пожелал удостоить его слова ответом.

Прошло еще несколько ничем не примечательных минут. Наконец Зелгадис, сытый этим по горло, сердито шагнул к Вилеусу.

«Эй!» — завопил он на зверочеловека. — «Это что, какая — то игра?» — Химера обнажил свой клинок и направил его на неподвижно стоявшего Вилеуса. — «Вы пороли всю эту чушь про Занаффара, только чтобы выиграть время для Кротца? Вы это делали, не так ли?!»

Вместо ответа зверолюди взглянули на вход в убежище.

«Даже если и так», — проскулил Вилеус. — «Вы смогли побить Дуклиса, но не надо недооценивать, что может сотворить Занаффар, если дать ему волю».

В это мгновение —

ВММММ!

Вспышка света на наших глазах рассекла панораму на озеро.

Лазерное Дыхание!

В этом не могло быть сомнений — это был в точности тот же самый свет, что выстрелил по нам той ночью, когда мы улетали из первого укрытия культа, только теперь он был немного гаже. Луч возник из-под земли, пронзил почву и ударил по озеру с такой силой, что вода вскипела, зашипела и яростно разлетелась мелкими брызгами во все стороны. Испарившаяся вода породила облако тумана, завесившее все окрест.

«ГРАААААААА!»

Оглушительный рев сотряс твердь под нашими ногами. Перед входом в укрытие в земле разверзлась огромная, зияющая дыра.

«Оно приближается», — я услышала, как кто-то пискнул.

Опять же, это могла быть и я; ведь я была определенно в достаточной степени встревожена для этого. Пока я наблюдала, из пробоины появился чудовищный серебряный коготь и вонзился в почву по краю отверстия. С минуту коготь царапал землю, затем существо медленно выползло на свет.

Это был Серебряный Зверь — Занаффар!

Тварь была огромной. Он стоял на четырех лапах, но, чем больше я рассматривала его, тем меньше могла распознать, от каких созданий вели происхождение различные части его тела. Единственной узнаваемой вещью в нем была его голова; она явно принадлежала среброгривому волку.

Волкоголовый, четырехлапый зверь ростом с дракона пристально обозрел окрестность своими мерцающими глазами. Кнутообразные щупальца хлестко вырвались из его серебряного туловища.

Я никому не пожелала бы оказаться рядом с теми омерзительными штуками.

«Господин Кротц!» — слабо выкрикнул Рудия.

«Господин Кротц?» — присоединился Вилеус, послав зов в направлении пробоины. — «С вами все в порядке там, внизу?»

Зверь повернул голову в нашу сторону.

ВМММММ!

Мы все завизжали и бросились врассыпную, когда выпалило Лазерное Дыхание. Луч оплавил песок и выжег похожий на ров шрам в земле.

То, что случилось после, было даже более пугающим. Демон — Зверь бросился прямо на нас! Он полыхнул еще одним Лазерным Дыханием, медленно рыся за лучом, затем внезапно —

Гаури отразил его.

Занаффар приостановил свой бег, ошеломленный тем, что его атака в один выстрел для одного убийства промчалась сквозь землю в стороне от его мишени. Гаури молча ждал, расставив ноги в боевой стойке и держа в руке сверкающий Меч Света.

Я увидела, как понимание озарило эти огромные серебряные глаза. Занаффар, приподняв серебристые губы и обнажив клыки, издал низкое и осторожное рычание.

Тогда — то я и заметила кое-что. Рядом с правым боком Демона — Зверя умилительно крохотная фигурка подползала к чудовищу. При ближайшем рассмотрении я поняла, что это был Рудия, воспользовавшийся растерянностью Занаффара, чтобы подкрасться к нему для неожиданной атаки.

Я понятия не имела о том, что задумал Рудия, но, черт побери, не нашлось бы способа из всего, что он мог сделать, чтобы навредить Зверю. Я хотела завопить, чтобы он отступил, но я знала, что это лишь привлекло бы к нему внимание Занаффара, и Рудию убили бы еще быстрее. Я была вынуждена наблюдать за решающим моментом глупости зверочеловека.

Когда Рудия подобрался достаточно близко, он с размаху опустил клинок, вложив в удар все свои силы.

Звяк!

Меч отскочил с резким металлическим звоном, заставив Рудию потерять равновесие. Он даже не поцарапал шкуру Занаффара.

