Анастасия Вернер

Босоногий друг

Глава 1.

– Эд, иди сюда! – тихо шикнула я. – Смотри, Пророчество. Так… что тут у нас? О, вот! – Я прокашлялась и монотонным голосом прочитала: – «И явится на землю Демоническое Зло, и поработит оно всё на своём пути, и никто и ничто не сможет его остановить!». Эд, ну посмотри, сейчас мой любимый момент будет!

– Дань, пошли вниз, там всё уже давно началось, – жалостливо попросил мой друг. – А если нас хватятся?

– Сейчас, только любимый момент прочитаю, и пойдём, – резво отмахнулась и вновь уставилась в Священное Писание. – Так, на чём мы остановились? Э-э… «И явится на землю Демоническое Зло, и поработит оно всё на своём пути, и никто и ничто не сможет его остановить! Но миру, как и любому обитающему в нём земному существу, нужна Гармония! И явится в противовес Демоническому Злу Спаситель, и вернёт он равновесие и порядок людским отребьям…». Так, тут нудятина… о, слушай! «И будет этот Спаситель девушкой неземной красоты, и будет она притягивать взор мужской. Волосы её будут золотистыми, точно огненная грива, а глаза голубыми, точно кристально чистое озеро. И будет эта девушка первой среди всего королевского рода за долгое столетие. И спасёт она мир от гнета Демонического Зла».

– Даня, пошли! Уже музыка заиграла! – Эд аж подпрыгнул от нетерпения, задел пылившуюся на полке книгу, которая своим грохотом тут же разбавила тишину библиотеки.

– Ладно-ладно, идём.

Я захлопнула Священное Писание и вернула его на место.

– Быстрее, – шикнул на меня Эд.

– Иду-иду. Стой, а подарок где?

В панике закрутила головой, но с облегчением увидела расписную вазу, одиноко стоящую в углу стола. Не хватало ещё подарок потерять – родители меня точно убьют.

Схватив предмет, вместе с Эдом пошла к выходу.

– Слушай, – привычно вдохнула я, что бывало каждый раз, стоило Пророчеству попасться мне на глаза. Друг вздохнул вслед за мной, готовясь к неизбежному. – Вот почему Пророчество вечно выбирает каких-то… недалёких людей? Разве Виктория похожа на Спасителя? Нет, у неё, конечно, и волосы гривастые, и глаза озёрные…

– Волосы золотистые, точно грива, а глаза голубые, точно кристально чистое озеро, – уныло поправил меня Эд.

– Не суть. В общем, неземная красота – это да, но ведь, чтобы мир спасти, ещё и ум нужен… и сила. Почему вообще Пророчество выбрало девушку? Спасителем должен был стать парень!

– Кого выбрало, того и выбрало… пошли скорее в зал!

– Да не бойся ты так, ничего нам не сделают, – закатила я глаза. – Подарок подарим, и всё, на следующие двадцать часов о нас забудут.

– Давай хотя бы подарим этот подарок! Ты же из Первого Королевства, тебя первой вызовут!

– Эд, ладно тебе, – примирительно улыбнулась я. – Ну, выйду последней, подумаешь.

– Такими темпами мы вообще не дойдём до зала, – проворчал в ответ парень.

– Дойдём, куда мы денемся!

Я радостно пихнула его в плечо и издала забавный звук вроде стрекота кузнечика. Эд не любил, когда я начинала дурачиться. У него на лице сразу вырисовывалась мина, брови сходились на переносице, а щёки раздувались в разные стороны. И лично меня это всегда веселило ещё больше.

Я начала докапываться до бедного парня, то толкая его, то пытаясь пальцами «сдуть» его щёки.

В конце концов, Эд не выдержал и злобно взмолился:

– Дань, хватит, а!

– «Что хватит», Эдди? Тебе не нравятся твои щёчки? – Я со смехом попыталась его ущипнуть, но парень треснул меня по руке.

Мы остановились посередине коридора. В полной тишине мой задорный смех и шипение Эда звучали неестественно громко. Кто-то точно мог подумать, что я ржу, пытаясь убить змею.

Уворачиваясь от моих щекотаний и щипков, парень пищал, как девчонка:

– Хватит, Даня! Хватит! Хватит!

В ответ на эти мольбы я злорадно засмеялась ещё громче и усилила натиск «смертоносных щипков». Конечно, я люблю Эда – по-своему люблю, как друга. Но никто ведь не запрещал мучить друзей!

Настроение у меня тут же поползло вверх, а вот у парня – вряд ли. Но я уже знала, что поделюсь с ним своим десертом. Он ненавидит щекотку, но терпит ради меня – а я делюсь с ним сладким. Ради него. Вроде даже взаимовыгодный обмен.

Забывшись на мгновение, я ущипнула друга за руку с двойной силой. Эд вскрикнул, дёрнулся и случайно толкнул меня в бок. Чтобы устоять на месте, я взмахнула руками, пытаясь восстановить равновесие.

… ровно через три секунды коридор оглушил звук бьющегося стекла.

Ваза.

Выронила вазу.

Взмахнула руками и выронила вазу.

Повисла оглушающая тишина.

– Что ты наделал?!

– Что ты наделала?! – взревели мы одновременно с Эдом.

Парень схватился за голову, я последовала его примеру.

– Что нам теперь делать?! Это был подарок! Королевский подарок!!!

– Что ты орёшь на меня?! – в тон другу отозвалась я. – Я же не думала, что ты меня толкнёшь!

– Не надо было лезть на меня со своими щипками! Это всё ты виновата!

– А ты что, не виноват?! Кто меня толкнул?!

– А кто меня щипал?!

– А кто не может за свои рефлексы отвечать?!

– А кто тут дура?!

– Да знаешь что! Я тебя вообще ненавижу!

Так мы орали ещё минут пять, припоминая друг другу все обиды. Словесный поток иссяк довольно быстро, и аргументы стали повторяться. В конце концов мы оба поняли, что в оскорблениях ходим по кругу, вместо того, чтобы решить, как разобраться с главной проблемой – подарком.

– Делать-то что будем? – хмуро спросила я.

Эд запустил пальцы в свою тёмную шевелюру.

– А я откуда знаю?! Это всё ты устроила!

– Эдди! Хватит искать виноватых! – грозно прикрикнула я. – Давай думать, что нам делать!

– Да что тут думать?! Пойдём… вернее, ты пойдёшь и признаешься, что это твоих рук дело!

– Да меня мама убьёт! И папа тоже!

Эд уставился на меня в немом изумлении.

– Нет, – покачал он головой. – Ты же не собираешься совершить очередную глупость?

– Эдди, думай, что нам делать.

– Что бы ты ни задумала, я не буду в этом участвовать!

– Будешь, как миленький будешь! Не то я скажу, что это ты вазу разбил, – припугнула я. Самое противное в таких ситуациях – когда друзья от тебя отворачиваются.

– Ты этого не сделаешь.

– Сделаю, ещё как.

– Шантажистка, – возмутился друг.

– Я тоже тебя люблю, – хмыкнула и добавила: – Нам срочно нужен другой подарок.

– Какой?! Эта ваза стоила кучу денег! Где теперь такую же взять?!

Я покрутила головой. Любой уважающий себя король (а уж король, чья дочь к тому же Спаситель) всегда заполнял свой замок всякой ерундой вроде дорогих бессмысленных картин, никому не нужных сверкающих доспехов и так далее. Вот зачем королю Второго Королевства большая бежевая ткань с какой-то закорючкой посередине?

Я посверлила взглядом это воистину «оригинальное» произведение искусства, отвлеклась на доспехи уже давно вымерших рыцарей и вновь вернулась к настенному украшению. В голове появилась идея.

– По глазам вижу, ты придумала очередной сумасшедший план, – подал голос Эд.

– Нет, Эдди, у меня есть очередной гениальный план! – оскорблёно поправила я. – Давай, снимем это жуткое одеяло!

– Полотно доисторических времён?! Ты с ума сошла?!

Я искренне удивилась. Присмотрелась к «одеялу» повнимательнее. Закорючка и закорючка, намалевана посредине пустого бежевого пространства. И в чём смысл? Показать своим потомкам, что раньше люди умели писать? Мы вроде и так это знаем.

– Снимай, Эдди, – вздохнула я. – Предки должны понять, что всё это делается исключительно во имя благих целей.

– Ага, – скептически поддакнул парень, – все твои цели «исключительно благие»!

– Снимай! – рыкнула я и дёрнула конец полотна.

И зачем только друга просила? Сама ведь прекрасно справилась.

– Дань… ты там как? – послышался голос в темноте.

– Ы-ы, – выдавила я, путаясь в складках ткани и пытаясь найти путь к свободе.

Эд потянул «бесценную реликвию» на себя, и свет ко мне вернулся.

– Кто придумал этот ужас?! – возмущённо воскликнула я, пиная уже ненавистное одеяло обеими ногами и отодвигаясь от него подальше.

– Древние племена, которые изобрели письменность. На древнем языке их называли шимшары, но до нас дошла более поздняя транскрипция слова – шамеры.

– Спасибо, Эдди. – Я посмотрела на друга таким взглядом, что тот поспешно прикусил язык. – Ладно, идём, у нас мало времени.

– Я тебе об этом с самого начала говорил! – крикнул мне вдогонку парень и удивлённо спросил: – А куда мы?

– В библиотеку!

– Зачем?

– За надом!

Я ворвалась в святилище знаний, непроизвольно позволив сильному потоку воздуха потревожить книжную пыль.

Позади меня чихнул Эд.

– Зачем мы здесь? – спросил он.

– Изобретём письменность!

– Чего?!

В этот момент я макнула перо в чернила.

– Итак, мой друг, сейчас у тебя есть уникальная возможность войти в историю!

– Даня, ты что, собираешься… – ошарашено уставился на лежащее на столе полотно Эд.

– Да, собираюсь.

Я склонилась над будущим подарком и вздохнула.

– Но ведь его же… древние шамеры… создали… – Друг был близок к истерике.

– А теперь создадим мы. Слушай, ты что, хочешь испытать на себе королевский гнев? Мне-то ещё не так сильно достанется, я всё-таки принцесса. А сына управляющего за уничтожение королевского подарка могут и выпороть! – попыталась припугнуть. На самом деле я лукавила. Мне тоже достанется по самые печёнки.

– Но это же раритет! – жалостливо проблеял Эд, явно поддаваясь страху неизбежного наказания.

Я тут же уверенно нарисовала новую закорючку поверх старой.

– Теперь уже нет. Не хочешь мне помочь, соучастник?

Эд пошёл на это с неохотой. Наверное, он возненавидел меня. К сожалению (а может, к счастью), мой друг очень увлекался историей. Спроси его о любом событии, – когда, например, построили плотину между Первым и Вторым королевствами – и он ответит, не задумываясь. Редкий дар, исключительная память… и удивительная занудность в таких критических ситуациях, как эта.

В итоге большинство «лжезнаков» получилось именно моего авторства. Взглянув на оскорбленное лицо Эдди, я немного устыдилась собственного поступка. Он ведь тоже прав – древнюю вещь испортили. Но, с другой стороны, кому она нужна? Тем более, мы же её не сожгли, а просто подкорректировали немного.

Ладно, совесть повременит. Сейчас есть более важные проблемы.

Когда полотно было разрисовано, а Эд окончательно разобиделся, я схватила новоявленную реликвию и понеслась вниз, на церемонию. Сегодняшнее событие было важным для всех Семи Королевств – девятнадцатый день рождения Спасительницы, Виктории.

Да, давным-давно, как это обычно бывает во всех уважающих себя Королевствах, какой-то очень умный маг-философ, потерявший цель в жизни, но зато познавший что-то очень важное и предельно заумное, написал Пророчество. Я не скажу, что всё это бредни старика-маразматика, совсем нет. Например, этот маг-философ смог предугадать, что на протяжении столетия во всех королевских семьях не родится ни одной девочки. Из-за этого наследным принцам приходилось брать себе в жены дочерей богатых герцогов или заморских принцесс, чтобы продолжать свой род. Почти уверена: за сто лет с таким положением вещей все вполне смирились и о Пророчестве не вспоминали. Ровно до тех пор, пока во Втором Королевстве не появилась на свет первая девочка. Виктория. Победа. Спасительница. В общем, маг-философ оказался прав.

Как можно было догадаться, Виктория стала не просто Викторией, а Викторией! Одно её имя вызывало трепет в человеческих сердцах (только не в моём). И даже в мелочах маг-философ не попал впросак – волосы у Виктории были гривастые, а глаза озёрные. Всё, как в Пророчестве. Родилась такая вот неземная красота.

«Неземная красота» с детства привыкла к всеобщему почитанию. Её обучали всему, чему полагается обучать принцессу: грамоте, астрономии, музыке, боевому ремеслу и так далее. Не сказать, чтобы Виктория так уж охотно занималась всем этим набором дисциплин, но значимость свою осознала в полной мере. В мгновение ока она стала самым известным человеком во всех Семи Королевствах. За её руку боролись многие сыновья не только герцогов, маркизов и графов, но и самих королей.

Наверное поэтому, когда через год в Первом Королевстве на свет появилось нечто скукожившееся и громко орущее, с явной женской половой принадлежностью, на него никто не обратил внимания. Ну, девочка и девочка. Спасительница уже родилась. В общем, не досталось мне прекрасного имени «Виктория», вместо этого родители проявили верх гениальности и назвали меня Даниилой. Я много раз спрашивала, за что они это сделали, после чего мама очень сильно обижалась. Просто так звали её любимую героиню одного приключенческого романа. Вообще, странная у меня мама. Мне в приключенческих романах нравятся исключительно герои, но никак не героини… ладно, это уже не важно. Я стала Даниилой и примерно в первые пять лет своей никчёмной жизни убедилась, что и принцесса из меня такая же, как моя жизнь – никчёмная.

Такие ситуации, вроде разбитого подарка и разрисованного реликтового полотна – обычное дело. Не первый раз я уже так попадаю. Сказать, что родители хотят себе в дочери Викторию вместо меня – это ничего не сказать.

– Эдди, отсидись где-нибудь и пережди бурю! – строго наказала парню, не желая прилюдно втягивать его во всё это.

В зал я вошла как раз в разгар церемонии. Сын короля Пятого Королевства уже вручил подарок блистательной Виктории. Интересно, как они отреагировали, поняв, что на завывания «Даниила Рамиро Фердинан, дочь короля Первого Королевства Рамиро Матиаса Фердинана!» никто не выходит? Ох и влетит же мне от родителей… даже искать их в этом сборище аристократов не хочется. Хотя осуждающий взгляд мамы уже прожёг мне бок.

Ну всё, после такого они меня точно убьют. Или в монастырь отправят.

Понимая, что отступать всё равно некуда, я скромно откашлялась.

– Прошу прощения у вас, Виктория… Мак…Мак… тьфу! МакФроггат! – От волнения язык заплетался. – Прошу прощения за своё неподобающее поведение. Знаю, моё опоздание – верх пренебрежения всеми правилами приличия. Тем не менее позвольте вручить вам подарок достойный вас, и принести не только свои искренние извинения, но и искренние поздравления в честь такого знаменательного события!

Впрочем, разрешение мне и не требовалось.

На самом деле, из-за опоздания у меня вообще не было права голоса. Но я никогда не отличалась стремлением следовать правилам, и потому спокойно прошествовала мимо осуждающих взглядов прямиком к трону. Остановилась напротив Виктории, неимоверным усилием воли заставив себя изобразить равнодушный взгляд и не пялиться на это воплощение совершенства.

Виктория сияла. Белое платье… оно было даже не белым, оно было каким-то алмазным, сверкающим. Эти её озёрные глаза… жуть, в них же и утонуть можно. А смотрят они так внимательно, как будто насквозь видят. Бр-р. У Виктории было очень, очень красивое тело – как будто его вылепил самый лучший скульптор истории. Чуть изогнутое в бёдрах (и почему я не удивляюсь, что платье всё настолько подчёркивает?), идеально очерченная грудь, тонкая шея и невероятно притягательные запястья. У меня, как это обычно бывает при встречах с этой девушкой, не осталось слов, кроме: вау!!!

Рядом с ней я ощущала себя какой-то неправильной, как будто «мой» скульптор решил, что из меня шедевра всё равно не выйдет, и можно просто глины в горшочек накидать – и вот она, я. Каюсь, было обидно из-за несправедливости этого мира и немного завидно. Ладно, что скрывать, завидно было очень. Но утешало то, что завидно было не мне одной, и Виктория прекрасно об этом знала.

Я промямлила что-то вроде «вот подарок от моего Королевства» и «вы такая вся красивая, вам очень идёт это платье», и ещё что-то, кажется.

Меня одарили снисходительным взглядом. Так принцессы смотрят на всех, кто ниже по происхождению. Мол, ты ущербный, это всем понятно, но не стоит расстраиваться – в следующей жизни повезёт.

Я уже было обрадовалась, что на полотно никто не обратил внимания, как Виктория проявила недюжинную смекалистость.

– Что это за подарок, леди Даниила? – удивлённо спросила она.

Мне захотелось провалиться сквозь землю.

– Это… это… а это древняя письменность шамеров, – выдавила я.

Мне казалось, что сейчас меня поднимут на смех. Прошла секунда, две, три… но ничего не произошло.

Решившись всё же посмотреть на окружающих, я чуть не села от удивления. Они разглядывали полотно такими внимательными взглядами, словно только что им с неба снизошло Просвещение. А ещё… у них в глазах было такое уважение, что у меня внутри проснулась недавно затихшая было совесть. Совесть – гадина эта! – заскреблась с удвоенной силой, стоило отыскать среди гостей маму. Ох… прощай, свобода. Сегодня меня убьют.

– Это так любезно с вашей стороны, – мелодичным голосом пропела Виктория.

Я присела в вежливом реверансе и поспешила удалиться.

* * *

– Даниила Рамиро Фердинан, объясни мне, пожалуйста, что это было?! – кипятилась мама.

Я молчала, уставившись в свою тарелку.

После официальной церемонии всех пригласили на пиршество.

В глазах рябило от разнообразия еды, расставленной по всему столу. Тут было, наверное, всё: от качественно прожаренного мяса до самых уникальных фруктов, которые доставили прямиком из Четвертого Королевства – у них были лучшие плантации мира.

Но мне кусок в горло не лез.

– Объясни мне, это когда-нибудь закончится?! Тебе через несколько дней исполняется восемнадцать лет, а ты по-прежнему застряла в детстве! Я могла стерпеть твои выходки в пять лет, но в восемнадцать?!

– В семнадцать, – буркнула я.

– Не перебивай меня, Даня! Имей уважение к своей матери! Сколько лет мы с отцом бьёмся над твоим воспитанием, сколько сил потрачено на то, чтобы привить тебе подобающие принцессе манеры? И что?! Ни капли уважения к родителям, лишь только бунтарство и полная безответственность!

– Мам…

– Не перебивай! Да что ж это такое! Что ж за дочь у меня выросла! Неужели это я – плохая мать? Скажи мне, Даня, чего тебе не хватает? Чего? Мы что, мало внимания тебе уделяем? Может, ты хотела родиться чернушкой и работать целыми днями? У тебя есть всё, о чём можно только мечтать, но с каждым днём ты пытаешься опозорить свою семью так, чтобы нас не приглашали ни на один приём в Семи Королевствах! Скажи, что мы тебе сделали? Что мы сделали не так?

Я молчала. Вот вечно она так. Сперва речь идёт о моей несостоятельности как человека, а потом всё скатывается к тому, что она плохая мать.

– Молчишь? – сквозь зубы проговорила мама. Она это любила – сдерживать эмоции, ведь настоящей королеве не положено быть эмоциональной. – Прекрасно. Молчи. Ты наказана. Отправляйся в свою комнату, завтра же мы возвращаемся домой.

– Ну конечно, как чуть что, так сразу домой! – обижено воскликнула я, встала из-за стола и пошла к выходу.

Как же меня это раздражает. Ну почему нельзя любить свою дочь такой, какая она есть? Почему нужно обязательно пытаться меня изменить?

Я зашла в выделенные мне покои, легла на мягкую кровать и вздохнула. Здесь было темно, пришлось вставать и зажигать свечу. Тут же по стене забегали зловещие тени, готовые с жадностью поглотить всё на своём пути. Не то чтобы я боялась темноты, но было немного неприятно… и страшновато.

Меня отчитали как маленького ребёнка. Ещё и в наказание решили домой отправить. Ха-ха! Тоже мне, наказание.

Первоначально я хотела найти Эдди и пожаловаться ему на тяжёлую жизнь. Потом поняла, что его наверняка разместили в одной из прилегающих к замку башен. А бегать туда-сюда чревато встречей с озлобленными родителями.

Полежав немного и полюбовавшись узорчатым потолком, решила, что не стоит тратить время зря. Вскочив на ноги, вышла в коридор и направилась в библиотеку.

Дорогу к ней во дворце Второго Королевства я знала чуть ли не лучше, чем дорогу к своей комнате у себя дома. Не то чтобы я тут частенько отсиживалась, просто среди книг мне было уютнее, чем среди сияющих напыщенностью людей. Да и, благодаря репутации глупого ребенка, Принцессу Первого Королевства не слишком рады видеть на подобных приёмах.

В библиотеке было тихо. Но стоило закрыть за собой тяжелую дверь, как глубокий гул пронёсся по стенам и растворился в тишине. Я с наслаждением втянула устоявшийся книжный запах, неизменно витающий среди стеллажей. И тихой поступью пошла к той части помещения, где лежали приключенческие романы.

Кое-что общее с мамой у нас всё же было. Мы обе зачитывались подобными книгами.

Полки встретили меня разнообразными корешками самых немыслимых расцветок. Не знаю почему, но над обложками приключенческих романов художники издевались как могли. Если честно, иногда словари и то было приятнее в руках держать. Частенько именно под самой ужасной обложкой скрывалась невероятно интересная история, поэтому к выбору будущего чтения я всегда подходила с особым вниманием.

В конце концов, остановила свой взор на романе «Ах, любовь – такая любовь». Не то что бы я была сентиментальной девой, страдающей от недостатка мужского внимания. Просто почему-то именно сейчас остро захотелось почитать что-нибудь душещипательное. И этот роман был один из немногих, что я перечитывала немыслимое количество раз.

Сперва подумала вернуться в комнату и насладиться книгой лёжа на мягкой кровати, но потом вспомнила, какую тоску навевает то место, и решила остаться здесь, в читательском зале.

Вот только, помимо меня, тут уже кто-то был.

В этом помещении вообще витала какая-то зловещая атмосфера. И тишина лишь усиливала эффект. Свечи горели только на одном канделябре (И как, интересно, при такой халатности сохранить нормальное зрение?!). Пугающие тени отплясывали жутковатый танец по тёмному деревянному столу, иногда перебегая на стеллажи с книгами.

А неизвестный посетитель спал.

Сперва я подумала, что он так внимательно читает, буквально скукожившись над книгой. Но, подойдя поближе, увидела, что он просто уснул на собственной руке. И очень забавно посапывал.

Я села подальше от него, но при этом так, чтобы свет от свечей всё же доставал и до меня. Открыла книгу. Начала перечитывать, иногда отвлекаясь на особо звучное всхрапывание и похмыкивая про себя.

А потом человек неожиданно вздрогнул и сел.

Я вздрогнула секундой позже и ошарашено уставилась на него, резко перестав дышать.

– Даня? – удивился Король Седьмого Королевства, заметив меня. Но спохватился и исправился: – Даниила? – Потом понял, что снова сплоховал, и исправился ещё раз: – Леди Даниила?

Я смотрела на него так, словно он только что застал меня за составлением заговора против его Королевства. Неожиданно образовавшийся в горле комок лишил возможности сказать хотя бы «да».

– Что вы тут делаете? – Ввиду моей временной немоты, Георг Третий взял слово на себя. Я ткнула пальцем в книгу, мол, смотрите, занимаюсь самообразованием.

– А-а, – протянул мужчина. Он ожидал чего-то другого? – Я вот тоже тут читал, да задремал. Ну что ж, не буду вам мешать.

– И я вам, – пискнула смущённо, наконец-то обретя дар речи.

В помещении снова повисла удушающая тишина. Георг Третий сделал вид, что принцессы Первого Королевства в этом мире не существует, и погрузился в чтение, иногда зевая, так до конца и не проснувшись.

Я же с внушительной долей неловкости исподлобья разглядывала короля. Тень, которая падала ему на лицо, делала мужчину ещё старше, с одной стороны скрывая часть морщин, а с другой – придавая его коже бледность, словно он был болен. Вкупе с длинными седыми волосами, аккуратно обрамляющими овал лица, смотрелось жутко. Я всё ждала, когда он начнёт гортанно кашлять и хрипеть, показывая, что тень не ошиблась, придав ему болезненный вид. Но король сидел с безмятежным выражением лица и читал.

А потом вдруг вскинул голову и посмотрел на меня. Застигнутая за подглядыванием, я вздрогнула и затравленно уставилась в собственную книгу.

– Что читаете? – скорее со снисхождением, чем с любопытством поинтересовался Георг Третий.

– М? – Я рассеяно подняла голову, сделав вид, будто меня только что отвлекли от самого увлекательного момента в приключениях героев.

Но король повторять не стал, вместо этого прищурился и самостоятельно прочитал название, написанное на полях каждой страницы (это, видимо, чтобы наименование шедевра навсегда врезалось в память читателя):

– «Ах, любовь – такая любовь». Хм… похоже, занятная книжица. – Это было сказано таким тоном, будто я сидела не с приключенческим романом, а с эротическим.

Не желая оставлять за королём последнее – и такое унизительное – слово, я тоже прищурилась и всмотрелась в обложку его книги:

– Пособие по демонологии. Хи, похоже, у вас книжица намного занимательней.

Но, если слова короля можно было интерпретировать двояко, то моя насмешка выпирала, как вымя у коровы.

– Это довольно популярная тема в наше время, – сухо сказал Георг Третий.

– Конечно, – поспешно закивала я.

– Демоны представляют реальную угрозу нашему миру.

– Вы правы.

– Между прочим, Даниила, вам это пособие должно быть интересно как никому другому, особенно учитывая деятельность вашего отца.

– Само собой!

– Да? – даже как-то удивился Георг Третий.

– Да. – Я непонимающе моргнула.

– Тогда, может, возьмёте почитать?

Мужчина захлопнул вышеупомянутый предмет и протянул его мне.

Я ошарашено замерла, лихорадочно соображая, насколько сильно я оскорблю короля, если сейчас вскочу и быстро выбегу за дверь?

– Э-э-э… но это же ваша книга, я не хочу отбирать её у вас.

– Бросьте, Даниила, я сам отдаю её вам. – Георг Третий нетерпеливо взмахнул рукой, в которой держал предмет торгов… то есть спора.

– Ну-у, я бы её, конечно, с радостью приняла, но, видите ли, у меня уже есть, что почитать… – начала мямлить, прикидывая его реакцию на моё заявление, что я не могу принять его подарок, так как не умею читать.

– А я как раз возьму вашу книгу.

– Но… но… – Будь на его месте кто-нибудь другой, я бы, может, и нашлась, что ответить. Но посылать к чертям особу королевских кровей, было слишком даже для меня.

– Попробуйте, вам точно понравится. Страница сорок три. Почитайте, очень полезная вещь. – С этими словами мужчина встал со своего места, подошёл ко мне, всучил свою книгу и забрал мою.

– Спасибо, – уныло поблагодарила я.

После этого Король сослался на какие-то дела и ушёл, оставив меня наедине с пособием по демонологии, видимо, надеясь, что я немедленно приступлю к чтению. Но читать это у меня не было никакого желания. И, пока не пришёл ещё кто-нибудь важный и умный и не всучил мне какой-нибудь учебник по истории, я поспешила ретироваться.

Библиотека возложенных надежд не оправдала, поэтому эта задача перешла к столовой. Несмотря на то, что я отсидела большую часть пиршества, там мне поесть не удалось. А есть всё-таки хотелось.

Идя по коридору, я разглядывала обложку «подаренной» книги. На ней было нарисовано бесполое существо. Очень-очень страшное. Таким меня пугали в детстве, угрожая, что, если я не съем кашу, за мной придёт оно. И описывали его ещё в подробностях. Вот прямо вылитый.

Хотя я демонов немного по-другому представляла.

Тут же была изображена жуткая тень, с не пойми откуда взявшимися и куда прикреплёнными красными глазами. Они как будто вылезали прямо из существа. А ещё у него были руки. Нет, ручищи, с огромным когтями. На картинке демон чуть-чуть приоткрыл рот, но никаких зубов внутри не было. Скорее, края губ (если губы вообще тут были) склеились между собой и теперь отрывались друг от друга с большим трудом, оставляя после себя длинные тонкие нити, словно растягивая какую-то клейкую массу.

Я поёжилась. Не хотелось бы с таким встретиться.

– Даня?! – послышался удивлённый возглас мамы, появившейся на другом конце коридора.

С демоном мне не хотелось встретиться? Да я бы сейчас встретилась с сотней демонов, лишь бы только не с мамой!

– Мам, послушай… – затравлено начала я, понимая, что бури уже не избежать.

Но мне ожидаемо не дали договорить:

– Даня, ты что здесь делаешь? Я же посадила тебя под домашний арест! Ты должна была сидеть в своей комнате! Или это ты так проявляешь полное неуважение ко мне?!

– Нет, я просто хотела…

– Твое поведение переходит всякие границы! Я уже не знаю, как тебя можно перевоспитать!

– Мам, да я…

– Ничего не хочу слышать! Собирай вещи! Мы приносим семье короля свои извинения и уезжаем. Немедленно!

– Но…

– Не хочешь по-хорошему, будет тебе по-плохому!

– Эй, мам…

– В комнату! Живо! Собирай вещи!

Вещи я, естественно, не собирала. Это сделали служанки. Предвидя мою реакцию, мама предусмотрительно послала их ко мне.

Наверное, надо было вскочить на ноги, ворваться к родителям и заорать так громко, как только позволили бы мне голосовые связки, что такое отношение с их стороны несправедливо. Но я осторожно легла на кровать и уставилась в потолок.

Тольку от моих слов всё равно не будет. Сколько раз мы это уже проходили. Одного не понимаю: почему родители думают, что покинуть Второе Королевство мне будет тяжело? На самом деле, я не против.

Вскоре в мою комнату явилась матушка.

Они с отцом имели уникальную способность собираться за считанные часы.

На выходе к экипажам папа, старательно хмуря брови, спросил:

– Даня, ты ничего не хочешь нам сказать?

– Представляете, на земле ещё есть люди, которые верят в родительскую справедливость. – Выпучив глаза, я поморщилась и передёрнула плечами.

Стоит ли говорить, что посадили меня в отдельную карету? И только я обрадовалась, что поеду вместе с Эддом, как мама тут же поспешила пересадить меня к двум служанкам.

– Подумай над своим поведением! – грозно сказала она и угрожающе добавила: – Дома нас ждёт серьёзный разговор, юная леди!

Я лишь подарила ей злой взгляд в ответ.

Дорога прошла просто ужасно. Меня мотало из стороны в сторону вместе с вещами, находящимися в карете. Пару шишек от собственных чемоданов я себе точно набила.

Ненавижу балы, дни рождения, свадьбы и прочую светскую чепуху. После них всё всегда переворачивается вверх дном. То есть ещё большим дном, чем было до этого.

В свой родной замок мы вернулись ближе к вечеру. Расстояние между нашими королевскими резиденциями было совсем не длинным, за день спокойно можно было преодолеть. О затёкших мышцах я промолчу – это, можно сказать, плата за недолгую поездку. В конце концов, кто-то и по нескольку дней добирается до своего дома. Так что жаловаться глупо.

Я выползла из ненавистной кареты, блаженно втянула ртом свежий воздух. И встретилась с неодобрительным взглядом мамы. Ну, теперь-то что? Принцессы не должны дышать?

– Идём, Даня. Слуги уже накрыли стол.

Лучше бы они этого не делали.

Худший ужин в моей жизни. Никогда ещё между нами не было такого напряжения. Даже папа вместо того, чтобы рассказывать свои любимые несмешные шутки про охоту, сидел и уныло перемешивал похлёбку.

Мама держалась достойно. Как всегда. Спина идеально прямая, подбородок чуть задран вверх, суп черпает маленькими порциями. И, главное – суровый взгляд, не одобряющий мою скукожившуюся позу и меланхоличное вождение ложкой по краям тарелки.

Наконец, она не выдержала. Раздражённо положила свои столовые приборы, из-за чего послышался лязг, словно вопящее напоминание – «твоя мама очень расстроена из-за того, что у неё такая дочь».

– Даня, нам нужно серьёзно поговорить.

– Ага, – уныло отозвалась я.

– Выпрямись! Принцесса не должна сидеть, как обезьяна!

Я с тяжёлым вздохом исполнила прось… приказ. Мама же.

– Так вот, – с достоинством королевы продолжила моя родительница. – Даня, дорогая, ты уже достаточно взрослая девочка, чтобы принимать серьёзные решения.

Я удивлённо приподняла бровь. Подобные слова из её уст означали приближение неприятностей. Чувствует мой затылок, не к добру она завела этот разговор…

– Мам…

– Не перебивай! Даня, – вздохнула мама, – тебе следует быть более сдержанной, ведь в будущем ты станешь королевой. Так вот, о чём я говорю: дорогая, ты взрослая девушка, вполне самостоятельная. Ты уже должна понимать, что за некоторые твои поступки тень может лечь на всё наше Королевство. В своё время я была такой же, как ты…

– Сильно в этом сомневаюсь, – буркнула я, опираясь щекой о кулак.

– Даня! – возмутилась мама и глубоко вдохнула, призывая себя к спокойствию. – Я только хочу сказать, что тебе в формировании твоей личности нужна опора, понимаешь?

– Нет, – насторожилась я.

– Опора нужна любой женщине. И эта опора всегда проявляется в сильном, надёжном мужском плече.

Ой-ёй…

– Пап! – обратилась я к своему молчаливому родственнику. – Что мама хочет сказать?!

Папа поперхнулся и затравлено посмотрел на маму.

– Ну… это… ты… в общем, я… мы решили… что тебе будет лучше, если…

– Пап! Мам! Что всё это значит? Что вы хотите мне сказать?

Мама вздохнула и подарила мне снисходительную улыбку.

– Дорогая, мы решили, что тебе пора выйти замуж. Выбор пары произойдёт в день твоего восемнадцатилетия.

Глава 2.

Я медленно, очень-очень медленно поднесла руку к уху и совершенно неэстетичным движением прочистила его.

Мама незамедлительно скривилась и укоризненно пожурила:

– Даня! Не веди себя, как торговка на рынке!

– Мам… – хрипло выдавила я. – Мне просто послышалось, что вы решили выдать меня замуж.

– Тебе не послышалось. – Ответ вышел настолько сухим и безэмоциональным, что меня пробила дрожь.

Я уставилась на родителей немигающим взглядом. Папа сочувствующе покачал головой и вновь принялся уныло помешивать свою похлёбку. С ним у нас отношения всегда были чуть проще, чем с мамой. Может, он меня и не слишком понимал, но хотя бы не осуждал.

– А моего мнения никто не хочет узнать?! – так резко гаркнула я, что служанка, разливающая вино по бокалам, испуганно вздрогнула и пролила немного на стол.

– Дорогая, не повышай тона.

– Не повышай тона?! – Я задохнулась от возмущения. – Что?! Да вы вообще себя слышите?! Замуж?! Вы с ума сошли?!

– Даня, будь терпимее, – холодно ответила мне мама. Она, похоже, даже не понимала, что сейчас происходит. И насколько это серьёзно.

– Ну конечно! Будь терпимее! Вы фактически кандалы на меня надеваете, и всё, что ты можешь мне сказать, – это «будь терпимее»?! Да что ж ты за мать такая?!

– Как ты смеешь! – оскорблёно уставилась на меня родительница. – Это что ещё за дерзости, юная леди?

– У меня дерзости?! Да вы на себя посмотрите! Это чья судьба, моя или твоя, мам?! Кому жить-то дальше с этим мужем?!

– Даня. – Мама поджала губы, сдерживаясь изо всех сил. Как же я ненавижу эту её манеру прятать все эмоции в себе. Будь она хоть немного вспыльчивее, и вся посуда уже разлетелась бы вдребезги. – Так будет лучше для тебя. Мы думаем о твоём будущем.

– Ма-а-ам! – мученически воскликнула я. – Это не то будущее, которое я себе хочу! Да что угодно со мной сделайте! Посадите под домашний арест, спрячьте в тюрьме, заморите голодом… но только не замуж!

– Чем плоха перспектива найти себе достойного мужа? – Мама изящно выгнула бровь.

– Что значит «перспектива»? То есть вы думаете, что по-другому такую простушку, как я замуж не позовут?!

– Нет, конечно, нет. Вечно ты коверкаешь каждое наше слово, – тяжело вздохнула мама.

Но я вдруг почувствовала ком в горле. Он возник совершенно неожиданно, и, наверное, одновременно с ним в моём взгляде отразилась невероятная обида. Потому что на долю секунды, когда мама потеряла контроль над своими эмоциями, я поняла, что именно так она и считает.

О нормальном замужестве не может быть и речи.

У меня нет блестящей красоты Виктории, благодаря которой прекрасный (или не очень) принц смог бы закрыть глаза на мои недостатки. Я невоспитанная хабалка, что в корне перерубает мамину надежду на то, что она сможет пристроить свою нерадивую дочь не то что в хорошие руки, а вообще хоть в какие-нибудь.

– Вот значит как, – не пытаясь скрыть боль и обиду, выдавила я. – Неужели я настолько не оправдала ожиданий, что даже собственная мать не верит в меня?

– Даня… – начал возмущённо папа, но его тут же перебила мама:

– Даня! Что за ужасные мысли! Я желаю тебе только добра и хочу, чтобы ты была счастлива!

– Моё счастье заключается не в замужестве! – зло выплюнула я.

Понимая, что этот спор можно вести до бесконечности, но каждый из нас так и останется при своём мнении, я резко вскочила на ноги, отпихивая стул как можно дальше. Краем уха услышала грохот не выдержавшей такого грубого обращения мебели.

– Знаете что! Я замуж не выйду! Или вы меняете решение, или я… я… сделаю ещё одну глупость!

На первый взгляд угроза могла показаться пустяковой, но кому, как не родителям, знать, к каким последствиям могут привести мои безрассудные действия.

– Дорогая, я понимаю, новость стала для тебя большой неожиданностью, – как ни в чём не бывало сказала мама. – Тебе нужно время, чтобы смириться.

– Я замуж не выйду, – повторила сквозь зубы. – Пап, ну скажи ей!

Папа тут же испуганно набил рот похлебкой.

– Да что ж вы за родители! – зло выплюнула я. – Если бы у меня был выбор, я бы хотела родиться в другой семье!

Не дожидаясь пока мои родители возмутятся такой наглости, я развернулась и быстрым шагом выскочила из столовой. Не сбавляя темпа, буквально взлетела по крутой лестнице на второй этаж. Понеслась прямо по коридору. Кажется, даже умудрилась что-то задеть и уронить. Меня буквально распирало от злости, обиды на вопиющую несправедливость. Я сыпала проклятиями направо и налево, радуясь, что по пути никого не встретила. Нет, мне было совсем не стыдно, скорее, я просто боялась за психическое здоровье несчастного.

Ненавижу!!!

Ненавижу своих родителей. Ненавижу тех, кто придумал, что замуж нужно выходить как можно раньше! Ненавижу… да всех я ненавижу!!! Замуж! Зачем мне замуж?! Да если и найдётся такой отчаянный, – причём слепой и глухой, – готовый на такой отчаянный риск, то через несколько месяцев он всё равно поймёт, какую смертельную ошибку совершил! Да меня собственные родители выдержать не могут, а муж?! Муж! Что за слово вообще такое? Ассоциировалось оно у меня далеко не с любимым, нежным и заботливым мужчиной, а скорее с толстым, потным и храпящим мне на ухо мужиком.

Ненавижу свою жизнь. Лучше бы я родилась чернушкой. Зачем быть принцессой, когда на тебе больше обязанностей, чем на простой служанке? Верните мне мои пять лет! Я хочу скакать на пони, бегать по полям, и никогда – никогда!!! – не слышать слова «муж».

В свою комнату ворвалась словно ураган, так сильно хлопнув дверью, что висящий на стене групповой портрет моей семьи предостерегающе качнулся.

Плюхнулась на большую и мягкую кровать лицо вниз. Хотелось что-нибудь ударить, причём так основательно, чтобы у этого «что-нибудь» больше никогда не возникло желания выдать меня замуж. А ещё чтобы это «что-нибудь», наконец, поняло, что её дочь способна сама принимать решения. И что, возможно, не такая уж эта дочь и глупая.

Я перевернулась на спину и посмотрела на большой семейный портрет. На нём были мы втроём – я, мама и папа.

У всей нашей семьи были тёмные волосы. Папа – кучерявый, что очень забавно смотрелось с его телосложением. Крупный мужчина, довольно высокого роста, с большими и мускулистыми руками. А вот лицо у него было не слишком привлекательным: загогулистый нос, словно криво вбитый в стену гвоздь, тонкие губы и небольшие серые глаза.

И что только в нём мама нашла?

А уж она-то была красавицей. Настоящей аристократкой – статной, гордой. Казалось, в ней всё было идеальным: идеально прямой нос, идеальная линия чуть полноватых губ, идеальная фигура, не поддающаяся влиянию медленно уплывающего времени. Моя мама была хрупкого телосложения и иногда её принимали за мою ровесницу. Лишь едва заметная морщинка, пролегающая на идеально гладком лбу, словно отпечаток времени, напоминала, что этой женщине уже далеко за тридцать…

Рамиро и Каролина поженились, когда им обоим было по восемнадцать. Это был отнюдь не династический брак. Два человека просто встретились и влюбились. Во всяком случае, так рассказывала мама. Но их никто не вынуждал делать это, они выбрали такой путь сами.

Мне же роскоши в виде свободы выбора никто предоставлять не хотел.

Говорят, от большой любви получаются красивые дети. Это неправда.

Я вышла совсем не красавицей. Волосы – обычные, тёмные, доходили мне до плеч. Ломкие и непослушные. Глаза? Серые. Ужасные. Фигурка хиленькая, рост тоже не особо радовал – всего шестьдесят пять дюймов. Я иногда даже на носочках с верхней полки не могла взять нужную мне книгу.

В общем, была я мелкой и курносой. До двенадцати лет ещё и веснушки на щеках были. Правда, к семнадцати годам куда-то пропали, чему я совершенно не расстроилась.

Чем дольше смотрела на семейный портрет, тем сильнее щемило сердце от тоски. На этом изображении лица у нас были очень серьёзные, но в глазах смешинки плясали – каким-то чудом художник умудрился это передать одним мазком волшебной кисти. И казалось, будто мы обычная счастливая семья, и всё у нас хорошо. Мама любит папу, папа любит маму. И вместе они любят свою дочь.

Снова неправда.

Любящие родители никогда бы не поступили так со своим ребёнком.

Мне было до того обидно, что глаза предательски намокли.

Но тут в дверь нерешительно постучали.

Я вскочила на ноги.

– Дорогая? – послышался мамин голос. – Можно я войду?

– Нет! – зло огрызнулась я.

Прекрасно понимая, что мои слова не возымеют должного эффекта, схватила ближайший стул и быстро заблокировала им дверь.

Мама несколько раз подёргала ручку, но, естественно, безрезультатно.

– Даня! Что это за детские выходки? Немедленно открой!

Кого-кого, а уж маму мне сейчас хотелось видеть меньше всего.

– Нет! Оставь меня в покое!

В этот момент раздался жуткий грохот, от которого я схватилась за сердце и чуть не распрощалась с жизнью. Но спустя несколько мгновений стало ясно, что никого не убивают. Просто со стула упала сумка, из которой высыпались почти все мои вещи, включая недавно подаренное пособие по демонологии.

– Даня! – не сдавалась мама. – Открой, нам нужно поговорить! Дочка, хоть на несколько минут стань благоразумнее!

– Вот видишь! – оскорблёно отозвалась я, рассматривая лежащую на полу книжку, но не решаясь её поднять. – Видишь, какого ты обо мне мнения! Нам не о чём говорить!

Чудовище, изображённое на обложке, вызывало нервную дрожь.

Я грубо крикнула маме, чтобы она даже не пыталась меня переубедить – в ближайшее время замуж я выходить всё равно не буду, – схватила книгу и уселась на кровать. Мама какое-то время ещё пыталась воззвать к моему разуму, пока не убедилась, что если у ребёнка чего-то нет, то взывать к этому бессмысленно. За дверью повисла тишина. Что ж, во мне окончательно разочаровались.

На душе кошки скребли. С одной стороны я понимала, что их поступок безумно несправедливый, а другой – дочь им досталась та ещё.

Быть может, поведи я себя по-другому, всё сложилось бы иначе.

Чтобы отвлечься, начала меланхолично листать книжку, отрешённым взглядом цепляя заголовки: «Разновидности демонов», «Демон-охотник», «Демон-домушник», «Демон-кормилец», «Высший Демон», «Демон-Перворождённый»… «Демон-слюнявчик». Последняя категория тут же привлекла моё внимание. Я пробежала глазами по строчкам, удивлённо читая его характеристику.

«Данная разновидность демонов встречается достаточно редко. Стадные существа, падки на роскошь. Чаще всего это бывшие люди, грешившие чревоугодием, ленью и сладострастием. Демоны-слюнявчики не забывают свою человеческую жизнь и стремятся вернуться к ней, поэтому стараются жить среди людей, принимая их обличие. Совершая грех, получают от этого невероятное удовольствие, и потому зависят от похоти, еды и дорогих вещей».

Я удивлённо присвистнула. Честно говоря, демонами я не сильно интересовалась, несмотря на то что мой отец возглавлял Гильдию Охотников. Считается, что большую часть демонов уже давно уничтожили. А те исчадия, что ещё остались, прятались где-то очень далеко и глубоко, не привлекая к себе ни капли лишнего внимания. Да и отец сказал, что мне в это лезть не стоит: больше нервов истратишь, чем извлечёшь для себя что-нибудь полезное. И демонологией я не интересовалась ровно до тех пор, пока мне в руки не попала эта книжица. Может, Георг Третий был прав: не так уж это и скучно?

Хм, что тут у нас? «Демонические зелья», «демоническая карма», «демоническое проклятье», «демоническая порча»… мда. Чем дальше я листала, тем скучнее и однообразнее становились заголовки. Уже чуть было не закрыла книгу, как вдруг наткнулась на сорок третью страницу.

«Договор с демоном».

Неужели что-то интересное? Так… «Договор с демоном заключается на взаимовыгодных условиях. Демон исполняет любое желание заказчика, за что вправе потребовать любую плату. Плата зависит от сложности и серьёзности загаданного желания».

Любое желание? Надо же. Это уже интересно. Я пролистала несколько страничек и нашла нужную статью.

«Как заключить договор с демоном».

«Для того чтобы заключить договор с Демоном Перекрёстка необходимо в полнолуние выйти на крестообразный перекрёсток со следующим набором предметов: частичкой тела заказчика (волосы, ногти, кожа), тремя каплями крови заказчика на белом полотне, а так же с шестью цветками чертополоха. Все ингредиенты необходимо поджечь и произнести заклинание. После появления Демона озвучьте своё желание как можно чётче. Договор закрепляется подписью обеих сторон».

Заклинание было написано ниже. Под ним говорилось, что заключать договоры с демонами не рекомендуется, так как никто не знает, какую плату это существо потребует взамен. На это заявление я лишь усмехнулась – даже авторы пособия любили читать нотации. Как будто кто-то их сразу послушает, особенно если на кону стоит шанс исполнить мечту.

Идея с договором мне очень понравилась. Раз – и всё, никаких проблем. Никакой назойливой мамы с её навязчивой идеей выдать меня замуж.

Я тяжело вздохнула и отложила книгу. Интересно, а если вызвать демона, он действительно появится? Раз их осталось совсем немного, вряд ли они будут так рисковать – мало ли это ловушка, подстроенная охотниками? Наверное, они как-то проверяют заказчиков. Может, есть посредник? Да, скорее всего.

Строить теории на счёт организации таких сделок было интересно, и, пролежав так ещё немного, я сама не заметила, как уснула.

Проснулась рано утром, что на меня было совсем не похоже – спать я любила больше, чем… чем много чего другого. Спала я в одежде, не удосужившись укрыться одеялом. Если бы мама меня увидела в таком состоянии, она бы в обморок упала. Ещё одно доказательство того, что не вышло из меня нормальной принцессы.

Вызывать служанок я не стала. Зачем? Какого-то важного события сегодня не предвиделось, значит, и наряжаться необязательно. Я быстро натянула тёмные штаны и серый свитер – осень, холодно всё-таки – и спустилась вниз.

Несмотря на моё ранее пробуждение, оба моих дорогих родителя уже завтракали. Мама не разделяла страсть к мужской одежде. Стоило мне появиться в дверях, как она тут же не удержалась от кислого выражения лица. Как всегда.

Я не стала здороваться, просто села и посмотрела на очередную похлебку в моей тарелке. Зачем вообще подавать эту гадость, когда на столе стоит аппетитная курица? Не утруждая себя лишними манерами, я перегнулась через весь стол, обмакнув рукав свитера в свою же похлебку, и хищно оторвала жареную ножку.

– Даня! – возмутилась мама. – Как это понимать?!

– Есть хочу, – буркнула, усаживаясь обратно на стул.

– Это некультурно! Приличные девушки за столом себя так не ведут!

– Да, я некультурная, – легкомысленно пожала плечами в ответ.

– Даня! Где твои манеры?

– На базар убежали, – «любезно» подсказал папа. – Нет, ну есть же надежда, что они скоро вернутся, а? – и весело подмигнул.

– А ты её не защищай! – тут же напустилась на него мама.

– Так я и не защищаю! – открестился папа. – Её вон скоро муж новый будет защищать.

– И ты туда же?! – возмутилась мама.

– Да что я такого сказал? Ты же сама хотела её замуж выдать!

– И хочу! Но ты таким тоном говоришь, как будто не согласен со мной!

– Согласен-согласен, – тут же заверил её папа и уже тише добавил: – Мне же дорога моя голова на плечах.

– Рамиро!

Папа рассмеялся и заверил маму, что поддержит любое её решение.

Всё это время я поедала курицу, даже умудрившись облизать пальцы, пока мама не видела, и теперь переводила укоризненный взгляд с одного родителя на другого.

– Что, вы своего решения не поменяли, да? – устало спросила, когда они замолчали.

– Даня, ты должна понять: всё это делается только ради тебя, – миролюбиво сказала мама.

– А если я этого не хочу?

– Ты просто пока ещё не понимаешь, как это важно.

– Я не глупая, мам! Ты можешь прямо сейчас объяснить мне, как это важно! И почему я в свой день рождения должна думать о том, какое «счастье» мне в скором времени привалит!

– Выбирайте выражения, юная леди, – начала заводиться мама.

– А как же иначе, – насупилась я, – с тобой по-другому и не поговорить.

– Как ты разговариваешь с матерью?!

– Не выбирая выражений.

– Даня, твоя дерзость когда-нибудь сыграет с тобой злую шутку!

– Буду с нетерпением этого ждать!

Я со злостью стукнула кулаками по столу.

– А знаете что! Да делайте, что хотите! Хоть замуж, хоть в тюрьму – мне уже всё равно, понятно? Раз вам безразлично моё мнение, тогда мне ваше – тем более. Просто не удивляйтесь потом тому, что мой муженёк сбежит прямо со свадьбы!

Я вскочила на ноги и вылетела из столовой.

Да что ж это за ужас такой творится?! Что с ними? Нет, я понимаю, мама очень боится, и бояться действительно есть чего – вряд ли найдётся человек, готовый взять в жены такую, как я (хотя это зависит от жестокости выбранных пыток, конечно). Но ведь это не значит, что нужно срочно бить тревогу и в скором порядке искать слепо-глухо-тупого, чтобы дочь как можно скорее стала счастлива!

С этим определённо нужно было что-то делать. Я зашла в свою комнату, полная уверенности, что не дам состояться свадьбе. Никогда и ни за что.

Но для этого мне был нужен план.

Что могло повлиять на мамино решение? Да, задачка не из легких. Что вообще может повлиять на маму? Она же непробиваемая. Может, сгодится какой-нибудь наглядный пример? Точно! Нужно найти какую-нибудь невзрачную, но великую даму, которая спокойно жила себе и жила, а потом вышла замуж, только не в восемнадцать лет, а будучи постарше.

Я побежала в библиотеку. Именно побежала, так как день рождения у меня совсем скоро, а значит, мама уже начала массовую подготовку к празднеству, и на то, чтобы её переубедить, у меня оставалось слишком мало времени.

Увы, библиотека ожиданий не оправдала. Примеров некрасивых, но умных и великих женщин, вышедших замуж в преклонном возрасте, не было вообще. Были не слишком привлекательные поэтессы, но все они каким-то образом умудрились выскочить замуж до двадцати (тоже мамы, небось, подсуетились). Были женщины-философы, вышедшие замуж позже положенного, но все они были как на подбор: с озёрными глазами и гривастыми шевелюрами.

Зато вот мужчинам вообще повезло! Среди них и страшные, и толстые, и худые, и лысые – все были! И женились они преспокойно и в двадцать, и в сорок лет. И не было у них мам, стоящих над душой и вопящих о том, что их сын настолько бездарен, что никто за него замуж не выйдет.

Я устало уронила голову на сложенные руки. Идея с вызовом перестала казаться шуткой. Теперь я начала понимать тех, кто решился на этот шаг – когда выбора нет, не особо задумываешься о последствиях.

Спустя четверть часа я вернулась к себе в комнату. Взяла книгу по демонологии и улеглась на постель, пристально разглядывая обложку. От вида существа, изображённого на ней, по-прежнему бросало в дрожь. Открыла сорок третью страницу и ещё раз перечитала всё, что касалось договора с демоном.

В принципе, ведь ничего особенного. Не хотелось бы, конечно, идти на такой радикальный шаг. Но разговоры по душам должного эффекта явно не возымели. В конце концов, я с этого что-нибудь теряю? Ну да, демон может запросить высокую цену. Вернее, он её и запросит. Так у меня и желание совсем крохотное, не заставит же он меня платить за него своей душой. Если вообще появится.

Перечитала статью ещё раз. В общем и целом, ничего сложного в обряде вызова этого демона не было, кроме одного – шести цветков чертополоха. Осенью они не цветут, и достать их будет крайне сложно. Сложно, но всё-таки возможно.

Я вскочила на ноги и отправилась в королевскую оранжерею. В том, что там есть уникальные цветы – это абсолютно точно, а вот выращивают ли там обычный чертополох…

Однако попытать удачу всё равно стоило.

Весь королевский сад был настолько огромным, что со стороны казался похожим на запутанный лабиринт. Летом тут очень красиво: вдоль дорожек росли густые кустарники, заботливо подстриженные садовниками; плющи увивали тонкие арки, стоящие на каждом повороте; на только-только покрашенных скамейках часто можно было встретить придворных, выкроивших немного свободного времени, и тут же спешивших потратить его на созерцание красоты окружающей природы… А может, им просто хотелось с кем-нибудь поговорить.

Да, летом тут очень красиво.

Осенью – нет.

Осенью скамейки были пусты, словно одинокие памятники. Из-за холодной погоды никто больше не горел желанием на них посидеть. Деревья ушли в спячку и сбросили листву, укрывая ей дорожки. Для многих осень ассоциируется с листопадом, состоящим из красных, жёлтых и оранжевых листьев. Но на самом деле, все эти они гниют от сырости и слипаются друг с другом так, что когда пытаешься шаркать по ним ногами, они даже не отлипают от земли.

Осенью вообще очень грязно. Земля не замерзает, потому что погода далеко не зимняя, хоть и холодная. Идут проливные дожди, на улице сразу становится промозгло и неуютно. Хочется быстрее бежать в свою кровать под тёплое одеяло.

Я не слишком люблю осень.

Это такой странный переходный период, когда тепло медленно сменяется холодом, а ты сидишь в своей комнате, и мечтаешь, чтобы это, наконец, закончилось. Чтобы быстрее погода уже определилась – снег сейчас идёт или ещё дождь. Летом всё ясно – тепло, иногда душно и светит яркое солнце. Зимой – холодно, темнеет очень рано и днями напролёт идёт снег, с каждым разом добавляя сугробам дополнительного веса и объёма.

А осенью – ни то, ни сё.

Посреди этого унылого сада, в котором всё живое уходит в спячку, оставив после себя лишь обглоданные ветки, большое стеклянное здание смотрелось как-то неправильно. Внутри него всё цвело. Как будто не умирала сейчас природа, и жизнь шла своим чередом.

В оранжерее стоял удивительный запах полевой травы, смешивающийся с каким-то очень экзотическим ароматом. В носу защипало, но чихать вроде не тянуло.

– Здравствуйте! – поздоровалась я с садовницей, крутившейся рядом с каким-то цветком прямо у входа.

– Ваше Высочество, – тут же поклонилась девушка.

Я еле удержалась, чтобы не скривиться и сохранить на лице отрешённую мину. Не люблю, когда передо мной кланяются. Мне сразу становится жутко неуютно. Внутри появляется неприятная мысль, что поговорить со мной можно только через унижение. В высшем обществе это, возможно, дань уважению собеседника. Но когда ты разговариваешь с человеком ниже тебя по статусу – это именно унижение. Для него.

– Скажите, – учтиво осведомилась я, – растёт ли в этой оранжерее чертополох?

– Конечно, Ваше Высочество. – Ещё один поклон.

Мне пришлось сконфужено смотреть на какие-то горшочки с землёй, не зная, куда девать взгляд.

– Проводите меня к ним, пожалуйста. – Не хотелось говорить официальным тоном, и я постаралась вложить в свой голос как можно больше дружелюбия.

– Конечно, Ваше Высочество.

Девушка довела меня до нужного места довольно быстро. Всю дорогу я лихорадочно соображала, что будет, если так беззастенчиво сорвать шесть цветков? Стоит ли делать это прямо при служанке? Тут вообще можно так обращаться с растениями?

– Вот, мы пришли, Ваше Высочество.

Я посмотрела в указанном направлении. На столе расположилась большая коробка с землёй, из которой выглядывали пять фиолетовых головок нужных мне цветов. И одна не распустившаяся.

Не передать, сколько выдержки мне понадобилось, чтобы не побиться лбом об этот стол.

– Спасибо большое. Не оставите меня ненадолго? – расстроено выдавила я.

Служанка вежливо поклонилась и поспешила удалиться.

Я продолжала сверлить шестой бутон внимательным взглядом. Что подумает демон, когда вызов произойдёт с пятью нормальными цветами и одним не распустившимся? Вот вечно у меня всё не как у людей. Интересно, обряд вообще состоится при таком халатном обращении с правилами? С другой стороны, а кто в этом виноват? Сейчас осень, с цветами дефицит.

Я затравлено посмотрела по сторонам, убедилась, что поблизости никого нет, и быстренько сорвала все шесть головок.

Из оранжереи вылетела с такой скоростью, что садовница, проводившая меня к чертополоху, застыла на месте и ошарашено уставилась вслед.

Дворец наш был не таким большим, как, например, дворец той же Виктории, так что передвигалась я по нему довольно быстро. В свою комнату забежала с навязчивым чувством, будто только что совершила преступление. Но в свете предстоящих событий эти мысли пришлось запрятать куда подальше.

С полнолунием всё вышло как нельзя лучше. Конечно, обряд стоило проводить вчера, но сегодня тоже можно – это последний день полнолуния, так что ничего страшного.

К обряду я подготовилась основательно – взяла небольшую сумку, сложила все необходимые ингредиенты, запаслась двумя пирожками (мало ли, сколько я там этого демона прожду!). Книгу положила в отдельный отсек, чтобы не испачкалась. Из одежды выбрала самое скромное, что нашла: тёмные лосины и огромный серый свитер – мой любимый. Широкий, просторный, тёплый – что ещё человеку для счастья нужно? Конечно, такая одежда была чертовски неприличной – облегающие лосины и едва прикрывающий пятую точку свитер, что может быть ужаснее?! – но мне было всё равно.

Обувь. С обувью у меня сегодня был праздник, ведь не надо было надевать узкие туфельки, от которых ноги медленно, но мучительно, превращались в деревянные корыта.

Я открыла шкаф, дёрнула за ручку дверцы второго дна и извлекла заветную коробку. В ней лежали огромные охотничьи ботинки. Доходили мне до икр, завязывались на шнуровке, нос имели такой огромный, что им и убить можно было, а подошва смело могла посоревноваться в прочности с копытами быка. Посмотрев на это чудо, я чуть не расплакалась от умиления. Увы, надевала я их всего один раз – дома, чтобы постоять перед зеркалом, пока мама не видит. А подарил мне их папа – в честь завершения очередного охотничьего рейда.

Когда всё было готово, я присела на дорожку, полюбовалась нашим семейным портером, посмотрела за окно и… чуть не треснула себя по лбу. Даже в моей комнате слышались жуткие завывания осеннего ветра. Там не то что уши мигом обледенеют – мозги через эти уши выдует. Я быстренько порылась в шкафу и нашла давно неношеный шерстяной платок. Повязала его вокруг головы и со вздохом отправилась в путь.

Приоткрыла дверь, выглянула в коридор. Когда убедилась, что никого нет, на цыпочках побежала к лестнице. Бежала очень быстро. Со стороны это наверняка было похоже на невнятный петушиный бег. Наверное, поэтому в могучую папину грудь я влетела с такой силой, что меня отбросило назад.

Папа стоял на ступеньках, с удивлением разглядывая лежащую на полу дочь. Прошло несколько секунд, прежде чем дорогой отец помог мне подняться.

– Даня, куда это ты собралась? – насторожено поинтересовался он.

Я быстро спрятала сумку за спину. Вернее, попыталась.

– А-а… я-я… свежим воздухом вот решила подышать.

Надо было сказать, что туалет ищу.

Папа уставился на меня таким взглядом, что я чуть не проблеяла, мол, ладно, пойду открою окно и подышу свежим воздухом через него.

– Дочка, только не говори мне, что ты снова что-то задумала, – вздохнул папа.

Я скрутила губы дудочкой и почесала затылок. Когда пауза затянулась, пришлось оглядеть стены и потолок. Врать не хотелось, но и говорить «пойду-ка заключу сделку с демоном» не было никакого желания.

– Значит, задумала.

– Па-ап… да я…

– Не оправдывайся, – отмахнулся дорогой родитель. – Я почему-то и не сомневался, что с утра нас ждёт очередной сюрприз. Расскажешь хоть, что задумала? Я же должен подготовиться!

Я покрутила головой и поспешила заверить:

– Всё будет нормально, обещаю без разрушений!

– Надеюсь, ты не попытаешься отравить всех парней, имеющих хоть какой-то титул?

– Это банально, – скривилась я и весело добавила: – Даже ты до этого додумался!

Папа усмехнулся в свои недавно отращенные усы и уже серьёзнее сказал:

– Даня, я не против твоих глупостей, но только смотри, чтобы это всё не зашло слишком далеко. – Замолчал на секунду, а затем заговорщицки прошептал: – Не то мама нам обоим волосы повыдёргивает.

– Тебе-то за что? – удивилась я.

– Да она после каждой твоей выходки меня винит в отсутствии у тебя воспитания.

– Ты меня избаловал, да?

– Если бы! Я тебя ещё и на неправильный путь поставил.

– И карму, небось, мне всю испортил?

– У! Да что ты! Ещё при твоём рождении я её всю тьмой испоганил.

– Пап, ну в таком случае я тебя не прощу, – рассмеялась я.

Ладно, останавливать меня не собираются – это хорошо. Папа у меня вообще был замечательный.

– Пошла я творить зло, – благодушно сказала и обошла своего широкого папу-бугая.

– Дань, – вдруг окликнул меня он. – Мы ведь с мамой тебе действительно зла не желаем. Пойми, я вижу, что ты взрослеешь… но чуть позже остальных детей, и это не плохо, ни в кое случае! Но ведь нельзя всю жизнь оставаться ребёнком, дочка. Муж поможет тебе остепениться.

– Пап! Ну только не ты! Я не готова терпеть рядом с собой мужа, понятно?

– Это ты сейчас так говоришь. А вот чуть подрастёшь, может, карма твоя очистится… и тогда поймёшь, что муж тебя и дисциплине научит, и ответственности…

Папа выглядел немного смущённым. Видимо, разговоры по душам, имеющие цель наставить меня на путь истинный, давались ему тяжело.

– Пап, муж меня не дисциплинирует, уж поверь мне. Муж, скорее, сбежит, понятно?

– Так если его не отпугивать, а, наоборот, раскрыться перед ним, как девушка…

– Пап, ты что, смеёшься надо мной? Я – как девушка? Да я лучше лягушек в болоте ловить пойду!

– Меня с собой возьми! – со смешком отважно вызвался папа и добавил со вздохом: – Эх, если мою дочь хоть кто-нибудь согласится взять в жёны, я упаду перед ним на колени и буду счастливо кричать: «Спасибо! Спасибо! Наконец-то!».

– Па-ап! – обиделась я.

– Зато хотя бы поймём, что он действительно тебя достоин.

При этих словах мне тут же захотелось привести в дом бомжа с ближайшей помойки и заявить, что я за него выхожу замуж. Ну а что, может, он меня достоин?

– Ладно, мне пора. Спокойной ночи, я всех люблю, – буркнула в ответ и быстро сбежала по лестнице вниз.

Наш замок, кончено же, охранялся. Вот только охрана в нём действовала по принципу «впускать с проверкой, выпускать под запись». Я подошла к огромным воротам, рядом с которыми стояла деревянная будка. В ней едва слышно посапывал стражник. Сперва я хотела огреть его чем-нибудь по стальному шлему, чтобы паренёк аж подскочил от испуга и больше никогда не смел спать на рабочем месте. Потом до меня дошло, какой это удачный шанс проскользнуть незамеченной. Если не считать, конечно, часовых на башнях. Но они прекрасно знают, что если стражник выпустил, то опасаться нечего. Надо же, всё складывается как нельзя лучше. Похоже, сами Боги одобряют моё решение заключить договор с демоном.

Я воспользовалась калиткой в главных воротах.

Вышла на ровную дорогу, заботливо посыпанную гравием. Так… нужен крестообразный перекрёсток. Вроде где-то через милю должен быть такой.

Эту милю я никогда не забуду.

Ветер дул с такой силой, словно поставил перед собой задачу сдуть меня с ног и унести куда-нибудь в Седьмое Королевство. Вокруг было темно. Дождь под порывами ветра превращался в смертоносное оружие. Я спотыкалась буквально на каждом шагу, пытаясь закрыть руками лицо, чтобы спастись от острых капель, больно бьющих по глазам.

В этот момент страшно пожалела, что не родилась в Пятом Королевстве. Там всегда было тепло, и никто не знал о том, какой ужасной может быть «осень».

Каждое из Семи Королевств было в чём-то особенным. В Первом Королевстве, там, где я родилась, были невероятные по своему количеству залежи золота и алмазов. Наше Королевство считалось чуть ли не самым богатым в мире, к нам съезжались лучшие ювелиры со всего света (для них даже элитная школа открыта).

Второе Королевство, в котором обитает несравненная Виктория, отличается морскими путями. У нас с ними исключительно водные границы, правда, с одной стороны это небольшая речушка, а с другой – целое море . Во Втором Королевстве обитают лучшие рыбаки. Там готовят изысканные рыбные деликатесы. Конечно, только ими не обходятся и свозят продовольствие со всех Королевств.

Третье Королевство – это лесные угодья. Там живут настоящие мастера по обработке дерева, из которого получается уникальный материал, не поддающейся сырости и гниению.

Четвертое Королевство – это огромные плантации винограда. Там находятся лучшие виноделы мира. И элитная школа для них, кстати, там тоже существует.

Пятое Королевство – это посевные площади. Из-за своего природного – теплого! – климата у них хорошо развиты зерновые культуры.

Шестое Королевство – это королевство горных вершин. Там очень много спящих вулканов, но на склонах гор много залежей магмы и других горных пород, в том числе и сланцев.

Седьмое Королевство – ничего.

Седьмое Королевство ничем не выделялось. Особенного климата там не было, уникальных залежей – тоже. Морских путей – и подавно. Они всё закупали из остальных Шести Королевств. Единственное, чем королевство действительно могло выделиться – так это преступностью. Обстановка в нём более чем напряжённая. На улицах куча ворья и жулья. А ночью так вообще лучше спать в металлическом ящике, иначе утром можешь и не проснуться. В общем, Седьмое Королевство уважения в мире не снискало.

Пока я размышляла об устройстве наших Королевств, сама не заметила, как вышла прямо на крестообразный перекрёсток. Встала посередине, глубоко вздохнула.

Если бы не дождь, всё было бы прекрасно, а так просто невозможно нормально вдохнуть, чтобы тебе в рот не попала вода. Несколько своих волос, белый носовой платок с тремя каплями крови и шесть цветков чертополоха я кое-как в мисочку сложила, а вот поджечь всё это не получалось.

Я покряхтела, попыталась подставить спину так, чтобы закрыть миску от дождя, ползала возле неё на коленях, вся вымазалась в грязи – но ничего. Не поджигалось оно.

– Ну, давай!!! – приговаривала, мешая просьбу с проклятиями.

Спичка зажигаться упорно не желала, то ломаясь пополам, то просто стираясь.

– Аа-а-а!!! – раздражённо взревела я.

– Хватит корячиться, я уже тут, – послышался усталый голос.

Я замерла на месте. На осмысление ситуации хватило нескольких секунд. Демон. Демон позади меня. Он всё-таки пришёл. А я, вся извазюканная, раскорячилась перед ним самым неподобающим образом, чуть не макнув лицом в миску от испуга.

Будучи на четвереньках, очень медленно повернулась, уперлась взглядом в идеально, просто безупречно вычищенные сапоги, подняла взгляд и обомлела. Передо мной стоял обычный человек!

– А… я… тут это… – нерешительно начала мямлить.

– Вызывала? – спокойно осведомился незнакомец.

Нет, всё-таки не случайный прохожий. Демон. Действительно демон!

Взяв себя в руки, я со спокойным и немного надменным видом, поднялась на ноги.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась.

Демон выглядел очень даже по-человечески. Короткие тёмные волосы, мокрыми прядями облепившие бледное лицо, кстати, совершенно обычное. В смысле, не было ни красных глаз, ни длинных клыков. Ногти на руках тоже были нормальными, человеческими. Фигурка приемлемая, обёрнутая в красивый камзол.

Зато сапоги чуть ли не блестели под дождем.

– Вы… демон? – удивлённо выдавила я, не в силах отвести взгляда от его обуви. От неё даже капли дождя отскакивали как-то изящно.

– Да. Моё имя – Велизар. Я демон Перекрёстка.

Правила приличия обязывали меня назвать своё имя, но я смогла лишь только ошарашено сказать:

– Так я же вас ещё не успела вызвать!

– Успела. Я здесь, чтобы исполнить одно твоё желание.

– Но я не подожгла ингредиенты!

Настороженно сделала шаг назад.

Мало ли, вдруг это просто случайный прохожий. Шёл себе мимо, увидел раскорячившуюся посередине дороги девушку и быстренько сделал выводы. К тому же я видела демонов (ну да-да, на обложке) – и людей они напоминали меньше всего!

– Я и так услышал твой призыв.

– Да вы обычный жулик, хватит мне голову морочить! – возмутилась я. – Идите, куда шли.

Мужчина устало посмотрел на меня. Вздохнул. Кивнул. Снова вздохнул. Я так и не поняла, что всё это значит, но додумать мне не дали.

Не знаю, как это произошло. Я не видела, чтобы его ногти на руках превращались в когти, чтобы глаза, цвета которых в это тёмное время суток видно не было, превращались в красные, а вместо зубов вырастали клыки. Тем не менее, ещё секунду назад передо мной стоял обычный человек, а теперь уже нависает огромная чёрная тень. И всё у неё действительно такое, как у демона на том злосчастном пособии по демонологии.

Я испуганно вскрикнула, дёрнулась назад, споткнулась о миску с ингредиентами, и плюхнулась в грязь. Но это неприятное событие меня не остановило. Испугано задёргала ногами, пытаясь отползти как можно дальше.

Демон не стал больше испытывать мою и без того травмированную психику. Принял прежний облик и снова устало вздохнул. А потом монотонно отрапортовал:

– Моё имя – Велизар. Я демон Перекрёстка. Я здесь, чтобы исполнить одно твоё желание.

У меня же перед глазами всё плыло. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, от пережитого ужаса дыхание сбилось. На то, чтобы прийти в себя, потребовалось несколько секунд. Я глубоко вдохнула, провела мокрой и грязной пятернёй по лицу, поправила съехавший с головы платок, и только после этого поднялась на ноги.

Ещё один глубокий вдох, и мой голос прозвучал более чем официально:

– Моё имя – Даниила Рамиро Фердинан. Я здесь, чтобы заключить с вами сделку.

Демон удивлённо уставился на меня. Кажется, я впервые увидела на его лице хоть какую-то эмоцию.

– Ты – дочь Рамиро Матиаса Фердинана?

– Да, – настороженно ответила я.

Велизар снизошел до усмешки на своих безжизненных губах.

– А знаешь ли ты, Даниила Рамиро Фердинан, что твой отец – один из главных охотников на демонов? И в нашем истреблении он сыграл не последнюю роль?

Ой ду-у-у-ра! И откуда только я такая тупая взялась? Нет бы головой своей чумной подумать, так нет! Представилась, называется! Думала, поблажку сделает… и как я могла забыть о том, что папа – их злейший враг? А значит, и его дочь тоже.

– Вы меня в плен возьмёте, да? – уныло спросила я, понимая, что только что вляпалась из-за очередной собственной глупости. – А потом будете требовать с отца прекратить рейды в обмен на мою жизнь? Так я вам скажу, что он на это не пойдёт! Он меня не любит.

Демон изящно поднял правую бровь. Это движение напомнило мне маму.

– Мы не делаем исключений. Договоры заключается с представителем любой расы, независимо от его положения в обществе и общественной деятельности его и его родственников, – сухо сказал мне Велизар, а потом в его руках возник листок бумаги. Он взялся из воздуха, лишь по краям на секунду осветившись золотым сиянием.

– Если честно, я вообще не думала, что вы появитесь, – буркнула я, заворожено рассматривая листок в его руках.

– Потому что заклинание не успела произнести? – скорее из вежливости осведомился Велизар, что-то сосредоточенно рассматривая на листочке.

– Заклинание? Ой! И заклинание тоже… так я ведь не подожгла ингредиенты…

Демон оторвался от созерцания чего-то очень важного на этой своей бумажке, посмотрел на меня и раздражённо сказал:

– Знаешь, что ещё ты забыла сделать? Прийти в полнолуние!

– Так сегодня полнолу…

Я злобно глянула на луну и подавилась собственными словами. Кто-то предательски откусил от неё маленький кусочек!

– Сегодня луна идёт на убывание.

– Но ведь… сегодня последний день полнолуния… – сконфужено промямлила.

– Вчера был последний день полнолуния. К тому же в инструкции ясно сказано, что нужно шесть цветков чертополоха, а не пять и не пойми что!

Я смущённо посмотрела на опрокинутую миску, из которой вывалились все ингредиенты, включая пять цветков чертополоха и одно не пойми что.

– А чего вы тогда вообще пришли? – удивлённо поинтересовалась у демона.

– Не мог же я пропустить контракт, – оскорбился тот. – Вся эта волокита необязательна. Когда понадоблюсь, просто позови меня. Только на перекрёстке, я же Демон Перекрёстка.

– А раньше об этом сказать нельзя было? – возмутилась я. – Ты хоть представляешь, столько сил я на это потратила?!

– Мы должны сохранять конспирацию, да и дети тут же побегут просить конфетки в обмен на собственные души. К тому же очень забавно наблюдать, как люди ищут цветы чертополоха. Ладно, ни к чему языком трепать, я должен зачитать тебе инструкцию.

– А это долго? – испугалась я.

Велизар усмехнулся, подкинул в воздухе свой листочек, который волшебным образом растянулся, удлинился, удлинился, удлинился… упал к моим ногам и продолжил удлиняться дальше.

– А это как-то сократить можно?! – в неподдельном ужасе воскликнула я.

– Можно.

– Тогда мне краткое содержание. Только без мухлежа!

– Значит так, договор заключается на взаимовыгодных условиях: я тебе желание, ты мне что-то взамен. Это «что-то» должно меня устроить, иначе сделки не будет тебе. Желание говори чётко, чтобы не к чему было придраться. Стандартное действие договора – десять лет. Срок можно уменьшить, но не увеличить. А, да, за богатство и власть взимается душа. После заключения сделки договор отмене не подлежит. Вопросы есть?

– И это всё написано на этом бумажном ковре? – не поверила я, кивая на некогда маленький листочек, а теперь уже действительно бумажный ковёр.

– Да. Официальным языком. Так что, договор заключать будем?

– Угу, – уверено кивнула.

Демон улыбнулся, и в следующую секунду в одной его руке появился новый лист бумаги, а в другой – перо.

– Огласи своё желание. Чётко.

Прокашлявшись, громко проговорила:

– Я хочу, чтобы моя мама перестала считать меня безответственным ребёнком.

– Ты уверена в своём желании? У тебя ещё есть время перефразировать.

– Нет, уверена.

– Точно?

– Да! Что не понятного в моём желании?!

– Всё понятно, – заверил меня демон и задал следующий вопрос: – Срок действия десять лет?

– Ага.

– Точно?

– Да ты издеваешься?! Конечно, точно!

– Не кипятись, это всего лишь установленные нормы. Я обязан дать тебе время передумать.

На это только сердито вздохнула, но всё же кивнула, принимая его оправдание.

Велизар ещё что-то записал, причём писал он это минут, наверное, двадцать. В какой-то момент я почувствовала, что ноги у меня начинают медленно неметь. А бумажка в руках Велизара всё увеличивалась и увеличивалась. Да что ж он такое строчит?

– Подожди ещё немного. Надо официальную форму заполнить.

– Ты мне лучше скажи, что от меня взамен потребуется, – буркнула я, рассматривая небо.

Дождик уже перестал моросить, а за горизонтом медленно начинало светать. Ничего себе мы тут простояли! Какая же морока с этим договором!

– Взамен? Да ничего особенного. Всего лишь десять золотых.

– Всего-то? – не поверила я.

– Нет, – пожал плечами демон. – И твой Хранитель.

– Что-что, прости? – мне показалось, что я ослышалась.

– Десять золотых и твой Хранитель.

Я молча пялилась на безмятежного демона, что-то увлечённо записывающего. Первые несколько секунд я просто не могла ничего сказать. Потом уже могла, но прежде заставила себя справиться с шоком. А когда справилась, твёрдо сказала:

– Я отменяю сделку.

– Что? – Демон оторвался от своего занятия и удивлённо посмотрел на меня.

– Я отменяю сделку.

– Почему?

– Хранителя ты не заберёшь. Я договор ещё не подписала, так что сделка отменяется.

Раздражённо взмахнула руками и развернулась по направлению к своему замку. Тоже мне, умник. Нет уж, на золото мне плевать, но Хранитель?!

Это единственная моя защита.

Каждый, в ком течёт королевская кровь, рождается с собственным Хранителем. Это бесполый дух, внедрённый в твоё тело, который защищает своего хозяина от магической опасности. Повезло тем представителям королевских семей, что прирождённые маги. У меня же не было ни капли магического дара, так что мой Хранитель – это единственная вещь, которая не позволит наслать кому-нибудь на меня порчу или ещё чего похуже. К тому же Хранителя невозможно извлечь, он составляет с хозяином единое целое. Кажется, был в каком-то Королевстве чокнутый маг, искавший способ извлечь Хранителя, но каждый раз, стоило отделить его от хозяина, он начинал выкачивать из него жизненные силы.

В общем, демон прогадал, назначив такую цену.

Я не заметила какой-то камешек, споткнулась, а когда подняла глаза, передо мной стоял Велизар.

– Я меняю условия сделки, – без обиняков сказал он.

– На какие? – хмуро спросила я.

– Сто золотых.

– Без Хранителя?

– Без Хранителя.

Повисла долгая пауза, пока я раздумывала, стоит ли как раз сейчас отказаться от этой безумной затеи? Во время моего мыслительного процесса, Велираз нервно отбивал странный мотивчик носком своего блестящего сапога.

– Ладно, я согласна, – наконец, сказала я.

– Вот и славно, – улыбнулся демон и протянул мне бумажку с пером, пояснив: – Распишись.

– Ты точно ничего не напутал?

– Обижаешь!

Я на всякий случай заглянула в конец и убедилась, что Хранителя у меня не отберут.

– Прекрасно. Как я выплачу тебе сто золотых?

– Сегодня вечером они пропадут из казны.

Отлично. Даже воровать не придётся, всё сделают за меня.

Я поставила свои корявые инициалы и протянула договор обратно демону. Тот принял его с широкой улыбкой, которая на бледном лице смотрелась как-то дико.

– Прекрасно! Жди подарочка.

И испарился в воздухе, оставив после себя лишь горстку пепла.

Глава 3.

Примерно через четверть часа, когда я уже успела изрядно продрогнуть, но от главных ворот по-прежнему находилась довольно далеко, стало понятно, что что-то пошло не так.

Не знаю, как вообще можно объяснить свое предчувствие, но в груди у меня ощутимо закололо, а под ложечкой неприятно засосало. И если первое еще можно было списать на стареющий организм и медленно уплывающее здоровье, то второе совершенно точно предупреждало о надвигающейся опасности.

Честно говоря, я даже подумать не успела, в какую жо… э-э… в какую ужасную ситуацию снова успела вляпаться с этим договором, как вдруг поднялся сильный ветер. Небольшие кустарники, расположившиеся по краям дороги, накренились в сторону, готовые в любой момент синхронно поцеловать землю. Небо заволокло тучами, вокруг стало темно-темно, словно я попала в самую середину шторма. Удивительно, но грома слышно не было. Просто зверский ураган, поднявшаяся пыль, практически черное небо и мой вопль: «Надеюсь, это не из-за меня?!».

Все прекратилось совершенно неожиданно.

Теперь за горизонтом снова поднималось осеннее солнце, мирно стояли на обочине кустарники, и небо надо мной было голубым, с небольшими всполохами красноватых оттенков.

Я удивленно повертела головой. Это демон так исполнил мою просьбу? Может, он использовал это как отвлекающий маневр, а сам в это время быстренько стащил сто золотых из казны? В любом случае, это странное нашествие ветра явно было неспроста.

Я ускорила шаг, а потом и вовсе перешла на бег. В душу закрался червячок сомнения, только сейчас натолкнувший меня на мысль, что я все-таки пошла на сделку с демоном. Не с магом каким-то там, а с самим демоном. Не зря же их пытались истребить, верно?

В этом была вся я – сперва сделаю, потом подумаю.

Иногда получалось так, что думать было уже слишком поздно.

Я подошла к главным воротам, запрокинула голову вверх, разглядывая стражников, но… никого не разглядела. Странно. Очень, очень странно. Нет, заснувший стражник в будке – это еще можно списать на удачу, но пропавшие часовые?! Что-то мне подсказывало: не к добру это все. Не к добру.

Вошла в небольшую калитку, «вырезанную» прямо в главных воротах, и настороженно огляделась. Вроде ничего особенного, только тихо слишком. Сделала шаг вперед и случайно задела носком сапога какую-то склянку. Та с громким звоном откатилась от меня на довольно приличное расстояние. Я подошла к ней поближе, подняла ее с земли, удивленно повертела туда-сюда. Я, конечно, не эксперт в вопросах целительства и травничества, но, насколько мне известно, все, что было намешано в этой склянке, составляло одну очень любопытную смесь – снотворное.

Я выдохнула. Стражник в будке не спал. Его просто-напросто усыпили.

Ничего себе.

Кому это вообще понадобилось?

Спрятав склянку в сумку, висевшую на моем плече, уже сделала пару шагов по направлению ко входу в замок, как кое-что привлекло мое внимание. А именно – королевский фонтан. Он стоял в середине площади, вкруг него было множество лавочек (архитектор, видимо, испытывал нежные чувства к подобного рода конструкциям), вода из него всегда била ключом круглое время года. Над ним кропотливо работали одни из лучших магов Семи Королевств, сделав так, чтобы он никогда не замерзал.

Но похоже в чем-то они просчитались.

Передо мной стоял каменный фонтан. То есть не то чтобы у него было каменное дно, или он был выложен из камня – нет. Фонтан был каменным полностью, из некогда лазурной чаши – а теперь уже каменной – выбивалась закаменевшая вода.

У меня сердце ушло в пятки. Неужели это все моих рук дело?! Нет, не могла же я такое натворить! Черт возьми, какие еще «подарочки» меня ждут?

В замок влетела со скоростью стрелы, перепрыгивая сразу через несколько ступенек. Как только оказалась в большом просторном зале, гордо именуемым мной «проходной двор для всяких бездарей», то сразу поняла: в этот раз я напортачила по-крупному. Не то что бы подарила Виктории несуществующее полотно с каракулями, а именно «вляпалась по самое не могу». В одночасье все мои выходки показались мне такими маленькими и несущественными, что над ними можно было лишь посмеяться.

Сейчас же слез на такую ситуацию не хватит.

Передо мной стояло где-то с десяток каменных статуй.

Справа была наша кухарка. Она всегда подавала на завтрак так нелюбимую мной похлебку. Рядом с ней стояли дворецкий и лакей. Они, наверное, о чем-то спорили. Их позы выдавали эмоции – нервно задранные вверх руки, сведенные к переносице брови и открытые рты, как будто они долго и усердно кричали друг на друга. Возле окна стояли две служанки, с интересом наблюдавшие за разворачивающимся спором. Около двери было еще несколько слуг. Все они что-то делали в тот момент, когда превратились в камень.

О Пресвятые Покровители… что я наделала?!

Смотреть на эти застывшие лица не было сил. Я рванула к лестнице, ведущей на второй этаж, а там побежала прямиком к комнате родителей. Какая-то часть меня уже понимала, что «ничего не обойдется, Даня! Это все твоих рук дело!», но другая, та, что всегда хранила в себе надежду, отчаянно пыталась поверить, что все будет хорошо. Что сейчас я открою заветную дверь, а за ней мои родители – целые и невредимые, сидят и пьют чай. И разговаривают. Или ругают меня, свою нерадивую дочь. Неважно.

Но как только я открыла дверь, вторая часть моего раздвоившегося сознания оставила меня прозябать в одиночестве. Потому что на стульях сидели мои родители, но оба они превратились в застывший, холодный, безжизненный камень.

На ватных ногах я зашла в комнату, как-то отстраненно услышала щелчок закрывшейся двери. Трясущимися руками дотронулась до маминой коленки, и тут же одернула руку. Кожу обожгло холодом.

– Нет… нет, вы что… я ведь не этого хотела… так не должно было получиться…

Это неописуемое чувство, когда ты понимаешь, что только совершил нечто такое, за что тебе впору снести голову. Это бухнувшееся в пятки сердце и немеющие кончики пальцев. Эта нарастающая внутри паника от осознания собственной глупости и вместе с тем – абсолютной беспомощности. Это готовый сорваться в любую минуту крик, означающий твое понимание, что ты совершила что-то непоправимое. Только толку от этого понимания?

Я вскочила на ноги и заметалась по комнате.

– Не паникуй! Не паникуй! Думай, Даня, думай! Ты должна что-то придумать!

В отчаянии схватилась за голову, нащупала платок и со злостью швырнула его в ближайший угол.

Думай, думай, думай… как это исправить?! Что я сделала?! Сделка. Точно! Это все демон. Так, подождите, уговор был только на то, чтобы мама перестала считать меня ребенком, но никаких каменных людей и в помине не было! А если это не демон? Вдруг кто-то решил истребить королевскую семью? Но почему тогда я сейчас жива? И кто может быть настолько могущественным, да еще и склеротиком, ибо как можно было забыть про Хранителей? Или Хранители теперь замурованы тоже? Но они же должны были защищать нас именно от таких заклятий!

Под воздействием этих мыслей я хотела злобно выругаться крепким словечком, чтобы выпустить пар, но не успела. Что-то бухнуло. Причем бухнуло с такой силой, что у меня пол под ногами вздрогнул.

В этот момент я вдруг подумала, что закаменевшее Королевство – это еще цветочки. Настоящее представление начнется прямо сейчас.

Медленно подошла к окну, чуть отодвинула шторку… и в тот же момент по ту сторону стекла пронеслась огромная тень. Я испуганно присела, прижавшись спиной к стене и закусив конец шторы, чтобы не завыть от пронзившего каждую клеточку страха. За несколько секунд ничего подробно рассмотреть не сумела, но почему-то все равно была уверена, что эта тень – демон.

И не ошиблась.

За одной тенью последовали другие. Они не нападали, не громили ничего вокруг и не рушили наше Королевство. Они лишь пролетали мимо окна в таком огромном количестве, словно выходили из самой Преисподние. Откуда их здесь столько? Почему они пришли сюда? Что им от нас нужно?

Неожиданно одна из теней зависла прямо перед окном, загораживая собой весь свет от едва-едва просыпающегося солнца. Я вжалась в стену еще сильнее, хотя казалось, что сильнее уже некуда. Пальцами одной руки вцепилась в запястья другой, пытаясь таким образом заставить себя сидеть тихо и не шевелиться. Свет вернулся почти так же неожиданно, как и пропал. Но в этот момент я поняла, что даже несмотря на то, что демон ушел, никто не мешает им попасть внутрь. И осмотреться уже более основательно.

Я не знала, чего они хотят, поэтому заставила себя думать чуть более рационально, чем я обычно думаю, исходя как раз из этого маленького пунктика. Раз я об их мотивах ничего не знаю, значит, и рисковать, дожидаясь переговоров, смысла нет.

Тут же решительно прижала к бедру свою сумку, словно она была моим заветным талисманом, глубоко вдохнула и перекатилась к противоположной стене. Та была выпуклой, благодаря чему я спокойно спряталась за ней так, чтобы меня невозможно было увидеть из окна. Досчитала про себя до пяти и рванула к двери. Оттуда полетела прямиком к противоположному от лестницы концу коридора. Почему? Мне нельзя было к главному ходу, там наверняка было полно демонов.

Я бежала к потайному ходу. Отец как-то показал мне его. Кажется, тогда была угроза нападения, и он очень переживал за нас с мамой. Мы должны были бежать через этот ход.

Теперь через него бегу я одна.

Подлетев к тому месту, где висел маленький канделябр, резко рванула его на себя и тут же отскочила в сторону. Под моими ногами медленно начали складываться небольшие каменные ступеньки. Освещения тут не требовалось: по лестнице спуститься не трудно, а в тоннеле есть отверстия, пропускающие дневной свет. Поэтому, не тронув канделябр, я просто прошмыгнула в потайной ход.

Как только ступеньки кончились, нажала на выпирающий из стены камень, чтобы те сложились обратно.

А дальше начался холодный тоннель. Я шла по нему очень быстро, то и дело спотыкаясь и испуганно оборачиваясь от каждого шороха, проверяя, нет ли за мной погони. Погони не было. Даже странно. Но от этого легче не становилось. Мне постоянно казалось, что сейчас из темноты выпрыгнет огромная бестелесая тварь и сожрет меня со всеми жалкими потрохами.

И угораздило же заключить сделку с демоном! Лучше б замуж вышла!

Тоннель выходил прямиком в лес. Выбираться из него было сложно – пришлось лезть на высокие камни, чтобы зацепиться за решетку люка. Выбить ее не составило труда, а вот подтянуться, да еще не поскользнувшись на влажных камнях, требовало как раз неимоверных сил. В какой-то момент мышцы на руках начали ходить ходуном от напряжения.

Но из люка я все же выбралась.

Оглянулась на стены замка.

Тихо пообещала родителям, что обязательно что-нибудь придумаю. Обязательно все исправлю.

После этой странного обещания, не раздумывая, рванула в лес.

Я никогда не была неженкой. И хотя мама пыталась оградить меня от любого пагубного воздействия, удержать меня дома и привить мне исключительно благородное поведение она не смогла. Я частенько бегала по лесу, играя с несколькими такими же азартными людьми в игру «поймал-пропал». На специально размеченной территории мы в рассыпную убегали и прятались от «заводилы». Одно его касание – и вы меняетесь местами.

Именно поэтому бежать по лесу мне было совсем несложно. Я чувствовала внутри лишь невероятный прилив сил. И это помогало бежать дальше.

Я уже знала, куда мне надо. К границе. Понятия не имею, что задумали демоны, но стоит мне пересечь небольшую речку, и им меня уже не догнать. Леса Второго Королевства патрулируют охотники. Впервые в жизни я была этому безмерно счастлива.

Не знаю, входила ли поимка моей скромной персоны в великие планы демонов, но, кажется, про меня они даже и не думали.

Теперь уже не думали.

Я вылетела к реке очень быстро, еле-еле успев затормозить у самого берега. И чуть не повалилась носом в воду, когда мимо меня, буквально в нескольких дюймах от тела, пронеслась черная тень. Но кажется, демон не хотел меня поймать. Судя по всему – ему сейчас было совсем не до меня.

Сперва я услышала позади себя какой-то рев, прямо из глубины леса. Он был очень низким, напоминающим скорее волчий вой, но оттого не менее пронзительным. Я не успела ничего сообразить или додумать, как на меня целой волной полетели демоны.

На секунду мне почудилось, что это конец. Доигралась. Пошла на сделку, и вот, что получилось. В памяти всплыли мамины слова о том, что когда-нибудь это все может зайти слишком далеко.

Вот и зашло.

Я думала, это конец. В страхе зажмурилась, ожидая то ли боли, то ли темноты и полного отключения сознания. Но вместо этого чувствовала лишь ветер, создаваемый десятками пролетающих мимо теней, а также слышала утробный вой.

Открыла глаза и вдруг поняла, что никто не хочет меня убивать.

Демонам до меня вообще не было никого дела.

Они от чего-то бежали, причем бежали настолько стремительно, что на лету врезались друг в друга, развевая вокруг черные клубы дыма. Что все это значит? Что происходит?!

Я испугано сделала шаг назад. За ним еще шаг. Почувствовала, как в мои любимые ботинки затекает вода. На секунду оглянулась и поняла, что была уже по щиколотку в реке. Стало очень мокро и холодно, но я продолжала шагать назад, понимая, что происходит что-то страшное. Просто так демоны бежать не станут.

Как только вода коснулась коленей, я увидела, что происходило.

Над Королевским дворцом рос странный купол. Он был далеко не прозрачный, весь покрытый пупырышками, и те демоны, что не успели покинуть территорию дворца, медленно превращались в пепел. Утробный вой исходил от них.

Я видела, как те, кто сумел выбраться, пытались пробиться сквозь надвигающуюся завесу купола, но каждый раз их чем-то отталкивало обратно. Было видно, что купол поставил себе цель закрыть все Королевскую резиденцию, а это значит – он должен был дойти прямо до границы.

Из вполуха слушаемых мной уроков по географии, я знала, что река – это условное обозначение границы. На самом деле настоящая граница пролегает только в середине этой речки, отсчет начинается с какого-то там камушка.

Как только до меня дошло, что это значит, я тут же испугано рванула к на глаз определенной середине. Не знаю уж, что это за купол, но попасть под него мне совсем не хотелось.

Идти по воде было невероятно сложно, она замедляла движения раза в два, если не в три. Ноги будто налились свинцом, и впервые в жизни я пожалела, что надела такие тяжелые ботинки. К тому же, с каждым моим шагом река становилась все глубже.

Когда вода стала доходить мне до груди, я осмелилась обернуться… ровно для того, чтобы увидеть, как непонятный пупырчатый купол опустился буквально в нескольких дюймах от моего носа.

Ничего себе… удача. Еще немного и меня бы просто придавило в этой реке.

Но я даже порадоваться не успела. Стоило куполу замкнуться, как демоны разом рванули на эту завесу, пытаясь ее пробить. Я испуганно присела, уходя полностью под воду. Зловещие тени мельтешили даже над моей головой. Оттолкнувшись ногами от твердого купола, сумела проплыть довольно много. Но когда вынырнула, чуть не застонала от разочарования.

До другого берега было слишком далеко! Надо же, я никогда не замечала, что эта река настолько широкая, да еще и глубокая. Еще и с течением….

Течение появилось неожиданно. Буквально секунду назад я спокойно гребла руками, а в следующий миг меня уже сносит в сторону. Работать своими уставшими конечностями пришлось еще сильнее, хотя мои силы были уже на грани.

Но я не сдавалась. Я просто не могла позволить себе быть слабой. Мне нужно на тот берег! Мне нужно спрятаться от демонов!

Подстрекая себя подобными мыслями, я усиленно работала руками и ногами. Наконец, передо мной показались заветные кустарники, за которые можно было ухватиться и хоть чуть-чуть передохнуть.

Я протянула руку, схватила толстую ветку… и услышала жалобный треск.

А потом меня ухватило сильное течение, обволакивая обессиленное тело и выглядывающую из воды руку с отломанной веткой.

Не знаю, как можно сопротивляться такому течению. Тем более, когда уже больше нет сил шевелить ни руками, ни ногами. Мышцы готовы были взорваться от перенапряжения. Пальцы на руках и ногах онемели. Все-таки осень. Холодно.

Я отчаянно старалась не уйти под воду, понимая, что течение становится все сильнее. Когда волны накрывали меня с головой, приходилось нырять на самое дно, отталкиваться от него ногами и снова хватать ртом воздух, уже на поверхности.

А течение усиливалось. В какой-то момент я почувствовала острую боль в ноге. На секунду вода рядом со мной окрасилась в кроваво-красный цвет. А потом меня снова утянуло под воду, и когда я вновь смогла жадно втянуть воздух, то вдруг поняла, что течение принесло меня прямиком к спуску. С разных сторон выглядывали острые пики камней, о которые я то и дело билась то рукой, то ногой, то головой.

Не знаю, сколько времени меня мотало туда-сюда. Не знаю, сколько раз я чувствовала страх перед очередным спуском, зная, что не смогу ухватиться ни за один из каменей. И все равно пыталась зацепиться хоть за один, царапая себе ладони, и продолжая съезжать вниз.

Я даже не закричала ни разу, хотя мне очень, очень хотелось. Но рот забивало водой, а кашлять просто не было времени. Буквально каждые несколько секунд меня накрывало ледяными волнами, отбрасывающими к очередным острым камням.

Об один из них я ударилась слишком сильно.

Что было дальше – уже не помню.

Глава 4.

Я почувствовала какой-то отвратительный запах. В носу противно засвербело, захотелось то ли чихать, то ли кашлять. Этот запах был настолько удушающим, что возникло непреодолимое желание зажать нос руками, лишь бы избавиться от этой невыносимой вони.

Я все-таки закашлялась. Мне нечем было дышать. Я в ужасе распахнула глаза, закашлялась еще раз и села, хватая ртом воздух. На глазах выступили слезы.

Противная вонь исчезла неожиданно. Кто-то положил мне руки на плечи и заставил лечь обратно на кровать.

Сперва показалось, что это мама. Я, небось, как всегда уснула на диване в большой комнате перед камином, а она с мученическим выражением лица пыталась то ли разбудить меня, то ли, наоборот, не дать проснуться.

Но потом «мама» сказала совершенно не «маминым» голосом:

– Как ты себя чувствуешь?

В этот момент в памяти резко всплыли ужасные картинки.

Как в легкие нескончаемыми потоками забивалась вода. Как отчаянно я пыталась ухватиться за скользкие камни, и как раз за разом все отчетливее понимала, что все эти попытки так и остаются тщетными. Я вдруг вспомнила, с какой безнадежной пустотой внутри понимала, что утону.

– Я умерла? – с трудом выдавила самый важный для меня вопрос.

В темноте мне ответил все тот же не «мамин» голос:

– Нет, ты не умерла.

И хотя мысль о смерти не пугала, я все равно почувствовала облегчение.

Но раз не умерла, то…

– А где я? – Вдруг понимаю, как тяжело говорить. Горло першит.

– В данный момент – в шатре. А вообще, ты попала к сувитскому племени.

Я замираю. Несмотря на непонятное состояние, думать еще не разучилась.

– Вы – кочевники?

– Да, именно так. Меня зовут Ларивина. Прости, что мы общаемся в темноте, у нас закончились свечи.

Про сувитские племена ходили разные слухи. Одни говорили, что это разбойники, которым в нормальной жизни было нечем заняться, и они пошли бродить по свету, наживаясь на честных гражданах.

Другие говорили, что сувиты – это шаманы. Они отделились от магов, не признавая их магию, и начали проводить свои собственные ритуалы и обряды, якобы воссоединяющие их с природой.

А кто-то говорил, что все это детский лепет и никаких сувитов не существует.

– Как я попала к вам? – Мой голос дрогнул.

Получается, если эти люди мне жизнь спасли, то они ведь могут потребовать что-то взамен.

Больше всего на свете хотелось, чтобы это оказались добрые люди, которые спасли меня чисто по велению своего милосердия и сострадания, а не в предвкушении выгоды.

Конкретного ответа на свой вопрос я так и не получила. Моя собеседница сказала лишь:

– Сейчас принесут свечи. Думаю, будет лучше говорить при свете.

Я согласно кивнула, хотя в темноте этого не видно.

Спустя несколько минут в шатер кто-то зашел. Судя по голосу – мужчина. Они с Ларивиной о чем-то пошептались, после чего кто-то из них вышел. Чиркнула спичка, по помещению разгулялись слабые блики света. Сама свеча загоралась довольно долго и неохотно.

Когда женщина сказала, что ее зовут Ларивина, я почему-то сразу представила себе молодую краснощекую девушку, со светлыми волосами и голубыми глазами. Но передо мной стояла маленькая толстая женщина лет сорока. Кожа – очень смуглая, волосы чернее смолы, огромные глаза, которые, казалось, вот-вот вылезут на лоб, и большая родинка на щеке. А еще у нее были огромные черные брови, едва не сросшиеся не переносице.

Я смущено отвела взгляд, чтобы не показать своего удивления, и принялась рассматривать обстановку.

Обычно, при слове шатер мне сразу представляется большущее помещение, в котором есть огромная; мягкая кровать; ворсистый ковер из медвежьей шкуры; камин с углями, чтобы не замерзнуть среди ночи; большой шкаф с книгами; не говоря уж о разных тумбочках со всякими расческами и заколками. Именно в таких шатрах мы всегда жили с родителями, если приходилось путешествовать.

Но этот шатер был прямой противоположностью тому, к чему я привыкла. Тут не было большой кровати (к слову сказать, тут не было вообще никакой кровати), не было камина с углями, шкафа с книгами и тумбочки с украшениями. Зато была медвежья шкура – именно на ней я сейчас и лежала. Обстановка более, чем скромная. Пару табуреток и столик прямо посередине. Помимо той шкуры, на которой лежала я, было еще три таких же по разным углам шатра. И все.

Ларивина зажгла еще около десятка свечей по всему шатру, а затем повернулась ко мне.

– Удивлена? – с беззлобной улыбкой поинтересовалась она.

– Если честно, то да.

Может и стоило сделать вид, что обстановка более, чем привычная. Но при первом знакомстве врать не хотелось.

– Понимаю, условия не самые роскошные, – начала было женщина, но я поспешно ее перебила:

– Нет, все хорошо. – И пока не посыпалось лишних вопросов, перевела тему: – Скажите, а как вы меня нашли?

– Ты лежала на берегу реки, – пожала плечами женщина и серьезно добавила: – Не многие из нее выбираются. Говорят, дно в ней усеяно трупами.

Я испугано сглотнула. Некстати вспомнилось, как я уходила под воду и отталкивалась ногами от дна.

– Но это лишь слухи, – заверила меня Ларивина, видимо испугавшись моего посеревшего лица, и подошла к небольшой тумбочке, пытаясь в ней что-то найти. – В рубашке родиться – это, конечно, хорошо, но в такой холод помимо рубашки нужен еще и свитер.

После этих слов женщина протянула мне шерстяные лосины и большой шерстяной свитер. Такая щедрость покоробила. Но зато я как-то сразу прониклась к этой женщине теплыми чувствами. Не знаю уж, чем руководствовались кочевники, спасая меня, но Ларивина была хорошей. При ней не хотелось быть настороже, лишь только тепло улыбаться в ответ на ее добродушную интонацию.

– А где моя одежда? – тихо спросила я, с благодарностью принимая новые вещи. Сейчас и вправду было холодно.

– Свитер и штаны изорваны в клочья.

– А сапоги? – с горящей в глазах надеждой выдавила я.

– Сапоги? Так вон стоят, у входа.

Из горла вырвался облегченный выдох.

Лосины облегали ноги полностью и с огромными сапогами смотрелись просто жутко. Казалось, что размер ноги у меня, прямо как у папы, а сами ноги – тощие костлявые палки. Толстый свитер едва-едва доходил до ляжек, поэтому приходилось его постоянно одергивать, чтобы он не открыл всем елейную часть моего истощенного организма.

Ларивина сказала, что мне обязательно нужно поесть, а значит, выйти к общему костру. От такого предложения я сперва испугано отказалась, не зная, как племя отреагирует на мое появление. Да и вообще – хлопот я им, наверное, доставила огромное количество. Что, впрочем, и не удивительно. Но Ларивина настояла на том, что мне обязательно нужен, как свежий воздух, так и свежеприготовленная пища.

На улице стояла глубокая ночь. Небо было темное-темное – тучи, скорее всего, ведь ни одной звезды видно не было. Шатры ходили волнами от пронизывающего до костей ветра. Я поежилась. Ненавижу осень.

Костер горел вовсю, освещая чуть ли не весь обосновавшийся лагерь. Языки пламени колыхались от ветра, и, казалось, в любой момент готовы были дотянуться до каждого человека, сидящего вокруг.

А людей было много.

Среди них сновала необычная оживленность. То и дело слышался задорный смех, ложки стучали о деревянные миски, и, конечно, все собравшиеся вокруг костра без умолку разговаривали, перебивая друг друга.

Но когда к костру подошли мы с Ларивиной, разговоры неожиданно стихли. Все уставились на нас… вернее, на меня, но не злобно, а как-то добродушно. Тем не менее, я поспешила натянуть свой свитер чуть ли не до колен. Все-таки мужчин тут было явно больше. Неожиданно один из них поднялся, задев своей огромной меховой накидкой рядом сидящих людей, и подошел к нам.

– Это, я так понимаю, та самая везучая девчонка? – спросил он грубым низким голосом, обращаясь к Ларивине.

– Та самая, – кивнула в ответ женщина.

Я поджала губы, не зная, как себя вести. Но мужчину мое молчание ничуть не смутило.

– Меня зовут Боханог, я вождь этого племени, – представился он, и, обтерев свою руку о меховую шкуру, протянул ее мне. Я нерешительно повторила жест, и мы обменялись рукопожатием. – Мы не знаем, какие обстоятельства чуть не заставили тебя встретиться со смертью, но знай: среди нас ты можешь не бояться осуждения. Все мы здесь либо бежим от прошлого, либо ищем свое будущее. Теперь ты гость в этом племени, чувствуй себя так, словно мы родня тебе. Присоединяйся к нашей трапезе, – с улыбкой предложил он и уже тише добавил: – а то такая тощая, того и глядишь, ветром унесет!

Я смущенно улыбнулась, глотая в себе ответную колкость на счет размеров самого вождя, и поплелась вслед за грузным мужчиной.

Мои страхи таяли на глазах. Не знаю уж, насколько верно первое впечатление, но как минимум вождь совершенно точно не относится ко мне, как к занозе в одном месте.

Я слабо улыбнулась, с иронией отмечая про себя, как всего лишь одно доброе слово может расположить человека к тебе.

И я, не раздумывая, поддалась этому слову, пропитываясь безмерной благодарностью, как к Ларивине, так и к вождю племени.

Тот в свою очередь распихал своей накидкой нескольких людей, из-за чего тем пришлось покучковаться, но место все-таки освободить. Сюда сели мы с Боханогом. Лиривина уселась на противоположном конце костра и тут же начала о чем-то говорить со своими знакомыми. Я же почувствовала какую-то отчужденность, понимая, что эти люди не должны мне сказать даже простого: «привет». Я им никто. Чужой человек. И лучше ко мне отнестись с опасением. Во всяком случае, будь я на их месте, поступила бы именно так.

Уныло разглядывая присутствующих, я не заметила, как мне под нос сунули тарелку с неочищенной картошкой и курицей.

– Вот, ешь на здоровье, – подбодрил вождь.

С нерешительной улыбкой приняла тарелку и с удивлением начала рассматривать еду.

– Что, не привыкла к такому? – услышала я вопрос Бохонога.

Недоуменно покосилась на него.

– С чего вы взяли?

– Да ручки у тебя свеженькие, молоденькие.

– А-а… ну да. Просто картошка странная, не чищенная.

– Так это ж картошка в мундире!

Я посмотрела на картошку в кожуре и вновь перевела взгляд на старосту. Минуту размышляла, можно ли такое спрашивать, но все же поняла, что выбора у меня нет.

– Простите, а как ее есть?

– Сразу видно: папка с мамкой тебя к походной жизни не готовили! – Со смехом заявил вождь, не заметив, как я вздрогнула от этих слов. – Вот, смотри, берешь картошку и по чуть-чуть, аккуратненько, чтобы не обжечься, начинаешь снимать кожуру, поняла?

– Да, спасибо.

Определенно, тот, кто придумал картошку в мундире, проводил самые изощренные пытки в Семи Королевствах. Пять минут я угробила на это занятие, и почистила только одну картошку! Кожура отдиралась очень медленно, по чуть-чуть, а кусочки картошки забивались под ногти, отчего хотелось выкинуть эту бесполезную еду, но меня останавливало одно: голод.

Неожиданно рядом со мной освободилось место, и почти сразу на него уселось человеческое существо, радостно завопившее мне в ухо:

– Привет!

Я шуганулась в сторону, навалившись плечом прямо на Бохонога.

– Привет, – пискнула в ответ, уже возвращаясь в прежнее положение. – Ты чего?

– А ничего! – радостно ухмыльнулся тот. – Хошь на гуслях сыграю?

– Чего?

– Ну вот! – Темноволосое нечто помахало перед моим носом деревянным инструментом. – Тебе понравится!

– Фарен, не приставай к девочке, – хмуро сказала позади меня Бохоног.

– Да что, уже нельзя и с девушкой поговорить?

– Нельзя, иди куда шел.

Я хотела сказать: «ага», но потом подумала, что это будет невежливо.

– Ну ладно вам, дядь Бох, мы ж просто поболтаем, да?

– Нет, – перекосило меня, когда это нечто придвинулось еще ближе.

При ближайшем рассмотрении у парня обнаружились кудрявые темный волосы, крючковатый нос, тонкие губы и прыщи.

– Да ладно тебе, – теперь уже обиженный взгляд достался мне. – Я тебе сейчас такую песенку сыграю, ты меня расцелуешь за это!

Я посмотрела на парня так, словно только что представила, как топлю его в болоте, и сказала:

– Ну, давай.

И это нечто затренькало. Именно затренькало, потому что такой ужасной игры я не слышала с тех пор… с тех пор… с удивлением поняла, что такой игры не слышала вообще никогда!

Парень закончил довольно неожиданно, хорошо хоть подпевал он не слишком громко, чтобы, так сказать, очарование своей игры не перебить.

– Ну как тебе, а? – весело подмигнул он, ожидая видимо, что я сейчас лужей перед ним растекусь.

Вместо этого я засунула в рот картошку, которую успела почистить, пока он тренькал, и долго и смачно ее жевала. Парень выжидательно смотрел то на меня, то на Бохонога, видимо надеясь, что тот как-то меня поторопит, но тот молчал.

Наконец, свою картошку я прожевала, но тут же принялась запивать ее горячим чаем. Время тянулось мучительно долго. Мучительно для парня, конечно. Он даже начал нервно дергать ногой в ожидании моего ответа.

Я допила. Поставила кружку на маленькую деревяшку. И принялась отстраненно наблюдать за завораживающими языками пламени.

– Ну?! – не выдержал худший музыкант в мире.

– Слушай, – вздохнула я и спросила устало: – Ты вот серьезно думаешь, что это произведёт на меня эффект?

Парень удивился и заявил с таким видом, словно это было очевидно:

– Конечно!

– Нет, – наставительно сказала я. – Это очень глупо. Ты сам выглядишь глупо! Ты не умеешь играть на гуслях, ты мерзкий и противный! Так ты еще и методы выбрал мерзкие и противные! Я даже не удивлюсь, если у тебя и девушки нет.

– У меня есть девушка! – возмутился парень.

– Да? А чего ты тогда ко мне подошел?

– Я?! Подошел?! Да ты сама ко мне подсела! – с самым искренним видом оскорбился горе музыкант и поспешил защитить свою оскорбленную невинность: – И вообще, я тебе сыграл, потому что скоро буду поступать в Академию. – И добил: – А не понравилось тебе, потому что ты завидуешь!

С этими словами парень гордо поднялся и вальяжной походкой удалился к другому свободному месту.

– Первый раз вижу, чтобы так отваживали поклонников, – хрюкнул Бохоног.

– Поклонников, как же, – хмуро пробурчала я и поспешила сменить неприятную тему: – А почему вы не спрашиваете моего имени?

– А почему я должен спрашивать?

– Ну-у… вы же представились, и я тоже должна.

– В этом племени ты никому ничего не должна. Ларивина тебе, наверное, говорила, что мы – сувиты. Сюда многие попали, скрываясь от прошлого. Они отказываются от своих имен, выдумывая новые и тем самым начиная новую жизнь. Если ты не хочешь говорить, как тебя зовут – это только твое право.

– Я Даниила, – тихо сказала я.

– Приятно познакомиться, Даниила.

– И мне. Спасибо вам большое, что спасли мне жизнь.

– За это стоит благодарить судьбу.

– С судьбой еще сочтемся, а вас я отблагодарить обязана. Скажите… а вы правда разбойники? – чувствуя себя жутко неловко все же спросила я.

– Разбойники? Ты что, нет конечно! Мы кочевники.

– И не шаманы?

– Магия? Да не приведи Святые Покровители! Магов нам давно не попадалось. А ты случайно не маг?

– Нет, – покачала я головой и прикрыла рот кулаком, чтобы скрыть зевок.

– Устала?

– Немного.

– Иди в свой шатер. Дорогу помнишь? Потом туда еще трое подойдут, ты не пугайся, – добродушно сказал мне Бохоног.

– Спасибо, спокойной ночи.

– Добрых снов.

Я поднялась и отправилась обратно на свою медвежью шкурку. Если честно, не хотелось уходить. Хотелось подольше посидеть перед костром, поговорить с Бохоногом, или даже с тем чокнутым парнем с гуслями, но только не уходить. Однако, чего греха таить, спать действительно хотелось страшно. Вот только я была уверена, что не усну.

Буду думать. Винить себя. Это ужасное человеческое качество – сделать что-то, а потом винить себя за это. Как будто ты этим чувством сможешь что-то исправить.

Мне очень не хотелось винить себя, не хотелось вспоминать, как мама говорила мне: «Даня, будь взрослее! Будь сдержаннее!», но разве Даня ее послушалась?

Я вспоминала. Раз за разом. Лежала в темноте, крутилась туда-сюда, пытаясь закрыть глаза, и вспоминала.

Постепенно внутри зарождалось чувство ненависти к себе.

Если бы меня не было, ничего бы не случилось. Мои родители не стыдились бы собственной дочери, Виктория получила бы в подарок дорогую вазу, и Первое Королевство не находилось бы под загадочным куполом.

Ненавижу себя.

Только у меня могло хватить мозгов пойти на сделку с демоном. Как будто не мой отец проводил постоянные рейды на них. Как будто не мне читали страшилки про демонов в детстве.

Всё это произошло из-за меня. Уронил бы меня кто-нибудь при рождении, и всем бы жилось легче.

Ненавидеть себя было очень легко, винить в случившемся и мечтать поскорее отойти в мир иной. Если бы я утонула в реке, было бы действительно легче.

А вот взять на себя ответственность было сложнее. Конечно, знать, что ты дура – это одно. Знать, что тебе это исправлять – уже совсем другое.

Как бы мне ни хотелось помучиться собственными угрызениями, но нужно было размышлять разумнее. Время вспять уже не повернешь, и лучше начать действовать прямо сейчас, пока не стало слишком поздно.

Ладно, Даня, что мы имеем? Сделка с демоном. Если опустить все нелестные комментарии по этому поводу, что у нас останется? Контракт. Я же ведь как-то отменила сделку в первый раз, может, выйдет и во второй? Да, печать уже поставлена, но кто знает?

Что еще? Договор был исполнен как-то неправильно. Я просила, чтобы моя мама перестала считать меня ребенком, но Королевство-то тут причем?

И последнее – это странный купол.

Вот уж чего я действительно объяснить не могла.

Увы, вопросы не дают ответов. А кто может дать? Только один человек. Вернее, не человек.

С утра придется наведаться к демону.

Нормально поспать мне так и не удалось, все время было ощущение, что я нахожусь где-то между сном и явью: вроде лежу с закрытыми глазами, но всё слышу и воспринимаю. В какой-то момент, просто не выдержав такого мучения над своим организмом, я открыла глаза и пролежала так еще немного, понимая, что уже не усну.

Вообще-то мне хотелось идти попозже. Но раз уж так вышло, пришлось вставать сейчас. В принципе, так было даже лучше – чем раньше начну, тем раньше закончу, к тому же вероятность того, что меня кто-то заметит, была намного меньше.

Я тяжело вздохнула и поднялась. Никакой ночной рубашки у меня не было, поэтому спала я в той одежде, что выдала мне Ларивина. В ней же и пошла на встречу с демоном, не забыв прихватить свою сумку, которая, как оказалось, стояла рядом с моими огромными сапогами.

На улице было намного холоднее, чем в шатре. Светало. Вокруг все было серым и унылым, как будто у художника закончился позитивный настрой, и теперь он решил разрисовать наш мир только темными, депрессивными красками. Осень, что поделаешь. Дул слабый ветер, на удивление теплый. Чуть-чуть моросил дождик.

От такой погоды я поежилась и попыталась закутаться в свитер еще больше, спрятав нос в огромном вороте.

Землю под ногами развезло, что, конечно, для моих сапог проблемой не являлось, но все равно было неприятно. Хлюпанье вызывало одно раздражение. Когда уже ударят морозы, чтобы это прекратилось?

Честно говоря, я не знала, что делать.

Как разговаривать с демоном? Хотя более насущный вопрос был в том, как его вообще вызвать? Лес – не тракт, тут нет перекрестков.

И, тем не менее, я сдаваться не собиралась. Если повезёт, уже к вечеру всё вернётся на круги своя. А я уйду в монастырь, чтобы больше от меня никогда не было никаких проблем.

На этот раз я шла по лесу очень медленно и неаккуратно. Не знаю, что со мной случилось. Как будто наступила какая-то апатия. Если раньше я могла без проблем преодолеть целую полосу препятствий на межкоролевских турнирах, то сейчас спотыкалась о каждую кочку, ветку, или маленький камешек.

То и дело в голове всплывали воспоминания того, как я заключала треклятый договор. Своё возвращение в замок. Окаменевших слуг, лакеев… родителей. Странный купол. Что я наделала? Что это такое? Эти вопросы крутились в голове, словно карусель. В какой-то момент я поняла, что ответов у меня всё равно нет, а значит, сейчас лучше думать о насущном. О демоне. Что мне делать? Как разорвать сделку? На счет того, как его вызвать, у меня уже была идея. Бредовая, как всегда, но хоть какая-то.

Я шла по лесу довольно долго. Моросящий дождик с каждым разом добавлял моему настроению все больше печали, а в голову закралась противная мысль, что ничего не выйдет. Обожаю эту черту своего характера: решиться на что-то, думать, что ничего не выйдет, но все равно делать.

В какой-то момент, когда я уже честно потеряла надежду на осуществление своего очередного «гениального» плана, передо мной показалась маленькая полянка. Нет, даже не так, полянкой это место назвать было трудно – просто небольшое пространство, где деревья стояли не вплотную друг к другу, оставляя возможность для маневров. Идеальное место для ночлега.

Но я пришла сюда не за этим.

Оценив расстояние от одного дерева до другого, и покрутившись пару раз на месте, я начала чертить носом сапога одну линию на другой. Промокшие листья слиплись друг с другом, а некоторые под напором моей ноги даже рвались, на глазах превращаясь в обычную свернувшуюся грязь, но мне это было лишь на руку. Так линии становились заметнее. Я расчертила их от четырех деревьев, соединив в середине, создав своеобразный перекресток.

Глупо, знаю.

Но хоть как-то.

Положила сумку возле одного из деревьев, вернулась на «перекресток», глубоко вдохнула, и подумала о Велизаре.

Не знаю, сколько положено было думать, но прошла минута, за ней другая, а демона не было. Отгоняя навязчивые мысли, что ничего не выйдет, я переступила с ноги на ногу и попробовала еще раз.

Наверное, я как-то неправильно думала, потому что не изменилось вообще ничего. Захотелось побиться головой о ствол дерева. Похоже, моя идея на счет альтернативного перекрестка только что потерпела крах.

Разочарованно вздохнула. Кто бы сомневался. Все, за что ты берешься, Даня, рано или поздно терпит крах.

Не отпуская последнюю надежду, я крепко зажмурилась, и взмолилась: «Демон, ну пожалуйста, появись! Пожалуйства-пожалуйста-пожалуйста! Я все прощу… э-э-э… то есть мне очень нужно с тобой поговорить! Это очень важно, очень-очень!».

Скрестив пальцы на удачу, открыла глаза. Никого не было.

В отчаянии я пнула ботинком по мокрой листве. Нога плавно проскользила по вязкой грязи, ноги разъехались в стороны, и я грохнулась на землю, больно приложившись копчиком.

– Ну что, доволен?! – зло прошипела я, даже не утруждая себя тем, чтобы встать с земли. – Добился своего?! Поздравляю! Я подписала твой чертов договор! Ты этого хотел?! Забрать у меня семью?! Поздравляю, у тебя это получилось! – не знаю, на кого я кричала, но в душе все равно надеялась, что проклятый Велизар меня слышит. – Только знаешь, что! Вы не на ту напали! Да, я сама виновата! Это только моя вина!!! Но вы за это ответите! Я найду вас всех, всех, кто там был, понятно?! Мой отец охотился на вас, и я буду! Каждую секунду своей жизни я буду вас искать, чтобы найти только тебя, тупой Демон Перекрестка!

Я с невероятной злостью ударила ладошкой по мокрой и грязной земле, словно вынося приговор.

– Даниила Рамиро Фердинан, какая встреча, – раздался слащавый голос за моей спиной.

Тому, с какой скоростью я вскочила на ноги, мог позавидовать кто угодно.

Передо мной стоял Велизар собственной персоной, с отрешенным выражением глядя прямо на меня. Он совершенно не изменился. Даже сапоги, и те блестели так же, как в нашу первую встречу.

– Может объяснишь, что все это значит?! – заорала я, не утруждая себя приветствием.

Ни один мускул на лице демона не дрогнул.

– А что тут объяснять? Ты заключила договор.

– Я на такое не соглашалась! Что вы сделали с моим Королевством?!

– Мы? Мы-то тут при чем? Это все ты.

– Я не подписывалась под этим! – зло крикнула я.

Дождь становился сильнее. Свитер на мне промок и стал в два раза тяжелее. Небо было пасмурным, и, несмотря на рассвет, вокруг все равно было темно. Тем не менее, Велизар вскинул руку и в следующую секунду в ней появился какой-то сверток, перевязанный красной лентой. Похоже, сырость этой бумажке была не страшна. Демон с едва заметной усмешкой развернул договор и громогласно зачитал:

– Желание заказчика: «Я хочу, чтобы моя мама перестала считать меня безответственным ребенком». Хочешь сказать, ты этого не говорила?

– Говорила, – не стала отнекиваться я. – Но какого рожна она превратилась в камень?!

– Ты хотела, чтобы она перестала считать тебя безответственным ребенком. Она и перестала. Считать.

– ЧТО?! – взревела я. – Ты что, вообще спятил?! Как хочу, так и трактую?! Мы так не договаривались! Она должна была просто перестать обвинять меня во всем, но не превращаться в камень! Отменяй договор!

Демон снисходительно улыбнулся. Потом вдруг перевел взгляд мне за спину, чуть отклонившись в сторону. Не знаю уж, что он там увидел, но его улыбка стала шире.

– Даниила, сделка уже заключена, и отменить ее нельзя.

– Что значит нельзя?! Ты не выполнил свою часть договора!

– Я выполнил всё, как ты и просила.

– Я не просила замуровывать мое Королевство в камень!!!