«Черт!» — прокричал Рудия, осадив себя и пытаясь прыгнуть за камень.

Слишком поздно.

Одно из серебряных щупалец Занаффара выстрелило словно из ниоткуда и ловко пронзило человека — зверя насквозь. Тело Рудии несколько раз дернулось, затем безвольно обвисло. Щупальце разок встряхнулось и сбросило труп зверочеловека, словно грязную салфетку.

Занаффар ухитрился проделать все это, ни на секунду не сводя глаз с Гаури. Демон — Зверь был всецело, чрезвычайно смертоносен.

Медленно, осторожно Занаффар начал наступать.

У Гаури не было склонности к вдумчивым размышлениям. Не теряя ни секунды, он метнулся к Демону — Зверю.

«Не приближайся так безрассудно!» — прокричал Вилеус. Но это уже не имело значения — Гаури зашел слишком далеко, чтобы остановиться, и был слишком бестолковым, чтобы придумать что-нибудь получше.

Высоко держа Меч Света, он отразил еще одну атаку Лазерным Дыханием и сократил расстояние между собой и Демоном — Зверем. «Хаа!» — выкрикнул Гаури, замахнувшись на переднюю лапу Занаффара.

Но Занаффар был не только крайне сильным, он был крайне быстрым. Гаури взмахнул мечом, но разрубил лишь воздух. Занаффар уклонился от атаки, подпрыгнув прямо вверх!

Меня удивило, как высоко поднял Занаффара его прыжок. Его громадное тело превратилось в крошечный силуэт, чернеющий на фоне солнца, на секунду зависло высоко в воздухе, а затем отвесно обрушилось вниз — прямо на Гаури. Падая, Демон — Зверь стрелял непрерывной очередью Лазерных Дыханий; руки Гаури были полностью заняты отражением атак Занаффара, не дававших ему времени на то, чтобы увернуться от самого Зверя.

Я вела мозговой штурм плана по спасению, но у Амелии он был уже готов.

«Файерболл!» — прокричала она.

ФВУУМ!

Шар из пламени по дуге взлетел вверх и врезался в Демона — Зверя. Он не причинил монстру никакого вреда, но ему удалось изменить направление его падения.

Демон — Зверь тяжело приземлился неподалеку, его удар об землю встряхнул всех нас. Его когти мгновенно снова вонзились в почву, и он выпустил еще один залп Лазерных Дыханий, все из которых отразил Гаури.

Я решила, что пришло время и мне высвободить кое-какую магию.

«Blast Bomb!» — прокричала я.

Это было одно из заклятий, над которыми я работала с помощью моей недавно усиленной магии. Насколько мне известно, я была только третьим человеком в истории мира, кто действительно взывал к его чарам: легендарный маг, который изобрел его; Зеллос; и теперь, когда у меня появились талисманы Зеллоса, — я. Сомневаюсь, что даже в Сайрааге в расцвете его могущества были какие-нибудь волшебники, способные наколдовать такое мощное заклятье. Мой план по высвобождению Blast Bomb состоял в том, чтобы поднять температуру поверхности Занаффара выше значения, которое была способна вынести его шкура.

Blast Bomb очень впечатляюще взорвался и попал прямо в мишень. Но когда дым рассеялся, Демон — Зверь вовсе не выглядел расстроенным.

Эй!

На его сияющей серебряной шкуре по-прежнему не было ни царапинки. Никогда в своей жизни я не видела такой крепкой кожи.

«Ладно», — быстро подумала я. — «Время придумать новый план». Было ясно, что примененный жар не повредил бы тело Демона — Зверя; я также сомневалась, что холод возымел бы хоть какой-нибудь эффект. Я подумывала попытаться проникнуть под его непробиваемую шкуру, запустив файерболл прямо ему в рот, но он двигался слишком быстро и выпускал чересчур много Лазерных Дыханий для того, чтобы я могла точно выстрелить. Вдобавок к этому он, кажется, ни на йоту не интересовался кем-нибудь, кроме Гаури; несмотря на наши заклятья, Зверь даже не взглянул в нашу сторону.

Гаури попытался перехитрить Занаффара, скользя вдоль массивного бока Зверя, но он не очень преуспел. Занаффар был точно так же быстр, как Гаури, поэтому он изогнул свое тело настолько, насколько это было нужно, чтобы держать мечника прямо перед своим носом.

«Проклятье», — прорычал Зелгадис. — «Ему даже не нужно смотреть на нас».

Амелия в отчаянии воздела руки вверх. «Ему не обязательно возиться с нами», — отметила она. — «И зачем бы ему это, верно? Этот Меч Света — единственная вещь, которая может убить его».

Именно в этот момент меня вдруг озарила идея, как гром среди ясного неба. «Может быть, это так», — пробормотала я, — «а может быть, и нет».

«Что ты этим хочешь сказать?»

Но я не ответила на вопрос Зелгадиса; мне надо было прибегнуть к очень серьезному волшебству. Я собиралась наколдовать одно заклятье, которое с помощью моих талисманов смогло бы, возможно, привлечь внимание Занаффара. Это были чары для призыва тьмы и придания ей формы клинка.

Звучит круто, а?

Я проверяла это заклятье несколько дней назад и обнаружила, что его разрушительный потенциал, за неимением другого слова, огромен. Конечно, я не использовала заклятье в настоящем сражении, но все же это были чертовски стоящие чары. Достаточно могущественные для того, чтобы потягаться с Мечом Света.

Я знала, что будет трудно справиться с этой задачей, так как лезвие, создаваемое заклятьем, было размером лишь с короткий меч. Заклинание также поглощало магическую энергию во время призыва, и это означало, что даже если бы я использовала всю свою волшебную силу, то я все же не смогла бы поддерживать его действие слишком долго, пока не выгорело оно или мое тело. Будучи хоть раз вызванным, заклятье забрало бы всю мою физическую энергию и предоставило бы мне очень малую мобильность для уклонения от встречных атак. Моей единственной надеждой было неожиданное нападение — единственный смертоносный удар, такой, чтобы враг не выжил для мщения и не сделал меня весьма мертвой.

Кстати, заклятье, которое было у меня на уме, относится к сфере, называемой побитыми молью консерваторами «запретным волшебством». Это правда, что оно черпает силу из того же источника, что и самое секретное из моих заклятий, Гига Слэйв, и что этот источник прозывается Повелителем Кошмаров. О’Кей, может быть, ярлычок «запретное» здесь по веской причине. Дайте мне поблажку — я выхожу на бой против Демона — Зверя!

С другой стороны, я знала, что его легче контролировать, чем Гига Слэйв, поэтому я не прогнозировала какие-нибудь (серьезные) проблемы, связанные с его обузданием. Правда, единственной проблемой было отсутствие гарантий того, что оно вообще повредит Зверю.

Я надеялась, что сперва мы могли бы оттяпать Занаффару одну из ног, так как я знала, что это ограничит подвижность существа и очень меня выручит. Гаури, кажется, думал о том же самом, но ему не посчастливилось подобраться поближе.

«Аргх!» — закричал он. Охваченный нечасто выказываемой яростью, Гаури нахмурился и с руганью бросился вперед. К несчастью, Занаффар послал ему навстречу вихрь из мчащихся хлестких щупалец.

«С дороги!» — вскипел Гаури, порываясь обрубить щупальца. И в ту же секунду, когда он попытался это сделать, на концах щупалец сверкнули вспышки света.

Что?!

Я не думаю, что Гаури тоже ожидал этого. Несмотря на его акробатические увертки и отражение ударов мечом, один из лучей задел край его бедра; парень закричал от боли и покатился по земле.

Я как раз вспомнила, как Дуклис — одетый в доспех из брони с запечатанным внутри Занаффаром — вызвал свет голыми руками. Вероятно, это было применением Лазерного Дыхания — и это значило, что выстрелы щупалец также были им.

Гаури захрипел, попытался встать и сразу упал на колени. Занаффар рассмеялся низким, рычащим голосом.

«Воин с Мечом Света», — пророкотал он, — «кажется, ты слишком легко справился с тем простым зверем!»

Моя челюсть отвисла. Тварь говорила!

Я услышала, как Вилеус выкрикнул откуда-то: «Он может общаться, используя человеческую речь?!»

«Я поглотил своего носителя, Гроужа», — со злобным рычанием пояснил Занаффар, — «так же, как его знания и опыт. Так ли это непостижимо, что я способен разговаривать человеческим языком?»