– Даня, это были твои слова, твое желание, и на этом договоре стоит твоя подпись. Это сделала ты. Только ты.

– Я на такое не подписывалась! – возмущено взмахнула руками и еле удержалась, чтобы не вцепиться ему шею. Да что ж это такое! Как убедить его отменить сделку? – Мое желание касалось только мамы! Почему ты замуровал все Королевство?! И что это за купол на нем?!

Велизар удивленно вскинул брови.

– А, да, купол. Ты случайно не знаешь, как его снять?

Я ошарашено замерла, чувствуя, как на мгновение сердце пропустило удар.

– ЧТО?! Это не твоих рук дело?!

– Зачем мне это надо? Так что, не знаешь, как его снять?

– Ты осел или как?!

– Даня, как невежливо с твоей стороны говорить такие вещи демонам, старше тебя раз в пять.

– Да хоть в десять! Отменяй сделку! И убери этот чертов купол с моего Королевства!

– Если бы знал как, давно бы уже убрал.

Я злобно сжала кулаки. На этот раз мое терпение лопнуло, и, совершенно не стесняясь, я грозно направилась прямиком на демона.

– Отменяй. Сделку, – членораздельно прошипела в ответ на его насмешливый взгляд.

– Даня, сколько раз повторять, сделку уже не отменить.

– Отменяй!

– Я не могу.

– Можешь! Ты не выполнил свою часть уговора!

– Я сделал всё так, как ты и просила.

– Нет!!!

– Успокойся. Ты ведь с самого начала знала, на что идешь.

Я остановилась в нескольких шагах от ненавистной рожи.

– На что я иду? Конечно знала! Не знала только, что ты такая подлая тварь.

– Я демон, – пожал плечами Велизар.

– Тогда отправляйся в Преисподнею!!!

– С превеликим удовольствием.

Мужчина отвесил шуточный поклон и испарился в воздухе, прежде, чем я успела заорать: «Нет, стой!!!».

Но было поздно. На земле осталась лишь маленькая горстка темного пепла.

– Вернись! – крикнула я в пустоту. – Вернись! Вернись!!!

Захотелось рвать, бить, колотить что-нибудь, лишь бы дать выход злости.

Но я стояла под проливным дождем, обхватив себя руками, и посылала вдогонку демону самые изощренные проклятия.

И чего я ожидала? Что он тут же согласится с тем, что сделка действительно была выполнена нечестно? В ножки мне поклонится? Вернет мне моих родителей?

Дура.

Одним словом – дура.

И что мне теперь делать?! Единственный, кто мог хоть как-то помочь, теперь в Преисподние! Празднует победу. Еще одна идиотка подписала договор и рассталась с Королевством, потеряв семью.

Последнее, что давало мне маленькую надежду – это купол. Он изгнал демонов, и они понятия не имеют, как от него избавиться. Возможно, только благодаря ему мои родители до сих пор живы.

Даня! Что ты наделала?!

Мне захотелось сесть прямо тут и разрыдаться в голос. Никогда еще я не чувствовала внутри большего отчаяния, чем сейчас. На моей совести было куча глупостей, но из каждой из них был выход. Я знала о последствиях: строгий выговор, домашний арест, укоризненный взгляд мамы. Но сейчас это все меркло перед тем, что случилось в этот раз.

Наверное, я готова была пойти на что угодно, лишь бы повернуть время вспять. Сейчас впервые в жизни у меня не было ни единой идеи, как все исправить. С чего можно было хотя бы начать. Я угодила в вязкое болото, и чем сильнее дергалась, тем сильнее оно тянуло меня ко дну.

Что я наделала?! Как теперь все исправить?!

Я прижала ладошки к щекам и в отчаянии посмотрела на деревья, как будто они могли знать ответ. В голове бился один единственный вопрос: что делать?! А в горле вдруг сформировался странный комок, и сглотнуть его не получалось.

Поняв, что сейчас я просто напросто разревусь, быстро схватила свою сумку и пошла обратно к кочующему племени. Что теперь делать – не имела ни малейшего понятия, но оставаться тут тоже не могла. Демон мне явно помогать не собирается, а стоять под дождем и ждать, пока сразит лихорадка, было глупо. Вот только заболеть мне не хватало.

Под проливным дождем землю развезло еще больше. И если раньше тут еще были какие-то сухие участки, то сейчас под моими ногами разверзлась одна сплошная жижа. Ноги разъезжались в разные стороны, я еле успевала хвататься за обглоданные ветки, чтобы в очередной раз не приложиться мягким местом о землю. Терпеть не могу осень!

В какой-то момент, я почувствовала, как опора уходит у меня из-под ног, ботинки едут куда-то далеко, оставляя свою хозяйку на произвол судьбы. В страхе я нелепо замахала руками, пытаясь хоть как-то устоять на своих кривых ногах. Когда уже действительно казалось, что столкновения с жижей не избежать, вдруг нашлась опора – в виде очередной обглоданной ветки. Я вцепилась в нее, словно утопающий за деревяшку, и кое-как выровняла корпус, обхватив руками ствол небольшого дерева.

Вцепилась в него со всей силой, пытаясь отдышаться, а потом прижалась к нему лбом.

Больше не было сил идти куда-то дальше.

Да и зачем? У меня все равно больше нет ни сил, ни желания. Я сама во всем виновата. Это я вызвала демона, я заключила договор. Если бы не было меня, Королевство бы процветало. Пытаясь найти ответ, зачем мне вообще понадобилось во все это лезть, хотелось лишь кричать от обиды. Потому что полезла я в это из-за очередной глупости. А вляпалась в такое, что теперь решается не просто моя судьба, или моих родителей, а судьба всего Первого Королевства.

Наверное, короли остальных королевств уже били панику. Подняли на ноги всех лучших магов, которые должны будут снять купол. Интересно, они смогут выяснить, каким образом его наслали? Из-за чего он появился? Кто виновник?

Хотя, какая уже разница.

Я и так опозорена. Не перед Семи Королевствами, а перед самой собой.

Интересно, Эдди за меня волнуется? Надеюсь, да. Может, стоит пойти к нему и вместе попытаться что-нибудь придумать? Мы никогда ничего не придумывали вместе, но он для меня был своеобразным катализатором идей. Только вот не хотелось бы его впутывать во все это.

Это я заварила. Мне это и расхлебывать.

Не может быть такого, чтобы нельзя было что-нибудь сделать. Велираз уже раз обманул меня с договором, что мешало ему сделать это снова? Вдруг, отменить сделку можно? Должен быть обратный ход – должен быть! Не для заказчиков, а хотя бы для самих демонов. Они должны были оставить лазейку для себя!

Раздумывая таким образом, я совершенно не следила за тем, что происходит вокруг. Ровно до тех пор, пока не услышала какое-то странное рычание. Не то что бы ветер вдруг подул, и мне могло послышаться, нет, это было именно рычание.

Все еще обнимаясь со стволом, я кое-как повернула голову.

Каюсь, желание тут же запрыгнуть на это дерево было непреодолимым. Но я лишь тоненько вскрикнула и вцепилась в ствол еще сильнее.

Позади меня стоял волк. Окраску я разглядеть не успела, потому что в глаза мне бросились лишь его клыки. А остальное разглядывать уже не было смысла. Кто-то там говорил, что при животных нельзя показывать страх. Слыша позади своей спины утробное рычание, я сперва осторожно, а потом уже совершенно не заботясь о какой-то там грязи под ногами, кинулась наутек. Страх ни страх, но бежала я быстро.

Падала раз, наверное, двадцать. Исцарапала себе все руки, порвав при этом свитер. Не знаю, решил ли волк, что убегающая жертва лучше, чем вообще никакая. Я вообще не знаю, погнался ли он за мной. Потому что хлюпающие ботинки и мой тоненький вой на особо резких поворотах могли заглушить что угодно. Мне было настолько страшно, что, казалось еще немного, и я действительно могу описаться. Это было невероятно. Я дерзила Демону Перекрестка, который мог испепелить меня в два счета, и готова была выть от страха перед волком.

Я ненормальная.

Бежала долго. Может, конечно, не очень долго, но когда улепетываешь от волка – и минута кажется целым часом.

Не знаю, решил ли зверь отложить свой завтрак на потом, и нагнать меня как раз на ужин, но факт оставался фактом – к племени кочевников я вырвалась живой, но все-таки немного «вредимой».

Когда Бохоног завидел меня грязную, чумазую, в порванной одежде, привалившуюся к ближайшему дереву, то тут же кинулся на помощь. Его выдержке можно было позавидовать – из всех существующих эмоций, он проявил только одну, да и ту скупую – у него дернулся глаз. К счастью, на то Бохоног и был вождем, чтобы реагировать на странные и выходящие за рамки понимания ситуации быстро и незамедлительно.

Ко мне подослали двух мужчин, которые не без некоторой брезгливости, схватили безвольную меня и поволокли к шатру, где уже ждала Ларивина.

Взгляд у неё был такой, что мне тут же стало стыдно. Я как будто из дома никуда не пропадала, ведь моя мать смотрела на меня точно так же – с осуждением. Интересно, я хоть когда-нибудь избавлюсь от этих постоянных упреков в свой адрес?

– Простите меня, пожалуйста, – выдавила довольно тихо, не решаясь подойти ближе к женщине. – Честное слово, я не хотела испортить вашу одежду! Просто в лесу было грязно, мокро, да и вообще…

Ларивина недоуменно подняла брови.

– Одежда? – удивленно переспросила она, словно решила, что ослышалась. – Девочка, одежду можно залатать. Скажи мне лучше, кто тебя залатать сможет, случись чего?

Чтобы понять, что я действительно не ослышалась, пришлось ущипнуть себя за руку.

– Так вы что… волнуетесь за меня? – Это было настолько неожиданно, что кроме этого глупого вопроса, я не нашлась, что сказать.

– Мы тебя только из реки еле живую достали, а ты снова в какие-то передряги лезешь! – Ларивина говорила это грозно и обвиняющее, но в интонации проскальзывала искренняя тревога.

Я чуть не расплакалась от этих слов. За меня никто и никогда не волновался. Что бы я ни делала, какие бы абсурдные или опасные поступки не совершала – никто и никогда не волновался за меня. Захотелось кинуться на шею и расцеловать старую женщину. Она проявляет ко мне столько заботы, сколько родители за все семнадцать лет не проявляли.

Я медленно подошла к Ларивине и присела с ней рядом на шкуру.

– Простите меня… я не думала, что столкнусь с волком…

– С волком? – Женщина удивленно оглядела меня с ног до головы. – С каким еще волком?

– С настоящим. Страшным, злым и с клыками!

– Ты что, убежать от него решила?

– Почему решила? Я убежала.

Ларивина укоризненно покачала головой.

– Не знаю уж, откуда ты, но с лесными законами явно не знакома. – И тут она вдруг так резко и громко гаркнула на меня, что я чуть не шарахнулась в сторону: – Нельзя убегать от волков! – И уже более спокойно добавила: – Они – хищники. Если ты от них бежишь, значит, по определению становишься жертвой.

– А если бы он меня съел?! – возмутилась я.

Кажется, Ларивина хотела сказать: «да на кой ты ему сдалась?!», но, видимо передумала, и сказала лишь:

– Показывать свой страх еще опаснее, чем оставаться на месте. Тем более, в лесу полно деревьев, ты что, не могла на одно из них залезть?

– А если бы он меня достал?

– Волки не умеют лазать по деревьям.

Я тупо уставилась в пол. Ну да, можно было самой догадаться.

– Вы правы. В лесу я бывала нечасто, а уж про волков вообще не думала никогда.

– В лесу не только волки водятся, – как маленькому четырехлетнему ребенку принялась объяснять Ларивина, – там много хищников. И многие из них намного опаснее волков. Если хочешь знать, то волки вообще редко нападают на людей…в основном, когда голодные. Куда опаснее напороться на медведя, зима скоро, они перед спячкой желудки набивают. А волка легко отвлечь – просто кинь кусок сырого мяса в другую сторону, и он за ним побежит. А ты от него.

– Спасибо, – выдавила я, почему-то представляя себя, хватающуюся за тонкий ствол дерева, в окружении волков и медведей. Какая же глупая выйдет смерть – меня просто сожрут!

– Ладно, давай приводить тебя в божеский вид, – печально вздохнула Ларивина, оглядывая меня то ли осуждающим, то ли обреченным взглядом. – Снимай одежду, забирайся под одеяло. К завтрашнему дню она будет постирана и зашита.

– Вы хотите постирать мою одежду? – Я недоуменно уставилась на женщину.

– Да.

– Сами?

– Конечно, сама.

– Нет уж. – Я обхватила себя руками, словно боялась, что одежду могут содрать силой. – Вы и так для меня слишком много сделали. Я сама постираю, только покажите где. И… как.

Ларивина в ответ лишь снисходительно усмехнулась.

– Не глупи. Я постираю.

– Нет! Я могу сама, просто никогда этого не делала… но я очень быстро научусь! Пожалуйста, я и так чувствую себя обязанной по гроб жизни, а тут еще и вещи свои на вас сваливаю. Я сама их порвала и испачкала, значит, сама постираю и зашью!

– Как, говоришь, тебя зовут? – неожиданно спросила Ларивина.

– Даня.

– Даня, послушай, я понимаю, что ты чувствуешь себя обязанной перед нами за спасенную жизнь. Но это не так. Ты ничего нам не должна. Мы сделали это не из желания заполучить какую-то выгоду, мы спасли тебя потому, что просто не могли не спасти. И я очень рада, что ты чувствуешь вину и стыд, ведь так определяется человек – не за свои слова, а за свои чувства. Но, право, не стоит.

– Стоит, – упрямо стояла на своем я, – вы не должны этого делать для меня.

– Поверь, если бы я могла, то позволила бы тебе самой и постирать и зашить свою одежду, но я не могу.

– Почему?

– У меня нет для тебя запасных вещей. Неужели хочешь стирать свою одежду голой?

– Э-э-э… – смутилась я. Нет, такого мне конечно не хотелось. – Вам точно не трудно будет?

– Само собой – нет.

– Если хотите, я могу помочь! Не постирать, так приготовить что-нибудь.

– Голой? – с улыбкой спросила Ларивина.

Я тяжело вздохнула. Мне ничего не оставалось, как согласиться, чтобы за мной снова поухаживали.

Это было неправильно. Внутри всё смешалось – и гнев, и стыд, и смущение, и, возможно, еще что-то. Было такое чувство, словно я села этому племени на шею, ножки свесила, и теперь помыкаю этими добрыми людьми, как хочу. Стало скверно из-за того, что они проявляют ко мне больше заботы, чем я того заслуживаю. И вообще, знали бы они, что сделала та, кого они спасли… может, и хорошо, что не знают.

Я стянула свитер, лосины и сапоги. Последние Ларивина обещала отнести к костру, потому как при детальном рассмотрении выяснилось, что воды в них хватит, чтобы напоить все племя.

Когда вся одежда была отдана в надежные руки Ларивины, я быстренько забралась под одеяло, чувствуя, как кожа покрывается мелкими мурашками. Еще и одеяло такое холодное, не прогревшееся. Меня пробила мелкая дрожь.

– Спи, завтра будет трудный день.

– Чем трудный? – удивилась я.

– Завтра отправляемся в путь.

– Как в путь?! В какой путь? Завтра?

Ларивина снисходительно улыбнулась.

– А ты думала, мы всю жизнь тут проведем?

– Нет, просто… – Я огорошено посмотрела в потолок. – Это неожиданно. Быстро очень.

– Если не готова продолжать с нами путь, никто тебя силком тащить не станет.

– Я знаю… но мне подумать надо, – виновато ответила я и отвернулась к стенке шатра. Не хотелось, чтобы последовали вопросы, на которые у меня – совершенно точно – не было ответов.

Спустя несколько мгновений женщина вышла на улицу.

Повисла тишина, нарушаемая лишь унылыми завываниями ветра. И то, всё это было снаружи, а тут, в шатре, казалось каким-то далеким, ненастоящим.

Раньше мне казалось, что в жизни много сложностей. Сложно встать рано утром, когда хочется поспать подольше. Сложно приняться за какое-то важное дело, когда душа просит веселья. Сложно объяснить своей маме, почему ты не любишь носить платья… да мало ли этих «сложно»?! Но на самом деле всё это легко.

По-настоящему сложно сделать только одно – выбор. Решиться на что-то. Взять на себя ответственность. Вот это действительно сложно.

Я тихо выдохнула, наблюдая, как в синеватом свете теплый пар растворяется в воздухе. С каждым днем на улице становилось все холоднее и холоднее. Я еще сильнее закуталась в одеяло и свернулась калачиком.

Жалко, что у меня под боком не было старенького дедушки, который мог наставить на путь истинный и посоветовать, что делать. У меня была только я и моя дырявая голова. Что делать дальше, мы с ней не имели ни малейшего понятия.

В конце концов, устав размышлять, я просто уснула, надеясь, что утром смогу что-нибудь придумать.

И действительно, наутро голова просветлела и наполнилась новыми бредовыми мыслями. Я вдруг подумала, что неправильно вела себя с демоном. Пыталась заставить его отменить договор, хотя прекрасно понимала, что шансы равны нулю. А вот о том, что Велизар – мой единственный источник информации, я, естественно, подумать не удосужилась.

Зато сейчас решила исправить это нелепое недоразумение.

Нужно еще раз поговорить с демоном. Но теперь уже без всяких истеричных восклицаний, четко и слажено, как и положено нормальному человеку. Я вытащу из него сведения о договоре, чего бы мне это ни стоило!

Выбираться из-под теплого одеяла было тяжело. Холод мой организм просто терпеть не мог. Кое-как завернувшись в одеяло, я прошлепала до веревок, где висела моя одежда. Быстренько ее надела, стараясь не разбудить остальных спящих людей.

На лосинах виднелись швы от ниток. Свитер после стирки еще не совсем просох, и я чуть не застонала от огорчения. Не трудно было представить, какие незабываемые ощущения меня посетят от пробирающего до костей ветра.

Повесив на плечо свою незаменимую сумку, я тихонько вышла из шатра. Дошла до костра, возле которого стояла грязная посуда (видимо, жители племени решили оставить её до утра). Порылась в остатках еды. Сырого мяса, конечно, не нашла, зато нашла жареное. В конце концов, какая разница? Мясо же.

На то, чтобы сбить волка со следа, ушло довольно много времени. Надеюсь, не зря. Пришлось идти в другую часть леса, пробираться через цепкие кустарники, ежится от холодного ветра и чувствовать своей макушкой, как капают капли с обглоданных веток деревьев. Если волк не оценит моих стараний – сама лично засуну ему в глотку этот кусок мяса! Наконец, выбрав достойное место, оставила там свой «подарочек».

После всех стратегических манипуляций, я отправилась на прежнее место, откуда вчера вызывала Велизара.

То, что это было то место – стало ясно сразу.

То, что Велизар не придет – где-то через полчаса.

За это время я честно повторила всё то, что делала в прошлый раз. Думала о демоне, вежливо просила его прийти, потом падала на пятую точку и выдавала красноречивую речь, как я его найду и убью. Но, похоже, Велизар на такую мелочь второй раз не купился. Небось, сидел там под землей (или где обитают демоны?) и хохотал, как чокнутый, пока я раз за разом отбивала себе копчик.

Когда просто звать Велизара мне надоело, я начала вспоминать всех демонов, представляя, что сделаю с ними, и какое ближайшее будущее их ожидает.

Но даже после такого подробного разбора большинства обитателей Преисподние, никто из оных не появился.

Либо Велизар обиделся, либо… я даже не знаю, что. Развел меня на договор и смылся? Вполне возможно. Гад. Что б я еще хоть раз поверила демону!

К племени возвращалась в ужасном настроении.

В душе почему-то поселилась тревога. Мне стало казаться, что весь этот договор был затеян неспроста. Такое легкое согласие на изменение условий договора, склянка от снотворного у стражника, появление Велизара и его вопрос, не знаю ли я, что за купол навис над Первым Королевством – все это вдруг перестало казаться каким-то случайным набором событий.

С другой стороны… даже если подписание договора и было подстроено, то зачем? И как они могли узнать, что я пойду на это? Нет, скорее, как они могли узнать, что мне вообще это понадобится?

Додумать я не успела.

Кажется, когда-то я обещала, что засуну мясо в глотку волку, если тот не поведётся на обман. Беру свои слова обратно. Засунуть что-то в пасть этому существу я не смогу даже под страхом смерти! Завидев напротив себя давно знакомые клыки, мне захотелось взвыть.

Так, Даня, не будем рассуждать на счет своей уникальной везучести. Посмотрим на ситуацию в целом. Ты одна. В лесу. Наедине с волком. Возможно, с голодным волком.

Бежать? Прекрасная идея, за которую Ларивина снесет тебе башку, если животное не сделает этого раньше. Остается только одно – дерево.

Кстати, окраска у волка была довольно милая, у нас как-то при дворе была такая же собака – белая, с небольшими рыжими пятнами на холке. И на макушке пару штучек виднеется.

Волк стоял спокойно. Я тоже не двигалась, пытаясь лихорадочно придумать, на какое дерево быстрее получиться залезть. По лесу-то я бегала неплохо, а вот по деревьям лазить особой охоты никогда не испытывала. Так, Даня, не время медлить! Пока будешь вспоминать свою прошлую жизнь, тебя сожрут. Меня сожрут!!! Нет-нет-нет, не паниковать. Спокойствие, только спокойствие.

Я ме-е-едленно сделала шаг в сторону. Волк повел ухом. Я сделала еще шаг. У волка дернулось второе ухо. Я уже было подумала, что мое съедение может отложиться на некоторое время, но куда там. Даниила Рамиро Фердинан была слишком «везучей» для таких подарков судьбы.

Стоило мне сделать еще шаг по направлению к спасительному дереву, как волк зарычал, вскинулся и в мгновение ока оказался прямо передо мной.

Больше сил сохранять спокойствие просто не было.

Я вскрикнула и в панике дернулась в противоположную сторону. Даже сообразить не сумела, когда волк успел снова преградить мне дорогу. Он просто стоял и рычал, не спеша на меня кидаться – и я решила использовать этот шанс. Резко развернулась и сорвалась с места. На этот раз успела сделать шагов пять, прежде чем волк оказался прямо передо мной.

В отчаянии завертела головой и дернулась к ближайшему дереву.

Куда там.

Снова он.

Стоит, рычит и смотрит.

А у меня сердце уже в пятках бьется. От паники перед глазами заиграли желтые блики, дыхание сбилось. Я никогда не могла контролировать себя в таких критических ситуациях, а сейчас – тем более. Мне захотелось грохнуться на землю и биться об нее головой, пока не потеряю сознание. Но вместо этого я закусила губу и вновь предприняла попытку сбежать.

И снова ничего не вышло.

Волк стоял прямо напротив меня, шерсть на холке чуть вздыбилась. Животное обнажило клыки, и после этого я принялась прощаться с жизнью. Вспомнила все свои ужасающие выходки, попыталась в них покаяться, попросила прощения у родителей за то, что им досталась такая бестолочь, как я. И закрыла глаза, ожидая почувствовать острые клыки на своем теле.

Но прошла, наверное, минута, за ней другая. Потом еще одна. Ни боли, ни клыков и в помине не было. Я приоткрыла один глаз и огляделась. Волк стоял на прежнем месте, шерсть на холке у него по-прежнему дыбилась, и клыки были обнажены. Но животное не двигалось. Оно просто стояло и… и всё.

Я удивленно подняла одну бровь. Либо это у меня с головой что-то не в порядке, либо это существо действительно меня трогать не собирается.

Ради собственного морального удовлетворения, сделала пару шагов в сторону. В этот же момент волк преградил мне путь.

Да он же меня просто не пускает!

– Э-э-э! – возмутилась я. – Дружочек, так не пойдет! Мне обратно надо!

Не двигается. Ну да, я, конечно, тоже молодец – с волком решила побеседовать. Хотя, с собаками же разговаривают. Иногда. Особо заботливые хозяева.

Я нахмурилась и скрестила руки на груди.

– Ну и что? Так и будем друг другом любоваться?

Ухом повел. Надо же, как информативно.

– Пропусти меня, зверье пушистое! – мученически воскликнула я, чувствуя себя невероятно глупо. Ни разу в жизни не разговаривала с животными.

Прекрасно. Только этого мне не хватало. Интересно, а этот волк мясо мое видел? Он его съел? Я тоже додумалась: надо было с собой еду брать, а не пытаться заманить волка по ложному следу. Да, это только я так могу.

Минут через десять мне разглядывать стоящее напротив меня животное откровенно надоело. Я повертела головой туда-сюда, пошаркала ногой по прилипшим друг к другу листьям и, в конце концов, тяжело вздохнула. Глянула на волка исподлобья. Стоит, не двигается. Пожав плечами, медленно и очень осторожно подошла к ближайшему дереву. Действительно подошла – волк не шелохнулся. Надо же. Может, смогу и убежать? Но стоило мне набрать побольше воздуха в легкие, как рядом со мной раздалось грозное и явно намекающее рычание. Я поперхнулась.

Волк стоял совсем близко. Он смотрел на меня внимательно, даже не грозно. Похоже, моя персона ему голод явно не утолит. Тогда какого рожна он меня не пускает?!

Ну и ладно.

Главное, что не сожрет.

В этот момент, я вдруг подумала, что он просто не хочет есть меня один. Просто ждет, пока подоспеет его стая, а потом они вместе меня и…

Резко крутанула головой, отгоняя ужасную картину. Нет, всё будет хорошо. Всё обязательно будет хорошо! Я аккуратно прислонилась к стволу дерева и уселась под ним. В упор посмотрела на волка.

– Ну что, подумаем о жизни? Что ты можешь мне сказать об этом насущном вопросе? Постой-ка, ты же не умеешь говорить! Какая жалость. Тогда придется говорить мне…

… в какой-то момент я поняла, что больше уже не могу.

Голова налилась свинцом, веки слипались, ноги затекли.

А он все сидел передо мной. И не пускал.

Что ему было нужно? Ни малейшего понятия. Но волк просидел со мной до самого вечера. Сперва мне казалось, что это какая-то игра. Потом – что волк действительно поджидает свою стаю. А потом, когда прошел второй час, что я умерла.

Сидеть практически без движения было невозможно. Я крутила головой из стороны в сторону, в надежде хоть немного размять шею. Меняла позу по чуть-чуть, чтобы расслабить напряженное тело.

А волк сидел напротив, не двигался и не моргал.

Но главное – он не отпускал меня.

В какой-то момент я не выдержала и попыталась сбежать. Но, как и в первый раз, – неудачно.

По истечению четвертого часа отчаянно шептать: «что тебе от меня нужно?» и «отпусти меня, пожалуйста, отпусти», стало просто невозможно. Страшно захотелось пить, горло пересохло. Мне было не холодно, ветер вдруг стал теплым, да и вообще вокруг как-то потеплело, но промозглости это не отменяло.

Когда начало садиться солнце, я уже не могла думать. Мысли превратились в варёное месиво. Я не чувствовала пальцев на ногах. Свело даже челюсть. Мне казалось, что я сейчас разорву свой свитер и повешусь на нем прямо тут, на дереве.

А потом вдруг волк ушел.

Просто раз – встал, и скрылся в чаще леса.

Я не могла поверить собственным глазам. Столько времени! Не давал и шагу сделать! А теперь? Что это вообще такое? Очередная проделка демонов?

Но размышлять над этим вопросом я долго не стала. Сперва медленно, и немного неохотно, побрела по лесу обратно к племени. Затем, когда ноги перестали напоминать закоченевшие палки, перешла на бег.

Но когда вырвалась туда, куда хотела вырваться весь этот день, поняла, чего от меня хотел волк.

Я поняла, почему он меня не пускал.

Поляна опустела. Ни шатров, ни людей, ни веревок с сохнущими вещами… пусто, как в пустыне. Только лишь огромное количество пепла напоминало, что когда-то тут жгли большущий костер.

Дрожащей рукой я коснулась собственных щек. От переизбытка эмоций стало очень-очень жарко. Я чуть не закричала в лесную пустоту. От отчаяния.

Меня не было целый день. Они, наверное, решили, что я собрала вещи и ушла вершить правосудие. А может, просто решили не ждать такого ненужного человека, как я.

Так или иначе, племя уехало без меня.

Глава 5.

Я шла по лесу очень медленно, с трудом переставляя ноги. Наверное, нужно было идти вдоль реки, но вероятность, что демоны прочесывают границу, была слишком высока.

Ночь я провела на том же месте, где когда-то был разбит лагерь кочевников. Погрелась у ещё не остывших углей, правда, полноценный сон так и не получила. Я никогда раньше не спала под открытым небом. Было жутко, если честно. И мошкара противно доставала. К тому же ночью меня пробила дрожь, так что волей не волей, пришлось заново разводить костер. Не знаю, как у сувитов получалось делать такие огромные костры, мое пламя было похоже на жалкие потуги больного ребенка-драконыша. Но это было хоть что-то.

Поутру отправилась в путь. На месте прошлой стоянки оставаться было бессмысленно. Племя все равно уже не вернется – они же кочевники.

На душе кошки скребли.

Даже кочевники решили, что мое общество не подходит для них. Кому я вообще тогда нужна? Родители в душе мечтали сбагрить меня от греха подальше, единственный друг терпеть не мог мои выходки, но сдерживался ради меня. И даже кочевники решили, что лучше будет увеличить расстояние между нами. Похоже, меня считают каким-то тухлым продуктом, который не выбрасывают лишь потому, что надеются скормить собаке.

Я злобно пнула маленький камешек, выглядывающий из гниющей листвы.

Даже эмоции выместить не на ком!

Стоило мне об этом подумать, как позади меня хрустнула ветка.

Я удивленно замерла. Так, ноги мои тут, я тоже тут… тогда кто сзади?! Оборачивалась очень медленно, ожидая увидеть готовящегося к спячке медведя. Но ожидания и мысли о предсмертной записке не оправдались. Позади меня стоял волк.

Он не рычал, не кидался на меня, не пытался преградить путь. Он просто стоял.

Я застыла и даже дышать стала через раз, ожидая от него каких-то действий. Но прошло некоторое время, а мы всё так и стояли, буравя друг друга настороженными взглядами.

– Пошел вон отсюда, – наконец выплюнула я. Развернулась и побрела дальше.

Мне искренне не хотелось оборачиваться, но любопытство так и подстрекало это сделать. Меня никто не обгонял, не становился напротив и не рычал, преграждая путь, что вызывало некоторое недоумение. В конце концов, любопытство взяло верх, я резко остановилась и обернулась.

Создалось впечатление, что все это время волк шел за мной. Когда я оборачивалась, то видела, как он тоже остановился. Замер на месте и принялся наблюдать за мной.

От озарившей в одночасье догадки, я искреннее хлопнула себя по лбу.

– Оборотень!

Ну конечно. Волки не могут быть настолько разумными.

– Ну и? Чего тебе от меня надо? – хмуро спросила я.

Оборотни, конечно, были далеко не редким явлением. Вот только водились они преимущественно в Третьем и Шестом Королевствах, там почти сплошь были одни леса. Но никак не во Втором.

Волк облизнулся, чуть дрыгнул ушами и переступил с лапы на лапу.

– Ну?! – не выдержала я. – Обращаться будем, или как?! Тебя демоны наняли?

Животное продолжало на меня смотреть, не подавая вообще никаких признаков разумности. Похоже, я ошиблась. Просто очень настырный волк попался.

От злости и обиды, в одну секунду накрывших меня с головой, я резко схватила камешек, который недавно пнула, и запульнула им в ненавистную волчью морду.

– Убирайся от меня! Я из-за тебя вообще одна осталась!!!

Ожидая какой-то реакции – злости, ярости, скулежа, в конце концов – я не двигалась с места. Но когда стало ясно, что камни волка не пугают, на душе стало еще сквернее, чем было до этого.

Развернулась и, демонстративно делая вид, что ничего не замечаю, пошла дальше. Интересно, волчара вообще понял, что сделал? У меня никогда не было домашних животных, и поэтому понять, могут ли они отдавать себе отчет в своих поступках, я не могла. До этого момента мне вообще казалось, что у них мозг размером с орех! У меня, кстати, тоже. Надо же, мы с волком находимся на одной стадии развития. Дожили.

Я больше не оборачивалась, но этого и не требовалось: примерно раз в десять минут позади меня хрустели ветки. И от этого становилось жутко. Либо волк, так сказать, «выхаживал» меня, чтобы кровь у меня в венах разгорячилась, и он без проблем мог впиться в нее своими клыками, либо… ну, он мог идти за мной, в надежде, что я вырвусь в город и куплю что-нибудь съестное. Найти бы еще этот город!

Стоило подумать о еде, как в животе противно забурчало.

Я не ела со вчерашнего утра, а раздобыть еду было негде. Охотник из меня был никудышный. Хотя, может, я и смогла бы справиться с этим делом, но только если бы рядом был папа. А его нет. Из-за меня.

Тяжело вздохнув, остановилась.

Что я делаю? Зачем? Неужели плутая по лесу, я смогу выйти в город? Да лес может пролегать до бесконечности, а мое время медленно уплывает. С другой стороны, что еще мне остается? Как-то тут пока не видно одиноких путников, желающих помочь заблудившейся девушке.

Неожиданно мне в ноги упёрся мокрый нос. Я подумала, что волку стало скучно, и он решил понежиться – я видела, как это делают собаки, – и лишь устало вздохнула. Что ни говори, а шерстка у животного была тепленькой… захотелось прижаться к ней потеснее и погреться. Но волк не собирался нежиться. Сперва мне стало больновато, потом уже совсем неприятно. В конце концов, я не выдержала и отступила на шаг. В этот же момент нос волка снова уперся мне в колени. И снова с такой силой, что я не устояла на ногах.

– Ты что вытворяешь?!

Еще один толчок. Снова делаю шаг в сторону.

А, это он так оригинально меня толкает!

– Да иду я, иду! Хватит, отстань от меня! – грозно зашикала на волка, стараясь руками отвести его морду от своих колен. – Ну всё-всё, иду я, видишь? Вот, теперь отстань от меня.

Не знаю, куда меня вёл волк, но судя по всему, мне выбора – идти или нет – не полагалось. Я обречёно вздыхала и лишь раздражённо закатывала глаза, когда мокрый нос в очередной раз впечатывался мне в ноги, вызывая неприятные ощущения. Это означало, что пора поворачивать. Куда? Куда уткнулся нос волка, туда и поворачивать.

Никогда в жизни я не чувствовала себя более странно. Меня подстрекает животное, а я его слушаюсь. Разве не должно быть наоборот?!

Но все мои сомнения развеялись, когда обнаружилась небольшая тропка. Она была явно натоптанной, значит, люди здесь всё же жили. Я чуть не запрыгала от счастья. Надо же! Мне помог волк. Кому расскажу – не поверят.

Я радостно пошла по этой тропке, и только где-то через четверть часа поняла, что ветки позади меня больше не хрустят. Удивлённо обернулась и поняла, что волка нет. Покрутила головой туда-сюда, но никого не обнаружила.

И как это понимать? Может, он чувствовал вину за то, что из-за него племя уехало без меня, и теперь он так решил искупить свою вину? Нет, Даня, это уже полный бред. Не забывай, ты имеешь дело с животным, а не с человеком. Какое у волка может быть чувство вины, и уж тем более – желание его искупить?

И вообще, странные тут какие-то вещи творятся.

Я пожала плечами и побрела дальше.

Тропка была достаточно длинной. Как обычно, под моими сапогами раздавалось характерное хлюпанье. Но самое странное происходило во мне самой. Зачем-то я каждый раз оборачивалась, посмотреть, не идет ли следом волк? И зачем я это делала? Честно, не знаю. Резко стало грустно и одиноко. Сразу стало слышно, как чмавкает под ногами жижа, как обглоданные ветки цепляются друг за друга, как под порывами на удивление теплого ветра шелестят еще не успевшие прилипнуть к земле осенние листья. В этом и заключалась осень – в неоднозначности. Вроде холодно, а ветер теплый. Вроде грязно и мерзко, а все равно кто-то по-особенному красиво. И воздух вокруг чистый, свежий.

Вот только на душе паршиво.

И вообще всё как-то не так.

Я поправила лямку сумки на своем плече, глубоко вздохнула и приказала себе не расклеиваться. Как бы мне ни хотелось упасть на землю и зарыдать от безысходности, нужно было продолжать путь. Я не могла позволить себе стать слабой и беспомощной. Вот как разберусь со всей этой дребеней, что происходит вокруг, так и поплачу в своё удовольствие. А пока надо держаться.

Подбадривая себя таким образом, я прошла еще пару миль.

А потом остановилась. От удивления. От полного, вводящего в ступор, удивления.

Под ногами у меня пролегал тракт.

Я ошарашено ткнула в него мыском своего огромного сапога. Действительно – тракт. Не веря собственным глазам, подпрыгнула и услышала приглушенный удар тяжелый подошвы о твердую землю. Мне не привиделось. Тракт.

Еле удержалась, чтобы не вскрикнуть от счастья. Надо же. Неужели больше не придется плутать среди голых деревьев? И ведь не я вышла на дорогу. Волк меня вывел. Если это не чья-то шутка, то я даже не знаю, как это всё можно объяснить.

Нетвердым шагом побрела дальше. Меня все ещё не опускала некая пришибленность. В голове не укладывалось – неужели это волк меня проводил? Наверное, он все же оборотень. Не может же обычный волк быть таким…таким смышлённым.

От долгой ходьбы начали болеть ноги. Закололо в районе икр. Я поморщилась, но приказала себе не киснуть. Дойду до города, тогда уже и расслаблюсь. А сейчас нельзя тратить время на жалость к себе.

В очередной раз глубоко вздохнула и… поперхнулась.

С левой стороны от тракта, в грязи, лежал человек. Он был одет в давно выцветший и потертый бежевый плащ. Руки сложены вместе и покоятся под его головой. Голые ноги раскинуты в разные стороны.

Я разглядывала его долго, очень долго, не решаясь подойти. И стоит ли вообще? А если это пьяница? Вот подам ему руку помощи, а он меня в кусты затащит и там… ну, в общем, может, не трогать его?

Но тут пришло постыдное осознание, что я ведь вполне могу оказаться на его месте. Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой, верно? Надеюсь, этот человек не умер. Я не знаю, что делать с трупами. Можно сделать вид, что тут никого нет, и пройти мимо, но тогда моя совесть сожрет меня с потрохами. Нельзя так просто избегать человека, которому нужна помощь.

Решившись, я всё же подошла. Осторожно наклонилась и легонечко потрепала человека за плечо. Тот не реагировал.

– Э-эй, вы живы хоть? – Голос отчего-то сел и стал хриплым, как у старушки. – Вы же не умерли, правда ведь?

Я начала трясти человека сильнее.

– Пожалуйста, очнитесь! Нельзя спать в овраге!

В какой-то момент я мотнула беднягу с такой силой, что тут уж хочешь не хочешь, а оживешь. Человек испуганно распахнул глаза и уставился на меня безумным взглядом.

Мы шарахнулись друг от друга одновременно.

– Ты кто?! – Это заорал человек.

– А-а-а!!! Не убивайте меня! – Это заорала я.

Нам понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

Человек оказался мужского пола, лет двадцати с виду. Не пьяница вроде (хотя мог и протрезветь). Вот только видок у него был еще хуже, чем у меня. Волосы давно не мыты, сальные пряди слиплись и разделились. Плащ старый, поношенный – а теперь еще и с черными грязными пятнами. Под плащом обнаружилось какое-то платье-ночнушка, не прикрывающая голых ног. Обуви у парня тоже не было.

– Меня зовут Даня, – отдышавшись, решила соблюсти правила приличия. – Простите, если потревожила. Просто хотела убедиться, что вы не умерли.

Парень удивленно провел рукой по грязным волосам, что смотрелось жутко неприятно. Недоверчиво глянул на меня.

– Я спал тут, – объяснил он.

– Ясно, – закивала я. – Раз всё хорошо, тогда я пойду.

Развернулась и с чистой совестью побрела дальше. И совсем это не страшно, оказывается – помогать другим.

Неожиданно незнакомец меня нагнал. Причем сделал это настолько неловко, что чуть не запнулся о собственные ноги, при этом поплотнее запахивая свой плащ.

– Я Гервик, – представился он.

– Эм, приятно познакомиться, – настороженно ответила, против воли вспоминая о пьянице и кустах.

– Вы в город идете? – с недобрым проблеском надежды спросил он.

– Э-э-э-э… – это всё, на что меня хватило. Стоит ли ему говорить, что да? Привяжется ведь. – Пока еще не решила.

– Я… я могу с вами пойти.

– Зачем?

Вот как знала!

– Так я это… помочь могу с чем-нибудь.

– С чем? – еще больше удивилась я.

– Так вы ж, наверное, путница! И в городе первый раз. А я этот город, как свои пять пальцев знаю, честное слово. Я могу вам прогулку организовать, самые лучшие заведения показать, трактир выбрать!

Я посмотрела на темноволосого парня так грозно, что тот споткнулся. Но не перестал прожигать меня умоляющим взглядом.

– Нет, спасибо. – Ответ вышел хоть и виноватый, но твердый.

– Стойте, не отказывайтесь! Поверьте, вам нужен такой провожатый, как я! В городе знаете сколько жулья? А уж нечестных торговцев, готовых обобрать любого приезжего, так вообще тьма тьмущая! Но если с вами буду я, никто вас не обманет.

– Звучит неубедительно, как будто вы меня в секту заманить хотите, – совершенно искренне высказала свои впечатления, – вам ведь что-то нужно от меня?

Гервик замолчал на несколько секунд, а затем устало вздохнул, признавая мою правоту.

– Вы же видели, где я спал. Я ничего не ел уже три дня. – Взгляд парня стал таким печальным, словно только что у него на глазах убили любимого котёнка. После этого моя бровь изогнулась еще скептичнее. – Было бы так здорово, если бы вы меня чем-нибудь накормили, хоть черствой горбушкой. А я бы вам город показал.

– Я вам сочувствую, правда, – отозвалась уныло, чувствуя, как не вовремя просыпается жалость, – но я вам не смогу помочь. У меня у самой денег нет.

– Понятно, – сухо отозвался парень. – Увидели оборванца и сразу дали задний ход. Ладно, как хотите. Не ел три дня, поголодаю еще.

– Эй, – возмутилась я. – У меня что, на лбу написано «изверг»?! Да если б я могла помочь – я бы помогла! Но нет у меня денег, я сама эту ночь под открытым небом провела!

– Да понял я, понял. Всё у вас есть. Так бы сразу и сказали, что противно просто.

Я посмотрела на парня так, словно мысленно уже свернула ему шею.

– Ты что, тупой? Сказала же: нет денег!

– А чего вы так заводитесь? Я же просто помощи попросил. Знаете, однажды и с вами такое произойдёт. Я уверен – обязательно произойдёт. И, надеюсь, вам так же откажут в помощи, как и вы мне.

Он посмотрел на меня так оскорблёно, что доказать ему обратное стало просто делом чести. Я резко остановилась и раздраженно втянула воздух.

– Деньги у меня есть, да? На! Смотри мою сумку! – И ткнула в чужую грудь указанным предметом. – Я буду безмерна счастлива, если ты тут что-то найдёшь!

Гервик удивленно сделал пару шагов назад, уклоняясь.

– Вы что, серьезно?

– Нет, смотри, шучу!

– Так вы не знаете? – На лице парня было такое удивление, словно я только что отплясала перед ним голышом.

– Чего не знаю? – спросила настороженно.

– Деньги лежат в маленьком кармашке. Справа. Второй отсек.

– Чего? – Я ошарашено вылупилась на парня. – Ты что, порыться тут уже успел?!

– Я?! – оскорблено отозвался Гервик. – Да я вашу сумку не трогал даже! Сами посмотрите.

Не спуская с парня подозрительного взгляда (только попробуй убежать, я всему городу ориентировки на тебя раздам!), недоверчиво раскрыла вещицу и засунула руку внутрь. Нащупала маленький кармашек справа, во втором отсеке. Медленно извлекла оттуда несколько монет. Уставилась на них так, словно только что увидела самого Дьявола.

– Это что? – выдавила слабым голосом.

– Ваши деньги, – любезно подсказал Гервик. – Вы действительно о них не знали?

– Даже не догадывалась. – Закончив рассматривать монеты, среди которых, кстати, оказался один золотой, перевела ошарашенный взгляд на парня. – А ты откуда о них узнал?

– Так я же… А-А-А!!! Это что?!

В одну секунду парень схватился за сердце и в немом ужасе начал тыкать пальцем мне за спину. Я удивленно обернулась и обнаружила своего давнего знакомого – волка. И даже испытала некую радость от его возвращения.

– А, – легкомысленно махнула рукой, – он за мной идёт. Не переживай, он тебя не тронет. Наверное.

– Это ваш?! – изумленно уставился на животное парень.

– Ну, не мой, но что-то вроде того.

– Ваш питомец – это волк?! – Наверное, бедняга не был бы так удивлен, станцуй я перед ним голышом.

– Да не питомец! Просто почему-то увязался за мной, и теперь идёт следом.

Гервик недоверчиво прищурился, видимо, оценивая возможные перспективы скоропостижной смерти. А потом осторожно поинтересовался:

– А ему намордник не полагается?

– Это оборотень, ему скоро надоест изображать из себя загадочное животное, он обернётся, и мы поговорим.

– Э-э-э… – смущенно протянул парень, чем заставил меня пронзить его грозным взглядом.

– Что ещё?

– Это не оборотень, – резко стушевавшись, сказал Гервик.

– С чего ты взял?

– Если бы он был оборотнем, я бы почувствовал его вторую сущность.

– Ты бы… что?!

Я ахнула и вылупилась на парня так, словно теперь это он станцевал передо мной голышом. Своё удивление сопроводила громким восклицанием:

– Ты маг?!

И еле удержалась, чтобы не треснуть себя по лбу. Теперь понятно, как он монеты обнаружил. Надо же! Умудрилась на мага нарваться.

– Да, маг, – почему-то грустно усмехнулся Гервик. – Так что, вам провожатый нужен?

Мне нужен маг. Заклятие демона подвязано на магии. Вот уж кто мне действительно пригодится.

– Знаешь, раз у меня нашлись деньги, то я просто обязана тебя чем-нибудь угостить! – Я так мило улыбнулась, что парень тут же недоверчиво выгнул бровь.

Впрочем, он не стал строить из себя оскорблённую невинность. Есть ему хотелось больше, чем выяснять чужие мотивы.

– Спасибо! Спасибо вам большое! А я могу к вам тоже на «ты»?

Оборванец к принцессе на «ты»?

– Конечно! – радостно ответила я. Хоть кто-то не будет обращаться ко мне «Ваше Высочество». – Меня Даня зовут, если вдруг забыл.

– Нет, не забыл. Слушай, а твой волк с нами пойдёт?

Я обернулась и вздохнула.

– Боюсь, он не станет спрашивать разрешения.

– В городе вообще-то нет ограничений на «домашних питомцев», просто как бы люди нас не поняли неправильно… – пробормотал парень, опасливо косясь на животное, при этом до хруста заламывая пальцы.

– Мне только до библиотеки дойти. Это же недолго? Вряд ли за это время может что-то произойти.

– О, я знаю самую большую библиотеку в городе! Ну, правда, она единственная, но до неё идти совсем недалеко! Только, может, сперва поедим? А то у меня сейчас кишки наружу вылезут.

– Да, – кивнула я. – Поедим. Я тоже есть хочу.

Волк смотрел на меня очень внимательно.

Я на него тоже.

Неужели он действительно не оборотень? То, что это не просто волк, было понятно сразу. Но тогда кто?

Животное облизнулось и побежало впереди меня.

Могу поклясться, что видела в его глазах злорадство.

Глава 6.

Я внимательно разглядывала меню. У меня с собой был один золотой и три серебрушки. Видимо как-то положила их в сумку, да забыла, а теперь вот пригодилось.

Несмотря на то, что Второму Королевству принадлежало первенство серди морских путей, моё ожидание, что в трактире будет исключительно рыба, не оправдалось. Наверное, сказалась отдаленность от порта.

Правда, всё, чем я питалась в своем замке, тут… тут даже названий таких не было. Было кое-что знакомое, например: «утка фаршированная», «жаркое в горшочках» и еще парочка. Но они были такими дорогими, что чтобы один раз это съесть, мне пришлось бы продать всю свою одежду и потом еще милостыню просить, чтобы нужная сумма набралась.

– Оно что, из золота сделано? – Возмущение всё же прорвалось наружу.

– Что именно? – Гервик оторвался от созерцания чего-то очень вкусного, но недостижимого.

– Да вот, фаршированная утка стоит аж три золотых! Они что там, эти три золотых вместе с уткой фаршируют?!

– Ба! – присвистнул Гервик. – Ты чего сразу на такие дорогие блюда замахнулась? Выбирай то, что подешевле! Вот тут манная каша есть…

– Фуу, нет, она наверняка с комочками!

– Тогда можно попробовать картошку в мундире.

Я посмотрела на цену и сквозь зубы прошипела:

– Да она не в мундире, а в золотой шубе!

– Э-э-э… а как на счет борща?

– Это суп такой?

– Ты что, не знаешь, что такое борщ? – Гервик удивленно вылупился на меня.

– Да я… просто… мы бедные были, на борщ денег не хватало никогда…

– Ой, ты что! Это вкуснотища! И всего пять серебрушек.

Я с сомнением посмотрела на черные буковки. Борщ. Слово такое странное. Борщ.

– Надо же! Суп стоит пять серебрушек, а чай три. Почему такая маленькая разница?

– Да тут жидкость из одной кастрюли разливают, – захихикал Гервик, но посмотрев на мое вытянувшееся лицо, поспешно уткнулся носом в меню.

К нам подошла хорошенькая служанка с неизменной бумажкой в руках и елейным голосом осведомилась:

– Что будете заказывать?

Ее взгляд скользнул по чернявому наряду Гервика, прочертил косую линию по нашему столу и остановился на мне.

– Скажите, – я смело приняла огонь на себя, – почему чай стоит почти столько же, сколько и борщ?

Служанка удивленно приподняла бровь.

– Этот чай был собран на вершинах Андолозейских гор, – сказала она с таким видом, словно только что процитировала Пророчество.

– Но ведь чай – это лишь напиток, – нахмурилась я, – а борщ – сытное блюдо. Тем не менее, разница между ними всего лишь в две серебрушки.

– Ценовую политику нашего трактира устанавливает хозяин. – Девушка так мило улыбнулась, что ей чуть скулы не свело.

– Просто это странно, – не сдавалась я. – И неправильно! Если я захочу чая, то мне проще будет купить борщ, чтобы уже сразу поесть!

– Если у вас есть какие-то претензии, вы можете обратиться напрямую к хозяину. – Сквозь зубы проговорила служанка, видимо понятия не имея, что делать с такими привередливыми клиентами. Одно дело жаловаться на качество еды (тут хоть можно извиниться и брякнуть новой порцией об стол так, что у клиента тут же закрадется мысль, не плюнули ли туда со злости?), и совсем другое – на разницу в цене!

– Как таковых претензий нет, но мне бы хотелось всё же понять…

– Да что ж такое! – Ее кулак с такой силой ударил по столу, что мы с Гервиком синхронно подпрыгнули от испуга. Служанка выдавила из себя улыбку, подозрительно напоминающую хищный оскал. И прошипела: – Либо вы заказываете себе что-то, либо молча возмущаетесь ценами.

– Два борща и стакан воды, – пискнула я, быстро убрав руки со стола.

Посмотрела в печально-испуганные глаза Гервика и добавила:

– Два стакана воды.

Служанка подарила нам снисходительную улыбку и удалилась, так и не услышав моё лестное послание ей вдогонку.

Борщ нам принесли минут через двадцать. К этому времени я успела изучить меню вдоль и поперек, рассмотреть обстановку трактира и построить башню из салфеток, распихав их по всем выемкам стола.

Наконец передо мной поставили заказ.

– Он красный? – опешила я, вглядываясь в содержимое тарелки как можно внимательнее.

– Ага, – с трудом выдавил Гервик, жадно запихивая в себя кровавую жижу.

Я не слишком вдохновилась его примером, но всё же попробовала.

Ничего так, вкусненько. Довольно необычно, но есть можно. Единственное, что меня напрягало – это мягкая, безвкусная свёкла. Что вареная морковь, что свёкла – для меня это все одинаково гадко.

Мы с Гервиком управились с едой довольно быстро. Наевшись, парень вытер рот рукавом и устало откинулся на спинку стула.

– Знаешь, думаю нам надо разделиться.

Я удивленно посмотрела на него.

– Что значит разделиться?

– Я могу проводить тебя до библиотеки, а сам найду трактир, – с честным лицом пояснил Гервик.

– Какой еще трактир? – не поняла я.

– Ну как, а ночевать ты где будешь?

– Я и сама могу что-нибудь подыскать.

– Да ладно тебе! Я этот город знаю, как свои пять пальцев, так же быстрее получится.

Я уныло посмотрела в пустую тарелку. Ну да. Всё понятно. Поел, попил, теперь решил сбежать. Надеюсь, хоть до библиотеки проводит.

– Ладно, – легкомысленно пожала плечами, делая вид, что ни о чем не догадалась.

– Вот и славно!

Парень радостно вскочил на ноги и принялся собирать нашу посуду.

– Ты что делаешь? – удивилась я.

– Да вон, – Гервик кивнул куда-то за мою спину.

Недоуменно обернулась и упёрлась взглядом в табличку «У нас самообслуживание!». Нет, ну что за наглость? Мало того, что у них служанки бешеные, так они ещё и не убирают ничего?!

Да… это было не похоже на те заведения, в которых мы иногда останавливались с родителями.

Я взяла свою тарелку с кружкой и отнесла к специальному бачку. Неужели это везде так? Надо же. Жизнь в замке меня полностью от реальности отрезала.

Мы с Гервиком вышли на улицу.

Погода неожиданно прояснилась, пасмурное небо рассосалось и впустило на землю слабенькие лучи солнца. Это было настолько удивительно, что на секунду я впала в ступор. Солнышко вообще редкое явление осенью, так что любоваться им можно до бесконечности. Но столько времени у меня не было, поэтому, постояв чуть-чуть, словно непризнанный гений перед картиной великого художника, я повернулась к Гервику.

– Ну, куда теперь?

– Пошли в библиотеку? – неуверенно предложил парень.

– А далеко до нее?

Тот задумался, что-то прикидывая в уме.

– Да нет, не очень. Минут пятнадцать.

– Ну, пошли.

Город был совершенно обычным. Улицы застроены простыми кирпичными домиками, преимущественно в два этажа высотой. Было видно, что они ветшают – на стенах уже осыпалась кирпичная кладка. Дороги не широкие. Может, из-за архитекторов, а может, из-за вереницы экипажей, стоявших возле пешеходных дорожек.

Людей на улицах было мало.

А вот торговых лавок даже слишком много. Буквально в каждом доме. Что удивительно – ни одна из них не пыталась выделиться. Одинаковые вывески, похожие названия («Дом Разных Вещей», «Лавка с Вещами», «Много Всего»), однообразные входные двери. В свете не самой радостной погоды, подобное навевало дополнительное уныние. Создавалось впечатление, что мы попали в серый сонный город.

Одежда у людей особо не удивляла. Девушки ходили либо в длинных платьях, либо в мужских костюмах. Сейчас стала очень популярна тема, мол, «мы все равны, раз мужчинам можно носить штаны, то и женщинам тоже!». Мне было всё равно, я носила только то, в чём было удобно. Но если в городе не повезет наткнуться на девушку в штанах, можно сразу сказать, что, скорее всего, она видный общественный деятель.

Мой наряд в общую гамму моды совершенно не вписывался. Если облегающие лосины еще как-то можно было стерпеть, то еле-еле прикрывающий ляжки свитер – уже нет. Поэтому косились на меня теми еще взглядами. В основном мужчины. В основном на ноги.

Несмотря на всю свою внешнюю сдержанность, я потихоньку начала заливаться краской стыда. И, что самое удивительное, Гервик, кажется, тоже чувствовал себя жутко смущенным. С горящими щеками, а через некоторое время и ушами, мы добрели до приземистого, но широкого здания – библиотеки.

– Э-э… ладно, вот мы и пришли. А я пойду, трактир еще надо найти, – комкая рукав своего плаща, выдавил парень.

– Ага, – уныло отозвалась я, понимая, что мы, можно сказать, прощаемся. – До встречи.

– До встречи.

И парня словно ветром сдуло.

Я помахала ему вслед рукой, хотя он этого уже не увидел, и начала подниматься в здание библиотеки. Потянула на себя огромную входную дверь, издавая при этом нечеловеческие пыхтения (объясните мне кто-нибудь, почему эти двери всегда такие тяжелые?!). Зашла внутрь.

Передо мной расстелился огромный коридор, уходящий в никуда, с кучей канделябров на стенах. Закрывшаяся дверь повлекла за собой низкий и утробный гул, больше похожий на стон раненого привидения. Весь пол был уложен темной плиткой, от чего казалось, что при следующем шаге можно поскользнуться. Несмотря на то, что на улице стоял холод, внутри библиотеки было еще холоднее. Я поежилась и задрожала, обхватив себя руками. С непривычки застучали зубы, но потом вроде успокоились.

Очень осторожно, стараясь не делать лишних движений, я прошлёпала к приёмной. «Приёмная» представляла собой полуразвалившийся деревянный столик, за которым сидела старушка.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, и еле удержалась, чтобы не взвыть от раздавшегося повсюду утробного эха.

– Тс!!! – возмущенно прошипела смотрительница, так злобно зыркнув, что у меня от неожиданности клацнули зубы. – Говори тише, – шепотом пригрозила она.

– Здравствуйте, – прохрипела я снова.

– Здравствуйте, – тихо-тихо ответила она.

– Можно мне записаться?

– Можно. Для этого вам нужно заполнить специальную форму.

– Чего? – своим голосом спросила я, потом опомнилась и уже шёпотом исправилась: – Чего?

Старушку практически не было слышно, и пришлось перегнуться чуть ли не через весь стол, чтобы быть поближе к ней.

– Форму заполните, – раздраженно отозвалась смотрительница. Порылась в каком-то ящичке и выудила оттуда маленькую бумажку. – Назовите свое имя.

– Даня. То есть Даниила.

– Полное имя!

– Ой, простите. Я Даниила Фер… э-э-э… Фердудот.

– Даниила Фердудот? – удивленно переспросила старушка и посмотрела на меня с некоторой жалостью, видимо представив себе родителей, даровавших чаду такое имечко.

Дальше последовали стандартные вопросы, вроде «какого ты года рождения», «место и адрес проживания» и мой самый любимый: «как с вами можно связаться в случае не возврата книги». Пришлось сказать, что книги с собой брать не буду, останусь читать тут.

После этого по моей просьбе старушка проводила меня к стеллажам, где находилась литература по демонологии. Надо сказать, шли мы до этих стеллажей долго, очень долго. Это здание могло посоревноваться в объемах с моим замком. После третьего поворота пришлось запоминать, куда мы идем, чтобы не заблудиться на обратном пути.

Наконец мы очутились в нужном помещении. Я дождалась, пока старушка меня покинет, и после этого уселась за свободный столик, придвинув свечу поближе. В большой комнате, уставленной стеллажами с книгами, я была единственным посетителем, но так было даже лучше.

Первым делом покопалась в книгах, пытаясь найти хоть какое-нибудь упоминание о договоре с демоном. Искала долго. Как таковой информации было очень мало, да и та посвящена тому, что я и так уже прекрасно ощутила на собственной шкуре.

В библиотеке просидела очень долго.

Искала, искала, искала. Такого энтузиазма у меня еще ни с одной книгой не было! Но так ничего и не нашла. Вообще.

В отчаянии плюхнулась на стул и принялась рыться в своей сумке. Вытащила оттуда «свое» пособие по демонологии. Да уж, лучше б я этого не делала. После того, как моя сумка немного закалилась в холодных речных водах, все её содержимое промокло. И книга тоже. Но прошло немного времени и всё высохло. И книга тоже.

Её страницы скукожились и склеились, при этом став твёрдыми, словно камень. Посмотрев на это нечто, поняла, что можно даже не пытаться найти в этой злополучной книге тайны договора с демоном.

Испустив разочарованный вздох, убрала пособие обратно в сумку и побрела к выходу из библиотеки. На удивление, даже не заблудилась.

Было ужасно мерзко понимать, что я умудрилась связаться с тем, что даже многовековая история не посчитала нужным записать.

Ирония была в том, что именно мой отец возглавлял Гильдию Охотников, но мои познания в демонологии все равно оставались на уровне «а у демонов разве нет рогов?!».

И почему всегда именно моей участью становятся такие вот ситуации? Почему бы Виктории не побывать разок на моём месте? Хотя о чём это я. Виктория из этих передряг выберется, не замарав мизинчика левой ноги.

Старушка-смотрительница даже взгляда не подняла, когда я шепотом попрощалась. Может, просто не услышала.

Я вышла на улицу и тут же прищурилась, ослепленная ярким светом после темных коридоров библиотеки. Сморгнув непроизвольно выступившие слезы, начала спускаться по лестнице и вдруг заметила волка. Он сидел буквально у самых перил. У него что-то очень чесалось в районе холки, и он так усердно пытался это «что-то» вычесать задней лапой, что издавал при этом тихое рычание. Чесалось, видимо, сильно.

До этого прохожие просто обходили животное стороной, но когда у него неожиданно обнаружилась хозяйка, посчитали своим долгом подойти и возмутиться:

– Девушка, вы что с ума сошли?! Вы что, привели волка в город?!

Судя по виду крупной тетки, грозно выступившей из толпы (но все же держащейся на приличном расстоянии от блохастого хищника), бороться словесными эпитетами она собиралась до конца. Я затравленно посмотрела на причину такой бурной реакции. «Причина» принялась чесаться с двойным усердием. Понимая, что быстренько улизнуть с животным не получится, обреченно вздохнула и тут же бодро выдала:

– Не бойтесь, это не волк!

– А кто же?!

– Это собака.

– Девушка, я пойду жаловаться в городское управление! Вы понимаете, сколько на улицах детей! Этот хищник опасен для жителей! Где его намордник?! Где ошейник?! Нет, я пойду жаловаться в городское управление!

– И вас посадят на сорок восемь часов за ложные показания против честного гражданина! – зацокала я языком, судорожно припоминая какие-то уроки по правовой деятельности Королевств. – Я же говорю, это собака. Ну, дворняжка. Помесь бойцовской породы и охотничьей. Но он никому из вас не опасен! Это вообще очень милое и славное животное!

«Очень милое и славное животное» оторвалось от своего занятия и с любопытством подняло морду.

– Вы только посмотрите, какой пушистенький! – сглотнув, пробормотала я.

Судя по лицам обступившей нас людей (опять же, на приличном расстоянии), они хотели видеть прямые доказательства таким громким заявлениям.

Сглотнув уже более звучно, я начала протягивать волку дрожащую руку, мысленно прощаясь со своей конечностью. Но, слава Пресвятым Покровителям, волк разыгрывать драму не стал. Вместо этого с охотой уткнулся мордой в мою ладонь, а затем и вовсе потерся корпусом о мои ноги, чуть не заставив их подкоситься.

– Вот видите! – победно возликовала я, выдохнув с таким облегчением, что крупная тетка недоверчиво прищурилась.

Осмелев, я поглядела на неё с вызовом и громко сказала:

– Да был бы он опасен, то вас всех давно бы уже сожрал. Вот, смотрите. – Повернулась к волку и с самой любезной улыбкой попросила: – Дружок, сожри эту наглую тетю!

Позади меня послышались испуганные вздохи и чей-то радостный вскрик: «быстрее!», который, впрочем, резко стух. Волк – умничка такой! – продолжил меланхолично тереться о мои лосины, оставляя на них дорожки шерсти.

– Вот видите, – повернулась обратно к резко посеревшей тетке, – он у нас славненький. Так что, позвольте пройти.

Я резко схватила волка за недавно вылизанную холку и потащила его подальше от этого сборища не слишком умных людей. Волк особо не упирался, однако беспрекословным послушанием тоже не отличился: стоило нам скрыться от толпы, как животное грозно зарычало и начало вырываться. Если честно, один вид его клыков тут же заставил меня испуганно отпрянуть к противоположному концу улицы. Я чуть было не закричала: «у той тетки мясо вкуснее, жри ее!», как вдруг ко мне подлетел мальчишка лет семи. С радостной улыбкой протянул свой кулачок, в котором виднелась записка.

– Это мне? – ошарашено выдавила я.

Мальчишка прищурился, оглядел меня с ног до головы и уверено кивнул.

– Ага!

– Спасибо.

Приняв бумажку, пробежала по строкам глазами. «Трактир нашел, пацан тебя проводит. Гервик». Надо же! Не сбежал! Я облегченно выдохнула и вопросительно посмотрела на мальчика. Тот понятливо закивал и поманил меня рукой.

Наш путь пролегал через площадь. Терпеть не могу площади, особенно, когда там проходит Ярмарка. На ней никогда не бывает ни одного честного купца – только меркантильные обманщики. Они готовы маму родную продать, лишь бы впихнуть тебе свой товар. Причем, как правило, товар уже давно должен был почить на ближайшей мусорке, если бы не меркантильный обманщик, то есть торговец.

Пока мы шли через это сборище продажных и завистливых конкурентов, я раздраженно делала вид, что не замечаю завываний вышеупомянутых. Чего я только от них не наслушалась: и то, что я красавица писанная, но мне обязательно нужен крем для поддержания красоты, и то, что я пахну вкусно, но мне обязательно нужны духи для сохранения этого божественного запаха. А одно вообще безумно порадовало: какой-то зазывала вещал, что у него есть особенный цветок, который может исполнить любое ваше желание. Название у цветка было просто великолепное – зопник. Клубненосный (это зазывала добавил).

– Девушка! – проорали совсем рядом. Я попыталась спрятаться за кого-нибудь, но не успела – мою руку цепко схватили в этой кишащей толпе. – Девушка, не хотите записаться на поиски волшебного цветка?

Я испугано дернулась и руку все-таки высвободила.

– Видела я уже эти цветки, исполняющие желания! Не надо мне больше!

– Девушка, – наигранно возмутился зазывала, – неужели у вас нет какого-нибудь заветного желания? Жениха, может, хотите? – с самым невинным взглядом, осведомился он.

– Все, чего я хочу, это чтобы вы от меня отстали! Себе лучше жениха загадайте!

И поспешила смотаться, пока меня не начали бить.

Именно поэтому я не люблю площади.

Мальчишка довел нас (вопреки моим мысленным мольбам, волк в пути не затерялся) до нужного трактира. Довольно опрятного, кстати сказать.

Домик небольшой, этажа в три высотой. Стены ровные, выкрашенные в розовую краску, а прямо напротив – небольшой палисадник. Все это создавало нежно лелеемую мной атмосферу уюта.

Я не знала, как попрощаться с мальчишкой, и нужно ли ему заплатить, поэтому решила просто зайти в трактир, не говоря ни слова. Но меня вдруг схватили за руку.

– А это ваш волк? – с придыханием в голосе осведомился мальчик.

– Это собака, – машинально поправила я.

– А как её зовут?

– Его. Э-э-э… у него нет имени.

– А можно его погладить?

Я опасливо покосилась на пока что равнодушное животное.

– Можно, наверное.

И даже опомниться не успела, как пацан кинулся лапать шкурку теперь уже испуганного волка. Животное попыталось дернуться и постыдно сбежать, но крепкие детские руки стиснули его с такой силой, что волку оставалось только беспомощно порыкивать.

– Вы можете назвать его Стальной Клык! – любезно подсказал мальчишка.

Волк вздрогнул, а я коварно усмехнулась.

– Больно грубая кличка для такого хорошенького песика.

– Тогда назовите Прекрасный Джон!

Я прыснула, а волк начал рычать чуть громче.

– Или можете назвать его Беспощадный Лохматик!

Испугавшись, что после такого мальчишку точно могут сожрать, я поспешно закивала и заверила, что такая кличка нам подходит.

Пацан победно улыбнулся и не без доли сожаления оторвался от манящей шкуры. Волк тут же рысцой подбежал к моим ногам и прятался за ними ровно до того момента, пока «опасность» не скрылась за углом.

– Трус, – резюмировала я, наблюдая за животным.

Мне казалось, что волк не рискнет идти в трактир, но тот горделиво прошествовал к двери и вошел вместе со мной внутрь. Я думала, что сейчас меня точно вытурят отсюда. Но стоило мне войти внутрь, как рядом материализовался, по всей видимости, хозяин трактира.

– Девушка, вы знаете правила заведения, с животными к нам нельзя…

– Э-э, да, простите, но дело в том, что…

– … но ради вас я сделал исключение, – закончил свою фразу хозяин. Я удивленно моргнула. – Только, пожалуйста, пройдите в свою комнату как можно быстрее! И под вашу ответственность!

– Конечно, – ошарашено кивнула. – А в какую комнату мне надо идти?

– Тридцать восемь, ключ уже у вашего… товарища.

– Спасибо.

Неспешно поднялась на третий этаж и добрела до нужной двери. Подергала за ручку и с удовлетворением отметила, что не закрыто.

Гервик уже лежал на кровати, чистый и посвежевший. Правда плащ так и не сменил. Видимо, не на что.

– Привет, – поздоровалась я.

– Привет, – со мной радостно поздоровались в ответ.

– Что за трактир ты выбрал? Меня с порога с животным впустили.

– А, – отмахнулся Гервик, – это я договорился. Нам исключение сделали.

– Просто так?! – опешила я.

– Нет, я приплатил немного.

– А деньги у тебя откуда? – удивилась ещё больше.

– Ну, – смутился парень. – Подработка неожиданно нашлась, я и взялся. Разве плохо? Зато теперь тебя с твоим волком не разлучат!

– Да уж, – пространно отозвалась я, поворачиваясь к животному.

Волк скромностью не страдал и тут же выбрал себе место, на котором можно было спокойно поспать. Свернувшись калачиком, он лежал в углу. Ей-богу, такой умиротворенной морды я еще ни у кого не встречала!

– Ему бы еще теплый плед, кружку горячего чая и возможность исполнения одного желания, – умиленно сказал Гервик.

– И ты туда же, – скривилась я. – Вам что, без желаний не живётся?

– А что в этом плохого? – недоуменно уставился на меня парень.

– Да это же всё обман! Мы вон мимо площади сейчас проходили, так мне какой-то идиот пытался впихнуть цветок, исполняющий желания. А нет, даже не впихнуть! На поиски записаться!

– На поиски? – опешил Гервки и вдруг резко сел. – К тебе мужик подошел или женщина?

– Что? – Растерялась я от такой реакции.

– Мужик или женщина зазывал?

– Э-э-э… мужик.

– А цветок как назывался? – с горящими глазами допытывался Гервик. Я испугано отошла в сторонку.

– Не помню… зонтик какой-то.

– Зопник? – поперхнулся от волнения парень.

– Да… вроде.

– Ты же ведь согласилась?!

– Ты что, издеваешься? Я на такое больше не ведусь.

– Не согласилась?! – Гервик разочарованно откинулся на спинку кровати. – Ай! Такой шанс! Ты даже не представляешь, что упустила!

– Что там упускать-то? Цветок?

– Это волшебный цветок. Раз в год маги собираются в одном городе и проводят квест-игру. Тот, кто первым найдет зачарованный цветок, получает возможность загадать желание!

– Настоящее? – опешила я.

– Конечно!

– И оно сбудется?

– Конечно!

– Прости, я не знала. Но, поверь, ты все равно ничего не потерял. Вряд ли оно бы действительно сбылось.

– Так его маги зачаровывают!

– Слушай, – снисходительно принялась объяснять, – желания просто так не исполняются, понимаешь? Хоть сами демоны их зачаровывать будут. У всего есть своя цена.

– Да это тоже не просто так! – никак не хотел принимать мою точку зрения Гервик. – За это плата отдельная вносится. Такой шанс нельзя упускать!

Еще и деньги берут? Вот гады!

– Просто поверь, – вздохнула я, – даже деньги не стоят твоего желания. Вернее, это всё не стоит тех последствий, что за этим последуют.

Гервик как-то странно на меня посмотрел, словно пытаясь понять, почему меня вдруг резко потянуло на философские мысли.

– А душ тут можно принять? – Я решила сменить тему, испугавшись, что парень хочет прочитать мои мысли при помощи магии.

– Ага, надо ванну заказать у служанок.

– Я так понимаю, за определенную плату? – мрачно уточнила.

– А как же еще?

Тяжело вздохнула. Всё решают деньги. Хотя нет, не всё. Моё желание деньги, увы, отменить не могут.

Ванну пришлось дожидаться очень долго. То ли это везде такие наглые и одновременно ленивые служанки, то ли это мне так везёт. В общем, пока в нашу комнату принесли воду, пока разобрались, что она не нагрета, пока нагрели, пока попытались снова принести её в наш номер, пока принесли не в тот, пока я выпрашивала у служанок полотенце и халат, пока выслушивала лестные эпитеты, какая я неблагодарная, пока выпроводила этих тупых служанок, ждущих поощрения в виде денег… короче говоря, к тому моменту, как весь этот ужас кончился, наступил вечер.

А я только-только приняла нормальную ванну. Понежилась в тепленькой водичке, подумала о своей тяжелой судьбе, мысленно поговорила с родителями, представила, как отреагирует мама, когда узнает, что случилось. На этот раз она уж точно не поскупится на крик. В том, что мне влетит по самую печенку, сомневаться не стоило.

Когда я выбралась из ванной, за окном уже была ночь. Гервик спокойно дрых на одной из двух кроватей. Я на цыпочках прокралась к выходу, и, завернутая в халат, пошла вниз.

Мне хотелось есть. Очень сильно.

В столовой, не смотря на позднее время, было очень оживленно. Хотя явно как раз из-за позднего времени народ и привалил. Я подошла к стойке и принялась разглядывать меню. Не знаю, что со мной случилось, но когда на глаза попались названия вроде «овсяная каша», «рис», «котлета», в голове сразу стали появляться какие-то гадкие картинки, отчего есть резко перехотелось.

Из-за странной реакции моего желудка на предложенные блюда, пришлось с горестным вздохом взять булочку и чай. Когда заказ принесли, в поле моего зрения неожиданно попала банка с огурцами.

– Ой, а что это у вас? – удивленно воскликнула я.

Проследив за моим тычущим пальцем, служанка ответила:

– Соленые огурцы.

– А они продаются?

Меня наградили настороженным взглядом.

– Да, но только их никто не покупает.

– Я покупаю!

В комнату я вернулась с булочкой, чаем и банкой соленых огурцов. Переклинило меня по страшному, но соленых огурцов хотелось очень-очень.

Помимо храпящего Гервика в комнате меня встретил волк. Он проводил мою плюхнувшуюся в кресло фигурку равнодушным взглядом… и вдруг заметил в моих руках еду. И если раньше животное больше напоминало ковер, который должен был выполнять в комнате декоративную функцию, то теперь зашевелился, заворчал, и с невероятно жалостливым взглядом подошел к моим ногам. Сел напротив.

Первое время я еще как-то умудрялась не обращать внимания на щенячий взгляд, которым этот садюга провожал каждый кусочек, что я запихивала в рот. Но с каждым разом все чаще и чаще смотрела на волка. И, что самое страшное, мне всё больше становилось его жаль.

«Даня! Он просто попрошайничает!», – одернула я себя.

Но тут волк облизнулся и из просто щенячьего, его взгляд стал воплощением мировой скорби, как будто бедное животное несколько лет морили голодом, а я – тварь неблагодарная, пожмотилась оторвать ему маленький кусочек от своей королевской булки.

Мы побуравили друг друга странными взглядами (его говорил: «ну дай хоть кусочек, жадина!», мой: «хватит так на меня смотреть, шантажист! Может и правда дать кусочек??»), и, в конце концов, я сдалась.

– А, черт с тобой!

Оторвала кусок булки и кинула ему прямо в пасть. Волк среагировал моментально. Клацнули зубы, затем послышалось «чмав-чмав-чмав», после которого весь пол был усыпан гадкой слюной вперемешку с выпавшими из пасти крошками.

– А поаккуратнее ты есть не можешь?! – злобно, но тихо, чтобы Гервика не разбудить, зашипела я.

Волк, не обращая на меня никакого внимания, облизал на полу то место, на котором частей кусочков булки было больше всего, и снова поднял на меня щенячьи глазки.

– Издеваешься?! – возмутилась я.

Но намеренья животного были вполне серьезными. Не знаю, что это за гипноз, но через пять минут я скормила ему всю свою булку.

Чувствуя внутри необычайный прилив нежности, погладила волка по голове. В ответ на это действие его лоб уперся мне в коленки.

– Голодный, наверное, да? А я, дура, даже не подумала тебе что-нибудь взять.

Животное сделало шаг назад и посмотрело на меня ТАК…

– Я правда не знаю, чем тебя кормить! – горестно вздохнула в ответ на пропаганду «покорми меня любой ценой».

И тут мне на глаза попалась банка огурцов.

С трудом ее открыв, достала оттуда парочку огурчиков и попробовала их на вкус. Неплохо, даже очень-очень неплохо!

Волк продолжал прожигать меня жалостливым взглядом оголодавшего скелета.

– Что, огурцов хочешь? – опешила я. Посмотрела в эти налившиеся слезами глаза и чуть не выпала из кресла. – Серьезно?! Волк и огурцы?!

Но животное, похоже, не знало, что эти вещи не сочетаются даже в фантазиях сумасшедших магов. Наоборот, волк жадно облизнулся и подошел ко мне вплотную, видимо резко забыв о недавних пытках.

– Ну ладно, на.

Я дала ему огурец.

Есть с закрытым ртом волка не учили, поэтому примерно половина огурца все-таки оказалась на полу, как всегда вперемешку со слюной. Стоило животному расправиться со всеми остатками, как его щенячий взгляд потребовал добавки.

– Во даёшь, – удивленно выдавила я.

Так мы вдвоем умяли всю банку огурцов и с набитыми желудками улеглись спать.

А на утро меня разбудил громкий вопль и жуткая тряска.

– Даня, Даня, проснись! Это важно, вставай!

Я испугано села и завертела головой по сторонам. Сердце колотилось, как бешеное, дыхание перехватило. За эту долю секунды я успела представить все возможное, что могло быть связанно с нападением демонов. Но передо мной стоял только Гервик. Никаких демонов

– Что случилось?!

Парень посмотрел на мою испуганную визиономию и резко стушевался.

– П-прости… прости что разбудил….

После этих слов я просто не могла не прожечь Гервика испепеляющим взглядом от макушки до пят.

– Герви, ты уже разбудил! Что случилось? На нас кто-то напал?

Парень рассеяно похлопал глазами.

– Нет. А должен был?

Я медленно втянула ртом воздух.

– Так, ладно. Забыли. Говори, зачем ты разбудил меня в такую рань? – Глянула на настенные часы и исправилась: – В такую почти рань.

– Слушай, помнишь, я тебе про исполнение желания говорил?

– Опять двадцать пять?!

– Нет, послушай! Раньше были правила, что если зазывала один раз пригласит присоединиться к поискам, то после отказа этого сделать уже нельзя будет! Но я тут погулял и узнал, что правила изменились, и теперь ты не только можешь вернуться, но и одного человека с собой взять.

– Гервик, сколько раз мне ещё повторять: твоё желание не сбудется!

– Слушай, ну окажи услугу, а? Как друга… э-э… как доброго знакомого прошу.

– Я не хочу связываться ни с какими желаниями, – хмуро буркнула я, взглядом пытаясь найти конец одеяла и поскорее укрыться от этого жестокого мира.

– Так и не свяжешься. Просто… у тебя приглашение есть, а значит, ты можешь участвовать. Пожалуйста! Мы найдем цветок, я загадаю желание, а ты вообще никаким боком к этому не будешь причастна!

Я посмотрела в эти умоляющие глаза и настороженно покосилась на мирно спящего волка. Нет, определенно кто-то у кого-то брал уроки по выманиванию моей доброты!

– Ладно, – спустя некоторое время всё же согласилась я. – Только быстро!

– Ты даже моргнуть не успеешь, как всё закончится! – обрадовался Гервик.

Моргнуть я успела. Раз где-то тысячу. Хотя, чего это так скупо? Миллион раз я моргнула за это время!

Во-первых, мы почему-то очень долго собирались. Ну, говоря «мы», я всё же подразумеваю себя. Выяснилось, что служанки взяли и постирали мою одежду, которая за ночь до конца не просохла. Но выбора у меня, – как и запасной одежды, – не было. Пришлось ждать.

Во-вторых, оказалось, что Гервик взял нам комнату только на ночь. Мы, конечно, пообещали, что как вернёмся, сразу продлим и оплатим своё пребывание, но вещи я всё же забрала. На всякий случай. Заодно и волка выгнала на улицу, отвела к чёрному ходу и приказала ждать нас там.

В-третьих, мы опаздывали. То есть это Гервик так думал (мне было хотелось только спать). Но выяснилось, что если бы мы задержались еще часа на два, то всё равно пришли бы вовремя. Потому что зазывалу окружила огромная, жуткая очередь.

За всё то время, что мы в ней простояли, я реально могла бы выспаться в своей тёпленькой кроватке!

– И что им всем надо?! – возмущалась я. – Неужели они не понимают, что это всё обман?! Надуют, как глупых куриц, а они тут стоят! Заняться что ли больше нечем?!

Гервик мученически терпел все мои завывания.

А вот люди позади терпеть такое долго не смогли.

– Девушка, – одернул меня какой-то взрослый мужчина с довольно упитанным животиком, – раз вы так беситесь, что вы тут вообще делаете?

– А вот у него спросите! – Я злобно ткнула пальцем в стушевавшегося Гервика.

– Раз пришли, значит, стойте и молчите. Вы мешаете остальным.

– Чем?

– Не портите настроение! Вы хоть понимаете, что за событие сейчас происходит?

– Ага, вас всех обманывают, – «сочувствующе» просветила я.

– Нет, что за поколение пошло! – повернулась к нам какая-то бабулька спереди. – Как так можно! Про Великие Силы говорить с таким пренебрежением! А сама-то, небось, по подворотням шляешься, алкоголь хлебаешь, и дети у тебя такими же выйдут! И муженек твой, сразу видно – алкоголик!

Мы с Гервиком затравленно (и немного оскорблено) переглянулись и единодушно решили пропустить упитанного мужика с большим животиком вперед. Нет, если против мамы я еще хоть какие-то аргументы могла противопоставить (да хотя бы дверью хлопнуть!), то в споре с бабушками проще признать, что ты грешная и падшая женщина, чем доказать обратное.

За широкой спиной мужчины было намного спокойнее, мне даже злиться перехотелось.

Очередь двигалась очень медленно. Когда, наконец, подошёл наш черёд, мне казалось, что мои ноги превратились в деревянные палки, а при любом движении коленная чашечка грозилась рассыпаться на мелкие части – так она хрустела.

– О, ты все-таки передумала? – ухмыльнулся странный мужчина.

Наверное, он и был зазывалой. Если честно, в той толпе мне так и не удалось его толком разглядеть. Но теперь выпал шанс эту оплошность исправить с лихвой. Мужчина был маленького роста (примерно с меня, я ведь тоже коротышка), толстенький и забавный. Зачем-то он весь увесил себя всякими золотыми цепочками, браслетами и кольцами. Может, солидности хотел себе придать. Смотрелось это скорее смешно, но никак не солидно.

– Да, знакомый уговорил.

– Хороший знакомый! – ухмыльнулся мужик и явил нам золотой зуб. – Значит так, ребятки, поиск цветка начнется как только прозвучит первый удар колокола. Вот ваша карта. Красным обведена граница, за неё можете не заходить, там цветка точно нет.

– Ага, спасибо, – сухо отозвалась я, взяла карту и уже собралась уходить.

– Эу, ребятки, вы куда? – удивился зазывала, и на мой непонимающий взгляд красноречиво потер пальцами друг о дружку.

Я так и не поняла, что это значит, но зато понял Гервик. Парень вскрикнул что-то вроде «а, точно!» и протянул мужчине горстку монет.

– Вот теперь свободны, – мужчина легко взмахнул рукой в ответ, как бы повелевая нам убираться с глаз долой.

– За это ещё и деньги? – прошипела я, когда мы отошли достаточно далеко.

– Ну-у… правила такие.

– Нет, вот ведь наглость, а? Темница по этим мошенникам плачет!

– Да почему ты так рьяно настроена против исполнения желания? – никак не мог понять Гервик. – Это же так здорово! Раз и всё!

– Раз и всё?! Да ты хоть знаешь, что за это «раз и всё!» потребовать могут?

– Деньги? – рискнул предположить парень.

– Королевство не хочешь?

– А при чём тут королевство? – Гервик насторожено покосился на меня.

– Кое-какую историю недавно услышала, – буркнула я. – Одна принцесса купилась на возможность исполнения желания и заключила сделку с демоном. Ей казалось, что всё это будет легко и быстро, но оказалось, что после этого демон чуть не уничтожил всё её Королевство.

– Все знают, что с демонами нельзя иметь дела. – Голос у парня стал сухим. На секунду показалось, что в нем проскользнула нотка обвинения. – Эти твари всегда найдут, как обмануть. А магический цветок специально зачаровывают, и цена за эту магию – всего лишь деньги, которые потом пойдут в казну. Так что в этом желании нет никакого подвоха.

Я хотела сказать, что подвох есть всегда, но вовремя поняла, что это только обидит парня. Поэтому попыталась лихорадочно придумать, как сменить тему.

– А куда мы идем? – это было первое, что пришло в голову.

– Эм… – парень задумался. Озадаченно покрутил головой, затем попытался проделать то же самое и с картой, но даже невооруженным взглядом было видно, что он в этом деле новичок.

Я сжалилась над беднягой, взяла у него бумажку и сама посмотрела маршрут.

– Ой, нам на склон подниматься. Это, похоже, вообще за городом.

– Ну, это логично, – пожал плечами Гервик. – Не по городу же бегать.

– Да что ж такое, – тихо простонала я в ответ. – Лучше бы по городу! Ты представляешь, что в лесу сейчас творится?! В такую погоду там всё развезло… слякоть, грязь, лужи… – и, невесть к чему, хмуро добавила: – и волки!

– Зато желание можно загадать! – не желал поддаваться моему пессимизму Гервик.

– Оно того не стоит, – тихо-тихо буркнула я так, что парень меня не расслышал.

Мы уже почти ушли за город. Мощёной дороги тут не было, зато был довольно хорошо утоптанный песчаный тракт. Главных ворот, предупреждавших нас об уходе из города, тоже не было. Границей выступала полоска леса, начинающаяся довольно неожиданно. Двухэтажные дома кончились резко, словно у кого-то краска на кисточке кончилась. За домами пролегала небольшая полянка, на которой раньше наверняка были красивые цветы, ну а теперь лишь высохшая трава. По логике вещей, за всем этим должен был начинаться лес, но вместо него нас встретила маленькая речушка. Совсем неглубокая, грязная, уже покрытая тиной и понемногу превращающаяся в болото. Кроме уток в этой реке давно никто не купался. Над рекой был мост, за которым раскинулся родник.

И только потом начинался лес.

Родник был выложен из темного гранитного камня и находился прямо у подножия склона. Мы с Гервиком посмотрели на это чудо природы, пытаясь прикинуть, как лучше (и безопаснее!) всего забраться наверх.

Неожиданно вдалеке бухнуло.

– Это что, началось уже?! – опешила я.

А потом парень вдруг резко дернулся и в одно мгновение взобрался на склон по гранитному камню.

– Ну давай скорее!!! – взревел он на меня. – Сейчас цветок кто-нибудь найдет!!!

– Может для начала хоть поможешь?! – обиделась я.

Парень наклонился, опираясь коленками в гранитную стену, подал мне руку и помог залезть наверх. После этого мы вместе поползли дальше, хватаясь за облезлые кустики и выпирающие корни деревьев.

Зря служанки постирали мою одежду. Она все равно превратилась в нечто грязное и скукожившееся. Руки тоже все извазюкались в осенней жиже. Но больше всего мне было обидно за ботинки. Ну как так можно?! Такие хорошие и каждый раз такое издевательство терпят!

С каждым новым шагом, а также сопутствующим ему слабым стоном, я всё больше ненавидела Гервика, его желание найти дурацкий цветок…да и вообще всё в этом мире возненавидела!

Неожиданно земля, в любую секунду норовящая уехать из-под ног, кончилась. Поверхность, на которую опирались мои ботинки, вдруг стала твердой. Я подняла взгляд и с радостью поняла, что склон кончился. Его место сменил обычный лес. И стоило ради этого лезть так высоко?!

– Ну и, где цветок? – устало спросила я, отдышавшись после такого подъема.

– Не знаю, надо искать, – напомнил мне парень.

Мы всё же дождались, пока у нас обоих нормализуется дыхание.

Когда мышцы ног перестали пульсировать от перенапряжения, пришлось продолжить путь.

Понятия не имею, куда надо было идти. Путь прокладывал Гервик, я лишь следила, чтобы мы не вышли за границу размеченного участка.

Моя одежда и так была не до конца высохшей, а тут и вовсе промокла от грязи. Осенний ветер тепла не приносил, и, в конце концов, меня пробила мекая дрожь. Гервика, видимо, тоже. Если у меня хоть свитер был, то у парня только ночная сорочка и легкий бежевый плащ, больше напоминающий половую тряпку. Я уже хотела в очередной раз предложить повернуть обратно, но не успела.

– Эй, – неожиданно Гервик толкнул меня в плечо, – смотри, твой волк за нами идет.

– Где?! – опешила я и резко повернулась.

И правда, увязался за нами. Поймав мой взгляд, животное остановилось и уставилось на нас, как на палачей, ожидая приговора.

– Только тебя тут не хватало, – устало вздохнула я, обхватывая себя руками под очередным порывом леденящего ветра. – Я же сказала тебе оставаться в городе!

Волк вильнул ухом. Не знаю, что это значило, да и выяснять не собиралась.

– Ты не против, если он пойдет с нами? – вежливо осведомилась у Гервика, понимая, что от нашего спутника все равно избавиться не получится.

Парень опасливо покосился на животное и, явно пересилив себя, пожал плечами.

– Нет, не против. Но ты сама-то его не боишься?

– Нет. Пусть идет. Мне все равно, только бы домой поскорее вернуться.

Под домом я имела в виду совсем не трактир.

Развернулась и побрела дальше. Как-то неожиданно мы с Гервиком поменялись местами – теперь дорогу выбирала я. Помня обо всех неудачах, порезах, падениях и травмах моей любимой игры «поймал-пропал», я старалась идти как можно осторожнее. Опыт пригодился. Шли мы в тишине, так что потоку моих мыслей никто не мешал. Дерево с удивительными двумя стволами, переплетающимися между собой, я запомнила сразу. И, увидев его в третий раз, чуть не взвыла от досады.

– Да мы кругами ходим!

– Как кругами? – опешил Гервик и выхватил у меня карту, словно это могло чем-то помочь.

– Не в карте дело, – устало пояснила я. – Это дерево мы уже третий раз проходим.

– Да? Разве? Я его первый раз вижу!

– Герви, поверь, мы прошли мимо него уже три раза.

– Но как так? А что ж нам теперь делать? Цветок в любую минуту может кто-то найти!

Гервик выглядел таким по-детски раздосадованным, что я чуть не рассмеялась.

– Попробуй какой-нибудь поисковой магией воспользоваться.

– Не могу, – печально вздохнул парень. – На этой огороженной территории стоит охранное заклятие, которое любую магию глушит, иначе бы цветок все уже давно нашли!

– Ну, тогда можем разделиться, – развела руками я. – Или давай дальше кругами ходить.

– Можно же другой дорогой пойти!

– Можно. Пошли.

– А если мы снова круг сделаем? – озадачился парень.

– Вот и я о том.

– Слушай, если мы разделимся, и я потеряюсь, обещай, что найдешь меня! – уныло попросил Герви.

– Потеряешься? Да тут же до склона рукой подать, – добродушно улыбнулась я, наблюдая за тщетными попытками парня скрыть свой страх.

– Ну-у… поверь, я потеряюсь. В общем, просто пообещай, что не бросишь тут умирать, ладно?

– Ладно, – усмехнулась я, – обещаю.

– Отлично. Если разделимся, так действительно быстрее будет. Давай я направо пойду.

– Мальчики налево, – каверзно усмехнулась я и принципиально пошла направо.

Но Гервик шутки не оценил. Просто плечами пожал и пошел в указанном направлении. Минуты через две он совсем скрылся из виду.

И всё должно было стихнуть вокруг. Но кое-что осталось неизменным – хруст веток позади меня. Я остановилась, обернулась и посмотрела в довольно большие и такие «настоящие» глаза. Не может он быть волком, вот просто не может. Слишком уж живой у него взгляд, осознанный, и такой пронизывающий.

Я стояла и смотрела на волка.

Только сейчас заметила, что что-то с его глазами не так. Слишком уж они влажные, словно в них застыли давно поселившиеся там слезы. Если бы сейчас из-за пасмурного неба показалось солнышко, я уверена, эти по-настоящему человеческие глаза заблестели бы.

Тишину нарушил ветер. Неожиданно зашелестела промозглая листва, зашевелились обглоданные ветки деревьев. Это странное оживление природы вокруг словно вырвало меня из пучины собственных мыслей. Я огляделась.

Осенний лес как-то не располагал к таким пространным мыслям. Волк и волк. Ну, подумаешь, как будто и впрямь слезы, так может глаза у него слезятся? Да, Даня, умеешь же ты фантазировать.

Я устало вздохнула, отводя взгляд от замершего животного. Развернулась, собираясь продолжить путь, но неожиданно сквозь лосины почувствовала что-то мокрое и неприятное.

Обернулась. После того, как волк своим мокрым носом привлек мое внимание, то тут же стал лбом толкать куда-то в сторону.

– Опять началось?! – возмутилась я.

Но животному было все равно. Он пихал меня куда-то вперед, причем с такой силой, что мне ничего не оставалось, как просто поддаться его напору. Мы успели сделать шагов двадцать. А потом земля пропала у меня из-под ног. В прямом смысле.

Никогда не думала, что умею так верещать.

Это произошло слишком быстро и настолько неожиданно, что я даже сообразить ничего не успела. Сперва у меня что-то перевернулось в животе, потом это что-то подкатило к горлу и вырвалось в писклявый девичий вой. В голове пронеслась отчаянная мысль, что конец настал слишком быстро, а я так и не спасла свое Королевство, не написала завещание и не ушла в монастырь.

А потом спину пронзила резкая боль.

Я на чем-то лежала. На земле, наверное. То, что уже не падала – было очевидно, а на счет всего остального с уверенность сказать не смогла бы. Лежала долго. Сперва мне казалось, что это я так медленно умираю, и жизнь постепенно покидает моё никчемное тело (даже душа меня не вытерпела!). Затем я поняла, что никакая душа меня не покидает, а лежать вот так вот, в раскорячку, очень даже холодно. Убедившись, что ни Небесная Канцелярия, ни Подземное Царство не пожелали (читай: побрезговали) забирать меня к себе, пришлось продолжать свое существование на земле.

Тем более, что в руку мне уткнулся мокрый нос.

– Ах ты гад!!! – завопила я. Вернее, мне очень хотелось завопить, но, к сожалению, голосовые связки такого насилия над собой не выдержали. Я поперхнулась, закашлялась, и слова эти выдавила так, словно проклинала волка на вечные страдания.

Животное отстранилось, село напротив меня и повело сразу двумя ушам в разные стороны. От этого зрелища я поперхнулась и закашлялась уже во второй раз.

Затем все-таки осмотрелась. Мы с ним находились в какой-то яме, высотой примерно в пятнадцать футов. И как отсюда выбираться, я не имела ни малейшего понятия.

– Ну что, допрыгался, толкунчик?! – злобно уставилась на волка.

Тот в ответ лишь слегка наклонил голову вбок.

– Что ты на меня уставился?! Думай теперь, как нам выбираться!

После моих слов по яме разнеслось не громкое, но о-очень утробное рычание.

Я поперхнулась грозной тирадой, которой хотелась поделиться с животным, и в страхе отползла немного назад.

Не знаю, что заставило меня повернуть голову. Честно, не знаю. Даже не помню, зачем я вообще это сделала. Но когда все-таки повернула, то еле удержалась, чтобы не завизжать уже во второй раз.

Нет, в яме не было ни медведей, ни других волков, ни вообще каких-либо хищников. Зато был цветок. Не смогу сказать точно, как именно я догадалась, что это был тот самый цветок, который искал Гервик. То ли потому, что он рос в яме, то ли потому что светился синим цветом.

Я вылупилась на это чудо так, словно передо мной стоял создатель Пророчества. Не знаю, с чем еще сравнить свои ощущения: и удивление, и смятение, и даже страх, а еще какое-то благоговение… неужели Гервик не врал про волшебный цветок?! Но этого не может быть! Так не бывает!

От цветка исходило волшебное, кристально голубое сияние. Маленькие лучики доходили до моей руки и превращали её из просто бледной в нечто мертвое и давно иссохшее. Но я все равно не могла глаз отвести от этого завораживающего света. Наверное, он и в глазах у меня отразился, заставив радужку заблестеть.

Я вскочила на ноги, подошла к краю ямы и начала истошно вопить:

– Гервик!!! Гервик!!! Иди сюда!!! Гервик!!!

На мой вопль должны были сбежаться все участники этой поисковой инициативы, но почему-то никого не было. В общем, конечно, логично. Нашла, где орать. В лесу. Но другого способа докричаться до Гервика у меня не было, а парень нужен был прямо сейчас.

Не знаю, смогла бы я сорвать голос, поори так еще минут пятнадцать, но, хвала Небесам, проверить это я так и не успела. Гервик меня все-таки услышал.

Когда его ошарашенное лицо заглянуло в недра ямы, я чуть не запрыгала от счастья.

– Герви, я цветок нашла!!! – радостно крикнула ошарашенному парню.

– Где?!

– Прямо тут!

– А как ты тут оказалась? – удивленно поднял брови парень.

– Волк меня столкнул.

– И сам с тобой спрыгнул?

– Не знаю, наверное. Да какая разница?! Я цветок нашла! Спускайся и загадывай желание!

Но вместо ожидаемых воплей восторга, парень лишь поджал губы.

– Герви, ты чего? – удивилась я.

– Ничего. Можешь его сорвать?

– А его волшебная сила не исчезнет?

– Нет, всё нормально будет.

Гервик счастливым совсем не выглядел. Наоборот, как будто находка цветка стала для него полным разочарованием.

– Ты точно в порядке? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Угу.

Цветок сорвать было легко, а вот держать его в руках – уже не очень. В том плане, что мне казалось, будто я несу к парню что-то священное, обладающее истинным могуществом. Яркое сияние несколько мешало моему обзору, но от переизбытка эмоций, я перестала обращать на это внимание. Когда подошла к краю ямы, то с чувством выполненного долга протянула цветок парню.

Вот только Гервик руки вниз не опустил.

– Слушай, – виновато начал он, – это нечестно как-то получилось. Твоё же приглашение было, значит, и желание твоё.

– Что?! – опешила я. – Гервик, ты как себя чувствуешь вообще?! Я же сразу сказала, что не верю в эти желания!

– Даня, – вздохнул парень, – я же не дурак. Что я, не понимаю что ли… на той дороге ты не просто так оказалась. Ты ведь из благородных, да?

– Герви, что за чушь ты несешь? Бери цветок и загадывай своё желание, – раздраженно отозвалась я. Ещё немного – и точно бы ножкой притопнула.

– Дань, я так не могу. Неправильно это.

– Всё правильно! Хватит, Гервик, пожалуйста! Возьми этот чертов цветок, и давай уже закроем эту тему!

– Дань, тебе помощь нужна больше чем мне.

– Да пойми ты, мне не поможет цветок!

– А вдруг поможет?

– Нет! Всё, точка. С чего ты вообще взял, что мне нужна помощь?!

– Нет уж, – нахмурился парень. – Я же не скотина какая-то. Вот ты его нашла, значит, желание уже по праву твоё.

– Герви!!! – взревела я. – Зачем ты это делаешь?! Возьми цветок и загадай желание, пожалуйста! Ну что тебе, так трудно, что ли?! Пожалуйста! Не заставляй меня снова с этим связываться… да и вообще, кто из нас тогда скотиной будет, а? Твое желание, вот ты его и загадывай!

Гервик посмотрел на меня совсем уж печальным взглядом, а потом вдруг скрылся из виду.

– Нет!!! – закричала я. На секунду мне показалось, что из-за какого-то глупого цветка у меня сейчас начнётся истерика. На глазах выступили слезы. За что он так со мной? Больше всего на свете я хотела оградить себя от всех этих желаний! Гервик должен был найти этот цветок. Не я, а он. И почему, почему надо было всё испортить?!

И что теперь делать? Как вернуть парня и заставить загадать желание? А может – ну его? Раз он не хочет, значит, оставим цветок для кого-нибудь другого. Да, правильно. Это будет честно – ни ему, ни, тем более, мне.

Я опустила цветок на землю, а сама принялась рассматривать стены ямы, в которую так «удачно» умудрилась свалиться. В принципе, земля достаточно твёрдая и не такая уж рыхлая. Можно попробовать цепляться руками за выпирающие корни деревьев, а ногами упираться в земляную стену. Главное – чтобы ноги не поехали, остальное можно пережить.

Я искренне была уверена, что уж в этом начинании мне никто и ничто не сможет помешать.

Но дождь начался неожиданно.

Я еще даже не успела зацепиться за первый еле-еле живой корень дерева, как заморосило. Казалось, что сейчас всё кончится, и эта сырость пройдёт.

Но нет, погода решила сыграть по своим правилам.

Ливень начался резко и так яростно, словно выливал на нас свою злобу. Всё бы ничего, я в принципе в любую погоду могу спокойно заниматься своими делами. Ворчать, конечно, при этом, но все-таки что-то делать.

Но в этот раз ливень был с грозой.

Как только сверкнула первая молния, у меня сердце ушло в пятки. Громыхнуло где-то через пять с трудом отсчитанных секунд. Близко. Очень близко.

Я закусила губу и грохнулась на колени, прижимаясь к стене.

Наверное, я ничего в этой жизни так не боялась, как грома. Нет, страх за родителей не в счет – это вообще несравнимые вещи. Но чисто на физическом уровне, каждый раз я готова выть от отчаяния и страха, когда начинается гроза. Внутри растет неконтролируемая паника, хочется вскочить на ноги и бежать-бежать-бежать, куда глаза глядят. Лишь бы заглушить этот грохот в ушах.

С каждым новым ударом мне казалось, что бьют по мне. По всему телу – одним взмахом невидимого меча. Я закусила конец грязного рукава своего свитера и тихо закричала, пытаясь как-то избавиться от собственного страха, поглощающего разум с такой силой, что, казалось, еще немного, и я сойду с ума. Мозг взорвется. Сердце выпрыгнет из груди, а ноги в это время встанут и побегут. Паника накрывала с головой. Я держалась из последних сил, лишь бы не поддаться собственному безумству и не начать колотить кулаками по размокшим стенам, в тщетной попытке выбраться.

Нащупала какую-то не то палку, не то щепку с острым концом. Уже готова была порезать себе руку, чтобы хоть при помощи боли отвлечься от страха, который с каждым новым ударом грома подчинял всё больше живых клеток в моем организме. Уже была готова… но в этот момент мне в ладошку упёрлось что-то мокрое и одновременно тёплое. Такое хорошее, доброе, что-то такое из разряда родного… прямо противоположное тому кошмару, что творился вокруг.

Я вцепилась в шкуру волка так, словно только благодаря ему не сходила с ума. И держалась за него, как за последнюю ниточку, что заставляла мой разум хотя бы размышлять, а не биться в истерике.

Внутри всё скрутило. Я уткнулась лбом в волчью шерсть и зарыдала в голос. Это было хоть какой-то выплеск эмоций и того адреналина, что кипел внутри.

Почему-то вдруг мне вспомнились мама, папа, те лакеи, что ссорились в «проходном двору для всяких бездарей»… и я подумала, как хотела бы оказаться сейчас дома и забыть обо всем этом навсегда. И больше никогда, никогда не вспоминать. Пусть бы меня снова ругали, пусть бы снова пытались выдать замуж. Честное слово, я была согласна на всё, лишь бы повернуть время вспять!

Это невозможно было терпеть… так нельзя жить. Нельзя быть такой, как я. Ненормальной. Неправильной. Мне надо было научиться быть хорошей, стать лучше, такой, какой и должна быть принцесса… из-за меня, моих родителей нет рядом. Теперь я не могу обнять маму, не могу пошутить с папой. Теперь у меня нет будущего, есть только одна единственная цель – спасти своё Королевство. А дальше?

Как бы мне хотелось все отмотать назад.

Зареванная и икающая, я оторвала голову от волчьей шкуры. Провела рукой по носу, стирая остатки линяющей шерсти. И посмотрела на цветок.

Не до конца соображая, что именно делаю, слабо прошептала:

– Отмени заклятие демона.

Сияние цветка не изменилось. Все такое же голубое, не потухшее даже под таким ливнем и сверкающей молнией.

– Прошу тебя, отмени заклятие демона… умоляю, отмени… – гнусаво выдавила я, но мои слова заглушил дождь, барабанивший по каждому футу земли.

– Отмени. Отмени. Отмени заклятие…

Наверное, цветок был все-таки не волшебным. Ничего не изменилось. Голубые лучи остались таким же голубыми и невозмутимыми, будто не чувствовали острые капли и не слышали грома, который убивал во мне остатки разума. И это стало последней каплей. Я уткнулась носом в волчью шерсть и зарыдала еще жалостливее, чем раньше.

Но в этот момент что-то изменилось.

Шерсть под моими руками вздыбилась и начала шевелиться. Я недоуменно подняла голову и чуть не закричала. Или нет, кажется, все-таки закричала. С волком происходило что-то ненормальное.

Он тихонечко завыл. Сперва его пробила дрожь, а потом и вовсе начало контузить. Животное изогнулось, издало уже настоящий утробный вой, который не мог заглушить даже тарабанивший дождь, и вновь вернулось на землю в лежачее положение.

В ужасе я вскочила на ноги, совершенно не зная, что делать.

Всё, что успела – это отпрыгнуть в сторону, когда волк шарахнулся прямо на меня. Послышался странный треск, который едва не заставил меня грохнуться на колени и вытошнить всё, что могло быть в моём желудке.

Волк поднял голову, посмотрел на меня с таким отчаянием, что у меня внутри всё перевернулось. На этот раз я была уверена – глаза у него действительно человеческие. И по мокрой шерсти текли вовсе не капли. Это были слезы.

Долю секунды. Какую-то долю секунды он смотрел на меня с немой мольбой прекратить эту боль.

А затем ему начало ломать кости.

Глава 7.

Я зажала рот руками. Очень хотелось зажмуриться, отвернуться и закрыть себе уши, чтобы не слышать и не видеть этих выворачивающихся наружу костей.

Волк взвыл. Не знаю, каким чудом я не последовала его примеру. Я даже не знаю, как умудрилась до сих пор стоять на ногах. Это были самые страшные минуты в моей жизни. Одно дело испытывать неконтролируемую панику, и совсем другое – наблюдать за мучениями другого, но бояться сделать хоть один шаг, чтобы помочь… потому что страшно.

В немом ужасе я уставилась на существо, в которое медленно обращался волк. Мне было видно, как его задняя лапа вытягивается, ломая привычную установку кости, расширяется; вместо когтей на ней вырастают человеческие пальцы, а из них – ногти, вырываясь из-под кожи так стремительно, что новообращенный просто не мог не выть от боли.

Я не выдержала. Просто не смогла. Отвернулась, закусив губу. Моя собственная паника отступала, но её место до краев заполнял ужас. Нет, в моей голове не было ни единого осознания того, что сейчас происходит, и главное – как так могло случиться. Я просто стояла, вперив взгляд в землю, понимая, что ничем не могу помочь. Должна как-то… хоть что-то сделать. Но не могу.

Не знаю, сколько времени это продолжалось. Я чувствовала себя последней тварью. Мне очень хотелось подойти и хоть что-нибудь сделать, как-то помочь, облегчить эту боль, но я стояла и пыталась не взвыть вслед за волком. У меня онемели кончики пальцев, ноги налились свинцом и приросли к земле. Я уже не ощущала острых капель, струйками сбегавших по лицу, и полностью промочивших одежду. Казалось, время замерло и все никак не хотело чуть ускорить свой темп, чтобы облегчить чужие страдания…

А потом крик стих.

Я посмотрела на обнаженное тело, пластом лежавшее на земле. Но с места сдвинуться так и не смогла. Этот человек мертв? Или еще жив? Надо посмотреть. Надо, Даня! Давай!

Но я не успела сделать и шага, как прямо передо мной брякнулось еще одно тело. Теперь уже живое – это точно. И я не выдержала. Заверещала. Причем заверещала так, что будь тут хоть один стеклянный предмет, осколки разлетелись бы во все стороны.

Гервик тихонечко выругался и с трудом поднялся на ноги.

– Ты чего так орешь?! – грозно спросил у меня парень.

Но тут он наткнулся на мой безумный взгляд и повернулся в ту сторону, куда тот был направлен.

Мы с парнем одновременно впали в ступор, совершенно не понимая, что надо делать.

– Это кто?!

– Волк, – сипло выдавила я.

– Что ты с ним сделала?! – Успел спросить Гервик, прежде чем лежащий на земле человек задрожал всем телом.

У меня что-то в мозгу щелкнуло, словно кто-то невидимый отвесил мне приличный подзатыльник.

– Скорее, надо его согреть! – крикнула я, а сама уже падала на колени рядом с новообращённым парнем.

– Ты думаешь, он замёрз? – выдавил Гервик.

– Не думаю, я знаю, – прошипела сквозь зубы.

У парня была невероятно бледная кожа, обтянувшая тонкие руки так, словно была им мала, и вот-вот могла порваться. Мне было ужасно страшно её касаться, но еще страшнее было думать, что я могла что-то сделать и не сделала.

Дрожащими руками растирать чужую кожу, тем более такую тонкую, было невозможно. На помощь пришел Гервик. Он снял свое пальто-халат, и мы вместе принялись согревать еле живого парня… и все-таки ещё живого.

– Зачем мы это делаем? – шепотом спросил Гервик, видимо боясь разозлить и без того нервную меня.

– У животных температура тела выше, чем у людей, – нервно сказала я, пытаясь работать руками как можно сильнее, чтобы разогнать кровь по венам, – и сейчас она резко упала на 3-4 градуса… его как будто в прорубь окунули после бани, – закончила тихим голосом, стараясь не поднимать взгляда.

К моему удовлетворению, после этих слов Гервик тоже заработал руками в два раза сильнее.

Неожиданно лежащий на земле парень распахнул глаза.

Мы с Гервиком замерли, боясь даже вздохнуть.

Новообращённый непонимающе уставился на нас, видимо пытаясь осознать, что вообще происходит. Потом вдруг в ужасе округлил глаза и посмотрел на Гервика так, словно увидел в нем Дьявола. Спустя несколько секунд перевел такой же взгляд на меня. Парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог издать ни звука. Дрожащей рукой он дотронулся до собственных губ, а потом неверяще уставился на пальцы.

Он смотрел на них так долго, что мне стало страшно.

Дождь постепенно сбавлял свою силу, гром гремел где-то вдалеке.

Между всеми нами, находившимися в размокшей от дождя яме, повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь звуком разбиваемых о землю водных капель. Мы промокли до последней нитки, но в этот момент всем было глубоко плевать.

Перед нами происходило что-то невероятное, необъяснимое. И от этого бросало в дрожь – и меня, и Гервика.

Теперь я, наконец, поняла, что случилось.

Он был человеком. Вот почему у него был такой осознанный взгляд, пронизывающий до глубины души. Вот почему он всегда смотрел на меня с таким пониманием и мольбой.

Парень лежал на земле и разглядывал свои пальцы. Он медленно, очень медленно, согнул и разогнул их, словно так и не смог поверить, что они его. Чуть повернул костлявую руку, зачем-то посмотрел на свой локоть. И тут из его горла вырвалось что-то нечеловеческое. Это был ни рык, ни стон… этот звук так резанул уши, что меня передернуло. Парень хотел что-то сказать, но не мог. У него не получалось. Мне казалось, что кто-то проводит когтями по фарфору. Хотелось закричать: «Пожалуйста, хватит!», но я не посмела. У меня не было на это никакого права. И мы вместе с Гервиком слушали, как парень пытался вспомнить человеческую речь.

А потом я вдруг поняла, что он пытался нам сказать. Он не просил о помощи, не спрашивал, где он и кто он. Он просто не мог поверить.

Парень тихо шептал: «я человек?».

Мне очень хотелось сказать ему: «да, ты в безопасности. Мы не тронем тебя». Ведь ему нужна была помощь, утешающие слова, хоть какая-то поддержка. И я уже почти начала говорить, но неожиданно парень дернулся так, словно ему к коже приложили раскаленный металл.

Мы с Гервиком синхронно отскочили в сторону.

Парень резко прижался к стене и задрожал всем телом. Он дотронулся сперва до рук, затем провел пальцами по голове, ощущая под ними свои волосы. Потом пощупал колени, провел руками вдоль икр.

Он действительно не верил.

Тонкие струйки всё еще не кончившегося дождя медленно стекали по обнаженному и костлявому телу, заставляя и без того дрожащего парня, дрожать ещё сильнее.

Глубоко вдохнув, я выхватила плащ из рук застывшего Гервика, и подошла к парню. Очень медленно и осторожно присела рядом с ним. Я не спешила что-то делать, понимая, что должна дать ему время одуматься.

Парень посмотрел на меня так, словно глядел в бездонную пустоту. Кажется, он даже не понимал, кто я, и что тут делаю. А может, он и вовсе меня не видел – слишком уж отстраненный взгляд у него был. Я осторожно прикоснулась к холодному плечу, чуть приложила сил, чтобы заставить парня оторваться от стены, и не менее осторожно, и даже, наверное, заботливо, укутала его в плащ.

И хотя в этот момент по нам бил проливной дождь, стирая всю грязь с наших тел, заставляя тяжелеть одежду, пропитывая влагой каждый дюйм окружающего пространства, я предельно ясно могла различить капли воды и капли слёз.

У парня по щекам текли именно слёзы. И он даже не пытался этого скрыть. Он не всхлипывал, не шмыгал носом, не заикался. На его щеках просто виднелись прозрачные дорожки, которые всего лишь бежали намного быстрее других.

Чувствуя, как сердце сжимается от боли и жалости, я осторожно дотронулась сперва до плеча парня. Затем, не видя сопротивления, уже обняла полностью и, можно сказать, заставила чуть облокотиться на меня.

Для него это был один из тех моментов, когда не знаешь, что делать. Когда внутри смешиваются настолько противоречивые чувства, что просто не понимаешь, что ты сейчас чувствуешь. В такие моменты хочется, чтобы кто-нибудь был рядом. Хочется почувствовать поддержку, хоть какую-нибудь. Любую. Хочется знать, что ты не один. Что бы ни случилось, ты сможешь с этим справиться, но тебе нужно просто хоть одно успокаивающее слово.

Я это понимала, как никто другой.

Буквально всем своим нутром ощущала ту же боль, что и парень. Он не верит. Не осознает. Вернее, уже где-то на границе сознания начинает понимать, что происходит. Но ему так не хочется пускать эту здравую мысль в свой отключившийся от пережитого шока мозг.

Я понимала, насколько сильно он нуждается в поддержке, словно сидела сейчас на его месте. Слишком уж часто мне приходилось переживать это состояние. И каждый раз рядом со мной никого не было, чтобы сказать такую банальную, но все-таки нужную фразу: «всё будет хорошо».

Этот парень не должен был этого чувствовать. Тем более, в такой ситуации.

Я осторожно наклонилась к нему поближе и тихо прошептала:

– Всё хорошо. Всё будет хорошо. Всё уже закончилось, не бойся, всё позади.

Я не знала, что с ним случилось, не знала его истории. Но это было уже неважно. Теперь передо мной были лишь его боль и смятение, часть которых я могла перекинуть на себя. И разве что-то ещё могло иметь значение?

– Тише… всё хорошо. Всё будет хорошо.

Я понимала, что это звучит банально. Но иногда именно банальность помогает жить дальше.

Парень, кажется, начал приходить в себя.

Он недоуменно откинул голову, отстраняясь. Посмотрел на меня уже с полным пониманием в глазах. Теперь я могла с уверенностью сказать, что он меня не только видит, но и узнает.

Вот только что ответить на такой взгляд, я не имела ни малейшего понятия, и поэтому выдавила, заикаясь:

– Ты в порядке?

Хотя как можно быть в порядке в такой ситуации?

Парень недоуменно сдвинул брови, словно пытаясь вспомнить, что нужно говорить в таких случаях. А затем затравлено посмотрел на Гервика.

– Прости, прости! – Я примирительно подняла руки, поднимаясь на ноги. – Прости. Я не хотела давить.

И быстренько ретировалась к Гервику.

Мы стали наблюдать за парнем с расстояния. А парень стал наблюдать за нами.

– Слушай, мы не сделаем тебе ничего плохого. То есть, я на это очень надеюсь, – неловко начала говорить я. – Мы хотим помочь. Если тебе тяжело говорить, ты можешь просто кивать или качать головой, хорошо?

Секунду колебавшись, парень кивнул.

Но тут в нерешительности застыла уже я, поняв, что не знаю, о чём спросить. На языке крутились только два вопроса: «ты в порядке?» и «тебе что-нибудь нужно?», но первый был глупым, а на второй кивком головы не ответишь.

Я повернулась к Гервику и тихо попросила помощи:

– О чём его стоит спросить?

Парень всё ещё дрожащей рукой озадаченно почесал в затылке.

– А-а-а… э-э-э… может, как его зовут?

– Он должен либо кивнуть, либо покачать головой, – раздраженно сказала я.

– А он ел что-нибудь? – поникшим голосом спросил Гервик, кажется, мечтая поскорее выбраться отсюда.

– Огурцы, – тихо ответила я.

– Огурцы?!

– Да, я его накормила.

– Зачем? – удивился ошарашенный парень. – В смысле, почему огурцами?

– Понятия не имею, – совсем скисла я.

Повернулась к новообращенному парню и постаралась спросить у него так, чтобы мой голос не дрожал:

– Ты хочешь есть?

Тот вновь колебался где-то с секунду, а потом кивнул.

– Ты замерз? – задала я следующий вопрос.

Еще один кивок.

– А… ты… ты нас не боишься? – поинтересовалась смущенно.

Гервик усмехнулся. Сидящий у стены парень только головой покачал.

– Это хорошо. Мы отведем тебя в трактир, ладно? Там ты согреешься и поешь. А потом поговорим, хорошо?

На эти слова парень никак не отреагировал.

Я впала в замешательство.

– Что? Не хочешь в трактир? А-а… кажется, я поняла. Если не захочешь, мы не будем говорить. Да. Честное слово.

Только после этого парень кивнул.

Мы с Гервиком подошли к этому тощему телу, обернутому в выцветший бежевый плащ, и попробовали помочь ему встать. Тот честно хотел облегчить нам ношу, но стоило его приподнять, как бедняга тут же рухнул на грязную землю, а мы так и не смогли его удержать.

Парень сжал кулаки и что-то грозно зарычал. Меня передернуло. Одно дело, когда рычит животное, но когда человек… это было жутко. Боже, как ему, наверное, сейчас тяжело. Похоже, в шкуре волка он пробыл очень долго, раз даже не может перестать рычать. Ему еще предстоит отучить себя от этой волчьей особенности и привыкнуть к человеческой речи. Если он, конечно, собирается остаться человеком.

– Тихо-тихо, – это уже сказал Гервик, беря на себя роль самого сильного из присутствующих.

Он аккуратно помог парню подняться на ноги, поддерживая его под плечи. Кое-как им двоим всё же удалось сохранить равновесие, и тогда с другой стороны примостилась я.

Вот только перед нами возникла ожидаемая сложность: как выбраться из этой ямы, мы не знали.

– Слушай, – тихо начала я, обращаясь к Гервику, – а как мы отсюда…

– Я тоже об этом подумал, – уныло отозвался тот, и в этот момент стало ясно: в отличие от всегда паникующего Эдди, катализатором идей Гервик не будет.

Пришлось лихорадочно соображать, что делать. Из-за дождя, который до этого обрушился на нас ливнем, а теперь вновь вернулся к своему моросящему состоянию, землю развезло, и теперь забраться по стенам уже было невозможно.

Неожиданно наш новообращенный знакомый резко дернулся. Да так, что мы с Гервиком испуганно дернулись вслед за ним, и оба случайно разжали руки. Парень, которого мы должны были держать, со стоном упал на землю, кажется, стукнувшись об нее лбом.

Я пристыжено кинулась на помощь, но стоило мне приблизиться к лежащему парню, как он с размаху зарядил мне кулаком по ступне. И, несмотря на то, что этот гад еще даже стоять толком не научился, удар вышел настолько сильным, что я подпрыгнула на месте и взревела:

– Ай!!! Совсем сдурел?!

Но парень лишь кинул на меня раздраженный взгляд, под которым я клацнула зубами и подавилась той тирадой, что уже вертелась на языке.

– Я к нему больше не подойду, – тихо сказал мне Гервик на ухо, за что тоже получил уничижительный взгляд.

В это время лежачий парень попробовал приподняться на локтях, но потерпел позорную неудачу. Тогда он просто махнул рукой в сторону моей пострадавшей ноги (которую я тут же спрятала за другую), и со слабым стоном ткнул пальцами себе в спину.

Мы с Гервиком ошарашено наблюдали за телодвижениями бедняги, гадая, его уже накрыло или это пока просто затишье перед бурей?

Видя, что мы так ничего и не поняли, парень повторил свои указательные движения.

Гервик почесал в затылке.

– Может он хочет есть?

– Мою ногу?! – возмутилась я.

– Твою ногу он определенно хочет, – глубокомысленно изрек парень, наблюдая как пальцы новообращенного в который раз тычут в мою бедную ступню.

– Хм… это загадка такая? Ему определенно нужна моя нога, – начала рассуждать я. – А потом он показывает на спину. А! – При этих словах лежачий парень с надеждой приподнял голову. – Он хочет массаж!

Голова парня в отчаянии вновь ударилась об землю.

– Нет? – озадачилась я.

– А может он хочет пить? – неловко предположил Гервик.

– А моя нога тут причем?!

– Ну… может это такой намек, типо сходи за водой своими ногами?

– А чем я еще могу сходить?! – раздраженно поинтересовалась у озадаченного парня и вдруг меня осенило. – Постой-ка. Я, кажется, поняла.

Медленно подошла к новообращенному, закусив губу. Надеюсь, мою ступню больше не ждут никакие «приятные сюрпризы»? Судя по лицу нашего нового знакомого, он готов был не то что ударить, а просто покусать меня за недогадливость. Но сдержался. Он проводил колючим взглядом мою фигурку, обошедшую его по кругу, а потом вернувшуюся к Гервику.

– Иди сюда. – Я поманила его рукой. – Кажется, я поняла, как отсюда выбраться.

Лежащий на земле парень удивленно вскинул голову. Гервик был удивлен не меньше, но всё же ко мне подошел, хотя и очень осторожно.

– Присядь, – скомандовала грозно.

– А? – опешил Гервик.

– Садись на колени, а я встану тебе на спину. Потом ты подкинешь меня до края ямы.

– Э-э-э, – озадачился парень, – а сколько ты весишь?

– Что?! Это что ещё за вопрос?

– Ну просто… а вдруг я тебе не удержу? – жалостливо проговорил Гервик.

– Ты мужчина или как?

– Эй, в данных обстоятельствах я должен признаться, что никого никогда не носил на руках!

– Все когда-то бывает в первый раз, – насупилась я, гадая, ударит ли по моей самооценке тот факт, что Гервик не сможет меня удержать на своей спине. – Давай попробуем, иначе нам не выбраться.

– А ты очень тяжелая? – предпринял последнюю попытку парень.

– Герви, я сейчас обижусь. Потерпишь, ясно? – ответила грозно и знаком указала ему садиться на колени.

Тот печально вздохнул, но на землю опустился. Я аккуратно, непроизвольно напрягаясь, чтобы хотя бы мысленно облегчить свой вес, встала парню на спину. Герви с мученическим стоном со второй попытки всё же смог подняться. И в этот момент я поняла, что со своим маленьким ростом до конца ямы не дотягиваю. Парня было искренне жаль, но выбраться хотелось сильнее. Поэтому я просто оттолкнулась от его бедных плеч и, зацепившись за размокшую, но хотя бы поросшую травой землю, подтянулась вверх.