Он остановил на Гаури взгляд своих мерцающих волчьих глаз. — «Ты и вправду обошелся с этим простым зверем неуважительно. Ты даже больше недооцениваешь мою смертоносность, чем носители, которых я поглотил».

Он зарычал и припал ниже к земле, согнув задние лапы. — «Теперь отложи свой меч в сторону», — приказал он. — «Если ты сделаешь это, я пощажу ваши жизни. Мне без пользы поглощать вас, поскольку оборонительная способность, защищающая меня от магии, лишает меня возможности использовать магию самому».

«В самом деле?» — подумала я. Значит, астральная печать влияла на чары в двустороннем порядке — она давала защиту против чужих наступательных боевых заклятий, но также мешала Занаффару наколдовать свои. Мне было интересно, откуда Занаффар узнал об этом. Гроуж не мог бы обладать такими обширными знаниями об астральных печатях. Кротц мог бы, но…

Постой секунду!

«Для чего все это?» — прокричал Зелгадис. — «Твоя цель — разрушить мир?!»

Демон — Зверь бросил скучающий взгляд в его сторону. «Не совсем так», — ответил он. — «Я просто желаю размножать себе подобных. Этот световой меч, хотя и может легко ранить мою плоть, для меня не более чем пустячная помеха».

«Размножать себе подобных?» — спросила я. Затем я скрестила руки на груди и сузила глаза. — «И как именно, если точнее, ты планируешь сделать это самостоятельно?»

У Демона — Зверя уже был готов на это ответ. «Я сделаю последователей из тех людей, что жаждут власти», — проревел он. — «Есть много людей, которые желают силы и будут даже почитать Мазоку Лордов, чтобы добиться ее. Я буду управлять такой группой, чтобы создать еще больше Занаффаров. Это будет нетрудно, поскольку я знаю технологию».

«Что?!» — прервал его Вилеус. Он схватил свой меч и начал дрожать от гнева. — «Ч-что ты сделал с Господином Кротцем?!»

Занаффар злобно ухмыльнулся. «Я», — медленно протянул он, — «также поглотил и его».

Вау! Съесть кого-то настолько важного. Вот это жесть.

Вилеус не очень обрадовался, услышав это. Ярость вскипала в нем до тех пор, пока крышка просто не слетела.

«УМРИ!» — взревел он, занося свой меч. Он бросился в атаку на Занаффара с неистовым боевым кличем.

Хм, привет, есть кто-нибудь дома?! Используй свои мозги, придурок!

«Эй!» — завопила я. — «Тебя же просто убьют!»

Но к тому времени, когда слова слетели с моих губ, было уже слишком поздно.

ВЖИГ!

Щупальца испустили свои смертоносные лучи света. Вилеуса быстро прожгло насквозь, разорвав надвое; его верхняя и нижняя половины ровно разделились и шлепнулись на землю, как шматки ветчины.

Фу.

«Я не буду повторять это дважды», — объявил Демон — Зверь немного поздновато для Вилеуса. — «Я без колебаний уничтожу тех, кто бросит мне вызов». — Его глаза снова остановились на Гаури. — «Делай свой выбор. Положи в сторону меч, и ты уйдешь отсюда живым».

Обстоятельства оставляли мне только один выбор: претворить мой сумасшедший план в жизнь. Я не горела желанием закончить свои дни в виде жареной свинины или жить в мире, полном Занаффаров.

Я наклонилась поближе к Амелии и Зелгадису и изложила свой план. — «Хорошо, ребята. Послушайте».

Спустя несколько секунд Занаффар повернул голову к Амелии и ко мне. Он заметил, что Амелия ухватила меня и поднялась в воздух с помощью Левитации.

«Хмм», — прогремел Занаффар. — «Вы мудро решили убежать». — Он опять переключил свое внимание на Гаури. — «Сейчас же. Отдай мне меч и —…»

«Гаури!» — прервал его Зелгадис. — «Передай!» — Он подпрыгнул вверх, приземлился и взмахнул руками.

Гаури мгновенно понял его. Он швырнул Меч — чья световая колонна еще сияла — Зелгадису.

«Что?!» — взревел Занаффар. У него была причина беситься — в конце концов, он боялся Меча, а не Гаури.