А когда выбралась наружу и увидела, что лежит рядом с ямой, то чуть не спрыгнула обратно, чтобы свернуть Гервику шею. Сдержавшись невероятным усилием воли, предельно вежливо поинтересовалась у парня:

– Герви, объясни мне, откуда тут верёвка?

– Так это… – Парень задрал голову вверх. – Я принес.

– И молчал об этом?! – Я не выдержала и сорвалась на крик.

– А что мне надо было сказать? – тут же набычился парень. – «Привет, я тут спрыгнул к тебе, случайно забыв верёвку наверху, хотя даже если бы взял её с собой, она всё равно оказалась бы бесполезной»?

Секунду поразмышляв над аргументом, а затем, признав его действительным, я спокойно сказала:

– Ладно, я её скину, а ты обмотай парня так, чтобы он не сорвался. Потом снова подставишь свою спину, будешь его подталкивать, а я тянуть.

– Опять?! – в отчаянии воскликнул Гервик.

– Да, опять! Уже эти-то ходячие кости ты сможешь поднять?

В ответ на это парень с сомнением оглядел свою дальнейшую ношу. Я медленно и как можно более внушительно добавила:

– Нам же надо его как-то вытащить. Всё, давай уже поскорее покончим с этим, а то такими темпами он себе лихорадку заработает.

Гервик устало вздохнул, но видимо разумность моих слов всё же оценил.

Тянуть новообращенного парня было очень тяжело. Не знаю уж, из чего состояли его кости, но не иначе как из камня. Мы с Гервиком кряхтели и пыхтели в унисон, разбавляя тихий осенний лес целой гаммой удивительных звуков. Случайный прохожий, услышав подобное, наверняка поспешил бы обойти это место десятой дорогой, смекнув, что у действующих лиц тут развиваются весьма пикантные подробности. А если учесть, что я еще постоянно вопила: «Ну быстрее, чего ты медлишь?», «Давай, ну давай же, ы-ых!», «Сильнее, сильнее, сильнее!»… в общем, я очень надеялась, что случайных прохожих мимо не проходило.

Наконец, мы с Гервиком вытянули бедного парня. После него сам Гервик показался мне какой-то пушинкой, которую и тянуть не нужно было – она сама взлетела.

Дорога до трактира была долгой.

Если с утра я представляла собой просто злыдню, то сейчас всем явилась злая, уставшая, грязная, мокрая, всё еще немного ошарашенная, замерзшая и считающая себя толстой девушка! Против такого сочетания побоялся пойти даже трактирщик, с порога крикнувший нам, что свободных мест нет.

Каждому, наверное, знакомо такое состояние, когда внутри как будто лопается какая-то струна, на которой до этого момента держалось твоё терпение. Так вот моя струна не просто лопнула, она разлетелась вдребезги, оставив после себя долгий звенящий звук в моей голове.

– Постойте тут, – так зловеще сказала я, что Гервик даже спрашивать ничего стал, только обхватил еле стоящего парня ещё крепче. – Сейчас вернусь.

Меня не было минут пять.

Когда я вернулась, оба парня смотрели на меня совершенно одинаково: с сомнением и надеждой одновременно.

– Представляете, – легкомысленно махнула рукой, – один из постояльцев решил сменить трактир, так что комната для нас освободилась. И давайте поторопимся, а то через десять минут должны прийти служанки с ванной и новой одеждой, а старую надо будет отдать, они постирают.

Брови Гервика удивленно взлетели вверх, но губы не сказали ни слова. Приняв это за знак согласия, я подхватила нашего нового знакомого под второе плечо, и мы вместе потащили его на второй этаж, в нашу новую комнату. К сожалению, двухместную. Других не было, но я заверила Гервика, что это не проблема – ведь они с неизвестным нам парнем такая красивая пара!

Дальше начались скучные условности. Мы с Гервиком помогли новообращенному парню лечь на кровать и принять более менее удобное положение до того момента, пока ему не принесут ванную. В это время я пошла вниз, просить чая с ромашкой, чтобы помочь парню хоть как-то восстановить свои голосовые связки. Хотя и не в них было дело, а в самом умении ими управлять.

Когда вернулась в комнату, то с удивлением обнаружила там краснощеких служанок. Краснощеких – не потому, что напудрились сильно, а потому что смущались. Как выяснилось, самостоятельно принять ванну наш новый знакомый не мог, и кто-то должен был ему помочь. Естественно, служанки очень хотели попробовать себя не только в роли посудомоек, но и в роли теломоек. Однако тут же нашелся Гервик, который решил, что лучше всего с этими обязанностями справлюсь я.

От этого предложения моя челюсть красноречиво брякнулась об пол.

Нет, я, конечно, любовные романы читала, но наблюдать за всем строением мужского организма воочию мне ещё не приходилось (в той яме было темно!), и поэтому я быстренько сбежала с поля боя под каким-то неубедительным предлогом.

Заняться мне было нечем, поэтому пришлось просто шататься по трактиру туда-сюда, раздражая своим видом разносчицу подносов. Когда кончился усердно отсчитываемый мной час, я вернулась в комнату.

Парень, которого мы извлекли из ямы, до недавнего времени бывший грязным и чумазым куском человеческого тела, вдруг изменился. Нет, он всё так же оставался тощим и каким-то обглоданным, с еле натянувшейся на кости кожей, но мне почему-то показалось, что он изменился.

Теперь у меня было достаточно освещения, чтобы его разглядеть.

По правде говоря, в первые минуты после обращения мне показалось, что ему на вид лет шестнадцать, но теперь стало совершенно ясно, что я ошиблась. У парня было по-детски наивное лицо, которое с первых же секунд могло вызвать лишь умиление. Ему было лет двенадцать, не больше. Курносый нос, тонкие губы и темные короткие волосы. Рядом с Гервиком, который тоже, кстати, мужественностью не отличался, паренек выглядел совсем ещё ребенком.

Вот только его тело меня изрядно напрягало. Ростом он был выше меня головы на две, но во всём остальном словно так и остался двенадцатилетним мальчишкой – то есть, ни кожа, ни кости до такого роста не дотягивали, и словно растянулись. Кожа так вообще была настолько тонкой, что под ней проглядывались сосуды.

Парню выдали какой-то халат, в котором он выглядел ужасно нелепо. Впрочем, как и Гервик, на котором халат был точно такой же. Ну прямо как сиамские близнецы!

Умилившись от представшей картины, я вежливо поздоровалась:

– Привет.

– Привет, – поздоровался со мной в ответ наш новый знакомый, и от этого голоса я испуганно вздрогнула, пролив немного чая, который всё это время таскала с собой.

Ничего себе двенадцатилетний пацан!!! Да у него голос, как у тридцатилетнего, всю жизнь курившего мужика!!!

– П-п-привет, – заикаясь, снова поздоровалась и глубоко вдохнула, призывая свою нервную систему быть стойкой. Вряд ли на этом сюрпризы, связанные с этим парнем, закончились.

Я медленно подошла к той кровати, на которой расположились парни, и протянула чай нашему новому знакомому.

– Вот, это тебе, чтобы горло смягчить.

– Спасибо, – голосом умирающего тюленя пробасил в ответ тот.

А он когда понял, что от шока я так и продолжаю держать кружку трясущимися руками, с усмешкой разжал мои пальцы и сделал пару глотков. Пока он пил, я повернулась к Гервику и сделала страшные глаза, намекая, что в случае чего – он будет меня спасать. Гервик в ответ кивком головы указал на окно. Я покачала головой – слишком рискованно, со второго-то этажа! – и глазами указала на одинокую швабру, мол, будем отбиваться ей, если что. На это Гервик вновь покачал головой и, сложив ладошки возле рта, сделал вид, что кричит. Я вздохнула и большим пальцем прочертила линию на шее, мол, нас убьют быстрее, чем мы успеем позвать на помощь.

– Проще всего оглушить меня вазой, – любезно подсказал нам хрипящий голос, от которого мы с Гервиком, словно застигнутые врасплох воры, вздрогнули и едва не начали метаться по комнате.

– Мы просто опасаемся, – как можно более достойно ответила я, чуть задрав подбородок. Мама когда-то говорила, что так можно показать свою надменность. Надеюсь, это и вправду выглядело именно так.

Парень ничего на это не ответил, вновь принявшись дегустировать чай.

Я смущенно уселась на противоположную кровать, полюбовалась умилительной картиной «папа и сын», успела даже зловредно подмигнуть Гервику (и получить за это убийственный взгляд), и, наконец, решила, что больше откладывать разговор не стоит.

– Говорить ты уже можешь, верно? – с нужной долей обеспокоенности в голосе поинтересовалась я.

– Тяжело, но могу, – кивнул парень, ставя чашку на тумбочку.

– Прости, что мы разговариваем с тобой сейчас. Наверное, стоило бы подождать до утра, но…

– Всё нормально, я могу говорить, – хмуро ответил мне парень, а затем пару раз кашлянул, прочищая горло.

– Ладно, – кивнула я, поерзала на месте, убрала из-под себя подушку, на которую умудрилась сесть, и только после этого продолжила: – На тебе было заклятие демона, верно?

– Да.

– И я его сняла?

– Да.

Мда-а-а… словоохотный парень, ничего не скажешь.

– Как ты умудрилась его снять? – Недоуменный вопрос прозвучал со стороны Гервика, и предназначен он был мне.

– Просто попросила цветок отменить сделку с демоном, – пробормотала в ответ.

– Из всевозможных формулировок, ты выбрала именно эту?!

Вид у парня выражал такое негодование, словно из всех окуней в пруде я умудрилась выловить единственную выдру.

– Как тебя зовут? – поспешно обратилась к нашему новому знакомому, чтобы не тратить время на возмущенные вопли «ну это же сработало!».

Но парнишка вдруг посмотрел на меня очень, очень внимательно, и, вместо того, чтобы ответить на поставленный вопрос, сам спросил:

– У тебя случаются панические атаки?

– А? – опешила я.

– У тебя случаются панические атаки?

– Ну-у… – выдавила ошарашено, – бывает.

– Из-за чего?

От его хриплого голоса, да еще и настойчивого тона, мне стало не по себе.

– Э-э-э… когда гроза начинается…

– Если ты об этом знаешь, почему ничего не делаешь?

Я озадаченно похлопала глазами. Ища поддержки, посмотрела на Гервика и увидела в нем отражение своих мыслей. А мысли мои вопили: «Что, простите?!».

– А чего это мы обо мне стали говорить? – позорно решила перевести стрелки. – Это ты у нас новообращенный человек! Подожди, – вдруг осенило меня, – ты за мной с самого леса увязался!

– Увязался, – не стал спорить парень.

Я вдруг резко вскочила на ноги, кинулась к углу, схватила швабру и вернулась к кровати, наставив «оружие» на предполагаемую цель.

– Это всё с самого начала было спланировано?!

– Что? – опешил мой собеседник. – Нет. Такое вообще невозможно спланировать.

– Тогда почему? – не могла понять я.

Парень тяжело опустил голову, видимо понимая, что разговора по душам действительно избежать не удастся.

– Я слышал твой разговор с демоном.

– Но это ведь… не причина. И что?

– Слушай, – неожиданно встрял Гервик, – ты давишь на него.

– Я давлю? Он следил за мной!

– Хотя бы шваброй перестань ему угрожать! – А затем спокойнее добавил: – Так мы всё равно ничего не добьёмся. Давай он сам расскажет, как всё было, ладно?

Я слабо кивнула, усаживаясь обратно на постель. Всё это резко перестало мне напоминать череду случайностей… в который раз уже убедилась, что всё связанное с демонами по определению не может быть случайностью.

– Не знаю, что ты сейчас думаешь, – тихо, но по-прежнему хрипло, начал говорить парень, – но, клянусь, в том лесу я встретил тебя совершенно случайно. И пошел за тобой только потому, что удивился. Обычно так просто по лесу никто не разгуливает. – Парень замолчал на несколько секунд, чтобы прочистить горло. – Ну вот. Я пошел за тобой, а ты остановилась и вызвала Велизара. – При этих словах я удивленно вскинула брови. Он знает, как зовут демона? Вернее, он так спокойно называет демона по имени? – Я даже поверить в свою удачу не мог. Мне за всё это время так и не удалось его найти… а тут еще и человек, которому демон был нужен так же, как и мне. После твоего разговора с Велизаром, стало понятно, что у нас одна цель – отменить заклятие. Вот только на этом всё и закончилось. Даже после того, как мне удалось подобраться к тебе, я всё равно не знал, что делать. Ну и решил просто ждать.

На этом он остановился, взял кружку с чаем и, кажется, выпил все до дна. Затем продолжил:

– Я видел, как ты хочешь отменить заклятие, но посоветовать ничего не мог. И то, что ты отменишь заклятие этим цветком… я даже мечтать об этом не мог. Но ты, наверное, хотела свое заклятие отменить, да?

Я посмотрела на понурого парня и вдруг поняла, что даже если мне сейчас скажут, что от моих слов погибнет весь мир, я все равно никогда не смогу сказать «да».

– Главное, что хоть кого-то мне удалось спасти, – тихо выдавила и посмотрела на Гервика. Тот был ошарашен. И сказал он совсем не то, что я ожидала услышать.

– Зачем же вы на сделку-то пошли? – так обвиняющее спросил он, что мне захотелось провалиться сквозь землю. – Для кого знающие люди пишут, что демоны всегда найдут, как обмануть?

Мы с новообращенным удивительно синхронно уставились в пол.

Похоже, стыд за этот поступок у каждого одинаковый.

– Из-за чего ты на это пошел? – тихо спросила я, обращаясь к собрату по несчастью, при этом избегая смотреть Гервику в глаза.

– Это неважно, – грубо отмахнулся тот.

– Слушай, как мы сможем тебе помочь, если не будем знать причин?

– Мне не надо помогать, – еще больше насупился парень.

– Я через все это прошла. Уж я-то точно знаю, что ты пережил.

– Да?! – хмыкнул парень и уставился на меня так, словно я только что сморозила совсем не смешную шутку. – Ты знаешь, что стандартный договор заключается на десять лет?

– Да.

– И наверняка знаешь, что его можно уменьшить, да? Тебе предлагали его уменьшить?

– Я… я… не уменьшала его.

– А я уменьшил. Мне не нужны были десять лет. Мне хватило бы и пяти, – грустно усмехнулся парень и уставился в кружку. Затем тихим голосом пробормотал: – Мне было двенадцать лет, когда я пошел на сделку. Она должна была продлиться всего каких-то пять никчемных лет. Но только где-то через год я в полной мере осознал, что случилось. Что я наделал. Четыре года я все ждал, когда же срок договора истечет. И вот этот день настал. И знаешь, что произошло?

Я молчала. Но парню мой ответ был не нужен. Он хрипло сказал:

– Ничего. Прошло пять лет. Пять лет я пробыл волком, а договор никто не отменил. Каждый день я ждал, что еще вот-вот и всё. Но нет. Прошел еще год, а… да. Демоны всегда найдут, как обмануть.

В комнате повисла тишина.

Этому парню не двенадцать.

Ему восемнадцать.

И всё это время он был в шкуре волка. Когда нормальные люди росли и взрослели, его развитие остановилось. Вот почему он выглядит на двенадцать.

– Прости, – тихо выдавила. – Я полная дура. Честное слово, я не хотела говорить, что…

– Забудь, – вяло отмахнулся он. – За эти годы я выяснил, как отменить договор.

– Правда? – Я удивленно вскинула брови. – И как?

– Нужно найти лазейки в договоре. Демон наверняка и тебя обманул. – Дождавшись моего кивка, парень продолжил: – Если договор исполнен неправильно, то его надо просто сжечь. Тогда всё отменится.

– А так же с желанием и цветком попробовать нельзя? – на всякий случай уточнила я.

– Мне кажется, что желание подействовало только потому, что мой договор истек. Вряд ли можно простым цветком отменить сделку с демоном.

– Ясно. И где хранятся договоры?

Парень покаянно развел тощими руками.

– Увы. Этого я не знаю. Но теперь у нас есть достаточно возможности, чтобы узнать.

– У нас? – удивилась я.

– Ты не хочешь отменить свою сделку?

– Нет-нет, я-то хочу… но…э-э-э… ты? С нами?

– Да, мой же договор до сих пор у них.

– А, ну да, – смущенно улыбнулась я, сетуя на свою недогадливость.

Ну вот, еще один союзник.

– Эм, ребят… – подал голос Гервик и посмотрел на нас печальным взглядом. – Знаете, я рад за вас, правда. Вы уж меня простите, но я с вами не пойду. У меня и так проблем выше крыши, а тут еще связываться с демонами… это не для меня. Не злитесь уж, ладно? Мы все равно договор о вечной дружбе не подписывали.

Я удивленно уставилась на парня, а затем, когда поняла, что он не шутит, обиженно поджала губы.

И действительно, за последнее время я к Гервику стала относиться, как к Эдди. Но кто он мне? Лучший друг? Смешно даже.

– Твое право, – пожала плечами, старательно делая вид, что меня нисколько не задели его слова.

Вообще-то они действительно не должны были задевать. Мы с Гервиком общаемся два дня, какой он мне друг? Он даже не знакомый. Тем более, причин идти вместе с нами у него в самом деле нет.

Парень неловко поднялся. По нему было видно, что он за собой вину тоже ощущает. Да что это с нами? Мы никто друг другу. Если он хочет уйти, то имеет на это полное право. На брудершафт мы еще не пили. И, видимо, уже не выпьем.

Да и вообще, будь я на его месте, тоже бы ушла.

У Гервика нет веских причин связывать с демонами, рискуя при этом жизнью.

Когда дверь за парнем захлопнулась, в комнате повисла тишина. В тот момент, когда хозяин трактира сказал, что можно освободить только двухместный номер, я даже расстроилась немного. А теперь, оказывает, судьба.

– Ну что, спать? – обманчиво бодро осведомилась я. – Тем более, тебе-то точно нужно сил набираться.

– Угу, – кивнул парень в ответ.

Мы легли довольно быстро.

Я как можно скорее приняла ванну, отдала свою одежду служанкам и, потушив свет, улеглась в еще не нагретую постель. И в этот момент поняла, что парень, имени которого я так и не узнала, уснуть до сих пор не мог.

Наверное, эта ночь не сравнится даже с той, когда мне пришлось спать под открытым небом.

Парень, еще несколько часов назад бывший волком, привыкнуть к мягкой перине просто не мог. Он крутился и вертелся буквально каждые пять минут. А я с содроганием слушала, как ему тяжело. Но в этот раз вполне ясно понимала: мне ему уже не помочь. К человеческой жизни он должен привыкнуть сам. Сам должен смириться с тем, что больше не придется спать на холодной земле, есть сырое мясо и выть на луну. Теперь для него вновь станут важны постели, ложки, чашки, вилки и прочие предметы, которыми человечество разнообразило свою жизнь.

Где-то через час стало понято, что этой ночью парень уже не уснет.

Ему было так тяжело, что у меня слёзы на глазах наворачивались. Каково ему сейчас? Что значит ещё с утра быть животным, а вечером ходить на двух ногах и кутаться в мягкое одеяло? Мне бы не хотелось этого узнать.

Бедняга.

Много же ему пришлось пережить.

Я тихо выдохнула и зажмурилась, призывая себя к внутреннему спокойствию.

«Не жалей его! Не жалей! А то привяжешься, и будет тебе потом облом, как с Гервиком».

В этот же момент послышался страшный грохот. Я испуганно вздрогнула, резко села на кровати и воскликнула:

– Что случилось?!

– Прости, – выдавил парень откуда-то с пола. – Прости, что разбудил.

– Ты упал? – Я удивленно свесилась с кровати и посмотрела на темную фигуру.

– Я… мне на полу удобнее.

– Ясно, – поджала губы. – Ну, спи тогда. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – пришел тихий ответ.

«НЕ ЖАЛЕ-Е-ЕЙ!», – мысленно взревела самой себе.

Закрыла глаза, чтобы уже окончательно погрузить в мир морфея, но… видимо не судьба была.

В дверь постучали.

Мы с новообращенным парнем не сдвинулись с места, в надежде, что гость уйдет. Но в дверь постучали еще раз, настойчивее.

– Я открою, – тихо сказал мне мой сосед по комнате.

Он поднялся на ноги и прошлепал до двери. Открыл.

На пороге стоял Гервик. От неожиданности я поддалась вперед и с удивлением принялась разглядывать парня. Единственное освещение было в коридоре, но даже несмотря на это, не заметить разорванный халат было просто невозможно. А также чумазое лицо, как будто его специально окунули в ближайшую лужу, и растрепанные волосы.

– Что с тобой случилось?! – опешила я.

– Ребят, давайте завтра. Это был такой ужасный день. Вы не против, если я присоединюсь к вашей антидемонической группировке?

– Конечно, – махнула я рукой. – Заходи. Я надеюсь, с тобой ничего серьезного не случилось?

– Нет, – печально вздохнул парень. – Тут просто есть некоторые люди, которые меня не любят, вот и все. Ничего ужасного. А… а где мне лечь?

– Ложись на мою кровать, – разрешил наш новый знакомый.

– А ты где?

– Я на полу. Мне там удобнее.

– А… ну ладно, спасибо!

Меня распирало от любопытства, но я приказала себе заткнуться, и обо всем расспросить Гервика уже завтра. И только закутавшись в тепленькое одеяло, вдруг поняла, что кое о чем так и не спросила. И до завтра это подождать точно не может.

– Эй, парень, – чувствуя себя ужасно глупо, все же обратилась к новенькому таким странным способом.

– А? – приподнял голову тот.

– Так как тебя зовут-то хоть?

– Нейт, – лаконично ответил тот.

– Приятно познакомиться. Я Даня, а это Гервик.

Парень на полу явно усмехнулся и со вздохом сказал:

– Я знаю.

Глава 8.

Проснувшись, я перво-наперво пошла в ванную. Умылась, кое-как прилизала свои тонкие волосы и уставилась на отражение в зеркале.

Уставшая. Измученная.

Сколько это ещё может продолжаться? Время идёт, а я только нахожу новые неприятности на своё мягкое место. Они как будто специально меня по углам поджидают. Вот волк этот. Шанс его встретить – один на миллион. И именно этот единичный шанс мне и выпал. Ну вот как так получилось?

Зато теперь хотя бы есть зацепка. Очень важная, которая наконец-то позволит делу сдвинуться с мертвой точки. Теперь у меня есть надежда, что договор ещё можно расторгнуть и отменить заклятие. Эта мысль придавала сил и уверенности. Наконец-то не придется засыпать с давящим чувством вины.

Узнав, что договор можно отменить, мне больше не хотелось бегать по каким-то библиотекам или заниматься поиском странных волшебных цветков. Теперь хотелось скорее приступить к делу. Хотелось уже быстрее найти все договоры, забрать свой и бежать спасать родителей. Даже стоять перед зеркалом было тяжело. И думать тоже. Ведь это занимает драгоценное время, которое вот-вот может вообще закончиться. Для родителей. И для меня.

Но даже не смотря на мой оптимистичный настрой, природу собственного организма изменить всё равно было нельзя. А организм мой требовал чего-нибудь покушать. Обычно я либо не завтракаю, либо ем совсем чуть-чуть, но в этот раз предчувствие подсказывало, что сегодня трактирщику придется готовить много.

Постояв еще с минуту перед зеркалом и полюбовавшись собственным пугающим отражением, я вышла из ванной комнаты.

Парни еще спали. Бедняга Герви запутался в собственном одеяле, поэтому поза его напоминала закованного в кандалы преступника. А Нейт так извернулся на полу, что у него кости на спине выступили. Тем не менее, оба парня удивительно напоминали котов.

Полюбовавшись впечатляющей картиной, я решила, что, наверное, всё же стоит побыть немного хозяйственной девушкой и сделать что-нибудь полезное. Например, принести всем завтрак. К тому же нужно было забрать у служанок нашу постиранную одежду.

Обычно в трактире всегда было довольно оживленно, но в этот раз даже в столовой пригрелись только несколько человек, да и те – с похмелья.

Я тщательно изучила меню, пытаясь угадать, совпадают ли наши с парнями вкусы на еду. В конце концов решила, что даже если не совпадают, то они в любой момент смогут купить себе что-нибудь другое. Но, заглянув в карман сумки, наглядно убедилась – не смогут. Денег осталось совсем немного, и если кому-то не понравится блюдо, покупать другое уже не позволю я сама. Иначе так вообще не на что будет существовать. А где взять новые деньги – только демонам известно.

Некстати вспомнилось, как легко было дома. Я даже не думала никогда о деньгах, просто потому, что они всегда были. Не припомню такого, чтобы мне захотелось чего-то необычного, и родители могли сказать: «прости, но у нас нет денег».

Под напором грустных мыслей я заказала самое примитивное, что можно было выбрать из всего перечня блюд, и уставилась на стену, ожидая заказа. Ждала, на удивление, недолго. Видимо, утренняя сонливость посетителей благоприятно сказывается на рабочем настроении служащих.

Еду – картошку с котлетой – мне выдали на подносе. На него же с трудом влезли три кружки чая. Со всем этим мне предстояло подняться на второй этаж и ничего не уронить – жалко ведь потраченных денег!

Мысленно посылая разнообразные проклятья служанке, я, с трудом разглядывая ступеньки, то поднимая, то опуская поднос, кое-как всё же поднялась. И тут же наткнулась на странную вывеску на одной из стен трактира.

Я остановилась, вчиталась.

На листовке говорилось, что сейчас в городе проходит королевский турнир. Потом шло перечисление всех категорий состязаний, а также божественная приписка: выигравший получает сто золотых. Не успела я обрадоваться, как тут же прочитала еще одну – уже дьявольскую – приписку: в турнире имеют право участвовать только представители высшей знати, передающие свой титул не менее трёх поколений подряд. Естественно, всё это должно быть не на словах, а только с предъявлением титульной грамоты.

Моему разочарованию не было предела.

Нет, как представитель королевской семьи мне можно было примоститься рядом с самим королем Второго Королевства.

Вот только грамоты у меня не было, а значит, если и примощусь у короля, то только в ногах, протирая его блестящие туфли.

Эх.

Я вздохнула и раздосадованная отправилась в комнату. Открыв дверь, обнаружила, что парни уже встали. Вернее, кровати были пусты, а парней в поле зрения вообще не наблюдалось.

Поставив поднос на тумбочку, я уселась на не застеленную кровать и принялась ждать. В душевой слышалось журчание воды, значит, кто-то из этих двоих точно был там. Вопрос: где был второй? Не оба же они там засели!

Прошло пятнадцать минут, в течение которых я жалостливо поглядывала на остывающую еду. Начинать есть без особо чистоплотных парней было как-то неудобно, но это ничуть не мешало мне их проклинать всеми известными способами. Хоть бы один из них вышел, тогда было бы хоть не так стыдно есть в одиночку!

Но мои проклятья игнорировались Небесами самым наглым образом. В конце концов я не выдержала, взяла чай и глотнула немного.

В этот момент дверь в ванную комнату загадочно открылась.

Помню, как-то мы с Эдди пародировали особо впечатлительных девиц. Набирали в рот воды, а потом изображали удивление и плевались этой водой, словно какая-то пробка вылетала. Для меня это выглядело забавно и нелепо. Не верилось мне, что кто-то может так выплюнуть воду от удивления.

А зря.

Мой отпитый чай разлетелся брызгами по комнате, не забыв уделить внимание и моей одежде. Вдыхая воздух, я умудрилась подавиться и закашляться так, словно мне в глотку кто-то засунул дубинку, мешающую дышать. Отчаянная попытка не задохнуться заставила меня нелепо стучать по собственной груди, в надежде не умереть. Ну, хотя бы не так. На глазах выступили слезы, щеки горели так, что на них вполне можно было сварганить яичницу. Если бы не Нейт, заботливо подавший мне все ту же кружку злосчастного чая, я бы, наверное, умерла.

Но нет. Откашлялась где-то только через две минуты и уже полной грудью вдохнула блаженный воздух.

Судя по тому, что на мое предсмертное кряхтение никто не сбежался, в ванной Нейт был один.

Второй раз посмотреть на парня меня заставило только любопытство, потому что то, что я увидела в первый, вполне можно было списать на галлюцинацию.

И снова нет. Не галлюцинация.

Передо мной больше не было никакого двенадцатилетнего худого и щуплого мальчишки. Передо мной стоял нормальный – даже слишком нормальный! – парень. Никаких костей, выпирающих из-под кожи. В нём больше не было ничего, что можно было бы приписать к характеристике зомби.

Теперь я с уверенностью дала бы ему не то что восемнадцать, а все двадцать лет.

Ещё недавно бывшие окостенелыми палками руки обросли кожей и мышцами. Причем такими мышцами, словно парень уже давным-давно мечом поигрывал… как говорил мой папа: «а мясцо-то на руках наросло!». Причем это не было чем-то прямо запредельно красивым, или таким широким и большим, на что можно было сразу сказать: «вот это мужчина!». Нет. Но было очень непривычно. В росте парень тоже вытянулся и стал еще выше, чем был. Встань я сейчас с кровати и подойди к нему вплотную, то точно умру от «комплекса коротышки». Волосы… волосы вроде не изменились. Зато лицо стало совсем другое. Больше не было на нем отпечатка двенадцатилетнего ребенка. Передо мной стоял даже не парень, а мужчина. Довольно крупный подбородок с ямочкой посередине. Объемные губы. Красивый, орлиный нос. В профиль смотрелось завораживающе. Мне даже не верилось, что бывают такие прямые носы. И глаза у него были просто невероятные. Зелёные. В обрамлении чёрных густых ресниц.

Во мне тут же всколыхнулась зависть. Всегда хотела себе зелёные глаза и густые чёрные ресницы. А достались мне серые, можно сказать вообще без ресниц. Так, три волосика на глаз.

А еще… вообще-то я не хотела туда смотреть. Это вообще считается неприличным среди нормальных и интеллигентных людей, и тем более – принцесс. Но Нейт сам встал передо мной в одном полотенце, так что мой глаз сам дернулся. У парня проглядывались кубики на животе!

Лицезрев эту прелесть, я резко подняла взгляд, и сделала вид, что ничего не видела.

– Ты в порядке? – спросили меня только-только «сломавшимся» голосом.

Помню, как «ломался» голос у Эдди. Я тогда ходила и гадко хихикала над ним, что с таким голосом только разбойников по ночам пугать.

А теперь стало как-то совсем не смешно.

– Ыгы, – смущенно выдавила я, и чтобы скрыть насколько мне неловко, быстро присосалась к кружке с чаем.

– О, ты еду принесла? Здорово. А то я просыпаюсь, а вас обоих нет.

– Гервика тоже? – тупо спросила я, словно не поняв значения слова «обоих».

– Ага.

Нейт повернулся ко мне спиной, чтобы откинуть одеяло с противоположной кровати и удобно сесть. Я вытянула губы трубочкой и почему-то резко расширившимися глазами уставилась в пол. Спина у парня была… кхе, милой. С родинкой. С двумя даже.

Объект моего смущения уселся на кровать, взял себе на колени одну из тарелок и принялся есть.

Я же не шелохнулась. Сидела и разглядывала в руках пустую чашку.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила как можно более нейтральным тоном, стараясь сохранить на лице полную безмятежность.

Нейт поднял на меня взгляд своих изменившихся зеленых глаз и ответил просто и емко:

– Болит.

– Что болит? – не поняла я.

– Всё тело. Руки как будто с мясом выворачивают.

– Давно это началось? – тихо спросила я, разглядывая парня уже как-то по-другому. С жалостью.

– Честно говоря, всю ночь болело. – Он отпил немного чая, потом отложил тарелку обратно на поднос, сцепил руки на коленях и молчал так ещё несколько минут. – Взрослею. Шесть отнятых лет берут своё.

Я поджала губы. Ну что тут скажешь? Пожалеть его? Ему моя жалость не нужна. Подбодрить? Чем? «Ну ты не волнуйся, сейчас поболит, зато потом красивым будешь!».

Однако Нейт уже и сам, видимо, осознал всю неловкость нашего молчания. Но вместо того, чтобы сделать вид, будто ничего не произошло, он посмотрел на меня с явной обречённостью во взгляде и тихо спросил:

– Что, ужасно выгляжу?

– А? – опешила я.

– Выгляжу ужасно? Почему ты на меня так смотришь?

– А как я смотрю? – тут же набычилась я, не желая признавать собственного смущения. – Ты ещё вчера одной сплошной костью был, а теперь вот ходишь тут полуголый, и руки у тебя такие большие стали, и… и… и вообще! Это ты на меня странно смотришь!

Парень удивленно поднял брови.

– Я тебе что, понравился?

– ЧТО?! – От возмущения я резко вскочила на ноги и уставилась на парня, как на больного.

Он тут же примирительно взмахнул руками и довольно громко сказал:

– Я без подтекста! Просто спросил! Эй, эй, не бесись! – И, дождавшись, когда я сяду обратно на кровать и сделаю вид, что красные щеки у меня только из-за того, что я недавно кашляла на весь трактир, продолжил: – Просто ты очень странно смотрела, я и спросил. Я понятия не имею, что со мной. Это хоть нормально?! Ну, то есть пять пальцев на руке, две ноги, две руки…

Я хмыкнула.

– Не волнуйся, всё с тобой нормально. – Хотела добавить: «даже слишком», но потом решила, что ещё одного глобального смущения мне уже не пережить.

– Так ты тоже не знаешь, где Гервик? – поинтересовался парень, вновь принимаясь за еду.

Я отрицательно покачала головой.

– Может снова решил, что ему с нами не по пути.

«С нами» звучало настолько дико, что мой мозг отказывался принимать это выражение, как данность. Ведь это значило, что мы… Нейт и я… я и Нейт… вместе. Идём убивать демонов, держась рука об руку, готовые грудью встать, защищая друг друга.

На несколько секунд я выпала из реальности, глупо таращась на парня.

Может мне лучше всё-таки одной пойти?

Нейт под моим безумным взглядом смущенно поёрзал на месте, и, не выдержав такого издевательства над собой, поинтересовался:

– Ты есть-то будешь?

– А? – «очнулась» я.

– Есть будешь? А то остынет всё.

– А, да. Буду.

Я придвинулась поближе к подносу, засунула в рот первую порцию мной же заказанной еды, и принялась жевать и думать.

С одной стороны помощник в охоте за договором лишним точно не будет. Как говорится, одна голова хорошо, а две – лучше. Тем более, у Нейта есть реальный стимул: его так же обманул демон, отобрав шесть лет человеческой жизни. Уж этот парень точно не остановится на полпути к цели.

С другой стороны, что этот человек может? Я ведь о нём ничего не знаю. Вдруг его резко изменившаяся фигура вообще случайность? Да и вообще, вряд ли можно рассчитывать на кого-то вроде телохранителя в его роли. Не окреп ещё. Не удивлюсь, если через некоторое время выяснится, что этот парень вообще любитель поплакать в подушку и поговорить о вечной и прекрасной любви, любуясь заходящим солнцем. Представив себе эту картину, я невольно подавилась и закашлялась.

Хорошо, что именно в этот момент в комнату радостно вошел Гервик, и у меня было время незаметно отпить немного чая из кружки отвлекшегося Нейта.

– Ой, а вы уже едите? А мне? – первым делом поинтересовался Гервик.

Я гордо указала на его тарелку и чашку. А когда парень устало плюхнулся на кровать рядом со мной и потянулся за своей едой, как бы невзначай брякнула:

– А мы думали, ты от нас ушел.

– Да куда я от вас… – со смешком начал Герви, но вдруг осёкся и кисло закончил: – короче, не волнуйтесь. Не сбегу, пока сами не выгоните.

Мы с Нейтом деликатно промолчали, и в комнате ненадолго повисла тишина, нарушаемая лишь нашим чавканьем. Затем послышался стук в дверь. Мы переглянулись одинаково ленивыми взглядами, как бы намекая друг другу, что ни за что не встанем, пока не доедим.

– Дань, иди ты, – подбодрил Гервик.

– Почему я?! – возмутилось мое ленивое эго.

– Ты почти уже доела.

Взглянув на Нейта, поняла, что тот единодушно разделяет позицию Гервика.

– Входите!!! – на всю комнату заорала я, не желая делать ни одного лишнего движения, которое могло бы нарушить гармонию лени в моем организме.

Тут же зашли две служанки, которые несли в руках нашу постиранную одежду. От вида своих лосин и свитера во мне проснулось женское уныние. Нет бы мне платьишко какое-нибудь красивое… В памяти резко всплыло воспоминание подготовки к одному из королевских балов, и я вдруг подумала, что всё-таки моя нынешняя одежда самая лучшая на свете: удобная, просторная и надеть её можно самостоятельно.

С парнями всё было намного хуже. У Гервика даже в постиранном виде одежда явно состояла в родственных отношениях с ближайшей лужей. Про Нейта вообще лучше промолчать…

И всё бы ничего, да вот только чтобы купить новые вещи нужны были деньги, которых не было.

– Ну и что нам делать? – озвучила я насущный вопрос.

– А что? – не понял Гервик.

– Одежды нет, денег на новую – тоже.

– А, кстати, деньги – это не проблема, – авторитетно сказал Герви и ловким движением извлек из грязного плаща свернутый листок.

– Договор с демоном?! – испугалась я.

– Что? – опешил парень. – Это просто листовка. В городе проходят состязания рыцарей. Там за победу в одном из турниров дают двадцать золотых.

– А-а… я слышала про это, – смущенно кивнула, уже начиная немного побаиваться своей озабоченности демонами. – Только там вроде сто золотых полагалось.

– Это за победу во всех состязаниях, – глубокомысленно изрек Гервик. – А за один – двадцать. Там и состязания-то несложные, уж в одном точно можно победить!

– Нет, – усмехнулась я. – Для участия нужна титульная грамота. Тем более, посмотри, там разные турниры: бой на мечах, стрельба из лука, состязание с копьем… так, а это что? – удивилась я. – Развлекательная программа? Ого. Эм, в общем, я имею ввиду, что из нас никто не сможет участвовать. Мне, как девушке, нельзя. Нейт слабый и немощный, а ты просто не потянешь.

Честно говоря, мне казалось, что после моих слов Гервик обидится и начнет доказывать, что он – настоящий мужчина, но парень лишь посмотрел на меня, как на умственно отсталую.

– А кто говорит о честном участии?

– Что? – опешила я. – На турнирах нельзя мухлевать!

– Да на турнирах только и делают, что мухлюют! – Парень неловко взмахнул руками, возмущенный моим незнанием.

– Нет! Для каждого турнира короли выделяют средства, чтобы собрать команду магов, которые будут следить за любым проявлением магии.

– Ммм… – протянул Гервик и посмотрел на Нейта. Тот в ответ подарил тяжелый взгляд своему молчаливому оппоненту. Их переглядки выглядели так, словно они ментально решали, рушить ли мои детские иллюзии. – Знаешь, просто примерно в это же время собирается команда особо пронырливых учеников Магических Академий, которая предлагает тысячу способов обойти запреты своих будущих коллег.

Гервик сказал это с таким видом, словно только что сообщил мне, что сказки, которые мне читали в детстве, всего лишь выдумки, и прекрасный принц никогда не сможет отыскать неизвестную девушку, лишь примеряя ее туфельку всему королевству.

– Ты… ты серьезно, да? – Мои брови удивленно поползли вверх. – То есть, хочешь сказать, что все эти сильные и красивые мужчины, с атлетичными телами, которые храбро сражаются на арене друг с другом, и пот стекает по их могучей обнаженной груди… это все неправда?!

– Нет, – с каменным лицом ответил Гервик.

– И их сила – тоже неправда?

– Нет, – сухим голосом разрушил мои мечты парень.

– И… и их выдержка?

– Нет.

– То есть в обычной жизни они так сражаться не смогут?

– Не-ет.

– А речи, что они толкают перед началом? Ну там… что они одиноки… но могут разглядеть даму сердца среди зрительниц…

– Конечно, нет, – это уже фыркнул Нейт.

– Да вы что, смеётесь надо мной?!

– Ладно тебе, кто вообще может верить в эти пафосные речушки? – брезгливо усмехнулся Гервик.

Я смущенно кашлянула и быстренько вернулась к насущной теме:

– В любом случае, мы не сможем участвовать. Нужна грамота.

– Это тоже не проблема, – гордо сказал Гервик. – Я могу всё устроить.

– Нет, подожди. Обойти магию – это одно, но подделать титульную грамоту?! Ты хоть представляешь, что для этого нужно? А печать ты где возьмешь?!

– Предоставь это мне, – твердо заверил парень, – к обеду будет тебе грамота. Настоящая. То есть поддельная, но как настоящая. В общем, от настоящей не отличить.

– Ты понимаешь, что за подделывание титулов грозит тюрьма? Я, конечно, не прочь побыть вдали от мира, но только не сейчас! Мне нельзя в тюрьму!

И с каких это пор я стала такой осторожной?

– Да никто ничего не узнает, – отмахнулся Гервик, как будто уже не в первый раз проворачивал такой трюк. – Пошалим немного, зато будут деньги.

Я посмотрела на Нейта. Судя по его выражению лица, он был не против.

– Ребят, не обязательно идти на это. У меня осталось немного денег, на одежду должно хватить.

– А дальше? – к моему удивлению, это спросил Нейт.

– Что – дальше?

– На что нам покупать еду? Думаешь, поиск договора займёт один день?

Повисла пауза.

– А кто, интересно, участвовать будет? Никто из нас не похож на могучего рыцаря и герцога в сто пятьдесят седьмом поколении.

Гервик вопросительно посмотрел на Нейта.

– Ты ей не сказал?

– Не сказал о чём? – тут же встрепенулась я.

– Ну пока тебя не было, я вышел в коридор, увидел листовку, мы поговорили с Нейтом и он согласился участвовать.

– Что?! – Я ошарашено повернулась к упомянутому парню. – Ты с ума сошёл?!

– Да всё нормально, – отмахнулся тот. – Я уже оправился.

– Нет!

– Что – нет?

– Да всё нет! Ты не можешь участвовать! Ты ещё не окреп! Я… я не позволю!

Нейт посмотрел на меня, чуть изогнув бровь, словно насмехался по себя: «да что ты можешь сделать?». А вслух сказал:

– Думаю, не стоит пока спешить с выводами. Надо сперва узнать о правилах. Может, мне действительно нельзя будет участвовать.

– Ладно. – Я медленно кивнула, понимая, что всё равно ведь сдамся рано или поздно. – На разведку я согласна. Но только на разведку! – И спустя несколько секунд добавила: – Я схожу на площадь и разузнаю о соревнованиях.

– А я тогда схожу узнаю на счет грамоты, – вызвался Гервик. – На всякий случай, вдруг мы решимся участвовать.

– А можно мне с тобой? – обратился ко мне Нейт, словно спрашивал разрешения у мамы. – На площадь.

– Да, если хочешь. Конечно. Только вот… – я смущенно кашлянула. – Тебе даже выйти не в чем.

– Я могу одолжить свой плащ, – пожал плечами Герви.

Я вопросительно посмотрела на Нейта. Тот посмотрел на меня, затем на предлагаемую одежду.

– Видимо, другого выхода нет, – стушевался парень.

Примерно через час мы втроем стояли возле входа в трактир и ещё раз повторяли план действий.

Я ободряюще похлопала Нейта по плечу и ненавязчиво подтолкнула его в нужном направлении. Гервик буркнул что-то вроде: «скоро увидимся», и пошел в противоположную от нас сторону.

На улице было оживленно. Нет, толпы народа не было, но всё равно спокойно идти тоже не получалось. Да ещё и кое-как замощённая улица только усугубляла положение, потому как пройти по ней и ни разу не споткнуться мог только… Спаситель, вроде Виктории. То есть сама Виктория.

Нейт, растерявшись от такого натиска людей, прижался к стене какого-то дома и остановился, переводя дух. Я подошла к нему и спросила:

– Ты как?

– Жить буду, – отмахнулся парень.

– Наверное, тебе надо было в трактире остаться, – виновато проговорила я.

– Всё нормально. Сейчас привыкну.

По его тону стало понятно – обратно он не вернётся. Наверное, эта прогулка действительно ему была нужна, и я не стала ничего говорить. Просто прижалась к стене рядом с ним и оглядела парня с головы до ног. В плаще Гервика, да ещё и выглядывающей из-под него ночной рубашке, которую ему выдали в трактире, он был похож на попрошайку. В таком виде ему точно нельзя будет появляться на соревнованиях. Какой из него аристократ в третьем поколении? Если только среди нищих. Да и я, собственно, выгляжу не лучше. Благородные дамы носят пышные платья, а не лосины и свитера.

– Ну что, идем? – повернулся ко мне парень.

– Пошли.

Чем ближе мы подходили к площади, тем шире становилась улица. В конце концов мы с Нейтом даже смогли идти плечом к плечу, а не колонкой друг за другом.

– Слушай, что нужно для боя на мечах? – обратился ко мне парень, предварительно дернув за плечо.

– Э-э-э… ну меч, – удивленно ответила я, покосившись на своего собеседника. – Ещё доспехи. И неплохо было бы силу и мозги иметь, но как показывает практика, это необязательное условие.

– Понятно. Значит, правила не изменились, – туманно отозвался парень, чем заставил меня замереть на месте и уверенно сказать:

– Ты не станешь участвовать в этом турнире.

– Я могу участвовать.

– Нет, знаешь, я еще никогда никого не хоронила, и как-то начинать мне совсем не хочется!

Нейт посмотрел на меня с улыбкой.

– Для принцессы ты слишком грубо выражаешься.

– А ты что, моя мама?! – возмутилась я. – И вообще, сейчас я не принцесса, я – твой глас разума. И я воплю о том, что если ты меня не послушаешь, то умрешь.

– Я умею драться на мечах, – возразил парень.

– Откуда?!

Но ответа так и не получила. Мы замерли прямо посередине улицы, и когда прохожие решили, что столкнуть нас с ног – это их важнейшая миссия, пришлось отойти в сторонку.

К этому моменту я успела чуть привести мысли в порядок и перефразировать своё возмущение:

– Тебе было двенадцать, когда ты стал волком. Ты в любом случае не мог научиться драться, как нормальный… взрослый парень.

– Этого и не требуется. Если всё получится, то Гервик наложит заклятие, которое просто увеличит мои способности, и всё.

– Знаешь, тебе ли не знать, что с магией шутки плохи, – покачала я головой.

– У нас есть выбор? – Нейт скептически поднял бровь.

– Нет. Но… это не самое важное в жизни. Нам ещё договор искать, силы нужно беречь. – Я сама своим ушам не верила. И это говорю я – образчик безрассудства?!

– Деньги тоже нужны, – упрямо стоял на своём парень. – Сама посуди, тебе в турнире вообще не участвовать. А Гервик… он не справится. В бое нужно проворство, умение просчитывать ход наперед. А он в этой части не силен.

Я тяжело вздохнула. Как бы то ни было, он прав. Без денег нет еды. Без еды нет сил. Без сил не найти договор. Без договора не спасти моих родителей.

– Ладно, – хмуро согласилась я. – Но только при условии, что Герви обеспечит твою безопасность.

– Волнуешься? – с искренним удивлением в голосе поинтересовался Нейт.

Я посмотрела на него с недоумением. Впрочем, как и он на меня.

Покачала головой, развернулась и пошла вдоль улицы. Если так долго стоять на месте, то до площади мы и к вечеру не доберёмся.

Когда парень поравнялся со мной, я в неком замешательстве спросила:

– А почему тебя это так удивляет?

– Что удивляет? – не понял тот.

– Моё волнение. Я что, не имею права волноваться за человека, который шесть лет провел в шкуре волка?

– Ну, – Нейт на секунду запнулся, – люди не волнуются за незнакомцев.

– Тебе-то откуда знать? Ты что, в двенадцать лет набрался скептицизма на всю жизнь?

– По-твоему я в шкуре волка перестал думать и утратил способность наблюдать? – спокойно отозвался парень. – И я не скептик. Просто нормальные люди волнуются за своих родных и близких, а не за тех, с кем знакомы полтора дня.

– О, то есть, по-твоему, моё поведение – ненормально? – удивленно подняла брови. – Ну, прости, что волнуюсь. Надо было оставить тебя подыхать в яме, ведь так поступил бы нормальный человек!

– Заметь, – Нейт нравоучительно поднял указательный палец вверх, – я не сказал, что волноваться за незнакомцев – это плохо.

Я настороженно покосилась на своего собеседника. Мда. Странный получился разговор. И всё равно против воли усмехнулась. Меня вроде и оскорбили поначалу, но в итоге сделали хорошей. Забавно вышло.

Нейт, заметив мою усмешку, тоже улыбнулся.

Но больше мы не сказали друг другу ни слова и минут пять шли в тишине. Долго молчать я так и не смогла, одолеваемая странными мыслями. В конце концов, повернулась к парню и с небольшой толикой удивления в голосе спросила:

– А кем ты был до этого? Ну, до того, как стал волком?

Нейт скосил недобрый взгляд в мою сторону.

– Человеком.

– Правда?! – ошарашено воскликнула я и с сомнением высказала: – А по тебе так и не скажешь! – Дождавшись, когда парень усмехнется, уже серьезно добавила: – Нет, правда, кем ты был? Чем занимался?

– А тебе зачем? – спокойно спросил парень.

– Интересно, – честно призналась я. – Ну и неплохо было бы знать о тебе хоть что-нибудь. Ты вообще помнишь, что было с тобой до превращения?

– Да, помню.

– А твои родители за тебя волноваться не будут? Может, стоит им сообщить?

– Поверь, – зловеще сказал парень, – не стоит. – И тут же перевёл тему: – Ну а ты? Как принцессу угораздило пойти на сделку с демоном?

Я опустила взгляд. Затем посмотрела вперед, надеясь, что площадь скоро появится, а то эта улица была какой-то бесконечной.

Не хотелось бы отвечать, но…

– Меня зовут Даниила Рамиро Фердинан, и я очень известная личность во всех Семи Королевствах, – после недолгой паузы гордо отрапортовала я.

– Да-а? И чем же? – с усмешкой спросил Нейт.

– Ну, я с ловкостью настоящего охотника умею влипать в неприятности. Еще я люблю портить праздники и просто обожаю позорить своих родителей. Глупости? О, в них мне нет равных. Что еще? Из особых заслуг могу вспомнить удивительное умение вообще не думать о последствиях своих поступков.

Я знала, что нужно было сказать правду. Нам ведь вместе придётся искать договор. А значит, стать такой маленькой и ужасно глупой, но все-таки – командой. А в команде нужно доверие. Если Нейт будет знать, что я от него ничего не скрываю, то и сам не станет лгать или притворяться. В теории, во всяком случае. Вот только мне хотелось преподнести горькую правду о себе в юмористическом ключе, но парень почему-то даже не улыбнулся.

– Между прочим, не такие уж и плохие заслуги, – серьезно сказал он.

– Шутишь? – недоверчиво усмехнулась. – Я худшая принцесса за всю историю.

– Ты что, убила своего отца, чтобы занять престол?

– Что? Нет, конечно.

– Тогда ты, наверное, развязала войну, сбежав от навязанного брака с каким-нибудь принцем?

– М-м-м… – удивленно протянула я. – Нет, что-то не припомню влюбленных в меня принцев.

– Ну и с чего ты взяла, что ты худшая принцесса? – спросил Нейт, чем поверг меня в ступор.

– Я безответственная, – промямлила в ответ.

– А что, у остальных наследников ответственность из ушей валит?

На это у меня наверняка могла бы найтись целая тирада, потому что в споре я обычно всегда знаю, что сказать. Но видимо, сегодня был не самый удачный день, ибо закрома моего мозга пустовали. Пришлось ограничиться возмущенным:

– И откуда ты такой умный взялся?!

Его послушать, так моя персона прямо пример для подражания.

– Вот и площадь, – вместо ответа сказал Нейт.

– Да уж, вовремя, – хмуро буркнула я.

В основном все города наших Семи Королевств были выполнены по одному скупому плану. Дома везде невысокие, набережные одинаковые, расположение главных площадей и прилегающий к ним улочек – как на подбор. Даже названия разных заведений в разных Королевствах могли повторяться. Никакой фантазии.

Эта площадь не стала исключением.

Вся обделана каменной кладкой. В окружении приземистых домиков, выполняющих роль торговых лавок. Вдали виднелись несколько карет с лошадьми и с пони. Первые, чтобы совершать тошные и скучные развлекательные прогулки. А вторые для глупеньких детишек, которым не терпится потратить родительские деньги на всякую ерунду. В середине площади возвышалась статуя короля второго Королевства – Имана МакФроггата. На выступе стояло несколько торговцев, разложивших по кругу свои цветы. Между прочим, очень прибыльное дело – почему-то люди очень любят приносить такие «дары» на монумент своего царя. Помимо торговцев цветами, возле статуи собралось приличное количество художников. А чтобы никто не сомневался в их исключительном таланте, они все обложили себя собственноручно нарисованными портретами Виктории.

Я уже хотела было уныло прошествовать к непонятной кучке людей, обставивших странного человека в доспехах, как Нейт удивленно спросил:

– Это Виктория?

– Где?

– На рисунках.

– А-а… – кисло протянула я. – Да. Виктория. Ты её знаешь?

– Шутишь? Кто её не знает?

– Действительно, – саркастически отозвалась я и быстрым шагом направилась к примеченной ранее группке людей.

И не прогадала.

Человек в доспехах звучным голосом вещал о завтрашних соревнованиях, потрясая листовками и призывая скорее выкупать билеты на места. Видимо, это мероприятие в народе было популярным, потому что за обступившими зазывалу людьми, самого зазывалу практически не было видно. Только рука в доспехах тряслась над человеческими головами.

– Как-то я ничего нового не слышу, – разочарованно сказала я Нейту спустя некоторое время.

– Ну почему же, – не согласился тот, однако от толпящихся людей мы всё же отошли. – Во-первых, теперь мы знаем, что записываться на состязания заранее не надо. Во-вторых, доспехи и орудия боя никто не выдает, все нужно везти с собой. А если приложить к этому ещё и дворянскую одежду, то у нас вырисовывается проблемка.

Я задумалась. Пробежалась глазами по площади, покусала губы в раздумьях, и, наконец, сказала:

– Пойдём, походим у торговых лавок.

– Зачем? – опешил Нейт.

– Есть одна идейка.

Если у парня и были ещё какие-то вопросы, то он оставил их при себе. И мы, как настоящая парочка отбросов общества – нищеброд и несостоявшаяся актриса (уверенна, выглядела я именно так) – неспешным шагом пошли к лавкам со всякими вещами и безделушками.

Не особо люблю такие походы за покупками, даже если просто посмотреть. Особенно не люблю выбирать одежду из уже готового. На мне никогда ничего не смотрится: либо висит, как балахон, либо мало, и вообще не налезает. Поэтому я предпочитаю, чтобы мне одежду шили на заказ – так меньше шансов развить в себе комплексы.

Но в этот раз стойкого отвращения не было.

Я и вещи-то особо не разглядывала. В основном только делала вид, уделяя куда большее внимания замкам на дверях, да прислушиваясь к разговорам проходящий мимо дам.

Мы с Нейтом заходили то в одну лавку, то в другую, но нигде не останавливались дольше, чем на пять минут. Ровно до тех пока случайно не попали к одному словооходчивому продавцу, увлечённо болтающему с двумя довольно взрослыми женщинами, явно имеющими хорошее положение в обществе.

– Это же просто ужасно! А что, если это – начало конца?! Знамение! Пресвятые Покровители послали нам Кару Небесную за наши грехи! – распиналась одна из дам.

– Не каркай! Кто знает, может, это всё проделки темных сил? – это сказала вторая, более крупная в объемах женщина.

– Очевидцы говорят, – заговорщицким шёпотом сказал торговец, – что из-под купола вылетала сама тьма. Худят слухи, Дьявол готовит возмездие, и это – его первый шаг… никто из-под купола так и не выбрался! Вся королевская семья сгинула…

– Что? – удивленно воскликнула я и запоздало прикусила язык. Не нужно было влезать. Но ведь не стоило особых усилий понять, о чём эти трое говорят. – То есть, я слышала, что дочь короля выжила.

Торговец и две тетки посмотрела на меня с жалость и вместе с тем предвкушением. Первое объяснялось моим незнанием, второе – возможностью поделиться скандальной новостью.

– Нет, врут всё, – махнул рукой торговец, – никто не выжил.

– Купол накрыл весь королевский замок, вплоть до речной границы с нами! – с явными паническими нотками в голосе воскликнула одна из женщин.

– А что другие короли? – как можно более спокойно спросила я. – Они что-нибудь предпринимают?

– Ага, – с заметной иронией ответил торговец. – Вон соревнования среди осеннего сезона устроили! Говорят, на них сама Виктория будет! Всё сделают, лишь бы народ заманить, да денег побольше сгрести!

«Чтобы паника не расползлась» – как-то отстранённо подумала я.

– А с куполом что-нибудь делают? – всё же попыталась добиться ответа.

– А как же! – вступила в разговор полная женщина. – Со всех уголков земли маги съехались, теперь ищут способ, чтобы спасти королевскую семью. Но чует моё сердце, всё напрасно! Это кара к нам пришла!

– Надеюсь, что вы ошибаетесь, – тихо ответила я и повернулась к Нейту, взглядом намекая, что можно идти.

– Ну что, я всё ещё не самая плохая принцесса на свете? – хмуро поинтересовалась у него, как только мы вышли.

– Плохая, но не самая, уж поверь, – со вздохом отозвался парень.

– Я уничтожила собственное королевство! – тихо прошипела, наклоняясь к нему поближе, чтобы никто не услышал. – И после этого ты ещё меня оправдываешь?

Сама не знаю, чего так взъелась. Почему-то его слова меня с самого начала очень сильно задели.

– Кто говорит об уничтожении? Я так понял, там купол какой-то. Уничтожение – это если бы твой дворец валялся в руинах. И что за табличку неудачницы ты на себя повесила? – удивленно спросил Нейт.

– Ничего я не вешала, это правда. Только идиоты заключают сделки с демонами.

– Но это же не делает тебя плохой и, тем более, ужасной. Ошибиться может каждый, – спокойно отозвался парень.

– Моя ошибка стоила жизни моим родным, – сквозь зубы проговорила я.

Почему-то меня страшно выбесило его желание не замечать во мне безрассудную девчонку. Уж я как никто знаю, что он глубоко неправ!

– И кто сказал, что после этого ты – плохой человек?

– Я сказала. Ладно, всё, закрыли тему. Не хочу это обсуждать, – совсем разозлилась я. Развернулась в сторону ближайшей лавки и, одернув свитер, пошла к ней.

Неожиданно меня ухватили за локоть и с силой заставили остановиться.

– Как ты можешь так думать?– грозно спросил Нейт.

Почувствовала, как его пальцы на моей руке сжимаются всё сильнее. Стало даже больно.

– Так – это как? – возмущенно прошипела я.

Хотела резко выдернуть руку из цепкой хватки, но вдруг Нейт сжал и вторую мою руку, прямо у самого предплечья, наклонился ближе, и несильно встряхнул.

– Нельзя настолько себя не любить.

– Я просто честно признаю свои ошибки! – И удивленно уставилась на парня, чувствуя, как мне становится страшно.

– Нет, ты прямым текстом сказала, что считаешь себя плохим человеком. – Парень говорил сухо, но это выглядело более эмоционально, чем если бы он орал. – Плохие люди не спасают незнакомых парней. Они не пытаются им помочь в минуту собственной панической атаки, и уж тем более, не волнуются за их жизнь. Не из-за каких-то там чувств, а просто потому, что сохранили в себе что-то человеческое. – Я часто заморгала, но не говорила ни слова, ожидая, пока парень меня отпустит. Тот поджал губы и с каким-то смирением и вместе с тем сарказмом выдал: – Да, ты определенно самая худшая принцесса, из всех, что я когда-либо встречал.

А затем меня отпустили. Я потерла предплечья, морщась от притуплённой боли. Зло глянула на парня и чуть не ляпнула от переизбытка чувств всё, что думаю о его умственных способностях.

Но именно в этот момент на наших с Нейтом плечах повисли чьи-то руки, а в уши проорал знакомый голос:

– Привет!!! Развлекаетесь?

Гервик протиснулся между нами и встал напротив.

– А у меня сюрприз!

– Какой? – хмуро спросила я, стараясь не смотреть на Нейта.

Герви вытянул вперёд ладони и явил нашему взору три золотых монеты.

Я удивленно вылупилась на деньги. Нейт, кажется, тоже.

– Откуда у тебя это? Да ещё столько. Ты кого-то ограбил?! – ошарашено воскликнула.

– Нет, просто зашёл в одно местечко, а там и подфартило!

– Куда зашёл? – тут же начала допытываться, словно следователь.

– Ну-у… – уклончиво протянул парень. – Разве это важно?

– Да, Герви, важно! – раздраженно сказала я. – Вы что все, издеваетесь надо мной? Один какую-то ахинею несёт, другой деньги не пойми откуда приносит! Говори, откуда они у тебя?!

Герви рассеяно почесал в затылке. Видимо, понял, что не отвертится уже. Вздохнул и пришибленным голосом выложил:

– Сыграл разочек в карты.

– В карты?!

Честно говоря, я ожидала всякого, даже приготовилась возвращать эти деньги законным хозяевам, но азартные игры…

– Я не увлекаюсь, просто иногда поигрываю, когда денег совсем нет. Да и вообще, у нас выбора всё равно нет! Нам нужна одежда, доспехи, меч или копье, и за магию ещё платить!

– Да не осуждаю я, – сокрушенно отмахнулась, понимая, что парень всё-таки в чём-то тоже прав. Уже собралась идти к намеченной ранее лавке, как вдруг до меня дошёл весь смысл сказанных им слов. – Постой, что? Платить за магию? А это ещё зачем?

– А ты как хотела? – не понял Гервик.

– Ты что, ещё и деньги за это возьмешь?! – возмутилась я, поворачиваясь к парню.

– Я?! – растерялся тот.

– Не ты? – растерялась и я.

– А при чем тут я?

У нас явно вышло недопонимание.

– Мне казалось, что это ты магию наложишь.

– Я?! Я такое не умею!

– В смысле – не умеешь? А чего тогда распинался об этом?

– Так я имел в виду, что мы пойдём к специализированным магам, выкупим у них заклинание, и дело с концом.

– А ты что, не можешь это сделать?

– Я?! – в который раз воскликнул Гервик, и у меня аж руки зачесались дать ему подзатыльник. – Я-то могу, но… не факт, что оно сработает…

– А если попробовать?

Гервик поджал губы и на секунду прикрыл глаза.

– Оно не сработает.

– Почему? – никак не могла понять я.

– Дань, – подал голос Нейт, – хватит его мучить, не умеет он.

Я злобно стиснула зубы и ядовитым голосом прошипела:

– Что ж ты за маг такой, раз у тебя только два состояния магии: либо нельзя, либо не могу.

Злость затмевала разум. Резко развернувшись, я пошла к лавке, в которую уже давно собиралась идти. Почему-то не сомневалась, что парни пойдут за мной.

Настроение было окончательно изгажено.

Причём не столько тем, что Гервик нас подвёл (в конце концов, я сама решила, что это он колдовать будет), сколько поведением и словами Нейта. На душе стало противно.

Я прекрасно знаю, кто я. Знаю, кого из себя представляю. Зачем надо было всё портить? Подрывать мои собственные убеждения. Хотя с другой стороны, раз его слова так задели, значит, не такими уж крепкими были мои убеждения.

В любом случае, на душе было гадко.

Как будто меня ведром с помоями окатили.

Причем не кто-то, а я сама.

Из-за такого поганого настроения, день пролетел довольно быстро, не оставив после себя ровно никаких впечатлений или эмоций, кроме злости.

Одежду мы выбрали быстро. Я так вообще схватила первое попавшееся платье моего размера, совершенно не заботясь, выпирает у меня там что-то или нет. Я имею в виду всякие складки, которые обычно всегда выпирают.

Так как Нейт вызвался на бой с мечом, то и меч с доспехами выбирал самостоятельно. Правда, я от выбранных им доспехов была не в восторге, – дешёвые и явно ненадёжные, – но говорить ничего не стала. Пусть сам разбирается.

После того, как из «о боже, кто вы?!» мы преобразились в «хм…чем-то напоминают нормальных людей», пришло время забирать поддельную грамоту, а заодно и обращаться к магам за заклинанием.

Грамоту забрали быстро. Дошли до какого-то невзрачного, полуразвалившегося домика, после чего Гервик отважно вызвался зайти туда в одиночку. Вышел минут через десять, держа в руках титульную грамоту. Я быстро пробежала по ней глазами и с удовлетворением отметила, что выглядит действительно, как настоящая.

А вот с заклинанием вышло всё не совсем гладко. Вернее, вообще не гладко.

Когда мы пришли к очередной торговой лавке, Гервик сказал какое-то кодовое слово в дырочку на двери, после чего нас впустили внутрь, а затем отвели в подвал, где за круглым столом восседало четыре каких-то оборванца.

– Вы – маги?! – опешила я.

– А, что есть сомнения? – И на ладошке одного из них появилось игривое пламя. Представив, что это пламя при случае может сделать с моими волосами, я быстро проговорила:

– Нет-нет, никаких сомнений.

Бомжеватого вида маги на деле оказались довольно милыми людьми. Вернее, я так поняла, что это студенты одной из Магических Академий, которым о-о-очень нужны были деньги.

Вот только даже эта нужда в денежных средствах не заставила их запастись достаточным количеством заклинаний.

Заклинание вживлялось в артефакты.

А артефакты у бедных студентов… закончились.

– Что?! – всполошилась я. – Как это закончились?!

– Вот так. Раз и нет! Всё раскупили, – развел руками один из обор… магов.

– Мы готовы заплатить!

– Все готовы заплатить.

– Двойную цену!

– Даже тройную. Но увы, ничем не можем помочь. Эти заклинания не так просты, и артефакты к ним нужны особенные. Так что извиняйте. Придётся драться честно.

– Вот ведь гады! – сокрушалась я, когда мы вышли из этого логова обманщиков.

– Да ладно, обойдемся и без них, – сухо отозвался Нейт.

– Ну уж нет! – тут же возразила я. – Раз нет магии, то и участвовать тоже не будем. Ты не будешь.

– Почему? – удивился парень.

– Потому что ты не окреп ещё! – Мне было глупо осознавать, что я на всю лицу ору и так очевидные вещи.

Мы двигались по направлению к нашему трактиру.

На город надвигались сумерки, что очень положительно поспособствовало избавлению улочек от вечно куда-то бегущих людей. Даже дышать стало легче, хоть вокруг было сыро и промозгло.

Не люблю осень.

– Слушай, магия лишь дает преимущество, но не решает исход боя, – устало сказал Нейт. Ему, похоже, тоже надоело пререкаться и решать, кому что можно делать, а кому – нет.

Я хотела, как всегда, возразить. Но мне не дали.

Мы шли по какой-то особо темной улице, на которую, как назло, выходили лишь «черные» выходы всех расположенных тут торговых лавок или просто домов.

И всё бы ничего, но момент, чтобы прирезать в подворотне группку нерадивых подростков, был просто идеальным. Им и воспользовались три темные фигуры, вышедшие нам на встречу.

Мы с Нейтом остановились одновременно. Гервик, шедший позади нас, чуть не врезался нам в спины, но вовремя замер на месте.

– Ну наконец-то, мы уже заждались! – ядовито высказался один из громил.

Я удивленно вскинула брови.

– Нас? А мы-то вам зачем? У нас денег нет, сами ищем, кого бы ограбить, – буркнула я, делая шаг назад и упираясь прямо в Гервика.

– А мы не за деньгами. – Показалось, или этот мужик гаденько ухмыльнулся?!

– Ой нет, стойте! Поверьте, я не та девушка, ради которой стоит идти против закона, – тут же попыталась откреститься.

– И, тем более, не за тобой. – Показалось, или на этот раз на лице этого мужика появилась брезгливость?

– А чего вам тогда надо? – не поняла я.

– Его нам надо. – Громила ткнул пальцем в меня.

Я недоуменно сдвинула брови. Покосилась на Нейта. Тот был удивлен не меньше. Так мы простояли где-то с минуту, пытаясь понять, чего от нас хотят (ведь мужик же сказал, что ему моя персона не нужна, но все равно указывает на меня, поэтому что-то тут явно не так… с логикой). Видимо, устав от моей исключительной тугодумности, громила раздраженно махнул рукой, мол, отойди в сторону! Я послушно отошла. Гервик, который стоял за моей спиной, застучал зубами от страха.

– Вам нужен Гервик?! – не поверила я.

– Да. А ну иди сюда, мелкая гадюка, – угрожающим тоном поманил его мужик, от которого и у меня мурашки по коже побежали.

Громила начал приближаться к парню.

Я, конечно, мало что понимала в данной ситуации, но так это всё оставить тоже не могла.

– Эй, нет-нет, стойте! – возмущенно заголосила и встала на пути у громилы. Для надёжности даже руку ему в грудь уперла, чтобы он остановился. – Объясните, что он сделал!

– Дорогая, отойди в сторону, – посоветовал мужик и отнял мою руку от своей груди. – Я сделаю всё быстро, он даже пискнуть не успеет.

– Даня, не отходи, – все же пискнул позади меня Гервик.

– Да за что вы его вообще убить-то хотите?! – резко гаркнула я.

Громила раздраженно сжал челюсть, но по-видимому, в этот же момент был чем-то озарен. Он вдруг хитро прищурился, уставившись на Гервика. Потом обернулся к двум своим молчаливым собратьям, и, глядя вот так друг на друга, они видимо о чем-то договорились. Затем громила вновь посмотрел на меня, но уже с гадкой ухмылочкой.

– А знаешь, ты права, – при этих словах я удивленно вылупилась на это жуткое подобие чудовищ из сказок, – незачем нам его убивать. Проку с мертвого тела? – И тут он вдруг наклонился ко мне вплотную и убийственным голосом продолжил: – Но я смотрю, у сорванца появились друзья. Вот вы-то и вернёте нам его долг. Завтра. До заката. Иначе мы найдем вас и убьем, уже всех.

– Что?! – возмутилась я, делая шаг в сторону, подальше от этого жуткого лица. – Какой ещё долг?

– Его долг. – Мужик ткнул пальцем в Гервика.

– Когда ты успел задолжать? – Это был удивленный голос Нейта.

– В карты, – вместо Гервика ответил громила. – Жульничал, придурок.

Я раздосадовано выдавила нечто вроде: «ну за что мне это?!» и уже громче спросила:

– И сколько он должен?

– Двадцать золотых.

– Сколько?! – в один голос с Нейтом удивлённо воскликнули мы.

Громила лишь усмехнулся в ответ. Развернулся и пошёл к своим приятелям, не забыв на последок кинуть насмешливое:

– Завтра до заката, не забудьте. И да, – вдруг зловеще добавил он, – даже не пытайтесь сбежать из города. На въезде стоят наши люди. И поверьте, мимо них не пройдет ни один жулик.

С этими словами все трое мужиков скрылись из виду.

Как только опасность миновала, я резко повернулась к Гервику:

– Сыграл разочек в карты?! Я не увлекаюсь?! – все больше кипятилась я, наступая прямиком на парня. У того в глазах промелькнул неподдельный страх. – Это ж как надо было «не увлекаться», чтобы проиграть двадцать золотых?!

Мой голос явно заставил Гервика серьёзно задуматься, так ли мучительна могла быть смерть от рук громилы.

– Простите, простите, я, честно, не хотел!

– Конечно! – возмущено взмахнула руками. – Кто ж хочет проиграть двадцать золотых!

– Я не знал, что так выйдет!

– Дань, хватит, – попытался воззвать к моему разуму Нейт.

– Хватит?! Это его ошибка! А исправлять её нам! Нас завтра убьют!

Нейт подошел ко мне и встал прямо напротив, преградив путь к заветной шее Гервика.

– Ты как будто сама ошибок никогда не совершала, – хлестко сказал он.

– Совершала, – не стала отнекиваться я, – но, в отличие от некоторых, я свои проблемы на других не вешаю!

– И он не вешает, – удивительно, но Нейт сохранял убийственное спокойствие, – долг на нас перекинули те воры.

– Прекрасно! – зло воскликнула я. – Давай, конечно! Защищай его! А я пока подумаю, где бы взять двадцать золотых. Ой, постой-ка, точно! Ведь их негде взять!!!

– Вообще-то, есть где, – прищурился Нейт.

Я скрестила руки на груди.

– И где?

– Турнир. За участие в одном состязании дают двадцать золотых.

Я в шоке вылупилась на парня, даже забыв о гневе.

– С ума сошел? – спросила на удивление спокойно. – Ты понимаешь, что участие в завтрашнем турнире для нас заказано. Без магии мы не справимся.

– Вы, может, и не справитесь. Я справлюсь.

– Нейт, ты… ты… – от переизбытка чувств я схватилась за голову и издала мученический стон. – Ты только вчера из волка перекинулся в человека! Может, ты сильный, смелый и так далее, но ты не справишься. В данный момент ты слабее даже меня.

– Мы уже купили доспехи и меч. Даже наряды. Как бы ты ни возмущалась, я уже участвую. Мы все уже участвуем.

Я поджала губы, раздумывая несколько секунд. Всё это время в упор смотрела на абсолютно безмятежного Нейта. Он говорил серьезно, без единого намека на глупую и несуразную шутку. Совершенно серьезно.

– Ты понимаешь, что за одно состязание дают двадцать золотых, – наконец, тихо выдавила я. – И их придется отдать тем ворам. Мы ничего не получим, ни-че-го.

– А кто сказал, что я буду зарабатывать эти деньги? – парень неожиданно улыбнулся и повернулся к молчаливому Гервику. – Он в это вляпался, пусть теперь выкручивается.

– Ч-что? – испугался тот.

Я в упор посмотрела на Гервика. Без злости, гнева, ярости. Без единой эмоции.

Сколько раз мне приходилось стоять на его месте. Когда осуждают меня. За мою ошибку. И орут тоже на меня.

Я его понимала. Понимала, как никто другой.

– Герви, азартные игры – это не игрушка, – сказала это с какой-то жалостью в голосе. – Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, поверь, знаю. Но ты подставляешь нас всех.

– А вы с этими демонами всех не подставляете? – вдруг зло спросил парень.

– В данный момент нам угрожают не демоны! И никто тебя не тянет с нами, можешь уйти, когда захочешь!

– Он не уйдет, верно? – неожиданно спросил Нейт. – Ты ведь никуда не денешься, Гервик. Потому что они приходят за тобой уже не в первый раз.

Нейт посмотрел на него так, словно изучал каждую клеточку его тела.

– Что ты имеешь в виду? – судорожно сглотнул Герви.

– Да, – поддакнула я, – что-то я тоже не поняла.

– Пусть он сам расскажет, – холодно ответил Нейт. – Кто он. Где живет. Как долго в этом городе. Сколько раз в неделю играет в карты.

Я удивленно посмотрела на Гервика. Тот упрямо сжал губы и молчал несколько секунд, а затем, сконфуженно опустил голову.

– Слушайте, все получилось случайно…

– Рассказывай.

– Да зачем вам это знать? Я сам выпутаюсь…

– Рассказывай.

Герви зло поджал губы.

– Ладно. Если так хочется знать, то я из небогатой семьи пастуха. Хотел в городе начать новую жизнь, вылезти из этой бедности. У меня прорезался дар мага, и я пошёл поступать в Магическую Академию. Поступил. А спустя несколько месяцев пристрастился к азартным играм. Довольны?

– И что дальше было? – опровергая его вопрос, допытывался Нейт.

Герви нервно сцепил пальцы.

– Из Академии меня выгнали. Я – маг-недоучка. Вернее, маг-неудачник. У меня сразу не заладилось с магией, она мне… – парень судорожно вздохнул и поднял на нас покаянный взгляд. – Не даётся она мне так же легко, как всем. Я бы и мог попробовать наложить заклинание на артефакты и помочь в турнире, но я не сумею. У меня не выйдет! Каждый раз, когда я начинаю колдовать, выходит какой-то ужас. А азартные игры… это штука такая, в ней как повезёт. Но у меня нет времени на «как повезёт»! И я мухлюю, с помощью магии, да. И каждый раз меня раскрывают, потому что я не умею колдовать незаметно. А не колдовать… словом, приходится часто переезжать.

– Постой, – настороженно вклинилась я, – а то, что я тебя возле города полуживого нашла, это…

– Я проиграл, и с меня содрали все деньги. Ночевать было негде, одежду… да, и её забрали. Вот я и… валялся там, в канаве. Спал. – Гервик глубоко вдохнул и вдруг резко спросил: – Что, теперь осуждать меня будете? Валяйте, мне не жалко.

Мы с Нейтом переглянулись.

Да, нельзя это пропускать мимо ушей. Азартные игры – это уж точно не игрушки. Однако мы ему не родители, чтобы учить его жизни. Это был его выбор. Сомневаюсь, что он действительно не понимает, чем это всё грозит.

– За пристрастность к азартным играм убивать надо, – вздохнула я, выдержала мучительную паузу и добавила: – Но кто мы такие, чтобы судить? Поверь, если уж и есть среди нас неудачник, так это я. Я пошла на сделку с демоном, и теперь мои родители во власти мощного заклятия.

Как бы то ни было, пришлось чуть-чуть недоговорить. Если Нейт знает обо мне правду лишь потому, что подслушал наш разговор с демоном, то Гервику рассказывать всю правду я побоялась.

Тем не менее, после его рассказа, злость отступила. Её место заполнила жалость и сочувствие. Уж кому, как ни мне, знать, что чувствует неудачник.

– У тебя хотя бы родители, – с усмешкой сказал Нейт, – а я шесть лет пробыл волком. Знаете почему? Мне хотелось силы.

– Тебе? – не поверила я, оглядывая парня с головы до ног.

– Да. Мне было двенадцать лет, и я жутко завидовал трём своим братьям. Хотелось стать воином, сильным и смелым, с быстрой реакцией и мощным зрением. Вот и стал. Удивительно, как демоны умеют интерпретировать желания.

Я улыбнулась и оптимистично провозгласила:

– Добро пожаловать в клуб неудачников!

– Почту за честь! – Парень отвесил нам шуточный поклон.

Я подошла к Гервику, схватила его под локоть и потащила к выходу из этого злосчастного переулка.

– Знаешь, Герви, надо было тебе сразу всё рассказать, меньше проблем бы было!

– Ты что, когда б я ещё узнал, что Нейт пожелал у демона силы и смелости? – злорадно ответил Гервик.

Упомянутый парень хотел что-то сказать в ответ, но не успел, так как я схватила под локоть и его, и теперь уверенной походкой шагала меж двух парней.

Но прежде чем выйти на людную улицу, посчитала нужным спросить у Нейта:

– Ты уверен, что завтра справишься? Настолько веришь в свои силы?

– Да, – твердо заверил парень.

– Тогда и я верю.

Глава 9.

Утро не задалось.

После крепкого сна все вчерашние эмоции волшебным образом исчезли, оставив после себя в напоминание лишь одежду, которую я купила под воздействием гнева. И только когда влезла в эти тряпки, в полной мере осознала, что мне «посчастливилось» приобрести.

Нет, фасон платья был хорош, но вот…

Насколько я помню, продавщица клятвенно заверяла, что «это платье как раз для вашей груди!». Вот только на деле выглядело скорее как: «для вашей груди, которая вряд ли когда-нибудь у вас будет». Наверное предполагалось, что корсет удивительным образом сможет если не увеличить грудь, то хотя бы весь жир с живота туда переместить. Однако мой корсет так изгаляться не стал, просто перетянув живот до состояния полной дыхательной недостаточности, а чашечки для груди оставил пустовать.

Я полюбовалась на это нечто минут пять, пытаясь понять, как такое вообще можно исправить? Не новое же платье покупать! К тому же цвет у этого был достаточно скромным, но в то же время выгодно выделялся нежным тоном – светло-голубым, ближе к лазурному. Да и на самом деле мне нравилась его неброскость и вместе с тем – утонченность. Корсет элегантно облегал талию, и сравнить ее можно было с тонким стволом дерева – красивым, прямым… статным. Я гордо расправила плечи, вытянулась, покрутилась перед зеркалом туда-сюда, отмечая, что выгляжу не так уж и плохо. Сам корсет был отделан красивым рисунком, правда, понять что это, вряд ли мог даже сам создатель. А вот юбка была атласной, не блестела, не сияла, и прекрасного рисунка на ней не было, однако смотрелось всё равно очень завораживающе. И она лишний раз доказывала, что иногда простые вещи смотрятся на людях намного лучше, чем расфуфыренные и напичканные, как только можно.

А если сверху никто не посмотрит (с моим-то ростом!) и не увидит, что в верхней части корсета зияющая пустота, то и грудь как будто есть.

Поразмышляв еще несколько секунд, я решила, что по дороге куплю шаль, и тогда точно никто не узнает коварный секрет обладательницы этого платья.

Выходя из ванной, я надеялась услышать удивленные вздохи и ахи, увидеть скрытое томление в глазах ждущих меня парней… ну и что там обычно ещё бывает, когда не очень красивая девушка надевает очень красивое платье. Но вместо этого наткнулась на два зверски осуждающих взгляда и возмущенный вопль Гервика:

– Ты чего так долго?! Мы уж думали, ты там утонула!!! – И могло бы показаться, что это волнение за мою скромную персону, но тут парень еще громче добавил: – Давай скорее, мы опаздываем!!

Я разочарованно вздохнула и направилась к своей сумке, отмечая про себя, насколько преобразились сами парни.

Как бы это парадоксально ни звучало, но именно сейчас различие между ними выглядело особенно ярко.

Герви почему-то выбрал себе бежевый камзол, под ним виднелась бежевая жилетка (теперь я знаю его любимый цвет), расшитая золотыми нитями, и в сочетании с коричневыми бриджами смотрелось это, мягко говоря, странно. В этой одежде лицо парня стало не то детским, не то глупым. Я бы сказала, что он стал напоминать отстающего в развитии сыночка какого-нибудь не шибко удачливого графа. Только сейчас заметила, что нос у парня закорючкой, а чем-то прилизанные тёмные волосы открывают довольно объёмный лоб. В сочетании с узкими глазами и тонкими губами парень и правда выглядел, как безмозглый пацан. В общем, Герви стал похож на типичного представителя аристократии.

В сравнении с ним Нейт мог быть причислен к категории «принцев». Нет, мне, в общем-то, было всё равно. Тем не менее, что-то внутри меня дотошно принялось оценивать чужую внешность.

Нейт выбрал темно-синий камзол, белую жилетку и чёрные бриджи. При его бледной коже смотрелось впечатляюще. Первая ассоциация, промелькнувшая в голове – «вампир», но я тут же усмехнулась про себя этой нелепости.

Вампиров в наших Королевствах можно было вычислить за милю. Эти разновидности кровососущих очень любили стиль, красоту, изысканность, часто граничащую с излишествами. Они жили кланами в богатых особняках, всеми силами пытаясь выделиться при помощи своей экстравагантной внешности, как то: красный шарф, клетчатый плащ и ярко-оранжевые штаны, к примеру. И вместе с тем хотели быть обычными. То есть работали на постоянной работе, учились в Академии, собирали свои дипломы.

Но главной их особенностью стала любовь к человеческим девушкам. Любовь – в прямом смысле слова. Был у них какой-то извращенец, который впервые за всю историю влюбился в человеческую девушку. Там была какая-то душещипательная история, в подробности которой мне очень не хотелось лезть, но смысл в том, что после него все вампиры вдруг осознали, как грешно жили до этого времени. Спустя некоторое время появилась целая секта последователей, которые перестали пить человеческую кровь, перешли на животную, и с завидным энтузиазмом стали искать свою единственную среди человеческих девушек.

И именно поэтому я предпочитала держаться от вампиров подальше.

Так вот Нейт всё-таки чем-то напоминал вампира, но очень-очень отдаленно. В темных тонах парень выглядел зловеще, а бледная кожа лишь усиливала эффект. Однако всё это добавляло ему представительности. Парень выглядел действительно, как принц. Только не молоденький и глупенький, а умный и ответственный наследник престола. К тому же, удивительным образом у него заострились черты лица, сделав из него ну совсем уж мрачного типа.

Подивившись такому резкому контрасту между парнями, я чуть не налетела на тумбочку, но вовремя посмотрела под ноги. Взяла сумку, которую таскала с собой с того момента, как сбежала из замка, и повернулась к выходу.

– Ты с этой сумкой решила пойти?! – ошарашено спросил Нейт, и, клянусь, в его голосе прозвучала брезгливость!

– Да, а что? – надменно поинтересовалась я, пряча вещицу за спину.

– Эта сумка как будто в Аду побывала. С платьем не смотрится совершенно.

– Кто бы говорил мне о моде! – возмутилась я.

– У тебя дорогое платье и дешевая, грязная, ужасная, некрасивая, потрепанная сумка. Как, по-твоему, со стороны выглядит их сочетание?

Нейт злился, в этом не было сомнений.

– Но у меня там все вещи, я не могу оставить их тут, – попыталась отстоять самое драгоценное, что у меня было.

– Тогда отдай сумку Гервику.

– Мне?! – опешил парень и как маленький заявил: – Но она же девчачья!

– Да какая разница?! – вскипел Нейт, в один момент преодолел разделяющее нас расстояние, выхватил мою сумку и буквально впечатал её Гервику в грудь. – Выглядит всё равно, как комок грязи.

Герви принял навязанный подарок с самым оскорбленным лицом на свете, однако вслух возражать не стал.

– Хорошо, что когда Нейт злится, перепадает тебе, – злорадно прокомментировала я и поспешила первой выйти из нашего номера.

Озарило меня только на улице.

– А где твои доспехи? – удивленно поинтересовалась у Нейта.

Тот посмотрел на меня, как на полную дуру.

– Скажи, хоть один представитель высшего сословия носит доспехи с собой? – И, разбавляя сарказм серьезным тоном, добавил: – Мы наняли платного лакея.

Я обиженно насупилась и, не удостаивая его ответом, пошла впереди обоих парней.

Мне казалось, что в такой важный день погода должна измениться, сплошные тучи расступятся, впуская не теплое, но приятное солнышко. Но куда там. Нас окружала серая промозглая холодрыга, разбавляемая медленно опускающимся на мощеные улочки туманом. Эта унылость вводила в тоску. Так и хотелось запрокинуть голову и с искренним негодованием крикнуть небесам: «да хватит уже такой погодой портить настроение!».

В моём платье, на котором не было даже плечиков, меня тут же прошибла мелкая дрожь, и появилась действительно объективная причина срочно купить шерстяную шаль.

Парни, даже не смотря на то, что мы опаздывали, возражать не стали. Волновались что ли? Как бы то ни было, шаль мне досталась не самая дорогая, но зато самая теплая.

А на открытие мы всё-таки опоздали.

Может, и к лучшему, кстати.

Народу на состязание явилось тьма. Мероприятие проводилось за городом на специально огороженной территории. Наверное поэтому всё и устроили в этом городе… вряд ли все эти трибуны и специальные площадки для различных турниров можно было построить за несколько дней. Наверняка, всё это было уже давно тут установлено, и состязания проводились не в первый раз. Тем более, этот город граничил с Первым Королевством, что уже обеспечивало прилив новых как участников, так и зрителей.

Повсюду слышались ярые кличи, которые должны были поддержать любимых рыцарей. Естественно, такое мероприятие просто не могло остаться без торговых лавок, из которых то и дело слышались призывные вопли: «Подходи, покупай!». Для особо нетерпеливых зрителей уже начали даже разливать пиво из огромных бочек, что тут же повлекло за собой новые покупки «чтоб закусить!».

Мы прошли через главный вход и спросили у стражников, куда нужно идти, чтобы записаться.

И вот тут меня пробил запоздалый мандраж.

Я вдруг представила себе, что с нами сделают, если поймут, что грамота поддельная. Или что Нейт совсем не рыцарь. Или что я – та самая виновница, из-за которой вся королевская резиденция Первого Королевства находится по угрозой исчезновения. От этих мыслей у меня вспотели ладони, сердце забилось, как бешеное и чуть не застучали зубы. Я глубоко вдохнула и начала мысленно призывать себя к спокойствию.

И мой самообман мог бы сработать, если бы Гервик вдруг резко не подал голос, чем заставил меня подпрыгнуть на месте:

– Ну, я пошел!

– Куда?!

– Куда-куда, – нервно отозвался парень, и тут стало понятно, что мандраж настиг не меня одну, – грамоту отдавать.

– Кому?!

Честно говоря, на всех этих состязаниях я была только в качестве зрителя, и о том, что происходит до того, как на арену выходят мускулистые мужчины, имела смутное представление.

– Судьям. – Гервик кивнул куда-то в сторону.

Судьи расположились на большом деревянном возвышении, за огромным столом, на котором стопочкой были сложены чужие грамоты.

– Уд-дачи, – слабым голосом пожелала я, радуясь, что являюсь представительницей слабого пола и мне совсем не обязательно отвечать за все эти условности.

– Только без паники, – сказал ему Нейт, – они должны поверить тебе.

– Врать-то я умею, – отмахнулся Гервик, однако всё равно было видно, что ему страшно.

Парень глубоко вдохнул и уверенным шагом направился прямиком к нашей судьбе, то есть к судьям. Когда его красивые сапоги застучали по деревянной поверхности возвышения, я почувствовала, как у меня подкашиваются колени. Только бы всё прошло нормально! Только бы не раскрыли!

От страха сцепила руки за спиной, скрестив пальцы на удачу.

С нашего места было слышно, что говорит Гервик.

Парень прокашлялся, раскрыл грамоту и стал зачитывать длинные и нудные титулы липового виконта Орлеана Бруденшавского, то есть Нейта.

Это было самой тягомотной частью речи Гервика.

Наконец, он закончил зачитывать титулы несуществующих родственников из родословной Нейта, ещё раз прокашлялся и протянул грамоту одному из судей. Старый мужчина в огромном белом парике принял её с усталым вздохом. Пробежал по ней внимательным взглядом и спустя несколько мгновений вновь посмотрел на Гервика.

– А кем вы приходитесь виконту Бруденшавскому?

Каюсь, я вздрогнула.

До этого момента мы продумали всё. Нейт – Орлеан Бруденшавский, сын графа Бруденшавского, приехал на состязания попытать удачи. Я – Палмира Гранторн, подруга виконта, приехала его поддержать. Герви был посыльным графа и по совместительству секретарём виконта. А вот фальшивое имя мы ему не придумали, посчитав, что уж его-то точно не спросят…

– Я…я… – выдавил Гервик, – я по-осыльный графа Бруденшавского, также являюсь секретарём виконта Орлеана.

– Ваше имя, – грозно потребовал судья.

– М-моё имя? – севшим голосом повторил парень, взглядом пытаясь найти какую-нибудь подсказу. – Меня зовут… м-м-м… Посторон… Посторон Невходинин.

Я удивленно вылупилась на парня и даже сама не заметила, как вцепилась в руку Нейта.

– Посторон Невходинин? – недоверчиво переспросил судья. – Это ваше настоящее имя?

– Конечно, да, – уверенно кивнул Гервик.

Я, пребывая в глубочайшем шоке, едва не треснула себя по лбу. Отведя взгляд, заметила табличку на какой-то двери: «посторонним не входить!». Мда.

Судья где-то с минуту пристально смотрел на Гервика. Надеюсь, он не заметил там отражение проносящейся мимо жизни. Наконец, пожилой мужчина кивнул и громогласно объявил:

– Отметьте состязания, в которых будет участвовать виконт.

Наверное, наш облегчённый выдох услышали даже судьи.

Когда Герви вернулся к нам, я с чувством дала ему подзатыльник.

– Балда! – прошипела тихо, чтобы никто не услышал. – Поумнее ничего не придумал, Посторон Невходинин?!

– Ну прости! – так же тихо прошипел в ответ Гервик. – Надо было тебя туда послать, ты бы точно что-нибудь остроумное ляпнула!

– Это на что намёк?! – возмутилась я.

– Прекратите ссориться, – прервал нашу перепалку Нейт, – лучше идите места на трибунах займите, а то стоять придётся.

Я зло надула губы, но продолжать не стала, вместо этого с вызовом сощурила глаза, намекая, что мы ещё не закончили.

На трибунах действительно творился сущий хаос. Со стороны выглядело так, словно кто-то муравейник разворошил.

– Ладно, идём скорее, а не то нам даже рядом с трибуной не встать. – Я вздрогнула, представив, как мы будем пробираться среди этих кишащих людей. – А тебе удачи, – обратилась к Нейту. – Мы верим в тебя.

– Если проиграешь, будет досадно, но мы всё равно будем тобой гордиться, – напутствовал Гервик, сопроводив свои слова ободряющим похлопыванием по плечу.

– Тогда постараюсь не проиграть, – усмехнулся в ответ Нейт. – Ладно, вы на трибуны, а я пошёл лакея искать.

– Удачи! – крикнула ему ещё раз и обратилась к Гервику с вопросом: – Напомни, почему мы позволили ему участвовать?

– Он сказал, что верит в то, что справится.

– Ох… и зачем мы вообще на это решились… – Меня не отпускало предчувствие чего-то недоброго. – Надеюсь, обойдётся без жертв.

Мы с Гервиком одинаково скорбно вздохнули и, как отчаянные самоубийцы, побрели в самое пекло. Наверное, брести всё же не стоило. Надо было с самого начала приподнимать подол и нестись к трибунам со всех ног. Но мы, как всегда, опоздали.

Первые ряды были заняты до того плотно, что некоторые люди даже не могли усидеть на краях – их спихивали. К задним, к сожалению, уже было не добраться. Во-первых, и так многие туда уже лезли, расталкивая остальных зрителей, и потому явно претендуя на свободные места. Во-вторых, на ступеньках примостились обделённые местами люди, и подняться наверх можно было разве что по их головам.

Мы с Гервиком переглянулись.

– Ну что, стоять придётся? – печально вздохнула я.

– Да-а, – мученически протянул парень. – Пойдём вон туда, под дерево, пока не заняли.

Его идея мне понравилась.

На этот раз к свободному месту мы неслись на всех парах. Я даже порадовалась, что когда-то в таких же длинных платьях частенько бегала по замкам, когда мы с родителями посещали различные балы. Надо же, а умение ведь пригодилось.

Под деревом было уютно и почти спокойно.

Мимо нас ходило множество людей, а некоторые даже присаживались рядом с нами, прямо на холодную сырую землю. Лично мне это особых неудобств не доставляло.

Теперь для меня началась нервотрепка посерьезнее.

Как бы то ни было, а заверения Нейта, что он справится, особой уверенности всё равно не придавали.

Перед нами расположилась большая овальная арена, полностью засыпанная песком и огороженная деревянным забором. Вокруг него сновали стражники, не позволяя особо прытким зрителям через него перелезть.

С двух сторон от арены расположились трибуны.

На одной из них сидели зрители.

На противоположной – королевская чета и все её приближенные.

Хотя… чета – это громко сказано. Короля Второго Королевства не было. Зато была его дочь. Прекрасная, ослепительная, несравненная Виктория. Она сияла своей удивительной красотой и надменностью, с поверхностным любопытством взирая на арену.

Помню, раньше, когда ещё я присутствовала на подобных состязаниях, все участники турнира выходили на поле боя и произносили пафосные речи. Но мне казалось, это было не обязательным условием участия.

Однако после гонга, возвещающего о начале соревнований, один рыцарь за другим выходили на арену и воспевали настоящие оды несравненной Виктории. Не было в их словах больше ни единого намека на других девушек, и, тем более, что они могут разглядеть себе невесту среди зрительниц…

Когда уже десятый воин вышел и стал громко вещать о том, как подарит свою победу прекрасной дочери короля, я начала подумывать, что это какой-то заговор. Зачем они это говорят? Всё равно ж это неправда! Ну то есть, может в какой-то мере и правда, и Виктория действительно вдохновляет рыцарей сражаться и идти к намеченной цели, но… что за глупости, будто они отдадут ей свою победу? Победу вообще нельзя отдать!

Кстати говоря, Виктории на их речи было чхать с высокой колокольни. Она, по-моему, даже не слушала. Всё, что было даровано в ответ на красноречивые разгалогольствования – лишь надменный взгляд и легкая снисходительная улыбка одними уголками губ, как будто принцесса делала каждому из воинов одолжение…

Вот ей самой не надоело?!

Я устало потёрла виски, когда от одинаковых слов и выражений стало подташнивать.

Но вдруг на арене появился удивительно знакомый силуэт. Я подалась вперед, прищурилась и удостоверилась – Нейт. Повернулась к засыпающему Гервику и похлопала того по животу.

– Ай! – подскочил парень.

– Просыпайся, очередь Нейта!

Герви удивленно поднял брови.

– Неужели он решился на речь?

– Что-то мне подсказывает, выбора у него не было, – тихо буркнула я и с жадностью стала прислушиваться к тому, что должен был сказать парень.

Нейт медленно прошествовал до середины арены, повернулся к Виктории, подарил ей улыбку и громко сказал:

– Надеюсь, победу одержит сильнейший!

Развернулся и ушёл.

По трибунам прокатился вздох удивления.

Я же в ответ победно захлопала, чуть ли не раздуваясь от гордости. Кто знает, суждено ли мне было лопнуть от этой гордости, но «сдуло» меня резкое появление какого-то слуги, который шаркающей походкой подбежал к Нейту и что-то прошептал ему на ухо. Вот честно, я чуть не вылетела на арену и не накостыляла этому слуге! Ведь наверняка хочет, чтобы Нейт наговорил кучу комплиментов Виктории!

Кстати, сама Виктория впервые с начала соревнований удивленно подалась вперёд на своем королевском кресле.

Боже, неужели её заинтересовал наш Нейт? Кошмар, если так. Тогда беды уж точно не избежать. Надеюсь, наш бывший волк не настолько глуп, чтобы…

… мои мысли разбились вдребезги, когда я увидела, как парень разворачивается и идет обратно к середине арены.

Захотелось вскочить и закричать: «не ведись на их уловки!!», но всё это так и осталось на уровне нереализованного желания.

Нейт вновь встал аккурат перед Викторией. Вздохнул. Обернулся к другой трибуне, которая в предвкушении затаила дыхание. Бедняга Нейт. Он в растерянности. Ну и зачем его заставили произносить похвалу в адрес Виктории?! Уу-у! Найти бы этих организаторов, и самих заставить выступать перед такой толпой! А потом подраться! Друг с другом!

– Прелестная Виктория, – начал Нейт немного глухо, – у вас… вы… м-м… вы прелестны. У вас… э-э… очень красивое платье. Спасибо, что верите в нас. Вы добрая и умная, Слава Вам, – явно стараясь закончить побыстрее, отчеканил парень, развернулся, и поспешил скрыться с глаз долой.

Я злорадно хмыкнула, наблюдая, как взлетают изящные брови нашей Спасительницы, проявляя на практически каменном лице искреннее удивление.

Вдруг – и кто бы сомневался?! – к нему навстречу выбежал слуга с абсолютно несчастным лицом. Я возмущенно застонала. Слуга что-то начал нервно говорить нашему парню, который, видимо, и сам уже понял, что проще распластаться в комплиментах, чем терпеть всё это. И когда мне уже казалось, что Нейт самостоятельно готов развернуться и зацеловать чертову Викторию, слуга вручил парню листочек. С речью. Наверное.

– Какой кошмар! – Я обреченно покачала головой.

– Вот это позор, – бесцветным голосом подтвердил мои мысли Гервик и вдруг добавил: – для Виктории.

– Почему сразу для Виктории?

– О её красоте с листочка читать? Что может быть позорнее?

Секунду я раздумывала над его словами. А потом вдруг расплылась в злорадной улыбке, и даже выкрикнула победное: «Ха! Так тебе и надо!», но под недоуменным взглядом Гервика поспешно уставилась на арену.

О да. Герви прав. У Виктории сегодня день явно не задался.

Тем временем Нейт вернулся на середину арены и громко зачитал:

– Уважаемая, прекрасная Виктория, это большая честь видеть ваше присутствие на этих соревнованиях. Ваша красота ослепляет и заражает… кхм, простите… зарождает во мне желание победить несмотря ни на что. Вся моя сила и э-э-э мужественность? Да, мужественность, посвящена только лишь Вам, – зачитав эти слова, парень не удержался и хмыкнул, почесал лоб и поднял насмешливый взгляд на причину столь нелепых слов. Вздохнул и продолжил: – Ради вас я готов пойти на что угод…

– Довольно, – вдруг резко оборвала его Виктория. – Хватит ненужных слов.

Я удивленно уставилась на несчастную красавицу.

«Несчастная красавица» грациозно поднялась со своего места, и, покачивая изящными бердами, дошла до боковой лестницы трибуны. Чтобы спуститься по ступенькам ей пришлось чуть приподнять подол своего платья, которое полностью облегало фигуру и имело «юбку-карандаш». Делая маленькие шаги, принцесса Второго Королевства осторожно спускалась по лестнице бочком, и всем зрителям выпала редкая возможность досконально рассмотреть предмет всеобщего восхищения.

На Виктории было длинное красное платье, которое обтягивало её тело, словно являлось продолжением кожи. Декольте не было, ткань доходила ей практически до шеи, лишь обнажая плечи, что было немного удивительно с её-то… ну, в общем, было странно. Кожа бледная – явно специально напудренная, а губы перекрашены ярко-алой краской. В идеально уложенных каштановых волосах виднелась тонкая серебряная диадема, чей ободок увивала сверкающая отделка, напоминающая плющ.

По лестнице Виктория спускалась достаточно долго, а потом еще минут пять шла до оторопевшего Нейта. Но даже несмотря на такую заминку, она сумела приковать к себе сотни взглядов, и заставила всех зрителей затаить дыхание.

Наконец принцесса приблизилась к Нейту, подарила парню очаровательную улыбку и мелодичным голосом провозгласила:

– Ты не похож на других рыцарей, поэтому своё благословение я дару именно тебе.

И на глазах у сотни ошарашенных зрителей осторожным движением надела ему на голову свою диадему.

Я мученически закатила глаза и, спрятав лицо в ладонях, глухо простонала:

– Ну как она это делает?!

– Делает что? – не понял Гервик.

– Да выходит из таких ситуаций, даже мизинчика не замарав! Ну вот как у неё это получается?!

– Талант, – глубокомысленно изрек парень.

Я злобно насупилась и за оставшимися рыцарями наблюдала таким взглядом, словно занимала первые ряды в цирке.

Больше таких заминок, как с Нейтом, организаторы не допустили. То ли все оставшиеся воины действительно поклонялись Виктории, то ли в срочном порядке выучили нужные речи, но как результат – выступили они бесподобно. Даже несмотря на то, что её диадема уже нашла своего фаворита.

Официальная часть заняла довольно много времени. Народ на трибунах постепенно начал терять терпение, поэтому последние несколько воинов сказали всего лишь слова приветствия и были отправлены восвояси.

А затем начались соревнования.

Я прекрасно помнила, как прежде сидела на трибунах и с интересом наблюдала за сражениями. Хорошее было время. Доброе.

И вроде бы эти соревнования ничем особым не отличались – такие же могучие мужики машут мечами, чтобы произвести впечатление и завоевать любовь зрителей. Тем не менее, на этот раз волнение начало медленно завладевать моим организмом, постепенно трансформируясь в нервную тряску рук, покусывание губ и потеющие ладони.

На этот раз соревнования стали для меня иными – теперь в них участвовал человек, за чью жизнь я искренне переживала. И пока от волнения не пришлось грызть ногти, я заставила себя смотреть на арену и внимательно наблюдать за каждым движением выходящих воинов.

Но это не помогло отвлечься. Наоборот, стало только хуже. В голове тут же стали появляться картинки, как Нейту придётся сражаться с одним из всех этих воинов, хоть я даже и не знала, с каким именно. Моя фантазия с завидным энтузиазмом подкидывала мне картинки, как не готового к таким нагрузкам парня избивают, колошматят куда только можно, а потом опрокидывают лицом в песок.

К тому моменту, как на арене появился сам Нейт, моё тело уже покрылось холодным потом. Заранее.

Правила боя были просты – выходишь, наносишь пять ударов противнику, а за удары тут походило и простое касание мечом (тоже мне, воины!), два раунда подряд. Если была ничья, то назначался дополнительный – третий. И в итоге воин становился либо победителем (и боролся дальше), либо побеждённым (и шел запивать своё горе).

Нейту предстояло сражаться с воином, который уже победил троих. Но измотанным противник точно не выглядел, что заставило волноваться еще больше.

Когда парень поднял меч и нанёс первый удар, я реально почувствовала, как у меня ёкнуло сердце. Но пришлось заставить себя не сводить взгляда с арены.

Противник Нейта был высоким и крупным, доспехи буквально блестели в лучах едва выглядывающего солнца. И сразу было видно – сделаны они действительно из прочного материала. Не то что у Нейта. Надо было настоять на дорогих доспехах! И пускай мы бы разорились, зато хотя бы за парня было спокойнее!

Но даже несмотря на дешёвое облачение, Нейт начал бой достойно, очень достойно. Первый удар наотмашь заставил противника сделать несколько шагов назад. Возвращение в стойку и новый резкий выпад. Но на этот раз противник был готов. Несколько секунд звучал лишь звон разъяренных клинков. Замах, удар… и Нейт отступает к ограде. Делает шаг в сторону, переводит дух.

После этого бой становится жёстче, яростнее. Первые пять минут оба противника не сдаются, парируя каждый новый удар, и потому зрители видят лишь как скрещиваются друг с другом их мечи. А затем в каждом из воинов верх берёт усталость. Появляется какая-то вялость в движениях, пропадает резкость замахов. И неожиданно Нейт пропускает несколько ударов. Неизвестный мне воин касается парня сразу в двух местах – спине и коленке. Минус два очка. Нейт с нескрываемой яростью начинает наносить новую порцию ударов, но создаётся впечатление, что его эмоции делают только хуже. Парень неожиданно спотыкается и падает на землю. Сам. Даже не получив удара.

Я запустила пальцы в волосы.

Да, ещё вчера Нейт с абсолютной уверенностью в голосе говорил нам, что справится. И я верила ему, даже несмотря на крохотные сомнения в душе, касающиеся его состояния. Но теперь каждому присутствующему на этих состязаниях стало ясно – этот парень не справится. Противник слишком силён. И быть может, у Нейта мог бы появиться хоть какой-то шанс, будь он чуть изворотливее. Но парень был ещё слишком слаб, чтобы принимать этот бой.

– Надо что-то делать, – прошептала я.

В этот момент огромный воин замахнулся и со всей дури вдарил Нейту по животу, да так, что парень отлетел к изгороди.

Три удара. Осталось два.

– Надо что-то делать! – не терпящим никаких возражений голосом сказала я. – У нас два удара. За это время мы не успеем даже добежать до арены… нужен перерыв. Герви, как нам устроить перерыв?! – панически прошипела я, поворачиваясь к своему соседу.

– Я… я не знаю, – пролепетал в ответ тот.

Я лихорадочно принялась соображать, обводя при этом безумным взглядом каждого зрителя на трибунах. Что делать, что делать, что делать…

– Герви, скажи какую-нибудь глупость, – умоляюще прошептала я. Нужно было лишь только подтолкнуть свою фантазию. Мне нужна была одна лишь бредовая мысль. Самая бредовая.

– Г-глупость? – опешил парень. – Да я не ходок по части глупостей.

Несмотря на «состояние несостояния», с моих губ невольно сорвался смешок.

– Уж кто-кто, а ты-то точно ходок. Думай, что заставит их сделать перерыв? Нам нужно совсем немного времени, чтобы что-нибудь придумать!

– Как ты собираешься ему помочь? – с долей обречённости в голосе спросил Гервик. – Нам не выйти туда и не подослать какого-нибудь воина, чтобы он сражался за Нейта! Магия тоже не сработает, а перерыв никто не устроит, потому до наших переживай и дела никому нет!

И внезапно меня осенило.

– Верно, нас никто слушать не станет. Зато её послушают.

С этими словами я в упор посмотрела на Викторию.

Буквально тут же услышала, как сглотнул испуганный Гервик.

– Ты же ведь не собира…

– Это не важно. Нам нужно всего лишь немного времени, которого у нас и так почти не осталось! Герви, – я повернулась к парню и посмотрела на него очень внимательным взглядом, – мне нужна твоя помощь. Ты готов помочь? Не ради меня, даже не ради Нейта, а ради себя. Если Нейт проиграет, нам не выплатить твой долг и кто знает, что тогда с тобой сделают те громилы.

Пока Герви смотрел на меня тяжёлым взглядом, пытаясь принять решение, у меня в голове звучал лязг скрещивающихся мечей. Ну, давай, парень, быстрее…

– Что ты от меня хочешь? – наконец глухо задал он свой вопрос.

Я облегчённо выдохнула.

– Мы пошлём Виктории письмо с угрозой. Обставим всё так, будто демоны сейчас тут, и они угрожают всем собравшимся смертью, если она не выполнит поставленные условия. А так как Виктория – Спаситель, она не посмеет…

– Звучит совсем неубедительно, – тупо отозвался Гервик. – У меня есть идея получше.

С этими словами парень схватил меня за руку и потащил подальше от арены. А так как мы и без того находились от неё на приличном расстоянии, за несколько секунд нам удалось добраться до торговых лавок.

– Что ты задумал? – уязвлёно спросила я, чувствуя, как внутри зарождается желание взять всю инициативу на себя. Ни разу еще не было такого, чтобы бредовые идеи принадлежали не мне.

– Кое-что полегче.

Мы с Гервиком пробежались вдоль самодельных и наспех установленных лавок, в которых ютились только торговцы – весь остальной люд был поглощен соревнованиями. Затем парень словно увидел место, которое по всем параметрам отвечало его грандиозному плану. Меня резко дернули вправо, и, не успела я выдохнуть, как была прижата к стене какой-то из лавок. Гервик стоял совсем-совсем близко.

– Ты что задумал? – опасливо поинтересовалась, удивлённо воззрившись на парня.

Тот лишь отмахнулся, кажется, даже не понимая, насколько компрометирующе мы выглядели со стороны.

– Это я умею лучше всего, оно точно должно сработать.

И в этот момент парень закрыл глаза, опуская плечи и расслабляя руки.

Я недоуменно покосилась на немного скукожившегося товарища и непроизвольно перевела взгляд ему за спину. Едва удержалась, чтобы не вскрикнуть от удивления.

Позади нас ютилась одинокая телега, на которой располагалось где-то с десяток бочек, наверняка с пивом. Так как весь собравшийся народ был увлечен боями на различных аренах, и даже торговцы прислушивались к происходящему там с большим любопытством, никто не обратил внимания на то, как все бочки постепенно стали терять собственные очертания, в конце концов, исчезнув совсем. Пропало всё – и телега, и её содержимое.

– И куда оно делось? – ошарашено выдавила я.

Буквально тут же послышался жуткий грохот, а за ним – плеск воды. Сопровождением всему этому стал единодушный зрительский «ах!», а затем поднявшийся дикий крик.

Я стояла в ступоре, не в силах сказать ни слова. Даже пошевелиться не могла. Герви тоже не двигался, видимо ожидая от меня какой-то реакции. Так мы простояли с ним примерно с минуту, после чего я хрипло проговорила:

– Моя идея тоже была хорошей.

Парень выдохнул с явным облегчением. Неужели ждал от меня обвинений? Во дает. Да мне у него теперь придётся уроки брать, как лучше всего испортить праздник.

– Твоя идея была хорошей, но очень сложной. И слишком велик риск того, что Виктория не поверит записке.

– Да, – тупо ответила я.

Мы по-прежнему стояли очень близко друг к другу, и, остро почувствовав неловкость, я отступила на несколько шагов в сторону.

– Ладно, время выиграли. Теперь будем спасать Нейта.

– Идеи есть? – поднял бровь Гервик.

– Да. Не такие гениальные, но есть. Только мне придётся попросить тебя применить свою магию.

– Какого рода магию? – тут же настороженно поинтересовался парень.

– Сможешь навести на нас морок?

– Иллюзию?! Ты что, с этим я точно напортачу!

– Напортачишь – в смысле я буду похожа на линяющего скунса или в смысле, что ты совсем не справишься?

– Скорее первое, – немного подумав, ответил Герви.

– Вот и хорошо. Главное – чтобы мы не были людьми. Нужно будет пробраться под трибуны, и уже оттуда будем помогать Нейту.

– Трибуны охраняются!

– Поэтому и нужен морок, – устало пояснила я. Очень не хотелось тратить драгоценное время на пустые разговоры, но выбора не было. На Гервике держалась основная часть моего плана, и нужно было убедить парня, что мы справимся. – Табу на магию прописан только среди участников, но про зрителей ничего не говорится. Нам нужна лишь иллюзия, чтобы нас не раскрыли. А из-под трибуны будем выкручиваться уже «народными средствами».

Несколько секунд Герви смотрел на меня немигающим взглядом. Затем, наконец, настороженно спросил:

– Ты уверена? Если всё раскроется, нас ждет тюрьма.

– У нас есть выбор? – иронично поинтересовалась я.

– Ладно, – вздохнул парень. – Надеюсь, это сработает.

– Хорошо. Наводи морок, а я пойду собирать боеприпасы.

– Какие ещё боеприпасы? – удивленно воскликнул мой сообщник.

– А ты что, магией собрался воевать?

Непроизвольно усмехнулась и, без лишних слов и уточнений, пошла в сторону ближайшей лавки. Потом опомнилась, круто развернулась и подбежала к Гервику, выхватив у того с плеча свою сумку.

– Всё, теперь можешь идти, – милостиво разрешила с легкой улыбкой.

Из сумки вытащила оставшиеся деньги и принялась высматривать на прилавках то, что посчитала необходимым для дальнейших действий. Торговцы, видя внимание единственной околачивающейся тут особы, тут же оживились и стали завлекающе показывать пальцами на свой товар. Я же усиленно делала вид, что не замечаю их стараний. Не-на-ви-жу торговцев!

– И какие же причины заставили такую красивую девушку покинуть соревнования? – послышался рядом со мной чей-то мужской голос.

Я усмехнулась про себя, не отрываясь от собственного занятия. Вот честно, никогда этого не понимала. Ну то есть, что это за лебезящий тон при попытке познакомиться? По-моему намного эффектнее опрокинуть на голову избранницы ведро воды, а потом помочь подняться и предложить полотенце. Конечно, под «избранницей» я имела в виду не себя.

– Боюсь, игнорируя меня, вам не удастся так просто отделаться от моего присутствия, – сказал голос насмешливо.

Эти слова заставили меня настороженно повернуть голову и удивленно замереть на месте. На меня смотрели внимательные, будто бы изучающие каждую клеточку тела, темные глаза. Этот мужчина обращался ко мне?! Ну да, логично, кроме меня тут и нет никого. Искренне захотелось побиться головой о ближайшее дерево. В своё оправдание могла сказать лишь то, что ещё ни разу ко мне не обращались со словами «красивая девушка», я и подумала, будто речь не обо мне.

– А? – слабым голосом продолжила нашу пока еще бессмысленную беседу, разглядывая странного мужчину.

Было в нём что-то отталкивающее. Не то чтобы я не любила незнакомцев, но этот был уж слишком мрачным. От него словно веяло каким-то холодом. Лицо приятное, я бы даже сказала – красивое. Прямой нос, довольно объёмные губы, чуть узковатые глаза. Вот только на самом лице – ни единой эмоции, и что-то мне подсказывало, это было его привычное состояние. Внешность вроде бы приятная, крупное тело, но слабо верилось в то, что мужчина был воином. Скорее всего, из аристократов.

Почему-то он мне не понравился. Глаза у него были какие-то неживые. Смотрели очень внимательно, но не было в них эмоций. Если только любопытство, а эта эмоция, обращённая ко мне, доверия уж точно не вызывала.

– Вы что-то хотели? – сделав глубокий вдох, спокойно поинтересовалась я.

– Просто спросил, почему вы в такой важный момент находитесь тут, одна? – со слабой тенью неискренней улыбки повторил свой вопрос мужчина.

Я поджала губы, лихорадочно соображая, какой модели поведения он от меня ждет. В конце концов, слабо улыбнулась и как бы застенчиво ответила:

– На трибуне так душно, все эти крики людей давят на меня, поэтому я решила побыть хоть немного в тишине. Одна.

– Не сочтите за бестактность, но не будете ли вы против, если я составлю вам компанию?

Мда. Кошмар. Нет, не так. КОШМАР.

– А почему милорд предпочитает зрелищным соревнованиям компанию одинокой леди? – мило оскалившись, поинтересовалась я.

– О, в этих зверствах нет никакого смысла, – ничуть не смутился мужчина. – Другое дело – красивые одинокие леди.

Судя по лукавому взгляду, от меня ждали чего-то вроде: «ах, право, вы преувеличиваете, хи-хи-хи!», но я смогла только грациозно поперхнуться воздухом.

– Эм… боюсь, мне надо спешить, – сделав глубокий вдох, постаралась наполнить свой голос самым холодным тоном, на какой только была способна. И всё-таки, незнакомца мне переиграть на этом поприще не удалось. От его голоса, которым он мне ответил, по коже пробежались мурашки:

– Боюсь, что ложь вряд ли может считаться достоинством юных леди.

Мужчина наклонился ко мне вплотную, так, что мне даже показалось, будто его дыхание касается моей щеки. Или не показалось. Судорожно сделала несколько шагов в сторону.

– Простите, но я не лгу. Мне действительно пора.

Кстати, да. Я ведь и вправду не лгу! Вот только была одна загвостка, которая не позволяла мне прижать сумку к груди и нестись на всех парах к Гервику. Нужно было купить необходимые вещи, с помощью которых мы собирались помочь Нейту.

Дело было за малым, но осложнилось оно прилично и всё из-за какого-то мрачного типа! Да, везучая ты, Даня. Определённо.

Я глубоко вдохнула и приказала себе держаться стойко. В конце концов, нужно поверить в собственную ложь, тогда она точно сойдёт за правду. Главное, не паниковать.

– Вы позволите? – обратилась я к своему загадочному собеседнику, взглядом намекая, что тому следует отойти в сторону. Когда мужчина понятливо отступил, я шагнула вперед и обратилась к торговцу: – Будьте добры весь вон тот пакетик помидоров. И еще вон те мешочки. Они с перцем, да? Отлично. Штучек десять, пожалуйста. И верёвку ещё, но такую, чтобы она тянулась. Ага. Спасибо.

– Собираетесь закидать рыцарей помидорами? – с явной насмешкой в голосе поинтересовался рядом стоящий мужчина.

– Собираюсь покормить свою собаку, – и глазом не моргнула я.

– Ваша собака ест помидоры с перцем?

– Да, – нагло улыбнулась, кидая быстрый взгляд на собеседника. – У меня очень странная собака.

– Почему бы вам не послать свою служанку за продуктами? Ведь это её работа.

«А почему бы тебе не покукарекать на задних лапках?», – хмуро подумала я, но вслух тупо повторила:

– У меня очень странная собака.

– Вы за неё переживаете? – удивлённо поднял брови мужчина.

– Представляете, люди иногда так делают, – холодно отозвалась я и сухо добавила: – Простите, мне пора. Приятно было познакомиться.

– Мы с вами не знакомились, – сказал мне незнакомец, пока я обходила его стороной.

– Ну тогда рада была встрече, – ответила с чувством, понимая, что слукавила – встрече я уж точно была не рада.

К счастью, незнакомец преследовать меня не стал. И Слава Небесам! От него бросало в дрожь. Бывают же такие неприятные люди.

Вздохнув, мотнула головой, как бы отгоняя мрачные мысли, и сосредотачиваясь на главном – соревновании. Быстренько сунула все недавно купленные предметы и направилась прямиком к трибунам. Когда уже подобралась к арене, которую плотным кольцом окружила просто прорва народа, замечающие меня люди начали коситься какими-то странными взглядами. Глядя на эти ошарашенные лица, можно было предположить, что морок Гервика сработал. Не знаю, уж насколько качественно, но что вовремя – это точно.

У трибун караулили двое стражников. Причём, судя по напряженной позе и рыскающему взгляду – бдели они тщательно. Не удивительно, инцидент с бочками они точно не могли спустить на простую случайность.

Я остановилась на довольно приличном расстоянии от стражей порядка. Раздумывала несколько секунд, как пробраться мимо них, не рискуя оказаться в тюрьме. Но именно в этот момент над нашими головами прозвучал гонг, возвещающий о возобновлении соревнований.

Понимая, что рискую всем, что поставлено на кон, в том числе и собственной свободой, которая была нужна мне для спасения родителей, я решительно пошла прямиком на стражников. Да, рискованно. Опасно. Необдуманно. Безответственно.

Но я шла.

И мысленно молилась, чтобы иллюзия Гервика сработала.

Потому что у меня не было времени, чтобы придумывать грандиозные планы, как пробраться под трибуны, оставшись при этом незамеченной. Теперь можно было лишь полагаться на удачу.

И это был один из тех редких случаев, когда удача не оставила меня.

Хотя не знаю, везение это было или чистая случайность. Но пока я шла к трибуне, стражник, который во все глаза глазел на меня, не поднял тревоги, или что ему там полагалось делать. Смотрел он, правда, не прямо на меня, а на мои ноги. Некстати вспомнилось, как я говорила Гервику, что не против побыть облезлым скунсом.

Интересно, как я всё-таки выгляжу?

Идя мимо грозного стража порядка, я старалась не подать виду, что моё тело трясется от страха, а колени вот-вот готовы подвести и согнуться пополам, не выдерживая свою хозяйку. Но даже несмотря на внутреннюю панику, внешне я постаралась вести себя так, как мог бы вести себя облезлый скунс. То есть обошла стражника стороной и, изгибаясь под опорными балками, залезла под трибуну.

– Слышь, – неожиданно послышался грубый голос этого самого стражника, – мимо меня только что белка с сумкой прошла. Нагло ещё так, как будто это я принадлежу к низшей ступени эволюции.

Это он, похоже, обращался к своему напарнику.

На секунду я обреченно прикрыла глаза.

Кажется, с выводами на счет удачи придётся повременить.

Две пары глаз – в одной читалось искреннее любопытство, в другой – скептицизм, – заглянули под трибуну. Под таким пристальным вниманием, я замерла в оцепенении. Наверное, моё сердце билось настолько сильно и громко, что могло бы поработать вместо гонга. Но в данный момент оно находилось у меня в груди, и, кажется, готово было разорвать ее на части. Нужно было успокоиться, или хотя бы не дышать настолько взволнованно, но я ничего не могла с собой поделать. Сколько ни призывала себя к спокойствию – ничего не получалось.

– Смотри-ка, – ткнул пальцем явно самый любопытный из стражников, – да там две белки!

– Семья, наверное, – пожал плечами второй, который был настроен более скептично, и радости напарника точно не разделял.

– У неё в сумке, похоже, орехи! На зиму запасаются. А сумка-то человеческая! Вот проныры! Ну до чего ж умные создания!

Я недоуменно покосилась на восторженного мужчину, из грозного блюстителя порядка вдруг ставшего похожим на младенца, впервые увидевшего снег, совершенно не понимая, зачем он вообще озвучивает свои мысли.

– Интересно, а они орехи из северных лесов таскают, или из наших, а? – с явным азартом в голосе поинтересовался этот странный тип.

Его напарник устало вздохнул.

– Слушай, ты, чертов ученый, занимался бы наукой или коллекционированием, и мозг бы никому не выносил на службе!

– Так с одной наукой семью не прокормишь.

– Тогда заткнись и делай своё дело, – раздраженно отозвался особо злобный стражник и первым пропал из виду.

Его любопытный товарищ ещё несколько секунд разглядывал мою скромную персону, затем весело подмигнул, и тоже куда-то делся.

Лишь спустя несколько мгновений я смогла облегчённо выдохнуть. После чего услышала возмущённый, но тихий вопль Гервика:

– Даня, скорее, Нейт уже на арене!

Я тут же резко повернулась и начала пробираться к Гервику, то и дело цепляясь платьем за выпирающие из опорных балок гвозди. Очень хотелось выругаться каким-нибудь крепким словечком, но какой-то внутренний барьер не позволял пасть так низко.

Когда я подобралась вплотную к парню и примостилась на холодной земле, тут же развернула активную деятельность. Разложила помидоры и мешочки с перцем, и в скором порядке начала натягивать упругую верёвку на раздвоенную ветку, которую сорвала по дороге.

– Это что такое? – удивлённо спросил Гервик, наблюдая за моими манипуляциями.

– Рогатка.

Я бросила на парня насмешливый взгляд, который прямым текстом говорил: «ты что, серьёзно не знаешь, что это?», и тут вдруг поняла, что мне всё ещё требуется помощь Гервика.

– Слушай, сможешь зачаровать эти мешки так, чтобы они при соприкосновении с телом рассыпались?