«Беги!» — приказал Зелгадис. Гаури поднялся на одну ногу и поковылял с поля боя, подволакивая за собой раненую конечность.

Губы Занаффара искривились от ненависти. «Люди — такие глупые создания!» — рыкнул он. С оглушительным воем он выстрелил лучом Лазерного Дыхания прямо в Зелгадиса.

Зелгадис перекувыркнулся, уходя с пути атаки, Меч Света был все еще зажат в его руке. Пока он так отвлекал Занаффара, Амелия вместе со мной тем временем ухитрилась взлететь прямо над Зверем. Я также закончила читать заклятье усиления.

Давай-ка натворим разрушений!

Зелгадис упал на одно колено и хлопнул рукой по земле. «Dug Haut!» — выкрикнул он, и земля начала колыхаться.

«Глупец!» — заревел Занаффар, собираясь с духом, пока твердь под ним рокотала. — «Ты думаешь, что ты-…»

Прежде, чем Занаффар смог закончить свои слова, вся площадь под его лапами провалилась под землю.

БУУУУМ!

Заклятье заставило бывшее укрытие Кротца обрушиться под лапами Занаффара. Гигантские султаны пыли и дыма замутили воздух под Амелией и мной, поэтому мы прикрыли рты и ждали.

Когда воздух очистился, мы смогли увидеть Демона — Зверя, увязшего в земле — невредимого, конечно, но стреноженного. Зелгадис глянул через край пробоины, чтобы произвести осмотр урона. Даже с лапами, погрузившимися в щебень, Занаффар внезапно поднял голову вверх и послал еще один яростный поток Лазерного Дыхания в химеру. Зел, будучи умненьким мальчиком, отпрянул назад за край.

Пришло мое время действовать.

…О Меч холодной темной пустоты,

Освободись от небесных оков;

Стань един с моей силой, стань един с моим телом,

Дай нам вместе пройти дорогой разрушения.

Сила, которая разбивает даже души богов…

«Ragna Blade!»

По моему зову черный как смоль клинок тьмы появился в моей сжатой ладони. Изнеможение внезапно охватило меня (это заклятье выжимает вас до капли). Я знала, что не смогу поддерживать его долго, поэтому я должна была заставить его окупиться.

Я быстро кивнула Амелии, дав сигнал отпустить меня. В свободном падении я глянула вниз и увидела прямо подо мной свою мишень — массивную, уродливую спину Занаффара. Я собралась с духом для удара.

«ГРУААААААААААААА!» — взревел Занаффар, когда я вонзила клинок тьмы глубоко в его шкуру.

ДА!

Меч легко разрезал плоть Занаффара — в сущности, так легко, что обе моих руки утонули в ране по локоть. Несмотря на то, что удар был для Занаффара не смертельным, он, конечно же, причинял ему адскую боль и приводил в замешательство. Гримасничая от боли, Зверь вытянул шею и повернул голову. Если бы я увидела девочку, запустившую руки в зияющую рану на моей спине, мне бы тоже было не по себе.

«Т-ты!» — взревел он, ощетинив свою серебряную гриву. — «Что ты наделала?!»

Тогда я уже высвободила Рагна Блэйд и начала читать свое следующее заклятье. Мне нельзя было терять ни секунды — нужно было пошевеливаться с расплатой, поэтому времени на усиление не было.

«Нет!» — проревел Занаффар. — «Я, побежденный простой волшебницей?!»

Несколько щупалец крутнулись ко мне. Было слишком поздно, поскольку я уже держала наготове свой смертельный удар, но я хотела сначала дать ему остроумный ответ.

«Ты слишком недооценил эту простую волшебницу, Занаффар!» — прокричала я. — «Надеюсь, ты любишь свои ребра… славно сработано!»

«ФАЙЕРБОЛЛ!»

«ФВУУМ!»

Корпус Занаффара затрещал, когда языки пламени выстрелили из его ушей, носа и рта. Он не мог даже кричать, пока огненная преисподняя пожирала его изнутри.

Когда я упала на землю неподалеку, обессиленная, я наблюдала, как ублюдок горит. Едкий запах поджаренной плоти опалял мне ноздри и жег глаза.

Ахх… запах победы. Он был далеко не аппетитным, но все же странно сладким.