Парень посмотрел на меня совсем уж жалостливым взглядом.

На это я лишь уверено заявила:

– Ты справишься. Я верю в тебя.

Наверное, Герви понял, что особого выбора у него нет, и решил рискнуть. Взял мешочки с перцем и принялся что-то усиленно над ними шептать.

Я же схватила помидор, приложила его к веревке и растянула её так, чтобы снаряд уж точно долетел до предполагаемого врага. Прицелилась.

На арене творился сущий ад. В моём понимании, во всяком случае. Оба рыцаря – Нейт и его противник – с новыми силами ринулись в бой. Их движения были достаточно резкими и быстрыми, однако стало видно, что каждый использует одну тактику – пытается вымотать своего противника. И вроде бы пока они бились на равных, не уступая друг другу ни в ярости наносимых ударов, ни в отточенности движений, но я знала – это ненадолго. Еще минуты две и Нейт начнёт терять свою уверенную позицию.

И я не стала ждать.

Первый помидор полетел аккурат к ногам разъярённого воина, имени которого я не знала, да и не хотела знать. Парни дрались на арене, посыпанной песком, от чего вокруг них поднимались довольно плотные сгустки пыли. И поэтому моего помидора никто не заметил.

Противник Нейта споткнулся лишь на мгновение, а потерял бдительность и то секунды на три, но этого хватило нашему парню, чтобы нанести сразу два касания подряд – в бедро и плечо. Я победно улыбнулась, едва сдерживаясь, чтобы не захлопать.

Второй помидор подарил Нейту еще одно очко.

Пока я заряжала свой «помидоромёт», парень сам нанёс довольно резкий удар, опрокинув противника на землю, и уже без особых усилий коснулся его мечом недостающие два раза.

Через несколько минут, немного послушав победные кличи, летящие со всех сторон (кроме той, на которой находилась Виктория, конечно), оба рыцаря удалились с арены. Вот только до этого, пока еще противник Нейта валялся в пыли, сам парень внимательно разглядывал его ноги, а затем вдруг стал крутить головой по сторонам, словно кого-то выискивая.

И лишь когда он удалился, я вдруг поняла, что просчиталась – помидоры оставляли следы. Красные подтеки.

Дальше дрался не Нейт. Естественно, помогать другим мы не планировали, поэтому минут пятнадцать пришлось скучать и отстраненно следить за ходом ничем не примечательного боя. Первое время я ещё пыталась как-то вникнуть в понятие «тактика», потом сдалась и вообще перестала смотреть. Да, видно драки – это не моё. Мне бы лучше поспать… эх, мечты-мечты.

А потом на арену снова вернулся Нейт. Я тут же встрепенулась и потребовала у Гервика уже заготовленный мешочек с перцем. Мы с парнем единодушно надеялись, что магия сработает, и никакие защитные заклинания вдруг не запищат, разоблачая обманщиков.

Я прицелилась. Глубоко вдохнула. Выждала момент, когда Нейт расслабиться и начнёт пропускать удары, и наконец, разжала пальцы, выпуская мешочек в свободный полет.

Стоило ему коснуться головы потенциального врага, как льняная ткань испарилась, выпуская наружу крошечные пылинки черного перца. Противник отвлекся, после чего Нейт смог заработать аж четыре очка. Пятого уже добился сам.

После этого боя наш парень арену не покинул. Видимо, число участников сокращалось, и теперь уже шла заключительная часть.

Вот только Нейт неожиданно поднял руку с мечом вверх, что означало лишь одно – он берёт короткий перерыв. Получив согласие судей, парень развернулся, подошёл к ограде, вложил оружие в трясущиеся руки одного из зрителей и… начал снимать нижнюю часть доспехов. Делал он это настолько резко и коротко, словно точил лезвие.

Мы с Гервиком наблюдали за ним с открытыми ртами.

Жалко в этот момент нельзя было к нему подойти и спросить, всё ли у него нормально, и не слишком ли сильно его побили.

Нейт тем временем спокойно избавился от железных сапог – что было довольно трудно, потому как мало того, что ему пришлось оголить и икры, так еще и избавиться от наколенников. Но в таких урезанных доспехах парень явно чувствовал себя намного лучше. Затем он взял обратно свой меч и вернулся на арену.

И после этого началось невероятное.

Его босые ноги словно вросли в землю. Причём со стороны реально казалось, что он зарывается ими в песок. Теперь его действия стали резкими, но в то же время изящными. Я вдруг подумала, что всё это время парень лишь прикидывался слабаком, а сейчас выпустил всю свою силу наружу.

Именно в этот момент стало понятно, что бой, оказывается, может быть ещё и красивым. Оказывается, бой – это не только потные и сальные мужики, громкие возгласы при каждом новом замахе, и кровь, перемешанная с песком и грязью… нет. Есть ещё и гибкие движения, плавные переходы и чёткие удары, словно дерётся не какой-то человек, а самый настоящий волк. Хищник. Профессионал. Казалось, он был настолько уверен в себе, что не возникало никаких сомнений – он победит. И все его движения выглядели уникальными, но для самого парня они как будто были давно заучены наизусть. Создавалось впечатление, что он делал это уже столько раз, что сейчас ему просто стало скучно.

Ведь теперь больше не было неотесанного пацанёнка и двух дураков, пытающихся ему помочь.

Теперь на арене дрался волк.

А под трибуной сидели два ошарашенных идиота… и больше у этих идиотов не было сомнений, кто одержит победу в этом соревновании.

… Спустя полчаса мы с Гервиком пробирались мимо кишащих людей, выискивая одного единственного, из-за которого не могли распрощаться с этим ужасом прямо сейчас. Народ категорически отказывался принимать тот факт, что соревнования закончились, решив продлить себе праздник. Теперь я по достоинству оценила, что означал пункт «развлекательной программы» на злосчастной листовке.

По всей территории, даже на аренах, были организованны различные конкурсы и состязания для обычных людей, не затрагивающие ни их сословное положение, ни текущее телосложение и мускулистую составляющую. Хотя, если очень хотелось, то затрагивалось и это.

Вот, к примеру, прямо перед нами предстало уникальное состязание, сразу выдающее в организаторах то ли удивительную гуманность, то ли невероятную бредовость фантазии.

Суть была проста: на земле стояла табуреточка, рядом стоял бо-о-ольшая бочка с пивом, из нее тянулась какая-то длинная деревянная трубка. На табуреточке стоял парень. Ну, как стоял… стоял на руках, а ноги придерживали заботливые зрители. Трубка присасывалась аккурат к парню, или он к ней – не важно, и хлебал бедный парень пива столько, сколько мог выдержать, а на подмогу ему раздавался жуткий ор стоящих вокруг людей.

Я раздраженно закатила глаза, удивляясь, кто вообще может согласиться участвовать в этом, и уже хотела пройти мимо, но неожиданно меня одернул Гервик:

– Стой! Давай посмотрим!

Наверное, я была слишком уставшей, чтобы возражать, и покорно остановилась прямо напротив парня, хлебавшего алкоголь вниз головой.

Пока Герви решил пробраться поближе к участнику и поддержать этого самоубийцу своим заражающим кличем, я скрестила руки на груди и принялась скептически наблюдать за действом чуть поодаль от всех.

Подобное развлечение явно было не для меня. Не разделяла я восторгов остальных от вида захлебывающегося в пиве парня.

Парень, кстати, неожиданно привлек моё внимание. Было в нём что-то такое, на что вполне можно было полюбоваться. Тем более, сам он был без верхней одежды, в одних только штанах. Я улыбнулась уголками губ. И как ему только не тяжело вливать в себя алкоголь и слушать подбадривающий ор окружавших его людей? Я бы уже давно свихнулась. Или сперва захлебнулась.

Парень опирался руками о табуретку, и его руки напряглись до предела, от чего на них проступили вполне очевидные рельефные мышцы. Тело у него, кстати, тоже было привлекательным. Далеко не идеалом, кончено, многие воины были намного больше его в объёме, однако и этот был далеко не хлюпиком.

Я покрутила головой, нашла для себя удачную балку, на которой держалась одна из лавок, отошла к ней и, облокотившись на неё, принялась наблюдать уже отсюда.

Эх, за что люблю такие соревнования, так это за возможность понаблюдать за мужской красотой и порадовать глаз без ущерба своей репутации. Это как парню попасть в бордель, только тут всё пристойно и мило, ведь никто не может узнать, о чем ты думаешь. Идеальное преступление.

На моих губах заиграла мечтательная улыбка.

В этот момент парень, кажется, закончил себя насиловать. Или пиво у него закончилось. В общем, вокруг поднялись победные кличи, на несколько минут заложившие мне уши. Парня поставили на ноги, выдав ему полотенце и одарив уважительными хлопками по плечам.

А потом вдруг к нему подошел Гервик, и, кажется поблагодарив всех, заодно прихватив какой-то мешочек, схватил парня под локоть и начал вместе с ним протискиваться к свободному пространству.

Моя мечтательная улыбка слетела с губ примерно так же неожиданно, как и появилась.

Готова поклясться, что слышала звон, с которым мой образ красивого парня разлетелся на маленькие осколки, оставив меня в полнейшем ступоре.

НЕЙТ?!

Это Нейт?!

На меня словно вылили ведро с ледяной водой. Кажется, даже дыхание перехватило. Запоздало накатил дикий стыд. Захотелось сделать вид, что меня тут вообще нет, убежать куда-нибудь в лес и побиться головой о самый твердый ствол дерева.

– Дань, постой тут с этим «героем», ладно? – обратился ко мне Гервик. Надо же, как они быстро подошли. Мысли в голове путались, поэтому меня хватило лишь на слабый кивок. – Я пойду его одежду найду.

Нейт был пьян, причем настолько, что чтобы устоять на ногах, ему пришлось облокотиться о ближайшую стенку. Но и находиться в таком положении он тоже не мог, поэтому пришлось аккуратно придержать его, пока он съезжал вниз.

Стоять тут, когда парень сидел на земле, было очень неуютно. Но присесть рядом с ним мне не позволяло платье. Так что я просто разглядывала его с высоты своего роста.

И как можно было вообще умудриться посчитать его привлекательным? Конечно, не хочу его оскорблять, но в нём же ничего такого! Угораздит же. Как я могла назвать его мышцы рельефными? Стоило об этом вспомнить и щеки начали заливаться краской. Черт… Рельефные мышцы. Рельефные мышцы? Рельефные мышцы! Ужа-а-а-с… как мне теперь в глаза ему смотреть? Извращенка. Глупая идиотка и извращенка. Срочно нужно спасать родителей и заковывать себя в монастырь. Навечно.

Пока я предавалась неутешительным размышлениям, Нейт неожиданно поднял на меня затуманенный взгляд.

– Го-олова кружится… – сообщил он мне.

– Да что ты, – иронично отозвалась я и мысленно взмолилась, чтобы Гервик поспешил. – Пить меньше надо было.

– Я чу-у-у-у-ть чу-у-у-уть совсем, – возмутился парень и тут же, приставив кулак ко рту, подавил в себе отрыжку.

– Здорово. Просто отлично.

Я прислонилась к стене, скрестив руки на груди, и поэтому не заметила, когда Нейт склонился чуть в бок. О том, что его стошнило, поняла уже по характерным звукам.

Мученически закатила глаза.

Ну где же Гервик?!

Спазмы у Нейта всё не проходили. Поборов брезгливость, я присела рядом с парнем и придержала ему голову, чтобы он случайно не заляпал самого себя.

Некстати вспомнила о своих недавних мыслях и тут же почувствовала и стыд, и смущение одновременно. Как мне теперь находиться рядом с ним? Убил бы меня кто-нибудь за свои мысли. Даже представить страшно, какое облегчение испытала бы и я, и окружающие.

Нейт вдруг подавился, закашлялся.

Я закусила губу. С подобного рода ситуациями мне сталкиваться не приходилось. Никогда не пила сама, и, уж тем более, никогда никого не «откачивала» из такого состояния. Да мне и наблюдать-то такого не приходилось ни разу.

Наверное, парню стоит всё же попить. Рот прочистить, да и желудок тоже… осталось найти воду.

Я выпрямилась в полный рост, повернулась, полная решимости вытрясти баклажку у какого-нибудь торговца, но неожиданно все мои грандиозные планы рухнули в один момент.

Я столкнулась нос к носу с Викторией.

У меня чуть кишки наружу не вывернулись. Захотелось сделать вид, что я белка, да и Нейт тоже. Ведь понятно, к кому пришла принцесса. Вот только парень был не в лучшей форме для такого случая.

Я отступила на шаг и сделала неловкий книксен, случайно так широко шаркнув ногой, что чуть не растянулась перед принцессой Второго Королевства на шпагате.

– Ваше Высочество, – кисло проговорила, как бы сетуя на свою расторопность.

Виктория подарила мне снисходительную улыбку и обошла стороной.

Только сейчас я заметила, что рядом с ней был мой новый (или старый?) знакомый, с которым мы встретились у торговой лавки и от которого меня искренне бросало в дрожь. Это её кавалер что ли? Да ему же в Мировые Злодеи прямая дорога, но никак не в объятия Виктории. И что она только в нём нашла?

«Кавалер» хитро улыбнулся и подмигнул мне.

Я сохранила на лице отрешённую мину, делая вид, что любуюсь бабочками, но внутри меня аж передернуло от отвращения. Ходят же по улицам такие вот… личности.

– Виконт Орлеан, – тем временем с милой улыбкой проговорила наша краса Виктория, – вижу, вы не в лучшей форме.

Нейт в ответ сплюнул слюну, провёл рукой по рту и посмотрел на стоящую перед ним девушку пьяно-растерянным взглядом.

– П-п-р-р-остите мне мо-о-ой вид, ле…

Наверное, он хотел сказать «леди Виктория, душа и свет этих земель», но его желудок так долго терпеть этот пьяный лепет не стал. Парня скрутило в очередном спазме.

Надо отдать должное Виктории. Она продолжала смотреть на беднягу с легкой улыбкой, словно не его сейчас тошнило прямо перед ней. Да уж, её выдержке можно только позавидовать. Я-то думала, она елейная барышня.

– Виконт Орлеан, сегодня вы произвели неизгладимое впечатление, как на меня, так и на всех зрителей, что видели ваш бой.

– Ыгы, – отозвался Виконт Орлеан, делая глубокий вдох, чтоб не опозориться ещё больше.

– К сожалению, та диадема, которую я даровала вам в начале соревнований, не может остаться у вас. Это семейная реликвия. Как вы понимаете, я даровала вам её лишь потому, что на том неудачном инциденте у меня просто не было выбора.

– Ыгы, – сочувственно кивнул Виконт Орлеан.

– Но не волнуйтесь, – продолжала вещать Виктория, – моя семья обязательно вышлет вашему семейству множество драгоценных камней в знак благодарности и извинений за принесённые неудобства.

– Ыгы, – понимающе согласился Виконт Орлеан.

У меня при этих словах холодок пробежал по коже. Интересно, куда эти камни дойдут? В северные леса? Бедный гонец, которого пошлют с официальным визитом. Мда.

Виктория торопливо потёрла пальцами друг о дружку (ну прямо как тот зазывала, что послал нас на поиски цветка!), как бы намекая Нейту, что пора и честь знать.

Парень догадливо потянулся за диадемой, но прямо на пути торжественного возвращения в руки законной хозяйки, диадема неожиданно дрогнула и упала аккурат в… в общем, с диадемой можно было попрощаться. Ибо не знаю я таких героев, которые смогли бы вытащить ее прямо оттуда.

Повисла неловкая пауза, пока я лихорадочно придумывала слова оправдания и в уме подсчитывала, во сколько денег может обойтись моральный ущерб принцессы, Нейт икал, а Виктория пыталась справиться со своими эмоциями. Только её спутник не подал виду, что всё происходящее тут его хоть как-то волнует.

– Что ж, – наконец сухо сказала наша краса, – думаю, в драгоценных камнях больше нет необходимости.

Она резко развернулась и начала удаляться как всегда грациозной походкой.

Но стоило мне подумать: «и что, всё что ли?», как словно издеваясь, девушка остановилась и повернулась обратно к парню.

– Скажите, Виконт Орлеан, мы с вами раньше не встречались?

Нейт удивленно посмотрел на Её Высочество.

– Н-нет, – довольно скупо отозвался он, что могло сойти за прямое оскорбление. Но вряд ли он, конечно, в своём состоянии мог разразиться патетичной речью.

– А с вами? – Виктория резко повернулась ко мне.

Вспомнив, как на её дне рождения подарила ей несуществующее полотно с письменностью шамеров, я с самым честным лицом сказала:

– Нет.

Видимо решив, что эти наглые простолюдины (то есть мы) недостойны её внимания, Виктория подарила нам снисходительную улыбку и удалилась, прихватив с собой своего хахаля… ой, то есть спутника.

Почти сразу же я углядела вдалеке Гервика. Вздохнула, собираясь с силами. Подошла к Нейту и попыталась поднять того на ноги. Парень прокряхтел что-то невразумительное и вдруг схватил недавно упавшую в лужу… ну да, в лужу диадему Виктории.

– Ты что, рехнулся?! – завопила я.

– Продадим, – возразил парень, подняв указательный палец вверх.

Я поморщилась. Но перечить не стала. Незачем. Он прав. А если несёт эту гадость сам, так и хорошо.

Благо в это время подошёл Гервик и подхватил ношу под второе плечо.

Так мы повели победителя боя на мечах к трактиру, в котором недавно остановились.

Первое время Гервик молчал, лишь изредка издавая какие-то звуки, похожие на скорбные вздохи. Я только морщилась, пытаясь как-то отгородиться от того запаха, которым Нейт дышал мне прямо в лицо.

Но тут вдруг Гервику, похоже, надоело молчать, и он заговорил:

– Ты на меня обиделась, да?

– За что? – удивилась я.

– Ну ты же хотела, чтобы именно твою идею мы использовали, чтобы устроить перерыв на арене.

От этих слов я ошарашено замерла, но тут же сделала несколько шагов по инерции, ведь ни Нейт, ни Гервик не остановились. После этого пошла дальше, но теперь уже настороженно выглядывая Гервика с противоположного плеча Нейта.

– Эм… с чего ты взял? – спросила как можно спокойнее.

– За тебя глаза всё сказали.

– Бред. Твоя идея тоже хорошая, и ты об этом знаешь. И без неё ничего бы не получилось.

– Я на твоё место не претендую, – не весть к чему сказал парень, – честное слово. Все бредовые идеи останутся за твоим авторством.

– Герви, прекрати, – раздраженно отозвалась я. – Откуда у тебя вообще в голове эта ересь?

– Я думал, ты меня убьешь тогда, – тихо сказал мне парень.

– Что?

– Ты так на меня посмотрела. Как будто я у тебя что-то очень важное украл.

– Ничего ты у меня не крал, прекрати. Давай больше не будем об этом, – довольно грубо оборвала уже было открывшего рот парня.

На этом наш бессмысленный диалог закончился.

Мы вновь шли в тишине, которую разбавлял лишь пьяный лепет Нейта.

Нести парня оказалось очень трудно, хотя бы потому, что его вес превзошёл все мои ожидания. Так и не скажешь, что ещеёнедавно передо мной стояло нечто скукожившееся и костлявое, которое вот-вот должно было преломиться пополам. От ветра. Теперь же Нейт своей тяжестью придавливал не только меня, но и более сильного Гервика. В связи с этим, если Нейту хотелось идти вправо, мы шли вправо вместе с ним. Сил хватало только на то, чтобы держать эту махину на ногах, а управлять ей было уже невозможно.

Так мы и шли: от одного края улицы до другого. А потом возвращались к первому, затем снова шли ко второму, потом опять обратно. В общем, зрелище было эпичным.

Хорошо, что основная масса народа была на состязаниях.

Получая лишь малую толику брезгливых, настороженных и возмущенных взглядов, мы кое-как добрались до нашего проулка.

Злосчастный проулок (в котором мы повстречали преследователей Гервика), даже несмотря на день, все равно был темным, грязным и навевал совсем не радостные мысли.

Мы с Гервиком поднатужились и попытались удержать Нейта от его усердных лавирований к краям улицы. Наступать на лужи, которыми проулок был буквально засеян, не было совершенно никакого желания. Кряхтя и ругаясь сквозь зубы («да хватит уже, ты можешь идти ровно?!»), мы шли медленно, но зато эффективно. Я даже подол платья почти не испачкала.

Когда мы уже почти вышли из этого Чистилища, что-то заставило меня поднять взгляд и застыть в оцепенении. Но, как и в прошлый раз, по инерции мы пошли все вместе дальше.

– Стойте! Остановитесь! – вскрикнула я, чем заставила парней удивлённо застыть.

Прямо перед нами стоял тот самый спутник Виктории, который подлизывался ко мне на соревнованиях.

На общем сером фоне его мрачность выделялась особенно. Черты лица словно заострились, глаза впали, кожа стала еще бледнее, что было особенно заметно в сравнении с его черным камзолом. Мужчина хитро улыбнулся и кивнул нам, словно здоровался.

Меня же в ответ пробила нервная дрожь.

Что-то тут было не так. Что-то не вязалось всё это воедино.

– Позвольте пройти? – дрогнувшим голосом попросила я.

– Нет, – с легкой улыбкой сказал мужчина.

И тут же двинулся в нашу сторону.

Пока он шёл, черты его лица преображались в нечто размытое, тёмное. Фигура теряла свою человеческую форму, словно распадаясь на несколько кусочков, которые тут же сформировались в бесполую тень. На некогда человеческом лице, а теперь дымчатой и расплывающейся массе выступили красные глаза.

Я уже знала, кто это.

На что он способен.

И что нас ждёт.

Но не знала только одного – почему именно мы?

Демон принял свой настоящий облик, став ни в чём не ограниченным существом с улучшенными рефлексами. Он приблизился настолько стремительно, что даже сердце в груди не успело ёкнуть. Кожу обдало ледяным холодком, в голове пронеслась одна-единственная мысль: «помогите». Но тут был темный проулок. Ни единой души вокруг.

В прошлый раз бугаев никто не остановил. В этот раз перед нами стоял демон, и его уж точно останавливать никто не собирался.

Доля секунды… и первый удар пришёлся на меня.

Глава 10.

Удар в грудь. Такой сильный, что из меня выбивает весь дух. Не могу не то что устоять на ногах, не могу даже вдохнуть. Не успеваю осознать, что происходит, как оказываюсь на земле, в нескольких футах от прежнего места.

Боль пронзает всё тело, словно в меня попало сразу с десяток наконечников. Со слабым стоном кое-как переворачиваюсь на живот. Становится очень мокро. Платье пропиталось грязной водой из лужи, в которой я лежала. В груди до боли закололо, невозможно было дышать, словно кто-то тисками сжимал мне горло.

Я с трудом подняла голову. Только бы убедиться – остальные живы.

Демон нападал на Гервика. Второго из нас, кто хотя бы мог сопротивляться.

Нейт лежал на земле, то ли без сознания, то ли просто не двигаясь. Я не видела, закрыты ли у него глаза, дышит ли он, жив ли…

Псевдо бой демона с Гервиком выглядел скорее как игра «поймал-пропал», с демоном в роли «заводилы». Герви ещё как-то пытался не подпустить к себе чудовище и раз в несколько секунд взмахивал на него руками, видимо пытаясь применить магию. Вот только магия не особо работала. Демон даже не дёргался.

В какой-то момент чёрная тень взметнулась вверх, пропав из виду всего на пару мгновений, а потом материализовалась прямо за спиной парня. Герви испугано обернулся, но было уже поздно. Он получил удар примерно такой же силы, как и я.

Когда парень взлетел в воздух и врезался в ближайшую стену, безвольно падая на землю и ударяясь об неё лбом, у меня внутри всё перевернулось.

Это выглядело, как страшный сон. Нереально. Так не бывает.

Демон, вопреки моим ожиданиям, не переключился на Нейта.

Нет.

Он медленно, словно наслаждаясь каждым мгновением, полетел прямиком к Гервику. Парень только-только открыл глаза, закашлялся и попытался перевернуться.

– Герви, – прошептала я, – Герви, держись…

Несмотря на то, что боль пронзила каждую клеточку тела, дышать было тяжело, и на губах чувствовался солоноватый привкус крови, я с отчаянным стоном попыталась передвинуться как можно ближе к парню. Не знаю уж, чем я собиралась ему помочь, но просто лежать и смотреть тоже не могла.

Встать не получалось. Поясницу буквально разрывало от боли. Наверное, при падении я все-таки на что-то налетела. Тем не менее, оставаться в лежачем положении всё равно не собиралась. Сперва подтянулась на руках, пытаясь ползти, вбирая при этом в своё платье все встречающиеся мне по пути лужи. Не хотелось произносить вообще каких-либо звуков, но боль давала о себе знать. Кожа на ладошках и локтях ободралась, поясница ныла, голова кружилась, и из-за всего этого стоны сдержать было практически невозможно.

Наверное, Герви, как и демон, тоже слышал меня. Может быть, он знал, что не всё ещё потеряно. Что ещё есть шанс.

Но мы с демоном прекрасно знали – мне не успеть. Да даже если и успеть, что я смогу сделать? Ничего.

Поэтому, когда я в очередной раз подняла взгляд, то увидела лишь как вокруг демона собираются мощные клубы пламени, с каждой секундой набирающие свою неукротимую силу. А затем услышала истошный вопль Гервика.

В следующее мгновение на парня обрушилась вся мощь огненной стихии.

У меня перехватило дыхание. Сердце замерло. Я не могла даже моргнуть, с удушающим страхом наблюдая за происходящим.

Пламя окружило парня идеально ровным куполом. Огненные потоки были похожи на водопад – с невероятной силой они обрушились на невидимую преграду, стекая по ней горящими волнами.

Это было бесчеловечно, страшно и ужасающе, и, быть может именно поэтому – так завораживающе. Поймав себя на том, что любуюсь языками пламени, я тут же почувствовала отвращение к себе.

Огонь прекратил свой напор неожиданно. Последние остатки неукротимой стихии рассыпались в воздухе спустя несколько мгновений. На том месте, что должно было ещё минуту назад стать пепелищем, сидел Гервик. Парень тяжело дышал, всё его лицо было покрыто потом, руки тряслись, но это было такой мелочью, таким несущественным пустяком.

Ведь парень был жив.

С моих губ сорвался облегчённый выдох.

– А ты сильнее, чем я думал, – с презрением констатировал демон. Голос у этого чудища был вполне человеческим, лишь с едва слышимой хрипотой. – Кто же тут из вас королевская кровь?

Чёрная тень развернулась и посмотрела сперва на меня, затем на Нейта.

Наверное, надо было закричать: «Это я! Не трогай их, возьми меня!».

Самопожертвование. Или как там это называют в рыцарских романах.

Но, видимо, я была слишком мелочной, жалкой и трусливой, потому что просто напросто испугалась. Испугалась того холодка приближающейся смерти, который пробежал по коже, стоило демону посмотреть на меня.

А когда одумалась, было уже поздно.

Демон выбрал Нейта.

Медленно и грациозно тень полетела к ничего не подозревающему парню. Я в отчаянии взглянула на Гервика. Тот подарил меня точно такой же взгляд. Страх, отчаяние, безумие… все эти чувства накрыли с головой, сменяя друг друга с такой скоростью, что разобраться в них было практически невозможно. И я не стала.

Просто стиснула зубы и, поменяв направление, поползла к Нейту.

– Стой! Не трогай его! – не знаю, зачем я это кричала. Ведь, понятно дело, демон не одумается и намерений не изменит.

Тот страх, то невообразимое отчаяние, что я чувствовала в эти секунды можно было сравнить лишь с тем моментом, когда я поняла, что из-за собственной глупости заковала в камень всю королевскую резиденцию. Сердце колотилось, как бешеное. Я просто не могла ползти без стонов и не умолять: «не трогай его!».

Не знаю почему, но даже когда демон напал на Гервика, мне не было страшно за жизнь парня так, как сейчас я боялась за жизнь Нейта. Может потому, что Герви мог хотя бы шевелиться?

Чем ближе я придвигалась к Нейту, тем явственнее видела, что парень лежит без сознания.

Демон уже навис прямо над ним, с каким-то удовольствием наблюдая за умиротворенным выражением лица будущей жертвы. У меня в голове пронеслась шальная мысль: «почему он медлит?», но я тут же отогнала её куда подальше. Медлит и хорошо! С отчаянным стоном заставила себя подняться на ноги, чтобы преодолеть последние несколько футов до лежачего парня.

Не знаю, каким чудом я умудрилась успеть.

В последнюю секунду ноги подкосились, и я рухнула прямо на безвольное тело. Почти тут же почувствовала обжигающий жар, мир вокруг меня сперва окрасился красно-оранжевым оттенком, а затем вдруг потемнел, совершенно скрывая какой бы то ни было свет.

Я удивленно подняла голову и увидела прямо над собой тот самый пупырчатый купол, который накрыл наше королевство.

Но развить мысль не успела. Купол начал складываться, один отсек уходил в другой, теряя собственные очертания. Над нами осталось лишь пасмурное небо и чёрная тень демона, взирающая на нас красными глазами, в которых светилось торжество.

– Значит, Хранитель у тебя, – с усмешкой сказал он.

А затем мир перевернулся.

В груди образовалась настолько невыносимая боль, что я не удержалась и закричала. Так истошно, словно была готова разорвать собственные голосовые связки.

Демон ввёл в меня свою руку, если эту темную конечность вообще можно было назвать рукой. Она прошла насквозь, не порвав одежды и не причинив вообще никакой боли. Но затем конечность ухватила внутри меня что-то моё, что-то родное. То, что всегда принадлежало мне. И начала вытягивать это.

Вот тут началось невообразимое.

Грудь жгло огнём, пошевелиться было практически невозможно, словно все конечности парализовало.

– Говорят, неправильное Извлечение грозит смертью носителю, – ядовитым голосом возвестил демон. – Проверим?

Он забирает моего Хранителя.

Нет. Нет. Не может быть.

Этого нельзя делать. Его нельзя извлечь. Его никто и никогда не извлекает, просто потому что это невозможно. Лишаясь своего Хранителя, особа королевской крови умирает. А без своего хозяина силу Хранителя не использовать.

Тогда зачем? Почему бы просто не прирезать меня? Зачем ему бесполезный Хранитель?

Боль из просто невыносимой превратилась в адскую. Внутри меня словно поджарились все органы. Краем глаза заметила, как странная тень, очень напоминающая Гервика, метнулась на расплывчатые очертания демона. Но была отброшена в сторону совершенно без всяких усилий.

Я закрыла глаза. Не хочу так умирать. Через такую боль.

Это слишком жестоко.

Почему-то вдруг подумалось о том, как я барахталась в реке, захлебываясь нескончаемыми потоками воды. В тот момент я вспомнила чуть ли не каждое мгновение своей бесполезной жизни.

А сейчас не вспомнила ни одного.

Почему так? Неужели смерть всегда приходит по-разному?

И всё-таки, в этом есть смысл. В моей смерти. Я умираю не просто так. Я спасла Нейта. Хоть что-то хорошее успела сделать.

Когда уже казалось, что света мне больше не увидеть, неожиданно прямо надо мной послышался истошный вопль. Острая боль резко исчезла, оставив после себя лишь ноющее покалывание в груди. Я удивленно открыла глаза и успела увидеть только разрастающийся свет прямо внутри демона, а затем он просто рассыпался пеплом. Раз и всё. Словно ничего и не было.

Вдруг стало очень тихо.

И очень страшно.

На том месте, где раньше стоял демон и вытягивал из меня Хранителя, теперь стояла девушка. Одета она была во всё черное. Черные штаны, черная кожаная куртка, и огромные чёрные сапоги. Прямо, как те, в которых ходила я сама.

Девушка резким движением протёрла лезвие своего кинжала о штаны, посмотрела на меня надменным взглядом, но так и продолжала молчать, не двигаясь с места.

Я чуть приподнялась на локтях и слабым голосом спросила:

– Вы кто?

– Конь в пальто, – ответила она мне.

Затем развернулась и уверенной походкой скрылась в глубине злосчастного проулка.

* * *

Плеснула воды на лицо. Провела по нему ладонями, словно пытаясь стереть весь ужас пережитого. На своё отражение смотрела долго, очень долго. Чуть поджала губы. Надо же, как за это время побледнела кожа. Теперь я была похожа на Нейта, когда тот только обратился в человека. Лицо осунулось, под глазами появились синяки. Руки до сих пор немного тряслись, и почему-то холодная вода не помогала.

Стоя тут, в закрытой душевой, казалось, что всё произошедшее было лишь страшным сном. И вспоминать о нём совершенно не хотелось, но, к сожалению, память на воспоминания не поскупилась.

После того, как я чудом избежала смерти, мы с Гервиком и Нейтом остались в проулке совсем одни, предоставленные сами себе.

У меня ныло и колотило всё тело. Гервику было ничуть не лучше. Нейт вообще валялся без сознания. Прошло, наверное, минут пятнадцать прежде, чем мы с Гервиком смогли хотя бы перевернуться на бок. Затем, кое-как, начали подниматься на ноги.

Не знаю, каким образом меня не накрыло прямо там, в темном и безлюдном проулке. Я сумела выдержать путь до нашего номера. Даже удивительно.

Избитые, уставшие, вымотанные, ошарашенные – мы с Гервиком протащили Нейта ровно до входа в трактир. После этого подвига мои руки затряслись еще сильнее – от перенапряжения. И да, тащили мы Нейта, словно тот был мешком муки. Увы, на большее нас не хватило.

Вся наша одежда, на которую было потрачено уйма денег, превратилась в жалкую кучу грязи. Это даже одеждой уже нельзя было назвать.

В таком виде мы заявились в трактир. Нам нужна была помощь, чтобы дотащить Нейта наверх, в номер. Сами мы уже просто не могли. Хорошо, что трактирщик всё-таки оказался не самым гадким человеком, лишних вопросов задавать не стал, попросив парочку своих рабочих парней нам помочь. Правда, прежде, чем зайти в номер, хозяин трактира схватил меня за руку и тихо предупредил, что ему проблемы не нужны. Разрешил остаться на ночь, но попросил с утра собрать вещи.

Думаю, мы бы и так это сделали, даже без его просьбы.

В номере было необычайно тихо. Нейта положили на ту постель, что стояла у правой стены. Герви осторожно сел на ту, что была слева, скрестив руки на коленях. Взгляд у парня был отсутствующий, он никак не мог прийти в себя. И я его прекрасно понимала.

Не утруждая себя лишними словами, я прошла прямиком в ванную комнату.

Именно в этот момент почувствовала, как меня начинает накрывать запоздалая паника.

Руки тряслись, причем сколько бы я ни вздыхала и ни призывала себя к спокойствию, дрожь лишь усиливалась, постепенно завладевая всем телом. С каждой секундой дышать становилось всё тяжелее. Я плескала на лицо холодной воды, но это совершенно не помогало.

Тогда, не выдержав этого панического напряжения, просто вылила всю бочку с водой себе на голову. На удивление, помогло. Разум чуть-чуть прояснился.

Я вытерла волосы полотенцем, сделала пару глубоких вдохов и вышла из душевой.

Гервик всё так же продолжал сидеть на кровати, глядя куда-то в пол. Как только хлопнула дверь ванной комнаты, парень поднял на меня странный взгляд, в котором сквозил искренний страх.

– Надо убираться отсюда, – без обиняков заявил он таким жёстким тоном, что у меня мурашки поползли по коже.

– Надо, – не стала спорить. – Только завтра.

– Они знают, где мы живём. Что им мешает послать ещё одного демона?

– Ничего, – настолько спокойно ответила я, что сама себе подивилась. – Но выбора у нас всё равно нет. Из города бежать опасно, ведь на нас висит невыплаченный долг.

– Да что они нам сделают?! – с истерическими нотками в голосе воскликнул Гервик.

– Что угодно.

И опять я говорила самым что ни на есть спокойным тоном. Да что это со мной?!

– Демонам нужен твой Хранитель, – пробурчал парень себе под нос и вдруг уставился на меня совсем уж ошарашенным взглядом. – У тебя есть Хранитель?!

Я медленно опустилась на кровать рядом с ногами Нейта. Моя спина была идеально ровной, а голос звучал так, словно мы находились на аудиенции у короля.

Со мной явно творилось что-то неладное.

Более чем официальным тоном, заявила:

– Герви, на нас столько всего навалилось. Соревнования, демон, извлечение Хранителей и странная девушка, которая нас спасла. Тебе не кажется, что это перебор? Не знаю, как ты, а лично я хочу отдохнуть этой ночью. Успокоиться. Набраться сил. А завтра с утра, на свежую голову, всё оценить. Давай отложим этот разговор, ладно?

Парень обеспокоенно посмотрел на меня.

– Дань, с тобой всё хорошо?

– Да, – просто пожала плечами в ответ.

– Точно? Если что… если совсем плохо, или у тебя начинается тоже самое, что было в той яме, когда Нейт превращался, может… может, надо что-то сделать?

– Нет, всё в порядке. Не волнуйся. Завтра поговорим. А сейчас давай решим, где будем спать.

Герви моим словам явно не поверил. Не удивительно, если учесть, что я и сама им не верила. Я вообще не понимала, что со мной творится, и что это за странная апатия.

– Где будем спать, – глухо повторил парень, – где будем спать. Я могу лечь на полу, если что.

– Не надо, – на моих губах появилась легкая улыбка. – Можем спать вместе.

– Вместе, – словно эхо, повторил парень и смущённо добавил ёмкое, но очень красноречивое: – Эм…

– Ладно, лягу с Нейтом. – Я тут же пошла на попятную. – Он пьяный, ему всё равно.

Герви несколько секунд мешкался, видимо что-то пытаясь прикинуть в уме. Потом сдался. Слабо кивнул, поджав губы, и растянулся на постели, даже не удосужившись раздеться.

Я так пренебрегать правилами этикета не стала. Медленно вернулась в ванную комнату, там натянула ночную сорочку, оставив грязное платье на полу. Ещё раз посмотрела на себя в зеркало, кисло улыбнулась собственному отражению.

Вышла.

Добрела до нужной кровати.

Нейта даже двигать не пришлось, парень сам удивительным образом лежал прямо у самой стены так, что мне выделилось вполне приемлемое пространство, чтобы лечь и не двигаться. Так я и поступила.

Время было не позднее. Темнота ещё не окутала улицу, и наша комната не погрузилась во мрак. Вокруг были лишь серые и унылые тона. За дверью шастали люди, переговариваясь так громко, что хотелось заткнуть уши. За окном слышался стук колёс. Иногда там кричали дети. В какой-то момент, мне показалось, что я начинаю слышать каждый шорох, раздающийся внутри и вокруг трактира.

Стрелки часов медленно отбивали свой ритм, к которому я волей-неволей начала прислушиваться. Не знаю, сколько времени прошло, но сон не шёл.

Даже серая унылость начала сменяться темными очертаниями.

За ней появились слабые огоньки из противоположных домов.

Ночь медленно набиралась свою силу, а я всё не спала. С каким-то удушающим спокойствием лежала и смотрела в потолок, прислушиваясь ко всему, что происходило вокруг. Слышала чужие разговоры и перешёптывания, морщилась от того ужасного запаха, что исходил от Нейта, и завидовала тяжелому дыханию Гервика. Как он только смог заснуть…

В конце концов, почти все звуки стихли. Медленно, но верно, ночь всё же взяла власть в свои невидимые руки. Люди легли спать, разговоры и перешёптывания стихли, огни погасли.

А я всё смотрела в потолок и слушала, как отбивают бездонный ритм настенные часы.

Отвлечься больше было не на что, и поэтому разум одолели воспоминания.

Как бы мне этого не хотелось, картинки минувшего дня с ужасающей четкостью начали всплывать в сознании. Больше передо мной не было чёрного потолка, теперь я вновь переживала те невыносимые минуты, когда смерть была так близко…

Каждую эмоцию пришлось испытывать по второму разу… панику, отчаяние, осознание безысходности, дикий страх, непоколебимую решимость, граничащую с безумием… и жалость. К самой себе. За собственную ничтожность.

Глаза наполнились слезами.

От прежней холодности, что ещё недавно управляла моим организмом, не осталось и следа. Её место сменила целая гамма разнообразных чувств, среди которых главенствующее место занимал страх. Я осознала наконец, насколько же близко была смерть. Ведь я могла умереть, так и не сумев спасти своих родителей.

Слёзы уже катились по щекам, пропитывая волосы своей влагой и добираясь до ушей. Чтобы не всхлипывать, я перевернулась на живот и уткнулась носом в подушку.

Сдержать эти рыдания было выше моих сил, но я старалась заглушить их, насколько это было возможно.

В какой-то момент вдруг услышала пьяно-удивленный голос Нейта:

– Ты что, плачешь?

Я тут же всхлипнула. Отрывалась от подушки и протёрла руками глаза.

– Нет, – выдавила хрипло и гнусаво.

В тишине продержалась целых двадцать секунд, а потом не выдержала и разрыдалась с новыми всхлипами.

– О-ой, ну ты чего плачешь-то, – неуверенно выдавил парень, кажется, чуть меняя своё положение с «полулежа» на «полусидя». – Всё же хорошо, я выиграл турнир.

– Ага, – еле выдавила я, давясь собственными слезами, и вместе с тем стараясь не превратить это всё в истерику маленького младенца, который своим плачем будит всех и вся.

– И деньги теперь есть, – продолжал неуверенно говорить Нейт.

Я почувствовала его руку на своей спине. Кажется, он хотел ободряюще меня погладить, но в итоге вышло, что его ладошка просто проехалась вверх-вниз.

– Я…я не из-за этого…

– А из-за чего?

– Да-а-а… просто та-а-ак…

Судя по тому, как долго молчал парень, он явно предпочёл бы, чтобы я плакала именно из-за денег.

– Ну ладно тебе, не плачь, – прозвучало это совершенно неубедительно.

Я кивнула, закусив губу, и зашлась в своих всхлипах ещё больше.

Наверное, понимая, что слова тут совершенно бесполезны, Нейт неожиданно обхватил мою талию своей рукой, а затем с необычайной нежностью и осторожностью притянул к себе.

Парень ничего не говорил, не пытался успокоить банальными фразами, вроде: «всё будет хорошо» и «не плач, всё наладится», но в этом его простом движении был такой искренний порыв, что всё становилось понятно без слов. Я не стала удивленно вскрикивать или вырываться, смущенно ёрзать или пытаться добиться ответа – зачем? Я просто уткнулась ему носом в плечо и облегчённо выдохнула. Впервые за долгое время.

Было в этом что-то возвышенное. Никогда прежде я такого не чувствовала. Казалось бы, простое движение – Нейт ведь всего лишь обнял меня. Но это вызвало внутри просто взрыв эмоций. Нежность. Смирение. Умиротворение. И искренняя благодарность.

Не помню, чтобы даже мама меня так обнимала.

Я улыбнулась самой себе, отмечая, что слёзы кончились. Резко и неожиданно. А паника сменилась совершенно другим чувством, от которого по всему телу будто бы разлилось тепло. И стало спокойно.

Я прикрыла глаза, не собираясь ни на секунду прекращать эти волшебные объятия, и словно во сне прошептала:

– Ты как человек-одеяло.

– Что? – не расслышал Нейт.

И именно эти слова вернули меня с небес на землю.

Тут же накатил запоздалый стыд, а в памяти всплыл тот самый момент, когда я подумала о Нейте, как о красивом и сильном парне. Мускулистом парне.

Щёки покрылись предательской краской, неожиданно стало очень-очень жарко, а вдобавок ко всему пришло осознание, чем мы сейчас занимаемся – мы ведь обнимаемся!!!

– Ты… ты зажал одеяло, – заикаясь, выдавила я.

– О, прости, – тут же среагировал парень, убирая свою руку с моей спины и давая мне возможность отодвинуться. Сам он этой рукой извлёк из-под себя одеяло и, словно бы совершенно не замечая всей неловкости ситуации, протянул один конец мне.

– Спасибо, – пискнула я каким-то не своим голосом.

Укуталась в это одеяло чуть ли не до самого носа, покосилась на Нейта и тут вдруг поняла, что теперь это я отобрала у него одеяло.

С неохотой раскуталась. Полежала так несколько секунд, а затем трясущейся рукой протянула противоположный конец своему соседу на койке.

Да, мы укрылись одним одеялом на двоих.

И как бы мне ни хотелось отодвинуться от Нейта как можно дальше, на такой узкой постели, да ещё и под одним одеялом, сделать это было нереально. Так что волей-неволей пришлось терпеть. Мой локоть касался руки парня, а коленка, кажется, задевала его ляжку. Надеюсь, что ляжку.

Обычные невинные прикосновения почему-то вдруг резко перестали быть такими уж обычными. Дыхание перехватило. Не так, как это обычно бывает при панической атаке. Нет. Как-то по-другому. Словно телом завладевало странное возбуждение и из-за этого дышать становилось трудно. А все чувства теперь сосредоточились лишь в тех местах, где моё тело касалось тела парня.

В общем, своих ощущений я испугалась не на шутку.

А тут ещё Нейт решил спросить:

– Ну что, плакать больше не хочется?

– Н-нет, – дрожащим голосом выдавила я.

После этого парень пожелал мне спокойной ночи и закрыл глаза.

А я искренне пожалела, что он проснулся и не дал мне выплакаться самостоятельно.

Теперь-то мне точно не уснуть. Какое уж тут может быть «спокойной ночи».

* * *

Понятия не имею, как я умудрилась уснуть.

Вставать не хотелось совершенно. Несколько минут просто лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к происходящему вокруг.

Судя по всему, за окном было совсем ещё раннее утро. Во всяком случае, никаких звуков, намекающих на то, что постояльцы проснулись, и жизнь у тех вовсю кипит и бьёт ключом, в трактире не раздавалось.

А затем послышалась причина, которая разбудила меня в столько ранний час – копошение. Похоже, Нейт всё никак не мог улечься поудобнее, и под его маневрами слегка скрипела кровать.

Я устало открыла глаза и тут же почувствовала легкую дрожь, которая волной прошлась по всему телу.

Прежде чем Нейт поспешно сделал вид, что он в этой постели оказался совершенно случайно, готова поклясться, парень наблюдал за мной. И смотрел он о-очень внимательным взглядом. Можно было бы подумать, что он просто пытается понять, жива ли я вообще после этой ночи. Но в его взгляде не было и намека на беспокойство или хотя бы научный интерес. Скорее замешательство, словно парень сам не мог понять, зачем наблюдает за мной, и любопытство, которое пряталось в глубине его зеленых глаз. Очень глубоко.

Нейт, заметив, что я проснулась, резко посмотрел на стену, словно она и была конечной целью его проницательного взгляда.

– Привет, – поздоровалась я прожженным мужским басом и тут же поспешно замолчала. А-а-а! Ненавижу утро! Ну почему нельзя просыпаться сразу красивым и ухоженным человеком, со своим нормальным голосом? Я тут же вспомнила, как вообще обычно выгляжу по утрам – заспанная, вялая, растрепанная, а теперь еще и после ночных слёз – опухшая!

Не передать словами, как мне захотелось оказаться в этот момент под кроватью и дождаться, пока Нейт пойдёт куда-нибудь в ванную.

Я смущённо заёрзала на месте, пытаясь улечься поудобнее и только после этого осознала, где именно лежу.

Нет, я точно помню, что ночью ложилась с краю! Тогда как я оказалась у стены?!

Перед глазами предстала картина, как я, с необычной прыткостью, всё ближе придвигаюсь к Нейту (неосознанно, естественно), сперва обнимая его руками, затем ногами, потом чуть приподнимаясь и перебираясь к нему на грудь. А после того, как я полежала на парне и полюбовалась видом сверху, перекатилась к стене.

Видимо выражение лица у меня стало совсем уж испуганно-пришибленным, потому как Нейт поспешил сказать:

– Это я тебя передвинул. Просто постоянно через тебя перелезать было тяжело, да и ты могла проснуться.

Я уже хотела ехидно поинтересоваться, куда это он всю ночь бегал, но потом вспомнила, сколько парень выпил накануне и все вопросы сами собой отпали. Кроме одного:

– Как ты?

– Мутит, – поморщился Нейт в ответ. – Голова болит, и я… я не могу вспомнить, что было после той ужасной бочки пива.

Голос у парня больше напоминал на рычание медведя, поэтому мы единодушно перешли на шёпот, чтобы не позориться друг перед другом.

– Так тебе память отшибло? – удивленно поинтересовалась я.

– Пить надо было меньше. – Нейт поморщился в очередной раз. Что-то мне подсказывало, что ему было гораздо хуже, чем он сам сказал. – Что хоть было-то потом? Последнее, что помню, это Гервик. Он мне, кажется, куда-то помог дойти, а дальше вообще всё смутно и обрывками.

Повисла недолгая пауза, пока я раздумывала, как преподнести парню горькую правду.

– Ну… ты был пьян, – шёпотом начала осторожно говорить я, – а твоя верхняя одежда куда-то пропала. Гервик пошел её искать, а тебя оставил рядом со мной. А потом пришла Виктория.

При этих словах Нейт побледнел. Вернее сказать, позеленел.

Наверное, представил, как эффектно он выглядел перед принцессой Второго Королевства.

– Что она хотела?

– Диадему, которую даровала тебе в начале соревнований.

– Я её отдал? – осторожно спросил парень.

– М-м-м… – протянула я и запнулась. – Ну… ты как бы пытался её отдать, но в последний момент ты уронил её… в лужу. А Виктории такая диадема была уже не нужна.

– Постой, – Нейт недоуменно сдвинул брови. – Это ты про вон ту диадему, что лежит у двери вся облёванная?

Я приподнялась на локтях, посмотрела на одинокий предмет обсуждения и со вздохом кивнула.

– Ясно, хороша была лужа. А что было потом? Она потребовала компенсацию?

– Неа, – усмехнулась я, и, опережая его вопрос, добавила: – Я тоже удивилась. Просто спросила, не встречались ли мы с ней раньше.

– И она ушла?

Я внимательно посмотрела на Нейта.

Не знаю, что в моём тупом мозгу щёлкнуло, но я почему-то вспомнила, как парень обнимал меня прошлой ночью. И как смотрел этим утром. Случайность? Точно случайность. А если нет? Я вдруг подумала, что смогла бы показаться не совсем такой глупой девчонкой, коей являюсь на самом деле. Наверное, из-за этого и сказала то, что сказала:

– Она – да. Но с ней был ещё её сопровождающий. Или… честно говоря, не знаю, кем он ей приходился. В общем, мы с ним познакомились ещё во время соревнований, а пока ты говорил с Викторией, он пригласил меня на прогулку. Но тут вдруг ты вскочил на ноги и бросился на него с кулаками. Ах да, ещё ты кричал: «никуда она с тобой не пойдёт!!!».

О Пресвятые Покровители, зачем я это сказала?!

Цену себе набила, дура.

Но с другой стороны… что такого? Чуть-чуть приврать законом не запрещено. А если правда раскроется… будет неловко, но зато теперешнее лицо Нейта с легкостью может компенсировать все будущие конфузы.

Брови парня взлетели так высоко, что чуть не затерялись среди волос.

– Я… я его побил?! Из-за тебя?!

«Из-за тебя?!» было сказано таким тоном, словно имелось ввиду: «ты же такая жалкая, как я мог из-за тебя подраться?».

И вот тут мне стало просто до слёз обидно. Я посмотрела на Нейта самым тяжелым взглядом, на какой только была способна. Судя по лицу парня, он и сам устыдился своих необдуманно брошенных слов. Уже открыл было рот, чтобы, как это обычно бывает, извиниться, начать лепетать какую-нибудь ерунду, мол, я вовсе не это имел ввиду.

Ну да.

Как обычно.

Я выдавила из себя улыбку и оптимистично заявила:

– Не переживай, ты ему просто нос сломал. Вряд ли он подаст на тебя жалобу, тем более, что он всё равно оказался демоном.

Зеленоватый оттенок кожи Нейта резко стал серым. Ну прямо не парень, а радуга.

– ЧТО?!

– Тихо ты, Гервика разбудишь! Да, он оказался демоном.

Пришлось рассказывать. На этот раз безо всякого вранья или недоговорок. Я честно сказала, как мы тащили Нейта до проулка, как увидели впереди себя демона. Как пытались защищаться, как демон чуть не прикончил Гервика. И как я чуть не лишилась своего Хранителя.

– Хранителя? – недоуменно сдвинул брови парень. – Зачем ему Хранитель? Извлечение же в любом случае лишит Хранителя силы, и тогда от него никакой пользы.

– Ага, – хмуро отозвалась я. – Вот именно.

В памяти всплыли те худшие мгновения моей жизни. И хотя сейчас я лежала на кровати, в тепле и уюте, в груди ощутимо закололо, словно я вновь перенеслась в тот проулок… лежу на земле и чувствую, как жизнь медленно покидает никому не нужное тело.

– Так вот почему ты плакала, – задумчиво проговорил Нейт, чем заставил меня поджать губы и смущённо пролепетать:

– Не у всех же такие крепкие нервы.

– Опять была паническая атака?

– Нет, на этот раз обошлось. – Я украдкой глянула на парня, пытаясь понять, из вежливости он спрашивает или правда волнуется? – Я грозы боюсь, а не демонов.

– Нормальные люди боятся демонов, а не грозы, – с усмешкой пожурили меня.

И это только подстегнуло и без того набирающий обороты гнев, который с каждым словом парня укреплялся в организме всё сильнее.

– Да, – зло сказала я, – я же ненормальный человек. Боюсь грозы, заключаю сделки с демонами и вообще, за такую как я, и драться позорно.

Нейт несколько мгновений в упор смотрел мне в лицо, а потом вдруг с усмешкой улыбнулся.

Это было так неожиданно, что я растерялась.

– Что смешного? – спросила как можно более грозно.

– Так и знал, что ты обиделась.

– Я не обиделась!

– Обиделась.

– Нет!

– «За такую как я, и драться позорно»? – процитировал мои же слова парень. Говорил он шепотом, поэтому выглядело впечатляюще.

– Я не так разговариваю! И чего ты тогда таким тоном сказал «из-за тебя»?!

– Каким тоном?

– Как будто я ничтожество.

– Я так не говорил.

– Говорил.

– Нет.

– Да.

– Сама придумала, сама обиделась, – констатировал Нейт.

– Сам сказал, сам истолковал, сам свалил всю вину на меня, – не осталась в долгу я.

Парень устало откинулся на подушку, помолчал несколько секунд, а потом небрежно бросил:

– Я даже не помню, как дрался. Но если хочешь, могу на трезвую голову ради тебя кого-нибудь побить.

– Нет уж, ты уже и так отличился. Даже спасибо не сказал.

– За что?

– За то, что мы тебе на соревнованиях помогли.

С этим вопросом играть в молчанку я не собиралась. Тем более, догадываюсь, Нейт прекрасно знал о наших действиях.

– Мне не нужна была ваша помощь, – огрызнулся парень. Затем посмотрел на моё медленно наливающееся злостью лицо и покаянно спросил: – Какой дар ты хочешь за моё спасение?

– Ничего мне не надо.

– А чего ты тогда злишься? И вообще, странно, что я додумался подраться, но не додумался тебя поблагодарить. Ты хорошо подумала? Может, я тебе всё-таки серьги… или нет! Ожерелье купил? – откровенно издеваясь, поинтересовался он.

– Да! – зло сказала я и только потом поняла, что в который раз попала впросак. Пришлось выкручиваться. – Изумрудное, ясно?

– Врёшь. – Нейт и глазом не моргнул. – Терпеть не могу зелёный цвет.

– Почему? – удивилась я, на секунду даже забыв, что как бы злюсь.

– Не люблю и всё.

– У тебя же… глаза зелёные, – сдуру ляпнула, лишь только потом поняв, как это прозвучало.

– Именно поэтому и не люблю, – сдавленно отозвался парень. Он удивлённо посмотрел на меня, и от этого взгляда я всерьёз задумалась о перспективе спрятаться под кроватью.

К счастью, возникшую паузу (а вместе с ней и напряжение) помог нарушить Гервик, заговорщицким шёпотом проговорив с другого конца комнаты:

– Вам пора к алтарю…

Мы с Нейтом одновременно вздрогнули и с возгласом «что?!» повернули головы к нашему проснувшемуся товарищу.

– Ну, – со сдавленным смехом пояснил тот, – правила этикета гласят о том, что если мужчину и женщину застукали в одной постели, то это значит, что кто-то из них был скомпрометирован. В общем, выбирайте кольца, господа!

– Так, знаете что! – грозно сказала я, решая во что бы то ни стало не дать издёвке прирасти к нам пожизненным клеймом. – Раз уж все проснулись, думаю, самое время всё обсудить.

* * *

Парни своего внешнего вида совершенно не стеснялись.

Мне же было очень неуютно сидеть перед ними, зная, что мои волосы напоминали осиный улей, да и сама я была помятой и убогой. Конечно, характеристика не сильно отличалась от моего постоянного внешнего вида, но с утра это было особенно заметно.

Поэтому я выторговала время, чтобы привести себя в относительный порядок.

В ванне меня пробрала мелкая дрожь. Некстати накатили вчерашние воспоминания, когда я стояла тут перед зеркалом и на автомате выполняла давно заученные движения стандартных процедур, старательно отгораживая себя от воспоминаний. Особо примечательным было грязное платье, валяющееся на полу. Неожиданно стало очень грустно видеть свою одежду в таком виде, ведь это было одно из немногих платьев, которые мне действительно понравились.

В связи с обстоятельствами, со вздохом пришлось надеть своё старое одеяние: лосины и серый свитер. Но было в этом и кое-что приятное: ко мне снова вернулись так мною любимые огромные ботинки.

Умывшись и причесавшись, я ещё с минуту постояла перед зеркалом, не то что бы любуясь собой, а просто тупо глядя на собственное отражение. Почему-то я вдруг растеряла всю свою решимость.

В какой-то момент даже поймала себя на мысли, что готова встретить любого демона, лишь бы не выходить из ванной.

Признаваться Гервику в том, что я именно та, кто заковал всю королевскую резиденцию в камень, было стыдно. Очень. Да ещё и Нейт явно не обрадовался, что мы помогли ему на соревнованиях.

Нас ждет очень непростой разговор.

Глубоко вздохнув и приказав себе держаться стойко, я вышла из ванной комнаты.

Увлечённых дебатов не слышалось, собственно как и обычного разговора. Парни сидели каждый на своей кровати и молчали. На секунду даже показалось, что они и позы-то с моего ухода не сменили.

Я с понурым видом быстро дошла до кровати Нейта и села у самого-самого края.

Наверное, каждому из нас хотелось, чтобы разговор начал кто-то другой. Поэтому в комнате повисла гробовая тишина.

Я сидела, вперив взгляд в пол. Потом посмотрела на парней и убедилась, что они друг на друга тоже не смотрят.

Понимая, что так мы точно далеко не уйдем, пришлось набраться смелости и первой выпалить:

– Это я разрушила Первое Королевство.

Гервик и Нейт одновременно удивлённо посмотрели на меня.

– Ч-что? – выдавил Герви.

– Это я разрушила Первое Королевство, – повторила сухим и безэмоциональным голосом. – Меня зовут Даниила Рамиро Фердинан, и я принцесса Первого Королевства.

Нейт и так прекрасно об этом знал, подслушав в лесу наш разговор с демоном.

А вот Гервик был ошарашен. Парень молчал довольно долго, в упор сверлив меня взглядом. Кажется, он был в замешательстве, совершенно не понимая, как реагировать на подобные слова.

В конце концов, парень выдавил ёмкое: «о-о…!», и снова затих.

Мы с Нейтом дали ему время переварить информацию и сделать выводы. Правда, выводы Герви сделал странные.

– Ты… ты говорила, что заключила сделку с демоном, – тихо сказал он.

– Да.

– Но зачем тебе понадобилось уничтожать своё Королевство?!

– Что? – опешила я.

А потом, посмотрев на лицо парня, чуть истерически не расхохоталась. Да. Забавно. Герви решил, что я пожелала у демона уничтожения своей семьи и всех её приближенных. Вот почему парень так долго молчал. Небось представил себе, с каким чудовищем связался.

– Герви, демон меня обманул, – со вздохом пояснила я. – Я пожелала совершенно другое. А демон истолковал всё по-своему. Ты же сам говорил, что демоны всегда найдут, как обмануть.

– А что ты пожелала?

Мне казалось, парень начнёт требовать доказательства того, что я не серийный маньяк, и этот вопрос стал неожиданностью.

– Эм… это разве важно? – пристыжено спросила я.

Герви продолжал в упор смотреть на меня, из-за чего мне стало жутко неуютно. Было в его взгляде что-то такое… странное. Словно бы он осуждал меня.

– Не знаю, наверное, важно, – пожал плечами парень и вдруг сухо добавил: – интересно же, что ты могла пожелать.

– В смысле?

– Ты принцесса, – пояснил он. – Странно, что тебе чего-то в жизни не хватало.

Наверное, на моём лице отразилось искреннее удивление. Во всяком случае, именно его я почувствовала внутри. Слышать эти слова от Гервика было странно. Непривычно. Неожиданно. Его обвинение было настолько сдержанным, что ранило больнее, чем любые крики.

Первые несколько мгновений я пыталась справиться с эмоциями, затем придумывала речь, которая могла бы в полной мере объяснить всё Гервику. А потом, когда я уже открыла рот, возмущение, которое всё это время тихонько бушевало в организме, отступило.

Его сменил дикий стыд.

Настолько ошеломляющий, что я смогла только закрыть рот и сглотнуть.

Нет, я ведь и раньше знала, что это всё из-за моей глупости. Как можно было согласиться на сделку с демоном? Все ведь знают, что с ними нельзя иметь дела! Мой отец устраивал рейды на них! Да. Вот она моя глупость – согласилась на заведомо проигрышную авантюру. И, естественно, наткнулась на обман.

Но теперь, после слов Гервика, у меня словно мир внутри перевернулся.

Глупостью ведь была не сделка с демоном. Глупостью было то, из-за чего я на неё пошла.

В этот момент я искренне пожалела, что сейчас сижу тут, на кровати, среди двух пар глаз, которые в замешательстве ждут от меня ответа. Они понятия не имеют, что происходит у меня внутри. Им невдомёк, что сейчас я готова пойти на что угодно, лишь бы оказаться в тёмном подвале, где никто не сможет меня увидеть. Где можно будет дать волю своим эмоция. Можно будет вдоволь наораться. Побить руками стены. Пореветь.

Пресвятые Покровители. Какая же я дура.

Свадьбы испугалась. Злилась на собственную мать за чрезмерный надзор и придирчивость. Стоило вспомнить об этом, как вдруг пришло ясное осознание, насколько же это всё было мелочным и жалким. Разве это стоило уничтожения собственной семьи? Вышла бы замуж, ничего бы со мной не случилось. Возможно, теперь уже (в особенности после всего случившегося) мне никогда не светит. А мама… молиться надо на такую маму, за то, что терпела меня, пыталась как-то повлиять на моё безобразное поведение. Она ведь не бросила меня. Она просто хотела нормальную дочь. А я? Убожество.

Страшно представить, что теперь происходит в Первом Королевстве. Вся королевская резиденция обратилась в камень. Наверняка, по мнению многих, Правящая семья уже давным-давно мертва, а удерживать власть ведь кто-то должен.

Представив себе, к каким волнениям и переворотам это всё может привести, я резко вскочила на ноги. Если учесть, что до этого в комнате витала гробовая тишина, то от моего скачка парни синхронно вздрогнули.

– Почему я пошла на это? – зло воскликнула я, обращаясь даже не к Гервику, а просто в пустоту. – Я скажу вам, почему! Мои родители – лучшие люди на всём белом свете, они ничем не заслужили такого наказания, но Небеса всё равно послали им меня. Вторую девочку из королевских семей за долгое столетие. Конечно, я не была Викторией, и на меня никто не возлагал надежд по спасению мира, но всё-таки – вторая рождённая девочка. Она должна была чем-то выделяться, быть образцовой принцессой, не позорить своих родителей. – Я замолчала, провела рукой по волосам и уже тише продолжила: – Но эта девочка всех опозорила. Ты прав, Герви, мне было грех на что-то жаловаться. Знаешь, какая у меня была жизнь? Замечательная. Меня никто никогда не обременял проблемами управления нашим Королевством. Я могла целыми днями скакать на лошади по лесу, развлекаться в замке, и заниматься всем, чем пожелаю. Мне всегда было обидно, что я нахожусь в тени Виктории, но быть недовольной собственной жизнью? Это было уже слишком. Я выросла никчемным ребенком. Никаких талантов, способностей, вообще ничего! Я даже какой-то жалкий танец не могла нормально выучить. И пока все дочери герцогов и принцы танцевали на балах, выслушивали в свой адрес массу комплиментов и заводили новые знакомства, я развлекалась, как могла, устраивая им всем детские пакости. За все мои восемнадцать лет у меня был только один друг, который терпеть не мог все мои выходки. Прекрасные принцы обходили такую неудачницу стороной, и мои родители вконец отчаялись подыскать мне пару. Сегодня должен был состояться бал, на котором мне полагалось выбрать себе жениха. Но я, как вы уже догадались, не могла этого допустить, и не придумала ничего умнее, чем заключить сделку с демоном.

Я замолчала, переводя дух. Стыдно было поднимать взгляд, но рано или поздно это всё равно пришлось бы сделать.

Вздохнув, посмотрела на парней.

Они не выглядели ошарашенными. Скорее задумчивыми. Явно не ожидали от меня такой длинной обличающей речи. Да я и сама не ожидала.

Честно говоря, никогда не думала, что за всё это время во мне скопилось столько не выпущенной злости. Опустив взгляд, с удивлением поняла, что у меня трясутся руки. В глубине души осталось острое чувство незавершенности, наверное поэтому, рот как-то сам собой открылся, и из него полились совсем уж неслыханные вещи:

– Я обиделась, – тупо сказала в никуда и только потом поняла, как нелепо это прозвучало. Уже осмысленно повернулась к Гервику и повторила: – Я обиделась, когда на соревнованиях твоя идея оказалась лучше моей.

Парень удивленно поднял брови и открыл рот, чтобы что-то сказать, но я тут же его перебила:

– У всех детей есть какие-то таланты. Кто-то силен в музыке, кто-то в искусстве, кто-то в военном деле, и только я пролетела мимо очереди. Всё, что мне более менее удавалось – это глупости. Я могла гордиться ими, потому что только благодаря ним у меня получалось избежать позора. В смысле, еще большего позора, чем тот, что и так с рождения преследует меня. Но единственное, в чем я была сильна… даже это у меня отобрали.

– Я… я не хотел тебя обижать, прости, – ошарашено пролепетал Гервик, чем вызвал мою горькую усмешку.

– За что ты извиняешься?! Ты-то тут причём? Я говорю о том, что твоя идея была лучше, понимаешь? И это для меня самое страшное.

Я поджала губы и уставилась на стену. Так, Даня, моргай почаще, не то зальёшь слезами всю комнату. Вот только ещё большего унижения тебе в копилку заслуг не хватало.

Неожиданно Нейт, который всё это время сидел с довольно внимательным выражением лица, поднял руку вверх. Парень облокачивался на стену, и вся его поза могла бы выражать полную безмятежность, если бы он не держал вторую руку на животе. Беднягу явно мутило.

Видя, что рука у парня так зависла и опускаться явно не собирается, я вопросительно протянула:

– Да-а-а?

– Я провел в шкуре волка шесть лет, просто потому что хотел стать сильнее своих братьев.

Я удивленно покосилась на парня. Сказал он эти слова таким легкомысленным тоном, словно зачитывал меню.

– Тебе было двенадцать лет, – возразила на его довольно сомнительную реплику.

– Если бы мне было двадцать, это что-нибудь изменило?

– Ну как бы да.

– И что же? – скептически поднял бровь Нейт.

Я раздраженно втянула воздух.

– В двенадцать лет ты был совсем ребёнком, твоя глупость оправдана.

– Хочешь сказать, что в восемнадцать ты уже умудрённая опытом бабуля?!

Я возмущенно взмахнула руками.

– Знаешь, между двенадцатью и восемнадцатью всё-таки есть разница!

– Не для тебя. Просто прими как данность, что ты поздно взрослеешь и всё.

– Отлично! Родителям так и скажу! «Мам, пап, не переживайте, ваша дочь просто долго взрослеет, так что не принимайте близко к сердцу, что она вас в камень превратила!».

Нейт сдержанно сменил позу. В его взгляде так и читалось желание встать и настучать мне по голове, но ввиду своего состояния парень решил «воевать» словом:

– Ладно, давай представим, что ты ведёшь себя, как умудренная опытом старушка. Ты бы сбежала во Второе Королевство, когда с твоим происходило не пойми что? Доверилась бы незнакомому племени? Разговаривала бы с волком? Помогла бы оборванцу, уснувшему в грязной канаве? Пошла бы за волшебным цветком? Помогла бы незнакомому парню выплатить долг? Нет, стой! – Нейт нравоучительно поднял указательный палец вверх, словно только что его посетило Озарение. – Давай вернёмся совсем-совсем в прошлое. Ты бы пошла на сделку с демоном? Хочешь, отвечу за тебя? Нет, не пошла бы. Ты приняла бы волю родителей, как того требует послушание любой благородной леди. Тебе бы подобрали мужа, наверняка с богатым наследством, как того требует статус принцессы Первого Королевства. Муж наверняка оказался бы редкостным занудой, в лучшем случае помешанным на науке и идее найти эликсир бессмертия. В худшем – ловелас, который после свадьбы побежал бы транжирить новоприобретённое состояние.

– А вариант удачного замужества ты не рассматриваешь, да? – скептически поинтересовалась я.

– Нет, – и глазом не моргнул парень. – Вот твоя участь умной и правильной.

– Знаешь, я вот только одного не могу понять, – хмуро сказала я. – Почему ты меня оправдываешь? Я же уже говорила, что прекрасно знаю о своих недостатках и хотя бы имею смелость себе в них признаться.

– Я?! Оправдываю?! – удивленно уставился на меня Нейт. – Дело не в оправдании. Какое вообще тут может быть оправдание, если оправдывать некого! Ты же сама не понимаешь, кто ты. Ты не признаешься в своих недостатках, ты их себе приписываешь, как очки в турнире. Герви! – неожиданно воскликнул парень.

– А? – вздрогнул наш молчаливый товарищ.

– Представляешь, я ем курицу руками! Пальцами! Но я хотя бы имею смелость признать свой недостаток. Правда, теперь я не сын, а позорище своих родителей. Нет смысла возвращаться домой! Умру лучше в ближайшей луже! – патетично провозгласил Нейт.

Я торжественно поаплодировала.

– Молодец! Сравнить курицу и уничтожение собственного Королевства! Да твоё сравнение войдёт в историю!

– Признание твоих недостатков выглядит примерно так же.

Мы с Нейтом уставились друг на друга одинаково злобными взглядами. Чушь всё это, что в споре рождается истина. Истина, со стонами, криками и невероятными мучениями, ещё кое-как может выродиться тогда, когда оба собеседника готовы принять противоположную точку зрения. О какой истине может идти речь, если мы сейчас с кулаками готовы друг на друга лезть?

– Знаешь что! – едва сдерживая ярость начала я, но меня отвлек неожиданный стук в дверь.

Я удивленно обернулась. Так как именно моя персона стояла ближе всех к двери, то и открывать пришлось мне. Стоило потянуть ручку на себя, как в проёме высветились две уродливые, но до боли знакомые рожи. Заметив их, я тут же испуганно хлопнула дверью, поворачиваясь к вытянувшим шеи парням.

– Кажется, это за долгом пришли, – проговорила севшим голосом.

– О! – воскликнул Гервик и тут же вскочил на ноги.

Парень начал рыться в каких-то сумках и выдвигать ящики тумбочки. В это время раздались повторные стуки, уже намного агрессивнее. Наконец, Герви извлёк нужный мешочек и подошёл к двери.

Глубоко вздохнул и взглядом попросил меня отойти в сторону. Я возражать не стала. Парень резким движением распахнул дверь и быстро протараторил:

– Простите, что не сделали этого раньше! Нам пришлось несладко, пока мы собирали деньги, однако тут всё, что вы хотели, и даже чуть больше за причинённые неудобства. Ещё раз простите! До свидания!

И захлопнул дверь.

Я ожидала, что после таких слов поднимется возмущённый ор, после которого нам выбьют дверь и закончат то, что не смог сделать вчерашний демон. Но почему-то ничего подобного не происходило, а за дверью так и вообще было тихо, как в склепе. Лишь спустя несколько минут, когда ответных возгласов не последовало, мы все вместе смогли облегчённо выдохнуть.

Ну ладно, хоть с чем-то разобрались.

Правда, теперь перед нами остро вставал финансовый вопрос.

– У нас же всего эти двадцать пять золотых и были. А ты для нас ничего не приберёг, да? – сокрушённо поинтересовалась я у Гервика.

Но парень, вопреки моим ожиданиям, расстроенным или хотя бы виноватым явно не выглядел.

– Ну, Нейту кое-что вручили за победу в «пивном запое». Там, правда, серебрушками, но пятак золотых точно наберётся. И ещё у нас диадема есть.

Мы синхронно перевели взгляд на предмет обсуждения, одиноко валяющийся на полу рядом с дверью. Да уж, вряд ли кто рискнёт покупать такую дорогую вещицу за её реальную стоимость. Надеюсь, кто-нибудь вообще рискнёт её купить, хотя бы за минимум. Для нас это уже будет большой удачей.

– Из города нужно уезжать, – неожиданно сказал Гервик.

Налюбовавшись диадемой, мы перевели взгляд на парня.

– Надо, – согласилась я. – Только куда?

– В соседний город, – уверенно ответил парень.

Я усмехнулась.

– Какой смысл? Думаешь, демоны не смогут найти нас и там? Мы топчемся на одном месте, как будто в болоте завязли. – Вздохнула и уже тише добавила: – У меня с семьей не пойми что происходит, а я только развлекаюсь. Нам нужно найти место, где хранятся все договоры, – эти слова были обращены уже конкретно к Нейту. Надеюсь, он ещё не передумал. – Вот только как?!

Я закусила губу, понимая, что у меня нет мало-мальски продуманного плана. Время уходит, а мы так и не продвинулась даже на несколько шагов вперёд.

– Единственное, что я знаю, – снова подала голос, – это то, что купол, от которого сами демоны в замешательстве, воздвигли Хранители родителей.

– Купол? – не понял Гервик.

– Да, – кивнула я. – Когда демон исполнил договор, над всем нашим замком вырос непонятный купол. Но точно такой же появился тогда, когда демон чуть не превратил меня в жареную человечину. Хранители воздвигли защиту против магической опасности. Только вот, похоже, с родителями они позновато спохватились. Я помню, как все обитатели замка превратились в камень.

– Видимо Хранители не успели отразить магическую атаку, – пробормотал Гервик. – Магия Демонов Перекрестка очень сильна.

– Мы об этих демонах вообще ничего не знаем… – сокрушенно сказала я. – Как можно быть такими идиотами? Идти искать договор, наверняка в логово, кишащее демонами, и ничего о них не разузнать?!

Мы с парнями переглянулись. Мда, и как только нас до сих пор не прибили?! Худших охотников за договором еще поискать надо!

– Обычно демоны прикидываются людьми, – неожиданно сказал Нейт, – а значит, подвержены тем же страстям. Если походить по кабакам, поспрашивать о том о сём, уверен, что-нибудь, да разузнаем.

– У нас нет столько времени! – Я запустила пальцы в волосы, принимаясь расхаживать по комнате.

Больше всего на свете я боялась, что чем больше буду медлить, тем необратимее станет сила договора.

Хождение совершенно не успокаивало, лишь добавляло нервов и без того измотанному организму. Я переводила взгляд с одной стены на другую, затем смотрела на окно, на постели, на парней… и неожиданно меня осенило.

– Стойте! Говоришь, демоны подвержены тем же страстям? Я знаю, кто нам нужен!

С этой невразумительной репликой кинулась к своей сумке. После судорожных копошений извлекла откуда свою заветную книжечку, которую мне одолжил Король Седьмого Королевства.

На что было похоже это нечто, даже говорить страшно. Демон на обложке от сырости был весь в смазанных пятнах, превративших скорее в черную кляксу, нежели в устрашающее чудовище. Страницы книги слиплись, причём настолько сильно, что ими реально можно было убить кого-нибудь. Тем не менее, я с завидным упорством попыталась добыть нужную классификацию демонов. Стоило попробовать открыть книгу, как та зашлась громким треском, словно кому-то ломали кости, а корешок вещицы едва не преломился пополам.

Однако нужная страница всё же была открыта.

– Демоны-слюнявчики, – торжественно произнесла я. – Живут среди людей, необычайно подвержены человеческим порокам. Но главное – они слюнтяи, у них нет магии, они трусливы, как черти.

Парни посмотрели на меня странными взглядами. Видя моё замешательство, Нейт свой взгляд расшифровал:

– Не понял.

– Найдём Демона-слюнявчика, выведаем у него, где хранятся договоры, и дело с концом! – пояснила я.

– Ты не думаешь, что про договоры нужно узнавать у Демона Перекрестка? – скептически спросил Нейт.

– Так он нам и сказал! – Я глубоко вздохнула, готовясь отстаивать свою идею до конца. – Демона-слюнявчика шантажировать и запугать – проще простого. Он же слюнявчик! Наше дело – запугать, а как он будет узнавать местонахождение договоров, это уже его проблемы.

– А где ты собираешься его искать? – с опаской поинтересовался Гервик.

– Они пытаются быть похожими на людей, но капают слюной на роскошь. Наверняка среди владельцев каких-нибудь кабачков найдётся хоть один.

– Если будем ходить с разведкой по городу, кто-то точно что-то заподозрит. И будем молиться, чтобы это был местный «ночной босс», а не другие демоны, которые действуют заодно, – резонно заметил Герви.

Я медленно опустилась на кровать рядом с парнем, устало опрокидывая голову на сложенные руки. Как же это всё сложно и запутанно…

– Демонам нужны наши Хранители, – тихо выдавила я. – Но зачем? Что они дают?

Столько вопросов, и хоть бы один ответ.

– Предлагаю начать с малого. – Нейт взял на себя роль главнокомандующего. – Во-первых, из города действительно лучше уехать. И диадему сможем продать подороже, вряд ли кто-то из местных торговцев мог не заметить её на Виктории. Во-вторых, попытаемся найти всё, что сможем обо всех демонах и как их можно убить, заодно и о Хранителях. А потом уже подумаем, так ли безнадежна Данина идея на счет Демона-слюнявчика.

– Но сперва прикупим одежды, – вставил свою лепту Герви, красноречиво косясь на свой грязный костюм.

Я слабо кивнула, радуясь, что хоть примерный план действий у нас есть. Это было уже хоть что-то.

– Отлично. Так и сделаем.

Глава 11.

За одеждой мы пошли в ближайшую лавку, которая торговала качественным и недорогим товаром. Парни привередничать не стали и облачились в совершенно обычные походные костюмы. Герви выбрал свитер темно-бежевого оттенка с какими-то полосками на груди, а так же чёрные штаны. Всё-таки, что ни говори, а бежевый был ему к лицу. Вот интересно, комната у парня тоже вся бежевая? Если, конечно, она у него вообще есть.

Нейт тоже себе не изменил, схватив первую попавшуюся чёрную рубашку, поверх нее надел чёрную кожаную куртку, а так же штаны… интересно, какого цвета могли быть у него штаны? Естественно чёрного. В моих глазах парень честно завоевал прозвище Тёмного Властелина – не за заслуги, а за цветовую гамму.

Оглядев Нейта с ног до головы, я вдруг с удивлением обнаружила, что парень стоял без обуви.

– Кажется, ты кое-что забыл, – деликатно сказала я.

– Без обуви мне удобнее, – посмотрев на свои босые ноги, ответил тот.

– И не холодно? Потому что зима неумолимо приближается, – напомнила я.

– Не замёрзну, поверь.

И надо ж было мне ляпнуть, мол, неужели это Нейту от волка досталась разгорячённая кровь? Сказать, что парни заржали, как кони – это вообще ничего не сказать. Щёки тут же запылали от смущения. Посмотрев на эти наглые рожи, которым только дай повод поиздеваться, я пару минут слушала все предположения, что можно сделать с разгорячённой кровью, и не хочется ли мне лично испробовать её на «горячность», в конце концов, решив просто не реагировать.

Зато я хотя бы настроение всем подняла!

В какой-то момент, не выдержав такого издевательства над своей нервной системой, я послала их обоих далеко и надолго, а сама отправилась выбирать нам лошадей. Спустя несколько минут парни тоже присоединились ко мне, видимо испугавшись, что в отместку могут получить самых «добрых и нежных» лошадок.

Эта процедура заняла у нас примерно полчаса. Мне досталась мышастая лошадь, Герви выбрал себе рыжего коня, а Нейт – вороного. От этой картины я чуть не прослезилась.

Получив нужную расписку, мы отправились в путь до следующей станции, где придётся менять уставших животных.

Дорога, вопреки моим ожиданиям, была недолгой. Города в принципе находились не так уж далеко друг от друга. Разделял их только лишь лес, ехать по которому в конце осени было не самым приятным занятием. Листва уже опала, из зелёной и сверкающей, превратившись в коричневую и грязную. Землю развезло, из-за чего под копытами лошадей слышалось постоянное хлюпанье. Ветки деревьев были совершенно голыми, одинокими и какими-то несчастными.

Те, кто говорит, что природа в осеннюю пору засыпает, видимо видели эту природу только из своего окна. У меня, например, создалось впечатление, что природу буквально замораживают, причём насильно. Думаю, вряд ли деревьям нравилось лишаться своей пушистой, прекрасной и живой листвы, превращаясь в сухие искривленные палки.

И все-таки, даже несмотря на дребезжание моего внутреннего голоса, нельзя было не отметить в какое удивительное время нам довелось путешествовать. Ведь, по сути, мы попали на границу смены сезонов, когда слякоть понемногу начинает промерзать, температура воздуха становится всё ниже, и уже не ждешь очередного дождя. Кажется, вот-вот и выпадет первый снег.

За всё время пути мы с парнями почти не общались. Каждый погрузился в свои размышления, то ли предаваясь воспоминаниям, то ли строя планы на будущее, то ли просто наблюдая за обстановкой вокруг. Последнее явно относилось к Нейту. Парень выглядел настолько сосредоточенным, что если бы я сейчас свалилась с лошади, он вряд ли бы обратил на это внимание. Зато вот окружающей обстановке он своего внимания уделял с лихвой. Парень крутил головой по сторонам с заметной периодичностью. Иногда у него подрагивали ноздри, словно он начинал принюхиваться. А еще он то и дело оборачивался, недоумённо сдвигая брови.

И, кстати, заметила я всё это не потому, что внимательно наблюдала за ним, а потому что просто иногда бросала на него беглый взгляд!

В конце концов, его манипуляции испугали меня до смерти, и я, не решаясь что-то спросить (вдруг это будет сигналом демонам), опасливо потянулась к заветной книжечке по демонологии, надеясь найти в ней способ защититься от смертельных существ.

Нейт, каким-то чудом уловив мои манипуляции, громко и чётко спросил:

– Что ты делаешь?

Я испуганно вздрогнула и заозиралась по сторонам, ожидая увидеть наплыв чёрных теней вокруг себя.

– Хочу найти способ защититься, – шепотом отозвалась я.

– От чего? – снова громко спросил парень.

– Да чего ты орёшь-то так! – зашипела я.

– А чего ты говоришь шёпотом? – не понял Нейт.

– Так нас разве не преследуют демоны? – Я на всякий случай ещё раз обернулась, ожидая увидеть среди голых стволов деревьев мельтешащие тени.

– Демоны? С чего ты взяла? – Парень резко обернулся, а его правая рука дёрнулась к ножнам, которые сохранились у него ещё с соревнований.

Увидев эти действия, я поспешила пристыжено проговорить:

– Стой-стой, я думала, что это ты их обнаружил.

– Я?! – растерялся Нейт.

– Ну а чего ты так странно смотришь по сторонам?

– Я просто проверяю обстановку.

– Каждые две минуты?!

Нейт, по-видимому, удивился, услышав точный промежуток времени, с которым он крутил головой по сторонам.

– Э-эм… – протянул парень. – Во-первых, я просто не хочу прозевать опасность, если она вдруг возникнет. А во-вторых… – он запнулся, явно не желая говорить о второй причине.

– Ну, давай, – поторопила я его. – Что во-вторых?

– Слушай, я скажу, но это лишь мои предположения. Убивать нас никто не собирается, ясно?

Наверное, моё лицо нехорошо изменилось от этих слов, потому что Нейт продолжать не спешил.

– НУ-У-У?! – не выдержав, я чуть не подпрыгнула в седле от напряжения.

– Да просто мне кажется, кто-то за нами следит.

– Демоны? – тут же испуганно предположил Гервик.

– Нет, вот именно, что нет.

– Уверен? – на всякий случай уточнила я.

– Да, уверен, – твердо сказал Нейт. – Демоны пахнут гарью. А тут… очень странный аромат, я такого ещё никогда не чувствовал. Он какой-то человеческий и вместе с тем – нет. Честно говоря, я даже не уверен, что за нами хвост. Следов другой лошади нет, а идти пешком параллельно нам просто невозможно.

– Если только ты не демон, – резонно заметил Гервик.

– Говорю же, гарью не пахнет!

– Или же другая нежить, – не сдавался Герви.

– Поверь, будь это нежить – я бы её различил, как только мы в лес въехали. Тем более, нежить уже давно не прячется по лесам. Если помнишь, они все борются за свои права и заявляют, что имеют право жить в городах. – При этих словах я тут же вспомнила, как долго длился судебный процесс, на котором каста вампиров доказывала, что людей они теперь не едят, а любят. – Единственные, кого мы можем встретить – это оборотни. Но наши персоны их будут интересовать меньше всего.

Я чисто из любопытства принюхалась и почувствовала лишь запах сырости.

– Ты не учуешь, – тут же прокомментировал Нейт.

– Почему?

– Потому что ты никогда не была волком.

Поймав мой удивленный взгляд, парень всё же продолжил, хотя явно не собирался этого делать:

– Шкура волка пропала, но животное зрение и обоняние осталось. Конечно, не в таком совершенстве, как было, но явно лучше, чем у человека.

– А… м-м… – я запнулась, не зная, как поделикатнее сформулировать вопрос. – А твои босые ноги – тоже часть волчьей сущности?

И непроизвольно посмотрела на его голые пятки, торчащие из стремян.

– Волк – дикое животное, и единственной, кто смог его приручить, была природа. У волков с природой особая связь. А когда я надеваю обувь, я не чувствую земли. Вообще. Эти ботинки… они стягивают кожу, не дают совершенно никакой свободы движений.

Я смущенно поджала губы и случайно поймала странный взгляд Гервика. Мы с парнем одинаково не знали, что на такое сказать.

– Знаешь, хорошо, что демон не превратил тебя в ястреба, или орла. Не представляю, как тебе жилось бы без неба. – Я в очередной раз блеснула своими гениальными мыслями.

– Я был бы очень счастлив, если бы он меня вообще ни в кого не превращал, – взглянув на меня исподлобья, честно ответил Нейт.

Я не нашлась, что ответить и лишь посмотрела в сторону, туда, где мелькали голые и безжизненные ветки деревьев. Этот разговор, окружающая атмосфера, невидимая опасность – все это создавало удручающее настроение. И мысли, которые приходили в голову, были ничуть не лучше.

Кинув ещё один беглый взгляд на Нейта, мне вдруг пришло в голову, что он о себе совершенно ничего не рассказал. Ни кем он был до превращения в волка, ни о своей семье. И главное – почему он до сих пор не предпринял ни единой попытки связаться со своими родными. Конечно, мы с Гервиком тоже о своей биографии не особо распространялись. Но про наши жизни было известно хоть что-то, в то время как про Нейта – фактически ничего. Даже причина заключения договора с демоном, и та какая-то расплывчатая. Он ведь как-то сказал, что хотел стать сильнее своих братьев… вот и всё, что о нем известно.

Я думала об этом очень долго, вспоминая не только о словах Нейта, но и свою историю. Ту, что рассказала парням. Мне было интересно, как они всё это восприняли? Осуждают меня или искренне хотят помочь? В особенности Гервик. На самом деле, из города, где он проиграл кучу денег (и наверняка обзавелся парочкой заклятых врагов), мы уже уехали, и парню в принципе незачем было больше рисковать своей жизнью, помогая нам в борьбе против Демонов. Однако Герви каких-то сомнений по поводу своего пребывания в нашей компании явно не испытывал. Или очень тщательно их скрывал.

Под грузом всех этих мыслей я даже не заметила, как мы въехали в город. Только когда подняла взгляд, с удивлением обнаружила, что мы едем уже не по слякоти, а по вполне твёрдому тракту, к тому же по краям уже виднелись жилые дома.

Мне казалось, что в лесу нам встретится промежуточная станция, чтобы сменить лошадей, но видимо расстояние между городами действительно было небольшим.

Этот город не слишком-то отличался от предыдущего. На окраине – маленькие деревянные домики, явно выделяющие бедных людей. Те, кто мог позволить себе роскошь побольше, перебирались ближе к центру города, где дома были каменными и доходили до трёх этажей в высоту. Экипажи всё так же занимали чуть ли не всю проезжую часть, а названия лавок повторяли по скудности фантазии своих предыдущих собратьев.

Мы добрались до нужной станции, вернули лошадей вместе с распиской, и пошли искать трактир. Особо придираться к названиям или условиям проживания, да тем же ценам, не стали. Увидели первое попавшееся заведение и остановились в нём.

Хотя, конечно, надо было видеть наши с парнями лица, когда мы наблюдали за тем, как медленно опустошается кошель с деньгами. Да уж, а всего-то до другого города доехали… и куда только деваются все средства?!

На этот раз мы взяли трехместную комнату и, как только в неё зашли, тут же принялись раскладывать вещи. Хотя их у нас было – раз два и обчелся. Так что управились мы минут за пять, а потом единогласно решили, что после долгой дороги обед будет явно не лишним.

Спустившись в общую столовую, и рассевшись по местам, принялись выбирать блюда. Если честно, очень хотелось попробовать чего-нибудь необычного, но помня о деньгах, я старательно выталкивала эти мысли из головы. Вот вернусь домой, там всё и попробую, а пока нужно экономить.

В итоге мы все выбрали себе довольную стандартную еду – плов (взяли мы с Гервиком), макароны (взял Нейт), чай (взяли парни) и сок (отстояла я).

Пока еда готовилась, мы начали обсуждать план дальнейших действий и к тому моменту, как наш заказ принесли, обсуждение шло полным ходом.

Начала его я, обратившись к Гервику с насущным вопросом:

– Слушай, Герви, ты же теперь больше не отягощен долгом, да и вообще мы из города спокойно уехали, так что ты, наверное, уже больше не хочешь с нами ехать дальше, да? – Голос у меня был достаточно спокойный, однако внутри почему-то всё равно что-то свернулось в тугой узел.

Мои слова давали парню полную свободу действий, но мне не хотелось, чтобы он уходил. И в то же время я прекрасно понимала, что тогда он крайне эгоистично подвергнется серьёзной опасности.

До этого момента Герви меланхолично крутил в руках салфетку, но после моих слов удивлено выронил её.

– Я… я… что? – растерянно переспросил парень.

– Ну, тебя ведь с нами больше ничего не держит, – не очень внятно пояснила я.

Собравшись с мыслями, он уже уверенным тоном сказал:

– Вы вернули за меня долг. Это как минимум обязывает меня в должники вам. Прости, я думал это очевидно и ты не станешь спрашивать, хочу я с вами ехать дальше или нет. – В его голосе послышали нотки обиды.

– Мало ли, всякое ведь бывает. – Я виновато пожала плечами.

Герви вновь принялся крутить в руках салфетку, но на этот раз с таким лицом, словно я обвинила его в измене родине.

Чтобы у нас не получилось напряженной паузы, Нейт взял инициативу в свои руки.

– Что ты нашла про Демонов-слюнявчиков? – спросил он у меня.

– Э-э-э… – протянула я в ответ. – Ничего такого. Если честно, прямо досконально я ещё не смотрела.

– Ясно. Ну что, получается у нас на данный момент три задачи.

– Какие? – полюбопытствовал Герви, на секунду открываясь от уничтожения салфетки.

– Узнать всё про Демонов-слюнявчиков, продать диадему, и поймать демона.

– То есть ты одобряешь мою идею? – удивилась я.

– Я долго думал об этом, – вздохнул Нейт, вытягивая ноги прямо под столом, и из-за этого чуть съезжая по стулу. – Узнать про договоры можно только у демонов, но обращаться к Велизару бесполезно. Он всё равно ничего не скажет. Есть ещё вариант что-нибудь в библиотеке найти, но в принципе, это можно совместить и с поиском информации о Демоне-слюнявчике. Раз ты говоришь, что это самый пугливый и безобидный демон, то шантажировать его будет не трудно. А вот вычислить – уже сложнее.

Судя по тону Нейта, найти что-то о договорах в библиотеке он не надеялся, его ставка – Демон-слюнявчик. И от этого внутри просыпалась давно заснувшая радость.

– С этим я могу помочь, – неожиданно вызвался Герви, услышав последние слова Нейта.

– С поиском демона? – удивилась я.

– Город – это моя стихия. Просто скажите, кого искать, я похожу, поспрашиваю. Ребят, я уличный шулер, естественно я смогу найти вам кого угодно.

Я удивленно подняла брови. Ого, сколько энтузиазма. Даже странно. Вернее, неожиданно как-то.

– Ну-у-у… эм, в общем, этот демон падок на роскошь. Он больше всех остальных хочет быть похожим на человека, – судорожно принялась вспоминать я. – Очень любит все людские пороки, вроде чревоугодия, жадности, похоти ну и так далее.

– Значит, должен занимать какую-то высокую должность, – выдвинул предположение Нейт и на наши недоуменные взгляды пояснил: – Ему же нужно где-то брать деньги на все людские пороки.

– Но не забывай, что ему нужно минимизировать вероятность разоблачения. То есть явно что-то не слишком солидное, не такое, которое могло бы выделяться, – задумчиво проговорила я.

– И возможно такое, где его странное поведение могло бы сойти за обычное, – вставил свою лепту Герви.

Мы задумались.

Когда служанка принесла нам еду, она увидела три отрешённых выражения лица, сосредоточенно пялящихся в пустоту. Подносы девушка расставила в гробовом молчании. Стоило ей уйти, как мы единодушно выдали:

– Наркопритон!

Мда, больше действительно в голову ничего не пришло.

Герви испустил тяжёлый вздох.

– Ладно, теперь знаем, на что нужно сделать акцент при поиске.

– Главное найти, как этого демона убить, – заметил Нейт.

– И не забывайте, что нам нужны деньги, чтобы купить то, чем можно его убить, – не осталась в стороне я.

– Тогда разделим обязанности? – предложил Нейт и после наших уверенных кивков продолжил: – Тогда Герви идёт узнавать всё о том, кем в этом городе может быть демон-слюнявчик. Дань? – обратился парень ко мне, предоставляя выбор.

– Я тогда найду информацию об этом демоне, – тут же ухватилась за возможность. Продавать сомнительную диадему мне совершенно не хотелось.

– Ладно, я поищу, кому тут можно будет без лишних вопросов впихнуть королевскую драгоценность.

На этом наша состоятельная беседа закончилась. Согласившись с планом, мы взялись за вилки и принялись дегустировать пищу. На вкус оказалось очень даже ничего, хотя может это голод затуманил мой разум. За всё оставшееся время, пока длился обед, никто из нас не сказал ни слова. Слышалось лишь увлечённое постукивание вилок о тарелки и обречённые вздохи, когда каждый из нас вспоминал, что план, скорее всего, придётся выполнить за сегодня. Мне-то уж точно. Сейчас ещё был день, так что времени на то, чтобы собрать информацию о Демоне-слюнявчике было предостаточно.

Наконец, тарелки опустели, кружки тоже. Поблагодарив за вкусный обед (и даже не слукавив), мы вернулись в номер, чтобы подготовиться к дальнейшим действиям.

Увы, сытость увеличила процент усталости, и стоило нам зайти в комнату, как мы единодушно завалились на кровати.

Наверное, лишь только мысль о том, что каждая минута промедления может стоить жизни моим родителям, заставила меня оторвать свой живот от мягкой перины. С трудом сев, скорбно повздыхав, почесав голову, потянувшись из стороны в сторону, зевнув, вытянув и согнув ноги, поковырявшись пальцем в подушке, я всё же поднялась. Прошлёпала до ванной комнаты и побрызгала на лицо холодной воды. Бодрости это не придало, но сонливость всё же снять помогло.

В итоге из номера я вышла самой первой, коротко бросив парням, что пошла в библиотеку.

На улице стало ещё холоднее, чем несколько часов назад, когда мы только въехали в город. Даже несмотря на то, что я была в свитере, от пронизывающего ветра меня пробрало до костей. Поёжившись, обхватила себя руками и пошла вперёд в поисках библиотеки.

Плутать по улицам города мне совершенно не хотелось, поэтому просто пару раз спросила, где находится здание, и, в конце концов, довольно быстро дошла до него.

От библиотеки прошлого города эту отличала лишь вывеска «Городская библиотека им. Л. Роуниремерка» и ещё несколько серых осыпающихся колонн.

Этот Роублабла был бывшим королём Второго Королевства. Двадцать лет назад его уличили в тайном сговоре с демонами. На Всеобщем Совете короли остальных Королевств благополучно отправили его доживать свой век в тюрьме. Так Иман МакФроггат и взошёл на престол, являясь каким-то там кузеном в сто тысяч первом поколении уже бывшего короля, у которого был Хранитель. А спустя год родилась Виктория.

В общем, в здание библиотеки я заходила с некоторой опаской, буквально всем своим нутром ощущая его ветхость. Искренне понадеялась, что с моей-то везучестью оно не решит обрушиться именно сейчас. После этой мысли пожалела, что не взялась продавать диадему. Но потом перед глазами предстала картина, как меня объявляют во всемирный розыск, называя особо опасной преступницей, ограбившей принцессу Викторию, и я решила, что лучше уж сгинуть под обломками.

Внутри библиотека не отличалась от тех, в которых мне довелось бывать ранее.

Те же высокие стены, те же длинные коридоры, на которых игриво плясали тени от горящих канделябров, та же мрачная атмосфера и тот же тёмный скользкий пол.

Я прошла к приёмной, где за столом сидел пожилой мужчина. Он был ни приветливым, ни грубым, просто спокойным и отрешённым. Дал мне заполнить форму, задал положенные вопросы, и, судя по его лицу, совершенно забыл обо мне.

Чувствуя невероятную ностальгию, я пошла к стеллажам, на которых хранилась информация о демонах. Дошла до нужных полок и тут же принялась рыться в пыльных корешках.

Я люблю книги, особенно старинные. Люблю вдыхать их запах, чувствуя ещё едва-едва заметный аромат древесины с вкраплениями сырости, которая выдает в книге ветхость. Люблю это свербящее ощущение в носу, когда ты нечаянно вдыхаешь удобно пристроившуюся на твёрдых обложках пыль. Люблю переворачивать страницы, слушая еле слышный хруст. Мне нравится это ощущение, словно у тебя в руках находится что-то великое, непознанное, способное вложить в твою голову нужные знания, и потому ещё более ценное.

Но искать информацию о демонах в подобных книгах было странно.

В моём понимании почему-то не укладывались вместе два абсолютно разных понятия: жестокости и величия. Как можно в великом писать о жестокости или смерти? И что ещё страшнее: способах убить. Именно поэтому, листая страницы непознанного, я чувствовала себя неловко.

Время тянулось неумолимо долго. Часов в этом помещении не было (или были, но среди стеллажей их невозможно было разглядеть), поэтому точное время отслеживать я не могла. Но судя по затекшим конечностям, на стуле просидела долго.

Демоны у составителей множества пособий популярностью явно не пользовались. Сперва я не могла ничего внятного найти про договоры, теперь вот про способы убить этих существ. Нет, про второе информации всё же было чуточку больше: демоны были нечистью, явившейся из Преисподние, и потому боялись святых мест. А ещё серебра. Вот, собственно, и всё. Как-то совсем уж негусто… бояться – это одно, а умереть – совсем другое.

Эх, был бы рядом папа, он уж точно смог бы подсказать, как их убить.

Я глубоко вдохнула, старательно отгоняя мысли о семье. Чувство вины на меня всегда очень сильно давило, и даже не после того, как я чуть не уничтожила своё королевство, а вообще всегда. Когда совершала очередную глупость, когда мама смотрела на меня, как на выродка… всегда. Я знала это чувство, наверное, лучше, чем какое-либо другое.

И ещё знала, что оно очень сильно отвлекает. Полностью завладевает разумом, давит на тебя всё сильнее, заставляя раз за разом прокручивать в голове тот момент, когда ты оплошал. И полностью влияет на твоё поведение, на твой образ мышления, на твои поступки.

Я не хотела проколоться ещё раз, и поэтому заставляла себя быть черствой и эгоистичной, но так хотя бы сохраняла трезвость ума.

По-другому было нельзя.

Посидев в библиотеке ещё некоторое время, и пробежав глазами по другим пособиям по демонологии, которые в принципе повторяли общеизвестную информацию, лишь преподнося её разными словами, я решила, что нашла достаточно. Поднялась со стула, потянулась, разложила взятые книги по местам и направилась к выходу.

Но стоило мне выйти на улицу, как резко накатило оцепенение.

Вот она – граница поздней осени и ранней зимы. Температура уже упала, лужи, так характерные для осени, замёрзли, покрывшись узорчатым льдом, который приятно хрустит под ногами. Изо рта вместо привычного дыхания, вырывался тёплый пар, а с неба падали первые хлопья снега, которые при соприкосновении с землёй тут же таяли.

Я заворожено вытянула ладошки перед собой, и, улыбнувшись уголками губ, с интересом и некоторым восторгом наблюдала, как тает на тёплой коже снежная стихия.

Почему-то именно в этот момент отчетливо поняла, что солнышко нам до весны уже не увидеть.

Наслаждаться этим зрелищем долго не получилось. Уже где-то через минуту я почувствовала, как холод приникает под одежду, пробирая до глубины души, словно бы замораживая кости. Поёжившись, обхватила себя руками и, задрожав всем телом, зашагала к трактиру, в котором мы остановились. Ветер степенно гулял по улочкам, лишь усугубляя и без того морозный вечер. Руки замёрзли и покраснели, от ветра щёки словно бы превратились в две замёрзшие ледышки, а нос неожиданно начал сопливиться.

К трактиру я подошла в полузамороженном состоянии, не чувствуя ни рук, ни ног, ни щёк.

Стоило мне подняться в нашу комнату, как не раздумывая, я тут же залезла в условно свою кровать, закутавшись в одеяло, точно рулет. И пролежала так довольно долго, отогреваясь.

Примерно в таком ужасающем состоянии меня застал Нейт, заходя в комнату и стряхивая со своей куртки не растаявший снег.

– О, привет, – поздоровался он, заметив моё мумифицированное тело, – хорошо, что ты тут. Вот, оцени.

И в этот же момент над моим ухом раздался смертельный свист, за которым последовал приглушенный удар.

Медленно повернув голову, я обнаружила маленькое копьё, торчащее буквально в ладони от моих глаз.

– Ты меня чуть не убил!!! – запоздало испугалась я.

– Да ты что, до твоего лица тут как до луны, – ничуть не смутился парень, восторженно прокручивая в руках арбалет.

Не оценив такого странного измерения расстояния, я поспешила выползти из своего кокона, и встать подальше к стене.

– А ты зачем вообще арбалет купил? – удивилась, осознав вдруг, что о способах убить демона парень не осведомлен.

– Оружие – наше всё, или ты хотела петь демонам песни?

– А с чего ты решил, что арбалет поможет?

– Дань, это оружие, – как маленькой принялся объяснять парень, – оно всегда сработает. Даже если не сможет убить, то задержать уж точно поможет.

Я с сомнением оглядела орудие убийства и вдруг с любопытством сказала:

– Дай попробовать.

Нейт сперва удивленно покосился на меня, а затем опасливо прижал новоприобретённую игрушку к себе покрепче.

– Ну дай мне тоже пострелять! – возмутилась я, подходя ближе.

Парень попыток сбежать не предпринял, хотя судя по его взгляду – ему ну о-очень этого хотелось.

Я приблизилась вплотную к своей жертве и с предвкушением протянула руки. Схватилась за края арбалета и попыталась дернуть его на себя, но Нейт с завидным упорством свою любовь не отпускал. Видимо понимая, что долго держать оборону у него не выйдет, парень хватку всё же ослабил, однако умоляюще попросил:

– Только не сломай ничего!

С победной улыбкой я перехватила оружие поудобнее, поднимая его так, чтобы прицелиться.

– Смотри, одну руку ставишь вот сюда, а второй аккуратно…

– Знаю-знаю, – отмахнулась я, делая шаг в сторону, – мой отец был охотником на демонов, забыл?

Я взвесила в руках оружие, которое оказалось не таким тяжелым, по сравнению с тем, что давал мне папа. Да и болт тут был меньше. Я приподняла арбалет повыше, прицелилась… миг, и нажала на спуск. Послышался щелчок, свист, а затем громкий удар, после которого болт упал на пол, так и не сумев пробить стену.

Я испустила разочарованный стон и решила выбрать себе более мягкую цель. Зарядив арбалет, вновь прицелилась, на этот раз метясь в подушку.

– Только не в мою! – успел воскликнуть Нейт, но было поздно.

Месть была удачно завершена.

– Дай сюда, – раздраженно сказал парень, пытаясь выхватить у меня из рук оружие.

Я тут же отскочила в сторону, вертя арбалетом туда-сюда, в зависимости от того, с какой траекторией к нему тянулись загребущие руки Нейта.

– Только не сломай его!!! – умоляюще воскликнул парень и предпринял ещё одну попытку заполучить оружие.

Видя на лице этого скупого варвара искреннее желание выпотрошить из меня все кишки, я, не долго думая, вскочила на постель и попыталась оббежать его стороной, но в этот момент мой палец непроизвольно дёрнулся и нажал на спусковой крючок.

Не знаю, почему Гервик выбрал именно этот момент, чтобы войти в комнату, но то, что стрела пролетела в каком-то дюйме от его лица, реально было чудом.

– Ой! – испуганно успела вскрикнуть я прежде, чем парень поспешно закрыл за собой дверь с обратной стороны.

– Герви, стой, – тут же крикнул ему вдогонку Нейт, – мы не дерёмся с демонами!

Несколько мгновений ничего не происходило. Затем дверь всё же опасливо открылась. В проёме появилась голова Гервика, которая внимательным взглядом осмотрела комнату, и, не увидев тут опасности, втянулась вместе с телом внутрь.

– А что это вы тут делаете? – удивился парень, заметив две дырки в подушках.

– Тренируемся перед встречей с демонами, – авторитетно ответила я, спрыгивая с кровати.

– Я тренируюсь, – тут же поправил Нейт, резко выхватывая из моих рук арбалет, – а она дурью мается.

– Он меня чуть не убил! – оскорблёно пожаловалась я Гервику.

– А она чуть не убила тебя! – резонно заметил Нейт, чем заслужил не только мой убийственный взгляд, но и пожизненную вендетту от Первого Королевства.

Герви в свою очередь переводил удивленный взгляд с меня на Нейта и обратно.

– А я тут список возможных кандидатов принёс, – поджав губы, спокойно проговорил он, чуть покачиваясь с пятки на носок. А потом и вовсе помахал этим листком у нас перед лицами.

Почему-то мне показалось, что парень пытался скрыть улыбку, но не заметив таких уж явных попыток, я тут же переключилась на новую информацию.

Мы с Нейтом усадили Гервика на кровать, сами сели по обе стороны от него и стали жадно вглядываться в листок, который парень держал в руках.

– Так, первый у нас – наместник города. Мужик мутный, впрочем, как и все наместники. В принципе, ничего особенного с ним не связано. Он прикрывает банду местных мафиози, но сам в их делах не участвует, только проценты за своё молчание получает. Есть семья: жена и две дочери.

– Не, – тут же перебила я, – вряд ли демон-слюнявчик обзавёлся бы семьей.

– Как прикрытие, – предположил Нейт.

– Жена ещё ладно, но дети? Нет. Это не он, говорю вам, с детьми особо не погуляешь. Тем более, ответственность и всё такое. Это точно не демон-слюнявчик. Давай дальше.

– Дальше у нас как раз главарь местных мафиози. Тут вообще всё странно. Его редко видят даже в закрытых клубах, не то что на улице. Он не любитель покутить. Говорят, из своей берлоги практически не высовывается. Причем туда даже «дом удовольствий» не захаживает.

– Дом удовольствий? – не поняла я.

Оба парня подарили мне такие красноречивые взгляды, что я тут же смутилась и пролепетала:

– Ладно, тоже не похож на Демона-слюнявчика. Кто там ещё есть?

– Есть управляющий компанией «Дуанте и друзья», занимается перевозкой товаров в другие королевства. Но так как в этом городе только узкий водоканал, соединяющийся с проливом, дела идут у них не очень. Всего несколько кораблей, даже порта как такового нет, а заказы надо выполнять. Многие корабли из плавания не возвращаются…

– И я так понимаю, управляющему не до развлечений, – твердо сказал Нейт, – он все нервы отдаёт компании.

– А если как способ расслабиться? – не согласилась я.

– Да, как способ – возможно. А нам нужен тот, кто живёт этим.

– Ещё кто-нибудь есть? – расстроено выдавила я.

– Есть ещё один очень странный тип. Заведующий местным театром. Говорят, чокнутый на всю голову, но гениальный. Часто бывает на празднествах и вечеринках, не пропускает ни одного бала. Но загвоздка в том, что он туда ходит с труппой, их просят показывать миниатюры всякие.

– Почему загвоздка? – с блестящими от предвкушения глазами встрял Нейт. – Наоборот, очень удачное прикрытие.

– И странность сходит ему с рук, потому что все творческие люди немного «того», – задумчиво проговорила я.

– И семьи нет, – внес свою лепту Герви.

После этого повисло молчание. С одной стороны пора было начинать прыгать от счастья, что наконец-то Демон-слюнявчик найден и можно смело приступать к исполнению плана. Но с другой… вероятность ошибки слишком высока.

Судя по лицам парней, вопрос «а вдруг не он?», их терзал не меньше, чем меня.

Но никого другого у нас всё равно не было.

– Если мы ошиблись, – начал говорить Нейт, – он может нам такую жизнь устроить, что мы никогда до договора не доберёмся.

Своими словами парень напрочь убил во мне только-только появившуюся надежду.

– Нужно вещи заранее собрать, – тихо сказал Герви. – И взять расписки на лошадей, чтобы бежать из города по первому же сигналу.

– Тогда уж нужно будет подкупить кого-нибудь из местной шпаны, чтобы он по моему сигналу бежал к вам, и передал, что план провалился.

– По твоему сигналу? – недоуменно повторила я, уставившись в пол. – Что значит «по твоему сигналу»?

– А кто, по-твоему, демона будет шантажировать?

– Хочешь сказать, что ты?

– Да, я.

– А почему ты принял такое решение, даже не соизволив о нём сообщить? – гневно спросила я, поднимая на парня обвиняющий взгляд.

– Я оценил наши силы и выбрал наиболее продуктивный вариант, – сухо ответил Нейт.

– И перекинул всю ответственность на себя, – так же сухо добавила я.

– Просчитал лучший вариант, – не согласился парень.

– Отлично просто! – зло воскликнула я. – А если окажется, что этот человек не демон? То есть мы с Гервиком сбежим из города, а ты останешься тут, в тюрьме?

– Я тоже попробую сбежать.

– Но ведь у тебя ничего не выйдет, – неожиданно подал голос Герви. – Если заведующий увидит в твоих действиях покушение, поверь, он активирует все свои связи. Тебе из этого города уже будет не выбраться. Живым, во всяком случае.

Я зло посмотрела на Нейта и в его взгляде увидела полное понимание того, на что он шёл и какие от этого могли быть последствия.

– Нет уж, – возразила твёрдо. – Если и подставляться, то только вместе!

– Это что ещё за героизм? – раздражённо закатил глаза парень.

– Мы. Идем. Туда. Вместе. Ясно?

О чём он думает вообще?!

– Дань, очень прошу, только не начинай действовать в соответствии со своими эмоциями, – спокойно попросил Нейт, глядя мне прямо в глаза. И этот его тон… и взгляд… всё это только заводило меня ещё больше.

– Если ты думаешь, что мы отпустим тебя одного, то ты глубоко ошибаешься! Я, конечно, та еще идиотка, но не настолько, чтобы так поступить! Если ты думаешь, что встретился с подлой крысой, то ты глубоко ошибаешься! В таких вещах не принято действовать в одиночку, ясно?! Вместе мы сможем выкрутиться всегда, сымпровизировать, или… не знаю, но пути отступления можно будет найти! А один ты что сделаешь?! Просто подставишься, чтобы мы с Гервиком продолжили дело? Отлично! Гениальный план!

– Почему тебя так это задевает? – нахмурился Нейт.

– Да потому что я не бросаю друзей, ясно тебе?

Я сглотнула.

Никто никогда не помогал мне, не поддерживал и не пытался подать руку помощи. Я всегда – всегда! – действовала в одиночку, и прекрасно знала, как это тяжело. Но, Хвала Небесам, ещё не опустилась до того, чтобы и самой бросать тех, кто действительно нуждается в помощи. Даже если эта помощь заключалась в шантаже.

– Я пойду туда с тобой, хочешь ты этого или нет, – отрезала я. Не очень сейчас хотелось спорить, тем более, думаю, Нейт достаточно меня изучил, чтобы понять – я ведь всё равно пойду.

– Ну и дура, – с искренней злостью сказал он мне.

– Стараюсь!

– Ребят, не ссорьтесь, – попытался воззвать к нашему разуму Гервик, но было уже поздно.

Посопев ещё некоторое время, я упрямо сжала челюсть и отвернулась.

– Дань, ну ты чего? – Герви осторожно дотронулся до моего плеча.

– Да ничего! – взорвалась я. – Очень мило, что меня считают мелкой тварью!

– Кто считает тебя мелкой тварью?! – зло воскликнул Нейт. – Откуда ты вообще это взяла?!

– Откуда! От верблюда!!! Ты у нас привык быть волком-одиночкой, решать всё сам, с нами даже считаться не надо, мы ведь такие мелочные, бросим в трудной ситуации при любом удобном случае, чтобы свои спины не подставлять!!!

– Когда я такое сказал?! – перешёл на о-очень повышенный тон парень. А так как тембр у него было достаточно низкий, меня аж до костей пробрало. Но отступать я не собиралась.

– Когда?! Когда начал всю эту тему со своим героизмом! Ты реально думал, что мы с этим согласимся?! Я что, так похожа на крысу?!

От переизбытка эмоций я вскочила на ноги, и зло взмахнула руками.

Неожиданно Нейт тоже резко встал, в одну секунду пересёк разделяющее нас расстояние, схватил меня за плечи и яростно встряхнул.

– А то, что я за вас волнуюсь, тебе в голову не приходило?!

От этого тона, от того, как он это сказал… словно каждое слово было пропитано ядом несправедливого обвинения. У меня ком застрял в горле.

Я в немом шоке уставилась на парня, даже не моргая, словно заново оценивая его внешность. Скулы сжаты, от напряжения сосуды на шее вздулись, руки сжимают мои плечи так сильно, что ещё немного, и парень просто раздавит мне кости.

Какая же в его глазах сквозила неприкрытая злость. Настолько сильная и обвиняющая, что я в одно мгновение растеряла весь свой пыл, гнев и ярость. У меня внутри осталось лишь одно чувство – чувство стыда.

Но Нейт не дал мне и рта открыть. Он резко сорвался с места, схватился за ручку двери и вылетел наружу, оставив нас с Гервиком в гробовой тишине.

Не знаю, как такое вообще было возможно, но в этот момент я почувствовала полное эмоциональное истощение.

* * *

Мы легли спать без Нейта.

После ссоры Герви сел рядом со мной и помог взглянуть на ситуацию с другой стороны. Я так резко вспылила, услышав то, что хотела (или просто боялась) услышать в словах Нейта, что даже не подумала, может, он имел в виду совершенно другое.

Теперь я уже понимала, что да, он просто не хотел подставлять нас. И, возможно, действовал из лучших побуждений. Но перекинув всю ответственность на себя, он всколыхнул во мне глупое чувство несправедливости.

Как можно решать за человека отступать ему или нет? И неужели Нейт действительно решил, что мы… ну, хотя бы – я, его брошу?

Вот и столкнулись два дурака.

Один кричит: «я прикрою всех своей грудью!».

Другой ему вторит: «я не дам тебе этого сделать!».

Под ворохом всех этих мыслей и запоздало накрывших эмоций, заснуть было очень тяжело. Сперва я всё ждала, что вот-вот и хлопнет входная дверь, и ввалится в комнату темная фигура, отряхиваясь от снега и плюхаясь на кровать от усталости. Но чем больше времени шло, тем прозрачнее становилась надежда.

Парень обиделся, причём ведь справедливо обиделся, и кто теперь знает, сколько он решит помёрзнуть на улице.

В конце концов, устав от всех переживаний, я просто закрыла глаза и сама не поняла, как уснула.

А разбудил меня грохот. Тот самый грохот, которого я боялась больше всего на свете. Тот грохот, который начинался лишь только тогда, когда собиралась бушевать природа, словно пытаясь показать земным тварям, что она сильнее.

Я ненавидела гром.

Я боялась его даже больше, чем сотню демонов вместе взятых.

Дождь за окном разверзнулся настолько сильный, что его капли тарабанили по крышам домов и водосточным трубам так, словно пытались пробить в них дыры. Одно это уже заставляло сердце сжиматься от страха.

Но такого простого развития событий природа допустить не могла.

Сперва в темноту комнаты пробрались яркие вспышки света, за ними незамедлительно последовали тяжелые столкновения грозовых туч.

С каждым новым ударом грома, сердце в груди подпрыгивало так сильно, словно хотело выбить себе путь на свободу. Сверкания молний, неизменно сопровождающиеся периодическими громыханиями разъяренного неба, были похожи на всполохи взрывов, из-за чего паника внутри меня набирала обороты всё быстрее и сильнее.

Я попыталась прикрыть голову подушкой, чтобы ничего не видеть и не слышать, но, словно издеваясь, гром начать греметь ещё громче, а молнии стали ярче.

Яростные вспышки мелькали у меня перед глазами, заставляя сворачиваться на кровати в комочек и прокручивать в уме возможные варианты побега, в тщетной попытке спастись.

А паника тем временем прочно укоренялась в организме, злорадно посмеиваясь над моими жалкими попытками прекратить этот ужас.

Я почувствовала, как прочный комок встаёт поперек горла, сглотнуть который было просто невозможно. В животе стянулся тугой узел, словно вобрав в себя все кишки, и теперь выталкивая их содержимое к горлу. Дыхание перехватило.

Захотелось вскочить на ноги и бежать-бежать-бежать, неважно куда, лишь бы просто подальше от этого места.

Я резко села на постели, обхватив руками согнутые колени, и уткнулась в них лбом. Начала медленно раскачиваться из стороны в сторону. На окно даже не рискнула взглянуть, боясь, что это лишь подстрекнёт панику, и та полностью завладеет моим разумом.

Вспомнив мамины слова, начала отсчет от пятидесяти в обратном порядке, пытаясь сосредоточиться именно на этом, но ничего не помогало. Внимание не переключалось. Я задыхалась. От каждого удара за окном вздрагивала так, словно это в меня била молния.

Когда уже казалось, что сейчас сердце разорвётся от ужаса, который выдумал себе мой разум, я неожиданно услышала странный звук, похожий на копошение.

Недоуменно оторвалась от коленей и, прищурившись, вгляделась в темноту комнаты.

Звук исходил не от постели Гервика, а… от постели Нейта?!

Тут же стала вглядываться ещё внимательнее и, наконец, различила очертания мужской фигуры. С каждой секундой зрение фокусировалось всё лучше, пока, в конце концов, не различило, как парень пытается встать с постели. Я не слышала, как он пришёл, но зато прекрасно видела, насколько ему хочется спать.

Нейт медленно вытащил одну ногу из-под одеяла, полежал так чуть-чуть, затем чуть повернул корпус и вытащил уже вторую ногу. Полежал так несколько секунд и медленно начал поднимать тело. Голова у парня тут же опустилась вниз, и, посидев так немного, он всё же смог заставить себя её поднять и открыть глаза. После этого начал медленно вставать, и, кажется, всё же с закрытыми глазами, шаркающими шагами побрёл к ванной комнате.

Это зрелище меня настолько умилило, что я непроизвольно хмыкнула.

Нейт тут же удивленно остановился и обернулся.

– Даня? – опешил он. – Ты чего не спишь?

– Я… я… э-э-э… я звездами любуюсь, – запинаясь, шёпотом ответила я.

Парень на это ничего не ответил, тем самым заставляя меня разрываться от сомнений, ведь его взгляд не получалось увидеть.

– Это гроза? – тихо спросил Нейт.

– Гроза? Ну да, бушует, – не очень убедительно выдавила я.

– У тебя паническая атака? – Даже несмотря на шёпот, в его голосе явственно слышались настойчивые нотки.

– Да, – тихо выдавила я, понимая, что отрицать бесполезно. Я же ведь сама ему сказала, что боюсь грозы.

Нейт неожиданно сменил курс своего похода, и, приблизившись к моей постели, сел рядом.

– Ты в порядке?

– Жить буду, – глупо отмахнулась я.

– Бежать ещё не хочется?

– Хочется вообще-то, – удивлённо ответила я. – А откуда ты…

– У моего старшего брата частенько такое случалось.

– И как он с этим справлялся?

– Переключал внимание на что-то другое.

Я поджала губы, чуть меняя сидячее положение и раздумывая, на что мне можно отвлечься так, чтобы и самой поговорить, и Нейта не смутить.

– Прости, – вдруг выдавила я. – Прости, пожалуйста, за ту истерику.

– Не извиняйся, – тут же возразил Нейт. – Забудем просто и всё, ладно? Лучше попробуй описать что-нибудь. Может, чем запомнился сегодняшний день.

– Забудем? – опешила я, пропустив мимо ушей вторую часть предложения. – Нет уж, сам просил меня отвлечься. Я…я просто тогда не так тебя поняла. Вернее, поняла правильно, но смысл немного изменила.

– Я понял, – заверил меня парень, видя, что мне трудно сформулировать свою мысль.

– Нет, подожди. Я думала, ты думал, что мы подумаем… ой, ужас, что я сейчас сказала? В общем, ты подумал, что мы спокойно сможем стоять и смотреть на то, как ты фактически по лезвию ножа ходишь… – я опрометчиво говорила «мы», подразумевая нас с Гервиком, но сказать «я» мне не позволял какой-то внутренний барьер. – Но ты… ты же не мог знать, как мы отреагируем, правильно ведь?

Мне казалось, что на мой вопрос должен последовать какой-то ответ, но вместо этого в комнате повисла тишина.

– Я не считаю тебя крысой, – неожиданно прошептал Нейт.

– Спасибо, – ляпнула я.

Не знаю, что это было за чудо, но паника понемногу ослабляла свои тиски, плотным кольцом сжимавшие горло. Дышать становилось легче. Сердце билось быстро, но не настолько, чтобы разорвать меня на части.

Постепенно приходило какое-то спокойствие. И даже удары грома отходили на второй план.

– Меньше всего ты похожа на крысу, так что я вообще не понял, с чего ты это взяла.

– Ну, я… – о своих переживаниях говорить не хотелось, поэтому я выкрутилась, как смогла: – это женская логика.

– У меня такое чувство, что тебя в детстве кто-то палками бил, – словно не услышав моих слов, сказал парень, полностью обрывая логическую нить нашего разговора.

– Что?! – шёпотом прохрипела я.

– Я просто не знаю, как ещё это объяснить. У тебя такая низкая самооценка, словно тебя действительно кто-то в детстве загнобил.

– У меня не низкая самооценка, – возразила я.

– Ты вообще слышишь себя? – Это что, Нейт так пытается воззвать к моему разуму? Напрасно, туда даже мама не дозвалась. – Когда я сказал, что смогу справиться один, твоя первая мысль была, что я посчитал тебя крысой, способной при первой же возможности сбежать от сложностей. Ты с ума сошла?!

Я тяжело вздохнула, покаянно поджимая губы.

Да, как же глупо это выглядело сейчас. Мне очень не хотелось отвечать, но примерно в равно степени не хотелось, чтобы Нейт счёл меня совсем умалишённой.

– Понимаешь, просто я… я просто… – у меня в голове было столько слов, чтобы как можно более понятно объяснить всё парню, но за какую-то долю секунды они все куда-то выветрились, оставив свою хозяйку в полном ступоре. Пауза затягивалась и поэтому я выдавила просто и ёмко, но очень тихо: – Мне не хотелось, чтобы кто-то считал меня подлой тварью.

– Тебя хоть раз кто-нибудь из нас называл подлой тварью?

– Ой, как будто это прямо в глаза говорят! Нет. Я… наверное, я просто знаю, что на такие опасные глупости нельзя идти одному, вот и всё. Обидно то, что ты подумал, будто я могу струсить и бросить… тебя. Ну, не только тебя, а вообще любого, – поспешно добавила, поняв, как двусмысленно прозвучала эта фраза.

Я не решалась посмотреть на Нейта, но почему-то была уверена, что меня он разглядывает очень внимательно.

– Почему свадьба должна была состояться именно сегодня? – неожиданно спросил парень.

Да что ж это за скачки такие с темы на тему?

– Какая ещё свадьба?

– Ты говорила про свою вынужденную свадьбу.

– Выбор пары, – поправила я.

– Ладно, пусть будет выбор пары. Так почему сегодня?

– Ну… мне сегодня восемнадцать исполняется, – смущённо прошептала я. – Вернее, исполнилось уже.

– С Днем Рождения.

– Спасибо.

– Счастья и здоровья есть смысл желать?

– Не надо, пожалуйста, – я даже руки сложила в умоляющем жесте, – ненавижу эти стандартные поздравления.

– А что бы ты хотела на день рождения?

– Ты что, решил мне подарок подарить? – удивилась я.

– Просто пытаюсь тебя отвлечь, – приглушенно отозвался парень.

– Ну тогда… не знаю, если считать невозможное, то, конечно, вернуть королевство и моих родителей в нормальное состояние. А если из возможного, то, наверное… ммм… ну, наверное, дракончика мягкого.

– Что? – не понял Нейт.

– Ну знаешь, есть такие мягкие игрушки. Драконы. Они красно-белые и у них из пасти язык торчит. Честно говоря, я всегда себе такого хотела, но мне казалось, что в семнадцать лет стыдно такого на день рождения желать.

Судя по красноречивому молчанию Нейта, мой ответ поверг его в глубочайших шок.

– Признаться, я ожидал, что ты хочешь какое-нибудь там изумрудное ожерелье.

– Ты же не любишь зелёный, – брякнула я.

– А я тут причём?

Вышло очень глупо, и, честно сказать, у меня в голове поселилась бездонная пустота. Как оправдать свои слова я не знала, и ляпнула первое, что пришло на ум:

– Я тоже не люблю.

– Почему? – удивился Нейт.

Мысленно чертыхнувшись, принялась усиленно работать мозгами.

– Ну… это вроде как цвет Дьявола.

Услышав это, парень прыснул от смеха, но тут же поспешно зажал себе рот рукой.

– Нет, – выдавил он, – это не цвет Дьявола.

Клянусь, что чувствовала на себе его насмешливый взгляд, и, понимая, что свою тупоголовость уже оправдала давным-давно, покаянно сдалась:

– Ладно, я понятия не имею, почему сказала, что не люблю зелёный, доволен?

Послышался ещё один унизительный смешок, а затем Нейт явно с улыбкой сказал:

– Дань, если бы ты знала, как забавно с тобой общаться.

– Да, спасибо, я всегда была хорошим собеседником, – кивнула, уже готовясь с улыбкой на лице принимать замечания в собственной умственной несостоятельности.

– Нет, дело не в этом. Просто раньше, я с кем ни общался, все они анализировали каждое своё слово и движение. А ты так просто говоришь то, что у тебя на уме, и это очень… непривычно.

Может, Нейт хотел сказать что-то ещё, но вдруг резко замолчал, сообразив, что только что сболтнул лишнего.

– А с кем ты общался раньше? – не могла не зацепиться я.

Послышался тяжёлый вздох.

До этого момента парень полуразлёгся на кровати, облокотившись на локоть, но после моего вопроса устало сел и довольно сухо прошептал:

– Дождь уже кончился. И гроза прошла. Можно спать дальше.

– Нет, стой! Это нечестно, я же про свою жизнь рассказываю, почему ты не можешь?

– Я тоже расскажу, – пообещал парень, поднимаясь, – попозже. У нас завтра тяжёлый день, не забыла? Так что спи. Спокойной ночи.

– Спокойной-спокойной, – надулась я, закутываясь в одеяло и отворачиваясь к стенке.

Когда за парнем захлопнулась дверь ванной комнаты, я просто не смогла сдержать улыбку. Не знаю почему, но от недавней панической атаки не осталось и следа, вместо неё в душе поселилась какая-то окрыляющая радость.

Неожиданно я поймала себя на том, что очень хочу, чтобы панические атаки у меня случались как можно чаще. Ведь тогда таких разговоров станет больше.

Глава 12.

Я проснулась раньше всех, быстренько закрывшись в ванной и проведя там чуть ли не полчаса. Просто не хотелось, чтобы с утра парни увидели меня заспанной, опухшей и взлохмаченной. Не то чтобы меня волновало чужое мнение, но… может Нейт прав, и это во мне говорила низкая самооценка?

В комнату я вернулась уже умытая, посвежевшая, причёсанная и одетая. Парни до сих пор спали, разбавляя привычную тишину сопением, кряхтением и даже резким всхрапыванием. А уж как они забавно выглядели со стороны, растянувшись по своим постелям во всю длину и раскинув руки в стороны, точно звёздочки. У Гервика уже привычно одеяло превратилось в подобие верёвки, на которой он решил повеситься.

Умилившись представшей картине, я ещё несколько минут посидела на своей кровати и понаблюдала за парнями. Потом стало скучно и, не придумав, чем ещё себя занять, взяла пособие по демонологии и принялась изучать его, хрустя скукоженными страницами.

Следующий час был потрачен не зря. Во всяком случае, я узнала, что демон, напавший на нас в тёмном проулке, был Демоном-стихийником. Именно поэтому он чуть не поджарил нас с помощью огня. Их причисляли чуть ли не к высшей касте, выше которых считались только демоны первоначального родства. Как я поняла, фактически родственники Дьявола.

К сожалению, в книге про этих Высших Демонов никакой информации не было.

Прочитав те страницы, что мне всё-таки удалось отлепить друг от друга, я вернулась к началу, просто чтобы чем-нибудь себя занять. Думать о предстоящем испытании на прочность совершенно не хотелось.

С одной стороны – идея была моя, и нужно было обдумать её как можно тщательней. Но с другой – совершенно не хотелось оплошать. Наше коллективное мышление будет намного эффективнее, чем то, что я сама могу понапридумывать. Именно поэтому приходилось старательно отгораживаться от навязчивых мыслей и панических предположений, что не только наша свобода, но и жизнь может оборваться в один момент. И тогда мне никогда не спасти своих родителей…

Всё-таки эта была дурацкая идея с шантажом. Хотя о чём это я. У меня же других и не бывает.

Ждать, пока парни наконец проснутся, мне жутко надоело, но разбудить их не позволяла совесть. Окажись я на их месте, убила бы себя, точно. К счастью, долго фантазировать, какими изощрёнными способами можно поднять с кровати этих сонь не пришлось.

Герви проснулся первым. Потянулся, зевнул, открыл глаза и огляделся, сфокусировав свой взгляд на мне.

– Привет, – поздоровался.

– С добрым утром.

Парень полежал ещё минуты две, разглядывая потолок, затем со стоном поднялся. Его волосы были взъерошены и напоминали ежика. На моих губах появилась улыбка.

Заметив, что я уже одета, Герви тут же зарыскал по комнате голодным взглядом. Пришлось его разочаровать:

– За едой я ещё не ходила.

– Жалко… о, Нейт вернулся, – заметил парень.

– Ага, я знаю.

– Вы ещё не говорили?

Я посмотрела на спящего парня и поняла, что раз он спит, значит, не говорили. Но если скажу, что уже говорили, это будет выглядеть как-то неоднозначно. Да и про паническую атаку упоминать не хотелось.

– Вообще, я видела, как он вернулся. Мы… извинились друг перед другом, и всё.

Гервик уставился на меня очень внимательным взглядом, видимо гадая, сопровождала примирение драка или нет? Наверное, решив, что в таком случае он точно бы проснулся, парень слабо кивнул и скрылся в ванной.

Стоило двери хлопнуть, как Нейт сонно пробормотал:

– Надо бы его предупредить, что я тебя не бил.

– Или я тебя, – оскорблёно ответила я, стараясь сделать вид, что совершенно не удивилась такому резкому пробуждению.

– Если ты скажешь ему, что ты меня не била, он решит, что этой ночью я точно выкинул тебя из окна. Раз пятьдесят. – Нейт уткнулся носом в подушку и его голос звучал очень приглушённо, слова приходилось разбирать с трудом.

Я на это лишь хмыкнула.

– А если ты скажешь ему, что ты меня не бил, то он решит, что ты оправдываешься, и не поверит тебе.

Подумала секунду, а затем добавила:

– А если я скажу, что ты меня не бил, то Герви решит, что ты меня запугал, и я тебя покрываю.

– Тогда ничего не будем говорить, – пробурчал в подушку парень, потом вдруг приподнялся на локтях и спросил: – Ты в порядке?

Я картинно ощупала себя руками и сказала:

– Пятьдесят раз из окна вроде никто не выкидывал, так что да, в порядке.

Парень хмыкнул и уже собирался вновь уткнуться носом в любимую подушку, как вдруг его взгляд за что-то зацепился. Поддавшись чуть вперёд, поняла, что он смотрит на арбалет.

– Ты же не хочешь ещё раз стрелять в комнате? На этот раз Гервику может и не повезти.

В голове тут же возникла картинка, как открывается дверь ванной комнаты, и в очередной раз стрела пролетает в дюйме от головы бедного парня.

Но Нейт думал о другом.

– Нет, просто его спрятать некуда.

– Зачем его… а, ну да.

Совсем из головы вылетело. Отвлеклась, называется.

– Можно попросить Гервика применить магию.

Нейт скептически приподнял бровь и посмотрел на меня красноречивым взглядом.

– Зря ты так, – заступилась я за товарища. – Он отличный маг. На соревнованиях он на нас обоих наложил очень хорошие иллюзии, а потом ещё и мешки зачаровал.

– А ещё он проиграл в карты двадцать золотых, и его выгнали из Магической Академии.

– Это не значит, что на человеке можно ставить крест, – возмутилась я.

Возможно Нейт собирался что-то ответить, но в этот момент из ванны вышел Гервик, умытый и посвежевший, с мокрыми тёмными волосами, спадающими ему на лоб.

– О, привет. У вас всё нормально? – на всякий случай поинтересовался он.

– Лучше не бывает, – весело отрапортовала я и тут же припечатала: – Сможешь наложить на арбалет какую-нибудь иллюзию или заклинание невидимости?

– Что? – опешил Герви, переварил услышанное и смущённо почесал в затылке. – Дань, ты же знаешь, у меня не очень с магией…

– Ерунда, – отмахнулась я. – Ты отличный маг! Помнишь, как на соревнованиях ты использовал иллюзию? Никто ведь не понял, что это может быть не белка с сумкой, а человек!

– Белка с сумкой? – удивился Нейт.

Я сделала вид, что не услышала его возгласа, всё своё внимание переключив на Гервика.

– Это, наверное, случайно вышло, – пробормотал тот.

Я подарила красноречивый взгляд Нейту, как бы спрашивая: «и это ты про мою заниженную самооценку говорил?!».

– Слушай, скажи честно, тебя в этой Академии учителя загнобили, да? – недоуменно поинтересовалась у Гервика.

Парень судорожно провёл рукой по волосам, отчего ранее спадающие на лоб пряди, теперь оказались зализаны по всей голове.

– Н-нет, никто меня не гнобил.

От того, как он это сказал, мне вдруг показалось, что парня действительно гнобили. Только не издёвками и насмешками. А простым игнорированием. Если бы над Гервиком издевались, сейчас он был бы похож на загнанного в угол хомячка. Но парень больше напоминал одинокого волка.

Герви ведь правда похож на изгоя. И одевается он неряшливо, и ведёт себя иногда странно, да и движения у него какие-то нервные. «Крутышки» с такими не общаются. Да и обычные люди тоже на контакт не идут. Уж я-то знаю.

– Слушай, а чем вы вообще занимались в этой Академии? – полюбопытствовала я, чтобы как-то заполнить повисшее молчание.

Гервик дошёл до своей постели и сел. Подумал немного, а затем сказал:

– Да ничем особенным. Я ведь недолго в ней пробыл. Сперва мы изучали простые заклинания, вроде таких, чтобы быстро подогреть чай или заморозить воду. Потом начали проходить заклинания левитации, переносили по классу всякие предметы. – Видимо под воздействием воспоминаний, рука парня невольно дернулась к голове. – Затем были заклинания оживления. Нет, мы не мертвых оживляли, если что, – поспешил добавить парень, видя наши ошарашенные лица, – просто возвращали к жизни завянувшие цветы. Ну а потом уже были иллюзии. Эта ступень была для меня последней. Да и вообще, Академия не сильно-то помогала в изучении каких-то заклинаний. Я больше из книг информацию черпал. У меня на это… было много времени, – хмуро закончил Герви.

– Если бы я училась в этой Академии, я бы точно с тобой подружилась, – ободряюще сказала я, но затем уныло добавила: – Если бы, конечно, решилась подойти познакомиться.

– Да нет, мы бы познакомились в библиотеке. Там всегда мало народа, ученики это место ненавидят. Тебя бы отправили туда отрабатывать наказание, а я бы как раз в это время читал, – пофантазировал Гервик.

Представив себе, как бы меня возненавидели преподаватели (а это непременно бы произошло!), я содрогнулась и поспешила переключиться на другую тему:

– А как бы мы с Нейтом познакомились?

Два задумчивых взгляда скрестились на упомянутом парне. Тот почесал в затылке и виновато развёл руками.

– Увы, но я бы был тем самым крутым парнем, за которым бегают толпы девчонок. И ещё я наверняка был бы старостой факультета, а может даже и потока, меня обожали бы все преподы. Среди друзей у меня были бы лучшие «сливки общества», так что даже если бы мы и познакомились, я бы не стал с вами общаться, увы.

– У-у-у-у, – протянула я, – это тяжёлый случай.

– Его бы избили в подворотне, – скептически добавил Гервик.

– А мы бы его нашли, – подхватила я.

– Но оставили бы помирать там.

– Нет! – возмутилась я и мстительно добавила: – Мы бы его добили.

– Зато я бы дружил с Викторией, а вы нет! – надменно возвестил Нейт.

– Пф-ф-ф! – Мы с Гервиком презрительно фыркнули.

– Завидуйте-завидуйте, – оскорбился «мистер крутой парень».

– Ой, всё. – Я махнула на него рукой, поднялась, и уже серьёзно сказала: – Ладно, вы как хотите, а я пойду вниз за едой. Присоединяйтесь, заодно и обсудим наш дальнейший план.

Наверное, моё поведение со стороны выглядело очень странным. Но теперь я не только выиграла себе немного времени, так ещё и дала возможность парням нормально переодеться.

Спустившись вниз, первым делом подошла к стойке и попросила себе овсяную кашу и чай.

– Холодный чай, – добавила зловеще.

– Холодный? – удивился трактирщик, который сегодня выполнял работу служанок. – Вы уверены?

– Конечно, уверена, иначе зачем я это просила?

Трактирщик кивнул и, получив деньги, удалился выполнять заказ.

Я заняла свободный столик и принялась ждать. Сидеть на одном месте и ничего не делать оказалось утомительно. Наблюдать за людьми было неинтересно, потому что все те немногие, что решили сегодня позавтракать, вели себя довольно тихо, и спокойно уминали свою еду. В конце концов, окончательно заскучав, я принялась делать всякие фигурки из салфеток, и ровно в тот момент, когда они закончились, в столовую спустились парни.

Пока они шли до нашего столика, неожиданно появилась служанка, которая поставила мой заказ и, обогнув Нейта стороной, быстренько удалилась.

Рассаживаясь, парни единодушно поморщились, увидев в моей тарелке овсянку.

Подождав, пока каждый из них закажет себе что-нибудь, я, нервно поглядывая на настенные часы, дождалась, когда принесут и их заказ. Затем старательно проследила, чтобы служанка отошла как можно дальше от нашего столика. И только после этого глотнула немного чая.

– Нет, вы представляете, – возмущенно воскликнула, – они принесли мне холодный чай!

Краем глаза заметила, как меню в руках трактирщика дрогнуло.

– Серьёзно? – удивился Нейт, взял мою кружку и сам попробовал. – И правда, холодный. Сейчас позовём служанку, она заменит.

– Да ладно, – поспешно сказала я, – зачем устраивать лишнюю суматоху? Герви, ты же говорил, что вы в Академии изучали подобные заклинания. Не поможешь?

Я придвинула кружку прямо к парню. Тот решительно передвинул её обратно ко мне.

– Думаю, проще позвать служанку.

– Не проще.

Кружка снова вернулась к парню.

– Поверь, я лучше знаю, чем это может грозить всему трактиру.

Кружка резким движением поехала ко мне, выплёскивая по дороге немного чая.

– Не поверю. Ты сперва попробуй поколдовать, а потом уже бойся!

Кружка вернулась к Гервику, оставив после себя мокрый след.

– Я уже колдовал столько раз, что впору начинать бояться!

Кружка плавно проскользила по мокрой поверхности, сделав по пути два элегантных разворота, и если бы я её не поймала, всё содержимое уже могло быть на мне.

– Просто попробуй, это же не так страшно!

Зло толкнула кружку обратно к Гервику, но не рассчитала силы, и бедная посудина перевернулась прямо на середине своего победного забега, разлив весь чай по столу.

– Даня!!! – возмутились парни, отодвигаясь как можно дальше, чтобы не промокнуть.

Я скрестила руки на груди и гордо сохраняла молчание.

Служанка любезно согласилась принести нам тряпку.

А после того, как явно невзлюбившая нас девушка протёрла стол, я зловеще попросила:

– Можно, пожалуйста, ещё холодного чая?

Герви возмущённо взмахнул руками, Нейт закатил глаза, а трактирщик побледнел.

Но моя просьба всё-таки была исполнена. Как только кружку с холодным чаем поставили прямо передо мной, я изогнула бровь и вопросительно уставилась на Гервика. Тот молчал.

– Могу разлить его ещё раз, – предупредила совершенно серьёзно.

Парень горестно вздохнул и пододвинул кружку к себе. Обхватил её руками и сосредоточился, закрыв глаза. Мы с Нейтом внимательно за ним наблюдали, гадая, чем это может закончиться. Признаться, стало немного страшно.

– Думаю, уже всё, – неожиданно сказал Нейт.

Герви открыл глаза и недоуменно посмотрел вниз. Взгляд у него стал до того ошарашенный, что я с жадностью перекинулась через стол, чтобы посмотреть, чего же он там наворотил. Но в кружке был лишь булькающий чай.

– Вот видишь, – одобрительно сказала я, забирая кружку к себе. – Всё ты можешь!

– Вскипятил, правда, немного, – подбросил ложку дёгтя Нейт, за что тут же получил мой убийственный взгляд, и добавил: – но ты всё равно молодец.

– Так что, Герви, с тебя иллюзия на арбалет, – довольно изрекла я, но взглянув на парня, резко стушевалась. – Герви, ты чего?

Тот ссутулился и смотрел в чашку с чаем так, словно его кто-то заколдовал.

– Ты в порядке? – Нейт обеспокоенно пошевелил его за плечо.

– Да… я просто… спасибо, – выдавил Гервик.

– За что? – не поняла я.

– Просто спасибо.

– За что? – словно попугай спросила я.

– За это.

– За это – это за что?

– Ещё одного «спасибо» и «за что?» я не выдержу! – встрял Нейт. – Давайте уже есть, а то всё остынет.

Я чуть было не сказала, что ведь у нас есть тот, кто всё подогреет, но взглянув на Гервика, решила, что сейчас не лучшее время. Что-то его очень сильно потрясло. Наверное, подумал о своём обучении в Академии. Или ещё о чем-то, что уже осталось в прошлом.

– У тебя есть план? – обратилась я к Нейту, чтобы дать Гервику время прийти в себя, заодно и заполнить возникшую паузу.

– Примерный. Сперва лучше расскажи, как этого демона убить.

Точно. Из-за вчерашней ссоры, мы так нормально и не поговорили.

– Честно говоря, как его убить, я так и не нашла. Но в книгах было сказано, что они боятся серебра. И ещё святых мест.

– Ну, хоть что-то, – пожал плечами Нейт, хотя по нему было видно, что он ожидал больше информации.

Парень задумался на некоторое время, и я не стала его отвлекать, принимаясь за свою кашу.

Теперь, когда мы начали обсуждать предстоящую вылазку, настроение опустилось ниже некуда. Из глубин подсознания выглянул страх. Ненавижу это состояние, когда решаешься на что-то серьёзное, тщательно обдумываешь свои действия, но всё равно боишься. А в моём случае всё было ещё страшнее: я была уверена, что где-то просчитаюсь.

Но не пойти тоже не могла.

Во-первых, если мы ошиблись, и заведующий театром – не Демон-слюнявчик, бросать Нейта ему на растерзание и бежать из города, было просто немыслимо.

Во-вторых, хоть я и неудачник по жизни, помочь всё же тоже смогу. Тем более, знаю кое-какие боевые приёмы, которым обучил меня отец. Если что-то пойдёт не так, вдвоём больше шансов выкрутиться, чем одному.

– Нужно купить серебряные колья, – неожиданно подал голос Нейт.

– Которыми убивают вампиров? – уточнила я.

– Угу. Если кроме серебра их ничего не берёт, то выбора нет.

– А чем мы шантажируем этого демона… если он вообще демон?

– Чем-чем. Смертью.

– Понятно, – слабо кивнула я, уставившись на свою опустевшую тарелку. – А как мы… как мы подберёмся к нему? – задала вопрос, который тревожил меня ещё с прошлой ночи.

Нейт пожал плечами.

– Скажем, что хотим показать пьесу для постановки.

– А если нас не впустят? Думаешь, мало к нему приходит начинающих сценаристов?

– В этом городишке? Мало. Но даже если не пустят, всё равно придется решать уже на месте. Вдруг театр закрыт, или заведующего вообще нет на месте.

– Ну да, логично. И какой следующий шаг?

– Не знаю. Надо купить колья, да и приплатить кому-нибудь, чтобы если что-то не так пойдет, предупредить Гервика.

– Да вы что, серьёзно, что ли? – возмутился в ответ парень. – Вы думаете, я сбегу из города, зная, что вас схватили? Вот ещё. По-моему, намного логичнее продумать запасной план.

И прежде, чем Нейт возмутился, Герви добавил:

– Сам посуди. Ты же прекрасно понимаешь, что я не сбегу. Узнав, что вас схватили, я попытаюсь вас вытащить. Так не проще ли продумать это заранее? Я просто пойду с вами, и мы решим, как можно сбежать из здания.

– Но нужно будет прихватить с собой лошадей. На всякий случай, – сказала я, тем самым подтверждая, что поддерживаю Гервика.

Нейт упрямо сжал челюсть, но спорить не стал.

– Ладно, – хмуро сказал он. – В таком случае я вообще не вижу смысла оставаться в городе. Если этот тип не окажется демоном, нам придётся несладко. Если окажется – он позовёт подкрепление, и нам, опять же, придётся несладко.

В этот момент я вдруг поймала себя на том, что рада такому стечению обстоятельств. Даже тому, что не смогла найти способ убить демона. Всё-таки покалечить и убить – разные вещи. Не думаю, что кому-то захочется брать на себя такой груз, даже если дело касается нечисти.

– Значит, собираем вещи и съезжаем.

Наверное, нам всем хотелось потянуть время. Отложить опасную вылазку.

Но…

Время неумолимо утекало. Откладывать было нельзя.

Я встряхнула головой, отгоняя нахлынувшие эмоции. Сейчас самым главным было сделать две вещи: не опоздать и не оплошать. С первой было проще.

Мне казалось, что парни начнут обсуждать дальнейшие действия, всё-таки к шантажу надо подготовиться. Но они молчали.

И в этот момент я вдруг почувствовала искреннюю благодарность. Понятно же, что самим им лезть в это пекло совершенно не хотелось, но они лишь только молча кивнули головами, тем самым показывая, что ставят мои интересы превыше своих.

Они соглашались прямо сейчас полезть в лапы к демону, пойти на шантаж, и, возможно, быть изгнанными из Второго Королевства навсегда. И всё ради меня.

Видят Пресвятые Покровители, я этого не заслужила.

В горле встал ком. Пришлось откашляться и глотнуть немного чая.

– Ладно. Я пойду возьму свою сумку. И еды надо купить.

Поднялась, и как-то очень громко и неловко отодвинув стул, пошла к лестнице, ведущей на второй этаж.

Внутри поселилась вина, неожиданно смешавшаяся с предвкушением и одновременно страхом. От этой гаммы чувств даже закружилась голова.

Стоило зайти в комнату, как я тут же уселась на кровать и уставилась в пол. Затем медленно перевела взгляд на окно.

Город жил своей привычной жизнью. Слышался стук колёс неспешно едущих экипажей. Иногда до меня доносился детский смех. А в комнате витал аппетитный запах пирожков. Люди в этом городе привыкли к статичности, привыкли вставать по утрам в одно и то же время, идти на работу, принимать клиентов, и завершать свой рабочий день в определённое время.

В этот момент я дико им позавидовала.

Их жизнь, возможно, была скучна и до тошноты статична. Но в ней хотя бы была определённость. Им не нужно было бояться, что их родителей в какой-то момент уже просто нельзя будет расколдовать. Не нужно было каждое утро вставать с чувством, что вот сегодня ты прошляпил свой последний шанс искупить вину. Они никогда не согласились бы пойти на шантаж демона, чтобы выведать хотя бы маленький клочок информации.

Ведь это может закончиться очень, очень плачевно. Особенно если демон решит позвать к себе своих друзей.

Если это вообще окажется демон.

Я посмотрела на свои огромные ботинки. Чистые, вычищенные буквально до блеска. Даже странно, не привыкла видеть их такими.

Наверное, будь у меня шанс, я бы поменялась с городскими жителями местами. Лучше уж помирать от скуки, чем чувствовать то, что чувствовала я.

Но поменяться, увы, было невозможно.

Особого выбора тоже не предлагалось.

Я выдохнула со странной ноткой печали или, скорее, обречённости. Взяла с постели пособие по демонологии, засунула его в свою сумку и огляделась. Вещей больше не было. Значит, собралась.

Вздохнув, открыла дверь и почти нос к носу столкнулась с Нейтом.

– Собирайтесь, а я за едой, – быстро проговорила и неловко отскочила в сторону.

Разговаривать и фальшиво улыбаться, тщетно доказывая, что со мной всё в порядке, и я совершенно не волнуюсь, не было никакого желания.

И так ведь понятно, что ничего не в порядке.

Закинув сумку на плечо и делая вид, что очень тороплюсь, я быстро дошла до лестницы. Громко ухая своими ботинками, сбежала по ступенькам.

Внизу уже ждал Гервик. Он ничего не стал спрашивать, просто вместе со мной подошёл к стойке и помог выбрать то, что могло бы понадобиться в дороге. Пирожки, к примеру. Не портятся довольно долго. Яйца. Тоже полезны. Яблоки. Даже не оговаривается.

Выходило не сильно роскошно, но денег больше ни на что не осталось. Я вытряхнула из кошелька последние остатки и горестно вздохнула. Мы в пути всего ничего, а деньги уже закончились, хотя их было немало.

Как только мы засунули все продукты в мою сумку (которая тут же раздулась, став похожей на кожаную подушку), к нам присоединился Нейт. Из комнаты он взял свою куртку, ключ и оружие. Арбалет был прикреплён к его спине при помощи ремня. Ножны с мечом висели на бедрах.

Да, путешествие проходит с исключительно большим багажом.

Распрощавшись с трактирщиком и извинившись за пролитый чай, мы вышли на улицу.

Город выглядел спящим. Людей было немного, что меня крайне удивило, особенно при воспоминании, через какую толпу пришлось пробираться в прошлый раз. Поспрашивав несколько человек, мы узнали, как добраться до театра. Оказалось, в этом городе есть даже речушка и, соответственно, набережная.

Вот только идти по ней было не очень приятно.

Зима плавно сменяла осень. И хотя с неба не сыпался снег, всё равно было очень холодно. Речка ещё не замерзла, но от воды веяло такой сыростью и промозглостью, которая к тому же смешивалась с утренней стужей, что меня тут же пробрала дрожь.

Руки окоченели буквально сразу. Затем стало очень холодно щекам, которые, казалось, под порывами ветра покрывались инеем. После этого холод добрался до ног, особенно подморозив именно ляжки.

Медленно превращаясь в «ледяную бабу», я старательно зашмыгала рассопливившимся носом.

– Ты в порядке? – не выдержав этого, поинтересовался Гервик.

– Да, – хрюкнула я, стягивая рукава свитера так, чтобы накрыть ими окоченевшие пальцы.

– Ты замерзла что ли? – удивленно спросил Нейт.

Я возмущённо посмотрела на него.

– Нет, что ты, лето же на улице, так тепло!

Судя по красноречиво поднятой брови, парень действительно был удивлён. Неужели ему вообще не холодно?

– Можем зайти в лавку с одеждой. Всё равно докупать кое-чего придётся.

– На что, интересно? – хмуро буркнула я. – У нас последние деньги на еду ушли.

Нейт похлопал себя по карманам штанов и авторитетно заявил:

– Деньги есть, не волнуйся.

– Откуда?!

– Даня, куда, по-твоему, диадема делась?

Ах да, точно. Я и забыла про это.

Стыдливо закусила губу и тут же об этом пожалела. На ветру кожа стала сухой и отозвалась резкой болью.

– Тогда я пока шубу не получу, никого шантажировать не буду!

– Отлично, – обрадовался Нейт, – возвращайся в трактир и грейся.

– Да я пошутила!

– Да я понял.

Не сговариваясь, мы свернули с набережной, и, обойдя какое-то громоздкое здание, почти сразу же наткнулись на череду торговых лавок.

– Думаю, лучше будет разделиться, – предложил Нейт. – Ты иди за шубой, а мы с Гервиком купим оружие.

– Лучше я тоже с Даней за шубой схожу, – ответил Герви и немного стыдливо сказал: – Холодно всё-таки.

– Отлично, давай деньги, и мы тебя покинем, – патетично воскликнула я и протянула Нейту дрожащую ладонь.

– Нет, Герви, ты только глянь! У нас тут ответственное задание, а ей лишь бы шубу купить.

– Нормальное желание любой женщины! – оскорбилась я.

– А кто тут считает себя «не такой как все»?

Несмотря на обвиняющий тон, Нейт всё же достал несколько монет из кармана и протянул их мне. В закрытом кулаке.

– А так и есть! – не стала спорить я, пытаясь раскрыть пальцы парня, чтобы вытащить деньги. – Всем нужны шубы, чтобы похвастаться, а мне, чтобы согреться!

– О да, исключительное отличие!

Пальцы оказались настолько крепкими, что когда я попыталась укусить парня за руку, они продолжали упорно держать оборону. Правда сама рука тут же дернулась вверх, чуть не заехав мне по лбу.

– Между прочим, бешенство передается через укус, – возмутился парень.

– Вот и не кусай никого! – посоветовала я и подпрыгнула, пытаясь дотянуться до его руки. Нет, и когда он так вырос?! – Дай ты уже эти деньги, холодно ведь! Вон Гервик сейчас умрет от переохлаждения!

Находясь в предсмертной муке, Герви самозабвенно разглядывал небо, прислонившись к ближайшему зданию. Поняв, что мы замолчали, он перевёл взгляд на нас и спросил:

– Вы уже закончили?

– Он не верит, что ты умираешь от холода, – нажаловалась я.

– Скажи этой вымогательнице, что тебе не холодно.

– Мне не холодно, – послушно повторил Герви, глядя на нас исподлобья.

– Тебе же холодно! – возмутилась я. – Скажи, что тебе холодно!

– Мне холодно, – не стал спорить Герви.

– Эй, это же нечестно.

– Да мне же не жалко. У нас всё равно ещё полчаса точно есть.

– В смысле? До чего? – нахмурился Нейт.

– Ну минут через десять лавка с одеждой закроется на обед. И тогда уже Даня умрёт от переохлаждения.

Я резко повернулась к Нейту и, состроив убийственную мину, угрожающе потребовала:

– Если тебе всё ещё дорога твоя жизнь, быстро дай мне эти деньги.

– Сделаем вид, что мы мирно об этом договорились, обняв друг друга на прощание!

– Конечно-конечно. Если я останусь без шубы, обещаю, что сделаю её из тебя!

– Ну вот, опять угрозы.

– ДАЙ ТЫ УЖЕ ЭТИ ДЕНЬГИ!!!

– А волшебное слово?

– Пожа-а-а-алуйста, – раздраженно протянула я.

Нейт покивал с умным видом и наконец-то раскрыл свою ладонь прямо перед моим носом.

– Спасибо! – быстро сцапав два золотых, я подскочила к Гервику и, схватив его под локоть, потащила к нужной лавке, крикнув Нейту, что встречаемся на этом же месте минут через десять-пятнадцать.

Несмотря на то, что лавка закрывалась на обед, заметив нас, торговец любезно согласился с этим повременить.

На удивление, пожилой мужчина не кинулся расхваливать свой товар и советовать, что именно подходит к моим глазам большего всего. Так что одежду я выбирала в совершенно спокойной обстановке. Пройдясь вдоль деревянных манекенов, рассматривала представленные модели, большинство которых составляли именно бальные платья. Игнорируя данный вид одежды самым жалобным взглядом, я наконец остановила свой выбор на фуфайке. Стёганная ватная безрукавка, доходила мне чуть ли не до колен, и была надёжным защитником от холода. Если бы ещё и рукава были длинными – было бы вообще замечательно. Но, к сожалению, более менее подобающе на мне смотрелась только эта.

Решив, что на этом можно закончить, я повернулась к Гервику и тут заметила их.

Прямо передо мной лежал комплект шапки с варежками. И хотя на улице ещё было не настолько холодно, чтобы утепляться при помощи этой одежды, я просто не могла пройти мимо. Ведь у шапки был помпон. Нет, не так. У нее был ПОМПОН. Такой огромный, что казался чуть ли не больше самой шапки.

Я жадно схватила комплект и побежала с ним к прилавку.

Торговец, завидев меня с этим товаром, расплылся в такой счастливой улыбке, что у меня тут же закрались тяжёлые сомнения: надеюсь, этот комплект тут не с прошлого года лежит?! Заметив замешательство на моём лице, мужчина резко прекратил улыбаться и с самым серьёзным видом принял у меня из рук партию нераспроданного товара.

– Что это за уродство? – опешил Гервик за моей спиной.

– Это шапка с помпоном, – не оборачиваясь, ответила я.

– Зачем она тебе?!

– Потому что нравится!

– Не надо оспаривать дамские вкусы, молодой человек! – вступился за меня торговец, видимо испугавшись, как бы я, поддавшись уговорам, не вернула товар.

– Тебе что, пять лет? – не унимался Герви, схватив шапку и начиная крутить её туда-сюда.

– Можно мне хоть в чём-нибудь сохранить своё утерянное детство?! – зло воскликнула я, выхватывая шапку из загребущих ручонок парня.

Нахлобучив её на голову, заодно натянув варежки на руки, я почувствовала себя горным медведем. Даже передвигаться стало как-то тяжелее. Ухватившись сразу двумя руками за ручку двери (в варежках пользоваться одной рукой было довольно трудно), передвинула ее в положение вниз, бедром толкая саму дверь и вываливаясь наружу.

Герви вышел следом, громко поблагодарив торговца.

– Ты на клоуна похожа, – догоняя, с улыбкой сообщил мне парень.

– Ну и ладно, – нахмурилась я в ответ.

Неожиданно Герви щёлкнул двумя пальцами прямо по помпону, и тот, словно только того и дожидаясь, завалился на бок и потащил за собой всю мою шапку.

– Эй! – возмутилась я, возвращая беглянку в прежнее положение.

Герви прыснул от смеха и повторил свой трюк со щелчком.

– Да хватит!! – воскликнула я, вцепившись в новоприобретённый товар так, словно от него зависела моя жизнь. При детальном ощупывании помпон оказался даже больше, чем мне казалось, едва помещаясь в обхвате ладоней.

– Хы-хы, – захрюкал парень. – Ты бы видела себя со стороны! Кстати! Ты в зеркало-то смотрелась? Ха-ха-ха!

– Ты что, от Нейта понабрался?! Воистину, с кем поведёшься…

– Да ладно тебе, просто… хи-хи-хи… это так забавно.

– Да ты на себя посмотри! Ты вон вообще… вообще в этом… ну в этом… а что это? – удивилась я, не отпуская помпона.

С виду на Гервике была куртка, но на деле она была сделана из шерсти, с двумя кармашками по краям и широкой молнией посередине.

Я удивленно потыкала в парня своей варежкой.

– Не знаю, – пожал плечами тот. – Было в продаже, я и взял. Теплая штука кстати.

– Но ты всё равно странно одет, – не сдавалась я.

– Так ты тоже!

– А вообще, предлагаю сделать крайним Нейта! Он вон босиком ходит по такой холодрыге!

– Думаешь, ему правда не холодно? – покосился на меня Герви.

– А ты думаешь, он притворяется? – опешила я.

– Просто мне кажется, никто не сможет ходить босиком на таком холоде. Может он перед нами выделывается?

– Зачем ему это? – недоуменно похлопала глазами.

– Ну, у парней так принято.

– Принято что? Ходить босиком по морозу?

– Нет. Принято производить впечатление на даму.

Я ошарашено уставилась на Гервика.

В этот момент в поле зрения появился Нейт, и что-либо ответить на эти странные слова я постеснялась. Вместо этого с подозрением уставилась на босые ступни приближающегося парня. Затем перевела взгляд на его лицо. Затем снова на ступни. Снова на лицо. Снова на ступни.

Хм… если Нейт и прикидывался, то очень тщательно.

Вдруг Герви резко пихнул меня в бок и прошипел:

– Не так же явно! Он нас в шпионаже на демонов заподозрит!

Я тут же смущённо опустила взгляд и подняла его только тогда, когда Нейт поравнялся с нами.

– Что это на тебе? – первым делом поинтересовался он, и его ручонка тут же потянулась к самому сокровенному.

– Это шапка с помпоном, – пояснил Гервик, пока я с воплем: «Не трожь!!!», отскакивала в сторону.

– Да ладно тебе, – с явной задоринкой в голосе сказал Нейт, – не оторву же я его! Дай просто потрогать!

Я сомнением покосилась на парня. Глаза у того были честные-пречестные, если бы он так милостыню просил, ему бы короли все свои богатства не задумываясь отдали.

Сдавшись, покорно склонила голову, чтобы помпон оказался аккурат на уровне глаз Нейта.

– А чего он чуть ли не больше твоей головы? – удивленно спросил парень.

– А потому что! – насупилась я. – Мне нравится и такой, ясно?

– Ясно-ясно. Зачем ты его купила? Тебе что, пять лет? – не сдавался этот зануда.

– Шесть! – грозно воскликнула я, резко поднимая голову.

Так как помпон до сих пор находился в руках Нейта, то после моего неосторожного манёвра, у парня осталась вся шапка.

– Дай сюда! – возмутилась моя оскорблённая невинность и резким движением вернула себе вещицу.

Неловко нахлобучила её на голову, и провела варежками по краям лица, убирая выбившиеся пряди. После странных манипуляций, вновь посмотрела на Нейта и протянула ему руку.

– Что? – не понял тот.

– Где мой кол? – пояснила я.

– А для тебя его нет, – усмехнулся парень в ответ.

– Как это?

– Зачем тебе кол? Демонов убивать?

– Ты что, совсем рехнулся, да? – от неожиданности мой голос осип. – Ты пошёл за кольями для нас, а купил только себе?!

– Тебе он ни к чему.

– Что?!

– Ну начинается…

Этот полный горечи вздох мог заткнуть кого угодно. В немом шоке я уставилась на парня, совершенно не понимая, как реагировать. Закатить истерику? Но ведь этот идиот только станет спорить в ответ. Рассоримся, а кол так и не купим. Попробовать привести логические доводы? Не знаю, получится ли. В этом я не спец.

– Слушай, – глубокий вдох, обратный отсчет от пяти до единицы, вновь вдох и мысленный призыв к спокойствию, – колья нужны нам обоим.

– Не нужны, – тут же возразил Нейт.

Лицо у него было похоже на камень. Скулы сжаты, а взгляд настолько колючий, что у меня по телу поползли мурашки.

– Я иду с тобой, так? А если на меня нападут? Должна же я чем-то отбиваться?

– У тебя будет арбалет.

– Ты отдашь мне арбалет? – опешила я.

И когда он вообще всё это решил?!

– Отдам, – медленно кивнул Нейт и после паузы продолжил: – Ты же умеешь из него стрелять, а с колом драться сложнее.

– Я могу и с колом, – пробормотала в ответ, но тут вдруг заметила взгляд Гервика.

Парень встал чуть поодаль от Нейта, фактически выглядывая из-за его спины, и смотрел на меня так красноречиво, что я чуть язык не прикусила, резко закрыв рот.

– С арбалетом безопаснее, – словно бы поясняя свой взгляд, сказал Герви, – это оружие дальнего действия. Можно ранить демона, находясь от него на безопасном расстоянии.

Нейт медленно кивнул, соглашаясь.

Я переводила ошарашенный взгляд с одного парня на другого, а затем вдруг посмотрела на кое чьи босые ноги, что находились прямо напротив моих огромных ботинок. И тут же вспомнила намёк Гервика, что всё это может оказаться притворством, ради…

– Тебе не холодно? – спросила у Нейта, слегка прищурившись, словно ставила научный эксперимент.

– Нет.

– Уверен? Всё-таки фактически зима. А ты босой.

– Дань, спасибо за заботу, но мне не холодно.

– Совсем-совсем? – не сдавалась я. – А то может ты просто…

И именно в этот момент Герви громко прокашлялся.

– … в смысле, с твоими босыми ногами, моя шапка – это просто цветочки!

Нейт удивлённо изогнул бровь.

Я состроила самую нахальную мину, какую только позволяло мне моё состояние. А внутри всё свернулось в ожидании приговора. Неужели догадался, к чему были эти вопросы?

Но Нейт неожиданно хмыкнул, и панибратским движением положив мне руку на плечи, притянул к себе так близко, что меня от волнения затошнило. А сам, словно не замечая моего вытянувшегося лица, весело продолжил:

– Если мы когда-нибудь устроим конкурс на самый глупый костюм, обещаю, я сделаю всё, чтобы победить!

И тут же с самой безобидной на свете улыбкой щёлкнул по помпону и натянул мне мою шапку на глаза.

Наверное, стоило рассмеяться, отшутиться, быть может, тоже подстроить парню какую-нибудь гадость. Но у меня внутри бушевал такой шквал эмоций, что я просто не могла даже разобраться – мне весело или страшно? А если страшно, то с чего бы? И почему у меня руки так трясутся?!

Выручил Герви.

– Может, пойдём уже? – вынес предложение он. – Вроде всё купили, так что тут нас больше ничего не держит. А чем раньше дойдём до театра, тем больше будет времени продумать план побега.

Когда парень замолчал, я уже вернула шапку на прежнее место и теперь активно закивала, поддерживая прекрасную идею.

– Ладно, идёмте, – согласился Нейт.

Он развернулся первым и поэтому некоторое время шёл впереди всех.

Выкроив момент, Герви приблизился ко мне и с чувством треснул по помпону так, что тот вместе с шапкой съехал на моё лицо, грозясь упасть на землю.

Я судорожно вцепилась в вещицу и, вернув её обратно на голову, погрозила Гервику кулаком. Парень в ответ красноречиво провёл указательным пальцем себе по шее, намекая, что сделает со мной, если я снова начну лезть к Нейту с такими непристойными вопросами. На такую наглость уже хотела было показать ему неприличный жест рукой, но тут объект нашего спора неожиданно обернулся, и пришлось сделать вид, что я поглаживаю Гервика по плечу.

– Вы чего там застряли? – спросил Нейт, удивленно разглядывая нас.

Представляю, как глупо мы выглядели со стороны.

Я резко одернула руку и пробормотала:

– У Гервика просто грязь была на куртке …

– Нужно за лошадьми зайти, – словно бы не услышав моей реплики, сухо сказал парень.

– А давайте я! – тут же вызвался Герви, почему-то смущённо комкая конец какой-то странной оборки, что торчала из его куртки. – А вы как раз разведаете обстановку у театра. Так ведь быстрее будет.

– Эм…. – протянула я, косясь на Нейта. Видя, что тот не против, возразила уже сама: – Нет уж, давайте будем действовать заодно. Сейчас возьмём лошадей, а потом уже пойдем к театру. Вместе. – Понимая, что мой угрожающий тон вряд ли может стать достаточно объективной причиной меня послушать, добавила: – А то ты сейчас уйдёшь, а вернёшься только через двадцать лет.

Судя по двум удивлённым пар глаз, шутку не оценили. Глупо вышло. Но не говорить же, что я просто не хочу оставаться с Нейтом наедине.

– Это из книги, – смущённо пояснила.

– Из какой книги? – озадаченно поинтересовался Герви.

– «Ах, любовь такая любовь».

– О, я, кажется, читал. – Нейт напряжённо сдвинул брови, изображая работу мысли. – Это там где герой ушёл воевать на два года, а вернулся через двадцать лет? И у него ещё жена себе другого нашла, да?

– Ого, – восхитилась я. – Ты что, читал любовный роман?

– Да просто это довольно известная книга.

Эти слова были сказаны таким тоном, что у меня даже щёки покрылись румянцем стыда.

– Я, кстати, тоже читал, – заполнил неловкую паузу Гервик.

– Глупая книжка, – отмахнулась я, жалея, что «пошутила» на эту тему.

– А мне понравилась.

– И мне тоже.

Парни проявили удивительное единодушие.

Мы разговаривали на ходу. Нейт шёл впереди, и пришлось его обогнать, чтобы повернуться лицом к обоим моим спутникам и подарить им возмущённый взгляд.

– Вам понравилась эта книга?!

Парни переглянулись и кивнули.

– Да вы конец там видели?!

Идти спиной вперёд было очень неудобно, поэтому пришлось развернуться и возмущаться затылком.

– А что там в конце? – не понял Нейт.

– Героиня осталась одна, а герой выбрал себе другую возлюбленную!

– Нормальный конец. – Парень определённо не понимал причину моего негодования. – Жизненный.

– Жизненный?! Но это же кошмар! То есть герой двадцать лет думал о героине, как о самой большой и чистой любви. Благодаря этому он столько времени смог остаться в живых. И что в итоге? Приезжает домой, узнаёт, что она вышла замуж, и выбирает себе другую!

– Ну-у? Логично, разве нет? Она его предала, он выбрал другую. – Нейт выразительно поднял бровь. Герви согласно закивал.

– А как же любовь? – Я возмущённо взмахнула руками. Парни, что б их. Ничего они не понимают.

– Спустя двадцать лет? Какая там может быть любовь, ты что, – презрительно отмахнулся Нейт.

– Да?! А как же тогда он жил всё это время? Ты вспомни, герой же восхвалял героиню. Он думал о ней, как о своей спасительнице! Только мысли о ней, о том, что она ждёт его, помогла ему выжить. Это, по-твоему, не любовь? Он пронес её в своей душе сквозь все преграды, сохранил эту веру, а потом так просто от всего отказался?!

– Она не пронесла, – сухо отозвался Нейт.

Герви обречённо покачал головой, но вмешиваться не стал.

– Что? – обманчиво спокойно спросила я.

– Герой, может, и любил. А героиня не любила.

– Что значит «не любила»?! Она была несчастна в браке! Она мечтала, чтобы герой пришёл за ней, и спас от всего этого. Хотя, заметь, она думала, что он мертв.

– Да. Но насколько я помню, в конце концов, она смирилась.

– А что ей оставалось делать?

– Сбежать, например. Не знаю, Дань, но если человек несчастен, то в чём смысл горевать о жизни, вместо того, чтобы попытаться что-то исправить?

– У неё ребенок на руках был!

– И её это устраивало!

– В смысле? – От этого заявления, я чуть не споткнулась. – У неё разве был выбор?

– Например, не выходить замуж.

– Так получилось! Ей нужно было на что-то жить.

– Можно было пойти работать.

Я поджала губы и с осуждением посмотрела на Нейта. Парень, меж тем, продолжил:

– У неё было много вариантов. Вернуться в семью, даже переступив через гордость. Если ты говоришь, что её любовь была такой чистой и прекрасной – по-моему, не такой уж плохой вариант, по сравнению с предательством. Можно было пойти работать. Но она выбрала самый простой вариант. Нашла мужика и вышла замуж, обзавелась покровительством, деньгами, семьёй. И, ах да, вдруг стала несчастна.

– А я её не виню. Может быть – да, ей показалось, что так будет легче. Но она никогда не забывала о герое. Никогда!

– Прекрасно! – Кажется, Нейт начинал злиться. – Ты представляешь, как это всё выглядело? Она жила с одним, а думала о другом. Как это вообще называется?

– Она просто любила главного героя, – ответила я.

– У них бы всё равно ничего не получилось, – покачал головой Нейт.

– Почему?!

– Зачем ему оставаться с той, которая уже однажды выбрала другого?

– Ну… любовь.

– Дура ты, Дань. Может он и любил, но с ней он бы уже не остался. – Наверное, на моём лице отразилось что-то такое, что заставило Нейта поспешно завершить разговор. – Вообще, предлагаю оставить эту тему до лучших времён. У нас есть проблемы посерьёзнее.

Его тон заставил меня слабо кивнуть, признавая окончание не слишком приятной беседы. Нейт прав. У нас есть проблемы посерьёзнее, которые действительно не терпят отлагательств.

Сжав губы в одну полоску, я ещё некоторое время размышляла над нашим диалогом, а потом тряхнула головой и попыталась сосредоточиться на насущном.

За «транспортом быстрого побега» зашли в ближайший денник. Выбрали себе лошадей (я – мышастую, Герви – рыжую, Нейт – вороную), взяли расписку и отправились в путь.

Вести животных под узду по городу было тем ещё приключением. Сперва мы просто шли с ними по пешеходным дорожкам, но, как оказалось, такое тут было не принято. Поэтому, после множества криков особо чистоплотных горожан, пришлось ехать верхом по проезжей части. К театру вела как раз главная дорога, так что добрались мы быстро.

Честно говоря, я ожидала чего-то… чего-то такого, чтобы прямо дух захватило. Ну или хотя бы историческую постройку, которая уже много веков напоминает горожанам о прошлых эпохах (взять хотя бы городскую библиотеку). «Постройку» это здание с горем пополам всё-таки напоминало, а вот «историческую»… если только её построили в доисторическое время.

Здания в городах Второго Королевства (да и если говорить откровенно, то вообще во всех городах всех королевств) редко могли быть выше четырех этажей. Приземистость и минималистичность ценились выше броскости.

Но это…

Передо мной раскинулось бледно-жёлтое маленькое зданьице в два этажа высотой. Наружу выходило множество окон с покосившимися рамами. Краска на стенах потрескалась и начала осыпаться. Здание окружал небольшой дворик, на котором столпилось довольно большое количество народа, намекая, что театр всё-таки пользуется популярностью.

Улица шла по прямой, и вся была застроена «шедеврами архитектуры», так что нам пришлось ехать в начало и объезжать её с другой стороны, чтобы подобраться к чёрному ходу.

Остановились. Осмотрелись.

С этой стороны народу было в разы меньше. Стало даже как-то темнее.

– Ну что, какой план? – спросил Гервик.

Нейт привязал свою лошадь к чёрным воротам, которые огораживали дворик, где разместилось здание театра, и прошёлся туда-сюда, задумчиво что-то разглядывая.

– Нужно заехать внутрь, – вдруг сказал он.

Не успела я поинтересоваться: «каким образом?», как парень дернул калитку, и та со скрипом отварилась, издавая неприятный скрежет. Нейт тут же схватил узды своей лошади и завел её внутрь. Мы с Гервиком последовали его примеру.

– Так что, какой план? – решил повторить вопрос Герви.

– Видишь окна на втором этаже? – Нейт задумчиво кивнул наверх.

– Угу.

– Если что-то пойдет не так, мы с Дней вылетим из них.

– Вылетим?! – икнула я.

– Вылетим, – подтвердил Нейт совершенно серьёзным тоном.

– А почему хотя бы не с первого этажа?

– Ты как вообще смотрела на здание?!

Я удивлённо захлопала глазами. Не дожидаясь пока от меня последуют просьбы об уточнении своих крайне недоуменных заявлений, Нейт сказал:

– На первом этаже аудитории для обучения.

– Это Академия?! – Такого поворота я точно не ожидала.

– Да, – взял слово Герви, – это Академия Театрального Искусства, но так как театра в городе нет, они показывают свои представления у себя же в здании.

– Ого, – только и смогла выдавить я.

– Не знаю, где именно кабинет заведующего, – продолжил задумчиво рассуждать Нейт, сделав вид, что никакой заминки не было.

– Эх, надо было планировку раздобыть!– Я снова блеснула чудесами своих познаний.

На этот раз Нейт посмотрел на меня с нескрываемым раздражением.

– Дань, где бы ты их взяла?!

– Как где? В библиотеке.

Судя по стремительно взлетевшим бровям парня, моё предложение было в крайней степени наивным.

– С чего ты вообще решила, что в библиотеке могут храниться данные о планировке зданий?! Они лежат в архивах главных архитекторов, и чтобы достать одну такую бумажку, мы провозились бы ещё не один день! Кто-то тут вроде хотел побыстрее найти договор!

«Он волнуется даже больше, чем я», – поняла с удивлением.

На его выпад ничего не ответила, только кивнула, соглашаясь с абсурдностью своих предложений.

Неожиданно Нейт напомнил мне Эдди.

Когда мы с моим давним другом решались на очередную глупость, он всегда волновался за нас двоих. А я даже сейчас, когда наш поступок мог повлечь за собой необратимые последствия, не чувствовала внутри ни благоговейного трепета, ни сжимающего кишки страха. Просто… предвкушение? Наверное. Странное чувство, давно знакомое: прекрасное понимание того, на что иду, и даже всех проблем, которые следуют попятам в случае неудачи. Но вместе с тем – непоколебимая уверенность в своих действиях.

Что бы ни ждало нас внутри, я не отступлю.

– Если кабинет заведующего расположен в другом конце коридора, это будет очень плохо. В любом случае, как услышишь крики, ждёшь минут пять, а потом бежишь, понял? – довольно грубо спросил Нейт, обращаясь к Гервику.

Тот только упрямо вскинул голову.

– Лучше давайте придумаем знак, который возвестит, что что-то пошло не так.

– Это не так-то просто, – покачал головой Нейт, вновь принимаясь рассматривать здание. – В смысле не просто будет его показать. Мы-то будем в здании, а ты снаружи.

– Можно разбить окно камнем, – на свой страх и риск выдвинула предложение я.

Наклонилась, подняла с земли указанный предмет и подбросила его в руке, словно взвешивая.

– Ладно, – неожиданно согласился Нейт. – В общем, план такой: мы с Даней заходим внутрь. На осмотр обстановки, плюс непредвиденные обстоятельства нужно минут пятнадцать… потом ещё шантаж. Так, ладно, давай если через полчаса никаких камней, или в крайнем случае – криков, нет, значит, все ещё нормально. Как только хоть один лишний звук, берёшь свою лошадь и бежишь. Наших оставь под окном, думаю, они понадобятся. И, слушай, Герви, – неожиданно мягче сказал Нейт, – если ты сможешь сварганить какие-нибудь ловушки для демонов, это будет очень хорошо. Не сможешь – ладно. Но всё же попробуй.

Гервик в ответ судорожно провел рукой по волосам и кивнул.

Я ободряюще похлопала парня по плечу.

– А теперь самое главное, – добавил Нейт каким-то зловещим тоном. – Иллюзии на оружие.

Герви сперва опешил, словно забыл о своей роли в нашей авантюре. Затем слабо кивнул, шмыгнув носом.

– У тебя всё получится! – Я попыталась подбодрить, но слова прозвучали слишком банально.

Парень только слабо кивнул, глубоко вдохнул, собираясь с силами, а потом отошёл в сторону. Присел на корточки. Зажмурился. Ткнул указательным пальцем вверх. Поводил им из стороны в сторону, будто тот был маятником. А затем вдруг напрягся до такой степени, что у него аж щёки покраснели. Учитывая его позу…

Я поспешно закрыла рот руками и отвернулась, чтобы своим хохотом не сбить настрой нашего мага.

Повернулась обратно только после едва заметного толчка Нейта.

Постаралась сделать как можно более серьёзное лицо, но Герви уже стоял на ногах и разглядывал плоды своих трудов. Я тоже перевела взгляд на Нейта и с удовлетворением заметила, что ни арбалета, ранее торчащего из-за его спины, ни меча, висевшего в ножнах на поясе, ни даже кола, который и до этого был для меня мало заметен, теперь не было видно.

– Вот видишь! – довольно ухмыльнулась я, словно восхищалась успехами своего воспитанника.

– Только я не знаю, сколько она продержится. Постараюсь её контролировать, но… сами понимаете, – смущёно пробормотал Герви.

– Ну что, теперь всё? Уже можно идти? – с плохо скрываемым азартом в голосе поинтересовалась я.

– Нет, вы посмотрите на неё! – устало возмутился Нейт. Зачем-то он повернул меня спиной к себе, после чего послышалось какое-то копошение, и моего тела коснулось что-то невидимое, но довольно тяжёлое и жесткое. – Дура ты, Дань, – добродушно добавил парень, застёгивая лямки ремня у меня на груди.

Арбалет был тяжёлым. Я пару раз подпрыгнула, привыкая к новой диковине на своём теле. Не видеть её воочию было ещё неприятнее, чем просто ощущать.

– Ничего ведь не заметно, да? – спросила на всякий случай.

– Лямка перетягивает твою куртку, но если специально не приглядываться, то незаметно.

– Хорошо. – Я вздохнула. – Ну что, идём?

– Я смотрю, тебе прямо не терпится, – покачал головой Нейт, но спустя мгновение кивнул. – Герви, если мы не вылетаем из окна, беги, понял? Не геройствуй.

Парень в ответ кивнул.

Честно говоря, мне казалось, что уж Герви точно будет волноваться. Но он был на удивление спокоен. То ли так хорошо притворялся, то ли был уверен, что всё получится…

Тряхнув головой, отогнала ненужные мысли прочь, сосредоточившись на предстоящем задании.

* * *

Мы вновь обошли улицу по кругу.

Здание Академии вписывалось в общую канву и чуть ли не соприкасалось боковыми стенами с рядом стоящими постройками. Кстати, судя по всему, одной из таких построек была школа. И выглядела она куда лучше: высокое, в четыре этажа, белое здание, с красивыми клумбами перед главным входом, который было видно издалека. А вот главный вход в театр пришлось поискать. Обнаружился он с торца здания.

Я приготовилась играть роль автора гениальной пьесы, натянула на губы улыбку, даже начала шагать чуть шире, но как только мы подошли ко входу, наш с Нейтом продуманный план потерпел крах.

У входа столпилась куча народа, и это были явно не зрители, явившиеся на спектакль, как мне показалось ранее. У самих дверей стояла довольно длинная очередь, но множество людей рассосалось и по самому двору.

Мы с Нейтом озадаченно переглянулись.

– Эй, а что тут такое происходит? – Я обратилась к первому попавшемуся парню, который стоял ко мне ближе всех.

Он был довольно упитанным, с небольшой щетиной на пухлых щеках. На нём были чёрные кожаные штаны, чёрная кожаная куртка и из-под нееёвыглядывала чёрная майка, а в ухе торчало что-то металлическое.

– Пробы, – скупо отозвался тот и совсем неэстетично сплюнул слюну на землю.

– Пробы на что? – уточнил Нейт.

– На анализы, имбецилы вы недоразвитые, – саркастически отозвался странный парень, причем такое завуалированное оскорбление действительно оскорбило по самое некуда. – На спектакль, конечно!

– А кто требуется? – словно не замечая острой неприязни, спокойно спросил Нейт.

– О Пресвятые Покровители, – вздохнул парень, чем пробудил во мне дикое желание кого-нибудь убить. Вернее, кое-кого. – За что Ты послал ко мне этих пришибленных? Вы что, Великие Актеры, чтобы интересоваться, кто требуется? Идите на пробы и пробуйтесь, пни лесные, что б вас.

Я посмотрела на это нечто таким убийственным взглядом, что Нейт поспешно схватил меня под локоть и утащил поближе к входу, сдержанно сказав неприятному типу:

– Спасибо.

– Да что б вам провалиться! – не остался в долгу тот.

Я резко обернулась и показала этому нахалу очень неприличный знак рукой. Но неожиданно мне в ответ ухмыльнулись и подмигнули.

Подумав, что совершенно не разбираюсь в современной молодежи, постаралась сделать вид, что ничего не заметила и переключила внимание на очередь.

Нейт громко спросил:

– Кто последний?

Никто не ответил, но несколько человек недоумённо начали искать кого-то в толпе.

– Кто последний? – сдержанно повторил вопрос Нейт.

И снова тишина, но на этот раз головой покрутило уже больше людей.

– КТО ПОСЛЕДНИЙ?!

Какая-то блондинка, сидевшая на одной из лавочек, удивлённо встрепенулась, отвлекаясь от разговора с подружкой, и, похлопав глазами, сказала:

– Я!

– Мы за вами.

– Мы за ней? – прошипела я, хватая Нейта под руку и отводя чуть в сторону. – Ты хочешь пойти на пробы?

– А у нас есть выбор?

– Но я ведь… я не умею играть в спектаклях.

– Ты думаешь, кто-то из них умеет?

– Но я не актриса, – выдавила слабым голосом.

– От тебя не требуется играть, нам просто нужно попасть внутрь. – Голос парня стал ободряющим.

– Ладно, дождёмся своей очереди, а дальше что? Сразу пойдём искать кабинет заведующего?

– Ну да.

– А если его не окажется на месте?

– Это будет очень плохо.

Я уставилась в землю и ненароком начала разглядывать босые ступни Нейта.

– Слушай, тебе не холодно? – просто не смогла сдержаться.

– Дань, – вздохнул парень, – тебе самой не надоело спрашивать? Нет, мне не холодно.

– Ну просто… если тебе всё же холодно, то совсем не обязательно терпеть это…

– Мне не холодно.

– … даже если ты хочешь произвести впечатление.

– Что? – Нейт недоуменно уставился на меня.

Я закусила губу и резко опустила взгляд. Надо было как-то пояснить свои слова, но как назло, в голову кроме «а я что? Это Гервик так сказал!» ничего не шло.

Выручил незнакомый парень, который стоял чуть поодаль от нас. Я ещё минуту назад заметила, что он как-то странно наблюдал за нами, а теперь окончательно убедилась в этом.

– Ещё один присоединился к нашим рядам!!! – радостно заорал он и вприпрыжку двинулся в нашу сторону. Копчиком чувствуя новые неприятности, я сделала несколько шагов назад, как бы отгораживаясь спиной Нейта.

К нам приблизилось нечто странное: темноволосое, тощее, в яркой одежде, – красные штаны и серый свитер, – с огромными бусами на шее, и… босыми ногами.

– Я сразу «нашего» узнал! – сообщил он нам, а вместе с тем и ещё половине присутствующих.

Нейт затравлено оглянулся, надеясь, что обращаются не к нему.

– Что? – решил уточнить, поняв: к нему.

– Ну, ты же один из Нового Поколения, верно же? – заискивающе спросил парень, кивком указывая на примеченные босые ступни. – Мы ищем гармонию с природой! Природа внутри нас!

Провозгласив этот странный девиз, нам продемонстрировали хаотичные движения двумя руками.

– Я сам по себе, – с каменным лицом отозвался Нейт.

– Что значит сам по себе?! – возмутился странный гость. – Никто из нас не должен быть сам по себе!

И вдруг случилось страшное. Из-за спины этого парня появился ещё один. Я бы узнала его где угодно. Ведь это был тот самый странный тип, который пытался сыграть мне что-то в племени сувитов. Кстати, заветные гусли были у него с собой.

И, что самое ужасное, парень меня тоже узнал.

– Ничего себе, какая встреча! – обратился он ко мне.

– Да уж, – кисло подтвердила я.

– А я знал, что мы ещё встретимся!

– Если б только я могла это знать…

Парень с гуслями моей обречённой интонации явно не уловил. Напротив, энтузиазма в нём только прибавилось, и он не постеснялся заявить:

– Слушай, а пошли к нашим ребятам, я тебя там со всеми познакомлю! – И это нечто поиграло бровями. Я искренне ужаснулась.

– Вообще-то, она со мной, – то ли зло, то ли вообще угрожающе сказал Нейт.

– Вообще-то да! – с радостью согласилась я.

И с удивлением почувствовала, как Нейт меня приобнял… за талию… ой.

– Виноват! Виноват! – Перед нами тут же примирительно тут же замахали гуслями. – Ну в общем, это хорошо, что в нашем полку прибыло. И ты, кстати, тоже давай, вступай в наши ряды! – Это сказали мне.

Я с облегчением поняла, что эти странные люди интерес к нам потеряли. Попрощавшись, они удалились.

Спустя мгновение я поспешно сделала шаг в сторону. Рука Нейта плавно убралась с моей талии.

Ну, фух ведь, да?

Только вот облегчения почему-то не было.

Удивительное всё же место – зона ожидания перед театральной Академией. Стоило закончиться одной странности, как тут же началась другая…

Не успела я отойти от потрясения после встречи с представителем Нового Поколения, как на лавку неожиданно вскочил представитель нынешнего поколения, прокашлялся и громогласно понёс литературное творение в массы:

– Это стихотворение я посвящаю моей любимой и несравненной Виктории!

Все присутствующие тут же повернули головы туда, откуда доносился звучный баритон. На лавочке сидела миниатюрная брюнетка, у которой по несчастию имечко оказалось довольно известным. Она с восхищением взирала на своего кавалера. Процесс сравнения девушка позорно проиграла, но внимание аудитории уже было привлечено, а для поэта это было главным.

– Виктория, я помню, как ты спасла котёнка на дереве! Я помню, как ты ухаживала за своей умирающей бабушкой! Я помню, с каким усердием ты помогала своему отцу! Я знаю, как долго ты шла к своему актёрскому призванию! Ты – свет в этом тёмном безбожном мире! Ты – луч надежды в моей душе! Ты так прекрасна, что глаза мои боятся смотреть на тебя! Твои струящиеся локоны похожи на тысячи маленький ручейков! Твой стан взрывает мою плоть! Твоя доброта порождает сострадание вокруг тебя с уникальной прогрессией! Ты – Спасительница человеческих душ, Виктория!

Закончив, поэт раскланялся. Его девушка восторженно захлопала в ладоши, смахивая выступившие слёзы.

Зрители остались более равнодушны к действу, меланхолично возвращаясь к своим прерванным делам.

– Да уж, стихотворение без рифмы – это сильно, – не удержавшись, язвительно пробормотала я.

– Просто произвёл впечатление на Викторию, – сказал Нейт, и мне показалось, что в этих словах проскользнул намёк на что-то другое.

– Ну да. Я бы тоже хотела, чтобы мне посвятили что-нибудь подобное, – ляпнула и тут же добавила: – только с рифмой. Что-то вроде поэмы.

– И как бы это выглядело? – усмехнулся парень и, прокашлявшись, высокопарно, но хотя бы негромко, провозгласил: – Даня, я помню, как ты пошла на сделку с демоном, хотя тебе говорили этого не делать! Я помню, как ты начала мухлевать на соревнованиях! Я помню, как ты чуть не убила Гервика из арбалета! Я никогда не забуду, как ты не понятно почему сказала, что твой любимый цвет – зелёный! Ты – темное пятно в этом невинном мире! Твоя способность притягивать себе проблемы не дает мне даже пять минут спокойно постоять в этом углу!

– Ладно-ладно! Закрой рот! – Я судорожно замахала руками, пытаясь остановить этот словесный понос. Когда Нейт замолчал, на его лице светилась такая победная ухмылка, что я не удержалась и со всей злости треснула его по руке. – И я не виновата, что ты привлекаешь столько внимания!

– Я привлекаю столько внимания?!

– А к кому подходил тот чокнутый из Нового Поколения?

– А с кем разговаривал тот чокнутый с гуслями?!

Я злобно смотрела на Нейта. Нейт злобно смотрел на меня.

– Ладно, 1:1, – буркнуло моё высочество. – Но вот увидишь, это ещё не конец. Поверь, наши неприятности происходят из-за тебя.

– Вызов принят, мадам.

Неожиданно Нейт схватил мою руку и, склонившись в идеальном поклоне, заведя одну руку за спину, элегантно поцеловал мою конечность.

Я вылупилась на парня, как на морское чудовище, но что-либо произнести не успела. Позади моей спины раздались какие-то звуки, шорохи и восклицания.

Мы с Нейтом посмотрели на вход одновременно.

– Стойте! Я просто забыл, понимаете? За-был! За-бы-л!!!

– Извините, без удостоверения личности не пускаем, – сухо сказал мужчина в синем фраке, видимо вышедший, чтобы впустить следующих претендентов на роль. – Следующий, пожалуйста.

– Да вы что, издеваетесь что ли? Я в этой очереди целый час простоял! Впустите меня! Что вы, не можете солидарность проявить?!

– Без удостоверения личности не пускаем, – безжизненным голосом отчеканил мужчина, затем с нетерпением посмотрел на свои золотые часы на цепочке и раздражённо повторил: – Следующий. Побыстрее пожалуйста.

В открытую дверь мигом прошмыгнул какой-то сорванец.

– Стойте! Это несправедливо! Я отличный актёр! Вы должны дать мне шанс!!!

Мужчина в синем фраке насмешливо изогнул губы и нарочито громко хлопнул дверью прямо перед носом незадачливого актера.

Из некогда безобидного рта, предназначенного для воспроизведения литературных шедевров, тут же посыпались проклятия и угрозы, но железная дверь исключений из правил не делала.

– Дело – дрянь, – тихо сказал Нейт.

– Может всё-таки через окно? – со слабой надеждой в голосе предложила я.

– Нет, слишком много народа. Заметят.

– И где нам взять удостоверение нашей личности? Привет, я – Даня, принцесса Первого Королевства, ну, того, что сейчас находится под странным куполом? Впустите меня погреться? – в панике съязвила я.

Ненавижу, когда план начинает рушиться из-за непредвиденных обстоятельств.

– Успокойся. Сейчас что-нибудь придумаем. – Нейт медленно засунул руки в карманы брюк и, облокотившись о стену, принялся усиленно работать мозгами. – Знаешь, думаю, на подделывание документов у нас нет времени.

– Да ты сама сообразительность.

– Поэтому попросим Гервика сделать иллюзию.

– Что? Ты думаешь, организаторов можно провести иллюзией?!

– Вряд ли. Но нам не организаторам нужно угождать. Просто попасть внутрь. Не думаю, что этот человек разбирается в подделках.

– Но ведь… а что будет, если обман раскроют?

– Надеюсь, просто выкинут из здания.

– Понятно. Ладно. – Я вздохнула, собираясь с мыслями. Понимая, что Нейт ждёт моего ответа, выдавила: – Можно попробовать. Других идей у меня нет.

– Что очень странно, – усмехнулся парень. – Смотри, – вдруг сказал он, – там между зданием и забором есть небольшой проход. Можно протиснуться и попасть на задний двор.

Не знаю, как Нейт его заметил. Посмотрев в указанном направлении, я увидела только бледно-жёлтую стену.

– Ничего не вижу, – призналась со вздохом.

– Ладно, пойдём. Он там есть. Протиснешься в него и попросишь Гервика наложить иллюзию.

– Стой, почему я?

– Мне там не пролезть.

– Понятно. Хорошо.

Мы повернулись в намеченном направлении. Так как проход находился в самом конце двора, а мы стояли в самом начале, да и двигались довольно медленно, чтобы не привлечь ничьего внимания, путь показался мне вечностью.

Во-первых, народу было очень много. И хотя казалось, что каждый из присутствующих занят своими делами, стоило тебе пройти мимо, как они тут же провожали тебя насмешливым или оценивающим взглядом. К такому вниманию я не привыкла и потому с каждым шагом сжималась всё больше.

Во-вторых, мы с Нейтом выглядели, как парочка. Конечно, без романтичных объятий у людей были лишь подозрения и предположения. Однако неожиданно Нейт подошёл ко мне ближе, прижавшись вплотную, и закинул свою руку мне на плечо, фактически прижимая к себе.

– Что ты делаешь?! – прошипела я, а сама почувствовала, как у меня подкашиваются колени.

– Два странных человека идут прямиком к тёмному проходу. Как думаешь, зачем?

– За Гервиком, – пискнула я.

– Это для нас. А для них?

Повисла пауза, а потом до меня дошло.

– Фу, как это гадко! – Моему возмущению не было передела.

– Что гадкого? – удивился парень. Посмотрел на моё лицо и уточнил: – Я говорил о том, что мы идём обниматься и целоваться. Ты ведь подумала об этом же?

– Естественно, – соврала я. – И своим поведением ты теперь развеял вообще любые сомнения!

– Лучше уж так, чем они буду гадать, зачем же мы туда пошли. – Нейт замолчал, а затем добавил убийственным тоном: – И из любопытства полезут за нами.

И хотя логика в словах парня действительно была, на душе всё равно стало гадко. Вот и храни свою честь, чтобы потом всякие имбецилы недоразвитые… хотя, не так уж всё и плохо. Во всяком случае – не противно точно.

Я усмехнулась, словно бы поддерживая чужую игру, обняла парня за талию и, чувствуя себя куртизанкой века, лукаво проворковала:

– Если так хотелось обнять меня, можно было просто сказать.

И тут же почувствовала, как становится жарко щекам.

Судя по тому, как криво усмехнулся Нейт, мои слова произвели эффект шутки. Я улыбнулась в ответ и состроила беззаботную мину.

Да уж, пошутила.

Мы дошли до угла здания, и тут я увидела, что проход действительно был. Узкий, темный и пугающий.

– А я там точно пролезу? – уточнила на всякий случай. Будет совсем не смешно, если я там застряну, и всю оставшуюся жизнь меня будут преследовать комплексы.

Нейт осмотрел мою фигуру внимательным взглядом, отчего мне стало как-то неуютно, да и ладони почему-то вспотели, и кивнул.

Я издала скорбный вздох, подошла вплотную к проходу и поняла, что мне придётся лезть, тесно прижимаясь спиной к металлическому забору, а грудью – к осыпающейся стене здания. Представив, каким монстром вылезу перед Гервиком, не смогла сдержать еще одного жалостливого вздоха.

Решившись, сделала шаг … и поняла, что не пролезаю.

– Арбалет, – вспомнила я и выдохнула с облегчением.

Нащупала лямку у себя на груди, провела вдоль неё рукой, но застёжки так и не обнаружила.

– Нейт, помоги снять, пожалуйста.

Парень кивнул и подошёл, встав прямо напротив. Мой лоб едва доходил ему до плеч. Я почувствовала неловкость от того, что не знаю, куда деть взгляд.

Тем временем парень нащупал застёжку. И я поняла, что его рука замерла прямо напротив моей груди. Кажется, Нейт немного смутился. Оттянул лямку подальше и принялся сосредоточенно колдовать над застёжкой.

Стоять напротив парня на таком маленьком расстоянии было странно. Я почему-то начала дышать через раз и сосредоточенно наблюдать за ловкими мужскими пальцами.

Наконец, застёжка была расстегнута. Я пригнулась, чтобы Нейт спокойно мог снять невидимый арбалет, и полезла в проход.

Никогда не любила закрытые пространства.

Зажатая между стеной и забором, я делала шаг за шагом, мысленно приказывая себе не терять самообладания. Спиной чувствовала холодные железные прутья, которые вызывали болезненные и неприятные ощущения. Время тянулось бесконечно долго. В какой-то момент показалось, что я сейчас сорвусь и, плюнув на всё, начну пробираться обратно. Однако упрямо одернув себя, глубоко вдохнула и продолжила нелёгкий путь.

Гервик сидел на корточках, прижавшись к стене, но стоило мне вывалиться из узкого прохода, как он тут же вскочил на ноги.

– Что? – спросил он с паникой в голосе.

– Ничего-ничего, не волнуйся. Просто возникли некоторые сложности. – Я втянула ртом воздух, радуясь открытому пространству, и начала сбивчиво рассказывать о неожиданных проблемах.

Гервик слушал меня с предельно внимательным взглядом, который к концу моей речи сменился обречённым.

– Опять иллюзию? – тоскливо уточнил парень.

– Да. Герви, прости, но это очень важно.

– Ладно. Я попробую, но ничего не обещаю. Давай листочек.

– Какой листочек? – Я недоумённо сдвинула брови.

– На который иллюзию накладывать. – Поняв, что руки мои пусты, Герви удивленно спросил: – Ты думаешь, я могу создать иллюзию из воздуха?

С моих губ сорвался мученический стон.

– Сейчас вернусь, – вздохнув, сказала я и направилась обратно к узкому проходу.

– Ну что? – с нетерпением поинтересовался Нейт, стоило мне вылезти на свежий воздух.

– Ему нужны листы, чтобы наложить на них иллюзию, – выдавила я, понимая, что мир перед глазами почему-то начинает вертеться. Пришлось несколько раз моргнуть, чтобы нормализовать зрение.

– Чёрт, – тихо выругался Нейт. – Ладно. Стой тут, я попробую их раздобыть.

– Ага.

Парень одним резким движением развернулся и скрылся за углом здания.

Я осталась стоять на месте, радуясь, что тут тихо и спокойно. Теперь можно было привести себя в порядок: поправить сползающую шапку, одёрнуть чуть задравшуюся фуфайку, да и просто облокотиться о стену и подумать, радуясь собственному уединению.

Вспомнив, с каким смущённо-сосредоточенным лицом Нейт пытался расстегнуть лямку невидимого арбалета, я непроизвольно улыбнулась.

– Ну что, развлеклись? – раздался звучный бас совсем рядом.

Вздрогнув от неожиданности, я резко повернулась на голос.

Передо мной стоял тот самый мужик, что назвал нас имбецилами недоразвитыми. Его взгляд с поражающей прыткостью обшарил тут каждый дюйм, видимо пытаясь найти следы… «преступления».

– Вы что-то хотели? – предельно вежливо отозвалась я.

– Посмотреть на вас хотел, – и глазом не повёл мужчина. Почему-то при первой встрече мне показалось, что ему лет двадцать, но сейчас поняла, что опрометчиво сбросила ему где-то с десяток точно.

– На нас? Я тут одна, как видите.

– Ой, ладно-ладно, егоза невинная, не юли!

Я красноречиво изогнула бровь.

– Что, простите?

– Ну так что, где паренёк-то? – с похабной ухмылочкой спросил мужик. Меня передёрнуло. – Может мне стоит его сменить, а? – И совсем не обаятельно подмигнул.

– Я что, похожа на продажную девицу? – даже как-то обиделась.

– Ой, на кого ты только не похожа! Шапка, кстати, хорошенькая.

– Спасибо.

– Да было бы за что. Где ты такую достала? – И во взгляде мужика проскользнул неподдельный интерес.

– В торговой лавке, тут недалеко, – растеряно отозвалась я.

– Обязательно как-нибудь загляну. – Мужик ещё раз оглядел местность и серьёзно спросил: – Как думаешь, что будет, если я начну к тебе приставать?

– М-м-м… – протянула я. – Вы получите в глаз?

– От твоего парня?

– От какого парня? А, от Нейта. Да вряд ли.

– Почему?

Я настороженно смотрела на мужчину.

Да, его взгляд изображал крайнюю степень похотливого желания. И кто бы угодно мог подумать, что он пришёл сюда поманьячить, или просто нарваться на драку.

Но что-то тут было не так. Если он пришёл сюда принуждать невинных дам к распутству, то чего тогда стоит и интересуется моей шапкой?!

Я пожала плечами и расстроено пожаловалась:

– Да он совсем обнаглел в последнее время! Не заступается, цветы не дарит, серенады не поёт!

– Мда-а, – протянул мужик, проявляя солидарность, – не повезло тебе, малявка. А зачем ты тогда его сюда затащила?

– А кто сказала, что это я?

– Он?!

– А то. Но добровольно.

Мужик прищурился и обвёл мою фигуру внимательным взглядом.

– Так вы, значит, вместе, – сделал он умозаключение.

– Если под «вместе» вы подразумеваете влюбленную пару, то вам лучше сформулировать свой вопрос не: «так, значит, вы вместе?», а: «так значит, у вас всё сложно?», – глубокомысленно изрекла я.

Мужик моргнул и вернулся к первоначальной теме:

– Не нравится тебе твой кавалер, да? А хошь я его заменю?

– А хошь я тебе челюсть заменю? – раздался о-очень недружелюбный голос Нейта.

Наш новый знакомый криво усмехнулся и медленно повернулся, жизнерадостно провозгласив:

– А вот и кавалер явился не запылился!

Нейт стремительно приблизился к нарвавшемуся мужику, схватил его за грудки и одним резким рывком прижал того к стене.

– Что вы тут забыли, ребятки? – словно ничего особенного в данный момент не происходило, спросил этот странный человек.

– Что ты тут забыл? – ядовитым тоном поинтересовался Нейт.

– Оба-на! – восхитился мужик. – Вот это локтевая кость! – На полном серьёзе мужик схватил парня за вытянутую руку и задрал рукав куртки.

Нейт опешил, но конечность не одёрнул, позволив всласть ощупать её.

– Мышцы нарастил, – одобрительно закивал мужик, а затем неожиданно заявил: – Воин, значит. И что же воин забыл в театральной Академии?

– Не твоё собачье дело, – огрызнулся Нейт, но странного гостя всё же отпустил.

Мужик в ответ лишь криво усмехнулся и угрожающе поинтересовался:

– А может моё? Может, вы к Гегемону наведаться решили?

– К кому? – опешила я.

– Я вроде уже говорил, что вы имбецилы недоразвитые, да? Неужели решили пробраться в Академию и остаться незамеченными?

Нейт настороженно прищурился, делая медленный шаг назад.

– Кажется, произошло недоразумение, – начал говорить он.

Парень стоял ко мне спиной, и я не могла видеть его лица. Но неожиданно он завел руку за спину и начал показывать мне странные движения ладонью, словно бы просил отойти в сторону. Не задавая лишних вопросов, я послушно сделала несколько шагов вправо, оказавшись возле стены.

– Недоразумение? – в голосе незнакомца послышались угрожающие нотки. – Недоразумение… хм… ну что ж, – вздохнул он. – Недоразумение, так недоразумение. И такое случается в нашем странном мире, правда ведь? Ладно, не буду больше вам мешать. Развлекайтесь, ребятки.

Мужик помахал нам рукой, развернулся и сделал шаг к выходу из укромного местечка.

Дальнейшие события развивались настолько стремительно, что даже не знаю, каким чудом мне удалось понять, что произошло.

Запах гари я почувствовала сразу. Несколько мгновений спустя наш новый знакомый развернулся к нам с такой скоростью, что удалось разглядеть лишь его смутные очертания. Представший образ очень хорошо врезался в мою память – вокруг упитанного тела клубился дым, а на ладонях плясало настоящее пламя.

В следующее мгновение ко мне подскочил Нейт, схватил за плечи и рванул в сторону с такой силой, что я не устояла на ногах. Рывка парня хватило на то, чтобы мы отлетели как можно дальше. За те секунды нашего падения, я успела заметить, как пламя врезалось в стену – буквально рядом с тем местом, где ещё секунду назад стояла я. Не знаю, нарочно ли наш враг промазал, но если бы не Нейт, от меня в любом случае остались бы одни обугленные кости.

Пламя мощными потоками попыталось прорваться сквозь стену, и, не сумев преодолеть преграду, расползлось вширь. Обжигающие огненные струи кинулись на нас с Нейтом. Всё происходило настолько быстро, что я даже вскрикнуть не успела, не то что испугаться.

Неожиданно ослепляющий свет сменился темнотой, жар резко спал, а мы с Нейтом остались внутри непробиваемого кокона, прижимаясь друг к другу, словно это были последние мгновения нашей жизни.

Чувствуя какое-то нечеловеческое облегчение, я стукнулась головой о землю и резко выдохнула. Чуть повернула голову. Нейт прижимался головой к моему плечу и что-то пытался сделать рукой. Под куполом Хранителей было очень тесно, и с каждой секундой дышать становилось всё труднее.

– Что ты делаешь? – выдавила я, чувствуя, как его рука почему-то касается моей ноги.

– Меч, – пропыхтел парень, но в этот момент свет вернулся.

Купол складывался очень четко и слаженно, каждый из пузырей проникал в другой, а когда остался последний – он просто испарился.

Мы с Нейтом продолжали лежать на земле. Я – лицом к небу, парень – лицом в землю. Поэтому именно мне досталась честь лицезреть острие, направленное прямо в мой лоб.

– Что вам от нас нужно? – решив, что терять уже нечего, я начала переговоры.

Нейт перевернулся на спину. Его кулак был странно сжат, что означало только одно – он держит рукоять невидимого меча.

Мужик-убийца своего облика не сменил. Остался всё таким же упитанным, в чёрном облачении, с кольцом в ухе. Странно. Я думала, после разоблачения они не видят надобности скрываться.

– Чей был Хранитель? – не утруждая себя ответом на вопрос, спокойно спросил этот ненормальный. Не угрожающе, не ядовито, а просто… спокойно.

– Зачем вам Хранители? – продолжила расспрос я. – Их извлечение бессмысленно, они теряют свою силу! Зачем вам бесполезный Хранитель?

– Мне? – удивился мужик.

– Я имела в виду не конкретно вас, а в целом.

– В целом кого? – на всякий случай уточнил он.

Если бы не меч, готовый в любой момент беспощадно врезаться в мою глотку, то можно было бы подумать, что мы ведём светскую беседу.

– Демонов, – пояснила сухо.

– Демонов?! – вид у мужика стал совсем растерянным. – Так, имбецилы, быстро говорите, кто из вас тут королевской крови.

Видя, что мы упрямо молчим, наш новый знакомый направил острие своего меча прямиком на Нейта.

– Ты лежал сверху, значит, Хранитель твой.

– Нет, он мой, – хлестко сказала я, чем заслужила настолько убийственный взгляд Нейта, что мысленно мой прах уже развеялся по ветру. Но я лишь упрямо задрала подбородок, намекая, что подставлять парня не позволю.

– Твой? И что принцесса забыла в театральной Академии? Во Втором Королевстве. Что вдвойне странно, так как ты явно не Виктория.

– А я убивать хочу таких как вы! – зло выплюнула ему в лицо. Почти сразу же Нейт пихнул меня с такой силой, что я чуть не завались набок.

– Он не демон, – прошипел парень.

– Как это не демон? – опешила я. – Он пытался нас убить!

– Не все, кто пытаются нас убить, обязательно демоны!

– Он управляет огнём!

– Не только демоны управляют огнём!

– Он… он похож на демона!

(При этих словах мужик оскорблёно принялся себя оглядывать).

– Но от него не пахнет гарью. Если бы он был демоном, я бы ему даже договорить не дал!

Я удивленно открыла и закрыла рот. В немом шоке посмотрела на Нейта, потом перевела взгляд на странного мужика. А затем злобно вскочила на ноги и завопила:

– А чем мы вам тогда помешали, что вы решили нас убить?! От конкурентов избавлялись?!

– Да какие вы конкуренты, – презрительно отмахнулся наш новый знакомый, – я думал, что вы за Гегемоном. – Он сказал это таким легкомысленным тоном, словно бы несколько минут назад мы вместе просто резвились на полянке. Затем вздохнул и убрал меч в ножны.

– Кто это вообще?! – возмущённо прошипела, представляя, с каким наслаждением буду душить его подушкой.

– Это я.

– Вы?!

– Ну да. Ваши имбецильные лица выглядели очень подозрительно, я и подумал, что вы готовите покушение на меня.

– На вас?! Да кому вы нужны?!

– Я маг шестой степени, – оскорбился Гегемон, – между прочим, во всем мире нас меньше десятка!

– И как же мага шестой степени угораздило стать актером? – язвительно поинтересовалась я.

Гегемон вздохнул.

– Слушайте, я не знал, что вы особа королевской крови. Приношу вам свои извинения. В своё оправдание могу сказать, что пламя не причинило бы вам вреда, честное слово. Кстати, позвольте спросить, из какого вы Королевства, принцесса? – Мужчина резко сменил тон на благожелательный.

– Из Третьего, – хмуро отмахнулась я.

– В Третьем Королевстве четыре принца, – усмехнулся наш странный собеседник.

– Три, – на автомате поправила я, только сейчас понимая, что попалась.

– Официально – четыре. Ну так что, из какого же вы? Хотя стойте, не утруждайте себя новой ложью. Я попробую сам. – Гегемон прищурился, и я испуганно сглотнула. – За последние сто лет в нашем мире родилось всего две принцессы, но вот беда – первая оказалась заточена в собственном Королевстве, а вторую я знаю лично. На Викторию вы не похожи. Так что… либо вы принцесса Первого Королевства, либо внебрачная дочь одного из королей, что не возможно при наличии у вас Хранителя. Если, конечно, Хранитель был именно ваш.

– Конечно, мой. Только не надо пробовать убить меня ещё раз, чтобы это проверить! – поспешно проговорила я.

– То есть вы – принцесса Первого Королевства, – задумчиво сказал Гегемон и неожиданно жёстко продолжил: – Знаете, я, как маг шестой степени, верчусь в высоких кругах и бываю на многих вечерах. Я повидал многих представителей королевской крови, и принцессу Первого Королевства в том числе. Думаю, вы сможете ответить на несколько безобидных вопросов.

Я удивленно посмотрела на мужика. Неожиданно поймала настороженный взгляд Нейта и его слегка заметный кивок.

– То есть вы нас чуть не убили, а теперь еще проверяете, на самом ли деле я принцесса Первого Королевства?!

– Стандартная перестраховка, – елейным голосом отозвался этот Гегемон. – Если вы и есть та самая принцесса, то ответить вам не составит труда.

– Я перед вами оправдываться не собираюсь, – возмутилась я. Уже было развернулась, чтобы покинуть это ужасное место, но тут наш новый знакомый неожиданно жёстко сказал:

– Уйдёте сейчас, и приёмная комиссия узнает, что вы пытались подделать документы.

– Что? – опешила я.

Нейт остановился вместе со мной. Почему-то парень в разговор не встревал и был тише воды, ниже травы.

– Ну а зачем же вам ещё два пустых листка? Наверное, чтобы маг на заднем дворе наложил ту же самую непрофессиональную иллюзию, что сейчас наложена на ваше оружие.

Мы с Нейтом переглянулись. Не знаю, что уж было с моим лицом, но на лице парня не дрогнул ни один мускул. Я глубоко вдохнула и сдалась:

– Ладно, задавайте свои вопросы.

Гегемон довольно улыбнулся и подошёл к стене, вальяжно на неё облокотившись.

– Итак, последний бал, на котором видели принцессу, был днем рождения Виктории. Какой подарок подарила принцесса Первого Королевства?

– М-м-м… – смущённо промычала я, ковыряя носком ботинка землю. – Ну… это… полотно с письменностью шамеров…

– С чем? – опешил Нейт.

– Письменностью… шамеров…

– Нет, – неожиданно хлёстко сказал Гегемон.

– Что? Как это нет? Да!

– Девочка, я утверждал список подарков от каждого королевства. От Первого была фарфоровая ваза, сделанная по заказу.

– А вы, похоже, церемонию вручения подарков пропустили, – хмыкнув, буркнула я.

– Ваза была, – сухо сказал мужчина, не собираясь поддаваться на мнимые провокации.

– Была, да сплыла.

– Вы врёте. Вы не принцесса Первого Королевства. И лучше прямо сейчас скажите правду – кто вы и откуда у вас Хранитель?

– Да вы издеваетесь? Я – Даниила Рамиро Фердинан, и я была на том дне рождения! И это я разбила ту вазу! А письменность шамеров – фальшивка, это были просто закорючки на каком-то ковре! Я не виновата, что вы всё проспали!

Повисло молчание. После моего признания два ошарашенных взгляда уставились на ту, что посмела посрамить историю.

Я же в ответ зло смотрела на Гегемона, который тоже оплошал с достоверностью информации.

Поняв, что мы оба попали впросак, маг резко сменил тему:

– А дружок у нас чей принц? – И посмотрел на Нейта.

– Я её сопровождающий, – спокойной отозвался парень.

– Да хоть любовник, меня интересует, из какого ты королевства.

– Из второго.

– Хочешь сказать, ты брат Виктории? – с наглой усмешкой уточнил Гегемон.

– Я не принц. Мои родители – фермеры, мы жили на границе с третьим Королевством.

Усмешку с лица Гегемона как ветром сдуло. Мужчина посмотрел на Нейта странным взглядом.

– Ясно. Ну ладно. Так что произошло в твоём Королевстве? – обратился он ко мне.

– Демоны, – лаконично отозвалась я.

– Как так получилось? – серьезно спросил Гегемон. – И где были Хранители твоих родителей?

– Дело в том, что я решила заключить сделку с демоном, – заговорила неожиданно чётко и слаженно. – Заключение договора позволило демонам напасть на наше королевство. Гервик, наш маг, сказал, что скорее всего магия была очень сильна и Хранители не успели её отразить. Именно поэтому мои родители и все обитатели королевской резиденции обратились в камень. После этого на королевство напали демоны, их было около сотни, но в этот момент начал появляться купол Хранителей, который изгнал демонов. К сожалению, мне тоже пришлось сбежать. Так я попала во Второе Королевство, и сейчас мы ищем способ расторгнуть договор. У нас есть информация, что заведующий театром – Демон-слюнявчк. Мы хотим его шантажировать, чтобы выведать месторасположение хранилища договоров.

Я испуганно зажала рот руками, понимая, что сказала то, чего никогда бы не выведала незнакомому человеку, особенно после того, как тот пытался нас убить.

– Ой, – словно вспомнил о чём-то важном, вскинулся Гегемон, – заклинание правды. Прости. Как-то случайно получилось.

– Случайно?! Но у меня же Хранитель!

– А, да, кстати, он у тебя действительно есть. Я же говорил, что я маг шестого уровня. Если постараться, то ментальную магию можно применить в обход Хранителя.

У меня руки похолодели от ужаса. Я даже представить себе не могла, что теперь будет. Гегемон узнал о шантаже. Сейчас побежит предупреждать демона, или местных магов, или ещё кого-нибудь… а нас убьёт своей ментальной магией.

Но мужчина лишь устало почесал переносицу.

– Что-то надвигается, – хмуро пробормотал он. – Демоны никогда так в открытую не работали. Столько лет скрывались, а тут все напоказ. Что же задумали эти твари…

– Им нужны королевские Хранители, – неожиданно выдохнула я и возмутилась: – хватит применять своё заклинание!

– Я тут ни при чём, – огорошено отозвался маг шестой степени, – так зачем демонам Хранители?

– Не знаю. Но однажды на нас уже напали. И кажется, целью было именно забрать моего Хранителя.

– Когда это было? – опешил Нейт, напряжённо рассматривая меня.

– После соревнований. Ты был пьян, поэтому и не помнишь.

Гегемон насмешливо хмыкнул и продолжил нашу странную беседу серьёзным тоном:

– Об этом не распространяются, но Хранителя можно извлечь. Без вреда для носителя. Но толку от этого в любом случае – ноль.

– Можно извлечь? И это безопасно?

– Да.

Мы замолчали. Мужчина задумчиво разглядывал землю, сложив руки на своём упитанном животике. Нейт тоже о чём-то думал, причём взгляд у него был совсем отрешённый. А я просто ждала приговора.

– Ладно, – неожиданно сказал Гегемон, отряхивая штаны, – у вас тут ещё дело намечается, так что не буду отвлекать. Будем думать, и готовиться к худшему. Кстати, давайте сюда свои листочки, наложим на них такую иллюзию, что даже я не узнаю.

Повисла пауза, пока мы с Нейтом настороженно переглядывались, а затем парень одним резким движением протянул мужчине указанные предметы.

Гегемон начал что-то увлечённо вытворять руками, и неожиданно заговорил:

– Эй, принцесса, хочешь расскажу тебе одну очень занимательную историю?

– Ну давайте, – нерешительно отозвалась я.

– Однажды я был на балу. Это было очень давно, лет тридцать, наверное, назад. – Я удивлённо вскинула брови. Так ему на вид и есть тридцать! Мне тут же поплохело. Какой же у него на самом-то деле возраст?! – Тогда во Втором Королевстве правил король Роуниремерк. Так вот, однажды один из представителей не слишком интеллигентной мафии, прибывшей, кажется, из Седьмого Королевства, решил устроить покушение на короля. Не буду вдаваться в подробности, времени у нас, увы, мало. В общем, убийцы подготовились очень тщательно, разузнали планировку дворца, пробрались внутрь и расставили мои ловушки по всему периметру.

– Ваши ловушки? – не очень вежливо перебила я.

– Ну да. Я же не знал, что их планируют использовать для убийства короля. А так – у меня очень качественные ловушки, я ведь маг шестой степени. Кстати, обращайтесь, если нужно будет что-нибудь зачаровать, о цене договоримся. Так вот. Эти ловушки не смогла распознать королевская стража, а там, кстати, были довольно опасные невидимые арбалеты с магическими стрелами. Да, почти как у вас, только зачарованные не магом-идиотом, не умеющим скрывать магический контур. Так вот. Настал час «Х», король стоял на нужном месте, и пух! Арбалет выстрелил. Стрела летела точно в короля. Но преступники не учли одного – стрела была магической, а значит, должен был среагировать Хранитель короля. И вот уже почти в тот самый момент, когда стрела достигла груди жертвы, преданный охранник короля кинулся к нему и закрыл собой. Хранитель не среагировал. Знаешь почему? Потому что стрелу уже было кому закрыть. Хранитель, он, конечно, дух бесполый, но дух не тупой. Когда есть кому спасти короля, он не дёргается.

Когда мужчина замолчал, между нами повисла неловкая пауза, в течение которой ко мне пришло постыдное осознание, что морали я не поняла. Пришлось стыдливо уточнить:

– Это вы к чему?

– Ох, принцесса, нельзя же так явно оправдывать свою репутацию.

Поняв намек, я обиженно насупилась.

– Ладно, – взял на себя слово Нейт. – Спасибо за содействие.

– Да не за что.

– Но нам уже пора,– добавил парень, принимая листы из рук Гегемона.

– Ага. Мне тоже. Счастливо оставаться. Кстати, – тут мужчина повернулся ко мне и протянул какую-то маленькую бумажку, – тут написано, как со мной связаться. Если понадобится помощь, я к вашим услугам. Не бесплатным, конечно. И, прошу, только не пиши мне любовных писем, я это просто ненавижу! – Гегемон поморщился так, словно разом засунул себе в рот лимонов пять.

– Не дождётесь, – грубо буркнула я.

– Посмотрим-посмотрим.

Гегемон усмехнулся, почему-то переводя красноречивый взгляд с меня на Нейта, затем обошёл нас стороной и скрылся за углом.

– Нужно Гервика предупредить, что всё отменяется, – смущенно пробормотала я, уставившись в землю.

И к чему был тот взгляд?! Что этот Гегемон про нас подумал?!

* * *

В театр мы попали довольно просто. Пришлось, конечно, простоять в очереди, но судя по всему, на пробах людей не сильно мучили. Те, кто только недавно скрывался за дверью, минут через десять уже выходили из неё. К ним тут же подлетали те, кто только ожидал своей участи, и задавали уже порядком поднадоевший вопрос: «ну чо, как прошло?!».

Сперва я ещё прислушивалась к запутанным ответам, потом поняла, что пользы от этого всё равно никакой. Тем более на пробы мы не собирались.

Оказалось, что дожидаться своей очереди – та ещё нервотрепка. Мы с Нейтом уже буквально сгорали от нетерпения

Как только открылась дверь, парень тут же протянул мужчине в синем фраке наши поддельные бумаги.

Я затаила дыхание и мысленно взмолилась всем известным богам. Только бы всё получилось! Пару мгновений мужчина испытывал наше терпение, затем махнул рукой, мол, входите, и подозвал к себе следующих претендентов.

Мы с Нейтом осторожно зашли внутрь и, слушая гул моих ботинок, пошли по уложенному плиткой полу. Театральная Академия оказалась на редкость убогой. При входе стояла пара горшков с зелёной растительностью, а рядом, возле левой стены, расположилось около пяти стульев. Зачем они тут стояли, я так и не поняла. На правой стене был большой стенд, на котором висели листовки с объявлениями предстоящих спектаклей и концертов. Тут же обнаружилась и лестница, ведущая на второй этаж.

Мы с Нейтом остановились прямо перед второй дверью и единодушно уставились на лестницу.

– Ну что, сразу пойдем? – нерешительно спросила я, но парень ответить не успел.

Дверь, напротив которой мы стояли, неожиданно распахнулась. Из неё высунулась девушка с увесистой кипой бумаг и отчеканила:

– Проходите внутрь. Аудитория 35. Не шумите, проявляйте уважение к своим коллегам. Документы предоставите сразу приёмной комиссии. Колющих, режущих предметов, надеюсь, с собой нет?

Вспомнив про невидимый кол, меч и арбалет, который Нейт вновь нацепил мне на спину, мы с парнем единодушно закрутили головами.

– Хорошо. Проходите.

– Но мы… – начал было Нейт, однако в этот момент распахнулась первая входная дверь, пропуская ещё двух девушек, и наша сопровождающая звучно объявила:

– Здравствуйте, проходите за этими молодыми людьми. Аудитория 35. Прошу не шуметь и проявлять уважение к своим коллегам. Документы предоставите сразу приёмной комиссии. Колющие и режущие предметы запрещены.

И, видя наше замешательство, раздражённо поторопила:

– Побыстрее, пожалуйста. У нас большая очередь.

Мы с Нейтом переглянулись одинаково обречёнными взглядами. Выбора не было. Как отвязаться от этой тётки, мы не имели ни малейшего понятия. Так тут ещё и две девушки присоединились.

Пришлось, стиснув зубы от раздражения, переступать порог второй двери и идти по довольно узкому коридору.

Вместе с мельтешащими позади девчонками мы дошли до нужной аудитории. Мне хотелось незаметно улизнуть, пока те будут открывать дверь и здороваться, но девушки возмутились, чего это мы с Нейтом не заходим, и пришлось придумывать другой план.

Аудитория была небольшой. Невысокий выступ, изображающий помост, рядом с ним – два темно-красных стола для четырёх серьёзных людей, явно представляющих приёмную комиссию, и светло-бежевые столы для будущих актеров, стоящие позади. Мы с Нейтом тут же поспешили сесть на самый дальний ряд и сделать вид, что нас не существует.

Всего в аудитории было где-то с десяток претендентов на роль. Наш стол находился у самой стены, так что передо мной раскинулся буквально весь кабинет, благодаря чему я могла беспрепятственно разглядывать присутствующих. Надо сказать, что собрались тут достаточно привлекательные люди. Вернее, девушки – так точно, а вот парни были немного странными. Одни с длинными бородами, другие в беспорядочных цветных одёжках, а кто-то вообще притащил с собой веник. Создавалось впечатление, что девушки сюда пришли ради того, чтобы покрасоваться, а парни, чтобы куда-то выплеснуть свой неординарный потенциал.

Вздохнув, я подставила кулак под щёку и принялась наблюдать.

Честно говоря, мне казалось, что пробы на роль – это выяснение, подходит ли человек собственно для предложенной роли. Но судя по тому, что разворачивалось перед моими глазами в последующие пятнадцать минут, выяснить хотели две вещи: есть ли у человека актерский талант, и сколько он выпил, прежде чем его продемонстрировать.

На импровизированную сцену вызвали кого-то по имени Ашим Иксрадолов. Из-за стола встал высокий тощий парень, чуть сгорбившийся – то ли от роста, то ли от некоторой нерешительности. Он взял свои документы и немного кривой походкой подошёл к приёмной комиссии. Отличительной его чертой стала густая тёмная борода, которая вроде и не старила (парню на вид было лет восемнадцать), но в образ подростка совершенно не вписывалась.

Ашим встал на небольшом выступе и приготовился исполнять волю своих старших коллег. Коллеги авторитетно проверили документы паренька, посовещались немного и с хищными улыбочками начали просить парня продемонстрировать свой талант, называя ему ситуации, которые он должен был изобразить.

Сперва всё было достаточно приемлемо: «представь, что ты – рыцарь и к твоей возлюбленной пристаёт другой», «идёт дождь, твоё сердце только что разбили. Сядь и заплачь», «хочу услышать от тебя заразительный смех», «представь себя пьяницей и проси милостыню».

Наблюдая за парнем, я только диву давалась, как он умудряется всё это показывать, крича на весь кабинет, изворачиваясь всем телом и строя удивительные рожицы, при этом совершенно никого не смущаясь.

Но потом началось странное. От него стали требовать: «представь, что ты в болоте. Позли», «ты вор, изобрази сомнения», «ты ребенок. Плач и проси есть», «упади на пол и кричи о помощи», «изобрази любимое животное», «а теперь изобрази белку», «представь, что белка забралась в дом к человеку», «теперь покажи реакцию человека на белку».

Под конец я реально готова была встать и поаплодировать парню. Исполнять такие бредовые просьбы с абсолютно спокойным лицом и без единого грамма сомнения или смущения – не каждому дано.

Я очень надеялась, что мне не придётся выходить на эту маленькую сцену. Продемонстрировать свой мизерный актерский талант мне явно будет не под силу. Особенно в сравнении.

Как только Ашим закончил со своими кривляньями, Нейт неожиданно громко крикнул:

– Извините, можно выйти?

Один из членов приёмной комиссии, а именно: пожилой мужчина с россыпью седых волосы и навсегда застывшим раздражённым выражением лица, повернулся в нашу сторону, окинул парня злым взглядом и грубо сказал:

– Нет, мальчики могут и потерпеть.

– Ну пожалуйста, – не сдавался Нейт, – мне очень-очень надо!

– Нет. Вы, молодой человек, должны были позаботиться об этом раньше.

– Я не успел, честное слово! Я быстро сбегаю, пожалуйста!

Голос у парня был до того умоляющим, что даже я почти поверила в его срочную нужду.

– Да мне не жалко, – махнул рукой мужчина, отворачиваясь. – Вам же хуже. Посмотрим, как может измениться наше мнение о вас после такого инцидента.

Нейт хмыкнул, чем показал, что мнение старого хрыча его волнует меньше всего.

– Сиди тут, ладно? Я пойду разведаю обстановку, – шепнул мне парень и вальяжной походкой отправился к выходу.

Я горестно вздохнула, жалея, что не додумалась до этого первая. Лучше бы по Академии погуляла, чем смотрела на этот абсурд.

На импровизированную сцену вызвали следующего претендента. Я сложила руки на столе и уткнулась в них носом, поправив съехавшую шапку и продолжая рассматривать выступление. Неожиданно рядом со мной кто-то сел. Удивлённо повернув голову, я увидела, что это какая-то блондинка.

– Привет, – шёпотом поздоровалась она. – Как тебя зовут?

– Даня, – настороженно ответила я, гадая, чего ей надо?

– Я Рика. Очень приятно познакомиться. А как зовут твоего брата?

У меня в мозгу словно щёлкнуло что-то.

– Он не мой брат, – ответила шёпотом.

– Не бра-ат? Вы так похожи! Никогда бы не догадалась, что вы не родственники!

– Да уж, нас просто не отличить, – хмуро буркнула я.

Поведение этой блондинки мне не понравилось. Никто из нормальных людей не станет подсаживаться к незнакомому человеку и выяснять о его родственных узах.

Видя, что девушка на мою странную реплику не отвечает, до меня дошло, что она ждёт, когда я отвечу, кем мне приходится Нейт. Но я продолжала упорно молчать, делая вид, что полностью поглощена происходящим на сцене.

– Так как зовут твоего…ммм… спутника?

– А тебе зачем? – Прозвучало это не очень дружелюбно.

– Познакомиться хочу. – Девушка отвечала вежливо, но судя по её взгляду, она прекрасно поняла, что наткнулась на стену неприязни.

Я оглядела её с ног до головы, гадая, зачем ей понадобился Нейт. Заодно задумалась, могла бы она понравиться самому Нейту?

Девушка оказалась на редкость привлекательной. Маленькое личико с аккуратным носиком, тонкая талия, белая шевелюра на голове… ох. Я вспомнила, как выгляжу сама: широкая фуфайка, огромная шапка, кривые ноги, на которых совершенно не смотрелись жуткие ботинки…

Сглотнув, выдавила:

– К сожалению, Нейт это… он не знакомится с девушками.

– Да-а? – протянула блондинка, кажется, понимая, что это всё глупые отговорки. – И почему же? Ты ему запрещаешь?

– Нет, у него своя голова для этого есть.

– А что такого? Я же просто пожелаю удачи.

– Я передам, спасибо.

– Лично.

– Не стоит.

– Почему же?

– Слушай, – раздражённо вздохнула я, – если тебя совсем не смущают знакомства прямо на пробах – пожалуйста, это твоё дело. Но только остальных не подставляй, а? Вот выйдешь и за дверью с ним поговоришь.

В этот момент вышеупомянутая дверь резко распахнулась, и в аудиторию вошёл объект нашего обсуждения. Я тут же снова уткнулась носом в сложенные руки, и, не реагируя на рядом сидящую девицу, ясно дала понять, что разговор окончен.

Как только Нейт подошёл к нашему столу, блондинка медленно и утончённо поднялась, подарив парню красноречивый взмах длинными ресницами.

– Чего она хотела? – удивлённо поинтересовался тот, усаживаясь на своё место и провожая девушку ошарашенным взглядом.

– Да так, предлагала свои платные услуги.

– Что?!

– Но я отказалась, не волнуйся. – И, видя, что Нейт внимательно смотрит на меня, пытаясь понять, шучу я или нет, меланхолично добавила: – У нас же задание ещё. Но если ты против, можешь потом подойти к ней и записаться. Только у неё большая очередь, если что. Она даже тех, кто на улице ждёт, уже успела обойти.

– Дань, что с тобой? – удивлённо спросил парень, прикладывая ладошку к моему лбу. – Это Рика, она не проститутка.

– Вы знакомы? – Я непроизвольно перевела взгляд на объект нашего обсуждения. Почти сразу получила такую дозу ненависти в ответ, что даже спина зачесалась.

– Это у неё я листы взял.

– Она дала тебе листы?!

– Да.

– А ты не подумал, откуда они у неё? Она же туда клиентов записывает! – шёпотом пробурчала я, чувствуя себя невероятно глупо. Именно из-за этого не спешила отрывать голову от своих рук, словно так чувствовала себя более защищённой.

– Дань, ты чего такая злая? – Нейт ткнул меня пальцем в плечо и с улыбкой спросил: – Что она тебе такого сказала, что ты сейчас из штанов от ярости выпрыгнешь?

Сравнение мне очень не понравилось. Я злобно села, чувствуя, как опасно мотнулся помпон на голове.

– Это всё из-за тебя, понятно? Это ты все неприятности притягиваешь, а не я!

– Меня тут даже не было, – возмутился парень.

– Вот видишь! Твоя аура притягивает неприятности на расстоянии! Я вообще никого не трогала, лежала себе спокойно, а потом вот это вот подсело. Знаешь, ты своих подружек держи от меня подальше, у меня очень хрупкие нервы!

– Ого. Я теперь не усну, пока не узнаю, что она тебе сказала!

– Боюсь, тогда тебя замучает бессонница, – буркнула я и, вздохнув, решила перевести тему: – Ладно. Забыли. Ты что-нибудь узнал?

– Заведующий тут.

– Правда? Это ведь хорошо, да?

– Ну, относительно. В общем, план не меняется. Осталось только отсюда выбраться и на второй этаж. Правда, кабинет у него самый дальний… чего я и боялся. К Гервику нам теперь не…

Парень договорить не успел.

Пока мы перешёптывались, на импровизированной сцене один из претендентов вдохновенно зачитывал стихотворения собственного авторства.

Неожиданно нас всех совсем невежливо прервал громкий стук в окно, которое находилось прямо напротив членов приёмной комиссии. Видимо в нём что-то произошло, так как спустя минуту все присутствующие повернулись в нашу сторону.

Мне поплохело настолько, что скрутило живот.

– Так, вы двое, давайте на сцену.

– Но ведь ещё не наша очередь, – заикнулась было я, но меня тут же перебили грубым голосом:

– Это неважно. Идите на сцену. Быстро.

Я продолжала сидеть, ошарашено разглядывая членов приемной комиссии, но тут заметила, что Нейт решил не испытывать судьбу и встал. На негнущихся ногах поднялась вслед за ним. Парень шёл впереди довольно уверенной походкой, и это удивительным образом придавало смелости. В конце концов, нам эта роль не нужна, правильно? Так что опозориться будет совсем не страшно. Тем более, уж мне-то не привыкать.

Мы подошли к выступу, предназначенному изображать сцену. И угораздило же меня именно в этот момент посмотреть в то самое злополучное окно. От неожиданности не заметила выступ и наверняка разбила бы носом пол, если бы ко мне не подскочил Нейт и не подхватил под плечи. Я вцепилась в куртку парня, возвращая себе равновесие, а потом ткнула пальцем в окно.

На нас смотрел Гегемон и оптимистично нам подмигивал, при этом пытаясь жестами сказать что-то вроде «не боись, у меня всё под контролем!».

Мы с Нейтом застыли. Идти дальше нас заставил только грубый голос того самого пожилого мужчины, что был против выхода по нужде, и которого я втихомолку прозвала старым хрычом – за снобизм.

Стоило взойти на импровизированную сцену и повернуться к залу, как меня моментально пробила дрожь. Ничего себе! А с задних рядов кабинет казался таким маленьким, и людей в нём было совсем немного! Что случилось?! Как это произошло?! Почему их так много?! Почему они все смотрят на меня?! О Боже! Я же выгляжу, как нищенка с преступного района! Ой, представляю, как сейчас злорадствуют местные красавицы! Нет-нет-нет! Какое тут может быть выступление, когда они так на тебя смотрят?! Хочу обратно!!!

– Нейт, – зашипела я, чуть наклоняясь к парню, – я не могу… у меня боязнь сцены!

Парень удивлено покосился на меня. Он собирался сказать что-то ободряющее (надеюсь, что ободряющее!), но тут старый хрыч злорадно провозгласил:

– Что ж, приступим! Хочу увидеть в вашем исполнении жабу и гуся!

Меня пробила мелкая дрожь. Ладошки вспотели за какие-то доли секунды, захотелось кинуться к выходу и больше никогда не появляться в этом месте!

– Дань, – тихо сказал мне Нейт, – нам нужно всего лишь выступить, неважно как, понимаешь? Мы здесь не ради сцены. Не ради актерского призвания, а чтобы просто выбраться из кабинета. Поняла? – Закусив губу, кивнула. – Отлично. А теперь просто опустись на корточки и поквакай, хорошо?

– Эй, а почему я – жаба? – возмутилась даже несмотря на стресс.

– Жаба всё-таки женского рода, – улыбнулся парень в ответ.

– Давайте уже, молодые люди! Вы тут не одни! Если не можете изобразить такую легкотню, не надо было приходить!

– Хочу быть гусём! – прошептала я, не обратив внимания на гневный призыв скорее приступать к действию.

– Ладно, будь гусём.

– А что говорят гуси?

– Кря-кря?

Вздохнув, согнулась пополам, готовая с честью и достоинством принять неизбежный позор. Но стоило открыть рот, как снова раздался настойчивый стук в окно.

Все присутствующие удивлённо повернули головы.

Гегемон яростно крутил головой по сторонам, при этом умудряясь осуждающе смотреть на приёмную комиссию. Неожиданно мужчина прислонил к стеклу два указательных пальца и начал сводить их вместе. Медленно. Очень ме-едленно.

– Всё понятно, – поджав губы, сухо сказала единственная женщина в приёмной комиссии. – Переходим к любовной теме.

– А чего вы его слушаете?! – возмутилась я.

– Девушка, не задавайте лишних вопросов. Итак, мы хотим увидеть…

– Стойте-стойте-стойте! – воскликнула, чуть ли не рыча. – По какому праву какой-то недоактеришко диктует всем условия?!

Мне ответил старый хрыч:

– Наверное потому, что он – председатель приёмной комиссии.

– Что?!

– Мы будем продолжать или нет?

– А чего он не с вами сидит? – пребывая в глубочайшем потрясении, слабо поинтересовалась я.

– Закончатся пробы, вы выйдите отсюда и сами у него спросите. – Это был раздражённый голос женщины из приёмной комиссии.

– Дань, – тихо одёрнул меня Нейт. – Не нарывайся.

В этот момент Гегемон яростно застучал по окну, а завладев всеобщим вниманием, принялся увлечённо жестикулировать, намекая, что пора бы уже перейти к делу. Все члены приемной комиссии согласно закивали и устремили на нас какие-то совсем не добрые взгляды.

– Что, крякать? – севшим голосом спросила я.

– Нет, спасибо. Хотелось бы увидеть в вашем исполнении романтичную историю любви.

Я застыла в оцепенении.

– Падать на колени и плакать? – припоминая все прошлые выступления, уточнила просто на всякий случай.

– Девушка! – раздраженный голос старого хрыча. – Романтичную историю любви! Это значит, вы должны убедить нас в своём высоком чувстве.

Украдкой глянув на Нейта, убедилась, что парень тоже взирает на комиссию крайне ошарашенным взглядом. Наше молчаливое бездействие затягивалось. Попросить сменить задание мне не хватало духа. Вдруг Нейт подумает, что мне противно? Хотя мне было просто страшно. То ли из-за того, что изобразить «высокое чувство» у меня не выйдет… то ли из-за того, что придётся изображать его с Нейтом.

Мне вдруг стало жутко неловко. Чего от нас хотят? Чтобы мы начали обниматься и признаваться друг другу в любви? Но ведь это будет выглядеть… странно.

– Молодые люди, – вздохнув, сказал один из членов приемной комиссии, который сидел с самого края и до этого момента предпочитал отмалчиваться, – прошу, не задерживайте очередь. Уж вам-то совершенно точно будет не сложно показать такое простое задание.

Странно. Мне казалось, за профнепригодность нас уже должны были вышвырнуть из аудитории, но судя по лицам этих мучителей, они собирались выбить из нас все крохи актёрского таланта. И что-то мне подсказывало, дурацкая рожа, маячащая за окном, очень этому поспособствовала.

– Уж вам-то? – услышала я настороженный голос Нейта.

Удивлённо повернула голову. Поза парня была до того напряжённой, что даже спина стала идеально прямой, хотя до этого он заметно горбился.

– Конечно! – подхватила своего коллегу пожилая женщина. Судя по ледяному взгляду, нянчиться с нами ей хотелось меньше всего. – Вы же такая прекрасная пара, того и гляди обниметесь сейчас!

Мы с Нейтом удивлённо переглянулись и смущёно сделали шаг друг от друга.

– Мы просто друзья, – сказал парень. Я согласно закивала.

– Вы – актеры! – не согласился кто-то из приёмной комиссии. – Давайте, ребятки, вы же не хотите вылететь отсюда?

Тут же раздался громкий стук по стеклу. Гегемон показывал нам два больших пальца, поднятых вверх, как бы подбадривая.

– Ну… эм, а что нам делать? – смущённо спросила я.

– Для начала давайте попробуем разыграть что-нибудь по мелочи, – тут же оживился старый хрыч. Ну надо же, не зря в актёры пошел! Так изображать заинтересованность не каждый сможет! – Сперва я хочу увидеть вашу мимику. Давайте представим, что вы незнакомы. Девушка идёт по ночному городу, парень идёт ей навстречу. Я хочу увидеть ту самую искру, которая промелькнёт между вами!

Я почесала в затылке.

Стоять на выступе, когда на тебя в предвкушении уставились десятки пар глаз – то ещё занятие. Вздохнув, отошла практически к двери, готовясь позориться по крупному. Если Нейт и не хотел в этом участвовать, теперь ему пришлось, потому как «партнёрша» уже приняла стойку. Парень отошёл к окну. Мы посмотрели друг на друга одинаково обречёнными взглядами и двинулись навстречу «искре».

– Нет-нет-нет, – тут же сказала пожилая женщина, стоило нам пересечься, – это не то. Ты, – она кивнула на меня, – смотришь на него так, как будто встретила разбойника в лесу. Мне не нужен ужас, мне нужна страсть!

– Страсть, – закивала я с умным видом.

Неожиданно заметила, как Гегемон рисует пальцами на окне невидимое сердечко. Не удержалась и показала ему кулак. Это вообще всё из-за него!

Мы с Нейтом снова разошлись по разным углам аудитории и снова двинулись навстречу друг другу. На этот раз парень посмотрел на меня таким взглядом, словно хотел им сказать: «ого, какая девушка!», а получилось: «это у тебя борода?!», что стоило нам пересечься, как я согнулась пополам от смеха.

– Так, понятно, – вздохнул крайний мужчина из приёмной комиссии, – со страстью у вас всё плохо. Давайте лучше попробуем разыграть какую-нибудь ситуацию.

– Представьте, что вы любовники и тайком встречаетесь в номере трактира, – подхватил старый хрыч. – Девушку вот-вот может застать её ревнивый муж, и она пришла сказать своему возлюбленному, что им нужно расстаться. Но возлюбленный не собирается отпускать свою любимую.

И откуда у них только такие идеи?!

– А может потом они испытают ночь страсти? – язвительно предложила Рика с дальнего ряда.

– Главное, чтобы потом кое-кто не испытал ночь боли, – таким же тоном отозвалась я.

– Прошу тишины, все комментарии оставьте при себе, – сухо перебила пожилая женщина. – Приступайте, – её голос звучал так, словно она нас только что благословила.

Я нерешительно переступила с ноги на ногу. Глянула на Нейта. Судя по его взгляду – что делать он тоже не знал.

– Я так люблю тебя! – неожиданно на всю аудиторию крикнула я, принимая удар на себя. В конце концов, кто выступал на свадьбе Виктории с патетичной речью, представляя несуществующую письменность шамеров? Так что опыт у меня уже есть. – Мне так больно это говорить, но нам не быть больше вместе!

Брови Нейта удивлённо взлетели вверх. Пауза затянулась.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – угрожающе спросила я.

– А, да. Конечно. – Парень вздохнул, собираясь с мыслями, и вдруг громко крикнул: – Нет! Ты не можешь так со мной поступить!

Краем глаза заметила, как кто-то из приёмной комиссии устало потер виски.

– А вот и могу! Ой, – опомнилась, что сказала глупость, – в смысле, мне так жаль. Я не хотела ранить тебя, но мой отец против нашей любви!

– Муж, – буркнул старый хрыч, мигов разрушая всё очарование нашей сцены.

– Да вообще все против! – раздражённо подытожила я. – И я, кстати, тоже!

– Что? – опешил не ожидавший такого поворота парень, а вместе с ним и все присутствующие.

– А вот так! Нет, ты что, думал, что я – замужняя женщина, вступлю в постыдные отношения с каким-то там любовником?

– Девушка, – перебила меня старая женщина, но договорить я ей не дала:

– Очень вас прошу не перебивать. Я ещё не договорила!

С задних рядов послышались смешки. Всё происходящее их явно забавляло.

– Ты понимаешь, что если у человека есть семья, то разрушать её – кощунство? Это позор для любого уважающего себя человека! Но…. – загадочно сказала я и, выдержав положенную паузу, продолжила: – если у женщины муж умирает, а на горизонте появляется другой возлюбленный, то совсем не страшно начать всё сначала.

До Нейта дошло. Сперва он смотрел на меня как на больную, а потом, когда понял смысл моих намеков, каверзно усмехнулся.

– Предлагаешь мне убить твоего мужа?

– Ну зачем так радикально. Можно подождать пока он сам умрет.

– А если он не умрет?

– Все когда-нибудь умирают.

– Отлично! – усмехнулся парень. – Я тогда, пожалуй, пойду в армию, а вернусь лет через двадцать.

– Это они пересказывают «Ах любовь такая любовь»? – краем уха услышала чей-то шепот.

– Девушка, – тут же возмутился старый хрыч, но я и ему не дала договорить:

– Да хватит перебивать-то, а! Мы только во вкус вошли!

– Вы должны показать нам несчастную любовь, а не мужа с женой после десяти лет брака! – взбесился пожилой мужчина.