* * *

«Ммм». — Я уселась и облегченно вздохнула. Я подняла обе руки и тщательно их осмотрела; они выглядели и ощущались в миллион раз лучше благодаря возрождающему заклятью Амелии.

«Жжешь», — сказала я ей, глянув в ее сторону. Она как раз дочитала до середины исцеляющее заклятье для раненой ноги Гаури, но все же умудрилась выразить кивком краткое «Не стоит благодарности».

В конце каждой битвы именно целители спасают положение. Вспомните это в следующий раз, когда будете набирать свою авантюрную команду.

«Лина?» — спросил Гаури, затем заворчал от боли, когда Амелия толкнула его ногу. — «Могу я задать тебе вопрос?»

Время для объяснений. «Валяй», — ответила я.

«Как ты убила Занаффара?»

Ладно. Кто сам напросился?

Я вытянула мои руки и глубоко, удовлетворенно вздохнула.

«Может быть, ты этого не заметил», — объяснила я. — «Тогда я использовала свое большое заклинание, чтобы проткнуть в нем дырку, верно? Затем я просто держала там руки и наколдовала файерболл. Он поджарил сосунка изнутри».

«Хех», — ответил Гаури, слабо кивнув. Меня немного раздражало, что его, кажется, не впечатлил мой сопряженный с риском для жизни героизм. Он с минуту подумал, затем нахмурился.

«Может, я неправильно все это понимаю», — добавил он, — «но не было ли это, так сказать, крайне опрометчиво?»

«Очень опрометчиво». — Амелия прекратила склоняться над Гаури и встала на ноги. — «Действительно», — сказала она, указывая на мои руки, — «руки Лины были в худшем состоянии, чем твоя нога, Гаури».

Я покачала головой, поднося ладони к глазам. «Ах», — простонала я. — «Не напоминайте».

Видите ли, файерболл сработал у меня в горсти. Поэтому даже с внутренними тканями туши Занаффара, обеспечившими защитную прослойку, вы, вероятно, сможете представить, как выглядели мои руки, когда я вынула их из испепеленного остова Занаффара. Конечно, мне было известно о рисках, сопряженных со стратегией Рагна-Блейд — плюс — файерболл, но это не сделало ожоги на моем теле более забавными.

Зелгадис стоял неподалеку, молчаливо устремив взор к горизонту. Я подошла к нему и робко потрепала по плечу.

«С тобой все в порядке?» — осторожно спросила я. — «Извини, что нам не удалось раздобыть манускрипт. Ты, должно быть, сильно подавлен, а?»

Зелгадис пожал плечами. — «Хм».

Хм?

Я сглотнула. «Так, гм… ты не сердишься из-за того, что все обернулось огромной потерей времени понапрасну?»

«Это была не напрасная трата времени», — возразил он. — «Подумай об этом. Мы доказали существование Клэрской Библии; теперь все, что осталось — это найти ее». — Его глаза поймали мой взгляд, и я увидела, как в его зрачках мерцает целеустремленность. — «И я найду ее. Можешь на это рассчитывать».

Это была неожиданно оптимистичная точка зрения, хотя она казалась немного странной в его устах.

Я думала, у Зелгадиса трагический имидж.

«Ладно», — пискнула Амелия. — «Я рада, что теперь вся эта неразбериха позади».

«Исключая тот факт, что мы встряли в еще большую заваруху, ты хочешь сказать».

Все замерли и устремили на меня недоуменные взгляды.

«С этой заварухой покончено», — объяснила я. — «Но как насчет громадных нестыковок?» — Они покачали головами, не вполне понимая, о чем я.

«Зеллос?» — вопросила я. — «Клэрская Библия?»

«Ооооох».

Как бы там ни было. Позже будет много времени пораздумать над этим. Я никогда не отступала перед вызовом — ни тогда, ни сейчас.

Уставившись в пространство, я почувствовала, как меня наполняет железная решимость. Я была твердо намерена встретить следующий день и каждый день после него высоко поднятым вверх средним пальцем.

Привет, мир — дорогу Лине Инверс!

Content

Хадзиме Кандзака
Рубаки
Том 5
Серебряный зверь

Глава 1 Проблема со служением культу

Глава 2 Человеческая жизнь: встретиться, расстаться, стереть, повторить

Глава 3 И нет покоя усталым

Глава 4 Серебряный Зверь возрождается