– Ладно-ладно, – буркнула, пытаясь представить, как выглядит «несчастная любовь». – В общем, мне так жаль… ты это, не принимай близко к сердцу.

– Чего? – Нейт аж прыснул от смеха, но тут же взял себя в руки. – Ты что, серьёзно? У человека любовь всей жизни уходит, а ему это близко к сердцу не принимать?

– Ну должна же я была хоть как-нибудь тебя утешить!

– Да ты просто мастер утешений!

– О, тут у нас нашёлся эксперт в утешениях?! – зло воскликнула я. – Так покажи мне, как выгладят «настоящие утешения»!

– Нет, это какой-то кошмар! – шёпотом возмутилась пожилая женщина. – Почему они снова ссорятся?

– Милые бранятся, – заикнулся было мужчина, что сидел с краю, но посмотрев на наши лица, стушевался: – как бы они не поубивали друг друга.

Тем временем Нейт начал медленно приближаться ко мне, при этом наставительным тоном декларируя:

– Утешения – это не просто два банальных слова. Утешать человека – это целое искусство, и, как любое искусство, оно не каждому дано. Любой человек нуждается в утешении. Запомни это. – Тон у парня был абсолютно спокойный, но что-то в его взгляде мне совсем не понравилось. Я непроизвольно отступила на несколько шагов. – И ещё кое-что. Когда людям всё равно, они не утешают. А даже если и пытаются, это выглядит наигранно, неискренне, понимаешь? Чем больше искреннего сострадания, тем проще убедить человека, что всё будет хорошо.

Я пристально смотрела на Нейта.

До этого момента все наши споры больше напоминали игру. Или перепалку двух маленьких детей – то есть не воспринимались всерьёз. Я узнавала его позицию, а он мою. Но так, чтобы после этого между нами возникало какое-то напряжение – такого не было.

Однако теперь Нейт внимательно смотрел на меня, и по его лицу не представлялось возможным что-либо понять. Я впервые в жизни подумала: может он обиделся на меня? Может, своими тупыми замечаниями я каждый раз вызываю в нём такое раздражение, что он едва сдерживается, как бы меня не прибить?

– А ещё очень важно найти с человеком общий язык. Какие чувства ты к нему испытываешь, так ты с ним и общаешься, – меж тем продолжил парень.

Чувства. Какие чувства испытываешь, так и общаешься.

Боже.

Он ненавидит меня.

– Вот взять, к примеру, тебя. – Мои брови стремительно взлетели, выдавая искреннее удивление. – То, как ты общаешься с Рикой, выдает в тебе ненависть. За что ты её так ненавидишь?

Я недоуменно покосилась на застывшую девушку. Только сейчас до меня дошло, что слова парня слышат все присутствующие.

– Не ненавижу. Просто она меня бесит, – сказала довольно холодно.

Кажется, оскорблённая до глубины души блондинка хотела что-то ответить, но следующие слова Нейта заставили застыть нас всех:

– А может, ты просто ревнуешь?

– Ч-что? – опешила я.

– Она ведь ничего тебе не сделала, – резонно заметил парень. – Завидовать тоже нечему…

– Как это нечему?

– Есть чему?

– Она красивая.

– Ты тоже.

От этих слов я чуть не поперхнулась. За все свои восемнадцать лет каких только эпитетов мне не пришлось выслушать в свой адрес, но эти два слова «ты тоже» ранили больше всего. Он издевается что ли?

Между нами осталось всего несколько шагов.

Приближающаяся фигура парня пугала до ужаса. Почему-то мне резко перехотелось смотреть на его «настоящие утешения». Чего он добивается? Играет на публику?

Не смогла сдержать обиженного взгляда и довольно сухо буркнула:

– Я не ревную.

– Ревнуешь.

Он приблизился совсем близко. Я ощутила его аромат – не мужские духи, а именно живой, настоящий. Он пах лесом. Или лугом. Точно. Когда косят траву, по полю гуляет примерно такой же аромат.

– Нет. – Держаться становилось всё сложнее.

В данный момент парня было просто не узнать. И где тот забавный человек, что всегда спорил со мной? Или это тоже было притворством?

И тут вдруг в памяти всплыла ночь, после нападения Демона Стихийника. Тот Нейт был похож на того, что стоял сейчас прямо передо мной. В голове пронеслась мысль, что, получается, я его совсем не знаю…

Той ночью он ничего не говорил. Он просто обнял. Вот в чём было его утешение.

Какие чувства испытываешь, так и общаешься.

А если общением стало молчание, значит, никаких чувств нет?

– Ты меня ненавидишь, да? – выдавила тихо, решительно поднимая взгляд. И тут же почувствовала, что проигрываю. Выдержать стену холодности и отчуждённости, когда видишь такие зелёные глаза просто невозможно.

– С чего ты взяла?

До этого он смотрел на меня внимательно, серьёзно, а теперь в его взгляде просквозило искреннее удивление.

– Ты сказал, что как чувствуешь, так и общаешься.

– Да.

– Значит, ненавидишь?

– Разве когда-нибудь я общался с тобой с ненавистью? – Под его пристальным взглядом пришлось стушеваться и покачать головой. – Вот именно.

– Зачем тогда было врать?

– На счет чего?

– На счет того, что я красивая.

– Я не врал.

– Ты что, специально на публику играешь? – тихо, но зло спросила я.

– И сейчас играю?

В этот момент в голове обрывками пронеслись путаные воспоминания. Ведь он никогда не позволял ядовитых оскорблений в мой адрес. Когда я призналась, что чуть не уничтожила собственное королевство, Нейт единственный встал на мою защиту. Это он сказал мне, что я такой же человек, как и все. Что я не неудачница и тоже имею право на уважение со стороны.

Нейт всегда пытался защитить.

Придумал план, чтобы в одиночку найти демона-слюнявчика и оградить нас от опасности. Не купил мне кол, потому что арбалет был безопаснее. Он словно догадывался, что придётся сражаться ненадежным оружием, и подстраховался.

Он всегда шутил в ответ. О да. Иногда с серьёзным видом, но это никогда не выглядело, как принижение.

А ещё он всегда умел утешать.

И молчал он тогда лишь потому, что слова были просто лишними. А ведь потом, при панической атаке, он не сделал вид, что ничего не происходит. Он подошёл и помог мне справиться с этим.

Все эти мысли промелькнули в голове с ошеломляющей скоростью, буквально за несколько секунд. Я прекрасно ощущала близкое дыхание Нейта. Видела, что он начинает приближаться ещё теснее. Краем сознания понимала, что есть в этом что-то неправильное. Но параллельно в висках стучали его слова: «как общаешься, так и чувствуешь».

Неужели он…?

В этот момент его губы коснулись моих. Сухие, чуть шершавые губы. Но такие приятные. Притягательные. Я никогда раньше не целовалась с парнями, даже не представляла себе, какие ощущения можно испытывать, кроме тех, о которых писали в любовных романах.

Но реальные чувства были какими-то другими.

Сперва был полный ступор и замешательство. Я не понимала, что делать и как себя вести. Что значит «отвечать на поцелуй» тоже не знала. Заодно появилось ощущение, что у Нейта в подобных делах опыта тоже маловато. Поэтому не было никаких «его язык проник в мою горячую обитель и начал её исследовать». Получилось как-то целомудренно. Лишь нерешительное касание губ.

Но вместе с тем было ещё кое-что.

Осознав, что поцелуй является самым главным доказательством неравнодушия, меня с ног до головы словно пронзила молния. Сердце радостно застучало в груди. Щёки запылали. В душе поселилась невероятная радость, а вся аудитория, да что там – весь мир сузился лишь до нас двоих. Мне захотелось обнять парня, так крепко, как только позволяли ослабшие руки.

И главное – этот порыв был не от страсти, вопреки железной логике каждого любовного романа.

Этот порыв был от осознания, насколько же долгожданным был поцелуй.

– Кхе-кхе, – раздалось совсем рядом.

В этот же момент призрачный домик хрустальной иллюзии мгновенно рухнул.

В голову врезалось осознание, где мы стоим, и сколько людей за нами наблюдает, наслаждаясь представлением. Они всё видели. Всё слышали. Что они подумали?

Я резко дёрнулась в сторону, отрываясь от парня. Слишком резко. Наверное, в моих глазах поселился или страх или ужас, или… понятия не имею, что отразилось на моём лице, но Нейт, заметив это, нахмурился и поспешно повернулся к зрителям.

– Ну что, это задание мы прошли? – хрипло спросил он.

Ответом ему было гробовое молчание. А потом зал разразился аплодисментами.

И только мне стало дико стыдно.

– Что ж… – протянул один из членов приёмной комиссии, но кто именно – так и не разобрала, потому что всё моё внимание было приковано к Нейту. – Ваше выступление было очень…кхм… настоящим.

Настоящим.

– То есть это всё? – Голос парня звучал сухо и неестественно. – Мы можем идти?

– Ну вообще-то… – начал было мой нелюбимый старый хрыч, но неожиданно его прервал громкий стук по стеклу.

Лицо у Гегемона было каким-то странным: то ли серьёзным, то ли раздражённым. Он резко махнул нам рукой, мол, проваливайте.

– Вы можете идти, – тут же засуетилась старая женщина.

Но я осталась стоять на месте, как будто мои ноги приколотили гвоздями к полу. Сердце бешено билось в груди. Единственным моим желанием было как можно скорее выскочить в коридор и скрыться от всех взглядов, так увлечённо наблюдавших за нами. Но я не двигалась, рассматривая спину Нейта и ожидая от него каких-либо действий. Нет уж, я не дам ему шанса выйти отсюда, рассматривая мой затылок и с легкостью скрывая от меня эмоции. Пусть повернётся. Пусть покажет, человек он или очень хороший актёр.

Нейт повернулся резко. От неожиданности я вздрогнула.

Но на его лице не было вообще ничего хоть сколько-нибудь напоминающее эмоции. Парень улыбнулся, слегка приподняв уголки губ и, подхватив меня под локоть, буквально вытолкнул в коридор.

И тут же отпустил, пристраиваясь спереди, словно бы специально не давая мне возможности увидеть его лицо. Только спину.

Я шла молча, даже не решаясь лишний раз вздохнуть. Голова кипела от вороха мыслей. Было ли поцелуй притворством? Возможно, конечно, но он выглядел настолько настоящим. Даже страшно подумать, какой тварью надо быть, чтобы так притворяться.

К тому же, я сама оттолкнула его. И что теперь делать? Наверное, стоит поговорить об этом… но что сказать?

И почему всё обязательно должно быть так сложно?

Нейт дёрнул вторую входную дверь и остановился возле лестницы, поворачиваясь ко мне лицом.

– Ты уверена, что хочешь пойти? – спросил он совершенно обычным тоном.

В ответ просто кивнула, не уверенная, что смогу сохранить выдержку и мой голос не дрогнет.

– Я вполне могу справиться сам, – добавил Нейт.

– Знаю.

– Ладно, как хочешь.

Парень схватился за перила и отрывистыми движениями, перескакивая сразу через две ступеньки, взлетел наверх. Мне, чтобы подняться, понадобилось больше времени. А оказавшись на втором этаже, с удивлением обнаружила, что Нейт ждать не стал и уже двигался по коридору.

Сцепив зубы от тихой ярости, последовала за ним. Нагнала уже буквально у кабинета. Парень стоял там, прислонившись к стене и к чему-то прислушиваясь.

На втором этаже было заметно темнее, единственным источником света являлось окошко, но оно находилось на другом конце коридора. Так что мы с Нейтом оказались в полутьме. Вдвоём.

– Не боишься? – неожиданно спросил парень.

– Хочу поскорее покончить с этим, – честно ответила я.

Посмотрела на напряжённую позу своего товарища, на его сосредоточенную мину, словно бы всё, что его сейчас волновало – это предстоящий шантаж. И тут вдруг поняла, как же это удобно. Поцеловать, а потом ходить и делать вид, что ничего не произошло.

– Может, поговорим? – решилась я.

– Думаю, это подождёт.

Даже головы не повернул.

– Мне кажется, это не подождёт.

– Дань. – Парень наконец в упор посмотрел на меня, но взгляд у него был такой колючий, что я непроизвольно вздрогнула. – Мы собираемся шантажировать демона. В любой момент может оказаться, что этот человек – не демон, и тогда на нас объявят охоту. Мы находимся на другом конце от окна, так что Гервика брошенным камнем уже не предупредить. А если заведующий окажется демоном, то ждать можно всего, что угодно. И ты хочешь поговорить? О чём? Нас просили изобразить романтичную историю любви, мы и изобразили. Что ты ещё хочешь услышать?

– Ничего, – сухо сказала я.

– Вот и прекрасно.

Парень вновь прислонился чуть ли не всем телом к стене и начал внимательно прислушиваться. Я отошла чуть в сторону, чтобы, не приведи Святые Покровители, дверь не открылась, и меня не заметили.

– Можешь дать арбалет? – послышался осторожный голос парня.

– Зачем? – удивилась я.

– Ненадолго. Я потом верну.

– Эм, ладно.

Моя рука потянулась к застёжке. С ней пришлось повозиться. Я помнила, где её Нейт нашёл в прошлый раз, но даже обнаружив оную, с трудом смогла её расстегнуть. Что за крепления были на этом ремне, оставалось только гадать.

Краем глаза заметила, как рука парня всё же дернулась в желании помочь, но тут же вернулась в прежнее положение.

Я протянула арбалет парню. Нейт принял невидимое оружие довольно осторожным движением, с трудом нащупав рукоять. Так же на ощупь проверил заряд, а когда убедился, что всё в порядке, ещё раз спросил:

– Уверена, что хочешь в этом участвовать?

– Ну я же тут.

– У меня будет к тебе просьба, – сглотнув, неожиданно тихо выдавил парень.

– Какая? – насторожилась я.

– Если что-то пойдёт не так, возьми что-нибудь тяжёлое и беги к тому окну, предупредить Гервика, ладно?

– Избавиться от меня решил?

– Просто сделай, как я прошу.

– Договорились. – Пожала плечами.

Нейт посмотрел на меня настороженным взглядом. Кажется, он-то как раз хорошо изучил мою грешную натуру, потому как сразу понял: я на сомнительные просьбы так просто не соглашаюсь.

– Дань, – тихо сказал он. – Это не шутки. Нас могут убить.

– Хорошо, что ты всё ещё говоришь «нас», а то в последнее время что-то больно много появилось твоих решений.

– Злись, сколько влезет, – неожиданно кивнул парень. – Это придаёт тебе угрожающий вид.

Я возмущённо открыла рот, но в следующее мгновение Нейт с ноги ударил по двери так, что на месте замка осталась зияющая дыра. Деревянная конструкция с размаху врезалась в стену, пропуская внутрь двух «захватчиков». Нейт влетел в кабинет с бешеной скоростью. Я поспешно вошла за ним.

Честно говоря, демон-слюнявчик представлялся мне толстым мужчиной, который ест и пьёт всё, что видит, а потому его рот обязательно должен был быть измазан жиром и соусами самых разных сортов… но за столом сидел худой мужчина. Судя по тому, насколько его голова была выше спинки стула – еще и высокий. Худое вытянутое лицо с впалыми глазами, довольно длинный нос. Волосы чёрные, уложенные чуть ли не лучше, чем у любой благородной дамы: чёлка зачесана в бок, а над плечами висели изящно завитые кудряшки.

И увидев предполагаемого демона таким, я растерялась.

А вдруг мы ошиблись?!

Но Нейт слабину не дал. Парень схватил бутылку с тумбочки, что стояла прямо у двери, и с силой ударил ею об стену. Осколки разлетелись во все стороны, заставив нас с управляющим единодушно вздрогнуть. Держа оставшуюся часть разбитой бутылки за горлышко, Нейт пошёл к нашей будущей жертве.

– Вы что-то хотели? – дрогнувшим голосом спросил управляющий.

Парень приближался достаточно медленно, чтобы запугать мужчину, но и достаточно быстро, чтобы не дать тому возможности сбежать к двери.

Первые пару секунд управляющий пытался сохранить невозмутимость, потом понял, что пришли действительно за ним. На его лице отразился неподдельный ужас, на лбу тут же выступил пот, ещё недавно впалые глаза стали расширяться от страха, грозясь вывалиться совсем, а взгляд забегал по комнате, в поисках чего-то, что могло помочь.

Управляющий для меня всегда был сродни королю, только королевство у него было маленьким – всего лишь театр. И об управляющих я знала немного. Тем не менее, на примере отца, всегда с уверенностью могла сказать об одной вещи: в критических ситуациях управляющие старались сохранить трезвость ума и холодность разума, пытаясь всеми силами найти выход из положения.

Наверное именно это бледное, потное и с трудом дышащее нечто, что теперь предстало нашему взору, окончательно убедило меня в том, что мы не ошиблись.

Это Демон-слюнявчик.

– Да, – сухо сказал Нейт, и сразу несколько острых концов бутылки вдавились в и без того тонкую кожу мужчины.

– Ха-ха-ха, – истерично выплюнул тот, – вы ничего мне не сделаете! Меня этим не убить! А вас, идиоты, ждут большие неприятности! Вы даже не представляете себе, с кем связались!

– Мы прекрасно знаем, с кем связались, – тихо, но очень отчетливо и угрожающе сказал Нейт, а затем вдруг схватил руку демона и вытащил ее из-под стола. – Даже не думай. Тебе уже никто не поможет.

– Ты что, осёл, собрался тыкать в меня этим стеклом?! Да ты ничего мне не сделаешь!!!

– Ну почему же. Сделаю.

И вдруг Нейт резко схватил управляющего за волосы, дернул их назад так, что его голова чуть не оторвалась от шеи, и… послышался щелчок. Демон даже вскрикнуть не успел. Невидимая стрела с остервенением пронзила лоб. Не знающий человек вряд ли смог бы понять, почему там вдруг образовалась вмятина, из которой незамедлительно побежала бардовая струя крови.

Демон, кажется, даже не понял, что случилось. Лишь когда струя начала обволакивать длинный нос и попадать на губы, мужчина завопил. Завопил так истошно и пронзительно, что у меня вся спина покрылась мурашками. Опустив взгляд, заметила, как дрожат руки.

Кажется, я переоценила свои силы.

Одно дело устраивать шалости, которые доставят кучу неудобств другим, но повеселят тебя, и совсем другое – причинять человеку невыносимую боль.

В какой-то мере я и Нейта понимала тоже. Пока не покажешь свою жестокость, тебя не будут бояться. А в шантаже самое главное – страх. Страх жертвы.

– Мы заколдовали этот кол, – ледяным тоном заговорил парень, – теперь ты будешь чувствовать последние минуты своей тупой жизни. Он будет медленно входить в твой череп, причиняя тебе невыносимую боль. Серебро, которое он выделяет, уже течет по твоим венам. Чувствуешь его? Чувствуешь это жжение? Скоро оно доберётся до сердца. И тогда ты сдохнешь.

Едва заметная нотка ужаса пробрала даже меня.

Демон истерично дернулся и жалостливо завыл, непроизвольно позволяя крови затекать в рот и заставлять его отплевываться.

– Что вы хотите?! Что вам от меня нужно?! Деньги?! Берите деньги!!! Берите всё!!! Только избавьте меня от этого А-А-А-А!!!!!

Мы с Нейтом ничего не делали. Он завопил сам.

Видимо серебро действительно причиняло ему невыносимую боль.

– Деньги оставь себе, – сухо сказал парень. – Нам нужна информация.

– Все-е-о-о-о что угоо-о-о-дно, – всхлипывая, и давясь собственной кровью, выдавил демон.

– Где Демоны Перекрестка хранят договоры?

– Что-о-о?! Я не зна-а-аю, отпусти-и-и-те меня-а-а!!!

– Где Демоны Перекрестка хранят договоры? – как ни в чем не бывало повторил свой вопрос Нейт.

Не знаю, откуда в парне взялась эта выдержка.

Я уже действительно была готова крикнуть, что раз он ничего не знает, делать тут больше нечего. И хотя план заключался совсем в другом, я была готова пойти на что угодно, лишь бы больше не слышать этот жалостливый вой и не видеть эту измазанную в крови рожу…

Меня замутило.

– Я не зна-а-а-аю!!!!

– Итак. – Нейт резко схватился за спинку стула и повернул конструкцию вместе с демоном аккурат к настенным часам. – У тебя есть минута, чтобы всё выяснить. Иначе стрелу я уже не вытащу.

– Да вы что!!! Это же Демоны Перекрестка!! Мы с ними не общаемся, они высшая каста, они меня растопчут!!!

– Тогда выбирай, кого ты боишься больше: смерти от стрелы и демонов-сородичей.

Повисла пауза, во время которой управляющий тихо всхлипывал и подвывал. Не выдержав этой заминки, Нейт с силой надавил ему на лоб, прямо туда, откуда должна была торчать невидимая стрела.

– Не надо!!! – заверещал демон. – Не надо!!! Я всё скажу!!! Всё!!!

Нейт сделал шаг назад.

– Там есть папка!! Возьмите её!! Там всё, что вам нужно!!

Парень не двинулся с места. Он посмотрел на меня и едва заметно кивнул головой в сторону.

Я подошла к указанному шкафу, трясущимися руками открыла дверцу и оказалась перед целой кипой самых разных бумаг.

– На второй полке двой…двойная стена-а! Нажми на среднюю доску… Жёлтая-я-а-а-а… жёлтая папка-а-а!!

Нащупав нужную доску, я уже почти нажала на неё, как вдруг Нейт резко гаркнул:

– Нет! Вдруг там ловушка. Иди сам открывай.

И не особо церемонясь, схватил демона за грудки и подтащил к шкафу.

Управляющий плакал и подвывал самому себе, размазывая не останавливающуюся кровь по всему лицу, заодно измазав почти весь фрак.

– Не трогайте меня-а-а, – повторял он, словно заведённый.

Щёлкнула поддельная доска, и спустя мгновение демон извлёк жёлтую папку.

– Во-о-о-от…

Нейт схватил протянутую трясущимися руками вещь, открыл её и удивлённо уставился на содержимое.

– Это досье на Велизара? – ошарашено выдавил парень.

– Он пришел заключать сделку!! Я собрал на него, всё, что смог!! Там есть место, где они хранят договоры!

Я подошла к парню и взглянула на бумаги через его плечо. На первой странице большими каллиграфическими буквами красовалось: «Велизар. Демон Перекрестка».

Хмыкнув, подняла взгляд, и тут увидела, что управляющий времени даром не терял.

Понимая, что только что случилось, я истошно закричала «НЕТ!!!».

Но сделать уже ничего было нельзя.

Демон надавил на какую-то статую и в неё завопил: «Помогите!!!». Почти сразу же входная дверь захлопнулась, покрываясь розовым свечением. Единственное окно, что было в этом кабинете, потемнело, перестав пропускать дневной свет. Комната погрузилась в розовое сияние, и на секунду показалось, будто все стены забрызганы кровью.

Нейт резко приблизился к управляющему и с силой ударил его лбом об стол так, что невидимая стрела пробила череп насквозь и вышла из затылка мужчины, разбрызгивая кровь. Я закрыла лицо руками, не в силах смотреть на это зверство.

– Они вас найдут!!! Найдут и убьют!! – заверещал демон.

Нейт его слушать не стал.

Он резко выдвинул верхний ящик стола, схватил большой коробок спичек и кинулся к стенам, зажигать канделябры. Как только в кабинете заиграли зловещие тени, парень подошел к шкафу, отодвинул его от стены и повернулся ко мне. Схватил за плечи и с силой заставил подойти к его своеобразной «постройке».

– Дань, – тихо сказал он, и в его тоне просквозили умоляющие нотки, – сядь тут и не высовывайся, ладно? Прошу тебя.

– Нет, – закрутила головой, – дай мне арбалет и я помогу.

– Пожалуйста! Это не шутки, как ты не понимаешь?! – его голос стал громче.

– Нет! Я тебя одного не отпущу!

– Тебя могут убить!

– Тебя тоже!

– Даня!!!

В гневе Нейт был совсем на себя не похож. Казалось, от злости он готов был пойти на убийство. Но парень только с силой треснул по шкафу так, что тот покачнулся, и посмотрел на меня отчаянным взглядом.

– Он вызвал демонов. Если они заберут твоего Хранителя, ты умрёшь.

– Мы находимся в кабинете, – зло сказала я, – и отсюда нам не выбраться. Так что они в любом случае его заберут. – И протянула ему руку, добавив: – Арбалет.

Нейт посмотрел на меня немигающим взглядом, но кажется понял, что тратить время на спор слишком рискованно. Моей ладони коснулось холодное дерево. Нащупав рукоять, я перехватила оружие поудобнее и с удивлением обнаружила, что оно заряжено. Нейт протянул мне что-то такое же невидимое, и пояснил:

– Это колчан с зарядами. Повяжи вокруг спины или пояса.

Тем временем он вернулся в середину кабинета, отодвинул мешающий стол и воющего демона вместе с ним к стене. В столе парень нашёл ножик для резки бумаги и, распоров себе подкладку в куртке, сунул туда заветную папку. Затем вытащил свой невидимый меч, а во второй руке кажется, держал кол.

Мы замерли.

Сперва покачнулось пламя всех свечей, придав атмосфере ещё большей напряжённости. Я сглотнула, чувствуя, как встают на дыбы волосы на затылке. Нейт осторожно сделал шаг в мою сторону и встал так, чтобы отгородить своей спиной, но при этом не закрывая обзор.

Перед светящейся розовой дверью заклубился дым. На полу образовался пепел, а затем прямо над ним появился… Велизар. Собственной персоной. Всё такой же ухоженный, с идеально начищенными сапогами.

– Принцесса, – фальшиво обрадовался он. – Какой «приятный» сюрприз!

За Велизаром появилось еще два… три… четыре… пять… шесть… Шесть демонов. Шесть. Пресвятые Покровители…

– Не хотите заключить ещё одну сделку? – оскалился он. – А то опыт у вас уже есть. У обоих.

Я поудобнее перехватила арбалет. Посмотрела в эту наглую рожу. И хмыкнула.

Страх вдруг исчез.

Сколько раз так уже было.

Когда-то я бултыхалась в реке, вспоминая свою жизнь, готовая захлебнуться в любой момент. Когда-то на нас напал демон, и леденящие объятия смерти пронеслись в каком-то дюйме от моей никчёмной жизни. Каждый раз я чувствовала это. Страх. Дикий страх перед неизбежностью.

Но в этот раз у меня внутри осталось только смирение.

Я не боялась этих демонов. Мне было всё равно, что они хотели сделать со мной и моим Хранителем. Это неважно. У них всё равно ничего не выйдет. Я буду бороться. Буду сражаться до конца, и если мне суждено умереть, то только после того, как парочка демонов останется со стрелой в груди от моей руки.

Велираз огляделся, и увидев розовую дверь, хмыкнул.

– Проход только для демонов. Умно. Так что случилось? – обратился он к своему воющему сородичу.

…одному в жизни всегда тяжело. Тяжело бороться, тяжело отстаивать свои интересы, тяжело жить… одному тяжело.

Но теперь я не одна.

Легонько коснувшись локтя Нейта и, приблизившись так, чтобы мой лоб уткнулся ему в плечо, я прошептала:

– Позволь мне сделать это первой.

Парень удивлённо посмотрел на меня, но я уже вышла из-за его плеча и спустила курок. Стрела вонзилась в грудь Велизара с такой скоростью, что сперва никто даже не понял, что произошло. А потом демон поднял на меня полный ненависти взгляд и трансформировался.

В этот раз он не красовался, пытаясь вселить своим видом леденящий ужас. Теперь трансформация заняла несколько секунд. И вот передо мной уже стоит полная ярости тень, красные глаза которой источают ядовитую ненависть и желание убить.

Но я не боюсь.

Перезаряжаю арбалет и стреляю. Я готова делать это снова и снова, пока эта тварь не издохнет. Нейт рядом со мной бросается вперёд, замахиваясь невидимым мечом, рассекая первую из шести теней. Демоны не понимают, что происходит, они не видят нашего оружия.

Для них мы выглядим, как клоуны. Замахиваемся руками и изображаем нажатие пальцами. Но наши снаряды летят точно в цель, а острие серебряного меча оставляет на тенях жгучие порезы, которые приносят с собой дикую, невыносимую боль.

Кабинет оглушают всё новые и новые крики и шипение.

А я стреляю с такой ненавистью, словно мщу за всё то, что эти демоны сделали с моей жизнью. За родителей, за королевство, за собственную жизнь, за вынужденное путешествие, за ту опасность, которой они подвергли нас всех.

За своих друзей.

За Нейта.

Ярость затмевает глаза. Наверное поэтому я пропускаю тень, которая исчезает прямо передо мной. И появляется позади. Удар приходится прямо на голову, но вопреки всему, боль не пронзает всё тело. Она чувствуется как-то отдалённо.

Неожиданно понимаю, что сразу два демона схватили меня под руки и, с силой подняв в воздухе, опрокинули на стол. Очень хочется дать своим тяжёлым ботинком по морде хоть одной твари, но этот вертящийся мир не даёт нормально сосредоточиться.

И тут понимаю: они хотят извлечь моего Хранителя.

Если добрались до меня, то что с Нейтом? Я тут же начинаю вырываться, отрываюсь спиной от стола, только бы увидеть, что происходит в середине кабинета. Нейт жив?

– Пожалуйста, только не убивайте его! – это, кажется, кричу вслух.

И тут неожиданно глаза ослепляет резкая вспышка. Зажмуриваюсь, не в силах вынести этот яркий свет. Открыв глаза, понимаю, что снова не могу сосредоточиться на картинке, которая теперь смазалась в совсем непонятные пятна.

– Вставай, – прозвучал женский голос.

Я потёрла глаза и с трудом сфокусировалась на лице какой-то девушки.

– Ты кто? – опешила я.

– Конь в пальто. Вставай.

«Конь в пальто». Где-то я это уже слышала. Да. Неужели это та самая девушка, что спасла мне жизнь после тех злополучных соревнований? Но… этого не может быть! Зачем она здесь? Как сюда попала? И как узнала, что нам нужна помощь?

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове. Тем временем незнакомка с силой дёрнула меня за руки, заставляя полностью сесть на столе. От неё я получила отрезвляющую пощечину, и ей же задала вопрос, который пока что был для меня важнее всего:

– Что с Нейтом?

– Если сейчас не встанешь и не поможешь, то будет уже ничего!

Это подействовало лучше всякой пощёчины. Я тут же соскочила со стола, но приземлившись, чуть не навернулась из-за подкосившихся ног.

Неизвестная девушка сунула мне в руки арбалет, а сама перехватила какой-то небольшой ножик и яростно зашептала:

– Отвлекай их своими стрелами.

Только тут я заметила, что демоны сомкнули круг. Не стоит сомневаться, в середине находился Нейт. Только бы с ним всё было нормально! Не совсем понимая, куда именно стреляю, и ориентируясь лишь на расплывчатую тень, я выпустила первый болт. Демон взвыл. Почти сразу же кабинет озарила яркая вспышка.

– Ты! – это был голос Велизара. Его ни с чем не спутаешь. – Ты что, связалась с этими детьми?!

– Привет, дорогой Вел. Ты же знаешь, я принимаю только ту сторону, которая выгодна мне. – Женщина говорит жёстко и вместе с тем её голос звучит приторно-сладко.

– Да как ты…

– … надоела тебе?

– Мы не будем выступать против тебя. – Неожиданно слышу, что Велизар идёт на попятную.

– Эту проблему легко решить. Просто проваливайте.

– Как ты могла переметнуться к ним?

– Я принимаю только ту сторону, которая выгона мне. – В этих словах явственно слышна усмешка.

– Мы уйдём, Лин. Но я вернусь за ней.

– Не сомневаюсь в этом.

И неожиданно расплывчатые тени исчезают. Вместе с ними исчезает и розовое свечение с двери.

– Нет! Куда же вы! Они убьют меня-а-а-а!!! – завопил управляющий из своего угла, куда спрятался в постыдном страхе.

Понимая, что всё закончилось, и я вижу две живые тени прямо перед собой, меня посетило такое облегчение, что я не удержалась на ногах и плюхнулась на пол.

Тут же Нейт крикнул:

– Даня! – И подбежал ко мне.

Зрение потихоньку нормализовалось. Я взглянула на обеспокоенного парня. Почувствовала, как он ощупывает моё лицо на предмет неизлечимых ран. И вдруг рассмеялась.

– Мы их сделали! Нейт! Мы сделали их!!!

– Да. – Парень улыбнулся в ответ и повернулся к незнакомке, которая в данный момент открывала и закрывала дверь, проверяя её на наличие заклинаний. – Спасибо, – сказал он с благодарностью. – Спасибо, что спасли нам жизнь.

– Уже во второй раз, – добавила я.

– Да-да, это всё, конечно, очень мило. Но может хватит уже обжиматься? Вставайте, вас ждет ваш друг.

Мы с Нейтом переглянулись. Парень кивнул и помог мне подняться.

Идти по тёмному коридору было жутковато. То и дело казалось, что вот-вот, и демоны решат отомстить, перебив нас всех разом.

Но до противоположного окна мы дошли спокойно.

– Ты не говорил, что в стрелах было серебро, – прошептала я, обращаясь к Нейту.

– Его там не было.

– Как это? Ты блефовал?

– Просто вспомнил фокус с чесоткой. – И на мой недоумённый взгляд пояснил: – Когда начинаешь говорить, что у тебя что-то чешется, оно сразу начинает чесаться и у другого. Самовнушение. Или как там это называется.

Я оглядела парня с ног до головы. Вроде смертельных ран не наблюдалась. Лицо в порядке. Идти тоже может. Неужели нам обошлось всё настолько легко? В это было трудно поверить.

– А почему ты сказала, что эта девушка спасла нам жизнь уже во второй раз? – нахмурился Нейт.

– Когда после соревнований на нас напал демон, она его убила. И ушла.

– Опережая ваши вопросы, – подала голос незнакомка. Она шла впереди и поэтому мы могли лицезреть лишь её спину. – Да, у меня заколдованный нож, который убивает демонов. И нет, не одолжу.

В этот момент мы подошли к окну и выглянули наружу. Гервик уже стоял внизу, держа лошадей на поводу.

– Фух, вы живы! Спускайтесь по водосточной трубе!

Нейт засунул голову обратно и серьёзно посмотрел на меня.

– Справишься? Можем попробовать выйти через первый этаж.

– Ты что, нет. Я в порядке. В конце концов, не зря же столько лазила по деревьям.

Парень кивнул и полез первым. Он спускался довольно медленно, словно что-то ему мешало. Но что именно, я так и не поняла, так как конечностями он работал чётко и слажено. Я спустилась быстрее него, хотя руки у меня тряслись от пережитого шока.

Свежий воздух подействовал, как мощный отрезвитель.

Сперва накатило дикое облегчение: мы ведь избежали смерти! Потом в памяти всплыл весь ужас пережитого: и заляпанный кровью демон-слюнявчик, и гадкая ухмылочка Велизара, и полные ненависти красные глаза, и демоны, пытающиеся извлечь Хранителя, и страх за Нейта…

Я втянула воздух, чувствуя, как встаёт ком в горле.

– Паническая атака? – хором спросили парни.

Незнакомка красноречиво подняла бровь.

Я спешно покачал головой, и обратилась к новой спутнице:

– Хочешь остаться с нами? Хотя бы на чай. Мы ведь тебе должны.

Незнакомка пожала плечами, выказывая полное безразличие и к чаю и к благодарностям. Но так как открыто она не отказалась, я тут же ухватилась за эту ниточку:

– Раз из города бежать не придётся, думаю, можно вернуться в прежний трактир. Парни, проводите её до нашего номера.

– А ты? – нахмурился Нейт.

– А я подышу свежим воздухом, – тихо ответила.

– Прости, Дань, но нет. Вдруг демоны вернутся.

– Не вернутся, – уверенно сказала незнакомка, словно это само собой разумелось.

– Уверена?

– Естественно.

– Я в безопасности. И пойду недалеко, – мой голос стал умоляющим. – Мне нужно пройтись. Пожалуйста.

Нейт посмотрел на меня немигающим взглядом, а потом кивнул.

– Далеко не уходи, ладно? И если что, сразу беги к нам.

Я кивнула. Вложила невидимый арбалет парню в руки. Свою лошадь оставила для нашей спасительницы, а сама пошла пешком. Не хотелось смотреть, какими взглядами парни будут меня провожать, поэтому в калитку пролезла самая первая и как можно скорее, пока кто-нибудь не убедил остаться.

А как только оказалась на улице, со всей скорости побежала к самому её концу, чтобы быстрее скрыться за углом. И только когда убедилась, что строить спокойное лицо больше не перед кем, устало прикоснулась головой к холодному камню какой-то стены.

Это была не паническая атака. Это была просто какая-то опустошённость. Так иногда бывает, когда таскаешь какую-нибудь тяжесть, и как только освобождаешься от ноши, наступает облегчение, но вместе с тем мышцы гудят от напряжения.

Моей мышцей стало всё тело.

Ужас накрыл с головой.

О чём я думала, когда так спокойно бросалась на демонов?! Зачем мы вообще туда сунулись?! А если бы меня убили, кто бы спас моих родителей?! А Нейт?! Что они могли сделать с ним?! Я бы никогда себе этого не простила!

Велизар устроит на меня охоту. Он сказал, что будет искать меня. И найдёт. Ему нужен мой Хранитель. Надо было сидеть и не дергаться! Зачем я предложила этот тупой план?!

Сердце сжалось в предчувствии беды. Что мы наделали? Теперь все демоны знают о нас. Мы идём за договором, и они будут нас ждать.

Не в силах стоять на месте, я двинулась вперёд по улице.

Снова всё из-за меня. Я снова всех подставила. Из-за моего глупого плана теперь мы все находимся под угрозой. И если раньше меня преследовала мысль достать договор любой ценой, то теперь я поняла, как легко было раньше, хотя всё и казалось таким сложным. Но тогда Велизар видел в нас обманутых детей, которые обиделись на плохого дядю, и пытаются приготовить ему месть. А теперь он видит в нас угрозу.

Бороться было бы намного легче, если бы на нашей стороне был тот самый пресловутый эффект неожиданности. Надо было провернуть всё по-тихому! Но кто ж знал…

В любом случае, время вспять не повернуть.

Похоже, придётся набираться смелости. И начинать думать головой.

Прежнюю опустошённость плавно начала сменять решимость. Мы ведь добыли информацию о хранилище договоров? Да. Теперь нужно будет туда пробраться, да так, чтобы на этот раз всё получилось правильно, без необратимых последствий.

Идти и думать было очень приятно.

Морозная свежесть остужала кипящий мозг, позволяя трезвости взять вверх. Ужас от пережитого постепенно отступал. Я уже могла вдохнуть полной грудью, без всяких застрявших комков в горле.

Неожиданно заметила, что добрела прямиком до библиотеки.

Надо же.

Решив, что это знак Свыше, подумала, что неплохо было бы поискать информацию о Хранителях. Если они так нужны демонам, значит, в них что-то есть. Осталось понять – что.

На этот раз в здании не было холоднее, чем на улице. Прямо напротив приёмной, в огромной стене горел камин. Огонь обволакивал своим теплом каждый находящийся тут предмет. Отметившись у пожилого мужчины, который словно бы меня и не заметил, пошла в нужном направлении.

Это было так странно.

Вот этот старик приходит сюда каждый день и постоянно выполняет одну и ту же работу. И сегодня он как обычно сидел тут, на стуле, возможно, попивал чашечку чая и читал утреннюю газету. Ему и невдомёк, что компанию молодых людей сегодня чуть не убили демоны. Он даже не представляет себе, какие чувства можно переживать кроме старческого безразличия. Своей отрешённостью он словно заполнил всю библиотеку, и попав в эту обитель зданий, я погрузилась в совершенно другую атмосферу.

Древнюю. Таинственную. Пустую.

Здесь никто никогда не испытывал панику. Здесь можно было только читать и насыщаться знаниями. Вряд ли эти стены хоть когда-нибудь видели жестокость, кровь, убийства. Тут было спокойно, и это спокойствие пропитывало каждый корешок книги, каждую полочку, каждый выступ на стене.

И мне вдруг стало так хорошо. Безразлично на собственные чувства.

Спокойно.

Ещё даже не дойдя до нужного стеллажа, я увидела надпись «королевские хроники», и почему-то, не задумываясь, свернула именно туда. Там были мои мама с папой. Там была вся наша история.

В этой части библиотеки не было стеллажей, только столы, на которых в специальных подставках стояли великие реликвии. Книги. Многотомники. В них была описана вся история всех Семи Королевств.

За этими книгами следили и ухаживали. Тут не было и намёка на пыль.

Я взяла в руки современную историю, погружаясь в воспоминания. Составители обязательно требуют портреты королевских семей. Я даже помню, как к нам приезжал специальный художник с невероятным количеством бумаги и красок. В особенности красок. Каких только цветов там не было. А ещё помню, как вся королевская семья, и вместе с ней все дворцовые слуги искали маленькую глупую принцессу, которая очень не хотела, чтобы её рисовали.

Мне было десять.

У меня были две очаровательные косички и целый ворох веснушек по всему лицу. Наверное, за моё безбашенное поведение, уже тогда родители тихо возненавидели меня.

Перелистнув страницу, увидела тот самый портрет. На нём была моя улыбающаяся физиономия, хмурое лицо папы и уставшее мамы, хотя художник попытался нарисовать их как можно более официально. Наверное, не зная истории, по ним и не скажешь, как они ненавидят свою дочь.

На странице королевской семьи Второго Королевства был изображен Иман МакФроггат вместе с Викторией. Её мать умерла при родах, так что в чём-то я ей даже сочувствовала. Зато их семья, хоть и была маленькой, но сплочённой.

У семьи Третьего Королевства тоже не обошлось без несчастий. На портрете были изображены король с королевой и четыре озорных мальчика. Король – довольно упитанный, но высокий, и уже немолодой мужчина. Мать – как это и подобает королеве, статная женщина, с длинными тёмными локонами. Портрет рисовали восемь лет назад, и поэтому правду он скрывал очень хорошо. Сейчас у этой женщины не осталось ни одного темного волоска. Она седая. Полностью.

Мальчишки были озорными, улыбающимися. Совсем на себя не похожими. Сейчас самому старшему уже было двадцать четыре. Когда я виделась с ним в последний раз, то чуть со страху не упала. Он был одним из лучших воинов во всех Королевствах, и внушал ужас своими габаритами. Другие от него в принципе не отставали. А на этом портрете – такие мелкие, еще тощие и жизни не повидавшие.

И младший, ему сейчас могло быть…

Я нахмурилась. Удивлённо пригляделась к лицу младшего принца. Недоумённо сдвинула брови, чувствуя, как бешено начинает биться сердце. Чтобы убедиться, что это не мираж, и моё воображение не пытается сыграть со мной злую шутку, кинулась к другим книгам, в поисках портрета семьи Третьего Королевства.

Младшего сына рисовали ещё один раз, когда тому было двенадцать лет. Он выиграл серебряный кубок на боевых соревнованиях. Второе место. Все его братья всегда выигрывали золото, и тут вдруг – второе место. Но это тоже занесли в историю, хотя обычно рисовали лишь портреты победителей.

Оглянувшись, чтобы убедиться, что никто на меня не смотрит, я решительно вырвала портрет из книжки. Чувствуя себя осквернителем истории, кинулась к выходу.

Надеюсь, меня не посадят в тюрьму за воровство.

Мимо старичка из приёмной пронеслась с такой скоростью, что мигом разрушила всё очарование его безмятежного уединения.

По улице я бежала так быстро, как только позволяли мельтешащие прохожие. В итоге вспотела и запыхалась до такой степени, что когда добежала до трактира, судорожно вцепилась в перила на крыльце и минуту просто переводила дух.

Затем решительно вскочила по ступенькам и влетела внутрь. На бегу поздоровавшись с хозяином, побежала по лестнице на второй этаж, отчаянно громко стуча сапогами по полу.

Но стоило мне распахнуть дверь в нашу комнату, а как я удивлённо замерла на пороге.

– Что здесь происходит?! – выдавила, с трудом сглатывая слюну.

– Привет, – поздоровался Нейт, – уже нагулялась?

Он стоял прямо напротив двери. Я ошарашено посмотрела на него, потом на Гервика, который сидел на кровати, поджав ноги. Затем перевела такой же взгляд на причину моего удивления.

Наша спасительница сидела на стуле. Связанная. С кляпом во рту.

– Что тут происходит?! – грозно повторила свой вопрос я.

– Это она следила за нами в лесу. Демонический запах смешанный с каким-то духами, имитирующими человеческий аромат.

– Она – демон? – Не в силах принять столько новостей за один раз, я покачнулась.

– Да. И она выслеживала нас.

Я посмотрела на светловолосую девушку. Лицо у неё выражало мировую безмятежность. Похоже, такое положение дел мало её волновало.

– Она нас спасла, – выдавила я. – Это как минимум обязывает нас освободить её.

– Что?! – опешил Нейт.

– То! Если бы она хотела нас убить, давно бы уже это сделала.

Незнакомка взирала на нас с явным безразличием, но во взгляде промелькнуло любопытство. На моё утверждение она согласно кивнула.

– Дань, она – демон!

– Вот пусть и объяснит, как так получилось!

– Как она стала демоном?!

– Почему она решила нас спасти!

– Даня! – раздраженно буркнул Нейт. – Пусть говорит связанной.

Я злобно насупилась и решительно подошла к девушке. Но стоило мне взглянуть на её связанные руки, как на моих губах заиграла каверзная усмешка.

– Похоже, освобождать её нет необходимости. Она уже сделала это сама.

После того, как эту тайну раскрыли, девушка ленивым движением продемонстрировала всем две свободные руки.

Нейт был ошарашен. Я выпрямилась и в упор посмотрела на парня.

– Прежде, чем разоблачать кого-то, лучше поведай нам о своей тайне, – мне хотелось сказать это спокойным тоном, но получилось почему-то зло.

– Что?

– Я знаю, кто ты. – И демонстративно показала вырванный портрет. – Ты – пропавший сын Третьего Королевства.

Глава 13.

О нём не говорили.

Когда во дворце Третьего Королевства проводили очередной приём, о нём старались не упоминать. Стоило теме неожиданно свернуть не туда, и все присутствующие тут же отводили взгляд.

Королева так ни разу и не сняла чёрный браслет – символ пожизненного траура, который, наверное, уже прирос к её руке.

Ему не устраивали похороны.

Ему не выкапывали могилу, чтобы хоть куда-то приносить цветы, в знак памяти.

Официально он был жив.

Но все понимали, что домой мальчик уже не вернётся…

…это произошло шесть лет назад.

Он просто пропал. Вышел погулять и не вернулся. Слуги видели, как он выходил в королевский сад. Остальные три брата даже не знали об этом. Родители в тот момент были в отъезде. Когда они вернулись, весь дворец бил тревогу. Прошло четыре дня, а мальчик так и не вернулся.

Его никто не видел. О нём никто не слышал.

Он просто пропал.

Третье Королевство специализировалось на добыче древесины. Чтобы прочесать густые леса понадобилось около сотни самых лучших лесничих. Каждый из них держал на поводке минимум две гончих, которые обошли лес вдоль и поперёк. Им на помощь вышли добровольцы из простого люда.

Несмотря на непрекращающиеся поиски, король с королевой не сомневались, что мальчика похитили. На протяжении месяца они ждали объявления о выкупе. Но чем больше проходило времени, тем яснее становилось, что это не похищение.

Мальчик просто пропал.

Мой отец был уверен, что в этом замешаны демоны. В знак помощи он собрал команду из лучших бойцов. В тот год был проведён самый масштабный рейд на демонов. Он длился около двух месяцев, в течение которых моя мама не могла спокойно спать из-за того, что боялась за своего мужа и сопереживала королеве Третьего Королевства. Потерять ребенка и не знать, что с ним случилось – что может быть хуже?

Мне выделили новые покои, более надежные. Мама так волновалась за меня, что начала следить буквально за каждым моим движением. Она очень боялась.

Отец вернулся полностью измотанным.

Его отряд так никого и не нашёл.

Мальчик просто пропал.

За это время королева Третьего Королевства потеряла последние тёмные пряди. Когда мы приехали к ним на приём, её было просто не узнать. Она как будто постарела лет на десять, из статной женщины превратившись в безутешную, убитую героем мать.

На протяжении года велись поиски пропавшего принца.

А дальше надежда как-то стала плавно растворяться в медленно плывущем времени. И хотя были предложения провести похороны, король с королевой наотрез отказались признавать сына мертвым.

«Он вернётся! Он не бросит свою мать!», – эти слова королевы навсегда врезались мне в память.

У него было три брата. Они практически никогда не расставались друг с другом. Они всегда тренировались вместе, вместе посещали приёмы и участвовали в соревнованиях.

У него была любящая мать. Наверное, иногда она очень уставала от четырёх мальчишек, которым некуда было выплеснуть свою нескончаемую энергию. Но она очень его любила. Любила их всех.

У него был строгий, но заботливый отец.

Он никогда не чувствовал потребность в чём-то. У него всегда было всё, что душа пожелает.

Тем не менее, он пропал. Просто исчез, словно растворившись в воздухе.

В Третье Королевство есть четыре въезда. Теперь на каждом из них всегда горит по одному большому, яркому фонарю. Их установили специально. Они не потухнут до тех пор, пока младший принц не вернётся.

Фонари служили напоминанием сыну, что семья ждёт его.

Ждёт, несмотря ни на что.

– Так это правда? – выдавила я, в упор глядя на Нейта.

Парень стоял неподвижно. Некоторое время он просто смотрел на свой портрет, который я продолжала держать в руке, потом перевёл взгляд на меня. Его зелёные глаза смотрели с искренним сожалением, а может, виной. Рука с колом, теперь уже видимым, безвольно опустилась. Вторая рука судорожно провела пятёрней по тёмным волосам.

– Почему ты ничего не говорил? – Я первая нарушила повисшую тишину.

– Не знал, как сказать, – выдавил Нейт немного сипло.

Это всё-таки правда. Он действительно тот самый младший принц, по которому скорбели все Семь Королевств.

Нашёлся. Спустя шесть лет безутешных метаний, жалких попыток выстроить логическую цепочку событий и найти объяснение пропаже ни в чём не нуждающегося сына. Вот же он – прямо передо мной. Мальчик жив.

Я покачнулась. Нейт смотрел на меня с едва заметным отчаянием, видимо ожидая хоть какой-нибудь реакции.

Но я не знала, как реагировать. Плакать? Смеяться? Беситься?

Воспоминания о том, каким тяжёлым был тот год, когда у королевы Третьего Королевства пропал сын, как тяжело пришлось не только королевской семье, но и моей – в особенности маме, легли поверх того стресса, что мы пережили буквально полчаса назад. Для меня это было слишком. К такому я просто была не готова.

Нападения демонов, которые нас чуть не убили.

Появление странной девушки, которая, оказывается, следила за нами.

Раскрытие настоящей личности Нейта.

Ещё и поцелуй…

Я почувствовала, как меня сносит лавиной самых разных чувств, перемешавшихся в кашу, но оттого не менее сильных и эмоционально выжимающих. Сперва захотелось радостно рассмеяться, ведь тайна, наконец, раскрыта. Нейт пошёл на сделку с демоном. Теперь, зная правду, его мать сможет выдохнуть с облегчением. Не зря она верила. Не зря надеялась. Сын её не бросил.

Но потом радость резко сменилась обидой.

Мы вместе совсем немного времени, но мне почему-то казалось, что после пережитого уже можно довериться друг другу. Мы с Гервиком вывернули души наизнанку, а Нейт промолчал. Словно мы не заслуживали знать правду.

И именно эта обида стала главенствующей в том ворохе эмоций, что бушевал внутри.

– Почему ты ничего не сказал? – тихо выдавила я, поднимая на парня взгляд полный искренней обиды.

Нейт поджал губы. Он чувствовал вину – это было видно по его глазам. Но одного этого мне было недостаточно, я хотела знать причину.

– Ты вроде разговариваешь с нами. Шутишь вместе со мной. Но на деле как будто всегда молчишь, – слова полились сами собой. И я вроде понимала, что говорить этого не стоит, но остановиться уже не смогла. – Принимаешь решения, руководствуясь только своими желаниями. Никогда с нами ничего не обговариваешь. Может, ты действуешь из лучших побуждений, но ведь в итоге ты просто не считаешься ни с чьим мнением. То есть, по-твоему, мы правды не заслужили? Мне можно было рассказывать о своём прошлом, а тебе нет? Почему ты молчал? Почему?!

– Дань…

– Хотя стой! – Я резко взмахнула руками. – Мне всё равно, ясно? Это твои проблемы, решай их, как хочешь. Лучше скажи, что было написано в папке. Где хранилище договоров?

– Дань…

– Договоры. Где они? – сухо переспросила я.

Нейт покосился на незнакомку, которая в свою очередь наблюдала за нами с крайним интересом.

– В Преисподние, – всё-таки ответил он.

– И как туда попасть?

– Я не знаю.

– При помощи прямого телепорта, – любезно подсказала демоница.

Нейт, я и даже Гервик разом посмотрели на светловолосую девушку.

– Правда, маг у вас не то что бы очень талантливый, так что вряд ли с этим справится. Я бы могла вас перенести туда, но у каждого демона, увы, есть свой «след», так что нас обнаружат ещё до того, как мы там окажется.

– Ты знала, где находятся договоры? – опешила я. Даже несмотря на то, что это я, собственнолично, выступила в её защиту, доверия эта наглая блондинка всё равно не вызывала. Единственное, что до сих пор вызывало сомнения: стала бы она спасать нам жизни, если бы хотела убить?

– Я что, похожа на Демона Перекрестка? – Девушка надменно изогнула бровь.

Отвечать на эту колкость я не стала. Просто не видела необходимости.

– Ладно, – обратилась к Нейту с Гервиком. – Разбирайтесь с ней сами. Постарайтесь выяснить, что ей от нас нужно.

Услышав эти слова, блондинка надменно хмыкнула.

– А ты? – нахмурился Нейт.

– А я? Пойду приводить в исполнение свой план. Но какой план – не скажу, потому что у нас появился новый стиль общения. Мы вечно что-то недоговариваем.

С этими словами развернулась и зло хлопнула дверью, предварительно скомкав и выбросив уже никому не нужный портрет.

* * *

Нейт стоял неподвижно ещё несколько секунд, а затем резко сорвался с места, на ходу грозно крикнув Гервику:

– Следи за ней!

Хлопнула дверь, после чего в комнате воцарилась неестественная тишина. Первым её решил нарушить Гервик, смущённо пробормотав:

– Раньше они себя так не вели.

– Они поцеловались, – любезно подсказала Лин.

Брови парня взметнулись вверх, выдавая удивление.

– Правда? Откуда ты знаешь?

– Видела, – лаконично отозвалась блондинка, переводя взгляд на настенные часы. Наблюдая за секундной стрелкой, девушка довольно язвительно продолжила: – Сейчас начнется фееричное представление «ах, он такой душка, но ведь он мне врал, что же мне теперь делать?».

– На самом деле, всё к этому шло, – простодушно сказал Гервик.

– На самом деле, мне плевать.

Герви смолк. Демоница не сводила взгляда с часов, словно чего-то ждала. Молчание длилось долго, в конечном итоге превратившись из неловкого в привычное. Гервик тяжело вздохнул и залез на кровать с ногами, готовясь ждать возвращения друзей. Но неожиданно Лин потянулась на стуле, разминая мышцы (вряд ли они затекли, скорее чисто для вида), и встала, направляясь к двери.

– Ты куда? – опешил Гервик, мигом вскочив с кровати.

– Смеёшься что ли? Неужели ты серьезно хотел ждать тут и пропустить весь спектакль?

Девушка насмешливо хмыкнула, открыла дверь и вышла.

Гервик спешно натянул ботинки и побежал за демоницей. Нагнал её только на выходе из трактира.

– Стой! – приглушённо крикнул парень, чтобы его слова не услышали посторонние. – А Нейту я что скажу? Он же попросил следить за тобой!

– Вот ты и следишь. Скажешь ему, что ты слабак и не смог меня остановить. Смотри-ка, даже врать не придётся.

Гервик поджал губы, но отвечать не стал. Смысл? Всё равно она найдёт, как унизить. Так что парень просто вышел на улицу вслед за демоницей.

Лин шла впереди с гордо поднятой головой. Походка уверенная, словно девушка точно знала, куда идти. Взгляд чуть острый, направлен в одну точку. Лин не смотрела ни по сторонам, ни на Гервика, который шёл чуть поодаль. Казалось, её вообще ничего не волновало. В чёрной кожаной одежде она больше напоминала тень. Опасную тень, холодную и безэмоциональную.

Настоящий демон.

– Почему именно ты? – Гервик просто не мог не спросить, хотя и очень пытался сдержаться.

– Что, боишься меня?

– Честно говоря – да.

– Правильно. Бойся.

Этим Лин и ограничилась.

Но Гервик отступать не собирался.

– Отец обещал, что пошлёт телохранителя или наёмника. А ты… демон.

– Тебя что-то не устраивает?

– То, что ты – демон.

Лин вдруг резко обернулась и посмотрела на парня злым взглядом.

– Я устроила тебе алиби азартного игрока. Спасла вас от Стихийника. Я нашла тебе Демона-Слюнявчика и снова вас всех спасла! Ну давай, расскажи мне, как глупо было посылать демона прикрывать ваши задницы.

– Ты просчиталась! Нейт понял, что ты следила за нами!

– Надо было предупреждать, что у него сохранились животные инстинкты, – огрызнулась девушка.

– Если бы ты не была демоном, не пришлось бы врать вообще. Как ты теперь собираешься объяснять им всё?

– Ой, что это? – Лин остановилась и с восхищением повернулась к Гервику. В её взгляде бурлила дикая ярость. – Ты будешь рассказывать мне о проколах?! Уже пошла вторая неделя, а договор так и не нашли!

– Мы узнали его местонахождение.

– Если бы не я, вы бы не узнали вообще ничего. Ты что, думаешь так много демонов, у которых есть подноготная на Вела? Да если бы не я, вы бы сдохли уже давным-давно.

Лин была в ярости. Буравя парня ненавистным взглядом, она вдруг схватила Гервика за грудки и прижала его к ближайшей стене.

– Ты что, думаешь мне так нравится с вами нянчиться? Купола на Первом Королевстве вообще не должно было быть! С этим договором вы всё испортили!

– У отца… не было… выбора… – прохрипел Герви. Девушка больно вдавила ему кулак в шею.

– Да мне плевать! Из-за вас я должна торчать тут и спасать троих детей-идиотов! У твоей подружки Дани в голове зияющая дыра. Я вообще не понимаю, зачем надо было подговаривать её на сделку! И так понятно, что она согласилась бы.

– Не говори так о ней, – тихо выдавил Гервик.

– Что, уже успел привязаться к этой курице? – язвительно спросила Лин, но парня всё же отпустила. Люди начинали странно на них коситься.

Почувствовав свободу, Герви облегчённо выдохнул и потёр руками шею, буркнув себе под нос:

– В неудачнике она хотя бы видит человека.

С этими словами парень на негнущихся ногах обошёл усмехнувшуюся демоницу, и побрёл по улице. У него на ребят было настроено поисковое заклинание. Он тоже знал, куда идти.

* * *

Я шла быстро, иногда злобно пиная попадающиеся под ноги камни.

На этот раз на улице не было леденящего ветра, но даже если бы и был, я бы его не почувствовала. От невыносимой бури, творившейся внутри, хотелось рвать и метать. Я не чувствовала холода, вместо него только жар и горящие от злости щёки.

Он ведь обещал! Обещал, что всё расскажет. И что в итоге? Всё это время ходил с нами, разговаривал, а про себя усмехался? «Да это же та глупая девчонка, что что-то наворотила в моём королевстве (а такой эпизод в моей биографии определённо был), а теперь вот пожинает плоды своих выходок. Так ей и надо!».

Получается, мы ведь с ним были знакомы уже давно.

А я даже не вспомнила его.

И как мне теперь с ним общаться? Делать вид, что ничего не произошло? В желании найти свой договор ему не откажешь. Мотив у него неоспоримый. А мне как? Сделать вид, что его скрытность совсем не ранит?

Ещё и поцелуй этот глупый…

– Даня! – послышался до боли знакомый голос.

Я тут же дёрнулась к ближайшей лавке, в надежде скрыться среди вороха покупателей, но с размаху врезалась в какого-то пробегающего мимо человека. Получила в свой адрес массу звучных эпитетов, и, потирая лоб, приготовилась ждать неизбежного. Даже успела придумать патетичную речь под названием: «Нейт, ты ничего не должен мне объяснять!».

Но когда парень приблизился ко мне вплотную, не смогла не вздрогнуть.

Подготовиться к такому невозможно.

Он схватил меня под руку и повёл вдоль улицы. Мне казалось, что сейчас мы остановимся, и он начнёт что-то говорить, но парень упорно вёл меня к концу улицы. Мы свернули, и к моему удивлению оказались на набережной. Нейт дотащил меня до моста, и только тут я поняла, зачем. Народу тут было значительно меньше. Можно поговорить спокойно.

– Нейт, слушай, ты совершенно не обязан мне… – начала я свою заготовленную речь, но парень резко меня перебил всего лишь одним словом:

– Прости.

Я обречённо прикрыла глаза, понимая, что ранее мельтешащие в голове слова, теперь разлетелись по ней кто куда, и собрать их в связанную речь уже невозможно.

– Тебе не за что извиняться, – выдавила тихо.

– Нет, постой. Послушай. Я…я не знал, как рассказать о себе.

Мне хотелось буркнуть «словами», но я промолчала, уставившись в каменную мостовую. Поднимать взгляд было страшно.

– Помнишь, я сказал, что сделка с демоном должна была сделать меня сильнее? Это чистая правда. Двенадцатилетний пацан связался с демонами, чтобы не отставать от своих братьев. И я… говорить об этом спустя шесть лет очень тяжело.

– Но я ведь о себе рассказала, хотя мой поступок был не умнее.

– Дань, со времени твоей сделки и двух недель не прошло. А мне дали на раздумье шесть лет. Последствия твоего поступка только набирают обороты, а я каждый день видел убитую горем мать. И это… это убивает что-то внутри, понимаешь? Об том уже так просто не рассказать, потому что вина за свой поступок преследовала меня все шесть лет.

– Я знаю, что это такое, – тихо выдавила, всё так же не поднимая взгляда, – когда очень стыдно, и говорить об этом совсем не хочется. И я тебя не виню. Стараюсь не винить. Но… дело ведь не только в этом. Ты вообще ни о чем не говоришь. Невозможно понять, что творится у тебя в голове. То есть, помнишь, участвовать в соревнованиях ты решил сам. Пойти к Демону-слюнявчику в одиночку тоже решил сам. Купить арбалет, отдать его мне… даже не то чтобы не спросил, ты даже не предупредил об этом!

– Прости.

– Да тебе не передо мной извиняться надо. А… так же ведь нельзя. Нельзя всё в себе держать.

Я резко посмотрела на парня.

Нейт стоял неподвижно, руки засунуты в карманы брюк. Взгляд пристальный, и направлен прямо на меня.

– Прости, но… я так привык. – Парень пожал плечами.

И в этот момент до меня вдруг дошло, в чём я его обвиняю.

Не в том, что он обманул или унизил, или оскорбил. Не в чём-то, за что можно просто извиниться и больше никогда такого не повторять. Я обвиняю его в том, что он такой, какой есть.

Ведь с таким же успехом сам Нейт вполне оправданно может обвинить меня в том, что я слишком дикая и безрассудная для принцессы.

Это его характер. Он так жил долгие шесть лет, а может и дольше. Он привык делать всё сам.

– Ну, просто я имела ввиду, что нам с Гервиком можно доверять, – смущённо проговорила я, – мы не убьём тебя, если расскажешь правду. Обещаю.

– Буду знать, – хмыкнул парень.

Повисла пауза.

Вроде как со всем разобрались, извинились и простили друг друга. Что ещё сказать?

– Так значит, ты принц, – вздохнула я, переминаясь с пятки на носок.

– Ну… да.

Неожиданно вспомнила, что ещё один вопрос мы так и не обсудили. Очень-очень важный для меня. Но в лоб спросить было стыдно, так что я решила подбираться окопами.

– И молчал ты не потому, что втайне насмехался надо мной?

– Дань, что у тебя за мысли постоянно возникают? То я тебя ненавижу, то насмехаюсь над тобой. Скоро выяснится, что я тебя берегу, чтобы сдать демонам. А когда они заберут твоего Хранителя, то из мертвого тела я сделаю чучело и повешу его на стену.

Я смущённо кашлянула, не в силах сдержать улыбку.

– Просто… скачки в твоём поведении предугадать невозможно.

Поджала губы и подняла взгляд. С удивлением обнаружила, что Нейт смотрит на меня очень внимательно. Он всё понял. Понял, к чему я веду. Надо ли было так распинаться?

– Это вышло случайно. – Парень резко вытащил руки из карманов, затем снова сунул их обратно, словно не знал, куда деть.

– Что именно? – чисто для вида уточнила я.

И так всё было понятно.

– Поцелуй.

– Ясно.

– Я не хотел.

– Само собой.

– Мы же друзья.

– Ещё какие.

– И это всё испортило бы.

– Стало бы совсем плохо, – хмуро согласилась я.

– Хуже некуда, – кивнул Нейт.

– А мне ещё родителей спасать.

– Точно.

– Да и знакомы мы с тобой всего ничего.

– Какие уж тут могут быть поцелуи, – хмуро согласился Нейт.

– Да и ты оказался принцем.

Тут парень удивлённо покосился на меня.

– И что?

– Правила приличия запрещают нам находиться наедине без сопровождающего.

– Надо было Гервика позвать.

– Ну, тогда я ещё не знала, что ты принц.

– Незнание не освобождает от ответственности, – резонно заметил парень.

– Тогда тебе придётся на мне жениться.

– Но-но! Это был невинный поцелуй.

– Ну что ж, тогда разойдёмся с миром.

– Как друзья.

– Да. Как друзья.

Я поджала губы и улыбнулась через силу.

– Прости, если я тебя чем-то обидел, – вдруг сказал Нейт.

– Нет, ты что, всё нормально. – Я сглотнула.

– Уверена? Просто ты выглядишь немного… обиженной.

– Нет, я благодарна тебе. – Не знаю, были ли эти слова искренними, я и сама не понимала, почему чувствовала такое смятение. – За то, что не наседаешь. То есть мы наконец-то нашли Хранилище Договоров. Теперь можно сосредоточиться на этом. Мне нужно спасти свою семью, а тебе вернуться к своей. Не стоит всё усложнять.

Не знаю, о чём подумал Нейт. Он стоял и смотрел на меня таким странным взглядом, как будто пытался понять – это серьёзно или просто злая шутка?

И если раньше я ещё пыталась свести разговор в позитивное русло, то теперь стало совсем не смешно. Что мне ему сказать? Он ведь сам только что намекнул, что этот поцелуй для него ничего не значил. Это же ведь хорошо, правда? Я не хотела мы врали друг другу в глаза, что так долго ждали этого и… ведь это будет ложью.

Я сама не знала, что чувствую, и как это можно растолковать.

Нейт, кажется, находился в таком же смятении.

Парень неожиданно выдавил:

– Прости… раньше мне как-то не приходилось оказываться в таких ситуациях.

– Это взаимно.

Мне было безумно страшно и неловко это делать, но я всё-таки подошла к парню и взяла его за руку. А затем очень серьеёно сказала, глядя в глаза:

– Нам нужно найти договоры. Если этого не сделать, кто знает, на что пойдут демоны. И что они вообще задумали. Как только мы разберёмся со всем этим, тогда и поговорим. Так будет правильно.

– Точно, – кивнул Нейт. Моей руки он не отпустил. Наоборот, благодаря этому смог потянуть к спуску с моста. – Идём. Лучше вернуться, а то мало ли что та демоница может сделать с Гервиком.

Ой. Если Нейт здесь, значит, Герви там совсем один? Наедине с наглой девицей? Его нужно срочно спасать.

Первое время мы шли в молчании. Видимо, парня такое положение дел тяготило, и он заговорил первым:

– Признаюсь, мне сперва стало даже обидно, что ты меня не узнала.

Ну да. Лучше отдалиться от скользкой темы.

– Прости.

У меня было только одно оправдание – с детьми других королей я вообще практически не общалась.

– А я тебя запомнил.

– Звучит угрожающе.

– Совсем-совсем не помнишь момент нашего тесного знакомства?

– Нет, – сокрушенно покачала головой.

То есть то, что мы с ним были знакомы – очевидно. Но вот как?

– Был чей-то день рождения. Мне тогда было лет девять или десять. Мы с тобой танцевали вальс, в течение которого ты мне все ноги отдавила.

Так как вальсов с принцами на моей совести было совсем немного, то этот момент плавно начал всплывать в памяти.

– Ты меня тогда из-за колоны вытащил?

– Не вытащил, а пригласил на танец.

– А, ну тогда всё ясно. Ты мне сразу не понравился.

– Почему это?

– Я там от мамы пряталась! А из-за этого танца она меня заметила! – Говорить шутливым тоном было тяжело, но я очень старалась.

Нейт рассмеялся. Кажется, искренне.

– А знаешь, я ведь тогда тоже прятался. От Виктории.

– Серьёзно? – не поверила я.

– Она была старше меня, и я её боялся, – смущённо признался парень.

– Ты что, смеёшься надо мной? Кто боится Виктории?

– Честно тебе говорю, она меня пугала! Отец намекнул, что мне следует пригласить её на танец, но один взгляд на это надменное лицо заставил меня поискать себе другую партнершу. А потом я увидел, как ты стоишь одна у колонны и скучаешь. Я же не знал, что ты пряталась!

Я неловко улыбнулась. Вновь повисла пауза, в течение которой мне совершенно нечего было сказать. Наверное, стоило отшутиться, но я вдруг выдавила, как-то неловко и обречённо:

– Это был мой первый вальс с принцем.

Нейт удивлённо покосился на меня.

– Правда?

– Угу.

И вновь неловкая пауза. Что ж за разговоры у нас такие стали…

Я почувствовала, как щёки краснеют от смущения. Мне казалось, что парень рассмеётся или тоже скажет что-нибудь нелепое, но он удивил.

– Знаешь, прозвучит немного странно, но чертовски приятно быть первым.

Я повернула голову и посмотрела на его сосредоточенное лицо.

Взгляд устремлён прямо, спина чуть сгорбленна, походка ровная, дыхание привычное… парень выглядел совершенно обычно.

И только мою руку он стал сжимать чуть крепче.

Я уже открыла было рот, чтобы ответить, но тут вдруг мы почти нос к носу столкнулись с Гервиком и… демоницей?!

Глава 14.

– Простите, она вылетела за вами, как фурия, я не смог её остановить! – тут же начал оправдываться Герви, словно мы собирались его убить.

– Она тебе ничего не сделала? – спросил Нейт, буквально выжигая на демонице дырку своим холодным взглядом.

– Я здесь, чтобы вам помочь, – сквозь зубы прошипела блондинка и язвительно добавила: – Если б мне надо было его убить, он бы сюда не дошёл, уж поверьте.

– С чего бы? – Я изогнула бровь.

– Малютка, я могу превратить вас всех в пепел одним щелчком пальца! – ядовито проговорила девушка.

– Эм, я имела ввиду, с чего бы ты решила нам помочь? – смущёно исправилась я.

– Захотелось.

Мы с Нейтом переглянулись.

– Захотелось? – насмешливо переспросил парень. – Поздравляю, а нам не захотелось принимать твою помощь.

Моя рука всё ещё покоилась в крепкой мужской ладони. Это позволило Нейту потянуть меня вниз, вдоль по набережной, обойдя блондинку. По пути я схватила Гервика, и мы колонной потопали до нормальной улицы.

Демоница появилась неожиданно.

Стоило нам ступить на более менее широкую дорогу, тянущуюся вдоль домов и торговых лавок, как прямо перед нами посыпался пепел. Он был похож на чёрный дождь, взявшийся из ниоткуда и плавно оседающий на камнях. Постепенно из маленьких чёрных песчинок медленно стала сформировываться человеческая фигура.

Под ногами демоницы осталась довольно объёмная горстка пепла.

Переступив через неё, словно ничего не заметив, девушка встала прямо перед нами и сухим голосом сказала:

– Мне не нравится то, что сейчас происходит. Принцесса, ты хоть представляешь, какую силу даруют извлечённые Хранители? Колоссальную. Один Хранитель может даровать силу четырёх стихий. Если знать, как его использовать, конечно. И, поверь, тот, кто стоит за всем этим, знает. И твой Хранитель – не единственный, которого пытаются украсть. Принц Пятого Королевства уже остался без своего Хранителя. Проигрался в карты. Король и королева Шестого пошли на добровольное извлечение, чтобы снять проклятье с сына, которое наложила на него его чокнутая бабка. Всё это держалось в строжайшем секрете, естественно. Вас двоих должны были лишить Хранителей при помощи сделок. Но, насколько я поняла, вы оба не согласились на этот маленький пунктик. А потом вокруг тебя, – она кивнула в сторону Нейта, – поднялось слишком много шума. Охотники прочесывали каждый дюйм в лесу, и демоны испугались. А потом ты пропал сам. С тобой, – кивок достался мне, – было намного проще. Парень, обратившись в волка, потерял человеческую ауру, и найти его было практически невозможно. А тебя вычислили в два счета. Поэтому на вас и напали. Демонам нужно не просто убить, им нужны ваши Хранители.

– Но зачем? – Я сглотнула.

– Если бы я знала, не распиналась бы тут перед вами! Слухи ходят и среди демонов. Говорят, сила Хранителей позволяет нами управлять. И скорее всего – Хранители нужны не демонам, а человеку. Надеюсь, вы понимаете, насколько сильно я хочу прибить гада? То, что над твоим Королевством воздвигли купол, – и снова кивок в мою сторону, – говорит о том, что это не просто коллекционирование Хранителей. Кто-то пошёл по головам. Кому-то очень мешало Первое Королевство. И если ты в течение нескольких дней не разорвёшь сделку, его уничтожат, поверь мне.

– Ч-что? – ошарашено выдавила я. – Почему в течение нескольких…

– Потому что. По истечении двух недель, сделку расторгнуть уже невозможно.

– Но… они не могут! В договоре ни слова не было про Королевства!

– Даня, откуда взялась твоя наивная душа? – иронично спросила демоница. – Я понятия не имею, что было в твоём договоре, но скажи, разве ты соглашалась на окаменевших родителей?

– Н-нет, – тихо ответила я.

– Договор – это не только исполнение желания. Это разрешение на магию. Когда пройдут эти две недели, ты уже ничего не сможешь сделать. И демоны получат безграничную власть над Первым Королевством, потому что ты им разрешила.

– Я ничего им не разрешала!

– Еще раз повторяю. Исполнение желания – это лишь прикрытие. Ты поставила свою подпись, и это позволяет им применять магию на всё, чего касался договор.

– Но в договоре не было разрешения колдовать в моём королевстве!

– О Пресвятые Покровители. – Блондинка раздражённо втянула воздух. – Что ты пожелала у демона?

Я замешкалась на секунду, а затем стыдливо выдавила:

– Чтобы мама перестала считать меня ребёнком.

– Твоя мать живёт в Первом Королевстве?

– Да.

– Значит, слова вроде «подействует на такую-то женщину, проживающую в Первом Королевстве» априори позволяют демонам хозяйствовать в твоём королевстве.

– И чего они тогда ждут? – севшим голосом выдавила я.

– Истечения того срока, когда ещё можно всё исправить. Мы всегда оставляем себе пути к отступлению. Согласись, будет не очень приятно тратить силы на то, чтобы отменять магию. Если всё пойдёт не так.

Демоница скептически изогнула бровь. И хотя она фактически оправдывалась перед нами, пытаясь завоевать наше доверие, выглядело всё так, словно это мы ползаем перед ней на коленях и слёзно умоляем взять нас с собой.

– Получается, – настороженно сказал Нейт, – что и в моём договоре было нечто подобное?

– Парень, я понятия не имею, что было в твоём договоре.

– Но если они имеют такие очаги влияния, почему до сих пор не начали действовать?

– Начали. И действуют прямо сейчас. Слушай, твой договор заключали шесть лет назад. Возможно, у них не было в планах разрушать твоё Королевство. Возможно, они просто не смогли использовать его в своих целях. Я не знаю! Одно могу точно: шесть лет назад демоны были тише воды, ниже травы, а сейчас обосновались среди людей и совершенно не опасаются за свою жизнь.

– Мой отец возглавлял Гильдию Охотников, – неожиданно озарило меня, – а теперь он превратился в камень. Это фактически развязало демонам руки! – И тут меня посетило второе озарение. – Подождите! Сперва было Третье Королевство, потом Пятое и Шестое, теперь Первое… – Догадка была настолько ошеломляющей, что прежде чем закончить мысль, я в страхе посмотрела сперва на Нейта, затем на Гервика. – Они не просто похищают Хранителей. Они пытаются установить полное влияние над Королевствами!

– Детка, демоны не настолько умны, чтобы пытаться провернуть такой трюк. Им это ни к чему, они всё равно не смогут жить в этом мире под своей собственной личиной, – хмыкнула демоница. При этом смотрела она очень внимательно, словно гадала, хватит ли мне сообразительности выстроить логическую цепочку дальше.

– Но если это не демоны, тогда кому это надо?

– Ну, обычно власть пытаются захватить те, у кого её нет. Те, кому нечего терять. Те, у кого есть мотив.

Я смолкла. Посмотрела на настороженного Нейта, перевела взгляд на растерянного Гервика. Парень явно был в шоке от того, во что ввязался. Да уж, вряд ли он предполагал, что охота за договором достигнет такого масштаба. Неожиданно душу кольнул стыд. Не надо было втягивать друзей во всё это…

– Ты ведь знаешь, кто стоит за этим? – Нейт скорее утверждал, чем спрашивал.

– Скажем так – догадываюсь, – сухо ответила блондинка, в упор посмотрев на парня.

– И кто это? – дрогнувшим голосом спросил Герви.

– Король Седьмого Королевства.

Мы разом ошарашено уставились на демоницу. Та тем временем, продолжила:

– У него идеальный мотив. Седьмое Королевство единственное, в котором нет вообще никаких ресурсов. Они ничего не производят, у них нет портов, в самом Королевстве господствует преступность. Кому захочется править таким убожеством?

– И это Король Седьмого Королевства дал мне наводку на сделку с демоном… – тихо выдавила я, опустив взгляд и уставившись на мощённую дорогу.

И как я раньше-то не догадалась?!

Что он тогда сказал? «Это очень полезная вещь»? И добавил ведь ещё: «страница 43». Там речь шла о сделках. Он знал страницу. Знал, о моём темпераменте и явно догадывался, что я готова пойти на сделку.

– Если он собирает Хранителей, и может при помощи них управлять демонами, тогда ему осталась самая малость. – Я судорожно сцепила руки перед собой. Сглотнула и дрожащим голосом произнесла: – Всего лишь захватить все Королевства.

– Ну что, теперь вы мне верите? – спустя несколько мгновений спросила демоница.

– Нет, – ответил Нейт, чем заставил меня удивлённо вскинуть голову. – Но мы тебя не прогоняем.

– Ну ничего себе, какая честь, – язвительно буркнула блондинка.

– Как тебя зовут? – спросила я, надеясь не дать возникшему напряжению перерасти в спор.

– Лин.

Я кивнула, не желая говорить что-то вроде «приятно познакомиться». Это было бы слишком уж заметной ложью.

– И какой у нас план? – подал голос молчавший до этого Гервик.

– Я знаю одного человека, который сможет помочь нам попасть в Преисподнею.

– И кто это? – настороженно спросил Герви.

Вместо ответа я запустила руку в карман фуфайки и извлекла из него бумажку. Картинно взмахнула ею в воздухе и зачитала вслух:

– Прежде, чем связаться со мной, хорошо подумайте. Вы уверены, что ваша просьба настолько срочная? Неужели это – вопрос жизни и смерти? ПРОКЛЯТЬЯ НЕ НАКЛАДЫВАЕМ, УДАЧУ НЕ ПРИНОСИМ! Просьба – не беспокоить по пустякам! В остальном, если ваша проблема не терпит отлагательств, если с этим может справиться только маг шестой степени, если вы длинноногая блондинка с красивыми… глазами, тогда произнесите следующие слова: – Тут я нахмурилась, недоумённо перечитала слова про себя и подняла вопросительный взгляд на Нейта. Парень уверенно кивнул. – «Хотиим-попадим-нуаравим-ба-бах!».

В этот же момент прямо под нами образовалась чёрная воронка.

Я даже испугаться не успела.

Резко потеряв опору под ногами, неловко взмахнула руками и… полетела вниз.

Что удивительно – тело не крутило, не вертело в воздухе, а изо рта не могло вырваться ни звука, хотя видят Пресвятые Покровители, я всеми силами старалась это исправить.

Из-за удушающего ощущения полета, когда от дикого ужаса сердце провалилось в пятки, все конечности онемели, а руки потеряли способность шевелиться, смотреть на остальных было просто невозможно.

Мы летели где-то минуту, но для меня она показалась вечностью.

Я инстинктивно зажмурилась, при этом каждой клеточкой тела ощущая ветер, больно врезавшийся в тело, в особенности – лицо, но открыть глаза всё равно не могла. Казалось, вот-вот эта бесконечная тьма кончится, и земля встретит нас совсем нерадостными объятиями.

Это закончилось неожиданно.

Просто в какой-то момент ощущение полёта прекратилось. Под ногами была твёрдая поверхность. Я стояла. Не лежала, окровавленным от удара трупом… нет. Просто стояла.

Опасливо открыв глаза, с удивлением обнаружила, что мы находимся в какой-то странной комнате. Внимательно осмотреться не хватило сил. Всё, что успела отметить – это богатую обстановку: два одинаково расписных ковра на стене и на полу, золотые канделябры, стол из красного дерева… а потом меня затошнило.

Когда ты летишь, теряясь во времени и пространстве, с каждой секундой ожидая, что вот-вот впечатаешься носом в землю, чувствовать опору под ногами очень странно.

Резко прекратившееся головокружение, переместилось в живот и вскружило всё, что там находилось.

Но прежде чем я успела оглядеться в поисках какого-нибудь углубления, которое было бы не жалко, дверь в комнату резко распахнулась.

На пороге появился запыхавшийся Гегемон, первым делом поинтересовавшийся:

– Кто воспользовался «чёрным порталом»?!

Заметив нас, хмуро добавил:

– Ну конечно, это вы. Чего хотели?

Посмотрев на его пухлые щёки, я с искренней злостью кинула ему под ноги его же бумажку.

– Предупреждать о таком надо!!

Гегемон ничуть не смутился.

– Зато в следующий раз хорошо подумаете, прежде чем меня беспокоить. Так что вас ко мне привело? – Он оглядел нашу компанию любопытным взглядом и мрачно добавил: – Даже с демоном пришли.

– Мы нашли Хранилище Договоров.

Это всё, что я успела выдавить, прежде чем схватиться за живот и сделать глубокий вдох. Видимо испугавшись за свой расписной ковёр, Гегемон поспешно подошёл ко мне и, приложив два пальца ко лбу, снял тошноту. Магически.

– Спасибо, – буркнула я, чувствуя и злость и благодарность одновременно.

– Так что там с договорами? – поторопил мужчина, но взглянув на демоницу, заговорщицким шёпотом поинтересовался: – А при ней-то можно говорить?

– Естественно, нет, – жестко сказал Нейт. – Но она нам кое в чём помогла, так что придётся.

– Как благородно с вашей стороны, – саркастически отозвалась Лин. Скрестив руки на груди, она отошла к самому углу комнаты, и, облокотившись на сервант, принялась делать вид, что её тут нет.

Гегемон прищурился. Взгляд у него был совсем не настороженный, а скорее любопытный.

– Ну так что?

Мужчина резко посмотрел на меня, от чего мне стало немного неуютно. Но собравшись с мыслями, я принялась рассказывать магу всё, до чего мы сумели додуматься сами, заодно рассказав, какую информацию удалось найти на Велизара.

Гегемон слушал очень внимательно. Во время моей монотонной речи мужчина то и дело смотрел на Нейта каким-то двусмысленным взглядом, с явной задоринкой. Лин доставался любопытный взгляд, а Гервику – равнодушный. При всем при этом Гегемон услышал буквально каждое слово из моей не слишком красноречивой и немного путаной речи.

Единственное, о чём я умолчала – это о подозрении в заговоре Короля Седьмого Королевства. Гегемон, конечно, был опытным магом, и надеяться на его помощь, не раскрыв правды, было глупо, но после всего случившегося за последние дни, доверять незнакомцам мне расхотелось.

– Ваши слова не лишены смысла, – глубокомысленно произнёс мужчина, стоило мне закончить. – Тогда становится понятно, почему вдруг демоны совсем потеряли страх. Но вряд ли они смогли выстроить такой долгий и кропотливый захват власти, – принялся задумчиво рассуждать он, и своими выводами буквально повторял слова Лин. – Скорее всего, за этим стоит тот, кому выгодно заполучить все Семь Королевств. Тот, у кого есть мотив… хм.

Повисла недолгая пауза. Гегемон уставился в пол, вроде рассматривая золотистый рисунок на дорогом ковре, но взгляд у него был отсутствующий, словно он усиленно раздумывал над всем, что сказала я, при этом делая собственные выводы.

Наконец мужчина вздохнул, поднял взгляд на меня и спросил:

– Так, а вы-то зачем пришли? Явно не ради того, чтобы показать, какие вы умные.

– Нет. – Я покачала головой. – Договоры находятся в Преисподние. Лин не сможет нас перенести, потому что…

– … у демонов свой «след», да-да, я знаю.

– Эм, да. Так вот. Чтобы попасть туда, нам нужна ваша помощь.

Гегемон кивнул с задумчивым видом.

– Знаешь, сколько демонов обитает в том мире? – неожиданно спросил он.

Я недоумённо посмотрела на мужчину и отрицательно покачала головой.

– Миллионы… – пространственным голосом сказал Гегемон, и тут его взгляд стал совсем отсутствующим. – Все они – это души умерших людей, которые не смогли обрести покой. Они томятся там, внизу. И не зря есть чёткое разделение – наш мир и их мир. Мертвым не место среди живых. Но ты не понаслышке знаешь, как приятно нарушать правила. Всегда находятся те, кто нарушает правила. Всегда. – Гегемон замолчал, посмотрел на Лин, и со вздохом продолжил: – Демоны, на которых охотился твой отец, нарушили правила. Они нашли лазейку и выбрались в наш мир. Но ты должна понять, даже несмотря на то, что нам кажется, будто их много, на самом деле – их ничтожно мало. В нашем мире. Понимаешь? Там, внизу, их намного больше. Там всё кишит демонами. Попасть туда – проще простого. Это под силу каждому. А вот выбраться… выбраться можно. Но ты только представь, какой шанс мы дадим демонам, которые уже очень давно пытаются попасть в наш мир. Они буду ждать нас.

Несмотря на то, что Гегемон был похож на нелепую пухлую плюшку, в нём угадывался не только тяжёлый и долгий опыт не слишком приятной жизни, но и здравые мысли. Он говорил абсолютно верно. Нам туда нельзя. Мы рискуем не только нарваться на демонов, но и выпустить их на свободу.

И это будет на руку Королю Седьмого Королевства.

Но было и ещё кое-что.

Там находился договор. И достать его другим путём было невозможно.

– Вы когда-нибудь рисковали? – в лоб спросила я, и, не давая мужчине ответить, продолжила: – Бьюсь об заклад, что да. И я тоже. Я постоянно рискую. Вся моя жизнь – это одна сплошная глупость, но глупостей без риска не бывает. Там, внизу, находится договор. Договор, который я должна достать, понимаете? Да, это опасно, безрассудно… глупо. Но вы меня этим не то что не удивите, вам меня этим никогда не запугать. Этот договор – единственный способ спасти моих родителей. Неужели вы думаете, что я не рискну?

– Ты-то? – хмыкнул в ответ Гегемон. – Конечно, рискнёшь. А твои друзья? Ты ведь подставляешь их под удар.

– Я никого не заставляю идти вместе со мной.

– А я? Ты пришла ко мне за помощью. Ты понимаешь, что осознано толкаешь другого человека на возможную смерть?

Я недоуменно приподняла брови.

– Это вы так изящно пытаетесь меня отговорить? Простите, но не выйдет. Тем более, насколько я помню, вы говорили, что когда-то были советником короля Второго Королевства. Значит, имеете прямое отношение к этому государству и ко всему, что в нём твориться, какую бы должность сейчас не занимали. Вам не всё равно, что тут твориться. И вы поможете мне, потому что это не только ключ к спасению Первого Королевства, это – возможность разузнать о происходящем как можно больше.

Гегемон прищурился. Молчание давило со страшной силой. Пришлось приложить все усилия, чтобы выдержать тот оценивающий взгляд, которым меня наградили с ног до головы. Неожиданно мужчина хмыкнул и вдруг погрозил мне пальцем.

– Эх, принцесса, нельзя так давить своей не слишком искусной речью!

Я удивлённо похлопала глазами.

– Вы вообще не чувствуете ответственности за те жизни, которые подвергаете опасности?

– Чувствую, – честно созналась я. – Но это не отменит моего решения найти договор. Простите, но на кону у меня слишком многое.

– У вас, – подчеркнул Гегемон.

– Пытаетесь надавить на жалость? – зло буркнула я. – Поздравляю, у вас вышло. Страшно ли мне идти туда? Ещё как! Боюсь ли я, что с Нейтом или Гервиком что-нибудь случится? Да не то слово! Хочу ли я, чтобы в этом участвовали вы? Да не приведи Пресвятые Покровители! Но знаете что? Страх можно побороть. Идти за мной я никого не заставляю. А с вами – просто нет выбора. Я могу сколько угодно искать другого мага, но время уходит! Если я как можно быстрее не найду договор, моих родителей уже невозможно будет спасти! И вы можете сколько угодно пытаться вытащить из меня жалость, совесть, вину, это не заставит меня отступить. Никогда.

Гегемон шмыгнул носом, засунул руки в карманы своих чёрных брюк, и кажется собирался что-то на это ответить, но меня неожиданно прорвало.

– Неужели это вы будете говорить мне об ответственности? О честности? А с вашей стороны было очень ответственно – пускать в нас огненную волну? Вы даже не разобрались в ситуации, а уже попытались нас убить. Очень ответственно! А честно с вашей стороны было превышать свои полномочия и влиять на мнение приёмной комиссии? Так что не пытайтесь в чём-то обвинить меня, потому что сами вы не лучше.

Взгляд мужчины пробирал до костей. И если раньше в нём чувствовалась какая-то задоринка, будто бы намекающая, что для него это всё выглядело забавно и не более, то сейчас в его глазах промелькнула злость. И вдруг я испугалась.

Зачем надо было говорить столько всего?! Вначале он хотя бы просто развлекался, и у нас был шанс получить согласие на помощь, а теперь, получив обвинение в свой адрес, Гегемон совершенно точно найдёт любую отговорку, лишь бы не просто ответить на мою дерзость, но и принципиально нам не помогать.

– Принцесса, – угрожающе начал он, – знаете, что отличает меня от вас? Я думаю своей головой. Не буду напоминать вам обо всех ваших выходках, думаю, вы прекрасно их помните. Напомню о самой глобальной. Вы чуть не уничтожили своё Королевство. Знаете, что обычно бывает дальше? После такого люди учатся на своих ошибках. Начинают обдумывать действия, слова, и главное – последствия своих поступков. Но только не вы. Шишки на вашей голове растут и растут, а вы предпочитаете делать вид, что так и должно быть. Вы хоть понимаете, что сейчас происходит? Из-за вашей ошибки, под угрозой находится существование всех Королевств! Благодаря вам, план демонов приходит в блестящее исполнение! Через несколько дней они смогут уничтожить всё Первое Королевство, даже глазом не моргнув. И ваши родители погибнут там из-за вас. Королевская семья умрёт. Вам уже некуда будет вернуться. Но знаете, что самое страшное? У вас сейчас есть реальный шанс всё исправить. У вас ещё есть время. Есть информация, есть опытный маг. Но что делаете вы? Вы лезете на рожон, в самое пекло, в загребущие лапки демонов, увлекая на это дно своих друзей. А знаете, что вижу я? Я вижу принцессу, прекрасно знающую, что демонам нужны Хранители, и буквально отдающую своим врагам именно то, что им нужно. Вы что, серьёзно не понимаете? Только чудо поможет вам отбиться от демонов! А вы тащите туда не только своего Хранителя, но и… – красноречивый взгляд пал на Нейта, – этого сына фермера.

Я уязвлёно поджала губы.

«Шишки на вашей голове растут и растут, а вы предпочитаете делать вид, что так и должно быть».

Опустив взгляд, всеми силами пыталась не показать, насколько сильно меня задели его слова.

Глупая неудачница. Подставляю под угрозу всё Королевство. Не обдумываю ни одного своего действия. Подвергаю опасности своих друзей. Не думаю о последствиях. Рискую своим Хранителем. Собственноручно уничтожаю единственную надежду на спасение. Глупая. Безответственная. Бестолковая девчонка.

Он прав. Это всё я.

– Хватит. – Грубый голос Лин заставил всех нас вздрогнуть. – Ты можешь унижать её сколько угодно, можешь пытаться объяснить, что хорошо и что плохо, но если ей хочется идти за договором самой, она пойдёт. И я её поддержу. Просто потому, что у нас будет всего несколько мгновений. Кто как не она сама сможет быстро найти свой договор? Если на нашем пути появится Вел, а он появится, для этого есть мы. Мы её прикроем, понятно? И есть ещё одна сторона: практическая. Куда проще сразу из Преисподние переместиться к её королевству, на место заключения договора. Не придётся тратить лишние силы и делать ненужные телодвижения.

Гегемон выслушал Лин очень внимательно. Честно говоря, мне казалось, что к мнению демона мужчина будет прислушиваться в последнюю очередь, но тот неожиданно вопросительно посмотрел на меня. Понимая, что решающее слово за мной, неуверенным тоном выдавила:

– Я этот договор заключила, мне его и забирать.

Наверное, это было второй главной ошибкой в моей жизни, но Гегемон неохотно кивнул.

* * *

Уже спускаясь по лестнице нашего трактира, я чувствовала, как неприятно засосало под ложечкой. Вопреки всему, внутри не ощущалось совершенно никакого предвкушения, которое обычно сопровождает меня перед каждой авантюрной выходкой.

На этот раз всё было по-другому.

На этот раз мне было страшно.

Сделав последний шаг, переступая через самую нижнюю ступеньку, я почувствовала, как кто-то схватил меня за руку. Не успела опомниться, как этот «кто-то» резко дёрнулся в сторону, скрываясь под лестницей. И прижимая меня к стене. Я чуть было не закричала, но вовремя узнала в «похитителе» Нейта.

– Ты что делаешь?! – злобно прошипела, переводя дух.

Парень отпустил мою руку и отступил на шаг.

Лестничная стена очень неудачно не давала свету проникнуть в это место. Тут было темно и довольно жутко.

К тому же, напротив стоял парень, который совсем недавно меня поцеловал.

Я вжалась в стену.

– Прости, что напугал, – шёпотом сказал Нейт.

– Ты чего хотел? – резко выдохнула. – И почему именно здесь?

– Поговорить. Наедине.

Если учесть, что мы уже собирались встретиться с Гегемоном, то парень откопал уединённое местечко очень не вовремя.

– Будешь отговаривать? – догадалась я.

– Нет. – Нейт покачал головой и вдруг горько усмехнулся. – Тебя разве отговоришь? Просто хотел сказать, чтобы ты не слушала этого чокнутого мага.

– Я и не слушаю.

– Слушаешь, ещё как. Он требует от тебя рациональности, но ему никогда не понять, как важно самому исправлять собственную ошибку. Если бы я был на твоём месте, то тоже пошёл, даже если бы на кон была поставлена моя жизнь. Не стыдись этого.

Я опустила взгляд и тихо проговорила:

– Гегемон тоже прав.

Неожиданно услышала, как Нейт хмыкнул. Почувствовала, как он приблизился чуть ли не вплотную, расставил руки по обе стороны от моей головы и чуть ли не в нос мне прошептал:

– Почему ты так любишь принижать себя?

– Я не…

– Дань. – Голос у парня стал жёстким. – Это – последний рывок, понимаешь? Осталось совсем чуть-чуть. Скоро сможешь вернуться к своим родителям.

– А ты к своим, – зачем-то сказала я.

– А я к своим. – Послышалось, или в его интонации проскользнула едва уловимая горечь? – Нельзя позволить сомнениям всё испортить. Ты почти победила, почти всё исправила, слышишь? Запомни, пожалуйста, одно: ты храбрее, чем подозреваешь, сильнее, чем кажешься и намного умнее, чем думаешь. Ты справишься. А я буду рядом, и если что-то пойдёт не так, с тобой ничего не случится, поняла?

Я посмотрела Нейту прямо в глаза. Столько непоколебимой уверенности. Он верил в меня намного больше, чем я сама.

– Спасибо, – выдавила тихо.

Внутри поселилась невероятная благодарность. Никто никогда ещё мне не оказывал столько поддержки, и с одной стороны было очень непривычно, но с другой… было очень приятно. Страх, сжавший сердце крепкими тисками, начал постепенно уступать место спокойствию.

Я имею право на этот выбор. Имею право сама исправить свою ошибку.

Никогда себе не прощу, если договор добудет кто-то другой.

– Идём. – Нейт отступил на шаг, аккуратно положил руку мне на плечо и потянул к выходу из трактира.

Я шла не слишком быстро, словно все ещё боялась сделать решающий шаг за порог. Но присутствие парня позади неожиданным образом вселяло не только уверенность, но и чувство какой-то надёжности.

Осталось совсем немного… и всё вернётся на круги своя.

Только бы достать договор. И тогда мои родители снова оживут, снова будут ругаться и злиться на меня, снова будут упрекать за шалости, но смогут это делать. И это самое главное. Исправить ошибку. Искупить вину. Не допустить уничтожения собственного дома.

Скоро всё закончится.

И Нейт тоже вернётся домой… к себе, в Третье Королевство.

Оно далеко.

Мы ещё сможем общаться? Или… всё? Найдём договор – и конец?

– Вышли! – крикнул Гервик, встречая нас прямо на крыльце.

Я вынырнула из пучины мыслей, посмотрела на взволнованного парня и ободряюще улыбнулась. Вздохнув, поправила лямку арбалета, который уже привычно держался на спине, и начала спускаться по ступенькам.

И только тогда увидела, на чём нам предстоит добираться.

– Это что такое?! – ошарашено воскликнула я.

– Цыганская кибитка, – ничуть не смутился Гегемон.

– А ничего получше не нашли?

– Слушай, нам всех перекидывать «гиперпрыжком»! Заклинание требует разгона, а вас ещё вместе надо собрать!

«Нам» – имелось в виду Гегемону и ещё двум магам.

Как они объяснили, поддерживать Врата в Преисподнею открытыми одному будет слишком тяжело. Так что к демонам вместе с нами ехал ещё один маг, а второй оставался на земле – для перестраховки.

– Взяли бы карету!

– Слишком приметная!

Обречённо вздохнув, я забралась внутрь.

Внутри кибитка была похожа на логово экстрасенса-травника. Во-первых, вся она была отделана красным бархатом, на котором красовались пугающие рисунки, больше напоминающие пентаграммы. Во-вторых, рядом с сиденьями были полочки, на которых ютились всякие баночки-скляночки, волшебные шары и странные травы. Представив, как всё это падает мне на голову из-за тряски, я поёжилась.

Пахло в кибитке странным, щекочущим нос ароматом. Казалось, тут жгли траву.

Лин пристроилась у окна. Я села рядом с ней. Следом за мной зашёл Гервик и занял последнее свободное место на нашем сиденье. Нейт сел напротив Лин, рядом с ним приютился Гегемон. Напротив Гервика сел один из магов (второй был нашим кучером).

– Это Сенсодин, – представил нам Гегемон незнакомого мужчину.

Маг почтенно склонил голову и промолчал всю оставшуюся дорогу.

Все, кроме Лин и Гегемона, проявили ответные жесты доброжелательности и тоже притихли.

Мы ехали довольно долго. И хотя я всеми силами приказывала себе не волноваться, не думать о том, что что-то может пойти не так, и старалась отвлечься, как могла, мысли всё равно находили способ пробраться в голову.

Представляя себе, как может выглядеть Преисподние, в уме так или иначе всплывали картины возможных развитий событий. В особенности ярко я видела перед глазами Велизара. Вот он стоит прямо передо мной, а на его лице – злорадная усмешка. Конечно, ведь глупая принцесса сама прибежала к нему в логово. А его логово – это его территория. Собрать хоть какую-то информацию об этом месте, просто не было времени. Всё, на что мы полагались – это знания Гегемона, поэтому двигались фактически по лезвию ножа. Стоит один раз оступиться и…

Нет.

Не думать о плохом.

Да, придётся ориентироваться уже на месте, но, в конце-то концов, разве когда-нибудь у меня было по-другому? И ничего, до сих пор жива.

Справлюсь и в этот раз.

Процесс самоуспокаивания прервал Гегемон. Он резко оттолкнулся от спинки своего сиденья, посмотрел в окно и сухо сказал:

– Останавливаемся. Приехали.

Я судорожно сцепила руки на коленях. Посмотрела на Гегемона, который что-то шептал на ухо Сенсодину. Перевела взгляд на Нейта. И хотя парень сидел в напряжённой позе, неосознанно держась за рукоять своего меча, заметив мой взгляд, он всё равно постарался ободряюще кивнуть.

Эх, Нейт, откуда ты только такой взялся…

Я поджала губы и вымученно улыбнулась.

В этот момент Гегемон с Сендином поднялись и без слов вылезли из кибитки.

Повисшая тишина давила со страшной силой. Напряжение усиливалось общим нервным состоянием.

– Боишься? – шёпотом спросил Гервик.

Наше сиденье было не слишком широким. Втроём мы на нём поместились, но парню пришлось сжаться и вытянуть руки вперёд, чтобы плечом не давить на меня.

Я повернула голову и посмотрела на его удрученный профиль.

– Эй, ты чего? – И дружеским жестом пихнула того в плечо. – Всё будет нормально, не бойся.

– Да я не боюсь, – попытался откреститься Герви, – просто… волнуюсь немного.

В этот момент он выглядел настолько милым, что мы с Нейтом переглянулись и оба понимающе улыбнулись.

– Чего ты волнуешься-то? – спросила я. – Тебе вообще больше всех повезло, у тебя Хранителя нет, а маг демонам и так не нужен, так что тебя они вообще не тронут! Знаешь, что это значит? – Дождавшись пока Герви непонимающе на меня посмотрит, продолжила: – Ты наше секретное оружие!

После этих слов Нейт хмыкнул и передвинулся вдоль своего освободившегося сиденья так, чтобы сесть напротив нас. Расставил ноги в стороны, облокотился о них локтями и заискивающе улыбнулся.

– Мы тебя в разведку пошлём! – оптимистично выдал он.

– Что?! – испугался Герви.

– Смотри, – подключилась я. – Ты шустрый? Да ещё какой! Находчивый? А то! Помнишь, кто придумал план по спасению Нейта на соревнованиях? А ещё ты маг. Если что, всегда сможешь наложить на себя иллюзию.

– Или просто скажи, что искал туалет, – пожал плечами Нейт.

– О! А ещё лучше прикинься зомби. Как будто ты вышел погулять по Аду, и случайно заблудился, – выдала я.

– Ты хоть представляешь себе, как это будет выглядеть?! – возмутился Герви. – Заходит к ним полумёртвый странный парень. А потом такой: «ой, я тут немножко заблудился!», и сам так осторожненько к договорам идёт и с совершенно серьёзным лицом медленно начинает вытаскивать нужный договор. – Герви состроил убийственно серьёзную мину и начал демонстрировать свои действия наглядно: приоткрыл часть куртки и с загадочным взглядом начал засовывать туда руку.

Мы с Нейтом не выдержали и расхохотались.

Сквозь смех я выдавила:

– А потом ты такой: «не, ребят, все нормально!».

– Помнишь, он ведь вообще туалет искал! – едва сдерживая смех, напомнил Нейт.

Поняв намёк, я зажал рот рукой, чтобы не выглядеть сумасшедшей хохотушкой, но тем не менее выдавила:

– Скажешь им, что тебе подтираться нечем.

Нейт тут же спародировал:

– Ой, а что это у вас тут? Бумажка? Я возьму, вы не против?

– А потом такой: «что-то я сегодня не то съел, у вас тут нет случайно ещё какой-нибудь бумажки шестилетней давности?».

– Представь, с каким лицом он от демонов улепетывать будет!

– Да нормально! Они подумают, что ему очень надо уединиться!

На этот раз смех был настолько оглушающим, что ему поддался даже Герви, а у меня слёзы выступили на глазах.

– Что ж вы за придурки… – послышался раздражённый голос Лин.

– За сородичей обидно? – язвительно поинтересовался Нейт.

– За мозги ваши мне обидно! Что за чушь вы несёте? Вам вообще волноваться не о чем, ваши задницы будут прикрывать!

– Кажется, она этому совсем не рада, – громким шёпотом буркнул Герви, чуть наклонившись вперёд.

– Да, ты знаешь, мне как-то совсем не хочется рисковать жизнью ради идиотов, которые думают, что можно так просто зайти в Хранилище и сказать: «мне нужна бумажка, чтобы в туалет сходить!».

Мы уставились на демоницу одинаково удивлёнными взглядами.

– Это была шутка, – пояснила я.

Лин наконец соизволила посмотреть на нас, и, заметив, что мы уставились на неё, как на чудо света, тут же отвернулась и скрестила руки на груди.

– Плевать, что это было. Если вы так шутите, то не представляю, что у вас вообще с головой творится.

– Ну прости, – разозлилась я, – надо было сидеть и причитать: «ах, всё будет очень плохо, мы все умрём!».

– Есть ещё один способ! – Блондинка резко посмотрела мне прямо в глаза. – Можно было просто молчать!

– Если мы тебя так бесим, зачем ты вообще с нами поехала? – недоуменно спросила я.

– Ты глухая? Я же уже говорила: хочу во всём разобраться. Мне как-то не прельщает перспектива подчиняться какому-то чокнутому дядьке.

– Для этого тебе не обязательно идти с нами, – сухим голосом сказала я. – Подождёшь, пока мы вернёмся, и тогда уже начнёшь во всём разбираться.

– Боюсь, без меня вы вообще не вернётесь.

– Проверим? – Я надменно подняла бровь.

– Спорить будешь со своими придурошными друзьями, – прошипела Лин, – а я буду действовать так, как хочу, поняла? И если я хочу идти в эту чертову Преисподнею, я пойду, и какая-то малолетка не посмеет указывать мне, что делать.

– Какая-то малолетка уже это сделала, – огрызнулась я.

– Дань, не обращай на неё внимания, – вступился Гервик. – Она же демон, у неё ни стыда ни совести нет.

– Друзей тоже нет, – хмуро буркнула я и зло добавила: – и чувством юмора её тоже обделили.

– Как мне жить-то теперь без тупых шуток о туалете?! – всплеснув руками, вопросила демоница.

– Мы никого не заставляем идти с нами, – громко и чётко сказал Нейт, и, прежде чем разгорелся ещё один спор, добавил: – И тебя, Герви, тоже. Если тебе не хочется лезть в логово демонов, лучше не рисковать. Тебя эта ситуация вообще не касается, и если ты пострадаешь…

– Ничего со мной не случится, – нервно отмахнулся Герви. – Да и вообще, куда я от вас денусь, а?

– Например, в кусты, – хрюкнула я.

– С договорами, – добавил Нейт.

– Теперь нам придётся всё время быть настороже! – возмутилась я.

Мы успели все вместе усмехнуться, прежде чем в кибитку влез Гегемон. Под его весом наш транспорт опасно прогнулся, а когда мужчина уселся на свободное место, то ещё и покачнулся из стороны в сторону.

– У нас всё готово. Вы как? – серьёзным, даже немного уставшим голосом спросил маг.

– Жить будем, – ответил Нейт.

– Тогда приступим.

Сказано это было таким тоном, что ещё недавно появившуюся веселость как рукой сняло. Посмотрев на сосредоточенное, предельно напряжённое лицо Гегемона, я почувствовала, как внутри вновь зарождается страх. Если уж этот обычно беззаботный маг так себя ведёт, то трудно представить, что нас ждет там, внизу.

Кибитка тронулась.

Судя по всему, Сенсодин либо остался снаружи, либо занял место кучера.

Мы разгонялись. Чувствуя, как наш транспорт набирает скорость, я не сводила взгляда с Гегемона. Мужчина сложил руки в странном жесте и начал что-то шептать себе под нос.

Тряска в кибитке усилилась. Банки-склянки опасно зазвенели. Я вжалась в сиденье.

«Гиперпрыжок» – одно из самых опасных заклинаний перемещения. Оно могло доставить тебя в нужное место в кротчайшие сроки, и самое главное – не только одного тебя, но и достаточно большое количество людей. Однако наибольшая опасность состояла в том, что на него тратилось слишком много сил, и если маг был неопытным – этот прыжок мог разнести всех желающих по разным местам, и хорошо, если в целости.

Ну и, конечно, для такого прыжка требовалась большая скорость, поэтому чаще всего перемещения происходили в карете, или вот как у нас – в цыганской кибитке.

Нас мотнуло с такой силой, что я чуть не упала со своего сиденья. В страхе вцепилась в руку Гервика мёртвой хваткой. Парень словно только этого и ждал, схватив мою конечность даже раньше, чем я дотронулась до его. Так, держась друг за друга, мы стучали зубами и готовились к худшему.

Из-за кочек и ухабов, в кибитке подбрасывало не только нас, но и все стеклянные флакончики. Вот только они, в отличие от нас с Гервиком, держаться друг за друга не могли. Я даже заметила, как пара тройка из них полетела нам на головы, но не вжать голову в плечи, как они растаяли в воздухе. Гегемон, наверное, постарался.

В какой-то момент скорость для нашей разваливающейся кибитки стала просто зашкаливающей. Тряска и так была неслабой, но неожиданно нас мотнуло так, что я больно стукнулась затылком о стену.

И именно тогда заметила голубоватую рябь, едва заметно проскользнувшую по всей кибитке. Нас закрутило в воздухе. Я резко зажмурилась и, крутанув головой, уткнулась лбом Гервику в плечо.

А потом тряска прекратилась. Как и любое движение.

Не веря, что это всё наконец-то прекратилось, я ещё некоторое время сидела неподвижно, зажмурившись и не выпуская руки Гервика. Открыть глаза заставил совсем нерадостный голос Гегемона:

– Вот мы и прибыли.

Медленно отлепив от Гервика свой лоб, я выпрямилась и осмотрелась.

Первое, что тут же отметила про себя – неестественную тишину.

Гегемон осторожно выбрался из кибитки. В открывшуюся дверцу тут же залетел песок.

Песок?!

Я поднялась со своего места, в полусогнутом положении дошла до порога и недоумённо выглянула наружу.

Мы находились прямо посреди пустыни. Сухой, жаркой пустыни. Вокруг – бескрайние пески, которым ни конца ни края не было видно. Что удивительно – именно жары или сухости совсем не ощущалось.

Выбравшись наружу, поняла, что тут было совсем уж неестественным.

Я стояла прямо под палящим солнцем, но совершенно не ощущала тепла или духоты. Песок под ногами вроде был, но если бы не наглядная картинка, я бы решила, что стою на твердой земле. Ни шуршания, ни каких бы то ни было ощущений.

Тут не ощущалось вообще ничего.

И самое ужасное было в том, что эта искусственная пустыня простилалась до самого горизонта, открывая невероятный по масштабу вид. Но Хранилища тут не было.

– Мы точно туда попали? – настороженно спросила я, рассматривая бескрайние пески.

Надо же, от солнца даже щуриться не нужно. Казалось, всё, что тут находилось, было декорациями к спектаклю, лишь отражая человеческую действительность. Фальшивая картинка.

– Да, – буркнул Гегемон.

Маг тоже постоял некоторое время, приглядываясь, а затем направился с Сенсодину и начал с ним о чём-то шептаться.

В этот момент из кибитки выбрались Гервик, Нейт и Лин.

Парни тут же начали напряжённо осматриваться и, кажется, отметили то же, что заметила ранее и я. Только вот Лин даже глазом не моргнула. Демоница ступила на песок и тут же пошла куда-то вперед. Заметив, что никто из нас не двигается, она обернулась и довольно резко спросила:

– Вы идёте или нет?

– Куда? – переспросил Гегемон, отрываясь от своих секретных перешёптываний.

– В Хранилище!

– Ты его видишь? – подозрительно прищурился маг.

– Конечно. А вы что, нет?

Мы синхронно покачали головами.

– Даже вы? – удивилась девушка, кивая на магов.

Те снова покачали головами.

– Здорово, – присвистнула она. – И что бы вы без меня делали? – Мне достался убийственный взгляд. – Оно вон там. Но до него ещё добраться нужно.

– Ловушки? – прозорливо осведомился Сенсодин.

Лин кивнула.

– Ладно, – Гегемон громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. – Сенсодин, останьтесь с Гервиком тут. А мы пойдём за договором.

– Что? – опешил Герви. – Но я хотел помо…

– Вот и поможешь, – грубым, не терпящим возражений тоном, перебил Гегемон. – Вполне возможно, что придётся спасать нас от преследования, а Сенсодину придётся открывать для нас Врата. С обычным атакующим заклятием, я надеюсь, ты справишься?

Парень поджал губы, в упор посмотрел на мага, словно гадал, может ли тот всё-таки изменить своё решение, а затем слабо кивнул, стушевавшись.

Лин хмыкнула, развернулась и пошла вперёд, не особо обращая внимания готовы ли идти за ней остальные.

Гегемон спокойно кивнул Сенсодину, и, получив ответный кивок, поманил нас рукой, намекая, что пора догонять демоницу.

Я вздохнула. Оттянула и поправила ремень, наискосок перетягивающий грудь, и поплелась за Гегемоном.

Нейт пристроился рядом.

Я уставилась на мыски своих огромных ботинок. Вроде бы на мне была фуфайка, под ней шерстяной свитер, теплые лосины и даже заветная шапка, но почему-то не ощущалось ни холода, ни жара. Этого места словно не существовало. Я рассекала ботинками песок, и маленькие песчинки тут же поднимались в воздух, но они совершенно не касались тела. Как будто их и не было.

Объёмная спина Гегемона не вызывала совершенно никакой уверенности. Вроде он был магом шестой степени, сильным, наверное, даже смелым, а ещё умным, но я не чувствовала никакой надёжности рядом с ним.

В принципе, недоверия к нему тоже не испытывала. Почему-то мне казалось, что его действительно заботят государственные дела. И этот договор для него тоже важен, но, конечно, не так, как для меня. Ему важно не допустить захвата демонами власти. А мне важно просто спасти своих родителей. Да, судьба королевства заботила меня не меньше, но когда я расколдую маму с папой, ответственность за нерадивую дочь ляжет на них. А они взрослые и умные. Они найдут выход.

Наверное, ничего в жизни мне не хотелось сильнее, чем достать этот договор.

Просто взять его в руки и потом… Гегемон сказал, что нужно будет сжечь его на месте подписания. И сделать это должен тот, кто пошёл на сделку.

Тогда все проблемы наконец-то исчезнут.

Только бы справиться с демонами. Интересно, они уже знают? Ждут? Если да, то нас, наверное, встретит целая армия. И как нам с ними бороться? Меня однажды уже чуть не убили, а там ведь было всего четыре демона.

Но я должна выбраться отсюда. Любой ценой.

«Любой ценой».

Перед глазами возникла картина, как я стою прямо напротив полок с договорами. В этот момент демоны окружают Гегемона. Маг кричит мне «беги!».

Я резко подняла взгляд, посмотрев на широкую спину мужчины.

Как мне тогда поступить? Да, знаю, думать о плохом нельзя, но… никто ведь не застрахован от ошибки. Какой выбор я сделаю? Сбегу, оставив его там умирать? Или останусь? Но тогда мне уже не выбраться. Мои родители навсегда превратятся в каменные статуи. А если сбегу, как мне жить дальше с этим?

Неожиданно картинка, где в окружении демонов стоял Гегемон, поплыла в моём сознании, плавно трансформируясь в практически такую же, лишь с небольшим изменением.

В центре стоял Нейт.

Зачем я только позволила ему идти с нами? А если… нет. Нет! Если с ним что-нибудь случится… Я этого не переживу.

А ведь если что-то пойдёт не так, он же будет пытаться меня спасти.

Наверное, было очень эгоистично с моей стороны ставить свою жизнь превыше его. Конечно, мы с парнем знакомы-то всего несколько дней, но, казалось, что за это время я уже знала его, как своего самого близкого друга. Он всегда пытался поступить правильно.

И «правильно» в данном случае будет только одно: спасти того, кто может разорвать договор.

Не приведи Святые Покровители, чтобы вопрос встал ребром. Я их не брошу. Никого: ни Гегемона, ни Нейта. Никогда. Пускай пожертвую своей жизнью, но я их не брошу.

– Когда мы отсюда выберемся, первым делом ты должен сказать своей маме, что жив, – тихо проговорила, чуть поворачивая голову к молчаливому парню.

– Что? – удивился тот.

– Когда ты пропал, она места себе не находила от горя. Она ни на секунду не верила, что ты мог сбежать или бросить её. А ещё она не верила, что ты мертв. Я не знаю, как мамы это делают, но они чувствуют своих детей, как никто другой. Она тебя простит, поверь. Она тебя очень любит. Но ты должен сказать ей, что жив. Ты должен это сделать.

– Угу, – хмуро кивнул парень, сосредоточенно разглядывая землю, – как только мы разберёмся со всем этим, я… вернусь.

– Нет. Ты пытаешься найти предлог, чтобы оттянуть этот момент. Слушай, я знаю, как тяжело признавать свою ошибку. Но ещё я знаю, как тяжело осознавать, что не успел сказать маме, как сильно её любишь.

Нейт недоуменно повернул голову и удивлённо посмотрел на меня.

– Дань, ты чего?

– Ничего. – Я украдкой шмыгнула носом. – Просто… если что-то пойдёт не так, скажи моей маме, что я её тоже очень, очень люблю, ладно?

Понимая, что становится совсем плохо, поспешно зажала рот рукой, чтобы не дать рыданиям вырваться наружу.

Нейт тут же остановился, резко приблизился ко мне, схватил за плечи и грубо встряхнул.

– С ума сошла?! О чём ты вообще думаешь?! Какое «пойдёт не так»?! Ты вернёшься домой и сама ей об этом скажешь, поняла? Поняла меня?!

Я почувствовала, как увлажнились глаза.

Мне совсем не хотелось плакать. Но вдруг в сознании ясно всплыла картинка, как моё мёртвое тело лежит на каких-то руинах, а родители больше никогда, никогда не смогут увидеть белого света. Из-за меня.

– Я так перед ними виновата, – всхлипнула я. Зажала одной рукой рот, другой – горло. Но слёзы покатились ручьём, не обращая внимания на все мои попытки их остановить

– Дура, ты, Дань! – хмуро гаркнул Нейт, одним резким движением притягивая к себе. – Я тебе ещё в трактире сказал, что если что-то пойдёт не так, я всегда буду рядом!

От этих слов стало только хуже. Упираясь лбом в кожаную куртку парня, пару мгновений я только всхлипывала, а потом, сквозь слёзы, гнусаво выдавила:

– Нет, пожалуйста, только не спасай меня. Если они захотят меня убить, пусть убивают!

– А родителей кто спасать будет? – зло спросил Нейт.

Его объятья стали крепче, словно выдавая кипевшую в нем ярость.

– Если они меня убьют, то так тому и быть! Я это заслужила! Умру вместе со своими родителями, только умоляю тебя, не подставляйся! Пожалуйста!

Нейт промолчал. Я всхлипнула и разрыдалась в два раза сильнее, понимая, какую ужасную ошибку совершила, позволив парню идти с нами.

– Успокойся, – тихо попросил он. – Ничего не случится. Ты что, забыла, кто в нашей команде? У нас маг шестой степени, язвительный демон и парень, шесть лет пробывший волком. Ты что, серьёзно думаешь, кто-то против такого выстоит?

– Они будут готовы нас встретить, – едва слышно выдавила я.

– Дань, ну чего ты переживаешь? Тебе всего-то нужно будет пробраться к договорам, а мы тебя прикроем, слышишь? С тобой ничего не случится.

Я резко оторвалась от парня и посмотрела на его сосредоточенное лицо зарёванными глазами.

– Ты что, думаешь, я за себя переживаю?!

Нейт недоумённо посмотрел мне прямо в глаза. Кажется, он хотел что-то сказать, но в этот момент рядом с нами прозвучал голос Гегемона:

– Что случилось? Почему остановились?

Тут он заметил моё заплаканное лицо и обеспокоенно спросил:

– Ребенок, ты чего плачешь?!

– Боится, что с нами что-нибудь случится, – нехотя пояснил Нейт.

Гегемон удивлённо поднял брови. Подошёл ко мне вплотную и схватил за плечи.

– Я тебе говорил, что маг шестой степени? Говорил? – Дождавшись моего кивка, мужчина продолжил: – И что, неужели ты сомневаешься в моей силе? А этот твой фермер? Да он же троих демонов одним махом уложит. А демоницу нашу видела? Она даже не махом, она одним своим взглядом троих уложит!

Я принялась усиленно тереть глаза. На слова Гегемона сконфуженно хмыкнула.

– Ну что, успокоилась? – внимательно вглядываясь в моё лицо, спросил мужчина.

– Да, уже не плачу и больше не буду.

– Вот и хорошо! А теперь послушайте: у нас будет всего несколько мгновений. Я останусь у выхода и постараюсь отразить возможную атаку. Вы втроём пойдёте внутрь. Лин будет прикрывать тыл, а ты, парень, будешь прикрывать её, – взгляд пал на меня. – Понял?

Нейт уверенно кивнул.

Я обречённо поджала губы.

– С этим разобрались. Со слезами тоже. А теперь успокоились, собрались и мысленно сказали себе: «всё будет хорошо, мы справимся».

– Это заклинание какое-то? – не поняла я.

Гегемон тяжело вздохнул и буркнул:

– Ага. Ну что, готовы? Идём. Лин ждёт, чтобы провести нас через ловушки.

Демоница и вправду ждала. С таким лицом, как будто мы – плывущие жиром червяки, ещё смеем где-то задерживаться, вместо того, чтобы наперегонки мчаться в клюв к хищной птичке.

Нашу задержку она никак не прокомментировала, но одарила таким взглядом, что никаких слов и не потребовалось.

Ловушки были расставлены по всему периметру. Демоны их прекрасно видели, и нарваться не рисковали, зато прекрасно отваживали незваных гостей.

Мы шагали за Лин ровно по её следам.

Незначительная ошибка, и с одним из нас точно можно будет попрощаться.

Я шла самой последней, вслед за Нейтом. И почему-то страха угодить в ловушку совсем не чувствовала. Меня больше пугало то, что будет потом. За этими ловушками.

Никогда в жизни я не боялась перед подобными… событиями? Приключениями? Глупостями? Обычно всегда «накрывало» после. Что же изменилось? Теперь я поняла, что значит «трястись от страха». То есть бояться мне приходилось и раньше, но в других обстоятельствах. В данный момент мне нужен бел трезвый разум, а у меня колени подкашивались, и на коже выступил пот, выдающий полностью завладевший телом мандраж.

И как в таком состоянии можно что-то делать?

Я ведь даже не могла понять, чего именно боюсь. То ли армии демонов, то ли возможной неудачи, то ли просто неизвестности…

Часть пустыни, уставленную ловушками, мы пересекли быстро.

Неожиданно Лин остановилась и посмотрела куда-то вперёд, чуть задрав голову.

– Тут? – прозорливо осведомился Гегемон.

Демоница кивнула.

– Иллюзия или невидимый полог?

– Понятия не имею, – хмуро отозвалась Лин, затем прищурилась и добавила: – Но точно не иллюзия.

– Ладно. А… твои друзья там?

– Пока никого не вижу.

От этого моему «трясущемуся от страха» организму стало только хуже.

Как это их нет? А где они? Не могли же они проворонить таких гостей?

– Так, хорошо, все помнят план действий? – авторитетно спросил Гегемон.

Мы удручёно кивнули.

– Тогда идём. И помним: действовать нужно быстро. Хватаете договор и бежите обратно, поняли? Очень быстро!

Народ покивал и пошёл вслед за магом. Остановились они только тогда, когда поняли: одного забыли.

Я не двинулась с места.

– Опять плакать? – возмутился Гегемон.

– Дань, ты чего? – удивился Нейт.

– Всё ведь будет хорошо, да? – дрожащим голосом уточнила я.

– Да что ж такое! – возмутилась Лин. – Как ты вообще умудрилась демона вызвать?!

– Мне очень страшно, – на одном дыхании выдавила я. Лучше признаться сейчас. Пусть они знают, что я трушу. Может, отменят эту вылазку?

– Девочка, ты помнишь, что я тебе сказал? – тоном заботливого отца спросил Гегемон. – Пока мы рядом, всё будет хорошо.

Закусив губу, кивнула. Ладно. Нельзя больше всех задерживать.

Из-за меня всё может стать ещё хуже.

– Ну что, идём? – Гегемон поманил меня рукой.

Я послушно пошла к ним, ощущая на себе ненавистный взгляд Лин.

– Надеюсь, ты нам ничего не испортишь? – ядовито прошипела она. – От тебя требуется всего лишь взять договор! С этим ты сможешь справиться, не разревевшись?

– Сделаю всё возможное, – хмуро буркнула я.

Её слова меня не задели.

В другое время я непременно бы обиделась, но только не сейчас. Места на обиду не осталось. Всем моим организмом, каждой его клеточкой, каждым свободным отсеком мозга завладело лишь одно чувство – страх.

Он сковывал душу леденящими тисками, словно предвещая что-то нехорошее.

Поёжившись, я подошла к Нейту и одними губами прошептала:

– У меня плохое предчувствие.

Парень посмотрел на меня ободряющим взглядом, видимо пытаясь сказать: «всё будет хорошо». Вот только я не поверила.

Гегемон пошёл первым. Сделал всего несколько шагов, а затем вдруг исчез. Просто пропал, словно и не было его.

Мы терпеливо ждали. Он появился неожиданно, с какой-то ненормальной счастливой улыбкой на лице.

– Всё-таки невидимый полог! Идём!

– Демоны? – настороженно уточнил Нейт.

– Ни одного.

Я резко вцепилась в руку парня.

Тот ободряюще похлопал мою конечность своей ладонью, словно не понимал: так не должно быть. Демоны обязаны нас ждать!

Мы осторожно вошли внутрь.

Хранилище представляло собой обычное здание. Небольшое, даже без второго этажа. Ступив за порог невидимой черты, мы сразу же оказались перед огромными расписными дверями, с позолоченными ручками. Общий вид здания больше напоминал склеп. Приземистое, сделано из белого камня, и крыша была треугольного вида.

Гегемон подошёл к порогу и, схватившись за ручку, потянул её на себя.

Та с лёгкостью открылась.

Даже если демоны совсем тупые, не могли же они дверь в такое место держать незапертой. Значит, нас всё-таки ждут. Уже хоть что-то.

Когда Гегемон ступил внутрь, на него не обрушился камнепад, его не ударило молнией, и вообще, внешний вид мага остался прежним.

Ловушек на входе не было.

Значит, будут внутри.

К Хранилищу вёл небольшой коридор. На стене висели факелы, и каждый из них горел, освещая путь незадачливым гостям. Неужели демоны не видели в темноте? Наверняка видели. Этот свет зажгли для нас. Надо же, какое гостеприимство.

Осторожными шагами, стараясь не делать лишнего шума, мы двинулись прямиком к тёмной двери, находящейся в самом конце коридора.

У меня остро засосало под ложечкой.

Помимо нашего громкого дыхания, в котором с лёгкостью угадывалась паника, вокруг стояла гробовая тишина. И это заставляло мурашки бежать по телу.

Так не должно быть. Не должно быть такой неестественной тишины.

Лин шла впереди и достигла двери самой первой. Остановилась, прислушалась к чему-то, затем повернулась к нам.

– Я ничего не слышу, – шёпотом сказала она.

Гегемон поджал губы.

– Это плохо. Но другого плана у нас всё равно нет. Заходите внутрь. Лин пойдёт первой, вы за ней. Я останусь тут и если что – поджарю их всех на корню.

Возражений не последовало.

Интуиция вопила мне, что нельзя идти в это Хранилище, нужно придумать другой план, в котором эффект неожиданности будет на нашей стороне. Но убеждать кого-то, основываясь на собственном страхе, было бы опрометчивой глупостью.

Поэтому я промолчала. Впрочем, как и все.

Когда возражений не последовало, Лин резко распахнула дверь.

Я напряглась, выхватив арбалет и ожидая повторения того, что произошло в моём Королевстве. То есть оравы бесполых теней, вылетающих навстречу и окружающих в плотное кольцо, чтобы разделаться с нами раз и навсегда.

Но внутри стояла всё та же неестественная тишина.

Вокруг было пусто.

Лин осторожно ступила внутрь Хранилища. Внимательно огляделась. Затем повернулась к нам и кивнула. Лицо у неё при этом было очень напряжённым. Она тоже понимала, что не может быть всё настолько просто.

Нейт зашёл следом. Я поспешила за ним.

Хранилище было именно хранилищем. Большое помещение, круглой формы, от которого тянулись длинные, казалось, бесконечные коридоры. В них не было освящения (только в центре этого круга), и из-за этого они производили зловещее впечатление.

В центре – какая-то пентаграмма со странными рисунками, видимо, чего-то древнего.

По краям круга, в котором мы стояли, тянулось маленькое деревянное ограждение. Чтобы на него подняться, надо было подойти к лесенке, состоявшей всего из трёх ступенек.

Но в этот раз проход был закрыт. Прямо перед лестницей стоял стол, преграждающий путь. На столе что-то лежало. Пока Нейт с Лин недоумённо осматривались, я медленно приблизилась к деревянной конструкции.

На идеально отшлифованной поверхности лежало два договора.

У меня сердце ёкнулось в пятки. Нет… нет. Нет.

Развернула бумагу трясущимися руками.

Мой.

Второй можно было и не проверять, но я все равно развернула и его, буквально физически ощущая, как гулкие удары сердца отдаются в голове.

Нейта.

– Ты будешь искать договор или нет? – раздражённо окликнула меня Лин.

– В этом нет необходимости, – мёртвым голосом отозвалась я. – Они уже тут.

Медленно повернулась и продемонстрировала два свернутых пергамента.

Лин сглотнула. Нейт побледнел.

В этот же момент входная дверь резко захлопнулась, заставив нас троих подскочить на месте. Гегемон. Снаружи остался Гегемон!

Почти сразу же пропала и неестественная тишина. Повеяло холодом. Огонь от свечей заметно покачнулся.

Со всех сторон до нас донёсся шепот. Тихий, гулкий, пронизывающий до костей… заставляющий мурашки в панике бежать по телу. Тени от свечей плавно трансформировались в осязаемые фигуры. И со всех сторон стала приближаться темнота, издавая при этом нечеловеческий гул, играя на наших нервах.

Из тех самых зловещих тёмных коридоров со стеллажами, начали высовываться демоны. Они плавно окружали нас, по кругу, вдоль маленького деревянного заборчика. Когда место закончилось, поток демонов прекратился, но из темноты со стороны каждого коридора выглядывали дикие красные глаза.

Тут им не нужно было скрываться.

Тут они были собой.

Нейт медленно подошёл ко мне и встал так, чтобы закрыть спиной. Но это было бесполезно. Демоны окружили нас со всех сторон.

А я вдруг ощутила облегчение. Когда ты видишь своего врага – это уже большое счастье. Видеть, осязать, знать – враг есть. Враг следит за каждым твоим движением, но тем не менее, вот он – появляется прямо перед входной дверью. В человеческом облике. В своём неизменном чёрном фраке и идеально начищенных сапогах.

Велизар. Собственной персоной.

Демон улыбался. Так, как могут улыбаться только победители. А в глазах искреннее злорадство. Прямо как я себе и представляла.

– Принцесса! – радостно воскликнул он.

Я зло смотрела на него.

В какой-то момент мне показалось, что все декорации сейчас рассыплются. Что картонные стены упадут, а договоры, которые я держала в руках, превратятся в прах.

– Я так рад вас видеть!

– Не взаимно, – буркнула в ответ.

– Это было не вам. Я очень рад наконец-то увидеть сразу двух Хранителей.

Нейт обнажил меч и выставил его вперёд. Велизар ещё до нас даже не дошёл, но уже увидел острие, намекающее этому гаду: так просто мы не сдадимся.

– Мальчик, убери эту зубочистку. Нас больше, мы сильнее, и твой меч тебе уже не поможет.

Я наставила арбалет прямиком на Демона Перекрестка.

– Всех, может, мы и не остановим, но тебя – запросто.

– Принцесса, – хмыкнул демон, – ваша наивность просто не знает границ.

– Один щелчок пальца и ты покойник, – сухо сказала я.

– Ты что, не знала? Я и так уже мертв.

– На кого вы работаете? – Я упорно гнула свою линию, не позволяя своей руке дрогнуть ни на секунду. Пусть думает, что я не боюсь.

– На очень, очень влиятельного человека.

– Дай угадаю: Король Седьмого Королевства?

Велизар довольно улыбнулся.

– Что привело тебя к этой догадке?

– Зачем вам всё это? – резко спросила я, пропустив его вопрос мимо ушей.

– М-м-м… дай-ка подумать… жить хочется.

– А королю хочется власти.

– У каждого свои мотивы.

– Что вы задумали? – Задавая вопрос, я сделала шаг в сторону, чтобы лучше видеть свою мишень.

– Так я тебе и сказал.

– Ну мы же всё равно скоро умрём. Похвастайся, что ли.

– Принцесса, вы глупы как никогда.

– Зато вы превзошли себя.

– Благодарю.

– Это был не комплимент.

– Это неважно. Может, хотите попрощаться друг с другом? – спросил Велизар, переводя умилённый взгляд с меня на Нейта и обратно.

– А что, Лин в список смертников уже не входит?

– Она же привела вас сюда.

Мы с Нейтом резко посмотрели на демоницу. Та стояла возле одной из теней и наблюдала за нами с искренним злорадством.

– Ты за это ответишь, – прошипела я.

– Непременно! – радостно отозвалась подлюга.

– Что, всё было спектаклем? – сморщив лоб, продолжила я расспрос, обращаясь то ли к Лин, то ли к Велизару. – И это спектакль? Нашли для нас одинокое здание, создали подобие Хранилища и написали фальшивые договоры?

– Что ты, – обиделся Велизар. – Всё по правде! Смерть, ваша, кстати, тоже будет по правде. Ладно, хватит речей. Взять их!

И тут произошли две вещи.

Первая – это резкий толчок. Настолько сильный, что я не удержалась на ногах. Чувствуя, как крепкие руки плотным кольцом обвивают талию, а тяжёлое тело наваливается сверху, закрывая меня своей спиной, я полетела на пол.

Вторая – это громкий взрыв.

Пока падала, успела заметить, как выбили входную дверь, а внутрь ворвались две тёмные, человеческие фигуры.

– Нет-нет-нет!!! – истерично заверещала я. – Слезь!!! Пожалуйста, не надо!!!

Нейт лежал сверху, придавив меня к полу всем своим весом, фактически лишив возможности двигаться. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, не могла перевернуться, чтобы со всей дури врезать парню за глупость, не могла даже вдохнуть полной грудью…

Я только чувствовала, как тяжёлое тело лежит сверху и не даёт мне шанса принять удар на себя.

Вокруг нас находились сотни демонов. Неужели они так просто отпустят свою добычу?

Когда Гегемон ворвался внутрь, у тех, кто стоял дальше от входа, было ещё много времени довести дело до конца.

– Ты мне обещал!!! – заорала я, не переставая дёргаться в тщетной надежде, что в один прекрасный момент получится освободиться из тисков.

Нейт не ответил. Я испугано попыталась повернуться, чтобы посмотреть, что происходит, но так и не смогла. Парень словно почувствовал что-то и резко прижал мою голову к полу, обхватив её своими руками. Крепкие пальцы пробрались сквозь волосы, обхватив отдельные пряди и потянув их вверх, причиняя боль. То ли его лоб, то ли нос уткнулся мне в затылок.

Я хотела крикнуть: «что происходит?! Что они делают с тобой?!», но не успела.

Дикий, утробный вой, полный боли, отчаяния и безысходного смирения разнёсся по помещению. Как будто и до этого его боль была невыносимой, но каждую секунду, пока над ним издевались демоны, Нейт терпел. И эти пальцы, которые, казалось, могли выдрать мне волосы на корню, стали одним из проявлений дикой боли. А пронизывающий до костей крик – последней каплей.

– Нейт… – обречённо выдавила я, уже даже не надеясь, что он отпустит. – Нейт!!!

Парень не отвечал.

Пальцы больше не оттягивали мне волосы. Но тело все ещё лежало сверху и придавливало к земле.

Я дернулась. Раз, два, три, четыре… всё было тщетно. Он не хотел, чтобы я это видела. Ему было так больно, что казалось, будто все его ощущения перекинулись и на меня. От безысходности, от невозможности что-либо сделать, я с отчаянным стоном стукнулась виском об пол и прошептала, чувствуя, как непроизвольно по лицу начинают катиться слёзы:

– Помогите…

Никогда в жизни я не боялась перед очередным рисковым поступком.

Но тут – мне сводило все конечности от страха.

И теперь стало понятно, почему.

Я словно знала, что так будет.

Предчувствие вопило о том, что произойдёт что-то плохое.

Вот и произошло.

Мне казалось, что мы лежали тут уже целую вечность. А время все тянулось и тянулось, Нейт кричал от невыносимой боли, а я плакала от безысходности и молила кого-то о помощи. Но на самом деле прошло, наверное, не больше двух-трёх минут.

Неожиданно помещение озарила яркая вспышка света.

В этот же момент послышался чей-то крик: «не трогайте его!!!», а затем тяжесть от чужого тела вдруг исчезла.

– Дань, вставай, – прозвучал рядом со мной голос Гервика.

Я судорожно оторвалась от пола, повернула голову и посмотрела на растрёпанного парня.

– Т-ты как тут… – едва выговаривая слова, попыталась спросить я, пока он помогал мне подняться.

– Гегемон позвал на помощь. Надо бежать. Помоги поднять его.

С этими словами Герви склонился над Нейтом.

Я повернулась и застыла в оцепенении. Прижала ладонь ко рту и, не желая верить, что всё это – правда, тихо прошептала:

– О Боже…

Нейт лежал на полу, безвольно раскинув руки. Его кожа была ещё бледнее, чем в тот день, когда он только обратился человеком. Губы – не то что синие, они были фиолетовыми, опухшими и потрескавшимися. Глаза закрыты, а на лице застыло выражение невыносимой муки.

– Хранитель! – ошарашено выдавила я, чувствуя, как подкашиваются ноги. – Они забрали его Хранителя?!

– Дань, помоги мне!

– Он мёртв?! – истерично выдавила я.

– Даня! Соберись! Надо бежать!

– Он не может умереть!

– Даня!!!!

Зажала себе рот, чтобы сдержать рвущийся наружу истеричный вопль.

В этот же момент веки парня чуть приоткрылись.

Вместо вопля из горла вырвалось что-то истерично-радостное.

– Даня!! Жив он! Помоги его вытащить!!! – заорал Гервик.

Я резко сорвалась с места, подлетела к едва живому парню и схватила его под второе плечо.

Мы с Гервиком напряглись до предела, чтобы поднять тяжёлое тело, развернулись и чуть ли не бегом направились к выходу.

Только сейчас я заметила, что мы находились между двух огненных стен. Горячие потоки обволокли помещение от пола до потолка, создав для нас подобие коридора и отгородив демонов.

– В портал!!! – грубо крикнул нам Гегемон.

Он стол рядом с дверью, подняв руки вверх и управляя огнём, который не пускал демонов полакомиться нами.

– Договор с тобой?! – взволнованно спросил маг.

Придерживая Нейта под руку, я кое-как продемонстрировала оба пергамента.

Бежать было очень тяжело. Пришлось перекинуть часть веса парня на себя. Но осознание того, что позади находятся те, кто очень не хочет, чтобы мы вышли отсюда живыми, волшебным образом прибавляло сил.

Мы провалились в портал неожиданно.

Земля ушла из-под ног. Нас крутануло в воздухе, и, не успев сгруппироваться, мы резко полетели вниз. Стараясь удержать Нейта за локоть и не дать его телу улететь в неизвестном направлении, я даже не думала о собственных ощущениях.

На этот раз мы падали секунд тридцать.

Как будто нырнули в прорубь и тут же вынырнули, но уже с другого конца озера. Вернее, нас вышвырнуло.

Я грохнулась на землю с такой силой, что тело раскрутило по песку. Меня откинуло на довольно приличное расстояние от остальных, поэтому когда я с тихим жалобным стоном поднялась, к Нейту с Гервиком уже подбежал Сенсодин. Маг схватил едва живого парня под локти и помог дотащить до кибитки.

– Залезайте скорее!! – крикнул он грубым басом.

Я подбежала к ним в тот момент, когда Сенсодин уже уложил Нейта внутрь.

Схватившись за косяк двери, запрыгнула в кибитку.

Буквально за секунду до того, как та тронулась, к нам влетел Гегемон, резким движением захлопнув за собой дверь. Маг не сказал ни слова. Даже не взглянув на лежащего на полу Нейта, он быстро сел на одно из сидений и что-то судорожно зашептал.

Герви тоже предпочел сесть на удобное место.

И только я сидела на полу рядом с умирающим парнем.

Гегемон был занят тем, что вытаскивал нас из этого Ада – в прямом смысле, и просить у него помощи было бы настоящим эгоизмом. Приложив ладонь ко лбу Нейта, я с ужасом поняла, что он не просто холодный, а ледяной.

– Держись… – прошептала я. – Еще чуть-чуть…

Сколько он протянет без Хранителя?

Дышать ему становилось всё труднее. То и дело слышались судорожные полувздохи, полувсхлипы. Мне хотелось рвать на себе волосы от осознания того, что я ничего не могла сделать.

– Пожалуйста, только не умирай… – прошептала в отчаянии.

Неожиданно кибитку мотнуло с такой силой, что меня откинуло сперва к задним сиденьям, не слабо приложив об них спиной, а затем к передним, так, что я упала прямо на Нейта.

Парень дёрнулся и слабо застонал.

– Прости, – испугалась я. – Прости!

Губы Нейта дёрнулись в едва-едва заметной улыбке, и больше он никак не отреагировал, ни на мой отчаянный шёпот, ни на лёгкие толчки.

– Где ты заключала договор? – хрипло, немного нервно спросил Гегемон.

Я удивлённо посмотрела на него.

– Зачем вам?

– Отправимся туда.

– Что? – на секунду мне показалось, что я ослышалась.

– Нельзя терять ни секунды. Демоны будут преследовать нас.

– Вы что, смеётесь надо мной?! – ошарашено выдавила я. – Нейт умирает! Нам нужно к лекарю!

Гегемон посмотрел на меня в упор. Во взгляде мужчины проскользнуло сочувствие.

– Его Хранителя просто выдернули. Это Извлечение было смертельным.

– Поэтому нам нужно к лекарю! – воскликнула я, почувствовав, как странный комок встаёт поперёк горла.

– Твой друг не дотянет до ближайшего лекаря.

– Так используйте телепорт!

– На такое расстояние у меня одного не хватит сил.

– Тогда сделайте это вместе с Сенсодином!

– Он держит защиту от демонов.

– Тогда используйте ещё одного мага!

– Он остался в лесу.

Я смотрела на Гегемона в упор, не моргая, не отводя взгляда. Смотрела и просто пыталась найти ответ: это правда? Это всё по-настоящему?

– Он спас меня, – выдавила абсолютно безэмоциональным тоном.

– Мне очень жаль, – покачал головой маг.

– Он… – Я судорожно вдохнула, сглотнула и продолжила дрожащим голосом, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на крик: – Он умрёт, если ему не помочь.

– Принцесса, Хранитель привязан к жизненной энергии своего носителя. Этому парню уже не помочь. Его силы почти на нуле. Он фактически мертв.

Я резко вцепилась пальцами в собственную коленку.

Нет-нет-нет! Это просто очередная уловка Гегемона! Он снова проверяет меня на сообразительность!

На лице мага было такое сочувствие, что непроизвольно можно было поверить. Но это не может быть правдой! Другие лишались своих Хранителей без вреда для жизни!

– Почему Хранитель не защитил его? Он ведь создан для этого, – выдавила я, чувствуя, как слёзы начинают душить во мне последние остатки разума.

– Извлечение – это не магия, – просто ответил Гегемон, словно мы говорили о погоде.

Мне было всё равно. Магия это или нет. Правильным было Извлечение или нет. Прямо передо мной лежал умирающий друг. И мне было глубоко плевать, что послужило тому причиной! Он должен жить! Он просто не может умереть, не сейчас, только не так! Не при мне!

– Очнись, – глотая рвущиеся наружу рыдания, грубо крикнула я и ударила Нейта по груди. – Очнись! Ты обещал мне, что увидишься со своей мамой! Ты должен сказать, что жив! Ты все шесть лет был жив, ты не можешь умереть!!!

Последние слова уже выкрикнула, сорвавшись на истеричный визг.

– Вечно ты неприятности притягиваешь! – Я схватила его за плечи и принялась усилено трясти. – Просила же не спасать меня!! А ты что?! Самовлюбленный эгоист!! Только о себе думаешь! Я же ведь говорила, что решения надо… вместе… принимать…

И тут меня прорвало.

Слезы покатились ручьём, и как я ни старалась вытирать их грязной ладонью, они не прекращались. Жалобнее всего смотрелись иссушающие рыдания, которые заставляли искажаться рот в неестественном оскале и брызгать слюной.

– Тупой идиот! Как же я тебя ненавижу! Зачем ты это сделал?!

– Дань, – послышался тихий голос Гервика.

– Зачем?! – не успокаивалась я и трясла полумёртвое тело за грудки.

– Дань…

И видя, что его слова не действуют, Герви резко схватил мои руки и заставил повернуться к себе.

Парень спустился со своего места и сел на колени рядом со мной. Я подняла зарёванные глаза и поняла, что Гервику тяжело не меньше, чем мне. И ему точно так же хочется кричать, бить всё подряд и истерично вопить. Но парень держался, и своим обречённым взглядом пытался призвать к спокойствию и меня.

Только мне это спокойствие даром было не нужно.

– Ты же маг, Герви, – всхлипывая, выдавила я. – Герви, ты должен его спасти.

– Я не могу, Дань.

– Ты ведь тоже привязался к нему. Ты же не допустишь его смерти!

– Ты думаешь, если бы я мог что-то сделать, то не сделал бы?! За это время он стал и моим другом тоже! Но ему уже не помочь.

– Нет! – Я остервенело покачала головой.

– Я… – Герви судорожно вздохнул и отвернулся, пытаясь спрятать слезы. – Мне очень жаль, – хрипло прошептал он.

– Хватит!!

Я закрыла лицо руками и замотала головой, словно мантру повторяя только одно слово: «нет».

Как я могла позволить Нейту ввязаться во всё это?! Знала же, что добром не кончится! Просила же не пытаться геройствовать! Вечно он так! «Я поступлю правильно», «я всегда буду рядом»! Да лучше не был!

Хотя нет.

Лучше бы меня рядом не было. Тогда он был бы жив. Лучше бы он вообще не был принцем. Тогда у него не было бы Хранителя. Чертов Хранитель! И кто просил связывать их с нашей жизненной энергией?!

«Хранитель связан с жизненной энергией носителя».

– Привяжите к нему моего Хранителя! – воскликнула я, отнимая руки от лица.

– Что? – опешил Гегемон.

– Привяжите к нему моего Хранителя!! На телепорт вас не хватит, но с этим вы справитесь?! – И прежде чем маг успел ответить, я быстро проговорила: – А если не справитесь, возьмите Гервика! Он талантливый маг! Он вам поможет! – Резко повернулась к упомянутому парню и с надеждой, едва выбивающейся из-под всхлипов и путанной речи, спросила: – Ты ведь поможешь?! Ты обещал! Ты сказал, что если бы мог помочь, ты бы помог!

– Даня-Даня! – перебил мою истерику Гегемон. – Ты понимаешь, о чём просишь? Это тебе не крестиком вышивать!

– Но это возможно, так?! Вы не сказали, что невозможно!

– Даня, это абсурд!

– Какой ещё к черту абсурд?! Это его шанс спастись!!!

– Дань, послушай. Я не использую телепорт не потому, что у меня не хватает сил. На нашем транспорте стоит защитное заклинание. Оно спасает от любых внешних проявлений магии. Телепорт – это внешнее воздействие. И либо мы сейчас снимаем его и получаем вдогонку целую армию демонов, либо мы оставляем всё, как есть. И добираемся до дома живыми. Почти все. Других вариантов я тебе предложить не могу.

– Можете. Вы можете привязать моего Хранителя к Нейту.

– Я не могу! Это очень опасная магия, я не смогу сделать это в этой трясущейся кабине!

– Вы должны попробовать! Если вы этого не сделаете, Нейт умрёт!

– Если я это сделаю, умереть может не только он, но и ты!

– Да мне всё равно!!! Просто… спасите его!

– Даня, – покачав головой, сказал Гегемон. – Люди вокруг тебя будут умирать.

– Хватит.

– И тебе придётся научиться жить с этими потерями.

– Замолчите!

– Этого парня не спасти. Тебе нужно с этим просто смириться.

– Заткнитесь!! Время уходит, пока вы мне тут нотации читаете! Просто привяжите к нему моего Хранителя! Быстрее!!

– Даня, послушай. Если я это сделаю, твой Хранитель будет пытаться его спасти. А спасти его можно только одним способом: найти ему жизненную энергию. И Хранитель будет искать её в единственном источнике, которым располагает. То есть в тебе.

– И тогда Нейт дотянет до лекаря?

– Обычный лекарь тут не помощник. Ехать нужно в моё поместье.

– Но если я отдам Нейту часть своей энергии, он дотянет?

– Я не знаю. Он, может и дотянет. А ты, возможно, нет.

– Я согласна.

– Ты понимаешь, на что соглашаешься?! Это не очередная глупая шутка! Если ты умрёшь, твоё королевство уже никто не расколдует! Твои родители погибнут! И ты сама попрощаешься с жизнью.

Я в упор посмотрела на Гегемона и сказала ему каким-то отрешённым тоном:

– Если он умрёт, то никакая жизнь мне будет не нужна.

Маг в ответ лишь покачал головой. Посмотрел на Гервика и спокойно сказал ему:

– Мне нужна будет твоя помощь.

Герви тут же вскочил на ноги, но из-за тряски неловко покачнулся и упёрся руками в стены кибитки. Кое-как переступив через нас, парень сел рядом с Гегемоном.

– Даня, ложись рядом с Нейтом. Постарайся лечь так, чтобы коснуться его руки.

Я поспешно исполнила просьбу. Касаться руки Нейта было не проблемой – проход между сиденьями был настолько узкий, что я еле поместилась в нём вместе с парнем.

Гегемон склонился над нашими головами.

– Слушай меня внимательно, принцесса. Я отделю твоего Хранителя и попытаюсь привязать его к Нейту. Ты будешь чувствовать невыносимую боль, даже несмотря на то, что это будет не полное Извлечение. Из тебя начнут высасывать все соки, и ты не сможешь отключиться. Хранитель тебе не даст. Ты можешь умереть даже не столько от потери жизненной энергии, сколько от банального болевого шока. Вытерпишь этот Ад ради этого парня?

– Вытерплю всё, что угодно.

– Тогда приступим.

Я кивнула – больше самой себе, и уставилась в потолок.

В данный момент душу переполняло счастье – Нейта можно спасти!! Через адскую боль? Ну и что? Любая боль не вечна, и ради чужого спасения можно и потерпеть.

Когда Гегемон сказал, что мне придется пройти через Ад, я подумала, что это такая образная метафора.

Но это была совсем не метафора.

Сперва ничего не происходило. Я нервно подрагивала ногой, молясь, чтобы драгоценное время не ускользнуло в тот момент, когда наконец-то появилась надежда. Рядом слышались яростные перешептывания Гервика с Гегемоном, но в чём был их смысл, я так и не разобрала.

Всё началось с неприятного покалывания в груди. Оно было едва заметным, но всё-таки довольно ощутимым. Я поёрзала на месте и приготовилась, понимая, что теперь нужно будет сделать всего лишь одну очень важную вещь: бороться за свою жизнь.

Ради мамы. Ради папы.

Ради Нейта.

А потом началась боль. Та самая боль, что была похожа на Ад. Боль, пронзившая каждую клеточку тела, не оставив ни одного свободного места, которое бы не корчилось в муках.

Это была БОЛЬ.

Думая, что смогу справиться со всем, я даже не представляла себе масштабов того, что мне придётся пережить за эти… за это время.

Сколько раз я говорила себе: «мне так больно», но оказывается, я ничего не знала о боли. Вряд ли о ней вообще кто-нибудь хоть что-то знал, потому что пережить такое дано не каждому.

Это было далеко не ноющая рана в душе, это не было похоже на разбитое сердце и последующую за этим безграничную печаль, это не было похоже даже на физическую рану от тупого предмета. Рана ноет лишь в одном месте. А эта боль была везде.

Я не могла пошевелиться, не могла дышать или даже моргать так, чтобы хоть на секунду от неё избавиться. Боль была настолько сильной, словно мне во всё тело воткнули металлические иглы. Эти иглы были повсюду: в ноге, в руке, в носу, в глазах, в голове. Боль не пропустила ни одного потаённого местечка. Она вонзилась в меня так резко, так жестоко, что даже не оставила мне возможности дышать.

Несуществующие металлические иглы забрались под кожу и принялись с особой жестокостью орудовать там. Они словно выворачивали все органы наизнанку. Они пытались заставить меня вопить от боли. А кожа в это время словно покрылась огнём. Она выгорала, выжигала каждый сантиметр дергающегося тела.

Но просто огня для боли было мало.

На меня словно обрушилось множество огромных раскалённых ломов, и каждый из них бил по мне так, будто старался сделать этот удар последним. Казалось, что под изнемогающей от боли кожей действительно ломаются кости.

Первое время я пыталась сделать вид, что сильная. Что готова это терпеть – ведь сама же на это пошла. Но потом стало просто невыносимо.

Первое, что прорвалось наружу – это крик. Нет. Скорее утробный вой.

Я никогда в жизни не кричала так неистово, с какой-то жалостливой мольбой скорее это прекратить. А дальше хлынули слеёы. Просто как ещё одно проявление боли. Мне было мало корчиться и вопить – это просто не помогало. И я разревелась. Возможно, это был такой способ отвлечься.

Но не помогло и это.

Обычно в эти моменты нормальные люди погружаются в блаженное забытье.

Но только не я.

Я осталась в реальности, чтобы каждой клеточкой чувствовать лишь БОЛЬ.

Наверное, вокруг меня что-то происходило. Возможно, кибитка подскакивала на высоких кочках, заставляя греметь стеклянные банки. Возможно, Герви и Гегемон что-то делали помимо заклинания. Может, у них даже что-то пошло не так.

Да, наверное, способность думать о плохом никто не сможет у меня отнять.

А еще, возможно, что я уже вцепилась в руку Нейта с такой силой, что оставила на его коже кровавые следы.

Вполне возможно.

Но я не видела, не слышала и не ощущала, что происходило там, в реальности.

Весь мой мир сосредоточился только на боли. Она не давала думать, анализировать или наблюдать. Она заставляла корчиться в предсмертных муках и издавать нечеловеческие стоны, умоляющие о пощаде. Она пульсировала в моей голове, вынуждая мечтать о мгновенной смерти. Именно той смерти, которая сможет это остановить.

Где-то на краю отмирающего сознания услышала хриплый голос:

– Бери её на руки, неси в дом. Быстрее!

И в этот блаженный миг я наконец-то ощутила, как боль отступает.

Сдержать счастливый всхлип было выше моих сил.

Я почувствовала, как тело взметнулось вверх. Любое прикосновение даровало новую порцию болезненных ощущений, но теперь мне хотя бы не хотелось умереть.

Кажется, меня взяли на руки. Повернув голову, с трудом различила чью-то мужскую грудь. Бежевую. Это был бежевый цвет.

– Герви, – с трудом прошептала я, – всё обошлось?

– Т-с, не говори ничего.

– Герви. Скажи мне.

– Всё хорошо. Сейчас поспишь, и всё пройдет.

Поспишь.

Всё пройдет.

Хранитель наверняка высосал из меня чуть ли не полжизни. Сколько нужно времени, чтобы восстановиться?

От этих мыслей в душу закралась паника.

– Герви! – Я резко вцепилась парню в куртку. – Герви, не давай мне спать!

– С ума сошла?! Тебе обязательно нужно поспать!

– Нет, Герви, я просплю очень долго, понимаешь? Разбуди меня, пожалуйста! Не дай мне спать больше дня! – В голове возникло случайное число, и я поспешно проговорила: – Дай мне поспать шесть часов, не больше. Прошу тебя! Мне нельзя терять время, понимаешь?

– Всё будет хорошо, – хмуро отозвался парень.

Кажется, он толкнул ногой дверь, из-за чего та с громким стуком ударилась о стену.

Спустя несколько секунд я уже лежала на мягкой и уютной кровати.

Но боль оставила после себя слишком яркие воспоминания. И хотя она уже больше не выворачивала меня изнутри, тело запомнило каждое мгновение тех невыносимых минут. И оно до сих пор болело, не давая мне возможности расслабиться.

Уже чуть не плача от отчаяния, я неожиданно почувствовала прикосновение тёплых пальцев к своему лбу. За этим последовал тихий шёпот: «спи».

И дальше наступила долгожданная темнота.

* * *

Из пучины блаженного беспамятства меня выдернул яростный голос:

– Даня! Вставай! Давай, просыпайся!

Слова сопровождались грубой тряской, из-за чего мне поплохело даже во сне.

– Ч-что? – с трудом прохрипела я.

– Ты просила тебя разбудить! Я и бужу! Вставай скорее, пока Гегемон не понял, что это я виноват в твоём пробуждении!

– Мы-гы, сейчас, – сонно пробормотала я.

– Даня! – Герви затряс меня с двойной силой. – Я ведь могу и уйти, – яростно зашептал он, – и дать тебе поспать нормально.

– Нет, – буркнула я. – Сейчас встану.

«Сейчас» было даже слишком оптимистичным прогнозом.

Глаза совершенно не хотели разлепляться. Каким-то демоническим усилием воли я всё-таки заставила себя посмотреть на окружающий мир. Увидела потолок. Большой тёмно-серый потолок. В обзор попала голова Гервика. Парень был встрёпанным, сонным и каким-то измученным.

Открыть глаза оказалось лишь пол делом.

– Как ты? – спросила я Гервика, пока пыталась пошевелить хоть одной конечностью.

Тело ныло и отдавало притуплённой болью на любое движение. Мышцы пульсировали на руках и ногах, шея затекла, а на кончиках пальцев ощущалось странное покалывание.

– Вы меня до смерти напугали, оба!

Как бы ещё заставить себя встать?

– Поверь, ни за что бы не согласилась пережить это снова.

Я чуть приподняла голову с подушки, но так и не смогла сесть, вновь откинувшись обратно. Посмотрела на Гервика, и с некоторой хрипцой в голосе спросила:

– Как он?

– Ещё не очнулся.

– Жив?

– Жив.

Я облегчённо выдохнула. Известие придало внутренних сил. Со слабым стоном я всё же заставила себя сесть, хотя очень хотелось лежать в мягкой постели до конца своих дней.

– Где мы? – спросила спустя несколько секунд, удивлённо разглядывая комнату, в которой оказалась.

– В поместье Гегемона.

Похоже, маг очень богат.

Комната была обставлена роскошно и со вкусом. В ней находились разные предметы будуара, что явно намекало на то, что до меня тут кто-то жил. Большая кровать из красного дубового дерева стояла прямо посередине, напротив – маленький туалетный столик, но на нём был только лишь один канделябр, никаких гребней или флакончиков с духами. Три высоких окна находились справа от меня и были занавешены красными бархатными шторами, из-за чего комната погрузилась в полутьму.

– Герви, а где договоры? – недоумённо спросила я, понимая, что у меня их нет.

– Гегемон забрал.

– А знаешь, где он?

Парень пожал плечами.

– Найти его не трудно.

– Проводи меня к нему, пожалуйста.

Чувствуя, как сводит ноги от напряжения, кое-как поднялась и, покачнувшись, опёрлась рукой на подскочившего Гервика.

– Ты уверена, что стоит? Давай ещё немного полежишь, а?

Я отрицательно покачала головой.

– Всё нормально. Знаешь, что. Не надо к Гегемону.

– Ну Слава Пресвятым…

– Отведи меня к Нейту.

– Что?

– Пока Гегемон не знает, что я встала, хоть смогу посидеть с ним немного.

– Да ты что, с ума сошла?! Лучше поспи!

– Герви, – хмуро сказала я. – Просто отведи.

Парень поджал губы и явно хотел что-то сказать, но потом вдруг передумал. Вздохнул и согласно кивнул. Взял меня под руку и повёл к выходу.

Я делала небольшие шаги, всё ещё не привыкнув к ноющим мышцам. Подходя к двери, лишь на секунду повернулась, чтобы взглянуть на себя в маленькое зеркальце, висящее на стене. Просто чтобы убедиться – выгляжу ужасно.

Но неожиданно Герви резко загородил собой обзор.

– Ты чего? – опешила я.

– Ничего. Идём.

– Стой, что происходит?

– Пойдём, Дань. – Парень неожиданно резко схватил меня за руку и потащил к выходу.

– Стой! – воскликнула я. – Что случилось?!

– Ничего, нормально всё.

– Герви!!! Не заставляй меня орать и вырываться!

Парень остановился в самый последний момент, прямо у двери. Посмотрел на меня таким сочувствующим взглядом, что мне стало дурно.

Я резко сорвалась с места, попыталась обогнуть парня, но зацепилась за его плечо, споткнулась и чуть не упала. Герви поддержал. Помог встать напротив зеркала.

– О нет, – выдавила я, ошарашено пялясь на собственное отражение.

Дрожащей рукой дотронулась до своих волос и с трудом провела по ним рукой, оттянув их в сторону, и отпустила, из-за чего они, словно прозрачный дождь, медленно вернулись обратно.

– Хранитель вытащил из тебя очень много, – выдавил Герви.

Я тупо смотрела на себя в зеркало и раз разом трогала вытцетшие пряди.

Голова была седой ровно наполовину. Казалось, это была не очень удачная шутка, и кто-то покрасил меня точно по пробору.

Одна половина – коричневая, вторая – седая.

– Эта жизнь словно специально издевается надо мной, – с трудом проговорила я, не находя в себе сил отвести взгляд от… этого.

И так ведь рожей не вышла, а теперь ещё и ЭТО.

– Всё не так плохо, – удручённо сказал Герви, пытаясь подбодрить.

– Не надо. Я прекрасно вижу, какое это уродство.

Наполовину седая.

Почти старуха.

И это – цена за спасение Нейта? Если так, то наверное, стоит даже поблагодарить судьбу. Седые волосы в обмен на жизнь – могло быть и хуже.

– А где моя шапка? – спросила тихо.

– Не знаю. Ты уже в кибитке была без неё.

Понятно. Умудрилась потерять её в Хранилище. Кажется, вместе с арбалетом, потому что убегала оттуда уже без него.

– Ладно. Идём.

Я сглотнула, повернулась обратно к Гервику, схватила того под руку и за всю оставшуюся дорогу не проронила ни слова.

Шли мы недолго. Комната, в которой находился Нейт, была совсем рядом, буквально в двух шагах. Герви брёл, терпеливо подстраиваясь под мой медленный шаг. Иногда ноги подкашивались или меня заносило куда-то в сторону, и парень тут же помогал выровняться, при этом злобно сопя, тем самым намекая о своём отношении к моим похождениям.

А у двери Нейта неожиданно обнаружился Гегемон.

– Уже проснулась?! – удивился он.

– Выспалась, – хмуро буркнула я.

От меня не укрылся тот взгляд, которым маг осмотрел мои волосы.

Внутри тут же всколыхнулась злость. Я, конечно, состроила отрешённую мину, но мысленно обиженно подумала: «ну давай, посмейся ещё».

– Да ты же на ногах еле держишься! – между тем воскликнул Гегемон. – Иди ложись, мученица!

– Я не лягу.

Понимая, что наш последующий разговор может стать достаточно личным, с виноватым лицом повернулась к Гервику. К моему счастью, парень понял всё без слов.

– Ладно, там ещё сделать кое-что надо. Я…я ненадолго. Если что – зови.

Я благодарно кивнула и перевела взгляд на серьезного Гегемона.

– Вы поможете мне добраться домой? – спросила без обиняков.

– Как будто у меня есть выбор, – усмехнулся маг. Он облокотился о стену, скрестил руки на груди, что смотрелось так, словно он положил их на свой округлый живот, и спросил: – Как ты себя чувствуешь?

– Жить буду, – отмахнулась я, посмотрев на дверь, ведущую в комнату, где лежал Нейт.

– Ты прямо героиня. – От Гегемона мой взгляд не укрылся. Почти сразу же на его губах появилась усмешка. – Безрассудная героиня.

– Я знаю, что вы думаете, – сухо отозвалась я, уставившись в пол. – «Ох уж эта девчонка, она поступила так глупо. Только от неё зависит, выживут ли её родители, а она так опрометчиво рискует жизнью, словно они для неё ничего не значат!». – Сказав это, замолчала на несколько секунд. Сглотнула. И, не поднимая взгляда, продолжила: – Это не так. Я их очень, очень люблю. Но… тут, внутри меня, есть кое-что намного сильнее долга. И дело не в том, что я жизни себе не могу представить без Нейта. Я бы поступила так же, будь на его месте вы. Просто я человек, ясно? Я не хочу быть одной из тех подлых тварей, что ни разу в жизни не поддерживали меня, когда именно в их помощи я нуждалась больше всего на свете. Я человек. Я просто человек.

Гегемон молчал.

Судя по его взгляду, ему очень хотелось разразиться нещадной бранью на бестолковую девчонку. Но что-то удерживало его от этого.

Мужчина просто стоял и смотрел на меня, словно чего-то ждал. Но, не дождавшись, спросил сам:

– Ну что, ты пойдёшь к нему?

– Да. Я ненадолго. А потом к родителям, ладно?

– Найдёшь меня сама.

– Хорошо.

Гегемон кивнул и шаркающей походкой удалился.

Я встала напротив двери и нерешительным движением дернула ручку.

В комнате было темно. Свет в окна проникал какой-то серый и унылый, но всё-таки позволял увидеть очертания всех предметов. И людей.

Нейт лежал на кровати, стоящей у самой стены. Парень спал, и лицо у него было спокойное, умиротворенное. Не то что после Извлечения – с застывшей гримасой боли и страдания.

Я слегка улыбнулась. Всё-таки не умер. Лежит живой, дышит и, наверное, видит сны. А может, и нет. Может, просто спит.

Я присела на самый-самый краешек кровати, боясь потревожить парня.

Под моим весом матрас прогнулся, и пружины заскрипели. Я тут же испуганно привстала. Решив больше не испытывать судьбу, просто отошла к дальней стенке. Встала и принялась наблюдать оттуда.

Спасла его, потому что хотела остаться человеком… серьёзно? Гегемона ты, Даня, ещё могла провести. А себя?

Я обречённо прикрыла глаза.

В этот же момент со стороны кровати послышалось какое-то копошение.

Резко вскинувшись, увидела, что Нейт проснулся и удивлённо смотрит на меня.

Мы молчали всего несколько секунд, а затем парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его опередила:

– Как ты себя чувствуешь?

– Даня? – хрипло выдавил он. Облокотился на локоть и уставился на меня ошарашенным взглядом. – Что с тобой? Твои…

– Волосы? Да. И не говори. Ох уж эта беспощадная мода.

– Что ты сделала? – побледнел парень. Причём до этого его лицо цветом тоже не выделялось. Испугавшись, что он сейчас действительно умрёт, я поспешно сказала:

– Со мной всё нормально. А вот с тобой нет! Ты чуть не умер!

– Они… они же забрали моего Хранителя, – напряжённо сказал Нейт. – Почему я…

– Жив? – зло воскликнула я. – А что, хотел бы умереть?

– Как… как я выжил?

– Гегемон привязал к тебе моего Хранителя, чтобы ты дотянул.

– Твоего… Хранителя?! – ошарашено выдавил парень.

Я стояла и в упор смотрела на него.

Внутри смешалось множество чувств: и злость, и обида, и несправедливость и… радость. Безграничная радость.

– Ты хоть представляешь себе, что я пережила?! – воскликнула то ли зло, то ли обижено, подходя практически к изголовью кровати. – Ты… ты умирал прямо у меня на руках! Я же ведь просила не спасать меня! Почему, ну почему ты всегда всё по-своему делаешь?! – Судорожно провела пятёрней по волосам и почувствовала, как в который раз слезы начинают застилать глаза.

– Дань, не плач, – тихо попросил парень.

Он почему-то не поднимал на меня взгляда, уставившись куда-то в пол.

– Не плач! А ты побудь на моём месте, вот и посмотрим, как ты держаться будешь!

– Лучше уж просто плакать, чем быть мёртвой, – хмуро буркнул парень, комкая конец одеяла.

Я яростно взмахнула руками.

– Этим девизом тебе надо было пользоваться тогда, когда ты решил подставить свою спину демонам!

– Они бы тебя убили, – тихо, но зло сказал Нейт, так и не поднимая взгляда.

– Меня?! А тебя?! А если бы я не додумалась привязать к тебе своего Хранителя, что с тобой бы сейчас было?! Ты был бы мертв, понимаешь?! Это что, лучше, чем моя смерть?! Да я там чуть не умерла вместе с тобой!

Он наконец посмотрел на меня. Посмотрел то ли с жалостью, то ли с виной.

Я стояла практически рядом с его головой, и ему не составило труда осторожно взять меня за руку и чуть потянуть вниз, усаживая на кровать.

– Не злись, ладно? – тихо попросил он.

– Да как тут не злиться! Ты даже представить себе не можешь, что мне пришлось из-за тебя пережить!

Воспоминания ещё были свежими. И вспомнив, в какой истерике я билась, понимая, что Нейт умрёт, почувствовала, что не могу сдержать всхлипов.

Парень тяжело вздохнул, осторожно дотронулся до моего плеча, и, не видя сопротивления, аккуратно притянул к себе.

Только сейчас до меня дошло, что он был без рубашки. Я-то проснулась в своей неизменной фуфайке, лосинах и даже в ботинках, а Нейт – нет. Уткнулась носом ему в плечо, понимая, что есть в этом что-то притягательное, очень-очень интимное. Одно дело – обнимать его, когда на нём есть одежда, и совсем другое, когда нет.

Кожа у парня была практически белой, из-за чего лишний раз пришлось сравнить его с вампиром.

Всхлипнув, выдавила:

– Я понимаю, что ты хотел поступить правильно, но… не надо было! Моя жизнь этого не стоила!

– Правильно? – В голосе парня послышалось удивление. – Я сделал это не потому, что так было правильно.

– А почему? – Я хотела оторваться от него, но неожиданно поняла, что руки парня обнимают меня очень крепко, фактически лишая возможности шевелиться.

– У тебя очень красивые волосы.

Почувствовала, как его пальцы схватили несколько прядей.

– Они цветные. – Неожиданно стала дышать через раз и оторвала свой лоб от плеча Нейта – стало очень неловко. – Но я не жалуюсь. Ты жив и это… хорошо.

– Нет, тебе правда очень идёт.

– Врёшь и не краснеешь.

– Не вру.

Мы замолчали. Комната погрузилась в тишину. Где-то на стене тикали часы, отбивая уходящие секунды. Но мы сидели, обнявшись, и молчали.

В этот момент мне стало жутко неловко. Нельзя ведь вот так приходить в покои к парню без каких-либо сопровождающих, а потом ещё и обнимать его… полуголого.

– Нейт, – прошептала я, – прости, пожалуйста, но мне надо домой.

– За что ты извиняешь? – Парень резко убрал руки с моей талии и чуть отстранился.

Я тоже отодвинулась от него подальше. Затем поднялась и смущённо пролепетала:

– У нас ведь теперь есть договор. И я наконец-то могу освободить своих родителей.

– Помнишь, что ты хотела сказать своей маме?

– Что люблю ее, – слабо кивнула. – И ты тоже должен сказать это своей. Как только поправишься.

– Угу, – согласился парень.

– Ладно. Я пойду. Выздоравливай.

– Удачи.

Мы ведь не прощаемся, правда же? Я уезжаю в своё Королевство, а он остается тут. Потом он поправится и тоже поедет к себе домой. Это же… это не значит, что мы больше не увидимся? Наши Королевства находятся не так далеко друг от друга. Но если вспомнить, что сейчас демоны пытаются захватить власть, каждый король будет пытаться сохранить свои владения в целости и сохранности… ох…

Я обернулась, украдкой глянув на парня. Тот так и не сменил полусидячей позы, продолжая наблюдать за мной.

– Нейт, – решившись, окликнула его уже у самой двери.

– М?

– Мы с тобой друзья. Но в дружбе тоже есть чувства.

С этими словами вышла в коридор, громко хлопнув за собой дверью.

Глава 15.

Мы с Гегемоном тряслись в душной карете.

Путь от Второго Королевства до Первого был немаленьким, и это приводило в уныние. Увеличилось время не только на нервотрепку в ожидании того самого – решающего – момента, но и на подстрекание собственного воображения.

Я устало растянулась на своём сиденье, свесив ноги так, что ступни касались пола. Ширины сиденья не хватало, чтобы я поместилась на нём полностью. Прижав к груди свёрнутый договор, уставилась в одну точку отсутствующим взглядом.

Хорошо, что мы с Гегемоном были только вдвоём. То есть по всем правилам приличия – это, конечно, очень плохо. Но мне было хорошо. Маг не приставал с вопросами, не пытался сделать замечаний по поводу непозволительности такой позы во время поездки, да и вообще, предоставил меня самой себе.

Покидать поместье было тяжело, ведь там остались Гервик с Нейтом. Увижусь ли я с ними ещё?

Если родители решат кинуть меня в тюрьму за мой поступок, то, вероятно, уже нет. Но он мог бы навещать меня, может, даже раз в месяц.

Или мы бы могли видеться с Нейтом на разных приёмах. Правда, вряд ли я смогу выйти из замка ближайшие лет десять. А Герви? Его на приёмах нам точно не встретить.

Всё выглядело действительно, как прощание.

Окончательное.

– Что мне им сказать? – неожиданно тихо выдавила я.

– Кому? – Моему вопросу Гегемон явно не был удивлён.

– Родителям. – Я шмыгнула носом, продолжая пространственно рассматривать пол. – «Ой, вы знаете, тут такое дело приключилось: я немножко пошалила с договором и поставила под угрозу существование всего Королевства. Но это же ничего? Вы же давно привыкли к такому?».

Маг несколько секунд в упор разглядывал меня, а затем спросил:

– Ты раскаиваешься?

– Ещё как.

– Вот это и скажи.

Я посмотрела на Гегемона устало, даже немного зло.

– Если бы только моего раскаяния было достаточно.

– Насколько я заметил, ты умеешь признавать свои ошибки. А твои родители умные люди. Они поймут. Главное – покажи им искреннее раскаяние, а не эту маску глупой девицы.

Маску. Ха! Если бы это была маска, а не моё настоящее лицо, жизнь стала бы в разы проще.

– Они меня возненавидят.

– Поверь, так, как ты себя ненавидишь, тебя уже никто не возненавидит.

Я удивлённо посмотрела на мага. Задержала взгляд. А потом тихо и виновато выдавила:

– Простите. Простите меня за то, что поставила вашу жизнь под угрозу. Это было так… это было очень эгоистично. Простите.

Гегемон в ответ выразительно поднял бровь.

– Мне даже интересно, а ты на что надеялась? Что будет легко? Раз-раз и вот у тебя уже договор, верные здоровые друзья и спасённые родители? Запомни кое-что раз и навсегда: ничто не даётся легко. Тебе предоставили выбор, и ты выбрала то, что было меньшим злом именно для тебя. И это нормально – думать прежде всего о себе. Я тебе больше скажу: в этом мире все думают только о себе. Если, конечно, дело не касается очаровательного зелёноглазого фермера, – Гегемон усмехнулся.

Я смущённо пожала губы и тихо буркнула:

– Это неправильно – думать только о себе.

– Даня, дорогая, не повторяй за всеми никому не нужные пафосные речи. Знаешь. Вот тебе наглядный пример: все знают, что внешность – не главное, но при знакомстве первым делом оценивают именно внешность. Так же и тут. Все знают, что думать только о себе – это плохо. Тем не менее, когда наступает критический момент, все думают прежде всего о себе. Так что не загружай свою совесть лишним бременем.

– Нет уж, – нахмурилась я. – Если моя совесть не молчит, значит, я хотя бы не бесчувственная сволочь.

– Девочка, тебе только восемнадцать лет и ты – принцесса, – скептически сказал Гегемон. – Знаешь, сколько тебе таких выборов предстоит сделать? Чужая жизнь или своя семья, легкие деньги или чистая совесть, долг или личное счастье… да сотни выборов. Лет через десять ты просто загнёшься под напором совести, если не закроешь её под замок.

– А вы, я смотрю, уже закрыли.

– И жить стало легче. Поверь.

– Верю. Вы же старше. Но я всё равно должна была извиниться.

Гегемон хмыкнул и покачал головой.

Я снова молча уставилась в пол и ещё сильнее прижала к себе договор. Прикусила губу. И за оставшуюся поездку не проронила ни слова.

Мы подъехали к замку только вечером.

Всё это время я чувствовала лишь страшную качку, тряску и дикое желание выбраться на свежий воздух. А ещё с завидным постоянством меня одолевали панические мысли. Раз за разом в уме прокручивались сцены нашей встречи с родителями. Что они скажут? Как отреагируют? Как будут на меня смотреть?

От осознания, насколько всё далеко зашло, хотелось удавиться.

Я даже успела представить себе, как было бы хорошо, не случись всего этого. Не решись я на эту чертову сделку. Но ведь тогда в моей жизни не было бы порой ужасных, а порой и прекрасных, волшебных и удивительных моментов…

Карета остановилась неожиданно.

Почувствовав, что мы стоим на месте, больше не подпрыгивая на особо изумительных кочках, я недоумённо села. Прислушалась к собственным ощущениям. И только после этого трясущейся рукой открыла дверцу кареты.

Мы остановились посреди леса. На улице было необыкновенно свежо. Не холодно, не морозно, а именно свежо. При каждом выдохе изо рта вырывалась небольшая струйка пара.

Я помнила этот лес, наполненный зелёной листвой. Когда тут всё цвело и пахло, что заставляло меня чихать через каждые пять минут, пока нос не привыкал к свербящим запахам.

Я помнила этот лес, наполненный желтеющей, а потом и вовсе опадающей листвой. Природа готовилась к спячке, сбрасывая тяжёлую ношу.

Теперь передо мной предстал голый лес. Опавшая листва давно сморщилась и свернулась почерневшими калачиками. Делая шаг, а за ним другой, я чувствовала, как она хрустит у меня под ногами. Тут недавно выпадал снег, но белым ковром он так ничего и не застелил – не успел. На земле остались последние остатки ещё не растаявших снежинок. Но это ничего. Скоро зима вступит в полную силу, и листву укроют огромные сугробы.

– Здесь? – спросил Гегемон, выбравшись из кареты вслед за мной.

– Нет, – покачала головой. – Дальше. Там, на дороге. На перекрестке.

Воспоминания не заставили себя ждать.

Сколько же во мне тогда было энтузиазма. Я, наверное, целый мир могла покорить! А теперь всё выглядело таким глупым, несерьёзным, и абсолютно безответственным. Это ведь только у меня могло хватить мозгов пойти на сделку с демоном, прекрасно зная, что мой отец ведёт на них охоту.

Шагая по хрустящей листве, не могла отделаться от нахлынувшей ностальгии. В своё время я изучила этот лес вдоль и поперек. Я очень любила тут бегать, лазить по деревьям и играть в игру «поймал-пропал» с парочкой энтузиастов из соседних деревень.

Хорошее было время. Доброе. Лёгкое.

Что теперь от него останется?

Я слышала шаги Гегемона позади себя, поэтому точно знала, что на тракт он выбрался вслед за мной. И вдоль него шёл, не отвлекая меня от собственных грустных мыслей. Маг прекрасно знал, что бывают такие моменты, когда человеку просто нужно уйти в себя. Смириться с происходящим. Принять неизбежное.

Я резко остановилась аккурат на перекрестке. Том самом злосчастном перекрестке, где когда-то в раскорячку, под дождём, встретила Велизара.

– Пора покончить с этим. Раз и навсегда, – сказала тихо, но решительно.

– Что ж, поджигай.

Первые пару мгновений тупо стояла в ступоре. Потом кивнула, словно соглашаясь с самой собой. Оглянулась на всякий случай, ожидая увидеть появляющегося Велизара, который загробным голосом будет кричать: «Не-е-е-ет!!!».

Но вокруг стояла тишина.

Ощупав себя по всем карманам, я вдруг ошарашено застыла на месте. Подняла на Гегемона полный паники взгляд и выдавила:

– Мне нечем его поджечь.

Маг картинно закатил глаза.

– Что бы ты без меня делала, а?!

И с наигранной неохотой протянул мне свою ладонь, на которой робко играло маленькое пламя. Благодарно улыбнувшись, я быстро развернула договор и подставила один его краешек к самому кончику огонька.

Бумага вспыхнула мгновенно. Обугленные части отделялись от некогда важного и опасного договора, теперь на глазах теряющего свою силу, и разлетались по ветру, оседая на пыльной дороге. Когда пламя практически добралось до пальцев, пришлось выпустить недогоревшую часть договора. Этот кусочек исчез за несколько секунд, даже не успев достигнуть земли.

Огонь уничтожил желание, которое чуть не погубило моё Королевство, за какую-то минуту. Одну минуту. Всего лишь минуту.

Мне столько всего пришлось пережить… столько раз приходилось бросаться в омут с головой, столько раз я вынуждена была идти по острому лезвию ножа, вставать перед лицом смерти, бороться с сущими воплощениями Зла… а в итоге?

Одна минута и всё было кончено.

Дорога вела прямо к воротам Королевской резиденции. Я прекрасно видела пупырчатый купол, возведённый Хранителями. Как только последний обугленный пепел коснулся земли, купол тут же начал складываться, одним отсеком в другой. И вот уже показались большие ворота, открытая калитка, северная башня, южная…

Всё вернулось на круги своя.

Как будто и не было ничего.

– С тобой пойти? – осторожно спросил Гегемон.

– Нет, спасибо. – Решительно покачала головой. – Возвращайтесь в своё поместье. Там вы нужнее.

– Не забудь предупредить своих родителей об опасности.

– Обязательно.

– И не бойся ничего.

– Угу, – слабо кивнула, наблюдая за часовыми, которые зевая, что-то рассказывали друг другу из своих сторожевых башен.

– Удачи, принцесса, – пожелал мне Гегемон и развернулся, чтобы вернуться к своей карете.

Я тяжело вздохнула. Зачем-то поправила лямку неизменной сумки. И пошла вперёд.

Мне не верилось в то, что всё это происходило на самом деле. Как будто в каком-то невероятном, волшебном сне. Словно я вернулась в прошлое, где была маленькой глупой девочкой, главная шалость которой заключалась в подделывании письменности шамеров.

Стражники привычно окликнули незнакомую путницу словами «стой, кто идёт?», признали во мне принцессу, и без лишних возражений впустили.

Это было так странно.

Как будто я попала в чужой, совершенно незнакомый мне мир. Хотя ведь просто вернулась домой.

Они ничего не помнили. Они не понимали, что прошла чуть ли ни неделя с тех пор, как каждого из них глупая принцесса обратила в камень.

За воротами стояла до боли знакомая будка, в которой мирно посапывал стражник. За какую-то долю секунды приняв решение, я решительно пошла к нему, на ходу роясь в сумке. А когда подошла, усиленно потрепала мужчину за плечо. Тот резко вскинулся и ошарашено посмотрел на незнакомую девушку с разноцветными волосами, видимо с трудом признавая в ней принцессу.

– Вас опоили и вы уснули, – спокойно сказала я и протянула стражнику пустой флакончик, что подобрала неделю назад с мощёной площади. – Просто будьте внимательней в следующий раз.

Мужчина уставился на меня широко раскрытыми глазами, словно не верил, что та самая недалекая девчонка может говорить… так. Я слабо улыбнулась и, не дожидаясь какого-то внятного ответа, побрела дальше.

Фонтан больше не был каменным. Из него, как и задумывали приглашенные маги, струилась не подвластная ни жаре, ни морозу вода.

Поднявшись по ступенькам внушительного замка, я оказалась в так не любимом мной «проходном дворе для всяких бездарей». В нём, как это обычно бывает перед ужином, суетилось с десяток слуг. Кухарка несла на кухню красноватую похлёбку. Кажется, это был борщ. Неужели?

Лакей с дворецким усиленно спорили, в какое место стоит складывать вещи всех приглашённых гостей. А две служанки, стоявшие у окна, хихикали, пытаясь привлечь к себе внимание.

– Ваше Высочество, приготовить вам ванную? – обратилась ко мне одна из девушек, ошашаренно расматривая мои волосы.

Сперва я даже не поняла, что это мне.

– Простите? – опешила, удивлённо уставившись на смущённую служанку.

– Желаете принять ванную, или сперва поужинаете?

– О, – выдавила с трудом, – я… простите, я… наверное позже.

– Конечно, Ваше Высочество. – И снова этот ужасный поклон, который вызывал во мне невероятное чувство неловкости.

И на этот раз я не выдержала. Резко схватив девушку за плечи, серьёзно сказала:

– Никогда больше не кланяйтесь передо мной, пожалуйста! Иначе обещаю, на каждый ваш поклон я буду отвечать своим!

– К-конечно, – испуганно выдавила девушка, – как пожелаете, Ваше Высочество.

Титул меня тоже раздражал, но спорить ещё и по этому поводу сил уже не было. Кивнув, я обошла служанку и, не теряя больше ни минуты, быстро взлетела по ступенькам на второй этаж. Там прошла по таким знакомым коридорам, не оставляя без внимания картины и рыцарские доспехи, которыми зачем-то заставили наш замок.

Вид коричневой дубовой двери, ведущей в родительскую спальню, чуть не заставил меня прослезиться. В очередной раз.

Что-то в последнее время я превратилась в настоящую плаксу.

Коснувшись позолоченной ручки, нерешительно толкнула дверь внутрь. Всё ещё подозревая, что это какой-то невероятный сон, пригрезившийся мираж, сделала шаг в комнату. И застыла в оцепенении.

Мама с папой сидели в своих любимых глубоких креслах. Папа держал в руках книгу и явно был очень увлечён чтением. Мама вышивала. Она всегда очень любила вышивать. Говорила, что это её успокаивает, хотя я искренне не разделяла этих чувств – в особенности, когда игла не попадала в нужные отверстия.

Услышав посторонние шаги, оба моих родителя оторвались от своих занятий и подняли головы.

– Даня, ты что, сама пришла в нашу комнату? – удивилась мама.

И она сделала это так… спокойно. Вернее, с удивлением, конечно, но с таким спокойным удивлением, что я могла на это лишь похлопать глазами.

Первым чувством была безграничная радость. «Живы! Дышат! Читают! Вышивают! Осуждают… но заслужено! Я ведь и впрямь раньше к ним не заходила».

Вторым же чувством стал невероятный стыд. «Они возненавидят меня, когда узнают».

– Мам… – тихо выдавила я.

– Дорогая, что случилось? Что это на тебе? Те самые папины сапоги? – Мама удивлённо поддалась вперёд на своём кресле.

Папа тоже с интересом оглядел нерадивую дочь.

– Что ты с ними сделала? – опешил он. – Они как на войне побывали!

Я сделала шаг, другой, слыша, как некоторые доски прогибаются и скрипят под моим весом. На секунду даже забыла, как дышать.

Мама. Папа. Живы.

Неужели я сделала это? Я их спасла? Спасла. Живые родители. Ничего важнее в жизни быть не может. Их улыбка – вот всё, что мне было нужно.

– Я так рада вас видеть, – хрипло выдавила, чем повергла родителей в шок.

– Дорогая, ты в порядке? – нахмурилась мама.

В этот момент я добрела до её кресла и плюхнулась перед ней на пол, упираясь лбом ей в колени. Представляю какими ошарашенными взглядами они с папой переглянулись. Я почувствовала мамины руки на своей голове – она нежно гладила меня, пытаясь успокоить, хотя я вроде и не плакала.

– Даня, что ты сделала со своими волосами? – возмущённо вопросила она. – Неужели ты думаешь, что это отпугнёт твоего жениха? Дочка, мы уже говорили, что бал не отменим, так что смывай этот ужас.

Ужас. Какое правильное слово.

Ужас.

– Это не краска, мам, – тихо проговорила я. Оторвалась от её колен и подняла полный раскаяния взгляд. – Это уже не смыть.

– Дочка, почему мне кажется, что что-то произошло? – настороженно спросил папа.

Я посмотрела на него и тут же опустила взгляд, уставившись в пол, не в силах вынести этот тяжкий груз вины.

– Мне нужно вам кое-что рассказать. Я совершила ужасную ошибку, за которую вы никогда меня не простите…

* * *

Находиться в своей комнате было очень непривычно. Видеть родную огромную мягкую постель… её кованую спинку, вплотную прижатую к стене. На ней ясно виднелись царапины от моего маленького ножика, которым я иногда баловалась от безделья. В самом углу комнаты расположился огромный шкаф из темно-коричневого дерева, в котором было всего несколько пар платьев. У всех богатых леди обязательно должен быть внушительный гардероб. Это как лишнее доказательство статуса и красоты, но у меня с этим почему-то не сложилось.

В середине комнаты лежал ковёр цвета охры. Его чистили каждые два-три дня, но тёмные пятна грязи всё равно всплывали на нем с завидным постоянством.

Возле окна находился туалетный столик. Я сидела на мягком, обитом бархатом стуле, и смотрела в собственное отражение в зеркале.

Служанки постарались на славу – меня было просто не узнать. Идеально уложенная причёска крепко держала мои волосы в узде. Больше никаких растрепанных спутанных прядей. Элегантный пучок открывал не самую изящную, но оказывается, довольно привлекательную шею. Жемчужное ожерелье смотрелось великолепно, наконец-то придавая мне образ статной леди. Светло-зелёное платье сидело идеально, декольте было низким, но не глубоким, лишь чуть-чуть обнажая грудь.

Это было так странно. Смотреть на себя и не видеть взбалмошной девчонки. Вместо неё в отражении на меня глядела настоящая леди. Такая, какой и положено быть нормальной принцессе.

Правда, привыкнуть к волосам я так и не смогла. Не хватало сил без содрогания смотреть на это чёрно-белое нечто. Будь на моём месте Виктория, она бы наверняка придала этому недостатку особенность. Но я не была Викторией и не могла смириться с тем, что теперь половина моей головы седая. Волосы были словно выцветшими, постаревшими, и как будто напоминали мне: «смотри, что ты наделала».

Я тяжело вздохнула и вздрогнула, когда в дверь постучали.

– Ваше Высочество, – раздался грубый мужской голос за дверью, – вас ожидают в тронном зале.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила.

Поднялась, шурша юбками. Маленькими шагами дошла до двери. Повернула ручку. В коридоре стоял лакей, обязанный проводить меня до тронного зала. Слабо кивнув, закрыла за собой дверь и не спеша двинулась в нужном направлении.

Путь был совсем недолгий. Сложно было лишь спускаться по лестнице. Не привыкшая носить платья, я запуталась в юбках и чуть не полетела носом вниз, благо лакей успел поддержать. Поблагодарив мужчину, я опёрлась на его руку и уже без приключений добралась до тронного зала.

Тяжёлые расписные двери открылись с гулким эхом, позволяя войти и вздрогнуть от величественности помещения. Зал был предназначен для самых разных мероприятий – от аудиенции короля до вечерних балов. В этот раз прямо в середине стоял огромный длинный стол, вокруг которого восседали король с королевой, герцоги и графы всего Первого Королевства, а так же ближайшие советники короля. Все они решали, что делать.

Я присела в глубоком реверансе, выражая своё почтение. И смирение.

– Её Высочество Даниила Рамиро Фердинан, – громко объявил королевский глашатай. Затем обратился ко мне: – Прошу вас, Ваше Высочество, пройдите вот сюда.

Послушно обошла всех, кто восседал за столом, и встала в указанном месте. Похоже, его выбрали специально, чтобы меня мог видеть каждый из присутствующих. А я могла смотреть в серьёзные глаза родителей, сидящих во главе.

– Уважаемый Совет Первого Королевства рассмотрел дело о произошедшем инциденте и готов огласить своё решение.

Глашатай сделал паузу, прокашлялся и только открыл было рот, чтобы продолжить, как вдруг папа остановил его одним взмахом руки.

– Я сам, – сухо сказал он и поднялся, отодвинув свой стул.

Мой отец был таким рослым, крупным мужчиной, что с трудом верилось, будто у него действительно может быть такая миниатюрная жена, как моя мама.

Интересно, как они познакомились? Как влюбились друг в друга? Они же такие разные… и по характерам и по внешности совсем не похожи.

Пресвятые Покровители. За все восемнадцать лет я так и не удосужилась спросить, как познакомились мои родители.

– Даниила Рамиро Фердинан, ты совершила неосмотрительный поступок, поставивший под угрозу существование всего Первого Королевства. Ты знала, как опасны демоны для этого мира, но всё равно решилась пойти на сделку с чудовищем, преследуя абсолютно несущественную цель. Твоя расторопность подвергла жителей всей королевской резиденции опасности. Желая утолить собственные потребности, ты чуть не погубила десятки жизней и не устроила разруху во всём Королевстве. Надеюсь, ты понимаешь, что Совет не может спустить такое с рук. Безответственность коронованной особы ставит управление всем королевством под угрозу.

Последние слова были произнесены с такой злостью, что я поёжилась.

Мне было стыдно смотреть на отца. Обычно весёлый и улыбчивый, теперь он был в ярости. Не представляю, что ему пришлось пережить, отчитываясь перед Советом за свою дочь.

– Ты понесёшь заслуженное наказание, – уже спокойнее добавил он. И продолжил, сухо, безэмоционально, но очень громко, так, что даже уши заложило от этого грубого баса: – Совет принял единогласное решение. За свой проступок ты лишаешься титула принцессы и возможности наследовать престол. Как только подойдёт время, на трон взойдёт твой кузен Филипп Ален Фердинан из рода Фердинанов, если до этого момента у короля с королевой не появится второй наследник. За тобой остаётся право находиться под нашей опекой и пользоваться средствами, которые мы будем выделять на твоё содержание вплоть до твоего замужества. В свою очередь мы оставляем за собой родительское право на заключение договорённого брака, условия которого будут обсуждаться обеими сторонами, в частности – твоё приданное. На этом – всё.

И папа замолчал.

В зале повисла мёртвая тишина.

Перестав разглядывать пол, я вдруг поняла, что взгляды всех присутствующих устремились на меня. Люди ждали какой-то реакции. Но что я могла сказать? Меня как будто окатили ведром ледяной воды.

Мама с папой с предельно строгими лицами наблюдали за своей дочерью, видимо надеясь, что та не выкинет очередной глупости и не закатит скандал о несправедливости подобных мер.

А у меня перед глазами стоял тот момент, когда я приняла решение пойти на сделку. Тогда мне просто хотелось, чтобы мама перестала относиться ко мне, как к маленькой неразумной девчонке. Это была просто забава. Всего лишь возможность избежать принудительной свадьбы.

И вот к чему это привело.

Я больше не принцесса.

– Даниила, – вслед за папой поднялась и мама, – ты ничего не хочешь нам сказать?

Сперва мне хотелось спросить их: «это окончательное решение?», но в очередной раз посмотрев на лица графов и герцогов, поняла и так: окончательное.

Смысла тратить лишние слова уже не было, поэтому я просто покачала головой.

И впервые за последнее время на лицах родителей проскользнуло удивление. Наверное, они ожидали совсем другой реакции.

– Ты можешь идти, – спокойно сказал папа.

Я кивнула и нетвёрдой походкой удалилась из тронного зала.

До комнаты шла в состоянии полного оцепенения. Где-то в глубине души очень хотелось со всех ног броситься обратно и умолять о прощении. Заверить всех, что это была нелепая ошибка. Такого больше никогда, никогда не повторится. Но умом я прекрасно понимала, что решение справедливо. За любой проступок должна быть своя цена. Пора научиться ее платить.

Размышляя о том, как же кардинально может измениться жизнь за какие-то несколько дней, я зашла в комнату с грустной улыбкой на лице. Медленно закрыла за собой дверь. Услышав тихий щелчок, постояла немного в тишине, а затем обречённо стукнулась лбом о деревянную поверхность.

Вот и доигралась.

– А ты поумнела, – раздался позади меня насмешливый голос.

Я испугано обернулась и в шоке уставилась на абсолютно невозмутимую Лин.

За последнее время со мной столько всего произошло, что казалось, будто все чувства разом притупились. Увидев в своей комнате демоницу, я не разозлилась и даже не позлорадствовала. Просто спокойно спросила:

– Ты что тут делаешь?

– Пришла навестить, – развела руками блондинка.

– Какое ты вообще имеешь право заявляться сюда вот так?

– А что? У нас какой-то запрет?

– Ты ещё спрашиваешь?! – опешила я, потом вспомнила, что леди не позволяют себе повышать тон на собеседника, и уже спокойнее продолжила: – Ты сдала нас Велизару и после этого думаешь, что я приму тебя с распростёртыми объятиями?

Лин в упор посмотрела на меня и раздражённо втянула воздух.

– Ты что, вообще не умеешь анализировать ситуацию? Как я могла вас сдать, если я даже не знала, где находятся договоры? А если бы знала, стала бы ждать, пока вы шантажируете демона?

– Но ты же… – я удивлённо похлопала глазами. – Велизар сказал…

– Вот именно: Велизар сказал. Он сделал вывод, а я не стала спорить.

– Но…

– Что – но? Я должна была бросаться вас спасать?

– Ну хоть бы… – возмущённо начала я, потом посмотрела на скептически задранную бровь демоницы и сухо выдавила: – Ах да, ты же демон. Чего ты тогда сюда пришла? Оправдать себя?

Выражение лица Лин сразу утратило прежнюю наглость, резко став серьёзным.

– Хочу предупредить.

– О чём?

– Дань, – хмуро сказала она, и от этого обращения у меня мурашки побежали по коже, – я знаю, зачем королю понадобились Хранители.

– И зачем?

– Используя их силу, он хочет открыть Врата Ада и выпустить оттуда всех демонов.

Я удивлённо вылупилась на демоницу.

– Что?! Это же… это просто абсурд.

– Согласна. Звучит шокирующе.

– С чего я должна тебе верить? Откуда мне знать, что ты не переметнулась к ним?

– Ниоткуда. Либо веришь на слово, либо готовьтесь к поражению. – Лин зло глянула на меня. – Пока ты тут разбираешься, что хорошо, а что плохо, демоны уже собираются во Втором Королевстве.

– Во Втором? – удивилась я.

– Да. Вел сказал, что там есть какой-то прямой телепорт.

– Георг Третий готовит армию, – догадалась я, а затем судорожно вздохнула: – Король Седьмого Королевства перекинет их сразу во Второе Королевство. И пойдёт с войной.

Лин кивнула. И вдруг протянула мне какую-то маленькую коробочку.

– Дань, я, конечно, понимаю, что о твоей безответственности можно легенды слагать, но я тебя очень прошу, хоть раз в жизни сделай всё правильно, ладно?

– О чём ты говоришь? – спросила я, вперив взгляд в тёмную коробку.

– Это очень ценный артефакт. Очень. Только в него ты сможешь заточить демонов. Нажать нужно вот на эту красную кнопочку, она сбоку. И сделать это нужно только приставив артефакт хотя бы к одному демону. Если ты хоть на секунду просчитаешься, или прижмёшь его к себе, нажав кнопку, тебя засосёт внутрь. И ты больше никогда не выберешься.

– Почему ты даёшь его мне? – дрожащим голосом спросила я, не торопясь принимать сомнительный подарок.

– Потому что если пойду к твоему отцу, он меня быстрее убьёт, чем позволит помочь.

– Но ты же ведь прекрасно знаешь, что я не справлюсь.

– Так возьми, да справься! Вытри слюни и повзрослей! – раздражённо воскликнула Лин.

И в этот момент позади меня скрипнула открывающаяся дверь, а в следующую секунду мама недоуменно поинтересовалась:

– Даня, с кем ты там разговариваешь?

Я резко повернулась и испугано проговорила:

– Ни с кем! Просто говорю с самой собой.

– О, даже дверь не заперта. – В голосе мамы было искреннее удивление.

Помня о своей любимой привычке, в очередной раз задалась вопросом: как только можно было терпеть меня все восемнадцать лет?

– Я и не собиралась её запирать, – сказала тихо и повернулась спиной к двери.

Лин на прежнем месте уже не было.

Я медленно дошла до стула, что стоял напротив туалетного столика, аккуратно села и в очередной раз вздрогнула, заметив своё отражение.

Услышала, как шуршат чужие юбки. Мама встала прямо за моей спиной.

– Даня, дорогая, я уже так устала злиться и ругаться с тобой. – Её брови сошлись на переносице, на лбу пролегла глубокая морщинка. – Мы с папой тебя очень любим, но пойми, пожалуйста, у любых поступков всегда будут последствия. Ты видишь, к чему всё привело в этот раз? Уверена, ты этого не хотела, но, родная, ты сама виновата. Чего ты ждала, скажи мне? Ты думала, что сможешь заключить сделку с демоном и избежать последствий? Пойми и нас. Мы поступили так, как должны были поступить. Может, хоть это поможет тебе понять, какая ответственность лежит на твоих плечах. Не за Королевство, а за свою жизнь и за жизнь других людей.

Я сидела, молча вперив взгляд в отражение моей мамы. Я смотрела на неё и видела отчаявшуюся женщину. Ей так хотелось, чтобы все эти слова не пролетели мимо, чтобы в моей голове осело хоть что-то. Ей так хотелось, чтобы её дочь перестала, наконец, строить из себя непобедимую крепость и хоть раз в жизни подумала о том, что реальная жизнь сводится к ответственности, а не глупости.

Мне нечего было ей сказать, кроме того, что я стыжусь не только своих поступков. Я стыжусь себя. Вот только ей от этого вряд ли станет легче.

Поэтому, не дожидаясь, пока меня обвинят меня в игнорировании моралистических речей, тихо спросила, опустив взгляд:

– Мам, расскажи пожалуйста, как вы познакомились с папой.

– Дочка, неужели так трудно… – на её лице отразилось отчаяние.

Я не дала ей договорить, перебив:

– Я тебя услышала. Тебе не за что извиняться или пытаться что-то объяснить. Вы поступили правильно, и все это прекрасно понимают. И если бы я была на вашем месте, то наверное, вообще бы себя в приют отдала.

– Даня, что за глупости ты говоришь? – строго спросила мама. Тем не менее, в её взгляде читалось удивление.

– Говорю то, на что у вас не хватило смелости. И я… мам, давай не сейчас? Пожалуйста.

– Ладно, хорошо, – кивнула она, закусив губу. Её взгляд был устремлен на мои волосы. Руки как-то неосознанно дотронулись до моей головы кончиками пальцев. В конце концов, не выдержав, мама спросила: – Дань, как так получилось?

– Ужасно выглядит, да?

– Скорее, непривычно. – Она вздохнула. – Даня, я же знаю, как ты любишь лезть туда, куда тебя не просят. Это последствия твоей очередной выходки?

– В каком-то смысле – да, – спустя некоторое время выдавила я, стыдливо опустив взгляд. – Об этом мне тоже не хочется говорить.

– Почему? – Неожиданно она резко сделала шаг вперёд, присела на корточки сбоку от стула, и, схватив мои руки, лежащие на коленях, пристально заглянула в глаза. – Ты боишься, что я буду ругать тебя? Или начну осуждать? Даня, послушай, я – твоя мать, и я должна знать, что произошло с моим ребёнком!

– Иногда лучше чего-то не знать, – пробубнила себе под нос.

– Тебя пытались убить?! – ахнула мама. На её лице отразился такой ужас, что я испугалась, как бы она не поседела вслед за мной.

Поспешно закрутила головой.

– Нет. Я… там… кое-что произошло… – Я сморщилась, словно проглотила десяток лимонов разом, и, вздохнув, подняла решительный взгляд. – Мам. Я расскажу тебе всё, но только пообещай мне кое-что. Пожалуйста.

– Конечно. Всё, что угодно.

Я вздохнула и выпалила:

– Не осуждай меня. Поверь, мысленно я уже давным-давно казнила себя с особой жестокостью, но сейчас… мне просто нужно понимание. И если тебе очень хочется на меня наорать, то лучше отложить наш разговор. Потому что я не готова… не готова слушать, какая я плохая и безответственная. Ещё раз.

– Даня… – Мама порывисто поднялась и обняла, прижимая мою голову к своему плечу. Надо же. Неужели стоило заключить сделку с демоном, что бы мама наконец-то обняла меня? – Обещаю, что не скажу ни слова, только расскажи мне всё-всё, ладно?

Хах, боюсь, так не получится. В таких случаях всегда есть вещи, которые лучше не придавать огласке.

Я крепко сжала мамины руки и поднялась, кивком головы указывая на кровать. Когда мы сели, в который раз тяжело вздохнула и начала говорить сдавленным тоном, чувствуя на себе обеспокоенный взгляд:

– Знаешь, мам, эта история может показаться тебе глупой и в какой-то мере очень простой, и, в общем-то, так и есть. Эта история совсем не о героях, не о правильных поступках и не о героических подвигах. Но эти события что-то изменили во мне. Люди, которых я встретила, помогли мне понять, что есь что-то прекрасное в том, чтобы быть самим собой. И, поверь, мне очень стыдно за свои поступки! Но у меня такое чувство, что что бы я ни делала, мне никогда не измениться. Поэтому за то время, что вы находились под заклинанием, я не совершила ничего правильного или героического. Всю жизнь меня преследовали одни глупости, и это как клеймо. Это навсегда останется со мной, увы. Но в то же время со мной произошло столько замечательного, столько весёлого и… нежного… мам, всего лишь одна неделя подарила мне то, чего я так ждала все восемнадцать лет! И знаешь, наверное, если бы мне предоставили шанс всё изменить, если бы сейчас я могла вернуть себе титул принцессы в обмен на то, чтобы стереть эту неделю с лица земли, я бы послала всё к чертям!

– Даня! – вздрогнула мама, услышав ругательство.

– Тс. Послушай. После того, как я решилась на договор, начался просто сущий ад…

Дальше наш ждал целый час моего беспрерывного монолога. Может и не час, время как-то резко потеряло свой вес. Я говорила и говорила. Смотрела в мамины глаза и видела в них удивление, страх, кучу невысказанных вопросов, и главное – то, чего мне не хватало долгие восемнадцать лет – сопереживание. И хотя раньше она действительно осуждала почти каждое моё слово или движение, так или иначе, она оставалась моей матерью. И теперь я поняла, что под всей её внешней строгостью и холодностью скрывалась любовь. Любовь к своему ребёнку. И вот, когда наступил критический момент, когда нервы каждого из нас взвинтились до предела, она наконец-то проявила волнение. Искренне волнение. А вместе с ним – показала свою любовь. Без слов. Но слова и не требовались, и так было понятно.

И даже рассказывать ей всё, что со мной произошло, стало как-то легче.

Ровно до того момента, пока речь не зашла о Нейте. Сперва я умолчала о том, что он пропавший сын Третьего Королевства (всё-таки это была не моя тайна, и не мне решать, кому и когда о ней рассказывать), затем смущённо опустила тот момент, когда мы спали в одной постели. Потом – как он помог мне при панической атаке.

И в итоге получилось скомкано и странно. Ведь про Гервика я рассказывала с умилённой улыбкой, вспоминая, как он испугался загадать желание, хотя очень рвался найти волшебный цветок. Или когда он боялся колдовать, и пришлось разлить чай по всему столу, чтобы парень, наконец, решился.

А про Нейта вышло сухо и уклончиво. Стоило мне понять, что сейчас может всплыть какая-то нелепая подробность, или даже интимная, я тут же принималась смущённо разглядывать пол и сбивчиво пытаться сменить тему.

Именно поэтому, когда рассказ подошёл к концу, меня поверг в замешательство мамин вопрос, заданный немного ошарашенным тоном:

– Неужели наша Даня влюбилась?

– Ч-что?! – опешила я. – В кого?

– В этого парня, – прозорливо заметила мама. – Или скажешь, что я не права?

– Нет! Я не… не… ну это.

– Не влюбилась?

– Нет.

– Может, опишешь мне этого мальчика? Какой он?

– М-м-м… – промычала я, уставившись в пол. Почему-то эпитетов кроме как «смешной» и «ненормальный» на ум больше не приходило. В конце концов, нерешительно сказала: – Он смелый.

– И всё?

– Ну ещё он… заботливый.

Мама неожиданно улыбнулась.

– Что, ничего лестного на ум не приходит?

– Да нет. Он нормальный, но я не знаю, как его описать.

– Знаешь, я за твоего отца вообще не собиралась замуж выходить.

Я удивлённо посмотрела на маму. Та сидела с лёгкой улыбкой на губах и немного затуманенным взглядом, погружаясь в воспоминания.

– Я была завидной невестой, – не без гордости продолжила она. – Ох, не сосчитать сколько мужчин боролись за моё сердце. Вернее, за мою внешность и отцовское состояние. – На её лице появилась грустная усмешка. – Был среди всех претендентов один воин. Сильный, смелый, краси-и-ивый… все знакомые мне барышни на выданье обливались слюной зависти. Его звали Джон.

– Джон? – опешила я. Мне казалось, она говорила о папе.

– Джон. – Мама кивнула. – Он был просто мужчиной мечты. Только папе не говори. – Она строго погрозила мне пальцем. – А то он до сих пор без дрожи не может вспоминать об этой истории. В общем, в глубине души я знала, что Джон меня не любил. Да и я его, если честно, тоже. Но он был таким смелым, сильным. Такой высокий, смуглый, черноволосый… его тело было просто идеальным. – На этом моменте я смущённо кашлянула. Мама лишь улыбнулась. – Он мог сразиться со львом и выйти победителем. Эдакий эталон мужества и отваги. Он был из рода герцогов Леманийских, но, кажется, один из кузенов Джона, проиграл всё состояние в карты. И они были разорены. На самом деле, уже тогда я понимала истинные мотивы нашего будущего брака. Но я была красивой, а красота лишь добавляет людям надменности, и я знала себе цену. В общем, моим идеалам Джон отвечал сполна. И я считала, что как супруги мы будем идеальной парой.

– Но? – с надеждой спросила я.

– Но. Однажды Джон пригласил меня на конную прогулку. И всё было очень романтично, ровно до тех пор, пока вдали не прогремел какой-то жуткий гром, и моя лошадь не понесла. Джон не успел схватить её за узды, и поскакал за мной, но как только мы достигли леса, он отстал, а потом и вовсе пропал из виду. Я была слабой женщиной, и приструнить лошадь, естественно, не могла. Когда мы достигли реки, я уже готова была свалиться в воду, но вдруг, из ниоткуда, словно вихрь появился ОН.

– Папа? – поддавшись вперёд, с предвкушением спросила я.

– Ну, тогда я увидела огромное страшное чудовище. И, клянусь тебе, от страха мы с лошадью заорали одновременно. А этот огромный человек схватил животное под узды и с лёгкостью заставил остановиться.

– И вы влюбились?

– Знаешь, что он тогда сказал мне? «Таким ранимым особам не стоит браться за то, с чем они не в состоянии справиться»!

Ого. Ого! Да папа просто чудом избежал кровной мести.

– Лошадь добежала прямо до границы с Первым Королевством, и Рамиро любезно согласился проводить меня обратно в наше поместье.

Точно. До свадьбы мама была дочерью герцога, и жили они во Втором Королевстве.

– Путь был неблизкий, поэтому мы, само собой, разговорились. Я рассказала ему о своей скорой свадьбе, о Джоне, и о том, что он самый сильный и смелый мужчина на свете. Ну, зная твоего отца, не удивительно, что он тут же стал спорить. Я стала отвечать и защищать честь Джона, и в конце концов, мы доспорились до того, что Рамиро предложил устроить поединок и узнать, кто сильнее и смелее. И не обычный поединок, а с условием – тот, кто победит, женится на мне.

– И ты согласилась?! – опешила я.

Папа у меня тот еще фантазёр!

– Я была так зла на этого грубого хама, ханжу и самовлюблённого эгоиста, что, конечно же согласилась. Я нисколько не сомневалась в победе Джона. Тем более, Рамиро по всем показателям ему уступал. Джон был эталоном, мужчиной-мечтой. А Рамиро? Огромный, страшный, на лицо совсем уродливый… по сравнению с Джоном он был просто чудовищем.

– Мам, мы ведь сейчас о папе говорим, – неловко проговорила я.

– Именно поэтому не стоит рассказывать ему об этом. Так вот, в итоге всё пошло не так, как я планировала. Джон, конечно, не отказался отстаивать свою честь, и бороться за меня, но он проиграл в первом же туре.

– И что было потом? Ты вышла за папу?

– Нет, я заперлась в самой высокой башне и объявила голодовку до тех пор, пока Рамиро не уступит победу Джону.

– Ты?!

– А ты что думала, бунтарский характер тебе от папы достался?

Я просто представить себе не могла бунтующую маму.

– И что было потом?

– Потом? Я не ела три дня. Служанки приносили подносы с едой под дверь, но я брала только стакан с водой. И, скажу тебе, это был просто сущий ад! Но отступать я не собиралась. Спустя три дня, Рамиро пробрался ко мне в башню. Залез через окно. И не смотри на меня так, я не знаю, как он это сделал! Там высота была около пятидесяти футов! В общем, он пробрался ко мне и сказал, что мне должно быть всё равно, за кого именно выходить по расчету.

– И ты сдалась?

– Выбора не было.

– Он поставил тебе условия? – удивилась я.

– Ну, в каком-то смысле. Он принёс еду и сказал, что либо я выхожу за него и ем, либо голодаю и жду сбежавшего Джона.

– Сбежавшего? Он сбежал?

– Да, почувствовал противника сильнее и предпочел найти себе другую невесту с приданным.

Я молча вперила взгляд в пол, пытаясь переварить услышанное. Спустя минуту сказала:

– Но ты ведь говорила, что ваш брак не был по расчету, что вы сделали этот выбор сами, потому что полюбили друг друга.

– Он и не был по расчету. Что могло дать приданное дочери какого-то герцога в сравнении с казной наследника Первого Королевства? И, как думаешь, почему твой отец поставил такое странное условие: победитель получает в жёны меня?

– Ты ему понравилась?

– Да, хотя он до сих пор не признается в этом.

– О, ну это же папа.

– Я рада, что Джон тогда сбежал. Не знаю, что было бы со мной и моей жизнью, не встреть я тогда Рамиро. – Она вздохнула и тихо продолжила: – Иногда кажется, что жизнь идёт под откос. Что ничего хорошего уже можно не ждать. Но когда ты оглядываешься назад, то понимаешь, что забрав что-то, жизнь подарила тебе что-то взамен. И, быть может, намного лучше того, что забрала.

Я поняла, к чему она клонит, и потому только горестно вздохнула.

– Возможно, мы с ним уже не увидимся. Он из другого Королевства. Вернётся в свою семью и заживёт своей жизнью.

– Если ты ему нужна, он приедет к тебе, – ободряюще сказала мама. – Он знает о твоих чувствах?

– Да каких чувствах? – нервно отозвалась я. – И не увидимся мы больше, тем более, я теперь не принцесса. Так что не будем об этом. Мы с ним вообще знакомы всего неделю! Я даже с Эдом подружилась спустя год после того, как его семья была принята к нам на работу.

– Дорогая, почему ты думаешь, что обязательно должны быть какие-то условия, чтобы понравиться друг другу? – Мама обхватила моё лицо руками и пристально посмотрела в глаза. – Любовь начинается там, где ничего не ждут взамен. Не важно, какая у тебя внешность, какой статус и какое у тебя приданное. Важно, что у тебя вот здесь. – Её палец уткнулся мне в грудь. – И если твой мальчик умный, он разглядит это. И приедет не к принцессе Данииле Рамиро Фердинан, а к простой девчонке Дане. Поняла меня? А если не приедет, значит, благодари судьбу, что развела вас.

– И мне остается только ждать, – тихо проговорила я.

– Да, – кивнула мама и заботливо погладила по голове. – Ты выглядишь очень уставшей. Ложись спать. Завтра после обеда отец собирает военный совет, будут обсуждать, что теперь делать с демонами. Думаю, ты сможешь поучаствовать. Если захочешь, конечно.

– Правда? – Я не поверила своим ушам.

– Да, ты же главный свидетель.

– Спасибо.

– Не за что. А сейчас отдыхай. Тем более, тебе есть, о чём подумать.

Мама поднялась. Вновь зашуршали юбки. Когда она уже повернула ручку двери, я не удержалась и окликнула её:

– Мам! Спасибо. Я рада, что мы поговорили.

– И я. Спи. Завтра будет тяжелый день.

* * *

Вследствие тяжёлых событий, из-за которых пришлось пожертвовать львиной долей своей жизненной энергии, уже второй день я спала, как убитая, часов по двенадцать-четырнадцать.

В этот раз моё пробуждение пришлось на два часа по полудню. Сперва я хотела как обычно надеть привычные штаны, свободную кофту и вздохнуть полной грудью. Но потом вспомнила, что это – издержки прошлого. Теперь пришло время меняться. Поэтому я, как дисциплинированная леди, вызвала служанок, открыла шкаф, и принялась изучать платья, которые не надевала уже очень, очень давно.

Как оказалось, мой арсенал был богат на выбор. Совершенно не разбираясь, что мне идёт, что нет, что отображает последний писк моды, что нет, что отвечает нормам приличия, а что – нет, пришлось просить помощи у служанок.

В итоге, где-то через час перед зеркалом стояла не я. Кто-то другой, чьи волосы были идеально уложены в высокую причёску, из которой выбивалось несколько маленьких завитых локонов. Волшебным образом пропал резкий контраст черного и белого, смешавшись между собой так, что нельзя было точно сказать, какого цвета мои волосы. Светло-зелёное платье обтягивало талию тяжёлым корсетом, вырез был вполне целомудренным, даже не приоткрывая и части груди. Мне не понравился цвет платья, но я ничего не стала говорить. В конце концов, если это – красиво, значит, могу и потерпеть.

Постучавшись, в комнату вошла мама.

– Наконец-то я вижу в своей дочери настоящую леди, – гордо сказала она.

– Немного непривычно, если честно, – смутилась я.

– Привыкнешь. – С её стороны последовал уверенный кивок. – Быть девушкой не так уж страшно. Кстати, там внизу пришёл один мальчик, который утверждает, что он твой друг.

Опешив на секунду, я удивлённо уставилась на маму, пытаясь осмыслить услышанное. Её шутливой улыбки даже не заметила, резко сорвавшись с места.

Нейт? Неужели Нейт? Только бы это был он! Но ведь он чуть не умер, ему нужно отлёживаться, а не скакать из королевства в королевство!

Бегать в платье было жутко неудобно, поэтому моеёперемещение заняло намного больше времени, чем мне бы хотелось. Подхватив юбки и приподняв подол, я рванула через так нелюбимый мной «проходной двор для всяких бездарей», подлетела к двери, ведущей в гостиную, и резко распахнула её.

– Эд? – воскликнула, увидев, кто ждёт меня на широкой софе.

Парень вскочил на ноги и радостно улыбнулся.

Только теперь до меня дошло, что слова «мальчик, который утверждает, что он твой друг» – были всего лишь шуткой.

Эдди крепко обнял меня, но я была всё ещё ошарашена, и потому не проявила встречной активности.

– Ну ты и намутила, подруга! – искренне сказал парень, отрываясь от меня. – Ты как хоть?

– Жить буду, – сглотнув, ответила я и попыталась вымученно улыбнуться. Кто бы мог знать, насколько меня расстроит тот факт, что в гостиной был не Нейт.

– Расскажешь, что произошло?

– Неужели ещё не знаешь?

– Ну я слышал, что ты заключила договор с демонами. Зная тебя, конечно, глупо сомневаться, но я всё же надеялся, что…

– Зря надеялся, – сухо оборвала я. – Да, это был договор с демонами, который чуть не уничтожил моё королевство. И, Эдди, всё зашло очень далеко. Демоны уже не просто опасные тени, они затеяли войну. Так что я советую тебе убраться вместе с родителями в какую-нибудь деревушку и переждать. Только не говори никому, ладно? Не то поднимется паника, а это нам точно не на руку.

– А что собираешься делать ты? – спросил парень, обеспокоенно дергая конец своей рубахи.

– Попытаюсь всё исправить.

– Дань, – испугался Эдди, – ты ведь не хочешь снова во что-то влезть? Может не надо, а? Это всегда очень-очень плохо заканчивается!

Я улыбнулась одними уголками губ.

– Эд, ты мой самый-самый-самый близкий и лучший друг, и я очень не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Ты не представляешь себе, на что способны эти демоны, поэтому пообещай мне сделать всё, чтобы оказаться в безопасности. А я сделаю всё, чтобы война никогда не началась. Договорились?

– Дань, я просто терпеть не могу этот твой взгляд, – хмуро пробурчал парень.

– Не переживай, Эдди, ты же знаешь – меня трудно победить. – Улыбка вышла натянутой, но зато дальнейшие объятия – искренними.

С одной стороны мне хотелось, чтобы Эдди остался. Чтобы мы поговорили с ним так же, как вчера с мамой. Ему бы я рассказала про Герви и Нейта, ничего не утаивая. Он бы мог что-нибудь посоветовать.

Но с другой стороны, мне не хотелось рисковать его безопасностью.

Время близилось к четырём – как раз на это время был назначен военный совет, и поэтому пришлось попрощаться с Эдом, пообещав ему быть осторожной.

Я вышла из дворца, проводив друга до самых ворот – по выходным они жили в деревне, и помахала ему рукой. Уже хотела вернуться обратно в свою комнату, как вдруг один из часовых громко крикнул: «Стой, кто идёт?». И это заставило меня резко остановиться. Вряд ли это обращение предназначалось Эдди, он же наоборот уходил.

Значит, кто-то шёл во дворец.

Не позволяя лишней панике, или радости, смешавшейся с переживанием, завладеть разумом, я медленным шагом дошла до одной из башен. Понимая, что своим поступком перечеркну всю «прилежную леди», которую так хотела воссоздать, полезла вверх по лестнице.

Завидев карабкающуюся к нему принцессу, часовой удивлённо замер. И лишь когда заметил мой гневный взгляд, помог переступить через последние ступеньки.

– Кто там? – едва сдерживая волнение, спросила я, пытаясь вглядеться вдаль.

– Три путника, – слаженно отозвался часовой.

Но я уже и сама их увидела.

Сердце в груди подпрыгнуло так высоко, что наверное, достигло горла.

– Открывайте ворота, – быстро проговорила и со всей скорости рванула вниз.

Спускаться по лестнице оказалось намного проще и быстрее, чем подниматься по ней же. Как только мои ступни почувствовали твердую землю, я тут же побежала к открывающимся воротам, едва не споткнувшись.

И только уже у самого края стены, который всё ещё защищал меня от чужих глаз, резко остановилась, глубоко вдохнула, и, скрестив на талии вытянутые руки, спокойным шагом вышла навстречу путникам.

Гегемон, Гервик и Нейт уже почти подошли к открытым воротам. Кареты или лошадей позади не наблюдалось. Эдди на дороге тоже не было.

– Что вы тут делаете? – удивлённо спросила я, делая шаг навстречу.

– Мы просто очень соскучились! – радостно крикнул Герви.

Я не удержалась и улыбнулась. Тепло, искренне.

Никто из них не изменился. Как будто мы сейчас попали в то самое время, когда собирались на соревнования во Втором Королевстве. На каждом из парней была их привычная одежда. На Гервике – бежевый свитер и коричневые бриджи. На Нейте – чёрная кожаная куртка и чёрные штаны.

Нейт шёл довольно уверенным шагом, словно прекрасно себя чувствовал. Показалось даже на секунду, что и не было того ужасного дня, когда он чуть не погиб. Как будто это не он бледный, с фиолетовыми губами, на последнем издыхании умирал на моих руках. Сейчас парень выглядел вполне нормальным – даже глубокой усталости на лице не было. Движения чёткие, уверенные, как будто оклемался.

– Мы всегда рады приветствовать гостей в нашем доме, – добродушно сказала я, поворачиваясь лицом к дворцу, – пойдёмте, я провожу вас в гостиную. Мои родители будут рады познакомиться с вами.

Взгляды друзей увидеть не могла, но готова поставить на что угодно: все они как один были ошарашенными.

Родители уже знали, что к нам пожаловали незваные гости. Отец в преддверии военного совета облачился в свою роскошную синюю бархатную мантию. Мама у меня всегда выглядела с иголочки. Они ждали нас в гостиной с милыми улыбками.

В комнату я вошла первой. В середине лежал ворсистый ковер, вокруг которого стояло две софы – по длине ковра, и два кресла – по ширине. Родители сидели на софе. Я села в кресло. Ребятам осталось только занять оставшиеся места. По их рыскающему взгляду и неловким движениям сразу стало понятно, что чувствуют они себя неловко. Честно говоря, мне и самой хотелось избежать всех этих условностей, но что поделать – правила приличия придумывались не для того, чтобы их нарушать.

– Добро пожаловать в наш замок, надеемся… – начал папа свою официальную речь, но вдруг запнулся и удивлённо воскликнул: – Гегемон?!

– Гегемон, – кисло подтвердила мама.

И, прежде чем маг сумел что-либо ответить, добавила:

– Учти, я уже отдала приказ закрыть винный погреб.

– Ничего страшного, – усмехнулся мужчина, – я всё равно с собой… – но тут мой папа отчаянно закрутил головой, чем заставил мужчину сдавленно проговорить: – Я с собой ничего не брал.

– Вы знакомы? – удивилась я.

– Конечно, – кивнул папа, – это же придворный маг и первый советник короля Второго Королевства. Я рад, что ты помог моей дочери вернуться домой и исправить хотя бы часть тех ошибок, что она успела совершить.

– Да, – с милой улыбкой кивнул Гегемон, – именно я и помог.

– Мама, папа, знакомьтесь, – перехватила я слово, – это те самые люди, о которых я вам рассказывала.

– Рассказывала? – Папа устремил на маму недоумённый взгляд. Та тут же успокаивающе погладила его по плечу, намекая, что объяснит позже. Папа кивнул. Я продолжила:

– Они помогли мне найти и уничтожить договор с демоном. И они неоднократно спасали мне жизнь.

– Так же, как и Даня – нам, – неожиданно для всех сказал Нейт.

Я украдкой глянула на парня и смущённо улыбнулась.

Папа тут же начал раскатистую речь о том, как он благодарен тем, кто помог не только его дочери, но и поспособствовал раскрытию плана демонов.

В это время я вопросительно посмотрела на маму… и застыла на месте. Стоило увидеть её лицо, как меня словно молния пронзила с головы до пят, и мысли тут уже улетучились, оставив в беспросветном замешательстве.

Мама смотрела на Нейта. Она наверняка догадалась, что вчера я говорила именно о нем. И мне казалось, она будет разглядывать его с любопытством, оценивающим взглядом, пытаясь понять, что в нём могла найти её дочь.

Но она смотрела на него ошарашенным взглядом, кажется, даже забыв, что нужно дышать. Обычно её трудно было вывести из себя, она старалась держать свои эмоции под контролем. Но сейчас её было просто не узнать. Спина идеально прямая, рот сжат в одну полоску, а глаза расширились до такой степени, что выдавали в ней самую глубокую форму шока.

Она его узнала.

Под таким пристальным вниманием, Нейт неловко заёрзал на месте. Он усиленно делал вид, что не замечает маминого взгляда, но переодически всё равно удивлённо поглядывал на неё. В конце концов, непонимающе посмотрел на меня.

Я вздрогнула, поймав его взгляд, но не успела даже плечами пожать.

Папин голос вырвал меня из пучины собственных мыслей.

– Ну, Гегемона мы с Каролиной уже знаем, а вот о Даниных друзьях только со слов самой Дани. Расскажите, чем вы занимаетесь? И как так получилось, что вы вместе решили помочь найти демонический договор?

Понимая, что папа затронул очень скользкую тему, я быстро проговорила:

– Пап, может, прервёмся ненадолго? Скоро уже начнётся военный совет, а я хотела показать своим друзьям замок.

– Конечно! Думаю, вам будет, чем себя занять. Только не забудь, что в четыре тебе нужно быть в тронном зале. – По нему было видно, что он рад такому замечательному предлогу спровадить нас куда подальше, и поговорить с Гегемоном наедине.

– Не забуду. – На моих губах заиграла лёгкая улыбка.

Поднялась и, не обращая внимания на чужие взгляды, первая вышла из гостиной – плавной, осторожной походкой. Мне хотелось показать и маме, и папе, и даже Гегемону, что я всё ещё в состоянии измениться.

С парнями получилось несколько иначе, особенно когда они вышли вслед за мной, и, остановившись у закрытой двери, ошарашено посмотрели на меня.

Показывать им своё желание измениться резко перехотелось. Они смотрели на меня, как на чужеродный объект неземного происхождения.

– Ну что, идём? – обманчиво бодро спросила я. – У нас очень большой замок, четыре этажа высотой, но последние два – нежилые. Есть ещё две башни – северная и южная, но там ничего интересного. В одной находится склад для рабочих инструментов, а так же там хранится провиант, в другой живут слуги.

Я рассказывала на ходу, медленно двигаясь к лестнице, ведущей на второй этаж. Можно было конечно показать парням оружейную комнату, тронный зал или даже отвести их в сад, но во всех этих местах был один большой недостаток – там сновало много слуг. А мне больше хотелось тишины, чтобы спокойно пройтись по замку, не выдавливая из себя неискренних улыбок.

Поднимаясь по лестнице, я украдкой поглядывала на идущих следом парней. После того, как мы покинули гостиную, они не проронили ни слова, и это настораживало.

Спрашивать, что они думают обо всём случившемся, было неловко, поэтому я молча продолжила рассказывать о всяких мелочах, за которые цеплялся взгляд. Увидела рыцарские доспехи, призванные исполнять роль украшения коридора – и тут же завела разговор о турнирах, о том, как они важны для каждого королевства, какие воины принимают в них участие, и как им не обойтись без таких вот доспехов…

В какой-то момент я в очередной раз мельком глянула на парней и опешила, потому как заметила, что Нейт что-то шепнул на ухо Гервику. И почувствовала, как становится по-детски обидно. Хотелось им съязвить что-нибудь вроде «больше двух говорят вслух», но это желание тут же испарилось под напором мыслей о том, что леди себе таких выражений не позволяют.

– Дань, – неожиданно подал голос Гервик, чем заставил меня резко повернуться, – а ты что, участвуешь в военном совете?

Только-только прорезавшаяся надежда, что мы снова начнём говорить, как прежде, рассыпалась вдребезги. Вздохнув, продолжила официальную беседу:

– Да. Я буду выступать в качестве официального свидетеля. Расскажу, как демоны пытались вытащить моего Хранителя. Заодно скажу, как мы поняли про план демонов.

– И на нём решится, какие действия предпримет твой отец? – нейтральным тоном осведомился парень, даже не глядя на меня, а с любопытством рассматривая рыцарские доспехи.

– Да, для этого и собирается совет, – сдержанно кивнула.

– Знаешь, я случайно слышал от Гегемона, что в северных лесах Второго Королевства держат военнопленных. Там не просто солдаты, там держат бывших генералов. Кто-то из них пал в битвах, но есть те, кого похитили.

– Ты намекаешь на историю с Пятым Королевством? – нахмурилась я.

Генерал их армии пропал с поля боя, когда они отбивали атаку кочующих племен, не весть с чего претендующих на королевские территории.

– Я думаю, что всех военнопленных держат там. Они наверняка смогли бы помочь, если твой отец соберётся атаковать Второе Королевство.

– Спасибо за информацию, Герви, – благодарно кивнула. – Я поговорю с отцом.

Неожиданно мы дошли до двери моей комнаты. Желание показывать свои покои резко испарилось, поэтому я уже хотела пройти дальше, но Нейт уловил моё замешательство.

– Твоя комната? – догадался он.

Пришлось кивнуть. Тем более, на двери маленькими корявыми буквами было написано «Даня-Шманя».

– Герви, помнишь, что делать?

Герви кивнул. Нейт резко схватил опешившую меня за руку и быстро затащил в мою же комнату.

– Ты чего? – удивлённо выдохнула я, когда дверь с гулким щелчком закрылась.

– Может объяснишь, что это за спектакль? – хмуро спросил Нейт.

Он был зол. Надо же.

– А почему Герви остался в коридоре? – Я вопросительно подняла бровь, с вызовом посмотрев на парня.

– Герви караулит. И если кто-нибудь пойдёт, он пару раз стукнет в дверь. Ты же ведь не хочешь, чтобы нас застали вдвоём, и пострадала твоя благочестивая репутация?

– Ого, сколько яда. И за что, интересно?

– Дань, – Нейт, кажется, понял, что переборщил, – нас всего пару дней не было, а ты тут уже…

– Что?

– То. Ты посмотри на себя.

Я прекрасно поняла, о чём он. И, честно говоря, была немного удивлена. Разве не этого от меня все ждут? Нормального внешнего вида.

– А что тебе не нравится? Я выгляжу так, как подобает… леди. – Хотела сказать «принцессе», но вовремя исправилась.

– И что, интересно, в этом ворохе лохмотьев осталось от тебя?

– Ворохе лохмотьев? Нейт, выбирай выражения. Этот «ворох лохмотьев» вообще-то…

– Неужели тебе самой нравится? – перебил он.

Парень смотрел на меня так… осуждающе, что сперва я даже не нашлась, что ответить. Затем открыла рот, чтобы зло выплюнуть своё «да!», но в последний момент остановилась.

Какая разница, что я скажу – Нейт все равно не поверит. И не важно, сколько аргументов приведу в свою защиту, в защиту платья или важности соблюдения манер. Он не поверит. Потому что знает – я тоже не верю.

– Нейт, – в голосе прозвучало отчаяние, – какая разница, что нравится мне? Это правильно. И скоро я привыкну, и все остальные тоже.

– Дань, зачем?

– А разве не понятно? – Мне не хотелось говорить об этом, и я искренне надеялась, что Нейт поймёт.

Но он такого одолжения делать не стал.

– Нет, не понятно.

Я молчала, вперив в него оскорблённый взгляд. Вдруг остро захотелось спрятаться под кроватью и сделать вид, что меня не существует. Я ждала и надеялась, что Нейт приедет. Но вместе с парнем приехала и его проницательность, из-за которой всё моё внешнее спокойствие трещало по швам.

– Я просто хочу стать нормальной, – ответила после минутной паузы.

– Ты знаешь, по-моему, прошлая Даня была абсолютно нормальной.

– Прошлая Даня чуть не уничтожила собственное королевство! Это – мой шанс начать всё с начала!

– Прекрасно, – сухо сказал парень. – Но я не хочу иметь ничего общего с этой новой Даней.

И он развернулся спиной ко мне. Схватился за ручку двери, намереваясь просто уйти и оставить меня упиваться собственной беспомощностью.

– Ты был волком шесть лет! – воскликнула я, тем самым заставляя его остановиться и обернуться. – Ты не был всё это время на королевских приёмах, не посещал официальные вечеринки! Ты отвык от правил этикета и от вынужденного общения с теми, кто тебе неприятен! И знаешь, что. Ты уж точно никогда не чувствовал себя лишним среди всех этих людей. А я каждый раз искала любой предлог, лишь бы не ехать на очередной бал. Потому что прекрасно знала, что все эти люди не воспринимают меня всерьёз. И я знала, что как только появлюсь на балу, то весь вечер простою за колонной, пытаясь справиться с собственным одиночеством. Все эти люди видели во мне лишь безмозглого ребёнка, которого в этой жизни не заботило ничего, кроме шалостей. И знаешь, что? Они были правы!

Нейт смотрел на меня странным взглядом. Брови были чуть сведены на переносице, выдавая напряжение.

А я, отчаянно прикрыв лицо руками, тяжело опустилась на край своей кровати. И продолжила, тихо и безнадежно:

– Я войду в историю, как принцесса-неудачница. Через двадцать лет, каждый ребёнок, который откроет учебник по истории, скажет: «это что, та самая девчонка, которая чуть не убила своих родителей?». И я не хочу быть записанной в колонне со всякими «Генрихами Великими» и «Альбертами Великолепными» как «Даниила Ужасная». У меня ещё есть шанс всё исправить. И если понадобится, я стану той, кем боялась стать все восемнадцать лет.

Нейт тяжело вздохнул и медленно прижался спиной к закрытой двери.

– Знаешь, Дань, ты и есть принцесса-неудачница, – без обиняков сказал он. При этих словах обида всколыхнулась так резко, что я вздрогнула. – Ты постоянно попадаешь в какие-то глупые ситуации, придумываешь совершенно сумасшедшие пути решения своих проблем, и никогда не думаешь о последствиях своих поступков. И ты всегда говоришь то, что думаешь, даже если это будет звучать глупо или не к месту, ты всё равно скажешь. В тебе нет абсолютно никаких качеств, которые должны быть у леди, и иногда ты напоминаешь мне мальчишку с улицы. Особенно из-за дикой любви стрелять из арбалета, или носить дурацкие шапки, или воспевать свои ужасные ботинки. Господи, да ты когда ходишь, то напоминаешь мне косолапого мишку. Возможно, ты этого не замечаешь, но у тебя при ходьбе мыски ботинок всегда смотрят друг на друга! И, наверное, стоило бы сказать, что ты не похожа на Викторию, но знаешь, ты не похожа вообще ни на кого.

– Да, Нейт, – зло втянула воздух, едва сдерживая эмоции, – тебе незачем так изгаляться, чтобы лишний раз напомнить мне, какая я дура. Спешу тебе сообщить, что так я себя чувствую примерно всю свою жизнь, и не важно, уничтожаю я свою королевство или сижу дома.

– Я не считаю тебя дурой. – Нейт раздраженно закатил глаза. – Ты дослушай сперва, а потом делай выводы.

– О, это ещё не всё? – Я сжала губы и вопросительно посмотрела на парня.

– Своей долгой и неуклюжей речью я вовсе не хотел тебя оскорбить. Я просто хотел сказать, что несмотря на всё это… – Он замолчал и неловко переступил с ноги на ногу. Затем, словно собравшись духом, выпалил: – В общем, несмотря на всё это… ты мне нравишься.

Я тяжёло вздохнула.

– Слушай, ты не обязан оправдываться. Если тебе не хочется…

– Нет, – резко перебил он. – Ты мне правда нравишься.

Секунд двадцать до меня доходил смысл его слов.

Он что, только что сказал, что я ему нравлюсь?! Но… это, наверное, сон. Он же сам только что перечислял, какой ужас я из себя представляю. А потом сказал, что «несмотря на всё это»… я ему нравлюсь. Он имел в виду, что нравлюсь как друг? Или нравлюсь чуть больше? Или очень нравлюсь? Что значит нравлюсь? Это такой жестокий сон?!

Пресвятые Покровители! Он сказал, что я ему нравлюсь! Я?!

Пока мысли вихрем кружились в голове, я ошарашено пялилась на парня и молчала. У меня просто в голове не укладывалась, что только что произошло, и реально ли всё это.

Нейт занервничал.

Он ждал ответа и заметно волновался. Только сейчас заметила, что парень засунул руки в карманы, с трудом заставляя себя смотреть именно на меня, не отводя взгляда.

– Дань, слушай, – не выдержал он затянувшегося молчания, – я… я не знаю, что нужно говорить в таких случаях. И если ты обиделась, то не обижайся! Я же не обидеть тебя хотел, это просто нужно было сказать, чтобы ты поняла, что ты неидеальная. Ну, хотя, ты и так это знаешь. – Тут Нейт понял, что от волнения сказал что-то не то и попытался исправиться: – В смысле, никто из нас неидеален. Но я имел ввиду, что мне всё равно. То есть ты можешь говорить, что хочешь, и носить какие угодно шапки, это же не отменит того, что ты добрая. И… милая. И забавная. Почему… почему ты так на меня смотришь?

А смотрела я на него такими выпученными глазами, словно ещё немного и они могли вывалиться.

Это всё произошло так неожиданно.

Еще минуту назад парень пытался выяснить, зачем мне образ благородной леди, а теперь вот говорит, что я ему нравлюсь. Но я и рта не успела раскрыть, чтобы сказать, что это самые лучшие слова, которые мне только доводилось слышать за последние восемнадцать лет, как Нейт взволнованно спросил:

– Подожди, это всё из-за того поцелуя, да? – Показалось, или парень чуть не стукнул себя по лбу? – Слушай, я не хотел так давить, честное слово! Просто нас попросили разыграть влюблённую пару, ну я и подумал «какой удобный случай, Нейт, ты сможешь её поцеловать, а потом, если что, спихнуть всё на игру». – И тут вдруг резко посмотрел мне прямо в глаза. – Я идиот, да?

О да!

Я быстро замотала головой и поспешно выдавила, почему-то немного охрипшим голосом:

– Мне понравилось.

Кажется, парень ожидал чего-то вроде «ты меня не достоин, уйди с глаз моих долой!», потому что удивлённо замер и, словно переварив услышанное, тупо спросил:

– Правда?

– Да. И знаешь, если бы ты сейчас сказал, что тебе нравятся сероглазые вампирши, я бы на коленях поползла в их клан с просьбой обратить меня, – «соригинальничила» я.

Нейт ничего не ответил, лишь пару раз моргнул. А затем посмотрел в пол, будто бы пытался понять, как вести себя дальше. Он снова вернул руки в карманы, и его облокотившаяся о дверь поза на мгновение перестала быть напряжённой.

– Думал, ты скажешь «нет», – озвучил он свои мысли, так и не поднимая взгляда.

Я посмотрела на свои руки. У нас обоих это в первый раз – такое признание. И мы оба, как маленькие дети, не знали, что сказать. Вернее, как сказать об этом правильно, не наговорив лишнего и не чувствуя себя при этом глупо и неловко.

В этот момент я решила, что пора прекращать строить из себя ребенка. Мне выпал уникальный шанс в кои-то веки почувствовать себя нужной кому-то. Испытать все те эмоции, которые переживали абсолютно все героини моих любимых приключенческих романов. Я ведь уже почти смирилась, что такая, как я, никому и никогда не сможет понравиться. А потом появился Нейт. И перевернул всё вверх дном.

Решительно поднялась, и, шурша юбками, приблизилась к парню. Подходить вплотную испугалась, поэтому встала рядом и также облокотилась о стену, чуть повернув голову.

– Честно говоря, я чувствую себя немного неловко, – начала тихим голосом. – Просто мне никто никогда не говорил, что я ему нравлюсь. И я тоже никогда никому такого не говорила. Кроме тебя. – Парень недоумённо повернул голову. Я смутилась, но всё же продолжила: – Ты, наверное, единственный, кто смог увидеть во мне что-то милое. Обычно мне говорили что-то вроде «глупая», «безответственная», «несобранная», «бестолковая» ну и далее по списку во всех производных. А ты… ты меня ещё даже толком не узнал, но сразу сказал, что есть принцы и принцессы, которые поступают намного хуже меня. И тогда я впервые подумала «а может, всё не так плохо, как мне внушают?».

И вдруг замолчала, не зная, что как высказать все свои эмоции и чувства.

– И что, всё? – Нейт недоумённо выгнул бровь. – Я увидел в тебе человека, и ты за это благодарна?

Боже, как решиться-то…

– Нет. – Я вздохнула, собираясь с силами. – Ты не похож на всех принцев, с которыми мне доводилось общаться. Ты, конечно, очень любишь принимать самостоятельные решения и ни с кем их не обговаривать, но в то же время, ты очень чувствительный. Ой, чуткий! Я хотела сказать чуткий! – За эту оговорку захотелось побить себя кувалдой. Раз двадцать. Нейт лишь усмехнулся. – И знаешь что. Мама меня уже просила тебя описать, но я не знаю, как это сделать! Я не знаю, как описать человека, который нравится! И да, я сказала это. Ты мне нравишься. И не потому что, ты разглядел во мне обычного человека, а потому что рядом с тобой я могу быть собой. Я могу говорить глупости и оговариваться хоть сто раз за день, ты посмеёшься вместе со мной, но никогда не будешь высмеивать. И ещё… я… я просто обожаю с тобой спорить. Не знаю, у меня сразу внутри такой… такой азарт просыпается! И что б ты знал, я ни разу в своей жизни не целовалась с парнем, и от того поцелуя была в восторге, ясно? И я бы сейчас отдала что угодно, лишь бы не идти на этот дурацкий военный совет, а вместо этого надувать лягушек вместе с тобой и кидаться ими в людей!

– Что? – услышав последнюю фразу, парень не удержался и сдержанно рассмеялся.

– Да! – громко подтвердила я, чувствуя, как со словами с плеч сваливается тяжёлый груз прежнего молчания. – Такие дикие мысли крутятся у меня в голове! А знаешь, что ещё? Я две ночи подряд мечтала, чтобы ты приехал сюда и обнял меня.

– Правда? – Улыбку с его лица как ветром сдуло.

– Да. – Я обречённо стукнулась головой о стену, закрывая глаза. – Вот такая я дура.

Повисло секундное молчание, а потом послышался его серьёзный голос:

– Могу обнять сейчас.

– Обними.

И, открыв глаза, увидела, как парень подошёл ближе и притянул меня к себе.

Захотелось расплакаться от счастья. Я уткнулась лбом ему в плечо и обняла за талию. Так как его куртка была расстёгнута, волей неволей пришлось засунуть руки под неё. Кожей ощутила теплоту, исходящую от тела парня. Стало так спокойно, уютно и очень-очень хорошо.

Но я, как обычно, умудрилась всё испортить. Видимо, из-за такого эмоционального потрясения, мозг совершенно перестал контролировать язык. И я совсем не эстетично выдала:

– На тех соревнованиях во Втором королевстве ты выглядел так… эффектно, особенно обнажённый по пояс…

– Что?! – У Нейта был такой ошарашенный голос, что когда парень попытался оторваться от меня, я резко вцепилась в его куртку. Но тот всё равно с необычайной прыткостью отлепил меня от себя. Я тут же закрыла лицо руками, чтобы он не увидел моих густо краснеющих щёк.

– Прости, – смущённо выдавила в свои ладони, – не знаю, зачем я это сказала…

– Даня, – строго сказал Нейт, – какой кошмар! Ты открываешься просто с новой стороны! – И я вновь ощутила его руки на своей талии. А потом услышала насмешливый голос: – Ну, раз мы заговорили на эту тему, то ты мне в лосинах тоже больше нравилась, чем в этом платье болотного цвета.

После этих слов почувствовала, как горячо стало не только щекам, но и ушам.

– А ты ещё и зелёный не любишь, – невесть к чему вспомнила я.

– Это даже не зелёный. Тебя как будто в луже искупали.

– О, как это мило.

– Ну, мы же вроде начистоту говорим.

Говорим. Но лучше бы мы занимались кое-чем другим.

– Дань, – неожиданно серьёзным тоном заговорил Нейт, – ты ведь собираешься участвовать в той операции, которую твой отец устроит для короля Седьмого Королевства?

– Что, хочешь отговорить? – спросила тихо.

– Нет. Просто спрашиваю.

– Да, хочу.

– Я с тобой.

– Что?

– Предупреди отца, что я иду с вами.

– Но…

– Дань, не спорь, ладно? Ты мне несколько раз жизнь спасла. Теперь моя очередь.

– Меня не надо будет спасать. – Я насупилась.

– Ну да. Я тебя уверяю, мы ещё даже демонов не встретим, как ты уже споткнёшься о камень и разобьёшь себе лоб.

Нет, ну это же просто наш общий талант – портить такие романтичные моменты! Мне очень хотелось что-нибудь злобно съязвить, но в последний момент желание испарилось под натиском не пойми откуда взявшейся нежности. Поэтому просто тихо сказала:

– Я жду, что когда-нибудь это закончится и всё будет хорошо.

Нейт не ответил. Просто очень осторожно оторвался от меня, а затем медленно обхватил моё лицо руками. У меня сердце ушло в пятки, а голова сама потянулась навстречу такому долгожданному…

В этот момент дверь резко открылась, ударив нас обоих по плечам. А из коридора послышался обеспокоенный голос мамы:

– Даня, дорогая, ты тут? Уже четыре часа, ты не забыла?

Мы с Нейтом шарахнулись друг от друга с такой скоростью, что, наверное, побили все рекорды быстрого реагирования. На моём пути ничего не было, поэтому мне посчастливилось сделать всего несколько неуклюжих шагов.

А вот парню повезло меньше. На его пути стоял неширокий, но высокий стеллаж, в который он с размаху врезался спиной. Послышался лязг каких-то флакончиков, что стояли на полках, но самое страшное – к его ногам упала чёрная коробка. Та самая, которую мне показывала Лин. Неужели демоница её тут оставила? Если бы не Нейт, я бы и не заметила даже.

Коробка пару раз перевернулась на полу, а затем, подталкиваемая открывающейся дверью, покатилась к моим ногам.

Мама заглянула в комнату и не без интереса оглядела прижимающегося к стеллажу парня. Потом перевела взгляд на меня.

– Вы что, тут одни? – подозрительным тоном спросила она.

– Нет, – поспешно ответила я.

– С нами Гервик, – заверил мою маму Нейт. – Он просто вышел на секундочку.

– И уже вернулся! – оптимистично провозгласил парень, появляясь в проёме двери.

Мама сдержано улыбнулась. Да, её такими штучками не проведёшь.

– Даня, тебе пора на совет.

– Уже иду.

– Поторопись.

С этими словами она развернулась, наградив Нейта таким взглядом, что парень вжался в стеллаж ещё сильнее, и вышла.

Как только её силуэт исчез, Нейт зло посмотрел на Гервика.

– Ты почему не предупредил?

– Да я отошёл всего на секунду, а когда вернулся, Её Величество уже в комнату вошла!

– Ладно, не ссорьтесь. – Я первая примирительно подняла руки. Затем наклонилась, поднимая коробочку, лежащую у моих ног, и поставила её обратно на полку стеллажа. – Вам в моих покоях оставаться нельзя, так что подождите в гостиной.

Парни согласно кивнули, а я вышла в коридор, внутренне готовясь выступать на совете. Лишив меня титула принцессы, родители лишили меня и права принимать участие в государственных делах. Однако теперь казалось, что с потерей статуса, пришло уважение с их стороны. Наконец-то мы поговорили с мамой, и в кои-то веки родители готовы были прислушаться к моим словам.

В памяти всплыла мамина фраза: «когда ты оглядываешься назад, то понимаешь, что забрав что-то, жизнь подарила тебе что-то взамен». Кажется, теперь я в полной мере ощутила это на себе.

Совет проходил в тронном зале.

В каждом королевстве всегда находился представитель остальных шести королевств, на случай внезапной угрозы, о которой следует немедленно оповестить всех правителей. Решения обсуждались на подобных советах, после чего, каждый из представителей посылал магического вестника в своё королевство.

В этот раз за огромным столом собралось намного больше людей, чем тогда, когда меня лишали титула. Помимо герцогов, принимающих непосредственное участие в обсуждении государственных дел, теперь тут были шесть представителей остальных королевств, а так же генерал армии вместе с несколькими своими людьми. Их легко было узнать по форме.

Мама с папой стояли во главе стола и с необычайно серьёзными лицами выслушали всех, пожелавших высказаться.

И первой из них была я.

Именно моя история стала ключевой, с неё и началось обсуждение. Мне пришлось рассказать о том, как Король Седьмого Королевства подсунул мне пособие по демонологии, особое внимание уделив договору с демоном. Дальше я поведала, как проходило заключение контракта, какие условия были предложены, и главное – как они были исполнены. Потом сказала, что магия Демонов Перекрестка была очень сильна, и именно поэтому Хранители накрыли куполом королевскую резиденцию так поздно.

А затем началось сухое перечисление фактов. Обычно я боялась выступать на публике, постоянно чувствуя нервное напряжение внутри, однако теперь мой рассказ давался очень легко. Меня слушали с внимательными лицами, не перебивая и не ахая на особо нервных моментах. Я рассказала, как мы с Нейтом и Гервиком участвовали в соревнованиях, чтобы раздобыть денег, как меня выследил Демон Стихийник и чуть не убил, желая заполучить моего Хранителя. Рассказала, как мы нашли Демона Слюнявчика и шантажировали его, чтобы узнать о том, как можно аннулировать контракт. Рассказала, как встретили Гегемона и как он помог нам попасть в Преисподнею. Но главное, рассказала, что, когда мы встретили там Велизара, он не отрицал того факта, что Король Седьмого Королевства желает захватить власть.

Дальше пришлось ссылаться на кое-кого, опуская довольно деликатную деталь – «кое-кто» был демоном. Вряд ли совет смог бы принять это адекватно. Так что я просто сказала, что среди демонов у нас есть свой информатор, который сообщил нам, что Король Седьмого Королевства планирует выпустить всех тварей, открыв врата Ада и используя для этого силу похищенных Хранителей. И что демоны уже собираются возле портала, который находится во Втором Королевстве.

На этом мой рассказ подошёл к концу, и отец стал обсуждать план действий со всеми присутствующими. Это затянулось надолго. Было много советов и споров, как поступить лучше. Я благоразумно не влезала. Мой рассказ подарил им лишь информацию, что делать дальше – они решали сами.

И, в конце концов, решили.

На рассвете мы выступали с войной.

Отец собирал действующую армию и, используя эффект неожиданности, нападал на Второе Королевство. Гегемон, как представитель Второго королевства, был уверен – король ничего не знал о планах Георга Третьего. Главная загвостка была в том, что Иман МакФроггат в данный момент не находился в своём замке, и это позволяло демонам свободно оккупировать территорию. Прямо во время собрания Гегемон удалился, чтобы связаться с другими магами, которые были во Втором Королевстве, и спустя пятнадцать минут вернулся с подтверждением – в замке творилось что-то странное.

Это не было войной в полном смысле этого слова. Мы не нападали на Второе Королество с целью захвата территории. Мы пытались не позволить свершиться настоящему злу. И люди, которые обсуждали на совете план действий, очень чётко определили не только тактику и стратегию, но и каждому отвели важную роль.

Кроме меня.

– Отец, – громко обратилась я, и, как только на мне сосредоточилось большинство удивлённых взглядов, прокашлялась и исправилась: – Ваше Величество, знаю, во всём случившемся большая часть вины лежит на мне, и я не только признаю свою ошибку, но и готова нести заслуженное наказание. Тем не менее, позвольте сказать, что я являюсь главным свидетелем и, возможно, владею ценными сведениями, которые могут пригодиться нам всем. Я лично знаю их предводителя – Велизара, и, в случае чего, могу использовать любые рычаги давления на этого демона. И поэтому я хочу пойти с вами.

– Нет! – воскликнула мама так быстро и резко, что вздрогнули все присутствующие.

Она никогда раньше не теряла контроль над собой. Но теперь – её восклицание выглядело именно как потеря контроля, и это заставило меня ошарашенно застыть. Лишь через несколько секунд стало понятно, что моей речи с расплывчатыми доказательствами было недостаточно. Поэтому я поспешно заговорила:

– Его и Её Величество посчитали нужным лишить меня титула принцессы, и я не оспариваю их решение, ведь оно было справедливым. Я не хочу пользоваться какими-то привилегиями или принимать снисходительное отношение. В данный момент я говорю не от лица дочери короля и королевы, я выступаю от лица Даниилы Рамиро Фердинан – человека, который хочется убедиться, что может не только разрушать, но и помогать. Вы имеете полное право не верить мне, подозревать в заговоре с демонами или видеть во мне безответственную девчонку. Но я скажу лишь одно: это неправда. Да, на моей совести лежит тяжелый груз, но моё желание всё исправить – искреннее. Прошу, поверьте мне. И если вы не можете взять меня с собой, то хотя бы позвольте доказать благородство своих намерений. В северных лесах Второго Королевства находится тюрьма, в которой держат военнопленных. Поверьте, вам нужна будет любая поддержка, и пара десятков обученных людей – точно не будут лишними. Позвольте мне и моим друзьям участвовать в операции по их спасению.

– Откуда информация? – нахмурился Гегемон.

– От информатора, – не задумываясь, выпалила я.

Не знаю почему, но прекрасно осознавая, что наш информатор – демоница, маг всё равно ей верил.

– Думаю, ваша помощь будет не лишней, – неожиданно поддержал Гегемон.

Они с отцом переглянулись. В папиных глазах так и читалось: «она моя дочь, я не собираюсь ею рисковать!», но Гегемон каким-то удивительным образом всем своим видом сумел показать, что я заслуживаю шанса.

Не знаю уж, откуда маг взял эти очаги влияния на моего отца, но после небольшой перепалки, в которой принял участие и генерал, в конце концов, папа сдался.

– Что ж, – сказал он спокойным тоном, – рассмотрев все аргументы «за» и «против», я разрешаю тебе участвовать в вылазке. Спасать военнопленных отправится полковник Хорварт вместе со своим отрядом. Он же проследит, чтобы по завершению операции ты и твои друзья были доставлены в безопасное место и не принимали участия в военных действиях. На этом всё.

Судя по лицу полковника Хорварта – он рвался в бой, и следить за неразумными детьми в его планы ну никак не входило. Однако возразить что-либо королю он не посмел. Как и я, прекрасно понимая, что это большее, на что можно было рассчитывать, учитывая обстоятельства.

Таким образом, заседание военного совета было окончено.

Я позволила себе лишь скромную, едва заметную улыбку, чувствуя, как внутри растёт удовлетворение. Мы поговорили с мамой. Поговорили с Нейтом. И отец дал шанс всё исправить. Я просто не могла сдержать рвущуюся наружу радость. Неужели хоть что-то в моей жизни налаживается?

Когда отец дал согласие на наше участие в вылазке, думать о чём-то другом совершенно не хотелось. Окрыленная чувствами, я вспоминала и мамин рассказ, о том, как они познакомились с папой, и слова Нейта – как он сказал, что я ему нравлюсь. Вспоминала его взгляд. И тот момент, когда мы уже почти поцеловались… во второй раз. Совсем чуть-чуть, и это был бы один из самых лучших моментов в моей жизни.

Голова совершенно отказывалась думать о насущном, раз за разом окуная меня в воспоминания. Поэтому я застыла на месте, лишь когда вышла из тронного зала, озарённая внезапной догадкой.

Герви знал, что мы будем атаковать Второе Королевство.

А вот Гегемон о местонахождении военнопленных даже не догадывался.

Глава 16.

Военно-морской флот двигался по направлению ко Второму Королевству.

После собрания все короли остальных Королевств были предупреждены об опасности, и их войска были готовы в любой момент выступить на помощь.

Отец посчитал, что сотни кораблей и около десятка тысяч воинов от Первого Королевства будет достаточно для подавления восстания демонов.

Сидя на верхней палубе, я размышляла о том, насколько это решение было верным, параллельно наблюдая за Нейтом. Парень помогал команде матросов закреплять тросы вокруг деревянной стойки.

О решении отца я сообщила им с Гервиком с напускной радостью. И вплоть до самого ужина проклинала себя за то, что не сообразила сразу спросить у Гегемона, неужели это не по его наводке Герви узнал о местонахождении военнопленных? С другой стороны, догадайся спросить об этом сразу, посыпались бы сомнения, и вряд ли бы нам вообще разрешили участвовать в этой операции. А мысль, что Геврви – предатель, с остервенением отвергалась всем моим существом. Наверняка парень просто хотел зачем-то туда попасть. Не мог он нас подставить, просто не мог. В этом не было смысла. Зачем ему это? Он же наш друг.

Но, как бы то ни было, сомнения терзали душу, поэтому после ужина я решила наведаться в покои Нейта и попросить совета. Тайно, естественно. Но моя великая вылазка потерпела крах на первой же стадии исполнения – как только я ступила за порог. Возле двери меня ждала мама, которая очень доходчиво объяснила, что сделает со мной, если я всё-таки полезу в покои «этого милого парня». А затем на меня обрушилась злобная тирада с угрозами, что если я когда-нибудь пропаду на шесть лет, а затем окажусь жива и вместо того, чтобы навестить родную мать, побегу за каким-то парнем, она меня сама найдёт и убьёт.

И когда казалось, что хуже уже быть не может, мама высказала мне всё, что она думает по поводу моей любви лезть в самое пекло.

Утром поговорить с Нейтом тоже не вышло.

Я проснулась ещё до рассвета, и, не вызывая служанок, принялась собираться. Достала из шкафа мои любимые и уже ставшие родными лосины, свитер, длинную фуфайку и неизменные огромные ботинки. Шапки у меня больше не было, и я решила не прятать свою новую прическу. Вместо этого заплела две косички, еще больше подчеркивая цветовой контраст своих волос.

Когда спустилась вниз, с удивлением обнаружила, что весь замок стоит на ушах. И все его обитатели уже давным-давно проснулись.

Вот и мама как раз с любопытством крутилась вокруг Нейта.

– Молодой человек, – строгим голосом говорила она, – вы ведь тоже участвуете в этой освободительной войне?

– Если говорить в целом, то – да, – дрогнувшим голосом ответил парень, всем своим видом пытаясь изобразить каменную статую.

– Вам же придется воевать, вы понимаете?

– Конечно, Ваше Величество.

– В таком случае… вы не думали о том, чтобы надеть обувь?

Взгляд и мамы и Нейта скрестился на босых ногах парня.

– Думал, Ваше Величество. Но мне в ней неудобно.

– Как это неудобно? Это же обувь! Её придумали для того, чтобы человек не поранил или не отморозил свои ноги. Если хотите, я прикажу сапожникам сделать для вас сапоги по вашему индивидуальному заказу.

– Благодарю за внимание, но не стоит, Ваше Величество.

– Что значит «не стоит»? Ты хочешь остаться без ног?

– Поверьте, мне не холодно. И я не чувствую боли при ходьбе.

– Просто объясни мне: почему ты ходишь босым?!

– Мам, – поспешила я на помощь, – не приставай к нему. Поверь, я спрашивала у него уже сотню раз, но всегда получала один ответ: ему так удобнее.

– Даня, не волнуйся, я просто… – в этот момент она обернулась ко мне, и тут же забыла, что именно хотела сказать. По залу разнеслось её оглушительное восклицание: – Что ты на себя надела?!

– Одежду, – промямлила я.

– Это, по-твоему, одежда? – Мама начинала злиться. – Моя дочь и так идёт воевать с самыми опасными существами на земле! А теперь мне ещё и за её одежду беспокоиться?! Ты знаешь, что о тебе подумают, когда увидят в таком виде?!

– Прошу прощения, миледи, – вступился Нейт, но тут же был награждён таким взглядом, что вздрогнув, пятьдесят раз пожалел о том, что подал голос, – но эта одежда не стесняет движения и вполне… удовлетворяет потребностям… воина. – Под маминым напористым взглядом свою речь Нейт закончил запинаясь.

Моя родительница в ответ недобро прищурилась и, высоко вздёрнув подбородок, оглядела парня с ног до головы.

– А вы, молодой человек, знаете толк в женском облачении?

– Да, Ваше Величество, – храбро ответил тот, – я участвовал в турнирах в малой весовой категории… – Но, поймав мамин взгляд, согласно выдавил: – Поэтому в данной ситуации я ничего не могу посоветовать.

– Как прискорбно, – сухо отозвалась та.

Нас всех спас Гегемон, переключив внимание на себя.

– Каролина, ты же не хочешь, чтобы твоя дочь гуляла по лесу в платье?

– А ты не лезь в наши семейные дела! После твоего прошлого приезда наше королевство ещё месяц восстановиться не могло!

– Ну так пойдём, обсудим это. – Маг ловко подхватил обозлённую королеву под руку и, подмигнув мне, быстро уволок её от нас подальше.

Я облегчённо выдохнула и посмотрела на Нейта. Тот обиженным или оскорблённым совсем не выглядел. Скорее был похож на человека, который только что в одиночку отразил нападение целой стаи демонов.

– У тебя очень эффектная мама, – искренне сказал парень, и, пока я не успела встать на её защиту, мстительно добавил: – Очень похожа на мою.

– А ко мне какие претензии? – усмехнулась я. – Твоя особенность всех смущает.

– Ну, у меня босые ноги, а у тебя разноцветные волосы.

– Да вы просто идеальная пара, – сказал проходивший мимо Гервик.

Оба парня понимающе хмыкнули.

А у меня даже губы не дрогнули.

Сейчас Герви стоял, облокотившись о борт корабля, и рассматривал водную гладь. Лицо у него было задумчиво-состредоточенным.

У меня же на душе кошки скребли.

Какую игру ты ведёшь, Герви? Я ведь прикрыла тебя на совете, когда сдуру брякнула, что о военнопленных мне сказала Лин. Ты даже не представляешь себе, как тебе повезло. Осталось узнать, что ты задумал, и зачем нам соврал.

– Мне уже стоит волноваться? – раздался рядом голос папы.

– На счет чего? – не поняла я, чуть отодвигаясь в сторону и освобождая место для грузного мужчины.

Он сел рядом и кивком головы указал на Нейта.

– Не чего, а кого. Мама рассказала мне, кто он. Даже не представляю себе, как она умудрилась его узнать.

Я вздохнула. И мама, и Гегемон сразу же его узнали. От этого осознание собственной глупости лишь усилилось.

– Я помню его таким мелким, совсем ребёнком, – продолжил папа. – Он ведь твоего возраста. Я даже помню, как он с братьями приезжал на твои дни рождения. Ну, когда ты их ещё праздновала с остальными принцами.

– Если тебе станет легче, то я его тоже не узнала, – буркнула я, внимательно наблюдая за каждым движением парня.

Он точными рывками обматывал верёвки вокруг деревянной стойки, похожей на котомку, и в данный момент выглядел необычайно притягательно.

– Как ты его нашла? – спросил папа, тоже не сводя взгляда с парня.

– Это он меня нашёл.

– И что же с ним было все эти годы?

– Договор с демоном, – лаконично отозвалась я, не собираясь вдаваться в подробности.

– О Пресвятые Покровители, – тяжело вздохнул папа, – похоже, пора вводить закон, запрещающий детям брать в руки пособие по демонологии.

– Да уж, стольких бы проблем разом избежали.

Отец, наконец, оторвался от созерцания работающего Нейта и посмотрела на меня. Наверное, было в моём взгляде что-то такое, что заставило его заговорить:

– Знаешь, когда твоя мама забеременела, я мечтал, чтобы родился мальчик. Ой, ну не дуйся, не дуйся, какой отец не хочет мальчика? Я всё думал: вот будет у меня сын, буду учить его метать копьё, стрелять из лука, будем мы вместе с ним охотиться, вырастет у меня самый сильный наследник!

– А родилась я, – иронично буркнула.

– А родилась ты, – не стал спорить папа. – И я подумал: вот будет у меня дочь, будет она самой красивой принцессой на свете, покорит высший свет, все принцы падут к её ногам, и будет у меня самая прекрасная и умная наследница!

– Пап, – хмуро отозвалась я, – утешать – это явно не твоё.

– Но! – не внял он моим намёкам. – Несмотря на всё это, я доволен тем, что получилось.

– Пап, вот лучше не говори ничего.

– Ну сама подумай, ты вроде как половинка и наследника и наследницы.

– Пап.

– Вроде бы и девушка, но стрелять из лука умеешь, охотиться умеешь, даже знаешь несколько боевых приёмов.

– Папа, это совсем меня не утешает.

– Но в тоже время в тебе сохраняется женственность, трогательность, ну и… всё, что должно быть в принцессе. Наверное, только кроме рассудительности. Но в целом – чем не принцесса?

– По-твоему, это должно меня подбодрить?

– Да причём тут ты? – в притворном удивлении воскликнул отец. – Это я просто вслух рассуждаю. Я ж не к этому веду. Свою-то дочь я знаю и люблю её. А вот что делать с принцами, которые её так же знают и любят, понятия не имею.

– Лучше ничего с ними не делать, – вздрогнула я.

И непроизвольно посмотрела на Нейта. «Знают и любят». Да уж, ну и словечко папа выбрал, аж внутри всё перевернулось.

– Нет, серьёзно, хочешь, я ему проверку устрою? Настоящую, мужскую.

И мой отец так яростно стукнул кулаком в ладонь, что послышался громкий хлопок. Именно этот момент Нейт выбрал, чтобы посмотреть на меня, но, естественно, первым делом заметил грозный взгляд папы и его крайне красноречивое движение. Очередной канат в руках парня едва заметно дрогнул.

– Пап, хватит его пугать! – зашипела я, толкая отца в плечо. – Он сейчас подумает, что ты показываешь мне способы прибить его при первом удобном случае!

– Пусть думает, – недобро прищурился папа, не сводя взгляда с бедного парня.

Нейт усиленно делал вид, что ничего не замечает, но при очередном ненавязчивом повороте, румянец на его лице начал медленно окрашиваться в бледный.

– Кстати! – неожиданно громко воскликнул папа, явно чтобы привлечь внимание парня. – Доча, у меня для тебя подарок! Твой любимый арбалет! Ты же не думала, что я отпущу тебя в эту операцию без оружия? А чтобы ты не забыла, как из него стрелять, мы выберем мишень, и я тебе всё покажу!

Канат из рук Нейта удивительным образом брякнулся на пол. А нога парня – кто бы мог подумать! – случайно дёрнулась в сторону, абсолютно непроизвольно отпихивая лежащую верёвку за деревянную стойку. Ну и что же ему оставалось делать? Конечно, нагнуться за утерянной вещью, да так, что деревянная стойка полностью скрыла его от наших глаз.

– Ну пап, – хмыкнула я, – он сейчас испугается и сбежит с корабля.

– Тогда этот парень тебя точно не достоин, – вздохнул отец.

Свою долю адреналина папа получил сполна и теперь выглядел довольным, словно искупавшийся в сметане кот. С тяжёлым стоном он поднялся на ноги, протягивая мне арбалет, который принёс с собой не только ради издевательства. А затем, похлопав меня по плечу, удалился, подрагивая плечами от едва сдерживаемого смеха.

Нейт, заметив, что угроза миновала, выбрался из своего укрытия и буквально спустя минуту уже присел рядом со мной.

– Кажется, я недооценивал серьёзность знакомства с родителями, – со скорбной миной сообщил он мне.

– Не переживай, ты им понравился, – хмыкнула я в ответ.

– Да я не переживаю, – пожал плечами парень. – Только надеюсь, что твой отец не вызовет меня на поединок. – И с каменным лицом добавил: – Не хотелось бы его покалечить.

– Ой, Нейт, что это там?! – в ужасе воскликнула я. – Ах, точно, это же твоя самооценка решила, что она ангельский нимб. Надо бы вернуть её на место!

И, скопировав каменное лицо парня, наставила на него арбалет.

– Ладно-ладно, – тут же сдалась цель, – тогда я буду просто надеяться на вселенскую справедливость.

– Интересно, что же ты хочешь от вселенной за свои мучения?

– Вообще, я хотел познакомить тебя со своим братом, – сказал парень и мстительно добавил: – но потом вспомнил, что у меня их целых три.

– Да вы с папой просто ждёте, когда я сброшусь за борт, – заключила кисло.

Непроизвольно посмотрела на упомянутое место и наткнулась взглядом на Гервика.

– Я же пошутил, – сказал Нейт, заметив моё погрустневшее лицо.

– Да это не из-за этого, – вздохнула в ответ. – Слушай, я пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь о Гервике, но кроме того, что он не самый удачливый маг и к тому же азартный игрок, ничего в голову не приходит. Это у меня склероз или он нам и впрямь ничего о себе не рассказывал?

Нейт вопросу удивился, но над ответом задумался без лишних уточнений.

– Он, кажется, говорил, что из бедной семьи.

– И всё? А из какого он Королевства? У него полная семья или только отец? Или только мать? Мы же о нём вообще ничего не знаем.

– Ты это спрашиваешь, потому что тебе совестно или за этим стоит что-то ещё? – подозрительно уточнил Нейт.

– А тебе не совестно?! – чтобы не дать себя в чём-то заподозрить, решила пойти в контратаку. – Он же наш друг!

– Ну, это же его прошлое. Захочет, сам расскажет.

– Да, – кисло согласилась.

Ждать, когда он захочет рассказать, я не могла, тем более, если от его молчания под угрозу попадали наши жизни.

– Пойду, поговорю с ним, – всё-таки решилась я. Нейт нахмурился, но возражать не стал, да и на каком основании?

За все это время Герви, казалось, даже не пошевелился. Взгляд у него был какой-то отсутствующий. Парень с упоением наблюдал за бьющимися о борт волнами, но было видно, что морская стихия его мало заботит. Скорее, это выглядело своеобразным предлогом подумать о чём-то своём, сокровенном.

– Привет, – поздоровалась я, вставая рядом с парнем. – Как дела?

– Да вот, в очередной раз надеюсь выжить. – Он меланхолично пожал плечами.

Я грустно усмехнулась и поймала на себе его настороженный взгляд. В этот момент поняла, что не ошибалась, когда заподозрила его в чём-то нечистом. Но мне даже не пришлось подходить к этой теме окольными путями. Герви выпалил без обиняков:

– Я знаю, что ты мне хочешь сказать.

– Правда? Раз знаешь, может, сразу расскажешь, зачем соврал.

– А ты Гегемону сказала?

– Нет.

– Правда? – Герви опешил. – А я бы сказал.

– Ты же мой друг. Поэтому я сперва с тобой хочу поговорить. Что нас там ждёт, Герви? Армия демонов? Ловушки Велизара? Ты с ними заодно?

– Что? – парень удивлённо захлопал глазами. – Нет! Нет, ты что!

– Тогда зачем было врать? – допытывалась я. Но на душе стало намного легче. И хотя очень опрометчиво верить простому «нет», я всё равно поверила. Ведь это же Герви.

– Послушай, тюрьма есть. И я даже знаю, где она находится. Да, Гегемон мне о ней не рассказывал, но там действительно держат военнопленных.

– А тебе туда зачем?

– Там… там держат одного человека, который мне очень дорог.

– О. – Я закусила губу. – Так ты… просто хочешь кого-то спасти?

– Угу, – Герви сконфужено кивнул. – Мы ведь всё равно все в выигрыше останемся. Я спасу… кое-кого, а тебе от тюрьмы в замок попасть будет проще простого. Если ты, конечно, ещё не передумала.

– Я-то не передумала. Только вот полковник Хорварт получил приказ сразу же доставить нас в безопасное место.

– Когда это могло тебя остановить? – хмыкнул Герви. И, посмотрев мне прямо в глаза, тихо спросил: – Ты правда мне веришь?

– А ты мне врёшь?

– Нет.

– Ну тогда почему я не должна тебе верить?

– Знаешь, Дань, будь на моём месте кто-нибудь другой, он бы сказал, что ты очень… доверчивая.

– Герви, – закатила я глаза, сделав вид, что не заметила паузы, – если бы на твоём месте был кто-нибудь другой, то ему бы я точно не поверила.

Парень усмехнулся, и это вызвало мою ответную улыбку.

– Приготовить шлюпки!!! – Неожиданный громкий бас моего отца заставил нас подпрыгнуть на месте. – Даня, бери своих друзей и бегом к полковнику Хорварту!

– Построиться!!! – не заставил себя ждать тот.

Тут же с десяток воинов слаженным маршем выстроились в колонну перед грузным мужчиной. Не хватало только нас. И хотя задержка составляла около двух-трех минут (пока мы с Гервиком восстанавливали своё сердцебиение, пока папа желал нам удачи, пока мы пересеклись с Нейтом… время медленно двигалось вперёд), полковник Хорварт, казалось, готов был собственноручно выбросить нас за борт.

Но даже несмотря на жуткий взгляд нашего нового командира, от которого бросало в дрожь, нам оказали большую честь, пропустив в шлюпки первыми. Полковник сел с нами, за ним – ещё трое воинов. Остальные разместились во второй шлюпке.

Спустя пару минут нас сбросили на воду.

План был предельно прост: высадиться на берег, найти тюрьму, освободить заложников и идти воевать. В смысле, полковник и его отряд шли воевать, мы с парнями оставались в безопасном месте. Но где конкретно, сказано не было.

Море было до безобразия холодным. Беспощадные волны с силой врезались в деревянную корму шлюпки, отчего ту раскачивало из стороны в сторону, а нас обдавало леденящими брызгами. Вдобавок к этому дул морозный ветер.

Я почувствовала, как медленно холод добрался сперва до щёк, затем до ушей. Последние мгновенно покраснели без шапки и при любом касании отзывались притуплённой болью. Руки пришлось спрятать в карманах фуфайки. В этот момент я искренне пожалела, что не родилась медведем – с толстой шкурой и тёплой, надёжной шерстью.

Что удивительно, из всех сидящих в шлюпке не дрожали только двое – полковник и Нейт. Первый, скорее всего, имел небывалую выдержку, второй же холода просто не чувствовал. Мне тут же захотелось прижаться к Нейту так плотно, насколько это возможно, и трястись крупной дрожью уже в его объятиях, но останавливал тяжёлый взгляд нашего командира. И хотя мы были далеко за пределами высшего общества, и вполне могли позволить себе на пару мгновений нарушить чертов этикет, мне всё равно было стыдно. Поэтому не то что дотронуться, я даже пододвинуться поближе к парню себе не позволила.

И вообще, внутри меня смешались разные чувства. С одной стороны было чёткое осознание того, что мы признались друг другу во взаимной симпатии. И это как минимум давало возможность без стеснения быть ближе друг к другу: взгляды, брошенные украдкой, лёгкое касание рук, едва заметная улыбка, стоило посмотреть друг на друга. Теперь всё это должно было восприниматься более… естественно.

Но с другой стороны оставался барьер. Для общества мы были просто знакомыми. Нейт не делал мне официального предложения об ухаживании. То есть в глазах других мы были не более чем… друзья? И соответственно для меня Нейт был прежде всего лучшим другом. И уже потом – человеком, к которому я что-то чувствовала… явно что-то большее, чем дружба – это очевидно. Но насколько большее? И во что это вообще может вылиться? Я сама не могла разобраться в том, что чувствовала, поэтому даже не представляла, что уж творится в душе парня.

Одно могла сказать с уверенностью: за эту неделю Нейт стал мне родным человеком. Человеком, которого я понимала с полуслова. И он меня. Это ведь уже что-то значит, правда? Это же может дать толчок развитию наших отношений? В смысле, он же может решиться на ухаживание? Нет, я конечно, иллюзиями себя не обнадеживала. Но… что-то же заставило его признаться в своей симпатии. Не может же всё это растаять после его возвращения домой?

Этого я боялась больше всего. Что он вернётся в своё королевство и вспомнит о том, какая шикарная у него могла быть жизнь. Увидит вокруг себя прекрасных леди, желающих прибрать к рукам хорошенького принца. Он ведь и не вспомнит о какой-то девчонке, уже и не принцессе к тому же.

Вот что пугало больше всего – будущее.

И, наверное, было глупо думать об этом, когда мы качались в шлюпке из стороны в сторону, ожидая скорого прибытия на берег и последующей за этим опасной операции. Но я смотрела на парня и думала, думала, думала. Одолеваемая сомнениями, как-то даже подзабыла о холоде, о шумных волнах, которые словно пытались вытянуть меня из пучины нерадостных мыслей. И думала…

Когда днище шлюпки забуксовало в песке, мы все выдохнули с облегчением.

Парочка солдат выпрыгнули за борт и вытащили наше «судно» на берег. Как только мы все почувствовали под ногами рыхлую, но всё же землю, полковник Хорварт тут же отдал приказ скрыться в лесу.

Мне казалось, что вблизи моря, и, соответственно, сырости, почва будет мягкой, но никакая сырость не смогла побороть холод, и земля была промёрзшей. Некогда жижеподобная грязь теперь превратилась в твёрдую неровную колею.

Как только мы отошли на приличное расстояние от берега, полковник Хорварт объявил об остановке и выудил из-за пазухи карту местности. Развернул её и положил на землю. Вещицу тут же окружили все присутствующие воины, загородив своими спинами весь обзор. Я несколько раз пыталась «прорвать блокаду», но так ничего и не добилась. Оставалось лишь слушать, как полковник раздавал указания своим людям и тыкал пальцами в бедную карту.

– А они знают, куда идти? – подозрительным тоном поинтересовался у меня Гервик, который тоже был обделён вниманием.

Я только развела руками, потому что сама не знала.

– У них есть план местности всех королевств, – блеснул познаниями Нейт, и на наши удивлённые взгляды пояснил: – Это обязательное условие сотрудничества между всеми Королевствами. Никаких «неизведанных подвалов», где можно тайно производить оружие, быть не должно. Поэтому короли предоставляют друг другу подробный план местности.

– Ты был волком шесть лет, но всё равно умнее меня, – скорбно вздохнула я.

– И меня, – так же скорбно сказал Герви.

Нейт в ответ лишь хмыкнул, но с таким выражением лица, словно мы только что посадили его на трон и облагородили королевским венцом.

– Итак, что мы имеем? – по лесу разнёсся громкий голос полковника Хорварта. – Тюрьма находится в двух милях от этого места. Охранников в ней около десяти в каждую смену. В этой глуши они дежурят не по часам, а по суткам, и это даёт нам большое преимущество. Рен, ты вместе с ещё двумя пойдёте первыми. Мы за вами – будем прикрывать тыл. Кент, пойдёшь в обход и проверишь, нет ли у них кого в запасе. Разделаемся с ними по-быстрому и двинемся к замку. А вы, дети, – презрительный взгляд достался нам с парнями, – просто не мешайтесь, поняли?

Полковник буквально прожигал в нас дырку своим мерзким взглядом, поэтому пришлось кивнуть, даже несмотря на то, что внутри всё перевернулось от подобного отношения.

– Ладно, быстро складываемся и выдвигаемся.

Приказ был отдан грубым тоном, не терпящим возражений.

Если честно, этому человеку его низкий бас был даже не нужен. Это было скорее лишним дополнением к тому образу непоколебимого, жестокого человека, какого он и так олицетворял всем своим видом. Высокий, жилистый мужчина, с широкими плечами, в военной форме, он выглядел настолько уверенно и вместе с тем – устрашающе, что я невольно начинала его бояться. Даже представить страшно того человека, который мог бы осмелиться что-то возразить этому мужчине.

Он, как командир нашего небольшого отряда, шёл впереди. И мы шли за ним, словно собачки на поводу. Вернее, это у меня создалось такое впечатление. Всё-таки есть в лидерах что-то такое, что заставляет других людей подчиняться им без всяких возражений, и, словно безвольная кукла, идти туда, куда скажут.

Рядом с этим полковником Хорвартом я чувствовала себя маленькой нашкодившей девочкой. То есть меня и раньше за взрослую зрелую личность никто не воспринимал, но с таким открытым презрением я столкнулась впервые. И, честно говоря, даже не знала, как можно вообще обыграть этого человека. Почему-то наблюдая за его уверенными шагами, за его непоколебимой спиной, за резкими поворотами головы, всё больше убеждалась, что не подчиняться его приказам просто невозможно. Потому что страх перед полковником был сильнее.

Мы с Нейтом и Гервиком шли в самом конце.

Для меня поход по лесу сложности не представлял. Я с самого рождения бегала по нашему лесу в Первом Королевстве и научилась ходить бесшумно, когда этого требовала ситуация. О Нейте и говорить не стоило – он шёл так, что даже его дыхания слышно не было. А вот Герви явно был новичком. Из всех четырнадцати человек, что участвовали в операции по спасению военнопленных, Герви единственный создавал много шума. Под его ногами постоянно хрустели ветки, а дыхание напоминало пыхтение закипающего чайника.

Это дало полковнику ещё один повод злобно на нас оглядываться и награждать таким красноречивым взглядом, что кровь в венах стыла. Тем не менее, мы с Нейтом стойко молчали и не позволили себе ни одного замечания в сторону Гервика. По парню ведь было видно, что он новичок, и к такому не привык!

Несмотря на довольно большое расстояние, до тюрьмы мы дошли быстро.

Я ожидала увидеть как максимум приземистое здание, как минимум – катакомбы. Но мы вышли прямиком к… пещере. С виду она напоминала большой бугорок, с течением времени обросший мхом. Если бы не решётка, указывающая на вдох, и не тоненькое журчание ручейка, уходящего куда-то внутрь этого непонятного строения, у меня бы язык не повернулся назвать это пещерой.

Решётку взломали быстро. Казалось, она настолько проржавела от времени, что можно было просто надавить посильнее – и она отвалилась бы сама.

Мы пошли по журчащей струйке воды, которая почему-то до сих пор не заледенела, хлюпая подошвой сапог. Проход напоминал тоннель, и из-за низкого свода все шли в полусогнутом состоянии.

Воины привели план в исполнение так, как и задумывалось с самого начала: только мы достигли железной двери, внутрь вошли трое. За ними – все остальные, как прикрытие. Нам же с Гервиком и Нейтом полковник запретил заходить внутрь ровно до тех пор, пока они не нейтрализуют любую возможную опасность.

И мы его послушались.

У этого человека не могло что-то пойти не так. В его отряде не было такого воина, который одним своим поступком мог поставить всю операцию под угрозу. Каждый из людей действовал чётко и слажено. Казалось, что все они были натренированы до совершенства с одной единственной целью – избежать любой возможной ошибки.

Полковник никогда не проигрывал.

Сперва за дверью раздались грозные крики воинов. Они кричали что-то вроде «никому не двигаться!». Затем послышался лязг мечей, удары, грохот, и даже женский крик.

Обычно мне всегда хотелось находиться в самой гуще любого интересного события. Но только не в этот раз. Моя фантазия с легкостью воспроизвела в уме все возможные варианты развития событий. Среди них был и жестокий бой с яростным сопротивлением, сопровождающимся реками крови и предсмертными конвульсиями ни в чём не повинных воинов. А был и простой захват, без какого-то ни было сопротивления. Но ни на то, ни на другое смотреть совершенно не хотелось. Мне и так за последнее время впечатлений хватило.

И крики, и лязг металла, и грохот стихли неожиданно.

Понимая, что либо захват прошёл успешно, либо всех «наших» убили, мы несколько секунду напряжённо прислушивались к возникшей тишине.

Первым подорвался Гервик. Он неожиданно яростно толкнул железную дверь и влетел внутрь. Мы с Нейтом поспешили за ним с оружием наготове. Я влетела в тюрьму с арбалетом, Нейт – с мечом.

Но такие меры были лишними. Стражники ютились в углу, под всевидящим острием одного из солдат «нашего» отряда. Остальные воины либо пытались связать особо прытких и не желающих сдаваться, либо открывали камеры и выпускали пленных.

Тюрьма, кстати, действительно напоминала тюрьму, что было удивительно, при её-то наружном виде. Мне казалось, что мы шли с чёрного хода, но оказалось – с главного, потому как дверь тут была всего одна. По обеим сторонам располагались камеры для заключённых.

Запах тут витал отвратительный. Поморщившись, я остановилась и с удивлением стала наблюдать за действиями воинов. Пленных освобождали быстро, вскрывая замки обычными ключами, при этом обязательно спрашивая, кем именно человек был за пределами тюрьмы, какую должность занимал и как сюда попал. Многие из заключённых были ранены – кто-то хромал и без помощи идти не мог, кто-то был настолько истощён, что даже не мог подняться.

Нейт неожиданно двинулся вперёд, наверное, намереваясь помочь в проведении операции, при этом едва заметно поманив меня рукой. Я послушно пошла за ним – оставаться одной совсем не хотелось. Герви с самого начала сбежал от нас, по-видимому, в поисках того самого человека, которого хотел спасти. Ну а мы с Нейтом старались помочь, но так, чтобы не мешаться и не вызвать гнев полковника.

Мы уже почти дошли до конца тюрьмы, как вдруг я увидела заключённого, до которого ещё не успели добраться «наши» воины. Ему было очень плохо. Он лежал на полу, в скрюченной позе, заложив руку за спину в неестественном положении. Создавалось впечатление, что он просто не мог найти сил, чтобы перевернуться и принять более удобное положение.

– Эй, – одернула я парня, – там! – И указала на лежачего мужчину.

Нейт обернулся, оценил положение дел и понимающе кивнул. Ключи находились у остальных воинов, и просить их было боязно. Поэтому Нейт решил действовать самостоятельно: нагнулся над замком и стал сосредоточенно что-то с ним делать. Когда я подошла ближе, то поняла, что парень его вскрывал, причём в качестве отмычки он использовал маленький нож. Где он этому научился, даже спрашивать не хотелось.

Наконец, замок с гулким стуком упал на пол. Дверца камеры с противным скрежетом медленно начала открываться. Я тут же схватилась за одну из решёток и, дёрнув её на себя, полностью открыла дверь. Зашла внутрь. Нейт последовал за мной.

Мы склонились над пожилым мужчиной.

В его камере стояла просто невыносимая вонь, а в углу было что-то уж очень тёмное, намного темнее любой тени. Я тут же отвела взгляд, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

Мужчина, вернее, при ближайшем рассмотрении – старик, тяжело дышал. Его морщинистое лицо было покрыто испариной. Скорее всего, со времени поступления сюда, он так и не сменил одежду – да и на что? Но важнее было то, во что он был одет.

– Маг, – озвучил мою мысль Нейт, рассматривая тёмную мантию, в которую был облачен старик. – Возможно, даже ректор одной из Академий.

Словно поняв, что происходит что-то не то, заключенный вдруг медленно открыл глаза и уставился на нас совершенно осмысленным взглядом. А потом вдруг улыбнулся. Вернее, очень постарался это сделать, но его скулы свело в неестественной судороге.

– Эй, Стэр, смотри-ка, за нами пришли, – хрипло проговорил он, а потом закашлялся.

Но на его слова никто не ответил. И маг заволновался. Его глаза в страхе расширились, он посмотрел на нас уже совсем другим взглядом, словно мы были его врагами. А затем старик задёргался, пытаясь перевернуться и посмотреть на что-то. – Стэр! – прохрипел он. – Стэр!!

Мы с Нейтом испуганно отшатнулись.

И одновременно подняли взгляд.

Камеры соединялись между собой только решётками, так что увидеть, что происходит в другом помещении, не составляло труда.

Из соседней камеры Герви выводил какую-то женщину. Он заботливо поддерживал её под руку, помогая переставлять ноги.

Они медленно преодолели небольшое расстояние. Скрипнула дверь. Они ступили в коридор. Герви обхватил женщину за талию, и, обняв её так крепко, как только мог, исчез.

Просто раз – и там, где ещё секунду назад было два человека, теперь была пустота.

Сперва мне показалось, что я так неудачно моргнула.

– Герви? – позвала на всякий случай, уверенная, что у меня произошёл какой-то обман зрения.

Но даже протерев глаза, поняла, что ничего не изменилось. Парня на прежнем месте не было.

И сердце вдруг ушло в пятки. Осознавая, что сейчас за какую-то долю секунды произошло что-то страшное и непоправимое, я вылетела из камеры старика и подбежала к тому месту, где стоял Герви с какой-то женщиной.

– Герви? – позвала громко. – Герви, это не смешно! Герви!

А потом замерла на месте.

Что всё это значит? Куда он делся? Это что, было перемещение? Но как?! Он же даже воду подогреть не мог! Или мог…

Я ошарашено уставилась на стену, пытаясь осознать произошедшее. В этот момент ко мне сзади подошёл Нейт. Лицо у него было чернее тучи. Он тоже понял.

– Наверное, он просто хочет доставить ту женщину в безопасное место, – тихо проговорила я, с надеждой глядя на парня. – А потом он вернётся, да?

Мне очень хотелось, чтобы Нейт уверенно кивнул. А ещё лучше – сказал, что они с Гервиком давно уже это обсудили. И наш Герви не обманывал нас всё это время.

Но Нейт только судорожно провёл руками по своим волосам. Ему не хотелось показывать, как он шокирован поступком друга, но ошарашенный взгляд и невозможность подобрать нужные слова его выдали.

– Что это была за женщина? – непонимающе выдавил он.

Повернулся в поисках человека, который может ответить. Но все ближайшие камеры пустовали. Кроме одной.

– Вы знаете, что это была за женщина? – Нейт подошёл к камере старика и, схватившись за решётки, сжал их так сильно, что даже костяшки пальцев побелели.

– Стэр, – хрипло выдавил старик. – Её зовут Эстэр. А кто её забрал? – И он снова закашлялся.

– Сперва скажите, кого забрали? – нетерпеливо поторопил Нейт.

– Это её сын? – продолжил спрашивать старик, словно не понимал, как нам важен его ответ.

– Мы не сможем вам сказать! Мы даже не знаем, с кем он исчез!

– Да, – старик продолжал бурчать себе под нос, как будто был в бреду, – наверняка сын. Или маг. У неё ведь на камере была магическая защита. Как он её взломал? О, она верила, что он за ней придёт.

– Кто она?! – Я не выдержала и вскрикнула.

Нейт осторожно положил руку мне на плечо и кивком головы указал на насторожившегося полковника.

– Стэр, – прохрипел заключённый. – Ёе зовут Эстэр. Она королева Седьмого Королевства.

– Как?! – ахнула я.

– Что?! – воскликнул Нейт.

– Что у вас там происходит?! – вторил нам грозный голос полковника Хорварта.

Но для меня он полностью утратил былой ужас. И если раньше я, услышав раскатистый бас, могла задрожать от страха, то теперь даже не моргнула.

Меня словно с ног до головы окатили ледяной водой. Стэр. Эстэр. Королева Седьмого Королевства. Жена предателя. Что она тут делала? Как она тут оказалась? Почему её спас Гервик?

«Это её сын?».

Мы с Нейтом ошарашено переваривали услышанное. Медленно складывали фрагменты мозаики воедино.

– Что всё это значит? – не выдержала я, чувствуя, как начинает пухнуть голова.

– Да, мне тоже это интересно, – грозно сказал полковник Хорварт. Он подошёл совсем близко и осмотрел нас оценивающим взглядом. – А где третий?

Вот после этого вопроса у меня испугано подкосились колени. И не из-за грозного вида полковника, а из-за того, что придётся сказать «он исчез». И исчез с королевой Седьмого Королевства. Зачем? Мы не знаем. И тогда всё будет выглядеть так, словно он – заодно с королём Седьмого Королевства. Так, словно он…

– Он исчез, – тихо сказал Нейт.

– Как это исчез?! – угрожающим тоном спросил полковник.

– Так, – хмуро ответила я. – Взял и исчез.

По сжатым губам, по жевалкам, которые выступили на его скулах и шее, выдавая в нём дикое раздражение, стало понятно, что наш командир зол как никогда. Он ничего не сказал, но по его лицу и так всё было понятно. Мы поставили под угрозу всю операцию. Мы не подчинились приказу.

Мужчина резко схватил нас с Нейтом за плечи, и, толкнув вперед, заставил идти к выходу. В этот момент я почувствовала себя маленьким нашкодившим ребёнком. Даже сопротивляться испугалась – мало ли, вдруг он по попе отшлёпает.

Вместе с полковником мы вышли в лес.

Там уже на пеньках или опрокинутых стволах деревьев сидели многие военнопленные. Остальных солдаты по-прежнему выводили наружу.

– Стойте тут, и ничего не делайте, поняли?! Ни-че-го! Тихо стойте и не дёргайтесь!

Как только полковник отошёл от нас на приличное расстояние, я тут же повернулась к Нейту.

– Герви ведь не сын короля Седьмого Королевства?

– Дань, я знаю ровно столько же, сколько и ты, – покачал головой парень. – Но… это логично. Иначе зачем ему спасать королеву?

– Нейт, ты понимаешь, что если Герви – сын Георга Третьего, то получается, что он с ним заодно, а значит – тоже предатель.

Парень в ответ сосредоточенно уставился в землю, размышляя над чем-то. Пауза затянулась. В это я время я нервно отстукивала мыском ботинка по земле, и, наконец, не выдержала.

– О чём думаешь?

– Пытаюсь понять, почему я не помню Гервика. То есть если бы он был принцем, мы бы его точно запомнили. Он бы появлялся на балах, на приёмах, но я его не помню. Вообще.

– Точно! – обрадовалась я, но потом вдруг застыла на месте, озарённая воспоминанием. Улыбка медленно сменилась обречённым поджатием губ. – Нейт. Помнишь, он был одним из немногих принцев, у кого проснулся дар мага.

– И его отдали в Академию Магии, – продолжил парень, медленно прикрывая глаза.

– Он был там чуть ли не с самого рождения, а сейчас ему, получается, также восемнадцать. Значит, он закончил Академию. Понятно, почему даже Гегемон его не узнал. Просто потому, что мы его и не видели-то особо.

– Осталось только понять, как королева Седьмого Королевства оказалась в этой тюрьме.

– Знаешь, там, на корабле, Герви сказал, что он хочет спасти очень дорогого ему человека. Нейт, я не верю, что он предатель.

– Дань, он только что переместился! Ты помнишь, как он не мог даже воду подогреть? А про иллюзию – это ведь тоже были сказки! Да что там, он и про свои азартные пристрастия соврал!

– И на дороге он валялся явно не от нищеты, – тихо дополнила я и, словно самой себе, добавила: – когда мы его встретили. Неужели… наше знакомство было подстроено?

– Непонятно только – зачем.

Судя по лицу Нейта, в невиновность Гервика он уже не верил.

Но я не могла с этим смириться.

– Нейт, – начала почти умоляюще, – это же Герви! Если бы он был предателем, то не стал бы нам помогать! Он спас меня, когда на нас напал Демон Стихийник, он спас тебя, когда ты умирал. Он не бросил ни одного из нас. Как он может быть предателем? И вообще, – я зло взмахнула руками, – это всё не вяжется как-то! Король Георг – предатель, а королева Эстэр в тюрьме? Почему? Он решил от неё избавиться? Но почему во Втором Королевстве? Не легче было оставить её у себя, в Седьмом? Да её там в любом заброшенном здании на ночь оставить, и на утро от неё ничего бы не осталось.

– Может, Георг Третий их всех шантажирует? Сына заставляет плясать под свою дудку, а мать просто сослал куда подальше. А почему второе Королевство? Ну, оно видимо какую-то роль всё же играет в его планах. Не зря ведь даже сейчас демоны собираются именно тут.

– Да, но тогда зачем Гервик так долго ждал? Какой был смысл рисковать своей жизнью, и вообще всё это время идти вместе с нами, если он мог также переместиться в эту тюрьму и спасти свою мать?

– А что если отец следил за ним? – предположил Нейт. – Помнишь, Лин ведь шла за нами попятам. Георг Третий собирает армию демонов, почему он не мог просто взять Лин к себе в услужение и заставить приглядывать, чтобы сын не наделал глупостей и не испортил весь план?

– Нет, – покачала я головой. – Опять не сходится. Лин сама дала наводку именно на Короля Седьмого Королевства. Да и вообще, зачем Георгу Третьему посылать за нами своего сына? Что мы такого делали, что за нами нужно было следить?

– Искали договор. Он не хотел, чтобы ты разорвала сделку и спасла своих родителей.

– Но тогда Герви мог просто уничтожить мой договор – у него была куча возможностей!

– Может, он усовестился?

– А Лин? Она помогла нам найти договор. Зачем? Не проще было вести нас по ложному следу?

– Ну, она сама в последний момент решила прикрыть свой тыл и выйти сухой из воды.

– Это-то и странно! – Мне стало немного обидно, что Нейт сразу не поверил в предательство демоницы, увидев в её поступке простое желание выжить. А я ведь решила, что она правда сдала нас Велизару. – Зачем ей делать вид, что она не причём? Если бы остальные демоны знали о плане нас подставить, она бы не стала врать. И вообще, после всего этого она приходила ко мне и передала кое-что.

– Приходила? – опешил Нейт. – Почему ты не сказала?

– Случая как-то не представилось, – смущённо проговорила я и вытащила из кармана фуфайки маленькую коробочку, которую предусмотрительно взяла с собой. – Лин сказала, что это единственный способ остановить демонов.

Парень осторожно взял в руки вещицу.

– Только на красную кнопку не нажимай! Не то засосёт внутрь и никто не сможет тебя достать, – предупредила я.

Он покрутил её в руках, внимательно рассматривая, но судя по его удивленному взгляду – подобного артефакта он раньше не встречал.

– Думаешь, Лин обманывает? – неуверенно спросила.

Нейт посмотрел на меня, и по его взгляду стало понятно – он бы очень хотел знать ответы на все вопросы. Но он, как и я, уже ни в чём не был уверен.

– А может, король Георг вообще не причём? – неожиданно озарило меня. – Может, ведут игру не две стороны – хорошая и плохая, – а три? Что, если есть ещё одна заинтересованная сторона?

– О чем ты? – Нейт нахмурился.

– Сейчас. Попробую объяснить. Помнишь, я рассказывала, как узнала о договоре? Король Георг дал мне пособие по демонологии. Вроде бы это лишнее подтверждение его причастности, но просто подумай. Ты – Вселенское Зло. Ты вынашивал план захвата власти долгие годы, ты готовился, рисковал всем, чтобы заполучить Хранителей. А потом вдруг самостоятельно подходишь к будущей цели, и, полностью раскрываясь, ещё и указываешь на страницу! Нет, он кончено, мог сделать скидку на мой ум. Но рано или поздно я бы кому-нибудь об этом рассказала, и если уж не я, то кто-нибудь другой точно бы догадался! Это абсолютно нелогично.

Нейт засунул руки в карманы и опустил взгляд – признак глубокой задумчивости.

– Да, будь я Вселенским Злом, послал бы кого-нибудь другого. В случае чего – все подозрения будут на нём.

– А что, если король Георг и есть – тот самый «кто-нибудь»? Что, если он – всего лишь пешка? Сам подумай, у него же по сути идеальный мотив. Слишком идеальный. Всё вообще слишком идеально!

– Дань, – тихо сказал парень, – ты ведь придумываешь это всё не ради того, чтобы оправдать Гервика?

– Нейт, ты что, сам не видишь? Это какая-то игра! И мой отец сейчас там! В самом эпицентре!

– Он там не один, Дань, с ним ещедесятитысячная армия обученных воинов. А ты находишься здесь и, возможно, пытаешься оправдать человека, который действительно виноват. Ты не думала, что может, нет никаких тайных заговоров? Может, всё действительно так, как кажется?

– Ты что, веришь в то, что Герви – предатель? – опешила я.

– Просто стараюсь не строить иллюзий.

– Прекрасно. Тогда сами у него и спросим.

– Как, интересно?

Вообще-то, на своё заявление я ожидала чего-то вроде «ты что, с ума сошла?» или «с ним и так всё ясно, у нас есть более насущные проблемы». Но, кажется, Нейт и сам очень хотел поговорить. С облегчением поняла, что «гласом разума» парень выступал лишь по необходимости, потому что кому-то нужно было развеять мои заоблачные теории жёстокой правдой. Но на самом деле Нейт, как и я, не хотел в это верить. Он тоже хотел поговорить с Гервиком начистоту.

– Даже если Герви заодно со своим отцом, или действует против него, он в любом случае будет в одном месте, – сказав это, кивнула в ту сторону, где должен был находиться замок, и пояснила: – Рядом со своим отцом.

Нейт инстинктивно посмотрел туда, куда был направлен мой взгляд. Но неожиданно, помимо обычных верхушек голых деревьев, мы увидели бегущего к нам навстречу человека. Вернее, судя по форме, воина. Чем ближе он приближался, тем отчётливее становился тот факт, что воин бежит с боя. На одежде – ещё невысохшая кровь, штаны порваны в нескольких местах. Лицо грязное, чумазое и… испуганное.

Полковник, словно только и дожидаясь, когда же мы с Нейтом привлечём очередную подлянку, резко появился рядом с нами, будто вырос из-под земли.

– Это что ещё такое? – грозно спросил он.

Мы с Нейтом переглянулись. Парень взял слово на себя:

– Откуда нам знать?

– Оттуда, – тут же огрызнулся полковник. – Вы, детки, даже пять минут постоять нормально не можете!

Наша несобранность его определённо бесила. Интересно, он правда считает нас виноватыми в любой мелочи, которая шла вразрез с его планами?

– Стой, кто идёт?! – разъяренным басом крикнул мужчина, и от этого восклицания у меня внутри всё перевернулось. Да уж, природа умеет наделять талантами.

Бегущий человек вздрогнул, остановился, посмотрел на нас… и его взгляд стал ещё безумнее. С диком визгом он бросился обратно в сторону замка, потом, видимо, вспомнил, что бежал как раз оттуда, и кинулся куда-то вправо, скрываясь среди голых деревьев.

Полковник среагировал молниеносно. Ещё секунду назад он стоял рядом с нами, а теперь уже резкими шагами догонял беглеца. Мне казалось, что такой грузный мужчина будет выглядеть очень забавно при беге, но полковник выглядел настолько натренированным, что любое его движение казалось чётким, слаженным и выверенным буквально до секунды. Он в два счета нагнал убегающего и одним махом опрокинул его на землю. Затем схватил за шкирку и поволок по земле к месту нашей стоянки.

– Вы что делаете?! – возмущённо воскликнула я, срываясь с места.

– Дань, не надо! – крикнул мне вслед Нейт.

– С ума сошли?! – К тому времени как я преодолела разделяющее нас расстояние, полковник уже бросил на землю неизвестного мужчину, словно мешок картошки. – Вы в порядке? – обеспокоенно спросила, присаживаясь рядом.

Мужчина был ранен, причём серьезно. На боку, среди клочков порванной одежды, выглядывала глубокая борозда кровоточащей раны.

– Что с вами произошло? – осторожно задала вопрос, прикладывая руку к его лбу. Горячий.

Мужчина задыхался от ужаса и не мог произнести ни слова. Но взгляд у него был осмысленный. И он с «осмысленным» страхом разглядывал полковника. Полковник же в ответ смотрел на него так, словно хотел убить.

– Эй, не обращайте на него внимания, у него всегда такой ужасный вид! – доверительно сообщила я, пытаясь заставить мужчину успокоиться и рассказать, что произошло.

Неизвестный беглец неожиданно резко перевел взгляд с полковника на меня. И удивлённо открыл рот.

– П-принцесса? – тихо, очень осторожно выдавливая из себя каждую букву, спросил он.

– Принцесса, – уверенно кивнула, радуясь прогрессу, – расскажи, что с тобой случилось.

– Принцесса! – его голос становился уверенней. Мне показалось, что он облегчённо выдохнул, и даже тело у него как-то расслабилось. – Принцесса, вы… вы… мне очень жаль…

– Чего тебе жаль? – поинтересовалась я, крепко сжимая его руку. Мама говорила, что если хочешь успокоить человека – возьми его за руку, так ты передашь ему свою уверенность.

– Я… сбежал… – Губы мужчины сморщились, а грязь на лице вдруг стала разбавляться влажными дорожками. – Сбежал… сбежал…

– Почему ты сбежал? – нахмурилась я.

Было понятно, что этот человек – воин, который участвовал в захвате демонов.

– Сбежал…

Никогда прежде мне не приходилось видеть плачущего мужчину. Но этот грязный, потрёпанный, раненный воин вызывал внутри дикую жалость. Его трясущиеся плечи и тихие всхлипы приводили в растерянность. Я понятия не имела, что делать и как его успокоить. А он ещё к тому же уткнулся носом в мою руку.

В конце концов, полковнику эта мыльная опера надоела. Он резко оторвал от меня мужчину, одним коротким движением поставил того на ноги и жёстко встряхнул.

– Ну что, тряпка, наревелся?! Много слюней утекло, а?! Давай, ничтожество, поднимай свою вшивую задницу и вставай в строй! Ну, ну?! Чего ты смотришь на меня, собака? Испугался?! Вот тебе урок, скотина, солдат идёт до конца, понял? Подтирай свои слюни и иди воевать за своего короля!

– Хватит! – возмущённо воскликнула я. – Отпустите его!

Злой взгляд полковника достался мне.

– О, ты его защищаешь?! – раздражённо поинтересовался он и с легкостью отпустил своего мученика. Тот, не устояв на ногах, грохнулся на землю, слабо застонав.

– Этот солдат, – огромный палец уткнулся в корчащегося мужчину, – когда-нибудь будет защищать тебя, принцесса. Трусам не место на поле боя! Он сбежит от тебя, спасая свою никчёмную жизнь. Сейчас для него нет ничего важнее его самого, и он – подлое ничтожество! Хотела бы ты сражаться бок о бок с таким, принцесса?

– Как будто, вы бы стали меня защищать, – хмуро буркнула, делая шаг назад. Устрашающая фигура приближающегося полковника заставила сердце ёкнуть.

– Если бы того требовал приказ короля, – хлёстко ответил он.

На секунду мне вдруг показалось, что меня сейчас будут бить. Испуганно сглотнув, приготовилась отбиваться от садиста всеми возможными силами, но тут неожиданно между нами вырос Нейт.

В сравнении с полковником парень смотрелся просто смешно. Своей макушкой он не доходил ему даже до подбородка, и в ширине плеч вообще казался тощим скелетом. Со стороны выглядело так, словно мышка встала на пути у кошки. Тем не менее, полковник остановился, недоумённо подняв одну бровь.

– Лучше вам послушать, что говорит тот парень, – абсолютно спокойным тоном сказал Нейт. И, видя, что полковник никак не реагирует, добавил: – Поверьте, эту информацию вам стоит знать.

Долгую минуту наш командир сдаваться не собирался и прожигал «непокорную шмакодявку» убийственным взглядом. Не представляю, как Нейт сумел это выдержать, но парень не вздрогнул ни на секунду.

– Может, ты и передашь эту жизненно важную информацию? – в конце концов нарушил молчание полковник.

– Как скажете, – пожал плечами Нейт. – Они попали в западню. Их ждали.

– Что?! – воскликнула я.

Отец. Там мой отец!

Полковник Хорварт резко сорвался с места и пошёл обратно к беглецу. Я быстрым шагом последовала за ним, обходя Нейта. Почему-то мне казалось, что сейчас начнутся ненужные утешения, но парень просто молча пристроился рядом. Мы вместе остановились напротив полковника, который уже склонился над неизвестным воином. Вокруг нас понемногу собирались солдаты, которые почувствовали что-то неладное.

– Что за западня?! Рассказывай! – приказным тоном потребовал наш командир.

Запинаясь и с трудом выговаривая слова, мужчина принялся рассказывать, что военно-морской флот только-только пересёк границу, как на них тут же обрушилась целая волна демонов. Перебили тысячи человек. Подожгли половину кораблей. Оставшиеся воины с трудом сошли на суше. Мой отец отдал приказ отступать, но им не дали. Сотни демонов обрушились на людей с адской мощью, буквально сметая всех на своём пути.

Наша армия отступила к замку. Оттуда и сбежал этот воин.

– Вот и ещё одно доказательство того, что это не король Седьмого Королевства, – сухим, безжизненным голосом сказала я в повисшей тишине.

Десятки людей удивлённо посмотрели на меня.

– О чем ты? – спросил Нейт.

– Я предупредила отца о предательстве Георга Третьего. Его представителя не было на военном совете. Он не мог узнать о наступлении. Предатель кто-то из оставшихся шести королей.

– Ему мог кто-то сообщить, – не согласился парень.

Я лишь пожала плечами. Предатель не Георг Третий. И не Герви.

– Полковник, какой будет приказ? – отчеканил солдат, что стоял рядом со мной.

– Мы должны помочь нашему королю. Дети отправятся на шлюпку, в нескольких милях от берега вас ждет корабль. А мы будем действовать так же, как и задумывалось. Разведаем обстановку и попробуем прорвать осаду.

– Вам не справиться, – неожиданно перебил Нейт. – Там сотни демонов, а у вас только десять человек в отряде. И еще несколько покалеченных воинов, которых перебьют в первые же минуты.

Я недоумённо покосилась на парня. Он с ума сошёл?! Решил поспорить с полковником?

– У птенца прорезался голос? – Командир надменно покосился на осмелившегося оспорить приказ.

– У вас ничего нет, – холодно продолжил Нейт. – Ни знаний, ни сил, чтобы пойти против демонов.

– Мальчик, ты ещё в пеленки какать не научился, когда я уже угробил пару сотен демонов.

– Что ж, тогда вы прекрасно понимаете, что ваш план убьёт всех этих людей. – Нейт обвёл рукой собравшихся. – Чтобы пойти против засады демонов, вам нужна армия. Которой у вас нет.

– У нас есть долг перед королём. И этого нам достаточно, – хлёстко сказал полковник, и на секунду мне показалось, что он чуть не врезал Нейту за дерзость.

Испугавшись, быстро подошла к парню, встала рядом и уверенно сказала:

– Он говорит всё это не из желания отсидеться в кустах.

– Да? – хмыкнул полковник. – А у меня такое впечатление, что твой парниша просто наложил в штаны.

– А у меня такое впечатление, что вы решили отправить на верную смерть всех своих людей, – в тон командиру отозвался Нейт.

Я испугано пихнула парня в бок, наблюдая за лицом полковника, на котором медленно появлялась краска злобы. Но когда повернулась к Нейту, чтобы хорошенько прочистить ему мозги, с удивлением обнаружила азартный огонёк в его глазах. И догадалась.

– У тебя есть план!

– Да, – кивнул тот. – У меня есть то, что сейчас нужно полковнику Хорварту. У меня есть армия, которая спасёт жизни не только этим людям, но всем тем, кто попал в западню.

– У тебя?! – Бровь мужчины насмешливо дёрнулась.

– О, поверьте, у него есть, – уверенно закивала я и добавила, уже более серьёзным тоном: – Но взамен нам тоже кое-что нужно.

Судя по тому, как усмехнулся Нейт, он вёл к тому же.

– Вам? Что-то нужно? – Кажется, полковник решил, что его разыгрывают.

– Да, – холодно сказал Нейт. – Я обеспечу вас армией, а вы взамен позволите нам пойти с вами.

– Так, – мужчина вздохнул, – Рен, я же приказал глаз с них не спускать. Когда они успели обожраться грибов?!

Я закатила глаза. Нейт тяжело вздохнул.

– Слушайте, – начал парень, – вы в своём праве нам не верить. Я даже не буду рассказывать вам, откуда у меня есть возможность перекинуть сюда целую армию. Не думаю, что вас заинтересует история пропавшего сына Третьего Королевства. – При этих словах брови полковника плавно поползли вверх. – Стоит мне об этом упомянуть, и вы снова потребуете доказательств. А так как специальных меток у королевских семей не существует, то придётся вспоминать прошлое, я буду приводить доказательства того, что действительно когда-то жил в Третьем Королевстве. А это займёт время. И сейчас оно слишком нам дорого, что бы так просто тратить его на ненужные слова. И вы это прекрасно понимаете. А ещё я вижу, что вы прекрасно понимаете – с отрядом из десяти человек вам с демонами не справиться.

– Поэтому, – плавно подхватила я, – выбор у вас невелик. Либо вы доверитесь нам и пойдёте против всех своих принципов, либо останетесь с гордо поднятой головой и десятком трупов под рукой. Вы ведь не станете рисковать своими людьми, зная, что есть шанс их спасти? И не только их.

– По-вашему, два безмозглых ребёнка имеют право указывать мне, что делать?

– Безмозглых ребенка, – закатила я глаза, – вы даже приукрасили ситуацию. Безмозглых безответственных ребенка ещё куда ни шло.

– Наивных и глупых, – добавил Нейт.

– Среди которых ужасная принцесса, чуть не погубившая своё королевство, – горестно вздохнула.

– И не забывай про принца, который по собственной глупости пропал на шесть лет.

– Ой, а ещё мы мухлевали на соревнованиях.

– И шантажировали Демона-Слюнявчика.

– О Пресвятые Покровители! – в ужасе воскликнула я. – Мы ведь подделали документы для Театральной Академии!

– А я ещё и соврал Гегемону, – скорбно объявил Нейт.

– А я вырвала твой портрет из «королевских хроник».

– Правда?

– Надо же было предоставить тебе доказательства.

– Это так мило с твоей стороны, – хмыкнул Нейт.

– Не волнуйся, я потом его скомкала и выбросила.

– Ну Дань, – ворчливо отозвался парень и вдруг кое-что вспомнил: – Ой, я же украл диадему у Виктории.

– И мы подделали себе имена для соревнований, – мёртвым голосом сказала я.

– А наш друг врал нам всё это время.

– И мы ничего не поняли.

– И, кстати, ноги у меня всё-таки мерзнут. Немного.

– Правда?!

– Да, но обувь я всё равно не надену!

– Да мне-то что, – пожала плечами, – не я же в итоге без ног останусь.

– Ага, ты останешься лысой. Особенно, если будешь каждого встречного спасать.

– Кажется, мы немного отклоняемся от темы, – деликатно сообщила я.

– Да, – кинул Нейт и повернулся к ошарашенному полковнику, – так вот, мы не указываем вам, что делать. Мы прекрасно осознаём, что не имеем на это права, и думаю, вы уже поняли, почему. Но когда речь идёт о сотнях жизней, по-моему, стоит проявить благоразумие.

– И зачем вам в замок? – спокойно спросил мужчина.

Мы думали, что он снова начнёт препираться, и к этому вопросу оказались не готовы.

– Ну… у меня есть секретное оружие, которое может помочь победить демонов, – тихо промямлила я.

– И дело совсем не в том, что ваш друг вас предал?

– Он не предавал! – тут же взъёлась я и только потом сообразила: – Стойте, вы подслушивали?

– Я стоял рядом, а вы громко разговаривали, – и глазом не моргнул полковник.

– Нам в любом случае нужно в замок, – сказал Нейт.

– Это я уже понял. Если вы можете связаться с армией Третьего Королевства, то сделайте это. Взамен обещаю, что вы сможете попасть в замок. И я пойду с вами.

– Что? – опешила я. – Нет, это лишнее.

Полковник устало поджал губы. Кажется, ему надоело, что каждое своё слово приходится объяснять.

– Принцесса… или, теперь мне называть вас просто леди? Разве я похож на то нечто, что сейчас валяется вон там, на земле? Я поклялся вашему отцу, что обеспечу безопасность его дочери. Долг перед королём для меня превыше всего. Так вам стало понятнее?

Мы с Нейтом переглянулись. Полковник предложил нам даже больше того, на что мы могли рассчитывать. И на этот раз торговаться он точно не будет. Да и причин не согласиться у нас тоже не было.

И мы согласились.

Нейт разыскал среди пленных того самого мага, у которого мы были в камере. Парень попросил его создать особенного вестника с частичкой своей ауры, чтобы король Третьего Королевства сразу догадался – это его сын. Подпись подделать может кто угодно, но ауру – никто.

В это время я серьёзным тоном пыталась объяснить полковнику Хорварту, как нам важно пойти в замок именно сейчас. Пришлось рассказать ему обо всех нелогичных моментах, которые мы с Нейтом нашли и в поведении Гервика, и короля Седьмого Королевства. Нам нужно было поговорить с нашим другом, и если он не был предателем, значит, им был кто-то другой. И важно как можно скорее выяснить, кто именно. А затем сообщить главнокомандующему армией Третьего Королевства, а может, и самому королю. Чтобы бить уже на поражение.

До сих пор не знаю, как я только умудрилась выдержать пронизывающий взгляд полковника. У меня внутри как будто все кишки свернулись в преддверии чего-то недоброго.

Он не хотел нас отпускать и говорил, что идти без подкрепления – слишком опасно и главное – неоправданно. И в то же время он не собирался рисковать своими людьми ради призрачной надежды, что наш друг сможет указать на настоящего предателя. Если Гервик вообще будет в замке. Если предатель вообще не Гервик со своим отцом.

Затем к нам присоединился Нейт и подкинул новую идею.

В каждом замке был построен потайной ход по типу того, по которому я сбегала из своего замка, когда заключила договор. Опираясь на то, что Король Георг сейчас выполняет заслуженную роль пешки, мы все сошлись во мнении, что он наверняка засел в тронном зале.

– Если вы ошиблись, то нам оттуда вряд ли удастся выбраться, – зло сказал полковник. А может, это было его привычное состояние голоса, но для меня выглядело именно зло.

– Я молюсь, чтобы мы ошиблись, – тихо ответила, – потому что если Гервика там нет, значит, он не предатель.

– Весь замок нам всё равно не осмотреть, – на всякий случай уточнил Нейт.

– Весь и не требуется. Любой король предпочитает руководить со своего трона.

Полковник оставил за главного своего верного солдата Рена. Отдал приказ всех раненных доставить к шлюпке и переправить на корабль, а после этого тихо засесть рядом с главной дорогой, ведущей во дворец. Так как до границы с Третьим Королевством было довольно далеко, мы пришли к выводу, что, скорее всего, отец Нейта перекинет войско через портал. Хотя бы его часть. Там к нему и присоединится «наш» отряд.

Больше полковник Хорварт не церемонился.

Он быстро проверил своё оружие, распихал по всем потайным карманам кинжалы, сверился с картой, и, окликнув нас с Нейтом, двинулся в путь.

Мы шли недолго, но я всё равно вся извелась от нетерпения. В голову лезли разные мысли – одна хуже другой, и уверенности в том, что Герви не предатель с каждой секундой становилось всё меньше.

Но я не позволяла себе сомневаться. Парень был нашим другом. Он не мог так с нами поступить.

Нейт тоже переживал, хотя и очень старался это скрыть.

Полковник шёл впереди и тщательно осматривал территорию. Мы же с Нейтом шагали позади, именно поэтому я позволила себе маленькую слабость: подойти к парню и взять его за руку. Тот сперва опешил, но спустя пару мгновений сжал мою ладонь сильнее, чем когда-либо. Так мы и пошли, держась за руки.

Если полковник что и заметил (а это наверняка было так), то виду не подал.

К замку мы вышли со стороны задней стены. Каменная кладка сыграла нам на руку – забраться по ней не составило труда. Благо я по деревьям в детстве любила лазить.

За стеной нас никто не поджидал. Похоже, демоны решили, что основные противники уже повержены. Тем не менее, полковник Хорварт приказал нам затаиться в кустах, пока он разведает обстановку.

Обстановка оказалась более, чем удручающей.

Демоны всё-таки были. Они выполняли роль охранников и проверяли территорию на предмет внеплановых нападений. Пока полковника не было, парочка из них даже успели пролететь мимо нас. Вернувшись с разведки, мужчина сказал, что к главному двору лучше не приближаться. Он весь завален трупами и, если раньше времени не хотим посадить себе нервы, лучше на это зрелище не смотреть.

Мы с Нейтом согласно кивнули и высказали предположение, где может находиться потайной ход. В северной части замка. Именно там, как оказалось, он был и в Первом и в Третьем Королевствах.

Очень осторожно мы двинулись туда. Демоны совершали простой обход, поэтому у нас было время до того момента, пока они не обогнут весь замок. Лаз был в стене. Я примерно знала, как должны выглядеть нужные камни-рычаги, и поэтому внутрь мы попали за считанные секунды.

Крутая лестница вела наверх. Пока мы поднимались по ней друг за другом, полковник Хорварт раздавал чёткие указания: не шуметь, не пыхтеть, не геройствовать, не своевольничать, слушаться приказов. Мы с Нейтом лишь едва заметно кивали.

Я помнила, что в отличие от нашего замка, здесь тронный зал находился на втором этаже. А вот бальный, в котором проходила свадьба Виктории, на первом.

Мы дошли до второго этажа и остановились напротив предпологаемой двери. Полковник припал ухом к стене и несколько мгновений напряжённо вслушивался в тишину. Затем хмуро заключил:

– Там кто-то есть.

– Демоны, да? – уточнила шёпотом.

– Скорее всего.

– А можно мне кое-что проверить? – опасливо спросила, с надеждой глядя на мужчину. – Эта штука должна работать, но я… не уверена. Вы меня прикроете, ладно?

Полковник перевёл вопросительный взгляд на Нейта. Тот уверенно кивнул. Я с облегчением выдохнула.

Осторожно нажала на выступающий из стены камень. Кладка затрещала и с громким гулом отъехала в сторону. Естественно, это привлекло внимание тех, кто находился в коридоре. Полковник Хорварт оказался прав – это были демоны. Две чёрные тени с выступающими на них красными глазами двинулись в мою сторону.

Я помнила, что сказала Лин – коробку нужно вплотную приставить к демону.

Поэтому, когда я не двинулась с места, тени даже обрадовались, ускорившись в своём полете. Это заняло всего несколько мгновений. Я в упор смотрела на них, невероятным усилием воли изгоняя страх и заставляя свой разум мыслить трезво. У меня была всего одна попытка, и нельзя было позволить себе промахнуться, или, что ещё хуже – пропустить нужный момент.

Внутренне сжавшись, непроизвольно отступила на шаг. В этот же момент один из демонов приблизился ко мне так близко, что я даже услышала мерзкое шипение. Не медля больше не секунды, с невероятной яростью, выставила руку вперёд и, надеясь, что коснулась демона, нажала на кнопку.

Дальше всё происходило, как в странном сне.

Тени начали расплываться, таять наяву и, словно ручеёк, всасываться в тёмную коробку. Молча. Без единого звука. Если бы не знала, что именно так и должно быть, подумала бы, что это просто мираж. Это произошло настолько быстро и странно, что оставалось только покачать головой из стороны в сторону и убедиться – это действительно было наяву.

– Лин нас не обманула, – сказала я вслух.

И первая пошла к тронному залу.

Шла настолько быстро, насколько могла себе позволить. На бег не переходила, потому что знала – сорвусь ведь и понесусь сломя голову. А это опасно. Так можно пропустить прячущегося за углом демона или поджидающего меня предателя. Уж и не знаю, что из этого хуже.

Тронный зал находился за высокими, устрашающими дверями, отделанными красивым золотистым рисунком. Отстранённым взглядом отметила, что это не просто рисунок – там была изображена сцена, как лев придавливает к земле оленя. Да уж, как-то очень красноречиво получилось.

– Даня, стой! – громким шёпотом крикнул мне полковник Хорварт.

В другой раз я бы, наверное, не послушала его и с размаху ворвалась внутрь, но не теперь. Умом прекрасно понимала, что это слишком опасно, и потому послушно замерла на месте. Дождалась, когда полковник и Нейт меня нагонят, заодно и наградят убийственными взглядами.

«Только щелбан в лоб осталось дать», – пронеслась в уме шальная мысль.

Полковник очень внимательно огляделся, осторожно дотронулся до золотистой ручки двери. Вытащил меч и знаком показал Нейту сделать то же самое. Готовые отразить любую атаку, они очень медленно и тихо приоткрыли дверь.

Вопреки всем опасениям, на нас не бросилась целая армия демонов. Собственно, не произошло вообще ничего. Внутри было подозрительно тихо. В конце концов, Нейт не выдержал и сам схватился за ручку двери, резко дернув её на себя.

Мы с ним вместе ворвались в тронный зал, несмотря на злобное шипение полковника.

Мы просто хотели увидеть Гервика. Убедиться, что он не причём.

И увидели.

Похоже, они заметили медленно открывающуюся дверь и заподозрили что-то неладное. Мы с Нейтом зашли как раз в тот момент, когда Герви вместе с королём и королевой Седьмого Королевства скрывались в темноте потайного хода.

– Герви!!! – заорала я и дернулась по направлению к парню. Тот ощутимо вздрогнул и резко обернулся. – Герви, не уходи! Мы знаем, что твой отец не предатель и ты тоже! Герви! Герви!!!

Слишком долго полковник открывал эти чертовы двери! Если бы можно было отмотать время назад и вновь зайти в тронный зал, но на несколько секунд раньше, мы бы успели. Теперь же я подбежала к потайному ходу ровно в тот момент, когда стена с гулким стуком захлопнулась прямо перед моим носом.

– Герви!

– Где-то тут должен быть рычаг, – нервно сказал Нейт.

И мы с парнем принялись лихорадочно ощупывать стены, гобелены, статуэтки и все, что могло бы открыть нам потайной ход. Но время шло, а стена всё не двигалась. У меня на глаза навернулись слёзы от осознания собственной беспомощности. Не хотелось думать о том, что Герви не только был вместе со своей семьей и выглядел вполне счастливым, но и даже не попытался остановиться, чтобы всё нам объяснить.

Он просто ушёл. Просто сбежал.

В конце концов, не выдержав бесплодных попыток отыскать чертов рычаг, я резко отошла от стены и злобно ударила ногой о выступ, на котором находились два трона – короля и королевы.

– Он же не мог! – отчаянно вскрикнула.

Нейт ничего не ответил. С плотно сжатыми губами он упорно продолжал искать. Искать единственную вещь, которая могла помочь нам найти нашего бывшего друга.

Неожиданно в зал ворвался полковник Хорварт с громким приказом:

– Уходим! Быстро!

– Нет! – воскликнула я. – Мы ещё не поговорили с Гервиком!

– На это нет времени!!! – зарычал полковник. – Сюда летит около десятка демонов!! Чем ты собралась отбиваться от них, бестолочь?!

Я хотела ответить, что мы вообще-то выступали даже против большего количества, и ничего, живы ведь, но тут вдруг Нейт резко схватил меня за руку и потащил к выходу.

– Ты чего?! – опешила я. – А как же Герви?!

– Дань, твой Герви сбежал!

– Но мы должны с ним поговорить!

– Не о чем с ним говорить! Как видишь, ему это явно неинтересно!

Я обречённо прикрыла глаза. Как бы ни хотелось верить в лучшее, Нейт был прав. Если бы Герви был невиновен – он бы остался. Его поведение полностью выбило меня из колеи. Все внутренние надежды были возложены именно на этот момент. А теперь что? Что нам делать?

Нейт тащил меня к выходу, где в нетерпении ожидал полковник. Стоило нам приблизиться к нему на достаточно близкое расстояние, как он тут же схватил меня под вторую руку и фактически вытолкал наружу.

И я вдруг застыла в оцепенении.

Это были совсем не те демоны, против которых мы боролись раньше.

Те представляли собой черную бесполую тень, с вкраплениями красных точек вместо глаз и ртом, который они не могли разомкнуть, словно он был склеен.

Теперь же к нам приближались тёмные всполохи дыма, вроде отдалённо напоминающие по своей фигуре прежних демонов, но у этих из недр тёмной воронки вырвались настоящие красные искры, словно внутри них что-то взрывалось.

– Медленно двигаемся к потайному ходу, – зашипел полковник, – вы быстро рванёте внутрь, а я их отвлеку.

Его слова доходили до меня словно через какую-то пелену. Но всё-таки доходили. И когда я осознала, что он хочет сделать, резко повернулась к мужчине, открыв рот, чтобы гневно воскликнуть: «с ума сошли?! Вы же погибнете!». Но стоило мне на него посмотреть, как слова застряли поперёк горла. Он не предлагал нам план действий. Он приказывал.

Тени уже почти преодолели половину коридора, но летели они почему-то очень медленно. Может, были уверены, что мы никуда не денемся?

Полковник двинулся им навстречу первым.

– Может, просто убежим, а? – жалостливо заикнулась я.

– Из этого замка можно сбежать только черед потайной ход, – оборвал все мои надежды мужчина. – Встаньте за моей спиной.

Мы с Нейтом послушно пристроились позади полковника, но так, что по-прежнему видели всё происходящее в коридоре.

Тени взметнулись неожиданно. Так резко, что я даже вскрикнуть не успела – только вздрогнуть. Они не стали ждать, пока мы пересечёмся. Они вскинулись и с молниеносной скоростью полетели на нас.

Полковник тут же остановился и принял боевую стойку, выставив вперёд огромный меч. Нейт схватил меня за руку, кажется, намереваясь утащить в сторону, к стене. Но не успел.

Неожиданно со спины раздался грозный голос Гервика:

– Даня, Хранитель!

Наверное, будь я кем-нибудь другим и не проведи рядом с парнем столько времени, а главное – не переживи рядом с ним несколько нападений демонов, для меня эта фраза прозвучала бы сродни: «Даня, ботинок!», или «Даня, борщ!».

Но я поняла.

И, Слава Пресвятым Покровителям, Нейт тоже.

Мы знали, что у нас есть на это секунд пять. И сгруппировались так быстро, что наверняка смогли бы победить в соревнованиях. Резким движением прижались к полковнику с двух сторон, и сплелись руками, обхватывая упитанную талию мужчины.

В этот же момент на нас обрушилась вся мощь самой опасной стихии в мире – огня. Меня успело обдать жаром прежде, чем Хранитель накрыл нас троих своим куполом. И вдруг стало темно и очень-очень тихо. В кромешной тьме было слышно лишь наше учащённое дыхание. Я неосознанно вцепилась в запястье Нейта так сильно, что в конце концов, парень тихо прошептал:

– Дань, ты мне сейчас руку насквозь проткнёшь, даже через куртку.

Я сдавленно ойкнула и ослабила хватку.

В этот же момент купол моего Хранителя начал медленно складываться, вновь возвращая нас в светлое пространство коридора. Быстро оглядевшись, настороженно спросила:

– Мы спасены?

– Да, – сквозь зубы выдавил полковник. – Так что хватит. Меня. Обнимать.

Повторять дважды не пришлось. Мы с Нейтом резко расцепили руки и обернулись к тому месту, где должен был стоять Гервик.

Наш друг нерешительно пожал плечами и тихо сказал:

– Это были ненастоящие демоны. Просто магическая копия. Её легко огнём уничтожить.

Наверное, мой радостный вопль услышал весь замок. Не медля ни секунды, я кинулась к парню на шею с криком: «Я знала! Знала!».

Герви, получив в придачу мою тяжелую тушку, слегка покачнулся, но всё же устоял.

– Дань, Дань! – запричитал он. – Ну слезь, ну Дань!

– Ты ведь правда не предатель? – услышала настороженный голос Нейта.

– А вы поверили?

Я спрыгнула с Гервика и красноречиво закрутила головой.

– Она-то вообще не сомневалась, – со смешком сказал Нейт.

И хотя парень моей очевидной радости в виде объятий не разделял, он всё равно не удержался и улыбнулся. А потом даже сдержанно пожал Гервику руку.

– Расскажешь нам всё? – спросила я.

Герви кивнул.

– Да, но не здесь. Несколько демонов патрулируют замок.

– Почему бы нам тогда не убраться отсюда как можно дальше? – раздался рядом грубый голос полковника Хорварта.

– Я не могу, тут моя семья, – поджал губы Герви.

– Тогда предлагаю вам вернуться в тронный зал, – быстро сориентировался мужчина. – Я останусь тут и буду следить за обстановкой. И, принцесса, не затягивайте свои посиделки. Нам нужно убраться отсюда до того, как подоспеет подкрепление. Если появится какая-то опасность, я постучу два раза. И прошу, тут же исполняйте приказ.

Я согласно кивнула и, схватив Гервика под руку, быстро затолкала обратно в тронный зал. Нейт зашёл следом за нами и тихо прикрыл дверь.

– А теперь выкладывай всё, – сказала, на удивление, спокойно и приготовилась внимательно слушать.

Гервик действительно был принцем Седьмого Королевства. Образ парня как мага-неудачника прочно укоренился у меня в голове, поэтому принять эту новость без ошарашенных возгласов: «правда?!», «серьёзно?!», «чем докажешь?!», я не смогла. Но после того, как Нейт пару раз пихнул меня в бок, замолчала.

Всё началось с того, что однажды его мать пропала. Георг Третий ещё даже не успел испугаться и начать поиски, как к нему заявился какой-то непонятный человек в тёмной мантии, скрывающей лицо, и поставил свои условия. Конечно, король сперва решил, что это розыгрыш или такая неудачная шутка, в общем – не поверил, но потом незнакомец открыл свое лицо. И всё стало намного серьёзней, чем можно было бы предполагать.

Это был шантаж.

Сперва посыпались простые задания: появиться на званном ужине и говорить о политике, задавать подозрительные вопросы остальным королям и вообще, навлекать на себя всяческие подозрения. Затем был первый опасный приказ – лишить Хранителя принца Пятого Королевства. Примерно тогда Георг Третий и понял не только замысел похитителя его жены, но и свою роль в этой игре.

К этому времени Гервик закончил Магическую Академию. А, вернувшись домой, столкнулся с серьёзными проблемами. Отцу пришлось рассказать. Они прекрасно знали, что если попытаются обыграть заказчика – он убьёт Эстер.

И они стали действовать тихо.

Самое страшное заключалось в том, что план похитителя приходил в блестящее исполнение. Король и королева Шестого Королевства сами отдали ему в руки Хранителей, с Нейтом получилось как нельзя лучше, хотя изначально его договора даже в планах не было, а извлечением Хранителя у принца Пятого Королевства руководил сам Георг Третий.

Дальше было решено забрать Хранителя у меня. О моём темпераменте знали все, и похитителю это сыграло на руку. У Короля Седьмого Королевства просто не было выбора – ему пришлось подставиться и подтолкнуть меня к сделке. Гервик сказал, что они до последнего надеялись, что я проявлю остатки благоразумия и на это не пойду. Но я пошла.

Чтобы не дать похитителю уничтожить Первое Королевство, нужно было разорвать сделку. И с этим ко мне послали Гервика. Парень придумал себе легенду нищего азартного игрока, нанял двух охранников, которые сыграли роль тех, кому он задолжал – и всё это с одной единственной целью: придумать себе объективный повод идти вместе со мной. Я не должна была его в чём-то заподозрить. Он же и подкинул мне информацию о волшебном цветке. Король Георг тайно попросил около пяти магов зачаровать его так, чтобы этой магии хватило на отмену договора демона. Вот только я умудрилась всё испортить тем, что расколдовала не своё королевство, а Нейта.

Создавать ещё один подобный артефакт было слишком рискованно, да и вряд ли я смогла бы поверить в повторное чудо, поэтому Гервик просто решил помочь найти договор.

С самого начала нашего пути за нами попятам шла Лин. Демоницу послал король Георг, чтобы она обеспечила безопасность его сыну и заодно нам с Нейтом. Король почему-то ей доверял, собственно, как и Гегемон в дальнейшем.

Когда моё королевство освободилось от заклятья, Лин дала наводку на то, что предатель собирает армию демонов во Втором Королевстве. Георгу Третьему стоило огромных усилий устроить это.

Ведь предатель действительно был тут.

И это был король Второго Королевства – Иман МакФроггат.

Он ждал долгих двадцать лет.

Он взошёл на трон после изгнания Роуниремерка. По сути, являясь дальним родственником бывшего короля, до этого момента на власть он мог и не рассчитывать, но тут вдруг – такая удача. А потом в его семье родился Спаситель – прекрасная Виктория. Наверное, такая слава его распалила. Кто знает, чем он руководствовался, когда решил захватить власть во всех Семи Королевствах. Но в одном я тут же углядела иронию: то, из-за чего изгнали Роуниремерка, на это же напоролся и Иман. Демоны.

Всё пошло не так только сейчас.

Кто-то сообщил ему о том, что армия моего отца надвигается на Второе Королевство.

– Не бойся, Герви, вам всем очень повезло, что среди вас есть ещё один принц, – хмыкнул Нейт.

Это действительно было сродни чуду. Георгу нельзя было активизировать свою военную мощь – об этом бы тут же узнал предатель, и всей семье короля, а может и жителям королевства, не поздоровилось бы.

Армия моего отца уже проиграла эту бойню.

Оставалась единственная надежда – отец Нейта и его военная сила.

– Герви, а Виктория тоже во всём этом участвует? – не могла не спросить я.

– Не знаю, – пожал плечами парень. – Рядом с Иманом я её не видел, честно.

Я расстроено вздохнула. Что ни говори, а увидеть в роли предателя Спасителя было бы здорово. Во всяком случае, она бы явно разочаровала всех свои поклонников.

– Дань, – тихо начал Герви, – я это… сказать хотел… мне кажется, твой отец попал в плен. Я слышал разговор Имана на этот счет.

Наверное, от меня ожидали чего угодно, но никак не облегчённого выдоха. На удивлённые взгляды парней пояснила:

– Когда мы пробирались сюда, в замке было тихо. Очень тихо. Сразу стало понятно, что бой давно окончен. А плен намного лучше, чем смерть. Теперь я думаю, что нам нужно дождаться подкрепления. В общей суматохе я смогу освободить отца.

– Дань, – раздражённо закатил глаза Нейт. – Вот вечно ты лезешь в самое пекло!

– Там мой отец! И вообще, неужели ты сам не хочешь встретиться со своим?

– Боюсь, после шести лет моего отсутствия, сюда явится вся моя семья.

Я испуганно сглотнула. Но что-либо ответить не успела.

Неожиданно раздалось два гулких стука по входным дверям.

– Что-то случилось, – выдавил Герви.

– Ты у нас вообще и принц, и маг, – хмыкнула я, – так что всё равно всех победишь. Пошли, полковник нас убьёт, если снова ослушаемся.

Лучше бы на этот раз мы его ослушались.

Я резко распахнула дверь, намереваясь сходу рассказать полковнику Хорварту о возможном изменении планов, но заметив лежащего на полу мужчину, подавилась собственной речью. Даже не успела осознать, что это значит, и насколько всё серьёзно. За какую-то долю секунды подняла ошарашенный взгляд и успела заметить чёрную тень, с размаху метнувшуюся на меня.

Что было дальше, уже не помню.

* * *

Приход в себя был ещё тяжелее, чем тогда, когда из меня чуть не высосало полжизни. На этот раз не было ни мягкой кровати, ни заботливого голоса Гервика.

Осознание того, что я не могу пошевелить руками и ногами далось тяжело.

Несколько минут потребовалось на то, чтобы открыть глаза и разобраться в ситуации.

Мы были в том самом бальном зале, где я когда-то подарила Виктории полотно с несуществующей письменностью шамеров. Ирония, однако.

Только на этот раз Виктории не было. Зато был Иман МакФроггат.

Помимо меня в зале находились ещё несколько пленников: Нейт, Гервик, мой отец, Гегемон и два незнакомых мне воина. Всем нам заботливо выделили по деревянному стенду с не самыми привлекательными кожанами ремнями, закреплёнными на наших руках и ногах. Мой арбалет, конечно, забрали.

– Даня, – шёпотом окликнул меня отец, заметив, что я пришла в себя, – ты что тут делаешь?! Я же приказал доставить тебя в безопасное место!

– Пап, король Седьмого Королевства – не предатель!

– Спасибо, доча, но я это уже понял.

– И мы должны были в этом убедиться.

– Убедились? – Голос отца был обманчиво спокойным.

– Не волнуйся, – попыталась его подбодрить, – мы выберемся отсюда.

И про себя додумала: «если только отец Нейта подоспеет вовремя».

– А что с Гегемоном? – спросила обеспокоенно.

– Он жив, но без сознания.

Вдруг до меня дошло, как Иман МакФроггат узнал о наступлении. Мы ошибочно думали, что предатель – Георг Третий, и на военном совете не было лишь его представителя. Похоже, сам того не осознавая, Гегемон раскрыл все карты перед настоящим предателем.

Я огляделась.

В большом просторном зале деревянные стенды с висящими на них людьми смотрелись нелепо. Помимо нас – пленников, тут было ещё с десяток демонов точно. Сам Иман МакФроггат стоял возле дальней стены и о чём-то говорил с… Велизаром.

При виде подлого демона, принявшего человеческое обличие, меня передернуло.

Неожиданно я заметила у одной из колонн скучающую Лин. Поймав мой взгляд, демоница плавно схватилась за своё запястье и потёрла по нему из стороны в сторону. Не совсем понимая, к чему она это делала, я нахмурилась. Лин раздражённо закатила глаза и взглядом попыталась указать на мои руки.

Подёргав ремень, я с удивлением обнаружила, что на правой руке он затянут совсем чуть-чуть. Высвободиться не составит большого труда. Вот только сбежать не получится. Во-первых, слишком много демонов вокруг. Во-вторых, ремень на левой руке был затянут качественно. Так просто не высвободиться, на это нужно будет время, которое вряд ли у меня появится.

Но Лин была умным демоном.

Она знала, что именно в правом кармане фуфайки лежит та самая коробочка, которую она мне дала.

– Даня? – услышала я голос Нейта. – Ты в порядке?

– Да, вроде всё нормально. А ты как? – И тут же осмотрела парня внимательным взглядом, но серьёзных повреждений или смертельных ран не обнаружила.

– Жить буду, – привычно отозвался он.

– Я тоже в порядке, спасибо, – раздался обиженный голос Гервика.

– Да ты у нас вообще неубиваемый, – попыталась пошутить я и получила в ответ сдержанный смешок.

Это привлекло внимание Велизара. Демон прервал беседу с королём и посмотрел на нас. Вернее, на меня. Прищурился, и, с гадкой ухмылочкой что-то сказав Иману, двинулся в мою сторону.

– Не подходи к моей дочери, тварь! – тут же взъелся отец. Яростно дёрнулся, но ремни крепко держали его в своих тисках.

Велизар на это лишь ухмыльнулся. И, прошествовав мимо всех пленников, с ленивой неохотой остановился прямо передо мной.

– Ты мне столько проблем доставила, – честно сообщил он и с удовольствием добавил: – неудачница Даня.

– Я тоже не рада тебя видеть, Велизар Идеальные Ботинки.

Умнее прозвища не придумалось, поэтому просто сделала акцент на том, что бросилось в глаза ещё при нашей первой встрече.

– Идеальные Ботинки? – переспросил демон горделиво. – Дура, ты, Даня, даже оскорбить нормально не можешь.

– А ты только и можешь, что оскорблять, – меланхолично пожала плечами. Вернее, попыталась. – Зачем ты прислуживаешь ему? – решила попытать ответа и кивком головы указала на внимательно наблюдающего за нами Имана МакФроггата. – Я думала, демоны жаждут свободы.

– Демоны жаждут настоящей жизни.

– Зачем?

– Быть мёртвой тенью совсем не здорово.

– Быть смертным человеком тоже сомнительное удовольствие, – резонно заметила я.

– Даня! – ядовито прошипел демон. – Будь моя воля, я бы свернул тебе шею прямо сейчас!

– За что ты меня так ненавидишь? – даже удивилась.

– Потому что, родная, ты нарушила договор! Мы заключали сделку, помнишь? А ты что наделала?

– Ой, да столько людей ежедневно нарушают договоры!

– Только не со мной! – яростно воскликнул Велизар. – Я – Демон Перекрестка! Никто не смеет сжигать мои договоры! Сделка превыше всего!

– Ты хочешь стать человеком? – хмыкнула я. – Тогда смирись с тем, что твои договоры больше не будут иметь никакой ценности.

– Договоры всегда будут разменной монетой этого мира, – прошипел демон.

Он был настолько зол, что забыл об элементарной безопасности. И совершил роковую ошибку. Упиваясь собственной яростью, он сам не заметил, как вплотную приблизился ко мне, желая запугать так, чтобы моя голова полностью стала седой.

Но он не учел одного: я его не боялась.

И, смотря прямо в эти безжизненные глаза обычного коричневого цвета, позволила себе легкую ухмылку. А затем резко дернула руку вниз, высвобождая её из оков ремня. Секунда ушла на то, чтобы залезть в карман и вытащить оттуда смертельную для демона коробку. А затем я прижала её прямо к животу ненавистного демона и…

Он был намного быстрее меня.

Ему понадобилась какая-то доля секунды, чтобы оценить ситуацию. Велизар молниеносно дёрнулся от меня в сторону, с размаху выбивая коробку из моих рук. Та с гулким стуком упала на плиточный пол, и, сделав несколько оборотов, ударилась о ноги подошедшего к нам Имана МакФроггата.

Велизар с такой яростью залепил мне пощечину, что на несколько мгновений в глазах заиграли бледные блики.

– Даня!!! – кажется, это вскрикнули трое: и Нейт, и Герви, и мой отец.

– Всё нормально, – с трудом двигая челюстью, ответила я.

– Ах ты мелкая тварь!!! – с невероятной злостью воскликнул Велизар.

И дальше на меня посыпался целый шквал оскорблений. Демон себя ни в чём не ограничивал. По его роже было видно, насколько сильно ему хочется выдрать мне глотку. Не знаю уж, что его останавливало.

В ответ я подарила ему полный ненависти взгляд. И постаралась смотреть в упор, злясь в душе. На себя. Это ж надо было умудриться выпустить из рук единственную надежду на спасение!

Мою освобождённую руку закреплять никто не спешил. Вокруг находилось около десятка демонов, и, похоже, никто из них не видел во мне угрозы.

Велизар всё ещё пытался меня задеть, выдавая какие-то детские оскорбления, а я уже шерстила взглядом по помещению, пытаясь придумать запасной план.

Они не видят во мне угрозу? Значит, пора доказать, что они ошибаются.

Неожиданно заметила какое-то странное движение за одной из колонн. Сперва решила, что мне почудилось. Но нет. Там была тень. И судя по руке, чуть выглядывавшей из-за укрытия, это был человек.

Меня окатило волной облегчения.

Наверняка это был один из солдат прибывшей армии подкрепления. Несомненно его послали, чтобы разведать обстановку.

Я выдохнула. Что бы сейчас ни произошло, у нас есть шанс на спасение!

Неожиданно король Второго Королевства резко прервал препирающихся Велизара и моего отца. Надо же, я и не заметила, когда они начали спорить.

– Хватит, – властно приказал он. – У нас нет времени выяснять отношения. Можешь…

И тут я поняла, что сейчас последует очередной приказ. Понятия не имею, что хотел сказать Иман МакФроггат, но вряд ли у него имелся такой уж богатый выбор. Наверняка это было либо «убей их всех», либо «бери остальных демонов, идём завоёвывать остальные Королевства».

Он сказал только «можешь», как я резко вскинулась, из-за чего мой деревянный стенд слабо покачнулся, и громко крикнула:

– Вы что, уже смерти не боитесь?!

Король свою фразу не закончил. Мне достался полный раздражения взгляд. Похоже, от меня ждали пояснений, но унижаться, выпрашивая их, не собирались. Вздохнув, принялась нести какую-то чепуху, при этом бросая короткие взгляды на странную тень:

– Вы что, никогда не слышали, что добро побеждает зло? Вот вы сейчас попробуете захватить Королевства, и даже не подумаете, что быть может, это сбывается Пророчество! А?! Вот-вот! Явится Спаситель и надерёт вам за… – начала я, но взглянув на папу, быстро исправилась: – уши. За уши вас надерёт, да.

Иман МакФроггат понял, что моя речь носит исключительно нравоучительный характер и лишь сдержанно хмыкнул. Открыл рот и снова начал:

– Велизар, можешь…

– А знаете! – воскликнула я. – А я вот вас прекрасно понимаю! Ну, этот нелепый захват власти! – Король тихо скрипнул зубами, услышав, что его двадцатилетний план назвали «нелепым». – Вообще, вот если начистоту, я бы тоже не отказалась от власти! То есть мы почему-то все смотрим с какой-то однобокой позиции на всё это, согласитесь, да? Никто же не сказал, что захват власти – это плохо! Может, вы наоборот добра хотите? Может, с вашим приходом Королевства объединятся, наладится торговля, понизятся налоги. Вы ведь хотите именно этого добиться, да?

– Нет, – коротко отозвался король.

Тут я заметила, что Велизар смотрел на меня, скептически изогнув бровь. Лин, заметив мой взгляд, покрутила пальцем у виска. И даже Гервик с Нейтом явно посчитали меня умалишённой.

А тень за колонной почему-то не двигалась. И я испугалась, что ошибочно тянула время ради шанса, который сама себе придумала.

Но тень неожиданно вздрогнула, когда Иман МакФроггат с вдохом сказал:

– Велизар, можешь…

– А и ладно, что вы добра не хотите! – воскликнула я. Король тут же раздражённо втянул воздух и посмотрел на меня, как на мерзкую букашку, которая все никак не может заткнуться. – В этой жизни добро вообще только хуже делает. Быть злым намного проще! Ты никому ничего не должен и помогать никому не надо! Не жизнь, а сказка!

Ну давай же, уходи к своим… предупреди их. Почему ты стоишь за колонной и не двигаешься?!

– Велизар, – сквозь зубы проговорил Иман МакФроггат, – можешь…

– А знаете, на самом деле я тоже хотела власть захватить!

– Да неужели?! – прошипел доведённый до ручки король.

– Честное слово! Я вообще своих родителей спасать не хотела! Велизар так удачно пришёл ко мне с этим договором, мне даже самой заговоров строить не пришлось! Представляете, как это было гениально! Я – принцесса Первого Королевства, наследница престола, в восемнадцать лет получаю трон! А потом ещё и принца Третьего Королевства встречаю! У меня на самом деле был коварный план: затащить его под венец! Ну разве не здорово?! Сразу и принцесса Первого и принцесса Третьего Королевства!

– Я так и знал! – возмутился Нейт.

– Ага, против твоего обаяния никто бы не устоял, – скептически высказал Велизар.

Неожиданно тень выскользнула из-за колонны. Но я даже обрадоваться не успела, потому как заметила, что бежит она вовсе не к выходу… а к деревянным стендам. Зачем?!

Моя речь отвлекла всех демонов, и теперь они с интересом ждали, какую ещё чушь я выскажу королю. Тот, кстати, не заставил себя ждать:

– Всё? На этом ты, наконец, закончила?

– Нет, я всё это вела… к логическому завершению.

– Неужели?

– Да! Я ведь на самом деле хотела…

Тень, согнувшись в три погибели, добежала до деревянного стенда, на котором висел мой отец, и который ближе всего находился к Иману МакФроггату. Расплывчатая фигура точно была человеческой, но я не успела рассмотреть лица. Даже пол не смогла определить.

– … хотела вам сказать, что…

Секунда, две, три… что эта тень задумала?!

– … я очень хочу присоединиться к вам!!

И тут тень метнулась к королю-предателю.

Так резко и неожиданно, что тот не успел даже понять, что произошло. Демоны не ожидали нападения и поэтому не смогли среагировать так, чтобы предотвратить катастрофу.

Из своего укрытия выпрыгнула Виктория и с криком: «ты мне больше не отец!!!», обрушила ему на голову… вазу.

Опешили все.

Король, который двадцать лет планировал захват всех Семи Королевств, покачнулся и мешком брякнулся на пол, пав от руки своей дочери.

Отойдя от шока, я ясно осознала: Виктория только что избавилась от предводителей демонов. Вот только от самих демонов – нет. Заметив, как тёмные тени быстро приходят в себя и начинают яростно двигаться в сторону принцессы, я, дёрнувшись вперед и заставив стенд покачнуться, громко заорала на весь зал:

– Коробочка!!!

Виктория недоумённо посмотрела на меня. Она, дура безмозглая, медлила и не могла сообразить, чего от неё хотят. Понимая, что демоны сейчас разорвут её на части, я заголосила что есть мочи:

– Скорее!!! Коробочка!!!

– Справа от тебя!!! – громким басом поддержал меня Нейт.

Мы завопили с ним на пару:

– Быстрее!!!

– Смотри, скорее, хватай её!!!

– Держи!!!

– Да вон, вон она!!!

Виктория, словно дугодумный ребёнок, наконец, сообразила. Увидела коробочку, и, каким-то убийственно медленным и изящным жестом подняла предмет с пола.

– Жми на красную кнопку!!! – заорала я, непроизвольно дёргаясь в своих оковах.

– Нет-нет-нет!!! – тут же перебил Нейт. – Её нужно прислонить к одному из демонов!!!

– Дождись демона!!! – поддержала я.

Ждать их, кстати, не пришлось. Один из демонов подлетел к ней резко и стремительно. Понимая, что сейчас принцессу собьют с ног, и плакала наша надежда на спасение, я завопила, чувствуя, как у меня уже раздирает горло от боли:

– Нажимай!!!

– Жми!!! – крикнул Нейт.

– Скорее!!! – не остался в стороне Герви.

– Жми красную кнопку!!! – крикнул и мой отец.

Виктория, растерявшись от подобного напора голосов, снова замешкалась.

А дальше всё было похоже на неудачную постановку в кукольном театре.

Входную дверь резко выбили. Так сильно, что она с размаху влетела в бальный зал. Шум заставил демонов застыть на секунду. Но главное – это вывело из равновесия того самого демона, который уже почти вплотную приблизился к Виктории.

В зал ворвались воины. Один за другим они забегали внутрь, что-то крича друг другу и начиная стрелять в присутствующих демонов железными стрелами. Стены содрогнулись от раздавшихся криков и утробных воев.

Именно этот момент Виктория выбрала, чтобы, наконец, нажать красную кнопочку.

В присутствии нескольких десятков воинов из освободительной армии Третьего Королевства принцесса Второго Королевства одним махом избавилась от населяющих этот зал адских тварей. Те, издавая предсмертные вопли, неожиданно затихли. И на глазах множества удивлённых людей начали медленно растворяться в пустоте, засасываемые в волшебный артефакт.

Единственные, кого я в это время так и не увидела, были Лин и Велизар.

Когда в просторном помещении остались только пленные, прикреплённые к деревянным стендам кожаными ремнями, операция по спасению всех Королевств была завершена.

Повисло гробовое молчание.

– Надо же, – успел ошарашено выдавить Нейт, – смотри-ка, Пророчество сбылось.

А потом зал содрогнулся под градом аплодисментов.

Глава 17.

Я была зла!

Словами не передать, как я была зла!

Моей злости просто не было предела!

Виктория – Спаситель. Виктория предотвратила уничтожение всех Семи Королевств. Слава Виктории!

День за днём я вспоминала, как мы участвовали в соревнованиях, как шантажировали демона, рискуя погибнуть в любую секунду. Как отправились в Ад прямо в лапы к демонам. Как я держала на руках умирающего Нейта. Как стояла на специально созванном собрании и понимала, что меня лишают законного титула. Как волновалась за Гервика и гадала, предатель ли он.

Воспоминания заставляли злость колыхаться с двойной силой.

На некоторое время даже показалось, что всё, что я пережила за эту неделю – было напрасно. Потому что в самый последний момент заявилась какая-то краса и, нажав кнопочку на артефакте, стала законным Спасителем. И ладно бы она начала отнекиваться! Куда там! Когда по всему залу пронеслись раскатистые аплодисменты, Виктория благодарно улыбнулась и, скромно потупив свои озёрные глазки, начала выслушивать комплименты в свой адрес.

Её признали Спасителем. Имана МакФроггата бросили в темницу, и его дальнейшую судьбу должны были решить остальные короли. Виктория, как единственная законная наследница, получила трон.

Гервик и его отец наконец-то освободились от шантажа и вернулись к себе домой.

Нейт сейчас тоже переживал счастливое воссоединение со своей семьёй.

И только я осталась прежней неудачницей, какой и была, только теперь ещё и без титула принцессы.

С момента захвата прошло долгих четыре дня.

Мы с отцом и выжившими воинами его некогда мощной армии, вернулись в своё Королевство благодаря магам, которые прибыли во Второе Королевство как подкрепление. Дома пришлось успокаивать разнервничавшуюся маму, затем подтверждать или опровергать странные заявления, сразу же появившиеся в газетах.

Было там одно, которое гласило, что на договор с демоном бывшая принцесса Первого Королевства пошла лишь потому, что была одержима. Краснея и щеками, и ушами, я скорбно подтвердила эту информацию. Не признаваться же, что всё было сделано в трезвом уме и твёрдой памяти.

А затем началось убийственное ожидание.

Перед тем, как расстаться с Гервиком и Нейтом мы все вместе сошлись на том, что будем обязательно списываться, может, даже встретимся на балах (тут следовал мой удручённый вздох), или приезжать друг к другу в гости.

Прошло четыре дня.

От них обоих не было ни весточки.

Я всё ждала, что вот-вот они объявятся, но писать первой испугалась, то ли из-за гордости, то ли боясь навязываться.

Хотя, конечно, с моей стороны эгоистично было их в чём-то винить.

Особенно Нейта.

Никогда не забуду, как в зал ворвалась его мама. Такого безумного взгляда я не видела ещё ни разу в жизни. Она мгновенно заметила своего младшего сына. Заметила, но так и не смогла до него дойти, потому что упала на колени и разрыдалась.

Рядом с ней тут же присел какой-то парень. Высокий, мускулистый, одетый во всё чёрное. Я не помнила его имени, но догадаться, что это – один из братьев Нейта, было несложно. Ещё один, такой же огромный и устрашающий, но всё-таки достаточно привлекательный, появился рядом с нами так неожиданно, что я схватилась за сердце свободной правой рукой.

Двумя резкими взмахами кинжала он освободил Нейта… и тут же его обнял.

По сравнению со своим братом Нейт выглядел маленьким мальчиком. Теперь я перестала удивляться, зачем парню потребовалось просить у демона силы и ловкости. Жить рядом с такими бугаями наверняка было нелегко.

Его братья, конечно, не плакали, но было в их глазах что-то такое… такое странное, удивительное, что я поспешно отошла в сторону и уже из-за колоны наблюдала, как Нейт обнял всех родственников, и, наконец, склонился рядом с матерью.

Надеюсь, он сказал ей, как сильно её любит. Обещал же.

Уже спустя день ожидание было просто невыносимым.

Понимая, что все мои самые страшные опасения подтвердились, и мальчик вспомнил, что на самом деле он – принц, на меня накатила грусть, тоска и апатия. Сперва я как-то ещё пыталась сделать вид, что всё нормально, но потом одиночество стало грызть душу с такой силой, что мне стало тяжело вставать по утрам.

Четыре дня. Четыре.

Первое время было ещё ничего, я хотя бы заставляла себя напяливать эти ужасные платья болотного цвета, но потом стало совсем плохо. В конце концов, из комнаты стала выходить в своей ночной рубашке, доходила до кухни, набирала пирожков, и возвращалась обратно в комнату.

Мама за меня очень переживала. Мне было совестно, но даже улыбаться и строить из себя некую идеальную леди, у меня не было ни сил, ни желания. При виде растрёпанной дочери, медленно снующей по коридорам замка и жующей пирожки, одетой в свою ночную рубашку, она хваталась за сердце. Пару раз мама пыталась со мной заговорить, но я только отнекивалась. Почему-то очень не хотелось признаваться, что до такого состояния меня довёл какой-то парень. Это было унизительно.

Но, думаю, она и так всё прекрасно поняла.

В итоге шёл пятый день моего удушающего одиночества. Виктория устраивала званные вчера, на которых с упоением отвечала на все вопросы касательно операции по спасению Семи Королевств, а я в это время лежала на кровати и смотрела в потолок.

На этот раз даже вставать не хотелось. Есть не хотелось. Пить.

Даня превратилась в размазню и плаксу.

Где-то часов в двенадцать по полудню в комнате раздался привычный стук в дверь. Мама взяла за традицию приходить в это время и спрашивать, проснулась ли я.

Вот только на этот раз надоевшего вопроса не последовало. Вместо него раздался ещё один стук.

– Да? – хрипло спросила, с трудом шевеля губами.

– Ваше Высочество, – раздался официальный голос лакея.

– Уже не Высочество, – хмуро буркнула я, – называйте меня леди. Или нет, лучше просто Даня.

– Ваше Высочество, – кажется, кто-то моих слов не расслышал, – королева ожидает вас в столовой.

– Пусть ожидает, – пробурчала в подушку, – я не приду.

– Ваше Высочество, королева настоятельно просит вас спуститься к завтраку. Она просила надеть самое красивое платье, которое вы сможете найти в своём гардеробе. Позвольте служанкам помочь вам.

– Не позволяю, пусть завтрак пройдёт без меня.

Но лакей оказался на редкость настырным. Он так убеждённо звал меня на этот чертов завтрак, что в итоге выбесил окончательно.

Резко вскочив на ноги, я с размаху распахнула дверь и вылетела в коридор, нечаянно опрокинув какую-то статуэтку, что неизменно стояла на тумбочке.

– Завтрак! Ей нужен завтрак?! Почему вы все лезете ко мне со своими «надо позавтракать», «надо поужинать»! Всем от меня что-то надо! Оставьте меня в покое!

Лакей был ни в чём не виноват, но в тот момент мне было всё равно. Меня просто накрыла такая дикая ярость.

Даже не помню, как я смогла так быстро спуститься вниз. Чувствуя, что злость внутри меня грозится вырваться наружу, влетела в столовую с чётким намерением кинуть в кого-нибудь ненавистной тарелкой с едой.

Но как только я, словно ураган, с ноги открыла дверь и ворвалась в помещение, то тут же поняла, что никакого завтрака не было.

Зато был Нейт. И вся его семья.

Три брата, король и королева Третьего Королевства и сам Нейт. В официальном фраке и с босыми ногами.

Я испуганно ойкнула, развернулась и схватилась за ручку двери, намереваясь исчезнуть как можно скорее в тщетной надежде, что все подумают, будто это какая-то ненормальная особа тут шастает по замку. Но ручка не поддавалась. Заперто! Кто закрыл дверь?!

Мама… чёрт возьми! Наверняка она испугалась, что я могу сбежать, и поэтому приказала служанкам ни за что не выпускать меня из столовой.

Понимая, что сейчас на мою спину ошарашено глазеют все, включая семью Нейта, на которую вообще-то следовало произвести самое благожелательное впечатление, мне стало плохо. Я судорожно вцепилась в ручку двери и лихорадочно соображала, что делать.

В конце концов, решила последовать самому разумному совету небезызвестной Виктории: в любой непонятной ситуации делай вид, что всё так и должно быть.

Глубоко вдохнув, развернулась и с гордо поднятой головой прошествовала к столу, на котором было накрыто праздничное убранство. Юбки у меня, конечно же, не шуршали, зато ночная рубашка колыхалась по самой последней моде. А уж прическа – такой улей могла себе позволить не каждая местная красавица.

За столом сидели три принца и король с королевой.

Нейт стоял, что-то держа в руках.

Я обошла его по кругу и встала к нему боком, делая вид, что рассматриваю пирожки.

– Вы же сказали, что ваша дочь на конной прогулке. – В удушающей тишине голос королевы Третьего Королевства прозвучал необычайно громко.

– Да, – гордо ответила я, наблюдая, как мама готовится падать в обморок. – Я, конечно, люблю амазонки, но на коне мне удобнее держаться в своей родной ночной рубашке. Это… придаёт процессу… домашности.

И тут Нейт не выдержал.

Парень расхохотался.

Все три брата хмыкнули, как по считалочке, один за другим. Кажется, старший даже схватил бокал с чем-то и судорожно запил.

Я стояла с каменным лицом и гордо взирала на пытающегося успокоиться Нейта.

– Дань… – выдавил он. – Дань! Ахахах… – У него даже слёзы на глаза выступили. Я молчала. – Дань, привет!

– Приветствую вас в нашем замке, надеюсь, оказанный приём оказался достоин королевской семьи, – официально отозвалась я, гадая, чего им всем тут понадобилось?

– О да-а-а, – саркастично протянул один из зрителей, вернее, один из братьев.

Я кинула на него надменный взгляд, как бы намекая, что ситуация в его комментариях не нуждается.

– Вы прекрасно выглядите, леди Даниила, – с улыбкой сказал Нейт, заполняя возникшую паузу.

– Благодарю, – польщёно отозвалась я, чувствуя, как краснеют щёки.

– Вам о-о-очень идёт это платье.

Пресвятые Покровители, его столько времени не было, а теперь он ещё и издевается!

– Благодарю, – сквозь зубы выдавила я и зло добавила: – Отведайте наших лучших пирожков. Сегодня мы как раз пожарили новую кошку.

– Даня! – возмутилась моя мама.

– О, Ваше Величество, не переживайте! Я уверен, ваш повар прекрасно готовит, – плавно вывел меня из-под удара Нейт.

Это заставило меня проглотить обиду, и спокойно спросить:

– А в чём, собственно, заключается цель вашего прибытия?

– Леди Даниила, – официальным тоном произнёс Нейт, – известно, что любое предложение сопровождают дарами. Я долго думал, какой подарок вы сочтете достойным своего внимания, и решил подарить вам это.

С этими словами он открыл какую-то большую коробку, которая стояла рядом со столом, и извлёк оттуда… красно-белого мягкого дракона.

Я ошарашено переводила взгляд с парня на подарок и обратно.

– Прости, с высунутым языком не нашел, – даже как-то виновато сказал Нейт.

– Тебя так долго не было, потому что ты искал такого дракона? – Уж и не знаю, зачем это спросила.

– Ты хоть представляешь себе, как трудно купить такого в современном мире?!

О Боже… так и хотелось заорать на всю столовую: «да не нужны мне были эти игрушки, лишь бы ты приехал, дурак!!!».

Но я сказала только слова благодарности, принимая дракончика в свои руки.

– О, и ещё я тебе кое-что привёз. – Кажется, Нейту нравилось дарить подарки. – Вот. С помпоном не было, зато эта с оленьими рогами!

И он протянул мне шапку.

Шапку.

С оленьими рогами.

На этот раз я была настолько ошарашена, что даже не смогла поднять руки, чтобы принять подарок.

Повисшую паузу разбавил мой отец, неожиданно громко рассмеявшись. Правда, он тут же поперхнулся и закашлялся. Сквозь все эти звуки прозвучал мамин яростный шёпот: «Хватит, Рамиро!».

– Это так… так… мило, – выдавила я. – Но… – прокашлялась и продолжила: – Но с каким предложением ты приехал сюда?

– Даниила Рамиро Фердинан, – глубоко вдохнув, решительно начал парень, – я хотел спросить… – и снова глубокий вдох, а потом он выпалил на одном дыхании: – Согласна ли ты принять мои официальные ухаживания?

И тут я поняла, что значит полный ступор и совсем отупевший мозг, не способный переваривать поступающую информацию.

Все затаили дыхание в ожидании моего ответа.

Я осторожно повернула голову и посмотрела на маму. Её взгляд красноречиво гласил: «если ты не согласишься, я тебя сама прирежу!». Велик был соблазн мстительно ответить «я подумаю», но вместо этого неожиданно сказала совсем другое:

– Нейт, я… я больше не принцесса.

Парень не удивился.

– Я знаю. – Ну да, слухи распространяются быстро.

– Это значит, что я не унаследую престол. И за мной не будет приданного.

– А, ну раз так, – кивнул Нейт. Опустил взгляд, долго что-то рассматривал на нашем полу, а потом вдруг посмотрел на меня со смешинкой в глазах. – По иронии судьбы, я тут недавно узнал, что, оказывается, четвёртый принц Третьего Королевства. Не король, конечно, и вряд ли унаследую престол, но если немного подсуетиться, – и красноречивый взгляд достался глазеющим на нас братьям, – то могу и королём стать.

– Молодой человек! – воскликнул папа со своего места. – Если вы когда-нибудь сделаете ей официальное предложение, обещаю даровать вам столько золота, сколько сможете с собой унести… Ай!

Надеюсь, это мама его ущипнула.

Я повернулась к папе и подарила ему убийственный взгляд. Страшно было представить, какую степень позора моя персона уже вызвала в глазах отца и матери Нейта. Но вдруг послышалось насмешливое замечание Короля Третьего Королевства:

– Если он когда-нибудь сделает ей официальное предложение, я сам его золотом осыплю.

– Кхе-кхе! – возмутился парень. – Мы вообще-то всё ещё тут! – И затем обратился ко мне: – Ну так что? Каков твой ответ?

– Он ещё спрашивает, – закатила я глаза. – Конечно, да!

Клянусь, что услышала облегчённые выдохи обеих наших мам!

– Вы ведь останетесь с нами на завтрак? – спросила, не в силах сдержать улыбку.

– Ага.

– Да!

– А как же! – раздались уверенные возгласы трёх братьев.

Мы с Нейтом переглянулись и понимающе усмехнулись.

– Тогда отведайте этих прекрасных пирожков! – И, схватив огромную тарелку, заботливо поставила её прямо перед тремя ошарашенными мордами. То есть, лицами конечно, но у этих бугаев были именно морды. И они на меня так посмотрели, что моё сердце сделало испуганное сальто в груди. А затем пришло осознание: так просто своего вернувшегося брата они мне не отдадут.

– Садитесь за стол! – счастливым тоном воскликнула мама.

В этот же момент Нейт нахлобучил мне шапку с оленьими рогами на голову, скрывая мою великолепную прическу под названием «хозяйка только что проснулась», и, схватив под руку, потащил к выделенным местам.

По дороге я заметила, какими понимающими взглядами переглядываются наши мамы, уже наверняка в красках представляющие будущую свадьбу своих детей, рассаживающие приглашённых гостей и выбирающие мне платье. Заметила скорбные и безумно солидарные друг с другом взгляды наших пап, в красках представляющие себе мучения, которые им придётся пережить под натиском неугомонных мам. Заметила внимательные, прищуренные взгляды братьев Нейта, в красках представляющие себе будущие испытания для избранницы их брата.

Но я не боялась. В конце концов, я же всегда мечтала о брате, а теперь, возможно в недалеком будущем, у меня их появится целых три!

И я с вызовом глянула в эти бугайские морды! Нашли, с кем тягаться!

Нейт аккуратно отодвинул мой стул, и когда я медленно садилась на место, он тихо шепнул мне на ухо: «Похоже, прошлые приключения были лишь жалким подобием того, что нам предстоит испытать теперь!».

Content

Анастасия Вернер
Босоногий друг

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.